Серия «Наша страна Россия. Как жили на Руси»

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

© Адамович Н., Серегина Н., текст, 2026

© Оформление. ООО «МИФ», 2026

Люди научились возводить укрытия от непогоды, холода и диких зверей еще в глубокой древности. Археологи находят остатки жилищ в поселениях времен ледникового периода – около 30 тысяч лет назад. Тогда для строительства жилищ использовали кости и бивни мамонта, оленьи рога.

Прошли века, гигантские животные вымерли, климат изменился, и людям пришлось искать новые материалы для строительства жилищ. Где-то это были камни, где-то – глина. На Руси дома всегда строили из дерева, причем предпочтение отдавали хвойным породам: елке, сосне.

Заготовка деревьев была непростым делом, ее сопровождали обряды. Для стройки годились не все деревья – например, запрещалось срубать те, что растут на кладбищах или на перекрестье дорог. Заниматься заготовкой разрешалось только в определенное время: в одних местах наиболее благоприятным для этого периодом считали начало весны, в других – суровый декабрь.

Крестьяне всегда строили для себя избы сами, но уже в 11-м веке появились особые ремесленники – плотники, или древоделы, которые нанимались строить дома для других. Конечно, к ним обращались прежде всего богатые горожане.

Какими же инструментами пользовались древние плотники? Собственно, почти такими же, как и современные мастера. Главным плотницким орудием был топор: не зря в прошлом таких ремесленников называли еще топорниками. В руках русского человека он творил чудеса. Им можно было срубить дерево, построить избу, украсить ее затейливой резьбой, сработать доски, даже вытесать ложку. Ну а если случится – и на врага с ним выйти.

Использовали плотники и тесло – инструмент, похожий на топор, только с поперечным лезвием. Его название говорит само за себя: им обтесывали заготовку, то есть стесывали с нее щепочки, чтобы поверхность стала ровной. Еще при строительстве было не обойтись без наструга – ножа с ручками на концах. Он помогал сдирать кору с бревен.

А как же пилы, спросите вы. Ведь пилой заготавливать деревья гораздо удобнее, чем топором. Или на Руси про них не знали? Конечно знали, по крайней мере с 10-го века. Однако в строительном деле их не использовали. Дело в том, что спиленное дерево чаще гниет, чем срубленное, да и тесаные доски русские мастера считали более прочными, чем распиленные. Лишь в начале 18-го века Петр Первый издал указ, чтобы мастера в заготовке леса и строительстве использовали пилы – на европейский манер.

В 10-м веке писали, что «зиму славяне проводят в ямах и подземных хижинах», и «подземная хижина» здесь, несомненно, означает землянку. Это самый древний вид славянского жилища.

Сооружалась землянка так. Сначала выкапывали квадратную или прямоугольную яму глубиной больше полутора метров. Ее стены укрепляли деревом, обмазывали глиной. В середине, как правило, устраивали место для очага – открытую площадку, обложенную камнями или глиной для пущей безопасности. На этой площадке разжигали открытый огонь, а дым от него выходил наружу через отверстие в крыше. Через это же отверстие или через дверь в жилище проникал свет, потому что окон в землянке не было. Поверх деревянной крыши укладывали слой бересты, а затем солому либо дерн.

Землянки старались строить на склонах холмов или на небольших обрывах, чтобы легче было делать обычный вертикальный вход. Если же землянку выкапывали на ровном месте, то вход выглядел просто как яма, прикрытая дверью. Изнутри к нему вели ступеньки, выкопанные в земле и для надежности облицованные деревом. Снаружи над лестницей делали навес.

Конечно, по нынешним меркам землянку нельзя назвать уютным местом. Солнечного света поступало мало, от дыма было нечем дышать и щипало глаза. Зато зимой в таком жилище не замерзнешь.

Однако на Руси распространился более совершенный вариант жилища – полуземлянка.

Для нее опять-таки копали квадратную яму, но не такую глубокую – около метра. Стенки укрепляли срубом, который возвышался над землей еще примерно на метр. В южной стороне устраивали вход. Потолка в таком жилище не было, как и окон, – кроме, конечно, отверстия для выхода дыма. Крышу полуземлянки делали двухскатной, как у современных домов, из досок или плотно уложенных жердей, затем укрывали ее соломой и засыпали землей. Если бы мы оказались в поселке 10-го века, то увидели бы перед собой невысокий холм, поросший травой. И дым, выходящий из этого холма…

А вот наземное жилище – деревянную избу, или хату, – вы бы угадали сразу. Оно очень походило на дома, которые еще встречаются в сельской местности.

Способы соединения бревен назывались забавно: «в обло», «в охряпку»… Но для мастеров, строивших избы, все было просто и понятно.

Соединение бревен «в обло»

Соединение бревен «в охряпку»

«В обло» – полукруглый паз («чаша») вырубался только на верхней поверхности бревна. «В охряпку» – прямоугольные пазы для стыковки бревен прорезались в верхней и в нижней частях бревна.

Основой избы, как и сейчас, был бревенчатый сруб, в старину он назывался «клеть». Наиболее древние избы состояли из теплого помещения с печкой и холодной пристройки – сеней. К ним часто присоединяли третью клеть, тоже холодную. Там хранили разные вещи, а летом жили сами.

Крыши у изб были двухскатными или четырехскатными, их укрывали соломой, камышом или даже деревянными досками (тёсом).

Что самое необычное, вместо привычных для нас окон в древних домах делали небольшие дырки в бревнах – около 20 сантиметров длиной, то есть в полторы ладони. Такое окно называлось волоковым: изнутри оно закрывалось (заволакивалось) тесанной из доски задвижкой. А в Новгороде даже нашли аналог жалюзи – тонкие дощечки, скрепленные кожаным шнуром.

Через волоковое окно проникало очень мало света. Скорее всего, оно предназначалось для вентиляции, тем более что в одной избе их было всего одно или два. В городах и в более богатых сельских домах устраивали косящатые окна. Вот они напоминали современные, только были чуть поменьше. В оконный проем вставляли раму-оконницу и закрывали ее стеклом, слюдой или более дешевыми и доступными материалами, например бычьим пузырем.

Входите, только аккуратно: не забывайте, что дверь в избу была узкой и низкой. Так делали, чтобы не выпускать тепло – или чтобы гость, заходя в избу, всегда склонял голову перед хозяевами. Так говорили досужие старушки в русских селах.

И ни в коем случае не наступайте на порог! Порог – это символическая граница между внешним миром, полным всяких враждебных сил, и безопасным домом, непроходимое препятствие для нечисти. Наступив на порог, человек как бы открывает эту границу, и тогда злобные создания могут проникнуть внутрь. Еще запрещалось сидеть на пороге и здороваться через него.

Но вот мы наконец оказались внутри. Что первым бросается в глаза? Верно, здесь очень тесно и сумрачно, хотя снаружи стоит яркий летний день. Это все из-за маленьких окошек – помните? Они почти не пропускают свет. Но даже в полутьме мы можем различить печь: она занимала четверть, а иногда и треть избы. Ее ставили по-разному в зависимости от климата: либо возле входной двери по северному типу, либо в углу противоположной стены – по южному.

По диагонали от печи был красный угол – главное место в избе. В языческие времена здесь размещали святилище домашних богов, а в христианские – домашний иконостас-божничку.

Красный угол воспринимали как алтарь православного храма, поэтому именно здесь ставили стол – «божью ладонь». За столом трапезничали, праздновали свадьбы. Когда в семье умирал мужчина, его клали на стол: ногами к выходу, а головой в красный угол; умерших женщин клали на лавку.

На Руси строго-настрого запрещалось садиться на стол, стучать по нему ножом, оставлять на нем пустую грязную посуду. Нельзя было и есть стоя: так едят животные. Отправляясь в путь и возвратившись с дороги, человек молился на иконы и целовал стол – и их же выносили первыми при пожаре.

Все пространство избы делилось на мужскую и женскую половины.

Женская была связана с печью и в ряде мест называлась середа или стряпной угол. Вдоль стены там стояла долгая лавка, на которой женщины пряли, шили, вышивали. На середе подвешивалась колыбель, здесь же играли малыши. Скорее всего, это пространство отделялось от остальной избы перегородкой-ширмой.

На середе и за печкой женщины держали все необходимое для приготовления пищи и для рукоделия, а также печной инструмент вроде кочерги и ухватов. На стенах крепили полки, где хранилась посуда.

Древнерусскую посуду украшали своеобразным волнистым или линейным орнаментом

Поперек избы, от печи до противоположной стены, почти под потолком, устраивали полку – полати. Там не только хранили вещи, но и спали. Это было место для младшего поколения – детей, девушек и парней. Хозяин с хозяйкой располагались под полатями, чаще всего на лавке, к которой подвигали широкую скамью, а иногда на специальном настиле. Когда верх печи стали делать плоским, это место заняли старики.

Часть избы, противоположная печи, считалась мужской. Здесь вдоль стены стоял коник – тоже лавка, украшенная изображениями конской головы. Под ней хранили инструмент и прочее крестьянское добро. На стенах в этой части избы развешивали конскую сбрую и принадлежности для работы.

Летним днем изба пустует: все взрослые и дети хлопочут по хозяйству. А вот если бы мы пришли в гости зимой, то увидели бы совсем другую картину: здесь собралась бы вся семья – человек пятнадцать, а то и больше, со стариками и малыми детьми. В студеные дни в избу забирали животину: ягнят, телят, поросят, даже коров на время дойки. А курятник устраивали прямо под столом, закрывая проемы между ножками деревянной решеткой.

Впрочем, для домашних животных часто строили специальные утепленные сооружения во дворе: хлев, конюшню, овчарник, птичник.

В древности хоромами называли просто жилой дом, а потом – дом богатого хозяина. Чаще всего они были деревянные, иногда наполовину каменные. Основой им служил все тот же сруб, вот только мастера умудрялись пристраивать к небольшой клети другие срубы и возводить, словно из гигантских кубиков, двух- и трехэтажные дома. О том, как выглядели и как были устроены хоромы, нам говорят материалы раскопок, а еще рисунки в древних книгах, иконы и фольклорные произведения – басни, былины.

Вот так, по мнению ученых, выглядели хоромы новгородского боярина

Как и в простых избах, в хоромах пространство было разделено на мужскую и женскую половины. Кроме того, здесь для разных целей обустраивали разные помещения:

• в покоевых хоромах жили;

• в непокоевых устраивали праздники и принимали гостей;

• в хозяйственных постройках занимались работой по дому, держали скотину и обустраивали кладовые.

Нижний этаж хором назывался подклеть. Тут располагались те самые хозяйственные помещения: амбары, мыльни, кухни, медуши (кладовые для меда и напитков), погреба. На подклети стояли основные срубы, а поверх надстраивали вышки, башенки, терема.

В хоромах обязательно были гридня – помещение для пиров князя или боярина с дружиной, горница для торжественных обедов, спальная палата, моленная для богослужений, сенник (летняя спальня) и светлица.

Скорее всего, богатые хоромы отличались от обычной избы только размерами и убранством: стены в них обшивали тесом и покрывали росписью, полы устилали коврами, а пространство заставляли разнообразной мебелью.

Именно в хоромах стояли кровати: в обычных избах обитатели спали на полатях, скамьях и лавках. Кровати были массивные, но напоминали скорее большие скамьи. Вместо матраса на основу клали меха, а укрывались ложником – так на Руси называлось одеяло.

Вместо шкафов люди в древности хранили вещи в сундуках. Этот предмет мебели до сих пор пользуется большим уважением у пожилых людей в сельской местности. Правда, само слово «сундук» появилось ближе к 16-му веку, а до этого говорили «скрыня» или «ларь».

Лари упоминаются с 10-го века. По количеству ларей определялось богатство семьи. Они были самых разных размеров: от огромных, обитых железом, до маленьких, где хранили драгоценности. Изготавливали такие сундуки из досок и для красоты украшали росписью, так что позволить их себе могли не все.

Простые люди пользовались коробами, которые делали из луба. Иногда их тоже красиво украшали, а иногда оставляли без орнамента и даже покраски.

Скрыня представляла собой сундук с выдвижными ящиками и, вероятно, вначале бытовала в среде церковников: в ней хранили свечи, книги, облачение и прочие церковные принадлежности. Однако со временем этот предмет оценили и светские жители, приспособив под хранение одежды.

Традиция держать одежду в разнообразных сундуках сохранялась в русских селах до последнего времени. А вот кубел или лазбень даже 100 лет назад встречались значительно реже. Так называли кадушки с плотной крышкой, выдолбленные из целого ствола или собранные из дощечек. В них тоже хранили одежду и белье.

Морковка – догадаются многие. А вот и нет! Это печка: стоит себе в избе, а дым на улицу уходит. Про нее есть и другая загадка: баба в углу, рот в боку.

Издревле печка занимала в избе почетное место. Ее ласково называли матушкой, кормилицей. Русская печь, которую мы привыкли видеть в фильмах и в деревенских домах, появилась только в 18-м веке, а у древней русской печи свод был округлым, поэтому на ней не спали.

Печи делали из камня и из глины. Чтобы построить каменку, камни просто складывали на опечье, а вот глину приходилось с каждым слоем утрамбовывать, то есть бить, поэтому печь называли глинобитной.

В 10–14-м веках топили по-черному: для вентиляции оставляли только волоковое окошко под самым потолком. Такие избы называли курными. Только к 14-му веку стали делать дымницы – деревянные надстройки на крыше над отверстием, через которое дым из избы выходил наружу. А позже появились кирпичные печи с настоящими трубами, чтобы дым не проникал в помещение, а сразу из печи шел по дымоходу в трубу.

Считается, что в курных избах все было в саже, но на самом деле это зависело от хозяйки. Чтобы правильно истопить печь по-черному, требовался навык: сильный огонь мог вызвать пожар, а обилие дыма – уморить всю семью. Девочек с малых лет учили ладить с огнем и печкой, и умелая хозяйка топила так, что ни на стенах, ни на потолке сажи не оставалось. Недаром даже в начале 20-го века печку возводили, измеряя хозяйку: ее рост, ширину плеч, длину от локтя до кончиков пальцев.

Ласково называя печь матушкой, люди действительно воспринимали ее как обладательницу женской силы, без которой и дом не обогреешь, и еду не приготовишь. Почти до наших дней в сельских регионах бытовало поверье, что еду может готовить только женщина, а если за дело возьмется мужчина – жди неурожаев и голода.

Русичи верили, что печь обладает волшебными свойствами. Возле нее совершались колдовские обряды, и самыми главными среди них были, пожалуй, лечебные. Например, на печь накладывали лекарственных трав, прикрывали их холстинкой, а поверх ложился больной, которого закутывали в тулуп или шубу. Еще в печи мылись – и для чистоты, и для здоровья. Да-да, как в бане: как следует протапливали ее, залезали внутрь и парились.

Печь и дом согревали, укрывали от холода и собирали всю семью. Так жили наши предки много веков назад.

Руководитель редакционной группы Анна Сиваева

Шеф-редактор Татьяна Медведева

Ответственный редактор Татьяна Медведева

Художественный редактор Татьяна Сырникова

Корректоры Татьяна Князева, Надежда Петрив

ООО «МИФ»

mann-ivanov-ferber.ru