— Представьтесь! — гаркнул из-за ворот страж академии. — Чего молчим? — с сарказмом проговорил старик-привратник и выжидающе уставился на меня.

Тело ломило, а сама я едва держалась на ногах, поэтому отвечать на вопросы, пусть и совершенно легкие (для кого-то легкие), сил совсем не было. Я опасливо провела рукой в перчатке по своему жакету, проверяя, целы ли мои ребра. И когда убедилась, что я продолжаю стоять, попробовала все-таки выдать какой-то ответ.

— Я не помню своего имени, — честно призналась в том, что обнаружила подобный факт этим утром.

— Что ты мне зубы заговариваешь? А ну иди отсюда! — внезапно обозлился на меня страж и замахнулся длинным резным посохом, что я даже отступила на пару шагов от ворот.

И я бы рада была пойти, только вот куда⁈

Целый час я предпринимала жалкие попытки понять все о природе своего происхождения. Ткань, из которой была сшита моя одежда, явно была дорогой, а сам наряд походил на нечто приличное и модное. Модистка постаралась на славу, а вот где все это могло быть изготовлено — ни единой зацепки…

На подкладке я лишь обнаружила след от ниток, на этом месте когда-то была нашита бирка с указанием искусницы.

И больше ничего, чтобы вспомнить о себе: одна шляпка, пара перчаток, жакет с черными пуговицами, платье и ботинки, носы которых были не просто стесаны, а разбиты, словно меня тащили по каменистой дороге.

И, кажется, вправду тащили… Я себя ощущала именно так, да и подол моего платья оставлял желать лучшего: он был местами порван, где-то зияли дыры, запылен.

— Не могу, — тут же огорчила еще больше старика-привратника, — я слышала, в Академию Магии принимаются все леди, наделенные магическим даром.

Немного везения и хорошего слуха, который меня не подвел в минуту сильного отчаяния.

Глашатай зачитывал свое уведомление вслух, проговаривая самые значимые строчки лично для себя.

Я сидела неподалеку от мужчины, огорошенная тем, что ничего не помню из своей жизни, привалившись к воротам, увитым диким плющом.

— Дар? — скептическим взглядом осмотрел меня с ног до головы старик. — Врешь! Всем вам подавай только одно: пробраться в Академию Высших, учинить бесчинство, чтобы меня, завсегдатая Серлика, уволили!

— Что вы… — проговорила я миролюбиво. — И в мыслях не было ничего подобного.

Мне казалось, что в Академии магии мне должны были непременно помочь, как только бы узнали о столь печальной истории.

По крайней мере, я на это очень надеялась. Потому что, как мне удалось выяснить у глашатая, Академия стояла на отдельном острове Сант-Финикусе, и чтобы добраться до Большой земли, потребовалось бы ни много ни мало — купить билет на паром или же обернуться драконом, которым я вряд ли являлась (или была еще пока не в курсе подобной радости).

— Может, у вас есть что-то, что могло бы проверить уровень моей магии?

— С чего бы вдруг? Дар или есть, или его нет. А я не измерительный дранлиг. И даже если бы я умел выявлять магию, это вне моей компетенции. Страж. Привратник. Не наделен обязанностями выявлять адептов.

То, что старик оказался неприветливым, удручало, но спасение утопающих…

Впрочем, предаваться бесконечному унынию я не собиралась и поэтому, гордо вскинув голову и расправив плечи, неожиданным образом выдала то, что еще не могла произнести и час назад.

Говорила я немного певуче, растягивая гласные:

— Аридис, бурлесс, тронк! — с моих пальцев слетели серебряные светящиеся звезды, замок на воротах Академии щелкнул, а привратник застыл истуканом.

Убедившись, что моя магия не внесла негативных последствий во времени, я ступила на землю высших, тех, кто давно правил миром и был главным любимцем — драконы, правители трех материков.

Каким образом я это проделала, понятия не имела… Вышло очень органично и со знанием дела. И, видимо, раньше я не просто была носителем дара, но и умела им управлять и применять в жизни.

Я обернулась на старика, совсем скоро мое заклинание спадет, и мужчина придет в себя, поэтому мне стоило поторопиться, чем я, собственно, и поспешила заняться.

Минуя сторожку привратника, я проскользнула вдоль забора.

Я хотела осмотреться и понять, как действовать дальше.

Засев в засаде колючего крыжовника, стала наблюдать за передвижениями адептов и преподавателей.

На небольшой площади с прекрасным фонтаном в форме бронзовой рыбы появились три мага. Один из них носил кожаную мантию, второй — серебряную шелковую, а третий блистал в мантии с зеленой чешуей.

Сердце заполошно забилось, а затем, пропустив один удар, попыталось вновь войти в привычный ритм.

Я почувствовала себя неуютно, а еще сильно уставшей. Но думать сейчас о том, как отдохнуть, не приходилось. Весь мой интерес был направлен на мужчин, статных и привлекательных.

Драконы были великолепно сложены. Все трое высокие, с красиво уложенными волосами, достающими до самых плеч, с выразительными глазами, жесткими скулами и острыми подбородками.

Они о чем-то громко спорили, а адепты же, наоборот, завидев их, старались обойти магистров по самым дальним дорожкам Академии.

И это побудило меня покинуть свой наблюдательный пункт и явить себя миру. Вернее, я решительно направилась в сторону той самой троицы.

Чем судьба не шутит! Мне показалось, раз их боятся, значит, эти конкретно драконы здесь чуть ли не самые главные, и, возможно, они проявят ко мне снисхождение и проникнутся…

«Или не проникнутся», — подкидывал внутренний голос, напоминая о неприветливом привратнике.

— Господа! — обратилась я к стоящей троице, когда подошла к ним довольно близко.

Драконы обернулись на мое обращение, и, кажется, в это самое мгновение я умудрилась нарушить главный баланс магического мира: неуклюжая человечка в Академии Высших одним своим присутствием нарушила то, что строилось веками (опять же драконами, а роль людей в этом, по мнению первых же, была не столь велика).

Их лица одновременно вытянулись.

А моя уверенность в правильности своего решения моментально улетучилась.

Магистры встретили меня колкими холодными взглядами.

— Это вы нам?

— Вам, — уже более кисло подтвердила, наблюдая за их физиономиями.

Где-то отдаленно хрюкнула группка адептов из числа парней, скучковавшись за дубом, который мало походил на защиту, потому что сбросил листву.

— Судя по вашей одежде, вы не являетесь адепткой нашей Академии, — плотоядно улыбнулся тот самый, с рисунком зеленой чешуи на своей мантии.

— Не являюсь… но активно хочу пополнить их ряды, — поспешила расстроить мага. — А еще…

И тут смелость меня окончательно покинула, язык прилип к небу, а вместо привычных звуков я издала жуткий хрип.

— Кажется, Янг, вы смутили нашу претендентку в адептки, — жемчужной улыбкой осветил пространство между нами черный маг.

А белый молча наблюдал и не спешил вступать в нашу беседу. И под его пристальным взглядом мне стало совсем нехорошо.

Я начинала понимать поведение остальных адептов. Эти трое были не так-то просты и совсем не милые…

— Ничего подобного! — я попыталась себя оправдать. — Я бы хотела ознакомиться с правилами поступления в Академию. Я думаю, что смогла бы…

— Думаете или уверены? — ожил белый маг, он прищурился и склонил голову набок.

Этим утром я только и делала, что без устали думала, уверенности не было ни в чем, но что-то подсказывало внутри, что моя память… не просто так стерлась, и, кажется, на то были причины.

Я слышала постоянный звон в ушах. Да и мое пробуждение рядом с Академией магии могло говорить лишь о том, что тот, кто внедрился в мое сознание, мог оказаться как раз из этих стен.

И что тогда?

Во всем этом требовалось постепенно разобраться (а вдруг меня хотели не просто лишить памяти, но и забрать мою жизнь).

— Уверена! — твердо ответила и посмотрела на белого прямым взглядом.

Маг кивнул. В его взгляде промелькнуло нечто огненное. Он сделал пасс рукой — и в воздухе возник окутанный золотым свечением магический фолиант.

— Правила Академии Высших. Все, наделенные магическим даром, имеют право попробовать свои силы раз в год. Три успешно пройденных испытания являются гарантом принятия мага на обучение в Академию сроком на пять лет. Зачисление совершается как с первого курса, так и с третьего в особых случаях.

Голос белого звучал очень фундаментально. Как будто дракон не рассказывал, а вбивал информацию в меня стальными болтами. По спине пробежал холодок. А стоит ли так рисковать и впутываться во все это?

— Рик, ты совсем испугал девушку… Она и так была без румянца, а сейчас цвет ее кожи напоминает твою мантию.

Я перевела взгляд на черного мага, тот по-прежнему улыбался, но ощущалось это весьма наигранно. Казалось, еще мгновение — и он просто сожрет меня.

Янг, Рик (интересно, как звучит его полное имя) и… третий.

— Малеус Фоулес, магистр прикладной магии и декан факультета, — в почтительном поклоне склонился черный маг, как будто прочитав мои мысли о том, что я не знаю его имени.

— Адепты-трусы в нашей Академии не нужны, — припечатал белый дракон.

Янг громко рассмеялся, а Малеус наградил меня жалостливым взглядом.

Вероятно, все трое были едины в том, что адептка Академии Высших из меня так себе…

— Я пройду все три испытания, — я вцепилась пальцами в ткань своей юбки.

Эта троица порядком меня раздражала, но деваться было некуда.

Я ничего о себе не знала и не владела даже обрывочными фрагментами памяти. Там, за воротами, я вполне могу влипнуть в крупные неприятности…

— Задержите ее! — раздался слева уже знакомый голос привратника. — Она пробралась на территорию Академии незаконно, применив магию… Задержите ее, — гневно кричал и размахивал посохом старик.

Я сделала лишь глубокий вдох, а на выдохе еще больше распрямилась.

«Ну уж теперь точно никто не посмеет мне помешать!»

Драконы с интересом наблюдали за моей реакцией.

— У нас возникло недопонимание, — я улыбнулась одними уголками губ. — Господин Серлик утверждал, что у меня отсутствует магия.

И как только я это произнесла, Янг выпустил в меня три магические сферы. Простеньких, не смертельных, но если бы не моя реакция, ожогов бы было не избежать.

— Вот ты какая… — с задумчивостью проговорил зеленый маг и растерянно посмотрел на Рика с Малеусом.

И, кажется, эти двое целиком и полностью разделяли его мнение.

— Серлик, проводите леди… — Малеус многозначительно посмотрел на меня.

— Леди Хейли, — не задумываясь, проговорила, чтобы не было неловких пауз, иначе снова возникнут вопросы.

Серлик злобно уставил на меня свои глазки-буравчики, потому что старик помнил, как ранее я настаивала на том, что не помню своего имени…

— Но леди утверждала, что не помнит…

— Вы что-то напутали, — тут же вмешалась я.

— Ну раз все выяснили, — немного раздраженно подытожил белый маг, — проводите леди Хейли в крыло подготовки. Мы с превеликим удовольствием понаблюдаем за тем, какие в себе еще тайны таит эта особа.

Я присела в реверансе.

И поймала себя на том, что правила этого мира я не помню, но, кажется, многое умело заучила, когда еще знала, кто я такая.

Серлик явно не оценил, как я ловко выкрутилась из весьма щекотливой ситуации. И от этого почему-то на душе стало немного не по себе. Кажется, и это я делала не впервые. И внутренний конфликт мне совершенно не пришелся по вкусу. Подумаешь, старого пожилого человека выставила дураком. Что тут такого? Это же требовалось для дела… Важного!

Но как бы я ни была убедительна в своих решениях, все выводило на эмоции, и это плохо.

Я постаралась не думать об этом пока. В конце концов, здесь я главная пострадавшая, и тот, кто решил стереть мне память, не колебался ни минуты и сделал все особо грубым способом.

Моя одежда тому прямое доказательство.

Я следовала за стариком и осматривала достопримечательности Академии Высших, отвлекаясь.

Аллеи были небольшими, но красивыми и ухоженными, пение птиц успокаивало, а тропинки, петляющие вокруг самого здания Академии, вполне оправдывали свое предназначение.

В свободные минуты можно было пройти приличное количество шагов, а заодно и прогуляться, но не покидать учебную территорию.

Мы продолжали идти молча. Старик впереди, а я позади.

Вернее, молчала я, а Серлик ругался и рассуждал вслух о том, что у нынешней молодежи совсем ничего святого не стало.

И я была согласна с ним. Если бы мне потребовалось все провернуть повторно, я бы не изменила себе и так же бы заморозила привратника.

Моя магия? На это мне как раз захотелось обратить внимание. Я посмотрела на свою руку в перчатке и подумала о том, что есть одно очевидное: со своей магией я могла совладать в момент испуга.

И внезапные действия Янга подтвердили мои догадки.

Сейчас, как я мысленно ни старалась отсыпать звезд с кончиков пальцев, ничего не получалось. И это плохо? Так я у любого как на ладони, и поди еще разберись, когда мой страх достигнет пика, чтобы воплотиться для меня в магическую защиту.

— Гримх, — старик остановился возле резной двери, и я едва успела притормозить, чтобы не впечататься в его спину. — Куда ты глупый подевался? — Серлик ворчливо проговаривал себе под нос.

— Возможно, его здесь нет? — не удержалась я от своих наблюдений.

Старик закашлялся, а затем надрывно прокричал другое имя, женское, а для помощи самому себе зачем-то еще ударил посохом в один из булыжников, которыми были вымощены те самые прогулочные тропинки. — Берта!

— Чего орешь? — из-за двери раздался довольно моложавый женский голос.

— Новенькая. Готовится к испытаниям.

Я не готовилась. Я хотела попробовать. И уверенно блефовала перед великолепной троицей магистров. Шансы мои были невелики. Но попытаться я была обязана.

План возник из ниоткуда. И снова спасибо надо сказать тому самому испугу.

Я получу кров, и, возможно, меня даже здесь покормят. А дальше… придется разбираться и с магией, и моим происхождением.

Берта недобро покосилась в мою сторону.

— Как новенькая? Набор уже закрыт. Да и комнат свободных нет. Куда я ее поселю?

— Мне откуда знать? Я лишь сопроводил ее, а дальше разбирайтесь сами. С меня и так хватило.

Я потупила взгляд и постаралась наигранно раскраснеться. Как будто мне было действительно стыдно за случившееся. Но не было, нет! Угрызения совести немного подъедали изнутри, но в этом не было заслуги старика. Тут скрывалось нечто другое. Только вот что?

Я подняла голову и отсчитала три этажа вверх, затем мой взгляд переместился на самое дальнее окно справа.

Ректорский кабинет.

Откуда я это знала — понятия не имела…

И это настораживало еще больше.

— Да ты что, глухая? — выдернула меня женщина из собственных мыслей. — Куда тебе с такой реакций в испытания, может, передумаешь и мне забот меньше?

— Не передумаю, — отрезала сухо. — Я пройду испытания.

— Ладно, — нервно дернула плечом кастелянша. — Свалилась на мою голову, как будто у меня дел других нет. Я знаю, куда тебя поселю, только учти, придется жить временно под лестницей. Свободных мест нет. И как только пройдет первое испытание, тогда уже и будем разбираться.

— Если там есть окно и дверь, то мне подойдет, — я рассудила, что из двух зол выбирают меньшее, даже маленькая каморка под лестницей лучше, чем коротать ночь под открытым небом на территории своего врага.

Окна и двери присутствовали. Не было главного — пространства, причем до такой степени помещение под лестницей оказалось узким и темным, что пробивающийся тусклый свет в малюсенькое окошко совсем погоды не делал.

— Я предупреждала, — Берта пнула метлой черного паука, висящего в своих сетях в дальнем углу. — И уборка была давно. Я оставлю швабру с ведром, надумаешь навести порядок — действуй, а нет — выставишь просто за дверь…

Милейшая Академия, и люди здесь душевные, отзывчивые…

Я тяжело вздохнула.

— Меня все устраивает.

— Точно? — женщина вперила в меня неверящий взгляд.

— Точно. Точно.

Не стала я развивать тему на предмет того, что все они тут выжили из ума, раз предлагают набраться сил перед предстоящими испытаниями в чулане.

— Вот и замечательно. Останешься в Академии, поселю в одной из лучших комнат женского общежития.

Верилось с трудом в подобное обещание. Я лишь кивнула, а Берта закрыла дверь с обратной стороны, оставив меня в интересной компании с тряпками и швабрами.

Мыши тут тоже водились. Это я поняла по маленькому «изюму», щедро рассыпанному по столу и подоконнику.

Вздрогнула. Этих грызунов я не могла терпеть с детства и замерла…

Вот же! Первое воспоминание.

И даже зажмурилась.

В моей памяти всплыла белоснежная беседка в окружении лавандовых кустарников и прекрасного белокаменного поместья.

Ого. Даже не дышу, а пытаюсь проследить за столь тонкой линией фрагментов прошлого.

Вот я в нарядном розовом платье, служанка пытается что-то быстро пронести мимо меня. Я проявляю излишнее любопытство и бегу за девушкой следом.

Она охает от неожиданности, а из ее рук выпадает ловушка, и в ней окровавленная крыса.

Я впечатлилась настолько, что в тот день не смогла даже уснуть, и ко мне пришел… Кто же это был? Голова сильно разболелась. Может, это был отец, кажется, я видела мужчину в дорогом домашнем халате…

Но как я ни старалась сократить провалы в возникшем воспоминании, ничего не выходило. Видение исчезло, а я очнулась в грязном чулане.

В произошедшем был очевидный плюс. Значит, кто-то старательный сильно поторопился и сделал свою работу спустя рукава. Настроение сразу улучшилось, и я с энтузиазмом схватилась за швабру.

Из моих навыков следовало, что я не мыла полы никогда. Да. Сперва я пыталась разобраться, в какой руке держать швабру, ну а с тряпкой так и вовсе вышел настоящий конфуз. Она постоянно сползала, и вместо чистоты получалось лишь сильнее размазать уже имеющуюся грязь.

Промучившись немного, с чистой совестью я бросила это бесперспективное занятие. Как-нибудь перетерплю. Не это не точно.

Рик Дрейкан

— А ты запал на крошку, признайся, ну! — приложился широкой ладонью Малеус к плечу своего друга — белого дракона.

— Твои шутки как обычно остроумны, но совсем мимо, — равнодушно повел плечом Рик и поморщился от самого себя. — Вообще не понимаю, о ком ты…

Как бы ни доводил до кипения черный дракон, но в его шутливых подколах было зерно правды, и от этого становилось еще больше не по себе.

Претендентка действительно смогла заинтересовать белого дракона. Но этот интерес Рик охарактеризовал с точки зрения преподавательского любопытства. Не каждый день девицы в подранных платьях ловко уворачивались от атак изумрудного дракона.

— Я не знаю, как вы, но сегодня в «Черной карте» обещали вкусное угощение и отличную выпивку, — склонился к ним Янг и заговорщическим тоном, играя бровями, как бы намекал на чрезмерность и пустую трату времени на подобные темы.

Рик посмотрел на друзей и обреченным тоном выдал:

— Зачем вам эта таверна? У нее не самая лучшая репутация, там пропадают адепты… И вообще, разве у нас нет более важных дел?

— Скажи ему, что он зануда из зануд, — закатил глаза изумрудный дракон. — Рик, ты вообще умеешь отдыхать? Просто отдыхать! Твоя серьезность убивает все развлечение!

Янг оскалился и наградил лорда Дрейкана снисходительным и жалостливым взглядом.

Малеус не стал принимать ничью сторону, а молча шагнул в раскрытую дверь таверны.

И драконы вынужденно направились за ним.

У них так повелось еще с самого детства. Их троица всегда была не разлей вода. Вместе они учились летать над остроконечными скалами, окружающими Сант-Финикус; вместе устраивали амурные игрища и соревновались в скорости соблазнения местных девиц; вместе привыкали к послушанию в стенах Академии Высших будучи адептами.

И даже сейчас дух авантюризма моментами накрывал с головой, несмотря на статус и положение в стенах родной Академии.

Стать магистрами не было их обоюдным решением, но, когда из-за грани участились налеты на столицу, многие кинулись испытывать себя в воинской удали и погибли, потому что не умели верно продумывать тактику и выстраивать вокруг себя правильную магическую защиту.

И спустя время их троица вступила в ряды преподавательского совета. Благодаря их навыкам и опыту, работая в команде, драконы взрастили не одно достойное поколение магов. Многие адепты боялись даже рядом с ними дышать, и такая репутация зарабатывалась не только родословной, но и вполне заслуженными достижениями.

Завидев в дверях троих импозантных драконов из разных кланов, подавальщица моментально выпрямилась и чуть ниже обнажила вырез своего и так уже глубокого декольте:

— Какие гости… и без охраны! — зардевшись, девушка решила нагло отвесить комплимент магистрам с намеком… на разного рода мероприятия в их увеселительном заведении, и в том числе с ее непосредственным участием.

— Кажется, нам здесь рады, — хохотнул Янг и подтолкнул друзей в сторону самого отдаленного стола, чтобы не мозолить своим высокородным происхождением глаза остальным посетителям.

Хотелось повеселиться, возможно, даже с дракой, но лучшим завершением дня, по мнению изумрудного дракона, было времяпрепровождение в приятной компании, и лучше, чтобы компания дополнилась девушками.

Белый дракон не разделял взглядов Янга, но оказывать сопротивление не стал, а, смирившись, отодвинул лавку и сел.

Малеус озвучил заказ подавальщице, и драконы принялись ждать.

Девушка сработала идеально, выделяя их особенно. На подносе она принесла жареные колбаски, немного обугленные запеченные овощи, тыквенную настойку и обещала угостить невероятно ароматной выпечкой по секретному рецепту.

О десерте драконы обещали подумать, так как не совсем были уверены, что смогли бы разделить подобное предложение на троих.

— Ну тогда, может, карту? Сегодня всем обещаны только счастливые предсказания.

Малеус кивнул. И подавальщица расстаралась на славу. Из выреза своего платья извлекла три черные карты.

Янг немного нахмурился, прочитав заклинание, черный дракон, наоборот, лишь усмехнулся наивности своего предсказания, а Рик посчитал свое полной ерундой.

Изумрудный скосил взгляд, а затем в привычной манере сдал друга, зачитав его предсказание вслух: «Настоящий мужчина всегда добьется того, чего хочет женщина».

— Ходить тебе, Рик, в подкаблучниках, — громко хохотнул Янг.

— Это же просто ерунда, — возмутился белый дракон.

— Рик, оставь, дай малому позабавиться, возраст все-таки такой, ребячество в самом разгаре.

— Что? Какой такой возраст? Я на год всего младше вас, — язвительно проговорил Янг и, немного обидевшись, показательно надулся.

— Может, мы все-таки отдохнем? — Малеус взял стакан с тыквенной настойкой и, отсалютовав друзьям, опрокинул напиток себе в рот. Резко и быстро.

Янг даже растерялся, что первым был черный, а не он, изумрудный.

Белый дракон сдержанно поддержал, но после приема тыквенной настойки неожиданно для себя еще раз перечитал предсказание на черной карте.

И в дурном предчувствии сердце пропустило один удар.

Янг не переставал одаривать подавальщицу своими самыми лучшими улыбками.

— Ты бы притормозил со своей любвеобильностью, тебе все-таки еще жениться предстоит, — решил наставить на путь истинный белый дракон друга.

Зря. Даже очень зря. Изумрудного дракона могла разве что исправить великая и ужасная любовь, в которую тот никогда не верил. И он не собирался пасть под чарами своей половинки. Если вообще когда-нибудь женится.

— Малеус, передай Рику, что от его занудства в таверне все мухи сдохли. Он мне не отец и даже не мать.

— Как знаешь… — белый дракон с сожалением выдохнул и снова опрокинул тыквенную настойку внутрь себя.

Пойло оказалось приличным, и на третьей стопке даже как-то похорошело на душе, а в теле образовалась приятная гибкость.

Подавальщица активно принимала от Янга ухаживания и недвусмысленные намеки, а Малеус уже заприметил кого-то для себя лично. И этим кем-то оказалась малышка в черном плаще, которая, поплотнее натянув на лицо дорожный капюшон, старалась не подавать никаких признаков жизни, да и вообще прикидывалась ветошью, и это в таверне, где голодных до женской ласки посетителей хоть отбавляй.

— Я сейчас вернусь, — черный не стал откладывать в дальний ящик что-то из задуманного, а уверенным шагом двинулся в сторону незнакомки.

Белый же дракон занял выжидательную позиции и просто отдыхал. Как ему казалось, даже не так уж и плохо, не попираясь особо своими принципами и положением. Подумаешь, высокородный, известный магистр и один из лучших драконов в своем клане белых…

Все хорошо. И вечер такой прекрасный…

Вернее, был прекрасным. Потому что малышка, на которую положил глаз Малеус, оказалась не одна. Из-за ее спины вывалили двое троллеобразного вида. Словно две скалы. Выросли из-под земли защитники незнакомки.

— Я не желаю ничего плохого, — выставил перед собой руки черный дракон.

И, кажется, зря он это сделал, потому что неотесанные тролли, не так истолковав его намерения, нанесли удар дубинкой прямо дракону по голове. Малеус опасливо качнулся, приложился лицом о край стола.

— Непорядок, — заявил изумрудный, грустно вздохнув и ссадив со своих колен подавальщицу. — Иди, милая, кажется, твой дракон на этот вечер занят.

— Жаль.

Девушку словно ветром снесло. Она была не из глупых и понимала, что вечер в таверне набирал градус…

Рик не сомневался, что его друзья отомстят тем двоим и суровым, но он никогда не отсиживался в стороне. Спрятал карту с предсказанием в карман. Опрокинул четвертую стопку тыквенной настойки и уверенно шагнул вперед, только, в отличие от двух других драконов, он не стал дожидаться, когда ему прилетит от троллей. А сразу задействовал магию высшего уровня.

Зря задействовал. Это Рик понял сразу. Девчушка скинула капюшон с головы и уставилась на белого непроницаемым тусклым взглядом.

— Леонардо, — прозвенел колокольчиками голос незнакомки.

Рик поморщился, а в голове словно сдвинулась каменная плита. Женщина из его видений, красивая и чужая, смеялась неподражаемым голосом, она словно парила над землей и звала какого-то Леонардо…

Сейчас голос незнакомки начинал пугать белого дракона, а с головой совсем случилась беда, стало невыносимо больно, да так, что подкосились ноги и Рик упал на колени.

Янг взял на себе тролля слева, Малеус — справа. И драка не позволяла подойти друзьям к Рику и разузнать, что же с ним такое приключилось.

— Сейчас ты встанешь, Леонардо, и направишься на поиски той, что предназначена тебе судьбой. Разлом требует перемен, ты слишком долго спал. Только сила вашей пары способна запечатать темную магию.

Рик стоял на коленях, обхватив руками голову, а его плечо обожгло словно раскаленным металлом.

— Вспомни свою нареченную… твоя мать… — голос незнакомки завибрировал. А Рик словно полетел в бездну, непроглядную, черную, как само Эльнейское море. — Вспомни…

— Да чего ты разоралась? — развернулся изумрудный дракон в сторону девицы и попытался добраться до девушки магией.

Но незнакомка только выбросила вперед руки и отразила, словно невидимым щитом, атаку сильного мага.

— Малеус, ты умеешь выбирать девиц, только напомни мне в следующий раз об этом, и я останусь в Академии, а лучше сразу отправлюсь в отпуск. Откуда такое чудо… — и дракон в разговорах пропустил тролльский удар в солнечное сплетение. — Ох силы Высших, — дракона согнуло пополам.

Черный растерялся от происходящего, но тут же собрался и оглушил своего противника, а затем направил заклинание на ту, которую он выбрал… кажется, сердцем.

Неожиданное откровение резануло словно клинком по живому. Да что в ней такого особенного? Маленькая, неказистая, глаза разве что красивые, и не дракон, нет в ней ничего от драконов…

Девушка, почувствовав магию черного дракона, выкрикнула заклинание десятого уровня, которое в Академии изучали на пятом курсе, и только те адепты, кто был допущен к экзаменам…

— Кто ты, проклятье тебя поглоти? — разозлился Малеус и, сложив руки на груди, задействовал запрещенную магию.

— Ты мне не враг, — огорошила незнакомка. — Поспи, твое время не пришло, — и, послав Малеусу воздушный поцелуй, словно его заморозила.

Черный прошел пару шагов и в сонном затмении с высоты своего роста упал навзничь.

— Эй, ты чего какая дерзкая? — выкрикнул Янг, начищая шею троллю, а тот старался сбросить дракона со спины. — Да я сейчас…

Сейчас не наступило, второй тролль, освободившись, просто вырубил изумрудного, приложившись к его затылку дубинкой.

Изумрудный тихо скатился на пол таверны и погрузился в забытье.

— Иди, Леонардо, она ждет…

Рик почувствовал облегчение, и в тот же момент он вспомнил о претендентке — леди Хейли.

Как завороженный он покинул стены таверны и порталом направился к девушке, совершенно позабыв о своих друзьях. Наваждение управляло им и двигало к желанной цели.

И его не останавливал даже тот факт, что ночь давно легла на землю и желтые звезды единственным светилом озаряли черное, как смоль, небо.

Неубранное помещение было меньшим из зол. Я наивно полагала, что смогу выспаться в комнате, расположенной под лестницей. Дурочка.

Топот ног отдавался в голове, туловище и даже в пальцах ног. В общем, не спалось, и я решительно поднялась со своей узкой кровати. С постельным бельем тоже не очень вышло. Сырое, дырявое, и местами от него попахивало так, что слезились глаза.

Дыра. Как она есть дыра. А еще Академия Высших. Профанация чистой воды.

А с другой стороны, кто был виноват? Я своим личным решением вломилась в эти стены и решила поступать, пройти три испытания, и теперь, кажется, осталась без хорошего сна.

Я подошла к маленькому окошку и открыла створку. В вечернем красивом небе сияли крупные звезды, и только устрашающее белое пятно незамедлительно приближалось к Академии.

Я протерла глаза. Ну вдруг померещилось… Мало ли, от усталости и не такое привидится.

Не померещилось…

Пятно увеличивалось в размерах, теперь я и вовсе перестала понимать, что происходит. Дракон. Настоящий. С большим размахом крыльев и оранжевыми сверкающими глазищами. Страшное зрелище. Совершенно не вдохновляющее и не вызывающее никакой радости.

— Вот тебя мне только и не хватало.

Предчувствия подсказывали, что объект летел по мою душеньку.

Я так прониклась подобным размышлением, что даже отпрянула от окна.

Еще раз с сожалением окинула въедливым и оценивающим взглядом свою комнату и пришла к неутешительным выводам: прятаться при всем желании было негде.

Ну что же… выбора у меня не оставалось, я поставила стул в центре комнатушки и влезла на него, найдя баланс и выпрямившись, сняла свой потертый пояс, обвязала им руки и стала ожидать гостя… незваного.

За дверью раздался встревоженный и заискивающий голос Берты:

— Но, магистр Дрейкан, все посещения запрещены до утра, и потом, леди Хейли еще не является адепткой, в уставе сказано…

Я даже зауважала кастеляншу. Молодец, человек дела, хотя и щебечет, словно девица на выданье.

Раздался хлопок, замок жалобно скрипнул, а дверная ручка задергалась в агонии.

Эх, а так хотело отдохнуть и набраться сил, но, кажется, без вариантов.

Сейчас я совершу постыдный поступок, не достойный леди… И когда дверь, жалобно стукнув, поддалась под напором дракона, я зацепилась поясом за крюк в потолке и подтянулась на руках.

Спасительная ниша. В самом укромном местечке моей каморки. Неожиданная находка, которую я смогла рассмотреть в самый последний момент, когда надежда практически уже угасла.

Плечо болезненно обожгло, и я забилась в самый дальний угол, дыхание сбилось, а сердце пошло в пляс.

— Я же предупреждала… — женский голос прервался, а Берта явно увидела то же самое, что и магистр минутой ранее.

Меня нигде не было.

— Ну и где же леди Хейли? — язвительно проговорил с хрипотцой белый дракон.

Все-таки мое неугомонное любопытство перевесило, и я подсмотрела, что из той троицы магистров меня решил навестить самый серьезный.

Только вот зачем?

Можно было бы задаться этим вопросом, если бы не моя брачная метка, которая была красноречивее слов. Она жалила, словно оса, и не давала совершенно перевести дыхание, и, судя по тому, что белый дракон резко сел на стул и согнулся чуть ли не пополам, ее действие перекинулось и на него.

Неужели…

Я стала задыхаться от осознания происходящего…

Какое поступление? Какое восстановление памяти, когда тут практически тепленькой собираются схватить и насильно выдать замуж?

Так мне показалось, иначе я не нахожу других причин для столь позднего визита…

— Неугомонная, — спохватилась Берта. — Все планы мои расстроила, а ведь я думала…

Да, я также надеялась, что после поступления кастелянша выполнит свое обещание и поселит меня в одну из лучших комнат.

Сил терпеть больше не было. В скрюченном состоянии я попыталась снять свой жакет, расстегнула все пуговицы и, совершая волнообразные движения, каким-то чудом стащила с себя левый рукав, а вот правый не успела.

Неведомая сила выдернула меня из ниши, и я вылетела из нее, словно пробка из бутылки.

— Прячемся? И позвольте узнать, в чем причина.

Белый окатил меня ледяным взглядом, и только я собралась напридумывать разного, как жакет сполз и с правой руки, обнажив меня не только перед чужаком, но и продемонстрировав мою брачную метку.

— Родная Гемора, — спохватилась Берта, когда белый дракон припал губами к моему плечу. — Что делается…

Я попыталась отстраниться от дракона, но он не позволил.

Пропали мои честь и достоинство…

Правда, совсем не помнила ничего о том, сохранилась ли моя честь при мне или я успешно успела ее уже кому-то передарить.

Мысли об этом сильнее отбросили в тревогу, и я завопила как не в себе:

— Что вы себе позволяете, магистр? С ума сошли? А-а-а…

— Тсс-ш, — зашипела на меня Берта и захлопнула в мою каморку дверь, чтобы нас никто не увидел. — Ты не видишь, что-то здесь не так.

Я попыталась отдышаться, затем с сомнением посмотрела на кастеляншу и только потом повнимательнее присмотрелась к дракону.

Он застыл. Ровно там, где стоял, припав своими губами к моей сверкающей брачной метке.

— Эй, — неуверенно позвала белого дракона, но ничего не изменилось.

Я что, умудрилась заморозить его? Но как…

— Я ничего не сделала, — завертела головой, а Берта еще раз потыкала в туловище магистра указательным пальцем, затем женщина приложила к его груди ухо.

— Вроде сердце бьется, ничего не понимаю…

Вот и я ничего не понимала. Мне только не хватало еще подобных проблем. Да что же в этом месте все не так! Сначала моя память, теперь вот — отмороженный дракон, вернее, замороженный.

Берта вздрогнула, когда на улице раздались еще какие-то звуки. Кастелянша подбежала к окну и в панике охнула:

— Родная Гемора, уволят, эти точно уволят!

— Что там?

Но вопрос был мной задан неправильный. Не «что», а «кто». Черный и изумрудный дракон приближались к стенам Академии. Явно в поисках своего друга. И мне не поздоровится, если они нас застанут вот так.

— Его надо спрятать! — предложила первое, что пришло на ум.

— Голову твою дурную бы спрятать, ну кто тебя надоумил сюда поступать⁈ — потерянно проговорила женщина, обегая по кругу мою комнатушку и заламывая руки.

Я чувствовала себя соучастницей настоящего преступления. И тоже бы хотела вот так побегать вместо Берты, только не вышло бы все равно, даже если бы сильно захотела. Ноги словно вросли в пол, а тело закаменело. Кажется, не только белого дракона ко мне приморозило, но и меня к нему.

— Отойди от него, — скомандовала наконец кастелянша, приведя себя немного в чувство.

— Не могу, — тихо пискнула и попыталась еще раз дернуться.

Не вышло. Лицо Берты сейчас сравнялось с цветом мантии магистра, такое же белое, как и все драконье одеяние.

— Это конец! И все из-за тебя, — укоризненно посмотрела на меня женщина.

Я кивнула в согласии, признавая, что ситуация действительно произошла совершенно недопустимая. И когда мое сознание окатило ледяным принятием, неожиданно для себя я стала вслух проговаривать какое-то заклинание. И так три раза подряд. Прозрачная пелена скрыла меня и магистра. Мы стали невидимками.

Берта лишь растерянно захлопала ресницами, а потом, сообразив, что все ради спасения, женщина выпрямилась и бросилась к выходу.

За кастеляншей захлопнулась громко дверь, а затем я услышала, как в замочной скважине провернулся несколько раз ключ.

И что же теперь?

Я посмотрела на дракона, он так и не шевелился. Просто прекрасно… Выспалась, называется, и отдохнула. Мне с ним так до утра теперь стоять?

Я бы могла его под напольный светильник замаскировать. И я даже уже видела в перспективе, как белый дракон украшает мою каморку своей персоной. Но, судя по тому, что я заметила легкое мерцание у магистра, мое заклинание должно было вот-вот слететь.

Ну что же, значит, без светильника…

Хотя… я покосилась на стоящего у моих ног мужчину. Приятное покалывание в плече напоминало, с каким жаром и пылом дракон припал к брачной метке.

Не удержалась и провела пальцами по скуле дракона, отвела в сторону слегка отросшую челку и посмотрела на полуприкрытые веки.

И, кажется, такое уже было… когда-то давно. Вот так я стояла в празднично украшенной тыквами беседке, а Рик, нет, Лео был у моих ног.

Воспоминание укололо между лопаток и отдалось мимолетной резью в груди.

Кто такой был этот Лео — я не помнила, и, возможно, это был какой-то совсем другой дракон, а магистр мне просто стал ненавязчивым напоминанием о чем-то важном.

Стук прервал мои размышления.

Берта громко проговорила:

— Магистры, через меня и муха не прошмыгнет, — я даже успела представить, как женщина, подбоченившись, посмотрела непроницаемым взглядом на уважаемых драконов — черного и изумрудного.

— След ничем не скрыть, и он обрывается именно здесь. Чья это комната?

Я сразу узнала невозмутимый голос черного дракона, кажется, магистра звали Малеус…

Ну что же, если эти два дракона видели след лорда Дрейкана — мне конец!

— Только честно, — подключился второй, изумрудный.

— Что⁈ — с заявкой на претензию возмутилась Берта.

Отважная женщина. Не права, но отчаянно защищала свое мнение! Интересно, почему она до сих пор находилась на такой низкой должности как кастелянша? Ее бы умения да в более нужное русло…

Откуда мне пришло понимание, что достоинства Берты были настолько очевидны — я не понимала.

Да и для чего мне сдалась Берта?

— Я восемь лет служу на благо Высших. Да вы еще мантии адептов примеряли, а я уже… — кастелянша не растерялась и наступала. — И подобные обвинения…

Хороша, ох хороша!

У меня даже зудели пальцы от того, как мне нравилась эта невозмутимая женщина.

— Ну что вы, дорогая наша леди Тьяра, мы ничего такого… и даже в мыслях не было. Но как вы объясните тот факт, что след нашего друга оборвался именно здесь?

— Спасибо, конечно, и за леди, и за дорогую… — немного сменив гнев на милость, проговорила Берта. — Но мне почем знать, куда подевался лорд Дрейкан? Судя по запаху от ваших вещей, вы тоже, господа, не со своих постелей повскакивали, а отметились в таверне «Черная карта»?

Я наконец перестала прислушиваться к голосам.

Понимание, что белый дракон наведался ко мне, словно его магией хорошенько приложили, как-то моментально привело в чувства. Не очень хотелось держать ответ за кого-то другого. А этот кто-то другой постарался на славу.

Я попыталась отлепить плечо от жарких губ Рика — они по-прежнему обжигали, несмотря на замороженное состояние непутевого дракона, и ничего не вышло.

Мерцание в ауре магистра усиливалось, а те двое, что держали сейчас ответ перед кастеляншей за недоверие, никак не уходили.

Сплошные нервы. Никак не удавалось решить столь непростую ситуацию.

Мне даже показалось, что у меня поднялась температура, я приложила свободную руку ко лбу, и в это самое мгновение дракон очнулся.

С испуга отдернула руку, и магистр вновь погрузился в состояние заморозки.

Я решила убедиться, что не схожу с ума. Поэтому проделала еще несколько раз — отняла руку от лба, приложила обратно.

Взгляд белого дракона обещал расправу, когда он отмораживался. Зрачок его успевал лишь меняться с обычного округлого на узкий и вновь становился привычным и спокойным, когда заморозка начинала свое действие вновь.

Ситуация!

И вот докажи потом, что я это совершенно не специально…

Так! Надеялась я исключительно на саму себя. Беспамятную. На взводе.

Заклинаний я не помнила никаких. Оно само как-то все происходило. На стрессе и в момент смертельной угрозы.

Поэтому я отмела вариант, где я виртуозно отправляю дракона восвояси, прибегнув к своему дару.

— Что же мне с тобой делать?

Ничего лучше не придумала. Стала подтаскивать дракона (а он был весьма тяжелым) к своей кровати.

План походил больше на дилетантство, но я готова была рискнуть. Все лучше, чем бездействовать.

Ногой отодвинула мебель от стены. Хорошо, что кровать была жалкой и довольно унылой — от мебели было одно лишь название.

Поэтому койка-кровать легко поддалась на пинки моих ног.

И вот тогда началось самое интересное. Дракону в своем плане я выделила удручающую роль — то, не знаю что.

Поэтому, когда я услышала в дверном замке щелчок, с перепуга воплотила идиотскую мысль в реальность.

Подтащив белого дракона к стене на освободившуюся площадь, накинула на него свой старенький плед, а сама нырнула под тонкий пододеяльник.

Видимо, мне стало настолько страшно, что я снова не поняла, как применила свой дар, быстро щелкнув пальцами.

Над головой резко погасли все магические огни, а кожа рук покрылась какими-то неприятными красными пятнами.

— Вот пожалуйста, — раздался грозно предупреждающий голос Берты, и тогда мой взгляд метнулся в сторону двух драконов в черной и изумрудной мантиях. — Никакого лорда Дрейкана.

Кастелянша прошла внутрь первой.

— Почему так темно, леди Хейли?

И только Малеус вскинул руки к потолку явно запустить магических светлячков, я очнулась и выпалила:

— Болею… Вся кожа в красной сыпи. Поэтому не рекомендую ко мне подходить.

— А заболели вы «до» или «после» нашей встречи? — изумрудный дракон с сарказмом уточнял.

— После, — тихо проговорила.

Рука уже довольно сильно онемела, потому что лежать я не могла, как и сидеть в момент болезни — подозрительно и недальновидно.

Поэтому я полулежала.

Ну а что? Мне плохо, болею, все мышцы тела одеревенели от внезапности моего нездоровья.

Хорошая версия? Вряд ли. Ну, другой, к сожалению, не нашлось, поэтому я приготовилась играть свою роль до полного моего разоблачения.

— Родная Гемора, да ты нас решила всех убить⁈ — подключилась Берта, подыгрывая. — Я немедленно сообщу лекарю.

— Сообщите. У меня, кажется, жар.

— Ну нет, — шикнул недовольно черный дракон, выталкивая из моей комнатушки своего друга. — Мы не собираемся провести ближайшее время в контакте с заболевшей.

Скорее бы уже ушли. И так едва держусь!

— Так уже, господа магистры, и вам придется об этом сообщить лорду Лопиурсу.

— Вы нас не видели, — строго проговорил Малеус и был таков.

Да неужели эти магистры, которых боялись все адепты Академии Высших, умели чего-то опасаться? Никогда бы не поверила, особенно после нашей первой теплой встречи.

А сейчас даже рада, что моя внезапная гениальность сработала так, как я и не надеялась.

— А с вами, леди Хейли, мы поговорим позднее! — Берта свела грозно брови на переносице и посмотрела на валун у изголовья моей кровати.

— Будьте уж так любезны и про лекаря не забудьте… — не осталась я в долгу.

Рик Дрейкан

Я не была готова к вступительным испытаниям совсем. И если еще два дня назад мне казалось, что я справлюсь, то сейчас не была уверена ни в чем.

Первое испытание должно было состояться в тренировочном зале. Помещение было скрыто в недрах Академии Высших, и это немного успокаивало, хотя внутри меня все клокотало от страха и неуверенности.

Все-таки я не помнила, кем являлась на самом деле, ничего из прошлого, кроме того, что магия помнила все и даже больше, и существовало это больше на уровне инстинктов и привычек, вбитых, видимо, с самого детства.

— Вы готовы, леди Хейли? — ослепительно улыбнулся изумрудный дракон.

Я смотрела на троицу, стоявшую впереди, особенно на белого дракона.

Он был задумчив и молчалив. Даже в нашу первую встречу Рик был более разговорчивым.

Но я не стала забивать дурными мыслями себе голову. Все-таки после казуса в моей каморке я ожидала разборок и возмущения, но, кажется, мне повезло, и белый дракон ничего такого не держал в голове или не смог удержать…

— Встаньте в центр, — проговорил черный дракон, а затем магистр отступил и предоставил право голоса Рику.

Ну что же, неужели именно он будет меня экзаменовать? Не хотелось бы, но по тому, как дракон вскинул руки, я поняла: пришло время магии.

И я не ошиблась, белый дракон очертил вокруг нас круг светлой магией, а затем произошло невероятное…

Дощатый пол под моими ногами стал разрушаться быстро, не оставляя шанса на детальное обдумывание своих действий.

— Не стойте столбом, Грейс! Покажите, на что вы способны, — прикрикнул на меня изумрудный дракон, а затем эта троица погрузила себя в воздушный кокон, и они воспарили в воздухе.

Ну хоть драконами не стали оборачиваться. Их человеческий облик был для меня более привычен, поэтому я лишь усмехнулась на то, что со всем мне предстояло разбираться одной.

Как в прошедшие два дня.

Пол продолжал разрушаться, и я осталась совсем на несчастном устойчивом клочке.

— Кажется, она не так оказалась хороша, как мы о ней думали… — заявил черный дракон, а белый просто смотрел, настойчиво и проникновенно.

Разумные мысли моментально разлетались, стоило только нашим взглядам скреститься, но, кажется, я действительно провалюсь, если ничего не придумаю.

Я прикрыла глаза и попыталась воззвать к магии, что скрывалась внутри меня. Все мои запросы к внутренней силе остались без ответа.

Кажется, сегодня магия не хотела никак мне помогать, а жаль… об отъезде с острова совершенно не хотелось думать.

— Легкая добыча, — хмыкнул изумрудный дракон.

И я была с ним согласна — это же надо было так облажаться.

Пол с хрустом треснул под ногами, и я полетела в пропасть. Кричала от души. Летела и кричала, кричала и летела.

«Фиаско», — и только подумала, как внутри откликнулась та самая сила, к которой я взывала.

Резкое насыщение магией — вот что я почувствовала.

Мой тренировочный костюм пошел по швам, а кожа рук и шеи стала покрываться чешуей.

Оказалось, что во мне скрывалась не просто сила, а спящая драконица, и первый оборот происходил именно в эту минуту.

Я не была готова к подобному повороту. И вряд ли кто-то был готов, потому что из моего тела вырвался луч света, и бил он не куда-то, а в троицу моих экзаменаторов.

— Что это такое? — черный дракон выкрикнул и вопросительно посмотрел на своих друзей-магистров.

Но когда леди обернулась драконицей, а затем по ним ударил световой луч, больше не было времени ждать ответа.

Магистры виртуозно прошли оборот, словно выпили свежей воды в разгоряченный день, не отходя от живительного источника влаги.

А затем раскаленное пекло не позволило им свободно наслаждаться обретенными крыльями, потому что разъяренная, едва проснувшаяся драконица могла так устроить их экзаменаторский день, что мало бы не показалось.

И действительно, ментальной связи с ней не было, а это означало лишь одно — жди беды.

«И что ее так могло разозлить?» — изумленно всматривался изумрудный дракон в разбушевавшуюся чешуйчатую бестию.

«Твои дурацкие испытания. Взял бы ее в первый день, когда она смогла отразить атаку, ничего бы этого не было», — ехидно подметил черный дракон.

«Опять я у вас во всем виноват!» — недовольно фыркнул Янг.

«Точно не я!» — открестился от всего происходящего Рик, и на втором подлете дракон уж обдумывал, как усмирить непокорную девицу, да еще и в подобном обличии.

Грейс не слышала обращения троицы. А в решительности набирала высоту. В ее планы входило показать, где им следовало на будущее экзаменовать претендентов.

Одно рычание вперемешку с воздухом — и обжигающее пламя присоединилось к магии света.

Драконы бросились врассыпную. Ведь Грейс была одна и не могла разорваться на три части. Что же, она не стала мелочиться и просто по счету детской считалочки выбрала первую жертву — изумрудного магистра.

«Да отцепись же ты!» — насколько Янг радовался в азартных играх своей везучести и как был недоволен сейчас — драконица шла на таран огнем и светом и, кажется, собиралась отыграться на нем за все свои невзгоды и переживания.

«Ты там держись, быть может, на нее подействует моя магия?» — и черный дракон постарался как можно быстрее изобразить туман. Он активно подключил к этому действу свой хвост, рассекая тяжелый и густой воздух.

«Быстрее!» — вопил изумрудный дракон, не понимая до сих пор, как подобное могло приключиться с ними — магистрами, высшими магами.

И только белый дракон не торопился никого спасать. Рик наблюдал за Грейс и анализировал ее поведение. Ему казалось, что разгадка крылась в ее сильных атаках, так как драконица только-только пробудилась в девушке.

«Не вздумай туман превратить в дождь!» — только и успел предупредить Рик своего черного друга, но немного припозднился.

Малеус именно это и сделал, накинув на драконицу густой туман, словно молоко, он резко изменил свое заклинание, перескочив фазу с первого до третьего уровня, перейдя сразу к пятому.

Грейс, с легкостью преодолев сопротивление, взмыла вверх и, отразив эффект хлесткого дождя, ударила черного дракона в спину.

Малеус не успел ничего предпринять. От сильного удара он потерял сознание, сложил крылья и камнем полетел к земному расколу.

«Он ведь это несерьезно?» — Янг кинул в Грейс связующую сеть, стреножить драконицу казалось ему разумным решением, а там бы он уже смог сориентироваться по ходу действия.

Но он недооценил Грейс, и ее Дар, и новый оборот. За что и поплатился. Девица, словно предугадывая действия таких матерых и умелых магов, отразила заклинание, создав рассекающий вихрь.

И вот уже второй дракон-магистр терпел поражение.

Остался лишь тот, кто больше всего позволил себе усложнить жизнь леди Хейли. Из пасти драконицы снова вырвался огонь, а хвостом она смогла воссоздать остроконечные стрелы.

«Беги, Рик!» — подумала Грейс, и стрелы полетели прямиком в белоснежного дракона.

«Проснись, Леонардо», — голос той девицы из таверны зазвучал громко, как раз когда новообращенная драконица полыхнула огнем в центр его силы — левое плечо.

Обожгло слегка, но Рика волновало совсем не это. Призраки прошлого продолжали уверенно называть его чужим именем, и, кажется, внутри с каждым призывом просыпалось что-то давно утраченное — воспоминания. Его память, сокрытая магией, и его прошлая жизнь, а еще девочка — истинная, невеста Вивьен Доуткер.

Ошеломление и неверие породило неприятие. Дракон всячески противился тому, чтобы поверить в совсем нереальные вещи, и тот факт, что он не помнил своего прошлого с самого детства, не являлся настоящим доказательством того, что жизнь Рика делилась на «до» и «после».

«Не может быть… Вивьен!»

Маленькая хохотушка из сновидений, она была непримиримой строптивицей и уже с юных лет умела заправлять всеми членами своей семьи, а также тем, кто был предначертан ей самой судьбой.

Пропасть. Их разделяла и сегодня. И Вивьен была милым напоминанием о былых чувствах.

Леди Хейли едва справлялась со своей силой, жгла все, что попадалось на ее пути, без разбора, и только почему-то рваное пламя новообращенной драконицы вмиг истлело, как только коснулось чешуи белого дракона…

Еще раз и еще она целилась в размашистые крылья предполагаемоего врага, и ничего у нее не выходило.

Вот только почему?

Один взмах крыльев драконицы — и новая магия полилась с когтистых лап новообращенной. Светлая сила сверкала в небольших чешуйках леди Хейли, а затем драконица издала протяжный рев и отключилась, полетев вниз.

Стремительное падение могло привести к неминуемой гибели, вот только белый дракон не позволил этому произойти, потому что вспомнил о самом главном:

«Когда я обращусь, моя драконица покажет всем свою силу, кто посмеет ее обидеть, свет прольется из моего тела, и все, залюбовавшись, потеряют бдительность, и уж тогда!» — хихикала маленькая Вивьен Доуткер.

И тогда она не знала, что будет вынуждена бороться не только со всем миром, но и с собой, потому что потеряла самое важное — память о прошлом.

«Ленард…» — раздался женский голос, ментальная связь сработала в самый последний момент, когда Рик на всей скорости подставился под падение леди Хейли.

«Вивьен, где же ты была столько лет?» — задавался одним вопросом Рик, не признанный Леонардо.

Чешуя к чешуе, чувства к чувствам, память как единый пазл…

Леди Хейли вновь переживала момент обращения, только уже в свою привычную человеческую форму. Девушка лежала на спине большого дракона, сжавшись в крохотный комок.

Грейс ощущала себя настолько плохо, что не было сил даже открыть глаза. Две мысли терзали ее сердце и душу: первая, что она навредила изумрудному и черному дракону, а вторая была о том, кто был тем зверем, из-за которого она потеряла свою память.

И, кажется, это с ней проделали дважды, только для чего? Ведь она никому не собиралась вредить…

— Вот вы и пришли в себя, Грейс, — услышала я незнакомый голос, но сил сразу открыть глаза не нашлось, горло пересохло, и болезненное ощущение раскаленного металла внутри не позволяло мне собраться с духом и сразу приобщиться к тому миру, в котором я устроила самый что ни на есть настоящий беспорядок.

Да-да. Я бессовестная нарушительница спокойствия и мира в Академии Высших. И, скорее всего, мне откажут в поступлении. И будут правы, а мне придется…

— Грейс, я знаю, что вы пришли в себя, откройте глаза.

— Боюсь, — я решила сначала заговорить и прислушаться к тому голосу, который услышу.

Кажется, это был все-таки мой голос, немного осипший, но мой.

— Я вам помогу, — женские ладони легли мне на прикрытые веки. — Что чувствуете?

— Приятное тепло.

— На счет «три» открывайте глаза. Доверьтесь, больно не будет.

Что-то мне подсказывало, что женщина не собиралась меня обманывать, и когда она произнесла «три», я открыла глаза и увидела незнакомое лицо.

— Где я?

— В лекарском крыле Академии, магистр Дрейкан был сильно расстроен, что вы были долгое время без сознания и не приходили в себя.

— Он был один? — я решила осторожно уточнить насчет остальных драконов.

— Что вы, разве он может быть один⁈ Их всегда трое.

Уф. Можно было выдыхать. Я никого не убила. Уже легче.

Я лежала неподвижно. Целительница водила руками вдоль моего тела. Моментами женщина закусывала нижнюю губу и что-то недоброе ворчала себе под нос.

Я не прислушивалась. Хотела, но, кажется, это не имело никакого смысла. Слабость накатывала волнами, и я просто порадовалась, что жива.

Когда все главные процедуры были завершены, целительница покинула мою палату. Но в одиночестве я оставалась недолго.

Они пришли. Втроем. Важные. Собранные. Молчаливые.

Изумрудный дракон занял место у окна, черный загородил проход, а белый, мягко ступая, остановился возле моей кровати.

— Как вы себя чувствуете, Вивьен? — Рик сжимал в своих руках какой-то старый артефакт, как мне показалось, и это было довольно странным явлением.

А самое главное, я не понимала, к кому он обращался…

Вивьен? Правда, что ли?

— Не понимаю, о чем это вы. Если это какое-то новое испытание при поступлении, то, кажется, я совсем не в форме, лорд Дрейкан.

— Ты так и не вспомнила меня, Вивьен?

Я с подозрением покосилась в сторону Янга, который делал вид, что поразительные красоты за стенами Академии настолько выразительны, что можно подобным видом любоваться вечно.

Лорд Фоулес в своей черной мантии походил на лорда тени. Суровый взгляд, сдвинутые брови на переносице добавляли мужчине строгости и какой-то по-звериному диковатости.

— И все-таки мне кто-нибудь может объяснить, что здесь происходит?

— Это артефакт подсознания. Серьезная вещица… — проговорил белый дракон, и на прикроватную тумбочку лег тот самый предмет, что минутой ранее я разглядывала в руках Рика.

— И что с того?

— А то, что вы не являетесь Грейс Хейли, юная леди. И никогда ею не были. Сами придумали?

Я кивнула. То, что имя было выдуманным, скрывать я не собиралась. Не та силовая категория, хотя после случившегося можно было поспорить, кто мог действительно претендовать на звание лучшего мага в Академии.

Я не могла сейчас раскрыть источник своей силы, но, кажется, он был известен Рику и остальным.

Поэтому я приподнялась на локтях, а Рик тут же оживленно кинулся ко мне, чтобы поправить мои подушки и подложить их под голову.

— Спасибо, — сдержанно произнесла и положила руки поверх одеяла. — И все-таки я бы хотела понять, что такого вам стало известно после моего оборота.

— О таком не рассказывают, — поделился со мной белый дракон. — Артефакт сможет достоверно показать правду и нейтрализовать воздействие чужеродной магии в отношении вашей памяти, леди Доуткер.

Что имя, что фамилия вызывали некоторый трепет в душе. Похоже, лорд меня не обманывал.

Я повернула голову и внимательно посмотрела на артефакт. Бронзовые завитки на рукояти и большой кристалл, смутно напоминающий… Когда-то драконы наделили особые предметы магией рода, эти артефакты передавались из поколения в поколение, и сейчас один из них лежал рядом, на расстоянии вытянутой руки.

— Если это то, о чем я думаю…

— Это оно самое, — одобрительно кивнул Рик. — Да, и еще ты не помнишь ничего важного, после того как обернулась в драконицу?

Я задумалась и, как только попыталась что-нибудь вспомнить, услышала, как за спиной черного дракона скрипнула дверь.

За Малеусом выросла высокая фигура еще одного дракона, неизвестного. По магической ауре, что исходила от мужчины, я определила в нем не самого слабого мага.

— Здравствуй, Вивьен, — бархатистый баритон разлетелся по палате, а я почувствовала разливающееся тепло в груди.

— Мы были знакомы? — удивленно вскинула бровь и попыталась вспомнить того, кто сейчас стоял напротив белого дракона.

— Я не уверен, — проговорил Рик, — что леди Доуткер готова к подобному эмоциональному всплеску.

— Лео, ты считаешь, я желаю своей сестре плохого?

То, что Рик внезапно превратился в Лео, а незнакомец — в брата, меня ошарашило и поразило до глубины души. И, кажется, сейчас я действительно не была готова к подобным новостям, потому что от переполнявших меня чувств мои руки вновь стали покрываться чешуей.

И я уже приготовилась к тому, что лекарскому крылу могла потребоваться серьезная реконструкция.

Но незнакомец не стал дожидаться развития плачевного финала для меня и остальных. Уверенно шагнул к прикроватной тумбе, взял с нее артефакт и вложил в мои руки. Камень сверкнул серебром, затем в гранях бриллианта я увидела радугу.

— Муассанит покажет тебе прошлое…

Прошлое казалось невероятным, в нем я была совсем ребенком, милой девочкой, парящей над зеленой травой, разрывала небесную синеву своим озорным смехом. Ленард! Именно так я обращалась к тому, кто поддерживал меня и раскачивал качель, на которой я сидела.

А затем все было как в тумане, и только голос старшего брата, Мэтта Доуткера, успокаивал и выдергивал после ненастья и кромешной тьмы к солнцу.

Слезы брызнули из глаз. Крепко сжимая в руках древний артефакт, я не верила, что все увиденное было со мной и никем другим.

— Вивьен, любимая, ты вспомнила! — воскликнул Ленард, и дракон опустился передо мной на колени.

Голова кружилась, а сердце вырывалось из груди. Да как же подобное было возможно? Я и Рик, вернее, Ленард — истинная пара, и это случилось не сегодня, а еще тогда, в детстве, только почему-то наша связь исчезла и не проявлялась ровно до того момента, пока мы вновь не встретились.

Я перевела взгляд на Мэтта, он был как всегда безупречен и решителен.

— Мэтт, — обратилась к брату. — Как же так?

— Это нам предстоит еще выяснить, моя милая Вивьен. Кто-то из нашего окружения решился на вопиющий поступок. Решил ослабить нас через твою гибель.

— Вот, значит, как⁈ — я всмотрелась в грани муассанита и попробовала перевести дыхание. — Ленард, прости, — я закусила губу и раскраснелась.

— За что? — удивленно моргнул белый дракон, перехватив мою руку, покрыв ее поцелуями.

— Мне пришлось тебя прятать в своей комнате…

Черный и изумрудный драконы резко оживились.

— Не смотрите на меня так, другого выхода я не нашла. Метка, дракон в моей комнате, поступление и заморозка — это не то, о чем мечтает честная девушка.

Янг широко улыбнулся.

— Значит, я все-таки не сошел с ума, когда почувствовал следы Рика в том захолустье под лестницей.

Я мотнула головой.

— Но как? — тут же присоединился Малеус. — Где ты его прятала?

— Лорд Дрейкан немного остолбенел от чувств, — я хохотнула и стыдливо посмотрела на Мэтта.

Всегда боялась неодобрения самого близкого и важного дракона в моей жизни. Брат являлся для меня именно таким.

— Я смотрю, сестричка, ты не скучала, — на лице Мэтта проскользнула мимолетная улыбка.

— Я не хотела. Само как-то вышло…

А дальше Мэтт что-то внушил черному и изумрудному драконам. Все как по команде кивнули и вышли из палаты, оставив меня наедине с Ленардом.

— Если бы не таверна… То я бы никогда не узнал, кто я такой, — пустился в откровенный разговор дракон.

А я не знала, как себя вести. Правильно или отдаться тем чувствам, что так рьяно прорывались наружу?

Я отложила артефакт и запустила пальцы в волосы Ленарда.

— Я, кажется, очень соскучилась, — шепнула своему избраннику.

И Ленард понял все верно. Он буквально сгреб меня в охапку и стал жадно целовать глаза, щеки и даже пару раз слегка коснулся моих губ.

— Если бы не случайность, я бы потерял тебя навсегда. Мое счастье, моя малышка Ви.

Блаженство — вот что я почувствовала в этот момент.

— Я так рада тому коварному плану, — отстранилась от Ленарда, задыхаясь от внезапно навалившегося счастья, — в котором меня попытались убить, иначе бы я никогда не узнала, насколько дорога тебе и Мэтту.

— У нас есть время наверстать упущенное, — серьезно проговорил мой дракон.

— Так много?

— Целая вечность, — белый дракон смотрел на меня с тоской и радостью.

Я верила ему и не сомневалась, что наше счастье было предопределено задолго до того, как мир раскололся на несколько частей, поглотив дар золотых драконов.

В Академии я потерпела полное фиаско. Нет, я даже в нее поступила, стала прилежно постигать магические науки и достигать успехов! Я бы сказала — стремительно. Преподаватели не могли нарадоваться боевой драконице.

И лишь Ленард тревожился о… глупостях. Ревновал и плохо скрывал это, а еще больше страдал от того, что держал все внутри себя.

— Ты мне не веришь? — в один из дней после удачно сданной сессии я вывела ревнивца на откровенный разговор.

— Я? — мой белый дракон слегка нахмурился, а затем, немного подумав, ответил: — Ви, я не верю себе. Считаешь меня идиотом?

— Ревнивым — да, но ты явно никогда не был идиотом, тем более таковым ты не можешь быть для меня.

Я провела рукой по колючей щетине своего благоверного.

— Ленард, о чем ты думаешь?

— Честно?

— Да!

Мне очень захотелось узнать, что же мой дракон себе успел напридумывать.

— Ты идеальная пара!

— Я? — удивленно моргнула, собираясь понять, в чем же таком идеальном я была замечена, ведь с самой нашей первой встречи…

— Не перебивай, Ви, — с упреком проговорил муж.

Я потерла раскрасневшуюся метку. Так теперь всегда. Стоило немного разволноваться, и вот пожалуйста — покраснение, сопровождаемое жжением и весьма ощутимым зудом.

Прелести истинной связи, будь они неладны…

— Хорошо, продолжай, но только поскорее, иначе мне придется обратиться к целителям с этим, — повела плечом, намекая на то, что замкнутость Ленарда мне часто дается нелегко.

— Прости… Я очень стараюсь, но то, как все на тебя смотрят…

— По-дружески! — возмутилась. — Ленард, меня восхищает то, как ты возвел меня в статус самой желанной драконицы на острове, но тебе не кажется, что твой страх немного преувеличил мое притяжение для других?

— Ты такая красивая, — с придыханием проговорил мой дракон. — Умная, яркая, сильная, боевая…

Я приложила указательный палец к губам своего истинного. Как же он ошибался в своих сомнениях. Не хватит никаких слов, чтобы я могла описать свою любовь к нему.

— И ты, представляешь⁈ Ты для меня самый лучший, Ленард! И как бы ни смотрели все эти другие, по твоему мнению, этого недостаточно, чтобы что-то изменить для нас двоих. Ты веришь мне?

И, кажется, впервые за долгое время я задала самый верный вопрос о вере к себе. Истинная связь между двумя драконами иногда слишком сильно влияла на наш разум, блокируя его, заставляя жить инстинктами, опираясь исключительно на чувства.

Ленард кивнул, а затем притянул к себе и поцеловал со всей нежностью.

Я же наслаждалась тем обстоятельством, что стала женой одного из лучших магистров Академии и позволяла себя целовать и целовать. И я бы могла так простоять целую вечность в объятиях любимого дракона, но пришло время сообщить ему самую главную новость.

Два месяца. Всего два месяца потребовалось для того, чтобы скрепить нашу молодую семью таким важным событием, как появление у нас ребенка. Скоро в нашем поместье на Большой земле появится маленький дракончик.

— Ленард, — постаралась я выбраться из крепких объятий мужа. — У меня для тебя две новости: хорошая и просто потрясающая…

Муж явно напрягся.

— Я слушаю… — немного отстраненно проговорил, но все-таки страх потери во взгляде он не успел скрыть.

Мой бедный, так и не сумел оправиться от того, что мы так долго были вдалеке друг от друга.

Но ничего… Все поправимо. И я была готова залечивать душевные раны Ленарда целую вечность.

— Мы ждем ребенка.

Сначала муж застыл, затем тяжело выдохнул, а затем вновь застыл.

Дракон явно переваривал услышанное, а мне хотелось восторга, диких и радостных выкриков. А тут тишина, даже в какой-то момент стало страшно, что эта новость сродни плохому известию.

И муж умел удивлять. Вернее, его реакции на хорошие новости.

— Я скоро!

И убежал. А я осталась одна в кабинете… Так и стояла, рассматривая место рядом с собой, на котором еще минуту назад находился Ленард.

И только потом я поняла, что он действительно не мог остаться рядом, потому что обернулся белым драконом.

Невероятно красивый. С большим размахом крыльев. Белый дракон смотрелся в небе воздушным облаком, и лишь его сверкающие глаза выдавали жизнь и реальность существования.

А затем я почувствовала призыв своего истинного.

«Ви, полетаем?»

Я не медлила, торопливо направилась на просторную террасу и выпустила свою драконицу на волю.

Мы еще не единое целое, и иногда бывали промашки, но нас объединяла любовь к белому дракону. Моя девочка внутри просто изнемогала от нежности и страсти к Ленарду.

«Ты не рад?» — спросила я глупость, наверное, но не знала, хорошо или плохо было то, что сейчас происходило.

«Полетели к башне…» — предложил мой дракон и, сделав пару взмахов хвостом, устремился вперед.

Мне оставалось лишь последовать его примеру.

Через полчаса под огромными солнечными часами Ленард, вновь приняв человеческий облик, провел обряд. Как оказалось, первое, что необходимо было совершить, — это защитить еще нерожденного будущего дракона.

Ленард взял меня за руки и пристально посмотрел в глаза.

— Ви, в эту минуту я клянусь своим родом защитить нашего ребенка, — и когда муж это проговорил, на его руке появилась белая вязь.

Витиеватая изящная линия разрасталась от локтя до указательного пальца, а когда мой дракон прикоснулся к моей руке, вязь перекинулась и на меня, устремившись описывать связующие линии по всему телу.

— Так и должно быть? — я охнула от новых ощущений, потому что вязь пробралась и под одежду, опоясывая защитой и мой живот.

— Теперь все будет хорошо! — одобрительно кивнул Ленард, когда магия вспыхнула и погасла.

А мне лишь оставалось довериться любимому. И в знак своей любви, привстав на цыпочки, я потянулась к мужу за поцелуем.

— Я покидаю Академию, — выдохнула в губы Ленарда. — Тебе больше не придется меня ревновать.

— Ты уверена, Ви? — напряженным взглядом одарил меня муж.

— Сейчас меня заботят совсем другие уроки, — я приложила руку к своему животу и улыбнулась. — Я так счастлива, — одинокая слезинка радости скатилась по моей щеке.

И когда это произошло, муж приложил свою ладонь к моей скуле, немного подтянув к себе.

— Вся моя жизнь твоя и нашего ребенка. Для меня никого другого не существует. Веришь?

— Верю, — кивнула и поцеловала мужа в слегка шершавую ладонь.

И лишь когда мы вернулись в свое поместье, то без оглядки предались любви и долгожданному единству тел и душ. Муж был настолько нежен и внимателен, что каждый мой стон он облачал в супружеский поцелуй.

Мы никогда бы не встретились, если бы не та злополучная магия, которая лишила меня не только памяти, но и семьи…