Он — моя онлайн-фантазия. Он — тот, от кого мне следовало бы держаться как можно дальше. Чем больше мы общаемся, тем яснее я понимаю: я стремительно становлюсь одержима им. Но к чему это приведет, когда правда вскроется и окажется, что объект моих грязных фантазий — тот, кого я вижу каждый день?
Blood related incest — Кровный инцест
Brother/sister — Брат / сестра
Dom/sub — Дом / саб (доминирование и подчинение)
Dub/con (dubious consent) — Сомнительное согласие
Graphic sex scenes — Графичные сексуальные сцены (детальное описание секса)
HEA (Happily Ever After) — Хэппи-энд (счастливый финал)
Masked lover — Любовник в маске
Squirting — Сквирт
Любовник по переписке
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Где фотка, которую я просил?»
Я грызла ноготь, щеки горели от прилившей нервозности.
Я перевернулась на спину и уставилась на калейдоскоп красок полуденного солнца, пробивавшегося сквозь шторы. Действительно ли я хочу это сделать?
О да, черт возьми!
МЭЙ: «Скоро пришлю».
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Блядь. Ты просто любишь дразнить?»
МЭЙ: «НЕТ! Конечно нет! Я тебя тоже хочу!»
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Тогда докажи это, пока я окончательно не потерял интерес, серьезно!»
Я почти зашла в галерею снимков, но снова замялась.
МЭЙ: «Ты уверен, что это будет только для твоих глаз?»
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Да в пизду! Если мне придется снова проходить через это дерьмо, нам лучше завязывать».
Мои пальцы быстро заскользили по клавиатуре.
Этого я точно не хотела!
Это просто фото моей киски, даже без лица.
В мире миллионы фотографий вагин.
Мы с Жестким Наездником переписываемся в таком духе уже два месяца, и я была более чем уверена, что он нормальный.
Мы отлично болтали, и хотя большая часть наших чатов была чисто порнографической, Жесткий Наездник казался довольно умным парнем.
Поверьте, это редкость.
Я не была фанаткой онлайн-знакомств, особенно когда парень настаивал на анонимности, но моя лучшая подруга Таня была живым доказательством того, что это меняет жизнь.
Они с Джеком вместе уже больше 8 месяцев.
Конечно, никто, кроме меня, не знал о грязном начале их отношений.
Я не особо верила в такие вещи. Я больше по части «личного контакта», но с Жестким Наездником была готова зайти дальше.
У меня был стимул.
Он уже присылал мне свои фотографии.
Ну, вроде того.
На нем была черная шерстяная лыжная маска с двумя узкими прорезями для глаз, и он выглядел восхитительно порочно и пугающе.
Он относился к анонимности очень серьезно.
Но вот в чем дело — одно его тело было просто до смерти шикарным.
Узкая талия.
Не слишком массивный, но пресс красноречиво говорил о том, что мой анонимный бойфренд либо спортсмен, либо часто зависает в спортзале.
Затем, две недели спустя, он прислал мне фото нижней части торса.
Вау!
Я бы упала, если бы не сидела.
Во-первых, у него была татуировка змеи, тянущаяся вдоль бока, — это выглядело впечатляюще. Но вишенкой на торте, конечно, был его член.
М-м-м.
Большой, толстый, с набухшей розовой головкой — прямо в моем вкусе.
Я жадная девчонка по натуре, и это меня зацепило.
Я выбрала скромное фото своей киски, которое сделала раньше, и после долгих раздумий отправила его Жесткому Наезднику.
Сердце бешено колотилось от тревоги. Я вышла с сайта «Chit-Chat» и отбросила телефон на кровать, словно он обжег мне пальцы.
— Господи, не верится, что я это сделала!
Я прижала ладони к пылающим щекам, и раскаяние мгновенно сменило смелость. Я пришла в себя, когда в дверь постучали и появилась мать.
Я вскрикнула от неожиданности.
— Мам! А как же ПРАВО НА ЛИЧНУЮ ЖИЗНЬ?
Она закатила глаза и поправила ремешок сумки на плече.
— Прости, дорогая, не знала, что ты настолько занята.
Она ухмыльнулась, вполне довольная своим новообретенным сарказмом.
— У меня каникулы, мам. Что мне еще делать?
Взгляд матери смягчился.
— Прости, если я кажусь занудой, Дейзи-Мэй, но сегодня яркий, жаркий день. Почему бы тебе не поплавать? Подыши воздухом, погрейся на солнышке, милая.
Ее взгляд задержался на моем мобильном, и я поняла: если не соглашусь, мне придется выслушивать истории о молодости ее и папы, когда они торчали на улице от рассвета до заката.
Да, одно и то же дерьмо каждый день, только мама не понимала, что сейчас вокруг гораздо больше извращенцев и серийных убийц, чем в ЕЁ времена.
Честно, я не могла дождаться, когда уеду в колледж и стану свободной.
Сердце дрогнуло, когда телефон пискнул. Я подавила желание тут же схватить его.
Это Жесткий Наездник!
(Долго же он думал).
Я встала, подошла к шкафу и проигнорировала сообщение.
— Хорошая идея, мам.
Честно говоря, половину времени я соглашалась с ней только для того, чтобы она, блядь, оставила меня в покое.
Победная улыбка тронула ее губы.
— Ну, детка, увидимся позже. У меня занятия по вязанию до пяти, а потом встретимся. На ужин будет мясной рулет.
— Конечно, мам.
Я схватила свое черное бикини и, как только она закрыла дверь, вцепилась в телефон.
Сердце пустилось вскач.
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Это охуенно красивая киска, малышка. У меня слюнки текут».
Щеки запылали, пока я печатала ответ.
МЭЙ: «Я рада, что тебе понравилось».
Я застонала от досады. Как же это убого прозвучало.
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Я хочу… нет, мне нужно попробовать тебя на вкус».
Пальцы на ногах подогнулись, и я сжала бедра.
О, черт, да.
Наконец-то!
Мысль о моих ногах, обхвативших его голову или сексуальную талию, была чем-то запредельным!
МЭЙ: «О, и это всё?»
Игриво ответила я.
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «[ХА-ХА] Думаешь, выдержишь больше?»
Я ухмыльнулась. Одна мысль о том, как он будет вдалбливаться в меня своим огромным членом, более чем манила.
МЭЙ: «Да, конечно да!»
Очевидно, я не из терпеливых.
К тому же, прошло два месяца простого трепа. Сколько вообще люди могут просто переписываться!
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Скажи мне когда».
О боже!
МЭЙ: «Ты серьезно?»
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Вполне. Но помни, будут правила, как я и объяснял тебе раньше».
Я едва обратила внимание на звук отъезжающего «Фиата» матери. В тот момент я бы согласилась и на уик-энд с Сатаной.
МЭЙ: «М-м, я обожаю правила».
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «ВСЁ должно оставаться анонимным. И я хочу, чтобы ты была покорной. Соглашайся, и это будет нечто незабываемое».
Сердце колотилось от предвкушения.
Я хотела этого!
Я хотела Жесткого Наездника больше, чем кого-либо до этого.
МЭЙ: «Моих родителей не будет дома в пятницу вечером, весь дом будет в моем распоряжении».
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «А твой брат?»
МЭЙ: «Не беспокойся об этом козле. Он в гостях, но его почти не бывает дома. Он ведет себя с нами так, будто у нас бубонная чума».
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Ладно. Тогда в пятницу вечером».
Моя мать на этот раз оказалась права.
День был просто чудесный. Я последовала её совету, натянула бикини, прихватила полотенце и отправилась к нашему бассейну.
Дома никого не было, так что я плавала почти весь день, и это было блаженство.
После нескольких лишних кругов я растянулась на шезлонге, впитывая последние лучи солнца. Т
олько я отставила в сторону банку газировки, как зазвонил телефон.
Это была Таня.
Конечно, я уже успела написать ей о последних новостях между мной и Жестким Наездником.
— Привет, лучшая подруга.
Она хихикнула:
— Ой, я прямо знаю, с кем ты там чатилась. Я даже через телефон слышу твою дурацкую улыбку.
При мысли о нем в груди разлилось тепло.
— Всё в силе, Таня. В пятницу вечером!
Она взвизгнула от восторга.
— О боже! Ты реально на это решишься! Ты хоть представляешь, как это круто?
В этот момент во двор въехала машина отца, и я чуть не выругалась.
Я значительно понизила голос.
— Черт возьми, да, честно, я уже дождаться не могу!
Я не показывала ей фотографии Жесткого Наездника, но описала его во всех красках. Он был только для моих глаз.
— Дейзи, не забудь настоять на презервативе и убедись, что у тебя под рукой есть бита или, как у меня, молоток. Ну, на всякий случай.
Я рассмеялась над её советом.
Признаться, затея была довольно опасной, но какого черта.
Я рассудила, что это ничем не отличается от встречи с ним в каком-нибудь клубе. Никто никогда не знает человека до конца.
— Да ладно тебе, он же придет ко мне домой, Таня, так что он вряд ли какой-то там серийный убийца.
Она согласилась, потому что сама нашла Джека Хенсона на «Chit-Chat», и он оказался нормальным.
Отец махнул мне рукой, и я поспешно сказала:
— Блин, папа приехал. Я перезвоню тебе позже, дорогая.
— Окей, Дейзи.
Я обняла и поцеловала его, прежде чем мы зашли в дом.
Ужин дома был сущим адом.
Мои родители были старой закалки, а раз «Король Брайс» соизволил приехать домой на пару недель, они настаивали, чтобы мы ели вместе каждый гребаный вечер.
Уф.
Всё всегда заканчивалось одинаково.
Сейчас сами увидите.
Я сосредоточилась на еде, пока отец и Брайс, как обычно, захватили разговор обсуждением работы.
Мой брат, выпускник финансового, теперь был скучным банкиром в «First National», точь-в-точь как отец.
Всё, о чем они говорили, — это деньги и цифры.
Короче, полная туфта.
Иногда я задавалась вопросом, не приемная ли я. У меня не было ничего общего с этими людьми.
И тут:
— Где будет жить Дейзи, когда пойдет в Блэкридж?
Я недоверчиво уставилась на Брайса.
Ладно, мы почти не разговаривали, потому что он был тем еще высокомерным говнюком, но я терпеть не могла, когда он обсуждал меня так, будто меня здесь нет.
К тому же каждое его замечание было рассчитано на то, чтобы вывести меня из себя. Он не был просто «занозой в заднице», он был целым гребаным бревном!
— Я вообще-то здесь сижу! — прошипела я сквозь стиснутые зубы.
Я смотрела на его лоснящиеся иссиня-черные волосы, которые так не походили на мои каштановые, а он продолжал невозмутимо есть.
— Правда? Я едва заметил.
Я фыркнула, и мать коснулась моей руки.
Этот жест означал, что мне нужно замолчать.
Она ответила вместо меня:
— Я думала об общежитии, или мы могли бы просто снять ей жилье. Как сделали для тебя, Брайс.
Он усмехнулся и отхлебнул воды из стакана.
Его холодные голубые глаза буквально прожигали меня насквозь.
— Я бы не советовал вам с отцом позволять восемнадцатилетней девчонке жить в квартире одной. Представляете, чем она будет там заниматься?
Я с резким лязгом бросила вилку на стол.
Блядь!
Будто он меня знает.
— И чем же, по-твоему, я буду заниматься, Брайс? Просвети нас.
Он самодовольно ухмыльнулся, а мой отец, Джеймс, откашлялся.
— Хватит, Брайс.
Я перевела взгляд на отца, и моя ярость удвоилась.
Хоть бы тон у него был пожестче!
Вместо этого он терпеливо улыбнулся мне.
— Она и Таня могли бы…
Тут Брайс взорвался хохотом, и мой гнев вспыхнул опасным пламенем.
Ну всё, началось!
— Таня? Пап, ты шутишь? Это худшая идея, которую я когда-либо слышал. Таня превратит это место в бордель со всеми этими…
— Пошел ты на хуй, Брайс!
Я вскочила, и мать сделала то же самое.
Семейный ужин был официально окончен.
— Дейзи-Мэй, следи за языком!
Слезы ярости застилали мне глаза. Я видела, как Брайс ухмыляется и продолжает есть, будто и не говорил ничего такого.
— Мам, почему ты ему вообще ничего не говоришь? Почему это всегда моя вина?
Отец вытер рот и отложил салфетку.
— Успокойся, дорогая. Давай доедим и поговорим об этом.
Мой бесхребетный, вечно спокойный папаша бесил меня.
Я швырнула свою салфетку в сторону:
— НЕТ! О чем тут говорить, если вы с мамой поощряете тупые и грубые выходки Брайса?
Я развернулась и вылетела из столовой под аккомпанемент смешков Брайса. Я захлопнула дверь своей комнаты так сильно, как только смогла (вышло эффектно), и вытерла злые слезы.
Блядь, как же я его ненавидела!
Ну почему он вечно ко мне цепляется?
Я его почти не трогаю, и всё равно его паскудные замечания всегда наготове.
Я вытерла мокрые глаза.
Скорее бы поехать в колледж, чтобы свалить к чертям от родителей и моего брата-дебила.
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Сегодня не в настроении, малышка?»
МЭЙ: «Я в порядке».
На самом деле — нет.
Я много плакала из-за нашего провального семейного ужина.
Но больше всего из-за того, что родители, вместо того чтобы утешить меня, до позднего вечера увлеченно болтали с Брайсом.
Они так им гордились, и я это понимала.
Он был круглым отличником и делал всё, чего от него ожидали. Идеальный сын с мягкими манерами.
В то время как я была известна своим вспыльчивым нравом и, признаю, за эти годы не раз влипала в неприятности в школе.
У кого не бывает трудных периодов в старших классах?
Но теперь мне 18, и я готова к колледжу! Мне бы хотелось, чтобы семья больше верила в мою благоразумность.
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Рассказывай мне всё, моя маленькая сучка».
О боже — обожаю это!
В груди потеплело, и я заулыбалась.
МЭЙ: «Уж точно ничего настолько важного, чтобы болтать об этом и тратить наше драгоценное время. Кстати, мне БЕЗУМНО нравится мое прозвище».
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «М-м, хочешь быть моей маленькой сучкой?»
Я дерзко ухмыльнулась.
МЭЙ: «А разве я уже не она?»
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Пока нет, но после вечера пятницы — будешь».
Я терпеливо сидела на кровати родителей и наблюдала, как мать укладывает их вещи в уродливый коричневый чемодан для поездки с ночевкой в отель «Ривертон», что в городке Каррик.
Вау, съезд банкиров. Должно быть, дико захватывающе.
Зевок.
— Ну что, ты справишься или Таня придет?
Я подумала обо всех камерах вокруг дома и дорогой сигнализации, которая срабатывала от прикосновения перышка.
Потом я подумала о Жестком Наезднике и улыбнулась.
— Мам, я буду более чем в порядке.
Она застегнула сумку, когда в комнату вошел отец.
— Черт бы побрал...
Он сражался с узлом на затасканном шнуре от своего ноутбука. Мать спокойно забрала его и распутала.
— Я могла бы попросить Брайса остаться, но...
— Нет, мам!
Ее темно-синие глаза расширились.
Это прозвучало слишком резко, поняла я и тут же заулыбалась:
— Пожалуйста, мам, пусть остается у Декса, если хочет. Мне он тут не нужен. Только если у вас не припасены деньги на залог, чтобы выкупить меня из тюрьмы к вашему возвращению.
Отец чмокнул меня в щеку, хватая ключи от «Мерседеса».
— Пожалуйста, веди себя прилично, пока мы не вернемся. Хотя бы ради меня, милая.
Я послушно кивнула:
— Конечно, папочка, разве я не всегда так делаю?
Родители рассмеялись, и я не обиделась. Я умела вести себя прилично, когда хотела.
Может, не сегодня — но умела.
Сегодня у меня было свидание для жаркого траха, и всё, о чем я могла думать, — это встреча с Жестким Наездником.
Внутри меня всё дрожало от возбуждения.
Отец подхватил сумки, а затем мать крепко меня обняла. Я едва могла дышать.
Она была такой драматичной.
Каррик находился в получасе езды, а она вела себя так, будто они уезжают из страны.
— Звони, если я понадоблюсь, детка — по любому поводу.
Я улыбнулась:
— Обязательно, мам.
Итак, на сегодняшнюю ночь были четкие правила — Жесткий Наездник настоял на них.
Он хотел полной анонимности.
Еще в начале нашего «знакомства» я поняла, что он, вероятно, тоже из Гейтс-Фоллс.
Наш городок маленький, и я была уверена, что, возможно, знаю его, потому что он определенно знал меня. Этот факт меня не пугал, но в то же время слегка напрягал.
Итак, правила:
Правило № 1 — Я должна ждать его к 11 часам с выключенным светом во всем доме.
Правило № 2 — Камеры и сигнализация должны быть отключены.
Правило № 3 — Я должна оставаться покорной во всём, потому что он не будет со мной разговаривать.
Правило № 4 — Наша встреча — это просто анонимный секс-трах.
Всё достаточно просто.
К восьми я приняла горячий душ и надела новый сексуальный комплект белого белья.
Я позвонила Тане, чтобы убить время и немного унять тревогу.
Это была довольно рискованная затея.
А что, если Жесткий Наездник мне совсем не понравится?
Глупо так рисковать.
Но почему-то я должна была довериться своим инстинктам.
За два месяца мы много переписывались, и я знала, что он особенный. Что-то внутри подталкивало меня довести это до конца.
Время тянулось невыносимо медленно, и я едва могла дождаться.
Я одержимо заглядывала в щели между шторами в каждом окне дома, как только пробило одиннадцать.
Ожидание сводило меня с ума.
От Жесткого Наездника не было ни одного сообщения с прошлого вечера.
Я вернулась в спальню и стала ждать в темноте.
В 11:15 я извелась окончательно и рухнула на кровать.
Сомнения начали проедать дыры в моем идеальном плане.
А что, если это шутка, и он меня подставил?
Может, он сейчас сидит со своими друзьями и ржет надо мной!
Я вздохнула.
Надеюсь, это не так, потому что я действительно этого хотела!
СКРИП.
Я резко обернулась в полумраке комнаты, и дыхание перехватило.
— О боже.
Высокий мужчина, весь в черном и в шерстяной лыжной маске, стоял в моей комнате у закрытой двери.
Он наклонил голову и уставился на меня.
Блядь, я даже не слышала, как он вошел!
С губ сорвались бессвязные слоги:
— Ж... Жест... Жесткий Наездник?
Боже мой — я даже не знала его настоящего имени, но уже хотела с ним трахаться.
Он хмыкнул и сделал шаг ко мне.
Он не произнес ни слова, и это окончательно меня выбило из колеи.
Я отодвинулась к изголовью кровати.
Мои движения были быстрыми и нервными, сердце заходилось в яростном ритме.
Я не ожидала, что почувствую страх перед ним.
Жесткий Наездник был охуенно высоким и крупнее, чем я предполагала.
Фотографии так обманчивы.
Дыхание стало коротким и прерывистым, пока я рассматривала его черные джинсы и свитер.
— Погоди!
Я была в замешательстве.
Внезапно уверенность испарилась.
Жесткий Наездник не шевелился.
Мои глаза пробежали по его широким плечам, узкой талии и вернулись к скрытому лицу.
Его рука в перчатке скользнула к штанам, и он приспустил их — ровно настолько, чтобы его огромный член триумфально выскочил наружу.
Я шумно вдохнула.
Он обхватил его и провел рукой по впечатляющей длине.
Я наблюдала, как он становится восхитительно твердым. Волна жаркого желания прошила мое тело.
О боже, а мальчик-то крупный!
Должно быть, он понял, что я напугана, потому что у меня не было возможности опознать в нем Жесткого Наездника, и свободной рукой он слегка приподнял свой черный свитер. Я мельком увидела татуировку змеи на его левом боку, и внизу живота запорхали бабочки.
Это он!
Сердце загрохотало, когда он подошел к кровати и притянул меня к себе.
Его пряный аромат заполнил все мои чувства.
Вокруг стояла тишина, нарушаемая только моим тяжелым дыханием и тиканьем гигантских часов в прихожей.
— Я... э-э...
Его кожаные перчатки были прохладными на моей коже.
Он развернул меня спиной к себе.
Я почувствовала нежное прикосновение кашемировой ткани, которую он плотно завязал у меня на глазах.
— Эй!
Пульс взлетел до небес.
— Ты не говорил, что будет повязка на глазах!
Тем не менее он затянул её покрепче и снова развернул меня к себе лицом.
А потом — тишина.
Я постаралась успокоить рваное дыхание. Я чувствовала себя уязвимой. Но это была игра, и я согласилась на правила.
Мои руки оставались по швам, пальцы сжаты в кулаки. Я должна быть покорной.
Это значит — он главный.
Его тяжелое дыхание стало ближе, кожа отозвалась приятным покалыванием, и я подставила лицо. Из горла вырвался тихий звук, и в следующее мгновение теплые губы Жесткого Наездника коснулись моих в медленном, терпеливом поцелуе. Это было нежно и сладко — наш самый первый поцелуй.
— М-м.
Я машинально потянулась, чтобы притянуть его ближе, но он оттолкнул мои руки.
Блядь, он серьезно настроен насчет правил!
Он обхватил мою талию и толкнул на кровать, на прохладные простыни.
ХРЯСЬ!
— Ох! — я дернулась, когда он разорвал переднюю часть моего комплекта белья.
Он утробно рыкнул, когда моя грудь вывалилась из оков.
Соски уже превратились в твердые пики. Я потянулась к повязке, но Жесткий Наездник крепко перехватил мои запястья и прижал их над головой.
Хватка была железной, я поняла, что не смогу пошевелиться. Я и не пыталась.
Он хотел, чтобы я подчинялась.
В тот же миг его теплые губы сомкнулись на моем соске, посылая волны эротического удовольствия по всему телу.
— Ох, м-м.
Его язык обвился вокруг соска, он посасывал его, а затем переключился на другой.
Мое тело задрожало, когда горячий рот Наездника с влажным чмоканьем отпустил мою грудь.
Его губы спустились ниже по плоскому животу к пупку, а его щетина восхитительно царапала мою кожу. Я уже извивалась под его весом, пока его губы обжигали мою кожу огненными поцелуями.
Какая-то часть меня хотела, чтобы он замедлился, но наш уговор был таков — эта встреча должна была стать лишь быстрым и удовлетворяющим трахом.
Он отпустил мои руки, и его пальцы в перчатках скользнули по моему телу вниз, к бедрам.
Мои блуждающие пальцы нащупали его твердые как камень плечи, и я застонала. Я сжимала ткань его свитера, но мне до безумия хотелось коснуться его кожи.
Тело дернулось, когда он прижался носом к моей киске и вульгарно вдохнул мой запах через кружевные трусики.
У него вырвался глубокий рокот одобрения, от которого по моей коже разбежались мурашки. Страх ушел, осталось только чертовски эротичное возбуждение.
Его пальцы вцепились в мои тонкие трусики, и в следующее мгновение он сорвал их.
Я рассмеялась от неожиданности.
— Ох, блядь, ты порвал мое лучшее белье.
Но тут же замерла, когда его язык прошелся по губам моей киски жаркими, жадными глотками.
М-м, Жесткий Наездник ел «шумно».
Его язык трепетал нежно, но чувственно на моей разгоряченной коже.
Я задрожала и вызывающе раздвинула ноги еще шире.
Его руки крепко обхватили мои бедра, а теплый язык непрерывно ласкал клитор.
Движения были долгими и медленными, и мое тело бесстыдно содрогалось.
— О боже, это чертовски приятно.
Я слегка выгнула таз, и его язык прошелся по моей дырочке.
Влажные, громкие звуки вылизывания доводили меня до исступления, и мои ногти впились в твердые плечи Жесткого Наездника.
— О да.
Его губы сомкнулись на моем клиторе с влажным чмоканьем, и он втянул его.
Огненные всполохи жара пронеслись сквозь меня; я буквально задыхалась в темноте.
— О да, да — прямо там!
Язык моего безмолвного любовника был поистине мастерским: он мелькал по моему возбужденному клитору, подталкивая меня к быстрому оргазму.
Его пальцы раздвинули мои губки, и язык с еще большим нажимом прошелся по клитору.
Он так точно рассчитал мою страсть; тело предупредило, что я уже на грани.
Бедра задрожали, и мои пальцы потянулись к его голове.
Черт, на нем все еще была эта проклятая шапка.
Мои пальцы скользнули под шерстяную ткань и зарылись в его роскошные волосы.
Красивые, мягкие.
Мое воображение невольно рисовало образ Жесткого Наездника.
Пока что он был чертовски аппетитным «набором».
Его сосущий язык сводил меня с ума, я больше не могла сдерживаться.
Предательское тело дернулось, и жар разом затопил всё внутри, перекрывая чувства. Я забилась в путах мощного оргазма.
— Ох, блядь, да, да! Я кончаю!
Мои пальцы вцепились в волосы Жесткого Наездника, и я вжалась своей пиздой прямо в его рот.
Это было потрясающе!
Хлюп, хлюп, хлюп!
Ноги дрожали, и я отпустила его волосы.
Мне отчаянно хотелось притянуть его к себе и поцеловать, но я не могла.
Его прекрасный рот оставил меня, и кровать прогнулась под его полным весом, когда он устроился между моих ног. Почти сразу его губы переместились к моему горлу.
Он посасывал одну точку на моей шее, одновременно раздвигая мои ноги еще шире.
Мое тело превратилось в бушующий костер желания; в тот момент я знала, что позволю ему делать всё, что угодно.
Его губы накрыли мои, и язык восхитительно ворвался в мой рот.
Мы целовались с какой-то странной, необузданной жаждой, буквально пожирая друг друга.
Я отстранилась, задыхаясь, осознавая лишь темную фигуру, нависшую надо мной.
— Пожалуйста, трахни меня.
Я никогда раньше не произносила таких слов, но мой новый любовник высвободил во мне нечто скрытое. Это было порочно и эротично, и я была готова раздвинуть с ним все границы.
Я замерла, когда он повиновался.
Толстая округлая головка ткнулась в мою киску.
Дыхание замедлилось, руки вцепились в его предплечья.
Он медленно ввел член в меня, и я затаила дыхание.
Затем, неожиданно, его член с силой ворвался внутрь.
Я ахнула:
— Ой!
Жесткий Наездник замер, пока моя пизда буквально растягивалась, чтобы вместить его крупное вторжение.
Он хмыкнул.
Был ли это звук удовлетворения?
У меня никогда раньше не было такого крупного парня, и хотя я чувствовала легкий дискомфорт, это было не то, от чего можно умереть.
Мой голод по нему требовал насыщения!
Жесткий Наездник зарычал мне в ухо и отстранился с влажным хлюпаньем.
Я едва успела прийти в себя, как его член снова врезался в меня.
— Ох, блядь...
Его руки в перчатках переместились на мои бедра, он приподнял мой таз и начал вбиваться в мою киску — жестко и быстро.
Его член разрывал меня изнутри, и как только чувство тесноты и дискомфорта исчезло, тепло разлилось по бедрам и низу живота.
На той стадии мне было уже плевать, что он трахает меня, оставаясь полностью одетым.
Его таз врезался в мой в брутальном ритме.
— О боже — да!
Мои руки переместились к его плечам, я вцепилась в него, пока он долбил меня.
Его горячее дыхание эротично скользило по шее, подбородку и снова к губам.
Я была в раю.
Я вскидывала бедра навстречу его яростным толчкам. Как я и предсказывала, после нескольких мощных рывков мое жадное тело снова затряслось от удовольствия.
— О-о!
Жесткий Наездник замер, позволяя пульсирующим волнам экстаза пройти сквозь меня.
Его дыхание коснулось моей щеки, пока мое тело бесконтрольно дрожало под ним.
Его губы накрыли мои, и он снова толкнулся.
Глубокие, мощные выпады — и мое лихорадочное тело было благодарным приемником.
Его хватка болезненно сжалась на моих бедрах, и он с силой вогнал в меня член.
О боже, неужели именно поэтому его прозвали Жестким Наездником?
Его дикое рычание у моей шеи было таким охуенным возбудителем.
Он глубоко вошел в мою пизду, и его тело дернулось.
Теплая сперма хлынула в меня.
Мои руки скользнули к его бедрам, я прижала его к себе, не желая пока отпускать.
На миллисекунду я подумала о презервативе, но мысль тут же исчезла.
Жесткий Наездник застонал, и его губы накрыли мои в долгом влажном поцелуе.
Член вышел с шумным хлюпаньем.
Послышался легкий шорох ткани — он подтягивал штаны. Грудь тяжело вздымалась в тишине комнаты, я тосковала по теплу его тела.
Я села, услышав внезапный легкий щелчок моей двери.
— Жесткий Наездник?
Я сорвала повязку с глаз и, к своему разочарованию, оказалась одна в темноте.
Так же быстро и таинственно, как он появился из тени, он исчез.
Только липкая сперма между моих бедер была единственным доказательством того, что он вообще здесь был.
Таня вытирала полотенцем свои короткие светлые волосы и недоверчиво смотрела на меня.
Я ухмыльнулась и отвела взгляд.
— Ты позволила ему кончить в тебя?
Я зажмурилась, и моя улыбка стала еще шире.
Да, позволила, и мне это чертовски понравилось!
Солнце сегодня снова было чудесным, и я намеревалась впитать в себя столько лучей, сколько смогу.
— Ты что, совсем тупая, Дейзи? Ты же даже не знаешь этого парня!
Я потянулась к стакану с ледяной газировкой и сделала глоток.
— Ну и что? Мне плевать. Это была лучшая ночь в моей жизни!
Я отставила стакан в сторону:
— И не смей меня осуждать.
Таня рассмеялась.
— У меня такое чувство, будто я схожу с ума. Я почти не спала этой ночью.
Я не могла выкинуть Жесткого Наездника из головы после нашего слишком мимолетного свидания.
Таня была права.
Это был опыт, не поддающийся описанию.
Она виновато улыбнулась мне:
— Если честно, я тоже не использовала презерватив с Джеком в первый раз, но я просто хочу, чтобы ты была в безопасности. У тебя нет никаких гарантий, что всё будет так же хорошо.
Она была права, конечно.
Жесткий Наездник был не в сети с прошлой ночи, и какая-то часть меня жаждала снова поболтать с ним.
А что, если это была интрижка на одну ночь?
Сердце сжалось от разочарования при этой мысли.
Он уже мог переключиться на другую девчонку.
Надеюсь, что нет.
Мы прервали разговор, когда к нам подошла мама с двумя стаканами лимонада.
— Таня, дорогая, как твои родители?
Таня широко улыбнулась моей маме, вежливо принимая стакан.
— Спасибо, тетя Ванесса, у них всё хорошо.
Мама улыбнулась и провела пальцами по моим мокрым волосам.
— Я хочу скоро пригласить их на ужин. Согласуйте вечер с Дейзи, если сможете.
Таня кивнула:
— Конечно.
Мама закусила нижнюю губу, и я поняла: то, что она сейчас скажет, мне явно не понравится.
— Какие у тебя планы на колледж, Таня?
Она перевела взгляд на меня, потом на маму. Это была больная тема. Мы поступали в разные колледжи и должны были разлучиться впервые с детского сада.
— Я собираюсь в Хоторн.
Ванесса одобрительно кивнула:
— Замечательно. Дейзи будет в Блэкридже, и мы решили, что ей стоит пожить у брата, чтобы...
Я отшвырнула солнечные очки и мгновенно вскочила на ноги.
Что за хрень?!
— Мам — НЕТ!
Она провела рукой по лицу и усмехнулась, ставя мой стакан с лимонадом на столик рядом.
Она ожидала такой реакции и выбрала идеальный момент, потому что рядом была Таня.
— Успокойся, Дейзи-Мэй, это только на первое время, пока мы не найдем тебе подходящее жилье.
— Нет! Нет!
Лицо пылало от жара, ярость мгновенно вытеснила хорошее настроение.
— Мам, о чем вы с папой думаете? Мы с этим придурком не ладим! Мы не можем даже за ужином друг напротив друга сидеть. Как вы представляете мою жизнь с ним?
Таня уставилась на меня:
— Дейзи, остынь.
Но я уже не могла.
— Я сказала — НЕТ!
Я схватила полотенце и ворвалась в дом.
Родители сошли с ума, если думали, что я соглашусь жить где-то, кроме студенческого общежития.
Я намеревалась видеться с Жестким Наездником гораздо чаще после нашей первой ночи, и это никак не сработало бы, живи я в квартире брата.
К тому же, я его на дух не выносила!
Мы никогда не ладили, отчасти из-за большой шестилетней разницы в возрасте.
Мы с Таней закончили на сегодня после того, как она прочитала мне нотацию о моем тоне в разговоре с матерью.
Она ушла, пообещав позвонить позже.
Я приняла душ и упрямо засела в своей комнате.
Да, я буду следить за тоном, если они перестанут меня бесить.
В пять вечера мама постучала в дверь и заглянула внутрь.
В руках она держала тарелку с капкейками и улыбалась.
— Мир?
Я улыбнулась.
Я никогда не могла долго на неё злиться. К тому же у меня была слабость к капкейкам.
— Ладно, мам.
Она протянула мне тарелку и присела на кровать.
— Прости, что вывалила это на тебя вот так.
Я отложила книгу и серьезно посмотрела на неё. К счастью, я уже успокоилась.
— Мам, я вообще не лажу с Брайсом, неужели вы с папой не заметили? Как вы могли такое предложить?
Она усмехнулась и похлопала меня по руке.
— Хорошо, твоя взяла. Значит, общежитие! Но, пожалуйста, помни, что мы с отцом от этого не в восторге.
Я победно ухмыльнулась и чмокнула её в щеку.
Меня это вполне устраивало.
Затем её лицо немного помрачнело, и моё сердце дрогнуло.
— О нет, что еще, мам?
— Я просто хотела бы, чтобы мои единственные дети ладили чуточку лучше. Мне больно видеть, как вы оба готовы поубивать друг друга при любой возможности.
Это не моя вина!
Но я промолчала.
Не хотелось снова спорить.
Не буди лихо, пока оно тихо.
Вечером я была в гораздо лучшем настроении, когда села за семейный ужин.
У меня было сообщение от Жесткого Наездника, которое я еще не прочитала.
Но, по крайней мере, мои страхи улеглись.
Скорее бы колледж.
Я принялась за пастуший пирог — сегодня он был особенно острым и вкусным.
— Трент хотел это повышение и готов уволиться, потому что не получил его.
Отец жевал, глядя на Брайса в ожидании реакции.
— Тебе стоит подать заявку на это место, пап.
Отец застенчиво улыбнулся:
— Ты так думаешь, Брайс?
Мнение моего брата много значило для отца, он всегда обсуждал с ним подобные дела. Очевидно, иногда это заставляло меня ревновать.
Мои мысли никого особо не волновали.
Я заметила, что с родителями Брайс вел себя иначе. Он был добрее, милее.
Ну — почти как человек.
Он кивнул и отправил в рот порцию пирога.
— Конечно, пап, ты более чем подходишь для этой должности.
Отец был весьма доволен ответом Брайса.
А потом мама решила нарушить идиллию.
— Кстати, Брайс, я решила, что Дейзи всё-таки будет жить в общежитии. Мы с твоим папой не хотим лишнего стресса от того, что вы перегрызете друг другу глотки.
Он посмотрел на меня, и на его губах заиграла ухмылка.
Видимо, он этого не ожидал.
— Конечно, мам. Должен сказать, меня это тоже вполне устраивает. Не горел желанием превращать свою квартиру в детский сад.
Я медленно жевала и глотала, впиваясь взглядом в его глаза.
Гребаный высокомерный говнюк.
Слава богу, скоро я избавлюсь от них всех — особенно от Брайса!
Я продолжила есть, не удостоив его ответом, что его явно удивило.
С какой стати мне тратить силы на злость на этого осла, когда у меня в жизни сейчас столько всего хорошего?
Я повернулась к матери, игнорируя его:
— Мам, еда просто божественная.
Она покраснела и сжала мою руку.
— Спасибо, детка.
Брайс усмехнулся.
О да, его это так задело!
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Твоя киска, блядь, вызывает зависимость».
Я густо покраснела и крепче сжала телефон.
Ему понравилось!
МЭЙ: «Ты и сам, черт возьми, просто потрясающий, если можно так выразиться».
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «М-м, у тебя довольно грязный ротик. Кажется, я знаю, что мне нужно сделать с ним, когда мы увидимся в следующий раз».
Я пискнула и прижала ладонь к губам. Это значило, что он хочет увидеть меня снова!
МЭЙ: «Когда мы сможем встретиться еще раз?»
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Не будь жадной маленькой девочкой».
Я впадала в отчаяние.
У родителей не было никаких планов, о которых я бы знала, и я торчала здесь с ними.
Я вздохнула и стала смелее.
МЭЙ: «ПОЖАЛУЙСТА».
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Я дам тебе знать... скоро. Мне нужна твоя прелестная киска. Я уже начал заводиться из-за тебя».
Я уставилась на эти слова; жар от лица ровным слоем разошелся по шее.
Тело содрогнулось при мысли о его прикосновениях.
Я не помнила, чтобы какой-то парень когда-либо производил на меня такое колоссальное впечатление.
Три часа ночи, моя комната была погружена во тьму.
Послышалось легкое движение.
Я зашевелилась, когда дыхание стало чуть затрудненным.
На плече и спине ощущалась странная тяжесть.
— Что за...
Я повернулась, и грубые руки схватили меня, прижав лицом в подушку.
Паника закружилась внутри, и инстинктивно я попыталась закричать, но пальцы в перчатках закрыли мне рот.
Жесткий Наездник!
Я замерла, и он быстро надел на меня повязку.
В этом вряд ли была необходимость, учитывая темноту в комнате и закрытые жалюзи.
Разве что он боялся, что я могу его узнать. Но это была меньшая из моих проблем сегодня. Мои родители спали прямо по коридору!
Вес Жесткого Наездника придавливал меня к кровати.
Я повернула голову вбок и прошептала короткими, прерывистыми вдохами (на самом деле меня уже дико заводил наш нетрадиционный способ встреч):
— Ты что, совсем охуел? Мои родители в паре шагов отсюда!
Он хмыкнул.
Этот факт его явно не беспокоил.
Я на секунду вспомнила о домашней сигнализации, но тут Жесткий Наездник быстро стянул с меня хлопковые штаны и трусики.
Его горячий рот прошелся по моей пояснице, он сжал ягодицы.
Я застонала, когда он смял их вместе и одобрительно поцеловал.
Мне дико захотелось сорвать с него эту маску и перчатки и просто насладиться ощущением его кожи на моей.
Его пальцы впились в мои бедра, он подтянул меня и поставил на колени.
Он хмыкнул, и я почувствовала прикосновение его щетины к своим ягодицам, за которым последовал шквал горячих поцелуев.
Я застонала и уткнулась лицом в подушку, чтобы заглушить звуки своего неприкрытого удовольствия.
Его пальцы раздвинули мои ягодицы, и он начал вылизывать мою киску короткими жадными рывками.
Ох, блядь, это было так эротично.
Я дернулась, когда его язык несколько раз прошелся по моему анусу.
Я раздвинула ноги шире, и его язык погрузился в мою пизду.
— М-м.
Мы оба застонали; его язык входил и выходил из меня длинными нежными толчками.
Я мычала в ладонь и похотливо вскидывала зад навстречу его рту, пока всё удовольствие концентрировалось вокруг моей мокрой киски.
Губы Жесткого Наездника с шумным хлюпаньем тянули и посасывали мой клитор, пока его большой палец врывался в мою щель.
Ощущение латексной перчатки меня не смущало, хотя я и тосковала по его живому прикосновению.
Хлюп, хлюп.
Ноги задрожали, он вытащил палец.
Я была на самом краю и нетерпеливо застонала.
И тут его член неожиданно ворвался в меня, как и в прошлый раз.
Я слегка выпрямилась, и он сжал мои волосы в кулак.
Я замерла, и его член начал жестко вбиваться в меня.
Мои приглушенные вздохи звучали рвано в тишине, перемешиваясь со шлепками его члена о мою мокрую пизду.
Ох, блядь, да.
Шлеп! Шлеп! Шлеп!
Мне хотелось закричать, когда оргазм приблизился, но я просто прижала тыльную сторону ладони к губам.
Из меня вырвалось только приглушенное: «М-м-мф».
Вибрации удовольствия расцвели во мне.
Я стиснула зубы, чтобы подавить крик.
Член Жесткого Наездника был неумолим, и я была рада, что его главной целью было доставить удовольствие мне так же, как и себе.
Его руки обхватили мои бедра, и он задирал мой зад кверху, чтобы встречать каждый его брутальный толчок.
Я стонала, жаркие вспышки наслаждения стремительно распространялись по телу. Жесткий Наездник дважды жестко толкнулся в меня и замер.
И, как и прежде, он кончил внутри меня горячими струями.
Я обожала это чувство завершенности.
Его руки оставались на моих бедрах, он еще несколько раз восхитительно вжался в меня своим членом.
Его пальцы одобрительно скользнули по моей заднице, он застонал, пока его сперма стекала внутрь меня.
Было очевидно, что ему это нравится так же сильно, как и мне.
Он вышел, и я в изнеможении сползла на живот.
Я задыхалась, была полностью удовлетворена, и всё мое тело гудело от удовольствия.
Я перевернулась на спину как раз в тот момент, когда дверь моей комнаты закрылась.
Жесткий Наездник снова исчез в мгновение ока.
Я гадала, как же он был так смел — прийти в мой дом, пока родители спят, и трахнуть меня.
Всё затихло, кроме моего тяжелого дыхания.
Через несколько мгновений я услышала щелчок задней двери на патио.
Я подбежала к окну и выглянула сквозь жалюзи, но не увидела ничего, кроме темных предрассветных теней.
Боже мой — кто он?
Его дерзость поражала меня.
Теперь я действительно хотела это выяснить.
В тот момент мне было плевать на его истинную личность.
Мое жадное тело управляло мной.
Жесткий Наездник владел мной.
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Тебе понравился мой импровизированный визит, моя маленькая сучка?»
МЭЙ: «Да. Честно говоря, кажется, я на тебе немного помешалась».
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Думаю, я на тебе тоже».
Честность — как это освежающе.
Сердце дрогнуло.
Я хотела увидеть его. Я хотела его!
МЭЙ: «Как мы продолжим это, когда я уеду в колледж?»
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Это будет зависеть от тебя».
Я должна была спросить, хотя бы попытаться.
МЭЙ: «Когда я смогу увидеть, кто ты? Я знаю, ты предпочитаешь анонимность, но я хочу большего».
Он не ответил сразу, и мое сердце затрепетало от нервозности.
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Почему?»
Что? В смысле «почему нет»?
Щеки вспыхнули жаром, я сползла на подушку.
МЭЙ: «Ты мне очень нравишься, и я хочу, чтобы тебя в моей жизни было больше».
Не слишком ли дерзко? Я закусила нижнюю губу в ожидании ответа. Я точно не хотела его спугнуть.
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Но мы договаривались не об этом».
Я закрыла глаза; мне хотелось кричать от досады. К черту его правила и договоренности.
МЭЙ: «Я знаю, но разве ты меня тоже не хочешь?»
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «ХА, ХА, ХА»
Я нахмурилась. Что это значит?
МЭЙ: «Какого хрена???»
Сердце упало.
Но его следующий ответ ошеломил меня.
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Ты и так уже моя!»
В горле пересохло, я уставилась на это странное сообщение.
Что, черт возьми, это значило?
Я вышла из чата и долго смотрела на телефон.
Холодная рука сжала мое сердце, и я не могла точно определить это чувство.
Страх, тревога или шок?
Что он имел в виду?
Я отставила пакеты с покупками и покрепче обхватила свой двойной шоколадный коктейль.
Я сделала глоток.
М-м, блаженство. Обожаю шоколад.
Таня быстро глянула на экран телефона и убрала его.
Она была по уши влюблена в Джека, и это было мило.
Её короткие светлые волосы рассыпались покладистыми кудрями вокруг круглого лица, она выглядела очень похорошевшей.
Любовь ей была к лицу.
Я собрала свои длинные каштановые волосы в небрежный пучок.
— Значит, вы это не планировали?
Я покачала головой:
— Не-а, он просто ввалился в три часа ночи, а когда мы закончили, его и след простыл.
Я задумчиво помешала трубочкой восхитительный пенистый коктейль.
— Блядь, он потрясающий и пугающий одновременно.
Таня рассмеялась:
— Разве не странно, что всех нормальных парней либо трудно удержать, либо они просто гребаные фрики?
Я не стала рассказывать Тане всё — например, о том пугающем ответе Жесткого Наездника перед тем, как он вышел из сети.
Я просто согласно кивнула.
Кое-что не давало мне покоя, и Таня была лучшим человеком, с которым это можно было обсудить.
— Тань, у меня такое чувство, будто я знаю Жесткого Наездника. В нем есть что-то знакомое. Не могу понять, что именно.
Она широко улыбнулась и отставила свой высокий стакан с ванильным коктейлем.
— Дорогая моя Дейзи, это тот самый риск, на который ты пошла, ввязавшись во всё это.
Она расхохоталась.
— Это же гребаный Гейтс-Фоллс! Тут все знают всех. Если он местный, вы стопудово знакомы. Джек полгода работал на моего отца, а я его в упор не замечала.
Эта мысль внезапно заставила меня почувствовать себя неуютно.
Насколько хорошо мой анонимный друг меня знает?
Наш секс был чудесным, и, хотя сессии были быстрыми, они казались странно интимными.
Но я бы не посмела сказать об этом вслух, уж точно не Жесткому Наезднику.
Я не могла рисковать — вдруг он почувствует себя загнанным в угол, особенно учитывая то, как он трясется над своей анонимностью.
Таня понимающе улыбнулась:
— Детка, просто наслаждайся, пока можешь. Не анализируй всё подряд. Это просто секс.
Я кивнула, хотя и не верила в это на все сто.
Конечно, просто секс.
МЭЙ: «Что ты имел в виду под теми словами?»
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Под какими?»
Мои щеки яростно запылали, пока я печатала сообщение.
МЭЙ: «Ты сказал, что я и так уже твоя».
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «А разве нет?»
Я рассмеялась.
Он был либо высокомерен и самоуверен, либо просто очень проницателен.
МЭЙ: «Может быть. Но через несколько недель я уезжаю в колледж».
Мысль об отъезде будоражила, но было бы идеально, если бы я могла продолжить видеться с ним.
Как мне его об этом спросить?
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Это хорошо».
Я закатила глаза.
Может, прямой подход будет лучше?
МЭЙ: «Мы продолжим видеться?»
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Это будет зависеть целиком от тебя».
Что это значит?
Да или нет?
Сердце колотилось от нетерпения, мне до безумия хотелось поговорить с ним вживую. Переписка убивала слишком много нюансов — особенно в таких важных разговорах.
МЭЙ: «Конечно, я хочу этого. Ты раскроешься тогда?»
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Всему свое время, малышка. Мне снова нужна твоя прелестная щелка. Я же сказал — я одержим».
Сердце гулко ухнуло в груди, пальцы застучали по кнопкам с бешеной скоростью.
МЭЙ: «Сегодня?»
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Возможно».
Блядь. Он играет со мной.
С другой стороны, мне было плевать.
МЭЙ: «ПОЖАЛУЙСТА!»
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Сначала избавься от семейки. Я хочу заставить тебя кричать».
Мать твою! Ноги задрожали от предвкушения.
У меня еще не было плана, и мне было всё равно, как я это сделаю, но я была полна решимости заполучить его сегодня!
МЭЙ: «Ладно, сегодня».
Отец ослабил галстук и уставился на сложенную газету, которую я ему протянула.
— Ну же, пап, мама обожает «Титаник». Ты должен сводить её на повторный показ.
Мне нужно было сохранять невозмутимый вид.
Он согласно кивнул:
— На большом экране он и правда лучше.
Сердце екнуло. Должно сработать.
— А после фильма своди её выпить кофе. Маме нужно провести время наедине с тобой, пап. Она просто не говорит об этом.
Это была наглая ложь.
Отец задумался на несколько мучительных мгновений, а затем, к моему облегчению, улыбнулся.
Он чмокнул меня в лоб.
— Это отличная идея, Дейзи-Мэй.
Боже мой — это было слишком просто.
Я тут же скатилась вниз и убедила маму в том же самом; она была весьма польщена тем, что отец хочет пригласить её на свидание.
Ситуация «win-win».
Я с тревогой ждала, пока они оденутся, и к семи часам они уехали.
Я вбежала в свою комнату, едва ли не задыхаясь.
Манипуляции — это тяжелый труд.
Я написала Жесткому Наезднику перед тем, как скользнуть в душ:
«Всё в силе».
Но после всех моих усилий ночь была полностью испорчена.
Я буквально оцепенела, когда услышала, как джип Брайса заезжает на нашу дорожку сразу после восьми вечера.
Блядь!
Что может быть хуже?
Я быстро написала Жесткому Наезднику.
МЭЙ: «Отмена».
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Почему?»
МЭЙ: «Мой гребаный брат здесь».
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Жаль. Тогда в другой раз».
Я была в ярости, когда увидела, что он вышел из сети.
Сердце упало при мысли, что я его не увижу. Мне хотелось орать от досады.
Я подняла глаза на стук в дверь — на пороге стоял брат.
— Где мать с отцом?
Сначала я хотела вообще не отвечать.
Поправила подушку, схватила свой экземпляр «Нужных вещей» Стивена Кинга и отвернулась от него.
— Пошли на очередной сеанс «Титаника».
Он хмыкнул:
— Какая муха тебя укусила?
— Отъебись, Брайс, я не в настроении выслушивать твое дерьмо.
Он без единого слова захлопнул дверь моей комнаты.
Я выругалась от бессилия, услышав, как он внизу переключил телевизор на спортивный канал.
Это значило, что он остается на ночь!
Что может быть хуже этого?
Я едва услышала, как родители вернулись в одиннадцать.
Проклинать свою злую судьбу мне надоело, и, прочитав пару глав, я уснула.
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Скучала по мне вчера?»
МЭЙ: «Конечно. Жду не дождусь, когда выберусь из этого чертова дома!»
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Почему?»
МЭЙ: «Просто устала от этих людей. Они обращаются со мной как с ребенком».
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Жаль слышать».
Смена темы — парни ненавидят нытиков и тех, кто упивается жалостью к себе.
МЭЙ: «Увидимся сегодня?»
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Не уверен. Дам знать».
Сердце упало. Надеюсь, я не упустила возможность увидеть его снова.
Я понятия не имела, какая у него личная жизнь.
Тем утром я смотрела в окно на ливень, который лил стеной.
Погода как нельзя лучше соответствовала моему унылому настроению.
День тянулся медленно, я не делала ничего особенного, кроме еды и запойного просмотра Netflix.
В восемь вечера телефон пискнул, и сердце пустилось вскачь.
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Ты должна мне за прошлую ночь».
Я ухмыльнулась. Это звучало многообещающе.
МЭЙ: «Что я могу сделать, чтобы загладить вину?»
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Будь готова, моя маленькая сучка».
Сердце затрепетало от возбуждения. О да, мне чертовски нравится Жесткий Наездник, и я определенно хотела продолжать это столько, сколько смогу.
Пусть это был просто анонимный трах, но мне нравились его грубые, почти животные замашки.
В девять я приняла горячий душ и легла в постель.
Мама заглянула ко мне, как только я устроилась.
— Дейзи, ты в порядке?
Я кивнула:
— Конечно, мам. Просто читаю.
Она улыбнулась:
— Хорошо, милая. Слушай, ты занята завтра?
Я покачала головой с некоторой опаской.
Если бы вы знали мою маму, вы бы тоже ненавидели такие вопросы.
Иногда я просто не знала, что ей отвечать.
— Вот и чудесно. Составишь мне компанию в Каррик? Мне нужно забрать посылку из магазина пряжи, а еще я заказала рассаду на ферме Стивенсона.
Я едва не закатила глаза.
Моя мать, должно быть, единственный человек на планете, который не пользуется доставкой!
Но дел у меня было немного, а каникулы медленно подходили к концу.
— Ладно, мам.
В одиннадцать в доме воцарилась тишина. Я спустилась вниз и быстро отключила сигнализацию. Прошмыгнула обратно в комнату и схватила телефон.
Это было дико рискованно, но оттого еще более захватывающе.
К тому же я была в отчаянии и не стыдилась в этом признаться.
МЭЙ: «Жду».
Я одержимо следила за часами, и к полуночи надежда испарилась.
От Жесткого Наездника не было вестей, и он ничего не ответил.
Может, сегодня он не придет.
Я ровным счетом ничего о нем не знала и даже не могла предположить, чем он занимается в свободное время.
Я сползла на подушку и уставилась в темное небо.
Дверь скрипнула и закрылась.
Я вскочила с кровати.
Он был здесь.
Высокий, темный и угрожающий.
Сердце заколотилось как сумасшедшее; мне хотелось шагнуть к нему, но я медлила.
Я смотрела на его высокий темный силуэт и в сотый раз гадала, кто же он такой.
Но у нас были правила.
Я покорно повернулась спиной, когда он подошел и надел мне на глаза мягкую повязку.
Я не проронила ни слова, но мое дыхание в тишине стало коротким и тяжелым.
Его губы накрыли мои, и я признательно застонала.
Его чудесный язык скользнул между моих губ, лаская мой.
Это было так приятно.
Но стоило мне начать наслаждаться, как он отстранился.
Его руки легли мне на плечи, и он заставил меня опуститься на колени.
Я услышала звук расстегиваемой молнии на его штанах, и в следующее мгновение он грубо схватил меня за волосы.
Я удивилась, когда он засунул мне в рот большой палец.
Что, без перчаток?
Его палец несколько раз вошел и вышел из моего рта, он хмыкнул.
А затем он втолкнул свой крупный твердый член мне в рот.
Ох, блядь, он был огромным.
Он крепче сжал мои волосы и вогнал член глубоко мне в рот, прямо в горло.
Я чуть не подавилась и быстро отстранилась.
Боже мой — он что, убить меня пытается?
Я закашлялась, а Жесткий Наездник усмехнулся.
Он снова схватил меня за волосы и опять вставил член мне в рот.
Он шумно двигался туда-сюда.
Блядь, он был неутомим.
Я обхватила его мошонку и принялась массировать её, одновременно облизывая головку.
Я поняла, что ему нравится, когда его пальцы сильнее сжались на моих волосах.
Теперь я поглаживала его член рукой, задавая быстрый, соблазнительный ритм.
Черт, это так заводило — его член в моем рту и руке становился всё тверже и толще.
— М-м, я обожаю твой член.
Жесткий Наездник хмыкнул и поднял меня на ноги.
Моя рука продолжала дрочить его стояк.
Его губы коснулись моих в нежном поцелуе.
На несколько мгновений я уплыла от этой сладости. Он отстранился и повел меня к кровати.
— Пожалуйста, можно мне это снять?
Я потянулась к повязке, но он перехватил мои руки.
Это значило «нет», разумеется.
Ощущение его голых рук на моих было странно электризующим.
Его тонкие пальцы сжали мои, и он притянул меня ближе, усаживаясь на край кровати.
Он обхватил мои бедра и усадил к себе на колени.
Я расставила ноги по обе стороны от его бедер.
Его теплое дыхание коснулось моей спины, когда он приподнял меня и насадил на свой пылающий член.
Раньше я не пробовала позу «наездницы» и не совсем понимала, что делать.
Его твердый член медленно входил в мою пизду, за что я была благодарна.
Его язык эротично прошелся по моему затылку, и он вогнал в меня весь член целиком.
— Ох.
Пальцы Наездника впились в мои ягодицы, и он начал двигать меня вверх-вниз на своем стояке.
О, это было так приятно и странно интимно.
Я уперлась руками в его колени и начала двигаться сама — вверх и вниз.
Мои движения были медленными и осознанными.
Жесткий Наездник одобрительно сжал мои ягодицы, и я ускорилась.
Тепло разлилось по низу живота.
— Ох, блядь, да.
Мои слова были тихим жарким шепотом, на который он отвечал своим рычанием.
Хлюп, хлюп, хлюп.
Правая рука Жесткого Наездника скользнула с бедра, а левая сжала мою грудь. Теперь я скакала на нем быстрее. Его губы прижались к моей спине, он засасывал кожу, пока рука спускалась ниже, обходя бедро к моей киске.
Его кончики пальцев терли мой клитор, пока я подпрыгивала на его члене.
Напряжение в бедрах меня не заботило — я искала разрядку.
— Боже мой — да!
Искры удовольствия пробежали по бедрам, ноги задрожали.
Его пальцы терли клитор всё сильнее, и вдруг я замерла, когда жар и наслаждение пронзили мое тело. Ногти впились в его бедра, тело затрепетало от интенсивности оргазма.
— Ох, блядь.
Я пискнула в ладонь, и Жесткий Наездник замер с твердым членом внутри меня.
Волны удовольствия вырвались из меня горячим сквиртом.
Теплая жидкость потекла по моим бедрам и его пальцам.
Жесткий Наездник глубоко застонал, прижавшись к моей спине, а его пальцы продолжали ласкать мою мокрую пульсирующую пизду.
Его дыхание было тяжелым на моей коже.
Пизда приятно сжимала его член, и волны наслаждения обжигали меня изнутри.
— О-о.
Внезапно он легко поднял меня и уложил на кровать.
Дыхание было сбивчивым, когда он устроился между моих ног.
Он закинул мою левую ногу выше, на сгиб своего локтя, и его член с хлюпаньем ворвался в мою мокрую киску.
Я застонала от восхитительного давления внутри.
Его губы прижались к моей шее, и член начал ритмично качаться во мне.
Я обхватила Жесткого Наездника за талию и жестче прижала его к себе.
Шлеп, шлеп, хлюп.
Я удивилась, что он не оттолкнул мои руки, как делал раньше.
Я осмелела и быстро скользнула пальцами под его черный свитер, по гладкой разгоряченной коже.
Я застонала.
Мышцы на его пояснице восхитительно перекатывались под моими пальцами.
Я была уверена — Жесткий Наездник чертовски сексуален.
Его тело ощущалось чудесно под моими руками.
Я могла только гадать, каково это — лежать с ним полностью голыми.
Он сделал мощный толчок и замер. Его горячее дыхание коснулось моих губ, и хотя я его не видела, я чувствовала, что он наблюдает за мной.
Его губы накрыли мои, язык соблазнительно ворвался в рот, пока его член пульсировал, изливая горячую сперму глубоко в меня.
Всё сегодня было странно другим — гораздо более интимным.
Но стоило мне начать наслаждаться этим, как Жесткий Наездник отстранился.
Он этого не хотел.
Послышался шорох одежды, и я поняла, что через секунду он исчезнет.
Сердце упало при звуке закрывающейся двери; я сорвала повязку и в расстроенных чувствах отшвырнула её в сторону.
Завернулась в простыню и ждала, пока внизу не щелкнет дверь на патио.
Всё, он ушел.
Я повалилась на кровать, прижав руку к тяжело вздымающейся груди.
Мое тело чувствовало себя живым, и причиной тому был Жесткий Наездник.
Мне действительно нравился мой партнер в маске, и я хотела большего, чем то, что у нас было.
Но он уступит. Рано или поздно.
Я долго и пристально смотрела на мать.
— Мам, ну зачем ты заставляешь?
Ванесса повернулась ко мне, и я заметила её раскрасневшиеся щеки.
— Дейзи-Мэй, не всё в этом мире крутится вокруг ТЕБЯ. Я ничего не могу поделать с тем, что этим утром в Центре помощи возникла чрезвычайная ситуация. Пожалуйста, просто съезди к Дженис и забери мои вещи.
Центр помощи, клуб вязания, гребаные фермерские рынки!
Меня уже тошнило от матери и всей этой её дребедени.
— Почему ты тогда не можешь поехать в Каррик с Брайсом завтра?
Мать металась по кухне, деловито готовя три десятка сэндвичей для внепланового мероприятия в местном Центре помощи, который обеспечивал горячим питанием и поддержкой всех нуждающихся.
Она остановилась и несколько мгновений смотрела на меня.
Затем вытерла руки о свой ярко-персиковый передник.
— Ладно! Вот и ладно. Не беспокойся об этом, Дейзи.
Я простонала:
— Ой, мам, ну не надо вот этого.
Блядь, я ненавидела то, как мастерски она заставляла меня чувствовать себя виноватой.
В этот момент в кухню зашел Брайс.
Он крутил в руке ключи от джипа и сверлил меня взглядом.
Он тоже не выглядел в восторге от перспективы поездки в Каррик со мной.
— Сколько мне еще ждать тебя, королева Дейзи? — тон его был резким и бесцеремонным.
Черт, мысль о том, чтобы провести несколько часов в компании этого занудного козла, — совсем не то, как я планировала провести свою субботу.
Демонстрируя свой нрав, я с силой хлопнула ладонью по столу и, прежде чем встать, смерила мать взглядом.
Затем капризно фыркнула и промчалась мимо Брайса.
— Пять минут.
Когда сразу после одиннадцати утра джип свернул на трассу 213 в сторону Каррика, я прибавила громкость на радио.
Небо было уродливого тускло-серого цвета, и снова пошел дождь.
— Уф, мама с ума сошла.
Брайс не ответил и, к счастью, оставался таким же замкнутым, как и всегда.
Я проверила телефон и, к своему отчаянию, увидела, что Жесткий Наездник не в сети.
Я предположила, что, возможно, он работает днем или он студент.
Он не выходил у меня из головы всю ночь, и после долгих раздумий у меня появилось предчувствие, что Жестким Наездником может быть Конрад Мелтон, который учился на два курса старше меня.
Я знала его не очень хорошо, но он был симпатичным, и я точно знала, что у него отличное тело.
Он был капитаном школьной футбольной команды.
Глухой раскат грома в темных небесах заставил меня нахмуриться.
Я раздраженно вздохнула.
Мама выбрала идеальную погоду, чтобы отправить нас в Каррик!
Движение резко замедлилось из-за внезапного ливня.
Брайс хмыкнул, его глаза сузились, когда видимость стала совсем паршивой.
Дворники лихорадочно метались по лобовому стеклу.
Я сплела пальцы в замок и снова нервно взглянула на Брайса.
— Твою мать, ты хоть что-нибудь видишь?
— Едва-едва.
Кратко и лаконично. В этом был весь Брайс.
Я и не помнила, когда в последний раз у нас был нормальный разговор, который не заканчивался бы проклятиями.
Я облегченно вздохнула, когда мимо промелькнул указатель «Добро пожаловать в Каррик».
— Слава богу.
Дождь лупил беспощадно, и я заметила, что многие машины съехали с главной дороги на обочину и стояли с включенными аварийками.
Мне хотелось предложить то же самое, но я промолчала.
Брайс свернул налево с главной дороги, и мы ехали в тишине, пока я не увидела массивную вывеску «Carrick B&B».
Слава богу, у Брайса хотя бы хватило мозгов.
Мы остановились на парковке, и он повернулся ко мне:
— Лучше переждать это в ресторане.
Я кивнула с облегченной улыбкой:
— Хорошая идея.
Короткий путь от парковки до главного здания превратил нас в мокрых куриц. К тому времени, как мы вбежали в ресторан, мы промокли до нитки.
Когда мы сели, я рассмеялась, глядя на Брайса. Его волосы и одежда безжалостно прилипли к телу.
— Выглядим мы просто «потрясно».
Брайс ухмыльнулся и достал телефон из кармана куртки.
Подошел официант и предложил нам безлимитный кофе. Я улыбнулась и поблагодарила его.
— Мам? — Брайс замолчал и убрал темные мокрые пряди с лица. — Да, мы как раз в него и попали. Молодец, мам.
Его голубые глаза встретились с моими, и мы оба рассмеялись.
Он редко злился на родителей, и я восхищалась его бесконечным терпением по отношению к ним.
Я потягивала кофе, пока Брайс, поморщившись, смотрел на меня.
— Конечно, если дорогу перекрыли, у нас нет выбора.
Он пообещал перезвонить ей, закончил вызов и крепко обхватил чашку с кофе.
— Надеюсь, у вас нет планов, мадам. Похоже, мы тут застряли на какое-то время. Трассу обратно временно закрыли из-за очередного подтопления.
Ситуация была скверная.
— О нет. Как думаешь, надолго?
Брайс пожал плечами.
Мне стало неуютно, и мысль о том, чтобы торчать в этом засаленном ресторане, была ужасной.
Я простонала:
— Это нелепо, Брайс, моя одежда насквозь мокрая.
Он рассмеялся и закатил глаза:
— О боже, как такое могло случиться? Королеве Дейзи неудобно.
Я ухмыльнулась ему.
Вернулся официант, чтобы наполнить наши чашки, и мой брат поинтересовался, нет ли у них свободного номера с обогревателем.
Молодой человек улыбнулся и сказал, что сможет помочь.
— Слава богу, наконец-то спасение.
После еще одной чашки кофе и пончика нас заселили в номер 14, где стоял массивный обогреватель.
Дождь к тому времени усилился, потоки воды хлестали через стоки и с яростью вырывались из водосточных труб.
Я думала о Жестком Наезднике и о том, что зря теряю здесь время, если мы не сможем вернуться домой к вечеру.
Я жаждала увидеть его снова.
Я стянула мокрую куртку и повесила её на стул.
Брайс протянул мне белое полотенце.
— На, вытри волосы.
Он включил обогреватель, и мы сели бок о бок на кровать, отогревая ледяные пальцы.
Раскат грома прошил небо, и я прижалась ближе к брату.
— Это просто пиздец какой-то, Брайс.
Он согласился.
Мы сидели так какое-то время, пока не отогрелись, в то время как снаружи бушевал шторм.
Сезон дождей в Гейтс-Фоллс всегда был таким, и только мы были достаточно глупы, чтобы поехать в Каррик, несмотря на штормовое предупреждение.
В три часа Брайс заказал бургеры и газировку из ресторана.
Я была голодна как волк, сама того не замечая.
Мы ели в тишине, ожидая просвета в погоде.
Рядом с кроватью на столике стоял старый телевизор.
Я включила его и, полистав каналы, нашла один, по которому крутили старое черно-белое кино.
Время тянулось бесконечно.
В пять вечера я позвонила матери, которая рассыпалась в извинениях, а затем проверила приложение «Chit-Chat».
Я горестно вздохнула.
К моему разочарованию, Жесткий Наездник всё еще был не в сети.
Я отправила ему несколько случайных сообщений, но, подумав, удалила их все.
Мои пальцы перебирали влажные волосы, пока я сворачивала их в небрежный пучок.
Я начала вести себя как сталкер, подумала я смущенно, но Жесткий Наездник превратил мои мысли в абсолютный хаос!
Я отложила телефон на стол и снова вздохнула.
Брайс сидел в единственном кресле и наблюдал за мной, пока я тревожно мерила шагами маленькую комнату.
— В чем дело?
Я качнула головой:
— Ни в чем.
Он ухмыльнулся, не отрывая глаз от телефона.
— По своему бойфренду скучаешь?
Я рассмеялась, и мои щеки вспыхнули от жара.
— Что? Кто сказал, что он у меня есть? — я попыталась отмахнуться.
Брайс рассмеялся и отложил телефон.
Он сочувственно прицокнул языком.
— Какая жалость — бедная одинокая Дейзи.
Я проигнорировала его. Мне не хотелось сейчас вступать с ним в перепалку.
Он продолжил:
— Потому что я слышал совсем другое.
Сердце забилось в трепетном ритме, я сузила глаза, глядя на него.
— О чем ты болтаешь, Брайс?
Его глаза пробежались по мне и скользнули в сторону. Он встал, подошел к двери номера и запер её на замок.
Я и не заметила, как стало поздно.
— Ты думаешь, нам придется остаться на ночь, Брайс?
Он задернул жалюзи и повернулся ко мне:
— Я на это очень надеюсь.
Что?
Я уставилась на его высокую фигуру, и кожа отозвалась предупреждающим покалыванием.
Что с ним такое?
— Я так рад, что ложь на этом заканчивается. Не ожидал, что это случится так скоро, но какого черта.
— О чем ты говоришь?
Внезапно Брайс стянул свою синюю футболку и отшвырил её в сторону.
На мгновение у меня закружилась голова от шока, я вцепилась в спинку стула.
— Какого хрена?
Мой взгляд скользнул по его телу и замер на большой татуировке змеи на боку.
Дыхание прервалось.
Она была на левом боку, точь-в-точь как... Боже мой, как у Жесткого Наездника!
Мои пылающие глаза впились в его лицо, а затем снова вернулись к его прессу и широким плечам.
— О боже, нет!
Я попятилась на ватных ногах.
Брайс долго смотрел на меня, и я увидела свежие, красноречивые царапины на изгибе его плеч и предплечьях.
Дыхание сперло, я прижала руку к рту, чтобы подавить крик.
БРАЙС БЫЛ ГРЕБАНЫМ ЖЕСТКИМ НАЕЗДНИКОМ!
Мои губы задрожали:
— О боже! Брайс, что ты наделал?
Сердце забилось в бешеном ритме от осознания происходящего.
Я прижала руки к тяжело вздымающейся груди.
Он шагнул ко мне, я отступила еще дальше.
— Ты мой гребаный брат!
Мои слова, казалось, не произвели на него никакого впечатления.
Напротив, он рассмеялся и сократил расстояние между нами прежде, чем я успела пошевелиться.
Его рука легко обвила мою талию, а другая скользнула к моему горлу.
Страх пронзил меня, когда его пальцы ласково прошлись по моей шее.
Я отвернулась, когда его дыхание коснулось моей щеки.
— Да, дорогая Дейзи, но я также и Жесткий Наездник.
Я уперлась руками в него.
— Брайс, нет! Отпусти меня!
Внезапно меня накрыло ощущение узнавания.
Должно быть, это был тот самый отчетливый, пряный и гипнотический запах его кожи, на котором я помешалась.
Блядь! Это неправильно!
При этой мысли я сильнее толкнула его в грудь, но хватка Брайса на моей шее опасно сжалась.
— Не борись со мной, Дейзи. Тебе нравился наш трах так же сильно, как и мне. — он порочно ухмыльнулся, и его пальцы задержались на моем горле. — Признай это, мы созданы друг для друга.
Его рот грубо накрыл мой, и мой разум взорвался дикими, лихорадочными мыслями.
Неправильно! Неправильно!
Я отвернулась от него, и его губы переместились на мою шею.
— Брайс, нет!
Его губы всасывали мою нежную кожу, и желание вопреки воле затопило мои чувства.
О боже, нет!
— Не сопротивляйся. Это бесполезно.
— Нет, отпусти!
Его рука вцепилась в мои волосы, он крепко сжал их.
Внезапно я почувствовала, как его большой твердый член вжимается в мой живот.
Боже, я трахалась с ним всё это время и наслаждалась этим.
Он притянул мое лицо к своему, его голубые глаза были холодными и беспощадными.
— Я уже попробовал тебя на вкус, моя маленькая сучка, и я хочу еще. Теперь пути назад нет.
Его губы накрыли мои в брутальном поцелуе, пока рука сжимала мой зад.
— Я кончал в твою пизду, Дейзи. Ты теперь моя гребаная собственность!
Он сжал мою ягодицу, сильнее вжимаясь членом в мое тело.
— М-м, блядь. Я хочу тебя, дорогая.
Мое тело превратилось в инферно похоти; губы Брайса жадно блуждали по моему рту, а затем снова по шее.
Я застонала, и мое предательское тело не знало границ — логика испарилась, уступив место приливу первобытной страсти.
Я должна была попытаться еще раз.
— Брайс, мы не можем этого делать. Это неправильно!
Он схватил мою футболку и сорвал её через голову.
— Дейзи, мы уже трахаем друг друга! Смирись с этим!
Его голодные глаза впились в мою грудь, и тон опасно изменился:
— Я трахну тебя так или иначе — выбирай сама.
Мелькнула мимолетная мысль о том, насколько это аморально, но тут же исчезла.
Брайс был Жестким Наездником.
Мы так идеально подходили друг другу в сексе, и всё же это было табу!
Его пальцы массировали мою грудь, и удовольствие разливалось по венам.
Я хотела его рук и его рта на себе!
Честно говоря, с тех пор как всё это началось, я ни о чем другом и думать не могла.
Брайс притянул меня к себе, его язык скользнул между моих губ, пока пальцы сжимали и разминали мои соски.
Я закрыла глаза от чистого наслаждения, которое дарили его пальцы, мучающие мои твердые соски.
— М-м, Дейзи-Мэй, я собираюсь вылизать твою прелестную щелку и трахать тебя до тех пор, пока ты не закричишь.
Вау, кто знал, что мой брат так искусен в словах?
Мои руки сами собой задвигались по его твердому прессу, а затем к татуировке змеи, о существовании которой я и не подозревала.
— Брайс, мы попадем в ад.
Он толкнул меня на кровать и приспустил джинсы.
— С радостью.
Дрожь прошила меня насквозь, когда я жадно уставилась на его массивный эрегированный член.
О да, я узнаю этот прекрасный член.
Брайс навис надо мной и сорвал с меня джинсы.
Он схватил мои трусики и поспешно сорвал их.
Искры удовольствия пробежали по телу, когда его пальцы скользнули по моей киске.
Брайс хмыкнул:
— Она прекрасна. Я, блядь, просто одержим тобой, моя маленькая сучка.
Я застонала, когда его рука раздвинула мои ноги.
Его глаза впились в мои, а палец начал нежно потирать клитор.
Ноги задрожали от прилива наслаждения.
— Хочешь мой член, Дейзи?
Мне не нужно было думать над ответом.
— О да.
Лицо Брайса потемнело от похоти.
— Раздвинь ноги для меня, сестренка.
Мое тело содрогнулось, когда он облизнул губы и спустился к моим ногам.
Он с громким чмоканьем поцеловал влажные складки моей киски, а затем переключился на внутреннюю сторону бедра.
Мои бедра инстинктивно выгнулись вверх, я вцепилась в простыни.
— Хочешь, чтобы я вылизал твою щелку, Дейзи?
Мое тело пульсировало в предвкушении от его грязного предложения.
— О боже — да!
Его мокрый язык жадными мазками прошелся по моему клитору.
— М-м, вкуснятина.
Мои ноги затрепетали вокруг его головы, а пальцы потянулись к моим твердым соскам.
— Брайс, о да!
Его руки обхватили мои ягодицы, он приподнял мой таз выше и начал шумно сосать мою киску.
Кончик его языка мелькал вокруг моей дырочки, и он простонал:
— О, дорогая, твоя пизда такая сладкая.
Затем его язык погрузился внутрь.
Голос задрожал:
— О, о, о!
Мои руки вцепились в его волосы, которые я уже сжимала раньше.
Мягкие и прекрасные.
Восхитительный звук его мокрого языка, вбивающегося в мою щелку.
— Ох, блядь! Брайс, я хочу кончить! Сделай так, чтобы я кончила!
Дыхание стало прерывистым, волны жара вспышками расходились по телу.
Он хмыкнул, и его язык снова сосредоточился на клиторе.
Он нежно сосал его, пока мое тело дергалось.
— О, о!
Я яростно вцепилась в волосы Брайса и вжалась своей киской в его рот.
Его руки на мне сжались сильнее.
Ему это нравилось так же сильно, как и мне.
Чистое, первобытное удовольствие пронзало меня и мою разгоряченную кожу.
Брайс упрямо сосал мой пульсирующий клитор, выжимая еще больше наслаждения. Теперь я извивалась под ним, умоляя его остановиться.
— Брайс, пожалуйста!
Он выпрямился и облизнул свои и без того влажные губы.
— Раздвинь ноги.
Он навис надо мной, опираясь на одну руку, и уставился на мою киску.
Простонал:
— Шире.
Его рука начала дрочить член, и теплая сперма брызнула из него прямо на мою раздвинутую пизду.
— Блядь, да!
Он застонал, и мое тело дернулось от восхитительного удивления, пока я наблюдала за ним.
— Блядь, это так горячо!
Он простонал и несколько раз шлепнул головкой по моему мокрому клитору.
А затем вогнал в меня весь свой член целиком.
— О, Брайс, да.
Его член всё еще был великолепно твердым, пока он глубоко вбивался в меня.
Наш союз был грязным и мокрым.
И это было идеальное описание слова «восхитительно».
Мои пальцы скользили по его твердому телу, которого я так жаждала коснуться, а затем перешли на его внушительные плечи.
Мой язык жадно прошелся по его груди, а затем по соскам, пока он неутомимо входил и выходил из меня.
Глаза Брайса потемнели от похоти, он смотрел на мою киску, пока трахал меня.
— Тебе нравится мой член в твоей пизде, Дейзи-Мэй?
Ох, блядь, я обожала его грязный рот даже больше, чем его угрюмое молчание.
И обычно я была против, когда кто-то называл меня полным именем, но сейчас это звучало чертовски сексуально.
— Я, блядь, просто обожаю это!
Он застонал, и после моего признания его толчки стали еще жестче и быстрее.
— Ох, блядь!
Его тело дернулось, и он замер.
Горячая сперма хлынула в меня, пока Брайс нависал надо мной.
Его губы скользнули по моим.
— М-м, Дейзи.
Я вцепилась в него, и мой язык сплелся с его в жарком чувственном танце.
Это было неправильно и совершенно безумно, но я не помню, когда в последний раз чувствовала себя настолько удовлетворенной.
В затемненной комнате орал телевизор, пока снаружи бушевал ужасный шторм.
Теплое тело Брайса укрывало меня от холода; его руки крепко обнимали меня за талию.
Я не знала, что должна чувствовать.
Злость, отвращение?
Слишком много эмоций бушевало внутри, и тысячи вопросов теснились в голове.
— Брайс, что, черт возьми, нам теперь делать?
Его рука скользнула к моей груди, и он нежно сжал её.
Сосок мгновенно затвердел под его большим пальцем.
Блядь, я была безнадежна.
Я абсолютно не контролировала свое тело.
— Дейзи, случилось то, что случилось. Я хочу тебя и я буду обладать тобой. Когда ты переедешь ко мне, всё станет намного лучше.
Я повернулась к нему, и его губы легко накрыли мои.
— Так это была твоя идея?
Он рассмеялся:
— Конечно. Я всё отлично спланировал, не находишь?
Его рука скользнула по моим бедрам, а затем к заду.
Я рассмеялась:
— Извращенец!
— Я так долго хотел твою киску. Ненавидеть тебя было проще, чем справляться с похотью, которую я чувствовал все эти годы.
Я снова рассмеялась от шока после его откровенного признания.
Все эти годы его гадкие замечания были направлены на то, чтобы заставить меня ненавидеть его и держать подальше от себя.
И это сработало.
— Значит, ты вместо этого прикинулся Жестким Наездником?
Он кивнул, его глаза изучали мое лицо.
— Время пришло. Я не мог позволить тебе жить в общаге.
Я рассмеялась:
— Это такой пиздец, Брайс. ТЫ такой ебанутый!
Он ухмыльнулся и уткнулся лицом в мою шею.
— Я знаю.
И мы оба рассмеялись.
Рано утром на следующий день я выскользнула из постели; дождь теперь едва моросил.
Я смотрела на спящего Брайса.
Мой взгляд скользил по его потрясающим черным волосам и прямой, решительной челюсти, которых я раньше почему-то не замечала.
По вполне очевидным причинам.
Щеки вспыхнули от жара; я отвернулась и ушла в душ.
Обжигающая вода успокаивала, но не так отрезвляла, как мне того хотелось.
Я осмотрела отметины на внутренней стороне бедер, оставленные пальцами Брайса в порыве страсти, и ухмыльнулась.
Я по уши влюбилась в Жесткого Наездника после нашего первого раза и хотела большего.
Что ж, Брайс И БЫЛ Жестким Наездником, и теперь он полностью принадлежал мне!
Я чуть не рассмеялась своим грешным мыслям, выходя из ванной.
Брайс проснулся, всё еще лежал в постели и копался в телефоне.
Он поднял глаза, когда я вошла в комнату.
— Всё не так плохо, мам. Мы выедем отсюда пораньше.
Он сделал паузу и жестом подозвал меня к себе.
Придерживая полотенце, я забралась на кровать.
— Конечно, мам, подожди секунду.
Я взяла телефон, скорчив ему гримасу, прежде чем заговорить с матерью.
— Привет, мам.
Брайс притянул меня ближе к себе и сорвал полотенце.
Я чуть не рассмеялась и попыталась ударить его по рукам.
Его глаза горели, когда он усадил меня сверху прямо над своим лицом.
Блядь, какой же он порочный.
Ведь на проводе была наша мать.
— Детка, ты в порядке? Ты хоть что-нибудь поела?
Брайс обхватил мои бедра и потянул ниже, чтобы его рот мог свободно достать до моей киски.
Я вздрогнула от мимолетного касания его языка.
— Еще нет. Мы позавтракаем перед отъездом.
Его язык игриво выписывал круги вокруг моего клитора, и я закрыла глаза. Я вульгарно раздвинула ноги над его головой еще шире, и его рот ритмично заскользил по моей щелке.
Это было чертовски восхитительно.
Я терлась пиздой о его жадный рот, и наслаждение разливалось по телу.
— Обязательно поешь. Видит бог, я даже представить не могу, как тебе было неуютно прошлой ночью.
Мой разум помутился от удовольствия, которое я испытывала прямо сейчас.
Брайс смотрел мне прямо в глаза, и я видела в его темном взгляде, как сильно он наслаждается процессом.
— Всё было нормально, мам. Мы выжили.
Свободной рукой я вцепилась в его волосы и начала двигать бедрами быстрее, пока мама что-то щебетала мне в ухо.
— Дейзи, вам двоим стоит закончить пораньше, на случай если погода снова испортится. Не дай бог...
— М-м, да, конечно, мы так и сделаем. Мне правда пора бежать, мам.
Брайс тихо рассмеялся; я поспешно закончила вызов и отшвырнула телефон на кровать.
Пальцы впились в его волосы, я скакала на его умелом языке.
— Ох, Брайс, да, о да!
Его руки скользнули по моим бедрам, он сжал ягодицы, вжимая мою киску в свой жадный рот.
Теперь я вскидывала бедра еще яростнее, чувствуя, как растет желание.
Он шумно сосал мой клитор, и мое тело дергалось в ответ на его голодный рот.
Острые осколки жаркого наслаждения взорвались внутри меня.
— О боже!
Это прозвучало довольно громко!
Брайс немного сдвинул меня, и его палец ворвался в мою пульсирующую киску, пока сам он продолжал сосать клитор.
— Ох, блядь, Брайс!
— М-м, малышка, какая же ты мокрая.
Он вытащил палец и обхватил мои бедра.
— Оседлай мой член, Дейзи.
О да.
Я быстро устроилась над его членом.
Он обхватил его и вогнал глубоко в меня.
— Боже, какой ты огромный.
Я поудобнее расставила ноги и начала плавно двигаться на его твердом члене короткими толчками, смазывая его своими соками.
Брайс притянул меня к своей груди, и его губы втянули мой сосок в горячий рот.
Он сжимал мой зад, пока я терлась пиздой о его стояк.
— Ох, блядь, да, Дейзи-Мэй, трись о мой член сильнее!
Сплав жара и наслаждения пульсировал во мне, нарастая с каждым жестким толчком наших бедер. Восхитительно твердый член Брайса проходил по моим внутренностям, подталкивая к очередному оргазму.
Его губы скользнули к моей шее, а затем он притянул меня для поцелуя, пока наши тела ненасытно терлись друг о друга.
— О боже мой!
Тело содрогнулось; Брайс сделал мощный толчок и замер.
Идеальный момент и очередной чудесный оргазм.
О да, я хотела этого. Я хотела его.
И мне было плевать, что он мой брат.
Мы всё равно все попадем в ад.
Наши поручения оказались совсем не сложными.
Брайс забрал две коробки мериносовой шерсти для маминого клуба вязания, а затем мы заехали к мистеру Стивенсу за рассадой, которую купила мать.
Спустя пару часов, когда мы выехали на главную трассу обратно, дождя уже не было.
Брайс смотрел на дорогу, и внезапно проявился его властный тон и замашки.
— Мы с тобой уезжаем в Блэкридж в понедельник, — он взглянул на меня. — Ты будешь жить у меня.
Я посмотрела на него, а затем снова на дорогу.
Он был одержим этой идеей.
— А если я скажу «нет»?
Он нахмурился.
— Можешь попробовать, Дейзи-Мэй, но ничем хорошим для тебя это не кончится. Родители слушают только меня.
Я рассмеялась его уверенности, придвинулась и чмокнула его в колючую щеку.
— Я не буду ничего пробовать, потому что сама этого хочу.
Тогда он улыбнулся.
Боже, какой же он, блядь, красавчик.
— М-м, покорная. Так мне нравится гораздо больше.
Я рассмеялась, когда мимо промелькнул знак «Добро пожаловать в Гейтс-Фоллс».
Когда мы вернулись домой, моя чрезмерно заботливая и плаксивая мать вела себя так, будто отправила своих единственных детей на войну.
Она хлопотала вокруг меня, пока Брайс разгружал машину.
— Ну и вид у тебя, Дейзи-Мэй. Тебе лучше всего принять хороший душ. У меня там куриный суп на плите.
Отец, поприветствовав меня перед тем, как я ушла наверх, закатил глаза.
Он ухмыльнулся и прошептал:
— Я знал, что с тобой всё будет в порядке, ведь ты была с Брайсом.
Я рассмеялась и пошла в свою комнату.
— Ты совершенно прав, пап.
Я наблюдала за тем, как мать укладывает мои вещи в чемодан.
— Это отличная идея — поехать на неделю раньше, чтобы ты могла разобраться с расписанием и обустроиться у Брайса.
Она была в приподнятом настроении с тех пор, как я сообщила ей и отцу о своем решении пожить у брата во время учебы.
Это было чертовски просто.
Мама застегнула мою последнюю сумку, оставив часть вещей в шкафу для визитов на каникулы.
Затем она присела рядом и сжала мою ладонь.
— Я так рада, что ты решила остаться с братом, Дейзи. Я не сторонница студенческих общежитий и всего того, что там творится.
Честно говоря, мать мне ни капли не доверяла.
Если бы всё сложилось иначе, моя жизнь превратилась бы в ад из-за её бесконечных звонков.
Я похлопала её по руке:
— Всё сложилось как нельзя лучше для всех, мам.
Она и понятия не имела, насколько!
Она встала и объявила:
— Ладно, завтра перед вашим отъездом устроим барбекю, а сейчас я пойду доготовлю ужин.
Прежде чем уйти, она чмокнула меня в лоб. Только дверь закрылась, как пискнул телефон.
ТАНЯ: «Эй, как ты, детка? Вещи собрала?»
ДЕЙЗИ: «Почти. На самом деле, уже не терпится уехать».
ТАНЯ: «Что ты решила насчет Жесткого Наездника?»
Я хихикнула в ладонь.
Если бы она только знала.
ДЕЙЗИ: «Понятия не имею. Решу, когда приеду на место. Сейчас я просто в предвкушении колледжа».
Она должна в это поверить.
ТАНЯ: «Ну, может, оно и к лучшему. Ты теперь будешь жить с этим тираном, так что встречаться с тем парнем будет гораздо сложнее».
Я снова рассмеялась.
Какая ирония!
ДЕЙЗИ: «Я тоже так подумала».
ТАНЯ: «Слушай, мне жаль, дорогая».
Я ухмыльнулась, заканчивая чат, и скользнула в ванную, чтобы принять душ.
Я одевалась, прислушиваясь к голосам родителей внизу, когда дверь открылась и внутрь проскользнул Брайс.
Я покачала головой, когда он схватил меня и прижал к двери.
Мой голос превратился в тихий шепот:
— Брайс, нет! Мама с папой внизу!
Он ухмыльнулся; его руки скользнули под мою юбку, а губы прижались к шее.
Я вздрогнула, когда его пальцы отодвинули трусики и начали ласкать клитор.
Его дыхание обжигало кожу.
— Раздвинь свои гребаные ноги.
Ноги задрожали, когда он с силой прижался ко мне.
— БРАЙС...
Его губы снова накрыли мои.
Киска приятно запульсировала, и его палец ворвался в мою дырочку.
Он тихо застонал:
— Какая же ты мокрая, моя сучка.
Меня слегка отвлекал доносящийся снизу заливистый смех матери.
— Брайс, тогда быстрее.
Он прижал меня к стене и быстро расстегнул ширинку.
Его губы скользили по моим, пока он закидывал мою правую ногу себе на талию.
Я застонала ему в губы, и в этот миг он вогнал свой твердый член глубоко в мою податливую плоть.
Я ахнула; он начал вбиваться в меня жестко и глубоко, пока его язык метался в моем рту.
Его рука фиксировала мои бедра, а член с силой входил и выходил из меня.
Напряжение нарастало быстро и вовремя. Несколько мгновений спустя ноги затряслись.
— Блядь, Брайс, я кончаю.
Он вцепился в мое бедро и еще сильнее вжался в меня своим членом.
Наши тела содрогнулись, а губы слились в жарком, мокром, ненасытном поцелуе.
Член Брайса пульсировал внутри, изливая свою восхитительную теплую сперму.
— Дейзи, Брайс, ужинать!
Мы оба рассмеялись и поцеловались.
Всё обещало быть просто идеальным.
Позже той ночью, в предрассветные часы, мы трахнулись снова, и это было чудесно.
Я с нетерпением ждала переезда и колледжа.
Что же касается нас с Брайсом — ну, мы решили, что пока стоит оставлять всё в семье.