© Потапцева К., текст, 2025

© Скворцова Е., иллюстрации, 2025

© ООО «Феникс», оформление, 2025

© Фролова М., шрифт на обложке, 2025

– Завернувшись в тёмный плащ, злодей растворился в несущейся куда-то толпе. Теперь мы никогда не узнаем, кто он. Возможно, им окажется случайный прохожий в красном шарфе, бариста в кофейне на перекрёстке пяти углов или улыбчивый лодочник у моста. Это навсегда останется загадкой. Тайной, в которой кроется доказательство его безупречной гениальности, – произнёс Макс с импровизированной сцены посреди книжных полок и стеллажей. В зале библиотеки издательства «Корона» раздались аплодисменты.

По понедельникам и средам здесь работал книжный клуб для школьников. Дети придумывали сюжеты, создавали рукописи и выступали перед зрителями, кратко пересказывая суть истории. Законченные работы выставлялись на сайте издательства, где каждый желающий мог проголосовать за полюбившуюся историю. Рукопись, которая набрала наибольшее количество голосов, превращалась в книгу, а дети становились настоящими писателями! Тут можно привести сухую статистику, свидетельствующую о том, сколько изданных книг оказались успешными, но достаточно просто заглянуть в горящие глаза юных авторов, чтобы всё стало понятно. Поэтому школьники обожали приходить в «Корону», участвовать в конкурсных состязаниях, мастер-классах или отдыхать в уютном кафе на первом этаже. Слава об этом издательстве разлетелась далеко за пределы города.

На пятом этаже зеркального здания «Короны» работала библиотека, в которой хранились книги, привезённые со всего мира. Каждый понедельник здесь выступали именитые гости: авторы, иллюстраторы или блогеры, а комнаты для чтения, обустроенные лично директором Геннадием Аркадьевичем Бордюровым, не раз обсуждались в новостях и телепередачах. Но больше всего дети любили издательство за то, что каждый из них мог стать автором и выпустить собственную книгу! Директор так и говорил: «У писателя нет возраста».

– Спасибо, – Максим поклонился и подошёл к столу, где сидели друзья. Его щёки порозовели, это заметили Кира и Тим.

– И зачем ты изменила концовку моей истории? – он взглянул на Киру. – Хоть бы предупредила! Представляешь моё удивление во время выступления?

– Не хмурься, Макс, – подмигнула ему Кира, – всё же хорошо прошло!

– Но ты…

– Да-да, переписала последнюю главу твоей истории, – вздохнула Кира.

– Когда ты только успела? Да и зачем?

– Так на сайте же размещают все работы участников, которые до начала нового этапа конкурса можно исправлять. Ну вот я её немного и подредактировала. А пароль от личного кабинета я в твоём блокноте подсмотрела, который ты всегда с собой носишь. Честно говоря, с твоим финалом ты бы не прошёл даже во второй тур.

– Что не так с моим финалом? – Макс всё ещё таращился на Киру.

– Скучненький он, – Кира развела руками. – Я бы сказала, без изюма.

– Ну не знаю, нормальный был финал, хеппи-энд, добро побеждает зло. Всё по правилам книжных историй.

– Именно, Макс, по правилам. Кому интересны правила? – Кира приподняла левую бровь.

– Что же тогда интересно? – со щёк Максима ещё не сошёл румянец.

Он хоть и удивился, когда заметил подмену текста, но виду не подал.

– Разрыв шаблонов, бунтарский дух героя, всё, что выходит за рамки этих твоих правил.

– А ты что скажешь? – Макс повернулся к Тиму, который всё это время мечтал стать невидимым.

Он хорошо знал, что в споры Макса и Киры лучше не влезать. Либо Кира скажет: «От тебя, Тим, я такого не ожидала!», либо Макс заявит: «А ещё друг, называется!» Тим надеялся, что в этот раз друзья не обратят на него внимания, но ему не повезло. Макс и Кира ждали его ответа.

– Да, Тим, ты же вчера говорил, что финал истории Макса скучный? – сдала друга Кира, ни капельки не покраснев.

Макс приподнял брови.

– Так, не впутывайте меня в ваши споры, – Тим попытался уйти от ответа, но Макс и Кира разом покачали головами. Деваться было некуда. – Ладно, да! Я говорил, что твой финал скучноват, – Тим посмотрел на Макса. – И Кира права. История слишком правильная. Ей нужно больше взбалмошности, что ли, огонька, понимаешь? Вот твой злодей в конце перед всеми извиняется, правильно?

– Ну допустим, – Макс кивнул.

– Злодеи так себя не ведут! – продолжил Тим. – Они обычно доставляют героям неприятности, пакостят и совершают ужасные поступки! А ещё им обязательно нужна тайна! Такая, чтобы можно было хранить её много лет, но безумно хотеть, чтобы о ней узнал весь мир.

– Какая ещё тайна? – Макс почесал затылок.

– Придумала! Пусть он все злодейские дела запишет в блокнот и спрячет его!

– А зачем записывать злодейские дела и тем более хранить блокнот, который могут найти?

– Макс, ты что-нибудь вообще знаешь о злодеях? – прищурилась Кира. – Они же всё равно не выдержат и в один момент расскажут о своих преступлениях!

– Зачем?

– Для того, чтобы заявить о своей гениальности! – подсказал Тим.

– Именно! – Кира понизила голос. – Все злодеи жаждут признания! А значит, они рано или поздно раскроют свои делишки!

– И чему такая книга научит детей? – не сдавался Макс. – Тому, что нужно хвастаться плохими поступками?

– Ничему не научит! Потому что это не энциклопедия, Макс. Зато такую книгу будет интересно читать. А в твоей истории все добренькие, даже злодеи.

– Я просто хотел, чтобы мои герои жили в мире, где нет зла.

– Не выйдет! Потому что добро и зло неразделимы, как ты со своей тенью. Добрый и злой – это не два отдельных человека. В каждом может быть доброе и злое, понимаешь?

– Получается, зло будет всегда и его невозможно победить?

– Макс, сам подумай. Разве добро борется? Оно просто существует. Там, где есть борьба, – не добро, а два воюющих зла.

– Зачем тогда вообще нужны злодеи? – Макс развёл руками.

– Чтобы книжки были интереснее, – Кира подмигнула другу.

– Ладно, посмотрим на итоги голосования. Надеюсь, у меня будет первое место, или я покажу вам, что такое самое настоящее зло! – и Макс злодейски рассмеялся.

Библиотекарь Виталина Степановна тем временем гладила местного кота. Никто точно не знал, как он появился в издательстве, но рыжий кот по кличке Изюм был тут настоящей звездой. А после выхода книги «Изюм библиотеки „Корона“» каждый так и норовил прикоснуться к его плюшевой шёрстке, ведь автор написал, что, если погладить кота, день будет удачным. Изюму нравилось быть звёздным котом библиотеки, единственное, что ему не нравилось, – это громкие звуки. Вот и сейчас, когда Макс расхохотался, кот изогнулся, растопырил лапы и, взглянув на мальчика со всем кошачьим презрением, спрыгнул с рук Виталины Степановны, скрывшись между книжных полок. Библиотекарь вздохнула и покачала головой.

– Я знаю, как тебе победить, – сказала Кира.

– Интересно, что ты придумала на этот раз?

– Идём, отыщем, куда убежал Изюм, тебе нужно его погладить! – Кира потянула Макса за рукав.

– Ты правда веришь в приметы?

– Я верю только в те, что мне нравятся, а в остальные – нет, – хихикнула Кира. – А погладить кота для победы – отличная примета, как по мне! Ну, бежим за ним!

– Кир, мы с ним как-то сразу не нашли общий язык, – усмехнулся Макс. – Не думаю, что он поможет мне победить.

– Максич, давай попробуем, это несложно, – поддержал Тим, – ты же о своей книге с шести лет мечтаешь! А мечты должны исполняться, пусть даже благодаря холёному рыжему коту!

– Ладно, уговорили, тогда догоняйте! – Макс сорвался с места и юркнул в лабиринты стеллажей.

Виталина Степановна, оторвав взгляд от книги, пожала плечами и перелистнула страницу.

Друзья поймали кота возле полок с приключенческими романами. Они погладили его рыжую шёрстку и отправились бродить среди бескрайних полок, разглядывая обложки.

– Вы слышали, что издательство Геннадия Аркадьевича вновь признали лучшим в стране? – поинтересовался Макс.

– Да, я смотрел его интервью, – кивнул Тим. – Как же сильно он любит книги!

– Удивительный человек! – Кира поставила на место сборник романов. – А сколько всего он делает для детей! – Огромная библиотека, лучший книжный клуб, исполняющий мечты, денежные гранты талантливым авторам, а ещё я слышала, что он помог поступить нескольким школьникам в престижный вуз.

– Да, вот в ком кроется настоящее добро! – сказал Тим и опёрся о книжный стеллаж.

Он посмотрел вокруг и только сейчас заметил, что раньше никогда не был в этой части библиотеки. Стеллажи тут были шире и выше, в конце книжного коридора вид-нелось огромное окно с широким под-оконником.

– Вы когда-нибудь доходили до этого места? – Тим обернулся к друзьям.

– Не-а, – Макс и Кира одновременно покрутили головами. – Впервые вижу эту часть библиотеки.

Дети подошли к окну.

– Какой вид красивый! – Кира не удержалась и сделала снимок на телефон.

Полуденное солнце освещало крыши, и казалось, что они залиты золотом.

– Есть в них особая магия, – согласился Тим, всматриваясь в даль.

В этот момент на противоположном здании что-то блеснуло, отразив солнечные лучи. Тим зажмурился, на секунду потеряв равновесие. Он хотел ухватиться за ближайший стеллаж, но слишком сильно толкнул его.

– Осторожно! – выкрикнула Кира.

Стеллаж пошатнулся, и с верхней полки упала книга, ударив Тима по голове. Тот потёр макушку.

– Дай посмотрю, – Кира разворошила густые каштановые волосы друга. – Будет шишка.

– Что это? – Тим уставился в окно, не обращая внимания на слова Киры про шишку. – Я видел девчонку!

– На крыше? – Макс посмотрел в окно.

– Меня что-то ослепило, кажется, это был её медальон. Я заметил, как она перепрыг-нула с одной крыши на другую, – задумчиво произнёс Тим.

– Тебе, похоже, неслабо прилетело, вот и померещилось, – Макс обернулся к другу.

– Мне не померещилось, – надул губы Тим.

– Смотрите! – прервала их Кира.

Она держала в руках книгу, которая свалилась на Тима. Только сейчас друзья заметили, какая у неё была красивая обложка: на развалинах здания восседала птица, из крыльев которой струился огонь. Серый, густой туман опустился на город, заслоняя собой солнце. Книга была такая яркая, что глазам становилось больно, если долго смотреть на неё.

– Словно живая! – Кира провела рукой по птице и прочла название: – «Феникс»…

Гении рождаются раз в тысячу лет. Видимо, прошло достаточное количество времени, раз появился он.

Идеальное преступление – то, которое не отличили от несчастного случая. Именно такое совершил я. Если бы вы только знали, как мучительно гению оставаться в тени. Поэтому я решил всё описать в этой книге. Она станет символом моей победы. Я буду купаться в лучах славы, а вы даже не узнаете, кто я. Возможно, вам станет интересно, мучает ли меня совесть? Обычно именно об этом спрашивают у так называемых злодеев. Не смешите! Совесть – это лишь отговорки для слабаков. Они играют по правилам, проживая скучную жизнь. Я же решил устанавливать свои правила и законы.

Я совершил великое дело, хотя ради него мне и пришлось пойти на преступление.

Понедельник. 01:10

Я смотрел на то, как расползаются створки моста над Невой, и думал… Две половинки моста держатся друг за друга, цепляясь чугунными пролётами. Они непоколебимы, пока вместе, но стоит развести их по разные стороны, разделить, и тогда мост теряет целостность. Он больше не может выполнять свои функции. Такой нерушимый и мощный мост бесполезен без второй половины. В тот момент я понял, что мне нужно сделать, чтобы победить ЕГО. Именно там, на берегу Невы, я задумал план.

На следующий день я оставил квартиру, в которой жил с самого детства, и поселился в заброшенном особняке, чтобы подготовиться. Было бы слишком рискованно оставаться в районе, где меня знают даже дворовые коты. Особняк я нашёл быстро, он покорил меня с первых минут. Несмотря на мерзкий ванильный цвет стен, в его высокой башне с пикой и дубовых панелях вестибюля чувствовалось величие. В старинном здании было нечто особенное. Дух огня, который притаился на кованой решётке ворот и наблюдал за ничего не подозревающими прохожими. Как только я заметил этих мистических существ, внутри появилось волнительное ощущение скорой победы. А в их застывшем взгляде я увидел свой триумф.

Есть преступления, которые запоминаются, прожигая в сердцах людей отметину, штамп, своей значимостью. Такие события входят в историю, о них говорят, их обсуждают, но никто не догадывается о том, кто же их совершил. Уже несколько дней на каждом углу обсуждают пожар парижского собора Нотр-Дам-де-Пари, который сгорел за одну ночь. Все поверили в несчастный случай, но только не я. В таком грандиозном событии я увидел почерк гения. Возможно, мы ещё о нём услышим.

После работы я спешил в особняк, на ходу рассматривая вывески с названиями улиц. Мне хотелось, чтобы однажды на этих табличках я увидел свою фамилию, а потом бы горожане рассказывали, что когда-то тут жил Некто по имени Гений.

От этих мыслей моё настроение значительно улучшилось, и я остановился около кондитерской, чтобы взять фраппе на банановом молоке. Рядом крутились два ребёнка. Девочка с разными бантами и мальчик в комбинезоне с оторванной пуговицей. Девочка показала язык, а мальчик дважды наступил мне на ногу. Откуда только берутся такие невоспитанные дети?! Вот в ком кроется настоящее зло! Стоит человеку совершить один плохой поступок, как все считают его злодеем, детям же всё сходит с рук. И они совершают пакость за пакостью, оставаясь безнаказанными.

По дороге к особняку я ещё думал про этих детей. Мне всё-таки удалось скорчить рожу девочке и наступить на ботинок мальчику. Конечно, они закатили истерику, но их мать не смогла понять, в чём дело. После я купил им по мороженому с фруктами, цветной посыпкой и топингом, посадив на одно жука-вонючку. Дети тут же успокоились, но, когда сюрприз раскрылся, мальчишка, которому он достался, завизжал с невыносимой силой. А я ушёл, еле сдерживая смех.

Заброшенный особняк находился на одном из исторических островов города. Дома здесь расположены далеко друг от друга, это мне очень понравилось. На острове работали несколько творческих и спортивных школ, театр и местная библиотека. Особняк скрывался от людей за изгородью из живых туй и елей. В нём не было стёкол, поэтому я занавесил одну из комнат парчовой тканью бордового цвета. Мне нравилось смотреть на неё в свете луны. Ткань отливала огненно-красным и при колыхании походила на языки пламени. Когда поднимался ветер, в особняке слышался вой, прям как сегодня.

«У-у-у-у-у-у», – раздалось поочерёдно в каждой комнате. Я подкинул дров в камин и посмотрел на календарь. Скоро ЕГО день рождения, этот день и будет самым подходящим. Я ещё раз обвёл красным маркером пятницу, 21 июня. Один из тех летних дней, когда солнце словно застывает в зените, не двигаясь с места.

В день летнего солнцестояния я совершу такое преступление, которое вам даже не снилось! Позже в газетах напишут о несчастном случае, но в этой книге я расскажу, что наконец-то восторжествовала справедливость.

– «…но в этой книге я расскажу, что наконец-то восторжествовала справедливость», – дочитав главу, Кира захлопнула книгу.

Кира смотрела на закрытую книгу, и в её глазах отражались языки пламени. Лучи солнца перебрались на обложку, создавая ощущение, будто огонь и правда подрагивал на глянцевом рисунке. Тим отчего-то поёжился. Он огляделся по сторонам, разглядывая коридор. А потом приблизился к друзьям и шёпотом произнёс:

– Я чувствую чей-то взгляд.

По спинам ребят пробежал холодок.

– Я тоже, – Макс выглянул в окно.

Он даже достал телефон и навёл камеру на крыши. Приблизив фокус, мальчик осмотрел соседние дома. Но и там никого не было, только два голубя, сорвавшись с черепицы, взлетели вверх.

– Показалось, – прошептал Макс.

– Странно, что показалось нам троим, – Кира тоже огляделась. Она хотела что-то сказать, но её прервал глухой стук.

– Там точно кто-то есть, – прошептал Тим.

На цыпочках он прокрался вдоль книжных полок до конца коридора, оглянулся на ребят и зашёл за угол.

– Кажется, я вас напугал? – послышался знакомый голос.

Через секунду Тим показался в проходе вместе с Геннадием Аркадьевичем.

– Привет, детишки! – директор издательства «Корона» помахал Максу и Кире.

Друзья приветливо улыбнулись в ответ.

– Я выбирал книги для читателей нашего клуба и случайно услышал ваш разговор. Смотрю, вы нашли бестселлер нашего издательства? – директор взял книгу из рук Киры.

– Бестселлер? Впервые слышу такое название, – Кира приподняла брови.

– Пять лет назад эта книга была очень популярной, – Геннадий Аркадьевич провёл ладонью по обложке. – Сколько вам тогда было? Шесть или семь? Наверное, поэтомувы о ней ничего не слышали, – Геннадий Аркадьевич задумался. – Присаживайтесь, я расскажу вам её историю.

Макс, Кира и Тим уселись на мягкие велюровые подушки, которые в издательстве «Корона» лежали на каждом подоконнике, ведь Геннадий Аркадьевич считал, что чтение – это ритуал, как чаепитие в Англии. Он старался создать особую атмосферу, поэтому в библиотеке издательства для чтения создали уютные комнаты.

Романтическую прозу читали в зале с витражными окнами и розовым светом. В нём были мягкие пуфы и зеркальные столики, на которых лежал бельгийский шоколад с цукатами и воздушный маршмеллоу. Зал для чтения романтических историй всегда был заполнен девчонками. Помещение пользовалось такой популярностью, что его пришлось расширить. В самом тёмном углу библиотеки, где раньше находился чулан, теперь читали страшилки. Иногда туда вбегали переодетые актёры и пугали детей так, что их визг был слышен по всему издательству. Макс, Кира и Тим никогда не были в чулане страшилок, им больше нравилась детективная комната. Тим называл её кабинетом с длинными усами. Там всегда горел тусклый свет торшеров, стояли кресла-качалки у электрического камина, а из умной станции играла музыка, погружающая во времена Эркюля Пуаро, Шерлока Холмса и, конечно же, мистера Пьюре.

В шкафах кабинета можно было найти всевозможные блокноты, карандаши и ручки для записей. Тим выбирал перьевую ручку, Кира делала пометки гелевой, а Макс любил писать заточенными карандашами. Однажды Тим нашёл в одном из комодов лупу и диктофон. Когда друзья читали в «кабинете с длинными усами», Тим и Макс любили покачиваться в креслах-качалках у камина. Кира взбиралась на подоконник и слушала книги, рассматривая в окно город. Ведь любую книгу в библиотеке можно было прослушать, стоило лишь надеть наушники и подключить специальную программу.

Макс, Кира и Тим, устроившись на велюровых подушках, внимательно слушали Геннадия Аркадьевича. Тот сел на тёплый пол и опёрся о стеллажи. Если бы не полуденное солнце, оставляющее зайчиков на стёклах, друзья бы не заметили поблёскивающие капли в уголках глаз директора.

– Эта книга очень важна для меня, – начал Геннадий Аркадьевич, – с неё началась моя карьера. Когда я купил издательство, здание было в плачевном состоянии и нужно было срочно делать ремонт. Мне пришлось налаживать всё с нуля. Авторы не спешили присылать рукописи в незнакомое издательство, да и команды у меня не было. Я работал один и уже был готов сдаться, но неожиданно мне доставили посылку с рукописью. И я решился её издать. Тираж разлетелся словно горячие пышки, едва выйдя из типографии, – был распродан в день презентации, а за вторым образовалась километровая очередь в издательство. Помню, я даже не смог сразу попасть в здание, пришлось объяснять толпе, что я директор, а не покупатель. Представляете, они меня не пропускали, заставляя стоять в очереди! Книга стала бестселлером, и за счёт её продаж я смог нанять сотрудников, закупить оборудование, и дела наладились.

– А почему же книга стала так популярна? – Кира, поправив прядь волос, посмотрела на Геннадия Аркадьевича.

– Всё началось с её презентации. Автор заявил журналистам, что в книге скрыта загадка, которую никто не сумеет разгадать.

– Скрыта загадка… – повторил Тим. – Интересно, а какая?

– Никому ещё не удалось это выяснить, – директор пожал плечами. – Все покупали книгу, чтобы найти ответ, но никто не сумел ничего понять.

– Может, автор всё выдумал, чтобы продать как можно больше книг?

– Может, – Геннадий Аркадьевич кивнул. – Через время люди писали подобные отзывы, но мы продали уже несколько сотен тысяч экземпляров. Так что, детишки, именно благодаря этой книге мы сейчас находимся в самом популярном издательстве страны, – директор взглянул в окно, и уголки его глаз снова заблестели.

– Получается, это издательство процветает благодаря одной книге? – спросила Кира.

– Можно сказать, благодаря одной истории… – Геннадий Аркадьевич, поднявшись, передал книгу Кире. – Мне пора, меня ждут и другие дети, – директор прошёл вдоль стеллажей, в конце коридора обернулся и произнёс: – Через десять минут будет мастер-класс по рисованию акварельных котиков от книжных иллюстраторов. Приходите!

– Спасибо, – хором ответили Макс, Кира и Тим, и Геннадий Аркадьевич скрылся из виду.

– Кто бы мог подумать, что такое огромное издательство появилось из-за этой небольшой книжки, – Кира аккуратно листала страницы, а Тим и Макс рассматривали иллюстрации.

– Мне интересно, какую загадку спрятал автор в книге? – Макс потёр лоб.

– Да это был обычный маркетинговый ход, – заявил Тим.

– В смысле? – не понял Макс.

– Как в рекламе, понимаешь? Когда придумывают интересную историю или легенду, чтобы привлечь покупателей.

– А что, если загадка и правда существует? – Макс замолчал, оглядевшись. – Снова это чувство.

– Будто за нами следят? – Тим понизил голос. – Пойдёмте отсюда!

– Интересно куда? – спросил Макс.

– Да хоть на мастер-класс по рисованию котиков, – Тим с решительным видом пошёл к главному залу библиотеки, в котором обычно проводили выступления и встречи. Макс поспешил следом. На середине пути они обернулись. Кира всё ещё сидела на подоконнике и смотрела в окно. Она что-то напряжённо обдумывала, это было понятно по морщинке между бровями.

– Кир, ты идёшь? – позвал Макс, но девочка не ответила.

В комнате стало темно, словно солнце потушили по щелчку выключателя. Тим посмотрел в окно. Тяжёлые тучи наливались свинцовым оттенком.

– Будет ливень… – сказал Тим.

– Кира, – ещё громче позвал Макс.

Девочка посмотрела на друзей.

– Это саламандра, – прошептала она, захлопнув книгу.

В этот момент за окном громыхнуло, и яркая вспышка рассекла небо. Молния была так близко, что Макс и Тим вздрогнули, но Кира даже не шелохнулась. Спрыгнув с подоконника, она подошла к ребятам.

– Саламандра! – уверенно повторила Кира.

– Ты ку-ку? – Макс покрутил пальцем у виска.

– Сам ты ку-ку! – Кира закатила глаза. – Дух огня – это саламандра!

Макс и Тим переглянулись, пожали плечами и уставились на подругу.

– И что? – Макс посмотрел на Киру. – К чему ты клонишь, Кир?

Кира снова открыла книгу на первой главе и ткнула пальцем в текст: «…Дух огня, который притаился на кованой решётке ворот и наблюдал за ничего не подозревающими прохожими», – произнесла она. – Это саламандра, ящерица такая. Я из книг по мифологии помню, что саламандру называют духом огня, потому что она не горит в нём. И эта ящерица на заборе реально существует, как и особняк, о котором написал автор. На днях мне пришлось отправиться на Каменный остров, где проходили соревнования по карате. Я приехала раньше и решила немного прогуляться. Там так много необычных усадьб и заброшенных особняков! Мне понравился деревянный дом, похожий на замок, а ещё тот, что полностью порос плющом, представляете…

– Кира, ближе к делу, – Макс закатил глаза.

– Я уверена, что видела старинный особняк, о котором написал автор! – выпалила Кира. – И на его воротах сидят саламандры.

Макс и Тим не моргая смотрели на Киру, пытаясь понять, разыгрывает она их или нет. От Киры можно было ожидать чего угодно. Буквально на днях она устроила друзьям розыгрыш, записав их на балет. Когда Максу и Тиму позвонил администратор и напомнил о занятиях, они подумали, что футбольная тренировка пройдёт по другому адресу, и вбежали на танцы с мячом и в бутсах. Хореограф не стала разбираться и поставила футболистов в дальний угол, заставив раз-учивать позиции рук и ног.

– Вы так и будете таращиться или что-нибудь скажете? Я знаю, что видела особняк из книжки, автор которой может быть преступником! – Кира скрестила руки на груди.

– Ты понимаешь, что говоришь? В таком случае это означает, что… – Макс понизил голос.

– Подсказки в книге могут быть настоящими, – таким же голосом ответила Кира.

– Тогда, выходит, и преступление, возможно, реальное, – Тим посмотрел сначала на Киру, затем на Макса, – а преступник…

– Не пойман, – закончила Кира.

– А если загадка, которая скрыта в книге, и есть нераскрытое преступление? – предположил Макс.

– Или автор спрятал в книге улики? – Кира округлила глаза.

– Если Кира права и особняк, в котором автор подготовил преступление, находится на Каменном острове, вероятно, что и сам преступник… живёт в Санкт-Петербурге! – Тим даже пошатнулся от своих слов. – Нужно поскорее понять, о каком преступлении речь, – Тим взял книгу. – Давайте уже прочтём её.

– Я знаю, как можно выяснить это быстрее, – Кира достала телефон.

– Что ты придумала? – спросил Макс. Они с Тимом переглянулись.

– Тут же есть интернет, – Кира открыла страницу поиска. – Тим, найди в первой главе место, где автор пишет про даты. Там было что-то про день летнего солнцестояния.

– Я, кажется, вспомнил, – Тим зашуршал страницами, пока не нашёл нужный абзац. – «…этот день и будет самым подходящим. Я ещё раз обвёл красным маркером пятницу, 21 июня. Один из тех летних дней, когда солнце словно застывает в зените, не двигаясь с места. В день летнего солнцестояния я совершу такое преступление, которое вам даже не снилось!» – зачитал Тим.

– Как я сам не догадался, – Макс хлопнул ладонью по лбу, – он же написал день недели и дату, а значит, мы сможем узнать год. А потом поискать, какие громкие события произошли в этот день.

– Молодец, Максимка, ставлю пять! – Кира улыбнулась. – Он пишет, что совершит преступление в пятницу, 21 июня. Сначала посмотрим, какой это год, – она открыла в телефоне календарь и стала листать. Каждый раз замедлялась на июне и проверяла, на какой день недели выпадает 21 число.

– Ну что там у тебя? – Макс придвинулся к подруге.

– Скажу, если перестанешь закрывать экран, – Кира отодвинула друга локтем.

– Двадцать первое июня выпало на пятницу в 2019 году, – Кира отмотала ещё, – в 2013 году… и в 2002 году, – она постучала пальцами по стеллажу. – И какой год нам нужен? Так можно искать до бесконечности.

Макс пожал плечами, а Тим пробежался глазами по тексту.

– Должно быть хоть что-то, – он вчитывался в каждое предложение. – Точно! Я нашёл. Пожар в Нотр-Дам-де-Пари! Автор пишет, что уже несколько дней об этом все говорили. Вы помните, в каком это было году? Кажется, мне тогда исполнилось семь лет… Да, верно. Я очень хорошо помню, как папа, посмотрев новости, отвёз меня к себе на работу и научил пользоваться огнетушителем. Это было в 2019 году.

Кира ввела в поисковике: «Что случилось 21 июня 2019 года». На экране всплыли новости. Макс снова прильнул к экрану телефона так близко, что чуть было не свалил с ног Киру.

– «Кольцеобразное солнечное затмение лучше всего было видно в Африке, – начала читать Кира. – Старушка нашла меховой помпон и несколько дней думала, что приютила ежа», – Кира улыбнулась и кликнула по ссылке.

– «…Старушка обратилась в ветеринарную клинику с просьбой помочь ежу, которого она приютила. Питомец не ел и не пил несколько дней. Ветеринары очень удивились, когда старушка вместо ежа показала им меховой помпон».

– Какая добрая бабуля, приютила ёжика, жаль, что это был всего лишь помпон, – сказал Макс.

– Я что-то слышал об этом от родителей. Ей потом ветеринары подарили настоящего ежа, чтобы она не расстраивалась, – Тим заглянул в экран телефона. – Давай уточним в поиске город, я думаю, нам нужны события Санкт-Петербурга.

Кира набрала новый запрос.

– «Самый большой ювелирный магазин Санкт-Петербурга был ограблен сегодня ночью, похищено изделий на пять миллионов рублей», – зачитал Тим. – Интересно, это может быть наш преступник?

Макс достал блокнот и записал в него детали ограбления.

– Смотрите, – Кира указала на другую ссылку: «…Похищена Диана Арбузова – знаменитая актриса иммерсивного театра». А если мы имеем дело с похитителем?! – Кофейные глаза Киры стали большими, как косточки авокадо.

– Новостей больше нет, все остальные про затмение, – Тим развёл руками. – Как же нам узнать, что он совершил?

– Есть одна идея, но она вам не понравится, – сказала Кира.

– Скажи, что ты не собираешься делать то, о чём я подумал? – Тим нахмурился.

– Если ты подумал об особняке на Каменном острове, то угадал, – Кира с вызовом посмотрела на Тима.

– А ничего, что там, возможно, живёт убийца? – последнее слово Макс произнёс шёпотом.

– Какой ещё убийца, Максимка, у тебя фантазия разыгралась, – Кира закатила глаза. – Вы же не думаете, что убийца написал бы книгу о своём преступлении? Уверена, что этот человек – Некто по имени Гений (Кира произнесла это слишком театрально) – хотел просто привлечь к себе внимание.

– И ему это удалось. Кира права, нужно найти дом и осмотреть его. Может быть, такого особняка и вовсе не существует, а мы уже целую детективную историю сочинили, – Тим посмотрел на друзей.

– Или мы найдём там похищенную актрису… А вдруг он ограбил ювелирный салон и спрятал внутри похищенные драгоценности! – Макса кинуло в жар от собственных слов, и он стал обмахивать лицо блокнотом, который достал из заднего кармана.

– Особняк существует, – заявила Кира, не обращая внимания на слова Макса, – я его видела.

– Мало ли заброшенных особняков в Питере? – спросил Тим.

– Заброшенных, может, и немало, а вот с коваными саламандрами на заборе я больше нигде не встречала, – настаивала Кира.

– Давайте проверим, – Тим отдал книгу Кире, и она спрятала её в сумку.

Тим направился к выходу, а Макс и Кира немного задержались, рассуждая о том, как лучше всего попасть в дом.

Грозовые тучи затянули небо Питера и нависли так низко, словно опустился туман. Капли дождя, ударяясь об асфальт, исчезали под тяжёлыми шагами прохожих. Макс, Кира и Тим, выйдя из издательства «Корона», направились к ближайшей остановке.

– Может, пойдём быстрее? – Макс посмотрел на свинцовые тучи. – Ужас, как холодно!

– Ещё утром была отличная погода, – пробурчала Кира, пряча шею и нос в шифоновый летний шарф. – Зачем я только надела босоножки!

– Держи, – Тим достал из спортивной сумки ветровку и протянул Кире, – закинул утром на всякий случай.

– Спасибо, по прогнозу стояло солнце и плюс двадцать восемь, – Кира натянула ветровку.

– Погода в Питере не поддаётся прогнозу, – хихикнул Макс. – Не удивлюсь, если через час снова выглянет солнце.

Друзья прошли вдоль тянувшихся персиковых зданий улицы Почтамтской, перешли Вознесенский проспект и через семь минут оказались у остановки «Адмиралтейская». Они дождались автобуса под номером десять и, когда он подъехал, зашли внутрь.

– Вам не кажется, что для нашей тайной миссии мы выбрали неподходящее время? Может, стоило дождаться, пока стемнеет? – прошептал Тим.

– В июне не особо темнеет, всё же придётся проникнуть в особняк при свете дня. А если он уже не заброшенный и в нём кто-то живёт? – Макс развёл руками.

– Мальчики, без паники! Мы только посмотрим, сравним дом с тем, который описан в книге, и дальше будем действовать по ситуации, – Кира попыталась успокоить друзей.

– В прошлый раз, когда ты собиралась действовать по ситуации, мы оказались в кабинете директора, – напомнил Макс.

– Я была уверена, что твоих футбольных навыков хватит, чтобы запульнуть портфель в открытое окно и не промазать, – пробубнила Кира.

– Только ты забыла предупредить, что эта сумка весила сто килограммов, – парировал Макс.

– Не преувеличивай! Ладно, идём, наша остановка, – Кира подошла к выходу.

Макс, Кира и Тим смотрели на указатель: «Каменный остров – 1 километр». Через дорогу выстроились дома разных размеров и форм. Все они были ограждены заборами, которые находились так далеко друг от друга, что казалось, между ними мог пролететь самолёт.

– Это отдельный остров для любителей одиночества? – Макс улыбнулся. – Впервые вижу, чтобы заборы стояли так далеко друг от друга.

Рассматривая окрестности, Макс и Тим шли за Кирой. Миновав мост, они свернули на набережную реки Крестовки. По дороге им встретился дом с лавандовой крышей и ставнями в форме сердца, четырёхэтажный особняк с колоннами перед входом, небольшой домик с фонтаном в саду. В одном из дворов они даже увидели павлинов. Тим и Макс крутили головами в разные стороны, то и дело указывая на дома. Они не заметили, как Кира остановилась, и налетели на неё.

– Эй, вы чего? – Кира посмотрела на друзей суровым взглядом и кивнула в сторону особняка. – Вот он.

Макс и Тим внимательно рассматривали заброшенное здание со стенами ванильного цвета и огромной пикой на башне. На заборе из прутьев с узкими наконечниками притаились железные саламандры. Казалось, будто они наблюдают за прохожими. Стёкол в окнах не было, и только в одном из них (том, что находилось на верху башни) виднелись плотные бордовые занавески. Забор был сломан, а часть железных прутьев отсутствовала.

– Действительно похож, – Тим, достав книгу, перечитал текст. – Выбитые стёкла, а там бордовая занавеска, вот башня с пикой и эти жуткие ящерицы… Всё так, как описывал автор.

– Давайте зайдём внутрь, непохоже, что тут кто-то живёт, – Кира приблизилась к железному забору.

– Кир, это уже незаконно, – Макс остановился в нерешительности.

– Но мы проделали такой путь, не назад же возвращаться? – Тим пошёл за подругой.

– Что-то мне подсказывает, что мы ещё пожалеем, – Макс всё ещё не двигался с места.

– Тогда оставайся здесь и карауль. Если что – звони! – Кира перешагнула через погнутые прутья и оказалась во дворе особняка.

Тим последовал за ней.

– Ну уж нет! Здесь я не останусь, – Макс поспешил за друзьями. – Только не говорите, что я не предупреждал.

– Я знала, что твоё любопытство победит, – подмигнула Кира, когда Макс перешагнул через сломанный забор.

Во дворе особняка бурьян доставал до колен, в некоторых местах он пророс даже сквозь камни. С одной стороны дома краска облезла, и виднелся грязный кирпич. Плитка на лестнице лежала неровно, поэтому несколько ступеней шатались. Кира, наступив на такую, чуть не упала, но вовремя схватилась за перила. Узкие окна в доме были без стёкол, и только густой мох обвивал деревянные рамы. Макс, заглянув в окно, тут же закрыл нос рукавом.

– Фу, какая вонь! Не удивлюсь, если внутри сдохла не одна мышь, – он потёр пальцами около носа, чтобы не чихнуть.

– Запах и правда мерзкий, – Кира старалась дышать через шифоновый шарф.

Тим достал из сумки фонарь и посветил в окно. День был пасмурным, и на комнату опустилась полутень, к тому же ещё и туи, словно стражники, загораживали собой свет.

– Откуда он у тебя? – Макс приподнял брови.

– Пока вы спорили, как лучше всего вломиться в чужой дом, я забежал в комнату с длинными усами и прихватил фонарик с собой. Подумал, он нам пригодится. Потом верну, – Тим рассёк лучом света тёмную парадную дома. – Вроде никого нет, идём? – спросил он.

Ничего не ответив, Кира приоткрыла дверь и перешагнула порог. Макс покачал головой.

Внутри было сыро, пахло чем-то едким и приторным, словно протухшее мясо полили клубничным соусом. Сухие листья хрустели под ногами и царапали щиколотки. Кира каждый раз вздрагивала, когда что-то тонкое и острое касалось её ног. В дальнем углу комнаты послышался громкий шорох. Макс вскрикнул от неожиданности, Кира чертыхнулась, а Тим тут же направил фонарь в сторону шума.

– Ящерица, – сказал Тим. – Давайте уже побыстрее закончим осматривать дом. Я думаю, нам стоит начать с той комнаты, в которой висят занавески. Если автор описал именно её, возможно, мы там что-нибудь найдём, – Тим решительно направился к лестнице.

Друзья поднимались друг за другом. Тим шёл первым, за ним Кира, Макс шагал последним. Он всё время оборачивался, всматриваясь в темноту.

– У вас тоже есть это чувство? – спросил Макс.

– Такое же, как в библиотеке? – прошептал Тим.

– Словно за нами кто-то наблюдает, – Макс сглотнул.

– У вас разыгралось воображение из-за всплеска адреналина, – выпалила Кира. – Э-э-эй? А-у-у-у! – выкрикнула она что было сил.

«У-у-у-у», – раздалось эхом. Несколько голубей, а может, и летучих мышей вылетели из-под балок крыши.

– Тш-ш-ш-ш! – Макс и Тим шикнули на подругу, Тим даже попытался зажать ей рот, но чуть не уронил фонарь.

– Видите, никого, – сказала Кира, а когда друзья отвернулись, зачем-то огляделась по сторонам.

Тим перешагнул последнюю ступень и осмотрелся. Перед ним был небольшой коридор с тремя проходами без дверей. Друзья направились к самой дальней комнате. Из-за огромных штор до пола в ней было темнее, чем во всём особняке. В комнате стоял сломанный рояль, а рядом деревянный стол с двумя креслами на изогнутых ножках. На стенах виднелись выгоревшие участки – там когда-то висели картины, а огромная люстра, свисающая почти до пола, была без ламп. Чуть поодаль, у самой тёмной стены, находился камин. Тим и Кира подошли к столу, а Макс направился к камину.

– Что это такое? – Тим взял со стола несколько больших листов бумаги.

– Схемы, графики, чертежи… Похоже на план. Смотри, вот тут написано: «Этаж 1», а на этом – «Этаж 2», – Кира рассматривала схему.

– Всего семь, – сосчитал Тим. – Интересно, что это за здание на схемах и зачем его план понадобился преступнику?

– Слишком мало света, – Кира повернула бумаги к окну.

В этот момент Макс поставил на стол несколько горящих свечей.

– Смотрите, что я нашёл у камина, они на батарейках, – он улыбнулся.

– То что надо! – Кира подмигнула другу. В свете колыхающихся свечей это выглядело зловеще.

– Кир, тебе сейчас только злодейского смеха не хватает, – подметил Макс.

– Такого, как этот? – Кира театрально рассмеялась.

Тим и Макс переглянулись.

– Вы такие напряжённые, словно на тайной миссии, – Кира улыбнулась, но как-то натянуто.

– Или словно мы в чужом доме, – ухмыльнулся Тим.

– Словно мы… в доме преступника, – закончил Макс, и все перестали улыбаться, даже Кира.

– Умеешь же ты, Максим, вернуть всех на землю, – цокнула Кира. – Давайте осмо-трим всё быстрее и уйдём отсюда!

Тим достал телефон и сфотографировал все бумаги, затем сложил всё так, как было. Макс в это время ковырял у камина золу, потом, присев, дотронулся пальцами до опалённых дров.

– Он тёплый! – Макс обернулся к друзьям. – Кто-то совсем недавно разжигал камин.

Тим и Кира переглянулись.

С улицы послышался стук и шарканье. Кира подбежала к окну, но смогла увидеть только чей-то тёмный силуэт. Некто вошёл в дом – друзья слышали, как хрустят листья под тяжёлыми шагами.

– Кто-то идёт! Что делать? – Кира посмотрела на друзей. Тим вертел головой из стороны в сторону, а Макс осматривал камин, пытаясь найти место, где можно спрятаться.

– Нас тут заметят, – сказал он шёпотом. – Придётся выходить.

– Неужели это он? – глаза Киры были похожи на два пылающих огонька.

– Нас много, мы сумеем позвать на помощь! – заявил Тим.

Макс, Кира и Тим выбежали в коридор, устремившись к лестнице. Они спускались на первый этаж очень быстро. Первым бежал Тим, затем Кира и Макс. Друзья спускались друг за другом, взявшись за руки, чтобы не упасть, но на последних ступенях Кира оступилась и подвернула ногу. Они с Максом завалились на Тима и покатились в шелестящие листья. Сердце Киры бумкало так громко, словно оркестр отстукивал в барабаны. Друзья вскочили, осматриваясь по сторонам, – они ожидали встретить преступника, но в комнате никого не было.

– Давайте убираться отсюда, – прошептала Кира.

Они осторожно направились к выходу. В коридоре было темно и тихо.

– Чуть не попались, – выдохнул Тим.

– Всё было бы хорошо, если бы кто-то не стал горлопанить на всю округу, – прошипел Макс.

– Вообще-то я увидел свет в окне, – произнёс некто в конце коридора.

Запомните, гении никогдане сидят в тюрьмах. Некто по имени ГенийВторник. 22:00

В моём логове только один минус – холод. Несмотря на лето и жаркие дни, ночи в особняке были прохладными. Приходилось разжигать камин и подолгу греться у огня. Дрова я находил на заднем дворе – ветхий сарай развалился, и вокруг раскидало сухие палки. Каждый раз перед тем, как зайти в особняк, я набирал дров и нёс их в моё убежище. Я так привык проводить здесь вечера, что буду скучать по этому месту, когда всё закончится.

Вы, наверное, ждёте, что я вам расскажу о плане, но мне хочется, чтобы вы сами искали улики. Готов поспорить, это вам не удастся. Есть выражение: «Идеальных преступ-лений не бывает», однако скоро вы убедитесь в обратном!

Почему я пошёл на это? Конечно, из-за НЕГО. Раз за разом он лишал меня возможности привнести что-то важное в мир, повлиять на него. Все мои многочасовые труды летели в мусорное ведро. Скоро всё изменится, и я сам превращу многие годы его работы в пыль. Пфф, и всё. Створки моста рассоединятся навсегда, лишив его силы.

На иссиня-чёрном небе застыла ядовито-белая луна. Я смотрел на план этажей его здания, стараясь не пропустить ни одной детали. Мелочи очень важны. Одна неточность может разрушить всё: слишком яркие носки, по которым тебя запомнят, слишком грубый ответ прохожему или привычка сминать пластиковый стаканчик перед тем, как выбросить. Каждая деталь должна быть строго перепроверена. Нужно на время стать другим человеком. С новой походкой, именем и даже привычками. Именно так я познакомился с Некто по имени Гений.

Он совсем на меня не похож. Он сильнее и изворотливее и уж точно не станет терпеть ЕГО насмешки и жалобные взгляды коллег. Извиняться и подчиняться ЕМУ снова и снова. Некто по имени Гений отомстит за каждое ЕГО «нет».

На бумаге здание казалось таким маленьким. Семь этажей уместились на семи листах. Семь лет кропотливых трудов, кирпич за кирпичиком ОН строил и возводил империю, но допустил ошибку: недооценил меня.

Я делал пометки красным маркером. Сначала обвёл его кабинет – это и будет место Х, затем выделил ещё одно помещение. Тайную комнату, в которой я спрячусь. Сегодня, когда я бродил по коридорам, случайно наткнулся на неё. Ничем не приметная каморка, расположенная в дальнем конце коридора, как раз то, что нужно. Правда, случилось кое-что ещё.

Ох уж эта любопытная помощница! Она увидела, как я крутился около потайной комнаты! Так не вовремя! А если она расскажет ЕМУ? Нет, я не могу так рисковать. Необходимо втереться к ней в доверие. Пусть думает, что мы друзья.

Весь тот день меня не покидало какое-то странное чувство. Мы с его помощницей отлично провели время, она мне даже понравилась. Кажется, эта женщина мне искренне сочувствует. Зря она, конечно, его защищала. Вы только подумайте, она сказала, что он добрейший человек и всегда заботится о сотрудниках! И мне не стоит расстраиваться из-за его строгости. Видите ли, так он пытается научить работника не бояться брать ответственность, быть самостоятельным. Тьфу! Когда я это услышал, внутри всё закипело, я хотел возразить, но только улыбнулся и кивнул.

Я работал уже год, но так и не получил ни одного стоящего проекта. Даже коллеги перестали воспринимать меня всерьёз. Вот если бы он хотя бы раз поддержал мою идею. Но нет же! Они все ему не нравились! За год он отказал мне семьдесят пять раз. Все проекты, которые я предлагал, были гениальны, они изменили бы этот мир. Если бы каждый раз не разбивались о его: «Это не подходит под философию нашего бренда!» Он добр со всеми, кроме меня. Однако я его раскусил, теперь я вижу: он боится лишь одного – что я заберу его славу. Стану популярнее, и однажды обо мне заговорят так же громко, как говорят о нём. Не будь я Некто по имени Гений, если я не заставлю всех забыть о нём раз и навсегда! А начну я с его помощницы, надеюсь, мне удастся склонить её на свою сторону.

Сегодня в половине двенадцатого я вышел на обед и решил осмотреть здание снаружи. Рядом с окном его кабинета пристроена лестница, ещё одна на противоположной стороне, у пожарного выхода. Его я заблокирую заранее, я уже заказал дубликат ключей. Невнимательная уборщица не заметила, когда я вытащил ключи из её кармана и сделал слепок с помощью пластилина. Его слабым местом всегда были сотрудники. Он оказывал им слишком большое доверие, но они и приведут его к краху. Мне бы только придумать, что делать с окном? И решать нужно скорее, ведь до ЕГО дня рождения оставалось всего несколько дней.

Я заметил, что закат в июне наступает в половине одиннадцатого. Каждый день после заката я выходил на поиски потайного хода. Весь месяц я потратил на то, чтобы отыскать эти дурацкие тоннели! Я случайно услышал, что под зданием есть подземные лабиринты, по которым можно попасть в любую точку города. Он рассказывал об этом кому-то и просил их заблокировать.

Как глупо! Вход в тоннели скрывался за одной из дверей, тут-то и возникли сложности. Представляете, в здании больше шестисот дверей? Шестьсот тридцать восемь, если быть точным. Мне пришлось проверить каждую! Я обнаружил вход на седьмом этаже, за самой дальней дверью, рядом с его кабинетом. За дверью была лестница, которая вела к тоннелям, и вы даже не представляете, как далеко по ним можно уйти! Я исследовал каждый поворот подземного лабиринта, сверил всё до миллиметра. Именно так я покину здание в момент, когда оно будет рушиться.

После того как я выполню всё, что задумал, мне нужно будет скрыться, раствориться, залечь на дно, чтобы потом насладиться результатом моего идеального плана.

Запомните, гении никогда не сидят в тюрьмах. Если вы поймали гения, значит, он хотел быть пойманным. Потому что его желание рассказать о себе миру было сильнее страха оказаться за решёткой. Во всех других случаях гения отыскать невозможно. Они оставляют после себя лишь намёки. Едва уловимые послания, которые смогут разгадать только такие же гении. Либо они канут в вечности, и никто так и не узнает о них.

Некто по имени Гений запечатлел на гранитных страницах послание через века, оставив в свидетелях только лучи закатного солнца.

Кира уплетала тост с авокадо и креветками в кафе с видом на Неву. Тим с Максом ели вафли с кленовым сиропом, рассматривая книгу. Друзья прочли вторую главу, ожидая начала экскурсии. Мама Киры была экскурсоводом и по вечерам брала дочь с друзьями с собой на работу.

– «Некто по имени Гений запечатлел на гранитных страницах послание через века, оставив в свидетелях только лучи закатного солнца», – Тим повторил последнюю фразу прочитанной главы и захлопнул книгу.

– Теперь я ещё больше уверена, что незнакомец, которого мы встретили в заброшенном особняке, как-то связан с преступником.

– Думаешь, он и есть автор этой истории? – Макс поёжился.

Он всё ещё не мог отойти от их встречи.

– Если он сказал нам правду, то никакой он не незнакомец, а обычный сосед, решивший проверить дом, – Тим призадумался.

– И поэтому он держал в руках вязанку дров? – Кира приподняла бровь.

– Мы поговорили с ним всего пару минут, но у меня до сих пор от его голоса мурашки, – сказал Макс. – Когда я увидел его в дальнем углу, то подумал, что мы оттуда не выберемся!

– Да уж, было жутковато, особенно от его тёмного плаща с капюшоном, – Тим сглотнул. – Кто ходит днём в накидке с капюшоном?

– Думаете, он сказал правду, что нашёл этот плащ? По-моему, он что-то недоговаривает. Жаль, я не успела спросить его про странный знак, вышитый сзади на плаще! – Кира доела тост и запила его апельсиновым соком.

– В виде переплетённых букв Н и Г? – Тим зачерпнул ложкой шарик мороженого.

Кира, кивнув, открыла книгу на последней странице.

– Этот, – она провела пальцами по знаку, нарисованному на странице. – Интересно, что он означает?

– Думаю, это подпись – Некто по имени Гений, – предположил Макс.

Он отодвинул тарелку, перестав есть вафли. Кира вопросительно взглянула на друга.

– Аппетит пропал.

– Перестань, Макс, с нами же ничего не случилось, – Кира старалась держаться уверенно, но Макс заметил, что она напряжена.

– А могло бы! Не верю я в такие совпадения! С этим соседом, – Макс дважды пожал указательным и средним пальцами, изображая кавычки, – что-то не так, я чувствую, – сказал он. – Возможно, это и был Некто по имени Гений. Сами подумайте: он зашёл в особняк с вязанкой дров. Автор же описывал во второй главе, что, прежде чем войти, он набирал дрова за домом. Камин был тёплый – значит, в доме кто-то живёт. И знак на плаще такой же, как в книге! Даже если он действительно нашёл этот плащ, странно, что он его носит.

– Ты прав, – Тим покачивался на стуле.

– Всё-таки автор считает себя гением, и вряд ли он допустил бы такой промах с плащом. Скорее всего, незнакомец его и правда нашёл, – Кира пожала плечами.

– А вдруг он не гений, а сумасшедший? – предположил Тим. – Кстати, понять бы ещё, что он совершил.

– Жаль, в заброшенном особняке не было никаких улик, – вздохнула Кира.

– Ты думала, мы обнаружим там доказательства похищения актрисы? – спросил Макс.

– Хоть что-нибудь, например верёвки, скотч или капли крови, – Кира стала загибать пальцы.

Макс поморщился.

– По-моему, ты пересмотрела детективов. Даже если он и похитил актрису, то не стал бы хранить улики в доме.

– Ты прав, – согласилась девочка. – У нас же была ещё одна версия, с ограб-лением, но ничего похожего на драгоценности, мешки или хотя бы специальную маску на голову тоже не было.

– Спрятать так много украшений он смог бы только в своём логове, – сказал Тим. – Например, закопать во дворе.

– Ты же сам видел, что там дворовая плитка, – Макс покачал головой. – Но мы не были за особняком. Возможно, именно там он закопал награбленное.

– Тогда понятно, зачем он возвращался в особняк – чтобы проверить, в целости ли драгоценности, – догадалась Кира. – Нам придётся наведаться туда ещё раз и обыскать двор.

– Ну уж нет! – Макс замахал руками. – Мне в голову лезут разные мысли: а если он там прячет не драгоценности, а актрису? Как её звали – Диана?

– Нам нужно проверить эти две версии, и я не вижу другого способа, кроме как обыскать особняк снова.

– Если я и пойду туда ещё раз, то только с полицией! – Макс скрестил руки на груди.

– И что ты им скажешь? Алло, полиция? Это Макс Мягков. Мы тут с друзьями нашли одну подозрительную книгу… Да-да, вы правильно услышали – книгу. В ней описано преступление! Нет, мы не знаем какое, книгу-то мы не дочитали. Но зато залезли в чужой особняк и думаем, что мужчина, который пришёл туда вслед за нами, и есть преступник. Кстати, за домом он прячет то ли человека, то ли драгоценности. Так? – Кира, усмехнувшись, посмотрела на Макса.

– Должен же быть способ проверить эти версии!

– Мы можем их не проверить, а исключить, – вдруг сказал Тим.

Он всё это время искал что-то в телефоне.

– Ты о чём? – разом спросили Кира и Макс.

– Я узнал, сколько этажей в ювелирном салоне, который ограбили. Так вот, их три. – Тим обернулся к друзьям.

– Но в особняке на листах был план семиэтажного здания, – вспомнила Кира.

– Именно, – кивнул Тим. – Получается, версия с ограблением не подходит.

– А что с похищением актрисы?

Тим вбил в поисковик новый запрос и зачитал статью:

– «Актриса иммерсивного театра "Тик-Так" Арбузова была похищена во время представления». Тут есть видео похищения, – Тим посмотрел на друзей.

– Включай, – Кира и Макс придвинулись к Тиму, и тот нажал на экран, чтобы запустить видео.

Друзья внимательно смотрели в телефон, в какой-то момент Кира вскрикнула, а Макс зажал рот ладонью.

– Ничего себе! Он же накинул на неё мешок и унёс! – ужаснулась Кира.

– Надеюсь, актрису найдут! – Тим нажал следующую ссылку. – Так, уже нашли! «Благодаря гениальному уму детектива мистера Пьюре актрису удалось найти целой и невредимой. Сыщик доказал, что Диана сама разыграла похищение, чтобы сбежать со своим возлюбленным».

– Получается, что и эта версия отпадает, – вздохнул Тим.

– Даже не знаю, радоваться ли тому, что наш преступник не похищал актрису, или расстраиваться оттого, что у нас нет ни одной подходящей версии, – Кира облокотилась на спинку стула.

– Нам нужно быть осторожнее, пока мы не знаем, насколько он опасен, – Макс взял книгу. – Завтра же выясним у Геннадия Аркадьевича всё об авторе этой книги. Директор, наверное, с ним виделся или знает, где он живёт.

– Только он не знает, что автор – преступник! И о том, что он рассказал в книге о настоящем преступлении. Допустим, мы разузнаем его адрес, а дальше что? Пойдём и спросим, не вы ли совершили преступление и написали об этом книгу? – Тим постукивал пальцами по столу.

– А дальше… по ситуации, – ответила Кира и помахала маме рукой.

– Мы же хотели дочитать книгу, – Макс взглянул на туристов у моста.

– Группа собралась, нам пора, дочитаем потом при первой возможности, – Кира спрятала книгу в сумку, и друзья поспешили к месту встречи.

– Сегодня мы прогуляемся по одной из парадных набережных Санкт-Петербурга – Университетской набережной. Насладимся Невой, Дворцовым мостом и пройдёмся по Адмиралтейской набережной, – мама Киры жестом поприветствовала дочь и её друзей.

– Как думаете, какие загадки Некто по имени Гений скрыл во второй главе? – Кира шла медленно, чтобы находиться позади группы.

– Я ничего такого не заметил, – Макс пожал плечами.

– И кто этот ОН, о котором говорил автор? Кажется, Некто по имени Гений очень на НЕГО зол, – рассуждал Тим.

– А если он его кхш-ш-ш-ш, – Кира провела пальцем поперёк горла.

Макс начал икать, а Тим отмахнулся от подруги рукой.

– Прекрати! Сама говорила, что он не убийца, – Тим укоризненно посмотрел на подругу.

– Я уже в этом не уверена, – ответила Кира, и Макс снова икнул.

– Ещё с 1727 года в этом месте через Неву был перекинут наплавной мост, который не сохранился. Здесь находится памятный знак – памятник «Раскрытая книга», – доносился до друзей голос Кириной мамы.

– Если он спрятал загадки в первой главе, то и во второй они должны быть, – рассуждал Тим.

Друзья дошли до памятника в виде открытой книги и стали позади группы туристов.

– Может, подсказка кроется в потайном ходе, которым он воспользовался, чтобы скрыться? – Кира посмотрела на друзей.

– Если найдём этот ход, сможем понять, о каком здании он писал, – согласился Тим.

– И что он там натворил, – Макс сглотнул.

– В новой главе я ничего такого не заметила, кроме того, что тайный ход он искал месяц.

– Мы что-то упустили, – сказал Тим.

– Торжественное открытие памятника состоялось 25 октября 2002 года, в канун празднования 300-летнего юбилея Санкт-Петербурга. Памятник представляет собой лежащую книгу, выполненную из гранита. Символично его называют «Посланием через века», – мама Киры, договорив, повела группу дальше.

Около памятника остались только Макс, Кира и Тим.

– Вы это слышали? – Кира, хлопая глазами, таращилась на памятник.

– Что именно? – Макс пожал плечами.

– Ну, про послание через века, – Кира достала книгу и зашуршала страницами.

– Где же это… – она листала, пока не нашла последнюю страницу второй главы. – Вот!

– «Некто по имени Гений запечатлел на гранитных страницах послание через века, оставив в свидетелях только лучи закатного солнца», – Кира прочла строки и посмотрела на друзей.

– «Послание через века» – это подсказка! – выкрикнул Макс.

– Именно, – улыбнулась Кира, – осталось найти, где она спрятана.

– «…запечатлел на гранитных страницах», – повторил Тим. – Он оставил какую-то подсказку на страницах этой книги.

Друзья принялись осматривать памятник. Пока Кира изучала страницы, Тим включил фонарь и исследовал памятник снизу.

– Ничего особенного нет, – вздохнула Кира, – ни царапин, ни меток или тайных знаков.

– У меня тоже пусто, – Тим вылез из-под гранитной книги.

– Что-то должно быть! – Макс достал телефон. – Давайте загуглим текст на памятнике, кажется, это Пушкин, «Медный всадник». Мы его ещё не проходили.

Они несколько раз перечитали отрывок из поэмы, но только сильнее запутались.

– Памятник установили в 2002 году. Получается, в тот момент, когда Некто по имени Гений задумал преступление, текст тут уже был, – рассуждал Тим. – Выходит, он не смог бы в нём ничего изменить.

– Да, ты прав, – Кира и Макс закивали.

– Но он мог отметить подсказки, – Тим стал крутить головой.

Он отошёл назад, посмотрев на памятник издалека. Всё равно ничего необычного. Зашёл слева, затем справа от памятника. Спустя несколько минут поисков Тим плюхнулся на лавочку, подперев голову руками. Кира с Максом сели рядом. Экскурсионная группа ушла уже метров на двести вперёд и фотографировалась на фоне кораблей.

Солнце потихоньку катилось к горизонту, оставляя лучи на горячем асфальте. Уличная кошка играла с солнечными зайчиками, которые отражались от стоящего рядом фонаря. Какое-то время Тим наблюдал за тем, как кошка ловила лапами блики солнца, а потом вскочил и подбежал к памятнику.

– Мне нужно зеркало! – он посмотрел на Киру, выпучив глаза.

– Зачем? – Кира открыла сумку, нашла плоское зеркальце и протянула другу.

– «Оставив в свидетелях только лучи закатного солнца»! – сказал Тим. – Чем ещё можно оставить отметины? Конечно, солнечными лучами! – Тим поставил зеркало так, чтобы лучи, отражаясь в нём, рассыпались на страницах солнечными зайчиками. Они попадали на края книги, но там не было никаких знаков.

– Странно, я был уверен, что этот метод правильный, – уголки губ Тима потянулись вниз.

– Этот метод не может быть верным, – сказал Макс.

– Почему же? – Тим с сомнением посмотрел на друга.

– Солнце ведь не стоит на одном месте, – Макс развёл руками, – с каждой минутой или новым часом свет будет падать по-разному. Вот если бы нам было известно ещё и время…

– Макс, ты молодец! – Кира снова открыла книгу и стала что-то искать. – «Я заметил, что закат в июне наступает в половину одиннадцатого»! Сколько сейчас времени?

– Двадцать два часа двадцать пять минут, – Макс взглянул на экран телефона.

– Попробуем ещё раз через пять минут. Макс, следи за временем. – Кира и Тим настроили зеркало перпендикулярно солнцу и стали ждать.

– Пора! – крикнул Макс.

– Смотрите, лучи падают на определённые буквы! – Кира указала на страницы книги.

Макс достал блокнот, ручку и стал записывать: т, е, а, т, р, к, а, р, у, с, ц, е, л, ь, и, р, к.

– Театр, карусель, цирк, – догадался Макс.

Было десять часов утра. Кира кричала так громко, что вены выступили на лбу, но её совершенно не было слышно. Рёв стадиона заглушал крики девочки. Кира пришла на матч, в котором играли Макс и Тим, чтобы поддержать ребят. Она не любила футбол, но финал турнира пропустить не могла. Тем более что Макс и Тим уже неделю говорили только о нём.

Кира смотрела, как Тим перехватил мяч и побежал к воротам. Он обвёл игрока команды соперников и, заметив впереди двух полузащитников, сделал вид, что собирается дать пас. Игроки устремились к мячу, но прогадали. Когда они поняли, что попали в ловушку, Тим уже проскочил к воротам. Оставалось обойти только защитника. Тим замедлился. Он заметил, что полузащитники догоняют его. Поблизости крутился Макс, подавая ему сигналы. Тим побежал на таран, поравнявшись с защитником, дождался, пока тот выставит ногу. В эту же секунду Тим подкинул носком бутсы мяч и дал пас головой. Мяч приземлился прямо у ног Макса. Это привело в замешательство вратаря, который ожидал, что Тим будет бить справа. Макс, не раздумывая, ударил слева. Болельщики вскочили, трибуны загудели, заглушая комментаторов.

– Го-о-о-ол! – Кира, подпрыгнув, взмахнула руками и задела попкорн соседа. – Ой, извините! Го-о-о-ол!

– На последней минуте матча гол забивает игрок под номером одиннадцать Макс Мягков, и команда «Закат» становится чемпионом. Новой восходящей звездой футбола в своей возрастной категории, – тарахтел комментатор. – Кто бы мог подумать, что клуб «Закат» всё-таки обыграет бессменного лидера.

После матча Макс, Кира и Тим, прогуливаясь по парку, обсуждали очередную подсказку. Вчера они не успели поговорить об этом, ведь было уже слишком поздно, когда мама Киры закончила экскурсию. Она развезла детей по домам, а утром Макс и Тим спешили на игру. Только сейчас появилось время, чтобы подумать.

– Карусель, театр, цирк… как это может быть связано? – Кира свернула на тропинку между кустами сирени.

– Возможно, одно из этих мест он сделал местом преступления? – предположил раскрасневшийся после матча Макс.

– Почему тогда он назвал три разные локации? – спросил Тим.

– Хотел всех запутать?

– Или, может… они связаны, – Тим остановился, и Кира от неожиданности врезалась в него.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Макс.

– Не знаю, может, это какая-то анаграмма или ребус. Если взять первые буквы слов: «К, т, ц», – и попробовать найти между ними общее.

– Концерт Тимура Цветкова? – Кира улыбнулась.

– Клуб Тайных Царей? – подключился Макс.

– Клуб Тайных Царей? – Тим засмеялся. – Ты серьёзно?

– Если бы слово складывалось по первым буквам, то подсказка была бы только из этих букв. А у нас три слова! – сказала Кира.

– Кира права, я тоже думаю, что слова связаны по-другому. Что-то их объединяет, – Тим начал ходить кругами.

– Например, улица? – глаза Киры сверк-нули.

– Возможно! Где в Питере карусели, театр и цирк стоят на одной улице? – спросил Макс.

– В городе более ста разных театров, а каруселей и того больше! Где-то, может, и стоят, но как нам это узнать? – Кира развела руками.

– Спросим у твоей мамы, Кир? – предложил Макс.

– Давайте попробуем, – Кира достала телефон и нажала на мамин контакт.

– Мамуль, привет.

– Привет, солнышко.

– Ну какое солнышко, мам, – Кира скривилась, – я скорее туча грозовая.

На том конце провода послышался смех.

– Хорошо, тучка, ты что-то хотела?

– Да, у меня вопрос. Где в Санкт-Петербурге карусели, театр и цирк расположены рядом? – Кира затаила дыхание.

– Ой, сложно сказать… Но я в своих экскурсионных маршрутах такого не видела. А зачем тебе?

– Эм… – Кира очень надеялась, что мама не станет спрашивать, – у меня задание по истории города. Нужно связать слова «карусель», «театр» и «цирк».

– Карусель… театр… цирк, – повисла пау-за. – А в каком веке их нужно связать?

– Не знаю… я об этом не подумала… Наверное, в нашем. А что?

– Если бы мы говорили про девятнадцатый век, то можно было бы предположить, что это Театральная площадь, – задумчиво протянула мама.

– Театральная площадь? Почему?

– Раньше Театральная площадь была Карусельной, её ещё называли «Карусельное место», потому что на ней располагались карусели, рядом стоял Каменный театр, а напротив – театр-цирк.

– Кажется, это то, что нужно мам, – Кира хотела отключиться, но заметила, что Макс подаёт ей сигналы.

– Что? – Кира зажала динамик ладонью.

– Спроси, что сейчас там находится? – прошептал Макс.

– Мам, а этот театр-цирк и сейчас стоит на Театральной площади?

– Не совсем так, сейчас это историческая сцена Мариинского театра, – сказала мама.

– Люблю тебя, мам!

– Целую, тучка! Не забудь, через три часа тебя ждут на соревнованиях по карате, – мама нажала на отбой.

– Получается, что карусель, театр и цирк раньше находились на Карусельной площади, а сейчас она называется Театральной, – Кира положила телефон в сумку.

– Думаю, всё указывает на Мариинский театр, который раньше был театром-цирком, – предположил Тим.

– Да, и находился этот театр-цирк на Карусельной площади! – Макс приподнял указательный палец вверх.

– Стоит туда наведаться, – Тим потёр ладони, и его глаза сверкнули.

– И у нас всего три часа, – заявила Кира. – Поспешим.

Дорога до Театральной площади проходила через парк. Аллея пестрела пионами, ирисами и ландышами. Макс всё время останавливался, чтобы сфотографировать бабочек в цветочных клумбах. Он работал над новой рукописью, в которой героиня превращается в бабочку, и собирал материал для сюжета.

– Максим, мы так опоздаем, ты можешь не залипать в телефоне? – Кира состроила недовольную гримасу.

– Кир, не занудствуй, мы, что, за три часа не успеем обследовать театр? – Макс щёлкнул фиолетовую бабочку и поспешил к друзьям.

– Мы даже не знаем, с чего начать, – пробурчала Кира.

– По ситуации, Кир, – Макс подмигнул подруге, и она показала ему язык.

Друзья свернули за угол и вышли на Теа-тральную площадь. Их взглядам предстало здание театра. Его нежно-зелёный цвет завораживал. Белые колонны в сочетании с окнами-полуарками придавали такое величие, что Макс невольно разинул рот. Если бы Кира не щёлкнула пальцами возле его уха, он так и стоял бы.

– Макс, очнись, – хихикнула Кира.

– Есть у этого театра какая-то магия, каждый раз смотрю и удивляюсь, – Макс направился к входу, друзья поспешили за ним.

– Билеты! – дама с пучком на голове строго посмотрела из-под очков.

– И как мы не подумали, что вход в театр только по билетам? – прошептала Кира, развернувшись к Максу и Тиму.

Женщина-билетёр буравила их взглядом.

– Не загораживайте проход! Нет билетов – отходите!

– Билетов-то нет, но они нам и не нужны, – сказала Кира, переминаясь с ноги на ногу. Её глаза забегали.

– Почему это, юная леди? – нахмурилась женщина с пучком.

– Мы актёры! – выпалил Тим.

– Ага, точно! – подхватила Кира. – А это наш главный танцор, – и Кира подтолкнула Макса к контролёру.

Та осмотрела его с ног до головы, задержав взгляд на бутсах.

– Танцоры, говорите, – она покачала головой. – А ну-ка, кыш отсюда, пока я охрану не позвала! Совести у вас нет! Билетов нет – прохода нет, – отчеканила она и махнула охраннику.

– Это мы бессовестные? – Кира надула щёки. – Да мы, между прочим, ловим престу…

Макс, увидев охранника, схватил Киру и Тима за рукав и потащил к выходу.

– Отпусти! Я бы с ней договорилась! – возмущалась Кира.

– Всё, успокойтесь! Без билетов мы не войдём, – Тим закопошился в карманах.

– Что ты делаешь? – Кира приподняла бровь.

– Хочу посчитать наличку, чтобы купить билет, – Тим доставал купюры.

Кира в этот момент на что-то засмотрелась.

В конце здания театра группа детей с шумом выходила из автобуса. Они несли костюмы и парики, а рядом шёл мужчина с зелёной папкой в руках.

– Семьсот пятьдесят рублей, – Тим посмотрел на Макса.

– У меня всего пятьсот, я покупал рогалик с йогуртом после игры, – Макс пожал плечами.

– Кир, у тебя есть деньги? – Тим повернулся к подруге. – Кир!

– Есть план получше, – не отводя взгляда от группы, сказала Кира. – Пошли!

Она ускорила шаг, когда увидела, что водитель автобуса садится за руль. Кира подбежала к его двери, так чтобы её не заметил мужчина с зелёной папкой.

– Подождите! Мы забыли костюмы! – крикнула она водителю. Тот опустил окно.

– О чём же вы думали?! Тут долго стоять нельзя, – водитель нахмурился, но открыл двери автобуса. Кира собиралась войти внутрь, в этот момент водитель громко крикнул: – Минуточку!

Девочка замерла, держась за поручни.

– Я вас не видел в автобусе. Вы точно приехали с группой?

– Да, мы сидели в самом конце, – уши Киры слегка покраснели.

Водитель ещё сильнее нахмурился, но махнул рукой, пропуская Киру. Макс и Тим нырнули вслед за подругой. Кира осмотрелась.

В автобусе на полу лежали дорожные сумки, а на последних сиденьях возвышалась гора костюмов. Кира стала быстро перебирать вещи. Она схватила рыжий парик с красной косынкой и натянула на голову, на глаза нацепила тёмные очки, а в руки взяла вешалку с красной юбкой и белой блузой в горошек. Тиму надели синюю кепку и бороду в цвет, а Максу достались пшеничные усы и соломенная шляпа, закрывающая половину его лица.

– Готово, – Кира внимательно осмотрела друзей, а когда увидела Макса, то еле сдержалась от смеха.

– Если ты не перестанешь смеяться, я сейчас же всё сниму! – Макс скрестил руки на груди.

– Макс, не злись, я ничего не могу с собой поделать, – Кира сдерживала улыбку. – Ты похож на Страшилу в этой соломенной шляпе.

– А ты на Красную Шапочку, которая сама съела волка, – съязвил Макс.

– И не подавилась, – засмеялась Кира.

– Вы там скоро?

Друзья услышали водителя и, прихватив костюмы, выбежали из автобуса.

– Нужно догнать группу и слиться с толпой, – Кира осмотрелась, артистов не было видно.

– Вон они! – Тим указал на ларёк с лимонадом.

Макс, Кира и Тим поспешили к небольшому киоску с голубым козырьком.

– Я бы тоже не отказался от лимонада, – Макс опёрся руками о колени, стараясь перевести дыхание.

– Ансамбль «Тар-Тар», у нас перекличка. Кто услышал фамилию, говорит чётко: «Здесь!» и берёт у меня пропуск, – преподаватель открыл зелёную папку.

Кира и Тим переглянулись, а Макс хлопнул ладонью по лбу.

– Лебедева?

– Здесь, – выкрикнула девочка рядом с Максом и взяла небольшой пропуск на шнурке.

– Степанов?

– Здесь! – послышалось с другого конца. Мальчик потянулся за пропуском.

– Комаров? Чернова? Заморская?

– Здесь! Здесь! Здесь!

Макс, Кира и Тим молчали.

– И как это мы не подумали о пропусках, да? – прошептал Макс, посмотрев на Киру. Она крутила головой, стараясь разглядеть эту небольшую белую карточку на синем шнурке.

– Тучева?

– …

– Тучева здесь? – повторил преподаватель и осмотрел толпу. – Ну, если она снова проспала выступление, я ей не завидую!

– Тучева здесь! – Макс, услышав голос Киры, уставился на неё.

Кира, прикрываясь париком, потянулась за пропуском.

– Ты почему в рыжем парике? – спросил преподаватель. – Ты должна быть в белом!

– Я… я… – Кира смотрела в пол.

– Что, забыла парик дома? – преподаватель покачал головой. – И когда же ты станешь серьёзнее?! Ладно, возьмёшь запасной у Лебедевой.

– Зубов?

– Здесь.

– Краснов?

– Здесь…

– Тучева? Ту-че-ва? – передразнил подругу Макс.

Кира отмахнулась.

– Ну а если нам с Тимом не достанется пропуска? Не думаю, что трижды повезёт, – Макс переминался с ноги на ногу.

– Тогда вы меня подождёте, а я сама всё обследую, – сказала Кира.

– Как скажешь, Тучева, – Макс снова рассмеялся, а Кира закатила глаза.

Спустя пять минут преподаватель ансамбля «Тар-Тар» закрыл зелёную папку. Все пропуски были выданы, и группа пошла к входу. Ещё один артист не приехал, поэтому Тиму удалось получить его пропуск.

– Что мне тут одному делать? – ворчал Макс.

– Ждать, – пролепетала Кира.

– Ещё чего! Вы там будете искать приключения, а я останусь не у дел, – фырк-нул Макс.

– Ты можешь побегать с камерой за бабочками, – улыбнулась Кира.

Макс ничего не ответил.

– Не в этот раз, – загадочно улыбнувшись, он нырнул со всеми в проход.

– Ты хочешь слиться с толпой? – спросила Кира. Она посмотрела в сторону билетёра – женщина сканировала пропуска и впускала артистов. – Не выйдет, нужен штрихкод.

– Тим, сними пропуск с шеи и неси его в руках, – скомандовал Макс.

– Чего? – Тим округлил глаза. – Хочешь утащить мой пропуск?

– Ничего я не буду утаскивать, попробую провернуть маленький фокус, – Макс улыбнулся одними уголками губ.

Тим, посмотрев на друга, пожал плечами и снял с шеи пропуск.

Кира, протянув пропуск женщине с пучком, прошла проверку и оказалась по другую сторону от Макса и Тима. Перед Тимом стояли ещё два человека и человек восемь позади.

Макс подошёл к другу вплотную, уткнувшись в него соломенной шляпой.

– Ты можешь так не напирать? – развернулся Тим.

В этот момент подошла его очередь. Тим протянул пропуск, и Макс услышал, как пикнул сканер. Тим уже опустил руку, в которой держал пропуск, и собирался войти, но Макс толкнул его.

– Ай, ты чего?

Толпа сзади напирала, всем не терпелось пройти.

– Быстро засунь пропуск в мой карман, – прошептал Макс и добавил громче: – Ты оттоптал мне все ноги! – Макс схватил Тима за плечи и тряхнул, воспользовавшись моментом, Тим сунул пропуск другу в карман.

– Да отстань! – Тим отпихнул друга и прошёл.

Билетёр покачала головой.

– Прекратить балаган! Пропуск! – она уставилась на Макса.

Даже из-под широких полей шляпы Макс разглядел, как брови женщины сомкнулись в одну линию. Макс достал из кармана пропуск. Контролёр отсканировала штрихкод, тогда Макс поспешил к Тиму и Кире. Они отошли на безопасное расстояние, прежде чем Тим спросил:

– Что за представление ты устроил?

– Получилось же!

– Мог и предупредить, я бы подыграл.

– Мне нужны были искренние эмоции. Не забывай, что артист ты ненастоящий, – Макс подмигнул другу.

– Ладно, забыли, – сказала Кира, – главное, мы все прошли. А что дальше?

– Тоннель может быть где угодно, – Тим осмотрелся по сторонам.

Со лба Макса скатилась капелька пота. Он вытер лоб рукавом и продолжил рассматривать схему театра, висевшую на стене недалеко от гардероба. Кира и Тим что-то обсуждали, дожидаясь Макса.

– Если мы ищем секретный тоннель, то, скорее всего, нужно спуститься в подвал, – сказал Тим.

Кира кивнула.

– Вряд ли в тоннель можно попасть с верхних этажей. Ты что-нибудь нашёл? – Кира обратилась к Максу, который подошёл к друзьям.

– Как же тут жарко! – он обмахивал лицо руками. – Если я правильно разобрал схему, то там, – он указал на лестницу слева, – спуск в подвал. С этой стороны, – теперь он махнул на лестницу посередине театра, – выход к основной сцене, а позади нас переход к новому зданию и камерным залам.

– Тогда идём в подвал? – Тим первым направился к лестнице.

Лестница в подвал была широкой и скольз-кой, видимо, её здесь натирали парафином. Макс, Кира и Тим спускались осторожно. Поначалу Кира держалась за перила, но руки мёрзли от соприкосновения с холодным металлом, и она спрятала их в карманы. Тим спрыгнул с последней ступени и увидел широкий коридор, от которого в разные стороны расходились проходы со множеством дверей. Запутанные коридоры театра со странными закоулками, одинокими площадками и тёмными карманами больше напоминали лабиринт. Макс предложил идти прямо и никуда не сворачивать, чтобы не запутаться. Тим достал фонарь, а Кира нашла в кармане упаковку разноцветных резинок и цепляла их на ручки некоторых дверей.

– Тут можно до старости блуждать, – вздохнул Макс.

– Не удивлюсь, если в одном из коридоров мы наткнёмся на чей-нибудь скелет, – сказала Кира.

Эхо подхватило её слова, и друзья услышали: «Сто лет, сто-о ле-ет, сто-о-о ле-е-ет». В одном из лабиринтов они увидели тусклый свет и свернули вправо. Над головами раздался топот, словно кто-то скакал на конях по полю.

– Над нами, наверное, репетиция, – предположил Тим.

– Но звук такой, словно там поле боя, – Макс потёр руки от локтя до плеча, разгоняя мелкие мурашки.

– Макс, тебе больше не жарко? – Кира подтрунивала над другом.

– Здесь прохладнее, чем наверху, – Макс покраснел, но из-за полутьмы никто этого не заметил.

Друзья подошли к двери, из-под которой виднелся свет. Дверь не до конца примыкала к полу, и свет убегал из комнаты в небольшую напольную щель. Послышались голоса, тогда Тим, приоткрыв дверь, заглянул внутрь.

– Ты не можешь больше скрывать то, что совершил! – произнесли басом.

– Не смей никому рассказывать! – второй голос звучал тише.

– Рано или поздно тебя поймают, что я тогда скажу Ему?

– Я всё просчитал и спрятал следы, никто и никогда не сможет поймать меня! – друзья услышали поскрипывающий смех, каким обычно смеются злодеи в кино.

Тим смотрел на два мужских силуэта. Один был повыше, с кучерявыми короткими волосами, подпрыгивающими словно пружинки. Второй значительно ниже ростом, почему-то в длинном платье, похожем на мантию. Макс и Кира топтались на месте, пока любопытство не победило. Они протиснулись в дверной проём вслед за Тимом, Макс устроился ниже, а Кира навалилась сбоку. Тим не устоял, и друзья кубарем повалились на пол. Когда они подняли головы, то увидели, что две пары глаз, освещаемые горящим факелом, уставились на них.

– Нас подслушивали! – ужаснулся тот, что с факелом.

– Теперь придётся их уничтожить, – рявк-нул мужчина с кучерявыми волосами.

Он надвигался на детей. Тим, не придумав ничего лучше, направил на него фонарь. Мужчину ослепил яркий свет, он чертыхнулся и стал тереть глаза. Макс и Кира, вскочив, хотели выбежать, но тут Тим закричал:

– Это он! – Кира и Макс посмотрели по направлению фонаря.

Луч осветил лицо мужчины, и друзья его узнали. На них смотрел тот самый человек, которого они встретили в заброшенном особняке!

– Бежим! – закричала Кира.

Она мчалась по лабиринту коридоров, Тим и Макс неслись следом. До них доносились тяжёлые шаги преследователя, казалось, он их вот-вот настигнет. Кира так быстро бежала, что не запоминала, куда сворачивает, растеряв по пути все разноцветные резинки. Из-за ближайшей двери до неё донёсся чей-то смех, и, свернув за угол, Кира очутилась в маленькой комнате, напоминавшей камерную кофейню без окон. К бетонным стенам были приставлены высокие столики, за которыми стояли загримированные артисты в балетных пачках. Девушка в белоснежном платье из воздушной ткани обернулась на запыхавшихся друзей. Проводив их подозрительным взглядом, она пожала плечами и продолжила пить кофе. А мужчина в сценических лосинах и чёрной накидке, обшитой перьями, так весело болтал с балеринами, что вовсе не заметил ребят. Кира пронеслась мимо артистов, задев локтем столик. Извинившись, она подбежала к двери и, дёрнув за ручку, залетела внутрь. Следом вбежали Макс и Тим. Комната оказалась небольшой и душной, а темнота давила на глаза.

– Оторвались, – Тим опёрся о колени, стараясь отдышаться.

– Что он там делал? – Макс снял шляпу и обмахивался ею, словно веером.

– Вы его тоже видели, мне же не показалось? – Кира посмотрела сначала на Макса, затем на Тима.

– Определённо, это был тот самый сосед, – подтвердил Тим. – Только почему-то в этом нелепом парике.

– Странное совпадение, не находите? Почему мы всё время с ним сталкиваемся, пока ищем разгадки в книге? – Кира на-хмурилась. Она почти успокоилась, и сердце уже не так стучало в ушах.

– Вряд ли это совпадение, – перешёл на шёпот Макс.

– Он реально бы нас… – Тим медлил, – уничтожил?..

– Не было похоже, что он шутил, – Кира нервно сглотнула.

– Ты думаешь о том же, о чём и я? – спросил её Тим.

– Он и есть преступник! – кивнула Кира.

– Это известно только одному человеку, – произнёс Макс.

– Кому? – хором спросили Кира и Тим.

Макс хотел ответить, но заметил, как в комнату стал проникать яркий свет. Кира и Тим посмотрели на стену, которая словно раздвигалась.

– Занавес открывается! – присмотревшись, крикнул Макс.

Кира метнулась к двери, но та была заперта. С обратной стороны кто-то дёргал ручку.

– Кто запер дверь?! – кричали снаружи.

– Антракт закончился, нам пора на сцену! – слышались голоса артистов, мимо которых друзья совсем недавно пробежали.

– Откройте дверь! Что за шутки? У нас генеральная репетиция перед концертом, в зале комиссия! – слышались возгласы артистов.

– Почему дверь не открывается? – спросила Кира.

Занавес почти раздвинулся, уже была видна середина зала. Зрители аплодировали.

– Я её запер, – пролепетал Макс, – на всякий случай.

– Так дай ключ! – Кира подбежала к другу.

– Я его уронил… в панике, – Макс натянул на голову шляпу.

– Ты запер артистов, которые отдыхали во время антракта, и теперь мы тут одни перед комиссией театра?! – Кира покраснела от возмущения. – Молодец, Макс!

Макс, Кира и Тим стояли посреди сцены и смотрели на заполненный зал. От аплодисментов звенело в ушах, а свет софитов ослеплял. Когда зрители перестали бить в ладоши, стало тихо. Разгорячённые театралы смолкли в ожидании продолжения спектакля.

– Что будем делать? – прошипела она.

Улыбнувшись зрителям, Кира изобразила реверанс. Зал взорвался овациями.

– Вляпались по самую шляпу! – Макс надвинул соломенную шляпу на глаза.

– Тим, может, попробуем вальс, который мы на выпускном танцевали? – процедила сквозь зубы Кира и улыбнулась зрителям.

– Хорошо, – Тим встал в позицию.

Кира, поклонившись ещё раз, подала ему руку, и они закружились в танце. Дирижёр десять секунд хлопал глазами, пожал плечами и взмахнул палочкой. Оркестр заиграл Иоганна Штрауса.

– Раз, два, три… раз, два, три… – бубнил Тим.

– Ай! Ты можешь не наступать мне на ноги?! – шикнула Кира.

– Я нервничаю, – признался Тим.

– Стоп! Стоп! Стоп! – прокричал лысый мужчина в шёлковом шарфе, появившийся в зале с главного входа. В руках он держал крафтовый стакан с кофе, а на его жилете было написано «режиссёр». – Вас даже на пять минут нельзя оставить. Что это такое? Почему дети на сцене? Где Одетта и злой волшебник Ротбарт? У нас по плану репетиция главной балетной сцены спектакля, я вам даже зрителей привёл полный зал, – возмущался мужчина.

Громкие звуки оркестра заглушали слова режиссёра, поэтому его никто не слышал.

Макс тем временем замер на сцене, надеясь, что все решат, будто он дерево.

– Сейчас бы провалиться прямо под эту сцену, – бурчал он, наблюдая за танцем друзей.

В этот момент Тим решил добавить в танец немного импровизации и, взяв Киру за талию, слегка подкинул. Он собирался поймать подругу, но, оступившись, повалился на пол. Кира упала сверху, больно отдавив руку Тима. В какой-то момент он даже услышал щелчок. Тим уже решил, что заработал перелом, когда увидел, как часть сцены стала опускаться, сравнявшись с оркестровой ямой. Потом он заметил выпученные глаза лысого мужчины в шёлковом шарфе, который бежал прямо на сцену, а после всё погрузилось в темноту. Последнее, что увидел Тим, это как Макс завалился на них.

– Фух! Еле успел! – выдохнул Макс. – Вы что, хотели бросить меня одного перед комиссией?

– Что это было? – Кира встала и отрях-нулась.

– Я ничего не понял, – признался Тим.

– Вы танцевали, а потом ты упал, – Макс ткнул Тима пальцем, – Кира повалилась следом и надавила на одну из половиц. Я заметил, как доска прогнулась, словно сработал переключатель. Середина сцены опустилась, а пол начал смыкаться, закрывая дыру. Когда я понял, что вы уезжаете под сцену, побежал к вам, еле-еле успел проскользнуть вниз. Честное слово, меня могло расплющить!

– Даже думать об этом не хочу! – Кира вздрогнула. – Как твоя рука, Тим?

– Заживёт! Главное, ноги целы, – подмигнул он.

– Ничего себе! – Макс включил фонарик на телефоне и осветил коридор.

Справа виднелась узкая винтовая лестница, ведущая вверх. Макс направил луч под потолок, там спрятался небольшой карман в стене.

– Тут, наверное, ожидают актёры перед выходом на сцену, – Макс осветил и то место, позади друзей.

– На этом подъёмнике мы спустились «под землю», – свет упал на цепи, удерживающие огромный деревянный ящик. – А вот и механизм! – луч проскользнул по железному колесу с рычагом.

– Что впереди? – спросил Тим.

Макс направил свет фонаря, и друзья увидели длинный коридор, больше похожий на тоннель.

– Кажется, мы его нашли!

Под подошвой хлюпала вода, в окружении бетонных стен было сыро и пахло плесенью. Друзья прошли уже метров пятьсот, но конца тоннеля не было видно. Кира осмотрела намокшие босоножки и вздохнула. Тим светил фонарём на пол и стены, но тусклый луч рассеивался во мраке подвала. Макс уже дважды пытался уговорить друзей оставить эту затею и вернуться, за что получил парочку фирменных подколов от Киры.

Друзья шли вдоль тоннеля, временами им встречались лестничные пролёты, которые то вели наверх, то снова уводили вниз. По пути Тим замечал в стенах проёмы, кое-где виднелись деревянные двери, но войти в узкое, тёмное помещение никто из друзей не осмелился. Только один раз Тим заглянул внутрь такого проёма и тут же отпрянул, на него с шумом вылетели три летучие мыши и скрылись под потолком.

– Мы идём уже целую вечность, – сказал Макс.

– Тебе же предлагали остаться и подождать нас, – заметила Кира.

– Ещё чего! Я бы не пропустил такое веселье! – Макс переступил через какой-то предмет.

– А так ты и от преступника сбежал, и на сцене выступил! – улыбнулась Кира. – Кстати, Макс, перед тем как мы оказались на сцене, ты не договорил. Кого ты имел в виду, когда сказал, что один человек точно знает, кто преступник?

– Очень просто, – кажется, Макс пожал плечами, но в такой темноте было сложно друг друга разглядеть. – Преступника видел только один человек, Геннадий Аркадьевич. Он же заключал с ним договор и точно знает его имя и фамилию! А может, и адрес.

– Как же мы сразу не догадались! – Тим хлопнул ладонью по лбу, и луч фонаря дрогнул. – Кира, достань книгу.

Тим направил фонарь на сумку Киры, и она закопошилась в поисках книги.

– В чём дело? – не поняла Кира.

– Фамилия автора должна быть на обложке, как и имя.

– Посвети сюда, – Кира подставила книгу под луч фонаря. – Но я не вижу тут имени автора.

Кира покрутила книгу, посмотрела на оборот, а ещё на первой и последней страницах.

– Автор не указан.

– Как такое может быть? – Макс приподнял брови.

– Помните, что говорил Геннадий Аркадьевич? Эту рукопись ему прислали, наверное, автор не указал имя, чтобы его не узнали.

– Так он же давал интервью! – вспомнил Макс.

– Мы можем поискать, возможно, оно ещё осталось в сети, – почти выкрикнул Тим.

– И с Геннадием Аркадьевичем нужно поговорить. Важна любая информация! – подметила Кира.

– Надеюсь, директор знает, где живёт автор. – Макс остановился, чтобы попить воды. – Не удивлюсь, если по его адресу мы встретим того жуткого соседа.

– Интересно, а куда нас приведёт этот тоннель? – Кира уже промочила обувь и хотела поскорее найти выход.

– Понятно только одно: тоннель приведёт нас на место преступления. – Тим ждал, пока Макс застегнёт спортивную сумку, и водил фонарём по сторонам. – Тут дверь! – заметил Тим и, подойдя к стене, начал её ощупывать.

– Мы и до этого встречали множество деревянных дверей, что такого, – Кира развела руками.

Глаза детей уже привыкли к темноте, поэтому они могли различать движения друг друга.

– Эта дверь совсем другая, похожа на офисную! – Тим наконец нащупал ручку и нажал на неё.

Дверь легко поддалась, и Тим почувствовал, как изнутри подул тёплый воздух. В свете фонаря он увидел узкую винтовую лестницу, ведущую наверх.

Макс насчитал восемь пролётов, прежде чем они упёрлись в ещё одну дверь.

– Лабиринт из дверей какой-то, – Тим снова надавил на ручку.

В комнату проник такой яркий свет, что Макс и Кира зажмурились, а Тим заслонил глаза рукой.

– Где это мы? – Кира открыла глаза, заглядывая внутрь.

– Это место мне что-то напоминает, – Макс зашёл первым и осмотрелся.

Двери были выкрашены в стальной цвет, на потолке горели прямоугольники линейного света, а на стенах висели чудаковатые картины. На подоконниках лежали мягкие подушки, а в потайных розетках скрывались отверстия для подзарядки наушников.

– Издательство «Корона», – Кира прикрыла рот руками.

– Тоннель привёл нас в издательство! – Макс даже подпрыгнул от удивления.

– Но почему? Как всё это может быть связано с «Короной»? – Тим приподнял брови.

– И что это за этаж? Никогда тут не была, – Кира покрутила головой.

– Кажется, это последний этаж здания, – Тим выглянул в окно. – Только что это за лестница, мы же обычно пользуемся другой, с ковровыми дорожками на ступенях и лакированными перилами.

– Может, запасная? – Макс пожал плечами. – Если мы были в подвале, а я насчитал восемь пролётов, то, получается, мы находимся на седьмом этаже.

– На седьмом? – Кира наморщила лоб. – И на плане, который мы нашли в заброшенном особняке, тоже было семь этажей…

– Не нравится мне всё это, – нахмурился Макс.

– Если тоннель ведёт в издательство, получается, именно тут было совершено преступление!

– Нужно всё рассказать Геннадию Аркадьевичу! Он нам поможет найти автора, то есть преступника! – сказала Кира.

– Может, сначала дочитаем книгу, чтобы понять, что совершил автор? – предложил Тим.

– Ты прав. Тогда спустимся в библиотеку, заодно я просушу там обувь, – Кира посмотрела на грязевые кляксы на белых лакированных босоножках. Тим, взглянув на мокрые следы, которые они оставляли на мраморной плитке, достал салфетки и протянул друзьям.

– Спасибо, Тим, а то мы так весь пол перепачкаем.

Макс, вытерев бутсы, одним метким движением закинул салфетку в мусорное ведро. Кира, улыбнувшись, поаплодировала Максу, и друзья пошли вдоль коридора в поисках лифта или лестницы, которую они обычно используют.

– Почему на этом этаже так мало кабинетов: раз, два, три, – Макс считал металлические двери.

– Эта вообще фиолетовая. – Тим пошёл к самой дальней, той, что находилась рядом с окном. Он потянулся к ручке, и в этот момент услышал знакомый голос:

– Детишки, вы заблудились? – Геннадий Аркадьевич возник из ниоткуда.

– Э-э-э… – Тим посмотрел на друзей.

– Мы искали вас! – улыбнулась Кира.

– Хм, меня? Что-то случилось? – Геннадий Аркадьевич захлопал глазами.

– Нам нужно с вами поговорить, – сказал Макс.

– Но мы же хотели сначала… – Тим уставился на Киру и Макса.

– Успеем дочитать, давай поговорим с директором, пока он свободен, – прошептала Кира, а затем ещё раз улыбнулась Геннадию Аркадьевичу.

– Тогда пройдёмте в мой кабинет, – Геннадий Аркадьевич открыл фиолетовую дверь и впустил друзей.

Тим зашёл первым, он увидел диван и плюхнулся на мягкие подушки. Только сейчас мальчик заметил, как устал, казалось, что он протопал несколько километров. Кира подошла к окну, а внимание Макса привлёк старинный камин. Он был огромным, выше человеческого роста. Слева и справа виднелись выступы, а посередине располагалась чугунная ограда – казалось, если зайти за неё, то можно навсегда потеряться в дымоходе камина.

– Впервые вижу такой необычный камин, – Макс рассматривал его со всех сторон.

– Остался от предыдущего хозяина. Старинная вещь, раритет! – Геннадий Аркадьевич немного приподнял крючковатый нос. – Могу я угостить вас чаем с мармеладом? – спросил директор.

Когда друзья закивали, он, нажав кнопку на рабочем телефоне, попросил секретаря принести чай.

– Вы хотели мне что-то сказать? – спросил Геннадий Аркадьевич.

– Даже не знаю, с чего начать, – Макс переминался с одной ноги на другую.

Геннадий Аркадьевич заметил грязь на носках Макса и взглянул на ноги Киры. И хотя она тщательно вытерла босоножки, грязевые подтёки въелись в капроновые гольфы.

– Где же вы так испачкались? – директор приподнял правую бровь.

Кира и Тим переглянулись.

– Утром у нас проходил матч по футболу, трава на поле была влажная, – Макс старался держаться убедительно.

Геннадий Аркадьевич ничего не ответил, улыбнувшись, он нажал на кнопку и попросил уборщицу протереть пол на седьмом этаже.

– Я вас слушаю, детишки, – сказал он.

– Помните, мы нашли книгу в библиотеке? – начала Кира. Директор кивнул. – Оказалось, в ней действительно спрятаны настоящие загадки, которые можно разгадать!

– Подумать только! – брови Геннадия Аркадьевича взлетели вверх. – Так вам удалось что-то узнать?

– Да, очень многое! Но самый важный секрет книги в том, что преступление, о котором написал автор, реальное, – Кира смотрела на директора, перестав дышать.

Геннадий Аркадьевич округлил глаза, морг-нул всего пару раз и покатился со смеху.

– Да вы же меня разыгрываете! А-ха-ха! Очень смешно! – в этот момент зашла секретарь с подносом в руках. Она поставила перед гостями три чашки с чаем, мармелад и орешки кешью, а Геннадию Аркадьевичу подала кофе. Он посмотрел на секретаря и подмигнул ей: – Дети сейчас очень находчивые, они меня так разыграли, я даже поверил!

Секретарь кивнула и вышла.

– Геннадий Аркадьевич, мы не шутим! – произнёс Тим.

Макс тут же кивнул.

– Но о каком преступлении речь? – директор перестал смеяться.

– О том, которое описано в книге! – выпалила Кира.

– Вы, наверное, не дочитали её, да? – улыбаясь, спросил директор.

– Да, но это не меняет сути… – настаивала Кира.

– Но в книге не описано никакого преступления! – Геннадий Аркадьевич развёл руками.

– Как не описано? Вы уверены? – Кира посмотрела на друзей, те пожали плечами.

– Совершенно уверен, ведь у рукописи не было последнего листа, и мы подумали, что загадка, о которой написал автор, это и есть преступление. Все решили, что нужно догадаться, что же сделал Некто по имени Гений. Но до сих пор никто так этого и не выяснил. Хотя книгу уже давно не покупают. Особенно после того случая, когда автор в социальных сетях пообещал встретиться с первым, кто напишет все отгадки книги.

– А вы видели автора? – спросила Кира.

– Никто его не видел, – Геннадий Аркадьевич пожал плечами.

– Но вы говорили, что он выступал на презентации, – напомнил Тим.

– Он и правда выступал на презентации и давал интервью, но всё это время он был в тёмном плаще с капюшоном.

– А на спине изображены переплетённые буквы Н и Г? – Макс отхлебнул слишком много чая и закашлялся.

– Да! – подтвердил Геннадий Аркадьевич.

– Может, у вас есть его адрес? – спросила Кира.

– На посылке он не был указан, но, кажется, был адрес, с которого вернули подписанный договор, – директор что-то набрал на компьютере, потом взглянул в монитор. – Да вот же его адрес, сюда я как-то хотел отнести авторские экземпляры книг, но не застал его дома. Честно говоря, было не похоже, что там кто-то проживал. – Геннадий Аркадьевич отпил кофе.

– Отлично. Так вы нам скажете, где живёт автор? – Тим закинул самую большую мармеладку в рот.

– Ну что вы, я не имею права, – развёл руками Геннадий Аркадьевич.

Кира вздохнула, а Тим опустил голову. Макс, сидевший ближе всех к компьютеру, попробовал заглянуть в монитор, но ничего не увидел. В этот момент директор случайно задел кофейную чашку, стоящую на столе, и кофе вылился на его рубашку.

– Что за неудача! Я сейчас! – Геннадий Аркадьевич, вскочив, выбежал из кабинета. Спустя пять минут он вернулся уже в новой рубашке.

– Хорошо, что у меня есть запасная одежда, никогда не знаешь, когда она может понадобиться, – гордо сообщил директор. – На чём мы остановились? Ах да, прошу меня простить, но адрес я вам дать никак не могу, не положено. Но надеюсь, автор когда-нибудь объявится, ведь я с нетерпением жду вторую его книгу!

– Только не это! – разом выкрикнули Кира и Тим.

Директор вопросительно посмотрел на друзей.

– То есть мы хотели сказать, что нам бы сначала первую дочитать, – выкрутилась Кира.

– Да, автор пишет очень сложно, – поддакнул Тим.

– Я тоже это подметил, даже сначала подумал, что он вовсе не писатель, – сказал Геннадий Аркадьевич, и Кира с Тимом снова переглянулись, а Макс сглотнул.

– Почему же вы решили опубликовать его работу? – спросил Тим.

– Мне нужны были книги! Я ведь только-только открыл издательство, он был единственным, кто прислал рукопись. Не было ни редакторов, ни корректоров, я работал один, вот и принял решение оставить в книге открытый финал, надеясь, что мне удастся уговорить автора написать продолжение. Я отдал рукопись в печать небольшим тиражом. После я засомневался, ведь концовки в книге не было. Даже жутко разозлился на автора, но когда он появился в эфире в день выхода книги, рассказав про загадки, начался такой ажиотаж! Все словно помешались на желании узнать их, раскрыть преступление, которое придумал автор, и всё ради встречи с ним. В социальных сетях писали тысячи версий, но он не отвечал никому. Спустя год читателям надоело гадать, кто-то высказал предположение, что автор всё выдумал и книга просто не дописана. К тому времени мы уже выпустили не одну интересную историю, читатели переключились на новинки и забыли о книге «Феникс», – рассказал Геннадий Аркадьевич.

– К слову, вы первые, кто предположил, что преступление реальное. Признаться, я потрясён вашей фантазией. Но тогда получается, что автор – преступник! А это очень опасно! Надеюсь, это просто ваши догадки и у вас нет никаких весомых доказательств? – Геннадий Аркадьевич немного нахмурился.

Обычно он был приветлив, и друзья впервые увидели его таким серьёзным. Макс, Кира и Тим одновременно покачали головами, и директор снова расплылся в широкой улыбке.

– А зачем это вам понадобился его адрес? – спросил он.

Кира и Тим переглянулись.

– Мы считаем, что именно автор, может быть… – начал Макс.

– …может быть, поможет нам в поиске отгадок, – перебила его Кира.

– Если что-то узнаете, поделитесь и со мной, я всегда рад вас выслушать!

– Спасибо! Нам уже пора, я совсем забыла про карате, – Кира вскочила с дивана и потащила за собой Макса и Тима.

Друзья помахали директору на прощание и вышли из кабинета.

– Получилось сфотографировать? – Кира посмотрела на Макса.

– Обижаешь! Конечно да! – Макс открыл галерею, и Кира с Тимом увидели фотографию монитора компьютера.

Здание издательства «Корона» было полностью выложено зеркальными панелями, из-за этого в солнечные дни двор наполнялся огненными бликами. Макс, Кира и Тим, покинув издательство, прошли сквозь арку и оказались на улице Почтамтской. Друзья дошли до Исаакиевской площади и остановились возле автобусной остановки. Автобус номер десять вывернул из-за угла и притормозил перед ожидающей толпой.

Кира пропустила вперёд старушку в лео-пардовой косынке с серьгами-клипсами и красной помадой на узких морщинистых губах. Вцепившись в тяжёлую сумку, дама затаскивала её в автобус. Макс с Тимом предложили помощь, но старушка деликатно остановила их ладонью. Она села у окна и, вытащив из ушей беспроводные наушники, сложила их в сумочку, а затем открыла книгу. Кира всё это время улыбалась, глядя на современную бабулю, а когда её взгляд скользнул на обложку книги, губы Киры дрогнули. Она толкнула локтем Тима, кивнув на старушку.

– Феникс, – прошипела Кира.

Она стала пробираться к бабуле. Постояв минутку около её сиденья, Кира сказала:

– Говорят, в этой книге скрыта тайна.

Старушка, не отрывая взгляда от книги, перелистнула страницу.

– Единственное, что здесь скрыто, так это то, что автор – напыщенный индюк. Только это никакая не тайна, – произнесла бабуля.

Уголки губ Киры дёрнулись, кажется, ей начинала нравиться эта старушка.

– Почему вы так думаете?

– Девочка, я столько лет работаю психологом, уж поверь мне, могу отличить хвастуна от гения.

– Как? То есть вы считаете, что автор книги не совершал преступления, а просто хвастается? – брови Киры изогнулись в дугу.

– Совершал, конечно! Но уверена, что единственным его мотивом была пакость. Сквозит завистью на каждой странице, – старушка захлопнула книгу.

– Вы не считаете его гением? – Макс подошёл и встал рядом с Кирой.

– Порой месть бывает изворотливой, но гениальной – никогда, – бабуля посмотрела на Макса.

– Твой друг? – спросила она у Киры.

– Максим? Да, мы с детства дружим. И Тим с нами тоже, – Кира махнула Тиму, и он направился к ним.

– Ты, я вижу, отличница, хоть и с характером, – старушка осмотрела Киру с головы до ног.

– Д-да, но откуда…

– Детали, – только и произнесла старушка, – очень важны детали: правильная осанка, впадина меж бровей и эти холмики на указательном пальце, – старушка взяла правую руку Киры.

Макс дёрнулся, но остановился, когда женщина подняла на него взгляд.

– Друг, говоришь, – бабуля ухмыльнулась, не отводя взгляда от Макса, – а просто ли друг?

Макс стал переминаться с ноги на ногу.

– А как бы вы действовали, если бы захотели поймать автора этой истории? – щёки Макса покраснели.

Старушка улыбнулась и кивнула.

– Очень просто. Если поставить под сомнение его гениальность, он сам объявится, чтобы убедить всех в обратном. Но не советую вам злить такого человека, иначе последствия могут быть жестоки, – старушка нахмурилась.

– И как поставить под сомнение его гениальность? – озадаченно спросил Тим.

– Попробуйте отыскать его ошибки, проколы и рассказать о них, тогда…

– Тогда все поймут, что план Некто по имени Гений не такой уж идеальный, – догадался Тим.

– Где же нам отыскать эти проколы? – спросила Кира.

– Я говорила вам – детали, – старушка встала и подошла к выходу. У самых дверей она обернулась и посмотрела на Макса: – Не бросай писать, – и старушка в леопардовой косынке, растянув губы в тонкую красную нить, вышла из автобуса.

– Откуда она… – Макс вытаращил глаза.

– У тебя блокнот с ручкой торчит из кармана, – подсказал Тим.

– Питер называют городом сумасшедших, хотя я бы сказала, что это город гениальных, – философски произнесла Кира. – Давайте подумаем, какой у нас сейчас план.

– Адрес, который мы позаимствовали у Геннадия Аркадьевича, недалеко, можем выйти на следующей остановке, – Тим посмотрел в онлайн-карту.

– Кир, ты с нами? – спросил Макс.

– Встретимся после карате. Не могу пропустить соревнования, – ответила она.

– Хорошо, мы выходим здесь. Только будь аккуратнее, – Макс опустил глаза в пол.

– Конечно, Макс! За меня можешь не беспокоиться, я бью всего один раз, – Кира рассмеялась.

– Кир, я серьёзно, – Макс перестал улыбаться, – мы влезли в опасное дело.

Кира сомкнула указательный и большой пальцы в кольцо и, кивнув, показала другу.

Макс и Тим вышли из автобуса и подошли к перекрёстку.

– Карта показывает, что нужно перейти дорогу и свернуть во двор, – Макс кивнул в сторону жёлтых домов.

Мальчики дождались зелёного сигнала светофора, перешли улицу, вошли в небольшую арку и оказались во дворе многоквартирного дома. Двор походил на колодец, и солнце почти не освещало его, а сам дом растянулся, словно цельный квадрат. С одной стороны были парадные входы, а напротив рябили вывески кафе, ателье и магазинов. Тим прошёл по аллее ко второму подъезду. Рядом на лавочке сидела девчонка и водила кистью по бумаге. Уличная художница, заметив Макса и Тима, прикрыла рисунок и опустила голову.

– Будешь стесняться, никто не увидит твои работы, – сказал Макс, проходя мимо.

Девочка промолчала. Она внимательно следила за мальчиками. Тим дёрнул ручку, но дверь не открылась.

– Нужен код, – вздохнул он.

– Попробуем позвонить в квартиру? – Макс набрал номер с фотографии: 23. Гудок, ещё один. После пятого гудка Макс, сбросив вызов, нажал 22.

– Да-да, кто это? – раздался звонкий голос.

– Здравствуйте! Вы не могли бы открыть нам дверь, мы не можем дозвониться до друга, – сказал Макс.

– Из какой квартиры ваш друг?

– Двадцать третьей, – как можно тише сказал Макс.

– Но там давно уже никто не живёт. Вы уверены, что именно эта квартира? – в голосе послышалось недоверие.

– Да, уверены, мы бы всё равно хотели проверить!

– Я не могу вас пустить, извините! Развелось тут разных, потом ходят продают всякую ерунду или чего хуже – на стенах рисуют! – друзья услышали, как на том конце отключили домофон.

Макс посмотрел на Тима.

– И что теперь?

– Один, девять, восемь, восемь, – крикнула им художница, не поднимая головы.

Друзья одновременно развернулись.

– Что?

– Я видела, как они нажимали: один, девять, восемь, восемь, – девочка не отрывала взгляд от кисти.

Тим пожал плечами и набрал код. Замок щёлкнул.

– Спасибо.

Тим зашёл в подъезд и вызвал лифт. Он был старой модели, маленький и шумный: чтобы в него попасть, сначала нужно открыть металлическую дверь-сетку, а затем зайти внутрь. Кнопки в лифте были поцарапанные, и только последняя выглядела как новенькая.

– Судя по номерам на квартирах, нам нужен последний этаж, а туда словно никогда не доезжали, – заметил Тим.

– Ага, – Макс нажал на кнопку.

Лестничный пролёт последнего этажа был небольшой. Слева находилась одна-единственная дверь с табличкой «23». Напротив квартиры было квадратное окно с открытой форточкой, а рядом три завядших цветка в горшках. Сухие соцветия почернели, а стебли больше напоминали обгоревшие палки. Слева от двери пожарная лестница вела на крышу, её ступени покрывала пыль, а на последних перекладинах паук сплёл огромную паутину.

Тим нажал на дверной звонок, и друзья услышали, как в квартире раздалась писклявая мелодия. Они подождали пару минут и позвонили ещё раз.

– Кажется, его и правда нет дома.

– Причём уже очень давно, – Макс покосился на засохшие цветы.

– Как же нам его найти? – размышлял Тим, вызывая лифт.

Спустившись на первый этаж, друзья осмо-трели почтовые ящики. Все они были пусты, и только из ящика под номером «23» торчали пожелтевшие письма и счета. Макс достал самую смятую газету и взглянул на дату: 2021 год.

– Он не появлялся тут целую вечность!

– Да уж, – вздохнул Тим. – Я заметил напротив кафе, давай там всё и обсудим. Я жутко проголодался.

– И я тоже, даже думать не могу от голода. – Макс вышел вслед за Тимом.

Он ещё раз взглянул на художницу, когда та опустила голову, Макс отвернулся.

В кафе с тёмно-зелёными стенами друзья заняли место у окна. Оттуда открывался отличный вид на парадный вход номер один, а Макс и Тим собирались заодно вести наблюдение. Макс заказал тарелку борща с пампушками, попросив официанта не добавлять зелень, а подать её отдельно. Тим взял двойную порцию плова и салат из свежей капусты.

– Что-то мы упускаем, Макс, – Тим откусил пампушку с чесноком и запил яблочным соком.

Он посмотрел в окно, но отпрянул назад и зажмурился.

– Солнце ослепило? – Макс взглянул на друга.

– Не совсем, – Тим вскочил из-за стола. – Я сейчас. – Он выбежал из кафе и остановился рядом с художницей.

– Твой медальон! Покажи мне его, – сказал Тим. Он старался быть вежливым, но его глаза бегали, а руки тряслись.

– Ещё чего! – художница прикрыла медальон рукой.

– Это была ты! Тогда, на крышах! Я узнал твой медальон! – Тим напирал.

– Иногда я рисую на крышах, что такого? – художница пожала плечами.

– Признавайся, ты следишь за нами? – Тим наклонился, нахмурив брови.

– Ты детективов перечитал? – рассмеялась девочка. – Это ведь вы сюда пришли, а я тут с самого утра!

– Что-то не верится в такие совпадения. – Тим помолчал несколько секунд. – Что это ты там рисуешь?

– Не твоё дело!

– Открывай, или я сам посмотрю! – Тим потянулся к альбому, художница дёрнула рукой, закрывая альбом, но случайно выронила его. Он упал, раскрывшись на последней странице. Тим опустил глаза, взгляд скользнул по рисунку, и мальчик вскрикнул.

– Где ты видела этот знак? – Тим поднял альбом, в котором был нарисован мужчина в тёмном плаще с переплетёнными буквами Н и Г. – Ты тоже ищешь автора? – Тим заглянул девочке в глаза.

– Вам-то он зачем? – художница поставила руки в боки и сжала губы.

– Затем же, зачем и тебе! Хотим узнать отгадку!

– Хм, долго будете узнавать. Я слежу за ним несколько лет, с того самого дня… – девочка осеклась.

– Договаривай! – Тим уставился на художницу.

– С того самого дня… как он поджёг издательство моего отца! – выкрикнула девочка и закрыла лицо руками.

Тим замер, казалось, он не мог пошевельнуться.

Когда Тим привёл художницу в кафе, Макс забирал у официанта тарелку с пирожными. Девочка села на свободный стул, и Тим налил ей горячего чаю. Она, всхлипнув, приобняла чашку ладонями.

– Ты любишь пирожные? – Макс пододвинул тарелку.

– Кстати, это Макс. А я Тим. Мы ведь не познакомились, – сказал Тим.

– Тася, – девочка улыбнулась и посмотрела на тарелку со сладостями. – Ты скупил всё, что было в кафе?

– Я не знал, что ты любишь, поэтому взял пирожное «картошка», муссовый десерт с личи и безе «Анна Павлова». Девчонки обожают безе, – со знанием дела сказал Макс.

– Максич у нас спец по девчонкам, – подмигнул Тим.

– Никакой я не спец, я увидел, что ты расплакалась, и решил поддержать. Если не хочешь, я сам съем!

– Спасибо, я возьму муссовое, оно тут вкуснющее, – Тася переложила облачко лимонного цвета на свою тарелку.

– Кстати, ты чего ревела? – Макс посмотрел на Тасю, затем на Тима.

Тася, опустив глаза, стала рассматривать пальцы рук.

– Тась, расскажи нам всё по порядку, – Тим наклонился к девочке, – мы постараемся тебе помочь.

– Я даже не знаю, с чего и начать, – она вздохнула. – Это длинная история, я её ещё никому не рассказывала.

– Мы никуда и не спешим, – Тим развёл руками.

– Да в чём дело? – Макс посмотрел на друга.

– Она видела автора.

– Некто по имени Гений?!

– Да, – кивнул Тим.

– Ничего себе? И где? – Макс заёрзал на стуле. – Он же преступник!

– Я застала его в момент совершения преступления, – Тася отодвинула пирожное.

Макс молчал, Тим тоже.

– Плохо. Это очень опасно, ты, получается, единственный свидетель… – Макс оглянулся.

– Он меня не заметил, – ответила Тася, – я же была на крыше.

– Но ты его видела? Запомнила? Сможешь узнать? – затарахтел Макс.

– Я сделала больше – я его зарисовала! – Тася взяла чёрный чемодан-папку, достала потрёпанный альбом и открыла его.

Страницы альбома уже порядком пожелтели, а кое-где протёрлись, но рисунок сохранился. На нём было изображено высокое здание, в окне на последнем этаже горел тусклый свет, больше напоминающий пламя. Рядом с камином спиной к окну сидел человек в чёрном плаще. В руках он держал бумагу, а сбоку стояла канистра. Лицо человека скрывал капюшон, но было кое-что, что невозможно не заметить: символ из двух переплетённых букв Н и Г.

– Некто по имени Гений, – воскликнул Макс и тут же осёкся.

Несколько посетителей за другими столиками обернулись.

– Да, но тогда я этого не знала. Когда вышла эта странная книга, все начали обсуждать её в интернете и делиться версиями. В одной из бесед кто-то скинул фото этого символа. Тогда-то я и поняла, что сделал автор книги, и решила его отыскать.

– Так что же он сделал? – Макс посмотрел на Тасю.

– Уничтожил сердце моего отца… поджёг его издательство, – Тася отвернулась к окну.

– Надеюсь, никто не пострадал? – спросил Тим.

– Если ты имеешь в виду, были ли жертвы, то нет. Он сделал это рано утром, когда в издательстве никого не было. Однако он рассчитал всё так, чтобы мой отец точно увидел, как горит его издательство. Некто по имени Гений испортил всю мою жизнь! – Тася сжала губы. – Я просто обязана найти его и сдать полиции!

– Где сейчас твой отец? Он занимался расследованием?

– Мой отец не такой человек. Он не стал бы с этим возиться. На следующий день после пожара он продал остатки издательства первому же покупателю и улетел в Индию.

– Ого, как он так быстро смог продать огромное издательство? – удивился Тим.

– Через специальное агентство и не такое возможно, – пожала плечами Тася. – Теперь мы связываемся раз в месяц, потому что папа живёт в каком-то забытом всеми месте, где нет цивилизации. Он занимается йогой, медитирует и помогает детям местных деревень. Когда я попросилась к нему, он сказал, что там небезопасно и мне лучше оставаться с тётей. Так я и живу уже шестой год у тёти.

– Разве твой отец не хотел бы наказать виновного? – спросил Макс.

– Нет, он никогда не вступал в борьбу. Папа считает, что все люди на планете родные, а если кто-то сбился с пути, он должен сам найти дорогу. Отец говорил, что нельзя научить человека быть честным, как и нельзя научить доброте, – Тася глубоко вздохнула. – Вместе с издательством сгорела часть его сердца. Поэтому папа улетел в Индию, чтобы потушить свою злость и грусть.

– Кто же мог так ужасно с ним поступить? – Тим нахмурил лоб.

– Не знаю, врагов у него не было, на-оборот все любили его, – Тася пожала плечами.

– Мог в то время кто-то на него злиться? Автор описывал это в книге, – вспомнил Макс.

– По-моему, этот Некто по имени Гений просто ему завидовал! Я читала его книгу и считаю, что там нет и доли правды о моём отце, – Тася нахмурилась. – Папа не боялся конкуренции, более того, всегда всех поддерживал! А книги, которые он издавал, до сих пор пользуются популярностью. «По дороге к солнцу», «Вся жизнь в директ», «Плоский мир и апельсин», «Хамелеон счастья», «Кто поставлял ролики Роджеру?», – Тася загибала пальцы.

– Все эти книги выпустило издательство твоего отца? – Тим даже подскочил на стуле. – Я читал их! Моя любимая книга – «Хамелеон счастья»!

– А моя – «По дороге к солнцу», только благодаря ей я начал писать истории, – Макс улыбнулся.

– Всего-то малая часть изданного, – сказала Тася. – Издательство папы «Сердце внутри» не было самым популярным в стране, но в нём что-то такое было, какая-то магия. Папа говорил, что в нём билось сердце.

– Постарайся вспомнить, кто в те времена работал у отца, может, сможешь узнать поджигателя, – сказал Тим.

– Вряд ли, я мало что помню с того времени. Мне было семь, и всё, что меня интересовало, – рисовать на крышах. Когда мне исполнилось шесть лет, папа устроил мне сюрприз. Он подготовил для меня площадку для рисования на одной из крыш. До сих пор мурашки по телу, когда вспоминаю ту терракотовую крышу, на которой он соорудил безопасную площадку, чтобы я могла туда приходить. Это место находилось рядом с нашим домом, а ещё оттуда был виден папин кабинет. Помню, я приходила туда чуть ли не каждый день, чтобы рисовать восходы.

– Да, это заметно, – Тим листал альбом с рисунками.

– Мы знаем, что преступник работал у твоего отца. Причём всего год. Значит, он устроился в 2018 году. Ты, конечно, не могла его знать, ведь была маленькой, но, может, у тебя остались контакты папиных друзей, которые в то время работали с ним? – предположил Макс.

– Меня до сих пор навещает только секретарь отца – Виталина Степановна, больше я никого не знаю. Я спрашивала у неё об этом и даже читала ей книгу. Но она не верит, что книга «Феникс» как-то связана с поджогом. Говорит, что этого просто не могло быть. Той ночью она сама закрывала кабинет отца, и попасть в него постороннему было невозможно, – Тася вздохнула.

– А ты дочитала книгу? По сюжету можно догадаться, что автор описывает издательство «Сердце внутри»? – уточнил Макс.

– Нет, он не рассказал, какое совершил преступление. Да и имён никаких не называл.

– То есть вы даже полицию не вызвали? – спросил Тим.

– Тогда этим занималась Виталина Степановна. Полиция провела внутреннюю проверку, где установили, что буфетчица оставила включёнными электроприборы. На рассвете разразилась жуткая гроза, молния попала во включённый прибор, и загорелась проводка. Но это неправда.

– Почему?

– Я же была на крыше, когда преступник устроил пожар, и никакой грозы в то время не было! Она разразилась уже позже. Помню, пожарные говорили, если бы не дождь, от здания остался бы только пепел.

– Получается, буфетчица не виновата?

– Раису Павловну, которая работала в буфете, я хорошо помню. Она была аккуратной и всегда всё перепроверяла, особенно электрические приборы. Раиса Павловна делала это очень забавно: она давала технике имена и каждый вечер перед уходом, выключая их, приговаривала: «Духовка Дашенька, до завтра, кофеварка Катюша, добрых снов, чайник Семён Петрович, не скучайте!» Она попросту не могла уйти домой и не попрощаться с ними! – Тася развела руками.

– Какой интересный способ был у буфетчицы!

– Очень! Если я задерживалась на работе у папы, то всегда старалась заглянуть к Раисе Павловне, чтобы послушать, как она прощается со своими приборами. Честно говоря, отец тоже не особо поверил в её виновность и сказал, что не будет наказывать Раису Павловну.

– А Виталина Степановна видела твой рисунок? – спросил Тим.

– Я показала ей альбом, но она обняла меня, сказав, что у меня разыгралась фантазия на фоне сильного стресса. Даже дала моей тёте контакты знакомого детского психолога.

– Ясно. А где сейчас секретарь? – Тим постукивал пальцами по столу.

– Она работает в издательстве «Корона», – Тася спрятала альбом обратно.

– В издательстве Геннадия Аркадьевича? – Тим и Макс переглянулись.

– В бывшем издательстве моего отца, – Тася опустила глаза.

– Точно! Как я сразу не понял, Виталина Степановна – это же наш библиотекарь. И Геннадий Аркадьевич нам рассказывал, что здание ему досталось в очень плохом состоянии. Получается, это он выкупил сгоревшее здание!

– Интересно, а он знает, что это здание кто-то поджёг? – Макс слегка побледнел.

– Не думаю, – произнёс Тим. – Надеюсь, Некто по имени Гений не поступит так же и с Геннадием Аркадьевичем.

– Зря мы ему всё не рассказали, – шепнул Тиму Макс, – про тайный ход, ведущий в театр, и про соседа.

– О чём это вы? – Тася посмотрела на друзей. – Вам что-то удалось найти?

Тим и Макс переглянулись.

– Так нечестно! Я же вам всё рассказала. Теперь ваша очередь! – Тася скрестила руки на груди.

– Ты права, – согласился Тим.

Он подлил всем горячего чая и рассказал Тасе всё, что им удалось выяснить. Девочка слушала не перебивая, и только иногда её глаза расширялись, а брови взлетали вверх.

– Получается, вы разыскали особняк, а я этого сделать не смогла! Всё, что мне удалось, – это попросить Виталину Степановну раздобыть адрес автора. Я наблюдаю за этим домом, – Тася кивнула на дверь парадной, – уже несколько лет. И даже выучила всех жильцов, но того, кто живёт в квартире номер 23, не видела ни разу. А что с тем странным соседом? Думаете, он может быть автором книги?

– Вполне! Ужасный тип. Он хотел нас уничтожить, – Макс поёжился.

– Но почему? – спросила Тася.

– Из-за того, что мы случайно подслушали его разговор. И пусть мне больше никогда не попадётся хрустящее безе, если я не прав, – Тим взглянул на десерт «Анна Павлова», – этот тип явно что-то скрывает! Нам повезло, что он нас не догнал, иначе страшно представить… – Тим замолчал. Его внимание привлекли голуби, взлетевшие с крыши многоэтажного дома.

– Какие беспокойные птицы, постоянно взлетают, словно… – Тим не договорил, потому что его мобильный зазвенел. На экране высветилась фотография Киры.

– Алло! – ответил Тим по видеосвязи.

– Банда, вы где?

– В кафе, недалеко от дома автора, – Тим помахал подруге рукой, в этот момент Тася выглянула из-за спины мальчика.

– Вы что, так быстро нашли мне замену? – Кира разглядывала Тасю.

– При встрече всё расскажем, – сказал Тим.

– Ты у нас незаменимая, – встрял в разговор Макс.

– Ну-ну, – хмыкнула Кира. – Удалось найти автора?

– Нет, он давно не живёт по этому адресу, – Тим вздохнул.

– Ясно, я скину вам локацию, встречаемся через полчаса, – скомандовала Кира. – И прихватите мне моё любимое безе!

Кира нажала на отбой, и Тим махнул официанту, чтобы тот принёс счёт. Друзья расплатились, а внимание Тима снова привлекли взлетевшие с крыши голуби.

– Не нравится мне это. А что, если… – Тим постучал пальцами по лбу. – Пойдёмте-ка за мной!

Тим вскочил и быстрым шагом направился к выходу, Макс поспешил следом, а Тася задержалась. Она убрала кисти и краски в передний отсек сумки, спрятала альбом и, закинув сумку на плечо, побежала догонять новых знакомых. Тим и Макс были уже в парадной и придержали дверь, поджидая Тасю.

– Что ты задумал? – спросил Макс.

– Хочу кое-что проверить, – Тим взглянул на перекошенную от тяжёлой сумки Тасю и жестом предложил помощь. Девочка кивнула, снимая сумку.

Они вошли в лифт и поднялись на последний этаж. Тим поставил сумку на подоконник, обхватил лестницу и полез наверх.

Дверь на чердак с шумом распахнулась, и в лицо Тиму дунул застоявшийся воздух. Тим, Макс и Тася осматривали небольшое помещение чердака. У стен взгромоздились запылённые книги, старые чемоданы и разная мелкая утварь. В углу стояла кровать, а напротив – старенькая электрическая печь и небольшой обеденный стол с чайником. В другом углу дети увидели крошечный холодильник, больше похожий на тумбу, а на нём стояли кастрюли, сложенные одна в другую. Пахло прибитой дождём пылью. Возле холодильника Тася заметила дверь и нажала на ручку. В помещение проник дневной свет, и друзья вышли на широкую террасу, расположенную на крыше многоэтажного дома. По краям террасы стояли оградительные прозрачные панели, из таких же панелей был сооружён навес. Дети осмотрелись, прошли за угол и остолбенели. Там, покачиваясь в мягком кожаном кресле, за рабочим столом сидел мужчина и что-то печатал за ноутбуком. Рядом на лежанке, свернувшись рогаликом, спал коричневый корги.

– Как вы сюда попали? Неужели я забыл запереть дверь?! – мужчина уставился на непрошеных гостей. Он нахмурился, и его взгляд не предвещал ничего хорошего.

– Кажется, мы его нашли, – сказал Тим, поравнявшись с Максом и Тасей.

Тася и Макс неслись по парку, стараясь не врезаться в прохожих. Тим с сумкой еле за ними поспевал.

– Давай быстрее, и так задержались, – крикнул ему Макс.

– Сам попробуй бежать с таким грузом, – пробурчал Тим, но ускорился.

– Кира ждёт нас уже целую вечность, – Макс обернулся к Тиму.

Друзья пробежали до конца парка и остановились у ларька с попкорном.

– Как же я хочу пить, – Тим поставил сумку Таси на лавочку. – Ну и где Кира? Знал бы, что она сама опоздает, не летел бы так, – буркнул Тим. Он подошёл к ларьку, купил лимонад и четыре стакана.

– Странно, сама же сказала, встречаемся через полчаса, а прошло уже пятьдесят минут, – Макс покрутил головой.

– Да вон же она, – Тим указал на девочку в белых шортах. – Кто это с ней?

– Не знаю, сейчас выясним, – Макс пригляделся.

Кира подходила ближе и ближе, друзья пытались разглядеть мужчину, который шагал рядом с ней.

Макс узнал незнакомца первым, его скулы напряглись, а вена на лбу вздулась.

– Он нас нашёл! – Макс сделался очень серьёзным.

Тим тоже посмотрел в сторону мужчины рядом с Кирой и побледнел.

– Не может быть, – только и смог произнести он.

Спустя пару секунд Макс и Тим заметили, что Кира хромает, а на лице виднелись ссадины. Незнакомец шёл как-то слишком близко к девочке.

– Он держит её под руку, – сквозь зубы прошипел Макс.

– Чтобы никуда не сбежала! – догадался Тим. – Почему она хромает?

– Если он хотя бы пальцем её тронул… – Макс побежал навстречу Кире.

– Что-то не так? – Тася подошла к Тиму.

– Рядом с Кирой идёт тот жуткий сосед, – Тим сжал кулаки.

Макс добежал до Киры и, не глядя на мужчину, спросил:

– Ты в порядке?

– Макс, что со мной будет? – Кира подмигнула другу.

– Он тебе что-то сделал? – Макс кивнул на соседа.

– Кто? Леонид Ефимович? – Кира рассмеялась. – Нет, конечно.

– Добрый день, молодой человек, – произнёс Леонид Ефимович.

Макс ничего не ответил и стал рассматривать Киру.

– Но почему ты хромаешь? И откуда ссадины на лице?

– Неудачно вышла из автобуса, хорошо, что Леонид Ефимович меня вовремя поймал! Я попросила его поехать вместе со мной, чтобы вы сами всё услышали.

– Леонид Ефимович? – Макс приподнял левую бровь.

– Идём, я вам всё расскажу, – Кира направилась к лавочке, где ждали Тим и Тася. Макс пошёл следом, всё время озираясь на мужчину.

– Так, банда, я смотрю у нас пополнение, но давайте я начну, пока вы не протёрли взглядом Леонида Ефимовича. А после уж вы мне всё объясните, – Кира кивнула Тасе.

Сосед, он же Леонид Ефимович, снял шляпу и поклонился. Макс с Тимом переглянулись.

– Знакомьтесь, Леонид Ефимович Кролев, артист театра и кино. Знаменитость, между прочим, – Кира указала на соседа двумя руками.

– Как он тебя нашёл? – сухо спросил Макс.

– Не он, а я его нашла! Наберись терпения, – Кира подмигнула другу. – Рядом со школой карате, в которой проходили соревнования, есть небольшой театр. Там я и увидела нашего соседа на расклеенных афишах. Я как раз собиралась выезжать к вам, но заметила, что постановка «Император и его свита» должна была начаться через пять минут. Мне стало интересно, и я зашла на спектакль. К тому же он был недолгий, всего двадцать минут.

– Ты пошла туда одна, зная, что там будет он? – Макс уставился на Киру.

– Ну он же был с театральной труппой и в окружении зрителей, – ответила Кира.

– После представления я собиралась за ним проследить, зашла за кулисы, но потеряла его из виду. А обернувшись, увидела, что он стоит прямо передо мной, – рассказывала Кира.

– Надо признать, я так испугался, когда вы завизжали: «Помогите! Преступник!» – произнёс Леонид Ефимович.

– Это вы-то испугались? Да вы сами пытались нас уничтожить! – выпалил Тим.

– Молодой человек, я уже рассказал вашей подруге, а сейчас и вам объясню: не собирался я никого уничтожать. Тогда, в театре, произошёл небольшой казус, только и всего. Нелепейшая ошибка! Вы зашли как раз в тот момент, когда я репетировал сцену. По сюжету именно в этом месте моя свита врывается в зал, а я должен выбежать за ними за кулисы. Потом монах Пабло, Семён Богданович, отыгрывает финал сам, – улыбнулся Леонид Ефимович.

– Не смешите меня, вы бежали за нами очень правдоподобно! – Макс скрестил руки на груди.

– Благодарю, я стал актёром месяца, а моё фото даже повесили в фойе, – Лео-нид Ефимович улыбнулся ещё шире.

– Он говорит правду, Макс. Я же сама видела спектакль, в конце он со словами: «Теперь придётся их уничтожить» убежал со сцены, – сказала Кира.

Максим молчал, кажется, он что-то обдумывал.

– Все знают, что в Мариинском театре показывают только оперу и балет! А вы репетировали театральную постановку! – Тим уставился на Леонида Ефимовича. Макс приподнял бровь.

– Я приятно удивлён, молодой человек, и вы абсолютно правы. В историческом здании Мариинского театра я играю в мимическом ансамбле! Но сегодня мне поставили три спектакля подряд. Два – на сцене Мариинского театра и один – в театре на Каменном острове. Я еле успел, честное слово! Такое случается крайне редко, и в такие дни мне приходится репетировать в подвалах театра, иначе я просто не успею! – Леонид Ефимович, достав шёлковый платок, вытер со лба жемчужинки пота.

– Допустим, в театре вы репетировали, но как быть с особняком? – Макс напирал. Тим не сводил с Леонида Ефимовича взгляда.

– С особняком? А что с ним такое? – пожал плечами сосед.

– Почему мы вас там встретили? Только не говорите, что вы за ним присматриваете! У вас была вязанка дров, а преступник писал, что каждый раз приносил домой дрова и топил камин! Он, кстати, был тёплый, – выпалил Тим.

– Преступник? Вы подумали, что я преступник? Вы поэтому так быстро убежали в тот день? – Леонид Ефимович замер. – Можно мне воды?

– Держите, – Кира достала бутылку и протянула соседу.

– Спасибо. Я не знаю, о каком преступнике вы говорите, но за особняком я действительно приглядываю по поручению нашего участкового. Каждый день я обхожу двор, осматриваю особняк и заодно топлю печь, чтобы стены не отсырели и вредные жучки не завелись. Пять лет назад в дом переехал новый хозяин, и я перестал наведываться, но спустя какое-то время он исчез.

– Какой новый хозяин? – Макс окру-глил глаза.

– Вы с ним виделись? – спросил Тим.

– Ни разу, но каждый вечер я видел, как из трубы поднимался дым, а значит, кто-то топил печь. Понимаете, в нашем районе все дома топят дровами. По утрам я несколько раз заглядывал во двор особняка, но никого так и не встретил. Я подумал, что мой сосед любит одиночество, и решил его не тревожить. Я, признаться, и сам малообщительный человек, таких ещё называют интровертами. Поэтому я и пошёл в актёры, чтобы победить страх публики.

– Ну а плащ? – Макс ухватился за последнюю причину не доверять этому человеку. Но всё же отметил, что Леонид Ефимович действительно не производил впечатление жестокого преступника. Он был больше похож на плюшевую панду, которую Макс подарил Кире на день рождения. Макс поймал себя на мысли, что этот сосед даже начинает ему нравиться, но, может, на него действует его актёрское обаяние?

– Вы про этот плащ? – Леонид Ефимович открыл чёрный саквояж и сунул в него руку.

Макс сделал два шага назад, а Тим прикрыл Тасю спиной. Кира закатила глаза. Леонид Ефимович достал тёмный свёрток и протянул Максу. Мальчик, развернув его, увидел эмблему в виде переплетённых букв. Тех самых…

– Откуда он у вас?

– Я его нашёл.

– Ну конечно, – не поверил Тим.

– Где, в шкафу у себя дома? – ухмыльнулся Макс.

– Да нет же, – Леонид Ефимович покраснел, – в особняке. Я заметил, что несколько дней подряд никто не топил печь, и решил проверить, всё ли в порядке. Осмотрев все комнаты, я никого не нашёл, но в одной из них остались вещи хозяина: разбросанные на столе листы, свечи, карандаши, газетные вырезки. Я ничего не трогал, пока моё внимание не привлёк кусок ткани, брошенный в камин. Оказалось, что это очень красивый тёмный плащ. Он как раз подходил мне для костюма моей новой роли – тёмного короля. Только плащ был опалён, словно его пытались сжечь, и тогда я его забрал и восстановил. Вот тут, – Леонид Ефимович указал на множество заплаток, – мне пришлось его латать.

– Выходит, он хотел спалить плащ.

– Минуточку, – перебил Тим, – зачем же вы в нём по улицам расхаживали?

– Ясно зачем, все актёры так в роль вживаются! Вы мне лучше скажите, что случилось с хозяином? Вы его знаете? – спросил Леонид Ефимович.

– Мы знаем, что хозяин особняка – преступник, – сказала Кира. – Если вы заметите, что он вернулся, позвоните мне, пожалуйста, – и она попросила карандаш с листом бумаги, а записав номер телефона, протянула листок Леониду Ефимовичу.

– Преступник?! Вы уверены? – зрачки Леонида Ефимовича расширились.

– Да, а в особняке он готовил преступ-ление, – кивнула Кира.

– Какой кошмар! Значит я жил по соседству с преступником, – актёр задумался. – А что вы искали в подвалах театра? Или… – Леонид Ефимович прикрыл рот рукой, – неужели это место преступления?

– Нет, – ответил Тим, – место преступления другое. – На этих словах Кира посмотрела на друга. – Мы искали отгадки и нашли их в театре. Там расположен тайный ход, который и привёл нас на место преступления.

– Вам известно, что совершил преступник? – спросил Леонид Ефимович.

Кира пожала плечами и хотела ответить, что это им пока неизвестно, но Тим её опередил:

– Спалил издательство!

Брови Киры взлетели.

– Теперь ясно, почему отгадки привели вас в наш театр, – вздохнул Леонид Ефимович. – Дело в том, что в девятнадцатом веке на месте Мариинского театра находился театр-цирк, которой сгорел за одну ночь. Возможно, его тоже подожгли.

– Ничего себе совпадение! Получается, что подсказку в книге: «Театр, карусель, цирк», – он оставил не просто так, – догадался Тим.

Леонид Ефимович кивнул.

– Ладно, друзья, мне уже пора, но я хотел бы подарить вам билеты на наш спектакль! Приходите! – он вручил каждому по билету.

– Спасибо, до свидания! – Кира помахала ему рукой.

– Ему можно верить? – спросил Макс, когда Леонид Ефимович ушёл.

– Да он же такой милый!

– А ещё он актёр, – сказала Тася.

До этого она только наблюдала и не вступала в разговор.

– Новенькая! Может, наконец познакомимся? – Кира развернулась к Тасе.

– Тася, – ответила та.

– И кто такая Тася? – Кира сложила руки на груди и посмотрела на Тима, а потом на Макса.

– Кир, преступник поджёг издательство её отца. – И Тим с Максом рассказали всё, что узнали от Таси.

– Ничего себе история! Мы его обязательно найдём, – Кира положила руку Тасе на плечо.

Тася опустила глаза, а Макс и Тим переглянулись.

– Что ещё? – не поняла Кира.

– Мы его уже нашли. И он во всём признался.

Кира присела на лавочку, у неё резко закружилась голова. Тим налил ей лимонада.

– Фух, устала после соревнований.

– Нужно чего-нибудь сладенького для восполнения сил. Я же тебе пирожное захватил, – встрепенулся Макс. Он достал из сумки контейнер мятного цвета и вручил Кире.

– Макс, ты мега! – Кира открыла крышку и извлекла деревянную вилку. – Обожаю!

– Безе обожаешь? – Макс подмигнул подруге.

– Да вас, друзей моих! – Кира отправила половину пирожного в рот.

Когда с безе было покончено, Кира посмотрела на Макса с Тимом и нахмурилась.

– То есть вы нашли автора, он во всём сознался, а я узнаю об этом только сейчас?

– Ты так ошарашила нас появлением этого соседа, что уж прости! – Макс развёл руками.

– Да, Кир. Мы вообще-то неслись, чтобы тебе всё рассказать, – закивал Тим.

– Но где вы его нашли? – спросила она.

– Представь, он живёт на крыше, – Тим схватился за голову.

– И любит варенье? – ухмыльнулась Кира. – Я серьёзно, Тим!

– И я серьёзно. На чердаке многоэтажного дома у него огромная квартира, там даже терраса есть и отдельный выход во двор.

– Ну как выход, это всего-то пожарная лестница сзади дома, которой никто не пользуется, именно так ему и удавалось столько лет не попадаться никому на глаза, – сказал Макс.

– Что будем делать, отправимся в полицию? Он же признался в преступлении! – Кира стала ходить вдоль лавочки.

– Э-э-э, не совсем так. Он признался только в том, что это его книга.

– Получается, тем самым он подтвердил, что он и есть преступник! – Кира остановилась, перестав мельтешить перед друзьями.

– Мы тоже так подумали, а потом я спросил его, зачем он описал в книге реальное преступление, и он как-то странно себя повёл, – сказал Тим.

– Что ты имеешь в виду?

– Не знаю, он сделал вид, что не замечает нас, словно мы испарились в ту же секунду, когда я задал этот вопрос. Автор просто уставился в монитор ноутбука и начал быстро печатать.

– Может, испугался? – предположила Кира.

– Возможно, – Тим пожал плечами.

– И что вы сделали?

– Я спросил, на что он надеялся, когда скрыл в книге подсказки реального преступ-ления. Но он даже головы не поднял, казалось, что он нас не слушает. Потом Тася прокричала, что он навредил её отцу, стала спрашивать, зачем он так жестоко поступил, и в итоге расплакалась. Тогда я и пригрозил ему, что мы найдём все улики и заявим на него в полицию!

– А потом мы ушли, – добавил Макс.

– Жаль, меня с вами не было, я бы выбила из него правду! – Кира приобняла Тасю за плечи.

– Плохо, что у нас нет никаких улик, и мы не можем на него пожаловаться, – сказал Тим, а Тася вдруг хлопнула себя по лбу.

– В одной из глав книги было что-то про улики, но я уже не помню что!

– Тогда нужно её дочитать, осталось всего несколько глав. Предлагаю найти какое-то тихое местечко, – Тим осмотрелся.

– Сегодня уже поздно, я обещала родителям вернуться к ужину, – сказала Кира. – Лучше завтра встретимся и дочитаем. Как насчёт десяти утра?

– Надеюсь, ты шутишь, – Макс тут же нахмурился.

– Я за. Можно в том кафе, где делают мегагамбургеры, они ещё кладут вместо одной котлеты две. Тогда в десять? – спросил Тим.

– Я не против, – согласилась Тася, – книгу-то я уже читала. Но от гамбургера с утра не откажусь.

– Вы серьёзно?! – Макс вскочил с лавочки. – Я просто… в шоке!

– Да что с тобой? – Кира посмотрела на друга.

– А то, что у вашего друга завтра утром самый важный день, а вы все об этом забыли! – фыркнул Макс.

– Точно! – Кира прикусила губу.

– Второй этап конкурса завтра? – растерялся Тим.

– Наконец-то! – усмехнулся Макс. – Так что никаких гамбургерных! Встречаемся утром и идём в библиотеку.

– Тогда меняем план. Сначала поддержим Макса на конкурсе, кричать и хлопать громче всех обязательно! – скомандовала Кира. – Потом в библиотеке займёмся предпоследней главой книги. А вместо бургеров купим по дороге сосисок в тесте.

– Отличный план! – похвалила Тася.

– Что делать с этим? – Макс показал на плащ, который отдал Леонид Ефимович.

– Я оставила сумку в раздевалке, – Кира развела руками.

– Интересно, а в мою поместится?

– Думаю, если свернуть, то да, – Макс скрутил плащ и отдал Тасе.

Макс и Кира, попрощавшись с друзьями, побрели на остановку, а Тим и Тася пошли по домам пешком.

С утра Тим чуть было не забыл книгу дома, он уже спустился на улицу, когда вспомнил, что оставил её в портфеле. Возле дома Тима уже поджидали Макс и Кира, а Тасю они встретили около остановки. Дорога до библиотеки была недолгой, но друзья всё равно чуть не опоздали. Каждый раз Тася останавливалась: чтобы попить воды, собрать волосы в хвост, потом ей показалось, что на левом мизинце у неё мозоль, и она решила наложить пластырь. Когда до издательства «Корона» оставалось лишь перейти дорогу, Тася вдруг стала учащённо дышать, а её ладони вспотели.

– Тась, в чём дело? – спросил Тим.

– Н-не знаю, – она побледнела.

– Не хочешь идти? – Кира подошла ближе.

– Я не была тут с того самого дня… просто… я помню это место другим, – Тася закрыла лицо руками.

– Мы будем рядом, и ты справишься! – Тим взял её за руку.

– Я понимаю, спасибо вам, но с этим местом так много связано. Я ведь здесь в последний раз… Это так сложно! – девочка вытерла слёзы.

– Ты тут последний раз видела отца? – догадался Тим.

Тася кивнула.

– Он часто брал меня на работу. Помню, в его перерыв мы выходили за мороженым в ларёк, который стоял недалеко от входа, – Тася осмотрелась. – Вон он, тот самый ларёк! Надо же, стоит до сих пор. В нём самое вкусное мороженое! А ещё помню, как отец сажал меня на плечи и так проводил совещания! – Тася улыбнулась.

– Прикольный у тебя папа! – сказал Тим.

– Но разве ты не рисовала на крыше около издательства? – вспомнил Макс.

– Я обычно рисую на другой стороне здания, и вход мне не видно. Да я бы и не смогла гулять с этой стороны.

– Ты не можешь всю жизнь обходить это место! – Кира приобняла Тасю за плечи. – Ты сумеешь, а мы тебе в этом поможем.

– Ты права, – Тася подошла к переходу.

Друзья вбежали в библиотеку за минуту до начала второго этапа конкурса. Макс взглянул на список конкурсантов. Он постоял так полминуты, почесал затылок и вернулся к друзьям.

– Есть три новости: хорошая, плохая и хорошая. С какой начать? – спросил Макс.

– Ой, да с любой, Макс! – Кира посмотрела на друга.

– Я под номером 13.

– Угу, это хорошая, дальше! – кивнула Кира.

– Я забыл, что на сегодняшнем этапе нужно выступать с иллюстрациями, а я даже художника не нашёл…

– Так, это плохая, – подытожила Кира.

– Ну и третья. Я вспомнил, что у нас есть Тася, она художница и сможет, наверное, нарисовать мне парочку иллюстраций к рукописи! – Макс посмотрел на Тасю глазами щенка, которому не досталось корма.

– Я-то не против, но сколько у нас времени? – спросила девочка.

– Если выступление длится в среднем три минуты, а я тринадцатый, то у нас тридцать – сорок минут.

– Тогда не будем терять времени, – Тася достала альбом и краски. – В цвете или графика?

– Конечно чёрно-белые! – Макс улыбнулся.

– Расскажи мне что-нибудь о героях. Какие они, что любят? – попросила Тася.

Макс сел рядом, и они с Тасей занялись иллюстрациями. Тим и Кира следили за временем.

Спустя полчаса Тася отдала Максу рисунки и принялась обмахиваться альбомом для рисования. Она так торопилась, что вспотела.

– Просто вселенски! – Макс даже обнял альбомные листы.

– Рада, что тебе понравилось! Удачного выступления, кажется, ты следующий.

– Спасибо, но я думал, что и ты будешь слушать моё выступление, – Макс потряс в воздухе рисунками, глядя на Тасю. – Мы же теперь в одной лодке!

– Я немного устала и, честно говоря, хотела погулять тут, – сказала Тася.

– Понимаю, хочешь побыть в одиночестве, – кивнул Макс.

Тася, улыбнувшись, побрела к книжным полкам.

Она бродила между стеллажей с книгами, останавливаясь у каждой полки. Казалось, что рядом с этими разноцветными обложками времени и вовсе нет. Оно замирало. Тася вытаскивала некоторые книги, гладила обложку, восхищалась картинками и ставила на место. Так она не заметила, как дошла до конца книжного ряда. Посмотрев с полминуты на лестничный проём, Тася стала подниматься. Ноги сами вели её на седьмой этаж.

«Всё так изменилось, – она рассматривала широкий коридор. – Стены больше не персиковые, их перекрасили в холодный металлик. Лампы с абажуром заменили современным светом, а наши семейные фотографии – этими чудаковатыми картинами, – Тася посмотрела на картину, висящую на стене. – Но она… она всё ещё такая же!»

Тася подошла к фиолетовой двери и схватила ручку, хотела надавить, но почувствовала, как на плечо опустилась чья-то тёплая ладонь.

– Тасечка, я не ожидала тебя здесь встретить, – Тася увидела Виталину Степановну.

– Здравствуйте, я пришла с друзьями на второй этап конкурса, – она улыбнулась.

– Ты начала писать книжные истории, как когда-то твой отец? – Виталина Степановна шмыгнула носом, а уголки её глаз заблестели.

– Нет, я только помогла с иллюстрациями.

– Твой папа всегда говорил, что у тебя талант! – губы Виталины Степановны дрогнули. – А тут ты как оказалась?

– Сама не знаю, мне стало очень интересно, – Тася пожала плечами. – А чей это сейчас кабинет?

– Нашего нового директора, – сказала Виталина Степановна. – Пойдём лучше в мой.

И она отвела Тасю в конец коридора, открыв дверь самого дальнего кабинета.

– У меня тут тесновато, но мы поместимся! Только не закрывай дверь, будет душно! – Виталина Степановна клацнула по кнопке электрического чайника.

Тася осмотрелась: кабинет был мал. Диванчик у стены больше походил на кресло, в углу расположился стол со стареньким ноутбуком, а рядом – полка с книгами.

– Вы сохранили все книги отца, – Тася заметила стеллаж.

– Ну конечно, дорогая! Присаживайся, – Виталина Степановна заварила чай и пододвинула вазу с конфетами.

– Знаете, я не была тут с того самого дня, как… – Тася отпила чай.

– Нелегко, должно быть, – Виталина Степановна опустила плечи.

– Я всё время вспоминаю тот день. Отец говорил, это вы вызвали пожарных?

– Да, я оказалась тут первой, ты же знаешь, я всегда приходила раньше всех.

Тася кивнула.

– Вы не заметили тогда ничего странного?

– Ты о чём?

– Не знаю, какого-то незнакомого человека или… человека в тёмном плаще? – Тася смотрела на бывшего секретаря отца.

Виталина Степановна сделала слишком большой глоток и обожглась чаем.

– Тасечка, ты всё ещё думаешь, что это сделал кто-то? Пойми, это ужасная случайность, вернее, халатность одного из работников, конечно, но если бы не гроза…

– Виталина Степановна, а если я докажу вам, что я говорила правду, – Тася немного помолчала, обдумывая что-то, затем поставила кружку и открыла сумку.

Она достала скрученную ткань и показала Виталине Степановне.

– Что это?

– Тот самый плащ, в котором был преступник, – сказала Тася. – И он точь-в-точь как на моём рисунке.

– Но откуда он у тебя? – Виталина Степановна округлила глаза и, вскочив с места, хотела закрыть дверь, но задела стеллаж. Книги упали на пол, и она принялась спешно расставлять их на полке.

– Долгая история, но это доказывает, что я видела поджигателя! – Тася опустилась на корточки рядом с Виталиной Степановной, помогая собирать книги.

– Кто-нибудь ещё об этом знает? Если ты права, это может быть очень опасно! – в этот момент библиотекарь посмотрела Тасе прямо в глаза.

– Нет, только я, – уши Таси налились гранатовым цветом.

– Тася, пообещай мне, что ты не будешь в это лезть! – Виталина Степановна смотрела на девочку не отрываясь.

«Уже влезла», – Тася поднялась.

– Обещаю, – сказала она и скрестила пальцы за спиной.

Виталина Степановна подумала ещё несколько секунд и вернула плащ.

– Мне уже пора. Спасибо за чай! – Тася выскочила из кабинета, а Виталина Степановна, оставшись одна, достала книги со стеллажа и стала просматривать. Было заметно, как уголки её губ опустились, а руки задрожали.

Первой Тасю заметил Макс.

– Представляешь, мы прошли в финал! – он захлопал в ладоши. – Я и этот сноб Денис!

– Поздравляю, – Тася попыталась улыбнуться.

– Твоя история интереснее, – подмигнул Тим.

– Но ему папа оплатил какого-то знаменитого иллюстратора, – Макс скривился.

– И у тебя знаменитый иллюстратор! – сказала Кира.

– Как это? Тася, ты что, звезда в художественном мире? – Макс уставился на Тасю.

– Никакая я не звезда.

– Звезда, и ещё какая! Только не ты, которая сейчас здесь, а ты, которая сейчас там, – подмигнула Кира.

– Ну тогда и Макс, тот, который там, тоже популярный автор, – улыбнулась Тася.

– А мне это нравится! Когда я буду выступать в третьем этапе, представлю, что я уже самый настоящий, всеми любимый автор. Прямо так и выйду, – Макс задрал нос кверху и прошёлся, выпятив живот вперёд. Друзья покатились со смеху.

– Макс, ты сейчас был больше похож на напыщенного автора, а не на всеобщего любимца, – подколола Кира.

– А как ходят любимые, Кир?

– Да тут не в походке дело, а в энергетике! Когда заходит любимый автор или кто бы то ни был, у всех настроение меняется. Тишина наступает в помещении, и улыбки расползаются по лицам, словно масло по бутерброду, понимаешь?

– Кажется, понимаю. Вот таким автором я и хочу стать! А придуманную походку Денису покажу, ему понравится, – хихикнул Макс, и все снова засмеялись.

– Ну что, идём в кабинет с длинными усами? – спросил Тим.

Макс и Кира кивнули, а Тася вопросительно посмотрела на детей.

– Долгая история, сама всё увидишь, – сказала Кира, заметив удивление Таси.

Друзья прошли вдоль книжных рядов и остановились около двери, на которой была нарисована лупа, ручка и чёрная шляпа с полями. Заглянув в комнату, Тим увидел, что несколько детей в ней уже читали книги.

– Занята, – вздохнул он.

– Сопливая, то есть романтическая, точно забита девчонками, – сказала Кира.

– Остаётся только комната ужасов? – спросил Макс.

– Надеюсь, сегодня обойдётся без анимации, – буркнула Кира.

– Анимации? Это вы о чём? – Тася посмотрела на друзей.

– Если из шкафа вылетит привидение, не пугайся, это аниматор на подъёмнике новые трюки отрабатывает. Они последнее время стали слишком изобретательными, – Кира постучала пальцем по лбу.

– Свободна! – Тим приоткрыл чёрную дверь с нарисованным черепом.

– Конечно, после недавних визгов никто сюда ни ногой, – Макс зашёл в комнату и осмотрелся.

– Ужас! – Тася поёжилась.

Она зачем-то подошла к шкафу и, открыв створки, заглянула внутрь. Тим плюхнулся на мягкий диван с черепами на подлокотниках и открыл книгу.

– Да не бойтесь вы, ничего не будет. Нам всего-то прочесть пару глав.

Макс сел в кресло, Тася выбрала место рядом с Тимом на диване, а Кира умостилась на подоконнике среди чёрных подушек.

Тим читал уже десять минут, в какой-то момент он проникся атмосферой комнаты страха и продолжил, понизив голос, а в его интонации появились пугающие нотки. Тим почти добрался до конца главы. В этот момент Тася услышала скрип, но не поняла, доносился он изнутри или снаружи комнаты.

– Вы слышали? – спросила Тася шёпотом.

– Что? – не понял Тим.

– О-опять этот скрип, – девочка чуть не запрыгнула на Тима.

– Прекрати, Тася, ничего же нет.

– У неё фантазия разыгралась, – подтрунила Кира.

– Вы правда ничего не слышали?

– Нет! – хором ответили они.

– Я стала такой подозрительной, – Тася отодвинулась от Тима, но недалеко.

Тим как раз закончил читать главу, в эту же минуту свет в комнате погас, и Тася взвизгнула. Секунд через пятнадцать вновь стало светло, и все увидели, что Макс стоял возле выключателя.

– Кто-то выключил свет, всего-то, – сказал Макс.

– Дурацкая шутка, – Тася распахнула руки, освобождая Тима. Она в панике стиснула его так, что Тим не на шутку испугался. Только не темноты, а того, что Тася его задушит. – Прости.

– Ерунда, – ответил он, – если захочешь ещё раз кого-то задушить, я к твоим услугам.

Тася хотела улыбнуться, но смогла только скривиться.

– Эй, а это ещё что? Его же тут не было! – Тим подошёл к столу и развернул сложенный пополам лист. С одной стороны на нём была какая-то иллюстрация, а на обороте виднелась надпись из вклеенных букв, явно вырезанных из книги. – «Отдайте то, что принадлежит мне, и не суйте больше маленькие носы в это дело, тогда я вас не трону!» – прочитал Тим, почувствовав, как по его спине пробежали мурашки.

Порой нелепые привычки приводятк ужасным последствиям, ведь они становятсявашей слабостью.

Среда. 12:10

Сегодня я бродил по улицам Северной столицы и в самой её сердцевине, пульсирующей артерии, соединяющей два острова, заметил дефект. У идеального с виду строения я нашёл изъян, и тогда я понял: это то, что мне нужно. Именно тут я спрячу улики идеального преступления, в чью-то нелепую ошибку.

После я отправился на ипподром. Пока наездники испытывали рысистых и скаковых лошадей, я слушал тренера, который рассказывал о том, как можно приручить дикого жеребца. Главная их сила – в свободе. Если вы проявите агрессию, то скакун может вас покалечить, и вы проиграете. С такими умными и своевольными животными нужно применять хитрость. Для начала войти к ним в доверие, быть всегда рядом, дать коню возможность почувствовать в вас друга. Потом вы начинаете медленно сокращать дистанцию, затягивая поводья, и вот конь уже полностью в вашей власти. А символом победы над строптивым скакуном станет подкова. Теперь и вы узнали тайну укрощения коня человеком. Пусть это будет мой вам последний урок.

Четверг. 01:10

Каждую ночь я прокручиваю план до мельчайших деталей. Я стараюсь предугадать любую ошибку. Я знаю, что охранник работает на должности с того момента, как ОН стал директором. И всегда использует один и тот же маршрут, не изменяя привычки. Ровно в 18:05 он сядет в автобус номер шесть на Васильевском острове и через Благовещенский мост доедет до площади Труда. Он пройдёт по улице Якубовича, погладив на углу скульптуру кота Василия на удачу, улыбнётся и свернёт в Почтамтский пере-улок. Он обязательно появится на улице Поч-тамтской через пять минут, купит в киоске любимые булочки с корицей и кефир в мягком пакете и войдёт в издательство ровно в 18:50. А через десять минут, когда из здания выйдет последний сотрудник, сторож закроет дверь и откроет её только в 06:10. Именно в это время он уходит домой.

Первый сотрудник приходит в это же время. Он покажется в окне, справа от входа.

Мне нужно всего пять минут, чтобы спрятаться в здании. Но покинуть его я должен вместе со всеми, а потом вернуться никем не замеченным. Я долго думал, как это сделать. И нашёл ответ в горячих булочках с корицей. Мне удалось разузнать, что булочки, которые любит сторож, поставляются из пекарни, что на Малой Морской. Водитель выезжает по вечерам в 18:30 и доставляет горячие булочки к 18:40. Он всегда пользуется одним и тем же маршрутом. Вот он, тот самый недостающий фрагмент пазла.

Четверг. 18:15

Вечером, в четверть седьмого, я вышел вместе со всеми из издательства. Дойдя до перекрёстка, я свернул на Малую Морскую и добрался до ресторанчика «Счастье». Я увидел, как через дорогу водитель загружал булочки в фургон. Зажёгся зелёный, и я поспешил. Мне нужно было выиграть всего лишь пятнадцать минут. Поравнявшись с водителем, я сделал вид, что у меня закружилась голова, и облокотился о ящики со свежими булочками. Видели бы вы его лицо, когда их раскидало по асфальту. Я помогал собирать их с таким озадаченным видом, что и сам бы поверил в свою невиновность. Всё получилось как нельзя лучше! На то, чтобы вынести новую партию свежих булочек, водителю потребовалось пятнадцать минут, поэтому тем вечером он уехал с опозданием. Сразу после его отъезда я завернул за угол, где меня дожидался приготовленный заранее самокат, и помчал в издательство.

Приблизившись к светофору, я разглядел фланелевую кепку охранника – как я и планировал, он всё ещё дожидался булочек. Порой нелепые привычки приводят к ужасным последствиям, ведь они становятся вашей слабостью. Ровно в 18:53 я проскользнул в ещё открытую дверь издательства, поднялся на седьмой этаж и притаился. Оставалось дождаться рассвета.

– Дай посмотрю, – Тася взяла помятый лист. Её взгляд скользнул по записке, в эту секунду она зажала рот рукой, и слёзы потекли из её глаз.

– Что с тобой?

– Я узнаю этот лист. Это иллюстрация к одной из книг, изданных отцом, – «По дороге к солнцу».

– Но я ни разу не видел в библиотеке книг издательства твоего отца, – сказал Тим. – Даже когда помогал расставлять книги по алфавиту. Поверь, эти бы я запомнил.

– Зато я видела, – Тася смяла лист с угрозой.

– Где? – Кира нахмурилась. – И зачем кому-то угрожать нам?

– Кажется, я сделала глупость, – Тася посмотрела на друзей. – Я сегодня кое-кому показала плащ, и именно у этого человека я видела книги отца. У неё их целый стеллаж!

– У неё? Кто это? – Кира приподняла брови.

– Виталина Степановна, библиотекарь, – сказала Тася.

– Но при чём тут она?

– Всё сходится, – Тася упала на диван. – У преступника точно должен был быть сообщник! Виталина Степановна последняя закрывала двери кабинетов и хранила ключи у себя. А ведь она была первой, кто пришёл на место происшествия! Именно она позвонила отцу и сообщила, что в издательстве пожар, – Тася обхватила голову руками.

– И в книге автор писал о какой-то помощнице, которую собирался переманить на свою сторону, вы помните? – выпалил Макс.

Кира закрыла рот ладонями.

– Всё сходится, – повторила Тася. – Вот почему она настаивала на том, что поджог – это всего лишь случайность!

– Но она же навещала тебя все эти годы? – вспомнила Кира.

– Да, наверное, хотела убедиться, что я не рассказала полиции о том, что видела, и не показала рисунок, – Тася сжала сумку. – Сейчас я ей устрою! – она вскочила и направилась к выходу.

– Стой, – Тим схватил её за руку. – Этим ты ничего не добьёшься!

– Тим прав, – подхватила Кира, – нам нужно действовать осмотрительнее.

Макс на всякий случай перегородил выход.

– Но как? – Тася тяжело дышала.

– Нужно вывести её на чистую воду! – сказала Кира.

– А ещё у нас должны быть доказательства, – подхватил Макс.

– Улики! Мы можем найти ещё улики, помимо плаща! – Тим потряс книгой.

– Точно! Автор писал в книге, что спрятал улики, если мы их найдём, то у нас будут доказательства. Медлить нельзя!

– Где же он их спрятал, есть идеи? – спросил Макс.

– «Сегодня я бродил по улицам Северной столицы и в самой её сердцевине, пульсирующей артерии, соединяющей два острова, заметил дефект», – зачитал Тим. – Где сердцевина Северной столицы?

– Невский проспект, тут всё ясно. Но где именно? – Кира стала ходить кругами.

– «…в самой её сердцевине, пульсирующей артерии, соединяющей два острова, я заметил дефект. У идеального с виду строения я нашёл изъян, и тогда я понял: это то, что мне нужно», – продолжил Тим. – Пока ясно то, что мы ищем строение, со-единяющее какие-то два острова.

– Может, мост? – предположила Тася.

– Ты молодец! Это и правда может быть мост, – закивала Кира.

– На Невском проспекте их три: Зелёный мост, Казанский мост и Аничков мост. Нам стоит проверить их все, – сказал Макс.

– Должна быть какая-то связь, – Тим достал телефон и, набрав в поиске «Зелёный мост Санкт-Петербурга», открыл первую ссылку. – Чугунный арочный мост через реку Мойку в Центральном районе. Он соединяет Казанский и 2-й Адмиралтейский острова.

– Пока ничего особенного, – Кира присела на диван, а Тим ввёл новый запрос.

– Казанский мост выполнен из камня, тоже арочный и проходит через канал Грибоедова. Соединяет Казанский и Спасский острова.

– Кстати, мама рассказывала, что этот мост является самым низким, – вспомнила Кира.

– Хм, – только и выдала Тася.

– Да, пока информации мало.

– Совершенно не за что зацепиться, – Макс стал расхаживать по комнате.

– Остаётся Аничков мост, – Тим снова нажал на поиск. – Этот мост соединяет два острова – Спасский и Безымянный. А ещё знаменит своими конями.

– Скульптурной группой, которая называется «Укрощение коня человеком», – уточнила Кира. – Мама рассказывала про то, что статуи коней смотрят…

– Стой, стой! – перебила Тася. – Точно! Статуи называются «Укрощение коня человеком»! В книге что-то было об этом.

Тим зашуршал страницами.

– Ты права, автор писал: «Теперь и вы узнали тайну укрощения коня человеком. Пусть это будет мой вам последний урок». Получается, улики он спрятал возле Аничкова моста.

– И это его последняя подсказка, – сказала Кира. Друзья переглянулись.

– Тогда нам нужно найти их! – Тим засобирался.

Макс с Кирой вышли из комнаты страшилок первыми, а Тим подождал Тасю, которая складывала в сумку книгу. Проходя по коридору, они услышали какой-то шум. Друзьям нужно было дождаться лифта, поэтому они нажали на кнопку вызова, но, когда лифт приехал, они в него не зашли. Внимание детей привлёк чей-то спор.

– Вы не смеете так со мной поступать! – друзья узнали строгий голос Виталины Степановны.

– Дорогая моя, но вы не выполняете своих обязанностей, это уже ни в какие ворота! – мягким тоном ответил Геннадий Аркадьевич.

– Почему вы постоянно ко мне придираетесь?! Я столько сделала ради этого издательства! – возмутилась библиотекарь.

– Не придираюсь, а контролирую, – спокойно ответил директор. – В рабочее время вы закрылись в кабинете и провели там час.

– Я сегодня плохо себя чувствовала, – спорила Виталина Степановна. В её голосе звучали металлические ноты. Кажется, она злилась.

– Что вас так расстроило, дорогая моя? – спросил Геннадий Аркадьевич.

– Вас это не касается! Больше такого не повторится, – отчеканила Виталина Степановна и вышла из-за угла.

Макс, Кира и Тим отвернулись, сделав вид, что рассматривают картины и ждут лифта, который уехал секунду назад. Друзья старались не смотреть на библиотекаря, особенно Тася, но краем глаза Тиму всё-таки удалось разглядеть, что она шла, сжимая губы, а щёки её полыхали огнём.

– Он ещё попляшет, – пробурчала Виталина Степановна.

Кажется, она даже не заметила детей.

Невский проспект залило обеденным тёп-лым солнцем, которое поднималось над крышами зданий. Если прислушаться, можно было различить одиночные звуки: сигнал водителя на светофоре, лай собак, идущих рядом с нерасторопными хозяевами, шум проезжающей уборочной машины. Все эти звуки сливались воедино и превращались в городской гул, так хорошо знакомый жителям мегаполисов. Тим и Тася шагали по проспекту, рассматривая проплывающие мелкие экскурсионные судна. Макс и Кира шли сзади, о чём-то увлечённо беседуя.

– Как думаешь, из-за чего Виталина Степановна могла так разозлиться на директора? – спросила Кира.

– Не знаю, как на него вообще можно злиться?! – ответил Макс.

– Ты тоже об этом подумал? – Кира посмотрела на Неву, а затем на Макса.

– О чём?

– Ну, что она может сделать то, что уже однажды сделала, – тихо сказала Кира.

– Предать? – Макс пнул лежащий под ногами камень.

Кира пожала плечами.

– Надеюсь, они не спалят издательство Геннадия Аркадьевича, – девочка сжала кулаки, – иначе я им покажу!

Друзья прошли станцию метро «Гостиный двор», и впереди показался Аничков дворец. Вскоре они поравнялись с перекрёстком, перешли дорогу и оказались у моста.

– Выходит, где-то тут спрятаны улики, которые помогут нам посадить преступника, – Тася осмотрелась.

– Зачем же он их спрятал, если это может его погубить? – Макс развёл руками.

– Наверное, не думал, что кто-то сумеет найти их, – Кира взглянула на скульптуры коней.

– Для него это полный провал, и он сильно разочаруется, когда узнает, что мы нашли их, – сказал Тим.

– Тогда давайте их отыщем, – Макс глубоко вздохнул.

– Интересно, что мы вообще ищем? Тайник? Ключ? – Кира ходила вдоль памятника у правой стороны моста.

– А если он скинул их в воду? – предположила Тася.

– Это было бы не в его стиле, – Кира покачала головой. – Думаю, он придумал что-то поинтереснее.

– Если он писал про скульптуры «Укрощение коня человеком», то, возможно, в них и отгадка.

– Кир, звони маме! Без неё не справимся, – Макс кивнул на телефон.

– Хорошо, давайте попробуем, – Кира набрала номер мамы, послышались гудки.

– Мамуль, привет!

– Привет, дорогая!

– Мам, ты не поможешь мне ещё раз? – попросила Кира.

– Конечно! Cнова история города?

– Да, но на этот раз нужна информация про скульптуры «Укрощение коней человеком».

– Те, что у Аничкова моста?

– Угу.

– Так, ну смотри, эта композиция создана Петром Клодтом. Видишь четырёх коней? Эти композиции показывают драматический сюжет – покорение коня. Начало поединка в первой статуе: юноша пытается схватить коня, вставшего на дыбы. Вторая показывает, что коню почти удаётся вырваться, но юноша удерживает его. В третьей конь повинуется юноше. Ну а последняя – та, где юноша ведёт коня под уздцы. Если вы посмотрите на копыта коней, то у двух из них будут подковы, а у двух других – нет. Те, что подкованы, и считаются покорёнными.

– Как интересно, мам! Спасибо большое!

– Целую, солнышко!

– Ну ма-а-а-м! – на щёки Киры набежал румянец.

Кира отключила звонок, в это время Тася открыла книгу и стала что-то искать.

– Где же это… «А символом победы над строптивым скакуном станет подкова», – прочла она. – Попробуем начать с последней статуи? Думаю, он выбрал её как символ победы над строптивым и вольным скакуном… Он имел в виду моего отца, – Тася сглотнула.

– Он и правда сумасшедший! – Кира закатила глаза.

Макс и Тим подошли к статуе, которая стояла на гранитном пьедестале, достали фонарь и осветили подкову. Между дугами виднелось отверстие и круглая выемка, а сама подкова держалась на саморезах.

– Тут ничего нет, – мальчики развели руками.

– Дайте взглянуть, – Кира отодвинула друзей и подошла к фигуре коня. – Сможешь меня подсадить? – спросила она Макса.

Мальчик пожал плечами и присел. Кира взобралась на плечи Макса, а когда он встал, она смогла дотянуться до заднего копыта коня. Сначала она ощупала пальцами внутри подковы, затем попыталась подковырнуть ногтем. Кира кривилась и морщилась, пока не крикнула:

– Есть шпилька?

– Не-а, – Тася покачала головой.

– Есть, – услышала Кира голос Макса, а Тим и Тася посмотрели на друга, приподняв брови.

– Да это сестра вечно их раскидывает, а я собираю. Вот и забыл в кармане, – Макс аккуратно, удерживая равновесие, достал из брюк тонкую шпильку и протянул Кире. Девочка ещё с полминуты ковыряла подкову коня, пока не раздался щелчок.

– Готово! Внутри была полость, я поддела середину – и вуаля! – Кира разжала ладонь, и друзья увидели предмет, похожий на медальон.

– Он точь-в-точь как твой! – воскликнул Тим.

– Дай взглянуть, – Тася взяла медальон, и её руки затряслись. – Да, такой же! Что это значит? – девочка взглянула на друзей.

– Этот медальон и есть ключ! – догадалась Кира.

– Но как у преступника оказался медальон моей семьи? – Тасе показалось, что всё вокруг стало мутным, словно она смотрела в давно немытое окно. Тим взял её под руку. – Я в порядке, – кивнула она. – Отец рассказывал, что этот медальон достался мне от бабушки, а у неё был такой же.

– Может, его выкрали? – предположила Кира.

– Не знаю, спрошу у отца, когда буду с ним разговаривать, – Тася сжала медальон.

– Давайте подумаем, что может открыть этот ключ, – Макс облокотился на перила и осмотрел мост. Тим внимательно разглядывал кованую ограду, надеясь отыскать отверстие или резьбу подходящей формы.

– Помните, он что-то писал про изъян или дефект? – сказала Кира.

– Да, он сказал, что спрячет улики в чью-то нелепую ошибку, – вспомнила Тася.

– Я не вижу тут никаких дефектов, – Макс развёл руками, – четыре коня, у всех по четыре ноги, юноши с головами, руками и ногами.

– Максим, понятно, что дефект не настолько явный, – засмеялась Кира.

– Юношу без головы многие бы заметили! – Тим тоже широко улыбнулся.

– Он писал, что в самой сердцевине, соединяющей левое и правое, заметил дефект, – Тася прошла вдоль набережной и остановилась там, где мост был виден целиком. Широкий мост с тремя полуарками для проезда лодок, сверху кованая ограда и четыре скульптуры по краям.

– Может, какая-то плита лежит неровно? – Тим присел на корточки и посмотрел на дорогу.

Тася всё ещё внимательно рассматривала мост, её взгляд скользнул влево, затем вправо и снова влево.

– Кажется, я нашла этот дефект!

Аничков мост горел в лучах обеденного солнца. Тася так долго смотрела на него, что перед глазами расплылись фиолетовые круги. Она пошатнулась, но тут же схватилась за кованое ограждение. Тим подошёл к ней.

– Долго смотрела против солнца, – Тася улыбнулась.

– Что ты заметила? – спросила Кира.

– Видите эти полуарки? – Тася провела в воздухе пальцем, очерчивая пустоты под мостом. – Они разные! Левая и та, что посередине, больше, чем правая.

– И правда, – Кира присмотрелась. Она отошла на несколько шагов назад и взглянула ещё раз. – Да, так и есть! Правая отличается.

– Сразу видно глаз художника, – Тим подмигнул Тасе.

– Получается, это и есть дефект? – Кира усмехнулась.

– То есть тайник под правой аркой? И как мы до него доберёмся? – Макс посмотрел на мост.

– Притворимся кладоискателями! – Кира кивнула в сторону лодочника и направилась к пирсу.

Макс с Тасей поспешили за ней, а Тим замешкался. Когда он подошёл к причалу, друзья уже махали ему из лодки.

– Прыгай! – крикнула Кира, и Тим шагнул к ним.

Тася рассматривала гладь воды, сжимая в ладони медальон. В её голове было множество вопросов, она обязательно должна найти на них ответы, но сначала они разоб-лачат преступника.

– Куда едем, школьники? – подмигнул лодочник и завёл мотор.

– Вы могли бы провезти нас под аркой, которая с правой стороны?

– Мы обычно ездим посередине, там проход не такой узкий, – лодочник замешкался. – А почему именно там?

– Понимаете, мы участвуем в городском квесте, и, судя по подсказкам, там есть тайник! – Кира заранее подготовила эту историю и сейчас была горда собой.

– В квесте? – лодочник насупился. – Придумали новомодных словечек, а мне теперь маневрируй!

– Вы же капитан судна! Знаете корабль от и до, у вас точно получится! – проворковала Тася.

На словах «капитан» и «корабль» лодочник растянул губы, словно сливочную ириску.

– Вообще-то я всегда мечтал стать капитаном, – кивнул он, направляя лодку к правой арке.

– Никогда не поздно это сделать! – сказал Макс.

– Куда мне уже?! Мечты – дело молодое, а мне пятьдесят семь лет, – лодочник прищурил глаз и вошёл точно в арку.

– Ну что вы! Мечтать можно в любом возрасте. Главное – верить в мечту и никогда от неё не отказываться! – сказал Тим.

– О как? Вы правда думаете, в моём возрасте возможно стать капитаном? – лодочник заглушил мотор, чтобы лодка остановилась.

– Возможно всё! – сказала Тася. – Только есть два правила.

– Интересно, каких же?

– Мечтать и делать. Одно без другого не работает.

– Молодёжь какая пошла! – лодочник захлопал в ладоши и чуть не соскользнул с сиденья. – Ищите свой тайник, только быстро, я так долго стоять не могу.

Тася посмотрела на каменное строение. Под мостом кладка лежала ровно, не было заметно никаких выступов или углублений подходящей формы. Кира и Макс сидели с левой стороны лодки, им был плохо виден мост, потому что та часть арки находилась в тени. Макс включил фонарь и посветил на стену.

– Макс, ну-ка, верни свет назад, – Кира прищурилась.

– Ты что-то заметила? – Тим пересел к левому борту.

– Смотрите, там отверстие! – Кира провела пальцем по стене.

– Тась, дай медальон? – Тим протянул руку, и Тася отдала медальон.

Она встала, чтобы пересесть к левому краю, но лодка сильно наклонилась, а за борт стала натекать вода. Тим вцепился в лодку, и все услышали, как что-то плюхнулось в воду.

– Так нельзя, нельзя, сядьте по местам! – скомандовал лодочник.

Тася отскочила назад, а Тим сел рядом.

– Важно соблюдать баланс, – сказал лодочник.

– Тим, медальон у тебя? Я слышала, как что-то упало в воду, – губы Таси задрожали.

– Неужели ты упустил медальон? – Макс уставился на друга.

– Да нет, вот же он, – Тим разжал ладонь, и друзья увидели блестящий кругля-шок.

– Кажется, это была моя серьга, – Кира ощупала правое ухо. – Ну и ладно, они всё равно мне не нравились, а мама заставляла носить.

– Главное, чтобы она не решила, что ты их сама утопила при первом удобном случае, – сказал Макс, и все засмеялись.

– Ой, всё! – Кира театрально откинула волосы.

– Ладно, Тим, давай поменяемся местами, и ты попробуешь вставить медальон.

Макс и Тим аккуратно пересели. Тим прощупал отверстие пальцем. Пока Кира светила на каменную стену, он прислонил медальон, но нажал слишком сильно и тот завалился в отверстие.

– Ох! – воскликнул лодочник, он всё это время с интересом наблюдал за ребятами.

– Что такое? – Тася подскочила.

Если бы вода не билась о борта лодки, можно было бы расслышать всё, что сказал Тим, но в лодке было слишком шумно, а Тим выругался очень тихо.

– Медальон запал в дырку, он меньшего размера и поэтому не подошёл. К тому же отверстие выпуклое, а медальон полукруглый, словно это всего лишь часть или плоский с одной стороны.

– Половина… – повторила Тася. – Дай-ка его мне! Сможешь достать?

– Пробую! – Тим подковырнул медальон и вытащил его другой рукой. Максу пришлось придерживать его за футболку.

Он отдал медальон Тасе, она внимательно посмотрела на него, покрутила и зачем-то сняла свой, который висел на шее. Девочка поднесла две створки друг к другу, и они защёлкнулись, будто всегда были единым целым. Теперь у Таси в руках была уже не половинка медальона, а объёмный круг, похожий на грецкий орех, одна сторона которого была гладкая, а на второй прощупывались небольшие выступы.

– Попробуй вставить его.

Тим немного покрутил медальон в отверстии, и друзья услышали щелчок. Дальше сработал механизм, и одна из плит открылась, словно створка сейфа.

– Ничего себе у вас квесты интересные! – лодочник вытаращил глаза.

Тим ощупал сейф внутри несколько раз, прежде чем сказать друзьям, что он пуст.

– Ты уверен? Осмотри лучше! – Макс схватился за голову.

– Этого просто не может быть! – Кира засопела.

– Пусто! Ничего нет! Я точно вам говорю, – Тим развёл руками.

– Что же делать? – спросила Тася.

– А что тут сделаешь, видимо, кто-то всё забрал, – сказала Кира.

– Школьники, какой план? – спросил лодочник.

– Ничего не поделаешь, нужно возвращаться. Отвезите нас на противоположную сторону, – попросил Тим и протянул лодочнику денежные купюры.

– Спасибо, я не возьму оплату! Мне было очень интересно поучаствовать в таком квесте, так что если будут новые, приходите ко мне, я вас прокачу!

– Большое вам спасибо, – Кира улыбнулась, – желаю вам осуществить свою мечту!

Лодочник помахал вслед детям.

Друзья вышли с другой стороны улицы, около Аничкова дворца. Они обогнули фасад персикового здания и свернули направо. Вой-дя через небольшую калитку, дети попали в Аничков сад. Оказавшись у зданий с постаментами, на которых возвышались вазоны с цветами, Тася, Кира и Тим остановились около лавочки, а Макс побежал за мороженым.

– Тим, ты всю дорогу молчал, о чём задумался? – спросила Тася.

– Я никак не могу понять, как Некто по имени Гений пользовался тайником.

– Что ты имеешь в виду?

– Тась, мы же открыли его с помощью твоего медальона, вернее медальона-близнеца. А значит, и у него должны быть такие же, чтобы получился ключ, – Тим разжал ладонь и взглянул на ключ из двух медальонов.

– У этих медальонов явно есть какая-то тайна, – тихо произнесла Тася.

– И она как-то связана с твоей семьёй. Держи, – Тим отдал медальоны Тасе, – пусть будут у тебя.

– Как думаете, это автор забрал улики из тайника? – спросил Макс, раздавая мороженое. Он вернулся с четырьмя разноцветными шариками в вафельных стаканчиках.

– Больше некому, – кивнула Кира.

– Но почему он это сделал? – Тася сдвинула брови.

– Наверное, испугался, что мы его полиции сдадим! – Кира развела руками.

– Это значит, он был в курсе наших планов! – Тим уставился на друзей.

– Возможно, он нас подслушивал в издательстве, – предположила Кира.

– Или она… – Тася перевела взгляд с мороженого на парк. Её внимание привлекла женщина с прозрачным зонтом.

– Теперь мы не сможем ничего доказать, – Кира вздохнула.

– Нужно придумать новый план, – сказал Макс.

– Я думаю, пришло время рассказать об этом Геннадию Аркадьевичу. Тем более после того, как Виталина Степановна на него рассердилась. Вдруг они сделают это снова, – рассуждала Кира.

В этот момент Тася уронила мороженое, её брови взлетели вверх, девочка хотела что-то сказать, но только ловила ртом воздух.

– Это она… там… – Тася показала пальцем на женщину с зонтом.

Макс, Кира и Тим посмотрели, куда указала подруга. Кира узнала её первой.

– Виталина Степановна!

– А что за мужчина рядом с ней? – Тим прищурился.

– Идём узнаем, – Кира направилась в сторону, где стояла библиотекарь.

Друзья старались идти возле деревьев, чтобы их не заметили. Спрятавшись за клёном, растущим в парке не одно десятилетие, они принялись наблюдать за библиотекарем и незнакомцем. Мужчина был в шляпе и стоял спиной к ним.

– Вы что-нибудь слышите? – шёпотом спросила Тася.

– Ничего. Нужно подойти ближе! – Кира перебежала к кустам рододендронов и присела.

Тася и Тим, прячась за деревьями, бросились следом. Один Макс долго не мог решиться, ждал подходящего момента.

– Чего застрял, дуй сюда! – шикнула Кира.

Макс замешкался, а когда побежал, зацепился за систему полива и кубарем покатился к друзьям. Он хотел встать, но Кира замахала руками.

– Сиди! Они нас заметят!

Тася, Тим и Кира посмотрели в сторону Виталины Степановны. Видимо, они услышали какой-то шум и оглянулись в сторону друзей. Сердце Киры затарахтело, словно пропеллер, Тим замер, а Тася побледнела. Макс боялся поднять голову, а когда выглянул из-за кустов, понял, почему друзья занервничали.

– Это же автор! – прошипел Макс.

– Надеюсь, они нас из-за твоей неуклюжести не заметили, – Кира выглянула из укрытия.

– Кажется, не заметили!

Виталина Степановна и автор были в паре метров от кустов, за которыми прятались дети. До друзей стали долетать их голоса.

– Оставьте это у себя, но помните об их важности! – Виталина Степановна передала автору небольшую коробку, и тот огляделся по сторонам.

– Вы уверены, что они должны быть у меня?

– Уверена! Если их найдут у меня, будут серьёзные проблемы!

– Хорошо, я сегодня всё подготовлю, а завтра сделаю то, о чём вы просите, – автор забрал коробку.

– Но только пусть никто не узнает, что это я попросила! Сделайте точно так, как в прошлый раз! – Виталина Степановна криво улыбнулась и ушла.

Автор заглянул в коробку, и его глаза заблестели. Он ещё раз осмотрелся и направился в другую сторону.

– Теперь понятно, кто стащил улики! – Кира вылезла из укрытия и стала отряхивать коленки.

– Ладно улики, но они снова что-то замышляют! – Макс выпучил глаза.

– Неужели и издательству Геннадия Аркадьевича угрожает опасность? – Тим сглотнул.

– Какой сегодня день? – Тася посмотрела на друзей.

– Девятнадцатое июня! Скоро день летнего солнцестояния! – Кира обхватила голову руками.

– Неужели они сделают это завтра ночью?! – ужаснулся Тим.

– Бежим в издательство, нужно предупредить Геннадия Аркадьевича! Я не позволю преступнику ещё раз сломать чью-то жизнь! – крикнула Тася.

Друзья ввалились в кабинет Геннадия Аркадьевича в тот момент, когда он ел пышки с сахарной пудрой.

– Кхг-кхг-кхг, – Геннадий Аркадьевич стал стряхивать с рубашки пудру. Он чуть было не подавился и, сделав пару глотков воды, уставился на гостей.

– Детишки, кхг-кхг, что стряслось?

– Ой, простите! Нам нужно было постучать, – Кира первой зашла в кабинет.

– Извините, но мы сильно спешили, – Тим прошёл вслед за Кирой.

– А почему вы спешили? Неужто пожар? – Геннадий Аркадьевич улыбнулся.

Кира и Тим переглянулись, а Макс зажал рот ладонью.

– Что? Правда, пожар?! – Геннадий Аркадьевич вмиг сделался бледным, почти зелёным.

Он выскочил в коридор так быстро, что дети не успели ничего сказать, а затем вбежал обратно.

– Но я не чувствую гари! И почему тогда не сработала система пожаротушения? Я специально установил в издательстве последнюю модель, – директор дрожащими руками схватил телефон.

– Пожара нет! – выкрикнул Макс, и Геннадий Аркадьевич положил трубку.

– Фух, ну вы меня и напугали! – он осушил стакан воды. – Почему же вы так странно себя ведёте?

– Пожара нет, но он может быть, – добавил Макс.

– Кто-нибудь может объяснить мне, в чём дело? – Геннадий Аркадьевич поставил руки в бока.

– Давайте я всё расскажу, только вам это не понравится, – сказал Кира.

– Хорошо, присаживайтесь на диван, – указал директор, а сам сел за рабочий стол. Он взглянул на Тасю, которая всё ещё стояла в дверях.

– Ты почему не заходишь?

Девочка выглянула из-за дверей и поздоровалась.

Тася пошла вдоль кабинета, рассматривая его. Подошла к камину и провела ладонью по колоннам. От камина она направилась к окну, задержавшись только у стены с фотографиями Геннадия Аркадьевича, висевшими в позолоченных подрамниках. Она выглянула в окно и, увидев напротив дом с терракотовой черепицей, всхлипнула, а когда заметила книжный стеллаж у окна, слёзы сами покатились по щекам. Геннадий Аркадьевич смотрел на Тасю, хлопая глазами.

– Почему ты плачешь? – директор выглядел обеспокоенным.

– Здесь всё так напоминает о детстве, и о… – всхлипнула девочка.

– Ты бывала тут раньше?

– Да, отец брал меня к себе на работу, а это был его кабинет.

– Кажется, я понял. Ты дочь того человека, у которого я купил издательство? – Геннадий Аркадьевич плюхнулся в кресло.

– Да.

– Ну, передавай отцу привет, – сказал директор.

– Он не живёт тут с того самого дня… как его издательство подожгли! – Тася перестала плакать.

– Ты ничего не путаешь? Мне сказали, что это был несчастный случай, – Геннадий Аркадьевич приподнял левую бровь.

– Нет, я своими глазами видела!

– Как видела? Что кто-то поджёг издательство? – Геннадий Аркадьевич налил себе воды из графина.

– Да.

– Если всё так, как ты говоришь, ты стала свидетелем преступления. Почему ты не рассказала полиции? Они нашли бы преступника, – Геннадий Аркадьевич смотрел на Тасю. Кажется, он пытался понять, говорила ли она правду или фантазировала.

– Вы мне не верите.

– Дети в твоём возрасте такие фантазёры, – Геннадий Аркадьевич опустил глаза. – К тому же ты испытала сильный стресс.

– Вот и тогда мне никто не поверил, – вздохнула Тася. – К тому же я видела преступника только со спины, но я его зарисовала, – девочка достала из сумки потрёпанный альбом и отдала директору.

Геннадий Аркадьевич, взглянув на рисунок, прикрыл рот ладонью.

– Выглядит реалистично… Неужели издательство твоего отца и правда подожгли? Кто же это мог сделать?

– Об этом мы и хотели поговорить, – объяснила Кира. – Всё началось, когда мы нашли ту самую книгу.

– «Феникс»? – у Геннадия Аркадьевича вырвался короткий свистящий вздох.

– Да, мы стали её читать и выяснили, что в книге действительно есть загадки. И все они ведут к преступнику. То есть я хочу сказать, – Кира заметила, что Геннадий Аркадьевич стал моргать чаще обычного, – что автор скрыл следы преступления, но дал реальные подсказки в этой книге.

Геннадий Аркадьевич вскочил с места.

– Не может быть! Вы понимаете, что это означает?

– То, что автор и есть преступник, – продолжила Кира.

– И, поверьте нам, ему явно есть что скрывать, – добавил Тим.

Геннадий Аркадьевич опустился в кресло. Он достал шёлковый платок и промокнул лоб.

– Но это не самое страшное, – Кира вздохнула.

– Моё издательство опубликовало книгу преступника, скрывающую реальные улики! Если об этом узнают в прессе, что может быть страшнее такого скандала?!

– У автора есть сообщник, и, кажется, они собираются поджечь и ваше издательство… завтра ночью! – Кира старалась говорить как можно спокойнее, но внутри неё словно оркестр отстукивал в барабаны.

Геннадий Аркадьевич обмяк в кресле.

– Но почему? Да и с чего вы взяли?

– Когда мы узнали место, где были спрятаны улики, мы собирались их забрать, но не успели, потому что нас кто-то опередил. А после, недалеко от тайника, мы встретили автора и ещё одного человека. Этот человек работает в вашем издательстве, и он передал автору какую-то странную коробку, – рассказала Кира.

– Кто же этот человек? – Геннадий Аркадьевич нахмурился.

– Виталина Степановна! И, кажется, она на вас разозлилась, мы сами слышали, как вы поругались.

– Вита?! Виталина Степановна?! Не может быть! – Геннадий Аркадьевич встал и заходил по кабинету, сложив руки за спиной. – Вы правда видели её с автором этой книги?

– Да. Она отдала ему улики в коробке и сказала, чтобы он сделал всё как в прошлый раз! – подтвердила Кира.

– И чтобы никто не узнал, что это она попросила, – добавил Макс.

– Я же ей так доверял! – директор стукнул кулаком по столу и сжал зубы.

Тим, Кира и Макс переглянулись, они раньше никогда его таким не видели.

– Почему вы думаете, что они собираются сделать это завтра ночью? – директор снова сел за стол, кажется, он немного успокоился.

– Потому что в прошлый раз издательство подожгли в ночь с 20 на 21 июня, в день летнего солнцестояния, – сказала Тася.

– Так, так, так, – Геннадий Аркадьевич постукивал пальцами по столу, – я им издательство в обиду не дам! Вам удалось найти хоть какие-нибудь улики?

– Только плащ, – ответила Кира.

– Какой плащ?

– В который был одет преступник в день преступления.

– Отлично! – воскликнул Геннадий Аркадьевич. – Будем ловить на живца!

– Как это? – не понял Макс.

– Заманим его в ловушку, а приманкой будет плащ! – Геннадий Аркадьевич сжал кулаки.

– Вы придумали план? – улыбнулась Кира.

– Да! И он гениальный! – директор подмигнул девочке. – Мы разместим в социальной сети, там, где велась беседа по книге, информацию о том, что нашли улику – плащ. И подождём, пока автор клюнет. Он непременно заинтересуется, ведь на нём могут быть отпечатки пальцев! Когда он ответит, мы назначим ему встречу, например в моём кабинете. Когда он придёт, я попробую его разговорить, а вы спрячетесь вот за этим камином, – Геннадий Аркадьевич указал на небольшой карман за камином. – Только не беспокойтесь, за дверью будет поджидать полиция, и как только он проговорится, они возьмут его с поличным.

– А не проще ли пойти в полицию и отдать им плащ? Может, там и правда остались отпечатки пальцев? – спросила Тася.

– Так мы его спугнём. В полиции нам придётся написать заявление, чтобы объяснить, что это за плащ. И полицейские начнут проверять эти сведения. Когда они допросят автора, он поймёт, что за ним охотятся, но так как улик недостаточно, его отпустят. И тогда мы его больше не найдём! – пояснил Геннадий Аркадьевич. – Сначала нам нужны доказательства. Если нам удастся его разговорить и он признается, тогда-то ему не выкрутиться.

– Но самые важные улики всё равно у него! – Макс развёл руками.

– Это и есть вторая часть плана. Пока автор будет в издательстве, его квартиру обыщет мой знакомый частный детектив!

– По-моему, отличный план, – сказала Кира.

– А если он не придёт? – спросила Тася.

– Думаю, что придёт, раз он забрал улики из тайника, то и плащ захочет забрать! – Геннадий Аркадьевич открыл ноутбук.

– К тому же мы получили послание с угрозами из-за этого плаща, а значит, он ему нужен, – напомнил Макс.

– Какими угрозами? – брови Геннадия Аркадьевича приподнялись.

– Нам подкинули лист, на котором были приклеены вырезанные из книжки буквы: «Отдайте то, что принадлежит мне, и не суйте больше маленькие носы в это дело, тогда я вас не трону!»

– Почему вы сразу мне не рассказали?!

– Хотели сначала отыскать улики, – Кира вздохнула.

– Это могло быть очень опасно, больше так никогда не делайте! – он строго посмотрел на друзей. – Договорились?

Макс, Кира и Тим кивнули.

– Кажется, вы должны рассказать мне ещё кое о чём? – Геннадий Аркадьевич прищурился.

Дети переглянулись.

– Что вы имеете в виду? – спросила Кира.

– Вы нашли автора и не сказали мне, – директор произнёс это ласково, но было заметно, что он нервничает.

– Мы нашли его случайно, – Тим развёл руками. – Его не оказалось дома, и мы уже собирались уходить, а потом я заметил, что голуби слишком часто взлетают с крыши, как будто их что-то беспокоит, или кто-то. Так мы его и нашли.

– То есть он живёт на крыше?

– Да, и пользуется пожарной лестницей.

– Хитро! А откуда у вас адрес его дома? – Геннадий Аркадьевич обвёл взглядом детей. – Или вы…

Друзья потупили взгляд.

– Мы его подглядели в вашем компьютере, когда вы пролили кофе на рубашку и вышли переодеться, – признался Тим.

– Извините нас, мы очень хотели найти автора, – сказала Кира.

Макс закивал. Геннадий Аркадьевич посмотрел на ребят с полминуты и вздохнул.

– Ладно, но больше так никогда не делайте! А сейчас давайте напишем ему сообщение.

Геннадий Аркадьевич вошёл в социальную сеть, в которой велась беседа по книге, и набрал: «Уважаемый автор книги, у меня есть то, что принадлежит вам, – плащ, в котором было совершено преступление. Если вы хотите, чтобы я вам его отдал, то ответьте мне в личном сообщении. Или же я отдам его в компетентные органы».

Геннадий Аркадьевич зачитал детям сообщение и нажал на кнопку «Опубликовать».

– Теперь осталось дождаться ответа, – потёр руки директор.

– В последнюю нашу встречу автор был не особо многословен, может, и в этот раз он ничего нам не скажет, – Тим пожал плечами.

– Будем надеяться, что мой друг детектив отыщет улики, и тогда ему не выкрутиться!

– А как же Виталина Степановна? Что делать с ней? – спросила Кира.

– Притворимся, что мы не в курсе их плана, чтобы не привлекать внимание. Придётся немного полицемерить, хоть я это очень не люблю, – директор скривился.

– Даже не верится, что она пошла на это. С отцом они были очень дружны, – Тася вздохнула.

– Никогда не знаешь, где притаилось зло, – Геннадий Аркадьевич хотел что-то добавить, но взглянул на экран монитора. – Сообщение от автора! – воскликнул директор. – Он клюнул! Спрашивает о месте встречи и времени!

– «Встретимся в 10:00 утра», – Геннадий Аркадьевич отправил сообщение, в котором указал адрес издательства с пометкой «Кабинет 8 (7-й этаж)». Через минуту пришёл ответ. – Он будет, – директор посмотрел на друзей. – Жду вас в девять, чтобы подготовиться. Только не забудьте принести плащ.

– Спасибо вам огромное! – Кира так расчувствовалась, что подошла и обняла Геннадия Аркадьевича.

– Всё будет хорошо, не волнуйтесь! – пообещал он.

– До свидания, – друзья помахали директору и вышли в коридор.

– Мы же не разойдёмся по домам? – Тим посмотрел на ребят.

– У нас осталось одно важное дело, – Кира подняла вверх указательный палец.

– Какое? – друзья переглянулись.

– Мы не дочитали последнюю главу.

– А ведь правда! Тогда у меня есть план, – начал Тим, – мой дом здесь ближе всех. Все идём ко мне, мама накормит нас ужином, она у меня гостеприимная, и заодно дочитаем книгу.

– Отлично придумал! А после Макс проводит меня до дома, мы всё равно живём по соседству, – Кира расплылась в улыбке.

– С удовольствием, – выпалил Макс и тут же опустил взгляд. – Я хотел сказать, с удовольствием загляну к тебе в гости, Тим. Если мы будем у тебя, мои родители не станут волноваться!

– Да-да, мы так и поняли, – Тим подмигнул Кире, и Макс снова потёр щёки.

– Вы идите, а я домой, – Тася опустила голову.

– Это ещё почему? – спросил Тим.

– Мой дом в другой стороне, потом будет поздно возвращаться одной.

– Ты права. Тогда давай отпросим тебя у тёти, и останешься ночевать у меня. Расположишься в комнате для гостей, у нас там даже телик есть и игровая приставка! – предложил Тим.

– Между прочим, последней модели, – подтвердила Кира.

– Я попробую отпроситься, тётя у меня не строгая, – Тася взяла телефон и набрала номер.

Пока она разговаривала, друзья обсуждали завтрашний день.

– Думаете, сработает? – Кира поёжилась от холода.

Макс достал ветровку и протянул ей.

– Спасибо, Макс, – она укуталась.

– Может сработать, – кивнул Тим.

– Давайте скажем ему, что не отдадим плащ, пока он нам всё не расскажет? – предложил Макс.

– Давайте по ситуации, – вздохнула Кира.

– Разрешила! – Тася подбежала к друзьям. – Тим, только сначала она хочет поговорить с твоей мамой.

– Без проблем, сейчас скину номер и предупрежу маму, – Тим отправил Тасе контакт, и они побрели к ближайшей остановке.

Не злите гениев, вам потом их не задобрить.

Не играйте с ними, вы обязательно проиграете.

Пятница. 02:20

В тёмной и сырой каморке пахло пылью и старой бумагой. Я сидел там несколько часов, и спина сильно затекла. Выходить было опасно, ведь могли сработать датчики движения. Я знал, что в пять утра сторож сделает обход и отключит сигнализацию. Ему потребуется час и десять минут, чтобы обойти всё здание. Обычно обход начинается с самого верхнего этажа. За то время, пока сторож доберётся до первого этажа, я сумею осуществить план. А после спокойно выйду из здания через потайной ход. Внизу меня ждёт самокат и небольшой бисквитный кекс с изюмом. Я купил его специально, чтобы отпраздновать победу! Пожалуй, не стану зажигать на нём свечи, на сегодня будет достаточно огня.

Могло ли всё быть иначе? Возможно, если бы ОН не был со мной так жесток… Не злите гениев, вам потом их не задоб-рить. Не играйте с ними, вы обязательно проиграете.

Я взглянул на часы: стрелки показывали половину пятого. Минуты тянулись словно караван в жаркой пустыне, безуспешно ищущий оазис. Сегодня самый длинный день в году, день, после которого солнце подчинится ночи. А ОН подчинится мне. От этих мыслей у меня защекотало в животе.

Ровно в пять утра я приоткрыл дверь. В каморку влетел прохладный воздух, освежая пылающие щёки. Я сделал шаг и замер. Тишина. Тогда я взял подготовленные заранее инструменты и прошёл к его кабинету. Дверь была плотно закрыта. Я потянулся к карману, в котором лежали ключи. Их прохладный металл приятно остудил разгорячённые пальцы. Я открыл кабинет и вошёл внутрь. От цели меня отделяла какая-то пара шагов!

На то, чтобы выполнить план, мне потребовалось пять минут, я постоял ещё две минуты, проверяя, что всё получилось так, как нужно, и вышел. Я спустился на третий этаж и по пустым коридорам дошёл до столовой. Включив там несколько электроприборов, я снова поднялся на седьмой этаж и вышел через секретную дверь, ведущую к тайному ходу. Спускаясь по ступеням, я чувствовал едкий и тяжёлый запах – запах победы и моей свободы. Он больше никогда не сможет мне ничего запретить!

Вы когда-нибудь слышали о птице феникс? Она сгорает, превращаясь в пепел, когда чувствует опасность. Но она никогда не позволит уничтожить себя. Эта птица настолько величественна, что даже огонь не способен её победить, ведь каждый раз она вновь возрождается из пепла, оставляя только тлеющие следы.

Некто по имени Гений оставит после себя след, он, словно феникс, восстанет из пепла.

За завтраком Тася всё время роняла ложку. Она перепутала сахар с солью, намазала маслом сыр вместо хлеба, и ей даже пришлось сказать, что она любит именно так, чтобы мама Тима ничего не заподозрила.

– Тась, всё в порядке? – спросил Тим, когда мама ушла.

– Волнуюсь, – призналась она.

– Сегодня мы его поймаем, и тебе станет легче, – Тим похлопал Тасю по плечу.

– Хочу, чтобы это поскорее закончилось, вот и всё.

– Сегодня всё и закончится!

Тим зашёл в комнату, взял спортивную сумку и проверил внутренний карман, потом он положил в боковой карман скрученный плащ, воду, фонарь и телефон.

Часы показывали четверть девятого, и Тим с Тасей были уже готовы. Вчера с Максом и Кирой они договорились встретиться у издательства без десяти девять. Тим посмотрел на часы.

– Что-то не могу дозвониться до Макса. Ладно, нам пора, пошли.

Тим и Тася спустились на улицу и пошли в сторону издательства. Им нужно было пройти несколько кварталов, но Тася всё время останавливалась.

– Знаешь, у меня такое чувство, что нам не стоит туда идти, – она посмотрела на Тима.

– Не бойся, мы же не одни, с нами будет Геннадий Аркадьевич, он поможет.

– Не знаю, всё-таки мы идём на встречу с преступником.

Без десяти девять Тим с Тасей были возле издательства.

– Где Макс с Кирой? – Тася вертела головой.

– Надеюсь, Макс не проспал! – Тим набрал его номер. Послышались продолжительные гудки, затем короткие. Тогда Тим набрал Киру. Телефон подруги был выключен.

– Очень странно, – Тим пожал плечами.

– Подождём их до девяти и зайдём, – предложила Тася.

Тим с Тасей крутились в зеркальном дворике издательства десять минут, и Тим заметил, что за это время в здание не зашёл ни один работник.

– Интересно, почему никто не приходит на работу, ведь «Корона» открывается с девяти?

Тим прислонился к панорамному окну. Внутри было пусто, только охранник ходил туда-сюда. У Геннадия Аркадьевича всё было строго, он не любил расхлябанность сотрудников. И особое внимание уделял безопасности. Охранники в здании стояли у трёх выходов, ещё двое патрулировали здание каждые полчаса, кроме того, на этажах были установлены камеры, которые передавали данные охране и в кабинет Геннадия Аркадьевича.

– Странно, где все?

– Тася, нам пора, – Тим ещё раз посмотрел в ту сторону, откуда должны были прийти Кира с Максом. – Плащ всё равно у нас, справимся без них. Может, они опаздывают.

– Или испугались, – предположила Тася. – Честно признаться, я и сама боюсь туда идти.

– На Киру это не похоже. Может, они зашли раньше нас. Ладно, идём! – Тим с Тасей зашли в здание.

Коридоры издательства были непривычно пусты. Даже в кафе никого не было, обычно каждый день там толпились работники издательства, обсуждая книжные новинки и последние новости.

– И круассанами не пахнет, – удивился Тим, – по утрам в фойе всегда стоит насыщенный аромат корицы и шоколада.

– Наверное, все уже в кабинетах, – Тася пожала плечами.

Друзья подошли к лифту и поднялись на седьмой этаж. Фиолетовая дверь была открыта. Когда друзья вошли в кабинет, директор уже ждал их.

– Детишки, вы пришли! А где остальные? – Геннадий Аркадьевич выглянул в коридор.

– Доброе утро, – поздоровались Тим и Тася. – Кажется, больше никого не будет, – добавил Тим.

– А плащ у вас? – спросил директор.

Мальчик кивнул, похлопав по сумке.

– Ну хорошо, проходите.

Тим и Тася зашли в кабинет, а Геннадий Аркадьевич остался стоять около двери.

– В издательстве сегодня пусто, – заметил Тим.

– Да, я объявил выходной и всех отпустил, – Геннадий Аркадьевич подмигнул Тиму, – чтобы никто не помешал нашему плану. Кстати, о плане… – директор замолчал, посмотрев на ребят. – Я всю ночь думал и принял решение немного изменить его.

– Изменить план? – переспросила Тася.

– Поймите меня, я не смогу себе простить, если с вами что-то случится! Находиться в одном кабинете с преступником очень опасно! О чём я только вчера думал!

– И как быть? – спросил Тим.

– Мы вот как поступим, – начал Геннадий Аркадьевич. – Вы отдадите мне плащ, а сами укроетесь в соседнем кабинете, чтобы автор вас не видел. А я с ним разберусь.

– Вы хотите, чтобы мы отдали вам плащ? – Тим посмотрел на Тасю.

Девочка пожала плечами.

– Может быть, сделаем так, как договаривались? – спросила Тася.

Геннадий Аркадьевич подошёл к Тиму, преграждая ему путь, и вытянул руку.

– Поймите, я несу за вас ответственность! Отдайте мне плащ, – он стоял так близко к Тиму, что у мальчика не оставалось никакой возможности увернуться.

Тим посмотрел на директора, тот, улыбнувшись, кивнул. Тогда Тим достал из бокового кармана сумки свёрток и протянул Геннадию Аркадьевичу.

– Вот и хорошо! А сейчас пойдёмте, я вас спрячу, скоро придёт автор, – директор подошёл к двери.

– Почему в вашем издательстве нет ни одной книги издательства моего отца? – вдруг спросила Тася.

Директор развернулся к Тасе, приподняв левую бровь.

– Пойми… у меня в издательстве другое направление, иная философия, – ответил директор.

– Но в вашей библиотеке есть книги всех издательств, кроме издательства «Сердце внутри». Почему?

– Разве сейчас время для таких разговоров? – Геннадий Аркадьевич покраснел, с ним это случилось впервые. – Я тут ради тебя собираюсь встретиться с преступником, а ты задаёшь мне такие нелепые вопросы! Но если тебе правда интересно, я отвечу, только не обижайся потом. Книги твоего отца непопулярны.

– Неправда! – крикнула Тася. – О его книгах до сих пор говорят люди. И книжные блогеры снимают о них ролики с миллионными просмотрами, я сама видела!

– Потому что кое-кто их всё время пиарит! А говорила мне, что этого не повторится, – сквозь зубы проговорил директор.

– Кто пиарит книги отца?

– Неважно. Выходите! – как-то слишком громко сказал Аркадий Геннадьевич.

– Мы не выйдем! – Тася упёрла руки в боки.

Тим уставился на неё, не понимая, что происходит.

– Вы изменили в издательстве абсолютно всё: перекрасили стены, повесили странные картины, поменяли двери, люстры, ковровые дорожки и даже резиновые коврики не оставили. Вы изменили всё до мельчайших деталей. Всё, кроме его кабинета! – Тася прожигала директора взглядом.

– Ты хотела сказать: моего кабинета? – Геннадий Аркадьевич сжал зубы.

– Этот кабинет был и останется кабинетом моего отца! Вы даже свои фотографии повесили там же, где когда-то висели портреты отца.

– К чему ты клонишь? – Аркадий Геннадьевич провернул ключ, который торчал в двери, и спрятал его в карман.

– Вы ведь не собирались нам помогать, да? – усмехнулась Тася.

Она заметила, что Геннадий Аркадьевич приближается, и попятилась назад, пока не упёрлась в колонну. Тася обошла каминную решётку и встала так, чтобы между ней и директором была преграда.

Геннадий Аркадьевич ослабил узел галстука, подошёл к камину и, достав розжиг, подпалил дрова. Они вспыхнули так быстро, словно до этого их облили бензином.

– Не смейте! – выкрикнула Тася.

В эту же секунду директор швырнул в огонь плащ и ухмыльнулся.

– Что ж, раз вы сами отказались находиться сейчас в безопасном месте, приступим к плану «Б».

Тим и Тася переглянулись.

Ранним утром, ровно без четверти восемь, Макс нажал на звонок Кириной квартиры. Дверь распахнулась, и девочка, зевая, высунулась в дверной проём.

– Подержи-ка, – она всунула Максу поводок с непоседливым тойтерьером, энергично виляющим хвостом. Затем, скомандовав: «Финик, ждать!», захлопнула дверь.

Макс посмотрел на пса.

– Ну привет, Финик! Твоя хозяйка снова проспала и не успела с тобой погулять?

Пёс заскулил.

Кира вышла через несколько минут, на ходу дожёвывая бутерброд с сыром. Кивнув Максу, она постучала в соседнюю дверь.

– Анна Матвеевна, доброе утро! Вы сможете погулять с Фиником и сегодня тоже, а я позже его заберу?

– Конечно, оставляй!

– Спасибо! – сказала Кира, и соседка, запустив пса, закрыла дверь.

Друзья вышли во двор.

– Может, через парк, вроде успеваем? – предложил Макс.

– Давай!

Макс и Кира, завернув за угол, оказались в небольшом парке. Утром там пахло свежим кофе и мокрой травой. Друзья шли не спеша, наблюдая за тем, как солнце поднималось над Невой. В какой-то момент Кира заметила, что Макс начал ускорять шаг, и ей приходилось практически бежать за ним.

– Макс, всё в порядке? – Кира посмотрела на друга. Тот не ответил, а лишь слегка повернул голову вправо.

– Что там? – Кира обернулась. Она заметила, как чей-то силуэт юркнул за дерево.

– Бежим! – Макс потянул Киру за рукав в тот момент, когда они поравнялись с ларьками сувениров.

Они добежали до предпоследнего ларька и остановились. В кармане шорт Макса завибрировал телефон, но он не ответил.

– Пригнись! – Макс высунулся из-за голубого павильончика с открытками. – Кажется, оторвались!

– Кто там был? – Кира всё ещё тяжело дышала.

– Не знаю, я заметил его ещё у твоего дома. Сначала думал – показалось, но он шёл за нами по пятам.

– Ладно, идём, – Кира тоже выглянула из укрытия.

Метрах в пятнадцати от них на велосипеде проехала женщина в больших наушниках, из которых слышалась ритмичная музыка. На дальней лавочке дети кидали корм голубям, а вдоль аллеи шёл парень с далматинцем. Никаких подозрительных незнакомцев не было.

Макс с Кирой, оглядываясь назад, выскочили из-за ларька и тут же упёрлись в чей-то шершавый кардиган.

– Вот вы где! – сказал автор книги «Феникс», криво улыбнувшись.

– Что вам от нас нужно? – выкрикнула Кира, и несколько прохожих обернулись.

– И почему вы за нами следите? – Макс сделал шаг вперёд, загораживая Киру.

– Мне нужно с вами поговорить, – автор наклонился, и Кира отпрянула назад. – Не бойтесь, я не причиню вам вреда.

– Охотно верим, – Кира фыркнула. – Что вы хотите от нас? Неужто вернуть улики, которые забрали из тайника?

– Улики? – глаза автора расширились.

– Будете делать вид, что не понимаете, о чём мы? – Макс ухмыльнулся. – Но мы вас видели там, в Аничковом саду.

– Я и правда не понимаю, когда вы меня видели?

– Ой, да вчера! С Виталиной Степановной! – Кира закатила глаза. – И она отдала вам коробку с уликами, которую до этого успела забрать из тайника раньше нас.

– С Витой я вчера встречался, – кивнул автор, – но никаких улик она мне не отдавала!

– Что тогда было в коробке? – Кира поставила руки в боки.

– Книги, естественно! В коробке были популярные книги бывшего издательства «Сердце внутри», – автор развёл руками.

– Которое вы же и спалили?!

В этот момент его телефон снова завибрировал, но он скинул вызов.

– Об этом я и хотел поговорить, – автор топтался на месте.

– О чём тут говорить?! Вы преступник и бессовестный человек! – Кира еле сдерживала возмущение, от этого в её голосе появились писклявые нотки.

– Да не палил я ничего! – автор развёл руками.

– Зачем же вам книги в коробке? – не отставала Кира.

– Для съёмки рекламы, я же популярный блогер – Кирилл Давидович Червяков! А Виталина уже не первый раз просит меня снять видео с книгами «Сердце внутри». Они, кстати, набирают больше всего просмотров. Только Вита всегда просит не рассказывать, что это она принесла книги для съёмки роликов, кажется, её потом ругают за это на работе.

– Но вы же сами написали в книге, что совершили преступление и даже оставили там подсказки, которые мы нашли! – Макс нахмурился. Он начинал терять терпение.

– Я этого не делал. Понимаете, в тот день, когда вы ко мне пришли, я от вас впервые услышал о преступлении. Сначала я подумал, что это какой-то розыгрыш, чтобы испортить мою репутацию в социальных сетях, но та девочка так искренне плакала, что мне стало её жаль. И я захотел понять, о каком преступлении вы говорите, но в интернете не нашёл никакой информации по этому поводу, книги у меня не было, по-этому я и пришёл к вам.

– А как вы узнали мой адрес? – на-сторожилась Кира.

– Молодой человек обронил у меня на крыше эту записку, – автор протянул визитку, на которой было написано: «Заказ номер 19 принят. Доставка букета ромашек по адресу…» и указан адрес Киры.

Девочка посмотрела на бланк, затем на Макса.

– Так это ты прислал мне ромашки?

– Я такой растяпа, – Макс забрал лист с адресом и смял его.

– Ладно, допустим, – Кира обратилась к автору. – Но почему вы говорите, что не понимаете, о каком преступлении речь? Вы же автор книги «Феникс»?

– Я!

– Так в ней и написано, что Некто по имени Гений подготовил и совершил преступление, а улики спрятал в книге, – Кира посмотрела на Макса, тот пожал плечами.

– Вы что, не в курсе того, о чём сами же и написали?

– Дело в том… кхг… что я не читал эту рукопись, – автор опустил глаза.

– Как это вы не читали? – разом спросили Макс и Кира.

– Не я её написал.

– Но кто? Кто её написал? – Кира смотрела на автора полными ужаса глазами.

– Я точно не знаю. Меня вызвали в издательство, потому что я книжный блогер. Мой канал очень популярен среди читателей, возможно, вы слышали про него. Он называется «Книжный червь», его веду я.

– Да, я подписан, – закивал Макс. – Поэтому-то ваш голос показался мне знакомым!

– Когда я пришёл в издательство, мне предложили сделку. Я соглашаюсь подписать договор, словно это я автор рукописи, а мне за это платят гонорар. Предложение, конечно, странное, но мне тогда очень нужны были деньги.

– То есть вы согласились стать автором рукописи, которую в глаза не видели? – Кира уставилась на автора. – А вы не подумали, что там могло быть не пойми что написано?

– Человек, с которым я разговаривал, показался мне приличным, и я понимал, что рукопись выйдет под именем издательства, поэтому ничего страшного в ней быть не могло. Вот я и подписал договор не глядя.

– Даже дети знают, что не глядя ничего подписывать нельзя! Книга написана от лица человека, совершившего преступление! – сказала Кира.

– Теперь я это понял, но тогда я даже подумать о таком не мог…

– Минуточку, – Кира прищурила глаз, – а кто тогда выходил в эфир в день презентации книги и рассказал о загадках?

– Я не понимаю, о чём вы говорите. Никакого видео я не видел и тем более не записывал. Я и интернет-то не смотрю, ведь всё моё время занимают съёмки и подготовка к ним. Мне даже пришлось обустроить себе жильё на крыше, чтобы никто не отвлекал от работы, ну вы и сами видели.

– Получается, что и беседу по книге в социальных сетях не вы ведёте?

– Не я.

– Кому же вчера Геннадий Аркадьевич назначил встречу? – Кира потёрла виски.

– И кто ему ответил? – Макс выглядел озадаченным. – А кто попросил вас стать автором рукописи? – спросил он.

– Директор издательства «Корона».

– Геннадий Аркадьевич? – друзья переглянулись.

– Сколько сейчас времени? – спросил Макс.

– Девять часов пятнадцать минут, – Кира посмотрела на часы, – мы опоздали!

– Я звоню в полицию, а ты набери Тима или Тасю, – крикнул Макс.

– Телефон сел! – Кира посмотрела на тёмный экран.

– Вам нужна моя помощь? – спросил Кирилл Давидович.

– Предупредите Виталину Степановну, у вас же есть её номер? Пусть поднимется с охранниками в кабинет к Геннадию Аркадьевичу.

Кирилл Давидович кивнул.

– Нам нужно в издательство! Он устроил им ловушку!

– Так, значит, Некто по имени Гений – это вы? – бросила Тася Геннадию Аркадьевичу и упёрлась в стену. Отступать было некуда.

– Умничка! Но вы никогда не сумеете это доказать! Я сжёг вашу последнюю улику! – Геннадий Аркадьевич надвигался на детей. – Только мне всё равно не нужны свидетели!

– Помогите! Помогите! – Тася стала звать на помощь.

– Можешь так не орать. С того самого дня, как в издательстве произошёл пожар, я усилил стены, теперь они ещё и с шумоизоляцией, – директор ехидно улыбнулся.

– Вы же вчера никому не писали, – догадался Тим. – Всё это был обман?

– Какой ты смышлёный. Да, вчера я разыграл для вас небольшое представление. Я отправлял эти письма самому себе, а вы поверили. Видели бы вы свои лица, – Геннадий Аркадьевич рассмеялся.

– Ну а угроза? Её тоже подкинули вы? Или ваша сообщница Виталина Степановна? – Тася пыталась говорить спокойно, но в горле словно застрял ком.

– Угадала! Я с великим удовольствием вырвал лист из книжульки твоего отца. А насчёт Виты ты ошиблась, она никогда бы не посмела испортить его книги. Она их обожала, глупая! Когда она увидела, что я испортил роман «По дороге к солнцу», сильно разозлилась, и мы поругались. А потом назло мне она отдала их другу-блогеру. Я так надеялся, что смогу перетянуть её на свою сторону, только Вита выбрала не меня, – Геннадий Аркадьевич поправил волосы. – Я хотел, чтобы вы перестали совать носы не в своё дело. Но, признаюсь, я был удивлён тем, что вы нашли ответы ко всем моим загадкам. Только запомните, вам никогда не перехитрить Некто по имени Гений!

– Что вы с нами сделаете? – Тим понимал: нужно заболтать директора, выиграть немного времени и придумать хоть какой-то план.

– Дети в вашем возрасте такие любопытные. Представьте себе такую картину: непослушные мальчик и девочка зашли в кабинет директора, пока его не было. Увидели камин, заинтересовались и стали рассматривать, что там внутри. Потом мальчик или девочка – да какая разница (Геннадий Аркадьевич ухмыльнулся) – предложил его растопить! Наверное, родители не научили их, что чужое трогать нельзя. Дети развели огонь, и камин вспыхнул, ведь никто из них не знал, что дрова были облиты бензином. Дети запаниковали, запутались одеждой за решётку и сгорели! Камин-то у меня вон какой огромный! – Геннадий Аркадьевич засмеялся так, что Тася почувствовала, как заледенела спина. – Ну, как вам такое? По-моему, отличный пример того, что с огнём шутки плохи!

– Да вы сумасшедший!

– Я гений! И называй меня только так! – Геннадий Аркадьевич оскалился.

– Вы никакой не гений, а просто завистливый человек, – Тася решила, что выскажет ему всё, несмотря ни на что! – Вы сломали мне жизнь!

– А твой отец сломал жизнь мне! – гарк-нул директор. – Я мечтал издавать книги и менять своими проектами мир. Вы бы знали, сколько у меня было идей! Но твой отец, – Геннадий Аркадьевич ткнул пальцем в сторону Таси, – говорил, что мои идеи лишены души, мол, они слишком кричащие и даже безрассудные. Много ли он понимал! Только где сейчас он и где я?

– Я уверена, он хотел вам помочь, но вы были слишком жадным и завистливым!

– Замолчи! – рявкнул Геннадий Аркадьевич и стал надвигаться на Тасю. – И немедленно отдай мне то, что тебе не принадлежит.

– О чём это вы? – Тим и Тася переглянулись.

– Медальоны, – одними губами прошептал Тим.

– Они у тебя? Медальоны? – директор нахмурился.

– Даже не мечтайте, вы их не получите! – Тася приложила ладонь к груди.

– Ещё как получу. Я не для того так много за ними охотился, чтобы оставить их смазливой девчонке. Лучше отдай по-хорошему. Ты не понимаешь, чем обладаешь, глупая!

– Откуда у вас медальоны моей семьи? И сколько их всего существует?

– А вот об этом ты никогда не узнаешь. Да и твоя семья не заслуживает эти медальоны, они должны служить великому человеку, ведь с той силой, которой они обладают, можно покорить мир.

– Что ещё за сила? Это просто медальон, который достался мне от бабушки, – Тася чувствовала, как колотится её сердце, а ноги становятся ватными.

– А бабушка не говорила тебе, что любопытство до добра не доводит? Ладно, я открою тебе последний секрет, всё равно ты его вряд ли кому-то сумеешь рассказать. Это не медальоны, а ключи.

– Ключи? От чего?

– От потайных дверей, ты и представить не можешь, какую тайну они хранят. С этими ключами я буду неуязвим, мне осталось найти последний. А сейчас отдай сюда медальоны, живо!

– Ключи не единственная ваша проблема, – выпалил Тим, когда Геннадий Аркадьевич был уже в полушаге от Таси.

Он остановился, уставившись на Тима.

– Что ты там несёшь?

– Я говорю, что у вас есть проблема посерьёзнее этих медальонов-ключей.

– Какая ещё проблема, не советую меня злить, – оскалился директор.

– Дело в том, что у вашего плана есть один огромный изъян! – Тим вытянулся в полный рост и посмотрел директору в глаза.

– Мой план гениален, в нём нет ни единого изъяна! – Геннадий Аркадьевич побагровел, а в его глазах отражались языки пламени.

– А вот и есть!

– И какой же? – Геннадий Аркадьевич сделал шаг назад, его глаза забегали. Это заметили Тася и Тим.

«Попался», – подумал мальчик.

– Улики, которые вы прятали в тайнике под мостом, у нас! – выпалил Тим. – Мы оказались хитрее!

– Ты врёшь! – Геннадий Аркадьевич попятился.

– Ещё вчера я заметил, как вы всё время поглядываете на сейф под вашим столом. Я догадался, что там вы и спрятали улики, которые успели вытащить из тайника раньше нас! Нам только оставалось зайти к вам в кабинет и забрать их!

– Вы бы не смогли попасть сюда, – Геннадий Аркадьевич фыркнул, оглядываясь на рабочий стол.

– Мы нет, а вот Виталина Степановна смогла! Она сделала так же, как и вы однажды, отпечатала ключ от этого кабинета в пластилине, – Тим старался смотреть директору прямо в глаза.

– И что же там были за улики? – Геннадий Аркадьевич усмехнулся. – Назови.

– Легко! – Тим замолчал. Геннадий Аркадьевич ехидно улыбался. – Пустая канистра бензина небольшого размера, дубликат ключей и перчатки, чтобы не обжечь руки. Вы побоялись их выкинуть и поэтому спрятали, – выпалил Тим.

С минуту Геннадий Аркадьевич прожигал Тима взглядом, потом отвёл его.

«Получилось», – подумал Тим, взглянув на красный огнетушитель около камина.

Геннадий Аркадьевич подбежал к столу, встал на четвереньки, и друзья услышали, как он нажимает кнопки сейфа.

– Щёлк! – в какой-то момент сработал механизм.

Спустя несколько секунд Тим и Тася услышали разъярённый голос директора:

– Улики на месте! Вы вздумали играть со мной в игры?! – Геннадий Аркадьевич вылез из-под стола с багровым лицом. Его верхняя губа тряслась.

Директор сделал рывок в сторону детей, но Тим сорвал пломбу с огнетушителя и направил на директора шланг. Густая, липкая пена заполнила кабинет. Геннадий Аркадьевич закричал, закрывая глаза руками, и попятился назад. Он упал, не удержав равновесие. Тим побежал к двери, он затряс ручку изо всех сил и закричал в дверную щель:

– Помогите! Помогите нам! Мы в восьмом кабинете!

Тим ещё раз подёргал дверь, пнув её ногой, и в этот момент с обратной стороны кто-то тоже стал нажимать на ручку.

– Они там! Ломайте двери! – кричали с той стороны.

Тим отскочил, закрывая собой Тасю, через минуту фиолетовая дверь с грохотом слетела с петель.

В кабинет ворвался охранник, а за ним Макс с Кирой, Виталина Степановна и Кирилл Давидович.

– Вы в порядке? – Кира и Макс подбежали к друзьям.

– Да, он нам ничего не сделал, – ответил Тим.

– Тасечка, как ты? – Виталина Степановна обняла девочку. – Прости, что не поверила тебе сразу! После того как ты показала мне плащ, я заподозрила Геннадия. Но я и представить не могла, что книгу «Феникс» написал он. Да к тому же заставив моего друга, Кирилла Давидовича, притвориться её автором! Ах, как же я была слепа!

– Да и я тоже натворил дел, – опустил голову Кирилл Давидович. – Разве можно становиться автором чужого произведения, ещё и не прочитав его! Хорошенько же он запуд-рил мне мозги!

– Вы ничего не могли знать, ведь вы ему доверяли, как когда-то и мой отец! – вздохнула Тася.

– У меня в голове не укладывается, как человек, делающий столько хорошего, мог оказаться таким злодеем, – сказал Кирилл Давидович. – Его идеи помогали стольким детям!

– Это вовсе не его идеи, – вздохнула Виталина Степанована. – Мне всегда было его жаль, и поэтому я помогала ему.

– Значит, благодаря вам это место стало таким… – Тася не могла подобрать слов.

– Таким же, как при твоём отце, – закончила за неё Виталина Степановна.

Тася улыбнулась и обняла её, затем, вспомнив о чём-то, обернулась в ту сторону, где стоял директор…

– Куда он пропал?! – воскликнула Тася и заглянула под стол.

– Смотрите, – Кира указала на пенные следы, ведущие к стене около камина. – Тут следы заканчиваются, он словно сквозь землю провалился! – оглядываясь, заметила Кира.

– Посмотри выше, кажется, на колонне какой-то знак, – подсказал Макс. Он подошёл ближе. – Н и Г, – Макс ткнул пальцем в стену, испачканную пенными буквами.

– Некто по имени Гений, – произнесла Кира.

Макс нажал на кирпич, на котором был выведен знак, и тот с лёгкостью вдавился в стену. Слева от детей, там, где обрывались следы, открылась потайная дверь камина. Внутри было темно, словно в погребе. Макс собирался войти, но Кира схватила его за руку.

– Подождём полицейских, – сказала она, и Макс кивнул.

– Он нашёл новый потайной ход! – Макс всматривался в темноту.

– Может, он его сам сделал, – предположила Кира, – чтобы без труда скрыться, когда это будет нужно.

– Интересно, куда же ведёт этот ход? – Тим крутился рядом с камином.

– Улики тоже исчезли! – Тася заглянула в сейф.

– А где плащ? – спросила Кира.

– Нам пришлось его отдать, – в глазах Таси заблестели слёзы. – У нас больше нет ни одной улики! – Она стукнула кулаком по столу. – Всё было напрасно!

– Не совсем, – Тим улыбнулся.

– Как это?

– Неужели ты поверила, что я отдал ему настоящий? – мальчик полез в сумку и достал из внутреннего кармана плащ.

– Что же ты ему вручил?

– Старый новогодний костюм, – весело ответил Тим.

– Этого всё равно мало.

– Да, но есть ещё кое-что! – Тим подошёл к стеллажам и, достав телефон, спрятанный между книгами, нажал на паузу.

– Ты всё заснял? – Тася подпрыгнула на месте, а потом, подбежав, обняла Тима.

– Задуши-и-ишь, – закряхтел тот.

– Прости-прости! Когда ты успел спрятать телефон?

– В тот момент, когда он отвернулся и закрыл дверь на замок, я сунул телефон между книгами и включил запись.

– Видимо, я от страха не заметила! А откуда ты знал, что он спрятал улики в сейф? И то, какие они были? – Тася стала отходить от шока.

– Я и не знал! Одна милая старушка в леопардовой косынке как-то научила нас обращать внимание на детали. Вчера я заметил, что Геннадий Аркадьевич, когда мы рассказывали про улики, всё время смотрел под стол, а я знал, что там у него находится сейф. Поэтому сегодня пазл в моей голове сложился, и я предположил, что он там спрятал улики, которые мы не нашли под Аничковым мостом. Потом я вспомнил твой рисунок, на котором Некто по имени Гений сидел у камина и рядом стояла канистра бензина. Тайник мы видели все вместе, вот я и предположил, что канистра была небольшого размера. А про дубликаты ключей и перчатки выпалил наугад. Так я и догадался, какие улики он спрятал. Ну а остальное – просто актёрское мастерство и никакой магии! – Тим задрал подбородок.

– Тем более опыт актёра у тебя ого-го какой! – сказала Кира, и все засмеялись. – Макс, ты чего крутишься возле камина? – Кира посмотрела на друга, который уже дважды заглядывал в дымоход.

– Я тут кое о чём подумал, – Макс засунул руку внутрь камина и стал его ощупывать.

Кира, Тася и Тим наблюдали за другом.

– Так и знал! – воскликнул Макс.

Он немного нагнулся и достал из дымохода выцветшие листы бумаги. Макс полминуты читал текст на листах, а потом потряс ими в воздухе.

– Что ты нашёл, Макс, не томи! – Кира подошла к другу.

– Вы помните, как он закончил книгу: «Некто по имени Гений оставит после себя след, он, словно феникс, восстанет из пепла», – процитировал Макс. – Это и была последняя подсказка. «Феникс» – он имеет в виду книгу, а концовку рукописи он спрятал в камин, в месте, где и устроил пожар. Получается, что книга «Феникс» появилась из пепла издательства.

– Да уж, странный этот Некто по имени Гений, – скривилась Кира.

– И что там написано? – спросила Тася.

– Можно сказать, чистосердечное признание, – улыбнулся Макс. – Тут и преступление описано, и подпись настоящего автора стоит!

В этот момент в кабинет зашли двое полицейских.

– Что у вас случилось? – спросил один из них.

– Мы бы хотели сообщить о преступлении, – сказала Тася.

Макс, Кира и Тим шли в издательство «Сердце внутри» с огромной коробкой карамельных эклеров.

– А сколько ему исполняется лет? – спросил Макс.

– Не знаю, Тася говорила, что её отец не считает возраст, а просто отмечает дни рождения!

– После того как он вернулся из Индии, Тася стала гораздо счастливее, – подметила Кира.

Тим кивнул.

– Ещё бы полиции удалось найти этого сумасшедшего! – сказал Макс.

– Каждый раз вздрагиваю, проходя мимо его кабинета, хотя там уже давно царит другая атмосфера.

– Давайте не будем вспоминать о нём! Только не сегодня! – попросил Тим.

– Кстати, как там твоя книга, Макс?

– Сегодня заберу её из типографии и принесу горяченькую прямо к торту!

– Здорово! Первый автограф мне! – Кира подмигнула. – Всё-таки я имею к ней отношение.

– Помню-помню, как ты изменила мне концовку.

– Сработало же, и ты выиграл конкурс! – Кира захлопала в ладоши. – Ты уже придумал название или мне снова вмешаться?

– Придумал, – глаза Макса сверкнули.

– Какие-нибудь «Добренькие злодеи»? – захохотала Кира.

– Или «Мимимишные преступники»? – подхватил Тим.

– А может, «Зефирное преступление», это же в твоём стиле, – подмигнула подруга.

Макс, улыбнувшись одними уголками губ, помолчал пару секунд и сказал:

– Я назвал рукопись «Редактор-убийца».

– Ничего себе, выходишь за рамки!

– Ага, да ты, Макс, просто пошёл против правил!

– Да кому нужны эти правила, главное, чтобы сюжет был с огоньком, – улыбнулся Макс, и друзья рассмеялись.

Они вошли в издательство и поднялись на седьмой этаж. Фиолетовая дверь в конце коридора была открыта.

– Вы заходите, а я в типографию сбегаю! – произнёс Макс.

– Не задерживайся, торт мы охранять не будем! – крикнула ему вслед Кира.

В кабинете директора издательства «Сердце внутри» было шумно. От стены до стены растянулся праздничный стол. На нём пестрели яркие бутерброды с пюре из авокадо и краба, салат из моркови, баклажановые блинчики, оладьи из кабачков, сыр сулугуни, жареная кукуруза, присыпанная розовой солью, сливы, нектарины, вишня с клубникой. А ещё папайя, манго, половинки маракуй, ломтики дыни, от аромата которой Кира даже облизнулась.

Тася держала на руках кота Изюма. Заметив друзей, она подбежала и обняла их. Потом они вместе подошли к имениннику и вручили ему коробку эклеров.

– Огромное спасибо! – отец Таси улыбнулся. – Рассаживайтесь! Сегодня мы будем сидеть на мягких подушках. Вы когда-нибудь ели за таким низким столом?

– Не-а, – Тим рассматривал стол, который едва доставал ему до колена.

Кира тут же плюхнулась на тёмно-зелёную пухлую подушку.

В кабинете, помимо детей, находились сотрудники издательства, помощник директора Виталина Степановна, бывший охранник Семён Елизарович, книжный блогер Кирилл Давидович и буфетчица Раиса Павловна. Когда все расселись, директор издательства «Сердце внутри» встал и откашлялся, гул в кабинете стих.

– Сегодня важный день, дорогие мои коллеги и друзья! Не потому, что у меня день рождения. В этот день у одного из дорогих мне людей сбылась большая мечта! Наш друг, юный мальчик Макс Мягков, стал писателем! Его книги мы сегодня забрали из типографии, а скоро к нам придёт и сам Макс, чтобы раздать автографы. Сегодня родилась новая книга! Поаплодируем ему, друзья! – директор издательства «Сердце внутри» первым захлопал в ладоши.

В кабинете раздались аплодисменты, в этот момент дверь распахнулась, и на пороге возник бледный Макс. В руках он сжимал книгу. Шерсть кота Изюма встала дыбом, он, изогнувшись, выскочил в коридор и скрылся.

– Макс, не тяни, показывай! – Кира, Тим и Тася вскочили с места и окружили друга.

Макс, посмотрев на друзей, дрожащими руками протянул книгу. На обложке красными буквами был выведен заголовок: «Пять медальонов. Некто по имени Гений. Книга вторая».