© Bhante Henepola Gunaratana, 2023

© Н. Ляхович. Перевод, 2024

© ООО ИД «Ганга». Издание на русском языке, оформление, 2024

Я девяностопятилетний монах. Сейчас я уже научился смотреть на жизнь как на сон. Пятьдесят лет назад я написал доклад и представил его на занятии по английскому у первокурсников в одном американском университете; в нём описывалась основная структура медитации в моей традиции, в буддийской школе тхеравада. Работа называлась «Прийти и увидеть». В старейшем собрании текстов, приписываемых Будде, и в текстах, которые монахи вроде меня декламируют ежедневно, палийское слово эхипассико означает именно это: эхи – это приглашение прийти, а пассико – тот, кто видит. Мы практикуем взгляд внутрь себя так, чтобы это привело к возникновению освобождающего прозрения. О такого рода прозрении говорят, что мудрые познают его в индивидуальном порядке.

С тех пор я смотрел внутрь себя. Я видел, слышал, обонял, пробовал, ощущал и думал бесчисленное множество зрительных образов, звуков, запахов, вкусов, прикосновений и мыслей. Все они прошли. На их месте остался покой. Я чувствую себя как дома среди непостоянства. Я хочу передать это осознание вам так, чтобы его можно было понять напрямую. Эта книга изначально называлась так же, как и тот мой доклад пятидесятилетней давности, но её фокус направлен на другое. Я желаю вам непосредственно ощутить вкус плода медитации. Эти страницы приглашают вас разделить мой личный опыт переживания непостоянства, потому что именно в этом переживании вы найдёте мудрость и свободу.

Эта книга использует слова из Палийского канона – древних текстов, приписываемых Будде и записанных согласно устной традиции, которая в течение сотен лет после его ухода оставалась единственным способом сохранения его слов. Эти строфы подобны дорожной карте или указаниям для водителя на пути к освобождению.

Пали – это язык, специально предназначенный для обучения буддийской медитации, и он передаёт некоторые идеи, которые не может выразить современный европейский язык. Слова, которые могут показаться читателю новыми, а также те, которые играют заметную роль в методологии, при первом использовании в тексте будут приведены курсивом, используемые часто слова будут оставлены как есть, например «Будда» – что означает здесь пробужденное существо, рождённое как Сиддхаттха Готама (или Сиддхартха Гаутама на санскрите), «Дхамма» – учение Будды или всеобщий закон природы, иногда означающее «явления», «Сангха» – обозначающее в данном случае общину просветлённых буддийских монахов и монахинь. Другие понятия, такие как «бхиккху», «монах» и «сутта», обучающее наставление, будут в зависимости от контекста использоваться попеременно с соответствующими им переводными терминами.

Что касается цитат, все выдержки из классических текстов были переведены автором, если не указано другое. Диакритические знаки были в них опущены для простоты чтения[1]. Во многих других случаях мы использовали переводы Бхиккху Бодхи – в них мы сохранили диакритические знаки из уважения и благодарности к его работе. Хотя переведённые отрывки, содержащиеся в этой книге, могут показаться повторяющимися, пожалуйста, помните, что стилистические особенности этих тестов помогали монахам запоминать их, чтобы сохранить учение живым, в течение сотен лет до тех пор, пока не появилась возможность их записать, и, что немаловажно, это также напоминает современным читателям о необходимости направлять своё внимание строго определённым образом, снова и снова – это процесс, необходимый для достижения цели медитации. Такое отношение к пали сделает сочным и богатым то, что в противном случае может показаться сухим и монотонным. Мы надеемся, что читатель получит огромную пользу от созерцания в соответствии с этими указаниями, чья актуальность вневременна.

Мы собираемся отправиться вместе в путешествие по неизведанной территории. Мы можем назвать наше исследование аджджхаттанупасси – созерцание (anupassati) глубоко личного, субъективного, того, что возникает изнутри нас (ajjhatta), метод наблюдения, который в конечном счёте может привести к освобождению. Глубоко погружаясь в эту практику интроспекции, мы будем воспринимать многообразную информацию от органов чувств и мириады умственных построений. Пока мы будем совершенствовать свою практику на пути к свободе, огромное количество событий в психическом мире, а также степень их понимания нами будут, по ощущениям, возрастать. Но это не должно нас ошеломлять: учения Будды предоставляют защиту для наших ума и сердца, чтобы и сейчас, и когда придёт смерть, мы могли сохранять покой при усиливающейся неопределённости. Дхамма акцентирует лёгкость различных способов обращать внимание, которые не зависят от наличия идеальных условий в этом непредсказуемом мире.

Мудрый правитель, по словам Будды, знает, что безопасность обеспечивается не возведением стен, призванных оградить нас от опасности, а удалением защитных укреплений сердца, чтобы неблагое изначально не могло найти в нём опоры. По его словам, при странствии по внутренним землям, вместо того чтобы накапливать оружие, для своей защиты лучше создавать запасы благих состояний ума. Упражнения, которые он советовал для тренировки, все вместе называются четырьмя основами осознанности. Это обращение тщательного внимания на и внутрь именно этого тела, этих ощущений, этого ума и этих объектов ума соответственно. «Это ваш дом, – сказал он. – Пребывайте в этом доме. Пока вы живёте в родном жилище, Мара не нападёт на вас»[2].

Не единожды Будда воодушевлял своих учеников: «Монахи, будьте себе островом, будьте себе прибежищем без какого-то другого прибежища. Пусть Дхамма будет вашим островом, пусть Дхамма будет вашим прибежищем без какого-то другого прибежища»[3]. За всю свою жизнь он не обнаружил укрытия в виде места или человека, которое было бы более действенным действенного, чем правильно развитые сердце и ум.

Конечно, Будда учитывал важность того, чтоб иметь учителя в плане получения от него руководства и проявления к нему уважения; просто он не мог найти никого более умелого и мудрого, чем он сам[4]. Мы тоже можем посмотреть внутрь себя и найти такого учителя. Будда никого не назначил в качестве преемника. Прямо перед своим уходом он наставлял своих последователей достичь избавления от бед для самих себя, следуя именно Дхамме как ориентиру.

Под Дхаммой он имел в виду природу того, каким всё является, не подверженную манипуляциям и приукрашиваниям ума. «Почему бы мне не чтить, не уважать и не жить под руководством именно этой Дхаммы, к которой я полностью пробудился?»[5] – сказал Будда вскоре после своего полного освобождения от страданий. Хотя он достиг совершенного просветления и увидел Дхамму в самом себе, хотя он довёл до совершенства свои нравственность, сосредоточение, мудрость и освобождение, а также видение и знание полного избавления от страданий, он продолжал жить в соответствии с Дхаммой. «Тот, кто видит Дхамму… видит меня, тот, кто видит меня, видит Дхамму. Видя Дхамму по-настоящему, он видит меня, видя меня, он видит Дхамму»[6].

Эта книга – для практического применения о прикосновении к непостоянству с простотой: о том, как погрузиться в непосредственное, ощутимое чувство живого непостоянства, без всяких мыслей и умопостроений. Идея испытать на личном опыте такое основополагающее учение может звучать заманчиво, однако глубокие изменения всепроникающи и неумолимы. Если все вещи по своей природе неустойчивы, как же мы можем на что-то полагаться? Человек меняется. Я меняюсь, вы меняетесь. Условия повсюду вокруг нас и внутри нас меняются. Но нам нет нужды расстраиваться. В действительности так было всегда. Мы просто начинаем видеть вещи такими, как они есть.

На самом деле повсюду внутри и снаружи обнаруживается пространство, если мы направим свой ум на то, чтобы это заметить. Между тем благие устремления могут помочь нам оседлать волны перемен, пока мы не обретём покой, открытый и свободный. Наше временное укрытие – давать вниманию покоиться прямо на нашем теле, в самом теле, на наших ощущениях, в самих ощущениях и так далее, больше ничего не делая, не заставляя мысли двигаться наружу. Пока мы делаем своё понимание изменений более ясным с помощью этого исследовательского проекта, наше ощущение того, что представляет собой безопасность, тоже будет меняться. Рано или поздно пробуждённое сердце начнёт отражать его более зрелые качества с помощью чувствительности, которая повсюду может распознать безопасность.

Будда, Дхамма и Сангха – работоспособные идеалы, которые поддерживают нас и не могут усложнить нашу ситуацию. Что касается Будды, то в его уме не осталось ни одного тёмного уголка. Он вычистил их все и изучил все аспекты воззрения, пока не разобрался с каждым из них. Его просветление было настолько совершенным, что он увидел всех существ совершенно ясно, без изъянов, без какой-либо тени сомнения относительно механизма становления – того, как наши умы порождают то, что происходит в каждое мгновение.

Это сродни тому, чтобы видеть каждый объект в поле внимания с помощью абсолютно ясного зрения. Его восприятие было таким же пронизывающим и беспрепятственным, как восход солнца в безоблачный осенний день, проявляющийся только в виде простора и ясности неба. Он нигде не видел своей сущности, так что не осталось никаких углов, где могла бы оседать и скапливаться пыль. Не осталось никаких краёв.

Дхамма состоит из намерения не причинять вреда, а также наставлений, ведущих к прозрению. Говорится, что тот, кто остаётся с Дхаммой, остаётся с Буддой; эти слова направляют нас в сторону настоящего прибежища внутри нас самих.

Сангха, община пробуждённых существ, расширяет наше чувство возможного и поддерживает сплочённость. Она напоминает нам, что в этом самом мире действительно есть существа, практикующие таким же образом, стремящиеся к поведению Будды в соответствии с Дхаммой. Так мы тоже обретаем вдохновение от встречи с товарищами по практике, чья медитация принесла плоды.

Знакомясь всё ближе с этими идеями, думайте шире. Принимая прибежище в том, что неподвластно времени, вы можете приблизиться к бессмертию и оказаться вне досягаемости Мары: мысль о Будде защищает вас.

Кто такой Мара? Что за силу он представляет? Этот персонаж – олицетворение отвлечений, любых искушений, которые соблазняют нас тратить жизнь на одно только удовлетворение вынужденных потребностей. Размышление о смерти может помочь нам справиться с Марой. Видим ли мы нашу собственную смерть в каждое мгновение? Если да, то мы можем восстановить соответствие нашим внутренним моральным принципам. Всё, что нам необходимо, чтобы увидеть эту истину – что все мы подвержены действительности естественного для людей хода вещей, – это обратить всё своё внимание на самих себя в живой функционирующей системе этого физического тела. Будь то сидя, при ходьбе, стоя, лёжа – всегда, когда мы бодрствуем, мы умираем в каждый миг и тут же перерождаемся. Эти два события, жизнь и умирание существ, происходят без конца, пока весь механизм не развалится и не перестанет работать.

Исследовать реальность, пока мы не увидим мгновенные взаимодействия форм и идей, сначала может показаться глупым или непривычным. Возможно, трудно увидеть хоть кокой-то смысл в занятии медитацией, но с помощью постоянной практики новые миры опыта откроются нам. Диапазон нашей умственной подвижности растёт естественным образом, мы ощущаем облегчение.

Возможно, вы хорошо ездите на велосипеде. Попробуйте научить меня, как на нём ездить. Вам может показаться, что вы бьётесь головой о стену. Вы видите, насколько сложно научить меня кататься на велосипеде. Я никогда в жизни этим не занимался. Когда я рос в самой глухой деревне, ни у кого не было велосипеда или доступа к нему, не говоря уже о том, чтобы уметь на нём ездить. Теперь, в девяносто пять лет, я катаюсь на велосипеде только во сне. Но вы можете ехать на нём без усилий, даже не держась за руль. Как же просто это для вас! А для меня это так трудно. Мне может быть трудно научить некоторых людей правильно медитировать, хотя для меня это – как для вас кататься на велосипеде.

Ни здесь, ни там, ни посередине. Это конец страданий. Это значит, что каждое мгновение, каждую долю каждого мгновения мы движемся, никогда не останавливаясь. Ум крутит педали, движимый импульсами и принуждениями. Нет ни одного устойчивого места, ни одного устойчивого мгновения, ничего неподвижного – это совет, который в Древней Индии Будда дал однажды человеку по имени Бахия Даручария. Актуальность этого совета сохраняется и поныне, а результат его применения намного шире, чем можно охватить с помощью одного лишь интеллекта. Покой можно познать. То, что вы считаете «самим собой», то, о чём вы полагаете, что оно постоянно, вечно, неизменно, незыблемо, даже те мелкие части, которые действительно ощущаются вами как неизменные свойства «вас самих», на самом деле постоянно движутся. В этом эфемерном теле и уме невозможно найти ни одной неподвижной точки. Стоит вам подумать, что что-то такое есть, как оно уже прошло. Вы думаете: «Вот оно». Один миг – и оно прошло. То, в отношении чего вы думали, что это истинно, тут же становится ложным.

Есть история о красивой девушке, которая танцует и поёт чарующие песни на сцене. Человек идёт к ней с горшком масла, полным до краёв. Другой человек идёт за ним, подняв меч, готовый отрубить ему голову, если тот прольёт хоть одну каплю масла. Это эпитет для серьёзного практика медитации. Будда отправил открытое приглашение всем, кто ищет его наставлений, «прийти и увидеть», насколько осознанным должен быть человек, несущий на голове горшок с маслом. Это сравнение призвано вызывать переживание того, каким всё является на самом деле, – настолько действенное, настолько непосредственное, чтобы освободить ум и сердце от стресса. Эти учения указывают на знание непостоянства, которое насущно и безотлагательно. Оно устанавливается внутри тела с помощью внутреннего восприятия, которое не поддаётся интеллектуальному описанию. Хотя практика такой степени осознанности среди чувственных отвлечений требует усердия, учение Будды приносит многочисленные и глубокие плоды. Они доступны всем, чей ум направлен к свободе, кто намерен открыть для себя непостоянство, заложенную внутри безличность и прежде всего возможность избавления от страданий прямо здесь и сейчас.

Мы можем «прийти и увидеть», насколько трудно практиковать осознанность среди всех наших забот. Наш ум бегает по кругу и мечется между прошлым и будущим, складируя и откапывая всевозможные воспоминания, строя многочисленные планы на будущее. Сохранить ум в равновесии на совершенно реальном непостоянстве, которое наполняет каждую частичку настоящего мгновения, может быть нелегко.

Как же нам, образно говоря, пронести сосуд с маслом, не пролив ни капли, если наше внимание так легко отвлекается из-за влечения и отвращения? В традиции медитации буддизма тхеравады один из способов обеспечить непрерывность осознанности, достаточную для соприкосновения с непостоянством, – это развитие должного сосредоточения. Такое собирание внимания позволяет вам замечать каждое событие с выдержкой и точностью, одновременно осознавая более обширное пространство. Цель содержащихся здесь наставлений – привести вас к этому.

Простое приглашение может привести к глубоким результатам тех, кто знает, как относиться к нему с мудростью.

Будда обнаружил свободу, увидев, как работают ум и сердце. Произнося: «Эхипассико», он распространил своё предложение заняться этим проектом и на нас. Он был человеком, посмотревшим внутрь себя, чтобы увидеть всё как оно есть, и он верил, что мы можем присоединиться к нему в этом деле. Его предложение «прийти и увидеть» – наша возможность разобраться в процессе, который приводит к человеческим проблемам. Но, для начала, как нам ответить на такое приглашение?

Когда вы получаете приглашение, вы задаёте такие вопросы:

1. Кто меня приглашает?

2. Куда мне нужно идти?

3. Что я там увижу?

В этом случае ответы такие:

1. Никто вас не приглашает.

2. Никуда не нужно идти.

3. Вы ничего не увидите.

Нас никто не приглашает, чтобы мы никуда не ходили и ничего не увидели? Как такое возможно? Эти ответы могут показаться загадочными, но они имеют смысл в контексте учения Будды. С помощью эхипассико мы приглашены не проследовать куда-то вовне, а обратить наше внимание внутрь. «Прийти» в «прийти и увидеть» означает, что мы должны подойти поближе к нашим умам и сердцам. Нам никуда не нужно уходить – мы просто смотрим внутрь себя.

«Прийти и увидеть» – одно из шести качеств Дхаммы, которой учил Будда. Слово «дхамма» в его времена означало различные вещи. Здесь, написанное с заглавной буквы, оно означает его учение о природе действительности, проникнутой, согласно его описанию, взаимозависимостью, непостоянством и совершенно реальной возможностью достичь освобождения от страдания в этой жизни. Кроме характеристики «эхипассико», которая обычно занимает четвёртое место в списке, остальные качества – это «хорошо изложенная» (svākkhāto), «видимая напрямую» (sandiṭṭhiko), «неподвластная времени» (akāliko), «ведущая вперёд» (opanayiko) и «осуществляемая мудрыми» (paccattaṃ veditabbo viññūhi). В моей традиции люди, принявшие монашеские обеты, декламируют эти слова для обдумывания каждый день. Давайте раскроем их смысл, чтобы и самим постичь его.

Хорошо изложенная. Учения Будды, например Благородный восьмеричный путь и взаимозависимое возникновение – не просто слова, это описания взаимодействий во времени и пространстве, которые на самом деле довольно реальны. Помимо этого практические указания о том, как уловить проблеск действительности, на которую они указывают, так хорошо описаны в учении Будды, что, если вы непредвзято исследуете предмет, руководствуясь ими, вы почти наверняка обнаружите ясность и глубину через истинность вашего личного опыта.

Видимая напрямую. Это значит, что нам не нужен кто-то, растолковывающий истину, с которой мы встретились внутри себя. Прозрения можно проверить в собственных теле и уме.

Неподвластная времени. Некоторые из вас могут сомневаться: «Как же можно применить это древнее учение Будды в моей сложной жизни во времена продвинутых технологий?». В таком случае вместо этого задайте себе такой вопрос: «Родившись, можем ли мы остановить взросление, старость и смерть?». Никто не может остановить эти последствия рождения. Такое развитие и последующий распад – неоспоримое последствие обретения тела, верное со времён зарождения жизни. Природа тела – не какое-то затруднение, появившееся после промышленной революции. Учение Будды даёт ответ на этот основополагающий вопрос.

Ведущая вперёд. Дхамма открывает перед искателем двери пути, прекрасного с самого начала, – уже этот начальный вкус благополучия манит нас отправиться в путешествие, где нас ждёт ещё большая награда. Когда мы живём в соответствии с рекомендациями Дхаммы, в конечном счёте мы обретаем состояние без состояния, в котором рождение, взросление, старение и смерть прекращаются. Мы можем достичь устойчивого покоя.

Осуществляемая мудрыми. Даже если мы не особенно мудры, когда мы практикуем Дхамму, в нас возникает мудрость. Мы ощущаем что-то неизведанное, что-то превосходное в развитии мудрости, и мы наслаждаемся этим занятием больше, чем другими, более скоротечными, удовольствиями. Становясь всё более мудрыми личностями, мы рано или поздно реализуем величайшее блаженство освобождения. Это что-то внутри нас, никто другой не может дать нам это.

«Увидеть» в «прийти и увидеть» относится к видению Дхаммы – истины того, каково всё на самом деле. Нас зовут исследовать внутри себя, что представляет собой эта истина. Мы проливаем свет нашего внутреннего ока на всё что угодно и знаем, что то, как разворачивается наш опыт, – это Дхамма. Всё, что происходит в нас всегда, – это Дхамма и ничто другое. Дхамма внутри нас. Мы – это Дхамма.

Исходя из назначения этой книги, чтобы напрямую получить пользу от наставлений Будды, как в древние времена, представьте, что вы получаете указания точно таким же образом, как они давались монаху или монахине, упомянутым в каждой сутте. Важно, чтобы вы изучали то, что внутри вас, именно таким образом, – таков метод слушания Дхаммы. Это неподвластный времени способ привнести Дхамму внутрь нас самих ради получений той пользы, для которой она задумана. Держа это в уме, посмотрите, как ответил Будда, когда монах Упавана спросил его о значении понятия «эхипассико».

Удостоверившись, что пройдены все шесть дверей чувств (зрение, слух, обоняние, ощущение вкуса, прикосновение и ум) согласно повторяющейся схеме, вы увидите, что эти наставления на самом деле являются тем, что мы делаем каждый раз, когда занимаемся практикой прозрения (vipassanā): мы видим, как Дхамма работает внутри нас. Мы делаем это, вынося на первый план то, как мы относимся к объектам органов чувств, а также к таким объектам, как мысли нашего ума. Мы замечаем притяжение и отторжение и, в свою очередь, их влияние на наше восприятие действительности. Возможно распознать то, что древние называли страстью, ощущая просто переживание желания или ожидания, неважно, насколько они тонкие или нечёткие. Это часть того клея, которым мы смазываем нашу реальность. Признавая, что существует оттенок ощущений, или липкость, соединяющий нас с объектами «где-то там», мы учимся возвращать внимание туда, где всё это началось.

Созерцание ума

Этот процесс объяснён подробнее в «Махасатипаттхана-сутте», или «Великом наставлении о четырёх основах осознанности», в «Дигха-никае». Третий раздел этой сутты называется «Созерцание ума». Подчеркнув важность исследования явлений, воспринимаемых органами чувств, и ощущений, которые за ними следуют, этот отрывок направляет фокус внутреннего наблюдения именно в сторону состояний ума, которые окрашивают восприятие.

В медитации мы можем изучить в реальном времени, как явления, ощущаемые органами чувств, не всегда принимаются в обычной жизни за то, чем они являются. Мы замечаем, что исходные материалы существования часто подвергаются неосознанной интерпретации, а также видим незамедлительно следующий за этим контакт между объектом ума и дверями чувств. Ключевую роль здесь играет способность видеть не только внешними глазами, но также с помощью внутреннего ока, глубоко чувствовать каждую стадию каскада становления. Только с помощью более сознательного восприятия этого практически вынужденного развития событий мы начинаем постигать динамическую природу действительности.

Помехи

Будда описывал и другие схемы, с помощью которых мы можем «прийти и увидеть». Следующие отрывки из ранних текстов иллюстрируют способы соединиться с внутренним опытом, чтобы лучше познакомиться с живыми процессами в уме и сердце. Например, пять помех: их преодоление расчищает путь к более глубокому сосредоточению и таким образом способствует возникновению прозрения.

Следуя указаниям Будды, вы с абсолютной определённостью можете изучить, что именно нужно исследовать с помощью ума и как направлять внимание. То, что с вами происходит, становится для вас всё более объяснимым, и вы ясно различаете путь, ведущий к счастью, и путь, ведущий к запутанности. Укрепив свой ум в самонаблюдении ещё больше, развивая сноровку в узнавании основных вариантов отвлечений, вы становитесь готовы исследовать само́сознание.

Оковы

Сознание, возникающее в каждой двери чувств, можно воспринять как имеющее причину, следствие, привлекательные стороны и недостатки. После дальнейшего созерцания вы больше не захотите попадать в ловушку сознания, возникающего без внимания. Ниже приводится описание оков – возможных подводных камней, или тех способов, какими ум и сердце могут сбиться с пути.

Семь факторов пробуждения

Когда взяты под охрану двери чувств и ум, защищено поле осознанности, приходит время развивать факторы, которые способствуют возникновению мудрости прозрения. Пожалуйста, продолжайте следовать руководству Будды, созерцая значение этих сутт внутри себя. Правильная уравновешенность этих семи факторов пробуждения, доведённая до совершенства, естественным образом приведёт к просветлению.

Это самые лучшие способы воспользоваться приглашением Будды.

Теперь уже должно быть ясно, что сутты – это не просто красивые строфы: это полные смысла пошаговые инструкции, изложенные с предельной ясностью, которые нужно практиковать здесь и сейчас. Одно из наиболее известных высказываний Будды Готамы было единственным словом – эхипассико. Возможно, это всё, что нужно, чтобы вызвать глубокое пробуждение к тому, как всё есть, к Дхамме. Мы можем увидеть своими глазами, что это неожиданно мощное выражение – не объект, за который можно ухватиться в качестве окончательного ответа: скорее, оно показывает направление, куда стоит устремить наше внимание.

Когда ум удивляется или теряется в мыслях, мы должны «прийти и увидеть», как быстро всё происходит внутри нас. Возникают мысли, фразы, предложения, обсуждения, звуки, ощущения, картины, запахи, касания, прикосновения, фантазии, мечты, волнения, постоянное биение сердца, непрекращающееся расширение и сжатие лёгких, мерцание света в глазах и множество других событий – и все они происходят одновременно. Когда мы пытаемся разобраться даже с одной из этих вещей, мы обнаруживаем, что тут же возникает много других удивительных переплетений. Все они появляются и исчезают. В «Махакаччана-бхаддекаратта-сутте» монах Махакаччана советует обращать внимание на «каждое возникшее в настоящем состояние». Это означает буквально всё, что бы ни происходило прямо сейчас. Потом на происходящее в следующее мгновение. Сейчас. Если мы обращаем на это внимание, без облечения в слова и понятия, то всё, что мы заметим, – это приход и уход. Происходит только это – явления обретают существование и прекращают существование.

Из «Бхаддекаратта-сутты»:

Никто не может заставить кого-то другого испытать непостоянство. Только вы сами можете увидеть его внутри себя. Как подчёркивает Махакаччана, сейчас – единственное время, которое у нас есть, чтобы заниматься этим исследованием. Наше тело, наша замечательная возможность, будет длиться только на протяжении этого времени.

Непостоянство, к которому у вас есть прямой доступ во время медитации, – это непрекращающееся изменение, и так было всегда. Это один из трёх признаков существования, о которых сказано, что они верны для всех существ и для всех видов существования:

1. Все обусловленные вещи непостоянны (anicca).

2. Все обусловленные вещи неудовлетворительны (dukkha).

3. Никакие явления не обладают отдельной сущностью, «я» (anattā).

Мы наблюдаем изменения в других людях и других вещах, но зачастую не внутри себя, если мы специально не обращаем взгляд внутрь. Наши тела, ощущения, восприятия, мысли и виды сознания бо́льшую часть времени кажутся нам одними и теми же. Даже если такие вещи очевидны при взгляде снаружи, было бы смешно сказать кому-то: «Эй, ты всё время меняешься». Для того чтобы постоянный процесс перемен обладал освобождающим действием, его нужно познать на глубоком и личном уровне. Его нельзя выучить и запомнить. Дхамма познаётся, когда наша внутренняя способность видеть начинает смотреть на созвездия в самой глубине «я» без предубеждения.

Иногда люди, которые не видели меня лет двадцать, удивляются, когда встречают меня в эти дни. Они спрашивают:

– Бханте, что случилось?

– Ничего особенного.

– Мне кажется, вы изменились, – говорят они.

Я не поворачиваюсь к ним и не спрашиваю: «Вы думаете, вы не изменились?».

Они видят меня состарившимся, с морщинами на лице и седыми волосами. Даже мои щёки впали. Всё во мне проявляет признаки старости. Я тоже вижу их впалые щёки, седые волосы и морщины на коже. Мы видим, что происходит с друзьями и знакомыми, но при этом не замечаем, что происходит с нами самими. Это напоминание, включённое в приглашение «прийти и увидеть».

Если мы не видим признаки старости в своём теле, то можем смотреть с пренебрежением на других, кто покрылся морщинами, как и мы сами. Чувствовать себя молодым приятно, если мы вообще обращаем на это чувство внимание. В то же время глубоко внутри мы испытываем все проявления старения: забываем имена, теряем аппетит и обоняние, хуже чувствуем кончики своих пальцев, плохо спим, чаще встаём по ночам, чтобы пойти в туалет, медленнее двигаемся. Это только некоторые из распространённых напоминаний тела о том, что оно стареет.

Принятие старения – признак здравого ума. Как только мы сделали это, мы не раздражаемся, когда не можем функционировать с теми же ловкостью, гибкостью и быстротой. Отвержение старости может привести к тому, что мы легко выходим из себя, если всё идёт не так гладко, как когда мы были молоды. Старение – это встроенное напоминание. Отталкивать от себя то, что уже случилось, – бесполезная и обманчивая стратегия для поиска счастья.

Непостоянство, страдание и безличность существуют вне зависимости от того, появляется будда или нет. Просто посмотрите. Всё стареет. Всё меняется. Принцип обусловленности тоже действует вне зависимости от того, появляется какой-либо будда или нет. Вещи и закономерности вещей зависят от других закономерностей и вещей. Исчезновение и возникновение не случаются спонтанно, без процессов, которые уже были запущены. Если вы посмотрите вокруг, вы тоже это увидите. Будда обобщил зависимое возникновение так:

Будда принял приглашение войти в Дхамму. Он следовал пути Дхаммы и распознал глубоко заложенную непредсказуемость в себе и во всём. Проследив каждую основополагающую обусловленность до её истока, Будда увидел конец повторяющегося цикла рождения и смерти.

Возможность «прийти и увидеть» приглашает всех искателей исследовать природу явлений (дхамм). Будда был проницателен в своих экспериментах. Он очень тщательно описал, где и как изучать элементы, их качества и их взаимосвязь в отношении причины и следствия. Он наставлял тех, кто стремится к освобождению ума, самим увидеть непостоянство, неудовлетворительность и безличность.

Такое исследование не ограничено личностью, потому что непрекращающиеся изменения происходят в любом теле, в любой груде элементов или собрании понятий всё время – вне зависимости от идеологии, мнения, доктрины, цвета кожи или пола. Это приглашение вернуться домой, так сказать, вернуться домой к нашему истинному «я» и увидеть, что там было с самого начала. На самом деле каждая сутта, произнесённая Буддой, направляет нас обратно к нам самим, напоминая об имеющейся у нас возможности вернуться в родной дом, а именно о том, что, когда мы держим свой ум в надлежащих границах, или умелых пределах, как это описано в базовых учениях о четырёх основах осознанности, мы испытываем облегчение – мы можем увидеть, что наш настоящий дом простирается намного дальше традиционных ограничений времени и пространства. Будда постоянно призывал смотреть внутрь себя. «Будьте сами себе светильником, – были его последние слова пред смертью. – Не ищите другого светильника. Пусть Дхамма будет вашим светильником. Не ищите другого светильника»[15].

Вы находите себя внутри себя, настаивал Будда. Вы не можете найти себя где-то вдали или где-то снаружи. Он предупреждал нас не оставлять этот внутренний дом без охраны. Неохраняемый дом с широко распахнутыми дверьми чувств может пострадать от воров и других напастей, перехватывающих осознанность и крадущих у нас возможность достичь освобождающего прозрения. Нам нужно быть бдительными, советовал Будда, и вернуться домой, где нас окружает безопасность.

В довольно буквальном смысле наш дом – это наши собственные тело и ум. Всё, что нам нужно знать, чтобы сделать себя спокойными и счастливыми или чтобы сделать себя несчастными и вызвать страдания, происходит там непрерывно. «Великое наставление об осознанности» повторяет эту мысль двадцать один раз. Тело, ощущения, состояния ума и связанные с ними явления – это возможности развить наше понимание непостоянства, неудовлетворительности и безличности. Раз и материальные, и психические явления постоянно меняются прямо здесь, мы можем осознавать их преобразования. Мы делаем это, наблюдая их с внимательностью, внимательные к тому, как они видоизменяются и движутся.

Следующая притча учит нас, что если мы будем проводить всё своё время, потакая чувствам и не обращая внимания на преобразования, происходящие в наших телах и умах, то нас могут захватить жадность, ненависть и заблуждение. Это армии Мары, олицетворяющего искушения в буддизме, предлагающего чувственное удовлетворение и уводящего нас за узду наших предпочтений и неприязней в сторону от свободы. Мара изображает помощь, способствуя погоне за мелкими желаниями, которые никогда не приводят к счастью. Будда рассказал нам эту короткую историю, чтобы подчеркнуть, как важно оставаться на своей территории, исследуя Дхамму. Как только мы покинем нашу территорию, нас схватит Мара – омрачения нашего собственного ума.

В этой притче ястреб представляет Мару: жадность, ненависть, заблуждение, воображение, фантазии и мечты, планы на будущее, размышления о прошлом. Всё это угрожает нашей осознанности и ясному постижению, которые представлены в виде перепела. В этой истории Будда говорит, что мы должны «прийти и увидеть» свои родные края, вернуться в наш истинный дом так же, как перепел. Там никакие нападения Мары не причинят нам вреда.

То, что происходит сейчас, нужно замечать сразу, без промедления. Это значит, вы должны замечать в тот же миг, что бы ни происходило в это самое мгновение, не раньше и не позже. Вы не сможете обнаружить это в следующее мгновение. Дыхание нужно отмечать, когда оно приходит внутрь и уходит наружу, ни мгновением раньше и ни мгновением позже. Наряду с дыханием отмечайте контакт, ощущение, восприятие, мысль, внимание и сознание – все они возникают и двигаются дальше вместе с дыханием.

Самое прямое наставление о «прийти и увидеть» было дано Буддой Бахии Одетому-В-Кору.

Будда хвалил Бахию за то, что тот следовал его указаниям внутри своего ума и сердца. Чтобы практиковать подобным образом, вам следует легко воспринимать «видимое, слышимое и познаваемое» в своей внимательности как «просто видимое, просто слышимое, просто ощущаемое». Просто быть внимательным в мгновение, когда вы видите, слышите и ощущаете.

С помощью даже таких кратких наставлений Будда показал, как быстро зрительные образы, звуки, ощущения и объекты ума подвергаются изменению. К счастью, в этой истории Бахия Одетый-В-Кору развил в себе такую осознанность, что тут же смог охватить смысл этого краткого наставления. Раз события видения, слышания, ощущения и познавания возникают и исчезают так быстро, у вас не остаётся времени на то, чтобы добавить «себя» в эти быстротечные мгновения. Если вы ясно воспринимаете истинную скорость изменений, вы интуитивно знаете, что на пребывание в каждом происходящем событии нет времени. Вы не изобретаете отдельного «испытывающего» здесь и что-то «испытываемое» там, всё просто происходит. Также становится очевидно, что совершенно невозможно найти длительное удовлетворение во временном потоке сознания органов чувств.

«Просто видимое» не относится даже к объекту, который вы увидели. Это означает одно только мимолётное мгновение сознания, называемое видением, пока оно рождается и снова растворяется. Это не субъект и не объект, но, скорее, внимание, которое течёт, опираясь на них обоих. Подобным образом, «просто слышимое» означает мимолётное мгновение слушания, «просто ощущаемое» – мимолётное мгновение ощущения, а «просто воспринимаемое» – мимолётное мгновение восприятия умом. Вы поймёте, что вы достаточно глубоко изучили эти стремительные процессы видения, слышания, ощущения и восприятия в процессе их возникновения и изменения, если вы больше не сможете вложить «я», «моё» или «мне» ни в одно из этих событий. При таком уровне ясности вы освобождаетесь от связанности переживаниями органов чувств или ума. Вы также поймёте, что ум и эти быстротечные мгновения сознания – не одно и то же.

Если крепко держаться за какого бы то ни было воспринимающего, за какой бы то ни было воспринимаемый объект, даже за какой бы то ни было взгляд – это вызывает напряжение и не ведёт к свободе. Так же как вы расслабляете мышцы своего тела для поддержания здоровья, вы можете расслабить поле своего ума. Это стихотворение из «Сутта-нипаты» напоминает нам, что любая точка зрения – всё равно просто взгляд.

Пока вы думаете: «Я вижу», или «Моё зрение», или «Зрение принадлежит мне», само действие видения уже прошло, исчезло. Это происходит очень быстро, за долю секунды. Такова природа всех обусловленных вещей. Они быстро покидают любое место действия, созданное вами. Иногда это называют «внимательностью от мгновения к мгновению» или «осознанностью мгновение за мгновением». Вы можете направить своё внимание на слух, но в миг любых дальнейших событий в уме вы обнаруживаете ту же действительность. Так быстро. Уже прошло. И нет никакого неподвижного «передвигающего», чтобы назваться «я». Просто происходит действие. Кажущийся исполнитель – это просто никому не принадлежащее собрание процессов. Вы могли слышать о приобретённом самом себе, о созданном умом самом себе, о бесформенном самом себе, о грубом приобретённом самом себе. Именно таким образом всевозможные представления о самом себе и испаряются.

На первый взгляд может показаться, что у Мары есть хорошая поддержка в лице персонажей, присоединяющихся к его козням. Однако полчища Мары – непостоянные сущности. Они тоже появляются и исчезают. Мы можем увидеть, как они всё время формируются внутри нас. На самом деле власть Мары заключается в личной силе тех, кто неосознанно передаёт свои силы его полчищам, оставленным без внимания. Постоянно поддерживаемая осознанность – это ключ к освобождению от его владычества.

Когда возникают чувственные удовольствия, мы обращаем мудрое внимание (yoniso manasikāra) и сразу же видим, как приходит и уходит наше дыхание, как приходят и уходят ощущение, восприятие, мысли, внимание и сознание. Мы должны по-настоящему укрепиться в различении прихода и ухода этих собраний умственных явлений. Когда наше осознание прихода и ухода событий в уме станет сильнее, нам даже может стать интересно увидеть появление и завершение состояний ума, которые ещё называют сопутствующими состояниями. Интерес к этим кирпичикам, из которых построена реальность, рано или поздно начинает привлекать наше внимание сильнее, чем Мара, и его воинство естественным образом перестаёт нас интересовать. Забирая оттуда своё внимание, мы лишаем его силы, обесцениваем его угрозу. Секрет в том, чтобы видеть каждое появление и исчезновение – именно так Будда одержал победу над всеми десятью полчищами Мары. В этой победе нет никакого другого волшебства.

Четыре строфы, приведённые выше, представляют полчища Мары так, что их можно сократить до триады – основных возмущений в сердце каждого, которое иначе могло бы быть спокойным и ясным. Так называемые три неблагих корня можно в широком смысле назвать жадностью (от чувственной страсти до обычного желания), ненавистью (от полной ярости до мелких возмущений) и неведением (от грубого заблуждения до простого незнания). Все три возникают из предположения, что есть «я», что каждый существует изолированно и независимо и представляет собой отдельную и неизменную сущность. Источник несчастья лежит в этом виде тонкого неведения. Будда говорит нам, что само восприятие непостоянства вытеснит подобную запутанность, способствуя тому, что все зависимые от трёх неблагих корней структуры в нашем уме развалятся на части. «Прийти и увидеть» приглашает исследовать, насколько утверждение «я есть» обосновано. Хотя использование одного лишь интеллекта может привести к сухому философскому анализу, помните, что вы можете наслаждаться более успешным изучением с помощью спокойного и радостного ума в состоянии сосредоточения (sukhino cittaṃ samādhiyati).

Красивые образы напоминают нам, что наше усердное исследование должно сопровождаться вдохновением, даже благоговением, чтобы наилучшим образом поддерживать появляющееся в нас прямое знание непостоянства. Лучше всего уравновешивать ощущение безотлагательного изучения с расслабленным любопытством. При этом различайте каждое мгновенное восприятие формы органами чувств, единственный последующий миг ощущения – приятного, неприятного или ни-приятного-ни-неприятного, появление воспоминания или восприятия, основанного на вспышке ощущения, и каскад разрастающихся мыслительных построений вместе со связанными с ними намерениями. Нужно замечать каждое ощущаемое явление, каждое мыслительное построение. Весь процесс, если его увидели и поняли, оказывается не чем иным, как чудом. Благодаря практике вы можете непосредственно пережить в опыте это чистое небо с яркой и спокойной луной. Вы можете познать даже солнце.

Дхамма, то есть истина, живёт внутри нас и вместе с нами. Если мы не обращаем на неё внимания, если мы забредаем из нашего родного дома куда-то ещё, мы не осознаём, что она существует в нас. Истина, которую мы всё время испытываем как наш опыт, замечаем мы это или нет, и есть Дхамма: благая, неблагая, нейтральная и невозмутимая. Эта Дхамма постоянно приглашает нас, говоря: «Посмотри на меня, посмотри на меня. Не игнорируй меня. Если ты не будешь обращать на меня внимания, у тебя будут проблемы. Если хочешь освободиться от проблем, обрати на меня внимание и позаботься обо мне». Как же позаботиться о Дхамме? Мы не должны о ней забывать. Мы не должны забывать, что движемся вперёд с билетом в один конец. Каждое мгновение мы передвигаемся вперёд к неизбежной действительности: старости, болезни и смерти. Поэтому мы должны использовать это драгоценное мгновение наилучшим образом. Мы не должны потом сожалеть, говоря: «Лучше бы я начал практиковать это двадцать или тридцать лет назад».

Каждый из нас – глубокий пример непостоянства, живой и действующий. Драгоценность человеческого тела – великий дар и благоприятная возможность. Заботясь с осознанностью об этом живом, дышащем процессе, мы воспринимаем Дхамму всё глубже и глубже. Она учит нас, и мы раскрываем свой полный потенциал. В противном случае мы можем не найти покоя сейчас или когда придёт смерть.

«Прийти и увидеть» также означает, что мы должны использовать всё необходимое, те вещи, которые нужны нам, чтобы продолжать жить в этом физическом теле осознанно. Монахи обычно получают четыре вида таких необходимых вещей: одежду, пищу, кров и лекарства. Как разумные животные мы знаем, что всё время взаимодействуем с источниками необходимых нам вещей. Иногда поставщик наших основных нужд неподалёку, и то, как эти вещи приходят в нашу жизнь, очевидно. Бывает, что пища была выращена и приготовлена где-то ещё, ткань соткана в дальних странах, лекарства изготовлены другими существами, которых мы никогда не видели, а кров был возведён другими людьми из нашей общины. Мы можем вспоминать об этой дивной возможности жить, чувствовать и дышать благодаря тому, что мы получаем подобную поддержку, позволяющую нашему телу продолжать существовать. Если мы пользуемся всем необходимым осознанно, наша жизнь благородна и чиста и мы можем вдохновить других жить так же. Такое существование называется безупречным. Мы можем помочь людям вокруг нас почувствовать безопасность и счастье. Этому способствует распространение метты, или любящей доброты. Так что «прийти и увидеть» – также и дружеский вызов, приглашение к глубокой Дхамме, насыщенной простой добротой.

Видение непостоянства как реальности, а не просто как хорошей идеи, приводит к глубоким последствиям. Именно с помощью непостоянства Будда показал отсутствие «я», отдельного по своей сути. Давайте посмотрим, как он подтолкнул умы пяти своих друзей-отшельников к просветлению.

Говорится, что Будда знал, какие именно слова и действия лучше всего направят ум существа к просветлению. Несмотря на возможность знать способности тех, кто находился перед ним, Будда, скорее, неохотно обучал первых нескольких людей, с кем он встретился после своего пробуждения. На самом деле он воздерживался от разглашения того, что он обрёл силу наставлять других, пока не услышал искреннюю и убедительную просьбу даровать учение, встретившись с пятью своими бывшими товарищами. Тогда Будда сконцентрировал свои постижения в ясные и доходчивые обучающие положения и произнёс свои первые настоящие наставления. Он выбирал разные слова и сравнения для различных видов слушателей, но все они тем или иным образом указывали на непостоянство.

Первое наставление, которое Будда дал после достижения пробуждения, называется «Дхаммачаккаппаваттана-сутта», или «Наставление о повороте колеса Дхаммы»[23]. Сияющее присутствие освобождённого сердца их бывшего старшего товарища растопило сопротивление пяти отшельников. Услышав, что есть срединный путь между суровым аскетизмом и потаканием желаниям, они не могли не согласиться с этим и стали более восприимчивыми. Когда Будда указал на боль, заложенную в пристрастии к чему-либо, хватка их умов стала ослабевать. В то мгновение, слушая и обдумывая слова Будды, только аскет Конданьнья увидел, что всё подверженное возникновению подвержено и прекращению. Таким образом ум и сердце Конданьньи окончательно и бесповоротно погрузились в восприятие непостоянства. Так первый из пяти слушателей достиг вступления в поток, первой стадии просветления.

На следующий день, давая своё второе формальное наставление – «Анатталаккхана-сутту», или «Сутту о характеристике безличности», Будда задал пятерым своим старым друзьям, группе отшельников, серию вопросов.

То, что когда-то казалось им убедительно твёрдым, теперь стало восприниматься простым собранием непостоянных частей. То, что когда-то так сильно захватывало их умы, теперь стало ощущаться как проходящие случайным образом мысли. Постигая быстротечность, остальные четыре отшельника глубоко осознали недостатки привязанности к чему-либо в мире. Они утратили очарование миром, но обрели покой.

Когда их пригласили посмотреть на непостоянство их собственных совокупностей[25], все пятеро отшельников обрели освобождение благодаря непосредственному самоисследованию. Во времена Будды такой подход работал для различных людей, приводя и мужчин, и женщин к конечной цели пробуждения. В «Нандаковада-сутте» можно увидеть похожий стиль вопросов и ответов. В этом случае досточтимый Нандака задавал вопросы большому собранию бхиккхуни, или монахинь, спрашивая их о внутренних шести органах чувств, соответствующих им внешних объектах, сознании, которое, кажется, возникает из них и между ними, а также о связанных с ними контакте и ощущениях – постоянные они или непостоянные.

В этой истории досточтимый Нандака в той же последовательности повторяет вопросы относительно остальных органов чувств, начиная со слуха и так далее вплоть до ума, а также относительно соответствующих им объектов, сознания, контакта и ощущений, возникающих при контакте. Следуя примеру, о каждой двери чувств бхиккхуни отвечали одинаково: они не находили ни одного явления – ни зрительного образа, звука, запаха, вкуса или прикосновения, ни эмоций, ни ощущений, ни даже мысли, которая просуществовала бы достаточно долго, чтобы считать её неким „я“. Досточтимый Нандака отпустил их, наказав обращаться к Будде, чтобы прояснить любые сомнения, которые у них могли остаться.

Это конкретное учение оказалось таким действенным, что Будда посоветовал досточтимому Нандаке повторить его снова на следующий день. В текстах сказано, что все до единой бхиккхуни были удовлетворены наставлением и каждая из них по меньшей мере достигла вступления в поток просветления. Они преодолели свои сомнения, разглядев обман чувственного восприятия: ни орган чувств, ни его объект, ни процесс восприятия и ощущения не они сами. Каждая бхиккхуни поняла, что она сама представляет собой мимолётные точки в поле внимания, заново сплетаемые умом вместе в каждое мгновение. Такова сила непостоянства, если увидеть его таким, каково оно есть.

Несмотря на глубокие духовные достижения, Будда не был полностью защищён от обычных недугов. Упоминается, что у него болела спина, также известно о том, как он отравился. Мы также можем предположить, что в те времена, когда он жил в Индии, комаров там было столько же, сколько и сейчас. Почесать зудящее место их укуса так приятно, но все мы знаем, что происходит после этого: кожа начинает чесаться ещё сильнее. Есть истории о людях, которые пытались не чесаться, а прихлопнуть севшее на них насекомое и в результате стали бить друг друга.

Рекламным агентам и тем, кто злоупотребляет различными веществами, это хорошо известно: если мы, люди, не до конца осознаём, что нас беспокоит, мы можем совершать нелогичные поступки. Если нам нужно поспать, мы можем выпить стимулирующий напиток, который помешает отдыху. Чувствительный к алкоголю человек может хотеть, чтобы его приняли в компанию и он чувствовал себя в ней расслабленно, – тогда он выпивает стаканчик и в конце концов вместо этого ведёт себя глупо. Вы можете приобрести ненужную вещь и почувствовать, что это была ошибка. Тогда вы снова идёте за покупками, чтобы купить что-то чуть-чуть другое. И вот у вас две вещи, которые не были вам нужны с самого начала.

Зуд может возникать в уме, а осознанность позволяет нам увидеть основную его причину, не увеличивая абсурдность происходящего. Возможно, мы не сможем устранить каждое физическое неудобство, но мы можем обращать внимание на раздражение, когда оно возникает, и не давать возбуждению захватить нас.

Будучи человеческими существами, мы испытываем и удовольствие, и боль посредством наших формы (тела), ощущений, восприятий, умственных построений и сознания. В большинстве случаев мы предпочитаем удовольствие боли. Мы наслаждаемся своим здоровым телом, приятными ощущениями, приятным восприятием, хорошими мыслями и ясным сознанием.

Мы наслаждаемся удовольствием сейчас и надеемся испытать ещё больше удовольствий в будущем. Мы принимаем некоторые меры предосторожности, пытаясь избежать боли сейчас и в будущем. Мы покупаем медицинскую страховку, чтобы она покрыла счета за наше лечение, мы страхуем наши машины, дома и даже нашу жизнь. Мы надеемся получить выплаты по этим контрактам в случае физических повреждений или материальных потерь. Некоторые откладывают деньги на свои похороны.

Однако удовольствие может довольно быстро смениться болью. Такова естественная природа всех вещей. Вместе с удовольствием приходит боль, которую мы не ждали; даже пока мы наслаждаемся удовольствием, боль каким-то образом проникает внутрь. Несчастье – неизбежный результат. Вместе со счастьем приходит страдание.

В конечном смысле это и есть предложение «купи одно, получи ещё одно в подарок». Если вы испытываете удовольствие и счастье, вы неизбежно будете также испытывать боль и страдание. Они неразделимы, они всегда идут в одном пакете. Вам приходится покупать полный набор. Таковы условия.

Часто люди говорят: «Я так вымотался в отпуске. Мне нужен ещё один отпуск, чтобы прийти в себя после отпуска». Так и есть! Вы тратите слишком много сил на своей работе, чтобы добыть себе немного времени для хорошего отпуска. Потом во время отпуска вы тратите слишком много сил, расслабляясь и развлекаясь. Возможно, вы так стараетесь, чтобы получить как можно больше от всей той дополнительной работы, которой вы занимались, чтобы накопить на отпуск. Вместе с удовольствием приходит боль. Развивая осознанность, мы начинаем замечать эту саморегулирующуюся систему удовольствия и боли. Мы учимся говорить: «Будь что будет» – и начинаем соглашаться на предложение «купи одно, получи ещё одно в подарок».

Будда советовал своим последователям:

На самом деле все, кто наслаждается чувственным удовольствием, также наслаждаются и страданием. Они не знают, что сами наслаждаются страданием, потому что не понимают, что страдание кроется в восторге от удовольствия. Допустим, например, что кто-то ест кусок очень вкусного торта, который оказался отравленным. Торт может быть приятным на вкус, но человек не знает, что он убивает себя, поедая отравленный торт. Он наслаждается вкусом. Подобным образом, говорил Будда, тот, кто наслаждается удовольствием, наслаждается страданием.

Один из наиболее знакомых нам видов страдания – не получать того, чего мы хотим, когда наши желания не исполняются. Обратная сторона этой монеты – получать то, чего мы не хотим. Это тоже причиняет нам страдание. Вот несколько примеров.

Рождение. Кому бы хотелось родиться снова? Вероятно, никому. Вы можете сказать: «Одной жизни достаточно. Я через столько всего прошёл в этой жизни. Я не хочу начинать жить заново». Это понятное желание. Возможно, оно исполнится, возможно – нет. Кто знает? Мы можем зарождать устремление, мы можем использовать наилучшим образом причины и условия, но неопределённость остаётся; многим из нас кажется, что мы вообще ничего не контролируем. Так что, вполне возможно, вы снова родитесь, даже если этого не хотите. Это страдание.

Старение. Другое распространённое желание – не стареть. Мы видим, как страдают пожилые люди: и их тела, и их умы. Они больше не могут есть что захотят, они не могут двигаться так быстро и ловко, как могли раньше. Они постепенно теряют свою независимость. Кому бы хотелось постареть? Вряд ли хоть кому-то. Очень часто мы пытаемся остановить естественный процесс старения: мы скрываем свои морщины, седые волосы, испорченное зрение, выпадающие зубы и ослабевший слух. Мы делаем вид, что мы не стареем. Но, как бы мы ни старались делать вид, что мы молоды, мы всё равно испытываем разочарование из-за старения. В конечном счёте мы не можем остановить этот процесс. Мы не хотим, чтобы это происходило, но старение всё равно происходит. Это страдание.

Болезнь. Никто не любит болеть, поэтому мы создали всевозможные меры профилактики, чтобы попытаться сохранить хорошее здоровье: комплексы упражнений, полезное питание, таблетки, массаж, масла и кремы. Все эти вещи призваны не дать нам заболеть. Но всё равно мы рано или поздно заболеваем. На какое-то время нам может стать лучше, но нет никакой гарантии, что мы снова не заболеем. Ни один из чудодейственных препаратов не может предотвратить болезни навсегда. Это страдание.

Смерть. В современной медицине есть много видов хирургических операций, лекарств и терапевтических методов, помогающих продлить жизнь. Но в конечном счёте мы просто оттягиваем неизбежное. Никто пока не нашёл способ отменить смерть навсегда. Хотя смерть во многом – это часть жизни, мы почему-то хотим, чтобы с нами этого не случилось. Но она случится. Это страдание.

Печаль. Каждый раз, когда мы теряем то, что любим, – работу, имущество, любимого человека, мы чувствуем печаль. Это нормальный и естественный ответ на потерю. Но печаль – причиняющий неудобство и неприятные ощущения опыт. Мы не хотим её, но она настигает нас в час утраты. Это страдание.

Боль. Физическая боль – характерная черта обладания физическим телом. Даже просветлённые существа испытывают боль. Пока у вас есть мозг и нервная система, вы в определённых ситуациях будете чувствовать боль. Нам она неприятна, но всё равно случается. Это страдание.

Горе. Так же как и с печалью, неприятное переживание горя от потери – не то, чего бы нам хотелось. Мы видим, как горюют другие, и надеемся, что с нами этого не случится. Но рано или поздно так происходит. Мы теряем людей или вещи, которые любим, и в свою очередь приходит горе. Это страдание.

Отчаяние. Ощущение отчаяния или беспомощности нам тоже неприятно. Нам не нравится испытывать такие переживания, но они тоже возникают, несмотря на наше нежелание. Это страдание.

Все эти виды страдания, которые мы неизбежно испытываем, несмотря на наше нежелание, на самом деле указывают на основную причину смерти. Когда люди и животные умирают, иногда приходится обратиться к патологоанатомам, чтобы определить причину смерти, однако Будда обнаружил всеобщую причину смерти – рождение. Он говорил со своим личным помощником, досточтимым Анандой:

Когда кто-то умирает, врач может провести вскрытие и прийти к заключению, что человек скончался от инфаркта, почечной недостаточности, инсульта или нарушения работы какого-то другого органа. С другой стороны, политик может сказать, что причиной смерти стала бедность, что тот человек не мог позволить себе подходящую пищу или лекарства, не мог обратиться за медицинской помощью или что у смерти этого человека были какие-то другие экономические причины. Религиозный лидер может сказать, что человека к смерти привели его плохие привычки: возможно, он страдал алкоголизмом и у него был рак печени или он курил одну сигарету за другой. Однако диагноз Будды очень простой и универсальный: причина смерти каждого человека – рождение.

В мгновение нашего рождения мы начинаем шагать в сторону неизбежного пункта назначения. Мы рождаемся с билетом в один конец. Мы не можем вернуться назад даже на долю секунды. Чудеса медицины могут отложить смерть, но рано или поздно жизнь каждого человека заканчивается смертью.

Пребывая с нами, Дхамма «говорит» с нами постоянно. Мы её не слышим, как если бы мы были глухими. Мы также и не видим Дхамму, как если бы мы были слепы. Мы не обращаем на неё внимания. Это наше неведение. Куда бы мы ни пошли, там есть Дхамма, но мы не всегда её замечаем. Наше внимание пребывает где-то ещё. Несмотря на то что мы её не замечаем, Дхамма идёт вместе с нами. Так же как для рыб, рождённых в воде, поток, в котором они плавают, кажется невидимым, так же как птицы с полыми костями летают по невидимому небу, мы не можем отделиться от Дхаммы.

Мы не можем увидеть её глазами. Дхамма – это опыт. Хотя на самом деле мы постоянно затоплены Дхаммой, наше неведение не даёт нам увидеть её в своей жизни и в своём опыте. Мы слепы к ней или же обращаем внимание лишь поверхностно. И тогда, к сожалению, наше неведение становится ещё больше. Когда мы ослеплены жадностью, ненавистью, страхом и запутанностью, мы не можем обращать внимание на действительность, скрытую под этими эмоциями. Как часто мы видим только несправедливые и бесчестные поступки других, но не свою предвзятость и свои предрассудки? Мы можем даже заявлять, что сами практикуем Дхамму, говоря, что другой человек только делает вид, будто практикует.

Будда, однако, видел различие между теми, кто действительно практикует Дхамму, и теми, кто этого не делает. Он говорил, что есть существа, у которых «лишь немного пыли в глазах». Когда Будда начал учить Дхамме, те, у кого было так мало пыли в глазах, начали чувствовалась покалывание. Они стали обращать внимание на это ощущение и потёрли это беспокоящее место изнутри. Делая так, они протёрли от пыли глаза, дав им возможность узреть Дхамму. Они увидели реальность по-новому, иначе, чем прежде, они смогли увидеть и понять истину того, как оно есть, ничего не добавляя. Именно это случилось и с самим Сиддхаттхой Готамой, человеком из клана Сакьев, усевшимся под деревом, чтобы усердно медитировать, и ставшим Буддой. Когда он протёр глаза от пыли, он увидел свет Дхаммы. На самом деле в своей первой проповеди после достижения просветления он сказал: «Во мне появился свет, во мне появилась мудрость, во мне появилось знание»[30]. С помощью этого света он, по его словам, увидел Дхамму, работающую в десяти тысячах мировых систем.

Важно понимать, что Дхамма на самом деле существовала раньше всех будд, которые когда-либо рождались. Приходят в этот мир будды или нет – эта установленная Дхамма, закон Дхаммы, закон природы, определяющий всё, как оно есть, существует. Задача всех будд – увидеть на собственном опыте этот естественный ход вещей и постичь его суть во всей полноте. Тогда они учат Дхамме, указывают не неё, устанавливают её, делают её открытой, анализируют её и делают так, чтобы о ней узнал мир[31].

Что такое Дхамма? В своей основе она включает прямое переживание трёх признаков существования: непостоянства (anicca), отсутствия «я», существующего отдельно (anattā), и страдательности, или неудовлетворительности (dukkha). При поддержании восприятия на собственном опыте этих качеств это страдание может направить нас к покою (nibbāna). Нас снова приглашают «прийти и увидеть».

Истина, пишем ли мы это слово с большой буквы или нет, всегда присутствует в наших уме и теле, она постоянно приглашает нас обратить на себя внимание. Но мы практически никогда не останавливаемся посмотреть, что происходит внутри тела и ума. Действительность, которую мы всё время переживаем на опыте, и есть Дхамма. Дхамма напоминает нам, что мы можем учиться, замечая процесс, а не вещи.

Представьте красивую и чистую комнату. У неё шесть дверей. Все двери открыты. Через эти двери ветер снаружи заносит в комнату пыль. Вы хотите убрать комнату, так что вы подметаете пыль, которую принёс ветер. Но на следующий день в комнате снова пыльно. Спустя несколько дней подметания комнаты вы решаете помыть пол. Вы приносите ведро с водой и швабру и наводите в комнате идеальную чистоту. Но, как ни странно, ветер продолжает приносить пыль день за днём. И вот однажды вы решаете сделать в комнате бетонный пол в надежде, что это поможет поддерживать чистоту, но, конечно же, это не помогает. Пыли всё больше! В итоге вы решаете закрыть все двери – и это работает: наконец комната чиста.

Подобным образом вы можете время от времени соблюдать благие правила поведения, чтобы очистить свой ум. Но в неосознанные мгновения вы нарушаете одно или несколько из предписаний, которые собирались соблюдать, так что вы стараетесь снова принять правила поведения и начать сначала. Воздержание от неблагих действий действительно может оказать положительное влияние на содержание того, что возникает в уме. Однако, сколько бы раз вы ни начинали всё сначала, вы обычно нарушаете правила поведения. Старые и пыльные состояния ума могут возвращаться. Тогда вы решаете добавить ещё один метод очищения своего ума и занимаетесь медитацией. Практикуя, вы обретаете сосредоточение и достигаете глубоких состояний, называемых джханами, во время которых ваши органы чувств временно закрыты для внешних раздражителей. Ваш ум становится свободным от омрачений, или чистым – как та комната остаётся чистой, когда вы наконец закрываете двери. Однако, как только вы выйдете из состояния джханы и ваши органы чувств откроются для объектов восприятия, вы обнаружите, что омрачения ума (или пыль) тут же снова набиваются внутрь. Пока остаются неустранённые скрытые склонности, называемые в этой традиции оковами или помехами, ум и сердце ещё не достигли устойчивого очищения. Пока под слоем временного состояния успокоения дремлют неразрешённые проблемы или шаблоны, создающие пыль человеческих проблем, ваш ум не может быть полностью свободным от омрачений. Только когда эти оковы будут полностью удалены, ум может освободиться от самой возможности снова стать омрачённым (или пыльным).

Помехи похожи на заросли бамбука. Один из жителей общества «Бхавана» хотел посадить саженец бамбука прямо под моим окном. «Не сажай его здесь, – сказал я. – Когда он вырастет, он загородит вид, который радует меня каждый день». «Не волнуйтесь, – сказал тот человек. – Здесь не Азия. Бамбук будет расти не так быстро».

Он посадил бамбук прямо у моего окна, и через год он был под два метра высотой. На следующий год материнское растение дало урожай молодых побегов, которые вылезли из земли повсюду вокруг него. Через три года мой вид был полностью закрыт бамбуковой рощей, которая раскинулась за моим окном. Я позвал человека, посадившего первый куст, и попросил его убрать бамбук. Он выкопал его, но через шесть месяцев снова появились побеги бамбука. Он выкорчевал их бульдозером и тщательно перекопал землю в том месте. Через несколько месяцев опять появились побеги. Пришлось выкапывать их в третий раз, теперь уже другому члену нашей общины, используя лом, мотыгу и кирку, чтобы достать из земли корни бамбука, которые там оставались, все до единого.

Подобным образом оковы и заложенные внутри склонности – фундамент для помех. Пока остаются оковы, знакомые препятствия будут продолжать отрастать снова каждый раз, когда мы выходим из джханы. Даже ничтожно малая склонность – единственный оставшийся побег бамбука – может разрастись в целую чащу помех. Но когда глубокое прозрение искоренит все оковы, или путы, связывающие наши умы и сердца, помехи больше не возникнут.

Вот способ привнести подобное прозрение в свою жизнь: возможно, вы на кого-то злитесь. Возможно, вашим первым порывом будет сосредоточиться на том вреде, который этот человек причинил вам, но попробуйте вместо этого посмотреть на свой ум. Спросите себя, насколько сильно вы страдаете из-за своего гнева. Подобным образом давайте представим, что вам очень сильно чего-то хочется, но вы не можете это получить, так что в вас возникает жадность. Вместо того чтобы сосредоточиваться на той вещи, которую вы так хотите, посмотрите внутрь и осознайте, как сильно вы страдаете из-за вашей жадности. Или, возможно, вы завидуете или ревнуете из-за чьих-то успехов или достижений. Посмотрите на свой ум и изучите, как много страданий вы испытываете из-за вашей зависти и ревности. Когда вы видите надменного человека, вы можете расстраиваться. Вместо того чтобы сосредоточиваться на его высокомерии, вы можете заметить, как вы себя чувствуете, когда видите такую заносчивость. Подумайте, что могли бы почувствовать другие, если бы вы сами проявили высокомерие. Они, вероятно, почувствовали бы то же самое, что в это мгновение чувствуете вы. Когда последствие порождения в себе такого состояния, а именно неприятное ощущение как результат, становится совершенно ясным, ум почему-то больше не хочет создавать этот конкретный вид переживаний. Будет такое распознание боли сознательным или нет – чувствительное сердце просто перестаёт ходить туда. Это и есть способ «прийти и увидеть» Дхамму внутри себя.

Мы также можем использовать «прийти и увидеть», чтобы исследовать положительные состояния ума и сердца. Например, если вы стали свидетелем чьего-то сострадательного поступка, посмотрите в своё сердце и спросите себя, сколько у вас сострадания. Если сострадание не возникает естественным образом, вы можете попробовать сделать что-то доброе, кому-то помочь и посмотреть, породит ли это в вас радость сочувствия. Когда вы видите, что кто-то полон радости, проверьте, как много радости внутри вас. Если вы не чувствуете радости, попробуйте дать что-то кому-то, не ожидая ничего взамен. Или отпустите какую-нибудь мелкую вещь, которая вам нравится, и посмотрите, вызывает ли это в вас радость из-за того, что больше не нужно волноваться о мелочах. Посмотрите, насколько вы наслаждаетесь расслаблением вместо напряжения и жёсткости. Радость обычно растёт, когда мы достигаем более глубокого сосредоточения и прозрения, когда мы видим истину как она есть. Позвольте потоку этой радости течь широкой и бурной рекой, вместо того чтобы обманывать себя с помощью потока менее истинных идей. Защищайте свой ум от атак жадности, ненависти и заблуждения. Ни один враг не может причинить вам столько вреда, как ваши собственные вредоносные мысли. Так же как вьющееся растение душит и убивает дерево, которое его поддерживает, вредные мыли могут уничтожить ваш покой и сделать вашу жизнь несчастной[32].

Будда настойчиво предупреждал нас об этом: «Зло совершается им самим, человек загрязняется сам. Зло не совершается им самим, человек очищается сам. Чистота и загрязнения зависят от самого себя, никто не может очистить другого»[33]. Он не избегал темы личной ответственности, причины и следствия: «Так же как ржавчина, возникая на железе, съедает основу, на которой возникает, – так же и их поступки приводят преступников в уделы лишений»[34]. В этих наставлениях Будда и сегодня продолжает направлять нас к тому, чтобы посмотреть внутрь и увидеть, как много своих бед мы создаём с помощью своих же собственных мыслей. И наоборот – если мы укрепимся в устойчивой практике осознанности, мы дадим возможность появиться покою и счастью. Признать это – непосредственная цель приглашения «прийти и увидеть».

Если вы обратите внимание на ваши ум и тело, вы сможете увидеть Дхамму в каждую долю секунды. Будда просил нас видеть Дхамму с помощью своих тела и органов чувств (dhammaṃ kāyena passati)[35]. Мы также можем увидеть Дхамму в личности. Вы не можете увидеть Дхамму в книгах или супермаркетах. Если мы осознанно обращаем внимание, мы можем увидеть шестьдесят мест, где возникает вызывающая страдания жадность, а с помощью осознанной практики Дхаммы мы можем растворить эти самые шестьдесят мгновений жадности и освободиться от страданий.

1. Органы чувств. Жажда возникает в приятной и доставляющей удовольствие природе глаз, ушей, носа, языка, тела и ума.

2. Объекты органов чувств. Жажда возникает в приятной и доставляющей удовольствие природе форм, звуков, запахов, вкусов, прикосновений и умственных явлений.

3. Сознание. Жажда возникает в приятной и доставляющей удовольствие природе сознания глаза, сознания уха, сознания языка, сознания носа, сознания тела и сознания ума.

4. Контакт. Жажда возникает в приятной и доставляющей удовольствие природе контакта глаза, контакта уха, контакта носа, контакта языка, контакта тела и контакта ума.

5. Ощущения. Жажда возникает в приятной и доставляющей удовольствие природе ощущения, порождённого контактом глаза, контактом уха, контактом носа, контактом языка, контактом тела и контактом ума.

6. Восприятие. Жажда возникает в приятной и доставляющей удовольствие природе восприятия форм, звуков, запахов, вкусов, прикосновений и умственных явлений.

7. Намерение. Жажда возникает в приятной и доставляющей удовольствие природе намерения относительно форм, звуков, запахов, вкусов, прикосновений и умственных явлений.

8. Жажда. Жажда возникает в приятной и доставляющей удовольствие природе жажды форм, звуков, запахов, вкусов, прикосновений и умственных явлений.

9. Мысли. Жажда возникает в приятной и доставляющей удовольствие природе мыслей о формах, звуках, запахах, вкусах, прикосновениях и умственных явлениях.

10. Изучение. Жажда возникает в приятной и вызывающей удовольствие природе изучения форм, звуков, запахов, вкусов, прикосновений и умственных явлений[36].

Среди этих шестидесяти мест, где возникает и укореняется жажда, мы даже можем увидеть жажду, возникающую из самой жажды: она продолжает и умножает саму себя. Именно поэтому Будда называл жажду обновляющей существование (ponobhavika) и наделённой радостью и страстью (nandirāgasahagatā). Это радость, которая отвлекает, а не ведёт к освобождению. Каждый раз, когда возникает жажда, наслаждающаяся тут и там (tatratatrābhinandinī), вместе с ней возникает страдание. А чтобы покончить со страданием, необходимо обратное. В том же самом наставлении Будда показал, что жажда должна быть уничтожена именно там, где она возникает. Совершив это, вы покончите со страданием.

И осознанные, и неосознанные люди воспринимают объекты с помощью органов чувств. Осознанные люди, однако, учатся использовать свой опыт, чтобы зародить покой и счастье. Они видят действительность такой, как она есть, и могут наслаждаться быстротечным переживанием в любой двери чувств без заблуждения, полагающего, что оно будет длиться, и без боли, вызванной желанием получить больше или меньше таких переживаний. Неосознанные люди позволяют своим органам чувств приносить им страдания, потому что они не видят действительность. Истинная природа всех вещей – то, что они непостоянны. Видеть непостоянство – удовольствие, если мы не ждём ничего другого.

Однажды Будда отправился во дворец демона Алаваки, но, прибыв туда, не застал Алаваку. Тот ушёл, ведомый страстями демонов. Однако его жёны были дома, они пригласили Будду зайти. Будда сел и стал учить Дхамме. Тем временем демон Алавака вернулся во дворец. Увидев, что Будда говорит с его жёнами, он разозлился и попросил Будду покинуть дворец. Будда вышел. Тогда демон попросил Будду вернуться. Будда так и сделал. Во второй раз Алавака снова сказал Будде уйти, а потом захотел, чтобы тот вернулся. Наконец демон приказал Будде выйти в третий раз, но в этот раз Будда бросил демону вызов. Он сказал: «Я никуда не пойду». Тогда демон загадал Будде несколько загадок. Хотя вопросы были сформулированы исходя из грубого нрава демона, Будда не впал во враждебность. Не скованный ответной реакцией своего сердца, он смог ответить на каждый вопрос так, чтобы подчеркнуть важность наслаждения без привязанности к чувственным удовольствиям вместо привычных для демонов способов. Алавака спросил: «Каков самый лучший вкус?». Будда ответил: «Истина – самый лучший вкус из всех» (saccaṁ have sādutaraṁ rasānaṁ)[37]. Такой ответ особенно понравился демону.

Вам может показаться, что, отказавшись тогда покинуть дворец демона, Будда повёл себя невежливо. Но Будда достаточно хорошо знал, что он пришёл туда с совершенно определённой целью – научить демона Дхамме. Когда Будда закончил отвечать на все вопросы, заданные Алавакой, сердце демона наполнила радость, он достиг вступления в поток – первого уровня просветления, перестав порождать жестокие мысли, слова и поступки. В итоге он стал ходить из деревни в деревню, из города в город и учить истине Дхаммы.

«Что такое истина?» – спросите вы. Ответом будет: «Непостоянство». Обычные люди, не практикующие медитацию или практикующие неправильно, воспринимают многочисленные вещи с помощью органов чувств и страдают. Осознанные практикующие медитацию испытывают почти то же самое, что и неосознанные люди; различие в том, что осознанные люди во всём видят непостоянство, которое и есть истина. Видя эту истину, они испытывают радость.

Закон убывающей отдачи – одна из основ экономики. Есть вещи, которые нам хотелось бы иметь, и иногда мы их получаем. Потом, когда мы несколько раз получаем удовольствие от этой вещи, мы постепенно теряем к ней интерес. Например, многие люди хотят найти спутника жизни и тратят много времени и сил на поиски такого особенного человека. После долгих исканий вы находите кого-то, кто, как вам кажется, идеально вам подходит. Вы счастливы и считаете, что эти отношения будут длиться вечно. Но уже скоро ваш партнёр начинает меняться, и вы сами тоже. Ощущения, восприятия, мысли, взгляды и интерес к другим людям меняются как у вас, так и у вашего спутника. В процессе каждому из вас может показаться привлекательным кто-то ещё. Вы начинаете интересоваться другим человеком, и ваш партнёр тоже интересуется кем-то ещё. Ваши отношения начинают медленно остывать. Постепенно – а может, и не так уж постепенно – вы начинаете недолюбливать своего спутника, даже чувствовать из-за него раздражение. Раздражение перерастает в злость, а потом в презрение. Вы решаете расстаться, и тогда вам приходится иметь дело со всеми сложностями раздела имущества и договора об опеке над вашими детьми. Вы проживаете закон убывающей отдачи.

Подобным образом многие люди испытывают закон убывающей отдачи, когда дело доходит до их детей. Побуждение иметь детей начинается с сильного желания стать родителем. А когда это желание осуществляется, родители иногда испытывают сложности из-за всей этой ответственности и трудностей, связанных с заботой о детях. С одной стороны, они рады, что у них есть семья, с другой стороны, это может причинять им много боли. То, что сначала было радостью, медленно перерастает в сложную задачу.

Вы хотите, чтобы ваша жизнь была идеальной. Но в конце она оказывается несчастной. Всегда есть трение между тем, чего вы хотите, и тем, что вы получаете.

Вот другой пример. Вы покупаете очень дорогую машину, ту, о которой давно мечтали. На следующий день вы уезжаете по делам, оставляете её перед магазином, а сами заходите внутрь, чтобы что-то купить. Вернувшись через десять минут, вы видите длинную и глубокую царапину на капоте вашей прекрасной новой машины. Вы не знаете, кто это сделал, но вы в ярости по отношению к нему. Вы любите свою совершенно новую дорогую машину. Но теперь вместе с радостью присутствуют разочарование и гнев.

В этом примере страдание вызвано вашей привязанностью к новой машине. Говоря «привязанность», я говорю образно. Конечно, никто по-настоящему не привязан к неодушевлённому предмету. Привязанность – это ваша мысль, ваше желание обладать этой машиной и отождествление с ней как принадлежащей вам. Но это желание подобно сну, потому что всё в мире меняется. Мы не можем обладать ничем и никем в их теперешнем состоянии, потому что их состояние изменится. Когда меняемся мы сами, изменяются и вещи, которыми мы хотим обладать. Когда меняются они, изменяемся и мы. Перемены властвуют над нашей жизнью. Всё во вселенной, а поэтому и любое взаимоотношение с чем угодно, изменяется каждую наносекунду.

В тот же миг, что мы рождаемся, также рождаются и жадность с неведением, и они тут же встречаются. Эта пара: жадность и неведение – находятся в уме. Мы никогда не видим их во плоти, но можем почувствовать их присутствие в нашем сознании.

При первой встрече жадность и неведение узнают друг друга и безоглядно влюбляются. Они были знакомы с незапамятных времён, с тех самых пор, как они вместе переехали в сансару[40]. Встретившись снова здесь, в этой жизни, их ощущению, что они уже знакомы, не требуется много времени, чтобы перерасти в глубокую преданность друг другу. Они женятся, даже не сходив на первое свидание, не обручившись, без церемоний и ритуалов. У них нет религии, и им она не нужна. Как только они женятся, жадность беременеет от неведения.

Жадности совсем не нужно ждать, пока эмбрион созреет. Практически одновременно с их свадьбой она производит на свет одного-единственного ребёнка, и его зовут «я». Они знают, что у них есть ребёнок, но они никогда не видят своего ребёнка. Они просто бормочут слово «я» с огромным обожанием. Практически все их мысли и переживания возникают по отношению к «я». День и ночь они защищают невидимого младенца, сидя по обе стороны от него. Отец, неведение, сидит с одной стороны «я»; мать, жадность, сидит с другой стороны. «Я» уютно покоится между ними, окружённое ими, словно двумя слоями луковицы.

Занимая центр внимания между двумя своими родителями, этот эфемерный ребёнок, «я», усиливает связь между жаждой и неведением.

Этот союз слоёв очень обманчивый, глядя на него, кажется, что внутри есть какая-то сердцевина. Но даже если вы будете один за другим снимать слои луковицы, ища сердцевину, хотя вам, возможно, придётся пролить немало слёз, внутри вы ничего особенного не найдёте. Сущность, называемая «я», выдумана. Жадность с одной стороны и неведение с другой создают иллюзию, что в слоях луковицы есть «я», а также постоянную возможность для отвлечения, в какую бы сторону вы ни повернулись. Этот привлекательный образ вкусного округлого корнеплода создан умом. Подобным образом «я» нашей идентичности заставляет нас снова и снова совершать бесконечное число вещей. Во имя «я» мы продолжаем совершать камму – действия с результатами, и она приводит к соответствующим последствиям. Луковица здесь сходна с нашими постоянно возобновляющимися санкхарами[41], постоянно изменяющимися разрастаниями ума и созданными нами самими намерениями, которыми мы дорожим, от случая к случаю превращая их в поступки, порождёнными неведением и жаждой, – и мы убеждены, что они самая важная вещь в мире[42].

«Я» в этой луковице – ощущение себя. Тексты приводят три ошибочных предположения, возникающих из-за этой путаницы. «Это моё» (etaṁ mama) возникает из жажды (taṇhā), которая даёт возникнуть привязанности. «Я – это» (esohamasmi) соответствует самомнению и сравнению себя с другими (māna). «Это есть моё „я“» (eso me attā) – взгляд на личность (diṭṭhi), заблуждение, что существует постоянная или устойчивая версия нас самих. Они препятствуют нашей свободе.

Вот короткая история, чтобы показать это подробнее. Во времена Будды жил монах, который был очень маленького роста. Некоторые другие монахи, не достигшие просветления, дразнили его, дёргая за уши и хлопая по голове со словами: «Как дела, маленький монах?». Увидев непочтительное поведение этих монахов, Будда сказал: «Маленький монах – арахант, убивший мать, убивший отца, убивший обоих королей-воинов и уничтоживший страну вместе со всеми её жителями. Теперь он ходит свободный и невредимый».

Что имел в виду Будда, сделав такое, казалось бы, тревожащее утверждение? Конечно, это была обучающая метафора:

В этом примере понятия, представляющие мать, отца, королей-воинов, страну и её жителей (волевые построения, или санкхары), – все зиждутся на представлении о своём «я».

Подумайте о великом множестве вещей, виденных нами в течение жизни: людях, животных, домах, бытовых предметах, фильмах, спектаклях, деревьях, цветах, плодах, орехах… Мы буквально не способны сосчитать миллионы вещей, которые мы воспринимали с помощью зрения. И где теперь все эти вещи? Все они прошли, осталась одни воспоминания.

Настолько же эфемерны и переживания, которые мы испытывали, когда видели все эти вещи. Сколько раз мы смеялись от радости, видя то, что нам приятно? А сколько раз мы плакали или злились, видя что-то печальное, например голодных детей с их костлявыми телами, спутанными волосами и запавшими глазами?

Подумайте также о многочисленных звуках, услышанных за вашу жизнь: музыке, речах, шутках, разговорах, спорах, криках, одобрительных возгласах, выстрелах, гудках машин. Все мы слышали печальные звуки: чей-то стон боли, зов о помощи, рыдания о потерянных близких. Мы чувствовали печаль, возникающую, когда мы слышим, как плачет ребёнок, разлучённый с матерью, или как ревёт животное, которое ведут на бойню, и наоборот, трепет от звучания великой симфонии, которую исполняет оркестр.

Также у нас есть способность обонять. Сколько тысяч раз мы наслаждались сладким запахом розы или ароматом вкусной пищи, которая готовится на плите? Помните ли вы неприятный запах потного тела, грязных носков или дурной запах у кого-то изо рта? Запахи, которые мы испытывали, так же как зрительные образы и звуки, тоже прошли, став воспоминаниями. Всё непостоянно.

Как несколько капель воды, пролитые на горячую сковородку, которая стоит на плите, мгновенно испарятся, – так и, когда наша осознанность устойчива, восприятие органов чувств, ощущения, воспоминания и состояния ума исчезают очень быстро. Раскалённая сковорода похожа на устойчивую осознанность. Она отбрасывает побуждение схватиться за что-то, что не может обеспечить продолжительное удовлетворение. Есть ли хоть одна форма, ощущение, воспоминание или состояние ума, не подвластные изменениям? Когда вы видите, что абсолютно все подобные явления зависят от постоянно изменяющихся условий, вы знаете, что любое основанное на них счастье временно и преходяще. Посмотрев внимательно, вы можете увидеть, что даже такие вещи, как «я», «моё» и «я сам», – просто концепции, собранные в уме из переменчивых крупиц информации. Они тоже преходящи и непостоянны. Они растворяются каждую долю секунды.

Видение того, что так называемые личные ощущения, восприятие, мысли и сознание изменяются каждое мгновение, может сбивать с толку, но такое осознание – это хорошая возможность. Помните, что вы в выигрышном положении, раз можете замечать всё, что бы ни происходило, разворачиваясь прямо в вашем же уме и теле. Как ещё вы могли бы получить место в первом ряду на этом представлении? Каждая мысль, восприятие, ощущение и воспоминание возникают, опираясь на что-то ещё, относящееся к этим мыслям, восприятию, ощущениям и воспоминаниям. Наиболее ясно все их можно рассмотреть изнутри нашего тела. Ничто из этого не возникает независимо. Вы и только вы можете заметить всё это.

То, что мы обычно считаем твёрдым, на самом деле течёт. Если вы видите это сами, то можете легче относиться к любой умственной активности. Вы знаете, что любая возможная причина стресса на самом деле зависит от какого-то другого аспекта существования. Нет кого-то или чего-то одного, кто во всём виноват, и нет единственного адреса, куда посылать свои благодарности.

Неведение, в частности, непостоянно. Поэтому с практикой мы можем стать мудрыми. Мысли непостоянны. Так возникают творческие решения. Волевые импульсы непостоянны. Поэтому мы можем изменить свои привычки. Их непостоянная природа всегда делает возможным развитие мудрости. Когда стихает даже небольшое количество неведения, в вас возникает соответствующее небольшое количество мудрости. Такая мудрость, возникнув, ведёт к покою, а покой – единственное, что остаётся надолго.

Есть ли в нас какое-либо прочное «я»? Мы склонны так думать, исходя из нашего образа мыслей, сосредоточенного на материальном, но Будда был предельно ясен в этом вопросе. В «Анатталаккхана-сутте» он не колебался по этому поводу. «Монахи, – сказал Будда, – форма не является „я“. Если бы форма представляла собой „я“, тогда форма не была бы подвержена недугам и можно было бы сказать: „Пусть моя форма будет вот такой, пусть моя форма не будет вот такой“. Из-за того что форма безлична, форма подвержена недугам и невозможно сказать: „Пусть моя форма будет вот такой, пусть моя форма не будет вот такой“»[44].

Форма не подлежит нашему полному контролю, несмотря на то что мы тратим силы, делая вид, что это так. Если бы эта вещь, называемая телом, представляла собой некую самость, «я», разве не должна была бы она вести себя так, как мы захотим? Аналогично и с умом: если мы сами хотим быть спокойными, откуда же так много глупых посторонних мыслей?

Согласно общепринятым условностям, мы думаем о существовании «я», или нашей души, четырьмя способами: что наше физическое тело – это наше «я», что тело пребывает в пределах нашего «я» или принадлежит нашему «я», что наше «я» обёрнуто в тело или что некая «вещь», такая как наше тело, и «я» – это одно и то же[45]. Когда эти четыре способа думать о «я» умножаются на пять видов совокупностей – тело, ощущения, восприятие, мысли и сознание – и их всевозможные разновидности в виде многочисленных явлений (sabbe dhammā), мы получаем двадцать способов думать о «я». В «Саббасава-сутте» Будда называл формирование таких представлений чащей воззрений[46] [47].

Однако Будда заменил понятие «я» на непостоянство и таким образом пришёл к уникальной идее анатты, или безличности. Вот как выглядела бы эта схема, если применить её к пяти совокупностям.

Согласно «Комментарию к „Дхаммападе“» – традиционным объяснениям строф «Дхаммапады», высказывание Будды sabbe dhammā anattā означает, что пять совокупностей – это безличные по своей природе дхаммы, или явления[48]. Другими словами, наши тело, ощущения, восприятие, мысли и сознание – это Дхамма. Всё, что нам известно, происходит согласно Дхамме. Всё, что мы испытываем, – это Дхамма. Всевозможные явления, дхаммы, обусловлены (saṅkhata), то есть все они возникают, опираясь на причины и условия. Когда поддерживающие обстоятельства меняются, эти явления, соответственно, тоже проходят.

Их изменения не прекращаются ни на миг. Пять совокупностей постоянно изнашиваются, потому что они непостоянны. Когда они изнашиваются, они должны быть обновлены, чтобы продолжить существовать, пока их обновление не перестанет быть возможным. Такова природа всех санкхар, всех обусловленных вещей. Ваша обувь изнашивается. Ваша посудомоечная машина изнашивается. Ваша машина изнашивается. Ваше тело изнашивается. Ваши ощущения изнашиваются. Все эти вещи нужно чинить, обновлять и поправлять. Такое изнашивание, течение перемен, происходит постоянно. Без сомнений, его можно увидеть прямо сейчас, если посмотреть с непредвзятым вниманием.

Будда советовал нам начать с распознания изменений как они есть. Он просил нас по-настоящему близко познакомиться с непостоянством и наблюдать его с мудростью – для этого и служит приглашение «прийти и увидеть». Если мы обратим внимание, увидеть это несложно: непостоянство проявляется бесчисленным множеством способов в нашем теле и в нашей жизни.

Посмотрите, например, на непостоянную совокупность переживаний, чтобы увидеть, как это разворачивается в наших отношениях. Когда ум находится под влиянием злости, ненависти, зависти, запутанности и жадности, отношения могут выродиться из гармонии во вражду и соперничество. Друзья ссорятся с друзьями. Дети ссорятся с родителями. Родители ссорятся с детьми. Братья и сёстры ссорятся друг с другом. Родственники ссорятся с родственниками. Учителя ссорятся с учениками. Ученики ссорятся с учителями. Практикующие медитацию ссорятся с практикующими медитацию. Учителя Дхаммы ссорятся с учителями Дхаммы. Мужчины ссорятся с женщинами. Женщины ссорятся с мужчинами. Мальчики ссорятся с мальчиками. Девочки ссорятся с девочками. Соседи ссорятся с соседями. Народы ссорятся с народами. Страны ссорятся со странами.

Но мы должны помнить, что может быть и наоборот.

Люди, которые могут по-настоящему «прийти и увидеть» Дхамму, поймут эту ситуацию внутри самих себя. Произойдёт естественный уход от неблагой обусловленности и возникнет интерес к обеспечению условий для возникновения благих совокупностей. Но тот, кто просто изучает Дхамму и учит ей в качестве академической дисциплины, никогда не сможет «прийти и увидеть» Дхамму в смысле настоящего понимания того, как непостоянство работает в нашей жизни. Дхамма может быть у нас во рту, если мы говорим о ней, а также на бумаге или на экране компьютера, если мы о ней читаем, но она не сможет нам помочь, если мы не будем по-настоящему исследовать её в своей жизни. Если мы не сможем «прийти и увидеть», как сможет эта самая Дхамма, которая есть в нашем уме, принести нам пользу?

В языке пали есть термин для тех, кто относится к Дхамме исключительно академически, – падапарама. Дословно он означает того, «для кого слова важнее всего». Такой падапарама только читает и пишет книги о Дхамме, проповедует Дхамму, обсуждает Дхамму и участвует в конференциях о Дхамме. Падапарама даже может сосчитать, сколько наставлений дал Будда и сколько в каждом из них слов. Но чтение и обсуждение очень отличается от того, чтобы по-настоящему «прийти и увидеть», – возможно ничего и не было увидено. Пусть самым важным станет непосредственный опыт. Пусть мы не будем такими, как падапарама.

Вместо этого давайте стремиться видеть то, что происходит с нами и внутри нас. Внимательно посмотрите на постоянные перемены, происходящие в ваших уме и теле. Этот поток изменений невозможно остановить. Он начинается в мгновение вашего зачатия в утробе матери. Мы по-разному называем эти перемены. Иногда мы называем их ростом, иногда – старостью, упадком и смертью. Но на самом деле мы умираем в каждое мгновение. Это можно назвать ежесекундной смертью. Каждая клетка вашего тела умирает благодаря запрограммированному биологическому процессу, называемому апоптозом, и в вас возникает новая клетка – снова и снова. Каждое ощущение умирает, и возникает новое ощущение. Каждое восприятие умирает, и возникает новое восприятие. Каждая мысль умирает, и возникает новая мысль. Каждое мгновение сознания умирает, и возникает новое мгновение сознания. Явись в мир Будда или нет, Дхамма – это то, каким всё является. Именно это вы можете «прийти и увидеть».

Те из нас, кто просто читает и пишет книги о Дхамме или слушает проповеди Дхаммы, не исследуя дальше, похожи на досточтимого Пустое Писание, который во времена Будды был учёным монахом и известным духовным учителем с многочисленными последователями. Его знание Дхаммы было впечатляющим, его нравственное поведение – безупречным. Он довольствовался любыми одеждами, подаянием, жилищем и лекарствами. Иными словами, он был весьма уважаемым монахом. Но он не смог достичь никаких превосходящих мир достижений, которые можно было бы ожидать у такого преданного монаха. Он так и не разрушил омрачения своего ума.

Желая зародить в досточтимом Потхиле духовную безотлагательность и понимая его потенциал к просветлению, Будда стал называть его «Тучча Потхила», что означает «пустоголовый Потхила». Когда Потхила приходил к нему, Будда говорил: «Пустоголовый Потхила, как ты? Пустоголовый Потхила, подойди сюда. Пустоголовый Потхила, садись».

Учёный и знающий монах Потхила не разозлился на кажущееся оскорбление Будды. Вместо этого он подумал: «Я известный учитель. Моё знание Дхаммы глубоко. Почему же Будда называет меня пустоголовым? Может быть, потому что я не медитирую. Мне нужно что-то с этим сделать».

В один прекрасный день после обучения своих учеников он покинул монастырь, никому не говоря, куда он пошёл. Он прошёл много километров, пока не вошёл в лес, где обнаружил три десятка молодых монахов, сидевших в медитации. Досточтимый Потхила подошёл к самому старшему из них, встал на колени перед ним со сложенными вместе руками и казал: «Пожалуйста, научите меня медитировать». «Досточтимый, – сказал молодой монах, – прошу вас, не смущайте меня. Вы выдающийся учитель. Пожалуйста, попросите другого монаха». Тогда Потхила встал на колени перед следующим по старшинству монахом и повторил свою просьбу. Тот монах тоже отослал его дальше, и так далее, пока Потхила, попросив почти всех монахов, не получил отказ от каждого из них. Наконец он встал на колени перед самым младшим в той группе монахов, перед послушником. Послушник тоже указал на репутацию досточтимого Потхилы как учёного и попросил монаха не смущать его, обращаясь с просьбой научить медитировать. В крайнем отчаянии Потхила сказал: «Я проделал весь этот путь сюда, чтобы научиться медитировать. Пожалуйста, помоги мне. Научи меня медитации».

Чтобы вызвать у досточтимого Потхилы смирение и подтолкнуть его, этот послушник сказал:

– Вы видите вон тот пруд?

– Да, вижу.

– Тогда зайдите в пруд и внимательно меня слушайте.

Ни слова не говоря, досточтимый Потхила опустился как был, прямо в монашеских одеждах, в пруд.

Тогда послушник сказал Потхиле выйти из пруда.

– Досточтимый, – сказал он, – допустим, в муравейнике шесть отверстий. В него заползает ящерица. Как её поймать?

Досточтимый Потхила сказал:

– Я бы закрыл пять отверстий муравейника и подождал бы, пока ящерица не выйдет из шестого отверстия. Тогда я бы её и поймал.

– Подобным образом, досточтимый, – сказал послушник, – если вы будете сдерживать пять из шести органов чувств – глаза, уши, нос, язык и тело – и будете сохранять свой ум сосредоточенным на дыхании, вы заметите, как изменяются все совокупности: форма, ощущения, восприятие, мысли и сознание. Вы осознаете, что дыхание изменяется и ощущения изменяются. Когда дыхание проходит внутрь и наружу через ваши ноздри, ощущение возникает и проходит. Ваше внимание к дыханию и ваше осознание дыхания изменяются. Осознание непостоянства открывает дверь к прозрению в реальность того, что всё неудовлетворительно и нет никакой постоянной сущности, которую можно было бы назвать «я». Рано или поздно ваш ум станет спокойным и умиротворённым и вы обретёте сосредоточение. Сосредоточение углубит ваше прозрение, приводя к достижению освобождения[49].

Будучи весьма мудрым, досточтимый Потхила последовал указаниям послушника и вскоре достиг просветления. Он посмотрел внутрь себя, а не в книги, и обнаружил истину. «Тучча Потхила» наконец стал духовно наполненным человеком, распознав благородные качества внутри самого себя. На самом деле он долгие годы обладал этими качествами, но из-за того, что сам он был занят обучением других, у него не было времени заниматься медитацией. Несмотря на свои огромные знания и известность, он был так скромен, что был готов сесть перед молодым послушником и научиться у него медитации, подобно маленькому мальчику, сидящему на уроке перед своим учителем. И нам всем тоже необходимо научиться смотреть внутрь себя, чтобы обнаружить драгоценное сокровище, которое там есть. Тогда мы найдём то, что остаётся надолго, – покой.

Лёжа на смертном одре, Будда произнёс эти слова: «Будьте сами себе островом; не ищите других, кто бы стал вашим островом. Будьте сами себе прибежищем; не ищите другого прибежища»[50]. Помните историю о перепеле, который оказался в безопасности, вернувшись в родной дом? Вы также можете считать такую защищённую территорию своей гочарой – полем, где живут и пасутся коровы. Мы похожи на таких коров, но вместо травы мы поглощаем формы через органы чувств и мысли в поле ума. Если мы останемся сосредоточенными на родном доме, или нашем сердце, если мы будем пастись на хорошо обозначенном и тщательно охраняемом пастбище (satipaṭṭhāna gocara), а именно на наших собственных четырёх основах осознанности, будучи осознанными по отношению к нашим телу, ощущениям, состояниям ума и явлениям, с нами всё будет в порядке.

Когда вы смотрите внутрь, вы открываете Дхамму в самих себе: хорошую, плохую, красивую и ужасную. В осознание, которое познаёт Дхамму, включено всё. Хотя в вашем опыте обычно встречается всё что угодно, вы будете счастливы из-за того, что не жестоки, не убиваете живых существ и не берёте то, что вам не отдали добровольно, а также из-за того, что не злоупотребляете чувственными ощущениями. Такое видение подкармливает самонастраивающийся процесс, который питает то, что прекрасно и умело. Неблагие привычные механизмы начинают отпадать.

Вы будете испытывать всё больше счастья из-за слов, которые используете, будете получать удовольствие от того, что не лжёте, будете благодарны, что не нужно использовать злонамеренную речь, будете удовлетворены, что не обращаетесь к грубым выражениям, будете рады, что не участвуете в сплетнях. Вы также почувствуете большее внутреннее благополучие в плане вашего ментального настроя: всем нам приятно не завидовать и не испытывать ненависть.

Осознаёте вы эти циклы обратной связи или нет – постепенное обогащение поступающих внутрь данных будет производить больше блага на выходе. Ваш запрос не может не начать приносить плоды. Если вы придерживаетесь правильного воззрения, руководствуясь простым осознанием причин и следствий, вы порождаете правильное намерение, склоняетесь к правильной речи, совершаете правильные поступки, правильно добываете средства к существованию, прилагаете правильное усилие, практикуете правильную осознанность и развиваете правильное сосредоточение. Направляя ум в эту сторону, вы взращиваете восемь аспектов Благородного восьмеричного пути.

Раз условия для спокойствия накапливаются сами и радуют вас, вы будете довольно естественно погружаться в созерцание. Когда вы наблюдаете за самим собой, кажется, что последовательность знаний прозрения возникает сама по себе. С правильным пониманием вы твёрдо стоите на пути к конечной цели – правильному освобождению от страдания.

Когда прозрение оживёт в вас, ваш путь к свободе станет более прямым. Вы обнаружите, что вас больше не охватывают лень и сонливость, вы не так возбуждены и не так беспокойны. Вы освободитесь от сомнений и избавитесь от злости. Рано или поздно вас перестанут обременять отрицательные состояния ума, и вы больше не будете обидчивыми, высокомерными, пренебрежительными и завистливыми. Тогда в вас не останется алчности, и вам не захочется никого вводить в заблуждение или обманывать, вы не будете упрямы или горды.

Ощутив вкус лёгкости и удовольствия от такой практики медитации, вы почувствуете побуждение к внутренней и внешней гармонии. Ваш внутренний исследователь не будет соблазняться суматохой или прельщаться чем-либо. Ваш ум будет делать то, что нужно, не прилипая ни к одному объекту в мире. Вас будет легко наставлять, и у вас будут хорошие друзья. Вы будете усердны, верны и наделены здоровым чувством страха совершить проступок. Вы получите огромные знания и накопите мудрость. Полные энергии и с устойчивой осознанностью, вы не будете крепко привязаны к своим взглядам и при необходимости сможете от них отказаться.

Эти качества делают вас счастливым, поскольку вы знаете, что проводите жизнь наилучшим образом и не тратите её впустую. Когда вы сможете «прийти и увидеть» непосредственное переживание непостоянства внутри себя, то обнаружите, что вас переполняет огромное духовное богатство.

Много лет назад один человек пригласил меня провести ретрит по медитации в стране, где он жил. Но перед началом ретрита он сказал мне, что отменил его. Позднее я узнал, что он присвоил себе деньги, которые собрал с людей, зарегистрировавшихся на ретрит. Я также слышал, что некоторое время спустя он переходил оживлённую улицу, читая мою книгу «Осознанность простыми словами». Из-за того что он не обращал внимания на происходившее вокруг, его сбила машина и он серьёзно пострадал. Ирония в том, что книга об осознанности была у него в руках, но её не было у него уме, чтобы он мог «прийти и увидеть». Это похоже на пастуха, который следит за чужим стадом, не имея возможности попробовать масло, сделанное из молока этих коров. Или, возможно, это похоже на кого-то, кто отбрасывает в сторону с дороги кусок золота или алмаз, не сумев разглядеть, что это. Вол, запряжённый в телегу, которая нагружена драгоценными камнями, может не знать ценность того, что он тащит, несмотря на свою огромную силу.

Обладая нашими человеческими возможностями, мы должны стремиться не быть похожими на такого вола. Мы можем осуществить Дхамму, которую носим в наших умах и телах, – драгоценную ношу – прямо здесь и сейчас.

Когда мы смотрим внутрь самих себя в духе осознанности, мы ценим тот факт, что всё постоянно изменяется. Хотя такие перемены происходят всё время, мы не всегда можем настроить наше внимание на то, чтобы прикоснуться к каждому из этих переменчивых мгновений. Здесь нужна практика. Однако возможно увидеть мгновения времени, как если бы они представляли собой последовательность кадров в старом фильме, снятом на плёнку. С помощью вашего внутреннего взгляда вы можете воспринять объекты ума, как если бы их осветила вспышка света. Это не плод воображения, это способность направленного фокуса медитативного зрения.

Щёлкните пальцами и посмотрите на свои пальцы как на форму. Вы слышите звук щелчка. Вы чувствуете прикосновение кожи к коже. При тренированном внимании почти одновременно вы можете почувствовать очень тонкий, но действенный физиологический каскад, приятный, неприятный или ни-приятный-ни-неприятный. Вы узнаёте палец, звук, кожу, касание и щелчок, как будто на грани того, чтобы их назвать. У вас также есть мысль о щелчке пальцами – это волевое построение. Также есть сознательный момент самого щелчка. В этом простом и быстром действии – щелчке пальцами все пять совокупностей: форма, ощущение, восприятие, волевые построения и сознание – слаженно работают вместе. Все они очень быстро появляются и исчезают. К каждому из этих пяти шагов можно напрямую прикоснуться вниманием, не прибегая к учёности или философским построениям. Такое переживание действительности полностью доступно, и именно это и подразумевается под «прийти и увидеть».

Подходя настолько близко к этой природе постоянно изменяющейся Дхаммы (дословно «видя Дхамму с помощью тела»), можно стать с ней единым. Словно находясь внутри вращающегося калейдоскопа, вы можете видеть тело таким, какое оно есть, и поэтому знать все вещи такими, какие они есть. Близко знакомясь с совокупностями, вы можете увидеть их привлекательность, но вы также видите их преходящую природу и опасность поддаться их притяжению. Три основные особенности обусловленных явлений и даже сознания, которое обнаруживает явления, – непостоянство, страдательность и внутренняя безличность – становятся видны невооружённым взглядом. Воспринимая это постоянно, вы укрепляетесь в Дхамме. Это и имел в виду Будда, когда приглашал нас «прийти и увидеть».

Когда органы чувств контактируют с объектом восприятия, возникает последовательность мгновений мысли. Они могут оказаться страстными мыслями или гневными мыслями, завистливыми мыслями, испуганными мыслями, мыслями жестокими или даже вялыми, пресными и совершенно непримечательными мыслями. Хорошо, если мы распознаём эти мысли в то самое мгновение, как они возникают, и можем почувствовать, как они возникают и проходят. Встреча органов чувств и объектов восприятия – это Дхамма. Ощущение, возникающее из такого контакта, – это Дхамма. Мысли, возникающие из такого контакта, – это Дхамма. Реакция на эти мысли – это Дхамма. Мы можем увидеть, как всё это происходит прямо внутри нас. Мы хотим быть полностью включёнными в познание этого процесса, быть вовлечёнными во всё это. Это и есть «прийти и увидеть».

Если, например, возникает жадность, мы испытываем боль. Когда жадность ослабевает, мы ощущаем облегчение этой боли. Мы стремимся «прийти и увидеть» саму природу жадности и воспринятое ощущение отсутствия жадности. Подобным образом, когда возникает ненависть, мы тоже чувствуем боль, а когда ненависть стихает, мы испытываем радость. Мы можем «прийти и увидеть» саму природу ненависти и радости. Когда возникает страх, напряжение, беспокойство или тревога, мы ощущаем боль, а когда эти чувства исчезают, мы освобождаемся от боли. Мы хотим «прийти и увидеть» саму природу всех этих состояний ума.

Другими словами, со всей осознанностью обращать полное внимание на то, что происходит внутри нас, – суть того, чтобы «прийти и увидеть». Когда мы видим кого-то, кто нам нравится, или слышим голос любимого человека, мы рады. Когда мы едим вкусную пищу, пьём любимый напиток или чувствуем приятный аромат, мы рады этому. Нам радостно прикасаться к вещам и людям, которые нам нравятся. Мы рады, даже когда просто представляем вещи и людей, которые нам нравятся. Мы рады быть с тем, что или кто нам нравится. Но эта радость обусловлена.

Когда приятные переживания сменяются неприятными, мы испытываем недовольство. Когда мы теряем из виду тех, кого любим, мы недовольны. Когда мы не можем слышать то, что нам нравится, мы недовольны. Когда мы не можем почувствовать запах того, что нам нравится, мы недовольны. Когда мы не можем съесть или выпить то, что нам нравится, мы недовольны. Когда мы не можем прикоснуться или быть вместе с тем, кто или что нам нравится, мы недовольны. Когда кажется, что нашему уму что-то мешает создавать хорошие мысли, мы тоже недовольны. И такое недовольство также обусловлено.

Нам нужно спросить себя, почему мы не можем остановить раз за разом повторяющееся окончание того, что нам так нравится, или возвращение нежеланного и неприятного опыта. Почему нам приходится расставаться со всем, что нам дорого? Почему, как кажется, мы никогда не можем полностью избавиться от того, чего не хотим? Ответом неизбежно будет что-то вроде «потому что всё меняется и мы меняемся» или «потому что ситуация изменилась». Конечно, мы знаем, что изменение условий может спровоцировать переключение от радости к недовольству и наоборот. Мы видим это в реальном времени. Мы также видим, что мы не можем ничего поделать, пытаясь предотвратить изменения. Недовольство возникает из-за желания остановить изменение того, что приятно, и желания предотвратить возникновение неприятного. Наша жажда обладать приятным и наша жажда оттолкнуть неприятное всё время противоречат друг другу. Жажда – источник большого количества боли. Жажда – наше страдание. И наша попытка удовлетворить ненасытное желание – тоже всегда страдание.

Несмотря на наше огромное желание, мы не можем по-настоящему ни за что ухватиться и ничего от себя оттолкнуть. Захваченность и привязанность – это просто то, чего нам хотелось бы. Мы просто пытаемся схватить или оттолкнуть, и мы терпим неудачу, потому что всё так быстро меняется. Ещё до того как мы могли хотя бы попытаться что-то или кого-то ухватить или оттолкнуть, оно уже изменилось прямо на наших глазах.

Но если наш ум свободен от желания ухватить или оттолкнуть, пусть даже долю секунды, мы испытываем покой. Только когда мы целиком и полностью признаём этот факт, естественное и устойчивое отпускание приходит без усилий. Мы должны «прийти и увидеть», что мы испытываем покой, когда даже на миг избавляемся от жадности или ненависти; мы должны «прийти и увидеть», что мы испытываем боль в каждое мгновение, когда в нас есть загрязнения ума или несознательная запутанность в отношении того, что по-настоящему важно. А когда эти загрязнения ума очищены, мы испытываем покой и счастье.

Вы можете связать между собой такие мгновения свободы и пребывать в них. Это сокровище ваших ума и тела: они действительно приглашают нас «прийти и увидеть» Дхамму. Никто не должен просить нас посмотреть на них. Нам нужно самим приложить усилие, посмотреть внутрь и самим почувствовать природу Дхаммы, понять её и ясно познать происходящие явления, которые мы там обнаруживаем. Мы можем понять, как всё возникает, не потому, что кто-то сказал нам, но потому, что мы видим это сами. Мы должны развивать привычку «приходить и видеть», что в действительности происходит в этих теле и уме, не пытаясь показывать пальцем на других. Показывать на других пальцем – противоположность идеи «прийти и увидеть».

Изучение себя и рассмотрение своего собственного ума – намного более эффективный способ исправить себя, чем опора на других. Так мы практикуем осознанность к уму и нашим колеблющимся состояниям ума. Так мы узнаём, что можно контролировать, а что нет. Так мы знакомимся с тем, что порождает разнообразие состояний нашего ума. Мы можем «прийти и увидеть», как всё возникает и исчезает, и такое возникновение и исчезновение происходит внутри нас. Эти процессы и есть мы.

Часто наше привычное знание о том, что происходит с другими, основано на сделанных нами выводах, оно не прямое (не sandiṭṭhiko), не познано мудрым существом лично (не paccattaṃ veditabbo viññūhi). Мы не знаем точно, потому что мы не у них в голове. Но мы можем изменить эту привычку. Время от времени мы можем спрашивать себя, уверены ли мы. Мы можем различить, что действительно происходит, а где вторично возникающее наслоение концепций, мы можем понять отличие того, что истинно, от историй, которые мы себе рассказываем. Мы можем узнать то, что не приукрашено, не расписано, не дорисовано, до того, как будем говорит или действовать. Это отличная психологическая и умственная тренировка. Она побуждает нас быть осознанными в отношении трёх принципов явлений, непосредственно происходящих в наших собственных телах и умах, – непостоянства, страдательности и отсутствия отдельного «я».

Будда понял эту истину и обучал ей мир, потом он ушёл. Теперь всё зависит от нас. Мы можем переживать на собственном опыте эту вечную истину каждое мгновение этой самой жизни. Никто: ни божество, ни человек, ни Мара – не может превратить непостоянство в постоянство, страдательность в отсутствие страдания, а безличность в наличие «я». Непостоянство остаётся непостоянством, страдательность остаётся страдательностью, безличность остаётся безличностью. Видя это с помощью мудрости, мы освобождаемся от страдания, вызванного верой в противоположное.

Нам следует использовать ум и его содержимое как лабораторию для испытания нашей осознанности. Представьте: нам приснилось, что мы разлучились с тем, кого мы любим. Когда такая болезненная разлука происходит во сне, то первое время бывает трудно оставаться осознанным. Когда мы пробуждаемся от сна о разлуке, мы начинаем беспокоиться из-за нашей привязанности к тому, кого мы любим. Но если мы тренируемся быть осознанными в каждое мгновение, когда мы бодрствуем, то сон о разлуке не вызовет у нас беспокойства. Мы можем таким образом тренировать себя сами, прямо в нашей личной лаборатории жизненного опыта, даже без лаборанта-помощника.

Ощущение на собственном опыте нашего тела и ума постоянно меняется: состояния всё время возникают и проходят. Если мы сможем «прийти и увидеть», то обнаружим, что все переживания непостоянны и неудовлетворительны. Их природа – возникать, изменяться, проходить. Явления, которые опираются на изменчивые условия в качестве поддержки, обладают свойством проходить, природой, которую невозможно ухватить. Все переменчивые вещи исчезают из-за своей природы, будучи всегда случайными, обусловленными, – такая природа вещей называется обусловленным возникновением. Они – не мои. Я – не они. Они – не моё «я».

Видя все обусловленные переживания таким образом, мы в них разочаровываемся. Разочарование, несмотря на отрицательный смысл этого слова, – превосходное состояние. Оно возникает из глубокого понимания истины. На самом деле это самый оптимистичный, вызывающий духовный подъём опыт, который мы можем испытать. Из-за разочарования мы становимся бесстрастными. Бесстрастное состояние ума очень спокойно и действует самым полезным для здоровья образом. Здоровый ум, который глубоко понимает истину того, как всё обстоит на самом деле, освободится от жадности, ненависти и заблуждения. Освобождённый ум познает исчерпание возможности для какого бы то ни было будущего рождения. Он знает: то, что должно было быть сделано, уже сделано, и больше не осталось ничего, что нужно сделать.

Хотя мы и используем такие слова, как «я», «моё» и «я сам» в обычной жизни, мы знаем, что в действительности мы не существуем. Так же как понедельник и вторник, январь и февраль, широта и долгота, – это условности, принятые, чтобы совместно ориентироваться в этом мире; в действительности это просто идеи. Они не являются плотными сущностями.

В 1985 я посетил острова Фиджи. Однажды, пока мы шли по дороге, наш гид сказал: «Если вы стоите на правой стороне дороги, вы во вчерашнем дне. Если вы стоите на левой стороне дороги, вы в завтрашнем дне. Но здесь, идя по середине дороги, вы в сегодняшнем дне». Оказалось, что мы стояли на линии перемены даты. Никто на самом деле никогда не видел линию перемены дат, она плод воображения. Но мы понимаем смысл этого понятия. Мы прибегаем к нему, когда оно полезно, а потом отпускаем его.

Условности склонны скрывать вечную истину. Что тут можно поделать? Пока мы живём в обществе, которое использует понятия, нам приходится использовать некоторые общепринятые термины, даже если объекты, которые они обозначают, необязательно реальны. И даже если мы знаем об этом, многие из этих идей приносят нам проблемы. Подобным образом каждый раз, когда мы говорим: «Это моё», в нас возникает жажда. Когда мы говорим: «Это – я», в нас возникает самомнение. Когда мы говорим: «Это – моё „я“», возникает то, что Будда называл неправильным воззрением. Всё это способы смотреть на вещи, которые не соответствуют тому, как всё есть на самом деле, – удобные, но временные истины.

Вот история, показывающая, что происходит с нами, когда мы не можем «прийти и увидеть», как работает наш ум.

Однажды некий человек принёс в монастырь подношение в виде вкусно приготовленной рыбы. В том монастыре жили один монах и один мальчик, который служил у монаха помощником. Когда монах сел, чтобы поесть, мальчик поднёс ему всё блюдо. В нём было восемь маленьких кусочков рыбы. Монах сразу взял три.

Пока монах ел, мальчик внимательно следил за ним. Он думал: «Что ж, он монах и глава монастыря. Я должен его уважать. Пусть он съест три куска. Осталось ещё пять. Мне этого хватит на обед и на ужин».

Когда монах закончил есть, он протянул руку и взял ещё рыбы.

Мальчик подумал: «Конечно, он может забрать половину. Пусть съест ещё кусочек». Но монах взял два куска.

Мальчик подумал: «Ничего, пусть возьмём пять кусков. Осталось ещё три. Мне этого хватит».

Съев два куска, монах взял ещё два, оставит только один маленький кусочек рыбы на тарелке.

Мальчик подумал: «Ничего. Я маленький. Он большой. Одного куска мне хватит».

Но тогда монах потянулся за последним куском рыбы, и терпение мальчика лопнуло.

– Досточтимый, – вскричал он, – вы собираетесь доесть последний кусок рыбы, ничего мне не оставив?

Жадный до вкусной рыбы, монах был неосознан и совсем забыл о своём верном помощнике, который терпеливо ждал своей доли пищи. Монах был так смущён, что после этого он воздерживался от того, чтобы есть с жадностью[51].

Если вы сможете «прийти и увидеть» с верой, если вы будете внимательно следить за своим умом и его содержимым, вы узнаете, жаден ваш ум или не жаден, ненавидит он или нет, заблуждается он или не заблуждается, захвачен он и отвлечён или не захвачен и не отвлечён, развит или не развит, сосредоточен или не сосредоточен – и, таким образом, освобождён он или не освобождён.

При ходьбе, сидя, стоя, идя вперёд, возвращаясь назад, сгибая руки и ноги, вытягивая их, шевеля пальцами на руках и ногах, принимая пищу и напитки, даже справляя естественную нужду, мы можем совершенно ясно видеть непостоянство[52]. Но чтобы его увидеть, нам нужно сначала посмотреть. Нам не нужно кого-то просить научить нас этой Дхамме, потому что она прямо здесь, в этом нашем теле, показывает природу всего как есть, изначально присущую и бесспорную. Всё внутри нас и вокруг нас сделано из изменений и отмечено ими.

Давайте применим эти принципы «прийти и увидеть» к практике випассаны, где они показывают свою истинную силу открывать Дхамму в любой ситуации. Мы можем начать с трёх неблагих корней. Представим, что вы сидите на подушке для медитации и в вашем уме возникает жажда чего-то. Что вам нужно делать? Во-первых, признайте, что, если бы в вашем уме не было склонности к жажде, жажда бы не возникла. Хотя ваш ум светоносен, он не до конца чист[53]. Далее постарайтесь увидеть, что есть большая вероятность освободить свой ум от жажды. Затем наблюдайте ваши мысли, не следуя за ними, пока жажда не стихнет.

Когда жажда закончилась, различите, что она прошла. Развивайте в себе такие мысли: «Как чудесно! Раньше этот ум был полон жажды. Теперь её не осталось. Это значит, у меня есть шанс освободить этот ум от жажды».

Наконец, рассмотрите внутри себя природу ума, свободного от жажды. Он щедр, мягок, сострадателен и радуется отречению от мыслей о чувственных удовольствиях. Двигайтесь дальше с уверенностью в этом.

Допустим, в другой раз, во время медитации, вы слышите вокруг себя звуки. Возможно, другой практикующий занимается медитацией при ходьбе и пол громко скрипит. Кто-то кашляет. А другой человек чихает. А потом кто-то вообще начинает храпеть.

Вы раздражаетесь и думаете: «Почему этот человек не может ходить тихо? Почему тот человек не примет лекарство от кашля? Почему тот, кто сидит рядом с храпящим человеком, его не разбудит?».

Злые мысли толпятся в вашем уме. Возникает отвращение – возможно, даже ненависть.

Когда вы различаете эти возникшие отвращение и ненависть, вы можете подумать: «Во мне возникли мысли ненависти». Вы можете понаблюдать, как мысли, полные ненависти, возникают, опираясь на причины и условия, насколько это непредсказуемо. Постарайтесь не принимать это на свой счёт, думая: «Мой ум полон ненависти». Если вам приходится облачать это в понятия, попробуйте использовать «этот ум» вместо «мой ум». Ещё лучше – просто чувствуйте, не приклеиваясь к тому, что происходит, не придумывая истории, объяснения и планы. Слова препятствуют осознанию того, что происходит в уме. Просто обращайте внимание и замечайте, что возникло и что возникает.

Пока вы удерживаете осознание того, что в отвращении нет ничего личного, что оно возникает в зависимости от причин и условий, вы можете использовать техники осознанности, чтобы справиться с этими злыми, полными ненависти мыслями. Как и раньше, обращайте внимание на мысли, не следуя за ними. Наблюдайте, как ненависть влияет на ваше сознание. А затем наблюдайте природу ума, свободного от ненависти: насколько он прекрасен, спокоен и расслаблен.

Что касается работы с заблуждением, то оно менее заметно. Ум должен быть свободен от заблуждения, чтобы понять, что он свободен от заблуждения. До того как в вашем уме возникает заблуждение, ум ясен – так же как перед тем, как заснуть, вы бодрствуете. Всё, что вам нужно сделать в этот миг, – это обратить внимание на тот факт, что ваш ум ясен.

Когда вы обращаете внимание на то, что не находитесь во власти заблуждения, облака заблуждения постепенно растворяются и ясный, подобный чистому небу ум появляется снова. Вы видите, что сознание всё время меняется. В этом пространстве ума мысли появляются и исчезают. Они непостоянны. Когда возникает заблуждение, вы обращаете на него внимание, только пока оно труднопреодолимо, зная, что это заблуждение. Затем, из-за того что всё меняется, ваш фокус рано или поздно открывается и возникшее беспокоящее качество заблуждения пропадает. И снова вы знаете, что ум ясен, осознан и светоносен.

Четыре благородные истины буддизма предлагают нам поразмышлять о четырёх вещах: истине страдания, причине страдания, окончании страдания и шагах, необходимых для окончания страдания. Чтобы получить от этих истин пользу, нам нужно «прийти и увидеть», что эта идея означает внутри нас самих.

У страдания нет хозяина. Оно просто существует – внутри меня, внутри вас. Чтобы быть свободным, я должен честно посмотреть на переживание этого страдания на собственном опыте, когда оно возникает. Затем я должен попытаться понять, как я могу избавить себя от этого страдания путём развития правильного мышления.

Если я думаю с жадностью, я страдаю. Поэтому я стараюсь думать мысли щедрости, что помогает мне отпустить жадность и уменьшить моё страдание. Если мои мысли полны ненависти, я страдаю. Поэтому я стараюсь думать мысли любящей доброты, что помогает мне отпустить ненависть и уменьшить моё страдание. Если я думаю жестокие мысли, я страдаю. Поэтому я стараюсь думать мысли сострадания, что помогает мне отпустить жестокость и уменьшить моё страдание.

Думать об отпускании своей жадности, ненависти и жестокости только время от времени недостаточно, чтобы практика принесла пользу. Я должен думать об их отпускании каждый день, каждый час и даже каждую минуту. Даже тогда, несмотря на моё твёрдое желание, они могут возникать. Тогда я должен думать об их преодолении, их подчинении, их превозможении, их ослаблении, их порицании и их удалении.

Щедрость помогает мне отпустить жадность. Когда я развиваю и взращиваю мысли, связанные с щедростью, я беру за горло и душу в себе жадность. Дружелюбие помогает мне отпустить ненависть. Когда я развиваю и взращиваю мысли, связанные с дружелюбием, я беру за горло и душу в себе ненависть. Сострадание помогает мне отпустить жестокость. Когда я развиваю и взращиваю мысли, связанные с состраданием, я беру за горло и душу в себе жестокость.

Конечно, у моей традиции есть прочная репутация доброты к людям и всевозможным созданиям, но тексты используют резкие слова в отношении работы с вредоносными переживаниями. Когда я полностью присутствую, признавая свои сложности, – это доброта. Это включает честное признание существования страдания без того, чтобы становиться его представителем. Под «брать за горло» я имею в виду то, что я перестаю переливать жизненные силы в мысли, которые не приносят никакой пользы. Под «душить» я имею в виду подавление ненужного продолжения сложностей. Таким образом, не причиняя вреда настоящим физическим объектам моих мыслей или ощущений, я просто не даю энергию продолжению неблагих мыслей. Когда они лишаются топлива моих личных сил, мысли просто сдуваются. Не питая их, я не ухудшаю ни своё положение, ни чьё-то ещё.

Практика может поддержать тренировку нашей осознанности. Когда вы отпускаете ваши жадность, ненависть и жестокость и практикуете вместо этого щедрость, дружелюбие и сострадание, вы становитесь осознаннее. Когда возрастает осознанность, первое заметное снаружи изменение часто касается речи. Возможно, вы говорите мягче и более приветливо, хотя бы без резкого тона. В результате постоянной практики вы можете обнаружить, что всегда говорите правду, ни о ком не злословите и говорите только значимые вещи. Используя речь таким образом, вы испытываете счастье и уменьшаете как свои страдания, так и страдания окружающих. Это в свою очередь повлияет на поступки, мысли и даже на то, как вы добываете средства к существованию.

Что касается ваших действий, вы естественным образом воздерживаетесь от воровства и сексуальных проступков, потому что вы не можете допустить создания условий для болезненных последствий. Вы проявляете своё дружелюбие и сострадание ко всем живым существам и радуетесь, когда другие здоровы и счастливы. Вы также выбираете профессию, которой вы можете заниматься вместе с другими в атмосфере дружелюбия и сострадания.

Так ваши понимание, усилие и осознанность становятся сильнее. Когда они обретают силу, ваши благие мысли, речь, поступки, средства к существованию, усилие, осознанность и сосредоточение тоже становятся сильнее. С помощью сильного сосредоточения вы можете видеть страдания ещё яснее, чем раньше. Вы также можете увидеть выход. Так вы продолжаете повторять практику этих восьми шагов, которые составляют Благородный восьмеричный путь Будды. Всякий раз без исключения, когда вы их повторяете, ваши мысли, речь, поступки, обеспечение жизни, усилие, осознанность и сосредоточение становятся всё более чистыми, всё более утончёнными, пока в конце концов вы не преодолеете своё эго – не что иное, как ваше представление о постоянном «я».

Говоря о том, что не длится вечно, мы должны учитывать тот факт, что у всего есть срок годности. При рождении мы получаем срок годности. У всего, что когда-то начинается, срок годности по определению истекает. Биохимия может отслеживать наши сроки годности. Если вы можете оценить, сколько в нашем теле появляется клеток и как долго живёт каждая из клеток, вы сможете предсказать этот срок. Иногда эту дату можно отложить. Однако рано или поздно мы больше не сможем продлевать гарантию. Способность нашей крови переносить кислород также обладает определённым сроком годности, и костный мозг производит красные клетки на замену, чтобы восполнять их способность работать правильно. Даже в нашем скелете есть клетки, основная задача которых – растворять кость, и другие клетки, отвечающие за создание новой кости из очень тонкого и постоянно меняющегося баланса минералов в крови. Когда системы тела больше не могут восстанавливать себя на той скорости, которая успевает за их разрушением, приходит срок, дальше которого продлить вашу жизнь невозможно. Это ваш физиологический срок годности.

Когда случилось ваше зачатие, непостоянство родилось одновременно с ним. Тело вашей матери обычно предоставляет всё, что необходимо и достаточно для развития в утробе. Чертежи и материалы, щедро пожертвованные вашими родителями, направляют и поддерживают постоянное увеличение количества новых клеток, заменяющих умирающие клетки, в течение девяти месяцев перестройки, в результате чего образуется младенец – вы. В момент рождения вы появляетесь, созданные из миллиардов клеток. С этого момента происходит только становление и изменение, продолжающееся движение вперёд с билетом в один конец, без какого-либо обратного билета и только до тех пор, пока не истечёт гарантия. Когда вы встречаетесь с любовью и состраданием, это тоже приводит к становлению и изменению. Вы можете принести больше всего пользы себе и другим, если сможете «прийти и увидеть» действительность того, что всё непостоянно. Но вы должны начать до того, как истечёт гарантийный срок, и вы должны продолжать. Как и с вашим физическим ростом, сейчас нужно зародить духовную безотлагательность (saṃvega) и уверенность (pasāda), чтобы ускорить созревание вашей практики осознанности.

Биологи, химики и физики, а также те, у кого нет никаких научных знаний, могут использовать человеческое мышление и понять непостоянство путём экспериментов в своём сознании с тем, что окружает их снаружи. Их понимание подобно восприятию воды в глубоком колодце. Вода в глубоком колодце необязательно утолит вашу жажду. Чтобы утолить жажду, эту воду нужно как-то оттуда достать и выпить. Ваши руки недостаточно длинны, чтобы дотянуться до дна глубокого колодца. У вас также нет ведра или верёвки, с помощью которых это сделать. Это аналогия того, как большинство людей понимают непостоянство – сугубо на интеллектуальном уровне.

Так же как вам нужны ведро и длинная верёвка, чтобы достать воду, и так же как вам нужно самому выпить воду, чтобы утолить жажду, – чтобы утолить свои страдания, вы должны полностью, нераздельно и осознанно обращать внимание на что-то одно, в чём непостоянство наиболее очевидно. Для целей такого упражнения этим «чем-то одним» служит ваше собственное дыхание, которое всё время меняется. Вы замечаете, как дыхание меняется, просто обращая внимание на это.

В этой традиции дыхание называется «телесным условием» (kāyasankhāra). Это означает, что без жизненно необходимого существующего ранее условия дыхания не существовало бы собрания систем, которые составляют тело. Кая – это груда вещей или частей, и также это означает «тело». Санкхара может означать «построение», или группу, видимых или невидимых вещей, но в данном случае это означает «субстрат». Это процесс или собрание, от которого зависит другой процесс или собрание. Кислород приносит жизнь в каждую клетку нашего тела. Дыхание – условие для того, чтобы в этих телах происходило всё остальное.

Когда вы тщательно обращаете внимание на ваше постоянно меняющееся дыхание, на самом деле вы обнаруживаете постоянное счастье. Это может звучать как парадокс, но это не так. С одной стороны, вы не можете найти ничего постоянного; как только вы думаете, что нашли что-то постоянное, быстро наступает разочарование, когда это что-то меняется. С другой стороны, когда вы во всём видите непостоянство, вы не можете разочароваться, потому что вы постоянно встречаете истину. Такая истина никогда вас не подведёт.

Только когда вы пытаетесь спрятать истину или не обращать на неё внимания, вы будете разочарованы. В мгновение жёсткости непостоянство обязательно себя проявит. Когда вы забываете, насколько всё на самом деле эфемерно, непостоянство оказывается тут как тут, принося вам неожиданное горе, слёзы и страдания. Вы не можете побороть изменение, потому что противник здесь – ваши стойкие убеждения. Но если вы покоитесь в потоке того, что с вами происходит, а не в определённости какого-либо объекта, это может принести облегчение. Из-за того что опыт течёт и развивается повсюду, вы в покое в любой точке мира.

Когда вы не живёте и не действуете, исходя из осуществлённой мудрости непостоянства, непостоянство очень болезненно. Эта боль может быть осознанной и неосознанной. Она может быть тонкой тоской, которая тянется, когда вы приходите домой с работы, личным взаимодействием, которое пошло не очень гладко, или разочарованием, когда всё идёт не так, как вы запланировали. Мелкая обида или надвигающийся кризис – непостоянству всё равно, и причина страдания не в этом. Боль вызывает наше сопротивление. И сколько бы вы ни спорили с истиной существования, она всегда будет такая, как есть. Когда вам хочется, чтобы ваше тело, ваш дом или ваша машина оставались всегда такими же, вы страдаете. Вместо этого вы можете отождествиться с непостоянной природой жизни как таковой, которая не покрывается ни одним страховым полисом.

Некоторые люди занимаются исследованиями в лабораториях. Они работают во внешних лабораториях: в чистых комнатах, с чашками Петри, на опытных делянках. Для своих изысканий профессиональные исследователи могут привлекать животных различных видов, людей, насекомых, змей, рыб, семена и растения. Они могут изменять физические свойства среды эксперимента, такие как температура, влажность и освещённость. Они могут использовать специальные приспособления, такие как трубки, краны, газовые клапаны, горелки, электрические розетки с механическими или электронными приборами для измерения и записи. Всё это внешние вещи.

В медитации мы используем в качестве своей лаборатории самих себя и находим всё, что нам необходимо для эксперимента, прямо внутри нашего тела. Чтобы увидеть непостоянство, это самая лучшая мастерская из возможных. Движение воздуха, текучесть воды, присутствие или отсутствие тепла, твёрдость земли – все элементы отлично подходят для наблюдения внутри этого внутреннего аппарата. Набор физических свойств, с которым каждый из нас родился, даёт нам возможность детального исследования постоянно изменяющихся ощущений, всевозможных видов восприятия, возникающих мыслей и волевых позывов. В теле мы можем наблюдать мириады процессов, порождающих живые и яркие варианты сознания, непрекращающееся возникновение и распад всего, без начала и конца. Мы испытываем всё это прямо здесь, в нашем теле, в каждое мгновение.

Будда соглашался, что эти человеческие тело и жизнь дают нам именно то, что обеспечит самой лучшей информацией наше осознанное исследование на всём пути до просветления. Рохитасса, один из божеств, однажды задал Будде такой вопрос.

В ответ Будда сказал следующее:

Вам не нужно лететь по воздуху в какую-то экзотическую страну или переплывать океан. Так же как Рохитасса, вы можете посмотреть внутрь мира ваших ума и сердца. Там вы обнаружите множество земель и океан любящей доброты. Когда там случается перенаселение, только вы можете перестать плодить ещё больше содержимого. Если жажда создавать всё больше и больше, придумывать и строить кажется очень сильной, посмотрите, откуда эта жажда приходит. Вероятно, она не приходит откуда-то «снаружи». Вы можете мудро и мягко обратить внимание прямо туда, откуда возникает напряжение, пока его топливо не иссякнет и оно не исчезнет само по себе. Вы можете почувствовать удовольствие от отдыха в дыхании и настроить свои мысли, слова и поступки, чтобы сделать своё положение более подходящим для прозрения. Эту практику можно везде брать с собой. Этот навык можно перенести на что угодно. Вы можете поводить такой эксперимент в любой ситуации и когда угодно. Когда вы практикуете в течение множества уникальных мгновений, ваше внимание становится более утончённым. Главное – не забывать «прийти и увидеть» и делать это с добротой.

Если мы решили путешествовать по внутренним территориям, которые ведут к краю света, есть несколько условий, которые сделают путь более гладким. Осознанность возникает проще при определённом количестве радости и лёгкости. Если мы практикуем дружелюбие и принятие в отношении мира, эти качества посещают нас спонтанно, и нас перестают отвлекать их противоположности.

Как все родители стремятся обеспечить любовь, безопасность, пищу, образование и уютный дом для своего ребёнка – так же и мы можем создавать определённые внутренние условия, способствующие тому, чтобы осознанность росла прямой и высокой на твёрдом основании. Оптимальные мирские условия для воспитания осознанности называются брахмавихарами, или четырьмя божественными обителями. Это метта – любящая доброта или дружелюбие, каруна – сострадание, мудита – радость из-за чужой удачи и упеккха – беспристрастие, или равностность.

Хотя все эти четыре качества можно практиковать с целью сосредоточения и практической пользы, основное внимание этой книги уделено не им. Давайте рассмотрим здесь метту, не без причины ставшую такой популярной и среди мирян, и среди монахов.

Ясно, что ситуация, описанная в приведённым выше отрывке, ускорила бы практику осознанности. Будда даже сказал, что, когда мы практикуем метту, такие опасности, как огонь, яд и оружие, не могут причинить нам вред. Вы можете спросить, правда ли это. Это правда. Если вы усердно практикуете метту в соответствии с инструкциями, вы можете на своём опыте удостовериться в результате.

Всё, что вам необходимо сделать, – это обращать нераздельное и непредвзятое внимание, насыщенное меттой. Будда сказал, что мы можем увидеть истину, только если мы наблюдаем без предубеждения: «Все дхаммы видимы для осознанного внимания» (manasikārasambhavā sabbe dhammā)[56]. Это другой случай, когда «дхаммы» означает явления, а не учение. Здесь осознанное внимание как будто добавляет высококачественные линзы к нашему внутреннему зрению, так что мы можем видеть каждую вещь, которая происходит с нами, более близко. Где проявляются такие проблески? Внутри. Даже для метты нет никаких исключений.

Что это за огонь, который не причиняет нам вреда, когда мы практикуем метту? Будда кратко описал это следующим образом в «Адиттапарияя-сутте».

Это краткое изложение данного наставления. Мы можем «прийти и увидеть», как огонь страсти, ненависти и заблуждения обязательно порождает рождение, старость, смерть, а также печаль, плач, боль, недовольство и отчаяние, которые за ними следуют[58]. Мы также можем непосредственно ощутить, как эти же самые огни гаснут во время практики метты. Вы можете постичь эту истину на собственном опыте.

«Тот, кто видит Дхамму, видит меня»[59]. Когда мы готовимся использовать инструменты, предложенные Буддой, более всеохватывающим и непрерывным образом, это утверждение может казаться нам коаном. Мы можем позволить уму пребывать вне концепций. Мы признаём, что мы не воспринимаем обусловленное возникновение целиком и полностью, и за счёт этого создаём возможность, которая одновременно и подготавливает нас к более глубокому исследованию непостоянства, и мотивирует нас к этому.

Мы часто слышим людей, которые жалуются, что не могут заниматься медитацией любящей доброты. Они говорят, что, когда начинают исследовать медитацию метты, они вспоминают неприятное переживание из детства. На самом деле это больше похоже на ещё одну причину, чтобы окружить себя дружелюбием. Некоторые говорят, что они направляют свою практику метты своим любимым, друзьям и родственникам, которые тяжело болеют, находясь в больнице или дома. Несмотря на искренние попытки пожелать блага, их любимые рано или поздно умирают. Охваченные горем и разочарованные, такие люди или совсем бросают свою практику метты, или начинают жаловаться. Это запутанность. Что им на самом деле следует сделать, так это посмотреть на свой собственный ум, чтобы «прийти и увидеть», поняли ли они правильный способ и смысл практики метты.

В формальных наставлениях распространения метты на других не упоминается выгода адресата от ваших благопожеланий. Если вы создаёте метту, то вы и получаете пользу. Если ваши любимые страдают от различных недугов и вы хотите подарить им приятные результаты метты, предложите им практиковать вместе с вами. Когда они сами начнут зарождать доброжелательность, их сердца преобразятся. Тогда и вы, и они сможете «прийти и увидеть» внутри себя результат дружелюбия и обнаружите что-то освежающее и прекрасное. Ваше сердце и сердца ваших любимых будут освобождены от одиннадцати видов огня, упомянутых ранее.

Для «освобождения ума с помощью дружелюбия» Будда рекомендовал, чтобы метта была «развита и приумножена, практиковалась часто, была сделана средством передвижения и основой, прочно установлена, объединена и правильно предпринята»[60]. Другими словами, ваша метта должна быть «сделана большой, стать привычной, стать основой»[61]для вашей практики осознанности. Сказано, что если вы практикуете таким образом, то ощутите определённые виды «пользы хорошо предпринятой метты»[62]. Нам не следовало бы ожидать меньшего от человека, провозгласившего духовную дружбу всей совокупностью пути, чем включение метты во всё и сразу.

Совет Будды, полный сострадания и мудрости, заключается в том, чтобы мы развивали следующие качества нашего ума и чтобы мы таким образом применяли практику метты для достижения состояния умиротворения.

Эти строфы – начало «Каранияметта-сутты», или «Наставления о доброжелательности», которую декламируют по всему миру, и те, кто попробует следовать приведённым в ней указаниям, поймут почему. Если мы сможем «прийти и увидеть» истину этого утверждения внутри самих себя, мы увидим, что Будда сидит внутри нас и учит нас Дхамме. Эта сутта – отличный пример глубокого метода, который мы можем привнести внутрь себя. Делая это, мы буквально меняем мир внутри и снаружи с помощью развития доброжелательности. В сутте Будда использует слово карания, означающее «то, что следовало бы сделать». Это означает, что для развития метты мы должны быть готовы заниматься практикой.

Помните, что тот, кто на самом деле разовьёт такой уровень дружелюбия, не пострадает от огня, яда и оружия. Если мы остановимся, чтобы глубоко обдумать свежие и мягкие качества метты, описанные выше в сутте, до того, как мы на самом деле начнём создавать их в нашей практике, то мы увидим мудрость и сострадание Будды. Видя глубину этих двух качеств, мы видим самого Будду. В продолжении этого наставления объясняется, что если мы хорошо практикуем метту, то можем жить божественной жизнью прямо здесь и сейчас, прямо на этой земле.

В буддизме тхеравады говориться о десяти оковах, удерживающих нас в сансаре[64]. Живая традиция, проистекающая из самого раннего полного собрания буддийских учений, описывает четыре уровня существ с увеличивающейся свободой сердца и ума в отношении этих десяти оков: вступившие в поток, однажды-возвращающиеся, невозвращающиеся и араханты[65]. Каждая из этих четырёх ступеней подразумевает мгновенное переживание ниббаны, и все они означают определённый уровень пробуждения, который достигает наивысшей степени в состоянии араханта.

Вы осуществляете первую стадию – вступление в поток, практикуя мирскую версию Благородного восьмеричного пути, пока не испытаете напрямую непостоянство, безличность и неудовлетворительность, присущие всем составным явлениям. В тот миг, когда вы отказываетесь от своего эго и изгоняете идею о постоянном «я», вы входите в поток пути, превосходящего мирское. При этом ваша практика становится превосходящей мир версией Благородного восьмеричного пути. С каждым уровнем пробуждения ваше по-новому приспособленное правильное понимание как фактор пути, всё больше настраиваясь на то, как всё есть на самом деле, будет определять то, как вы взаимодействуете с остальными семью факторами. Как только вы вступили в этот первый просвет на пути, вы продвигаетесь к дальнейшему, и в конечном счёте к полному, отсутствию привязанности.

Это карта, и с её помощью вы осознаёте возрастающую степень непостоянства. Однако карта – не то же самое, что пункт назначения. Также есть места, где вас могут продвинуть вперёд или вы можете застрять. Давайте рассмотрим несколько таких мест.

Когда мы вступаем на Благородный восьмеричный путь, пропитанный меттой и остальными брахмавихарами, нас с самого начала продвигает вперёд ещё один аспект Дхаммы Будды: если наша практика насыщена меттой, заслуга нас поддерживает.

Ключевой аспект пути к освобождению от страданий называется пуньнья-камма, «совершение хороших поступков». Его можно разделить на три незаменимые части: дана, или щедрость; сила, или этичная благодетель; и бхавана, или медитация. Из-за того что эти категории поступков почти всегда перечисляются в таком порядке, ясно, что дух даяния идёт первым. После укрепления в основополагающем каркасе умения делиться и делать альтруистичные пожертвования мы совершенствуем свою сдержанность и поведение, не причиняющее вреда. В итоге мы погружаемся в процесс бхаваны. Этот третий вид накопления заслуги часто становится основным занятием тех, кто начинает свой путь в медитации, но на самом деле её практика опирается на создание добра и воздержание от зла.

Дана считается самым простым способом накопления заслуги, или совершения добра, и является первой из парамит – качеств, которые нужно довести до совершенства для достижения состояния будды. Её присутствие делает менее благотворные качества, такие как привязанность или скупость, невозможными хотя бы в некоторые мгновения. Дарение подарков – ценная форма отречения, упражнение в отпускании.

В «Даккхинавибханга-сутте», или «Наставлении о разделах даяния», упоминается четырнадцать видов даны, которые Будда описал своему помощнику Ананде.

Мы все обладаем семенами благородной крови. Каждая часть общества включена в приведённый список, даже животные. Практика даяния в этой традиции никого не исключает и никого не оставляет позади. Растворяя границы между различными аспектами общества путём совершения подношений, мы обязательно должны отказаться от разделений внутри себя. Делать дары существам, достигших четырёх уровней, считается, однако, особенно благоприятным.

Для наивысшего результата дарения важно состояние ума того, кто делает подношение. Дающий также должен получить подношение, которое собирается дать, праведным путём. Если человек вырос в культуре, где преобладают благие привычки, это означает, что он может «прийти и увидеть» плоды таких подношений уже с раннего возраста. Вступление на Благородный восьмеричный путь, основанное на духе даны, обеспечивает уверенный вход в переживание непостоянства на собственном опыте.

Как только вы серьёзно вступите на путь к свободе, основываясь в действиях своего тела на благе и сдержанности и насыщая свой ум меттой, ваше сосредоточение станет более глубоким. На этом перекрёстке могут возникнуть, хотя и необязательно, всевозможные необычные явления. Реальность, которая когда-то казалась прочной, будет распадаться или даже как будто рушиться, это может произойти постепенно или внезапно.

Некоторые практики встречаются с новыми ощущениями в теле. Вы можете почувствовать позыв раскачиваться или двигаться. У вас может появиться искушение анализировать или придумывать личные истории, чтобы объяснить эти ощущения. Помните, что всё это – просто потенциальные источники отвлечений. Если вам хочется таких физических эффектов, распознайте это желание. Если вы хотите, чтобы они прошли, распознайте это отвращение.

Освобождение подобно развязыванию или распутыванию: это процесс, который вы можете испытать в теле сами. Откроются части вас самих, которые в настоящее время вы не воспринимаете пустыми или непостоянными. Вам следует относиться к любому возникающему ощущению как к любому другому ощущению в уме. Затем вернитесь к дыханию. Очарованность переживаниями на пути к свободе – это не сама свобода.

То же самое и с мыслями: некоторые люди запутываются в своих же вопросах, пока изучают карту духовного развития. Они забывают свою цель – свободу. Они забывают практиковать, глядя внутрь, и вместо этого мыслят «кругами». Например, они спрашивают: «Почему существует четыре отдельные стадии просветления?». Вторая стадия, однажды-возвращающийся, может особенно сбивать с толку. Описание не уточняет, насколько сильно жадность и ненависть должны быть снижены, чтобы войти на путь однажды-возвращающегося, и то же самое насчёт плода однажды-возвращающегося. Раз человек окончательно разрушает жадность и ненависть, только когда достигает третьей стадии просветления, некоторые думают, что, возможно, в исходном учении Будды существует всего три стадии. Они предполагают, что вторая стадия была добавлена позднее и историческая достоверность или недостоверность этого может ещё больше всё запутать.

Такие люди могут обратиться к палийским комментариям, некоторые из которых запутывают ещё больше, говоря, что аспекты пути и плода каждой стадии достигаются в течение двух мгновений мысли друг за другом, не давая много времени на развитие пути для достижения плода. Если аспекты пути и плода каждой последующей ступени достигаются на расстоянии только двух мгновений мысли друг от друга, то в нормальном пространстве и времени невозможно, чтобы кто-то мог сделать дары тем, кто находится на пути вступившего в поток, однажды-возвращающегося, невозвращающегося и араханта, как рекомендовано Буддой в «Даккхинавибханга-сутте». И даже такое направление мысли вступает в конфликт с учением из другого источника. Это легко может превратиться в упражнение в умственных построениях, которые повергают мыслителя в ещё большее замешательство.

Как и прежде, лучшим ответом оказывается «прийти и увидеть». Если вы видите сами, причин спорить об умственных построениях остаётся мало. То же самое относится и к великим экзистенциальным вопросам, которые могут возникать. В «Чуламалункья-сутте», «Кратком наставлении Малункьяпутте», Будда использует сравнение с отравленной стрелой с целью показать досточтимому Малункьяпутте[70], что некоторые вопросы о космосе не стоят ответа – они не ведут к цели. Не отвлекайтесь от пути к свободе. Пусть ваше изучение основывается на реальной практике. У вас получится. Будда никогда не просил нас сделать что-то, что мы не можем.

В том случае, если вы когда-нибудь заблудитесь на пути, в «Дхаммападе» есть одна небольшая строфа, довольно хорошо объединяющая всё вместе: избегайте дурных дел, развивайте хорошее и очищайте ум[72].

В практике Дхаммы пять органов чувств, их объекты и взаимодействие между ними, а также ум, его мысли и их взаимодействие все вместе называются шестью сферами восприятия (saḷāyatana). Будда дал много ценных рекомендаций, как медитировать на этих воротах, или дверях, через которые может возникнуть сознание.

Когда мы исключительно хорошо развиваем осознанность, мы испытываем глубочайший уровень непостоянства применительно к тому, что видим, слышим, ощущаем как запах, вкус и прикосновение, и к тому, что осознаём. Будда привёл шесть сравнений, чтобы прояснить это. Допустим, вы видите предмет. Он тут же оказывается приятным, неприятным или ни-приятным-ни-неприятным. Эта начальная, почти физиологическая, реакция настолько эфемерна, что длится меньше, чем вспышка молнии. Сравнение, которое Будда использовал для такой эфемерной природы зрения, – это открывание и закрывание глаз. Допустим, перед вами есть какой-то предмет. Вы открываете глаза и тут же их закрываете. Процесс открывания и закрывания глаз может занять всего мгновение, и в течение этого короткого мгновения у вас нет времени, чтобы сформулировать своё мнение или почувствовать приятное или неприятное ощущение по отношению к этому предмету. Даже на ни-приятное-ни-неприятное ощущение времени едва хватает. Это сравнение и остальные пять приведены в «Индриябхавана-сутте», «Наставлении о развитии способностей».

В этом наставлении Будда указывает, что осознанные практикующие медитацию встречают зрительные образы, звуки, запахи, вкусы, прикосновения и объекты ума таким же образом, как и те, кто не практикует. Не занятые практикой люди тоже испытывают приятные, неприятные и нейтральные ощущения, они тоже испытывают радость, разочарование или ни то и ни другое. Иногда этот возникающий практически сразу ни-приятный-ни-неприятный ответ на мысли или стимулы органов чувств включается в один из видов беспристрастия, описанного Буддой. Различие в том, что для тех, кто тщательно практикует медитацию, все эти ответные ощущения обычно испаряются сразу же, как возникают. Так подобный практикующий часто пребывает в умиротворении.

Вы тоже можете создать условия для тщательной медитации и умиротворения. Некоторые источники говорят, что вы должны пойти в лес, оставить позади ссоры, сесть у корней дерева или найти пустую хижину, а затем сесть в особое положение со скрещёнными ногами, но вы можете импровизировать и найти то, что будет работать для вас в современном мире. Сядьте, как вам удобно. Направьте нераздельное, ясное, чистое и качественное внимание на каждый подъём и спад вашего дыхания.

Здесь мы используем четыре слова, четыре технических термина, чтобы оценить ваше внимание. Нераздельное значит, что ваше внимание не разделено между прошлым и будущим. Оно должно быть сосредоточено на дыхании, которое поднимается и опускается в настоящее мгновение, как если бы ваше дыхание оседлало волну. На пали это называется parimukhaṃ satiṃ. Сати – это осознанность, паримукха означает «спереди», в настоящий миг, здесь и сейчас. Вы можете заметить только прямо сейчас, как дыхание поднимается и опускается. Вы не можете заметить подъём и опускание дыхания из прошлого – они уже прошли. Вы не можете заметить подъём и опускание дыханий будущего – они ещё не случились. Вы можете видеть только дыхание текущего мгновения, пока оно поднимается и опускается прямо сейчас. Вам нужно «прийти и увидеть» это самим.

Вы можете практиковать ясное внимание, при котором возможно обуздать дыхание, не позволяя ему отвлекаться на окружающие раздражители. Это охлаждающий вид невмешательства, которое можно назвать простым или первичным вниманием, однако оно всё равно подвержено обусловленности. Популярное выражение «охрана дверей чувств» означает, что вы можете наловчиться сдерживать восприятие органов чувств так, чтобы каждое возникающее чувство или мысль не отклонялись от цели освободиться с помощью мудрости. Явления развиваются и движутся, но осознанный ум просто гладко скользит вдоль них по инерции, ни к чему не прилипая.

Чистое внимание означает, что внимание существует без жадности, ненависти и заблуждения в вашем уме. Чистое внимание становится качественным вниманием.

Качественное внимание включает ясное осознание (sampajañña). Говоря классическим языком, сати – памятование или осознанность – часто упоминается вместе с сампаджаньньей. Это означает, что осознанность к объекту медитации действует согласованно с внимательностью к его более широкому контексту. Это также включает непрекращающуюся осознанность в течение каждого действия и в каждом положении тела, причём каждый переход происходит полностью намеренно и наделён продолжительным переживанием непостоянства. Классические комментарии выделяют четыре дополнительных аспекта сампаджаньньи, связанные с осмотрительностью и сдержанностью чувственного восприятия: цель, область, пригодность и не-заблуждение вашего участия в каждом действии[75]. Каждое из них будет обсуждено ниже. Вы сможете «прийти и увидеть», если сохраните такой вид внимания при каждом умственном или физическом действии, в каждом положении тела и во время смены позы.

Цель

Мы медитируем, чтобы очистить ум, преодолеть печаль и плач, преодолеть горе и отчаяние, вступить на Благородный восьмеричный путь и достичь освобождения от страдания и недовольства. Такова наша цель нашего качественного внимания.

Область

Область нашей медитации состоит из четырёх частей: тело, ощущения, ум и объекты ума. Это сферы, в которых мы можем поддерживать наше качественное внимание, не позволяя ничему перетянуть его на себя.

Пригодность

Мы должны быть уверены, что объект, на который мы направляем наш ум, подходит для достижения нашей цели, упомянутой выше: для очищения ума и всего остального.

Не-заблуждение

Наше качественное внимание наделено ясностью и мудростью. Оно учитывает три характеристики непостоянства, безличности и неудовлетворительности. В нём нет ничего личного.

Существует традиционный список объектов медитации. Чтобы достичь наивысшей цели, практикующие медитацию могут выбрать один из них, хорошо подходящий их индивидуальным возможностям, в соответствии со всеми качествами, перечисленными выше. Один такой объект, довольно хорошо удовлетворяющий этим критериям и прекрасно подходящий большинству людей, – это дыхание, на котором мы здесь и остановимся. Оно наделено факторами, которые мы обнаруживаем у любой обусловленной вещи. Например, оно описывается как подъём и спад. Дыхание возникает – и дыхание проходит. Оно входит и выходит через нос, оно вызывает подъём и опускание в области наших груди и живота. Подъём и спад, возникновение и исчезновение, расширение и сжатие – в природе всех обусловленных вещей, существующих во вселенной. Дыхание – пример такой реальности.

Когда мы обращаем внимание на подъём и спад при дыхании, мы замечаем прикосновение дыхания к носу: ощущения (чувства), приятные, неприятные или ни-приятные-ни-неприятные, возникнут и пройдут. Ощущения зависят от этого соприкосновения. Мы воспринимаем всё это и начинаем осознавать любые возникающие и проходящие мысли и состояния сознания. Когда мы продолжаем обращать внимание на такой подъём и спад, не облекая ничего в слова, наше тело, наше дыхание и наш ум становятся спокойными и расслабленными.

На этой стадии пропадает жадность и алчность, первое из пяти препятствий. Желание не может удержаться на чём-то, что постоянно движется, поднимается и опускается, возникает и исчезает. Так наш ум становится более спокойным и расслабленным. В этом расслабленном состоянии ума пропадает любая твёрдость, напряжённость или отвращение – второе препятствие. Поэтому ум расслабляется ещё больше и становится умиротворённым. Это состояние, в котором мы начинаем ощущать метту.

Когда дыхание, тело и ум спокойны и расслаблены и мы испытываем ощущение метты, происходит своего рода синхронизация. Продолжая направлять свой ум, пропитанный меттой, на дыхание, мы можем стать настолько спокойными и умиротворёнными, что иногда будем засыпать. Сон по-настоящему сладкий. Нам не нужно этого желать. Мы автоматически ощущаем его сладость. Мы гостеприимно приветствуем его и обнимаем обеими руками. Однако, когда мы просыпаемся, мы необязательно просыпаемся с новым прозрением. Вместо этого наше восприятие после сна становится более притуплённым. Это препятствие иногда называют «лень и оцепенение». Чем дольше мы спим, тем больше тупеем. Поэтому, если или когда это происходит, мы должны развить в себе энергию, чтобы преодолеть сонливость. Мы должны восстановить своё внимание, чтобы оно служило нашей цели.

Мы можем напомнить себе, что в этой жизни нам очень редко удаётся найти мгновение, чтобы побыть в покое и помедитировать. Несмотря на наши ежедневные дела и обязательства, мы обрели эту драгоценную возможность, так что мы не должны по глупости дать ей пропасть. Мы спим каждый день, но большинство из нас медитируют не каждый день. Мы должны использовать это бесценное мгновение, чтобы чему-то научиться благодаря медитации, чтобы очистить свой ум, преодолеть горе и плач, печаль и отчаяние, вступить на Благородный восьмеричный путь и достичь освобождения от страдания и неудовлетворённости.

Когда мы преодолели сонливость, наш ум может впасть в противоположную крайность – препятствие неугомонности и беспокойства. В таком случае мы должны осознанно применить успокаивающие факторы просветления, такие как покой, сосредоточение и беспристрастие. Мы должны вернуться к нашему дыханию, вдыхая и выдыхая медленно, обращая нераздельное внимание на наше дыхание, не позволяя уму уходить в прошлое или будущее. Мы должны быть осторожны, когда наш ум приносит воспоминания о прошлом или принимается за планы на будущее. Оставайтесь в настоящем. Продолжайте без всяких слов обращать внимание на дыхание, пока неугомонность и беспокойство не пройдут.

Разобравшись с этими препятствиями, мы продолжаем обращать внимание на дыхание. В этом месте, возможно, в уме возникнет сомнение. Может быть, мы начнём задаваться вопросом относительно нашей способности достичь цели медитации. Мы можем спросить: «Могу ли я чего-то достичь?». Мы можем сомневаться, правильно ли мы практикуем, думая: «У меня болят ноги. У меня болит всё тело. Я не знаю, правильно ли я этим занимаюсь. Может, есть другой способ?». Мы можем быть не уверены в человеке, месте и времени: «Верны ли эти инструкции? Стоит ли мне поискать другого учителя? Возможно, эти окружающие условия не подходят для моей практики медитации?». Когда возникает препятствие сомнения, оно может придумать всевозможные виды неуверенности. Просто замечайте сомнение.

Во-первых, вы должны обратить внимание на ваш собственный недавно достигнутый успех в преодолении четырёх из пяти препятствий: жадности, ненависти, сонливости и возбуждения и беспокойства. Это порождает уверенность в ваших способностях. Далее подумайте о Будде, который практиковал всё это. Будда был реальным человеком, достигшим всех вышеперечисленных целей и даже большего в течение своей жизни, не говоря о десятилетиях обучения других Дхамме. Подобные мысли создают в вашем уме уверенность. Многие тысячи людей практиковали эти проверенные временем методы и осуществляли цели медитации осознанности. Я видел, что даже некоторые из моих препятствий исчезли. Я уверен, что я достигну того, для чего эта медитация предназначена. Я уверен, что с помощью правильной практики и вы сможете этого достичь.

С полной уверенностью вы обращаете внимание на своё дыхание. Вы погружаетесь в него. Ваши тело и ум теперь более спокойные, расслабленные и умиротворённые. Вы счастливы, что преодолели пять препятствий.

Жадность успокоена. Жизнь с жадным умом похожа на использование одолженных вещей или денег. Жить с желанием – это как жить со всевозможными долгами, по которым нужно платить, а преодолеть желание – это как избавиться от таких долгов. Допустим, вы надели одолженный дорогой костюм на чью-то свадьбу. Вы гордо расхаживаете в толпе, общаясь и ловя на себе восхищённые взгляды, пока не подходит человек, который одолжил вам ваш модный наряд, и, хлопая вас по плечу, не говорит: «Я обещал одолжить этот наряд другому клиенту завтра утром. Обязательно верни его, как только вечеринка закончится». И хотя вы раздражены, что дорогую одежду нужно вернуть, вы чувствуете большое облегчение, когда делаете это. Подобным образом, когда вы преодолели препятствие жадности, вы ощущаете облегчение, счастье.

Злость успокоена. Злость подобна болезни, и жить без злости – это как жить без болезней. Когда вы больны, вы не чувствуете вкуса пищи, какой бы вкусной она ни была, ничто не доставляет вам наслаждения и никто вам не нравится. Когда ваша болезнь проходит, вы чувствуете вкус пищи, всё приносит вам удовольствие и все вам нравятся. Тогда вы счастливы. Подобным образом, когда исчезает ваш гнев, вы счастливы.

Оцепенение успокоено. Быть сонным или вялым – это как быть заточённым в тюремную камеру самого строгого режима. Вы закованы в четыре стены, пол и потолок, а освободить себя от сонливости и вялости – как выйти из тюрьмы. Когда вы освобождены из тюремной камеры, вы свободны идти куда угодно и делать что угодно, вы счастливы.

Возбуждение успокоено. Неугомонность и беспокойство похожи на рабство. Когда вы у кого-то или у чего-то в рабстве, вы чувствуете себя в ловушке и не можете успокоиться. Допустим, вы раб своих собственных неблагих привычек: азартных игр или пьянства, алкоголя или секса. В таком состоянии вы всегда будете неугомонны. Но как только вы преодолели такие привычки, вам становится легче. Подобным образом, когда вы преодолели неугомонность и беспокойство, вы счастливы.

Сомнения успокоены. Этот вид промедления и тревоги подобен пустыне без дорог, дорожных знаков и хоть каких-то указателей. Там нет ни пищи, ни воды, как нет и других людей. Вы одни и не представляете, куда идти. Но, найдя каким-то образом путь оттуда и выбравшись из пустыни, вы рады.

Подобным образом, когда вы свободны от жадности, ненависти, сонливости и вялости, неугомонности, беспокойства и сомнений, вы счастливы. Тот, кто счастлив, обретает сосредоточение[76].

Когда осознанный и медитирующий ум объединяется с подъёмом и спадом, вдохом и выдохом, это состояние называется самма-самадхи, «правильное сосредоточение». Это ясное состояние, делающее возможным глубокое осознание непостоянства. В таком состоянии вы воспринимаете непостоянство дыхания, а также тех ощущений, что возникают при условии контакта с этим дыханием. Вы ощущаете непостоянство всех видов восприятия, мыслей и состояний сознания. Ваша область – поле четырёхчастного установления осознанности (satipaṭṭhāna-gocara). Также ваше убежище – правильная мысль (sammā-sankappa-gocara), а именно мысли об отречении (nekkhamma-sankappa), мысли о дружелюбии (avyāpāda-sankappa, дословно «без ненависти») и мысли о сострадании (avihiṃsa-sankappa, дословно «милостивые» или «без жестокости»). Ум собран и объединён прямо здесь, свободный от отвлечения. Он ярко сияет, и всё кажется ясным. Именно поэтому Будда и сказал, что сосредоточенный ум видит вещи такими, какие они есть (samāhitaṃ cittaṃ yathābhūtaṃ pajānāti).

Когда неосознанные люди видят непостоянство снова и снова, им становится скучно и они устают. Но если вы по-настоящему практикуете осознанность, смотреть на непостоянство снова и снова становится интересно. Рано или поздно ваше око мудрости обретёт способность видеть глубоко. Это трудно назвать скучным переживанием. Вы будете видеть глубже, чем обычными глазами, с большей точностью проникать в более тонкие изменения в вашем теле, ощущениях, восприятии, мыслях и сознании. Вы увидите, что все эти совокупности изменяются каждую долю секунды. Вы будете счастливы, что единая истина преобладает во всём, и рады, что не перестали прилагать усилия, чтобы «прийти и увидеть». Теперь у вас есть мощное средство, чтобы осуществить прорыв к покою, остающемуся надолго.

Когда вы обретаете сосредоточение, вы видите вещи такими, какие они есть (samāhito… yathābhūtaṁ pajānāti)[77]. Вы ясно осознаёте дыхание, контакт дыхания, характер ощущений, которые возникают, опираясь на этот контакт, восприятие, мысли и сознание. Это пять совокупностей, и теперь вы видите их такими, какие они есть, – собраниями вещей. Дыхание – это собрание очень мелких частичек воздуха, содержащего атомы кислорода. Ощущение – собрание множества видов ощущений – приятных, неприятных, нейтральных, плотских, не-плотских, глубоких, поверхностных, грубых или тонких, – возникающих посредством контакта глаза, контакта уха, контакта носа, контакта языка, контакта тела и контакта ума. Восприятие – это собрание восприятий форм, звуков, запахов, вкусов, прикосновений и объектов ума. Построение – это собрание построений – мыслей о формах, звуках, запахах, вкусах, касаниях и объектах ума. То же самое и с переживаниями. Совокупность сознания – это собрание многочисленных состояний сознания: сознания глаза, сознания уха, сознания носа, сознания языка, сознания тела и сознания ума.

Оставаясь полностью осознанными, мы также можем знать, что происходит с этими совокупностями. Мы можем видеть, как они возникают и мгновенно видоизменяются в каждый миг, когда мы вдыхаем и выдыхаем. Чтобы увидеть действительность этого, мы должны научиться добираться до самого корня их возникновения. Когда мы осознанно вдыхаем, мы воспринимаем каждое дыхание и замечаем прикосновение дыхания в некоторых местах – в ноздрях, на кончике носа, на верхней губе – или расширение лёгких, когда они наполняются воздухом, возможно, растягивая также и нижнюю часть нашего живота. Когда мы выдыхаем, мы замечаем, как дыхание покидает тело, соприкасаясь с теми же местами и исчезая. Эти функции происходят постоянно, когда мы вдыхаем и выдыхаем.

Если ум бродит тут и там, мы должны быть более осознанными. На пали это называется йонисо-манасикара, что можно перевести как «проследить до корня». Мы должны всегда учиться идти до самого истока (yoni). Будда привёл яркий образ для описания этой исходной точки чего бы то ни было. Если вы бросите палку или камень, собака, скорее всего, побежит за этим предметом. Собака может укусить её или принести вам обратно. Лев не побежит за палкой или камнем. Он вместо этого побежит за вами! Лев идёт к истоку, а собака от него убегает. Неосознанные люди идут за объектами чувственного восприятия и оказываются сбиты с толку. А те, кто осознан, напротив, хотят обнаружить корень всего процесса.

Если мы дышим осознанно, то можем заметить, как все пять совокупностей меняются, или возникают и исчезают, так быстро, что мы за ними не успеваем, но при этом мы всё равно осознаём появление и распад каждой из них. Частицы воздуха, которые мы вдыхаем и выдыхаем, участвуют в этом возникновении и исчезновении. Контакт появляется и пропадает. Ощущения, восприятия, мысли, состояния сознания приходят и уходят. Мы должны оставаться подобными львам, а не собакам. Тогда мы сможем «прийти и увидеть» значение тех шести сравнений из «Индриябхавана-сутты».

Лев не позволяет добыче сбежать. Подобным образом мы используем осознанность, чтобы преодолеть оковы и препятствия, чтобы объект нашей практики оказался в центре внимания. Согласно полным прозрения словам Будды в «Аниччасаньнья-сутте», «Наставлении о восприятии непостоянства», когда мы используем осознанность, чтобы по-настоящему увидеть появление и распад всех десяти армий Мары, мы ощущаем на собственном опыте, как они одна за другой пропадают. Мы видим, как любая неприятность исчезает перед лицом осознанности[78].

Поскольку, чтобы увидеть внутреннее устройство ума, мы должны смотреть на него с искренностью, Будда обучал в духе свободной самопроверки. Когда каламы, один из народов Древней Индии, попросили у него совета насчёт различных традиций и учителей того времени, он посоветовал им доверять в первую очередь самим себе. Коренным образом отойдя от популярных в то время споров до хрипоты между сторонниками различных идеологий, ему не было нужно карать тех, чьи взгляды отличались от его собственных. В «Калама-сутте» он просто сказал не доверять каким-либо убеждениям без тщательного их исследования, посоветовав каламам самим проверять внутри себя, действительно ли какое-то учение приведёт к благотворным результатам для их сердца и ума.

Затем Будда помогает каламам по очереди исследовать жадность, ненависть и заблуждение, чтобы они смогли сами увидеть, что каждое из этих качеств неблагое. Затем они размышляют по очереди о благих свойствах не-жадности, не-ненависти и не-заблуждения.

Не оказывайтесь в заблуждении, полагая, что единственной целью Будды было сделать так, чтобы каламы начали думать сами или даже чтобы они различали благое и неблагое в поисках мирского счастья. Далее он описал, как пребывание в том, что известно на собственном опыте, может привести к всеобъемлющей безмятежности:

Затем, показав, как доверие к глубинам нашего личного опыта может довольно естественно привести нас к пребыванию в классических четырёх божественных обителях, Будда упомянул четыре более широких способа, как можно быть уверенным в выборе благого.

Хотя эти заключительные слова, обращённые к народу каламов, часто затмеваются популярностью замечания Будды об обоснованном отношении, четыре утешения, как иногда называют эти четыре вида уверенности, помогают нам увидеть, что жить правильной жизнью в настоящем – беспроигрышный подход к счастью, не зависящий от веры в будущее перерождение. Мы можем сами «прийти и увидеть» прямо здесь и сейчас, что свобода от жадности, ненависти и заблуждения стоит того.

Настолько ли щедр этот дух свободомыслия, что всё позволено? Будда говорил монахам о четырёх махападесах, которые они должны уважать. Маха означает «великий, большой» или «важный», а падеса относится к обозначению границы территории, в данном случае размера, в котором учение можно включить в повседневную жизнь. Если монах говорит, что он получил «какое-то учение напрямую от самого Будды, тогда его утверждение следует сравнить с остальной винаей (дисциплиной) и Дхаммой (учением)»[80]. Если эти тексты – свод правил поведения и наставления – не согласуются с утверждением того монаха, тогда новопровозглашённую версию следует отбросить. Если они созвучны, тогда традиция говорит, что утверждение следует принять.

Таким же принципом следует руководствоваться и применительно к тому, что было, согласно чьим-то словам, узнано от группы монахов во главе с тхерой (уважительный термин для старейшины в моей традиции). То же и в отношении учений, услышанных от собрания старших монахов, живущих в определённом месте, или от отдельно живущего старшего монаха, разбирающегося в Дхамме, винае и матике[81].

Когда у нас получается «прийти и увидеть» на любом из этих уровней, будь то полные наставлений истории Дхаммы, свод правил поведения винаи или очень изощрённое закодированное описание опыта в матике, когда мы смотрим внутрь себя без предубеждения, мы видим, есть ли какой-то конфликт между тем, что мы осуществили лично, и исходным учением Будды. Таким образом мы получаем метод для того, чтобы распознавать и исправлять субъективную предвзятость.

Учение Будды последовательно. Если есть какая-то непоследовательность, тогда это, скорее всего, не учение Будды. Есть простой тест, чтобы узнать, чему Будда учил, а чему нет. Мы должны спросить: «Согласуется ли это с Четырьмя благородными истинами?». Если услышанное учение прямо или косвенно не согласуется с этими четырьмя неоспоримыми аспектами человеческого бытия, если оно им не соответствует, тогда это не учение Будды.

Есть страдание. Есть причина страдания, и эта причина – жажда. Есть прекращение страдания, и его можно испытать на собственном опыте. Мы можем взращивать и развивать такой путь, ведущий к прекращению страдания.

С помощью отношения «прийти и увидеть» мы можем быть смелыми. Осведомлённые благодаря переживанию непостоянства, мы можем смотреть прямо на трудности, зная при этом, что всё возникает из причин и условий. Мы знаем, что держаться крепко за что-то или за кого-то не имеет смысла, раз поддерживающие причины и условия для этих вещей постоянно меняются. Руководствуясь этим прозрением, проникающим в природу того, как всё устроено, мы начинаем ощущать любопытство к реальным ситуациям, в отношении которых мы раньше делали вид, что всё пройдёт.

Например, когда мы признаём, что смерть – это часть жизни, мы можем быть более сознательными в отношении привычных физиологических реакций, защищающих тело. Подумайте о том, как наши сердца начинают биться, когда мы понимаем, что чуть не наступили на змею. Запрограммированность всего живого защищать свою жизнь лежит очень глубоко. Существо, которое полагается только на рептильный мозг, будет или бороться, или убегать от диких животных. У нас, людей, есть достаточно большой неокортекс, и если мы остаёмся в присутствии с хорошо настроенным сердцем, то можем практиковать, чтобы увеличить число возможных вариантов действия.

Будда советовал нам совсем избегать диких животных, чтобы нам не приходилось бороться или убегать. Эти два вида реакций вызваны нашим страхом, стоящим на службе по защите нашей жизни. Боремся мы или убегаем – мы не можем остановить смерть. Рано или поздно она наступит. Эти дикие звери и мы сами – все мы идём к одному и тому же. И место встречи – наша смерть.

Дикие животные нападают на нас от страха. Мы нападаем на них от страха. С этим страхом и мы, и они боремся или бежим. В этом отношении мы ничем от них не отличаемся. Совет Будды – понять природу существ, как человеческих, так и нечеловеческих, и уважать друг друга. Если мы уважаем жизнь диких животных и держимся от них на расстоянии, они идут своей дорогой, уважая нас. Вот так из мудрости в отношении того, как всё есть на самом деле, спонтанно возникает сострадание.

Все непросветлённые существа привязаны к своей жизни. Жажда порождает страх ради сохранения жизни, а также печаль, когда мы оказываемся на грани утраты личного ощущения того, что мы живы. С разрушением желания Дхамма защищает нас и от страха, и от печали, и они исчезают.

Что такое правильное сосредоточение? Некоторые традиции отшельников Древней Индии проповедовали техники сосредоточения ума, но они различались в достаточной степени, чтобы каламы не знали, чьим практикам можно доверять. Четыре благородные истины, как они были представлены Буддой, подтверждают, что есть путь, ведущий к освобождению от страдания, и что такой путь можно развивать. Правильное сосредоточение как часть этого восьмеричного пути, который нужно развивать, должно выполнять свою задачу, приводя нас к цели – освобождению. В буддийской медитации мы развиваем спокойствие настолько, насколько это способствует мудрости, потому что мудрость и есть то, что освобождает. Именно поэтому сосредоточение, порождающее мудрость, обычно включает состояние собранности благого сознания. Если быть точным, такое сосредоточение происходит в согласии с правильным мышлением, правильным усилием и правильной осознанностью.

В медитации мы развиваем осознанность, которая означает видение вещей такими, какие они есть. Когда мы практикуем с сосредоточением, это приводит к прозрению. Прозрение открывает путь к мудрости. В «Аттхаканагара-сутте»[82], «Наставлении человеку из Аттхаки», упоминается, что, даже когда вы пребываете в первом из состояний погружения в глубокое сосредоточение, или джхан, вы можете развивать осознанность и сосредоточение вместе, чтобы увидеть всё таким, какое оно есть на самом деле.

Если вы практикуете сосредоточение без осознанности, вам придётся выйти из джханы, перед тем как вы сможете добавить практику осознанности. Но если вы начнёте с правильного сосредоточения, которое с самого начала включает осознанность, вам не придётся выходить из сосредоточения, чтобы практиковать осознанность, видящую всё так, как оно есть на самом деле. В вашем уме должна быть ясная картина. Вы должны знать, с осознанностью это сосредоточение или без неё.

Вы должны позаботиться, чтобы ваше сосредоточение текло непрерывно, с полным осознанием прихода и ухода зрительных образов, звуков, запахов, вкусов, прикосновений и мыслей, которые приходят через ваши глаза, уши, нос, язык, тело и ум. Затем, обращая всё своё внимание на то, как вы дышите, вы ощущаете собственное дыхание. Вы замечаете ваше восприятие дыхания, ощущая возникновение и исчезновение и ощущения, и дыхания, даже когда они изменяются. Вы замечаете ваши мысли и сознание. Они тоже приходят и уходят. Вдохи и выдохи, ощущения, восприятия, мысли и сознание не остаются на месте, как вы могли быть уверены раньше. Они возникают и исчезают. Помните то, что прошло, и то, что возникло. Вы не обнаружите ничего устойчивого или неподвижного. Что бы ни возникало, всё проходит. Это природа непостоянства.

Когда вы сразу начинаете развивать сосредоточение с осознанностью, вы можете пройти весь путь до достижения полной свободы. Вы продолжаете быть осознанными по отношению к непостоянству. Даже когда вы достигаете прекращения восприятия и ощущений, вы видите непостоянство. Когда вы остаётесь с осознанностью, вы видите, как возникает и исчезает множество факторов ума. Ничто из этого не присутствует здесь в виде чего-то отдельного; скорее, они возникают и исчезают как пузыри в пруду во время дождя. Пузыри не были в пруду изначально. Только когда идёт дождь и на поверхность воды падают капли дождя, пузыри могут появляться и исчезать. Всё, что появляется, исчезает.

Видя, как медитирует досточтимый Сарипутта, Будда описал состояние ума этого монаха, чья практика привела к великой мудрости и радости, сказав следующее:

Описав состояния сосредоточения джхан мира формы, Будда озвучил условия для вхождения в более очищенные миры без формы, или состояния нематериальных джхан.

Давайте посмотрим, что возникает и исчезает, когда вы входите в джханы. Когда ваше сосредоточение становится всё сильнее, количество мыслей сокращается. Иногда вы будете замечать «начальную мысль» (sankappa). Начальная мысль – это цель или намерение мышления, в то время как «направленная мысль» (vitakka) – это зарождение самой мысли. Начальные мысли могут включать мысли, связанные с отречением (nekkhamma-sankappa), мысли, связанные с противоположностью ненависти, или меттой (avyāpāda-sankappa), и мысли, связанные с состраданием или отсутствием жёсткости, непричинением вреда ни одному существу в мире (avihiṃsa-sankappa).

Временами возникает уверенность в Будде, Дхамме и Сангхе, а также в самом себе. Между этими мгновениями доверия ваш ум может переходить к воспоминаниям о зрительных образах и звуках из прошлого. Вы можете увидеть непостоянство всего этого. Или вы можете вспомнить изображение Будды. Иногда вы будете вспоминать полную последовательность событий. Иногда будет казаться, что вещи возникают случайным образом. Возможно, вы вспомните списки явлений, которые изучали раньше. Внезапно вы понимаете, что отошли от своей основной практики. Такова природа ума каждого из нас. Всё это, даже уход от основной практики, – примеры возникновения и исчезновения.

Отход в сторону. Мысли. Сосредоточение возникает и проходит. Тогда вы вспоминаете первое указание: направленная мысль, устойчивая мысль, восторг, удовольствие и однонаправленность ума. Вы вспоминаете второе указание: внутренняя уверенность, восторг, удовольствие и однонаправленность ума. Вы переходите к четвёртому указанию: беспристрастие, ни-болезненное-ни-приятное-ощущение, невовлечённость ума из-за покоя, чистота осознанности и однонаправленность ума, контакт, ощущение, восприятие, намерение и ум[84]. Теперь вы готовы исследовать более утончённые состояния.

Первая сутта, упомянутая в этой главе, – «Аттхаканагара-сутта», на самом деле охватывает одиннадцать способов спасения от огней стресса. Эти способы включают четыре состояния джхан в мире форм, а также брахмавихары, и только первые три из джхан, не связанных с формой. После этого, когда вы достигаете основы ни-восприятия-ни-невосприятия, вы не замечаете никаких состояний ума в чистом виде: умственные факторы, участвующее в этом, слишком тонкие для цели этого наставления. Когда вы выходите из этого состояния, вы можете войти и пребывать в «прекращении восприятия и ощущений». Это наиболее тонкое временное состояние сосредоточения, формально описанное в моей традиции. Глядя с ясностью и мудростью, возникшими в результате этого, вы можете увидеть, как привязанность к чему угодно ведёт к стрессу. Так, склоняя свой ум к настоящему прекращению в качестве объекта вашего ума, вы можете с помощью этого метода покончить с тем, что называется «пятнами опыта».

Видя всё таким, как оно есть, вы можете развить все факторы пробуждения (sambojjhanga). Благие факторы, поддерживающие пробуждение, – это осознанность, исследование, энергия, радость, покой, сосредоточение и беспристрастие. Кроме того, есть семь списков качеств (bodhipakkhiyadhammā), о которых сказано, что их олицетворяет Будда. Вы можете обрести непрерывность прозрения в непостоянство, безличность и видоизменение страдательности путём развития этих наборов факторов пробуждённости.

Теперь у вас есть множество инструментов для практики. Если вы зародите в себе эти качества, они приведут к появлению большей свободы и вы сами увидите, что ваш ум стал более спокойным и умиротворённым, а омрачения пошли на спад. Только вы сами можете осознать это на собственном опыте в ходе приближения к освобождению от страдания. Вы распознаете упомянутое выше прямое знание с честностью и искренностью. Это знание без ярких вспышек и притворства, оно связано с искренностью и тишиной. В достоверности вашего опыта не останется никаких сомнений.

На что опирается это подлинное видение? На непостоянство. Каждое мгновение – мгновение изменений, поэтому вы продолжаете меняться до полуночи. В это время, если вы ещё не уснули, вы можете понять, что одну секунду назад был вчерашний день, а следующая секунда после этого становится сегодняшним днём. Секундой раньше следующая секунда должна была бы стать завтрашним днём. Время меняется так быстро, что сегодня исчезает, стоит только сомкнуть глаза. Моя собственная жизнь в настоящее мгновение ограничена менее чем одной секундой. Как и ваша. Вы можете испытать это сами. Вам не нужно узнавать об этом откуда-то извне – от родителей, учителей, друзей или кого-то и чего-то ещё, кроме вашего сосредоточенного ума. Именно поэтому Будда и сказал, что «сосредоточенный ум видит вещи такими, какие они есть»[86].

То, что вы увидите своими глазами, может показать или не показать, что это правда. Часто вы слышите фразу: «Не поверю, пока не увижу». Возможно, Будда не использовал именно эти слова, но он знал и учил, как видеть вещи такими, какие они есть. Зрение, слух, обоняние и осязание могут быть искажены из-за множества факторов. Но если вы сохраняете осознанность, ваш глубоко сосредоточенный ум может видеть напрямую, оставаясь свободным от искажений. Таким образом вы можете видеть и физические, и нематериальные изменения.

Физики могут видеть большинство материальных вещей с помощью их материальных глаз, часто в сочетании с мощными микроскопами и телескопами. Ваш сосредоточенный и осознанный ум может увидеть, как всё, что обретает существование, также перестаёт существовать. Это «всё» может быть материальным или нематериальным, близким или далёким, грубым или тонким, внутренним и внешним. Всё, что вам нужно, – это физическое уединение, психическое уединение и могущественный союз осознанности и сосредоточения. Уединение от необязательных или неблагих внешних влияний создаёт пространство для того, чтобы вы могли наслаждаться свободой от всевозможных омрачений, оно помогает вам воспитывать ум, делая его чистым, ясным и не скованным препятствиями. Также эта великолепная пара осознанности и сосредоточения не только обостряет способности вашего ума, но и создаёт условия для возникновения мудрости – так, чтобы вы могли смотреть на свой опыт без предубеждения и заблуждения.

Некоторые люди, когда только начинают практиковать, не могут так ясно видеть непостоянство, им нужно тренироваться. Вполне вероятно, именно поэтому Будда упомянул непостоянство в конце, а не в начале «Анапанасати-сутты», «Наставления об осознанности к дыханию». В то время как их умение медитировать возрастает, они развивают свои способности к осознанности и сосредоточению. Тогда они тоже начинают видеть непостоянство более ясно. И в высшей точке этого занятия они не будут видеть ничего, кроме подъёма или опускания, или появления и исчезновения, дыхания. Как и в истории Бахии Даручирии, некоторые люди с самого начала видят непостоянство, однако даже тем, кто вначале испытывал трудности, будет легко увидеть непостоянство, как только они хорошо разовьют осознанность и сосредоточение.

Обратите внимание на различия проявления способностей восьми монахов, которые рассказали Будде о том, как они медитируют на смерти:

Выслушав их всех, Будда похвалил седьмого и восьмого монаха, сказав, что они живут бдительно и развивают осознанность к непостоянству более ясно, чем остальные шестеро монахов. Те шестеро монахов, по его словам, жили беспечно и практиковали памятование о смерти не в полную силу, тогда как последние два развили «памятование о смерти, способное разрушить помутнения ума»[87].

Такой объект ума, как смерть, напоминает нам о её неизбежности и зарождает в нас чувство безотлагательности. Те, кто тренирует сосредоточение и осознанность с такой силой и тщательностью, могут нас вдохновить. Непостоянство заложено в самой природе, и, настраивая свой ум определённым образом, мы можем зародить в себе осознание конкретных качеств ума, приводящих к умиротворению. Возьмём, например, «Наставление об осознанности к дыханию»:

Без уточнения «непостоянство чего именно» наставление упоминает наблюдение просто непостоянства. С помощью хорошо натренированного ума непостоянство может оставаться заметным качеством нашего опыта, даже когда конкретные ощущаемые объекты будут отброшены.

Каждый из нас – движущееся собрание действий. Каждое мгновение что-то одно или другое происходит в нас. Мы читаем или ходим, говорим или пишем. Пока мы куда-то передвигаемся во время этих действий, происходят бесчисленные вещи. Наше сердца продолжают биться. Они заняты тем, что получают бедную кислородом кровь со всего тела, посылают её в лёгкие за кислородом, а потом перекачивают эту кровь, богатую кислородом, во все ткани и органы. Лёгкие заняты тем, что принимают бедную кислородом кровь из сердца, заряжают её кислородом, который они вдыхают, и посылают кровь обратно в сердце. Вены и артерии постоянно переносят кровь и питательные вещества в каждую мельчайшую клетку, одновременно собирая бедную кислородом кровь и отходы, чтобы унести их прочь.

Печень обеспечивает обмен веществ, почки фильтруют и выделяют жидкость, клетки каждого вида должны правильно работать без промедления. Все они очень заняты. Ничто в нашем теле не сидит без дела. Ни у чего нет времени отдохнуть. Даже во время сна множество частей нашего тела работает, чтобы мы продолжали жить, не говоря о мыслях и ощущениях, чувствах и переживаниях, постоянно подпитывающих наше ощущение «я». Все эти процессы никогда не стоят на месте. Поэтому нам необязательно смотреть на какую-то одну особую часть нас самих, чтобы увидеть непостоянство. Также нам не нужно отправляться в какое-то особое место. Всё, что нам нужно сделать, чтобы осознать непостоянство, – это обратить внимание на то, что по-настоящему происходит внутри этих наших тела и ума. Занявшись этим, просто поучаствовав в этом внутреннем наблюдении, мы можем «прийти и увидеть». Это занимает всего лишь мгновение прямой осознанности и достаточного сосредоточения, это может произойти среди ночи или пока мы принимаем в пищу один кусок пищи. Именно поэтому Будда и сказал, что «все явления возникают из внимания» (manasikārasambhavā sabbe dhammā)[89]. Старайтесь «прийти и увидеть» осознанно. Мы можем увидеть непостоянство в каждом дыхании. Восьмой монах был настолько бдителен, что ему хватило одного вздоха, чтобы достичь освобождения. Возможно, вам необязательно быть монахом. Это приглашение, открытое для всех. Эхипассико.

Если вкус непостоянства, описанный в этой книге, пока не убедил вас продолжить практику, вот две совершенно реальные причины заняться медитацией на непостоянстве в течение этой жизни: смерть и ниббана. Каждый знаком с понятием «непостоянство»; мы даже можем думать, что знаем, что мы рождаемся, стареем и умираем. Но простого осознания того, что это рано или поздно происходит, недостаточно.

Будь вы девяностопятилетним монахом или юным спортсменом в расцвете сил, вы должны понимать, что можете умереть в любой момент из-за сердечного приступа, инсульта, нарушения работы мозга, почечной недостаточности, несчастного случая или укуса змеи и что всё это может произойти, пока вы спите, ходите, говорите или лежите – в любой момент. Если цель вашей практики медитации – свобода, то вы не хотите, чтобы мгновение смерти наступило, когда ваш ум занят жадностью, ненавистью и заблуждением или чем-то связанным с ними. Смерть присутствует рядом с вами в каждый миг жизни, так что вам нужно сделать всё, что в ваших силах, чтобы длительное время сохранять ум чистым, ясным и свободным от беспокойства, напряжения, злости, ненависти и зависти. С помощью мудрости прозрения вы можете очистить ум от всех этих трудностей и отвлечений, так что во время смерти ваша возможность обрести свободу не будет перехвачена неблагими качествами ума. Чем раньше вы от них избавитесь, тем лучше.

Если ваша цель – это умиротворение, то бесстрашное признание смерти и непостоянства поможет вам создать наиболее подходящую мотивацию достичь этой цели. Какова же мотивация, ведущая к покою? У вас должно быть устремление прожить остаток своей жизни без трёх ядов жадности, ненависти и заблуждения, отравляющих ваш ум. Это приведёт к более спокойной жизни, а также создаст условия для смерти, которая будет для вашего ума в меньшей степени болезненной, мучительной, приводящей в замешательство и вызывающей беспокойство. По этой причине я всегда медитирую на непостоянстве. И каждый раз, когда во мне возникает гнев, я его отпускаю. Если я вспоминаю о чём-то болезненном, что кто-то совершил по отношению ко мне, я тут же переключаю ум на осознавание непостоянства и удаляю любое сожаление, возникающее в уме. Я стараюсь всё время сохранять ум незапятнанным и чистым.

Возможно, вы встречали пожилых людей, которые легко начинают переживать или раздражаться. Их тела разрушаются, и они не могут делать то, что могли делать раньше. Когда я был моложе, люди не хотели ходить вместе со мной, потому что я шёл слишком быстро для них, но теперь никто не хочет ходить со мной, потому что я хожу слишком медленно. Иногда, вспоминая способности и умения своей молодости, пожилые люди расстраиваются. Я же не расстраиваюсь и не переживаю из-за этого. Прозрение, зрелость и мудрость намного более приятны, чем привязанность к чему бы то ни было зависящему от изменчивых условий.

Практикуя осознанность к непостоянству, сохраняйте свой ум незапятнанным и чистым, зная, что вы можете умереть в любой момент. Вспомните о своём намерении сделать так, чтобы самый миг окончания был без жадности, ненависти и заблуждения. Континуум ума – одна из сторон процесса умирания, на которую вы действительно можете повлиять. Если вы проживаете каждый день, памятуя о своей смертности, вы осознаёте, что вы сами не статичны. Вы можете напоминать себе, что всё непостоянное обязательно лишено по-настоящему независимой сущности (suññata). Подобное отсутствие твёрдой сущности в самом себе наряду с беззнаковостью (animitta – отсутствие устойчивой идеи о том, чем оно является и чем не является) и ненаправленностью (appaṇihita – отсутствие желания удовлетворить жажду) открывают путь к освобождённому сердцу. Соответственно, вы можете выбрать направление в сторону свободы. Конечно, на самом деле идти никуда не нужно.

Говорят, что, когда мы совершаем последний вздох, в последнее мгновение ума могут возникнуть различные знаки. Что случится дальше – зависит от того, какой из них сможет увлечь нас и повести вперёд. Иногда очень сильный поступок (kamma), совершённый в этой жизни, благой или неблагой, возникает в качестве воспоминания и направляет опыт нашего ухода. Причина и следствие необязательно должны быть очень глубокими или эзотерическими. Если умирающий в течение своей жизни не совершил какого-то серьёзного действия, на первый взгляд безобидная или привычная мысль может проявиться и оказать влияние на переход в новую жизнь. Помимо первого вида знаков воспоминание в мгновение смерти может возникнуть в виде символа, а не в виде воспоминания о само́м намеренном действии; например, мы можем увидеть инструмент, использованный для совершения поступка, или цвет предмета в месте, где этот поступок был совершён. Такого рода явления, возникающие в уме, также могут повлиять на обстоятельства нашего ухода. Третий возможный опыт, охватывающий ум в мгновение смерти, относится к так называемому месту назначения и считается предзнаменованием тех условий, которые может вскоре встретить умирающий.

Вне зависимости от того, что именно возникает в сознании, главное – это не зрительный образ, а то, как он обрабатывается внутри сердца умирающего. Это значит, что наши слова и руководство могут в определённой степени принести пользу в последние мгновения жизни другого практикующего.

Если ум умирающего всецело пронизан непостоянством, то наиболее значимым фактором, влияющим на его ум в заключительной череде мыслей, будет непостоянство. Если непостоянство – единственное заметное свойство в нашем уме во время смерти, то вследствие этого наша обусловленность не сможет и не будет обретать постоянное место опоры – человеческую или божественную обитель, – на котором оно могло бы остановиться или в котором могло бы переродиться. Больше не будет продолжения. Когда ум больше не привязан ни к каким знакомым указателям, наступает свобода.

Все омрачения «оставлены, искоренены, сделаны подобными пням пальмы и уничтожены, так что они не смогут возникнуть в будущем»[90]. Непоколебимое освобождение сердца считается лучшим видом беззнакового освобождения сердца. Об этом освобождении сказано, что его способом является беззнаковость, потому что, когда непостоянство полностью познано, сердце полностью опустошено от жадности, ненависти и заблуждения. Они были единственными творцами знаков, к которым мы привязывались или которым мы сопротивлялись. Следовательно, обеспеченный этим покой непоколебим и неизменен. Глубоко соприкасаясь с непостоянством, мы прикасаемся к безграничному и необусловленному, к ниббане.

Мы выражаем благодарность Джин Малмгрен, редактору «Путешествия к осознанности», за её работу над этим проектом на начальном этапе. Когда Джефф Гисон, менеджер офиса в обществе «Бхавана», встретил Джулию Харрис в мире литературы и редактирования текстов по Дхамме, чудо взаимосвязанности привело к тому, что он представил её Бханте Гунаратане. Джефф и Брайан Чеймовиц, отличный помощник Бханте и мастер на все руки, гостеприимно приняли Джулию в своём кругу так, что это привело к созданию всеобщей гармонии и появлению этой книги. Бханте выражает особую благодарность Джулии за кропотливую работу в качестве редактора, соавтора и человека, отполировавшего эту рукопись до блеска. Джулия с радостью приняла это приглашение, оценив доверие, оказанное ей Бханте. Мы аплодируем Лоре Каннингем, редактору и продакшн-менеджеру «Виздом Пабликейшнз», а также Майклу Бучеру, помощнику редактора, за их исключительное умение конструктивно общаться и за координацию подготовки книги к изданию. Мы благодарим Джеффа за работу корректора и Ричарда Зейковица за проверку цитат из «Ангуттара-никаи» и «Сутта-нипаты». Джулия признательна своей соседке Денис за поиск номеров страниц в её личной копии «Дхаммапады». Мы выражаем нашу общую благодарность «Виздом Пабликейшнз» за прекрасную подготовку и представление книги нашим читателям.

AN – «Ангуттара-никая»

Dhp – «Дхаммапада»

DhpA – «Дхаммапада-аттхакатха»

DN – «Дигха-никая»

MN – «Маджджхима-никая»

SN – «Самьютта-никая»

Sn – «Сутта-нипата»

Ud – «Удана»

Bodhi, Bhikkhu, trans. The Connected Discourses of the Buddha: A Translation of the Saṃyutta Nikāya. Boston: Wisdom Publications, 2000. (Связанные наставления Будды: перевод «Самьютта-никаи» / пер. Бхиккху Бодхи.)

Bodhi, Bhikkhu, trans. The Numerical Discourses of the Buddha: A Translation of the Aṅguttara Nikāya. Boston: Wisdom Publications, 2012. (В издательстве «Ганга» в 2023–2024 гг. вышли четыре части этой книги – «Ангуттара-никая. Номерные наставления Будды». См. сайт www.ganga.ru. – Прим. ред.)

Bodhi, Bhikkhu, trans. The Suttanipāta: An Ancient Collection of the Buddha’s Discourses Together with Its Commentaries. Boston: Wisdom Publications, 2017. («Сутта-нипата»: древнее собрание наставлений Будды с комментариями к ним / пер. Бхиккху Бодхи.)

Buddhaghosa. The Buddha’s Last Days: Buddhaghosa’s Commentary on the Mahaparinibbana Sutta. Translated by Yang-gyu An. Oxford: Pali Text Society, 2003. (Буддхагхоса. Последние дни Будды: комментарий Буддхагхосы к «Махапариниббана-сутте» / пер. Янг-гью Ан.)

Buddhaghosa. The Commentary on the Dhammapada. Vol. 3. Edited by Norman, H. C. London: Luzac & Company, Ltd. 1970. (Буддхагхоса. Комментарий к «Дхаммападе» / под ред. Г.К. Нормана.)

Fronsdal, Gil, trans. The Dhammapada: A New Translation of the Buddhist Classic with Annotations. Boston & London: Shambhala Publications, 2005. («Дхаммапада»: новый перевод буддийской классики с аннотациями / пер. Дж. Фронсдала.)

Gunaratana, Henepola. The Four Foundations of Mindfulness in Plain English. Boston: Wisdom Publications, 2012. (Русскоязычное издание: [Хенепола Гунаратана. Четыре основы внимательности простыми словами / пер. О. Турухиной. М.: Ганга, 2017].)

Ireland, John D., trans. The Udāna: Inspired Utterances of the Buddha & The Itivuttaka: The Buddha’s Sayings. Kandy, Sri Lanka: Buddhist Publication Society, 1997. («Удана: вдохновлённые восклицания Будды» и «Итивуттака: высказывания Будды» / пер. Дж. Айленда.)

Nārada Mahā Thera, Venerable. The Buddha and His Teachings. Kandy, Sri Lanka: Buddhist Publication Society, 1988. (Дост. Нарада Махатхера. Будда и его Учение.)

Ñāṇamoli, Bhikkhu, and Bhikkhu Bodhi, trans. The Middle Length Discourses of the Buddha. Boston: Wisdom Publications, 1995. (В издательстве «Ганга» в 2021 г. вышли три части этой книги – «Мадджхима-никая. Наставления Будды средней длины». См. сайт www.ganga.ru. – Прим. ред.)

Walshe, Maurice, trans. The Long Discourses of the Buddha: A Translation of the Dīgha Nikāya. Boston: Wisdom Publications, 1987. (Длинные наставления Будды / пер. М. Уолша.)

Woodward, F. L., trans. The Book of the Gradual Sayings (Aṅguttara-Nikāya) or Morenumbered Suttas. Oxford: Pāli Text Society, 2003. (В издательстве «Ганга» в 2023–2024 гг. вышли четыре части этой книги – «Ангуттара-никая. Номерные наставления Будды». См. сайт www.ganga.ru. – Прим. ред.)

Бханте Гунаратана принял постриг в возрасте 12 лет в качестве буддийского монаха на Шри-Ланке, получил степень PhD по философии в Американском университете, а также проводил ретриты, обучал буддизму и читал лекции в Соединённых Штатах, Канаде, Европе и Австралии. Бханте Хенепола Гунаратана является председателем общества «Бхавана» в Хай-Вью, Западная Вирджиния, где постоянно проживает.

Джулия Харрис живёт и медитирует в Колорадо, хотя ум её всё ещё блуждает далеко за пределами её родных гор. Если благодаря чтению этой книги хотя бы один читатель ослабит путы идей о существовании личности и иных концептуальных построений, её сердце наполнится радостью.

Являясь логическим продолжением работы «Осознанность простыми словами», настоящая книга подробно рассказывает о практических методах достижения более глубоких медитативных состояний, или джхан. Это простое и доступное руководство для практикующих медитацию, в котором максимально подробно, шаг за шагом раскрывается метод медитации сосредоточения.

В этой книге Бханте Хенепола Гунаратана исследует смысл «Карания-метта-сутты» – основополагающего текста традиции тхеравада, посвящённого любящей доброте, а также делится простыми и доступными способами медитации для развития метты.

«Такая любовь обладает множеством качеств, отличающих её от более обычных переживаний любви, смешанных со страстным желанием или привязанностью. Рождённая из щедрости метта – это забота и доброта, не пытающиеся получить ничего для себя» (Джозеф Голдстейн).

Восемь внимательных шагов к счастью – это Восьмеричный благородный путь, фундаментальное практическое учение буддизма о преодолении страдания. В простой и доступной манере автор объясняет смысл каждого шага, снабжая текст множеством примеров из священных текстов, а также из современной жизни и собственного опыта. В отличие от специализированных руководств по медитации, данная книга предлагает комплексный подход к духовному пути, подразумевающий развитие этики, сосредоточения и прозрения.

Данная книга – краткий и ясный комментарий Бханте Гунаратаны к «Гиримананда-сутте», учению Будды о десяти восприятиях. Утверждается, что медитация на этих восприятиях служит не только главной цели буддийской практики – полному и окончательному освобождению от страданий, – но и относительной цели исцеления от болезней.

Книга посвящена исследованию одной из основополагающих тем медитации прозрения (випассаны): Четырём основам внимательности. В ней раскрываются важнейшие понятия буддизма тхеравады, такие как Четыре благородные истины, Благородный восьмеричный путь, препятствия, оковы, факторы просветления и т. д., а также приводятся практические указания и техники медитации на Четырёх основах.

В книге рассматривается природа джхан – состояний глубокого медитативного погружения, характеризуемого отстранённостью от беспокойств и завес мира чувственных желаний. В книге особый упор делается на ясное различение мирских и сверхмирских джхан. Так, четыре джханы и четыре нематериальных достижения вначале появляются как мирские состояния глубокой безмятежности, помогающие сформировать необходимую для возникновения мудрости основу сосредоточения. Но когда джханы непосредственно связаны с освобождающей мудростью, они называются надмирскими, запредельными джханами, объектом созерцания в которых является сама ниббана.

В русском издании этой книги диакритические знаки были восстановлены для лучшего понимания там, где палийские слова написаны латинскими буквами. – Прим. пер.

DN 26. Мара – злокозненный персонаж, о котором я подробнее расскажу далее в этой главе.

SN 22:43.

SN 6:2.

AN 4:21.

SN 22:87.

SN 47:20; Bodhi, 2000, 1649.

SN 35:70; Bodhi, 2000, 1155.

DN 22.

MN 10; Ñāṇamoli and Bodhi, 1995, 151.

MN 10; Ñāṇamoli and Bodhi, 1995, 153.

MN 10; Ñāṇamoli and Bodhi, 1995, 153–154.

MN 131; Ñāṇamoli and Bodhi, 1995, 1045.

SN 12.61.

SN 22:43.

SN 47:6; Bodhi, 2000, 1632–1633.

Ud 1:10; Ireland, 1997, 21.

SN 3:12; Bodhi, 2017, 756–758.

Намучи – эпитет смерти, «разрушитель». Его имя рисует картину людей и божеств, которым трудно избежать его хватки.

Sn 3:2; Bodhi, 2017, 436–439.

В тексте сутты здесь и далее присутствует также фраза «избавляет от всей страсти к форме». – Прим. пер.

SN 22:102; Bodhi, 2000, 961–962.

SN 56:11.

SN 22:59. Арахант – тот, чьи ум и сердце полностью свободны от жадности, отвращения и запутанности. Состояние араханта – один из трёх вариантов просветления, к которым могут стремиться буддисты тхеравады.

Пять совокупностей, подверженных привязанности (pañcupādānakkhandhā), включают: форму, такую как необработанные ощущения органов чувств и простые мысли; ощущения, включая приятное, неприятное и ни-приятное-ни-неприятное чувство; восприятие, участвующее в работе памяти и узнавании явлений; умственное разрастание наряду с волевыми построениями; сознание.

MN 146; Ñāṇamoli and Bodhi, 1995, 1121.

SN 22:29; Bodhi, 2000, 875–876.

SN 22:31; Bodhi, 2000, 876.

DN 15.

SN 56:11.

AN 3:136. – Прим. пер.

Dhp 42, 162. – Прим. пер.

Dhp 165; Fronsdal, 2005, 44.

Dhp 240; Fronsdal, 2005, 63.

Dhp 259.

DN 22.

SN 10:12.

Кхандхи – это совокупности, или скопления, данных, воспринимаемых органами чувств, и их отзвуки в уме, которые можно ошибочно истолковать как некое «я». Это будет более подробно описано в восьмой главе в отношении пяти совокупностей.

Dhp 374; Fronsdal, 2005, 75.

Сансара – болезненное по своей природе состояние постоянного циклического повторения действий без обретения искомого удовлетворения, она напоминает состояние кружащегося в колесе хомяка, который думает, что он куда-то бежит. В буддийской медитации это понятие применимо даже к целым повторяющимся жизням.

Действующая санкхара – один из видов кхандх, она обозначает собрание информации, поступающей от органов чувств или порождённой умом, которая нас легко подводит, заставляя верить, что каждое собрание реально и представляет собой отдельную сущность. Санкхары строятся на неосознанном контакте в любой из дверей чувств, включая ум, и представляют собой также и обеспеченное этим разрастание ума, возникающее из нераспознанного ощущения. Поскольку каммы – это намеренные действия, приносящие настоящие результаты, они тоже являются санкхарами и в свою очередь могут порождать ещё больше скоплений. И новая камма, такая как намерение, и результаты старой каммы, такие как ваше текущее состояние, – это санкхары.

Как-то раз в общество «Бхавана» пришёл один мой друг и во время простого разговора он в шутку попросил меня и других присутствующих угадать значение слова, которое он задумал: «On и ещё on, а посередине I». Мы пытались решить эту головоломку, используя всю нашу мудрость и смекалку, но так и не смогли найти ответ. Наконец он произнёс это слово по буквам, сказав onion, то есть «лук», и мы все засмеялись. Позже я стал думать об этой загадке. Я увидел, что она очень точно передаёт смысл, если подумать о том, как мы продолжаем раз за разом, всё дольше и дольше (англ. on and on) оставаться в сансаре из-за того, что жажда и неведение постоянно поддерживают идею о нашем «я» (англ. I).

Dhp 294–295; Fronsdal, 2005, 75.

SN 22:59; Bodhi, 2000, 901–902.

SN 22:1; Bodhi, 2000, 853–856.

MN 2; Ñāṇamoli and Bodhi, 1995, 93.

MN 131.

DhpA III, 406–407.

DhpA III, 417–421.

DN 16.

Gunaratana, 2012, 113.

DN 22, MN 10. – Прим. пер.

AN 1:49. – Прим. пер.

AN 4:45; Bodhi, 2012, 434–435.

AN 11:16 (в других изданиях AN 11:15, например в Bodhi, 2012, 1573–1574).

AN 10:58.

SN 35:28.

Jātipi dukkhā jarāpi dukkhā maraṇampi dukkhaṃ soka-parideva-dukkha-domanassupāyāsāpi dukkhā – шаблонная фраза и хорошее напоминание из текстов Палийского канона.

SN 22:87.

AN 11:16 (в других изданиях AN 11:15, например в Bodhi, 2012, 1573–1574).

Ibid.

Ibid.

Sn 143–145.

DN 34.

Более поздние буддийские традиции перечисляют десять стадий, ведущих к состоянию будды.

Эпитет будды, означающий «так ушедший» или «так пришедший».

«Одиночный будда».

Название для учения будд, подобного данному для лечения болезней лекарству.

MN 142; Ñāṇamoli and Bodhi, 1995, 1103–1104.

MN 63.

AN 2:19.

Dhp 183.

SN 35:97; Bodhi, 2000, 1179–1180.

MN 152; Ñāṇamoli and Bodhi, 1995, 1148–1149.

Аттхакатха к «Саманьяпхала-сутте», DN 2. – Прим. пер.

MN 39. – Прим. пер.

SN 35:99.

SN 22:102.

AN 3:65; Bodhi, 2012, 279–283.

AN 4.180 (DN 16).

Матика – перечисление в виде списка явлений, как они понимались согласно теории и практике раннего буддизма. Это палийское слово указывает на своего рода матрицу для распознания и распутывания того, что возникает на тонких уровнях ума.

MN 52. См. также «Анупада-сутту», «Наставление об одном за другим», MN 111.

MN 111; Ñāṇamoli and Bodhi, 1995, 899.

Ibid.

MN 149; Ñāṇamoli and Bodhi, 1995, 1138–1139.

SN 35:99.

AN 8:73; Bodhi, 2012, 1219–1221.

MN 118; Ñāṇamoli and Bodhi 1995, 83.

AN 10:58.

MN 43.