— Люся, мы тебя ждём! — слышу я в телефонной трубке смех своих лучших подружек, с которыми мы договорились встретить Новый год.

— Уже иду, — отчитываюсь я.

Оглядываю себе ещё раз внимательно в зеркало: ну а что, сорок пять — баба ягодка опять, как говорится…

И хотя мне особо не для кого наряжаться, я всё равно слежу за собой, не запускаю. Пусть говорят, что после сорока жизни нет. Я так не считаю. У мня очень разнообразная насыщенная событиями жизни: экскурсии, поездки в музеи, театры, йога и бассейн, всё как полагается.

И всё это для меня любимой.

И я вовсе не считаю, что для качественной жизни обязательно должен быть мужик рядом. Хватит с меня. Натерпелась уже в своё время.

Натерпелась и выкинула из дома. И сама растила сына. И даже вырастила. Спортсмен, отличник учёбы, уехал в другой город, поступил в университет, уже последний курс заканчивает.

И пусть я его редко вижу, скучаю по нему, но он уже большой мальчик, не за мамкину же юбку ему держаться.

Самостоятельный. Как и я. Горжусь им.

Поправляю на себе новогоднее вечернее платье с блёстками. Наряжаюсь для себя. И ни для кого больше. Я знаю, что мои подружки сегодня наверняка готовят мне очередной сюрприз. Вечно пытаются меня свести с кем-нибудь.

Я уже устала отбиваться от них. Бесполезно. Неужели непонятно, что женщина может быть счастливой и самодостаточной сама по себе?!

Вот Ира, например, не расстаётся уже много лет со своим престарелым женатым любовником Фёдором. Который трахает её исключительно в перерывах, когда его жена уезжает на очередной курорт или в санаторий.

И на любые мои доводы отвечает, что ей так удобно, что жена у него для унылых будней, а с ней, с Ирой — у него сплошной праздник. Ага, рассказывай мне сказки.

Не сомневаюсь, что с женой у него тоже бывают неплохие праздники. Но мою подругу это устраивает, поэтому я за неё рада. Но зачем и мне предлагать такие же унылые отношения?

Или Светик — та ещё клиника. Вот уже пять лет встречается с Витей — модным тусовщиком и щёголем. Только почему-то к Свете он приходит исключительно поесть домашнего борща с пампушками, а на светские вечеринки предпочитает ходить один, без сопровождения, так сказать. Или стесняется своей подружки-ровесницы? Они же там все в тусовке все сплошь с молоденькими студенточками гуляют.

Ладно, беру контейнер со своим фирменным салатам «Гранатовый браслет» и отправляюсь к Светке. Вот уже последние пятнадцать лет у нас традиция отмечать Новый год вместе. Мужчины за эти годы приходят и уходят, появляются новые, а мыс девчонками остаёмся.

— А вот и наша Люся! — слишком демонстративно громко кричит на всю квартиру Света, и я понимаю, что в гостиной меня уже наверняка ожидает очередной мужчина, с которым меня сегодня будут усиленно сводить…

Да уж, прямо как у собачек… Случка, — усмехаюсь я про себя этому сравнению и поправляю на себе своё платье.

Сидит просто идеально. Немного седины в волосах, которую я не закрашиваю. Она меня не портит. С гордостью несу свои годы. Так же, как и свою грудь третьего размера с попой, которые я гордо заношу вместе с собой в гостиную, где в кресле уже сидит какой-то мужчина…

— Знакомьтесь, это наша Люсенька, — представляет она меня.

— Юра, — поднимается из кресла мужчина, и я с интересом рассматриваю его.

А что, вполне себе ничего. Бывали на моей памяти и экземпляры в сто раз хуже…

Как знать, может что-то и выгорит у нас сегодня…

Высокий, стройный, наверное, мой ровесник, волосы чуть с проседью… Трёхдневная щетина и дорогой одеколон.

Подходит ко мне и галантно берёт у меня из рук контейнер.

— Выпьешь, Люся? — уже протягивает руку за откупоренной бутылкой, и я с улыбкой киваю в ответ.

— Немного, — и чувствую, как у меня где-то внизу живота начинает разливаться приятное тепло…

Ого, давненько со мной такого не бывало! Может быть, этот Новый год и не будет таким уж скучным и предсказуемым, как знать…

— За знакомство, — протягивает он мне уже мой бокал, и я чокаюсь с ним.

— За знакомство, — тону я в его тёмно-карих глазах, которые сейчас нагло спускаются чуть ниже, рассматривают мои губы, и я буквально ощущаю на них тепло его поцелуя…

Он долго не задерживается на них и скользит всё ниже, и уже я ощущаю тепло от его взгляда на своей груди в очень открытом декольте…

Ммм…

Чувствую, как твердеют мои соски под его взглядом, и понимаю, что мои трусики намокли…

Ах, как неловко…

Похоже, этот Новый год обещает быть очень горячим…

Единственная несостыковка: почему этот красавчик один? Женщины таких мужчин обычно не пропускают…

Но я отбрасываю эту мысль в сторону. Мало ли почему… Жена ушла к другом, откуда мне знать…

До полуночи ещё три часа, а мой новый знакомый уже так близко ко мне… Он что-то рассказывает, склонившись к моему ушку, и его тёплое дыхание обжигает мне шею.

Возбуждает.

— Ты такая удивительная женщина, Люся… — бормочет он хриплым низким голосом, и я чувствую, как мурашки бегут у меня по спине. — Такая умная, женственная, необыкновенная, — продолжает он, и его рука мягко сжимает моё колено под скатертью.

— Неужели? — выдавливаю я из себя, и чувствую, как предательски алеют у меня щёки, как у школьницы, а между ног у меня уже давно пылает такое пламя, что потребуется целая бригада пожарников…

Хотя нет, конечно, я думаю, одного Юры мне будет вполне достаточно…

Я смотрю в его глаза, а сама представляю, что же у него в штанах… Хм… Если подумать, я уже так давно не видела настоящего, живого, горячего мужского члена, что меня это пугает.

Хотя, что мне терять в свои сорок пять?! И я незаметно кладу свою руку прямо ему на ширинку!

Наши друзья о чём-то разговаривают в полумраке гостиной, наполненной огнями ёлочных гирлянд, по телевизору идёт очередной «Новогодний огонёк», а я тем временем, как какая-то студенточка, тайком, расстёгиваю ширинку понравившегося мне мужчины, и подушечной пальца ощущаю его горячее желание, его плоть, которая под моими поглаживаниями буквально накаляется, до безумия возбуждая меня…

Я прячу своё желание за фужером с мерцающими пузырьками, пока пальцы Юры, уже смело отодвинув подол моего золотого платья, проскальзывают за черту кружевной резинки мои чулок, двигаются дальше и отодвигают край насквозь промокших трусиков.

Я делаю глоток шампанского, чтобы подавить сладкий стон, когда его пальцы нежно раздвигают мои влажные уже припухшие от желания складочки, поглаживают их, ласкают, и затем мягко входят в мою влажную нежную плоть, и я зажимаю колени, пытаясь удержать его умелые пальцы внутри себя на подольше…

Моя ладонь уже крепко обхватывает горячий стальной ствол в его штанах, и я начинаю надрачивать ему, сжимая свои пальцы всё сильнее и сильнее, и чувствую, как член под их нажимом становится только ещё твёрже.

— Я думаю, мы можем с тобой пойти ко мне домой, — слышу я прерывистый шёпот на ухо. — Здесь недалеко.

И я только послушно киваю в ответ.

Я буквально схожу с ума от желания. От желания ощутить внутри себя этот огромный твёрдый член. От желания встать на колени и облизать его чуть солоноватую головку… Сжать в кулаке его мошонку, почувствовать, как перекатываются под пальцами его яички…

Потереться набухшими сосками о его обнажённую грудь… И ещё много-много всего, чего я хочу сейчас сделать.

— Мы с Люсей уйдём ненадолго, — объявляет Юра на всю компанию. — Хочу показать ей свою коллекцию… Хм… Антиквариата… — добавляет он. — Мы как раз это сейчас обсуждали, — и я вижу заговорщицкие взгляды подруг, которыми они одаривают меня. — Как раз успеем вернуться к полуночи, — встаёт он из-за стола, а я незаметно, как нашкодившая школьница, поправляю на себе своё платье.

И чувствую себя, кстати, тоже как настоящая школьница! Давненько такого со мной не было!

Мы выходим на мороз, и язык Юры нагло раздвигает мои губы, проскальзывает мне в рот, исследуя в нём каждый потайной уголок, а я задыхаюсь от его силы и напора…

Его рука снова ползёт под мою шубку, и уже смело скользит по моей груди, обхватывает её и крепко сжимает, и я уже не сдерживаю глухой стон желания, вырывающийся у меня из груди.

— Нам надо поскорее дойти до твоего дома, — хрипло шепчу я, и понимаю, что ещё пара минут, и я буду готова отдаться ему здесь, в первом попавшемся сугробе!

Ну нельзя же так! Мы всё-таки взрослые люди.

— Здесь рядом, — уже уверенно ведёт он меня через дорогу в огромную модную новостройку, пронзающую чёрное бархатное небо в искрах снежинок, прямо как огромный фаллос пронзает огромную небесную вагину…

— Какая ты сладкая, девочка, — уже дерзко задирает мой подол до талии в лифте Юра, и его руки стягивают с меня мои безнадёжно промокшие трусики, а его пальцы проскальзывают между моих губок, останавливаются на клиторе, дразня его, и я чувствую волну наслаждения, накатывающую на меня… — Нет-нет, только не сейчас, моя девочка, — запахивает на мне шубку кавалер, и вот двери лифта распахиваются, и мы вываливаемся из кабинки прямо на недоумённых соседей, которые строго смотрят на нас.

Я чувствую себя такой молодой и желанной! Да это просто Новый год, который я заслужила!

— С наступающим! — приветствует соседей Юр, уже увлекая меня за собой, к огромной дубовой двери, за которой мы сейчас наконец-то останемся вдвоём… Наедине… И я еле сдерживаю стон нетерпения, рвущийся у меня из груди…

— Постой, — приказывает мне Юра, когда дверь за нами захлопывается и мы наконец-то стоим в прихожей. — Разденься. Хочу полюбоваться на тебя. Голой, — отрывисто бросает он мне, и я, не сводя с него пристального взгляда, скидывая с себя шубку, и она летит на пол мягким пушистым ковром… — Дальше! — приказывает он мне, отступив от меня на шаг назад, и я вдруг понимаю, как меня возбуждает эта игра…

Этот момент, который он всё оттягивает и оттягивает, доводя меня до сладкого безумия…

— Не останавливайся, — смотрит он на меня, разглядывает, и я чувствую, как пылает всё моё тело от его взгляда…

Я стягиваю с себя своё золотое платье, и оно тонкой чешуйкой скользит и падает у моих ног.

— Дальше, — хрипло подстёгивает меня Юра. — Ты такая красивая, девочка. Безумно красивая, ты даже не представляешь… — и я вижу, как он начинает дрочить на меня, обхватив свой ярко-красный член ладонью. — Ты ему очень нравишься, — уже в беспамятстве бормочет он, пока я стягиваю с себя бюстгалтер…

— Да так, так, детка, а теперь обхвати свои титечки ладонями, потри их, — не останавливается Юра, и я повинуюсь, начинаю ласкать свою грудь…

Мои ладони мягко массируют мои груди, а подушечками пальцев я тереблю свои затвердевшие соски, которые буквально саднит от острого желания… От желания, чтобы их поцеловали, пососали…

И вот я стою, перед ним, сжимая свои груди, и единственное, чего я хочу — это почувствовать внутри себя большой толстый член. Чтобы он прямо здесь, в прихожей, прижал меня животом и щекой к шершавой стене и оттрахал с яростью и мощным натиском мою изнывающую от дикого желания киску…

Но Юра продолжает растягивать удовольствие, и мне остаётся только повиноваться…

— А теперь поласкай свою писечку, — приказывает мне Юра, и я, облизав два пальца на руке, запускаю их в трусики, где уже и так всё мокро от моего желания.

Я тереблю свой клитор, ласкаю его, мой палец скользит в мою влажную норку, глаза полуприкрыты, и Юра хрипло шепчет:

— Да, да, давай, детка, я сейчас кончу…

Я чувствую, как волна оргазма подступает ко мне, я продолжаю трахать себя пальцем, пока Юра весь напрягается, издаёт глухой стон, и плевок спермы летит через весь коридор и прилипает к моему голому животу…

— Это было просто чудесно, — уже совершенно деловым будничным тоном заключает мой новый кавалер, натягивая на себя штаны и застёгивая ширинку, пока я стою перед ним раздетая, раздухарённая и… Так и не удовлетворённая?!

Я рассматриваю оторопело этот плевок спермы на моём голом животе, и чувствую, что это не просто плевок мне в живот, это плевок мне прямо в душу!

— Ну всё, одевайся, нас же ждут, — поторапливает меня Юра, как ни чём не бывало, и я смотрю на него, не в силах сообразить: что же это такое сейчас вообще было?!

Это даже не школьные посиделки, не детский сад, это, это… Какое-то новое странное извращение?

Просто подрочить вот так вот друг напротив друга?! Чтобы после этого вернуться к салатам с шампанским? Весь мир сошёл с ума, или я чего-то не понимаю?!

— Ты была просто прекрасна, детка, — похлопывает меня по попке Юра, поднимая с пола моё платье и протягивая его мне. — Повторим ещё? — с невинным видом спрашивает он у меня, и я только и могу выдавить из себя:

— Повторим — что? Это? — потому что я даже не знаю, как это вообще называется.

Совместная мастурбация? Если подумать, у нас же даже не было никакого петтинга! Если подумать, я могу просто прийти домой, включить порнушку, или, ещё лучше — открыть любую из сладких сказок моего любимого автора Алекс Стар, там хотя бы истории интересные бывают, и точно так же поласкать себя под одеялом?

Только мне ещё никто и не плюнет в лицо напоследок своей спермой?

— Ну так что, сладкая? — чуть ли не насильно натягивает на меня платье Юра, поторапливая меня. — Нам же так хорошо было вдвоём. Только ты и я. Совершенно чистый идеальный секс.

— Это был секс? — смотрю я на него.

Да, если бы мне было лет двадцать, я бы, возможно, купилась на сказки этого седовласого павиана про чистую любовь и не менее чистый секс, но то, что сейчас только что было — это просто какой-то жалкий фарс, имитация секса.

— Ну да, конечно, — удивлённо смотрит на меня Юра.

— Знаешь, я бы назвала это полным отсутствием секса, — уже выдёргиваю я у него из рук своё плате и решительно натягиваю его на себя сама.

— Ну это же полное мещанство, ты же умная женщина, зрелая… — перебивает меня Юра. — Называть примитивный обмен жидкостями любовью… Вот то, что у нас сейчас было, это же совсем другое, на духовном уровне, — продолжает лепетать он, пока я, отодвинув его в сторону, накидываю на себя шубку.

— Послушай, а скажи-ка мне… — вдруг осеняет меня.

И теперь я не очень удивляюсь, почему этот придурок так и не женился к своим почти пятидесяти годам…

— У тебя вообще был когда-нибудь настоящий секс с женщиной? С проникновением? — специально уточняю я, потому что чувствую, что у этого болвана вообще непонятно что в голове творится.

— Нууу, — неуверенно тянет он. — Если ты считаешь, что настоящим сексом может называть только взаимопроникновение… Хотя психологи уже давно доказали, что любые вида секса имеют право на существование… — размазывает он аргументы по тарелке.

— Ясно, — устало перебиваю я его. — Не надо меня провожать. Я вспомнила, что мне нужно срочно домой. У меня же сын как раз должен прилететь из другого города. Двадцать пять лет, — специально злорадно добавляю я. — А ты возвращайся к гостям… К интеллектуальным беседам, — и я, хлопнув решительно за собой дверью, уже сбегаю вниз по ступенькам.

Я бегу, и меня раздирает хохот сквозь слёзы.

Да у меня просто истерика!

Столько лет прожить без нормального мужика, и напороться в новогоднюю ночь на такого извращенца с отклонениями! Хорошо хоть тихого извращенца! А ведь мог бы и маньяк какой-нибудь попасться! Который вырезает женские органы на память и потом хранит их в холодильнике.

Нет уж, с меня точно хватит экспериментов и на сегодня, и на весь следующий год…

Видимо, не судьба.

Я запрыгиваю в последнее в этом году такси и еду домой, и в окне мимо меня проплывают дома с горящими окнами, где люди уже провожают старый год, веселятся, танцуют, целуются, занимаются любовью по-настоящему…

Устало поднимаюсь по лестнице до своей квартиры, и вдруг останавливаюсь как вкопанная.

Прямо у моей двери стоят два огромных бугая с красными новогодними шапочками на головах. Кто это вообще такие?! Двое дедушек Морозов внезапно пришли меня поздравить с наступающим?

И тут они оборачиваются, я вижу молодые красивые мужские лица, и один их них спрашивает:

— С наступающим! Ой, а вы случайно не знаете, Ивлеевы дома? Что-то звоним-звоним в дверь, никто не отвечает… А должны были нас ждать…

— Ну я Ивлеева, — неуверенно отвечаю я. — Вы вообще к кому?

— Мы к Игорю, его друзья! — объясняют они. — Он нас пригласил в гости сегодня. А вы кто? Его сестра, наверное? — улыбается один их красавчиков, и я выдавливаю из себя:

— Да нет, я его мама…

— А Игорь нам не говорил, что мама будет дома, — смотрит на меня пристально один из красавчиков, и я вдруг чувствую, как вспыхиваю от его пристального, совсем мужского взгляда.

Да и не дети они вовсе. Здоровые взрослые парни. Молодые мужчины.

— Игорь?! Ой! Я и забыла совсем! — лезу я в свой телефон.

С этим придурком-Юрой и таким неудачным вечером я совсем забыла про родного сына…

Мы же с ним договаривались, что я пойду сегодня к подругам с ночёвкой, а он как раз прилетает ночью, и завтра мы с ним встретимся… А он, оказывается, и ребят в гости решил позвать…

И тут я вижу несколько пропущенных сообщений от сынули: «Мама, тут нелётная погода, я остаюсь. Прилечу через пару дней. С Новым годом!»

«Забыл, там я ребят в гости позвал… Лёша со Славой… Ты их размести как-нибудь, а то неудобно, они придут, а меня нет дома…»

— А кажется, Игорь сегодня так и не появится. Рейс отменили, — отрываюсь я от переписки.

И вижу, как неуверенно переминаются с ноги на ногу ребята. Ладно, у меня же полный холодильник еды! А ребята наверняка голодные.

Да и Новый год всё-таки. Не прогонять же их на улицу.

— Но вы всё равно проходите. Гостями будете, праздник же всё-таки, — уже отпираю я ключом дверь и приглашаю нежданных гостей в квартиру.

Снимаю свою шубку, и тут у одного из парней вдруг вырывается вздох:

— Ого…

Ах, да, я же всё ещё в своём золотом платье в обтяг, которое сегодня со мной сыграло злую штуку.

— Раздевайтесь, проходите, — приглашаю я нежданных гостей дальше, в гостиную, где я даже успела накрыть небольшой праздничный стол для сына.

И вдруг соврешенно неожиданно для себя понимаю, что мне нравится, как Лёша со Славой смотрят на меня, не отрываясь. Не могут притвориться, что их совсем не притягивает моя аппетитная фигура, так откровенно обтянутая золотой парчой с пайетками.

Он ничего не могут с собой поделать. И их нескромные взгляды постоянно оказываются у меня на уровне груди, где в весьма низком вырезе платья мягко покачивается моя приподнятая пушапом грудь…

— Ах, меня, кстати, зовут Людмила Ивановна. Да просто Люся, — смеюсь я, представив, как они будут обращаться ко мне по имени-отчеству.

— Алексей, Лёша, — протягивает руку яркий брюнет с трёхдневной щетиной, и моя ладонь задерживается ненадолго в его, и он легонько сжимает её…

Или мне просто показалось?

— Очень приятно, Слава, — делает шаг вперёд второй красавчик, и я понимаю, что я им обоим упираюсь носом примерно в грудь.

Какие же они всё-таки огромные! Молодые. Сильные!

Я чувствую их терпкий звериный аромат. От которого у меня немного сносит крышу. Кружится голова. И чтобы скрыть смущение, я лепечу:

— Вы располагайтесь, а я сейчас быстро на стол накрою, как раз старый год успеем проводить, — и я бегом несусь на кухню, останавливаюсь за дверью, чтобы перевести дух.

Я же вижу, как они смотрят на меня.

Совсем не по-детски.

И вдруг я слышу, как один из них говорит второму:

— Ты вообще видел эту милфу? Да у меня сразу на неё встал, как только её увидел! А когда она шубку свою сняла…

И второй отвечает ему:

— Да, просто зачётная тёлка… Я бы ей…

Но я уже не слушаю, а открываю холодильник, доставая запотевшую бутылку.

Беру трясущимися руками рюмки, которые позвякивают у меня в пальцах, и понимаю, что сама на пределе возбуждения.

Как будто жаркое пламя пылает у меня между бёдер, и я не могу справиться со своим желанием. Эти двое — как два новогодних сладких подарка, которые мне вдруг неожиданно свалились с неба под ёлку, точнее — под дверь…

В конце концов… Что я вообще теряю? Эти двое здоровых ребят уж точно не станут мастурбировать, глядя на меня, уж я на это надеюсь…

И я выхожу с радостными возгласами:

— Ну что ребята, все совершеннолетние? Давайте по маленькой рюмочке. Проводим старый год! — потому что понимаю, что мне надо срочно выпить стопку водки, чтобы успокоиться.

— Ну, за уходящий! — хрипло произносит один из парней, кажется, Лёша, и мы все втроём чокаемся.

Я от волнения сразу же залпом опрокидываю крошечную рюмочку, и чувствую, как с непривычки у меня начинают слезиться глаза, горло и пищевод обжигает огнём, дыхание перехватывает, я слышу стук стопки об стол, и в следующую секунду, моя голова запрокидывается в тисках большой и сильной ладони, и горячие, пахнущие водкой губы, жёстко раздвигают мои.

Неожиданно, властно.

Пьют меня до донышка, как водку из стопки.

Умелый язык врывается в мой рот, я задыхаюсь от неожиданности и… Восторга?

Пока он облизывает меня ненасытно и властно, перемешивая нашу слюну.

Голова кружится, мысли все смешались в голове, и сквозь полуприкрытые веки я вижу только мелькание гирлянды на ёлке.

Мне хочется, чтобы этот поцелуй никогда не заканчивался.

Потому что вот он сейчас оторвётся от меня? А что потом?

Неловкое молчание? Стук вилок о фарфоровые тарелки в звенящей тишине?

Но нет, эти мальчики не так просты.

Они явно не собираются выпускать меня из своих крепких рук. И пока один продолжает трахать меня своим упругим языком в ротик, доставая почти до самого горла, я чувствую, как губы второго парня уже опускаются ниже от моей шеи — в декольте, решительно отодвигая моё платье в сторону и открывая мои налитые полные груди…

— Ммм, какие классные, — с удовольствие хрипло бормочет один их них, уже впиваясь в мой торчащий затвердевший сосок, посасывая его, прикусывая губами, и я начинаю громко стонать в их цепких тисках, выгибая спину, уже ничего не стесняясь и не сдерживая себя.

Мои бёдра сами собой раздвигаются в сторону, словно приглашая их поласкать меня, поиграться с моей тёплой пушистой киской, и они не заставляют себя долго ждать: вот уже чьи-то пальцы решительно стягивают с меня трусики, погружаясь на всю длину в мою мокрую сочную дырочку…

— Смотри-ка, а ты вся течёшь… Вся мокрая… Такая горячая… Тесная… — удовлетворённо заключает Слава, пока я уже пробегаюсь своими пальцами по их мощным торсам, которые зажали меня с обеих сторон.

Мои руки забираются под их футболки, и я чувствую, как напряжены их тела.

Я не могу больше ждать, и я решительно заныриваю за резинки их спортивных штанов, где меня уже ждут горячие новогодние подарочки…

Ммм, такие твёрдые, гладкие, как речные камушки…

Огромные…

Я едва могу их обхватить своими ладонями, и я начинаю сжимать их в кольцо своих пальцев, размазывая по коже подушечками пальцев капельки смазки, выступающие на головках…

Но вот кто-то резким движением разводит мои колени широко в сторону, моё платье ползёт вверх, открывая лобок и живот, и я вдруг чувствую прикосновение жаркого поцелуя к своей киске!

— Да, да! — начинаю подмахивать я, пока моя рука ходит вверх-вниз по гладкому толстому стволу. — Засунь мне его в рот, — требую я, и вот уже у моих губ возникает, пульсирует, гладкая и глянцевая, как леденец, головка.

Я жадно облизываю её: я так давно не прикасалась губами к горячему мужскому члену. Он такой вкусный и солёный, что я буквально наслаждаюсь его твёрдостью, гладкостью, вкусом…

Я целую его взасос у основания, облизываю большую напрягшуюся мошонку, посасываю яички, перекатывающиеся внутри неё, а мою киску в это время вылизывает сладкий красивый мальчик…

Ничего себе проводы старого года… Час назад я о таком и мечтать даже не могла!

Я вцепляюсь пальцами в его густые волосы, направляю его язык и губы, подмахиваю ему, пока он посасывает и дразнит мой набухший клитор, который, как паровой клапан, сейчас взорвётся, наполняя меня тёплым наслаждением, как горячим молоком.

— Да, да, мой мальчик! Так! — бормочу я, пока моя вторая рука тянется к столу, и я макаю кончик пальца в креманку с мёдом, которую я приготовила для сыра.

Я размазываю липкий мёд по глянцевой раскалённой головке, и он плавится на ней, как на сковороде, а я начинаю жадно слизывать и обсасывать эту сладость, перемешанную с солёным семенем…

Слава уже громко стонет, не сдерживаясь, пока я отсасываю ему, не переставая массировать мошонку, а Лёша вонзает в мою уже пульсирующую влажную дырочку свой язык и палец, доводя меня до изнеможения.

— Да, да! Как вкусно! — не в силах сдерживаться я, когда во мне взрываются миллиарды пузырьков оргазма.

Я чувствую, как мой рот наполняется солёной спермой, я высасываю её до капельки из толстого, только что разрядившегося в меня полной обоймой, ствола, и вдруг крепкие руки резко сдёргивают меня вниз, на диван, переворачивают на живот, крепко обхватывают мою попку и притягивают к себе.

Я чувствую, как мои ягодицы шлёпаются об упругий горячий лобок, и вот уже большущий член раздвигает мои влажные половинки.

Лёша ловко подхватывает из маслёнки кусочек масла и размазывает его вокруг моего ануса, и я вскрикиваю от наслаждения… Хриплю, урчу от удовольствия, от всё ещё бушующего во мне оргазма, а он уже вставляет в мою попку свой толстый член, сначала только головку, массирует, дразнит меня, пока я изгибаюсь под ним, как весенняя кошка, и он уже через пару секунд всаживает свой член на всю длину, и я слышу, как его яички шлёпаются об мою попку со звонким звуком…

А мой мальчик продолжает свою бешеную скачку, намотав мои волосы на свой кулак, не давая мне опомниться, прийти в себя, и мои груди подпрыгивают и скачут в этом жёстком ритме…

— Да, да, — хрипит он, уже кончая в меня, крепко прижимая мою попку к своему паху, покачиваясь внутри меня, изливая в меня всю свою сперму…

— Какой кайф, — удовлетворённо бормочет он, выдёргивая из меня свой член, растирая остатки спермы по всей моей влажной размякшей промежности…

Я перекатываюсь на бок, встаю с дивана, и иду в ванну: хочу привести себя немного в порядок перед наступлением Нового года.

Включаю воду, но тут вдруг слышу голос:

— У нас ещё есть время, Люся, до Нового года.

И оба парня залезают ко мне в ванну.

Я смотрю на их шикарные накачанные тела, обнажённые, гладкие, мои пальцы ласкают их, я целую и посасываю их соски, а тёплые струи воды смываю с нас остатки старых обид и неудач, которые все останутся в уходящем году…

Вот Слава резко разворачивает меня к себе, и я чувствую, как его член уже упирается мне в живот каменным стволом. Глажу его, любуюсь:

— Какой красивый, надо же, кому-то достанется такое сокровище, это же счастье…

— Но сейчас он весь твой, красотка, — усмехается мне парень, и, легко подхватив меня руками под попку, насаживает на свой огромный штык.

Он входи в меня, как влитой, словно был создан по форме моего тела, и наши губы сливаются в поцелуе.

Я покусываю их, не в силах сопротивляться своему дикому необузданному желанию, пока он покачивает меня, как на качелях, на своём огромном фаллосе…

Я крепко обхватываю ногами его бёдра, а сзади меня нежно покусывает в шею Лёша, прижимается к моей попке тугим прессом, и его член скользит вверх-вниз по моей пылающей влажной промежности…

— О боже, ты же не собираешься сделать это, — только и успеваю прохрипеть я, как он уже делает это.

Входит в меня. Погружает в мою тугую попку, в мой узкий анус, свой огромный член, и я вскрикиваю от внезапного удовольствия, которое теперь только усиливается.

Ощущения в моём теле такие сильные, неистовые, что я не могу ждать, я взрываюсь мгновенным оргазмом, расплавляюсь между этих двух крепких сильных торсов, пока мои ногти царапают мускулистую спину.

Мне кажется, я умираю, но новая волна наслаждения накатывает на меня, и я уже кричу во всю глотку, пока двое красавчиков трахают и трахают мои истекающие соком, пульсирующие миллионами оргазмов, дырочки…

Новый год мы встречаем, завернувшись в махровые полотенца, на диване, перед накрытым столом, и я понимаю, что это самый лучший Новый год за последние тридцать лет моей жизни! Но я взрослая самодостаточная женщина, и я прекрасно понимаю, что это разовая акция. Сладкий подарок под ёлку, который я съем здесь и сейчас, чтобы потом весь оставшийся год соблюдать диету…

Но я же знала, на что я шла? К тому, же никто не узнает об этом, кроме нас троих…

Новый год позади. Впереди — трудовые будни и монотонная серость, но во мне ещё бурлят, как пузырьки шампанского в бокале, остатки того новогоднего приключения…

Летящей походкой я захожу в свой кабинет, и девочки рассказывают, что у нас намечаются перемены.

— Новый директор, — округлив глаза, поясняет наша секретарша. — Говорят, настоящий зверь. Вызывает всех к себе, беседует лично. Затем будут принимать решение о сокращении штатов…

— Плевать, это всё пока слухи, — беззаботно смеюсь я, как вдруг у меня на столе звонит рабочий телефон…

— Добрый день, Людмила Ивановна, — слышу я низкий хриплый голос, пока ещё не успев разглядеть мужчину, сидящего в директорском кресле у окна.

Делаю шаг вперёд, и вдруг смутно знакомые черты лица проступают из тени…

Да это же вылитый Лёша! Только на тридцать лет старше! Правда, такой же красивый, стильный. Словно коньяк пятидесятилетней выдержки…

— Простите, — не могу удержаться я, — у вас случайно нет сына?

— Да, Алексей, учится в другом городе, — смотрит на меня новый директор, и я вижу этот жаркий взгляд, которым он окидывает меня, словно раздевая, смакуя каждый изгиб моего тела…

— А ваша жена… — начинаю я.

— Да, к сожалению, развелись, — перебивает он меня, растягивая губы в улыбке. — Или к счастью… А собственно, почему вас это так…

— Не берите в голову, простите! Вы мне просто напомнили одного очень хорошего знакомого, — уверенно прохожу я и усаживаюсь перед ним в кресло, перекинув ногу на ногу.

— А вы знаете, Людмила Ивановна, мне кажется, мы с вами должны сработаться, — с удовлетворением и страстью рассматривает он мою фигуру, обтянутую тонкой шёлковой блузкой с глубоким вырезом.

— Можно просто Люся, — отвечаю я, и чувствую, что просто так я сейчас не уйду из этого кабинета…

Новый год закончился, но что-то мне подсказывает, что у меня сегодня начнётся новая жизнь…