Переведено специально для группы WonderlandBooK

Любое копирование без ссылки на группу и переводчиков ЗАПРЕЩЕНО!

Переводчик: Nola

Редактор: Shottik

Русифицированная обложка: Poison Princess

Музыка в стиле кантри, звучащая из музыкального автомата в стиле вестерн, сводила меня с ума, но я не обращала на нее внимания.

Снова.

Потому что дамы из стаи уговорили меня пойти с ними на свидание, а я, как последняя дурочка, не смогла отказаться.

Спойлер: У меня никогда не хватало смелости сказать «нет».

Хотя я знала, что они познакомят меня еще с несколькими парнями, которые, по мнению городских альф, могли бы стать моей парой.

В любом случае, это становилось серьезной проблемой. Они строили кучу планов, а я чертовски устала от того, что со мной возились, как с какой-то старомодной человеческой девушкой, ищущей себе мужа.

Иногда мне нужно было просто принять душ и притвориться, что я не живой, дышащий человек.

Хотя я именно такая.

Живая, дышащая кровавая волчица, если быть точной.

И вампир, и волчица.

Нас создали для роли живых мешков с кровью для вампиров, а это была дерьмовая жизнь. И, возможно, это отчасти повлияло на мою склонность соглашаться во всем.

Но все так, как есть.

Поэтому мне нужно извлечь из этого максимум пользы.

…Научиться говорить «нет», наверное.

Я взяла со стола свой стакан с водой и сделала глоток. До того как родители умерли от передозировки в моем детстве, я видела, как они пристрастились ко всему на свете, поэтому не прикасалась к алкоголю или наркотикам на расстоянии в сто метров.

Трое из пяти девушек со мной были на импровизированном танцполе, куда меня буквально затащили. Две другие бурно обсуждали, как лучше приготовить стейк.

Мой телефон зажужжал, и я опустила взгляд. Пришло сообщение от одной из двух моих лучших подруг — обе они были единственными кровавыми волчицами, которых я знала. Мы часто пользовались групповым чатом.

Лав была в паре с альфой стаи, которая управляла городом. Стая называлась Вайлдвуд, в честь нее и был назван город.

Тори была в паре с альфой крошечной стаи правительственных волков. Они часто путешествовали, но их домом были окрестности Вайлдвуда.

Тори:

Я:

Лав:

Я:

Тори:

Я:

Тори:

Я:

Тори:

Лав:

Я:

Тори:

Я:

Лав прислала мне смайлик с закатывающимися глазами, и я выключила телефон.

И сделала еще один глоток воды.

Она была права, честно говоря. Мне нужно было уйти.

Но я бы не стала. Точнее, не смогла бы.

Не хотела ранить их чувства. Или бросать.

И я знала, что альфы начнут раздавать мой адрес, если я не буду развлекать проклятых волков, которых они вызывали со всего мира. Взять себе пару было единственным реальным способом себя защитить. Тот факт, что я не хотела иметь пару, мало что значил для них, учитывая, в какой опасности я находилась.

Поэтому я просто пила воду.

— А Бавер будет у тебя сегодня в качестве охраны? — спросила одна из сидящих рядом со мной женщин, Мелисса.

Другая, Белль, заглянула ей через плечо.

Мой взгляд проследил за ее взглядом и остановился на Бавере, бете стаи. Бета был правой рукой альфы, и они оба возглавляли отряд силовиков, которые помогали обеспечивать безопасность стаи.

Бавер, надо признать, был самым привлекательным оборотнем из всех, кого я когда-либо встречала. Все они высокие и мускулистые, но он был сильнее многих. С загорелой кожей и длинными темно-русыми волосами, которые обычно носил завязанными в хвост, он всегда привлекал мое внимание.

Бавер был одновременно уверен в себе и спокоен.

Сильный, но при этом не пугающий.

Большинство парней-волков, с которыми я встречалась, отличались грубым доминированием, но Бавер мог сохранять контроль, не выкрикивая приказы. И это впечатляло.

— Да. Он дежурит восемьдесят процентов времени, — объяснила я.

— Он смотрит на тебя не так, как смотрел бы охранник, — заметила Белль.

Да, и я заметила.

Мои подруги тоже.

Лав и Тори уже несколько месяцев пытались убедить меня позволить ему больше, но я все еще не разговаривала с ним дольше нескольких секунд за раз.

Честно говоря, Бавер подавлял.

Вся эта сексуальная привлекательность была перебором.

Даже разговор один на один с таким великолепным мужчиной по-прежнему казался рискованным.

А уж переспать с ним?

Гораздо рискованней.

Я всегда использовала кучу духов, чтобы скрыть свой запах, просто чтобы подольше сохранить независимость. В конце концов, мне придется застрять с каким-нибудь несносным оборотнем, который, вероятно, постоянно будет ходить за мной по пятам.

До этого времени я собиралась довольствоваться своей девственностью и игнорировала пристальный взгляд Бавера.

Я сделала еще один глоток воды, пристально глядя в сторону.

— Ты должна пригласить его на свидание, — сказала Белль.

Я слегка взъерошила волосы, стараясь не выдать себя. От природы они были светло-медовыми, и я обычно позволяла им отрасти до середины спины. После переезда в Вайлдвуд обрезала их до ключиц, поскольку они были в ужасном состоянии, и теперь они выглядели вполне прилично.

Не великолепно, но все же прилично.

Но обычно я просто собираю их в хвост.

— Он когда-нибудь приставал к тебе? — спросила Мелисса.

— Нет. — если бы он и попытался, я бы ушла в противоположную сторону так быстро, что у него не было шанса.

— Хм.

— Ага.

Я сделала еще один глоток воды.

Возможно, идея о болезни Тори была не такой уж плохой.

— Он, наверное, ждет, когда ты сделаешь первый шаг, ведь ты кровавая волчица и все такое. И то, что альфы пытаются найти тебе пару, наверное, немного ограничивает его, — добавила Белль.

— О, запреты — это так сексуально, — сказала Мелисса.

— Пойду в туалет. — я поставила свой стакан. Они присмотрят за ним. — Сейчас вернусь.

Они смотрели, как я пересекаю зал, оставив сумку висеть на спинке стула. Как обычно, на мне были удобные леггинсы и свитер с кошкой. И кошачья шерсть — аксессуар, от которого я никогда не смогу избавиться.

Мы с кошкой были своего рода заклятыми врагами. Моя волчица, конечно, ее ненавидела.

Я закрыла за собой дверь в женский туалет и целых пять минут панически листала социальные сети. Надеялась, что это уменьшит неуверенность, которую я начала испытывать в отношении Бавера.

Не получилось.

И было слишком странно оставаться в туалете дольше.

Поэтому, когда мои пять минут истекли, я спустила воду в унитазе, как будто действительно пользовалась им, а затем вымыла руки для надежности. Если кто-то ждал снаружи, я не хотела, чтобы он понял, что я пряталась.

Это было странно?

Наверно, да.

Я была слишком охвачена паникой, чтобы беспокоиться еще и об этом.

Я вышла из туалетной комнаты и резко остановилась, увидев перед собой огромного красивого мужчину.

Я была среднего роста для женщины, около 5 футов и 5 дюймов (165 см), но он все равно возвышался надо мной на целый фут.

И, черт возьми, был великолепен.

Он пах так же хорошо, как и выглядел. Моя волчица подняла голову в том странном пространстве, где один из нас оставался, а другой контролировал ситуацию, но ничего не сказала. Просто изучала его.

Его взгляд медленно изучал мое лицо.

— Эм, привет, — пролепетала я, не зная, что еще сказать Баверу.

Мы не разговаривали по-настоящему с тех пор, как я угостила его печеньем несколько месяцев назад. Это было довольно неловко. Я уронила крошки себе на грудь, и он внимательно их разглядывал.

— Привет. — взгляд Бавера вернулся к моим глазам.

Мое лицо порозовело.

— Привет.

Черт, я уже говорила это.

Я сделала шаг в сторону, собираясь сбежать, но он остановил меня вопросом.

— Могу я купить тебе выпить?

Я оглянулась на девушек, которых оставила за своим столиком.

Они обе смотрели на нас.

Не могла же я отвергнуть его на их глазах?

Наконец я посмотрела на него.

— Конечно.

Ух ты, какие у него красивые глаза.

Темно-синие, в которых, казалось, можно утонуть.

Хотя это было странно.

Никогда не обращала внимания на глаза.

Особенно у Бавера.

Он предложил свой локоть, и я взяла его. Хотя мне очень не хотелось этого делать, я старалась не показывать этого.

Когда он жестом указал мне на барный стул, я села. Место оказалось между его стулом и стеной, что было либо хорошо, либо плохо.

Я не могла решить, что именно.

Барменша — Джерри, которую я тоже знала по стае, — подошла к нам с улыбкой. Ее взгляд скользнул от меня в Баверу, и брови слегка приподнялись. Ее улыбка стала еще шире.

— Что я могу вам предложить, ребята?

— Кока-кола была бы кстати, — сказала я.

Я бы воспользовалась сахаром и крошечной дозой кофеина, чтобы поддержать неловкий разговор.

Бавер ничуть не удивился моему заказу.

Он уже давно присматривал за мной.

— Мне Доктор Пеппер, — сказал Бавер.

Я подняла брови.

Он посмотрел на меня, когда Джерри отошла, чтобы принести напитки.

— Ты не пьешь? — спросила я его.

— Не тогда, когда моя спутница не хочет.

— Значит, это свидание? — мой вопрос прозвучал быстро и немного встревоженно.

Я ничего не могла с собой поделать.

Он был слишком красив.

— Да.

Уверенность в его ответе застала меня врасплох.

— Почему это свидание?

Черт возьми, мне нужно научиться думать, прежде чем говорить.

— Ты великолепна и добра. Нужна ли мне другая причина?

Я моргнула, глядя на него.

Что следует ответить?

— И альфы пригласили кое-кого, кто тебе сегодня очень не понравится. Оксфорд Ретти, — добавил он.

Я снова моргнула.

— Почему он мне не понравится?

— Окс — альфа самой свирепой стаи в стране. Он не спрашивает разрешения.

И иногда я могу быть настоящей тряпкой.

Это было проблемой.

Я знала, что это было проблемой.

Просто еще не поняла, как исправить это в себе.

— Надеюсь, он не моя пара, — вздохнула я. — Другие девушки наверняка покажут ему на меня, когда он приедет.

— Нет, если ты будешь со мной.

— Их невозможно переубедить. Я пыталась.

— Они силовики. Мэдда здесь нет, так что они подчиняются мне. Парни, которых он приглашает в город, и так получают от тебя более чем достаточно; тебе не нужно ничем рисковать с Оксом.

Это тоже застало меня врасплох, но я не стала об этом говорить.

Я не стану упоминать о своих проблемах с отказами. Особенно рядом с высокими красивыми мужчинами.

Или рядом с любыми мужчинами.

Или рядом с другими женщинами, кроме двух моих подруг, которые были достаточно близки, чтобы считаться сестрами. Правда, я не любила говорить об этом даже с ними.

— Не думала, что ты заинтересован в свидании со мной, — наконец сказала я. — Думаю, в любом случае это имеет больше смысла, чем мое свидание с кем-либо другим. Спасибо.

— Конечно, я заинтересован в свидании с тобой. Каждый неженатый самец в стае заинтересован в свидании с тобой, Сиенна.

Мое лицо вспыхнуло.

Очевидно, что это неправда.

Но я почти надеялась, что это не ложь.

Почти.

Хотя и не совсем.

— Все они знают, что я не ищу себе пару.

— Ты даешь это понять лосьоном и духами, которыми пользуешься. — он быстро помахал рукой перед своим носом, и я не смогла сдержать смех, который вырвался у меня.

— Так это настоящее свидание?

— Конечно, да. Я не мог больше сопротивляться.

Мое лицо еще больше заполыхало.

— Ну, ты умеешь льстить женщинам.

— Не всем женщинам. Только тебе. — его колено коснулось моего, и по моему телу разлилось тепло.

Скорее всего, это ложь, но мне все равно было приятно.

Наше внимание вернулось к Джерри, когда она поставила перед нами газировку и поднос с картофелем фри.

— Немного соли и жира, чтобы уравновесить сахар, — сказала она, подмигнув. — Наслаждайтесь.

Мы оба молчали, пока она не отошла.

Я взяла картошку и откусила большой кусок, чтобы было чем занять рот, кроме как говорить Баверу, какой он красивый.

— Каково это — быть бетой? — спросила я, пока он потягивал свой напиток вместо того, чтобы продолжить разговор. Несмотря на его минутное молчание, свидание оказалось не таким уж неловким, как ожидалось.

На самом деле, оно совсем не было неловким.

Даже довольно забавным.

Мне нравилось флиртовать, хотя я не часто это делала.

— Как иметь занозу в заднице.

Я рассмеялась.

Его губы слегка изогнулись в улыбке.

— Женщины-силовики сводят меня с ума. Они всегда лезут в чужие дела. Они — полная противоположность тебе и твоим подругам.

— Наша травма научила нас справляться с собственным дерьмом и не высовываться. — я взяла еще одну порцию жареной картошки. — Хотела бы я иметь смелость быть такой же любопытной, как они. Было бы здорово иметь доступ ко всем напряженным ситуациям. Я предпочитаю не вмешиваться, но все равно хочу знать о происходящем.

— Тебе нравится напряжение, да?

— О, да. Я живу ради этого.

Его губы изогнулись, и он наклонился ко мне.

Что-то подсказывало мне, что у него есть для меня какая-то тайна, поэтому тоже наклонилась.

— Джерри беременна, — пробормотал он. — Всего несколько недель, поэтому они пока никому не говорят.

Мои глаза расширились.

— Откуда ты это знаешь?

— Я — бета. Я всех слышу.

— Расскажи мне еще.

— Пойдем со мной домой, и расскажу.

Ооо.

Ух ты.

Это коварное приглашение прозвучало очень сексуально.

— Я не занимаюсь сексом на первом свидании, — предупредила я.

У меня никогда раньше не было даже первого свидания. Или второго. Или секса.

— Я тоже.

— Хорошо, — согласилась я. — Но ты должен предупредить Белль и Мелиссу и захватить мою сумку.

Его глаза заблестели.

— Без проблем.

Он положил на барную стойку немного денег, а затем подошел к столику, за которым сидели мои знакомые. Я пристально смотрела на свой напиток, не уверенная, что у меня хватит смелости уйти, если они будут выглядеть разочарованными или расстроенными.

Через минуту Бавер вернулся с моей простой пушистой коричневой сумкой через плечо. Тори купила ее для меня, и я стала ею слегка одержима. Она напоминала мне о моей кошке, хотя это напоминание обычно было нежелательным, учитывая, как сильно она меня недолюбливала.

Он протянул мне руку.

— Готова?

Да.

Нет?

Я понятия не имела.

Что нужно сделать, чтобы быть готовой пойти с кем-то на свидание?

— Конечно. — я взяла его за руку и улыбнулась, словно все в порядке.

Чего не ощущала.

Как и всегда.

Но ему не нужно было этого знать.

Губы Бавера коснулись костяшек моих пальцев… отчего мне стало тепло, хотя стоило задаться вопросом, почему у него раздулись ноздри, когда он это сделал… и я позволила ему вывести меня из бара.

Может быть, свидание будет интересным.

Поездка до его дома оказалась лучше, чем время, проведенное в баре.

Он больше расслабился, и я тоже.

Как бы мне ни нравились другие женщины в стае, от них был необходим отдых.

— У тебя есть второе имя? — спросил он. Тема была случайной, но мне она понравилась.

— Да. Самое простое второе имя. Сиенна Энн. А у тебя?

— Второго имени нет. Обычно использую свою фамилию, о которой ты знаешь.

— Никогда не слышала, чтобы кто-то называл тебя по имени, — согласилась я. — Кроме людей, с которыми работаю. Они постоянно говорят о тебе и Мэдде. Их голоса приобретают такой сексуальный оттенок каждый раз, когда они произносят твое имя. Бекетт Бавер. — я понизила голос, стараясь подражать их соблазнительным голосам.

Он усмехнулся.

— Мои родители зовут меня Бекетт. И только они.

— Они не называют тебя просто Бек?

— Неа.

— Хм. Ну, Бек тебе подходит. У меня никогда раньше не было прозвища. Тори и Лав всегда говорили мне, что оно мне не нужно, потому что мое имя сексуально, а я считаю это полной чушью.

— Твое имя — сексуальное.

Я закатила глаза.

— На самом деле, это не так.

— Я не знаю, почему ты так думаешь.

Наверное, потому, что я провела свое детство с родителями, которые больше заботились о выпивке и наркотиках, чем обо мне, а подростковые годы — как живой мешок с кровью.

И потому что в двадцать четыре года у меня все еще не было секса.

Как бы мне ни хотелось попробовать, я не могла заставить себя доверять кому-либо настолько, чтобы рискнуть.

Я сменила тему.

— В какой части района находится твой дом?

Он посмотрел на меня, очевидно, заметив смену темы разговора, но не стал мешать.

— На противоположной стороне от твоего.

Он знал, где я живу.

Учитывая, что Бавер следил за мной целую вечность, это было очевидно.

— Значит, ты в первом с краю?

— Ага.

— Ладно. Теперь ты расскажешь мне больше историй?

Он бросил на меня забавный взгляд.

— Ты пристрастилась.

— О, я знаю. — я наклонилась к нему. — Давай, Бек.

— Хорошо. — он задумался, его взгляд переместился на меня в зеркале. — Финчи переезжают из района, где живет стая. Они хотят отремонтировать старый дом в лесу и присоединиться к стае Ронина. Тиа собирается спросить Тори на этой неделе. Мы предупредили, что им могут отказать, но не думаю, что Векс будет против того, чтобы его стая немного выросла. Не обязательно, чтобы вся стая работала на правительство, даже если сейчас так.

— О, скандал. Тори будет в восторге. — стая Вайлдвуда стремительно увеличивалась, и из-за этого расширяла район.

Я не винила Финчей за то, что они хотели выбраться, пока все не разрослось еще больше.

— Они страдают от реакции нескольких своих ближайших друзей, — добавил он.

Я прищелкнула языком.

— Как они осмелились быть независимыми.

Бавер усмехнулся.

— Похоже, так и есть.

— Как ты относишься к их переезду?

Он пожал плечами.

— Это их жизнь. Я никогда не уйду, но понимаю, почему некоторые могут это сделать.

— Я чувствую то же самое. Ну, не в том смысле, что никогда не уеду. Этого я еще не решила. Но насчет того, что их жизнь.

— Куда бы ты поехала, если бы ушла? — в его взгляде было что-то среднее между любопытством и осторожностью, когда он перевел его на меня.

— Не знаю. Скейл-Ридж очень красивый, и было бы здорово время от времени видеть пролетающих над головой драконов.

— В Скейл-Ридже заправляют три брата-демона и клан вампиров, которые живут только по тем законам, за которые их не убьют демоны.

Я помрачнела.

— Значит, не Скейл-Ридж. Может, Вольфкрест.

— Вольфкрестом управляет несколько могущественных фейри. Они прогнали волков, которые основали его задолго до войны между людьми и сверхъестественными существами.

Война закончилась столетие назад, и сверхъестественные существа стали жить рядом с людьми. Мы были как знаменитости низкого уровня: одни были одержимы идеей о нас, а другим было наплевать.

Мое выражение лица стало еще грустнее.

— Похоже, я остаюсь.

Я опустила окно и глубоко вдохнула чистый, свежий воздух.

Если мне предстояло где-то застрять, то Вайлдвуд казался далеко не самым худшим вариантом. Здесь было тихо и спокойно, город настолько плотно прижался к лесу, что казался гораздо меньше, чем был на самом деле. Может, кому-то из сверхъестественных существ и нравится атмосфера большого города, но я к ним не относилась.

Мои волосы развевались на ветру, а губы улыбались, когда мы проезжали мимо массивных старых деревьев.

В лесу я чувствовала себя защищенной.

И свободной.

Моя волчица томно потянулась.

— Мне нравится Вайлдвуд, — пробормотала она в моем сознании.

— Мне тоже, — призналась я.

— И мне нравится Бавер.

Мне не хотелось говорить ей, что я чувствую то же самое.

— Мы не ищем себе пару.

— Спаривание может быть опасным.

Но ее интерес к мужчине рядом со мной был настолько очевиден, что я не до конца ей поверила.

В моем прошлом было слишком много дерьма, чтобы позволить себе думать об этом.

— Он был бы более настойчивым, если бы мы были потенциальной парой, тебе так не кажется? — спросила я. — Векс или Мэдд ни за что не стали бы так долго выжидать Тори или Лав, если бы ощутили связь между ними. Парни-оборотни отчаянно нуждаются в паре.

— Не думаю, что какой-нибудь волк-самец был бы так терпелив, как он, если бы знал, что мы его пара. Но мы также пока не давали потенциальной паре поводов для агрессии.

— Как бы мы это сделали?

— Флирт с другим мужчиной. Стриптиз на публике.

— Даже если по какой-то случайности мы с ним являемся парой, он никак не сможет это узнать, пока я скрываю свой запах, — наконец сказала я. — Ты же знаешь, я одержима этим. Везде наношу лосьон или дезодорант, а поверх него — духи.

— Знаю. Мы должны быть в безопасности от любой потенциальной связи. Многие оборотни спят с кем попало, пока не встретят свою пару. Возможно, он просто хочет физического контакта и считает тебя красивой.

Мое лицо запылало от этой мысли.

Мне она понравилась, очень.

То, как хорошо он пах для меня, должно быть совпадением.

— Давай остановимся на этом варианте, — сказала я. — Он мог соврать, что у него не бывает секса на первом свидании.

— Перед тем как перейти к сексу, можно вдоволь повеселиться, верно?

Мое лицо покраснело.

— Предположительно.

Моя волчица радостно заскулила — ее вариант смеха — и удобно свернулась калачиком, когда Бавер въехал в гараж своего дома.

Он находился в самом дальнем углу улицы, ближайшей к въезду в район, был большим, но не массивным, и его окружало даже больше деревьев, чем большинство домов.

— Тебе нравится уединение, — заметила я, когда Бавер припарковался и заглушил двигатель.

— Да. — он вышел и достаточно быстро обошел грузовик, чтобы открыть мне дверь, пока я все еще перекидывала сумку через плечо. Когда он протянул руку, я взяла ее. Мои губы автоматически изогнулись в улыбке, когда Бавер помог мне выйти.

Он не отпускал мою руку, пока вел за собой в дом. Я окинула взглядом интерьер: светлые стены и темные полы, все выглядит по-деревенски и просто.

Комфортно и естественно.

— Твой дом прекрасен, Бек.

— Спасибо. — он слегка сжал мою руку, и я прикусила губу, чтобы не улыбнуться снова.

Мне нужно было взять свои эмоции под контроль. Я слишком наслаждалась нашим свиданием.

— Ты уже поужинала? — спросил он.

— Да, перед тем, как мы ушли. Картошка фри в баре вкусная, но это единственное съедобное, что они продают.

Он усмехнулся и подвел меня к дивану.

— Согласен.

Мое тело еще немного потеплело. Я почувствовала себя как бы… ну, возбужденной.

Никогда раньше я не чувствовала себя возбужденной из-за кого-то.

Но мне это понравилось.

Бавер сел первым, оставив меня решать, какое расстояние между нами оставить.

Я уступила своему страстному желанию и села рядом, повернувшись так, чтобы верхняя часть моего колена касалась его бедра. Его рука тут же легла на мою ногу, и мое тело нагрелось еще больше.

— Так у тебя есть еще какая-нибудь история для меня? — поддразнила я.

— Обязательно. — он сжал мою ногу, и я почувствовала, что между бедер стало влажно.

— Энн Сингер и Гордон Лонг ненавидят друг друга уже много лет.

— Все это знают. Он сводит ее с ума.

— И она сводит его с ума. Но несколько недель назад между ними появилась связь пары.

Мои глаза чуть не выскочили из орбит.

— Не может быть.

— Угу. Они борются с этим, но уже силовики делают ставки на то, как долго они продержатся, прежде чем сдадутся.

— Святое дерьмо. Как вообще можно бороться с узами пары? — я видела, как Лав и Тори пытались, но у них очень плохо получалось избегать своих мужчин. А парни были настолько доминирующими, что не позволяли девушкам долго оставаться в стороне.

— Они отказываются видеться друг с другом. Когда их волки берут верх, то бегут вместе, и расходятся в разные стороны, как только готовятся измениться обратно.

— Ух ты. Они могут продолжать так вечно?

— При условии, что они скрепят узы и не позволят себе начать нравиться друг другу, да. Если не запечатать связь, волки будут все больше и больше брать верх над людьми, становясь все более доминирующими, пока у них не останется выбора, кроме как сделать ее постоянной.

Как бы плохо ни звучали слова «скрепить узы» и жить раздельно, это был лучший вариант, чем съезжаться, если они не любят друг друга.

Я на собственном опыте убедилась, насколько плохими могут быть отношения, поэтому меня это ничуть не интересовало.

— Ничего себе. Это безумие.

— Лекс и Арнольд некоторое время делали то же самое, но в конце концов поддались узам, — сказал он. — Это более распространенное явление, чем некоторые оборотни думают.

— Я определенно не знала.

Он сжал мое колено.

Мне хотелось большего.

— Хочешь посмотреть фильм? — слова быстро слетели с моих губ.

Кино казалось мне лучшим вариантом, чтобы прижаться к нему и, возможно, перейти на следующий уровень.

— Конечно. — его взгляд не отрывался от меня ни на минуту. — Если только ты не хочешь сделать что-то еще.

— Например…

— Например, поцеловать меня.

Ооо.

— А как же никакого секса на первом свидании? — мой голос был игривым, хотя я уже снимала туфли и бросала сумку на диван.

— Мы можем много чем заняться, прежде чем перейдем к сексу.

Его слова повторяли слова моей волчицы.

— Звучит заманчиво. — я положила ногу ему на колени, и его руки обхватили мои бедра, притягивая ближе.

Из его груди раздалось урчание, когда я опустилась на его член. Он упирался мне между ног — и это было невероятно приятно. Мои леггинсы и его джинсы разделяли нас, но мне было наплевать.

Его рука скользнула по моему затылку и затем коснулась лица, после чего Бавер притянул меня ближе.

Мои губы встретились с его губами, и я была удивлена ощущениями.

Мягкие.

Теплые.

Легкие.

— Ты часто так делаешь? — спросила я, задыхаясь, когда отстранилась.

— Нет. — его хватка усилилась на моих бедрах. — А ты?

— Никогда.

Его глаза загорелись.

Из его груди вновь раздалось удовлетворенное урчание.

И его губы снова встретились с моими.

На этот раз его язык коснулся моих губ, и я их приоткрыла.

Из его груди вновь вырвалось урчание, уже громче, когда наши языки соприкоснулись.

Черт возьми, вкус был невероятный.

Я хотела большего.

Мне нужно больше.

Моя волчица что-то прошептала, но я не расслышала.

Мой язык двигался вместе с его языком, порочно и отчаянно.

И несмотря на отчаяние, это было весело. Гораздо веселее, чем я ожидала.

Поцелуй длился целую вечность, горячий и пьянящий.

Затем его рука по моему бедру скользнула к заднице, и я слегка изогнулась.

От этого движения я сильнее прижалась к его паху, и мне это понравилось.

Мне это было необходимо.

Я почувствовала, что тоже слегка заурчала.

Наши рты двигались вместе, языки танцевали и сражались.

Бавер схватил меня за задницу, чтобы раскачивать.

Я приостановилась и сделала вдох, но он не перестал меня целовать.

Его язык скользил по моему, уверенно и твердо.

Я пошевелила бедрами… и задохнулась от ощущений.

От него.

Я хотела, чтобы его одежды не было.

Моей тоже.

Я успела снять с него футболку, прежде чем его губы и язык нашли мое горло. Бавер целовал, облизывал и посасывал чувствительную кожу, пока я вновь двигалась.

Вместе с ним.

Снова и снова.

Потребность и удовольствие нарастали в моей нижней части живота, пока я окончательно не потеряла контроль над собой.

Я отчаянно вскрикнула, когда наслаждение охватило меня до самых пальцев ног. Я дышала неровно, пытаясь прийти в себя, но его рука оставалась на моей заднице, и я по-прежнему хотела большего.

— Ты чертовски великолепна, — прорычал он.

Я снова выгнулась навстречу ему, и Бавер скользнул рукой по изгибу моей талии.

— Позвольте мне прикоснуться к тебе, — сказал он.

— Ты можешь делать со мной все, что захочешь, пока это настолько приятно.

Его пальцы зацепились за мой свитер и стянули его через голову.

Мой живот напрягся, когда Бавер расстегнул кружевной бюстгальтер, и я задохнулась, ощутив его грубые руки на своей груди мгновение спустя.

Он обхватил и сжал, провел большими пальцами по моим соскам.

Мои бедра задвигались, когда Бавер прикоснулся ко мне.

— Ты такая чертовски мягкая. — он усилил давление на мои соски, и я застонала. — Держу пари, ты будешь приятной на вкус.

Все мое тело напряглось от этой мысли.

Мгновение спустя его язык коснулся моего соска.

Я вскрикнула, отчаянно двигая бедрами. Давление на мой клитор сквозь одежду было приятным, но недостаточным. Я хотела, чтобы снять с него джинсы.

Он слегка пососал, и, клянусь, в моем мозгу произошло короткое замыкание.

— Даже лучше, чем я думал. — голос Бавера был тихим, почти диким.

Моя голова откинулась назад.

Отчаянные звуки, которые я и не подозревала, что способна издавать, наполняли воздух, пока он играл с моими сосками руками, языком и зубами.

И несмотря на его джинсы… которые я уже начала ненавидеть… давление и то, как Бавер занимался любовью с моей грудью, было слишком мощным.

Мои крики наполнили комнату, я выгибалась и раскачивалась, вновь вырываясь из его рук.

— Святое дерьмо, — простонала я, его язык продолжал касаться моего соска, а большой палец медленно дразнил другой.

— В следующий раз ты кончишь на моем языке.

— Да. — это слово прозвучало отчаянно.

Горячо.

С такой безумной нуждой.

Я хотела получить больше.

Его рот и руки отпустили мою грудь и медленно заскользили вниз по животу, пока Бавер опускал меня на ковер на полу.

Если бы не оргазм, который расслабил меня, я бы, возможно, постеснялась перед ним обнажаться.

Возможно, я боялась, что ему не понравится, как я выгляжу.

Но он чертовски ясно дал понять, что ему нравится мое тело.

И когда Бавер стянул с меня леггинсы, вновь заурчал. От звука его удовлетворения мне стало еще жарче.

— Ты носишь стринги?

— Того требуют леггинсы, — сумела сказать я.

Его руки скользнули по моим голым бедрам, раздвигая ноги шире, чтобы Бавер мог видеть меня, прикрытую лишь тонкой полоской обнаженного кружева, подходящего к бюстгальтеру.

Я учащенно дышала, не сводя глаз с его больших рук, скользивших по моей коже.

У меня вырвался крик, когда я увидела, как его большой палец скользнул по моему клитору раз, другой и вновь поверх трусиков. Когда Бавер начал медленно спускать их по бедрам, мой взгляд оставался прикованным к руке, которая продолжала меня ласкать.

— Получаешь удовольствие, смотря, как я тебя ласкаю, Си? — мне понравилось, как он сократил мое имя, после того как я сделала то же самое с его.

— Да, еще какое, — пролепетала я.

Он оставил большой палец на моем клиторе, а свободной рукой взял подушку с дивана и положил ее мне под голову.

— Тогда смотри, как я пробую тебя на вкус.

Мое дыхание стало поверхностным, когда Бавер опустился между моих бедер.

И медленно провел языком по клитору.

Из моего горла вырвался более громкий, более отчаянный крик.

Бедра выгнулись, когда он снова лизнул.

Мое тело задрожало.

Звуки моего удовольствия наполнили комнату, когда он провел зубами по моему клитору, доставляя такую разрядку, какой я еще никогда не испытывала.

— Черт возьми, — простонала я, приходя в себя. — Я даже не представляла, что могу испытывать такие чувства.

Его грудь удовлетворенно вздымалась.

— Не своди с меня глаз. Ты можешь подарить мне еще одну кульминацию.

Я застонала, но не осмелилась отвести взгляд.

Следующий раз занял больше времени, но никто из нас не обращал внимания на время.

Бавер заставил меня снова закричать.

И еще раз.

Мое тело напоминало чертову лапшу, когда он наконец провел ртом по внутренней стороне моего бедра, слегка посасывая, прежде чем отвести губы.

— Ты просто гребаная мечта, Сиенна.

Это он был мечтой, а не я.

Но я не собиралась говорить ему об этом.

Не тогда, когда это может помешать ему захотеть повторить нашу незабываемую ночь.

Или зайти дальше.

Бавер подхватил с пола мои леггинсы и помог натянуть их на мои дрожащие ноги. Между бедер у меня все еще было мокро, благодаря и его рту, и реакции моего тела на него, но я не попросила полотенце.

Я достаточно хорошо знала оборотней и понимала, что ему понравится мысль оставить на мне свой след, даже если мы не были парой.

Оборотни были чертовскими собственниками, в конце концов.

В том числе и я, хотя у меня никогда не было причин испытывать привязанность к кому-то, кроме лучших подруг.

Бавер натянул мне через голову свитер без лифчика, но я была слишком расслаблена, чтобы заметить это.

— Мне, наверное, пора идти, — сказала я мягким голосом.

— Сейчас принесу тебе тарелку с едой, чтобы ты забрала ее домой.

Он хотел позаботиться обо мне.

Это было очень, очень мило.

Но слишком похоже на отношения в паре. Я не могла позволить ему думать, что меня интересуют отношения. У него где-то есть пара, и у меня тоже. Мы не сможем остаться вместе, если кто-то из нас встретит свою пару.

А даже если не встретим, меня не интересовала связь с парой.

Поэтому, как бы я ни ненавидела говорить «нет», мне пришлось отказать Баверу.

— У меня есть остатки, — пробормотала я. — Спасибо.

Он несколько неуверенно кивнул, но взял с пола мои туфли, а с дивана — сумку. Сумку он перекинул через плечо, а туфли взял в руку.

Свободную руку положил на мою поясницу и повел к двери.

От этого простого, нежного прикосновения мне захотелось спросить, могу ли я остаться на ночь. Или не хочет ли Бавер пойти ко мне.

Но это была плохая идея.

Ужасная идея.

Поэтому я не стала этого делать.

Однако я прислонилась к нему, когда Бавер меня провожал.

И поцеловала его на пороге. На его губах был мой вкус, и от этого у меня подогнулись пальцы на ногах.

Отпустив мой рот, он провел большим пальцем по моей нижней губе. На ощупь она была немного припухшей.

Голос у Бавера был низкий и тягучий.

— Что ты делаешь завтра?

— Работаю, — прошептала я.

— Могу я пригласить тебя на ужин?

Он знал, где я работаю и когда освобождаюсь.

— Зависит от обстоятельств, — наконец сказала я. — Ты занимаешься сексом на втором свидании?

— С тобой — да.

Мои губы изогнулись в улыбке.

— Будет ли это так же хорошо, как сегодня?

— Будет лучше, Сиенна.

Низ живота напрягся.

— Забери меня в пять.

Из его груди вырвалось урчание.

— Четыре.

Моя улыбка увеличилась.

— Три тридцать.

Он снова поцеловал меня, еще сильнее. Его язык переплелся с моим, и вкус моего удовольствия заставил меня чертовски сильно возбудиться в предвкушении следующего дня.

— Тогда увидимся. Поспи немного, Си.

— Ты тоже.

Он подарил мне последний легкий поцелуй, вручил сумочку и туфли и наконец отошел.

Я возилась с молнией на сумке, прежде чем мне удалось достать ключи. Моя рука по-прежнему немного дрожала, когда я отпирала дверь, но мне это удалось.

Бавер по-прежнему стоял на крыльце, чтобы убедиться, что я благополучно добралась до дома, когда я переступила порог.

Я повернулась и встретилась с ним взглядом.

— Спасибо, Бек. Мне было весело.

— Мне тоже. Хорошо выспись.

— Ты тоже.

Наконец я с неохотой закрыла дверь между нами.

Моя кошка встретила меня раздраженным шипением, и в кои-то веки это не заставило меня почувствовать себя дерьмом.

У меня была лучшая ночь в жизни.

Одну рукой я сжимал свой член, а другой опирался на стену душевой кабины.

Крики Сиенны звучали у меня в ушах.

Ее вкус чувствовался на языке.

Ее запах витал в моих легких.

За те несколько часов, что прошли после нашего расставания, я дрочил три раза, но этого было недостаточно.

Этого, блядь, никогда не будет достаточно.

Мой волк уговаривал меня пойти к ней.

Быть рядом.

Но если я слишком сильно, слишком быстро надавлю на нее, она убежит. Или, по крайней мере, оттолкнет. А если не оттолкнет, то обидится на меня за то, что я давил на нее, как это делали альфа и самки стаи.

Моя пара не умела отказывать людям.

Я чертовски старался не пользоваться этим. Ей нужно было знать, что со мной она в безопасности, несмотря ни на что.

Мои яйца напряглись, и я застонал, снова обретя разрядку.

Это едва ли умерило мою в ней потребность.

Если бы я был с ней, все было бы по-другому.

Но я должен дать ей это чертово пространство. Сиенне нужно время, чтобы самой понять, что мы собой представляем, и я не мог ее к этому подталкивать.

Как бы сильно этого ни хотел.

Терпение.

Я должен набраться терпения.

В мою дверь постучали.

Я проигнорировал это.

Когда звук раздался снова, он прозвучал более нетерпеливо.

Я снова его проигнорировал.

Наступила минутная пауза, прежде чем я услышал, как дверь открывается.

— Что, черт возьми, произошло прошлой ночью? — прорычал Мэдд из соседней комнаты.

Я выругался про себя, но выключил душ и взял полотенце. Снова надел джинсы, которые носил накануне.

Они пахли моей парой.

Я положил украденные у нее трусики в карман.

Надеюсь, они помогут мне продержаться.

Я сохранил и ее бюстгальтер, но он уже лежал под одеялом в моей кровати. Матрас пропахнет ею, и это поможет мне уснуть.

Я не стал надевать футболку и, высушив волосы полотенцем, вышел на кухню. Мэдд прислонился к шкафам, сложив руки.

— Ловен разбудила меня посреди ночи, потому что ее подруга пропала. Когда я начал всех обзванивать, то узнал, что она ушла с тобой. — его глаза сузились. — Ты увел ее из бара до того, как она встретила Окса. Ты же знаешь, мы думали, что он будет тем самым.

— И ты знаешь, я сказал, что он слишком груб для нее.

— Ты не принимаешь за нее решения, Бавер. Я ее альфа.

— А я — ее пара.

Его глаза сузились еще больше.

Я выдохнул, затем бросил полотенце на стойку, пересек кухню и открыл холодильник, надеясь найти что-нибудь, что ослабит мою потребность быть рядом с Сиенной.

Я не нашел.

— С каких пор? — потребовал Мэдд.

— Я подозревал это уже несколько месяцев, но знал, что она плохо отреагирует на похищение пары в стиле альфа.

— Подозревать недостаточно, Бавер.

— Вчера вечером она вымыла руки и дала мне возможность их понюхать. Ее запах едва различался, но он был. Когда я привез ее домой, моя теория подтвердилась, и больше не осталось никаких сомнений.

Другой информации он не получит.

Мэдд раздраженно зарычал.

— Я уже несколько месяцев пытаюсь найти ее пару, а ты скрываешь это от меня. Пока она скрывалась от тебя.

— Конечно. До приезда в Вайлдвуд ее жизнь была сущим адом.

Он неохотно согласился.

Хотя мы оба знали, как создают кровавых волков, он был единственным, кто слышал эту историю непосредственно от одной из них.

— Почему ты не с ней сейчас? Ты ведь сказал ей, что она твоя, не так ли? — спросил Мэдд.

— Нет.

Он усмехнулся.

Я закрыл холодильник и повернулся к нему.

— Сиенна — не Лав. Она не часто это показывает, но она боится. Я должен позволить ей самой понять, что мы пара. Если скажу ей об этом, она меня оттолкнет.

— Секреты — это неправильный способ начать отношения, — предупредил Мэдд. — Женщина кастрирует тебя, когда поймет, что ты ей не рассказал.

— Или слишком привяжется ко мне, чтобы отталкивать меня долго, — возразил я.

— Ты чертов идиот, Бавер.

— Я сказал то же самое, когда ты бросил свою пару в тюрьму.

Суровость на его лице ослабла.

— Это было недоразумение.

— А это моя лучшая попытка пожарить ей комфорт.

Выражение его лица еще более смягчилось.

— Хочу, чтобы ты пометил себе, что я с этим не согласен.

— Отлично. Проследи, чтобы Лав ничего ей не сказала.

Мэдд хмыкнул.

— Я не контролирую свою самку.

Я прищурился.

— Тогда не говори ей о том, что знаешь.

— Хорошо. Если все же скажу, то прослежу, чтобы она знала о необходимости хранить секрет.

— Хорошо.

Мэдд подошел ближе и хлопнул меня по спине.

— Я рад за тебя, чувак.

— Спасибо.

С этими словами он вышел из кухни. Выходя через парадную дверь, он сказал:

— Удачи. Попроси Белль держать язык за зубами, если хочешь, чтобы все проходило тихо. Вчера вечером женские групповые чаты были довольно активными.

Черт.

Он закрыл за собой дверь, но я сразу же распахнул ее и через тридцать секунд уже бежал по улице в противоположном направлении.

Я постучал кулаком в дверь дома Белль. Мы не были близки, но знали друг друга с щенячьего возраста, и она была одним из моих силовиков.

Я нетерпеливо ждал, и, наконец, она открыла дверь, протирая глаза. Белль все еще была в пижаме, но мы были достаточно близки, чтобы никто из нас не беспокоился об этом.

— Какого черта, Бавер? Еще нет и семи.

— Что ты писала в женском чате? — прорычал я.

Она моргнула.

Я протянул руку.

— Дай мне свой телефон.

Она вздохнула, но отдала.

Белль сказала мне код и наблюдала, как я открываю групповой чат «Сучки Вайлдвуда». Я не придумывал и не поддерживал это название, хотя оно заставило меня фыркнуть, когда впервые услышал о нем. Это был любимый способ женщин стаи поддерживать связь.

Я прокрутил страницу вверх, пока не нашел присланную Белль фотографию, на которой я вывожу Сиенну из бара.

Мы оба улыбались.

Я скривился, прокручивая сообщения.

Венди:

Джули:

Хоуп:

Сабрина:

Кэсси:

Джой:

Эмбер:

Хейли:

Эшли:

Белль:

Кейбри:

Эмми:

Тэйлор:

Зои:

Энни:

Ханна:

Хлоя:

Бекка:

Кайли:

Белль:

Эшли:

Лав:

Тори:

Сабрина:

Белль:

Я пролистал все сообщения в поисках ответа от Сиенны или ее лучших подруг. Никто из них больше не писал в чате, хотя женщины продолжали судачить обо мне.

Я проверил группу «Женщины-силовики» и увидел еще больше такого же дерьма.

Ничего от Сиенны или ее подруг.

По крайней мере, это принесло облегчение.

Я вернул Белле телефон, и на ее лице появилось ожидающее выражение. Поскольку она предоставила мне доступ к разговору, который я не должен был читать, я знал, что обязан рассказать ей, что происходит.

— Я подозревал, что Сиенна — моя пара, с тех пор как она приехала в город. К ней тянуло, как магнитом. Но до прошлой ночи я не чувствовал ее запаха, чтобы доказать это.

Глаза Белль загорелись.

— Она действительно твоя?

Я опустил голову.

— Но она не хочет иметь пару.

Хотя глаза ее по-прежнему блестели, она нахмурилась.

— Что Сиенна сказала, когда ты ей сообщил?

— Я не говорил. Просто буду пока ее другом.

Ее взгляд стал скептическим.

— Вчера вечером в баре все было более чем доброжелательно, и никто не упустил, как она ушла с тобой домой.

— Тогда парнем. В конце концов, Сиенна поймет, что я для нее значу. Надеюсь, она слишком привяжется ко мне, чтобы сбежать, когда узнает.

Белль помрачнела.

— Это ужасная идея.

— А как иначе? Я расскажу ей и буду наблюдать, как она уходит? Или надавить на нее, чтобы она согласилась скрепить узы?

Ее лоб еще больше наморщился.

— Это сложная ситуация.

— Знаю.

— Я по-прежнему считаю твой план дерьмовым, — наконец сказала она.

— Согласен, — сказал я. — Но это лучше, чем альтернативные варианты. Сиенне нужна возможность разобраться во всем самой.

Белль вздохнула.

— Наверное. Но она будет в бешенстве, когда узнает правду.

— Несомненно.

Она заправила волосы за ухо.

— Мне пора идти, но я полагаю, что ты здесь для того, чтобы попросить меня держать язык за зубами?

— Да. — я кивнул в подтверждение.

— Никто больше не узнает от меня никаких новостей о вас двоих. Но время от времени мне придется участвовать в разговорах группы, иначе они начнут что-то подозревать.

— Все в порядке. Только ничего им не говори. И попроси их перестать присылать наши фотографии.

Она согласилась, и я отправился обратно домой.

Теперь мне нужно было просто пережить восемь с половиной часов, не подходя к своей паре.

Я болтала с другими девушками, работая так же, как обычно. Каждый раз, когда встречалась взглядом с Тори, она ухмылялась и качала головой.

Она гордилась тем, что у меня хватило смелости сказать «да», когда Бавер пригласил меня на свидание, и переспать с ним, но предупредила, чтобы я была осторожна и не привязывалась. Быть с ним больше одного раза рискованно, учитывая, что у нас обоих где-то есть пары.

Но, тем не менее, все было хорошо.

Жизнь прекрасна.

За исключением группового чата «Сучки Вайлдвуда», конечно.

Мне захотелось убить их всех.

Но жизнь по-прежнему была прекрасна.

Все было прекрасно.

Я была великолепна.

Обычно я отключала этот групповой чат, чтобы телефон не разрывался весь день, но после того, как прочитала сообщения о том, как сексуален Бек, я включила уведомления.

Если они говорили о нем, то я хотела об этом знать.

Мой телефон зажужжал на столе, где я оставила его, пока глазировала сахарное печенье в форме скелета. Из всех пекарей я лучше всех умела украшать печенье, поэтому с приближением Хэллоуина с удовольствием делала забавные рисунки на них.

Когда увидела текст на экране, я нахмурилась.

Эмми:

Эшли:

Хейли:

Эмбер:

Ханна:

Я нахмурилась.

Мы просто развлекались.

Но это не означало, что я хочу, чтобы другие женщины думали о Беке.

Или хотели с ним переспать.

Черт возьми, а что если бы у него был секс с кем-то из них?

А что, если он спал с одной из них и со мной?

Мой мозг снова собирался замкнуться.

Я выронила полузастывший скелет и схватила телефон.

— Я ухожу на перерыв, — сказала я остальным девушкам.

Если они и сказали что-то в ответ, я этого не услышала.

Дойдя до нашей крошечной комнаты отдыха, я выбросила перчатки в мусорную корзину и рухнула на стул. Хотя инстинкт кричал мне, что этого делать нельзя, я нашла номер Бека и отправила сообщение.

Я:

Он не заставил меня ждать, его сообщение пришло почти мгновенно.

Бавер:

Напряжение в моих плечах немного ослабло.

Вот только мне было необходимо попытаться выйти из разговора, не объясняя свой случайный вопрос.

Ужас.

Я:

Бавер:

Я:

Бавер:

Я:

Бавер:

Я начала печатать ответ, но не смогла придумать ничего, что не показалось бы мне слегка безумным. В итоге просто свернула переписку.

Разумеется, телефон зазвонил почти сразу после того, как я это сделала.

У меня сжался живот, но я должна была ответить. Он знал, что я на связи.

— Алло? — сказала я, стараясь говорить как обычно.

— Привет. — от его голоса у меня по рукам побежали мурашки.

И это заставило меня вспомнить прошлую ночь.

Мое лицо раскраснелось, и я не могла не вспомнить, как он говорил мне, какая я вкусная.

— Почему ты спросила, сплю ли я с кем-то еще из стаи? — прямо спросил он.

Слишком прямолинеен, чтобы ходить вокруг да около.

Я помрачнела.

— В женском групповом чате было много сообщений о тебе после вчерашнего вечера. Я начала думать об этом и зациклилась на этом, наверное. Когда попыталась объясниться, то поняла, насколько нелепо звучу.

— Оборотни — собственники, Сиенна. Это природа. Это не глупо. Если бы я узнал, что после прошлой ночи ты трахалась с другим парнем из стаи, я бы, наверное, убил этого ублюдка.

Мои плечи расслабились.

— Однако я не должна быть собственницей. Мы не говорили об исключительности или о чем-то в этом роде.

— Мы строили планы на сегодняшний вечер. После сегодняшней ночи я собирался строить планы и на завтра, так что это гораздо больше, чем одна ночь. Я твой на обозримое будущее, ясно? И если мы спим вместе, то это исключительно.

Его слова успокоили меня, хотя лицо все еще оставалось горячим.

— Хорошо.

— Не обращай внимания на то, что говорят женщины в стае. Они могут говорить столько дерьма, сколько сами захотят.

— Они не несут чушь. Они… я не знаю. Влюблены в тебя.

Бавер усмехнулся.

— Они едва знают меня, Сиенна. Я для них просто бета. У меня никогда не было секса с кем-то из стаи до тебя. Помни об этом, когда они станут слишком болтливыми.

Я кивнула, хотя он не мог меня видеть.

— Хорошо.

— Увидимся в 15:30? — спросил он.

— Да. 15:30. - я провела пальцами по своему запутанному хвостику. Я проспала слишком долго, чтобы поправить его, поэтому выглядела не лучшим образом.

— Разве что… ты уже пообедала?

Я была вне себя от недосыпа, поэтому пришлось взглянуть на часы.

— Нет. Только через час.

— Я могу принести тебе что-нибудь поесть, если у тебя нет планов с подругами.

Мое лицо еще сильнее вспыхнуло.

У меня не было планов, но…

Если я соглашусь, это сблизит нас. А я не хотела ни пары, ни серьезных отношений.

Но он не был моей парой.

И мы не могли привязаться друг к другу, поскольку не были парой.

Так что…

— Неплохо бы пообедать.

— Я возьму что-нибудь по дороге.

— Спасибо. — я прикусила губу. — Мне нужно вернуться к работе.

— Хорошо. Скоро увидимся.

— Пока. — я повесила трубку, сильно прикусив губу и уставившись на телефон.

Тори пересекла маленькую комнату и села на стул рядом с моим, откинувшись на спинку и изучая меня. Она была высокой, со светлыми волосами, подстриженными в пикси, и бледной кожей.

— Перестань меня осуждать, — сказала я, мое лицо оставалось горячим.

— Я тебя не осуждаю.

— Точно осуждаешь.

Ее губы изогнулись в улыбке.

— Ты выглядишь счастливой, Сиенна. Почему я должна осуждать тебя за это?

— Ты думаешь, что опасно спать с кем-то, кто не является моей парой, — возразила я. — Думаешь, я могу привязаться. Или он может привязаться. Или это может разбить мне сердце, когда он найдет свою пару. Или…

— Я не думаю ни о чем подобном, но кажется, что ты так думаешь.

Я вздохнула.

— Я больше не знаю, что думаю. Просто знаю, что не хочу иметь пару. Это слишком рискованно.

Тори кивнула.

— Я понимаю.

Она была в паре, но тоже долго отказывалась. Именно Тори научила меня наносить достаточно духов и лосьона, чтобы скрыть свой запах.

— И если у меня нет пары, почему бы мне не развлечься с Бавером прямо сейчас, понимаешь? Я ему нравлюсь, и он мне нравится.

— И, судя по всему, у него четыре степени магистра.

Я улыбнулась.

— Просто не позволяй себе слишком привязываться к нему, и все будет хорошо.

Она была права.

Хотя я не умела привязываться.

Мне просто нужно разобраться с этим.

Он заглянул в дом, когда я отступила назад, оставив дверь открытой.

Если дать ей лакомство перед уходом, она не нападет на меня, когда я вернусь домой.

— Моя кошка — диктатор, — бросила я через плечо, входя в кладовку. — Она все контролирует и знает об этом.

Он усмехнулся.

— Могу я с ней познакомиться?

— Если ты не против, чтобы тебя поцарапали, то вперед.

Он вошел в дом и закрыл входную дверь.

— Как ее зовут? — спросил он.

— Спринклс. Я не давала ей имени, она спасенная, — объяснила я. — Хотя Террористка могла бы подойти лучше… Что за черт?

Я уставилась на Бавера.

Он стоял на коленях рядом со Спринклс и держал руки на ее шерсти.

Гладил ее.

Он гладил ее.

И она не нападала на него!

— Ты — кошачий вожак, — сказала я с шоком в голосе.

Бавер рассмеялся.

— Не думаю, что когда-либо раньше прикасался к кошке, Си.

От этого прозвища мне стало тепло.

— Ну, по крайней мере, ты вожак для Спринклс. Она всех ненавидит. Особенно меня.

— Не могу представить, чтобы кто-то тебя ненавидел.

— Ну, Спринклс не может представить, что я кому-то нравлюсь.

Он усмехнулся.

Я протянул ему угощение.

— Вот. Дай ей это, чтобы она не напала на меня, когда я вернусь домой.

— Теперь она спокойна. Ты справишься. — взгляд, который он бросил на меня, не был вызовом, но почти.

Я не хотела опровергать его слова.

Даже не хотела спорить.

Не потому, что желала сделать его счастливым. Я не совсем понимала, почему, но «делать его счастливым» звучало как-то неправильно.

Я села рядом с ним и протянула кошке лакомство.

Она выхватила его у меня более нежно, чем обычно.

Это было приятное изменение.

Мне понравилось кормить ее, когда не было риска лишиться пальцев.

— Зачем ты вообще завела кошку? — спросил Бавер.

— Не знаю. Мне было одиноко, наверное. Тори влюбилась в Векса, а Лав говорила о том, что принимает ванны с Мэддом, и я просто… Кошка казалась безопасным вариантом. А вот пара — не очень.

Бавер кивнул, но больше ничего не сказал.

Я вспомнила, как Лав просила меня просто решиться и спросить его, пара ли мы, но я знала, что это может разрушить то, что между нами возникло.

И мне всё нравилось.

Поэтому я не стала спрашивать.

Это казалось лишним.

Он бы сказал мне, если бы я была его парой. Разве нет?

— Готов? — спросила я его.

— Конечно. — он встал, увлекая за собой Спринклс.

Она шипела, но как-то полусерьезно. И даже не поцарапала его.

— Она серьезно влюблена в тебя, — пожаловалась я. — Ты же не возьмешь ее с собой? Она с ума сойдет.

— Конечно, возьму. Может, ей просто не нравится твой дом. Кошки очень ценят территорию, не так ли?

— Не знаю. Возможно.

— Это важно для волков, так почему для кошек должно быть иначе? Может, мой дом успокоит ее получше.

Логика не казалась здравой, но мне было наплевать на логику.

Если Спринклс не будет мешаться во время секса, она могла пойти с нами.

Если она это сделает, моя волчица ее съест.

— Стоит попробовать, — согласилась я.

Поэтому Бавер вынес ее из дома.

И мы все трое пошли по улице. Когда он взял меня за руку и сжал мои пальцы, мне стало тепло.

И хорошо.

Очень, очень хорошо.

Была уже глубокая ночь, когда я наконец сказала Беку, что мне пора домой. Мы оба были потными и липкими, но я испытывала такое блаженство, о котором даже не подозревала.

Он помог мне одеться, взял мою сумку, затем переплел наши пальцы и проводил меня до дома. По дороге мы не произнесли ни слова, но на протяжении всей прогулки прижимались друг к другу.

Он нежно поцеловал меня у входной двери. Когда Бек отстранился, мне пришла в голову одна мысль.

— Спринклс все еще у тебя дома.

Пока мы были там, от нее не было слышно ни звука. Но мы были слишком заняты.

— Она в порядке. Мы можем попробовать отнести ее к тебе завтра, когда ты придешь с работы.

Мои губы изогнулись в улыбке от неприкрытого намека на то, что мы будем вместе, когда я приду с работы.

— Ты снова принесешь мне обед?

— Конечно. И приготовлю ужин.

Моя улыбка расширилась.

— Хорошо. Увидимся завтра.

Бек снова поцеловал меня, а затем наконец отпустил.

Я прошмыгнула в дом и закрыла за собой дверь, прислонившись к ней с глуповатой улыбкой на лице.

Жизнь была хороша. Безумно хороша.

Сердце бешено колотилось, грудь вздымалась и опускалась неровно, пока я уносил задницу прочь от дома Векса.

Я мог потерять ее.

Мог потерять Сиенну.

Мог потерять свою пару.

Мой план по медленному завоеванию ее сердца был выброшен в чертово окно.

Я больше никогда не выпущу ее из виду.

— Ехать со мной на коленях не кажется безопасным, — сказала Сиенна, прижавшись губами к моей шее.

Мой член затвердел от ее прикосновений, а ее аромат наполнил мои легкие и окутал кожу.

— Я осторожен. — слова прозвучали как рычание. Мне становилось все труднее подавлять эмоции. Я чуть не лишился чувств, когда получил звонок от Смита о том, что она уехала, и стресс настигал меня.

— Никто не может быть достаточно осторожен, чтобы вести машину, когда кто-то сидит у него на коленях. Особенно когда у него уже стоит.

— У меня стоит последние нескольких месяцев, Си. Все будет хорошо.

Она надулась, но перестала со мной спорить.

Однако меня мучила совесть.

Перед тем как свернуть на первую попавшуюся главную дорогу, я остановился. Сиенна подняла голову, когда я поставил автомобиль в режим парковки и вышел из машины, неся ее на руках. Когда я усадил ее на пассажирское сиденье, она выглядела не очень благодарной.

Я пристегнул ее ремень безопасности, затем закрыл дверь и снова сел за руль. Мы оба молчали, пока я выезжал на дорогу и ехал по городу.

Наконец она заговорила, когда мы приблизились к территории стаи.

— Мы больше не будем заниматься сексом.

Я моргнул.

Не это я ожидал услышать, хотя ее слова меня не удивили.

— Я доверяла тебе, — добавила она. — Ты разрушил мое доверие. Я не позволю этому повториться.

Это задело.

— Тебе не нужна пара, — сказал я. — Я слышал это громко и отчетливо. И держался на расстоянии, насколько позволял мой волк, пока он не оставил мне выбора.

— Ты пригласил меня на свидание в баре. Это совсем не то же самое, что если бы твой волк заставил тебя схватить меня и поцеловать.

— Окс в городе. Альфы хотели спарить тебя с ним. Он бы уговорил тебя с ним переспать; ходят легенды о том, скольких женщин из пары он соблазнил. Ты никогда не обращала внимания на других самцов, но с ним я не стал рисковать.

— Значит, ты решил уговорить меня лечь в свою постель, — резко сказала Сиенна.

— Ты моя. — я не мог сдержаться и прорычал эти слова. — И давай не будем притворяться, что прошлая ночь понравилась только мне. Я доставил тебе удовольствие полдюжины раз, Си.

Когда я взглянул на нее через зеркало заднего вида, ее лицо выглядело ярко-красным.

— Ты — задница.

— Я в курсе. — я убрал волосы с лица. Они были в ужасном беспорядке, но от них так сильно пахло ее наслаждением, что я не собирался их расчесывать. Хотел, чтобы на мне было как можно больше ее запаха. — В тот момент мне показалось, что лучше сохранить все в тайне, пока мы сближаемся.

— Лучший выбор для тебя. Не для меня.

— Ты не хотела пару, — повторил я. — Я показал тебе несколько преимуществ.

Когда я снова посмотрел на Сиенну, ее лицо стало еще краснее.

Неудивительно, она же в ярости.

— Ты показал мне преимущества ради собственной чертовой выгоды.

— Конечно, да. Я ждал встречи с тобой веками. И не собирался просто отпустить тебя, потому что ты не видела, как пара может принести пользу.

Она замолчала после этих слов.

Я видел ее сумку с вещами на заднем сиденье машины, поэтому не стал отвозить Сиенну домой. Учитывая то, что она пыталась сбежать от меня, решил перевезти ее к себе. Дом был просторнее и находился в дальнем уголке района, где у нас появится больше места и уединения.

— Ты должна была спросить меня, являюсь ли я твоей парой, вместо того чтобы вытаскивать этот чертов пакет с кровью, — процедил я сквозь зубы. — Ты могла бы позвонить мне или прийти. Я бы сказал тебе правду, если бы ты меня спросила.

— Мне не нужна была правда. Я хотела случайного секса. — ее взгляд был устремлен на улицу.

Я заставил свое дыхание оставаться ровным, несмотря на нарастающий внутри гнев.

Я думала, что была слишком на взводе, чтобы уснуть, но так вымоталась, что провалилась в сон, как только моя голова упала на подушку.

Будильник на телефоне разбудил меня слишком рано, и я, спотыкаясь, поплелась в душ. Быстро ополоснувшись, чтобы проснуться, собрала волосы в хвост и натянула одежду.

У меня заурчало в животе, поэтому я надела туфли и взяла сумочку, а затем открыла дверь в спальню.

Хотя я планировала взять что-нибудь съестное из холодильника Бека, но остановилась в дверях.

Потому что на полу лежал мужчина. Великолепный мужчина.

Прямо перед моей дверью.

Он тихонько похрапывал, и Спринклс, примостившись у него на груди, тоже спала.

Черт.

Минуту я просто смотрела на них двоих. Бек был без футболки, в тех же спортивных шортах, что и накануне вечером. Которые абсолютно не скрывали его утреннюю эрекцию. Даже наоборот, подчеркивали ее.

От этого мне стало тепло, хотя я и не хотела этого признавать.

И он почему-то спал на полу.

На нем спит Спринклс… ужасная Спринклс… которая явно не причиняет ему никакого вреда.

Но если бы я легла на его голую грудь, то, возможно, и мой гнев бы угас. Ведь это самая совершенная грудь в мире.

Я заставила себя сделать медленный вдох, надеясь, что это поможет мне прийти в себя.

Не получилось.

Все выясненные факты сильно потрясли меня. Проблема с парой была огромной, и это бесило, но возможность забеременеть?

Ужасала.

Абсолютно ужасала.

Я планировал узнать у Лав номер акушера-гинеколога стаи, как только она проснется, но в тот день подруга не работала, и я предположила, что она будет отсыпаться.

И чем больше информации я получала и усваивала, тем реальнее все становилось.

А реальность была дерьмовой.

Так что, возможно, не стоило ничего узнавать.

Может быть, лучше подождать со звонком гинекологу, пока не пройдет больше времени.

Или… ну, может, мне стоит выяснить, знает ли она больше, чем Мэдд. Может, с Беком я не буду безумно плодовитой, пока мы не скрепим узы пары или что-то в этом роде.

Надеяться не вредно, правда?

Наконец я заставила себя сделать большой, тихий шаг над храпящей на полу парой и без проблем справилась с задачей. Роясь в холодильнике, я старалась не шуметь, чтобы их не разбудить.

Разумеется, как раз когда я доедала насыпанные мною хлопья, из коридора, потягиваясь, вышел Бек.

Я заставила себя сосредоточиться на хлопьях.

— Где твой телефон? — утром его голос был более хриплым, от чего у меня по коже побежали мурашки.

— Не беспокойся об этом. — я не смотрела на него.

Если бы взглянула, то мгновенно захотела бы его.

— Я просто заряжу его для тебя. Я не знаю код, так что не смогу узнать что-то, — сказал он. — Тебе нужно скоро уходить. Несколько минут — это лучше, чем ничего.

Я медленно выдохнула, но протянула ему телефон.

Бек был прав.

И он, должно быть, заметил, что в моей сумке нет зарядного устройства, когда начал распаковывать ее накануне вечером. Я забыла взять его, торопясь сбежать.

Он взял миску и ложку, и я не могла оторвать глаз от его спины.

На него было слишком приятно смотреть.

А его волосы все еще были спутаны с прошлой ночи, что радовало какую-то животную часть меня.

Я отвернулась, когда Бек начал поворачиваться, чтобы меня не уличили в подглядывании, и с=вновь принялась за хлопья.

Он прошел через кухню и сел рядом, насыпав себе хлопья. Мы ели вместе в тишине, пока часы не подсказали, что пора бежать.

Я отключила телефон и выскользнула из дома.

Бек не просил меня остановиться или поехать с ним. Что-то подсказывало мне — он считал, что я откажусь.

Я бы так и сделала.

…Даже если хотела согласиться. Я ненавидела водить машину.

На полпути Бек догнал меня на своем грузовике. Я не могла удержаться от того, чтобы не смотреть на него в зеркало заднего вида каждый раз, когда останавливалась на красный свет. Он был слишком красив.

Все казалось таким неопределенным.

Все зависло в воздухе.

К тому же он мне солгал. Или, по крайней мере, скрыл правду. Несмотря на его извинения, это все еще выводило из себя, хотя мой гнев угасал, превращаясь в некую покорную грусть.

Как обычно, Бек сидел в передней части пекарни, пока я работала. Хоть и знала, что увижу его, если посмотрю в ту сторону, я отказалась это сделать. Он не нуждался в поощрении после того, как скрыл от меня правду. Мне нужно сохранить дистанцию между нами.

Огромную дистанцию.

Что будет чертовски сложно, если я действительно забеременею. Лав уже упоминала, что все наши дети будут такими же кровавыми волками, как и мы. Это означало, что мой ребенок будет в еще большей опасности, чем я. К тому же я никогда не представляла себя в роли матери.

Что, если у меня это плохо получится?

Что, если я его возненавижу?

Что, если я его полюблю?

Все утро мои мысли и эмоции метались, хотя я старалась болтать с коллегами, как обычно. Тори и Лав не было рядом, так что пустая болтовня давалась труднее.

Когда наконец наступил мой перерыв, я проскользнула в крошечную комнату отдыха и закрыла за собой дверь, а затем достала из кармана телефон. Я отправил Лав смс с просьбой дать номер акушера-гинеколога, и она тут же прислала его с сердечком и извинениями.

Я проигнорировала и извинения, и сердечко.

Я вскоре поговорю с ней и нехотя прощу, ведь мы, по сути, были семьей. Вероятно, была причина, по которой она скрыла от меня правду, как бы сильно это меня ни злила.

Выдохнув, я нажала на вызов и позвонила врачу.

Звонок прозвучал несколько раз, прежде чем она ответила.

— Привет, это Сьюзан ДеМар.

— Привет, Сьюзан, — быстро сказала я. — Я получила ваш номер от Лав Мэдден. Меня зовут Сиенна. Я одна из кровавых волчиц в городе, и у меня есть несколько вопросов.

— Продолжайте. — ее голос был теплым. Я мало что знала о ней, но мне было известно, что она никогда не участвовала в групповом чате «Сучек Вайлдвуда». И я не думала, что врач осмелится сплетничать о сексуальных историях и вопросах людей. Если бы она это сделала, то, скорее всего, не смогла бы долго продержаться в городе, полном оборотней.

— Мне никогда не рассказывали о фертильности оборотней и кровавых волков. Если предположить, что у меня случайно случится незащищенный секс с моей судьбоносной парой, какова вероятность, что это может привести к беременности?

— Кровавых волков мало кто изучал, поскольку их создание запрещено законом. — ее голос был нейтральным, и мне стало легче. По крайней мере, она не насмехалась надо мной и не осуждала. — Я знаю только одну кровавую волчицу, которая сейчас имеет пару, и у нее шестеро детей, так что можно предположить, что ты такая же плодовитая, как и все мы. Для женщины-оборотня, рожденной или обращенной своей парой, незащищенный секс практически гарантирует беременность. Я бы не сказала, что это стопроцентная гарантия, но она близка.

Я зажмурилась.

«Дерьмо крекера».

— Вы можете прийти на анализы примерно через две недели, чтобы узнать наверняка.

— Это было бы здорово, — прошептала я.

— Я попрошу секретаршу написать вам, чтобы назначить встречу. Что бы ни случилось, все будет хорошо, Сиенна. Твоя пара не оставит тебя одну справляться со всем.

Именно этого я и боялась.

Я поблагодарила ее и завершила разговор, затем откинулась на спинку кресла и закрыла глаза. Они болели, но я надеялась, что скоро успокоятся. Через несколько минут мне нужно было возвращаться на работу.

Мой телефон завибрировал от сообщения, и я заставила себя открыть глаза.

Бавер:

Я:

Он показал большой палец вверх, и я уронила телефон на колени, проведя рукой по лицу.

Это будут долгие две недели.

Когда наступило время обеда, мой телефон снова зазвонил.

Бавер:

Я чуть не застонала.

Не потому, что не хотела его видеть, а потому, что хотела, но пока не собиралась отпускать свой гнев.

Я закрылась в комнате отдыха, прежде чем ответить.

Я:

Я ничего не взяла с собой, но каждую рабочую смену мне давали бесплатную выпечку. Поэтому в основном на обед у меня было два круассана с ветчиной и сыром. Лав пристрастила меня к ним.

Обычно я брала к ним кофе с сахаром из кофейни при нашей пекарне.

Мой телефон снова зажужжал, но я его проигнорировала.

У меня больше не было настроения разговаривать с Беком или осаживать его.

В блаженной тишине прошло две минуты, прежде чем в дверь комнаты отдыха быстро постучали, и моя коллега просунула голову внутрь.

В ее глазах отразился звездный восторг, и у меня сжался живот.

Я точно знала, кто за этим стоит.

— Бекетт Бавер претендует на свою пару. Надеюсь, ты не возражаешь, но я позволила ему прийти сюда… — пролепетала она.

Можно подумать, она должна была привыкнуть видеть его в этом здании, присматривающим за мной почти каждый день, но нет.

Дверь открылась, и он быстро прошел мимо нее.

Моя волчица зарычала, когда моя коллега наклонилась и коснулась грудью его бока.

Я не смогла удержаться, чтобы не встать и не подойти к нему, а он в ответ обхватил меня за талию и прижался своими губами к моим. От этого поцелуя я вздрогнула и захотела большего.

— Спасибо, — сказал Бек, не оборачиваясь к ней.

Мужчина явно отмахнулся от нее. Как бы мне ни хотелось на него разозлиться, я невольно оценила это. Бек хотел, чтобы было ясно, чей он.

— Без проблем. Развлекайтесь! — она закрыла за собой дверь.

Мгновение никто из нас не двигался.

Запах кофе пробился сквозь невероятный аромат Бека, и мои ноздри вспыхнули.

— Ты принес напитки?

— Ага. — он поднял руку, которая не была обернута вокруг меня, и показал пакет с едой и переноску для напитков с двумя кофейными стаканчиками в ней. — Это была долгая ночь.

Я не могла сдержать дрожь в теле при напоминании о том, что мы сделали.

Каким-то образом за одну ночь я успела подарить ему свою девственность, узнать, что он моя пара, и, возможно, забеременеть.

Одна чертова ночь.

Если это не было несчастьем, то что же?

Впрочем, первая часть была удачной. Полностью. Даже заставляя себя злиться, я не могла притвориться, что ненавижу эту часть.

Я жестом попросила его занять место напротив небольшого дивана, чтобы не сидеть рядом с ним.

Его кожа будет слишком хорошо ощущаться на моей, чтобы я могла так рисковать.

Бек протянул мне стаканчик с кофе, когда я села обратно на диван, а затем занял свое место, на которое я ему указала.

— Я купил еду.

— У меня есть круассаны. — я подняла один из них, чтобы показать ему.

— Тогда я хочу обменяться. Один круассан на один бургер. — он поднял пакет с едой.

При упоминании о бургере у меня заурчало в животе.

— А картошка фри тоже есть?

— Конечно. Я не варвар.

Мои губы изогнулись в улыбке. Я не смогла сдержаться.

— Он будет хорошим отцом для нашего щенка, — пробормотала моя волчица.

— Тише. У нас не будет его щенка. — моя улыбка померкла при этой мысли. — Хорошо. — я подняла руку, чтобы бросить ему круассан, но вместо этого Бек встал.

И подошел к дивану, заняв место рядом.

Будь он проклят.

Моя волчица издала звук удовлетворения.

— Он хорош.

— Он самый худший.

Она фыркнула.

Мы обе знали, что я лгу.

Бек был не самым худшим.

Мне было грустно от того, что он скрывал от меня правду, и страшно от того, что меня ждет в будущем, но я пережила слишком много дерьма, чтобы поверить в то, что он ужасен.

Я могла напороться на гораздо худшее.

Если бы я оказалась связана судьбой с одним из вампиров клана, который меня создал, моя жизнь превратилась бы в настоящий ад.

Так что сам факт того, что Бек заботился о моей защите и уберегает от беды, сделал его намного лучше, чем он мог бы быть.

Бек взял круассан, который я уже успела надкусить, вместо нетронутого у меня в руке, а затем положил мне на колени коробку с едой на вынос.

— Сегодня я снова приготовлю ужин. Мы встречаемся с Оксом, чтобы выпить.

Черт, я совсем забыла.

Почему во мне так взыграло упрямство? Несмотря на свой гнев, я не хотела встречаться с этим парнем. Я позвонила Мэдду только для того, чтобы выяснить, правду ли он говорит о моей свободе.

— Что значит «мы»? Это же свидание, — сказала я.

— Я в курсе. — Бек не выглядел таким раздраженным, как предполагалось, что вызвало у меня подозрение. Он откусил от круассана и кивнул. — Вкусно.

— Ты никогда не пробовал круассаны Лав? Она на них помешана.

— Нет.

— Ну, ты многое пропустил. — я откусила кусочек, прежде чем открыть коробку с едой на вынос. При виде этого блюда у меня сразу же потекли слюнки.

Может быть, я не так уж сильно люблю круассаны, как пыталась себя убедить.

Я оставила остатки выпечки и схватила свой бургер, не теряя ни минуты, прежде чем откусить. Мой стон заполнил комнату, и все мысли о вечернем свидании исчезли, пока я поглощала еду.

Когда покончила с бургером и перешла к картошке фри, я наконец поднял глаза.

Горячий и напряженный взгляд Бека был прикован ко мне.

Я замерла с картошкой всего в дюйме от приоткрытых губ.

Он пристально на меня смотрел.

Как долго это длилось?

Я взглянула на его руку и обнаружила, что круассан съеден только наполовину. Он даже не взял свой бургер.

Его член неистово выпирал спереди, толстый и твердый, и его совершенно невозможно было не заметить.

Мое тело вспыхнуло.

Я заставила себя положить жареную картошку в рот.

Я была невосприимчива к его привлекательности. Абсолютно, полностью невосприимчива.

Однако мое тело ощутимо нагрелось.

А между бедер у меня определенно стало мокро.

Это означало, что мне нужно уйти, пока я не сделала что-то, о чем могла бы пожалеть. А к вещам, о которых я могла бы пожалеть, относилось все, что могло привести к любому виду секса.

Я резко встала.

— Мне нужно вернуться к работе. Спасибо за обмен.

Бек растерянно моргнул.

Его лоб наморщился.

Я выскочила из комнаты и вернулась на свое рабочее место, прежде чем он успел спросить, почему в тот день мой обед был намного короче.

И, к счастью, Бек отпустил меня без спора.

Я проскользнула к своей машине на несколько минут раньше, чтобы Бек не успел поймать меня и придержать дверь. Или спросить, как прошел день. Я слишком устала, чтобы держать рот на замке, и немного волновалась, что могу растаять перед ним или что-то в этом роде.

Вскоре он догнал меня и поехал следом на своем грузовике. Тори звонила, пока я ехала домой, и, к счастью, отвлекала меня, чтобы я не пыталась всю дорогу разглядывать его в зеркале заднего вида.

— Ну, как это? — спросила она.

— Что именно? — я остановилась на красный свет и поймала себя на том, что пытаюсь на него смотреть. Нахмурившись, я покачала головой.

— Завести пару.

— Если бы я хотела иметь пару, мне бы все понравилось. Бек приносил мне кофе и еду. Даже знает мой любимый напиток.

Она присвистнула.

— Хороший мужчина.

— Знаю. — я глубоко вздохнула. — Я пытаюсь не злиться на него, но это трудно. Он такой красивый.

— Подружка, у меня та же проблема. Они отвлекают тебя своей внешностью. Это нечто.

Я прикусила губу, чтобы сдержать улыбку.

— Черт возьми.

— Знаю. — наступила пауза. — Ты звонила гинекологу стаи?

Моя улыбка померкла.

— Да. Она считает, что это вполне вероятно. Я не могу приехать и выяснить это еще две недели.

— Черт.

— Я пытаюсь принять эту возможность, но с трудом. А тут еще Бек, кормит меня и ведет себя так, будто не скрывал правду. Я уже не знаю, что думать и что делать.

— Мне очень жаль. Знаю, что ситуация не идеальна.

— К тому же вчера вечером я была очень зла, и мне пришла в голову ужасная идея пойти на свидание с Оксом, чтобы отомстить Беку. Я позвонила Мэдду, чтобы договориться об этом, и Бек разрешил. Но во время обеда он сказал, что мы идем на свидание, а не я иду на свидание.

— О, дорогая, он ни за что не отпустит тебя на это свидание одну. Удивлюсь, если он еще не позвонил Оксу и не сказал, что встречается с женщиной в паре. Ронин рассказал мне несколько историй об этом человеке, и, похоже, он настоящая сволочь.

— Как я уже говорила, это была ужасная идея.

— Знаешь, ты еще можешь выпутаться.

— Нет. Мне нужно идти и постараться быть очаровательной. Я должна сделать Беку больно так же, как он сделал мне.

— Постарайся не говорить об этом с таким восторгом, — поддразнила меня Тори.

Я вздохнула.

— Я не умею мстить.

— Думаю, это отличное качество, Сиенна. Если ты будешь флиртовать с Оксом, есть большая вероятность, что начнется драка. Бавер — бета только потому, что уважает Мэдда, а не потому что недостаточно доминантен.

— Он гораздо менее напорист, чем Мэдд или Ронин, — возразила я. — Даже его решительное отношение к происходящему выглядит как… спокойствие.

— Это больше связано с личностью, чем с силой.

Я помрачнела.

Она не ошиблась.

— Я подъезжаю к дому, а Бек едет прямо за мной. Поговорим позже.

— Хорошо. Люблю тебя!

— Люблю тебя.

Мы обе повесили трубки, и я бросила телефон на пассажирское сиденье, прежде чем поставить машину на парковку.

Бек остановился на подъездной дорожке рядом со мной и опустил свое окно. Когда он что-то сказал мне, я тоже нехотя опустила свое.

— Паркуйся в гараже. Там много места, — сказал он.

— Хорошо.

Несмотря на гримасу, я заехала в гараж с противоположной стороны от его машины. Там было три места, так что он был прав — места предостаточно.

Бек подошел и открыл мою дверь, пока я брала свою сумку с сиденья.

Я вышла на улицу и остановилась, осознав, насколько близко к нему подошла.

Мои ноздри раздулись, когда нос уловил его аромат.

От него пахло… мной.

— Он не смыл наш запах со своих волос, — сказала моя волчица, в ее голосе звучало одобрение. — Хорошая пара.

— Хорошие пары соблюдают правила гигиены, — проворчала я.

Она фыркнула на меня.

Мы обе знали, что нам нравится осознавать, что Бек не смыл нас со своих волос или кожи. Это удовлетворяло территориальную черту, которая нам не нравилась, но от которой мы не могли избавиться.

— Тебе стоит принять душ, прежде чем мы выйдем, — сказала я, выныривая из-под его руки и оставляя Бека закрывать мою дверь, пока я шла к дому.

Он догнал меня и успел схватить дверь в гараж, придержав ее и для меня.

— Я не буду принимать душ, пока ты отказываешься ко мне прикасаться.

— Тогда ты будешь вонять, — бросила я в ответ.

— Я могу перечислить множество более худших вещей, чем запах удовольствия своей пары.

От его слов по моим рукам побежали мурашки.

Будь он проклят.

Неужели я действительно хотела, чтобы он вошел в бар, пахнущий моим удовольствием? Или подвозил меня на свидание, источая такой запах?

Жесткий ход.

— Если ты вымоешь волосы до нашего ухода, я обниму тебя, — сказала я, продолжая идти к его спальне, на которую вроде как претендовала. — Тогда ты будешь пахнуть мной в более хорошем смысле.

— А что плохого в том, чтобы пахнуть сексом? — его голос был… игривым.

Я с трудом сдержала улыбку.

— Просто прими душ.

Он усмехнулся.

— Хорошо. Дай мне взять свои вещи из шкафа.

Бек прошел мимо меня, когда я направилась к своей сумке, которая все еще стояла на краю кровати. Я не взяла с собой никаких туалетных принадлежностей, и это было отвратительно. Я буду пахнуть мужчиной на своем дерьмовом свидании.

— Наверное, нам стоит ехать раздельно, раз я собираюсь встретиться с Оксом, — заметила я, когда он направился к выходу со своей одеждой.

— Это прекрасно.

Мои брови приподнялись от спокойствия в его голосе.

Что-то подсказывало мне, что следовало отнестись к этому с чрезвычайным подозрением.

— Да?

— Наверное, это к лучшему, если Окс — твой кавалер. Я попросил Белль уравнять количество, так что она будет либо с ним, либо со мной. Решать тебе.

На глаза упала красная пелена.

Гребаная красная пелена.

Моя волчица зарычала, и я тоже, прежде чем смогла себя остановить.

В глазах Бека появился злобный блеск, когда я с трудом выровняла свое дыхание

— Отлично, — сумела выдавить я. — Она идеально тебе подходит.

Злобный блеск исчез.

— Нет, это не так.

— Тогда тебе, наверное, не стоило приглашать ее на свидание.

Я отвернулась, борясь со своими эмоциями. Они грозили накрыть меня с головой, и я не знала, что с ними делать.

Бек пробормотал что-то под нос, похожее на проклятие.

Мгновение спустя он подхватил меня под бедра, отодвигая меня от кровати и разворачивая к себе. Затем они поднялись к моему лицу и обхватили щеки, а его великолепные глаза впились в меня.

Как бы нелепо это ни звучало, мои немного щипало.

Я хотела потереть их, но подумала, что это может усилить проклятые слезы.

— Я уже попросил Белль пойти на свидание с Оксом и сообщил ему, что ты моя. Ни у кого там не возникнет ощущения, что кто-то из нас свободны для отношений. Мы оба заняты, навсегда. Конец истории.

— Я не твоя, — прошептала я, с трудом веря в свои слова.

Губы Бека слегка изогнулись в улыбке.

— Моя. Без сомнения. — он медленно провел большим пальцем по моей нижней губе, и я поборола желание взять его в рот. — Я пытался тебя разозлить. Это был дерьмовый ход. Прости.

— Ты причинил мне боль, когда скрыл правду, Бек.

Его легкая улыбка исчезла, а выражение лица стало серьезным.

— Знаю. Если бы мог вернуть все назад, я бы сказал все сразу. Мне очень жаль.

— Прекрати извиняться.

— Чего еще хочешь от меня? Ты держишь меня на расстоянии вытянутой руки. Не позволяешь прикасаться к тебе и не разговариваешь со мной так, как раньше.

— Я разговаривала с тобой так, потому что ты не был моей парой.

— Ты говорила со мной так, потому что позволяла себе нравиться мне, Си. Позволь себе это снова.

— Сначала мне нужно все обдумать. Я не готова к паре, ясно? Я согласилась на свидание только для того, чтобы показать, как сильно ты меня обидел, а теперь должна встречаться с каким-то случайным назойливым парнем, который при этом ведет себя как кто? Как будто мы с тобой пара? Я даже не знаю, что это может значить для нас. — я оттолкнула его руки от своего лица и сделала шаг назад.

— Тогда оставь Белль с Оксом друг другу. Останься здесь со мной. Позволь показать тебе, что это может значить.

— Я не говорю о сексе, Бек. Ты очень детально показал мне, каков он. Я говорю о настоящих отношениях. О совместной жизни. Жить вместе. Иметь дело друг с другом всю оставшуюся вечность. Может быть, даже завести детей. — я не смогла удержаться от последней фразы.

К счастью, Бек не придал этому значения.

— Я тоже не говорил о сексе. — его взгляд стал настолько серьезным, что я даже ему поверила.

Но ведь раньше я была уверена, что он мне не пара, так что, очевидно, я не совсем правильно рассуждала.

— Мы можем провести сегодняшний вечер, разговаривая, играя в карты и по очереди делясь своими мыслями о том, как мы видим отношения. — он жестом показал между нами.

Я устала бороться с ним и скрывать свои чувства.

И мне нужно было услышать, что Бек скажет.

Поэтому я согласилась.

— Хорошо. Мы можем принять душ, а потом встретиться в гостиной.

— Я сообщу Оксу и Белль.

Я кивнула, и он отступил назад. Бек посмотрел на меня, когда вышел из комнаты и закрыл за собой дверь.

Я ненадолго задержала взгляд на ней, прежде чем выдохнуть.

На что я все-таки согласилась?

Мы поужинали в относительной тишине, затем вместе привели все в порядок, после чего сели за стол с колодой карт.

— Во что играем? — спросила я, когда он перетасовал карты.

— Покер на раздевание.

Мои глаза сузились.

Он ухмыльнулся так, что у меня сжался низ живота.

— Проигравший не раздевается, а первым делится своими мыслями на неприятную тему.

— Какую неприятную тему?

Он достал из кармана сложенный лист бумаги, на котором был написанный от руки список, и протянул его через стол.

— Запечатывание уз

— Мнения друзей

— Сучки Вайлдвуда

— Объявление в стае

— Финансы

— Рабочий график

— Дети

— Секс

— Условия для сна

— Общение

— Разногласия

— Цели

— Семья

— Фамилии

— Языки любви

— Ночные свидания

— Условия проживания

— Питье крови

У меня чуть глаза на лоб не полезли, когда я взглянула на список.

— Ты хочешь поговорить обо всем этом?

— Ага. Лучше покончить с этим. Все будет проще, когда мы станем на одной волне во всем.

Я помрачнела.

— Хорошо.

Я научилась играть в техасский холдем с несколькими другими девушками из стаи несколько месяцев назад. Это было во время одного из моих многочисленных вечеров в баре, где я вела светские беседы с мужчинами, которые, как надеялись альфы, станут моей парой. С тех пор мы играли несколько раз, так что Бек не стал объяснять мне правила.

Он раздал нам обоим по несколько покерных фишек, а затем сдал карты. Когда Бек сбросил карты, пришла моя очередь выбрать тему, которую он должен был озвучить первой.

Я еще раз быстро просмотрела список.

Какая из них была наименее отстойной?

— Цели, — сказала я.

Он кивнул.

— Сейчас моя главная цель — завоевать сердце своей пары.

Я закатила глаза.

Его губы изогнулись.

— Пока мы улаживаем наши отношения, я хочу установить в доме хорошую систему безопасности, чтобы не беспокоиться, если ты будешь дома без меня. Через пять лет моя цель — иметь счастливую пару и безопасную стаю, которая будет работать без сбоев.

— Она уже работает без сбоев, не так ли?

— По большей части. Было бы гораздо лучше, если бы Вайлдвуду не угрожало вторжение вампиров, и мы хотим добиться того, чтобы он снова стал таким.

— Вы, ребята, никогда не будете в безопасности, пока мы здесь, — сказала я.

— Пары кровавых волков доставят клану вампиров больше хлопот, чем пользы, — поправил Бек. — Когда ты станешь моей парой, они поймут, что их усилия — пустая трата времени, и оставят нас в покое.

Я не думала, что все сложится так просто, но не стала спорить.

— Какие у тебя цели, Си?

Выяснить через две недели жду ли я ребенка или нет.

Сохранить нашу связь с парой, не занимаясь сексом до визита к врачу, чтобы избежать дальнейшего риска беременности.

Никогда больше не быть собственностью вампира.

— Сейчас у меня их нет. Я просто хочу испечь много печенья, — сказала я.

Он усмехнулся, ничуть не удивившись.

— Хорошо.

С этими словами Бек передал колоду. Я перетасовала и сдала, а вскоре уже подталкивала к нему фишки в центре после того, как он уничтожил меня.

Он не посмотрел на список, чтобы выбрать тему.

— Давай поговорим о том, как объявить о нашей связи в стае.

По крайней мере, это было просто.

— Мне все равно, когда и как мы это сделаем. Это зависит только от тебя, — сказала я.

Мои слова немного его успокоили.

Он признался:

— Я бы хотел объявить о нашей паре всей стае завтра. Чем дольше мы будем молчать, тем больше людей будут сплетничать, и я бы предпочел, чтобы никто не ходил за нами по пятам и не фотографировал нас.

Я согласилась, и на этом разговор закончился.

Мы сыграли еще одну партию, и я снова проиграла.

— Мы уже говорили о детях, — сказал он. — Ты не против отложить эту тему примерно на год и обсудить ее более подробно после того, как мы все уладим и поймем?

Мой желудок слегка сжался.

— Конечно.

В идеальном мире?

Да, безусловно.

Это было бы здорово.

Но мы были не в Идеальном мире.

Или, по крайней мере, я не была.

И в какой-то момент мне придется сказать Беку, что он тоже не был.

Вот так.

Мы сыграли еще одну партию, и он снова выиграл.

Я вздохнула, когда Бек взял мои фишки.

— Давай поговорим о «Сучках Вайлдвуда», — сказал он.

— А что с ними? — честно говоря, я даже не знала, почему это пункт оказался в списке. Я участвовала только тогда, когда кто-то задавал мне прямой вопрос в чате, и все равно могла пропустить несколько вопросов.

— Я бы хотел, чтобы ты сделала объявление и там. Не желаю, чтобы они больше доставляли тебе неудобства.

О.

Вот как.

— Я не чувствовала себя неловко.

Бек бросил на меня взгляд, который говорил о том, что он мне не верит.

Ведь я позвонила ему, чтобы спросить, не спит ли он с кем-то еще из-за того группового чата. Так что сомнения были обоснованными.

— Хорошо, я могу сделать там объявление, если кто-нибудь снова заговорит о нас в нем после того, как мы расскажем стае.

— Это подойдет.

Мы сыграли еще одну партию.

Я снова проиграла.

— Как насчет условий проживания? — спросил он меня.

— Ты ведь похитил меня, — заметила я.

— В тот момент это казалось хорошим решением. Если ты предпочитаешь, чтобы я переехал в твой дом, это можно устроить.

Я моргнула.

— Значит, мы точно будем жить вместе?

— Да.

— Это не обсуждается?

— Нет. — он провел рукой по волосам, привлекая мое внимание к своим бицепсам.

Я тряхнула головой, возвращая свое внимание к его лицу.

— По крайней мере об этом нужно поговорить.

— Мой волк не позволяет мне спать в соседней комнате от тебя. А уж полквартала стоили бы мне рассудка. Если я начну меньше спать, мне будет сложнее контролировать свои инстинкты. Мой волк, скорее всего, возьмет верх.

О.

— Значит, мы будем жить вместе.

Бек кивнул.

Я тяжело вздохнула.

— Твой дом красивее, а я не привязана к своему. К тому же моя кошка здесь не такая уж и злюка. Мы останемся.

— Хорошо. — в его глазах читалось удовлетворение. — Ты завтра не работаешь?

— Ага.

— Мы перевезем твои вещи утром, так что у нас будет целый день, чтобы привести все в порядок.

— Хорошо. — хотя я согласилась, мне стало казаться, что я проигрываю каждый разговор, который он заводит. Это немного раздражало.

Мы сыграли еще одну партию, и я, наконец, снова выиграла.

Просматривая список, мои губы искривились.

Я не хотела говорить ни о чем из этого.

— Семья, — наконец сказала я.

— Мои родители хотят познакомиться с тобой, как я уже говорил. Они выразили желание поужинать вместе. Ты можешь решить, когда будешь готова, но они наверняка обидятся, если мы будем ждать больше недели или около того.

Я помрачнела.

— Давай сделаем это через неделю.

Он согласился и раздал еще одну партию карт.

Я в очередной раз проиграла.

— Условия для сна, — сказал он.

— Я не собираюсь делить кровать. Если твой волк не позволяет тебе спать в другой комнате, мы можем купить двухъярусную кровать или что-то в этом роде. — мой голос остался ровным.

Мне нужно была хоть что-то решить. Этот мужчина решал все за меня.

И я хотела его настолько сильно, что, если бы мы начали спать в одной кровати, я бы, наверное, перевернулась и забралась на его член в течение ночи.

Как бы весело это ни было, я совершенно не могла допустить, чтобы секс повторился до визита к врачу, где я либо приму противозачаточные средства, либо узнаю, что в этом нет никакого смысла.

Он моргнул.

— Я не думал, что делить постель — это так важно. Я могу спать в своей волчьей форме, если тебе так будет удобнее.

— Нет. Ты занимаешь пол, или покупаешь двухъярусную кровать, или я сама буду спать на полу.

Бак некоторое время изучал меня, прежде чем наконец согласился.

— Я могу положить запасной матрас.

— Это подойдет.

Пока мы играли следующую партию, он смотрел на меня немного по-другому. Как будто испытывал любопытство.

Но он опять победил.

И вместо того, чтобы выбрать одну из легких тем, как делал раньше, Бек сказал:

— Давай поговорим о сексе.

Мое тело напряглось.

— Это не та реакция, на которую я рассчитывал, — заметил он.

— Понятия не имею, о чем ты говоришь, — солгала я.

— Ты напряглась. Твои плечи напряглись. Твои глаза застыли.

— Глаза не могут застыть.

— Твои смогли. Скажи мне причину.

— Это был приказ, Бекетт?

Его взгляд вспыхнул, губы изогнулись в улыбке.

— Бекетт, да? Ты действительно не хочешь говорить о сексе.

— Нет, это не моя любимая тема.

— Почему — нет?

Я не могла соврать, что все было плохо.

Он знал, как хорошо мне было. Он искренне старался подарить мне удовольствие.

— Ты трахал меня, не говоря, кем я для тебя была, зная, что я уйду, если скажешь. Это было манипулирование. Я не хочу говорить о том, что мной манипулировали, — сказала я.

Его интерес и веселье мгновенно исчезли.

— Мы не трахались, Сиенна. Мы занимались любовью. И я не манипулировал тобой, а знакомился и показывал преимущества наличия пары.

— Уверена, ты понимаешь, что для меня это не так.

Бек провел рукой по волосам.

— Думал, ты уйдешь, если я скажу тебе, кем ты для меня являешься.

— Я бы так и сделала. И ты, наверное, погнался бы за мной, как тогда, когда я поехала к Тори.

— Я бы точно погнался за тобой. Ты моя. — в его тоне прозвучали нотки, от которых мне стало еще жарче.

И несмотря на то мои слова, я все еще его хотела. В этом не было никаких сомнений.

Я все еще чувствовала себя оскорбленной.

Все еще ненавидела то, что он скрывал от меня правду.

Это не помешало бы мне снова переспать с ним, если бы не все остальное.

— Я не могу изменить свой поступок, поэтому скажи, как все исправить, Си.

— Я бы не хотела, чтобы ты исправлял это. Мне было весело, и ты заставил меня почувствовать себя потрясающе. Я просто не готова сделать это снова. Я не спонтанный человек. Не сорвиголова. Ты знаешь, что до встречи с тобой я была девственницей. Я обычно не принимаю решения в одно мгновение. Мне нужно пространство, чтобы все обдумать. Я ведь не слишком многого прошу, правда?

Он покачал головой.

Бак следил за мной достаточно долго, чтобы быть в курсе того, как я постепенно начинаю действовать.

Медленно, или вообще не делаю этого, если можно избежать.

Именно поэтому он поступил так, как поступил.

И я хочу сказать, что это сработало. Это явно сработало.

Я просто не была готова принять это.

— Хорошо. Пространство вполне объяснимо, учитывая все произошедшее. Если ты живешь со мной, и мы спим в одной комнате, то можем остановиться на этом и вернуться ко всему остальному, когда ты будешь готова. Нам не нужно выяснять все прямо сейчас.

Я судорожно сглотнула.

— Спасибо.

— Я бы сказал, что это самое меньшее, что могу сделать. Не хочешь посмотреть фильм?

— Вообще-то, я думаю, мне пора спать. Последние несколько дней я не высыпалась. — я потерла глаза, надеясь, что это скроет часть моих переполняющих эмоций.

Он согласился без колебаний.

Я наблюдала, как Бек заносит запасной матрас в свою спальню, и после того, как он взял несколько дополнительных одеял, мы оба молча свернулись калачиком в своих кроватях.

Было очень неловко.

Я ненавидела это.

Но это было лучшей альтернативой, поэтому я просто заснула.

Весь день я старался дать Сиенне свободу, которую она хотела. Это было чертовски тяжело.

К тому времени, когда пришло время сбора стаи, я был благодарен за повод снова поговорить с ней, даже если мне приходилось стараться не прикасаться к ней чаще, чем это было необходимо.

— Мы должны выглядеть как команда, — пробормотал я ей, когда мы выскользнули из дома. — Сплетни станут еще хуже, если не будет казаться, что мы счастливы вместе.

Она кивнула, хотя ее взгляд был устремлен на толпу оборотней на улице.

— Ничего, если я прикоснусь к тебе сегодня?

— Да. Если мы хотим, чтобы все поверили, нам придется быть крайне близко. Я тоже это сделаю.

— Может быть, мы снова сможем дышать, когда она будет прикасаться к нам, — проворчал мой волк.

— Скоро ты будешь бегать с ее волчицей, и я не думаю, что она откажется тебе в прикосновениях.

— Черт, надеюсь, что нет.

Я обхватил ее за талию, прижимая к себе, чтобы она не налетела на кого-нибудь, когда мы вливались в толпу. На нас смотрели десятки любопытных глаз, но мы их игнорировали.

Ее запах был невероятным, и мой член среагировал на него.

Сиенна обхватила меня за талию, и я еще больше возбудился.

Я так сильно тосковал по ней, что это сводило меня с ума.

Мы добрались до места, где всегда собиралась стая перед забегом, и толпа расступилась, пропуская нас вперед. Мэдд и Лав уже ждали нас там, и Лав тут же улыбнулась Сиенне.

Это было не просто счастье. Скорее извинение.

Сиенна протянула руку и сжала ее ладонь, когда мы встали рядом с ними.

Она прижалась ко мне, пока Мэдд приветствовал всех, и пока я объявлял о нашей связи. Сиенна улыбнулась, когда стая зааплодировала, и прильнула ко мне еще ближе, крепче обнимая.

Это было не то обнаженное объятие всем телом, которого я хотел, но чертовски лучше того, как мы провели первую часть дня.

Я прятал ее тело от глаз стаи, пока Сиенна раздевалась и обращалась. Хотя я старался не переводить взгляд на ее великолепную голую спину, мне это не удалось, и я пожирал взглядом ее сексуальную фигуру.

Проклятье, я хотел ее так, как никогда и никого не хотел раньше.

Расстояние между нами казалось неправильным.

Я погладил ее волчью голову, прежде чем выпустить своего зверя. Он тут же потерся боком о ее бок, зарывшись носом в ее шею.

Он вдохнул ее запах и прорычал:

— Ты пахнешь идеально. Скажи своему человеку, чтобы она перестала прятаться от моего. Я должен чувствовать тебя больше.

Она издала мягкий, похожий на смех смешок.

— Моему человеку нужно время, чтобы отойти от лжи.

— Не было никакой лжи. Мы никогда не говорили, что ты не наша пара.

Она закатила на него глаза, и он шагнул к ней, чтобы почувствовать ее запах с другой стороны. Его грудь заурчала от ее запаха.

Остальная часть стаи уже двинулась дальше и скрылась в лесу, но мы явно не торопились.

— Пройдись со мной, пара, — наконец сказал мой волк, когда ему стало ясно, как сильно они пахнут друг другом. — Позволь мне почувствовать твой бок рядом со своим.

Ее волчица снова тихонько заскулила. Она была немного застенчива.

Но они шли вместе, пока не были готовы бежать, а потом провели остаток ночи, играя в лесу.

Когда мы наконец вернулись домой, то рухнули в свои отдельные кровати… как же я ненавидел дистанцию между нами… и быстро уснули.

Бек предоставил мне пространство, пока я все утро глазировала печенье, а, когда наступила вторая половина дня, пошел со мной, чтобы его отнести.

Девушки, устроившие вечеринку в честь новорожденного, рассыпались в благодарностях, а виновница торжества прослезилась, увидев сине-белые галстуки-бабочки, подгузники и печенье с отпечатками лап.

Бек разговаривал с парой женщины, когда я закончила выкладывать печенье, поэтому пришлось задержаться на кухне еще немного, делая вид, что перекладываю его, чтобы оно лучше выглядело.

Мой взгляд все время возвращался к ней.

Беременной женщине.

Ее живот был безумно круглым, а рука, которую она держала на пояснице, говорила о том, что та наверняка болит. Ее волосы были в беспорядке, и она тоже выглядела усталой, но в ее глазах было что-то особенное.

Свет?

Волнение?

Было трудно понять.

Я не могла отвести взгляд.

Две женщины, принявшие душ, разговаривали слева от меня, и я не смогла не подслушать их.

— Каждый раз, когда я иду на такой праздник, хочу родить еще одного. Я бы хотела, чтобы беременность не была такой мукой, — сказала одна из женщин.

Мои губы слегка изогнулись в улыбке от ее откровенности. Никогда раньше не участвовала в разговорах о беременности, и мне стало любопытно.

— Это ад, — согласилась другая женщина. — Но эти милые маленькие пушистики стоят того, чтобы терпеть боль. Они сводят с ума, когда я с ними, но как только ухожу из дома, я по ним скучаю.

— Я знаю, это так глупо! — воскликнула первая. — Как может быть что-то настолько раздражающее таким восхитительным? И все эти липкие, сладкие поцелуи… это несправедливо. Моя пара должна быть меньше и симпатичнее, чтобы я перестала хотеть больше детей.

Они обе рассмеялись, и я прикусила губу, чтобы не сделать то же самое.

Я больше не могла продолжать перекладывать печенье, чтобы не показаться чудачкой, поэтому позволила себе еще раз взглянуть на беременную женщину, прежде чем снова подойти к Беку. Он рассеянно обхватил меня рукой и притянул ближе, завершая разговор. Через несколько минут Бек проводил меня обратно к своему грузовику, где оставшееся печенье было упаковано для транспортировки.

По дороге к дому, где будет проходить день рождения, мы ничего не говорили.

Мои мысли все еще были заняты беременной женщиной.

И возможностью того, что через несколько месяцев я могу оказаться на ее месте.

Когда мы подошли к следующему дому, там бегала трехлетняя девочка в розовом платье, с пачкой, повязанной на талии, и короной на голове. Она гонялась по дому за девочкой постарше, обе они держали в руках блестящие палочки и кричали что-то про королеву.

— Спасибо вам большое, — воскликнула мама девочек, когда Бек отнес коробки с печеньем на подносы, которые она для них приготовила.

Мы встречались с ней несколько раз, так что знали друг друга немного, но я никогда не видела ее детей. Один из них был у нее на руках — мальчик, которому, как я знала, было всего несколько месяцев.

Одна из маленьких девочек в другой комнате начала кричать, и Эллен вздохнула.

— Не могли бы вы взять его на минутку? Мне нужно положить конец этой драме до прихода гостей.

Не дожидаясь ответа, она передала ребенка мне на руки.

Я не смогла удержаться от того, чтобы не застыть на месте. Очень, очень неподвижно.

Я никогда раньше не держала на руках ребенка.

Он был таким маленьким и легким.

И то, как эти очаровательные голубые глаза смотрели на меня, пока его пустышка слегка подпрыгивала во рту, просто завораживало.

Он был так совершенен, что у меня немного заныло в груди.

А может, и много.

— Привет, — тихо сказала я, не зная, что еще ему сказать.

Бек снова подошел ко мне.

— Как Эллиот сегодня? — он наклонился через мое плечо и пощекотал живот малыша, ухмыляясь при этом. — Ну разве ты не красавчик?

Моя грудь сжалась еще сильнее.

Гораздо сильнее.

Эллиот улыбнулся Беку в ответ, и, клянусь, мое сердце замерло.

Другие дамы были правы.

Дети безумно очаровательны. Невероятно очаровательны.

Может быть, если я все же беременна, это не так уж и плохо.

Может быть, мне понравится быть мамой.

Бек ворковал с малышом, и я не смогла удержаться, чтобы не присоединиться к нему. Хотя поначалу мне это казалось странным, но, когда он начал одаривать нас своей улыбкой, странность быстро исчезла.

Он был великолепен.

Абсолютно великолепен.

Когда отец Эллиота подошел и взял его из моих рук, поблагодарив нас за помощь, боль в груди вернулась.

Я не хотела его отпускать.

Может быть, я хотела иметь собственного ребенка, чтобы любить его и заботиться о нем. Конечно, это не всегда будет так просто — держать его на руках и улыбаться ему — но я прошла через очень сложное дерьмо и прекрасно выжила.

Так почему же я не смогу пережить материнство?

Бек не вспоминал о ребенке, когда мы снова садились в его машину или ехали домой, но я?

Я не могла перестать думать о нем.

Или о встрече, до которой оставалось еще долгих тринадцать дней.

По дороге домой мы заехали за обедом, а после еды сели за стол с картами и покерными фишками.

Бек написал новый список. Это был старый список, за вычетом нескольких тем, которые мы уже обсудили, и плюс несколько новых.

Он передал его мне и разложил карты, пока я изучала.

— Скрепление уз

— Мнения друзей

— Финансы

— График работы

— Секс

— Условия для сна

— Общение

— Разногласия

— Фамилии

— Языки любви

— Ночные свидания

— Питье крови

— Забота о ребенке

— Воспитание

В прошлый раз, когда мы сидели и обсуждали все эти темы, я была в ужасе, но сейчас… я была даже рада. Без секретов, разделяющих нас, и с учетом прошедшего времени я действительно хотела разобраться.

Конечно, я еще не осознавала, что беременна. На это уйдет какое-то время, но мы справимся.

Мы сыграли первую партию, и, что неудивительно, я проиграла.

Я резко вздохнула, хотя на самом деле не была разочарована.

— Давай поговорим о том, как скрепить узы, — сказал Бек.

— Хорошо. Я не чувствую себя уверенной в этом, но знаю, что для тебя это важно, чтобы между нами все было основательно. Да и мне так будет спокойнее, так что я думаю, это хорошая идея.

Он кивнул.

— Я бы предпочел, чтобы мы скрепили узы как можно скорее. Это даст тебе защиту, которую не сможет дать ничто, кроме питья моей крови.

Я прикусила губу при упоминании о том, чтобы выпить его кровь.

Он улыбнулся.

Что-то подсказывало мне, что от этого разговора у меня будут загибаться пальцы на ногах.

Бек снова перетасовал и раздал карты, и мы сыграли еще одну партию.

— Ты жульничаешь? — спросила я, когда он снова выиграл.

Он рассмеялся.

— Нет. Я не так много играл, чтобы знать, как жульничать.

— Вот вам и оправдание того, что у меня ничего не получается.

Он бегло просмотрел список.

— Как насчет общения и разногласий?

— Общение очень важно. Разногласия заставляют меня чувствовать себя напряженно. Я не знаю, о чем можно говорить.

— Я бы хотел, чтобы у нас был план, как и когда мы общаемся. Это звучит не очень романтично — планировать время, но если мы каждый вечер будем рассказываем друг другу о том, как прошел наш день, пока готовим ужин, это поможет нам быть ближе друг к другу. А если у нас есть план на случай разногласий, то это тоже поможет их сгладить.

Мои мысли вернулись к тому, о чем упоминали мои подруги.

— Лав сказала, что они с Мэддом вместе принимают ванну и там все обсуждают.

Бек усмехнулся.

— Ванна была бы хорошим местом для разногласий. Трудно злиться друг на друга, когда оба обнажены.

— Хорошо, тогда мы будем ссориться в ванной. И мне нравится идея разговаривать каждый день. Может быть, запланируем разговор на вечер, когда ляжем спать? Потому что иногда мы будем ужинать со стаей или нашими друзьями.

Он согласился, а затем снова принялся перетасовывать карты.

Моя полоса неудач продолжилась, и он извиняюще улыбнулся.

— Наша предыдущая тема ведет прямиком к вопросу о спальных местах, Си.

— Ты ведь хочешь спать в одной постели? — уточнила я.

Бек не стал бы возвращать это в список, если бы его устраивало нынешнее соглашение.

— Если это не доставит тебе неудобств, то да.

— Если говорить начистоту, то я не хотела спать с тобой в одной постели только потому, что боялась, что случайно займусь с тобой сексом еще раз перед визитом к врачу, — призналась я.

Он громко рассмеялся.

— Скорее всего, так и было бы.

— Скорее всего. — я убрала несколько прядей волос с глаз. — Я согласна спать вместе.

Его глаза вспыхнули.

— Делить постель, — отредактировала я.

В его взгляде не угасала похоть, но он не стал давить на меня еще сильнее.

У нас будет больше возможностей для этого, когда перейдем к более сложным темам в списке.

Он снова раздал, и я проиграла.

Снова.

Он заговорил о языках любви, о которых я никогда не слышала. После того как Бек рассказал о том, какие языки являются самыми распространенными способами проявления любви, наша игра прервалась на несколько минут, пока я проходила онлайн-тест.

Вскоре я узнала, что мой главный язык любви — это качественное времяпрепровождение. Его язык был связан с оказанием услуг и физическими прикосновениями, что меня ничуть не удивило.

После очередного раунда проигрыша, в котором мы договорились устраивать вечер свиданий один день в неделю, я наконец-то выиграла партию.

Я просмотрела оставшиеся пункты в списке.

— Мнения друзей

— Финансы

— Рабочий график

— Секс

— Фамилии

— Ночные свидания

— Питьё крови

— Забота о ребенке

— Воспитание

Черт.

Большинство из них были сложными.

— Давай возьмем «Мнения друзей», потому что я понятия не имею, о чем она, — сказала я.

Бек наклонил голову.

— Лав и Тори упомянули, что не считают нас с тобой совместимыми. Я надеялся, что мы сможем поговорить об этом.

Я моргнула.

Проклятье.

Я не знала, что он слышал об этом.

— Они не должны были этого говорить, и я не участвовала в разговорах, когда они это делали. Они говорили об этом со мной всего один или два раза. Видимо, решили, что ты слишком доминантен для меня и недостаточно мил, что глупо. Ты, конечно, доминируешь, но не пытаешься командовать мной. И ты всегда мил со мной.

— Меня не беспокоит, что они присматривали за тобой; я просто хочу, чтобы мы открыто обсуждали, когда кто-то негативно отзывается о нас, друг с другом. В моем понимании пара функционирует как единое целое. Если кто-то оскорбил тебя, значит, он оскорбил меня, и я буду с этим разбираться.

— Значит, мне тоже нужно за тебя заступиться, — закончила я.

— Ты не обязана, — начал Бек, но я его прервала.

— Если мы собираемся стать командой, то сделаем это правильно. Я заставлю Тори и Лав замолчать, если они еще раз скажут о тебе что-нибудь плохое. К твоему сведению, они не говорили ничего плохого с тех пор, как ты меня похитил.

— Спасибо. — он потянулся к моей руке через стол и слегка ее сжал. — Я ценю это.

— Ты хороший парень, Бек. С тех пор как мы узнали о нас, все пошло наперекосяк, но мы справимся.

Он поднес мою руку к губам и слегка поцеловал костяшки пальцев.

Когда Бек выиграл следующую партию, он изучил список так же, как и я.

— Давай выберем фамилию, — наконец сказал он.

— Я не привязана к своей фамилии, и я выросла человеком, так что если мы собираемся вступить в пару, я бы хотела взять твою, — сказала я. — Не хочу, чтобы у нашего ребенка была другая фамилия.

Удовлетворение в его глазах от моих слов заставило меня улыбнуться.

Следующую раздачу я тоже проиграла, и он выбрал другую тему.

— Рабочий график и финансы.

— Почему их нужно объединять? — спросила я.

— Ведь от того, сколько денег у нас есть и в чем мы нуждаемся, должно зависеть то, сколько мы работаем, не так ли?

Правильно.

— Ну, я не люблю свою работу в пекарне, — призналась я. — Я потихоньку развиваю свой бизнес по украшению печенья. В идеальном мире я бы украшала печенье полный рабочий день, чтобы оставаться дома и работать здесь. Но я не зарабатываю на печенье достаточно денег, чтобы это сделать, и мне не нравится брать с людей слишком много. Тебе ведь платит стая, верно?

— Да. Я работал пожарным два дня в неделю до того, как мы узнали, что вы с Лав приехали в город. С тех пор я постоянно занимаюсь охраной стаи. Я зарабатываю достаточно денег и имею достаточно сбережений, чтобы мы оба могли полностью отказаться от работы и жить безбедно в течение следующих нескольких сотен лет.

Чертовски горячо.

— Я бы хотел объединить наши финансы, — добавил Бек. — Если тебе удобнее держать свой счет отдельно от моего, то все в порядке. Мы будем переводить на него деньги, и ты сможешь использовать его как защитное прикрытие, к которому у меня нет доступа. Но я уже добавил твое имя к своему счету. Твои карты в моем бумажнике. Я пытался придумать, как отдать их тебе, не разозлив тебя.

Я покачала головой, не в силах скрыть улыбку.

— Мне следовало этого ожидать.

— Ага. — он поднес мою руку к губам и снова слегка поцеловал костяшки пальцев. — О тебе всегда будут заботиться, Си. Всегда. Уходить с работы или нет, зависит только от тебя, но я бы хотел иметь возможность проводить много времени вместе. А если у тебя будет больше выходных, ты сможешь сосредоточиться на развитии своего бизнеса, если ты этого хочешь.

Мое сердце заколотилось.

— Я возьму несколько дней на раздумья, но, скорее всего, брошу все и сосредоточусь на печенье.

Он улыбнулся.

Мы сыграли еще одну партию, и я снова проиграла.

В тот момент я бы больше удивилась, если бы выиграла.

— Давай поговорим о воспитании и уходе за детьми. Нам не нужно выяснять детали или принимать какие-то решения, конечно, но я хочу знать, что ты думаешь по этому поводу, чтобы не начать строить планы, которые тебе не понравятся.

Это было чертовски разумно.

— Хорошо. У меня ужасные воспоминания о своей приемной семье, поэтому мне, наверное, будет трудно доверять кому-то еще. Уверена, что мы сможем найти хорошую няню, если постараемся, но я бы предпочла, чтобы мы заботились о ребенке вместе. Если деньги не проблема, я смогу делать большую часть этого сама, а при необходимости сократить свою работу. Что касается воспитания, то я понятия не имею, как быть родителем. Мне придется прочитать несколько книг или что-то в этом роде.

Бек кивнул.

— Мы оба будем читать книги. И я определенно согласен вместе заботиться о ребенке; думаю, будет справедливо, если мы разделим время и усилия, чтобы у меня оставалось достаточно времени на стаю, а у тебя — на свой бизнес.

— Звучит прекрасно. — мои губы изогнулись в улыбке.

У Бека тоже.

Он перетасовал и снова раздал.

Я посмотрела на список, и моя улыбка превратилась в гримасу.

— Секс

— Питье крови

Мы добрались до самых сложных тем в этом чертовом списке.

Мы доиграли партию до конца, и, что неудивительно, я проиграла.

Я вздохнула.

— Я не хочу говорить ни об одной из этих тем.

Бек усмехнулся.

— Ты всегда можешь раздеться.

Мои брови приподнялись.

— Это стрип-покер. У тебя есть как минимум несколько предметов одежды, от которых можешь избавиться, прежде чем расскажешь мне что-нибудь еще.

Он что-то задумал.

Стриптиз поможет мне выиграть время… и изменит настроение.

Мое тело слегка запылало при этой мысли.

Не было никаких причин, по которым мы не могли бы заняться сексом, раз уж прошли через визит к врачу. Бек же не мог снова меня обрюхатить.

Я простила его за то, что он скрывал от меня правду, так что это тоже не мешало.

— Ладно, расплачусь свитером, — решила я, стягивая его через голову и бросая на пол.

Бек удовлетворенно заурчал, когда его взгляд переместился на мой кружевной бюстгальтер.

— Хороший выбор.

После того как осмотрел все, что мог, он сдал еще одну партию.

Которую я проиграла.

Я стянула с себя штаны, и Бек снова заурчал, еще громче.

— Ты уже твердый? — спросила я, садясь обратно. Деревянный стул был теплым от моей голой задницы, а между бедер определенно становилось влажно от его взгляда.

— Как гребаный камень.

Я не пыталась скрыть улыбку.

Он снова сдал и, наконец, проиграл.

Моя улыбка стала шире.

Он не сказал ни слова, снимая с себя футболку.

Мое тело вспыхнуло, а глаза медленно переместились на его торс.

Черт возьми, Бек прекрасен.

Мне очень хотелось к нему прикоснуться.

Мы сыграли еще раз, и я проиграла.

Мои глаза встретились с глазами Бека, когда я потянулась за спину и расстегнула застежку лифчика.

И когда я спустила лямки с плеч.

И уронила ткань на пол.

Его взгляд обжигал.

— У меня под штанами ничего нет. Если ты проиграешь следующую, игра закончится, и ты сядешь ко мне на колени.

— А если ты проиграешь?

— Я встану на колени под столом и в течение следующего часа буду трахать тебя языком.

Ооо.

Проклятье.

— Хорошо. Но ты не сможешь сбросить карты, не взглянув на них. Мы должны доиграть ставку до конца и оставить все на удачу.

Его взгляд был порочным.

— Договорились.

Бек взял карты, и я затаила дыхание, пока он их раздавал.

Мне было все равно, выиграю я или проиграю.

Сесть на него, что, несомненно, привело бы к сексу, или позволить ему полакомиться мной?

И то, и другое было бы победой в моем понимании.

Мы переворачивали карты одну за другой, не делая ставок. Когда выпала последняя, я положила свою.

— Пара четверок, — сказала я. Это было не очень хорошо, но лучше, чем ничего.

Он тоже положил свои.

— Пара тузов.

Он выиграл.

Я медленно поднялась, мои губы изогнулись в улыбке.

— Проклятье.

— Не повезло, — согласился Бек, не пытаясь скрыть жар в своем взгляде, когда он переместился на меня. — Плати, Си.

Никогда в жизни я так не радовалась тому, что могу кому-то заплатить.

Я медленно спустила стринги с ног, затем перешагнула через них и обошла стол.

Бек отодвинул свой стул на несколько сантиметров назад, так что для меня освободилось достаточно места.

— Ты великолепна. — его голос был низким, пока он наблюдал за моими движениями, а его руки поймали мои бедра, как только я опустилась на него.

Я села на его член, и он уперся в мой клитор.

— О, как же хорошо.

Я слегка качнула бедрами, и он застонал.

— Я скучал по тебе.

— Я тоже. Ты трогал себя?

— Дрочил в душе каждый гребаный день, представляя твое идеальное тело. — Бек провел руками по моей груди и обхватил их, проводя большими пальцами по соскам. — Эти груди… Я бы убил за них. Ты трогала себя?

— Я боялась, что ты услышишь, — призналась я. — Однажды попыталась, но не смогла вести себя достаточно тихо.

Он хрипловато усмехнулся.

— Хорошо. Я не хочу, чтобы ты молчала, Си.

Я тоже не хотела молчать.

Бек продолжал играть с моими сосками, заставляя мои бедра раскачиваться еще сильнее.

— Нам нужно поговорить о сексе.

— А что с ним?

— Я хочу секса. Много. В любое время, когда кто-то из нас возбужден.

— Звучит заманчиво.

Его губы захватили мои, и я без раздумий просунула язык в его рот. Он сильно сжал мою грудь, и я покачнулась на нем.

Когда наши языки сплелись, моя потребность стала горячей и яростной. Я отстранилась, чтобы вздохнуть:

— Ты нужен мне внутри.

Его грудь прижалась к моей.

— Прошло слишком много времени. Сначала тебе нужны мои пальцы, иначе будет больно.

— Я сильнее, чем кажусь.

— Я не причиню тебе боли, Си. Последний раз, когда мы были вместе, это был твой первый раз.

— И второй, и третий, и четвертый.

— Если хочешь мой член, возьми мои пальцы, — прорычал он. — Это конец чертовой дискуссии.

— Думала, что я здесь главная, — бросила я в ответ.

Его рот впился в мой, и он поцеловал меня еще горячее.

Грубее.

Через мгновение я отстранилась.

— Бекетт. Скажи мне, что я главная.

— Ты главная, — прорычал он.

— Дай мне свой член, сейчас же.

Он зарычал, но поднял меня со своих колен достаточно надолго, чтобы спустить свои штаны.

Когда Бек опустил меня обратно, головка его члена прижалась к моему входу, и я застонала.

Его пальцы встретились с моим клитором.

— Медленно, Си. Оседлай меня медленно, иначе будет больно.

— Хорошо. — я опустилась на него, и мы вместе застонали, когда его кончик наконец вошел в меня.

Было очень туго.

Но он ошибся, когда говорил, что будет больно. Бек ощущался внутри меня просто невероятно.

Я дала своему телу секунду на привыкание, прежде чем опуститься еще ниже.

И еще.

Я задыхалась, когда он наконец вошел полностью.

Одна рука Бека обхватила мою грудь. Другая — верхнюю часть моего бедра, его большой палец прижался к моему клитору.

— Ты такой хороший, — сказала я, слегка двигая бедрами, чтобы приблизиться к краю, пока привыкала к его ощущениям внутри меня. То, как он работал с моим клитором, пока заполнял, было безумием. — Так, так хорошо.

— Ты чертовски нереальна, — прорычал он. — Это будет быстро. Во втором раунде мы не будем торопиться.

— Согласна.

Я еще сильнее качнула бедрами.

Бек сильнее надавил на мой клитор, и я потеряла способность соображать.

Мои крики эхом разнеслись по комнате, когда я обмякла на его члене, жестко насаживаясь на него. Он зарычал, теряя контроль над собой.

Я опустила голову ему на плечо, задыхаясь от удовольствия. Его подбородок опустился на мою голову, а руки обхватили меня и крепко прижали к груди.

— Черт, мне нравится, как ты ощущаешься, — сказал он мне в волосы.

Я не могла сдержать глупую улыбку, которая изогнула мои губы.

Или тепло в груди.

Он встал, не отпуская меня, и понес в нашу комнату.

— Осторожно, Спринклс на кровати.

— Ненавижу эту кошку, — проворчала я, и Бек рассмеялся.

Когда мы добрались до кровати… настоящей кровати, а не матраса на полу в другом углу… Бек опустил нас обоих на нее, при этом его тело оказалось ниже моего. Мы все еще были переплетены, и ни у кого из нас не было желания это изменить.

— Нам еще предстоит поговорить о том, как ты будешь питаться от меня, Си, — сказал он, убирая с моих глаз несколько свободных прядей волос. Его волосы оставались завязаны, и я еще не успела их распустить.

— Я знаю, что мне придется пить твою кровь. Без этого никак не обойтись. Просто нервничаю, потому что никогда раньше никого не кусала. Пить из вены — звучит интимно.

— И это не интимно? — его голос был игривым, а взгляд давал понять, что он просто дразнится.

— Да, и поэтому я тоже нервничала из-за секса. Но как бы ни был заманчив секс, он ни к чему так не обязывает, как питье крови.

— До тех пор, пока не появится ребенок.

— Это очень верное замечание.

Бек усмехнулся, снова проведя пальцами по моим волосам.

— Назови мне все причины, по которым я должна тебя укусить, — сказала я, глядя на него сверху вниз.

Его губы изогнулись в улыбке.

— Моя кровь создана для тебя. Она будет охренительно вкусной, а секс, как я слышал, станет еще великолепнее.

— Я тоже об этом слышала.

— Вдобавок ко всему, выпив моей крови, ты заманишь меня в свою ловушку.

— А ты — меня, — возразила я.

— Пары живут и умирают вместе. Если ты уйдешь, я уйду вместе с тобой. Если ты умрешь от голода, мы умрем вместе. Мне придется кормить тебя, чтобы мы оба были живы, поэтому питье от меня гарантирует, что я всегда буду с тобой.

Хороший аргумент.

Очень хороший аргумент.

— Хорошо, я сделаю это, — сказала я.

— Постарайся не говорить так взволнованно, Си.

Я улыбнулась.

— Я кончу.

— Обязательно.

Я рассмеялась.

— В этом нет сомнений.

Бек усмехнулся.

— Я скучал по такому времяпрепровождению с тобой. Это были долгие две недели.

— Так и было. Давай не будем повторять это снова.

— Согласен. — он провел пальцами по моим волосам, а затем взглянул на Спринклс. Я и забыла, что она здесь, пока мой взгляд не проследил за ее взглядом.

— Ты должен попытаться ее сдвинуть, — сказала я. — Она меня ненавидит.

— Она не испытывает к тебе ненависти.

— Однозначно испытывает.

Он протянул руку и слегка обхватил ее тело, потянув с кровати. Я издала звук протеста, но оборвала себя, когда она лизнула его руку, а затем потерлась о нее головой.

Когда Бек притянул ее ближе ко мне, она потерлась головой о мой бок…

И замурлыкала.

Мои глаза расширились.

— Она никогда не ненавидела тебя, просто ненавидела твой дом, и у нее не было другого способа выразить это. Возможно, там плохо пахло. До тебя там жили несколько других перевертышей.

Я об этом не подумала.

Даже если бы я это сделала, это ничего бы не изменило. Ведь раньше не могла переехать. Стая выделила мне бесплатное жилье, а моя работа в пекарне оплачивалась недостаточно, чтобы я могла самостоятельно оплатить жилье в Вайлдвуде.

Она лизнула мою руку, и мои губы изогнулись в улыбке.

— Может быть, Спринклс не так уж плоха, — пробормотала моя волчица.

— Думаю, ей просто нужно было почувствовать себя в безопасности.

Мы провели несколько минут, слегка поглаживая ее, прежде чем она спрыгнула на пол и выскользнула из комнаты, оставив нас одних.

— Она должна была так вести себя, когда я ее взяла, чтобы составить мне компанию, — заметила я.

— Тогда бы я тебе не понадобился. — Бек пощекотал мне бок, и я слегка покачнулась. От этого движения его член запульсировал внутри меня, и мои бедра слегка задвигались в ответ.

Одна его рука скользнула вниз, к моей заднице. Другая обхватила мое лицо, откинув голову назад. Его губы мягко встретились с моими.

Нежно.

Сладко.

Я поцеловала его в ответ, мой язык медленно двигался вместе с его.

Было жарко.

Интимно.

Все чувства разом охватили меня.

Мы двигались вместе, целуясь, и пламя желания пылало между нами.

Наконец его губы прошлись по моему горлу и плечу, и он прошептал:

— Укуси меня, Си.

Я была слишком увлечена своим желанием, чтобы протестовать.

Даже если бы это было не так, я знала, что это неизбежно. Мне нужна была его кровь в моих венах.

Мои клыки уже опустились, когда я прижалась губами к его шее.

Мои зубы пронзили его кожу, и вкус Бека заполнил мой рот.

Сладкий.

Острый.

Горячий.

Идеальный.

Его вкус был идеальным.

Одним движением Бек перевернул нас. Я прижалась спиной к матрасу, и он вошел в меня сильнее.

Быстрее.

Грубее.

Мой яд лишал его контроля над собой, настраивая на удовлетворение самых низменных потребностей и желаний.

Я стонала, прижимаясь к его коже, когда он входил в меня снова и снова, доводя до предела наслаждения.

Питаться от него было блаженством.

Абсолютным блаженством.

Я не хотела, чтобы это заканчивалось.

Он зарычал, наполняя меня своей спермой.

Я вскрикнула, и мои клыки выскользнули из его кожи, когда снова разлетелась на куски.

Мы оба тяжело дышали, когда спустились с высоты. Вес тела Бека, прижатого к моему, был таким комфортным, какого я никогда не ожидала.

— Ты невероятная. — его губы коснулись моего лба, и он слегка сжал мою задницу. — Как тебе питание из вены?

— Никогда больше не буду пить из пакета, — пробормотала я.

Он усмехнулся, прижимаясь ко мне.

— Рад, что мы на одной волне.

— Определенно.

Бек перевернулся на спину, притянул меня к себе и натянул одеяло на наши тела.

— Как ты себя чувствуешь?

— Устала. Не отказалась бы поспать.

— Тогда давай поспим. — он снова поцеловал меня в макушку. — Я никогда не отпущу тебя, Си. Надеюсь, ты это знаешь.

— Я уже иду к этому.

Его рука медленно скользила по изгибу моей задницы.

— Потрясающее ощущение, — пробормотала я.

— Хорошо. Приятных снов. — он снова поцеловал меня в макушку, и я уснула под низкий гул его голоса, повторяющийся в моих ушах.

Следующие несколько дней мы провели за разговорами.

Смеялись.

Обменивались историями.

Наслаждались сплетнями стаи.

Играли в покер на раздевание.

Знакомились с телами друг друга.

К тому времени, когда мы наконец добрались до дома Лав, чтобы поужинать, я была полностью согласна с Беком. Мы еще не скрепили наши узы, но это был лишь вопрос времени.

После того как Лав впустила нас, Бек оставил меня у двери, поцеловав. Он отнес наш пакет с овощными кебабами на кухню и присоединился к Мэдду и Вексу, пока они готовили. Кебабы должны были скоро отправиться на гриль, но парни справлялись сами.

Лав и Тори обняли меня, притянув к себе. Я обняла их в ответ, широко и счастливо улыбаясь.

— Тебе очень идет пара, — поддразнила Лав.

— Нам всем идет, — сказала Тори, и ее губы растянулись в ухмылке. Ее глаза опустились на мои руки и расширились, когда она увидела коробку сахарного печенья, которую я держала в руках. — Черт, ты лучшая.

Мы ели, разговаривали и играли в карты, пока не наступила ночь. Затем Бек привез меня в наш дом и занялся со мной любовью.

Медленно.

Сладко.

Упоённо.

Когда мы закончили, я прильнула к нему. Его руки обняли меня и прижали к себе.

— Думаю, что влюблена в тебя, Бек, — прошептала я, озвучивая слова, которые вертелись у меня в голове.

Это было слишком рано.

Все произошло слишком быстро.

Но я бы не променяла это ни на что.

— Я тоже люблю тебя, Си. И всегда буду любить. Этернум.

С помощью этого слова можно скрепить узы пары.

Оно означало вечность и на столько же связывало две души.

Мне не нужно было отвечать.

Я знала, что могла бы промолчать.

Бек ждал бы столько, сколько мне было нужно, несмотря на наш разговор о скором скреплении уз.

Но я не хотела ждать.

Хотела, чтобы он знал, что он мне небезразличен так же, как и я ему.

— Этернум, — пробормотала я в ответ.

На мгновение время остановилось.

По позвоночнику и всему телу пробежали мурашки.

Я почувствовала, как что-то внутри меня меняется, становясь на свои места, когда наши узы скрепили наши души в единое целое.

Мы были далеки от совершенства, но мы были вместе.

Мы были преданы своему делу.

И мне не терпелось узнать, что ждет нас в будущем.

Наш трехлетний малыш носился по дому с Тори и Вексом, пока Сиенна уминала круассан. Она прислонилась ко мне, используя свой округлившийся живот в качестве стола для сахарного печенья, которое она собиралась съесть на десерт.

— Я жду не дождусь, когда дойду до такого же срока, как ты, и у меня будет встроенный столик, — пожаловалась Лав, положив руку на свой маленький животик. — Сейчас у меня есть только газы.

— Газы гораздо лучше, чем крошечный проказник, бьющий тебя по ребрам. Я бы предпочла газы столику в любой день, — сказала Сиенна.

Обе ее беременности прошли без осложнений, и это было просто чудо. Я бы чувствовал себя дерьмом, если бы она страдала после того, как я случайно ее обрюхатил.

— Папа! — закричал наш малыш, бросившись ко мне. Он рос непоседой, и я был благодарен ему за каждый гребаный день.

Я ловко поймал его, стараясь не задеть живот своей пары.

— Прости. Думаю, мы его слишком завели, — рассмеялась Тори, запыхавшись от беготни за малышом.

— Не беспокойся, — улыбнулась Сиенна, пока наш малыш с восторгом рассказывал обо всем, что делал со своей тетей Тори и дядей Вексом.

— Как там наш орешек поживает сегодня? — спросила Тори, усаживаясь рядом с Лав. Мэдд был по другую сторону от нее, но ничего не сказал, когда Тори коснулась живота Лав.

— Сегодня он грейпфрут, — сказал Лав.

— Не могу дождаться, когда снова стану крутой тетей. — она легонько потерла рукой живот Лав, а затем то же самое сделала с животом Сиенны.

Я поцеловал пару в висок, и она повернулась ко мне, поцеловав меня в губы.

Ребенок выбрал этот момент для сильного толчка. Ее живот выпятился, и печенье упало на диван.

Наступила минута молчания, прежде чем мы все разразились хохотом.

— Видишь, столик переоценивают, — поддразнила Сиенна Лав.

Я притянул свою пару ближе, и она прижалась ко мне, зная, что ее место здесь.

Жизнь была чертовски прекрасна.