«На днях сын заявил мне: “Да отстань ты с этим русским! Мне вообще все это в жизни не пригодится. Brawl Stars важнее. Знаешь, сколько зарабатывают победители турниров? Больше, чем ты на своей работе. Я лучше буду играть или ролики для TikTok снимать. Стану богатым и знаменитым”»[1].

Однажды я давала интервью порталу «Правмир», и журналист попросила меня прокомментировать эту ситуацию. Однозначного ответа: «Делай раз, делай два» я тогда не дала. Просто потому, что тема учебной мотивации гораздо объемнее формата поста или статьи. Но здесь, в книге, мы с вами разберем ее досконально.

Для нас, родителей, не так уж важны эти нюансы и разделение мотивов на категории. Поэтому остановимся на классификации Лидии Божович. В системе учебной мотивации она выделила два ведущих типа мотивов: познавательные и социальные.

Познавательные мотивы напрямую связаны с содержанием учебной деятельности. То есть ребенок читает учебник, чтобы узнать что-то новое, подтвердить или опровергнуть свои выводы о каком-то процессе и т. д. Он не только изучает то, что задали в классе, но и проявляет интерес, инициативу, хочет узнать больше.

Социальные мотивы – все то, что относится к взаимодействию с другими людьми. Например, школьник хочет получить хорошую оценку своей работы от учителя, одобрение родителей. Или хочет выглядеть лучшим на фоне одноклассников. Здесь, кстати, возможна и обратная ситуация. Если в классе не любят успешных и заинтересованных учеников, то этот факт может оказать значительное влияние на желание учиться. Но все эти факторы – внешние, они исходят от других людей или внешних обстоятельств.

Таким образом, мотивацию можно разделить на внешнюю и внутреннюю. Внешняя мотивация не связана напрямую с обучением. Она завязана на оценке и одобрении других людей: родителей, учителей или тренера, одноклассников. Возможно, оценка будет выражена не словами, а покупками: например, велосипед или компьютер в конце года за хорошую учебу.

Любой приз за какое-то достижение тоже неплохо стимулирует. Важно лишь, чтобы внешние факторы не стали ведущими в системе мотивации. Кажется, неплохо, когда интерес к предмету у школьника завязан на личности учителя. Но все рушится, когда учитель уходит или ребенок меняет школу.

Еще одна распространенная практика: после выполнения домашних заданий ребенку разрешают поиграть в телефоне. Логично: когда же ему еще играть, не вместо же учебы? Плохо, когда телефон становится единственной мотивацией сесть за уроки. Будет ли ребенок действительно вникать в домашнюю работу или при удобном случае спишет задания с ГДЗ? То же самое происходит, если школьник учится ради того, чтобы получить компьютер за хорошие оценки.

Внешняя мотивация – это не плохо. Плохо, когда она становится ведущей и не помогает внутренней мотивации.

Чтобы появилась внутренняя мотивация, необходимо несколько условий. За годы практики я выделила четыре компонента, необходимые для ее формирования:

Некоторые уверены, что учеба обязательно должна быть интересной, и даже винят школу за недостаточно креативный подход. Но что такое интерес?

Многие психологи и педагоги давали свои определения интереса. Все они имеют общую идею.

Интерес – особое эмоциональное состояние на основе внутренней потребности человека что-то узнать. Это один из важных компонентов мотивации, особенно на первом этапе, когда школьник только знакомится с новым предметом. Интерес зажигает огонек в глазах и помогает не отступить перед трудностями сразу.

Мама сына из примера в начале главы рассказывала, что мальчишка с удовольствием занимался в школьной подготовишке и первое сентября встречал как праздник. Поначалу даже кипа выданных учебников и новенький дневник вызывали восторг. Но праздники прошли, остались напряженные учебные будни, и на место восторга пришло раздражение. Потому что чем больше усложняется обучение, тем быстрее угасает первоначальный интерес.

Чтобы интерес усиливался, нужно продолжать формировать потребность. Очень часто этот момент упускают из виду. Пытаются поддержать интерес с помощью внешней формы. Особенно в этом преуспели онлайн-школы с их красочными играми и креативными заданиями. В этой книге тоже есть игры, цель которых в том числе – возбудить интерес. Важно помнить, что игра – только форма и сама по себе не влияет на учебную мотивацию.

Например, в некоторых интерактивных онлайн-играх дети могут быстро выучить расположение правильных ответов, и при повторных прохождениях уровня нажимают на них, не думая. Или запоминают порядок расположения карточек в карточной игре. И когда вы играете несколько раз, через какое-то время дети механически делают все правильно. Например, мои любили карточную «Мемори», но через какое-то время активного использования на некоторых карточках появились царапинки и заломы. Сейчас в эту игру меня выигрывает четырехлетняя дочь, потому что почти безошибочно находит пару по царапинкам.

Конечно, победа, переход на другой уровень мотивируют ребенка играть снова. Но какое желание стоит на первом месте: чему-то научиться или почувствовать себя первым? Предложите новый комплект карт или другую интерактивную игру. Если во главе угла было желание победить, не заморачиваясь, то в новых условиях интерес, скорее всего, упадет.

Наверняка вы в своей жизни интересовались многими вещами. Хотели, например, выучить испанский, освоить скетчинг или танцевать фламенко. Подставьте сюда свой пример и вспомните, что вы сделали. Задвинули в долгий ящик? Время от времени смотрели обучающие видео или купили самоучитель? А может, записались на соответствующий курс? Тогда как надолго вас хватило? В какой момент вы поймали себя на мысли, что заставляете себя ходить на занятия или выполнять задания?

Если вы занимаетесь этим до сих пор, подумайте, какую вашу потребность закрывают занятия. Например, на уроках испанского собралась хорошая компания, фламенко помогает оставаться в хорошей форме, а благодаря скетчингу вы чувствуете себя творцом и даже немного зарабатываете.

И это относится не только к учебе. Ваш ребенок часто меняет увлечения, не задерживается надолго ни в одной секции? Посмотрите, почему возник первоначальный интерес. Возможно, он пошел за компанию с другом. Или увидел трансляцию соревнований и восхитился умениями спортсменов. Или вообще это было желание родителей, и ребенок пошел, чтобы просто куда-нибудь ходить. Это нормально, многие начинают именно так. Но продолжают по собственному желанию только те, у кого возникает потребность.

«Просто в школе учить не умеют!» – часто слышу такие возражения. В школе, конечно, бывает всякое. Может быть, именно классу, где учится ваш ребенок, не повезло. Но это все-таки частный случай, а не общая тенденция. Если ребенок хочет знать математику или окружающий мир, он может смотреть дополнительные видео, читать литературу по теме, найти в интернете другой учебник. Школьник ведь прекрасно умеет искать материал по любой другой интересующей его теме вне учебы.

«Да я же и так говорю, что учеба ему пригодится! Почему он этого не понимает?!»

Важно отличать потребности от целей. Цель часто связана с социальными мотивами: получить одобрение или восхищение других, найти свое место под солнцем. «Учись, тебе в жизни пригодится» – тоже о целях. Мы хотим пойти по простому пути – заинтересовать ребенка светлым будущим, чтобы он сам почувствовал ценность учебы. Но забываем, что, скорее всего, у нашего ученика еще не было опыта, в котором учеба ему пригодилась. Пока он понимает только то, что если сегодня выучит словарные слова, то завтра хорошо напишет контрольную. Как это соотносится с далеким будущим, ему уже не слишком понятно. Да и многие ли из нас строят планы на десять лет вперед?

В книге мы поговорим о том, как правильно ставить цели с ребенком и прописать важность учебы. Но если ребенок ненавидит математику, то вряд ли поставит цель ее полюбить.

Нормально, когда у школьника есть любимые и нелюбимые уроки. Когда есть то, что действительно цепляет, заставляет узнавать больше, и то, что откровенно не нравится. Бывает, что нелюбимые предметы полностью перечеркивают желание учиться. Так происходит потому, что мотивация – следствие не только потребности и цели, но и ресурса. В начальной школе именно дефицит ресурса ведет к проблемам в учебе и потере мотивации как следствие. Здесь ресурсу посвящена отдельная часть. Сейчас же мы просто познакомимся с тем, что это такое.

Когда ребенок залипает в игре на телефоне – это нехватка ресурса.

Когда не может без вас сделать домашнюю работу – это тоже она.

И когда допускает глупые ошибки в тетради, не может применять правила или в начальной школе так и не научился решать задачи – дело чаще всего не в лени или глупости. Дело в ресурсе.

Скорее всего, нашему герою из примера в начале главы тоже не хватает ресурса. Он старается изо всех сил, устает, но все равно получается недостаточно хорошо. Другое дело – компьютерная игра. Задания там понятные, действия простые, а каждая, даже самая маленькая победа сопровождается приятным музыкальным звуком или картинкой. Ребенок делает выводы: учиться сложно, играть – приятно. А если на приятном можно зарабатывать, то зачем тратить силы на сложное?

Почему наш мальчишка испытывает сложности с учебой? Возможно, он не очень усидчивый или быстро истощается. Или не может распределить внимание на несколько задач сразу – например, списывать текст и одновременно контролировать написанное. Эти и многие другие трудности возникли из-за естественного неравномерного развития высших психических функций – процесса, который обусловлен физиологией. Здесь бесполезно вещать о важности образования, ставить цели (все равно они будут вашими, а не ребенка) или заинтересовывать материально. Ребенку надо помочь, и помочь правильно. Школьник должен почувствовать: учеба – зона его успешности.

Когда у человека сломана нога, мы не заставляем его танцевать. Когда у школьника не хватает ресурса, мы делаем наоборот: загружаем еще сильнее. Все потому, что эту нехватку, в отличие от сломанной ноги, не так-то просто разглядеть. Ведь кажется: чем больше ребенок почитает, напишет или решит, тем лучше усвоит материал. А что получается в итоге? Чем дольше ребенок читает, тем больше путает слова, не дочитывает или меняет окончания, а то и вовсе пропускает строчки.

Попробуйте представить эту ситуацию на другом примере. Скажем, вам нужно перетаскать кирпичи к месту стройки вручную. Вы работаете день, второй. Мышцы с непривычки болят, вид кирпичей вызывает тошноту. На третий день вы уже не можете выполнить норму и продумываете план побега со стройки. На четвертый день директор стройки решает вас мотивировать: «Представьте, что это не стройка, а игра. Ваша задача, как в игре – взять следующий уровень». Или, наоборот, начинает запугивать: «Если не выполните норму, лишу дневной зарплаты!»

Этот директор просто не видит, как болят у работника мышцы, которые не справляются с нагрузкой. Видел бы – дал тележку.

Точно так же и родители не замечают дефицитов развития некоторых высших психических функций, которые обслуживают такие сложные навыки как чтение, почерк, возможность грамотно, красиво и быстро писать, складывать предложения в понятный текст и многие другие.

Главный дирижер, который управляет этими процессами, – кора головного мозга. И когда ребенок читает или пишет, задействованы почти все ее отделы. Рассмотрим, чем занята кора головного мозга во время письма.

• Во-первых, надо перекодировать устный текст, который диктует учитель или придумал ребенок, в письменный. Иначе говоря, соотнести каждый звук (фонему) с буквой (графемой), которая его обозначает в данных словах.

• Выстроить моторную программу: как вести руку, чтобы получилась «а», а не «о», какую закорючку написать для соединения со следующей буквой.

• Проверять написанное: все ли буквы в слове на своих местах? Все ли правила соблюдены? Не забыть делать отступы между словами, а при необходимости начинать некоторые слова с большой буквы.

• Удерживать позу, внимание (точно ли учитель закончил диктовать? Все ли написано, что хотел сообщить?).

• Постоянно переключаться: от анализа фонем к написанию графем, от буквы к букве, от слова к слову, от предложения к предложению.

Все эти процессы у нас, взрослых, уже автоматизированы настолько, что мы можем слушать лекцию и параллельно делать записи. У ребенка такой автоматизации еще нет. Особенно ярко это заметно у первоклашек, которые только осваивают навык письма. Они пишут медленно, потому что им пока сложно координировать моторные процессы, переводить звуки (да и печатный текст) в письменные буквы и одновременно следить за границами слов и предложений. Замечали, что такие дети часто сливают два, а то и три слова в одно, зеркалят буквы и цифры, забывают про «красную строку» и другие правила? Пока навык письма не автоматизирован, это нормально.

Но часто бывает, что процесс автоматизации затягивается. И вроде ребенок уже пишет быстро, но с ошибками, сливает слова с предлогами, забывает проверить безударные гласные. Он сделает это, если вы обратите на это его внимание. Но сам вряд ли выловит такие ошибки в своей работе. Потому что какая-то функция из тех, что обеспечивает возможность писать, «не тянет» предлагаемую нагрузку. В результате письмо остается по-прежнему энергозатратным, и на самоконтроль уже просто не хватает сил.

Возможно, страдает и сама способность контроля. И здесь, по аналогии с работником на стройке, не надо ребенка мотивировать. Не помогут ни кнут, ни пряник, когда дело в нехватке ресурса. Это все равно что мотивировать человека сесть на шпагат, когда мышцы недостаточно растянуты. В случае со шпагатом нужно сначала заняться растяжкой. В случае со школьником: помочь развиться отстающим компонентам той или иной функции. В книге будем говорить о том, что делать в каждом случае.

А пока подведем итог. Чтобы возникла внутренняя мотивация к обучению, нужны следующие составляющие:

Актуальная потребность в контексте мотивации – это ответ на вопрос: «Зачем учиться прямо сейчас?» Остановитесь и подумайте: как вы отвечали себе на этот вопрос в вашем школьном детстве? Что вас мотивировало? Может, желание стать лучшим учеником в классе? Или страх родительского наказания? Было ли там любопытство узнать больше о каком-нибудь предмете, а может быть, сделать собственное открытие? Что дарило вам чувство исследователя, первооткрывателя? Не торопитесь – такие события часто скрыты в слоях нашей памяти. Постарайтесь их найти и снова прожить ту радость узнавания.

Например, я в четвертом классе вечерами сидела над русско-английским словарем: писала художественную книгу на английском. Правда, лексики хватило всего на две страницы. Но еще долгое время я обожала английский, потому что вдохновлялась идеей придуманного, как мне казалось, бестселлера. Еще какое-то время увлекалась математикой – пыталась вычислить формулу быстрого умножения двузначных чисел. Не один вечер прошел в поисках хитроумного способа, не один тетрадный лист был исписан в бесконечных расчетах. Никакой закономерности я тогда не вывела, но это и неважно. Главное – включился тот самый познавательный интерес. Так, что вопрос «Зачем учить математику?» просто не возникал в моей голове.

Вспомнили свои ситуации? Прожили это чувство радости открытия нового? Оно подстегивает познавательный интерес, создает потребности и не требует никаких внешних «кнутов» и «пряников». Не нужно убеждать ребенка учиться, говорить о важности образования и подобных, пока еще непонятных детскому уму вещах. Достаточно дать ему почувствовать эту радость познания.

А если в вопрос «Зачем учиться?» подставим любое другое занятие: конструировать, рисовать, читать, как думаете, что ответит ребенок?

Разве он скажет, что навыки рисования или конструирования пригодятся ему в будущем? Вряд ли. Скорее всего, ему просто интересен сам процесс.

То же самое можно применить и к школе. Не нужно разводить понятия «школа» и «интерес».

Познавательный интерес у младших школьников – ведущий в системе мотивов. Он часто возникает случайно, неустойчив в самом начале. Школьник может одинаково интересоваться абсолютно разными предметами. Но чем ближе эти предметы к собственному жизненному опыту, тем интерес устойчивее.

Советские и российские психологи Лев Выготский, Василий Давыдов, Леонид Занков и другие выяснили:

Но только если этот процесс сопровождается положительными эмоциями. Мозг не может учиться в состоянии стресса. Если вы убегаете от медведя, то вряд ли посмотрите на растения вокруг. Если прячетесь от преследователя на городских улицах, то вам в голову не придет изучать объекты архитектуры. Положительный эмоциональный фон – важное условие для появления и развития познавательного интереса.

То есть нам нужно:

– обращать внимание школьника на яркие факты в разных областях знаний;

– поощрять стремление ребенка стать более самостоятельным, «взрослым»;

– связывать опыт обучения с жизненным опытом;

– поддерживать положительный эмоциональный фон.

Давайте посмотрим, как именно мы можем это сделать с младшими школьниками.

Вчерашний выпускник детского сада с радостью выбирает рюкзак и первый яркий дневник. Он гордится тем, что стал чуть ближе к удивительному миру взрослых. И пока еще считает школу пропуском в этот мир.

Ругаете ребенка за неудачную закорючку или медлительность? К середине четверти уже не можете сдержать вздохов в стиле: «Как же мне надоела эта школа, когда уже каникулы?!» Вряд ли это поможет замотивировать вашего ученика. Лучше подчеркивать необходимость учебы делом. Например, доверять ребенку важные поручения. Скажем, подсчеты: определить, какое количество яблок нужно купить на неделю, если каждый член семьи съедает по одному в день. Или рассчитать, сколько денег нужно на покупку хлеба и молока. А может, сложить ежедневные расходы и понять, какая сумма должна быть на карточке.

Не хотите выделять специальные обязанности? Можно обойтись и без них. Достаточно время от времени показывать детям, как использовать школьные знания в обычных бытовых ситуациях. Например, рассчитывать площадь и периметр, скорость и время.

Измерьте на карте расстояние от дома до школы. Посчитайте вместе с ребенком, за сколько времени доберетесь туда на машине, если будете ехать с определенной скоростью. Или засеките, как долго идете до школы пешком и вычислите вашу среднюю скорость. А потом подсчитайте, за сколько минут с этой скоростью вы дойдете до магазина. А до парка? Или, наоборот, рассчитайте вашу среднюю скорость и замерьте время в пути. После этого вычислите расстояние и сравните с данными карты.

Если ребенок любит готовку, то знакомить его с дробями можно и на кухне. Все, что для этого нужно: мерный стакан, вкусный рецепт и немного фантазии, чтобы вместо стакана муки попросить добавить, например, ½, ⅓ и ⅙ стакана.

Наша задача – показать, как непонятные формулы и понятия работают здесь и сейчас. Тогда знания из учебника будут максимально приближены к реальной жизни ребенка. Он перестанет считать их балластом, ненужной информацией, которую нужно просто выучить для оценки.

Не менее важно и то, что мы невольно транслируем ребенку. Не тогда, когда читаем нотации на тему плохих оценок или необходимости стараться, а все оставшееся время, 24/7. Со смехом вспоминаем, что так и не поняли химию? В телефонном разговоре возмущаемся, что алгебра никогда никому не понадобится? А если ребенок вдруг обращается к нам за помощью с домашним заданием, то вздыхаем, что напрочь забыли всю школьную программу? Как думаете, какое отношение к учебе сформируется у ребенка? Будет ли там место интересу? Что он будет делать при первых трудностях: стараться найти решение или успокаиваться тем, что учеба никому не нужна?

Конечно, я тоже помню далеко не все. Не могу сходу решить задачку по геометрии и даже гуглю некоторые правила русского языка. Но каждый раз, когда дети просят помочь разобраться, говорю: «О, как интересно… Давай-ка вместе почитаем правило, а то я боюсь что-нибудь перепутать». Обычно на этом этапе ребенку все становится понятно. При условии, что пробелов в знаниях у него нет. Если непонятно, то мы возвращаемся к тексту учебника и используем технику «Звонок другу» из главы 11.

Но дело здесь не в техниках и не в том, насколько вы вовлечены в домашние задания. Главное – что вы транслируете вербально и невербально: скуку, усталость, раздражение или хоть минимальный, но интерес. Пусть даже школьные задачки действительно занудные, неужели вам не интересно, какую тактику решения выберет ваш ученик?

Какую информацию усвоить быстрее и проще: ту, что вы вычитали в книге или проверили на собственном опыте? Скорее всего, вы уже знаете ответ: конечно, проверенную лично! Еще и потому, что во время собственных экспериментов включаются эмоции. Неважно, будет ли ваша реакция негативной или позитивной: любая сильная эмоция помогает запоминанию.

Вспомните ваши школьные годы. Наверняка были ситуации, когда вы долго и безуспешно решали задачку или не знали, что ответить у доски. Замешательство, стыд, колкие реплики одноклассников и замечания учителя… И потом, специально для вас, учитель объяснял задачу или давал верный ответ. Про такие ситуации говорят: «Теперь я буду помнить это всю жизнь!» Неважно, шла ли речь о правописании «не» с глаголами или о том, до какого момента будет растекаться капля масла по поверхности воды. Негативные эмоции, как суперклей, закрепляют в памяти любую информацию.

Например, вместо зубрежки словарных слов, если они даются тяжело, предложите школьнику… сделать рисунки, выделив орфограммы. Например, вОрОну и сОрОку можно изобразить с двумя большими круглыми серьгами в виде букв О, кОрОву нарисовать с двумя бубликами на рогах. Изобразите слово «соЛнце» как солнышко с лучиками в форме буквы «Л», а смОрОдину – гроздью из букв «О». Пусть рисунки будут схематичными, и даже непонятными постороннему человеку. Все равно повесьте их на видное место и время от времени обращайте на них внимание ребенка. Можно провести даже конкурс среди домочадцев на самого догадливого члена семьи. В такой атмосфере ребенок с большим удовольствием и почти незаметно для себя выучит правописание. Более того, придумывание займет не слишком много вашего времени. Нужно только подать идею, а потом школьник сам включит фантазию.

А насколько веселее отрабатывать в игре устный счет или таблицу умножения! Для этого понадобятся только несколько игральных кубиков. Кидаем один или сразу несколько кубиков, складываем числа и записываем итоговую сумму. Потом к ней плюсуем результат следующего хода. Только сначала договоритесь, до какого числа будете играть. Достаточно одной такой «тренировки» в неделю, чтобы без труда «щелкать» примеры с переходом через десяток. Точно так же можно автоматизировать таблицу умножения. Если нужно, то наклейте на второй кубик цифры от семи до девяти – и умножайте без ограничений.

Если ребенку сложно запоминать стихи, предложите нарисовать пиктограммы: картинки-ассоциации для обозначения каждого слова в строчке (см. технику «Рисуночный конспект» в главе 11). Это достаточно просто, весело и главное – помогает выучить стих без лишнего напряжения.

Я сама в третьем классе долго не могла запомнить таблицу умножения, особенно на «9». Прием вроде «умножь число на 10 и отними от результата это число» казался еще более сложным, чем просто вызубрить значения. Однажды сосед по парте показал, как умножать на «9» на пальцах[2]. Это было огромное облегчение! Учитель ругал нас за такой «читерский» способ. Но очень скоро я научилась представлять пальцы мысленно. А потом и выучила все значения. Сейчас на месте учителя я бы разрешила детям использовать этот метод. Во-первых, он снижает тревогу, повышает чувство успешности у неуверенных в себе ребят. Во-вторых, никак не влияет на запоминание. Когда умножение требуется каждый день в течение нескольких лет, оно в любом случае останется в памяти. Поэтому не бойтесь пользоваться приемами, которые облегчат запоминание в моменте.

Отрабатывать навык письма тоже можно интересно и с пользой. Например, в свое время для старшей дочери я купила ее собственную кулинарную книгу. Сейчас она уже семиклассница, но до сих пор записывает туда рецепты. Средний сын-первоклассник пишет не только в тетради по русскому, но и в семейных комиксах. Для них на холодильнике у нас примагничен чистый лист, который постепенно заполняется репликами разных персонажей: дети и их родители тренируются в остроумии. Письмо первокласснику дается сложновато, и дополнительная практика очень нужна. Лучше такая, где писать он будет по собственному желанию. Поэтому комиксы подходят идеально. Ведь это очень весело: придумывать персонажей и их фразы, вокруг которых выстроится новый сюжет.

Трехлетний ребенок удивляется всему, что видит, и непрерывно задает вопросы. Хватает ли сил на удивление у ребенка постарше?

Чтобы стало интересно, вопрос или удивление должны родиться изнутри. Это прекрасно знают учителя и воспитатели. Поэтому в методических разработках уроков много внимания уделяют тому, как обратить внимание учеников на тот или иной феномен. Однако недавние исследования показывают, что только у 30 % учеников в начальных классах высокий уровень познавательного интереса. А примерно у четверти ребят уровень познавательного интереса ниже среднего.

Да, дети готовы учить и отвечать на вопросы в конце параграфа. Но для развития мотивации нужно, чтобы у них возникали собственные вопросы.

Однажды я предложила родителям такое упражнение: вместе с ребенком посмотреть и подумать, что интересного есть вокруг, найти точки удивления[3] в привычной среде. Оказалось, что многие обыденные, приевшиеся вещи даже взрослым знакомы не до конца. Почему, например, дождь бесцветный, а снег белый? От чего зависит цвет заката? Почему иголки у хвойных не опадают, как листья у деревьев?

Нет ничего плохого в том, чтобы почитать научно-познавательную книжку на эту тему. Но намного лучше, если сначала у ребенка появится вопрос, а потом уже книжка. Более того, чтобы усилить любопытство, можно не сразу бежать за помощью к умной Алисе. Сначала самостоятельно подумать над вариантами.

Иногда процесс самостоятельного поиска намного интереснее правильного ответа. Однажды мы с детьми обнаружили на карте Антарктиды берег Правды. Это название сильно отличалось от окружающих его названий в честь известных и не очень личностей. Почему Правда? Так назывался корабль, который туда приплыл? Кто-то солгал и случилось что-то ужасное? А может, это тоже чья-то фамилия? Оказалось, название дали в честь газеты «Правда».

Чтобы тренировать «мышцу» любопытства, не надо выделять специальное время. Это может быть между делом, во время обычного общения, по дороге в школу, в очереди в поликлинике. Чем больше положительных эмоций принесет ваше общение, тем активнее ребенок начнет проявлять любопытство к окружающему миру. И скорее всего, меньше времени потратит на залипание в телефоне – ведь вокруг столько интересного!

Так однажды спросил мой четвероклассник, вздыхая над учебником русского языка. Учеба в целом дается ему легко, и я не вмешиваюсь в этот процесс без запроса. Но вот запрос поступил: действительно, зачем?

Я честно ответила, что тот же английский нужен куда больше, чем некоторая теория русского языка. И внутренне поежилась, вспомнив, как в старших классах мы запоминали классификацию наречий. Конечно, эта информация нужна лингвистам. Но ее практическая значимость в повседневной жизни, тем более, школьника, нулевая.

Я предложила сыну рассматривать эти абстрактные правила как тренажер для развития мышления и запоминания. Ведь не все, что мы учим, понадобится нам в жизни. Иногда это нужно лишь для того, чтобы сформировать какой-то навык. Например, если вы пойдете на курс по развитию памяти, то будете заучивать цепочки не связанных друг с другом слов и отрывки текстов, которые никогда и нигде больше не пригодятся. Если пойдете на курс развития креативного мышления, то столкнетесь со странными задачками, решение которых никак не повлияет на вашу жизнь. Скажем, как посадить самолет на авианосец, если палуба этого авианосца короче, чем необходимая самолету длина посадочной полосы. Да, эти вопросы актуальны инженерам-авиастроителям. Но на таких задачках-примерах можно научиться быстро находить нестандартные решения в самых разных ситуациях.

Такой же подход можно применить и к школьному материалу. Школа – это вообще тренажер для самых разных полезных навыков. Поэтому не обязательно задумываться, где и когда нам понадобится определять типы словосочетаний или выделять в предложении подлежащее и сказуемое. Вместо этого лучше прикинуть: как еще быстрее запомнить это правило? Или как его выучить интересно? Это ведь большое поле для развития того самого креативного мышления. А если фантазии не хватает, на помощь придут игры и техники в конце этой книги. Мы еще разберем, как внедрять их в учебные будни, чтобы не встретить сопротивления вашего ученика.

Подведем краткий итог этой главы.

Цель – это осознанный образ предполагаемого результата. Цели могут быть совсем небольшими или очень объемными. Если мы говорим о мотивации учиться, то в младшем школьном возрасте цели не слишком важны. Да, они будут, но, скорее всего, краткосрочные. Основная движущая сила мотивации у младших школьников – познавательный интерес, о котором мы говорили в предыдущей главе. Узнать, как что-то устроено, решить сложную задачу или просто почувствовать себя взрослым и успешным, быстро справившись с домашним заданием, – все это поддерживает желание учиться лучше, чем абстрактные разговоры о будущем. Пусть даже это будущее наступит в следующем году – младший школьник еще не умеет планировать так надолго.

Напомню, что когда интереса у ребенка не возникает, стоит внимательно посмотреть на ресурс: те структуры коры головного мозга, которые «отвечают» за способности учиться. Об этом мы очень подробно поговорим во второй части книги. Но это не значит, что главу про цели можно пропустить. Ведь младшая школа – это тот период, когда целеполаганию нужно активно учить. Да, это тоже навык, который нужно формировать. И желательно делать это осознанно.

Для подростков получить знания – уже не самоцель, а путь к результату, который закроет личностные потребности: победить на олимпиаде, поступить на интересующую специальность и т. д. Иначе говоря, для них цель – это видение будущего, самого ближайшего или далекого. В любом случае будущее обязательно должно нравиться ребенку.

Некоторые современные исследователи считают, что целеполагание – не один, а два разных навыка. Первый: это умение ставить цели, а второй – способность их достигать. И если с постановкой целей обычно проблем нет, то с исполнением часто беда.

Случалось ли, что в конце учебного года ваш школьник клятвенно обещал каждый день каникул немного заниматься: наверстывать упущенное за год или взяться за английский? В этот момент он действительно хочет подтянуть знания и улучшить успеваемость. И вроде бы цель поставлена и даже на задачи разбита, но что-то пошло не так. Летом ребенок занят всем, чем угодно, кроме занятий. Даже если сидеть за книжкой нужно 15–30 минут.

Они совершенно искренне дают слово что-то делать, но по-прежнему нуждаются в помощи. Особенно если что-то делать нужно довольно долго: целое лето. Ведь в этом возрасте есть стойкое ощущение: впереди еще много времени. Сегодня не получилось – сделаю завтра. Не вышло завтра – возьмусь за ум со следующей недели. В масштабе текущего дня даже нам, взрослым, сложно оценить масштаб недели или месяца. А уж школьнику и подавно кажется, что лето – это целая вечность, а сентябрь наступит в следующей жизни.

А еще, когда большая цель разделена на небольшие задачи, ребенку сложно оценить важность маленьких усилий каждый день. Он успокаивает себя: «Подумаешь, сегодня не выучил/не написал/не позанимался. Один день ничего не изменит». Школьники тоже так размышляют. Только таких дней становится все больше и больше. В итоге хорошая цель превращается в «невидимого слона» – она кажется огромной и трубит с грозным упреком: «Надо!» Но результата, даже небольшого, который мотивировал бы двигаться дальше, не видно.

Будет намного проще, если мы визуализируем путь к цели. Сделаем это буквально: нарисуем на листе большого формата дорожку, как в игре-«бродилке», с количеством полей по числу необходимых дней. Можно сделать дорожку только на 30 дней, а потом обновлять.

Каждое седьмое поле «дорожки» рекомендую делать больше остальных – это будет выходной, время для промежуточных итогов и рефлексии. Если хочется, можно пририсовать темный лес, страшных демонов или, наоборот, добавить красивых картинок. Главное, чтобы сами поля оставались после этого заметными. Теперь нужно повесить план нашего пути на видное место и каждый день отмечать одно поле веселым смайликом или восклицательным знаком. Если за день ничего не было сделано – оставить поле пустым.

Всю работу, начиная от постановки цели и заканчивая рисованием дорожки, нужно проделать вместе с ребенком, а не за него. Если вы просто вывесите план и объясните правила, то ребенок включится с меньшим интересом. Ведь такое предложение тоже выглядит как очередная директива от мамы, только оформлена немного по-другому. Но на самом деле суть остается прежней: мы не даем возможности ребенку присвоить себе цель и путь к ней. А без присвоения нет и вовлечения.

Давайте проведем аналогию со взрослой жизнью. Захочется ли вам работать, когда начальник постоянно стоит над душой и указывает на все, вплоть до мелочей: какую пачку бумаги открыть первой, какой объем работы выполнить за час? Скорее всего, тотальный контроль отобьет всякое желание участвовать даже в самом интересном проекте. Вы выполните все указания, но вряд ли будете вовлечены. Скорее наоборот – вы будете уверены, что все сделаете неправильно. Поэтому решите, что лучше вообще не проявлять инициативу, а при первой же возможности сбежать с этой работы.

Другое дело, когда проект реализуете вы сами. В заданных рамках, но в удобном для вас темпе, в спокойной атмосфере. С возможностью обсудить с начальником трудности и не получить за это по голове. Поэтому – фантазируйте вместе. Не нравится «бродилка» – нарисуйте домики с окошками-целями и крышей, где можно подвести итоги. Сделал ребенок намеченное – «зажег» окошко в домике: закрасил ярким цветом или вклеил наклейку.

Итак, поле нарисовано, и сразу видно, сколько времени у нас есть. Можно проанализировать пустые поля: почему не получилось в этот день позаниматься? Приехали нежданные гости, поднялась температура, младшая сестра куда-то спрятала учебник? Или все-таки не хватило собранности, самоорганизации, дисциплины? Это повод подумать, что нужно улучшить: может, выделить для занятий определенное время или изменить уже установленное.

Что касается вознаграждения за труды, то для многих детей ровные ряды смайликов на ватмане или заполненные окошки домиков – уже победа. Они будут стремиться что-то делать каждый день просто потому, что чувствуют азарт: а получится ли не пропустить ни дня? А может, сделать двойную норму за день? Эта технология прекрасно работает в компьютерных играх. Прошел уровень – получил аплодисменты и красивую картинку на экране с надписью вроде: «Молодец!» В реальной жизни соревновательный эффект усиливается, если аналогичный план есть у взрослого или другого ребенка.

Бывает, что младшим школьникам важны более существенные поощрения. Например, красивая наклейка в конце недели, если не пропущено ни одного поля. Или сюрприз, когда продержался месяц: игрушка вроде кубика Рубика и прочие мелочи. Лучше не денежный, иначе цель «подтянуть знания» может уйти на второй план, а на первый выйдет желание «накопить на игру» и т. д.

Очень важно, чтобы подарок оставался именно сюрпризом, а не обязательной наградой: «Ты будешь заниматься каждый день, а за это получишь…» Конечно, обещание что-то получить очень вдохновляет. Но с каждым разом ставки будут повышаться: если в первый раз сработал кубик Рубика, то в следующий ребенок потребует более существенной награды. Даже если вы можете ее купить, купите ее просто так, без условий. Иначе есть большой риск перевести всю учебу в товарно-денежные отношения. А потом придираться как заказчик к исполнителю: «А почему тут ничего не сделано? Я за такое не заплачу». Это не имеет никакого отношения к процессу целеполагания и уж совершенно точно не способствует развитию внутренней мотивации учиться.

«Не вижу ничего плохого в том, чтобы поощрять ребенка за хорошие оценки. Это ведь его работа: получил “пятерку” – заработал немного карманных денег. Мы практикуем это уже целую четверть. И я не знаю, что еще заставит ребенка ответственно относиться к учебе».

Подобное мнение до сих пор разделяет некоторое количество родителей. Действительно, и чем плох такой подход? Начнем с того, что обучение, хоть и очень энергозатратно, к работе не имеет никакого отношения. Ведь работодатель платит за конкретные умения и навыки, которые в конечном итоге приносят реальную прибыль. Эта прибыль покрывает расходы на производство и идет в фонд заработной платы. Чем лучше показатели сотрудника, тем больше товаров или клиентов. Растет доход, а значит, у работодателя появляется ресурс и на премии, и на увеличение оклада. Повторюсь, он появляется не из воздуха, а благодаря усилиям сотрудников. И для них эта взаимосвязь чаще всего очевидна.

Когда мы приучаем ребенка к денежным выплатам за учебные достижения, то:

– формируем ложное представление о причинах и следствиях, воспитываем потребителя, а не творца. Школьник не понимает, как результаты его учебы помогают достичь какой-то более глобальной цели (в отличие от сотрудника, плохая работа которого отразится на успехе компании в целом);.

– загоняем себя в ситуацию, когда из года в год ставки будут расти в соответствии с запросами ребенка. И если сейчас вам хватает тысячи рублей за отличную четверть, то через год этого стимула станет недостаточно;

– подменяем внутреннюю мотивацию внешней, обесцениваем радость получения знаний и приложенных усилий. То есть школьник радуется не тому, что, наконец, сам дошел до правильного решения задачи, а вознаграждению.

Мама из нашего примера права – очень сложно отказаться от денежного поощрения без потери качества учебы. Но можно. Главное – оставаться твердым в своем решении и «сворачивать» материальное вознаграждение постепенно, но неуклонно. И говорить с ребенком о том, каким он видит свое ближайшее будущее. Здесь как раз пригодятся инструменты целеполагания. Обсуждайте с ребенком, особенно со старшеклассником, чего он хочет в этой жизни. Если подросток затрудняется с ответом, предложите ему нарисовать карту желаний. Решите, что нужно для исполнения каждой мечты.

Вам кажется, что ребенок ставит уж очень нереальные цели, вроде «выиграть миллион в лотерею и ничего не делать»? Это повод немного расширить его опыт. Например, посмотреть статистику выигрышей. Почитать биографии богатых и успешных людей, которые могут себе позволить вечный отпуск – действительно ли они бездельничают днями напролет?

Чем шире у ребенка картина мира, тем проще ему принимать решения.

Даже если школьник мечтает создать свою музыкальную группу или представляет себя крупным блогером – прекрасно. Лучше, если он сядет и распишет план: как он этого достигнет. Сколько времени готов этому уделять? Как поймет, что идет к результату, а не топчется на месте? Помешают ли блогерству учеба и куча домашних заданий в придачу? Вот и повод научиться самоорганизации и попробовать техники быстрого обучения, о которых будем говорить в третьей части книги.

«Сын в восьмом классе, тяжело просыпается, по утрам не может ни на чем сосредоточиться. При этом ложится поздно, порой за полночь. Попытались наладить его график: поговорили, поставили цель укладываться не позже 22:30, нарисовали план. Продержался пару дней, потом махнул рукой. Теперь снова все по-прежнему. Что делать?»

Строго говоря, «лечь не позже 22:30» – скорее, задача для достижения другой цели: чувствовать себя бодрым по утрам, больше успевать, стать более организованным. Конечно, полноценный сон очень важен, особенно для здоровья подрастающего организма. Более того, даже некоторые младшие школьники сами осознанно укладываются пораньше, если завтра предстоит ранний подъем. Особенно спортсмены. И уж если ребенок может связать достаточный сон и бодрость с утра, то подросток тем более в состоянии это сделать. И когда он все понимает, но делает по-своему, нужно разбираться не с инструментами целеполагания. Важно выяснить, а действительно ли это истинная цель ребенка? Скорее всего, нет.

Только вряд ли младший школьник или подросток скажет вам об этом открытым текстом. Ведь он почему-то согласился на вашу «правильную» цель – может быть, боялся обидеть или упустить предложенные выгоды. Возможно, решил, что проще согласиться, чем объяснить. Или в вашей семье вообще не принято ничего обсуждать, а просто делать, как сказали. В любом случае, в нашем примере не ребенок поставил цель ложиться пораньше, а ему ее поставили.

Как же поступить с нашим школьником, который засиживается до полуночи? Как минимум, сначала понять, почему он не ложится раньше. Например, с помощью простого упражнения «Я бы сделал, если бы не…». Попросите ребенка продолжить эту фразу: «Я бы лег спать раньше, если бы не…» Обязательно: начните разговор в доверительной атмосфере. Важно, чтобы между вами и ребенком был налажен эмоциональный контакт. То есть ваше общение в принципе не сводится к просьбам-требованиям. Хотя даже в этом случае вряд ли вы сразу выйдете на истинную причину. Поэтому не останавливайтесь на первом ответе, как в случае с рефлексией в предыдущей подглаве. Не ругайте ребенка за «неправильные» мотивы, не читайте нравоучений. И не ждите, что он расскажет вам все сразу и прямо. Возможно, таких разговоров понадобится несколько.

И еще – не убирайте частичку «не» из второй части формулировки. Сравните: «Я бы лег спать пораньше, если бы успел сделать уроки» – звучит как признание в собственном провале. А как охотно мы готовы признавать свои промахи? Особенно человеку, который и без того находит повод нас покритиковать? С «не» звучит немного иначе: «Я бы лег спать пораньше, если бы не закопался с уроками». Согласитесь, здесь мы словно перекладываем ответственность с себя на тех, кто слишком много задает на дом. И хотя на смысловом уровне ничего не изменилось, в таком ключе обсуждать неудачи уже проще.

Но, конечно, у подростка из нашего примера причины были куда серьезнее. Оказалось, что он допоздна зависает в телефоне. В другое время ему то нельзя, то некогда. А там, в виртуальном мире, есть друзья, чувство успешности, радость жизни. В реальности же только учеба, репетиторы, требования и ограничения. В его картине мира раньше лечь спать – значит лишиться мощного источника позитивных эмоций. И все ради чего? Чтобы уже с утра уделять больше времени занятиям, от которых воротит?

Здесь можно провести аналогию с состоянием мамы в декрете. Вся ее жизнь в первые два года подчинена требованиям ребенка, подстроена под его изменяющийся режим. Но у мамы есть и свои интересы, желания, друзья. Поэтому, когда младенец засыпает, она может вдруг залипнуть в телефоне, полчаса наслаждаться чашкой чая или лежанием в ванной вместо сна. Да, спать маме по-прежнему необходимо. И окружающим порой кажется, что зря она сидит на кухне или в телефоне вместо того, чтобы тут же бежать в кровать. Но в это время мама получает удовольствие от жизни. Выдыхает. Да, завтра может быть сложный день или случится непростая ночь, но сейчас ей важно подзарядиться эмоциями. А к недосыпу она уже привыкла.

Так и наш подросток уже привык. Тем более, он может отсыпаться на выходных. Поэтому и не собирается отказываться от радостей виртуальной жизни.

Что же делать? Как минимум: постепенно добавлять ограничения в использовании телефона и находить радости в жизни реальной. Как это внедрить максимально безболезненно, обсудим в четвертой главе. А пока еще раз обращу внимание на важность доверительного контакта. С ребенком, а тем более подростком, надо разговаривать не только на бытовые темы, но и о том, чего он хочет получить от жизни. Помогать ему сформулировать его истинные цели. Возможно, с помощью карты желаний. Там, кстати, скорее всего, и будет ответ на вопрос, что заменит виртуальный мир. Если контакт между вами и ребенком нарушен, то стоит сначала обратиться за помощью к психологу.

Я знаю семью, в которой школьнику, умнице и спортсмену, запрещали получать оценки ниже «четверки». А итоговые: четвертные и годовые должны были быть только «отличными». Ребенок не взбунтовался – просто закрылся от родителей, начал обманывать, перешел к манипуляциям. Когда же родители немного ослабили требования, в электронном дневнике замаячили «тройки». Отношения накалялись. Родители, хоть и более мягко, но по-прежнему выясняли отношения по поводу каждой «плохой» оценки. Ребенок начал обманывать все чаще.

Вот он согласно кивает, когда предлагают репетитора по английскому. А у репетитора делает все, чтобы ничего не делать: не выполняет домашние задания, регулярно опаздывает, прикидывается, что не понимает объяснений, не старается запомнить новые слова хотя бы во время занятия. Родителям же с невинным взглядом жалуется на методы преподавания, выторговывает «плюшки» – я сегодня схожу на английский, но завтра пропущу спорт. Очного репетитора заменили преподавателем онлайн, чтобы хоть как-то контролировать процесс. И пока родители наблюдали за занятием, все было более-менее продуктивно. Но едва они расслабились, как получили обратную связь от педагога: ребенок ничего не хочет делать, сидит в телефоне. То есть протест против родительского контроля проявлялся и по отношению к другим людям.

При таком раскладе даже самый прекрасный репетитор, как бы он ни старался, не сможет заинтересовать своим предметом. По сути, в течение многих лет запрета на плохие оценки ребенок просто выполнял чужую программу, «заказ работодателя» – быть отличником. Причем достижений требовали не только в школе, но и в спорте. И ребенок безропотно выполнял то, что от него ждали, потому что основным мотивом выступал страх расстроить родителей.

К счастью, в этой семье сейчас все хорошо. Сначала пришлось восстанавливать доверительные отношения с помощью семейного психолога – ситуация зашла слишком далеко, чтобы решить ее собственными силами. Давайте посмотрим, как можно было предотвратить такое развитие событий на разных этапах.

Первое и самое очевидное – не требовать от ребенка хороших оценок изначально. Ведь это не что иное, как «заказ работодателя», о котором мы уже говорили. Да, тут стимулом, скорее всего, выступали нематериальные вещи. Но это не меняет того, что в учебе родители были заинтересованы больше, чем сам ребенок. Они не давали школьнику права на ошибку. А ведь ошибки – закономерный этап обучения.

Все родители хотят, чтобы сын или дочь хорошо учились, завоевывали медали и оставались образцово-показательными представителями семьи. Но часто это желание основано на страхах, которые с ребенком не связаны. Например, страх показать окружающим, что вы – не слишком хорошая мать или не такой прекрасный отец, вовсе не эксперт в воспитании, и ваши дети далеко не лучше всех. Важно осознать этот страх и отделить свои ожидания от реального человечка.

Предположим, родители упустили этот момент и всю начальную школу учеба держалась на внешнем контроле. Понятно, что желание учиться не возникнет вдруг, по щелчку пальцев, едва исчезнет тотальный контроль. Наоборот, нужно быть готовым к тому, что какие-то предметы обязательно просядут. И параллельно искать внутренние точки опоры: интерес, цели на эту жизнь или хотя бы на какой-то ее период. Здесь помогут все рекомендации из подглавы «Меняем ведущий мотив».

И огромную роль будет играть качество вашего общения с ребенком.

• Какое оно: доверительное или поверхностное?

• Можете ли вы поговорить не только на бытовые темы, но и на более глубокие и даже философские?

• Готовы ли поддержать ребенка в каких-то его интересах, даже если они идут вразрез с вашими?

Предположим, что цели ребенка (а точнее, уже подростка) вас не радуют. Вы видите, что ваш подросток не просто чудит, а своими руками портит будущее: забросил учебу, нашел странных друзей. Запишите свои опасения на листок бумаги. Чем конкретнее вы их сформулируете, тем лучше. Например, «боюсь, что скатится по наклонной» – не самый удачный пример. Напишите четко: «боюсь, что свяжется с плохой компанией», «боюсь, что не сможет сдать ЕГЭ». Выберите сначала какое-то одно опасение. А теперь постарайтесь посмотреть на ситуацию глазами стороннего наблюдателя. В левый столбик запишите все факты, которые подтверждают вашу тревогу. В правый – все то, что опровергает эти страхи.

Рассмотрим опасение: «боюсь, что свяжется с плохой компанией». В какой компании сейчас проводит время ребенок? Действительно ли там ничему хорошему не научат? Или же, несмотря на такое общение, ваш подросток по-прежнему строит планы на будущее и даже более-менее успевает учиться? Не торопитесь, записывайте факты в течение нескольких дней. Важно рассмотреть ситуацию как можно более детально. Вдруг вы увидите, что ребенку сложно завязывать отношения, выбирать друзей – поэтому в «друзьях» может оказаться любой. И это повод пойти к психологу. Или же вы поймете, что друзья у подростка вовсе не тянут его на «дно». Они просто проживают сложное время подросткового кризиса, как и ваш ребенок. Который действительно готов задуматься о будущем и даже обсуждать его с вами. При одном условии: вы при этом не станете навязать свои, «правильные» представления о том, к чему стремиться. Такой подход – без оценок и ожиданий, поможет не только вам, но и ребенку.

Еще Платон[4] говорил, что целеустремленность присуща всей структуре бытия. А уж человек тем более всегда держит в голове некий образ желаемого будущего. Даже если будущее ограничено одним днем или ближайшим обедом, а цель – весело провести это время или вкусно покушать.

Когда ребенок:

• вообще ничего не хочет;

• отказывается от прежних интересов;

• не стремится к общению с друзьями и в целом ограничивает социальные контакты;

• часто подавлен или раздражен;

• испытывает приступы гнева;

• а может, часто беспокоен и тревожен, —

Эти симптомы могут говорить о начинающейся депрессии. Она часто возникает в подростковом возрасте. Причем не только из-за неудачного опыта взаимоотношений, буллинга или психотравмирующей ситуации. Есть и более неочевидные причины: резкое изменение гормонального фона, а также хроническая усталость от чрезмерных нагрузок в школе и в секциях.

Вы наверняка слышали истории про отличников, которые после выпускного класса никуда не захотели поступать. А если и поступили, то не добились выдающихся результатов ни в университете, ни после него. Не потому, что школа отбила желание учиться. На новые победы нужны силы и энергия, а у этих детей их уже не осталось.

Мотивация учиться – лишь часть мотивации к жизни. Когда ребенку в целом неинтересно жить, то и учиться становится незачем.

Даже если все его действия направлены не на достижение чего-либо, а на избегание этого. Внешне такой ученик производит впечатление лентяя. Но детская лень – это всегда маска. Что скрывается за ней: страх оказаться неуспешным? Нежелание идти в определенный коллектив или к конкретному педагогу? Дефицит энергии? Недостаточное развитие волевой сферы? О ней мы еще поговорим в этой книге. А пока суммируем основные принципы успешного достижения целей:

Эту книгу я начала непосредственно с учебной мотивации. Но мотивационная сфера в целом начинает свое развитие не с начала школьного обучения, а с первых лет жизни. Здесь закладывается фундамент того, что мы потом называем желанием учиться.

Без фундамента, как известно, можно построить сарай, но не дом. Однако не расстраивайтесь, если вдруг поймете, что что-то сделали неправильно и момент упущен, или если ребенок попал в вашу семью уже школьником. В любом случае, фундаментом нужно заниматься.

Предположу, что некоторые из вас читали вторую, а то и третью главы с некоторой долей скепсиса. Ведь перед вами ваш, реальный школьник, которого интересует только игрушка в телефоне, а не какие-то там учебные цели. Решить задачу для него – необходимое действие, чтобы потом поиграть в гаджете. И за учебники он садится только потому, что так сказала мама, да еще и напомнила о всех возможных ограничениях за непослушание.

Таким образом учеба как будто противопоставлена удовольствию. А удовольствие – основное топливо развития и поддержания внутренней мотивации. Только искать его нужно не в праздности или развлечениях, а в результатах, которые принесли собственные приложенные усилия. И это совершенно естественно каждый день происходит в дошкольном возрасте.

И здесь очень важна реакция взрослого. Кричать на ребенка – не самый лучший вариант. Даже если обои были очень дорогими или вообще не в вашей квартире, криком вы не уберете карандаш. А вот желание в следующий раз делать что-то самостоятельно можете убить легко. Самое лучшее, что можно сделать: сказать, что действительно получилось красиво. И в зависимости от возраста ребенка либо объяснить, что лучше рисовать на листочках, либо сделать на стене специальный уголок для рисования. То есть – поощрить его самостоятельные действия, но сделать так, чтобы в следующий раз они были не в ущерб окружающей среде.

Похожих ситуаций во время взросления будет очень много. Важно научиться видеть за ними не результат: «Ну вот, испортил обои!», а процесс постановки цели и ее достижения. Таким образом ребенок учится получать радость от того, к чему приложил силы. Если же мы все делаем за ребенка: даем ему по первому требованию карандаши и лист бумаги, а потом еще и говорим, как правильно рисовать, то процесс «захотеть-разработать план-выстроить программу-сделать-оценить результат» не запустится.

Не путайте, пожалуйста, такой подход со вседозволенностью. Ограничения тоже нужны. Как минимум, для обеспечения безопасности ребенка. Но это должны быть четкие и известные ребенку запреты какой-то конкретной деятельности, а не инициативы ребенка в целом. Запрет инициативы можно объединить в общий посыл: «Ты зачем это сделал?! Опять все испортил!»

Вы много раз слышали, что телефоны детям давать нельзя. И бесконечно смотреть мультики тоже не стоит. Но вот почему нельзя, родителям объясняют редко. Дело в том, что дошкольный и младший школьный возраст – это чувствительный (или сенситивный) период для развития произвольности, или воли. Ребенок учится прикладывать усилия, пусть не всегда приятные и веселые, и отказываться от сиюминутных развлечений, чтобы получить результат. За этими простыми действиями стоит сложная функциональная организация мозговых структур.

Ребенок не рождается с навыком произвольности, он его формирует в процессе развития. Поэтому чем больше малыш, а потом и первоклассник, получает опыт приятного результата от собственных усилий, тем активнее развивается произвольность. Например, завязать шнурки для ребенка – действие не слишком приятное, иногда даже нудное и неинтересное. Однако справился со шнурками – пошел на улицу. За усилием стоит желаемое вознаграждение, и наш дошкольник (или школьник) это понимает. Не только на примере шнурков, но и самых разных занятий: сделать аппликацию, рисунок, собрать мозаику, пазл или конструктор.

Теперь представьте, что большая часть времени ребенка занята мультиками или телефоном. Там не нужно прикладывать дополнительных усилий, даже в «развивающей» игре. Подумайте, что легче: выбрать все красные фигурки на экране или обнаружить их в окружающей среде. Нет ничего плохого в том, чтобы рассортировать предметы в игре на телефоне или вместе с героем мультфильма. Но если мы говорим о развитии, то вслед за этим хорошо бы предложить ребенку сделать то же самое с реальными вещами в окружающем его мире. Не заменять обучение гаджетами, а только дополнять его в разумных пределах.

Дети, которые не приучены с пеленок к телефону, эти пределы чувствуют. Например, в нашей семье тоже бывают дни, когда мультики могут идти бесконтрольно долго. Но даже пятилетка через какое-то время отходит от экрана и начинает придумывать, чем бы заняться. Да и старшие легко закрывают компьютер или игру. И сами признаются, что долгое время за экраном по-настоящему утомляет.

Что же делать с детьми, которые этого утомления не чувствуют и готовы сутки напролет сидеть за монитором? Во-первых, конечно, ограничить использование гаджета. И обязательно предложить взамен что-то другое! Этот пункт часто упускают. А ведь только так, мягко переключая внимание с одного занятия на другое, пусть чуть менее интересное, можно уйти от игровой или компьютерной зависимости. Особенно если она только начинает формироваться.

– Он и так играет только пару часов в выходные, больше я ему не разрешаю, – часто возражают родители.

– То есть в школу он берет кнопочный телефон, а дома для игр есть другой? – обычно уточняю я. Выясняется, что специального «игрового» телефона, конечно же, нет. В школу берется тот же, с играми и интернетом. И ребенок зависает там не только положенные два часа дома, но и по дороге в школу, в ожидании урока, на переменах и даже на прогулке.

Порой дети специально приходят в школу и на кружки пораньше, чтобы провести побольше времени за экраном. Запретный плод, как говорят, сладок. И если телефон с самого начала позиционируется как награда и наслаждение, то он затмит собой все остальные варианты времяпровождения.

Дети на ваши предложения взять телефон попроще, скорее всего, замашут руками: «У всех такие, меня с кнопочным засмеют!» Правда в том, что в межличностных отношениях модель телефона не имеет никакого значения. В младшей школе, вплоть до седьмого класса, детям все равно, какой у кого гаджет. Им главное, какой есть у них. Да и в старших, когда подростки меряются всем, чем только можно, гаджет далеко не всегда на первом месте.

Компьютерные игрушки для нашего мозга – как рафинированный сахар для организма. Конечно, углеводы нужны. Но если ребенок привык получать их с тортом или конфетами, вряд ли он согласится заменить их овсянкой или хлебом. Вкусовые рецепторы, приученные к чрезмерно сладкой пище, требуют сахар все больше и больше. Под такой образ питания перестраивается и кишечная микрофлора. Просто убрать сладости поможет, но на время. Когда вдруг они снова окажутся в зоне доступа, ребенок снова не сумеет себя сдержать. Поэтому важно не просто ограничивать привычные вкусняшки, но и предлагать взамен что-то более полезное и не менее вкусное.

Точно так же можно отучить мозг от залипания в телефон. Не просто убрать гаджет, а предложить другое занятие. Совершенно точно не учебу или книжку, если ребенок читать не любит – так мы только противопоставим занятия удовольствию, и телефон станет еще желаннее. А вот поход с палатками без гаджетов, совместный семейный проект или настольная игра подойдут. В каждом из этих вариантов нужно выстраивать план действий, поэтапно его выполнять и оценивать результат. То есть тренировать «западающую» пока произвольность. Да, это требует времени и сил, и один поход с палаткой или вечер за игрой ничего не изменит. Но зависимость всегда быстрее сформировать, чем преодолеть. Тем более если для нее есть предпосылки – недостаточное развитие воли.

Она же развивает навык соподчинения мотивов, о котором поговорим ниже. А если игра предполагает выигрыш, то ребенок познает радость победы и приложенных к ней усилий. Конечно, если победа будет честной, а не достанется автоматически. То есть игры должны соответствовать возможностям ребенка. Как и любое другое занятие. Строго говоря, научиться ездить на велосипеде, завязывать шнурки или мыть тарелку – такие же «победы», только над самим собой. Даже обычный рисунок или поделка с воспитателем в детском саду – предмет приложения детских усилий. И когда дошкольник хвастается своими достижениями, будь то шнурки, поделка или выигрыш в игре, не обесценивайте их. Для него важно прожить этот этап наслаждения итогами своего труда. В том числе через это ощущение ребенок обретает ценность собственного «Я», мотивацию к жизни. В предыдущей главе мы уже говорили о том, что мотивация к обучению – всего лишь ее часть.

В дошкольном возрасте ребенок получает важнейший навык для развития мотивации – навык соподчинения мотивов. Это возможность учитывать интересы всех участников какого-то процесса, а не только свои личные желания. Например, ребенок хочет играть, а мама говорит, что пора делать домашнее задание или идти на занятия. И даже когда мама заранее предупредила, что игра скоро закончится, ребенок все равно не готов отказываться от любимого дела. В такой простой ситуации главное – не отрывать ребенка от игрушки до тех пор, пока тот внутренне не согласится закончить игру. Это не значит, что нужно ждать, сложа руки. Можно мягко помочь, подтолкнуть к этому. Например, предложить игру в суперуборщика и вместе навести порядок. Обычно это занимает минуты три, не больше, и ребенок готов выполнить просьбу мамы. Не хочет убирать, чтобы потом вернуться к этому занятию – предложите взять какую-нибудь из игрушек или поделок с собой.

Представьте, что ваш ребенок в этот момент не просто размахивает руками в комнате, а, например, пытается поднять штангу. Ему нужно собрать все силы для решающего рывка. И от того, насколько вы ему поможете, зависит, выиграет он или проиграет.

Как можно помочь спортсмену на соревнованиях? Правильно – не мешать. Дать прожить внутреннюю борьбу самостоятельно. Не отвлекать, когда он уже вышел на старт. Просто направлять: «Да, я тебя понимаю, но нужно делать то-то». Вашей победой будет не тот факт, что ребенок сделал это домашнее задание. А то, что он в данный момент победил свое «не хочу» и сел за стол.

Далеко не все родители выдерживают такое сопротивление. Ругают: «Если сейчас же не соберешь игрушки, то я…» Пытаются подкупать: «Если мы сейчас пойдем, то я куплю…» Понимаете теперь, как это ослабляет борьбу мотивов и мешает воле победить? И как легко обесценить результат этой борьбы, если она все же состоялась. Например, возмущением в стиле: «Ну наконец-то!» вместо закономерной похвалы за приложенные усилия.

Ребенок легко связывает свои старания с результатом, когда тот не отложен во времени. Нарисовал что-нибудь – вот она, картина, которую можно сразу повесить на стену. Слепил фигурку – и она уже украшает полочку в доме, а родители и гости то и дело хвалят мастера.

Другое дело, когда результат отложен во времени. Здесь неважно, школьник у вас или дошкольник – и тот, и другой быстро теряют мотивацию делать что-то каждый день, если плодов их труда не видно здесь и сейчас. Но вы-то знаете, что результаты есть. Покажите это и вашему ребенку.

Создайте наглядный «банк достижений»: фиксируйте то, что ребенок уже может. Например, когда он только пришел на спорт, то вообще не мог подтянуться/прыгать через скакалку/пробежать сто метров без остановки. А сейчас уже подтягивается два раза/прыгает минуту/бежит двести метров и т. д. Коллекционируйте не только дипломы и медали, но и сами работы, фотографии участия в конкурсах. Даже если ребенок ничего не занял, факт его участия там – уже небольшое достижение. Ведь еще недавно он даже и думать не мог, что примет участие в соревнованиях/займет место во второй десятке/получит похвальную грамоту от Министерства спорта.

Если вы акцентируете внимание на такие небольшие промежуточные результаты, то ребенку намного легче прикладывать усилия на долгой дистанции. К слову, похвальные грамоты в школе за хорошую и отличную учебу в конце каждой четверти – тоже своеобразные «вехи», которые обозначают маленькие победы вашего ученика. Пусть эти грамоты не имеют никакой ценности в общем портфолио, но для ребенка они важны. Потому что именно так он утверждается в мысли, что не напрасно прикладывает усилия здесь и сейчас. Не обесценивайте их. Лучше повесьте на стену – пусть некоторое время ими полюбуются все члены вашей семьи.

Но здесь очень важно это желание не спугнуть. А сделать это очень легко. Например, сказать что-то вроде: «Видишь, ты окончил эту четверть на “отлично”, теперь должен так же окончить и следующую». Или: «Ты слепил прекрасную фигурку, а теперь так же прекрасно почитаешь/порешаешь задачки».

Легко убить любую мотивацию, если обесценивать не только старания, но и желания ребенка. Например, он сказал вам, что хочет стать летчиком. Понятно, что в дошкольном и младшем школьном возрасте это «хочу» может быть очень кратковременным. Но взрослые часто пользуются этим, когда хотят обратить внимание ребенка на полезные занятия. Например, говорят: «Ну, с такими успехами в математике ты летчиком точно не станешь. Надо стараться решать задачки». Несколько таких замечаний скорее приведут к отказу от идеи стать летчиком, чем к успехам в математике. Или к нежеланию вообще делиться с вами своими желаниями – все равно вместо поддержки будет обесценивание.

«Я хвалю сына по поводу и без повода, но он все равно не уверен в себе, боится малейшей критики и любого, даже незначительного, проигрыша. Когда что-то не получилось в домашнем упражнении, он перечеркивает всю работу. Каждую неделю приходится заводить новую тетрадь. А ведь он уже в третьем классе».

Нельзя говорить о мотивации, не затронув особенности личности ребенка. Это темперамент – скорость протекания психических процессов. Он достается ребенку от рождения. А потом на темперамент накладываются особенности воспитания: его стиль, личности родителей, условия окружающей среды. Все это влияет на характер. Нельзя сказать, что ребенок – полностью сформированная личность. Да, он уже действует в соответствии с теми или иными паттернами поведения, но они могут меняться. Даже немецкий психиатр Карл Леонгард, автор классификации акцентуаций личности, уточнял, что молодые люди могут отнести себя сразу к нескольким типам, которые он выделил.

Классифицировать детей тем более сложно: характер еще в процессе становления, условия среды очень разные. Однако, даже если мы возьмем только врожденный темперамент, то поймем, что холерик холерику рознь. Ведь эти границы тоже весьма условны, и на свете куда больше промежуточных типов, чем точных вариантов.

Поэтому, говоря о личностных особенностях ребенка, предлагаю все-таки обратиться к классификации Леонгарда. Она хороша своей основательностью, включает в себя и темперамент, и особенности характера. Здесь я не копирую ее полностью, а привожу адаптированный вариант, которым пользуюсь сама. Моя задача – не типировать ребенка, а подобрать к нему ключик. Поэтому здесь не будет долгих и подробных описаний. Только основные проявления, которые важны в контексте мотивации.

Любая классификация, особенно личностная, достаточно условна. Поэтому если вы нашли черты своего ребенка сразу в нескольких схожих типах, берите все рекомендации и применяйте. В любом случае, главное для мотивации – положительный эмоциональный фон и ваша поддержка.

Вы, скорее всего, замечали, что дети даже в одной семье не всегда имеют одинаковые способности. Один ребенок читает много и с удовольствием, другой не проявляет к книжкам интереса и вообще осваивает чтение плохо и долго. Один к третьему классу уже считает в уме, другой до сих пор путается в разрядах. Так происходит потому, что за каждый навык – будь то письмо, чтение или устный счет, отвечает одна или несколько зон коры больших полушарий головного мозга.

Говоря о коре, я имею в виду неокортекс – относительно новое в рамках эволюции образование. Помимо него, большие полушария обрамляет древняя кора, где находятся центры обоняния, и старая кора. Там находится гиппокамп – центр памяти и ориентирования в пространстве. Древняя и старая кора роднят наш мозг с мозгом рыб и рептилий, но занимают всего 5 % общего объема. Остальное отдано неокортексу – буграм и складкам серого вещества. В них и прячется секрет успешной учебы. Ведь это «мышцы» мозга, с помощью которых мы можем читать, писать, размышлять, говорить и многое другое. Чем лучше развиты мышцы, тем легче справляться с нагрузкой.

В коре нет специальных «центров чтения» или «центров письма». Зато есть структуры, которые помогают освоить эти сложные навыки. В первой главе мы уже говорили, какие из них задействованы при письме: соотнести услышанные звуки с графическими образами букв или сопоставить печатные буквы с прописными, выстроить моторную программу, записать ровно, не выйти за границы строки, не забыть про знаки препинания. Видели, как пишут первоклассники? Себе в помощь они подключают еще артикуляцию и слух – проговаривают или шепчут слова по слогам. Так легче удержать внимание и проверить себя: дописано ли слово полностью? Не пропала ли буква по пути?

Давайте посмотрим, с какими функциями связаны отдельные зоны коры. Мы не будем охватывать все – возьмем только те, которые обслуживают учебные навыки.

Неокортекс делят на зоны: затылочную, височную, теменную, лобную (префронтальную) и заднелобную. Затылочная зона – хранилище зрительных образов. Визуально отличить грушу от яблока, лицо мамы от лица бабушки, узнать букву или цифру в разных начертаниях, – все это возможно благодаря нейронным связям в этом отделе. Если они хорошо развиты, то мы получим хорошую зрительную память и ту самую «врожденную» грамотность, когда человек запоминает образы слов без всяких правил.

На стыке височной, теменной и затылочной частей находится так называемая зона ТРО[5]. Это центр переработки пространственной информации: где право, а где лево, в какую сторону писать буквы, отступить красную строку, посчитать в уме, сориентироваться по карте и т. д. Зона ТРО отвечает и за понимание пространства в речи: например, разницы между предлогами «под» и «над», выражениями «отец брата» и «брат отца».

Теменной отдел коры принимает сигналы от кожи, мышц, суставов и сухожилий. А еще здесь хранятся эталоны тонких артикуляционных движений. Сравните звуки «з» и «ж» или «ш» и «щ». Разница положения языка совсем небольшая, но в норме мы ничего не путаем, даже если приходится долго говорить.

А вот услышать «не тот» звук, например, глухой вместо звонкого, вполне возможно при недостаточном развитии функций височного отдела коры. Именно здесь мозг определяет, что уловили наши уши: лай собаки или речь человека? Вопрос, похвалу или утверждение? На русском языке или каком-то другом? Благодаря работе височных отделов звучит не только услышанное, но и напечатанное. Поэтому дети с дефицитами развития этой зоны читают почти без интонаций, часто путают ударения. А еще могут забыть только что прочитанное слово, с трудом пересказывают. Ведь за слухоречевую память тоже отвечает височная кора.

Заднелобная кора обеспечивает серийную организацию движений и действий. В контексте учебы это: письмо без остановок в середине слова, плавное переключение от слога к слогу при чтении и т. п.

И, наконец, префронтальная кора – волевой центр, дирижер всего оркестра. Здесь выстраивается программа любого произвольного действия или деятельности: что нужно сделать и в какой последовательности. Тут же сидит контролер: строгий, который отлавливает ошибки и корректирует программу, или такой себе – может и «забить» на свои обязанности. Про детей с недостаточным развитием этой зоны нередко говорят: «невнимательный». Действительно, они часто не дослушивают инструкций, не дочитывают окончания слов, на письме могут забыть о правилах, а при решении примеров – пропустить какое-то действие, заменить сложение вычитанием или умножение делением. Как правило, таким детям тоже плохо дается пересказывание, но не потому, что они забывают. Просто не вникают глубоко в смысл текста – это для них слишком энергозатратно.

Еще один невидимый участник оркестра – отдел снабжения энергией, наша «батарейка». Это целый ряд подкорковых структур, которые мы не будем разбирать по отдельности. Они помогают удерживать работоспособность, не засыпать за трудной задачей. Когда «батарейка» плохо держит заряд, ученик устает очень быстро. В результате он все делает медленно: и пишет, и читает, и собирает учебники на завтра. Больше всего от недостатка энергии страдает наш префронтальный контролер. Он пропускает все виды ошибок, которые мы уже разобрали. Бывает и наоборот – энергетическое обеспечение в норме, а недостаточно развита другая функция коры, скажем, функция программирования (выстраивания программы). Тогда ребенок будет быстро уставать только в том случае, когда активно ее использует. Например, во время решения задачек.

Просто понятие нормы очень растяжимо. Как в школе: есть отличники, хорошисты и троечники, но считается, что каждый из них усваивает программу согласно нормативам и переходит в следующий класс. Не норма – когда ребенок совсем не тянет программу. Точно так же мы можем оценить уровень развития корковых функций. Их развитие на троечку может быть и результатом неблагополучного детства или неправильного раннего развития.

У каждой структуры есть свои сенситивные периоды – время, когда она наиболее чувствительна к воздействию. Так, чтобы получить гибкость, гимнастке, которая сможет претендовать на олимпийскую медаль, нужно прийти в этот спорт в 3–6 лет. Позже время будет упущено, и для достижения такой же гибкости потребуется больше усилий. То же самое происходит и с нашими функциями: важно развивать их без перекосов, в свое время. К счастью, мозг пластичен настолько, что любые перекосы в развитии, чем бы они ни были вызваны, можно сгладить. И чем младше ребенок, тем проще и быстрее это сделать.

Более того, корковые структуры могут «дозревать» сами, даже без помощи со стороны. Однако пока они «зреют», ребенок может настолько привыкнуть к неуспеху, что потеряет желание учиться. Наверняка вы читали об опытах над обезьянами, которых слегка били током за попытку достать бананы. Когда ученые прекратили свое наказание, обезьяны уже запомнили урок и не трогали бананы, несмотря на голод. Примерно то же самое происходит с учеником, когда у него закрепляется негативный опыт в школе. Даже если он перестанет путать буквы или улучшит скорость чтения, любви к русскому и литературе от этого не прибавится. Поэтому намного проще сразу правильно помогать ребенку получать позитивный опыт. С такой помощью он ведь и учебный материал усвоит быстрее и лучше. И не надо будет уже в пятом классе бежать к репетиторам.

Давайте вспомним правила развития любого сложного навыка, к которому можно отнести и счет, и чтение, и письмо. Так вы сможете лучше понять, что делать с учебными трудностями вашего ребенка.

Итак, первое: развитие происходит от простого к сложному. Здесь все понятно: сначала учим элементы букв, потом сами буквы, и только после этого переходим к написанию слов и предложений.

Второе правило: каждый предыдущий этап сложного навыка должен быть интериоризирован. Иначе говоря, отработан до автоматизма. Пока предыдущий этап не автоматизирован, переходить к новому нет смысла.

Об этом говорил Алексей Леонтьев, советский психолог, разработавший теорию деятельности. Когда первоклассник учит буквы, то написание каждой для него – действие, для которого нужно сознательно прикладывать усилия. Когда действие становится автоматизированным, то, по А. Леонтьеву, переходит в категорию операции. Ребенок уже стремится безошибочно записывать целые слова. Это сложнее, но он уже выучил буквы. То есть подготовил фундамент, на который опирается новое действие. Если фундамента нет, то бессмысленно идти дальше. Иначе мы получим ребенка, который еле успевает написать предложение, тогда как одноклассники уже списали текст. Или ученика, который вынужден зубрить таблицу умножения, но при этом складывает на пальцах. Отсюда он не понимает ни умножения, ни тем более деления. Он может заучить эти таблицы, но использовать деление и умножение в задачах или в устном счете уже не может.

Рассмотрим, что такое автоматизированный навык на примере вождения. Вспомните, когда вы впервые сели за руль. Вы концентрировались только на действиях: включить газ, переключить передачу и т. д. Вы не могли поговорить за рулем на отвлеченные темы или ответить на телефонный звонок, – боялись потерять управление. Но в какой-то момент все эти процессы перестали требовать столько внимания. Вы ведете машину как будто «на автомате», а осознанно включены в другое действие: слушаете передачу по радио или обсуждаете с ребенком планы на день. То есть отдельные действия перешли в категорию операций. И теперь вы можете ставить новые цели. Скажем, отправиться в автопутешествие.

Третье правило: процесс интериоризации (усвоения) тоже имеет свои этапы. Их длительность зависит как от качества помощи, так и от исходных условий: какие функции у ребенка развиты хорошо и могут помочь быстрее освоить сложное действие, а какие – наоборот, тормозят процесс.

А теперь сравните ваши наблюдения с утверждениями в таблице ниже. Отметьте, что из перечисленного проявляется часто, практически каждый день, а что – время от времени. Здесь специально нет пункта «редко», потому что единичные проколы возможны всегда. Когда ребенок один-единственный раз перепутал буквы в слове, не учитывайте этот факт. Отметьте его, только если он путает буквы регулярно, как минимум два-три раза на разворот тетради и в классной, и в домашней работе.

Не забывайте, что во время освоения нового навыка или правила школьник может допускать любые ошибки. Если ребенок только начал изучать тему разрядов числа или умножение, не оценивайте пока эти пункты, просто возьмите на заметку. По тем же причинам у первоклассников допустимы любые ошибки, и они не обязательно указывают на непременные трудности в будущем. Однако если вы видите одинаковые устойчивые сложности даже при освоении нового – обратите на них внимание. В следующих главах расскажу, как помочь ребенку в каждом случае.

Проанализируйте, где вы поставили галочки «часто». В таблице варианты учебных трудностей объединены в подгруппы под определенными номерами. Каждый номер соответствует той или иной зоне коры или подкорковым структурам: 1 – энергетический блок, 2 – лобная (префронтальная) зона, 3 – височная, 4 – затылочная зона и зона ТРО, 5 – теменная зона, 6 – заднелобная. Разумеется, это достаточно условное разделение. Оно необходимо для того, чтобы определиться с методами помощи, а не чтобы поставить какой-то диагноз.

Некоторые формулировки трудностей в разных подгруппах схожи. Это не ошибка: за одной и той же сложностью могут стоять разные механизмы. Поэтому смотрите, где вы выбрали больше пунктов – скорее всего, с этим и надо работать в первую очередь. Однако если вы отметили «часто» все строчки в двух и более подгруппах в каждом разделе (и при этом ребенок уже не первоклассник), рекомендую не только прочесть книжку, но и обратиться к нейропсихологу. Возможно, школьнику, помимо вашей помощи, нужна помощь специалиста.

«У нее нет свободной минутки: школа, музыка, а потом весь вечер проходит за учебниками. И я не могу не включаться, иначе она просидит до полуночи, и все равно сделает ошибки. А это только третий класс, задают не очень много. Что же будет дальше?»

Так написала мама старательного, исполнительного ребенка, умницы-отличницы. Вот только за хорошие оценки приходится дорого платить. Маме – своими свободными вечерами. Ребенку – здоровьем. Ведь медлительность и мнимая лень и невнимательность – яркие маркеры дефицита энергетического обеспечения корковых функций.

Вы знаете, что телефон, разряжаясь, переходит в режим энергосбережения: уменьшается яркость экрана, отключаются звуковые уведомления и некоторые другие функции. Так и наш уставший ученик вряд ли станет вертеться, ежеминутно бегать попить или ярко протестовать. Ведь на все это нужны силы, которых мало. Поэтому вместо упражнения в учебнике ребенок будет разглядывать пятнышко на скатерти или улицу за окном. А со стороны кажется, что он ленится, не хочет учиться, не понимает – поэтому и «выпадает из реальности».

А вот еще одна ситуация:

«До школы Сева научился бегло читать и считать, хорошо писал печатными буквами. Схватывал все легко, проблем в первом классе я не ждала. Но уже несколько месяцев подряд замечания: вертится за партой, ходит по классу во время урока или падает на пол. Каждый день разговариваем, что так делать нельзя, но он как будто меня не слышит».

Да, это тоже про энергодефициты. Хотя, казалось бы, разница между этими двумя ситуациями колоссальная. Но, по сути, происходит то же самое «выпадение» из реальности. Нет, этот ребенок не из маргинальной семьи. Да, он знает, что на уроке нельзя падать на пол, ходить по классу или мяукать. Но для истощенной нервной системы не важны ни статусы, ни договоренности. Вспомните себя в состоянии крайней усталости, и вы поймете такого ребенка. В моменте нервная система этого школьника перегружена. Настолько, что префронтальный контролер, который фильтрует поступки на приемлемые и неподходящие, не справляется со своей миссией. В такие моменты ученик порой не слышит слова учителя или мамы. И если шутника на уроке легко урезонить порой одним замечанием или даже взглядом, то с истощаемым ребенком это не сработает.

Энергодефицит может быть как первичным, так и вторичным. То есть причиной всех бед школьника и следствием недостаточного развития какой-то другой функции. Например, в табличке выше вы отметили трудности под цифрой «1». Значит, все те задания, которые опираются на слуховое восприятие (диктанты, изложения, устное решение задач) «съедают» очень много ресурса. И, как следствие, ребенок утомляется гораздо быстрее, чем, скажем, при списывании текста.

Сравните недостаточно развитую функцию со слабыми мышцами. Они ведь ужасно болят после нагрузки! Хотя другой человек, у которого мышцы развиты лучше, ту же самую нагрузку может даже не заметить. Точно так же происходит и с «мышцами» мозга. Только они не болят, а тянут весь энергетический резерв на себя. И на другие познавательные задачи у ребенка просто не остается сил. Поэтому в первую очередь нужно помочь развитию «западающей» функции. Однако это не значит, что главу стоит пропустить. Думаю, что вы возьмете на вооружение несколько советов отсюда.

Энергетический дефицит – это не только быстрая утомляемость, истощаемость, нестабильная работоспособность и трудности концентрации внимания. Таким детям часто сложно поддерживать позу. Кроме того, они могут долго сидеть над заданием, прежде чем поймут, что там нужно делать. Часто плохо запоминают. При этом страдают все виды памяти: и зрительная, и слухоречевая, и даже моторная. Поэтому такие школьники дольше других осваивают какой-либо сложный навык.

В состоянии энергодефицита мозг не может учиться, как тело не может жить без еды и воды. Какое-то время оно все-таки протянет, но разве это будет то качество жизни, которое мы хотим? От истощенного голодом человека никто не ждет достижений в спорте или науке. Даже самых простых: справиться с обычной задачей или тренировкой. Так и от истощаемых детей не стоит ждать марафонских рекордов в учебе. Их не нужно мотивировать. Сначала им надо помочь.

Дефициты энергообеспечения могут возникнуть из-за осложнений во время беременности, тяжелых родов или в процессе дальнейшего развития. Они могут быть следствием неврологического диагноза, например, синдрома дефицита внимания, или индивидуальной особенностью. Даже если диагноза нет, то консультация невролога лишней не будет. К нему стоит обратиться с жалобами на быструю утомляемость ребенка, особенно если школьник буквально способен уснуть на уроке или в процессе решения сложной задачки. И уж тем более нужно идти к врачу, если учитель жалуется на неадекватное поведение ближе к концу уроков.

На подкорковые структуры, ответственные за энергообеспечение корковых функций, мы можем повлиять только опосредованно. И в первую очередь создать условия для полноценного сна: вставать и ложиться в определенное время до полуночи, убирать гаджеты и отменять просмотр телевизора за два часа до отправления в постель, регулярно проветривать комнату. Казалось бы, я пишу очевидные вещи. Но мало кто задумывается, что сон – не просто отдых. В это время вся та информация, поступившая в течение дня в кратковременную память, перезаписывается в память долговременную. Представляете, как это важно для ребенка, которому для запоминания нужно приложить много усилий! И порой нужно только «починить» сон, чтобы наладилось все остальное. А это значит перестать сидеть за учебниками допоздна – лучше встать с утра пораньше и все доделать.

Второй принцип работы с истощаемыми детьми: делать частые перерывы, дробить большие задания на несколько маленьких. Проследите за ребенком: сколько времени он способен работать самостоятельно и сосредоточенно? Пятнадцать минут? Двадцать? Значит, через каждые двадцать минут за столом нужен отдых. Я просила старших школьников замерять, сколько времени им в среднем требуется на один предмет. Оказалось, что двадцати минут продуктивной работы вполне достаточно. А младший школьник, который понимает тему, справится еще быстрее.

Мультики и игры перегружают зрительное и слуховое восприятие – затылочную и височную зоны коры. А вы уже понимаете, что они выполняют функции, необходимые и при письме, и при чтении. То есть мы вместо отдыха еще больше их нагружаем. И если взрослый или ребенок с хорошей «батарейкой» может с такой нагрузкой справиться, то истощаемый школьник – вряд ли. Лучше всего, когда перерывы заполнены физической активностью на свежем воздухе. Выбросить мусор, погулять с собакой или пройти до магазина тоже считается.

Вы, наверное, знаете рекомендацию: не отдавать детей в кружок или секцию в первом классе, когда предстоит серьезный процесс адаптации к школе. Это в большей степени относится к истощаемым детям. Но если вы все-таки пошли на спорт, в музыкалку или художку, ориентируйтесь на желание ребенка. Хочет ли он идти на занятия или с трудом собирается на тренировку? С удовольствием ли выходит после урока или чаще жалуется, что болит голова? Конечно, все дополнительные занятия полезны. Но только в том случае, когда не забирают последние силы, а наоборот, становятся источником энергии и положительных эмоций.

Девиз «ни минуты не должно быть свободно» истощаемым детям вредит сильнее всего. На фоне постоянной усталости эти ребята подхватывают ОРВИ несколько раз за сезон, при этом болеют долго и тяжело. Таким образом организм пытается протестовать против высоких нагрузок.

Частые болезни – повод обратить внимание на режим дня ребенка, соотношение умственного труда, игр в телефоне и физической активности, а также полноценное питание. В жизни таких детей должен быть спорт (по согласованию с неврологом), закаливание и регулярные прогулки.

В повседневной жизни истощаемый ребенок может быть активным и жизнерадостным. Поэтому родители удивляются: куда делась эта активность в учебе? Одноклассники уже читают страницу текста, а он не может справиться и с половиной. Весь урок разбирали правило, а на следующий день он ничего не помнит. Вы только что разобрали текст параграфа, «разжевали» каждое понятие, а он все перепутал и смотрит так, будто вы не ему только что объясняли текст.

Не торопитесь злиться. Такие ребята медленнее осваивают новые знания и навыки. Им, как никому другому, нужно повторение. Но ни в коем случае не зубрежка или упражнения в тетради. Для эффективной учебы нужно так называемое повторение без повторения. То, которое не истощает, а наоборот, дает новые положительные эмоции.

Сюда можно отнести приемы, которые мы рассматривали во второй главе: вне домашних заданий, просто так измерять скорость, время, расстояние, вычислять площадь и периметр, больше играть. Таким детям очень важен позитивный эмоциональный фон и поддержка. А как выйти на позитив, когда ребенок уже битый час учит английские слова и плюется на ваше предложение повторять их вместе? Только одним способом – создать помогающую среду. Например, записать эти слова на листочках-стикерах и приклеить к соответствующим предметам: холодильнику, стулу, столу, кровати. Писать нужно разборчиво и по-английски. В идеале школьник должен сам списать их с учебника и расклеить по квартире. А ваша задача – как можно чаще обращать на них его внимание и проговаривать вслух. Например, заменять русский вариант на английский: «Достань, пожалуйста, мне milk из fridge».

Конечно, не все можно обклеить стикерами. Тогда на помощь придут плакаты с изображением семьи или продуктов. Ребенок все равно учит слова – так попросите его подписать заранее распечатанные картинки. Повесьте их на видное место и при каждой возможности обращайтесь к английской версии. К продуктам, например, можно приписать несколько фраз (по-английски) и объяснять с их помощью, что вы любите, а что нет, что хотите на завтрак или чем его кормили на обед в школе. Другие дети (если в семье не один школьник) обычно с удовольствием включаются в игру. Таким образом ребенок не тратит дополнительные силы на специальное заучивание, но запоминает быстрее и без истерик.

Пусть лучше смотрит на подсказки, чем бездумно списывает с ГДЗ. А еще лучше, если эти плакаты сделает сам ребенок. Вы же знаете принцип шпаргалки: пока пишете и думаете, как уместить на кусочке бумаги большой объем знаний, он незаметно усваивается. Так, наш учитель математики в среднем звене на одном из первых уроков попросила завести отдельную толстую тетрадь и конспектировать туда теорию из учебника. А во время контрольных разрешала пользоваться этими конспектами. Расчет был прост: ученик, который сознательно потратил время на конспект, наверняка понял правила. Поэтому он сможет воспользоваться написанным, в отличие от тех, кто бездумно списал. Она оказалась права. Ученики, которые осознанно вели конспект, на контрольных пользовались им редко.

Вернуть заряд «разряженной батарейке» в моменте помогут массаж, самомассаж и активирующие движения. Помассировать мочки ушей, погладить руками заднюю и боковую поверхность шеи ладонями сверху вниз и снизу вверх – все это поможет на некоторое время снова вернуть концентрацию внимания.

Можно воспользоваться техникой PACE (P – positive, позитивный настрой; A – active, активный подход; C – clear, ясный ум; E – energetic, энергичность). Эту технику предложили Пол и Гейл Деннисоны – американские педагоги, которые основали образовательную кинезиологию[7]. С точки зрения науки ее тезисы достаточно спорны: авторы утверждают, что нашли точки на нашем теле, которые улучшают работоспособность. Однако техника РАСЕ вполне рабочая. Она помогает сконцентрировать внимание, только за счет других механизмов.

Делайте ее перед напряженной умственной работой. Начнем с P – позитивного настроя. Попросите ребенка глубоко вдохнуть, выдохнуть, успокоиться. Если вы увлекаетесь йогой или медитацией, то понимаете важность настройки этого внутреннего баланса. Ребенку объяснить это словами намного сложнее. Поэтому напутствуйте его примерно так: «Ты сейчас спокоен и готов к занятиям». Важно, чтобы слова не расходились с реальностью – в стрессовой обстановке, сразу после конфликта успокоиться не получится даже у взрослого. Поэтому важно не нагнетать атмосферу. Спокойствие – залог успеха и высокой (насколько это возможно) работоспособности.

Следующий пункт С – ясный ум. Деннисоны предлагают активировать одну из так называемых акупрессурных точек. Выпрямите спину, сведите плечи немного назад. Найдите место соединения правой и левой ключиц с грудиной. Нащупайте большим и средним пальцем одной руки самое выступающее место правой и левой ключиц. Оно почти рядом с местом соединения ключиц с грудиной. Затем спуститесь пальцами еще на 1–1,5 см ниже – и «провалитесь» во впадинки. Это и есть наши точки. Легко помассируйте их в течение 30 секунд, при этом делайте вдох носом, а выдох – ртом.

Получилось сконцентрироваться? Поняли, в чем фокус? Конечно, это та же настройка, что и перед медитацией. Кроме того, мы выпрямили спину – равномерно распределили нагрузку на позвоночник, привели в тонус мышцы и суставы, обеспечили свободу дыхания и достаточный доступ кислорода. Теперь нашему мозгу намного легче справиться со сложной умственной работой. Ребенку, кстати, можно не объяснять причину и следствие, а предъявить утверждение Деннисонов: мол, это волшебное упражнение, которое «запускает» мозг. Согласитесь, школьнику намного интереснее чувствовать себя волшебником, чем слушать проповеди про правильную осанку.

Успокоиться и настроиться на рабочий лад часто помогает глоток воды. Да и вообще за объемом выпитой воды нужно следить точно так же, как за питанием и сном. Воды должно быть достаточно. Для младших школьников это примерно 1–1,5 литра в день (в зависимости от погоды), а после двенадцати лет ребенку положена уже взрослая норма. Это усредненные показатели. По поводу индивидуальных особенностей вашего ребенка лучше проконсультироваться с педиатром. Достаточное количество воды – залог энергичности в технике PACE, пункт под буквой Е.

Буква A в технике PACE – про активность. Авторы рекомендуют здесь ряд перекрестных движений: таких, где задействованы, например, левая рука и правая нога. Можно маршировать, высоко поднимая колени и дотрагиваясь до них ладонями или локтями противоположной руки (левой ноги касается правая рука, а правой – левая.

При этом колено и рука должны двигаться слегка по диагонали, навстречу друг другу, и встретиться на уровне центра живота). Или маршировать наоборот – сгибать ногу и поднимать ее назад, вытянув носок вверх. При этом противоположной рукой нужно также дотронуться до носочка. Динамические паузы лучше устраивать в перерывах: просить ребенка таким вот маршем дойти, скажем, до кухни за водичкой.

Если вы будете искать информацию о методе PACE, то, скорее всего, прочитаете, что перекрестные движения нужны для баланса правого и левого полушарий мозга, а, следовательно, для хорошей учебы и успеваемости. Человеку, не знакомому с теорией уровневой организации движений Н. Бернштейна, это объяснение кажется вполне логичным. И на самом деле такие движения специалисты используют в сенсомоторной коррекции с ребятами, у которых есть проблемы с движением: от неуклюжести до плохого почерка. Но, во-первых, обращаются к ним не всегда, а только если нарушение навыка возникло на определенном уровне. А во-вторых, уповать на такие движения – все равно что надеяться с помощью утренней гимнастики сделать мышцы бодибилдера. Поэтому не слишком доверяйте обещанному «волшебству».

Истощаемым детям порой просто необходим внеплановый отдых. Не зря в первом классе придумали дополнительные каникулы в середине третьей, самой длинной четверти. Но если вы чувствуете, что отдых нужен чаще, не бойтесь устроить на неделе лишний выходной. Не каждую неделю, конечно, но даже раза в месяц может хватить, чтобы немного восстановить силы. Главное, не заполняйте его учебой и гаджетами. Удивительно, как дети реагируют на такую возможность отдохнуть. Мои, например, выбирают дополнительный выходной из тех дней, когда не планируется контрольных, новых тем и сложных предметов. Поэтому я не волнуюсь, что они пропустят что-то важное и безнадежно отстанут. В конце концов самое важное – это здоровье. Будет здоровье – будут силы и энергия жить, мотивация учиться и хорошие итоговые оценки в журнале.

И все-таки я понимаю, как трудно принять такую особенность в своем ребенке. Тем более в моменте, когда на часах десять вечера, у ребенка слипаются глаза, а задача до сих пор не решена. Или когда вы вдруг узнаете, что сын соседки справляется со школой самостоятельно, а еще ходит на шахматы, английский и вольную борьбу. Да, наверное, у вас так не получится. По крайней мере прямо сейчас.

Давайте вернемся к аналогии с телефоном. Какие мысли крутятся в голове, когда мы замечаем низкий заряд? Возмущение, что батарейки хватает ненадолго? Злость? Раздражение? Нам в голову не придет благодарить телефон за то, что он исправно служил все время после последней зарядки. Телефону, по большому счету, тоже все равно, раздражены вы или благодарны. А ребенку нет. Особенно когда у него самого «садится батарейка». Положительные эмоции – это то, что немного ее подпитает.

Посмотрите, сколько ваш ребенок УЖЕ СДЕЛАЛ: высидел пять-шесть уроков, сходил на тренировку или позанимался с репетитором. Он весь день изо всех сил старался усвоить новый материал, аккуратно оформлять работу, слушать тренера. И сейчас наверняка пытается понять эту несчастную задачу. Только «батарейка» подводит. Сместите фокус внимания с неуспеха на достижения ребенка. Пусть небольшие, не сравнимые с результатами сына соседки, но все-таки достижения. И тогда вы найдете в себе силы искренне похвалить своего школьника, а не сорваться на него из-за невыполненного упражнения. Это послужит дополнительной мотивацией завтра сделать чуть-чуть больше: пораньше сесть за домашние задания или дополнительно, без напоминаний, повторить стихотворение. Конечно, при одном условии – с этой нагрузкой ребенок может справиться без перехода в режим энергосбережения.

Наверняка в вашей жизни были сложные задания, на которые вы потратили много сил. Неважно, школьный ли это проект, рабочее поручение или сложный экзамен. Вы не спали ночами, целую неделю или месяц не могли думать ни о чем другом. Однако все сдали вовремя, не допустили ошибок, получили хорошую оценку или премию. Но так устали, что не готовы повторить. Даже успех или премия не вдохновляют. Потому что вы выложились на все двести процентов, тогда как на самом деле могли только на сто.

Понимаете теперь, что чувствует ребенок, от которого просят такой же двухсотпроцентной выкладки?

Поэтому не забывайте заботиться о «батарейке» вашего школьника. Ее нельзя поменять, как аккумулятор в телефоне. Зато можно заряжать. И, в отличие от техники, чем больше мы вкладываем в «батарейку», тем исправнее она служит. А основные способы помощи истощаемому ребенку собраны в таблице ниже:

Но при этом не могут усидеть на месте, невнимательны, забывчивы, откладывают уроки на последний момент. А здесь и сейчас заняты своими интересами. Даже когда находятся на тренировке или в школе. Со стороны кажется, что такой ребенок просто игнорирует взрослых и плевать хотел на правила. Поэтому и отношение к нему часто соответственное: ребенка ругают, наказывают, могут даже выгнать из секции. Но за этим поведением скрываются сложности самоконтроля и планирования своей деятельности.

Это как раз тот случай, когда всю начальную школу портфель за школьника собирает мама. Она же напоминает ему, что пора собираться на занятия, и контролирует домашние задания. Потому что иначе ребенок их либо проигнорирует, либо сделает наполовину. Если вы отметили трудности под цифрой «2» в разделе «Самоорганизация и темп» и/или в других разделах, то эта глава будет особенно полезной. Тем более, если у вашего ребенка не просто проблемы с вниманием, а выставлен диагноз СДВ или СДВГ.

С такими школьниками не работают побуждения вроде: «Будь внимателен!», «Ничего не забудь!». Ведь функции планирования и контроля развиты недостаточно. А для того, чтобы хотя бы собрать рюкзак в школу, нужно: вспомнить о том, что завтра надо в школу, уточнить расписание в дневнике, достать нужные учебники и тетради, убрать ненужные, подготовить по необходимости спортивную форму. Каждое из этих действий можно разбить на еще более мелкие программы. И на каком-то этапе выполнения (возможно, даже на самом первом) школьник как будто забывает, что делает: портфель остается собранным наполовину (если вообще собран), форма подготовлена, а спортивная обувь забыта и т. д.

То же самое касается выполнения домашних заданий: открыть дневник, узнать номер упражнения, достать учебник, найти нужную страницу, прочитать задание, списать… Это легко и просто, когда в голове автоматически выстраивается последовательность действий. Если нет, то ребенок может «зависнуть» в процессе, отвлечься на что-то яркое или шуршащее. Например, достать учебник и бездумно листать, скручивая в другой руке бумажку. Спросите его, что он делает, и ребенок ответит, что ищет нужную страницу. Но при этом он уже три раза пролистал учебник и даже не заметил этого. Конечно, родители ругаются и искренне не понимают такого поведения. Но такому ребенку не помогут ни насмешки, ни одергивания. Ему нужно обучение планированию и контролю.

Любое обучение всегда происходит по одному принципу: сначала взрослый дает развернутую инструкцию, потом постепенно, по мере освоения того или иного действия, ее сворачивает. Вспомните, как вы приучали малыша мыть руки: напоминали ему каждый раз, что перед едой нужно зайти в ванную комнату, включить кран, намочить ладошки, намылить, потереть, смыть и вытереть насухо полотенцем. Какое-то время вы проговаривали каждое действие. Потом стали ограничиваться напоминанием зайти в ванную, достать мыло и вытереть насухо.

Ребенок уже сам проговаривает всю последовательность. Не потому, что попугайничает – так ему легче запомнить длинную программу мытья рук. Потом речевая инструкция становится не нужной – малыш мысленно проговаривает все действия. Когда они автоматизируются, то и это уйдет. Ребенку будет достаточно вашего «пойдем обедать», чтобы вспомнить всю необходимую последовательность действий. Вы можете только поинтересоваться, вымыты ли руки. Сам процесс вы уже не контролируете.

Точно так же происходит в школе. Весь первый класс, а то и второй учитель, как попугай, твердит одно и то же: «Достаем ручки, открываем тетради, отступаем две строчки, пишем число, “Классная работа”…» Через некоторое время учитель постепенно сворачивает инструкцию и даже обращается за помощью к ученикам: «Открываем тетради… Что надо записать?» В третьем-четвертом ученикам достаточно сказать: «Это упражнение сделаем в тетради». Они сами запишут все, что нужно, без лишних напоминаний, потому что навык отступать две строчки и записывать число уже автоматизирован.

По такому же принципу мы можем научить ребенка самостоятельно собирать портфель и не забывать про домашние задания. Сначала даем развернутую инструкцию: достань дневник, посмотри расписание, сложи нужные учебники, проверь пенал и сменку. Потом постепенно сворачиваем нашу помощь и просим ребенка озвучивать свои действия: «Достань дневник… так… что теперь делаешь?»

Итак, первое правило работы с отвлекающимся ребенком: давать развернутую помощь, а потом ее постепенно сворачивать. Когда именно школьник перестанет нуждаться в вашей помощи, смотрите по ситуации. Если вы самоустранитесь слишком рано, то, возможно, ребенок не справится сам. А чересчур долгая поддержка может превратиться из помощи в управление. То есть ваш ученик будет ждать, когда вы начнете ему напоминать о домашнем задании или несобранном портфеле, а сам так и не проявит инициативу. У него возникнет то, что психологи называют выученной беспомощностью.

Чтобы такого не случилось, помните, для чего вы все время повторяете одну и ту же инструкцию. Не злитесь в этот момент, даже если ваш ребенок что-то напутал. Вы ведь не ругаете малыша, которого учите самостоятельно одеваться. Наоборот, хвалите его за каждое правильное действие. От этого он хочет стать еще более самостоятельным и осваивает новые навыки. Но начнете не обучать, а поучать и злиться на неправильно надетые ботинки или шапку наоборот – получите малыша, который перестанет проявлять инициативу. Он будет терпеливо ждать, пока вы сами его оденете.

Для развития навыка планирования в целом можно играть в игру «Расскажи, как…». Участник должен перечислить всю последовательность действий, ничего не забыть. Например, в ответ на «Расскажи, как ты наденешь носок» игроку нужно вспомнить, что носок недостаточно взять в руки, вывернуть и натянуть. Нужно еще согнуть ногу, наклониться, дотянуться до носка руками.

Для развития функции контроля прекрасно подходят любимые детские игры. Подвижные – «Делай то, что я скажу, а не то, что покажу» или «Пожалуйста», когда просьбу нужно выполнять только после этого слова. Сюда же относятся игры по типу «Летела корова» и ее вариации «Шла собачка» или «Летел лебедь». Из вербальных игр подойдут любые по типу «Да и нет не говори» – когда есть несколько правил, которые нужно держать в уме. В классическом варианте, помимо «да» и «нет», нельзя носить черное и белое и произносить слова с буквой «р». Но вы можете придумать любые другие правила и ситуации: исключить слова с определенной буквой или буквосочетанием или начинающиеся на какую-то букву, слова женского рода и т. д. В процессе игры можно менять правила после определенного знака: хлопка или слова с условленной буквой.

Отлично работают детские игры вроде «Съедобное-несъедобное» или «Сабже». Суть в том, чтобы за короткое время сконцентрироваться и принять решение поймать или оттолкнуть мяч. Дети с трудностями самоконтроля часто действуют по заранее отработанному шаблону. И если два-три предыдущих раза они отбрасывали мяч ведущему, то и на третий могут, не задумываясь, сделать то же самое. А условия игры обязывают оставаться сосредоточенным.

Да, ученик понимает, что домашние задания сами себя не сделают, но всячески оттягивает момент, когда придется сесть за уроки. Часто родители жалуются, что усадить ребенка за учебник порой занимает больше времени, чем само выполнение задания. А уж о том, чтобы школьник сделал что-то сам, без включения в этот процесс родителей, и речи нет. Причем, если ребенок ходит в продленку, где делают домашние задания, то там проблем почему-то не возникает. Как будто учитель знает секретную технику, с помощью которой дети все выполняют спокойно и даже правильно.

Секрет тут простой. Так как нашему ребенку с недостаточно развитыми функциями префронтальной коры сложно себя организовать, то организатором должен быть кто-то извне. В продленке учитель в определенное время собирает учеников в классе. Ребенок знает, когда это случится: после звонка на урок или обеда в столовой. Важно не точное время, а определенный ритуал: сначала кушаем, потом идем в класс и садимся за учебники. Поэтому дома тоже важно создать похожую традицию. Определите, когда вы будете делать уроки: сразу после школы или вечером после секций? Лучше, конечно, учитывать работоспособность ребенка в разное время суток. Не откладывать задания на то время, когда он уже устал.

Теперь дело за малым: внедрить выполнение домашних заданий в определенное время. Вы же научили школьника мыть руки перед едой? Теперь научите и самостоятельно делать уроки после определенного действия: обеда или прогулки. Сам, без вашей помощи, неорганизованный ребенок вряд ли сможет это сделать. Но когда вы сделаете выполнение уроков своего рода привычкой, то справиться ему станет гораздо легче. Возможно, даже без ваших напоминалок по телефону.

Посмотрите, в каких условиях занимается ребенок. В классе все максимально заточено под учебу: никаких игрушек, бумажек, телевизора в соседней комнате. Только ручка, тетрадь и учитель, готовый включиться в любой момент. То есть школьника организует и взрослый, и среда вокруг. Представьте, что остальные дети начнут вдруг бегать по классу, играть или смеяться. В этом случае ваш ученик тоже забудет про уроки и радостно присоединится к одноклассникам.

Детям вообще не слишком просто чувствовать время. А уж нашим школьникам с дефицитом функций лобной коры и подавно. Поэтому у них часто возникает ощущение, что уроки – это слишком долго. Им жаль тратить время, в течение которого можно поиграть, на не очень понятные пока занятия. И здесь можно показать ребенку, что уроки занимают не так много времени. Особенно если не отвлекаться.

Пусть он сначала предположит, сколько минут ему потребуется на то или иное упражнение. А потом сделает его с таймером. Важно только, чтобы таймер не отвлекал нашего ученика: не тикал под ухом, не мелькал на виду. Пусть считает секунды в вашем телефоне с выключенным экраном. А ребенку вы покажете уже результат.

Когда школьник начинает отвлекаться, напоминайте ему, что он участвует в эксперименте. Обычно это помогает ребенку собраться и сосредоточиться на задании. Но помните, что после такой сосредоточенной работы нужно обязательно дать отдохнуть. Не включайте таймер на весь объем домашнего задания, попробуйте сначала на одном предмете. Результаты можно записывать и сравнивать каждый день. Конечно, если ваш ребенок не слишком тревожный и вполне может вынести тот факт, что в какой-то день он обязательно проиграет сам себе.

Неусидчивым, импульсивным детям очень важно видеть собственные успехи после приложенных усилий. Например, забег на длинную дистанцию, учеба в школе, чтобы получить какую-то профессию или тренировки, чтобы защитить спортивный разряд, чаще всего не для них. Им важен результат здесь и сейчас. Перечитайте рекомендации из главы 4 о том, как поддерживать успех. Основные принципы занесены в табличку ниже:

Вы уже знаете, что письмо – навык сложный, многокомпонентный. Чтобы написать слово, нужно проанализировать все звуки, определить буквы, которыми они обозначаются, вспомнить правила написания каждой и проконтролировать написанное. И пока отдельные действия, которые обеспечивают тот или иной компонент письма, не автоматизированы, то оно будет медленным и не всегда грамотным.

Мы не будем затрагивать коррекцию дисграфии – нарушения освоения письма. С таким нарушением работают специалисты, да и методические пособия есть в свободном доступе. Однако дисграфия может возникать в том числе из-за недостаточного развития корковых функций. Здесь мы рассмотрим общие принципы работы в каждом случае. Они не исключают работы специалиста, но, возможно, немного облегчат ребенку-дисграфику (и вам) процесс обучения.

Посмотрите, как рисуют или выводят первые буквы маленькие дети. Они двигают не только пальцами, но и всей рукой, а порой задействуют и тело. Это нормальный этап развития, поначалу при письме задействована крупная моторика. Но к школе процесс письма должен перейти в «ве́дение» мелкой моторики. Если этого не происходит, то страдают техника, скорость и почерк.

Помните, однако, что мелкая моторика будет хорошо развиваться только в том случае, если все в порядке с моторикой крупной:

• ребенок достаточно ловкий, не проносит ложку мимо рта, может орудовать вилкой;

• может самостоятельно одеться и раздеться;

• катается на двухколесном велосипеде;

• ходит и бегает прямо, не заваливаясь;

• может удержать статичную позу;

• может поймать мяч, бросить его в цель как правой, так и левой рукой.

Для правильного, красивого и продуктивного письма необходимо удерживать позу. И если ребенок с книжкой может сесть в удобное кресло, то с тетрадкой так уже не получится. А когда школьник неестественно изгибается за столом или принимает любую другую интересную позу, долго писать он не сможет. Поэтому поза – то, чему надо уделить особое внимание.

Проверьте, может ли ребенок, сидя за столом, поставить ноги полной стопой на пол или только касается пола носочками? В этом случае соорудите ему подставку. Локти школьника при этом должны чуть-чуть свисать с края стола, не нужно раскладывать их по всей рабочей поверхности. Прямая спина поможет ребенку дольше оставаться в ресурсе. Упавший лицом на стол ребенок сигнализирует о том, что уже устал, и нужно сделать перерыв. Давайте посмотрим, почему еще простое упражнение в тетрадке может отнимать очень много сил.

Если вы отметили трудности под цифрой «1» только в разделе «Письмо» – присмотритесь внимательнее к своему ребенку. Скорее всего, признаки истощаемости появляются после определенных упражнений – списывания, диктанта. Или же ребенок устает после любой письменной работы, но читать или решать готов сколько угодно. То есть нужно не столько восстанавливать силы, сколько работать с функциями обработки зрительной или слуховой информации, серийной организации движений. Конечно, ребенку по-прежнему нужен режим труда и отдыха, полноценный сон и питание, свежий воздух и активные прогулки. Но только такими методами ситуацию не исправить. Проверьте, в каких еще пунктах вы отметили трудности, и работайте в первую очередь с ними.

Когда же «единица» есть и в разделе «Самоорганизация и темп», то при письме особое внимание стоит уделить тонусу мышц. Ребенок должен поддерживать позу, правильно держать ручку в руке, – а все это возможно благодаря нормальному тонусу. Тонус снижен – ребенок так и норовит упасть на стол, не следит за написанием букв. Повышенный тонус – постоянно напряженные мышцы, сильное сжатие ручки или лишнее надавливание на нее, что также ведет к перерасходу сил.

Таким детям можно делать упражнения на напряжение и расслабление мышц: сжали ладони в кулачки, почувствовали напряжение, разжали и максимально расслабили до ощущения «тряпочки». Согнули руки в локтях, уперли ладони друг в друга перед грудью и напрягли так, чтобы одна ладонь сдвинула другую. Конечно, в этом поединке ладони не должны сдвинуться с места. Но я всегда спрашиваю у ребенка: «Какая рука у тебя сильнее? А сейчас какая?» Моя задача: сделать так, чтобы ребенок прислушался к своим ощущениям и максимально напряг обе руки. После 10–20 секунд руки нужно опустить вниз и снова расслабить до состояния «тряпочки».

Рекомендации по поддержанию общего тонуса даст врач-невролог. Возможно, ребенку нужно будет пройти курс лечебной физкультуры или массажа. И не забывайте об общих принципах работы с истощаемыми детьми, описанными в главе 6.

Это те сложности, которые собраны под цифрой «2». В тетрадке ребенка с трудностями программирования и контроля часто много зачеркиваний. Особенно в начале работы или слова. Происходит это потому, что писать он начинает чуть раньше, чем спланировал программу. Или не проверил, что именно нужно записать. Поэтому школьника нужно научить концентрироваться перед работой. Акцентировать внимание на то, какое слово будет первым, и какая у него первая буква, большая она или маленькая, нужен отступ или нет. Все это стоит обговорить перед тем, как ребенок начал писать. И в дальнейшем просить его самого проговаривать эти пункты. Если надо – то перед каждым словом или предложением. Помните: ваша речь когда-нибудь станет его внутренней инструкцией. А пока вы только на пути к этому.

Спросите такого ребенка: «Ты проверил? Все правильно написал?» Он абсолютно искренне ответит согласием. Ребенок действительно уверен, что ошибок он не допустил. А при самопроверке вряд ли обнаружит их сам. Помните же: сил на контроль уже не осталось, поэтому списанное он прочтет по памяти, не вникая в детали. Значит, школьнику нужен такой способ проверки, при котором он не сможет воспользоваться памятью. Например, проверять каждое слово не с начала текста, а с конца.

Самопроверку поначалу лучше делать после небольшого перерыва. Потому что это тоже навык, который нужно освоить. Не просто сказать: «А теперь посмотри, верно ли ты написал?», а научить действовать по четкой инструкции. Сначала нужно проверить написание каждого слова: все ли буквы на своих местах? Верно ли они написаны? Нет ли лишних или недостающих? Может быть, есть слова, которые попадают под то или иное правило? Затем проверка должна быть на уровне предложения: все ли слова написаны? Обозначены ли границы предложения, расставлены ли внутри знаки препинания? Поначалу вы, возможно, будете задавать все эти вопросы к каждому слову и предложению. Какое-то время ребенку нужна будет такая развернутая помощь. Но чем чаще вы будете практиковать такую самопроверку, тем внимательнее станет ребенок к своим текстам.

Тренировать внимание и контроль при письме можно и с помощью игр, например, в шифровки или азбуку Морзе из главы 13.

В нашей таблице они объединены в подгруппу под цифрой «3». И здесь есть важное условие. Чтобы мы действительно подозревали трудности корковых функций, важно, чтобы сам слух оставался в норме. То есть мы должны быть уверены, что нарушено распознавание сигнала, а не сам сигнал поступает в височные отделы коры в искаженном виде.

Впрочем, какое-либо нарушение слуха заподозрить легко. В этом случае ребенок часто не слышит обращенную к нему речь, особенно если не видит говорящего, не может прочитать по губам или понять жестикуляцию. Но до тех пор, пока мы не скомпенсируем слух, мы не можем говорить о недостаточном развитии функций переработки слухоречевой информации. И, соответственно, все методы работы не дадут результата.

Функции переработки слуховой и слухоречевой информации в контексте навыка письма «отвечают» за несколько аспектов: звукоразличение (фонематическое восприятие), слухоречевую память и объем словарного запаса. Скорее всего, над трудностями звукоразличения в дошкольном возрасте уже немного поработал логопед. Конечно, это не единственная причина логопедических проблем. Но одна из самых частых среди тех факторов, которые вызывают дисграфию. Поэтому рекомендации логопеда нужно выполнять.

Письмо – та же речь, только звуки закодированы буквами. Поэтому переносите логопедические игры в свою жизнь: придумывайте слова на определенный звук, меняйте в словах глухой согласный на звонкий и наоборот (бочка – почка, точка – дочка) или гласный первого ряда на гласный второго ряда (мышка – мишка, люк – лук). Играйте в игры типа «эхо» – просите повторить окончание слова. Хорошо играть письменно: вы называете слово, а ребенок пишет первые/последние три буквы или каждую четвертую. Ведь для того, чтобы это сделать, придется проанализировать каждый звук. Кстати, писать можно и только гласные или только согласные. На такие необычные диктанты дети соглашаются охотнее, чем на стандартный школьный вариант.

Еще одна любимая игра школьников: «Летела корова». Кроме буквенного анализа слова она тренирует еще и внимательность. Играть в нее можно как вдвоем, так и большой компанией.

Участники становятся в круг. Ребенок кладет правую ладонь на левую игрока справа, а левую – под правую участника слева. Игроки по очереди хлопают правой рукой по левой ладони соседа под слова: «Летела корова, сказала слово, какое слово сказала корова?» Последний игрок называет слово, и игра продолжается. Участники по очереди хлопают друг друга по ладони, называя буквы слова. Игрок, которому досталась последняя буква, должен успеть хлопнуть ладонь своего соседа. А тот, в свою очередь, должен успеть убрать руку до того, как по ней хлопнут.

Ученики, которые с трудом воспринимают информацию на слух, могут часто переспрашивать учителя. Они просто не успевают уловить всю последовательность действий в задании. Особенно когда действий много, а инструкция очень длинная и с отступлениями. Например: «Вам надо переписать этот текст, расставляя знаки препинания, подчеркнуть главные члены предложения, а главные члены это что?» Учитель хочет помочь школьникам, но наш ребенок, который плохо воспринимает на слух, уже потерялся. Намного понятнее для него стала бы четкая короткая инструкция вроде: «Переписать. Расставить знаки препинания. Подчеркнуть главные члены». Это касается и каких-то бытовых ситуаций. Хотите, чтобы ребенок выполнил все четко? Говорите короткими предложениями и только по делу. И уточняйте, что именно понял ребенок.

Выберите несколько подходящих игр из главы 13 на развитие фонематического слуха и запоминания на слух. Для них не нужно каких-то специальных условий или долгих приготовлений, да и играть можно в любое время: по дороге куда-то, в очереди, после ужина или обеда.

Как дефициты функций переработки слухоречевой информации влияют на чтение, разберем в следующей главе. Уверена, что и там вы почерпнете полезные приемы для работы с этими трудностями.

Строго говоря, за переработку зрительной и пространственной информации отвечают два разных отдела коры больших полушарий головного мозга: затылочные отделы и зона ТРО. Но в нашей табличке эти сложности объединены в подгруппу под цифрой «4». Сразу отметим, что мы говорим о дефицитах корковых функций, а не о качестве зрения. Оно как раз должно быть в норме. Если нет – сначала проконсультируйтесь с окулистом, подберите ребенку очки или пройдите лечение. Важно убедиться, что сигналы от органов зрения поступают в корковые отделы без искажений.

Письменные буквы порой очень отличаются от печатных, к которым ребенок уже привык. Сравните письменную и печатную «б» – они же пишутся в разные стороны! Маленькая буква «г» на письме развернулась и трансформировалась в рыболовный крючок, а «д» – как большая, так и маленькая, на письме совсем не похожа на букву в книжке. У буквы «з» в тетрадке вырос хвостик, буква «а» вдруг округлилась и стала совсем не похожа на печатные вариации (а у буквы «а» их две). У большой буквы «Т» на письме появились три «ноги», а маленькая «т» почему-то смахивает на перевернутую «ш». То есть запомнить письменный алфавит – все равно что выучить новый шифр. Та еще задачка для зрительной памяти! И если она недостаточно хороша, то вполне очевидно, что ребенку непросто выучить все варианты заглавных и строчных, да еще и типы соединений, которые часто зависят от следующих букв.

Поэтому, когда ребенок уже к концу первого класса все еще раздумывает над тем, как пишется та или иная буква, или все время норовит написать ее как-нибудь по-особенному или зеркалит, уделите внимание играм и заданиям на запоминание графемы – письменного образа буквы. Подойдут классические «находилки» как печатных, так и прописных букв, спрятанных в рисунках, а также ассоциативные приемы запоминания. Например, письменная маленькая «а» зевает, как «о», только прислонилась к стеночке, маленькая «д» немного похожа на дедушкины очки, а маленькие «р» и «у» опускают вниз хвостики, как кенгуренок крошка Ру и т. д. Именно таким детям оно помогает лучше всего выучить не только образы букв, но и словарные слова. Ведь это тоже в некотором роде образы, которые нужно знать, так как правил для их проверки еще не придумали.

Поможет ли в этом случае прием, который очень любят учителя: написать слово несколько раз? При ярко выраженных трудностях такого характера – вряд ли. Посмотрите в тетрадь ребенка. Скорее всего, он почти ежедневно пишет слова и сочетания вроде: «классная работа», «домашняя работа», «упражнение» и т. д. И временами все равно допускает ошибки. Хотя, казалось бы, в течение долгой практики эти слова должны были запомниться как устойчивые образы. Но не получилось. Так получится ли со словарными словами, которые ребенок пишет гораздо реже?

Скорее всего, вы готовы возразить: ассоциативное запоминание ведь тоже про образ? Почему же оно должно сработать? Дело в том, что красочный образ-картинка и образ, состоящий из знаков (слово, номер телефона) запоминаются по-разному. В ассоциативном запоминании мы будем использовать образы-картинки. Подробнее об этом читайте в главе 11.

Используйте приемы ассоциативного запоминания. Писать, лучше со зрительным образцом перед глазами. Кстати, письмо возможно не только на бумаге. Когда ребенок устал сидеть над тетрадкой, порисуйте буквы в воздухе: пальцем, всей ладонью, рукой от локтя или плечом, а потом угадывайте по очереди. Можно писать и отдельные короткие слова с учетом правильных соединений. Только не забывайте, что если вы пишете в воздухе, стоя напротив ребенка, то он видит написание зеркально. А это может сбивать с толку и приводить к обратному результату.

«Пляшущие» по строчке буквы, временами развернутые в другую сторону, будто говорят о вашем ребенке: «он художник, он так видит». То есть совершенно не замечает границ строчки. И к этому нужно тоже приучать. Помните, пока навык не автоматизирован, он требует осознанного внимания? Так вот, навык попадать на строчку еще не автоматизирован. Значит, мы просим ребенка осознанно писать медленно и уделять особое внимание тому, чтобы каждая буковка «стояла» на линии, как солдатик в строю.

Еще дети с такими трудностями часто «не видят» левую или реже – правую часть листа, отчего могут делать гигантские отступы от края строки. Здесь поможет дополнительная маркировка слева: точки, откуда начинать письмо. Их можно проставлять заранее, а можно просить ребенка отметить начало строки самостоятельно, ориентируясь на красные поля, на линию соединения листов (если ребенок пишет уже на правой странице тетради). Красную строку тоже нужно отмерять: линейкой или специальным шаблоном. Шаблон легко сделать самостоятельно в виде картонной линейки шириной с требуемый отступ. Ребенок прикладывает ее к полям или левому краю листа и ставит точку на нужном расстоянии. Но это способы помочь не упустить строку здесь и сейчас. А параллельно хорошо бы развивать глазомер: складывать оригами, просить визуально разделить отрезок на две/три/четыре равные части, нарисовать отрезок нужной длины, провести ровную линию, разделить страницу линиями на четыре одинаковых части, нарисовать ряд одинаковых по высоте палочек на нелинованном листе и т. д.

Для развития зрительно-пространственного восприятия в целом полезно зеркально дорисовывать простые картинки или узоры, перерисовывать несложные фигурки таким образом, чтобы они оказались вверх ногами или повернутыми в другую сторону. Прекрасно развивают эти функции задания вроде «сложи узор» и конструирование по образцу. Хотя такие дети чаще не любят конструировать и вообще что-то делать по заданной зрительной программе. Не потому, что у них такое оригинальное мышление (хотя это и не исключено), а потому, что им частенько бывает сложно. И здесь понадобится помощь взрослого: обратить внимание на цвет или длину детали на картинке, соотнести с деталями конструктора или мозаики. И, конечно, обязательно похвалить ребенка, когда у него получилось. Ведь для него это было не слишком просто.

К ним относятся все сложности в подгруппе под цифрой «5». Родители и учителя этих детей больше всего жалуются на их почерк. Казалось бы, плохой почерк дают и трудности переработки зрительной и зрительно-пространственной информации. Там тоже буквы могут «скакать» по строчке с недописанными элементами. Но все-таки при «зрительных» трудностях мы чаще наблюдаем разную манеру письма даже в одном упражнении: буква написана то так, то как-то иначе, с красивой завитушкой или наклоном в другую сторону. Дети с трудностями пятой подгруппы так не могут. Глядя в их тетрадки, может показаться, что там писал деревянный солдат из армии Урфина Джюса, которому сложно управлять собственной рукой.

И это на самом деле почти правда. Все дело в том, насколько хорошо теменной участок коры обрабатывает сигналы от рецепторов в наших мышцах, суставах и сухожилиях. Именно отсюда поступают сигналы, верную ли позу приняла рука, чтобы сделать то или иное движение. Если сигнал искажен, то что с этим делать ребенку? Никакое «старайся, смотри, как пишешь» не поможет хорошему почерку.

Поможет только тренировка: любая пальчиковая гимнастика, массаж пальцев, упражнения с мячиками типа су-джок, лепка из глины и твердого пластилина, аппликация из круп, мячики-мешочки с крупами и косточками. Полезными будут игра в театр теней или пальчиковый театр, а также задания типа «определи на ощупь»: когда из непрозрачного мешочка нужно доставать разные предметы и попытаться угадать (с закрытыми глазами!) что оказалось в руках. Все это активно практикуют в детском саду. Но если ребенку не хватило детсадовских занятий, то стоит к ним вернуться и в школе. Только не раз в неделю.

К гимнастике можно добавить упражнения на завязывание и развязывание узелков: 8-10 штук за один подход. В качестве нитки лучше всего подойдут тугие шнурки для обуви. Хорошо работают и задания по типу «сложи фигуру из пальцев» с закрытыми глазами. Здесь обязательно участие взрослого. Он складывает пальчики в простую фигурку: «козу» (указательный и средний пальцы вверх, остальные сжаты в кулак), «корову» (разжаты указательный и мизинец, остальные в кулаке), «зайца» (средний и безымянный разжаты, остальные собраны в кулак), «колечко» из большого пальца и любого другого и так далее. Школьник при этом закрывает глаза. И так же с закрытыми глазами он должен собрать аналогичную фигурку из пальцев другой руки. При этом образец взрослого можно как оставить, так и «разобрать», распрямив все пальцы. Вариант: собирать фигурку на той же руке, что делал взрослый – это чуть проще. Хотя образец при этом, конечно же, убирается. Главная задача здесь: отключить зрительный контроль и сосредоточиться на ощущениях от пальцев.

В таблице они объединены под цифрой «6». Серийная организация движений – это про плавные, непрерывные движения. Крутить педали велосипеда – серийное движение. Как и писать, правильно соединяя все элементы и буквы в слово. Детям с трудностями серийной организации сложно выполнять такие действия, потому что для них нужно выстроить соответствующую программу. Нет программы – будут частые остановки, отрывы, во время которых ребята выстраивают очередную последовательность действий. Работать с такими сложностями нужно не только на материале письма.

Наверняка в вашем детстве была популярной игра в «резиночку», когда девочки прыгали разные комбинации или серии: ритмично, без остановок. А во дворе – мячики, которые нужно было «вести», отхлопывая рукой, скакалки. Все это – отличная тренировка функций нашей заднелобной коры, причем без специальных занятий.

Даже если ваш ребенок уже пошел в школу, уделите больше внимания таким упражнениям. Или запишите школьника на танцы, плавание, баскетбол, ролики, лыжи. И вместе с этим тренируйте плавное безотрывное письмо. Для этого подойдут всевозможные прописи, где много заданий по типу «обведи слово» или «обведи рисунок». Только следите, чтобы ребенок обводил безотрывно, единой линией, где это возможно. Хороши упражнения вроде «обведи и продолжи сам», где ребенок сначала работает с образцом, а потом закрепляет только что отработанную серию движений самостоятельно.

В таких упражнениях детям может помочь ритм. Попробуйте сами написать слово под песню «Маленькой елочке холодно зимой». Напевайте ее с любой комфортной вам скоростью и пишите. Чувствуете, как рука сама словно танцует под музыку: движения становятся плавными, без остановок? Если ребенок только учится писать, то музыку лучше выбирать без слов, заменить ее хлопками или ритмичной речевкой: «раз-два-три-четыре!» Любой ритм помогает нам сделать движения более плавными и синхронизированными, чего мы и добиваемся.

Под ритм можно не только писать буквы, но и их элементы. Например, кружок или овал. Казалось бы, какая разница, нарисует его ребенок по или против часовой стрелки. Но присмотритесь к письменному алфавиту: почти все замкнутые в круг или овал элементы букв (и цифр, кстати, тоже) мы пишем против часовой. Поэтому есть смысл обратить на это внимание. И если ребенок рисует круги по часовой, то в этом упражнении попросите его делать это в обратную сторону. Когда ребенок станет автоматически рисовать против часовой, то, по сути, отработает один из элементов буквы. Это поможет увеличить и темп письма.

Скорее всего, вы уже определились, с чем именно нужно поработать вашему школьнику. И неизменно возникает вопрос: с чего же начать? Начните с тех упражнений, которые помогут преодолеть конкретную трудность. Для удобства они собраны в таблице на следующей странице. Будет замечательно, если вы сможете уделять им пять-десять минут каждый день или хотя бы через день. Главное здесь не столько продолжительность, сколько регулярность. Даже пятиминутка каждый день лучше, чем полчаса раз в неделю. По желанию можете добавлять другие активности, нацеленные на развитие отстающей функции. Помните, что важно сохранять позитивный эмоциональный фон. Занятия с интересом дадут эффект гораздо быстрее, чем упражнения через силу.

Не забывайте, что при ярко выраженных трудностях, особенно комплексных, лучше показать ребенка нейропсихологу. Ваша помощь очень важна, но коррекционной работы со специалистом она не заменит.

В успешной учебе многое завязано на чтении: прочитать задачу или задание к упражнению, догадаться, какая буква в слове пропущена и т. д. Чтение – это ресурс, средство для обучения, как компьютер – ресурс или средство для успешной работы. Если он тормозит на каждой операции, часто выдает ошибки или непонятные всплывающие окна – будете ли вы любить эту работу? Технику, конечно, можно поменять. А тот «компьютер», который работает в голове у школьника, – нет. Поэтому, когда чтение дается с трудом, то и мотивация страдает.

Навык чтения состоит из двух компонентов: технического и смыслового. Именно технику регулярно проверяют в начальных классах. А она зависит от того, насколько хорошо ребенок может:

• распознать зрительный образ буквы;

• перекодировать букву в звук (фонему);

• слить буквы в слоги, слоги – в слова;

• узнать написанное слово и прочесть его верно, с нужным ударением;

• не потерять строчку при чтении, не пропустить слово.

Когда страдает техника, ребенок читает очень медленно и мало. Главная ошибка здесь – заставлять его как можно дольше сидеть над книжкой. Надеюсь, вы помните аналогию со слабыми мышцами из предыдущей главы и понимаете, почему чтение «до победного» – часто путь в никуда. Правильно – прежде, чем давать нагрузку, нужно к ней подготовить. Ребенку должно быть сложно, но чуть-чуть: чтобы не отбить желание читать и оставить энергетические ресурсы на другие занятия. Это не значит, что книжки можно даже не открывать. Конечно, читайте: вслух, по очереди, понемногу. Включите аудиокнигу, если не получается осилить весь объем. Только помните, что это скорее «скорая помощь» в моменте. Параллельно с этим хорошо бы помогать отстающим функциям.

Смысловое чтение – это то самое понимание. Разумеется, когда страдает техника, уловить смысл текста становится труднее. Но часто бывает, что над техникой-то учителя и родители поработали, а вот понимание прочитанного у школьника по-прежнему страдает. Давайте посмотрим, какие трудности вы отметили в разделе «Чтение» в таблице из пятой главы, и разберемся, что с ними делать.

Это группа трудностей под цифрой «1», о которых мы уже поговорили в предыдущей главе. Проверьте, есть ли у вас такие же в других разделах. Если нет, то посмотрите, какие еще трудности вы отметили в разделе «Чтение». Скорее всего, именно они забирают больше всего энергии, и работать нужно прежде всего с ними.

Если же «единицы» в вашей таблице отмечены несколько раз, в том числе в разделе «Самоорганизация и темп», то перечитайте рекомендации из главы 6. А здесь я дам немного советов, которые касаются только чтения.

Думаете, ребенок в школе читает каждый день? Вообще не обязательно. У учителя в классе 30 человек и всего 40 минут урока. То есть чтобы каждый урок читали все, одному ученику нужно выделить чуть больше минуты. А этого для формирования и закрепления навыка вовсе недостаточно. Поэтому лучше, чтобы такой ребенок читал дома вслух хотя бы пять минут. Понемногу, но каждый день. Предложите школьнику книгу после завтрака или перед обедом, пока вы будете мыть посуду или накрывать на стол. Лучше, если чтение станет своеобразным ритуалом – событием, которое происходит в одно и то же время в установленном порядке. Это поможет ребенку сформировать привычку читать. И если поначалу вам придется контролировать этот процесс, то потом школьник автоматически начнет тянуться к книжке. Точно так же, как он на автомате идет чистить зубы с утра.

Да, дома должны быть книги. Необязательно свои – можно регулярно ходить в библиотеку. Выбирайте время, чтобы побыть там подольше, полистать выставленные на стеллажах издания. Заведите традицию совместного чтения – хотя бы полчаса несколько раз в неделю. Скучно? Мне тоже. Поэтому мы читаем так, чтобы было интересно. Иногда я могу остановиться на каком-нибудь кусочке текста и попросить детей подумать над продолжением. Посмотрите, например, на этот отрывок из «Сказки о царе Салтане»:

«Только вымолвить успела, дверь тихонько заскрипела, и в светлицу входит…»

Если ребенок впервые слышит текст, спросите его, кто, по его мнению, вошел (и куда вошел – знакомо ли ему слово «светлица»). Приветствуются любые варианты, даже самые невероятные: носорог, слон. Мы ведь не на уроке, а дома. Не учим текст, а получаем удовольствие и положительные эмоции от чтения. Даже если вы читаете что-то по школьной программе – не бойтесь время от времени останавливаться и просить ребенка додумать концовку. Такие паузы не отвлекают, а, наоборот, «собирают» внимание вокруг текста. В конце концов, что интереснее школьнику: узнать задумку автора или проверить собственные догадки? Пусть даже они оказались неверными, цель ведь – не угадать, а поиграть с текстом, почувствовать его.

Чаще всего это бывает в первой половине дня или после обеда, когда школьник уже немного отдохнул от занятий. В целом, даже школьники без энергодефицитов к вечеру объективно устают и тоже могут путаться в смыслах и отказываться от чтения. Так что лучшее решение – пораньше лечь спать, а к книжке вернуться уже с утра. Ведь занятия должны быть продуктивными, а не в ущерб здоровью.

В таблице они собраны под цифрой «2». Самая частая жалоба в контексте чтения: ребенок не дочитывает окончания, угадывает слова по первым буквам. Иногда у него получается. Ведь поначалу учебные тексты достаточно простые и предсказуемые. Но уже в третьем классе, когда незнакомых слов и непривычных оборотов становится все больше, эта особенность мешает понимать текст. Поэтому такие дети часто совсем не любят читать. При этом они могут «проглотить» интересную книгу, но запомнят только основную линию сюжета. Чем динамичнее сюжет, проще детали и лексика, тем интереснее становится книга. Такие дети обожают комиксы: текста мало, он только о главном, и никакого скрытого смысла, зашифрованного в авторских метафорах.

Под окончанием здесь я подразумеваю не грамматический термин, а две-три последние буквы слова. Не каждого: с короткими предлогами и словами можно не заморачиваться. Обратите внимание на длинные слова со сложными суффиксами. Ведь такие дети часто вместо «ручеек» могут прочитать «ручей», а вместо «веселенький» – «веселый». Да, такие упущения не влияют на понимание текста. Но вы-то знаете, что это не просто ошибочки. Это сигнал, что внимание школьника ускользает, и остальной текст он тоже воспринимает поверхностно.

Точно также можно выделять и знаки препинания, чтобы дополнительно заострять внимание ребенка на нужной интонации. Зачастую такие дети читают текст без выделения вопроса или перечисления. Дело в том, что они просто не могут распределить силы и на технику чтения слов, и на знаки препинания. И в этом случае выделение знака поможет привлечь к нему внимание. Только не выделяйте и окончания, и знаки одновременно, даже разными цветами. Вашему школьнику и так непросто концентрироваться на нескольких вещах за раз, не стоит делать из текста разноцветную поляну.

Если кусочек для чтения совсем небольшой, то можно дополнительно потренировать объем внимания. Выделить часть слов жирным шрифтом или курсивом, и попросить читать их громко/шепотом/по слогам. Или убрать одну букву, заменив ее символом, и попросить ребенка прочитать такой текст. Когда станет легко, символом можно заменить еще одну, а потом и еще одну букву. У вас получится своеобразный шифр, который даже можно поместить перед текстом: буква «О» – «+», буква «А» – «=», буква «Л» – «>». Попробуйте теперь прочитать фразу: «К+р+в= п=с>=сь». Конечно, такие замены возможны только для хорошо читающего ребенка. И только постепенно.

Для этой же цели можно включать в готовый короткий текст лишние буквы или даже слова, как в игре «Прочитай фразу» из главы 13.

Привлечь внимание к деталям и пересказать текст поможет техника «Рисуночный конспект» из главы 11. А укрепить интерес – игра «Правда-ложь», когда после прочтения школьнику предлагают выбрать верные и неверные утверждения. Лучше, когда ребенок не только выбирает предложенные варианты, но и формулирует собственные правильные и ложные утверждения. Конечно, такое упражнение требует от родителя дополнительного времени. Но если у вас есть традиция обсуждать прочитанное даже в рамках школьной программы, то попробуйте включить туда и этот прием.

В нашей таблице учебных трудностей они объединены в подгруппу под цифрой «3». Как я уже писала в предыдущей главе, важно убедиться, что слух у ребенка в норме. Его «слабое звено» – запоминание на слух или слухоречевая память.

Отсюда в речи возникают трудности номинации: булавку ребенок может назвать скрепкой, старика – дядей и т. д. Частенько такие дети забывают само название, но объясняют назначение предмета: «Это то, чем грядки поливают».

Бывает, что ребенок при чтении не различает глухую и звонкую согласную, например, «коса» может прочесть как «коза». Здесь помогут упражнения на фонематический анализ, которые описаны в предыдущей главе. В этой главе сосредоточимся на развитии словарного запаса и слухоречевой памяти. Для этого необязательно мучить ребенка заучиванием стихов. Лучше поиграйте. Пусть это займет пять-десять минут, но если вы станете делать это каждый день, то результат увидите уже в течение учебной четверти.

Самая простая игра для развития слухоречевой памяти: «снежный ком» в любой вариации. Я предлагаю самую простую: вы называете слово-существительное, ребенок повторяет его и называет свое. Потом ход снова переходит к вам (если вы играете вдвоем), вы повторяете свое слово, слово ребенка и добавляете новое.

Без усилий в оперативной памяти удерживается от пяти до девяти слов. Поэтому не бойтесь, если поначалу игра будет заканчиваться слишком быстро. Через некоторое время регулярной практики и у вас, и у ребенка получится удерживать в памяти 15–20 слов и больше.

Помните, что это игра на слух, здесь нельзя ничего записывать.

Когда ваш школьник все-таки путает звуки, слова для «снежного кома» лучше подбирать с условием. Например, только на определенную букву, или на последнюю букву предыдущего слова по аналогии с игрой в «города». Таким детям очень важно не только пополнять свой словарный запас, но и использовать уже накопленный. Поэтому в «снежном коме» можно еще и задавать тему: например, транспорт, растения, животные, мебель.

Еще один прием для актуализации словарного запаса и развития функции переработки слухоречевой информации – рифмы. В них легко играть на ходу, между делом. Достаточно задать какое-то слово и по очереди придумывать к нему рифмы: котенок – ребенок – слоненок и т. д. Отдельно можете проговорить, что принимаются только те слова, окончания которых не просто рифмуются, но и пишутся одинаково. Так, в нашем примере подойдут все существительные на «—енок».

Для таких детей очень важно слышать грамотную речь и пополнять словарный запас. И здесь очень помогут хорошие научно-познавательные и художественные книжки. Прекрасно, если вы будете не только читать, но и просить школьника пересказать услышанное или прочитанное, когда он читает сам (при условии, что к технике чтения претензий нет). Помогайте ему выстраивать свою речь с помощью плана или опорных вопросов. План пересказа текста можно сделать заранее и повесить на видное место: кто главный герой, где он живет, что он считает, что с ним случилось, как он из этого выкрутился и т. д. Так вы поможете ребенку обращать внимание на значимые моменты.

Представьте, что в десять вечера ребенок вспоминает, что к утру нужно выучить стихотворение. Ваш школьник уже утомился за день. Как думаете, с каким настроением он возьмется (и возьмется ли?) за стих? Вместо того, чтобы до полуночи перечитывать строчки, предложите, например, технику «Рисуночный конспект» (см. главу 11). Она опирается не на слухоречевое, а на зрительное восприятие, которое, возможно, у вашего ребенка развито лучше. Да, эта техника не улучшит слухоречевую память. Зато она упростит тот процесс заучивания, который пока дается с трудом, и школьник почувствует себя успешным.

Это как в спорте или музыке – поначалу побеждает тот, у кого уже есть природные задатки. Со временем упорные тренировки восполнят отсутствие одаренности. Но спортивные вершины нужны далеко не всем. Многие уходят туда, где сразу получается лучше. Поэтому не мучайте вашего школьника. Лучше потихоньку, в играх, помогайте подтянуть слабое звено. А в остальных случаях учите его опираться на свои сильные стороны.

Теряет строчку, путает буквы, никак не может запомнить печатный образ некоторых из них, – это все про ребенка с трудностями, объединенными под номером «4» в табличке из главы 5.

При недостаточном развитии этих функций страдает, в первую очередь, техническая сторона чтения. Например, потому, что ребенок очень долго не может запомнить образ печатной буквы. Путает «Х» и «Ж», или «Т» и «П», читает неправильно, не понимает смысла и тормозит. Если это ваш случай, то уделите больше внимания изучению букв. Можно сыграть в игру «На что похожа буква» устно или с листочком и карандашом, чтобы подрисовывать недостающие элементы для полной картинки. Только не забывайте, что некоторые печатные буквы в книге отличаются от тех, которые мы учим ребенка писать. Так, буква «а» – это не привычная ему «А», «б» и «е» тоже не совсем похожи на «Б» и «Е».

Помогут здесь и упражнения на поиск определенных букв, пусть даже не в специальной прописи, а в строчке детской книжки. Только сначала убедитесь, что они там действительно есть. Это упражнение поможет развить концентрацию внимания.

Буквы можно рисовать: на спине ребенка или его ладошке, в воздухе, пальчиковыми красками; лепить из того же пластилина или из теста. Кстати, точно так же можно учить и буквы английского алфавита. С этой целью я просила детей лепить буквы, которыми потом мы украшали пироги. И у них не было никакого сопротивления: мы ведь не сидели над тетрадкой, а колдовали на кухне. И такое дополнительное повторение привело к результату: все выучили буквы (как русские, так и английские) довольно быстро.

В этом случае учите ребенка следить за текстом пальцем или с помощью линейки. Маркируйте начало строки или первую букву, если ваш школьник игнорирует часть листа или норовит читать слово справа налево. И, конечно, учите его принятой в нашей культуре стратегии работы с информацией: слева – направо, сверху – вниз. Просите перечислять в такой последовательности нарисованные предметы или рисовать линии и геометрические фигуры.

В нашей таблице они объединены под цифрой «5». Такие дети часто попадают в поле зрения логопедов, потому что речь их плохо артикулирована, звуки порой перепутываются. Сложности артикуляции влияют и на восприятие печатного текста. Ведь буква на листе бумаги должна быть преобразована в звук с помощью артикуляционного анализа. А если с ним есть проблемы, то они отразятся и на чтении. Особенно на чтении вслух.

Для развития функции переработки кинестетической информации подойдут все рекомендации из предыдущей главы. Чтобы сделать акцент на развитии артикуляции, добавляйте скороговорки, чистоговорки, гимнастику для языка.

Читать вслух при этом, конечно, тоже надо. Только помните, что чтение вслух при этих трудностях очень энергозатратно. Поэтому используйте разные способы заинтересовать, увлечь чтением. Подробнее о них мы уже говорили в начале этой главы.

Это сложности под цифрой «6» в нашей табличке. Такие дети тяжело осваивают чтение – не понимают принципов слияния букв в слоги, запинаются на скоплении согласных. Но даже если они уже умеют читать, то все равно очень часто «спотыкаются», возвращаются назад, повторяют какой-то слог несколько раз.

Если ваш случай – чтение по слогам уже во втором классе, вернитесь в обучении на шаг назад. Пусть остальные дети в классе уже вовсю читают целыми словами, не бегите за ними, сосредоточьтесь на слоговом чтении. В любой азбуке, в том числе и школьной, выделены основные типы слогов. Отчитывайте их по образцу: открытые (ма-на-да), закрытые (ам-ан-ад), со стечением согласных (с-ка, т-ка, ш-ка). Можете добавить хлопки или другой подходящий ритм. Ваша задача – автоматизировать навык слогослияния, на освоение которого вашему ребенку нужно чуть больше времени. Отработаете слоги – ребенку будет легче соединять их в целые слова.

Ритмы, мелодии в целом способствуют развитию серийной организации как движений, так и речи. Длинные слова из трех-четырех слогов можно пытаться пропевать или читать на одном дыхании. Потом распространять этот процесс на целые предложения.

Но даже когда с чтением все уже хорошо, то сформулировать свою мысль, донести смысл текста у ребенка по-прежнему может получаться не очень. Он пересказывает обрывистыми фразами, несогласованными друг с другом, и теряется, если мысль слишком длинная. Тренируйтесь: просите ребенка рассказать истории по картинкам, а текст – по заранее составленному плану. Еще одно упражнение для тренировки согласованных высказываний: составлять предложения по образцу. В этом случае необязательно иметь под рукой иллюстрацию. Можно смотреть, что происходит вокруг: чайник стоит на столе, машина едет по дороге. Главное: соблюдать предложенную структуру. В наших примерах это существительное (подлежащее) + глагол (сказуемое) + существительное (дополнение). Можно начинать и с более расширенного варианта, с добавлением прилагательных (определений), а потом и наречий (обстоятельств). Для тренировки согласованного высказывания подойдет игра «Предложение и текст» из главы 13.

В завершение главы я собрала трудности и принципы работы с ними в табличку, чтобы вам было проще ориентироваться, на какие приемы стоит сделать акцент в том или ином случае:

Стойкая неспособность освоения математических навыков, или дискалькулия, встречается намного реже, чем дислексия или дисграфия. Однако даже она чаще всего обусловлена дефицитами развития корковых функций. С этим же связаны и проблемы обычного школьника с задачами или таблицей умножения. Главную роль в освоении математики играют функции переработки зрительной и зрительно-пространственной информации, а также программирования и контроля.

Объединенные под цифрой «2» сложности вряд ли проявляются только в математике. Но уж если они есть, то ярче всего заметны при решении задач. Такой ребенок порой не вчитывается в условие. Просто берет данные в задаче цифры и совершает с ними действия по образцу предыдущей задачи. Если та была в одно действие и на сложение, то и следующую школьник, скорее всего, решит точно так же. И пока в школе отрабатывают конкретное действие, то проблемы вроде бы нет.

Но если в рамках одной темы встречается несколько типов задач или задачи с перевернутым условием (например, только что находили скорость, а теперь нужно вычислить расстояние), то ребенок начинает путаться. Происходит это потому, что он не вникает в текст, обращает внимание только на цифры. Значит, наша задача – не вдалбливать в него формулы, а научить вникать в условия.

Для этого есть несколько приемов. Первый: просить ребенка маркировать разными текстовыделителями условие и вопрос. Чтобы не рисовать в учебнике, распечатайте задачку на отдельном листе.

Для этих же целей школьников учат делать краткую запись. Но нашему ребенку важно не просто записать данные, но и понять их. Для этого недостаточно попросить вдумчиво прочитать текст. Ребенок не знает, как это – вдумчиво. Поэтому лучше попросить его выделить вопрос и условие отдельно, а потом снова перечитать. Обычно это происходит автоматически, мысленно, еще в процессе чтения. Но если нет, то стоит акцентировать внимание на этом этапе. Тогда и краткую запись ребенок составит без труда.

Если же школьник составил запись, но в задаче так и не разобрался, то попросите нарисовать ее на черновике. Было двадцать стаканов с чаем – пусть рисует двадцать палочек или кружочков, зачеркивает, сколько выпили и т. д. Да, это дольше, и поначалу придется рисовать вместе с ребенком. Но зато он сразу увидит все данные и быстро вычислит ответ. Помните, как главный герой повести Николая Носова «Витя Малеев в школе и дома» решал непростую для него задачку про орехи? Он ведь не знал тему. Но как только порассуждал логически, нарисовал картинку, то сразу понял принцип.

Такие способы помогают еще и снять возможное напряжение перед задачкой. Ведь одно дело, когда ребенка просят прочитать и решить. И совсем другое – когда нужно нарисовать. Там и ответ вырисовывается сам собой. А потом школьник и сам будет использовать этот способ для решения сложных задачек.

Следующий блок трудностей связан с невнимательностью, когда школьник допускает глупые ошибки: списывает «плюс» вместо «минуса» или решает сложением, а не вычитанием, забывает дописать последнюю цифру или сделать последнее действие; неправильно списывает верный результат вычислений и получает не тот результат. Чтобы не допустить такие ошибки, важно заранее проговаривать программу действий и делать самопроверку. То есть сразу проговорить, что задача или пример решается, скажем, в два действия, и определить, какие именно вычисления нужно сделать.

Иными словами, нужно вынести программу решения задачи или примера вовне: проговорить, сделать план, как в игре «Расскажи, как…» из главы 7. В норме она выстраивается в голове автоматически. А у детей с трудностями программирования и контроля в процессе выполнения может выпасть какое-то действие. И ребенку будет очень сложно это отследить, если до этого он не проговорил всю последовательность.

Для контроля тоже можно использовать чек-лист с инструкцией: все ли вычисления сделаны верно? Записано ли условие задачи? Есть ли ответ? Совпадает ли он с реальностью или с числами, данными в условии? Например, скорость пешехода составила 15 км/час – могут ли люди в принципе передвигаться настолько быстро? Или ребенку нужно посчитать стоимость ручки, при этом общая потраченная сумма на канцтовары составляет 50 рублей. И если в ответе вышло, что ручка стоит 60 рублей, значит, что-то пошло не так.

Принципы самопроверки здесь те же, что описаны в главе 8: между домашней работой и ее проверкой делаем паузу, чтобы школьник отдохнул; даем четкую последовательность действий. Ее, кстати, можно обсудить вместе с ребенком и записать в виде плана.

Эти действия помогут преодолеть конкретные сложности. А для развития функции в целом пригодятся все рекомендации из главы 7.

Это все сложности под цифрой «4». В математике они становятся очевидными, когда наступает черед учить таблицу умножения.

Конечно, эти сложности проявляются и раньше, когда дети осваивают счет через десяток. Или на этапе работы с разрядами числа: десятками, единицами и сотнями. На наглядном материале ребенок схватывает все достаточно быстро. Но без него считает очень медленно, часто допускает ошибки. А чтобы их избежать – использует пальцы, карандаши или сам рисует палочки в тетради. Таким образом ребенок как бы подсказывает нам, что ему необходима внешняя опора. Не убирайте ее. Вспомните об этапах развития навыка счета: сначала пересчитываем с ребенком пальчики, предметы окружающего мира, счетные палочки. Потом складываем: сначала добавляем единицу, потом двойку.

Параллельно с помощью картинок или счетных палочек отрабатываем тему состава числа: если в корзинку положить две груши и три яблока, то получится пять фруктов. Если груша будет одна, а яблок четыре, то итоговое число не изменится. И проходит долгое время, прежде чем ребенок отказывается от наглядной опоры: картинок или собственных пальцев.

Поэтому, если возникли проблемы с умножением, удостоверьтесь сначала, что ребенок автоматизировал навык счета в уме, может решить пример как на сложение, так и на вычитание с переходом через десяток. Если нет – не ругайте вашего школьника, а вместе с ним вернитесь на шаг назад, к использованию наглядного материала и игр из главы 12. Чем активнее вы будете к ним обращаться и решать самые разные примеры, тем быстрее сформируется навык устного счета и разовьется отстающая функция. Только тогда вы сможете объяснить ребенку, что умножение – это просто сложение. Люди просто заранее посчитали разные возможные значения и занесли их в таблицу, чтобы не складывать каждый раз огромное количество слагаемых.

Кстати, деление – действие, обратное умножению, – тоже стоит объяснять сначала на яблоках и конфетах. И только потом переходить от наглядного материала к абстрактному счету.

Придумывайте вместе с детьми, обсуждайте разные варианты.

• Сумма – это мамина сумка, в которую кладут продукты в магазине.

• Разность – разные носки, которые обнаружились после стирки (минус один носок из пары).

• Произведение – картина по номерам или из мозаики, которая состоит из множества точек, похожих на знак умножения.

• Частное – часть, которая осталась от целого мешка конфет после того, как их разделили на всех членов семьи.

• Математический знак «больше» похож на жадную голодную птицу, которая раскрыла клюв, глядя на большего червяка.

• Кстати, в знаке «меньше» голодная птичка все также развернута клювом в сторону большего, меняется только его положение.

Разряд числа: понятие десятков, сотен и единиц, тоже стоит повторять, глядя на картинки. Как правило, они есть в школьных учебниках. Нужно только немного заострить на этом внимание и добавить соответствующие игры из главы 12.

Краткий итог этой главы – в таблице ниже. Здесь же кратко описаны принципы работы с другими сложностями. О них мы уже говорили выше, поэтому здесь будут отсылки к соответствующим главам.

Приемы эффективного обучения – это те способы, которые помогают быстрее запомнить или понять информацию. Рекомендую обратить на них внимание, даже если сейчас в этом нет острой необходимости. Это нужно для того, чтобы ребенок не только освоил тот или иной прием, но и смог применить его позже, на более сложном материале. На моих занятиях даже старшеклассники, с которыми мы учим ту или иную технику, зачастую воспринимают ее отдельно от реальных учебных заданий. Например, не могут сопоставить, что перечень причин или условий, страны и столицы можно запомнить с помощью уже знакомого метода ассоциаций. Поэтому предпочитают обычную зубрежку или вообще ничего не учат.

Это не значит, что вы теперь должны следить, как ребенок делает уроки и постоянно предлагать ему какую-нибудь технику. Так не надо. Дождитесь момента, когда ребенок придет за помощью. И относитесь к приемам как к игре. Сравните два подхода:

– Сейчас я покажу тебе супертехнику, и ты все сразу запомнишь!

Или:

– О, как интересно! А что, если мы сейчас сделаем так?

В первом случае вы встаете на позицию учителя, который знает, как правильно. А ребенок не верит, сомневается: а точно ли получится? Бывает, что и саботирует процесс: ведь ему обещали чудо-технику, но не говорили, что нужно напрягаться. А без концентрации внимания не сработает даже прием ассоциаций, с помощью которого мы легко запоминаем до сотни не связанных с друг другом слов всего лишь за несколько минут.

Во втором случае вы – исследователь. Вы проводите эксперимент и приглашаете присоединиться к нему ребенка. Он считывает вашу заинтересованность (ведь вам правда интересно, сработает ли очередная чудо-техника?), снижает уровень сопротивления и даже готов приложить некоторые усилия.

Вы ведь знаете сильные и слабые стороны своего ребенка и, скорее всего, уже проверили себя по табличке из четвертой главы. Так, школьнику со слабой зрительной памятью хуже зайдут рисуночные техники. Тем, у кого не очень хороша слухоречевая память, могут показаться сложными способы запоминания на слух. Универсального способа для всех не существует. Поэтому тестируйте все и не бойтесь вносить свои изменения. Кто знает, может быть, вы откроете собственный прием, который станет намного эффективнее уже известных?

Если ваш школьник любит фантазировать, обязательно попробуйте с ним сочинять сказки или маленькие истории про любые школьные правила. Здесь важен только один принцип: история должна объяснять, почему правило именно такое. Например, как поссорилась «не» с глаголами, или как предлог обижался, что его порой путают с приставкой и пишут слитно. Как определение решило, что оно – самый красивый член предложения, и потому его подчеркивают волнистой линией.

Постарайтесь не перегружать сказку событиями. Достаточно одного, самого главного, чтобы отразить суть. Потом вы время от времени будете к ней возвращаться: «Помнишь, что придумал предлог, чтобы отличить себя от приставки?»

Может показаться, что сказкой мы все усложняем. Ведь в конце все равно в той или иной формулировке прозвучит правило, написанное в учебнике. И если оно дается легко – то сказка, конечно, не обязательна. Однако вспомните начало книги, когда мы говорили о роли положительных эмоций в развитии познавательного интереса и запоминании. Где больше эмоций: в простом заучивании или в придумывании собственной истории? Кроме того, если время от времени вы будете возвращаться к этому способу, то к концу начальной школы у ребенка выработается навык пересказывать сложные темы простым языком.

Записывать такие сказки не обязательно, но можно. Тогда к концу младшей школы у вас будет целый сборник в помощь младшим детям или просто на память.

Помните анекдот про учителя, который жаловался на своих непонятливых учеников: «Не знаю, какими словами им рассказывать. Я десять раз одну тему объяснил, уже сам все понял, а они – нет».

С помощью способа с условным названием «Звонок другу» такой проблемы можно избежать. Здесь школьник сам подберет самые понятные для него слова и формулировки. Этот метод больше подходит для работы с текстами в средней и старшей школе. Особенно хорошо с его помощью разбирать параграфы по истории. Как правило, они написаны официальным языком, практически без эмоций. И ребенку порой сложно не то что запомнить, а даже понять некоторые моменты. Тем более когда в голове каша из дат, имен и названий.

Суть метода – попросить школьника пересказать каждый абзац (или несколько предложений из абзаца, если тот очень длинный) так, будто он объясняет его своему другу. Давайте потренируемся прямо сейчас. Прочитайте текст ниже и попробуйте его пересказать своими словами, как другу. Потренируйтесь на тексте ниже, чтобы понять, что предлагать ребенку:

«Китайцы были известны своим трудолюбием и способностью эффективно использовать землю. Они рассматривали землю как источник жизни и благополучия, а труд на ней – как священный долг, дарованный небом во благо всего человечества. Земледелие в Китае ценилось превыше ремесла, торговли и других занятий, что нашло отражение в народных пословицах и поговорках.

Европейцы, которые попадали в Китай в конце XVIII века, очень удивлялись тому, что в стране не было ни одного пустующего участка земли. Китайцы возделывали даже крошечные кусочки земли среди скал. В болотистой местности устанавливали бамбуковые плоты с насыпанной сверху землей и высаживали сельскохозяйственные культуры на такие вот плавучие огороды».

Получилось? Давайте посмотрим, как может выглядеть вольный пересказ для друга:

«Труд в Китае считался священным. А особенно работа на грядках. Потому как что посеешь, то и пожнешь, как поработаешь, так и поешь. А когда наешься, сможешь и торговать, и заниматься чем-то другим. Те, кто приезжал в Китай из Европы в конце XVIII века (это примерно 1780-е годы и позже), очень удивлялись: даже на самом маленьком кусочке земли в горах была какая-нибудь грядка. А с болотами вообще хитро выдумали: устанавливали туда плоты с землей. Получались плавучие огороды».

У этого метода нет задачи досконально запомнить текст. Главное – его понять. А это возможно только тогда, когда ученик полностью погружен в текст. Не скользит глазами по строчкам, не бубнит вслух предложения, а читает осмысленно. Может осознать, где он чего-то не понял, какой пробел стоит восполнить. Не слишком простая задача даже для взрослого. Но пробелы и недопонимания сразу становятся заметными, когда мы пытаемся объяснить ситуацию другому человеку.

Скорее всего, вы слышали о технологии составления майнд-карт. Это краткий конспект или даже шпаргалка, где основные тезисы организованы так, что прослеживается их взаимосвязь. Например, по принципу пирамидки, когда на стержень – тему, – мы нанизываем колечки: нижнее, самое большое – основная мысль, чуть поменьше – главная информация, одно или несколько следующих – подробности, самое маленькое – одна важная деталь, а верхняя «крышка» – вывод. Чтобы запомнить текст, нужно разложить небольшой текст или пункт параграфа на эти составляющие и кратко их законспектировать.

Давайте попробуем сделать это на примере фрагмента о земледелии в Китае:

Принцип многоножки – еще один популярный способ организации текста. В центре – «тело», главная идея, от которой растут «ножки» – основные тезисы.

Но если в майнд-карте тезисы обычно прописывают, в технике рисуночного конспекта я предлагаю не использовать текст. Конечно, туда можно добавить новые понятия или имена. Но общий принцип здесь: чем меньше текста, тем лучше.

Вместо записей попросите ребенка нарисовать тезисы. Здесь не нужны художественные навыки. Главный критерий – минимальное количество емких, понятных ребенку образов. Например, тезис «Труд для китайцев считался священным долгом» можно изобразить так: лопата («труд»), знак «равно» (считался) и лицо с нимбом среди облаков (обозначение чего-то божественного).

Для чего так усложнять? Во-первых, чтобы лучше осмыслить и в итоге запомнить. Когда ребенок пишет конспект, он, как правило, полностью или частично переписывает предложения из учебника. И чаще всего делает это механически, особенно если текста много. Другое дело – рисунки. Пока школьник зашифровывает в них какую-то мысль, он полностью сконцентрирован на ней. Да и «читать» такой конспект намного легче – одним взглядом можно охватить все тезисы.

Во-вторых, рисовать проще, чем писать. И если ребенок ненавидит конспекты, то эта техника его точно выручит.

В-третьих, вспомните лицо своего школьника, когда вы просите его пересказать только что прочитанное. Вряд ли оно выражает радость и восторг. А сделать то же самое, но по картинкам – совсем другое дело. Здесь не надо ничего учить специально – основная информация уже отложилась в памяти благодаря концентрации во время рисования. В рисуночный конспект можно подглядывать: ведь там ничего не написано. Дан только своеобразный план с понятными и даже смешными точками опоры. А рассказывать придется уже своими словами.

Кстати, этот способ легко тренировать в игре. Например, устроить конкурс загадок: изобразить сказку или историю в виде рисуночного конспекта. А потом угадывать и обсуждать образы. Главная цель – показать, что есть такой интересный способ работы с текстом, и научить ему ребенка. Чтобы впоследствии ваш школьник легко справлялся с ним самостоятельно, без вашей помощи.

Рисуночный конспект можно составлять и для стихов. Этот способ подходит для детей, которым сложно запоминать на слух. В стихах ничего не нужно разбивать на смысловые части. Просто рисуете для каждого (ну или почти каждого) слова в строчке картинку-ассоциацию. Не можете ничего придумать – лучше оставьте место, не пишите. Помните: в памяти останутся только картинки, а не записи. А если начать записывать, то сложно перейти к мыслям с помощью образов-картинок. Ведь в норме мы этим не занимаемся. Поэтому поначалу этот способ может казаться сложным и долгим. Но, как правило, ко второму четверостишию ребенок понимает, что нужно делать, и очень быстро находит ассоциации. Тем более что процесс запоминания начинается уже во время поиска. Стоит только «дорисовать» стих, как оказывается, что он уже практически выучен!

Художественные навыки школьника здесь не так важны. Даже если вам кажется, что курица похожа на поросенка, главное, что ваш ученик понимает: это курица, а не свинья. После того, как все строчки зарисованы, просите ребенка прочитать стихотворение по своим картинкам. Можно заглядывать в текст – ведь это этап проверки: все ли образы достаточно точные, не нужно ли ничего добавить или изменить. Когда все уточнили – попросите ребенка повторить стихотворение снова, с опорой на картинки. А потом опять, уже без опоры. Если все получилось, то можно повторить еще раз через часик и вернуться к стиху на следующее утро.

Конечно, если таким образом учить целую басню, то на рисунок уйдет много времени. Но, как я уже писала выше, в это время ребенок незаметно для самого себя уже запоминает строчки. Здесь работает фокус внимания. Куда он направлен, если ребенок просто читает стихотворение с листа? Да куда угодно! В том числе и на сам стих, конечно, но это не всегда можно отследить. А в процессе рисования школьник концентрируется на каждом слове, сознательно подбирает образы-картинки. Именно поэтому стоит рисовать ручкой на листе бумаги, а не искать подходящие картинки в интернете.

Здесь тоже можно использовать технику рисуночного конспекта. Главное в изображении: связать проблемную букву с ярким образом и нарисовать, пусть очень схематично. Например:

Ворона – представляем ворону с двумя большими сережками-буквами О.

Корова – голова коровы с большими бубликами на рогах. Если корова вышла не совсем похожей, можно приписать ей «Му!».

Смородина – ягоды в форме буквы «О».

Огурец, морковь, помидор – нарезанные колечками овощи в салате.

Можно таким образом зашифровывать и отдельные правила. Например, правописание суффиксов – ек и – ик или правило «ключик-замочек». Здесь часто возникает путаница: какую букву писать, если в родительном падеже она пропадает. Можно нарисовать ключик, замочек и слово «НЕТ», выделив ярким фломастером букву «Е». Таким образом в памяти останется «якорь»: когда буквы НЕТ, в суффиксе пишем «е». Правило подчеркивания глагола двумя чертами: рисуем лыжника, который бежит (глагол), а внизу две лыжи – две черты. Фантазируйте, обсуждайте варианты с детьми. Даже сам процесс обсуждения вариантов способствует запоминанию.

Бывает, что образ, связанный с орфограммой, слишком сложный, чтобы его нарисовать. Хорошая новость: и не надо! Достаточно ярко, во всех красках представить эту картинку в своей голове. Например, коридор – можно увидеть длинный коридор, по которому катятся два мяча в форме буквы «о». То есть получилось «о и о» – вся комбинация гласных в этом слове. Искусство – представляем одну собаку, которая рисует хвостом картину (произведение искусства). Ее друзья смотрят на это с восхищением и потом тоже начинают рисовать. Таким образом, начала одна собака, продолжили две. Поэтому в начале слова нужно писать одну «с», а потом – «сс».

Попросите школьника успокоиться, прикрыть глаза, сложить руки в замок перед собой (чтобы они не катали ручки или не мяли тетрадь – любое механическое движение отвлекает внимание). Только в таком состоянии придуманная картинка запомнится надолго. А из настоящих рисунков можно делать выставку: приклеивать их на стены малярным скотчем и любоваться на полет своей фантазии. Заодно и быстрее усваивать то или иное правило.

Не переживайте, если не для всех правил получится придумать картинку-ассоциацию. Достаточно будет логического объяснения. Например, гласные – звуки, для которых нужен только голос, а согласные требуют согласия или согласованной работы языка, губ, зубов. Можно добавить какой-нибудь особый прием. Скажем, неправильное множественное число tooth-teeth (зуб-зубы) запомнить легко, если потренироваться перед зеркалом. Сколько зубов видно, когда вы говорите tooth (зуб)? А если улыбнетесь и скажете teeth (зубы)?

Да, иностранные слова лучше всего запоминать в контексте: в рассказе о соответствующих ситуациях, где то или иное слово уместно, с нужными предлогами или в устойчивых выражениях. Но вот вопрос: где этот контекст взять обычному российскому школьнику? Подавляющее большинство детей уделяет иностранному языку максимум два часа в неделю, а все остальное время о нем даже не вспоминает. Потому что негде, не с кем и незачем. Сейчас даже поисковые результаты на иностранном можно перевести на родной язык в пару кликов. Значит, можно сделать процесс заучивания слов немного веселее. И один из способов – рифмовки.

Пусть для начала это будет русский текст с вкраплениями английских слов, которые надо выучить. Слова для заучивания должны стоять в конце, быть зарифмованными, чтобы лучше отложилось произношение. Например:

Кап, кап, кап, закрой a tap (кран).

Иногда в русском языке сложно подобрать рифму к произношению, чтобы передать смысл. Тогда можно добавить другое знакомое иностранное слово.

I make много-много снежинок – snowflakes (снежинки).

Конечно, для некоторых детей (особенно с трудностями переработки слухоречевой информации) сочинять рифмовки может быть непросто. Поэтому я предлагаю время от времени тренировать этот способ, но не на иностранных словах, а на русских, как в игре «Запоминаем ударение» в главе 13.

Цвета радуги, падежи, порядок расположения планет и многое другое можно запомнить с помощью специальных фраз, где каждое слово начинается с буквы запоминаемого объекта. И очень здорово научить ребенка придумывать такие высказывания самому. Например, чтобы запомнить государство и столицу.

Давайте потренируемся: Ирландия – Дублин, Австралия – Канберра, Турция – Анкара.

У меня получилось ИДу, связанное с образом ирландских танцев, Австралийский Кенгуру (так я вспомню, что столица начинается на К, но можно сформулировать и на иностранный манер: «кангару»), Теплый Ангар (в Турцию летают самолеты, а ангар созвучен с названием столицы). Скорее всего, у вас получились совсем другие словосочетания. И это хорошо.

Эту же технику можно использовать и когда нужно выучить сложное название географического объекта или термин. Тогда первое слово фразы будет начинаться с первой буквы запоминаемого слова, второе – со второй и так далее.

Главная задача игры – показать, что учеба может быть интересной. Что учебный материал – это не что-то скучное на взрослом, и нужен не только для серьезных задач, но и подойдет для интересного времяпрепровождения.

В игре ребенок смещает фокус внимания с «как-то скучно, для чего мне эти правила?» на стремление к победе. А чтобы победить, нужно действовать по правилам.

Для некоторых игр не нужно дополнительного реквизита и специального времени. Для других потребуются листочки и ручки, игральные кубики, цветные карандаши или фломастеры – все то, что легко можно найти под рукой.

Большинство игр имеет свои варианты усложнений. Но начинать лучше с самого первого уровня, чтобы убедиться, что ребенок справляется с ним легко. Тогда маленький игрок будет уверен в своих силах и с азартом перейдет на более сложный уровень. Каждая из этих игр направлена не только на отработку правописания, автоматизацию счета и так далее, но и на развитие внимания, слухоречевой памяти, запоминания образа слова.

Чтобы считать в уме быстро и без ошибок, нужно много практики. Можно решать примеры в учебнике, а можно… поиграть!

Участники: два человека и более.

Необходимо: два игральных кубика, ручка и листок для записей.

Ход игры: участники по очереди бросают кубики и складывают получившиеся значения. Тот, у кого получилось наибольшее число в первом круге игры, записывает его себе. То же самое делают участники во втором, третьем, четвертом кругах и так далее. Количество кругов (туров, раундов) – десять, но можно увеличивать или уменьшать в зависимости от числа и уровня участников.

После окончания десятого тура участники суммируют свои записанные значения. Выигрывает тот, у кого сумма оказалась наибольшей.

Нужно больше практики устного счета? Значит, нужно больше игры!

Участники: два человека и более.

Необходимо: четыре игральных кубика разного цвета или размера, ручка и листок для записи. Если кубики одинаковые, два из них пометьте маркером или кусочком цветной бумаги.

Ход игры: определите, какие кубики будут означать десятки (это могут быть кубики побольше), а какие – единицы. Участник бросает сначала одну пару кубиков «десятки-единицы», а потом другую. Теперь нужно устно сложить два получившихся числа и передать ход следующему участнику. У кого получится наибольшая сумма, получает балл.

Участники играют определенное количество кругов (например, 10) и суммируют свои баллы.

В этой игре считать можно как устно, так и письменно, в столбик.

Участники: два и более.

Необходимо: ручка и листок для записи, два игральных кубика разного размера или цвета. Если кубики одинаковые, пометьте один маркером.

Ход игры: листок разлинуйте на столбики по количеству участников, подпишите имена игроков. Определите, какой кубик будет означать десятки, а какой – единицы.

В первом туре участники по очереди кидают два кубика и записывают в своих столбиках полученные числа. Во втором туре участники приплюсовывают к первому числу выпавшее на кубиках значение и записывают уже сумму этих чисел.

Выигрывает тот, кто первым наберет в сумме тысячу.

Эта любимая большинством детей простая игра может помочь и в освоении таблицы умножения до 10.

Участники: два и более. Если игроков больше двух, то каждый выбирает себе одного соперника, либо играют команда на команду.

Необходимо: ручка, листок в клетку.

Ход игры: каждый участник втайне от других рисует на листе два поля 10*10 клеток и нумерует строки и столбцы квадрата по порядку. Предварительно участники договариваются о количестве и качестве своих «кораблей» – сколько будет фигурок из трех клеток, сколько одноклеточных и двухклеточных – все, как в обычной игре в морской бой.

Свои «корабли» участник размещает на одном поле, а на другом – фиксирует свои удары по «кораблям» противника.

Для того, чтобы выстрелить, игрок должен назвать пример и верно решить его. Первая цифра примера – это номер строки, вторая – номер столбца. Если выстрел оказался точным и подбил или потопил «корабль» противника, то игрок стреляет еще раз.

Если игрок выстрелил точно, но неверно решил пример, то выстрел не засчитывается, ход переходит к другому игроку.

Выигрывает тот, кто «потопил» все «корабли» противника.

Вариант игры для большого количества игроков: все делятся на команды (флотилии), а ведущий рисует для каждой собственную карту. Задача постигающих умножение военных моряков – как можно скорее разгромить «флот» ведущего в своей «акватории».

Обязательно сыграйте, если ребенок никак не может запомнить простое умножение.

Участники: два и более.

Необходимо: два игральных кубика, ручка и листок для записи.

Ход игры: листок разлинуйте на столбики по количеству участников, подпишите имена игроков. Участники по очереди бросают два кубика (или один кубик два раза), перемножают полученные значения и записывают произведение в столбики под своими именами. Во втором и последующих кругах игры полученное произведение складывают с уже имеющимися баллами. Можно делать это устно, а можно складывать столбиком, записывая промежуточные вычисления карандашом, а ручкой – окончательную сумму.

Если выпали две единицы, то участник делает еще один ход (предварительно приплюсовав к своим баллам единицу). Если участник три раза подряд выкидывает две единицы, то автоматически становится победителем.

Выигрывает тот, кто первым наберет в сумме 230 или более очков.

Когда отработали простейшее умножение, заклейте стороны одного или сразу двух кубиков новыми числами (9 вместо единицы, 8 – вместо двойки, 7 – вместо тройки) и поиграйте до 500 очков!

Более сложный вариант для школьников, которые осваивают умножение в столбик.

Участники: два и более.

Необходимо: ручка и листок для записи, четыре игральных кубика разного размера или цвета. Если кубики одинаковые, пометьте два из них маркером.

Ход игры: листок разлинуйте на столбики по количеству участников, подпишите имена игроков. Определите, какой кубик будет означать десятки, а какой – единицы.

В первом туре участники по очереди кидают по два кубика и вычисляют произведение полученных чисел на листочке. Во втором туре требуется также вычислить произведение и сложить его с полученной суммой. Выигрывает тот участник, кто быстрее наберет 5555 очков или более.

Эта игра требует больше усилий и концентрации, но в то же время может очень быстро закончиться. Ведь 66*66 = 4356, и до победы останется совсем немного!

Любите лото? Попробуйте добавить в знакомую игру немного математики.

Участники: два и более.

Необходимо: карточки игроков, фишки, карточки с заданиями.

Ход игры: каждый участник берет себе одну или две карточки. Ведущий по очереди вытаскивает карточки с заданиями, зачитывает пример. Остальные игроки должны решить его, найти ответ на своих карточках и, если такое число там есть, закрыть его фишкой. Побеждает тот, кто быстрее закроет числа на своей карточке.

Хоть домино – это легко, просто в этой игре не будет! Но разве это остановит начинающих гениев математики?

Участники: два и более.

Необходимо: карточки домино с примерами.

Ход игры: каждый игрок получает 4–6 карточек, остальные переворачивают примерами вниз и кладут отдельно (в общую колоду). Первый участник кладет любую карточку в общий круг. Следующий участник должен решить примеры, написанные на карте и найти среди своих карт пример с таким же ответом. Затем игрок кладет свою карту к первой карте, соединяя примеры с одинаковыми ответами.

Если у участника не оказалось подходящей карты, он берет карты из общей колоды до тех пор, пока не найдет нужную. После каждого хода пополнять свои запасы не нужно.

Выигрывает тот, кто первым сбросит свои карты, когда карты из колоды тоже закончатся.

Любите играть в карточного «подкидного дурака»? Попробуйте то же самое, только с математическим уклоном.

Участники: два и более.

Необходимо: математические карты.

Ход игры: каждый участник получает шесть карт. Тот, у кого есть карта с наименьшим значением, делает первый ход – выкладывает одну или несколько карт. Если карт несколько, они должны быть похожи: например, на всех картах числа умножаются на три.

Задача следующего участника – «отбить» предложенные карты, То есть перекрыть их другими, бо́льшего значения, или козырями (картами без чисел, с правилами). Если это получилось, карты с поля боя отправляются в сброс, участники берут недостающие карты из колоды, и отбивавший делает следующий ход.

Если же карты побить не удалось, то участник берет карты себе, а ход переходит к следующему участнику.

Подкидывать карты можно, но все они должны иметь что-то общее с картами на поле боя. Подкидывать козыри и ходить с козырей (карт без чисел) нельзя.

Можно сыграть не просто в подкидного, а в переводного «дурака». Первый участник выкладывает карты, а второй может не бить их, а найти похожую карту, добавить ее к выложенным и предложить отбиваться следующему участнику. Если первый участник выложил несколько карт с общим признаком, то и новая карта должна соответствовать этому признаку (например, карты 8*3 и 7*3; чтобы передвинуть, участник должен выложить карту с примером, где есть тройка). Если первый участник выложил только одну карту, то второй сам решает, по какому признаку ее передвигать (например, карта 2*4, второй участник может добавить карту как с умножением, где есть «2», так и с примером, где есть «4»).

Чтобы не путаться в вычислениях, эту тему нужно знать, как свои пять пальцев. А если ученик путается, в каком числе 30 десятков или 10 сотен – поиграйте!

Участники: два и более.

Ход игры: один игрок загадывает другому число, говоря только, сколько там есть единиц, десятков и сотен. Второй игрок должен записать и назвать это число и, в свою очередь, загадать свое.

Вариант 1. Самый простой, когда игроки просто называют разряды и цифру.

Пример:

– В этом числе одна сотня, два десятка и три единицы.

– 123.

Вариант 2. Чтобы получить число, игрокам сначала нужно вычислить значения. Подходит, если ребенок знаком с понятиями «частное», «произведение», «разность» и «сумма».

Пример:

– Частное 18 и 2 – десятки, а произведение 2 и 3 – единицы.

– 96.

Вариант 3. Усложняем объяснение. Вспоминаем, что число 123 из первого варианта можно представить по-другому: «В этом числе 12 десятков и три единицы», либо: «В этом числе 11 десятков и 13 единиц». Подсчитывая значения, игрок должен вспомнить, что 12 десятков – это уже сотня и два десятка, либо 13 единиц – уже десяток и три единицы. Усложняем только тогда, когда предыдущие этапы даются легко. И начинаем с двузначных чисел.

Вариант 4. Еще один вариант усложнения: не называть конкретную цифру, а просить вычислить значения.

Пример:

– Частное 18 и 2 – десятки, а сумма этих же чисел – единицы.

– 110 (9 десятков + 20 единиц = 9 десятков + 2 десятка = 11 десятков = 110).

– Частное 21 и 3 – десятки, а их разность – единицы.

– 88.

– Произведение 2 и 6 – десятки, а их сумма – единицы.

– 128.

В сложении и вычитании дробей нет ничего сложного, главное – правильно привести их к общему знаменателю!

Участники: два и более.

Необходимо: два игральных кубика разного размера или цвета, листок и ручка.

Ход игры: участники договариваются, какой кубик будет показывать значение числителя, а какой – знаменателя. После этого по очереди кидают два кубика дважды. Выпавшие дроби складывают, и записывают результат. Во втором круге игры полученный результат прибавляют к уже имеющемуся.

Вариант 1. Игра идет до определенного числа, например, 20, 30, 40.

Вариант 2. Игра идет определенное количество кругов (например, 10). Выигрывает тот, у кого получилась бо́льшая сумма.

Вариант 3. Игра идет определенное количество кругов. Участники по очереди кидают кубики, а потом сравнивают все полученные значения. Тот игрок, у которого оказалось самое большое число, суммирует все выпавшие значения и записывает себе результат.

Выигрывает тот участник, у которого сумма результатов окажется больше.

Эта игра поможет сориентироваться в мире частей речи и больше их не путать.

Участники: от двух человек.

Ход игры: участникам предлагается какое-то слово (одно на каждого или общее для всех), к которому нужно подобрать как можно больше прилагательных. Каждый игрок называет по одному слову. Остальные участники по очереди говорят свои, следя при этом, чтобы не было повторов.

На время игры нужно поставить таймер на 3 или 5 минут, в зависимости от возраста и количества игроков. Выигрывает тот, кто последним успел назвать свое слово до звонка таймера.

Если школьники уже изучили тему причастий, то можно добавить в игру и эту часть речи.

Вариант 1. Играем только с причастиями, исключая прилагательные.

Вариант 2. Участники делятся на команды, одна из которых называет прилагательные, а другая – причастия. Задача игроков: отличить одну часть речи от другой. Если кто-то из игроков ошибается, то команда пропускает следующий ход.

Эта игра подходит для детей, которые уже хорошо освоили чтение. С ребятами конца первого – начала второго класса лучше начинать с простых, знакомых слов из трех-четырех букв. С детьми постарше можно сразу пробовать длинные слова и даже предложения.

Участники: два человека и более.

Ход игры: участники по очереди называют слова наоборот: вместо «молоко» – «околом», вместо «корова» – «аворок».

Следующий участник должен верно назвать зашифрованное слово и предложить свое слово наоборот.

Вариант 1. Участники (как загадывающие, так и отгадывающие) могут сначала записывать слова. Самый простой способ: сначала записывается правильное слово, а потом переписывается наоборот и предъявляется другим игрокам. Более сложный вариант: разрешать игрокам записывать только слово наоборот. Можно варьировать правила в зависимости от возраста и возможностей участников.

Вариант 2. Готовим небольшое письмо или сочинение от инопланетян: все слова в предложении должны быть написаны наоборот.

Нужно больше упражнений на отработку падежей и есть время на обстоятельную игру? Вспомните старый добрый морской бой и немного переиначьте правила.

Участники: два человека и более. Если игроков больше двух, то каждый выбирает себе одного соперника, либо играют команда на команду.

Необходимо: ручка, листок в клетку.

Ход игры: каждый участник втайне от других рисует на листе два поля размером 6 клеток по горизонтали и 9 клеток по вертикали. Предварительно участники договариваются о том, сколько и каких «кораблей» будет на поле – как в классическом «Морском бое».

По вертикали вместо цифр нужно распределить двенадцать существительных: по три первого, второго и третьего склонения (например, кошка, дядя, мама, небо, стул, ведро, мышь, дочь, сирень). О том, что это будут за слова, игроки договариваются заранее. По горизонтали вместо традиционных букв указываем падежи: именительный, родительный, дательный, винительный, творительный, предложный.

Когда игрок стреляет, то называет слово в нужном падеже, уточняя падежный вопрос. Если все верно, то выстрел засчитывается. Попал – можно делать следующий выстрел. Мимо – ход переходит к другому игроку. Выигрывает тот, кто потопил все «корабли» противника.

Ведущий может сделать одно поле на всех и закрашивать выстрелы игроков разными цветами. Выигрывает тот участник, который сделал наибольшее число точных выстрелов.

Размер поля также можно варьировать: сделать не девять, а шесть или двенадцать существительных.

Эта игра также подойдет для старших дошкольников – важно только выбрать подходящее по возрасту задание.

Участники: два человека и более.

Необходимо: картинка с большим количеством предметов и действующих лиц вроде картинок из виммельбуха. Можно играть и без ничего, ориентируясь на предметы в окружающей обстановке.

Ход игры: участников просят по очереди найти в окружающей обстановке или на картинке слова по заданной категории:

• на определенную букву;

• с определенной орфограммой («жи/ши», – чк-/-чн-/-чт-, суффикс – чик-/-щик- и т. д.);

• определенного рода или склонения;

• с заданным количеством слогов (например, только трехсложные слова);

• с заданной позицией ударения (например, ударение на первом слоге).

Участники по очереди называют эти слова. При заминке игроку дается минута. Если по истечении минуты он не нашел новое слово, победителем становится предыдущий участник.

Письменный вариант игры: участникам предлагается найти слова заданной категории и записать их в течение трех минут. После этого каждый озвучивает по одному записанному слову, а остальные вычеркивают его из своего списка, чтобы не повторяться. Выигрывает тот, кто последним назвал слово.

Вы помните, что правильно говорить: тОрты, пОрты (морские гавани), щавЕль, звонИть, звонИт? Иногда забываете? Тогда воспользуйтесь следующим приемом!

Участники: от одного человека.

Необходимо: можно играть без ничего, но, возможно, что-то потребуется записать.

Ход игры: выделите слова, ударения в которых вам надо запомнить. Придумайте предложение таким образом, чтобы данное слово оказалось в конце.

А теперь – рифмуйте! Добавляйте ассоциации! Можно добавить и сюжет, но в целом две-четыре строчки будет достаточно. Главное, чтобы они были веселыми.

Пример:

Коростель и свиристель

Любят бабушкин щавЕль.

Если участников два и более, можно устроить батл на самые оригинальные стихи.

Подходит для детей, освоивших чтение.

Участники: от двух человек.

Необходимо: ручка, листок, алфавит (при необходимости).

Ход игры: участникам предлагается загадать слово и записать его другими буквами алфавита. Задача следующего участника: отгадать и предложить свою шифровку.

Вариант 1. Участники должны написать слово, используя те буквы алфавита, которые идут сразу за/перед буквой слова.

Пример:

Слово «КОРОВА» будет записано как «ЛПСПГБ», если стоит задача использовать следующие буквы алфавита, либо «ЙНПНБЯ», если используются предыдущие буквы.

При этом подглядывать в распечатанный алфавит поначалу можно.

Вариант 2. Усложняем шифр: используем буквы, которые отстоят на две-три позиции от данных в слове.

Пример:

Слово «КОРОВА» будет записано как «НСУСЕСГ»: используем в шифровании букву, которая на три позиции впереди.

Вариант 3. Шифруем фразы. Можно соревноваться расшифровывать готовые фразы ведущего на скорость или по таймеру.

Примеры:

ОЙГЬ ТЗБУЬ, СПЪЙ ДПМЬ

Ключ: О (первая буква шифровки) = Н

Ответ: Нивы сжаты, рощи голы. (С. Есенин)

ТЁНЭ СБИ ПУНЁСЭ ПЕЙО ПУСЁЗЭ

Ключ: Т (первая буква шифровки) = С

Ответ: Семь раз отмерь, один отрежь.

ВЁСЁЗЖОПДП ВПД ВЁСЁЗЖУ

Ключ: В (первая буква шифровки) = Б

Ответ: Береженого Бог бережет.

ОЁ Г ТГПЙ ТБОЙ ОЁ ТБЕЙТЭ

Ключ: О (первая буква шифровки) = Н

Ответ: Не в свои сани не садись.

РСПГПСПОЙМБ ГПСПОБ ГПСПОЖОЛБ

Ключ: Р (первая буква шифровки) = П

Ответ: Проворонила ворона вороненка.

ГДКТ БПДЛЮ, ОНСДФД ЦЯР

Ключ: Г (первая буква шифровки) = Д

Ответ: Делу время, потехе час.

ВНСНБЫ РЯМЗ КДСНЛ, Я СДКДВТ ЖЗЛНИ

Ключ: В (первая буква шифровки) = Г

Ответ: Готовь сани летом, а телегу зимой.

– ЩМ, – ЩП СКЪК ГЖЙ ОБЕМРЕР ЙПВМВ

Ключ: Щ (первая буква шифровки) = Ч

Ответ: – Чк, – чн пиши без мягкого знака.

ЖСДУ ДСДУ ЖС ДСДУВХ

Ключ: Ж (первая буква шифровки) = Д

Ответ: Добр бобр до бобрят.

ЖУЗПОЗХ ЕКУЮХГВ ЖСУСЁГ

Ключ: Ж (первая буква шифровки) = Д

Ответ: Дремлет взрытая дорога. (С. Есенин)

Анаграмма – новое слово, полученное путем перестановки букв другого слова, например, страна – астра. Здесь же мы поиграем в неправильные анаграммы, а заодно потренируемся узнавать слова.

Участники: от одного (не считая ведущего).

Необходимо: ручка, листок.

Ход игры: участники загадывают слово и записывают его на отдельном листочке. Затем они переписывают это слово, расставляя буквы в произвольном порядке, и предъявляют эту запись участникам (либо диктуют по буквам). Задача других участников – отгадать, какое слово было загадано.

Например:

Собака – абокас, букварь – вукбьра

Ведущий контролирует правильное написание, либо может сам как предлагать, так и отгадывать шифровки.

Эта игра подходит для детей, которые уже уверенно читают и пишут.

Участники: от одного (не считая ведущего).

Необходимо: ручка, листок.

Ход игры: ведущий записывает фразу, в которую вплелись лишние слоги или даже односложные слова.

Например:

Снамяччалмяча думячмай, мячпотоммяч делмячай.

Лишнее слово – мяч.

Задача участников: найти вплетение и прочитать фразу без него. Для детей помладше предложите сначала вычеркнуть лишнее. Тот, кто первый отгадал, придумывает и записывает свою фразу.

Варианты упрощения: добавлять вплетение только в определенное место слова (начало или конец); сразу обговаривать, какое будет вплетение. Варианты усложнения: добавлять в слова два-три вплетения.

Попробуйте эту игру и когда первоклассник не понял деление на слоги, и когда отлично во всем разобрался.

Участники: от одного (не считая ведущего).

Необходимо: ручка, листок (можно играть на улице – записывать мелком на асфальте или палочкой на земле).

Ход игры: ведущий придумывает слово или словосочетание (какое-то послание), которое зашифровано в слогах других слов.

Пример:

Собери предложение из ударных слогов следующих слов:

Пойма, майка, мойка, мяч (Поймай мой мяч).

Или: выдели в каждом слове второй слог и составь из них новое слово:

Булавка, сова (ла-ва).

Такие задания можно добавлять в игры с поиском, например, игру в кладоискателей. Нужно лишь заранее зашифровать те места, где спрятаны кусочки карты или другая подсказка.

Если участники легко справляются с заданиями, предложите им самостоятельно зашифровать слова или даже предложения.

Главная задача ребуса – сосредоточить внимание составляющего на отдельных частях слова.

Участники: два и более человек.

Необходимо: листы, ручка, карандаши.

Ход игры: участники зашифровывают слово в ребус-картинку. Можно использовать рисунки, числа и отдельные буквы. Действуют все правила классического ребуса – запятые перед или после картинки показывают, сколько букв нужно убрать в начале или конце слова соответственно; перевернутая картинка – слово надо читать задом наперед. Перед тем, как придумывать свои, потренируйтесь разгадать несколько готовых ребусов. А потом пробуйте зашифровывать не только отдельные слова, но и целые фразы.

Спряжения глаголов – тема, в которой «плавает» много учеников. Просто потому, что упражнений на отработку такой сложной темы недостаточно. Восполняем пробел с помощью этой игры.

Участники: два и более человек.

Необходимо: вспомнить или распечатать правило определения спряжений глаголов.

Ход игры: участники делятся на две команды или работают в паре.

Первый участник из пары или представитель команды говорит: «Он сейчас…» и подставляет в эту фразу любой глагол первого спряжения. Второй участник говорит: «Он сейчас…» и продолжает фразу с глаголом второго спряжения. Если количество игроков нечетное, то выбирается один наблюдающий: он следит за тем, что слова не повторяются, а участники используют только «свои» спряжения.

Не нужно заменять формулировку на «Я сейчас», так как по первому лицу единственного числа спряжение не определяется. Кроме того, ребенок может сузить слова до тех, которые обозначают его реальные действия сегодня. А наша задача – вспомнить как можно больше глаголов и придумать смешные варианты: «Он сейчас грабит холодильник».

Вариант 1. Участники/команды предварительно пишут слова на листочках. Впоследствии можно как пользоваться уже написанными словами, так и придумывать варианты по ходу игры. Если какой-то глагол оказался не того спряжения, то участник называет следующий. Штрафных баллов в этой игре нет, выигрывает тот, за кем остался последний ход.

Вариант 2. Участники/команды играют устно, на ход дается до минуты. Если игрок придумал слово не того спряжения, но в течение времени хода исправился, то штрафной балл не засчитывается.

После трех штрафных баллов участник/команда выбывают из игры.

Разглядывать картинки – что может быть проще и полезнее, когда дело касается русского языка! Отработать спряжения с их помощью тоже можно. Главное – чтобы было весело!

Участники: от двух человек.

Необходимо: вспомнить правило определения спряжений глаголов, при необходимости открыть таблицу в учебнике.

Ход игры: на одну пару участников выдается одна картинка. Главное, чтобы она была сюжетной. Первый участник говорит предложение, относящееся к сюжету картины, но использует только глаголы первого спряжения. Второй участник делает то же самое, но его задача – использовать только глаголы второго спряжения.

Предложения без использования глаголов за ход не считаются.

В процессе игры можно додумывать сюжет: расширять, придумывать прошлое и т. д.

Пример:

Первый участник:

– Медвежонок на картинке кушает мед.

Второй участник:

– Он сидит на пне.

Первый участник:

– Медвежонок слизывает мед с лапы и громко чавкает.

Второй участник:

– Он совсем не глядит вокруг.

Ведущий или сами игроки контролируют друг друга. Победу можно присудить тому, за кем осталось последнее слово, но можно и отметить самый необычный, веселый рассказ, оригинальное предложение и т. д.

Всего два символа: точка и тире и правила грамматики, орфографии и синтаксиса будут запоминаться намного быстрее. Кроме этого, упражнение помогает увеличить объем и скорость переключения внимания.

Участники: от одного человека (плюс ведущий).

Необходимо: ручка, листок для записей или карандаш для отстукивания; тексты с нужными правилами или математические примеры.

Ход игры: ведущий объявляет, что сейчас дети будут писать диктант с помощью азбуки Морзе (вариант: переводить в радиосигнал озвученный текст – стучать карандашом по столу два или один раз). После этого ведущий зачитывает подготовленный текст или слова:

• слова с мягким знаком и без него;

• слова со смягчающим мягким знаком и с разделительным;

• слова с мягким и твердым знаками;

• имена собственные или нарицательные;

• с безударной О и А (И и Е) в корне слова;

• с приставками при- и пре-;

• текст со сложносочиненными и сложноподчиненными предложениями;

• существительные и глаголы;

• слова со слитным и раздельным написанием НЕ;

• глаголы первого и второго спряжения;

• слова с первым и вторым ударными слогами;

• примеры, которые нужно решить либо сложением, либо вычитанием (найти сумму чисел и найти разность чисел), умножением или делением (найти произведение и найти частное)

и так далее.

После того, как выбрана тема, обговариваются условия. Например, когда звучит слово с мягким знаком, нужно написать или отстучать точку, а когда слово без мягкого знака – тире. Сами слова в письменном варианте выполнения записывать не нужно.

В процессе выполнения (если используется устный вариант) или после написания необычного диктанта участники проверяют шифровку. В случае ошибок разберите правило дополнительно. Ведь неточность шифровальщика может дорого стоить!

Эта игра кажется очень простой, но только на первый взгляд! Суть игры: составить развернутое предложение, добавляя туда каждый раз по одному слову.

Участники: два и более.

Ход игры: первый участник называет слово, с которого будет начинаться предложение. Второй участник повторяет это слово и добавляет свое. Третий участник повторяет полученный вариант и дополняет его своим словом и так далее:

Пример:

Участник 1: Ворона

Участник 2: Ворона сидела

Участник 3: Ворона сидела на ветке

Участник 1: Ворона сидела на ветке березы

Участник 2: Ворона сидела на ветке березы у забора

Участник 3: Ворона сидела на ветке березы у забора соседа

Участник 1: Ворона сидела на ветке березы у забора соседа, который…

Важно: в этой игре ничего не надо записывать, полагаемся только на свою память!

Кто сбился несколько раз или не смог придумать продолжение, выбывает из игры.

Вариант 1. Участники добавляют слова только в определенном месте предложения (проще всего это делать в конце).

Вариант 2. Участники могут добавлять слова в любом месте предложения.

Вариант 3. Для самых продвинутых: каждый участник придумывает слова только на определенные буквы (например, первый участник: только на П, Р и А; второй участник: только на В, Б и О).

Я до сих пор вспоминаю героя из первой главы, который утверждал, что учиться – только зря терять время. Мой ответ на родительский вопрос «Что делать?» больше был похож на список причин для такой позиции, чем на четкую инструкцию. Уверена, после прочтения этой книги вы и сами понимаете, что волшебных мотивационных слов или упражнений для школьника не существует. Есть набор компонентов, которые формируют внутреннее желание учиться и личностные особенности ребенка. Все это накладывается на особенности семьи: воспитания, качества отношений, личных установок родителей и других значимых взрослых.

И тем не менее, давайте вместе составим план помощи нашему школьнику. В том, что ему действительно нужна помощь, у меня сомнений нет. За годы работы я поняла одну вещь: фраза «Зачем мне эта учеба?», особенно из уст младшеклассника, означает только одно: «Мне трудно учиться, и я пока не вижу результатов своих усилий».

Первым делом я бы посмотрела в тетрадки ребенка: какие ошибки там преобладают, как в целом он усваивает школьную программу. Одно дело, когда пыхтит и разбирается сам, пусть и не все получается сразу. И совсем другое – когда для нормального усвоения нужно, чтобы мама, как попугай, много раз повторяла одно и то же. Вы уже знаете, что особенности восприятия – это результат развития тех или иных корковых функций. Если оно недостаточно, то не стоит пускать развитие на самотек. Им можно и нужно заниматься.

Точно так же, как объем легких – ресурс для бегуна или пловца. Ведь спортсмену нужно не просто дышать, а достигать новых спортивных вершин. И нашему школьнику нужно не просто пользоваться тем, что есть вокруг него, а учиться: развивать мышление и словарный запас, быстро и вдумчиво читать, считать, грамотно писать и осваивать иностранный язык. Ваш школьник – тоже в своем роде спортсмен. Так не долбите его на тренировках во время выполнения домашних заданий. Вместо этого помогите развивать ресурс. Сам, без вашей помощи, он вряд ли справится лучше.

Одновременно с этим я бы проанализировала другие компоненты мотивации из таблицы в первой главе. Подключила подходящие психологические методы и приемы: дневники успеха, достижения цели, развитие интереса через игры и приложение школьных знаний к окружающей действительности. Проверила, какой образ школы и обучения транслирует каждый член семьи ежедневно. Если близкие утверждают, что главное – заработать денег, а образование этому не помогает, то стоит ли ждать от ребенка рвения к учебе?

Заранее выберите сочетания цветов текстовыделителей, и пусть у каждой задачки появится свой окрас. Добавьте соревновательный момент: кто быстрее – ученик ли разберется с уроками или вы приготовите ужин. При этом школьнику важно не наделать ошибок, потому что мама ошибок не допускает (иначе ужин оказался бы пересоленным или вообще несъедобным).

Чем больше положительных эмоций вы и ваш школьник получите, тем быстрее вас настигнет успех. Помните, что во время таких занятий вы не просто помогаете ребенку. Вы учите его, чтобы он впоследствии мог помочь себе сам. Не потерял интерес к учебе, легко получил университетское образование или осознанно повышал свою квалификацию. И кто знает, может быть, эти вечера, которые вы проведете за раскрашиванием задачек, он запомнит на всю жизнь как самое лучшее время. И потом будет рассказывать своим детям, что его мама – самый мудрый педагог, пусть и без соответствующего образования.

А если у вас остались вопросы, вы всегда можете задать их в письме на электронную почту или в личных сообщениях сообщества ВКонтакте «Как научить учиться школьника». Моя цель – помочь школьникам учиться с удовольствием. Как бы пафосно это ни звучало, но сегодня мы воспитываем будущее. И наше, и наших детей. Нынешние школьники очень скоро будут решать, каким станет общество завтра. Так давайте поможем им не потерять свои таланты в изнуряющей рутине школьных будней. Не отказаться от дела мечты, потому что «хочу, но с математикой все плохо, боюсь, не наберу баллы на экзамене». Найти себя как можно раньше, а не ждать, пока родители «пристроят» ребенка хоть куда-нибудь. Для этого нужно совсем немного: всего лишь помочь ребенку преодолеть трудности обучения прямо сейчас и включить внутреннее желание учиться. А оно, как вы помните – часть мотивации жить.

Мое сообщество ВКонтакте: https://vk.com/learning_and_playing

E-mail: shvetcovam@gmail.com

Спасибо за выбор нашего издательства!

Поделитесь мнением о только что прочитанной книге.