Гостиная взорвалась в радостных возгласах, когда ресивер столкнулся с линией защиты. Тони наблюдала, как ее брат и два других соседа по дому Эй-Джей Спинелли и Саймон Эндрюс хлопали друг друга ладонями, давая «пять».

— Тони, садись с нами. Ты пропускаешь игру, — позвал Мэтт сестру.

Она улыбнулась и покачала головой: — Мне хорошо там, где я сейчас, — и продолжила сидеть на барном стуле в кухне.

Кухня была совмещена с гостиной, и с ее места Тони видела всю игру поверх голов парней, сидящих на диване. Эти трое были поглощены игрой, которая близилась к середине. Мэтт устроился на диване поглубже, его волосы, в точности, как и ее, каштанового цвета были заправлены за уши, умоляя о стрижке. Эй-Джей — мистер Греческий Бог, был блондином. Сейчас он был занят запихиванием попкорна в свой ненасытный рот. Его выгоревшие на солнце волосы были зачесаны наверх, намекая на количество использованного мусса для укладки. Саймон — мистер Серьезность, сидел на краю дивана, смотря внимательно свою любимую игру. Его темные волосы, не каштановые, но и не совсем черные, лениво спадали ему на лоб. Он обернулся, увидел, что Тони смотрит на него, и подмигнул ей своими зелеными, как весенний лист, мерцающими глазами.

Вздохнув, она обернулась в испуге и уткнулась в блокнот, в котором вела записи и нервно зажевала нижнюю губу. Пытаясь сконцентрироваться, она изучала газетную страницу с объявлениями о сдаче квартиры. Играя ручкой, она нашла несколько подходивших ей вариантов и обвела их. Дело в том, что она не хотела съезжать из дома, который делила с парнями уже три года, даже не могла представить такого. Но она должна была, и чем скорее, тем лучше. Парни начали вставать с дивана, чтобы отправиться на кухню, а Тони запихнула газету к телефонной книге.

— Техасцы лидируют на 14 пунктов, — в отвращении сказал Саймон, направляясь к ванной комнате парней.

— Эй, Тони, ты не против, если я воспользуюсь твоей комнатой для девочек? — спросил Эй-Джей, — Саймон может застрять в нашей на час. Он одарил ее веселой ухмылкой, когда она кивнула ему, соглашаясь.

— Что делаешь сестренка? — cпросил Мэтт, вынимая пиво из холодильника. — Хочешь?

Она покрутила головой отказываясь. Мэтт сделал длинный глоток, не отрывая глаз от нее, поверх бутылки. Он подошел к ней и взъерошил ее волосы: — Что-то ты тихая сегодня сестренка. Игра не интересная? Обычно ты болеешь громче всех. Тебя что-то беспокоит?

Тони глубоко вздохнула. Она понимала, что рано или поздно ей придется признаться и предпочитала сделать это без пялившихся на нее Эй-Джея и Саймона: — Я собираюсь съехать отсюда.

Он не среагировал бы более яростно, даже если она проломила ему черепушку. Его карие глаза широко раскрылись, а нижняя челюсть устремилась к полу. Он грохнул своей бутылкой о стойку: — Ты это не серьезно! Что не так? Что произошло?

Тони тихо пыталась успокоить его: — Все нормально, ничего не случилось. Просто пришло время мне обзавестись своим уголком.

Тони уже пожалела, что завела этот разговор. Она, конечно, ожидала конфронтации, но не сделала скидку на темперамент брата.

— Что-то все же случилось, — сказал он, игнорируя ее протест, — ты не говоришь мне всей правды. Я думал, ты счастлива здесь. Мы вместе решили, что Саймон и Эй-Джей переедут сюда, когда папа и мама погибли и оставили нам этот дом. Ты что, сейчас сожалеешь об этом?

Тони прикрыла свои глаза. Этот разговор становился тяжелее, чем она думала: — Ты же знаешь, я люблю этих парней. И я никогда не сожалела, что они делят с нами этот дом, но пришло время мне съехать. Расправить немного мои крылышки. Время, доказать, что я не нуждаюсь в вашей заботе 24 часа в сутки.

— Так дело в этом? Думаешь, мы излишне опекаем тебя? Я могу поговорить с парнями. Мы можем отвалить, — он улыбнулся и соединил свои руки с ее.

— Да, вы властные и излишне опекающие, все вы, но я люблю вас за это. И дело совсем не в вас или в ком-то другом. Я просто думаю, что пришло время для меня.

— Мне это не нравится, — он скрестил руки на груди, а его губы вытянулись в прямую линию, — и все же, ты не совсем честна со мной, я вижу это в твоих глазах.

— Что происходит? — спросил Саймон, приближаясь к бару.

— Она только что сказала, что съезжает от нас, — сказал Мэтт, все еще не веря себе.

— Это правда? — мягко спросил Саймон, сверкнув в нее своими ленивыми зелеными глазами. Глазами, заставляющими ее чувствовать себя обнаженной. Вспышка возбуждения коснулась ее шеи, когда она представила его обнаженным, на своем теле, свои руки, скользящие по его бесподобной, крепкой груди и мускулистым рукам.

Она кивнула неспособная говорить или встретить его пристальный взгляд.

— Почему?

Она заерзала на табурете, запустив пальцы в свои длинные кудри: — Я думаю, пришло время, обзавестись своим собственным домом, — повторила она как мантру.

— Ты уже это говорила, — ответил Мэтт, — почему ты говоришь о переезде именно сейчас?

— Не доставай ее, — прервал его Саймон, — думаю, у нее есть веские причины.

Он развернулся и уставился прямо на нее: — Просто мы хотим услышать их.

«Думай Тони, думай…» Что она может сказать? Конечно же — не правду. Третья мировая по сравнению с этим просто ерунда! Даже если бы она прочитала часовую лекцию: «Почему ей необходимо переехать!» — никто ей не поверит! Из-за ее собственной глупости их отношения переросли в нечто большее!

Они жили вместе три года. Но друзьями были намного дольше. Было логично пригласить Саймона и Эй-Джея, когда умерли их родители. Все они, вчетвером были неразделимы друг с другом, с тех пор как парни учились в средней школе. Все они работали пожарными в маленьком техасском городке Кипарис, в котором все и выросли.

— Тони, — голос Саймона проник в ее мысли. Она развернулась к нему и поймала его заинтересованный взгляд, сосредоточенный на ней. Прочистив горло, она ответила: — Мне нужно мое собственное пространство. Ничего личного!

— Не вижу, как это может нас, лично, не касаться, — начал он, — выглядит, будто ты хочешь убежать от нас. Мы сделали что-то, что расстроило тебя?

С внутренним стоном она спрятала лицо в своих ладонях: — Конечно же, вы не могли ожидать, что мы будем жить вместе вечно, я имею в виду Вас, парни, вы женитесь и захотите свою семью, то же самое хочу и Я.

Она обернулась и посмотрела прямо на Саймона, тот только произнес:

— Думаю, я понимаю, к чему она ведет.

— Ну, тогда просвети меня, — жалостливо попросил Мэтт, — потому что я до сих пор блуждаю в потемках.

— Я думаю, Тони пытается донести до нас то, что готова к серьезным отношениям. Может выйти замуж и создать семью. Думаю, что довольно трудно привести парня в дом, где ей в шею дышат три неандертальца.

— Это так Тони?

— Хмм.… Да, думаю, что так. Я не планирую выйти замуж завтра, но предполагаю, что захочу такое развитие сценария в будущем.

«И не имеет значения то, что она не сможет заполучить того, кого действительно хочет»

Мэтта это не убедило, но он ничего больше не говорил. Саймон продолжал изучать ее, пока она нервно ерзала на стуле. Почему то ей показалось, что он видит ее насквозь, и его не убедили ее слабые оправдания.

— Мы чем-то можем тебе помочь? — спросил он мягким голосом.

— О, нет, думаю, вы поможете мне переехать, когда придет время. Она одарила его своей лучшей улыбкой в попытке заглушить собственную нервозность.

— Конечно, мы поможем.

— Да, я знаю.

Она слышала, как Эй-Джей присоединился к ним в кухне, и повернулась к нему, благодарная за снятие напряженности. Ее сердце упало, когда она встретилась с выражением его лица. Это было странно, он выглядел, будто съел ее неудачную попытку приготовить мясной рулет.

— В чем твоя проблема Эй-Джей? — спросила Тони с вызовом

Он продолжал пялиться на нее, медленно обходя вокруг. Он протянул руку, и Тони почувствовала, что в ее животе завязался громадный узел, а сердце бьется в районе гортани. В его раскрытой ладони лежал тест на выявление беременности на ранних сроках, который она использовала накануне. Две полоски побледнели, но все еще подтверждали положительный результат.

— Что это, Тони? — прошептал он.

Тони замерла, но тревогу быстро сменил гнев: — И что это ты искал в моей корзине для мусора? — она выхватила палочку из его руки и сжала ее в своем кулаке.

Эй-Джей моргнул в удивлении: — Я не рылся в ней, просто уронил часы, пытался достать их, искал, чем бы подцепить и увидел тест.

Мэтт, чей рот так и был раскрыт в букве «О» от шока, наконец, смог сомкнуть челюсти: — Святой боже, ты что… Беременна?

Саймон взял ее руку в плен своих больших ладоней, раскрыл ее пальцы и вытащил тест. Мэтт и Эй-Джей склонились над ним, в то время, когда он изучал плоский предмет.

— Что означают две полоски? — потребовал Мэтт.

— Это означает, что она беременна, — сказал Саймон, спокойно направив пристальный взгляд на Тони.

— Иисусе, почему ты не сказала нам? — с упреком отозвался ее брат.

— Поэтому ты хочешь съехать? — спросил Саймон, нежно подняв ее подбородок. Тони уже почти расплакалась и несчастно закивала.

— О чем, черт побери, вы говорите? Кто съезжает? — требовательно допытывался Эй-Джей.

— Никто! — прогрохотал Мэтт.

— Кто, черт возьми, обрюхатил тебя? — спросил Эй-Джей, — скажи, чтобы я смог надрать его жалкий зад.

— Это тот студент, с которым ты встречалась пару месяцев назад? — спросил Мэтт.

Тони в замешательстве смотрела на парней, сыпавших в нее вопросами со всех сторон, и сделала единственную вещь, которая могла их заткнуть. Она разрыдалась. Теплые, сильные руки мгновенно прижали ее к твердой груди с развитой мускулатурой.

— Ради всего святого, парни, заткнитесь уже! — приказал Саймон, — вы расстраиваете ее, мы никогда не получим ответов если будем так наседать!

Эй — Джей скривился в отвращении: — Иисусе, Мэтт, ты заставил ее плакать.

— Я? Это не я спрашивал, кто ее обрюхатил.

— Тихо, — взревел Саймон.

Тони прикрыла свои глаза и вдохнула утешительный аромат футболки Саймона. Боже, его аромат был так прекрасно силен, как и все в этом парне. Она прочла тихую молитву.

Он вероятно не позволит ей уйти, не сейчас. Он нежно погладил ее по голове, что заставило ее заплакать еще сильнее.

— Иди сюда, сладкая, — он снял ее с табурета и повел в гостиную, посадил на диван, укутал своими объятьями.

— Теперь расскажи нам, что на самом деле происходит.

Она икала и смотрела в пол. Мэтт и Эй-Джей суетились вокруг нее и выглядели растерянно, что портило их красивые лица.

Саймон решительно сказал: — Ты не обязана говорить нам, кто отец.

— Ко всем чертям, она должна сказать, — вспылил Эй — Джей.

Саймон взглядом приказал ему заткнуться и обернулся к Тони: — Как насчет, начать с того, почему ты захотела уехать, не говоря нам ни слова об этом.

— Я хотела переехать именно потому, что не хотела, чтобы вы знали, — пролепетала она.

— Почему? — она посмотрела на Саймона в удивлении, — да вы затюкали бы меня вопросами об отцовстве, а я предпочла бы забыть об этом.

Его лицо стало каменным: — Он причинил тебе боль?

Она с трудом сглотнула, это не тот разговор, который она хотела продолжать. Она посмотрела на Мэтта и Эй-Джея, на их лицах была написана решимость, убить любого, на кого она укажет.

— Слушайте, я совершила ошибку, и действительно не хочу обсуждать это!

— Достаточно честно, но я думаю, что уехать от нас — это не очень хорошая идея, — рассудительный Саймон обхватил ее подбородок и потер щеку большим пальцем. — Сейчас мы нужны тебе еще больше, чем раньше.

Он кивнул головой.

— Я полностью с тобой согласен, — он обошел вокруг бара и направился в гостиную, небрежно держа бутылку кончиками пальцев. Расположившись на диване, щедро плеснул себе янтарный напиток в стакан. Тони осторожно присела рядом. Несмотря на ее нежелание видеть его мужем другой женщины, его боль убивала ее. Саймон осушил свой бокал и тут же наполнил его новой порцией виски. Его пальцы сжали стакан с такой силой, что костяшки побелели. Он поднес его к губам.

— Я пришел к ней, хотел удивить, попросить выйти за меня замуж, а увидел, как она трахается с другим. Он покачал головой, его губы сжались в тонкую линию.

— Какой же я идиот!

— Это она — дура, — выдавила Тони сквозь зубы.

Саймон вскинул бровь и его рот растянулся в улыбке. Часть темноты отступила от его зеленых глаз. Он протянул руку и спрятал ее щеку в своей ладони.

— Спасибо.

Девушка едва сдержала себя, чтобы не уткнуться носом в его ладонь.

— За что?

— За то, что ты здесь, со мной, — мягко поблагодарил он.

Она придвинулась ближе к нему и потерлась щекой о его ладонь. Как много он уже выпил? Саймон не был пьяницей, кроме пары бутылок пива в выходные, он ничего не пил, а тут, пришел навеселе и уже два стакана опрокинул в себя. Он уставился на нее, взгляд был немного не в фокусе, но через секунду он зацепился глазами за ее лицо. Она протянула руку и коснулась пальцами его губ, спрашивая себя, как он будет реагировать на это, и какого черта она такая дерзкая? Его губы под ее пальцами были такими полными и чувственными… Его рука, скользнула вниз по ее плечу и далее по руке, пока его пальцы не встретили ее. Прежде чем храбрость окончательно покинет ее, Тони наклонилась к Саймону и медленно заменила пальцы на его губах своими устами. Короткий судорожный вздох и ее губы изучают его рот и реакцию на ее поцелуй. Он протянул руку и накрыл ее губы своими пальцами. Она попыталась вздохнуть, но чувствовала ком в горле, а ее сердце бешено стучало в груди. Она хотела большего, больше чем просто нежные поцелуи и невинные ласки. Она так долго его ждала. Так долго хотела, чтобы он смотрел на нее именно так, как он смотрел на нее сейчас. Положив свои ладони на его грудь, она толкнула его на диван. Девушка гладила его плечи, ласкала мускулистые руки. Ей нравилась его сила и эта первобытная власть, которая исходила от него. Не думая ни секунды она просунула свою ногу меж его бедер. Она смотрела ему прямо в глаза, когда засунула руки под его футболку и потянула вверх, снимая ее. Она почувствовала уверенность, когда увидела ответное желание в его глазах. Когда ей удалось стянуть его футболку через голову, она почувствовала себя свободнее, а его губы уже влажно и горячо гуляли по ее губам. Она обернула руки вокруг его шеи и углубила поцелуй, встретив его язык и неистово посасывая его. Ее собственная рубашка начала задираться по мере того, как Саймон стремился обхватить ее груди своими ладонями.

Ее тело пело под его прикосновениями. Желание плавило ее вены. Как она любила этого мужчину. Она хотела показать ему, заставить его увидеть глубину ее чувств. Так, как она не смела, показать их ранее. К ее удивлению, он встал, удерживая ее на себе, прижимая к своей груди и двинулся в сторону спальни. Он пинком открыл дверь в свою спальню и занес ее внутрь. Саймон положил ее на кровать, а затем, отступил, назад освобождаясь от оставшейся одежды. Тони приподнялась, опираясь на локти, вбирая в себя каждый дюйм его великолепного тела. Она затаила дыхание, когда его эрекция предстала перед ней во всей красе. Как хищник, он навис над ней с жаждой обладания в глазах. Он покачнулся над ней и злобно усмехнулся, затем потянул с нее рубашку, пока она не слетела с ее головы. Ее джинсы были расстегнуты и слезли с ног одним движением его руки. Тони осталась в одних трусиках. Он нагнулся и поцеловал кожу между ее пупком и краем шелковых трусиков. Гусиная кожа покрыла живот. Она чувствовала дрожь, пока его язык путешествовал вокруг пупка. Он зацепил пальцами резинку ее шортиков и медленно потянул вниз, вскоре, она была абсолютно нага. Независимо от того, сколько раз она представляла себе этот момент, действительность превзошла все ее ожидания. Саймон навис над ней, девушка обернула свои руки вокруг него и прижала к своему обнаженному телу. Горячая плоть встретила ее. Эта твердость против ее мягкости. Его руки потерялись в ее локонах, когда он сминал ее губы своими губами. Желание окутало каждую мышцу в ее теле, когда он встал меж ее ног. Их ноги переплелись, а потом он развел ее бедра своими коленями. Каждое прикосновение, каждый поцелуй, каждое нежное поглаживание, напоминали ей обращение с самой желанной драгоценностью. Слезы выступили на ее глазах, стон вырвался из ее груди сжатой так, что трудно было дышать.

Она мечтала о нем и об этом моменте так долго.… Любить его, прикасаться к нему, показать, как хорошо им может быть вместе, ее дыхание остановилось, когда он скользнул в нее. Краткий момент дискомфорта был настолько мимолетен, что тут же был смыт из ее памяти. Они подходили друг другу идеально, словно были созданы друг для друга. Он навис над ней, сжимая ее нежно и плотно скользя их потными телами в своем собственном ритме. Он обхватил ее ягодицы, затем скользнул руками по бедрам и выше. Узел в ее животе завязывался все туже, грозя порваться и высвободить ее тело в каком-то невероятном взрыве. Его губы потянулись к ее шее, покусывая, посасывая нежную плоть. Она притянула его еще ближе к себе, поскольку чувствовала, что взрыв не за горами. Она крутилась и дрожала, все сильнее сжимая его член.

— Да детка, — прошептал Саймон в ее ухо. Он напрягся, глубже входя в нее и простонал, она обернула ноги вокруг его бедер, когда почувствовала, что его член еще больше набух в ней. Он скользнул еще глубже, зашипел, а затем расслабился. Она вздохнула и вжалась глубже в его объятия. Он чувствовался так правильно. Она была обернута его телом, словно он владел каждым дюймом ее плоти.

— Я люблю тебя, — прошептала она.

Саймон перекатился на бок, увлекая ее за собой, а затем обернул руки вокруг ее груди.

— Старла — пробормотал он. Тони напряглась. — Я так рад, что ты вернулась ко мне, — шептал он.

Все ее надежды и мечты обернулись крахом. Унижение смыло эйфорию, в которой она пребывала. Слезы заполнили ее глаза. Бог мой, какая же она дура! Что он сделает, когда поймет, что обнимает не Старлу? Переживет ли их дружба такую чудовищную ошибку?

Тони пошевелилась, когда убедилась, что он крепко спит. Она должна была выбраться, прежде, чем полностью потеряет себя. Осторожно, она выскользнула из его объятий и ушла, моля бога, чтобы он не проснулся и не застал ее голую в своей постели. Напряглась, когда он пошевелился, но он просто закинул руку за голову и возобновил свое мерное посапывание.

Тони собрала свою одежду и выбежала за дверь, скрывшись в гостиной. Слезы текли по ее щекам. Что же теперь делать?

Она натянула джинсы, блузку. Хотелось кричать, причинить боль кому-нибудь. То, как она страдала, было просто ужасно. Она закрыла глаза.

Дура, дура, дура…

Она утонула в диване, пряча лицо в руках. То, что должно было стать самым прекрасным опытом в ее жизни, обернулось, тисками мучительной агонии. И что самое ужасное — она должна была встретиться с Саймоном. Когда утром он разбудил бы ее, поняв, какую ошибку он совершил.

Она просидела там всю ночь в страхе, что утром, Саймон осознает все произошедшее. Она не могла спать, все, что она помнила, это момент, когда он назвал ее «Старла». Часами позже, когда первый луч солнца заглянул во французские двери, осветив поверхность полов, Тони услышала звук открывающейся двери спальни. Она напряглась, заслышав шаги приглушенные коврами в прихожей. Беспокойство пожирало ее внутренности. Саймон зашел в гостиную в шортах и футболке, его волосы в беспорядке обрамляли его лицо. Он был похож на демона, а она чувствовала себя так, словно демоны пришли за ней.

— Эй, — хрипло прошептал он.

Она сглотнула, пытаясь смочить слюной свой пересохший рот. Он присел рядом и, протянув руку, сжал ее коленку.

— Я хотел сказать спасибо, — она уставилась на него. Он в своем уме? Он что, только что поблагодарил ее? — я ценю то, что ты сделала для меня прошлым вечером, ты настоящий друг!

Озарение настигло ее сердца и заставило его биться ровнее. Он ничего не помнит! Только так можно объяснить его поведение. Только при таком раскладе он сейчас непринужденно зашел в комнату, как будто ничего не произошло. Почувствовав облегчение, что она освобождена от неловких объятий и извинений за события прошлой ночи, она закрыла глаза. Мимолетно, в ней промелькнула печаль, но она тут же была смыта волной облегчения. Она вернулась к своей роли младшей сестры, лучшего друга, любого, кроме желанной женщины, которую она хотела, чтобы он в ней видел.

Несмотря на то, что прошедший день высосал из нее все соки, Тони не могла уснуть. После тщетных попыток и беспокойного переворачивания в течение часа, она отпихнула в сторону одеяло и спустила ноги с кровати. Зарывшись пальцами в волосы, она вздохнула и встала. Девушка тихонько проскользнула на кухню и влила в себя стакан сока. Затем на цыпочках пересекла гостиную и улеглась на диван с пультом в руке. Снизив громкость до минимума, она не боялась разбудить парней. К ее удовольствию, по кабельному показывали «Одинокого голубя». (Амер. Мини-сериал 1989 г. по книге лауреата Пулитцеровской премии Ларри МакМертри) Она успокоилась и погрузилась в происходящее на экране. Примерно через час она почувствовала легкий поцелуй в макушку.

— Не можешь уснуть?

Она повернулась на голос Саймона, чтобы увидеть его позади дивана, одетого в одни только боксеры. Он обогнул диван и уселся рядом с ней.

— Все хорошо? — спросил он.

— Да, не могу уснуть, — а теперь уже ни одна молитва не смогла бы ей в этом помочь. Мышцы на его груди слегка напряглись, когда он расслабился и закинул руку на спинку дивана. Сглатывая слюну, Тони постаралась вернуть свое внимание к телевизору.

— Хочешь поговорить?

Она оглянулась на Саймона и с дрожью выдохнула.

— Не особо.

— Почему-то я не верю в это?

— Мне просто страшно, — призналась она. Тони никогда не могла сопротивляться ему. У Саймона был дар вытягивать слова из немого.

— Иди сюда, — он пригласил ее в свои объятия.

Мужчина притянул ее к своей груди, и она прижалась к нему, любя уют его объятий.

— Я не буду советовать, тебе не бояться. Хмм, да я был бы сбит с толку, но самое важное, что ты не одна. Нет ничего, что я, да и другие парни не сделаем для тебя. Ты помогла мне в один из самых трудных моментов моей жизни, и я собираюсь пройти с тобой каждый этап твоей беременности. Она прижалась лицом к его груди и обвила руками шею.

— Саймон, спасибо, не знаю, что бы я делала без тебя, — она отчаянно обняла его, и слезы нарисовали дорожки на ее щеках, когда напряжение последних дней выплеснулось наружу. Он гладил ее волосы и крепко прижимал к себе. Когда поток ее слез иссяк, он вытер ее щеки своими большими пальцами. — Стало легче?

Тони фыркнула и покачала головой.

— Ты можешь рассказать мне все.

— Да, я знаю, — прошептала она. Только рассказать обо всем она ему не могла. Не сейчас. И эта мысль заставила ее хотеть плакать еще сильнее.

— Хочешь сока?

— Да, выпью стаканчик, — улыбнулась она. Он встал, прошел на кухню, налил в стакан сок, вернулся и сел рядом с ней.

Если бы он узнал всю правду, его ответ был бы иным, но сейчас она рада была его поддержке.

— Когда ты снова пойдешь к врачу?

— Не раньше, чем через месяц.

— Хочешь, я пойду с тобой?

Она покраснела и в удивлении уставилась на него.

— Ты хочешь этого?

— Конечно, если ты не хочешь идти одна..

— Я очень этого хочу, — улыбнулась она ему, — спасибо Саймон.

— Нет проблем!

Сердце девушки почти остановилось.

— Чччто? — она быстро приходила в себя и направила на него взгляд, полный презрения, — ты слишком много времени провел на солнышке Эй Джей.

Он понимающе усмехнулся.

— Отрицай, сколько влезет. Только я видел, как ты смотришь на него. И, эй, если тебя это утешит, я думаю, из вас получиться великолепная пара. Он глупец, если не поймет это.

— Твой комплимент ценен, но протри глаза... Я не в его вкусе.

— Но может должна быть...

— Она закатила глаза, — ты забываешь один важный аспект, я беременна. Я знаю очень мало парней, которые хотели бы встречаться с беременной девчонкой.

Его взгляд смягчился.

— Не продавай себя так дешево, Тони. Несомненно, есть куча парней, которые бежали бы от тебя с криками в противоположном направлении, но есть и другие, те, которые захотят заботиться о тебе и твоем ребенке.

— Ты такой милый, — ответила она с улыбкой.

Он вернул ей обеспокоенный взгляд: — Что насчет отца ребенка? Он знает? Он позаботиться?

Улыбка на ее лице замерла. Она уткнула свой взгляд в колени, избегая его пристального взгляда, исследующего ее.

— Я не хочу говорить об этом.

— Он причинил тебе боль? — его голос приобрел нотки стали и гнева.

— Все не так просто, — пробормотала она, — расслабь свою мускулатуру Эй Джей, он не знает, и я планирую и дальше придерживаться этого пути.

Голос парня продвинулся ближе, вместе с ним.

— Я не понимаю. Я знаю, что ты не из тех девиц, которые прыгают в кровать ко всем подряд. Ты должна заботиться о нем. Проблема в том, что я даже не могу представить, кто это может быть. И, если он не обидел тебя, почему ты не расскажешь ему? Он заслуживает знать, тебе так не кажется?

— Это не твое дело, — сказала она в отчаянии. Она вскочила с дивана и схватила свои ключи с барной стойки. Ей нужно выбраться отсюда. Она понимала, что действовала по-детски, абсурдно, но аргументы Эй Джея были правильными, и он потихоньку вытянул бы из нее все, если бы она осталась.

— Тони подожди!

Она не собиралась останавливаться и выслушивать его. У нее не было ответов на его вопросы. И она не могла позволить ему продолжать его исследования.

Саймон вышел в гостиную суша волосы полотенцем, он обернул его вокруг шеи.

— Что, черт возьми, происходит? Это Тони уехала?

— Да, — Эй Джей выглядел непривычно виновато. Примерно как тогда, когда он съел обед Мэтта и Саймона на станции.

— Что ты сказал ей? — потребовал Саймон, — если ты расстроил ее, я надеру твою задницу.

— Я спросил ее об отце ребенка.

Саймон выругался сквозь зубы. Он и сам хотел бы знать, но сейчас было самое не подходящее время, чтобы давить на нее, и Эй Джей должен был это знать.

— Ты когда-нибудь научишься держать язык за зубами? — в оправдание Эй Джея, тот выглядел раскаявшимся.

— Ты снова заставил ее плакать?

— Ммм, не думаю, что она была расстроена, больше было похоже на гнев.

— Черт побери, Эй Джей, это предполагался день отдыха для нее. Она должна была успокоиться и расслабиться. Используй мозги хоть раз...

Он выглядел несчастным.

— Ах, черт, я не хотел расстраивать ее.

Саймон прошел через кухню и выглянул в парадную дверь. Ее джип исчез. Эй Джей никогда не хотел ничего плохого, но мог быть невыносимой головной болью, иногда. У Саймона была догадка, куда она могла пойти. Если он хорошо ее знает, она отправиться в парк. Это было ее место для раздумий со времен средней школы.

Он вернулся в свою комнату, натянул джинсы и футболку. Вернулся к Эй Джею.

— Вернусь позже, — уходя, он увидел, как медленная улыбка разлилась по лицу друга. Он даже не собирался спрашивать, что вызвало эту дьявольскую усмешку.

— Ты скучаешь по маме и папе? — спросила Тони Мэтта, смотря на него через кухонный бар и глотая витамины, для беременных, запивая их стаканом воды.

Он выглядел пораженным, в его глазах промелькнула печаль. Он отложил почту, которую сортировал.

— Да, все время.

— Мне очень не хватает сейчас мамы.

— Держу пари, что это так, — сказал он сочувственно.

— Она всегда знала, что делать и давала самые правильные советы, — они затихли на минутку.

— Я тоже скучаю по ней, — нарушил тишину Мэтт.

Тони положила свой стакан в мойку и занялась посудомоечной машиной, убирая из нее чистую посуду. Разговор о маме заставил ее задуматься, насколько слепо она входит в материнство. А ее мама не может помочь ей и поддержать ее в этом. Как-будто ощущая ее мысли, брат встал и подошел к ней, захватывая руками ее плечи.

— Ты не одна Тони. Я знаю, что не могу заменить тебе маму, но ты во всем можешь рассчитывать на меня, — она повернулась, улыбнувшись ему просунула руки вокруг него и он сжал ее своей медвежьей хваткой.

— И подумать только, как ты мучил меня, когда мы были детьми, — он рассмеялся.

— Думаю что да, но только до тех пор, пока не приходил Саймон и не угрожал моей заднице, если я не оставлю тебя в покое.

— Да, он так и поступал, — пробормотала она. Оттолкнувшись от брата, она снова принялась за посудомоечную машину.

— Говоря о Саймоне, вы ходили вместе с ним на прием к врачу? Что тебе сказали?

— Да, было здорово. Мы слышали сердцебиение. Док думает, у меня срок примерно 12 недель. Срок назначен на март.

— Тебе лучше после приема?

— Думаю, да, — ответила она. И по большей части это было правдой. Последние несколько недель были для нее сплошным оцепенением и неприятием действительности. Но сегодня, звук бьющегося сердца малыша, заставил ее задуматься о факте, что она носит крошечную жизнь внутри себя.

А джинсы стали слишком сильно обтягивать ее фигуру. Она перешла на слаксы и тренировочные штаны, но скоро придется пройтись по магазинам за одеждой для беременных.

— О, пока я не забыл, — сказал Мэтт, щелкнув пальцами, — Майк звонил тебе недавно, я сказал ему перезвонить сегодня днем. — Она нахмурилась и прислонилась к раковине.

— Что он хотел? — единственный Майк, которого она знала, работал с парнями в пожарной части.

— Не знаю, он сказал, что перезвонит.

Она пожала плечами и помыла свой стакан. Помыв руки, она прошла к французским дверям, ведущим на деревянную террасу, и выскользнула наружу. Солнце медленно садилось за горизонт, распространяя розовые и пурпурные всполохи света по небу. Устроившись в шезлонге, она откинулась назад, чтобы насладится видом, открывающимся с террасы. Как пелось в одной песне, нет ничего прекраснее южных ночей. С приближением осени, вечера становятся прохладнее, и слабый запах горелых листьев дразнил ее обоняние.

Через шесть месяцев ее жизнь измениться навсегда. Она будет заботиться уже не только о себе. Хотя она уже свыклась со своим положением, мысль о том, что она станет родителем, адски пугала ее. У множества женщин, есть какое- то шестое чувство, как заботиться о ребенке, но она не одна из них. Она положила руку сверху на свой живот. Существовал только малейший намек на выпуклость и только человек, очень хорошо знакомый с ее плоским животиком мог заметить этот нежный изгиб.

Легкий бриз сдул волосы с ее лица. Возможно, беременность сделала ее мягче, но еще она чувствовала душевное спокойствие, которое покинуло ее много недель назад.

Звук открывающейся двери вывел ее из тихой задумчивости.

— Тебя к телефону, Тони, — Мэтт протянул ей трубку радиотелефона. Она взяла ее, и Мэтт вернулся в дом.

— Алло.

— Привет Тони, это Майк. Как твои дела?

— Все хорошо, как ты?

— Отлично, наслаждаюсь выходными. Послушай, я звонил, потому что хотел спросить, не хочешь ли ты прогуляться в эти выходные. Может, поужинаем в Дрейке?

Повисла неловкая тишина, поскольку Тони боролась с удивлением.

— Я. Эммм, — дерьмо, она не хотела объяснять по телефону что, как и почему. Никто в части не знал, что она беременна, пока. — Конечно, — наконец выдавила она, — звучит здорово.

— Вот и отлично, я заберу тебя около шести, нормально?

— Увидимся в шесть, — ответила Тони. Затем они попрощались, и она нажала кнопку, заканчивая звонок.

Она откинулась назад на шезлонг и положила трубку на колени. Ее разум был в растерянности. По правде, она не хотела никуда выходить с Майком, хотя он и был прекрасным парнем. Но с другой стороны настало время отбросить свои юношеские фантазии. Нереалистичные мечты об отношениях с Саймоном, и продолжать жить. Скоро у нее будет ребенок, и, несмотря на то, что она не может быть с тем единственным, кого желает, она не хочет прожить всю жизнь одна. Не хочет растить ребенка в одиночку.

Майк может быть и не тот самый, но ей нужно с кого-то начать. Начать удаление из памяти той катастрофической ночи, изменившей ее жизнь.

Сегодняшний прием у врача был упражнением в сладкой грусти. Саймон был с ней, но его присутствие было болезненным напоминанием того, чего у нее никогда не будет. Притворство, не дало ей в полной мере насладиться радостью. Она чувствовала себя собакой, которую погладили по голове и от этого становилось еще труднее.

Несколько недель назад такие мысли привели бы ее к обязательным слезам, но сейчас она чувствовала лишь легкую меланхолию, посаженную где-то глубоко внутри нее не влияющую на ее жизнь.

Значит, хватит! Она спустила ноги с шезлонга, встала и направилась в дом, где застала Мэтта и Эй Джея, наблюдающими как готовит Саймон.

— Что хотел Майк? — с плохо замаскированным любопытством поинтересовался Мэтт.

— Он пригласил меня прогуляться с ним, — беспечно ответила Тони. Она поставила телефон на базу и села рядом с Эй Джеем.

Три пары глаз уставились на нее.

— Что? — было трудно различить, кто задал вопрос, рты всех троих были открыты в изумлении. Саймон замер с лопаткой в руке. — Майк — это наш Майк из части?

— Он самый, — ответила она.

— Что, черт возьми, он делает, приглашая тебя на свидание? — она осадила Саймона ледяным взглядом.

— Может, я ему интересна?

Эй Джей хихикнул.

— В этот раз оступился ты, чувак.

— Я и не думаю, что ты ему не интересна, — спокойно сказал Саймон, — я просто удивлен, это своего рода шок для меня.

— Почему?

Мэтт захихикал.

— Тебе лучше заткнуться, пока все твои зубы на месте.

Саймон скрестил руки в защите.

— Прости, я не имел в виду то, как это прозвучало, я просто не представлял себе.

— Приятно знать Саймон, что и у умников есть проблески идиотизма, — прокомментировал Эй Джей с очевидным ликованием, — на этот раз не я сел в лужу.

— Рада, что вы считаете все это таким забавным, — парировала девушка, — почему вам так трудно поверить в то, что у меня свидание? — Она развернулась и отправилась в свою комнату, фыркая от отвращения.

— Вот это поворот, — сказал Эй Джей кидая удивленные взгляды на Саймона.

— Как прошло свидание? — cпросил Эй Джей, как только Тони появилась на кухне, оставив свою сумочку на тумбочке.

Он стоял возле холодильника в джинсовых шортах и футболке. Винтажный Эй Джей. И, конечно, босой. Ему бы быть серфингистом западного побережья, подумала девушка.

— Было хорошо, — сказала она, пожав плечами. Она с опаской смотрела вокруг, ожидая, что в любую минуту появятся ее брат и Саймон.

— Собираешься повторить?

— Не знаю, возможно…

Прислонившись к шкафчикам, он провел по ней изучающим взглядом.

— Что-то ты не особо разговорчивая сегодня.

— Все прошло нормально, правда. Я просто немного устала. Где все? — сменила она тему.

— Мэтт со Стефани, а Саймон в своей комнате.

— А ты почему не на свидании? Уверена, у тебя были варианты, — поддразнила она. Эй Джей был из тех парней, которые никогда не прилагали усилий, находя себе пару.

Странный взгляд отразился на его лице.

— Я ммм.., ну, в общем, отменил в последнюю минуту.

Она в притворном удивлении выгнула бровь.

— Ты отменил свидание с Минди Сью? Самой горячей цыпочкой, из тех, что бросались в ноги Адонису Эй Джею?

— Спрячь свой саркастический язычок, у меня были другие дела.

— О, расскажи…

— Ах ты! Любопытная распутница!

— О, скрытник, я это тебе припомню, — она бросила в него кухонное полотенце и ушла в гостиную. — Я на террасу, хочешь со мной?

— Я пасс, пойду, лягу пораньше, — она помахала ему и открыла раздвижную дверь. Почувствовав ветер в волосах, она прикрыла глаза, села в шезлонге расслабилась, откинувшись назад. Открыв глаза, она пристально вгляделась в звездное небо, выбрала самую яркую звезду и загадала желание.

Но простое желание не даст ей то, что она хочет. Она сама должна была заставить Саймона, заметить ее. Ужасно невежественная, в плане свиданий и способов привлечь парня, чтобы он упал к ее ногам, она не отказалась бы от серьезного руководства. Помощь! Вот что ей нужно!

Звенящий телефон прервал ее мозговой штурм. Она встала и открыла дверь, через нее она увидела, как Саймон направляется с телефоном в руках в сторону ее комнаты, легкий стук в окно, чтобы привлечь его внимание. Саймон посмотрел в ее сторону и махнул телефоном.

Зайдя в дом, она старалась не таращиться на его мускулистое тело, одетое только в тонкие шорты. Даже его босые ноги показались ей сексуальными, вьющиеся после душа волосы непослушно спадали на плечи.

— Это Майк, — пробормотал он, передавая трубку

Саймон повернулся и пошел назад к своей комнате, оставив ее гадать о причине его странного настроения. Пожала плечами и обратилась к телефону.

— Привет Майк, что случилось?

— Привет Тони, надеюсь, ты еще не спишь.

— Нет, как раз собиралась позвонить тебе.

— Правда? Я был настолько неотразим?

— Конечно, если это заставит тебя чувствовать себя лучше. У меня к тебе просьба Майк. Это может звучать безумно, но мне действительно нужна твоя помощь.

— Завтра с утра у меня 24 часовая смена, почему бы тебе не прийти ко мне в полдень на станцию и мы поговорим?

— Спасибо, увидимся там.

Она повесила трубку, и какое-то время пялилась на телефон.

— О, ты сделаешь из себя глобальную идиотку, — бормотала она себе. Вздохнув поставила телефон на стойку. Это был телефон Саймона, но она не хотела беспокоить его, для того чтобы вернуть трубку. Было заметно, что он находился не в самом отличном расположении духа. Не успела она сделать пары шагов до своей комнаты, как телефон снова зазвонил.

С раздраженным вздохом она сняла трубку и поздоровалась.

— Саймон дома?

Тони застыла, она очень хорошо знала этот голос. Старла.

Какого черта она хочет?

— Минутку, — пробормотала она. Ей нужно было солгать, сказать, что он на свидании и может тогда она отвяжется.

Она пересекла гостиную и пошла по коридору в комнату Саймона. Легко постучав, она ждала его ответа. В любое другое время она без стука ворвалась бы в комнату, но это было прежде.

Он открыл дверь с удивлением, написанным на его лице. Протянула телефон.

— Это тебя.

Она развернулась и пошла обратно по коридору, чтобы не слышать ни слова из их беседы.

Тони стояла на кухне и добавляла ингредиенты для супа в кастрюльку. Саймон зашел, протирая глаза.

— Поздняя беседа? — спросила она беспечно.

— Да, что-то вроде того.

— Так что она хотела?

— Просто хотела поболтать, — ответил он, подходя к холодильнику и доставая молоко.

Очевидно, он не хотел рассказывать ей. Она нахмурилась и принялась убирать сотворенный ею беспорядок. Чего хотела эта кретинка? Почему Саймон не сказал ей? Они всегда всем делились, ни в чем друг другу не отказывая. Ну, кроме факта, что Саймон — отец ребенка. Подавляя свое раздражение и не проходящее любопытство, она сконцентрировалась на уборке кухни. Посмотрев на часы она увидела, что подходит время встречи с Майком на станции. У нее оставалось время для душа, одевания и упаковки ланча, который она приготовила, и можно отправляться.

Через 20 минут она вернулась на кухню и начала упаковывать сэндвичи в маленький холодильник.

— Тони, ты куда собралась? — брат спросил ее из гостиной, где он с остальными смотрел телевизор.

— На станцию, увидеться с Майком.

Она могла услышать тиканье часов в наступившей гробовой тишине.

— Что, свидание прошло настолько хорошо? — спросил, Мэтт и три головы повернулись, к ней ожидая ответа.

— Я просто собрала ему ланч.

— Да, конечно, — сказал Эй Джей с усмешкой, — ты сказала «возможно», когда я спросил, встретитесь ли вы вновь.

Саймон смотрел на нее молча, с хмурым выражением, портящим его красивое лицо. Наконец он решил заговорить.

— Ты уверена, что знаешь что делаешь?

— Это мне говорит парень, который всю вчерашнюю ночь проболтал со своей бывшей? — она выгнула бровь, — той бывшей, которая ему изменила.

Его глаза сузились, но он ничего не ответил. Тони, повернулась и вышла из дома, звеня ключами в своей руке. Она проехала уже знакомый маршрут до станции и припарковалась рядом с грузовичком Майка. Забрав маленький холодильник, она прошла на станцию и открыв дверь, сунула туда голову. Ее приветствовал хор приветов. Девушка махнула в ответ.

Майк встал и поспешил к ней

— Эй, как дела?

— Она улыбнулась ему.

— Все хорошо, спасибо. Я принесла тебе сэндвичи.

— Спасибо, мило с твоей стороны.

Она вручила ему завернутый сэндвич и мешок с чипсами, с любопытством смотря, как он жадно оглядывал еду.

— Эй, мы можем поговорить где-нибудь тет-а-тет? — спросила, акцентируя на конфиденциальности беседы. Он оглянулся на других обитателей комнаты и показал ей на гараж, где стояли пожарные машины. После того, как он проглотил последний кусочек сэндвича и вытер рот, Майк посмотрел на нее.

— Что происходит?

Тони неловко переминалась с ноги на ногу.

— Ну, ты знаешь, что я люблю Саймона, — он кивнул.

— Ну, мм…, я хочу, чтобы он заметил меня. Чтобы замечал меня не только как друга. Сексуальная кошечка, была бы на несколько этапов выше «лучший друг/младшая сестренка», — сказала она с отвращением.

Он задумчиво оглядел ее.

— Так ты точно привлечешь его.

— Но как? Если бы я знала, то точно не обратилась бы к тебе.

Любопытство отразилось на его лице.

— Ко мне?

Она наклонила голову в замешательстве.

— Ох, это так унизительно. Слушай, Саймон был первым с кем я… ну…

— Ты говоришь, что он первый парень, с которым ты переспала? — спросил он осторожно.

Она кивнула, ее щеки пылали.

— И у тебя нет опыта в завлечении парней.

— Я тебя умоляю, на скольких свиданиях ты меня видел? — пробормотала она.

— Так, ты должна обольстить его, заставить влюбиться в себя, только тонко. Заставить его посмотреть на себя, не как на маленькую сестренку, — она снова кивнула.

— Если это возможно!

— Ты горячая штучка Тони, покажи ему это.

Она смотрела на него в удивлении.

— Я серьезно. Используй все, что есть в твоем арсенале. Он уже знает, какое у тебя большое сердце. Пора показать, какая ты горячая цыпочка.

— Ты надышался аммиаком?

Он рассмеялся.

— Отлично! Вот что ты сделаешь. Носи тонкие белые футболки без лифчика, это сведет его с ума. Гарантирую, это даже лучше, чем, если бы ты ходила голой перед ним. Парни любят тонкую ткань. Намек на запрет. — Она посмотрела на него с широко открытым ртом, а потом расхохоталась.

— Мой бог, я не смогу сделать это.

— Уверен, что сможешь. Вот еще, купи шелковый комплект для сна (Тедди) и носи его под халатиком так, чтобы когда он ненароком открывался, у Саймона был бы прекрасный обзор на кружева.

— Ты такой гадкий мальчишка!

— Носи рубашки с низким вырезом, наклоняйся к нему. Касайся его рукой, — он взял ее руку, — у тебя удивительные руки. Маленькие и изящные. Прекрасный размер. Клади ее на его руку, грудь. Трогай его, когда говоришь с ним. Это сведет его с ума. Делай то, что я тебе сказал, и я гарантирую, стояк ему обеспечен на долгое время.

Смех Тони отозвался мелодичными переливами.

— Ты убиваешь меня, Майк.

Он посмотрел на нее с болью.

— Я серьезно. Попробуй. Гарантирую, что он заметит все это, а потом доберетесь и до поцелуя.

— Поцелуй?

— Да, поцелуй. Подразни его неделю, или дольше, а потом поцелуй его. Выбери хороший момент и срази его. Даю тебе слово, через месяц он будет глиной в твоих руках.

Внезапно она вспомнила ночной звонок от Старлы и помрачнела.

— Боюсь, что уже поздно для всего этого. Старла звонила сегодня ночью, и он отказался обсуждать это со мной.

— Отлично, значит нужно начать безотлагательно, прямо сейчас. Серьезно, детка, не отпускай его без борьбы, это не похоже на Тони, которую я знаю.

Она снова улыбнулась.

— Ты так мил.

— Подожди моей следующей реплики, тогда и решишь насколько я мил, — предупредил он.

— Ой.

— Я сказал все это, потому что вы с Саймоном предназначены друг для друга. Он отец твоего ребенка. Я знаю, это не мое дело, но он заслуживает знать. Я понимаю, почему ты смущена и боишься, но у него есть это право.

— Знаю, — промямлила она. — Но пока не могу это сделать. Я должна знать, будет ли он заботиться обо мне независимо от его обязательств перед ребенком.

— Что ж, он будет идиотом, если не влюбиться в тебя. А я не думаю, что он идиот. Но на всякий случай, мы сходим еще на пару свиданий, — он подмигнул ей. — Можем пойти в магазин за детской одежкой, а я помашу красной тряпкой перед быком Саймоном.

— Не знаю, — произнесла она, — хочу ли я, чтобы он думал, что я интересуюсь кем-то еще? Я думала мне нужно сосредоточить всю себя на нем. — Она усмехнулась, углубившись в собственные мысли.

Он снисходительно улыбнулся ей.

— Очевидно, что он считает тебя чем-то само собой разумеющимся. Это не плохо, но давай встряхнем его. Со сколькими парнями ты встречалась? Ему не с кем соревноваться. Кратчайший путь завоевать мужчину, это запустить другого в его огород.

Она зажевала нижнюю губу. «Сработает ли это? Все это кажется таким неправдоподобным.»

— Что тебе терять? — Спросил он, пристально и остро оглядывая ее.

Она улыбнулась с сожалением.

— Достоинство? Спасибо Майк, мне нужно подумать обо всем, что я тут узнала, — она поднялась на цыпочки и поцеловала его в щеку, — увидимся, и спасибо.

— Всегда, пожалуйста, — улыбнулся он. — Боже, помоги Саймону. Помощь ему понадобится.

Она рассмеялась и, развернувшись, поспешила к своему джипу. Волнение охватило ее, когда она ехала домой.

Сработает ли ее сумасшедший план? Прав ли Майк, что Саймону нужно увидеть ее вне привычной для него роли: друга и младшей сестренки? Идея того, чтобы лишить его дыхания от одного ее вида похотливой красотки, захватывала. Если только она сможет осуществить ее. Есть только две проблемы. Ну, три, на самом деле. У нее нет белых футболок. У нее нет ничего и близко напоминающее фривольные комбинации. И у нее не было ни халата, ни кофточек или рубашек с глубоким вырезом.

Она внезапным решением повернула джип и направилась в соседний город, до которого было 20 миль. В Бомонте было все, чего не было в Кипарисе. Например, торговый центр. Место, где она сможет приобрести все, для игры под названием «Соблазнение Саймона».

Часом позже она вышла из магазина нижнего белья с Тедди и прекрасным атласным халатом. В соседнем универмаге она купила несколько новых рубашек и брюки для беременных, все равно она собиралась в скором времени за одеждой для беременных. Она примерила две рубашки и застенчиво смотрела на себя в зеркало примерочной. Они соблазнительно облегали ее грудь и мягко спадали на бедра. Прекрасный фасон для ее задумки и служит сразу двум целям. И достоинства подчеркнет, и одежда для материнства. И, даже если соблазнение будет провальным, у нее останется хорошая одежда.

Она дотащила свои покупки до джипа и проверила время, когда села внутрь. Черт, она надеялась, что кто-то позаботился о кастрюльке с супом, которую она оставила. Она приехала к дому после шести и схватила покупки в руки. Заваленная пакетами, она нажала на дверной звонок локтем.

Секундой позже дверь распахнулась, и Саймон торопливо взял сумки из ее рук.

— Ты не должна носить все это, — выговорил он ей.

— Это просто одежда, — весело ответила она.

— Положить их на твою кровать? — спросил он, указывая на пакеты.

— Да, спасибо.

— Эй, она вернулась, — объявил Мэтт, когда они зашли в гостиную.

— Можно подумать, я никогда не уезжаю, — сказала она сухо.

— И как там Майк? — невинно отозвался Эй Джей.

— Очень хорошо, я просто уверена, он оценит твое беспокойство, — парень рассмеялся.

— Черт, детка, да ты зажигаешь сегодня.

— Вы уже ели? — спросила она.

— Нет, ждали тебя.

— По какому случаю? — подозрительно спросила она. Тони смотрела на битву взглядов Мэтта и Эй Джея, а затем, ее осенило, — это не сработает, я не собираюсь исповедоваться насчет Майка, так что забудьте. Тут не о чем говорить.

— Ну и дела, мы что, такие прозрачные, что ты нас насквозь видишь? — спросил Мэтт с отвращением.

— Ага.

Саймон вернулся и принялся доставать миски. Тони размешала суп в кастрюле и начала разливать его половником по мискам. Саймон передал тарелки парням, взял себе и сел рядом с ними.

Тони тоже села и сконцентрировалась на супе, полная решимости, игнорировать их любопытные мордашки.

Наконец Саймон прервал неловкую тишину.

— Парни, вы идете на то автомобильное шоу завтра?

— Да, мы с Эй Джеем выезжаем в семь.

— Это в Хьюстоне? — спросила Тони.

— Да.

Она нервно сглотнула. Если брата и Эй Джея не будет целый день, то это прекрасная возможность попробовать советы Майка в деле.

Если конечно Саймон будет поблизости.

— Ты не едешь с ними? — спросила она Саймона небрежно.

— Нет, думаю, останусь дома, поиграю в видеоигры.

Ее сердце затрепетало в груди. Она снова уткнулась в тарелку и автоматически зачерпывала суп. Он собирался остаться дома. Целый день, чтобы заставить его заметить ее. Это казалось простым, но боже, как же это невозможно трудно.

Но одно было наверняка, она собиралась испытать свою новую одежду для сна, намного раньше, чем она ожидала.

На следующее утро Тони проснулась рано. Тихо. Подождала пока Мэтт и Эй Джей уедут, и оценила свой вид в зеркале. Атласные шортики и топик выглядели на ней действительно сексуально. Ну, по крайней мере, она в это поверила. Трепетно положила руку на выпуклость животика, которая медленно росла. Через несколько недель она будет уже размером с маленькую дыню, так что к соблазнению нужно переходить незамедлительно.

Тони надела атласный халатик до колен и легко обвязала поясок вокруг талии. Затем она отвела ворот, чтобы обнажилось около четырех дюймов топика. Вспышка жара охватила ее лицо, когда она повернулась к зеркалу и увидела, что пики ее груди были ясно видны и подчеркнуты атласным материалом. Еще один факт о беременности — теперь все двадцать четыре часа в сутки ее соски были тугими и напряженными.

— Ты можешь это сделать, — сказала она твердо своему отражению, — настало время показать Саймону больше, чем комфортные отношения между друзьями. Это время — чтобы он увидел сексуальную, желанную женщину.

Решительно отвернувшись от зеркала, она пошла к двери. Положив руку на ручку двери глубоко вдохнула. Операция начинается.

Она шла в кухню, поблагодарив всех и вся, что ее комната в противоположной стороне коридора от трех комнат парней. Тони взяла себе спальню родителей, а парни поселились в их бывших детских и гостевой. Все работало как часы, у нее была собственная ванная комната, а парни делили ванную комнату в своем крыле. Оба крыла делили кухня и гостиная, так же была небольшая столовая, но она была превращена в кабинет с компьютером, так как все предпочитали, есть за барной стойкой. Она слышала, как Саймон работает за компьютером и задалась вопросом, начать действовать там или подождать его в кухне? Наконец, она решила заглянуть к нему и спросить, завтракал ли он. Она решила спросить, не хочет ли он, чтобы она ему что-нибудь приготовила, дать ему намек на свою сексуальность в новом наряде.

С ухмылкой она подошла к кабинету и прокашлялась, ступив в дверной проем.

— Доброе утро.

— Утро, — пробормотал он, не отрывая глаз от монитора.

— Ты уже позавтракал? — она положила руку сверху на косяк и застыла, как ей казалось, в сексуальной позе. Наконец он взглянул на нее.

— Нет, — и вернул внимание компьютеру. Не прошло и секунды, как он повернулся назад на девушку и ощупал ее глазами. — Н-нет... — Его пристальный взгляд был прикован к ней. А она боролась между желанием покраснеть в смущении или улыбнуться торжествующей улыбкой.

— Я приготовлю, если ты хочешь поесть, — она медленно развернулась, а затем, оторвав руку от дверного проема пошла на кухню. Он пошел прямо за ней и сел за стойку. Она вынула неглубокую сковородку и ингредиенты для блинов. Все это время, чувствуя на себе его пристальный взгляд, но когда сама смотрела на него, он отворачивался, и смотрел куда угодно, только не на девушку. Пока она смешивала жидкое тесто, полы ее халата, от движения, окончательно разошлись, обнажив декольте ее топика. Сделав вид, будто ничего не произошло, она приступила к жарке блинов, залив тесто в разогретую сковороду, а затем стала ждать, прислонившись к столешнице.

— Так почему ты не поехал с Мэттом и Эй Джеем на шоу?

— Не моя тема, — сказал он, встречая ее взгляд.

— Какой у тебя график на эту неделю? — достаточно невинный вопрос позволял ей спланировать свое поведение в дни, когда она будет дома.

— Двадцать четыре часа с понедельник на вторник, затем 48 со среды до пятницы и еще 24 с субботы на воскресенье, — таким образом, у нее были сегодня и завтра, а также несколько часов по вечерам на неделе, чтобы произвести впечатление на него. Было бы здорово потомить его немного. Она повернулась к плите и перевернула блинчики, а затем вернула внимание обратно на Саймона. Она не знала, что еще сказать. У нее никогда не было проблемы, найти тему для беседы с ним, но сейчас, она чувствовала себя, столь же неловко, как девчонка на первом свидании.

Когда блины испеклись, она сложила их на тарелке и положила перед Саймоном. Он встал и залез в холодильник за сиропом и маслом. А она налила молока в высокие стаканы и села за стойку напротив Саймона. Он же не смог бы видеть ее грудь, если бы она села рядом с ним.

Неловкая тишина воцарилась на кухне до тех пор, пока с завтраком не было покончено. Время от времени она чувствовала на себе его пристальный взгляд, но не старалась встретиться с ним глазами. Когда они закончили, он встал и собрал тарелки.

— Я помою посуду, а ты иди, оденься.

Она почти рассмеялась от его приказа. Так что она, все-таки, пробралась немного под его кожу. Возможно, он был не так уж неуязвим от нее, как она думала. Помня другую часть совета от Майка, она поместила свои пальцы в его руку и слегка их сжала.

— Спасибо Саймон.

Он вздрогнул и отнял свою руку, помещая тарелки в раковину. С загадочной улыбкой она пошла в свою комнату, чтобы воплотить вторую часть плана соблазнения в жизнь.

Выбрав пару тренировочных штанов, она надела к ним тонкую белую футболку. Но когда она посмотрела на себя в зеркале, она почти передумала. Темный отпечаток ее соска, явно выделялся на белой ткани. Он точно это заметит.

Вернувшись обратно в гостиную, она, по крайней мере, была благодарна, что была в удобных штанах и футболке. Прекрасная одежда для безделья. И если она заставит Саймона немного помучиться, то все к лучшему.

Саймон все еще мыл посуду, она решила показаться перед ним, взяв стакан сока. Краем глаза она наблюдала за Саймоном. Когда он заметил ее футболку, его глаза раскрылись вдвойне, он быстро отвел взгляд, но тот все равно норовил возвратиться обратно.

Скрывая улыбку в стакане, она запрокинула голову, опрокидывая стакан сока в себя, от чего ее грудь выделилась еще больше. Поставив стакан в раковину, она ушла обратно в гостиную.

— Посмотрим телевизор? — обратилась она к Саймону.

— Нет, хм, думаю, я пойду еще поиграю на компьютере.

Во вторник Тони встала ранним утром, чтобы приготовиться к работе.

Она с осторожностью оделась в один из своих новых нарядов и пошла на кухню, приготовить завтрак парням, которые должны были в скором времени вернуться со смены. Она хотела запечатлеться в памяти Саймона этим утром, потому что не увидит его до вечера. Она напевала, пока суетилась по кухне, ежеминутно поглядывая на часы. Возможно то, что она читала про второй триместр, было верно? Она определенно чувствовала себя по-новому. Она расцвела, ее кожа была чистой и сияющей, кудряшки стали мягче, а ее грудь к ее восхищению, выросла на целый размер. Конечно, изменение с В на С не выдающийся подвиг, но это был прогресс. Она внезапно нахмурилась, а не измениться ли все обратно, когда она родит?

Входная дверь громыхнула и так она поняла, что парни уже пришли.

Мэтт был первым, кто зашел на кухню.

— Пахнет отлично, сестренка, — Эй Джей и Саймон показались позади. Саймон стремглав вбежал в кухню и занял дальний стул у стойки, подальше от Тони.

— Тяжелая ночка? — спросила Тони, ни к кому конкретному не обращаясь, — Саймон будто в аду побывал.

Его взор обратился к небесам, и он нахмурился.

Он был сварливым Гасом всю смену, — пожал плечами Мэтт.

— Ну, вот ваш завтрак. Мне нужно идти, а то я опоздаю на работу. Увидимся днем, — она выложила блюдо с яйцами, булочками и беконом на стойку и послала им воздушный поцелуй, решив для себя, обязательно наклониться в сторону Саймона, перед тем как покинуть кухню. Она села за руль джипа и глубоко вздохнула. Сегодня первый раз, когда она одела одежду для беременных на публике. В то время, как ее животик был еще не видим, рубашка не оставляла сомнений: она была определенно скроена для беременной женщины. Пересуды маленького городка вспыхнут незамедлительно, как лесной пожар и разнесутся по округе. К вечеру она уже приобретет репутацию падшей женщины, ее будут называть «бесстыжей девчонкой» и «бедной девушкой». Конечно, ее патрон, Док Джонсон и Марни, восприняли новость иначе, но вот хозяева их пациентов…

Посмотрев на утренний график, она застонала.

— Что случилось? — спросила коллега.

Тони опустилась на стул позади стойки администратора и приставила палец, к голове имитируя выстрел.

Пожилая женщина засмеялась.

— Все не может быть настолько плохо, — Тони отщелкнула график, поворачивая его к ней.

Марни взяла лист и пробежалась взглядом, увидев фамилию, она сочувственно простонала.

— О, дорогая.

— Да. Из всех дней, именно сегодня я решила начать носить одежду для беременных. И это просто обязательно должен был быть день, когда госпожа Хоффри назначила прием для проверки своих пуделей.

Марни послала ей сочувственный взгляд.

— Хочешь, я буду держать оборону перед ней, и ты сможешь спрятаться в задней комнате?

Девушка вздохнула.

— Нет, пора с этим завязывать. Сегодня утром я знала, что мне придется столкнуться со всеми и к концу дня уже весь город будет об этом знать. Так что, чем раньше, тем лучше.

Марни улыбнулась и погладила ее по плечу, когда она проходила мимо, положила бумаги в картотеку.

Тони вращалась на офисном стуле, закрыв глаза. Услышав открывшуюся дверь, она открыла один глаз и встретилась взглядом с миссис Хоффри.

— Доброе утро, Антония, — прокричала почтенная дама.

Тони обнажила свои зубы. Госпожа Хоффри была единственным человеком упорно продолжающим называть ее полным именем. Даже ее мать сдалась, когда она перешла в старшую школу.

— Доброе утро, — ответила девушка с покорностью.

Она спрыгнула со стула и присела, чтобы почесать ушки Фрица и Фифи. Пудели тут же облизали ее в благодарность.

— Присаживайтесь, а я пойду скажу Доку, что вы уже пришли.

Когда Тони повернулась, миссис Хоффри задушенным голосом спросила.

— Антония, дорогая, ты беременна?

Девушка замерла и обратила взор к потолку. Медленно, она повернулась к взволнованному взгляду миссис Хоффри.

— Да, — ответила она со спокойствием, противоречащим ее внутренней тоске.

— О боже, ну тогда, поздравляю, конечно.

— Спасибо, — она повернулась и зашагала по коридору, не давая возможности сплетнице закидать ее вопросами.

В этот день она испытала все взгляды удивления, и они были одинаковыми. Прием в ветеринарной клинике в центре города никогда не был столь многочисленным. Посетители шли нескончаемым потоком и задавали много вопросов, но цель их была только одна — посмотреть на беременную девушку.

Сначала Тони была удивлена, но к полудню, она была капитально раздражена. Все эти взгляды, тонкие намеки… Открытые рты. Некоторые даже не делали вида, что пришли к Доку. Они просто приходили, глазели на нее и уходили. Такое впечатление, что в этом городе никто не рожал без мужа.

Ну, была одна девушка в средней школе, Аманда Джо Хени. Но задумавшись, она вспомнила, что та уехала из города. Не то, чтобы жители города потребовали это. Даже близко нет, но начали поддерживать всеми способами, чем превратили ее жизнь в ад.

Она сильнее, чем они думают. И ни в коем случае она не походила на стыдливую фиалку.

Застенчивая? — Да, но половой тряпкой она никогда не была и не будет. Они все могли взять свое ханжество размером с докторскую степень и засунуть его себе в место, где солнце не светит.

Когда на часах стрелка перевалила за четыре часа, она не успела достаточно быстро выбраться из офиса. Сидя за рулем джипа, она предалась краткому приступу меланхолии. Отгоняя его, она завела машину и рванула со стоянки, словно черти гнались за ней. Тони кралась переулками, не желая ехать по Мэйн стрит (главной улице). Еще вчера, она махала бы знакомым торговцам и прохожим, но сегодняшний статус парии, заставил ее желать надеть себе на голову бумажный пакет с прорезями.

Когда машина, наконец, свернула к дому, она вздохнула с облегчением. Даже идя к двери, она видела, как ее пожилые соседи пристально наблюдают за ней. Повернувшись к ним, она солнечно улыбнулась и помахала им.

— Нужно начать продавать билеты этому цирку, — бормотала она, позволяя себе расслабиться в доме.

Девушка положила свои ключи и сумочку на столик и обозрела пустую гостиную. Только одного грузовика не было видно на стоянке, но, по всей видимости, трое парней уехали на нем, потому что дом был неестественно пуст.

Дареному коню в зубы не смотрят, она налила себе стакан сока и побежала к патио на заднем дворе. Опустившись в один из шезлонгов, она устало прикрыла глаза. Ее новая ошибка, выставила ее перед всем городом, как под лупой, и это заставляло сжиматься ее желудок. Даже не тот факт, что весь город думал, что она облажалась, а она действительно облажалась. Это было выше того, что она просто была одинокой беременной женщиной.

Она действовала безответственно в момент слабости, и теперь не только она будет платить за это, но и Саймон и их ребенок тоже будут страдать.

Она должна рассказать ему. Но каждый раз, когда она начинала думать об этом, ее язык немел и слова не могли вырваться из ее уст. А что бы она сказала в любом случае? Кстати, Саймон, у нас тут был незащищенный секс, ты тогда еще подумал, что трахаешь свою подружку, так что теперь я беременна.

Слезы катились по ее щекам, когда она ругала себя, в сотый раз, за ту ночь. Тони торопливо вытерла глаза, когда услышала открывающуюся дверь. Последовали быстрые шаги, но она не поднимала головы.

Саймон присел рядом с ее стулом и посмотрел на нее с беспокойством.

— Что не так? — тихо спросил он. Взял ее за подбородок и повернул лицо к себе, — ты плакала.

Он всегда озвучивал очевидное. Она глубоко вздохнула.

— Просто стало жалко себя.

Он поднялся и подвинул второй шезлонг ближе к ее.

Что послужило причиной?

— Я новая тема сплетен в нашем городке. Одела сегодня рубашку для беременных, и миссис Хоффри не замедлила появиться.

Он вздохнул.

— Больше можешь не объяснять.

— Да.

— Хочешь поесть? Я готовлю, — льстиво спросил Саймон.

Она улыбнулась ему слабой улыбкой.

— Конечно, буду через минутку, — он вернулся в дом, а она снова закрыла глаза. Его красивое лицо снова показалось перед ней. Тряхнув головой, она встала и зашагала обратно в дом.

— Привет красотка, — проорал Эй Джей, когда она вошла в гостиную, он поймал ее одной рукой, обнял и поцеловал в макушку.

Она улыбнулась, несмотря на кислое настроение.

— Так уже лучше, — одобрительно сказал он, — когда ты зашла, вид у тебя был, будто ты лимон проглотила.

— Всего лишь арбузную косточку, — поддразнила она.

Он обвил ее животик руками.

— Хмм, нет, еще нет. Когда же твой ребеночек уже будет виден?

— Неправильное направление, — она передвинула его руку ниже.

— О, вот и оно, мило, — он помассировал небольшую выпуклость.

Она подняла бровь и пробормотала.

— Мило?

— Хватит доставать ее, придурок, — сказал угрюмо Саймон, — ужин уже готов, тащи свою задницу сюда и накрывай на стол.

— Куда торопишься, чувак?

— У него свидание, — отозвался Мэтт, закатывая глаза.

Сердце Тони пропустило удар, но она старалась не подавать вида.

— Да? Кто же счастливица? — странное выражение лица появилось на лице парня.

— Это не свидание.

— Старла, — в голосе Мэтта сквозило отвращение.

Забыв о поддержании нейтрального вида, челюсть Тони, открылась в удивлении.

— Старла? Та самая Старла изменившая тебе несколько месяцев назад?

— Это не свидание, — повторил он.

— Ты что, выжил из ума? — допытывалась она.

Глаза Мэтта расширились от удивления повышенным тоном девушки.

— В какой параллельной вселенной ты согласился встретиться с ней в такое время суток? Чтобы она могла надеяться на второй шанс? — лицо девушки еще больше покраснело.

— Я не собираюсь ей ничего давать, — защищаясь ответил он, — она просто хочет поговорить.

Тони фыркнула.

— С задницей моей пусть поговорит. Отлично Саймон, но не думай, что я буду здесь в этот раз, помогать тебе и собирать тебя по частям, — она развернулась и гневно топая, удалилась в свою комнату.

— О чем это она говорила? — пробормотал Мэтт.

Саймон медленно повернулся к плите.

Какого черта она имела в виду, сказав «собирать его по частям»? Может это ее гормоны из-за беременности бушуют? Или она была расстроена плохим днем?

— Она просто озвучила то, что мы все об этом думаем, — Эй Джей не скрывал своего отвращения, — я сам не понимаю, почему он согласился встретиться с ней вечером.

Мэтт пожал плечами.

— Полагаю, это не наше дело.

Саймон развернулся.

— Спасибо Мэтт, вот тут ты прав, — он развернул плечи с вызовом глядя на Эй Джея.

Эй Джей пожал плечами.

— Временами, Саймон, ты самый большой дурак, из всех кого я знаю. Если ты не видишь того, что так ясно маячит перед твоими глазами, то ты заслуживаешь именно такую, как Старла, — он развернулся и вышел из кухни.

— Что за черт? — допытывался Саймон, обратив внимание на последнего, оставшегося в комнате Мэтта, — происходит что-то, о чем я не знаю?

— Меня не спрашивай, — ответил Мэтт, — ты же знаешь, я последний, кто узнает новости, происходящие вокруг. Но у всех нас есть актуальный вопрос: Почему ты согласился встретиться со Старлой?

— Мне просто нужны ответы.

В среду и четверг, Тони томилась, ничего не зная о «не-свидании» Саймона и Старлы. Она подавляла в себе желание навестить парней на станции, хотя раньше была частой посетительницей во время 48 часовой смены. В некотором смысле, она не хотела ничего знать о его отношениях со Старлой, но с другой стороны, она до смерти хотела узнать.

В пятницу утром, она покинула дом раньше, чем ее соседи вернулись домой, уставшие после долгой смены. Так что узнать о том, что происходит, она сможет не раньше вечера, когда вернется домой. Весь день волнуясь, она нервно поглядывала на часы. Дел было мало, и работа убивала рутиной. У нее не было аппетита с того ужина, когда у Саймона было свидание. В 15:45 она была готова биться головой об стол, за которым сидела. Нервно выстукивая по столу карандашом, гипнотизируя стрелки часов.

— Почему бы тебе не отправиться домой, до того как ты сведешь меня с ума? — Док Джонсон жалобно пробормотал за ее спиной.

Она развернулась с виноватым выражением на лице.

— Простите, — Док по-доброму улыбнулся, — езжай домой, ты была беспокойна весь день. У меня остался только один пациент и Марни может мне с ним помочь.

Ее губы растянулись в широкую улыбку, и она спрыгнула со стула, поцеловав его морщинистую щеку.

— Спасибо Док, увидимся в понедельник.

Он выпроводил ее за дверь, и она помчалась в свой джип. Несколько минут спустя она уже подъезжала к дому. К большому разочарованию, джип Саймона на подъездной дорожке отсутствовал. Если он снова ушел к Старле, она собирается причинить кому — то жуткую боль.

— Ты рано, — заметил Эй Джей.

— И тебе привет.

Он похлопал ладонью по диванной подушке.

— Садись со мной.

Она скользнула на диван.

— А где Мэтт и Саймон?

— Саймон бегает по делам, а Мэтт готовиться к свиданию со Стефани.

Она почти не сдержала вздох облегчения.

— Тебя что-то беспокоит?

— Нет, нисколько, — легко отозвалась она, — просто отлично вернуться домой.

Несколько мгновений они сидели в тишине, а Тони пыталась не обращать внимания на полицейский взгляд Эй Джея. Искоса взглянув на него, она спросила.

— А как там прошло свидание Саймона со Старлой?

— Ааа, так вот что тебя беспокоит?

Она тихо заворчала.

— Нет. Это не беспокоит меня. Мне просто любопытно.

— Да, я так и понял.

— Ладно. Ты знаешь что-то об этом?

— Он держал рот на замке. Пришел не слишком поздно, но ни слова не сказал об этом.

Она нахмурилась.

— О чем, черт побери, он думает?

Эй Джей пожал плечами.

— Не спрашивай меня, у него должно быть опилки в голове.

— Что мне делать Эй Джей? — мягко спросила она.

Он состроил симпатичную мордашку.

— Я не знаю, но тебе лучше поскорей найти волну.

Она наклонила голову и стала изучать взглядом потолок.

— Я не могу конкурировать с ней, — она развернулась к Эй Джею.

— Умоляю, — недоверчиво протянул он, — она ничто, вас незачем сравнивать.

— Я могу вспомнить, по крайней мере, одну разность.

— Рискуя снова вывести тебя из себя, я должен спросить тебя, потому что если я не ошибаюсь, ты была одержима Саймоном много лет. И все же ты забеременела несколько месяцев назад.

— Да, это запутанно, я знаю, — холодно сказала она, — думаешь, я упустила свой шанс?

— Вот что я тебе скажу, — сказал он, внезапно что-то вспомнив, — Мэтт уйдет к Стефани через несколько минут, а Саймон вскоре вернется. Я же думаю пойти проветриться сегодня вечером, так что на несколько часов вы двое останетесь одни. Максимально используй их. Он встал, взъерошил ее волосы и направился в свою комнату. В дверном проеме он остановился.

— Будет лучше, если ты переоденешься в один из тех маленьких топиков. Никогда не думал, что у тебя такая впечатляющая грудь, — он подмигнул и скрылся за дверью.

Тони закатила глаза и рассмеялась. Ну почему она не могла влюбиться в Эй Джея? Он, по крайней мере, находит ее привлекательной. Ну, если она надеялась заставить Саймона забыть о Старле, ей нужно поторопиться. Для начала принять душ, потому что пахла она как мокрая собака. Однако, проигнорировав душ, она налила ванну полную ароматных пузырьков от ее любимой жидкости для пены. Час спустя, она вылезла из ванны, обернув полотенце вокруг тела, закрепив концы под подмышками. Выбрала белую футболку и спортивные шортики, еще раз отбросив лифчик прочь. Тони высушила полотенцем волосы, оставив их влажными и вьющимися. Она отважилась вернуться на кухню и посмотрела в окно. Грузовик Саймона как раз парковался перед домом.

Комбинация ее неустойчивых предпочтений в еде за последние два дня и продолжительная теплая ванна, заставила ее чувствовать себя легкомысленной. Ей срочно нужно что-то съесть. Она осмотрела шкафчик и остановилась на консервированном супе. Вынув консервный нож, она начала открывать банку, когда голос Саймона настиг ее.

— Привет Тони.

Она резко развернулась и тут же пожалела об этом. Комната неконтролируемо завращалась, и она пошатнулась, пытаясь удержать равновесие. Саймон, рванулся к ней, ловя ее. Другой рукой он подхватил ее под коленями.

— Тони, что случилось? — его тон был встревоженным, он удобнее устроил ее в своих руках и шагнул к дивану. — Мне вызвать скорую? — спросил он, осторожно укладывая ее на диван. Его взволнованное лицо появилось в ее фокусе, когда комната прекратила вращаться.

— Нет, нет. Я в порядке, — заверила она его.

— Не похоже, что ты в порядке, — сказал он с сомнением, — может мне отвезти тебя в больницу?

— Мне просто нужно что-то съесть, я еще не ела сегодня.

— Почему? — требовательно спросил он, его лицо стало строгим, — о чем, черт возьми, ты думаешь?

— Я знаю, это глупо.

— Не двигайся, — приказал он, — я вернусь и принесу тебе суп. Он оставил ее на диване и поспешил назад на кухню. Через несколько минут он вложил в ее руки тарелку теплого супа, а затем взял за предплечья и легко поднял ее усаживая. Она потягивала суп, чувствуя, как его теплота проникает во все ее тело и спускается к желудку.

— Ты должна начать лучше заботиться о себе, — сказал он укоризненно.

Саймон взял тарелку из ее рук, когда та опустела и поставил ее на журнальный столик. Затем опустил ее на диван, придерживая рукой за спину. Она протянула руку и коснулась его груди.

— Спасибо тебе, — прошептала она.

Его лицо было так близко, она видела, как его губы колебались от дыхания. Это был идеальный момент. Она изнывала от желания почувствовать его губы на своих.

Она нервно облизала губы и придвинулась ближе. Его глаза потемнели, может, это было ее воображение, а может он действительно двигался к ней? Она закрыла глаза, готовясь почувствовать его вкус, когда они оба вздрогнули от звука телефонного звонка. Саймон мигнул в удивлении и мотнул головой.

Момент был упущен, она увидела отступление в его глазах. Вытягивая руку из под нее, он потянулся за трубкой, лежащей на журнальном столике.

— Да?

Она видела, как хмурый взгляд появился на его лице. Он выглядел взволнованно. Он встал, видимо забыв о ее присутствии, повернулся и зашагал в свою комнату.

— Нет, я свободен завтра Старла. Я приеду утром.

Услышала она, наблюдая его исчезновение в коридоре.

Какого черта? Гнев. Разочарование. Не было слов, описать ее чувства в данный момент. И к тому же она не поцеловала его. Со вздохом она спустила ноги с дивана, встала, проверяя равновесие. Ноги не тряслись, слава богу. И Саймона нет по близости, поймать ее в объятия.

Она взяла тарелку, из которой ела суп и понесла ее на кухню. Когда она ополоснула ее в раковине, то услышала звонок в дверь. Выглянув наружу, она увидела Майка, стоящего перед дверью.

С облегчением она ринулась к двери и открыла ее.

— Я так рада видеть тебя, — по правде, она была бы рада видеть любого знакомого. Она готова была провалиться в черную дыру и никак не заслуживала встречаться с Саймоном после его тет-а-тет со Старлой.

Майк усмехнулся.

— Вот это приветствие, — он обнял ее, — как поживаешь, красотка?

Она бросила взгляд на дверь в комнату Саймона.

— Не так уж хорошо, — глубоко вздохнув, сказала она.

— О, я не вовремя?

— Нет, конечно, нет, — расчет безупречный, — входи же, ради бога, — она замахала на него руками, в приглашающем жесте, и закрыла за ним дверь. — Что привело тебя сюда?

— Я слышал, что кое-что беспокоит тебя. Я могу чем-то помочь?

— Нет, только если ты готов убить брюнетку с плохим чувством времени, — пробормотала девушка.

Он рассмеялся.

— Она все еще докучает Саймону?

— Хочешь пива? — предложила она, хватаясь за ручку холодильника.

— Конечно, — он сел на один из барных стульев и положил локти на стойку.

Она сунула банку ему в руку и присела напротив.

— Я не уверена, что она докучает, кажется, он совсем не против, когда она шарит вокруг.

Майк смягчился.

— Мне жаль, малышка. Но может мое присутствие тебе поможет?

Она подняла брови.

— Хочешь, поедем со мной на барбекю в следующие выходные. Я знаю, ты закончила встречаться с парнями, но может это шанс заставить ревновать Саймона или еще больше… — он подмигнул ей и глотнул пива.

— Не знаю, — с сомнением произнесла она, — я не думаю, что он обращает внимание, на тех с кем я встречаюсь.

Майк улыбнулся.

— О, я сведу его сума. Он уже проходился на мой счет в части.

Она широко открыла глаза.

— Погоди-ка, ты не говорил мне об этом. Что произошло?

Она выпрямилась, потому что услышала, как хлопнула дверь в комнату Саймона. Приложив пальцы к губам, она показала Майку, что нужно молчать. Шаги мужчины прозвучали совсем близко.

— Тони, прости. Ты нормально себя чувствуешь? — он в ступоре остановился, увидев, две фигуры, беседующие на кухне. — Майк? Что ты тут делаешь? И Тони, ты должна бы уже спать. — Он нахмурился и продолжил идти. Остановился рядом с девушкой и положил руку ей на плечо. Затем, впился глазами в Майка.

Майк притворился удивленным и моргнул.

— Привет Саймон, как жизнь?

Саймон проигнорировал его и обернулся к Тони.

— Почему ты не отдыхаешь? Иди, приляг на диван, а я согрею еще немного супа.

— Что ты там несешь насчет Тони? — спросил Майк хмурясь.

Тони боролась между раздражением и недоумением относительно поведения Саймона. Он почти забыл о ее существовании, когда Старла позвонила. А теперь, он натурально рычит на Майка.

— О, ничего, ничего экстраординарного, — она волновалась под градом взглядов двух парней.

— Черт побери, да ты чуть в обморок не упала, — пробормотал Саймон.

— Это правда, Тони? — Майк беспокойно посмотрел на девушку.

— Это ничего, ничего, что не вылечило бы немного свежего воздуха, — она посмотрела на Майка сладким взглядом, — ты идешь на террасу?

— Конечно, — он сполз с табурета, — позволь помочь тебе.

Он обошел бар и поддержал ее за локоть, помогая встать с высокого стула. Она почти рассмеялась, глядя на выражение лица Саймона, наблюдающего за преувеличенным вниманием Майка к ней.

— Ты должна больше отдыхать, — выговаривал ей мужчина, пока они шли к двери, оставляя нахмуренного Саймона позади.

Когда они закрыли скользящую дверь за собой, Тони захихикала.

— Ладно. Можешь перестать притворяться.

— Ты что, действительно чуть в обморок не упала?

— Да, ничего страшного.

Он нахмурился, но расспрашивать ее не стал.

— Давай, садись, — она предложила ему соседний шезлонг, — а теперь скажи, как тебя Саймон третировал в части.

Он улыбнулся и облокотился на ограду террасы.

— Ему не понравилось, что мы видимся.

Она закатила глаза.

— А он объяснил почему?

— Он сказал не так много, но пообещал надрать мою задницу.

Она вздохнула и откинулась назад.

— У меня ничего не получается Майк, я думала, сегодня та самая ночь. Я была так близко к его губам, мне казалось, он тоже хочет, поцеловать меня. Но потом, позвонила эта психо-сучка, и он бросил меня, как горячую картофелину.

— Мне кажется, наш мальчик немного запутался, — предложил объяснение Майк.

— Черт, я не хочу его запутавшимся. Я хочу, чтобы он хотел только меня.

— Дай ему немного времени, — сказал он, успокаивающе потирая ее напряженную спину. — Давай посмотрим, что будет на следующей неделе на барбекю. Насколько я знаю Саймона, мы забьем гвоздь в его гроб.

Она сохраняла молчание. Было жаль, что она не столь оптимистична как Майк. Она боялась, что интерес Саймона к ней не распространяется больше, чем интерес к ней, как к младшей сестренке.

— Эй, ты не хочешь, раздобыть, что-нибудь поесть? — внезапно спросил Майк.

Она взглянула на него.

— Не знаю.

— Давай, ты должна выбраться отсюда и немного повеселиться. Мы можем пойти поиграть в бильярд. Ты же раньше всегда играла с Эй Джеем. Ты конечно беременна, но не мертва же, — напомнил он ей.

— Да, но если нас увидят вместе, то предположат, что именно ты отец ребенка, — мягко сказала она.

— Я должен быть польщен, — сказал он, подмигнув, — давай, уберемся отсюда и оставим Саймона безумно гадать, что же мы делаем.

Саймон подождал, пока Эй Джей зашел в дом, схватил свои ключи со стойки и засунул бумажник в карман.

— Давай, Эй Джей, мы идем играть в бильярд.

— Мы? — поразился Эй Джей.

— Да, поехали, я за рулем.

Эй Джей послушно семенил за другом, пока они шли к грузовику Саймона.

— Могу я спросить, почему мы идем в бильярдную?

Саймон сел за руль и завел двигатель, взглянув на Эй Джея.

— Потому что Тони и Майк пошли туда, и я хочу убедиться, что он не сделает что-то глупое, — он все еще был раздражен тем, что Тони пренебрегла своим состоянием. И почему Майк увел ее в чертов бар, после того как узнал, что она чуть не потеряла сознание. Он не мог понять, но это убедило его, что Майк был не тем парнем, с кем Тони следовало быть.

— О нет, только не снова, — Эй Джей открыл свою дверь, — я уже пожертвовал свиданием с королевой красоты, чтобы следить за ними. Еще раз ты меня не заманишь.

— Эй Джей. Верни свою задницу обратно в грузовик, — нетерпеливо прорычал Саймон.

Эй Джей завис одной ногой в воздухе.

— Почему мы делаем это, Саймон? Тони что — то увидела в этом парне, и ей это понравилось. Погоди, а если он отец ее ребенка? Ты вообще думал об этом?

Гнев закипел в его крови, когда он подумал о Майке, получающем беременную Тони. Он настолько сильно сжал руль, что костяшки на пальцах побелели. Нет, Майк не мог быть тем парнем. Это не имело смысла. Он никогда не упоминал Тони и заинтересовался ею только после того, как она узнала, что беременна.

— Чувак, остынь. Это всего лишь догадка.

— Это нелепая догадка, — рыкнул он, — она чуть в обморок не упала сегодня, ничего не ела, и последнее, что ей нужно было сегодня, это тусоваться с Майком Сандерсом в баре.

Эй Джей, вернулся на сиденье.

— Погоди, она что? — Саймон включил заднюю передачу и резко нажал на газ, грузовик взревел, вылетая с парковки.

— Она чуть не упала на кухонный пол. Сказала, что мало ела, и выглядела довольно измотанной. Затем, появился Майк и внезапно они идут играть в бильярд, придурок ведь знал о ее состоянии, потому что я сообщил ему.

Эй Джей нахмурился.

— Но если Тони хотела пойти… — Саймон заткнул его фырканьем.

— Я не знаю, что с ней твориться. Она сама не своя в последнее время.

— Вижу, а ты спасаешь ее от себя самой?

— Я представления не имею, что делаю, — сказал он, надеясь, что получит хоть какой-то знак об этом.

— Ну, по крайней мере ты признаешь это, — сухо отозвался Эй Джей, — так что конкретно мы собираемся делать?

— Играть в бильярд, что же еще?

— Конечно, о чем я думаю? Мы же не собираемся шпионить. Мы всего лишь идем играть, и это совершенно невинно. Только за последние два года сколько раз ты играл, дай подумать, а, нисколько.

— Заткнись.

Десять минут спустя они припарковались возле местного бара «У Бенни», и, конечно место на парковке было только рядом с грузовичком Майка. Бар был любимым местом для пожарных и спасателей. Саймон увидел несколько знакомых машин. И, конечно это было неподходящее место для беременной женщины. Один только дым внутри бара, мог вызвать преждевременные роды.

— Чувак, если ты войдешь с таким угрюмым видом, всех просто сдует оттуда от мороза.

Саймон нахмурился, но, все же войдя в слабо освещенное помещение, расслабился. Он смотрел на многочисленную толпу посетителей. Кто-то сидел в баре, кто-то танцевал, а из музыкального автомата лилась последняя песня Тоби Кита в стиле кантри. Когда они с Эй Джеем зашли в закуток где стояли три бильярдных стола, их приветствовали знакомые. Он узнал несколько знакомых лиц с работы и из скорой помощи. Саймон кивнул, не останавливаясь. Его внимание было сосредоточено на самом дальнем столе. Тони стояла рядом с Майком. Его рука была небрежно закинута на ее плечи. Они ждали, когда парень напротив сделает свой удар. Гнев разливался в жилах Саймона. Он начал ускоряться, чтобы быстрее добраться до них и убрать руку Майка из удобного гнезда между плечом и шеей девушки. Но он заставил себя остановиться. Что, черт возьми, с ним твориться?

Эй Джей демонстрировал глупую и самодовольную усмешку на своем лице, а у Саймона зачесались руки, дать ему в рожу. Мотая головой, чтобы привести мысли в порядок, Саймон остановился у бара и заказал пива.

— Так, — протянул Эй Джей, — что теперь?

Звонкий смех Тони проник через весь шум бара. Саймон дернулся и посмотрел в ее сторону. Она смотрела на Майка. Видимо, смеясь над его шуткой. Она выглядела сияющей.

Нет, она выглядела чертовски красивой. Майк протянул руку к ее лицу и заправил завиток волос ей за ухо. Саймон со злостью стукнул бутылкой пива о бар.

— Все, хватит, — он ринулся вперед, оставив Эй Джея хихикать позади.

— Ни за какие коврижки не пропущу такое.

— Заткнись ко всем чертям Эй Джей. Тони и твой друг тоже. Начни действовать, как будто тебе не все равно.

Эй Джей поймал его руку и развернул к себе, посмотрел в его сверкающие глаза.

— Если бы ты на самом деле заботился о ней, ты бы вытащил свою голову из задницы, и увидел бы подсказку.

— О чем, черт возьми, ты говоришь? — что, весь мир сошел с ума? Тони проводит время с Майком. Эй Джей ведет себя так, будто у него в заднице жуки завелись. Единственный нормальный среди них — Мэтт, но он как будто живет в своем собственном мире и его ничто не касается.

Прежде чем Эй Джей успел объясниться, он услышал мелодичный голос Тони.

— Саймон? Эй Джей? Вы что делаете здесь?

— Что ты скажешь на это? — тихо спросил его Эй Джей.

— Тони? — Саймону практически удалось сыграть удивление модуляциями своего голоса, когда он шел к столам для бильярда, — что ты делаешь здесь?

Она нахмурилась, но все еще выглядела чертовски привлекательно. Небольшая припухлость ее живота еле выглядывала, обрисованная полами ее блузки. А треугольный ворот, подчеркивал изгибы и нежные выпуклости ее груди.

— Вопрос в том, что вы делаете здесь? Я давно уже не видела тебя здесь.

— Ну, я не всегда, но бываю здесь, — быстро исправился он.

— Я не видел тебя здесь, по крайней мере, год, — вскользь сказал Майк. Саймон окинул Майка небрежным взглядом, обратил снова свое внимание на Тони, ему очень не понравилась рука другого мужчины на ее талии.

— Ты не должна быть здесь Тони. Если у Майка были бы хоть какие-то мозги, ты лежала бы дома в кровати.

— Вот это моя забота, — сказал Майк с иронией.

— Только через мой труп — отозвался Саймон, — Тони не твоя шлюшка на одну ночь.

Тони вышла вперед, гнев струился из ее обычно мягких карих глаз.

— Я думаю, что на этом достаточно Саймон! То, что мы с Майком делаем или не делаем, не твоего ума дело!

Он вздрогнул. Это была правда — то, что он строил из себя задницу королевских кровей. Но, что черт возьми вселилось в Тони? Сначала она забеременела и держала в тайне отца ребенка, как моллюск, закрывшись в своей раковине, а потом начала зажигать с мистером «самая доступная кровать в городе»?

— Ты права, это не мое дело. Но я переживаю за тебя Тони. Если ты сама не заботишься о себе, кто-то должен! — она покраснела. Смущение затуманило ее глаза, и он немедленно пожалел о своей вспышке. Последнее, что он хотел, так это причинить ей боль.

— Ты не был столь озабочен, когда твоя маленькая подружка звонила.

— Старла? А она тут при чем?

Ее губы сжались в тонкую линию.

— Майк, не мог бы ты отвезти меня домой? — ее тонкий голос дрогнул и Саймон мысленно, пнул себя снова.

— Все хорошо? — тихо спросил Майк, но Саймон его услышал. Ему не нравилось, что он расстроил ее, и даже Эй Джей смотрел на него в отвращении.

— Тони, — начал Саймон, но она больше не обращала на него внимания. Майк взял ее руку, а другой придерживал за талию.

— Хорошо выступил Эндрюс, — пробормотал Майк.

Саймон закрыл глаза и сжал кулаки. Что с ним происходит? Он превращается в дерьмо первого класса!

— Это был успех! — включился Эй Джей, как только Тони с Майком покинули зону бильярдных столов.

— Убери свой сарказм, я знаю, что вел себя, как полная задница.

— Это правильное определение. И ты поставил себя в наиглупейшее положение. А теперь мы можем поехать домой?

— Да, конечно, — он последовал к двери, чувствуя себя полным идиотом. Он предпочел бы следующие двенадцать часов провести на смене, борясь с огнем, чем снова столкнуться с расстроенной Тони.

Следующим утром Тони проспала, проспала больше чем обычно. Она встала, освежилась и оделась, а потом прокралась на кухню, добыть завтрак.

— Парни, доброе утро, — отозвалась она, увидев Мэтта и Эй Джея, сидящих за стойкой и поглощающих хлопья. Оба еле подняли на нее глаза, пробормотав вялые приветствия. Тони налила себе стакан сока и села рядом с ними.

— Что на повестке дня сегодня? — Оба одарили ее пустыми взглядами. — Я так понимаю, что ничего.

Мэтт пожал плечами.

— Саймон рано уехал. Понятия не имею куда. У меня на самом деле, нет никаких планов.

Тони нахмурилась. Она точно знала, где Саймон. Сок оставил кислый вкус у нее во рту, и она отставила стакан.

— Ты не собираешься увидеться со Стефани сегодня?

Он неуверенно посмотрел на нее и пожал плечами.

— Видимо нет.

Эй Джей поднял бровь и отложил ложку.

— Неприятности в раю? — он поднял миску и выпил из нее оставшееся молоко, затем с громким стуком положил миску на стойку.

Тони засмеялась.

— Ты такой варвар Эй Джей.

Он подарил ей оскорбленный взгляд. Мэтт проигнорировал вопрос Эй Джея и шутку между Эй Джеем и Тони. Те обменялись удивленными взглядами.

— Я в душ, — сказал Эй Джей. Тони поняла, что он хотел оставить их одних.

— Так что между вами со Стефани? — спросила она, когда эй Джей ушел.

— О, ничего серьезного. Просто решили взять перерыв, подумать о многом, — неопределенно ответил он.

Мэтт чувствовал себя неудобно, он поерзал на высоком стуле и на минуту ушел в себя.

— Так, вот в чем дело. Я думала, что она та самая, — Тони наклонилась к нему в радостном порыве, — Мэтт, это же чудесно.

Он выпрямился и уставился прямо на нее.

— Подумай об этом Тони. Если бы я сделал ей предложение, все бы изменилось. ВСЕ!

Тони даже не пыталась скрыть свое недоумение.

— Я не понимаю.

Он вздохнул и отпихнул свою миску подальше от себя.

— Дело в том, что я хотел бы просить ее выйти за меня замуж. Я очень ее люблю, — мягко добавил он.

— Так в чем «но»?

— Но.… Это небольшая проблема в условиях проживания. Или мы со Стефани покупаем новый дом, что мы оба не можем себе позволить. Или мне придется попросить Саймона и Эй Джея найти себе другое место, чтобы мы могли жить здесь.

— Но я все равно останусь третьим колесом… — сказала она, заранее понимая, к чему он ведет.

— Нет, — решительно сказал он, — это твой дом. И никаким образом я не смог бы просить тебя съехать отсюда тем более, сейчас, когда ты беременна.

— Я все испортила, — прошептала она, — и не только для себя. Я все испортила и для тебя тоже.

— Черт побери. Вот почему я ничего не хотел тебе говорить, — он обогнул бар и схватил ее за руки, — посмотри на меня.

Она посмотрела на него. Чрезвычайная серьезность отражалась в его карих глазах.

— Много факторов задействованы в этой ситуации. Один из них — я тебе нужен. И, — он эффектным жестом отмел все возможные протесты сестры, — мне нравится та жизнь, которая есть у нас здесь и я не уверен, что хочу что-то менять.

Тони вспомнила недавний разговор с Саймоном в парке. Большая часть его вращалась вокруг именно этого вопроса. Никто не хотел менять существующее положение дел. И если быть честной, она не имела никакого желания, видеть своего брата женатым и съезжать из дома. Что автоматически разделит их четверку, и больше не будет никаких соседей. Но все должно измениться. Все всегда меняется. Ничего не может продолжаться вечно. Она думает как целая книга заезженных клише.

Тони прочистила горло.

— Не знаю что сказать, Мэтт. Но рано или поздно вещи меняются. Вы парни, в конце концов захотите остепениться, а это значит, что мы никогда не смогли бы жить вместе. Но это не значит, что мы не сможем зависать вместе. Встречаться в выходные.

— Я это понимаю, — ответил Мэтт, — я просто не хочу быть тем, кто все это разрушит. Все было бы иначе, если бы Саймон женился на Старле, или Эй Джей захотел жениться, не дай бог.

Тони рассмеялась, представив Эй Джея женатым.

— Я всегда предполагал, что буду последним, кого захомутают. Думал, что ты первая выйдешь замуж и съедешь, а потом и остальные. Тогда я женюсь и останусь здесь. Но я не могу все повернуть вспять, и черт возьми, я уверен, что не брошу тебя, когда я тебе так нужен.

Слезы навернулись в уголках глаз девушки, и она быстро отогнала их прочь. Она никогда не думала, насколько удобной для всех была их нынешняя ситуация, и как все эти годы они жили этим. Идея изменения была отвратительна им всем. И каждый боролся против нее. Да и она тоже внесла свою лепту в мысли других. И впервые, она позволила себе подумать, как ее беременность затронет их всех. И кроме факта, что Саймону нужно сказать о его надвигающемся отцовстве, ситуация была невозможной. Если она останется, то они все будут чувствовать ответственность перед ней и перед ребенком. Она знала их достаточно хорошо, чтобы понять, ради нее, они засунут, далеко и прочно, все свои желания, особенно если будут думать, что она нуждается в них. Она поступила бы таким же образом ради них. Это то, что у них всегда было. Но это больше не может продолжаться. И как это отразиться на ребенке, если после проживания с тремя мужчинами, годящимися на роль отца, один или все женились бы и переехали? Это потенциально разрушительно для них всех.

Будет намного лучше, если она переедет и освободит их от любой ответственности, которую они испытывают за нее. Она дала им отговорить себя от переезда, но только сейчас она поняла, что это была ее лучшая идея. Она позволила своей грусти, по поводу того, что она потеряет их, поколебать ее решимость. Но если бы она переехала, это было бы и в их интересах. Интересно, а Саймон вернулся бы к Старле сейчас, если бы он так не беспокоился о ней? Эта мысль вызвала у нее отвращение. Как же сильно она любила его, она не хотела мешать его счастью. А сейчас Мэтт был готов остепениться и жениться, но его беспокойство о ней препятствовали его планам на будущее.

— Мне не нравиться выражение твоего лица, — нахмурившись, сказал Мэтт, — не нужно было тебе говорить.

— А я рада, что ты это сделал, — мягко ответила она, — ты дал мне много пищи для размышлений. Настоящий пинок, чтобы проснуться.

Его взгляд стал еще более хмурым.

— Думаю, было бы лучше, если бы я двигалась дальше и съехала.

Мэтт поднялся со своего места, его глаза метали молнии.

— Черт побери, Тони. Я не для этого поднял эту тему. Нет никакого, повторяю, никакого средства, заставить меня разрешить тебе переехать сейчас. И конечно не потому, что так будет лучше для меня. Это твой дом. Твой. Дом, где ты выросла. Я не позволю тебе и твоему ребенку расти где-нибудь в трейлере или дрянной квартирке.

— Сядь Мэтт, — сказала она аккуратно.

Он пялился на нее долгое время, затем медленно опустился на табурет.

— Подумай немного, одну минуту. Пока я живу здесь, с вами вместе вы все, собираетесь засунуть подальше все свои нужды и желания, потому что, вы думаете, что я все еще маленькая девочка, которую вы должны защищать и заботиться о ней.

— Но…

— Дай мне закончить, — сказала она положив свою маленькую руку на его огромную, — будет только хуже, когда ребенок родится. Я не хочу, чтобы кто-то из вас, жертвовал своим счастьем ради меня, я не могу смириться с этим. Для счастья всех, и меня в том числе, я должна найти место, где мы с ребенком будем счастливы. Тогда мы все сможем свободно принимать решения, смотря в будущее без беспокойства.

Он непреклонно покачал головой.

— Что если что-то произойдет с тобой во время беременности?

— Нет ничего, что нельзя было бы устроить с помощью телефона, — сухо отозвалась она.

— Я не хочу, чтобы ты переезжала, — просто сказал он.

— Я думаю, это может стать моментом, когда мне следует выйти из ваших с парнями крепких, защитных объятий. Я осталась, потому что мне так было удобно, но никогда не думала о жертвах, которые вы приносите ради меня.

— Это не жертвы, — сказал он отчаянно, — ты заботилась о нас намного больше, чем мы когда-нибудь заботились о тебе.

Она хихикнула.

— Может быть это и правда, но может, настало время и этому измениться? У меня теперь ребенок, и мне нужно заботиться о нем, — ее ум начал работать с новой силой. Должно быть какое-то решение, — что, если я останусь до тех пор, пока не родиться ребенок, а потом перееду? Это даст всем время привыкнуть к такому положению вещей. И даст мне время подкопить деньги.

— Но это точно то, что ты хочешь? — спросил он, пристально изучая ее, — потому что, если ты уезжаешь, думая, что это будет лучше для нас, забудь об этом. Вы с ребенком очень важны для нас.

— Не буду лгать и говорить, что я не буду жутко скучать по вам всем, но я буду вас навещать. Хорошо, много навещать, — она усмехнулась, — и надеюсь, парни, вы будете навещать меня, — и может быть, просто может быть, если все пойдет, как она предполагает, Мэтт со Стефани будут не единственной парой.

Но она не могла думать о себе с Саймоне прямо сейчас. Мэтт, очевидно, хочет взять на себя обязательства перед Стефани, и, она не хотела удерживать брата от его счастья.

— Если ты переедешь, то я выкуплю твою половину дома, — сказал он.

Она покачала головой.

— Считай, что это мой свадебный подарок вам со Стефани.

Он столь же непреклонно покачал головой.

— Мы поговорим об этом, когда придет время, — раздраженно ответила она.

— О чем мы поговорим, — спросил Эй Джей заходя на кухню.

— Что я собираюсь переехать после рождения ребенка, — мягко произнесла Тони.

Не было причины хранить это в секрете. Чем раньше все узнают, тем быстрее свыкнуться с неизбежностью этого события. Она приготовилась к схватке с ним, но Эй Джей оказался самым спокойным из всех.

Он только внимательно посмотрел на нее.

— Это действительно то, что ты хочешь?

Она кивнула и обернулась к Мэтту.

— Ну, когда мы прояснили все детали, когда ты собираешься спросить ее?

Эй Джей смотрел на него с отвисшей челюстью.

— Серьезно? Ты собираешься сделать предложение Стефани?

— Я подумываю над этим, — поправил его Мэтт.

— Мужик, это здорово. Она отличная девчонка, — он похлопал Мэтта по спине, и широко улыбнулся.

— Спасибо, я думаю так же.

Хлопнула дверь, и Саймон вошел, бросая ключи на бар. Он с интересом смотрел на всех троих. Тони напряглась, все, что они достигли за последние часы с Мэттом, просто испарилось.

— Я что-то пропустил? Вы трое выглядите празднующими что-то важное.

— Похоже, что Мэтт попался в капкан, — сказал Эй Джей с усмешкой.

— Может быть, попал, — исправил Мэтт друга, толкнув его в живот.

— Правда? Здорово! Когда же важный день?

Тони наблюдала, как меняется ее жизнь. Нет, она начала меняться уже какое-то время назад, когда она переспала с Саймоном. И не было ничего, что она могла бы изменить, изменить любые последствия. Она оставила парней обсудить все аспекты, связанные с его помолвкой, и как Мэтту лучше сделать предложение Стефани. Каким-то образом, она всегда воображала, что выйдет замуж первой, но при таком раскладе, она будет последней.

— Думаю, не только Тони, но и нам всем нужно искать новое место для проживания, — сказал Эй Джей выдергивая ее из размышлений.

Саймон нахмурился.

— Я думал, что мы договорились, что она остается здесь.

— Так или иначе, я не вижу, что Мэтт и Стефани ждут, что два парня, да еще и сестра с ребенком будут окружать их в их браке, — высказала она свою точку зрения, — мы с Мэттом побеседовали, и договорились, что я перееду, когда ребенок родится.

Саймон выглядел ошеломленным.

— Мы втроем могли бы найти новое место.

Эй Джей откинулся на спинку и сохранял молчание. По факту все просто заткнулись.

— А что насчет того, если ты или Эй Джей решите жениться? Нам что, снова переезжать? Нет, я предпочитаю найти сейчас место для себя и своего ребенка, — твердо сказала она.

Саймон открыл рот и закрыл его снова.

Мэтт зарыл пальцы в свои волосы.

— Видишь Тони, вот, почему я не хотел влезать в это сейчас. То, что у нас есть, уже работает. Мы — семья.

Саймон кивнул. Даже Эй Джей поддержал его.

— Даже семьи растут и вынуждены двигаться дальше, — резонно ответила она, — я даже представить не могу, что Саймон и Эй Джей будут жить, ожидая, что ты пожертвуешь собой, чтобы сохранить вашу дружбу такой, какая она есть сейчас.

При этом Саймон и Эй Джей кивали головами в согласии. Она обошла бар, остановившись рядом с Мэттом, обняла его обеими руками.

— Я люблю тебя, — сказала она отчаянно, — думаю, это займет некоторое время. Помнишь, когда я уехала в колледж?

Мэтт захихикал рядом с ее ухом.

— Мы переживем это, и все равно останемся семьей. Только теперь Стефани станет частью всего этого.

Он обнял ее в ответ, задержав дыхание.

— Я люблю тебя сестренка.

Она оттолкнулась от него и взглянула на Саймона и Эй Джея.

— Есть еще одна выгода. Ты всегда можешь рассчитывать на нас по воскресеньям, во время матча. И думаю, Стефани придется это принять, если она захочет выйти за тебя, — она подмигнула брату, и его лицо расслабилось, а губы растянулись в улыбке. Она огляделась вокруг. Единственный, кто не улыбался, был Саймон.

Он был неспособен стряхнуть свое раздражение, с тех пор, как Тони объявила о своем переезде, а Мэтт о своем намерении сделать предложение Стефани. Он чувствовал себя преданным.

Саймон сидел на кухне, в то время как все остальные готовились к ежегодному барбекю в пожарной части. У него совершенно не было никакого желания идти туда. Но оставаться дома и думать, что же там происходит, у него тоже желания не возникало.

В течение последних нескольких лет, он жил с людьми, которых рассматривал, как свою семью. Своих лучших друзей. А теперь, по прошествии нескольких месяцев это все изменится навсегда.

Это вгоняло его в депрессию. Почти такую же, как когда он узнал, что Тони встречается с Майком Сандерсом. Как будто вырвавшись из своих мыслей, Саймон увидел, что Майк постучал в кухонную дверь. С угрюмым видом Саймон пригласил друга войти.

— Что ты тут делаешь? Разве ты не работаешь сегодня? — спросил Саймон.

— Да, я просто заехал забрать Тони на барбекю.

Раздражение тут же охватило Саймона.

— Ты отлучился с работы, чтобы забрать ее, несмотря на то, что мы все свободны и тоже туда собираемся? Она может поехать с нами.

Майк пожал плечами.

— Тихое утро. Да и тут всего пять минут пути. Кроме того, я пригласил Тони на пикник вместе со мной.

Помня, как разозлилась на него Тони в последний раз, он прикусил язык и примирительно произнес.

— Тони будет готова через минутку.

— Майк, что ты здесь делаешь? — Эй Джей зашел на кухню и увидел сослуживца.

— Приехал подвезти Тони на пикник.

Эй Джей нахмурился.

— Она может поехать с нами.

Майк закатил глаза.

— Можешь просто позвать ее? Я должен вернуться на станцию в скором времени.

— Тони! — крикнул Эй Джей в сторону ее комнаты, — тут любовничек приехал за тобой.

— Не будь задницей, — угрюмо отозвался Майк.

Несколько секунд спустя появилась Тони, у Саймона перехватило дыхание. Она выглядела фантастически, сияя с ног до головы. А ее рубашка. У него было непреодолимое желание набросить пиджак поверх нее, чтобы прикрыть вырез. Все действительно из-за беременности, или она всегда была такой чертовски красивой?

— Привет Майк, ты готов? — спросила она парня с улыбкой.

Ревность ударила в грудь Саймона, оставив его потрясенным. Ревность. Боже мой. Он терял свой последний разум.

— Парни, я увижу вас там? — спросила она оборачиваясь к нему и Эй Джею.

— Да, мы тоже выезжаем, — ответил Саймон, беря ключи.

Майк пропустил Тони вперед, поддерживая ее за поясницу. Саймон следовал прямо за ними, закипая при каждом шаге. И Эй Джей, как всегда, легкой походкой с загадочной усмешкой замыкал маленькое шествие.

Тони вышла наружу, ее глаза отчаянно искали Эй Джея. Когда она обнаружила его на радаре то, тут же помчалась к нему. К счастью, он был у края толпы, так что они не привлекут много внимания.

Она подошла к нему и тронула за руку. Он оторвался от беседы с детективами и повернулся к ней. Тревога вспыхнула в его глазах. Ее страх был так очевиден? Прежде чем он высказал свои опасения вслух, она сжала его руку.

— Могу я поговорить с тобой минутку? — спросила она тихим голосом, надеясь, что их никто не подслушает.

Он отвел ее на несколько футов, а затем потребовал немедленно сказать, что с ней не так. Она сглотнула, пытаясь побороть нарастающую панику, и попыталась говорить спокойно, чтобы не тревожить его еще больше.

— Ты не мог бы отвезти меня домой? — он нахмурился.

— Конечно, а что случилось?

— У меня кровь, — прошептала она.

Его глаза расширились от испуга.

— Дай мне найти Саймона и Мэтта. Мы должны ехать в больницу.

Она поймала его руку, когда он повернулся.

— Нет.

— Почему нет? — допытывался он.

— Ш-ш, — зашикала на него Тони, — я не хочу устраивать сцену на публике. Я не хочу отвлекать Мэтта и Софи в их большой день. И не хочу отвлекать Саймона от его разговора со Старлой. Ты можешь просто отвезти меня домой? А Саймон потом вернется с Мэттом или со Старлой.

— Я отвезу тебя в больницу, — сказал он упрямо.

Она отчаянно заскрипела зубами.

— Сначала я хочу поехать домой, оттуда я могу позвонить своему акушеру. Это может быть ложной тревогой. Я читала, что кровотечения могут быть у беременных женщин. Я просто хочу быть в безопасности.

— Тогда пошли, — он взял ее руку и повел к грузовику. Они забрались внутрь и Эй Джей рванул с места оставляя пикник позади.

— Мне это не нравится, — сказал он, — я должен отвезти тебя в больницу.

— И может тебе еще придется. А сейчас, я хочу узнать, что мой доктор думает по этому поводу. Я просто не хочу раздувать из мухи слона.

— Это из-за падения? — потребовал он.

— Не знаю, — честно призналась она, — я ничего не знаю.

Как будто чувствуя, что она находится на самой границе самоконтроля и вот-вот может все потерять, Эй Джей накрыл ее руку своей.

— Все будет хорошо, — но она смогла услышать неуверенность в его голосе.

Когда они приехали домой, Эй Джей завел ее внутрь.

— Садись на диван, я принесу телефон.

Она села в уголок и подтянула согнутые ноги к себе. Ее рука опустилась на живот, ощупывая выпуклость. Слезы жгли ее веки и она быстро моргнула, стряхивая их. Она не может потерять ребенка. Она даже не успела сказать Саймону, что он его.

Эй Джей сел рядом с ней и вручил ей телефон. Он водил рукой вверх-вниз по ее спине успокаивающими движениями, когда она набирала телефон врача. Оставив сообщение секретарю — телефонистке, она повесила трубку и беспомощно посмотрела на Эй Джея.

— Я не могу потерять этого ребенка.

— Я знаю, дорогая, — он утопил ее в своих объятиях и качал в своих руках, все еще гладя по спине, — ты все еще уверена, что не хочешь, чтобы я отвез тебя на скорую, для полного осмотра?

Она покачала головой.

— Для начала подождем, что скажет доктор.

Звук захлопывающейся кухонной двери заставил Тони быстро вытереть ее глаза. Она посмотрела в ту сторону, и увидела, как Саймон опирается на стойку бара, уставившись на нее и Эй Джея.

— Что, черт возьми, происходит? — потребовал он, — почему ты плачешь, Тони?

После бессонной ночи, Тони встала и приняла душ. Она вставала в течение всей ночи несколько раз, проверяя, есть ли кровотечение. К счастью, никаких признаков крови и схваток не было.

Парни были сонями, и был шанс, что она может выбраться из дома, без ворчания, что она должна оставаться в кровати, и, не встретив Саймона. Румянец окрасил ее щеки, от идеи посмотреть Саймону в глаза, после их поцелуя.

Его извинения были еще слишком свежи в ее памяти. А ужас в его глазах, после того, как она поцеловала его, был достаточно сильным, чтобы она желала держаться от него на расстоянии какое-то время.

Она тихонько, на цыпочках выбралась из своей комнаты, надеясь увидеть, пустую кухню и замерла, когда увидела Саймона, спящего на диване. Он дожидался ее? Действуя быстро, она написала записку и оставила ее на барной стойке. Так, парни не будут волноваться. Она налила стакан сока в переносную чашку и взяв ее с собой, поспешила к джипу.

Первым важнейшим делом было найти работу на неполный рабочий день. У нее было несколько идей, и она должна была проверить их прежде, чем пойдет разносить бургеры. Лонни Бристоу предлагал ей работу, в департаменте медицинской службы, раньше, когда она работала у них летом. Возможно, ему был нужен фельдшер и сейчас.

Она проехала к центральному департаменту, всего лишь в двух кварталах от пожарной станции и скорой помощи графства. Удача была на ее стороне, Лони сидел в своем офисе.

Он открыл дверь, когда она постучалась и широко улыбнулся.

— Привет Тони. Проходи, гостем будешь. Чем могу тебе помочь?

— Привет Лонни, — она села на стул напротив стола и нервно перевела дух. — Я интересуюсь, нет ли у тебя сейчас открытых вакансий в твоей службе?

Он приподнял брови в удивлении.

— Конечно, мне всегда нужны диспетчеры. Большинство работает, беря лишние часы. Ты интересуешься для себя?

Она кивнула.

— Я все еще работаю на Дока Джонсона, так что, могу работать только в выходные и по вечерам. Но мне и нужна работа с неполной занятостью.

— Я никогда не откажу опытному диспетчеру, — он откатился на стуле назад, к картотечному шкафу, и вынул листок, из ящика, — заполни анкету и верни ее мне. Когда ты хотела бы начать?

— Как можно скорее, — ответила она и взяла анкету.

Он вручил ей ручку и изучал ее какое-то время.

— Тони, я знаю тебя уже давно. Что происходит? У тебя какие-то неприятности? — она подняла глаза на него.

— О, нет, никаких неприятностей, Уверена, ты бы уже услышал, если бы они были, — она выдержала паузу. Он был на барбекю, и, она сделала предположение, что до него уже дошли какие-то слухи.

— Какие слухи?

— Я беременна. И мне нужен дополнительный доход сейчас, пока ребенок не родился.

Он попытался замаскировать удивление, но его глаза выдали его.

— Нет, я не слышал. Поздравляю!

— Спасибо. Ты, на самом деле, первый человек, который поздравил меня и действительно это имел в виду, — ответила она с улыбкой.

— Могу вообразить, — сухо ответил он.

Она вернула ему заполненную анкету. Он посмотрел на нее, а затем обернулся к календарю на стене.

— Хочешь, приезжай в понедельник, после работы и повторно окунись в нашу среду? Будет работать Сара, и она рада будет ввести тебя в курс дела снова.

— Это было бы отлично, — она поднялась и протянула руку, — спасибо Лонни, я твоя должница.

— Нет, черт возьми. Если бы ты только знала, как я ужасно нуждаюсь в диспетчерах. Я должен на коленях перед тобой ползать и целовать пальцы на твоих ногах.

Она усмехнулась.

— Тогда увидимся в понедельник, — чувствуя себя немного легче, она села в свой джип и посмотрела на часы. Было только десять утра. Ну, теперь, когда у нее есть вторая работа, она может себе позволить детскую одежду, которая ей все равно понадобиться. И это конечно же отложит момент, когда она увидится с Саймоном.

Завтра, она расскажет свой план работы Доктору и получит его разрешение, прежде чем загрузит свой день. Ей нужна эта работа. Ей нужны деньги. Ей НУЖНО убраться подальше от Саймона, прежде чем она взорвется. Но она ничего не сделала бы в ущерб своему ребенку. Их ребенку.

К семи она была окончательно вымотана. Она посетила каждый супермаркет в Бомонте, не говоря уже о детских бутиках и магазинах мебели. Ее список был полон именно тем, что она хотела. Детская кроватка, достаточно маленькая, чтобы поместиться в ее комнате. Плетеная колыбелька для гостиной. Много всего необходимого, по словам продавца, вроде качелей и кресла в машину.

Неспособная и далее избегать неизбежного, она повернула в сторону дома, молясь, чтобы Эй Джей и Мэтт были дома. Таким образом, она избежит любых бесед с Саймоном наедине. К ее облегчению, все три грузовика стояли на дорожке перед домом. Она припарковалась и нехотя потащила свои кости в дом.

Три пары глаз уставились на нее, как только она открыла дверь. Ее усталость, вероятно, была очевидна, потому что они не колеблясь атаковали ее.

— Где, черт возьми ты была весь день? — допытывался Мэтт, — ты выглядишь ужасно.

— Я устала, и собираюсь в кровать, — она направилась в свою комнату, избегая пристального взгляда Саймона. Эй Джей заговорил.

— Ты в порядке Тони?

Она криво усмехнулась.

— Да, немного переусердствовала. Спокойной ночи, — не ожидая ответа, она исчезла в своей комнате и закрыла за собой дверь. Как только она переоделась и легла в кровать, послышался легкий стук в дверь.

— Тони, это я, Мэтт.

— Я уже в кровати, — ответила она.

— Я хочу поговорить с тобой.

— Это не может подождать? Я ужасно устала.

Пауза была реально долгой.

— Ладно, Отдохни немного. Поговорим позже.

Она закрыла глаза, и полились слезы.

В понедельник она поздравила себя, что удачно избегала Саймона все выходные. Она работала в диспетчерской службе после основной работы, а у парней 48часовая смена начиналась во вторник. Таким образом, они с Саймоном увидятся не раньше дня четверга, если конечно у нее не будет ночной смены. Она немного раньше ушла с работы, чтобы успеть заехать домой и переодеться перед тем, как она отправиться на вторую работу. Зайдя в дом, она застала парней перед телевизором в гостиной. Тони поздоровалась и ушла в свою комнату переодеться. Через пару минут она вышла и остановилась в кухне. Понимая, что, по крайней мере, она должна сообщить куда направляется, она прочистила горло.

— Парни, увидимся позже.

Они развернулись и уставились на нее.

— Куда ты собралась? — спросил Эй Джей.

— На работу, — слова повисли в воздухе, поскольку им нужно было время, чтобы понять, что же она сказала.

— Работа? — спросил Мэтт, — ты же только что вернулась с работы.

— Я взяла работу в медицинской службе у Лонни. Диспетчером, — их удивление было очевидно.

— Ха, с каких это пор? — спросил Мэтт.

— С субботы.

— Черт, Тони, ты раньше делилась с нами таким дерьмом как это. Что изменилось теперь? — тон Мэтта повысился. Он встал, направляясь к ней. — Ты должна отдыхать в кровати. Помнишь, что случилось недавно?

— Слушай, это не великое дело. Я вас, парни, с вашим графиком давно не видела, вот и не сказала. Я должна бежать, или опоздаю. Поговорим позже, — Она послала воздушный поцелуй брату и обернулась, чтобы уехать.

Саймон наблюдал ее уход и подавил желание стукнуть кулаком по журнальному столику. К гадалке не ходи, было понятно, что она его избегала.

Мэтт вернулся в гостиную с мрачным выражением на лице.

— Я не знаю, что, черт возьми, твориться с ней, но она нам что-то не договаривает.

— О, ты так думаешь? — пробормотал Эй Джей.

— Что с ее второй работой? Она же беременна, ради Христа. Ей совсем не в тему сейчас работать на двух работах, — рассуждал Мэтт громким голосом. Он повернулся к Саймону, — ты обычно за словом в карман не лезешь. Ты знаешь, что гложет Тони?

Да, он знал, и очень хорошо знал. Но не собирался выбалтывать Мэтту их секрет. Он воспользовался тем, что у Тони был момент слабости. Мэтт и Эй Джей используют его лицо, как боксерскую грушу.

— Нет, я не знаю, но возможно ей просто нужны дополнительные деньги, на ребенка? — Мэтт фыркнул, — никаким образом я не позволю ей, беременной, работать на двух работах. Если ей нужны деньги, ей нужно было просто попросить.

— Но это не так просто, — сказал Саймон, — я не видел, чтобы она о чем-то кого-то просила. Ты это знаешь также хорошо, как и я. Она никогда не сделает что-то, от чего она будет чувствовать себя бременем.

— Думаю, есть что-то еще, — вставил свои пять копеек Эй Джей, — я еще не знаю что это.… Но постараюсь узнать.

В четверг утром, к удивлению Тони, она заметила, что сильно изменилась. Когда утром она сняла одежду, чтобы принять душ ее животик был уже намного больше. Она стояла перед зеркалом, изучая свой профиль и выпуклость в разных ракурсах. Согласно ее книге о беременности, сейчас, она в любой момент может почувствовать движение ребенка. Всего через четыре недели, в двадцать недель, ее ждал новый ультразвук, и если все идет правильно, она может узнать пол ребенка. Она оделась и посмотрела на себя еще раз. Тони усмехнулась, теперь ее состояние уже ни с чем не спутать.

— А теперь, если хочешь, просто сообщи мне, что ты там, — сказала она животику, поглаживая выпуклость.

Перед уходом на работу, написала записку, сообщая, что работает ночью, и оставила ее на столешнице.

День прошел быстро, в пять, она переоделась в клинике и отправилась на свою вторую работу. Сара зашла, как только она одела наушники с микрофоном. Сара подошла к ней и сняла их.

— Назови это крещение огнем, но не могла бы ты поработать и завтра ночью? Я знаю, ты свободна в субботу, но Коди заболел, а мать Стивена умерла. И его не будет всю неделю. Я подумала, может, ты захочешь увеличить нагрузку на следующие десять дней?

— Конечно, — ответила ей Тони.

— Ты готова к этому?

— Я беременна, а не неизлечимо больна, — парировала девушка.

— Достаточно честно. Тогда, будем видеться каждый день в пять тридцать. Кроме этого уикенда. Ты мне нужна здесь в восемь на всю смену, — Тони кивнула и надела обратно свои наушники.

В одиннадцать она уехала домой, готовая упасть в кровать. Работа не была напряженной, но вместе с работой в ветеринарной клинике, она казалась бесконечной. Во что она себя втянула, согласившись работать десять дней подряд?

Саймон и Эй Джей немедленно оторвались от телевизора, когда она вошла. Они оба встали, услышав ее.

— Как работа? — спросил Эй Джей направляясь на кухню.

Саймон уселся на барный стул и смотрел на нее через стойку. Его пристальный взгляд, заставлял ее чувствовать себя неудобно, так что она сконцентрировала внимание на Эй Джее.

— Все нормально. Никаких экстраординарных происшествий, только пожар на Стиллер. И то, оказалось, что это старая миссис Стаддард оставила одну из своих сигар зажженной. Даже ее шторы в порядке.

Эй Джей рассмеялся.

— Хорошо, что я не работал сегодня.

Тони повернулась, чтобы положить стакан в мойку, и почувствовала легкий всплеск крыльев бабочек в животе. Она застонала и резко притянула руку к животику. Как ниоткуда, Саймон оказался рядом с ней.

— Ты в порядке? — он положил свои руки поверх ее. — Что случилось? — трепет прошелся волной по ее телу.

— Ничего, я думаю это ребенок. Он толкается.

— Здорово! — воскликнул Эй Джей.

— Где? — спросил Саймон, помещая свои руки на ее живот.

— Здесь, — она взяла его руку и поместила ее на правую сторону своей выпуклости.

Какое-то особенное выражение, появилось на его лице.

— Это удивительно.

— Дай мне почувствовать? — Эй Джей отодвинул Саймона.

Он поместил руку на ее живот и стал ждать. Через несколько секунд, крошечное движение возобновилось.

— Уау, ничего себе, это странно, — она рассмеялась.

— Странно? Думаю так. Изнутри это чувствуется более, чем странно.

— Это как в фильме чужой, когда инопланетянин двигается, а потом вырывается из живота женщины. Немного отвратительно.

— Ты слишком много смотришь телевизор, — пробормотал Саймон.

— А теперь, я хочу сказать вам «доброй ночи», — объявила она, — увидимся позже.

Расстроенное лицо Саймона сказало ей, что он собирался поговорить с нею. Тем больше причин для нее быстренько выпасть из его поля зрения.

Две недели. Две несчастливые, долгие недели. Она устала и чувствовала себя ужасно одинокой. Она посмотрела на график и устало потерла глаза. Слава богу, сегодня был тихий рабочий день. Она еще больше была благодарна, потому что была пятница, и ей не нужно идти на работу на следующий день. Ее план избегать Саймона работал слишком хорошо. Она потеряла его. И она пришла к выводу, что вела себя, как круглая дура. Ну и что, что он не упал перед ее ногами. Он был ее лучшим другом, за исключением Эй Джея и гори оно все в аду, если она потратит и остальное время своей беременности в одиночестве. Она уже решила, что как только встретит его, то будет умолять о прощении и возложит всю вину на гормоны. Черт, если гормоны были способом избежать наказания за убийство, то могут извинить и ее нападение на беззащитного парня. Скользнув взглядом по столу, она подавила в себе желание упасть на столешницу и закрыть глаза. Еще одна ночь на работе, а потом она может спать, Боже, как она хотела завтра.

Ее голова была уже практически на столе, когда прозвучал дверной колокольчик. Она дернулась, а потом мигнула в удивлении, когда увидела Саймона перед собой. Она решительно встретила его взгляд.

— Саймон, ух, что ты делаешь здесь?

Он шагнул к ней.

— Мы должны поговорить, я устал того, что ты избегаешь меня.

— Но я… — ее голос затих. Нет необходимости отрицать очевидное.

— Есть место, где мы можем поговорить? Может смотровая комната?

— Ммм... Да. Подожди секунду. Дам знать Марни, что она за главную, — она показала жестом следовать за ней, провела его по коридору в предоперационную палату, — я сейчас вернусь, — ее сердце билось в ритме гоночной машины, она отправилась на поиски Марни и попросила ее последить за приемной несколько минут. Она вернулась к Саймону, предварительно вытерев потные ладони о халат, перед дверью. Она вошла и закрыла дверь за собой, осторожно смотря на мужчину.

Не дав ей произнести ни слова, он сократил дистанцию между ними. Одним быстрым движением, он притянул ее к себе и накрыл ее губы своими. Ее рот открылся от удивления. Он воспользовался преимуществом и очертив своим языком контур ее губ ворвался в ее рот, а потом проник между них и соединил свой язык с ее. Он зарылся одной рукой в ее волосы, а другой притянул за талию к своей твердой груди. Из всего, что она могла подумать о нем, это было последней вещью. Когда он отстранился от нее, ее губы все еще покалывало от его напористого захвата.

— Это, на тот случай, если ты подумала, что я не хотел нашего прошлого поцелуя, — сказал он, с полыхающими от желания глазами. Он что, хочет ее так же как и она его? Она открыла рот, чтобы ответить, но не смогла произнести ни слова. Что она могла сказать после всего этого?

Он легко прикоснулся к ее подбородку и поцеловал еще раз.

— Я хотел сделать это уже долгое время.

— Почему же не сделал? — вырвалось у нее. Она покраснела осознав, что сказала это вслух.

Он улыбнулся ленивой, сексуальной улыбкой.

— Хороший вопрос. Но я планирую наверстать упущенное.

Она сглотнула.

— Я не понимаю.

Он запустил руку в свои волосы и начал вышагивать перед нею.

— Я знаю, что вероятно, сделал тебе больно, тем, как отреагировал в последний раз, и мне очень жаль. Честно, я не представлял, как черт возьми, я должен был реагировать. Я так хотел тебя, уже некоторое время, а потом ты внезапно поцеловала меня. Я чувствовал себя неким суррогатом, который ты использовала, тогда, когда тебе требовалось, когда ты была уязвима. И, — сказал он после долгой паузы, — я не хотел потерять нашу дружбу.

Она уставилась на него с открытым ртом. Она понимала, что вероятно, выглядела, как полная идиотка, но не могла поверить в то, что происходило. Здесь был Саймон, признающий, что она привлекала его. Он поцеловал ее, возбудив каждый кусочек плоти в ней, а все что она могла, стоять перед ним, не в состоянии произнести ни слова.

— Теперь все мои карты на столе, — он поглаживал ее волосы, — а теперь ты скажи, почему ты поцеловала меня.

— А ты не мог бы снова поцеловать меня и забыть о разговорах? — сказала она с надеждой.

Он ухмыльнулся и склонил свою голову, чтобы добраться до ее губ. Чередуя слова поцелуями, он сказал: — У меня нет проблем, чтобы целовать тебя снова и снова, но это не дает тебе привилегии уходить от ответа.

— Ммм... — пробормотала она в его губы.

Он медленно отклонился, его глаза были прикрыты.

— А теперь говори, — чувствуя себя намного увереннее, теперь, когда мужчина ее мечты забрасывал ее поцелуями, она откашлялась.

— Я была всегда влюблена в тебя. И делала все, что могла, чтобы ты заметил меня. До этого момента я считала, что мне это не удалось, и чувствовала себя отчаявшейся.

— Ах ты, маленькая распутница. Ты имеешь в виду, что то сексуальное белье и футболки без лифчика были, для того, чтобы привлечь мое внимание?

Она покраснела.

— Да, Майк подал мне эту идею, — он почти задохнулся и разразился в приступе кашля.

— Постой, ты что, попросила Майка помочь тебе соблазнить меня?

— Ммм, да.

— Не знаю, льстит мне это или оскорбляет, — сказал он, встряхнув головой.

— Ну, я должна была что-то делать, — сказала она защищаясь, — я не знала, как заставить тебя увидеть меня, как женщину, а не как маленькую сестренку.

— Ты определенно в этом преуспела, — пробормотал он, — а теперь, начнем прямо с этого места. У меня есть планы на нас обоих на эти выходные. И они вступят в силу, как только ты уйдешь с работы.

Она с сожалением посмотрела на него.

— Сегодня вечером у меня смена.

— А вот и нет, — сказал он с самодовольным тоном, — я пересмотрел твой график, так что ты свободна всю ночь и до среды. Тебе необходимо свободное время. Ты совсем не заботишься о себе, и я планирую, исправить это в эти выходные.

Жидкая лава разлилась в ее животе, и перетекла в область груди. Огромная глупая улыбка срывалась с ее губ. И, у нее было жуткое желание кружиться и кружиться от восторга. И тут реальность снова шлепнула ее по голове. Она все еще должна сказать ему о ребенке.

— Почему ты нахмурилась? — спросил он беспокоясь.

— О, нет, ничего, — просветлев ответила она, — выходные без звуков будут божественны. Что у тебя на уме?

Он поиграл бровями с намеком.

— Ты увидишь, — он наклонился, чтобы поцеловать ее еще раз, его губы надолго задержались, переплетаясь с ее губами, — увидимся через час. Дома. Не опаздывай, — он подмигнул ей и вышел.

Тони осела на смотровой стол. Елы-палы, этот мужчина, был просто ходячим сексом в штанах. Дикие желания немного приутихли в ней, и она подавила в себе желание исполнить победный танец.

Она протанцевала к месту, где сидела Марни.

— Что это ты такая бодрая? — Марни послала ей провоцирующий взгляд.

— Ты только что, видела самого сексуального мужчину, когда — либо входящего в эту дверь.

Сказала она, присаживаясь рядом с ней. Глаза пожилой женщины сверкнули.

— Я подумала, что он может иметь отношение к тому, как весна отразилась в твоем танце. Самое время поймать в свои сети этого молодого человека.

— О, я еще не поймала его. Но я определенно зацепила его на крючок. А теперь, осталось намотать леску.

По дороге домой, она благодарила Бога, что ни один полицейский не показался на дороге. Превышение ее скорости было на добрые десять миль, выше разрешенных. Увидев три грузовика припаркованных на улице, она немного сникла, определенно Эй Джей и Мэтт не были фаворитами в ее фантазиях на сегодняшний вечер. Зайдя в дом, она немедленно была встречена Саймоном, который приветствовал ее горячим поцелуем.

— Привет, красавица, — прошептал он в ее губы хриплым голосом. Глупая широкая улыбка сорвалась с ее губ.

— О, вот теперь она больше похожа на себя, — он провел ее на кухню. — Я уже неделями не видел такой улыбки на твоем лице.

Мэтт и Эй Джей сидели на кухне. Делали что-то, что подозрительно было похоже на готовку. Она вопросительно смотрела на них и Эй Джей подмигнул ей.

— Никогда не грусти, я не люблю этого. Я работаю, как раб на галерах в твою честь.

— Что происходит? — спросила она Саймона. Когда он усадил ее на табурет.

— Ты переусердствовала в своих работах, и мы решили, освободить твои руки и дать твоим ногам отдых. Это наш реверанс тебе, особенно, если этим недоумкам, удастся не сжечь наш ужин.

— Я запомню эту ремарку, — шутливо отозвался Эй Джей.

Мэтт сервировал перед ней тарелку и поставил стакан холодного чая.

— Вам не обязательно делать это, — протестуя произнесла она.

— Не переживай, — сказал Эй Джей облокотившись о стойку и шепча заговорщицким тоном, — мы с Мэттом уедем после ужина.

Щеки Тони запылали, а Эй Джей рассмеялся и вернулся к плите. Минуту спустя они с Мэттом сервировали до конца стол, и подали тарелку дымящихся спагетти и свежие роллы. Все начали ужинать и впервые, за несколько недель взаимопонимание и легкость общения вернулись в их жизнь. После ужина Мэтт и Эй Джей убрали со стола, затем устроили большое представление, уходя из дома. После их ухода Саймон взял ее руки в свои и проводил на диван. Он просто сел рядом с ней, и обнял за талию

— А теперь, когда они, наконец, ушли, я подумал, что мы можем провести расслабляющий вечер. Твои ноги, наверняка, тебя убивают.

— Я устала, — признала она.

— Завтра, я хочу пригласить тебя на настоящее свидание.

Она улыбнулась ему.

— Я хотела бы этого.

Он поймал ее губы своими и обнял ладонями ее лицо. Тони нырнула в сладкую удовлетворенность от его прикосновений. Когда он отстранился, она положила голову ему на грудь, утонув в его теплых объятиях.

— Я могу тебя спросить кое о чем?

— Конечно, спрашивай что хочешь, — его сердце грохотало напротив ее уха, когда она решилась.

— Когда ты понял, что я нравлюсь тебе?

— Хмм…, думаю, в первый раз, это было в ночь, когда я расстался со Старлой.

Она напряглась, ее сердце вырывалось из груди в панике.

— Это заставило меня понять, что все женщины должны быть похожи на тебя. Честные, понимающие, поддерживающие. Прямые.

— Ты представляешь меня, какой-то верной собачкой.

— Я представляю это, как самый искренний комплимент.

Она отклонилась и посмотрела на него.

— Что насчет Старлы? Вы оба, все еще, находитесь в поле зрения друг друга.

Замкнутое выражение его лица охладило ее пыл.

— Мы не встречаемся. Не ходим на свидания. То, что мы виделись пару раз, для разговора, ничего между нами не меняет и не значит.

Она почувствовала себя неловко от осознания, что этот разговор приносит ему большой дискомфорт. У него еще остались чувства к Старле? Он встречался с ней долгое время. Даже, готов был сделать ей предложение. Должно быть, трудно, вычеркнуть ее из своей жизни так быстро.

— Давай поговорим о чем-нибудь другом, — сменил он тему, — когда ты решила, что я тебе нравлюсь?

— Это просто, — ответила она, — как только увидела.

— Правда?

— Да, — вздохнула девушка. Она наклонилась вперед, чтобы найти свою обувь и потерла ногу об ногу, массируя их друг об друга.

— Позволь мне, — он устроился на диване напротив нее, взяв ее ноги в свои руки и массируя подушечки спускаясь к подъему. Она простонала в благоговении, закрыв глаза отдалась изящному удовольствию от массажа ног. Ее глаза вяло моргали от усталости, когда она уступила желаниям своего тела.

Тони проснулась и лениво потянулась. Сфокусировавшись на потолке в гостиной, она попыталась вспомнить, как она умудрилась заснуть на кушетке. Последним ее воспоминанием был массаж ног, введший ее в полуобморочное состояние, который мог конкурировать с любым ее лучшим воспоминанием в жизни.

— Доброе утро Спящая Красавица, — лицо Саймона появилось в поле её зрения. Он держал поднос, который опустил на журнальный столик.

Она села на диване, одеяло сползло на талию.

— Хорошо пахнет.

— Ешь, через час мы уезжаем.

Она выгнула бровь.

— Куда?

— Как тебе день, проведенный на пляже? Я собрал нам ланч. Мы можем сесть на паром в Галвестон и обратно. А затем, насладимся прогулкой вдоль прибоя.

Несмотря на то, что была середина ноября, побережье Техаса радовало теплыми деньками. Уже несколько месяцев она не спускалась к пляжу, и, сейчас, она не могла думать ни о чем другом, кроме того, как замечательно будет встретить закат на пляже вместе Саймоном. Она нетерпеливо кивнула, соглашаясь с его планом и взяла поднос с завтраком. Проглотив яйца, бекон и тост, она еле совладала со стаканом сока и встала с кушетки, чтобы принять душ. Через пол часа она вышла в джинсах для беременных и топике, выразительно подчеркивающем ее верхние изгибы.

— Ты готова? — спросил Саймон, вынимая переносной холодильник из бара.

Тони кивнула, и они вышли наружу к его грузовику. Положив холодильник в багажник, он открыл дверцу для нее, а затем обошел машину и занял водительское сидение. Саймон выдержал паузу, затем завел двигатель и посмотрел на нее.

— С этого момента начинается наше официальное первое свидание, — Тони склонила голову, осознавая, что выглядит, как полная дурочка.

Он вел машину к шоссе между штатами в сторону Хьюстона. На ярко-синем осеннем небе плавало одинокое облачко. Перед тем, как свернуть к выезду с пляжа, он повернулся к ней и взял ее руку, она улыбнулась и сплела свои пальцы с его. Через двадцать минут, они приехали к острову Хай, и свернули на дорогу вдоль берега. Девушка вглядывалась в дюны, пока они спускались ниже, к полуострову Боливара.

— Хочешь прокатиться на пароме, перед походом на пляж? — спросил он.

Она кивнула в знак согласия. Она уже дважды ущипнула себя, чтобы убедиться в том, что все это не просто сон. У них не было много времени, чтобы обсудить свой новый статус, но она надеялась, что они исправят это, до конца дня. И после этого, ей нужно будет выбрать, когда сбросить свою бомбу на него. Пожевывая свою нижнюю губу, она в тысячный раз прокляла себя за глупость. Если бы она вела себя тише, то могла оказаться в том же положении, что и сейчас, вместе с Саймоном, только не обремененная его ребенком о котором он не имел понятия.

Нет, она ни о чем не сожалела. Она не позволила бы желать себе, чтобы ребенка не было. По правде говоря, будет очень сложно поставить Саймона перед фактом, но если между ними будет все хорошо, возможно, все будет не так драматично, как она себе воображала. Пока она размышляла, очередь на паром медленно двигалась. Чайки летали над головой, присаживались на мачты судов, стоящих в доках. Они переехали через рампу и припарковались на пароме.

— Идем, — сказал Саймон, захватив с собой пакет с хлебом.

— Пошли, покормим чаек.

Огибая машины, они направились к задней палубе, где чайки уже толпились громко крича. Когда паром отплыл подальше от дока, Тони кинула вверх крошки хлеба для голодных птиц. Чайки летели за паромом, по всему заливу, жадно ныряя, и хватая куски хлеба, брошенные им. Когда хлеб закончился, Саймон прижал девушку спиной к себе и скрестил руки на ее груди. Он положил голову на ее макушку и смотрел с ней на залив.

— Смотри, — взволнованно прокричала она, указав на борт парома. Стая дельфинов присоединилась к ним, их тела, выгибались в дугу при каждом нырянии, двигались в идеальном унисоне. Они продолжали смотреть, пока дельфины не исчезли из виду.

— Это было забавно, — сказала Тони, одарив Саймона широкой улыбкой. И это была чистейшая правда. Этот день претендовал на звание, лучшего дня, за все ее двадцать пять лет. Когда паром остановился на другой стороне залива, они забрались обратно в грузовик Саймона.

— Ты хочешь погулять в Галвестоне или возвратимся назад на пароме? — она застегнула свой ремень безопасности и задумалась на мгновение/

— Давай вернемся. На полуострове уже не будет так много людей, и все пляжи будут наши.

— Мне нравится ход твоих мыслей, — сказал он с усмешкой.

Когда они вернулись к очереди на паром в обратную сторону, она в очередной раз задалась вопросом: Все ли они делали правильно? Она ненавидела эту тонкую грань неловкости между ними. Ни один из них не чувствовал себя непринужденно переходя на новый уровень отношений между ними. Если это не удастся, то их хорошая дружба может не выдержать.

После ужина и длительной прогулки по пляжу, они собрали корзинку для пикника и вернулись к грузовику, чтобы уехать домой. Поездка проходила в полной тишине. Тони пялилась в окно на пробегающий мимо пейзаж.

— Ты в порядке? — спросил Саймон, поглядывая на нее.

Она вернула ему улыбку.

— Просто устала.

— Я надеюсь, мы сегодня не переусердствовали?

— Конечно, нет, Я замечательно провела время.

— Я тоже, — через мгновение произнес он.

Она изучала его профиль, пока он вел машину. Рельеф его мышц на руках. Она никак не могла объяснить желание, которое преследовало ее все время, когда она была рядом с ним. Она физически должна была оградить себя от этого желания, желания броситься ему в руки. Утопить свое лицо в его груди, чувствовать его руки обнимающие ее.

— О чем ты думаешь? — его голос грубо прервал ее фантазию.

Она вспыхнула.

— О, ничего, — она не собиралась признавать, что на самом деле желала, чтобы он поцеловал ее снова. Было несколько возможностей, когда они шли по пляжу, рука об руку, но она чувствовала себя застенчивой и неуверенной.

— Ты как — то странно смотрела.

Она виновато посмотрела в сторону и хихикнула.

— Ну конечно, ты же привык к девчонкам, которые пялятся на тебя.

— Но я не привык к тебе пялящейся на меня, — тяжело сглотнув, она осмелилась вернуть взгляд на него.

— Тебя это беспокоит?

— Думаю, нам нужно быть максимально честными друг с другом, — начал он. — Я признаю, это немного странно для меня. Клянусь богом, я думал, что теряю свой рассудок, когда начал смотреть на тебя не просто как на своего приятеля. Я чувствовал себя виноватым, растерянным и немного преданным.

— Преданным?

— Да, я имею в виду, что не должен был смотреть на тебя так, не думать о тех вещах, о которых думал. Но все равно это делал, — жар прилил к ее щекам.

— Да, попытайся не делать это в течение нескольких лет.

— Почему ты ничего не говорила об этом? — спросил он.

— А почему ты не сказал? — возразила она.

— Отличное замечание. Думаю, мы оба безнадежны, — сказал он хихикая.

— Это ведь не помешает нам, Саймон?

Он оторвал глаза от шоссе и посмотрел на нее минутку.

— Нет, не думаю. Надеюсь, все теперь будет лучше и лучше, — его рука накрыла ее и их пальцы переплелись.

Оставшаяся дорога домой прошла, как во сне. У них был легкий разговор ни о чем, но их руки были сплетены до конца пути.

Когда они свернули на дорогу к дому, брови Тони поднялись, едва она увидела красную Хонду Аккорд, припаркованную за ее джипом.

— Это машина Старлы? — спросила она, точно зная, чья эта машина.

— Да, — прошептал он, заглушая двигатель.

Не дожидаясь пока он откроет дверь перед ней, она выскользнула из джипа и встретилась с Саймоном у капота. Ненавидя сильную неуверенность, которую она не могла заглушить в себе, она вытерла вспотевшие руки о джинсы, пока они шли к двери.

Не успели они зайти в холл, как Эй Джей выскочил им на встречу.

— Я так и думал, что это вы, — он ткнул пальцем через плечо и прошептал, — она здесь с полудня. Бедный Мэтт застрял здесь с ней. — Тони застыла, как и Саймон, который в это время обходил Эй Джея направляясь в гостиную.

— Почему она здесь? — прошипела она Эй Джею.

Он пожал плечами, когда они шагнули за Саймоном.

— Не знаю, она отказалась уходить, пока на поговорит с Саймоном. Она проторчала здесь два часа.

— Боже всемогущий.

— Вот ты где! — воскликнула Старла, когда они все шагнули в гостиную. Она встала с кушетки, где сидела рядом с Мэттом, на лице которого можно было прочесть очень сильное облегчение, — я разочарована в тебе. Где ты был?

Она остановилась перед Саймоном и привычным жестом обернула свою руку вокруг его предплечья. Тони смотрела на это с отвращением, узнавая этот жест из уроков Майка, когда он учил ее соблазнять Саймона.

— Мы с Тони ездили на пляж, — ответил Саймон.

Она рассмеялась.

— В октябре? Тони что, не могла заставить других парней пойти с ней?

— О, пожалуйста, — пробормотала Тони. Она повернулась и направилась в кухню, неспособная выдержать вид Старлы и Саймона вместе. Впрочем, как и раньше.

— Тебе что-то нужно? — спросил Саймон.

Тони развернулась, прислушиваясь к разговору позади нее. Старла выглядела немного растерянной, а потом улыбнулась ему.

— Я хотела удостовериться, что ты не забыл о завтрашнем дне.

— О, черт, я забыл, — Саймон хлопнул ладонью по лбу.

— Забыл что? — спросила Тони, поворачиваясь к нему.

— Я обещал Старле, что отвезу ее в Хьюстон завтра, — ответил он, страдальческим голосом.

Глаза Тони превратились в маленькие щели.

— Есть причина, по которой она не может вести машину сама? Я бы сказала, что сюда она доехала без проблем.

Эй Джей обернул руку вокруг ее талии, а другой сжал ее руку. Ясно давая ей понять, что не стоит слетать с катушек. Но, черт возьми, неужели у Саймона свидание со Старлой, о котором он забыл ей сказать?

— О, ты такая забавная, Тони, — сказала Старла. Ее звонкий смех шаркнул по нервам Тони, как наждачная бумага, — у тебя всегда такое превосходное чувство юмора. Неудивительно, что ты так нравишься Саймону, — она сделала минутную паузу и уставилась на выпуклый живот Тони, — и, мои поздравления. Я еще не поздравляла тебя с твоей беременностью. Думаю, роль матери — одиночки тебе очень пойдет.

Тони уставилась на волосы Старлы. Их вид, обернутый вокруг ее пальцев, в то время, как она тащит ее по полу врезался в ее сознание.

— Ну, спасибо Старла. Нужно обменяться опытом одиночек, — сказав это, она развернулась с отвращением на лице и направилась в свою комнату, не способная более выносить слащавое поведение Старлы.

Какой прекрасный сегодня был день, а теперь все хорошие воспоминания уничтожены ураганом по имени Старла. И теперь ничего уже не может его спасти. Даже гигантская наковальня, упавшая с неба и свалившаяся на голову Старлы в духе мультика о диком койоте Уэйне.

Она могла понять, почему Старла преследовала Саймона. Она должна была бы быть чокнутой, чтобы не понять, как она облажалась. Что Тони не понимала, так это почему Саймон до сих пор не предложил этой гадине катиться на все четыре стороны. Мог ли он быть все еще влюблен в Старлу? А если был? Где же ее место в этом?

Быстро раздевшись, она шагнула в душ и включила воду на полную катушку. Когда последняя соль и грязь смылись с ее кожи, она все еще мучилась тем, что происходит в ее отсутствие в гостиной. Она даже не собиралась притворяться, что ей наплевать. Она вытерлась и торопливо оделась. Она отказывалась вести себя, как обиженный ребенок и торчать в своей комнате в гневе. Старла не получит удовольствия, сказав свое последнее слово. И Тони ни за что не покажет ей, насколько сильно ее тронуло присутствие соперницы в ее доме.

Но когда она вернулась в гостиную, то обнаружила, что Старла и Саймон отсутствуют. Она, огорошенная, смотрела на пустой диван, а затем обернулась к Эй Джею.

— Где Саймон?.

— Он повез Старлу домой, — неохотно предположил Эй Джей.

— Я что, в «Сумеречную зону» попала? (сериал «Сумеречная зона» прим. пtреводчика) — она в раздражении уселась на диван, — я думала, нет, я могу поклясться, что только что у меня было свидание с Саймоном. Или это мне показалось?

Эй Джей смотрел на нее, по правде не зная, что ей на это ответить.

— И что это Мисс Беспомощность так нуждалась, чтобы он вез ее до дома? Она что, не сама сюда приехала?

— Я даже не знаю, что тебе сказать, — наконец выдавил из себя Эй Джей. Сочувствие, сквозившее в его глазах, еще больше ее раздражало. Очевидно, что у Старлы еще была власть над Саймоном. Почему бы он еще подскакивал, когда она раздавала указания? И что за треп он нес, о них и его вовлечении в отношения, если у него все еще есть чувства к Старле?

Она потерла виски усталым жестом. Какая трата прекрасного, захватывающего дня.

— Я ложусь спать, — пробормотала она, вставая с дивана.

— Тони, мне очень жаль.

— Не так, как будет сожалеть Саймон, — ответила она, поджимая губы, — увидимся в понедельник, хорошо? Удачи завтра на работе.

Она вернулась в свою комнату и свернулась на кровати с книгой о беременности.

В одном можно было быть точно уверенным, она не заснет, пока Саймон не вернется домой.

В полночь она услышала звук грузовика Саймона, а через несколько мгновений, закрывающуюся дверь кухни. Она все ждала, что Саймон зайдет к ней и в любую минуту постучится. Но этого так и не произошло.

Наконец, она отложила свою книгу и выглянула наружу. Дом был тихим и темным. Очевидно, он уже лег спать.

Гнев закипал в ее жилах. В какую игру он играет? Неужели он, правда, ожидал, что она будет сидеть в сторонке и помалкивать пока он будет, продолжать заигрывать со Старлой? Почему он вообще решил встречаться с ней, если у него все еще чувства к Старле?

Она сползла на кровати, сердитая, и расстроенная. Ее замечательный день лежал в руинах. Раньше, она шла на многое, чтобы избежать конфронтации. Но больше такого не будет. И Саймон услышит об этом первый.

В воскресенье Тони уехала из дома рано утром. Она не собиралась провести весь день, ожидая, когда Саймон, поработав шофером на Старлу, вернется домой. Она слишком разозлилась, чтобы адекватно поговорить с ним. Лучше было подождать, пока она немного успокоиться.

В понедельник она сидела за столом в офисе, придумывая множество способов. Как она скажет Саймону, все, что думает о нем. После полудня, будто по ее воле, он открыл дверь и шагнул к ней на встречу.

Она сдержано смотрела на него, когда он подходил к ее столу.

Он поднял руки вверх.

— Прежде чем ты начнешь, я хочу извиниться.

— Не думаю, что в английском языке достаточно слов, чтобы ты мог сделать это, — едко отозвалась она.

Его зеленые глаза пристально смотрели на нее, выражение на лице было сокрушающимся.

— По крайней мере, дай мне шанс объяснить.

Она демонстративно посмотрела на часы.

— У тебя ровно две минуты.

— Я сожалею, что Старла испортила наше свидание. Я не знал, что она собирается приехать и совершенно забыл, что обещал отвезти ее в Хьюстон.

Тони наклонилась вперед на стуле и положила руки на стол.

— Во-первых, почему ты вообще вызвался на это?

— Ей нужен был кто-то, чтобы помочь.

Она выдержала паузу и уперла кулаки в талию.

— Знаешь в чем твоя проблема Саймон? Ты слишком добр. Я не думаю, что ты, когда-либо в жизни говорил «Нет» другому человеку.

— Так или иначе, я не думал, что это будет проблемой, — сухо отозвался он.

— Так и будет, если ты не можешь отказать грязной, лживой суке, которая изменила тебе, — глубоко вздохнув, она начала свою подготовленную речь. — Слушай, Саймон. Я не собираюсь делить тебя со Старлой или еще кем-то. У тебя есть шанс сделать выбор, и тебе с этим выбором лучше поторопиться, потому что на этой стадии, я не хочу терять время на человека, который не вовлечен в отношения до конца. Если ты хочешь Старлу, тогда бери ее и оставь меня в покое. Но если ты хочешь, увидеть, куда нас все приведет, тогда мне нужно прекратить видеть Старлу в моем доме, каждый раз, когда я оборачиваюсь.

Когда она закончила, ленивая усмешка появилась на лице мужчины.

— Почему бы тебе не обойти стол, и тогда, я смогу дать тебе ответ, глядя в твои глаза.

Она подняла бровь.

— А не кажется ли тебе, что из нас двоих, ты должен унижаться, так что подходи сам.

Он рассмеялся.

— Упрямая как всегда. Хорошо. Я не слишком горд, так что попрошу, — он прогулялся вокруг стола и остановился прямо перед ней. Подняв руки, он заключил ее лицо в крепкие объятия.

— Я правда сожалею. Между мной и Старлой ничего нет, я клянусь. Ей просто нужен был друг, и я был единственным, с кем она могла поговорить.

— Да, ты абсолютно слеп, — пробормотала она.

Он приблизил свои губы к ее, и прикусил в поцелуе верхнюю губу.

— Я могу еще немного по унижаться за ужином, — бормотал он между поцелуями.

Она чувствовала, как ее гнев тает под нападением его поцелуев. Небольшая улыбка изогнула ее губы.

— Уверенна в этом.

— Хорошо, я заберу тебя в пять и мы поедем в Бомонт.

— А как с моим джипом?

— Мы заберем его после ужина.

Он медленно целовал ее, его пальцы изучали изгиб ее скулы.

— Увидимся позже.

Она плюхнулась на стул после его отъезда и с трудом могла вспомнить, почему же была так зла на него. Роковой мужчина. Бабочки бились о стенку ее желудка, и колючие иголки царапали кожу, когда она вспоминала его поцелуи.

Оставшаяся после полудня часть дня прошла в рутине. Она бессменно дежурила на своем посту. Минуты длились агонизирующе медленно. Она занялась чисткой столов, когда работа была закончена, а до пяти было много времени, она еще вычистила все клетки. В два часа она помогла доктору удалить яичники, и он отпустил ее домой. Она посмотрела на часы и нахмурилась. Саймон собирался забрать ее после работы, но сейчас было отличное время, начать свидание пораньше. У нее было достаточно времени, чтобы принять душ, а затем оставить джип у дома и отправиться на ужин.

Напевая себе под нос, она залезла в свой джип и поехала домой.

Это дежа вю какое-то, снова, когда она повернула на подъездную дорожку у дома стоял красный Аккорд Старлы, сверкая в солнечном свете. Тони нахмурилась и отключила двигатель, обсуждая сама с собой, хочет ли она вообще заходить внутрь. Память напомнила ей о горячих поцелуях Саймона, она улыбнулась и выскользнула из джипа. Саймон заверил ее, что не интересовался возобновлением отношений между ним и Старлой, и она собиралась доверять ему. Тихо зашла на кухню, озираясь вокруг. Ее сердце замедлило ход, когда она заметила Саймона и Старлу стоящих возле дивана. Голова Старлы покоилась на его груди, а он медленно поглаживал ее спину.

Она позволила своим ключам проскользнуть сквозь ее пальцы и со стуком упасть на барную стойку. Голова Саймона дернулась, и он в удивлении уставился на девушку.

— Тони…

— Я что-то прервала? — едко спросила девушка, не сдвигаясь с места.

Старла повернула опухшее лицо к Тони, ее покрасневшие глаза тут же увели взгляд в сторону, отказавшись встречать ее пристальный взгляд.

— Я должна уйти, — пробормотала она, отрываясь от Саймона и проскальзывая мимо Тони.

Тони уставилась на дверь, пока не услышала, что автомобиль Старлы уехал. Она обернулась к Саймону, все еще остававшемуся у дивана, с мрачным лицом. Что, черт возьми, это было?

Он посмотрел на нее, его лицо излучало холод. Он подошел к ней и обвил ее шею руками.

— Я сожалею, что ты пришла домой в это время.

— Это был твой прощальный пас? — с надеждой проговорила она.

Он покачал головой, разбивая ее надежды на мелкие кусочки, — она больна, Тони.

Бровь девушки приподнялась, ожидая разъяснений.

— Рак.

— О! — ёе рот в шоке округлился, — на самом деле? — он сжал ее плечи и притянул в свои объятия.

— Да. Рак шейки матки. На последнем визите к гинекологу, возникли подозрения. Тесты пришли положительные.

Догадка осветила лицо Тони.

— Для этого была поездка в Хьюстон?

Он кивнул, и Тони почувствовала себя так, словно ростом была всего дюйм.

— Но почему ты не сказал мне все это? Почему ты позволил думать, что ты…

— Что? Возвращаюсь к ней? — закончил за нее Саймон.

— Да.

Он улыбнулся.

— Может, я хотел, чтобы ты ревновала. Никогда не думала об этом?

Она толкнула его локтем в живот, вызвав резкое «Ох» из его уст. Он отодвинулся от нее.

— Ну, ты зря потратил время, — негодуя ответила она.

— Она собирается переехать в Хьюстон, к своей маме, чтобы быть ближе к больнице и лечению, — сказал он, притягивая Тони обратно к себе.

— Ну, я желаю ей быть от нас подальше, правда, способ выбран неудачный, — Сказала она мягко.

— Это точно.

С усилием Тони выскользнула из объятий Саймона.

— А где пропадают наши соседи?

— Их вызвали, — сказал он с усмешкой.

— А тебя — нет? — с удивлением спросила она.

— Оу-кей, — растягивая слово, отозвался он, — меня вызвали. Но, я ответил, что у меня есть чрезвычайно важное дело.

— Например? — спросила она, поднимая брови.

— Вечер с тобой, — пробормотал он.

Она придвинулась к нему поближе, чмокнув его в губы произнесла.

— Мне нравиться ход твоих мыслей.

Он шлепнул ее по попе.

— Иди, переоденься, и мы можем пойти, что-нибудь поесть.

Она послала ему улыбку и отправилась в свою ванную.

Через полчаса они уже сидели в ресторане на границе штатов. Они непринужденно болтали о еде, но она все время чувствовала его взгляд на себе. Восхитительный холодок, прошелся по ее позвоночнику. Его пристальный взгляд возбуждал ее. Она добилась успеха? Он хотел ее так же, как она его?

Она должна рассказать ему о ребенке и как можно скорее. Будь все в ее власти, она бы терпела до последнего. И, в то же время, она хотела, чтобы он привык к мысли о ребенке до того, как он родится.

«Смирись с этим, Тони. Ты хочешь волшебную сказку, в которой роды пройдут в полнейшей гармонии с правилами и курсами рожениц, где гордый папаша наставляет тебя, как дышать правильно.»

В ее фантазиях все было не так уж и плохо, и она отчаянно желала, чтобы они трое были семьей. Но для начала, она желала только Саймона, не обремененного обязательствами по отношению к ребенку.

Она моргнула, избавляясь от видений, поскольку Саймон уже расплатился по чеку и протягивал ей руку, помогая встать. Он жадно обхватил ее пальцы и отвел к грузовичку.

— Что дальше? — она сама удивилась, что затаила дыхание, задавая вопрос.

— Мы можем делать все, что ты захочешь. Но я думал, что день в домашних стенах может пройти отлично. Можем взять фильмы напрокат и смотреть их всю ночь, или если хочешь, я делаю массаж ног на твердую четверку, — Сказал он, подмигнув ей одним глазом.

— Звучит божественно, — пробормотала она. Но девушка была сосредоточена на доме, длительное время, пребывая в одиночестве. Она нервно сглотнула и села в грузовик. Она слишком хорошо помнила, что произошло в последний раз, когда они были в доме одни.

Они ехали домой, сохраняя молчание. Когда они зашли в дом, Саймон зажег свет на кухне, гостиная пребывала в сумраке.

— Проходи, садись, я налью тебе попить, — она прошла до дивана, было ощущение, что к ее лодыжкам привязали гири. Ожидание пузырилось и раздувалось в ее животе. Она была страшно напугана.

Саймон принес стакан сока и поставил его перед ней на журнальный столик. Тишина сгустилась над ними, как плотный туман. Она потягивала сок, когда почувствовала, что Саймон вырывает стакан из ее рук. Она смотрела с удивлением, как он, вырвав стакан из ее рук, ставит его обратно на столик.

— Тони… — он долго выдерживал паузу, — я думаю, что лучше всего, если я буду честен с тобой, о том, что я чувствую прямо сейчас. Я не хочу, чтобы ты думала, что я каким-то образом подкрадываюсь к тебе.

Ее замешательство возросло, взгляд, направленный на него был пустым и немного неуверенным. Но то, что она видела в его глазах, заставляло ее сердце пропускать удары.

Желание. Жаркое и жидкое. Оно плавилось в изумрудных глубинах его глаз.

Она втянула в себя воздух, чувствуя себя легкой и чрезвычайно легкомысленной. Хватило одного его взгляда, чтобы она поверила, что сегодня ночью он ни за что на свете не перепутает ее со Старлой.

— Больше чем что-то в этом мире, — начал он, — я хочу заняться с тобой любовью, Тони. Я не мог думать ни о чем другом, последние несколько недель. Ты преследовала меня в мечтах. Я сходил с ума, думая, на что будет похоже чувство, когда я, наконец, коснусь тебя так, как хочу, любить тебя так, как могу.

Ее сердце бешено стучало в груди, нервы были напряжены невыносимо.

Только в ее безумных мечтах он мог говорить ей такие слова. Она не доверяла себе, чтобы отвечать ему тем же. Она сделала единственное, что подсказывало ей сердце. Она наклонилась к нему и поцеловала, вложив в поцелуй всю свою потребность и желание, которые копила так долго.

Он простонал горловым звуком и оторвал от нее губы.

— Ты действительно уверенна? — спросил он хрипло.

— Я очень даже уверена, — ответила она мягко.

Он прижал ее к себе, протянув пальцы сквозь ее волосы. Завладев ее губами еще раз, он мягко протянул руки под ее коленями и встал, обхватив ее в свои объятия. Крадя ее поцелуи, он прошел в ее комнату и пнул дверь, закрывая ее за собой.

Добравшись до кровати, он положил ее на покрывало и отодвинулся, внимательно глядя на нее. Его полные желания глаза вызвали в ней приступ смущения. Она сглотнула, когда он стянул свою рубашку через голову, Его мышцы натянулись от напряжения. Она не могла оторвать свой взор от него. Его руки, широкая грудная клетка, с легким намеком на волосы, треугольник паха, скрытый поясом его штанов, уже вызывающих её раздражение, за то, что прячут такую красоту. Ее взгляд сосредоточился на этом аспекте, а он, будто прочитав ее мысли, и ощутив огорчение, расстегнул пуговицу на брюках и уже приступил к молнии. Ее дыхание забилось неглубоко в горле, когда он стянул джинсы вниз по своим ногам. Она моргнула и подняла свои глаза к его, и задрожала от его пристального взгляда. Не было ни одной части тела, где она не чувствовала себя тронутой его проникновенным и горячим взглядом. Наконец, он зацепил большими пальцами резинку своего белья, и боксеры упали на пол. Она невозмутимо смотрела на его эрекцию. Если у нее до этого, были какие-то сомнения по поводу того, что он ее не хочет, сейчас, их смыло напрочь, приливной волной его желания. Матрас прогнулся под его весом, когда он потерся своим голым телом о ее, полностью одетое.

Его кожа была горячей, сильной и определенно мужской, под ее прикосновениями, когда она провела руками по его спине и обвила их вокруг плеч.

— Я хочу, чтобы все было идеально, — сказал он, целуя ее губы, ее подбородок, ее нос, ее шею.

Он двигал рукой под ее рубашкой, ища застежку лифчика. Скоро ему это удалось, и она почувствовала свободу в груди. Он мягко гладил ее полушария, ища сосок. Она простонала, когда он сжал пальцами твердый пик. Искры удовольствия пронзили ее тело с быстротой молнии. Он передвинул свой вес на одну руку и повис на локте. Свободной рукой он нетерпеливо освобождал ее от рубашки, просовывая ее голову в горловину. Справившись с этой задачей, он приподнял ее грудь рукой ближе к своему пылающему лицу. Ее соски напряглись еще больше, когда его рот заманчиво навис над твердым пиком.

— Пожалуйста, — прошептала она.

— Пожалуйста, что? — пробормотал он, опаляя ее сосок жарким дыханием.

Она простонала.

— Попробуй его на вкус, — простонала она.

Он зажал сосок между зубами и облизал его языком.

Она выгнулась, неспособная справиться с жидкой лавой, текущей по ее артериям.

Не выпуская ее сосок, он скользнул рукой в ее брюки, ощупывая ее бедра. Вскоре на ней были лишь тоненькие трусики.

— Ты так чертовски красива, — он посмотрел на нее, как будто запоминая, каждую черточку ее тела. Он сглотнул и прижался поцелуем к выпуклости ее живота, обняв его рукам. Слезы хлынули к ее глазам, когда он уделял такое пристальное внимание ее телу. Это было так прекрасно, ничто не могло сделать этот момент еще лучше. Мягко его рука потянула ее трусики, избавляя ее от них. Он раздвинул ее ноги, предоставив себе более легкий доступ к завиткам между ее бедер.

— Я собираюсь заниматься с тобой любовью всю ночь. Не думаю, что когда-нибудь устану от этого.

Она обернула свои руки вокруг его шеи, захватывая его в ловушку.

Ее тело дергалось, беспокойное, горячее, жаждущее. Оно хотело того, что только он мог дать ей.

Она чувствовала себя горячей, сексуальной, живой. Как будто, она была единственной женщиной во всем мире. Единственной, кого он хочет. Это было опрометчивое чувство. Она потерялась в разрядах его сексуальных ласк.

Он отодвинулся, чтобы опуститься на нее, проскользнув меж ее бедер. Она выгнулась, плотнее прижимаясь к нему. Она погрузила ногти в его плечи, когда он начал медленно входить в нее. Его взгляд был направлен прямо в ее глаза, они переплелись, когда он двинулся глубже в ее тело, делая их одним целым.

Слезы блестели на ее ресницах, и она пыталась сморгнуть их. Вместо этого, он смахнул их своим поцелуем.

Это было еще лучше, чем прежде. Он занимался любовью с нею, не с кем-то еще. Он видел только ее.

Она обвила ноги вокруг его бедер, стремясь, почувствовать его еще глубже. Он простонал, восхитительно и отчаянно. Как человек, неистово пытающийся контролировать свои потребности. Она улыбнулась, соблазнительница, уверенная, что способна свести его с ума. Она беспокойно начала двигаться против него, поощрив его к еще более интенсивному темпу. Он собственнически прорычал над ней и жестко поцеловал, сопровождая поцелуй глубокими, выворачивающими душу толчками. Но его прикосновения были нежными, его руки путешествовали по ее телу, почти почтительно, боясь, что она может распасться на миллион частей. И она почувствовала себя именно так. Ее освобождение медленно нарастало, затем быстрее, выше и еще сильнее, когда она почувствовала, что больше не выдержит. Внезапно, когда она услышала свое имя, — ее имя- она загорелась, взрыв наслаждения был таким сильным, что она крепко ухватилась за него, пытаясь удержаться в то время, как ее тело уносило штормом.

Его губы, его руки, гладили ее легко, словно перья. Его ласковые слова лились бальзамом по ее разгоряченной коже. Он крепче сжал ее, когда его накрыл его собственный оргазм. Они лежали рядом, плотно прижатые друг к другу, не двигаясь, не желая этим портить момент.

Она закрыла глаза, сдерживая слезы изысканного удовольствия. Все, о чем она, когда-либо мечтала, было здесь, в ее руках. В ее кровати. В ее сердце. Я люблю тебя.

На мгновение ей показалось, что она произнесла эти слова вслух, но Саймон хранил молчание. Его рука нежно поглаживала ее волосы.

— Я никогда не мог вообразить такое, — сказал он в удивлении.

А она могла, еще как могла.

— И все же, это казалось настолько знакомым, — он придвинулся, в его голосе чувствовалось замешательство.

Она напряглась вокруг него, ее сердце дико стучало в груди.

Он снова поцеловал ее, и, она расслабилась, поддавшись требованию его губ.

— Все в порядке? Я был не слишком груб? — спросил он, обнимая выпуклость ее животика.

Она улыбнулась и поцеловала его, эффективно заставив его замолчать.

— Если бы я была немного более «в порядке», я бы уже умерла.

Он беззлобно ухмыльнулся.

— Если бы я не знал насколько это хорошо, я бы сказал, что ты наслаждаешься собой, — она оглядела его преувеличенно медленно, — мне, вероятно, придется попробовать его еще несколько раз, чтобы дать тебе исчерпывающий ответ.

Он рассмеялся.

— Будь уверена, до конца ночи, ты будешь знать это без всякого сомнения.

Тони напевала себе под нос, пока суетилась по делам ветеринарной клиники. Загадочная улыбка блуждала по ее лицу, головокружительные мысли не покидали ее.

Прошло уже две недели, с ночи, которую она провела с Саймоном. Их отношения были чистым волшебством. Они постоянно были вместе, и использовали каждую возможность, чтобы заняться сладкой, страстной любовью.

Даже сейчас, она таяла от мысли о его невероятных поцелуях. Он мог любить ее, действительно мог. Сейчас она верила в это. Она была его. Он рассмотрел в ней больше, чем она была раньше, и, она больше не была маленькой сестренкой, Тони Лэнгстон. Фактически, она заставила его заметить ее.

Она погладила раздутый животик и глупо ухмыльнулась. Шестимесячная беременность была уже очень заметна. Ребенок Саймона. Она нахмурилась ненадолго. Она должна сказать ему. Да, она уже давно повторяла себе это. Но теперь у нее уже мало времени и она должна все рассказать. Нотки неуверенности заставили сжаться ее желудок, посылая ему спазмы нервозности.

Правильное время, она ждала правильного момента.

— Привет! — прокричала Марни, заходя за стойку регистрации.

Тони выгнула бровь и улыбнулась, видя, что пожилая женщина практически танцевала на ходу.

— Доброе утро. Что так взбодрило для тебя это утро?

Глаза Марни мечтательно сверкали.

— Ты все еще собираешься переехать из своего дома?

— Да, Мэтт женится.

— Я знаю одно местечко, которое освобождается на этой неделе, но тебе нужно действовать быстро и внести депозит, чтобы зарезервировать место за собой.

Тони сглотнула вдох. Все происходило раньше, чем она хотела и ожидала, но она была уже готова. Она уже предварительно прощупала рынок, но было очень мало мест, которые можно было арендовать в Кипарисе. Для этого больше подходил Бомонт, и это был город, единственно подходящий для нее. В плане доступности. Единственное, она не хотела уезжать из родного города.

— Где это? — спросила девушка.

Марни снова улыбнулась.

— Джон переезжает из дома, который он арендует у вдовы Джеймсон. Он планирует выехать до конца недели, и, она поместит объявление вначале следующей. Если хочешь, можешь посмотреть на него и договориться с госпожой Джемсон об аренде.

— Погоди минутку, — Тони подозрительно выгнула бровь и расплылась в широкой улыбке, — почему это Джон выезжает из дома, который он арендовал последние десять лет?

Марни густо покраснела.

— Потому что, он переезжает ко мне.

— Марни, ты старая дьяволица! — воскликнула Тони, — сколько это между вами продолжается?

— Какое-то время… — сказала она, еще сильнее краснея, — так как насчет дома? Ты заинтересована? Я могу подвезти тебя до него, Джон не будет против, если ты посмотришь.

Тони коротко вдохнула. Это хорошая возможность, примерно в миле от ее дома. Она была бы близко к работе и еще ближе к парням.

— Я посмотрю после работы, если это всех устроит, — наконец выдавила она.

— Отлично, я позвоню Джону и предупрежу о тебе.

— Спасибо Марни, я очень признательна тебе.

Тони вернулась обратно к документам, которые требовали регистрации. Она шепотом выругалась. Сегодня после работы, за ней должен был заехать Саймон и повезти ее на ужин. Она хотела его, его одного в свое полное пользование. Его мнение может иметь большое значение. Так или иначе, ему самому скоро придется столкнуться с подобной проблемой. И возможно, просто возможно.… Хотя, рано еще считать цыплят, пока осень не наступила.

— Ты готова? — Саймон неуклюже протиснулся в главный вход.

Тони оторвалась от стола и радушно улыбнулась парню.

— Да, погоди, захвачу свою сумочку.

Когда они вышли, она небрежно повернулась к нему.

— Ты не против, если мы сегодня пропустим ужин?

Он открыл для нее дверь, и она проскользнула на пассажирское сидение.

— Конечно, но в чем дело?

Она подождала, когда он обогнет грузовик и устроится на водительском сидении.

— Я хочу посмотреть на дом, который скоро будет сдаваться, — она задержала дыхание, ожидая его реакции.

Он в удивлении обернулся.

— Но, я не думал, что ты собираешься переехать пока ребенок не родиться.

— Да, в этом мой план состоял, но Марни рассказала мне об этом доме, и, он просто идеален. А если я буду ждать, я его потеряю, — он завел двигатель и двинулся от стоянки.

— Хорошо, я посмотрю вместе с тобой, — все еще хмурясь, ответил он.

Они проехали мимо своего дома и повернули на дорогу, из гравия в конце их улицы. Еще полчетверти мили вниз по пыльной дороге, и они остановились возле небольшого каркасного дома. Двор занимал пол акра и был разделен симпатичным забором. Зеленые ставни хорошо выделялись на фоне дома, выкрашенного в белый цвет. Дом выглядел ухоженным и чистым, даже если был размером со спичечную коробку. Но, в конце концов, ей с ребенком не требовалось огромного пространства.

Джон вышел на крыльцо, когда они покинули машину и жестом пригласил их внутрь. Саймон обнял девушку за талию и повел ее в дом.

Как только они зашли, она осмотрела маленькую гостиную. Далее, она увидела кухню, вмещающую в себя необходимое оборудование и обеденный стол. Она пошла в том направлении. Пространство соответствовало и включало в себя все что нужно, были и печь и холодильник, микроволновая печь и посудомоечная машина.

— Рядом с кухней есть небольшая прачечная, — сказал Джон, указывая на дверь кладовки.

Когда они прошли дальше, Джон снова заговорил.

— Здесь две спальни, правда, одна из них размером с половину другой.

— Идеально подходит для детской, — сказала Тони, улыбаясь в сторону Саймона. И это действительно было идеально. Главная спальня была меньше, чем та, в которой она жила сейчас, но она без проблем поместит туда свою мебель. И во второй спальне было место для детской кроватки и столика для пеленания.

Не было никаких сомнений, что дом идеально подходил для нее. Она взглянула на Саймона, он хмурился все время, с тех пор как они приехали.

— Что ты думаешь? — спросила она, уже не сомневаясь в своем решении.

— Я не знаю, — с сомнением ответил он.

— Дом идеален, и ты знаешь это, — поддразнила она его, — вы можете сказать Миссис Джеймсон, что я заинтересована? — спросила она у Джона.

— Мы можем поехать прямо к ней, если вам все понравилось, — предложил Джон, — она живет милей дальше.

Тони кивнула.

— Давайте сделаем это.

Саймон вышел за ней все еще нахмуренный, но сохраняющий молчание.

Тридцать минут спустя, она подписала простой арендный договор на одну страницу и выписала чек на депозит и один арендный месяц. Она не хотела платить аренду так скоро, но это была небольшая плата за гарантию, что она останется жить в этом городе и дальше. И, с деньгами, которые она зарабатывала на полставки в диспетчерской, она могла себе это позволить.

Когда они с Саймоном, наконец, добрались домой, он повернулся к ней

— Так когда ты планируешь переехать? — его голос звучал непривычно напряженно.

Она нахмурилась и закусила губу, размышляя.

— Нет смысла платить ренту и не использовать дом. Думаю, что перееду довольно быстро, — он изменился в лице, становясь еще мрачнее. Она рассмеялась, — да ладно, Саймон. Неужели ты не видишь преимуществ? — она послала ему дьявольскую усмешку, — думай о времени, которое будет предоставлено только нам… — она остановилась, позволив ему домыслить недосказанное.

Его глаза потемнели.

— Ах ты, распутница, я вижу, куда ты ведешь, — она рассмеялась и поиграла бровями.

— У частной жизни есть преимущества, — и если все зависело бы от нее, она не оставалась бы одна надолго.

Мэтт и Эй Джей не были воодушевлены идеей ее переезда, но ни один из них не был на ее месте. По правде говоря, ей самой было трудно покидать дом, в котором она жила так долго. Но она знала, что это было неизбежно, но так же это предоставит им с Саймоном больше времени для развития их отношений.

При том, что ей не на что было жаловаться, она все еще пребывала в неизвестности, по поводу чувств Саймона в отношении нее. Он сопровождал ее на визиты к врачу, и казался взволнованным по поводу ребенка. Они до умопомрачения занимались любовью, но он, на самом деле, так ни разу не сказал, что на самом деле чувствует к ней.

Она вздохнула, когда еще одна коробка была упакована и готова. Парни складывали их в грузовик Саймона. Осталось еще пара недель, до дедлайна. Времени, определенного ею, для признания. И, она надеялась, что к тому моменту между ними будет все более определено.

— Готово? — Саймон показался в дверном проеме.

— Да, последняя, — ответила Тони, показывая на коробку перед ней.

Он поднял ее и вышел, оставив девушку в пустой комнате. Она огляделась, почувствовав легкую меланхолию. Она должна быть взволнована. Впервые, после окончания колледжа, она почувствовала правильность своего решения. И, откровенно говоря, она давно ожидала такого поворота событий.

Она с трудом поднялась, потягиваясь. Быстрый взгляд вокруг, кажется ничего не забыто.

— Ты уверена, что хочешь именно этого? — спросил Мэтт, появляясь рядом.

Она оглянулась на него и увидела, что брат наблюдает за ней в беспокойстве. Она улыбнулась ему.

— Я уверена.

Он сократил расстояние между ними и крепко ее обнял.

— Я буду скучать по тебе.

Она фыркнула. Слова: «Я тоже буду скучать», чуть не сорвались с ее губ.

— Я всего в миле от Вас. Ты не избавишься от меня так легко.

— Дверь всегда открыта для тебя, Тони, — он с серьезным видом уставился на нее, — твой переезд ничего не меняет. Это твой дом. И тебе всегда рады здесь.

— Я знаю, — ответила она, снова прижимая брата к себе, — и я не отдалюсь. Обещаю.

— Лучше тебе этого не делать, — грубо отозвался он, — а то я приеду и выгоню пинками твою задницу из твоего нового дома, если это потребуется.

— Вы готовы? — Эй Джей прокричал от входной двери.

— Оставайся, где стоишь, — крикнула в ответ девушка.

— Ну, вот и все, — Мэтт обхватил рукой ее плечи и повел за собой к двери.

— Пошли, распакуем тебя.

Все трое остались, чтобы убедиться, что все большие коробки были перенесены в ее новое жилище, и она пальцем не пошевелила, чтобы перенести их туда. К ужину Мэтт и Эй Джей испарились, но Саймон остался, помогая ей раскладывать новые принадлежности, которые она приобрела для кухни.

— Хочешь пиццу? Я заказала недавно, скоро привезут, — спросила она, подходя к нему со спины и обнимая. Он обернул ее руки вокруг себя и прислонился к ней, сокращая расстояние между ними.

— Звучит отлично, — он наклонился, чтобы поцеловать ее, — как и твой новый дом.

— Это точно, — она улыбнулась ему, — он такой домашний. И, он мой. Это приятное чувство.

— Нужна компания на ночь? — невинно отозвался он.

— Хмм. Звучит, как предложение, — ответила она, еще глубже вжавшись в его грудь. Это прекрасный момент, для признаний. Она колебалась, внезапно стало трудно дышать.

Она отодвинулась и пристально посмотрела в его глаза. Взгляд наполнился такими чувствами. И любовью? Она глубоко вздохнула.

— Саймон.

— Да любимая.

— Я кое-что должна сказать тебе, — сказала она низким голосом.

Он с любопытством посмотрел на нее.

— Конечно, давай, — она открыла рот, чтобы выдать свой проклятый секрет, и, тут, раздался звук дверного звонка. Почти выдыхая от облегчения, она улыбнулась, — а вот и пицца!

Трусиха. Жалкая трусишка! Она расчесывала волосы, а затем с отвращением бросила щетку на трюмо. Она профукала прекрасный момент, чтобы открыть правду Саймону. Прикрыв глаза, она со всей страстью прокляла себя.

Все становилось еще сложнее. Раньше, она не хотела говорить ему из-за страха, что он возложит на себя лишние обязательства. Теперь же, она боялась его гнева, боялась, что он станет ненавидеть ее из-за того, что она слишком близко подобралась, чтобы завоевать его любовь.

Ее немного подташнивало, но она заставила себя подготовиться к работе. Саймон уехал на станцию пятнадцать минут назад. Она покраснела, когда вообразила реакцию Мэтта и Эй Джея, на то, что Саймон проводит ночи с ней. Если бы только она была уверена в его чувствах. Они действительно реальны? Нет, конечно, она уверена, что у него есть чувства к ней. Она просто не уверена в природе этих чувств.

Она простонала и сжала кулаки от расстройства. Это съедало ее с потрохами, и, она не могла больше это выдержать. Она одела легкий жакет и шагнула в позднее ноябрьское утро. Было немного более прохладно, чем обычно в это время года, и она задалась вопросом, а не будет ли зима более суровой, чем обычно. С улыбкой она зашла в офис ветеринара. На работе, она приступила к обычной рутине: ранняя стерилизация, кастрация и так далее. В девять, когда операционные дела были решены, она с удивлением увидела, как в офис входит миссис Хоффри без своих пуделей.

— Доброе утро миссис Хоффри, — сказала она вежливо.

— Доброе утро Антония.

— Вам что-то нужно для Фифи или Фица?

— О, я зашла без записи, чтобы выбрать новый ошейник, — легко отозвалась дама.

Лгунья. Она не позволяла ничему, кроме высококлассной кожи, дотрагиваться до шеи своих любимцев. Тони сощурилась, ожидая, настоящую причину визита старой ведьмы. И ей не пришлось долго ждать. Когда миссис Хоффри выбрала по каталогу цвет ошейника, она обернулась на Тони и обратила все внимание на нее.

— Я слышала, что вы переехали в дом вдовы Джеймсон, — Тони сжала зубы и закатила глаза. Почему, ее действия произвели такой эффект в этом городе? Она не понимала, чем она была достойна главной сплетни города.

— Да, верно, — небрежно ответила она, занявшись диаграммами, ждавшими ее на столе.

— Самое время, — пробормотала женщина.

— Простите? — недоверчиво спросила Тони.

Госпожа Хоффри обратила все свое внимание на Тони, ярко улыбнувшись.

— Я просто подумала, что наступило время Вам переехать из того дома. Очень неподобающе жить там с тремя мужчинами, не состоящими в браке. Не удивительно, что вы закончили в нынешнем состоянии, — ее тон был шокирующим. Она громко пыхтела во время разговора. Возмущение заставило Тони задрожать. Она забыла о всякой сдержанности. Слова рвались из нее рекой.

— Слушайте, меня, старая сплетница, меня не волнует, что вы, или кто другой, думаете обо мне! Мужчины, над которыми вы глумитесь — моя семья. И если я услышу хоть слово, что Вы распространяете о них, или что-то иное, я расскажу всем, что вы в действительности делаете, когда изучаете библию по вечерам вторника.

Кожа на лице миссис Хоффри стала темно-фиолетовой. Она открыла рот и закрыла его снова, как рыба без воды.

— Вы…, Как…, - она бормотала, неспособная закончить предложение.

Затем, она развернулась и покинула офис, громко хлопнув дверью.

Тони хихикнула и покачала головой. Она давно должна была противостоять этой старой гарпии. Теперь, если она умна, она не будет перечить Тони.

После телефонного звонка, когда она согласовала с Лонни расписание на ближайший уик-энд, она собралась и отправилась домой, в последнее время ее график совпадал с графиком Саймона в пожарной части. Таким образом, у них были одинаковые выходные, но сегодня она с нетерпением ждала своей первой ночи в новом доме.

Насколько она не хотела переезжать, настолько ей не терпелось избавиться от излишней опеки своих друзей. Теперь она уже думала, что переехать было лучшим действием в ее нынешнем положении. Она чувствовала себя более свободной, независимой. Бог свидетель, как она любила парней, но они душили ее своей любовью и опекой. А их отсутствие давало им с Саймоном возможность разобраться в их отношениях.

Телефон зазвонил, и она поторопилась ответить. — Привет, сладкая! — голос Саймона прорвался сквозь громкоговоритель.

Она улыбнулась, не способная бороться с инстинктивной реакцией своего тела на его голос.

— Привет, длинная ночь?

— Да особо ничего не происходило. Как твоя работа? — Она скорчила гримасу, — дала отпор Миссис Хоффри, а так, ничего выдающегося.

— Стоп, что эта древняя летучая мышь сотворила снова?

Тони пересказала недавний разговор. Саймон засмеялся. Они проговорили еще несколько минут и перед окончанием разговора он спросил.

— Ты работаешь в диспетчерской до утра, но воскресенье у тебя свободно?

— Да, так же как и у тебя, — он уже знал это, но она подозревала, что он что-то готовил.

— Ты придешь смотреть футбол в воскресенье? — спросил он.

Она улыбнулась, догадавшись, что это парни подговорили его узнать это у нее.

— Скажи Мэтту и Эй Джею, что я обязательно приду, — она рассмеялась и повесила трубку.

Тони прошла из кухни в гостиную, а затем с гордостью осмотрела комнату. Хотя в ее мебели не было ничего модного, но она была ее. Она всегда мечтала о таком, личном пространстве. Конечно же, она мечтала и о семье в придачу к нему, и она не хотела арендовать дом, она хотела быть собственником.

Глубоко вздохнув, она откинулась на спинку дивана и включила телевизор с помощью пульта. Все могло быть и хуже. Она могла быть совершенно одинока.

Тони зевнула и закатила глаза, посылая машину скорой помощи по месту жительства Моррисона.

Сэм Моррисон по крайней мере раз в неделю набирал 911 утверждая, что задыхается и его кислородный баллон не работает. Тони думала, что более вероятно, он был просто одинок и наслаждался заботой, которой его окружали медработники.

— Долгий день, — с зевком сказал Коди, — с такой активностью, нам Сара в полдень будет не нужна.

Тони кивнула, откинувшись назад на офисном стуле и начала медленно вращаться. Сканер молчал, что означало, что день был на самом деле очень тихим. В диспетчерской всегда был включен сканер, настроенный на полицейскую и пожарную частоту. Много раз это позволяло им своевременно реагировать на чрезвычайные ситуации. У них могла быть готовая машина скорой помощи в пути, еще до того, как поступал вызов. В этом деле минуты могли очень много значить для борьбы между жизнью и смертью.

В полдень приехала Сара и бросила пакет между Тони и Коди.

— Я взяла вам ланч в Сонике, — сказала она, плюхаясь в кресло напротив Тони.

— Привет, Сара. Спасибо, — ответил Коди, немедленно зарывшись в пакет.

— Что-нибудь произошло? — спросила она, жуя картошку фри.

Тони вынула бургер из своей сумки и развернула его.

— Ничего особенного, все как обычно.

— Хочешь уйти домой пораньше? — спросила Сара девушку, — раз уж день такой тихий, нам не нужна дополнительная помощь.

Тони кивнула.

— Конечно, я отмечу время работы, после перекуса.

— Не торопись.

Когда с ланчем было покончено, сканер начал потрескивать и они приободрились. Тони пристально слушала сообщение. Вторая станция была послана на пожар в центр города.

— Твои парни, — сказал Коди.

— Да, они. Эй, вы слышали какое здание? — спросила Тони, слушая торопливые сообщения по сканеру.

— Думаю, передали, что это старый театр, — пробормотала Сара, дожевывая свой гамбургер.

— Черт побери, — со свистом произнес Коди, — этот монстр уже вечность стоит здесь.

Какое-то время сканер молчал, затем снова ожил, радируя о десятибалльном пожаре. Минуту спустя, Тони услышала голос шефа.

— Пришлите нам подкрепление. Сученый пожар, — брови Тони взлетели вверх. Не часто у них случался пожар достаточно большой, требовавший вызова обеих команд. Она подумывала, не вызвать ли еще подмогу из Бомонта.

Она совершенно забыла об уходе домой, слушая, драму, разворачивавшуюся на месте пожара. Она рассеянно дожевывала гамбургер, прислушиваясь к движению вокруг происшествия.

Команда подкрепления прибыла, но из того, что она слышала, можно было понять, что пожарным еще не удалось взять огонь под контроль. Все было не слишком радужно. Если так продлиться и дальше, весь квартал вокруг театра будет в высокой степени опасности возгорания.

Щелкнул сканер и шеф запросил еще подмоги. Тони нахмурилась. Это был адский пожар. Колючка сомнения уколола ее, когда она услышала крики шефа, вопящие кому-то рядом.

— Пришлите сюда скорую. У меня есть пострадавшие пожарные.

Сердце Тони застучало прямо в горле и она могла почувствовать каждую каплю крови покидающую ее лицо. Она вскочила. Сумка с ее колен соскользнула на пол.

— Тони, будь осторожна, — Сара прокричала ей в спину, наблюдая, как подруга покидает диспетчерскую. Коди уже отправлял скорую на место пожара.

Тони вела машину настолько быстро, насколько было можно. Пульс стучал в ее висках. За несколько миль до центра города она увидела столб дыма, устремляющийся в небеса. Несколько улиц перед театром были перекрыты. Она припарковала свой джип и побежала к горящему зданию. Подобравшись достаточно близко, чтобы видеть театр, крик застрял в ее горле. Крыша была обрушена, и огонь вырывался сквозь провал. Огонь уже добрался до банка, двумя этажами ниже и было видно, что скоро доберется до бутика на первом этаже.

Сирены скорой помощи послышались вдалеке, но взгляд девушки был прикован к двум пожарным, которых выносили из горящего здания. В горле пересохло, когда она ринулась вперед сквозь толпу зевак и свидетелей. Когда она добралась до блокированной области, она нырнула под ленту.

— Стой там Тони! — сильные руки схватили ее, останавливая.

— Сладкая, не ходи туда, — она поняла, что это был Майк. Слезы подобрались к ее глазам.

— Это кто-то из них, правда? — прошептала она.

Его глаза смягчились, сожаление наполнило его взгляд.

Она резко оттолкнулась от него и побежала туда, где команда скорой помощи окружила мужчин лежащих на земле.

— О, боже мой! — задохнулась она. Это был не «один из них». Это были Мэтт и Саймон. Где Эй Джей? Она подняла голову, отчаянно высматривая приметы друга.

— Тони, ты не должна быть здесь, — жесткий голос шефа остановил ее, пытаясь отодвинуть подальше от пострадавших.

— Не смейте! — сказала она, не сдерживая рыдания в голосе. Она выдернула одну руку, — где Эй Джей? — она подняла голову, отчаянно выглядывая его.

— Он в порядке, — успокаивающе произнес шеф, — просто сидит в кислородной маске, отходит от дыма.

Эй Джей должно быть увидел ее, потому что в данный момент пробивался к ней сквозь толпу. Он поймал ее в объятия, загородив от ее взгляда Саймона и Мэтта.

— С ними все будет хорошо, — сказал он хриплым голосом.

Она крепко обняла его, почти падая в обморок от облегчения. Когда она не увидела его, то приняла худшее. Но теперь, она должна была услышать все о состоянии Саймона и Мэтта.

— Не опекай меня Эй Джей,. - сказала она отчаянно, — я хочу узнать как они.

Она пробиралась ближе, просачиваясь сквозь толпу людей, кишащих вокруг. Ее сердце подпрыгнуло, когда она увидела лицо Саймона покрытое сажей со всех сторон. Его глаза были закрыты, кислородная маска запотела, закрывая его нос и рот. Шею фиксировал специальный воротник. Медик увидел ее стоящую рядом и скривил лицо.

— Поедете с нами? — спросил он, когда носилки с Саймоном погрузили в машину.

— Эй Джей, ты можешь поехать с Мэттом? — спросила она.

— Давай детка, встретимся в больнице, — она загрузилась в скорую при помощи другого пожарного. Двери захлопнулись и машина, покачнувшись, двинулась с места.

— Сядьте там и пристегнитесь, — парамедик кивнул на откидное сидение.

— С ним все будет хорошо? — спросила она со страхом.

— Да, думаю, он будет в порядке. Его состояние стабильно. Он чертовски удачлив.

Она вздохнула с облегчением, слезы подступили к ее глазам.

— А Мэтт? — спросила она.

— Не знаю, его взял другой медик, — она прикусила костяшки пальцев, когда увидела, как медик подсоединяет к вене Саймона двойную капельницу. Почему Саймон до сих пор без сознания? Даже она знала, что длительная потеря сознания — плохой знак.

Медик открыл веки Саймона и посветил фонариком, проверяя рефлексы. Как будто чувствуя напряженный взгляд девушки, он посмотрел на нее.

— Нет очевидных травм головы. Его рефлексы нормальные, — он отвернулся от нее и взял радио, отправляя отчет в больницу. Тони качнулась вперед и положила руку на лоб Саймона. Стерев немного сажи с его лица пальцами, желающими открыть его глаза. Она не могла потерять его. Нет. Она не должна потерять его. Она любила этого мужчину больше жизни.

Она сдержала равновесие, когда машина скорой помощи резко остановилась у здания больницы. Дверцы машины резко распахнулись, и штатные работники неотложки помогли медику вынуть носилки с Саймоном наружу. Медик вернулся, помогая Тони выбраться из машины вслед за любимым.

Тони осталась далеко позади, когда носилки с Саймоном проехали сквозь двери неотложки. Она стояла в шоковом состоянии, прижав руки к губам. Позади нее волнение было еще больше, поскольку прибыла вторая машина с Мэттом и Эй Джеем на борту. Носилки уже вынули и Эй Джей шагал рядом с другом. Она помчалась к носилкам в ликовании, поскольку увидела Мэтта в добром здравии и сознании.

— Тони, что, черт возьми, ты делаешь здесь? — потребовал он.

Она подошла к нему со слабостью и облегчением, заставив себя кривовато улыбнуться.

— Слава богу, ты в порядке.

Когда носилки с ним приблизились к ней, он коснулся рукой ее щеки.

— Со мной все хорошо, немного разбит, после пожара. Сделай мне одолжение, позвони Стеф, чтобы она не волновалась.

Носилки покатили дальше, когда она кивнула в согласии. Сильные руки обняли ее плечи, сжав в утешении.

— Как Саймон? — спросил Эй Джей.

Она развернулась и спрятала свое лицо в его широкой груди.

— Он был без сознания, Эй Джей. Я не знаю как он, — она крепилась, чтобы сдержать отчаяние в своем голосе, но потерпела неудачу, — я не могу потерять его, не могу!

— Ты не потеряешь его, Тони, — он повел ее к скамье у окна, — сядь здесь, я позвоню Стефани.

Он тяжелой походкой пошел прочь, оставляя грязные следы на полированном полу. На нем все еще был его комбинезон пожарного, слои сажи и пепла облепили его, как вторая кожа. Она закрыла глаза, не желая даже думать о том, как близко она была к тому, чтобы потерять своих самых близких в ее жизни людей. Что она будет делать без них?

Эй Джей вернулся через минуту и уселся в кресло рядом с ней. Она потянулась к нему, взяла его руку и плотно обхватила ее.

— Ты сам как, Эй Джей? — он улыбнулся, как раз захлебнувшись в приступе кашля.

— Все хорошо. Правда. Меня там не было, когда крыша обвалилась. Мэтт и Саймон были позади меня, — его глаза наполнились болью, — я должен был быть вместе с ними.

Она обняла его щеку ладошкой.

— Я очень рада, что тебе не причинили боль. Мое сердце не выдержало бы вас троих в больнице! — он поймал ее руку и сжал.

— Мне жаль, для тебя это должно быть настоящим шоком. Думаю, ты все слышала по сканеру, — она кивнула.

— Стефани приедет?

— Да, она в бешенстве. Я посоветовал ей не убить себя, добираясь до больницы. Сказал ей, что Мэтт в сознании.

Через несколько минут вышла сестра и посмотрела на них.

— Вы Тони и Эй Джей? — они немедленно вскочили на ноги.

Медсестра жестами заставила их вернуться обратно.

— Мэтт хочет видеть вас обоих.

Тони помчалась в небольшую палату для осмотра и без промедления упала на грудь брата, отчаянно обнимая его. Он вздрогнул и мягко обнял ее.

— Дай мне вздохнуть, сестренка, если не хочешь выбить из меня весь оставшийся кислород, я должен позволить приборам закачать его в меня обратно, — Тони отодвинулась и села рядом с Эй Джеем перед кроватью.

— Чувак, ты в порядке? — спросил Эй Джей. Видно было, как облегчение сквозит в его глазах. Он был так же взволнован, как и она, и Тони только сейчас поняла, чего ему стоило скрывать свое беспокойство.

— Да, все хорошо. Док говорит что у меня несколько ушибленных ребер, а в остальном я так же здоров, как и ты.

Тони сильно сжала его руку, неспособная сказать хоть слово.

— Эй, как там Саймон? — спросил Мэтт с тревогой в голосе.

— Мы еще не знаем, — тихо ответила она, — они не дают мне повидаться с ним.

— Не переживай, — сказал он, сжав ее руку в ответ, — уверен, все будет хорошо.

— Стеф уже едет, — сказал Эй Джей.

Мэтт простонал.

— Она неделю не выпустит меня из дома.

— Ты офигеть, как прав, — отозвалась из двери Стефани.

Тони повернулась как раз вовремя, чтобы увидеть ее панику, облегчение и мучение, написанные на лице.

— Увидимся позже, — сказала она Мэтту, отходя от кровати.

Эй Джей направился прямо за ней, желая оставить Мэтта и Стефани одних в палате.

— Пойду, спрошу как там Саймон, — прокомментировала она свой уход, — не могу больше пребывать в неизвестности.

В коридоре она остановила медсестру, и попросила ее справиться насчет Саймона. Через некоторое время она вернулась.

— Вы можете пройти в палату. Он уже пришел в себя.

Тони побежала в палату, сердце громко билось в ее груди. В дверях она остановилась, со страхом впитывая в себя каждую частичку его внешности. Он откинулся на подушки, его большое тело было непропорционально маленькой кровати. Он был раздет. Простыни облегали его крепкое тело. Основную часть сажи стерли с его лица, но тонкие полоски еще оставались на его загорелой коже. С криком она бросилась к нему. Он подхватил ее и обнял, как только она приблизилась к нему. Он обхватил ее, как только её лицо уткнулось в его грудь. По его голой груди покатились ее слезы.

— Эй, — сказал он мягко, пытаясь поднять ее голову, — со мной все хорошо. Не плачь, любимая.

Она подняла голову, слезы застилали ее глаза, мешая нормально видеть. Она обняла руками его лицо, заверяя себя, в его реальности.

— Я так испугалась, — с мукой в голосе произнесла она, — О боже, Саймон. Я почти потеряла тебя.

— Детка, я никуда не собираюсь. Не плачь. Для ребенка не очень хорошо, если мама так переживает, — его пальцы нежно стерли слезы с ее щек, затем приблизили ее лицо вплотную к своему, захватив ее губы в плен своих губ в эмоциональном поцелуе.

— Я люблю тебя, Саймон, — объявила она, не заботясь о том, что он мог подумать о ее откровенности, — я люблю тебя, уже целую вечность. И когда только подумаю, что могло случиться сегодня, это почти убивает меня, — она открыто зарыдала и обняла его и крепко прижала к себе.

Она провела руками по его волосам, по лицу, трогая его, заверяя себя, что он жив. Она прислонилась лбом к его лбу, отчаянно пытаясь найти в себе силы и успокоиться. Они оба закрыли глаза, и Саймон протянул руки, гладя ее по спине.

Шум в дверях заставил Тони отпрыгнуть от любимого.

— Жаль прерывать Вас, — сказал Эй Джей с усмешкой, — но я хотел проведать тебя, Саймон, — он прошел дальше в палату. Саймон притянул Тони обратно на кровать и усадил рядом с собой, переплетя их руки.

— У меня все нормально, — ответил Саймон, — как ты? Как Мэтт?

— Все хорошо, потребовалось несколько ингаляций, чтобы выгнать дым из легких. У Мэтта сломано несколько ребер. Но он тоже в порядке. Стеф сейчас смотрит за ним.

Саймон ухмыльнулся. Тони повернулась к нему.

— А что доктор говорит о тебе?

— Он проверил мой позвоночник. Сказал, что я получил удар по голове, вероятно от обломков крыши, но ничего серьезного. Он сказал, что я несколько дней буду чувствовать свои легкие, как дерьмо, от всего дыма, но в целом я удачливый сукин сын, — Тони снова задрожала, воображая возможную альтернативу. Свой испуг, отвратительные муки, которые она вынесла, когда ждала вердикта врачей насчет Саймона и Мэтта. Она задрожала еще сильнее. Руки Саймона обвились вокруг нее и они с Эй Джеем обменялись взволнованными взглядами.

— Мне нужно в уборную, — сказала она спотыкаясь. Ее мочевой пузырь был переполнен, и она чувствовала, что вот-вот взорвется.

— Хочешь, чтобы я проводил тебя? — спросил Эй Джей, с сомнением глядя на Девушку.

Она улыбнулась.

— Все хорошо, кроме того, не думаю, что это хорошая идея для тебя завалиться в женскую уборную.

— Если ты не вернешься через пять минут, я пойду туда за тобой, — сказал Саймон твердо.

Она соскользнула с кровати, ноги ощутив твердую поверхность, уже не так дрожали. Чуть пошатнувшись по дороге к двери, она почувствовала истеричное желание засмеяться.

Рука Эй Джея обхватила ее за локоть, когда она проходила мимо.

— Все хорошо, — уверенно сказала она, — правда. Я просто должна туда пойти. Я буду в порядке.

Она любила его. Это только начало впитываться под его кожу, проникать в кровь. Он слишком хорошо помнил все те чудовищные слова, которые она сказала. Каждый нюанс ее речи отпечатался в его памяти, что чувствовало ее сердце, как эмоции сквозили в ее глазах.

Саймон откинулся на спинку дивана. Наблюдая, как Тони и Эй Джей наряжают рождественскую елку. Их с Мэттом выписали два дня назад. И Тони без перерыва тряслась над ним. Ему это жутко нравилось. Он скучал по ней, несмотря на то, что они много времени проводили вместе и не только здесь, но и в ее новом доме. И в ее постели.

Она любила его. Он был поражен, как эти простые три слова заставили его прочувствовать всю гамму эмоций.

Старла выражала любовь к нему, но его чувства не были задействованы в их отношениях. И он точно не чувствовал ничего, подобного нынешним эмоциям.

Он наблюдал за каждым ее движением, как рубашка касается ее округлившегося живота, когда она тянулась, чтобы повесить повыше игрушку на елку. Жесткая волна собственника прокатила по нему со скоростью молнии.

Она принадлежала ему. На самом деле? Она любила его, но что насчет отца ее ребенка? Спустя месяцы после ее сенсационного заявления, она была молчалива насчет его личности. Он причинил ей боль? Или ее жестоко обманули?

Его мозг был атакован вопросами, вопросами на которые не было ответов. А они нужны были ему, если он с Тони собирался думать о совместном будущем. Он усмехнулся, когда увидел, как она стукнула Эй Джея по рукам и отругала за ангела, которого тот погнул. Да, у них есть будущее. Он не мог даже вообразить свою жизнь без нее. Она стала его вектором, его дыханием. Он любил ее. Его сердце защемило. Боже, да, он любит ее. Разве было когда-нибудь иначе? Он нахмурился. Подумав, он понял, что никогда еще не был так влюблен.

Даже встречаясь с другими женщинами, он всегда думал, что хотел видеть рядом с собой кого-то, вроде Тони. А когда Старла предала его, все, о чем он мог думать, это что Тони никогда бы так с ним не поступила. Был ли он готов снова все поставить на карту, как недавно со Старлой? Ответ был однозначно «Да». Тони очень сильно отличалась от Старлы. Тони любила его. Тони была именно такой девушкой, о которой мечтает каждый парень.

Медленная улыбка приподняла уголки его рта. Вскоре его челюсть свело от широкой улыбки. Да, она точно была его будущим. Он любил ее, и он будет любить её ребенка. Их ребенка. Его ум пришел в действие, обдумывая, когда настанет лучшее время для приведения его плана в действие. Тони посмотрела вокруг, ее взгляд остановился на Саймоне и его широкой улыбке. Она сделала паузу в украшении елки и приподняла бровь.

— Мы так забавно смотримся со стороны? — спросила она.

Его лицо стало серьезным.

— Ты великолепна. Я люблю наблюдать за тобой, — она покраснела, жар опалил ее кожу. Он никогда не был так откровенен перед Мэттом и Эй Джеем, хотя оба знали об их отношениях, включая бесчисленное количество ночей, проведенных им в ее новом доме.

Эй Джей закатил глаза.

— Не могли бы вы притормозить? Я только что поел.

— Почему бы тебе не вернуться к украшению елки? — хмурясь, сказала она ему, — женщинам не надоедает слушать о том, что они великолепны. Особенно если они такие огромные, как дом, — она с сожалением посмотрела на свой большой живот.

— Иди сюда, — Саймон поманил ее пальцем. Его глаза потемнели, а выражение на лице было почти сердитым. Она подошла к его месту на диване, его ноги лежали на журнальном столике. Он обхватил руками ее талию и посадил на свои колени, — ты прекрасна, — пробормотал он, — животик и вся в целом.

Он сплел свои губы, с ее, покусывая нижнюю. Она вздохнула, позволив себе потеряться в его поцелуе. Было легко забыть обо всем в его руках. Упиваться фактом, что он был дома и с ними все хорошо. Но теперь она должна столкнуться с реальностью. Пора сказать ему правду, и сделать это нужно как можно быстрее. Так быстро, как представиться возможность и ни минутой позже.

Он притянул ее еще ближе к себе. Она улыбнулась и уютно устроилась в его руках.

— Похоже, что мне придется закончить наряжать это чудовище одному, — проворчал Эй Джей.

— Ты куколка, Эй Джей, — сказала Тони и усмехнулась.

— Да, Да. Настоящая Cabbage Patch (кукла, созданная Ксавьером Робертсом. Прим. переводчика)

— Мне нужно проведать Мэтта, — сказала она, с неохотой отодвигаясь от Саймона, — он спит уже некоторое время, я хочу узнать, не требуются ли ему еще обезболивающие.

— Он в порядке, — сказал Саймон, удерживая ее в своих руках, — ты мне нравишься там, где сейчас находишься.

— Что скажешь, насчет ужина завтра вечером у меня? — мягко спросила она. Ее желудок сжался. Она может воспользоваться этой возможностью и сказать ему свой ужасный секрет. Она вытерла увлажнившиеся ладони о джинсы, пытаясь избавиться от ощущения липкости.

— Я думаю, что это лучшая идея, которая пришла тебе сегодня в голову, — Сказал он мягко, — думаю, нам о многом нужно поговорить.

Ее сердце подпрыгнуло в груди. Что он имел в виду? Он ведь не может знать. Остановись. Конечно, он не мог знать. Но будет, завтра ночью, потому что она уже не может откладывать этот разговор на другой день. Она только молила бога, что он не будет ее ненавидеть, когда узнает правду.

Она чувствовала себя близко к обмороку. Саймон, должно быть заметил шок, который она чувствовала. Он наклонился к ней взял ее лицо обеими руками.

— Не бойся, любимая. Мы должны поговорить об этом. Сними груз с души. Мы должны определиться, как это затронет наше будущее. Я никуда не уйду. Но мы должны полностью открыться друг перед другом.

Она закрыла глаза. Слезы текли по ее щекам. Все свелось к данному моменту. Человек, которого она отчаянно любила, сидел рядом с ней, готовый сделать ей предложение, А она была готова вонзить нож в его сердце.

— Я даже не знаю, как сказать тебе это, — ответила она, сдерживая рыдания.

— Сладкая, ты должна успокоиться. Я даже не представлял, как сильно это тебя расстроит. Я не так представлял себе этот вечер, — он остановился на минутку. А потом запутал свои пальцы в ее волосах, — ты предпочитаешь поговорить об этом в другое время?

— Нет, я имею в виду.… Нет! Я планировала рассказать тебе все сегодня, в любом случае. Это причина того, почему я пригласила тебя сегодня сюда, — она задержала дыхание до тех пор, пока не почувствовала легкое головокружение. Она была слишком близко к нему. Она встала, его руки расцепились с ее руками. Несколько шагов от дивана, она обернулась, наконец, осмелилась посмотреть на него. Его глаза горели недоумением и любопытством.

— Помнишь ночь, когда вы расстались со Старлой? — спросила она.

Удивление расцвело на его лице.

— Да, конечно.

— Ты пришел домой расстроенный. В хорошем подпитии. И пока я сидела с тобой, ты выпил еще больше.

— Да, я помню, — ответил он, пряча взгляд, — нечем гордиться.

— Как и мне, — прошептала она, — у нас был секс той ночью, — она наблюдала, как недоверие растеклось по его лицу.

— Ты говоришь… Ты говоришь, что я взял тебя? — спросил он ее хрипло. — О, мой Бог, — прошептал он, перед тем как она ответила, — ты говоришь, что я обманул тебя, пока был пьян? — отвращение к самому себе отравляло его голос. Она чувствовала его мучение.

— Нет, — прорыдала она, — все было не так. Саймон, я хотела, чтобы это случилось. Я поощряла тебя. Первая поцеловала, и все пошло, поехало. Я знала, что ты не отдаешь себе отчета в том, что делаешь. Я позволила своей фантазии взять реванш над разумом. Я знала точно, что делаю. Я сама соблазнила тебя.

Он сидел, качая головой с явным недоверием. Потом он побледнел, весь цвет схлынул с ее лица, — ребенок, он мой? — она кивнула несчастно.

Он уставился на нее в ужасе.

— И все это время ты молчала? Ты позволила мне прожить все эти месяцы в неведении?

Она снова кивнула, не способная произнести ни слова. Ее руки дрожали. Она ожидала взрыва.

— Как ты могла? — отвращение скривило его лицо, — Боже. Я не могу в это поверить. Только не ты, Тони. Я доверял тебе. Скажи, что ты не делала этого. Не скрыла такую важную информацию от меня.

Она прижала костяшки пальцев к губам не в силах более сдерживать горькие рыдания. Он махнул рукой перед собой.

— А эта игра, шарада. Тот флирт. Все усилия, чтобы заставить меня ревновать. Это все было реально? Или ты просто испугалась, что у твоего ребенка не будет отца? Будь ты проклята, Тони. Почему ты не сказала мне? — Тон его голоса повысился. Он встал. Его кулаки крепко сжались. Это все для тебя было одной грандиозной шуткой? Ты смеялась надо мной, за моей спиной, все это время? Ты презираешь Старлу, так вот, у меня новость для тебя. Ты ничуть не лучше ее. Мой Бог. Я доверял тебе, — боль в его глазах, его голос резал как самое острое лезвие.

— Саймон. Все было совсем не так, — начала она.

— Тогда скажи Тони, на что это все похоже? — его горькие слова прозвенели на всю комнату.

— Я боялась, — признала она, — боялась испортить то, что было между нами. Боялась испортить дружбу между нами четырьмя.

— Я вижу, скрывая факт, что ты спала со мной, намного меньше, чем то, что ты скрывала, что беременна моим ребенком. Тебе так не кажется?

— Это было ошибкой, — мягко отозвалась она.

— Это не простая ошибка, Тони. Это не приемлемо, презренно. Честно, Тони, я никогда не думал, что ты способна на такой обман. Я, конечно, не горжусь тем фактом, что занялся сексом с женщиной и не могу вспомнить это, хуже всего, что это произошло с моим воображаемым лучшим другом, но твои дальнейшие действия невероятны. Ты должна была сказать, сказать сразу. Не было никакой причины проходить через все одной.

Она отвернулась, ее голова раскалывалась от слез, которые она не выплакала. Она услышала его шаги и обернулась, только для того, чтобы увидеть, как он подходит к двери.

— Саймон, — позвала она, бросаясь к двери, — не уходи, мы должны поговорить.

Он остановился в дверях и медленно развернулся к ней. То, что она увидела в его глазах, заставило ее вздрогнуть.

— Мне нечего сказать тебе, Тони.

Она замерла от гнева, сквозившего в его голосе. Когда он вышел прочь, ее сердце рассыпалось на миллион маленьких кусочков. Она в агонии наблюдала его отъезд. Прочь из ее жизни.

Она стояла там долгое время, не чувствуя холода. Нечувствительная ни к чему, кроме боли в ее сердце. Тогда она медленно развернулась и пошла в дом.

Эй Джей положил трубку на базу и посмотрел на Мэтта.

— Мне это не нравиться, ее все еще нет там.

— Может она просто не берет трубку? — предположил Мэтт.

— Нет, я заезжал к ней сегодня. Ее джипа не было у дома, и ее нет на работе.

— Ну, она облажалась, мужик. Она, конечно, моя сестра, и я люблю ее, но она капитально облажалась на этот раз. Возможно, она просто решила затаиться на несколько дней.

Эй Джей нахмурился.

— Чувак, она беременна, и возможно, чертовски расстроена. Ты видел Саймона. Я сомневаюсь, что он просто молча и спокойно ушел. Вынь, наконец, голову из своей задницы. Нам с тобой нечего злиться на нее.

Глаза Мэтта сверкнули.

— Она могла уничтожить нашу дружбу. Черт побери, она вероятно уже это сделала. Я сомневаюсь, что Саймон останется здесь, если Тони будет слоняться поблизости.

— Ты упускаешь главное, — тихо сказал Эй Джей, — она — твоя сестра и моя подруга. Саймон сам не идеален во всей этой ситуации. И я волнуюсь за нее, даже если ты этого не делаешь.

— Я не думаю, что есть о чем волноваться, — сказал Мэтт, — дай ей время остыть. Она всегда была такой, — Эй Джей покачал головой, но ничего не ответил. У него было плохое предчувствие насчет всего этого. И он бы чувствовал себя намного лучше, если бы знал, где она сейчас.

— Где ты, Тони? — бормотал Саймон, кладя трубку рядом с кроватью. Он откинулся на маленькой раскладушке и смотрел в потолок. Он о многом размышлял сегодня. Трезво размышлял. И получил полное представление. После того, как он успокоился и разделил свои чувства на боль и предательство, он немедленно захотел пнуть себя под зад. Да, Тони поступила неправильно, скрывая правду о своей беременности, но если это была самая худшая вещь из тех, что она делала, то он счастливый парень. Эй Джей был прав. Он должен был прыгать от счастья. Он получил именно то, что желал весь прошлый месяц. Ребенок был его. Тони была его. Нет никакого другого парня в этом уравнении. Он был ее первым мужчиной. Необъяснимая волна удовлетворения прокатилась по нему. А он обернулся и назвал ее Старлой. Он мог только воображать, как он заставил ее чувствовать себя при этом.

Он устало потер свои глаза. Теперь все обрело для него смысл. То, что он принимал за яркие фантазии о ней, были всего лишь отголоски его памяти с той ночи, когда они занимались любовью. Даже сейчас, когда усилием памяти, он пытался восстановить отрывки той ночи, он мог сформировать ее образ. Ее, обнаженную. Как она хорошо чувствовалась. И он мог вспомнить, как целовал ее. Такие подробности не могли быть просто фантазией.

— Все еще не можешь уснуть? — спросил Эй Джей пересекая комнату.

— Нет, занят, давая себе пинки под зад. И беспокоюсь насчет Тони.

Эй Джей подошел к его койке и сел на стул.

— Она появится. Она, наверное, просто расстроена и взяла паузу.

— Я был придурком. Она не заслуживает того унижения, которое я ей причинил. Не имеет значения, насколько рассержен я был, она беременна моим ребенком. Переживания могут плохо сказаться на них обоих.

— Это впиталось уже в тебя? — спросил Эй Джей.

— Что ребенок мой?

Эй Джей кивнул.

— Это — самое странное чувство. Я даже не могу описать его точно. На самом деле, я уже давно чувствовал к Тони невероятное притяжение. Эдакое архаичное поведение пещерного человека. Но теперь оно усилилось. Она носит моего ребенка. Моего. Ее живот раздут, потому что там частичка меня. Я не могу перестать думать об этом, — он посмотрел на свои руки, а затем снова на Эй Джея, — но почему она просто не сказала мне? Думаю, это самое трудное для меня. Тони должна была знать, что я буду заботиться о ней. И я не понимаю, почему она не сказала о том, что случилось на следующий день? Я был бы с ней все время, и мы вместе узнали бы о ребенке.

— Попытайся поместить себя на ее место, — сказал Эй Джей мягко, — ты назвал ее Старлой. В ее глазах, это выглядело, как будто ты все еще одержим своей бывшей подружкой. Не говоря уже о том, что для нее было грандиозным унижением то, что ты даже не вспомнил, что это была она. И раз уж она не призналась тогда, когда узнала что беременна, то вероятно, решила, что ты не поверишь ей.

— И может я бы и не поверил, — честно признался Саймон, — я не знаю. Я без сомнения был бы чертовски потрясен.

— Она заплатила за свою ошибку, — указал Эй Джей, — уверен, что ее беременность была меньшей проблемой из всех. Не сомневаюсь, она была в ужасе все время, думая, что ты возненавидишь ее. Непросто жить все время в таком страхе и напряжении.

— Ты прав, — признал Саймон.

Радио взорвалось сигналом тревоги. Шеф выскочил из кровати, захватив рацию. Саймон и Эй Джей напряглись, поскольку передавали о ситуации Десять/ четыре.

— Поехали, парни, — сказал Шеф Максвелл, направившись в раздевалку за обмундированием.

— Что случилось, шеф? — спросил Эй Джей, в то время как остальные быстро скатывались с кроватей и заполняли раздевалку.

— Два автомобиля столкнулись на дороге от моста в нескольких милях от города. Им нужно помочь выбраться. Один водитель заблокирован в машине.

— Черт побери, — пробормотал Саймон.

— Почему, ради всего святого, люди не могут посидеть дома в такую погоду? — ворчал Майк, — слишком холодно, рано и дороги покрыты льдом. Большинство людей даже не умеют водить в таких условиях.

— Все будет хорошо, — сказал шеф, когда они забрались в машину, — машина скорой все еще в двадцати пяти милях от места происшествия. Она движется медленно из-за ситуации на дороге. Их запасная бригада сейчас в Бомонте.

— Удостоверьтесь, что у нас достаточно медикаментов, — отозвался Эй Джей залезая в машину.

Они выехали на замороженную улицу. Тяжелая пожарная машина увереннее шла по дороге в отличие от более легких машин. Оставалось еще пять миль, до места происшествия и Саймон молился, чтобы повреждения водителей были не очень серьезными. Он знал элементарные навыки первой помощи, но у него не было никакого желания играть в медика.

— У нас уже есть реанимация на месте? — спросил он шефа.

— Еще несколько миль. Первые свидетели сказали, что водитель в заблокированной машине находиться без сознания, а они не могут быть все время с ним, чтобы оказать помощь. Мы должны будем вынуть его

Саймон мрачно кивнул и прочитал молитву, чтобы Тони, где бы она ни была, была в безопасности.

Когда они приблизились к месту происшествия, сигнальные огни освещали лесистую местность по обеим сторонам дороги. По меньшей мере, четыре машины свидетелей были припаркованы кое-как, и дорога была полностью перекрыта. Справа стоял огромный форд эксплоер, вся его передняя часть была полностью уничтожена. С кем бы он не столкнулся, столкновение было сильным.

Саймон с остальными парнями выскочил из машины и был встречен Франком Паркером, одним из первых, кто приехал на место.

— Мэтт и Эй Джей с вами? — спросил он. На его лице было странное выражение.

— Да, а что?

— Ты и Эй Джей останетесь здесь, — сказал шеф Максвелл, когда приблизился к ним. Он толкнул Саймона обратно к машине и позвал Эй Джея, — кто-нибудь, найдите Мэтта и приведите его обратно в машину, — приказал он одному из полицейских.

— Что, черт возьми, происходит? — потребовал Саймон, — вы не можете отстранить нас. У нас есть работа, которую нужно сделать.

— Майк и я, мы разберемся с этим, — ответил шеф, — ты сидишь в машине и остаешься там.

Что-то промелькнуло во взгляде шефа, что совсем ему не понравилось. Желудок Саймона сжался. Прежде, чем кто-либо мог остановить его, он отпихнул шефа и помчался к набережной, где толпились полицейские и зеваки. Вспышка желтого цвета попалась ему на глаза. Холодный пот прошиб его. Тошнота подкатила к горлу, и он боялся, что его стошнит прямо здесь, на дороге.

Он пробирался вперед, не желая верить своим глазам. Это не джип Тони. Это какой-то другой желтый джип. Это должно быть так.

Его сердце начало выстукивать ускоренный марш, когда он все пихался, пытаясь пробраться поближе. Кто-то пытался остановить его, но он подошел ближе покачиваясь.

Возможно, он поранился, он не был уверен, но его суставы адски болели. Он скатился вниз по холму. Его мозг не работал совместно с его ногами. Он остановился рядом с двумя членами его команды, которые настраивали канат от лебедки. Таким образом, они могли вытянуть правую сторону джипа. Опускаясь, он оказался на животе. Скользя вперед, он снял фонарь с пояса и осветил внутренности джипа. Его сердце почти остановилось, когда он увидел лицо Тони, покрытое кровью.

— Дайте сюда больше света, — прокричал он людям позади себя.

Эй Джей секундой позже скользнул вниз бросая фонарь одному из полицейских и указывая куда направлять.

— Вы двое, черт побери, — шеф вопил, спускаясь к ним. Мне тут не нужна группа перевернутых пожарных с беспокойством в башке. Возвращайтесь. Мы вынем ее.

Саймон полностью проигнорировал его. Его внимание полностью сосредоточилось на Тони, он пытался увидеть, дышит ли она. Эй Джей где-то наверху спорил с шефом. Очевидно, спор вышел продуктивным, потому что он вскоре присоединился к Саймону и начал светить своим фонариком внутрь джипа.

Это был огромный кластер. Джип несколько раз перевернулся и задержался, ударившись о дерево, почти полностью его сломав. Тони была прислонена к дверце джипа, на лоб стекала струйка крови. Саймон протиснулся ближе к ней и смог дотянуться до шеи. Мягко чтобы не поставить под угрозу ее позвоночник, он нажал пальцами на шею и, отчаянно молясь, нащупал пульс. Сладкое облегчение разлилось по нему. Она была жива. В данный момент. Он посветил на ее тело, мрачно отмечая ее ноги, зажатые в ловушку под рулем и разбитой панелью. Ее левая рука была зафиксирована под неестественным углом, вероятно сломана. Ее круглый живот лежал на руле, и он задался вопросом, сколько ударов он на себя принял.

— Где проклятые медики? — хрипло прокричал он.

— Они в трех минутах от нас, — ответил Эй Джей его голос дрожал от беспокойства.

Саймон выругался и вернул все свое внимание девушке.

— Тони, Тони, любимая. Ты слышишь меня? Это я, Саймон. Очнись, детка. Он протянул руку и дотронулся до ее щеки, стирая кровь с ее лица, а она все не останавливалась. Боже, он не может потерять ее сейчас. Он все еще не сказал, как ему жаль за свое поведение, и как сильно он любит ее. — Не забирай ее от меня, — шептал он отчаянно, надеясь, что слова, шедшие из глубины его души каким-то образом достигнут ушей Господа.

Мэтт выбрал именно этот момент, чтобы прорваться сквозь мужчин, которые пытались сдержать его и присоединился к Саймону.

— Насколько плохо все выглядит? — его голос был беспокойным.

— Я что-то могу сделать? — спросил Эй Джей с отчаянием.

Саймон поднял голову.

— Они уже разобрались с кабелями? Нам нужно перевернуть машину, тогда мы сможем ее достать.

— Возвращайтесь, — рявкнул шеф, — мы попытаемся поставить транспортное средство на колеса.

Неохотно Саймон отошел назад, его сердце билось как бешеное. Что если они не смогут спасти ее? Каждая минута, которую она провела в джипе, сокращает ее шансы на выживание. Ведь золотое правило спасателя — доставьте пациента в больницу с такой скоростью, как это возможно.

Джип задрожал, стальные кабели застонали в протесте, когда они начали наматывать их на лебедку. После натяжения джип колебался в разные стороны и резко приземлился на землю.

— Черт побери, это было слишком грубо! — выругался Саймон, мчась вперед.

— Нужно разрезать дверь, — сказал Эй Джей, когда они с Саймоном и Мэттом окружили машину.

— С дороги, — приказал им новый голос.

Саймон обернулся и увидел медика с рюкзаком в руке.

— Чертовски вовремя, — проворчал он.

— Отодвиньтесь и дайте мне делать мою работу, — сказал он тем же тоном. Он оглянулся на Эй Джея и Мэтта, — слушайте, я знаю, это сложно для Вас, но отвалите ребята.

Саймон на шаг отступил, не желая слишком далеко отодвигаться от Тони.

Медик приступил. Воротник на шею, проверил легкие. Бросил поверхностный взгляд на ее сломанную руку и приготовил другую для капельницы. Тут подошел второй с кислородным баллоном.

— Я подержу его, — предложил Саймон, когда медик не мог никак приладить маску. Он кивнул и Саймон вышел, вперед держа ребризер на ее лице.

Джип задрожал. И скрежет «челюстей» пронзил ночную тишину. Шеф и Майк резали дверь, чтобы освободить ноги девушки. За несколько минут девушку удалось освободить, и медики погрузили ее на носилки, зафиксировав позвоночник. Начался тяжелый подъем от джипа в машину скорой. Несколько рук помогли втащить носилки наверх. Как только они достигли дороги, медики быстро побежали к машине.

— Вы можете поехать, если не будете мешаться, — сказал медик прямо, когда Саймон прибежал за носилками к машине. Саймон кивнул и залез в скорую.

— Встретимся в больнице, — крикнул ему Мэтт.

Двери захлопнулись и машина начала движение с такой скоростью, как позволяли погодные условия.

Саймон вглядывался в окровавленное лицо Тони. Его сердце сжалось от страха.

— Вот, — медик вручил ему бутылку антисептика и ватные тампоны, — очистите ее лицо, так я смогу оценить ущерб.

Саймон взял бутылку и начал вытирать кровь с ее лица. Он не видел никаких ран на ее голове или носу, что могло свидетельствовать о травме головы. Он заставил свои руки не трястись, не позволив страху уничтожить его. Он не мог видеть травму головы в ее волосах, но кровь все еще текла. Пальцы медработника разделяли пряди ее волос, ища травму. Саймон вздрогнул, когда они столкнулись с большой рваной раной у нее на макушке. Он мельком увидел ее, когда медик наклонился, закрыв ему обзор, чтобы рассмотреть ее получше.

— Какова ваша оценка? — спросил он не в силах ожидать дольше.

— Ее показатели хорошие. Немного слаба, но это вероятно от потери крови. Сейчас ее давление стабильно, но из-за травмы головы все может измениться в любой момент.

— А ребенок? — спросил он с ужасом.

Медик посмотрел на него, сочувствие лучилось в его глазах.

— Я не знаю, мужик. У меня нет нужного оборудования, чтобы оценить его состояние. Ее ноги хорошо сохранились. Приборная панель была сломана поверх них. Я не зафиксировал никаких переломов, всего лишь небольшие синяки от сдавливания. Ее рука сломана, но дыхание хорошее, Можно надеяться, что ребра не сломаны и легкие не повреждены.

Саймон позволил себе маленький вздох облегчения. Все могло быть намного хуже. Хотя, и одной травмы головы может быть достаточно, чтобы забрать ее у него.

Поездка в больницу была самой длинной в его жизни. Он гладил лицо Тони, желая, чтобы она очнулась. Он провел остальную часть поездки, укоряя себя и внутренне избивая. Она не оказалась бы в такой ситуации, если бы он не повел себя, как настоящий мудак. Она была бы сейчас дома, вместе с ним, в кровати в его руках. На ее пальце сияло бы его кольцо, и они уже планировали бы свадьбу. Выбирали имя ребенку. Боже. Он не мог даже отдаленно представить себе такую ситуацию. Больше, чем что-либо в этом мире, он хотел провести остаток жизни с ней. Даже злясь на нее, он не мог вообразить жизнь без нее. Он хотел наказать ее. Заставить почувствовать всю боль, которую он испытывал. Только теперь, она борется за свою жизнь из-за его глупости.

Когда они, наконец, добрались до больницы, ее немедленно доставили в смотровую палату. Два врача и масса медсестер немедленно взяли ее в работу. Рентген, КТ, анализы крови, кислород. Мониторы подсоединены, капельницы закачивают лекарство в ее кровь.

Он наблюдал из дверей, вряд ли для него внутри нашлось бы место. Никто не просил его уйти. Вероятно, они видели в каком он состоянии. Он не сдвинулся с места. Наконец, он услышал самый благословенный в своей жизни звук, перекрывший весь шум палаты. Тони тихо застонала. Но он все-таки услышал. Он отодвинул медсестру и побежал к изголовью кровати. Медсестра начала возмущаться, но доктор только покачал головой.

— Тони, Тони? Ты слышишь меня? — требовал он.

Доктор открыл ее веки и проверил зрачки. Она вздрогнула и быстро заморгала, пока ее глаза полностью не открылись. Тут же она снова их закрыла. Ее лицо побелело от боли.

— Что не так? — допытывался Саймон, отчаянно смотря на доктора.

— Она в порядке, — успокоил его доктор, — наши главные проблемы сейчас — оценить травму головы и состояние ребенка. — Ребенок. Он совершенно забыл о ребенке.

— Мы собираемся подсоединить к ней специальный монитор. Я уже вызвал акушера и он уже в пути сюда. А сейчас мы отправим ее на КТ, чтобы исключить внутричерепное кровотечение.

Саймон позволил себе дышать.

— Почему бы вам не подождать снаружи? — мягко предложила медсестра, — Мы посылаем ее на КТ, но как только она вернется, я сразу позову Вас.

Неохотно он вышел из комнаты. Перед его глазами стояло ее красивое лицо. Как только он зашел в комнату ожидания Эй Джей и Мэтт вскочили со скамеек.

— Как она? — спросил Мэтт напряженным голосом. На лице Эй Джея застыла маска беспокойства. Их глаза напряженно ждали, когда Саймон заговорит.

— Я не совсем уверен, не знаю, — признал он, — они все еще делают тесты. Я имею в виду, доктор думает, что она будет в порядке, но они все еще должны сделать компьютерную томографию из-за травмы головы и проверить состояние ребенка… нашего ребенка, — мягко добавил он. Он почувствовал как Эй Джей положил руку на его плечо. Это была последняя капля. Резкие гортанные рыдания вырвались из него, сотрясая его тело. Не в силах стоять он тяжело опустился на стул, его трясло, слезы бежали по его щекам. Мэтт и Эй Джей заняли места по разным сторонам от него, но сохраняли молчание, пока он опустил свое лицо между ладонями.

Пока они сидели, ожидая результатов, в комнату прибывали все новые люди, пожарные и служащие, присутствовавшие на месте несчастного случая.

Персонал скорой помощи с прошлой ночи, диспетчеры со второй работы Тони, полицейские и люди из других департаментов сейчас заполняли приемную, ожидая вестей о Тони.

Она была любима многими, кто ее знал, но их любовь была ничтожна, по сравнению с теми чувствами, которые Саймон испытывал к ней. Она захватила его сердце. Твердо укрепилась в его жизни, и он не мог представить себя без нее.

Даже если это займет весь остаток его жизни, он собирался сделать все возможное для нее и молить прощения за свои небрежные слова. Нам нечего обсуждать.

Саймон был на грани потери разума, когда медсестра открыла дверь и сделала жест следовать за ней. Мэтт тоже поднялся, но медсестра улыбнулась ему.

— Мне жаль, но может зайти только один человек.

Мэтт принял вид готовящегося к спору человека, и Саймон на минуту испугался. Технически, у Мэтта было больше прав быть рядом с Тони. Он был ее братом, а кем был он? В общем то никем. Но он был отцом ребенка, а это что-то да значило.

Он посмотрел на Мэтта, но тот только кивнул, усаживаясь обратно на стул.

— Спасибо, друг, — тихо поблагодарил Саймон.

Он проследовал за медсестрой, назад в комнату осмотра. Потрясение настигло его, когда он увидел количество проводов и бондажей, опутывавших его любимую. Ее голова была в бинтах, на руке все еще была щепа от лестницы, так медик стабилизировал перелом.

С ее лица удалили кислородную маску, что принесло ему облегчение. Ее травма головы не должна быть серьезной. Когда он вошел, она моргнула, и расфокусированным взглядом пробежалась по комнате не останавливая взгляд ни на чем. Ее губы размыкались и смыкались, как будто она пыталась что-то сказать.

Он помчался в ее сторону и прикоснулся пальцами к ее щеке.

— Тони, любимая. Это Саймон.

Ее карие глаза сосредоточились на нем за секунду до того, как волна невыносимой боли затопила их глубины. Она отвела взгляд, слезы затопили ее глаза.

Он начал спрашивать, не страдала ли она от боли. Но он знал, мучение, которое он видел в ее взгляде, не имело ничего общего с физической болью. Он хотел излить свою душу, вымаливать ее прощение, но медсестра была очень категорична в своих инструкциях не утомлять и не расстраивать ее.

Вместо этого он обхватил ее здоровую руку и надеялся, что его прикосновение будет красноречивее всех слов.

Три дня спустя, Саймон беспокойно вышагивал возле палаты Тони. Медсестра была в процессе выписки девушки, и Саймон собирался отвезти ее домой. Эй Джей, как и обещал, оставался с ней все время. Сколь сильно он был благодарен другу, за обеспечение поддержки Тони, в которой она нуждалась, столь же сильно он негодовал по тому, что не его плечо было у нее в качестве поддержки.

Но винить в этом, он мог только себя.

Дверь открылась, и он услышал голоса.

— Вы пойдете сами или мне прикатить инвалидную коляску? — спросила медсестра.

— Я пойду сама, — мягкий голос Тони проник сквозь открытую дверь. Она все еще казалась слабой.

Он шагнул в комнату, не в силах далее избегать ее. Она в удивлении прислонилась к кровати, где стояла.

— Я думала, приедет Эй Джей, — дрожащим голосом сказала она.

— Я отвезу тебя, — твердо отозвался он.

Неуверенность вспыхнула в ее глазах.

— Вы точно готовы? — спросила ее медсестра.

Тони кивнула и Саймон приобнял ее за плечи. Он мог чувствовать, как она дрожит и прижал ее к себе еще нежнее. Она чувствовала себя невероятно хрупкой. Казалось, что еще немного, и она распадется на миллион частей от малейшего прикосновения.

Он провел ее вниз по коридору и нажал кнопку лифта. Она была одета в свободную рубашку и тренировочные штаны. Он нахмурился, когда понял, что забыл привезти ей пальто.

К счастью, он припарковался под навесом у входа и оставил машину заведенной.

Они медленно шли через лобби, и когда автоматические двери открылись, холодный воздух резко прошел сквозь них. Она задрожала, и он торопливо повел ее к пассажирской двери. После того, как она была усажена и пристегнута, он пошел к водительской двери.

Он поехал прочь, жуя внутреннюю сторону губы. Сегодня все поставлено на карту. Он все запланировал методично, прикрыв каждый шаг, но самая трудная часть была еще впереди. Убедить ее простить его и дать ему второй шанс.