— Саню в утиль что ли? — Попыталась пошутить я, а заодно и разведать обстановку. — И почему вдруг такой чендж (1)? — В тоже время я украдкой поглядывала на водителя, мне не понравился его безжизненный взгляд. Лучше бы «метал» как обычно молнии и цеплял меня по поводу и без. Так привычнее. А увидеть такого Севу я была не готова — пугал он меня такой.

Я понимала, что он в ссоре со своей девушкой, но не думала, что он прям так будет переживать, что такой сентиментальный… раз Алинку на аборт не задумавшись отправил. Раньше вот нужно было думать. Хотя жалко все-таки…, но подругу больше. Страдает по этому барану — мучает и себя и ребенка. А ей нельзя. Беременность и так не простая.

А может он и не по Алинке убивается? Может уже давно завел себе кого-то менее «проблемного». Ведь никаких шагов к примирению, по словам подруги, он не делает, даже не звонил ни разу. Если бы, что-то изменилось, подруга бы обязательно сообщила мне, так как мы созваниваемся и списываемся каждый вечер, да и видимся довольно часто. Мы с Настей навещаем подругу и обеспечиваем провиантом и положительными эмоциями, так как ей прописан в большей степени постельный режим, да и светиться лишний раз не стоит. Мы сильно конспирацией не занимались, как говорят, если хочешь, чтобы что-то не нашли, положи на видное место — Настина квартира находилась недалеко от офиса Лео. Поэтому не хватало еще, чтобы эта «махина» ее нашла раньше времени. Пока не одумается или пока Алина не родит, им лучше не встречаться. А то вдруг силой на аборт потащит. Кто знает, что в этой черепной коробке творится.

Судя по тому, что он ей даже не звонит, то одумываться он не спешит. Ну и что у нее номер телефона новый, разве для таких как Сева, Саня и Леон это проблема? Вот Лео поступил разумно, попросив номер у Насти, хотя мог бы меня и так найти. Но не стал давить и брать нахрапом, что пошло ему только в плюс. И хоть что-то делал, а Севка ничего. Тем более у него косяк похуже будет. Я не знаю до сих пор, простила бы я Лео, если бы он послал меня на аборт, но больше склоняюсь, что нет — для меня это такое же предательство, как и измена. Но в этой ситуации решать только Алине.

— У Санька какие-то личные дела, а завтра он в полном твоем распоряжении. — Вывел меня из моих мыслей любимый.

Я немного опешила. Не послышалось ли? Мне поменяли водителя? Неужели любимый узнал о моих непростых взаимоотношениях с Севой? Но я же ничего не говорила?

Наверное, я должна радоваться, но на душе кошки скребут. И больше всего меня зацепила боль в глазах, которые на меня смотрели из зеркала заднего вида…

Но какая может быть боль, если он отправил свою девушку на аборт, чтобы избавиться от ребенка, как от ненужной вещи? Вероятнее всего показалось. — Решила я. Так как в этом вопросе я была категорична, поэтому понять мужчину мне было сложно.

А может все-таки он не такой бесчувственный и страдает из-за разрыва с Алинкой… или той информации, которую преподнесла девушка в сообщении…?

Ответов не было, но может быть Лео что-то известно:

— Что с Танком? Он сегодня очень молчалив и даже не пытается меня оскорбить. Он не заболел? — Тихонько на ухо поинтересовалась у Леона, когда мы уже ехали по трассе.

— Лера, почему ты мне не сказала, что он к тебе цеплялся? — Задал свой вопрос резко помрачневший мужчина.

— Ну, знаешь ли, я привыкла сама себя защищать. У меня как-то не было очереди из желающих мне помочь. — Фыркнула в ответ.

— Теперь есть. — Интонацией, не требующей возражений, произнес тот. — Лера, ты должна была мне сказать. — Упрекнул Леон.

— Тебе постоянно как-то не до меня было. И виделись мы в основном в постели… Да, и не привыкла я жаловаться. От этого наши отношения бы лучше не стали и Сева еще больше бы меня возненавидел. — Прошипела я, а Леон скрипнул от злости зубами:

— Хочешь, я прям сейчас его уволю?

— Милый, не стоит горячиться. — Ее рука легла сверху мужской — в успокоительном жесте. — Вы сколько лет дружите? И я не хочу быть яблоком раздора. Лучше расскажи, что с ним.

Я сама не знаю, почему для меня было так важно узнать, что с мужчиной, который открыто выражал ко мне свою неприязнь. Причем причину его поведения я так и не знаю.

Увидев, что Сева все-таки страдает по Алине, если я не ошиблась все-таки, захотела им помочь. Тем более, что я уже влезла. Я вот тоже не обошлась без помощи подруги. И теперь, когда сама счастлива, хочется сделать такими же всех вокруг.

Я попросила остановиться возле ближайшего кафе и отправила Леона за кофе им с Севой, для себя попросила чай, а сама решила поговорить в это время с Всеволодом.

— Дай мне свое телефон, — попросила я, как только за любимым мужчиной захлопнулась автомобильная дверь. Тот удивился, но телефон дал молча.

«Что эта девчонка еще задумала? Неужели мало переполоха наделала?» — Подумал тот, «сверля» ее глазами в зеркало.

Набрала нужные цифры, нажала дозвон и вернула аппарат владельцу обратно.

Всеволод только хотел поинтересоваться, что это означает, как услышал на том конце самый любимый и нежный голос. Но вместо того, чтобы извиниться, попросить вернуться домой, потому что без нее он скоро на луну выть начнет, заорал на весь салон авто, что Лера даже вздрогнула:

— Алька, мать твою, ты, что это удумала? А ну возвращайся домой. Слышишь? Хватить дурить. Чтобы завтра была как штык. А то я… — Чем он там хотел пригрозить Лера так и не узнала. Видимо Алине надоело слышать этот ор, и она отключилась, потому что мужчина убрал от уха телефон и смотрел непонимающе на табло. Он что еще удивлен? Лера не удержалась и стукнула мужчину кулачком в плечо, насколько хватило сил и злости, но тот даже не пошелохнулся. Только посмотрел на нее в зеркало удивленно и растерянно.

— Ты что творишь придурок? Я тебе для этого дала ее номер? Я думала, что ты попытаешься все исправить, попробуешь договориться о встречи. А ты наорал и сделал только хуже. — Вот называется и помогай другим… В пылу гнева я резко перешла на «ты» — гнев видимо сближает. Но никто этого даже не заметил.

— А что вы взяли за манеру сбегать и менять телефоны? — Снова вспылил мужчина.

— А вы? Как что так сразу в кусты от проблем — «иди на аборт». — Всеволод хотел что-то ответить, а потом резко замолчал и тихо произнес «прости» и стукнул по рулю со злости.

— Тихо-тихо. Успокойся. Вечером попробуешь еще позвонить. Но перед этим тщательно подумай, что будешь говорить. Если будешь вести себя как пещерный человек, то можешь вскоре ее потерять. Как позвонишь, сразу извинись. Хотя мне кажется, сегодня она уже трубку не возьмет.

— Знаю. — Только и смог сказать тот.

В салоне наступила тишина. Через несколько минут я не удержалась и спросила почему все же «Танк». Любопытство давно гложило, а у Леона побоялась спрашивать. Вдруг бы он по-своему интерпретировал мой интерес. Я ожидала услышать какую-нибудь военную интересную историю, а оказалось довольно таки просто.

— Танковский.

— Что прости? — Переспросила.

— Фамилия моя — Танковский, отсюда и прозвище.

Я засмеялась. — Неудивительно, что ты всегда прешь, как танк. — Мужчина на это тоже громко засмеялся. — Возможно, ты и права. Про корабль не зря же говорят: «Как судно назовешь, так оно и поплывет».

— А «Вертолет»? — Решила любопытничать, так по полной.

— Санька у нас летчик, вертолетом управляет мастерски, поэтому и приклеилось как-то. — Немного грустно, но улыбнулся мужчина. А я удивилась, почему раньше ко мне было совсем другое отношение — меня готовы были «порвать» как Тузик грелку. А теперь общаемся как старые друзья.

Неужели Леон узнал и сделал внушение? Мне бы очень не хотелось выглядеть шестеркой в их глазах. Я хотела сама с этим разобраться — не маленькая. Мужчина, конечно, должен быть защитником, но эта ситуация яйца выеденного не стоит — так недоразумение, только нервны слегка потрепали. Но я не пасла задних. Мне всегда было, что сказать в ответ, когда меня задевали. Но сейчас почему-то не хотелось «кусаться». Мы с Лео наконец-то все решили и вроде бы все налаживается. И так без него намучалась, поэтому сил препираться не было, да и ничем не хотелось омрачать выстраданное и долгожданное счастье. Возможно, Всеволод это почувствовал и не стал наезжать. И тут мужчина меня удивил:

— Я очень рад, что ты вернулась. — Смотря мне в глаза через зеркало, сказал мужчина.

— С чего бы это? — Не стала скрывать своего удивления, но без агрессии в голосе.

— Мы были с Саньком не правы. Ты прости. Просто насмотрелись на его окружение, та и сами на «таких» велись — было время. Слишком все быстро у вас закрутилось — это было очень подозрительно. Вот мы и подумали…

— Ладно, проехали. Всякое бывает. — Валерия резко загрустила и посмотрела в окно. Тут у нее улыбка мгновенно озарило лицо — к ним шел Леон с тремя стаканчиками и бумажным пакетом (предположительно с выпечкой). Сева такую перемену заметил в девушке и с улыбкой добавил:

— Ты на него хорошо повлияла. Как бы мне не больно было наблюдать за другом после твоего побега, но твой уход ему открыл глаза. Такая стрессовая терапия пошла ему только на пользу.

— А тебе? — Не удержалась я.

— И мне. — Фыркнул мужчина, но как-то печально.

— Знаешь, как-то по твоему телефонному разговору не сильно это заметно было. — И тут не смогла промолчать я. Неужели во мне опять пробудили язву?

— Знаю. Не сдержался. Дурею просто от того, что не знаю, где она, как и с кем? С ней все хорошо?

— Да. — Коротко ответила и добавила: — Настолько, насколько это возможно... — Мужчина кивнул.

Разговор им пришлось завершить, в машину вернулся Леон.

— Что-то ты долго, — прошептала любимому на ухо.

— Решил несколько срочных вопросов по телефону. — А на ушко добавил:

— Я понял, что ты хотела с Севкой поговорить, поэтому не торопился. — Не могла поверить, что Леон стал таким понимающим. Просто не верится. Я наклонилась, нежно поцеловала мужчину и произнесла в губы: «Спасибо».

Севе было приятно видеть друга таким, а не взбесившимся диким зверем, в которого он превратился, когда Лера ушла. За друзей, а Лера теперь входила в этот небольшой круг, мужчина был рад. Но у самого на душе было гадко от того, что он не может быть рядом с любимой. Мысленно ругая себя, он не мог понять, почему так сорвался в разговоре по телефону.

Приехав домой, он снова пытался позвонить Алине, но она естественно не брала трубку — гордая. Два дня он ей названивал. Не ответила, но и в ЧС не добавила, что давало надежду. Тогда он переключился на сообщения. Благо у него были выходные и он смог «маяться дурью», отвлекаясь только на тренировки. Хорошо, что тренажерный зал у них есть не только в здании, но и на этаже (благодаря Льву), потому что куда-то выходить совсем не было желания.

Алина

Вечером мне позвонила моя новая подруга Лера и попросила на нее не обижаться за то, что без спроса дала мой новый номер телефона Севе. И объяснила причину:

— Алиш, прости, но я не сдержалась. Он таким потерянным был, как робот — совсем на себя не похож. Думала: он страдает, ты страдаешь — пора бы вам уже и помириться, тем более тебе нервничать нельзя. Кто ж знал, что он так орать будет. Я даже и не подозревала, что он такой эмоциональный. Втык я ему уже дала за срыв. Не переживай.

Я не смогла сразу ничего ей ответить, чтобы Лера не услышала, что я плачу и не расстроилась.

— Лер, не переживай. Ты ни в чем не виновата. Нам все равно рано или поздно надо было поговорить.

— Правильно, поговорить. Но разве с этим пещерным человеком это удалось?

— Пока нет. — Как-то тяжело вздохнула я. И подруга все поняла.

— Достает?

— Немного.

— Немного это несколько сообщений и пару звонков?

— Нууу. — Протянула я, надеясь уйти от ответа.

— Вот же, гаденыш. Ну, я ему покажу. — По голосу было слышно, что девушка злилась.

— Лерусик, остынь. Все в порядке. Покипишует немного и успокоится.

— Ладно, как скажешь. — Подозрительно быстро согласилась подруга, и я поняла, что Севе влетит.

Эх, все-таки повезло Леону с женой, да и мне с подругой. А я по началу из-за ребят к ней настороженно относилась. Как хорошо, что все мы ошиблись. Но парней понять можно — переживали за друга. С Настей мы тоже общаемся, но с Лерунчиком мы по-настоящему «спелись», как бы сказал мой Севка.

Да, уж. Закрутилась все с ним как-то у нас быстро — с первой встречи. И отношения в стиле «только секс» перерос в непонятно что. Сначала стала иногда, по просьбе мужчины, оставаться на ночь, потом незаметно переехала, потом поняла, что влюбилась и беременна. Закончилось все тем, что меня послали… на аборт. И сказка закончилась. А я уже начала думать, что наконец-то нашла своего мужчину, с которым у меня обязательно будет «долго и счастливо». Размечталась.

А тут еще сложная беременность. И Севка объявился… Но его поведение я не понимаю и не узнаю. Написала же: «Аборт сделала», как он и хотел. Живи и радуйся. Нет же. Пристал как банный лист: «Вернись домой». Не думал же он, что после такого я все быстро забуду и вернусь к нему как ни в чем не бывало. Может потом и вернусь, но сейчас обида еще не прошла. Да я не сделала аборт, как он и просил, но он же об это не знает. Обида за то, что он так легко отказался от нашего малыша до сих пор сидит внутри и не отпускает, как я не пытаюсь себя убедить.

Вернуться еще не могу по той причине, что он же думает, что ребенка нет. Вот и зовет. А как он себя поведет, когда узнает, что я его обманула — никто не знает и предугадать сложно.

Лерке очень повезло, что Леон обрадовался ребенку. Несмотря на то, что был закоренелым холостяком и даже его отношения с Лерой на первом этапе ничего кардинального в его жизни не изменили, как и его мысли. Но уверена, что он ей ни разу не изменял, как и в том, что о детях и женитьбе он даже и не помышлял.

И на аборт ее никто не посылал. У Леона была время все переосмыслить в разлуке с девушкой, и это время он сильно изменился. И это только потому что у него к ней изначально видимо были чувства. А что вот чувствует ко мне Сева, я до сих пор не знаю. В любви мне никто не признавался, замуж не звал… Хотя и я тоже так и не успела рассказать о своих…

— Может, простишь за***нца? — Первое, что завила подруга, зайдя на следующий день меня навестить с продуктами и вкусняшками, которыми никогда не ограничивалась. Обязательно что-нибудь и для моего малыша приносила (одежду, игрушки), как-никак будущая крестная. Пока мы еще не знаем пол, поэтому цвет вещей нейтральный, которые подойдут и мальчикам и девочкам.

На приветствие подруги я заразительно засмеялась. У нее была удивительная особенность — она могла мне мгновенно поднять настроение. Мне было так легко с ней общаться, как будто мы знакомы много лет, а не «без году неделя». У меня как-то подруг ни одной и не было, только приятельницы. А когда начала встречаться с Севой, то общалась только с его друзьями.

Севка… Как же я по нему соскучилась. Действительно за***нец — снится мне каждую ночь, а в течение дня названивает и закидывает сообщениями, бередя этим душу.

Я понимаю, что вряд ли когда-то смогу забыть Севку. Во-первых, чувства просто так не пройдут. Если не все верят или они не взаимные, не означает, что их нет. Есть и их невозможно отключить по желанию или первому требованию, несмотря на причины. Во-вторых, ребенок, который мне будет напоминать отца. И, хочу не хочу, а видеться и общаться нам придется. Не смогу же я всю жизнь от него прятаться и сидеть в этой квартире — отпуск не резиновый, как и деньги.

А тут еще врач настаивает на стационаре. А я упрямая ни в какую. Сама понимаю, что рискую своим малышом, но при виде больничных стен я впадаю депрессию. Пытаюсь справиться и без больницы: много гуляю, рядом с домом как раз есть не большой парк, пью витамины, соблюдаю все предписания врача, кроме… НЕ НЕРВНИЧАТЬ…

Сева

Я сидел в своей квартире и снова напивался — очень плохая у меня привычка появилась после ухода моей Алинки. Я выключил телефон, чтобы снова не позвонить любимой и не сорваться в очередной раз. Кретин. Не могу обуздать свой темперамент, пока ее нет рядом. Раньше я так не срывался. А сейчас я себя не узнавал, как и мои друзья.

Несколько часов я заливал свой очередной срыв, пока на мое плечо не легла рука… Льва. Сначала я подумал, что таки допился и мне уже друзья мерещатся в пустой квартире. После того как «мираж» не рассевался, я стал думать, что мой друг умеет проходить сквозь стены. Но в появлении того в моей квартире ничего волшебного не оказалось — я банально забыл закрыть дверь.

— Дружище, так ты ничего не решишь. — Сразу заявил тот. Как будто мне это не известно. Но я не знаю, как снова вернуть Алинку. А алкоголь хоть на время, но притупляет ноющую боль.

— Давно такой умный стал? Забыл, как совсем недавно сам все крушил вокруг? — Напомнил я другу его недавнее поведение. И тоже из-за бабы. Все беды от них. Хотя Алинка не баба, она моя любимая женщина, но которая пока об этом не знает. По телефону как-то не хочется признаваться в чувствах, но от встреч она отказывается, потому что у нас даже телефонные разговоры пока не клеятся.

— Я помню. Очень хорошо. И боль, и состояние твое я тоже прекрасно понимаю. — Вывел из моих мыслей меня мой друг. — Поэтому и хочу тебе помочь. Мы хотим. Потому что с твоим темпераментом и взрывным характером ты еще больше наломаешь дров. И будешь потом жалеть, а вернуть уже ничего не сможешь. — Слушая друга, резко протрезвел, понимая, что тот прав.

— Сходи в душ и освежись — не помешает, а я пока кофе заварю.

— Ты сказал мы поможем. — Вспомнил слова Льва. — Ты Сашку имел в виду?

— Нет. — Усмехнулся Леон. — Мы — это я и Лера. У нее есть к тебе разговор.

— И где же твоя вездесущая и очень умная подружка? — С пол оборота завелся я. Почему-то слова о Лере меня взбесили. Опять она. Хотя мы же вроде как нашли общий язык, и с телефоном она помогла, хотя не должна была.

— Прости. — Сразу же извинился, видя, как нахмурился друг.

— Сев, фильтруй базар по отношению к Лере, прошу по-хорошему. Ты и так проштрафился в начале. — Напомнил Лев о моем былом отношение к его уже жене.

— Да, еще раз прости. Не прав я, знаю. Но не могу больше без Алинки, понимаешь? Вот и кидаюсь на всех. Чем дольше без нее, тем хуже. С ума схожу от того, что ей пришлось из-за меня избавиться от нашего ребенка, а если она не сможет больше их иметь? Или не сможет мне этого простить и не захочет возвращаться?

— Ты можешь сколько угодно себе корить и грызть, но ничего не изменится, пока вы не встретитесь и не поговорите нормально, спокойно, без эмоций и упреков.

Лера пришла через полчаса какая-то загадочная, но, оказывается, к моему делу это не относится и как только она со мной заговорила, стала сама «Мисс серьезность»:

— Сева, так дело не пойдет. Ты своими постоянными звонками, сообщениями и срывами по телефону ничего хорошего не добьешься, только сделаешь хуже. О чем потом будешь жалеть.

— Я и так все знаю. Есть какое-то конкретно предложение. — Вспылил немного я.

— Есть. Завтра я вам организую в обед встречу. Все подробности сообщу позже. От тебя требуется быть трезвым и держать себя в руках. Делай, что хочешь. Хоть валерьянки напейся, но чтобы завтра был как стеклышко и спокойный как удав.

Я хотел огрызнуться и указать на то, что она мала еще от меня что-то требовать. Но быстро одумался и взгляд Льва мне в этом тоже помог. Я понимал, что Лера пытается мне помочь. Хотя никто ее не просил об этом, тем более из-за нашего с Саней к ней отношения, я думал она настроит Левку против нас. Но нет. Сказала, что не в обиде и поняла нашу позицию. Вот не пойму она такая добрая или дура?

Хорошо, что Лев читать мысли не умеет, а то прибил меня на месте. Как Валерия вернулась, он пылинки с нее сдувает, тем более она уже в другом статусе и положении. Я уже действительно понял, что мы ошибались на ее счет и рад за друга, но из-за неопределенной ситуации с Алиной я как раненный зверь на всех кидаюсь. И не пойму почему меня так колбасит…

Валерия, как и обещала, позвонила… Ночью. И в приказном порядке приказала мне отправиться по сказанному ей адресу. Я хотел было возмутиться, но как только услышал, что Алинке плохо, спорить резко перехотелось.

Когда я приехал по нужному адресу, скорая уже была на месте. Мне ничего так никто не объяснил. Только поинтересовались, кто я и сказали в какую больницу повезли Алинку. Что мать вашу здесь происходит?

Когда я прибыл в больницу, Алину уже увезли на операцию. А я от неведения лез на стены в коридоре. Потом приехали Лера, Леон и Саня. Мне порадовать их было нечем, так как я сам вообще ничего не знал и не понимал, что вообще произошло. Лера хотела мне, что-то сказать, но тут из операционной вышли врачи.

— Светлана Михайловна, как она? — Девушка сразу бросилась к ним с вопросами.

— Лерочка, все в порядке. И маму, и малыша удалось спасти.

— Спасибо вам огромное, — искренне поблагодарила девушка. Я даже и не подозревал, что они так сдружились, что Лера так переживает, как за близкого человека.

— Благодарить нужно не меня, а Сергея Михайловича, который буквально вытащил вашу подругу с того света.

— Спасибо-спасибо вам огромное. — И девушка на радостях обняла мужчину за пояс, но быстро отодвинулась, как только услышала сзади покашливание знакомого голоса.

— Простите. Не удержалась на радостях.

— Ничего страшного. Мне приятна ваша благодарность. Но я просто делал свою работу, которую люблю. — И они оба обменялись легкими улыбками. Ничего в них такого не было, но Льву это не понравилось и он заметно нервничал. Собственнический инстинкт взял верх и он подошел и обнял свою жену. Врач все понял и сказал уже Леону:

— Я бы тоже такую девушку ревновал.

— Она моя жена. — Заметил друг.

На что врач парировал:

— Но она при этом не перестает быть девушкой. И аккуратнее, а то ребра своей жене сломает. Хватка у вас железная как я уже понял.

Леон засмеялся, когда понял, что доктор просто его подначивал. Лера уткнулась в грудь мужа, пряча улыбку, но не ничего не говоря. Ей было приятно, что ее ревнуют, а то, что так агрессивно на людях это не делать не надо было, Лев сам и так понял. Удивительно как за такой короткий период они изменились и помудрели. Видимо, им действительно разлука пошла на пользу. Очень надеюсь, что и нам пойдет.

Отвлекшись на влюбленных, я только, что понял, что я упустил. Переживая за любимую, я хотел только услышать, что все с ней хорошо. А на другую информацию даже не обратил внимания.

— Лера, мать твою. Что здесь происходит, мне кто-нибудь мне объяснит? Какой малыш? Ты меня сюда притащила, чтобы я понял как проср… профукал свое счастье и теперь она с другим и у них ребенок? Что-то я не вижу здесь счастливого папаши? — Я был зол и меня несло. Лера посмотрела на меня осуждающе:

— Севка, ты дебил или прикидываешься? — Все молчали и так же как девчонка смотрели на меня. Все либо все знали, либо поняли раньше меня… Точно, я дебил.

— Это, что мой ребенок? — Спросил я, уже зная ответ. Ведь тогда бы меня здесь не было. Ведь так?

— А ты что подумал, что Алинка, избавившись от одного ребенка, тут же пошла «делать» другого?

Я все понял и поблагодарил Леру за заботу и помощь Алине. Увидеть любимую мне так никто и не дал — видите ли не положены посещения в реанимации...

Мы отправились по домам. Мне нужно себя привести в порядок, чтобы любимая не испугалась моего вида — а видок был тот еще. Я оплатил Алинке VIP-палату, поэтому меня теперь пропустят безоговорочно, хоть это радует. Хочу побыстрее ее увидеть и попросить прощение. А так же поблагодарить, что не сделала того, о чем я просил…

Сева

Когда я вернулся в больницу, Алина еще спала. И я сидел возле ее кровати, держа за руку, и повторял про себя, чтобы она меня простила. Но как только любимая проснулась, я опять не сдержался и вспылил…

— Что ты здесь делаешь? — Первое, что произнесла Алина, придя в себя.

— К тебе пришел.

— Зачем? — Сухо произнесла девушка.

— Потому что … Я тебя, дурру, люблю... — Раздраженно произнес я, злясь на глупый вопрос и холодное общение.

— Очень «романтично». — Съязвила девушка и облизнула пересохшие губы, в которые мне тут же захотелось впиться. — А без дуры никак нельзя было?

— А ты зачем про аборт соврала? И заставила меня столько мучиться и считать себя последним мудаком. — Парировал я.

— А ты почему меня туда отправил? — Не уступала в обвинениях любимая. — Молчишь? Нечего сказать в оправдание? Правильно. Его просто нет. А ты — мудак. — Выпалила Алинка и отвернулась к окну.

— Да, мудак. Согласен. Но я банально испугался. У меня уже была неприятная история в прошлом, и я боялся повторения. У мужчин тоже есть свои страхи и тараканы. — Пока я выговаривался, то не заметил, как она уже развернулась ко мне и внимательно слушала. На последних словах про тараканов любимая окончательно расслабилась и уголками губ даже улыбнулась. Я пришел в себя, когда Алина положила свою руку на мою и слегка сжала — в знак поддержки. Я «вынырнул» из своих воспоминаний и поцеловав руку любимой сказал то, о чем мечтал сказать, как только она ушла:

— Алин, ты меня простишь дурака? Это было на эмоциях. Я бы… — Я запнулся немного. — Я бы в итоге не дал тебе совершить ошибку… За которую бы ты меня никогда не простила. Я бы сам себя не простил. Поэтому я тебя изводил звонками и сообщениями. Я злился. Но не на тебя, а на себя, что тебе из-за меня пришлось пойти на убийство… ни в чем не повинной крохи. А если бы ты после этого не смогла иметь детей, то ты бы меня еще и возненавидела. Я это понимал, поэтому и вел себя так. От боли, которая сжигала меня изнутри, от тоски, которая поселилась внутри меня с момента твоего ухода и душила с каждым днем. Я понимал и знал, что из-за всего этого ты не захочешь меня больше видеть и быть со мной, а отпустить тебя я не мог. Я наивный думал, что все как обычно, как с прошлыми отношениями. Но видимо я тогда просто не любил… — Я резко замолчал и посмотрел на любимую. У которой от моих слов, по щекам текли тоненькие струйки слез, оставляющие после себя мокрые следы…

— Я тоже тебя люблю. — Прошептала она.

— Знаю, но это бы все равно нас не спасло и всегда стояло между нами… Ты даже не представляешь, как я счастлив, что ты не послушала меня. И я тебе очень благодарен за это. — Я наконец-то поцеловал любимую. — Хотя выдыхать и рано еще, судя по словам врача, но мы справимся. Правда, любимая? — Я утром успел поговорить с доктором, который сказал, что Алине необходимо оставаться в больнице, чтобы не рисковать ни ее здоровьем, ни жизнью ребенка. Я согласился и поблагодарил того.

— Правда, любимый. Но я действительно не смогу иметь детей. — Алина таки решилась рассказать о том, что ее гложило все это время. Что если я еще захочу детей? Да и до сих пор даже врачи не дают гарантии, чем закончится эта беременность.

Со слезами, вперемешку со всхлипами, любимая поделилась своими страхами и переживаниями, но я так же продолжал сидеть рядом, а не сбежал, как она думала, держа ее за руку и нежно поглаживая внутреннюю сторону запястья.

— Даже не думай о плохом. Все будет хорошо. А если захочешь еще детей, то я знаю отличного человека, у которого есть связи, и второго, который говорит, что в детдомах есть замечательные дети. — Улыбнулся, тем самым пытаясь подбодрить. Алинка поняла, что речь шла о Леоне и Лере, который для своей любимой жены готов звезду с неба достать, но ей это и не нужно, а вот от помощи с детдомами, которые она стала не так давно курировать, она не отказалась. И благодаря им, уже нескольким детям нашли семьи и процесс усыновления идет полным ходом. А Лев благодаря своим связям активно помогает облегчить «бумажную волокиту».

— Ты правда согласен будешь взять чужого ребенка из детдома? — Не стала скрывать своего удивления девушка.

— Не так важно кто привел ребенка в этот мир, главное тот, кто воспитал.

— Спасибо. Я так тебя люблю, Сев. — Заревела любимая.

— Ну, что ты опять плачешь, Алинка? Сейчас придет врач и выгонит меня пинками, так как я довожу тебя постоянно до слез. А тебе же нужны положительные эмоции.

— Ты и даешь мне положительные эмоции, даже одним своим присутствием. А это слезы счастья.

Я довольно улыбнулся и прижался к животику любимой, что хотел сделать с того момента, как вошел в палату.

— Уже известно кто у нас будет? — Поинтересовался я между прочим.

— Девочка.

— Дочь?

— Угу, невеста.

— Чья, невеста? — Опешил я и машинально отстранился.

— Чья-то, но будет же. В идеале я конечно бы хотела, чтобы сына Леры и Льва, но там еще не известно. Ребенок никак не хочет поворачиваться нужным местом, — засмеялась Алинка. Но я не разделял ее веселья. Меня слово «невеста» как будто парализовало.

— Какая невеста, Алин? Ребенок еще не родился, а ты ее уже замуж выдаешь. Никаких женихов лет так до… 30, а может и позже.

Алинка еще звонче засмеялась на такое заявление, а я продолжал хмуриться, не разделяя ее веселья.

— Ну, тут все понятно, что родиться папина принцесса и ты как дракон будешь от нее всех отгонять. — Сказала она. — Мне уже жалко будущих поклонников дочурки, но о таком защитнике для своего ребенка мечтает каждая женщина. И я безумно счастлива, что встретила и полюбила именно тебя, и ты будешь самым лучшим папой в мире.

— Я сделаю все, чтобы вы были счастливы.

— Я знаю.

— Ты же станешь моей женой. — Больше звучало как утверждение, чем вопрос, но девушку все устраивало. А пококетничать святое дело.

— Я подумаю. — Ответила, глядя в глаза любимого, которые подозрительно недобро сверкнули.

— Я тебе подумаю, — рыкнул Сева, надевая на палец любимой кольцо и резко впиваясь в губы. Когда дыхание закончилось, он нехотя, но от лип от губ девушки, на которых была подозрительно хитрая улыбочка.

— Ладно, милый, убедил.

— Смотри мне — доиграешься. Сделаю как Лев — распишут без тебя и даже согласия не нужно будет. — Алина продолжало довольно улыбаться.

— Да, кто ж против. Все равно о большой свадьбе никогда не грезила. — Когда до мужчины дошли сказанные слова он не сразу понял, так как настраивался на истерику, лекцию об ущемлении прав и т. д. А ту любимая его уложила на лопатки.

— Ты идеальная, знаешь? — Сева снова поцеловал любимую женщину, только теперь нежно.

— Нет, я просто тебя люблю.

Чендж (англ. change) — обмен, перемена