— А ну стой, зараза мелкая!

Слышу за спиной разъярённый рык.

Они думают, что меня это остановит? Ага, сейчас!

Я выскочила из дома, будто за мной стая чертей гналась. Ну, может и не стая, но два обнаглевших самца — точно! Куда бежать не знаю, поэтому припустила по дорожке в сторону конюшни. А эти двое, естественно ломанулись за мной.

Забегаю в здание и в панике мечусь по сторонам, не зная куда же спрятаться. Да и не спрятаться мне от них, и не сбежать. Территория поместья так охраняется, что отсюда даже муха не вылетит без их ведома.

Они загнали меня в ловушку!

— Ну куда же ты, Киска? Далеко собралась? — хриплый голос Лео заставляет вздрогнуть и обернуться.

Вслед за ним в проёме двери появляется его брат-близнец. Они как чёртовы клоны — одинаковые до безобразия. Вообще не отличить!

Но сейчас я точно знаю кто из них, кто. Потому что Тео я только что укусила за губу, и прокусила её до крови. Но его этот факт похоже мало заботит — он только скалится довольно. В глазах мужчины отражается дикий азарт и похотливый блеск предвкушения.

Озабоченные идиоты!

Братья знают, что мне некуда бежать, поэтому и играют со мной, как чёртовы коты с мышкой.

Забавляются, сволочи!

— Какая шустрая у нас кошечка, — не отрывая от меня хищного взгляда Тео делает опасный шаг в мою сторону. — Дикая. Необузданная. Мне охренеть как нравится!

— Не подходите ко мне, — цежу сквозь зубы предупреждение, но голос предательски дрожит.

— Ну что ты, маленькая, не надо бояться нас.

Голос Лео звучит обманчиво-ласково. Он усыпляет им мою бдительность, гипнотизирует сознание. Как хищный зверь перед прыжком подбирается ближе. Обходит меня с одной стороны, а его брат — с другой. Действуют чётко и слаженно, загоняя в ловушку, как глупого зверька.

Медленно отступаю назад, кручу головой по сторонам пытаясь отыскать хоть что-нибудь, что могло бы помочь мне защититься. Паника буквально затапливает изнутри. Даже если заорать во всё горло — меня же никто не услышит. Никто не придёт на помощь. Поэтому сейчас я могу рассчитывать только на себя.

Боковым зрением замечаю тюк сена, лежащий рядом с денником и воткнутые в него вилы.

Самое то!

Хватаю импровизированное оружие и направляю его на мужчин.

— Только подойдите ближе — заколю! — зашипела я, как дикая кошка, наивно полагая, что это их остановит. Или хотя бы напугает?

Нет, им вообще всё до фонаря. Ничего их не страшит — уверенные в себе, засранцы!

Тео игриво выгнул одну бровь и оскалился хищно:

— Я кайфую от тебя. Моя ж ты, дерзкая Киска!

— Наша! — будто бы уточняет его брат.

— Конечно наша, — охотно соглашается он. — Сладкая… девочка....

Кружат вокруг меня, как коршуны. Подбираются ближе.

А потом, резкий рывок с двух сторон — мгновение! — и вот я уже зажата между двумя огромными полуобнажёнными мужчинами. В полной их власти. Даже пикнуть не успела, как кто-то из них выдернул вилы из моих дрожащих пальцев, тем самым полностью обезоруживая и обездвиживая жёстким захватом за руку.

— Уберём-ка в сторону эту опасную вилку. А то ещё поранишься не дай, Бог, — шепчет на ухо Лео вжимая меня в своё твёрдое тело.

— Вот ты и попалась, Кисуля, — за спиной, словно дикий кот мурлычет Тео. Вроде бы ласково, но в то же время — угрожающе опасно.

Похоже я влипла, по самые уши!

Чёрт! Чёрт! Чёрт!

За неделю до…

Сегодня очень важный день в моей жизни. Наверное, самый долгожданный. Сегодня, вместе со своим дедушкой, я лечу в Австралию, в свою первую научную экспедицию. В сотрудничестве с австралийским университетом мы будем почти три недели изучать редких животный континента.

Это так здорово!

Я грезила об этой поезде несколько месяцев. Во-первых, я никогда не была за границей, а во-вторых — это отличный опыт поучиться у зарубежных коллег и посмотреть на редких животных. Ну и, в-третьих — я смогу увидеть Марка!

О, Марк…

Это моя первая любовь. И, к сожалению, безответная.

Мой дедушка, доктор биологических наук, работает на кафедре биологии в МГУ, а Марк Либерман был его аспирантом, ну и соответственно, частенько бывал у нас дома.

Я когда увидела его в первый раз, то сразу запала.

А как иначе? Высокий, красивый, взрослый. С тёмными вьющимися волосами и жгучими тёмно-карими глазами. Тогда он казался мне идеалом мужской красоты. А для него я была всего лишь сопливой девчонкой пятнадцати лет, да к тому же ещё и внучкой его руководителя. Естественно, что Марк не обращал на меня никакого внимания.

А я с ума сходила от раздирающего душу чувства — первого, яркого, неразделённого. Каждый раз, когда он бывал у нас дома я намеренно искала с ним встреч, неосознанно и по-детски глупо строила глазки, а ночами — рыдала в подушку.

Через год Марк закончил аспирантуру и уехал вместе с родителями в Австралию. Его отцу, вроде как предложили хорошую должность в крупной компании, и они продали всё имущество и переехали жить за границу.

Вот так закончилась моя первая любовь: бессонными ночами и разбитым вдребезги сердцем.

По прошествии времени я конечно же немного успокоилась. Даже стала обращать внимание на других парней и ходить на свидания. Но вот, почему-то сейчас, когда я знаю, что вскоре снова увижу его — моё бедное сердечко в предвкушении начинает трепетать и биться в два раза быстрее.

Интересно, Марк сможет меня сейчас узнать? Ведь я очень изменилась за два года. Из прыщавого подростка превратилась, как говорит папа, в настоящую красавицу. Да и ребята в универе, что уж греха таить, засматриваются очень часто.

Дедушка иногда созванивается с Марком, интересуется, как идут его дела и обсуждает с ним какие-то научные вопросы. От него-то я и узнала, что Либерман сейчас работает в австралийском университете, преподает биологию на кафедре и занимается научной деятельностью. А три месяца назад он сообщил мне, что в конце декабря, мы поедем к Марку в Австралию! Ректор МГУ вместе с руководством австралийского университета сговорились о совместном научном проекте, и деда, как главного руководителя, отправляют в командировку за границу. Ну а меня, дедуля «прицепом» берёт, говорит, мол, мне эта поездка очень полезна будет. Особенно в плане приобретения опыта в научной работе. Я же тоже собираюсь в будущем стать биологом.

Как же я была счастлива в тот момент. Казалось, что просто взорвусь от переизбытка эмоций.

В голове столько мыслей, столько планов… С ума сойти!

Три месяца тянулись, как целая вечность. Невообразимо и нереально долго. И вот наконец, этот день настал — мы летим в Австралию!

— Алиса, ты уже собралась? — кричит дедушка из коридора. — Такси скоро подъедет. Мы опаздываем.

— Уже бегу, дедуль.

В панике ношусь по комнате и в сотый раз проверяю содержимое чемодана: купальник, шортики, платья… Может кофту ещё захватить? Хотя, по прогнозу погоды в Брисбене сейчас жара.

Будет очень здорово из зимы полететь прямо в лето. Внутри всё аж кипит от предвкушения!

Закинув в чемодан лёгкую кофточку, застегнула все замки и выскочила из комнаты.

— Я готова!

— Наконец-то, — буркнул дед, окидывая меня суровым взглядом.

Бабушка улыбнулась, глядя на взъерошенную меня и улыбнулась:

— Капуша ты наша. Иди ко мне, — Она раскрыла для меня свои объятия и крепко обняла. — Слушайся дедушку, Алиса. Хорошо?

— Ба-а! Ну я же не маленькая уже! — горячо возмутилась я. — И тем более, я еду не одна, а с дедом.

— Для меня ты всегда будешь маленькой, Алисочка.

— Так, ну всё, хватит сопли разводить, Галя! — заворчал дед. — Не на всю жизнь же уезжаем, а всего на пару недель.

— Не ворчи, Стёпа, дай с ребёнком нормально попрощаться.

Дед закатил глаза и опять забубнил что-то себе под нос, при этом всё время поглядывая на часы.

Блин, опоздать на самолёт совсем не хочется. Поэтому я быстро целую бабушку в щёку и хватаю свой чемодан.

— Ну ладно, бабуль, мы правда уже опаздываем. Целую тебя, — торопливо спешу к выходу и, уже у самой двери, улыбаюсь. — Как прилетим, сразу же тебе позвоню.

— Только обязательно позвоните, Алиса. Чтобы я не волновалась, — кричит она вслед.

Вот так всегда — бабушка буквально душит меня своей гиперопекой. И хотя мне уже давно восемнадцать, она до сих пор считает меня малышкой.

Дед частенько ворчит по этому поводу.

«Девчонка уже взрослая! Замуж скоро отдавать, а ты носишься с ней, как курица с яйцом!»

Ну, что тут сказать… Это бабуля! Наверное, все бабушки такие суетливые и сильно любящие. Хорошо хоть мамы сейчас дома нет (они с отцом уехали по работе в командировку в Питер), так бы они на пару с бабушкой меня «провожали».

В Брисбен мы прилетели ближе к обеду.

Когда перед посадкой пилот самолёта объявил, что за бортом температура воздуха плюс тридцать два, я чуть не взвизгнула от восторга. Так трудно держать внутри себя эмоции, когда они буквально хлещут из тебя фонтаном.

Нет, ну здорово же!

У нас в Москве сейчас минус десять, а тут — лето.

Настоящие тропики!

Я в таком восторге, что словами не могу передать!

— И где же Марк? — кручу головой выискивая среди встречающих знакомое лицо. — Он точно обещал нас встретить?

— Ну конечно, Алиса, не волнуйся.

Дедушка спокоен, как всегда, а вот я, напротив — очень сильно переживаю.

Как пройдёт наша встреча? Узнает ли меня Марк? И что я ему буду говорить?

Боже, я с ума сойду от этого напряжения!

— А вот и Марк! — улыбнулся дед, глядя мне за спину.

Я резко обернулась и увидела приближающегося к нам Либермана.

Марк почти не изменился. Хотя, кого я обманываю — он выглядит ещё взрослее чем раньше. Серьёзнее, представительнее. Отпустил короткую бородку и стал шире в плечах. Либерман всегда был довольно крупным парнем, а сейчас — заматерел основательно.

— Степан Петрович, приветствую вас! — улыбнулся он, протягивая руку деду для рукопожатия. — Очень рад, что вы приехали к нам, — А потом перевёл взгляд на меня. — Алиса? — выдохнул изумлённо. — Как же ты выросла! Я очень рад, что ты теперь с нами, в нашей команде.

— Привет, Марк. Я тоже очень рада, что приехала, — смущённо улыбнулась я.

— Да, внучка моя выросла уже. И пошла по моим стопам, — с гордостью сообщил дед, чем смутил меня ещё больше. — Единственная из всего семейства. Моя гордость и надежда!

— Да ладно тебе, деда! — залепетала я, чувствуя, как щёки начинает заливать краска.

Только этого, блин, не хватало. Ненавижу краснеть!

— А что, «ладно»? Я правду говорю. Сыновья мои все в бизнес с головой закопались. Олежка, брат твой, туда же подался. Одна ты у меня по научной дорожке пошла. Порадовала деда!

Ловлю на себе заинтересованный взгляд Марка и теперь у меня уже не только щёки, но и уши полыхать начинают.

Бли-и-ин! Надо срочно взять под контроль свои эмоции. А то чувствую себя полной дурой!

— Ну что, может уже поедем? А то жарко и пить очень хочется.

— Да, конечно, — спохватился Марк. Взял мой чемодан и повёл нас с дедом на парковку.

Дорога от аэропорта пролегала рядом с набережной. Пока мы ехали я как муха прилипла к окну и не могла оторваться от вида этой неземной красоты.

Вот правду говорят, что тропики — это настоящий рай! Повсюду зелень, пальмы, цветы экзотические. А самое главное — море! Оно такое красивое, что дух захватывает. Огромное, бескрайнее и синее-синее!

Признаюсь честно — мысленно я уже там. На берегу. Слушаю нежный шелест волн и греюсь на тёплом песочке.

— Марк, а как дела у Сони?

София Либерман, сестра Марка. Мы учились с ней в одной школе, в параллельных классах, когда они жили в России. Одно время даже общались очень хорошо. Ну, а когда они уехали, естественно, связь оборвалась.

— У неё всё отлично. В этом году поступила в университет на экономический. Приедем домой, она сама тебе всё расскажет.

— Слушай, Марк, всё-таки, это неудобно как-то… жить у вас. Может мы лучше в отель? — говорит дед потирая свою бороду.

— Бросьте, Степан Петрович, какие неудобства! У нас большой дом и комнаты для гостей пустуют. Тем более отец сам предложил пригласить вас к нам. Так что, никаких отговорок. Да и Алисе будет веселее. Софи покажет ей город и пляж, — Марк бросил на меня выразительный взгляд в зеркало заднего вида и по телу тут же пробежала волна мурашек.

— Ну хорошо, будь, по-вашему, — согласился дедушка и, взглянув на меня, одобряюще улыбнулся.

Дом Либерманов оказался действительно большой, расположенный в одном из современных коттеджных районов Брисбена. Рядом с домом растут пальмы, цветы на зелёной лужайке.

Красота!

Кажется, я уже по уши влюбилась в это место.

Брисбен — это рай на земле!

А в доме нас уже дожидалось всё семейство Либерманов. Встреча прошла в тёплой дружеской обстановке. Я даже не ожидала такого приёма — всё чинно и по-домашнему. Нас с дедом поселили в разные комнаты, а потом пригласили на ужин.

— Как вам Брисбен, Степан Петрович? Бывали раньше в наших краях? — спрашивает отец Марка, Питер.

— Нет, не доводилось. В Австралии я впервые. А внучка моя так вообще в первый раз за границей. Спасибо вашему сыну за приглашение и идею сотрудничества.

— Марк уже целый год день и ночь пропадает в университете. Прямо с головою ушёл в науку, — качает головой Либерман старший. — Постоянно пишет статьи в научные журналы и сборники. В научном сообществе Австралии говорят, что он подаёт большие надежды, — с явной гордостью произнёс он. — И всё благодаря вам.

— Ну что вы, Питер, я тут ни при чём. Марк всегда был способным учеником. И я даже не сомневался, что он далеко пойдёт. А наш совместный проект в сотрудничестве с международным научным сообществом, думаю, принесёт отличные результаты.

— Это хорошо. Но всё же, вы недооцениваете свой вклад в моего сына, Степан Петрович, — хитро ухмыляется Либерман. — Только благодаря вашим лекциям мой оболтус увлёкся биологией и наконец-то взялся за ум. А ведь на первом курсе он едва смог закрыть сессию на тройки. Мы думали, что он вообще забросит учёбу, а он — вон! — ещё и диссертацию защитил.

Я бросила осторожный взгляд на Марка. Он весь аж светится, как начищенный до блеска фонарь.

Марк, любит похвалюшки?

Ну-ну!

Либерман и раньше был слишком амбициозным, а уж после защиты диссертации так вообще — зазвездился.

Заметив мой заинтересованный взгляд, Марк, вдруг подмигнул мне. А я смущённо отвела глаза.

— Алиса, а у тебя какие планы на будущее? После окончания университета тоже пойдёшь в аспирантуру? — подключилась к разговору мама Марка, Мария.

— Эм… Даже не знаю, — растерялась я. — В планах, конечно, да. Но, я ведь пока даже первый курс не закончила. Об этом рано ещё говорить.

— Начинать надо уже сейчас, Алиса, — со знанием дела заявил Марк. — А мы, со Степаном Петровичем, возьмём тебя под своё крыло, всему научим. Главное — учись хорошо.

Я вновь смутилась. По правде говоря: чувствовала я себя не очень уютно от такого пристального внимания к свой персоне.

— Ну ладно уже, хватит смущать, Алису. Дайте вообще нашим гостям нормально поужинать, — вступилась за меня София. А потом наклонилась ко мне и шепнула: — Завтра, прямо с утра, пойдём на пляж пока не жарко. Покажу тебе здешнюю красоту.

— Было бы здорово! — улыбнулась ей в ответ, мысленно уже предвкушая завтрашний день.

Море — это моя мечта…

Боже, как же здесь красиво!

Словами это великолепие просто не передать — это надо увидеть самой и почувствовать.

Тёплый ласкающий кожу ветер, запах моря и мягкий шелест волн…

Вот прямо сейчас, закрыв глаза, стою и слушаю, как с тихим плюхом омывает вода мои ступни. Тёплая, словно парное молоко. Под ногами белый рыхлый песок — такой мягкий и податливый. А над головой светит солнышко, щедро купая в своих тёплых лучах. Хочется раскинуть руки и, поддавшись внезапному чувству лёгкости, взлететь в небо, словно птица.

Это просто непередаваемые эмоции!

— Ну, как тебе? — спрашивает Софи.

— Здорово! Просто супер! — улыбаюсь широко едва сдерживая свои эмоции. — Когда улетали из Москвы там зима была, холодина. А тут… Красотища!

— Ага, мне тоже нравится. Я до сих пор в эйфории летаю, хотя уже два года прошло, как мы живём здесь. Это рай! — блаженно вздохнула Софи. — Искупаться хочешь? Пока ещё не слишком жарко, самое то.

— Конечно хочу!

И мы, быстро сбросив с себя одежду, с громким визгом побежали в воду.

Чуть позже, вдоволь наплескавшись, мы с Софи улеглись на покрывало и подставили попы яркому солнышку.

— Даже не верится: через неделю новый год, а я лежу на пляже и купаюсь в море. Красота-а-а! — лениво протянула я.

— Угу, — мурлычет в ответ Софи.

— Завидую я тебе, Сонька. Я бы тоже хотела здесь жить.

— Так в чём проблема? Закончишь универ — приезжай. А ещё лучше — переводись учиться к нам. Сейчас же есть программы по обмену иностранными студентами. А Марк тебе поможет. У него и возможности, и связи есть.

— Даже не знаю, — приподнявшись на локтях задумчиво произнесла я. — Рисково как-то. Да и предки вряд ли одобрят. Хотя… очень хочется, — улыбнулась я. — Скажи, а ты учишься в том же универе, где работает Марк?

— Да, только на разных факультетах.

— Хорошо, когда брат рядом. Помогает тебе, наверное, с учёбой?

— Пф-ф! Ничего хорошего в этом нет. — фыркнула София. — Марк вообще зануда — любит во всём поучать. Считает себя самым умным и продвинутым. К тому же ещё и пасёт меня везде. Ни на вечеринку, ни в клуб не сходить нормально — везде таскается за мной. «Заботливый» старший брат, — кривит она губы и возмущённо восклицает: — Ну, сама понимаешь, это же никакой личной жизни! Мне уже почти девятнадцать, а я на свидание нормально сходить не могу. Скорее бы он уже женился и отстал от меня.

Я тут же ухватилась за эту фразу и, как бы между прочим, но на деле умирая от любопытства, спросила:

— А у Марка есть невеста?

Софи пожала плечами.

— Он нас особо не посвящает в свою личную жизнь. Но, таскается за ним одна мымра с его кафедры. Даже дома у нас пару раз была, вроде как, по работе. Уж не знаю невеста она или нет, но, я как-то видела один раз, как они сосались в машине возле дома, — заговорщически прошептала Софи и залилась звонким смехом. — Голубки, блин!

А моё настроение резко сдулось, как воздушный шарик.

У Марка есть невеста…

Невеста, чёрт возьми!

А чего ты, собственно, ожидала, Алиса? Думала, что он будет вечно сидеть, и ждать у моря погоды?

Марк, красивый мужчина, видный — естественно, что он пользуется вниманием у женщин. Глупо было надеяться на то, что он обратит на меня внимание. Но всё же… я так хотела этого.

Стараясь не выдать горечь разочарования, неприятным осадком осевшей в душе, я спросила:

— Она симпатичная?

Соня скривилась так, будто целый лимон разом проглотила:

— Да так, ничего особенного. Обычная серая мышь. Слушай, а у тебя-то парень есть в Москве?

— Сейчас — никого, — покачала я головой. — В выпускном классе встречалась с одним, с Пашкой Колесовым из вашего класса.

— С Пашкой?

— Ага. Ну, как встречалась… так, целовались пару раз, да в кино ходили. А после школы я поступила в МГУ, он — в туристический. Ну и все — на этом наши пути разошлись.

— Пашка? В туристический?

— Ну да. Сказал, что хочет путешествовать и объездить весь мир. Мечтатель! А у тебя, есть кто-то?

Софи широко улыбнулась.

— Его зовут Лукас. Это парень из моей группы. Ох, Алиска, он такой классный, — она мечтательно закатила глаза. — Ты себе даже не представляешь какой... Жаль, что видеться нам удаётся редко, в основном только в универе.

— Почему?

— Если Марк пронюхает, боюсь, что опять что-нибудь напортачит. А мне он так нравится! Понимаешь?

— У-у-у, не думала, что Марк такой тиран, — сморщила я нос.

— Ещё какой! Говорю же: жениться ему пора. Пусть за женой потом своей следит, а меня оставит в покое. Хотя… не завидую я его жёнушке.

Философски изрекла Софи и тут же прыснула от смеха заражая меня своим весельем.

Несмотря ни на что мне было до ужаса интересно слушать про Марка. Не важно что — я с жадностью впитывала любую информацию. Даже ту, что заставляла сердце болезненно сжиматься.

Наверное, я мазохистка?

Или просто… как там говорят: любовь слепа!

Даже сейчас, когда Софи говорит о Марке совсем нелицеприятные слова мне хочется оправдать его, сказать, что она не права. Марк ведь не может быть плохим!

Почему-то я уверена, что подруга просто всё преувеличивает.

Софи и раньше, в Москве, всегда была той ещё оторвой — любила потусить в шумных компаниях. Клубы, дискотеки — ни одна вечеринка не обходилась без Софии Либерман. Так вот, как раз в одну из таких тусовок её и загребли менты в обезьянник. Помню тогда по школе слухи ходили, что компания, с которой тусовалась Софи, употребляла что-то запрещённое. Ну и она, соответственно, баловалась.

После этого случая родители посадили Софи под жёсткий домашний арест. В школу её возили на машине, со школы — тоже. Даже с подругами какое-то время запрещали общаться. Думаю, с тех пор Марк и стал приглядывать за сестричкой. Так что, если разобраться, Софи сама виновата, что родители до сих пор держат её под колпаком.

— Ты не против, если Лукас со своим другом к нам присоединятся сейчас? Я сказала ему, что буду на пляже. С подругой, — игриво уточнила она.

— Да нет, не против, — равнодушно пожала плечами.

— Отлично! Познакомлю тебя со своими друзьями. А вон, кстати, Мартин. Эй, Марти, привет!

Кокетливо улыбнувшись, София помахала рукой высокому парню, который шёл по кромке берега держа в руках длинную доску для сёрфинга.

Парень повернулся и поприветствовал её в ответ белозубой улыбкой.

— Краса-а-авчик, — томно протянула она. — Жаль, что уже занят. А то можно было бы познакомить тебя с ним.

— Решила заняться сводничеством? — усмехнулась я, щурясь от яркого солнца.

— Ну, а что? Ты тут целый месяц почти будешь. Я бы на твоём месте замутила с кем-нибудь. Например, с Алексом. Это друг Лукаса. Он клёвый! Познакомишься с ним сегодня.

Чувствуя, что солнце всё сильнее начинает припекать спину я села и накинула на плечи белую тунику. А потом взглянула на море. Моё внимание привлекли два человека на водных мотоциклах. Они так виртуозно рассекали на них вдоль береговой линии, что я засмотрелась на них с восхищением и, что уж скрывать — тихой завистью. Мне бы тоже хотелось так попробовать, но сама, я конечно же никогда не решусь на такой экстрим.

Софи продолжала что-то болтать под ухом, но я её уже почти не слушала — как заворожённая смотрела на мужчин. И не я одна, кстати…

На берегу собралось много зевак, которые тоже были не прочь поглазеть на водное представление.

Спустя какое-то время парни подплыли ближе и, сбросив с себя красные жилеты, вышли на берег.

Ого! Вот это экземпляры!

Боги Олимпа рядом с ними нервно курят в сторонке.

Два высоких блондина, с телами как у кинозвёзд, двигались уверенно и грациозно, будто два породистых кота. Или скорее — хищники!

А потом они сняли тёмные очки — и я вообще офигела от удивления.

Близнецы!

Боже, они же, как две капли воды похожи друг на друга!

Бывает же такое, подумала я.

И в этот момент, будто почувствовав моё внимание, мужчины, как по команде одновременно повернули головы в мою сторону. Остановились, пронзив меня странным пристальным взглядом. У меня даже мурашки по коже побежали — такой адреналин я словила в этот момент.

Ну ещё бы — такие красавчики, и вдруг обратили на тебя внимание!

Думаю, в этой ситуации любая девчонка бы растерялась.

Только вот что странно: прошла минута, две, а они всё не уходят, стоят, как вкопанные.

Казалось бы, посмотрели и — всё — топайте дальше. Но нет же — они продолжают испепелять меня жгучим, как солнце взглядом.

Сначала я подумала, что может, они и не на меня вовсе смотрят. Ну, мало ли, может кого-то знакомого увидели. Обернулась, но сзади, или поблизости никого не было. Только Софи всё так же лежала на животе и что-то тихо бубнила себе под нос.

Получается, что именно я являюсь объектом их внимания?

Игра в гляделки затягивается и, увы, не в мою пользу. Я вдруг почувствовала, как моя кожа начала пылать, и совсем не от солнца, а от внезапного смущения. Я прикрыла туникой грудь и отвела взгляд.

— А это кто? — спросила я у Софи.

В этот момент мужчины отмерли и неторопливо зашагали дальше по пляжу.

— О-о, а это наши местные звёзды, — обернувшись просветила меня подруга. — Братья Макларены. Сыновья местного олигарха. Их семья владеет крупной строительной компанией в Брисбене. А ещё — Макларены одни из крупнейших заводчиков породистых лошадей в Австралии. Продают скакунов по всему миру, — Софи проводила братьев восхищённым взглядом. — Красавчики, конечно, спору нет. Но… с ними вообще ничего не светит. Тут без вариантов. Возле них такие девки крутятся — дикие, как кошки. Никого к ним не подпускают.

И действительно, из-под пляжного зонтика выскочила длинноногая рыжеволосая красотка и с разбегу запрыгнула на одного из братьев, впившись в его губы поцелуем.

Ну конечно, такие красавчики просто не могут быть одни.

Я отвела взгляд в сторону стараясь не смотреть на них, но глаза то и дело поворачивались, чтобы ещё хотя бы разок взглянуть на удаляющиеся мужские фигуры.

Прошло ещё какое-то время и меня уже окончательно стало припекать солнцем. Поэтому я достала из сумки солнцезащитный крем и ещё раз нанесла его на плечи и лицо.

— Слушай, я, наверное, прогуляюсь до бара, возьму нам по прохладному коктейлю, — предложила я. — Пить очень хочется.

— Ага, давай. А я пока переложу плед под дерево. А то, кажется, я начинаю подгорать, — засуетилась Софи. — Надо отползать в тень. И Лукасу заодно смс сброшу. Где они пропадают вообще?!

Я отряхнулась от прилипшего к ногам песка и пошла к открытому пляжному бару.

Бармен приветливо улыбнулся и предложил несколько напитков на выбор. От алкогольных я сразу отказалась, а вот мохито, подумала я, сейчас будет в самый раз. Поэтому взяла два стакана: для себя, и для Софи. И когда я уже собиралась уходить, вдруг, столкнулась с одним из тех близнецов. Он так внезапно появился, что я чуть все напитки не расплескала от неожиданности.

Вблизи парень выглядит гораздо внушительнее чем мне показалось издалека. А ещё, он намного выше меня ростом — я ему макушкой едва до подбородка достаю.

И да, он действительно очень хорош собой!

Крепкое рельефное тело, не перекаченное, но видно, красавчик любит посещать спортзал и держит себя в форме. А ещё, у него очень красивая загорелая кожа — щедрый подарок Австралийского солнца.

Я подняла глаза выше и тут же напоролась на жгучий взгляд.

Врезалась на бешеной скорости!

Глаза у него, кстати, очень красивые: тёплого медового оттенка с яркими золотисты прожилками по ободку радужки.

Парень смотрит на меня пристально и, ну очень уж вызывающе. Буквально раздевает взглядом. Причём — бесцеремонно!

Признаться честно, на мне и так одежды не слишком-то много (всего-то одно бикини), но сейчас, я почувствовала себя перед ним абсолютно голой.

И вот с этого момента со мной начало твориться что-то поистине странное: всё моё тело охватило таким жаром, что дышать стало почти невозможно. Во рту пересохло, а сердце в груди пустилось вскачь, как очумелое.

А всё потому, что от незнакомца исходила просто бешеная энергетика. Сильная, неукротимая и… подавляющая.

Говоря проще — ходячий тестостерон!

Ух-х! Такого со мной ещё никогда не было, чтобы меня вот так торкнуло от совершенно незнакомого мужчины. Марка я в счёт не беру. К нему у меня хотя бы чувства есть — он нравится мне, и всё такое… А этот… Просто парень. Совершенно незнакомый, чужой…

Когда сзади подошёл ещё кто-то, я вздрогнула и, обернувшись, увидела второго близнеца. Такой же высокий, красивый и сексуальный.

Ой! Два тестостерона — это, пожалуй, уже слишком.

Тем более, оба смотрят на меня так, будто сожрать готовы.

Озабоченные какие-то, честное слово!

Нервно улыбнувшись, осторожно выскользнула из опасного захвата. Выскочила из бара, как ошпаренная, и не оборачиваясь, поспешила к Софи.

Лео

— Что это было, Лео?

Я посмотрел на брата и удивлённо приподнял бровь.

— Ты тоже почувствовал?

— Ну, да. Я ели сдержал своего зверя.

— Что-то странное…

Я обернулся назад, чтобы ещё раз взглянуть на девушку, сидящую на песке. Что-то было в ней такое, что заставило моего зверя взволнованно заметаться внутри, заскрестись одичало пытаясь вырваться наружу.

Такого с мной ещё не было. Я никогда не терял контроль над своей второй сущностью. Зверь всегда беспрекословно подчинялся мне. А тут — словно с ума сошёл.

— Думаю всё дело в той блондиночке. Она так охрененно пахнет!

— Думаешь? Она вроде не оборотень, и даже не полукровка. Она — человек. Я это точно чувствую.

— Вот-вот! Мой зверь тоже никогда так не реагировал на человеческих самочек. Да ему вообще всегда плевать было кого мы трахаем, лишь бы удовлетворить звериную похоть. А тут, смотри-ка: заинтересовался. К тому же ещё и человеком!

— Похоже кто-то давно не трахался, — усмехнулся Тео. — Надо это исправлять. А ещё лучше со львицей в звериной ипостаси.

— Тебе сегодня точно обломится, — подмигнул я брату.

Тео непонимающе уставился на меня, а я кивнул в сторону несущейся к нам рыжеволосой красотки. Одно короткое мгновение — и она с визгом запрыгивает на брата. Обвивает его шею руками и целует в губы.

— Миранда? — удивлённо хрипит Тео. — Ты когда приехала?

— Сегодня утром, — довольно щебечет девушка и жмётся к брату. — Ваша мама сказала мне, что вы сегодня будете на пляже и я решила сделать тебе сюрприз. Ты рад?

— Конечно, — натянуто улыбнулся Тео.

— Как же я по тебе соскучилась, львёночек мой.

Тео тут же сморщился — он терпеть не может, когда она его так называет.

Я не смог сдержаться, чтобы не подколоть брата.

— А уж, львёночек-то, как тебе рад!

Тео бросил на меня угрожающий взгляд.

— Я по тебе тоже скучала, Ле-ео, — кокетливо протянула Миранда, стреляя в меня своими хитрыми бесстыжими глазками.

Чертовка рыжая! Никогда не упустит возможность позаигрывать. И это брат ещё не в курсе, что она не раз пыталась залезть мне в трусы. Хотя… думаю, что он вряд ли был бы против.

Мы с Тео с детства привыкли всё делить на двоих. И женщины не были исключением. К тому же, мы всегда знали, что если когда-нибудь встретим свою истинную, то она будет нашей, одной на двоих. Почему-то в этом не было сомнений.

— Может искупаемся? М-м? — предложила Миранда. — Давайте, мальчики, жарко очень!

— Нет, малыш. Ты иди, купайся, а мы с Лео в бар, выпьем чего-нибудь освежающего.

— Ну-у-у…, — Миранда недовольно надула губки. — Ладно, я сейчас окунусь, а потом присоединюсь к вам. Окей?

— Давай.

Тео шлёпнул девушку по загорелой попке, отчего та довольно взвизгнула и, кокетливо улыбнувшись нам двоим, понеслась в сторону моря.

— Хороша, сучка, — проводив её взглядом оскалился брат. — Но, надо с ней завязывать.

— Что так?

Я взял в баре стакан с холодным пивом и присел за столик. Тео последовал моему примеру и устроился рядом.

— А ты ещё не понял? Миранда стала позволять себе слишком много. Уже и к матери нашей в «подружки» набивается. Льёт ей в уши о нашем совместном будущем. Мама уже не раз намекала мне о договорном браке.

Я ржу, не могу спокойно смотреть на кислое лицо брата.

— Смейся-смейся, и до тебя очередь дойдёт, — ехидно замечает он.

— Ну, а чем тебя Миранда не устраивает? — спрашиваю я просмеявшись. — Она ничего такая — с огоньком!

— В том-то и дело, что почти весь прайд в курсе с каким она огоньком, — Тео скосил на меня взгляд. — Думаешь я не знаю, что ты трахал её.

Я невозмутимо приподнял бровь.

— Ты против?

— Да мне вообще похер! И жениться я на ней не собираюсь.

В это время в бар зашла девушка, та самая блондинка с пляжа. Мы с братом оба замерли будто парализованные.

Это было, словно удар в солнечное сплетение — бах! — и мир на мгновение пошатнулся. Ели равновесие удержал.

Если я ещё толком не понимал, что произошло, то вот мой зверь внутри — среагировал моментально. На каком-то молекулярном уровне почувствовал и понял, что это оно… то самое. Вернее, она — моя самочка! Моя истинная!

А всему виной этот запах… такой сладкий и нежный. У меня от него все мысли напрочь вышибло из головы. Остался только голый звериный инстинкт — заявить право на самку.

— О, да-а-а! Ты ж, моя киска! — довольно протянул Тео.

Мы с братом переглянулись, поняв друг друга без слов. Да тут и слова не нужны были, всё и так ясно — эта девочка наша!

Я окинул девчонку жадным взглядом, запоминая и отпечатывая в памяти каждый изгиб её стройной фигурки. Узкая талия, шикарная попка и, небольшая, но чертовски аппетитная грудь. Никаких висячий сисек и огромных силиконовых буферов — всё как надо, всё, как я люблю. Длинные светлые волосы, собранные на затылке в тугой хвост, струятся по спине шёлковым водопадом.

Это охрененное зрелище!

Мой зверь внутри довольно заурчал.

Тео не выдержал первый и, сорвавшись с места, рванул девчонке наперерез. А я встал вслед за ним и подошёл к ней сзади.

Вблизи она ещё лучше, чем я себе представлял.

Маленькая, стройная, хрупкая…

Идеальная!

Как будто специально создана для меня.

Нет… для нас с братом!

Когда же ошалевшая девушка выскочила из бара я проводил её взглядом и присвистнул:

— Наша кошечка… Она просто огонь!

— Хочу её, — хрипловатым голосом произнёс Тео.

Я повернулся к охраннику, который всегда маячил где-то неподалёку и подозвал его к себе.

— Арон, проследи за девушкой. Выясни кто она, и где живёт.

— Слушаюсь, мистер Макларен.

— Скорее всего девочка не из Брисбена, иначе бы мы её уже давно почувствовали.

— Надо поскорее выяснить кто она. Ну и, наводить мосты, — ухмыльнулся брат, — Мне уже не терпится пометить её.

— Она же человек, Тео. Будет непросто объяснить ей кто мы на самом деле.

— Не нуди, Лео. Прежде всего, она — наша пара. Хочет она этого или нет, — губы растянулись в коварной улыбке. — Да и… куда она денется, когда разденется.

Я улыбнулся брату в ответ.

— Ладно, по ходу разберёмся.

После пляжа мы с Софи поехали сразу домой.

Изрядно уставшая и распалённая на солнце я тут же полезла под прохладный душ. Сейчас, это самое то.

Пока мылась всё думала о близнецах. Эти двое никак не выходили у меня из головы…

Всё-таки странные они какие-то. Ни слова не сказали, но при этом совершенно бесцеремонно облапали меня взглядом с ног до головы!

Боже, мне кажется, что у меня до сих пор щёки пылают — настолько откровенны и вызывающе-опасны были их взгляды. На меня ещё никто и никогда так не смотрел. А самое интересное, что я испытала при этом довольно странное ощущение… До сих пор не могу понять понравилось мне это или нет?

Когда же я рассказала Софи о том, что произошло в баре, она сначала не поверила мне, а потом долго причитала, и говорила, что я полная дура упустившая возможность подцепить хотя бы одного из этих красавчиков.

Пришлось сослаться на природную стеснительность. Ну не могу же я ей признаться в том, что мне до ужаса нравится её брат. И другие парни мне попросту не интересны.

Хотя… признаюсь честно, эти двое близнецов пробудили во мне очень странные и неоднозначные чувства.

Я приняла душ, оделась и пошла на поиски дедушки и Марка. Судя по времени, они наверняка должны были уже вернуться из университета.

В гостиной я встретила хозяйку дома, Марию, и она сразу же подсказала мне, где можно найти Марка. Оказывается, что они с дедом вернулись более получаса назад, заперлись в кабинете и что-то бурно обсуждают.

Заинтригованная я поспешила туда.

Что это они там обсуждают?

И без меня!

Не порядок!

Ну, дед! Он же обещал, что я буду учувствовать во всём, как полноправный член экспедиции. А как дело дошло до обсуждения чего-то важного, так: «Алиса, иди погуляй», «Развлекись с Софи, отдохни», «Экспедиция без тебя не начнётся».

Ага, как же! Похоже, что работа уже кипит полным ходом. Вот только меня никто не поставил в известность.

Ещё в коридоре я услышала приглушённые голоса, доносившиеся из-за закрытой двери кабинета.

Я подошла ближе и прислушалась.

«Алиса пока не должна об этом знать», — услышала я голос дедушки.

Та-а-ак, это что я не должна знать?!

Так и знала, что у них есть какие-то секреты. Не зря же дед с Марком всё утро шушукались по углам.

Умирая от любопытства, я прилипла ухом к двери жадно впитывая всю услышанную информацию.

— Почему? — удивлённо отозвался Марк. — Алиса уже довольно взрослая и адекватная девушка. Я думаю, что она должна сразу знать, с чем ей придётся столкнуться.

Слова Марка, как бальзам на душу — так приятно, так приятно!

Ну и, что уж скрывать, я тут же размякла и заулыбалась, как дурочка.

— Такое трудно сразу принять. Всё же это не простые зверушки, — вздохнул дед. — Даже мне до сих пор не верится. Мы ей скажем, но чуть позже. А вдруг нам вообще не удастся поймать ни одну особь? Вдруг ты ошибся?

— Ну что вы, Степан Петрович, я бы не стал вас вызывать сюда, если бы у меня не было неопровержимых доказательств их существования. Они существуют! Эти звери совершенно новый вид, с которым человечество ещё никогда не сталкивалось. Мы пока не знаем, что это: естественная мутация или искусственно выведенные особи. Мой коллега, профессор Салливан говорит, что возможно они были созданы японцами в качестве биологического оружия. Но, это только слухи — информация донельзя прозрачная. Поэтому наша задача, как можно лучше изучить их, понять их природу и возможности. Программа поддерживается правительством США и Австралии. Да-да, американцы тоже заинтересованы в изучении этого вида. Наверняка хотят использовать это в политических целях. Всё-таки эти звери обладают недюжинной силой и могут быть смертельно опасны для людей.

— Думаешь?

— Я уверен. Нам удалось отловить две особи на территории Австралии, и на их усмирение ушло немалое количество транквилизатора.

— И где они сейчас?

— На военной базе, в клетках. У нас там оборудована новейшая лаборатория и есть всё необходимое для изучения этих тварей.

Так-так, похоже происходит действительно что-то интересное.

Марк открыл новый вид?

Интересно, что же это за животное?

Ух, я уже вся умираю от любопытства и предвкушения!

Вот только я одного понять не могу: почему об этом нельзя говорить мне?

— Так может двух особей будет достаточно? Зачем отлавливать ещё?

— Ну вы же сами знаете, Степан Петрович, что для полномасштабного исследования две особи — это слишком мало. Нужно больше. К тому же нам ещё необходимы женские особи, чтобы изучить их репродуктивную систему. Мы обязательно должны знать, как и насколько быстро они размножаются. Да и личностные отношения неплохо было бы изучить: их социум и поведение. А для этого необходимо не менее десятка особей.

— Да, ты прав. Конечно прав, — согласился дед. — И как мы будем их искать?

— В этом-то вся проблема. Эти твари умные и отлично маскируются в нашей среде. Поэтому узнать их можно только…

Марк вдруг замолчал, а я ещё плотнее притиснула ухо к двери.

Что он только что сказал? Как их можно узнать?

Почему он замолчал?

Когда дверь резко распахнулась, я ахнула от неожиданности и неуклюже ввалилась в кабинет.

Блин, как он догадался, что я стою за дверью?

Марк помог мне подняться с пола и, сдвинув брови на переносице, серьёзно спросил:

— И давно ты стоишь за дверью?

Я неопределенно пожала плечами, мол, достаточно.

— Подслушивала, — констатировал факт.

Дедушка недовольно покачал головой.

— Алиса!

— Что?! — возмущённо воскликнула я. — Ты мне обещал, что я буду полноправным членом экспедиции. А что получается на деле: вы секретничаете тут втихаря о чём-то суперважном, и меня в это посвящать, конечно же, не собираетесь.

Марк загадочно улыбнулся, глядя на меня, а дед только ещё сильнее нахмурился.

— Алиса, всё совсем не так. Мы с Марком обсуждали важные вопросы по завтрашней поездке…

— Мы завтра куда-то едем? — тут же встрепенулась я.

— Конечно. Завтра мы летим в Кэрнс, в национальный парк Дейнтрис. Ты же хотела его посмотреть?

Я активно закивала.

Конечно же я хочу увидеть этот знаменитый парк. По большей части только из-за него я и рвалась так сильно в эту поездку.

— Понаблюдаем за казуарами — я давно хотел посмотреть их в дикой природе. Марк обещал показать нам те места, где сосредоточены их популяции.

— Это те самые птички, которые несут зелёные яйца?

— Да.

— Ух, здорово! — заулыбалась я. — А коалы? Когда мы будем наблюдать коал?

— Всему своё время, Алиса, — рассмеялся Марк. — Вот видите, Степан Петрович, ваша внучка полна энергии и тяги к новым знаниям. Думаю, что вы недооцениваете её готовность, — Он бросил на деда многозначительный взгляд, а потом снова посмотрел на меня. — Через пару дней, когда подтянутся остальные члены экспедиции, мы поедем в глубь континента. Там сосредоточена основная популяция… э-э-э… диких коал. Так что, готовься, Алиса.

— А о каких животных вы тут говорили? Кого вы ещё собираетесь искать?

В этот момент у дедушки зазвонил телефон.

— Галя звонит, — Дед предупреждающе посмотрел на Марка. — Я сейчас вернусь.

Когда дедушка вышел из кабинета я тотчас же устремила пытливый взгляд на Марка.

— Ты открыл новый вид? Марк?! Ну расскажи, не томи.

— Да, я кое-что открыл, — не стал отпираться он. Но от прямого ответа всё равно увильнул. — Но… это пока не точные данные. Их ещё предстоит выяснить и подтвердить. Не кипиши раньше времени, Алиса. Скоро всё сама увидишь и узнаешь, — Марк сел на диван и, похлопав по нему рукой, поманил меня к себе. — Ты лучше расскажи, как твои дела? Как сходили с Софи на пляж? Понравилось?

Он хочет, чтобы я села рядом? Совсем близко?

Сердце тут же пустилось вскачь, грозясь проломить грудную клетку.

Так, спокойнее, сейчас главное — не грохнуться в обморок от переизбытка эмоций.

Это просто жест вежливости. К тому же у Марка ведь есть девушка, которая почти невеста. Так что… всё, что я напридумывала в своей голове — это только мои фантазии.

Я присела рядом с мужчиной и, чтобы не выдать своё идиотское волнение с потрохами, сумбурно затараторила:

— Конечно! Разве может не понравиться море и песок? Я вообще в полном восторге от Брисбена! Здесь так красиво и солнечно. А пляж — просто сказка! А вообще — я жду не дождусь, когда начнётся наша экспедиция. Я так мечтаю увидеть коал в естественной природе. Эти маленькие плюшевые мишки… Ми-ми-ми! Так бы и затискала их!

Марк смотрит на меня с едва заметной полуулыбкой и таким загадочным взглядом, что я невольно смутилась.

Раньше он никогда не смотрел на меня вот так, как сейчас: с любопытством и… интересом?

Ну нет, наверное, мне всё же показалось. Или нет?

Между тем, Марк, улыбнувшись уголком губ произнёс:

— Я рад, что ты приехала, Алиса.

Прозвучало это так многозначительно, что моё бедное сердечко вновь затрепыхалось в груди как сумасшедшее.

Я конечно же вся расцвела, как аленький цветочек, зарумянилась. И мысленно отругала себя за нерешительность.

Вот вечно так, когда надо проявить смелость — я теряюсь, как дурочка!

Быть может Софи права и мне надо быть чуточку посмелее? Ведь если гора не идёт к Магомету, значит…

Чёрт!

Если я не сделаю это сейчас, то уже, наверное, никогда не решусь. Тем более сейчас такой подходящий момент: мы одни, так близко…

Я медленно наклонилась ближе, и пока адреналин всё ещё циркулировал по крови бурным потоком — решительно поцеловала Марка в губы.

Ум-м! Я это сделала!

Но, вот что странно: бабочки в животе так и не вспорхнули. И голова не закружилась от счастья. А ведь я так долго ждала этого момента.

Почему?

«Быть может потому, что Марк никак не отреагировал на твой безумный порыв?» — подметил ехидно внутренний голос.

Он ведь действительно никак не отреагировал, вернее — просто оцепенел. А когда я нерешительно взглянула ему в глаза, то увидела там удивление, непонимание и… Короче, Марк был в шоке.

И в это же мгновение на меня нахлынуло осознание собственной глупости.

Зачем я это сделала? Марк ведь не давал мне повода, и даже намёка на то, что хочет этого.

Так нафига я полезла к нему с поцелуями?

Боже, как же стыдно!

Что он теперь обо мне подумает?

Щёки тут же опалило нестерпимым жаром, и от стыда я готова была провалиться сквозь землю.

— Прости… Боже… Прости, Марк! — Выпучив глаза, я подскочила с дивана и, путаясь в словах, смущённо залепетала: — Я… Прости, я… Не знаю, что на меня нашло…

— Алиса…

Марк хочет что-то сказать, глядя на меня со снисхождением, но я резко останавливаю его, вскидывая руку.

— Нет… Пожалуйста, ничего не говори. И… забудь… Пожалуйста, забудь об этом.

Я выскочила из кабинета с адски пылающим лицом, и пулей понеслась в свою комнату.

Какая же я дурочка!

Бли-и-ин, какая же дурочка!

Тео

— До сих пор не могу поверить в это... Мы нашли истинную. Охренеть!

Лео перевёл на меня понимающий взгляд и ухмыльнулся:

— Да, братишка, конец разгульной жизни. Теперь мы вряд ли сможем смотреть на других самочек. У меня сейчас все мысли только о ней, о нашей блондиночке.

— А ты уверен, что мы не ошиблись? Ну, мало ли, может наши звери просто повелись на её аппетитную попку?

Лео посмотрел на меня, как на умалишённого и чуть скривил губы в ухмылке.

— Ты совсем дурак, Тео? Зверь не может ошибаться в таком вопросе. Это генетически заложено в нашей природе. Если ты ещё сомневаешься, то это твоя проблема. А вот я уже предвкушаю, как затискаю в объятиях эту сладкую кису.

— Кого это вы там собрались затискать? — раздался громогласный бас.

Мы с Лео одновременно повернулись.

Сэмюэль Макларен — грозный альфа самого крупного прайда в Австралии, глава Верховного Совета оборотней, и по совместительству — наш отец.

Напряжённая походка и хмурое выражение лица альфы свидетельствовали о том, что родитель не в духе. А это могло означать только одно: либо случились какие-то серьёзные проблемы в прайде, либо — мы опять где-то накосячили.

— Отец…

Прочистив горло, начал было оправдываться я, но отец оборвал меня на полуслове, кивнул в сторону кабинета и недовольно рявкнул:

— За мной!

А потом, размашистым шагом зашагал по коридору и, толкнув дверь рабочего кабинета, вошёл внутрь.

— Всё никак не уймётесь? — заворчал он, окинув нас с Лео суровым взглядом. — Всех молоденьких львиц в прайде уже попортили, самцы похотливые. У меня — вон! — уже целая стопка писем лежит с предложениями о договорных браках. Что с этим прикажете делать? М-м? Сколько я ещё должен прикрывать ваши задницы?

— Если бы эти львицы сами не прыгали к нам в койку никто бы их не попортил, — самодовольно усмехнулся я.

— Отец, ты же знаешь, что мы никогда и никого не принуждали, — серьёзно ответил Лео. — Никто из них не был против…

— Хватит! Вам по двадцать три года. Уже не котята безмозглые, а львы! Альфы, мать вашу! — Отец разошёлся не на шутку: того и гляди сейчас пар из ушей пойдёт. — Пора бы уже начинать головой думать, а не только членом. Кому я прайд передавать буду!? М-м? Я в ваши годы уже был женат на вашей матери и один занимался делами прайда.

— Вот-вот! — возмущённо возразил я. — Ты был женат на маме, на своей истинной! А нам пытаешься навязать договорной брак с какими-то львицами.

— Отец, мы уже не раз обсуждали эту тему, — нахмурился Лео. — Мы женимся только на истинной. И ждать будем столько, сколько будет нужно.

Я непонимающе уставился на брата.

Почему он не скажет правду? Мы ведь уже нашли свою пару.

Я открыл было рот, чтобы выложить отцу всех наших козырей, но упрямый взгляд Лео заставил притормозить.

Какого хрена? Что ты опять задумал?

— У нас будет так, как у вас с мамой: только по любви. И только с истинной.

Когда разговор зашёл о маме, отец немного смягчился и, покачав головой, устало вздохнул:

— Истинную можно ждать годами, десятилетиями, но так и не встретить её. А вам уже пора бы и потомством обзавестись. Прайду нужны наследники. Ладно, вернёмся к этому разговору чуть позже, а сейчас есть дела поважнее. Сегодня мне звонил Рэйнан Грин (Главный герой романа «Истинная для отшельника»). Они закончили зачистку всех расположенных на территории Северной Америки лабораторий, где держали похищенных оборотней. По словам Грина, при обыске в одной из лабораторий пропали важные документы: данные опытов и сведения о расположении нескольких кланов. Видимо кое-кому из персонала удалось скрыться и вывести документы из страны. Рэйнан говорит, что, по всем сведениям, следы беглеца ведут в Австралию.

— Вот, сволочи! — выругался Лео. — Думаешь, они скрываются где-то здесь, на нашей территории?

— Да. Скорее всего они будут пытаться организовать новую лабораторию для своих грязных опытов. Если уже это не сделали! — сквозь зубы процедил отец. — Наша задача — пресечь на корню все попытки людей сделать из нас подопытных крыс!

— Рэйнан дал какую-то информацию? С чего нам начинать поиски?

— Карл, уже занялся этим вопросом. Он тщательно проработал информацию, которую мы получили от Грина, и ему удалось установить, что все ниточки ведут к человеку по имени Джеймс Салливан. Это крупный американский учёный, биолог. Специализируется на генной инженерии. Семь месяцев назад прибыл из Соединённых Штатов в Австралию. И, как недавно выяснилось, работает на правительство.

— Думаешь, это он спёр документы?

— Скорее всего. Но это пока не точно. Завтра утром Карл вылетает в Вашингтон, чтобы собрать, как можно больше информации об этом докторишке. Мы должны всё проверить, прежде чем принимать какие-то меры. Но сейчас не об этом. Есть ещё некий, Марк Либерман. Он работает в Квинслендском университете на кафедре биологии, и постоянно отирается рядом с Салливаном. Я уверен, что они связаны.

— И что ты хочешь? — прищурившись спросил я.

— Хочу, чтобы вы проследили за ним. Узнали кто он такой, чем дышит, с кем живёт. Мы должны знать о нём всё! В том числе и все слабые места. В будущем это может пригодиться. Надеюсь справитесь?

— Конечно, отец, — кивнул я. — Завтра займёмся этим парнем.

— Почему ты не сказал отцу, что мы нашли истинную?

— А смысл? Он же сразу пристанет: кто такая, из какого прайда… А мы сами о ней ещё ни черта не знаем. К тому же, она — человек! Сечёшь? — Лео выразительно выгнул бровь. — Думаю, пока ему такие потрясения ни к чему.

— Хочешь сказать, он будет против?

— Не думаю. Но ты прекрасно знаешь отца: если ему что-то взбрендит… Лучше всего будет поставить его перед фактом, когда наша киска уже будет с метками. Ладно, я в душ. Позже увидимся.

— Давай.

Я тоже направился в свою комнату, чтобы принять душ и переодеться, но расслабиться до конца так и не смог. Все мысли в голове были только об одном — о незнакомке, которая в один краткий миг сумела разжечь во мне настоящее пламя. К тому же, она не на шутку возбудила интерес моего внутреннего зверя, что не удавалось ещё ни одной женщине. Древние инстинкты уже во всю бурлили в крови: завладеть самкой, отметить её своей меткой, а потом… залюбить до потери пульса.

Истинная… Моя истинная! Единственная женщина, созданная природой только для меня и моего брата. От воспоминаний о её сладком запахе кружится голова и хочется рычать на весь мир: «Моя, моя, моя!».

Стоило снова подумать о ней, как зверь внутри начал сходил с ума требуя скорейшего воссоединения со своей самочкой. С нашей сладенькой киской.

Чёрт! Кажется, я скоро сам начну рычать как ненормальный. Меня уже всего потряхивает от нетерпения.

Не в силах больше сидеть в комнате я отправился к брату.

— Лео, ну что, есть какие-то новости от Арона? Он узнал что-нибудь о девушке?

— Нет, он пока не звонил.

Лео взял в руки сотовый и тот, тут же ожил в его руках мелодичной трелью.

— А вот, кстати, и он, — довольно улыбнулся брат. — Да, Арон, я слушаю.

— Мистер Макларен, я проследил за девушкой. Она живёт в доме некоего Питера Либермана. По словам соседей девушка не местная, скорее всего гостья или подруга его дочери. Если хотите, я могу копнуть глубже.

— Ты сказал: Либерман?

Лео свёл брови на переносице и посмотрел на меня.

Я тоже насторожился. Уж слишком странное совпадение. Фамилия Либерман совсем не типична для Австралии, поэтому вряд ли в одном Брисбене найдётся несколько Либерманов.

— Да, — ответил Арон.

— А у него случайно нет сына по имени Марк?

— Есть.

Оп-па! А вот это уже становится интересным.

И какого спрашивается хрена наша киса живёт в доме этого мудака?

Не нравится мне всё это. Ох, не нравится!

— А ну-ка, с этого места давай поподробнее…

На следующий день, прямо с утра, мы отправились в аэропорт, где сели на самолёт до Кэрнса. Ну, а уж там, на специально нанятом Марком внедорожнике поехали в объезд туристического маршрута в самое сердце дикого австралийского леса.

С Марком я решила вести себя, как и раньше — по-дружески. Словно ничего не случилось — и мой вчерашний позорный прокол, был всего лишь страшным сном. Либерман, слава Богу, игру мою поддержал и тоже вёл себя, как ни в чём не бывало.

Как гора с плеч, честное слово!

В душе я была очень благодарна ему за это.

Ну, а когда мы приехали на место, то меня захлестнуло такими эмоциями, что про всё остальное я напрочь забыла. Первые несколько минут даже сказать толком ничего не могла: восхищённо крутила головой в разные стороны и тихо охала. Потому что, увидеть своими глазами такое великолепие — это просто, вау!

Самый настоящий тропический лес, с гигантскими деревьями, увитыми толстыми лианами. Они, словно надежные стражи поднимаются высоко, к самому небу; сплетаясь мощными ветвями между собой образуют необыкновенные и грациозные купола. А какие тут папоротники огромные, просто нереальные! Они будто сохранились здесь ещё с доисторических времён.

Атмосфера в джунглях очень необычная, такая, что дух захватывает. Каждый шаг, каждый вздох наполняет меня необыкновенной энергией и диким восторгом. Это поистине волшебное место — оно восхищает, поражает и завораживает.

— Красотища! — выдохнула я.

Дедушка надел очки, подошёл к ярко-алому цветку свисающему прямо с дерева и пробормотал:

— Да, настоящая райская обитель для многих редких растений и животных.

— По мнению некоторых учёных, возможно, это самый древний тропический лес на планете, — деловито пояснил Марк.

— Ну конечно, не зря же его внесли в список Объектов Всемирного Наследия ЮНЕСКО.

Да, я хорошо подготовилась перед поездкой. Проштудировала кучу литературы, чтобы, как говорится, не ударить в грязь лицом перед зарубежными коллегами. Но сейчас, увидеть всё своими глазами, пощупать, прикоснуться к настоящему памятнику живой природы — это непередаваемые ощущения.

— Ой, смотрите! Там на дереве… это же Белый Какаду! — воскликнула я.

На раскидистом дереве, на одной из толстых веток сидел довольно крупный белый попугай Какаду. Заметив наше внимание, птица сразу же распустила свой светло-желтый хохолок на голове и начала издавать громкие звуки.

— Какой красавчик!

Я тут же раскрыла свой фотоаппарат и начала снимать на камеру экзотическую птичку.

— Ладно, пойдёмте поищем гнёзда казуаров, — предложил Марк.

— Сейчас, подождите, я хочу сделать ещё парочку снимков.

Настраиваю фокус объектива, как вдруг, боковым зрением замечаю мелькнувшую рядом крупную тень. Поднимаю глаза и замираю в оцепенении.

Рядом с нами, буквально в десяти шагах, стоит огромный лохматый лев, и с явным интересом наблюдает за нами.

Это что, шутка такая?

Нет, правда, я сначала сама не поверила, думала, что у меня глюки в глазах.

Ну откуда здесь, в Австралии, взяться льву? Это же просто невозможно.

Львы в Австралии не водятся! Это общеизвестный факт.

Так откуда же взялась эта зверюга?

— Деда-а-а, это… это что, лев?!

Обернувшись, дед выдохнул с надсадным свистом:

— Похоже, что да.

Я сделала пару шагов назад.

— Львы же не водятся в Австралии?

— Не водятся, — подтвердил дедушка.

— Тогда откуда он здесь взялся? — истеричным шёпотом спрашиваю я.

Дед с Марком как-то странно переглянулись, обменявшись только им понятным немым диалогом. Кажется, они тоже не на шутку напуганы. Дедуля нервно трёт свою бороду (он всегда так делает, когда волнуется), а взгляд Марка всё время мечется из стороны в сторону, будто выискивает что-то. Или кого-то?

Чёрт, да мне самой страшно так, что подгибаются коленки. А, когда этот зверь лохматый ещё и рыкнул громко, то моя душа вообще скатилась в куда-то в пятки.

— Так, Алиса, сейчас медленно отступаем к машине и забираемся в салон. Только не делай резких движений, — скомандовал Марк.

Боже, какой же он огромный, этот лев! Мощные лапы, шикарная грива, шерсть лоснится в лучах пробивающегося сквозь деревья солнца.

Всё-таки правду говорят, что лев — истинный царь зверей!

Но, насколько красиво не выглядел бы этот хищник, страх он вызывал — поистине жуткий.

Такой загрызёт в два счёта, и даже не подавится!

Когда лев, лениво подался вперёд и направился в нашу сторону, стало понятно, что он не просто так мимо проходил, а совершенно целенаправленно движется на нас.

Марк крикнул: «Быстро в машину!». И сам метнулся к салону автомобиля, выхватил с переднего сидения ружьё и направил ствол на зверя.

— Сейчас я его подстрелю.

А мне, понимаете, стало вдруг жалко котика. Хоть и такого зверски опасного. Лев ведь, по сути, ни в чём не виноват. Он — охотник, и им сейчас движут естественные природные инстинкты.

В природе львы — хищники, и находятся на вершине пищевой цепочки. У них нет врагов, кроме человека. Но зверю ведь не объяснить, что людей есть нельзя. А он наверняка считает нас добычей.

Но мы ведь не браконьеры какие-то, а биологи! Мы должны защищать животных, а не убивать их.

— Марк, не надо! Не стреляй! — закричала я. Вцепилась одной рукой в ствол ружья, другой — в Марка, буквально повиснув на мужчине. — Мы же не браконьеры. Так нельзя…

— Отцепись, дурочка! — сквозь зубы зашипел Марк пытаясь меня стряхнуть. — Зверь нас всех порешит!

— Не надо его убивать! Просто припугни и он убежит.

Я резко дёрнула ружьё вверх, и оно неожиданно выстрелило, оглушая округу громким «Бах!». Пуля отрекошетила о ствол дерева и в льва, слава Богу, не попала.

Я была уверена, что после этого зверь испугается и убежит, но не тут-то было… Эта зверюга клыкастая только оскалилась ещё сильнее, выказывая нам своё недовольство. А в следующее мгновение за нашими спинами раздался ещё более устрашающий и леденящий душу звериный рык.

Мы резко обернулись и оцепенели от ужаса.

На кузов нашего внедорожника запрыгнул ещё один огромный лев и, обнажив клыки, грозно зарычал.

Ну всё, думаю, теперь нам точно конец!

Так страшно и жутко мне ещё никогда не было. Казалось, что сердце в этот момент просто остановится нафиг!

Ладно один лев, непонятно откуда взявшийся посреди австралийского леса, но два — это уже перебор. К тому же, эти кошаки ещё и агрессивные какие-то — на людей нападают.

Вот сейчас я уже реально задумалась о том, что, если ничего не сделать — нам всем крышка!

Неужели всё-таки придётся поступиться своими принципами и стрелять по беззащитным котикам?

Хотя беззащитными их вряд ли назовёшь. Вон, какие морды у них наглые. А главное — уверенные в том, что добыча просто не имеет права сопротивляться.

Марк начал судорожно перезаряжать ружьё, а лев вдруг резко подался вперёд и одним молниеносным движением лапы выбил оружие из его трясущихся рук.

— Чёрт! — выругался Либерман и метнул взгляд на деда. — Степан Петрович, попробуйте достать второе ружьё. Оно там, на заднем сидении.

Дед сделал осторожный шаг в сторону автомобиля, попытался открыть дверцу, но, не тут-то было — второй зверь будто каким-то немыслимым образом понял его намерения и провернул ответный манёвр ударив мощной лапой по стеклу, отчего то, со звоном разлетелось на мелкие осколки.

Вот это, да-а!

Разве животные так умеют?!

Надо же, какой сообразительный лев!

Что-то мне подсказывает, что эти зверюги так просто отпускать нас не собираются.

Я знаю, что некоторые львы-одиночки охотятся в паре, потому что вместе намного удобнее загонять и ловить жертву. Такие особи наиболее опасны в природе. А эта парочка, похоже одна из таких.

Когда лев низко и утробно зарычал, царапая острыми когтями капот нашей машины, я взвизгнула, и инстинктивно прижалась к Марку. А львы, теперь уже оба, зарычали ещё более агрессивно, отчего у меня каждый волосок на теле дыбом встал.

А дальше всё происходило будто в каком-то страшном сне. Марк схватил меня за шиворот рубашки и с силой оттолкнул в сторону оставшись один на один между двумя разъяренными хищниками. Он выхватил из заднего кармана пистолет, но воспользоваться им так и не смог — львы набросились и повалили его на землю. Упав, Марк коротко вскрикнул, и больше не шевелился.

Боже, они его убили?!

Загрызли!

От шока я пронзительно закричала и начала бить кулоками по капоту машины пытаясь громким звуком отвлечь хищников от мужчины. И мне удалось — львы перестали трепать Марка и повернули головы в мою сторону.

— Алиса, давай на дерево. Живо! — скомандовал дедушка.

«Какое дерево?» — мелькнула в голове истеричная мысль.

Разве львы не умеют лазить по деревьям? Я всегда думала, что наоборот.

Но здраво мыслить сейчас, поверьте, не получается. Адреналин в крови хлещет с такой силой, что сердце буквально выпрыгивает из груди.

Даже не знаю, как мне удалось так шустро запрыгнуть на ближайшее дерево, ведь на нём было всего лишь пара тонких сучков, и широченный ствол. Это я уже потом начала об этом думать, когда сидела верхом на толстой ветке высоко над землёй.

Наверное, в момент настоящего страха человек и не на такое способен. Как говорится: жить захочешь — не только на дерево залезешь.

Оглянулась по сторонам с тревогой выискивая глазами деда и, выдохнула с облегчением, когда увидела его на соседнем дереве чуть пониже.

Слава, Богу! Лишь бы львы теперь не надумали полезть за нами следом.

Может эти зверюги всё же передумают обедать нами и уйдут?

Как бы не так — львы даже не собирались отступать! Они медленно и целенаправленно двинулись к дереву, на котором сидела я.

Ой, мамочки! Что же теперь будет?!

Эти два лохматых кота подошли ближе и демонстративно начали точить когти о ствол «моего» дерева. И при этом так плотоядно на меня смотрят, будто я самым вкусный и желанный приз в их совместной охоте.

Божечки, ну вот что они к нам прицепились?!

Когда один из львов неожиданно подпрыгнул, вонзившись острыми когтями в ствол дерева и протяжно взревел, я громко взвизгнула и закричала:

— Брысь!!!

Конечно, такому кошаку, как этот, моё «брысь» вряд ли о чём-то скажет. Но это единственное, что на тот момент пришло мне в голову.

Лев ощерился, облизнулся и спрыгнул вниз, заставив меня всё же поверить в силу магического слова.

— Алиса, ты в порядке? — крикнул мне дедушка.

— Нет, блин, не в порядке! Если мы ничего не придумаем — они скоро сожрут нас! Марк…, — Я с тревогой посмотрела на лежащего на земле мужчину. — Неужели они загрызли его?

— Алиса, постарайся дотянуться и сломить какую-нибудь толстую ветку, — советует дед. — Отмахивайся от них!

— Ты издеваешься? Да эта палочка для них, как зубочистка. К тому же, это может ещё сильнее их разозлить!

— Надо отвлечь львов, Алиса. У меня в рюкзаке есть ещё один пистолет. Если они снова начнут лезть на дерево отвлеки их, а я проберусь к машине.

— У вас там что, склад оружия в багажнике? — удивилась я. — Такое ощущение, что мы не на птичек смотреть приехали, а охотиться на мамонтов!

— Если бы ты не помешала Марку, мы бы вообще не попали в такую ситуацию, — с упрёком заявил дед.

— То есть, ты считаешь нормальным убивать животных на территории Национального парка? Деда, о чём ты говоришь?!

— Да никто не собирался их убивать! — горячо возразил дед. — Ружьё было заряжено транквилизатором. Звери бы просто уснули и всё. А теперь нам самим придётся выпутываться.

— Надо было раньше говорить про транквилизатор, — буркнула я, глядя на парочку вальяжно расположившихся у дерева хищников.

Вот же, котяры наглые! Развалились тут и, уходить, похоже вообще никуда не собираются.

— У меня есть идея получше, — улыбнулась я. Сняла с плеч рюкзак, в котором у меня лежали бутерброды для перекуса, достала кусок ветчины и посмотрела на притихших внизу львов. — Эй, котики-и-и, хотите колбаски?

Дедушка округлил глаза глядя на меня, как на умалишённую.

— Ты что творишь, Алиса? — шикнул он.

— Отвлекаю львов. Ты же сам просил. Смотри какие у них глаза голодные.

Я наклонилась пониже и бросила кусок ветчины одному из львов. На что этот, засранец, вообще никак не отреагировал. Даже не понюхал!

— Ах ты, морда усатая! Зажрался, гадёныш! Ешь давай! Вкусная же колбаса!

Лев посмотрел на меня ещё более плотоядным взглядом, рыкнул глухо и лениво привалился к своему приятелю прямо под деревом. По всему видимо демонстрируя нам, что они тут надолго.

— Зачем колбаса, когда на дереве сидит более аппетитная добыча, — с горечью усмехнулся дедушка.

— Это ты так сейчас меня успокаиваешь? Спасибо, дедуль.

Мы с дедом решили принять выжидательную позицию. Раз уж львы больше не проявляют агрессию и не пытаются пообедать нами, значит есть надежда, что они вскоре потеряют к нам интерес и уйдут.

Не знаю сколько времени мы вот так просидели на дереве, но по ощущениям, как целая вечность. Вот только звери так никуда и не делись — развалились на траве недалеко от дерева и, кажется, просто уснули. Слишком уж расслабленными выглядели эти усатые засранцы.

Дедушка маякнул мне жестом, что собирается спускаться, и я замерла в напряжении.

Только бы они не проснулись!

Аккуратно спустившись с дерева, дедуля начал медленно пробираться к машине. Львы лежали смирно и не подавали признаков жизни, но, как только он открыл багажник — оба хищника распахнули глаза. Как будто только и ждали сигнала.

— Деда, беги! — крикнула я, задыхаясь от паники, когда львы вдруг подорвались с земли и ринулись к нему.

Дед схватил дорожную сумку и побежал к дереву, но добежать не успел — один из львов вцепился в неё зубами и со страшным рыком выдрал у него из рук. Второй же начал оттеснять его к дереву.

Благо, что дедушка не растерялся, развернулся и полез на дерево. А львы, разодрав сумку в клочья, полезли за ним.

Вот, чёрт!

Они же сейчас сожрут его!

Сердце в груди заколотилось от ужаса, и я сама не поняла, как спрыгнула с дерева. Подбежала к львам и, схватив обоих за хвосты, потянула вниз.

— А ну, пошли вон, морды усатые! Брысь!

Закричала пронзительно, и сама ошалела от собственной смелости.

Или глупости?

Да черт его знает, просто в момент, когда адреналин хлещет по венам — здраво мыслить совсем не получается. Страх за жизнь дедушки перекрыл всё остальное.

Львы спрыгнули с дерева и, плотоядно облизываясь, двинулись на меня. Медленно, неспеша обходя меня с двух сторон.

Мама…

Мамочки!

Мне конец!

Я попятилась назад с трудом переставляя ватные от страха ноги. А потом, в какой-то момент поняла, что — всё! — больше не могу сдвинуться с места. И даже отчаянный крик дедушки: «Беги, Алиса! Беги!», не смог привести меня в чувство. Меня будто парализовало от ужаса.

Когда львы подошли ближе, потрясая своей огромной мощью и силой, мои ноги тут же подкосились и я рухнула на землю. По телу прокатилась волна крупной дрожи, а сердце истерично забившись в груди, чуть не выпрыгнуло наружу. Я судорожно втянула в себя воздух и крепко зажмурила глаза, мысленно уже простившись с жизнью.

Потянулись мучительные секунды ожидания. Но, к моему удивлению, меня никто не начал грызть и рвать на куски. Вместо этого я почувствовала, как два тёплых шершавых языка облизали мне лицо.

И что это значит?

Они передумали меня есть? Или перед трапезой решили поиграть с едой? Посмаковать, так сказать, растянуть удовольствие.

Ни тот, ни другой вариант мне совсем не нравится. Уж лучше бы сразу… чем мучиться в ожидании смерти.

Я приоткрыла один глаз, но рядом со мной уже никого не было. Судорожно распахнула глаза и начала оглядываться по сторонам.

Львов действительно нигде не было видно.

Они ушли?

Что, правда?!

Облизали меня и ушли? Вот так просто?

Боже, спасибо тебе! Спасибо, что не дал им меня сожрать!

— Алиса, ты в порядке? — услышала я взволнованный голос деда.

Он всё так же сидит на дереве. Вернее, висит уцепившись одной рукой за сук дерева, а другой — обхватив его толстый ствол.

— К-кажется, да.

Я поднялась с земли и на негнущихся ногах поплелась к деду, помогла ему спуститься с дерева придерживая за ноги.

— Ох-х, хо-хо. Старость — не радость, — заворчал дедуля. — Не в том я возрасте уже, чтобы по деревьям скакать.

— Да я вообще удивляюсь, как ты умудрился на него запрыгнуть.

Дедушка посмотрел на меня и выразительно вздёрнул бровь.

— Жить захочешь…

— Ну да, согласна, — улыбнувшись кивнула я. — Как думаешь: почему львы меня не тронули?

Дед нахмурился.

— Сытые были — вот и не тронули. Посмотри, как там Марк? Нужно уезжать отсюда поскорее пока они не вернулись.

Боже мой, Марк!

Спохватившись, я ринулась прямо к нему. Опустилась на колени рядом с его неподвижным телом. Одежда Марка была разодрана в клочья и кое-где на теле виднелись неглубокие кровавые раны от когтей и зубов хищников.

— Марк? — тихо позвала я.

Он глухо застонал, веки его затрепетали.

— Он жив, деда! Жив! — воскликнула я с облегчением.

— Его нужно отвезти в больницу. Помоги мне, Алиса. Надо дотащить его до машины.

Кое-как запихнув Марка в машину, первым делом мы отправились в ближайшую больницу Кернса. Надо было срочно показать Либермана врачу. Мало ли какие у него могут быть повреждения после схватки со львами. Но, слава Богу, ничего серьёзного доктор не обнаружил — все рёбра целы, повреждения внутренних органов нет. Порезы от когтей Марку обработали антисептиком, на более глубокие наложили швы.

По словам доктора Марку просто невероятно повезло после такой встречи с дикими хищниками отделаться, как говориться, легким испугом.

Эту ночь мы провели в гостинице, а на следующий день вернулись в Брисбен.

— Маркуша, слава Богу, ты дома! — запричитала Мария Васильевна, когда мы вошли в дом.

Вчера дед всё же позвонил родителям Марка и сообщил о произошедшем. Представляю, что они с тех пор, наверняка не находили себе места.

— Мам, ну перестань. Со мной всё в порядке.

— Как же, «в порядке»? Тебя чуть звери дикие не загрызли! И откуда только эти львы там взялись? Уму непостижимо!

— Мы думаем, что они скорее всего сбежали из зоопарка. Других вариантов просто нет, — пожала я плечами.

— Чёрт-те, что! Дикие звери свободно расхаживают по парку, где полно туристов, а администрации — хоть бы хны! В полицию заявить надо! — бурно жестикулируя руками возмущается мама Марка.

— Не волнуйтесь, Мария Васильевна, куда надо мы уже заявили. Самое главное, что всё хорошо закончилось, — успокоил её дед.

— А львы-то большие были? — спросила Соня с явным любопытством.

— Огромные! Просто нереальные! Вы себе даже не представляете, как сильно мы напугались, — с воодушевлением начала рассказывать я. Ведь сейчас, когда страх схлынул и всё уже благополучно закончилось, я начинаю воспринимать случившееся, как невероятное приключение, которое буду вспоминать ещё очень долго.

— Маркуш, а врачи что сказали? — с беспокойством интересуется Мария Васильевна, поглаживая сына по плечу. — Не сильно они тебя…

— Сказали, что жить буду, — усмехнулся Марк. — Ну правда, мам, со мной всё хорошо. Пара царапин и шишка на голове. Когда падал, ударился головой о корягу, — пояснил он.

— Ну и хорошо, — улыбнулась она удовлетворённо. — Чёрт с ними со львами! Главное, что ты жив.

— … А потом, я дёрнула этих кошаков за хвосты! — с воодушевлением рассказываю Софи все подробности нашей поездки.

Она ошарашенно округлила глаза.

— Как дёрнула? Прямо за хвосты?

— Ну, да. А что было делать? Я ведь думала, что они сожрут деда! Надо было что-то быстро решать, спасать его.

— Ну ты даёшь, Алиска! Я бы, наверное, умерла на месте, если бы увидела такую зверюгу. А ты ещё и за хвосты их потягала. Бесстрашная!

— Ага! — смеюсь я. — На самом деле знаешь, как я напугалась? Запрыгнула на высоченное дерево в две секунды. Даже сама не поняла, как там оказалась. А самое удивительное знаешь что? Львы ведь могли мне голову откусить на раз два, но они не тронули меня. Я думала, что мне уже — всё! — кранты. А они… только облизали… Представляешь?! Обслюнявили мне всё лицо и ушли!

— Офигеть! Не-е-ет, ты не бесстрашная, ты — бессмертная. Надо это обязательно отметить — твоё второе рождение, — глаза Софи загорелись огоньком предвкушения. — Так, решено: завтра идём в клуб. Надо развеяться и расслабиться.

— Завтра вряд ли получится, — вздохнула я. — Марк сказал, что завтра прилетают его коллеги из Мексики. Ну и, сама понимаешь: пока встретим, пока обсудим все детали экспедиции… Думаю, что затянется это надолго.

Софи упрямо поджала губы.

— Не проблема — пойдём сегодня, — она посмотрела на часы. — Думаю, собраться вполне успеем.

— Можно и сегодня, конечно. Вот только… мне совсем нечего надеть. У меня с собой только шорты, да футболки.

Софи широко улыбнулась.

— За это не волнуйся: у меня полно шмоток. Сейчас подберём тебе что-нибудь суперсексуальное.

Подруга соскочила с кровати, подошла к шкафу и, распахнув створки, задумчиво осмотрела содержимое.

— Та-а-а-к, чтобы выбрать? — Минута сомнений, а потом Софи сгребает в охапку все платья прямо вместе с вешалками и кидает их на кровать. — Будем мерить всё!

В комнату заглянула Мария Васильевна.

— Девочки, чем занимаетесь? — Она с любопытством осмотрела кучу платьев на кровати и улыбнулась. — Куда-то собираетесь?

— В клуб. Алисе надо расслабиться после всех пережитых стрессов. К тому же, скоро она умотает в свою экспедицию, и тогда мы вообще никуда не сможем сходить вместе.

— Это хорошая идея, — мягко улыбнулась Мария Васильевна, присаживаясь на краешек кровати. — Вот только… мне не очень нравится, что вы пойдёте совсем одни. И Марк, как назло, сейчас не в состоянии вас сопроводить.

Софи возмущённо фыркнула:

— Мам, мне уже не пятнадцать лет! Почему Марк везде должен таскаться за мной? Меня же все друзья засмеют! Либерман пришла в клуб за ручку со старшим братом…, — скривила она губы. — Пф-ф! Ни за что! Тем более, я же не одна пойду, а с Алисой.

София бросила на меня умоляющий взгляд, мол, ну поддержи меня, поддержи…

Ну вот как ей отказать? Особенно, когда на тебя смотрят глазами кота из мультика про Шрека.

— Мария Васильевна, да вы не волнуйтесь, всё будет хорошо, — Я обняла подругу и, потрепав её по макушке, улыбнулась. — Я присмотрю за Софи. Обещаем, что будем вести себя очень ответственно.

— Софи — и ответственно? Что-то я очень сомневаюсь, — скептически произнёс Марк неожиданно возникший в проёме двери.

Сонька тут же вспыхнула, и разъярённой фурией зашипела на брата:

— А тебя вообще никто не спрашивает…

— Софья! Следи за языком, — Мария Васильевна строго одёрнула дочь.

— Ма-ам, ну в самом деле: что за детский сад? Мне уже почти девятнадцать! Должна же у меня быть личная жизнь. Тем более… ты сама сказала, что Марк не в состоянии…

— Это ещё почему? Я же не присмерти лежу. Так что — я вполне могу пойти вместе с вами.

— Нет! Ты не пойдёшь! — верещит Софи. — Хватит уже меня контролировать!

— София, что за тон! — хмурится Мария Васильевна.

— Я отстаиваю свои права.

— Нет. Ты ведёшь себя, как ребёнок.

— Я не ребёнок!

— Ты хуже. Ты — избалованная, капризная девчонка, — подзуживает Либерман, заставляя сестру злиться ещё больше.

Кажется, обстановочка начинает накаляться.

Софи психует, Марк — всячески пытается её подколоть.

Знакомая ситуация…

Олежка, мой старший брат, тоже частенько доставал меня пока я была мелкая, глупая и все его слова воспринимала за чистую монету. Сейчас-то я понимаю, что это всё шутки были, а тогда — бесилась, вот как сейчас Софи.

— Бесишь! — шипит Софи. Хватает с кровати подушку и запускает её в Марка. Тот конечно же легко уклоняется от мягкого снаряда — он летит мимо и попадает аккурат прямо в дедушку, который проходил мимо по коридору.

— Ух ты! Что это у вас тут, война началась?

— Почти, — улыбнулась я.

— Так — всё! — прекратили балаган! — не выдержала-таки, Мария Васильевна и, всплеснув руками, подскочила с кровати. — Ведёте себя, как маленькие дети. Я очень извиняюсь, Степан Петрович…, — начинает она оправдываться перед дедом, на что тот, только с улыбкой пожимает плечами, мол, ну что с них взять — дети.

— А что случилось-то?

— Мы с Алисой хотим сходить сегодня в клуб, а нас не пускают, — иронично разводит руками Софи.

— Всё совсем не так, — ухмыльнулся Марк, сложив руки на груди. — Я просто предложил девочкам пойти вместе с ними. Сами понимаете: поздний вечер, клуб, подвыпившая молодёжь…

Дед понимающе качает головой.

— За вами последнее слово, Степан Петрович.

— Дедуль, ты же не против?

— Ну-у… Я думаю, что с Марком будет всё же спокойнее. Ну, сама посуди, Алиса: другая страна, другие люди, и ты здесь ничего не знаешь.

— Деда, но мы ведь…

Марк не дал мне договорить и заявил решительно:

— Так — всё! — дискуссия окончена. Я иду вместе с вами — и это не обсуждается. Всё-таки Алиса наша гостья и мы отвечаем за неё. Да и, Степану Петровичу, будет спокойнее.

— Да, мне так будет спокойнее, — поддакнул дед.

Софи тут же скисла и приуныла, а я наоборот — мысленно возликовала. Такой расклад меня более чем устраивал. Марк будет рядом — о чём ещё можно мечтать!

Лео

— Вы совсем с ума сошли? Зачем надо было светить себя в Кэрнсе?! — В ярости орал отец, когда ему доложили о нашей небольшой прогулке в парке Дейнтри.

— Мы следили за Либерманом, — спокойно ответил я. — Ты сам просил нас об этом.

Когда отец в бешенстве, лучшая тактика — это сохранять спокойствие и невозмутимость, дабы переждать бурю. А ещё лучше, чтобы мама сейчас была здесь — она лучше всех умеет усмирять его вспыльчивый нрав.

— Вот именно — я просил вас просто следить, а не щеголять перед ним вашими львиными задницами.

— Ну, что ты так разволновался, пап. Ничего же плохого не случилось.

— Ничего? Ничего, вашу мать! — взревел он и шарахнул кулаком по столу.

Мы с Тео обменялись напряжёнными взглядами.

Кажется пора вызывать тяжёлую артиллерию.

Мамуля, ну, где же ты?

— В вечерних новостях сегодня сообщили, что в парке Дейнтри замечены два льва свободно разгуливающие по территории. К тому же, они ещё и на человека напали! О чём вы думали вообще?!

— Отец, мы не хотели светиться. Так получилось, — ответил я. — Да и потрепали мы его, так… совсем немножко.

— Не думали они… А мне вот теперь расхлёбывать всё это, и заметать ваши следы, — заворчал отец. — Я бы и сам с большим удовольствием перегрыз этому уроду глотку. Но ни при свидетелях же!

— Ты что-то узнал о нём? — спросил Тео.

— Да. Сегодня утром звонил Карл из Вашингтона — он кое-что нарыл об этом типчике. Примерно год назад Марк Либерман приезжал в Америку, и пару месяцев работал вместе с Салливаном в его лаборатории.

— Это точно?

— Да. Есть множество документов, подтверждающих его связь с Салливаном. А когда началась облава на лаборатории Джеймс благополучно слинял в Австралию. Я уверен, что все эти месяцы, вместе с Либерманом, он создавал здесь, на нашей территории, свои адские лаборатории.

— И, что мы будем делать?

— Может взять этого ботаника по-тихому, а потом всю душу из него вытрясти пока не сознается, — предложил Тео.

— Вряд ли Либерман расколется просто так. Такие люди, как он — фанатики своего дела и насмерть стоят за свои убеждения. Думаю, эффективнее всего будет надавить на него. И как можно больнее, — оскалился отец.

— Что ты имеешь ввиду?

— У каждого человека есть слабости, которыми можно воспользоваться.

— Его семья? — догадался я.

— Да, — кивнул отец. — И самой лёгкой добычей будет его сестра, София Либерман. Сегодня поступила информация, что Либерман забронировал столик на четыре персоны в ночном клубе «Панда». С ним будет его сестра и ещё какие-то девицы. Информация проверенная — её имя числится в списке гостей.

При упоминании о «ещё каких-то девицах» мы с Тео переглянулись, мысленно понимая друг друга без слов. Наверняка среди них будет и наша девочка. Вот только отцу об этом знать пока не стоит.

— Так вот…, — отец поднял на нас с Тео сосредоточенный взгляд. — Ваша задача — выкрасть девчонку Либерман любыми способами.

— И как мы должны это сделать? — я с любопытством приподнял бровь.

— Думаю в этом деле вы и без советов справитесь, — усмехнулся отец. — Охмурить девчонку, запудрить ей мозги… в этом вам нет равных.

Что правда, то правда. Охмурить девушку — это для нас раз плюнуть. Вопрос в другом: захочет ли в этом участвовать мой зверь? Особенно после того, как он почувствовал запах своей истинной, запечатлелся с ней.

Думаю, что вряд ли.

Зверь не дурак, и природные инстинкты никто не отменял — меня сейчас влечёт только к одной женщине… К моей истинной. К моей киске!

— Отец… понимаешь…, — начал говорить Тео.

Видимо понял тоже, что и я, и сейчас хочет донести это отцу. Вот только чую я, что это плохая идея.

Ещё рано, братишка. Слишком рано.

— Хорошо, мы возьмёмся за это дело, — выпалил я прежде, чем брат выдал наш маленький секрет. — Можешь не переживать.

Тео зыркнул на меня с возмущением и явным непониманием. На что я лишь шикнул: мол, не мешай, я знаю, что делаю.

— Вот и отлично, — одобрительно кивнул отец. — Отвезёте девчонку на ранчо «Аврора». Там её никто не найдёт.

— А рабочие? — уточнил я.

— Там сейчас почти никого нет. Лошадей перегнали на южные пастбища, а на ранчо остался только Мартинес с женой. Я позвоню ему, предупрежу, что вы будете с гостьей. Он не будет задавать лишних вопросов.

— И что мы там будем делать? — скривился Тео, явно не обрадовавшись предстоящей перспективе. — Я не собираюсь нянчится с этой девчонкой.

— Присмотрите за ней несколько дней пока я не свяжусь с Либерманом. А там уже решим сколько её держать под охраной. Надеюсь, что он не дурак и будет сговорчивым. Нам просто необходимо, как можно скорее выяснить координаты их новой лаборатории, — сказал отец и хмуро добавил: — Пока они не успели замучить там десятки оборотней.

Когда мы вышли из кабинета отца Тео тут же одёрнул меня за руку, и зашипел сквозь зубы:

— На хрена ты согласился, Лео? Я не хочу торчать несколько дней на ранчо в компании этой девицы. И почему ты не дал рассказать отцу о нашей паре? Тогда и проблем было бы меньше. Поручил бы он это дело кому-нибудь другому…

— А ты сам не понимаешь, что ли? Наша кошечка живёт в доме Либермана, — Я выразительно вздёрнул бровь, ожидая, когда до брата наконец дойдёт правильная мысль. — А это уже, сам понимаешь: несколько странно. И подозрительно. Неизвестно, как отец отреагирует на эту информацию. Мы должны сначала сами во всём разобраться.

— Думаешь… она как-то связана со всем этим?

— Я не хочу об этом думать, но факты… слишком уж очевидны. Помнишь старика, который был с Либерманом? Алиса называла его дедом. Значит, они родственники. А старик явно был в курсе, что мы не просто дикие кошки, сбежавшие из зоопарка. Уж слишком слаженно они с Либерманом действовали, когда пытались нас подстрелить. А вот она…, — я выдохнул, собираясь с мыслями. — Знает? Чёрт, я не знаю пока, что думать.

— Ты прав: отцу пока не стоит знать об этом, — скривил губы Тео. — И, что ты предлагаешь сейчас делать?

Я широко улыбнулся, глядя на брата.

— У меня есть одна идея. Думаю, она тебе понравится…

— Это не годится, это — тоже…

Софи перебирает разложенные на кровати платья пытаясь подобрать для меня подходящий наряд для сегодняшнего вечера.

— Вот, это на тебе будет смотреться просто бомбезно, — Она взяла в руки ярко красное платье из блестящей ткани с длинным до неприличия вырезом на спине. Озорно улыбнувшись, подмигнула мне. — Такое, знаешь… с огоньком!

Я окинула критичным взглядом это безобразие и, сморщив нос, недоверчиво посмотрела на подругу.

— Ты что, издеваешься?

— Ну ладно-ладно, согласна: для тебя оно слишком вызывающее, — и, цокнув языком усмехнулась: — Из дома тебя в таком наряде вряд ли выпустят.

Она вновь принимается перебирать ворох нарядов откидывая в сторону «неподходящие».

— Чёрное, синее, золотое… Всё не то! А вот это, смотри-ка, по-моему, в самый раз. — Софи приложила ко мне короткое белое платье из лёгкой шифоновой ткани. — Уф-ф! Ты в нём похожа на ангелочка. Только нимба над головой не хватает. Но нет, слишком уж оно простенькое. Такое больше во вкусе Марка. А тебе нужно что-то более дерзкое, сексуальное и не слишком вызывающее. Ох, тяжёлый выбор…

Во вкусе Марка, значит?

Тогда я тем более должна его надеть!

Я пощупала ткань — она была очень нежной, воздушной и приятной на ощупь. И даже несмотря на короткую длину платье выглядело элегантно и весьма прилично, в отличии от тех нарядов, которые мне предлагала Софи раньше. Но самое главное — мне очень хочется произвести впечатление на Марка. А это платье на мой взгляд — идеально!

— Ты знаешь, а мне нравится.

Софи скривила пухлые губки.

— Ты уверена?

— Да, — решительно заявила я.

Вот только ближе к вечеру моя решимость стремительно сошла на нет.

Я долго крутилась перед зеркалом разглядывая своё отражение и никак не могла побороть внезапно накатившую неуверенность.

Может зря я так вырядилась? Вряд ли Марк обратит на меня внимание, как на женщину. Для него я, похоже, так и осталась всего лишь внучкой его руководителя. Он ведь даже на поцелуй мой никак не ответил. А значит… ему всё равно.

Боже, как же больно это осознавать. Но, наверное, было бы ещё больнее, если бы он сказал мне это глядя в глаза. Я бы тогда точно умерла на месте, не смогла бы пережить такого позора. Признаться в любви, а в ответ получить отказ — это самое худшее, что может случиться с человеком.

Я должна взять себя в руки. Мне это просто необходимо. Надо поглубже спрятать свои чувства и сделать вид, что всё как прежде. Ведь нам с Марком ещё работать вместе несколько недель.

Мне нельзя раскисать. Не сейчас.

Плакать и зализывать раны буду потом, когда вернусь домой.

Убедив себя в том, что не стоит рушить дружеские отношения с Либерманом ради несбыточных надежд, я немного успокоилась. Но, каково же было моё удивление, и, что уж скрывать, дикая радость, когда на лице Марка отразилось настоящее изумление стоило ему увидеть меня в коротком белом платье и с распущенными по плечам волосами.

Ему нравится?

Да, ему нравится!

Боже, кажется, именно об этом взгляде я мечтала всю жизнь!

Моё внутреннее эго возликовало победным кличем.

Я спустилась по лестнице нарочито медленно растягивая этот момент, чтобы Марк успел рассмотреть меня во всех мельчайших деталях.

И он успел — это было видно по его загоревшемуся взгляду, заинтересованно блуждающему по моему телу.

— Привет, — поздоровалась я и кокетливо улыбнулась. — Я готова.

Марк застыл, видимо, не зная, что сказать и продолжая пялиться на меня совсем не по-дружески. Что конечно же было очень приятным и волнительным для меня. Такого эффекта я точно не ожидала.

— Э-э-э…, — протянул он, но закончить фразу так и не смог — снова застыл в ступоре.

Бедняжка, аж дар речи потерял.

— Ну как, нравится?

Весёлый голос Софии вывел Марка из оцепенения. Он принял серьёзный вид и перевёл взгляд на сестру, которая в это время спускалась по лестнице в коротеньком черном платье, что невероятно шло ей, идеально подчёркивая стройность её фигурки.

— Правда ведь, мы с Алиской красотки?!

— Бесспорно, — сипло выдохнул Марк, ещё раз окинув меня оценивающим взглядом. Потом правда быстро взял себя в руки и, кашлянув, произнёс в своей обычной воспитательной манере: — Ну вот — разве можно вас таких красивых одних отпускать? Кто-нибудь обязательно утащит.

Софи закатила глаза.

— Я тебя умоляю, Марк, так мы вообще никогда замуж не выйдем.

Либерман нахмурился и цокнул языком:

— Рано вам ещё замуж. Сначала надо учёбу закончить, а уж потом о замужестве думать.

— Какой же ты всё-таки зануда, — фыркнула Софи. — Хуже папы, честное слово!

— Оу, девочки, какие же вы красавицы! — восхищённо воскликнула Мария Либерман выходя из гостиной. За ней следом подтянулись отец Марка и мой дедушка.

— Красотки — спору нет! — улыбнулся Либерман старший. А потом, перевёл серьёзный взгляд на Марка. — Твоя задача, сын, смотреть в оба глаза, чтобы эту красоту никто не обидел и не увёл.

— Ясное дело, — фыркнул Марк.

— Маркуш, и смотри, чтобы девочки на алкоголь сильно не налегали, а то ещё не дай Бог…, — качает головой Мария Васильевна.

— Уф-ф! Какие же вы все душные! — возмущённо воскликнула Софи. — С такой гиперопекой я точно останусь старой девой. И внуков вы не дождётесь. Какой нормальный парень захочет со мной знакомиться, если меня всё время держат под колпаком?

— Не волнуйся, красавица моя, старой девой ты не останешься, — смеётся Отец Софи и обнимает дочь привлекая её в свои объятия. — Когда придёт время мы найдём тебе отличного жениха — достойного и обеспеченного.

— Ещё чего! Я сама найду, — недовольно бурчит она. — У нас на дворе вообще-то двадцать первый век, а не средневековье.

— Так, ну всё, такси уже подъехало. Выдвигаемся, — командует Марк, деловито сунув руки в брюки.

— Надеюсь, вы вернётесь не слишком поздно? — спрашивает дед.

— Не волнуйтесь, Степан Петрович, часов в двенадцать будем дома. Верну их в целости и сохранности. — ответил Марк и, подмигнув мне, подтолкнул нас с Софи к выходу.

— Хорошо вам повеселиться, девочки.

Кричит нам в след мама Софи, на что та пыхтит недовольно надув губы:

— Да уж, повеселишься тут.

В клубе с мимимишным названием «Панда» было очень шумно: с танцпола гремела танцевальная музыка, под зажигательные ритмы которой тусуется местная молодёжь, а на сцене, словно инопланетянин, обвешанный светящимися проводками, сидел диджей и колдовал над своей аппаратурой.

Не скажу, что я большая любительница клубов, но здесь было прикольно. К тому же, перспектива побыть в обществе Марка в такой непринужденной обстановке — прельщает меня больше всего. Вдруг удастся потанцевать с ним, или ещё что-нибудь…

Про «ещё что-нибудь» думаю с замиранием сердца и боюсь даже мечтать, что между нами может случиться что-то большее.

Официант провёл нас к нашему столику, и когда мы устроились на мягких диванах, предложил меню.

— Прошу вас, что будете заказывать?

— Мне, пожалуйста, коктейль «Секс на пляже», — не растерялась Софи широко улыбнувшись официанту. — Это для начала. А потом, можно холодного пива или… может текилы? — заговорщически подмигнула она мне. — Алиса, ты любишь текилу?

Я пожала плечами.

Текилу я никогда не пробовала, но предполагаю, что это что-то очень крепкое. И, судя по хмурому взгляду Марка, попробовать мне её сегодня вряд ли удастся.

— Притормози, Софи! Ты сюда не напиваться пришла. Никакой текилы!

— Не будь занудой, Ма-а-арк! Мы же должны как-то отметить ваше счастливое спасение. Второе рождение можно сказать! Ну не пивом же отмечать.

— Пива будет достаточно, — безапелляционно отрезал Либерман и повернулся к официанту. — Будьте добры, нам холодного пива, а также вот эти горячие и холодные закуски.

Молодой парнишка-официант кивнул, записал наш заказ и растворился среди гостей клуба.

— Алис, может пока потанцуем? — предложила Софи уже во всю пританцовывая на диванчике.

— Можно, — улыбнулась я ей в ответ. А потом повернулась к Либерману и предложила, как бы между прочим: — Марк, ты не хочешь с нами?

В это время у Марка зазвонил сотовый, и он махнул нам, мол, нет, идите сами.

Я проглотила комок разочарования, но, тут же успокоив себя тем, что ещё не вечер, направилась за Софи в самый центр танцпола.

Первые биты новой песни взорвали зал оглушительным девчачьим визгом. Кажется, это был хит какой-то суперпопулярной австралийской группы. Вся молодёжь в зале пришла просто в дикий восторг и задвигалась под зажигательную музыку. Ну и мы с Софи не отставали — отрывались по полной.

Пока я танцевала, то всё время украдкой поглядывала в сторону нашего столика. Мне отчаянно хотелось, чтобы Марк посмотрел на меня, увидел, какая я красивая. Ведь я уверена, что сейчас, в свете софитов выглядела очень соблазнительно в этом коротком белом платье.

В моих фантазиях Марк видит, как я эротично изгибаюсь под музыку и пожирает меня взглядом. А потом, встаёт с дивана и решительно пробирается через толпу, подходит ко мне, обнимает сзади. Приживается всем телом, двигается вместе со мной под музыку и шепчет на ухо что-то нежное и безумно приятное…

Так, кажется, я слишком размечталась. Меня даже в жар бросило от собственных фантазий.

На деле же, Марк даже не взглянул в мою сторону. Он сидел на диване и всё так же разговаривал с кем-то по телефону, а потом и вовсе — встал и куда-то ушёл.

Чёрт, и угораздило же меня в него влюбиться.

Что ещё мне нужно сделать, чтобы Марк заметил меня?

В это время песня закончилась и Софи потянула меня за руку.

— Алиска, пойдём в бар пока Марк слинял. Выпьем по коктейльчику. Жарко — не могу!

— Ты уверена? Марк ведь запретил…

— Да ну тебя! Этот зануда так и не даст нам ничего вкусного попробовать. Детский сад, блин! — фыркнула Софи. Подойдя к бару, она уселась на высокий стул и кокетливо улыбнулась бармену: — Нам пожалуйста два «Секса на пляже».

— Для такой красивой девушки — всё что угодно, — игриво подмигнул ей бородатый парень.

Я присела рядом с подругой на барный стул.

Софи вдруг загадочно улыбнулась.

— Алиска-а-а, кажется тебе сегодня крупно повезло, — она кивнула в сторону. — Смотри, кто там...

Я проследила за её взглядом и обернулась.

Недалеко от нас, тоже за барной стойкой, сидели два парня. Те самые блондины, которых я встретила на пляже.

Близнецы потягивали из прозрачных стаканов янтарного цвета жидкость и не сводили с нас плотоядных взглядов.

Эх, хотела бы я, чтобы, Марк, вот так же посмотрел на меня — со страстью и желанием.

— А-а, это те — двое из ларца, одинаковы с лица. Помню, помню, — усмехнулась я, безразлично пожимая плечами.

— Эй, что за кислое лицо! — Софи толкнула меня легонько в бок. — Ты хоть видела, как они смотрят на тебя?

— На меня?

— Ну конечно! Это только слепой бы не заметил, — улыбнулась подруга. — Ты пока танцевала, Макларены тебя буквально пожирали взглядом.

Я тихонько скосила глаза в сторону близнецов.

Действительно — смотрят. Неотрывно и нагло. И взгляд у них при этом такой дерзкий, что аж мурашки по коже разбегаются в разные стороны.

Внутреннее чутьё подсказывает, что от таких экземпляров следует держаться подальше. Такие как они… безжалостно, и вдребезги разбивают женские сердца.

— Да нет, тебе показалось, — фыркнула я, скривив губы. — Может они… вообще на тебя смотрят.

— Ага, и при этом раздевают взглядом только тебя, — хихикает Софи потягивая через трубочку сладкий коктейль. — Я их сразу заметила, как только мы вышли на танцпол. Глазками постреляла, всё как полагается, но с той стороны ноль эмоций — они смотрели только на тебя. Алиска, это твой шанс! Похоже они оба на тебя запали. Ты только посмотри на них... Боже, какие же они красавчики. Настоящие альфа-самцы! Я бы с удовольствием замутила сразу с обоими.

Я чуть не поперхнулась коктейлем, когда до меня дошёл смысл её слов.

— Софи! Ну ты и Попрыгушка-стрекоза. А как же Лукас?

— Ну вот я и говорю, что, если бы не Лукас… я бы обязательно попытала счастье хотя бы с одним из этих красавцев, — смеётся Софи, а потом вздыхает: — Ну, а что? Вдруг повезёт! Ты знаешь сколько девчонок в этом зале мечтают о них? Да, пожалуй — все! Но, заметь: смотрят они только на тебя. Оба. А знаешь, что это значит?

— Что?

— Твои шансы удваиваются.

— Да ну тебя! Они мне совсем не интересны. К тому же, заводить романы у меня сейчас совсем нет времени. У нас же экспедиция, ты не забыла?

Я бросила короткий взгляд в сторону близнецов. Но этого мгновения вполне хватило, чтобы попасть в плен их странного магнетического притяжения.

Вот же… черти! Всё-таки, они действительно хороши собой. Красивые, холёные, модно одетые. В глазах наглый блеск самоуверенности. Сразу видно, что парни знают себе цену, чувствуют себя раскованно и уверенно.

Как там Софи сказала: «Альфа-самцы»?

Да, это определённо про них.

— О-о-о, Боже! — взвизгнула подруга и зашептала мне на ухо: — Кажется, они идут сюда! Оставляю тебя одну. И желаю удачи!

Софи весело мне подмигнула, допила залпом свой коктейль и, эротично покачивая бёдрами, слилась с танцующей молодёжью на танцполе.

А меня вдруг охватила настоящая паника. Особенно при виде уверенно приближающихся хищников.

Да, эти близнецы определенно были похожи на хищников, которые только что вышли на охоту. Вот только становиться их добычей мне совсем не хотелось.

Сама не могу объяснить почему, но эти парни действуют на меня как-то очень странно. Я это заметила ещё на пляже. У них такая подавляющая аура... А от откровенно-раздевающих взглядов по венам растекается настоящая лава. Становится жарко, и при этом всё тело начинает дрожать, будто в лихорадке.

Это чувство пугает меня. Поэтому, поджав хвост, словно трусливый зайка, я моментально сорвалась со стула и, огибая танцующих, начала пробираться к нашему столику.

Заметив мой «побег», Софи поспешила за мной.

Догнала меня и смеётся.

— Ну ты и дурочка, Алиска! Такой шанс упустила!

Мы сели за наш столик, на котором уже стояло заказанное Марком пиво и закуски. А вот самого Марка — так и не было.

— Я же сказала, что не собираюсь заводить романы. И романчики, и интрижки — тоже, — пытаясь утихомирить разволновавшееся сердце говорю я.

Софи улыбается, закидывая в рот кусочек жареной картошки-фри.

— А мне кажется, что ты просто струсила. Испугалась двойной атаки, да?

— Ничего я не испугалась! — горячо возразила я. — Просто не хочу — вот и всё. Завтра мы уезжаем в экспедицию на целую неделю. Не вижу смысла заводить какие-то знакомства.

Софи смеётся и продолжает подначивать:

— Трусишка! Труси-и-ишка!

Ладно, пусть думает так.

По правде говоря, я ведь действительно струсила. Хоть и не хотелось в этом признаваться.

Куда же Марк запропастился?

Если бы он сейчас был здесь, я бы чувствовала себя намного увереннее.

— Вот блин, только её здесь не хватало, — скривила губы Софи.

Я проследила за её взглядом и оторопела, заметив приближающегося к нам Либермана… под руку с какой-то девицей.

Это ещё кто такая?

Миниатюрная брюнетка с короткой стрижкой под Каре была одета в обычную офисную блузку белого цвета и длинную юбку ниже колен, чем выразительно выделялась среди гостей клуба. Глядя на неё, складывалось впечатление, что она только-только ушла из офиса и неожиданно решила заглянуть в клуб. Что очень странно, потому что девица по внешности больше напоминает Синий Чулок, чем заядлую клубную тусовщицу.

— О, Сара, привет! Какой неожиданный сюрпри-и-из.

Софи выдавливает из себя улыбку и при этом стреляет в Марка колючим и злым взглядом. Но он, будто ничего не замечая, отодвигает для этой девицы стул и приглашает присесть за наш столик.

— Я решил пригласить Сару. Надеюсь, вы не против? — Не спрашивает — ставит перед фактом. — Алиса, познакомься, это Сара Паркер — моя девушка и коллега по работе. Сара, а это Алиса — внучка Степана Петровича.

— Приятно познакомиться, Алиса, — широко улыбнулась девица.

— И мне… приятно.

Я попыталась улыбнуться в ответ, но вышло как-то вымучено.

Девушка Марка значит…

Она мне уже не нравится. Совсем!

Я вновь обсмотрела девицу, только теперь уже более придирчивым взглядом.

Ничем не примечательная заурядная внешность: светло-серые глаза, тонкие губы, едва тронутые розовой помадой, на носу очки в серебристой оправе. Я бы сказала так: обычная офисная мышь.

Неужели Марку нравятся именно такие?

Сразу почувствовала себя глупо в своём коротком белом платье и с чересчур ярким макияжем. Софи настояла на красной помаде, сказав, что на фоне невинного белого платья она подчеркнёт мою сексуальность. Сейчас же я вдруг осознала, что, наверное, в глазах Марка выгляжу скорее нелепо, чем сексуально.

И зачем я только послушала Софи?

Хотя… я же видела, как он смотрел на меня. Видела блеск в его глазах, его эмоции…

Неужели мне всё это просто показалось?

Я заметно сникла. Танцевать больше не хотелось, улыбаться и веселиться — тоже. А глядя на то, как Марк демонстративно приобнял Сару и что-то зашептал ей на ушко — вообще захотелось встать и уйти.

Теперь я, кажется, начинаю понимать: он специально пригласил эту девицу, чтобы показать, что мне с ним ничего не светит.

Я горько усмехнулась про себя.

Какая же я всё-таки дурочка. На что я надеялась?

Марк взрослый, серьёзный, а я… Кто я для него? Всего лишь подруга сестры и внучка его руководителя. Он никогда не посмотрит на меня по-другому…

Осознание этого вынудило сердце болезненно сжаться в груди.

— Ох, как я рада, что ты позвонил, Марк, — Девица жмётся к Либерману и начинает воодушевлённо тараторить: — Мне столько тебе всего нужно рассказать. Шейман закончил исследование привезённых тобой образцов и… ты не поверишь: результаты просто ошеломительные! А ещё у меня есть идея по поводу объекта номер пять…

— Сара! — Марк прервал поток её рассуждений и, кивнул, намекая забывчивой подружке о том, что они сейчас не одни. — Думаю, сейчас не стоит говорить о работе.

Девица ойкнула, обвела нас с Софи снисходительным взглядом и захихикала, прикрыв рот ладошкой.

— Ох, да, извини. Совсем забылась, где я. С нами же девочки, а мы тут о работе…

— Да-да, мы вообще-то тут, — фыркнула Софи переводя возмущённый взгляд с Марка на Сару. — И мы сюда пришли веселиться, а не о вашей работе слушать. Алис, пойдём уже танцевать, а то я умру тут от скуки.

Подруга тряхнула меня легонько за руку отвлекая от мучительных раздумий.

Я подняла потухший взгляд.

Настроения танцевать не было, но глядя на Марка, поглаживающего плечико своей подружки, прижимающего её к себе настолько близко и нежно, у меня вдруг всё вскипело внутри, поднялось и забурлило обжигающей лавой.

Правильно мама говорила мне: «Любовь должна быть взаимной».

Нет ничего хуже, чем безответная любовь. Она, словно страшная болезнь — убивает медленно и мучительно.

Я не хочу, чтобы у меня было так. Никогда не хотела.

В своих девичьих мечтах я представляла всё совсем по-другому...

Хочу любить и быть любимой. Хочу взаимности и нежности… Страсти хочу, чёрт возьми! Чтобы горело между нами, чтобы искры фантаном… Чтобы и минуты без меня не мог, а я — без него.

Вот так хочу, как в любовных романах, которые вечерами зачитывала до дыр. А всю жизнь смотреть на него побитой псиной и медленно умирать от тоски… Нет. Я просто не выживу так, не смогу.

Что же мне делать?

Забыть Марка навсегда? Смириться? Или попытаться бороться за своё счастье?

Вот на этом «или» меня замкнуло конкретно.

А что, если Марк просто не решается завести со мной отношения?

Ну, мало ли какие причины могут быть. Может он считает меня слишком маленькой для него, ведь он старше на двенадцать лет. А может — его просто отпугивает тот факт, что я являюсь внучкой его руководителя?

Но я же видела его взгляд сегодня! То, как он смотрел на меня, было совсем не по-дружески. Это был чисто мужской взгляд — жадный, оценивающий. А то, что он так спешно вызвонил свою подружку и буквально выдернул её с работы, говорит только об одном — он боится остаться со мной наедине. А значит… он не равнодушен!

От внезапной шальной мысли настроение резко подпрыгнуло вверх, а по телу прокатилась приятная дрожь предвкушения.

Но, как это проверить? Как убедиться в том, что это не очередная моя фантазия?

На мой взгляд проверить это можно только одним способом — вызвать в нём ревность.

Да, точно!

Насколько мне известно — это самый действенный способ. Моя школьная подруга, Катя Мальцева, всегда так проверяла чувства своего парня. Она говорила: «Если парень ревнует, значит я ему не безразлична. А если не безразлична — значит точно любит».

Сегодня мне предстоит проверить на деле эту её теорию. И если она верна… значит у нас с Марком всё ещё может быть!

Воодушевлённая своими мыслями я улыбнулась и кивнула подруге:

— Пойдём. Я тоже хочу танцевать.

— Прекрасно. — довольно замурлыкала Софи. — А вас, голубки, мы оставляем вдвоём. Не скучайте.

Марк отпил пиво из высокого стакана, окинул меня странным взглядом, прищурился.

— Ладно, идите, — благодушно махнул он рукой. — Только без глупостей. Поняла? Я буду за вами наблюдать.

Софи закатила глаза и, скривив губки, язвительно ответила:

— Да, «папочка»! Конечно, «папочка»! Обязательно, «папуля»!

Объект для осуществления моего плана нашёлся моментально. Я буквально врезалась в него носом, когда мы с Софи выскочили на танцпол.

Белая футболка, под которой отчетливо прорисовывается красивый рельеф твёрдых мышц — первое, что я увидела перед тем, как растерянно ахнуть.

Передо мной стоял один из тех близнецов.

Окинув меня жадным взглядом, блондин хищно оскалился:

— Привет, котёнок. Потанцуешь со мной.

Он не спрашивает, а ставит перед фактом. И в следующее мгновение уже нагло притягивает меня в свои объятия, не давая возможности сбежать или возразить.

Вот же… засранец! А главное — какой самоуверенный! И к тому же ещё и красивый до неприличия. Привык наверное, что девчонки перед ним всегда лужицей растекаются. И наверняка никто ни в чём не отказывает.

Да, знаем мы таких: всегда уверены в своей неотразимости, и считают, что могут позволить себе всё что угодно. Вот только со мной красавчик немного просчитался — мне он совершенно не интересен.

Нет, парень он, конечно, очень красивый. Спорить не буду. Стильный, загадочный, притягательный… Одним словом — мачо! И в другой ситуации я бы, наверняка, крепко запала на его колдовские глаза и манящую дерзкую улыбку. Но сейчас меня больше интересует совсем другой мужчина.

Мужчина моей мечты! Красивый, умный… недосягаемый. И я готова на всё, чтобы заполучить его, и его внимание.

Сначала, пыхтя от возмущения, хотела отшить наглеца, а потом вспомнила, что мне всё это, как раз-таки на руку, и этот в конец оборзевший мажор может мне очень даже пригодиться в осуществлении моего маленького корыстного плана по соблазнению Марка. Вернее, пробуждению в нём чувств, которые он так тщательно пытается скрыть, даже от самого себя.

Я расслабилась и, под одобрительные подмигивания Софи, позволила блондину увлечь себя в центр танцпола.

Музыка с ритмичный битов сменилась на медленную и все парочки в зале закачались под мягкий волнующий трек какой-то сладкоголосой дивы.

Парень уверенно заключил меня в свои объятия и улыбнулся.

— Ты такая красивая, Киска.

— Ты это всем девушкам говоришь? — хмыкнула я.

Блондин наклонился ниже и прошептал мне на ушко, обжигая его горячим дыханием:

— Ты — лучшая из всех.

Ну-ну, думаю я: стандартный подкат всех парней. Ничего нового.

Только вот что странно: моё тело отреагировало на его слова совершенно непредсказуемым образом. От жаркого шёпота и мужской близости по коже побежали толпы мурашек, внизу живота разлилось приятное тепло, и соски под тонким платьем стали невероятно твёрдыми. А ещё — вопреки здравому смыслу захотелось прижаться к нему ещё ближе. Хотя, куда ещё ближе — я и так практически слилась с ним. Всей своей кожей ощущаю невероятный жар его большого сильного тела и твёрдый рельеф упругих мышц.

Что вообще со мной происходит?

А когда за моей спиной вдруг стало так же горячо, как и спереди, и рук, блуждающих по моему телу, стало в два раза больше — я вообще чуть не обалдела. Обернулась и ахнула, заметив наглый блеск в глазах второго блондина.

Вот же…!

Даже не знаю, как их назвать. На языке крутятся одни неприличные слова. Но, как говорит моя бабуля: «Приличные девушки не выражаются». Поэтому, прикусив свой язычок, я недовольно засопела.

Парни же, уже вовсю меня лапали: нагло, бесцеремонно, будто я их девушка и они имеют на это полное право. И при этом не перестают шептать на ушко всякие нежности: то один, то второй… то оба сразу.

— Ки-и-иса… Сладкая...

— Такая нежная девочка…

— Наша кошечка…

— С ума сводишь, Кисуля!

Мурлычут вовсю, как два похотливых кота ранней весной.

Да-да, кроме как с представителями кошачьих у меня ни с кем их сравнить не получается.

В памяти сразу всплыли два льва, которые чуть не сожрали меня в заповеднике. Эти двое, такие же хитрые и наглые. А ещё — опасные. Потому что то, как они смотрят на меня… Этот хищный блеск в их глазах — он пугает и завораживает.

Энергетика и природная харизма у парней такая, что тут любая неприступная крепость дрогнет. И я бы, наверное, тоже дрогнула, поплыла, растаяла под двойным натиском этих сладкоголосых «котов», если бы в какой-то момент меня не привёл в чувство тяжёлый взгляд Марка.

Боже мой… Как он смотрит!

Кажется, я добилась того, чего хотела.

Неужели? У меня получилось?

Марк ревнует?

Да, он ревнует!

Жгучий, пронизывающий взгляд Либермана буквально прожигает меня насквозь, испепеляет. Его губы сжаты в тонкую линию, глаза прищурены.

Внутреннее чутьё подсказывает, что он наверняка борется сейчас с внезапными чувствами и анализирует дальнейшие действия.

Ну давай, Марк, смелее!

Дай волю своим чувствам. Выпусти их наружу. Покажи этим двум наглецам, что я твоя. Только твоя!

Чтобы подстегнуть любимого мужчину к активным действиям я решила ещё немного его подразнить. Пробежалась пальчиками по выпуклым, упругим бицепсам блондина и обняла его за шею. Прильнула к нему всем телом плавно и эротично двигая бёдрами под музыку. Второй близнец шумно выдохнул у меня за спиной и прижался ещё теснее к моей попке.

Чёрт, со стороны наше трио смотрится, наверное, ужасно развратно и порочно.

Ну, ещё бы — одна я и двое парней, как пауки, облепившие меня с двух сторон. А ещё эта музыка… мерцающие софиты и странная энергетика между нами... Того и гляди, парни скоро начнут пускать вход не только руки, но и губы. Я уже чувствую горячее дыхание на своей шее одного из близнецов и опаляющий взгляд другого.

Господи, скорее бы уже всё это закончилось. А то чувствую себя не в своей тарелке давая ложные надежды красавчикам. Ведь наверняка после танца они захотят познакомиться ближе и всё такое.

Но мне ведь это не надо!

Я с ними просто так… по необходимости.

Да, знаю, что поступаю низко, используя блондинчиков в своих корыстных целях. Потом мне будет ужасно стыдно за это. Но сейчас я могу оправдать себя только одним — всё, что я делаю, это только во имя любви.

Слава Богу, долго ждать не пришлось, и уже через минуту я увидела грозно приближающегося к нам Марка.

Вид у него был чересчур злой. Я бы даже сказала: яростный!

Ну-у-у… это ведь хорошо?

Или не очень?

Чувствую, что сейчас что-то будет.

Блин, кажется, я немного перестаралась.

— Руки от неё убрали! — рявкнул Марк на парней и силой выдернул меня из их цепких объятий.

Блондин, который стоял ближе к Марку резко развернулся и в буквальном смысле зарычал ему в лицо:

— А то что?!

Ой, мамочки! Он правда зарычал?

Как зверь?

Нет, скорее всего у меня просто галлюцинация, или я всё же неправильно поняла из-за вновь взорвавшей зал ритмичной музыки.

Ну, мало ли, что могло показаться в такой шумной обстановке.

Воздух вокруг сгустился и между мужчинами повисло напряжение. Это ощущалось абсолютно во всём: в убийственно-колючих взглядах и угрожающих позах.

Ну всё, думаю, сейчас мордобой начнётся. Поэтому быстро выискиваю глазами охрану, чтобы в случае чего оперативно позвать их на помощь. Марк, конечно, не маленький и довольно крупный мужчина, но против этих двух «самцов» ему скорее всего не устоять. Всё-таки двое на одного — это серьёзный перевес.

Блондины, словно хищники оскалились на Марка. А он… Он повёл себя как-то странно.

На лице Либермана промелькнула растерянность, будто он увидел то, чего совсем не ожидал. Он прищурил глаза сканируя близнецов «рентгеновским» взглядом; на скулах мужчины нервно заиграли желваки, взгляд стал тяжёлым и мрачным.

Марк схватил меня за руку и резко дёрнул на себя.

— Иди за мной, Алиса. Быстро!

Я даже ойкнуть не успела, как Либерман стремительно потащил меня через весь зал в сторону нашего столика.

Фух, кажется, пронесло. Мордобой отменяется.

И это меня безмерно обрадовало бы, если бы не странное поведение Марка…

Его движения были нервными и грубыми. Он с такой силой сжал моё запястье, что я невольно поморщилась от боли.

Да что с ним такое? Что происходит?

— Марк, подожди, — кричу я, но Либерман меня будто не слышит, прёт тараном как ледокол, прокладывая себе путь в потоке танцующей молодёжи. — Марк! Стой! Мне больно!

Мужчина резко остановился и пронзил меня острым, как игла взглядом.

— Ты совсем из ума выжила, Алиса?! — вдруг рявкнул он.

— Я не понимаю тебя…

— Не понимаешь? Ты позволила этим двоим лапать себя, как последнюю… дрянь! — взревел он и сморщился презрительно. — Ещё чуть-чуть, и они бы трахнули тебя в одном из сартиров клуба. От Софи я ещё мог ожидать чего-то подобного, но не от тебя.

Каждое его слово, как звонкий, хлёсткий удар по щекам. Неожиданно и очень больно. Кожа на лице тут же вспыхнула нестерпимым жаром, будто её кипятком окатили.

Но, что я сделала не так?

Ведь я всего лишь танцевала, как, впрочем, и все в этом зале. А то, что у меня было два партнёра… это ведь ещё ничего не значит! Я бы никогда не позволила близнецам ничего лишнего. Ну я же не дурочка совсем, и прекрасно понимаю, что делаю. Я всего лишь хотела…

«Да, Алиса, — горько усмехнулась сама себе. — Ты хотела, как лучше, а получилось — как всегда».

— Марк, я…

Хочу оправдаться, объяснить ему, как сильно он ошибается, но Либерман резко обрывает меня на полуслове и говорит сквозь зубы едва сдерживая свой гнев:

— Я взял на себя ответственность, Алиса. Я обещал Степану Петровичу, что верну тебя в целости и сохранности. Так и будет!

Марк совсем не доверяет мне. Не видит, как сильно я его люблю. И глупости творю только ради него, черт возьми!

— Но я… Я же ничего не сделала плохого. Марк! Мы просто танцевали…

— Ты вела себя, как шлюха! — скривился он, буквально выплёвывая обидные слова.

Вот, чёрт!

Зачем он так?

Глаза тут же защипало от навернувшихся на них слёз. Я почувствовала себя раздавленной и униженной. А самое больное — слышать эти слова от любимого мужчины. Чувствовать его презрение и видеть холод в глазах.

Это, как ножом по сердцу.

Невыносимо!

— Пошли. Вечеринка окончена! — Либерман снова грубо схватил меня за руку и, подведя к столику, велел сесть: — Садись и жди здесь. Я сейчас найду Софи, и мы поедем домой, — наклонился ко мне и пригрозил пальцем, как нашкодившему подростку. — И не смей никуда дёргаться, Алиса! Сара, присмотри за ней.

Подружка Либермана активно закивала. Когда же он ушёл, она прошлась по мне колючим, неприятным взглядом с презрительной ухмылкой, которую неумело пыталась спрятать в уголках губ.

— Ну ты даёшь, Алиса! Устроила тут… настоящие грязные танцы. Позорище!

Внутри что-то окончательно взорвалось, и меня буквально порвало от злости и негодования.

— Тебе-то какое дело?!

Да кто эта девица такая, чтобы учить и оскорблять меня? От Марка я ещё кое-как смогла выслушать поток этих обидных и несправедливых слов, но, от этой воблы сушёной — не стану!

— Мне-то всё равно, — хмыкнула «вобла», — А вот Марк… был неприятно удивлён.

Ну всё — с меня хватит!

Я подскочила с дивана и, зло поджав губы, решительно метнулась к выходу.

— Стой! Ты куда, Алиса!

Сара закричала мне вслед, подорвалась было за мной, но я, развернувшись, рявкнула её в лицо:

— Иди к чёрту!

Я выскочила из клуба как ошпаренная, порывисто расталкивая входящих внутрь гостей. Мне было всё равно, что об мне подумают или скажут. Плевать! Я даже не обратила внимание на возмущённый оклик охраны.

Меня всю трясло от обиды. Глаза застилали жгучие слезы, а в душе — был полный раздрай.

Марк несправедлив! Что я сделала такого предосудительного?

Всего лишь танцевала!

И что? Что в этом плохого?!

Но, вспоминая холодные, наполненные презрением глаза любимого мужчины меня охватило настоящее отчаяние.

Мне никогда не добиться его расположения. Всё напрасно…

Какая же я дура! И зачем я только решилась танцевать с близнецами? Зачем дразнила? Раньше я хоть на что-то могла надеяться, хотя бы на дружбу с Мраком, а теперь…

Черт! Надо же было так всё испортить!

Даже не представляю, как нам теперь работать вместе? Как общаться? Как смотреть ему в глаза?

А если Марк всё расскажет деду?

Бли-и-ин! Это же капец полный!

Дед точно будет недоволен. Он мне сразу сказал перед поездкой, чтобы вела себя, как паинька, иначе просто отстранит от экспедиции и отправит домой. Он у меня на этот счёт очень строгий. Любит дисциплину и порядок.

Что же делать?

Домой я точно не хочу. Я так мечтала об этой поездке, что готова абсолютно на всё лишь бы остаться здесь.

Надо поговорить с Марком. Объяснить ему всё. Извиниться.

Я уверена, что он всё поймёт, когда узнает, что только ради него я творила всю эту глупую дичь. Либерман всегда казался мне разумным и понимающим. Ведь даже тогда, после моего нелепого поцелуя — он тактично промолчал и сделал вид, что ничего не было.

Надеюсь, что и в этот раз поймёт.

Погружённая с головой в свои мысли я не сразу сообразила, что произошло, когда передо мной неожиданно остановился огромный чёрный внедорожник. А в следующую секунду кто-то подхватил меня на руки и проворно засунул в пугающую темноту салона дорогого авто.

Всё произошло настолько быстро, что я даже ахнуть не успела, как машина, резко сорвалась с места и на полной скорости рванула с парковки клуба.

Мамочки!

Это что сейчас такое было?

Меня что, похитили? Вот так просто?

Но зачем?!

Я шокировано захлопала глазами врезаясь взглядом в дьявольски довольное лицо блондинчика.

Что?!

Близнецы?

Перевела взгляд в сторону и увидела на водительском сидении второго блондина. В этот же момент он поймал мой взгляд в стекле заднего вида и, лукаво улыбнувшись, подмигнул.

Сердце в груди заколотилась с бешеной силой в очень нехорошем предчувствии.

Какого чёрта здесь происходит?!

Губы блондина, сидевшего рядом, растянулись в хищной улыбке.

— Ну что, Кисуля, продолжим наше знакомство?

Тео

— Что… Что происходит? — лепечет Алиса, испуганно вжимаясь в кресло.

А у меня просто крышу начинает сносить от её близости, от аромата её тела. Такого умопомрачительного, крышесносного, сладкого запаха нашей самочки.

Зверь внутри довольно урчит.

Наконец-то она наша!

Наконец-то я, не сдерживаясь, могу прикоснуться к ней, так, как хочется. Так, как велят внутренние инстинкты: заключить в объятия, вдохнуть сводящий с ума запах и целовать, целовать, целовать…

— Отпусти-и-и!!!

Пронзительный визг приводит в чувство. Я с неохотой выпускаю из рук брыкающуюся малышку и, словно пьяный, смотрю в голубые, распахнутые от ужаса глаза.

Чёрт! Сам не заметил, как сграбастал её в объятия поддавшись внутреннему инстинкту. Мой зверь требует поскорее поставить самочке метку, присвоить её себе. Ему невдомёк, что наша пара ещё не в курсе, что она… пара. Что она принадлежит теперь нам с братом. Вся, от макушки, до кончиков пальцев на ногах.

Кожа у Алисы просто охренеть какая нежная: гладкая, шелковистая. Я уже успел проверить, когда в пьянящем порыве чуть не завалил эту киску прямо тут, на заднем сидении.

Понимаю, что надо взять себя в руки, но ничего не могу с собой поделать. Близость и понимание того, что девчонка наконец в нашей власти — рвёт крышу, срывает к херам все предохранители. Никогда такого не испытывал, будто все природные инстинкты разом обострились во сто крат.

— Эй, Тео… полегче, — брат бросил на меня хмурый взгляд в стекло заднего вида. — Не пугай её.

Чувствую, что ему самому не терпится потискать нашу девочку, но он так же, как и я, изо всех сил сдерживает внутреннего зверя.

— З-зачем вы… Ребят… это уже не смешно, — пухлые губки подрагивают от волнения. — Выпустите меня. Пожалуйста.

— Теперь ты с нами, котёнок, — подмигиваю я ей.

Девочка округляет свои голубые глазки и смотрит на нас затравленным взглядом. А я вдруг начинаю чувствовать себя настоящим мудаком. Совсем не такой взгляд я хотел увидеть на её прекрасном личике.

С самого начала мы с Лео планировали всё совсем по-другому: хотели для начала обольстить малышку, очаровать, зажечь в ней интерес, а уж потом… попытаться уговорить её поехать с нами. Но всё полетело к чертям, как только вмешался этот лощёный хлыщ, Либерман.

Я конечно же не сдержался и выдал с потрохами свою звериную суть. Уверен, ботаник сразу же прочухал кто мы на самом деле. Натуру стервятника не скрыть — она мгновенно отразилась на его лице алчным предвкушением.

Уведя Алису к столику, Либерман сразу же бросился названивать своему куратору. Думаю, что совсем скоро здесь будет кишеть охотниками.

По словам отца и по сведениям надёжного человек из определённых кругов в правительстве ему сообщили, что за поимку живого оборотня правительство Америки пообещало кругленькую сумму. А это значит только одно — на нас объявили облаву.

Поэтому нам пришлось действовать быстро и без раздумий. Минуты промедления — и нашу девочку было бы уже так просто не забрать. А выставлять свою истинную сущность на всеобщее обозрение — хреновый вариант. Отец нам потом за это головы точно поотрывает.

Но, удача сегодня на нашей стороне — Алиса сама вышла из клуба. Даже выманивать не пришлось. Ну, а дальше уже дело техники: подогнали машину, девчонку на руки и — всё! — поминай как звали. Теперь ни одна сволочь не сможет вырвать её из наших рук. Эта кошечка наша!

— Что вы имеете ввиду?

Мы с братом переглянулись, мысленно перебирая в голове варианты, как лучше начать разговор.

Сказать ей в лоб, что мы оборотни, а она наша пара?

Нет, это не вариант. Вряд ли Алиса сможет сейчас адекватно воспринять эту информацию. Значит надо действовать по-другому, неспеша. Благо времени у нас скоро на это будет навалом.

— Не надо нас бояться, Алиса. Мы не сделаем тебе ничего плохого, — ответил Лео.

А я придвинулся ближе и провёл пальцем по оголённому плечику с удовольствием наблюдая, как девичья кожа мгновенно покрывается мурашками.

— Мы просто хотим… познакомиться поближе.

— Откуда вы знаете, как меня зовут? — настороженно спрашивает Алиса. — Я ведь… не говорила…

Мы с братом опять переглядываемся, а в это время у неё в сумочке начинает трещать телефон. Алиса моментально реагирует: достаёт смартфон, нажимает на «Принять вызов», и тут же начинает громко верещать:

— Марк! Спаси меня! Марк!

Бля-я-я, об этом я как-то не подумал, но решение принял, не раздумывая: выхватил телефон из дрожащих девичьих рук и без колебаний вышвырнул его в окно.

— Тебе он больше не понадобится.

Ещё не хватало, чтобы Либерман засёк нас по сигналу с её мобильника.

Алиса возмущённо округлила глаза и сжала губки в тонкую линию. А потом вдруг зашипела, как дикая кошка и начала лупить меня своей чёртовой сумкой:

— Вы что, совсем с ума сошли! Придурки! Выпустите меня!

Сейчас она напоминает мне разъярённую львицу. И это охренеть как возбуждает. Люблю укрощать строптивых кошечек.

Я перехватил сумочку, отшвырнул её прочь, а потом стиснул брыкающуюся девчонку в своих объятиях и зашептал на ухо:

— Ну всё, хватит, Алиса. Успокойся.

Но она будто ничего не слышит, продолжая биться в истерике. Кричит и извивается:

— Отпусти меня! Отпусти, сволочь!

Как же меня заводит эта девчонка. В штанах становится невыносимо тесно, и всё тело обдаёт жаром предвкушение. Уже представляю, как она будет вот так же трепыхаться подо мной, между нами — и стонать, задыхаясь от удовольствия.

— Какая горячая малышка, — ухмыляюсь я, и поддавшись порыву, тут же наклоняюсь, чтобы поймать в плен её сладкие губки, попробовать их на вкус, узнать, такие ли они сладкие, как я себе представляю. Но, не тут-то было — Алиса проворно вывернулась из моих объятий и, отшатнувшись в сторону, яростно пнула меня ногой. А потом, перегнувшись через сиденье, точно фурия, накинулась на Лео.

Одной рукой она вцепилась ему в волосы, а второй — ухватилась за руль и закричала:

— Остановись, сейчас же! Выпусти меня!

Я, конечно, немного охренел от такой прыти.

Сколько же неукротимой энергии в этой кошечке. Офигеть просто!

Но мне нравится, чёрт возьми!

Чувствую, что нас с братом ожидают веселые и очень жаркие деньки. Я уже предвкушаю их.

— Блядь! — заматерился Лео, когда попытался оторвать её цепкие ручки от своего лица.

Всё произошло очень быстро, даже я не успел среагировать. Наш джип выскочил на встречку, Лео тут же резко крутанул руль, чтобы вернуться на свою полосу, но немного не рассчитал, и машина прямым ходом нырнул в ближайший кювет.

— Твою мать, Лео! Не мог поаккуратнее? — цежу я сквозь зубы.

— Если бы ты лучше следил за девчонкой ничего бы не было! — огрызается брат в ответ и бросает обеспокоенный взгляд на Алису. — Как она?

— Алиса, ты в порядке?

Я осторожно дотрагиваюсь до приникшей к двери девушки, тяну её за плечи на себя. Беловолосая головка откидывается мне на плечо, и я замечаю на лбу кровавую рану.

Бля-я-я, только не это!

Алиса жалобно застонала, на её личике отразилась гримаса боли, а потом, она вдруг потеряла сознание.

— Твою ж, мать! — сипло выдохнул я.

В груди болезненно ёкнуло. При мысли, что мы вот так, по глупости, можем потерять свою пару, как раз тогда, когда только нашли — внутри всё мгновенно оборвалось.

Страшно признаться, но кажется, впервые в жизни я испугался до усрачки. Испугался за её жизнь…

Я с трудом разлепила тяжёлые веки. Оглядевшись по сторонам, не сразу поняла, где нахожусь. Это была светлая просторная комната со стильной современной мебелью и широкой мягкой кроватью, на которой я, собственно, и лежу. На окнах колышутся от ветра прозрачные занавески пропуская внутрь свежий ещё не нагретый жарким полуденным солнцем воздух.

«Это не дом Либерманов», — промелькнула в голове внезапная мысль.

А потом, на меня лавиной хлынули воспоминания: клуб, моя ссора с Марком, близнецы…

Близнецы!

Вот теперь я, кажется, всё вспомнила. Эти два блондинистых гада затолкали меня в машину и куда-то увезли.

Помню, как заехала одному по ноге (жаль между ног не попала), а второму — вцепилась в волосы. А дальше… Дальше ничего не помню!

Я резко подскочила в кровати и ахнула, понимая, что лежу тут совершенно голая, прикрытая одной лишь тонкой простынёй.

Они что раздели меня?! До гола?!

Вот чёрт!

А может они, вообще… изнасиловали меня пока я была в отключке?

Боже мой! И как я умудрилась так вляпаться?

Паника невыносимо быстро начала затапливать моё сознание. Я сползла с кровати, обернула простыню вокруг груди и заметалась по комнате лихорадочно соображая, что же мне теперь делать. Дверь, ожидаемо оказалась заперта, а вид из окна окончательно добил мою маленькую надежду на то, что возможно, всё это был просто сон. На улице, под окнами, маячили какие-то мужики в чёрных костюмах. Приглядевшись, у двоих из них я заметила оружие, которое они прятали в кобуре, прикреплённой на боку под пиджаком.

Я чуть не вспотела от страха и тут же отпрянула от окна.

Что происходит?

Меня похитили? Но зачем?

Я ведь простая студентка. У меня совершенно обычная семья, с политикой и с криминалом не связана.

Кому я вообще нафиг нужна?!

Так, надо успокоиться и подумать.

Во-первых, я нахожусь неизвестно где. Во-вторых, моих похитителей пока не видно, но это не значит, что в ближайшее время они не придут проверить, как я тут поживаю. И в-третьих — я без документов, и абсолютно голая!

Капец просто! Как бы сказала Софи: я в полной жопе!

За дверью неожиданно послышались шаги, и я тут же насторожилась. А когда кто-то провернул ключ в замке — я пулей метнулась в сторону и вжалась в стену с ужасом взирая на своих похитителей.

Блондины вальяжно вошли в комнату и, глянув на меня, довольно улыбнулись.

— Проснулась, Кисуля.

— Как ты себя чувствуешь, Алиса?

Я молчу и настороженно наблюдаю за близнецами. У одного из них в руках целая куча пакетов одежды разных брендовых магазинов. Он осторожно поставил их у стены и, переглянувшись со своим братцем, начал медленно приближаться.

Я вдруг отчетливо почувствовала себя зверьком, загнанным в угол двумя матёрыми хищниками. Даже если я буду царапаться и кусаться изо всех сил, мне всё равно не справиться — они больше и в два раза сильнее меня.

Стало страшно, до одури.

«А вдруг они маньяки?», — мелькнула в голове шальная мысль.

Ну а что? Я ведь их совсем не знаю. Может они приметили меня ещё тогда на пляже, а потом следили. Очень уж плохо верится в то, что наша встреча в клубе была случайностью. И имя они моё знают. Откуда?

— Алиса, какая же ты красивая.

Блондин с меня глаз не сводит, словно кот с мышки. А тут и второй подкрался незаметно: обогнул с другой стороны и ухмыляется довольно.

— Малышка моя…

— Не подходите, — дрожащим голосом предупредила я.

Только вот, что им мои предупреждения: их двое, а я — одна. Все преимущества явно на их стороне. К тому же, глядя на их наглые самодовольные лица, можно с уверенностью сказать, что отступать эти самцы не собираются. Сегодня они охотники, а я — их жертва.

Вот только роль несчастной жертвы мне совсем не нравится. Опустить лапки и смириться со своей судьбой — это точно не для меня.

Дед всегда учил меня бороться, отстаивать свои интересы и находить выход из любой ситуации. А значит, придётся искать выход.

Я сделала резкий рывок и, проворной ланью перемахнув через кровать, метнулась к двери. Выскочила в коридор лихорадочно ища глазами выход, но успела сделать лишь пару шагов, прежде чем один из парней перехватил меня за талию и, прижав к своему большому горячему телу, хрипло зашептал на ухо:

— Далеко собралась, маленькая?

А потом он резко подхватил меня на руки и перекинул через плечо, отвесив при этом звонкий шлепок по моей едва прикрытой попке.

— Ай! Отпусти! — возмущённо взвизгнула я и забилась, отчаянно молотя руками своего похитителя.

Вот только этому поганцу хоть бы хны — он как ни в чём не бывало разворачивается и несёт меня обратно в комнату.

— Самая желанная добыча в моей жизни, — ухмыляется этот гад, и при этом бесцеремонно поглаживает мою попу, а потом и вовсе, пытается её прикусить зубами. Легонько, играючи, но сам факт!

Чёрт, кажется, я начинаю не на шутку паниковать.

Я не наивная девочка и прекрасно понимаю, чего эти двое хотят. Их жадные взгляды говорят сами за себя.

Ой, мамочки! Как же мне отсюда выбраться живой и невредимой?! Эти двое совершенно точно не отпустят меня просто так.

Я забрыкалась ещё сильнее, изо всех сил. А потом извернулась и со всей силы вцепилась зубами в плечо блондина.

— Кусачая, засранка, — зашипел он и тут же стряхнул меня с плеча прямо на кровать.

Я распласталась на ней, словно бабочка. Простынь при этом вся на мне размоталась, оголила грудь и… кое-что ещё. Что конечно же не осталось не замеченным для близнецов. Их глаза потемнели в мгновение ока. Парни, словно хищники застыли в напряжённой, готовой для прыжка позе.

Но, я не растерялась, тут же подхватила ткань и прикрыла ей всё самое стратегически важное. А потом, скатилась с кровати и, схватив с тумбочки первый попавшийся предмет, запустила его в блондинов.

Этим «первым попавшимся предметом» оказалась ваза с какими-то красненькими цветочками, которые эффектно так украсили белоснежный ковёр за спинами близнецов. Потому что эти поганцы, естественно, успели увернуться. Но, на этом я не сдаюсь и начинаю швырять в них всё, что попадается мне под руку: книги, вазы… О, яблочки!

Целая тарелка!

Хватаю в руку первый аппетитный на вид «снаряд» и смотрю на близнецов ехидным взглядом.

Ну всё, блондинчики, вы попали!

Лео

Как же меня заводит эта девчонка.

Она просто огонь!

Нет, намного лучше. Дикая, необузданная, и такая чертовски сладкая. Так бы и затискал её в объятиях.

Когда мы привезли Алису на ранчо, она была ещё под действием снотворного, которое ей сделал док при осмотре. Слава Богам, малышка не пострадала при аварии. Пара синяков и неглубокая ссадина на лбу — это сущий пустяк по сравнению с тем, что мы могли вообще её потерять.

Когда Алиса потеряла сознание в машине я испугался не на шутку. Не раздумывая, мы с Тео, сразу же повезли её к доктору Хирби, который является членом нашего прайда, и живёт рядом с аэропортом Брисбена. Как раз там, где нас уже ждал вертолёт, на котором мы планировали вывезти нашу красотулю из города. Подальше от всех. Подальше от всего мира, и от чужих глаз.

Док оперативно осмотрел Алису, обработал ссадину и самое главное — не стал задавать лишних вопросов. Вернее, вначале он, конечно, удивился увидев на своём столе человеческую девушку, слегка вздёрнул бровь, но я тут же пояснил, что это задание нашего альфы и подробности мы разглашать никак не может. На что Хирби понимающе хмыкнул:

— Угу. Симпатичное задание. Как раз для вас, — Он набрал в шприц какое-то лекарство и вколол его Алисе. — С девочкой всё будет в порядке. Можете забирать.

— Что ты ей вколол?

— Коктейль моего собственного изобретения. Ускоряет регенерацию тканей у оборотней. А на людях, так вообще творит чудеса, — не без гордости сообщил док.

— Почему она до сих пор без сознания? — забеспокоился Тео.

— А вы что хотели, после такого удара головой? Шишку у неё на голове видели? Ну вот и делайте выводы. Аккуратнее надо обращаться со своим «заданием», — усмехнулся Хирби. — Человеческие тела слишком хрупкие. Но вы не волнуйтесь: мой суперкоктейль поставит её на ноги максимум за час. Думаю…, — он посмотрел на часы, — минут через пятнадцать она должна очнуться.

— Э-э… Док, а вы можете дать ей какого-нибудь снотворного? Ну, чтобы она ещё немного поспала, — Хирби удивлённо приподнял бровь, и я тут же пояснил: — Нам её ещё два часа вести до места назначения.

— Понятно. Без проблем, — согласился док. — Сделаю ей небольшую дозу Мейпала. Проспит примерно часа четыре, а потом ваша красавица вновь запрыгает бодрой козочкой.

Как же Хирби был прав: наша Киска бодра, как никогда. Устроила нам настоящую бомбардировочную атаку всем, что подвернулась под руку. А подвернулась ей много чего. Особенно, некстати пришлась ваза с фруктами, которую Алиса тут же пустила в ход.

Мы с Тео слегка охренели от такой прыти.

А девочка-то наша оказалась очень энергичной и сообразительной.

Это завело ещё больше.

Воображение уже вовсю рисовало наши жаркие ночи втроём. От этих мыслей член буквально задымился от предвкушения.

Как же я хочу её! Вот такую — немного дикую и бесстрашную. Охренительно сладкую и до одури желанную.

Когда яблочные снаряды наконец закончились, Алиса растерянно заозиралась по сторонам. И, найдя выход, шустро метнулась к двери ведущей в ванную комнату. Нырнула внутрь и заперлась на замок изнутри.

— Твою мать! Отшлёпаю чертовку! Она заехала мне яблоком прямо по лбу, — заворчал Тео.

— Ничего — переживёшь, — усмехнулся я, направляясь к двери. Постучал костяшками пальцев по гладкой поверхности. — Али-и-иса, выходи.

— Не выйду, — послышался слабый писк из-за двери.

— Будь умницей, котёнок. Выходи. Мы просто поговорим.

— Ага, сейчас! — хмыкнула Алиса. А потом зашипела зло, как дикая кошка: — Выкуси, козёл! Я никогда не выйду отсюда! По доброй воле — точно!

— И хочешь умереть там от голода? Упрямая, но гордая? Малыш, это не стоит того. Поверь, мы не причиним тебе зла. Если бы хотели, то уже давно воспользовались бы ситуацией.

За дверью воцарилось напряжённое молчание. Даже дыхание девочки ощущалось через раз. А потом раздался тихий всхлип:

— Откуда мне знать… что вы не воспользовались… мной, пока я спала?

— Мы не любители подобных утех, Киса, — усмехнулся Тео. — Мне вот гораздо больше нравится, когда девушка в моих объятиях живая и энергичная.

— Алис, мы не трогали тебя. Это правда, — заверил её я.

— Тогда почему я голая?! Вы меня раздели!

— Твоё платье было испачкано в крови, поэтому мы его сняли. К тому же, тебя осматривал доктор, он обработал твою рану на лбу и наложил повязку. Ты же видишь повязку? Мы не обманываем.

Минута молчания, а потом из-за двери вновь раздалось злобное пыхтение.

— А трусы кто с меня снял?! Они тоже были испачканы? Вы совсем меня за дуру держите?!

— Трусы, да, это косяк. Надо было их оставить на месте, — хмыкнув согласился я. А потом усмехнулся и добавил шёпотом, чтобы услышал только брат. — Но я не удержался.

— Извращенцы! Идиоты! Что вам от меня надо?

— Малыш, давай так: ты сейчас успокаиваешься, одеваешься и спускаешься вниз. Мы будем ждать тебя на кухне. Поедим и спокойно всё обсудим.

— Во что я, по-вашему, должна одеться? Вы забрали у меня всю одежду.

— Я оставлю возле двери пакеты с одеждой. Здесь всё для тебя, Алиса. Выбери себе что-то и одень. Хорошо?

Ответа не последовало, на что я только улыбнулся. Упрямая, засранка!

— Молчание — знак согласия. Да, Алис? Мы с братом уже уходим.

— Давай, Киса, выходи поскорее. Обещаю: кусаться не буду, — ухмыляется брат, за что получает от меня смачный подзатыльник. Я тут из кожи вон лезу, выманиваю девчонку из укрытия, а он вновь пытается её напугать.

— Совсем озверел? — шиплю на брата. — Так она вообще оттуда никогда не выйдет.

Тео поднял руки в примирительном жесте, мол, я всё понял, не дурак.

Теперь остаётся только ждать, когда наша Киска выйдет наружу.

— Давай, Киса, выходи поскорее. Обещаю: кусаться не буду.

Слышу насмешливое обещание блондина, а сама думаю:

«Ага, сейчас! Выйду я, как же! Пусть мечтают».

В голове, несмолкаемым звоном, сейчас бьётся только одна мысль — бежать! И как можно скорее.

Вот только как?

Над этим придётся ещё поразмыслить.

Я приникла к двери и прислушалась.

В комнате было тихо.

Надеюсь, близнецы и правда ушли, иначе… придётся опять отбиваться.

Я взяла с полки баночку с шампунем поувесистее, чтобы если что, было чем запульнуть — и приоткрыла дверь.

В комнате действительно никого не было, а прямо возле двери стояли пакеты с обещанной одеждой.

Надо же, не обманули.

Я схватила первые попавшиеся пакеты, и снова закрыла дверь на замок.

В красивых глянцевых упаковках оказалось много чего интересного. А самое главное — всё моего размера.

Хм… Интересно, как они это всё покупали: на глаз или… на ощупь?

Лицо и уши тут же запылали огнём, как только я представила, как эти два белобрысых гада меня раздевали. Наверняка ощупали и обсмотрели со всех сторон пока я была без сознания.

Ух-х! Хочется рвать и метать. Выцарапать глаза этим наглым блондинчикам. Вот только в сложившейся ситуации, чувствую, что это ничего толком не исправит — преимущество и сила на их стороне. А значит, придётся пускать в ход хитрость. Первым делом усыпить бдительность врага, а потом… драть со всех ног!

Я надела нижнее бельё, джинсовые шорты и светлую хлопковую футболку. Потом взглянула на себя в зеркало и ужаснулась.

М-да, видок у меня, скажем так, помятый. Волосы всклокочены, под глазами чёрными кругами-разводами растеклась тушь, а на лбу прилеплен широкий пластырь.

«Раненая птица, блин», — мысленно фыркнула я, глядя на своё отражение.

Открыв кран с водой, я тщательно умылась, потом расчесала волосы найденной в ящике расчёской, кое-как собрала их в пучок и вновь посмотрела в зеркало.

Ну вот, так гораздо лучше.

Приоткрыв дверь, я медленно высунула голову в открывшийся проём и осмотрелась. Веду себя, как осторожная и предусмотрительная мышка: прежде чем выползти из своего укрытия, надо обязательно убедиться, что в комнате нет притаившегося кота. В моём случае… двух!.. «котов».

Убедившись, что в комнате действительно никого нет, первым делом подошла к окну и чуть не присела от радости — на улице, под окном, никого не было.

Я открыла одну створку и осмотрелась по сторонам — пусто.

Охранников как ветром сдуло.

Может стоит попытаться и использовать этот шанс?

Нет, всё это подозрительно и слишком просто. Наверняка охранники бродят где-то неподалёку, — засомневалась я.

А вдруг повезёт?

Вдруг — это шанс?!

Закусив в сомнениях губу, я всё же решилась. Высунула голову на улицу и посмотрела вниз.

Кажется не сильно высоко.

Подумаешь: всего-то второй этаж. К тому же, сбоку, совсем рядом с моим окном по стене тянется толстый ствол какого-то лианоподобного растения с очень необычными нежно фиолетовыми цветами. Если я за него ухвачусь и растение не оборвётся — спуститься отсюда будет раз плюнуть.

Воодушевлённая своей идеей я перекинула ногу через подоконник, уже почти высунула попу из окна, как снизу раздался насмешливый голос:

— Малыш, дверь в другой стороне.

Вот, чёрт!

Запрыгнула обратно в комнату и, поджав губы, зло посмотрела на блондина, стоящего под кроной раскидистого дерева прямо напротив дома.

Но ведь минуту назад его там не было!

Как он так быстро появился? Как чёрт из табакерки!

Ладно, у меня всегда есть план «Б».

Настраиваю себя самым что ни на есть воинственным образом и выхожу из комнату.

Длинный коридор, комнаты, комнаты… Впереди вижу лестницу и сразу же направляюсь к ней.

Внизу меня уже ожидаемо поджидают. Близнецы довольно улыбаются и совершенно бесцеремонно скользят по мне плотоядными взглядами. А я вновь ощущаю себя голой и беззащитной, но стараюсь держать лицо и не показывать своего смятения. Они ведь, как хищные звери — только и ждут, когда я дам слабину и поддамся панике.

Не дождутся!

— Я требую объяснений! — сходу начала бомбить я. Ведь лучшая защита — это нападение. А я больше не позволю этим двоим застать меня врасплох. — Почему я здесь? И какое вы имеете право удерживать меня против воли?! Вы знаете, что похищение людей карается по закону? К тому же, я гражданка другой страны. Да вас за это… Вас… Подвесят за все причиндалы! Понятно?!

Фух! Кажется, речь была эффектной — и по моим расчётам должна была принести хоть какой-то результат. Но, по вспыхнувшему блеску в глазах близнецов я поняла, что их всё это только забавляет.

Они вообще чего-нибудь боятся?

Один из парней, не спуская с меня плотоядного взгляда, встал за моей спиной и проговорил, наклонившись к уху:

— Какая грозная Киса. Я уже боюсь.

Я почувствовала, как по коже побежали мурашки, когда тёплое дыхание мужчины коснулось моей шеи. Тут же отпрянула в сторону и зыркнула на него исподлобья.

— Я серьёзно. Вы сейчас себе только проблем нагребли. Меня будут искать…

Блондин протянул мне свою руку и мягко улыбнулся.

— Пойдём, Алиса, поговорим.

Руку его я не взяла (много чести!), но пойти за ним — пошла. Выбора-то другого у меня всё равно нет. К тому же, хочется всё же выяснить, что им от меня надо.

Иду за близнецами, а сама кручу головой в разные стороны, рассматриваю всё с любопытством.

Дом у них, кстати, очень красивый. С большими панорамными окнами, которые наполняют пространство ярким солнечным светом, и с красивой функциональной мебелью, которая придаёт ему определённый современный лоск. Кухня тоже не осталась без моего внимания: большая, светлая, в стиле Хай-тек.

Хорошо устроились, блондинчики.

Меня усадили за стол.

— Надеюсь, ты любишь омлет?

Блондин поставил передо мной тарелку с пышным ароматным омлетом, украшенным зеленью и помидорами Черри. Следом на столе появились блюда с фруктами, красной рыбкой, сыром и ветчиной. Горячие румяные тосты тоже прилагались к моему завтраку.

Посмотрела я на всё это изобилие вкусной еды и чуть слюной не подавилась, если честно. Но, собрав всю свою волю в кулак, упрямо ответила:

— Я не хочу есть! Я хочу знать зачем я здесь!

Парень уселся рядом со мной на стул и улыбнулся уголком губ.

— Может для начала познакомимся? В клубе нам так и не дали этого сделать…

— Ну конечно, вы же меня просто взяли и спёрли оттуда. А представиться-то — надо же! — забыли, — съязвила я.

Блондинчик не растерялся, тут же взял быка за рога.

— Начнём с начала? Меня зовут, Тео Макларен. А это мой брат — Лео. А ты… Ты — Алиса Разина. Родилась и живёшь в Москве. Учишься на первом курсе МГУ биологического факультета. Родители — Николай и Людмила Разины. Есть старший брат — Олег Разин. В Австралию прилетела вместе со своим дедом, биологом, Степаном Разиным.

С каждым его словом мои глаза всё больше и больше округляются. Кажется, я сейчас задохнусь от подступающей паники.

Ни фига себе! Вот это я попала!

— Откуда… Откуда вы всё это знаете?! — пропищала я, вжавшись в стул.

Тео ухмыльнулся.

— Это не сложно, когда объект внимания вызывает… определённый интерес.

Второй близнец, тот, который Лео, присел рядом со мной с другой стороны и довольно оскалился.

— Просто ты нам очень понравилась, Киска.

— Вы… вы всех понравившихся вам девушек похищаете?

— Нет. Ты первая.

Я сижу в полном шоке и пытаюсь переварить услышанное.

Получается… они меня действительно похитили?! Просто взяли и спёрли самым наглым образом.

Капец полный!

Такого со мной ещё точно не было.

С одной стороны, приятно конечно, что я умудрилась произвести такое впечатление на австралийских красавчиков, что они даже решились на столь отчаянную авантюру с похищением. Но с другой — перспектива быть пленницей, с неизвестными для меня последствиями мне совсем не нравилась.

— Спасибо за честь, конечно, — нервно улыбнулась я. — Но, разве нельзя было как-то… по-другому что ли. Просто познакомиться, например?

— Мы и хотели сначала, но этот ботаник хренов, Либерман, всё испортил…

Что-о-о?!

Вот ведь, гадёныши! Да какое они имеют право так отзываться о Марке. О моём Марке!

Стало вдруг обидно за него. Да что там, меня чуть не порвало от возмущения.

Что плохого в том, что Марк умный и образованный человек?

Мой дедушка, например, тоже учёный. И тоже «ботаник», как они сказали. Потому что всю свою жизнь посвятил науке, учёбе и саморазвитию. Люди его за это ценят и уважают. Разве это плохо?

Ну конечно, богатеньким мажорам этого не понять. Наверняка они в своей жизни ни одной книги в руках не держали.

— Вообще-то, Марк, мой парень. И я его люблю! — ляпнула я от злости. Специально, конечно, чтобы сбить спесь с самоуверенных холёных мордашек блондинов. Насчёт «парня», немного приврала, но зато какой получился эффект…

Стакан с апельсиновым соком, который Тео держал в руках моментально хрустнул, окрасив белоснежную скатерть большим оранжевым пятном. Взгляд близнецов потяжелел, стал хмурым, как осенняя грозовая туча. А от улыбочек и вовсе, не осталось и следа.

Что-то мне подсказывает, что это был первый в их жизни облом.

Ну, ничего — переживут.

Так-то, мальчики!

Тео

Ну всё, думаю, хана ботанику.

Я его лично, на кусочки… Нет, на лоскутки порву. И узлом завяжу, блядь!

Что она сказала?

Она его любит? Она, мать его, любит?!

Этого козла с бородкой? Этого урода с садистскими наклонностями, который пытает в своих лабораториях наших братьев и сестёр?

Не-е-ет. Ну не могла судьба с нами так жестоко поступить.

Наша пара не может любить это поганое чмо!

— Всего лишь парень…, — сквозь зубы процедил Лео. — Но не муж. Верно? — Вижу, что брату тоже нелегко. Он еле сдерживает себя, но потом берёт в руки и, чтобы не напугать девчонку, улыбается ей. — А значит, у нас есть шанс побороться за твоё сердечко, котёнок.

Алиса округляет глаза.

— Ч-что?

Видимо не на такой ответ рассчитывала. Думала, что после таких пылких, мать её, признаний в любви к этому козлу, Либерману, мы так сразу возьмём и отпустим её?

Ага, как же! Не так быстро, малыш.

— Да, Алиса, ты правильно поняла: мы не отступим. Будем бороться за тебя и твоё расположение, — отвечаю я и придвигаюсь ближе к вжавшейся в стул девчонке, чтобы проговорить у самого её ушка: — Ты ведь дашь нам шанс, Кисуля?

— А у меня есть выбор? — пищит она.

— Нет, — выпаливаем одновременно с братом. Пересекаемся с ним взглядами понимая друг друга без слов. У нас одна цель — и мы будем идти к ней до конца.

— Тогда… какой во всём смысл?! Если у меня нет права выбора, значит я всё равно пленница. — фыркнула Алиса, глядя на нас уже более колючим и дерзким взглядом. — Вы считаете, что сердце девушки можно завоевать силой? Серьёзно?!

Лео усмехнулся, двинул стул ближе — и теперь мы практически зажимаем нашу девочку с двух сторон.

— Ну почему же сразу силой. Мы будем очень нежными, малышка.

Алиса начинает паниковать, ёрзает на стуле и едва дышит от волнения.

Я и сам едва дышу, находясь так близко от неё. Её сладкий запах сводит с ума, и зверь внутри меня урчит от удовольствия. Он требует большего: прикосновений, поцелуев, объятий... Физического контакта, короче. А в идеале — интимного.

— Хм, интересно, а друг с другом вы тоже соперничать будете? Ну… вас же двое. Вам придётся как-то делить между собой моё внимание.

— Зачем делить? У нас с братом всё общее, — хмыкнул я. На что Лео тут же утвердительно закивал.

— Да-да. Мы с Тео с детства всегда всё делим на двоих, — брат коварно улыбнулся. — И девушек тоже.

Кажется, последние слова брата произвели на Алису должное впечатление — её щёчки тут же порозовели от смущения. Она широко распахнула свои голубые глаза и возмущённо воскликнула:

— Вы… Вы — сумасшедшие!

Я улыбнулся ей в ответ.

— Да-а, Киска. А виновата в этом… только ты.

Глажу ладонью её плечико и с удовольствием наблюдаю, как её нежная бархатистая кожа покрывается мурашками. Так и хочется прикоснуться к ней губами, провести по ней языком, так, чтобы задрожала вся, но уже не от страха, а от удовольствия.

— И… что вы хотите от меня?

— Чтобы ты дала нам шанс узнать друг друга получше. Это ведь так просто. Будь нашей гостьей. У нас на ранчо здесь очень тихо и спокойно. Природа красивая, в доме есть бассейн. Можем даже на лошадях покататься. Покажем тебе местные красоты и водопад. Соглашайся, Кисуля, тебе понравится.

— Ну-у…

Алиса неуверенно пожимает плечами. Глазки горят любопытным блеском и в тоже время боязливо бегают туда-сюда. Видимо внутренняя борьба у неё сейчас в полном разгаре — и хочется и колется.

Ну давай же, Алиса, решайся!

— А приставать вы не будете?

— Будем, — ни минуты не сомневаясь отвечаем одновременно с братом. И при этом коварно улыбаемся, вновь вгоняя нашу девочку в краску.

Она ошалело округлила глазки и хотела было что-то сказать, возмущённо поджав губы, но я её перебил:

— Алис, ну мы же взрослые люди. Ты должна понимать, что просто держаться за ручки нам уже не интересно. Поцеловать-то тебя хоть можно? Иначе, как ты узнаешь кто из нас лучше целуется: мы, или твой этот… как его там…

Алиса покраснела ещё больше и смущённо опустила глаза. А меня, словно током прошибло от похоти. Никогда не думал, что меня так сильно будут заводить вот эти милые, порозовевшие щёчки.

Как же я хочу её! До дикой дрожи, до безумия. Хочу пометить собой каждый миллиметр её бархатистой кожи, чтобы насквозь пропиталась моим запахом. Чтобы телом и душой принадлежала только нам с братом.

— Нет, я так не могу, — пролепетала Алиса. — Я… я ведь вас совсем не знаю.

— Вот и узнаешь, — улыбнулся Лео. — А со своей стороны мы обещаем, что не сделаем ничего такого чего ты сама не захочешь. А через пару недель, если ты не изменишь своё мнение о нас, мы отвезём тебя обратно в Брисбен.

— Что?! Две недели? Нет! Вы точно сумасшедшие! Вы же понимаете, что меня будут искать? Мой дедушка, наверное, уже с ума сходит от волнения. Да и Марк — он не оставит это просто так. Он будет меня искать!

Я скрипнул зубами.

Кажется, придётся приложить максимум усилий, чтобы выбить из её головки мысли об этом ублюдке Либермане.

Лео достал из кармана смартфон и протянул его Алисе.

— Позвони своему деду и скажи, что с тобой всё в порядке.

Плохая идея. Охренеть, какая плохая!

Я хмуро посмотрел на брата, но он тут же осадил меня предупреждающим взглядом, мол, так надо, не мешай.

Алиса уставилась на телефон не верящим взглядом. А потом неуверенно потянулась к нему рукой с опаской поглядывая на нас.

— Я правда могу позвонить?

— Ну конечно, малыш, — ответил Лео. — Мы же не изверги какие-то. Только давай так: ты говоришь, что с тобой всё в порядке, но про то, где ты — ни слова. Поняла?

Алиса ели заметно кивнула и быстро начала набирать цифры на телефоне. Послышались гудки, а потом…

— Алло?

— Дедушка, это я, Алиса!

— Алиса? Боже мой, детка, где ты? С тобой всё в порядке? — послышался в трубке взволнованный голос старика.

— Да, дедуль, со мной всё в порядке. Ты не волнуйся, ладно. Я скоро вернусь.

— Алиса, где ты? Скажи мне, где тебя искать?

Алиса подняла на меня неуверенный взгляд, в нём промелькнула решимость, но я тут же отрицательно качнул головой намекая ей на то, чтобы она не смела сболтнуть лишнего.

— Я… я не могу говорить…

— Алиса, где они держат тебя? Они тебя не обидели?

Я не свожу с неё тяжёлого пристального взгляда, буквально гипнотизирую. Чувствую, как участилось её дыхание, как от напряжения вспотела ладошка и крепче сжала телефон. Она на грани…

— Нет… со мной всё хорошо. Деда…

Тихо шепчет Алиса, не сводя с меня шального взгляда. Но я не даю ей договорить, выхватываю телефон и выключаю вызов.

— Всё, этого достаточно, — заявляю жёстко. — Будешь умницей — позже сможешь ещё звонить.

— Капец просто! — возмущённо фыркнула Алиса и, зло поджав губы, добавила: — Вы не сумасшедшие, нет, вы — хуже!

— Не сердись, малыш, — смеётся Лео. — Тео иногда бывает нетерпелив. Ну так что: вопрос с родственниками решили?

Алиса закусила губу и притихла, собираясь с мыслями.

— Допустим я соглашусь… «погостить»… у вас, — выдавила она сквозь зубы. — Но какие у меня гарантии, что вы выполните свои обещания?

Брат пожал плечами.

— Тебе придётся просто довериться нам.

Она снова замолчала, а потом произнесла, поджав губы:

— Хорошо, — и слегка ухмыльнувшись, добавила: — Но, хочу сразу предупредить: у вас нет никаких шансов против Марка. Он — идеальный мужчина. Лучше него я ещё никого не встречала.

Я клацнул зубами и чуть не зарычал, давя в себе порыв зверя вырваться наружу.

Блядь, да меня сейчас порвёт от ярости. Как же я мечтаю вонзить свои клыки в глотку этого «идеального мужчины». Дайте мне только добраться до него. Но, это будет потом, а сейчас у меня совершенно другие планы: как можно скорее соблазнить эту маленькую вредную Киску, поставить ей метку и залюбить до потери сознания.

Да, мне определённо нравится этот план. Судя по выражению лица брата — он такого же мнения.

Поэтому я собрал всё своё самообладание в кучу и, посмотрев на девчонку, коварно улыбнулся:

— Поверь, котёнок, через пару дней ты даже имя этого ботаника не вспомнишь.

— А теперь скрепим наш договор поцелуем, — хрипло произнёс Тео, и пока я хлопала глазами пытаясь сообразить, что ему ответить, этот гад, впился в мои губы жадным поцелуем.

— М-м-м! — ошарашенно замычала я и начала лупить наглеца руками.

Но, он их тут же перехватил и сцепил в стальном захвате — не вырваться! Блондин без труда разомкнул мои губы и принялся нагло исследовать меня языком: дразнит, ласкает. Целует уверенно и властно: то одну губу прихватит, то другую — и при этом довольно порыкивает.

А у меня от его поцелуя, неожиданно для себя самой, голова пошла кругом. И такое приятное тепло разлилось по всему телу…

Ой, кажется что-то пошло не так!

Когда соглашалась на эту авантюрную сделку даже представить не могла на что подписываюсь. И уж тем более не предполагала, что они вот так сразу перейдут в атаку.

Хотя, признаюсь, целуется блондин очень умело, напористо и страстно. Меня так ещё никто не целовал.

Интересно… второй так же целуется?

И, словно прочитав мои мысли, Лео разворачивает меня к себе и порывисто сминает губы не менее дерзким поцелуем.

Боже мой, что они творят!

Пользуясь моей растерянностью, близнецы пустили в ход весь свой боевой арсенал для соблазнения. Пока Лео целует, Тео прижался ко мне с боку, положил ладонь мне на талию и медленно повёл её вверх прямо к груди. Бесцеремонно накрыл одно полушарие и мягко сжал его. А потом, уткнулся носом мне в шею и, будто зверь, с жадностью втянул в себя воздух.

Меня в этот момент словно током прошило и всё тело осыпало ворохом диких мурашек. И это странное ощущение, словно звёздочка зарождающееся внизу живота. Оно так сладко пульсирует и трепещет…

Так, кажется пора заканчивать этот беспредел. А то чувствую, что они меня прямо тут сейчас и разложат.

Я приложила максимум усилий, вывернулась и упёрлась ладошками Лео в грудь. А потом с силой оттолкнула его.

— Совсем оборзели?! Отпустите меня! — устремляю на блондинов яростный взгляд: сначала на одного, потом — на второго. Подскакиваю со стула.

Благо мужчины не пытаются меня удержать, выпускают из своего плена.

Я тут же отскакиваю в сторону и недовольно складываю руки на груди.

— Кажется мы так не договаривались?! Вы говорили, что не тронете меня без моего согласия. А на деле что же?..

Тео не сводит с меня потемневшего взгляда, а Лео лишь невинно разводит руками:

— Алиса, это всего лишь поцелуй, — уголки его губ изгибаются в порочной улыбке, в глазах полыхает ещё не потухшее пламя. — Тео правильно сказал: как ты узнаешь нас ближе, если не попробуешь? Как сможешь сравнить…, — он морщится, будто килограмм лимонов разом проглотил, — с этим… как его там…

— С Марком, — услужливо напомнила я.

— Ну да, с этим козлом, — усмехнулся Тео, и в его глазах промелькнул злой блеск.

— Не смейте так говорить о Марке! — вспыхнула я. — Вы ведь его совсем не знаете…

— А мне и знать не надо, чтобы по одной роже этого ублюдка понять, что он тебе не подходит, — рыкнул Тео.

— А кто мне подходит? Вы? — хохотнула я. — Думаете такие неотразимые, что любая особь женского пола тут же должна растечься перед вами лужицей? Ну у вас и самомнение, мальчики!

Поджав губы, я развернулась, чтобы уйти, но Лео перехватил меня за талию и притянул в свои объятия, крепко сжал уткнувшись носом в мою шею.

— Малыш, никто и никогда не будет любить тебя так, как мы с братом. Ты сводишь нас с ума, — его хриплый шёпот над ушком, и по телу вновь бегут неугомонные мурашки. — Только мы вдвоём сможем сделать тебя по-настоящему счастливой.

Я усмехнулась.

— Звучит… очень уж нереалистично. Знаете: я не верю в тройной союз. Ну, это как-то… неестественно что ли. Третий всегда лишний...

— Не в нашем случае, Киса, — мурлычет Лео таким сексуальным голосом, что у меня чуть коленки не подогнулись от странной и необъяснимой слабости во всём теле.

Ох, да что же со мной происходит-то?

Ну, если хорошенько подумать, то близнецы отчасти правы. Как я смогу сравнить их с Марком, если не попробую?

Вот только на самом деле всё обстоит намного сложнее, потому что мне особо и сравнивать-то нечего. Ведь Марк меня никогда не целовал. А тот поцелуй, что я в сиюминутном порыве украла у него — не считается. Это я его поцеловала, а не он меня.

— Ну ладно…, — тихо проговорила я, и завозилась в крепких объятиях. Жар мужского тела и его мощная энергетика, окутавшая меня в плотный кокон — начали неимоверно смущать. Особенно после того, как я почувствовала, что мне в поясницу совсем недвусмысленно упирается нечто большое и твёрдое.

Что это такое — даже гадать не надо. Лео явно был возбуждён. И судя по хищному выражению лица его брата — он тоже.

— Может… устроите мне экскурсию по вашему ранчо? — заметно паникуя пропищала я. — Мне очень интересно посмотреть, как у вас там… снаружи.

— Отличная идея, — с воодушевлением ответил Тео поднимаясь со стула. — Нам всем не помешает проветриться.

В гости они меня пригласили. Ага!

И даже приставать без моего согласия не будут?

Угу, так я им и поверила!

Блондинчики меня что, совсем за дурочку принимают? Да у них же всё на их хитрых лицах написано — они намерены уложить меня в койку.

Не-е-ет, бежать отсюда, только бежать. И как можно скорее.

Для отмазки глаз я, конечно, согласилась на все их «лестные» предложения. Потому что сразу смекнула, что брыкаться и спорить с этими психами нет никакого смысла. Они просто запрут меня в этой комнате и будут делать, что захотят.

Главное сейчас — усыпить их бдительность и оттянут время. А потом — сбежать!

Мысль о побеге не покидала меня ни на минуту. Оставаться здесь и развлекать этих богатеньких засранцев у меня нет никакого желания. А поэтому, нужно сначала разведать обстановку, осмотреться, узнать, что тут и как. Поэтому, когда по моей просьбе близнецы вывели меня прогуляться по ранчо, я как коршун внимательно и цепко осматривала окружающее пространство. Подмечала всё, что может мне пригодиться: расположение зданий, наличие забора и возможных проплешин в нём.

Но самое главное — это определить масштабы моей «тюрьмы» и узнать, насколько тщательно она охраняется.

Территория ранчо оказалась совсем не маленькой. Кроме большого хозяйского дома неподалёку располагались ещё несколько строений: большая конюшня с крытым манежем и пара жилых домиков. По словам близнецов там живут управляющий ранчо со своей женой и рабочие, когда приезжают ухаживать за лошадями.

— Значит… мы здесь не одни, — как бы между прочим, но с некой долей надежды, спросила я, и посмотрела на Лео.

Кажется, это был он. Пока я научилась различать их только по одежде. На лицо же, совершенные клоны — ничем не отличить.

Лео сразу же уловил моё любопытство. Прищурив глаза улыбнулся уголком губ.

— Не совсем. Рабочих на ранчо сейчас нет. Всех лошадей перегнали на южные поля: там сейчас прошли дожди и трава намного сочнее. В конюшнях остались лишь выездные лошади.

— Выездные?

— Да. Для прогулок и осмотра территории. За ними присматривает управляющий. Они с женой живут вон, в том доме.

Лео указал на маленький уютный домик в стороне от конюшен, стоящий под сенью раскидистого дерева.

Заметив мой любопытный взгляд, он улыбнулся.

— Но ты не волнуйся — они нам не помешают. Я уже предупредил Хосе и Маргариту, что у нас гости, — Лео подошёл ближе и, как бы невзначай, приобнял меня за талию, а потом нагло повёл рукой вниз бесцеремонно оглаживая мою попу.

— Да я и не волнуюсь, — отскочила от него, как от огня. — Просто…

Близнецы ухмыльнулись.

— Да что ж ты такая пугливая, а, котёнок?

— Мы же сказали, что не сделаем тебе ничего плохого.

— Ага, но при этом постоянно лапаете меня! — огрызнулась я.

Лео притворно вздохнул и, ощупав меня нахальным взглядом, иронично произнёс:

— Прости, Киска, но ты такая аппетитная девочка, что… Мы просто не можем держать свои руки при себе — они к тебе так и тянутся, — Он шагнул ко мне и продолжил низким бархатным голосом: — Хочу прикасаться к тебе…

— И целовать, — закончил его фразу Тео. — У тебя такие сладенькие губки, Киса, — Облизывается, словно довольный кот, слопавший банку сметаны. — Нежные и сочные. А твоё тело… Оно просто сводит с ума, — На губах мужчины мелькнула порочная улыбка. Его дерзкий взгляд бесцеремонно заскользил по изгибам моего тела, задержался на груди, отчего соски вдруг стали твёрдыми, а по телу побежали предательские мурашки. — Так и манит облизать тебя с ног до головы.

К моим щекам тут же прилила краска, сердце оголтело затрепыхалось в груди, а по телу прошла ели уловимая дрожь.

Боже мой, да что же они творят-то такое?!

Похоже, эти двое не на шутку собрались меня соблазнять. Их слова сплошной порок, а взгляды…

Ох, на меня ещё никто и никогда так не смотрел — с обожанием и одновременно диким голодом.

Если честно, это пугает — и в тоже время вызывает странный будоражащий трепет.

Почему я так реагирую на них?

Мне бы сейчас послать их на три весёлые буквы, но язык будто к нёбу прилип от оцепенения. Особенно, после того как блондины начали медленно приближаться ко мне, постепенно оттесняя меня назад. Я упёрлась спиной в заграждение манежа и едва дышу, когда они обступили меня с двух сторон буквально зажав в тисках своей подавляющей ауры.

Мамочки! Какие же они всё-таки огромные. Особенно, когда вот так возвышаются надо мной и давят на подсознание своей неоспоримой силой.

Так всё, кажется пора сматываться отсюда. И поскорее.

— А где у вас тут лошадки? — пищу я и проворным ужиком выскальзываю из провокационного захвата. Поворачиваюсь к близнецам и нервно улыбаюсь. — Я хочу на них посмотреть.

Парни разочарованно выдохнули, но всё же согласились на продолжение экскурсии.

— Для тебя всё что угодно, Киска.

Ближе к вечеру, когда мне уже совсем надоело отмахиваться от назойливых ухажёров, я решила притвориться больной, пожаловавшись на жуткую головную боль.

И, о чудо!

Близнецы мгновенно угомонились и прекратили свои попытки меня соблазнить. Сначала они напряглись, потом закудахтали вокруг меня как две наседки, а чуть позже и вовсе — не решались даже дышать в мою сторону. Видимо не на шутку перепугались, что это последствия моего удара головой.

Эх, и что я раньше до этого не додумалась?

Лежу на диванчике тихонько постанывая, а про себя злорадно ухмыляюсь. Надо было мне вместо биологического в театральный поступать. Кажется, у меня неплохо получается играть свою роль. Блондины реально поверили!

Лео наклонился надо мной и с тревогой заглядывает в глаза.

— Алиса, может всё-таки врачу позвоним? — гладит меня по голове. — Что-то мне не нравится, как ты выглядишь.

— Да нет, не надо. Мне нужно просто отдохнуть и полежать, — лепечу я, а потом добавляю с лёгким нажимом: — И лучше всего в тишине и спокойствии.

Тео аккуратно подхватил меня на руки и понёс в комнату. В его взгляде искреннее беспокойство — и мне на мгновение становится немного стыдно за свою ложь. Но лишь на мгновение, потому что голос разума тут же вразумляет мою совесть, что это для моего же блага.

Близнецы уложили меня на кровать и вскоре оставили одну.

А мне только этого и надо. Я тут же навострила ушки прислушиваясь к малейшему шороху за дверью. Было слышно, как парни ходят по коридору, о чём-то спорят, а потом их приглушённые голоса начинают удаляться.

Я решила полежать ещё немного и подождать пока они уснут.

Лежать пришлось долго — близнецы всё никак не могли угомониться, спорили о чём-то в соседней комнате.

Пока я лежала в темноте, то прокручивала в голове всё, что удалось узнать за сегодняшний день.

Во-первых, обширная территория ранчо окружена достаточно высоким забором, а во-вторых — весь этот периметр утыкан камерами видеонаблюдения. Что конечно же прибавляет мне много проблем. Но, план побега уже полностью сформировался в моей голове — не зря же я в детстве любила смотреть фильмы про шпионов.

Спустя часа два в доме всё стихло.

Наконец-то!

Я подскочила с кровати, и первым делом, на цыпочках, подкралась к двери. Прислушалась…

Вроде всё тихо.

Надеюсь, блондины уже уснули?

Для пущей уверенности жду ещё около часа нервно расхаживая по комнате и прокручивая в голове план побега.

Сейчас самое главное — выбраться за пределы этого ранчо, а там уж я придумаю, как добраться до города и связаться с Марком.

Ну всё — кажется пора.

Я осторожно открыла окно и решительно перекинула ногу через подоконник. Ухватившись за толстый ствол плетущегося по дому кустарника, я начала медленно спускаться вниз. Растение оказалось на удивление прочным и прекрасно выдержало мой экстремальный спуск.

Оказавшись на земле, я воровато огляделась по сторонам и осторожно подкралась к углу дома.

Вроде бы никого.

На улице сейчас глубокая ночь, но вокруг дома кое-где горят фонари и можно легко рассмотреть дорожку ведущую к конюшням и к главным воротам. Но мне туда не надо. Я ещё днём подметила, что охрана находится как раз у главных ворот. Может они и обходят всю территорию, я не знаю, но наверняка делают это по часам. Видимо большую часть времени следят за происходящим по камерам видеонаблюдения. Их тут столько натыкано, что невольно складывается впечатление, что это не просто ранчо по выращиванию породистых лошадок, а серьёзный охраняемый объект.

А может близнецы чего-то боятся? Или просто что-то прячут?

«Ага, меня и прячут», — язвительно отозвался внутренний голос.

Для меня сейчас самое главное — это проскочить как-то незамеченной и добраться до забора. Днём, когда мы гуляли по территории, я заметила, что в одном месте в охранной системе есть «слепое пятно». Камеры там повернуты в разные стороны друг от друга, и, если я смогу добраться до туда — у меня есть шанс. Шанс сбежать отсюда и получить фору в несколько часов пока не заметят мою пропажу.

Это был мой план!

Я подняла голову и взглянула на камеру закреплённую прямо над козырьком широкой веранды. Дождалась момента, когда камера повернётся в правую сторону и, не мешкая ни секунды, рванула в темноту.

Пробежав по дорожке ведущей к конюшням, я наткнулась на следующую камеру. И когда она начала поворачиваться в мою сторону тут же сиганула в раскидистые розовые кусты, в изобилии насаженные почти по всему ранчо. Искололась конечно вся об их острые шипы, но, это всё фигня. Главное — меня не заметили!

Отсиделась немного в кустах прислушиваясь к ночным звукам.

Вроде бы всё тихо.

Дождалась очередного поворота камеры и побежала дальше. Поднырнула под ограждением выездного манежа и через всё поле рванула прямо к забору, туда, где было «слепое пятно». Когда же до моей цели оставались считанные шаги я резко затормозила, буквально вросла в землю покрывшись от ужаса ледяными мурашками.

Откуда-то из темноты, мне наперерез, выскочил огромный лев и, тряхнув гривой, глухо зарычал.

Ой, мамочки!

Второй раз в жизни я испытываю настоящий дикий ужас от столкновения с диким зверем. Но сейчас, кажется всё намного хуже — я совсем одна, ночью, и вокруг ни души.

Откуда-то сбоку послышался хруст, а затем раздался протяжный рык. Я медленно повернула голову и чуть не поседела от страха: с другой стороны, к нам вприпрыжку нёсся ещё один лев.

Господи, спаси меня!

Откуда эти зверюги тут взялись?! Неужели близнецы держат их вместо сторожевых псов?

Ну а что, логично: территория огорожена забором — гуляй себе не хочу. А если кто левый захочет пролезть за каким-нибудь не добрым делом, так это его проблемы — сам нарвался. Эти кошаки загрызут бедолагу и даже косточек не оставят.

Но так ведь не должно быть! Это дики звери, и их место в дикой природе. Ну или в зоопарке на крайний случай. Но уж никак не в частных владениях.

Почему я днём нигде не видела клеток со львами?

Странно. Мы ведь обошли, как мне показалось всю территорию ранчо.

Посмотрев на меня, львы плотоядно облизнулись, а у меня душа скатилась прямо в пятки, когда они начали медленно приближаться.

Что-то мне это напоминает. Слишком часто в последнее время в моей жизни встречаются эти грозные хищники.

Странное какое-то совпадение, правда?

Боже, о чём я думаю: да их вообще здесь быть не должно! Это же Австралия — и львы здесь не водятся! Тогда почему они преспокойно разгуливают по лесам и полям? Это же бред полный!

Сдаётся мне, что это может быть одна и та же парочка львов. А значит, мы находимся где-то в районе парка Дейнтрис. Это уже хоть что-то!

Сердце в груди подскочило прямо к горлу. От паники и страха я заметалась глазами из стороны в сторону ища пути к отступлению. Но их не было. Я в ловушке!

Сзади меня ограждение манежа и, собственно, сам манеж, то есть пустое широкое пространство. Даже если я со всех ног побегу — эти зверюги догонят меня в два счёта. А уж что будет потом даже думать боюсь. От этих мыслей у меня каждый волосок на теле дыбом встаёт.

А если начать кричать и звать на помощь? Должен же кто-то из охранников меня услышать.

— П-помогите!

Изо рта вырвался сдавленный писк — это всё что я смогла выдавить из себя в стрессовой ситуации.

Ну давай же, Алиса, даже мыши пищат громче. Соберись!

Мне страшно, очень страшно.

А они так близко, совсем близко!

Мамочки-и-и!!!

И только я собралась заорать во всё горло, как львы вдруг начали обтираться об меня своими мощными гривами и ластиться, словно ласковые коты.

Громко всхлипнув, я насторожилась.

Это что такое? Так бывает?

Они что, ручные что ли?

Вот честно: я сейчас просто в осадок выпала.

Стою в полном шоке и едва дышу пока эти два кошака шоркаются вокруг меня. Мне даже показалось что кто-то из них замурчал.

Ну да, правда, издают какой-то странный похожий на тарахтение звук. У меня так мой кот Василий всегда тарахтит, когда ложится рядом со мной и просит, чтобы я почесала его за ушком.

Но я ведь точно знаю, что львы не умеют мурлыкать, как обычные кошки. А эти мурчат.

Чертовщина какая-то!

— Эй, ребята… вы же не будете меня есть, правда? — бормочу я.

А потом, насмелившись, прикасаюсь к гриве одного из львов. Осторожно глажу и с восторгом, тихо выдыхаю.

Ну а что, когда ещё выпадет такая возможность потрогать настоящего льва?

Зверь продолжает довольно урчать и ластиться к моему телу.

Нравится, засранцу усатому. Ну-ну!

Второй лев закинул передние лапы на ограждение манежа, отчего я сначала испуганно вздрогнула, но потом тут же успокоилась, когда зверюга неожиданно лизнул мою щёку своим шершавым языком.

Ну, теперь уже точно нет сомнений — это те самые львы, которые обслюнявили меня в прошлый раз.

Улыбнувшись, ласково погладила и этого красавчика.

— Что, не гладят вас хозяева ваши, да? Только владения свои охранять заставляют? — Уже во всю треплю хищников за их шикарные гривы и совсем не боюсь. Думаю, что если они меня до сих пор не сожрали, то уже не тронут. — Какие же вы красавчики. Хорошие. Ручные. Не любят вас хозяева, да? Днём в клетке под замком держат? Ух, они такие-сякие! Вот я бы вас не держала в клетке, на волю бы отпустила.

Довольные львы привалились у моих ног и кажется уходить никуда не собираются. Ну, оно и понятно: все хотят ласки. Даже дикие хищники. И в другой ситуации я бы с большим удовольствием ещё потискала этих шикарных громадных котиков. Но!.. мне сейчас стоит подумать и о себе.

Осторожно, стараясь не делать слишком резких движений я перешагнула через зверей и устремилась к забору. Посмотрела вверх.

Высоко. Но решётка довольно толстая, так что, думаю я с лёгкостью смогу забраться наверх.

Я уцепилась руками за толстые прутья и уже почти подняла ногу, как вдруг, львы подорвались с земли и грозно зарычали. Один из них бросился лапами на забор преграждая мне путь, а второй — сбил меня с ног своей мощной лапой.

Я плюхнулась на попу и, испуганно посмотрев на львов, зажмурилась.

Вот тебе и ручные котики.

Правильно дед говорит: «Дикий зверь — он всегда остаётся диким».

Думала, что они меня сейчас точно сожрут раз проявили агрессию. Поэтому я застыла в напряжении, но… ничего не последовало. Грызть меня никто не собирался.

Открыла глаза.

Один из львов привалился у моих ног с невозмутимым видом, а второй — стоит сзади и продолжает тереться головой о мою спину.

Ладно… Попытка номер два.

Встаю на ноги, и только предпринимаю попытку дёрнуться к забору, как львы начинают утробно рычать, намекая мне на то, чтобы я даже не рыпалась в ту сторону.

Я замерла. Сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться. А потом делаю новую попытку и вновь слышу недовольное рычание, которое вынуждает меня тихо застонать от отчаяния.

— Что, не выпустите меня, да? Котяры вы усатые! Вот я бы вас обязательно выпустила! Если бы у меня была такая возможность, — Львы сидят напротив и смотрят на меня такими проницательными глазами, будто всё понимают. — А хозяева ваши бандюки, понятно?! Они и людей незаконно удерживают в своём доме, и зверей диких. А вы, между прочим, занесены в Красную книгу. Вам по Африке бегать надо, а не здесь, непонятно где.

Закусив губу, с тоской смотрю на забор.

Похоже побег сегодня отменяется.

И что мне теперь делать? Возвращаться обратно?

Будто прочитав мои мысли львы начали оттеснять меня от забора своим грозным наступлением. Вроде бы и не рычали больше, но взгляд у них стал каким-то опасным.

— Да ладно-ладно, не подойду я больше к забору. Ишь, какие бдительные охранники!

Хищники продолжили наступать, обступили меня с двух сторон и начали как-то целенаправленно подталкивать в сторону дома.

— У-у, прихвостни! — буркнула я.

В общем, я решила не испытывать судьбу и вернуться в комнату пока меня действительно не сожрали.

Львы под конвоем проводили меня до самого дома. И что самое странное за всё это время ни одного охранника не промелькнуло.

Что они все, спят что ли?!

Меня тут, понимаешь, сожрать могли, а они — дрыхнут!

Пришлось лезть обратно в окно. Эти зверюги же так и не успокоились, пока моя пятая точка не скрылась в окне. А потом, как ни в чём не бывало потопали по тропинке, дальше патрулировать свою территорию.

М-да-а… Хороших «церберов» завели себе блондины — ни одна мышь не прошмыгнёт.

Уставшая и измотанная я прямо в одежде упала на кровать и тут же провалилась в сон.

Проснувшись утром, я долго лежала с закрытыми глазами нежась в ускользающих объятиях Морфея, а потом почувствовала прикосновение к своему лицу и резко распахнула глаза.

Передо мной, подперев голову ладонью, лежит один из близнецов.

Кто это, Лео или Тео, я не знаю, но в принципе, это и не имеет значения, потому что у обоих из них всегда только одно на уме — залезть мне под юбку. А значит — снова придётся отбиваться.

— Проснулась, сладкая, — говорит он бархатным и до невозможности сексуальным голосом.

— Что ты здесь делаешь? — ошарашенно хриплю я. Резко дёргаюсь в сторону, но тут же врезаюсь в твёрдое мужское тело и попадаю в лапы второго блондина. — Что? Что вы делаете в моей постели?!

— Любуемся, как ты сладко спишь, — улыбается он. — Как тебе спалось этой ночью?

— Хорошо, — отвечаю настороженно.

— А как голова? Не болит больше?

— Н-нет.

Вспоминаю свой вчерашний спектакль и немного напрягаюсь.

А что, если близнецы уже в курсе моего ночного променажа по ранчо? Вдруг одна из камер меня всё же засекла?

Если так, то охрана наверняка уже доложила об этом.

— Быстро вчера уснула? Ничего не мешало?

Я напряглась ещё больше.

Но тут же сделала невозмутимый вид и пожала плечами.

— Да вроде бы… нет.

Парни коварно улыбнулись. В глазах у обоих хитрый, хитрый блеск.

Так, что-то мне это всё начинает не нравится.

Они явно что-то задумали. Я даже уверена, что сейчас снова приставать будут.

Поэтому, чтобы не запустить дело до того, когда запахнет жареным, решила быстренько ретироваться с поля боя. Вернее, с кровати.

Скинула руку одного из близнецов, который к этому времени уже начал нагло лапать меня за попу, и с сарказмом спросила:

— А кормить меня завтраком в «гостях» будут? А то я с утра такая голодная, — В подтверждение словам мой желудок жалобно заурчал. — Или вы решили заморить меня голодом?

— Моя сладкая Киска, — промурлыкал Тео, или Лео? Да кто их разберёт — оба на одно лицо! — Ну, конечно. Иди умывайся и спускайся вниз. А я пойду посмотрю, может Маргарита ещё не ушла. Это наша домоправительница. Попрошу её приготовить для тебя что-нибудь особенно вкусненькое.

Когда парни скрылись за дверью я пулей влетела в ванную и начала спешно приводить себя в порядок, чтобы успеть застать эту загадочную Маргариту.

Может она сможет мне чем-то помочь?

Хотя, пока даже не знаю чем. Сбежать отсюда она мне вряд ли поможет, ведь она работает на Макларенов. Но, может, хотя бы удастся узнать какую-нибудь информацию.

Из нового глянцевого пакета, будто из ларца с сюрпризом, я выудила легкое летнее платье персикового цвета. Ткань была очень нежной на ощупь, и к тому же приятно холодила кожу.

Хмыкнув, в который раз отметила про себя, что у близнецов очень даже неплохой вкус. Ну, или у того, кто это выбирал.

Я надела платье, собрала волосы на затылке в высокий хвост и поспешила на кухню откуда на весь дом разносился просто божественный запах свежей выпечки.

— Доброе утро, — поздоровалась я, глядя на невысокую женщину, которая крутилась у плиты напевая себе под нос какую-то песенку на неизвестном мне языке.

— Доброе утро, bella donna! [1] — обернувшись с улыбкой ответила она.

Домоправительница, Маргарита, оказалась очень улыбчивой женщиной средних лет, с пышными формами и тёмными вьющимися в кольцо волосами. Она что-то активно помешивала на плите, но это совсем не мешало ей рассматривать меня с большим любопытством, отчего улыбка женщины становилась всё шире и шире.

— Una bella donna! [2] — ещё раз с восхищением воскликнула она.

— Белла… что? — не поняла я.

— Красавица, говорю! — пояснила она. — Присаживайся за стол, милая. Угощайся. Панкейки сегодня получились на славу: пышные, румяные. М-м-м, пальчики оближешь. А через пару минут будет готова фриттата.

Я смущённо присела за стол, который был уставлен разными вкусностями: фрукты, овощи, красная рыбка на поджаренных тостах, целая тарелка с разнообразными сырами и панкейки. Первым делом я конечно же потянулась за ними — очень уж они аппетитно выглядели.

Откусила кусочек.

Действительно вкусно!

Разглядев на столе вазочку с мёдом, тут же подгребла её поближе к себе. Медок оказался свежим, ароматным, тягучим. Макнув в него панкейк я отправила его в рот и с блаженным стоном прикрыла глаза.

М-м-м! Как же это вкусно!

Обожаю свежий мёд.

— Вкусно? — интересуется Маргарита.

— Очень!

Женщина подошла к столу и поставила передо мной тарелку с неизвестным блюдом под названием фриттата. Это оказался пышный омлет с кусочками помидор, сладким перчиком и ароматными специями.

Пахнет — зашибись!

Или просто я очень голодная.

Маргарита присела напротив меня и с загадочной улыбкой стала за мной наблюдать.

— Кушай, bella, кушай.

— Вообще-то меня Алиса зовут, — пояснила я, отрезая ножом кусочек омлета.

— Я знаю. А меня зовут Маргарита.

— Вы итальянка?

— Да. Мы с мужем много лет назад приехали сюда из Италии. Ну и… прижились тут. Спасибо господину Макларену, он принял нас на работу и обеспечил жильём. Муж мой, Хосе, присматривает за лошадями, а я слежу за домом и готовлю для хозяев разные итальянские блюда, когда они тут живут. Особенно мальчишки очень любят мою стряпню.

— А где, кстати, близнецы? — кивнула на две недопитые кружки с кофе на столе.

— Они ушли на улицу. Даже не позавтракали толком: похватали всё на ходу. Хосе сейчас собирается поехать в город за витаминами для лошадей, так вот, ребята пошли с ним что-то обсудить.

Я тут же уцепилась за её слова.

— А до Брисбена отсюда далеко?

— Ой, Брисбен далеко, совсем далеко.

— А куда же тогда поехал ваш муж?

Женщина уставилась на меня недоумевающим взглядом.

— Как куда, в Кэрнс конечно.

Ага! Значит мои догадки оказались верны — мы всё-таки недалеко от Кэрнса. Ну, это уже кое-что.

Я закивала со знанием дела.

— А, ну да, конечно, Кэрнс… Послушайте, Маргарита, мне очень нужно позвонить. У вас есть телефон? — говорю, а сама нервно оглядываюсь на дверь. Не хотелось бы, чтобы кто-то из близнецов услышал наш разговор.

Итальянка посмотрела на меня с искренним недоумением, будто я у неё не телефон попросила, а луну с неба.

— Мой разрядился, а… зарядку я с собой не взяла, — сочиняю на ходу «легенду».

— А как же…, — Она перевела взгляд в сторону окна, задумалась о чём-то на мгновение. А потом начала вести себя очень странно: подскочив со стула суетливо забегала по кухне, пряча от меня растерянный взгляд. — Так, ну всё, мне пора бежать. Здесь в кастрюле каччукко. Ещё горячий. Когда остынет — уберёте в холодильник, чтобы не прокисло, — деловито начала раздавать указания. — А лучше — сама проследи, Алиса, а то львятки могут забыть.

Львятки? Хм… Смешное прозвище.

— Вы сказали: львятки?

Маргарита застыла, округлив и без того большие глаза. На её румяном лице застыло очень странное выражение: смесь паники и досады. Будто она сболтнула что-то лишнее и сейчас мысленно корила себя за это.

— Да, — махнула она рукой. На губах женщины мелькнула нервная улыбка. — Я мальчишек так с самого детства называю. Они мне всегда диких котят напоминали. Настоящие шалопаи были! Как что-нибудь вытворят — так сразу глазки такие виноватые-виноватые, но хитрые-хитрые. Знали, пушистики лохматые, что я не умею на них долго злиться.

Вот в этом я с ней абсолютно согласна. Глазки у этих «шалопаев» действительно хитрые. Такие хитрые, что рядом с ними я постоянно чувствую себя маленькой мышкой, попавшей в лапы к двум оголодавшим котам, мечтающим меня, если не съесть, то вдоволь позабавиться.

Наверное, мои мысли всё же отразились на лице, потому что женщина, всплеснув руками, снова заохала что-то на своём итальянском, заметалась по кухне, а потом выскочила на улицу через широкую стеклянную дверь.

И, только я её и видела! Так влупила по дорожке в сторону своего домика, что только пятки сверкали.

Странная она какая-то. Неужели близнецы настолько её запугали?

Ух, зверюги!

Я неспеша допила свой кофе, убрала всю грязную посуду в посудомойку и вышла на улицу.

Осмотрелась по сторонам и, не обнаружив никаких препятствий в виде моих диких ночных «друзей», спокойно пошла по дорожке в сторону конюшен.

Близнецов я заметила почти сразу, ещё издалека — они оба находились за заграждением манежа под открытым небом, о чём-то переговаривались и наблюдали за парочкой красивых лошадей, бегающих по кругу.

Я подошла ближе и с восхищением залюбовалась лошадками.

Одна из них была белоснежная, небольшая, но изящная кобылка. Очень красивая. Невероятная! Она бегала по кругу и постоянно пыталась заигрывать с гнедым жеребцом, который, похоже, отвечал ей полной взаимностью.

Ну какие же они красавчики!

Я всегда мечтала научиться ездить верхом, но, как-то всё не получалось. А сейчас, вот сморю на этих прекрасных и статных лошадей, и мысленно уже дрожу от предвкушения. Так хочется попробовать!

Мой интерес не остался незамеченным близнецами, ибо восторг в моих глазах — неподдельный и искренний — говорил сам за себя.

Лео направился в мою сторону демонстративно поигрывая мускулами на обнажённой груди.

Красуется, зараза! Ну как же без этого!

Эх, мужчины — они такие мужчины! Во всём мире одинаковые. Никогда не упустят возможности покрасоваться перед девчонкой. Если, конечно, есть чем красоваться.

А близнецам, да, определённо есть что показать.

Их тела… М-м-м, они будто вылеплены по канонам идеального мужского тела. Не перекачанные, как кочки, но с чётким рельефом тугих мышц и красивым прессом, с идеальными ровными кубиками.

Сильные, мужественные и… сексуальные.

Ох, лучше на такое вообще не смотреть. А то всякие неприличные мысли сразу в голову начинают лезть.

А мне это сейчас совсем не надо. Я должна сохранять разум холодным.

— Нравятся лошадки? — спрашивает он.

— Очень!

— Хотела бы прокатиться?

— А можно?

— Конечно, Киса! — Это уже Тео говорит, который в одно мгновение оказался рядом. Привстал на ограждение манежа, чтобы поравняться со мной. — Но только с одним условием…

— Это с каким ещё? — настороженно спросила я.

— Поцелуешь нас с братом, — уголки его губ медленно ползут вверх, а в глазах — стая чертей пляшет.

Лео наклонился к моему ушку c другой стороны, и прошептал своим низким бархатным голосом, пробирающим меня до мурашек:

— По-настоящему… в губы.

Тео тут же поспешил добавить, промурлыкав:

— С язычком.

Вот блин!

Чувствую, как кожа на щеках вспыхнула нестерпимым жаром. Уши тоже горят. А бедное сердечко, того и гляди, сейчас выпрыгнет наружу.

Боже, да что же со мной происходит? Сама понять не могу. Рядом с близнецами меня буквально раздирает от противоречивых чувств: с одной стороны, хочется залепить обоим по затрещине за их наглость и дерзость, но в то же время, каждый раз, когда они вот так близко, окутывают меня своей странной неповторимой энергетикой… голова просто кругом идёт.

Голос разума отчаянно вопит, что я не должна поддаваться на их провокации, и уж тем более собственным эмоциям. Близнецы похитили меня и держат у себя против моей воли. А это значит — я не могу им доверять.

Только холодный разум, Алиса! Только холодный!

С язычком значит им захотелось?

А вот фиг вам с маслом!

— Обойдётесь! — фыркнула я возмущённо. — Я кажется уже говорила, что вы!.. не в моём вкусе. Так что, зря стараетесь, мальчики. Мои поцелуи, только для любимого, — И, дразня высунув язык, добавила: — С язычком.

Я спрыгнула с заграждения и, развернувшись, с гордой походкой направилась обратно в дом. Но стоило мне сделать всего пару шагов, как в спину мне, словно ураган, прилетел грозный львиный рёв.

Вздрогнув от неожиданности, я резко обернулась и в недоумении огляделась по сторонам. Но кроме близнецов и лошадей, бегающих по манежу, рядом никого не было.

Но я же отчётливо слышала львиный рык. Такой реальный и мощный, будто вчерашние лохматые охранники, вот прямо сейчас стоят за моей спиной.

Хлопаю глазами и не могу ничего понять.

Чертовщина какая-то!

Это что же, у меня глюки что ли?

Да, наверное, это всё от жары. Сегодня, действительно, невероятно жарко и душно, даже не смотря на утренние часы.

Пойду-ка я лучше в дом: там и кондиционер работает, и от блондинов подальше. Полежу немного, обдумаю новые варианты побега.

Вот только планам моим осуществиться, увы, не удалось. Потому что стоило мне обернуться, как я тут же напоролась на обжигающий взгляд приближающихся ко мне близнецов.

Ой…

Что-то не нравится мне их настрой. Слишком уж решительный какой-то.

И что эти черти опять задумали?

Тео

— Что она только что сказала? — рычу, глядя вслед удаляющейся маленькой засранке, которая всего лишь за пару дней умудрилась истрепать мою нервную систему и всю душу вывернуть наизнанку.

— Мы не в её вкусе.

— Бля-а-а! Ну вот как тут держать себя в руках, а? У меня уже член дымится от перевозбуждения, а она даже поцеловать себя не даёт.

— Похоже, нас снова отшили, братец, — хмуро хмыкнул Лео.

— Чёрта с два! Я не верю, что она совсем ничего к нам не чувствует. Притяжение истинных пар никто не отменял — оно должно работать.

— Тео, она не львица, она — человек. У неё нет наших природных инстинктов. Не забывай об этом. Вполне возможно, что она просто ещё не осознала, не почувствовала это притяжение. Ну или… она ловко притворяется.

— Всё из-за этого сраного Либермана. Она думает, что влюблена в него, поэтому динамит нас. Что она в нём нашла? Он же мудило отборной категории!

Лео усмехнулся.

— Нам не понять. Но, думаю в наших силах её переубедить.

Я посмотрел на брата. В его глазах отражался тот же дикий огонь, что горел внутри меня. Мы поняли друг друга без слов. Всегда понимали, и всегда были за одно.

— Думаешь о том же, что и я?

Лео кивнул.

— Пора переходить к активным действиям. Что там у нас по плану после поцелуев?

Я хищно оскалился, в один прыжок перемахнул через заграждение, и решительно направился вслед за удаляющейся девчонкой. Лео последовал моему примеру и рванул следом.

Мы нагнали Алису уже почти возле дома. Она обернулась и, заметив нас, насторожилась. Нахмурила бровки, боязливо попятилась к двери. А потом, сообразив, что к чему, взвизгнула и влетела в дом быстрее пули.

— Что вы задумали?! — пискнула она, заметавшись по гостиной в поисках укрытия.

Вот только спасения нет, от нас не сбежать, сладенькая.

— Хотим доказать тебе насколько ты не права…

Мы с Лео окружаем беглянку с двух сторон и, прежде чем она успевает что-то возразить ловим её в капкан двойных объятий. Таких крепких, что ей не вырваться.

— Не права в чём?

Алиса шумно дышит, вцепившись ноготками в мои плечи.

В нос ударяет сладкий запах моей малышки. Нежный, чистый, с едва уловимыми нотками возбуждения — и у меня напрочь срывает крышу.

Она хочет этого, так же, как и мы!

— В том, что мы тебе не нравимся, — прошептал Лео прикоснувшись губами к её нежной коже за ушком.

— Вы… вы мне… не нравитесь, — сумбурно лепечет Алиса, а сама вся покрывается мурашками, когда брат ведёт языком по тонкой шейке, а потом прихватывает губами мочку её уха.

Ей нравится… Ещё как нравится!

Вот только почему-то, эта засранка не хочет признаваться в этом.

Упрямая!

— Тогда почему ты дрожишь? И почему от тебя так сладко пахнет возбуждением? М-м, Киска? — говорю хрипло, почти касаясь пухлых губок, и с удовольствием наблюдаю, как щёки Алисы покрываются ярким румянцем. — Врушка, — улыбаюсь коварно. — Уверен, что твои трусики уже насквозь мокрые.

И, чтобы убедиться в этом опускаю руку вниз. Пальцы ныряют под подол платья и мгновенно вклиниваются между стройных ножек накрывая сладкую девичью плоть.

Пусть через трусики, но мне и этого хватило, чтобы едва не застонать от удовольствия, которое я сейчас испытываю, прикасаясь к своей паре.

Алиса округлила глаза, дёрнулась в попытке запротестовать, но я не даю ей ни единого шанса: запечатываю нежный ротик страстным поцелуем.

Боги, какая же она сладкая, моя девочка. Такая вкусная, нежная и… кусачая, бля-а-а!

Она меня что, укусила?!

Твою ж, мать!

Вот же кошка дикая!

Сам не понял в какой момент, эта маленькая зараза цапнула меня за губу. Я не ожидал конечно, отпрянул. А она в этот момент пихнула Лео в бок и резво метнулась в сторону распахнутой двери. Выбежала на улицу, и во всю прыть лупанула в сторону конюшни.

Мы с Лео зарычали в предвкушении.

Зря ты убегаешь, малышка. Зря дразнишь. Так ты только сильнее распаляешь и пробуждаешь в нас настоящих хищников.

— А ну стой, зараза мелкая!

Слышу за спиной разъярённый рык.

Они думают, что меня это остановит? Ага, сейчас!

Я выскочила из дома, будто за мной стая чертей гналась. Ну, может и не стая, но два обнаглевших самца — точно! Куда бежать не знаю, поэтому припустила по дорожке в сторону конюшни. А эти двое, естественно ломанулись за мной.

Забегаю в здание и в панике мечусь по сторонам, не зная куда же спрятаться. Да и не спрятаться мне от них, и не сбежать. Территория поместья так охраняется, что отсюда даже муха не вылетит без их ведома.

Они загнали меня в ловушку!

— Ну куда же ты, Киска? Далеко собралась? — хриплый голос Лео заставляет вздрогнуть и обернуться.

Вслед за ним в проёме двери появляется его брат-близнец. Они как чёртовы клоны — одинаковые до безобразия. Вообще не отличить!

Но сейчас я точно знаю кто из них, кто. Потому что Тео я только что укусила за губу, и прокусила её до крови. Но его этот факт похоже мало заботит — он только скалится довольно. В глазах мужчины отражается дикий азарт и похотливый блеск предвкушения.

Озабоченные идиоты!

Братья знают, что мне некуда бежать, поэтому и играют со мной, как чёртовы коты с мышкой.

Забавляются, сволочи!

— Какая шустрая у нас кошечка, — не отрывая от меня хищного взгляда Тео делает опасный шаг в мою сторону. — Дикая. Необузданная. Мне охренеть как нравится!

— Не подходите ко мне, — цежу сквозь зубы предупреждение, но голос предательски дрожит.

— Ну что ты, маленькая, не надо бояться нас.

Голос Лео звучит обманчиво-ласково. Он усыпляет им мою бдительность, гипнотизирует сознание. Как хищный зверь перед прыжком подбирается ближе. Обходит меня с одной стороны, а его брат — с другой. Действуют чётко и слаженно, загоняя в ловушку, как глупого зверька.

Медленно отступаю назад, кручу головой по сторонам пытаясь отыскать хоть что-нибудь, что могло бы помочь мне защититься. Паника буквально затапливает изнутри. Даже если заорать во всё горло — меня же никто не услышит. Никто не придёт на помощь. Поэтому сейчас я могу рассчитывать только на себя.

Боковым зрением замечаю тюк сена, лежащий рядом с денником и воткнутые в него вилы.

Самое то!

Хватаю импровизированное оружие и направляю его на мужчин.

— Только подойдите ближе — заколю! — зашипела я, как дикая кошка, наивно полагая, что это их остановит. Или хотя бы напугает?

Нет, им вообще всё до фонаря. Ничего их не страшит — уверенные в себе, засранцы!

Тео игриво выгнул одну бровь и оскалился хищно:

— Я кайфую от тебя. Моя ж ты, дерзкая, Киска!

— Наша! — будто бы уточняет его брат.

— Конечно наша, — охотно соглашается он. — Сладкая… девочка....

Кружат вокруг меня, как коршуны. Подбираются ближе.

А потом, резкий рывок с двух сторон — мгновение! — и вот я уже зажата между двумя огромными полуобнажёнными мужчинами. В полной их власти. Даже пикнуть не успела, как кто-то из них выдернул вилы из моих дрожащих пальцев, тем самым полностью обезоруживая и обездвиживая жёстким захватом за руку.

— Уберём-ка в сторону эту опасную вилку. А то ещё поранишься не дай, Бог, — шепчет на ухо Лео вжимая меня в своё твёрдое тело.

— Вот ты и попалась, Кисуля, — за спиной, словно дикий кот мурлычет Тео. Вроде бы ласково, но в то же время — угрожающе опасно.

Похоже я влипла, по самые уши!

Чёрт! Чёрт! Чёрт!

Чувствую себя маленьким зверьком, зажатым в цепких лапах двух матёрых хищников. Моё бедное сердечко так сильно колотится в груди, что того и гляди сейчас просто выпрыгнет наружу.

Близость мужчин меня волнует. Это определённо точно. Но вот то чувство, которое она вызывает — мне совсем не нравится. Слишком уж оно неожиданное, будоражащее и… какое-то чересчур порочное. Совсем не похожее на то, что я испытывала к Марку.

Близнецы определенно плохо на меня влияют. Рядом с ними у меня одни только развратные фантазии голове.

Это же капец просто!

— Малышка…

Лео проводит костяшками пальцев по моей щеке и не сводит глаз с моих губ. В его взгляде настоящий голод и порок.

Оборачиваюсь и перевожу свой взгляд на Тео. В его золотистых глазах плещется такая же бездна порока — тёмная и бездонная. Она затягивает меня в свои сети, заражает этим безумством. Кажется, что если я прыгну сейчас в эту бездну, то назад уже дороги не будет.

Он слегка тянет мою голову за хвост и крепко фиксирует на своей груди так, что не вырваться. Наклоняется к ушку и шепчет горячо:

— Хочу тебя, котёнок…

Прихватывает губами мочку моего уха, проводит по ней языком, отчего по телу, словно рябь по воде, прокатывается сладкая дрожь. Его руки бесцеремонно скользят по изгибам моего тела: оглаживают бёдра, ползут вверх по талии и накрывают грудь, чуть сдавливая её в ладонях.

С моих губ срывается протяжный вздох.

Я уже знаю, что сейчас они меня поцелуют: сначала один, потом — второй. И что самое страшное — подсознательно я жду этих поцелуев. Жду, и сама же злюсь на себя за это.

Что со мной происходит? Что не так?

Я не должна этого хотеть! Не должна!

Но что-то внутри предательски сжимается от предвкушения. Или… О, Боже!.. От возбуждения?

Нет, нет, и нет!

Вот просто из вредности — нет!

Ни за что не поддамся им.

— Отпустите меня! — забилась в мужских объятиях. — Кажется вы обещали, что не будете принуждать меня. А на деле что же: при первой же возможности лезете мне под юбку!

Лео улыбнулся уголком губ.

— Разве мы делаем с тобой что-то плохое, сладкая?

— Мы только пробуем тебя на вкус, — «мурлычет» Тео над ушком. — Совсем чуть-чуть…

Вот ведь, наглые морды!

Они вообще не понимают о чём я им говорю?

Или просто притворяются? Думают, что, если такие красавчики неотразимые, так я непременно должна растечься перед ними лужицей?

Внешне они, конечно, очень даже ничего, симпатичные. Красиво сложённые и невероятно сексуальные. Но вот внутри — полные засранцы!

— Вы совсем охренели, да?! — Со злостью отпихиваю от себя парней. — Считаете, что вам всё позволено, да? Захотели — похитили. Увезли чёрт знает куда. А захотели — поцеловали без спроса. Или вообще… залезли мне в трусы! Знаете, как это называется?! — вскрикнула я, сверкая яростным взглядом: — ДОМОГАТЕЛЬСТВО! Да-да, вы меня правильно поняли. Вы говорите, что я вам нравлюсь, что хотите узнать меня получше, но на деле всё сводится только к одному — к постели, — усмехнулась горько. — Вам не нужна Я, как человек, как личность… Вы просто хотите переспать со мной, вот и весь ваш интерес.

— Алиса…

Лео делает шаг ко мне, но я тут же отпрыгиваю на два назад.

— Что?!

На глаза наворачиваются злые слёзы.

Мне обидно… Обидно за то, что эти два дурака считают меня просто красивой куклой, с которой они решили позабавиться от скуки.

— Хотите сказать, что я не права? Совсем меня за дуру держите?!

— Алиса, ты не права, — выдыхает Лео нахмурив брови. — Ты много не знаешь…

— А чего тут знать-то! Всё и так понятно: я вам приглянулась, и вы решили со мной позабавиться. Так? Но, знаете что — я вам не шлюха, которая прыгает в койку к первому встречному, — От обиды голос начинает дрожать. — Я… У меня… У меня может вообще ещё мужчины не было! Никогда! А вы тут… набросились… как два озабоченных маньяка.

Близнецы зависли на мгновение, а потом на губах у обоих расплылись довольные улыбки.

— Значит, Либерман не успел добраться до самого сладенького, — ухмыльнулся Тео глядя на меня голодным, и в тоже время нежным ласкающим взглядом. — Наш цветочек ещё не раскрыт?

— Потому что этот цветочек принадлежит только нам, — не сводя с меня обжигающего взгляда уверенно заявляет Лео.

Ну вот — опять двадцать пять!

Я им об одном, а они мне — опять о том же.

Ну вот как с ними разговаривать?

— Придурки! — фыркнула я, и развернувшись, собралась уйти, но Тео поймал меня за талию и прижал к своей груди.

— Ну ты чего, Киска, обиделась?

— Отпусти, — заёрзала в его объятиях.

Тео коснулся губами моей макушки, зарылся носом в волосах и с жадностью втянул воздух.

— С ума сводишь, Алиска, — мужские губы коснулись чувствительной кожи за ушком, и у меня по телу побежали предательские мурашки. — Такая нежная и сладкая девочка… У меня просто крышу рвёт.

— Я сказала: отпусти! — прошипела сквозь зубы теряя терпение.

— Ну не будь такой злючкой, Алиса, — хмурится Лео. Подходит ближе, и нежно касается моего лица своими пальцами. — Скажи, чего ты хочешь? Как нам добиться твоего расположения?

— А то вы сами не знаете, как надо ухаживать за девушкой, — фыркнула я. А потом усмехнулась: — Ну конечно, вы же привыкли, что они к вам сами прыгают в койку. Правильно — зачем стараться!

— Ну… вообще-то раньше так и было, — хмыкнул Тео теснее прижимаясь ко мне сзади.

У-у-у, как же они меня бесят!

Наглые, самоуверенные, засранцы!

С силой ударила блондина по ноге, так, что он тотчас разжал руки и выпустил меня из своих объятий. Я же, отскочив в сторону, зло прищурила глаза.

— Хочу вас сильно разочаровать, мальчики. Не все девушки готовы прыгать в койку к первому встречному. А уж сразу к двоим — тем более! Большинство из них предпочитают классические отношения. Да-да! Может быть, звучит банально, но конфетно-букетный период в отношениях никто не отменял. Но вам этого видимо не понять. Да вы меня даже на свидание нормальное не пригласили! — чересчур эмоционально выкрикнула я. — Ведёте себя как неандертальцы — дубинкой по голове, и в пещеру. И сразу хотите, чтобы я воспылала к вас страстью? — вскинула руку демонстрируя неприличный жест из пальцев. — Обломитесь! Поняли?!

С этими словами я развернулась и понеслась прочь из конюшни, оставив близнецов с вытянутыми в недоумении лицами.

Ну а что, должен же был кто-то опустить их с небес на землю? Пусть не думают, что все в этом мире должны подстраиваться только под них.

После нашей перепалки в конюшне остаток дня близнецы ходили подозрительно тихие. Ко мне больше не приставали. Вот только смотрели так, будто замышляют какую-то пакость.

Да-да! У них же всё на их наглых смазливых лицах написано, что ночью мне кранты!

Нет ну правда, что им мешает зайти в мою спальню ночью и сделать со мной всё что они захотят?

Ничего!

И, судя по их хищным взглядам, именно это они и задумали.

Ну, или я просто становлюсь параноиком.

В любом случае «ждать у моря погоды» я не собираюсь, поэтому решила бежать сегодняшней ночью. И никакие сторожевые львы меня не остановят. Надеюсь.

Вечером я пораньше скрылась в своей комнате и заперла дверь на ключ. Для надёжности ещё и стулом подперла, чтобы уж наверняка. Конечно, это так себе защита от двух озабоченных самцов, но я всё же наивно надеюсь, что они не решатся портить мебель в собственном доме.

Затаившись, словно мышка, я прислушивалась к любому шороху за дверью. Но, к счастью, близнецы так и не явились.

Фух!

Кажется, пока всё идёт по плану.

В полночь я вылезла в окно, спустилась вниз и начала пробираться к забору вчерашним маршрутом: короткими перебежками, прячась от камер в раскидистых кустах роз.

И вот, наконец, квест пройден, моя цель впереди — высокий забор и желанная свобода за ним. И я, вся такая воодушевлённая своей победой, бегу к забору, а в это время мне на перерез несутся две громадные львиные туши.

Не-е-ет, только не они!

Ускорилась по максимуму.

Авось успею заскочить на забор, а там — поминай, как звали.

Но, не тут-то было: львы оказались намного быстрее и проворнее меня. И когда до проклятого забора оставался всего один шаг — меня сбили с ног и повалили на землю, вышибив из лёгких весь воздух. А потом, эти наглые котяры, принялись облизывать меня всю, с ног до головы, будто я офигенно-сладкая антилопа так удачно попавшаяся в лапы к двум зажравшимся хищникам.

На самом деле, я очень даже рада и благодарна близнецам, что они так хорошо кормят своих сторожевых зверушек. Иначе, кто-то бы мной сегодня очень хорошо поужинал.

— Отстаньте… Фу! Брысь!

Уворачиваюсь от назойливых шершавых языков. Мне щекотно и смешно. А ещё обидно, что мой побег опять провалился. И всё из-за вот этих лохматых красавчиков, которые радуются мне, как два котёнка мышке.

— Ну всё, всё, хватит! Я тоже вам рада, но не до такой же степени.

Львы довольно рыкнули и завалились рядом со мной на землю. А я притаилась, с тревогой ожидая их дальнейших действий.

Но, слава Богу, львы больше не проявляли ко мне столь пристального интереса, и просто смирно лежали рядом. А спустя какое-то время вообще, кажется, задремали.

Охранники, блин!

Я тихонечко привстала и, аккуратно перешагнув через львиные тушки, выбралась из опасного плена. Стараясь не шуметь, на цыпочках прокралась к забору. Но стоило мне только закинуть на него ногу, как вновь сработала «сирена» в виде грозного львиного рыка.

Я медленно обернулась и вздрогнула. Львы смотрели на меня настолько хищно и плотоядно, что у меня от их взгляда каждый волосок на теле дыбом встал. В их тёмных глазах отчётливо читалось, мол, только попробуй залезть на забор — загрызём.

Наверное, если бы львы умели говорить, то именно так они бы и сказали.

Вот ведь котяры усатые!

— Хорошие котики, хорошие, — нервно улыбнулась я, внутри леденея от страха. — Ну… чего вы ругаетесь? Ну поймите же: мне очень, очень надо туда, — с тоской посмотрела на неприступный забор, и тут же возмущённо выпалила: — Ну что вам, жалко, что ли?! Вам-то, вот, хорошо: вас тут кормят и поят. Гулять отпускают. И я так предполагаю, что не только ночью, — хмыкнула я, вспоминая встречу с этой парочкой в национальном парке Дейнтрис. — А меня тут насильно держат! Понятно?!

Львы сидят напротив, смотрят на меня с таким умным скучающим видом, будто всё понимают, но им абсолютно плевать. А меня вся эта ситуация начинает дико подбешивать. Стою тут, как дура, разговариваю с дикими кошками, а время-то уходит. Если сейчас мне не удастся забраться на забор, то придётся возвращаться в дом и завтра опять весь день отбиваться от нахальных блондинов спасая свою девичью честь. А то, что они продолжат на неё покушаться — я даже не сомневаюсь.

— Значит так: сейчас я перелажу через этот забор, а вы, ребята, мне не мешаете. Это понятно? — строго и уверенно чеканю я.

Главное ведь уверенность, правда?

С дикими зверями так и надо разговаривать — жёстко и уверенно.

Львы глухо рыкнули: то ли соглашаясь со мной, то ли откровенно протестуя. Но я для себя всё решила: или сейчас, или никогда.

Решительно подхожу к забору, хватаюсь за толстые прутья, поднимаю ногу, а в следующее мгновение меня так же решительно с него сбрасывают одним взмахом мощной когтистой лапы.

Я, как пушинка лечу вниз, ничком падаю на землю уткнувшись носом в траву, и замираю.

Вот гады, кажется, шорты мне порвали!

И, возможно, не только шорты. Я прямо чувствую, как задница горит от увесистого львиного шлепка.

Хочется разрыдаться от отчаяния. Неужели мне никогда не удастся отсюда сбежать?

Зверюги садятся рядом и начинают снова облизывать меня.

Бли-и-н! Да что же это за звери такие?! Не кусают, загрызть не пытаются, ластятся всё время как два котёнка, но при этом упрямо не хотят выпускать меня отсюда.

— Предатели! — ворчу я, вставая на коленки.

Оглядываю свою многострадальную попу и от изумления округляю глаза.

Вот ни фига себе!

Я-то думала, что у меня там вся попа разодрана и кровища хлещет. А нет, кажется, пронесло.

Как так-то?

У меня только одно объяснение: или я такая везучая, или львы супердрессированные попались. Надо же, так «ювелирно» разодрали джинсовую ткань, что на коже ни одной царапинки не осталось.

— Всё равно, предатели! — обиженно фыркаю я, уворачиваясь от новой волны ласкучести моих мохнатых охранников. — Нашли забаву. Я вам что, игрушка что ли?! — Вскочив на ноги сердито смотрю на львов. — Идите… вон! мышей ловите, и с ними играйте. А я вам не игрушка, понятно?!

Львы присели рядом, трутся об меня, урчат довольно. Ну прямо, как домашние коты.

Ну вот, как на них сердиться, даже не знаю?

Всё же они такие лапушки, несмотря на свой грозный вид и упрямую преданность своим хозяевам.

— Ну ладно, ладно. Ваша взяла — остаюсь, — с досадой вздохнула я. Похоже, побег снова отменяется. — Но в дом я всё равно не вернусь. Не хочу.

Я посмотрела на тёмные окна спящего дома и ухмыльнулась сама себе.

Представляю лица близнецов, когда они не найдут меня в кровати утром.

Пусть поволнуются. Думаю, им будет полезно.

Ночевать я решила в конюшне.

Ну а что? Здесь тепло, сухо и вкусно пахнет свежим сеном.

Львы, конечно же, как хвостики поплелись за мной.

Ни на шаг не хотят от меня отходить, грозные охранники.

Выбрав пустой денник в самом конце конюшни, я натаскала туда сена и плюхнулась сверху на эту не совсем мягкую и колючую перинку.

М-да! Это конечно не ортопедический матрац в моей спальне, но, на одну ночь сойдёт. А когда ко мне с двух сторон подвалились мои ручные котики — стало всё просто зашибись. У них такая мягкая и тёплая шкурка, что никакой подушки с одеялом не надо.

Лежу, поглаживаю и перебираю пальцами мягкие пушистые гривы львов. Разглядываю их довольные львиные морды, а у самой аж дух захватывает.

Разве я могла когда-нибудь представить, что буду лежать почти в обнимку, с почти дикими зверями?

Кому расскажу такое — не поверят.

Мне и самой, если честно до конца не верится, что со мной вот такое происходит.

Я осмелела настолько, что даже за усы одного котяру подёргала. А он даже не «мяукнул», только лизнул в ответ мои пальцы.

Прильнула ко львам и заулыбалась, как дурочка.

— Какие же вы всё-таки классные котики: добрые, умные, ласковые. Не то, что ваши хозяева, — хмуро добавила я. — У меня такое чувство, что они вообще не умеют обращаться с девушками. Ведут себя, как два быка прущие напролом к своей цели. А с девушкой надо по-другому: ласково, и с любовью. Ну правду же я говорю?

В ответ львы лизнули мои щёки и довольно заурчали.

— Ну вот, даже вы всё понимаете. Какие же вы умнички, — улыбнулась я. А потом зевнула, чувствуя, как меня неумолимо клонит в сон. Сегодняшняя ночная прогулка отняла у меня все силы. — Вот если бы вы были людьми…, — сонно пробормотала я, обнимая львиную лапу. — Уверена, вы бы меня любили…

Утром меня разбудили назойливые солнечные лучики, пробравшиеся сквозь маленькое узкое окошко денника. Не открывая глаз, я лениво потянулась и, перевернувшись на другой бок, прижалась к тёплому гладкому телу льва…

Так, стоп!

Вчера эти котяры не были таким гладкими и… мускулистыми!

А где же пушистая шёрстка и грива?

В панике распахнула глаза и чуть не обомлела от представшей передо мной картины. Вместо львов, рядом со мной лежат близнецы. И они… Боже мой!.. Они абсолютно ГОЛЫЕ!

Один из парней обнимает меня за талию прижавшись сзади, а второй… Второго я только что бесцеремонно лапала сама.

Мамочки-и-и!

Что вообще происходит?

— Доброе утро, Киса, — прошелестел над ухом хриплый после сна голос Лео. А может это Тео? Кто их разберёт этих близнецов!

Я взвизгнула и подскочила на ноги, как ошпаренная.

— Что вы… что вы тут делаете?! Боже мой! Вы… Почему вы голые?!

Возмущённо округляю глаза глядя на всё это безобразие и чувствую, как щёки заливает яркий румянец. А всё потому, что смотреть на голых мужчин вживую, мне ещё не приходилось. И вся эта картина отозвалась во мне каким-то странным волнующим трепетом прокатившемся по телу бурлящей волной.

У близнецов, конечно, шикарные тела, спору нет. Красивые, идеальные, словно вылеплены рукой гениального мастера. Без единого изъяна. И я, конечно же, не могу удержать своё любопытство в узде: скольжу пытливым взглядом по их идеальным телам сверху вниз.

Ого! Похоже у них не только в верхней части всё в порядке, но и в нижней… всё очень даже ого-го!

Мой взгляд не остался незамеченным, и члены близнецов моментально отреагировали — они налились тяжестью и увеличились в размере.

Боже мой! Что я творю?!

Зачем пялюсь на них, как дурочка?

Кожа на лице начала просто нестерпимо пылать. Я смущённо опустила глаза, а потом взвизгнула, поспешно отворачиваясь:

— Да прикройтесь уже чем-нибудь!

Слышу за спиной тихий смех близнецов и шуршание сена.

— Так пойдёт, стесняшечка ты наша?

Обернулась.

Близнецы прикрыли свои стратегические места небольшим пучком сена, что конечно же не убавило моего смущения. По сути, они всё так же остаются голыми!

— А одежду одеть нельзя было? — недовольно поджала губы.

— У нас её здесь нет, — загадочно ответил Тео.

Или Лео?

Я совсем запуталась кто из них, кто.

— То есть, как это нет? — опешила я. — А в чём же вы сюда пришли? Голышом что ли?

— Ну, вообще-то не совсем…

Близнецы как-то странно переглянулись, будто сомневаясь в чём-то.

А меня их перемигивания и недомолвки только ещё больше вогнали в сомнения, что что-то здесь не так.

Ну правда ведь, странная какая-то ситуация: вчера я заснула здесь с двумя львами, а утром проснулась в объятиях голых блондинов.

Я, конечно, не верю в сверхъестественное, но почему-то в голову сейчас лезет одна мистическая чушь.

Так ведь не бывает, правда?

— А куда львы подевались? — озвучиваю вслух свои мысли. — Они… были здесь вчера.

Близнецы опять переглядываются и ухмыляются уголками губ.

— А они никуда и не делись.

— Мы тут, Киска.

А?

Это они сейчас что, прикалываются так?

Оригинально!

— В каком смысле? — прищурившись спрашиваю я.

— В самом прямом.

— Мы и есть львы, Алиса.

Не сдержавшись, я прыснула от смеха.

Ну что за бред, в самом деле?

— Хотите сказать, что вчера были мохнатыми и хвостатыми, а сегодня — опять двуногие Хомо Сапиенс? За дурочку меня держите, да?!

— Мы серьёзно, Алис, — без тени насмешки говорит блондин. — Мы — оборотни.

— Настоящие, — добавляет другой.

Улыбка медленно сползла с моего лица, а в голове закружился целый водоворот мыслей.

Какие ещё оборотни? Что за чушь они городят?

А может всё-таки…

Да нет! Это же полный бред!

— Это что, как в фильме что ли? — спрашиваю, глядя на близнецов с ироничной усмешкой. — Нет, я всё конечно понимаю: вы хотите заполучить моё внимание, выпендриться, засветить все свои… хм-м, достоинства. Чтобы, так сказать, воочию… Но вешать ради этого мне вот такую лапшу на уши — это уже перебор.

— Тео, покажи ей.

— Уверен? Может, не надо? — с сомнением отзывается он.

— Надо, Тео, надо. Уж лучше сейчас расставить все точки между нами, чем потом снова ходить кругами вокруг неё и не знать как всё объяснить.

— А если она, того… в обморок хлопнется?

— Ничего, я подстрахую.

— Ну ладно. Только держи себя в руках, Киса. Не паникуй.

Близнецы пристально смотрят на меня. В их, обычно лукавых глазах, ни тени насмешки. Они сейчас серьёзны, как никогда. И это меня пугает. Нутром чувствую какой-то подвох.

Что эти двое опять задумали? Несут какой-то бред несусветный!

Может они сумасшедшие?

Напряглась. Внутренне вся подобралась, готовясь к любому развитию дальнейших событий. Но то, что произошло дальше… повергло меня в дичайший шок.

Боже, как бы не поседеть раньше времени от таких потрясений!

Один из блондинов, тот, который, Тео, начал вдруг увеличиваться в размерах и видоизменяться. Тело обросло шерстью, голова увеличилась, во рту появились длинные острые клыки. И, через мгновение, словно по волшебству, передо мной уже стоял огромный лев. Тот самый, с которым я сегодня ночью спала и обнималась, как с домашним котиком.

Может у меня просто галлюцинации?

Это ведь не может быть на самом деле? Так не бывает…

Они — оборотни?!!!

Мамочки мои, куда я вляпалась?!

А потом, мир вокруг вдруг начал кружиться. Уши, словно ватой заложило: не слышу ничего, кроме бешеного стука собственного сердца.

Это не может быть правдой. Не может.

А потом, темнота…

— Думаешь, она примет нас… после всего?

— Алиса не глупая, должна понять. Сейчас очнётся и обдумает всё спокойно. А мы будем рядом.

Выныривая из забытья, я услышала голоса близнецов и почувствовала нежные прикосновения к своему лицу и голове. Они поглаживали, перебирали пальцами длинные пряди моих волос, осторожно дотрагивались до лица, шеи, рук.

Я солгу, если скажу, что мне не нравились эти прикосновения.

Они мне очень даже нравятся.

Внутри растекается приятное тепло, и такой странный трепет по всему телу, что захотелось…

Вот, чёрт!

Вслед за неприличными мыслями в голове всплыли воспоминания… Жуткие воспоминания. Ужасные.

Я резко распахнула глаза и вжалась в подушку надеясь тотчас же срастись с ней. Беглый взгляд по сторонам показал, что я нахожусь уже не в конюшне, а в просторной светлой комнате в доме, лежу на мягкой кровати. Близнецы, слава Богу, уже одетые, развалились рядом облепив меня с двух сторон. И улыбаются, заразы, своими неотразимыми улыбками.

— Это ведь был сон, правда? — сдавленно пищу я.

Парни отрицательно качают головой.

— Нет, Алиса, это не сон.

Не может этого быть. Не может!

Я резко села на кровати и, прищурившись, подозрительно посмотрела на близнецов.

— То есть… хотите сказать, что вы правда львы? Оборотни?

— Да.

— О, Боже! Это… это просто невероятно. Невообразимо! — ошарашенно шепчу я.

В моей голове сейчас случился настоящий взрыв. Столько мыслей… Столько вопросов… Столько эмоций…

Если близнецы говорят правду, то это ломает и перечёркивает к чёрту все законы и теории об эволюции человечества.

Новый вид — полулюди-полузвери!

Что это? Мутация? Искусственно выведенный вид?

Больше вопросов чем ответов.

А потом в памяти всплыл разговор деда и Марка. Они говорили о каком-то новом виде, который Марк открыл и сейчас изучает. Я тогда не поняла о чём они говорили. А вот сейчас, кажется, картина становится более или менее ясной. Возможно, речь как раз шла именно об этом. Новый вид — это оборотни!

— Я хочу знать подробности, — взволнованно выпалила я. Во мне неожиданно проснулся любопытный и жадный до знаний биолог. Меня всю буквально распирает от эмоций, хочется узнать об этом феномене как можно больше. — Когда это… впервые случилось с вами? Когда вы начали оборачиваться? Или, это было с вами всегда, с рождения? Вы умеете перевоплощаться только во львов или каких-нибудь других зверей? Хотя нет, наверное, это не логично. Насколько я могу судить из книг и фильмов у оборотней всегда только один зверь. А кроме вас, есть другие? Много вас таких на земле? А это больно, когда вы… ну… обрастаете шерстью?

— Тише, Киска, успокойся. Ты сейчас очень взволнована.

Ну конечно я, блин, взволнована! Не каждый же день приходится встречать настоящих оборотней.

Один из близнецов обнял меня сзади, прижал к своему сильному телу и нежно поцеловал, прикоснувшись губами к шее.

— Я должна всё узнать, Тео. Для меня это очень важно.

— Я — Лео, — шепчет блондин мне над ушком.

— Тео — это я, — улыбается его брат напротив.

Я смущённо улыбнулась ему в ответ.

— Вы такие одинаковые… До сих пор не могу вас различить.

— Малышка наша сладкая, скоро ты научишься различать нас, — тёплые губы парня на моей шее и его будоражащий шёпот вызывают во мне необъяснимый трепет. Внизу живота сладко тянет, а кожа покрывается мурашками.

Вот же, засранцы усатые! Умеют ведь мягко стелить и запудривать девушкам мозги. Даже у меня всё размякло и поплыло внутри от их сладких речей.

Господи, ну почему я так реагирую на них?

Так ведь не должно быть. Это неправильно! Я ведь люблю Марка.

— Как только мы закрепим нашу брачную связь…

Что?!

Последняя фраза моментально привела меня в чувство — я тут же напряглась.

— Какую связь?

— Брачную, — коварно улыбнулся Тео.

Я зависла на мгновение.

Эта на что они намекают, наглые усатые морды? Замуж меня зовут что ли? Или это у них прикол такой?

— В каком смысле?

— В самом прямом. Ты — наша пара.

— Наша истинная. Единственная, — горячо шепчет Лео прихватывая губами мочку моего уха.

Я скрестила руки на груди и с вызовом посмотрела на близнецов.

— А вот с этого момента давайте поподробнее.

Тео подался вперёд, неотрывно глядя мне в глаза, настигая, почти касаясь своими губами моих.

— Ты предназначена нам судьбой, Киска. Ты — наша суженая.

Это ещё что за новости такие?

Я согласия не давала!

— Что за глупости, — Я начала активно выворачиваться из объятий Лео. Села к изголовью кровати, притянула к себе подушку вместо щита.

— Это не глупости, Алиса. Ты — наша истинная пара. В мире оборотней встретить свою вторую половинку считается благословением богов.

— Но… вас же двое! О каких половинках может идти речь? — скептически хмыкнула я.

Блондины довольно ухмыльнулись.

— Мы — близнецы, Алиса. Так уж распорядилась природа, что наши звери всегда всё чувствуют одинаково. Бывают конечно редкие исключения, но чаще всего оба зверя признают в одной истинной свою пару.

— Да, Кисуля, тебе выпал дополнительный бонус — два мужа вместо одного.

— Вот счастье-то привалило, — нервно улыбнулась я. — А-а… может вы ошиблись?

— Алиса, оборотни в таком деле не ошибаются. Мы почувствовали тебя ещё тогда, на пляже. Помнишь? Ты зашла в бар и у нас просто крышу сорвало от твоего сладкого аромата.

— Значит… в клубе вы оказались всё-таки не случайно? Следили за мной, да? — прищурилась я.

— Да.

— И в парке Дейнтрис… в виде парочки хвостатых хищников, тоже были вы?

Близнецы довольно оскалились.

— Да.

Я так и думала. Вот, паразиты!

— Зачем вы напали на нас? — поджав губы сердито посмотрела на парней. — Марк из-за вас чуть не погиб! Вы же могли убить его!

— Жаль, что не прибили, — зло усмехнулся Тео.

— Вы… вы точно сумасшедшие! Что вам Марк сделал плохого? За что вы его так ненавидите?

Я просто ушам своим не могу поверить. Они действительно хотели убить Марка? За что?!

Взгляд близнецов моментально потяжелел. Из ласковых и пушистых котиков они превратились в устрашающих хищников — пугающих и опасных.

— Твой Либерман настоящий говнюк, поняла? Вместе со своей командой сумасшедших фанатиков, которые гордо называют себя учёными! — процедил сквозь зубы Лео. — А на деле — убивают и замучивают до смерти десятки оборотней.

Я ошарашенно уставилась на близнецов.

— Что? О чём вы?

— О том, что Либерман работает в секретной правительственной лаборатории. Они отлавливают оборотней и запихивают их в клетки. А потом проводят на них эксперименты, как на лабораторных крысах. Понимаешь?! Женщины, дети… этим уродам неважно кого препарировать.

Я сглотнула образовавшийся в горле ком.

Господи, что происходит? Я не могу поверить в этот бред.

Марк не может делать подобные вещи, не может…

«…Они существуют! Эти звери совершенно новый вид, с которым человечество ещё никогда не сталкивалось. Мы пока не знаем, что это: естественная мутация или искусственно выведенные особи. Мой коллега, профессор Салливан говорит, что возможно, они были созданы японцами в качестве биологического оружия. Но, это только слухи — информация донельзя прозрачная. Поэтому наша задача, как можно лучше изучить их, понять их природу и возможности. Программа поддерживается правительством США и Австралии. Да-да, американцы тоже заинтересованы в изучении этого вида. Наверняка хотят использовать это в политических целях. Всё-таки, эти звери обладают недюжинной силой и могут быть смертельно опасны для людей.

— Думаешь?

— Я уверен. Нам удалось отловить две особи на территории Австралии, и на их усмирение ушло немалое количество транквилизатора.

— И где они сейчас?

— На военной базе, в клетках. У нас там оборудована новейшая лаборатория, и есть всё необходимое для изучения этих тварей.

— Так может двух особей будет достаточно? Зачем отлавливать ещё?

— Ну вы же сами знаете, Степан Петрович, что для полномасштабного исследования две особи — это слишком мало. Нужно больше. К тому же, нам ещё необходимы женские особи, чтобы изучить их репродуктивную систему. Мы обязательно должны знать, как и насколько быстро они размножаются…».

Вспомнив разговор дедушки и Марка у меня всё похолодело внутри.

Неужели, это правда? Марк держит людей в клетках?

Ну ладно, не людей — оборотней. Но, что это меняет!

Оборотни — они ведь как люди, только… другие. Они не просто живые, они — мыслящие. Разве можно держать их в клетках?

А дед? Получается, что он всё об этом знает и поддерживает его?

Нет, нет, я не могу во всё это поверить. Это какой-то бред! Марк не может во всём этом участвовать, он же не сумасшедший.

— Я не верю вам. Марк просто не способен причинить вред живому существу. Он — биолог, защитник всего живого на Земле. Вы лжёте!

— Ты ещё такая наивная девочка, Алиса, — усмехнулся Лео. — Думаю, ты очень удивишься, когда узнаешь, что твой дед активно поддерживает его в этом сумасшествии.

— Это неправда! — взвилась я. — Я хорошо знаю своего дедушку! Он — биолог, учёный, но никак не садист. Он бы никогда не стал мучить и убивать подобных существ как вы. Да что там — любых живых существ! Даже в рамках научных экспериментов.

Меня просто распирает от негодования.

Как они могут так говорить про деда и Марка? Они же их совсем не знают.

Или… всё-таки знают?

— Откуда вы знаете моего дедушку? Вы что, знакомы?

— Лично — нет. Но, есть достоверные источники информации, которые подтвердили, что твой дед подписал контракт на работу с компанией «Элей Фарм». Эта фармацевтическая компания является прикрытием для более крупной организации, финансируемой правительством нескольких стран. Это закрытые лаборатории, в которых такие фанатики как Либерман, держат оборотней и ставят на них свои чёртовы эксперименты.

— Я не могу в это поверить, — сдавленно шепчу я.

Господи, у меня сейчас в голове настоящая каша!

Оборотни, эксперименты, Марк… К тому же, ещё и дедушка каким-то местом завязан во всём этом балагане.

— Алиса, давай ты сейчас успокоишься и выслушаешь нас, — Лео придвигается ближе. Накрывает своей ладонью мою, нежно поглаживает и сплетает наши пальцы. — Мы понимаем, что сейчас на тебя свалилось очень много разной информации и… тебе нужно всё это переварить, осознать и… принять.

— Да уж, такое я точно буду долго переваривать, — ворчу я.

— Кисунь, мы только хотим сказать, что мы рядом и готовы ответить на все твои вопросы, — мурлычет Тео с другого бока.

— Это хорошо, потому что у меня их очень много. Вы же расскажите мне о себе? Откуда у вас эта способность оборачиваться в зверей? Как, и когда она появилась? Может… это какая-то мутация? А может…

— Подожди, подожди, Алиса. Давай сразу разберёмся: мы не мутанты, мы — оборотни, — пояснил Лео нахмурив брови.

— Я это поняла. Но мне непонятно откуда вы взялись? Всё это слишком нереально. Фантастично, сказочно. Я пока не могу всё это адекватно осмыслить.

— Тогда слушай. Согласно древним писаниям, раса оборотней пришла на землю три тысячи лет назад, через межмировой портал. Наш родной мир назывался Альфарионом. Именно оттуда пришли наши предки и расселились по земле. И это не сказка, Алиса — это реальность. Наша раса родом не из этого мира.

Я открыла рот от удивления. Кажется, дело становится всё интереснее. В моей голове было много разных версий, но такого я даже предположить не могла.

— Ого! — выдохнула удивлённо. — А… почему они пришли в наш мир?

— К сожалению точных сведений об этом нет. Наши предки, которые возглавляли переселение уже давно покинули этот мир, а в древних записях, которые уцелели до наших дней слишком мало информации. Но предполагается, что возможно была какая-то катастрофа, угрожающая уничтожением всей цивилизации.

— И много оборотней перешли в наш мир?

— Насколько известно на Земле сейчас существуют четыре расы Альфарионцев: львы, ягуары, волки и медведи.

— А что, были и другие?

— Если верить древним записям, то да, в нашем родном мире существовали и другие расы оборотней.

— Как интересно и невероятно! Другие миры, иные расы… Я будто окунулась в какой-то фантастический фильм. Но, если как вы говорите в наш мир перешли четыре расы оборотней, то по идее… могли и другие прошмыгнуть? — с воодушевлением рассуждаю я.

— По идее — могли, — хмыкнул Тео. — Но мы никогда не встречали других.

— Но это не значит, что их здесь не может быть, так? Наша земля очень большая, мало ли где они могли прижиться. А вам не больно, когда вы… ну… оборачиваетесь в зверей?

— Нет, Алиса, нам не больно, потому что мы со зверем одно единое целое. Хотя, самый первый оборот был довольно болезненный.

— Но это только в первый раз, потом — всё пошло как по маслу, — подмигнул мне Тео.

— Понятно. А… эм…, — Я немного замялась в нерешительности, но, всё же выдохнув, спросила: — А что насчёт… этой связи между нами? Ну… о которой вы говорили. Это всё так серьёзно?

— Ещё как серьёзно, Киска, — с улыбкой тянет Лео. А потом берёт мою руку, подносит её к своим губам и целует, ни на секунду не сводя с меня обжигающего взгляда. — Ты — наша истинная. Наши звери признали тебя своей.

— И что это значит? — облизнув пересохшие губы спрашиваю я.

— Это значит, что теперь тебе от нас не сбежать, не спрятаться, не скрыться. Ты — наша! И мы хотим только тебя, Кисуля, — ответил Тео хриплым будоражащим голосом, отчего всю кожу на теле вмиг осыпало мурашками. — Такую нежную, сладенькую девочку…

Его тёплые губы прихватили мочку моего уха, а затем, обжигающими поцелуями прошлись по линии шеи прямо до тонкой бретельки топа. Тео поддел пальцем полоску ткани и сдвинул её вниз, осторожно спуская с плеча, чтобы вновь продолжить свою чувственную пытку. А если точнее, то это ещё одна наглая попытка меня соблазнить. И, если бы в тот момент мой разум вовремя не завопил тревогу, у него, скорее всего, это бы получилось. Потому что просто физически невозможно здраво мыслить, когда тебя целуют и ласкают сразу с двух сторон, так напористо и нежно, превращая тело и мозг в сплошное желе.

— Я… мне надо подумать… обо всём. И лучше одной, — в панике пропищала я, когда близнецы вдруг начали укладывать меня в горизонтальное положение. Если сейчас не сбегу, даже представить боюсь, чем это может закончиться. Нервно улыбнулась. — Я, наверное, пойду… в свою комнату.

Выскользнула из провокационного плена парней и попятилась к двери. Они не пытались меня остановить, лишь проводили голодным хищным взглядом. А я, не теряя больше ни минуты, в совершенно растрёпанных чувствах, выскочила из комнаты.

Сегодня какой-то жуткий день. Столько информации разом свалилось, что голова просто кругом идет. Не понимаю, что мне теперь со всем этим делать? Я в полной растерянности.

Ещё вчера я думала, что люди единственные разумные существа на нашей планете. А получается, что это совсем не так. Значит сказки не вымысел — оборотни по-настоящему существуют.

С ума сойти!

В такое действительно очень трудно поверить, если не видел своими глазами. А я видела, как человек превращается в зверя.

Это что-то невероятное, непостижимое, и чертовски интригующее. Мне, как будущему биологу, да и просто человеку, безумно любопытно узнать о них как можно больше, расспросить обо всём, ещё раз пощупать в зверином обличии. Но… гораздо больше меня сейчас волнует другое… Этот странный рассказ близнецов про то, что дедушка и Марк связаны с какой-то чудовищной, незаконной деятельностью — никак не вяжется у меня в голове с действительностью.

Не может Марк участвовать в чём-то подобном. Ну, а дед, так уж тем более.

Не верю я в это. Не верю!

Дедушка всегда учил меня, что всё живое на земле — это уникальный бесценный дар, дарованный нам вселенной. И мы, люди, как единственные разумные существа на Земле, должны беречь его. Всё живое, так или иначе, имеет право на жизнь.

И что же получается… Если верить словам Тео и Лео, то дедушка мне врал?

Нет. Я не могу в это поверить. По крайней мере, пока не услышу, или не увижу собственными глазами.

С этими мыслями я вышла из комнаты и отправилась на кухню на поиски чего-нибудь съедобного.

Есть хотелось просто жутко!

Целый день вынужденной голодовки и затворничества дал о себе знать ближе к вечеру, когда мой желудок жалобно и настойчиво заурчал.

Спустившись по лестнице, я сразу отметила странное: в доме было очень тихо и темно.

Взглянула на часы — восемь. По идеи: «детское время», но на улице уже темно, ведь солнце здесь садится очень рано.

А куда интересно подевались котяры?

Я улыбнулась собственным мыслям. А ведь близнецы действительно похожи на котов. Наглые, хитрые, усатые морды! Они даже двигаются по-кошачьи — грациозно и плавно. Будто крадутся к своей добыче. Чёртовы хищники!

Пробираюсь тихонько по тёмному дому в сторону кухни и замечаю, что дверь ведущая на террасу к бассейну открыта, а сама терраса освещена фонарями.

Ага, значит близнецы где-то там. Решили на ночь глядя окунуться в бассейне?

Эх! Я бы тоже не отказалась освежиться перед сном. День сегодня был особенно душным.

«Нет, ты не можешь пойти к ним», — твердит мне внутренний голос.

Но почему?

«Да потому что!»

Я действительно сама не понимаю, почему я упрямлюсь: то ли из гордости, то ли из вредности. С одной стороны, меня вроде бы тянет к ним, будто магнитом, но с другой… Они же меня похитили! Домой не отпускают, позвонить нормально не дают. Кто же знал, что они окажутся такими засранцами! К тому же, ещё оборотнями.

Я долго не решалась, но любопытство всё же оказалось сильнее и пересилило все остальные чувства. Осторожно подкравшись, я подошла к распахнутой двери планируя только чуть-чуть подглядеть за близнецами, но в тайне конечно же надеясь ещё хотя бы разок увидеть этих красавчиков обнажёнными.

Да, каюсь, близнецам всё-таки удалось произвести на меня впечатление своими на редкость впечатляющими телами — крепкими, сильными и офигенно сексуальными.

Но, когда я выглянула на улицу, то тут же застыла, раскрыв от удивления рот.

Ух ты! Это ещё что такое?

Вся терраса и плитка вокруг бассейна были усыпаны лепестками роз и заставлены горящими свечами в стеклянных колбах. А еще — в больших напольных вазах пестрели пышные букеты роз. Целые охапки роз!

Боже мой, я никогда не видела столько цветов в одном месте. Будто попала в цветочный магазин. Или райский сад?

Моё внимание так же привлёк красиво сервированный круглый стол, стоящий в самом центре всего этого цветочного великолепия. Он накрыт белоснежной скатертью, на нём стоят свечи и бокалы…

Как же это всё романтично!

Просто… ми-ми-ми!

— Ну наконец-то ты выбралась из своей норки, Киска, — раздался за спиной мурлычущий голос.

Я вздрогнула от неожиданности, обернулась, и растерянно уставилась на близнецов.

Уф-ф! Такое чувство, что за несколько часов блондинчиков кардинально подменили. Потому что сейчас, они совершенно не были похожи на себя прежних.

Вместо футболок и шорт — белоснежные рубашки и строгие тёмные брюки. Светлые волосы уложены в стильные причёски, щёки и подбородок гладко выбриты без единого намёка на жёсткую щетину.

Ну прямо секси-шмекси!

Они и раньше, конечно, были — ух! — а сейчас, так у меня вообще сердечко прямо ёкнуло. Такие красавчики стильные!

— Я… Эм… М-м-м…

Блин, что-то я совсем растерялась. Даже дар речи потеряла от неожиданности.

И сердце в груди так сильно стучит. Тук-тук, тук-тук, тук-тук…

Тео игриво выгнул бровь и улыбнулся.

— Мы уже заждались тебя, красавица.

— А-а… что здесь происходит? — прочистив горло спросила я. — Вы ждёте гостей?

— Мы ждём тебя, Алиса.

— Меня?

— Ты хотела свидание? Мы с Тео решили не откладывать его в долгий ящик.

— Да, Кисуля, всё это для тебя.

О, Боже!

Я закусила губу от волнения.

— Вы что, приглашаете меня на свидание?

— Да.

— Что, сразу оба?

— У нас особенный случай, Алиса, помнишь? — ухмыльнулся Лео. — По отдельности, ну никак не получится. Либо мы втроём, либо… втроём.

Я смущённо улыбнулась.

Какие же они всё-таки странные… Всё время твердят мне о любви втроём. Хм-м! Смешные!

А я вот, как не пытаюсь, всё никак не могу представить такие отношения… Как это — втроём?

Разве такое возможно?

Наверное, я не такая смелая, чтобы представить себя в подобных отношениях. К тому же, я вообще не собиралась заводить с близнецами какие-либо серьёзные отношения. Но сейчас, глядя на всю эту романтическую обстановку и двух мужчин, смотрящих на меня горящим взглядом, хочется наплевать на все предрассудки и внутренние запреты. Хочется отдаться внезапному чувство, такому яркому и острому. Хочется почувствовать себя по-настоящему любимой и желанной.

«А как же Марк?», — шепчет внутренний голос.

Марк…

Если честно, то я сама уже не понимаю, что чувствую к нему.

А была ли это любовь?

Я думаю об этом, пытаюсь анализировать и понимаю… что совсем ничего не понимаю.

Боже, я так запуталась…

То чувство, что я испытываю к Марку похоже на глубокую незаживающую рану. Она всё время болит, ноет и заставляет мучиться меня.

Разве любовь должна быть такой… мучительной?

Внутреннее чутье подсказывает мне, что — нет.

Любовь должна дарить сердцу тепло, радость каждого мгновения. Она должна быть лёгкой, нежной, исцеляющей. А ещё — бурной, страстной, всепоглощающей! Проще говоря — взаимной.

Дождусь ли я когда-нибудь взаимности от Марка?

В последнее время я наделала столько глупостей, что самой стыдно. А уж что об этом думает Марк — я даже представить боюсь. Как вспомню его полные презрения и разочарования глаза тогда в клубе, так, так тошно становится на душе, что хоть волком вой.

А эти двое… Пока я не разгадала до конца их намерения, но то, что они из кожи вон лезут, чтобы заполучить моё внимание, кажется… очень нравится мне. Меня ещё никто и никогда так настойчиво не добивался. Особенно, сразу двое.

Может стоит дать красавчикам шанс? Может быть, что-то из этого и получится?

Хм-м… А почему бы и нет!

Главное — не влюбиться в них слишком сильно, чтобы не было так, как с Марком — невыносимо и мучительно больно.

Но, это я тогда так думала. А на деле — не влюбиться в них, оказалось невозможно. Эти котяры просто не оставили мне другого выбора.

— Хорошо. Я согласна… на свидание, — смущённо улыбнулась я.

Близнецы, кажется, даже выдохнули с облегчением. Наверное думали, что я заупрямлюсь и откажусь.

— Вот только… у меня совсем не праздничный вид.

Я осмотрела себя беглым взглядом. На мне сейчас только шорты и коротенький топ, а это совсем не соответствует сложившейся ситуации. Как мне кажется.

Но откровенный взгляд близнецов сразу же вогнал меня в краску. Они смотрят так, будто на мне и вовсе никакой одежды нет.

Голодные, похотливые хищники!

— Кисуля, это просто тряпки, — довольно тянет Тео и приподнимает игриво бровь. — Будь моя воля — я бы прямо сейчас избавил тебя от них.

Ну вот, теперь я, наверное, точно похожа на помидор — щёки горят просто адски.

— Хватит меня смущать! — выпалила возмущённо и тут же выдвинула ультиматум: — Иначе, я сейчас уйду.

Близнецы тут же примирительно сдаются.

— Всё, всё! Мы будем паиньками.

— Иди сюда, Алиса.

Лео протягивает мне руку и помогает сесть за стол. Тео в это время наполняет бокалы красным вином.

— Надеюсь ты любишь рыбу? — Он снимает металлический клош [1] с тарелки, стоящей передо мной.

М-м-м!

Я чуть слюной не подавилась, глядя на стейк аппетитного лосося в окружении свежих овощей и зелени.

— О да, обожаю! — кивнула я и без стеснения принялась уплетать предложенное мне блюдо. — М-м-м! Как же вкусно!

Близнецы смотрят как я с азартом поедаю стейк и довольно улыбаются.

— Наша Киска любит рыбку.

— У Киски зверский аппетит. Мне это нравится.

— Просто я очень голодная, — пожимаю плечами, накалываю на вилку кусочек помидора и отправляю его в рот. — Когда вы всё это успели сделать? М-м? Такие шустрые.

Лео протянул мне бокал с вином и ответил:

— Пока наша принцесса сидела в добровольном заключении в комнате.

Я смущённо улыбнулась.

Каждый раз, когда они произносят «наша», моё сердечко так и ёкает в груди. И я действительно начинаю чувствовать себя принцессой. Одной на миллион.

— И что, сами всё приготовили? — прищуриваюсь с улыбкой.

Лео сморщился, ответив:

— Почти.

— Ага, Лео чуть кухню не спалил пока готовил, — усмехнулся Тео. — Пришлось вызывать на помощь Маргариту.

— Понятно, — улыбнулась я. — А цветы… их так много… Откуда?

— Пришлось немного проредить розарий вокруг дома, — подмигнул мне Тео. — Тебе нравится?

— Очень! Я обожаю розы. Только жалко… в вазах они долго не простоят, завянут.

Я с грустью обвела взглядом всё это цветочное великолепие вокруг нас.

— Не волнуйся, Алиса, розы у нас цветут круглый год. Скоро вновь зацветут.

Весь вечер близнецы действительно вели себя паиньками. И даже почти не приставали, не считая коварной попытки соблазнить меня во время танца.

Сначала всё было довольно прилично: мы просто разговаривали, я выспрашивала у близнецов подробности их звериной жизни, они — с охотой рассказывали мне о ней.

Оказывается, все оборотни на земле живут своими отдельными сообществами: волки объединяются в стаи, медведи — в кланы, а львы и ягуары — в прайды.

Прайд Макларенов самый большой в мире среди львиных прайдов. Отец Лео и Тео является вожаком их прайда и главой какого-то там Совета оборотней. Вдаваться в подробности близнецы не стали, но, мне и так всё стало понятно — в мире оборотней их отец большая шишка. А вот мама, по словам парней, у них самая замечательная. Умная, красивая и очень уважаемая львица прайда.

Лео сказал, что мы обязательно понравимся друг другу, когда встретимся.

Я сначала опешила от такого заявления, а потом смущённо закусила губу и сумбурно пролепетала, что, мол, для такого события, как знакомство с родителями, ещё слишком рано.

Что ещё?

Ах, да! Тео и Лео единственные дети в семье, то есть наследники. И когда-нибудь они, как сильные альфы, встанут во главе прайда вместо своего отца.

Так что, вот — оказывается близнецы не просто самоуверенные засранцы, но ещё и высокородные засранцы!

Попыталась ещё прощупать информацию про тайные лаборатории и что за эксперименты ведут там люди. Раз уж Марк и дедушка каким-то образом замешаны в этом — хотя я до сих пор не могу в это поверить — я должна знать об этом, как можно больше. Но ответы близнецов были расплывчатыми и поверхностными, поэтому до конца так и не удовлетворили моего любопытства. А потом Лео вовсе, свернул разговор и, прибавив громкость в колонках стереосистемы, протянул мне руку и пригласил потанцевать.

Я конечно же согласилась, не чувствуя никакого подвоха, но потом, глядя на потемневшие взгляды парней сразу смекнула, что мои хищники вышли на охоту.

— Ты такая красивая, Киска, — шепчет мне на ушко Лео крепко прижимая к своему твёрдому телу. Оно такое горячее и сильное, что у меня вмиг перехватило дыхание от его близости. Тёплые губы нежно касаются чувствительной кожи за ушком, мягко целуют посылая по телу волны будоражащих импульсов.

Меня охватывает необъяснимая дрожь, всё тело становится мягким и податливым. Сердце в груди так отчаянно бьётся, словно пойманная в силки птичка. А когда сзади к нам неожиданно присоединился Тео и его губы обожгли моё плечо жарким поцелуем — я вообще чуть сознания не лишилась. Сначала во мне всё затрепетало, будто стая бабочек взметнулась внутри, а потом — накрыла жуткая паника. А всё потому, что я вдруг осознала, что мне всё это, капец как нравится! Мало того — меня это возбуждает! Жар двух мужских тел, сковавших меня в свой порочный плен, руки — ласкающие моё тело настолько дерзко и откровенно, что голова идёт кругом. А ещё — двойная порция нежных и таких волнительных поцелуев...

Боже мой, это же чистый грех!

О чём я только думаю?!

Но, несмотря на все противоречия, бурлящие внутри… чувствовать себя настолько желанной, оказывается, очень приятно. Настолько приятно, что кажется, я окончательно потеряла голову.

— Красавица наша… Алис-а-а…, — мурлычет на ушко Тео. Его проворные руки добрались до моей груди, смяли напряжённые полушария. Парень слегка прикусил кожу на моей шее, там, где отчаянно бьётся венка, и тут же лизнул это место языком, вызывая новый вихрь неугомонных мурашек. — Такая сладкая… нежная… Хочу тебя, Киса…

Господи, что же они со мной делают!

Ещё чуть-чуть и я уже не смогу сопротивляться им, и этому сладкому, порочному безумию, охватившему нас троих.

— Подождите…, — упираюсь ладошками в грудь Лео. — Наверное… мне уже пора… спать, — Мой голос дрожит, но я стараюсь говорить как можно увереннее, чтобы не выдать своего волнения.

Лео нахмурился.

— Ты уверена?

Я киваю и чувствую, как сзади разочарованно стонет Тео и впивается болезненным поцелуем мне в шею.

— Хорошо, — смиренно согласился Лео. Коснулся подушечкой большого пальца моих губ, слегка надавил оттопыривая нижнюю губу и выдохнул хрипло: — Хочу твои губки, Алиса. Хочу тебя целовать…

— Надеюсь, мы заслужили хотя бы это? Всего один поцелуй, Киса, — порочный и завораживающий голос Тео заставляет меня вновь покрыться мурашками.

Какие же они всё-таки искусители. И соблазнители.

Как же сладко они умеют мурлыкать. Хитрые, хитрые котяры!

— Вообще-то, на первом свидании я не целуюсь, — невинно хлопаю глазками глядя на парней и невозмутимо продолжаю: — Но, даже если бы я согласилась… Вы уже, помнится, украли мой первый поцелуй, — Я осторожно высвободилась из тесных объятий близнецов, ласково погладила их напряжённые плечи игриво порхая по ним пальчиками, а потом мягко улыбнулась. — Так что… придётся вам сегодня остаться без сладенького.

Развернувшись, я, как ни в чём не бывало, направилась в сторону дома. Но стоило мне сделать всего пару шагов, как в спину мне прилетел недовольный звериный рык.

Ой! Кажется, я только что подёргала хищников за усы!

— Просыпайся, Кисуля-а-а…

Слышу сквозь сон нежный ласкающий шёпот. Он словно тёплая патока проникает мне в уши, разливается по венам сладким трепетом. Щекочет кожу тёплым дыханием, ласкает мои руки, спину и бёдра…

Так, стоп!

Кажется, это уже не голос, а действительно, чьи-то руки лапают меня совершенно наглым образом.

Открываю глаза и вижу перед собой довольную улыбочку одного из котяр.

«А где второй?», — проносится в голове первая же мысль.

А второй… по моим ощущениям находится сзади. Он-то, гад, и пустил в ход свои обнаглевшие «лапки».

— Что вы здесь делаете? — в панике хриплю я.

— Пришли тебя будить. Ты такая красивая, когда спишь, Киса.

— И дико сексуальная. Правда, Лео? — Тео уже не стесняясь обнимает меня за талию и прижимает к своему большому горячему телу.

— Угу, — соглашается его брат, не сводя с меня обжигающего взгляда.

Лео наклоняется, и, по-варварски дерзко впивается в мои губы страстным поцелуем.

Его губы обжигают, волнуют и заставляют моё тело покрываться мурашками.

Разорвав контакт, блондин, как ни в чём не бывало улыбается уголками губ.

— Ну что, соня, просыпайся. У нас на сегодня большие планы.

— Какие? — ошеломлённо хлопаю глазами.

— Прогулка на лошадях, экскурсия по окрестностям и купание в водопаде, — деловито сообщает Тео, и тоже не упускает возможности потискать меня: нежно сжимает в объятиях, словно плюшевую зайку, целует обнажённое плечико.

Я, всё ещё пребывая в растрёпанных чувствах, растерянно выдыхаю:

— Ух ты! Звучит… заманчиво.

— А то! — подмигивает Лео. — Поэтому, давай, быстренько умывайся, одевайся и спускайся вниз — завтракать. Нам нужно выехать до жары, а то потом тебе будет трудно ехать верхом под палящим солнцем.

— Хорошо. Но… эм-м… У меня нет купальника, — смущённо бормочу я.

— Алиса, я бы с радостью предложил тебе купаться голенькой, но… глядя на твои поджатые губки, чувствую, что такой вариант тебя не устроит.

Конечно, не устроит.

Купаться голенькой? Да ни за что!

Я пока не настолько отчаянная.

— Тогда можешь купаться в нижнем белье, — предложил Лео.

Я нахмурилась.

— Ну или в футболке…

— Но лучше бы, конечно, голенькой.

Хрипит Тео, за что получает от меня тычок локтем в бок и сердитый взгляд.

— Что? Разве я не могу помечтать? — смеётся он.

Распихав близнецов, я сползаю с кровати.

— Ладно, я сама как-нибудь разберусь в чём мне купаться, — сложив руки на груди выразительно смотрю на парней. — Вы собираетесь уходить? Мне надо в душ и одеваться.

— Уже уходим.

Блондины скрываются за дверью, а я с задумчивым видом плетусь в ванную.

И что всё это значит?

Прогулка на лошадях, купание…

Внутреннее чутье мне подсказывает, что это всё не просто так. Как и вчерашний романтический ужин у бассейна.

Близнецы всё ещё не оставляют надежду уложить меня в койку — это факт. А вот тут возникает главный вопрос: хочу я этого, или всё же нет?

Эх!.. Самое паршивое, что я никак не могу найти ответ на этот вопрос. Мои чувства и ощущения сейчас в полном раздрае. Мне и хочется, и колется, и совесть не велит. Ведь то, что предлагают мне близнецы — это же самый настоящий грех! Безумный, порочный. Но такой… Такой, чёрт возьми, соблазнительный. Мне и страшно, и одновременно — до жути любопытно.

Кажется, эти котяры меня в конец испортили. В голове, ярким калейдоскопом крутятся одни только пошлые мысли.

Боже, я чувствую себя настоящей развратницей!

После вкусного и плотного завтрака я отправилась в конюшню искать близнецов. Они, оказывается, уже оседлали троих лошадей, одной из которых была та самая белоснежная кобылка, которую я видела на открытом манеже пару дней назад.

Какая же она всё-таки красивая и изящная, с длинной шелковистой гривой. Кажется, что, если ей прилепить на лоб длинный рог — она тут же превратиться в сказочного единорога.

Я подошла ближе и осторожно протянула руку, чтобы погладить лошадку. Провела подрагивающими пальцами по мягкой шерсти и, восхищённо выдохнув, спросила:

— Как её зовут?

— Луна, — ответил Лео.

— Лу-уна. Краса-а-авица, — растягивая гласные нежно проговорила я, при этом не забывая гладить лошадку.

— Кажется, ты ей нравишься.

— Думаешь? Я никогда раньше не ездила верхом на лошади, — честно призналась я. — Но мне всегда очень хотелось попробовать.

— Сегодня у тебя будет такая возможность, Алиса, — усмехнулся Лео.

Он встал позади меня и, обхватив мою талию руками, резко подбросил вверх. Я тут же инстинктивно ухватилась за гриву лошади, вцепилась в неё мёртвой хваткой. И, пока я боролась с внезапно нахлынувшей паникой, Лео перекинул одну мою ногу через седло окончательно усадив меня на лошадь.

— Мамочки! — тихо пискнула я ещё крепче сжимая лошадиную гриву.

— Спокойно, Алиса, ты уже в седле. Расслабься.

Легко сказать: «расслабься». Да у меня каждый мускул в теле напряжён как струна!

— Отпусти лошадь, Алиса. Не тяни за гриву, а то Луна начнёт нервничать. Возьмись за повод, — Он вложил в мои подрагивающие пальцы кожаный ремешок. — Вот так, спокойнее. Дыши, Кисуля.

Лео смеётся.

Весело ему, гаду! А мне вот, совсем не до смеха — я вся напряглась, скукожилась, боялась даже вздохнуть.

— Боже мой… Она меня не сбросит? — пищу задушено, чувствуя, как лошадь подо мной начинает движение: перебирает копытами и нервно дёргает головой.

— Не сбросит. Луна очень смирная кобылка. Ты, главное — не бойся, не показывай ей свой страх. Будь увереннее, Алиса, — Лео щурит глаза и хитро улыбается. — Ты же львов дёргала за хвосты, а тут, какая-то маленькая лошадка…

Вскидываю на него растерянный взгляд. А когда до моего мозга наконец доходит смысл его слов — тут же улыбаюсь.

Да, кое-каких львов мне приходилось потаскать за хвосты — было дело! И они оказались не такие уж и страшные, как выглядели на первый взгляд.

Эта мысль придала мне смелости. Я более уверенно села в седле и расправила плечи. В конце концов, я ведь так мечтала прокатиться верхом на лошади. Поэтому, просто не имею права упустить такую возможность.

— Я уже… не боюсь. Учите меня, как ей управлять. Что надо делать, чтобы она ехала? — тараторю сумбурно и быстро пока не растеряла весь свой боевой запал.

Краем глаза замечаю, как ко мне, на гнедом жеребце, подъехал Тео. Его конь высокий, мощный, статный. Сразу видно, что породистых кровей. Моя лошадка при виде него сразу оживилась и тихонько заржала. А я, снова напряглась.

— Алиса, тебе даже управлять никем не придётся. Эта красотуля, сама побежит за Громом, — усмехнулся он, похлопав своего жеребца по мощной шее. — Не захочет с ним разлучаться.

— Это ещё почему? — в недоумении спросила я.

— У них любо-о-овь, — нараспев протянул Тео, игриво мне подмигнул и пришпорил своего коня.

Жеребец недовольно заржал, но, подчинившись велению всадника, тронулся с места и рысцой поскакал к уже открытым воротам. А моя «смирная» лошадка, как и предсказывал Тео, тут же ломанулась за ним.

Я только ахнуть успела. В панике вцепилась пальцами в кожаный ремешок повода и седло, ногами напряжённо сдавила бока лошади.

Кажется, у меня сейчас сердце выпрыгнет из груди, потому что по ощущениям, оно колотится где-то в горле.

Когда Луна наконец остановилась, догнав своего «любимого» жеребца, я выдохнула со свистом и бросила на Тео сердитый взгляд.

— А можно помедленнее?! А то мы с Луной не успеваем.

Уверенным движением Тео развернул своего жеребца и медленно подъехал ко мне. На губах парня играет загадочная улыбка, а взгляд — пробирает до мурашек. Он остановил коня почти вплотную к моему, резко наклонился и сорвал с моих губ порывистый поцелуй. Нагло и дерзко.

— Для тебя, всё что угодно, Киса, — опаляет губы горячим дыханием.

Чувствую, как в моём организме вновь начинаются какие-то необъяснимые процессы: сердце оглушительно бухает о рёбра, по коже рассыпается вихрь мурашек и кровь в венах кажется сейчас закипит от переизбытка адреналина.

Лео догнал нас верхом на угольно-чёрном вороном жеребце, бросил на брата недовольный взгляд.

— Тео, сейчас не время. Нам пора выдвигаться.

И мы выдвигаемся.

Наконец-то! Впервые за долгие дни я покидаю территорию ранчо.

Ура!

Сама пока до конца не понимаю чему радуюсь, но подсознательно уже осознаю, что после этой поездки, как раньше уже не будет.

Природа в Австралии просто нереально красивая. Особенно в этой части континента. Здесь очень тепло и влажно, поэтому и вся территория Квинсленда утопает в буйной зелёной растительности. Деревья, папоротники, цветы — сотни необыкновенных красок и тысячи сочных оттенков.

Вот смотрю я на это великолепие — и душа моя поёт, а сердце замирает от восторга.

Как же здесь здорово!

Мы заехали на лошадях прямо в лес. Тео поехал вперёд, я — за ним, а Лео — замыкал.

Дорога ведущая к водопаду была узкая заросшая пушистыми раскидистыми папоротниками. Здесь, среди густых зелёных крон деревьев и таинственного шёпота листьев, ощущаешь себя так, будто попал в самое сердце дикого мира.

Это просто непередаваемое чувство!

Я огляделась по сторонам и прислушалась к звукам девственного леса.

Повсюду слышалась трель неведомых птичек прячущихся в густых кронах высоких деревьев. Они звонко перекликивались друг с другом потревоженные нашим внезапным вторжением. А где-то вдалеке слышалось журчание воды оповещая о том, что река уже совсем рядом.

И действительно, через некоторое время тропинка вывела нас прямо к ней. А ещё, пару минут спустя, наконец послышался характерный шум падающей воды…

Водопад!

Я никогда в жизни не видела настоящий водопад. И, поверьте, это зрелище стоит полуторачасовой езды верхом на лошади по изматывающей жаре, по душному влажному лесу и в конец отбитой задницы, на которой по ощущениям, я ещё долго не смогу нормально сидеть.

Мы выехали на открытое пространство и перед нами открылся просто изумительный вид. Посреди диких джунглей, словно в колыбели, расположилось небольшое озеро с прозрачной водной гладью, в которое с большой высоты отвесной скалы, искрясь в солнечных лучах падал широкий, мощный поток воды.

Никогда не думала, что мой первый секс случится посреди джунглей, под сладкоголосое пение экзотических птиц, под шум водопада и… в объятиях сразу двух мужчин.

Это так странно. И необычно.

Но самое интересное — кажется, мне это нравится. Всё, что происходит сейчас со мной. С нами…

Тео опустил меня на землю и, не разрывая поцелуя, принялся освобождать меня от бюстгалтера. Проворные пальцы в одно мгновение ловко справились с застёжкой. Сразу видно — опыт у него богатый. Я даже глазом не успела моргнуть, как уже стояла практически обнажённая.

По телу пронеслась лёгкая дрожь. Я замерла, борясь с внезапным порывом паники и страха.

Неужели сегодня всё произойдёт?

Прямо сейчас?!

Напористый и жаркий поцелуй Тео не оставлял в этом сомнений.

Его наглый язык, уверенно надавив на мои губы тут же проник внутрь, чтобы продолжить свою дерзкую ласку. А когда я почувствовала на своей талии ещё одну пару рук и жар мужского тела позади, то чуть с ума не сошла от лавина безудержных эмоций и возбуждения, накрывших меня с головой. Эти чувства оказались такими острыми, что у меня мгновенно закружилась голова, а ноги, стали словно ватными. И, если бы мужчины сейчас не держали меня, я бы точно рухнула на землю от внезапно накатившей слабости.

Но они держали. Крепко и уверенно.

Я бы даже сказала: чересчур уверенно, ни на миг не сомневаясь в том, что получат сегодня всё, что захотят.

Лео обнял меня сзади за талию, властно прижал к своему твёрдому телу. Губы, опаляя тёплым дыханием опустились на шею, лёгкими поцелуями прошлись от ушка до ключицы поднимая из глубины моего тела новую волну возбуждения и необъяснимой дрожи.

Сама не понимаю от чего так дрожу: толи от страха предстоящей близости, то ли от возбуждения?

Наверное, всё-таки второе. Потому что, к моему великому стыду, кажется, я завелась. Внизу живота и между ног сладко пульсирует и тянет. Сердце толкает по венам не кровь, а сплошной адреналин. И колотится в груди, как сумасшедшее.

Тук-тук, тук-тук, тук-тук…

— Сладкая… Киска…

Хриплый шёпот над ухом — и я чувствую, как Лео стягивает с меня трусики, последнюю защиту. Его руки нежно оглаживают мои обнажённые бёдра, неторопливо скользят то вверх, то вниз вызывая во всём теле настоящий пожар. А потом к его рукам присоединились ещё и губы, прокладывая извилистые дорожки поцелуев.

Неожиданный укус за ягодицу заставляет меня вздрогнуть и возмущённо застонать прямо в губы Тео. На что тот довольно и утробно заурчал.

— Ты такая сладкая, Алиса. Сожрал бы тебя всю! — промурлыкал за моей спиной Лео.

А потом резко развернул и, не дав опомниться, смял мои губы не менее напористым чем его брат поцелуем. Голодным. Ненасытным. Будто одичавший хищник, добравшийся наконец до своей добычи.

И вновь всё вокруг закружилось и поплыло словно в тумане, от этого зашкаливающего потока эмоций, чувств, ощущений… Их неумолимых губ и обжигающих поцелуев.

Боже… Это настоящий фейерверк.

Что же они творят?

Вдох…

Выдох…

Надо успокоиться и… Чёрт! Легко сказать «успокоиться», но как это сделать, когда тебя с двух сторон атакуют поцелуями и бессовестно-порочными ласками.

Лео подхватил меня на руки, а уже через секунду опустил вниз, осторожно укладывая на мягкую поверхность.

Что это? Одеяло, подушки… Но откуда?

Заметалась глазами по сторонам не совсем понимая, где я. Всё что успела разглядеть, так это пирамидальный свод полупрозрачного шатра, который близнецы собирали на берегу озера. А потом, меня вновь взяли в оборот…

Парни опустились рядом с двух сторон и нависли надо мной. На губах этих порочных котиков играют довольные улыбки, а в глазах — тёмный блеск предвкушения.

А вот у меня внутри, будто снежный ком, нарастает чёртова паника. Всё-таки мысли мыслями, а когда до дела дошло — хочется развернуться и дать дёру.

Но кто же мне даст. Близнецы взяли меня в настоящий порочный плен облепив с двух сторон так, что даже не дёрнешься.

Лео накрыл ладонью мою грудь и стал нежно поглаживать, обводя большим пальцем ставший невероятно чувствительным сосок. Моё дыхание тут же сбилось и щёки залил яркий румянец.

Боже мой, что я творю!?

Лежу обнажённая в объятиях двух мужчин и… собираюсь заняться с ними сексом. С обоими!

Наверное, все мои мысли у меня на лице написаны, потому что близнецы, глядя на меня понимающе ухмыляются.

— Расслабься, котёнок.

Тео склонился над моим ухом и слегка прихватил зубами мочку, отчего я тут же покрылась мурашками и напряжённо выдохнула:

— Не могу… расслабиться.

— Тогда мы поможем.

Он коварно улыбнулся и, опустившись вниз, втянул в рот напряжённый сосок. Сдавил его губами, а затем, жадно облизал языком будто экзотический десерт.

— Ах-х! — с губ сорвался невольный стон. Тягучее напряжение внизу живота скрутилось в тугой узел, заставляя меня выгнуться навстречу его дерзкой ласке.

— Мы не причиним тебе вреда, Алиса. Доверься нам, — прошептал Лео опаляя мои губы тёплым дыханием. Он накрыл ладонью мою вторую грудь и сдавил сосок между пальцами. Меня в этот момент, словно разрядом тока прошило — так остро и невыносимо сладко.

Тео начал медленно спускаться вниз, оставляя на коже россыпь обжигающий поцелуев.

Боже мой… Как же приятно.

Затуманенным сознанием я понимаю, что он собирается сделать. От этого краснею ещё больше, пытаюсь свести ослабевшие ноги, но Тео мне не даёт, разводит их шире открывая доступ к самому сердцу моего женского естества. А потом, его губы и язык начинают творить что-то невообразимое, порочное, безбашенное, отчего я просто схожу с ума.

— А-а-а… М-м-м! — стону не в силах сдерживать эмоции, которые плещутся через край.

Тео обводит языком мои влажные складочки, задевает чувствительный бугорок плоти и, мягко надавив, втягивает его в рот, посасывает, вызывая в моём теле настоящий фейерверк ощущений. Мне невероятно сладко и болезненно остро. Никогда не испытывала ничего подобного.

Лео в это время тоже не упускает возможности воспользоваться моей беззащитностью — с упоением ласкает мою грудь, поглаживая и втягивая в рот чувствительные соски.

Не сдерживая себя, я начала бесстыдно стонать и извиваться от их настойчивых и таких порочных ласк.

Напряжение в теле нарастает с неимоверной силой, а потом, во мне будто что-то взрывается, ослепляя яркой вспышкой и разрывая тело на мириады мелких осколков.

Минутой позже, придя в себя от яркого и крышесносного оргазма, вижу перед собой довольные и решительные лица близнецов. И понимаю, что это была только прелюдия — основное действо ещё впереди.

Парни придвигаются ближе, буквально зажимая меня в тесных тисках своих горячих объятий. Губы одного из них совсем близко. Настолько близко, что чувствую его дыхание на свой коже, вижу потемневший и высекающий искры взгляд, отчего замираю напряжённо. Дышу через раз.

— Какая же ты невероятная, Киска. Так сладко кончаешь, — мурлычет Тео, нежно касаясь моих губ своими.

От его слов я вновь смущаюсь, но тут же забываю обо всём, когда он сминает мои губы требовательным поцелуем. Раздвигает их языком, проникает внутрь и, сталкиваясь с моим язычком, начинает свой прочный танец.

Я просто не могу не ответить на его напор. Мы сталкиваемся ртами, целуемся как сумасшедшие. А потом, Тео вдруг перекатывается на спину и утягивает меня за собой вынуждая оседлать его сверху. Я не сразу улавливаю что происходит, но лишь до тех пор, пока к нашей игре не присоединяется Лео.

Он становится позади моей оттопыренной попы, неторопливо гладит руками спину, бёдра, а потом мягко, но уверенно ставит меня на четвереньки.

Мамочки!

Что они хотят делать?

Они же не собираются… взять меня сразу вдвоём?

Ну уж, нет! Я на такое не соглашалась!

В панике округлила глаза и напряжённо дернулась, на что, Тео, лишь усмехнулся.

— Тихо, тихо, Киса. Всё хорошо. Расслабься, малышка, мы не сделаем ничего плохого, — говорит он, и при этом не перестаёт целовать, мастерски отвлекая моё внимание от того, что творит его брат.

А творит он… Боже мой!.. Настоящий порочный беспредел!

Сначала Лео наклоняется и целует меня… прямо там! Проводит языком по влажным складочками, словно пробует их на вкус, задевает чувствительный клитор — и меня тут же подбрасывает от новой порции адреналина, что мгновенно впрыскивается мне в кровь.

Я непроизвольно ёрзаю попой, стону в губы Тео, а он рычит мне в ответ и набрасывается на мой рот ещё более остервенело, с жадностью поглощая каждый стон.

Тем временем, Лео, подключает к своему дерзкому языку ещё и пальцы, которые тут же бесстыдно начинают поглаживать меня, исследовать, растирать выступающую влагу по набухшим складочкам.

Я уже ничего не соображаю. Мозг поплыл от переизбытка эмоций, а тело… Кажется тело окончательно сдалось на милость этих двух похотливый самцов.

В какой-то момент чувствую, как Лео заменят пальцы на что-то более большое и твёрдое. Понимаю, что это его член, и от осознания — напряжённо замираю.

Вдох-выдох, вдох-выдох…

Сердце колотится где-то в горле.

Лео осторожно надавливает крупной головкой на вход, медленно подаётся вперёд. Мягкими раскачивающимися движениями, сантиметр за сантиметром продвигается внутрь. Я чувствую, как меня распирает изнутри его член, который по ощущениям кажется просто огромным. Вцепившись напряжёнными пальцами в плечи Тео сдавленно выдыхаю и тут же коротко вскрикиваю, когда одним мощным толчком Лео проникает в меня на всю длину.

Боже мой! Я ещё жива?

Кажется, что да. Очень даже жива. Потому что все мои ощущения стали ярче и острее раза в три.

Если честно, я думала, что в первый раз будет ужасно больно, поэтому и сжалась вся в комок от напряжения. Но… я не знаю, что со мной сделал Лео, но боли я почти не почувствовала. Если только чуть-чуть. И то, это скорее от дискомфорта между ног и непривычной наполненности.

— Дыши, Киска. Всё хорошо, — улыбнулся Тео глядя на меня потемневшим от возбуждения взглядом. Он опустил руку на мой затылок и вынудил прогнуться ниже, с жадностью впиваясь в губы.

А Лео в это время начал двигаться: сначала медленно, а потом всё быстрее, мощнее, напористее. С каждым толчком выбивая из меня порочные стоны.

Я так странно себя чувствую сейчас: вижу перед собой Тео, но он не во мне, и совсем не вижу Лео, который безгранично владеет моими телом.

Это очень необычно и придаёт какой-то особенной остроты происходящему. Мы втроём… Я между близнецами… Мы будто одно единое целое.

— А-а-х! А-а-а! — с протяжным стоном тяну я, когда Лео погружается в меня особенно глубоко.

Внизу живота всё скручивается в тугой узел, напряжение внутри нарастает. Между нами, сейчас так искрит, что кажется, скоро случится короткое замыкание.

Тяжёлое дыхание…

Порочные звуки сплетающихся в эротическом танце тел…

Наши стоны…

А потом, мир вокруг снова взрывается, словно яркая вспышка сверхновой. Прошивает всё тело сладкими импульсами запредельного удовольствия. И в этот же момент я чувствую, как мою шею пронзает острая боль сразу с двух сторон. Инстинктивно дёргаюсь, но бежать некуда — я зажата между двух мужчин в тисках их крепких объятий. Поэтому остаётся только одно — принять то, что они делают и довериться им. Другого выбора у меня просто нет.

Когда это безумие закончилось, я, обессиленная, упала на грудь Тео. Тяжело дыша, пытаюсь осознать произошедшее. Но, слишком долго копаться в своих мыслях мне не дали, близнецы мягко перевернули меня на спину и начали очень нежно и с каким-то особым упоение зализывать свои укусы на моей шее.

— Вы меня укусили? — нервно усмехнулась я. — Зачем?

— Это наши метки. Знак принадлежности, — отвечает Лео.

— Теперь ты наша, Киска, — Довольно промурлыкал Тео и навис надо мной, чтобы в следующее мгновение подмять под себя. Я удивлённо охнула, а он коварно усмехнулся уголком губ. — Ты же не думала, что на этом всё, сладкая? — наклонился ниже и хрипло выдохнул прямо в губы: — Я тоже хочу тебя попробовать.

Сердце вновь пустилось вскачь, а по венам заструился жидкий адреналин. Между ног вновь стало влажно и приятно запульсировало внизу живота.

Одним уверенным движением Тео раздвинул мои ноги и расположился между ними. Я даже пикнуть не успела, как он уже был во мне. Видимо я была настолько влажной, что проникновение на этот раз оказалось совсем безболезненным и очень даже приятным. Настолько приятным, что я не смогла сдержать блаженного стона. Как будто моё тело только этого и ждало — вновь слиться воедино с моим мужчиной. Вернее, уже со вторым.

Тео поймал мои губы целуя их жадно и напористо. Так, что я задохнулась от нахлынувших эмоций и ощущения зарождающейся внизу живота сладкой истомы. Эти чувства буквально сводили меня с ума.

Сильные руки огладили мои бёдра, подхватили под попу сильнее вжимая в твёрдый пах. А потом Тео начал двигаться, с первой же минуты задавая бешеный темп. Двигался резко, глубоко срывая с моих губ протяжные хриплые стоны.

Я выгнулась дугой, когда Тео вошёл в меня особенной глубоко, с пошлым шлепком ударяясь о влажную плоть. А потом закричала, содрогаясь от волны удовольствия, накрывшего меня словно цунами.

Тео кончил вслед за мной рыча от удовольствия и шепча на ушко что-то нежное и ужасно порочное. В другое время я бы уже, наверное, залилась густой краской, но сейчас, после всего что произошло, краснеть было бы уже просто нелепо.

Измотанная и обессиленная я приткнулась к груди одного из близнецов, и сама не заметила, как провалилась в сон.

Когда я снова открыла глаза на улице уже смеркалось.

Ничего себе! Это сколько же я проспала?

Повернувшись на спину, я потянулась, разминая затёкшие мышцы. А потом, в голове один за другим начали всплывать воспоминания о том, что со мной произошло. Моё порочное падение и бесстыдные ласки близнецов. Их хриплое дыхание и мои громкие стоны…

Ох, что же они со мной творили! Даже думать об этом стыдно.

А где, кстати, они сами?

Я приподнялась на локтях и осмотрелась вокруг. Близнецов рядом не было, а я сама лежала внутри просторного шатра на мягком одеяле, прикрытая лишь тонкой простынёй. Сам же шатёр был сделан из тонкой прозрачной сеточки, которая прекрасно пропускала воздух и не впускала внутрь многочисленных обитателей джунглей.

Хорошее решение надо сказать: и не жарко, и комары попу не кусают.

Где же всё-таки близнецы? Я надеюсь, они не бросили меня здесь одну?

Но, опасения, слава Богу, не подтвердились — мои львы и не собирались никуда уходить. Одного я заметила купающегося в озере, а второй — разводил недалеко от шатра костёр.

Мои львы…

Господи, как это звучит-то странно, но, признаюсь честно — очень волнительно.

Я обмотала простынь вокруг груди и выбралась из шатра.

Близнецы сразу же заметили моё появление — они резко обернулись и впились в меня своими цепкими взглядами.

Ох, мамочки! И почему у меня сердце готово выпрыгнуть из груди?

На самом деле, я просто не представляю, как мне теперь вести себя с ними. После всего, что между нами было…

Собравшись с духом, медленно направилась к Тео.

Прятаться в скорлупу я не намерена. Всё что могло случиться — уже произошло.

— Моя Киса, — довольно улыбнулся Тео. Он отложил в сторону длинный шампур, которым только что шевелил горячие угли в уже затухающем костре и, протянув руку, поманил меня к себе.

Я смущённо закусила губу и подошла ближе. Тео тут же сцапал меня за талию, чтобы в следующую секунду заключить в свои крепкие объятия. Он наклонился и очень нежно потёрся своим носом о мой нос.

— Моя маленькая, Ки-и-иса.

От его низкого будоражащего голоса у меня по коже побежали мурашки, а внизу живота возникло то самое неописуемо-порочное томление, которое я испытываю каждый раз, когда кто-то из близнецов прикасается ко мне.

Боже, кажется, они меня вконец испортили. Чувствую себя ужасно развратной. Особенно, после всего, что сегодня произошло.

Мы просто молчим. Смотрим друг другу в глаза и молчим.

Хотя… слова нам сейчас особо и не нужны. Важны только прикосновения, взгляды и… наше прерывистое дыхание.

Тео наклонился ниже и накрыл мои губы своими, жадно сминая их, подчиняя своей воле и лишая меня остатков здравого рассудка. Он без труда разомкнул мои губы и скользнул языком внутрь углубляя поцелуй, лаская, сплетаясь с моим язычком в самом неистовом и порочном танце.

Я провела ладонями по голому торсу парня, обняла его за шею и податливо прильнула к нему. Тео обнял меня ещё сильнее, буквально сжимая в тисках своих горячих объятий и, довольно рыкнув, впился в губы с ещё большей страстью.

Как же это оказывается приятно — целоваться. Особенно, когда целующий тебя мужчина настолько сильно жаждет этого поцелуя. Буквально пожирает, лишает остатков сил и самообладания. Я чувствую себя в его руках безумно нежной и хрупкой статуэткой, которую он так бережно и страстно прижимает к себе. И мне это, чёрт побери, нравится. Нравится быть настолько любимой и желанной.

А потом к нам присоединился Лео и наше необычное трио сплелось в ещё более страстном танце.

Я откинула голову на грудь второго близнеца и тихо застонала, позволяя им ласкать себя ещё более откровенно. Хотя, блондинчики и сейчас уже ничего не стеснялись: бесцеремонно стянули с меня простыню и принялись поглаживать везде куда только могли дотянуться их наглые пальцы.

— С ума сводишь, Киса…

Тео обхватил рукой мою грудь и слегка сдавил её, а затем наклонился ниже, чтобы втянуть в рот затвердевший сосок, лизнул его языком, отчего по телу тут же прокатилась волна возбуждения. Я выгнулась дугой и протяжно застонала.

— А-а-ах! Тео…, — зарывшись рукой в его волосах, порывисто сжала их, инстинктивно притягивая парня ещё ближе.

Да, мне нравилось то, что он делает. Да что там, они оба сводят с ума своими поцелуями и ласками. Я плавлюсь между ними, словно мороженое, становлюсь мягкой и податливой.

Это просто невероятно… Ещё вчера я смотрела на близнецов с опаской и подозрением, а сейчас стою между ними абсолютно голая и льну к ним, как ласковая и податливая кошка. Только замурлыкать осталось для полного счастья.

Низко рыкнув, Лео наклонился и впился в мои губы страстным поцелуем, словно голодный дикий зверь, дорвавшийся до своей добычи. Его рука при этом нагло пробралась ко мне между ног дразня и лаская чувствительный клитор.

Не знаю, чем бы закончился весь этот беспредел, но внезапный громкий треск где-то среди деревьев заставил нас вздрогнуть и насторожиться.

— Что это было? — тихо шепнула я, пытаясь унять сбившееся дыхание.

Близнецы замерли, будто прислушиваясь к звукам леса, но уже через минуту расслабились и вновь принялись меня целовать.

— Ничего страшного.

— Не волнуйся, Киса. Всё хорошо.

— Как «ничего страшного»? — завозилась я между парнями пытаясь увернуться от их настойчивых поцелуев. — Вы же сами слышали: там кто-то был.

Лео улыбнулся уголком губ.

— Там никого нет, Алиса. Расслабься.

— Как это «никого»? А шум? Кто-то же там всё равно был! — не унималась я с опаской поглядывая в темноту леса. — А вдруг, это какие-нибудь хищники? — крепко вцепившись в плечи Тео прошептала чуть слышно: — Вдруг, они захотят на нас напасть?

— Кто?

— Звери.

Тео выгнул бровь, а потом прыснул от смеха. Лео тоже улыбнулся.

Почему им весело? Мне вот, например, очень страшно. Всё-таки мы сейчас находимся в глуши дикого леса, над которым неизбежно сгущаются сумерки. А это значит, что все ночные животные, в том числе и хищники, скоро выползут из своих укрытий в поисках пропитания.

— Алиса, звери чувствуют в нас более сильных хищников, поэтому никогда не сунутся сюда. Ну… может, если только какой-нибудь слишком дерзкий комарик залетит случайно, так мы ему объясним, что кусать тебя за попку можем только мы, — хищно оскалился Тео и смял ладонями мою обнажённую попу.

— Дурак! — шлёпнула его ладонями по груди и попыталась вывернуться из объятий. — Отпусти.

Тео отпустил, не стал меня удерживать, но при этом окинул таким жарким откровенным взглядом, что мои щёки вмиг запылали от смущения.

Боже, я ведь совсем забыла, что стою совершенно голая!

Быстро подхватив с земли простыню, я вновь обмотала её вокруг груди. Щеголять перед близнецами обнажённой, даже после всего того, что между нами было, я пока не готова.

— Так, Тео, я не понял: почему шашлык ещё не на углях? — с укором произнёс Лео, когда неловкая пауза между нами затянулась слишком надолго.

Тео усмехнулся, глядя на меня откровенным взглядом.

— Потому что кое-кто слишком соблазнительный меня отвлекает.

Это он про меня?

Я возмущённо приоткрыла рот, но говорить так ничего и не стала. Поджав губы, я обошла близнецов и подошла к костру. Дрова в нём уже прогорели, оставив только красные тлеющие угольки, от которых исходил горячий обжигающий жар.

— Я так понимаю, эта поездка была тщательно спланирована, да? Всё это…, — я обвела взглядом шатер и сумки с едой, которые я заметила в высоких кустах. — И вот это, — указала пальцем на две слегка ноющие метки у меня на шее. — Они должны болеть? Это вообще нормально? Мне всё время хочется их почесать.

Лео тут же оказался рядом, с серьёзным видом осмотрел отметины от своих клыков и тут же выдал ответ:

— Это нормально. Просто твоё тело ещё адаптируется к новым реалиям, — он обнял меня сзади за талию, наклонился и припал губами к зудящей метке на шее, жадно лизнул её языком.

О, Боже мой…

Что со мной происходило в этот момент — не передать словами. Это было… Будто маленький атомный взрыв. Тело охватило одуряющим жаром, после чего по коже прокатилась волна искрящих будто под напряжением мурашек. Они, как безумный цунами пронеслись по всему телу и сосредоточились в одной единственной точке, внизу живота, грозясь взорваться в любое мгновение.

Всё тело зазвенело от напряжения мечтая о желанной разрядке. Но она почему-то не наступала.

Я откинула голову на плечо Лео, вскинула руки вверх зарываясь пальцами в его коротких светлых волосах и неосознанно захныкала, умоляя его облегчить моё состояние.

И, кажется, меня услышали…

Сама не поняла в какой момент Тео тоже оказался рядом. Меня опалило жаром его большого мощного тела. Ноги сразу подкосились и стали, словно ватные, дыхание участилось. Так происходит всегда, когда близость близнецов становится критически-опасной.

Не спрашивая, Тео задрал простыню вверх до талии, опалил меня горящим похотью взглядом, а затем, вклинился рукой мне между ног накрывая пальцами чувствительную плоть.

С моих губ сорвался сдавленный стон. Я выгнулась дугой, инстинктивно подалась вперёд предоставляя ему больший доступ к своему телу. Тео жёстко надавил на клитор одним пальцем, а другим — проник внутрь, отчего я сразу же потеряла связь с реальностью. Ничего не соображая, блаженно застонала.

Господи… никогда не думала, что это может быть настолько приятно.

Тео наклонился к моим губам и играючи прихватил зубами нижнюю губу, при этом ни на секунду не переставая двигать во мне пальцем и потирать, ставший болезненно-чувствительным клитор.

Лео в это время добрался рукой до груди, сжал округлое полушарие. А потом они оба, вновь, куснули зубами отметины на моей шее, которые они называют метками. Прихватили не больно, но довольно ощутимо, тем самым подавляя меня и фиксируя так, что ни за что не вырваться. И в этот же момент внутри меня будто порвалась до предела натянутая пружина. Тело выгнулось дугой, забилось будто в лихорадке и меня ослепило яркой всепоглощающей вспышкой удовольствия. Такой мощной, что даже в глазах на мгновение потемнело.

Это безумие какое-то. Самое безумное безумие.

— Вы… вы меня опять укусили, — едва отдышавшись пролепетала я.

— Всего лишь чуть-чуть надкусили, — хрипло выдохнул Тео прижимаясь губами к моему виску.

— Опять метки ставили?

— Скорее подтверждали их наличие, — усмехнулся Лео.

— Зачем?

Измотанная и выжатая словно лимон я прильнула к обнажённой груди Тео и расслабленно повисла в его крепких объятиях. Тело стало будто желе — мягкое и податливое. А вот метки, кстати, наконец-то перестали зудеть. Как по волшебству!

— Чтобы закрепить нашу связь, — ответил он, целуя моё обнажённое плечико. — И избавить от дискомфорта, который они тебе доставляют.

— То есть… то, что они… ныли и чесались… Это не просто так? — я удивлённо вскинула голову. — Хотите сказать, что они теперь всегда, вот так будут напоминать мне о своём существовании?

Близнецы коварно улыбнулись.

— Ну почему же всегда. Вовсе нет. Ну… может иногда… Но мы с Лео этого не допустим, обещаем, — расплывчато ответил Тео. Но при этом его взгляд выражает столько всего: азарт, предвкушение, похоть, страсть, любовь и бесконечную нежность.

Даже не знаю, как на это реагировать. Мой мозг сейчас находится в совершенно растрепанных чувствах.

— Вы надо мной издеваетесь, да? — обиженно пробормотала я.

Лео подхватил меня на руки, сел на один из высоких плоских камней, хаотично разбросанных вокруг озера, а меня усадил к себе на колени.

— Конечно нет, Кисуля. Метка — она устанавливает определенную связь между истинными. Очень крепкую связь. Не только на эмоциональном уровне, но и на физическом. Наши эмоции, желания, потребности… Мы начинаем чувствовать друг друга намного лучше, чем раньше. Это и есть связь. Но, если эту связь не поддерживать и не подпитывать — она начинает разрушать изнутри. Сначала одолевает тоска, потом появляется физический дискомфорт. Поэтому, чтобы всего этого не было истинные должны быть рядом друг с другом, и всегда в тесном контакте.

— И, что всё это значит? — растеряно спросила я.

Лео улыбнулся уголком губ. В глазах вспыхнул странный блеск.

— Ну… как бы тебе помягче сказать…

— Говори, как есть, — перебил Тео обжигая горящим взглядом мои голые коленки. — Чем больше мы будем трахаться, тем лучше будет нам всем.

А-а?

Я чуть собственным дыханием не поперхнулась.

— Постойте, постойте… Вы хотите сказать, что эти штуки, — я указала пальцем на метки, — привязали меня к вам… навсегда?

Близнецы молчат, но по их красноречивым взглядам я поняла, что встряла. Причём по полной.

— У истинных пар не бывает разводов, Алиса. Поэтому, да, это навсегда, — спокойно и серьёзно пояснил Лео.

— Теперь ты наша, Киса. Вся, без остатка, — довольно оскалился Тео.

— Но я ведь за вас замуж пока не выходила, поэтому…

— Ты уже наша жена, Алиса. По всем законам оборотней. И метки это подтверждают.

Выпутываюсь из объятий Лео чересчур резко чем следовало, спрыгиваю с его колен и поджав губы хмуро смотрю на парней.

— Я что-то не помню, чтобы сказала «да» и вышла замуж. Когда это было? Да, собственно, мне и предложения никто не делал. Ни один из вас. Так что, всё это не считается. И вообще, мы с вами о браке не договари...

Не успела я договорить, как близнецы вдруг опустились передо мной вниз и оба встали на одно колено.

Ситуация слишком красноречивая, чтобы как-то её объяснять.

Они что, серьёзно делают мне предложение?

— Будь нашей женой, Алиса. Одной единственной, навсегда, — с улыбкой говорит Лео.

— Будь нашей, Киса, — вторит ему Тео, не сводя с меня абсолютно серьёзного взгляда. — Обещаем, что будем любить и беречь тебя всю нашу жизнь. Пока смерть не разлучит нас.

Ну, что тут можно сказать…

Чёрт, у меня просто нет слов. Они застряли где-то в горле огромным вязким комком. На глаза навернулись слёзы — это вообще на меня не похоже. Обычно я не реву по каждому поводу и без повода. А тут… Такая волна эмоций вдруг захлестнула, что я просто не смогла справиться с этим потоком. Расчувствовалась и расклеилась, будто Кисейная барышня.

— Вы что, серьёзно?

— Кисуль, мы ещё никогда не были настолько серьёзными, — ответил Тео, растянув чувственные губы в улыбке.

— Ну… Если честно, я не знаю, что сказать. К такому повороту я не была готова, — нервно усмехнулась, придерживая рукой сползающую с груди простыню. — Как-то всё слишком быстро и...

Лео бросил на меня такой взгляд, что все слова тут же застряли в горле.

— Если ты сейчас опять начнёшь тарахтеть нам про Лебермана — я тебя укушу… за попу.

— А я ему помогу, — прохрипел Тео.

Серьёзная угроза.

Попа сразу зачесалась очень некстати. Чувствует моя пятая точка, что нарвалась на серьёзные приключения.

Но самое интересное другое: я ведь действительно даже не думала про Марка в последние дни. Близнецам каким-то совершенно немыслимым образом удалось вытеснить его из моей головы. Всё то время, что я провела на ранчо — я думала только о близнецах. Сначала я их боялась и ненавидела, потом — рассматривала и любовалась исподтишка. Ну, а позже — они мне просто стали нравиться.

Даже удивительно.

Это какая-то магия? Или чувства к Марку всё же не были настоящими?

Ох, не хочу сейчас об этом думать. Иначе мой мозг просто взорвётся от бесчисленного количества мыслей.

— Вы меня кормить собираетесь? Я есть хочу.

Решила резко сменить тему разговора. Потому что совершенно точно не хочу говорить о Марке с близнецами. С этим я должна разобраться сама. Как-нибудь потом, в тишине, и уж точно без посторонней помощи.

— Тео, костёр уже на хрен прогорел. Закидывай снова угли и жарь мясо, — сердито рыкнул на брата Лео, а потом повернулся ко мне и добавил уже более мягко: — Наша Киса проголодалась.

Чуть позже мы сидели вокруг костра и ели аппетитное мясо каких-то маленьких птичек, по виду и вкусу напоминающих перепёлочек.

— Что это за птички? — кручу в руках маленькую ножку с румяной корочкой. — И где вы их взяли?

— Малыш, тебе вкусно? — ухмыляясь уголком губ спрашивает Тео.

— Угу.

— Ну вот и кушай. Наслаждайся процессом.

Такой ответ меня конечно же не удовлетворил.

— А если серьёзно?

— В лесу наловили, пока ты спала, — ответил наконец Лео.

— Ого! Так вы ещё и охотники? — не смогла сдержать улыбки. — Как интересно.

— Мы ещё много чего умеем, Киса, — многозначительно поигрывая бровями проговорил Тео.

Опустошив свою тарелку, я потянулась за ещё одной аппетитной птичкой, как вдруг Лео спросил:

— Ты нам так и не ответила, Алиса.

Я настороженно покосилась на блондина. Он же, смотрит на меня острым пронизывающим взглядом. Сразу становится понятно, о чём он спрашивает, но я решаю прикинуться дурочкой.

— На что?

— Ты согласна… принять нас по человеческим законам?

Я громко выдохнула.

Ну вот не готова я прямо сейчас давать ответы на такие серьёзные вопросы. А всё потому, что у меня элементарно не было времени обо этом подумать.

Я всегда считала, что брак — это нечто большее чем просто любовь. Это ещё и взаимная привязанность, ответственность и доверие.

Не буду скрывать, что моё отношение к близнецам за последние дни очень сильно изменилось. Они мне нравятся, и очень сильно.

Но любовь ли это?

К сожалению, я пока сама ещё не знаю. Слишком уж стремительно развиваются наши отношения. А ещё тот факт, что их двое — очень уж меня смущает. И будоражит одновременно. И возбуждает. Пугает. Вгоняет в сомнения и заставляет трепетать, словно бабочку.

В общем, всё очень неоднозначно.

Взаимная привязанность наверняка приходит с годами, ответственность — тоже. А вот с доверием к близнецам, у меня пока не всё гладко.

Они меня, конечно, не обижают, кормят, развлекают, ухаживают. Даже вот, соблазнить умудрились, и подарили просто незабываемый «первый раз»…

Но!

Изначально, они всё-таки похитили меня. И моё положение до сих пор остаётся неясным. Так о каком доверии может быть речь?

Я приняла деловитое выражение лица и, слегка нахмурив брови, ответила:

— Мне надо подумать.

— Сколько?

— Месяц… два… Думаю… этого времени хватит, — решила я оттянуть свой ответ на как можно длительный срок, надеясь, что за это время все нерешённые проблемы и мои сомнения должны разрешиться.

— Так долго? — одновременно выдохнули близнецы.

Лица у них при этом были ну очень уморительные. Такие несчастные и растерянные. Мне даже на мгновение стало их жалко, но, решив всё же проявить стойкость в отстаивании своих позиций, я невозмутимо вздёрнула бровь.

— А вы что хотели? Я вас знаю всего несколько дней. Я не настолько легкомысленная, чтобы выскочить замуж за первого встречного. В вашем случае — за двух первых встречных. Это вообще, нонсенс!

— Ты уже выскочила, Киса — ухмыльнулся Тео. — По законам оборотней.

— Но я не оборотень. Ваши законы для меня чужды. Поэтому, если я вам дорога, как вы говорите, то вы не будете на меня давить, вернёте мне мою свободу и дадите возможность самой принять решение.

Близнецы смотрят на меня, как насупившиеся хорьки. Молчат. Видимо что-то обдумывают. И это «что-то» им совсем не нравится, но по итогу — приходится смириться.

— Хорошо, Алиса, мы не будем на тебя давить, — после длительного молчания произнёс Лео. — Но… обещай нам кое-что. Обещай, что возле тебя больше не будет других мужчин, когда ты вернёшься домой.

О-о, а вот и свет в конце тоннеля.

Значит, они всё же не собираются вечно держать меня своей пленницей.

Ещё один плюсик в копилочку близнецов. Надеюсь, что скоро плюсиков там станет больше, чем минусов.

— Вы меня отпустите? — с надеждой выдохнула я.

— Алис, неужели ты действительно думала, что мы настолько изверги, что будем вечно держать тебя в клетке?

Я неопределенно пожала плечами, мол, даже не знаю, что и думать.

— Алиска, какая же ты глупышка, — Тео сгрёб меня в охапку и пересадил к себе на колени. — Ты даже не представляешь, что ты значишь для меня. Для нас с Лео. Ты с ума сводишь, Киса. Все мысли только о тебе. Все желания только с тобой. Даже планы на будущее — мы уже строим с твоим непосредственным участием, — прижался губами к моему виску и шепчет хрипло: — Ты — наша жизнь, Алиса. Без тебя её просто нет, и не будет.

Блин, только бы сейчас не расплакаться.

Внутри столько эмоций бурлит, что я впервые в жизни не знаю, что со всем этим делать.

Наверное, стоило что-то сказать сейчас в ответ, но я не знала что, поэтому, вместо слов, просто обняла его за шею и поцеловала в губы.

А-а-а! Я сама поцеловала блондина!

Ещё вчера я бы сказала, что такого никогда не случится, а сейчас… Сейчас я с упоением целую его мягкие, тёплые губы и по-настоящему кайфую от этого процесса. Даже самой не верится.

Тео конечно же не остаётся в стороне — отвечает на поцелуй с такой же страстью и пылом.

Мир вокруг будто растворяется. Мы сплетаемся телами, губами, языками. С щедростью обмениваемся своей ДНК и с жадностью ловим дыхание друг друга.

Это продолжается до тех пор, пока Тео нетерпеливо рыкнув мне в губы подхватывает меня под попу и несёт в шатер. А там опускает на одеяло и, не разрывая поцелуя, принимается сдирать с меня мешающую простыню.

Я дрожу от предвкушения предстоящей близости. Хочу вновь почувствовать на себе тяжесть его сильного тела, ощутить его внутри, такого неукротимого, властного, нежного. Всё тело буквально пылает от возбуждения. Но… В какой-то момент, кипя в этом безумном водовороте эмоций я понимаю, что чего-то всё-таки не хватает. Ещё одной пары рук на моём теле, ласковых губ, искусно сводящих с ума, и ещё больше подавляющей мужской энергетики, что заставляет моё тело буквально взрываться в экстазе. Мне не хватает… Лео.

— А где, Лео? — шепчу взволнованно со сбившемся после страстного поцелуя дыханием.

— Я здесь, Кисуля, — улыбается Лео выглядывая из-за спины брата. Он ложится рядом, придвигается ближе и, прижав меня спиной к своей груди, нежно целует шею, отчего по коже рассыпается вихрь неугомонных мурашек.

А дальше, нас троих накрывает настоящим безумием: мы сплетаемся телами, руками, губами. Даже стук сердца и дыхание становится одно на троих.

Проснувшись утром, я потянулась разминая затёкшие мышцы, повернулась на бок и уткнулась носом в волосатое львиное тело.

Мамочки!

Я тут же распахнула глаза, потому что сон, как рукой сняло.

Рядом со мной, облепив с двух сторон, лежат два льва и мирно посапывают.

До сих пор не могу привыкнуть к тому, что это не просто дикие хищники, а близнецы, с которыми я всю ночь… блин!.. всю ночь занималась сексом.

Боже, что же они творили со мной этой ночью даже вспоминать стыдно — настолько откровенными и бесстыдными были их ласки.

Чувствую, как щёки запылали от воспоминаний.

Я обвела львов любопытным взглядом. И, глядя на них, у меня просто дух захватило.

Какие же они всё-таки красивые, мои котики. Большие, мощные, с золотистой шерстью, лоснящейся в лучах утреннего солнца. Невероятно нежные, и в то же время — грозные хищники.

Я осторожно погладила одного льва по мощной лапе с восторгом осознавая, что, даже если сяду на него сверху, меня за это не съедят, и даже не покусают.

Удивительно, правда?

Улыбнувшись собственным мыслям, я выбралась из шатра. Потянулась ещё раз, осмотрелась вокруг, а потом, прямо так, голышом, направилась к водопаду, чтобы освежиться.

— М-м-м! — простонала от удовольствия, подставив разгорячённое тело под прохладный поток живительной воды.

Какое же это блаженство.

Моё внезапное исчезновение из шатра надолго не замеченным не осталось: близнецы показались на берегу почти сразу, как я подошла к водопаду. Не стесняясь своей наготы, они сразу же зашли в воду и направились ко мне.

— Красавица моя, — улыбнулся Лео и, придерживая меня рукой за талию, потянул на себя.

Я тут же подалась вперёд, чтобы прильнуть к его обнажённому телу. Обвила руками за шею и, как ленивая, сытая кошка, потянулась за поцелуем.

Лео ухмыльнулся уголком губ, огладил руками мою обнажённую попку и наклонился, чтобы поцеловать, как вдруг, резкий всплеск воды заставил меня вздрогнуть.

Мы с Лео одновременно повернулись и… я чуть не побледнела от ужаса.

Тео, зажав одной рукой, держал за голову большую тёмно-синюю змею. Она широко раскрыла свою жуткую пасть и зашипела, яростно извиваясь вокруг его руки.

— А-а-а! Мамочки!!! — взвизгнула я и с диким воплем запрыгнула на Лео. Он меня конечно же сразу поймал, подхватил на руки и прижал к себе. — Боже мой! Она ядовитая?

— Не бойся, Киса, я бы не дал ей причинить тебе вред, — усмехнулся Тео разглядывая извивающуюся змеюку.

— У-у-унесите меня отсюда, — от паники я чуть ли не на плечи блондину залезла. Вцепилась в него мёртвой хваткой. — Лео, пожалуйста!

Змей я не люблю. Совсем!

Да, вот так. Возможно, прозвучит малодушно, но это факт. Из всех животных на земле именно эти хладнокровные пресмыкающиеся не вызывают у меня никакой симпатии. Только от одного их вида у меня мурашки по коже. Б-р-р!

Лео вынес меня на брег. Поцеловал в дрожащие губы и запихнул обратно в шатёр, не забыв при этом шлёпнуть по голой попке.

— Сиди пока тут, — с улыбкой произнёс он. — А мы с Тео разберёмся с нашим гостем.

Пока близнецы разбирались с «гостем», я быстренько оделась, обула кроссовки и, чувствуя себя уже в большей безопасности, вышла из шатра. А вскоре и мои доблестные спасители вернулись, бесстыдно «сверкая» своей наготой.

Уф-ф! Все никак не могу привыкнуть к мысли, что с этим красавчиками я провела сегодняшнюю ночь. И какую ночь!

— Ты как, Алиса? В порядке? — ощупав меня с ног до головы цепким взглядом спрашивает Лео.

— Угу, — нервно улыбаюсь и, переминаясь с ноги на ногу, нерешительно предлагаю: — Может… вернёмся на ранчо?

— Малыш, ну ты чего? Испугалась? — Тео улыбнулся уголком губ и, приобняв меня за талию, потянул на себя.

Я с удовольствием «нырнула» в его надёжные объятия и, прильнув головой к голой груди парня, обняла его за талию, прижалась всем телом.

Вот в таком положении чувствую себя наконец расслабленно и спокойно.

— Немного, — сконфуженно пробормотала я. Не хочется, конечно, показывать близнецам свою слабость, но в этой ситуации ничего с собой поделать не могу — меня вновь и вновь пробирает дрожь, когда представляю, что, если бы мои львята вовремя не подошли ко мне, эта змеюка могла бы меня укусить! — Не люблю я этих ползучих и шипящих гадов.

Тео гладит меня по голове и по спине мягкими успокаивающими движениями. И крепко сжимает в своих объятиях.

— Алиса, — смеётся Лео. — Поверь, тебе больше нечего бояться. Мы с Тео ночью всех зверей в округе расшугали на много километров вокруг. А этот хвостатый… видимо дрых где-то и пропустил массовый шухер.

— Кисуня, с нами ты в полной безопасности. Мы за тебя глотку перегрызём. Слышишь? — шепчет над ухом Тео.

— Да, — киваю я.

— Веришь нам?

— Конечно. Но… может всё-таки вернёмся обратно? — закусив губу вопрошающе смотрю на близнецов.

— Желание нашей Кисы — закон! — улыбнулся Лео. Перехватил меня у брата, заключая в свои не менее крепкие объятия. А потом наклонился и поймал мои губы своими, нежно поцеловал. — Собираемся.

И мы начинаем собираться.

Шатёр пришлось снова разобрать, упаковать все вещи в сумки, которые по словам парней чуть позже, на машине, заберёт их управляющий Хосе. А мы, оседлав наших лошадей, двинулись прежним маршрутом в сторону ранчо.

А на ранчо нас ждал неожиданный сюрприз.

— Похоже у нас гости, — мотнул головой Лео в сторону припаркованного возле дома тёмно-синего кроссовера.

— Бля-я-я! Не вовремя, — выругался Тео.

Я взволнованно посмотрела в сторону дома.

Кто это может быть?

«Может, это дедушка с Марком? Они нашли меня», — закралась в голову радостная мысль.

Конечно, в последние дни в моей жизни многое изменилось. Теперь я уже совсем не спешу бежать от близнецов со всех ног. Мы многое выяснили друг о друге, о многом говорили, многое испытали вместе. Поэтому взять и просто сбежать, было бы по крайней мере глупо. Но и по дедуле я ужасно соскучилась. Волнуюсь за него. Как он там? Наверное, с ума сходит всё то время, что меня нет. А у него ведь давление, и сердечко пошаливает.

Надо поскорее решать этот вопрос с моей пропажей. Иначе, не дай Бог, случится что-то непоправимое. Я себе тогда этого никогда не прощу.

— Кто это? — спрашиваю, придерживая Луну за уздцы.

Близнецы напряжённо переглянулись, но потом Лео всё же ответил:

— Это машина нашего отца. Скорее всего он здесь вместе с мамой.

А-а?

Я зависла на мгновение с открытым ртом ошеломлённо хлопая глазами.

Отец? С Мамой?!

Серьёзно?

Чёрт, я не готова с ними встречаться.

Почему именно сейчас?

Я ещё к близнецам толком не успела привыкнуть, а тут — сразу с родителями знакомиться.

Слишком всё быстро происходит, слишком быстро…

У меня такое чувство, что с тех пор, как я прилетела в Австралию моя жизнь начала меняться с ужасающе-бешеной скоростью.

Что вообще происходит?

Ладно, надо успокоиться и не впадать в панику. В конце концов, что такого страшного произошло? Подумаешь: самый грозный лев из всех львов, оказался отцом моих теперь уже парней. Ну не съест же он меня, в самом деле.

Интересно, а что скажут родители Тео и Лео, когда узнают, что мы… втроём… Подумают ещё, что я охотница за богатенькими наследниками и решила захомутать сразу двоих. Кто знает этих оборотней, вдруг у них совсем иные жизненные ценности, и то, что мне лопочут близнецы про связь на троих — полная чушь?

Блин, почему меня это волнует?

Наверное не стоит травить себя мыслями об этом, но почему-то, глубоко в душе, мне хочется произвести положительное впечатление на родителей близнецов. Ведь это всё-таки их родители, семья. А мы с близнецами теперь… вроде как… встречаемся. Или вообще женаты, как они говорят.

Уф-ф! Как же всё сложно!

— Ну что ты так испугалась, Киса? Всё нормально, — подбадривающе улыбнулся Лео. — Мы всё равно планировали вскоре вас познакомить.

— «Вскоре» — это не значит прямо сейчас, — в голосе проскакивают панические нотки, но я изо всех сил стараюсь держать себя в руках. — И что вы им скажите? Как представите меня?

— Так, как есть — нашей парой, — ответил Лео.

— Не бойся, Алиса, ты им понравишься.

— Ты просто не можешь не понравиться.

Близнецы меня немного приободрили, и я престала так сильно нервничать.

Мы подъехали к конюшням, передали лошадей в заботливые руки управляющего ранчо Хосе, который оказался очень приятным мужчиной. Невысокий, коренастый, с вьющимися тёмными волосами, приветливой улыбкой и невероятно тёплым взглядом. Правда говорил он на ломаном английском, между делом постоянно вставляя итальянские слова, отчего его речь получалась сумбурной и смешной. В общем, я практически ничего не разобрала из того, что он говорил, но по его широкой улыбке и душевному взгляду поняла, что я ему понравилась.

Войдя в дом, на меня вновь нахлынула необъяснимая паника. Близнецы будто почувствовали это и тут же взяли меня за руки переплетая наши пальцы.

— Не бойся, Алиса, всё хорошо.

Я улыбнулась в ответ и крепче сжала ладони моих львов — с ними мне было намного спокойнее.

Читу Макларенов мы нашли в гостиной. Вокруг них уже суетилась Маргарита — она разливала прохладный лимонад по стаканам и без умолку что-то тараторила на итальянском.

Наше появление не осталось незамеченным: как только мы вошли в гостиную все взгляды тут же устремились на нас.

— Наконец-то! А мы уже вас заждались, — пробасил импозантный мужчина вольготно расположившийся в кресле. Он сразу же впился в меня цепким взглядом, с интересом сканируя мою фигурку с ног до головы.

Видимо это и есть отец близнецов.

С виду симпатичный представительный мужичок. Кстати, тоже блондин, только с почтительной серебристой проседью в волосах и на аккуратно стриженной бороде. Глаза опасно прищурены, а взгляд — высекает сталь.

Сразу видно — альфа. Вожак.

Даже на расстоянии чувствуется, что от него исходит настоящая сила — жёсткая и подавляющая.

Что ж, первое впечатление этот оборотень производит такое, что… Блин, у меня даже коленки задрожали!

Если близнецы пошли в папу, то я уже представляю в кого они превратятся через несколько лет, когда окончательно заматереют.

Лео сгрёб меня в объятия одновременно защищая от сурового взгляда своего родителя и успокаивая меня от подступающей к горлу паники.

— Отец… Мама… Познакомьтесь, это Алиса, наша пара, — Лео посмотрел на меня и ободряюще улыбнулся. — Алиса, а это наши родители — Сэмюэль и Кэтрин Макларен.

— Приятно познакомиться, — смущённо улыбнулась я.

— И нам очень приятно, милая, — приветливо отозвалась мама моих близнецов.

Кэтрин Макларен — симпатичная блондинка средних лет. Улыбчивая, с добрыми лучистыми глазами.

И да, она тоже блондинка!

Видимо, это такая семейная особенность семьи Макларенов.

Выглядит Кэтрин очень элегантно в белом брючном костюме подчёркивающим её стройную фигуру. С виду даже и не скажешь, что она мама близнецов.

— Ну что вы стоите, Алиса, проходите, присаживайтесь, будем знакомиться, — засуетилась Кэтрин. Обернувшись к итальянке, отдала короткое распоряжение: — Маргарита, накрывай нас тол. Скоро будем обедать.

— Слушаюсь, синьора, — заулыбалась Маргарита и убежала с подносом в сторону кухни.

Мы с близнецами расположились на широком диване, напротив львиной читы. Вновь скользнув по ним любопытным взглядом, не перестаю удивляться тому, что вот эта очень представительная парочка может оборачиваться в таких же огромных львов, как и мои близнецы. А с виду даже и не скажешь, что они не люди.

Взгляд Сэмюэля Макларена почему-то очень нервирует. Чувствую себя, словно под прицелом — очень неуверенно.

— Ну что ж, давайте знакомиться… ближе, — с загадочной интонацией произнёс отец близнецов. У меня такое чувство, что меня сейчас будут препарировать, как букашку. — Расскажите нам о себе, Алиса. Кто вы, откуда? Где учитесь? Кто ваша семья?

— Отец, может обойдёмся без допроса? — возмутился Тео. — Алиса ведь не преступница какая-то, а наша пара.

— А кто говорит о допросе? — развёл руками мужчина и улыбнулся уголком губ. — Мы просто интересуемся.

— Всё нормально, Тео. Мне совсем не трудно рассказать о себе. Я живу в России, в городе Москва. Учусь на первом курсе МГУ на биолога. Мои родители… Они работают в строительной компании. Папа совладелец компании, мама — главный экономист. У меня есть старший брат, Олег. А ещё — бабушки и дедушки. Да у меня вообще куча родственников по всей России, — на одном дыхании выпалила я всю свою подноготную.

— Ох, как интересно! Россия — это замечательная и огромная страна, — с воодушевлением выдохнула Кэтрин. — Мы с Сэмюэлем бывали там несколько раз. И в Москве, кстати, тоже. Очень красивый город. А как же вы здесь оказались, в Австралии?

— Мы с дедушкой приехали сюда в научную экспедицию, изучать диких зверей Австралии. Мой дедушка, Степан Алексеевич, доктор биологических наук и работает в МГУ на кафедре биологии. Наш университет сотрудничает с австралийским университетом, и мы получили приглашение принять участие в изучении австралийской фауны.

Сэмюэль Макларен прищурился, глядя на меня странным нечитаемым взглядом.

— Думаю вы уже в курсе, Алиса, кто мы на самом деле?

Вопрос прямо в лоб!

Ну да, а что ходить вокруг да около.

Подсознательно я ждала этого вопроса, поэтому не растерялась и сразу ответила:

— Что вы — оборотни? Да, я в курсе.

— И…? Как вы относитесь к этому знанию?

Как я к этому отношусь?

Да я в шоке, если честно. Но не скажу же я об этом самому главному льву из всех львов. Ещё покусает, не дай Бог.

— Наверное… положительно.

Мужчина хмуро свёл брови на переносице.

— Наверное?

Как бы так, помягче всё объяснить этому важному льву, чтобы он меня после этого не загрыз?

Трудная задачка.

— Ну… скорее положительно, чем отрицательно. Понимаете, мне пока сложно судить, потому что я знаю о вашем существовании всего пару дней. И, если честно, я… ещё не успела до конца переварить эту информацию. До сих пор не верится.

— Конечно, милая, такое сложно сразу осознать, — Кэтрин Макларен понимающе кивнула. — Надеюсь, мальчики не сильно напугали тебя своими зверями?

Я переглянулась с близнецами, они — крепче сжали мои пальцы в своих тёплых ладонях.

— Нет, не сильно, — улыбнулась я. — Они в своих мохнатых шкурках мне даже больше вначале понравились, чем сами близнецы.

Отец близнецов мой юмор не оценил и, строго сощурив глаза, пробасил угрожающе:

— Надеюсь вы понимаете, Алиса, что отныне, ваши знания о существовании мира оборотней должны быть под особым контролем? Вы — истинная пара моих сыновей, а значит — член нашей семьи. Все члены семьи обязаны соблюдать осторожность и хранить в тайне существование оборотней. Если не дай, Боги, вы проболтаетесь, и информация попадёт в ненадёжные руки…

— Отец! Не надо запугивать Алису, — чересчур резко оборвал его Лео и, посмотрев на меня, ещё крепче сжал мою ладонь. — Она никому не расскажет.

— Я… и не собиралась никому рассказывать, — выдавив улыбку тихо произнесла я. А в душе уже поселилась паника — они меня не приняли!

— Ну что ты, Сэм, зачем так строго? — вмешалась мама близнецов. — Девочка только-только вступила в семью. Конечно же она всему научится. Я сама ей всё расскажу: о всех традициях нашего прайда, о законах и запретах. Самое ведь главное, что наши сыновья встретили свою истинную пару. Свою половинку. Ты посмотри какая она красавица и умница, — Кэтрин с умилением смотрит на нашу троицу. — Только представь, какие у них котятки хорошенькие будут.

— Какие котятки? — не поняла я.

— Ваши детки, конечно. Вот будет здорово, если вскоре в нашем прайде появится пополнение, — с воодушевлением рассуждает Кэтрин.

С минуту я пребываю в оцепенении, а потом, выдавив нервную улыбку, начинаю сумбурно тараторить:

— Котятки… ах-ха-ха… Что вы, какие котятки? Мы пока не планировали… Да и, о таком ещё слишком рано говорить. Мы же только начали встречаться…

Смотрю на близнецов, на решительный блеск в их глазах и понимаю, как сильно я встряла. А главное — по своей же собственной глупости.

Чёрт! Чёрт! Чёрт!

Мы же совсем не предохранялись!

Боже… Ну почему я думаю об этом только сейчас.

Дурочка! Блин, какая же я дурочка!

Начинаю вспоминать и анализировать прошлую ночь, свои чувства и ощущения, и понимаю, что в тот момент вообще ничего не соображала, мозг будто отключился. Я просто тонула, захлёбывалась в этом урагане эмоций, в котором закрутили меня близнецы. А теперь… Теперь придётся отвечать за свою беспечность, если я вдруг…

Бли-и-и-н! Хоть бы пронесло!

Нет, я, конечно, хочу детей… когда-нибудь… в будущем. Но не в восемнадцать же лет!

А что я родителям скажу?

Ой, об этом даже думать боюсь. Родители столько планов строили по поводу моего будущего. А сейчас…

Вот сюрприз-то будет!

Что-то мне от этой мысли сразу поплохело как-то. Тошнота и паника накатившие внезапно заставили меня сорваться с дивана и, со словами «извините», пулей выскочить из дома.

Лео

— Твою мать! — выругался Тео и сорвался вслед за Алисой.

А я хмуро взглянул на родителей.

— Ну зачем вы так…, — поджав губы качаю головой. — Мы с Тео несколько дней вокруг неё круги наворачиваем стараясь не спугнуть, а вы… рубите всё одни махом!

— Сынок, мы с папой совсем не хотели…

— Прекрати, Кэтрин! Нам не за что оправдываться, — отец брякнул кулаком по подлокотнику кресла и бросил на меня свой коронный взгляд альфы, предупреждающий о том, что он в бешенстве и требует беспрекословного подчинения. — Девчонка слишком мутная, и ты сам это понимаешь, Лео. Её связь с Либерманом уже о многом говорит. Она — не надёжна!

— Она наша истинная! — не сдержавшись рявкнул я, и с вызовом посмотрел на отца. — И даже ты не в силах это изменить.

Отец поморщился будто от зубной боли.

— Этот факт, конечно же, многое меняет, — чуть более спокойно выдохнул он. — Истинная — неприкосновенна. Но… пока она не вызывает нашего доверия. И поэтому лучше всего, если девочка будет оставаться на территории прайда. Она не должна ни с кем контактировать. По крайней мере до тех пор, пока она не родит вам наследника. Мы должны быть уверены, что она не предаст прайд и не сбежит в один прекрасный момент.

— Отец, ты хоть понимаешь, какую чушь ты сейчас несёшь? Алиса наша с Тео пара. Наша. Истинная. А ты предлагаешь запереть её в доме и держать там как племенную кобылу ради размножения? Ты совсем с ума сошёл?! Да она нас возненавидит после этого.

— Я не это имел ввиду…

Отец начал оправдываться, но я резко перебил его, рыкнув настолько грозно, что в запале сам не узнал собственный голос.

— А что ты имел ввиду?! По-моему, и так всё понятно. С мамой бы ты тоже так поступил?!

Последняя фраза получилась чересчур резкой и колкой. Отчего отец сразу же изменился в лице: скулы заострились, в глазах появился яростный блеск. Жёсткая подавляющая энергетика альфы завибрировала вокруг нас.

Мама бросила на меня предостерегающий взгляд. Но я, чёрт возьми, не собирался уступать и прогибаться. Только не сейчас, когда дело касается моей пары.

Атмосфера в комнате настолько накалилась, что того и гляди засверкают молнии. Почувствовав это, мама тут же пришла на помощь.

— Прекратите! Хватит! — взвинчено вскрикнула она. — Вы должны успокоиться и обсудить всё в спокойной обстановке. Без крика. Сэм… я думаю, что силой такие вопросы не решаются. Ты же сам это понимаешь, милый. Да, Алиса не львица, а человек. Ей чужды наши законы и традиции. В прайде первое время ей наверняка будет тяжело, но… Она истинная пара наших сыновей. И на первый взгляд Алиса показалась мне неплохой девочкой. Красивая, скромная, вежливая. По ней видно, что мальчики ей нравятся. Я не думаю, что она сможет опуститься до предательства.

— Ты слишком плохо знаешь людей, любовь моя.

— Может быть, — ответила мама с теплотой глядя на отца. — Но Алиса ведь не просто человек — она истинная наших сыновей. Ты же сам понимаешь: второй такой у них уже не будет, никогда.

Кажется, мамины волшебные чары, призванные на усмирение грозного альфы начинают действовать: черты лица отца смягчаются, взгляд теплеет, на губах появляется благодушная улыбка.

Мама настоящая волшебница — только у неё всегда получается превратить жёсткого и властного льва в мягкого дружелюбного кота. Достаточно одной её улыбки и ласкового прикосновения.

Меня всегда удивляла и восхищала эта её способность. Маленькая хрупкая блондинка, а имеет такую огромную власть над одним из сильнейших зверей на планете.

Отец протянул руку и дотронулся до её щеки ласковым прикосновением.

— Я знаю, милая. Второй такой… уже не будет.

— Тогда ты понимаешь, что они от неё всё равно не откажутся. Так давай же не будем встревать и позволим нашим детям быть счастливыми.

— Я и не собирался встревать в их отношения, просто хотел предостеречь…

— Отчего?! — выкрикнул несдержанно и усмехнулся: — От нашей истинной?! Отец, это же полный бред!

— Лео, я ничего не имею против вашей девочки, но её связь с Либерманом меня очень напрягает. Да что там, её собственный дед подписал контракт на работу с лабораторией Салливана. Ты понимаешь, что это значит?

— Алиса ничего не знает об этом. Папа, да она вообще о существовании оборотней узнала пару дней назад. Она никак не может быть связана с делишками этих фанатиков.

— Возможно так и есть, — примирительно выдохнул отец. — Но сейчас, вы как никогда должны сохранять бдительность. Они ищут её, Лео. Шерстят весь Брисбен и близлежащие территории. Поэтому, говорю ещё раз, лучше всего будет перевезти вашу девочку в прайд на хорошо охраняемую территорию. Там они точно не смогут до неё добраться.

— Думаешь, есть какая-то опасность? — нахмурился я. — Мы обещали Алисе, что отвезём её к деду. Она волнуется за него.

Отец покачал головой.

— Это плохая идея. Вам сейчас вообще нельзя появляться в городе, всем троим.

— Почему?

— Либерман в курсе, что вы с Тео оборотни. Он раскусил вас, когда вы были в клубе.

Я напрягся.

В клубе мы с Тео действительно слетели с катушек ведомые сладким ароматом нашей самочки. Поэтому и потеряли бдительность. Всё произошло, когда Тео зарычал на этого мудака, Либермана, совсем не по-человечески. Ну а он, конечно, не дурак — сразу просёк, что мы не люди.

Чёрт! Это наш прокол!

— Может он блефует? В клубе было очень громко и…

— Он знает, Лео, — отец бросил на меня укоризненный взгляд. — Если бы вы сделали всё так, как мы задумывали — мы бы на раз-два могли прижать этого сучёнка. А так… Знаешь, что он мне сказал, когда я созванивался с ним, чтобы предложить сделку? Что пустит вас на фарш, как уличных котов.

Мама испуганно охнула и, прикрыв ладошкой рот, вопросительно посмотрела на отца.

— Сэм, что происходит?

— Ничего такого, с чем мы бы не могли справиться, любимая. Просто нашим сыновьям теперь придётся быть более осторожными раз они рассекретили свою сущность перед людьми. И тем самым поставили под удар всю нашу семью. Да-да, ты меня правильно понял сын, эти фанатики открыли на нас охоту. Наши фото распространили по всем тайным правительственным каналам. У главного офиса уже несколько дней трутся их агенты. Они что-то выискиваю, вынюхивают, пытаются найти доказательства своих предположений. И предполагаю, что простой слежкой дело не ограничится — они попытаются напасть. Поэтому, пока страсти не улягутся, вам лучше всего оставаться на территории прайда, ну или здесь, на ранчо, как вариант.

— Тогда мы лучше останемся здесь.

Этот вариант показался мне самым оптимальным. Да и Алисе здесь будет комфортнее, чем под пристальным вниманием членов прайда. Особенно некоторых львиц, которые ещё не в курсе, что упустила нас с братом из своих ловких когтистых лапок. С этим нам ещё предстоит разобраться, чуть позже.

— Хорошо, — согласился отец. — Я прикажу усилить охрану ранчо.

— А что с Либерманом? Что ты теперь намерен делать?

— Пока ничего. Будем просто наблюдать. Надеюсь, рано или поздно эти крысы выдадут местоположение своих лабораторий. Вчера из Квинсленда пропал ещё один оборотень, — хмуро проговорил отец. — Статистика не впечатляющая. А мы до сих пор не можем найти их базы.

— Может стоит обратиться за помощью к нашим братьям из других стран? — предложила мама.

— Милая, уже все в курсе нашей ситуации. Переговоры давно ведутся, — терпеливо объяснил отец. — Сейчас самое главное не спугнуть их и добраться до самого сердца этого гнезда, чтобы одним махом, раз и навсегда уничтожить эту заразу. Мы уже работаем над этим. Возможно, может понадобиться ваша помощь, Лео, поэтому будьте на связи. Кэтрин, думаю нам пора ехать. К шести вечера мы должны быть в Брисбене. У меня назначено важное совещание.

— А как же обед, Сэм? Мы ведь только приехали, — расстроилась мама.

— Любовь моя, ты ведь сама сказала, что нам не стоит мешать детям, — слегка улыбнувшись хмыкнул отец. — Пообедаю без нас. Давай, давай собирайся, нам ещё час до аэропорта ехать.

Мама недовольно поджала губы, но всё же уступила отцу.

— Ладно, поехали. Лео, пожалуйста, будьте осторожнее. Если то, что сказал папа правда…

— Не волнуйся, мамуль, всё будет хорошо. Мы слишком далеко от Брисбена. Здесь нас никто не найдёт.

— Алиса, стой! — Тео, быстрым шагом идёт за мной, нагоняет. — Малышка…, — разворачивает меня к себе и обнимает. Я упираюсь, злюсь на себя и на близнецов. — Ну ты чего, глупенькая? Что случилось-то?

— Ещё не случилось, но может случиться, — скрестив руки на груди бурчу я. — Мы не предохранялись. Вот что случилось!

— И что? — Тео улыбнулся уголком губ.

Я чуть воздухом не поперхнулась от его беспечности. Как он может быть настолько спокойным?

— Как что? Я могу забеременеть. Разве это неочевидно?

Тео продолжает лыбиться. А меня это начинает злить.

— Ты что, не понимаешь, что это значит?

— Это значит, что мы станем родителями, Кисунь. По-моему, это очень даже очевидно, — ухмыляется этот засранец, а я завожусь ещё сильнее.

— Ты издеваешься, да?

Тео весело рассмеялся и притянул меня в свои объятия, обнял.

— Алиска, ты такая ещё глупышка, — целует меня за ушком и шепчет горячо: — Но я так люблю тебя, моя Кисонька. Кажется, я знаю, чего ты испугалась. Если ты думаешь, что мы с Лео кинем тебя одну с ребёнком, то хочу разочаровать тебя, моя сладкая: так просто ты теперь от нас не отделаешься. Я, ты и Лео — это навсегда.

От его слов на душе становится тепло и спокойно. И все остальные проблемы кажутся уже не такими страшными и непреодолимыми.

— Ты действительно хотел бы ребёнка? — тихо спрашиваю, замерев в его объятиях.

Тео обнял меня крепче, прижался губами к виску и не раздумывая ответил:

— Ты знаешь, я сам фигею от этой мысли, но… я хочу, чтобы ты родила мне ребёнка. Раньше, мысли о детях казались мне какими-то далёкими, будто это не обо мне. Да если честно, они вообще не вызывали у меня какие-то эмоции. А вот сейчас…, — в голосе парня появились вкрадчивые мурчащие нотки, — когда я представляю тебя с круглым животиком, такую тёпленькую, уютную, родную… Из меня просто фонтан эндорфинов прёт.

Я улыбнулась.

— Ты меня успокоил конечно, но… как мне кажется, детей нам заводить ещё рано. Мне только восемнадцать, и я… просто не могу представить себя сейчас мамой.

— Ладно-ладно, Кисуля, этот вопрос вполне решаемый: накупим целую кучу всякой предохранительной хрени и попытаемся не залететь, — смеётся Тео. — Хотя… думаю это вряд ли получится при нашей будущей активной сексуальной жизни. Но ради твоего спокойствия — я готов на всё.

— Что ты имеешь ввиду? — возмущённо смотрю на блондина.

— А ты что думала, Киса, мы тебя теперь из постели не выпустим, — невозмутимо отвечает он. — У нас ведь брачный период.

Я удивлённо хлопаю глазами. И когда начинаю в красках представлять этот самый брачные период — всё лицо и уши начинают дико пылать от смущения.

— Тебе нравится меня смущать, да?

— Да-а. Очень, — довольно тянет Тео. — Ну что, вопрос с продолжением рода решён?

— Да, но… это не единственное, что меня волнует, — закусив губу говорю я.

— Что ещё?

— Мне кажется, что я не понравилась вашим родителям. Особенно вашему отцу. Он так смотрел на меня…

— Глупости, Алиса! Даже не думай об этом. Отец всегда такой: слишком строгий, или придирчивый. Но, поверь, он быстро отходит…

— Вот вы где.

К нам подошёл Лео. Он ощупал меня ощупал меня встревоженным взглядом, но заметив на моём лице улыбку, облегчённо выдохнул.

— Как ты, Алиса? Всё нормально?

— Да, — пожимаю плечами.

— Тогда почему убежала?

Я закусила губу украдкой поглядывая на Тео. А он, недолго думая ответил за меня:

— Потому что у нашей кошечки слишком буйное воображение. Она почему-то решила, что, если у неё появится маленький пузожитель — мы её обязательно бросим.

— Глупости, — фыркнул Лео. — Выкинь эту фигню из своей головки. Ты от нас теперь так легко не отделаешься.

— Я ей о том же сказал, — ухмыльнулся Тео.

— Хорошо, я вас поняла, — пришлось сдаться на милость победителям, раз уж они окучивают меня с двух сторон.

Лео улыбнулся и, прикоснувшись пальцами к моей щеке, нежно погладил.

— Родители уехали. Пойдём в дом?

— Уехали? Но почему? — удивился Тео.

Я тоже удивлённо вскинула брови.

Лео не спешил с ответом, чем заставил меня серьёзно понервничать. В голове сразу же зажужжали мысли, что это они из-за меня уехали. Ну, а что ещё могло случиться?

— Решили не мешать нам в наш брачный период, — ответил всё же Лео слегка усмехнувшись.

— А если серьёзно?

— Я серьёзно, — ответил Лео. А я нахмурилась, потому что его слова меня совсем не убедили. — Ладно, у отца назначена важная встреча вечером. Поэтому он решил не задерживаться и уехать сейчас.

— А мы, когда поедем в Брисбен?

Теперь настала очередь Лео хмуриться — он сдвинул брови на переносице и безэмоционально ответил:

— Мы остаёмся здесь. Пока не знаю насколько.

— В смысле? Вы же обещали отвезти меня в город? Лео, у меня там дед, наверное, уже с ума сошёл от волнения! — вспылила от негодования.

— Прости, Кисунь, но нам сейчас нельзя в город, — начал оправдываться он. Попытался обнять меня, но я увернулась и, скрестив руки на груди, зыркнула на него требовательным взглядом.

— Почему?

— Потому что это опасно.

— Я ничего не понимаю, — Внутри всё сжалось от беспокойства. — Объясните же мне, что случилось?

— Помнишь мы рассказывали тебе о группе фанатиков, которые охотятся за оборотнями. Так вот — похоже, они снова активизировались, и теперь охота ведётся на нас. Твой дружок, Либерман, понял кто мы, тогда в клубе. И теперь они ищут не только тебя, но и нас.

— Охренеть! — присвистнул Тео. — Значит, ботаник всё же раскусил нас.

— Я не верю, что Марк может осознанно причинить вам вред, — уверенно заявляю. Я ведь действительно не верю в это. И почти уверена, что всему этому есть разумное объяснение. Марк столкнулся с чем-то необычным, неизученным, загадочным, и конечно же у него активизировался научный интерес. Это логично. Любой учёный на его месте так же бы принялся изучать новый вид. А он ведь действительно считает оборотней новым видом. — Уверена, что вы просто всё слишком преувеличиваете. Можно ведь встретиться и нормально поговорить. Рассказать о себе, о вашем мире, хотя бы какую-то малую часть. Ведь люди совсем ничего не знают о вас, поэтому ведут себя агрессивно. Ведь всё неизведанное — всегда вначале считается опасным. Но если бы они узнали о вас… Узнали какие вы на самом деле, что совсем не представляете опасности для людей, уверена, отношение к вам сразу же изменилось бы. Ведь лучше жить в мире и согласии, чем в кровавой вражде. Разве я не права?

— Ты конечно же права, малышка. Но… всё намного сложнее чем ты себе представляешь, — ответил Лео. — Мы не рассказываем о себе людям, потому что так было предписано нашими предками. Это закон. И этот закон был принят не просто так. На протяжении всего нашего существования на земле контакты с людьми конечно же были, и не раз. Но каждая эта встреча ничем хорошим не заканчивалась. Люди не хотят принимать нас как равных себе. Они всегда воспринимали нас как животных, которых хотели подчинить. А если не получалось — стремились уничтожить. Не мы начали эту войну, Алиса. Но, видимо нам придётся её прекратить. Чем меньше у людей будет информации о нас — тем спокойнее будет всем.

— Что ты имеешь ввиду?

— Мы уничтожим все их лаборатории и всю информацию, которая у них на нас имеется.

— Новое кровопролитие — это не выход!

— А что ты предлагаешь: сидеть и смотреть как они убивают наших братьев и сестёр?

Если честно, я не знала, что на это ответить. Потому что в душе до конца так и не верила, что Марк способен на подобные зверства.

Ну не мог он! Просто не мог!

Я скорее поверю, что его заставили, принудили участвовать во всём этом, чем в то, что он добровольно причиняет кому-то вред.

— Конечно нет, но… Нужно пробовать договариваться. Может мне стоит поговорить с Марком? — внезапная мысль показалась мне решением всех проблем. — Если бы мы встретились, я бы смогла ему всё объяснить…

— Даже не думай! — резко оборвал меня Тео. — Мы тебя и близко к этому уроду больше не подпустим.

Я недовольно поджала губы.

— Значит так? Ну что ж, можете тогда ко мне тоже больше не подходить.

Я решила устроить близнецам бойкот, вот только даже не представляла, чем это для меня может обернуться.

Прошло два дня моего бойкота, и пока я уверенно держу оборону. С близнецами стараюсь не контактировать, но, если уж где-то пересекаемся в доме — делаю вид, что их не существует. Игнорю, короче.

Правда иногда бывает очень трудно это делать, потому что блондинчики всячески пытаются меня соблазнить: ходят по дому в одних шортах демонстрируя мне все свои кубики, бицепсы и трицепсы. У меня даже глаз начал дёргаться от бессилия.

В таких случаях, главное — не смотреть. А то руки ведь так и тянутся пощупать и потрогать.

К концу второго дня ко мне прилипло странное чувство будто чего-то очень не хватает в жизни. И пустота какая-то внутри, в душе — тоска.

Весь следующий день я хандрила, сама не знаю от чего.

Может заболела? Или на солнце перегрелась?

Вчера я действительно очень долго гуляла по ранчо: смотрела на лошадок в манеже, купалась в бассейне. Вот и схлопотала себе, наверное, солнечный удар.

Но, плохое самочувствие это были ещё цветочки. То, что со мной начало происходить на следующий день — полностью выбило у меня всю почву из-под ног.

С утра ещё было ничего, а вот потом — я уже просто не могла игнорировать близнецов. Всё время ловила себя на мысли, что специально ищу с ними встречи: на улице, на кухне или в коридоре, прохожу мимо их комнат и, как бы невзначай, останавливаюсь, прислушиваясь к происходящему за дверью. А ещё — всё моё тело стало невероятно чувствительным и низ живота болезненно-сладко тянет стоит кому-то из близнецов оказаться рядом. А уж если кто-то из них прикоснётся ко мне невзначай, так меня вообще, будто электрическим током прошивает всю изнутри.

И что самое странное — я всё время думаю о сексе. Вспоминаю те несколько раз, что я была в объятиях близнецов, вспоминаю их поцелуи, ласки, прикосновения… Каждую деталь, вспоминая, подолгу прокручиваю в голове, смакую. И, кажется, безумно хочу, чтобы всё это случилось вновь.

Блин, кажется, я превращаюсь в похотливую кошку!

И как же мне теперь продержаться?

Но, я не я, если позволю себе так легко сдаться. Поэтому, сцепив зубы, стойко терпела все неудобства. Гнала от себя порочные мысли и манящие, заигрывающие взгляды близнецов.

Но вот к вечеру следующего дня мне очень сильно поплохело: между ног всё пульсировало и горело, будто адским огнём, а низ живота скручивало с такой силой, что реально хотелось взвыть.

Я не знала, что со мной происходит, поэтому и напугалась не на шутку.

Промучившись на кровати ещё какое-то время, я плюнула на свой бойкот, и побежала на поиски близнецов.

В доме я их не нашла, поэтому решила выйти на улицу. А на улице сейчас настоящая благодать: солнце уже скрылось за горизонт и жара немного спала. Даже дышать стало легче.

Вдохнув полной грудью вечерний воздух, я прислушалась к собственному телу. Думала, что может хоть на улице меня отпустит, но нет, кажется, моя странная болезнь так и не хочет уходить — меня по-прежнему плющит и невыносимо хочется избавиться от одежды. Она будто давит во всех местах, натирает ставшие неимоверно чувствительными соски. К тому же ещё и метки на моей шее зудятся и ноют не переставая.

Чёрт, это просто настоящая пытка!

После нашего бурного примирения мы ещё целую неделю практически не вылазили из постели: ели, занимались сексом, принимали душ, опять занимались сексом, и так по кругу. Я даже счёт времени потеряла: дни сливались с ночами.

Боже мой, всё это было словно во сне! Но, что ни говори, этот «сон» был самым прекрасным в моей жизни. Никогда я ещё не была настолько счастливой. Во всём теле ощущалась невероятная лёгкость, свобода и приятная нега. А ещё — чувствуя теплоту, заботу и любовь близнецов в душе расцветали настоящие райские сады. Это просто невероятное чувство.

Мне кажется, что я реально по уши влюбилась. Сразу в обоих. Ведь по отдельности я их уже просто не могу воспринимать.

Это чувство… оно окрыляет. Наполняет моё тело невероятной энергией, а душу — спокойствием и умиротворением. Мне не хочется плакать и грустить, как было с Марком, а хочется совсем наоборот — петь и танцевать. Мне так хорошо рядом с близнецами, что хочется кричать от счастья.

Разве эта не любовь?

Не знаю сколько бы ещё продолжалась наша идиллия, если бы в один прекрасный день не приехал самый главный лев из всех львов. Отец близнецов, короче.

Заявился он с огромным кортежем охраны, будто какой-то президент. С хмурым озадаченным лицом прошагал в рабочий кабинет и утащил парней за собой.

Проторчали они в этом кабинете часа два, что-то очень бурно обсуждая. Я даже нервничать уже начала: не случилось ли чего-то плохого. Очень уж меня волновал вопрос — не связан ли визит предводителя прайда с моим дедушкой и Марком?

Когда близнецы наконец вышли из кабинета я подскочила с дивана и устремила на них вопросительный взгляд.

— Алиса, пойдём в комнату, поговорим, — сосредоточенно произнёс Лео и, подхватив меня под локоть, потянул в сторону моей комнаты.

Значит точно что-то случилось. У меня от волнения чуть сердце из груди не выпрыгнуло.

— Что случилось? Что-то с дедушкой, да?

— Да нормально всё с твоим дедом, не волнуйся, — успокоил Тео следуя за нами.

Войдя в комнату Лео сел на кровать и, рывком потянув меня к себя, усадил на колени.

— Малышка, мне придётся ненадолго уехать, с отцом, — сообщил он. Я вскинула на него вопросительный взгляд. — В прайде возникли кое-какие проблемы и… нужна моя помощь.

— И что, без тебя совсем не обойтись? — подозрительно прищурилась.

— Нет, — поморщился Лео, всем своим видом показывая мне, что уезжать ему тоже не хочется, но надо. — Тео останется с тобой, так что, скучать не будешь.

Мы с Тео переглянулись. По его хитрому взгляду я поняла, что скучать мы точно не буден. Но, отчего же на душе всё равно грустно и тоскливо?

За эти дни, так называемого брачного периода, я настолько сильно привязалась к близнецам, что разлука теперь кажется чем-то сродни с пыткой. Такое чувство, что от меня сейчас кусочек отрезают чего-то очень важного и нужного. Так не хочется его отпускать.

Хотя, умом я ведь понимаю, что когда-нибудь нам придётся покинуть ранчо, этот маленький уголок счастья, где мы совсем одни, втроём, вдали от всего мира. Стыдно признаться, но последние пару дней я даже не вспоминала о дедушке и родителях — настолько сильно меня закрутил водоворот новых чувств и эмоций. А в реальном мире наверняка всё будет совсем по-другому.

— Скажи, эти проблемы в твоём прайде… это как-то связано с моим дедом и Марком?

— Не совсем, — уклончиво ответил Лео.

— И… что это значит? — сердце в груди взволнованно заколотилось.

— Агентам прайда удалось вычислить несколько координат, по которым возможно нам удастся найти базу, где держат похищенных оборотней. В операции будет участвовать несколько прайдов и… мы тоже обязаны быть там. Но, так-как мы не можем оставить тебя здесь одну, мы решили, что Тео останется с тобой, а я поеду с отцом.

Я нахмурилась.

Эта история мне совсем не нравилась, но, так или иначе, поделать я ничего не могла.

Лео уехал, а мы с Тео остались на ранчо.

Прошло уже пару дней как уехал Лео и всё это время я себе места не нахожу, скучаю по нему безумно. Тео конечно же окружил меня двойной заботой: он всё время рядом, обнимает, целует. Если бы не он я бы, наверное, точно с ума сошла. А так, время от времени забываюсь и отдаюсь в ласковые и заботливые «лапки» моего льва.

А сегодня с утра я вдруг осознала, что у меня задержка уже три дня.

Мамочки!

Раньше такого со мной никогда не было: женские дни, как часы — всегда приходили в одно и то же время.

В панике мечусь по комнате и нервно кусаю губы.

А если я действительно беременна?

Или это просто сбой цикла? На нервной почве, например.

Чёрт! Пока не выясню, не смогу успокоиться.

Из ванной комнаты вышел Тео. Он только что принял душ: тело и волосы были ещё влажные.

— Кисунь, я тут подумал: может вместо бассейна полежим в ванне, с пенкой и музыкой, — Он игриво подвигал бровями. — Всё как ты любишь.

— Какая к чёрту ванна, Тео! — всплеснув руками вскрикнула я. — Мне нужно в город, срочно! Ну или в какой-нибудь ближайший магазин, где есть аптечный отдел.

— Что случилось?

— У… у меня задержка, — дрожащим голосом пролепетала я. — Тео, вдруг я беременна?

Тео вмиг стал серьёзным, подошёл ко мне и принялся обнюхивать, щекоча кожу на шее слегка отросшей колючей щетиной.

— Я пока ничего не чувствую.

— А ты можешь?

— Обычно мы — оборотни такое чувствуем. Твой запах должен измениться на гормональном уровне, но я пока не ощущаю этого.

— Может ещё слишком рано? Срок очень маленький и поэтому ты не чувствуешь, — рассуждаю я, перебирая в голове поток нахлынувших мыслей. — В любом случае я должна убедиться в этом сама. Мне нужен тест. Отвезёшь меня в город?

— Мы не можем поехать в город, Алиса, ты же знаешь. Если ты беременна, через недельку думаю я смогу почувствовать это по запаху.

— Я не могу ждать недельку. Я должна знать об этом сейчас. Ну пожалуйста, Тео, — прильнув к обнажённой груди парня, я начала целовать его и ластиться, как кошка. Это всегда действовало на моих львов, как валериана для котов — они сходили с ума от удовольствия. — Те-е-о… пожалуйста.

— Ну ладно, — наконец сдался он. — Через пару десятков километров по трассе есть заправка и магазин. Думаю, там должен быть аптечный отдел.

Я сразу просияла от радости и вдохновенно улыбнулась.

— Спасибо. Люблю тебя!

Собрались мы буквально за десять минут, сели в машину, но уже на выезде из ранчо нас остановила охрана.

— Простите господин Макларен, но мы не можем отпустить вас одних. Мы обязаны сопровождать вас. Это приказ вашего отца, — ответил высокий плечистый охранник.

Тео скрипнул зубами, но потом всё же понимающе кивнул.

— Хорошо, Стен. Возьми ребят, поедите на машине впереди нас.

Вот так мы выдвинулись с ранчо с небольшим кортежем сопровождения. До главной трассы ехали минут тридцать по живописной австралийской местности, которой я, наверное, никогда не устану любоваться. Проехали ещё какое-то время, а потом, из-за поворота появился большой грузовик и на полной скорости протаранил машину с охранниками.

Всё произошло очень быстро. Я от шока даже вздохнуть не могла, когда покорёженная груда металла по инерции полетела в нашу сторону.

— Твою мать! — выругался Тео резко крутанув руль в сторону, отчего машину выбросило на обочину, и она перевернулась.

Я плохо помню, что происходило дальше. От сильного удара и жуткой боли в голове у меня потемнело в глазах, но сознание было всё ещё ясным. Я увидела, как к машине подошли люди в высоких кожаных сапогах, в руках у них было оружие. Тео приподнялся и, по-звериному оскалившись, утробно зарычал.

— Лежать, сука! — пробасил грубый мужской голос, а потом я услышала щелчок затвора ружья и глухой выстрел.

Боже мой, что происходит?!

— Девчонку в машину, грузите, быстро! Зачистить территорию!

Это последнее что я услышала перед тем, как отключиться.

Я пришла в сознание от звука голосов. Они были едва различимы, будто я находилась в каком-то вакууме или в мои уши кто-то затолкал ваты.

Голова с левой стороны пульсировала тупой болью, а веки были настолько тяжёлыми, что я не сразу смогла их разлепить. Тело ощущалось настолько слабым, что не было сил даже простонать.

— Ты уже взяла у неё кровь? — раздался над головой мужской голос, в котором я сразу же узнала Марка.

— Да, — ответил ему какая-то женщина. Её голос показался мне смутно знакомым. Вот только где я могла его слышать? — Отнесла только что в лабораторию. Попросила сделать полный спектр, как ты просил: анализ на токсины и ХГЧ. Думаешь они её…

— Следов насилия на теле нет, но я почти уверен в этом. У неё на шее две отметины от клыков. Видела? Это метка. Они ставят её, когда спариваются с самкой.

О чём они говорят? Думают, что близнецы меня изнасиловали?

Ну это же полный бред!

— Бедная девочка. А Степану Петровичу сообщил, что она нашлась?

— Да, он уже едет.

А потом открылась дверь, и кто-то торопливо вошёл в комнату.

— Алиса…, — услышала я взволнованный голос деда. — Как она?

— Не волнуйтесь так, Степан Петрович, с ней всё хорошо. Переломов и травм нет. Небольшое сотрясение головы, но это не критично. Она на удивление очень быстро восстанавливается.

— Боже мой, моя девочка…, — дедушка присел рядом со мной на кровать. — Что они с ней сделали?

Почувствовав, как он сжал мою ладонь, на душе стало намного спокойнее. И, кажется, даже сил немного прибавилось. Я смогла приоткрыть глаза.

— Алиса? Она, кажется, приходит в себя, — взволнованно обернулся он к Марку. — Как ты, милая?

К кровати подошёл Марк и склонился надо мной. Приоткрыв мои веки, посветил в глаза маленьким фонариком. Я сморщилась от яркого света.

— Как себя чувствуешь, Алиса?

— Голова болит, — смогла выдавить я, ели шевеля пересохшими губами. — Хочу пить.

Марк тут же поднёс к моим губам стакан с трубочкой и, как только живительная влага наполнила мой рот, я блаженно зажмурилась. Стало немного легче, но головная боль всё равно не отступала.

— Голова болит, очень, — простонала я.

— Сара, подготовь обезболивающее, два кубика, — попросил Марк девушку, стоящую поодаль.

Точно, Сара. Это же девушка Марка. Вот почему её голос показался мне знакомым.

— Алиса, хорошая моя, как же мы за тебя волновались.

В глазах деда столько волнения и тревоги, что мне тут же становится жутко стыдно за то, что пока он тут волновался и переживал за меня, я, забыв обо всём, развлекалась с близнецами. Надо было дожимать блондинчиков: топать ногами, кричать, требовать, но добиться от них возможности ещё раз позвонить дедушке. Но, что уж теперь говорить: время ушло. Сейчас меня волнуют совершенно другие проблемы: что с Тео, где он находится и кто были те люди, которые напали на нас.

Когда Марк вколол мне в вену укол я подняла на него взгляд и прямо спросила:

— Где Тео? Это парень, который был со мной в машине. Что с ним?

В комнате повисло напряжённое молчание. Все как будто только ждали от меня этого вопроса.

Дед с Марком странно переглянулись, а потом он спросил:

— Алиса, ты можешь рассказать нам, что с тобой произошло за эти недели? Где тебя держали

— Ничего плохого со мной не было. Меня никто не обижал, — сказала я чистую правду. Ведь близнецы действительно меня не обижали. — Всё это время я была на каком-то ранчо. Точно не знаю где это, меня привезли туда ночью, — А вот здесь я немного соврала. Хотя почему соврала, я ведь действительно не знаю где находится ранчо, а только предполагаю его примерное местоположение.

— Ранчо находится недалеко от Кэрнса. Нашим людям удалось отследить передвижение Сэмюэля Макларена с помощью спутников, — Марк усмехнулся. — И, как мы и предполагали, он привёл нас туда, где прятались его сыновья.

— Мы уже думали, что нам никогда не удастся найти тебя, Алиса, — вздохнул дедушка, ласково поглаживая мою ладонь.

— Да, это большая удача, что нам удалось найти тебя в такой короткий срок живой и невредимой.

— Вы мне так и не ответили: где Тео? Что с ним?

Перевожу взгляд с Марка на деда, пытаюсь найти в их глазах хоть какой-то ответ, но ничего не нахожу. Они будто сговорились и упорно не хотят говорить мне правду. От чего я начинаю нервничать ещё больше.

Марк облокотился спиной о тумбочку и, прищурившись, спросил:

— Алиса, ты знаешь, что эти люди, которые тебя похитили… не совсем те, за кого себя выдают?

Я напряглась. В голове лихорадочно заметались мысли устроив там настоящий хаос.

Вот сейчас он точно спросит меня об оборотнях. И что мне ему отвечать? Отпираться? Всё отрицать? Или сказать правду?

— О чём ты?

— Я о том, что они не совсем люди.

Я притихла и, закусив губу, посмотрела на него всёговорящим взглядом.

Ну не умею я врать, что поделать.

— Знаешь, — качнул головой Марк. — Вижу по глазам, что знаешь. Да, Алиса, это не люди, они — звери. Оборотни!

— Да, я знаю, — не стала отпираться. — Тео и Лео показали мне свою вторую сущность. Они — львы. Те хищники, которых мы встретили в парке Дейнтри, были они.

Марк зло усмехнулся.

— Я так и знал.

— Эх, жаль, что ты их тогда не подстрелил, сейчас бы проблем было намного меньше, — запальчиво выдал дед.

Я перевела на него удивлённый и ошарашенный взгляд.

— Деда, что ты такое говоришь?! Они же не просто какие-то дикие звери, в первую очередь они — люди. Разумные существа.

Марк громко фыркнул.

— Они не разумны, Алиса. Они — животные! Уж поверь мне.

— Вы не правы. Вы их не знаете, — не сдаюсь я, продолжая отчаянно защищать близнецов. — Они не причиняют никому вреда. Они такие же разумные существа, как и мы. Да, они немного другие, отличаются от нас, но это не отменяет их право на существование. С точки зрения науки, оборотни — это уникальный вид живых существ. Полулюди-полузвери… Совершенно новая раса. У них своя культура, свои традиции. Они живут среди людей уже много тысяч лет.

— Ты правильно сказала, Алиса, оборотни — это иная раса. Но они не такие как мы. Это сломанная ветвь эволюции. Генетическая мутация. А значит — ошибка природы.

— Что за бред?! Какая мутация? Они просто другие.

Значит Марк не знает, что оборотни пришли к нам из другого мира. Их генетический код просто не может быть идентичен нашему.

— Ты ещё многого не знаешь, Алиса. Мы давно изучаем этих существ. Они агрессивны и опасны. Обращаясь в зверей, они могут спокойно разгуливать на любой территории и нападать на людей. Ты сама в этом убедилась, не так ли. Эти существа опасны для общества. Наша задача: вычислить и переловить их всех до одного. Одного льва мы уже поймали, а скоро выловим и всё его семейство, — со злой усмешкой проговорил Марк. — Ловушки уже расставлены, осталось только дождаться, когда эти зверюги угодят в западню.

Внутри всё похолодело от его слов, и сердце тревожно забилось в груди.

— Что вы сделали с ним? Где Тео?

— Там, где ему и положено быть — в клетке!

— В клетке? — ошарашенно уставилась на Марка. — Вы что, совсем с ума сошли? Он ведь человек, не животное!

— Ошибаешься, Алиса. Они — звери.

Я перевела взгляд на дедушку.

— Деда, ты тоже так считаешь?

— Да, милая, — не раздумывая ответил он. — Я видел их, Алиса. Видел на что они способны, насколько агрессивными могут быть.

— Естественно, — хмыкнула я. — Я бы посмотрела на вас, если бы в клетках вместо них сидели вы. Вам бы это тоже не понравилось!

Марк рассмеялся.

— Ты ещё слишком наивна, Алиса, и пока до конца не понимаешь с кем столкнулась. Сара, вон, тоже поначалу жалела их, пока один из этих зверей чуть не вспорол ей когтями живот. Дикая животная сущность всегда будет частью их.

— Почему ты их защищаешь, Алиса? — подала голос Сара, до этого стоящая поодаль, у окна. — Они же похитили тебя.

— Да, но при этом они не сделали мне ничего плохого. Они не держали меня в клетке, ни резали, ни пытали…

— А как же следы от клыков на твоей шее? — перебил меня Марк.

Моя рука инстинктивно взметнулась к одной из отметин. Её мне поставил Тео.

— Мы знаем, что такие отметины оборотни ставят самкам, с которыми спариваются. Алиса, они тебя… изнасиловали?

— Нет! — горячо возразила я. — Конечно, нет. Разве бы я стала о таком молчать.

— Но у вас, что-то было? Я имею ввиду сексуальный контакт?

Я вспыхнула, но быстро взяв себя в руки начала всё отрицать. Не знаю почему, но внутреннее чутьё подсказывало — об этом надо молчать.

— Нет. Меня никто не трогал.

Глядя на меня, Марк подозрительно прищурил глаза, будто рентгеном сканировал.

— А как же метки на твоей шее?

— Я не знаю зачем они меня укусили. Когда я очнулась на ранчо эти отметины уже были, — соврала я, как мне показалось достаточно убедительно. Вот только поверил он мне или нет?

— Ну что ж, это хорошо, что всё обошлось. Даже удивительно, — задумчиво хмыкнул Марк. — Степан Петрович, пойдёмте, мне нужно с вами кое-что обсудить. А ты, Алиса, пока отдыхай. Я зайду к тебе чуть позже.

Ближе к вечеру я уже вся извелась от волнения и этой удушающей неизвестности. Что же с Тео? Неужели они действительно посадили его в клетку?

Господи, это какой-то бред. Я просто не могу в это поверить.

Нужно всё выяснить. Сидеть здесь и бездействовать — я больше не могу. Я должна найти Тео.

Чувствовала я себя уже гораздо лучше, поэтому, не раздумывая больше ни минуты, одела халат и вышла из палаты.

Это было странное место: длинные петляющие коридоры со множеством комнат, в которые я так и не смогла попасть. Металлические двери с новейшими электронными замками, которые без специальной ключ-карты открыть вряд ли получится. Некоторые помещения были с прозрачными стеклянными стенами, в которых я увидела лабораторное оборудование и людей в белых халатах. Скорее всего это какая-то лаборатория.

Пройдя дальше по коридору, я заметила приоткрытую металлическую дверь и подошла ближе. Услышав голоса Марка и дедушки, я притихла и прислушалась.

— Я хочу забрать Алису домой.

— Это исключено. Степан Петрович, Алиса пока должна остаться здесь. Я хочу обследовать её как можно тщательнее. К сожалению, результаты анализов совсем не утешительные.

— Что ты имеешь ввиду?

— В её крови обнаружен ген оборотней.

— Что? Но, как это возможно?

— Я думаю всему виной эти метки на её шее. Скорее всего через укус, со слюной, в её кровь и попала ДНК оборотня.

— Господи, и что же теперь делать? — взволнованно выдохнул дед. — Она же… она же не будет обращаться в зверя?

Что? Я в зверя?

Близнецы мне о таком не рассказывали.

— Я не знаю, Степан Петрович. Раньше мы с подобным не сталкивались. Опыты с людьми под запретом. Доктор Салливан пока не получил на них разрешение от правительства. Вот поэтому, Алиса пока должна остаться здесь. За ней нужно понаблюдать и сделать ещё парочку тестов…

— Вы что, хотите сделать из меня лабораторную мышь? — не выдержав я вошла в комнату и, сложив руки на груди, вперила в Марка возмущённый взгляд. — Ты это серьёзно?

— Алиса, зачем ты встала? Тебе ведь ещё нужно лежать. — дедушка поднялся со стула и направился ко мне.

— Я уже хорошо себя чувствую, деда.

— И это тоже удивительно. Сами посудите, Степан Петрович, у Алисы было сильнейшее сотрясение мозга, глубокая рваная рана на голове. А сейчас что…, — Марк подошёл ко мне, аккуратным жестом отодвинул с лица волосы, а потом подцепил пальцем край повязки на лбу и осторожно её убрал. — Поразительно! Посмотрите сами, Степан Петрович, шрам почти затянулся. Хотя швы наложили только вчера. Ещё утром она ели шевелила губами, а сейчас уже бодро бегает по лаборатории. Эта ускоренная регенерация тканей — впечатляет.

Я отмахнулась от руки Марка, как от назойливой мухи.

— Что ты хочешь этим сказать? Что я превращусь в зверя? Это же полный бред!

— Ну, в зверя может ты и не превратишься, но твои физические возможности сейчас явно превышают человеческие, — со странной ухмылкой заявил Марк. — Поэтому я хочу, чтобы ты осталась здесь. Чтобы мы могли понаблюдать за тобой: как будет дальше вести себя твой организм, насколько ген оборотней на него повлиял и будут ли в результате всего этого какие-то последствия. Ты уникальный пациент, Алиса. Первый человек, в ДНК которого был внедрён чужеродный ген.

— Я не подопытная мышь! — воскликнула возмущённо. — Деда, что ты молчишь? Ты же не позволишь ставить на мне опыты.

— Алиса, никто не будет ставить на тебе опыты, — ответил он. — Марк же сказал, они за тобой просто понаблюдают. Возьмут ещё пару раз кровь на анализ и всё. Это обычная практика, ничего сверхъестественного.

Ладно, думаю, пусть наблюдают. Всё равно я не смогу уйти отсюда пока не найду Тео.

— Хорошо. Но прежде, я хочу увидеть Тео.

— Это исключено. Все оборотни содержатся на нижнем уровне в специальном изолированном помещении. Вход туда строго ограничен.

— И что, для меня нельзя сделать исключение?

— Нет, Алиса, извини.

Марк был непреклонен. И я перевела умоляющий взгляд на деда, но он только пожал плечами, мол, я тут бессилен.

Я зло поджала губы и выскочила из кабинета.

Ну и ладно, сама разберусь. Из любой, даже самой сложной ситуации, всегда можно найти выход. И я обязательно его найду.

В девять вечера лаборатория практически опустела. Сотрудники видимо разошлись по домам, на этаже остались только пара охранников и вездесущая Сара, которая как пчела трудилась в своей лаборатории уже несколько часов подряд. Даже дед с Марком куда-то свинтили, сказав, что вернутся только к утру.

«Сейчас самое время», — подумала я и, убедившись, что в коридоре никого нет, вышла из палаты.

Сегодня, во время ужина, мне удалось выведать у одной из сотрудниц лаборатории информацию о том, где именно содержат «зверей». Пришлось, конечно, хорошенько извернуться и схитрить, чтобы разговорить её. Но, как только я намекнула, что после выздоровления собираюсь принять участие в работе лаборатории по протекции Марка, у девицы сразу же развязался язык. Она охотно поделилась со мной всей интересующей меня информацией: где именно содержат оборотней и как туда попасть. Вот только одна загвоздка: без ключ-карты со специальным доступом туда не проникнуть. А доступ такой есть лишь у ограниченного числа людей, в том числе и у Сары, девушки Марка.

К ней-то я сейчас и направляюсь. Ещё не знаю, как буду добывать у неё эту карту, но настрой у меня решительный. Я обязательно должна найти Тео.

Сару я нашла в лаборатории в той же позе, в которой видела пару часов назад: склонившись над электронным микроскопом. Постучав по стеклянной стене, попросила её открыть мне доступ в лабораторию.

— Алиса? У тебя что-то случилось? — опустив очки на нос озадаченно спросила она.

Я состроила страдальческое выражение лица и присела на стул.

— Да, никак не могу уснуть. Голова что-то разболелась. Можно мне какую-нибудь таблетку?

— Да-да, конечно, — сразу же засуетилась девушка. — Сейчас сделаю тебе укол обезболивающего и немного снотворного добавлю, чтобы уснула. Посиди тут немного, я схожу за ампулами.

Сара вышла из лаборатории и поцокала каблучками вниз по коридору. А я тут же бросилась искать ключ-карту. Обшарила всё на столе, заглянула в каждый ящик стола, посмотрела на полках сверху, но заветного кусочка пластика нигде не было.

Чёрт! Где же он может быть?

Застонав от отчаяния, я села обратно на стул, как раз тогда, когда вернулась Сара с небольшим металлическим подносом в руках, на котором лежали шприц и две ампулы с лекарством.

«Если она сейчас вколет мне снотворное, то всё пропало: у меня ничего не получится сегодня сделать», — уныло подумала я. А потом заметила в кармане халата девушки синий квадратик похожий на пластиковую карту и тут же воспряла духом.

Я подошла к столу, на котором Сара оставила металлический поднос с лекарством и, пока девушка мыла руки, как бы невзначай опрокинула его. Ампулы с лекарством упали на пол и конечно же разбились.

— О, Боже! — притворно охнула я и, склонившись вниз, начала собирать в ладошку осколки, при этом виновато тараторя: — Прости, прости, я случайно. Я только хотела посмотреть, а… а он упал. Прости пожалуйста…

— Да ничего страшного, — напряжённо ответила Сара. — Не поднимай стекло, оставь, а то порежешься ещё. Я сама уберу.

Она присела на корточки и с помощью двух листов белой бумаги начала собирать осколки. А я, выпрямившись, решительно посмотрела на кружку с кофе, стоящую на краю стола.

Надеюсь, что кофе не горячий…

— Давай я всё же помогу тебе.

Я обошла девушку справа вплотную приблизившись к столу. Неловкое движение рукой и кружка с ароматным напитком летит прямо на Сару, окрасив некрасивым коричневым пятном её руку и часть спины.

Девушка взвизгнула и, подскочив на ноги, устремила на меня сердитый взгляд. Ну а я… А что, я? Я прикинулась дурочкой и виновато заохала.

— Ох, Сара, прости. Я такая неловкая. Прости пожалуйста. Ты не обожглась? Кофе был не горячий? Давай я тебе помогу. Снимай скорее халат — он весь промок, — и начинаю стягивать с неё белый халат. Сама при этом выражаю полное беспокойство, тороплюсь, паникую, будто это я обожглась, а не она. И, кажется, она поддаётся моему настроению, тоже впадает в паническое состояние и довольно резво сбрасывает халат.

Осмотрев свою испорченную блузку, Сара вскидывает на меня злой взгляд.

— Извини, — невинно пожимаю плечами.

— Возвращайся в свою палату. Я к тебе позже зайду, поставлю укол, — велела она и, недовольно поджав губы, выскочила из кабинета.

Как только стук её каблуков стих в конце коридора я достала из халата заветную ключ-карту, на которой было написано: «Уровень доступа 10. Высший».

Бинго!

Обрадовавшись своему улову, я вернулась в палату и легла в постель спрятав карту под подушкой. А когда чуть позже Сара заглянула в палату сразу же притворилась спящей.

Потоптавшись на пороге, девушка почти сразу ушла решив, что я уже сплю. А я, полежав ещё для верности полчасика, подскочила с кровати и, осторожно приоткрыв дверь, высунулась из палаты.

В коридоре никого было. Тихонько, стараясь не шуметь, я прошла к лифту и спустилась на нём на самый последний этаж. Как и рассказывала болтливая лаборантка здесь, на нижнем уровне, была массивная железная дверь, открыть которую можно только ключ-картой со специальным доступом.

Я приложила карту к электронной панели. Индикатор на ней из красного переключился в зелёный и дверь с глухим шипением открылась.

От волнения сердце в груди начинает биться с такой силой, что кажется вот-вот выпрыгнет наружу. Но, собравшись с духом, я всё же вхожу внутрь.

В помещении практически темно, горит лишь пара тусклых ламп на стене. Здесь очень плохо пахнет: удушающе-затхлый запах подвального помещения, сырости и ещё чего-то очень неприятного ударило в нос.

Вдоль стены я увидела целый ряд отгороженных решётками помещений. Наверное, это и есть клетки.

Господи, неужели это правда? Они действительно держат здесь оборотней?

Но как?.. Как можно держать людей в таких условиях: без света и доступа свежего воздуха. Хуже зверей.

Это же бесчеловечно!

К горлу подступил колючий ком негодования, а на глаза навернулись слёзы.

Это всё… не может быть правдой.

Осторожно ступая по каменному полу, я прошла в глубь помещения. В клетках было темно и ничего не видно, поэтому я включила фонарик на телефоне, чтобы подсветить. Направила его на одну из клеток и в глубине помещения смогла разглядеть мужской силуэт сидящий полубоком на кровати.

— Тео, — сорвался с губ радостный вздох.

Мужской силуэт был так похож на моего льва, что я ни минуты не сомневаясь бросилась к клетке.

— Тео, — снова позвала я, схватившись пальцами за толстые железные прутья.

Мужчина обернулся. Свет от телефонного фонарика осветил его лицо, и я сразу же поняла, что ошиблась. Это был не Тео, а совершенно незнакомый темноволосый мужчина. Его глаза — тёмные как угли сверкнули в темноте зловещим блеском. Он медленно поднялся, склонил голову на бок и с интересом посмотрел на меня.

Ух, у этого незнакомца такой взгляд… Зловеще-тёмный, тяжёлый, подавляющий. Я замерла возле клетки загипнотизированная этим взглядом. Оцепенела будто кролик перед удавом.

Мужчина ещё какое-то время рассматривал меня, а потом вдруг подался вперёд и молниеносным движением оказался возле решётки. Я инстинктивно отпрянула от неё, но мужская рука быстрым рывком схватила меня за шею и притянула обратно к клетке.

Я затрепыхалась в сильных тисках и закричала отчаянно:

— Отпусти! — вместо звука из горла вырвался сиплый хрип. Этот сумасшедший псих так сильно сдавил мне шею, что я едва могу дышать.

Мамочки! Он же меня сейчас придушит!

От испуга я округлила глаза и ещё сильнее забилась в стальном захвате, отчаянно пиная психа руками и ногами.

Из соседней боковой клетки вдруг раздался знакомый рык. Мне кажется, я даже в темноте узнаю его. Это мой Тео!

— Отпусти её, Марио! — грозно зарычал он, оказавшись у решётки. — Отпусти!

Псих подозрительно покосился на Тео, а потом вдруг притянул меня ближе, буквально впечатывая лицом в решётку, и начал обнюхивать. Как зверь добычу — с жадным предвкушением.

— Твоя самка? — спросил он хрипло.

Боже мой, это не человек, а настоящий демон. У меня от его голоса каждый волосок на теле дыбом встал.

— Она моя истинная.

Псих обнюхал меня ещё раз и презрительно скривился.

— Человечка… Я бы на твоём месте не произносил вслух о вашей связи. Здесь повсюду камеры.

А потом он разжал ладонь, и я плюхнулась на каменный пол больно ударившись о него копчиком. Быстро отползла в сторону и, подскочив на ноги, бросилась к Тео.

— Тео! — просунув руки через решётку я попыталась его обнять, прижавшись всем телом к металлическим прутьям. — Как ты?

— Со мной всё нормально. Как ты, Алиса? — он коснулся ладонью моей щеки, нежно провёл по ней большим пальцем.

— Где же нормально? У тебя губа разбита и синяки…, — окидываю взглядом моего льва и от ужаса цепенею. По всему телу у него крупные ссадины и синяки. Глядя на них у меня перехватывает дыхание, а на глаза наворачиваются жгучие слёзы. — О, господи! Они тебя били? Боже мой, Тео…

Громко всхлипнув, прижимаюсь губами к его губам. Целую горячо, отчаянно, будто в последний раз и всё никак не могу успокоиться. Меня трясёт и изнутри раздирает такой жуткий гнев.

Как они могли так поступить? Как Марк мог запереть этих людей в клетках, как диких зверей? Как можно быть настолько жестоким и безжалостным? У меня всё это просто в голове не укладывается.

Как я вообще могла любить это чудовище, которое мучает и избивает людей?

Я ведь до конца не верила, что всё это правда.

Так отчаянно не хотела верить. А сейчас, с меня будто розовые очки слетели.

Сейчас мне уже кажется, что я сама выдумала всю эту любовь, нарисовала в своих девичьих мечтах идеального принца. А принц оказался не таким уж и идеальным. Он оказался монстром.

— Они тебя не тронули? Не причинили вреда? — обеспокоенно спрашивает Тео. Я отрицательно мотнула головой. — Ты должна уходить отсюда, Алиса. Постарайся выбраться из этого места и найди Лео. Он и весь прайд смогут защитить тебя.

— Я ни за что не брошу тебя, Тео. Я найду способ вытащить тебя из этой клетки. Я обязательно его найду, — шепчу, глотая слёзы.

Внезапный звук тревожной сирены заставляет меня вздрогнуть. А в следующую секунду включается яркий свет и в подвал врываются люди в камуфляжный костюмах. Военные. А за ними маячит Марк и ещё какой-то незнакомый мужик.

— Алиса, отойди от клетки, сейчас же! — кричит мне Марк, а потом смотрит на Тео и шипит зло: — А ты, тварь, отойди в дальний угол и не смей приближаться.

Тео взял меня за руку, притянул ближе и прошептал на ухо:

— Постарайся выбраться отсюда, Алиса. Ты ведь умная девочка, ты сможешь, я знаю. Притворись, обмани, обхитри, но выберись отсюда. Обещай мне.

Я смотрю в его золотистые глаза, такие родные и любимые, и мысленно молю только об одном, чтобы Господь дал мне силы выдержать всё, не сорваться в пропасть паники и отчаяния.

Я понимаю, что Тео прав: я должна выбраться отсюда и сообщить Лео и его семье о том, где именно держат оборотней. У них больше сил и возможностей противостоять этим людям. Они смогут помочь Тео, смогут вытащить его отсюда. Но сердце так отчаянно ноет и болит. Я не хочу уходить и оставлять Тео здесь одного. Вдруг они его убьют?

— Отпусти её! Сам отойди от решётки к стене, — кричит Марк, выглядывая из-за военных.

Тео на его окрик реагирует слишком остро — он скалится и рычит утробно.

— Иди на хрен, ублюдок!

Зло поджав губы Либерман отдаёт приказ одному из военных:

— Приложи зверёныша.

Мужик в форме поднимает ружьё и стреляет. Дротик со снотворным впивается Тео в ногу и он, пошатнувшись, вскидывает на Марка по-настоящему звериный взгляд. Он начинает трансформироваться и в следующую минуту в клетке уже стоит огромный лев.

Красивый, прекрасный, мой лев!

Он бросается на решётку и так жутко рычит, что у меня каждый волосок на теле дыбом встал. Я ещё никогда не видела его таким — по-настоящему опасным хищником.

— Стреляйте в него! Уложите эту тварь! — орёт Марк.

А дальше начинается настоящий ужас: военные выстреливают в него из всех ружей, дротики один за одним впиваются в могучее тело моего льва. Он рычит, отчаянно пытается устоять на ногах, но сила снотворного лекарства берёт своё — лев заваливается на бок и падает на пол.

От собственного крика я не слышу, как ко мне подбегает Марк, что-то говорит и пытается оттащить меня от клетки, за которую я вцепилась онемевшими пальцами.

Моё сердце болит и рвётся на части глядя на неподвижное тело льва на полу.

Сволочи! Как они могут быть настолько жестокими!

Ненавижу!

— Пойдём отсюда, Алиса. Пойдём, мы должны уходить.

— Отпусти…, — сквозь слёзы стону я. Но, когда он не унимается, вспыхиваю и зло шиплю сквозь зубы: — Отстань от меня! Ты — чудовище! Я тебя ненавижу.

К нам подошёл незнакомый мужчина с аккуратной седовласой бородкой и с интересом посмотрел на меня.

— Уведи её отсюда, Марк, — произнёс он сухо.

Либерман сразу же подхватил меня под мышки и потащил к выходу из подвала.

— Ты совсем дура?! Зачем ты пошла туда? — закричал на меня Марк, втолкнув в распахнутые двери лифта.

— Ты настоящий монстр, Марк Либерман, — смотрю на него испепеляя ненавистным взглядом. — Как вы можете держать этих людей в клетках? Это не законно!

— Они не люди, Алиса, они — звери.

— Сам ты зверь! Чудовище! — выплёвываю презрительно. — Они намного лучше тебя. Намного человечнее. Они не издеваются и не мучают людей. Не держат их в клетках. Они не такие как мы, да, но разве из-за этого они не имеют права на жизнь? Скажи мне? Что за варварские понятия!

— Ты сама не понимаешь о чём говоришь. Этих зверей нельзя равнять с людьми. Мы — высшие существа. А они — просто ошибка природы.

Я смотрю на Марка и совсем не узнаю его. Откуда столько спеси и возвышенного величия. Того и гляди скоро на голове корона засияет.

— Я вот только одного понять не могу — почему ты так его защищаешь?

— Тебе этого не понять.

Когда двери лифта открылись, я отпихнула Марка плечом и по коридору направилась в свою палату. Он пошёл за мной.

Войдя внутрь, я сразу же распахнула шкаф в поисках своих вещей, которые оказались аккуратно сложены на одной из полок. Достала одежду и, бросив её на кровать, повернулась к Либерману.

— Где дедушка? Он здесь, в лаборатории?

— Нет, он поехал к нам домой, отдохнуть. Приедет только утром.

— Мне нужно ему позвонить. Ты дашь мне телефон?

— Зачем? — Марк прищурился. — Куда ты собралась, Алиса?

— Я хочу уехать отсюда. И не говори, что за мной надо наблюдать. Со мной всё в порядке. Я абсолютно здорова.

— Алиса, я не думаю, что это правильное решение. У тебя была серьёзная травма головы. Тебе ещё как минимум неделю показан постельный режим.

— Я же сказала: со мной всё хорошо. Я отлично себя чувствую, — сложив руки на груди сверлю мужчину хмурым взглядом. — Я хочу домой, Марк. В Россию. Я не хочу участвовать в этом… беспределе. И не хочу, чтобы дедушка в этом участвовал. Это слишком жестоко, низко… не по-человечески.

Выдохнув, отвела взгляд в сторону.

Надеюсь, что он мне поверил. Я сегодня же должна отсюда выбраться. Как можно скорее. Пока они совсем не замучили Тео и всех остальных. Я уверена, что Сэмюэль Макларен, самый главный лев из всех львов, обязательно сможет им помочь. Если не он, то кто?

У Либермана зазвонил телефон. Он вынул его из кармана брюк и приложил к уху.

— Да, слушаю. Уверены? — Марк нахмурил брови и бросил на меня странный взгляд. — Хорошо, я понял, — Он убрал телефон обратно в карман и произнёс сухо: — Прости, Алиса, но пока тебе всё же придётся остаться здесь. Я предупрежу об этом Степана Петровича.

С этими словами он вышел из палаты, а потом послышался щелчок и сигнальный писк электронного замка.

Он что, запер меня? Серьёзно?

Бросившись к двери, я дёрнула за ручку, но та не поддалась.

Вот, гад!

Дёрнула ещё раз и ещё, а потом вовсе — со всей силы начала долбить по ней ногой.

— Марк, открой дверь. Выпусти меня! Марк! Вы не имеете права удерживать меня здесь силой. Слышишь? Это противозаконно!

Дверь так и осталась заперта.

Чёрт! Чёрт! Чёрт!

Что же мне теперь делать?

— Проходите, Степан Петрович. Сейчас я всё расскажу, и мы сможем всё обсудить, — сквозь сон раздался голос Марка.

Я вздрогнула, быстро приподнялась на кровати и потёрла сонные глаза. Почти до утра не могла толком уснуть одолеваемая роем мыслей в голове. Даже не знаю, когда уснула.

Увидев дедушку, я тут же соскочила с кровати и бросилась к нему в объятия.

— Деда, Марк не выпускает меня отсюда. Запер в палате, как какую-то преступницу, — уткнувшись носом ему в грудь начала жаловаться я. — Что это вообще за беспредел! Дедуля, я хочу домой.

Дед бросил на Марка вопросительный взгляд, мол, что здесь происходит.

— Сейчас я всё объясню, — деловито сообщил Либерман. — Степан Петрович, оказывается, Алиса нам вчера соврала. Она сказала, что у неё не было интимной связи с оборотнем, но…, — Марк сложил руки на груди и посмотрел мне прямо в глаза. — Вчера вечером пришли дополнительные результаты анализов. Уровень ХГЧ в твоей крови значительно превышен. Это может говорить только об одном — ты беременна. Алиса, ты знала об этом?

Я напряжённо закусила губу.

Неужели это действительно правда? Я беременна?

Эта мысль буквально оглушила меня. И теперь я не знаю, что мне делать: радоваться или… Боже, что же мне делать?!

На самом деле я просто в полной растерянности. Но, какой бы диссонанс это знание не внесло в мою жизнь, одно я знаю точно — этот ребёнок плод нашей с близнецами страсти и любви. А значит — он заведомо любимый и желанный. Я просто не смогу его не любить. Нет, мне кажется, я уже его люблю.

Эта внезапная мысль, словно солнечный лучик пронизывает меня насквозь и согревает изнутри благостным теплом.

— Нет, — честно ответила я.

— Тогда почему ты солгала?

— Потому что моя личная жизнь никого не касается. Я не обязана перед тобой отчитываться.

Либерман прищурился.

— Отец ребёнка, это тот оборотень, который сейчас в подвале?

Я молчу, но мне кажется, Марк и так уже всё понял — слишком уж довольное у него выражение лица. Он сейчас похож на ликующую обезьяну, заполучившую наконец желанный фрукт.

А вот дедушка отреагировал крайне резко и эмоционально.

— Убью зверёныша! — вспылил он. — Как он вообще посмел к тебе прикоснуться? Он тебя принудил?

— Деда, перестань. Меня никто ни к чему не принуждал.

Но дедушка меня будто не слышит, начинает нести какую-то чушь.

— Марк, что нам теперь делать? Этот плод может как-то навредить Алисе? Он ведь не человек, так? Скрещенная ДНК, смешение генов, возможные мутации… Нет, это неприемлемо. От плода нужно избавиться.

Что?!

Я чуть воздухом не поперхнулась от такого заявления.

— Деда, что ты такое говоришь? Это же ребёнок. Мой ребёнок!

— Ты сама не понимаешь, Алиса. Существо внутри тебя — не человек. Мы даже понятия не имеем, как оно будет развиваться в тебе. А вдруг ОНО убьёт тебя!

— Что за чушь! — воскликнула я. — Почему он должен меня убить? Это ребёнок. Совсем крошечный, маленький ребёнок.

— Мы пока ничего не знаем, как развиваются в утробе эти существа. А вдруг он родится зверем и…

— Степан Петрович, подождите. Давайте не будем спешить с выводами, — перебил дедушку Марк. — Для начала подумайте: у нас сейчас есть прекрасная возможность наблюдать эту уникальную беременность. А после — получить живого младенца оборотня. Только представьте, сколько пробелов в наших исследованиях мы сможем заполнить, сколько узнать нового. Как он развивается, как проходит его оборот в зверя, или наоборот — в человека, если он вдруг родится зверем. Возможно, с помощью него нам наконец удастся найти их уязвимые места.

Марк с таким воодушевлением и азартом расписывает свои планы деду, будто речь идёт не о живом ребёнке, а о какой-то редкой игрушке, которую ему не терпится поскорее разобрать и посмотреть, что там внутри.

Сказать, что я в шоке? Не-е-ет, я просто в ужасе.

— А если он навредит Алисе? Если она не сможет его выносить? — у деда от волнения даже руки затряслись. — Нет, я не могу так рисковать своей внучкой.

— Степан Петрович, мы будем наблюдать за Алисой двадцать четыре часа в сутки. Контроль по УЗИ, лучшие специалисты — всё это будет обязательно предоставлено. Если вдруг что-то пойдёт не так, будет хоть малейшая опасность или угроза её жизни — мы сразу же прервём эту беременность.

— Вы что тут, совсем с ума посходили?! — не выдержав воскликнула я. — А меня хоть кто-то спросил: хочу я, чтобы надо мной и над моим ребёнком проводили эксперименты или нет? Это мой ребёнок, и я не хочу, чтобы он стал лабораторной мышью!

— Этот ребёнок — собственность лаборатории, — раздался неприятный мужской голос.

Мы все обернулись.

В проёме двери стоял тот самый седовласый мужчина, которого я вчера видела в подвале.

Кто он вообще такой? И почему командует здесь?

— Господин Салливан, вы уже в курсе всего, да? Это потрясающее событие. Мы ведь даже не предполагали, что скрещивание между оборотнями и людьми возможно, — залебезил перед ним Марк. — Но тут такая ситуация… Алиса ведь внучка Степана Петровича, и мы конечно же опасаемся за её здоровье…

— Можете не переживать за это, Степан Петрович, — снисходительно ответил Салливан. — Девушке будет предоставлено всё самое лучшее. Единственная её задача — выносить это существо. А когда придёт время, мы извлечём плод с помощью кесарева сечения. Это будет самый безопасный способ, с причинением минимального вреда для её организма. Девушке конечно же будет выплачена хорошая компенсация за неудобства и моральный ущерб. Пойдёмте, Степан Петрович, обсудим детали в моём кабинете.

Я ушам своим поверить не могу. Что вообще происходит?

Мир сошёл с ума? Или я всё же сплю, и это просто кошмарный сон?

«…это существо».

Вспоминая слова старикашки меня каждый раз передёргивает от ужаса.

Как он может так говорить? Ведь это ребёнок. Ещё крошечный и совсем беззащитный малыш.

Если он попадёт в лапы к этим монстрам, даже представить боюсь, что с ним будет. Они же замучают крошку своими опытами и исследованиями. А его даже защитить будет некому. Потому что меня они точно к нему не подпустят — я в этом уверена почти на сто процентов. Да и смогу ли я что-то сделать одна против всех?

Господи, что же мне делать? Как выбраться из этого ада? Как спасти моего малыша?

Единственная надежда сейчас на Лео и его отца.

Они же ищут нас?

Я уверена, что ищут.

В палату вошёл дедушка и остановился на пороге в нерешительности.

Боится входить?

Правильно — я сейчас очень злая. И обиженная.

— Ну что, продал меня? — впилась в него полным горечи взглядом. — За какую сумму ты продал собственную внучку, дедушка? Сдал меня на опыты, как лабораторную мышь! Предатель!

Дед тяжело вздохнул и, сунув руки в карманы брюк, подошёл к кровати.

— Алиса, не будь слишком категоричной. Ты не права…

— В чём я не права? — ещё сильнее вспылила я. — В том, что меня удерживают здесь против моей воли? Или в том, что моего ребёнка хотят отнять после его рождения? И для чего? Чтобы посадить его в клетку, как дикого зверя? Лишить его свободы и права выбора? В этом я не права?!

— Алиса…, — дедушка присел на край кровати. — Ты сама не понимаешь о чём говоришь. Эти существа… они не люди, они…

— Это ты ничего не понимаешь, дедушка. Я люблю их! — выпалила горячо и тут же в ужасе прикусила язык, поняв, что сболтнула лишнего. Но, слава Богу, дед, не сразу просёк о чём я, поэтому, чтобы не шокировать его ещё хлеще, сразу же начала уточнять: — Я люблю, Тео. Он… очень любящий, нежный, заботливый. Он никогда бы не причинил мне вреда. Почему ты не хочешь поверить в это, деда? Они нам не враги. Оборотни хотят жить в мире с людьми. Просто спокойно жить, вместе с нами, на одной земле, потому что их мир оказался больше не пригоден для жизни.

Дед вопросительно вздёрнул бровь с интересом глядя на меня.

Чёрт, опять я сболтнула лишнего.

Но, теперь похоже не отвертеться.

А может… так оно даже к лучшему. Может, если дедушка узнает всю правду об оборотнях — он изменит своё мнение о них?

— Тео рассказал мне, что оборотни пришли на нашу землю много тысяч лет назад из другого мира, через межмировой портал. Да, деда, они не ошибка природы, как говорит Марк. И они не мутанты. Они просто другие. С другого мира, с другой планеты. А возможно, что даже из другой галактики.

Дед нахмурился.

— Что ты такое говоришь, Алиса? Ты уверена в этом?

— Ну, конечно. Тео и Лео сами мне об этом рассказали. Вот почему их генетический код так сильно отличается от нашего. Вот почему они так не похожи на нас. Потому что их мир, их цивилизация развивались по своему собственному уникальному сценарию.

— Это многое бы объяснило, — задумчиво произнёс дед. — Их ДНК, так разительно отличающаяся от нашей… может быть только внеземного происхождения. У меня закрадывались подобные мысли, но я отметал их. Слишком уж они были фантастичными.

— Дедушка, их нельзя держать в клетках. Теперь ты это понимаешь? — с надеждой смотрю ему в глаза. — Они не хотят никому из нас причинить вред. Никому из людей. Они просто хотят жить. Тебе не кажется, что гораздо правильнее было бы просто поговорить с ними и договориться о мирном сосуществовании. Разве на нашей планете мало места? Разве мы не можем все вместе на ней жить? Мирно! Без войны, злобы и ненависти. Ты же сам мне говорил, что все живые существа на планете имеют права на жизнь. Даже самые маленькие букашки для чего-то нужны и важны. Без них наш мир потеряет своё великолепие и свою уникальность.

— Ты гораздо мудрее меня, моя милая…

Дедушка погладил меня по щеке, но договорить так и не успел, в палату вошёл Мрак в сопровождении Сары и ещё какого-то мужика в белом халате.

— Алиса, мы за тобой, — Марк растянул губы в довольной улыбке. А я сразу же напряглась, вжавшись в подушку. — Поедем сейчас на УЗИ, посмотрим, кто у тебя там внутри.

Я перевела на деда панический взгляд, мысленно умоляя его помочь мне. Дедушка лишь кивнул слегка, мол, не волнуйся, всё будет хорошо.

Пришлось довериться. Другого выбора у меня сейчас всё равно нет. Сопротивляться — не вижу смысла. Они всё равно скрутят меня и заставят это сделать.

Надо спокойно всё обдумать. Без паники и стресса, на холодную голову. А для этого нужно время.

Меня, как королеву повезли на специальном кресле до кабинета, в котором делают УЗИ. А там уже собралась целая толпа бесплатных зрителей.

Несколько сотрудников лаборатории, примерно человек десять, ожидали в кабинете. Все в белых халатах, с умными серьёзными лицами.

Как только меня «торжественно» вкатили внутрь, они сразу же устремили на меня любопытные взгляды и тихонько зашептались.

— Это она?

— Она!

От всех этих назойливых въедливый взглядов и тихих шепотков мне стало вдруг совсем не по себе. Чувствую себя сейчас, как заморская зверушка, на которую собралась посмотреть толпа любопытных зевак. Неприятное и мерзкое чувство.

Я в панике заозиралась по сторонам ища глазами дедушку, инстинктивно надеясь на его защиту и поддержку. Но его здесь не было. Единственный родной человек предал меня! Он просто взял и отдал меня на растерзание этим монстрам-стервятникам.

— Алиса, не пугайся, это сотрудники нашей лаборатории. Все они пришли сюда, чтобы посмотреть на тебя и засвидетельствовать этот уникальный в истории науки момент, — поспешил успокоить меня Марк, при этом широко и довольно улыбаясь.

Я повернула голову и одарила его таким взглядом, полным ненависти и призрения, что улыбка тотчас же исчезла с его лица.

Либерман зло поджал губы.

Думаю, он всё прекрасно понял, что я в данный момент думаю о нём и его науке.

Ну а что он хотел, что я начну прыгать от радости и хлопать в ладоши?

Меня так и подмывает вылить на него все неприличные слова, которые крутятся у меня сейчас в голове.

— Ложись на кушетку, Алиса, — сухо произнёс Марк.

Я ложусь. Сара накрывает меня простынёй и просит, чтобы я приподняла сорочку. Поборов смущение я оголяю низ живота предоставляя ей доступ к своему телу.

Сара выдавила немного прохладного геля мне на живот и начала водить по нему ультразвуковым датчиком.

Все притихли и замерли в ожидании.

Я тоже притихла мысленно молясь, чтобы всё было хорошо. В душе мне самой было ужасно любопытно взглянуть на своего кроху. Конечно же хотелось, чтобы всё происходило совсем в другой обстановке: чтобы рядом были мои близнецы, чтобы они держали меня за руки, и мы вместе радовались этому моменту первой встречи с нашим малышом.

Пока Сара водила датчиком по моему животу я услышала шушуканье двух лаборанток, стоящих позади кушетки, и прислушалась.

— Я что-то сомневаюсь, что она пошла на это добровольно, — прошептала одна девушка другой.

— Я тоже, — хмыкнула вторая. — Мне профессор Салливан несколько раз предлагал пойти на это, но я ни в какую. Я что сумасшедшая, лечь под оборотня! Я к их клеткам подойти боюсь, что уж говорить про то, чтобы войти внутрь. Да ещё и позволить этому зверю прикоснуться к себе. Бр-р! Нет, нет, ни за что!

— Как же она согласилась? Думаешь, её заставили?

— Да нет, наверняка просто отвалили хорошую сумму денег, но всех деталей даже не объяснили. Думаю, девочка до конца даже не знала с кем ей придётся спать. Наши-то не соглашались, поэтому они и нашли дурочку со стороны. Я бы даже за миллион долларов на такое не согласилась. Упаси, Бог!

— Да, да, — поддакивает другая. — Я бы тоже не согласилась. А как она-то выжила после этого? После ночи со зверем. Один чёрный ягуар чего стоит. Настоящий демон. У меня каждый раз сердце останавливается от страха, когда подхожу к его клетке. Зверюга!

Это они про того психа, который меня чуть не придушил?

Ну да, согласна, этот оборотень внушает не просто страх, а дикий ужас. Вспоминая его чёрные как ночь глаза, его тяжёлый подавляющий взгляд, меня каждый раз передёргивает от неприятного озноба.

Значит его зверь — чёрный ягуар. Пантера.

Хм… Ему подходит.

— Ну что там, Сара? Не томи нас, — вырвал меня из раздумий нетерпеливый голос Марка.

Сара широко улыбнулась, взглянув на него.

— Поздравляю вас, доктор Либерман. Кажется, мы сорвали джекпот. Вместо одного зверёныша, у нас будет целых три.

Три?!

У меня будет тройня?

Офигеть!

Это всё кажется таким нереальным.

Чёрт, да я даже во сне не смогла бы представить подобного развития событий. Сразу три малыша…

Но, чувства восторга и удивления тут же сменились на тревожные мысли: теперь уже не один, а целых три моих малыша отныне находятся в смертельной опасности. Эти монстры не пощадят ни одного из них. Это было сразу понятно по их довольным и предвкушающим лицам. Особенно меня поразил Марк — его взгляд на монитор был настолько кровожадным и злым, что меня тут же передёрнуло от ужаса.

Откуда в человеке может быть столько жестокости и равнодушия? Даже глядя на ещё неродившееся крошечное существо — он уже готов растерзать его на кусочки только потому, что он не похож на других.

Как я могла любить этого человека? Как могла проливать из-за него слёзы?

Сейчас вот смотрю на него и глазам не могу поверить — он же настоящее чудовище!

После процедуры УЗИ меня вновь отвезли в палату и заперли.

В коридор не выйти, на окнах — решётки.

Я чувствую себя в полном отчаянии. Совсем одна, в окружении стаи гиен.

Ещё и дедушка куда-то пропал. Бросил меня здесь одну!

Вчера и сегодня весь день его не было. На все мои вопросы Марк только раздражённо отвечает, что сам не может до него дозвониться.

Если честно, то я уже тоже начала волноваться.

Куда он пропал? Может с ним что-то случилось?

За целый день накрутила себя настолько, что ближе к вечеру вымотанная и уставшая моментально вырубилась, как только упала на подушку. Но сон мой был поверхностным и беспокойным. Поэтому, как только в тишине раздался щелчок двери — я сразу же проснулась.

Судорожно распахнув глаза, увидела дедушку, крадущегося ко мне в темноте.

От радости чуть не взвизгнула. Но вовремя сдержав импульсивный порыв молча сползла с кровати и с тихим всхлипом обняла его за шею.

— Дедуля… Не бросай меня здесь одну. Пожалуйста! — глотая слёзы шепчу я. И держусь, держусь за него как за спасательный круг.

Дедушка обнял меня в ответ, погладил по спине и тихо произнёс:

— Я никогда не брошу тебя, Алиса. Моя хорошая девочка, я никому не позволю причинить тебе вред. Веришь мне?

Смотрю на него сквозь пелену слёз, застилающих глаза и счастливо киваю.

— Одевайся. У нас мало времени, Алиса, — скомандовал дед и, вытащив мои вещи из шкафа, бросил их на кровать.

— Что происходит? — спросила в недоумении, хватаясь за футболку.

— Я помогу тебе выбраться отсюда. Но надо спешить, охрана уже наверняка доложила Марку, что я приехал в лабораторию.

— А как же Тео? — смотрю на него с мольбой во взгляде и тихо шепчу: — Деда, он всё ещё там, в клетке…

— Вот, возьми, — дед сунул мне в руки пластиковую ключ-карту, которая открывает все замки в этой лаборатории. — Этим ты сможешь открыть все клетки. Алиса, послушай, сейчас ты спустишься в подвал, выпустишь из клеток всех зверей…, — он осёкся и тут же добавил: —То есть, оборотней. Там, в подвале, в конце коридора, есть металлическая чёрная дверь. Откроешь её этим ключом и введёшь дополнительный код: «753». За этой дверью подземный тоннель, который ведёт за пределы лаборатории на поверхность. Там вас будут ждать.

— Кто?

— Люди Сэмюэля Макларена.

Я открыла рот от удивления.

— Но как…?

— Сейчас нет времени на объяснения, Алиса. Просто доверься и всё, — дедушка крепко обнял меня.

— А как же ты? Разве ты не пойдёшь со мной?

— Я останусь, и как смогу задержу Марка. Скорее всего он уже едет сюда. Постараюсь выиграть для тебя как можно больше времени.

— А если у нас не получится?

Боюсь даже думать, что они могут с нами сделать, если поймают.

— Сэмюэль Макларен заверил, что у них есть запасной план. Если не получится всё сделать по-тихому — они пойдут на штурм лаборатории, — дед хмуро качнул головой. — Как по мне, так это плохой план. Прольётся кровь, а это в любом случае — неприемлемо.

Значит Лео уже где-то рядом?

Сердце внутри сделало опасный кульбит и забилось неистово.

— Одевайся. У нас мало времени.

Дважды меня просить не надо — я быстро переоделась и подошла к двери, возле которой уже стоял дедушка. Он выглянул наружу и, убедившись, что на горизонте никого нет, вышел в коридор. Я последовала за ним.

Коридоры действительно оказались пусты. Потому что на улице уже давно глубокая ночь и все сотрудники разъехались по домам.

Мы почти дошли до лифтов, как вдруг, с другого конца коридора, нас окликнул охранник.

— Степан Петрович? Доктор Либерман запретил выпускать эту пациентку из палаты.

Мы с дедом остановились и замерли.

Я лихорадочно начала соображать, что же нам теперь делать. А дед, легонько подтолкнул меня в спину и твёрдо произнёс:

— Не останавливайся, иди дальше, Алиса. Я задержу его.

Крепко сжимая в руке пластиковую карту, не оборачиваясь, я пошла дальше.

— Эй ты, стой!

Закричал мне вдогонку охранник, но я уже свернула к лифту и нажала на красную кнопку вызова. Двери почти сразу открылись, и я вошла внутрь.

Пока спускалась на самый нижний уровень, мысленно молилась, чтобы с дедушкой ничего не случилось. А ещё — чтобы у меня хватило времени освободить Тео и всех остальных оборотней. А самое главное — чтобы все мы смогли выбраться отсюда.

Когда двери лифта наконец открылись я пулей высочила из кабинки и устремилась к широкой металлической двери, за которой находился мой Тео.

Внутри, так же, как и в прошлый раз, было слабое тусклое освещение. Но я уже примерно знала, где должна находиться клетка Тео и ринулась сразу туда.

— Тео! — вскрикнула взволнованно едва разглядев его неподвижное тело внутри клетки.

Почему он не поднимается? Почему не слышит меня?

Боже, что они с ним сделали?!

Трясущимися от паники руками провела картой по электронному замку, и решётка с глухим щелчком открылась.

Не помню как оказалась внутри. Буквально за доли секунд подлетела к моему льву и, опустившись на колени, начала гладить его по лицу, тормошить, звать. Но он не отзывался. Вообще никак не реагировал.

По позвоночнику, словно разряд тока, прошёл холодный озноб, а следом за ним, в голове взорвалась леденящая душу мысль: «Я не успела».

— Тео! — с надсадным хрипом всхлипнула я. Затрясла его ещё сильнее в надежде, что он откроет глаза.

— Эй ты, истеричка, хватит причитать, — окликнул меня раздражённый мужской голос. — Живой твой лев. Просто напичкан транквилизатором. Лучше открой поживее наши клетки, пока сюда не примчались охранники.

Живой?

Мой Тео жив!

Кое-как совладав с эмоциями я поднялась на ноги и выглянула из клетки.

— Что случилось? Зачем они вкололи ему столько транквилизатора?

— Потому что кое-кто вёл себя слишком агрессивно, — ответил темноглазый оборотень, которого я про себя прозвала психом. А потом рявкнул грозно: — Открывай клетки, живо!

Я чуть на месте не подпрыгнула от его рыка. Но, быстро придя в себя, кинулась к другим клеткам, чтобы выпустить пленников.

В одной из клеток сидела молодая девушка — я выпустила её первой. Во второй — высокий светловолосый мужчина, а в третьей — маленький мальчик лет десяти с испуганным и озлобленным взглядом. Он будто дикий зверёк забился в угол и ощерился готовый защищаться любой ценой.

— Не бойся, я выпущу тебя отсюда, — подбадривающим голосом произнесла я.

В это же мгновение в подвале включился свет и раздался звук тревожной сирены.

В дверь ворвались двое вооружённых охранников. Они наставили оружие на мужчину и девушку, и угрожающе закричали:

— Вернулись в клетки!

— В клетку, живо! А то сейчас башку прострелю.

Я испуганно метнулась в сторону, и сразу же к клетке Психа, провела ключ-картой по электронному замку выпуская зверя наружу.

Говоря про зверя, я имела ввиду настоящего зверя. Потому что мужчина уже обернулся огромной чёрной кошкой, и когда клетка распахнулась, вылетел из неё точно метеор отпихнув меня так, что я упала на пол. Я только охнуть успела, когда эта чёрная зверюга в один прыжок настигла охранника и со страшным рыком вцепилась ему клыками в глотку.

Мужчина вскрикнул и захрипел, беспомощно дёргая на полу ногами. Другой охранник хотел ему помочь, щёлкнул затвором ружья, но второй оборотень среагировал моментально — одним мощным ударом кулака по лицу отправил мужика в нокаут. Охранник грузно завалился на пол.

— Марио, надо уходить, — тяжело дыша произнёс оборотень. Обращаясь видимо к чёрной пантере.

Зверь обернулся и, оголив клыки, пристально посмотрел на меня.

Ой, мамочки!

Что-то не нравится мне его взгляд. Такой зловещий и кровожадный.

Я отползла назад, уперевшись спиной в решётку. А эта зверюга медленно, но уверенно двинулась в мою сторону.

Он же не собирается меня загрызть, правда?

Когда я была готова уже завизжать, чёрный ягуар тряхнул головой и в одно мгновение вновь стал человеком.

Я сглотнула образовавшийся в горле ком, когда чёрные глаза этого психа пронзили меня острым, как лезвие взглядом. Мужчина приблизился к моему лицу почти вплотную и, неотрывно глядя мне в глаза, вырвал пластиковую карту из моих рук.

— Держи, Дамиан, — бросил её мальчишке, который чувствовал себя уже довольно уверенно и ловко поймал ключ.

А потом черноглазый демон вернулся в свою клетку и как ни в чём не бывало натянул штаны на голый зад.

Блин, я только сейчас осознала, что всё это время он был голым!

— Уходим, — скомандовал Псих и направился в сторону выхода подгоняя рукой мальчишку.

— Эй! — закричала я, придя в себя от кратковременного ступора и поняв, что я сама ни за что не смогу поднять Тео раз он в отключке. — Не бросайте нас! Вы должны помочь Тео, сам ведь он не сможет выбраться. Да стой же ты! Остановись, кошка драная! Всё равно вы сами не сможете выбраться. Только я знаю код от потайной двери.

Псих притормозил у двери, обернулся и ленивой походкой подошёл ко мне. Присев на корточки хрипло произнёс:

— Я и не собирался бросать вас, истеричка. Поднимайся, тащи свою тощую попку к двери и вводи код. А я понесу Тео.

Что?!

Я возмущённо открыла рот, но говорить так ничего и не стала. Сейчас не время, да и не место для разборок. Позже выскажу этому кошаку, что я о нём думаю.

Мужчина с завидной лёгкостью закинул Тео себе на плечи и потащил к выходу, а я, подскочив с пола, понеслась к чёрной металлической двери ведущей в подземный тоннель. Выхватила у мальчишки ключ-карту и разблокировала замок.

В тоннеле было темно, но светловолосый оборотень, к счастью, догадался прихватить фонарик и ружьё у одного из охранников. Поэтому нам довольно быстро удалось найти выход. Выбравшись на поверхность через железный люк, мы наконец оказались на свободе, посреди диких джунглей австралийского леса.

Мы выбрались из лаборатории, но снаружи, как обещал дедушка, нас никто не ждал. Ни Лео, ни кого-либо из других оборотней здесь не было.

Это было странно и навеивало некоторые опасения, что с ними могло что-то случиться, или, как говорил дед: что-то пошло не так и они ворвались внутрь лаборатории.

Как бы там ни было, но оставаться здесь было опасно. Поэтому было принято решение идти вглубь джунглей.

— А если они всё-таки придут, а нас нет? — обернувшись назад с надеждой пробормотала я.

— Если бы они могли, то уже были бы здесь. Значит что-то им помешало, — ответил мне светловолосый оборотень по имени Дерек. — Уходим отсюда, здесь опасно оставаться. Кати, идём, — Он взял за руку жмущуюся к нему девушку и повёл её за собой.

— Соберись уже, истеричка. И начни думать головой, — раздражённо произнёс Псих. — Если тебя тут сцапают охранники, твой лев мне за это спасибо потом не скажет. Давай, пошевеливайся и топай за мной. Дамиан, ты тоже не отставай, и держись рядом, — кивнул он мальчику, бросив на него суровый взгляд.

Мальчишка смерил меня любопытным взглядом и, шмыгнув носом, покорно поспешил за ним.

Мне ничего не оставалось, как последовать за ними. Не могу же я оставить Тео одного, хоть он и без сознания. Черноглазый демон несёт его на своём плече, и уже за это я готова простить ему все его безосновно грубые высказывания в мой адрес.

— Поторопись, истеричка! Что ты там копаешься, как черепаха? — рявкнул Псих, когда я замешкалась позади, запутавшись ногой в толстых лианах.

— Ты всегда такой грубый с девушками? — обиженно буркнула я. — Что я тебе сделала плохого? Почему ты постоянно называешь меня истеричкой? Разве я хоть раз заплакала? Я значит его из клетки выпустила, можно сказать жизнь спасла, а он мне в ответ вот такую благодарность, — ворчу язвительно, глядя в спину этому невозможно-вредному кошаку. — Я — не истеричка! Меня вообще-то Алиса зовут.

Псих остановился, обернувшись смерил меня заинтересованным взглядом.

— Спасительница! — фыркнул он и пошёл дальше. — Мы бы из без тебя выбрались из этих клеток.

— Как? Как бы ты выбрался? Просочился через решётки? Нет, я, конечно, знаю, что кошки могут быть очень гибкими и, как говорится, способны протиснуться в любую щель, но при твоих размерах… хм-м… я очень сомневаюсь…

Мужчина резко обернулся, пронзив меня таким острым взглядом, что я чуть собственным дыханием не поперхнулась.

— Что? — растерянно захлопала глазами.

— Ну ты и заноза в заднице.

— Хм… Ну не в твоей же, — сложив руки на груди хмыкнула я.

Псих закатил глаза и потопал дальше, рыкнув через плечо:

— Слава всем существующим Богам!

Мы прошли ещё какое-то расстояние по лесу и вышли к небольшому ручью, возле которого решили остановиться и сделать привал. Круглая луна довольно ярко освещала разделённый ручьём пролесок джунглей. Поэтому здесь даже фонариком можно было не пользоваться, всё и так было хорошо видно.

Черноглазый демон опустил Тео на землю, а сам направился к ручью, чтобы умыться и попить воды.

Я подошла к моему льву, погладила его по светлым волосам и, убедившись, что с ним всё в порядке, тоже пошла к ручью умываться.

— Кати, можешь мне помочь? — обратился Псих к девушке. — Присмотри за Дамианом, пока мы с Дереком будем разведывать территорию.

— Мне не нужна нянька, — скривился мальчишка. — Я и сам могу со всем справиться.

— Один раз ты уже «справился» сам и угодил в клетку! — рявкнул на него мужчина.

— Не волнуйся, Марио, у нас всё будет хорошо, — мягко улыбнувшись ответила девушка.

— Спасибо, Кати.

Ну вот, умеет же этот Псих общаться по-человечески. Умеет быть вежливым и обходительным. Почему же со мной он ведёт себя как злой и вредный грубиян? Что я ему сделала?!

— Куда вы собрались? — спросила я, подойдя к мужчинам. — Вы же не оставите нас здесь совсем одних?

— Мы идём на разведку. Поищем дорогу и сразу вернёмся, — терпеливо объяснил мне Дерек.

А вот черноглазый демон, наоборот — не удержался от очередного язвительного подкола.

— Не паникуй, истеричка, ты остаёшься не одна, с тобой целых три оборотня. Один правда без сознания, но, если тебя вдруг начнут убивать — кричи громче. Я уверен, что твой лев обязательно проснётся. Инстинкты, мать их!

Я поджала губы и обиженно зыркнула на Психа.

— Кажется я начинаю понимать… Ты только со мной такой грубый. Постоянно рычишь, пытаешься обидеть… Всё потому, что я человек, да?

— А ты догадлива, детка, — последнее он произнёс с явной издёвкой.

— Я тебя понимаю… Знаю, что с вами обошлись не лучшим образом. И это конечно же не оправдывает мою расу. Но… не все же люди плохие. Это неправильно судить всех по поступкам одного. Все мы живём на одной земле: ходим, взаимодействуем, дышим одним воздухом. Мы должны жить в мире друг с другом.

Мужчина посмотрел на меня свысока, как на букашку, и зло усмехнулся.

— Люди убили моих родителей, держали в клетках моих друзей и чуть не порезали на куски моего брата, — Он кивнул головой на мальчишку, который как дикий зверёк смотрел на нас исподлобья. — И после этого я, по-твоему, должен жить в мире с людьми? — Мужчина приблизился к моему лицу и процедил сквозь зубы: — Ты… никчёмная, жалкая человечка. И ты всё ещё дышишь только потому, что являешься истинной моего друга.

Меня вдруг захлестнула такая обида… Такая невыносимая и жгучая.

За что он так со мной? Ведь я спасла ему жизнь, а он…

— Ты просто псих, понял! — в запале выкрикнула я, и усмехнувшись добавила: — А знаешь что, я от всей своей души желаю, чтобы вскоре ты встретил свою истинную, и она обязательно оказалась человеком.

Если бы взглядом можно было убить — я была бы, наверное, уже мертва.

Черноглазый демон оголил свои удлинившиеся клыки и хищно оскалился. Потом вдруг сделал резкий выпад рукой и, схватив меня за шею, крепко сжал её. Зарычал утробно прямо в лицо.

Я уже думала — всё! — мне конец, как вдруг услышала испуганный возглас мальчишки.

— Марио, берегись!

А в следующее мгновение Психа что-то сбивает с ног смазанной рычащей тенью. По инерции мы падаем на землю вместе. Но я тут же откатываюсь в сторону, а он — в одно мгновение обернувшись чёрной пантерой сцепляется с таким же большим и мощным по силе зверем. С моим львом! С Тео!

Я едва могу уследить взглядом кто из них в данный момент вцепился другому в глотку. Они катаются по земле яростно-рычащим клубком и буквально рвут друг друга острыми как лезвие когтями.

Боже мой, Тео…

Они же поубивают сейчас друг друга!

— Прекратите! — подскочив на ноги отчаянно закричала я. — Остановитесь, сейчас же! Хватит! Тео!

Но меня конечно же никто даже не услышал — звери продолжали свирепо рычать и драться.

— Сделай что-нибудь, Дерек, — подбежала я к светловолосому оборотню. — Разними их. Они же покалечат друг друга.

— Вмешиваться в разборку двух хищников… плохая идея, — усмехнулся он, сложив руки на груди. И при этом такой спокойный будто-то ничего плохого и не происходит вовсе. — Они сами разберутся. Не переживай так.

Как это не переживай: у меня душа рвётся на части.

Пока они там разбираются у кого яйца круче — может произойти непоправимое. Я не собираюсь сидеть и ждать, когда они перегрызут друг другу глотки.

Отыскав глазами длинную толстую палку, я подняла её и, размахнувшись, лупанула ей по извивающимся и яростно рычащим животным.

Раз… Два… Три…

На третий раз рычащий клубок наконец распался, и я смогла разглядеть двух изрядно потрёпанный кошаков. Они тяжело и хрипло дышали, морды у обоих были разодраны в кровь острыми когтями.

Без боли в сердце на это безобразие не взглянешь.

— Вы с ума сошли оба? — с надсадным хрипом вскрикнула я. От волнения и циркулирующего по венам адреналина — моё сердце едва не выпрыгивает из груди. — Совсем ополоумели?! Вы же могли убить друг друга, — В носу вдруг неприятно засвербело и на глаза внезапно навернулись слёзы. Из меня будто разом все силы выкачали. Палка выпала из моих рук, и я громко всхлипнула. — Так ведь нельзя! Вы же… вы…

Больше я не могла говорить, потому что откат от пережитого стресса накрыл меня неумолимой волной. Плотину наконец прорвало.

Я развернулась и быстрым шагом помчалась в кусты, чтобы позорно не разрыдаться при всех.

Пробежала несколько шагов в полной темноте и вдруг резко врезалась во что-то твёрдое и тёплое. Поднимаю голову…

— Лео! — чуть не взвизгнула от радости и тут же бросилась в его объятия.

Лео обнял меня, крепко сжал в своих сильных и таких надёжных объятиях. А я прильнула к нему с довольной улыбкой.

— Малышка… Кисуля моя, — ласково «мурлычет» он мне на ушко и осыпает шею нежными поцелуями.

— Лео, — всхлипнула я. По моим щекам текут слёзы, но плачу я сейчас исключительно от счастья. — Я думала, что никогда больше не увижу тебя.

— Что случилось, Алиса? — он поднимает моё заплаканное лицо коснувшись пальцами подбородка. — Почему ты плачешь? Где Тео?

И в это же мгновение из кустов выскакивает голый Тео. Весь в ссадинах и порезах. Он тяжело дышит и смотрит на нас лихорадочным взглядом.

— Что у вас произошло? — в недоумении спрашивает Лео. — Почему ты носишься по лесу без штанов?

— Долгая история, — хмуро ответил Тео. Он подошёл к нам и переманил меня в свои объятия. В которые я с радостью нырнула, как только Лео выпустил меня из своих. — Ты в порядке, Алиса? Марио ничего тебе не сделал?

Я отрицательно мотнула головой.

— Что произошло? — напрягся Лео.

— Ничего страшного. Мы с Марио уже во всём разобрались, — Тео погладил меня по спине и поцеловал в макушку. — Не бойся, Кисуля, он к тебе больше и близко не подойдёт.

Я поджала губы и хмуро посмотрела на Тео.

— Разобрались они. А без драки никак нельзя было обойтись? Вы же чуть не убили друг друга. Я так испугалась за тебя. Не делай так больше.

Тео улыбнулся уголком губ и обнял меня ещё крепче.

— Мне стоит волноваться? — вопросительно приподнял бровь Лео.

— Уже нет, — хмыкнул в ответ Тео.

— Не надо больше разборок: ничего страшного у нас не произошло. Мы просто поспорили немного с этим… Психом. А Тео очнулся и подумал, что он хочет меня придушить. Но ничего бы он мне не сделал. Он сам сказал, что не тронет истинную своего друга, — самоуверенно фыркнула я. Да-да, сейчас, когда я уже нахожусь рядом и под надёжной защитой своих львов, то чувствую себя почти бесстрашной.

— Марио обычно не так-то легко вывести из равновесия. Он — твёрдый и неприступный, как скала. Что ты ему сказала?

— Ничего такого. Просто пожелала ему поскорее встретить свою истинную, — пожав плечами ответила я. А потом, закусив губу, добавила: — Ну и… чтобы она оказалась человеком.

Близнецы оба прыснули от смеха. А я в недоумении захлопала глазами.

Что такого смешного я сказала?

— Теперь всё понятно отчего он завёлся, — сквозь смех произнёс Лео.

— Что не так? Я ведь тоже человек. Или… вы уже хотите отказаться от меня?

На меня вновь накатила обида. Да такая, что я уже готова была сорваться с места и убежать, но Тео обвил мою талию руками и снова крепко обнял.

— Алиса… Да я готов за тебя глотку перегрызть. Любому, — целует мою шею и шепчет на ушко горячо: — Люблю тебя, безумно. Моя, Ки-и-иса.

— Не принимай это на свой счёт, Алиса. Просто у ягуаров свой бзик по этому поводу. Они пытаются сохранить чистоту крови и полностью отрицают возможность смешанных браков, — пояснил Лео.

— А как же истинность?

— Видимо у них пока не было подобных прецедентов, или они это тщательно скрывают.

— Понятно, — мысленно начала переваривать новую информацию, а потом в друг спохватилась: — Лео, там в лаборатории остался мой дедушка. Я боюсь, что с ним может случиться что-то плохое.

— Не волнуйся, твоего деда вытащат оттуда и привезут к нам в прайд. Сейчас там уже полным ходом идёт операция по зачистке лаборатории. Отцу удалось собрать целый легион оборотней из разных кланов. Многие откликнулись, чтобы раз и навсегда уничтожить это змеиное гнездо.

— Но, как вы нашли нас? Как узнали, что мы здесь?

— Координаты лаборатории уже давно были известны. Отец и члены Совета готовили эту операцию несколько недель. Даже мы с Тео не знали всех подробностей. Единственной загвоздкой было то, что они не могли найти подходящего человека внутри лаборатории, который бы до начала операции выпустил всех похищенных оборотней из клеток. Отец опасался, что, если мы начнём штурм, Салливан мог отдать приказ убить их всех. А так-как среди них были женщина и ребёнок, они не могли допустить подобного риска, — пояснил Лео. — Сначала отец хотел надавить на Либермана через его сестру, но… когда мы попортили ему все планы…, — Лео многозначительно выгнул бровь глядя на брата. — Штурм лаборатории пришлось отложить и разрабатывать новую схему проникновения внутрь. А потом позвонила охрана с ранчо и сообщила, что вас с Тео заграбастали люди Салливана. Я тогда думал, что поседею раньше времени. Какого хрена вы вообще покинули ранчо?

Мы с Тео переглянулись. И пока он не успел ничего сказать, выпалила торопливо:

— Давайте отсудим это позже, когда будем дома и без этой тучи кусачих комаров, — для наглядности прибила одного из них шлёпнув себя по руке. — Давайте уже выбираться из этих джунглей. Я ужасно хочу есть и в душ.

Выбраться из джунглей оказалось намного сложнее чем я предполагала.

Все мы погрузились в большой чёрный пикап, на котором приехал Лео. При этом топали до него минут двадцать по непроходимым зарослям, а потом ещё чуть не застряли в рытвине, вымытой на лесной дороге ливневыми дождями. Ну и вишенка на торте: когда уже ничего не предвещало беды, на дорогу выскочили трое охранников из лаборатории. Видимо им как-то удалось улизнуть с территории и не попасть под общую облаву.

Мужчины были вооружены и похоже очень озлоблены. Заметив нас в кузове пикапа, они тотчас же открыли огонь. Но, слава Богу, наши мужчины среагировали моментально: они обернулись в своих зверей и, устрашающе зарычав, обрушили на охранников всю свою мощь.

Чуть позже к нам подъехали две машины. По разговору близнецов я поняла, что это оборотни из их прайда.

В одну машину они погрузили изрядно потрёпанных охранников и куда-то увезли, а вторая машина сопровождала нашу до того места, где на широкой открытой площадке нас ожидал вертолёт.

Большая «крылатая птичка» за пару часов доставила нас прямиком на территорию прайда близнецов.

На улице был ранний рассвет, солнце только начинало подниматься из-за горизонта и ещё не ярко освещало землю. Но я и так уже могла хорошо всё разглядеть.

Ох! Я даже не предполагала, что прайд близнецов настолько большой. Он похож на мини городок, расположенный на довольно обширной территории, со своей собственной инфраструктурой. Здесь есть магазины, рестораны, кафе, красивый большой парк и даже собственный кинотеатр.

— И здесь живут только оборотни? — спросила я у Лео, когда мы уже ехали на машине по территории прайда.

— Да. Наш прайд самый большой в мире. Есть конечно ещё небольшие прайды на территории Южной Америки и Африки. Но основная часть львов-оборотней сосредоточилась здесь, в Австралии.

Я усмехнулась.

— А вы знали, что вообще-то настоящие львы не обитают в Австралии. И, если вдруг все ваши надумают обернуться львами, то люди невольно могут задуматься, что столь аномальное нашествие львов на австралийский континент, является чем-то… очень странным. И неестественным.

— Мы это отлично знаем, Алиса. Поэтому прайд находится на закрытой от людей территории. Площади у него большие, включая территорию заповедника, которая прилегает к прайду. Так что, места хватает всем, чтобы жить в гармонии с природой и своим зверем.

— То есть, на территории прайда вы можете оборачиваться в зверей и бегать где хотите?

— Ага, — кивнул Тео. — Сама посмотри.

Я повернула голову и посмотрела в окно. По улице вальяжно прогуливалась парочка львов, а идущие им навстречу люди, ну или оборотни, не пугались их и не разбегались в разные стороны с криком: «Помогите!», а совсем наоборот — приветствовали их дружественной улыбкой и кивком головы.

«Офигеть!», — подумала я.

У меня сейчас такое чувство, что я в каком-то кино, а не в реальной жизни.

Львы, можно сказать пешком ходят по улице и никого не грызут. Люди оборачиваются в зверей, а звери — в людей…

И всё это в двадцать первом веке!

С ума сойти!

Наш кортеж из нескольких машин подъехал к большому двухэтажному особняку. Вокруг дома расположился красивый ухоженный сад с извилистыми дорожками, выложенными каменной брусчаткой. А на подъезде к главному входу я увидела небольшой, но очень красивый фонтан с замысловатыми лепными фигурками львов. И цветы, цветы… повсюду одни цветы.

— Как здесь красиво. Это ваш дом?

— Да, — ответил Лео. — А вон и мама, уже встречает нас.

Я посмотрела в окно. Действительно, на террасе стоит Кэтрин Макларен. Она с тревогой вглядывается в подъезжающие автомобили и что-то отрывисто говорит стоящей рядом с ней женщине.

— Слава Богам! — воскликнула она, когда мы вышли из машины. И тут же бросилась обнимать своих сыновей. — Тео, сынок, мы так волновались за вас.

— Всё хорошо, мам. Уже всё хорошо.

— Алиса…, — она наконец обратила внимание на меня. — Ты в порядке?

— Да. Всё хорошо.

— Мама, отец уже вернулся? — спросил Лео.

— Ещё нет. Я пыталась дозвониться до него, но он не берёт трубку. Я очень волнуюсь: вдруг у них там что-то случилось.

— Не волнуйся, мам. Отец ведь там не один. С ним целый легион оборотней. Они справятся.

— Миссис Макларен. Рад снова видеть вас.

К нам подошёл Псих и, взяв руку Кэтрин, галантно поцеловал её.

Ух-х! Какой же он всё-таки, гад!

На меня значит рычал не пойми за что, вёл себя как надменный мудак, а тут… весь такой из себя… Ну прямо настоящий джентльмен — вежливый и обходительный.

Руки так и чешутся дать ему за это в глаз!

— Мистер Феррети, — улыбнулась ему Кэтрин. — Я очень рада, что вы теперь с нами. Надеюсь, вы и ваш брат не пострадали от рук этих…, — Она не договорила, но нам и так всем понятно о ком идёт речь.

— У нас всё хорошо.

— Ну и отлично. Проходите в дом, я распорядилась, чтобы для вас всех приготовили комнаты. Вам нужно отдохнуть и набраться сил. Да, кстати, муж просил связаться с вашим кланом на Сицилии. Ваш дядя сообщил мне сегодня, что за вами уже выслали самолёт. Думаю, скоро он уже будет здесь.

— Спасибо за заботу, миссис Макларен.

А потом мы все направились в дом и разошлись по комнатам.

— Проходи, — Лео распахнул для меня дверь.

Я вошла внутрь и с любопытством огляделась по сторонам.

— Чья это спальня?

— Моя, — ответил Лео. — Поспим пока здесь. А когда мы официально объявим всему прайду о нашем союзе у нас будет более просторная комната, с большой и удобной кроватью.

— Может лучше свой дом? — выгнув бровь предложил Тео. — Хочется всё же подальше от предков.

— Это… хорошая идея, — задумчиво произнёс Лео и коварно улыбнулся. — Кажется, я тоже хочу подальше от предков. Чтобы только мы, втроём…

Мои щёки заливает яркий румянец, как только я начинаю представлять будущую жизнь с близнецами.

Да-а, это будет то ещё приключение — жаркое и порочное. Но, это будет потом, а пока… Смущённо отвожу взгляд и быстро меняю тему:

— Кстати, а куда подевались Дерек и Кати? Они же ехали за нами на другой машине.

— За ними прибыли члены их стаи. Они улетели домой.

— А этот… как его там…

— Марио?

— Я бы лучше сказала: надменный кошак. Грубый и невоспитанный. Кто он вообще такой? Почему ведёт себя, как пуп земли?

Близнецы усмехнулись.

— Марио Феррети — глава клана чёрных ягуаров. Он их альфа. А ещё — он член Совета оборотней. Их клан не настолько многочисленный как другие, но считается одним из самых чистокровных.

— Чистокровных?

— Я уже говорил тебе, помнишь, что ягуары не вступают в смешанные браки с людьми. Поэтому их клан считается самым чистокровным. Их гены ещё ни разу не смешивались с человеческими за все три тысячи лет, что оборотни живут на земле.

— Это хорошо, или… плохо?

— Это и хорошо, и одновременно плохо. С одной стороны — они сохраняют чистоту своей крови, а с другой — их раса постепенно вырождается. Истинные пары между ягуарами появляются всё реже, а договорные браки между членами своего клана дают слабое и больное потомство, не способное к полноценному обороту. Отец считает, что им давно пора отойти от своих принципов и подчиниться закону эволюции. Оборотни не могут больше идти по тому жизненному пути, по которому шли наши предки. Мир меняется, и мы должны подстраиваться под него. Появление истинных среди людей — это шанс, который природа дала нам для сохранения наших рас.

— Понятно, — хмыкнула я. — А как же он, такой крутой ягуар, попался в руки к… В общем, в клетку?

Близнецы нахмурились.

— Попался его брат, Дамиан, — ответил Тео. — Во время своего первого оборота он повёл себя неразумно и выдал свою сущность на каком-то празднике в Палермо. Дети, которые проходят первый в своей жизни оборот ещё плохо контролируют инстинкты, — пояснил он. — Кто-то из ищеек Салливана это заметил и мальчишку выкрали в тот же день. Пока семья хватилась пропажи — его уже вывезли из страны. Марио отправился по следу и прилетел в Австралию. Так они с отцом и поняли, что скорее всего Салливан основал свою новую лабораторию именно здесь, на австралийском континенте.

— Новую лабораторию? — не поняла я.

— Да. Раньше он занимался своими экспериментами в Северной Америке. Но мы его вычислили, и вместе с кланом медведей-гризли разгромили его лабораторию в пух и прах.

— Но этой крысе удалось сбежать вместе со всеми документами и результатами своих исследований, — процедил сквозь зубы Лео. — Надеюсь, что в этот раз ему не удастся слинять.

— Ну так вот, чтобы полностью оценить ситуацию и узнать, что с Дамианом, нужно было проникнуть внутрь лаборатории, — продолжил Тео. — Поэтому, Марио решил намеренно выдать себя и сдаться Охотникам. Доктор Хирби накачал его каким-то суперантидотом, который делает оборотня невосприимчивым ко многим лекарственным препаратам созданными людьми, в том числе и снотворному. Марио притворился, что на него подействовал транквилизатор, но при это мог всё слышать и видеть куда его привезли. Оказавшись внутри, он активировал специальный чип, вживлённый под его кожу, и подал сигнал, с помощью которого наши специалисты смогли установить точные координаты лаборатории. Марио осознанно пошёл на риск, чтобы спасти своего брата.

— М-м. Герой, значит, — хмыкнула я. — А кто такой, доктор Хирби?

— Он — оборотень. Член нашего прайда, — ответил Тео и усмехнулся: — И пришибленный на всю голову гений.

— Почему пришибленный? — улыбнулась я.

— Потому что любит изобретать всякие интересные и просто немыслимые штуки. Тебя он, кстати, тоже поставил на ноги одним из своих коктейльчиков.

Я удивлённо вскинула брови.

— Что? Какой ещё коктейльчик? О чём вы?

— Когда мы первый раз перевернулись на машине, мы сразу же отвезли тебя к нему, — ответил Лео. — У тебя был сильный ушиб головы, возможно сотрясение мозга. Но док ввёл тебе одно из своих изобретений — лекарство на основе крови оборотней, которое усиливает регенерацию клеток в несколько раз. С его помощью, ты, можно сказать, отделалась лёгким испугом.

— И мы тоже, — хмуро произнёс Тео обнимая меня со спины.

Вот это новости.

В голове сразу же всплыл разговор Марка и дедушки о том, что в моей крови была обнаружена ДНК оборотней. Теперь понятно откуда она взялась.

— Похоже, это чудо-лекарство до сих пор не вывелось из моей крови, — закусив губу произнесла я. — Там, в лаборатории, Марк сказал, что они обнаружили в моей крови ДНК оборотней, которое усиливает регенерацию моих клеток. Я так понимаю, что это было действие того лекарства? — вскинув на близнецов требовательный взгляд спросила: — Чем мне всё это грозит? Я тоже буду превращаться в зверя?

Близнецы растерянно переглянулись.

— Эм… Я не думаю. Но мы обязательно уточним этот вопрос у дока, — ответил Лео и тут же перевёл разговор на другую тему: — Кстати, вы так и не ответили, зачем уехали с ранчо? — И требовательно посмотрел на брата. — Какого хрена, Тео? Отец же дал чёткое указание — не покидать ранчо.

Тео обнял меня ещё крепче и зарылся носом в моих волосах. С жадностью втянул воздух, прикоснулся губами к чувствительной коже за ушком и прошептал:

— Ну что, Кисуля, тебе есть что нам рассказать?

Я напряглась в его руках и осторожно посмотрела на Лео.

— Что вы оба скрываете? — нахмурился он.

Подошёл ближе и принюхался, втягивая аромат моей кожи на шее. А потом прикоснулся к ней губами и мучительно долго выписывал на ней языком замысловатые узоры сводя меня с ума.

Две пары рук на моём теле, настойчивые манящие губы и нестерпимый жар двух мужских тел действительно сводит с ума. Я плавлюсь в их объятиях, становлюсь мягкой и податливой — лепите что хотите. Мозг так вообще отключается и переходит в режим офлайн.

Это вообще нормально?

— Кажется, я уже догадываюсь, что ты скрываешь, Киса, — хрипло произнёс Лео запечатлев на моём плече жаркий влажный поцелуй. — Твой запах… Он слегка изменился. Совсем неуловимо, но всё же…, — Он посмотрел мне в глаза. — Это то, что я думаю?

Я закусила губу, чтобы сдержать улыбку и кивнула.

— Алиска! Я так и знал! — эмоционально воскликнул Тео и, подхватив меня на руки, закружил по комнате.

— Тео! Перестань! — смеюсь я. — Поставь меня на место.

Он возвращает меня на пол и сразу же целует — жадно, нежно, долго. Так, что голова кругом и мурашки, вихрем рассыпались по коже.

— Ты беременна?

Лео обхватил моё лицо руками, заглянул в глаза.

— Да, — ответила я. — Там на ранчо, я вдруг поняла, что у меня задержка. Ну и, естественно, начала паниковать. Мне хотелось поскорее узнать беременна я или нет, поэтому мы с Тео поехали за тестом в ближайший магазин. Ну а там эти… В общем, уже в лаборатории мне сделали УЗИ, и оно всё подтвердило. Я беременна.

Лица близнецов в этот момент надо было видеть: в них отражалось столько всего… Словами это не передать. Но, для себя я поняла главное — они будут хорошими отцами для наших малышей. Тем более — одна я с этой троицей точно не справлюсь.

Ну что ж, выждав небольшую паузу я начала медленно подводить моих львов к самому интересному.

Даже предположить не могу, как они на это отреагируют.

— Я так и не поняла: вы рады или нет?

— Ты ещё спрашиваешь? — улыбнулся Лео. — Конечно мы рады, Кисуля. Ты дала нам возможность продолжить свой род, — Он наклонился и нежно поцеловал меня в губы. — Спасибо тебе за это.

— А когда родители узнают, что у них будет внук, так они вообще офигеют от счастья. Особенно, отец. Он всегда был зациклен на продолжении рода, — усмехнулся Тео.

— Почему это сразу внук? — возразил Лео. — А может, будет внучка? Наша дочь! Такая же красавица, как наша Кисуля.

Он нежно провёл ладонью по моей щеке, вызывая во всём теле прилив тепла, а на лице — улыбку.

— Ну-у-у… пока ещё неизвестно кто будет: мальчики или девочки. Природа она такая… Тут могут быть совершенно разные вариации, — Сделав деловитое выражение лица начала перечислять: — Могут родиться два мальчика и одна девочка. Или наоборот — две девочки и один мальчик. А могут вообще все трое оказаться мальчиками. Ну или…

— Подожди, подожди, что ты сказала? Трое? — перебил Тео глядя на меня ошалевшим взглядом. — Я правильно понял?

Я коварно улыбнулась.

— Угу. У нас будет тройня.

— Серьёзно? Трое?

Кажется Лео тоже слегка в шоке. Но уже отходит и начинает осознавать. Его лицо выражает целую гамму эмоций. Он сгребает меня в охапку и стискивает в своих крепких объятиях так, что я едва дышу.

— Я люблю тебя, Алиса.

— Я тоже люблю… вас обоих, — пищу я. — Лео, ты меня задушишь!

А у самой улыбка до ушей.

Так хорошо и радостно сейчас на душе. Меня переполняют самые разные и невероятные эмоции.

Я люблю, и я точно знаю, что любима.

А что ещё надо для счастливой жизни!

Два месяца спустя…

Сегодня мы с близнецами вернулись из Москвы. Пробыли там почти две недели пока мои львы знакомились с новыми родственниками и все мы праздновали нашу свадьбу.

Но, не буду слишком забегать вперёд, сейчас всё расскажу по порядку…

После нашего дерзкого побега из лаборатории нас привезли в прайд моих львов. Деда доставили туда же через пару часов. Его привёз на машине сам Сэмюэль Макларен. И после долгих слёз и объятий мы наконец смогли нормально поговорить…

— Дедуля, я так рада, что с тобой всё в порядке. Я так волновалась за тебя.

— Главное, что с тобой всё хорошо, Алиса. Теперь ты в безопасности, — приговаривает дед и ласково гладит меня по спине.

— Скажи, почему ты изменил своё решение? Почему помог мне и всем оборотням сбежать?

— Потому что я люблю тебя, моя милая. И желаю тебе только добра, — он ненадолго замолчал, а потом, тяжело вздохнув продолжил: — Просто в какой-то момент я понял, что Салливан лжёт. Он говорил, что отпустит тебя после того, как ты родишь, но… на самом деле он не собирался этого делать. Когда тебя повезли на УЗИ я вернулся в кабинет Салливана, хотел ещё раз поговорить с ним, обсудить ту информацию, что ты мне рассказала. Ведь то, что оборотни имеют внеземное происхождение, многое меняет. Они не ошибка природы, как мы считали раньше, они — намного большее. Это новый мир, новая цивилизация, новые возможности. Мы должны взаимодействовать с ними, а не уничтожать. Салливана в кабинете не оказалось, но на его столе я обнаружил один документ. В нём он писал какому-то вышепоставленному чиновнику из правительства США и просил официального разрешения опытов над людьми. Писал, что у него есть биологический материал, который поможет с модификацией человеческого гена. Они хотели создать более совершенного человека, обладающего силой и регенерирующими способностями оборотней. Идеальный солдат, машина для убийств.

— А под биологическим материалом, я так понимаю, он имел ввиду… моего ребёнка?

— Да.

— Сволочь! — выругалась я.

— Тебя бы точно не отпустили, — продолжил дед. — Потому что такие исследования проводятся только под грифом «Особо секретно». Живые свидетели им не нужны. Меня скорее всего тоже бы убрали, если бы я отказался сотрудничать с ними. А я бы, конечно, отказался, потому что никогда бы не позволил им причинить тебе вред.

Слова дедушки заставили меня похолодеть от ужаса.

Неужели они и правда моги убить нас?

А что бы тогда стало с моими детьми? Что бы они с ними сделали?

При мысли об этом у меня на затылке начинают шевелиться волосы.

— Дедуля, я знала, что ты меня не бросишь, — обняла деда и крепко сжала его в объятиях. — А что было дальше?

— Покинув лабораторию я сразу же поехал в главный офис Макларенов, чтобы встретиться с их главой, — Я вскинула на деда удивлённый взгляд. — Да, это показалось мне единственным верным решением. Его сын находился в клетке в лаборатории, и он больше всех был заинтересован в его спасении. Мы переговорили и пришли к взаимному соглашению: я помогаю им, а они — помогают мне. Честно говоря, я уже сомневался, что выберусь оттуда живым. Когда на территорию лаборатории приехал Марк — началась страшная перестрелка. Палили со всех сторон, разгромили половину лаборатории. Меня вытащили оттуда какие-то люди, я так понимаю, что это были оборотни, и отвели в машину, где был Сэмюэль Макларен. Он привёз меня сюда.

— А, Марк… он…

— Марка ранили во время перестрелки. Я видел, как его грузили в машину, но куда увезли не знаю.

— А этот… как его… Салливан. Его поймали?

— Да. Сэмюэль Макларен сказал, что его и Марка, если он выживет, будет судить Совет оборотней. Какой они вынесут им приговор — никому не известно.

Новость о ранении Марка меня потрясла, но жалости я к нему не испытываю. Он получил то, что заслужил.

Чуть позже, после обеда, Макларены устроили семейный Совет, на котором решался вопрос нашей дальнейшей с близнецами семейной жизни. На нём-то дедушка и узнал, что по законам оборотней я стала парой не одному, а сразу двум сыновьям Макларена.

— Что? — дед ошарашенно округлил глаза. — Вы сейчас шутите, да? Алиса, это правда?

Блин!

От паники и смущения я не знаю куда глаза деть.

— Да.

Ответил за меня Лео, а Тео его поддержал.

— Это правда.

При этом они оба придвинулись ко мне ближе и приобняли, заключая в кокон своих надёжных объятий.

— И ещё — Алиса беременна, поэтому с официальной свадьбой затягивать не стоит. Чем раньше мы объявим всем о нашем союзе, тем лучше, — уверенно и бескомпромиссно заявил Лео.

Эта новость, конечно же произвела ошеломительный фурор. Мама близнецов бросилась нас поздравлять и обнимать. А Сэмюэль Макларен, этот серьёзный и грозный лев, не смог сдержать довольной улыбки. Ну, а когда узнал, что у нас ещё и тройня будет — от счастья даже прослезился.

А вот мой дедушка сидел в полнейшем шоке и не знал, что сказать.

— Дедуль, с тобой всё хорошо? — подойдя к нему осторожно спросила я.

Дед посмотрел на меня, нахмурил брови.

— Наверное… Я не знаю. Алиса, почему ты не сказала мне раньше, что их… двое?

— Не знала, как ты на это отреагируешь, — пожала плечами я. — Боялась… осуждения.

Дедушка тяжело вздохнул.

— Алиса… В мои времена, конечно, были совершенно иные нравы, но…, — он покачал головой. — Я не в праве тебя осуждать. Это твоя жизнь, и тебе её жить. Главное — живи с умом и будь счастлива.

Большего я от деда и не ожидала услышать. Но и за эти слова понимания и поддержки, безумно ему благодарна.

— Спасибо, дедуль. Но, хотела попросить тебя: когда мы приедем домой… Думаю родителям и бабушке не стоит знать всех подробностей. Будет лучше, если мы представим моим женихом кого-то одного из близнецов.

— Как скажешь.

— Ты же понимаешь, что и про оборотней им знать тоже ничего не стоит.

— Он всё понимает, Алиса, — к нам подошёл Сэмюэль Макларен и положил свою руку деду на плечо. — Так ведь, Степан Петрович?

Дедушка хмуро посмотрел на Макларена. А потом они закрылись в его кабинете и что-то долго обсуждали. Мы с близнецами даже волноваться начали: не придушили ли они там случайно друг друга? Но, наши волнения оказались напрасными: после двухчасовой беседы мужчины вышли из кабинета чуть ли не в обнимку, улыбаясь и похлопывая друг друга по плечам.

Ну а потом, началось самое интересное: меня официально представили всему прайду, как истинную пару и жену наследников альфы, и объявили о нашей скорой свадьбе.

Видели бы вы лица нескольких десятков молодых девушек. Казалось, что в их глазах за одну секунду рухнул весь мир. И одновременно прозвучавший со всех сторон разочарованный вздох — был тому подтверждением.

Мд-а… Кажется мои львы разбили тут не одно сердечко.

Но, как бы там ни было, теперь они мои. Только мои! И я их ни за что никому не отдам.

А потом была свадьба — красивая и пышная. Гулял весь прайд, а праздничные торжества длились целую неделю. Под конец мы с близнецами уже так устали от всеобщего внимания и поздравлений, что тихонько сбежали от гостей в наш новый дом, торжественно подаренный нам главой прайда.

О судьбе Марка я пока ничего не знаю. Все стараются меня оберегать и ограждают от любых переживаний.

— Тебе нужны только положительные эмоции, — постоянно говорит мне мама близнецов. Ну а самый главный лев из всех львов так вообще с меня пылинки сдувает, с тех пор как узнал, что я вынашиваю тройню.

Но чуть позже, случайно услышав разговор близнецов я узнаю, что по решению Совета оборотней Марка и Джеймса Салливана отвезли на необитаемый остров где-то в Бермудском треугольнике. По словам Лео, зона там аномальная: корабли и самолёты обходят это место стороной.

Думаю, что это справедливое наказание. Необитаемый остров, как клетка, из которой выбраться просто нереально.

Как только отгремели все свадебные торжества мы с близнецами полетели в Москву. Там нас давно ждут и очень переживают. Мама с папой уже в курсе, что я тут в Австралии успела выскочить замуж и залететь в «интересное положение». Дедушка по приезду домой им всё рассказал.

Сказать, что они были в шоке, это ничего не сказать. Отец орал в трубку так, что, наверное, весь прайд слышал наш разговор. Даже близнецы сначала напряглись, но потом обняли меня с двух сторон и шепнули на ухо, что они со мной, и всё обязательно будет хорошо.

Папа у меня, конечно, строгий, но быстро отходчивый. Он меня очень любит, поэтому и сердиться долго не может.

Через пару дней, видимо всё обдумав и переварив информацию он перезвонил и благодушно сообщил:

— Привози своего австралийского мачо, будем знакомиться. Свадьбу в Москве сыграем, всё как положено. В ЗАГСе я договорюсь, распишут вас без очереди.

После звонка папы я немного выдохнула.

Фух, кажется, пронесло!

В Москву мы поехали втроём. Но официально своим женихом мы решили представить Тео. А Лео пока остался в тени.

Встреча, конечно, была очень эмоциональной: мама плакала, обнимая меня, бабушка тоже от неё не отставала. Отец и брат держались слегка напряжённо и косо поглядывали на близнецов.

Ну а чуть позже, когда все познакомились и близнецам удалось растопить сердца мамы и бабушки своим непревзойдённым обаянием, обстановка в доме начала налаживаться.

— Алиса, а ты их не путаешь? — тихонько спросила бабушка. — Ведь так похожи, чертяки, — она улыбнулась и шутливо добавила: — Вдруг ночью перепутаешь, который твой.

— Ну что ты, бабуль, как можно перепутать, — смущённо улыбнулась я. — У них есть свои отличия. Я Тео никогда не перепутаю с его братом.

Уверенно заявляю я, а сама про себя думаю: раньше ведь я их совсем не отличала, они казались мне абсолютно одинаковыми. Но сейчас, по прошествии времени я начала находить некоторые отличия, проявляющиеся в основном в чертах характера, в мимике и в жестах. В остальном же, мои львы, как два клона — неотличимы.

Вот и сейчас, смотрю на них и снова удивляюсь: какие же они одинаковые, и в тоже время разные. Один из них непринуждённо беседует с моим отцом и братом, мастерски овладевая их интересом и вниманием, а второй — выписывает очередной комплимент маме, отчего та смущённо и счастливо улыбается.

Какие же они всё-таки хитрющие, мои котики: умеют расположить к себе всех вокруг. И глядя на них я понимаю, нет, я уверена, что всё у нас будет хорошо. По-другому — просто не может быть.

Закончив все дела в Москве, а именно: оформление академического отпуска в универе и мой перевод в австралийский университет на факультет биологии, мы вернулись в Брисбен.

А через пять месяцев у нас с близнецами родились трое прекрасных голубоглазых мальчишек. Они такие крошечные и хорошенькие, мои маленькие львятки, с мягким золотистым пушком на головах. Голубые глаза им достались от мамы, ну а всё остальное: обаяние, характер и повадки — от их папочек.

Даже новоиспечённый дедушка, Сэмюэль Макларен это заметил и усмехнулся, глядя на внуков:

— Эта маленькая банда ещё наведёт шороху в прайде, попомните мои слова.

Дедушке, конечно, виднее. А я просто люблю их, как и моих львов, которые после родов не отходят от меня ни на шаг. Люблю свою новую жизнь и этот удивительный мир, который каждый день наполняет мою жизнь яркими красками.