Глава 2

Арена.

Человек, которого я вывел из боя одним точным ударом, оказался вполне хорошим и дружелюбным. В тот же вечер, после того, как мы убрались на тренировочных площадках, он подошёл ко мне и попросил научить его этому приёму. Его звали Грот и это, скорее была кличка, чем имя. Всё потому, что стоило ему добраться до еды, как она исчезала в нём, будто в бездонной пропасти. Но обо всём этом я уже узнал гораздо позже.

Следующий день моего пребывания в этом непонятном мире сопровождался мрачным и серьёзным настроением. Одного из наших ожидал бой на арене.

Это был его четвёртый выход и теперь, если он проиграет, его могут убить. Первые три боя, по правилам той же арены, дают некий иммунитет, но вот дальше, либо будешь победителем, либо трупом. Исключения бывают, но они очень-очень редкие.

Всё бы ничего, но вот противник нашему бойцу по кличке Гром, достался весьма опасный. Его звали Ярг и он считался будущим чемпионом арены. О нём говорили с уважением и страхом.

До обеда мы занимались со старшим учеником, оба наших инструктора готовили к бою Грома. Дарий в своё время выкупил их и освободил от выступлений перед жаждущей крови толпой, специально для этих целей. И за свою карьеру им удалось воспитать несколько звёзд арены, которые впоследствии получили вольную и сейчас работали на других господ. После обеда, в котором не участвовал Гром, все отправились отдыхать, а меня подозвал к себе Скам.

— Сегодня ты посетишь арену, — сказал он, — Ты должен знать, ради чего всё это. Выходи на улицу, сейчас за вами приедут.

Я послушно направился на выход и встал снаружи, облокотившись спиной к каменному забору. Буквально через пару минут ко мне присоединился Гром.

Он был облачён в кожаные доспехи, которые прошли уже не через одну схватку. Чтобы тебе выдали новые, их нужно ещё заслужить. А так, зная, что боец сегодня умрёт, никто не будет портить дорогие, новенькие доспехи.

Вскоре появился Дарий и буквально тут же, подъехала повозка. Эта была уже более современной, на кованых осях и даже какое-то подобие мягкой подвески имелось. Два больших дивана смотрели друг на друга, на один из них сел Дарий, а нас усадили напротив, спиной к извозчику.

Арена была построена за городом. Огромная, словно Колизей из моего мира, она возвышалась посреди полей. Не знаю, какова её вместимость, но народу было столько, что не на каждом футбольном матче увидишь.

Нас провели через боковой вход, где лестница спустила нас в подвальные помещения. Здесь уже сновали и суетились люди. На сегодня было назначено десять схваток, поэтому и народу в узких коридорах толкалось не мало.

Дарий передал Грома какому-то человеку, а меня взял с собой наверх, чтобы я смог лицезреть всё происходящее.

До начала представления оставалось всего ничего. По арене бегали рабы, граблями выравнивая песок перед схваткой. Люди заполнили стадион и шум стоял такой, что невозможно было разобрать то, что говорили совсем рядом.

— Смотри туда, — указал пальцем на верхнюю ложу Дарий, — видишь того человека?

— Да, — спокойно ответил я.

— Это Император, он правитель всех земель, начиная от большого моря на востоке и заканчивая дикими землями на западе. Он управляет всеми королевствами на этой территории. От его слова зависит, будешь ты жить или умрёшь.

Я попытался рассмотреть маленькую фигурку человека на ВИП-ложе, но без оптики это было невозможно. Знал бы ты, Дарий, скольких императоров и королей я положил в гроб, в своей прошлой жизни. Далеко не всё зависит от таких вот правителей, чаще всего вершителями судеб являются именно такие, как я.

Естественно, вслух я об этом не произнёс ни слова и лишь молча кивнул в ответ.

Над ареной раздался звук горнов, а затем разлетелся голос, усиленный медным громкоговорителем.

— Господа и дамы, сегодня на ваш суд, на арену выйдут бойцы, чтобы блеснуть перед вами своей храбростью и отвагой. Они с великой честью прольют здесь свою кровь, в надежде, заслужить ваше почтение и славу. Поприветствуйте же их!

Арена взорвалась криками зрителей, а на неё с четырёх сторон начали выбегать бойцы, размахивая руками и призывая выкрикивать их имена.

— Как вы знаете, — продолжил голос ведущего, едва крики стали затихать, — Этот год объявлен турниром одиночных схваток, но это не значит, что мы не приготовили вам других развлечений. Сегодняшний день, это открытие турнира и по окончании боёв вы сможете увидеть театральное представление. Не расходитесь, дамы и господа. А мы начинаем!

Снова раздался звук горнов, который перекрыли крики людей, заполнивших амфитеатр. Бойцы лёгкой трусцой стали покидать арену, и на ней остались лишь двое.

Начался танец смерти. Оба соперника принялись ходить по кругу, с каждым разом сближаясь и размахивая оружием. Люди притихли в ожидании схватки и они её получили.

В полной тишине раздался звон встретившегося оружия, который тут же подхватил рёв зрителей. А бойцы начали сверкать мечами, осыпая друг друга градом ударов. Они расходились в стороны, чтобы в следующее мгновение снова броситься в атаку. В один из таких моментов, гладиатор с длинными волосами оступился и его противник тут же воспользовался этим. Он нанёс ему колющий удар в горло, пробив его насквозь. Тело поверженного забилось в агонии, кровь разлилась вокруг него большой лужей, а арена просто взорвалась от человеческого крика.

Народ ликовал и практически пребывал в экстазе от восторга и вида смерти. Где-то недалеко вспыхнула драка, видимо зрителей захлестнул избыток адреналина, но стражники, которые дежурили в проходе, быстро их угомонили.

Дарий в это время смотрел на меня, а я слишком поздно понял, что он хотел во мне увидеть.

— Ты очень странный юноша, — услышал я его голос.

— Вам виднее, господин, — спокойно ответил я.

— Это точно, — усмехнулся тот и снова обратил свой взор на арену.

Все последующие бои проходили примерно одинаково. С переменным успехом бойцы колотили мечами, некоторые выступали с копьём или булавой. Но суть схваток не менялась. Какое-то время они гремели железом, устраивая шоу, расходились в стороны, поднимая руки вверх и призывая зрителей покричать, затем снова сходились в поединке. По некоторым было сразу заметно, что они сильнее, но те не спешили закончить бой за один или два удара. В общем, делали шоу.

Но всё изменилось, когда на песок вышел Гром, против которого должен драться некий Ярг.

Когда Ярг появился на арене, я думал, что окончательно оглохну. Зрители кричали так, будто до этого они всего лишь разминались. А я с удивлением рассматривал этого великого воина.

Подросток, скорее всего мой ровесник, может даже чуточку младше, или старше. Он вышел голым по пояс, а в руках держал два кинжала со слегка загнутыми лезвиями. В отличие от нашего Грома, который был ростом почти два метра, широкоплеч и облачён в кожаный доспех, Ярг смотрелся как-то нелепо.

Худощавый, макушкой едва доставал Грому до подбородка, а голый торс делал его ещё более несерьёзным.

Однако стоило ему начать двигаться, как я тут же понял, Гром обречён. Каждый выпад Ярга оставлял после себя кровавый след на теле нашего бойца. Этот юнец, мог бы разделаться с ним в одно точное движение, но он не спешил, он делал шоу.

Гром махнул мечом и, казалось, что вот сейчас горло Ярга разверзнется и из него хлынет кровь. Зрители ахнули и затаили дыхание, а подросток, змеиным движением скользнул под удар и оставил на руке, держащей меч, очередную рану. По толпе прошёлся вздох облегчения.

Ярг резал нашего бойца безжалостно, превращая его в окровавленный кусок мяса. И Гром не выдержал. Сделав несколько шагов, он, словно споткнувшись, упал лицом в песок. Зрители взревели, а Ярг уселся на Грома верхом, взял его за волосы и оторвал лицо от песка, чтобы приставить свой кинжал к горлу. После чего он замер и поднял свой взгляд на ВИП ложу. Люди принялись кричать: «Смерть! Смерть! Смерть!», но Ярг никак не реагировал на эти крики.

Император поднялся со своего места и подошёл к краю своего балкона, вытянув руку вперёд. Что он показал, я не смог рассмотреть, но видимо это был большой палец, направленный вниз, потому что Ярг тут же, очень медленно вскрыл горло поверженному противнику. Гром забился в агонии, а толпа взревела так, что казалось сам камень начал вибрировать от этого возгласа.

Победитель встал рядом с телом Грома и отбил низкий поклон на все четыре стороны, после чего поцеловал окровавленные пальцы и сделал бросающий жест, отправляя зрителям воздушные поцелуи.

— Нам пора, — мрачно ответил Дарий.

Я кивнул и сглотнул ком, подступивший к горлу. Даже для моей, закалённой психики, этот бой показался слишком… Вот так, просто слишком и всё. Других слов у меня не нашлось.

— Ты всё рассмотрел? — спросил меня мой хозяин.

— Думаю да, — спокойно ответил я.

— Уверен? — посмотрел мне прямо в глаза Дарий.

— Что вы хотите услышать? — выдержав его взгляд, ответил я вопросом на вопрос.

— Иногда мне кажется, что я разговариваю со взрослым человеком, — внезапно сменил тему тот. — Я присматриваюсь к тебе и не понимаю… Передо мной юнец, который и женщины ещё не пробовал, но твои глаза смотрят так, будто ты глубокий старик.

— Простите, я вас не понимаю, — отвёл я взгляд в сторону.

— Если ты посмотришь мне прямо в глаза при ком-либо ещё, я вздёрну тебя на собственном балконе, — резко, в очередной раз сменил своё поведение Дарий. — У тебя ровно тридцать дней.

— Да, господин, — ответил я.

— На тридцать первый день, ты выйдешь на арену, — продолжил тот, — и ты либо принесёшь мне деньги, либо умрёшь.

— Да, господин, — снова односложно ответил я.

Дома была странная тишина. Хотя, чего я ждал? Время уже под вечер.

Я не пошёл в казармы, остался на улице. Мне было необходимо сейчас проанализировать всё, что случилось за последние сутки.

Я попал в другой мир ‒ это сто процентов. В том, моём мире, у меня был доступ практически к любой информации и если я проявлял к чему-либо интерес, то почти тут же получал на него ответ. Но никогда и ничего подобного в своей жизни я не слышал. Люди постоянно исчезают и я один из тех, кто им в этом помогает.

Но факт на лицо, это явно не розыгрыш, таких ресурсов нет ни у кого. Город настоящий, это не графика, смерть на арене тоже не театральная постановка, уж в этом я понимаю.

И главный на сегодня вопрос: как я сюда попал, есть ли выход и что со всем этим делать?

Ладно, из хороших новостей: я начал жизнь заново, условия более чем приемлемые, но скоро всё это может закончиться. Или нет? Ведь по своей сути, мало что изменилось в моей жизни. Те же офицеры стали хозяевами, а я всё тот же убийца и в обоих случаях, бежать — означает смерть. У меня, для выживания здесь, есть всё необходимое, помноженное на молодость тела. Сколько мне, тринадцать, пятнадцать лет? Около того. Дарий дал ясно понять, что я всё ещё девственник, значит, точно не больше.

Выходит, сейчас у меня сильный гормональный подъём — переходный возраст. Я могу спать по четыре — пять часов в сутки, а остальное время пойдёт в тренировку. С чего начинать, я знаю.

Правда завтра всё тело будет болеть, но это хорошо, значит, изменения пойдут в правильную сторону. А по очагам боли выясним, куда нагрузки не хватило, лишь бы у этого тела сердце выдержало.

Интересно, который час? Нужно сверить внутренние часы.

Я поднялся со скамейки, на которой сидел ещё утром, за завтраком и отправился в казарму. Довольно сильное здание для того, чтобы в нём жила кучка рабов. Кирпичное, с толстыми стенами, вот только полное отсутствие окон. Физически, сами проёмы имеются, но вот рам и стёкол нет, от слова совсем. Хотя имеют место быть ставни, деревянные, вполне добротно сделанные, но их закрывают разве что в дождь.

Наши койки тоже сколочены из досок, но они все строганные и покрыты маслом. Матрасы отсутствуют, конечно, как и одеяла, но и на полу не спишь. Ощущение такое, что здесь всегда лето, на улице светло, но по ощущению, сейчас уже вечер.

Насекомые дают о себе знать всю ночь, но тело местное и словно не чувствует дискомфорта от таких условий. Тоже, кстати, плюс.

Ребята занимались кто чем: две пары всё ещё отрабатывали удары, неподалёку, в углу площадки. За собой они потом обязательно уберут, я такое вчера видел. Все площадки здесь выглядят идеально, как собственно и дом, и сам город.

Рабы каждый день делают уборку, как внутри, так и снаружи дома. Скам строго за этим следит, точно так же, как и любой другой управляющий, в соседних домах.

— Эй, Влад, — окликнул меня один из парней на площадке, — Скам велел его найти, как только ты появишься.

— А где он сейчас? — поинтересовался я.

— Известно где, — ответил тот и опёрся о деревянный меч, — перед хозяином, на отчёте. Да ты к дому подойди, он скоро выйти должен.

— А времени сейчас сколько? — поинтересовался я.

— Почти вторая четверть заканчивается, — ответил он.

Я молча кивнул в знак благодарности и направился к дому хозяина.

Тот конечно выглядел намного добротнее, здесь уже присутствовали привычные для взора окна с остеклением и двери в проёмах тоже были на своих местах.

Я остановился у входа в сад хозяина, чтобы дождаться Скама. Вход на эту территорию мне строго запрещён, пока этого не пожелает хозяин. Свободно перемещаться здесь имеет право только управляющий и это Скам.

Он появился почти сразу, едва я подошёл. А интересно, если бы я просидел на скамейке чуть дольше, ребята стали бы меня предупреждать? Скорее всего да, сомневаюсь, что им нужны проблемы.

— Пошли за мной, — Скам прошёл мимо меня и поманил за собой взмахом руки.

Мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Шли не долго, до женских казарм.

Видимо эти здания были типовыми постройками, потому как от наших, почти не отличались. Ну разве что тем, что здесь была выстроена огромная летняя кухня. Именно с неё блюда разносились всюду, и нам и хозяину, и для рабов в поле, тоже отсюда возили.

— Садись за стол, — указал он мне на скамью, — Гретта, — крикнул он в сторону женских казарм, — Накорми парня и подай мне кофе.

С этими словами он сел напротив и внимательно посмотрел на меня.

— Рассказывай, — неопределённо спросил он, или даже приказал, но как-то устало, что ли.

— Что именно ты хочешь от меня услышать? — переспросил я.

— Он быстро его убил? — Скам задал тот вопрос, о котором я просто не думал.

Ну погиб на арене человек, это же норма, там сегодня девять из двадцати умерло. Я даже не знал этого Грома, ну здоровый, ну сильный, а кто он и что из себя представлял?

— Нет, — ответил я, спокойно, будто мы сейчас о сломанной ветке говорили, — он изрезал его всего. Гром упал на арене от потери крови, даже в тот момент, когда Ярг перерезал ему горло, она почти не текла.

— Сколько тебе дал хозяин? — внезапно сменил тему тот.

— Тридцать дней, — ответил я и кивком поблагодарил Гретту, которая принесла ужин.

— Ты что-то сказал ему? — вдруг удивился тот.

— Да, я отвечал на его вопросы, — пожал я плечами и принялся за еду.

Скам всё это время молча пил кофе. А голодный, растущий организм, был ему за это благодарен и просто накинулся на содержимое тарелок. И достались мне не объедки, а нормальный, хоть и остывший ужин.

— Это очень странно, — продолжил разговор Скам, после того, как я отодвинул тарелки, — Обычно на бои он отдаёт нас позже. Сколько он за тебя заплатил?

— Один золотой и бесплатный вход на арену, — честно ответил я.

— С тобой явно что-то не так, — кивнул сам себе Скам и встал из-за стола. — С завтрашнего дня начнёшь тренировки. На сегодня с тобой всё.

— Хорошо, — ответил я и снова направился к своим.

Грот стоял в проходе, подпирал косяк и посматривал на небо. Вокруг начинали спускаться сумерки, но пока всё ещё было относительно светло. Интересно, где мы? Хотя бы понять территориально, относительно экватора и материка.

— Ну как? — вместо «здрасьте», сразу спросил Грот, как только я появился на его глаза.

— Ты об арене? — уточнил я, хотя, в общем-то, понял, в чём вопрос.

В таком маленьком мире, как коллектив, есть свои наболевшие вопросы. Мы раньше тоже интересовались судьбами парней, которые уходили с острова. И нам всегда честно отвечали, справился ли он с первым заданием, жив, или он изначально уходил в один конец?

— Он был слишком слабым соперником, против Ярга, — ответил я.

— Мы все это знали, — согласился со мной Грот. — Сколько тебе дал хозяин?

— Похоже, вас всех волнуют одни и те же вопросы, — усмехнулся я, — тридцать дней.

— Значит, до лета доживёшь, — задумчиво произнёс тот, а я попытался скрыть своё удивление.

— Считаешь, что дольше не протяну? — задал я наводящий вопрос.

— Это всё от удачи зависит, — махнул тот. — Жеребьёвка та же, да и арена не так проста, как может показаться. Вот недавно, в первой четверти года, случай был: выставили серьёзного бойца, против новичка. Ставки, один против тысячи на победу ветерана делали, и знаешь, что произошло?

— Откуда же мне это знать? — пожал я плечами.

— На осколок меча она наступил, да так сильно ногу распорол, что молодому только добить и осталось, — с важным видом заявил тот. — Так что в нашем деле ни в чём нельзя быть уверенным. Все под Богами ходим.

— Это да, — с улыбкой кивнул я.

Вот и первые легенды местные пошли. Таких везде хватает, в нашем детском доме каких только не было: и плохих, и хороших, в общем ̶ на все случаи жизни.

— Скажи, как долго можно тренироваться? — поинтересовался я.

— Хоть до посинения, но в середине второй четверти подъём, — ответил тот.

— Сейчас конец второй — начало третьей? — поинтересовался я.

— Третья скоро закончится, — кивнул тот.

Я тоже кивнул в ответ и повернулся в сторону тренировочной площадки. По идее у меня ещё есть время на занятия и, пожалуй, не стоит тратить его на пустые разговоры.

Глава 3

Будни.

Всю следующую неделю я занимался, как заведённый, тело болело так, словно я никогда не нагружал себя физическим трудом. С утра начинались тренировки с общим составом, а вечером я переходил на индивидуальные занятия. Поначалу, ребята посмеивались и говорили, что такими темпами, я скорее здесь умру, не добравшись до арены.

Но вот к концу второй недели, ко мне присоединился Грот. Он увидел, как я отработал спарринг, с другим новичком, который занимался только на общих тренировках.

Учитель поставил его против меня сразу после обеда.

— Влад, Крит, на песок, — указал он шестом на середину площадки, — Покажите, чему вы научились.

Крит вышел с кривой улыбкой превосходства. Как же, он скачет здесь уже третий месяц, хозяин дал ему девяносто дней, а я простой сопляк, который только полторы недели как начал занятия. К тому же он был ещё и старше, не на много, но в таком возрасте, даже три года имеют сильное преимущество.

В руках у нас были деревянные мечи ‒ самое распространённое оружие, как здесь, так и на арене. Противник стоял и небрежно крутил свой при помощи кисти, всем своим видом показывая своё превосходство. Я вышел спокойно и встал напротив, сразу приняв боевую стойку. Все они разработаны не просто так, из стойки намного быстрее можно начать атаку и отбивать выпады врага.

Крит бросился внезапно, вот только что он двигался по кругу, загребая песок кончиком меча, как вдруг атаковал с фланга. Но этот манёвр, только ему одному казался удачным, я же легко увёл его с траектории атаки поворотом корпуса и подшагом чуть вправо. Боец провалился и заработал очень болезненный удар по ногам сзади.

Теперь он начал воспринимать меня более серьёзно, подобрался, решил перестать выпендриваться и встал в стойку. Однако начал злиться, это было заметно по его глазам и плевку в сторону.

Следующий выпад сделал я. Слегка качнул корпус в правую сторону, сам при этом нанёс укол в рёбра с неудобной, левой стороны. Удар прошёл, но не сильный, хотя должно быть достаточно больной, потому как Крит сморщился. Вот только следующий мой удар нарвался на защиту, а соперник сделал шаг навстречу и сильно толкнул всем корпусом.

Я упал на спину, тут же ушёл в кувырок и быстро оказался на ногах, а Крит, увидев моё падение, сделал ошибку и опустил руки, за что тут же был наказан коротким ударом деревянным мечом в челюсть. Это очень сильно его разозлило, и он бросился на меня, забыв обо всём, чему его учили. Я только этого и ждал.

Пропустив противника мимо себя, я с разворота заехал мечом по его затылку, тот сделал ещё пару шагов по инерции и упал лицом в песок.

— Бой окончен, — тут же остановил схватку учитель, — Молодец Влад, иди на место. Вот так наказывают за пренебрежение противником, — обратился он ко всем ученикам, — Не важно, в который раз вы выйдете на арену, но никогда и ни при каких обстоятельствах нельзя терять контроль. Вы всё видели, Крит был мёртв трижды, но так ничего и не понял. Будь это не учебное оружие, сейчас его голова летела бы в клетку львам. Грот, Тиль, приведите товарища в чувства и продолжим занятия.

Все тут же зашевелились, нас вновь выстроили на площадке и пошла отработка связки ударов по воздуху.

Как всегда, после ужина я взял полчаса отдыха и продолжил уже один, как это делал не раз. Вот только спустя несколько минут занятий, ко мне подошёл Грот.

— Не против? — кивнул он подбородком на меня.

— Места хватит, подходи, — ответил я, не прекращая растяжку.

Тот посмотрел на меня и принялся повторять всё, что я делаю.

Так пролетела ещё неделя, меня никто больше не высмеивал и не трогал, хотя и желающих точно так же заниматься, не прибавилось. Только Грот упорно продолжал приходить каждый вечер.

Ну а чего добру пропадать, мы вместе начали в паре отрабатывать различные приёмы рукопашного боя. Гроту очень это нравилось, особенно то, как я ловко отбирал у него меч голыми руками. К концу первого, парного занятия он уже сам умел это делать не хуже, чем я. Я продолжал наращивать нагрузку, особое внимание уделяя именно растяжке. Чем эластичнее станет это тело, тем проще будет впоследствии. Во время отработки блоков с последующей контратакой, мы часто беседовали с Гротом. Я всё больше узнавал о мире, а он, с не меньшей охотой рассказывал.

Так, первый вопрос, который возник в моей голове и жил там до недавнего времени, получил ответ. А ситуация была следующая.

Я закончил свою тренировку, убрал за собой, разровнял песок, ополоснулся водой из деревянной бочки и отправился спать. В тот момент, когда я вошёл в казарму, оба учителя играли в нарды, в дальнем углу за столиком. Сбоку на стене тускло горел свет, выхватывая из темноты силуэты топчанов и самих игроков.

— Закончил? — просил один из них.

— Угу, — односложно ответил я.

— Ложись, мы только тебя ждём, — произнёс тот и, дождавшись, когда я завалюсь на кровать, с тихим скрипом выкрутил лампочку.

В моей голове по началу это даже не отложилось, только засыпая, я понял то, что сделал Молот.

Вот во время парных занятий, я и выведал об этом чуде у Грота. Оказывается, такое было всегда, сколько он себя помнит. Провода и свет имелись вот в таких, богатых домах, как наш. Но то, как всё это работает, ему было неизвестно, а на мой вопрос он пожал плечами и спросил: «Да какая разница?»

Так потихоньку я выведал то, как называется город, в котором мы живём и носил он название: «Эллон», а империя называлась Эллодия.

О Ярге тоже кое-что удалось выяснить. Он не простой гладиатор, точнее не такой, как мы. В его обучение вкладывает деньги очень влиятельная организация. Они не первый раз занимаются подобными вещами, и каждый такой боец, впоследствии, приносит им очень круглую сумму. Плюс ко всему, если ему удастся дожить до конца лета, по-нашему — это конец года, то, есть вероятность, что он получит неплохую работу в этом клане. Скорее всего, ему придётся убивать людей в интересах организации, или для тех, кто платит за это деньги. После данной информации, я уже совсем иначе стал воспринимать этого бойца.

Да, из всех тех десяти схваток, его была самая лучшая, не только по зрелищности, но и по мастерству. Зато хотя бы понятно, откуда оно взялось и чего стоит ожидать от такого гладиатора.

До истечения срока, который отвёл мне Дарий, оставалось три дня, когда меня вызвал к себе Скам.

— Через три дня выйдет время твоего иммунитета, — без прелюдий начал он разговор.

— Я об этом помню, — ответил я и посмотрел на Скама.

— Хозяин ставит против тебя Грота, — всё же ему удалось меня ошарашить. — Ты можешь проиграть этот бой и остаться жив.

— Какой по счёту выход у Грота? — кажется, понимая уже в чём тут дело, спросил я.

— Пятый, — ответил тот, не сводя с меня своего взгляда.

— Скам, говори, что собирался, я не совсем тебя понимаю, — глядя ему в глаза я попытался вытянуть из него прямой ответ, или просьбу.

— Решай сам, — покачал головой тот, — здесь я тебе не советник. Грот может умереть в любом следующем бою, а ты будешь иметь одно поражение.

— Есть разница в том, сколько раз я проиграю, или в любом случае третий выход на арену, крайний для иммунитета? — я попытался как можно точнее сформулировать свой вопрос.

— Четвёртый выход, может стать последним для гладиатора, — ответил Скам.

— Хорошо, я могу продолжить занятия? — я понял, что Скам хотел сказать только это.

— Да, продолжай, — махнул он рукой и, развернувшись, направился к женской казарме, скоро должен быть обед.

Я вернулся в строй и продолжил отрабатывать выпад копьём.

Вскоре объявили перерыв, и мы все дружно отправились в тень деревьев, за стол. Если судить по временам года, то у нас сейчас апрель, но погода здесь почти не меняется, днём жара, градусов под сорок, вечером температура немного падает, до двадцати пяти, плюс — минус. И так тоже было всегда, сколько люди себя помнили.

— Чего он сказал? — спросил Грот усевшись на лавку рядом со мной.

— Через три дня мы с тобой встретимся на арене, Грот, — честно ответил я.

— Это не очень хорошо, — тяжело вздохнул тот, — Если Император укажет пальцем вниз, не думай, бей.

— Как-нибудь разберусь, — усмехнулся я, — Что на обед, не знаешь?

— Соня вроде про рыбу говорила, — ответил тот.

Грот дважды в неделю бегал в женские казармы, встречался там с одной из рабынь. Уж не знаю, на сколько у них всё было серьёзно, но каждый раз он возвращался очень довольным. Вчера у них как раз было свидание, а Грот всегда выведывал у неё меню на ближайшие дни.

Вечером, когда он в очередной раз пришёл ко мне на площадку, я не стал его прогонять, но занимался всё же особняком. Теперь мы соперники и как бы друг к другу не относились, ни к чему показывать ему то, что может мне помочь. Видимо он и сам всё это прекрасно понимал и приблизительно через полчаса ушёл на другой конец площадки.

Нет, общаться после этого мы не перестали, и отношения не перешли в разряд «натянутые», словно и не произошло ничего. Вот только тренировок совместных больше не было.

Три дня пролетели быстро, за постоянной работой не замечаешь, как уходит время. Хотя не сказать, что тратилось оно впустую.

Скам появился вечером, после того, как общая тренировка была закончена, и мы даже успели поужинать. К своей индивидуальной я ещё не приступил, а праздно валялся в тени деревьев на травке.

Управляющий остановился у моей головы и посмотрел сверху вниз.

— Прошли со мной, — сказал он и развернулся.

Я подскочил и отправился за Скамом, на этот раз он повёл меня в сторону склада. Там находилось наше оружие и доспехи, и доступ к этому месту имел только управляющий. Всё же хозяин боялся давать в наши руки опасные игрушки. Кто знает, что может забрести в рабские головы?

Любое восстание, конечно же, подавят в считанные минуты, но Дарию от этого будет не легче, если его найдут с перерезанным горлом. И в этом вопросе я с ним полностью согласен.

— Выбирай оружие и доспехи, — сделал приглашающий жест Скам, отомкнув замок на железной, кованой двери, — Смотри только то, что в ближе ко входу, новое тебе никто не даст.

Я кивком показал, что понял и вошёл внутрь. Полумрак, силуэты оружия и больше ничего не видно. Сделав шаг вперёд, я головой стукнул что-то лёгкое, на поверку оказалось — лампочка. Заученным движением повернул её по резьбе и дело пошло веселей, после того, как свет выхватил из темноты внутреннее убранство помещения.

Мечи, копья короткие и длинные, несколько булав и даже кистень. Шлемы стояли в ряд на полке, а под ними покоились кожаные доспехи с приклёпанными поверх металлическими пластинами.

От прямого попадания они не спасут, но если пропустить меч вскользь, то послужат очень даже хорошо. Пренебрегать таким не стоит. Грот — достойный противник, к тому же у него есть опыт арены, да и от меня он на тренировках не сильно отставал.

Я примерил несколько доспехов, подобрав те, что более или менее сидели плотно на моём тощем, подростковом теле. Затем примерился к мечам, попробовал копьё, даже булаву пару раз в руке крутанул. Нет, последняя слишком для меня тяжела.

В итоге выбрал себе средней длины копьё, с широким, обоюдоострым наконечником в форме лепестка. Мечом Грот владеет лучше меня, но, когда в моих руках шест, я достаю его чаще.

— Куда ты всё это понёс? — усмехнулся Скам заступив мне дорогу на выход, — Оставь это. Доспехи тебе подадут утром, а оружие получишь, когда прибудешь на арену.

Я послушно сложил в стороне свои вещи и показал, что именно я себе выбрал. Скам записал всё перечисленное, переложил всё на табуретку и вытолкал меня из оружейной.

— Завтра спи дольше, — начал он раздавать мне советы. — Тебя не будут будить и останешься без завтрака. Если выйдешь с арены победителем, тебя накормят, хотя в твоём случае, всё равно еду получишь. Но обед проигравшего сильно отличается. Всё, иди, я пошлю за тобой, когда придёт время.

Очередным кивком я показал, что понял и направился в сторону казарм. Тренировки сегодня не будет, перед боем действительно лучше отдохнуть.

Проходя мимо площадок, я увидел Грота, который продолжал упорно потеть, но одёргивать его и что-то советовать я не стал. Видимо он сам понял, что сегодня лучше отдохнуть и вскоре появился в казармах. Он подошёл к моему лежаку и сел на тот, что стоял рядом.

— Как бы не вышло завтра на арене, я рад, что судьба свела меня с тобой, — произнёс он, — Одно никак не пойму, откуда такой заморыш как ты, столько всего знает о схватках?

— В книгах прочитал, — не подумав ляпнул я.

— Ты умеешь читать эти закорючки? — округлил глаза тот, будто я сейчас ему мир обрушил, — Но как? Почему ты стал рабом?

— Так распорядилась судьба, — неопределённо ответил я, и так уже слишком много вырвалось из моего рта, как бы теперь на мою голову вопросы не посыпались.

— Понимаю, — вздохнул тот, видимо что-то домыслив самостоятельно, — Я слышал о таких историях, но никогда не верил. Быть из знатных, которые за долги попадают в рабство тяжело. Наверное, в тысячу раз тяжелее, чем быть им рождённым.

Он спрашивал что-то ещё, но получив пару односложных ответов, отстал. А я закинул руки под голову, прикрыл глаза и почти сразу провалился в сон.

Утром я проснулся вместе со всеми, вообще, не очень получается спать, когда слышишь привычную команду «подъём», которая сопровождается топотом десятков ног. От тренировки и завтрака я освобождён, но от зарядки и разминки я себя отгораживать не стану.

После завтрака, ребята почти сразу начали пробежку, затем пошла разминка и вскоре под дружные выдохи, понеслась будничная, ежедневная муштра. Я спрятался в тени и наблюдал за всем, что происходит вокруг.

Девчата пошли за водой на колодец, сейчас с их стороны тоже начнётся перезвон, только не оружия, а посуды. Вскоре с их половины начнёт нести дымком, а вскоре пойдут запахи готовящегося обеда. После него появятся прачки и станут развешивать бельё, всячески стараясь, чтобы оно не пропахло дымом.

Садовники тоже все на местах. Среди них хватает калек, которые не погибли на арене, но и не смогут больше участвовать в битвах. А кому нужен раб без руки, или с культёй вместо стопы. Скам прав, нам очень сильно повезло с хозяином.

В соседнем доме невольники живут гораздо хуже нас, об этом постоянно идут разговоры. Но и у них ещё цветочки, хуже всего живут те, что куплены для работы в полях, вот там говорят, самые адские условия. А мы, словно на курорте каком, если не считать то, что умираем на арене как мухи.

— Эй, Влад, — крикнул меня один из учителей, — Собирайся, скоро выезд.

Я поднялся и направился к девушке, которая принесла мой доспех. Почти сразу же к нам подошёл Грот, забрал свои вещи и ушёл в казармы переодеваться.

Повязку, что обосновалась на бёдрах, придётся снять, в доспехах предусмотрена юбка, а лишняя ткань будет только стеснять движения. Я решил последовать примеру Грота, чтобы не смущать девчат, хотя, думаю, что они уже всё давно видели и знают. Девочки взрослеют раньше, а уж рабыни, тем более. Хозяева редко разбираются сколько лет их вещи, захотят взять, возьмут и нет никакого закона, чтобы запрещал подобное.

Грот помог мне затянуть ремни на доспехе, я ответил ему взаимностью и точно так же помог отрегулировать его броню.

Ехали молча всю дорогу. Никто не проронил ни слова, даже Дарий пребывал в некой задумчивости, а лезть с вопросами к хозяину первым, себе дороже.

Эти знания я получил не здесь, даже в моём мире дёргать генерала, пока тот не заговорит первым, чревато последствиями. Да и много таких знаний и умений мне дано было узнать, но вот вопрос: «Почему я снова попал в то же самое положение?»

Что должно было произойти во всей вселенной, что я снова убийца? Про свободу я на самом деле молчу, ведь мы в большинстве своём все рабы. Даже Дарий и тот лишь мнит свою свободу, он зависит от нас не меньше, да и сам, скорее всего, под чьим-то влиянием.

Арена уже ревёт, а мы топчемся возле наших дверей, чтобы выйти на песок. Грот пропал с моих глаз, едва мы ступили на её территорию, я даже не знаю, какое оружие он выбрал. Ну ничего, наш бой первый, разогрев публики, не более. Сейчас мы все разом выйдем на песок, чтобы зрители оценили качество воинов.

Звук горна настолько низкий, что чувствуется больше телом, нежели ушами, будто пол и стены вибрируют. Ворота без малейшего скрипа откидываются в разные стороны, и мы выбегаем на яркий свет из полумрака подземелья. Наши этажи цокольные и свет в них проникает через окна у самой земли, от этого он не яркий и проникает не всюду.

Сердце ухнуло вниз, чтобы сразу подпрыгнуть к горлу и застучать молоточками в висках.

А вот этого я не ожидал. Моя психика абсолютно спокойна, никакой паники, я чётко осознаю, что должен делать. Но вот тело, оно впервые почувствовало запах смерти так близко. Адреналин слишком высок, нужно срочно понизить его уровень в крови.

Свет бьёт в глаза, заставляя исчезать многотысячную публику, но крик голосов не мог заглушить даже горн и то, что пытался прокричать ведущий.

Мои руки уже начало трясти, голова слишком сильно закружилась, и я почувствовал тошноту. Нет, только не это. Не знаю какими силами, но удалось сдержать рвоту, если вывернет, сразу наступит отходняк. Уж лучше переизбыток адреналина, чем его полное отсутствие.

Кажется, объявили начало боя, зритель замер в ожидании, все остальные гладиаторы уходят с арены. Остались только я и Грот.

Он знает, на что я способен и очень осторожен. Оружие выбрал такое же, как у меня: средней длины копьё с длинным, обоюдоострым наконечником.

Оно уже летит в моё лицо, древко скользит в кулаке Грота. Тело проваливается на правую ногу, я наклоняюсь чуть вперёд, копьё соперника пролетает в паре сантиметров от лица, а своё я бросаю снизу, продолжая его придерживать за древко. Так я смогу вернуть его назад, но удар наносится с достаточно длинной дистанции.

Я промазал, Грот ушёл кувырком за правую, бьющую руку и разорвал дистанцию.

Арена взорвалась криком, мой первый адреналиновый выброс прошёл и сейчас я был полностью сосредоточен на бое.

Метать копьё сейчас глупо, он просто отобьёт его древком. Начинаю качать маятник, чтобы сделать рывок и развить свою атаку. Рывок вперёд и тут же обратно. Нет, слишком быстро, он даже не стал реагировать, хотя руки слегка дрогнули навстречу.

Повторяю этот манёвр ещё несколько раз и решаюсь. Копьё Грота тут же устремилось в мою сторону, но я резко переношу вес на другую ногу, ухожу в сторону и делаю выпад слева.

Оголовье моего оружия, своими острыми лепестками, вскрывает бедро опорной ноги Грота. Он падает на колено, я возвращаю своё оружие и с подшагом вбиваю его под ключицу Гроту. Хорошо вошло, сердце, скорее всего насквозь пробило.

Древко тут же потяжелело, и я выпустил его из рук. Труп поверженного гладиатора упал лицом в песок, ноги несколько раз вздрогнули, и он затих навсегда.

Арена взорвалась так, будто гром ударил. Вся акустика амфитеатра была спроектирована так, что звуки шли в центр. На секунду показалось, что я оглох.

Выдернув своё копьё из тела бывшего спарринг партнёра и, наверное, даже друга, я спокойным шагом покинул арену. Зритель был в недоумении и среди публики послышались нотки недовольства.

На воротах меня ждал Дарий, на тех самых, через которые я вышел на песок. Как он успел так быстро? Неужели он за ранее просчитал мою победу?

Я остановился перед ним, не зная, как нужно и можно поступать в таких случаях. — Ты — идиот и ничего не понял! — строго сказал он, — Но победителя не судят. Пошли за мной, тебя ждёт награда. Он развернулся и повёл меня дальше по лабиринту внутренних помещений. Я следовал за ним, продолжая сжимать копьё в руках. Один короткий удар и нет больше хозяина, но за такое меня скорее всего медленно прожарят на углях. Лучше быть беглым рабом, чем убийцей господина.

— Простите, хозяин, я не понял, чем вы остались недовольны, — решился спросить я, пока у меня есть привилегии.

— Мне всё равно, — остановился он и посмотрел на меня. — Своими победами ты принесёшь мне хорошую прибыль, но зритель тебя никогда не запомнит. Не смей пренебрегать публикой, они этого не прощают.

Он протянул руку вперёд и открыл дверь. За ней ждала рабыня, примерно моих лет, а рядом с кроватью на столе, вино и еда.

— Ты это заработал, — сказал Дарий и ушёл, оставив меня наедине с наградой.

Глава 4

Я всё понял.

За мной пришли лишь под утро. Всю ночь я провёл наедине с рабыней, которой буквально на днях исполнилось лишь пятнадцать лет. Мозг протестовал, но тело было неудержимо, к тому же она оказалась достаточно опытной и искушённой жрицей любви.

Для подобного существовали собственные школы и прибыли они приносили едва ли меньше, чем гладиаторы. Туда отбирали с раннего детства и обучали всем премудростям в сфере удовольствий. Еды и вина не хватило, но Квида быстро организовала добавку, исчезнув из комнаты на несколько минут.

В день своей первой победы я стал мужчиной. Оказывается, для мальца лет четырнадцати, это совсем не проблема, всё уже вполне работает так, как нужно. Только мораль общества ограничивает и сдерживает гормоны.

Но в моём мире иначе никак, слишком много ответственности может получить пацан, когда вдруг его малолетняя подружка забеременеет. Здесь же, это будет ещё один раб, которого можно продать, или обменять на что-то. Но говорят, что таких вот девочек, стерилизуют, дабы не мешали чётко налаженному, прибыльному делу, вот такими нежелательными сюрпризами. Опять же фигура может испортиться, а рисковать инвестициями господа не любят.

Мы разговаривали с Квидой, в перерывах кувыркались, пили вино и снова общались. Я почему-то хотел, чтобы ей было хорошо, а может быть, это говорило сознание взрослого, повидавшего много всего на своём пути, человека. И ей нравилось то, как мы проводили время, такое всегда заметно. Глаза светятся от счастья, множество историй о подружках и жизни.

Так я узнал, что её знакомая, точнее её можно назвать сокурсница, постоянная девушка Ярга. Он своими победами и связями добился того, что к ней больше никого не допускают. Однако девушку это вовсе не радует, потому как садизм присущ этому воину и он не забывает проявлять его. Видимо страдание людей, доставляет ему удовольствие.

Моя школа была другой и правила прививали совсем не те, что требует арена. То, чему учился я в прошлой жизни, помогало убивать быстро и незаметно. Иногда нужно было выстраивать целую схему, чтобы всё походило на несчастный случай или самоубийство.

Здесь же требуется открытость и игра на публику. Значит, нужно перевоспитывать себя, искать более изощрённые способы лишения жизни, что-то такое, чего ещё не видела арена. Тогда я завоюю их любовь и смогу рассчитывать на нечто большее, чем ночь с рабыней.

Для этого, как минимум нужно тренироваться и просчитывать итог схватки ещё до её начала. Пока я не готов играть со смертью в подобные вещи, но если Дарий даст мне время и всё, что необходимо, вот тогда я смогу станцевать с костлявой.

Повозка оказалась пуста, а возле дома меня встретил Скам. Своего хозяина я так и не увидел, хотя очень хотел задать ему несколько вопросов. Ну что же, значит пойдём в обход.

— Скажи мне, Скам, ты мог бы достать мне не совсем обычное оружие? — спросил я управляющего.

— Объясни, что ты хочешь? — спросил он. — Опиши мне его.

— Мне нужна коса, — тут же ответил я, — желательно, чтобы сталь была хорошая и могла отразить меч. Древко тоже нужно не совсем обычное, немного выгнутое дугой и с крепким упором. На другом конце пусть будет навершие, как у копья.

— Нарисуй мне это оружие, — протянул тот свой планшет, на котором оказались закреплены несколько листов бумаги, желтоватого цвета и карандаш.

Я попробовал изобразить то, что мне необходимо и попросил, чтобы было несколько примерок древка, прежде чем оно будет готово.

Скам внимательно посмотрел на то, что я прошу, а затем поднял на меня свой взгляд.

— Зачем тебе это? Меч в тысячу раз удобнее, — поинтересовался он.

— В моём народе, есть такое поверье, что смерть ходит с косой, когда собирает свою жатву, — попытался я объяснить свою позицию. — Ты всё поймёшь, увидев мой бой на арене.

— Я никогда не был на арене, — покачал головой Скам, — и вряд ли когда-нибудь буду. У каждого свои обязанности.

— Ты поможешь мне? — указал я на свой рисунок.

— Посмотрим, что на это скажет хозяин, — неопределённо ответил тот. — Я постараюсь объяснить ему то, что ты задумал. Ах да, он велел передать тебе, что до следующего выхода у тебя ровно тридцать дней.

Последняя новость была неплохой, ещё один месяц упорных тренировок перед следующим боем. Надеюсь, на этот раз в противниках окажется незнакомый человек. Всё же убивать Грота было тяжело. Может он и не стал моим другом, но всё же сблизились мы достаточно для того, чтобы я считал его смерть, потерей.

Когда я проходил мимо тренировочных площадок, мои имя трижды прокричали бойцы и отсалютовали своим учебным оружием. Как ни странно, мне никто не обвинил в том, что я мог бы проиграть и Грот прожил бы ещё один месяц, а может быть и больше. Все знали, для чего мы здесь и смерть на арене никого не страшила, скорее это считалось чем-то почётным.

Я сбросил доспехи обратно в кладовую и вернулся к остальным. Бой был позади, а меня снова ожидали тридцать дней упорного труда.

До тех пор, пока моё тело не станет слушаться и делать так, как я хочу, интенсивность останется прежней.

Разминка была уже позади, и учитель позволил мне разогреться минут пятнадцать, чуть в стороне. И вскоре я уже отрабатывал блокирующий приём меча, в паре с Тризом.

Он достаточно опытный боец, на его счету уже семь выходов на арену, а это чего-то да значит. Двигается он намного лучше Грота и мне это на руку.

Среди шахматистов ходит такая фраза: «Если хочешь стать сильнее, нужно играть с более сильным противником». Так вот эти слова, в общем, относятся ко всему. Пока ты играешь с тем, кто слабее, опыта не будет. Опыт, это именно то, что приходит с болью, по-другому его не получить.

Пришло время обеда, а затем и ужина. Вскоре я снова остался на площадке в одиночестве, но я совершенно не был против. Не хватало, конечно, напарника для отработки приёмов рукопашных схваток, но в данный момент они не сильно меня интересовали.

Я взял в руки шест и попытался сделать из него нечто, напоминающее косу. Получалось никак, ни инструмента под рукой, ничего такого, что позволило бы сделать хоть жалкое подобие хоккейной клюшки.

Кое-как примотав на конец шеста другую палку, на поиски которой пришлось потратить немало времени, я попробовал взмахнуть тем, что вышло из моей затеи. Вроде бы держится.

Вначале отработка самых примитивных приёмов, которые пришлось выдумывать на ходу. Укол косой совершить можно только боковым ударом, или другим концом древка. Но вот подсечь ногу, отбить или увести в сторону оружие противника, вполне возможно.

Нужно будет попросить Скама, чтобы для меня изготовили муляж из дерева, не стоит привыкать к неудобному хвату и неправильному древку. Я разобрал свою конструкцию и принялся работать с тем, что мне известно и доступно.

Дни сменяли друг друга, а я всё так же нещадно гонял себя на тренировках. Наконец начало получаться хоть что-то, удары более быстрые, выпады не такие размашистые, мышцы стали превращаться в жилы и при этом приобрели эластичность.

Скам явился вечером, спустя две недели. Я как раз отдыхал после ужина, когда тот показался с краю тренировочных площадок и окликнул меня.

— Пошли за мной, — сказал он и развернулся.

Мы вышли в город. Впервые за всё время моего пребывания в этом мире, я смог увидеть его. Нет, я, конечно, видел некоторые улицы, когда мы ехали на арену, опять же в свой первый день, когда был продан на рынке. Но сейчас всё было иначе.

Мы шли пешком, и я успевал рассмотреть окружающую архитектуру, людей и события. Скам вёл меня куда-то к центру. Несколько раз свернув в переулки, мы вышли на широкую улицу и взяли прямое направление.

Ближе к центру, Скам снова свернул в переулки, но почти сразу мы вышли к кузнечной мастерской. Дело в том, что центр города разрезала река и в этом месте она имела в себе несколько достаточно крутых порогов. Вода, падая вниз, вращала деревянные колёса, вращающий момент которых требовался для работы кузницы. На этих порогах и расположились несколько мастерских, которые использовали для себя данное устройство.

Очень странно, ведь в этом мире есть электричество, почему они не развивают его, почему пользуются такими примитивными механизмами, имея доступ к энергии? На этот вопрос мне никак не удавалось найти ответ.

Возможно, они ещё не дошли до того, чтобы попытаться управлять ею, или же она досталась этому миру в наследство?

Мастер встретил меня и Скама с очень хмурым выражением лица. Ещё бы, ведь на наших шеях имелись хомуты, говорившие громче, чем слова, или документы.

— Нам нужно, чтобы ты сделал вот это, — показал мой эскиз кузнецу Скам.

— Это обычная коса, у меня таких нет, — прогудел низким, хриплым голосом тот. — Я оружейник, а подобного барахла, полно в соседней лавке.

Крепкий мужик, невысокого роста, но широкими плечами и сильными руками. От него густо пахло дымом, на руках присутствовали следы ожогов, работяга, но на нас смотрит свысока.

— Ты не понял, нам нужно оружие, чтобы выдерживало удар меча, — принялся объяснять Скам. — Наш хозяин — Дарий, неужели ты об этом забыл, Роф?

— Я делаю лучшие в этом городе мечи, — между тем продолжил Роф, набивать себе цену, — а это — коса! Это надругательство над моим мастерством. Что подумают люди, когда увидят мою работу?

— А что они подумают, если это принесёт победу воину на арене? — не сдавался управляющий.

— Хорошо, но только потому, что это для Дария, — наконец согласился он, — и меньше, чем за четверть серебром, я не возьмусь за работу.

— Мне дали на это две трети, — улыбнулся Скам, — считай это премиальными, но ты получишь их, только когда завершишь работу. Он будет приходить к тебе и помогать, — Скам подтолкнул меня немного вперёд, — В конце концов, это его идея.

— На что мне этот задохлик? — усмехнулся кузнец. — Справлюсь своими силами.

— Этот задохлик, уложил неделю назад Грота, и сделал это меньше, чем за минуту, — снова ответил за меня Скам.

— Ладно, — почесал свой подбородок Роф, — пусть занимается макетом, с него я сделаю ему оригинал. Будешь приходить ко мне в третьей четверти, вечером. На сегодня мой день окончен, я уже погасил горн.

Скам отсчитал половину суммы, на которую был договор и ссыпал монеты в широкую ладонь мастера. После этого мы распрощались и пошли обратно, домой.

— Ты запомнил дорогу? — спросил меня управляющий.

— Да, — коротко ответил я.

— Это хорошо, завтра пойдёшь сюда один, — распорядился он. — Хозяин разрешил выпускать тебя, но лучше не думай о побеге. Ты и понятия не имеешь, что такое каторга в железных рудниках, а именно они будут тебя ждать, вместо славы на арене.

— Я не собираюсь бежать, Скам, — спокойно ответил я, — у меня было много возможностей, но я ими не воспользовался.

— Я знаю, — кивнул тот, — именно по этому, ты сейчас сможешь покидать дом, такая привилегия есть далеко не у каждого.

— Спасибо, я это ценю, — сухо поблагодарил я Скама.

— Хозяин что-то в тебе увидел, — продолжил разговор управляющий, — Он ещё ни разу на моей памяти, не вложил в новичка деньги. Не подведи его.

— Я сделаю для этого всё, что от меня зависит, — спокойно ответил я.

Дальше шли молча, а добравшись до дома, Скам исчез по своим делам и я смог вернуться на площадку, нужно наверстать потерянное время.

Теперь в моём графике будет разрыв и с этим тоже что-то нужно делать. Вопрос в том, сколько времени я буду проводить в кузнице и есть ли возможность превратить это в тренировочный процесс. Работа в такой мастерской нелёгкая, так что думаю, что слишком много я не потеряю. Да и вряд ли мастер будет торчать со мной в кузне до утра.

Следующий день прошёл так же, как и все предыдущие перед ним. Хотя мне скучно не было. Как бы крепок ни был организм, он всё равно устаёт и, к вечеру, я уже чувствовал себя, как выжатый лимон.

А всё погода, которая преподнесла неожиданный сюрприз. Уже с самого утра поднялась влажность, да так сильно, что лёгкие с трудом наполнялись воздухом. Туман такой плотности я не видел никогда в жизни. Жизнь остановилась от слова совсем, многие даже с кровати не вставали, потому как видимость была почти нулевая.

Сейчас, наверное, только в доме хозяина никаких проблем. Подумаешь, за окнами будто молоко разлили, зато до туалета можно легко дойти, а завтрак, его и домашние рабы приготовят.

Затем начался ливень. Вода хлынула с небес и смыла весь туман за секунду. Зато вода стала быстро заливать нам в казарму, просачиваясь в дверной проём. Но на это дело у ребят всё было продумано, вода одним потоком пошла по каменному полу там, где в центре он сходился контруклоном. А через некоторое время она уже нашла выход в противоположную дверь. Вскоре этот поток пройдёт по всему городу и отмоет мостовые до зеркального блеска.

Однако, тренировку никто не отменял и пока поток воды летел через нашу казарму, у нас началась разминка. Учителя решили, что в казарме слишком грязно и мы начали вымывать их, черпая вёдрами воду прямо из ручья посередине.

Дышать стало относительно легче, но ненадолго. Ливень шёл одним сильным потоком всю первую четверть, и лишь ближе к концу начал стихать, а затем прекратился, словно кто-то наверху перекрыл кран.

Вторая четверть началась с завтрака. Вот только программа занятий началась та, что должна быть после обеда и это был щадящий режим, если не брать в расчёт то, что площадки, превратились в зыбучие пески, где ноги утопали почти по колено. А когда началась жара, было ощущение, что я тренируюсь в «хамаме».

Судя по виду остальных, им тоже приходилось несладко. К ужину, все как один валялись на траве, а я был даже рад тому, что сегодня идти в кузницу.

Город сиял, будто его действительно отмыли, да ещё и с мылом. Вся вода уже давно ушла в реку, скорее всего, не хило подняв её уровень.

Я шёл тем же самым путём, что и тогда со Скамом. Понятия не имею, когда меня отпустят, но думаю, вряд ли меня хватятся до утра, так что обратно пройду иначе, изучу местность.

— Здравствуйте, господин, — поздоровался я с Рофом.

— Пришёл? — усмехнулся тот. — В углу есть проволока, свяжи из неё макет.

— Я бы хотел сделать его из дерева, — вежливо попросил я.

— Тогда иди в столярную мастерскую и не мешайся мне под ногами, — резко ответил тот, — нужно было вчера говорить, что коса требуется игрушечная.

— Просто я мог бы впоследствии применить макет для тренировок, — попробовал объясниться я. — Простите, господин, я никак не хотел вас оскорбить.

Роф встал передо мной и потёр с задумчивым видом свой подбородок.

— Кто ты, мальчик? — вдруг спросил он, — Я на своём веку видел очень много рабов, но не каждый управляющий умеет говорить, так как ты сейчас.

— Я из бывшего знатного рода, господин, — мне вдруг вспомнились слова Грота и я решил придерживаться этой легенды.

— Да? И что это за род такой? Есть у него название? — усмехнулся Роф.

— Сейчас имя этого рода: «Раб», — немного подумав, ответил я.

— Пошли за мной, — он прошёл мимо меня и отправился в проулок, ведущий от центра.

Шли не долго, буквально через пару домов, имелась столярная мастерская, в которой в основном занимались изготовлением мебели. Но на этом спектр услуг не заканчивался, и параллельно они выпускали черенки, древки для стрел, копий и много чего ещё.

Первым, что бросилось в глаза, это токарные станки. Они были простые и понятные, но в то же время гениальные, в своём исполнении. Всё вращение передавалось ремнями, а первично оно исходило от водяного колеса, что вращали потоки воды на реке. Очень сильно бросалось в глаза несоответствие архитектурных решений и инженерных. Однако функцию свою это выполняло и с поставленными задачами справлялось.

— Эй, Ти́рол! — крикнул Роф, войдя в столярный цех, — Просьба есть к тебе.

— Чего тебе, Роф? — к нам подошёл сухой старик, но ещё оченькрепкий на вид.

Он твёрдо пожал руку кузнеца и осмотрел меня сверху вниз, будто вещь какую осматривал.

— Дай этому рабу всё, что он попросит, — кивнул в мою сторону Роф.

— Ты бы точнее выражался, — усмехнулся тот, — а то вдруг он жену мою захочет?

— Да кому нужна твоя карга? — расхохотался кузнец. — Он гладиатор, Тирол, и принадлежит Дарию. Ему понадобилось собственное оружие и макет для тренировок. Дай ему всё что нужно, примерно на один серебряник.

— Вот это уже другой разговор, — кивнул тот, — а карге старой я передам твои слова, — с улыбкой продолжил Тирол и хитро прищурил один глаз.

— Само собой, — расхохотался Роф, — пусть зайдёт к нам позже, моя жена собрала вам фруктов.

— Раз уж ты здесь, может возьмёшь резцы на ремонт? — кивнул головой за спину столяр.

— Отдашь их рабу, как только он закончит, — принял заказ тот и снова протянул свою лапу, — а мой день на сегодня закончен.

— Пошли со мной, — поманил за собой мастер по дереву и повёл меня к заднему выходу мастерских.

Мы поднялись по лестнице на второй этаж, который был выполнен, как балкон, идущий по всей длине цеха, и зашли в один из закутков. Солнце было ещё высоко и давало достаточно света, но это не на долго.

— Что за меч тебе нужен? — спросил Тирол. — Я хочу понять, из какой древесины его сделать.

— Мне нужна коса, — ответил я. — Если можно, я бы попробовал нарисовать.

— Держи, — кивнул тот и подвинул ко мне бумагу и карандаш.

Я в очередной раз схематично изобразил то, что мне нужно и вернул эскиз столяру. Тот посмотрел, покрутил его, затем поднял на меня свой взгляд.

— Для чего этот изгиб на черенке? — задал он вполне ожидаемый вопрос.

— Чтобы удобнее был замах, — ответил я. — Прямой черенок будет немного мешать, а загиб даёт пространство и не сковывает движение.

— Насколько ты хороший боец? — задал очередной вопрос тот.

— Пока не знаю, господин, — пожал я плечами, — это покажет время.

Тирол кивнул и снова велел следовать за ним.

Мы перешли в другой цех, где Тирол приказал своим рабам подобрать специальный вид древесины, на разные части макета. Так, черенок был подобран более лёгкий, а то, что выполняло роль косы, сделали из более плотной и тяжёлой древесины.

Палку для древка тут же сварили и принялись подгонять изгиб, притом сделали сразу несколько копий. Затем мне помогли вырезать нижнюю часть, а точнее, выполнили работу за меня, я лишь показал примерный изгиб лезвия. Форму я придал с чуть меньшим загибом, да и угол поворота, относительно земли мне нужен был слегка иной. На тыльной части должно было быть что-то вроде шипа, но чтобы он был не слишком длинный.

В общем, под моим чутким руководством, получилось сделать то, на что я бы потратил несколько дней и что ещё вероятнее, с потерей качества.

Таким образом, к концу третей четверти я был уже свободен, но вот черенки мне не отдали. Сказали, будут готовы не раньше, чем через неделю, так как они должны высохнуть. Даже назвали породу, из которой всё это создали, вот только мне оно ничего не дало.

Мне вручили резцы, которые обещал отремонтировать Роф и вытолкали за дверь.

Судя по времени, я мог дать себе на прогулку почти четверть и это совсем немало. Начну я пожалуй от центра и пройду спиралью немного, в следующий раз, продолжу с того места, где остановился. Вот только инструмент кузнецу вначале занесу.

Я вышел из мастерской, осмотрелся, прикинул своё примерное местоположение и смело отправился на прогулку.

Глава 5

Загулял

Так всегда происходит. Мы люди и хоть в этом мире, хоть в том, живём в обществе и соприкасаемся с разными судьбами. Бывает так, что сталкиваемся и разлетаемся в разные стороны, словно бильярдные шары. Порой происходит такое, что встречаем мельком человека на улице, а затем несколько дней всматриваемся в лица, ждём, вдруг опять попадётся.

Моя прошлая, тайная жизнь, точно так же не прошла мимо таких вот сюрпризов. Хоть я и старался всячески прятаться от людей, но в магазины ходить надо, на работу тоже. И всюду в таких вот местах появляется кто-то, что ты принимаешь его в свою жизнь. Знаешь, что нельзя, но всё равно не можешь отказаться.

Я занёс инструменты в кузницу, заодно передал лекала, для металлических частей своего оружия. Принял их у меня раб. Огромный детина с челюстью, как ковш экскаватора. Но на поверку оказался очень дружелюбный малый, с весёлыми глазами и постоянной улыбкой.

— Я тебя не ждал так скоро, — усмехнулся он. — Думал всю ночь провозишься, а ты вон чего, молодец.

— Эти инструменты передали для ремонта, — протянул я один свёрток парню, — а вот это то, что мне нужно из железа.

— А ты правда гладиатор? — с обожанием посмотрел на меня он. — Меня Моня зовут, — он протянул мне свою лапу, зажав оба свёртка подмышкой.

— Влад, — ответил я на рукопожатие.

— А расскажи мне про арену, — продолжил сыпать вопросами Моня. — Я бы хотел там выступить, да хоть бы одним глазком взглянуть, но рабов туда не пускают.

— Там лишь смерть и боль, — ответил я. — Это просто не может быть красивым, Моня. Я с удовольствием поменялся бы с тобой местами.

— Тю, — замахал руками тот и один из свёртков упал на пол, — меня хозяин в жизни туда не отпустит.

— Мне пора, — развернулся я и собрался было уходить.

— Постой, — остановил меня Моня, — я с тобой пройдусь.

— Я не искал компанию, — остановил его я, а затем задумался и махнул рукой, — Хотя знаешь что, покажи мне ваш город.

— О-о-о, — тут же обрадовался тот, — это я мигом.

Он скинул свёртки на верстак и собрался уже закрыть за собой двери.

— Постой, ты уверен, что хозяин поймёт, что внутри и не выбросит это? — указал я пальцем на важную для меня вещь.

— Ой, ё-моё, — хлопнул себя по лбу тот, — вот это я завтра получил бы от него. Я ща.

Он исчез в кузнице, что-то там задел, загремел, зашипел сквозь зубы и спустя некоторое время появился с довольной улыбкой.

— Готово, — показал он большой палец вверх, — Пойдём, я тебя с нашими познакомлю.

Мы шли совсем не по центральным улицам и скорее всего, продвигались к дальней окраине города. Вот только путь Моня выбрал совсем непрямой, чаще это было дворы и переулки, главные проспекты, ведущие в центр, мы пересекли дважды.

Этот город оказался очень большим, несколько раз мы проходили через дома знатных господ, они были даже больше того, в котором проживал я. Но вскоре кварталы начали меняться и становились всё мрачнее, а на улицах уже витал запах мочи из углов. Затем стали попадаться нищие, а так же другие представители ночной власти.

Вора видно сразу, как и мошенника, вот только до рабов им нет совсем никакого дела. Что с нас взять, кроме повязки на бёдрах, да ошейника, который даже в чермет не сдать. Так что в этом плане мы были в полной безопасности, ну и вид Мони давал свой вклад в дело. Мало кто захочет связываться с таким детиной.

Вскоре он привёл меня туда, где, по его словам, небольшая компания друзей собиралась вечерами. Здесь они могли общаться, обмениваться новостями, в общем, вести тот самый образ жизни, в котором им было отказано.

— Странно, — покрутил головой Моня, — Нет никого. Наверное, мы ещё рано.

— Может быть, просто покажешь мне город? — попробовал я ещё раз отделаться от новых знакомст., - Мне бы хотелось ещё успеть выспаться.

— Подожди, вон уже идёт кто-то, — указал он пальцем на фигуру, которая вышла к пустырю у стены. — Ой, это Квида, ох и красивая баба, жалко, что не про меня.

— Как ты её назвал? — встрепенулся я.

— Сейчас познакомлю, — закивал головой тот. — Эй, Квида, давай к нам, пока нет никого больше.

Фигурка и так шла в нашу сторону, в этом оклике не было совершенно никакого смысла.

— А, это ты Моня, — прозвучал знакомый голос, — решил сегодня пораньше придти?

— Да мы вон с другом, — решил похвалиться новым знакомым тот, — он первый раз в городе, хотел вот познакомить его с нашими.

— И кто же наш новый друг? — поинтересовалась девушка, а я вышел на свет, слегка оттолкнувшись от стены.

— Привет, — с улыбкой поздоровался я.

— Так вы что знакомы, получается? — тут же догадался Моня. — Ах да, точно, ты на арене работаешь, а он гладиатор. Постой, ты вчера победил получается?

— Как тебя угораздило в первый же день познакомиться с этим болтуном? — звонко засмеялась Квида.

— Иначе мы могли бы больше не встретиться, — пожал я плечами.

— Разве я на столько тебе не приглянулась? — улыбнулась он и покрутилась передо мной, будто у зеркала.

— Я не уверен, что имею право выбора, — слегка смутился я от такого вопроса с её стороны.

— Да я же шучу, — она попыталась скрыть за своей улыбкой правду.

— А я нет, — не стал прятаться я.

— Так, что-то мне подсказывает, что я здесь лишний, — блеснул умом и сообразительностью мой новый знакомый.

— Брось, Моня, ты очень даже кстати, — не согласился я. — Может быть вы вдвоём, всё же покажите мне это город?

— Но сейчас ещё ребята подойдут, — неуверенно начал тот.

— А я согласна сегодня погулять, — весело произнесла Квида и взяла нас обоих под руку. — Не хочу думать о грустном и снова обсуждать нашу нелёгкую судьбу.

— И правда что, — согласился Моня, — переживут денёк и без нас. Пошли, мы тебе одно место покажем. Там такой холм большой есть за стеной, с него весь город, как на ладони.

— Нет, Моня, за стену я в свой первый день не пойду, — отказался я, — мне ещё неизвестны границы дозволенного.

— Вообще ничего такого в этом нет, — объяснила Квида. — Главное, утром быть на глазах управляющего иначе объявят беглым. А ходить за территорию тебе никто не запрещал. Но в одном я согласна, давайте лучше погуляем по улицам.

И мы пошли. Я не переставал удивляться тому, что меня окружало. Что пошло не так в этом мире? Почему величественная архитектура, так не соответствует, образу жизни?

— Кто всё это строил? — не выдержал я и спросил своих новых знакомых.

Друзьями я их считать пока ещё не мог. Все знают поговорку: «Друг познаётся в беде», так вот их, я ещё в такой ситуации не проверял.

— Наши предки, — ответила Квида, — но это было очень, очень давно. Лет двести уже прошло.

— А где же те знания? — задал я очередной, интересующий меня вопрос, — Ведь такое невозможно возвести руками, для этого нужна техника, оборудование и…

— Тихо, — резко остановила мою речь девушка, — ты задаёшь такие вопросы, о которых даже думать запрещено, — уже перейдя чуть ли не на шёпот, произнесла она.

— Да уж, хорошо, что мы ушли гулять, — усмехнулся Моня, — могли бы сегодня все трое без головы остаться.

— Подозреваю, что вопрос: «А что случилось с предками», тоже не стоит произносить вслух? — спокойно поинтересовался я.

— Лучше не стоит, — кивнула девушка.

— За такие вопросы к тебе могут придти люди из кланов, — решил хоть немного прояснить информацию Моня. — Они хранят много секретов и тайн. Ты же должен был слышать про Ярга? — сменил он тему на свою любимую. — Так вот он боец, которого воспитывает один из таких кланов.

— Это мне уже рассказали, — дал понять я о степени своей осведомлённости. — А что это за клан такой? Чем они занимаются?

— Я точно не знаю, они живут в тени и все, кто суёт нос в их дела, долго на этом свете не задерживаются, — как смог рассказал Моня, — тот же Ярг впоследствии должен стать одним из их генералов.

— Это если выживет, я так понимаю? — поинтересовался я.

— А ты сомневаешься? — усмехнулся тот. — Ой, извини, я не хотел ничего такого сказать, — тут же сообразил он, что ляпнул не то.

— Ха-ха-ха, — впервые за долгое время засмеялся я, — нет, Моня, вот здесь ты прав. Я реально оцениваю свои возможности и в бою против Ярга, и половину минуты не продержусь.

— Ребята, а вам обязательно сейчас про кровь? — встряла в разговор Квида. — Я ведь других историй в своей жизни больше и не слышала. Влад, может быть, ты что-нибудь расскажешь?

— Боюсь, мои истории окажутся ещё более кровавыми, — отказался я, — но мне теперь ужасно хочется узнать про эти ваши кланы.

— Ну скажешь тоже, — засмеялся Моня, — будь они наши, сейчас вот этого, — он потрепал себя за ошейник, — на мне бы не было.

— Интересно, времени сейчас сколько? — я прислушался к себе и понял, что внутренние часы сбились, а такое бывает только когда человеку хорошо.

— Пошли через площадь, — тут же предложил тот, — там на башне часы есть.

Мы свернули в очередной проулок и отправились вдоль диаметра города. Вскоре вышли на проспект, повернули к центру и, как оказалось, мы были не так уж от него далеко.

— Конец четвёртой четверти, — ответил Моня. — Вы, как хотите, а я пойду спать. Провожать не нужно, мне здесь недалеко.

— А вот тебя я, пожалуй, провожу, — сказал я Квиде и протянул руку Моне. — Спасибо за экскурсию, не забудь завтра хозяину свёртки отдать.

— Это я первым делом, — показал большой палец вверх он, — даже помогу железо, какое получше подобрать.

— Я завтра вечером в помощь приду, — махнул я рукой. — Всё, иди давай, от тебя не отвяжешься.

Моня прокомментировал мои слова хохотом из переулка.

— Ну что пошли, раз уж напросился в провожатые, — улыбнулась Квида и взяла меня под локоть.

Проживала она далеко от меня, примерно час пути в одну сторону. Я прекрасно понимал, что завтрашняя тренировка будет для меня очень тяжёлой, но отказаться от прогулки не мог.

Нет, этические соображения здесь совершенно неуместны. За девушку рабыню, к тому же работающую на определённый дом, спросить могут очень строго. Опять же тот факт, что с рабов брать нечего, тоже даёт некий иммунитет. Мне просто хотелось ещё немного побыть с ней рядом.

Проклятые гормоны, уверен, что дело в них. Разум полностью хо́лоден, и трезво оценивает то, что из отношений подобного характера, ничего не выйдет. Но вот тело тянуло к ней, будто магнитом. И вот что странно, это было не только физическое влечение, как к половому партнёру, хотя и оно имело место быть, но я чувствовал к ней и духовную тягу. Это очень плохой знак.

Когда я довёл Квиду до того места, где она жила и работала, хотя его вполне можно назвать домом, я остановился и точно так же, как Моня совсем недавно, протянул руку для пожатия. Попрощались сухо, мне удалось взять под контроль это глупое тело и удержаться от поцелуев на прощание.

Девушка расстроилась, это было заметно. Живая, настоящая улыбка почти ушла с её лица, оставив после себя лишь вежливую, но голос дрогнул, когда она спросила: «Увидимся ли мы ещё»? Я лишь пожал плечами, потому как не знал правды, а давать ложные надежды, не в моих правилах.

Дорога домой заняла некоторое время, оставив мне на сон буквально пару часов.

*****

День неумолимо двигался к своему закату, а за повседневной рутиной происходило это незаметно. Казалось бы, вот только была команда «подъём», как уже накрывают стол для обеда.

Мы столпились в очередь возле кадки с водой, смывая с себя песок и пот. Затем точно такую же очередь организовали около повозки с обедом и неспешно побрели за стол.

— Ты, говорят, в город теперь можешь выходить? — внезапно спросил Крит, который сегодня сел рядом.

— Есть такое дело, — кивнул я.

— Я так понимаю, ты вчера очень долго гулял? — улыбнувшись, спросил он.

— Так получилось, — пожал я плечами, — это вроде не запрещается?

— Да нет, с этим полный порядок, но ты мало спал, — продолжил тот. — Такими темпами ты быстро выгоришь, а скоро очередной бой.

— Я не понимаю твоих переживаний, Крит, — посмотрел я ему в глаза, — с чего вдруг такая опека?

— Ты мог бы передать несколько писем от нас? — перешёл тот к делу. — А мы бы дали тебе возможность спать чуть дольше, если твоя прогулка повторится. Я же знаю, что может задержать юношу почти до подъёма.

— В моём случае подобное больше не повторится, — усмехнулся я, — но хорошо, я передам ваши письма, мне это несложно.

— Я буду должен тебе, — немного подумав, произнёс тот.

— Хорошо, Крит, — кивнул я, — найди меня после ужина. Письма, мне говорили, что рабы сплошь безграмотны.

— В основном да, но я умею писать и читать, — пожал плечами Крит. — Научился, когда ещё был маленьким. Мои родители тоже рабы, но они были ими не всегда и успели передать мне кое-какие знания.

— Понятно, — кивнул я. — Ладно, до вечера, мне пора заниматься.

Снова тренировка, теперь мы разбились на пары и отрабатывали короткие приёмы с копьями. Конечно, вместо них в наших руках были обычные палки, вот только тычки в рёбра от них, были вполне себе ощутимы. Но как я уже говорил, без боли — опыт не получить.

Нужно как следует прочувствовать, этот тупой конец шеста, который уже в тысячный раз попадает в одно и то же место, чтобы в тысячу первый отбить его. Только так и никак иначе. Не получится попросить противника на арене, чтобы он вот именно сюда не метил, потому как здесь я плоховато реагирую. Нет, гладиаторы именно в такие места и бьют, да делают это так, чтобы в этот момент, соперник находился в самой неудобной позе.

Тренировка закончилась, а для меня пошёл уже второй день без дополнительной нагрузки. Надеюсь, я смогу нагнать упущенное время, для меня дорога́ каждая минута.

После ужина я выхватил ещё полчаса сна в тени деревьев. Разбудил меня Крит и передал мне несколько бумажных листков, сложенных треугольными конвертами.

— Вот, держи, — сказал он, — это всё нужно на один адрес передать, так что там ничего сложного. Как выйдешь на центральную площадь, второй проулок направо, после противоположного.

Он взял палочку и начал рисовать на небольшом участке земли, как и куда нужно идти.

— Я знаю адрес, — усмехнулся я, после того как понял, кому предназначены все эти письма.

— Вот как? — улыбнулся он в ответ. — Ну, тогда всё ещё проще. Спасибо тебе.

— Обращайся, — отмахнулся я и поднялся на ноги.

Несколько раз плеснул себе водой в лицо из кадки и отправился на выход.

Больше всего меня сейчас интересовало моё оружие. Хотелось поскорее начать тренировку с ним. Я загорелся этой идеей, в голове уже были первые рисунки и движения. Но остался ещё один момент ‒ мне не хотелось выступать на арене под своим именем. Если уж делать постановку, так лучше идти до конца.

Брать себе кличку типа «Молот», или «Громила», мне не хотелось, что-то типа Барс, или Смерть, звучат слишком пафосно. Хочется что-то короткое, громкое, как выстрел, чтобы сразу на уши легло и осталось в памяти у публики. Может быть Жнец?

Вроде неплохо и смысл двоякий, но время ещё есть, нужно подумать. Свой второй бой я буду биться классическим методом и, скорее всего, выберу меч.

— Привет, Моня, — поприветствовал я своего вчерашнего знакомого.

— Угу, — коротко кивнул он и окунул голову в кадку с водой, которая стояла возле ворот кузницы, — Ща я, — выдохнул он, высунувшись из воды.

Затем быстро вдохнул и снова погрузился в спасительную прохладу.

— Ты вовремя, мы как раз закончили, — наконец произнёс он, — Сейчас хозяин калит рабочие части.

— Посмотреть можно? — поинтересовался я.

— Легко, — кивнул Моня и пригласил войти.

Роф уложил широкую болванку в угли и раскалил её почти до белого цвета. Косу он водил над ней, и периодически прикладывал к ней магнит. Как только тот перестал прилипать к металлу малинового цвета, он быстро опустил её в кипящее масло, подержал немного и тут же погрузил в воду. Затем, то же самое проделал с навершием копья, которому предназначалось место на противоположном конце древка. После всех проделанных процедур, он быстро подправил лезвия, проверил остроту и положил изделия на ветошь.

— Можешь забирать, — довольным голосом произнёс Роф, — У тебя вышла отличная коса. Мы сегодня почти весь день для неё проволоку слоили, но получилась довольно тяжёлая штука. В общем, я взял на себя смелость и копьё слегка утяжелил, теперь баланс должен быть примерно на две третьих древка.

— Большое спасибо вам, господин, — низко поклонился я, — древки будут готовы только к концу недели. Можно это пока побудет у вас?

— Хорошо, — кивнул тот, — Моня занесёт их в ваш дом.

— Простите, в этом нет необходимости, — ещё раз поклонился я. — Я смогу забрать их самостоятельно.

— Мне насрать, — спокойно ответил Роф, — Просто передай Скаму, что я выполнил заказ, пусть платит.

— Да господин, — я кивком показал, что понял его слова, — сегодня же передам.

— Моня, хватит прохлаждаться, ленивая скотина, иди убирай мастерскую, — громко крикнул Роф, прямо над самым ухом.

Я понял, что со мной здесь закончили, я отправился выполнять просьбу парней.

Всё же при нашем образе жизни, это единственная радость: одержать победу на арене, попросить хозяина привести понравившуюся девушку, затем влюбиться в неё и мечтать о счастье в письмах. Но меня пока это всё не интересует, вначале я должен научить это тело убивать, а если Квида каждый раз будет доставаться мне в награду, что ж, я только ″за″.

Глава 6

Вторая схватка.

Моё оружие было готово. Древки я забрал по окончании оговоренного срока, затем Моня вынес металлические части, которые я собирался приладить уже дома.

Скам давно оплатил работу мастера, передав деньги через мои руки.

С прогулками по вечернему городу было покончено, не хватало ещё неприятностей на свою шею поймать. К тому же я опасался встречи с Квидой.

Одно дело, когда девушку привели в качестве награды победителю и совсем другое влюбиться по уши. А это, кажется, произошло, потому как думать о ней я не прекращал ни на минуту. Это злило, отвлекало, но выбросить из головы её красивое личико не получалось.

Шли дни, похожие друг на друга, как две капли воды. Подъём, завтрак, пробежка, разминка, тренировка и так далее по кругу. Одно было хорошо: молодое тело становилось крепким, реакция повысилась, но я всё так же упорно гонял себя до изнеможения. Вечером заходил в казарму и падал на топчан, проваливаясь в темноту без сновидений, а уже утром снова начинал разгонять организм, встраивая его в нужный ритм.

Результаты были на лицо, это доказывали спарринги. Сейчас я уже достойно мог дать отпор большинству гладиаторов, с которыми делил кров и пищу. Однако это никак не повлияло на их график тренировок.

Если Грот, получив от меня взбучку, тут же сообразил, что тренироваться нужно усерднее, то другие ребята никак не хотели увеличивать свою нагрузку. Но это их дело и выбор.

Каждый вечер я брал в руки своё новое оружие, точнее его макет и почти четверть тратил на разработку ударов. Лучше всего коса работала по ногам, но это само собой разумеется, так как инструмент изначально задуман, чтобы срезать траву у самой земли. Но я упорно продолжал придумывать связки, блоки и всевозможные выпады.

За три дня до боя, меня снова навестил Скам, а когда я собрал то, чем собирался биться, удивлённо вскинул брови.

— Для нового оружия ещё слишком рано, — ответил я на его немой вопрос, — Скажи, ты можешь пробить разрешение для меня на тренировку с боевым оружием?

— Это исключено, — покачал головой тот.

— Очень жаль, — я сделал скорбное выражение лица, — Дело в том, что мечи приближены к реальным, копья в целом тоже не сильно различаются, но в моём случае, разница очень заметна. Вес, баланс, всё это имеет немалое значение.

— Я понимаю, но нет, — строго ответил Скам. — Даже пытаться не буду поднимать этот разговор у хозяина.

— Ладно, тогда вот ещё что, — я решил ещё немного понаглеть, — мне нужна маска, самая обычная, безликая, просто с прорезями для глаз, желательно полированная до зеркального блеска, но можно и чёрную, матовую.

— Это возможно, — кивнул Скам. — Ещё что-нибудь?

— Да, будет ещё одна просьба, но не для этого выхода, только когда я буду готов, — сказал я, немного подумав. — Мне нужна бумага и карандаш, хочу написать текст для ведущего арены. Нужно другое имя и то, как его будут представлять.

Тот молча снял несколько листков бумаги со своего планшета и протянул мне, вместе с небольшим остатком карандаша.

— Впервые вижу раба, который умеет писать, — усмехнулся Скам. — Меня специально этому учили, когда взяли на воспитание в дом Дария.

— Мне повезло родиться в образованной семье, — я попытался уйти от скользкой темы.

— У тебя всё? — Скам не стал продолжать скользкую для меня тему. — У меня ещё много дел.

— Да, спасибо, — кивнул я.

— Пока не за что, — ответил тот, замкнул замо́к на кладовой с оружием и быстрой походкой отправился на женскую половину.

Я немного постоял в задумчивости, посмотрел на листки бумаги в руках и отправился в казарму.

— С кем ты будешь биться? — тут же посыпались вопросы на мою голову.

— Скам назвал его Тург, — ответил я, — Вы знаете его?

Лица ребят сразу же стали серьёзными.

— Он очень сильный гладиатор, — задумчиво ответил Молот, — На его счету уже восемь выходов и проиграл он только раз, в третьей иммунной схватке. Какое оружие ты выбрал?

— Меч, — ответил я.

— Это очень плохо, — сделался ещё более мрачным Молот, — Он использует Моргенштерн. Цепь и меч не очень хорошо сочетаются, но у тебя ещё есть время его сменить.

— Что ты посоветуешь? — спросил я у наставника.

— Лучше всего короткое режущее, кинжалы, ножи, всё, что может работать на малой дистанции, — вполне логично принялся объяснять Молот, — Его оружие требует дистанцию, в ближнем бою оно бесполезно, но Тург — не дурак, он не станет подпускать тебя близко.

— Я могу сменить оружие в любой день до боя? — поинтересовался я.

— Да, до самого выхода на арену, — кивнул тот.

— Хорошо, я подумаю, — ответил я. — У меня к тебе просьба, Молот. Ты не мог бы дать мне кого-нибудь для тренировки с косой. Хочу понять, что у меня получается на деле.

— Пошли, я сам помогу тебе, — усмехнулся наставник, — учитель я, или как?

На нашу тренировку пошли смотреть все. Ну а как же, всем интересно, что я смогу противопоставить мастеру, да к тому же таким оружием, вот только им быстро стало скучно, потому как это был не спарринг.

Я просил Молота делать выпады, сам при этом старался провести блок с последующей атакой. Получалось не очень хорошо. Движения неуклюжие, слишком много времени тратится на замах, я даже начал жалеть о своём выборе. В моей голове всё выглядело иначе, но задний ход включить не получится, деньги потрачены и я обязан их отработать.

Однако Молот не просто так являлся нашим учителем и сразу включился в работу, принялся подправлять мою стойку, корректировать движения, в общем, не меньше меня загорелся идеей. К концу тренировки мы совместно разработали несколько приёмов, при этом достаточно эффективных, чему я был очень рад.

Все последующие дни мы с Молотом занимались отдельно от основной группы. Он так включился в работу, что даже во время обеда постоянно подкидывал различные идеи и пытался изобразить какой-нибудь удар или блок. Однажды даже тарелку свою перевернул в пылу и азарте.

Пришёл день, когда я должен выйти на арену. Моё тело стало более или менее послушным, хотя бывали моменты, когда глупость и молодость брали верх над разумом, но такое случалось всё реже. Тяжелее всего получалось контролировать эмоции, кто бы что ни говорил, но гормоны — это очень сильный аргумент.

Когда открылись ворота, меня вновь захлестнул адреналиновый выброс. Вот только на этот раз он был слишком поспешный. Мой бой назначен пятым, а за это время вполне можно словить отходняк и выйти на арену с ватным телом.

Нас представили и вновь загнали обратно, оставив небольшую щель, чтобы наблюдать за происходящим, к ней тут же прилипли охранники, а гладиаторам было наплевать.

Мы сидели на скамейках вдоль прохода, молчаливые, мрачные. Каждый понимал, что сегодняшний день может стать последним и настроения это никак не поднимало.

Арена взорвалась ликующим криком, двое вооружённых копьями охранников распахнули ворота и выбежали на песок, чтобы через некоторое время занести внутрь обезглавленное тело. Его бросили чуть в стороне, поставив голову на грудь, а через несколько минут его уже забрали рабы, переложив того на носилки.

Рядом со мной, со скамьи поднялся худой, высокий парень.

— Прощайте, гладиаторы, — произнёс он с мрачным лицом, стукнул себя коротким мечом по шлему и выбежал на песок, поднимая руки вверх и призывая зрителей покричать.

Ворота снова прикрыли, а охрана прилипла к щели, наблюдая за происходящим.

Худому парню сегодня повезло, он вернулся обратно на своих ногах, но назвать его целым язык не поворачивался. Скорее всего, сегодня он откажется от награды. Вряд ли ему удастся покувыркаться с подружкой, имея сломанную руку и множество порезов. На такой случай мой товарищ из прошлой жизни всегда произносил фразу: «Самого хоть трахай».

Следующий гладиатор тоже попрощался с нами на всякий случай и вернулся он окровавленной тушей, которую унесли на носилках куда-то в лабиринт арены.

Так, постепенно, очередь добралась до меня. Общая атмосфера в коридоре и несколько трупов, которые пронесли перед глазами, сделали своё дело. Настроение стало мрачным, навалилось чувство безнадёжности. В прошлый раз было проще, я не видел всего этого и не успел впитать атмосферу обречённости.

Свет ударил по глазам, сердце подпрыгнуло к горлу, чтобы начать свой бешеный бег. Появилась слабость в коленях и тянущее чувство страха внизу живота.

Я послушался Молота и взял два обоюдоострых кинжала, с лезвиями сантиметров по сорок.

Мой соперник оказался долговязый мужик с абсолютно лысым черепом и густой бородой. Сильные и длинные руки, крепкий торс, казалось, что он даже слегка горбатится, или это мышцы спины настолько развиты, что кажется, будто там бугор.

Раздался низкий звук горна, и зрители притихли в ожидании начала схватки.

Тург пошёл по кругу, раскручивая шипастый шар на цепи, казалось, что я даже слышу, как тот со свистом рассекает воздух. Противник не спешит, ждёт моего нападения, взгляд спокойный, холодный и это плохо.

Делаю ложный выпад и Тург поддаётся на провокацию. Короткий замах и шар пролетает буквально в сантиметре от моего лица.

Я тут же сокращаю дистанцию, делаю рывок, обхожу бьющую руку справа. Это называется «внешние ворота». Тург провалился после удара и его рука по инерции продолжает движение, теперь меня гораздо сложнее достать.

Делаю выпад, пытаясь нанести хоть какую-нибудь травму, но противник не просто так в восьмой раз вышел на песок. Ударом ноги он смёл меня с траектории атаки и отбросил метра на два.

Воздух покинул лёгкие и они никак не хотели делать новый вдох. Шар со свистом устремился ко мне, но я успел сделать несколько перекатов и разорвать дистанцию.

Танец вновь принял круговые движения, давая мне возможность продышаться.

На этот раз первым прыгнул Тург. Для его телосложения двигался он достаточно быстро. Раскачав маятник, он ушёл влево и одновременно бросил усыпанный шипами шар от себя, нанося удар изнутри наружу. Мне осталось только отклониться, но враг именно на это и рассчитывал.

Тург перенёс вес тела на правую ногу и ударил с размаха, сверху, наискосок. Удар получился достаточно длинный, а отступать в тот момент, когда пытаются ударить палкой, себе дороже. Вся мощь в этот момент находится именно на конце бьющего предмета.

Я рванул вперёд, поднырнул под бьющую руку, перехватил её за запястье и развернулся спиной к противнику, чтобы в следующее мгновение, перекинуть его через себя.

Со всего размаху тело Турга влетело в песок, а я, в свою очередь, добавил ему не слабый удар пяткой в лицо. Но тот успел повернуть голову набок и нога задела его слегка, соскользнув по лысой голове.

Противник несколько раз перевернулся, повторив мой недавний манёвр, и поднялся на ноги. Я сделал кувырок и поднял свои кинжалы, которые вынужден был выпустить из рук, чтобы произвести бросок.

Арена ликовала, крики были равносильны раскатам грома, казалось, что зрители ревут сильнее, чем в прошлый раз. А мы вновь пошли по кругу.

Тург атаковал внезапно, вот только что моргенштерн свободно висел на цепи, как вдруг бросился мне в лицо по прямой линии, я отклонился от удара, но соперник резко сменил траекторию движения — направил его вниз.

Боль в ключице и плече затуманила мозг, картинка перед глазами смазалась от выступивших слёз, а левая рука безвольно повисла вдоль тела, но Тург продолжал развивать успех, нанося удар ногой в грудь.

А вот это он зря. Переношу вес на правую ногу, чтобы увернуться, короткий замах и кинжал пробивает бедро гладиатора. Но вытащить оружие у меня уже не получилось.

Тург отступил и посмотрел на торчащую из ноги рукоять, он с криком вытянул кинжал и бросил его себе под ноги. Теперь я остался без руки и оружия, а противник с рёвом мчался на меня, как поезд.

Я прыгнул ему навстречу, поднырнул под удар и ушёл в кувырок, чтобы в следующее мгновение оказаться за спиной и подобрать свой кинжал. Тург развернулся в тот самый момент, когда правая рука уже совершила бросок.

Я вложил в него всё и не прогадал, тяжёлый клинок сделал один оборот в воздухе и вошёл врагу прямо в глаз. Бросок был такой силы, что опрокинул Турга на спину, его тело вытянулось в струну, ноги запрыгали, оставляя глубокие борозды на песке, он начал хрипеть и вскоре затих, пару раз вздрогнув на прощание.

Публика ревела и скандировала моё имя. На этот раз я не стал покидать её сухо и молча. Подняв руку, я сделал круг почёта под несмолкаемый крик толпы.

— Что с рукой? — спросил Дарий, снова встречающий меня на воротах во внутренние помещения арены.

— Не знаю, кажется, сломана ключица, — ответил я.

Дарий взмахнул рукой и тут же появился человек, который начал осматривать травму. Он взял меня за руку, что-то ощупал и неожиданно, резко дёрнул, придерживая за плечо. Сустав с хрустом встал на своё место, а рука тут же обрела чувствительность и начала ломить, отдаваясь пульсирующей болью в виске и заставляя меня морщиться. Лекарь промыл рану, прилепил кусок сорванной кожи на место, обработал спиртовым раствором, от которого пахло сивухой и какими-то травами.

— Готово, — доложил тот терпеливо ожидающему Дарию, — вывих и рваная рана, рекомендую несколько дней покоя.

— Разберёмся, — кивнул мой хозяин и бросил лекарю медную монету.

Тот ловко поймал её, поблагодарил и скрылся в лабиринте арены.

— Сегодня ты выступил лучше, — сухо похвалил меня Дарий, — тебя снова ждёт награда.

— Пожалуй, сегодня я от неё откажусь, — покачал головой я.

— Твоё право, — пожал плечами хозяин, — почему ты не взял новое оружие?

— Я пока не готов к нему, — честно ответил я.

— Следующий бой я хочу видеть с ним, — сухо сказал тот. — Не люблю бесполезной траты денег.

— Можно мне тренироваться с оригиналом? — решился я прыгнуть через голову Скама, — Так от меня будет больше толку.

— Хорошо, — немного подумав, разрешил он и посмотрел мне прямо в глаза, — не отводи взгляд, — приказал он вопреки принятым правилам, — Скам говорит, что ты просишь ещё маску?

— Да, она придаст загадочности и привлечёт дополнительное внимание, — попытался объяснить я свою задумку.

— Мне нравится, — согласился тот, — тебе нужное другое имя.

— Я думал об этом, — кивнул я. — Пока в голове крутится только «Жнец».

— Глупое имя, — покачал головой Дарий, — оно говорит о том, что ты работаешь в поле.

— Со словами «Кровавая жатва», оно будет звучать несколько иначе, — я позволил себе не согласиться с хозяином и он сразу нахмурил брови.

— Мне нравится, — после недолгого раздумья, согласился он. — Ты уверен, что не хочешь получить награду?

— Да, не сегодня, — покачал головой я.

— Ты очень необычный человек, — в очередной раз Дарий произнёс эту фразу, — но я узнаю, в чём твой секрет. Поехали домой, я прикажу рабыням приготовить тебе праздничный ужин.

— Спасибо, господин, — поклонился я.

Вечером меня ожидал ещё один сюрприз, не очень приятный, но и совсем уж плохим его не назовёшь, хотя как посмотреть.

Дарий действительно закатил праздничный ужин и к концу тренировки наш стол едва выдерживал то количество еды, которое на него выставили. Помимо гастрономического разнообразия, хозяин выставил небольшой бочонок вина.

Ребята поздравляли меня с победой, всячески хвалили и подбадривали, и только я один понимал, насколько плохо я ещё готов к арене. Слишком быстро я решил возвести себя в ранг победителей, а теперь ещё и следующий бой, нужно выиграть с новым, не совсем привычным для меня оружием.

— Эй, Влад, — вырвал меня из раздумий Скам, — К тебе пришли?

— Кто? — удивился я, потому как никого не ждал.

— Я что всех рабов в городе знать обязан? — резко ответил он, — Или выйди к своим друзьям, или я велю их прогнать.

Любопытство оказалось сильнее и, поблагодарив управляющего, я отправился на улицу.

Вообще-то, я ожидал увидеть там довольную рожу Мони, возможно, с несколькими товарищами, которым он решил меня представить, чтобы похвалиться знакомством с гладиатором. Я даже целую речь придумал по дороге, чтобы послать того куда подальше. Ну надо же такое придумать — беспокоить меня сразу после боя.

Открыв дверь, я замер в проёме, когда на шею бросилась Квида.

— Почему ты не пришёл, я так ждала, — тихо спросила она и начала осыпать моё лицо поцелуями, — я думала ты умер. Никто ничего не знает, я одна в этой комнате. А потом мне сказали, что ты сильно ранен. Почему ты не пришёл?!

Я оторвал девушку от себя и поставил на ноги чуть в стороне, затем взял за подбородок и посмотрел прямо в глаза.

— Квида, мы не можем быть вместе, это глупо, — произнёс я спокойным, холодным тоном, хотя внутри всё бушевало.

От её поцелуев, запаха, глаз, которые были полны слёз и смотрели, ничего не понимая. Внутри всё клокотало и протестовало решению, которое я принял.

— Но почему? — спросила она, замерев на мгновение. — Я же вижу, что не безразлична тебе.

— Именно по этому, Квида, — оставаясь внешне холодным, ответил я.

— Ну и вали! Вали на свою арену! Пусть тебе выпустят кишки на песок! — закричала она. — Ты будешь подыхать там один и никто потом не придёт оплакивать твой прах! Ты дурак, ненавижу тебя!

Она развернулась и быстрым шагом ушла прочь, оставив меня наедине с моими мыслями и переживаниями.

Пусть так, пусть всё получилось именно так, она поймёт. Ей самой так будет лучше. А я смогу заняться тренировками, не отвлекаясь на глупые, никому не нужные чувства.

— Кто приходил? — спросил меня Крит, когда я вернулся за стол.

— Так, — отмахнулся я, — ничего важного.

— Угу, ты бы рожу свою видел, — засмеялся тот, — рассказывай.

— Отвали, Крит, — обрезал его я, — лучше налей мне вина.

Глава 7

Всех удивил.

Когда тебе пятнадцать, или четырнадцать, понятие «похмелье», отсутствует от слова совсем. К тому же вина на всю нашу ораву оказалось не так-то и много, литр — полтора на нос.

Для моего тела этого оказалось достаточно, чтобы расслабиться и убрать мысли о Квиде в дальние уголки подсознания. Зато очень удачно удалось договориться с Молотом. С завтрашнего дня я прекращаю общие тренировки и занимаюсь индивидуально.

Ребята приняли это решение вполне хорошо, хотя в целом, им было без разницы. Однако Ортису, второму тренеру, теперь предстоят двойные нагрузки, но для него это тоже не проблема.

Подъём, как всегда, потому что никаких поблажек я себе давать не собирался, несмотря на травмы и боль в плече. Пробежка, растяжка, разминка, всё выполнил в полном объёме. Затем завтрак и практически сразу на песок вместе с Молотом.

— Скажи мне, — решил прояснить для себя один момент, — я могу выйти на арену с Яргом?

— Так, ты мне брось эти мысли, понял?! — строго произнёс тот. — Подумаешь, с девчонкой поругался — это ещё не повод умирать.

— С чего ты вообще взял, что это из-за девушки? — удивился я и даже остановился, за что тут же поплатился, получив удар деревянным мечом в рёбра.

— Я что, первый день на свете живу? — усмехнулся он и тоже прекратил спарринг. — Таким недовольным Скам бывает только тогда, когда к кому-то из наших приходят девушки. Это иногда случается, хоть и запрещено. Ну и собственно вернулся ты слишком быстро, а вид был такой, что на костёр краше кладут.

— Я не об этом тебя спросил, — усмехнулся я. — Неужели ты считаешь меня полным идиотом? Мой третий бой иммунный и я хочу выйти на песок с Яргом.

— Тебе мало чем поможет твой иммунитет, — покачал головой Молот. — Да, когда твоё тело вынесут с арены, ты ещё будешь дышать, вот только продлится это не долго.

— Давай я сам разберусь, хорошо? — сухо сказал я. — Это возможно, или он выступает только с профессиональными бойцами?

— Тебе лучше поговорить об этом со Скамом, — после непродолжительного раздумья ответил тот, — а ещё лучше с самим Дарием.

— Кто бы меня ещё до него допустил, — усмехнулся я. — Ладно, давай продолжим, нападай рубящим наискосок.

С нашей стороны снова начали раздаваться деревянные стуки.

Ближе к вечеру мне удалось поймать Скама. Вообще, весь наш внутренний распорядок я знал уже как свои пять пальцев. Управляющий всегда обедал и ужинал в числе последних, так что отыскать его было в принципе несложно.

Он обнаружился за столом на кухне в женской половине и мило беседовал с Греттой, которая сидела напротив него, подперев свою голову руками. Судя по её взгляду и позе, у них не просто рабочие отношения.

— Скам, можно с тобой поговорить? — вежливо поинтересовался я.

Гретта тут же смутилась и, сославшись на дела, убежала в женскую казарму.

— Присаживайся, — указал управляющий на место, которое только что занимала Гретта, — что тебе опять нужно?

— Я хочу выйти на третий бой с Яргом, — минуя всяческие намёки, тут же выдал я.

Скам едва не подавился, прекратил жевать и внимательно посмотрел мне прямо в глаза.

— Дарий будет против, — спустя какое-то время ответил он. — Надеюсь это не из-за девчонки?

— Далась вам эта рабыня, — усмехнулся я. — Я что, кажусь тебе настолько глупым?

— Извини, но я должен был уточнить, — пожал плечами тот, — я узнаю у хозяина. Но он, скорее всего, потребует от меня объяснений.

— Пусть поинтересуется у меня, — сказал я.

— А ты не слишком много о себе возомнил?! — строго ответил на это Скам и нахмурил брови.

— Извини, ляпнул не подумав, — я сделал вид, будто мне стыдно, хотя никаких угрызений по этому поводу не испытывал. — Это будет мой третий бой, он иммунный, а я хочу знать, что из себя представляет Ярг.

— Это глупо, — покачал головой тот, — он убьёт тебя.

— У меня иммунитет, третий выход на арену, — на всякий случай уточнил я.

— Ты не понимаешь, что из себя представляет он, — усмехнулся Скам.

— Ты не понимаешь, что из себя представляю я, — произнёс я серьёзным тоном и посмотрел в глаза управляющему. — Поговори с Дарием, мне нужен этот бой. А после, вы впишите меня в турнир.

— У тебя точно крыша поехала, — вздохнул тот, — но раз ты сам так хочешь умереть — хорошо, я поговорю с хозяином, хотя не обещаю, что он согласится.

— Он согласится, — я почему-то был в этом уверен.

Вечером я занимался в одиночестве, отрабатывая составленные ещё днём серии из блоков и ударов, но сейчас в моих руках было боевое оружие.

*****

Ребята с удивлением поглядывали в мою сторону, а некоторые украдкой крутили пальцем у виска. В нашем узком, ограниченном коллективе, слухи разносятся мгновенно. Даже если наш со Скамом разговор вёлся без посторонних, всё равно информация просочится, как её не прячь. А я имел глупость озвучить свою просьбу Молоту, так что буквально на следующий же день, об этом знали все.

Некоторые смотрели с сочувствием, некоторые осуждали, но вот Молот, принял моё решение иначе. Он или уверовал в мои силы, или хотел сделать из меня победителя за короткое время. Наши с ним тренировки стали ещё жёстче и динамичнее.

Молот не просто так занимал свою должность, его опыт и техника были на высоте, а работа с новым оружием увлекла того настолько, что мы на обед приходили в числе последних.

Однако перерыв, после принятия пищи соблюдался неукоснительно. Те, кто хоть раз в жизни посещал спортзал, или тренировки, знают, чем это чревато.

Ещё в моей прошлой жизни, на острове, нас приучили к подобному распорядку. Были конечно нарушители, любящие перекусить перед тренировкой, но после того, как весь перекус оставался на матах, начинали придерживаться не таких уж глупых правил.

Миновали две недели, когда вечером появился Скам с очень озабоченным видом. Как всегда, он в своей манере сухо отозвал меня в сторону.

— Я очень удивлён, — начал он, — Но хозяин договорился о твоём бое с Яргом. У тебя двадцать дней, чтобы как следует к нему подготовиться. Теперь у тебя нет возможности передумать.

— Спасибо тебе Скам, — поблагодарил его я, — Даже в мыслях не было менять решение.

— Никак не пойму, ты дурак, или гений, — внимательно посмотрел на меня управляющий, — Хозяин даже объяснений выслушивать не стал, он улыбнулся и сразу же согласился на твою просьбу. Да, вот ещё что, — он протянул мне свёрток ветоши.

Я развернул его и обнаружил там железную, воронёную маску с двумя прорезями для глаз. Цвет у неё был матовый и казалось вообще не давал бликов.

— Замечательно, — улыбнулся я, — теперь я готов показать настоящее шоу.

— Надеюсь, ты действительно знаешь, что делаешь, — вздохнул Скам. — Пожалуй, ты самый необычный из всех, кого купил хозяин.

— Я могу это использовать? — показал я ему маску. — Или её нужно сдать на склад?

— Тебе разрешили махать косой, — усмехнулся управляющий, — так что думаю с этим, проблем не возникнет.

— Спасибо, — ещё раз поблагодарил его я.

Двадцать дней до боя, это хорошо. На этот раз я получил чуть больше времени, чем обычно, а для меня до́рог каждый день. Все они правы, насчёт Ярга. Я и сам понимаю, что могу остаться жив, но при этом стать одним из садовников. Кому будет нужен изувеченный, не способный драться гладиатор?

После того, как я рассказал о предстоящем бое Молоту, тот вначале скис. Словно уже похоронил меня, или решил, что всё то время, что мы вместе утаптывали песок, было напрасно потрачено. Но затем, что-то щёлкнуло в его голове, после чего я потерял счёт времени.

Молот отбросил в сторону меч и копьё, взял в руки кинжалы и начал гонять меня с таким остервенением, что вечером я едва мог переставлять ноги. Я приходил в казарму и падал на топчан, чтобы хоть как-то отдохнуть, а наутро всё начиналось по-новому.

Двадцать дней пролетели, как один и за три дня до боя, вновь появился Скам. К этому моменту в нашем дружном коллективе не осталось ни одного достойного противника. Даже Молот всё чаще и чаще проигрывал мне в спаррингах, а он профессионал, каких ещё поискать нужно.

За прошедший месяц бойцы Дария смогли одержать пять побед и два поражения. На место проигравших почти сразу взяли новичков. Крепкие парни, но им явно ещё очень долго расти до тех, кого мы потеряли. На меня они смотрели с восторгом, пока не узнали, против кого я буду должен биться. Почему-то все до единого уже поставили крест на моей карьере гладиатора.

Скам отвёл меня в оружейную и на этот раз велел выбрать доспехи из новых. На мой немой вопрос он ответил: «Хозяин приказал, чтобы ты выглядел безупречно». Я, в свою очередь, протянул ему клочок бумаги, на котором был написан текст, необходимый для моего представления зрителям.

— Что это? — удивлённо уставился на меня управляющий.

— Слова, которые должен произнести ведущий на арене, — ответил я, — Помнишь, я просил у тебя бумагу для этого?

— Помню, — кивнул тот, — но я не понимаю здесь ни единого слова. Зато узнаю в этих символах древний, запретный язык.

— О чём ты говоришь? — теперь пришла моя очередь удивляться. — Покажи мне свои записи.

Скам развернул свой планшет, на котором я увидел лист, исписанный непонятными символами. Они больше походили на арабскую вязь, только писались сверху вниз.

— Кто учил тебя этому языку? — поднял тот мою записку.

— Я уже говорил тебе, что мои родители…

— Брось, — прервал мою ложь Скам, — этот язык известен только кланам и то далеко не всем его членам. Кто ты такой?

— Я раб, меня продали на рынке, — ответил я, не зная, как теперь выкручиваться из ситуации.

— Кем ты был до этого и как оказался в рабстве? — продолжил допрос управляющий, — Или ты мне ответишь правду, или я сейчас же доложу об этом хозяину и решать, что с тобой делать будет уже он.

— Не знаю кто я, — попытался съехать я на полуправде. — Очнулся уже в клетке, ничего не помню из своего прошлого. Затем рынок, Дарий и вот я уже здесь.

— Как хочешь, — кивнул тот и собрался запереть оружейную, — пусть Дарий решает твою судьбу. Это слишком серьёзно, чтобы спускать вот так.

— Постой, Скам! — попытался остановить его я. — Дай мне вначале выступить, а уж затем делай, что хочешь.

Он остановился, посмотрел на меня, немного подумал и кивнул, а затем снова распахнул оружейную.

— Прочти мне то, что здесь написано, — он снова указал на клочок бумаги, — я запишу это, чтобы передали ведущему.

Я надиктовал. Скам записал всё на отдельном листке, а я тем временем подобрал себе новенькую броню. Она была намного качественнее той, в которой я выступал до этого, кожа мягче, тёмно- бордовая, к тому же цвет металлических пластин был чёрным, как моя маска. Под него же я подобрал себе шлем, с щёткой бордового цвета, идущей ирокезом поверх него. Теперь я выглядел очень стильно.

*****

На арену поехали с Дарием в одной повозке. Когда он вышел из дома и осмотрел меня, улыбнулся и хлопнул по плечу.

— Вот теперь ты выглядишь, как настоящий гладиатор, — произнёс он, — постарайся не умереть сегодня и не потерять конечности.

— Да, господин, — слегка поклонился я, — сделаю всё, что от меня зависит.

Всю дорогу ехали молча, не положено хозяину общаться с рабами, особенно на людях. А их сегодня обещало быть много. Говорят, что все билеты были распроданы за один день и даже не всем хватило. В любом случае, мой сегодняшний бой должен принести в копилку Дария очень круглую сумму. Уж все те деньги, что он на меня потратил, точно вернутся.

Толпа у арены была действительно огромной, очередь перекрыла выезд из Эллона и извозчику пришлось изрядно покричать, чтобы мы смогли проехать. Даже несколько раз плетью кому-то всыпал, чтобы не лез под копыта.

— Простите, господин, — подал я голос первым, когда мы вошли в лабиринты арены и нас уже никто не мог видеть, — можно мне не стоять у ворот в ожидании боя, я бы хотел выйти на песок один раз.

Дарий остановился, задумался, а затем молча кивнул и отвёл меня в комнату рядом с коридором, ведущим на арену.

— Тебя позовут, — бросил он фразу и вышел за дверь, оставив меня наедине со своими мыслями.

Потянулись долгие минуты ожидания. Я испытывал целую гамму чувств, от страха, до злости на себя. Однако мне удалось удержать эмоции под контролем и даже немного задремать.

Дверь распахнулась, и на пороге появился человек в форме с коротким копьём в руках.

— Тебя объявили, — произнёс он.

Я кивнул и поднялся с места. Сердце же, наоборот упало вниз, чтобы затем застучать, как двигатель на высоких оборотах. Коридор я прошёл на ватных ногах, но чем ближе я подходил к воротам, тем увереннее становилась моя походка.

Маска уже скрывала моё лицо, когда в глаза ударил яркий, солнечный свет. Публика взревела, увидев меня в новом обличии, а через некоторое время они принялись скандировать моё новое имя.

— Без-ли-кий! Без-ли-кий! — неслось со всех сторон.

Вот так, грамотное представление со стороны ведущего и внешний вид, мгновенно заставили толпу полюбить неизвестного гладиатора. Я для порядка раскрутил над головой косу и вонзив её в песок поднял руки к небу. Толпа тут же отреагировала криком.

Но всё это было жалким мяуканьем, по сравнению с тем, какие овации достались Яргу.

Он появился из ворот и тут же начал целовать свои кинжалы и разбрасывать эти поцелуи зрителям. Снова голый торс, только юбка чуть выше колена, которая прикрывает бёдра от порезов. Походка лёгкая, уверенная и стремительная, несколькими прыжками он показал, что находится в отличной форме. А публика ревела так, будто собиралась оглушить нас.

Я выдернул древко из песка, перехватил косу в боевое положение и отвёл изогнутое лезвие чуть за спину. Прогудел горн, оповещая нас о начале схватки, и Ярг тут же бросился в атаку.

Он сделал это на столько стремительно, будто представлял из себя сжатую пружину. Лицо сосредоточенно, никаких эмоций, этого парня вывести из себя не так просто.

Кинжалы сверкнули в его руках, которые со скоростью пулемёта начали выстреливать в мою сторону. Об отражении их косой, даже речи идти не могло, я едва успевал уклоняться. Несколько раз сталь скользила по пластинам брони, оставляя после себя глубокие царапины, но первая кровь так и не показалась зрителю.

Скорость атаки Ярга начала немного стихать, а в глазах мелькнуло удивление, он сделал сальто назад и за два фляга через руки разорвал дистанцию.

— Я знаю, кто ты, — крикнул он мне, начиная ход по кругу, — Когда твоя туша упадёт в песок, я трахну твою подружку.

Кажется, он собирается выбить меня из равновесия, вот только это вряд ли получится.

Я бросил своё оружие древком вперёд, но Ярг легко уклонился от выпада, небрежно отбивая его своим кинжалом. Но теперь у меня есть начальная инерция, чем я с удовольствием воспользуюсь. Раскручиваю косу, и вот уже изогнутое лезвие летит в ноги противнику. Ярг уходит от удара в кувырок и как только поднимается на ноги, метает один из своих кинжалов.

Кажется, что время остановилось, и я вижу, как оружие медленно вращается и неумолимо летит мне прямо в лицо. Всё, что я успел сделать, это слегка повернуть голову. Кинжал ударился по касательной в маску, которая сработала, как удар сковородкой по морде. Перед глазами всё поплыло, а Ярг уже находится рядом. Резкая боль в руке, оповестила меня о том, что первая кровь выпущена.

Противник с довольной ухмылкой уворачивается от нескольких моих неуклюжих выпадов и разрывает дистанцию.

Левое предплечье заработало глубокую рану, из которой на песок капает густая кровь, а Ярг, не меняя надменного выражения лица, спокойно поднимает отскочивший от маски кинжал.

Нет, так я долго не продержусь, с таким оружием, как у него, коса только мешает. Я вновь раскручиваю её над головой и вонзаю древком в песок.

По зрителям пробежал вздох недоумения, как же так, я собираюсь биться с таким противником голыми руками?

Но я уже давно спланировал это действие, только так я смогу остаться живым и продолжить выступать на арене. Гордость Ярга, не позволит ему использовать кинжалы в то время, как новичок добровольно отказался от своего.

Мой расчёт оказался верным. Ярг расхохотался и отбросил своё оружие в сторону.

Удар левой ногой в голову оказался настолько неожиданным, что я едва не отключился. Ноги подкосились и меня повело в сторону, с трудом удалось удержаться от падения. Но противник не стал останавливать атаку и провёл серию ударов руками.

К счастью их мне удалось блокировать, но вот о том, чтобы ответить ему и речи идти не могло. Слишком силён, слишком быстр. Я уже дышать с трудом могу, нужно было продумать отверстия в маске для вентиляции.

Пропускаю прямой удар в лицо, маска разбивает нос, кровь начинает попадать в рот и стекает по подбородку, но я всё ещё стою.

Наконец, небольшая пауза позволяет провести серию ударов ногами. Боковые выпады идут друг за другом и нацелены в корпус, а Ярг совершает первую ошибку — отходит назад, блокируя мои ноги локтями.

Я специально провожу удар правой ногой мимо, по воздуху, раскручиваю тело и с разворота, в прыжке достаю правой голову Ярга.

А вот он не устоял, свалился на песок и едва успел уйти в кувырок от моего добивающего, пяткой в голову.

Вот теперь на его лице действительно удивление и, кажется, злость. Но радоваться мне оставалось не долго.

На арене есть одно правило — выжить любой ценой. Этим в полной мере и воспользовался Ярг. Он зачерпнул пригоршню песка и бросил её мне в глаза.

Первый удар, который пришёлся по маске, выбил из меня волю к сопротивлению. Следующий, настиг мою печень, разорвавшись болью по всему животу, а после третьего попадания в голову, наступила темнота.

*****

В себя я пришёл уже в мрачных лабиринтах арены. Мне в нос тыкали каким-то пузырьком, с резким запахом аммиака.

Едва я открыл глаза, предо мной тут же появилось довольное лицо Дария.

— Это было потрясающе! — с восторгом похвалил меня он. — Ты смог обратить свой проигрыш в победу! Когда тебя уносили с арены, толпа ревела и очень многие при этом выкрикивали твоё имя. Отныне Безликий будет наполнять арену не хуже Ярга.

— Моя коса, — я приподнялся на локтях и успокоился, когда увидел её, спокойно стоявшую в углу комнаты.

— Не волнуйся, мы здесь ничего не оставим, — продолжил улыбаться Дарий. — О, ты действительно смог удивить меня. Поехали домой, сегодня будет пир в твою честь!

Я с трудом поднялся с топчана, голова кружилась и слегка тошнило. Худощавый, невысокого роста Ярг, будто катком прошёлся по мне. Он бил так, словно в его руках были кувалды. Но главное, что я жив, не стал калекой и смогу продолжить выступать на арене. А теперь оказывается, я ещё и расположение Дария заслужил. Я попытался улыбнуться, но вышло очень больно, лицо стало сплошным синяком.

Мы шли через лабиринты арены, когда я встретил её. Квида шла с таким лицом, с каким идут осуждённые на казнь. Она посмотрела мне в глаза всего мгновение, а затем отвела взгляд. Я остановился и обернулся ей вслед, хотел что-то сказать, но слова застряли в моём горле комом.

— Ты проиграл этот бой, — словно сквозь вату до меня долетел голос Дария, — О девушке можешь сегодня забыть. Но я верю, что ты ещё не раз сможешь насладиться её обществом, а то и закрепить её за собой.

Мы покинули арену, повозка быстро домчалась до дома и вскоре я уже сидел за столом среди своих, а Скам в лицах, в очередной раз пересказывал мой бой с Яргом, словно сам на нём присутствовал. Ребята хлопали меня по спине, всячески подбадривали и произносили в мою честь тосты.

Вот только я не хотел веселиться, не хотел есть, внутри образовалось какое-то неприятное ощущение, будто пустота, сосущая, жадная и холодная, как могила.

— Эй, Безликий, — окликнул меня захмелевший Скам, — к тебе пришли.

Он отвлёк меня от мыслей и когда я поднял на него свой взгляд, увидел, что рядом стоит Гретта, видимо это она сказала, что меня просят выйти.

Я поднялся с места и едва смог удержать себя, чтобы не побежать к выходу.

Вот только распахнув калитку я увидел не совсем того, кого ожидал, передо мной стоял Моня и вид его был весьма озабоченный.

— Ты это, прости, что я вот так, ладно? — неуверенно начал он. — Просто я думаю, что тебе нужно знать. В общем Квида… Она повесилась сегодня.

Ноги сами подкосились и, чтобы не рухнуть всем пластом на мостовую, я медленно сполз на неё, опираясь спиной о стену. Говорить не хотелось, я так и сидел на камнях, глядя в одну точку. Моня ещё что-то говорил, размахивал руками, но я не слышал его, мало того, я даже не заметил, как он ушёл.

Затем вышли ребята, они тоже что-то спрашивали и говорили, а впоследствии просто занесли меня внутрь и уложили спать в казарме, оставив все вопросы на потом.

Глава 8

Разговор по душам.

Утро началось как обычно, вот только не совсем обычно закончилось.

Проснулся я с тяжёлой головой, мысли крутились вокруг Квиды и для моего разума это было более чем странно. К смерти я всегда относился спокойно и даже не в силу своей профессии, просто так было с самого детства.

Первого покойника я увидел лет в шесть, мой сверстник повесился в детском доме в туалете. Не выдержал новых реалий, да и проверка на прочность в его отношении была крайне жёсткой. Ну а как, богатенькие родители, к тому же папа какой-то авторитет. Вот и решили проверить пацаны, что же это за авторитет такой и не передался ли он случайно сыну?

Однако, когда приехали из милиции, тогда у нас они имели ещё это название, я не ощутил какого-то отвращения, или страха на опознании. Само собой, что меня никто не просил смотреть на покойного, для этого есть воспитатели. Но было очень любопытно, а для пацана подсмотреть — плёвое дело.

Ну а когда военные перевезли меня на остров и стали учить убивать, так вообще стало до фонаря. Первое своё убийство я совершил в возрасте одиннадцати лет.

К нам привезли заключённых, которые были приговорены к смертной казни и каждому из нас достался один из таких. Их выпускали на специально подготовленную площадку и давали нож, чтобы у них имелись хоть какие шансы. Нас посылали следом, примерно через час, с оружием в руках.

Своего я пристрелил через сорок минут от начала преследования и никакого сожаления по данному поводу не испытывал.

Так почему же сейчас я терзаю себя мыслями о своей вине? Это был её выбор и больше ничей. Я не клялся ей в вечной любви, не обещал никаких отношений, всё это она придумала сама.

Мой проигрыш на арене, положил её под Ярга, но ведь это её работа, она рабыня и выбора в данном вопросе у неё нет. Так почему я никак не могу выбросить это из головы?

Скам появился после завтрака.

— Пошли со мной, — сухим тоном произнёс он и посмотрел на меня очень серьёзно.

Мы прямой наводкой направились к дому хозяина. Я остановился у входа в сад, потому как для рабов это была запретная территория. У нас даже за забор имелся собственный выход.

— Не отставай, — скомандовал Скам и я смело шагнул на коротко стриженый газон.

Теперь мы направлялись к дому, а я только и успевал крутить головой, чтобы успеть рассмотреть как можно больше. Сад был разбит на несколько зон, по территории каждой струилась каменная, мощёная дорожка. Кованые скамейки стояли у фонтанов и водопадов, от которых веяло свежестью и прохладой. Куда ни глянь, всюду порядок и чистота, а от изобилия цветов, даже в глазах рябит.

Скам привёл меня к дому, оставив стоять у просторной веранды, которую овивал виноград.

На плетёном диване лежал Дарий, а на столике рядом стояли фрукты и вино. Весь его вид говорил о том, что ему скучно, но заставлять себя шевелиться выше его сил.

Вообще-то, Дарий никак не производил впечатление ленивого человека, видимо, такое лежбище он может позволить себе только дома.

— Поднимись, — приказал Скам.

Я послушно поднялся на веранду и встал напротив хозяина.

— Можешь идти, Скам, — небрежно махнул рукой Дарий.

Управляющий поклонился и, пятясь задом, покинул наше общество.

— Сядь, у нас будет долгий разговор, не хочу постоянно тянуть шею, — приказал хозяин, а я чуть было не уселся в кресло напротив. — Да куда ты зад свой тянешь, на пол садись.

— Простите, господин, — повинился я за свою тупость и уселся на пол.

— Скам мне всё рассказал, — начал издалека Дарий, — я хочу получить ответы.

— Я не совсем понимаю, о чём речь? — действительно потерялся я.

— Откуда тебе известен запретный язык? — спросил напрямую хозяин.

И вот тут я вспомнил, о чём договаривался с управляющим несколько дней назад. Вот только за суетой и неприятностями, из головы совсем вылетело это событие, но Скам помнил и сдержал своё слово.

— Я уже говорил Скаму, что не помню ничего до того момента, как очнулся в клетке, — попытался я съехать со скользкой темы на полуправде. — В этот же день вы купили меня на рынке и привезли сюда.

— Вот скажи мне, я похож на полного идиота? — приподнялся на локте хозяин, — или может тебе доставляет удовольствие боль? Я знаю таких людей, они любят, чтобы их унижали и трахали в зад. Может быть, мне стоит вначале вырвать твои ногти, чтобы ты начал воспринимать меня всерьёз?

— Это вряд ли поможет, господин, — ответил я, — я, действительно, не помню ничего и говорю вам чистую правду.

— В таком случае я тебя вздёрну, — спокойным голосом расписал мои дальнейшие перспективы Дарий. — Я не собираюсь рисковать собой и своей семьёй. Если вдруг окажется, что ты засланный убийца клана, которому стёрли память до определённого момента.

— Я точно не имею никакого отношения к кланам, — сказал я, глядя прямо в глаза хозяину.

— Значит, это ты помнишь? — усмехнулся тот. — Решай сейчас, или к вечеру твоя туша будет болтаться в петле на городской площади.

— А если мы заключим сделку? — решил я включить наглость. — Я расскажу вам свою историю, а вы поведаете мне о кланах?

— Ты слишком много на себя берёшь! — рявкнул хозяин и занял сидячее положение. — Ты раб, как ты смеешь говорить со мной в таком тоне!

— В таком случае можете начинать намыливать верёвку, — усмехнулся я и посмотрел прямо в глаза Дарию, — а заодно забыть о том, сколько ещё денег я мог бы заработать для вас на арене.

— А ты наглец, — захохотал он, — откуда тебе знать, что я соглашусь на твои условия? Может быть, прямо сейчас я позову стражу и прикажу им вздёрнуть тебя.

— Так зовите, — продолжил я переть до конца, — только учтите, господин, просто так я им в руки не сдамся.

— Скам прав, ты моё самое необычное приобретение, — усмехнулся тот. — Ты должен молить всех богов об удаче, которая свалилась на твою судьбу. Будь твоим хозяином кто-то другой, ты давным-давно был бы мёртв.

— Поверьте, моя судьба не так уж и чудесна, чтобы благодарить за неё богов, — усмехнулся я. — Мы договорились?

— Да, — кивнул Дарий, — но я очень любознательный человек, так что хотелось бы услышать твою историю с самого начала.

— Ваше право, — пожал я плечами и начал свой рассказ с того самого дня, как я себя помню.

Обед нам принесли на веранду, а я всё ещё не закончил. Дарий впитывал каждое моё слово, иногда задавая наводящие вопросы. Вначале их было очень много, особенно тех, что касались полётов и автомобилей. Затем они перешли в раздел оружия, возможности изготовить что-то подобное в этом мире. Но в итоге они стали иссякать, а желание дослушать историю осталось прежним.

— Последнее, что я помню, как ложился спать в свою кровать, — закончил я свой рассказ. — Проснулся я уже здесь, в этом теле, в клетке, посреди полей. Дальше вы знаете.

Дарий молчал. Видимо в его голове пыталась уложиться вся та информация, которую он только что получил. Взгляд его находился где-то далеко, скорее всего, он всё ещё блуждал по моему миру, рассматривая все те чудеса, о которых услышал.

— Да уж, — выдохнул он, нарушив тишину, — это была самая удивительная история из всего, что я когда либо слышал. И я бы ни за что в неё не поверил, не расскажи ты мне о ваших чудесных устройствах в таких подробностях. Да я и сейчас в это с трудом верю! Ведь так не бывает!

Дарий встал с дивана и принялся ходить по веранде взад-вперёд, закинув руки за спину.

— Это же просто уму непостижимо! — снова воскликнул он. — Хотя ходят слухи о том, что в кланах есть много такого, о чём мы и вообразить не можем.

— Расскажите мне о них, — пришла моя очередь овладеть информацией.

— Насколько хорошо ты знаешь запретный язык? — поинтересовался Дарий. — Ты сможешь его прочесть?

— Без понятия, — пожал я плечами, — может быть, мы вообще говорим о разных языках, хотя многие латинские мне доступны. Я должен взглянуть, иначе никак.

— Если ты обмолвишься хоть одним словом о том, что я тебе сейчас покажу, я убью тебя, — в очередной раз пригрозил мне хозяин. — Сиди здесь, я сейчас.

Я в очередной раз сменил позу, потому что затекали то ноги, то спина и остался дожидаться Дария, который исчез в доме. Появился он с какой-то книгой в руках и протянул её мне.

— Посмотри, — сказал он.

Я принял книгу и раскрыл её там, где рука взяла. В глаза сразу же бросились разбитые на две части страницы. Текст оказался вполне читаем и я практически сразу же узнал в ней Библию. Достаточно было прочесть всего пару строк.

— Это религиозная книга, — вернул я её хозяину, — в ней нет ничего важного.

— Я это знаю, — улыбнулся Дарий, — Ты можешь научить меня читать этот язык?

— Конечно, — пожал я плечами, — это в моих силах.

— Замечательно, — потёр ладони хозяин, — с завтрашнего дня начинаем занятия.

— Но мои тренировки? — попытался отвертеться я.

— А их никто не отменял, — согласился тот, — будешь приходить ко мне на полчетверти после ужина. У меня тоже есть дела, от которых я не могу отказаться. Я способный ученик, так что много времени это не займёт.

— Да, господин, — согласился я, — вы обещали рассказать мне о кланах.

— Так задавай вопросы, — кивнул Дарий и снова развалился на диване. — Сейчас подадут ужин, — продолжил он, сменив тему.

— Что они из себя представляют? — задал я свой первый вопрос. — И почему все их так боятся?

— Что представляют? — задумался он. — Хм-м, хороший вопрос. Да по сути ничего нового, обычная вертикаль власти, где один глава, несколько замов, затем идут генералы, которые непосредственно подчиняются замам. Под генералами находятся непосредственно исполнители. Каждый генерал занимает определённую ветку, например: разведка, или охрана. Есть у них свои псы — убийцы, такие, каким ты был в своей прошлой жизни. Вот именно из-за этих псов все и боятся их.

— Они существуют легально? — спросил я.

— Тут как посмотреть, — покрутил рукой в воздухе Дарий, — вобщем, не совсем, это скорее тайные общества, с достаточно узкими полномочиями. Но так только принято считать, на самом же деле их власть практически безгранична. Они могут свергать королей, устраивать бунты и восстания, в их руках сосредоточены знания предков.

— Электричество, о нём тоже знают только кланы? — спросил я указав пальцем на лампочку.

— И да и нет, — неопределённо ответил тот. — Господа могут пользоваться им, но никто не знает откуда оно берётся. Эти люди очень хорошо умеют хранить свои секреты.

— А вы не боитесь держать в доме вот такие книги? — указал я пальцем на Библию. — Я так понимаю, что такая у вас не одна?

— Боюсь конечно, — усмехнулся хозяин, — но ничего не могу с собой поделать. Я очень хочу понять, что произошло там, в далёком прошлом. Хочу знать, почему нам не разрешено пользоваться теми технологиями. Да, я просто хочу знать, ведь знание это сила и кланы очень хороший тому пример.

— А что случилось с предками? — задал я очередной вопрос. — Ведь есть же какие-то словесные легенды, сказки, да всё, что угодно?

— Версий много, но я полагаю, что все они неправдивы, — пожал плечами тот. — Говорят разное, страшная болезнь, природный катаклизм, война. Но что произошло на самом деле, не знает никто. Эта информация хранится даже не в кланах.

— То есть, существует организация, которая стоит над ними? — задал я наводящий вопрос.

— Всегда есть кто-то, кто стоит «над», — засмеялся Дарий. — Уж ты, как никто должен это понимать.

— Но кто это? — продолжил допытываться я. — Кто эти люди и почему у них столько власти?

— Они называют себя «Совет», — принялся объяснять хозяин, — В него попадают только по праву крови и то не все. Совет управляет заказами на убийства и платит за них, он решает, где необходимо провести разведку и что нужно утаить, а так же в каком из кланов обязаны хранить данный секрет. Совет решает всё, выдаёт задания и платит. Чем сложнее задача, тем больше денег и власти получит в итоге клан.

— Но ведь таким образом можно подтасовывать и выдавать необходимые задачи только одному из кланов, — задумчиво произнёс я.

— Нет, на это тоже существуют правила, — усмехнулся тот. — Задание на убийство, поиск и всё такое, получают все главы. Некоторые берутся за исполнение, некоторым это не под силу. Но те, кто берутся, должны опередить соперников, в общем, кто успел, тот и съел.

— И что, даже Император не имеет над ними власти? — задал я очередной вопрос.

— Боюсь, что нет, — покачал головой Дарий, — Хотя, вот здесь я не совсем прав. Император, конечно, имеет очень сильное влияние, но всё же он не может вмешиваться в их игры. Кланы же наоборот, могут затеять такую возню, что в пожарах полыхнёт вся империя.

— Так почему бы не попробовать сломить систему, ведь он правит этими землями? — я попытался разобраться в этой запутанной схеме. — Неужели у него нет людей, способных внедриться в клан, выведать обстановку изнутри и накрыть их своим войском.

— Ты ведёшь очень опасные рассуждения, — остановил меня Дарий, — но я отвечу на твой вопрос. Дело в том, что подобных кланов не два и не три. Стоит Императору вмешаться в их игры, как его тут же убьют. И скорее всего, совершат такой переворот, что мы и за два десятка лет не расхлебаем. Поверь мне, попытки уже были и ничего хорошего из этого не вышло. Лучше всё оставить так, как есть.

— Вы запишите меня на турнир? — сменил я тему разговора на более реальную для меня.

— Зачем тебе это? — приподнял бровь хозяин.

— Я хочу убить Ярга, — честно признался я.

Для меня самого это было открытием, я только сейчас понял, насколько сильно желаю его смерти. Это он виноват в том, что Квида полезла в петлю. Он мог выбрать любую девушку, но захотел именно её и не факт, что она сама так поступила. Возможно, что это именно его рук дело.

Да, может я и не должен испытывать эмоции, но они есть и ничего с этим не поделать.

Ещё на острове, один офицер пытался донести до меня один урок, точнее дисциплину. Ну никак не давалось мне плавание. И продолжалось это до тех пор, пока этот офицер не объяснил мне, что для достижения результатов, всегда нужно ставить перед собой цель. Не ту, чтобы проплыть быстрее, или нырнуть глубже, нет. Цель нужна настоящая, та, которую желаешь добиться всей душой. И самая лучшая — враг. Как только представишь своего врага, как только появится цель его уничтожить, всё будет получаться.

Как ни странно, его слова сработали, результаты и показатели улучшились, а я принял этот совет на вооружение. Впоследствии, это не раз и ни два меня выручало.

И вот сейчас у меня появился настоящий враг, тот, чьей смерти я желаю всей душой.

— Ты уверен, что сможешь сделать это? — внимательно посмотрел на меня Дарий. — Хотя, зачем я спрашиваю, твой опыт позволит сделать это играючи. А я ещё удивлялся твоим успехам. Теперь понимаю, почему иногда ты кажешься мне глубоким стариком.

— Если бы было всё так просто, — грустно усмехнулся я. — Это тело ещё не в состоянии исполнить то, что я когда-то умел. К тому же, у меня нет того оружия, да и правила сильно изменились.

— Хорошо, — немного подумав, согласился хозяин, — я впишу тебя в турнирную сетку. Это конечно будет стоить мне денег и не малых, потому как он уже идёт. Но я это сделаю.

— Спасибо, господин, — поклонился я.

— Для меня ещё вот что странно, — вдруг сменил тему Дарий, — а почему ты не попытался сбежать? Ведь твои знания позволяют убить меня, вырезать всю мою семью и бежать?

— Куда? — засмеялся я, для меня ответ был очевиден. — Я не знаю об этом мире ровным счётом ничего. К тому же, у меня достаточно опыта и я понимаю, что систему не сломать в одиночку. Что бы я получил, убив вас и вашу семью? Кучу проблем и неизвестность впереди.

— Знаешь, я очень рад, что мой глаз смог тогда рассмотреть тебя на рынке, — улыбнулся хозяин. — Похоже, это мне следует хвалить богов за то, что они переплели наши судьбы.

— Я всего лишь раб, господин, — сухо отреагировал я, — и не достоин вашей похвалы.

Затем принесли ужин, которым со мной щедро поделился Дарий. Мы ещё немного поговорили, а затем он отпустил меня.

Естественно, что ни о каких тренировках сегодня речи быть не могло. Тело всё ещё болело после боя с Яргом, да и можно разок пропустить. Главное, чтобы это не вошло в привычку. Завтра я снова буду на песке и никаких поблажек.

Глава 9

Турнир

До моего следующего выхода на арену, на этот раз осталось гораздо больше времени. И состояться он должен был через четверть лета. Они здесь всё меряют четвертями, но я скажу, что это вполне удобно, особенно если дело касалось ориентации в городе.

Он стал мне более чем понятен. Круг, который поделили, как пирог, или торт, если угодно. Само собой, что господа отхватили едва ли не половину. Приблизительно половина четверти города, принадлежала ремесленникам, край этого куска как раз проходила река. Русло её делало поворот прямо в городе, где вода делала широкий разлив, чтобы на выходе из него, начать падать по порогам, создавая энергию для вращения колёс.

Выше, перед этим разливом, расположилась четверть земли Императора и его приближённых. Вот это было действительно потрясающее место — оно больше походило на рай. Вот только рабы, которые там работали, ненавидели это место даже больше, чем поля. Порой, его сравнивали с рудниками, и только избранным удавалось здесь нормально пристроиться.

Вельможи и вообще весь высший свет города, отличался жуткой склонностью к разного рода извращениям. Видимо, от безделья у них совсем срывает крышу. Но я и в прошлой жизни на такое насмотрелся, хотя здесь с рабами можно творить всё, что душа попросит.

Так я услышал страшную историю из земель Императора: родилась у одного дома рабыня, да настолько красивая, ну как картинка. По достижении двенадцати лет, её выкупил у хозяина сосед, причём за очень круглую сумму. И всё потому, что он ощутил в себе желание, испортить что-нибудь красивое. Девочка еле выжила, но теперь на неё страшно смотреть. И ведь резал он её тело не один год, периодически давая ранам затянуться, чтобы та не подохла раньше времени.

Подобное, конечно, редкость. Возможно даже очередная байка рабов, которая рассказывает о том, кем они являются в этом мире. Но с другой стороны, я встречал людей и похуже. Хотя маньяк, он в любое время одинаковый. Тот же Ярг, ведь он наслаждается чужой болью, она ему необходима, чтобы жить. Точно так же выглядит склонность к алкоголизму.

Оно, конечно, не даёт оправдание таким поступкам, но всё же имеет место быть.

Я упёрся в тренировки и всячески продолжал нагружать своё тело. По моему совету, Молот велел нацепить каждому рабу на руки утяжелители. Что ни говори, но реальное оружие отличается по весу от деревянного.

Управились с этим делом быстро. Я попросил Скама передать заказ на женскую половину, чтобы те сшили плоские мешочки, которые можно повязать на руку. Их набили песком, которого здесь было в избытке и вуаля, инвентарь готов.

Ребята, конечно же, встретили это новшество с восторгом, особенно в конце тренировки. Нет, без недовольных всё же не обошлось, но все понимали, что лезть на меня в драку бесполезно. Толпой однозначно сломают, но и с их стороны без жертв не обойдётся.

Крит, который уже считал меня своим другом, как раз и поинтересовался этим вопросом. Я посоветовал ему снять их сейчас и попробовать поработать спарринг. После нескольких взмахов деревянным оружием он вытаращил от удивления глаза, потому как скорость ударов с его стороны возросла.

После, каждый попробовал сделать то же самое уже с радостью, и на следующий день нацепили песок на свои запястья. А некоторые, точно такие ещё и на ноги заказали. Работы у девчат ощутимо прибавилось, но зато эффективность гладиаторов возрастёт.

Мы с Молотом тоже не отставали от ребят. Мы с ним теперь совсем иначе занимались. Он начал брать у меня уроки, но отрабатывались приёмы так, будто оба делаем это в первый раз. Особый восторг у него вызвала японская техника владения мечом. Наука по рукопашным боевым искусствам вызывала у него не меньшее любопытство. А уж за нашими схватками наблюдали так, словно мы на арене выступаем.

Настоящий бой никогда не будет выглядеть, как в кино. Достаточно сравнить бойцов на киноэкране и на ринге смешанных единоборств. Но вот когда ты сам занимаешься, вот в этом случае видишь каждый выпад, каждую попытку захвата.

Молот считал меня уникумом. То, как я вырос за каких-то три месяца, не укладывалось в его голове. Вот только я не рос, а скорее вспоминал и заставлял тело слушаться. Это было сравни восстановлению спортсмена, после травмы. Только в моём случае — тело молодое и не болит в сломанных местах.

Но мне точно так же потребуется год, чтобы заполучить назад свои старые показатели, а может быть и больше. Всё потому, что чем ты ближе к пределам, для усовершенствования придётся затратить едва ли не больше времени. Это как полировка ножа после ковки, до зеркального блеска.

Каждый вечер я посещал Дария и мы ровно половину четверти учили язык. Он действительно оказался очень способным учеником и освоил алфавит за пару дней, а уж сложить его в слова труда не составило. Грамматика ему была ни к чему, а вот читать он научился быстро. А я параллельно брал у него урок местного языка, между нами всё ещё работало соглашение взаимного обмена информацией.

Само собой, это длилось до тех пор, пока я был нужен хозяину. Он получил от меня всё, что хотел за пару недель и теперь я снова был предоставлен сам себе. А то время, что я тратил на занятие с Дарием, оставил себе для прогулок по городу.

Порой я даже забывал, для чего нахожусь в этом мире. На данном этапе моя цель вполне себе заурядная: я просто хочу убить Ярга. Для этого мне достаточно забрать десять жизней и я смогу встретиться с ним на арене ещё раз.

Он конечно профессионал и вполне может случиться так, что я проиграю, но не факт, что он сам при этом останется жив. Есть в моём арсенале сюрпризы и похлеще, чем умение владеть собственным телом. Хотя от этого тоже многое зависит.

Моня, с ним мы больше не общались. Он видно решил, что это я виноват в смерти девушки. Переубеждать его я ни в чём не собирался, он сам так решил, как и Квида. Не я накинул ей удавку на шею и стул из-под ног, тоже не я выбивал.

Остаётся, конечно, вероятность того, что это заслуга Ярга, но я не могу знать наверняка. Можно поинтересоваться у его подружки, хотя я планирую спросить об этом напрямую, у самого гладиатора. Что-то мне подсказывает, что ответ будет положительный.

Погода этого мира удивляла не меньше, чем вся его политическая составляющая. Ровно раз в две недели проливался дождь. Всё было как тогда, когда я увидел это в первый раз. Вначале туман, а затем поток воды с неба.

Ребята сказали, что такое происходит только в летние и зимние четверти, затем такое будет случаться реже. Но я каждый раз удивлялся тому, как это происходит. В такую погоду даже вор из дома носу не высунет, не то, что собака.

Время шло, тело наливалось силой и становилось всё твёрже. Скорость движений возросла почти в два раза от того, что было спустя первые тридцать дней тренировок. Точность так же увеличилась, как и гибкость, которой особо тоже некуда было деваться.

Постоянные упражнения позволяли сидеть на любом из шпагатов, а руки свободно сцеплялись за спиной, притом удерживая друг друга за предплечье. Молодой организм очень эластичный и порвать связки в таком возрасте тяжело. Не зря гимнасты начинают заниматься с раннего детства.

Коса тоже стала более или менее послушной, хотя я понимал, что это не предел и заниматься мне с ней ещё очень и очень долго.

Турнир проводился раз в четыре лета и для участия в нём отбирались самые опытные гладиаторы от всех известных домов. В это лето выступал даже чемпион с прошлого турнира, и он всерьёз двигался по отборочной сетке. Считать, что все мои противники будут слабаками, это проиграть заранее.

Здесь были лучшие, и опыта арены у многих имелось больше чем у меня. Примерно такой мне и достался.

Его звали Кнехт и он очень сильно походил на свою кличку. Низенький, почти квадратный, с толстым животом. При всей своей неказистости он обладал большой силой, оставаясь при этом шустрым и вёртким. На арену выходит с двумя топорами, которыми владеет довольно уверенно.

Без щита выходить против такого бойца очень непросто. Однако в моей ситуации об этом и речи идти не может, коса просто не позволит занять вторую руку. Буду полагаться на собственный опыт, менять оружие мне теперь нельзя. Просто потому, что оно является моей визитной карточкой.

На арену отправились вместе с Дарием, и на этот раз, маска была на моём лице сразу, как только мы отъехали от дома. Я всё же доработал её и теперь она была похожа на хоккейную, только из металла и чёрная, как ночь.

К моему удивлению, броню также подправили и переклепали повреждённые пластины. Так что выглядел я снова безупречно.

Горожане узнали меня, несмотря на то, что на арене я не появлялся уже четверть. Они выкрикивали моё имя, когда повозка проплывала перед их лицами. Должен признать, что это приятно.

В моей прошлой жизни убивать приходилось тайно, мою личность никто не должен был знать. Здесь я сделал точно так же, вот только обернул это в яркий образ.

Свет ударил по глазам, когда я вышел из ворот ведущих на песок. Зрители кричали, оставаясь невидимыми, а сердце снова начало свой разбег, вот только на этот раз адреналин был дозирован. Руки не трясло, как в первый раз, колени уверенно держали тело.

Коса со свистом рассекая воздух, сделала несколько оборотов в моих руках и вонзилась древком в песок. Я поднял руки и быстрым шагом прошёл круг арены, давая публике получше себя рассмотреть. Где-то попрыгал, где-то сделал несколько взмахов ногами и судя по нарастающему шуму, им это понравилось.

Вскоре ведущий представил Кнехта. Да, возможно боец он очень хороший, но сразу стало понятно, кого зритель любит больше.

Кто бы что не говорил, но эта деталь оказалась немаловажной, поддержка зрителей заряжает, словно они делятся своей энергией. По крайней мере, я физически ощутил прилив силы.

Низкий звук, который отдаётся вибрацией в животе, дал сигнал к началу схватки. Кнехт пошёл по кругу, а смерть пустилась в свой неумолимый танец между нами. Но вот вопрос: кто же будет сегодня её партнёром, мы пока не выяснили.

С резким выдохом противник махнул топором, целясь наискосок сверху вниз, я отвёл этот удар в сторону верхней частью древка, той, на которой имелось копьё. Соперник на этом не остановился и второй его топор уже летел мне в живот, пришлось заканчивать свой блокирующий восьмёркой и древком уводить удар в сторону. Продолжаю движение колющим выпадом и на щеке едва успевшего увернуться Кнехта, остаётся кровавый росчерк.

Разрываем дистанцию, он вытирает щёку о предплечье, а зритель уже выражает свой восторг.

Коса слегка за спину и очередной ход по кругу, Кнехт смотрит в чёрный провал маски и поочерёдно вращает топоры в руках.

Делаю шаг вперёд и тут же провожу удар по ногам, который знает каждый косарь, противник правым топором сбивает мой выпад и дёргает косу на себя, а левый уже летит мне в голову. Я подаюсь навстречу, ныряю под руку и выпускаю из рук своё оружие. Кувырок и вот я уже за спиной соперника.

Инерция от удара топором по воздуху, потянула Кнехта вперёд, я лишь слегка подправил его траекторию, добавив хороший пинок в спину. Тот кубарем полетел в песок, но пока я поднимал свою косу он смог оказаться на ногах, успев сгруппироваться при падении.

Тут же делаю прямой выпад стороной с копьём, его отражает топор, помогая мне раскрутить древко. Острое, загнутое жало косы, своим кончиком рассекает предплечье противника.

Снова разрыв дистанции, зрители ревут и требуют смерти, но я не согласен, пусть костлявая ещё немного повальсирует в одиночестве.

Кнехт метает топор мне в лицо, сам при этом срывается с места. Пока я буду отбивать тот, что летит в меня, он уже окажется рядом. Что собственно соперник и продемонстрировал в ту же секунду. Его второе оружие стремительно приближается к ногам, а я выпрыгиваю, опираясь на древко косы, и встречаю его обеими ступнями в грудь. Оттолкнувшись, провожу кувырок назад, через голову и приземлившись, вытягиваю своё оружие из песка.

Блеск стали наконечника пролетел снизу вверх, а на песок упало ухо противника. Кажется, где-то среди зрителей вспыхнула потасовка. Эмоции, словно раскаты грома вырываются из тысячи глоток. Кнехт уже залил своей кровью всю броню, но сдаваться не собирается. Да и смысла в этой сдаче нет никакого, публика безжалостнаи Император, скорее всего, подчинится её воле.

Хриплое дыхание вырывается изо рта соперника, его слышно даже сквозь рёв толпы. Энергия покидает Кнехта вместе с кровью, но запал всё ещё есть.

Очередной рывок, росчерк топора пролетает прямо перед моим лицом. Я дважды увожу корпус с траектории рубящих ударов, делаю подшаг и раскручиваю своё тело вокруг гладиатора. Удар пяткой в затылок и Кнехт, после очередного провала, делает шаг вперёд, а его горло чётко входит в изгиб косы, которая лежит на моём плече. Я заканчиваю поворот корпуса, и острое жало вскрывает глотку бойца.

Всё, бой окончен. Противник всё ещё стоит на коленях и пытается удержать руками кровь, которая хлещет на песок мощными толчками.

Негоже мучить хорошего воина. Коса вновь рассекает со свистом воздух, и голова отделяется от тела.

Знаю, что поступил по отношению к Кнехту неуважительно, но мне нужно делать шоу. Раскручиваю косу над собой, вонзаю её в песок и наклоняюсь за головой противника. Беру её за волосы и как следует разбежавшись, бросаю в зрителей.

Вот теперь вопли стоят такие, что Яргу и не снились. Ничего, охрана вскоре отберёт её и на ритуальный костёр воин попадёт целиком. А я остановился у косы и воздел руки к небу, призывая покричать своё имя ещё раз.

В следующую секунду оно обрушилось на мои уши: «Без-ли-кий! Без-ли-кий! Без-ли-кий!»

У ворот меня встречал Дарий. На этот раз улыбка на его лице сразу ответила на все мои вопросы — я выступил безупречно!

— Ты воистину моё самое лучшее вложение, — развёл руки в стороны тот. — Даже я был сегодня ослеплён этим боем. Проси всё, что тебе вздумается, кроме свободы конечно.

— Неужели ты думаешь, что получив её, я сменю хозяина? — усмехнулся я под маской.

— Нет, — расхохотался хозяин, — просто это не в моей власти. Такое тебе может дать только клан, или Император.

— Тогда, я бы хотел сегодня двух девиц, — я снял маску и с улыбкой во все зубы озвучил своё пожелание, — Сколько живу, так ни разу и не попробовал.

— Ха-ха-ха, — расхохотался в голос Дарий, — Да хоть десяток. Ступай в свою келью, награда скоро прибудет к тебе.

— Благодарю, господин, — поклонился я.

— Утром тебя заберут, — кивнул на мою благодарность хозяин и развернувшись отправился к зрителям, на арену.

Закончилось только моё выступление, но на сегодня бои прошли ещё не все.

Девушки прибыли практически сразу. Они вошли ко мне, неся в руках уставленные едой подносы. Молодые, стройные, с длинными чёрными волосами и не менее длинными ногами.

Не сказать, что я не знал женского общества всё это время, но и регулярными эти события не назовёшь. Так что подносам некоторое время было суждено постоять в стороне. До еды мы доберёмся не скоро.

****

За мной приехали утром. Повозка быстро довезла до дома, где меня встретили радостным кличем. Рассказ о моей победе уже во всех красках добрался до гладиаторов. Но расслабляться рано, до следующего боя не так много времени. Большой перерыв, теперь сменился стандартными тридцатью днями. Вскоре мне предстоит выйти на арену и в очередной раз доказать своё мастерство. Вот только на этот раз противник будет серьёзный. Тот самый чемпион прошлого лета.

Ночь с девицами была бессонной, но максимум, что я могу себе позволить, это отказаться от вечерней тренировки.

— Молот, — окликнул я своего наставника, хотя теперь он скорее друг и напарник, — ты никак решил откосить на сегодня?

— Это ты у нас всю ночь с девками кувыркался, — подошёл он ко мне, отделившись от основной группы гладиаторов. — Видно, плохие попались, раз ты собрался ещё и заниматься.

— Тебе-то с ними точно не управиться, — вернул я ему шпильку, — В твоём возрасте нужно беречь остатки сил.

— Ха-ха-ха, — грохнули ребята от смеха.

— Вот теперь я вижу настоящего воина, — с улыбкой кивнул наставник, — пошли на песок, посмотрим сколько сил они оставили тебе.

Молодой организм имеет неиссякаемый запас энергии. Бывали дни, когда я мог не спать по нескольку суток и выполнять поставленные задачи на ура. Правда они остались там, в прошлой жизни, но что это меняет, когда я снова молод и полон сил?

Тренировка прошла удивительно быстро, в обед удалось поспать около часа, затем подоспел ужин, но вот на вечернюю прогулку я так и не решился, а вскоре уже сопел, развалившись на дощатом топчане в казарме.

Глава 10

Подстава.

Снова понеслись будни. Тренировки, тренировки и ещё раз тренировки. Нового почти ничего не происходило, кроме того, что гладиаторы Дария принесли ещё три победы. В очередной раз прибыли новенькие и на этот раз не только в нашу, мужскую казарму, но и в женскую.

Скам привёл трёх девушек, ну а ребята они и в Африке остаются ребятами. В моём мире даже фраза такая ходила: «Первые шестьдесят лет в жизни мальчика, самые сложные». Вот и мы сразу же побежали смотреть на новых девчонок, а затем весь вечер обсуждать, какая из них самая симпатичная.

Однако меня это не сильно волновало, нужно готовиться к схватке.

Самой большой проблемой было то, что с этим чемпионом вообще не понятно чего ожидать. Какого-либо постоянного оружия он не использовал, мог выйти на арену с чем угодно. Это незнание напрягало, потому как не ясно к чему готовиться.

Молот гонял меня по площадкам, используя всё доступные орудия убийства, которые имелись в нашем арсенале. Других вариантов подготовки мы просто не видели.

Шли дни, время неумолимо летело вперёд, а события в нашем, узком мирке не менялись.

Как-то в обед, ко мне снова подошёл Крит и в очередной раз попросил доставить письма, по уже известному адресу. Отказывать было по меньшей мере неприлично, да и не сложно мне, всё равно хожу гулять каждый вечер.

Письма доставил, заодно забрал ответ и передал записки гладиаторам. Затем вечерняя тренировка с Молотом, всё как обычно. Вот только утром стало понятно, что я упустил очень важную деталь, а именно, дерганое поведение товарищей.

За занятиями, я просто не обратил на них ровным счётом никакого внимания. Ну, получили ребята ответ от девчонок, ну скучковались в углу о чём-то перешёптываясь. Нормальное вроде поведение для влюблённых.

Вот только утром, оказалось, что пятеро бойцов бежали и Крит был среди них. Скорее всего, это полностью была его затея, среди всех он был самый старший, да и здесь он провёл достаточно долгое время.

О тренировках в этот день пришлось забыть. Вначале начались допросы, территорию дома перекрыли и никого не впускали и не выпускали. А примерно через четверть появились они: люди клана.

Вообще, как только они вошли, я сразу понял, что это представители высшей власти. Вначале перед ними склонились чуть ли не до земли стражники, которые оцепили всю нашу территорию. Но когда Дарий прогнулся в поклоне перед этими странными господами, сразу же стало всё ясно.

Хозяин даже перед городской управой никогда не склонял головы, так, небрежный кивок, не более. Но здесь, поклон был отбит по всем правилам этикета, будто сам Император соизволил посетить «сие скромное жилище».

О нас так вообще речи не было, Скам тут же приказал упасть на колени и прижать лица к земле. Сам при этом бухнулся на землю в числе первых. Вообще, я был единственный, кто замешкался, остальные точно знали, как и что нужно делать.

Одеты представители клана были в рясы. Точно такие в моём мире носили средневековые монахи, только у этих, они имели белый цвет. Даже нет, не так: они были белоснежные.

Вошли представители клана по-хозяйски, будто в собственный дом. Обувь не сняли, хозяев приветствовали небрежно, сразу же начали давать распоряжения. Женщины рабыни принялись метаться с подносами, которые были заполнены всевозможными угощениями.

Суета продолжалась около половины четверти, а затем нас по очереди начали вызывать в дом для допроса. Моя очередь подошла примерно через четверть и всё это время наши позы не менялись. Когда я поднялся на ноги, чтобы войти в дом, то вначале их даже не почувствовал, будто две колоды снизу приделали.

— Сядь! — властным голосом приказал один из троицы.

Я послушно принял сидячую позу на полу и уставился на представителей клана преданным взглядом.

— У нас есть информация, что ты являешься соучастником побега, — без каких-либо вопросов сразу перешёл к обвинению тот. Видимо, он был старшим. — На тебя указали все, кого мы допрашивали до этого. Что ты можешь сказать в своё оправдание?

— Прошу простить мне моё невежество, — начал я, — но не могли бы вы хоть немного намекнуть, в чём проявилось моё участие этого происшествия?

— Именно ты был связным между заговорщиками, — соизволил снизойти до объяснений старший, — ты передавал письма, так?

— Да, господин, — я упал лицом в пол, — простите мне мою тупость, я оказался настолько глуп, что и помыслить не мог, что задумали эти злодеи. Я просто передавал послания влюблённых, если бы я знал, насколько всё серьёзно, то сразу же рассказал об этом.

— Кому ты передавал эти письма? — задал он очередной вопрос.

— Я просто оставлял их у женщины на входе, — ответил я.

— Ты либо слишком умён, либо слишком глуп, — вдруг подал голос другой представитель клана, — Очень складно ты говоришь, но то, что значат твои слова — очень глупо. Что ты скрываешь?

— Я говорю правду, господин, — я снова склонился к самому полу. — Я и помыслить не мог, что кто-то решит бежать от столь доброго господина.

— То есть ты хочешь сказать, что Дарий слишком добр к вам? — сменил тему допроса первый.

— Да, господин, наш хозяин очень добр к нам, — подтвердил я свои слова, — очень глупо бежать от такого господина.

— Что ты ещё можешь сказать о своём хозяине? — старший продолжил задавать вопросы, которые не касались побега. — Тебе ничего не казалось странным в его поведении?

— Я всего лишь жалкий раб, господин, что я могу знать о хозяине? — я попытался уклониться от ответа, — Мы сыты, у нас есть крыша над головой, разве нужно что-то ещё?

— Так ты не отрицаешь своей вины в соучастии побега? — снова вернулся к теме старший.

— Я всего лишь жалкий раб, — снова затянул я свою песню, — как я могу решать вопрос о своей виновности, если мне даже не хватило ума заглянуть в письма.

— Ты можешь идти, — после недолгой паузы ответил человек клана, который молчал всё это время.

— Но мы ещё не закончили, — возмутился было тот, кого я по ошибке посчитал старшим.

— Я сказал, что он может идти, — сухо повторил тот. — Обыскать дом. Всем рабам по двадцать плетей, а этого на виселицу!

Моё сердце тут же упало в пятки, а мысли заметались в голове как сумасшедшие. Как же так? Вот так, из-за кучки идиотов на виселицу? Что делать? Убить всех и податься в бега? Вот только сколько я смогу пробежать, прежде чем меня поймают?

Я покинул дом и опустился на землю. В голове продолжали роиться мысли, но ничего дельного на ум так и не шло.

— Что они сказали? — услышал я тихий шёпот за спиной и хотел было обернуться. — Не смотри на меня, говори тихо.

— Они обыскивают дом, меня приговорили к виселице, — одними губами доложил я обстановку.

— Это очень плохо, — прошипел Дарий. — Что ты сказал им обо мне?

— Ничего, господин, кроме того, что вы очень добр к нам, — честно ответил я.

— Это очень странно, — произнёс он и на некоторое время замолча., - Я впервые вижу, чтобы кланы занимались беглыми рабами. Что-то здесь не так.

С этими словами он направился в дом.

Мы так и продолжали стоять на коленях, склонив голову к земле до самого вечера. А затем произошло нечто странное.

Вначале дом покинул Дарий и, подойдя ко мне, прошипел: «Не дёргайся», из дома вышли люди в белоснежных рясах и окинули нас беглым взглядом.

— Взять его, — старший указал пальцем на новичка, который сидел рядом со мной.

Затем они покинули нас, уведя с собой новенького. Буквально сразу ушли и представители городской власти, оставив меня в полном недоумении. Нам быстро всыпали положенные двадцать плетей и разогнали по казармам. Ребята со стонами и оханьем начали подниматься на ноги и как паралитики покидали место перед домом. Я тоже было собрался вслед за ними, но Скам окликнул меня и велел остаться. Видимо, на сегодня мои приключения ещё не окончены.

Дарий встретил меня на веранде с очень озабоченным видом.

— Присядь, — махнул он рукой, — Садись в кресло.

— Но господин… — хотел было отказаться я.

— Оставь эти церемонии, — устало произнёс он, — Давай поговорим, как нормальные люди.

Я опустился в кресло и принялся ждать продолжения разговора.

— Что ты можешь сказать об этом? — Дарий протянул мне очередную книгу, — Просто взгляни и ответь, могло ли сегодняшнее происшествие иметь к этому отношение?

Я принял из его рук переплёт и взглянул на обложку. Руки вздрогнули, а я поднял удивлённые глаза на хозяина.

— Где вы это взяли? — поинтересовался я.

— Просто ответь мне, — глядя прямо в глаза, попросил он.

— Да, если у вас всё именно так, как вы говорите, то вот это может потянуть за собой гораздо больше, чем сегодняшнее событие, — честно ответил я. — Где вы это взяли?

— Я приобрёл её у проверенного человека, — ответил то., - Он точно не мог сдать меня.

— Вы хоть отдалённо понимаете, о чём здесь написано? — спросил я.

— Ты мне это скажи, — пожал плечами тот, — Книга попала мне в руки на днях и я ещё не успел до неё добраться. Там что-то важное?

— Хм-м, ну как вам сказать? — задумался я. — В моём мире убивали и за меньшее. То, что находится здесь, может перевернуть весь ваш мир с ног на голову. Хотя, чтобы применить эти знания, скорее всего, придётся отыскать ещё немало сопутствующей информации. Здесь рассказывается об очень страшном оружии, а точнее энергии, которая может им стать.

— Что за это за оружие, или энергия? — оживился Дарий, — Мы сможем создать это в нашем мире?

— Без дополнительных знаний и специального оборудования нет, — честно ответил я, — Но сама информация, которая предоставлена здесь, она очень опасна. В нужных условиях кто-то может попытаться воссоздать это.

— Расскажи мне о нём, — попросил хозяин.

— Устройство размером вот с этот диван, сотрёт с лица земли весь Эллон. И люди не смогут жить здесь ещё очень долгое время, — попытался я объяснить Дарию, как работает энергия атома, — Те, кто не пострадает от взрыва, вскоре умрут от страшной болезни. Лично я, посоветовал бы вам сжечь это.

— Ты в своём уме? — вскочил с дивана тот и выхватил из моих рук книгу, — Я заплатил за неё целое состояние.

— Если о ней узнают, вас убьют, а книга может попасть не в те руки, — попытался я объяснить всю сложность ситуации.

— Ты же только что сказал, что создать это невозможно, — продолжил сопротивляться он.

— Я сказал, что мы с вами этого не сделаем, но я понятия не имею, что у себя хранят кланы, — объяснил я. — Если у них есть хоть часть знаний о математике, физике и химии, то всё, что там написано, станет более чем реально.

Хозяин замолчал, он уставился куда-то сквозь меня невидящим взглядом.

— Ты можешь идти, — сухо сказал Дарий, — это уже не твоя забота.

— Как пожелаете, господин! — я поднялся с места и поклонился ему. — Разрешите задать вам один вопрос?

— Почему ты не отправился на виселицу? — усмехнулся тот.

— Да, — кивнул я.

— Ты слишком ценен, чтобы болтаться в петле, — ответил Дарий. — Пришлось заплатить за тебя очень крупную сумму. И я надеюсь, что она вернётся мне сполна. Радуйся, что они не поняли кто ты такой на самом деле. — Я сделаю всё, что от меня зависит, господин, — отбив очередной поклон, я развернулся и отправился в казарму.

Уже вовсю в свои права вступила ночь, но свет, который горел в казармах, работал как хороший маяк. Ну а по территории я мог передвигаться даже с завязанными глазами. Почти все уже спали, только наставники тихо играли в нарды у задней стенки. Когда я улёгся на топчан, они быстро добили партию и погасили свет.

Сон не шёл. Мысли напрыгивали одна на другую, путаясь, смешиваясь в кашу. На душе было странное, неприятное чувство, будто надвигается какая-то беда. Связана ли она с кланом, или с тем, что мне только что продемонстрировал Дарий?

Я не понимал, что делать со всем этим, в какую игру я попал, сам того не осознавая? Ясно же, Дарий что-то ищет, но что и зачем? Я не привык принимать самостоятельные решения, вся моя предыдущая жизнь состояла из чужих приказов. Часто даже схема поведения и то, как должна умереть цель уже были разработаны. Я исполнитель, и только. Да, хороший, профессиональный, но лишь исполнитель.

По казарме разносился храп и сопение, а сон всё не шёл. Завтра я об этом пожалею, вот только ничего не могу с этим поделать.

Краем уха я уловил какой-то посторонний шум. Каждый раз, когда я заходил в казармы после тренировки, ребята уже крепко спали. Все до единого ночные звуки мне знакомы, но сейчас я уловил что-то постороннее, хотя это вполне могло показаться.

Осторожно поднявшись, я тайком прокрался к выходу и вышел на улицу, остановился и закрыл глаза, чтобы полностью обратиться в слух. Шорох исходил от дома хозяина.

Может быть, Дарий всё же решился уничтожить книгу?

На фоне светлого дома промелькнула тень, примерно на уровне второго этажа. Сердце тут же сжалось в нехорошем предчувствии. Что-то сомневаюсь я, что Дарий, посреди ночи будет передвигаться по крыше собственной веранды, с целью уничтожить запретные знания.

Мысли всё ещё выстраивали логику происходящего, а тело во весь опор неслось к дому хозяина.

Территорию сада я проскочил, даже и не заметив. Присев на корточки, я замер у живой изгороди, которая отделяла мощёную тропинку от остальной зоны и всмотрелся в темноту.

Фигуры было три. В серых, мешковатых одеждах, они копошились возле окна на втором этаже.

В темноте звуки раздаются достаточно сильно, мне показалось, что я услышал лёгкий скрежет металла по стеклу. Видимо эта троица пытается вынуть ножом штапик, чтобы снять стекло и пробраться в дом.

Мыслей о том, что же делать не было, уж чего-чего, а с такими ситуациями в своём мире я сталкивался много раз.

Пока троица была занята своим кропотливым занятием, я короткой перебежкой преодолел расстояние до веранды и замер, прижавшись спиной к стене. Снова прикрыл глаза и обратился в слух.

Люди работали молча, не шептались и никак себя не выдавали, кроме тихого скрипа от извлекаемых штапиков. Вскоре я уловил звуки, которые оповестили меня о том, что троица справилась с задачей и проникла в дом.

Несколько раз оттолкнувшись я подпрыгнул и мне удалось ухватить край крыши. Подтянуться было несложно и вот я, уже пригнувшись, пробираюсь к окну, в котором исчезли ночные убийцы. Здесь снова пришлось замереть и прислушаться. Звуки возни донеслись из дома, но что там происходит, было не понять.

Несколько раз глубоко вдыхаю и в одно движение запрыгиваю в окно. Опять пригибаюсь и пытаюсь осмотреться.

На полу ковёр, это я чувствую босыми ногами, видимо поэтому и не слышно то, куда направились убийцы. Какие-то картины по стене коридора, который расходится влево и вправо от меня. Прямо перед глазами широкая лестница, я нахожусь на эдаком балконе, который нависает прямо над ней.

Горе-диверсанты затаились у двери в конце коридора слева. Хоть бы у окна кого оставили. Ну разве можно быть настолько в себе уверенными?

Беру низкий старт и срываюсь с места в их сторону. Меня заметили, но уже слишком поздно.

Я очень долгое время заканчиваю тренировки в темноте, так что прекрасно сейчас вижу силуэты и то, как они двигаются.

Первый удар остался за мной, просто потому, что никто не ждал сопротивления. Противник даже на ноги подняться толком не успел, когда моё колено врезалось в его лицо. Раздался хруст и он выбыл из уравнения.

Второй оказался чуть расторопнее и успел даже принять боевую стойку, вот только в суете пропустил прямой выпад в кадык. Он схватился за горло, чтобы тут же заработать хлопок по ушам, удар в пах и свалиться на колени. Удар в висок выключил его сознание моментально. Этот тоже пока минус.

В руке третьего тускло сверкнул нож. Выпад с его стороны был точный и быстрый, вот только недостаточно.

Я слегка поворачиваю корпус, пропуская руку с ножом вдоль тела, хватаю за запястье и выкручиваю сустав изнутри наружу. Нож гулко ударяется о ковёр, убийца вскрикивает, а я делаю шаг назад, чтобы он улёгся передо мной на спину.

Вышло именно так, как я и добивался. Удар пяткой в голову и этот тоже затих.

— Да что там происходит! — громко начал ругаться человек в спальне, у двери которого за пару секунд упало три тела.

Дверь распахнулась, по глазам ударил свет, а в проёме появился хозяин.

— Что за? — слова так и застыли на его губах от увиденного.

Первый, тот, кто познакомился с моим коленом, видимо, более или менее пришёл в себя и решил, что ещё успевает сбежать. Однако не успел добраться даже до окна, нож, который я метнул, подобрав с пола, уронил его лицом в ковёр. Несостоявшийся спринтер заскоблил рукой по ковру и начал хрипеть. Двое его друзей оставались в отключке и лежали у ног Дария.

— Добей, — приказал хозяин.

Я коротко кивнул и рванул к человеку с ножом в спине. Выдернув оружие, сел на него сверху, приподнял голову за волосы и в одно движение перерезал ему горло. Тот застучал ногами по полу, поднимая ещё больше шума.

На противоположной стороне дома открылась дверь, из которой высунулось испуганное женское лицо.

— Вернись в спальню и запри дверь! — рявкнул на неё Дарий, та тут же выполнила команду. — Эти живы? — кивнул он на пару у его ног.

Я подошёл к ним и проверил пульс.

— Да, — коротко доложил я.

— Отлично, — хищно улыбнулся он, — Свяжи их и помоги спустить вниз. Сейчас мы всё с тобой узнаем: кто меня заказал, почему и что это за шоу такое нам здесь сегодня устроили?

Глава 11

Чемпион.

Спеленали горе-убийц быстро. Верёвка обнаружилась там, где и сказал Дарий, в кладовке под лестницей. Разрезав её на нужные куски, я быстро связал запястья и ноги, затем волоком стянул одного за другим вниз по лестнице. Труп, так и остался лежать наверху.

— Ты не мог его убить как-нибудь иначе? — недовольно посмотрел на меня Дарий. — Теперь придётся ковёр выбросить.

— Необязательно, — ответил я. — Можно щётками холодной водой оттереть.

— Да что ты говоришь? — включил язву тот. — А заодно всему городу рассказать, что мы сегодня убили троих людей клана.

— Тогда нужно в первую очередь утилизировать труп, — немного подумав, сказал я, — Вот только понятия не имею, чем у вас это сделать.

— А в своём времени ты как это делал? — поинтересовался хозяин.

— Много способов, но самый действенный сжечь в котельной, или растворить в кислоте, — ответил я, — У вас нет ни того, ни другого. Можно закопать в саду, но так мы долго провозимся, да и у садовников вопросы могут возникнуть.

— Иди позови Скама, — распорядился тот. — Пусть займётся этим вопросом.

— Вы уверены? — засомневался я, — я могу всё сделать сам, до подъёма около четверти.

— Я ему доверяю не меньше, чем тебе, — ответил хозяин. — Делай, что говорю и спусти этих двоих в подвал, я скоро подойду, нужно жену проведать.

— Хорошо, — кивнул я и пошёл будить Скама.

Он жил в здании, которое расположилось неподалёку от женских казарм. И в отличие от нас, здесь имелись окна и двери, да и сам дом располагался слегка повыше, чтобы потоки воды от дождя не заливали полы.

Подбежав к дому я заколотил в дверь, внутри почти сразу послышалась возня, а когда она распахнулась, на пороге появилась Гретта. Не то, чтобы я этому удивился, но все мои догадки тут же встали на свои места.

— Хозяин требует Скама, срочно, — передал я ей.

Она едва успела рот открыть, как её в сторону тут же отодвинул управляющий.

— Что-то случилось? — поинтересовался он, протирая сонные глаза.

— Ей можно верить? — кивнул я подбородком в сторону Гретты.

— Как себе, — ответил тот.

— Дария только что хотели убить, — тут же выпалил я. — Сейчас в доме находится труп убийцы клана, его нужно убрать, и все следы тоже.

— Гретта, хватай тряпки и бегом за мной, — Скам тут же проснулся и начал раздавать распоряжения.

Его жена, или может просто сожительница тут же заметалась по дому, складывая в ведро всё необходимое.

— Ну чего встал, пошли! — скомандовал он мне. — Скоро подъём, а у нас работы, конь не валялся.

Я лишь улыбнулся и ответил кивком. Скам молодец, соображает быстро и лишних вопросов не задаёт, хотя, скорее всего они будут после, да я уверен, что они будут.

Однако сейчас он действовал быстро, будто уже не в первый раз занимается подобными делами. Тела, которые были в отключке, быстро стянули в подвал, затем поднялись наверх и замотали в простыню труп.

Тяжёлый оказался, те, что были ещё живыми, по ощущению были полегче. С нас семь потов сошло, пока мы вытаскивали мертвеца из дома. Гретта тут же принялась замывать кровь, а затем плюнула на это дело и, свернув ковёр, выволокла его на улицу. Откуда только силы взялись.

Мы же, со своим грузом отправились на самый дальний участок территории, туда, где находился скотный двор. До меня сразу дошло, что задумал Скам — свиньи. Эти животные способны сожрать человека за пару часов. К утру от тела не останется даже костей.

Но всё не так просто, целиком тушу к ним не закинуть. Работая топором, на колоде мы быстро разобрали горе-убийцу на части и распределили его по корытам в загонах. Спустя сорок минут всё было закончено, теперь дело за хрюшками, но в их компетентности по данному вопросу я не сомневался.

На обратной дороге к дому увидели Гретту, которая уже расстелила ковёр на газоне и тёрла его щёткой. В доме полы были уже чистыми.

Конечно, в моём мире такое не прокатило бы, любой криминалист сразу же обнаружит следы крови между досками, или в щелях паркета, но здесь до такого ещё не додумались, вряд ли они знают даже о такой науке, под названием «дактилоскопия».

— Скам, Влад, идите сюда, — раздался голос Дария из подвала.

Мы поспешили к хозяину. Он сидел на деревянном табурете, а неподалёку от него, опираясь спиной о стену, сидели несостоявшиеся убийцы.

— Молчат? — поинтересовался я у Дария.

— Как рыбы, — усмехнулся тот, — бить их бесполезно, я пробовал.

— Сейчас попробуем моими методами, — сказал я и присел перед ними на корточки. — Ну что, коллеги по цеху, по-хорошему пообщаемся, или мне вас вначале изрезать на мелкую соломку?

Один из них скорчил рожу, выражая тем самым презрение к моей персоне, и харкнул мне в лицо.

— Понятно, — усмехнулся я и вытер плевок о край подола Скама.

— Эй, ты зачем так сделал? — возмутился тот. — Теперь стирать придётся.

— А до этого ты так и собирался ходить: весь в крови и поросячьем дерьме? — усмехнулся я, — подай нож.

— Я не дам тебе оружия при господине, — опять возмутился тот.

— Скам, не тупи, — обрезал его правильность Дарий. — Этот парень мне жизнь сегодня спас, неужели ты думаешь, что он меня этим ножом убивать сейчас станет?

Пока они разговаривали, я самостоятельно взял нож и приступил к работе. Перепалку хозяина с управляющим прервал жуткий крик одного из допрашиваемых. Я всего лишь отрезал ему яйца.

Второй мелко задрожал от этого вида, побледнел и хотел было отключиться, по крайней мере, глаза уже закатывал. Звонкая пощёчина быстро вернула его в реальность, а вот Скам согнулся пополам и выворачивал желудок в ближайшем к нему углу. Дарий же смотрел на меня удивлённым взглядом, но его желудок оказался крепким.

Парень без яиц отключился от болевого шока, но всё ещё оставался жив, хотя дыхание стало резким и прерывистым, скорее всего, уже не жилец. Я выключил его из внимания и обратил свой взор ко второму.

— Слушай меня внимательно, — прошипел я ему в лицо, — у тебя примерно минута, чтобы начать говорить, или ты присоединишься к своему другу, евнуху. Понял?!

Последнее слово я рявкнул так, что тот подпрыгнул, а вместе с ним вздрогнул и Дарий, и Скам. А чтобы не быть голословным я пальцами подцепил его за хозяйство и в одно движение совершил обрезание, отхватив крайнюю плоть.

Тот сразу завизжал, будто и не был никогда мужиком, глаза снова начали закатываться, так что пришлось отвесить ещё несколько пощёчин. Когда взгляд стал более, или менее осмысленный, я продолжил экспресс допрос.

— Ты решился на разговор, или мне продолжить? — прошипел я и поднёс холодное лезвие к его яйцам.

Парень вздрогнул и посмотрел на меня глазами, полными ужаса.

— Мне приказали, я не… не знаю ничего, — в одно дыхание выпалил тот.

— Не правильный ответ, — покачал я головой и хищно оскалился.

— Это правда, мне заплатили, я даже не знаю кто, — затрясся он.

— Из какого ты клана? — прошипел я вопрос ему в лицо. — Моё терпение заканчивается, — пришлось слегка надавить ножом, чтобы придать стимул языку.

— Клана? Ты что сбрендил? — удивлению парня, казалось, не было предела, он даже про нож у яиц забыл. — Да будь я из клана, вы бы все трое уже были мертвы.

— Тогда кто ты такой? — подключился к допросу Дарий, — Зачем тебе моя смерть?

— Мне заплатили, — ответил тот. — Но я не знаю того, кто это сделал. Мне просто дали денег и сказали, кто должен умереть, всё.

— Кончай его, — устало сказал хозяин. — Он действительно ничего не знает.

— Вы уверены? — переспросил я.

— Да, — кивнул господин. — Это обычные уличные отбросы. Он прав, будь это убийцы клана, мы все уже были бы мертвы.

Я кивнул и одним коротким ударом вбил нож в сердце парнишки. Его глаза расширились, ноги несколько раз подпрыгнули и долгий выдох оповестил, что перед нами ещё один труп.

Я приложил пальцы к артерии первого, того кому недавно устроил кастрацию и удивился, пульс был. Само собой, что оставлять его в живых не было никакого смысла. Удар ножом в сердце и в подвале у Дария лежало теперь уже два покойника.

— Сегодня уже не успеем их убрать, — задумчиво произнёс Скам. — Пусть они побудут здесь до завтра. Я прикажу, чтобы сегодня свиней не кормили.

— Хорошо, Скам, делай, — кивнул хозяин и повернулся ко мне. — Спасибо, Влад.

Я лишь кивнул в ответ. Порой вот такой кивок звучит громче, чем любые слова.

Следующую ночь, я снова провёл в компании Скама, трупов и свиней. Получилось так, что я почти на двое суток остался без сна. Но на тренировки это совсем никак не повлияло. Хотя вру, не повлияло только на режим, но тренируясь, я постоянно ошибался и был рассеян. Молот сразу это заметил и начал сыпать вопросами. Простого объяснения, что я устал и мне нужен отдых, хватило. Вечернюю тренировку отменили, и сразу после ужина я завалился спать.

Дарий отправил свою жену к родителям погостить, а затем и сам уехал, буквально через пару дней. Можно сказать, что мы теперь остались без хозяина, но Скам строго следил за порядком и вёл записи по состоянию дел. О произошедшем мы больше не обмолвились ни словом. Началась привычная, будничная жизнь.

За три дня до боя появился управляющий и, как обычно, предупредил меня об этом. Оружие и броню выбирать уже не имело никакого смысла, так как она у меня индивидуальная. Казалось бы, всего пять выходов на арену, а я уже имею право на личные вещи. Некоторым такое и за десяток выигранных схваток не светит, но я не некоторые.

Дарий так и не появился, меня даже на бой повезли одного. Непривычно как-то, неуютно. Однако никто из-за этого схватку не отменял и она состоится независимо от того, придёт на арену мой хозяин или нет. С одним только вопросом непонятно как быть: кто оплатит награду и будет ли она у меня, если я одержу победу?

Знакомый коридор, не менее знакомые ворота, яркий свет и крик публики — шоу начинается.

Заученным движением раскручиваю косу над головой и вонзаю древком, с наконечником копья в песок. Руки подняты, несколько ударов по воздуху, прыжок, удар ногой с разворота, лёгкая пробежка по арене и вот зритель уже ликует, выкрикивая моё имя.

Открываются ворота напротив и выходит соперник, среднего роста, хорошая мускулатура, в отличие от Ярга, этот экипирован под завязку. Броня на груди, юбка, прикрывающая бёдра, шлем, а вот в руке он сжимает сюрприз, к которому я никак не был готов: плетёный кнут с металлическим, обоюдоострым лепестком на конце.

Зрители приветствуют его не хуже, чем меня, а может даже и громче. Это не какой-то парень с улицы — чемпион прошлого лета, победитель!

Звук горна и снова смерть пустилась в свой танец, вальсируя между нами.

Щелчок кнута и я едва успеваю увернуться от острого наконечника, который вспарывает мне плечо. Делаю выпад и кнут больно ударяет в броню на груди, враг не собирается подпускать меня ближе.

Раскачиваю маятник и делаю рывок, противник раскручивает хлыст и бьёт круговым движением, заставляя меня низко прижаться к песку. Но дистанцию я сорвал и выбросил вперёд своё оружие, древком вперёд. Чемпион увернулся, а вот я уже не успел, за что получил кнутом вдоль всей спины. Юбка прикрыла от острого наконечника, но от этого не сильно легче.

Разрываю дистанцию, и снова ход по кругу. Моя тактика здесь не сработает, нужно совсем другое решение. Если бы он выбрал оружие для короткой дистанции, можно было бы перейти врукопашную схватку, но против этого у меня ничего нет.

Снова свист хлыста и предплечье обожгло металлическим навершием, кровь заструилась, стекая вниз, на кисть и делая древко скользким. Ухожу в кувырок, как бы ныряя под удар кнутом, но на обратном, резком движении чемпиона, зарабатываю рану на ноге.

Зрители надрываются, требуя крови, а я всё никак не могу подобраться к нему. Он словно заколдованный. Смотрит уверенно, сосредоточенно, никаких эмоций, даже дыхание ровное, что нельзя сказать обо мне, потому как я начинаю злиться.

Это плохо, нужно успокоиться.

Очередной щелчок и острый лепесток, словно в замедленной съёмке пролетает прямо перед глазами. Делаю выпад косой, чтобы хоть как-то задержать этот хлыст и разорвать дистанцию.

Удалось, самый кончик кнута в несколько раз обернулся вокруг древка, резкий рывок на себя и как только противник чуть подался вперёд, бросаюсь ему навстречу.

Коса летит в ноги противнику, но тот уходит из-под удара, делая фляг назад, через руки. Натяжение кнута ослабло и чемпион, приземлившись на ноги, лёгким движением возвращает назад своё преимущество.

Зрители ревут как ненормальные, но сегодня они почему-то бесят, раздражают и отвлекают своими возгласами.

Нужно успокоиться, иначе сегодня Безликого вынесут с песка и бросят как сломанную куклу в угол.

Делаю глубокий вдох и начинаю танец по кругу, изредка делая выпады вперёд корпусом, чтобы выманить противника на удар.

— Щёлк, щёлк, щёлк, — кнут летает перед самым носом, но теперь я вижу его ритм, частоту, с которой тот бросает вперёд своё оружие.

Очередной рывок, очередной щелчок и я тут же срываюсь с места, выбрасывая песок из-под ног. Взмах косой и загнутым концом пробиваю бицепс чемпиона, в тот самый момент, когда он возвращает хлыст обратно.

Острое, серповидное лезвие разрезает мясо на руке, будто тёплое масло, кнут падает на песок, но противник делает кувырок и уходит из-под моего второго удара. При этом он не забыл подобрать своё оружие, другой, здоровой рукой.

Кровь хлещет из жуткой раны, а зрители ревут так, будто только что каждый из них выиграл миллион долларов.

Чемпион разрывает дистанцию и раскручивает кнут в левой руке. На сколько его хватит? Кровь от такой раны не остановится сама, значит, теперь он будет спешить.

Щёлк, я пропускаю острый лепесток у самого уха, а чемпион уже раскручивает оружие для нового удара.

Присаживаюсь, пропуская хлыст над головой, и делаю выпад древком вперёд. Мимо. Но вот моя спина ощутила удар кнута, а бедро свело от попадания острого лепестка. Я снова начинаю злиться и ухожу, разрывая дистанцию, а противник всё ещё на ногах и сознание терять не собирается.

Наконец, замечаю причину: у него, почти подмышкой, на каждой руке находится кожаный ремешок, который, видимо, выполняет роль жгута. А я-то думаю, что он там зубами кусает периодически.

Публика удивляет и поражает своим упорством, крик не замолкает ни на мгновение.

В мозгу проносится сотня различных стратегий, но ни одна не подходит под бой с чемпионом. Кнут продолжает рассекать воздух и периодически достигает своей цели, у меня уже все голени изрезаны, на руках тоже достаточно ран. Если так будет продолжаться и дальше, то всё, конец моей карьере.

Очередной рывок с моей стороны и очередное попадание кнутом по маске, но на этот раз кроме звона нет никаких болевых ощущений. Разрываю дистанцию и снова качаю маятник, пытаясь подобраться и нанести хоть какой-нибудь урон противнику. Но чемпион быстр, тут же отступает, уходит в кувырок, или отпрыгивает.

Наконец в голову приходит здравая идея, но если ничего не получится, то это будет конец.

Начинаю ход по кругу и постепенно перехватываю косу в месте баланса, заученным движением раскручиваю над головой, а затем заставляю скользнуть древко в руке и с разворота кидаю её в чемпиона. Его реакция предсказуема — попытка увернуться или уклониться.

А я уже рядом, вижу, как расширяются его глаза и даже зрачки, рот открыт, он пытается что-то крикнуть, но не выйдет, потому что мои пальцы уже держат его кадык и сжимаются всё сильнее. Резкий выдох, рывок на себя и чуть в сторону. Всё, бой окончен.

Чемпион стоит на коленях пытаясь сделать хотя бы один глоток воздуха. Я подбираю косу — взмах и голова отделяется от тела, а моя рука уже поднимает её с песка и демонстрирует публике, которая визжит от восторга.

Беру разбег и с разворота в очередной раз бросаю голову в зрителей. На трибунах тут же начинается потасовка, к которой стремятся охранники.

Круг почёта с поднятыми вверх руками, несколько взмахов косой и наконец, я покидаю песок, а в воротах меня встречает Дарий.

— Ты одержал славную победу Безликий, — с улыбкой произнёс он, — Но сегодня ты останешься без награды, обещаю, что сполна отплачу́ тебе.

— Что-то случилось? — спросил я, заметив, что даже при улыбке, взгляд Дария остаётся сосредоточенным.

— Да, кое-что произошло, — сразу сделался серьёзным тот, — Я нашёл того, кто меня заказал и мне требуется твоя помощь.

— Мне бы переодеться вначале, — ответил я через маску.

— О нет, ха-ха-ха, — расхохотался хозяин, — Я бы хотел, чтобы ты предстал перед ним именно в таком виде.

— Не думаю, что это хорошая идея, господин, — покачал головой я, — Не уверен, что стоит в этих делах светить Безликого, но уверяю, что страх можно вызвать и другим способом.

— Я готов положиться на твой опыт, — согласился Дарий, — Переодеться ты сможешь на месте.

Глава 12

Тайны.

Моему удивлению не было предела, шок — это самое простое из того, что я испытал.

Переоделся я всё-таки в помещениях арены, нет смысла привлекать к себе излишнее внимание. Тем более, что сам процесс довольно быстрый, расстегнуть пряжки на ремнях, скинуть броню и повязать кусок материи на бёдра. Как говорится: «Нищему собраться, только подпоясаться».

Повозка ожидала у выхода, Дарий уже сидел в ней и нервно выстукивал ногой какой-то незатейливый ритм. Я едва сесть успел, как экипаж сорвался с места, чуть не опрокинув меня на хозяина. Ехали недолго, буквально в паре километров от Эллона была конечная точка нашего путешествия на повозке.

А вот дальше, я потерял дар речи. За́мер, как вкопанный и не мог вымолвить ни слова, только рот открывал от удивления.

Перед нами стоял поезд. Поезд, мать его! Откуда он мог взяться здесь? Что это за мир такой, в котором происходят гладиаторские бои, имеется рабовладельческий строй и при этом есть электричество и поезда? Так не бывает, это нереально. Почему меня везли в город на телеге, которая не имеет элементарной системы амортизации, когда здесь есть такое?

— Ну, ты чего встал? — подтолкнул меня в спину Дарий.

Я повернул к нему удивлённое лицо и кивнул, мол иду уже, хотя с шоком всё ещё не справился.

Поезд, или правильнее будет назвать это паровоз, имел не сильно большой состав, десять вагонов. Все они казались какими-то чужеродными, по сравнению с самим тягачом. Нет, тележки и паровоз выглядели единой технологией, но вот сама конструкция вагонов, которые стояли на железном основании, совсем не вписывались в общую картину. Будто совершенно разные цивилизации строили этот состав.

Пассажирские вагоны были выполнены из дерева, по принципу каркасного строения. Через окна были видны диваны, столы, обстановка больше напоминала небольшую квартиру, нежели привычную глазу, разбитую на секции и купе.

Далее шли вагоны больше похожие на деревянные ящики, в которых посередине имелся широкий проём, для погрузки разного рода товаров. Имелись и просто бортовые кузова, открытые, на таких удобно перевозить лес, или другие габаритные грузы.

Дарий прошёл к пассажирскому вагону, а меня отправил в бортовой, где уже скопилось некое количество рабов. Оно и понятно, кто нас пустит на места для господ. Я не жаловался, но вот никак не мог оторвать взгляд от этого чуда, хотелось получше рассмотреть пассажирские вагоны, а ещё лучше тягач. Но кто же пустит жалкого раба в эти места.

Все пассажиры вели себя абсолютно спокойно, будто поезд для них вполне обыденный предмет, он не вызвал у них ни удивления, ни любопытства.

Задавать вопрос: «откуда это?» не имело никакого смысла, ответ был известен заранее. Скорее всего, от загадочных предков, но вот узнать, кому сие чудо техники принадлежит сейчас, очень хотелось.

Я забрался в бортовой вагон, и моё внимание переключилось на окружающий мир, а здесь тоже было на что посмотреть. Какие-то руины выглядывали из-под песка, по виду они больше напоминали остатки кирпичных строений, возможно складов, а возможно и города. Понять сложно, потому как большинство из них выглядели как кучи строительного мусора, засыпанные землёй и песком.

В этом мире что-то произошло, но почему-то никто не задаётся этим вопросом, а те, кто проявляет любопытство, исчезают, или погибают. Всё держится в строжайшем секрете, будто эти знания могут как-то угрожать нынешним правителям мира. Странно и непонятно.

Поезд дрогнул и начал набирать ход. Плавно, не издавая лишних звуков, только лёгкий шелест колёс по рельсам. Даже в моём мире поезда производили грохот, а здесь, будто в Европе, лёгкий шорох и мерное покачивание.

Я вертел головой по сторонам и пытался высмотреть хоть что-то достойное внимания, но вокруг была только степь с чахлыми кустами и мелкими рощами. Где же они брали доски, ведь лесов не видно. Пока мы едем, не попалось ещё ни одного крупного дерева, из которого возможно получить пиломатериал. Смущал ещё один момент: мы ехали позади паровоза, но ни дыма, ни запаха гари я не ощущал. Что им движет? Какая сила заставляет вращаться колёса? Вопросов гораздо больше, чем ответов и их я, скорее всего, пока получить не смогу.

Спустя пару часов поезд остановился, и я увидел Дария, который махнул мне рукой. Спрыгнув с вагона, я быстрым шагом нагнал хозяина, но засыпать его вопросами при людях не решился. Здесь уже стояли несколько повозок, в одну из которых мы и уселись. Извозчик поприветствовал господина и поинтересовался пунктом назначения, а точнее, сухо спросил: «Куда?» Получив от Дария ответ, он тронул с места экипаж и помчал нас туда, куда было сказано.

Минут через тридцать мы въехали в город, который, как две капли воды был похож на Эллон. Точно такая же радиальная планировка, основные строения выполнены из камня, кое-где имелись деревянные вторые этажи. Сам город был намного меньше, и скорее напоминал дачный посёлок, для состоятельных людей. Он точно так же был поделён на куски, словно торт, вот только здесь не было ремесленных кварталов, хотя их заменяли торговые.

Именно сюда нас и привезла повозка. Мы вышли почти в центре, а дальше Дарий повёл меня по центральной, лучевой улице, мимо магазинов и лавок. Остановились мы у книжной лавки, вернее, я остановился, а хозяин вошёл внутрь, звякнув колокольчиком на двери. Он некоторое время общался с человеком внутри, после чего покинул лавку и снова поманил меня за собой.

Едва мы вышли на улицу с относительно спокойным движением, где почти не было людей, он тут же завёл разговор.

— Ты запомнил этого человека? — не громко спросил он, — Того, с кем я общался в книжной лавке?

— Да, — односложно ответил я.

— Это он заказал мою смерть, — наконец раскрыл свои планы тот, — Я хочу выяснить, почему он это сделал.

— Я понял, — кивнул я в ответ, — Мне необходимо время.

— Сколько? — сухо спросил Дарий.

— Несколько дней, — ответил я, — Точнее скажу позже.

— Хорошо, — дал своё согласие хозяин, — Пойдём, я покажу тебе, где мы остановимся.

Мы снова вышли к центральной площади и свернули в другой луч. Прошли по нему буквально пару домов и вошли в тот, что принадлежал моему хозяину. Территория его была меньше того, что находился в Эллоне, но всё равно впечатлял. Здесь не имелось типовых рабских казарм, хотя рабы присутствовали. Жили они в хозяйском доме, занимая подвальные помещения.

Здесь так же царил порядок, имелся собственный управляющий, но территорию занимал цветочный и фруктовый сады. Никаких тренировочных площадок и даже скотного двора.

— Этот дом принадлежит моей жене, — подкинул информацию Дарий, — Когда будешь готов, оповести меня, я покажу тебе место, куда нужно доставить того человека.

— Как его имя? — спросил я.

— Калин, — ответил Дарий.

— У меня к вам очень нестандартная просьба, — спокойным голосом продолжил я, — Будет намного проще, если вы снимете с меня ошейник и позволите переодеться.

— Нет, — усмехнулся тот и, развернувшись, ушёл в дом, показав тем самым, что здесь даже обсуждать нечего.

Значит, буду действовать исходя из того, что имею.

Как всегда, в таких случаях вначале нужно собрать информацию и намного проще это сделать, прикинувшись обычным гражданином, но мне подобное не светит. В моём случае вопросы задать не получится, а значит остаётся только наблюдение.

Немного постояв в задумчивости, я отправился в город. Необходимо изучить улицы, знать, что и где находится.

Я ходил по ним, заглядывая в каждый переулок, каждый закуток, если таковое являлось возможным. В первую очередь изучил торговый квартал, здесь обнаружилось несколько мест, где незаметно можно вырубить клиента. Очень многое зависело от того, где он живёт, когда заканчивает работу, каким образом добирается до дома.

Немало интересовало место, куда я должен был доставить Калина. Если придётся тащить его через весь город, то подобная тактика просто не пройдёт. Этот момент всё же стоит выяснить у Дария заранее.

Ближайшие, к торговой улице кварталы, точно так же я обошёл все. Теперь нужно было собрать информацию о передвижении самого Калина.

Однако я упустил момент, когда тот покинул свою лавку, по крайней мере, мне так показалось.

Когда я вернулся к лавке, за окнами уже было темно, никаких движений в магазине не наблюдалось, а на двери имелась табличка, говорящая о том, что рабочий день окончен.

Я хотел было покинуть это место, как вдруг на втором этаже зажёгся свет. Значит, хозяин магазин не покидает, он здесь живёт. Что же, это вполне нормальное явление даже в моём мире. Удобно, когда место работы находится в шаговой доступности и ещё удобнее, если ты над ним проживаешь.

С другой стороны, это доставляет некое неудобство для меня. Одно дело, когда необходимо убрать человека и совсем другое, если его нужно похитить.

В моём мире это было сделать гораздо проще и сложнее одновременно. Сложность заключалась в том, чтобы обойти камеры наблюдения, или скрыть от них свою личность и транспорт. А вот наличие последнего, как раз и облегчало задачу.

Здесь же придётся выкручиваться из ситуации другим способом, но каким, я пока решить не мог. Нанять для этого повозку? Ну, тогда можно сразу выйти на площадь и объявить, что так мол и так, я вот тут собираюсь похищение организовать, помогите люди добрые, тело до нужного места дотащить.

Волоком его тоже через весь город не потянешь, даже ночью. Хотя я понятия не имею, что здесь творится, когда садится солнце. Ладно, для начала стоит вернуться домой и выяснить у Дария, куда конкретно доставить клиента.

Весь обратный путь у меня занял не более пятнадцати минут, это, конечно, по моим ощущениям. На столько точного времяисчисления здесь не было. Возможно — треть четверти, что равнялось нашему часу. Всё, что между — это уже детали, которые и внимания не достойны.

Хозяина я позвать не мог, есть определённые порядки, которые не следует нарушать прилюдно. Да, наедине мы могли общаться иначе, иногда делая это как равные, но при семье и уж тем более при других рабах, лучше не позволять себе панибратства. За подобные вещи могут неслабо выпороть и это будет самое меньшее.

Я вошёл в дом и нашёл местного управляющего, это был старик, который работал в доме уже три поколения. Звали его Руг. Характер у него скверный, это видно по лицу, которое не прекращает выражать надменность и презрение к окружающим. Только перед хозяевами он стелился и ластился, становился улыбчивым и добрым.

Мне было совершенно плевать на то, какой он человек, потому как я хоть и принадлежал семье Дария, но ему всё же не подчинялся.

— Эй, Руг, — подозвал я управляющего, — Доложи Дарию, что я вернулся.

— А ты что, король какой, или кем ты себя возомнил, чтобы о твоём возвращении докладывать? — сделал надменное лицо тот.

Я постоял немного с задумчивым видом, а затем схватил его за горло и прижал к стенке.

— Послушай ты, идиота кусок, — прошипел я в его испуганное лицо, — Сделай то, о чём я тебя попросил, это важно для хозяина. Мы договорились?

Руг часто и быстро закивал.

Я выпустил его и тот, потирая шею, отправился с докладом к хозяину. Дарий кивнул и почти сразу же вышел ко мне.

— Пойдём на воздух, — сказал он и вышел из дома в сад.

Я последовал за ним. Мы отошли от дома метров на пятьдесят, по мощёной дорожке, которая извивалась среди клумб с шикарными цветами. Затем остановились у фонтана, Дарий сел на скамейку возле него и обратил на меня свой взор.

— Уже готов? — спросил он, — Ты же просил несколько дней?

— Есть некие моменты, которые я бы хотел уточнить, — сказал я, — Нужно знать место, куда доставить клиента, чтобы разработать маршрут. И второй вопрос: нам обязательно тащить его через весь город, чтобы допросить?

— Ты что-то придумал? — оживился хозяин.

— Калин проживает над своей лавкой, — пожал я плечами, — Более разумно допросить его прямо на месте, чем таскаться с телом.

— Мне бы не хотелось появляться там, — немного подумав, ответил тот, — Я понимаю, что такой подход гораздо проще, но что если меня кто-нибудь увидит?

— Я просчитаю маршрут так, чтобы нас не заметили, — ответил я.

— Хорошо, действуй, — согласился он.

— Я не понял одного: для чего вам было нужно, чтобы я оставался в одежде Безликого? — поинтересовался я.

— Это была шутка, просто глупая шутка, — усмехнулся тот, — Не бери в голову, мне очень понравилось твоё выступление, тымолодец.

— Ясно, — кивнул я, — Мне можно идти?

— Да, ступай, — махнул рукой Дарий, — Скажешь мне, когда всё будет готово.

Я поклонился и покинул компанию хозяина, он так и остался сидеть на скамейке у фонтана.

Вид у Дария был крайне задумчивый, что-то происходило, но всей картины он мне не даёт. Да собственно и с чего вдруг он будет делиться со мной своими планами, с рабом, у которого даже на личное мнение права нет. Хотя он, без сомнения, отличается от большинства хозяев, но это различие проявляется в очень редких случаях и такое ещё нужно заслужить. Мне, видимо, удалось, но вот до конца он мне всё ещё не доверяет.

Видно же, он что-то ищет, не просто так он скупает все те книги, но что его интересует? Какую информацию он хочет найти? Думаю, что со временем мне всё станет понятно, разумеется, если я останусь жив и хозяину так и останется нужна моя помощь.

Я вернулся к дому Калина и продолжил наблюдение. Как только свет в окнах погас, я выждал примерно с полчаса и решил поближе осмотреть здание. Нужно найти вход, продумать то, как мы будем отходить. Затем стоит прогуляться по ночному городу и понять, каким образом мы сможем избежать скопления людей на улицах.

Всё было готово через два дня. Мы с Дарием встретились на одной из радиальных улиц, к которой подходили с разных сторон. Далее предстояло немного поплутать по переулкам, маршрут я разработал таким образом, чтобы в случае появления какого-нибудь прохожего, мы могли скрыться. Различных тупиковых ответвлений здесь хватало, но пронесло, до лавки Калия добрались незамеченными.

Я уже знал, что он жил один, не считая двоих рабов, которые имели комнату в подвале, а точнее в цокольном этаже. Сегодня им не повезло, потому как свидетелей мы оставлять не собирались.

В дом проникли через заднюю дверь, предварительно проникнув на небольшой дворик. Ни собак, ни другой живности он не держал, беседка, пара фруктовых деревьев, вот и вся обстановка.

Дверь закрывалась на крючок, который легко откинулся кверху при помощи ножа. Осторожно ступая, я проник внутрь, на складское помещение, уставленное стеллажами с книгами. Приложив палец к губам, я знаками указал Дарию оставаться на месте, сам при этом прошмыгнул в полуподвальное помещение.

Оба раба спокойно спали на лавках и оба умерли мгновенно, не издав не единого звука. Теперь нам ничто не мешало подняться в спальню Калина, даже если он поднимет шум, никто не придёт на помощь.

Хозяин лавки спал, когда мы с Дарием вошли в его комнату. Он даже не запер дверь, будучи в полной уверенности, что находится в безопасности.

Разбудил я его грубо, просто стянул за ногу с кровати и несколько раз приложил его ногой в живот. Калий даже не понял что происходит, однако страх в его глазах отразился мгновенно, когда он увидел меня и Дария.

Приложив торговцу ещё пару раз, чтобы не расслаблялся, я привязал его к стулу заранее прихваченной верёвкой.

— Скажи мне, где она? — задал совершенно неожиданный вопрос Дарий, как только я закончил с клиентом, — Скажи, Калин и тебе не будет больно.

— Дарий, ты сошёл с ума? Что ты делаешь? — начал возмущаться тот, но хлёсткая пощёчина быстро успокоила его праведный гнев.

— Я всё равно найду её, — между тем продолжил мой хозяин, — А ты всё равно умрёшь, вопрос в том, как? Быстро, или медленно и мучительно?

— Ты совсем выжил из ума со своими книгами, Дарий, — заговорил Калин, — То, что ты пытаешься найти, не существует. Думаешь, кланами руководят идиоты? Или считаешь, что только ты один это ищешь?

— Меня не волнует то, что ты думаешь, — усмехнулся хозяин, — Просто скажи мне, куда ты спрятал книгу?

— Её забрали люди из Совета, — ответил тот, — Ты никогда её не увидишь.

— Может быть, но я отчего-то тебе не верю, — покачал головой Дарий и посмотрел на меня, — Приступай.

В рот Калину тут же воткнулся кляп, а я приступил к работе. Под ногтями находится очень много нервных окончаний и щепки, которые я сейчас вгонял туда одну за другой, прекрасно их стимулировали.

Когда дыхание хозяина лавки начало становиться прерывистым, я плеснул ему в лицо воды из ковша и вытащил затычку изо рта.

— Ты готов говорить? — спокойным тоном спросил Дарий, — Или ему продолжить? — он кивнул подбородком в мою сторону.

— Ты свихнулся! Я уже сказал тебе, что у меня нет этой книги, — хриплым голосом ответил тот, — Её забрали люди из Совета, я говорю правду.

— Ты ни за что не отдал бы её, — усмехнулся Дарий, — Я же тебя знаю. Бесплатно, ты даже прыщ на собственной жопе не выдавишь.

— Я что, по-твоему, идиот?! — выкрикнул тот, — Когда приходят такие люди, им не отказывают.

— Продолжай, — приказал мне хозяин.

Снова кляп на место, но теперь ногти меня уже не интересовали.

Есть много способов добиться от человека правды, боль один из таких. Но редко когда люди готовы говорить только потому, что их пытают. Всё, что нужно сделать в таком случае, это довести его до состояния, когда его разум находится в полубессознательном состоянии. Тогда он будет говорить и выдавать всё, что необходимо, пребывая в бреду. Вот только для этого нужно гораздо больше времени.

Но Калин не представляет из себя подготовленного человека и его черта оказалась гораздо ближе. Говорить он начал примерно через час и первое, что он попросил, это смерти.

Книги у него действительно не оказалось, врать в том состоянии, в котором он сейчас находился, невозможно. Но зато он с удовольствием поведал нам о своём тайнике, где имелись другие запрещённые источники знаний.

Точный удар ножом в сердце быстро освободил его от боли. Мы вычистили тайник в стене за одним из стеллажей и незаметно покинули лавку.

Когда мы покинули торговую улицу, её вовсю озарял пожар в книжной лавке. А в моей голове накопился целый рой вопросов к хозяину. Но задавать их я пока не решался, придёт время и он сам всё расскажет. И что-то мне подсказывает, что этот день не так уж и далёк.

Глава 13

Возврат к будням.

Поговорить с Дарием так и не удалось. Ни о поезде, ни о том, что произошло в лавке Калина. Он будто замкнулся в себе и обратный путь до дома, мы шли молча. На следующее утро Дарий прервал мою разминку во дворе и мы отправились в Эллон, точно так же, молча.

Обратно к тренировкам я вернулся лишь после обеда. Ребята поздравили с победой, без устали нахваливая меня на все лады. И снова пошли обычные дни, состоящие из пота, нагрузок и ссадин от пропущенных ударов.

Я был этому даже рад, хотя множество вопросов так и продолжали терзать мой разум, а самый основной среди них: «Что ищет Дарий?» Вот только ответы на них получить было не суждено.

Мой следующий противник носит имя Утёс. Он огромен и действительно напоминает гору, ростом два с лишним метра, вес почти полтора центнера и ни капли жира. Я конечно даже в глаза его не видел, но, судя по описанию Молота, он действительно очень опасен. На мелкие раны просто не обращает внимания, а его масса и рост позволяют вести себя так, будто он находится в танке.

В этой тактике есть один немалый изъян, он прёт вперёд, забывая о защите. Однако при всём этом не стоит считать его неповоротливым тюфяком, такие на арене долго не задерживаются, да и в ближнем бою, я вряд ли смогу что-либо ему противопоставить.

Оружие он использует дробящее, палицы, молоты, иногда выходит с огромным топором, наподобие тех, что используют палачи для отсечения головы.

В подготовке к этому бою мы избрали тактику изворотливости, хотя это, в общем-то, логично. Я кувыркался, извивался как змей, прыгал и всячески старался уйти от ударов, которые сыпались на меня со стороны Молота.

Первая половина дня наших тренировок была посвящена именно таким упражнениям. Я держал в руках оружие, но использовать его не мог, зато наставник махал дубиной, как колхозная молотилка. И здесь ещё вопрос, кому приходилось тяжелее, с Молота даже не семь потов сходило, а все семьсот, но и мне периодически доставалось.

После обеда мы переходили к стандартным тренировкам с оружием, продолжали отрабатывать атакующие и защитные движения. Вечером работали в рукопашных схватках, а затем я гулял.

Несколько раз я появлялся на том самом пятачке, куда приводили с Моней в мой первый, свободный день в городе. Он здоровался со мной, но затем всячески показывал, что не имеет никакого желания общаться. Было даже немного обидно.

Хоть я и привык к одиночеству, но всё же хотелось поговорить, узнать, как дела и поделиться впечатлениями от увиденного. Возможно, даже получить хоть какие ответы.

Мне уже понятно, что этот мир не так прост, с ним что-то произошло и группа людей, называющая себя кланами, успела подмять под себя технологии прошлого. Они не выпускают знания в массы, не дают возможности развития. Их устраивает текущее положение дел, а по собственной воле от власти не отказываются.

Я гулял по улицам и думал, размышлял и анализировал. Никому вокруг не было дела до раба в набедренной повязке, с которого и взять-то нечего.

На одной из таких прогулок я увидел её. Да, любовь и гладиатор далеки друг от друга так, что и мечтать о подобном считаю глупостью. А если учесть то, что она дочь господина — «Ха» три раза, в общем.

Она не принадлежала к знатному роду, не жила в таком доме, как у Дария, но достаточно уже того, что на её шее не было хомута. Родители ремесленники, не особо успешные, но на жизнь хватает. Хотя по меркам Эллона они считались даже ниже среднего класса — не нищие, но всё же.

Семья занималась гончарным делом и производила довольно неплохую посуду, но вот спрос на неё был не настолько частым, чтобы жить на широкую ногу. Денег едва хватало, чтобы содержать семью и трёх рабов, которые помогали с добычей и подготовкой глины.

Однако мне там не светило ничего, от слова совсем, что не мешало мне наблюдать за ней. Я гулял по улицам и каждый вечер ненадолго задерживался у мастерской, наблюдая, как она закрывает лавку и убирает территорию перед ней.

Красивая, тонкая, светлые, прямые волосы чуть ниже плеч, а когда она смеялась, казалось, что само солнышко спустилось с небес. Движения настолько лёгкие, будто она подчинила себе ветер. Но самое удивительное, это её глаза: яркие, зелёные, словно два изумруда.

Я смотрел на неё и сердце сжималось в груди. Закостеневший разум убийцы дал слабину. Сейчас я понимал, что это не физическое влечение тела, как было с Квидой, нет. Я влюбился, впервые за обе жизни, как мальчишка, как идиот и ничего не мог с собой поделать. Прятался и ловил каждое движение, каждый взгляд, каждую улыбку и проклинал суку судьбу, которая закинула меня в тело раба. В этом мире проще быть нищим бродягой, так есть хоть какие-то шансы. В моём случае, только тайком наблюдать из тёмного переулка.

Свои плюсы это принесло, гормоны тела зашкаливали, энергия, скорость возросла и, как и реакция, вот только мне от этого было совсем не легче.

Молот, который занимался со мной очень много времени, не мог не заметить произошедших во мне изменений. А так как он был единственным близким для меня человеком в этом безумном мире, то я решил поделиться с ним своими переживаниями.

Не сказать, что его реакция была непредсказуемой, всё было именно так, как и должно.

— Ты понимаешь, что вам не суждено быть вместе? — спросил он, после того, как нахохотался, — Влад, да, ты Безликий, величайший из всех гладиаторов, которых я когда либо знал, но этого всё равно недостаточно для того, чтобы даже заговорить с ней.

— Думаешь, я этого не понимаю? — вздохнул я.

Мы вместе сидели в тени деревьев после ужина, скоро снова пойдём на песок, а затем, я как глупый побегу в тот самый переулок и стану наблюдать за девушкой, даже имени которой не знаю. Суровый, беспощадный убийца своего времени и кровожадный Безликий гладиатор, а веду себя как идиот.

— Тогда выброси её из головы и займись тем, для чего ты здесь, — произнёс он фразу, которую я повторял себе каждую минуту.

— А для чего я здесь, Молот? — я внимательно посмотрел на своего друга, — Вот скажи мне, неужели я был рождён именно для того, чтобы убивать на арене? Ты считаешь, это и есть смысл всей нашей жизни?

— А у нас есть выбор? — пожал плечами тот, — Да, в чём-то нашей судьбе не позавидуешь, но есть те, кто живёт гораздо хуже.

— Вот именно так и успокаивает себя большинство людей, — усмехнулся я, — Живут в дерьме и смотрят на тех, у кого дела обстоят хуже, вместо того, чтобы устремить взор выше и попробовать стремиться к лучшему.

— Мне не нравятся твои слова, Влад, — посмотрел мне в глаза Молот, — Опасные мысли в твоей голове. Ты же не хочешь закончить свои дни в петле, как это сделал Крит с ребятами?

— Ну конечно нет, Молот, — улыбнулся я, — Бежать глупо, но вот стремиться к свободе — нормально.

— Получишь ты свою свободу и что? — пожал плечами тот, — Знаешь, а ведь я в молодости тоже об этом мечтал. Победить на турнире, снять ошейник, создать семью и жить как нормальный человек до самой смерти.

— И что же в твоих планах пошло не так? — заинтересовался я.

— А ничего, повзрослел, — усмехнулся тот, — Чем мне заниматься на этой свободе? Ни дома, ни денег, да я и делать-то больше ничего не могу, кроме как кишки на песок выпускать.

— С этой стороны ты, конечно, прав, — согласился я.

— Я со всех сторон прав, — отмахнулся тот, — Разве мы плохо живём? Кормят так, как не каждый свободный питается, крыша над головой есть. Ты знаешь, сколько я слышал историй, когда люди получившие свободу, снова продавались в рабство?

— Сколько? — задал я вопрос, на который не было ответа.

— Много, — немного подумав, ответил Молот именно так, как я и полагал.

— Ладно, философ, пошли заниматься, — улыбнулся я и хлопнул того по плечу.

После тренировки я как обычно ополоснулся водой из кадки и пошёл на прогулку. Теперь скучное, бесцельное шатание по улицам приобрело оттенок значимости. А я всё никак не мог заставить себя поступить иначе.

Каждый день начинался с того, что я упрашивал себя не ходить вечером к гончарной лавке, но шёл. Прятался будто извращенец, или маньяк какой и любовался ей.

Вскоре настал тот самый день, когда явился Скам и произнёс фразу: «Через три дня ты выйдешь на арену». Время пронеслось, как один миг и вот я уже ожидаю Дария у дома. Повозка мчит нас к амфитеатру, люди по дороге приветствуют Безликого, а я машу им в ответ рукой.

Ворота открылись, и в глаза ударил яркий свет. Я выбегаю на песок, коса со свистом рассекает воздух и вонзается древком в покрытие арены. Сердце стучит, но на этот раз в предвкушении крови, а не от страха. Зрители ликуют и скандируют: «Без-ли-кий! Без-ли-кий!», а я всячески стараюсь одарить их своим вниманием.

С противоположной стороны вышел Утёс. Он действительно огромен, я едва достаю ему макушкой до подбородка, хотя нет, скорее всего, не достану. Уж очень здоров и силён. Мышцы словно канаты обвивают руки и ноги, тело заковано в броню, а в руках топор, лезвие которого вполне способно перерубить меня пополам, причёмсверху вниз.

Да уж, с такой машиной я сталкиваюсь впервые, даже не знаю, есть ли у меня хоть какие-то шансы.

Горн протрубил начало схватки. Вот только вместо привычного хода по кругу, с редкими выпадами, прощупывающими возможности противника, Утёс бросился на меня сразу. Топор просвистел над головой и о том, чтобы отразить его, не могло идти даже речи. Коса просто не выдержит удар такой силы.

Я опешил от мгновенного напора и некоторое время просто уворачивался, пытаясь собраться и для достойного ответа. Бугай делает разворот и с подшагом наносит рубящий удар наискосок, я едва успеваю нырнуть под руку, оказываюсь с противоположной стороны и вспарываю самым кончиком косы его голень. Утёс взревел и ударом топорища в грудь отправил меня в полёт на пару метров.

Воздух вылетел из лёгких, а пластины на броне выгнулись концами наружу. Пытаясь сделать хоть глоток воздуха, я скорчился на песке, а противник уже летит в мою сторону, намереваясь добить.

Я едва успел перекатиться, когда топор вонзился в песок рядом с моей головой, очередной замах и снова повезло. Наконец удаётся сделать вдох, который откликнулся болью в груди, но рёбра, скорее всего, целы.

Очередной перекат и вот я уже на ногах. Утёс работает своим оружием без какого-либо намёка на усталость, взмахи всё такие же мощные и быстрые, однако на раненную ногу он уже припадает.

От рубящего, прямого удара в грудь я уклонился, подавшись назад, и казалось бы, вот он шанс нанести очередную рану противнику. Делаю выпад, но тот уворачивается, слегка повернув корпус, и достаёт меня ногой. На этот раз удар пришёлся в бок и не был такой сильный, однако меня всё равно смело в сторону.

Группируюсь в падении и ухожу в кувырок, Утёс преследует размахивая топором и наносит рубящий сверху вниз.

Ну, это даже обидно, ведь я на ногах, а не валяюсь перед ним, как было совсем недавно. Легко ухожу чуть в сторону, поворот вокруг оси и загнутым концом косы достаю плечо противника. Я даже почувствовал, как оружие ударило в кость, но тот даже глазом не повёл, зато рубанул топором с разворота.

Лезвие топора просвистело над головой, а мне удалось вспороть бедро, нанеся удар древком с наконечником в виде копья на конце. И снова, будто не его тело только что получило рваную рану, топор летит сверху вниз и разойтись с ним удаётся лишь в самый последний момент.

Выхожу из кувырка, а Утёс уже рядом, несколько коротких взмахов крест-накрест, от которых я ухожу, отклоняя тело и отступая назад. Бугай наносит прямой удар ногой, заставляя меня отклониться в сторону и тут же второй ногой пробивает хороший лоу-кик под коленный сгиб.

Я припал на колено, а топор уже несётся к шее. Единственный выход — это броситься в клинч, что я и делаю, выталкивая себя навстречу противнику здоровой ногой. Будто о скалу приложился, а ему хоть бы хны, даже не покачнулся от столкновения, зато успел прижать меня к себе, схватив топор двумя руками.

Воздух из меня выдавило сразу, глаза будто надулись изнутри, а он всё крепче прижимал меня к себе. Будь мы на ринге, это конец, но здесь правило одно — выжить любой ценой.

Топор давит на спину, но мои руки свободно болтаются снизу, правая как раз уже нащупала хозяйство под юбкой. Надеюсь, яйца он не успел накачать.

Сжимаю всё, что удалось схватить и давление на меня тут же ослабло, но вместо того, чтобы завизжать или прекратить сопротивление, Утёс наносит удар своим лбом мне в маску. Она, конечно, смягчила удар, а точнее — сгладила его последствия, но перед глазами поплыло и я отступил, разжав руку.

Злую шутку сыграла коса, что валялась под ногами, а возможно, она даже спасла мою жизнь. Я запнулся о неё и полетел в песок, по инерции подбросив руки вверх. А в этот момент топор со свистом рассекает воздух, приближаясь стремительным росчерком, с серьёзным намерением отрубить мою голову.

Боль я почувствовал не сразу, успел исполнить несколько перекатов, прежде чем глаза затмило болевым шоком.

Уйдя от Утёса кувырком назад, я с удивлением посмотрел на культю, вместо правой кисти.

Бугай уже празднует победу, ну какой из меня теперь гладиатор, если я даже собственным оружием воспользоваться не смогу.

От взмаха топора над головой ухожу вниз и делаю очередной кувырок, левой рукой подбираю косу. Бугай не отстаёт и продолжает махать оружием с ещё большим энтузиазмом, чем в начале схватки.

Силы покидают меня вместе с кровью, остаётся совсем мало времени.

Очередной свист топора встречает древко косы и её основная, загнутая полумесяцем часть улетает в песок, но инерцию моему оружию это придаёт колоссальную.

Я продолжаю движение древком в сторону удара и, описав полукруг, вонзаю острый конец прямо в бок Утёса, с неудобной, левой стороны.

На его лице отобразилось удивление. Как же так, ведь он почти победил?!

Странно. Зрители молчат.

Едва я об этом подумал, как арена взорвалась, оглушительным воплем. Люди встали с мест и кричали, в нескольких местах вспыхнули драки, а я обратил свой взор на ложе императора.

Он не спешил, встал со своего места и подошёл со спокойным видом к краю, чтобы вытянуть руку вперёд и лениво осмотреть публику. «Смерть, смерть, смерть», неслось отовсюду. В общем, другого никто и не ожидал. Даже если Император поднимет большой палец, это вряд ли поможет Утёсу, копьё достаточно глубоко вошло ему в бочину и одному Богу известно, что стало с его внутренностями.

Палец указал вниз. Сил почти не осталось, я на автопилоте, словно в тумане подобрал остатки косы и подошёл к поверженному гладиатору.

Он стоял на коленях из его бока торчали остатки косы, но всё ещё дышал. Одним движением я вспорол его горло. Сегодня публика останется без головы, у меня просто не хватит сил забросить её на трибуны. Да я даже отрубить её вряд ли смогу.

Под её возгласы и ликование я побрёл к выходу, едва переставляя ноги. Не дошёл всего пару шагов и рухнул лицом в песок. Крики доносились будто через подушку, чьи-то руки подхватили меня и унесли в тёмные лабиринты арены. Последнее, что я помню, это озабоченное лицо Дария перед глазами, кажется, он что-то говорит.

*****

Очнулся я в каком-то мрачном помещении. Культя болела так, словно её опустили в кипяток и оставили там, и боль была не постоянной, а пульсировала с каждым ударом сердца. Приподняв её вверх, я почувствовал небольшое облегчение. Очень хотелось пить. Во рту пустыня, даже язык к нёбу прилип.

— Есть кто живой? — позвал я слабым, хриплым голосом.

Почти сразу распахнулась дверь и внутрь заглянула Гретта.

— Он очнулся! — крикнула она наружу и вошла ко мне, — Ты что-нибудь хочешь?

— Воды, — попросил я.

— Я сейчас, я мигом, — захлопотала она и выбежала на улицу.

Ещё раз осмотревшись вокруг, я, кажется, понял куда попал — в дом Скама. Кое-как удалось приподняться и занять полулежащее положение, обрубок снова приподнял вверх.

Дверь распахнулась и внутрь протиснулись Скам и Гретта, которая несла в руках большой кувшин.

Живительная влага провалилась по пищеводу и принесла облегчение.

— Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался Скам.

— Живым, — односложно ответил я.

— Я послал за хозяином, — кивнул подбородком на дверь тот, — Он просил позвать, если ты очнёшься.

— Что значит если? — внимательно посмотрел я на управляющего, — Сколько я так лежу?

— Сегодня третий день, — ответил он.

Дверь в очередной раз открылась, и внутрь протиснулся Дарий.

— Вон, оба, — резко сказал он, и рабы тут же испарились за дверью, — Как ты себя чувствуешь?

— Живым, — ответил я ему так же, как и Скаму.

— Я не про это, — серьёзным тоном продолжил тот и посмотрел мне в глаза, — Ты теперь неполноценный, — кивок на мою культю, — Я снимаю тебя с турнира.

— Нет! — сквозь зубы процедил я, — Я продолжу.

— Как? — усмехнулся тот, — Умрёшь на песке?

— А какое дело вам до этого? — с вызовом я посмотрел в глаза Дарию.

— В твоей голове есть знания, которые могут мне пригодиться, — тут же ответил он.

— Я продолжу и выйду победителем, — сжав зубы, процедил я.

— Ты глупец, — усмехнулся тот, — Всего лишь третий противник уложил тебя на койку, минимум на две недели, а твоя рана может воспалиться и убить окончательно. О какой победе ты говоришь?

— Я смогу, — упрямо произнёс я, — Мне это необходимо.

— Зачем? — удивился Дарий, — Чтобы убить Ярга? Не смеши меня, с одной рукой это стало ещё более невозможным.

— Рука у меня на месте, нет только кисти, — отрицательно помотал головой я, — Я должен победить, я смогу!

— Ты так и не ответил, зачем тебе это? — повторил свой вопрос хозяин.

— Мне нужна свобода, — тихо ответил я.

— У тебя шестьдесят дней, — наконец кивнул Дарий.

— Постойте, — я решил ещё немного понаглеть, раз уж пошло такое дело, — Кажется, вы задолжали мне две награды?

— А ты наглец, — с улыбкой обернулся от двери тот, — Есть пожелания?

— Я передам, когда буду готов, — попытался улыбнуться я.

Дарий, молча кивнул, и вышел наружу, оставив меня один на один с моими мыслями.

Глава 14

Инструменты для убийства.

Шестьдесят дней, это не так уж и много, особенно когда имеешь такую рану. С кровати я поднялся уже на следующий день, несмотря на то, что меня все уговаривали не спешить. Но смысла валяться дальше я не видел, нужно было начинать действовать.

Про косу теперь можно забыть. Скорее всего, на арене придётся использовать стандартное оружие: меч, короткое копьё, топор. С этим буду разбираться позже. В первую очередь нужно как-то ускорить заживление раны.

Даже в современной медицине это очень не простая задача, здесь же с подобными ранами часто умирают от воспаления. Антибиотиков нет, зелёнка тоже отсутствует, так что будем изобретать какое-нибудь средство исходя из того, что имеем.

Как выяснилось, имеем мы не так уж и много, самый крепкий алкоголь — вино, а оно не совсем подходит для обеззараживания. Однако каждый мужчина знает, что его всегда можно превратить в довольно неплохой самогон. Вот только вопрос в том, как это сделать без специального оборудования.

Ещё в моём мире существовал способ перегонки при помощи большой кастрюли и пары чашек. Таким обычно пользовались те, кто не мог позволить себе изготовить самогонный аппарат, но выпить хотел.

Любое событие в жизни не случайно и теперь я это понял. В моём прошлом, рядом проживал такой человек, нет не конченый алкоголик. Вот только жена не признавала его пристрастия к увеселительному напитку, а душа-то требует. Деньги из карманов извлекались ежедневно, заначки тоже периодически исчезали и вот, как-то раз он дошёл до кустарного способа самогоноварения.

Гаражи наши находились рядом и весь процесс я мог наблюдать от его начала и до конца. А природное любопытство заставило меня задержаться и задать нужные вопросы.

Тогда я посчитал эти знания совершенно бесполезными, но сейчас, в этом непонятном мире, они оказались как нельзя кстати.

Гретта предоставила мне всё необходимое и с любопытством наблюдала за всем процессом приготовления, всячески помогая, когда требовалось применить две руки.

Чугунную кастрюлю заполнили вином примерно на треть, на дно установили глиняный горшок без донышка. Затем на этот кувшин установили чашку, которая вошла внутрь, оставив небольшие зазоры для выхода паров. Далее требовалась глубокая чаша, которая плотно садилась поверх всего этого, плотно закрывая горловину. Здесь пришлось долго возиться, потому как верхняя часть, самая важная, у неё должна быть высокая теплопроводность. В итоге, с поиском помог Скам, который тоже включился в процесс. Он принёс старый, круглый щит, который идеально сел на место крышки, имел тонкие стенки и вогнутую поверхность.

В него влили ледяной воды из колодца, устройство установили на огонь и процесс пошёл.

Я не отходил от кастрюли примерно четверть, периодически вычерпывая тёплую воду из щита и наполняя его ледяной. В итоге у меня получилось примерно два литра самогона, вполне достойного качества. К сожалению, плотность напитка измерить было нечем, но предположительно градусов пятьдесят там должно быть.

Естественно, употребить его внутрь я никому не позволил, более того, сказал, что это небезопасно. Не хватало ещё алкоголизма в нашем коллективе.

На этом дело не закончилось. Я попросил Скама достать для меня прополис. Это специальное, клейкое вещество, которое производят пчёлы и лучшего антибиотика в готовом виде, в природе не существует. Есть один единственный минус — настойка готовится минимум две недели.

Пока управляющий гонял рабыню на пчелиную ферму, которая, кстати, находилась за территорией города, я с задумчивым видом стоял и рассматривал мясницкий тесак. Широкое и прямоугольное лезвие, приличный вес, да и в руке лежит достаточно хорошо.

Нет, не пойдёт, на арене против меча с таким выходить себе дороже. Хватит экспериментов, коса уже доказала свою несостоятельность. Но вот в качестве вспомогательного оружия, если его поместить на культю…

Идея показалась вполне здравой. Осталось дело за малым, изготовить протез и желательно несколько, или лучше продумать его так, чтобы была возможность менять насадки. Вот такой вариант может вполне неплохо послужить на арене и даже в жизни.

— Скам, дай пару листков бумаги, — посмотрел я на управляющего.

Тот молча отцепил от планшета три листа и в очередной раз выудил невесть откуда обмылок карандаша.

Я уселся за стол и принялся выводить кривыми линиями то, что задумал. Культю всё ещё приходилось поднимать повыше, так как боль продолжала пульсировать, стоило руке занять нормальное положение.

Левая совершенно отказывалась слушаться и рисунки выходили невероятно кривые. Это, несмотря на то, что на тренировках я пытался максимально развивать двустороннюю праворукость. В быту одна рука может работать лучше другой, но вот когда дело касается схватки, такое не прокатит. Руки и ноги должны работать одинаково хорошо, иначе это слабость.

Вскоре мне принесли то, что я просил: крошево коричневого цвета в глиняном горшке. Я без колебаний залил всё это дело самогоном, оставив примерно граммов триста для обработки раны. Остальное велел убрать в тёмное место и взбалтывать каждые сутки, можно и каждую четверть, чтобы ускорить процесс.

Горшок тут же ушёл в закрома Гретты, а я взялся делать перевязку.

Вид у культи оказался крайне непрезентабельный, но с другой стороны ни одна болезнь не блещет привлекательностью, а уж увечья тем более. Даже удивительно, как в сознании людей, бой на арене вызывает подобный восторг.

По моим указаниям Гретта обработала рану самогоном, стараясь не задеть открытых участков. Так недолго и химический ожог получить. И всё же, совсем аккуратно не вышло, пришлось шипеть сквозь зубы и дуть на культю, чтобы облегчить жжение.

Управились быстро и вскоре я опять уселся за рисование. Когда получилось что-то более или менее понятное, я показал эскиз Скаму.

— Мы можем изготовить вот это? — спросил я.

— Я точно не смогу, но ты можешь обратиться с этим к Руфу, — в своей манере ответил тот, — Дорогу ведь показывать не нужно?

— Что с оплатой? — проигнорировал я последнюю колкость.

— Пусть он назовёт цену и принимается за работу, — ответил управляющий, — Надеюсь, Дарий не будет против.

— Может быть, стоит вначале узнать у него? — поинтересовался я.

— У меня есть чёткие указания, предоставить тебе всё, что необходимо для скорейшего выхода на арену, — с важным видом произнёс Скам.

— Замечательная новость, — улыбнулся я.

— Естественно, в разумных рамках, — тут же подправил сказанное управляющий, — Так что особо там не наглей.

— Не переживай, на девок деньги тратить не стану, — усмехнулся я, — Ладно, тренировки пока отменяются, но время идёт. Я к Руфу.

Скам кивнул и отправился по своим, неотложным делам. Я немного постоял в задумчивости, разглядывая каракули на листке, махнул культёй и отправился в кузницу.

— Чего надо? — встретил меня хмурый Моня в дверях.

— Нужно изготовить кое-что, — помахал я эскизом перед его носом.

— Так это правда? — вдруг выпучил глаза тот уставившись на мой обрубок, который покоился на груди, на перевязи через шею, — Я вначале не поверил, что Безликий больше не сможет выступать на турнире.

— Правильно, Моня, не верь, — усмехнулся я, — Я продолжу бои, но для этого мне нужно поговорить с Руфом.

— Но как? С одной рукой? — указал он пальцем на культю, — Это же невозможно!

— Не тупи, Моня, рука у меня на месте, видишь? — я помахал ей у того перед глазами, — Отсутствует только кисть, а это уже решаемо.

— Моня, тупой ублюдок, что ты там встал в дверях! — рявкнул из мастерской Руф, — Неси давай уголь, бегом!

Тот сразу подпрыгнул и засуетился на ровном месте. Схватил ведро, поставил, посмотрел на него, схватил ещё раз и помчался с ним за мастерскую, затем остановился, махнул рукой и побежал обходить помещение с другой стороны. А я, наконец, получил возможность войти внутрь.

— Доброго дня, господин, — поклонился я мастеру, — Вы помните меня?

— Ха, тебя уж забудешь, Безликий, — усмехнулся тот, — Твои славные победы принесли мне немало денег. Жаль, что ты больше не сможешь выступать.

— Кто вам такое сказал? — удивился я.

— Я видел твою последнюю схватку, нужно быть полным идиотом, чтобы продолжить турнир с одной рукой, — ответил Руф.

— Вы ошибаетесь, господин, — улыбнулся я, — Арену я не покидаю, но мне снова нужна ваша помощь.

— Вот как? — вскинул брови тот, — Ну давай, показывай, что там у тебя?

Я протянул ему лист с кривым рисунком, он принял его, посмотрел, перевернул и взглянул на него ещё раз.

— Что это? — поднял он на меня глаза.

— Протез, со сменными насадками, — ответил я, — Нужно сделать вот такой стакан, который я смогу закрепить на предплечье. Вот здесь резьба, которая позволит сменить оружие. А это собственно оно и есть: крюк, тесак и стилет. Если вы не сможете сделать такую, то можно будет закреплять это при помощи штифтов. Вот здесь в трубке пара отверстий и здесь, в хвостовой части.

— Это может ослабить оружие, — с задумчивым видом снова принял у меня листок Руф и принялся продумывать моё изобретение, — Лучше всего подойдёт резьба, но я не уверен, что удастся фиксировать насадки в нужном положении. Я попробую сделать фиксирующий механизм на пружине. Вот здесь зубцы, здесь трещотка, а квадрат позволит добиться того, чтобы оружие находилось нужной плоскости.

— Это будет идеальный вариант, — улыбнулся я, — размер стакана нужно рассчитать так, чтобы туда входил кожаный чулок.

— Не проблема, — кивнул тот, — Мерку сейчас сниму. Ты продолжишь бинтовать руку, или нужен чистый размер?

— Пожалуй, продолжу, — немного подумав, ответил я.

— Тогда можно сделать небольшой плюс-минус, — сказал кузнец и принялся измерять запястье.

Вначале он снял размер с бинтом, затем попросил снять повязку, сделал пометки на моём эскизе и довольно крякнул.

— Так, сейчас вернётся мой придурок, он проводит тебя до кожевника, обязательно скажи, чтобы толщина кожи была не более двух слоёв, он поймёт, — дал указания Руф, — Сделаем крепление на четыре ремня, чтобы не сползало, длинна примерно в руку.

— Я понял, господин, — слегка поклонился я, — Какую сумму мне озвучить Скаму?

— Выиграй следующий бой, Безликий, — усмехнулся Руф, — Это будет отличной платой за мою работу. Стой, сейчас напишу записку кожевнику, чтобы он тебя не послал.

Я в очередной раз поблагодарил мастера и как только появился Моня отправился с ним в вверх по улице. Я и сам прекрасно знал, где она находится, но раз уж предложили провожатого, то отказываться не стоит, тем более, что это вполне могут принять за неуважение.

— Ты хоть вспоминаешь её иногда? — внезапно спросил Моня.

— Да, но не сожалею о том, что случилось, — честно ответил я.

— Потому, что ты мудак, — резко сказал тот и замолчал.

— Моей вины в этом нет, — остановился я и повернул к себе Моню, — Я не любил её и ничего не обещал. Не я накинул ей петлю на шею. Хватит строить из себя скорбящего мужа, её больше нет.

— Она была хорошей девушкой, доброй, — вздохнул тот, — А этот… Это он убил её, я знаю. Отомсти за неё.

— Я убью Ярга, но не потому, что хочу отомстить, — ответил я и, немного подумав, продолжил — Хотя это тоже имеет место быть.

— Ты как вечером? — спросил Моня, видимо собираясь окончательно помириться, — Если что, приходи на пустырь.

— Хорошо, — улыбнулся я.

Моня натянул улыбку на свою рожу и мы наконец-то продолжили идти в мастерскую.

Здесь всё получилось достаточно быстро. Мастер посмотрел на меня удивлёнными глазами, снял мерки, попросив убрать повязку, а затем велел явиться за готовым изделием через два дня. Примерно столько же уйдёт на работу у кузнеца.

Получается, что на сегодня все мои дела закончены и заняться больше, в общем-то, нечем.

Я попрощался с Моней и решил в очередной раз пройтись мимо гончарной, так сказать, порадовать глаза и сердце. Увы, девушки на месте не оказалось, так что пришлось возвращаться домой в немного опущенном настроении.

Успел как раз к обеду. После чего праздно развалился в тени деревьев и наблюдал за тренировками ребят.

— И долго ты намерен так валяться? — услышал я над головой голос Молота.

— А что, есть какие-то другие идеи? — не глядя на него, ответил я, — Руку пока беспокоить не стоит, так что некоторое время придётся потерпеть меня в таком виде.

— Это из-за неё, да? — Молот уселся рядом и кивнул на мою культю.

— Из-за кого? — сделал я вид, что не понял о ком речь.

— Не тупи, а? — сморщился тот, — Из-за бабы той, по которой ты сохнешь.

— А причём здесь она? — удивился я, — Противник оказался сильнее, чем я полагал.

— Брось, ты был готов к бою с ним на много лучше, чем выступил, — оборвал мои оправдания тот, — И ты не хуже меня это знаешь. Вот только твоё мечтательное настроение всё испортило. Ты стал рассеянным.

— Молот, я был готов к бою, но чисто случайно споткнулся о косу, — сказал я, — Ты сам должен понимать, что это арена и там бывает всякое.

— Влад, ты действительно так считаешь? Давно ли в тебе проснулось суеверие? Будь ты полностью сосредоточен на схватке, подобного бы не произошло, — сам спросил и сам ответил друг, — Ты невнимателен и это факт.

— Возможно, ты прав, — пожал я плечами, — Но что с этим делать — я не знаю.

— Соберись, или твой следующий выход станет последним, — произнёс он, — Где тот парень, который тренировался на песке с утра до ночи? Где твоё упорство «не смотря ни на что?» Вставай, ничего с твоей рукой не сделается.

Я посмотрел на наставника с лёгкой ноткой недоверия, непонятно, всерьёз он сейчас, или нет?

— Что смотришь? Пошли заниматься, — ещё раз повторил Молот, — Работать будешь левой, а я постараюсь не цеплять твою рану.

— А знаешь, пожалуй ты прав, — я резко сел и положил обрубок на перевязь, после чего уверенной походкой отправился на площадку.

Молот соврал, он при любой удобной возможности норовил ткнуть деревянным мечом в повязку. Было больно, я психовал, но чем больше злился, тем больше пропускал, а наставник каждый раз растягивал улыбку, когда в очередной раз попадал по культе.

— Да блин, ты специально что ли? — в очередной раз разозлившись, спросил я.

— А как ты думаешь? — спросил Молот, — Или что? Считаешь, на арене постараются бережно относиться к калеке? Защищай лучше своё уязвимое место и не ной, как баба.

— Ну ладно, сам напросился, — пробормотал я и бросился на друга.

Прямой выпад, подшаг, разворот удар наискосок, Молот с небрежной лёгкостью отразил все удары и выйдя из-под последнего, с разворота больно приложил деревяшкой по спине.

Прохожу в ноги, удар по бедру не прошёл, меняю направление атаки и делаю шаг навстречу, проскользнув по мечу Молота, вонзаю тупой конец макета ему в рёбра.

Наставник отпрыгнул, потёр ушибленное место и улыбнулся.

— Ну вот, а говорил: «не умею», — произнёс он и снова бросился в атаку.

Рубящие наискосок, оба парирую, меч делает круговое движение и колющий выпад. Наставник пропускает его мимо лица, шагает навстречу и отвешивает щелбан по обрубку. Боль застилает глаза, но я довожу атаку до конца, шаг влево с заступом за спину и резкий рывок мечом на себя. На шее Молота тут же появилась красная полоса оставленная палкой. Скорее всего там теперь будет волдырь, как от ожога, но его это мало смущает, скорее наоборот, улыбка уже не сходит с его лица.

К ужину почувствовал прилив сил, всё же я привык к постоянным нагрузкам и они мне так же необходимы, как еда и вода. Во мне снова проснулся аппетит, щёки порозовели и я даже не заметил, как опустошил свою миску.

— Опять пойдёшь гулять? — грустно усмехнулся Молот. — Может, пока не стоит?

— Я обещал другу, — немного задумавшись, ответил я, — мы только сегодня помирились.

— Ну, если только другу, — криво усмехнулся тот.

— Ой, знаешь что? — разозлился я.

— Что? — подхватил тот, продолжая улыбаться.

— Ничего, — отмахнулся я, — Пошли на песок.

— А вот это правильное решение, — кивнул Молот и поднялся с газона, — тебе, считай, нужно заново учиться, а противники будут только сильнее.

Вскоре с нашей стороны начали раздаваться звуки ударов деревянных мечей и резкие выдохи при скоростных атаках. Глядя на нас, на площадке появились ещё две пары, остальные же занимались кто чем.

Несколько человек уселись за стол и разложили нарды, кто-то отправился на женскую половину, а кто-то решил, что пора бы уже и вздремнуть. В общем, я снова влился в обычную, казарменную жизнь. Вот только на душе всё равно было неспокойно, она рвалась в город, к лавке гончара.

А я для себя решил, что пора уже расставить все точки над и: послезавтра, когда пойду забирать готовые изделия из мастерской, подойду к ней и попытаюсь завязать разговор. Хватит уже по подворотням прятаться, как сопливый юнец. Хотя с виду я именно таковым и являюсь.

Глава 15

Свидание.

На вечерней перевязке в голову закрались мысли: «Не зря ли я так рано вышел на песок?» Края раны покраснели и культя болела уже не переставая. Однако уснул я сразу и спал, как младенец, а утром даже забыл, что кисть теперь отсутствует.

День пролетел, незаметно, но вот следующий тянулся, как резиновый. Я всё никак не мог дождаться его окончания, а когда пришло время выходить в город, почувствовал страх. Было ощущение, как будто я в первый раз вышел на арену. Сердце колотило, руки тряслись, а ноги отказывались передвигаться.

— Соберись, тряпка, — пробормотал я, стоя у калитки.

Не помогло, стало только хуже.

Пересилив себя, я всё же сделал шаг на улицу и отправился в сторону ремесленного квартала. Ноги сами принесли меня в тёмный закоулок, а вскоре вышла она.

Здесь скорее подойдёт слово «выпорхнула». Лёгкая, тонкая, волосы забраны в тугой хвост. Белоснежный сарафан приподняло ветром, но она успела подхватить его рукой и звонко расхохоталась. От этого смеха, сердце ухнуло вниз, а во рту пересохло.

Суровый воин, непобедимый Безликий, а замер на одном месте и не в силах даже пошевелиться.

В своей прошлой жизни я не встретил любовь, всё как-то не до неё было. Не сказать, что я жил без женского общества, но это были скорее быстрые, разовые встречи, или шлюхи. Может быть, именно поэтому, я так и не научился знакомиться с девушками. Меня всегда удивляли люди, которые без промедления подходили к симпатичным девчонкам прямо на улице и заводили разговор, а я так не умел.

Она быстро подмела мостовую перед лавкой, протёрла окна и скрылась из виду. А я всё стоял, не в силах унять дрожь в коленях, может завтра я наберусь смелости и подойду к ней. Да, завтра точно.

Я уже вышел из своего заветного переулка и собирался было идти в кузницу, когда услышал насмешливый голос за спиной.

— И как долго ты ещё собираешься на меня глазеть из подворотен? — от этого вопроса я залился краской, а колени едва смогли удержать моё тело.

— И ничего я не глазею, — пробормотал я и обернулся.

Она стояла и смотрела на меня с улыбкой. Свет заходящего солнца освещал её лицо и казалось, что глаза горят зелёным огнём. Дыхание перехватило, я стоял с малиновым лицом не в силах произнести больше ни слова. А она расхохоталась, звонко, задорно так и моё сердце вновь застучало где-то внизу живота.

— Ты такой смешной, — прокомментировала она своё поведение.

— А ты красивая, — ляпнул я и вновь услышал смех, а сам при этом покраснел ещё больше.

— Меня Ле́ма зовут, — представилась она.

— Влад, — с угрюмым лицом назвал я своё имя.

— Ишь ты, — улыбнулась она, — какое грозное у тебя имя.

— Обычное, — продолжил я отвечать односложными фразами.

— Не скажи, у каждого имени своя судьба, — не согласилась она. — Тебе предначертано быть правителем. Ведь Влад, от слова «владеть».

— Пока я владею только этим, — потряс я левой рукой свой ошейник.

— Что случилось с твоей рукой? — указала она пальцем на культю.

— Потерял, — буркнул я и смущаясь попытался спрятать её за спину.

— Ха-ха-ха, — звонко расхохоталась она, — И что, найти не получилось? Ой, извини пожалуйста, я не хотела, тебе наверное очень больно?

— Нормально, — пожал я плечами, — Это случилось на арене, несколько дней назад.

— Не может быть? — её глаза стали большими от удивления, она подошла ко мне вплотную и заглянула прямо в глаза, — Так ты и есть тот самый Безликий, о котором говорит весь Эллон?!

Я глупо и неуверенно кивнул, не в силах произнести ни слова, потому что утонул в её глазах.

— Перестань на меня так смотреть, — снова засмеялась она, — Мне это конечно приятно, но не так уж я и красива.

Я снова налился краской, будто меня поймали за чем-то непристойным.

— Эй, Лема, куда ты запропастилась, несносная девчонка, я тебя выпорю! — раздался грубый мужской голос со стороны гончарной лавки.

— Бежим, — тут же отреагировала она, и мы как шальные сорвались с места.

Остановились мы на соседней улице, в каком-то проулке, Лема хохотала, а её лицо светилось радостью и счастьем.

— Без-ли-кий, — по слогам произнесла она, — Смелый и сильный, а краснеет как помидор, — сказала Лема и снова расхохоталась.

— Может быть, я именно поэтому надеваю маску, — ляпнул я, но ей понравилось, о чём сказала улыбка.

— Бедный, — внезапно она стала серьёзной, посмотрела как-то иначе и коснулась рукой моей щеки.

От этого прикосновения меня словно током ударило, ноги вновь подкосило, а дыхание застряло где-то в горле. Я стоял и смотрел на её лицо не в силах пошевелиться, лишь бы не спугнуть эту руку, этот взгляд, весь этот момент.

— Спасибо тебе, — внезапно сказала она.

— За что? — не понял я, продолжая стоять с ошарашенным видом.

— Ты так смотришь на меня, — ответила она, — На меня никогда так никто не смотрел, даже мама. Когда ты впервые появился в том переулке, я испугалась, но потом ждала тебя каждый вечер.

— И тебя не смущает вот это? — я вновь дотронулся до своего ошейника.

— Да, это очень большой барьер, — вздохнула она, — Пошли гулять? — Лема резко сменила тему.

— Хорошо, — кивнул я и даже как-то успокоился, — Только мне нужно зайти к кожевнику и в кузницу, кое-что забрать.

В кожаную лавку она не пошла, сославшись на то, что хозяин знает её отчима. Она остановилась чуть дальше по улице и осталась ждать, пока я забирал свой чулок на руку. Денег с меня не взяли. Оказывается, Руф сам внёс за меня плату. Затем мы отправились в кузнечную мастерскую.

— Привет, Лямка, не знал, что вы знакомы, — выдал Моня с улыбкой, когда открыл воротину, — Заходите, хозяин уже ушёл. Твоё всё готово, я сейчас закончу уборку и выйду.

Я подошёл к верстаку, на котором лежал мой протез и оружие в одном наборе. Взял его в руку, покрутил, присмотрелся, прижал культёй к животу и попробовал вставить крюк. Тот вошёл плотно, сытый щелчок оповестил о том, что всё зафиксировано. Попытался пошатать, нет, хорошо сидит, крепко. Мне захотелось его надеть, но пока рано, обрубок ещё слишком свежий, нужно подождать, пока зарастёт. Повязки до сих пор приходится отмачивать тёплой водой, чтобы оторвать, из раны постоянно сочится кровь и сукровица.

— А как сменить насадку? — спросил я Моню, так и не найдя механизма, который отключает фиксатор.

— Да тут всё просто, — сразу подскочил тот с важным видом, — Вот эту трубку тянешь пальцами вверх и фиксатор высвобождается, а потом просто вынимаешь насадку.

— Сложновато для одной руки, — почесал я нос снятым крюком, — Ладно, привыкну. Здо́рово получилось.

— А то, — вскинул нос кверху Моня, — Кто подгонял!

— Неужто сам? — покачал головой я.

— Ну так, — похвалился он, — Ты где Лямку подцепить успел? — зашипел он мне на ухо, — Если с ней что случится, я тебя убью, понял?! Не вздумай с ней так же поступить.

— Как, так же? — громко спросила Лема, которая в этот момент подошла сзади.

— Да это я так, — начал юлить Моня.

— А ну выкладывай, Бугай, — стукнула она его кулаком в плечо, — Что вы от меня скрываете?

— Да ты чего дерёшься то? — сделал вид, что ему больно Моня и под шумок свалил подметать полы.

— О чём он? — строго спросила меня Лема.

— О Квиде, — честно ответил я, — Он винит меня в её смерти.

— Почему?! — она вонзила в меня свой взгляд, будто я в самом деле был в чём-то виновен.

— Я не знаю, — попытался я съехать со скользкой темы, мне от чего-то стало неуютно, — Я проиграл бой и её отдали Яргу, а затем уже узнал от Мони о том, что случилось.

— Она тебе нравилась? — прищурив глаза, спросила девушка.

— Ну, она милая, — смутился я.

— А ты оказывается тот ещё кобель, — захохотала Лема, а у меня отлегло от сердца, — Что же ты тогда краснеешь постоянно?

— А откуда ты знаешь Моню? — поинтересовался я, тем самым сменив неприятную тему.

— Руф часто заказывает у нас формы для отливки, а мой отчим иногда просит у него уголь для обжига, — охотно ответила Лема. — Моня добрый парень, помогает всегда, но у нас с ним ничего нет, — зачем-то уточнила она в конце.

— Так он что, тебе не родной отец? — ухватился я за новую информацию.

— Я не хочу о нём говорить, — девушка сразу же сделалась грустной. — Эй, здоровяк, ты долго ещё? Мы гулять хотим.

— Да ща, — отмахнулся Моня, — почти закончил.

— Мне бы вещи свои домой отнести, — сказал я.

— Значит, занесём, — кивнула Лема.

Вскоре я уже отдавал свои обновки на сохранность Скаму. В казарму заглядывать не хотелось, чтобы не попасть на глаза Молоту. Ведь вопросы сразу же посыпятся на мою голову. Однако прошмыгнуть незамеченным не удалось.

— На тренировку я так понимаю сегодня времени нет? — услышал я голос от обеденного стола.

— Сегодня никак, — ответил я и подошёл к наставнику, рано или поздно этот разговор должен был состояться.

— Это твоё дело, — вздохнул тот, и собрался было уходить.

— Постой, Молот, — задержал его я. — Извини, ну так получилось. Мы заговорили, она чудесная девушка.

— Ты думаешь я против? — усмехнулся тот. — Я рад за тебя, но ты пойми, чтобы не сдохнуть на песке, тебе нужно заниматься, а не летать в облаках. То, что вы начали общаться хорошо, но ты должен понимать какая пропасть вас разделяет.

— Я это понимаю, — пожал я плечами. — Она не будет помехой, скорее наоборот.

— Посмотрим, — немного подумав, кивнул тот.

Я недолго постоял в задумчивости и побежал к друзьям на улицу.

Гуляли долго, по домам разошли лишь под самое утро и всё равно расставаться не хотелось. Моня свинтил от нас примерно через четверть и мы остались наедине. Шатались по улицам, разговаривали, смеялись, а у самой гончарной лавки поцеловались.

Домой я брёл, всю дорогу пиная какой-то камушек, а на лице блуждала глупая улыбка. Такого в моей жизни не было никогда. Странное чувство, не его ли люди называют счастьем? Хотелось прыгать, бегать и смеяться.

Поспать так и не удалось, едва я прилёг, как тут же прокричали подъём, но мне всё равно было не уснуть. Разминка и зарядка пролетели незаметно, а я всё думал об этом поцелуе и вспоминал мягкие, податливые губы Лемы.

Вся эйфория слетела в тот момент, когда после завтрака мы вышли с Молотом на площадку. Первый удар я пропустил настолько глупо, что кубарем полетел в песок. От второго лязгнули зубы и потемнело в глазах.

— Теперь ты понимаешь, о чём я? — строго спросил Молот. — От любви, воин становится глупым. Лучше бы тебя не выпускали на улицу.

Я, молча поднялся и помотал головой, с силой провёл ладонью по лицу и сосредоточился немного на другой мысли. Да, она всё ещё касалась Лемы, но скорее косвенно. Теперь я чётко и ясно осознал свою цель, свою задачу. Я должен стать свободным, должен выиграть турнир и снять этот чёртов ошейник.

Я стиснул зубы, сжал оставшийся кулак до хруста и принялся за работу.

*****

Миновал месяц и я, наконец-то смог надеть протез. Я примерял его и раньше, пробовал даже ходить с ним некоторое время, но на площадку вышел с ним впервые. Дело сразу пошло лучше, теперь культя могла парировать удары и атаковать. Правда каждый удар палкой отдавался болью, но она была уже не та, что я ощущал вначале. Вскоре я совсем обвыкнусь и перестану обращать на это внимание.

Настойка помогла, как только обрубок покрылся коркой и перестал кровоточить, я начал делать компрессы. Нездоровый розовый оттенок, который стал появляться от постоянного хождения в повязке и пота, исчез на следующий день и дело пошло на поправку. Вскоре я уже оставлял тряпицу, пропитанную настойкой под бинтами до следующей перевязки, а через неделю заметил, что болячка стала отслаиваться.

И вот теперь я смог нормально одеть протез. Ремни хорошо фиксировали его, переплетаясь крестом на предплечье, примерно таким же способом носили сандалии. Ну а смысл изобретать что-то новое, если есть рабочий вариант.

С Лемой я продолжал встречаться, но ограничил наше общение до четверти, раз в неделю. Такое решение очень понравилось Молоту, но вначале было принято с обидой у девушки. Однако мне удалось донести до неё всю серьёзность ситуации. В итоге она смогла это принять и понять.

При каждой нашей встрече она бросалась мне на шею и целовала так, будто мы не виделись целый год, а моё сердце едва не ломало рёбра от бешеного ритма.

Приходилось прятаться, ведь такие отношения могут повлечь за собой нехорошие последствия. Леме, скорее всего, кроме порки больше ничего не светит, а вот я рискую быть четвертованным на площади. Всё могло быть иначе, окажись я её личным рабом, но то, что делали мы, считалось противозаконным и строго наказывалось.

Выкупить она меня, конечно же, не могла и не только потому, что не хватит денег. Законы запрещали подобные сделки несовершеннолетним, а наступал этот возраст по достижении шестнадцати лет. Ей было всего пятнадцать. Но даже если бы всё вышеперечисленное сошлось, Дарий никогда не продаст меня ей. Я его чемпион, а от подобного по собственной воле никто не откажется.

Время шло, я занимался, как сумасшедший и Молот уже воспевал и расхваливал Лему, считая это её достижением. А я не спешил переубеждать старого друга.

Среди ребят, тоже происходили перемены. Из тех двадцати человек, с которыми я начал свои тренировки, осталось всего пятеро. Остальные сложили свои головы на арене, плюс Крит помог сгинуть нескольким из них, когда подговорил на побег. Новичков прибавилось и некоторые показывали вполне достойные результаты. А ведь даже года ещё не прошло, настолько сильные изменения произошли в коллективе. Теперь я понимал, почему здесь нет близкой дружбы среди гладиаторов. Она просто не успевает завязаться, да и смысл, если в любой день каждый может сложить голову.

За три дня до боя появился Скам. Процедура в общем стандартная, вот только я не заметил, как так быстро пролетело время и даже удивился его заявлению.

Противника звали Змей. Тощий, высокий и гибкий. Он выходил на арену с копьём и владел им очень виртуозно. Не просто так он смог добраться до этих высот, ведь на арену выходят только победители. Это в боксе можно посчитать количество побед и поражений, здесь проигрыш — смерть.

Хотя бывали прецеденты, когда публика настолько сильно любила гладиатора, что заставляла Императора поднять палец вверх. Вот только подобное можно на пальцах одной руки пересчитать. Люди жаждут крови, они платят деньги, чтобы увидеть кишки на песке.

*****

Свет ударил в глаза, трибуны встречали своего героя: «Без-ли-кий! Без-ли-кий!» неслось отовсюду. Толпа кричала, а кое-где уже начались потасовки, хотя мой противник ещё даже не появился. Про косу пришлось забыть, моя левая рука сжимала короткий меч, широкий, похожий на лепесток, а скорее на лист ивового дерева.

Я отбил поклоны публике и помахал своим новым приобретением на культе.

Ворота напротив открылись и выпустили на арену Змея. В отличие от меня, ему достались жидкие аплодисменты, а кто-то даже освистал его. Но тому было всё равно, лицо сосредоточено, губы сжаты так, что превратились в тонкую, белую нить. Этот будет даже опаснее, чем Утёс.

Звук горна завибрировал в животе и на этот раз схватка началась с привычного танца по кругу.

Осторожные выпады со стороны Змея я отражал играючи, но сам в атаку лезть не спешил. Об этом бойце ходят легенды: он наносит смертельные удары, из казалось бы безвыходных ситуаций и это его конёк. Кличку Змей, просто так не дают.

Двигается мягко, плавно, копьём работает с лёгкой небрежностью, какая свойственна только профессионалам.

Очередной осторожный выпад отражаю мечом, но на этот раз копьё не останавливается и работает как игла в швейной машинке, скользя в руке Змея.

Я едва успеваю отражать удары, но на такой дистанции, свою атаку мне не провести. Ловлю момент и на длинном прямом выпаде останавливаю копьё и делаю шаг навстречу и вправо, скользя своим клинком по древку. Стилет на протезе уже тянется к боку Змея, когда тот неимоверным образом уворачивается от клинка, втягивает копьё и несколько раз пытается нанести укол с близкой дистанции.

Я ухожу в нижнюю стойку и, распластавшись почти у самого песка, всё же достаю мечом его голень.

Змей в один прыжок разрывает дистанцию и копьём описывает вокруг себя полукруг, не давая мне приблизиться.

Но стоило мне замереть перед сверкнувшим наконечником, как он прыгает навстречу и бьёт уже сверху вниз. Подставляю протез под древко, боль в обрубке резко отдаётся в мозгу, а я вытягиваюсь всем телом, метя мечом в живот. И снова достаю лишь кончиком, слегка царапая кожу, противник выгнул спину, словно кот, втянув живот чуть ли не до самого позвоночника.

Его движения неспешные, плавные, они перетекают из одного в другое без единой задержки. Никакой суеты и это делает его ещё более опасным.

Но теперь становится понятен его выбор относительно брони. Короткая, прикрывает лишь грудь, оставляя открытым живот и плечи, что совершенно не стесняет движений.

Раскачиваю маятник и мне наконец удаётся сорвать дистанцию, как раз в тот самый момент, когда копьё пролетает у самого левого уха. Слегка увожу его в сторону мечом, ныряю под руку и из немыслимого положения вонзаю стилет в правый, открытый бок. После этого ухожу в кувырок, оказываюсь за спиной Змея и рубящим наискосок разрубаю ремни на спине, которые удерживают его броню.

Как он успел уклониться?

А он и не успевал, в этот момент он падал в песок, хватаясь за рану на животе.

Я срываюсь с места, чтобы добить противника и как оказалось зря. Нет, не просто так его называют Змей. Буквально только что он лежал на арене раненным зверем, но стоило мне приблизиться, как копьё метнулось в мою сторону. От неожиданности я затормозил и в этот момент, Змей продолжил свою атаку.

Низкая подсечка сбила меня с ног и положила на спину, копьё уже скользит в руке, стремительно приближаясь к лицу.

Первый удар сбиваю, поймав на перекрестие меча и стилета, но противник работает как отбойный молоток, пытаясь проткнуть меня, достать хоть где-то.

От двух последующих выпадов удаётся увернуться, катаясь спиной на песке, но очередной тычок попадает в левое плечо, срывая мясо до самой кости. Боль затмевает глаза, изображение плывёт от невольно выступивших слёз.

Очередной тычок отбиваю в сторону и ногой бью по древку, копьё вылетает из рук Змея.

После переката по песку удаётся встать на ноги, противник тянется к оружию, а я наступаю на него ногой и колю мечом, метя в лицо. Он уворачивается и из низкой стойки бьёт ногой в грудь, я снова падаю на спину, но на этот раз всё под контролем.

На ногах я оказался быстрее, чем Змей смог поднять своё оружие, рана в его боку не прибавляет подвижности. Взмах меча заставляет его в очередной раз отклониться, вот только мне именно это и нужно.

Правая рука выстрелила почти одновременно с левой, и когда Змей дёрнул головой в сторону, отклоняясь от колющего выпада, стилет вошёл точно в ухо.

Он умер почти мгновенно, даже ноги по песку не стучали, только тело вытянулось в струну и затихло в нелепой позе.

Публика грохнула возгласами восторга. Оказывается, они даже ни на мгновение не замолкали всё это время, но мой мозг научился отключаться от крика толпы и просто делать свою работу.

Вот только она всё ещё не закончена, остался последний штрих, подпись.

В один взмах отделяю голову от тела, меч в песок, разбег и она взмыла вверх, кувыркаясь и разбрасывая мелкие брызги крови, чтобы в следующую секунду оказаться на трибунах и спровоцировать драку.

На воротах ожидает Дарий, расставив руки в стороны, а когда я приблизился, то он обнял меня.

— Ты — самый величайший из воинов за всю историю существования арены, Безликий, — сказал он, выпустив меня из объятий, — Какую награду ты желаешь?

— Снимите с меня это, — гулким голосом через маску ответил я и подцепил кончиком стилета свой ошейник.

— Я уже говорил тебе, что это невозможно, — покачал головой тот.

— Тогда пусть они копятся, меня больше ничего не интересует, — ответил я, — Посчитайте деньги, которые вы тратите на пиры и женщин, отдайте их мне тогда, когда я получу свободу.

— А ты хитёр, — захохотал Дарий, — Но я принимаю твоё предложение. Ты ведь понимаешь, что в случае своей смерти не получишь ничего?

— Готовьте деньги, господин, — поклонился я, а Дарий вновь захохотал.

Настоящая награда ждала меня вечером. Сегодня был бой и от тренировки я освобождён. Сегодняшнюю ночь я проведу с Лемой и это в миллион раз дороже всех денег этого мира.

Глава 16

Жалкий раб.

Мне едва удалось дождаться вечера. Не терпелось скорее прижать к себе Лему, ощутить её тепло, дыхание, снова утонуть в глазах. Время тянулось, будто имело что-то против нас.

Так всегда бывает, когда плохо, время словно останавливается, но стоит почувствовать себя счастливым, оно устремляется вперёд с такой скоростью, что теряешь ему счёт.

Дарий всё же закатил пир, выставил вино, накрыл столы и сейчас все до одного нахваливали мою славную победу. Новички размечтались, наперебой рассказывая, как они вскоре всем покажут, выкрикивали тосты о том, что школа Дария самая лучшая. Глупцы.

Каждый из нас рискует быть убитым в любой момент, ведь на любого профессионала найдётся более опытный боец. Не исключены травмы, увечья, да мало ли что может преподнести «господин случай». Как бы я ни относился к суевериям, но однажды я уже споткнулся на арене и теперь до конца дней останусь калекой.

Да, может быть я смогу победить, стать новым чемпионом, получить свободу, вот только для этого нужно очень много работать. Ничего не даётся просто так, ни в этом мире, не в том.

— А я в тебя верил, — пьяным голосом заявил Молот, — Всегда верил, знал, что ты будешь великим воином.

— Ты пьян, Молот, — усмехнулся я.

— Да, я пьян, — кивнул тот, — И что? Разве я не могу поднять чарку за победу своего товарища?

— Так я не запрещаю, — ответил я с улыбкой, — Я, пожалуй, пойду.

— Ступай, ты это заработал, — махнул рукой тот и опрокинул свой бокал, зацепив его, — Ух, едрит твою…

Дослушивать эту триаду я не стал, хлопнул по спине наставника и отправился на улицу. Вечерний воздух уже начала накапливать влагу, скорее всего, утром снова будет дождь. А раз так, то можно провести с Лемой больше времени. А уж где нам укрыться от этого ливня мы найдём.

Обычно в это время жизнь вокруг замирала, движение останавливалось, люди старались не выходить на улицу. С неба изливались мощные потоки воды, скапливались на мостовых и устремлялись к реке, смывая всё на своём пути. После них город сиял чистотой и первозданной свежестью.

Лема уже дожидалась меня в безлюдном переулке, в котором мы каждый раз и назначали друг другу встречи. Едва я появился в проулке, как она тут же бросилась на меня и принялась осматривать, целовать лицо, губы, а затем прижалась всем телом, будто собиралась стать со мной одним целым.

— Живой, — прошептала она, — я так боялась.

— Да что со мной станет? — усмехнулся я.

— Замолчи, дурак, никогда такое не говори вслух, — отстранилась она и посмотрела мне в глаза. — Ты понял?!

— Хорошо, — с улыбкой произнёс я, — ну что, на пустырь?

— Пойдём, — кивнула она, — Моня наверняка уже весь извёлся, ждёт подробного рассказа.

— Перебьётся, — отмахнулся я, — Не люблю об этом говорить, да и рассказчик из меня никудышный.

— Ага, тогда знаешь что начнётся? — засмеялась она. — Лямка, ну скажи ему, ну пожалуйста, — попыталась она изобразить голос здоровяка.

Вышло довольно комично и мы вместе захохотали.

Скорее всего, она оказалась права и Моня ни за что не отстанет, пока я не перескажу ему весь бой в мельчайших деталях. Вот только узнать об этом было не суждено.

Мы как раз проходили мимо таверны, из которой буквально навстречу вывалилась пьяная компания.

Многое в нашей жизни зависит от таких вот случайностей. Хотя, что есть случай? Когда-то давно я запомнил одну фразу: «Случайность, это проявившаяся неизбежность».

Возможно, пойди мы по другой улице или появись я в переулке чуть раньше, даже будь Лема одна, всё могло бы быть иначе. Но все предыдущие события свели нас именно к этому моменту.

— Эй, кажется, я тебя знаю, — услышал я наглый голос за спиной, когда мы молча разошлись с подвыпившей компанией. — Слышь, ты, вонючий раб, я к тебе обращаюсь!

— Вы обознались, господин, — ответил я, пытаясь спрятать своё лицо.

— Где ты потерял свою руку? — подошёл ко мне человек в дорогой одежде. — Смотри на меня, когда тебя спрашивают?

Я поднял взгляд и понял, что конфликта избежать не получится. Передо мной стоял Ярг.

— Ха-ха-ха, гля народ, да это же сам Безликий, собственной персоной, — захохотал тот, привлекая к нам ещё больше внимания. — А это у нас кто? Новая подружка?

— Вы обознались, господин, — в очередной раз повторился я и опустил голову.

— Ты что, хочешь сказать, что я тупой? — холодным тоном произнёс он. — Или слепой?

— Отстань от него! — вступилась за меня Лема, — Он тебе ничего не сделал!

— А что он может мне сделать? — захохотал Ярг. — Жалкий выскочка, возомнивший себя чемпионом. Постой, ты что, из свободных?

— Не трогай её, — попросил я уже не скрываясь и попытался спрятать девушку за спину.

— А то что?! — нагло улыбнулся тот. — Что ты мне сделаешь, вонючий раб? А она ничего. Как она, хороша в постели, или такая же скучная, как твоя бывшая? — он попытался схватить её за руку, но я заступил ему дорогу.

— Она невинна, Ярг, — тихо ответил я. — Ты знаешь, что с тобой будет, если ты её тронешь?

— Мне не будет ничего, — захохотал он. — А вот раба, который изнасиловал свободную, ждёт очень много неприятностей.

— Лема, беги, — оттолкнул я девушку, но она не тронулась с места, — вали, я сказал!

— А ты? — начала было она.

— Быстро отсюда! Бегом! — крикнул я, пока события только начали набирать свой ход.

Лема сорвалась с места, а я перекрыл дорогу Яргу и его парочке друзей, которые хотели пуститься вслед.

Чемпион арены тут же попытался вывести меня из игры. Драться с ним на улице, означало больше никогда не появляться на арене. Меня просто казнят за нападение на свободного человека. Однако уходить от ударов и отталкивать его, мне никто не запрещал. Первую двойку в голову я парировал культёй и ладонью левой руки оттолкнул от себя Ярга.

— Ты что о себе возомнил, животное?! — прорычал тот и бросился в атаку уже серьёзно.

Удар ногой я пропустил над головой и снова оттолкнул чемпиона уже в спину, тот едва устоял на ногах. Хмель в голове не давал ему возможности двигаться так, как он делал это на арене, но менее опасным противником от этого не сделался.

Двое его друзе, наконец-то, сообразили, что происходит и тоже вступили в схватку, пытаясь обойти меня со спины. Я вжался в стену и как мог отклонялся и блокировал удары, вот только надолго меня не хватило. Будь у меня возможность на адекватный ответ, здесь, скорее всего уже лежали три покойника, но я раб и не имею права даже на ответный удар в челюсть.

Самое главное, что Лямка успела убежать, остальное уже неважно.

Удар палкой, которую один из друзей Ярга выбил из перил таверны, пришёлся прямо по голове. Я получил лёгкий нокдаун и поплыл. Буквально сразу же на меня посыпался град ударов, которые я уже не мог отразить. Единственный выход, это упасть, свернуться калачиком и прикрыть голову руками, что я и сделал.

Болезненные удары ногами сыпались на моё тело один за другим, пока Ярг не остановил своих товарищей.

— Хватит! — выкрикнул он и почти сразу же всё прекратилось.

Губы разбиты, во рту противный, медный привкус крови, один глаз уже заплыл и ничего не видел, всё тело болело, но я попытался улыбнуться в лицо чемпиону, который присел передо мной на корточки.

— Ну что, выскочка? — спросил он и достал нож, — Убить тебя прямо сейчас, а потом пойти и трахнуть твою подружку?

— Трус, — пробормотал я разбитыми губами.

— Что ты там вякнул? — чуть ниже наклонился он.

— Ты ссыкло, Ярг, — повторил я.

— Ха-ха-ха, — расхохотался тот. — Видимо, тебе сильно по башке прилетело?

— Ты это чувствуешь, да? — продолжал гнуть свою линию я. — Я подбираюсь к тебе всё ближе. Давай, убей меня, чтобы вся Эллодия знала, что ты ссыкло.

— Ты просто вонючий раб, сраный инвалид, с чего вдруг ты решил, что я боюсь тебя? — голос его стал менее решительным и оскорблений в мой адрес прибавилось.

— Давай, успокаивай себя, но ты чувствуешь, как я дышу тебе в затылок, — я начал хохотать, — убей меня, давай, пусть все знают, какое ты ссыкло, зарезал основного претендента, когда тот не мог тебе ответить. Давай, сука! — я приподнялся и схватил его за отворот одежды.

— Псих, — тут же отпрянул тот. — Нет, это будет для тебя слишком легко.

Ярг повёлся но мои слова, гордость и заносчивость не дали ему просчитать реальные варианты развития. К тому же здесь присутствовали двое его товарищей, которые могли буквально понять мою речь.

— Ты прав, — схватил он меня за горло, немного помолчал и оттолкнул. — Ты лишь жалкий, безрукий, вонючий раб. Я разделаю тебя на арене, как свинью и все увидят, что ты лишь выскочка, пустое место. Имя Безликого забудут, они будут воспевать меня. Я Ярг, непобедимый воин клана Лис, а ты кусок говна. Запомни это.

Он поднялся и ударом ноги отправил меня в темноту.

В себя я пришёл от того, что кто-то бьёт меня по щекам. Попытался отстраниться и тут же вывернул содержимое желудка на мостовую.

— Эй, дружище, ты как? — услышал я будто сквозь вату голос Мони, — Он жив, Лямка. Кажется, у него сотряс.

— Что нам теперь делать? — я сразу узнал голос Лемы.

— Помоги мне, — попросил тот, — Отнесём его домой.

Меня взяли за руки и вскоре я почувствовал, как моё тело взвалили на спину. Моня закряхтел и поднялся на ноги. Вскоре от мерного покачивания меня снова стошнило, прямо на друга, но тот не обратил на это никакого внимания, постоянно приговаривая одну фразу: «Потерпи, сейчас, мы уже почти пришли». Сознание то проваливалось в темноту, то снова всплывало на поверхность, отдаваясь болью во всём теле.

Лема всё это время не отходила ни на шаг, я чувствовал её присутствие, она что-то говорила и причитала, но слов разобрать не удалось. О том, что мы на месте я понял по гулу голосов.

Моня занёс меня внутрь и уложил на что-то мягкое, видимо я снова выселил из дома Скама и Гретту. Даже неудобно как-то.

Вскоре наступила тишина и моё сознание провалилось в темноту.

*****

Пробуждение было скверным. Болело всё, каждая клеточка, губы распухли и слиплись, а правый глаз так и не хотел открываться. Такое чувство, что я побывал под катком, даже после травм на арене я не чувствовал себя так плохо. Сильно болело разорванное в схватке со Змеем плечо, видимо Ярг со своими дружками сорвал повязку и повредил швы. Голова кружилась каждый раз, когда я хотел осмотреться.

Затем начался дождь, он грохотал по крыше с такой силой, что казалось, собирается пробить её. От этого монотонного звука я снова провалился в сон.

Проснувшись, я ощутил чьё-то присутствие и попытался посмотреть. Голова закружилась, подкатила тошнота и я застонал.

— Может Молот прав? — услышал я голос Дария. — И тебя больше не стоит выпускать на улицу?

— Стукач, — пробормотал я с закрытыми глазами и попытался улыбнуться, губы сразу треснули, а я вновь ощутил вкус крови во рту.

— А ты идиот, — заметив мой жест, сказал хозяин, — он мог тебя убить.

— Мог, — тихо ответил я, — Но не стал.

— Вот что мне с тобой делать? — устало вздохнул Дарий. — У меня ещё ни с одним гладиатором не было столько проблем. Ты что, специально их ищешь?

— Это случайно вышло, — попробовал оправдаться я. — Не лишайте меня встреч с ней, господин.

— Ты хоть понимаешь то, о чём меня просишь? — возмутился тот. — Предлагаешь мне нарушить закон?

Я ненадолго приоткрыл левый глаз и быстро осмотрелся, чтобы убедиться в том, что мы одни. Сразу подкатила тошнота и пришлось сделать усилие, чтобы не сблевать под ноги хозяину.

— Вам же не привыкать, — справившись с собой, произнёс я.

— Что? — казалось, его удивлению нет предела. — Да ты совсем обнаглел?! Ты что себе позволяешь?!

— Простите, господин, — нисколько не смутившись продолжил я. — Но она всё, ради чего я живу. Не лишайте меня этого.

— Нет, Молот определённо прав, — задумчиво произнёс Дарий. — Я слишком многое тебе позволяю.

— Ваша правда, господин, — покорно сказал я. — Вот только боюсь без неё, я проиграю следующую схватку.

— Шантаж значит? — я даже услышал, как он усмехнулся. — Нет, раб, отныне тебе запрещено покидать эти стены. Я твой хозяин и мне решать. Захочешь с ней увидеться, станешь чемпионом и получишь свободу. Вот тебе моё решение.

— Вы должны мне три награды, — попробовал я привести последний аргумент.

— Нет, на эту тему мы уже заключили соглашение, — ответил Дарий, — у тебя тридцать дней, до следующей схватки.

— Постойте, господин, — я попытался подняться и меня тут же стошнило.

Дарий успел отскочить, чертыхнулся и покинул жилище Скама, а я ещё какое-то время пытался докричаться до хозяина. Вот только кроме Гретты с кувшином воды, ко мне так никто и не пришёл.

Ближе к вечеру появился Молот. Оно и понятно, это я здесь валяюсь в мягкой кровати, а ему нужно парней тренировать. Тот факт, что его индивидуальный ученик сейчас не может продолжать занятия, его от обязанностей не освобождает. Тем более, что от меня он тоже почерпнул не мало и просто обязан поделиться этими знаниями, ведь возможно они спасут чью-то жизнь.

— Доигрался, герой-любовник? — с язвой в голосе произнёс он вместо «здрасьте».

— Стукач, — беззлобно буркнул я.

— Я ничего не говорил, — улыбнулся тот, — или ты считаешь нашего хозяина идиотом?

— Я этого не говорил, — ответил я.

— Зато подумал, — усмехнулся Молот. — Тебя принёс Моня, а рядом с ним с ужасом в огромных глазах маячила свободная девчонка. Кстати, она действительно очень красива. И ты решил, что Дарий не станет задавать ей вопросов?

— Ладно, не оправдывайся, — попытался улыбнуться я и губы вновь потрескались. — Можешь радоваться, Дарий запретил мне покидать дом. Теперь только арена и тренировки. И он, кстати сказал, что это по твоему совету.

— Замечательная новость, — кивнул тот. — И то, что он прислушался к моим словам тоже.

— Вот я и говорю, стукач, — в очередной раз обозвал я товарища.

— А как иначе, если ты слов нормальных не понимаешь? — возмутился тот. — Я сколько раз тебе говорил, будь осторожнее?

— Наверное, миллион, — ответил я.

— Это как? — не понял меня Молот.

— Это много, — сказал я и попробовал съехать с темы, — Молот, я же без неё умру.

— Потерпишь, — отмахнулся тот, — до конца турнира не так долго осталось. Если сможешь побить Ярга — станешь свободным.

— Может кому-то удастся сделать это за меня? — предположил я.

— Сомневаюсь, — покачал головой Молот, — а если такое вдруг случится, значит, твой противник окажется ещё более опасным. От этого ты хотя бы знаешь чего ожидать.

— Это точно, — вздохнул я. — А ты можешь выходить на улицу?

— Хочешь передать ей письмо? — сразу же понял мою мысль Молот.

— Угу, — буркнул я.

— Это можно, — улыбнулся друг. — Попрошу отнести Скама.

— От него, пожалуй, дождёшься, — я в очередной раз сделал попытку улыбнуться, но сразу же поморщился от боли в губах, — Потом неделю причитать будет.

— Ладно, ты поправляйся, — похлопал он меня по плечу, — Пойду я, а то ведь эти всё сожрут, а я ещё не ужинал.

— Иди уже, — тихо кивнул я, — спать мне мешаешь.

Молот слегка сжал мне плечо, улыбнулся и вышел, оставив меня в одиночестве. Вскоре появился Скам и я надиктовал ему записку для Лемы. Он не возмущался, как я полагал, записал мои слова и спросил, где может её найти. Я посоветовал не передавать записку напрямую, а отнести её Моне. Тот скорее всего прочитает, не сможет удержаться, но там нет никакого секрета, зато он сможет спокойно передать письмо, не вызывая подозрений у отчима Лемы. Скам кивнул и тоже покинул меня.

Затем появилась Гретта и начала кормить меня с ложечки, как маленького, каким-то пюре. Я попытался возмущаться, да где там, съел всё, что предлагалось, у неё не забалуешь.

Оставшись один, я попробовал подсчитать время разлуки с любимой девушкой. Выходило много. На турнире я победил всего лишь четверых. После каждого противника мне дают тридцать дней на подготовку. Выходит, что нужно одержать ещё шесть побед, то есть, если я обойдусь без серьёзных травм, то окажусь свободным через полгода, а точнее, лета, как принято в этом мире.

Не так уж и долго. В общем, надеюсь, за это время ничего не случится и Лема не пострадает.

Шесть побед и бой с Яргом. Да, Молот прав, нужно поскорее вставать на ноги и как завещал товарищ Ленин: «Учиться, учиться и ещё раз учиться». В моём случае, тренироваться.

Глава 17

Работа над собой.

Относительно хорошо я почувствовал себя только спустя неделю, но координация всё равно была не из лучших. Голова периодически кружилась, боль в ушибах не давала делать резких движений, однако я упорно тренировался, сжав зубы. Время идёт, а прогресса никакого.

Молот всё же оказался прав, от любви одни проблемы, но ведь сердцу не прикажешь. Насколько было бы проще, будь в душе специальная кнопка. Тыкнул в неё и бац — уже не думаешь о человеке, не переживаешь, как она там без тебя, всё ли хорошо, не угрожает ли ей опасность? Вот только мир и люди устроены несколько иначе, хорошо это, или плохо.

За долгие годы, прожитые в том, прошлом мире я в совершенстве научился управлять собственным телом, но вот от эмоций был ограждён. И теперь отсутствие опыта в этом вопросе сыграло со мной злую шутку. А злую ли?

— Соберись, Влад, — в очередной раз меч Молота остановился прямо у моего горла. — Где ты летаешь?

— Да здесь, — буркнул я, — голова всё ещё кружится, извини.

— На арене тоже будешь извиняться? — усмехнулся наставник. — Давай уже, включайся в работу.

Я кивнул, подтверждая готовность и деревянные мечи вновь застучали, сливаясь со стуком двух десятков других макетов.

Кувырок, встаю на ноги и… Тело повело в сторону, а я упал на песок. Наставник терпеливо ждёт, но вид его выражает всё, что он обо мне сейчас думает.

Неделя уже позади и не так много времени остаётся до выхода на арену. Молот прав, с такой координацией там делать нечего, меня просто в капусту изрубят и фамилию спрашивать не станут.

— Нет, так не пойдёт, — опустил руки тот, — Давай начинать сначала. Упражнения на координацию и акробатика. Пока не научишься стоять на ногах, ничего хорошего из этого не выйдет.

— Это пройдёт, — попробовал оправдаться я, — Последствия сотрясения.

— Знаю, но акробатика лишней не будет, — кивнул Молот. — Вперёд, боец!

Мечи полетели в сторону, а я принялся считать кувырки, чтобы не вылететь за пределы площадки.

День прошёл, за ним наступил следующий, а там и неделя миновала. Координация почти восстановилась, и теперь я не падал от каждого резкого движения. Тело вновь обрело прежние гибкость и послушность, а о произошедшем у таверны напоминала лишь горбинка на носу, говорящая о том, что он был когда-то сломан.

Недавно Моня принёс очередное письмо от Лемы и мы немного поболтали у калитки. Оказалось, что читать он не умеет и это сильно его расстраивало, потому как очень хотелось узнать, о чём это мы там пишем друг другу.

Дарий в очередной раз уехал по делам, оставив дом на управление Скама и супруги. Ей было всё равно, что происходит в нашей жизни, арена не интересовала её от слова совсем. Сад, цветы, чистота вокруг, вот и всё, что было для неё важно.

Однако качество нашей жизни не падало, питание всё так же оставалось на высоком уровне, за этим строго следил управляющий.

Гулять мне было запрещено, так что всё своё время я посвящал тренировкам, прерываясь лишь на сон. Если в моей жизни и происходили какие-то события, то все они касались только нашего, небольшого мира внутри стен дома. То есть были незначительными и будничными.

Недавно снова прошёл дождь, проливаясь на нас сплошным потоком воды. И, кроме того, что мы убрались в казарме, а затем продолжали занятия, утопая чуть ли не по колено в песке, ничего интересного не происходило.

Единственной отдушиной в этом тесном мире были письма, которые Моня передавал раз в неделю.

Вскоре явился Скам и с отрешённым видом предупредил о трёхдневной готовности к бою. Противник был посредственным бойцом и добрался до своего места на арене лишь за счёт договорных боёв. Однако считать его слабым противником не стоило, какие ни есть, а навыки у него имелись. По крайней мере, я так думал.

Арена встретила меня оглушительными воплями. Я пробежался по песку, приветствуя публику, помахал руками, ногами и изобразил несколько акробатических фигур, ещё больше подогревая зрителей.

Вскоре появился противник. Примерно моего роста, среднего телосложения с прослойками жирка на животе и руках. В его адрес полетел свист, и недовольные крики с трибун. Но ему было всё равно, будто он имел иммунитет в схватке. Несколько раз взмахнув мечом, он бросился в атаку, неуклюже, будто впервые в жизни взял в руки оружие.

Пропускаю его мимо себя и плоской стороной меча бью по толстому заду. Трибуны грохнули от смеха, а ему хоть бы что, даже не покраснел.

Очередной взмах сверху вниз пропускаю рядом, поворачиваюсь вокруг оси и пяткой бью в затылок. Противник упал и потерял меч.

Ну и как прикажете делать из этого шоу? Может быть, порезать его на ремни? Так жалко дурака.

Немного подумав, вонзаю меч в песок, из оружия у меня только крюк на протезе.

Противник поднялся, подобрал свой меч и снова нелепо бросился на меня, размахивая им, словно палкой.

Удар наискосок пропускаю вдоль своего тела, слегка отразив его протезом, и бью под колено, заставив противника припасть на него. Сейчас я могу убить его одним лёгким движением.

Зачем его выставили против меня?

Боец поднимается на ноги и начинает махать мечом перед моим носом.

Взмах, ухожу отклоняя корпус, ещё один, повторяю движение, третий — перехватываю запястье, веду в сторону удара, противник делает шаг вперёд, а я резко меняю траекторию и выкручиваю руку против сустава и дёргаю вниз.

Ноги бойца подлетают вверх и описывают полукруг. Он падает на спину и ложится головой прямо мне в ноги. Я едва сдержал рефлекс, чтобы не добить его пяткой в лицо. Противник даже глаза закрыл от испуга.

Такое ощущение, что он вышел на арену впервые, но ведь меня никто об этом не предупредил. Да и на турнир новичков не принимают. Этот противник выглядит как насмешка.

Я вновь подождал, пока он поднимется на ноги и возьмёт в руки оружие, как вдруг меня всё это просто взбесило.

Он едва распрямил спину, когда мой локоть встретился с его подбородком. Боец упал и закатил глаза, тело вытянулось в струну и затихло, а я не спеша поднял свой меч, приставил его острый кончик к горлу поверженного и посмотрел на ложе императора.

Толпа ревела и требовала смерти. Впрочем, ничего другого я и не ожидал, за такой бой его даже убить и то мало. Император подошёл к краю балкона и вытянул руку с поднятым вверх пальцем. Я даже дар речи потерял.

Немного подумав, я убрал меч, приподнял маску и плюнул в лежащего бойца. Публика оценила мой жест, поддержала криками, а я, ничего не понимая, направился на выход с арены.

Дарий встретил меня на воротах, только на этот раз его лицо было сосредоточенным.

— Поздравляю тебя с победой, Безликий, — произнёс он дежурную фразу.

— Что это было? — кивнул я головой назад, подразумевая противника и вообще весь этот цирк.

— Бесславный сын, славного человека, — усмехнулся тот. — Не бери в голову.

— Я ведь мог его убить, — возмутился я. — Ему вообще повезло, что я решил этого не делать.

— У богатых свои причуды, — пожал плечами Дарий. — Не обращай внимания. Мне нужна твоя помощь.

— В обмен на что? — тут же указал я на свои интересы.

— В город ты не пойдёшь, — тут же обрезал меня тот, сразу догадавшись о том, что я собирался попросить.

— Может быть, ей можно будет посетить меня? — попробовал я поторговаться от обратного.

— Думаю, этот вопрос я смогу решить положительно, — немного подумав, кивнул Дарий.

— Я только переоденусь, — подтвердил я своё согласие аналогичным кивком.

К моему удивлению, мы не поехали куда-то в другое место, а отправились домой. Затем хозяин отпустил меня на ужин, а уже после этого появился Скам. Разговор, как и в прошлый раз, состоялся на широкой веранде.

— Я нашёл её, — со взглядом полным азарта начал разговор он. — Он нам соврал, её не забирали люди клана.

— Можно взглянуть? — спросил я, ожидая увидеть что-то действительно ценное.

— Конечно, именно за этим я тебя и позвал, я не понимаю что там, — часто закивал он и протянул мне книгу, обложка которой была обернута бумагой. — Это какой-то шифр, текст мне понятен, но о чём он?

Я принял книгу и открыл на титульном листе, одного лишь взгляда было достаточно, чтобы понять, что в ней находится.

— Это же атлас дорог, — поднял я на Дария взгляд полный недоумения. — Вы хотите сказать, что мы убили того господина вот из-за этого?

— Что означают твои слова? — проигнорировал тот мой вопрос. — Там сказано, где находится город древних?

— Так вот в чём дело?! — до меня наконец-то дошло, что всё это время искал мой хозяин.

Знания, остатки технологий, старый, затерянный город древних. Заполучи он доступ к нему и его власть может превысить статус Императора. Хотя не всётак просто.

— Это карта, — попытался я объяснить то, что держал перед глазами, — На ней расположены тысячи городов. Какой именно вы хотите найти?

— Что значит «Карта»? — переспросил тот.

— Ну как? — я задумался, как объяснить Дарию то, что для меня было очевидным, — Это как схематичное изображение местности. К примеру, вот здесь нарисован весь наш мир.

Я перевернул книгу и открыл её на заднем, титульном листе, а после этого потерял дар речи. Да, карта мира там имелась, но не та, что была привычна моему взгляду. Южная Америка соединялась с Антарктидой, на которой точно так же имелась целая сетка городов, рек и дорог. Северная Америка отсутствовала, от слова совсем, и скорее всего, была единым целым со своим нижним континентом, если судить по его размерам. Африка была отделена от Евразии и практически примыкала к Антарктиде. Евразийский континент имел более скромные размеры, чем в моём мире, но хоть примерно походил на тот, что я привык видеть. А вот Австралия была значительно больше, но занимала так же, привычное место.

Странно, но все континенты носили привычные названия, как и большинство государств. Мне даже Москву удалось отыскать, вот только здесь она расположилась ближе к Уральскому хребту.

— Что ты там увидел? — прервал тишину Дарий. — Расскажи мне, что это? Где мир, как он выглядит?

Его глаза горели так, как будто он ребёнок и только что впервые в жизни увидел «Диснейленд».

— Мне незнакомы очертания этого мира, — немного подумав, ответил я, — однако, понятно то, что здесь изображено. Для начала мне нужно знать, как называется город, что вы ищете.

— Этого я не знаю, — покачал головой тот. — Но ты говоришь, что там указаны целые тысячи подобных.

— Да, посмотрите сами, — развернул я к нему карту мира, — вот эти точки и есть города, возле каждого стоит название.

— Здесь должно быть зашифрованное послание, — трясущимися руками перехватил он атлас, — Мне сказали, что оно здесь. Подсказка, о том, как его найти.

— Так и есть, господин, но для этого необходимо знать, что искать, — попытался вразумить его я. — Чтобы найти то, что вам нужно, необходимо знать начальную точку и конечную, только в этом случае я смогу указать вам маршрут.

— Ты врёшь мне, — вдруг подскочил он и заметался по веранде. — Ты увидел что-то и не хочешь мне помогать. Что ты хочешь? — он сел на место и посмотрел на меня совершенно безумным взглядом, — Скажи, хочешь я выкуплю твою девушку и вы будете вместе? Прости, свободу я дать тебе не могу.

— Нет! Не хочу, чтобы она жила так, как я, — замотал я головой, — мне действительно хочется вам помочь, но для этого слишком мало информации. Вы хотя бы знаете, где мы находимся? Что примерно нужно искать? Может быть, есть какое-то описание этого города? Всё что угодно поможет найти ответ.

— Научи меня понимать эти рисунки, — немного успокоившись, попросил Дарий. — Если тебе нужно, я снова могу отпустить тебя в город, всё что угодно, только покажи мне, как разобрать то, что здесь написано.

— Это не так сложно, — после недолгого раздумья, ответил я, — карта ориентирована на север.

— Что это значит? — тут же последовал вопрос.

— Стороны света, — объяснил я. — Вот смотрите, — я вновь взял в руки атлас и развернул карту мира, — север здесь, здесь юг, запад и восток. Солнце встаёт на востоке и заходит на западе.

— И что это даёт? — пожал плечами тот.

— Понимание направления, — терпеливо ответил я. — Допустим, мы находимся здесь, — указал я пальцем в случайную точку на Евразийском континенте, — А нам нужно сюда, соответственно нужно двигаться на восток и слегка отклоняться к северу. Тогда мы попадём в нужную точку. Вы знаете, где находится Эллодия, сможете указать её на карте?

— Нет, как мне это понять? — наконец последовал правильный вопрос.

— Лучший способ, это найти ориентир, — подумав, ответил я, — что-то такое, что было тогда, и осталось сейчас. Эллон, ведь его построили древние, так?

— Верно, — кивнул Дарий.

— Значит, где-то должно быть описание этого города, его расположение, описание местности, может быть какое-то строение, которое считалось особенным и единственным, — начал перечислять я. — Например: арена. Откуда она, чем была в прошлом, ведь это может стать тем самым ориентиром, точкой отсчёта.

— А затерянный город, как мне его отыскать? — вернулся к старой теме тот.

— Точно так же, найти что-то особенное в прошлом, описание, а лучше всего название, — продолжил я. — Зная то, как назывался тот город, мы сможем найти его здесь и получить направление и расстояние.

— Ты предлагаешь мне начать всё с начала, — вздохнул хозяин и устало прикрыл глаза. — Я думал, что эта книга поможет найти ответы, но она лишь добавила вопросов.

— Зачем он вам? — спросил я. — Для чего вы ищите этот город?

— Ты разве ничего не понял? — усмехнулся тот. — Эти кланы, они забрали себе всё: власть, знания, нашу свободу. Они диктуют нам, как жить, что делать, куда можно смотреть, а куда нет. Мой сын, он искал ответы на простые вопросы, а они убили его.

— Вы хотите отомстить? — до меня, наконец дошло, почему он с такой страстью ищет ответы.

— И да, и нет, — покачал головой хозяин, — я хочу показать людям то, что они от нас скрывают. Дать им знания, чтобы лишить кланы власти.

— Боюсь, вас просто убьют, — сказал я, — никто не позволит вам обнародовать то, что вы найдёте. Даже если вы сможете отыскать это, вас всё равно просто убьют.

— Всё не так просто, как ты думаешь, — улыбнулся Дарий, — у меня тоже есть покровители, которые хотят получить ответы. Меня нельзя вот так просто взять и убить.

— А вы не переоцениваете возможности своих покровителей? — уточнил я.

— Боюсь, это ты их недооцениваешь, — усмехнулся Дарий.

— Неужели сам Император? — пошутил я, но испуг в глаза хозяина показал мне обратное.

— Никогда и нигде больше не произноси это, ты понял?! — тихо прошипел он.

— Я думал мы с вами давно поняли, что от кого следует ожидать, — покачал головой я.

— Теперь ты понимаешь, что за игру я веду, — вздохнул Дарий, — и честно говоря, уже жалею о том, что ввязался в это дело. Я уже хотел опустить руки, как вдруг появился ты.

— Постарайтесь выяснить, как назывался этот затерянный город, — сказал я, — а я помогу вам его найти.

— Почему ты так добр ко мне? — вдруг спросил он, — ведь я владею тобой, словно вещью.

— Возможно, я видел и более худшее отношение, чем ваше, — немного подумав, ответил я, — но в любом случае, пока моя жизнь зависит от вас, у меня нет другого выбора. Вы позволите мне покидать дом?

— Я обещал тебе это, — ответил Дарий, — хотя лучше тебе этого не делать. Я разрешу твоей девушке приходить, если ты пообещаешь мне, что не станешь покидать территорию без особой надобности.

— Мне это подходит, — согласился я. — Спасибо, господин.

— Ступай уже, Безликий, мне нужно подумать, — махнул рукой хозяин.

Я поклонился и покинул веранду.

Дарий заразил меня тем, что произнёс сегодня. Город, тот о котором не знают кланы, точнее они в курсе его существования, но не в курсе местоположения. Это очень хороший козырь, а крыша Императора даёт неплохие позиции в жизни. За последние дни это было самое увлекательное событие. Мало того, я заразился этой идеей, этой мыслью, мне интересно и любопытно. Тем более, что я смогу получить очень много ответов на свои собственные вопросы. А их за всё время скопилось не мало.

Глава 18

Как?

Дарий приглашал меня к себе каждый вечер, в течение нескольких дней, пока не научился читать карту. Мои познания в этой области были достаточно скромные, но их было достаточно, чтобы понимать куда ехать и как ориентироваться.

Закончив с обучением, хозяин снова куда-то уехал. Впрочем, я теперь уже знал зачем. Скам получил все необходимые указания относительно меня и вскоре ко мне пожаловали гости.

Я попросил управляющего передать информацию через Моню, на этот раз без писем, в устной форме. Просьба заключалась в том, чтобы он провожал её до меня и обратно. Я всё ещё переживал по поводу того, что сказал Ярг. Возможно, его слова были пустыми и он не посмеет тронуть девушку, но что-то мне подсказывало — это вполне реально.

Встречи я максимально сократил, Лема посещала меня раз в неделю, всего на половину четверти. Мало было обоим, но это лучше, чем ничего. Моня не капризничал и тоже понимал всю серьёзность ситуации, а помочь друзьям ему оказалось только в радость.

В тренировках я достиг того уровня, когда прогресс уже почти незаметен, однако равных мне в доме Дария уже не было. Молот проигрывал мне каждую схватку и уже начал вести разговоры о том, что ему нечему меня учить. Насилу уговорил остаться, потому как в одиночестве много не сделаешь. Да, какие-то движения и приёмы можно отрабатывать по воздуху, но без напарника не добиться совершенства.

Договорились так, что я буду менять партнёров, чтобы не привыкать к единому ритму боя. Это немаловажно.

Каждый боец всегда использует свой собственный ритм: это скорость движения, частота ударов, раскачивание маятника. Со стороны может показаться, что некоторые удары наносятся быстрее, некоторые более размеренные, но в итоге всё сводится к единому. Даже ускорения и те происходят с определённой амплитудой, это всё равно, что музыка одной песни.

Любой человек, который обладает чувством такта, может это проверить. Даже если музыкальная тема, то ускоряется, то замедляется, она всегда остаётся в изначально заданном темпе метронома.

Точно так и человек, сколько бы он не занимался, как бы ни старался этот ритм поломать, он всегда будет работать в нём и все всплески и затухания точно так же будут в этих пределах. Совсем другое дело, когда противник меняется.

В прошлой жизни я попадал на разные ситуации и одна из них доказала, что этот самый боевой темп не менее важен, чем знание приёмов. Молодёжь всегда и во все времена будет одинаковой. Горячая кровь, гормоны, избыток энергии, всё это приводит к частым конфликтам. А если в эту гремучую смесь добавить ещё и алкоголь, то поиск приключений обязательно приведёт к таковым.

Я находился в клубе и вёл одного клиента. Но ведь человек, который сидит в одиночестве, к тому же ещё и трезвый, чаще всего привлекает внимание вот таких молодых индивидов. Что собственно и произошло.

Ко мне подвалила группа ребят и нагло уселась на свободные места за мой столик. Я не был против, ведь его достаточно. Однако им требовался конфликт, который не заставил себя долго ждать. На плоские шутки в свой адрес я отреагировал не так, как они ожидали — молча встал и покинул заведение, разумно посчитав, что лишнее внимание мне ни к чему.

Но молодая, горячая кровь посчитала иначе, они восприняли мой жест за трусость и незамедлительно проследовали на улицу.

Драка возникла моментально, вот только откуда им было знать, что щуплый с виду паренёк владеет такими навыками рукопашных схваток, что им и не снилось. Само собой, что все четверо остались лежать на тротуаре, а мне пришлось покинуть место наблюдения. Но история не об этом.

Любой, профессиональный боец подтвердит, что драка с неопытным человеком намного сложнее, чем с таким же профессионалом. И всё дело в том, что удары боевых искусств проводятся по определённой траектории и ты всегда понимаешь, в какой именно момент их нужно блокировать. Опять же тот самый, пресловутый ритм.

Драка с неопытным бойцом выглядит иначе, траектория движений другая, нелепая, ритм ломаный настолько, что невозможно просчитать начало следующей атаки. И это я ощутил на собственной шкуре.

Прежде чем те четверо улеглись на мостовую около клуба, мне всё же несколько раз прилетело, притом так неожиданно, что казалось чем-то невозможным.

Когда Молот передал меня своему напарнику, второму инструктору, Ортису, я сразу же начал проседать в схватке. Это было до тех пор, пока я не почувствовал его ритм, дальше инициатива перешла уже в мои руки. Но теперь я старался периодически менять партнёров, даже для отработки приёмов. Ведь тот же рубящий удар, каждый боец наносит по-своему.

Теперь, уровень моей боевой подготовки перестал расти, но продолжил развиваться.

Очередные тридцать дней до схватки, пролетели за один миг. В душе был покой, я чётко и ясно осознавал свою цель и двигался к ней. На сей раз, противник будет опытный, на его счету это уже двадцатый выход на арену. Говорить о проигрыше в нашем случае не имеет смысла, давно уже понятно, что девятнадцать боёв имеют ровно столько же побед. Исключить можно лишь иммунные, первые три схватки, но их у чемпионов из счёта исключают.

Его зовут Дубль. Не потому, что он подражает своему противнику, а по той причине, что он двуручник. На песок он выходит с двумя мечами и владеет ими в совершенстве. Раньше он был наёмником, предводителем отряда, но на одной из междоусобиц, которые периодически вспыхивали среди королевств империи, весь его отряд полёг. Остался только Дубль.

Он несколько раз пытался собрать новую ватагу, но слава неудачливого главаря постоянно развеивала людей. Он даже сам пытался несколько раз прибиться к другим отрядам, но никто не хотел связываться с бывшим вожаком, дабы избежать конфликтов на фоне борьбы за власть.

Так, помотавшись по свету, он решил, что с войной придётся завязывать. В услужение к королю, или господину идти не захотел и выбрал для себя карьеру гладиатора. Многие бывшие вояки выступали на арене, деньги хорошие, да и кроме того как держать в руках оружие, больше ничего не умели. Некоторым удавалось добиться славы, некоторые давно сложили головы, но и на войне им постоянно приходилось рисковать жизнью. Так что здесь мало что изменилось.

Я сидел в своей келье и дожидался, когда меня позовут. Бой назначен ближе к концу всех схваток, так что ждать предстоит ещё долго.

Трибуны были заполнены до отказа, народу собралось столько, что даже проходы забиты. Всё потому, что на сегодня назначены две звёздные схватки: Ярг и Безликий. Люди даже из других городов прибыли, чтобы увидеть это шоу. Тотализаторы едва успевали считать деньги от ставок, а шум толпы слышался даже здесь, в лабиринтах арены.

Дверь распахнулась и я едва смог удержаться, чтобы не схватиться за меч, когда в проёме появился Ярг с наглой ухмылкой.

— Ох ты, грозный, непобедимый Безликий, — язвительно произнёс он.

— Что тебе нужно? — прошипел я сквозь зубы.

— Ничего, — улыбнулся он, — Просто заглянул пожелать тебе удачи, — произнёс он с наглой, отвратительной улыбкой.

— Благодарю, а теперь пошёл вон, — спокойным голосом ответил я, хотя внутри всё клокотало от злости.

— Ах да, чуть не забыл, — сладким тоном продолжил Ярг, — Моя схватка уже закончена, само собой в мою пользу. И я вот что подумал: в прошлый раз мне доставило несказанное удовольствие потешиться с твоей подружкой. Ах, как же она извивалась в петле, — он прикрыл глаза, показывая то, как ему это понравилось, — да, пожалуй, я сейчас же отправлюсь к твоей новой шлюхе, у тебя определённо хороший вкус.

Я сорвался с места, но Ярг успел захлопнуть дверь перед самым моим носом. Я ударил в неё ногой, но она даже не шелохнулась, видимо он подпёр её чем-то снаружи.

Сдаваться я не собирался и продолжил попытки выбить подпорку. Этот шум услышали охранники и в один из моих очередных ударов, дверь с лёгкостью отлетела в сторону, больно приложив одного из них в лоб. Он тут же потерялся в пространстве, а я выскочил наружу и рванул к выходу с арены. Меня дважды пытались перехватить по дороге, но все их попытки оказывались тщетны, я просто вырубал их на ходу.

У самого выхода меня перехватил Дарий.

— Стой, Безликий, или тебя объявят беглецом! — крикнул он мне.

— Мне всё равно, — ответил я, — он убьёт её, — но, тем не менее, я остановился перед своим хозяином.

— Кто он и кого? — спросил тот. — Объясни мне, что происходит?

— Ярг, он хочет убить её, он только что заходил ко мне и сказал, что собирается навестить Лему, — выпалил я на одном дыхании.

— Иди на песок! — строго приказал Дарий. — Я займусь этим вопросом.

— Но я…

— Это не обсуждается! — прервал он мои потуги.

— Не дай ему убить её, — немного успокоившись, попросил я.

Дарий молча кивнул и покинул арену, а я развернулся к охране, которая столпилась за моей спиной, ощетинившись копьями.

— Всё нормально, — сказал я им, — Простите, я не хотел.

Те неуверенно опустили оружие и расступились, пропуская меня внутрь лабиринта. Мой выход уже озвучили и толпа, с нетерпением ожидала моё появление.

Свет ударил в глаза, крик трибун оглушил, но мне не хотелось бегать и прыгать.

Противник уже стоял на песке и вращал мечи, подогревая публику, но моё появление произвело гораздо больший всплеск эмоций.

Мы встали друг против друга, пока ещё расслабленные. Ведущий пытался перекричать толпу, чтобы озвучить все наши победы и достижения.

Меч я воткнул в песок и держал свои руки, скрестив у паха. То, что я задумал нехорошо, публика этого точно не оценит, но я не хочу рисковать. Хотя всё то, что я собираюсь сделать, самая что ни на есть авантюра. Если что-то пойдёт не так, то я завязну в бою и скорее всего, проиграю.

Горн едва начал трубить, оповещая о начале схватки.

Мои пальцы сдвинули фиксатор, высвобождая тесак из протеза, Дубль только начинает принимать боевую стойку. Взмах, и моё вспомогательное оружие устремляется ему в лицо, а я, выхватив меч из песка, сближаюсь с противником.

Он даже не успел понять, что происходит, тесак воткнулся ему прямо в переносицу, а следом мой меч вспорол брюхо, из которого на песок вывалились кишки. Описав короткую дугу, я снёс ему голову, на обратном движении.

Вздох недоумения пролетел по трибунам, а я уже спешил к выходу, выдернув свой тесак и на ходу вставляя его на законное место. На воротах меня никто не встречал, оно и понятно, Дарий умчался на помощь Леме.

Я забежал в келью, быстро разделся, скинул оружие, заменив тесак на крюк, потому как иначе меня просто не выпустят на улицу. Повязка за мгновение оказалась на моих бёдрах и я поспешил на выход. На сей раз меня никто не останавливал, охранники шарахались в сторону от моего сосредоточенного взгляда.

Ни о какой повозке не могло быть и речи, я просто не смогу за неё расплатиться. Выбежав наружу, я осмотрелся и рванул бегом в сторону городских стен.

Привратники пропустили без проблем, даже не обратив на меня никакого внимания, подумаешь, очередной раб бежит исполнять поручение хозяина.

Ворвавшись в город, я без задержки помчался к ремесленному кварталу. Пару раз столкнувшись с прохожими, услышал много интересного в свою спину, но мне было плевать, в голове пульсировала только дна мысль, лишь бы успеть опередить Ярга.

В гончарную мастерскую я ворвался как ураган, не обращая ровным счётом никакого внимания на посетителей.

— Где Лема?! — тут же набросился я на владельца лавки. — Где она, отвечай мать твою!

— Ты что раб? — начал было свою гневную речь её отчим и тут же схлопотал звонкую пощёчину.

— Где она?! — сквозь зубы прошипел я ему в лицо и, схватив за грудки, поднёс крюк к горлу.

Посетители выбежали из лавки и бросились звать на помощь, а хозяин судорожно сглотнул и наконец соизволил говорить по факту.

— Я не знаю где шляется эта девчонка, — произнёс он, — Она ушла треть четверти назад. Прибежал какой-то парень и что-то ей передал, она умчалась, бросив лавку, и ничего мне не сказав.

— Что за парень, как выглядел? — спросил я.

— Да вы что сегодня, сговорились все что ли? — возмутился тот, но я слегка надавил крюком на горло и тот продолжил, — не знаю я что за парень, какой-то молоденький раб, лет десяти.

— Кто-то ещё спрашивал про неё? — задал я вопрос, зацепившись за фразу «сговорились».

— Недавно заявился какой-то господин и тоже интересовался Лемой, — ответил то. — Кажется, это был Дарий, но не уверен.

— Куда она пошла? — на всякий случай уточнил я.

— Да откуда мне знать, что у этой дуры на уме?! — возмутился отчим Лемы и я отпустил его.

В следующее мгновение я уже выскочил на улицу и припустил в сторону кузницы, может быть Моня в курсе того, что происходит?

Когда я подбежал к мастерской, на входе меня встретил хозяин, который с обеспокоенным видом смотрел вдоль улицы и вытирал руки ветошью.

— Господин, Роф, простите, — остановился я, с мастером мне ругаться никак не хотелось. — Вы не могли бы позвать Моню?

— Так они с Лямкой к тебе побежали, — обалдело уставился на меня тот, — Она прилетела, как ураган, несла какую-то чушь о том, что ты ранен и попросила одолжить ей Моню. Я ещё ей говорю, что у тебя сегодня бой и если ты ранен, то там есть лекари, которые умеют решать такие вопросы.

— Простите, господин, а вы не в курсе, куда они побежали? — поинтересовался я надеясь, хоть на какую подсказку.

— Вон он, возле кузницы! — услышал я оклик в спину, это был хозяин гончарной мастерской, который указывал в мою сторону пальцем, а рядом с ним стояли несколько стражников.

Я тут же рванул с места, а Роф крикнул вдогонку: «Лема с придурком побежали в сторону нищего квартала».

На бегу я махнул рукой, давая понять, что услышал его слова, но помчался совершенно в другую сторону. Мне необходимо оторваться от хвоста.

Кажется, я догадался, куда могли сорваться Моня с Лемой ̶ рабский пустырь, это, в общем, единственное место, куда горожане стараются не совать свой нос. Он находится на самой окраине нищего квартала, прямо у городских стен и обычному человеку там делать нечего. Скорее всего, Ярг выманил её именно туда, хорошо, что она догадалась взять с собой Моню.

Стража, громыхая доспехами, устремилась за мной, но куда им, этим лентяям гоняться за гладиатором по пересечённой местности, да ещё и в полной выкладке. Однако я недооценил их. Знание города позволило им выйти мне наперерез, пришлось маневрировать.

Один из них выскочил мне навстречу в узком переулке и перегородил дорогу, расставив руки в сторону. С разбегу я оттолкнулся от стены, взмыл вверх и ухватился за козырёк над дверью. Инерция позволила мне буквально запрыгнуть на него, один шаг и я ухожу в кувырок за спиной неповоротливого стражника.

Следующий раз меня попытались перехватить двое, в соседнем переулке, но я просто нырнул в открытую дверь справа, пробежал по чужому дому и выскочил через окно на противоположной стороне.

Вроде удалось скрыться от преследования. Но теперь мне нужно сделать не малый крюк, чтобы добраться до пустыря.

Поворачиваю в проулок, несколько поворотов и снова натыкаюсь на стражника. Он тут же вставляет в губы свисток, оповещая округу, что цель обнаружена. Здесь проскочить просто так не удалось.

Уворачиваюсь от прямого выпада копьём и бью железным протезом, наотмашь в переносицу. Стражник схватился за лицо и осел на мостовую, а со спины уже слышен грохот доспехов.

Снова бегу, путая след будто заяц, петляю по проулкам и вот, наконец, достигаю нищего квартала. Здесь стража почти не работает, опасно для здоровья. Но сейчас день и кто знает, насколько я их разозлил. Темп лучше не сбавлять.

Бежать по главной улице тоже себе дороже, так что продолжаю петлять по переулкам между домами и трактирами с сомнительной репутацией.

Буквально перед самым выходом на пустырь меня снова встречают стражники, только эти какие-то странные, не пытаются меня схватить.

— Эй, а ну стоять! — наконец реагирует один из них, — туда нельзя!

Он пытается схватить меня за руку, но я быстро высвобождаюсь из захвата и прорываюсь на пустырь.

Несколько человек срываются за мной и валят меня на землю, начиная заламывать руки за спину.

С трудом оторвав лицо, я вижу непонятную картину. Пятеро стражников пытаются заломать Моню, и им вполне удаётся это сделать. Он что-то кричит, кажется «Я не виноват», или «Прости Влад». За что он просит прощение? Что там происходит?

Мою голову снова прижимают к земле, я кричу и пытаюсь вырваться. Наручники в этом мире очень неудобные и пока их удастся замкнуть на запястье, придётся попотеть. Мне удаётся высвободить руку и ужом вывернуться, чтобы лечь на спину, дальше раскачиваю стражников, которые продолжают прижимать меня к земле. Резкий рывок и один из них теперь находится подо мной, а я ныряю из цепких рук вперёд, ухожу в кувырок и вырываюсь в центр пустыря, где тут же встаю как вкопанный.

Лема, моя девочка, она лежит в разорванном сарафане, тело в ранах от порезов, а горло распахано от уха до уха.

Моню уже вжали лицом в землю, но он всё ещё пытается прокричать что-то, наконец, я понимаю, что он хочет сказать: «Прости, Влад, я не смог, я не успел ничего сделать».

Я что-то кричу, или мне это кажется. Внезапно затылок взрывается болью и наступает темнота.

Глава 19

Решение.

В себя пришёл быстро, меня как раз тащили к повозке. Руки скованы за спиной, затылок налился тяжестью, голова ̶ будто не моя. Вырываться смысла нет, как и бегать всю свою оставшуюся жизнь. Гнев в душе сменился безразличием и апатией к собственной судьбе.

За что он так с ней? Она ничего плохого никому не сделала, да и с чего вдруг такое отношение ко мне? Если бы он не трогал Квиду, я, скорее всего, и не попросился бы в турнир, даже не думал бы о нём. Хотя нет, рано или поздно мы должны были столкнуться на арене, но в самой обычной схватке.

Моню уже увезли в предыдущей повозке, а вскоре и меня следом. Затем меня бросили в камеру с толстой, деревянной дверью и небольшим окошком в верхней части. Ни кровати, ни нар, ни даже отдалённого напоминания лежака, лишь каменный пол и небольшая, примятая охапка соломы в углу. Запахи в камере витали не из приятных: пахло застарелой мочой, дерьмом и давно немытым телом.

На солому я ложиться опасался, в таком месте подцепить вшей проще простого. Прижавшись спиной к стене в соседнем от сена углу, я опустился на пол, вытянув ноги. Затылок пульсировал болью, но от прикосновения к холодным камням стало немного легче.

Сколько я так просидел не знаю, может час, а может и четверть. За дверью раздалась какая-то возня, затем шаги и бормотание, а вскоре отодвинули засов и со скрипом распахнули створку.

— Эй, раб, на выход, — ковыряя в носу, произнёс тюремщик, — Давай, шевели ногами, у меня ещё дел полно.

С этими словами он извлёк из носа сокровище, с любопытством рассмотрел его и вытер о штаны. Я вышел из камеры и остановился, не понимая, что делать дальше, куда идти?

— Вон туда двигай, — указал рукой надзиратель, — И смотри мне, чтоб я не волновался.

Я пошёл в указанном направлении, а мужик позади меня периодически подсказывал где остановиться, или свернуть. Вскоре я оказался на улице, где меня ожидал Дарий, сидя в повозке.

— Твоя свобода стоила мне пять золотых, — тут же оповестил он меня о своих затратах, — зачем ты ударил стражника?

— Могли бы оставить меня здесь, раз уж это так дорого, — голосом полным безразличия ответил я и уселся в повозку.

— Ты стоишь на много больше, — вздохнул хозяин. — Извини, я не успел. Я даже не знал, с чего начинать поиски, в лавке её не оказалось…

— Вашей вины здесь нет, — прервал я речь господина, хотя в этом мире и за меньшее можно было отправиться в петлю, но он пропустил это мимо.

— Будешь его искать? — спустя долгую паузу спросил он.

— Да, — безучастно ответил я, — Вы не знаете, когда будет погребальный обряд?

— Завтра на рассвете, — ответил Дарий, — Я отвезу тебя.

— Угу, — кивнул я и снова замолчал.

— Не стоит этого делать, — снова нарушил тишину хозяин. — Ты всё равно встретишься с ним на арене. Если собираешься отомстить, сделай это правильно.

— Смерть не может быть правильной, — ответил я, — какая разница, как и когда он умрёт.

— Разница есть, — пожал плечами тот. — Я понимаю тебя, как никто понимаю, но ты погубишь себя, если убьёшь его на улице.

— Мне всё равно, — я продолжал отвечать, не выражая никаких эмоций.

Внутри образовалась пустота, я не злился, не психовал, не переживал, я хотел умереть и отправиться вслед за Лемой.

— Ты и понятия не имеешь, какая судьба тебя ожидает, — вздохнул Дарий, — своими действиями ты всё испортишь.

— Мне всё равно, — повторил я, и хозяин больше не произнёс ни слова.

До дома мы доехали в тишине.

Я шёл мимо тренировочных площадок, ребята останавливались, прекращали схватки и смотрели в мою сторону молча, словно переживая вместе со мной. Я прошёл в казарму, лёг на топчан и прикрыл глаза. Жить не хотелось.

— Это пройдёт, — услышал я голос Молота, — со временем боль утихнет.

— Я знаю, — открыл я глаза и в одно движение сел на топчан. — Где мне найти Ярга?

— На арене, — Молот завёл ту же песню, что и Дарий. — Сделай это правильно.

— О каком «правильно» вы все говорите?! — не выдержал я и психанул. — Почему я должен делать что-то по правилам? Убивать беззащитную девчонку — это, по-твоему, правильно?!

— Ты не понимаешь, — начал было тот.

— Так объясни мне! — крикнул я. — Давай, расскажи мне о том, как я ошибаюсь, что я себе же сделаю хуже!

— Успокойся! — вдруг рявкнул Молот. — И перестань вести себя, как истеричка!

— Извини, — буркнул я и снова улёгся на топчан, прикрыв глаза.

— Думай головой, Безликий, — продолжил разговор наставник, — Яргу очень важно общественное мнение. Если он сдохнет, как собака на улице, это не принесёт тебе покоя. Просто поверь мне. Но если ты снимешь с него шкуру на арене, заставишь стоять его на коленях перед полными трибунами…

— Я тебя услышал, — прервал я Молота.

— Надеюсь, не только услышал, но и понял, — сказал он, поднялся с соседнего топчана, и закончил уже у выхода. — Он боится тебя, это же очевидно.

— Я знаю, — тихо ответил я, оставшись в одиночестве.

Погребальный костёр обжигал лицо, ресницы трещали, но я не мог отойти. Я смотрел, как пламя охватывает её прекрасное лицо, пожирает одежду и волосы. Казалось, что она спит. Просто спит и улыбается прекрасным снам.

Дарий не пожалел денег и устроил шикарную церемонию. Лямку подготовили, одели и накрасили, загримировали шрамы и сейчас она выглядела просто спящей принцессой.

Я лично поднёс факел под погребальный костёр, а теперь был не в силах отойти от него. Её кожа начала чернеть, оголяя кости черепа, а я всё смотрел и не замечал жара и уродства смерти. Моя девочка просто спит.

Рядом накрыли столы, кто-то уже ел и пил вино, а я все стоял возле тлеющих головёшек, не в силах сделать даже шаг в сторону.

— Тебе нужно что-нибудь съесть, — сзади подошёл Дарий и протянул мне кубок с вином и кусок мяса, — Так нужно.

Я принял еду, оторвал зубами кусок, даже не почувствовав вкуса и опрокинул залпом весь кубок. Немного отпустило и я повернулся к столам, чтобы вновь наполнить его.

У вина есть одна нехорошая особенность, его можно выпить хоть бочку, но хмель так и останется на прежнем месте. Вином не получится напиться в стельку, скорее желудок отторгнет избытки жидкости. Но, к сожалению, более крепкого алкоголя в этом мире не существует. Хотя хмель — он прекрасно отключает сознание.

Вскоре люди собрали остатки обгоревших костей и завернули их в белоснежную ткань. Температуры открытого огня не хватает, чтобы обратить тело в прах. Затем их раздробят и перетрут в порошок, который вернут в красивой, погребальной вазе.

Это будет моей первой, личной вещью в этом мире. Всё остальное пока принадлежит хозяину, как и я.

Мы отправились домой. Захмелевший разум немного отпустило от переживаний и я вдруг осознал, что на церемонии не было Мони.

— Господин, — спросил я хозяина заплетающимся языком, — а что с Моней? Почему он не пришёл?

— Его обвинили в убийстве Лемы, — выдержав долгую паузу, ответил он. — Прости, но мне никаких денег не хватит, чтобы выкупить его после таких обвинений.

— Но ведь вы же знаете, что это не он! — возмутился я. — Можно же что-то сделать?!

— Увы, — вздохнул Дарий, — ему предстоит поездка на рудники.

— Я думал, его казнят, — удивился я.

— Поверь мне, лучше бы его казнили, — ответил тот, глядя куда-то в сторону. — То, что ожидает его там гораздо хуже смерти.

— Но почему? Как так получилось, что обвинили его? Они нашли нож, которым убили Лему? — начал я сыпать вопросами. — На нём должны остаться отпечатки пальцев.

— При чём здесь пальцы? — удивлённо уставился на меня хозяин. — Его застала стража с мёртвой девушкой на руках, он был весь в крови и рядом лежал кинжал — этого достаточно для обвинения.

— Ну как же, они индивидуальны, как лицо, нет похожих отпечатков, — я эмоционально пытался объяснить всю суть дактилоскопии. — Разворачивайте повозку, едем в управу.

— Ты в своём уме? — возмутился Дарий. — Кто будет слушать этот бред, про пальцы? Ты несёшь какую-то чушь, ты пьян.

— Это правда, если Моня не трогал кинжал, то на нём должны остаться пальцы Ярга, — я никак не мог успокоиться, — мы сможем доказать его невиновность.

— Его уже везут на рудники, — холодным тоном произнёс Дарий. — Никто даже слушать нас не станет и уж тем более изучать пальцы, чтобы освободить раба!

На меня словно ведро ледяной воды вылили, когда я осознал, что хозяин прав. Никто в этом мире даже палец о палец не ударит, чтобы снять обвинение с раба, никаких доказательств не хватит, ни отпечатки, ни свидетели, ничто не спасёт Моню.

Даже если бы Ярга застали с окровавленным кинжалом в руках над телом Лемы, а рядом находился Моня, слов убийцы было бы достаточно, чтобы раб отправился в рудники.

Я стиснул зубы и попытался успокоить нарастающий гнев внутри.

— Снимите с меня это, — я поддел крюком ошейник.

— Я уже говорил тебе, что это невозможно, — покачал головой Дарий.

— Я не прошу у вас свободу, просто снимите это, чтобы я мог задавать вопросы, — уточнил я, — никто не станет разговаривать с рабом.

— Нет, за такое я могу лишиться жизни, — отказал тот.

— Тогда я сделаю это сам, — сквозь зубы, прошипел я.

— Тем самым ты подставишь меня, — произнёс Дарий. — Разве я заслужил такое?

— Простите, господин, — немного успокоившись, сказал я.

Дарий прав, он и так слишком добр ко мне, не нужно обострять. Всегда можно придумать что-то ещё, не обязательно светиться и задавать вопросы, есть много других способов найти человека.

Повозка остановилась у дома и мы разошлись в разные стороны, Дарий в дом, а я дальше на территорию, в рабские казармы. Время как раз к обеду, но есть не хотелось. Я развалился на топчане и попытался уснуть, не потому, что устал, хотелось поскорее выветрить хмель, он мешал думать.

Уснуть не удалось, я плюнул на эту затею и вышел на площадку. Взял в руки макет меча и принялся отрабатывать заученные удары по воздуху. Примерно через полчаса стало легче, хмель начал выходить вместе с потом и я всецело отдался тренировке.

В тот же вечер я отправился на поиски Ярга. С чего начинать я понятия не имел, но место нашей последней с ним встречи запомнил хорошо. У этой таверны я просидел почти всю ночь, но так и не увидел ни Ярга ни его товарищей.

Я сидел здесь целую неделю, посвятив тренировкам только дневное время, но так никого и не нашёл. У Ярга здесь явно были какие-то дела. Да он был под мухой, но не на столько, чтобы перестать контролировать ситуацию, меня они всё же смогли отделать.

Личности сюда приходили очень странные, а ведь я раньше никогда не обращал на них внимания, я вообще не видел эту таверну, пока не встретил здесь его. Но сейчас моё внимание было приковано только к ней.

Люди появлялись здесь начиная с третьей, вечерней четверти и в середине первой, она становилась пуста. Их количество очень редко переваливало за отметку шесть человек. Если входило трое, а через некоторое время ещё трое, то прежде чем они не выйдут из таверны, туда больше никто не зайдёт.

Выход чаще всего происходил по одному два человека. Всегда под хмельком и весёлыми разговорами. Вот чего-чего, а конспирации я в жизни повидал много и готов поклясться, что в это место далеко от реального кабака. Скорее всего, это и есть тот самый клан, о котором так говорит Дарий.

К концу второй недели я поймал Скама и отвёл немного в сторону.

— Мне нужны сутки, — прямо сказал я, когда мы оказались в одиночестве.

— Когда? — спросил тот, не задавая лишних вопросов.

— С сегодняшнего вечера и до следующего утра, — обозначил я сроки.

— Если сбежишь, я отвечу головой, — на полном серьёзе заявил он.

— Спасибо, Скам, — сжал я его плечо.

— Ты нашёл его? — поинтересовался тот.

— Пока нет, — сказал я и пошёл договариваться с Молотом, ему тоже предстоит меня прикрыть.

С ним конечно так просто дело не прошло, хотя отказом он тоже не ответил.

— Что ты собираешься делать? — тут же прилетел от него вопрос.

— Ты и без меня это знаешь, — ответил я.

— Не дури, — началась очередная нотация.

— А ты не беси глупыми вопросами, — огрызнулся я. — Думаешь, я не понимаю что делаю?

— В том и дело, что понимаешь, — вздохнул тот, — мне иногда кажется, что тебе лет семьдесят.

— Плюс-минус, — буркнул я.

— Что? — переспросил Молот.

— Я говорю, что всё равно доведу дело до конца, хочешь ты этого, или нет, — ответил я. — Если не успею добраться до него прежде чем мы выйдем на арену, то всё выйдет по-твоему. Ты не понимаешь, мне без разницы, как он умрёт, я даже пытать его не буду, просто ёбну.

— У тебя время до следующего утра, — согласился Молот.

— Возможно, это не единственный раз, — честно признался я, — Я пока не уверен, что смогу сразу выйти на него.

— Что тогда ты думаешь делать? — не отставал тот, но теперь его вопрос скорее походил на интерес.

— Я нашёл их логово, — произнёс я. — Не уверен, что тебе стоит знать такие вещи, они опасны.

— Ты это гладиатору говоришь? — усмехнулся тот.

— Ярг, он клановый боец, значит, он обязан там появляться, правильно? — начал я рассказывать ему о своих планах. — Вот я, кажется, и нашёл такое место. Это место встреч для тех, кто в него входит, именно там я встретил его после победы над Змеем.

— Ты хочешь влезть к ним? — немного не в ту сторону начал думать Молот.

— Это ни к чему, — покачал я головой, — я хочу взять одного из них и поговорить.

— Думаешь, он знает, где Ярг? — пожал плечами тот.

— Что-то он точно знает, — кивнул я, — а у меня много вопросов.

— Главное убедись, что он умрёт после вашего разговора, — посоветовал очевидное Молот.

— Ты это гладиатору сказал? — ответил я его же фразой.

Тот кивнул и вышел из казармы. Обычно во время ужина, здесь не бывает никого, мало какой раб пожертвует горячей едой, чтобы послушать наш разговор с наставником и этот день не был исключением. Я вышел следом и хорошо подкрепился, кое-что мне попозже передаст Скам у калитки. Энергия в эти сутки мне пригодится.

Я покинул дом и отправился в квартал с трактирами и гостиницами. В городе ещё кое-где имелись заведения подобного типа, но основные находились именно здесь. У людей состоятельных имелись свои клубы по интересам и все они находились на земле Императора. А горожане отрезали свой кусок пирога и развлекались в этом квартале. Как раз с другой стороны он граничил с ремесленным и для многих это был очень хороший семейный бизнес. Где днём работает мастерская, а вечером кабак. Вторая половина ремесленной улицы тоже не была обделена, там многие имели магазин с обратной стороны. В общем, город был продуман изумительно, даже у нищих имелись свои объедки в виде улицы рядом с портовыми и складами.

Сейчас я сидел на крыше гостиницы, по другую сторону от нужной мне таверны и ждал своего клиента. Этот мужичок, вороватой наружности, появляется здесь раз в два дня. Времени на допрос предостаточно.

Следуя по крышам, я следил за ним вот уже несколько вечеров. Прекрасно знал, где он живёт и примерно представлял его круг общения. Оставалось только пройти с ним до нужного переулка, вырубить и поговорить.

Разговор я задумал провести в нищем квартале, здесь смерть чаще всего исполняет свой танец. И здесь, в городе, это единственное место, где можно кричать всю ночь и никто не придёт тебе на помощь. А уж раб, который шляется здесь посреди ночи, вряд ли привлечёт к себе внимание.

Клиент появился, как часы, прошмыгнул внутрь, с таким видом, будто и в самом деле собирается что-то праздновать. Он всегда ходит один, внутри сидит ровно час, а затем идёт через нищий квартал.

Я спустился с крыши и прошёл вперёд по его маршруту, занял тёмную нишу между слегка выступающим углом соседнего дома и крыльцом. Уселся на корточки, чтобы слиться с темнотой и принялся ждать.

Судя по моим внутренним часам, он вот-вот должен пройти мимо меня и вскоре я услышал неспешные шаги.

Я вырос за его спиной и нанёс один точный удар в затылок, затем подхватил на руки тело и вначале затянул его в темноту, из которой только что выпрыгнул.

Снова притих и прислушался. Откуда-то с улицы трактиров доносилось громкое пение, женский смех и лошадиное ржание. Нищий квартал словно замер, сейчас большинство его жителей ушли на промыслы. Кто-то очищает карманы вусмерть пьяных, от крепкого эля. Лучше бы Дарий его на церемонии поставил. Кто-то встречает гостей города с дубиной на плече, чтобы поживиться тугим кошельком приехавшего за покупками.

И только юный раб, сейчас тянет тело потерявшего сознание господина, чтобы задать ему пару важных вопросов.

Я затянул его в полуподвальное помещении, лихо орудуя крюком, связал руки приготовленной заранее верёвкой и начал приводить в себя. Немного воды в лицо, пара пощёчин и по очереди растёртые ладонью уши быстро сделали своё дело.

— Эй, ты кто такой? Что происходит? — задёргался тот, когда в его глазах наконец прояснилось. — Опусти меня раб, и я дам тебе денег.

— Дядя, ты не понял, — ледяным тоном сказал я, — это я тебя связал.

— Ты в своём уме? Тебя на рудники отправят! — сменил тот настроение на гнев. — Развяжи, я никому не скажу о тебе. Возьми деньги и развяжи.

Молча снял крюк и на его место установил стилет, затем посмотрел в глаза, полные непонимания от происходящего.

— Я буду спрашивать, а ты отвечать, — произнёс я. — Как понял?

— Ты знаешь, кто я такой? — начал тот.

Я взял его за горло, большим и указательным пальцами стиснул прямо под челюсть, прижал затылком к стене и медленно принялся отрезать ухо. Орал он громко, ближе к концу хотел вырубиться, но я прыснул ему водой в лицо и довёл дело до конца. Несколько пощёчин и выпрошенный у Гретты нашатырь, слегка прояснили его взгляд.

— Имя? — спокойно спросил я.

— Что? — не понял тот, всё ещё испытывая болевой шок, пришлось сломать палец.

Крик перешёл в завывания, но боль сменилась и слегка подтолкнула его к разговорчивости.

— Норг, — ответил он прежде, чем я повторил вопрос.

— Где живёшь? — очередной наводящий вопрос, чтобы знать, где правда, а где ложь.

— Зачем тебе это? — сделал он глупость, задав вопрос.

Стилет тут же начал скоблить рану, которая осталась от уха. Для того, чтобы человеку было больно, не обязательно наносить много увечий, достаточно шевелить уже имеющиеся. Правда вскоре мозг начнёт отключать их, но пока времени прошло ещё очень мало. Норг снова закричал и попытался вырваться, но своей суетой делал только хуже.

Снова вода, нашатырь и несколько пощёчин.

— Где ты живёшь? — на этот раз пришлось повторить вопрос.

— В середине Портовой улицы, тридцатый дом, — подтвердил он известные мне данные.

— Знаешь, кто такой Ярг?

— Гладиатор, — ответил Норг полуправдой.

— Как часто он бывает в таверне?

— Откуда я знаю? — вот теперь я увидел, как выглядит ложь.

Не произнося ни слова, я опять прижал его к стене и начал ковырять рану на голове. Но на этот раз остатками уха не ограничился. Соврёт ещё раз и пытка продлится дольше, и это будет до тех пор, пока он сам не поймёт, что гораздо проще говорить правду.

Как часто он бывает в таверне? — переспросил я холодным тоном и положил отрезанный палец ему на колени.

Тот испуганно уставился на него, всё ещё прибывая в болевом шоке. Пришлось повторить с нашатырём и водой, а затем слово в слово повторить вопрос.

— Наши графики не пересекаются, — снова полуправда, но на этот раз, без какой либо информации. — Стой, не надо, — вскрикнул он и ударился затылком о стену, пытаясь отстраниться от приближающейся к горлу руки.

Но мне было всё равно. Нашатырь, вода, снова боль, теперь я пытался отрезать часть щеки. Это было не так просто, поэтому я скорее скоблил по ней, отделяя кожу и погружая кончик стилета всё глубже и глубже. Норг обмочил штаны, когда я закончил.

В чувства пришлось приводить долго, но я дождался ясности взгляда и ещё раз повторил свой вопрос.

Вскоре я уже знал примерный график Ярга и то, что после случившегося он вряд ли покажется здесь ещё. Однако у меня прибавилось пару адресов и описание связного, который может быть ниточкой с Яргом. Заодно выяснил, где найти одного из товарищей, который принимал участие в моём избиении. Ну и так, кое-чего по мелочи о насущных делах клана.

Вскрыв горло Норгу, я несколько раз ударил его стилетом в сердце и на всякий случай проткнул мозг, через глазницу. Затем покинул нищий квартал, отдав на выходе свёрток с едой, какой-то чумазой, маленькой девочке.

Остаток ночи я провёл в поисках связного, или друга Ярга. Прошёлся по другим адресам и убедился, что подобная точка у клана не одна.

Однако решил не злоупотреблять оказанным доверием друзей и вернуться домой до подъёма. Всё равно, для следующей цели нужно подготовиться, разузнать маршруты, прикинуть хоть какой план. Время я специально просил с запасом, мало ли, вдруг клиент окажется крайне неразговорчивым.

Утром я поднялся под удивлённый взгляд Молота, а затем и Скам едва не прокололся, но объяснять им ничего не нужно, люди умные, сами понимают, когда станет нужно, я расскажу. А пока буду готовиться к очередному бою, свои личные дела я продолжу решать после захода солнца.

Глава 20

Ночной охотник.

Мне объявили нового противника: некий Медведь. Довольно хороший боец, очень любит технику борьбы и прежде чем убить оппонента, часто вначале ломает ему кости. Публика его любит, за эту самую зрелищность.

Оружие использует разное, не понятно с чем он выйдет на арену, но скорее всего, оно будет предназначено для ближнего боя. Дистанцию он срывает очень умело и вначале старается нанести множество не глубоких ран. Часто просто связывает борьбой и лишает возможности двигаться, ломая суставы рук и ног, а затем уже добивает.

Мы с Молотом готовили целую стратегию, как разорвать дистанцию, как не подпустить его близко, чтобы тот не смог ухватиться. В общем, работа кипела.

Каждый вечер я выходил на улицу, чтобы найти нужных мне людей, о которых рассказал Норг. В один из таких вечеров мне повезло, я нашёл одного, похожего по описанию, его он назвал связным. Крысиная внешность, вытянутое лицо, передние зубы большие и почти не прикрываются губой, походка сгорбленная, вечно суетится. Вряд ли под такое описание может попасть кто-то ещё в Эллоне, к тому же именно этот вхож в логова кланов. Обнаружился он по одному из адресов, ну а дальше я водил его по городу каждый вечер. На второй день вначале потерял, не зная о дневных передвижениях, и выжидал рядом с местом, где тот проживал. Удача улыбнулась и прежде чем начать свои тёмные дела, он посетил своё жилище.

Ну а дальше было проще, я уже знал почти все его точки, которые в большинстве своём повторялись. Одно мне было не понятно: чем таким занимались эти кланы, что имелась необходимость вести ночную жизнь и прятаться? Ведь по сути, все о них знали.

Однако когда связной вышел в районы богатых и знатных людей, всё стало более или менее понятно. Многие из них занимали посты в управлении городом и государством, и не желали афишировать свою связь с тайными обществами. Как удалось выяснить у того же Норга, в Эллоне правил некий клан Лис, другие просто сюда не допускались. Хотя представители других обществ, периодически появлялись в городе, когда того требовал Совет.

Каждый такой клан вёл деятельность в крупных городах и контролировал политику королевств, а Совет и клан Лис старались держать под контролем Империю.

Именно на этот, самый мощный клан и работал Ярг, а точнее, он проходил обучение, чтобы впоследствии стать одним из генералов. Мне было более или менее понятно, каким образом происходили корректировки политических взглядов.

Выходило так: одному из высокопоставленных лиц государства приказывали сделать то, или иное действо. Если кто-то стоял на пути, его покупали или убирали, ну а дальше всё шло само по себе. Иногда эти игры приводили к войне, где эти организации грели руки и заменяли правителей на более угодных.

В общем, время идёт, меняются миры, но неизменным остаётся человечество и его борьба за власть.

Связного так и звали: Крыс. Вот здесь сложно выдумывать что-то ещё, когда сама внешность кричит и напрашивается на эту кличку. В принципе я был уже готов принять его и провести беседу, но бой на арене был уже слишком близок. Так что пришлось отложить это действие и заняться более насущными вопросами. С середины четвёртой недели, как я начал следить за людьми клана, пришлось прекратить всю ночную деятельность и перейти к усиленным тренировкам.

Вскоре явился Скам и оповестил о трёхдневном сроке, а там незаметно время дошло и до поездки на бой.

Дарий сидел напротив с задумчивым видом и всю дорогу мы проехали молча.

— Я уверен, что ты снова одержишь победу, но постарайся сделать это не так быстро, — произнёс он, едва мы вошли в лабиринты арены.

— Да, господин, — покорно ответил я, и мы разошлись в разные стороны, он на трибуны, а я в свою келью.

Потянулись часы ожидания, а я, словно отключился от внешнего мира, уйдя в свои собственные размышления. В голове был полный порядок, никаких переживаний или волнений. Пройдя этого противника, мне останется одержать всего три победы. Даже если я не найду Ярга до этого времени, то совсем скоро встречу его на арене.

Была ещё одна замечательная новость: на последней тройке бойцов, промежуток между схватками сокращался до десяти дней. Значит, наша встреча на арене состоится ещё быстрее, что не может не радовать.

Такое сокращение времени передышки, было обусловлено тем, что последний, финальный бой должен состояться на праздник нового лета. А в связи с моей травмой и ещё нескольких гладиаторов, бои отодвигались в графике, что и повлекло за собой принятие такого решения. Теперь, если гладиатор отказывался выйти на арену, это считалось проигрышем.

— Твой выход, — заглянул в келью охранник в доспехах.

Я кивнул и нацепил маску, затем напялил шлем и затянул ремешки, проверил на сколько хорошо держится протез и зафиксировал в нём тесак.

Свет ударил по глазам, гул и крики толпы надавили на уши. Несколько акробатических кульбитов, лёгкая пробежка по песку и вот я снова любимчик публики. Вот только на этот раз я всё делаю на автомате, в душе не поднимается радость от восторженных криков.

Я абсолютно спокоен, собран и сосредоточен. Шум, который исходит с трибун, постепенно уходит на второй план и почти исчезает из восприятия.

А вот и он, Медведь. Действительно, похож: толстенький, с непропорционально длинными руками, ростом примерно с меня и к шоу подготовлен не хуже.

Вышел на арену прямо в медвежьей шкуре, покричал, несколько раз кувыркнулся, помахал лапами и сорвал свой костюм, отбросив его в сторону. Публика реагирует не хуже, чем на меня, но в глазах противника я легко читаю неуверенность в собственных силах.

Горн протрубил начало и в отличие от Дубля, этот был собран заранее, значит в курсе, что я могу учудить. Вот только я не дурак, чтобы повторять такой номер ещё раз.

Пошёл танец по кругу. Редкие выпады с обеих сторон, но до всплеска дело ещё не дошло. Пока мы проверяем реакцию друг друга, готовность к атаке и защите. Медведь вышел с коротким мечом и обоюдоострым кинжалом, так что, по сути, мы находимся в равных позициях.

Он делает рывок вперёд, пытаясь сблизиться, я шагаю в сторону, отражаю выпад меча и тесаком вспарываю плечо. Не глубоко, но всё же первая кровь выпущена и она не моя.

Противник стал осторожнее, больше не даёт попытки атаковать, но вечно танцевать по кругу мы не сможем. Ребята рассказывали о таком бое, когда пара затянула схватку и зрители начали скучать. У господ на этот случай припасены лучники, которые с радостью ускорят процесс и не известно кого выберут своей целью. Так что не стоит искушать судьбу.

Медведя понять можно, по его глазам уже видно, что он проиграл, слишком осторожный, слишком дёрганный.

Делаю выпад вперёд и сразу отхожу, чтобы в следующее мгновение рвануть вправо. Противник потерял драгоценную секунду, среагировав на мой обман, за что поплатился ещё одним порезом на плече. Но на этот раз я не стал останавливаться и прошёл за спину, взмах меча и противник невероятным вывертом смог отразить удар.

Его кинжал летит в мой правый бок, сбиваю удар протезом, изнутри наружу и тут же наношу колющий мечом, в открывшийся живот. Медведь пропускает мой выпад вдоль тела и бьёт локтем по предплечью.

Боль можно терпеть, но когда немеют мышцы, рука невольно ослабляет хват. Моё оружие падает в песок, а Медведь ухитряется перехватить запястье и повернувшись ко мне спиной делает бросок через себя. Воздух одним махом вылетает из лёгких, но в это время я как раз делал выдох, так что дыхание не сбилось.

Его меч точно так же лежит на песке, а кинжал стремительно приближается к моему горлу, отражаю его тесаком и тут же вспарываю ему предплечье на руке, которая выкручивает моё запястье. Перекат на спине и обеими ногами бью в грудь противнику, он отлетел и упал, а я тут же занял стоячее положение.

Из оружия у Медведя только кинжал. Я поднимаю свой меч с песка, затем подцепляю подъёмом ноги его и бросаю тому прямо в руки.

Как я и ожидал, он поймал оружие, но теперь в его глазах загорелся страх, настоящий, неподдельный. Неужели всё потому, что я вернул ему меч, или он изначально настраивал себя на поражение.

Едва Медведь поймал меч, как я тут же бросился в атаку, несколько рубящих наискосок он отражает совершенно свободно, и делает ошибку, пытаясь сблизиться. На этот раз порез украсил его лицо, но я всё ещё не собираюсь забирать жизнь.

Очередной танец по кругу.

Противник решается и делает длинный шаг, пытаясь поразить ноги, отвожу клинок в сторону, выпрыгиваю и левой ногой пробиваю в голову. Медведь пошатнулся, его повело в сторону, но смог устоять. Вот только я не остановил атаку, а продолжил вращение тела со всего размаху, на вытянутой руке, словно китайский монах, наношу рубящий удар мечом наискосок.

Клинок застрял где-то в грудине, прорубив ключицу, и несколько рёбер. Медведь стоял и хлопал глазами какое-то время, а затем мешком повалился на песок, заливая его своей кровью.

Зрители тоже не сразу поняли, что один из гладиаторов уже мёртв и восторженный крик начался как-то неуверенно, чтобы через мгновение перейти в разряд оглушительного.

Я перевернул тело Медведя на спину и попытался вынуть меч, бесполезно, его, скорее всего придётся вырубать, очень уж плотно засел между рёбрами. Немного подумав, принялся отрубать голому тесаком, однажды я уже нарушил традицию и сегодня публика встречала меня не так яростно. А её любовь, однажды может спасти мою жизнь.

Наконец, удалось закончить грязную работу и отделить голову от тела. Беру разбег и швыряю её в толпу, под дикие вопли. Всё, я снова любим и обожаем.

Дарий на воротах в очередной раз восхваляет мою славную победу, но взгляд сосредоточен, будто мыслями он находится совсем в другом месте. Я не стал задавать вопросы, хозяин сам пригласит меня на разговор, когда будет к этому готов. А сейчас домой, вечером хочу попробовать взять Крыса и к этому стоит подготовиться.

*****

Сегодня связной ведёт себя более дёргано. Неужели почувствовал меня, или что-то случилось? Я веду его от самого логова, которое находится на другом конце города от той самой таверны, с которой всё началось.

Он постоянно озирается по сторонам, останавливается и прислушивается, словно и вправду чувствует моё присутствие за спиной. Но заметить меня он не может, я держусь самых тёмных закоулков, а иногда забираюсь на крыши, чтобы сократить путь и не попасть на глаза выглядывая из-за угла.

Но в самый ответственный момент, Крыс ломает привычный маршрут и сворачивает совсем не в тот проулок. Что вдруг заставило его пойти другим путём?

Вскоре я это выяснил. Крыс направлялся к дому Норга. Неужели кланы только спохватились его отсутствием? Это получается, что его тело до сих пор не нашли?

Видимо сама судьба помогала мне, потому как клиент, покинув жилище соклановца, внезапно свернул в сторону нищего квартала. Я попытался сблизиться с ним в одном из переулков и едва смог сдержаться, чтобы не вырубить. Буквально каким-то внутренним чутьём почувствовав неладное.

Крыс остановился на складском квартале не просто так, к нему навстречу спешил человек. Я вернулся немного назад и взобрался на крышу, чтобы подслушать их разговор.

— …был. Его нигде нет, — ухватил я фразу не с самого начала.

— На него это очень не похоже, — ответил человек, с которым встретился Крыс. — Ты уверен, что он не был дома всё это время?

— Да, господин, — ответил связной. — Все вещи не тронуты, будто он должен вот-вот вернуться. Следов сбора тоже нет, он просто исчез.

— Я не верю, что он мог скрыться с деньгами, — произнёс господин. — Здесь что-то не чисто. Как думаешь, может это Куницы ведут свою игру у нас под носом?

— Они не осмелятся, господин, — не согласился Крыс. — Все знают, что с Лисами лучше не связываться.

— Но кто ещё мог заставить исчезнуть Норга? — задал тот риторический вопрос, — В Эллоне каждый карманник знает, чей он человек. Он всегда ходил через нищий квартал и те даже смотреть на него боялись.

— Может заезжие? — пожал плечами связной.

— Очень сомневаюсь, — покачал головой господин, — они вначале должны были спросить позволение у воров, иначе их с утра обнаружили бы в реке со вскрытой глоткой.

— Значит, он всё-таки сбежал, — сделал вывод Крыс.

— Не верю я в такие дела, Крыс, — задумался господин. — За Норгом многолетняя репутация. Кто-то играет с нами и я хочу понять кто?

— Но как мы это сделаем, господин? — выразил своё недоумение связной. — Я лишь передаю послания и всё.

— Это не твоя забота, продолжай смотреть и слушать, золото помечено нашим клеймом, рано или поздно оно всплывёт, — начал давать указания господин, — Мало кто сможет удержаться от такого богатства. Передай остальным, чтобы следили за деньгами и теми, у кого появятся эти монеты.

— Слушаюсь, — поклонился Крыс и собрался уходить.

— Вначале я, — остановил его собеседник и развернулся в сторону порта.

У меня появилось двоякое чувство. По идее Крыса я могу взять и в любой другой день, план у меня давно готов, но кто этот «господин» я не знаю. Не удалось даже лица рассмотреть: он был одет в некое подобие монашеской рясы с капюшоном на голове. Может быть, стоит забыть о связном и попробовать проследить за этим типом?

Немного подумав, я отказался от этой затеи, ведь я преследую совсем другие цели. Мне нужен Ярг, а тёмные дела кланов пусть остаются такими же тёмными.

Крыс свернул в нищий квартал, когда я обрушился на него сзади. Несколько секунд передышки и вот его пятки подпрыгивают по брусчатке. Подцепив крюком за воротник, я волоку его в то самое место, где пару недель назад допрашивал Норга.

Трупа здесь не оказалось, что опять навело меня на нехорошие мысли. Раз его отсюда кто-то убрал, то почему клан ничего не слышал о смерти своего человека? Где спрятали тело? Почему не бросили в реку, как это принято у местных?

Быстро связываю и привожу в чувства. Глаза Крыса блеснули в темноте, но в отличие от моего предыдущего собеседника, тот понял всё гораздо быстрее.

— Так это ты? — прошипел он. — Ты убил кассира? Зачем я тебе у меня ничего нет.

— Я скажу тебе тоже, что и Норгу, — холодным тоном произнёс я, — ты отвечаешь на вопросы и умираешь быстро.

— Ты действительно раб, или работаешь на Куниц? — он видимо пропустил мои слова мимо ушей. — Тебя будут искать и найдут. Ты же должен понимать кто я такой?

Я не стал поправлять его, а, как и в прошлый раз, снял крюк с протеза, чтобы заменить его на стилет и вот здесь связной сразу всё понял.

— Так вот в чём дело? — выдохнул он. — Тебе нужен Ярг? А мы-то всю голову сломали, что происходит. Ведь ты Безликий, так?

— Так, — честно признался я, — где мне его найти?

— Обещай мне, что я умру быстро, — попросил тот. — Я очень боюсь боли, так что с радостью расскажу тебе обо всём сам.

— Я пойму, если ты обманешь, — на всякий случай предупредил его я.

— Зачем мне тебя обманывать, если моя судьба в твоих руках, — нервно засмеялся тот. — Ярг находится на земле Императора. Ты вряд ли сможешь его там достать.

— Он что, даже не выходит оттуда? — переспросил я.

— А зачем? — удивился тот. — Туда стремятся попасть, но не выйти.

— Логично, — согласился я, — но как же арена?

— Привозят и отвозят, — ответил Крыс. — Сразу к началу схватки и тут же забирают обратно.

— Неужели он так меня боится? — усмехнулся я в темноту.

— Всё сложнее, чем ты думаешь, — ответил Крыс, — Он конечно, хороший воин, но мы слишком много в него вложили, чтобы отдать его тебе на растерзание. У него приказ. Арена должна рассудить ваши разногласия. Другого пути нет.

— Я всё же попробую, — ляпнул я немного лишнего, но это ерунда, если твой собеседник вскоре замолкнет навсегда.

— Это ты взял деньги Норга? — задал связной встречный вопрос.

— Зачем они мне? — пожал я плечами, — Раб и деньги не могут быть связаны в этом мире.

— Ты даже не представляешь, сколько там было, — ответил Крыс, — тебя будут искать, — повторился он.

— Мне всё равно, — ответил я и ударил стилетом в его ухо.

Связной умер мгновенно, я сдержал своё слово. Всё, что мне было необходимо, я выяснил, осталось проверить его слова. Если всё обстоит именно так, то придётся ждать встречу с Яргом на арене. Ничего, я потерплю.

Выбравшись из здания, я неспешной походкой отправился к выходу из квартала, когда сзади меня кто-то дёрнул за повязку на бёдрах. Обернувшись, я увидел ту самую чумазую девочку, которой отдал свёрток с едой в прошлый раз. Немного подумав, я опять протянул ей узелок, который для меня приготовила Гретта.

— Не бойтесь, дядя, — тоненьким голоском сказала девочка, — я и этого спрячу так, что никто-никто не найдёт.

— Я верю тебе, — сказал я и погладил её по спутанным, грязным волосам, а затем отвернулся и прямой наводкой отправился домой.

Теперь мне понадобится помощь Дария. Надеюсь, он не откажет своему любимчику и хотя бы примерно сможет описать, как выглядят земли Императора и где лучше войти незамеченным. Для меня главное проникнуть внутрь, а там я попытаюсь смешаться с другими рабами, ведь на нас мало кто обращает внимание, не то, чтобы ещё и лица рассматривать. Правда меня может выдать протез, ведь господа приближённые к его высочеству, не пропускают ни одной схватки на арене.

Да, здесь лучше всё тщательно обдумать и сделать все так, чтобы не подставить своего хозяина. Может действительно, проще дождаться встречи на арене? Тогда я смогу убить его на законных основаниях. Правда шансов у меня там будет поменьше, одно дело убить человека внезапно и совсем другое, когда он к этому готов.

Глава 21

Не ложные надежды.

Не всё в жизни складывается так, как мы того желаем. Дарий даже слушать меня не стал, более того, он сразу запретил покидать мне территорию дома. Как я не пытался, хозяин остался непреклонен.

Молот же быстро вернул меня на землю практически одной фразой.

— Ты хоть понимаешь, кто эти трое, с кем тебе предстоит сразиться? — начал он, — В турнир вошли восемь групп и все они, точно такие же чемпионы, как и ты. Подозреваю, что даже Яргу придётся попотеть, чтобы одолеть своих претендентов. А у тебя только десять дней на подготовку к каждому.

— Что-то я не понял, каким образом происходит выбор соперников, — задумался я. — Ты хочешь сказать, что все восемь групп вели схватки только внутри?

— Ну да, я думал ты в курсе, — пожал плечами Молот.

— Тогда почему я должен биться с этими тремя, прежде чем доберусь до Ярга? — задал я волнующий меня вопрос. — Получается, что каждый из победителей должен столкнуться друг с другом в соответствии с жеребьёвкой.

— Так и будет, но вы с Яргом снова находитесь в разных группах, — принялся объяснять тот, — У тебя остаётся два противника и в случае победы третий, финальный бой.

— Твою же дивизию, Молот, — отмахнулся я, — Так это меняет дело. Вот почему никто, никогда, ничего не объясняет сразу?! Я то думал, что он чемпион и чтобы к нему подобраться, нужно побить десяток претендентов.

— По сути, так и есть, но турнир проходит на общих правилах, где все начинают с самого начала, — ответил Молот. — Мне казалось, что тебе всё объяснили, и ты понимаешь, как и откуда берутся твои противники.

— Выходит, что нет, — грустно улыбнулся я. — Я так глубоко закопался в своих мыслях, что упустил самое главное. Выходит, что до боя с Яргом осталось всего тридцать дней?

— О чём я тебе и говорю, — всплеснул руками Молот, — а ты как баран, упёрся в свои собственные планы, не видя ничего под самым носом. Твоя месть и твоя свобода уже рядом, достаточно лишь приложить усилия и протянуть руку. Но нет же, ты загорелся глупой идеей и тратишь на неё всё оставшееся время, которого и так слишком мало.

— Дарий снова запретил мне покидать дом, — признался я, — так что тебе не о чем волноваться, я снова полностью в твоём распоряжении.

— Боюсь я уже ничего не смогу тебе дать, — грустно улыбнулся тот.

— Ошибаешься, — покачал головой я, — ты прекрасный наставник и хороший друг. Это не так уж и мало. А по поводу тренировок, давай я попробую постоять против тебя и Ортиса одновременно.

— Хорошая идея, — немного подумав, согласился тот, — Такую методику мы ещё не пробовали.

Пот заливал глаза, а рёбра болели от попаданий деревянных мечей, но я продолжал спарринг, стиснув зубы. Наставникам тоже доставалось не слабо, но улыбки каждый раз появлялись на их лице, едва их удар достигал своей цели и доставал меня с неудобной позиции.

Свои плюсы это принесло, боль всегда указывает на слабые места, вот только физическая проходит, а душевная нет. Как бы ни кричали знатоки и мудрые люди, что время лечит. Ничего оно не лечит. И стоило закончить тренировку, стоило казарме погрузиться в тишину, как перед глазами снова возникал её образ. Снова сдавливало в груди и хотелось вырвать гланды этому ублюдку Яргу.

Я успокаивал себя тем, что до встречи с ним не так уж и долго. Чуть больше месяца миновало с тех пор, как не стало Лемы и примерно столько же осталось подождать.

Я не собираюсь смотреть ему в глаза и задавать вопросы, я даже шоу делать не стану, просто убью его. Сделаю это сразу, как только представится возможность.

Дарий снова уехал, чтобы появиться через пять дней с каким-то человеком. В тот же вечер меня нашёл Скам и сказал, что хозяин желает меня видеть.

Они расположились на веранде, а я не знал как себя вести при постороннем человеке и стоял столбом в нерешительности.

— Это и есть тот раб, о котором ты рассказывал? — поинтересовался человек.

— Да, Мортис, — кивнул мой хозяин и посмотрел на меня, — Мне нужно уехать, Влад, — наконец он решил объяснить, что происходит, — Кажется я нашёл то, что искал. Не уверен, конечно, но по-моему я очень близко. Этот человек поможет тебе, когда ты станешь свободным.

— Если стану, — поправил я хозяина, — не факт, что мне удастся победить Ярга.

— Нет, ты обязательно победишь и тогда, нам потребуется твоя помощь, — покачал головой Мортис. — Я видел каждый твой бой и то, как ты разделался с Медведем, убедило меня в том, что ставки стоит делать именно на тебя. Ярг заносчив, а его покровители стараются подсунуть под него слабых противников. Он боится тебя.

— Я знаю, — произнёс я холодным тоном, — но ещё я знаю, что он очень хороший боец, такие встречаются очень не часто.

— Это факт, — согласился гость Дария, — а погубит его надменность, хоть он и испытывает страх перед тобой, но всё же считает себя лучшим — это его и убьёт.

— Что вы хотите от меня? — спросил я у обоих.

— Пока только твоей победы, — ответил Дарий, — ещё, я хотел познакомить тебя с Мортисом. Если со мной что-то случится, то знай, что ты всегда сможешь обратиться к нему за помощью. Он старший советник Императора.

Пришла моя очередь открыть рот от удивления, подобного поворота я совсем не ожидал.

— То есть вы вместе вот это всё? — я не знал, как назвать то, чем они занимаются, кроме как заговор против кланов.

— Совершенно верно, — улыбнулся советник. — Твоя помощь в этом деле неоценима, так что всегда можешь рассчитывать на мою. А если нам удастся совершить то, что мы задумали, то вскоре из раба ты превратишься в знатного человека. Император не забывает такие вещи, можешь мне поверить.

Вскоре меня отпустили и я вернулся на площадку, чтобы продолжить вечернюю тренировку. До боя оставались считанные дни и я должен быть готов. Противник мне достался серьёзный, его зовут Истукан и прибыл он издалека, специально, чтобы принять участие в этом турнире. Сильный воин, которому нет равных на своей земле и он решил подёргать за хвост удачу в Эллодии, чтобы доказать самому себе, что он лучший, или умереть.

Короче очередной фанатик с манией величия. Почему Истукан, да кто же его знает, он сам придумал себе эту кличку. Однако воин он был действительно сильный, на арену выходил с саблей, что поначалу воспринималось смехом у публики. Но вот ближе к концу турнира, зрители полюбили этого иноземного воина и к его оружию относились с должным уважением.

Молот сказал, что у него странный стиль боя, такого он не встречал ни у кого. Осталось понять, что именно он имеет ввиду, под словом «странный». Хотя я догадывался: потому как умение пользоваться саблей, очень сильно отличается от того же умения, но с мечом. Это принципиально разные школы, не смотря на то, что некоторые общие принципы всё же есть.

Это всё равно, что сравнивать технику двуручного, тяжёлого меча с тоже двуручной, но Катаной. Однако в своей прошлой жизни я сталкивался с подобной системой фехтования и некоторые приёмы из этой школы уже давно освоили все новички Дария. Надеюсь, что-нибудь я смогу ему противопоставить.

Я считал дни до боя, хотелось уже поскорее покончить с этими промежуточными боями и выйти на главного противника, на Ярга. Нет, к бойцам я относился со всей серьёзностью и понимал, что легко могу если не умереть, то выбыть из турнира получив тяжёлую травму, как это однажды было с рукой. Тогда меня ждали, сейчас просто выкинут из боёв и тогда я так и останусь рабом-гладиатором. И даже не это самое страшное, больше всего меня волновал Ярг.

Дарий уехал на следующий день, оставив распоряжения Скаму. На бой меня повёз Мортис. Вид у него был очень выхоленный. В своей прошлой жизни я встречал таких людей. С виду мягкий, розовый, будто с самого рождения возлежал на пуховых перинах и тяжелее ложки ничего не поднимал. В большинстве случаев так и было, но жёсткий взгляд Мортиса, говорил на много больше, чем его внешний, обманчивый вид. Этот человек привык повелевать.

Арена встретила неизменными мрачными лабиринтами, в которых всегда царила спасительная прохлада. В первые дни пребывания в этом мире, я изнывал от жары. Хоть тело и было привычным к этим условиям, разум отказывался воспринимать такую погоду. Но хуже всего было перед дождём и сразу после него, когда в воздухе находилось столько влаги, что казалось её можно сразу пить.

Оказавшись в своей келье, я снова впал в состояние подобное нирване, мысли в полном покое, тело расслабленно. В голове прокручиваются возможные схемы боя и поведения, иногда даже руки вздрагивают, пытаясь повторить поток образов в сознании. Кто хоть раз выходил на ринг или татами — без разницы, тот понимает, о чём я.

Ворота открылись и в глаза ударил свет, к этому невозможно привыкнуть. Вот знаю и понимаю, что сейчас будет, но в полумраке коридора зрение невольно напрягается, а затем яркое солнце снаружи заставляет щуриться и в первое время не видно ничего, кроме песка под ногами.

Этот песок уже давно окрасился в красный цвет и если сравнить его с тем, что находится на нашей площадке для тренировок, разница будет очень заметна. Всё это место просто пропитано смертью и даже спустя столетия от него всё ещё будет веять этой безысходностью. Точно так я когда-то замер у старой плахи в Европейском музее. Мне даже не пришлось читать табличку под ней, сама атмосфера рядом была наполнена смертью.

Лёгкая пробежка с поднятыми руками, несколько взмахов мечом, несколько ногами. Толпа кричит, моё имя скандируют тысячи глоток, но всё это не только для них, для меня это как проверка системы, приводящая мышцы в тонус.

Ворота напротив выпустили моего противника, а голос ведущего правильно произнёс его имя и теперь оно звучало не так глупо: Истук Каан.

Доспехи вполне стандартного вида, кожаная юбка и жилет с наклёпанными стальными пластинами, железный шлем из-под которого видны множество африканских косичек, забранных в хвост. Слегка раскосые глаза и смуглая кожа. Мышечный рельеф не большой, но видно каждую жилку, что говорит об очень серьёзной подготовке противника.

Горн, к нему тоже невозможно привыкнуть, низкий, слышимый костями черепа и животом.

Каан убирает левую руку за спину, правая выставляет вперёд саблю, тело слегка повёрнуто, правая нога впереди, левая сзади чуть согнута в колене. Если присмотреться, то вес тела почти всегда находится именно на левой.

Я занял удобную для меня позицию, меч примерно на уровне груди Истук Каана, ноги на ширине плеч, слегка подогнуты в коленях, на протезе закреплён стилет и правая рука чуть позади левой.

Схватка началась, вот только действительно необычно.

Сабля противника почти тут же прилипла кончиком к моему мечу и контролировала каждое моё движение. Делаю выпад и Каан тут же уводит моё оружие в сторону, скользит по нему своим клинком, делая подшаг. Я едва успеваю уклониться от колющего удара, увожу клинок в сторону, но противник вновь, словно приклеивает к нему саблю.

Стоило мне сделать попытку отвести оружие в сторону, как он тут же повёл вслед своё и снова колющий выпад в образовавшуюся брешь. Но на этот раз, пропустив саблю мимо уха, срываю дистанцию и наношу удар стилетом в неприкрытый бронёй левый бок. Противник легко отскакивает назад и, потянув оружие на себя, оставляет рану на моём плече. При этом продолжает контролировать дистанцию приклеив свой клинок к моему.

Его движения больше напоминают танец, лёгкий, непринуждённый, словно он родился с оружием в руках.

Публика ревёт от восторга, ей передаётся всё напряжение схватки, а я всё ещё не могу понять, как подобраться к этому человеку. Наши движения больше походят на короткие вспышки, быстрые, импульсивные, но не дающие возможности подобраться друг к другу.

Я слегка пригнулся, меч оставляю в одной позиции, а телом качаю маятник, слегка увожу в сторону саблю и, как только противник наносит очередной колющий, ухожу вниз. Распластавшись у самого песка, достаю стилетом бедро Истук Каана и тут же ухожу в кувырок.

Вот теперь в его глазах недоумение, а я, кажется, нашёл его слабое место.

Клинки прилипли друг к другу, но теперь, все свои атаки я начинаю развивать, стараясь не менять положение меча. На противнике уже несколько кровавых потёков от порезов стилетом. Не сказать, что мне удаётся каждый раз выйти из положения невредимым, на левом плече теперь будут красоваться два шрама.

Однако Каан уже не так быстр, левую ногу я подпортил хорошо, дважды проткнув её почти до половины лезвия. Противник практически всю схватку действует от защиты, и если не перейдёт к атакующим приёмам, то вскоре его голова полетит на трибуны.

Он словно подслушал мои мысли, коротким кистевым вывертом отбросил мой меч в сторону, сделал подшаг и кончиком сабли вспорол неприкрытый бронёй бок. Я почувствовал, как по нему побежала кровь, но это был тот самый шанс.

Несмотря на боль, делаю рывок вперёд, нанося тем самым ещё более глубокую рану, и прижимаю кисть левой рукой к телу, бью головой в лицо и почти тут же произвожу несколько уколов стилетом в горло.

Выпускаю руку, противник отпрянул, в глазах удивление, он понимает, что это конец, но почему, в его голове не укладывается.

Делаю разворот вокруг оси и отрубаю голову, пока Истук Каан всё ещё стоит на ногах.

На этот раз зрителей ожидало удивление, я не стал бросать её на трибуны, но аккуратно положил рядом с телом, вонзил меч в песок и низко поклонился, отдавая дань уважения поверженному противнику.

Вздох изумления сменился таким рёвом, что я действительно оглох.

На воротах меня встречал Мортис и его лицо выражало больше, чем какие-либо слова.

— Это было… Это… Потрясающе! — наконец смог высказаться он. — Я не видел в жизни ничего более захватывающего! Когда он вспорол тебе рёбра, я думал это конец!

— В смерти нет ничего красивого, — спокойно ответил я. — Сегодня этот мир лишился поистине великого воина.

— Он сам принял это решение, его никто не заставлял выходить на арену, — опешив от моих слов ушёл в оборону Мортис.

— Но заставили меня, — усмехнулся я.

Он не нашёлся, что на это ответить, криво улыбнулся и проводил меня в келью, где уже ожидал лекарь. Мне наложили швы, сделали перевязку и отпустили домой.

Мортис ехал всю дорогу молча, видимо мои слова зацепили его за живое, а может просто нечего было сказать. И я даже был ему за это благодарен, говорить не хотелось, но молчать, когда тебе задаёт вопросы господин, очень невежливо. К тому же он не простой купец, или владелец гладиаторского дома.

Ребята встретили меня поздравлениями, а к вечеру снова накрыли столы и достали вино. Победу принято отмечать, иначе она может обидеться и перейти к другому. Тосты звучали разные, были даже с уклоном в пророчество, мол, за будущего, абсолютного чемпиона арены и всё в таком духе.

Но я прекрасно помнил мастерство Ярга, которое ощутил на своей шкуре в первом с ним бою и понимал, что он намного сильней и опасней того же Истук Каана. Впереди десять дней, чтобы залечить раны и подготовиться к следующей схватке. Времени очень мало.

С такой раной на боку я вряд ли смогу полноценно заниматься отведённое мне время. Да, на арене придётся об этом забыть, а возможно заработать ещё пару шрамов. Вот только каждая такая царапина даст о себе знать в главном бою. Остаётся надеяться, что мой предпоследний противник окажется не столь искусным воином, а ещё лучше, если Ярг не дойдёт до боя со мной целым. Но это всё надежды, которым скорее всего не суждено сбыться.

Весь следующий день я провёл в наблюдении за тренировками ребят, броситься на площадку сейчас — означало выйти из турнира. Швы просто не выдержат таких нагрузок и разойдутся. Я боялся того, что до следующего выхода на арену, вообще не смогу провести ни одной тренировки. И это было более чем реальным.

Однако судьба подкинула мне такой сюрприз, что я даже поначалу не поверил своим ушам.

На третий день, к моему наблюдательному пункту подошёл Скам и на лице у него блуждала очень загадочная улыбка.

— У меня для тебя есть прекрасная новость, — начал он издалека.

— Для меня сейчас любая новость уже в радость, — буркнул я. — Определился мой противник?

— И да, и нет, — продолжил лыбиться тот.

— Да говори ты толком уже! — разозлился я.

— Твой соперник выбывает из турнира, — на одном дыхании выпалил Скам, — в связи с тяжёлыми травмами. Так что впереди тебя ждёт только бой за звание чемпиона, сам знаешь с кем. Ну и соответственно теперь до выхода у тебя семнадцать дней.

— А ну дай я тебя расцелую! — поднялся я из-за обеденного стола и развёл руки в стороны.

— Эй, не нужно меня обнимать и уж тем более целовать, своими слюнявыми губами, — отстранился тот, — я женщин люблю.

— Грубый ты, Скам, и неженственный, — отмахнулся я с улыбкой.

Управляющий крякнул, махнул на меня рукой и, сделав деловой вид, ретировался по своим, неотложным делам. А вот моё настроение поднялось вверх, при этом так, что я весь оставшийся день не стирал улыбки со своего лица.

Сама судьба благоволила мне. Теперь я смогу и восстановиться и подготовиться к главному сражению в своей жизни.

Глава 22

Как это понимать?

Моя волшебная настойка пригодилась ещё раз. Рана не боку заживала поразительными темпами, хотя думаю, что в этом были немалые заслуги и молодого организма. В общем, к тренировкам я смог приступить уже через пять дней, хотя в первое время старался просто поддерживать форму, особо не нагружая тело.

В основном лёгкие упражнения и ударная техника ногами. Приходилось, конечно, иногда морщиться от боли, но рана уже не кровоточила, что было большим плюсом.

Вскоре я начал наращивать темпы, постепенно переносить нагрузки на руки и последние пять дней перед боем тренировался уже в полную силу. Довёл до изнеможения обоих наставников, а энергии было хоть отбавляй. Сил придавала цель, к которой я стремился всё это время.

В моих дальнейших планах на жизнь имелся большой пробел, потому как я не знал, чем буду заниматься, когда стану свободным. Хотелось получше рассмотреть мир, посетить другие страны или империи. Вот только для всего этого нужны деньги.

Сколько их у меня накопилось за неиспользованные награды? Хватит ли их на начало новой жизни?

Да, для всего этого вначале нужно остаться живым, а ещё лучше — полноценным. Я и так уже лишился руки, неизвестно, как закончится моя схватка с Яргом. В любом случае, даже лишившись обеих рук, умирая на песке, я вцеплюсь ему зубами в глотку и не выпущу, пока он не издохнет. Мне бы только добраться до этой самой глотки.

Но вот что потом? Да это не так уж и важно, если останусь жив, найду себе применение. В конце концов, у меня есть замечательное предложение от Мортиса, вполне подходящее под мои личные планы и желания. Попробую помочь ему и Дарию, отыскать затерянный город древних, если он, конечно, существует на самом деле. Но ведь чем жизнь не шутит? Признаться честно, я в него верю, ведь это вполне реально.

Что-то случилось с этим миром и это очевидно. Здесь есть электричество, похожее на остаточную технологию, которая доживает свои последние дни. Есть поезда, может быть тоже из последних, но пока всё ещё есть. Значит где-то там, остался вполне целый город, в котором ещё имеются осколки тех, древних технологий и знаний.

Ну а если всё получится, то Император отблагодарит меня. Так конечно сказал Мортис и я не очень ему верю. Практика моей прошлой жизни доказывает то, что ни один политик, никогда не станет действовать в интересах своего народа. На благо государства, да, на своё собственное благо — пожалуйста. Но скорее первые два пункта будут достигаться за счёт населения и никак не ради него.

Хотя для меня вполне смогут сделать исключение, ну скажем так: на радостях и первичных эмоциях.

Идеально конечно начать свободное плавание. Но что-то я, пожалуй, размечтался.

— Ну как? Ты готов к схватке? — подоспел выдернуть меня из грёз Молот.

— Морально готов, физически тоже скорее да, — невнятно ответил я. — Ты знаешь, мне достаточно поймать любой шанс и шоу тут же закончится.

— Я как раз хотел тебе посоветовать то же самое, — кивнул наставник. — Не старайся в этом бою покорить зрителей. Тебе нужна победа.

— Это я и сам прекрасно осознаю, — улыбнулся я, — но в любом случае, спасибо тебе.

— Не за что, я горд, что знаком с тобой, — с пафосом произнёс он. — Надеюсь, когда ты станешь свободным, не забудешь старого гладиатора?

— Перестань, Молот, — улыбнулся я, — ну как я могу, ведь это и твоя заслуга тоже.

— Иногда мне кажется, что я получил от тебя на много больше, — усмехнулся наставник. — Так что здесь ещё вопрос, кто кому и чем обязан.

— Да ну брось, — хлопнул я его по плечу, — Есть такая поговорка: «Не говори „гоп“, пока не перепрыгнул».

— Впервые слышу, но я её запомню, — серьёзно кивнул он. — Да, она сейчас к месту, но это ни сколько не уменьшает моей веры в тебя.

— Мне приятны твои слова, — кивнул я, — я бы хотел, чтобы ты попал на этот бой.

— Это возможно, — улыбнулся Молот, — мне, как наставнику разрешено это делать. Откуда, ты думаешь, я знал обо всех твоих противниках?

— Тогда почему ты никогда не посещал мои выступления? — удивился я.

— Это плохая примета, — сморщился Молот. — Так что давай не нарушать традиции, уж лучше я узнаю всё от третьих лиц.

— Пожалуй, соглашусь с тобой, — усмехнулся я. — Ваши суеверия уже однажды дали о себе знать, — помахал я перед ним своим крюком.

— Не думал, чем займёшься после? — спросил Молот, — Ну, если победишь и всё такое.

— Есть предложение? — внимательно посмотрел на него я.

— Да как сказать? — задумался тот, — Ты вполне мог бы составить неплохую конкуренцию гладиаторскому дому Дария. Есть у меня один знакомый, так вот он готов вложиться в подобное мероприятие.

— Я подумаю об этом, — серьёзно согласился я.

А что, вполне себе достойные перспективы. Единственное, что немного смущает, так это то, что я стану рабовладельцем. Но этот нюанс я смогу пережить, достаточно относиться к ним так же, как это делает Дарий. Ведь все до единого относятся к хозяину с уважением. Исключением был Крит, но с ним вообще тёмная история. Такое чувство, что он был куплен кланами, чтобы совершить побег и дать им повод сунуть свой нос в дела хозяина. И такое мнение сложилось не у меня одного.

Обед закончился, как и время отдыха. Я снова поспешил на площадку. Время идёт, а в тренировках оно летит ещё быстрее.

За день перед боем, я почти не тренировался. По идее я вообще был освобождён от всех дел, но просто так сидеть было скучно. Так что лёгкая разминка и растяжка пошли только на пользу. В основном я конечно валялся в тени деревьев и наблюдал за тем как исходят по́том остальные. К вечеру появился Скам и позвал за собой. Честно говоря, я ожидал, что вернулся Дарий и он хочет со мной поговорить, но увы, управляющий повёл меня совсем в другую сторону: на женскую половину.

Здесь меня в общем-то тоже ожидал сюрприз. Гретта испекла настоящий торт и, едва я появился, как она с доброй улыбкой выставила его на стол, а рядом появился чайник.

— Спасибо, Гретта, — искренне поблагодарил её я, — вот такого я точно не ожидал.

— Налегай, — усмехнулся Скам, — такого ты больше никогда не попробуешь.

— Неужто ты меня уже на костёр отправил? — удивился я такому заявлению.

— Да чтоб у тебя язык отсох, дурень, — тут же заработал я подзатыльник от Гретты, — разве можно такое вслух говорить?

— Извини, это шутка была, — попробовал оправдаться я.

— Всё-то у вас мужиков не как у людей, — махнула она полотенцем, — ешьте оба, пока чай не остыл.

Я положил себе кусок и налил ароматный чай. Но как только попробовал кусочек торта, сразу же согласился со Скамом, вряд ли мне ещё раз удастся попробовать именно такой. Я даже в прошлой жизни ничего подобного не ел.

Нет, конечно же, торты и пирожные я пробовал. Вот только все они по большому счёту готовились при помощи заменителей. Этот же был создан руками и только из натуральных, природных ингредиентов. Всё это помножилось на кулинарный талант Гретты, и в данный момент, я испытывал натуральный гастрономический оргазм. А если учесть, что это тело вообще никогда, ничего подобного не пробовало, то удовольствие просто ни с чем не сравнимо.

Пришлось под ревностный взгляд Скама благодарить Гретту поцелуем в обе щеки, от чего она покраснела и сославшись на дела умчалась в казарму.

— Что думаешь делать, если одержишь победу и получишь свободу? — спросил управляющий, откинувшись с чашкой чая на скамейке.

— Почему вас всех так заботит этот вопрос? — поинтересовался я вместо ответа.

— Возможно потому, что мы никогда там не окажемся и нам интересно? — пожал плечами тот, — но скорее потому, что нам небезразлична твоя дальнейшая судьба.

— У меня складывается впечатление, что вы все со мной прощаетесь, — снова ответил я не по теме.

— Так и есть, — кивнул Скам. — Независимо от того, что завтра произойдёт на арене, мы окажемся по разные стороны забора.

— А если я выберу карьеру наставника и продолжу работать на Дария? — сделал я предположение.

— Нет, — засмеялся управляющий, — надеюсь, такую глупость ты точно не совершишь.

— По-твоему Молот занимается глупостями? — удивился я.

— Не сравнивай себя с ним, — покачал головой тот. — Ты другой человек и тебя ждёт более интересное будущее. Ты знаешь, сколько я видел рабов, прошедших через этот дом?

— Подозреваю, что много, — ответил я.

— Достаточно много, чтобы сказать: Я ни разу не видел, чтобы хозяин приглашал к себе хотя бы одного из них и уж тем более, знакомил со старшим советником Императора, — поднял он указательный палец вверх. — Так что не нужно гадить на своё будущее.

— Скам, да ты прямо философ, — засмеялся я впервые за долгое время. — Никогда не видел тебя таким.

— Я никому таким и не показываюсь, — усмехнулся тот, — Гретта не в счёт.

— Ты уж извини, что я её там…зажал, — немного смутился я за своё недавнее поведение, — но торт вызвал во мне чувство эйфории и счастья, и я просто обязан был им поделиться.

— Ничего, переживу, — улыбнулся в ответ Скам. — Ты подумай о моих словах.

— Обещаю, — прижал я ладони к груди.

— Я буду болеть за тебя завтра, — произнёс он, — Твоя победа прославит дом Дария и, надеюсь, принесёт облегчение тебе.

— Спасибо, Скам, — искренне поблагодарил его я, — ты же знаешь, я сделаю всё возможное.

Уснуть долго не получалось, а утром я открыл глаза за мгновение до крика «Подъём!» Пришёл тот самый день, финальная схватка, враг, свобода или смерть. Всё должно решиться сегодня.

От завтрака я отказался, только вода, не хватало ещё весь песок заблевать от пропущенного удара. Разминка, растяжка, лёгкая пробежка и всё, нагружать себя тоже не стоит, однако валяться без дела не хорошо. Зарядка, она не просто так носит это название, но потому что даёт тот самый заряд энергии на весь день.

Облачаюсь в доспехи, зажимаю подмышкой шлем и вначале в казарму.

— Ну вот, Лямка, — обращаюсь к урне с прахом, — сегодня я встречусь с ним и отомщу за тебя. А даже если нет… Значит, скоро мы с тобой встретимся.

Я дотронулся до красивой вазы из камня и вышел.

У дома уже ожидала повозка, в которой сидел Мортис.

— Готов, воин? — с улыбкой спросил он.

— Как всегда, — пожал я плечами немного расстроившись, хотелось бы видеть на этом месте Дария. — Хозяин не вернулся?

— Пока нет, — покачал головой тот, — но ты не переживай, с ним всё хорошо.

Я молча кивнул и начал настраиваться на схватку. Повозка тронулась с места и понесла нас в сторону западных ворот. Вот только поток движения, почему-то весь был встречным, что тут же обозначил извозчик. Стоило приблизиться к выезду из города, как всё стало понятно.

— Эй, а ну открывай калитку! — прикрикнул на скучающего стражника Мортис.

— Не могу, заело, — лениво ответил тот.

— Ты, может, ослеп? Не видишь, кто перед тобой? — громыхнул сильным голосом тот. — Я старший советник Императора.

— Да мне хоть сам Император, — огрызнулся тот. — Говорю же, заклинило, езжайте через портовые ворота, мы сейчас всех туда направляем.

— Вот раздолбаи, — опустился обратно в повозку Мортис, — никакого уважения, ну я им устрою, вечером же коменданту такой, извините, в жопу вставлю. А ты чего лыбишься? — это уже извозчику. — Поворачивай свою телегу, через портовый поедем.

Тот сразу засуетился и начал выворачивать неуклюжую повозку, на площадке перед воротами. Вскоре мы уже мчались вдоль разлива на повороте реки, где и расположился небольшой порт. Следом была складская улица, а за ней сразу нищий квартал.

Перед самим въездом на портовую улицу, буквально перед самым, лошадиным носом, развалилась телега везущая овощи и наглухо перегородила нам путь.

— Да что ты будешь делать?! — тут же взорвался старший советник. — Ты что, растяпа, не мог своё корыто перед выездом отремонтировать?!

— Да пошёл ты козёл! — огрызнулся человек, который со злым лицом собирал с мостовой помидоры и баклажаны. — Дай мне денег на ремонт, думаешь, я специально?!

— Да ты… Да я… — захлебнулся от наглости торговца Мортис. — Как ты смеешь со мной так разговаривать?!

— Ой, — парень даже побледнел от страха, когда понял кого он только что послал, — простите пожалуйста, господин Мортис, я вас не признал.

Он причитал что-то ещё, но советник уже дал отмашку извозчику развернуться и объехать очередного раздолбая, у которого нет ни капли уважения.

— Хорошо, что ваш бой назначен последним, — немного успокоившись, сказал советник, — но по-другому и быть не могло, так что ты не волнуйся — мы успеваем.

— Я как раз абсолютно спокоен, — пожал я плечами.

— Ну да, тебе в принципе что, а вот я бы не хотел пропустить начало, — заёрзал на диване тот, — Хотя теперь уже всё, наверняка объявили первую схватку. Стой, придурок! — закричал он извозчику, который едва не сбил человека, стоявшего посреди проезжей части. — А ты чего встал, рот рази…

Договорить он почему-то не смог, так и остался стоять с открытым ртом, хлопая глазами.

— С тобой хотят говорить, Безликий, — произнёс человек, до боли знакомым голосом, ровным счётом не обращая никакого внимания на советника.

— Это Глава клана Лис, — прошипел одними губами Мортис, мгновенно поменявшись в лице.

А я вдруг вспомнил, где и при каких обстоятельствах слышал этот голос. Тогда, ночью, связной Крыс называл этого человека господином. Твою же мать! Неужели они узнали, кто убрал членов клана? Но кто мог это знать? Только та, маленькая, грязная девочка? Но она вряд ли побежала бы рассказывать о произошедшем. Или они вышли на неё через те самые меченые деньги?

— У меня назначен финальный бой, — я попытался отмазаться от нежелательного разговора, — И мне очень не хочется на него опаздывать.

— Ты успеешь, — усмехнулся Глава клана, — Мы не отнимем у тебя много времени.

— Хорошо, — кивнул я и спустился с повозки, Мортис собирался последовать за мной.

— Останьтесь, старший советник, — покачал головой господин, — Вы скоро получите назад своего чемпиона.

Тот молча сел, но всем своим видом показывал то, как он недоволен.

Глава клана провёл меня через проулок и мы почти сразу вышли к таверне, с которой началось моё знакомство с Норгом. Войдя внутрь, мы поднялись на второй этаж, где уже находилось несколько человек. Глава занял своё место, но не в центре, как я ожидал, он уселся где-то ближе к левому краю.

Вскоре открылась неприметная с первого взгляда дверь и центральное место занял невысокого роста человек. Одетый самым обычным, по местным меркам образом, да и лицо не сказать, что сильно выделяющееся из толпы.

Едва он уселся, тут же подал голос Глава клана Лис.

— Ты знаешь, где ты находишься? — видимо вопрос был адресован мне.

— Я так понимаю, что сюда могут войти далеко не все, — уклонившись от прямого ответа, сказал я.

— Верно, — подтвердил мои слова тот, — сегодня, ради тебя здесь собрался Совет, а такое происходит крайне редко.

— Чем же я обязан столь великой чести? — спросил я, продолжая бормотать через маску.

Кажется, я понял в чём дело, они собираются обеспечить победу своему чемпиону. Не просто так в него вкладывались все эти деньги, да дело даже не в деньгах, у подобных людей их столько, что они забывают их даже считать. Время, вот самый драгоценный ресурс и его на Ярга потратили не мало.

— У нас к тебе очень серьёзное предложение, — между тем продолжил совсем другой мужчина, сидящий напротив Главы Лис, — На арену вместо тебя выйдет другой человек и отдаст победу Яргу.

— Ни за что, — покачал головой я, — Вы не понимаете…

— Закрой рот, раб! — рявкнул Глава клана Лис. — Выслушай, то, что мы тебе предлагаем. Мы знаем о ваших делах и они ничто по сравнению с тем, что мы тебе предлагаем.

Я стоял молча, но внутри всё кипело. Судя по людям, которые сейчас стоят вдоль стен, попытка убить присутствующих не закончится ничем хорошим. То есть до Ярга я так и не доберусь, а клан так или иначе всё равно получит своё. Тогда может быть и вправду послушать, что мне предлагают, а уж что делать с Яргом, решу после.

Я кивнул. Глава клана Лис поднялся с места и обратился к Совету.

— Я Глава клана Лис, отказываюсь от воспитанника Ярга и желаю принять в свой клан нового члена — Безликого! — произнёс он официальным тоном, а я едва челюсть от удивления не уронил.

— Да будет так! — крякнул человек в центре. — Что предлагаете делать с Яргом, он слишком много знает о наших делах.

— Его судьба мне безразлична, — ответил Глава Лис.

— Зато она небезразлична мне, — соскочил с места человек, предлагавший мне отдать Яргу победу, — Я, Глава клана Куниц, хочу принять в свой клан нового члена — Ярга, — от чего-то совсем не удивил меня своим заявлением тот, — и готов выплатить клану Лис все затраченные на обучение этого воина средства.

— Вы уверены в своём решении? — спросил человек в центре.

— Да, господин, — в один голос ответили оба Главы.

— А что скажешь ты, Безликий? — он вдруг обратился ко мне.

— Если я всё правильно понял, то живым отсюда я смогу выйти только в одном случае, — сказал я, — но я хочу смерти Ярга. Выходит, мне лучше согласиться на предложение и дождаться нужного момента, чем поддаться гордости и умереть здесь и сейчас.

— Ты согласен? — переспросил человек в центре, не обратив на мои слова никакого внимания.

— Да, — с тяжёлым сердцем ответил я, сжав зубы.

— Да будет так! — сухим голосом произнёс тот и поднялся с места, чтобы через мгновение исчезнуть за той же дверью, через которую вошёл.

Глава 2

Первое задание.

Дом будто сразу ожил. После того как Мира вымыла его весь, сверху донизу, с кухни донеслись ароматы ужина. За всеми делами и заботами я как-то упустил из внимания, что сегодня даже крошки во рту не было. Однако рабыня приняла решение вместо меня и в первый перечень необходимого, внесла ещё и продукты.

Голодным я, конечно же, весь день ходить не собирался и думал перекусить немного позже где-нибудь в трактире. Само собой, домашняя еда намного лучше, так что капризничать точно не буду.

Ужин больше походил на перекус: яичница на сале, ветчина, купленная на рынке, хлеб и кувшин с квасом. Порция вышла немаленькая, так что я вполне даже насытился.

— Простите, господин, я не успела приготовить нормальный ужин, — начала виниться Мира.

— Всё нормально, — улыбнулся я, — я не собираюсь ругать тебя. Мне нужно отойти по делам, если кто спросит, то я вернусь примерно через полчетверти.

— Да, господин, — поклонилась она, — я успею подготовить вам список.

Я кивнул и вышел на улицу. От этого «господин», меня всё ещё передёргивало. Но я не могу заставить её обращаться к себе иначе, потому что такое вполне может обрушить её мир. Есть некие привычки, которые не стоит исправлять, потому что это не приведёт ни к чему хорошему.

Взять хотя бы мой старый, привычный мир. К начальству положено обращаться по имени и отчеству, есть люди, которые нарушают эти стереотипы, а впоследствии, сами же страдают от панибратского отношения, теряют авторитет и послушность работников. Здесь — всё точно так же.

Нельзя заставлять раба, обращаться к себе на «ты» и выбросить из оборота слово «господин», или «хозяин». Это вбито в них кнутами и выжжено в мозгу. Таких историй тоже хватает: когда добрый хозяин просит говорить с ним на равных, а рабы думают, что это он так над ними издевается, глумится гад, заставляет делать непотребное. Бывало, что на такого хозяина рабы кляузы писали, а он ещё потом удивлялся, мол, за что так, я же как лучше хотел?

А не нужно как лучше, нужно так, как положено. Ты разреши рабу дом покидать, корми его хорошо и этого достаточно. Не стоит лезть против устоявшихся правил, люди в принципе этого не любят.

До таверны я добрался быстро. Площадь давно опустела, люди почти все уже сидели за праздничными столами. Скоро начнётся карнавал и жители вновь выйдут на улицы, заполняя их пением и радостным смехом. Торговцы выкатят свои лотки, чтобы ещё раз утяжелить свою мошну, станут торговать сладостями, вином и уличными закусками.

Откуда я это знаю? Да всё просто — они уже занимают места на площади, а на сцене, которая по совместительству и эшафот, и биржа для аукционов, уже настраивают свои инструменты, прибывшие в Эллон музыканты.

В таверне на входе стоял человек, который пропустил меня без всяких вопросов. Я поднялся на второй этаж и вошёл в комнату, в которой уже находился сегодня утром. Встретил меня там не Глава, видимо он общается с подчинёнными в редких, исключительных случаях.

— Добрый вечер, — поприветствовал я человека.

— Угу, — кивнул тот, — меня будешь называть Клис, я твой непосредственный начальник, если угодно — генерал, понял?

— Да, — подтвердил я его слова кивком.

— Тогда вот тебе первое задание, — протянул он мне лист бумаги. — Читать умеешь?

— Научили, — сухо ответил я. — Что я должен сделать?

— Заставить исчезнуть этого господина, — криво усмехнулся Клис. — А ты чего ожидал?

— Откуда мне знать, — пожал я плечами.

— Короче, это скорее проверка на вшивость, — немного подумав, продолжил тот. — Если всё сделаешь чисто, за следующую работу тебе заплатят.

— Есть конкретные пожелания по клиенту? — тут же включил я профессиональный лексикон, а Клис вдруг приподнял от удивления бровь, пришлось слегка «прикусить язык».

— Да в общем-то нет, — пожал он плечами. — Его жизненный путь должен прерваться до рассвета и всё.

— Где я могу его найти, особые приметы? — продолжал я выяснять о человеке информацию.

— Он, скорее всего, будет сегодня на празднике, — ответил Клис. — Всё остальное — на бумаге. Там даже портрет его имеется. Надеюсь, ты разберёшься.

— Я могу идти? — поинтересовался я.

— Да, ты свободен, — кивнул тот. — Посиди немного внизу, выпей глоток эля для запаха и прикинься пьяным.

— Слушаюсь, — кивнул я и покинул комнату.

Спустившись вниз, я заказал себе небольшой стакан эля у бармена, который находился здесь именно для этого и принялся читать информацию на листке. Выходило так, что этот человек обычный торговец, чем он помешал клану — непонятно. Но и в первом же деле падать в грязь лицом и пытаться что-то выяснить я не хотел. Придёт время, и я узнаю всё, что нужно.

Лицо у клиента самое что ни на есть купеческое: толстые щёки, борода щёткой, нос длинный, с горбинкой, близко посаженные и немного заплывшие глаза. Рисунок выполнен карандашом, но вполне профессионально, будто фотографию рассматриваю.

— Дайте, пожалуйста, огонь и блюдечко, — попросил я бармена.

Тот молча подал блюдо и пододвинул керосиновую зажигалку. Пламя быстро перекинулось на бумагу, я несколько раз перевернул лист, убедился, что он сгорел окончательно и покинул таверну.

На улицу вышел, слегка пошатываясь, и прямой наводкой отправился на площадь, где понемногу уже скапливались люди и звучали первые мелодии со сцены. Побродив немного по площади, я не смог отыскать нужного мне человека и отправился к гостинице, где тот остановился.

В этом месте я уже знал каждый переулок, в котором можно скрыться в тени. Сейчас я стоял в одном из таких и наблюдал за выходом.

Большинство людей, всё ещё сидели за столами и улицы пока оставались пустыми. Я даже задумался, а есть ли смысл ждать клиента здесь? Наверняка он сейчас в каком-нибудь трактире и уже отмечает начало праздника в обществе неприличных девок.

Время шло, а я так и продолжал стоять в темноте, наблюдая за гостиницей. Возможно, это моё чутьё подсказало, что не следует уходить и вскоре люди повалили наружу, заполняя проспект. Затем появился и тот, кто мне нужен. Шикарная рубаха, расшитая разноцветными нитями, яркие штаны, на пальцах увесистые перстни, явно не из дешёвых. Но вот был он не один.

Вместе с ним из двери вышла женщина с хорошим избыточным весом и большой родинкой на подбородке, и двое ребятишек, которые разодеты ещё пестрее своего отца. Как только они миновали проулок, в котором я находился, и слились с толпой, я отделился от темноты и последовал за ними.

Народу на площади знатно прибавилось, словно в рыночный день. Все хохотали, громко разговаривали, и поэтому музыки со сцены практически не было слышно. Однако исполнителям было плевать и они вовсю бацали по струнам, барабанам и даже тянули меха на маленькой гармошке, что-то задорно при этом напевая.

Мимо пронеслись целой кучей дети, держа в руках разноцветные, одноразовые поделки из картона.

Клиент взял у торговца два бумажных стакана с вином, купил разноцветную карамель детям и как ледокол устремился вглубь толпы. Я спокойно двигался следом и перебирал всевозможные варианты в голове. Слишком мало времени на подготовку, плюс постоянная близость жены и детей. Однако, праздник только начинается и решение обязательно найдётся.

Будь у меня чуть больше времени — я бы подготовил яд, а затем, незаметно оставил царапину на руке или бедре. Да всё что угодно можно было придумать, но вот так, сочинять на ходу?

Неплохой момент представился возле сцены, когда мне удалось подобраться в толпе вплотную, но я так и не решился. Слишком рискованно, меня смогут заметить и опознать, как убийцу. Можно, конечно, проткнуть стилетом печень, но боюсь, что в этом случае клиент сможет прожить ещё пару дней и к тому же так и не скончаться. Да и условия были даны чёткие. К тому же на моём протезе в данный момент находился крюк, не очень-то приспособленный для нанесения колющих травм.

Чтобы не сильно выделяться из толпы, я всячески изображал из себя пьяного, весёлого парня, хватал за задницы молодых рабынь и размахивал стаканом с клюквенным соком, периодически пытаясь с кем-нибудь выпить.

Второй шанс подвернулся очень удачный, когда клиент что-то сказал жене на ухо и направился в тёмный проулок. Зачем в него собирается подвыпивший мужик, понять было несложно. Возле временных туалетов на площади стояли такие очереди, что выйдя из него, можно было снова пристраиваться в конец. Потому как, если снова захочется по нужде, то есть все шансы не донести. Основная очередь состояла из женщин, а мужики, в большинстве своём, оккупировали тёмные переулки.

Я медленно двинулся вслед за купцом, стараясь не сильно выпадать из потока. Рука скользнула к протезу, на котором был закреплён крюк, фиксатор высвободил его из захвата и он уже в моей левой руке, готовый в любой момент поразить клиента.

Тот вошёл в переулок, осмотрелся, оттопырил штаны, упёрся рукой в стену и зажурчал. В этот самый момент в проулке появился я и, как специально, — ещё один жаждущий опорожнить свой мочевой пузырь. Крюк пришлось вставить на законное место и пристроиться мочиться неподалёку.

Вскоре я снова размахивал стаканом и всюду преследовал купца, двигаясь за ним на приличном расстоянии.

В один из таких моментов удалось стянуть у шашлычника нож, который тут же был спрятан под одежду. Теперь не нужно было думать о том, как убить клиента небольшим крюком, который больше подходит под бытовые нужды.

Очередной шанс представился ближе к полуночи, когда стрелки часов уже подобрались к началу первой четверти. Люди стали поздравлять друг друга с наступлением нового лета, а затем началось очередное, неожиданное для меня шоу — салют. Не в привычном нашем понимании, но он был не менее прекрасен.

Толпу отодвинули на безопасное расстояние и принялись кидать расплавленный металл в глухую стену одного из зданий. Всё это под эпичную музыку и костюмированное шоу.

Люди перестали обращать внимание на то, что происходит вокруг — все уставились на брызги металла, которые шапками разлетались от стены. Гремели барабаны, кричали от восторга дети, а украденный, обоюдоострый кортик погружался в тело торговца со спины.

Едва погас очередной сноп искр, а улицы заполнил восторженный крик и аплодисменты, я одним быстрым и точным движением пробил ему лёгкое и сердце. Он умер тихо, даже не успев ничего понять, а я сделал шаг в сторону и продолжил восхищаться салютом, что-то кричать и размахивать картонным стаканом, брызгая соком на стоящих вокруг.

Купец рухнул на мостовую буквально через пару секунд после смерти, вначале вытянувшись всем телом, а затем сложился, как мешок с дерьмом.

Жена даже не заметила, что произошло, и обернулась к нему с каким-то вопросом, а вскоре раздался её крик, который начал привлекать внимание толпы.

Пока любопытные сбивались в кучу, вокруг несчастной вдовы, я уже спокойным шагом, продолжая потрясать стаканом и поздравлять с новым летом всех вокруг, направлялся к портовому переулку. Здесь тоже проходил праздник, играла музыка с палубы пришвартованного у набережной корабля, гуляли и веселились люди. Многие закрывали лицо масками, смеялись, кричали и обнимали друг друга.

— Вы вернулись, господин, — выглянула Мира на звук хлопнувшей двери.

— Да, Мира, — ответил я, — Если хочешь, можешь пойти погулять, — кивнул я головой на дверь.

— Это веселье для молодых, — покачала головой женщина. — Где вы так испачкали свою одежду, господин?

— Да там, — махнул я в сторону улицы, — пьяные все ходят, машут вином.

— Давайте я застираю, — предложила она.

— Ты будешь удивлена, Мира, но мне не во что переодеться, — улыбнулся я. — Сходи утром в лавку и купи мне одежду.

— Да господин, — слегка поклонилась она, — Я приготовила вам лёгкий ужин и список, они в столовой.

— Хорошо, Мира, иди спать, я проверю, — отпустил я рабыню.

Она поклонилась и исчезла за дверью, ведущей в подвал, а я прошёл в столовую. Рука сама нащупала язычковый выключатель на стене и несильно яркий свет залил помещение. На столе стоял чайник, под матерчатой салфеткой обнаружились бутерброды всё с той же ветчиной и перечень необходимого, написанный ровным, старательным почерком.

В целом всё, что там было написано, на самом деле требовалось в доме. Ничего лишнего и какой-то отсебятины. Позабавили лишь строки: «…один раб мж. сильный, одна рабыня жн. молодая». Ну раз надо, значит надо, будем искать.

Я погасил свет и поднялся в спальню, скинул с себя забрызганные соком вещи и улёгся в кровать. Сон не шёл. Я постоянно ворочался и никак не мог удобно устроиться. Затем плюнул на всё, спустился на жёсткий пол и тут же провалился в сон.

Утром меня ждал очередной сюрприз. Я по привычке проснулся рано, натянул штаны и хотел было выйти в соседнюю комнату, чтобы размяться, как меня прямо у двери поймала Мира с ведром в руках.

— Я приготовила вам ванну, господин, — произнесла она. — Не ожидала, что вы так рано просыпаетесь. Сейчас волью пару вёдер холодной воды и можно мыться.

— Не беспокойся, она успеет остыть, — сказал я и ушёл в пустую комнату.

Всю следующую неделю меня не беспокоили и не трогали, словно забыли совсем. Я бегал по городу, решая бытовые вопросы. Вначале пытался отыскать требуемых рабов, но, как оказалось, невольничий рынок работает только раз в месяц. Затем я сделал несколько заказов у Рофа и в кожевенной мастерской. Особенно меня интересовали крепежи для насадок к протезу.

Роф, к слову, был очень удивлён моему появлению и ещё больше удивлён отсутствию ошейника.

— Мне сказали, что ты сложил голову на арене, — прогудел он, когда я появился у ворот кузницы.

— Не спрашивай, Роф, всё очень сложно, — покачал головой я. — Прости за Моню, я не хотел, чтобы так получилось.

— Жаль, конечно, дурака, хороший из него мастер получился бы, — вздохнул тот и отвесил леща новому детине-помощнику. — Не то что этот, увалень. А ну, шевелись давай, не видишь — заказчик пожаловал, неси уголь бегом и разведи огонь в горне!

Парень вжал голову в плечи и мухой вылетел за дверь, откуда тут же долетело чертыханье и грохот вёдер.

— Вот, — с улыбкой протянул я ему лист с эскизами, — в общем ты уже всё это делал. Я хочу пару дополнительных насадок на протез. Ну и вот такие клинки нужны — без рукоятей, баланс — ровно по центру.

— Я умею ковать ножи для метания, — прогудел Роф. — Когда тебе это нужно?

— Как сможешь, не к спеху пока, — пожал я плечами.

— Закончу через два дня, — немного подумав ответил он. — С тебя по серебряному за каждый.

— Идёт, — согласился я. — Ты не знаешь, Тирол сможет изготовить для меня тренажёры по эскизам?

— Этот старый чёрт может творить волшебство с древесиной, — усмехнулся Роф. — Иди, он будет рад тебя видеть.

Он не ошибся, с Тиролом мы проторчали в мастерской до самой темноты. Ему было всё равно на гладиаторские бои, а вот свою работу он очень любил. Когда я заявился к нему без рабского ошейника — он был несказанно рад. Как-то само собой он решил, что его сняли с меня за победу в турнире, и я не стал его переубеждать.

Работы я подкинул ему достаточно много и выполнить заказ он обещался к концу следующей недели, а заодно прислать мастеров, которые всё установят и смонтируют. За все хлопоты он взял с меня десять серебром. Почти столько же я заплачу Рофу, но его изделия смогут поместиться у меня в кармане.

Жизнь начинала приносить мне удовольствие. Удалось быстро вписаться в её ритм и адаптироваться к свободе.

Удивительно, сколько всего может сделать женщина, которая постоянно занимается хозяйством. За неделю мой дом преобразился, засиял и наполнился жизнью. Если въезжал я в заброшенное строение, покрытое пылью, с затхлым запахом, который, казалось, впитался в стены, то сейчас его было не узнать. Окна отмыты так, что, кажется, будто стёкла в рамах отсутствуют.

Запах стал свежим и по вечерам наполнялся запахами, идущими с реки. Я любил на закате наблюдать за жизнью в порту, она успокаивала и умиротворяла. Белые паруса, словно облака на высоких мачтах, лодочки рыбаков с удочками и сетями, крики чаек и лёгкий запах тины. В такие моменты я вспоминал Лему, её прах сейчас стоял на полке, напротив окна. Я выкрал его ночью, чтобы не отвечать на кучу вопросов. Придёт время и все они узнают, что я жив, но пока рано.

Выкрасть прах было совсем несложно, особенно, если учесть то, что я знал каждый камень в доме Дария.

В один из таких вечеров ко мне снова пожаловал Мыш. Я увидел его ещё в окно, потягивая горячий чай, сидя на подоконнике.

— Входи, Мыш, — крикнул я ему в открытое окно, — я сейчас спущусь.

Вскоре хлопнула дверь, связной осмотрелся вокруг, что-то пробормотал и снял обувь, хотя чистота на улицах этого и не требовала, но это было приятно для меня.

— Здравствуй, — поприветствовал его я.

— И вам здоровья, господин, — кивнул он в ответ. — Я смотрю вы обживаетесь.

— Стараемся, — усмехнулся я, — меня снова хотят пригласить на ужин?

— Нет, — покачал он головой, — с вами уже познакомились и остались весьма вами впечатлены. Просили передать вам конверт, — он протянул мне свёрток. — Сказали, вы знаете что с этим делать.

— Чаю? — предложил я.

— Не откажусь, господин, — потупил взгляд он, — весь день на ногах, маковой росинки во рту не было.

— Мира, — позвал я рабыню, — накорми гостя.

— Слушаюсь, господин, — поклонилась она и ушла на кухню.

— По вам теперь и не скажешь, что вы бывший невольник, — усмехнулся Мыш. — Простите мне мою дерзость, — тут же добавил он.

— Ничего, я тебя понимаю, — улыбнулся я, — пройдём в столовую.

Мы уселись напротив друг друга, я сделал небольшой глоток чая и посмотрел на гостя.

— Есть особые пожелания по клиенту? — поинтересовался я.

— Да, — немного смутился тот и кинул быстрый взгляд в сторону кухни. — Там всё написано, — указал он кивком на конверт.

— Замечательно, — улыбнулся я, — По оплате тоже всё там?

— Да, как обычно, — пожал плечами Мыш.

Вскоре Мира накрыла на стол и мы вместе поужинали, не с рабыней, конечно, — она ела отдельно, на кухне. Затем связной откланялся и покинул дом, оставив меня наедине с конвертом.

Я поднялся наверх, зашёл в спальню и вскрыл его. На этот раз там оказалось два листка, исписанных с обеих сторон, на последнем прилагался портрет цели. Им был достаточно знатный господин, который должен был исчезнуть, от слова совсем. Не просто умереть, а пропасть без вести, чтобы ни у кого не возникало лишних вопросов. Цена за его голову была значительной, десять золотых монет. За неделю я не потратил и третьей части подъёмных. Пожалуй, нужно уточнить стоимость этого дома на продаже.

Срок исполнения определили в две недели.

— Ну что же, значит, пора за работу, Безликий, — пробормотал я.

Видимо, у меня на лбу написаны мои таланты, раз и в своей новой жизни я оказался на той же должности, что и в прошлой. Но это не плохо, по крайней мере, я точно знаю что делать. Теперь да.

Глава 3

А что с Яргом?

Как же он злился. Он давно чувствовал, что в клане недовольны, но чтобы вот так?

«Выкинуть его, как кота на улицу, который нагадил в доме. Старые пердуны, которые и забыли давно, что значит пускать кровь. Им не понравилось, что я убил эту суку. Да какая им разница? Она никто и этот безродный ублюдок тоже.»

Только эти мысли и были в его голове, когда он выходил на арену. Он резал человека в одежде Безликого и видел в нём оригинал.

Затем он вынужден был уехать в совершенно другой город. Его проводили на поезд, который ехал несколько часов, значит, очень далеко. Скорее всего, в другое королевство, подальше от владений Императора, но всё равно под его крылом. Ну да, в самое сердце владений Куниц, в столицу.

Именно её Ягр увидел, когда сошёл с поезда и встречающая повозка принесла его в Тавию. Королевство, где обосновался клан. Ему он не нравился, в основном потому, что им правила женщина, хотя и название тоже восторга не вызывало. Да, именно так, не тот человек, что выступал перед советом и называл себя Главой, он всего лишь заместитель и жалкий червяк, готовый на всё ради этой женщины.

Ярга никто не сопровождал, но он и сам прекрасно знал, куда нужно идти, даже эта повозка была лишней. За столько лет работы на кланы, кто угодно будет знать расположение конкурентов. Именно так его воспитали и иначе Ярг никогда не считал. Есть только один клан — твой, все остальные преследуют исключительно свои интересы. Но его вышвырнули, отказались, словно и не воспитывали целых пятнадцать лет, отдали чужакам. Хотя такие ли они чужие?

За это он ненавидел всех и в первую очередь этого выскочку Безликого. Откуда он только взялся. Его первый бой, Ярг запомнил на всю жизнь: очень яркий, быстрый, в его движениях уже чувствовалась грация хищника, хоть и выглядел он котёнком. И ещё он запомнил то, как Безликий обманул его, когда сумел остаться единственным живым и продолжить сражаться.

Когда к Яргу пришли представители Императора и попросили выступить с новичком, он даже рот открыл от удивления. Ему? С новичком, у которого иммунитет?

Это даже позабавило. Ярг считал, что выиграет этот бой, даже не напрягаясь, но щенок начал огрызаться. А на арену вышел в таком виде, что он не знал, смеяться ему, или плакать. Вот только толпа чуть ли не писалась от восторга, увидев этот костюм.

А дальше началась такая слава, что на свой предпоследний бой, Ярг выходил и слышал свисты и недовольные возгласы публики. А ведь такого раньше никогда не было. Его любили всегда, столько, сколько он себя помнил на песке. Лучший боец в школе, лучший на арене, лучший в клане. Своего первого гладиатора он убил ещё в тринадцать лет и после этого шли только победы.

Как этому безродному ублюдку удалось завоевать публику? Ярг тоже бросал на трибуны отрубленные конечности, правда, уже после того, как это сделал Безликий. Здесь Яргу даже понравилась идея.

— Добрый день, господин, — поприветствовал его человек на входе.

— У себя? — сухо спросил Ярг, кивнув головой на лестницу.

В ответ получил вежливый кивок.

Ярг поднялся по лестнице, вошёл в общую залу и толкнул неприметную дверь в стене. Затем спустился по каменной лестнице вниз, нужное ему помещение находилось под зданием, мало того, оно было даже глубже подвала.

— Здравствуй, Мама, — поздоровался он с женщиной, которая сидела над бумагами.

— Подожди минуту, Ярг, — посмотрела она на него поверх очков и указала тонким, металлическим пером на стул.

— Нет, мама, не подожду, — тем не менее присев, сказал он, — может быть ты объяснишь мне, что происходит?

— Происходит то, сынок, — последнее слово, она будто выплюнула, — ты зарвался, вот что! Ты не контролируешь свои поступки.

— Что же я такого сделал? — Ярг поднялся со стула и подхватив кувшин со стола главы клана, а это была именно она, та самая женщина, из-за которого он недолюбливал Куниц. — Убил безродную сучку? Да мы и похлеще судьбы вершили и заставляли исчезать целые семьи.

— Эти люди исчезают не просто так, — ответила женщина. — Ты едва не попался. Ты хоть понимаешь, что это могло за собой потянуть? Император с самых первых дней под нас всех копает.

— Он старый болван, — отсалютовал Ярг кубком, — ещё пара лет и твой Император выживет из ума.

— Нет, Ярг, ты совсем идиот, — вздохнула глава. — Теперь ты работаешь здесь и радуйся, что я успела тебя выкупить.

— Ты ещё не думала о том, как проведёшь свою старость? — с наглой улыбкой спросил Ярг.

— Даже не надейся на это, — откинулась она на спинку стула. — Будешь мне здесь воду мутить, я тебе лично горло перережу.

— Приятно знать, что ты в порядке, — с серьёзным видом ответил сын. — Только я не тот, что был раньше. Хотя откуда тебе об этом знать, ты же избавилась от меня.

— Бедный ребёнок, ха-ха-ха, — звонко рассмеялась она, — если бы я не платила Лисам за твоё обучение, кем бы ты стал? Не забывай, с кем ты говоришь, — голос матери вмиг стал ледяным. — Выполняй свою работу и не путайся под ногами.

— Вино прокисло, — Ярг залпом допил остатки и поставил пустой кубок на стол, а кувшин бросил на пол, разлив содержимое на ковёр.

Женщина посмотрела ему вслед и покачала головой, затем позвонила в колокольчик. Буквально через несколько секунд в кабинет заглянул человек, который вёл разговор от лица Главы клана Куниц. Он всегда ведёт переговоры за госпожу. Раньше всё было иначе, но однажды она лишилась ног. Нет, они были на месте, вот только ходить отказывались. И всё это началось с рождения Ярга, он едва успел родиться а уже изувечил собственную мать.

Отец ушёл сразу, а ребёнка она едва не задушила. Что её тогда остановило — непонятно, но о том решении Глава давно устала жалеть. Вскоре Ярг покинул мать и стал воспитанником клана Лис. Это было не спонтанное решение, таким образом удалось заключить союз — мир, который был нужен и важен.

А теперь он изгадил всё. Даже там, где казалось невозможно ничего испортить.

— Госпожа Я́нга, вызывали? — спросил человек, называющий себя Главой, а по факту являющийся заместителем.

— Да, Гросс, — кивнула женщина, — присмотрите за Яргом, я ему не верю.

— Я приставлю к нему людей, госпожа, — ответил человек и вышел.

Ярг уже поднялся наверх и покинул резиденцию клана. Выйдя на улицу, он даже не стал соблюдать никаких мер конспирации, все они казались ему идиотскими.

Связной сам придёт к нему домой, иначе за что ему платить, если не может выяснить даже такую мелочь.

Он подкинул на руке тугой кошель, в котором находилось никак не меньше пары сотен золотых и отправился искать себе дом. Здесь свободных поместий было в достатке. А он не привык мелочиться, деньги были всегда, иногда он даже не успевал их потратить.

Хорошими бойцами не становятся просто так, для этого действительно нужно много тренироваться, соблюдать диеты и хорошо спать. Так что времени потратить мамины запасы, не всегда хватало. Такие кошели приходили трижды в четверть, скопилось немало, даже при учёте того, что из них половину всегда забирали Лисы. В раннем детстве они были просто не нужны, а когда стала понятна их ценность, количество денег уже перевалило за отметку, когда их можно потратить.

Возможно, Янга покупала таким образом совесть, но ему было плевать.

Дом он подыскал шикарный, в два этажа, прямо на берегу реки, напротив королевского куска. С собственным пляжем, винным погребом и огромным куском земли. За него пришлось отвалить пару тысяч золотом, но он того стоил. Ярг даже не торговался, просто выписал доверенность на нужную сумму.

Самое приятное было то, что рабы уже имелись в наличии и не нужно было самому бегать по рынку и покупать этих животных.

Связной прибыл к вечеру, хотя с момента посещения клана не прошло и половины четверти. Бой на арене и дорога заняли почти весь день — хотелось поскорее разделаться с делами и отдохнуть.

— Как добрались, господин, — слегка поклонился связной.

— Долго, — ответил Ярг. — Давай к делу, что там у тебя?

— У вас хорошая хватка, господин, — улыбнулся тот и протянул конверт, Ярг даже не взглянул на него, бросив на столик у входа.

— Как тебя зовут? — спросил он.

— Шило, — снова поклонился тот.

— Передай послание, Шило, — задумчиво произнёс Ярг. — Скажи, что я жду всех желающих у себя в гостях. Разнеси это по всей сети.

— Слушаюсь, господин, — ответил связной. — К которому часу?

— Мне всё равно, я уже начал, — усмехнулся тот и сделал глоток вина. — А скажи ещё вот что, нормальные девочки есть в этом городе?

— Сколько угодно, — плотоядно улыбнулся Шило, — я приглашу самых лучших.

— Угу, — кивнул Ярг прямо во время большого глотка.

Везде есть люди, которые не брезгуют погулять на халяву и кланы — не исключение. Правящая верхушка тоже не лишена подобного греха, а у многих есть такие скелеты в шкафу, что даже Ярга иногда передёргивает.

Гостей собралось не так уж и много, если сравнивать с тем, что происходило в Эллоне. Всего пять десятков человек, но он только приехал и ещё не оброс нужными знакомствами.

Вначале было даже как-то скучно. Многие стеснялись и не понимали, как нужно себя вести, пока хмель окончательно не завладел их разумом. А дальше — дело техники, привезли шлюх, выбрались на улицу и закатили знатное веселье. Но не ради оргии он собирал людей, Ярг очень редко делал что-то просто так.

Именно здесь, во время неспешной беседы на рассвете, когда остались самые сильные, он завёл нужные знакомства. Его научили многим вещам, например то, как устроить переворот в королевстве, если монарх вышел из-под контроля. Нужно просто внимательно слушать и впитывать знания, в них — истинная сила.

Уже выйдя из дома, принадлежащего клану, он всё решил. На побегушках у этой безногой суки Ярг не останется, всё это принадлежит ему по праву рождения. А когда он доберётся до вершины, придёт время и Лис, они ответят за то, что так обошлись с ним.

И вот тогда, уже ничто не спасёт этого безродного ублюдка.

— Вот, я тоже считаю, что мы слишком уж много работаем, — пьяным голосом, ничего не стесняясь произнёс человек, по имени Во́лкан, — Я за прошлую четверть проехал шесть королевств, представляете? И что я за это получил? А ни хрена! И не я один такой.

— Всё потому, что мы обязаны кланяться в ноги бабе, — подначил его Ярг.

— Она твоя мать, — удивился Шило.

— Она только родила меня и всё, — усмехнулся тот, — это не даёт ей право мной командовать.

— А знаешь, вот я с ним согласен, — толкнул связного Волкан, — баба не должна править мужиками, это — противоестественно.

— Если вы думаете, что я несогласен, то заблуждаетесь, — подал голос третий человек, Генерал Гретис, — Меня порядком достали её месячные с перерывами на обкуривание опием. Но мы все знаем правила: пока Совет не скажет своё веское слово, мы будем терпеть её.

— О да, нам придётся до конца своих дней сидеть под её каблуком, — захохотал Ярг. — Так выпьем же за нашу горькую судьбу.

Разговор длился долго и Ярг успел распалить достаточно недовольства в их мозгах. Однако, для ответственного шага этого было слишком мало, это всего лишь начало, первые шаги, но они уже заложены. Семя будет прорастать и, в конце концов, перейдёт в скрытую ненависть и эти трое станут распространять заразу.

Шило, ведь он связной, он знает каждого в клане, в его руках информация. Волкан, воспитан как дипломат: он покупает и продаёт людей, выводит королевства на конфликты и покупает перемирия. А Гретис — генерал ликвидаторов, ̶ тот, кто решает вопросы там, где не справляется дипломатия.

Основа, костяк и отныне они в руках Ярга. Он богаче их всех вместе взятых, а теперь, ещё и друг. Гретису — двадцать пять и генералом он стал в восемнадцать, его воспитывали точно так же, как Ярга. Почти двадцать два Волкану и только Шило здесь самый старший, ему тридцать четыре года.

Он же самый недовольный из всех, потому что работает на этом посту всю свою жизнь, а место генерала связи занял семнадцатилетний пацан. Но он пока ещё боится открыто признать это, боится меня, боится Гретиса, но очень жаждет попасть в нашу тусовку.

Ярг посчитал вечер удачным, обстоятельства складывались наилучшим образом, он и поверить не мог, что в подобные разговоры втянутся именно эти люди. На счёт Шило он не сомневался, но вот Гретис оказался приятным сюрпризом. Волкан — политик, его не понять с первого слова: скользкий, в разговорах маневрирует так, что не ухватишь. Однако под конец завёл такие откровенные речи, что Ярг только диву давался.

До конверта он добрался лишь к обеду следующего дня и вместо того, чтобы прочесть содержимое, сжёг его.

Примерно неделю он придавался отдыху и размышлениям. Нет, гостей за это время больше не собирал, вино только за обедом и в самых малых количествах. Вместо шлюх — физические и умственные нагрузки, которые позволили выстроить относительно хороший план.

Он был так прост, что практически гарантировал успех задуманного. Единственное, что сдерживало, это время и шаткое положение в клане.

Ярг даже пожалел о том, что сжёг конверт, так и не вскрыв его, но это тоже было частью плана. Всего-то нужно выбить из равновесия маму, заставить её психовать, злиться на избалованного ребёнка, пока он плетёт свою паутину. Мама будет видеть только Ярга и упустит из вида нарастающее недовольство, которое, в свою очередь, будет усугубляться ещё и особым вниманием к сыну.

А когда эта чаша раскачается и начнёт постепенно выплёскивать содержимое, вот тогда он и дёрнет за нужные ниточки. Но пока рано, вначале её нужно заполнить.

Нужно ещё кое-что, а точнее, кое-кто: свой человек в Совете, но как подобраться к этим старикам? Здесь у Ярга имелся пробел. И он молотил груши, избивал рабов, изводил сам себя, но нужного ответа так и не нашёл. Требовалась какая-то деталь, всего одна, чтобы пробудить их интерес.

Деньги? Так они их мало интересуют. Власть? Она и так безгранична. Тогда что?

К концу недели явился Шило и передал приказ предстать перед Главой и правлением. Они вместе посмеялись: обсудили её неподобающую манеру поведения, даже тему недотраха зацепили, однако Ярг отправился на аудиенцию.

На этот раз мама решила отчитать его при всех генералах и встреча прошла в официальной комнате на втором этаже. Он веселился в душе, но своё лицо не менял на протяжении всего разговора. Так и стоял с надменным видом, будто всё, что говорилось, не имело к нему совершенно никакого отношения, а затем, поклонился и молча покинул помещение.

Очередной конверт он получил у дверей, но теперь пришлось его вскрыть и прочесть содержимое. Работа была абсолютно непыльной, всего-то и нужно, что убрать нового любовника жены короля. Он вполне мог бы и сам справиться с этой задачей, вот только всегда есть нюансы.

Например, этот был не просто фаворитом, но и сыном очень влиятельного вельможи из соседнего королевства. А так как война между ними прекратилась абсолютно недавно, да к тому же рогатый монарх едва её не продул, то вопрос этот был крайне щепетильный.

Как и где глупая женщина познакомилась с этим человеком — вопрос десятый. Ярг даже не удивился бы, если это целенаправленное, точно просчитанное мероприятие. Да, им пришлось отступить и не без помощи действий Волкана, но каково это, когда из твоих рук вырывают победу? А так — будет повод отомстить, забрать своё по праву.

Однако и король Тавии не мог терпеть подобное оскорбление и выставлять себя на посмешище, ведь это позор. И что оставалось делать, как не обратиться к совету и оставить высокооплачиваемый заказ на горе-любовника. Якобы, это дело клана, не моё.

Лично Яргу было смешно смотреть на всю эту возню и он решил слегка подкорректировать задание. Нет, в целом ничего особенного, парень умрёт, всё как полагается, но вместе с ним умрёт и королева. Он бы вообще на месте власть держащего, давно перерезал ей глотку и перестал волноваться за постоянные измены с её стороны.

Вот только он же её любит. А как же дети, они могут возненавидеть отца за это?!

Жалкие, ни на что не способные люди и кто только дал им право управлять, если они свои личные дела в порядок привести не в состоянии.

Место встречи голубков он выяснил мгновенно. Достаточно было поспрашивать в высшем обществе, всего каких-то пару балов, посредственный трах со знатной особой, чьего имени даже не отложилось в памяти и вуаля — даже часы посещений становятся известны. В таком маленьком мире очень тяжело что-либо утаить.

Ярг даже оружия не стал брать. Проникнуть в дом, который они «в тайне» снимали для собственных утех, было проще простого. Встречи специально назначались днём, чтобы имелась возможность сослаться на дела и заботы. Только глупцы изменяют супругам по ночам, уходя из постели. Всё-таки в большинстве своём, такие вещи происходят в самый разгар дня.

Мужчину Ярг убил, сломав тому шею, а вот жена короля оказалась той ещё сучкой и он как следует трахнул её, прежде чем перерезать горло.

Затем, Ярг как следует испачкал кровью любовника, вложил в его руки нож, накинул петлю на шею и выбросил в окно. Пусть всё выглядит, как семейная ссора.

Дом он покинул за мгновение до появления стражи, с представителями комендатуры.

— Я не понимаю, чем ты снова недовольна, мама, — с наглым лицом сидел он перед Главой в нижнем кабинете. — Ты сама дала приказ решить проблему, я её решил. Кстати многие генералы сочли мой метод более правильным.

— Иногда мне не верится, что ты мой сын, — покачала головой Янга. — Откуда в тебе столько спеси?

— Хм-м, даже не знаю, — нагло улыбнулся он. — А ты уверена, что не от тебя? Говорят, мой отец ползал перед тобой на коленях, когда ты нашла его.

— Пошёл вон, — ответила Глава Куниц и отвернулась от собеседника.

— Покури опий, мама, она снимет боль от твоей язвы, — с усмешкой произнёс Ярг и покинул кабинет.

— Нужно было придушить тебя ещё тогда, — глядя на дверь произнесла Янга и достала тонкую трубку из ящика стола.

Её снова мучила эта боль в нижней части спины, словно раскалённый нож находился в позвоночнике. Опий действительно помогал, но проходило пару недель, и боль возвращалась снова и снова. А на этот — раз ещё и поставщик задерживает партию.

Как же бесит этот щенок и почему Совет запретил ей убить его? Нет, определённо это нужно было сделать ещё тогда, пока он только и умел, что орать и срать под себя.

Госпожа выпустила синий дым изо рта. В голове сразу появилась лёгкость, боль не ушла, она просто притихла, став ноющей, но теперь её можно было хотя бы терпеть.

Глава 4

Хлопоты Безликого.

Я уже второй день наблюдал за клиентом. Его передвижения по городу, дома и трактиры, которые он посещал, люди, с которыми вёл беседы, я фиксировал всё. Теперь я не был зажат в границах одного дома и имел полную свободу в передвижении. Свои плюсы это давало, потому как слежку можно было не прекращать.

От моего любимого, нищего квартала клиент держался подальше, да и что ему там делать? Знатные господа стараются обойти его стороной, дабы не запачкать одежду и репутацию.

Однако два трупа, которые я там оставил, как раз исчезли без следа именно в этом месте, что наводило на определённые мысли. К вечеру второго дня я уже точно знал, где, когда и как смогу лишить жизни этого человека. Оставался вопрос утилизации тела.

Тащить этого бегемота через весь город — идея не самая светлая. Сжигать его негде, потому как в отоплении этот мир не нуждается, а еду готовят на таких печах, что я буду палить его в них по частям не одну неделю. Бросить в реку? Так найдут. Трупы быстро всплывают, да и к реке его ещё дотащить нужно, плюс живот камнями набить и даже это не даст гарантии, что через неделю его раздутая туша не вынырнет где-нибудь на глазах у всех.

Я всё больше склонялся к нищему кварталу и той самой девочке, которая за узелок с едой спрятала двоих так, что до сих пор никто не знает, живы они, или нет. Оставалось два вопроса: как она ворочала тела и куда их дела?

Клиента я довёл до дома, его земля находилась второй от гладиаторской школы Дария, ближе к центру. Когда я проходил мимо, появилось огромное желание заглянуть в гости, поприветствовать старых друзей, но пока я всё ещё не готов отвечать на вопросы.

Конечно же, мой бывший хозяин знает, что я жив. Невозможно, чтобы он не узнал своего лучшего бойца, когда ему выдали тело. Скорее всего, он обо всём догадался. Понял, что это игры кланов и наверняка захочет выяснить, что за секреты хранятся в их сейфах. Вот только я пока не готов.

Сумерки уже опустились на город, в окнах зажёгся свет, уличное освещение имелось только в центре, так что большинство проспектов погрузились во тьму. Самое время покидать своё логово ворам и убийцам, вроде меня. Кажется, уже достаточно стемнело и пришло время посетить нищий квартал. Свернув в знакомом переулке, вдруг услышал оклик в спину ̶ ну естественно, ведь я больше не ношу рабский ошейник и теперь некоторые представители ночной братии решили, что здесь есть чем поживиться. Тем более, что жертва, можно сказать, сама плывёт в руки.

— Эй, господин, а ты случайно улицей не ошибся? — прозвучал насмешливый наглый голос.

Я молча повернулся на него и увидел пару оборванцев, совсем ещё мальчишки, как, впрочем, и я. Волосы на затылке зашевелились от ощущения опасности и я, не раздумывая присел и ушёл в кувырок через спину. Дубина просвистела над головой, но не нашла свою жертву, которая уже стояла позади бугая.

Бью ногой в коленный сустав, заставляя припасть нападавшего к мостовой, затем, не опуская ноги́ толкаю в спину, рывок вперёд и футбольный пинок в челюсть. Этот готов.

— Э, парень, ты чего? — удивлённо смотрят на меня балбесы, но разговаривать я не намерен.

Делаю шаг навстречу и оба горе-грабителя тут же пускаются наутёк.

Я перевёл взгляд на тело, и решил проверить его карманы, ну а чего добру пропадать? Если не я это сделаю, так через минуту сами друзья вернутся и займутся чисткой, а затем сделают удивлённый вид, и станут заявлять, что они-то как раз к этому непричастны. Нажива оказалась скудной: пара десятков медных монет и одна серебряная чешуйка. Ну что ж, с паршивой овцы, хоть шерсти клок.

Я пересыпал содержимое в свой кошель, сунул его в нагрудный карман, который находился внутри жилетки и двинулся вглубь самого опасного места в городе.

Мои подсчёты оказались верны: все местные давно покинули квартал и отправились на промысел, сейчас здесь более или менее безопасно. Та троица, что встретилась мне в переулке, видимо тоже двигалась куда-то на свою точку, но тут им попался я. Теперь можно считать их вечер неудачным, раз уж он начался, не пойми как. Воры и грабители достаточно суеверные люди, так что подобные мысли вполне могут появиться в их головах.

Я прошёл по улице до самого пустыря, на котором уже начали собираться невольники. Выходить к ним я не стал, опять же — не хотел встречать знакомых и отвечать на кучу вопросов.

Девочку я так и не нашёл. Постояв немного в задумчивости, отправился в обратный путь, но с тем же результатом. Затем вернулся к тому самому месту, где проводил допросы, спустился вниз, осмотрел тёмное помещение, и так ничего и не обнаружив, снова вышел на улицу.

Может быть ещё рано? В те дни я встречал грязнулю почти под утро.

Махнув рукой, я собрался ещё раз пройти вдоль квартала, в надежде, что мне повезёт. Нет, результат оказался тем же, но я не сдавался, продолжая ходить по улице взад-вперёд. Рабы проходили мимо меня, опустив глаза к мостовой, пара нищих попытались просить милостыню и шарахнулись в сторону от моего раздражённого взгляда.

Вскоре с пустыря ушли все невольники и город окончательно погрузился в тишину. Я прятался в тени и наблюдал, как грабители и воры возвращаются по своим норам. А едва на небе начало сереть, на улицу выбралась та самая девочка.

Она вышла откуда-то из подвала, или цокольного этажа, наподобие того, в котором я производил допрос. Грязное, непонятного цвета платье, в руке, — кажется, тряпичная кукла. Девочка уселась на мостовую и что-то напевая стала играть с ней.

Какое-то ощущение нереальности закралось в мою голову. Вся картина сейчас больше напоминала истории о призраках из Голливудских картин.

Что она делает одна посреди этого места? Почему выбралась наружу именно в это время? Где живёт и где её родители?

Я отделился от темноты и уверенным шагом направился к ней. Девочка заметила меня и хотела убежать, видимо не узнала в господской одежде.

— Постой, это я, — окликнул я её и мой голос разлетелся подобно грому в ночной тишине.

Грязнуля прижала к себе куклу и смело посмотрела мне в глаза, при этом упрямо сжала губы.

— Ты принёс ещё одного человека? — угрюмо спросила она, даже как-то по-взрослому. — А где еда? У тебя очень вкусная еда, не такая тухлая, как у остальных.

— Как тебя зовут? — поинтересовался я присев перед ней на корточки.

— Эй, все называют меня, Эй, — произнесла она.

— А имя у тебя есть? — уточнил я.

— Не знаю, — пожала она плечами. — Ты дашь мне еду? Или я больше не буду прятать твоих мертвецов.

— Ты хочешь есть, да? — спросил я. — Пошли со мной, я накормлю тебя дома, — с этими словами я протянул ей руку, но девочка только сильнее прижала к себе куклу и отстранилась.

— Нет, не трогай меня, — ответила Эй, но без истерики, спокойно.

— А где твои родители? — продолжил я задавать вопросы. — У тебя есть мама или папа?

— Нет, я взрослая, мне не нужны мама с папой, — покачала она головой, — дай мне еду.

— Пойдём со мной, я дам тебе столько еды, что ты лопнешь, — улыбнулся я. — Не бойся меня, я не сделаю тебе плохо.

— Я тебя не боюсь, — с вызовом посмотрела она мне в глаза, — только не трогай меня.

— Хорошо, хорошо, — поднял я руки к груди, тем самым показывая, что не собираюсь к ней прикасаться.

Мы шли по совершенно пустым улицам, небо стало серым и город проступал на его фоне тёмными силуэтами домов. Всё вокруг казалось каким-то нереальным и странным. Если бы нас сейчас кто-нибудь увидел, то непременно шарахнулся бы в сторону — настолько жутко мы смотрелись с грязнулей посреди спящего Эллона.

Мы вместе вошли в дом, и я с удивлением наблюдал, как девочка сняла сандалии и аккуратно поставила их носами на выход. Дом спал, а точнее, — Мира спала, ведь больше здесь никого не было и быть не могло. Рабский рынок пока больше не открывался и новых, указанных в списке работников, приобрести было негде.

— Мира, — крикнул я в подвальные комнаты, приоткрыв дверь, — мне нужны твои руки.

Рабыня появилась буквально через минуту, сонно потирая глаза.

— Кто это, господин? — удивлённо уставилась она на грязнулю.

— Её зовут Эй, — представил я рабыне нашу гостью. — Она хочет есть, накорми её, пожалуйста.

— Может быть, госпожа хочет вначале смыть с себя грязь? — спросила её Мира.

— Я не госпожа, — заупрямилась девочка и спряталась мне за спину.

— Как же? — улыбнулась рабыня, — самая настоящая маленькая госпожа. А у тебя есть имя, или тебя так и называть, Эй?

— Я не знаю, — пожала плечами девочка, — все называют меня Эй, я привыкла.

— Эй, ты хочешь отмыть всю эту грязь? — посмотрел я на девочку. — Или вначале еда?

— Еда, — с серьёзным видом сделала она свой выбор.

— Мира, накорми её, — кивнул я в сторону кухни, — а после попробуем договориться и про ванную.

Рабыня слегка поклонилась и ушла готовить завтрак, притом для всех, раз уж мы разбудили дом в столь ранний час, проще сдвигать график, чем готовить несколько раз.

Девочка уплетала яичницу вприкуску с бутербродами, проглатывая куски почти не жуя и тут же запивала всё это чаем.

— Не спеши так, — попытался я угомонить ребёнка, — здесь никто не отнимет у тебя еду.

Эй кивнула, но продолжала набивать живот, в конце концов её вырвало. Слишком много она в себя затолкала и слишком тяжёлой оказалась пища для вечно голодного желудка.

— Простите, — виновато сказала она, вытирая рот, — я не хотела.

— А я предупреждал, — улыбнулся я. — Ничего, Мира всё сейчас уберёт.

Рабыня как раз вернулась с пустым ведром, чтобы снова поставить его на печь и нагреть воду для ванной. Пока она хлопотала вокруг, убирая с пола, я позвал Эй наверх, чтобы показать ей ванную комнату.

— Брось свою одежду в угол и полезай в воду.

— Я не хочу, — упрямо сжала губы она.

— Почему? Тебе нравится ходить грязной? — поинтересовался я.

— Так меня никто не видит на улице, — ответила девочка. — Я не люблю, когда ко мне пристают эти вонючки.

— Ты можешь остаться здесь, — предложил я ей. — Необязательно возвращаться туда, где тебе не нравится.

— Мне там нравится, — покачала головой Эй, — но только когда я внизу. Правда там трудно дышать и поэтому приходится выбираться наверх. Я специально выхожу, когда все спят.

— Внизу? — заинтересовался я. — А что там внизу? Ты можешь мне показать?

— Только ты никому не рассказывай, — перешла на шёпот она. — А то другие узнают и тоже будут приходить, а мне они не нравятся.

— Ты там прятала моих мертвецов? — спросил я.

— Да, — кивнула девочка, — там их никто не найдёт.

— Госпожа передумала принимать ванну? — спросила Мира, появившись с очередным ведром тёплой воды.

— Мне правда можно остаться? — с надеждой в голосе спросила девочка, глядя мне прямо в глаза. — Вы хорошие, я вас не боюсь.

— Ну конечно можно. Только вначале нужно тебя хорошенько отмыть.

Эй, тут же начала стягивать с себя грязное платье и полезла в воду, я невольно отвернулся и взгляд зацепился за одежду.

Вначале я даже не понял, что именно мне показалось странным и я подошёл ближе. Поднял платье и присмотрелся. Только поднеся его к глазам, я понял, что с ним не так.

Это была заводская одежда, такую не шьют и не ткут вручную, и человек, хоть раз видевший подобное, сразу всё поймёт. Я не швея, но машинную строчку от ручной отличить смогу, к тому же ткань оказалась окрашенной в рисунок с ромашками. Такого в этом мире не делали, максимум — вышивка на однотонной ткани.

Снаружи одежда была настолько грязной, что этого было не понять, но с изнанки всё ещё проступал узор материала.

— Ты нашла его внизу? — повернулся я с платьем в руке к девочке.

— Да, — ответила она. — Там почти ничего не осталось, но я знаю, где есть много интересных вещей.

— Хочу посмотреть на это место, — задумчиво сказал я, — покажешь?

— Покажу, только мы пойдём туда, когда никого не будет, — серьёзно произнесла она, плескаясь в воде чёрного цвета.

— Мира, кажется пора поменять воду, — улыбнулся я, хотя рабыня и без меня это знала.

Вобщем, оставил их вдвоём — сами разберутся. Видимо, поспать сегодня не получится, но утреннюю разминку никто не отменял. Я вошёл в зал, который теперь уже походил на тренировочный и принялся разогревать тело возле груши. Вначале медленно, фиксируя каждый удар, затем всё быстрее и быстрее, пока не начал потеть. После растяжка и физические нагрузки: отжимание, пресс, подтягивание. Всё это плавно перешло в акробатику и снова закончилось на груше.

Когда я вышел, чтобы смыть с себя пот, ванна уже была свободна, отмыта и заполнена водой, теперь уже для меня. Я слегка ополоснулся и отправился искать Миру с Эй.

Первую обнаружил на кухне, она мыла посуду после нашего завтрака и, видимо, добавки для девочки.

— Где Эй? — поинтересовался я у неё.

— Она уснула, господин, — тут же ответила рабыня. — Я отнесла её наверх, в спальню для гостей.

— Замечательно, — кивнул я, — пойду прогуляюсь, попробую купить ей новую одежду.

— Господин, — вдруг перешла на шёпот Мира, — её платье очень странное, как и её рассказы о подземном мире. Эта девочка может доставить вам неприятности, я думаю не стоит ей оставаться у нас.

— Если меня будет интересовать твоё мнение, я его спрошу, — сухо ответил я, — занимайся своим делом.

— Простите, господин, — спрятала глаза она и молча продолжила тереть давно уже сухую тарелку.

Может, я и был с ней излишне груб, видно же, что она от души за меня переживает. Но мне просто не хотелось ей что-либо объяснять, и уж тем более, оправдываться. А так, может быть, она перестанет совать нос в мои дела — дольше проживёт.

Я свернул на ремесленную улицу и направился вначале к Тирелу. Он ещё не все мои заказы исполнил и на сегодня мы договаривались о примерке. Если все узлы «макивары», или в просторечие «деревянного человека» мне подойдут, то он доведёт его до ума и уже вместе со «шведской стенкой» установит остатки.

Заодно поинтересуюсь у него, где можно приобрести детские вещи, потому как сам этим никогда не занимался и внимания на такие лавки попросту не обращал.

Домой я вернулся ближе к обеду, с ворохом вещей. Мира как раз накрывала на стол, а Эй не давала ей покоя своими разговорами и всячески пыталась помочь. Рабыня улыбалась, видно же, что девочка ей нравится, но всё равно относилась к ней с настороженностью. Эй была одета в простыню, с дыркой для головы посередине и перехваченную верёвкой в поясе, точно такую одежду носила Мира.

Вначале я даже не узнал девочку: оказывается, она была светловолосой и довольно симпатичной. Нет, я не рассматривал её как супругу или сексуального партнёра — на вид ей было лет семь-восемь. Я и с Квидой то переспал только благодаря гормонам молодого тела, а уж здесь и говорить не о чем. Однако, вырастет она красивой, это уж как пить дать. Вот только я вряд ли смогу относиться к ней иначе, да и кто знает, как сложится моя дальнейшая судьба.

Остаток дня я провёл в слежке за клиентом — просто так валяться дома смысла нет. Мира прекрасно поладила с Эй и уже вовсю занималась привычным для неё делом — воспитанием. Понаблюдав за их вознёй после обеда, я покинул дом и направился к участку клиента. Обеденное время он не нарушал никогда, по крайней мере за те два дня, что я всюду тенью передвигался за ним по городу. Он, как часы, являлся домой к обеду и сегодняшний день, только подтвердил мои догадки.

Вернувшись домой к ужину, я почти сразу завалился спать и велел Мире разбудить меня к середине первой четверти.

*****

Глаза я открыл за мгновение до того, как рабыня постучала в дверь. Быстро поднялся, поблагодарил Миру и отправил её спать, а сам отправился поднимать девочку. Эй уже тоже проснулась, видимо она всегда поднималась в это время, чтобы выбраться на улицу и сейчас пробуждение прошло на интуитивном уровне.

— Ты готова? — спросил я девочку.

— Да, — кивнула она и прошептала: — Тихо, не разбуди Миру.

— Хорошо, — я подыграл ей и мы вместе тихонько покинули дом.

Сейчас мы выглядели не менее чудно на опустевших улицах, но Эй хотя бы имела чистый вид и не походила на призрака. Мы молча прошли до нищего квартала, затем по нему, почти до того самого переулка, в котором я облюбовал полуподвальное помещение. Не дойдя до того места буквально пару домов, спустились на цокольный этаж, а затем — в подвал. Глаза уже привыкли к темноте и я следовал за Эй куда-то вглубь здания, пытаясь не потерять её силуэт.

Вскоре она замерла около засыпанного лаза у самой земли, посмотрела по сторонам и поманив меня за собой, легла на пол и заползла внутрь. Я последовал за ней и в очередной раз поблагодарил судьбу, за то, что не закинула мой разум в тело какого-нибудь амбала.

Ползти было недолго и вскоре моя рука, не почувствовав сопротивления ушла вниз.

— Мы пришли, — тихим голосом оповестила меня Эй.

— Я ничего не вижу, — прошептал я в ответ. — Где мы, как ты здесь ориентируешься?

— Спускайся, здесь невысоко, — услышал я подсказку.

Немного прополз вперёд и, согнувшись пополам в животе, дотронулся до пола. Дальше, в одно движение стёк вниз, без каких-либо опасений.

— Выстави руки вперёд, на уровне пояса и тихонько иди, только никуда не сворачивай, — последовала очередная подсказка от девочки.

Послушно исполнил команду и вскоре наткнулся на что-то, похожее на перила.

— Что это? — спросил я. — Куда дальше?

— Поверни налево, — снова подсказала она, — только осторожно, там начинается лестница, ты поймёшь.

Я двинулся вслед за голосом и вскоре перила под рукой изменили угол, предупреждая о том, что впереди тоже не всё гладко. Начал осторожно спускаться вниз и вскоре опять услышал вкрадчивый шёпот.

— Дальше не иди — там ничего нет, прикрой глаза, — последовали команды.

Не задумываясь прикрыл глаза и понял, отчего предостерегала Эй. Она потянула на себя дверь, которая со скрипом отошла в сторону, а за ней разлился яркий, электрический свет.

Когда я проморгался, то не мог поверить своим глазам.

Самая обыкновенная квартирная планировка, но мы же спускались не меньше двух этажей, я точно насчитал четыре лестничных марша. Стены, конечно, голые, хотя как сказать: кое-где просматривались остатки обивки, высокие потолки с лепниной, под которым не сильно ярко светила лампочка. Это вначале она ударила по глазам, а теперь — едва могла разогнать мрак из углов.

— А куда ты дела мертвецов? — удивился я. — Как ты вообще смогла их сюда затащить?

— Я спрятала их в другом месте, пойдём, покажу, — поманила Эй за собой.

Я послушно двинулся следом. Мы миновали несколько комнат, вышли через другую дверь и опять оказались в темноте. Снова лестница, теперь уже вверх и дальше прямо. Шли недолго, по моим прикидкам — примерно пару зданий, хотя в такой темноте ничего не разобрать. Передвигаться приходилось, держась за стену и слушая указания Эй.

— Мы пришли, — кажется ещё тише зашептала она. — Только тихо, нас могут услышать.

— Я ничего не вижу, — чуть ли не одними губами прошипел я, хотя появилось ощущение, что мрак слегка рассеялся.

— Посмотри наверх, — указала направление Эй.

Я поднял глаза и увидел то, о чём говорила девочка.

Чуть впереди имелась дыра в потолке, через неё проходил едва заметный свет, но потолком она не ограничивалась. Насколько хватало глаз, а я почти ничего не видел, эта дыра уходила вниз, буквально в метре перед нашими ногами. И она однозначно была очень глубокой, потому как трупного запаха я не слышал от слова «совсем».

— Что это? — задал я идиотский вопрос.

— Яма, — вполне доступно пояснила Эй, — говорят, у неё нет дна.

— Это я, кажется, понимаю, — поёжился я. Не будь со мной проводницы, шагнул бы туда и всё, нет больше Безликого: — Ты сбросила их туда?

— Да, она начинается почти сразу там, где ты оставил мертвецов, — прошептала Эй. — Их всего-то и нужно было слегка подтолкнуть.

— Но я ничего там не видел, — задумался я.

— Потому что смотреть не умеешь, — упрекнула меня девочка. — Там рядом такой же лаз есть, как тот, через который мы сюда попали. Только он ведёт сразу в яму.

— Понятно, — протянул я.

— Пошли отсюда, я не люблю это место, — дёрнула меня за рукав Эй. — Я покажу тебе ещё кое-что.

Возвращались по тому же пути, но войдя в уже знакомую комнату, подошли к окну. Из него вёл тоннель, кое-как укреплённый досками. Его копали вручную и это было просто очевидно. Дальше мы перешли в другое здание, где точно так же горел тусклый свет, затем вышли через дверь и спускались в темноте ещё несколько этажей вниз, чтобы оказаться в подземном переходе.

Других ассоциаций у меня просто не нашлось. Выложенные мраморной плиткой и пол и стены; арочный свод над головой, выкрашенный в белый, а вдоль стен — торговые ларьки, со стеклянными витринами. Именно здесь Эй и подобрала себе платье, а возможно, ещё и тряпичную куклу. Я опустился на пол и прижался спиной к стене. У меня просто не было слов от того, что открылось взгляду.

— Лет двести назад, говорите? — пробормотал я. — Да где я, чёрт возьми?

— Это мой подземный дом, — снова доступно объяснила мне Эй. — Тебе что, не нравится здесь?

— Нет, что ты, очень даже нравится, — криво усмехнулся я, — даже больше, чем ты можешь себе представить. Как ты нашла это место? Ведь там совершенно ничего не видно.

— Вначале я пряталась там от вонючек, — ответила девочка, — а потом мне стало интересно. Я украла свечи и начала бродить здесь. А чтобы не заблудиться, я считала шаги запоминала повороты.

— Здесь ещё много ходов? — спросил я.

— Наверное, я когда вот этот нашла, дальше не ходила — там страшно, — ответила она. — Но теперь мы можем ходить здесь вдвоём и нам страшно не будет. Там дальше много ходов, а из одного что-то постоянно гудит.

— Гудит говоришь? — заинтересовался я.

— Ага, у-у-у-у, — монотонно, насколько было возможно, низким голосом попыталась изобразить она, — Вот так.

— Давай выбираться, — поднялся я с пола. — Скоро люди начнут просыпаться, нам нужно успеть домой. Здесь и вправду тяжело дышать. Позже, мы снова вернёмся и всё осмотрим.

Мы успели выбраться до рассвета и по дороге домой, встретили всего пару полупьяных людей, возвращающихся откуда-то с гулянки, а может от любовниц.

Мира спала и, чтобы её не будить, мы тихо поднялись наверх, скинули свои грязные вещи в ванной и отмыли грязь холодной водой, поливая друг другу из кувшина. Затем разошлись по комнатам, до стандартного подъёма можно было поспать ещё примерно полчетверти. Девочке — так вообще, хоть до обеда.

А у меня завтра дела. Нужно придумать, как затащить этого кабана в нищий квартал и умудриться затолкать его в бездонную яму, через узкую, засыпанную щель.

Глава 5

Задача выполнена.

Мне надоело ломать голову о том, как заманить клиента в нищие кварталы и я решил прибегнуть к помощи.

Дарий давно уже вернулся из поездки, в которую направился для поисков затерянного города. Новостей по этому поводу у меня не было никаких, ввиду того, что я ни разу не виделся ни с Мортисом, ни уж тем более, с бывшим хозяином. Кажется, настало время посетить старых друзей, а заодно попросить их о помощи в моём, щепетильном вопросе.

Раз уж мы связаны определённой тайной, то есть вариант, что они выручат, не бесплатно, конечно, — в обмен на некую информацию. Рассказывать Дарию о городе под землёй я не собирался. Во-первых, я ещё сам не знал — есть ли там что-то ценное внизу, или кланы давным-давно всё оттуда выгребли. Во-вторых, я собирался вначале сам всё изучить и понять, а заодно рассмотреть возможность воспользоваться этим местом в личных интересах. Было ещё и в-третьих, — обещание Эй, никому не рассказывать о нашем секрете.

Последнее может и не так важно для взрослых, но вот в её возрасте, такое вполне можно посчитать предательством. А мне очень не хотелось с ней ссориться. Она сразу убежит и вернётся к прежнему образу жизни, вот только прятаться станет уже негде.

По сути, мне должно быть плевать на неё и на то, как она будет жить, но это не так. В своей прошлой жизни я усвоил один урок: сироты должны помогать друг другу. Это неписаный закон.

Всё потому, что у нас нет другой семьи, помимо нас самих и, скорее всего не будет, кроме той, что создадим сами. Да, многие скатывались в яму после того, как их выпускали во взрослую жизнь, но немало из наших заняли высокие посты и заработали денег. Опустившихся мы тоже не бросали и как могли помогали друг другу, но делалось такое не на постоянной основе. Если ты помогаешь кому-то подняться на ноги, а тот снова скатывается в пропасть, значит, он слаб. Слабость в нашей семье не признаётся от слова «совсем».

Так что я никак не мог предать доверие Эй и вышвырнуть её обратно на улицу. Конечно, все эти высокопарные речи о помощи и семье не более, чем слова и по факту, соблюдались от случая к случаю. Да плюсом ко всему, просить у нас тоже не принято, так и выходит, что жизнь всё равно делит нас на успешных и неудачников.

— Здравствуй Скам, — я стоял, улыбаясь у калитки дома Дария. — Хозяин дома? Можно мне войти?

— Мы думали, что больше никогда тебя не увидим, — ответил тот, никак не показывая, рад он мне, или же наоборот, — конечно, входи.

Я прошёл на веранду, но на этот раз смог позволить себе развалиться в кресле. Через несколько минут появился хозяин дома и на его лице была самая искренняя улыбка.

— Вот уж кого не ждали, — расставил он руки в стороны и когда я поднялся ему навстречу — обнял. — Ну как ты? Я когда узнал о твоём поражении — не поверил и оказался прав.

— Не об этой ли судьбе ты мне говорил, когда отговаривал от убийства Ярга? — усмехнулся я, — уж больно гладко всё произошло.

— Ну, я догадывался, — неопределённо покрутил рукой тот. — Ходили разные слухи и всё такое, но на тот момент ты явно был не готов воспринимать всё это.

— Ты всегда забываешь, что юн я только снаружи, — спокойно ответил я и налил себе немного вина, — ведь я к тебе по делу.

— Что-то нашёл? — тут же загорелся в глазах Дария огонёк фанатизма.

— Что я мог найти за пару недель? — пожал я плечами. — Мне скорее требуется твоя помощь в одном деликатном вопросе. Но давай об этом чуть позже. Расскажи мне, что удалось найти тебе?

— Да в общем-то, ничего достойного внимания, — как-то грустно вздохнул Дарий, — я попытался отыскать несколько старых городов в пределах Империи.

— И что в итоге? — спросил я, уже зная ответ заранее.

— Да ничего, — оживился он, — такое чувство, что их никогда и не было. Если судить по тому, что ты говорил о карте, о том, как отличить крупный город от маленького, то вышла очень странная картина.

— Я тебя не понимаю, — виновато улыбнулся я.

— Я сам ничего не понимаю, — вскочил с дивана тот. — Малые города просто исчезли с лица земли, их нет. Там теперь поля и леса, понимаешь? Но как можно спрятать целый город? А знаешь, что стало с крупными, как ты их назвал: «Областными центрами»?

— Даже не догадываюсь, — я попытался сделать серьёзный вид.

— На их месте построили новые, — воздел руки к небу Дарий. — Как такое возможно?! Всего каких-то две сотни лет и ни одного следа?!

— Что произошло в этом мире? — спросил я. — Что такого могло случиться, что города исчезли?

— Если бы я знал, — покачал головой тот. — У меня больше нет ответов, нет подсказок. Каждый раз, когда мне кажется, что я уже близко, оказывается, что это очередная стена! Ладно, Мортис пытается выяснить кое-что, возможно эта информация немного прояснит ситуацию в целом. Но хватит обо мне, — Дарий успокоился, сделал большой глоток вина и вновь сел напротив. — Что у тебя?

— Да я пока ничего не понимаю, — пожал я плечами, — по сути, мне дали работу ликвидатора и неплохо за неё платят, вот и всё. Ни к каким секретам и тайнам я не допущен. Фактически, являюсь рядовым членом, как-то так, — я покрутил рукой в воздухе, изображая неопределённость.

— Ну чего-то такого я и ожидал, — кивнул тот. — Ты ведь что-то хотел?

— Да, мне нужно, чтобы ты заманил одного человека в нищий квартал, — с серьёзным лицом сказал я. — Ты должен его знать — это член нижней палаты министров: Кушт.

— Так вот какой законопроект они проталкивают, — вытянул лицо в удивлении Дарий, — ну что же, лично для меня это будет только на пользу.

— О чём это ты? — приподнял я бровь.

— Кушт, он находится в оппозиции относительно нового закона, который разрешит кланам иметь собственные армии, — начал объяснять тот. — Они очень долго бились над этим вопросом и вот, наконец, смогли продавить его в министерство. Если его задавят на нижней палате, то придётся начинать всё с самого начала.

— И что в этом хорошего для тебя? — не совсем понял я.

— Да дело в том, что там имеется один очень приятный пунктик, — усмехнулся Дарий, — Армии будут формироваться из невольников, а у меня, как ты знаешь довольно знаменитая школа гладиаторов. Я достаточно засиделся на этом рынке и слишком много здесь зависит от удачливости. А так, я смогу переквалифицировать её в хорошую подготовительную базу. Войны идут постоянно и это очень прибыльное дело.

— Хм-м, видимо, мы можем неплохо помочь друг другу? — усмехнулся я, — в очередной раз.

— Кстати, — Дарий снова подскочил с дивана, — ведь я задолжал тебе довольно хорошую сумму, — с этими словами он ушёл в дом.

Появился через несколько минут с тугим кошелём и прямо от двери бросил его мне. Поймав его, я развязал лямки и, заглянув внутрь, едва удержав возглас удивления.

— Неужели шлюхи с пира́ми на столько дороги? — спросил я, завязав кошель. — Здесь по меньшей мере пара сотен золотых!

— Две с половиной, если быть точным, — улыбнулся тот. — Я позволил добавить немного от себя. Ты позволил заработать мне в десять раз больше.

— То есть, хочешь сказать, что мои схватки принесли в твою мошну две с половиной тысячи золотом? — не смог сдержать я удивления.

— Ну, если не брать в расчёт ставки, — захохотал Дарий, — да, около того.

— Ты поможешь мне? — спросил я.

— С Куштом? — задал риторический вопрос тот и сам на него ответил: — Само собой, мне вообще не нравится этот жирный урод. Вечно надменный вид, будто пуп земли, тьфу.

— Тогда слушай, что нужно сделать, — сделался серьёзным я.

Не забыл я и старых друзей посетить. Попил чай со Скамом и Греттой, поделился впечатлениями о свободной жизни с Молотом и Ортисом. В общем, будто к родным людям в гости заехал, а, впрочем, оно так и было. Они даже лишних вопросов не задавали, понимая, что моё отсутствие было вынужденным.

*****

Дав ценные указания Дарию, я отправился готовить место встречи. Для начала, необходимо произвести с собой некие изменения и поможет мне в этом Роф. Всё, что нужно, так это рабский ошейник, который я смогу снять в любое время. Думаю, с таким изделием у него проблем не возникнет.

План был прост: чтобы не тащить эту тушу через половину квартала, я переоденусь рабом и заведу его в нужную часть. От Дария требуется лишь заманить Кушта поближе к злачному месту. Сама приманка простая, как и всё, что на самом деле работает. Министр просто обязан знать о дружбе Дария с Мортисом, иначе какой он после этого политик. Так вот, старший советник Императора передаст весточку через Дария, о том, что им нужно встретиться и обсудить этот самый новый закон. Опять же, он в курсе того, что Император ярый противник кланов и всячески старается понизить их влияние на власть.

После того как Дарий передаст весть, Мортису требуется несколько раз кивнуть Кушту в течение рабочего дня, ну и всё, дело сделано. Министр примчится к месту встречи со скоростью, которой позавидуют самые быстрые скакуны в Эллоне.

Мне лишь останется подвести его к нужному месту, убить и спрятать тело. Впоследствии, даже если кто-нибудь что-то прознает о договоре с Дарием, всегда можно сказать, что он не явился на встречу.

К завтрашнему дню всё должно быть сделано и мне останется только исполнить заказ. Ах да, ещё нужно умудриться эту тушу в узкую щель затолкать. Ну здесь ничего сложного, всего лишь расширить лаз, чем я сейчас и попытаюсь заняться.

Роф конечно удивился мой просьбе, но буквально через пару минут вынес готовый ошейник и, покопавшись в ящиках под верстаком, подобрал шплинт для временной фиксации. За всё взял с меня пять медяков, а по поводу лопаты, вначале послал куда подальше, дабы я не позорил его честное имя оружейника, а затем с презрением указал где найти криворукого кузнеца, который кроме лопат и граблей больше ни на что не способен.

Сейчас, я со своим новым приобретением шёл домой, время к обеду и появляться в нищем квартале с инструментом лучше не стоит. Все дела отложены на ночное время суток.

Мира с Эй занимались математикой, когда я вошёл в дом. Девочка сразу подпрыгнула и хотела улизнуть от скучной учёбы.

— Эй, это нужные и полезные знания, — попытался объяснить я девочке необходимость науки, — как ты собираешься жить, когда меня не станет? Нужно уметь читать, писать и считать.

— Я умею считать, — заупрямилась Эй.

— Ты просто знаешь порядок цифр и то не весь, — усмехнулся я, — а нужно уметь ими оперировать. Так что давай, возвращайся к занятиям и не спорь.

— Это скучно, — сморщилась девочка, — можно я лучше буду учиться бить по мешкам, как ты?

— Можно, но только в виде дополнительной дисциплины, — хитро прищурился я. — Ты обязана получить знания, это очень важно для взрослого человека.

— Ладно, — закатила она глаза к потолку и вернулась к занятиям.

Вскоре Мира подала обед, а после мы с Эй отправились в спортзал, который ещё не до конца был оборудован, но игрушек здесь уже хватало.

Время до вечера пролетело незаметно и снизу начали доноситься запахи ужина, а через некоторое время в дверях появилась Мира и пригласила за стол.

После ужина — привычный отдых с кружкой чая на подоконнике, а Эй изучает грамматику и учится писать.

Наконец на Эллон начали опускаться сумерки, город погружался в темноту и вечернюю прохладу. Люди высыпали на улицу и праздно шатались, наслаждаясь видами реки и заката. Ещё немного и горожане разойдутся по домам, заберут с улицы детей и настанет время любителей выпивки и шлюх, что повлечёт за собой отток жителей из нищего квартала. Чего я, в общем-то, и жду.

Копать при неровном свете свечи, то ещё занятие. И дело вовсе не шло так легко, как мне думалось вначале. Стоило снять слой грунта толщиной сантиметров пять, как начались первые проблемы: осколки битого камня, которые спрессовались так, что их невозможно было сковырнуть. Пытаюсь раскопать один камень, как лопата тут же звенит о другой и так со всех сторон. А они улеглись настолько плотно и заперли друг друга неровными краями, что без лома ну никак не обойтись.

Проковырявшись в темноте не меньше часа, я несколько раз загнул лопату, пытаясь подковырнуть камни и плюнул на это занятие. Гораздо проще этому жирдяю кишки выпустить и уменьшить его габариты в талии, а при необходимости и вообще на части поделить.

Забросав свою деятельность землёй, я притоптал её, придавая первоначальный вид, пошаркал ногой, разгладив неровности и критически осмотрел это место. Ну, если не присматриваться, то сойдёт, а сюда вряд ли кто будет нос совать кроме местных, которые, как я понял, с завидной периодичностью скрывают в этой яме следы собственной деятельности.

Даже интересно, насколько глубока эта дыра, и после чего она здесь осталась? Жаль, но на этот вопрос я скорее всего никогда не смогу найти ответа.

Домой я вернулся весь грязный и стараясь никого не будить отправился в ванную. Едва я успел помыть руки, как сзади раздался детский голосок.

— Ты ходил туда без меня? — обиженным тоном спросила Эй. — Так нечестно — это моё место, я тебе его показала.

— Так, послушай меня, Эй, — уселся я перед девочкой прямо на пол, — ты помнишь, как помогала прятать моих мертвецов?

— Да, — серьёзно кивнула она.

— Так вот, завтра мне нужно будет спрятать там ещё одного, а он настолько жирный, что в щель сможет пролезть только одна его нога, — улыбнулся я и девочка повторила мою эмоцию. — Я собирался сделать лаз пошире, вот и всё.

— Честно? — прищурила она один глаз.

— Зуб даю, — улыбнулся я и щёлкнул ногтем о верхний резец.

— Что это значит? — не поняла Эй.

— То, что если я тебя обманываю, можешь мне его выбить, — пояснил я.

— Мне нравится, — довольно кивнула она и повторила мой жест.

— А теперь иди спать, — подтолкнул я её к выходу.

Эй ушла, а я так и остался сидеть на полу в какой-то задумчивости. Нет, как дочь, я её не воспринимал, скорее, — как младшую сестру. Опять эти странные эмоции внутри и они уже пугают. Я никогда не был мягким человеком, что-то здесь не так. Может быть, химические процессы тела заставляют меня привязываться к людям? Или мне досталась часть эмоциональности от предыдущего хозяина?

Ещё была очень удивительная странность, это быстрая регенерация. По своей прошлой жизни я прекрасно помнил, сколько заживает шрам после хирургического вмешательства. Зашитый, продезинфицированный, обработанный антисептиками и лекарствами изнутри. А моя отрубленная кисть заросла практически за месяц. Да и тот порез на рёбрах, затянулся в течение двух недель и это более чем странно. Нужно поинтересоваться вообще, а у всех подобное происходит, или я единственный такой, можно сказать: исключительный? Такие травмы могут беспокоить годами, а тут — раз и я снова на песке.

Ладно, этими вопросами я ещё успею заняться, а сейчас мыться и спать.

Весь следующий день я вёл наблюдение за клиентом. Видел, как он собирался на работу, как приехал на обед, как неспешной походкой к нему в гости направился Дарий. Затем Кушт выскочил из дома раньше обычного и помчался в сторону центра, на работу в здание министерства. Ближе к концу рабочего дня туда пожаловал Мортис и мышеловка захлопнулась.

Видимо, наступления ночи Кушт едва смог дождаться, повозка донесла его до центральной площади где он её и отпустил. Постоянно оглядываясь и озираясь, он направился в сторону нищего квартала, вот только был он не один, а с двумя здоровенными охранниками. Этот момент я не учёл, а стоило бы.

Трусливость клиента сделала своё дело и он прихватил с собой рабов, которые выполняли роль сторожей на территории дома. Ну, а с другой стороны, чего я ожидал, когда просил назначить встречу в таком месте? Любой нормальный человек озаботился бы собственным здоровьем, переступая границу нищего квартала. Сюда даже стража старается не заходить в вечернее время суток.

Срезав дорогу по крышам, я выскочил в проулок и остановился у стены, сделав вид, что уже давно ожидаю министра. Ошейник на своём законном месте, повязку на бёдра я ещё не разучился надевать, так что всё идёт по плану, ну или почти всё.

Кушт появился в переулке спустя пару минут, он нервничал и постоянно потел, вытирая лицо платком.

— Господин Кушт, — вышел я перед ним и поклонился.

— Тьфу ты, едрить твою растудыть! — чертыхнулся тот, — Ты что, раб, совсем обалдел? Выскакиваешь на добрых людей, как демон?!

— Простите моё невежество, господин, — ещё раз поклонился я, едва сдерживая улыбку, — господин Мортис ожидает вас.

— Где он? — спросил тот. — Зачем он заставил меня тащиться в эту дыру?!

— Этого мне неизвестно, господин, — ответил я. — Пойдёмте со мной, господин Мортис не любит долго ждать.

Они двинулись всей троицей.

— Прошу простить меня, господин Кушт, — остановился я и поклонился в очередной раз, — но мой хозяин дал чёткие инструкции: вы должны быть один.

— Да хрен я сунусь в этот гадюжник без охраны! — возмутился тот.

— В таком случае я вынужден передать хозяину, что вы отказались, — поклонился я, — простите за беспокойство.

— Да чтоб тебя, — ещё сильнее занервничал министр и обернулся к амбалам. — Ладно, ждите здесь, я скоро, — недовольным голосом произнёс тот и вытер мгновенно вспотевшее лицо.

Мы прошли слегка вперёд по переулку, свернули за угол и через несколько домов оказались в нужном месте. Я поклонился и указал рукой на низкий вход в полуподвальное помещение.

— Прошу, господин Миртис ожидает вас внутри, — произнёс я и министр сделал шаг в свою могилу.

— Мортис, старый ты хрен, какого ты заставил меня переться в эту… — договорить он уже не успел.

Длинное, тонкое, трёхгранное шило, которое я припрятал в начале ночи, оставив в щели над дверной коробкой, сочно щёлкнуло, зайдя в приёмник протеза, и в следующее мгновение пробило со спины сердце жирдяя. Оно вошло в него, будто в тёплое масло, не почувствовав никакого сопротивления — точно между рёбрами.

Кушт хрюкнул и замер на месте, а буквально через секунду, повалился мешком на землю, едва не выдернув мне руку из сустава.

Дело можно считать законченным, если бы не одно но: два свидетеля в переулке за углом, которые могу опознать меня.

Их, конечно, можно оставить остывать прямо там, но появятся ненужные вопросы.

Упираясь изо всех сил, я затянул жирного министра поглубже внутрь помещения и отправился за амбалами. Те так и стояли, подпирая спинами стену поставив дубинки рядом.

— Эй, парни, вас хозяин кличет, — вывернул я в переулок, махнул им рукой и тут же скрылся обратно.

Оба появились через некоторое время, а я уже стоял у входа в «склеп» и указывал пальцем на вход. Узколобые здоровые детины даже ничего не заподозрили, переглянулись и спокойно пошли в указанную сторону, а я ждал их появление внутри, в полной темноте, прижимаясь спиной к входной стене.

Первого я пропустил мимо себя и едва появился силуэт второго, как я быстрым движением вонзил ему шило в ухо, погрузив двадцать пять сантиметров стали в голову почти полностью. Он ещё стоял, вращая глазами, а я уже занялся его напарником. Удар в спину получился смазанным, потому что он начал поворачиваться на шум позади, но это отодвинуло от него костлявую всего на мгновение.

Я присел на корточки, уйдя из поля зрения, и следующим же ударом снизу, просунув шило под рёбрами, поразил и его сердце. Затем вернулся к первому амбалу и на всякий случай сделал контроль, пробивая мозг через глазницу. То же самое ожидало и остальных двоих, хотя в их смерти я уже не сомневался.

А вот теперь началось самое сложное — утилизация тел.

Мясницкий топорик, который мне удалось отыскать в доме, был не сильно большой, но с костями и хрящами должен справиться, а жилы и мясо возьмёт на себя тесак. Всё это уже дожидалось своей очереди внутри тёмного помещения.

Мясо чавкало под ударами тесака и топорика, но дело шло довольно быстро. Самый неприятный момент — это вскрытие толстого министерского брюха; здесь, главное не задеть кишечник, иначе вонь начнётся такая, что вся улица будет в курсе происходящего в этом месте.

Я скидывал части тел в яму и невольно прислушивался, в надежде, услышать хоть какой-нибудь звук, говорящий о глубине этого провала. О том, что это было сделано человеческими руками я даже и помыслить не мог. Что-то случилось в этом месте, а дыра образовалась от времени. Возможно, её размыло потоком воды, которому после дождя нужно куда-то уходить.

С работой я покончил почти на рассвете. Я слышал, как возвращались с промысла жители нищего квартала; и на это время пришлось затаиться и надеяться, что сюда больше никому не нужно. Но вскоре, утренняя тишина окутала город и дала мне возможность закончить начатое, а затем незаметно покинуть квартал.

Отмывался я долго и на этот раз уже без свидетелей. После этого замыл грязь с пола и отправился спать.

Завтра не нужно никуда спешить, не нужно рано вставать, так что пусть этот день будет считаться выходным, будто я опять одержал победу на арене.

Глава 6

Тем временем, Ярг.

За две с лишним недели у него многое изменилось. Несколько заданий, которые он выполнил по собственному разумению, принесли свои плоды, а заодно и прибыль в казну клана. Глава Куниц была недовольна самовольными поступками, но не могла не признать, что это пошло только на пользу.

Большинство Генералов уже косо посматривали на неё, притом давно, ну а кому понравится, когда тобой руководит старая, безногая наркоманка. Однако в открытую выступать никто не решался; и тут появился Ярг.

Ему было плевать на морали и этику. Гросс периодически докладывал о том, что в низших членах растёт недовольство и с каждым днём оно становится всё сильнее. Понятно, что воду мутит сынок, но что она могла с этим поделать? Оставалось только ждать: когда он споткнётся, когда сделает тот самый неверный шаг, чтобы вынести его жизнь на решение Совета.

Ярг дважды за это время собирал компанию новых друзей и каждый раз на вечеринках начинались обсуждения руководства. В таких вещах нет ничего нового: все недовольны начальниками, особенно те, кто стоит ниже. В основном, конечно, дело в деньгах, потому как любая руководящая должность оплачивается выше, чем чернорабочая.

Но не только деньги являются тем самым ключом: ведь всегда все вокруг считают, что сделали намного больше, чем другие, а вот руководство этого не заметило. Собрав все факторы в одно целое, можно собрать немалую толпу единомышленников. Главное, не привлекать внимания на то, что скрывается за всем этим шумом. А спрятать за ним можно очень даже много.

Например: сейчас Ярг планомерно подставлял Генерала Гретиса. Да, он нужный человек в заговоре, но ещё более важно — занимаемая им должность. Она была нужна Яргу, иначе ликвидатору расти некуда.

Но что нужно для этого сделать? А снова всё просто, как белый день.

Надо взять и использовать в своих целях такое качество людей, как тщеславие. О-о-о-о, это один из самых лучших пороков человечества, один из самых простых и самых лёгких для манипуляции.

— А почему ты не хочешь занять её место? — спросил Ярг Гретиса. — Ты великолепный управленец.

— Да брось, Ярг, — засмеялся тот, — кто меня пустит на это место?

— А кто не пустит? — пожал плечами он. — Кто более достоин? Нет, я не говорю, что тебе нужно идти в Совет и поднимать этот вопрос, она просто убьёт тебя. Но чисто гипотетически, кто ещё мог бы занять этот пост?

— Вообще, первый кандидат — это Гросс, — подал голос Волкан. — Первый заместитель главы, тут как бы само по себе все приоритеты у него.

— Он слизняк, — расхохотался Ярг, — его самое лучшее достижение — держать свой язык поглубже, между ног мамаши. Убейте меня в тот день, когда его назначат на это место.

Грохнул хохот почти десятка гло́ток. Сегодня гостей, которые желали перемыть косточки высшему эшелону, осталось больше обычного.

— Действительно, Гретис, — подал голос ещё один единомышленник из ликвидаторов, его звали Ка́тар, — я тоже был бы не против твоей кандидатуры. А Волкан прекрасно будет смотреться на должности заместителя.

— Ну уж нет, — засмеялся тот, — увольте меня от этих забот.

— А что, Катар вполне справедлив, — усмехнулся Ярг. — Я не встречал более лучшего политика. Вдвоём вы бы составили прекрасный союз.

— Увы, это всего лишь гипотетически, — отсалютовал Гретис своим бокалом. — За мечты, господа!

— За мечты! — подхватили все остальные.

Вскоре люди стали расходиться, и практически на рассвете остались лишь те трое, с кем изначально плёл свою паутину Ярг.

— Мне показалось, или ты говорил серьёзно? — вернулся Гретис к разговору, который затих четверть назад.

— Всё зависит от твоей точки зрения, — уклонился от прямого ответа Ярг. — Ведь ты не хуже меня понимаешь, что в моей шутке, была доля правды. Ты — прекрасный управленец, посмотри, как живёт твой подчинённый, ха-ха-ха, — он обвёл свои хоромы руками.

— Но как ты себе это представляешь? — задал закономерный вопрос Шило. — Главу не получится убить, ты сам это прекрасно понимаешь.

— Убить можно любого, — сделался серьёзным Ярг, — она не Бог, а всего лишь человек. Но ты прав, открыто в такие игры не играют.

— Ты что-то задумал? — заинтересовался Волкан, которого тоже зацепили перспективы стать заместителем и оказаться у руля Куниц.

— Нет, господа, я всё понимаю, но в такие дела лезть не хочу, — отмахнулся Ярг. — Вы мои друзья, это понятно, но зачем мне всё это? Посмотрите как я живу, неужели вы думаете, что я стану этим рисковать?

— Брось, Ярг, — сделался серьёзным Гретис, а именно этого и дожидался подстрекатель, — мы же все друзья, как ты правильно заметил, неужели ты думаешь, что мы побежим рассказывать?

— Ха-ха-ха, — расхохотался тот, — об этом я подумал в самую последнюю очередь.

— Тогда что нам мешает обсудить это? — пожал плечами Генерал. — Чисто гипотетически.

— Ну-у-у, если только в теории, — хищно улыбнулся Ярг, — я бы начал копать под Гросса. Как заметил Волкан, зам — первый кандидат на должность Главы.

— Да что можно на него нарыть? — снова вставил своё слово Шило. — Ты верно подметил: он всего лишь слизняк, который хорошо работает языком.

— Через тебя, Шило, проходит вся информация, так уж и ничего нельзя в ней найти? — усмехнулся Ярг. — Тебе известно всё об играх наверху. Что планируют, как они разыгрывают свои партии, а самое главное — кто залезает рукой в бюджет.

— Ну, там не всё так просто, — смутился тот, — я лишь передаю запечатанные конверты.

— Неужели нет способа их вскрыть? — удивился сын Главы. — Наверняка, большинство из них ты сам же и запечатываешь?

— Время от времени, — задумался Шило.

— Вы просто недооцениваете собственные возможности, — устало продолжил Ярг. — Вот ты, Гретис, неужели ты не сможешь просчитать варианты смерти Гросса?

— Да с этим вообще никаких проблем, — усмехнулся тот. — Мне даже информация от Шила не потребуется.

— Ошибаешься, — покачал головой Ярг, — убить зама несложно, тяжело будет занять его кресло, а вот здесь, в игру вступят данные. Ты легко с их помощью сможешь заиметь единомышленников на голосовании и заставишь воздержаться от него неугодных.

— Об это я не подумал, — почесал макушку Генерал.

— А стоит, всегда стоит думать наперёд, — упрекнул его Ярг. — Волкан тоже твой друг и он прекрасный политик, который сможет нашептать нужные сведения кому следует и опять же, прибавить голосов в твою копилку.

— Это долгосрочный проект, — задумчиво произнёс Волкан, — даже если всё будет идти по плану, то это работа даже не на квартал.

— К сожалению, всё это гипотетически, — спрыгнул с темы Ярг, — но ты прав, Волкан, эта работа не на один день. С другой стороны, вы все сможете поправить своё положение. Даже подняв Гретиса в замы, каждый из вас может получить неплохую должность Генерала.

— Да, ты прекрасно будешь смотреться в моём кресле, — согласился Гретис.

— Не уверен, что мне это необходимо, — усмехнулся Ярг, но в душе он хохотал, ликовал: они заглотили наживку, осталось лишь подсечь в нужный момент.

А может быть и не стоит спешить? Может, действительно, установить Гретиса на должность заместителя, а Волкан станет отличным Генералом, как и Шило. Ярг, в общем-то займёт именно тот пост, на который рассчитывает в данный момент. В целом, он и так займёт его, как бы ни продолжали развиваться события. Но да, определённо стоит оставить этот план, как рабочий. Однако, компромат на этих товарищей будет совсем не лишним.

Рано или поздно придётся вскрыть заговор, чтобы самому пересесть на место Главы. Ну не ради же Генеральского поста всё это затевалось. Ярг привык быть первым, а Генерал — это даже не второй: так он будет лишь один из многих и такой вариант просто неприемлем.

Гости разошлись и Ярг отправился спать. Он прикрыл глаза и с улыбкой прокрутил в голове все сегодняшние события.

Всё идёт даже быстрее, чем он думал: Гретис заглотил наживку сразу, хотя Ярг планировал, что ему нужно будет дозреть. Да, он недооценил тщеславие этого человека, как и Волкана. С ним, даже не пришлось озвучивать предложение самому: всё прошло, как по маслу.

Утро не принесло никаких хлопот и Ярг начал его с зарядки. Затем перешёл к плаванию и закончил дыхательной гимнастикой в воде. Рабы подали завтрак, и пока он принимал пищу, в голове крутились планы на будущее.

Сейчас он хотел отрезать все поставки опия для Главы. Это единственное средство, которое помогает ей справиться с болью — нужно лишить её этого. Тогда она станет чаще ошибаться, боль не даст сосредоточить внимание на главном: на делах.

Гросса свяжут эти трое, наверняка до него уже дошли слухи о вчерашнем разговоре. Да, он слизняк, но далеко не дурак, скорее всего, он сразу просчитает на кого будет нацелен первый выпад. В этой партии он та самая фигура, которую постараются вывести из игры в первую очередь.

Гретис и Волкан, скорее всего, сегодня же и начнут действовать — пока, конечно, на уровне разведки. Станут просчитывать тех, кто вероятнее всего займёт их сторону и тех, кто окажется против. К тому же, всегда найдутся и те, кто захочет обойти их в этой игре, и сами попытаются подняться по лесенке.

— Эй ты, — махнул он рукой рабу, стоявшему рядом, — позови управляющего и пошевеливайся.

Раб тут же бегом отправился в дом и через минуту появился старший раб.

— Вы хотели меня видеть, господин, — поклонился тот.

— Видеть вас, животных, мне как раз хочется меньше всего, — раздражённо бросил Ярг, — найди мне Шило, моего связного. И поскорее.

— Слушаюсь, господин, — снова поклонился управляющий и сразу же покинул территорию дома.

Ярг, дождался, пока уляжется еда и снова отправился на тренировочную площадку. Дел в клане на сегодня не было, а своё прошлое задание он сдал пару дней назад. Однако, просто так валяться он не привык, да и тело станет заплывать жиром, а впоследствии, и до мозгов дело дойдёт.

Шило появился спустя половину четверти и присел на шезлонг, стоящий недалеко от площадки, где вовсю молотил ногами грушу Ярг.

— Вы настоящий профи, господин, — показал Шило большой палец, — я никогда не видел такой техники.

— А ты думаешь, звание чемпиона арены даётся за красивые глаза? — даже не останавливаясь, ответил тот. — Мне кое-что от тебя нужно, Шило.

— Вы же знаете, господин, я полностью в вашем распоряжении, — тут же ответил связной.

— Брось это дерьмо, Шило, мы же друзья, — остановил тренировку Ярг и вытер лицо полотенцем. — Кроме нас здесь никого нет, так что оставь эти церемониальные речи для придурков из клана.

— Как скажешь, Ярг, — улыбнулся тот, — говори, что хотел, я постараюсь помочь тебе.

— Мне нужно знать, кто поставляет в Тавию опиум, — сказал Ярг и рухнул в шезлонг рядом с Шилом.

— Здесь нет тайны, — улыбнулся тот. — Этого человека зовут Шрам, ты сможешь найти его в таверне Дикий Кабан.

— Что ты знаешь об этом Шраме? — продолжил интересоваться чемпион.

— С чего вдруг такой интерес? — удивился Шило. — Неужели ты хочешь… — и тут на его лице расплылась плотоядная улыбка: — Не может быть! Ты всё решился вступить в игру?

— Может быть, Шило, — усмехнулся тот. — Для начала я хочу отрезать от неё поставки, а там посмотрим.

— Шрам — опасный человек: в этом деле он очень давно и там крутятся большие деньги, Ярг, — начал связной со страшилок. — Своё прозвище он получил не за то, что носит шрамы, на нём их практически нет, он режет лица тех, кто перешёл дорогу ему. Крест-накрест, — Шило изобразил рукой в воздухе, как именно это делает контрабандист. — Он ни за что не прекратит поставки опия в город.

— Это мы ещё посмотрим, — усмехнулся Ярг. — Что ещё ты знаешь? Насколько большие партии под его контролем.

— Судя по тому, что сейчас межсезонье, то не очень крупные, — задумался тот, — Новый урожай только отцвёл и коробочки ещё не завязались, а старый разлетелся, как горячие пирожки.

— Ты знаешь, где его поля? — спросил Ярг.

— Конечно, здесь тоже нет никакой тайны, — пожал плечами Шило, — ты и сам их, скорее всего, видел, когда сходил с поезда. Они по обеим сторонам от путей. Сейчас рабы высаживают плантацию, что уже отдала своё. Через пару дней, начнут собирать новую.

— Спасибо, Шило, — кивком поблагодарил Ярг, — Можешь идти, у тебя наверняка ещё много дел.

— Что есть, то есть, — усмехнулся тот, — осторожнее с ним, Ярг, он действительно очень опасен.

— Не опаснее меня, — криво усмехнулся тот и с разбегу прыгнул в реку.

Вечером Ярг отправился в таверну Дикий Кабан. Заведение так себе, но он понимал, что это всего лишь прикрытие, хотя Шрам особо и не прятался. Есть ли в этом смысл, когда Глава клана Куниц является твоим клиентом.

Ярг нашёл Шрама сразу, стоило справиться о нём у человека за стойкой и представиться самому.

— Здравствуй, Шрам, — по хозяйский вошёл в его кабинет Ярг и сразу же опустился в кресло напротив стола.

— И тебе не хворать, Ярг, — ответил тот. — Чему обязан?

— Дело у меня к тебе, — задумчиво ответил Ярг и, приподнявшись, выхватил карандаш из резного органайзера на столе, и принялся крутить его между пальцев.

— Я уже говорил людям Янги, что товара не стоит ждать в ближайшую неделю, — спокойно ответил Шрам. — Если Куницы думают запугать меня ликвидатором, то они заблуждаются.

— Мне нужно другое, — усмехнулся тот. — Я не собираюсь угрожать тебе, я хочу сделать тебе предложение.

— А я жениться не собираюсь, — улыбнулся тот.

— Будешь хамить, я вырву тебе кадык, — спокойно отреагировал Ярг.

— А ты не много ли о себе возомнил, мальчик? — продолжил мило улыбаться Шрам, — Или ты думаешь, я не в курсе ваших отношений с матерью. Да она мне только спасибо скажет, если я сверну тебе шею.

— Мы будем письками мериться, или поговорим, как деловые люди, — спросил Ярг и кистевым броском послал карандаш мимо уха Шрама, вонзив его в спинку кресла.

Шрам лишь криво ухмыльнулся на это действие, но дальше грубить не стал.

— Я тебя слушаю, Ярг, — сложил он руки на груди и откинулся на спинку.

— Что ты думаешь о рынке в Эллоне, — посмотрел ему в глаза Ярг, — у меня там осталось много знакомых.

— Очень щедро с твоей стороны, но Император строго относится к опию в столице, — покачал головой тот, — или ты считаешь, что я не интересовался перспективами рынка?

— Я предлагаю тебе вывести товар сразу в элитную часть города, — продолжил Ярг, — а не торговать им в нищих и рабочих кварталах. У меня остались очень влиятельные знакомые, которые с радостью выкупят полную партию с твоего поля по двойной, а может и тройной цене. Или ты так и собираешься прогибаться под маму, и питаться жалкими объедками?

— Что ты хочешь взамен? — заинтересовался Шрам.

— Совсем чуть-чуть, — отмахнулся Ярг. — Думаю, процентов пять меня бы вполне устроило. Я сам отвезу партию и передам её в нужные руки, канал останется только моим, и за это я возьму всего пять процентов.

— Речь идёт о сумме, в три тысячи золотых, — приподнял бровь Шрам. — Ты думаешь, я доверю тебе такой объём товара?

— О девяти тысячах, — усмехнулся Ярг, — Я же сказал, что смогу утроить стоимость.

— Где гарантии, что ты не свалишь с моим опием? — немного подумав, продолжил тот.

— Ты верно шутишь? — приподнял бровь Ярг, — Или может спутал меня с кем из своих шестёрок? Три тысячи? Ты серьёзно?

— Девять, — поправил Ярга Шрам, а это означало, что он принял предложение.

— Ах да, едва не забыл ещё кое-что, — спохватился ликвидатор, — у меня к тебе будет ещё одна незначительная просьба.

— Как правило, в таких просьбах и кроется весь подвох, — в очередной раз ухмыльнулся Шрам, — я весь во внимании.

— Я хочу, чтобы ты прекратил поставки опия маме, — с невинным видом озвучил пожелание Ярг.

— Ты в своём уме?! — возмутился тот. — Как ты себе это представляешь?!

— Собери урожай ночью и сожги поле, — пожал плечами тот. — Девять тысяч, Шрам, за одну сделку и сразу, а не по тем крупицам, что ты привык.

— Через пару недель подойдёт вторая плантация, или ты предлагаешь действовать также и с ней? — подумав, задал вопрос Шрам.

— К этому времени я что-нибудь придумаю, — беззаботно ответил тот.

— Уж постарайся, я не хочу, чтобы моё место занял кто-то ещё, — выдержав паузу, всё же дал своё согласие Шрам. — А ты не так прост, мальчик.

— Готовь партию, дядя, — в тон ему ответил Ярг и покинул кабинет.

Половина дела сделана, осталось завершить начатое. Ярг прикинул время и повернул в сторону здания вокзала.

Примерно через половину четверти должен быть проходящий поезд до Эллона и он собирался на него попасть. Сделка обязана состояться, и он знал, как это устроить. Как только Шрам получит свои деньги, он сам включит мозги и придумает, как отказать Янге, в этом Ярг не сомневался.

Это пока он не совсем верит в успех мероприятия, но как только золото окажется в его руках, Шрам ни за что его не выпустит. Главное, чтобы он не нарушил обещания: любая, даже самая крохотная поставка опия Главе, порушит все планы Ярга, но он будет строго следить за исполнением договора.

Глава 7

Информация.

Безликий.

В клан меня вызвали только спустя отведённый для задания срок. Вначале, как всегда явился Мыш, и передал сообщение, на этот раз никакого конверта не было. Судя по всему, всё скажут на месте, а заодно, и в глаза посмотрят. Неплохой шанс, начать задавать вопросы.

По идее, у меня должен быть доступ к определённому пласту информации, должны же быть в этом мире архивы. Так не бывает, чтобы имелась вертикальная власть и без бюрократии: вот это уж точно фантастика. Есть закон, есть аппарат власти, должны быть и ведомства, которые хранят всю эту работу, на бумаге.

Если я всё правильно понял, то там, внизу и есть та самая цивилизация древних. Насколько он под землёй? Судя по количеству этажей, что мы спускались до пешеходного перехода через дорогу, а я насчитал четыре… Мать моя, да это же метров пятнадцать, как минимум.

Кто-то прорыл тоннель через улицу между домами, потому как вход в переход был под другим домом. Значит, кланы точно в курсе про этот город под землёй. Эй сказала, что там что-то гудит, интересно было бы узнать, что именно. Скорее всего, — генераторы, что по сей день питают город. А дома сверху? Такое ощущение, что это последние этажи некогда многоэтажных зданий. И скорее всего, так и есть по факту.

Кланы на сто процентов знают, что произошло.

Вот и я теперь, член этого общества. А раз так, то стоит начинать интересоваться.

В таверну я явился вечером, как это и положено делать молодому человеку. На входе уже другой парень, поприветствовал меня и указал рукой в сторону бара.

— Добрый день, господин, вас просили подождать, — вежливо доложил тот.

Я кивнул и прошёл к барной стойке.

— Желаете выпить? — стандартный вопрос от человека за стойкой.

— Пожалуй, воздержусь, — ответил я, — может позже.

— Ваше право, — кивнул тот и уткнулся носом в книгу.

Ждать пришлось недолго: буквально минут через пятнадцать наверху хлопнула дверь, и к нам спустился человек.

— Ты и есть тот самый Безликий? — протянул он мне ладонь.

— Добрый вечер, — пожал я протянутую руку, — не подскажете: мне идти?

— Я Тихий, — наконец представился тот, — Можно сказать, твой коллега. Если есть желание, можем после куда-нибудь свернуть.

— Не откажусь, — кивнул я, — так что там? — указал я пальцем наверх.

— Да не волнуйся ты так, — улыбнулся парень лет двадцати, вполне приятной внешности, если бы не глаза: холодные, будто безжизненные и одновременно очень внимательные, цепкие, — Тебя позовут.

— Просто не привык ещё, — улыбнулся я в ответ, — ну ты в курсе, наверное.

— Вон, идут за тобой, — кивнул он подбородком мне за спину.

Я кивнул в ответ, но не обернулся; дождался, пока человек, стоящий у двери, подойдёт сам.

— Вас желают видеть, — сказал тот и удалился.

Не спеша, я поднялся на второй этаж и вошёл в комнату. Здесь сегодня находился сам Глава.

— Присаживайся, наша беседа будет долгой, — кивнул на кресло тот.

Я послушно приземлился в него и посмотрел на Главу.

— Моё имя Лирий, — представился он и сел напротив, — Что ты знаешь о делах Дария и Мортиса?

Вот это вопрос? Такой моментально вышибет из равновесия. Они в курсе об их делах — это я знал с того самого момента, как только люди клана появились в доме Дария. Тот факт, что на меня указали все рабы, ещё не означал, что они не сказали больше. Меня просто выкупили тогда, а возможно, и договор заключили о моей дальнейшей судьбе.

— Немного, господин, — не моргнув глазом, ответил я, — Что конкретно вас интересует?

— Как далеко они зашли в своих поисках, само собой? — усмехнулся тот.

— Не так далеко, — ответил я. — Всего лишь научились ориентироваться на местности, но где конкретно искать и что именно — они не знают.

— А что думаешь по этому поводу ты? — просил Лирий. — Ведь ты что-то думаешь, не так ли?

— Города под нами, я это заметил, — указал я пальцем вниз, — но что заставило его так глубоко уйти — я не знаю.

— Ты наблюдательный, это хорошо, — кивнул тот, — и честный, что тоже правильно.

— Благодарю, — кивнул я и замолчал: долбаная привычка ещё с прошлой жизни — не говорить, пока не спросили.

— У тебя есть вопросы? — посмотрел он мне в глаза.

— Кто мы такие? — спросил я. — И какую функцию выполняем в нашем мире?

— Сильно, — поджав губы, кивнул Лирий, — ну что же… Мы — это первые выжившие в катаклизме, уничтожившем почти всё человечество, то есть не сами конечно, нет: их потомки. Иногда мы вливаем к нам свежую кровь, но только, когда видим самородки. А функция наша простая — уберечь людей от знаний: тех самых, что повлекли за собой гибель мира.

— Как погибло всё вокруг? — задал я второй вопрос, который меня интересовал всё это время.

— Быстро, — ответил Глава, — Люди только услышали, что человечество научилось управлять природой, как что-то пошло не так. Земля дрогнула, один единственный раз, но не так, как это бывает при землетрясении, она словно раздвоилась, как при резонансе и снова собралась воедино. А затем, с океанов пришли гигантские волны. Спастись не удалось практически никому: целые города затопило и занесло слоем земли, ила, песка, в общем, всем тем, что потоки воды смыли на своём пути. Вот и всё.

— Почему это произошло? — спросил я.

— На этот вопрос у меня нет ответа, — пожал плечами Лирий. — Версий много, но точного ответа не знает никто.

— У вас остались древние технологии? — продолжил я задавать вопросы.

— Осколки, лишь самая малая их часть, — ответил Глава. — Наши предки, те, что остались в живых, беспощадно уничтожали всё, что с этим связано. Только годы спустя, они поняли, что без многого просто не выжить и теперь есть разрешённый допуск.

— Как, например, свет в домах, или отвод сточной воды, — уточнил я. — Или есть что-то большее?

— Сейчас мир изменился: он не такой, как прежде. Мы стараемся понять, как всё это работало, но ничего не выходит, — неопределённо стал отвечать Лирий. — Некоторые вещи лежат в закромах кланов, но как они работают — мы не знаем.

— Мне можно взглянуть на что-нибудь? — загорелся я, хотя с виду, конечно, старался оставаться спокойным.

— Мы поговорим об этом позже, — покачал головой тот, намекая на то, что я пока не дорос до такого доступа.

Я снова замолчал, потому что не знал, можно ли продолжать задавать вопросы, или я уже выбрал свой лимит? Судя по реакции Главы, я поступил правильно, потому как, выдержав небольшую вежливую паузу, он продолжил.

— Ты быстро управился с заданием, — выдал он немного похвалы от начальства. — Следующее, что ты должен сделать — убить Дария.

— Да, господин, — спокойно кивнул я, хотя внутри всё вздрогнуло, я попытался скрыть это, не подавать виду, но Глава моментально понял мои чувства.

— Я так понимаю, информация по его персоне тебе ни к чему? — вежливо улыбнулся тот.

— Нет, — я покачал головой, — есть какие-то особые пожелания по клиенту?

— Мне всё равно, — покачал головой тот. — Он должен умереть до принятия нового закона.

— Когда его принимают? — спросил я, чтобы понимать сроки неабстрактно.

— Император должен его подписать до конца годовой текущей четверти, — огласил он достаточно долгий срок.

Если я правильно понимаю, то новое лето должно совпадать с началом четверти и получается, что впереди без малого два с половиной месяца. Это игра такая, они хотят посмотреть, как я буду выкручиваться?

— Я могу идти? — спросил я, увидев, что разговор окончен.

— Всего доброго, Безликий, — ответил Лирий.

Я вышел из кабинета и спустился вниз, особых указаний для этого не было, но я всё равно захотел выпить. Меня всё ещё ожидал Тихий, а ведь я о нём совершенно забыл.

— Ну что, давай для порядку, — подвинул он ко мне небольшую кружку эля, — и пойдём пообщаемся в одном очень злачном местечке.

Я за один раз осушил кружку, буквально в три больших глотка и вернул её на стойку, сухость во рту это перебило, но хмель с этого я вряд ли смогу почуять. Мысли скакали, как бешеные и я никак не мог остановить их метание по черепной коробке.

— Вот это я понимаю, засиделся дома парень, ха-ха-ха, — развеселился Тихий.

И мы вместе, под его анекдот, вывалились на улицу; я даже изобразил смех, чтобы не выдать своего настроения. Как только мы отошли подальше, я остановился. Тихий некоторое время ещё говорил сам с собой, а затем понял, что остался один и обернулся.

— Нет, только не говори мне, что у тебя срочные дела, — скуксился он.

— Извини, — развёл я руки в стороны.

— Да твою же мать, — действительно искренне расстроился он, — и что, завтра точно не решить? Какой срок дали, неужто до рассвета?

— Ладно, уговорил, — немного подумав, согласился я, — Выпить мне точно не помешает.

— Ну вот, а то как ни соберусь гульнуть раз в сто лет, всем сразу некогда, — улыбнулся тот, но вот глаза — они всё ещё оставались холодными и внимательными.

— А почему Тихий? — спросил я. — У тебя же рот не закрывается.

— Ха-ха-ха, — грохнул от смеха тот, — так потому и Тихий. Это ребята так прозвали: от обратного думали. Но на самом деле, когда я за кем-то прихожу, даже тараканы не разбегаются, потому что не слышат.

— Скорее, ты их просто забалтываешь вначале, — кинул я ему очередную шпильку и мы вместе хохоча, отправились вдоль по улице с кабаками.

Смеяться мне абсолютно не хотелось, в голове куча вопросов, куча всего. Но от одной мысли я очень хотел отделаться до завтрашнего дня. Как оказалось, лучший способ добиться этого, вести интересную беседу и после второй, литровой кружки эля, у нас получилось настроиться с Тихим на одну волну.

Сидели мы не в общей зале: не́что похожее на ВИП комнату. Собственный диван, столик, освещение, плюс закреплённый раб на обслуживании, а если возникнет желание — и девок привезут. От них я, пожалуй, тоже не откажусь: мне всего лишь шестнадцать лет. Пусть новое лето будет считаться моим днём рождения, так я точно не ошибусь. Подсчитывать то, когда я сюда попал и постоянно мучиться с этой датой? Да ну его.

Тихий быстро заразил меня хорошим настроением, есть такие люди, которые любое переживание могут обернуть в красивую обёртку. К тому же, не хочу сегодня об этом думать.

Его здесь знали, едва наши ноги переступили порог, как тут же появился хозяин и проводил нас в ВИП комнату. Вскоре принесли эль и еду: овощи и мясная нарезка, а немного спустя на стол поставили большую чашку с дымящимся, сочным шашлыком. Сладкий запах коснулся моих ноздрей и рот тут же наполнился слюной. Больше я ни о чём не думал. Оказывается, я так соскучился по этому простому блюду, что сейчас еле смог остановиться, чтобы не получить заворот кишок от обжорства.

Первая кружка эля ушла в никуда, но вот вторая, потянула за собой неспешную беседу за третьей.

— Давно ты в клане? — спросил я.

— Да примерно с твоего возраста, — ответил Тихий. — Тебе сколько сейчас? Пятнадцать, шестнадцать?

— Второе, — уточнил я.

— Ну вот, а мне — двадцать один, я с пятнадцати лет работаю на них, — наконец смог ответить он на мой вопрос. — Нормально с Лисами. Нам, можно сказать, повезло.

— А что, у других разве не так? — Тихий заинтересовал меня внутренней кухней.

— Да как тебе сказать, — пожал он плечами, — по-разному. Вон если Куниц взять, так там всё пучком. Янга там присматривает за своими будь здоров.

— Янга? — удивился я. — Странное имя для мужчины.

— А, ну да, ты же новенький, точно, — хлопнул тот себя по лбу. — Это Гросс был, когда тебя в семью принимали. Он только представляется главой — на самом деле он зам, и все вопросы там решает Янга. Это знаешь как, — пощёлкал он пальцами, — типа он её голос.

— Понятно, — кивнул я, — а ещё какие есть?

— Да много всяких, — задумался тот. — Ну, Волков клан есть. Там своеобразная политика и строгость не как у нас. Можно сказать, что хочу, то и ворочу. От этого они сами же и страдают, потому что внутри разобраться не могут, ну и кто им после этого сильно много власти даст? Есть Медведей клан, там нормально всё, у парней там и с деньгами порядок и сами они хороший середнячок.

— А что от этого зависит, ну от положения среди всех? — спросил я, хотя вопрос скорее так, для поддержания беседы.

— Да твоё же положение и зависит, — усмехнулся тот. — Нам же задания не просто так, от балды дают. Многие, конечно, зависят от целей кланов, ну например: вот как твоё предыдущее. А за некоторые — платят деньги.

— Как с тем торговцем на празднике? — уточнил я.

— Ну да, — кивнул тот, — его заказал конкурент, подал заявку в совет и пошла работа. Здесь деньги достались нам потому, что купец находился в Эллоне, но бывают заказы и в других королевствах. Знаешь ли, местные власть держащие, тоже любят мочить друг друга.

— И что, это всё работает на законном основании? — удивился я.

— Ха, да щас, — усмехнулся Тихий, — если поймают, всё, капец. Разговаривать с убийцей никто не станет, но это ещё нужно поймать вначале. Все знают, что кланы могут забирать жизни, вот и обращаются за помощью. Днём правит одна власть, а ночью другая: наша.

— Примерно как-то так я и предполагал, — согласился я с доводами о власти.

— Это тебя ещё на войну не отправляли, — засмеялся Тихий, — вот там бывают разные чудеса. Можем даже между своими схлестнуться: совету, по сути, по фигу, кто платит деньги. И если суммы прибыли окупают затраты, то мы вполне можем в такую мясорубку попасть, что мама не горюй. Но наш клан сильный, так что мы если куда и входим, то только как миротворцы. С Куницами — та же история.

— То есть, они достаточно сильный клан? — уточнил я.

— Если бы Янга не сидела на опиуме, то сейчас Куницы были бы в столице, а мы с тобой в Тавии, — уточнил ещё один момент Тихий, — У нас война однажды вспыхнула; хорошо, что она родила тогда и решила остаться в тени. Я, правда, тогда даже не знал ничего о кланах. Точнее знал, но не принимал в их жизни особого участия.

— Достойное решение: уйти от войны в угоду ребёнку; уверен, что оно далось ей непросто, — начал думать я не в ту сторону.

— Да щас, — опять заржал Тихий. — Она своего отпрыска нам отдала на воспитание, тем самым — мир заключила. Иначе бы мы её уже на следующий день растоптали.

— А он чем сейчас занимается у нас? — заинтересовался я.

— Ты занял его место, — опять заржал Тихий, увидев, как вытянулось моё лицо.

Вот это поворот, меня даже занесло: настолько он оказался крут.

Мы болтали ещё долго. Темы, конечно, менялись, как и степень опьянения; а затем произошло то, ради чего вообще два молодых человека разогреваются элем.

Тихий потащил меня в то самое злачное место, о котором говорил в самом начале. Всё это было лишь разминкой, главное действие перешло в разряды горизонтальных.

Мы вышли из трактира и отправились в обход, на гостиничную улицу. Для этого не обязательно было выходить обратно в центр: лишь пройти несколько домов и повернуть на радиальную.

Ближе к стене, земля у куска пирога увеличивалась и там, как правило, находились наиболее дорогие заведения; мы же были примерно посередине. Не самый низкий уровень, но и не высший класс. Однако это касалось исключительно трактиров, но вот к шлюхам мы отправились почти к самой городской стене.

— На последний радиал лучше не суйся, — предупредил меня Тихий, — там сплошные извращенцы. А вот этот — высшая проба среди классического траха. Можешь себе хоть десять баб взять и все за один входной билет.

— Сколько за вход? — поинтересовался я.

— Не боись, — толкнул меня тот в плечо, — я угощаю.

Вход оказался приличным: два золотых. Если судить по нашим доходам, то это двадцать процентов от моей последней оплаты. Да я дом дешевле снял: в два этажа и на всю четверть. Как по мне, так десять шлюх не могут столько стоить, да и зачем мне так много. Хотя, троих, я думаю, вполне осилю.

Внутри было просторно, предоставлялся целый небольшой дом, со всем, что сопутствует веселью. Бассейн, баня, веранда, ну и закрытое помещение с большой кроватью во весь пол. Девок выстроили в ряд и глаза тут же разбежались.

— Мне как обычно, — отмахнулся Тихий и свалил сразу в домик, а я потыкал пальцем наугад, ориентируясь лишь на внешние данные.

Думать сегодня больше не хотелось, от слова «совсем».

Глава 8

Дарий

Проснулся я рано, но домой получилось попасть только к обеду. Девчонки, видимо решили, что не до конца отработали мои деньги, а точнее, Тихого. Ну не бросать же их в самом разгаре веселья.

Стоило мне покинуть увеселительное заведение, тут же навалились тяжёлые мысли о предстоящем деле. Как поступить? Убить его, как и приказали в клане, или спрятать, заставить уехать и бросить всё? Если всё обстоит именно так, как рассказал Глава, Лирий, то прятаться негде. Получается, что любой город в этом мире находится под влиянием какого-то клана и рано или поздно информация просочится. И что потом?

С другой стороны, документов, удостоверяющих личность, в этом мире нет, и назови он другое имя, никто и никогда не узнает, кто это такой на самом деле. Однако и в моей прошлой жизни попадались случаи, когда якобы мёртвый человек, внезапно был опознан бывшим соседом, который по стечению обстоятельств, оказался занесён в забытый всеми уголок, где тот и скрывался. Жизнь очень любит подобные сюрпризы.

Домой я брёл пешком, не спеша, глядя себе под ноги, и думал, размышлял о том, как всё лучше сделать. Мысли прыгали с одной на другую: то я продумывал план, о том, как же лучше поступить в отношении Дария; то перескакивал на Ярга, который оказался сыном Главы клана Куниц.

По крайней мере, я точно знаю, где он сейчас находится: в некоем городе Тавия, а это уже кое-что. Но есть ли у меня возможность добраться до него? Могу ли я убить его и не принести дополнительных проблем себе и Лисам? Пожалуй, последний вопрос лучше вначале пробить у своих начальников.

Мимо дома я прошёл, даже не заметив; очнулся уже на центральной площади, где вовсю шла торговля и беготня. Постояв немного в задумчивости, я развернулся и отправился обратно, в сторону дома.

Мира уже готовила обед, Эй с сосредоточенным видом выводила буквы на бумаге карандашом, всем своим видом изображая усердие, даже язык высунула. Услышав меня, подскочила и побежала встречать. Мира просто выглянула из кухни, проверить, кто пришёл.

— Ты где был? — спросила девочка с серьёзным видом, будто жена встретила.

— Гулял, — улыбнулся я, — мне нужно было подумать.

— Что-то случилось, да? — она внимательно посмотрела на меня. — Ты какой-то странный сегодня.

— Да ты у меня сама проницательность, — ответил я. — Ты занятия закончила?

— Да, — тут же обманула она.

— Тогда накрывайте с Мирой на стол, будем обедать, а потом в зал, — строго сказал я, — буду учить тебя драться.

— Урааа! — восторженно закричала Эй и понеслась хвалиться рабыне.

Я посмотрел на всю эту идиллию и мне стало не по себе. Зачем мне всё это? А вдруг когда-нибудь придут за мной? Ведь их тоже убьют. Может быть, я совершил ошибку, притащив Эй домой?

Я помотал головой, отгоняя мрачные мысли и отправился наверх. Нужно переодеться в домашнее, пообедать и потренироваться. Я давно заметил, что во время физических нагрузок и голова приходит в порядок.

В зал мы направились вместе с Эй: раз обещал, значит, нужно выполнять.

Разминка далась ей легко, а вот дальше начались проблемы, хотя подобное ожидает любого новичка. Ноги и руки не слушаются, все стойки кажутся неудобными и тело быстро затекает. Но Эй пыхтела и старалась, глаза заливал пот, но она не сдавалась и делала всё, как я говорю. В итоге, к ужину я осознал ещё одну старую восточную мудрость: «Обучая, — учишься сам.»

Оказалось, что повторение первичных азов тоже приносит пользу. У людей, которые долгое время занимаются одним и тем же на профессиональном уровне, такое часто бывает. Начинаешь лезть в дебри, закапываешься в сложных схемах, порой забывая, что есть более простые решения. И Эй мне сейчас очень сильно в этом помогла, а самое главное — ей понравилось.

Ужин прошёл спокойно. Мира прибрала со стола и усадила Эй заниматься цифрами. Я же поднялся к себе, переоделся, предупредил, что могу пропасть до утра и вышел в город. Больше бродить и думать я не собирался, решение принято и осталось только привести его в рабочее состояние.

Распорядок своего бывшего хозяина я знал наизусть, мне даже следить за ним не пришлось. Я выждал время, когда всё уляжется, дом придёт в состояние покоя и прекратится беготня. В это самое время Дарий всегда находился на веранде и примерно четверть его нельзя было беспокоить никому. Он читал, изучал и размышлял.

На территорию дома проникнуть тоже труда не составило, и вскоре я тенью вырос у бывшего хозяина за спиной.

— Здравствуй, Дарий, — тихо поприветствовал его я и он, ожидаемо вздрогнул.

Я не просто так считал его умным человеком: буквально одного взгляда на меня ему хватило, чтобы всё понять и не задавать лишних, глупых вопросов.

— Я знал, что они пришлют за мной именно тебя, — грустно улыбнулся он, — но почему-то мне казалось, что этого не случится так быстро. Присядь, поговори со мной на прощание. Разговоры с тобой меня успокаивают.

— Последнее желание? — спокойно произнёс я. — Пожалуй ты прав, спешить нам совершенно ни к чему.

Я сел напротив и налил себе вина в его чашку, сделал глоток и подвинул обратно, хозяину дома. Тот кивнул и приняв её, тоже пригубил, затем, посмотрел на меня долгим немигающим взглядом.

— Ты сомневаешься, Безликий, — утвердительно сказал он, — не нужно, я ждал этого дня. Лучше принять смерть от твоей руки, чем от бездушного убийцы.

— Думаешь я другой? — усмехнулся я. — Я точно так же воткну стилет тебе в сердце без колебаний.

— Нет, — покачал головой тот, — Не так же. Ты сделаешь это быстро, так, чтобы я ничего не почувствовал.

— Какая разница, итог один — ты умрёшь, — не согласился я. — Почему вы все пытаетесь найти в этом что-то красивое?

— А почему нет? — пожал плечами Дарий. — Что плохого в том, чтобы красиво уйти?

— Смерть не может быть красивой, она всегда одинакова, — я сделал паузу и пристальным взглядом смотрел в глаза бывшему хозяину. — Стоит твоему сердцу перестать биться, ты тут же обгадишь штаны, жизнь уйдёт, понимаешь? Ты будешь лежать здесь вонючим трупом, пока тебя не обнаружат. Объясни мне, что в этом красивого, а?!

— Наш разговор, — улыбнулся Дарий. — Этот вечер, пение птиц и цикад. Разве это не красиво? А воздух? Сейчас цветут лилии, ты просто послушай, какой сладкий аромат они разносят вокруг.

— Может быть, тебе спрятаться где-нибудь? — помолчав несколько минут, спросил я.

— Я не буду скрываться от судьбы, как какая-то крыса, — брезгливо сморщился тот, — Никто и никогда не посмеет назвать Дария трусом, ты меня понял?! Ты сделаешь то, за чем пришёл, а затем продолжишь моё дело. Обещай мне, что не бросишь искать правду!

— Я живу среди тех, кто эту правду скрывает, — криво усмехнулся я. — Мне уже известно намного больше, чем ты смог отыскать за всю свою жизнь.

— Расскажи мне, пожалуйста, — тут же загорелись азартом его глаза. — Что удалось тебе узнать?

Я рассказал ему о городе под землёй и о том, как такое случилось; о том, что у кланов есть осколки тех, древних знаний и технологий; о том, что из себя представляют кланы и почему они так яростно борются со знаниями.

Он молчал. После того, как я рассказал ему всё, что мне удалось узнать, он молчал. Пауза затянулась, и когда я собирался было открыть рот, он тяжело вздохнул и заговорил.

— Я догадывался, о многом из того, что ты мне рассказал, я догадывался, — произнёс он. — Найди Мортиса и расскажи всё то, что рассказал сегодня мне.

— Я не очень-то ему доверяю, — немного помолчав, ответил я, — мутный он какой-то.

— Как ты сказал? — переспросил Дарий и улыбнулся, — Мутный, ха-ха-ха, да уж, более точного определения и не подобрать.

— Но я не понимаю, — возмутился я, — почему ты так доверяешь ему?

— Потому что он целиком в этом деле, — сделался серьёзным бывший хозяин, — Он поддерживал меня много раз и я верю, что он тоже хочет разобраться, покончить с этими кланами.

— А ты уверен в том, что когда Император и Мортис доберутся до технологий, они не воспользуются ими в своих интересах? — задал я непростой вопрос.

— На это я тебе вряд ли смогу ответить, — задумался тот. — Считаешь, не стоит им доверять?

— Понимаешь, если то, о чём мне рассказал Лирий правда, то кланы не такое уж и зло, — помолчав, ответил я. — А вот как станут вести себя короли и императоры — я не могу сказать. У кланов есть кодекс. Да, порой он не совпадает с общепринятыми, человеческими понятиями, но он есть и они строго его соблюдают. Будет ли Император придерживаться этого, или, получив власть в своё абсолютное распоряжение, развяжет войну? Я соглашусь, что этот, начнёт стараться творить добро и благо, но что сделает его сын, а внук?

— Ты начал говорить, как они, — грустно улыбнулся Дарий. — Пока я вижу только то, что все войны в этом мире происходят из-за кланов. Они разжигают их, когда им вздумается; они возомнили себя вершителями судеб, а это неправильно.

— А ты сам, — кивнул я на бывшего хозяина, — ты точно так же распоряжаешься судьбами людей, разве нет? Ты купил меня на рынке, как другие покупают овощи и заставил меня драться на арене. Разве это не тоже самое?

Дарий вновь замолчал, отвернувшись, посмотрел в сторону, глубоко вдохнул, а затем заглянул мне в глаза.

— Все мы живём в системе, — тихо сказал он. — Ведь ты тоже купил себе раба, не так ли?

— Да, но…

— Это другое? — усмехнулся тот. — Само собой.

— А я и не пытаюсь быть другим, — сухо ответил я. — Ты готов?

Ответить я ему не дал. Едва он повернулся ко мне и поднял взгляд, как стилет вошёл ему точно в глаз, пробив узкий глазной колодец и поразив мозг. Я вытянул лезвие и повторил удар, теперь уже в ухо. Вот теперь точно всё.

Дарий вытянул ноги, которые несколько раз подбросило и обмяк сломанным манекеном. Тело начало сползать и заваливаться, я слегка подправил его, более или мене усадив ровно. Меня никто не видел, и я спокойно покинул территорию дома своего бывшего хозяина.

Я злился на него. Не за то, что он сказал в конце, а за то, что решил принять смерть и сделал это, действительно, красиво. Он оказался прав, почти во всём, особенно того, что касалось кланов. Я стал одним из них; я пришёл к своему другу и убил его, исполняя приказ; я поддерживаю некоторые их идеи, а почему нет? Я убиваю людей, сколько себя помню и не умею делать больше ничего.

Мой дом спал. Потихоньку поднялся наверх и сел у открытого окна с видом на реку. Спать не хотелось совершенно, а мысли постепенно замедлили свой бег, стали плавными и тихими, как удары волн о каменную набережную.

Успокоившись, я начал анализировать всё произошедшее сегодня и пришёл к выводу, что поступил правильно. У меня тоже есть свой кодекс, без которого я бы ни за что не выжил ни в том мире ни в этом. Я человек системы, был им всегда и остаюсь теперь. Лиши меня работы, всех этих приказов и что будет? Исчезнет сам смысл существования, останется лишь смотреть в окно и ходить за хлебом. Моё тело молодо, но разум уже устал жить и пока есть вот такие вот приказы, пока есть цели, я буду делать то, что умею. Дарий в любом случае должен был умереть и он прав, уж лучше от моих рук. Так он смог умереть красиво.

*****

«Утро вечера мудренее» — старая русская поговорка, смысл которой мы познаём каждый день. Наверняка многие сталкивались с неразрешимыми задачами и проблемами, ложились спать с тяжёлой головой и мыслями по этому поводу, а проснувшись утром — моментально находили решение.

Я проснулся и почувствовал в себе изменения, словно кто-то взял и закрыл кран, из которого постоянно капала вода, навязчиво мешая сосредоточиться.

Я вдруг чётко осознал, что нужно делать дальше и смерть Дария была к этому ключом. Мне не нужен Мортис, мне не нужен Император, я не хочу всё время бегать и решать их вопросы и соблюдать их интересы. Всё, хватит, надоело. Я больше не раб! Но вот разобраться в этом мире я всё ещё хочу и сделаю это.

К завтраку я спустился с улыбкой и хорошим настроением. Эй, протирая глаза едва не врезалась в стул, шмякнулась на него и зевнула так, что чуть челюсть не вывихнула.

— Вот ведь зараза, — сказал я, повторив её манёвр с зевотой. — Мира, что у нас на завтрак?

— Как обычно, господин, — выглянула она с кухни, — Яичница с ветчиной, чай и бутерброды.

— Неси всё, — кивнул я, — Нам понадобятся силы. И математика на сегодня отменяется.

— Ураа! — вскинула руки вверх Эй. — А что мы будем сегодня делать?

— Потеть, — ответил я, — Весь день ты будешь тренироваться со мной. Но, — остановил я готовый вырваться от неё очередной, довольный возглас, — с завтрашнего дня, ты всё равно продолжишь заниматься с Мирой.

— Ну вот, — надула щёки Эй, — а всё так хорошо начиналось.

Мы занимались до самого вечера, прерываясь только на обед и в итоге Эй уснула прямо на полу, так и не дождавшись ужина. Однако, спала она с улыбкой и что-то бормотала во сне.

Внизу хлопнула дверь и я высунулся посмотреть на того, кто явился к нам на ночь глядя — это был Мыш.

— Господин, к вам гость, — обернулась Мира и, увидев меня наверху лестничного марша, всё равно доложила, — Господин Мыш.

— Спасибо, Мира, — улыбнулся я, — я вижу. Проходи в столовую, есть будешь? Мы как раз собирались ужинать.

— Спасибо, господин, но боюсь, ужин придётся перенести, — виновато произнёс связной. — Вас срочно просят явиться.

Я кивнул и скрылся в ванной, быстро обтёрся влажным полотенцем, чтобы убрать ощущение липкости от пота, накинул чистые вещи, закрепил стилет на предплечье в специальном кожаном чехле и вышел на улицу. Мыш ожидал меня на порогах.

— Что-то случилось? — спросил я.

— Нет, вас хочет видеть Глава, он отменил все встречи и ждёт вас, — ответил тот.

— Так пойдём, — улыбнулся я, — нехорошо заставлять ждать начальство.

До таверны от меня идти недолго: я специально так рассчитал место при выборе дома. Здесь буквально пару минут до радиальной улицы и затем, немного в сторону городской стены. Минут десять пешком и я на месте.

Мыш не пошёл со мной, сказав, что ему необходимо ещё на два адреса, так что внутрь я вошёл один. Как и в прошлый раз поприветствовал человека на входе и поднялся по лестнице после слов: «Вас уже ожидают, господин».

Внутри, кроме главы больше никого не было. Лирий молча указал на кресло, уже сидя напротив. Дождался, пока я займу его, налил немного вина и только затем начал разговор.

— Я не ожидал, что ты примешь правильное решение так быстро, — сказал он, — знаю, что вы были близки.

— Вы меня позвали ради этого? — посмотрел я в глаза Главе.

— Пойдём, я покажу тебе кое-что, — усмехнулся тот и поднялся.

Мы прошли к незаметной двери в конце кабинета, той самой из-за которой когда-то вышел человек из Совета. За ней оказалась лестница ведущая вниз.

Теперь я с уверенностью насчитал четыре этажа, которые вывели нас в помещение, некогда бывшим подвалом. Здесь всё ещё находились трубы коммуникаций, толстыми жгутами лежали провода и я даже слышал, как сейчас по этим трубам бежит вода. Мы прошли по этому тоннелю, поднялись на этаж выше. Затем продолжили путь по выкопанному относительно недавно проходу, и я с удивлением пересёк дорожное полотно. Это был не асфальт, который я привык видеть, но то, что это было когда-то проезжей частью, сомнения не вызывало. Всюду горел свет.

Вскоре мы вновь вошли в здание и спустились в его подвал, а спустя некоторое время я начал слышать низкий гул. Кажется я понял, куда вёл меня Лирий. Ещё один выкопанный тоннель привёл нас в огромное, каменное помещение от которого и исходил этот самый гул.

— Вот, именно здесь и черпается та самая энергия, которая даёт свет, — с гордостью произнёс Лирий, — Такие есть почти в каждом городе. Но многие нам пока не удалось отыскать.

— Как это работает? — спросил я, понимая, что под землёй генератор работать может только на атомной энергии, но я ошибался.

— Ты слышишь этот гул? — спросил Глава.

— Да, — кивнул я.

— Вся цивилизация предков была построена на звуковых волнах, — пустился в объяснения тот. — Звук — это вибрация, волна, и каждая такая волна совпадает с природной, или нет. Эта совпадает с ядром нашей планеты, оно отвечает и разрешает нам пользоваться своей энергией. Знания об этом утеряны, но раньше всё работало именно так. Ты когда-нибудь задумывался, как предки смогли построить всё это? — он обвёл руками каменные стены вокруг.

— Технологии, они позволяли, — пожал я плечами. — Хотя, честно говоря, точность обработки камня и архитектура иногда поражают воображение.

— Это всё звук, — ответил Лирий, — Когда волна совпадает с камнем, он становится мягким и с ним можно делать всё что угодно. Говорят, наши предки могли летать, могли управлять океанами и всё это — с помощью звука.

— Я не понимаю, — покачал я головой, — почему вы мне всё это рассказываете?

— Чтобы ты понял, — ответил Лирий. — Ты переступил ту черту, которая определила твоё место в этом мире, теперь ты с нами, но всё ещё сомневаешься. Я хочу, чтобы ты понимал от чего мы защищаем людей. Если они вспомнят всё это, то снова попробуют подчинить себе природу, а этого допустить нельзя.

— Это я как раз понимаю, — кивнул я.

— Тогда ты готов, — улыбнулся Лирий и развернулся в обратный путь.

Шли молча, только эхо наших шагов разлеталось по пустым помещениям. Когда мы стали подниматься по лестнице, то свернули к двери, которая находилась ниже, чем положено. Глава завёл меня в помещение, которое больше напоминало лабораторию. Уверенной походкой провёл по коридору и без стука вошёл в дверь белого цвета. За ней находилась самая настоящая больничная палата, с кроватью, шкафом, заполненным различными склянками и худым человекам с взъерошенными волосами.

— Где мы? — не удержался я от вопроса и покосился на кровать, которая была оборудована ремнями для буйных пациентов, — Зачем мы здесь?

— Это необходимо, — спокойным голосом ответил Лирий.

— Раздевайтесь и ложитесь, — сухо скомандовал человек с копной сена на голове.

Я неуверенно начал выполнять команду. Было неуютно, но Лирий смотрел на всё это с улыбкой, будто сейчас я лягу в кровать и стану смотреть мультфильмы. Однако опасения оправдались, мои руки и ноги зафиксировали ремнями.

— Зачем это? — всё ещё ничего не понимая, спросил я, — Что происходит?

Я уже начал жалеть о том, что подчинился, вместо того, чтобы свернуть шею обоим, но каким-то внутренним чутьём понимал, что ничего страшного со мной не случится.

Человек загремел склянками в шкафу и я приподнял голову, чтобы посмотреть за его действиями, а он особо и не таился. Прямо перед моим лицом он положил какую-то железную коробочку, открыл её и достал флакон с жидкостью, затем набрал её в шприц и повернулся ко мне.

— Сейчас вам будет больно, — начал он дежурным голосом вводить меня в курс дела, — Именно поэтому, мне пришлось вас зафиксировать, чтобы вы не могли навредить себе. После того, как всё закончится, вы почувствуете себя намного лучше. Ваша скорость и реакция возрастут, как и сила. К сожалению, руку это вам не вернёт.

— Угу, — только и смог выдавить я.

Прежде чем я вывалил на их головы кучу вопросов, игла вошла в мою вену и я закричал. Тело выгнуло дугой, затрещали сухожилия и мышцы, казалось, что по венам запустили жидкий огонь. Боль была такой невыносимой, что мозг решил погасить сознание и спасти организм. Я провалился во тьму.

Глава 9

Дела.

Ярг.

До поезда оставалось ещё достаточно времени, чтобы дать ему осмотреться. Ярг решил взглянуть на поля, прикинуть масштабы, всё же теперь он находится в доле. Он представлял себе плантации, которые идут от горизонта и теряются за ним с другой стороны, но всё оказалось намного проще.

С двух сторон от железной дороги расположились два поля, которые Ярг легко измерил шагами. В ширину они были две сотни шагов, и навскидку, примерно столько же в длину. На одном из полей уже опадали лепестки цветов и ветер разносил их по всей округе. Тонкие стебельки колыхались от редких порывов и казалось, вот-вот сломаются под его силой.

На другом поле ползали рабы и из деревянных ящиков высаживали рассаду, их было всего пару десятков. Каждый был занят своим делом, например: один впряжён в какое-то приспособление и тянет его за собой, а второй идёт позади и вспахивает землю. За ними двигаются трое и выбирают из рыхлого грунта камни. Основная масса высаживает мак, и следом за ними двигаются те, кто поливает его.

И это всё? Это и есть те два надела, которыми так гордится Шрам? С другой стороны, для Тавии много и не нужно, а расширять рынок не так-то просто. Например в Эллоне, такой товар запрещён и Император строго спрашивает за нарушение закона. Есть любители получать этот сомнительный кайф и, чтобы сделать это на законных основаниях, им приходится приезжать сюда. Единственное место во всей Элло́дии, где разрешено выращивать и добывать опий. Такое стало возможным не без влияния мамы, конечно же.

В других империях дело обстоит иначе, там он везде под строгим запретом, но люди всё равно находят способы достать и получить удовольствие. Вот только никто и никогда не пробовал развивать настоящего рынка с этим товаром. Хотя даже не представляют, какие у него перспективы. Запретное всегда стоит дорого, а люди, наделённые властью, любят делать то, что запрещено. Именно так они могут физически ощутить ту самую власть.

Будь подобный запрет только на государственном уровне, его давно можно было бы обойти, но кланы строго следят за соблюдением этого пункта. Почему? Неужели они не видят того, насколько выгодно продавать удовольствия?

Эти старики, со своими тупыми идеологиями, они трясутся над кодексом, который написали точно такие же тупые предки две сотни лет назад. Время изменилось, нет больше смысла прятаться и страдать всей этой ерундой. Определённо, пора что-то менять, или вскоре власть перейдёт к другим.

Они уже боятся Императора, трясутся от одной мысли, что он доберётся до них и станет единственным правителем. А раньше, его бы просто убрали с дороги, чтобы не совал нос не в свои дела. Лисы уже несколько лет пытаются протолкнуть закон о разрешении иметь собственные войска. Хотя должны были просто сформировать их, вместо того, чтобы ползать на коленях и выпрашивать дозволение Императора.

Неспешным шагом он вернулся к платформе и сел на скамейку.

Эллон, как же он скучает по этому городу. По сравнению с ним, Тавия просто деревня, в которой даже сходить некуда. Всё веселье однообразно, любая новость разносится моментально и обсуждается неделями, потому что ничего больше не происходит.

Янга должна была завершить начатое, растоптать этих Лис и сейчас бы Куницы правили Империей.

Ярг собирался исправить всё это, но для начала нужно занять её место и этот день скоро наступит. И вот тогда он приведёт людей в Эллон, вышвырнет из него Лис, вместе с их Императором. Клан Куниц возглавит Эллодию, под его чутким руководством. А там дело дойдёт и до Совета, с его старческим маразмом.

Тихонько шурша колёсами по рельсам, прибыл поезд; Ярг поднялся со скамейки и прошёл к вагону. К сожалению, здесь даже нельзя купить его полностью: рейс проходящий, и это ещё один фактор, который раздражает.

Вагон уже был занят двумя господами и Ярг оказался третий. Он сразу же развалился на диване и устало прикрыл глаза. Нет, энергии было хоть отбавляй, вот только он не хотел вести беседы, ему хотелось побыть в тишине и подумать.

— А вы любите путешествовать? — всё же к нему подсел один из пассажиров и решил начать доставать своими вопросами.

— Иди в жопу, — спокойным тоном, чеканя каждое слово, произнёс Ярг.

— Что? Что вы себе позволяете? — начал возмущаться тот.

— Если ты не заткнёшься, я сломаю тебе челюсть, — милым голосом ответил на возмущение он.

Человек отстранился, испугавшись ненужного конфликта, и что-то бормоча себе под нос, отошёл от агрессивного попутчика. Теперь эти двое ушли в дальний конец вагона и принялись тихо обсуждать вопиющее поведение Ярга. Их бормотание раздражало, но здесь он смог отключиться от него.

В Эллон Ярг въехал на повозке и у самых ворот глубоко вдохнул воздух, будто тот отличался от того, что был в Тавии. Он соскучился по жизни здесь, по своим друзьям, которые без лишних вопросов поддерживали его, по всей этой суете вокруг. Столица, она в любом государстве быстрее и динамичнее, потому как все деньги сосредоточены здесь. Возможности, карьера, политика — всё держится ближе к верховной власти. Не зря за это место под солнцем бьются кланы. Попав сюда, уже априори становишься успешным.

Повозку он отпустил сразу на въезде, решив прогуляться пешком, чтобы лучше впитать окружающую атмосферу. Стоя на воротах, он осмотрел возвышающуюся неподалёку арену, улыбнулся своим мыслям и развернулся в сторону города.

В Императорские земли он ступил свободно, охрана на входе прекрасно знала кто он и что здесь делает. Стражники даже не дёрнулись в его сторону.

Пройдя по знакомым переулкам, он подошёл к большому дому и без стука переступил его порог. Навстречу тут же выскочил раб.

— Господин, доброго дня, что-нибудь желаете? — поклонился тот.

— Видеть твоего хозяина, — брезгливо ответил Ярг.

— Я сожалею, но хозяин в данный момент отсутствует, — тут же ответил раб.

— Где мне его найти? — поинтересовался тот.

— Прошу прощения, господин, — поклонился раб, — Он не доложил мне.

Ярг молча покинул дом и остановился у парадного входа. Что-то прикинув в уме, кивнул сам себе и отправился к выходу в город.

Неспешной походкой он добрался до центра и свернул в квартал трактиров. До нужного места не дошёл всего несколько домов и принялся ждать, подперев стену. Нужный ему человек появился на улице буквально сразу, значит, графики никто не менял.

— Эй, Мыш, — позвал его Ярг, — Спешишь?

Тот остановился и присмотрелся к окликнувшему его человеку, в глазах почти сразу появился испуг.

— Что вы здесь делаете, господин Ярг? — спросил он, подойдя ближе, — Вам запрещено тут появляться, к тому же нас могут заметить и у меня будут проблемы.

— Мне насрать, — усмехнулся тот, — Где ты поселил Безликого?

— Я не должен с вами разговаривать, — замотал головой тот и хотел было уйти.

— Ты скажешь мне, или следующий вышедший из таверны человек увидит, какие мы близкие друзья, — продолжая улыбаться, произнёс Ярг, — Да не трясись ты так, я просто хочу посмотреть на его дом, и всё.

— Портовый квартал, пятнадцатый от центра дом, — быстро ответил Мыш и поспешил скрыться в таверне.

Ярг улыбнулся сам себе и пошёл проведать того, кого ненавидел больше всего в жизни. С чего это всё началось он и сам себе не мог ответить. Скорее всего, с той самой первой схватки безызвестного раба на арене.

Ещё тогда он напугал его своими точными, но неуверенными атаками. Будто он знал, что нужно делать, но физически не был готов. Такое заметно сразу, особенно профессионалу. Этот парень был не так прост и Ярг это заметил. Он сразу почувствовал какое-то неприятное ощущение, но не хотел признавать, что боится этого гладиатора, точнее того, кем он может стать. А та самая схватка с ним, только подтвердила первое впечатление.

С каждым его последующим выходом на арену, Ярг всё больше и больше начинал ненавидеть Безликого. Но то, что произошло дальше, в клане, этого позора Ярг ему не сможет простить никогда.

Он остановился неподалёку и наблюдал за домом. Ярг не боялся, что его заметят и узнают, он даже хотел этого, он ждал, что Безликий подойдёт к окну, или выйдет из двери и увидит своего врага. Внутри всё кипело, адреналин хорошей порцией попал в кровь, и Яргу нравилось это ощущение.

Но что он слышит из раскрытых окон дома? Детский смех? Что это? Может быть он ошибся адресом? Неужели этот безродный ублюдок решился завести семью?

Почему-то это ещё больше разозлило Ярга, лицо покраснело, и он сжал кулаки, скрипнув зубами. Ну ничего, пусть пока развлекается, играет, осталось совсем недолго и Ярг вернёт ему все свои унижения.

Он развернулся и отправился в центр: всё же цель посещения Эллона была другой. Судя по времени на часах, которые расположились на башне, пора было идти на встречу. Да, нужный человек пока ещё не знает, что она назначена, но это не беда.

Где его найти Ярг знал абсолютно точно. Время близилось к ужину и он всегда приходил есть в одно и то же место.

Снова улица трактиров и кабаков, только на этот раз идти нужно ближе к стене, туда, где находятся самые элитные заведения. Ярг шёл уверенной походкой и даже не заметил, как буквально на несколько метров разминулся со своим врагом, Безликим, который тоже спешил на встречу по радиальной улице, и выйдя на прямую, не обратил ровным счётом никакого внимания на фигуру человека впереди.

Ярг вошёл в таверну, которая принадлежала нужному для его дела человеку. Вычурная обстановка сразу определяла качество и стоимость еды в этом заведении. Небольшой зал, в котором расположилось буквально десяток столов, говорил о не таком уж и большом потоке желающих посетить это место.

Нужный ему человек, как всегда, занял столик в самом конце зала, чтобы видеть всех, кто вошёл. Заметив Ярга, он не выказал страха или радости, скорее удивился, слегка приподняв бровь. Однако вежливо указал рукой на стул, стоящий напротив и сухо улыбнулся.

— Чему обязан, Ярг? — спросил человек.

— У меня есть к тебе предложение, — без лишних разговоров, сразу перешёл к делу тот, — Оно позволит пополнить твою мошну на пару тысяч золотых.

— Вот так сразу? — усмехнулся тот. — Не тебе здравствуй, ни как поживаешь?

— Здравствуй, как поживаешь? — ехидно произнёс Ярг. — Всё, теперь мы можем перейти к делу?

— Ты в курсе, что тебе не стоит появляться в Эллоне? — проигнорировал тот Ярга.

— Да мне насрать, — откинулся тот на спинку стула и взял со стола бокал с вином у собеседника.

Тот проводил его взглядом и махнул рукой, подзывая раба, и показал пальцем на кувшин с вином. Буквально через мгновение кувшин заменили и поставили на стол ещё один бокал, не забыв его при этом наполнить.

— Ярг, ты никогда не думал взять урок этикета? — спросил человек. — Людей могут раздражать твои манеры.

— Ты удивишься, но мне…

— Насрать? — закончил за него фразу хозяин заведения.

— Именно, — улыбнулся Ярг, — мы закончили со всей этой мишурой про этикеты, или желаешь ещё погоду обсудить?

— Разговоры о делах во время еды плохо сказываются на пищеварении, — вежливо ответил собеседник. — А погода сегодня замечательная, ты прав.

— Я хочу, чтобы ты купил партию опия, — наплевав на мнение человека, произнёс Ярг.

Тот поперхнулся и зашёлся в кашле. Ярг поднялся с места, обошёл стол и пару раз хорошенько приложил ладонью по спине собеседнику. Он вытер выступившие слёзы и благодарно кивнул.

— Ярг, ты полный придурок, если считаешь, что я пойду на это, — наконец смог ответить тот и отодвинул тарелку с едой от себя, есть ему сразу перехотелось.

— Тем не менее, рекомендую выслушать моё предложение, — улыбнулся Ярг. — Я не предлагаю распространять его на улице, как это делают в Тавии. Ты заберёшь всю партию и будешь торговать этим в своих клубах по извращениям у стены.

— Думаешь, кто-то станет покупать это дерьмо? — брезгливо скривился собеседник.

— Ты когда-нибудь трахал бабу под кайфом? — усмехнулся Ярг, — Хотя что я спрашиваю, у тебя же совсем другие предпочтения.

— На что это ты намекаешь? — он сделал вид, будто ничего не понимает.

— Да брось, — отмахнулся Ярг, — Здесь все свои. Только ленивый в Эллоне не обсудил то, как ты пихаешь свой член в тёплые кишки, сделав надрез на брюхе рабыни.

— Тебя это не касается, — зло ответил собеседник, — Я провожу своё время так, как мне этого хочется.

— Так я и не осуждаю тебя, что ты, — мило улыбнулся Ярг, — я предлагаю тебе увеличить доход с публичных домов, как минимум вдвое.

— Вдвое говоришь? — задумался человек, — Ну что, кажется, теперь я готов тебя выслушать.

— К концу недели я привезу тебе партию опия, примерно килограммов тридцать, — перешёл к изложению схемы Ярг, — Скажем, по тридцать серебряных за грамм.

— Ты в своём уме? — тут же возмутился тот, — Да я могу съездить а Тавию и взять его там по десять, а в некоторых местах и по восемь.

— Езжай, — пожал плечами Ярг, — Только не забудь придумать ответ для Императора: откуда в твоих заведениях появился наркотик и как с этим связана твоя поездка в Тавию. Я же предлагаю тебе рабочую схему, где ты с лёгкостью можешь сказать, что понятия не имеешь, как и откуда всё это взялось, а заодно отдать под топор кого-то из своих рабов, просто спихнув вину на него.

— За эту цену его просто никто не купит, — успокоился собеседник и, наконец, начал торги.

— Конечно нет, потому что будут покупать его по пятьдесят серебряных за дозу, — в очередной раз шокировал человека Ярг.

— Ты точно псих, — покачал головой тот. — Как ты себе это представляешь, если в Тавии он стоит десятку. Кто угодно может поехать туда и купить в пять раз дешевле.

— И заплатить при этом золотой за билет, — усмехнулся Ярг, — Я думал, ты хорошо умеешь считать.

— Как я заставлю купить его своих клиентов? — немного помолчав, спросил собеседник.

— Да всё просто, ведь ты берёшь деньги за вход, как и любое другое элитное заведение, просто подними цену, — улыбнувшись, подсказал он. — А в качестве бонуса, подари им дополнительное наслаждение.

— Как-то всё у тебя очень просто, — скривился человек.

— Чем проще, тем больше вероятности, что это сработает, — моментально сделался серьёзным Ярг. — Ты мне ещё спасибо скажешь, когда поток клиентов в твои дома возрастёт; а это случится, я тебя уверяю.

— Хорошо, — выдержав паузу согласился тот, — в чём твой интерес?

— Половина от дохода с продаж, — не моргнув глазом, ответил Ярг.

— Двадцать процентов, — серьёзно сбавил цену собеседник.

— Тридцать, или я ищу другого человека, — наклонил голову набок Ярг.

— Идёт, — протянул кисть для пожатия тот.

Они пожали друг другу руки, скрепив тем самым сделку. Ярг отсалютовал ему вином и осушил бокал до самого дна.

— Как поживает наш общий знакомый? — задал Ярг вопрос, сменив тему, — Я сегодня был возле его нового дома и представляешь, мне показалось, что я слышал из него детский смех.

— Да, ходят слухи, что он взял какую-то бродягу себе под крыло, — усмехнулся собеседник. — Честно говоря, мы не виделись с ним с момента финального боя.

— Зря, — покачал головой Ярг, — Врагов нужно держать поближе.

— Вчера он убил Дария, — вздохнул тот и подобно гостю опрокинул бокал вина себе в рот, осушив его до дна, — а ведь я считал его своим другом.

— Не упускай его из виду, Мортис, — немного подумав, произнёс Ярг. — Однажды это поможет сыграть против него.

— Не учи, я в этих играх каждый день живу, — в очередной раз скорчился Мортис. — У тебя всё?

— На следующей неделе, запомни, — ещё раз обозначил сроки Ярг, — и не заставляй меня искать тебя, ты знаешь, как я этого не люблю.

— Как ты там говорил? — усмехнулся тот. — А мне насрать…

— Рад, что хоть чему-то полезному у меня научился, — засмеялся Ярг и покинул таверну.

Всё прошло как нельзя лучше. Осталось только дождаться товара и передать его Мортису. Ну кто в здравом уме поверит в то, что наркоту в городе распространяет первый человек после Императора. Уверен, что этот старый дурак, даже и подумать подобным образом не посмеет.

С делами покончено, и Ярг решил немного потешить себя, тем более всё равно придётся заночевать в городе, чтобы утром сесть на поезд. При этом он обязательно возьмёт билет сразу на весь вагон.

А пока он шёл в сторону стены, к тем самым заведениям для извращенцев, которыми владеет Мортис. Именно здесь можно позволить себе всё, что душа пожелает, заплатив за вход, всего пять золотых монет. А сегодня у Ярга очень хорошее настроение, всё идёт так, как он того желает, так почему бы не потешить себя очередной, маленькой шалостью.

Он даже слегка прикрыл глаза от удовольствия, представив себе, как очередная рабыня захлебнётся сегодня в собственной крови, доставляя ему, Яргу, наслаждение и он сделает всё, чтобы продлить его до рассвета. Главное, не дать ей сдохнуть раньше времени.

Глава 10

Обновление.

Безликий.

Очнувшись, я действительно почувствовал себя лучше. Боли как будто и не было, энергии столько, что даже не знаю, как теперь получится уснуть. Человек с копной сена вместо волос и Лирий, стояли возле меня в той же позе, будто и не уходили вовсе. Хотя, вполне возможно, что так оно и было на самом деле.

— Сколько я был в отключке? — спросил я довольно бодрым голосом.

— Пару минут, — ответил человек, сделавший мне укол. — Как ощущения?

— Не знаю, пожал я плечами и сел на кровать после того, как меня освободили от ремней, — странное.

Человек заглянул мне в глаза, посветил по ним небольшим фонариком, что не осталось без моего внимания, затем попросил сказать «А» и осмотрел зев.

— Порядок, — поставил он свой диагноз.

— Благодарю, Ринис, — произнёс Глава первые слова. — Пошли, Безликий, на сегодня твоя работа закончена.

— Угу, — только и смог вымолвить я.

Мы поднялись наверх, и я покинул кабинет или комнату переговоров, спустился по лестнице, и вышел на улицу. Втянув вечерний, относительно прохладный воздух полной грудью, я вдруг улыбнулся и пустился бежать.

Хотелось поскорее что-то сделать, избавиться от этого энергетического всплеска. Уж не знаю, что они в меня там влили, но чувствовал я себя превосходно.

Перед уколом у меня было, наверное, с тысячу вопросов, но сейчас они все покинули мой разум, будто случилась какая-то перезагрузка, обновление системы.

Я нёсся по мостовой, сворачивая на радиальные улицы, где обычно не так много народу. Ощущение лёгкости, бодрость, дыхание ровное, словно я не бегу сейчас во всю прыть, а спокойно иду прогулочным шагом. Захотелось проверить, насколько тело стало быстрее, и я свернул к дому.

Мира не спала и, едва я вошёл, принялась разогревать ужин. Эй оторвала голову от бумаг, в которых решала очередные примеры и строго посмотрела на меня.

— Ты обещал, что у меня сегодня не будет занятий, — обиженным голосом произнесла она, — ты врун.

— Мира, — я тут же окликнул рабыню, — ты зачем над ребёнком издеваешься?

— Простите господин, но вы ушли, а я подумала, что не стоит зря тратить время, — опустив голову, ответила она.

— Эй, оставь примеры, завтра доделаешь, мне нужна твоя помощь, — сказал я, — Пошли наверх.

Мы поднялись в спортзал и я велел Эй считать секунды, так проще ориентироваться, а сам подошёл к груше. Пока я бежал, тело разогрелось так, что несколько взмахов руками, небольшая растяжка и я был снова готов.

В итоге выяснил следующее. На самом своём пике физической подготовки, ещё в том, старом мире, я мог производить шесть-семь ударов в секунду, это если они прямые и руками. Сейчас, эта цифра выросла: получилось где-то восемь-девять, а иногда доходило и до десяти. С ногами немного сложнее, но прыжки давались легче и я вполне мог ногой в воздухе выбить зубы человеку ростом под два с половиной метра, может больше. По крайней мере, всадника в седле, смогу спокойно достать ударом ноги в голову. Оно, конечно, ни к чему, но рост был налицо; выходило, что укол дал мне сверху процентов тридцать-сорок к обычным человеческим возможностям.

Жаль конечно, что руку оно заново не отрастит, а было бы неплохо.

В голове вдруг возникла странная мысль, о которой нужно было поинтересоваться, но я дошёл до неё только сейчас. Ярг, а он получал такой укол? Если да, то шансов на арене против него у меня, скорее всего, не было бы. Тогда почему клан сделал ставку на меня?

Я даже остановился и уставился в стену немигающим взглядом.

— Ты чего встал? — тут же спросила Эй. — Так у тебя здорово всё получается, когда я так смогу?

— Ну, если будешь усердно заниматься вместе со мной, то к концу лета сможешь не хуже, — ответил я, — Но для этого недостаточно развивать только тело.

— А что ещё нужно? — зацепилась она за мою наживку.

— Ещё нужны мозги, — постучал я ей пальцем по лбу, — если в голове пусто, то тело не будет тебя слушаться, а заниматься с Мирой ты не любишь, так что — не знаю, не знаю.

Девочка посмотрела на меня немигающим взглядом и, что-то решив для себя, кивнула и вышла из зала. Я не стал ничего спрашивать и пошёл смыть с себя пот, которого было не так уж на мне и много.

Если учитывать стандартные тренировки и работу на скорость, я сейчас должен был быть весь в мыле, но на мне образовалась лишь лёгкая испарина. Однако, сегодня я потел почти весь день и перед уходом из дома лишь обтёр тело влажным полотенцем.

Я стоял возле ванной с тазиком воды и переводил взгляд с одного на другое, а затем понял, что именно мне так давно хотелось сделать в этом мире. Можно сказать, что я желал этого с самого первого дня, но за заботами и проблемами, как-то всё вылетело из головы.

Тут же спустился вниз, мельком заглянул в столовую, где Эй, высунув язык, царапала карандашом цифры на бумаге, крикнул Мире: «Я скоро буду» и выскочил на улицу. Перебежав через дорогу, взобрался на каменные перила и рыбкой нырнул в реку. Ну а смысл иметь дом на берегу реки, когда не можешь в ней искупаться, тем более, что липкая жара, которая окутала этот мир, уже порядком достала.

Наплескавшись вдоволь, я проплыл между пришвартованных кораблей и лодок, широким гребком вытолкнул тело из воды, ухватившись за край каменного пирса, подтянулся и выбрался на него. Штаны намокли и едва не сползли с бёдер на мостовую, пришлось придерживать их руками. Так, шлёпая босыми ногами и оставляя за собой мокрый след, я направился к дому.

Войдя внутрь, на мгновение прикрыл глаза от оказавшегося слишком ярким света, а затем до меня дошёл ещё один сюрприз от того волшебного укола. Я даже вначале этого не заметил и сделал несколько шагов по дому, затем остановился, задумался и развернулся на выход.

На улице уже было довольно темно, лишь из нескольких окон домов проливался слабый свет, но стоило мне покинуть освещённую прихожую своего дома и моргнуть, как зрение тут же поменялось. Оно стало чёрно-белым, но я отчётливо видел каждый предмет, каждый камушек. Вот это вообще замечательный бонус.

Заранее прикрыв глаза, вернулся домой и, напевая под нос мелодию из своего старого мира, прошлёпал наверх.

В ванной скинул с себя сырые штаны, насухо вытерся полотенцем и, переодевшись в чистое, спустился к ужину.

Эй упорно продолжала заниматься; Мира быстро поставила передо мной тарелки и я, наконец, смог спокойно утолить голод, который почувствовал сразу, едва носа коснулся восхитительный аромат жареного мяса с овощами.

Вопреки моим ожиданиям, спал я как младенец, а наутро почувствовал прилив бодрости и энергии. Мира гремела посудой внизу, а Эй, проходя мимо моей комнаты постучалась и тоненьким голоском оповестила, что пора вставать.

Мы вместе отправились в зал: зарядку никто не отменял и прежде чем приступить к завтраку, нужно как следует разбудить организм. Мира уже привыкла к нашему распорядку и пока мы бегали, прыгали, растягивались и так далее, наполнила ванную. А пока смывали с себя пот и вообще занимались утренним туалетом, приводя себя в порядок, накрыла завтрак.

— Господин, — тихо начала Мира, — в конце недели у нас будет невольничий рынок. Не сочтите за неуважение, но нам нужен раб мужчина.

— Мира, а давай поступим так, — немного подумав, предложил я, — Мы вместе на него отправимся и ты сама подберёшь необходимого.

— Слушаюсь, господин, — поклонилась она и ушла завтракать на кухню.

Весь день прошёл в тренировках, вечером я снова искупался и в таком ритме прошла почти неделя, а затем явился Мыш.

На этот раз от обеда он не отказался, Мира как раз накрывала на стол. Раб мужчина что-то ремонтировал наверху, под самой крышей. Его мы выбрали вместе с Мирой и это было то ещё шоу. Она так придиралась ко всяким мелочам, будто мужа себе выбирала, но я сам сделал её старшей и отдал бразды правления в руки. Женщину брать не стали, потому как Мира очень даже хорошо справлялась с работой по дому и в итоге сама приняла решение, что лишний рот кормить не стоит.

Мыш передал мне конверт и не спеша обедал, было видно, что он хочет что-то сказать, но никак не решается.

— Какие-то проблемы? — решил я подтолкнуть его к началу.

— Нет, полный порядок, — пожал он плечами, но недосказанность всё равно осталась, это было видно по его взглядам и жестам.

Я решил, что он не хочет говорить при всех и нужно просто дождаться нужного момента и сделать это на улице, с глазу на глаз.

— Я же вижу, ты что-то недоговариваешь, — спросил я в очередной раз, когда мы вышли из дома.

— Да, есть кое-что, — смутился Мыш, — вы уж простите меня заранее, но я испугался.

— Говори, — подбодрил его я, — всё уже случилось, судя по твоим словам.

— В город недавно приезжал Ярг, — выдохнул тот, — и он узнал от меня, где вы живёте.

Я замолчал, лицо сразу заострилось, а улыбка моментально исчезла с него.

— Когда это было? — спросил я.

— В тот день, когда вас позвали в таверну, вместо ужина, — пробормотал связной. — Простите, господин, я правда испугался.

— Твоя ошибка только в одном, — холодным тоном произнёс я, — ты не сказал мне об этом сразу. Узнать, где я живу — несложно.

— Простите, господин, — снова пустился в извинения тот.

— А теперь слушай внимательно, Мыш, — повернул я к нему голову и посмотрел в глаза. — Как только он появится здесь ещё раз, я должен знать об этом сразу, ты меня понял?!

— Да, господин, — виновато отвёл взгляд в сторону тот.

— Есть особые пожелания по клиенту в конверте? — кивнул я головой в сторону дома, меняя тему разговора, но не меняя тон голоса.

— Всё, как всегда, указанно там, — ответил Мыш.

— Ладно, не переживай так сильно, — сжалившись, хлопнул я его по спине, — все мы ошибаемся, но важно из этого извлекать урок. Надеюсь, ты свой усвоил.

— Спасибо, господин, — наконец смог выдохнуть Мыш.

Вскоре я вскрыл конверт и принялся изучать содержимое.

Выходило так, что мне нужно покинуть Эллон и отправиться в город под названием Сэ́пта и, ни много ни мало, убрать там человека, который занимает должность старшего советника при местном короле. Клан, который поддерживает порядок в этой провинции очень слаб и насчитывает в себе всего десяток человек. Советник возомнил себя серым кардиналом города и постоянно мутит воду, а совсем недавно взялся и за местный клан. Он поставил себе цель: извести его под корень и уже приступил к делу. За последние несколько суток пропали двое низших членов, а советник уже начал мнить себя непобедимым.

Убийство должно быть крайне жестоким и предано максимальной огласке. Единственное условие, меня никто не должен за этим застать, но каждый в городе обязан понимать, чьих рук это дело.

Ну что, вполне всё понятно и приемлемо, оплата более чем достойная и срок исполнения треть годовой четверти, то есть месяц.

Я спустился в столовую и предупредил Миру, что мне нужно уехать на некоторое время по делам. Затем состоялся разговор с Эй, которой я велел продолжать заниматься каждый день и повторять всё то, что мы до этого изучили. В спаррингах ей будет помогать раб, чтобы она могла отрабатывать блоки.

Выдав все распоряжения, я снова поднялся к себе и сунул пару комплектов одежды в сумку, поверху положил свои убийственные насадки, и взял метательные ножи. В общем, собраться было делом нехитрым. Осталось понять, как добраться до Сэпты.

В письме были чёткие указания о номере поезда, дате и времени отъезда; выходило, что на подготовку, в клане мне предоставили всего четверть. Порядка оформления и покупки билета я не знал, поэтому решил не тянуть с отъездом и отправился на станцию пораньше, то есть сразу.

Всё оказалось куда проще, чем я думал, и билет на поезд имел различную стоимость. Так, если нужен полный вагон в распоряжение, нужно внести золотой, если не против делить его с попутчиками, то стоимость проезда делится на их количество. Я не самый богатый человек в мире, так что взял максимальное количество попутчиков, отдав шестую часть золотого.

Поезд прибыл на платформу и я с любопытством принялся осматривать его с точки зрения уже имеющейся информации.

Начал, конечно, с тягача: ведь сами вагоны ничего особенного из себя не представляли, а вот, то, что тянет их за собой, оказалось довольно интересным.

Это в первый раз, я посчитал его паровозом, но сейчас осознал, насколько был далёк от истины. Тягач работал на тех же древних, звуковых технологиях, вот только понять принцип этого мне было не дано.

Выходило так, что в его двигателе создавалась определённая вибрация, что разгоняла частицы воды, которая в свою очередь, под высоким давлением уже толкала поршня, передавая вращающий момент на колёса. Это мне объяснил машинист, когда заметил моё любопытство, но как и откуда возникает эта волна, почему она оказывает такое влияние на воду — на эти вопросы он только глаза округлял и пожимал плечами.

Я попросил его взглянуть на кабину и он, с радостью предоставил мне доступ за пару медяков. Вот только здесь почти ничего не было, механизм управления был очень прост. Ручка, напоминающая кран, которая регулирует давление воды и рычаг, похожий на ручной тормоз, собственно им он и оказался. Вот и вся конструкция, не считая нескольких приборов, все в основном манометры, ну и датчик уровня воды в резервуаре.

Зато, теперь стала понятна его тихая работа и отсутствие дыма или пара, хотя, принцип паровой тяги конечно остался. Ведь там тоже вращающий момент передавался при помощи давления воды, только она должна быть в газообразном состоянии. Здесь же она остаётся жидкой и какими-то вибрациями умудряется создавать давление до четырёх сотен атмосфер. По крайней мере, на датчике давления этот показатель находился в зелёной зоне.

У меня было невероятное желание разобрать его, заглянуть внутрь и понять всю его работу, хотя бы с механической точки зрения, но увы, этого мне сделать никто не даст.

Немного удовлетворив своё любопытство, я поднялся в вагон и уселся в свободное кресло. Поезд должен был пройти по прямой через всю Эллодию и многим нужно было ехать дальше или ближе, чем мне.

Лёгкий гул, который едва ощущался в самом первом вагоне после тягача, оповестил, что процесс работы механизмов запущен и вскоре состав дёрнулся, начиная набирать свой ход.

Путь до Сэпты должен занять три четверти, при средней скорости поезда даже шестьдесят километров в час, расстояние немалое. Не будь здесь подобного, транспортного сообщения, пришлось бы неделю трястись в повозке, а то и больше.

Рабы здесь выполняли роль проводников и как только поезд набрал ход, они тут же принесли еду, вино и фрукты. Попутчики тут же завели неспешные беседы, а я уставился в окно. Говорить совсем не хотелось, а вот рассмотреть пейзажи вокруг — даже очень. Однако совсем без разговоров не обошлось, но несколько ответов односложными фразами, быстро отбили желание попутчиков к общению.

Спустя пару часов езды, пейзаж за окном начал меняться и вот теперь мне стало понятно, где брали древесину.

Поезд буквально ворвался в непроглядную чащу, внутри вагона сразу стало темно, и один из рабов включил свет. А я с удивлением рассматривал лес вокруг, прижав лицо вплотную к окошку.

Густой, с огромными деревьями, которые часто попадались на глаза. Таких стволов я не видел никогда в жизни, будто из фильмов про динозавров. В большинстве своём лес, конечно же, имел вполне привычные глазу размеры, но когда появлялись эти исполины, становилось даже как-то не по себе. Они, словно сказочные гиганты, возвышались над остальным лесом на десяток метров, и их невозможно было не заметить.

Поезд будто бы прибавил ход, и от видов за окном стало немного подташнивать. Слишком уж быстро менялась картинка, а лесной коридор стал настолько узок, что перевести взгляд вдаль никак уже не получалось.

Вскоре я задремал и открывал глаза только на редких остановках. Так, в наполовину сонном состоянии я и добрался до Сэпты.

— Господин, скоро ваша остановка, — подошёл ко мне раб и разбудил своим предупреждением.

Виды за окном сменились и теперь мы ехали по открытой местности, с болотами и чахлыми, лесными клочками, которые чернели то здесь, то там.

На станции уже вовсю царила ночь, и кое-как растолкав сонного извозчика, я направился в город.

Его вид полностью изменил всё моё мировоззрение об этом мире. С другой стороны, не нужно далеко ходить, чтобы понять — жизнь везде строится одинаково. В моём старом мире, чтобы провалиться на пару сотен лет в прошлое, достаточно было отъехать от столицы на пару сотен километров. Здесь было абсолютно точно так же.

Старые, ободранные от времени и сырости дома непонятного цвета, перемежались с деревянными халупами. Не успел я спрыгнуть с повозки, как тут же наступил в лошадиную кучу. Чертыхнувшись вслух, я осмотрелся и двинулся по указанному в письме адресу на поиски логова местного клана.

Кажется, я зря думал, что задание будет не из лёгких, в таком месте можно расчленить этого советника прямо посреди площади и никто даже глазом не поведёт, не то чтобы арест затевать. Единственной проблемой может стать понимание «максимальная жестокость», для местных мой самый кровавый этюд, может показаться детской сказкой.

Однако утром я вынужден был избавиться от подобных мыслей о простоте решения задачи. Особенно после того, как увидел шествие местного власть держащего по городу, в окружении двух десятков хорошо вооружённых стражников. А информация о том, что он таким образом даже туалет посещает, радости совсем не прибавило. Но задача поставлена и выполнять её придётся, осталось только придумать, как это сделать.

Глава 11

Технологии древних.

Вчера меня приняли на постой и на этом дело закончилось. Утром связной указал на цель и на то, что просто ничего не будет. Я почти весь день наблюдал за старшим советником короля и убедился в правдивости этого вывода.

Он действительно всюду таскал за собой хорошо вооружённую охрану и эти ребята не выглядели хлюпиками. Даже при условии, что я стал быстрее и сильнее, два десятка человек не оставляют даже малейшего шанса подобраться к цели вплотную и остаться живым. Руководство словно издевалось надо мной, послав на это задание. Оставалось ещё выяснить то, как он спит.

До вечера обстановка не поменялась и я решил получить дополнительную информацию, ну или вообще хоть что-то от местного клана. Они называли себя Кротами.

Что этот клан делал здесь, в такой глуши на болотах? Не проще ли было оставить это королевство в пять деревень на произвол судьбы? Но я, как всегда, ошибался, просто не понимая всей сути происходящего.

Да, кое-какой информацией я обладал, но всю картинку в целом так и не увидел, а это, в свою очередь, повлекло за собой неверные выводы.

Работа Кротов была крайне важна, потому как территория Сэпты освободилась от воды совсем недавно. Именно поэтому, вокруг были болота и непроходимая грязь. Но это не мешало людям заниматься поисками артефактов, многие из которых были даже в рабочем состоянии. В этом я тоже убедился, после разговора с Главой Кротов.

— Рад видеть Безликого в этом забытом богами месте, — протянул руку Глава.

Он совсем не походил на нашего: добродушный, улыбчивый, такой скорее будет работягой, а не политическим интриганом. И руки крепкие, будто всю жизнь камни ворочают. Да, я занимался, тренировался и всё такое, но его ладонь прожать так и не смог.

— Меня Гравий звать, — представился он не менее интересным именем, — не думал я, что тебя пошлют, обычно к нам Тихий ездит.

— На этот раз решили иначе, — пожал я плечами. — Кто их, начальников, поймёт?

— Это точно, — подтвердил мои домыслы Гравий, значит, этот клан действительно работает на наш интерес, — что думаешь делать?

— Ликвидировать, — спокойно ответил я, — задача именно такая.

— Хех, ну ладно, — усмехнулся тот. — Ну, располагайся, в таком случае. У нас тут сам понимаешь — не Эллон, но жить можно.

— Жить, везде можно, — усмехнулся я. — А вы сильно заняты, господин Гравий?

— Ты свои вот эти «господины» здесь брось, — пришла очередь Главы ухмыляться, — мы тут все люди простые. А я занят только тобой, так что не против буду и пообщаться.

— А что вы делаете здесь, среди всего этого захолустья? — поинтересовался я первым делом. — Почему вы решили обосноваться в таком месте?

— Да всё просто, — спокойно пояснил тот. — Здесь ещё никто не копал, к тому же климат меняется, вода отходит, скоро эти торфяники станут отличными полями, река прорежет окончательное русло и здесь будет прекрасный город.

— До этого ещё лет сто пройдёт, — задумался я над его словами.

— Да хоть сто пятьдесят, — отмахнулся Гравий, — нам спешить некуда, а порядок наладим. Мы не такие слабые, как нас считают, — внезапно сменил он тему.

— Я не это имел в виду, извините, — постыдился я, хотя имел в виду и вправду совсем другое. — Мне, скорее интересен момент выгоды.

— Вон ты куда завернул, — захохотал тот открыто, во весь голос, — пойдём, я покажу тебе кое-что.

Мы отправились к точно такой же, не особо приметной двери, как и в нашем трактире, в противоположную от входа сторону. За ней лестница и спуск, только пахнет сыростью, в отличие от Эллона.

Всего пара этажей вниз и мы оказались в первичных тоннелях. Хотя, правильнее их будет назвать жилыми помещениями древней цивилизации. И первичны они по причине того, что не так глубоко ещё прорыты, захватывают лишь первые подземные этажи.

Стены ободраны так, что видно голый камень, кое-где остались следы штукатурки, но от первичной обстановки нет и следа. На удивление, электричество было, видимо до генератора спустились первым делом, а может быть ему вообще по фигу: в воде работать или под землёй.

Гравий провёл меня по коридору, по бокам которого расположились двери. Уже новодел и сделан кем-то из местных. Это я решил, потому что видел двери тех древних мастеров в Эллоне и эти сильно уступали в качестве.

Затем вошли в одну из дверей и вышли к не очень хорошо укреплённому лазу, видимо, через дорогу. Из него уже попали в просторное помещение, которое было заставлено находками. Рабы бережно счищали с некоторых грязь, но многие уже имели чистый вид и находились в ящиках с древесной стружкой.

— Можно? — горящими от любопытства глазами спросил я.

— Ну а зачем ещё мы сюда пришли? — усмехнулся Гравий. — Вот так выглядит выгода таких захолустий. Мы продаём это всё на аукционах. Украшения золотые часто попадаются и много чего ещё. В общем, на жизнь хватает.

Я тут же подошёл к ящикам, они все ещё были открыты и показывали своё содержимое. В большинстве своём это были вещи из обихода, тарелки, чашки, мятые кастрюли. Многие вещи прекрасно сохранились, некоторые были разбиты и сломаны. Статуэтки, красивые вазы и драгоценности лежали отдельно.

— А что там? — указал я на закрытую, железную дверь.

— Разные устройства, — пожал плечами Глава, — Мы не понимаем, как они работают; их нашли сразу много и в одном месте.

— Можно взглянуть? — попросил я.

— Эти вещи опасны, — видно, что ему было неудобно отказывать. — У нас как-то раб погиб, пытаясь очистить одну из этих штук, и мы стараемся их не трогать.

— Я осторожно, — я никак не мог утолить свой голод познаний.

— Ну, пойдём, — нехотя согласился Гравий, — только руками не прикасайся.

— Хорошо, — кивнул я и Глава отомкнул замо́к.

Когда открылась дверь, я вначале не поверил своим глазам. Мне хотелось и плакать, и смеяться, но виду я старался не подавать.

Оружие — оно в любое время будет выглядеть одинаково. Даже если у него нет отдачи, даже если оно метает плазму, всё равно его делают под скелет человека: под руку и плечо, под кисть и пальцы.

— Что вы делаете с этим? — тут же повернулся к нему я.

— По-разному, — покрутил ладонью в воздухе тот, — Прячем, продаём в коллекции другим кланам. Есть целые семьи, которые занимаются исключительно изучением, но доступа к ним даже у меня нет. Хотя мне никто не мешает оставить всё это себе.

— Рекомендую так и поступить, — усмехнулся я, — имею в виду оставить себе.

— Вы знаете что это? — удивился тот.

— Если я не ошибаюсь, это оружие, а вы наткнулись на военную часть или магазин, точнее, лавку оружейника.

— Можете не объяснять, я умею читать на языке древних, — отмахнулся тот. — Слово «магазин» мне понятно. От этого места мы табличку не нашли, там и двери-то давно не было.

— Может, разрешите взять что-то в руки? — покосился я на Гравия.

— Попробуй, только не убейся и меня не убей, — ответил тот, с уже не скрываемым любопытством.

Я прошёл в тёмное нутро и свет в глазах переключился на чёрно-белый, мгновенно вычертив предметы из темноты. Глаза разбегались, но я убедился в том, что отыскали они именно магазин. Основным товаром был короткоствол, хотя несколько видов, сделанных под плечевой упор всё же имелось. Как они работают я понятия не имел, однако вид у этих вещей был именно таким, каким выглядит оружие, притом огнестрельное.

Я достал из ящика нечто похожее на пистолет и вышел с ним на свет. Удобно загнутая штука, которая прекрасно ложится в руку: именно так я его и держал раньше.

Я подошёл к рабам и взял кусок ветоши. Протерев бока, обнаружил рычаги управления механизмом. Чтобы никого не убить, потому что сейчас я собирался разобраться по методу тыка, пришлось отойти в сторону и развернуть ствол к потолку. Я, конечно, сильно сомневался, что набитый землёй пистолет сможет выстрелить, но кто их древних знает.

Как я и предполагал, механизм заклинило намертво, рычажки едва шевелились и ничего не происходило.

Всё это время Гравий ходил за мной по пятам и посматривал на мои действия поверх плеча. Когда я попросил керосин, он мгновенно появился перед моими глазами.

Немного подумав, я подобрал ковш и над ним слегка полил пистолет, хотя у древних он мог называться иначе. Снова отвернул предполагаемый ствол в сторону и попытался разработать рычажки. Постепенно дело пошло лучше и вскоре я смог извлечь обойму.

Тут же отложил пистолет в сторону и принялся рассматривать устройство патронов. Сразу удивило отсутствие гильз, в два ряда были уложены простые остроконечные головки пуль. Они имели более длинную форму и некое подобие оперения, будто маленькие ракеты, а со стороны тупого конца имелось углубление.

Я начал выщёлкивать их и складывать в чашку, вышло шестнадцать штук. Всё залил керосином, добавив к пулям сам магазин и приступил к дальнейшему осмотру. Было странно видеть оружие, которое хранится в заряженном виде, это казалось чем-то противоестественным.

Однако, через некоторое время, я понял, что сами пули никуда не полетят, пока я не вставлю что-то в тыльную часть пистолета, туда, где должен находиться ударный механизм. Пришлось снова идти в комнату в поисках чего-нибудь подходящего.

— Здесь кое-чего не хватает, — выйдя на свет, сказал я Гравию, — Может вам попадался какой-нибудь цилиндрический предмет, примерно вот такой? — я на пальцах изобразил то, что хотел увидеть.

— Были такие, — кивнул тот, — на них древние написали слово «Аккумулятор», они подходят к любому переносному освещению, мы их используем.

— Можно одну такую, желательно именно из партии, что вы нашли рядом с этими устройствами? — указал я на комнату.

Гравий тут же отправил раба, а я продолжил попытку вычистить землю из пистолета. За это время керосин проник глубже и размочил её, осталось только как следует почистить и желательно разобрать. С крюком вместо руки это оказалось не так просто, но я справился.

Вскоре удалось сделать и это: ствольная коробка сошла с места, открыв для меня всё устройство пистолета. Оно было настолько непривычно глазу, что я вначале опешил.

Вместо привычного спускового и возвратного механизма имелась какая-то вещь, напоминающая камертон и через контакт замыкалась на спусковом крючке. Привычной была только подача пули в ствол, хотя как сказать, конечно.

Я промыл всё, до чего только смог добраться, несколькими тряпками вытер насухо внутренности и попробовал надавить на спуск, чтобы посмотреть работу механизма.

Выходило так, что при нажатии, система трёх рычагов выталкивала пулю из магазина в ствол, а выстрел производился при обратном движении — собачка щелчком на короткое время замыкала контакт. Странное решение, но не мне их судить.

Я собрал пистолет обратно, благо он оказался проще любого мне известного и принялся за пули и магазин. Разработал пружину, начал оттирать пули и вдруг заметил, что крылышки тоже имеют пружинный механизм, под пальцами они входили внутрь и выскакивали, когда я их отпускал. Тоже забавное решение.

По сути, получается, что пуля не может лететь быстрее звука; ну, это опять же, если рассмотреть известную в моём мире теорию на этот счёт и совместить с тем, что развивали предки этого мира. Вытерев всё насухо, я поводил оружие над огнём на всякий случай, но ничего не вспыхнуло и гореть не стало.

Зарядил пули обратно, вставил магазин на место, а в тыльную часть установил батарейку. Она с лёгким щелчком вошла на место и оружие будто ожило в моей руке. Лёгкая вибрация, как на игровом джойстике, видимо оповестила о готовности к бою и продлилась недолго.

— Ну что, попробуем? — с улыбкой глянул я на Гравия.

— Ещё спрашиваешь? — усмехнулся тот, глядя на предмет в моей руке с не меньшим любопытством, чем я. — Конечно.

Я вышел в коридор, вытянул руку и направил ствол в дальний конец. Нажал спуск и ничего не произошло, пока я не отпустил его.

Пистолет в руке дрогнул, но звук никак не походил на выстрел, однако пуля ствол всё же покинула и вышибла большой кусок камня, после чего несколько раз срикошетила и со свистом пронеслась по коридору, отлетая от стен.

— Работает, — с восторгом заявил я.

— Дай попробую, — тут же оживился Гравий.

— Не стоит этого делать здесь, пуля может отскочить куда угодно, лучше проверить это дело на открытом месте. По привычке я вынул магазин, а не батарейку и стоял с ними в руках, не решаясь вернуть владельцу.

— Сколько вы за него хотите? — я, наконец, смог отвести от оружия глаза и посмотреть на Гравия.

— Теперь даже не знаю, — почесал макушку тот, — такие вещи обычно сразу умники забирают, но они не в курсе, сколько единиц и чего конкретно мы можем найти.

— Так сколько? — ещё раз спросил я.

— Думаю, десяток золотых он будет стоить, — немного подумав, ответил Глава.

— Мы сможем найти ещё вот такие пули? — показал я на магазин.

— Полно, — усмехнулся тот и указал пальцем на кучу таких в нескольких вёдрах в углу, — мы не знали, что это такое и просто ссыпали это для переплавки.

— Это очень опрометчиво с вашей стороны, — покачал головой я. — Вы впервые такое обнаружили?

— Какое там, — улыбнулся Гравий, — Это уже третья находка за последние несколько лет. Уж не знаю, как там в Эллоне, но это попадается далеко не везде. Мы уже в курсе, что такое лучше умникам отдавать, поэтому никогда не связывались и не рассматривали. Даже не отмываем, пусть сами там мудохаются.

— Теперь, я полагаю, передумали? — улыбнулся я в ответ и подошёл к ведру.

Пули, все как на подбор были абсолютно одинаковые, никаких отличий по калибру, дальности, мощности. Или это не имело никакого значения, или всё гражданское заряжалось только этим типом. Ну, мне-то такое было только на руку.

— Возьму ещё ведро вот этих и за десятку договоримся, — согласился я на предложение Гравия. Хотя попроси он сто, я бы нашёл.

— Тогда ты научишь рабов мыть это, — указал он пальцем на пистолет, — а меня обращаться.

— Договорились, — кивнул я.

Вот теперь моя миссия уже не казалась настолько сложной. Сейчас, я словно окунулся в привычные для меня условия. Единственное, о чём я жалел, что не выбрал оружие с длинным стволом, но переигрывать сделку Гравий отказался, видимо поняв, что продешевил.

Я умудрился прихватить с собой ещё один магазин, оторвал от пола, тяжёлое, деревянное ведро и направился к выходу. Квартировался я в здании неподалёку, так что перенести никому не понятные предметы через улицу, труда не составило.

Там я ссыпал из кошеля ровно десять золотых монет, которые взял на всякий случай и остался, можно сказать, нищим. Но это меня нисколько не смущало. Ради такой игрушки не жалко было и отдать всё то, что имел при себе. Управляться с пистолетом, имея крюк вместо одной руки, было крайне неудобно: приходилось помогать коленями, но это тоже всё окупалось. На улице уже во все права вступила ночь и о том, чтобы затевать проверку спящего советника, я даже не думал. Теперь в голове выстраивались стандартные схемы убийства клиента.

Где он пройдёт, когда и в какую сторону посмотрит, и с какого расстояния я смогу произвести выстрел. Всё это я обдумывал, продолжая отмачивать и очищать пули, пока крылышки не начинали свободно ходить. Керосином я провонял теперь с головы до ног, но и это меня не останавливало.

Завтра днём поедем с Гравием за город и попробуем пристрелять этот странный пистолет. Мне необходимо понять на какой дистанции он даёт прицельный выстрел. На что мне следует рассчитывать с неумелым телом и глазами.

Да, знания о стрельбе остались, но вот тело с подобным столкнулось впервые, и как бы я ни старался, всё равно руки привыкли к другому оружию и не очень-то слушались.

Всё это я осознал на болотах, пытаясь попасть в тарелку с расстояния в пятьдесят шагов. Удалось сделать это с третьего выстрела, у Гравия этого не вышло и с тридцати, только зря пули потратил. Однако выделываться мне было не с руки, и я не сильно возражал: в крайнем случае, всегда могу приехать и прикупить их, о чём не забыл договориться с Главой.

Заодно мы решили, что никто за пределами Сэпты не узнает об этом оружии. Так было удобно и ему и мне.

Я потратил почти половину ведра, но палец всё никак не хотел слушаться и давил на крючок, ожидая выстрела; от этого сбивался прицел, и пуля уходила совсем не туда, куда я планировал, нажимая спуск.

Приходилось сдерживать себя и начинать прицеливание с утопленным крючком — дело пошло лучше, а ещё я заметил, едва уловимый свист, когда держал пистолет, готовым к бою. В один из таких моментов я неприлично долго целился, и даже подумал, что не поразил цель. Однако при ближайшем рассмотрении в тарелке обнаружилось отверстие, но сама она при этом осталась целой, то есть не разлетелась на куски.

Выходило так, что пуля вышла из ствола намного быстрее, чем все предыдущие, и в этом я вскоре убедился, проведя эксперимент на стволах старых чёрных деревьев. Быстрое нажатие пробивало ствол, но не всегда, в отличие от метода с удержанием спуска. Тогда пуля прошивала его, даже не заметив, будто сквозь бумагу летела.

Что это? Звук накапливается, или он что-то делает с самой пулей и с воздухом вокруг неё? Вопросов больше, чем ответов, но факт остаётся фактом, оружие до сих пор работает, а качество деталей таково, что они пролежали пару сотен лет в земле и воде и даже ржавчиной не покрылись. Хотя металл, судя по виду, использовался чёрный.

Несколько дней я выбирал позицию для стрельбы. А как всё это превратить в шоу, мы обговорили с Гравием. Выходило так, что он остановит старшего советника посередине улицы и станет ему предъявлять претензии, а я прикрою это дело с окна второго этажа, метрах в семидесяти. Главное, чтобы он не сближался с охраной и целью, но это, я думаю, и сам советник сделает за нас.

Гравию, по сути, нужно было толкать ему в лицо пафосные речи, кричать о возмездии клана и периодически указывать пальцем на людей из личной охраны. Если они профессионалы, то постараются прикрыть собой босса и поскорее убрать его с улицы; а если нет, то скорее всего разбегутся сразу, или просто будут тупить, не понимая, с чего это вдруг их товарищ умер.

Вспышки оружие не производит, звук, с которым пуля покидает ствол, тоже особо ни на что не похож, так что пока до них дойдёт, что происходит, я смогу их всех здесь положить. Но в случае их действия, как профессионалов, о картинной смерти советника придётся забыть — я сразу буду действовать на результат.

Плюсы этого мира в том, что эти люди никогда не сталкивались с подобным оружием, мало того, навыков оперативной работы здесь тоже нет. Да, что-то похожее уже начинает формироваться, но по факту остаётся лишь жалкими зачатками той системы, в которой мне приходилось работать. Никто не станет просчитывать траекторию полёта пули и вычислять тем самым стрелка, тем более, что они и знать не знают, что это за слова такие. Такое очень сильно упрощает мою задачу.

Я затаился на чердаке одного из зданий, и ожидал появления цели и громогласного голоса Гравия. Прислонившись спиной к подстрапельной опоре, я рассматривал пистолет в своей руке. А воевали ли вообще предки этого мира? Если да, тогда почему так мало оружия удаётся найти, или это касается исключительно городов? Что, если военные части у них выглядели так же, как и в моём мире, и большая часть складов находится под землёй?

Нет, они определённо там, но склад изначально мог быть построен, как бункер и теперь его просто невозможно отыскать. Ведь такие вещи не наносятся на атласы дорог. Всё это может быть жалкими, гражданскими игрушками, по сравнению с тем, что может обнаружиться на таких складах. Однако, ещё пару дней назад я и о подобном мечтать не мог. Да меня здесь и пистолет Макарова устроил бы на все сто процентов.

— Эй, постой-ка Дорин, — услышал я громкий голос Гравия, — Не спеши, нам нужно поговорить.

Люди стали останавливаться и с любопытством смотреть на разгорающийся конфликт. По сути, здесь все до единого знали, кто есть кто. Население этого города вряд ли превышало пару тысяч человек и в таком мешке, шило утаить просто невозможно. Все они — недавние переселенцы, которые собрались в кучу, потерпев неудачу в других местах. А под крышей кланов поселения начинают развиваться и это все понимают. Естественно, что и власть никогда не упустит своего, а будучи вторым сыном короля, и не имея возможности войти на престол в родном королевстве, всегда можно испытать силы в новом, только что созданном.

Так и образуются все эти деревни, города и новые королевства. Кланы легко соглашаются на подобное и выделяют землю, в обмен на покорность Императору. Рабы, чаще всего, появляются в ходе войны с другими Империями, но и местные, отчаявшись от жизни, продаются в рабство. Так хотя бы с голоду не умрёшь. А работать оно и так нужно, только на свободе это не даёт гарантию, что вечером тебя будет ждать ужин.

Советник что-то ответил и между ним и Гравием завязался спор, слов было не разобрать, потому как они перешли на пониженные тона. До меня долетали обрывки слов и фраз, но я не стал разбираться в их смысле.

Тело находится в покое, дыхание ровное, рука с пистолетом лежит на нижней части оконной рамы, и я жду, пока Гравий укажет пальцем хоть на одного человека. Вскоре это случилось, вот только палец явно указывал в грудь непосредственно старшему советнику, а голос Гравия вновь загремел на всю округу: «Думаешь окружил себя стражей и кланы не смогут до тебя добраться? Ошибаешься Дорин, ты умрёшь так же, как любой другой, кто ослушается нас. Ты забыл, кто устанавливает закон на земле, но даже не в этом самое страшное твоё преступление — ты поднял руку на тех, кто позволил тебе жить здесь.»

Он что-то ещё вещал, продолжая указывать пальцем на Дорина, а я уже отключился от этого и думал только про выстрел. Вдавил спуск, не спеша подкорректировал прицел и плавно отпустил крючок. Дорин дёрнулся и посмотрел на грудь, а я для верности произвёл ещё пару выстрелов, выбивая кровавые брызги у него из спины, а затем и затылка.

Советник упал и его охрана тут же начала суетиться, пытаясь понять, что происходит. Кто-то бросился к боссу, но здесь и дураку было понятно, что он мёртв. Двое попытались было сунуться к Гравию, но я быстро их успокоил, а тот ещё и добавил огоньку: молча повернулся к ним спиной и спокойно направился в резиденцию клана. После двух неудачников, оставшихся лежать с дырками в теле, преследовать Главу больше никто не решился.

Прощались мы с ним тепло. Гравий провожал меня до самого поезда и даже помог занять место в вагоне.

После убийства советника я провёл в Сэпте ещё пару дней, объясняя как нужно чистить оружие, чтобы никого не убить. В большинстве своём, оно всё было разряженным, но некоторые экземпляры могли иметь магазин, как например тот, что подвернулся мне. Возможно, им был кто-то вооружён, а вставить батарейку, проще и быстрее. Кстати, по её поводу я тоже поинтересовался, заряжалась она настолько просто, что я в очередной раз подивился продуманностью древней цивилизации. Достаточно положить её на генератор и в течение пары минут она снова полна энергии и готова к работе.

Обратно в Эллон я ехал с прекрасной письменной рекомендацией и прекрасным сувениром, который может в корне изменить расстановку сил в игре кланов. Правильно ли я сделал то, что дал об этом знать Кротам, или совершил ошибку? Что теперь они станут со всем этим делать? Но одно я точно сделал верно — подружился с Гравием и получил официальное разрешение на доступ к боеприпасам. А там глядишь и на серьёзный ствол накопить получится.

Глава Кротов выставил в своём письме смерть советника как самую показательную за всё время сотрудничества с Лисами, но конкретно её не описал. Так что я выходит со всех сторон молодец. И ещё, на обратной дороге я вдруг вспомнил про Ярга. С таким аргументом в кармане, мне всего лишь необходимо его найти и пожалуй, пора бы заняться этим вопросом вплотную.

Глава 12

Шалость удалась.

Ярг.

О том, что у мамы закончился опий, он понял сразу. Ярг специально накосячил с очередным заданием, чтобы попасть к ней на аудиенцию. Вот здесь он и понял, что игра наконец началась и идёт уже ва-банк.

Глава потела, нервничала, старалась всем своим видом показать, что может терпеть боль, вот только синяки под глазами и искусанные губы говорили об обратном. Ночка у неё выдалась та ещё. Наверняка так и не смогла уснуть до утра.

Ярг знал, что это продлится недолго и скоро она найдёт способ заполучить болеутоляющее, но пока есть время, чтобы разыграть нужную партию до самого конца. Сейчас Янга готова отдать всё, что угодно за дозу и это шанс. Тот самый, чтобы снять с поста Гросса и усадить на его место Гретиса, а самому перебраться в генеральское кресло. А там уже можно продолжить игру, но придётся поменять правила.

Кабинет Главы Ярг покидал в прекрасном настроении, даже не потому, что всё идёт так, как ему хотелось — страдания другого человека, доставляли ему удовольствие.

Партия должна разыграться в самое ближайшее время, пока Гросс, сломя голову носится по округе, пытаясь отыскать опиум для Янги. А нужная информация уже сама нашла его.

Буквально на днях по Тавии прошёл слух о том, что в опий есть в Эллоне. Само собой, что эти слова, в нужное время ему на ухо шепнул Шило и теперь тот сломя голову понёсся в столицу. А в это самое время, не менее знающие люди, уже пустили слух в Эллоне, что в самом элитном публичном доме подняли цены, вот только с чего бы вдруг?

Петля начала затягиваться в тот самый момент, когда в Тавию прилетело секретное письмо с поездом. Ну а кто у Ярга почтальон? Правильно.

Шило вскрыл почту так, что ни один комар носа не подточит, к тому же Янга так устала от боли, что даже и на открытый конверт, внимания бы не обратила. А информация того стоила.

К нам ехал человек Совета. Ехал не просто так, а потому, что в Эллоне был задержан Гросс, с хорошим таким пакетом. И выходил он с ним не откуда-то, а именно из элитного дома, под злостные крики Мортиса, который клялся и божился, что прибыл туда для проверки слухов, а застал вот этого.

Ярг уже знал, когда прибудет нужный ему поезд, и ожидал встречи на платформе.

Такие люди не любят огласку. Если кто-то спросит: «Кто этот человек?» То ответ последует незамедлительно: «Ну как же, он очень уважаемый.» Вот только почему? И именно в этом месте и начинается та самая непонятная хрень, потому что никто не знает.

Имя его Дмитрий и он принадлежал к самым первым, к тем, кто выжил и начал строить новое общество. Только у этих людей были сосредоточены все знания. Говорят, что раньше они называли себя «Инквизиция», но никто уже не помнит, что означает это слово. Когда вдруг они стали Советом, уже не скажет никто.

Сейчас именно они, эти люди решают, какие перспективы ждут человечество, что нужно делать и в какое время.

В данный момент ходит слух о том, что назревает хорошая война. Где-то у границы Империи нашли огромный город и вскоре несколько государств одновременно заявили права на спорную территорию. Это самый отличный шанс, проявить себя.

Лисы под влиянием Совета почти продавили закон о формировании армий. Ярг собирался на этом сыграть.

— Добрый вечер, Дмитрий, — вежливо поприветствовал он влиятельного человека.

— Меньше всего ожидал увидеть именно тебя, Ярг, — ответил тот.

— Рад, что моя репутация известна людям вашего полёта, — нагло улыбнулся тот. — Вас в клан? — он изобразил поклон, указывая руками на повозку.

— Ведь тебе что-то от меня нужно, не так ли? — усмехнулся Дмитрий. — Сразу говорю нет, так что не трать время и вези к Янге.

— Разумеется, господин, — ответил Ярг и первым запрыгнул в повозку.

Дмитрий спокойно поднялся, присел напротив, повозка сразу тронулась с места и не спеша покатила двоих господ.

— Хорошо, Ярг, — немного помолчав ответил человек из Совета, — мне ведь придётся тебя выслушать, иначе мы никогда не приедем?

— Что вы, не хочу грузить вас своими мелкими заботами, — отмахнулся тот и снова замолчал.

— Останови повозку, — обернулся Дмитрий к извозчику, чьё место в данный момент занимал Шило.

Тот испуганно взглянул на Ярга, но даже не посмел замедлить ход.

— Ты думаешь у меня есть время играть в твои игры, щенок! — прошипел он Яргу. — Скажи спасибо Янге, за то, что она так за тебя хлопочет. Прикажи этому дураку остановиться, пока я по-настоящему не разозлился.

— Обязательно передам ей при встрече, — ухмыльнулся тот, — а мои игры напрямую касаются ваших интересов. Я хочу занять пост заместителя главы.

— Может быть ещё что-то? — захохотал в голос Дмитрий. — Ты что Ярг, действительно думаешь, что я так поступлю? А ради чего?

— Я дам вашей армии пять тысяч воинов, — выдержав взгляд влиятельного человека, с серьёзным лицом произнёс Ярг.

— Где ты столько возьмёшь? — вмиг проявил внимание Дмитрий.

— Куплю, — честно признался тот, — и лично займусь обучением. К концу лета у вас будет отличное войско, способное занять любой город.

— Почему ты думаешь, что Янга предложит мне меньше? — заинтересовался тот.

— Она занята решением личных вопросов, — отвернулся Ярг и посмотрел на стражников, мимо которых они только что проехали. — Вы же не хуже меня понимаете, почему Гросс попался с опием? Дураку ясно, что этот слизняк ни за что бы не решился торговать у Совета под носом. Янга стара и её измучили боли. Гросс настолько ей предан, что готов сделать всё, что она ни попросит, но заместитель не должен держать язык в заднице Главы. Я отвезу вас к ней, а во время разговора о предстоящей войне, положите перед ней на стол вот это, — Ярг протянул Дмитрию небольшой свёрток, с дозой опиума. — А после я заберу вас и отвезу на то место, где будет размещено наше с вами войско.

— Да, твоя репутация правдива, — смерил тот взглядом Ярга и вышел из повозки, которая остановилась у дома Куниц.

Он посмотрел вдоль дороги и, не спеша, спокойной походкой направился к парадному входу. Так себя ведут люди, которые никогда не опаздывают, потому как именно они имеют право задерживаться. Дверь перед ним открылась сама, едва он шагнул на последний порог высокого крыльца. Даже Глава Лис всегда тянулся к ручке, а этот прошёл внутрь, всего лишь надменно кивнув подбородком.

Яргу хотелось именно так: чтобы дверь открывалась заранее, а все трепетали и пи́сались от восторга при одном только упоминании его имени.

— Ну что, куда теперь? — обломал все его мечты Шило своим вопросом.

— Здесь подождём, — скучающим тоном ответил Ярг.

— Думаешь он быстро? — усмехнулся связной. — Они там могут до вечера заседать.

— Ставлю золотой, что Дмитрий выйдет из этой двери, не пройдёт и шестой части от четверти, — усмехнулся Ярг, — затем отвезёшь нас ко мне и свободен.

Шило скептически хмыкнул, но комментировать предположения старшего не стал. Вместо этого проводил взглядом довольно миловидную рабыню, хмыкнул ещё раз и развалился на своей скамейке, свесив ноги в сторону тротуара.

Получилось именно так, как и предположил Ярг, даже получаса не прошло, как из двери, чеканя походку, вышел Дмитрий, всем своим видом показывая недовольство. Он молча занял своё прежнее место, Шило щелчком пальца отправил золотую монету Яргу, которую тот ловко поймал, и повозка тут же тронулась.

Ехали молча. Ярг прекрасно понимал, что Советнику необходимо подумать: принимать решения на эмоциях он не будет. Иногда не стоит давить на человека, особенно если он умён. Ярг озвучил своё пожелание, свою выгоду, но стоит начать навязываться, как всё это сразу станет выглядеть немного в ином свете.

Повозка остановилась у роскошного дома и Дмитрий, с непониманием взглянул на его владельца.

— Ты хочешь разместить армию здесь? — усмехнулся он, — Или собираешься купить моё расположение вином и шлюхами?

— Что вы? — засмеялся Ярг. — Оно будет стоить мне гораздо дороже. Прошу, скоро вы всё поймёте, а вино и шлюхи, подождут.

Едва они ступили на землю, Ярг махнул Шилу, чтобы тот уезжал. Теперь человек из Совета был в его распоряжении и нужно в полной мере воспользоваться ситуацией. Они прошли в дом и поднялись на второй этаж, в просторный кабинет, где Ярг уже подготовил всё необходимое.

Огромный стол, на котором имелся макет тренировочного лагеря с казармами для проживания, собственная оружейная, кузница, конюшня и две небольшие деревни неподалёку, которые расположились с обоих сторон вытянутого, прямоугольного поля, на котором имелись разного рода сооружения и препятствия.

— Что это? — кивнул подбородком Дмитрий в сторону слепленного из глины и щепок макета.

— Это место, которое до недавнего времени принадлежало Дарию, — ответил Ярг, — я взял на себя смелость выкупить его у безутешной вдовы. Как ни странно, но оно удивительным образом расположилось неподалёку от железнодорожных путей, которые принадлежат вам. Дорога прямиком идёт к морю, откуда в течение дня, войска могут быть переброшены в новые земли.

Где ты хочешь взять столько людей? — поинтересовался Дмитрий.

— У меня есть свои секреты, — попытался отклониться от ответа тот, но человек из Совета смотрел в глаза и ждал. — Сами понимаете, что закон позволяет нанять только десять процентов профессиональных воинов, остальное формируется из рабов. Я провёл переговоры с двумя самыми крупными поставщиками невольников в Империи и набор людей уже производится.

— А если я откажусь? — приподнял бровь Дмитрий.

— Считаете, я не смогу их продать тем же Лисам и наварить сверху пару тысяч золотом? — не колеблясь ни секунды ответил Ярг. — Да бросьте, всё будет готово в тот самый момент, когда Император поставит подпись на документе. Есть ли смысл упускать такую возможность, когда вы уже на шаг впереди.

— Не заставляй меня пожалеть об этом решении, — холодным тоном произнёс Дмитрий, — у тебя срок три годовых четверти. И да, чуть не забыл, ты пока всего лишь генерал, на место заместителя голосованием избрали Гретиса.

— Спасибо, господин, — опустил голову Ярг, чтобы скрыть свою улыбку.

— К концу лета я хочу видеть полностью боеспособное войско, — между тем продолжил Дмитрий, — Покажешь мне его и я подниму вопрос на совете о голосовании против Янги. Только на этот раз, готовь почву лучше, чтобы я не выглядел идиотом, называя твою кандидатуру на пост Главы.

— Благодарю, господин, — на этот раз Ярг произнёс эту фразу, глядя члену Совета прямо в глаза.

Деловая часть закончилась и вскоре для Дмитрия был организован увеселительный вечер. Вино и шлюхи его интересовали мало, об этом Ярг тоже был осведомлён. Этот человек уже давно насытился телесными наслаждениями и пришёл к другому виду получения удовольствия от жизни. Дмитрий просто обожал ловить рыбу с лодки. Вот так, просто, чтобы никого вокруг, только удочка с одним крючком, поплавок, тишина и покой.

Всё это Ярг подготовил заранее, будучи уверенным, что вся его партия сложится именно так, как задумано.

Люди действительно уже свозили рабов в указанное место. Он смог перекупить нескольких опытных наёмников, увёл их почти под самым носом у Лис.

А теперь Дмитрий сделал ровно то, что было запланировано относительно передвижений внутри клана и расстановка сил такова, что минимум два генерала и один заместитель уже готовы целовать Яргу зад. Они об этом конечно ещё не догадываются, но вскоре им придётся вернуть долги.

Естественно, что Гретис уже строит собственные планы и, скорее всего, станет возникать по поводу их изменений, вот только ему придётся потерпеть. А станет мешать под ногами и на него есть где надавить.

Утром Дмитрий покинул Тавию в прекрасном настроении. Вышло так, что карательная поездка перешла в разряд выгодной сделки, а ведь ему по сути ничего не стоило заставить Генералов проголосовать за Ярга. Но он считал, что рано, пока у него перед носом маячит стимул получить больше, этот мальчишка станет нести золотые яйца.

А ещё он отдохнул, впервые за все эти долгие лета он провёл почти сутки, не беспокоясь о делах.

Ярг собрал людей в тот же вечер, как только Дмитрий покинул город. Они как всегда пили вино и веселились, обмывая назначение Гретиса на пост заместителя Главы. Затем они обмывали трёх новых генералов, потому как новоиспечённый зам просто ворвался в должность и рубил сплеча, не жалея никого.

Верхушка сменилась настолько быстро, что многие из высших членов за ночь стали никем. А некоторые низшие члены, которые работали ушами у бывшего заместителя, вообще распрощались с жизнью. Ярг не собирался размениваться и мелочиться, его приказ Шило передал в течение часа, а уже к утру четверых Куниц обнаружили в луже крови на мостовой.

Разговор, как всегда, начался в тот самый момент, когда горизонт принялся окрашиваться в розовые тона.

— Я не думал, что всё произойдёт так быстро, — переполненный эмоциями произнёс Гретис. — Как тебе удалось всё это провернуть, Ярг?!

— Чего не сделаешь, ради друзей, — расхохотался тот, — а если серьёзно, то у меня тоже была своя выгода в этом деле. Готов принимать поздравления, отныне мне отдана под контроль армия клана Куниц.

— Ого, да ты взлетел едва ли не выше, чем я, — попытался пошутить Гретис, но было заметно, что его данная новость совсем не обрадовала.

— Брось, — улыбнулся Ярг, — это я должен тебе завидовать.

— А я, пожалуй, просто буду радоваться назначению, — поднял свой бокал Шило, — я не дурак и прекрасно понимаю, что здесь мой потолок.

— Пожалуй, меня тоже прекрасно устраивает новое положение вещей, — согласился с ним Волкан. — Я даже готов отказаться от перспективы заместителя, в пользу Ярга. Да, а что вы так на меня смотрите? Не нужны мне эти лишние заботы и вообще, я не люблю работать.

Грохнул дружный хохот. Такое признание не каждый готов произнести вслух, но Волкан был пьян и его действительно всё устраивало. А общее настроение у компании было весёлым изначально.

— В общем, мне нужна будет ваша помощь в создании сильного войска, — наконец отсмеявшись произнёс Ярг. — Я, конечно, сделал всё, что в моих силах, но ещё очень многое впереди.

— Проси всё, что хочешь, — сделал повелевающий жест пальцами Гретис, будто и не заместитель сейчас развалился в кресле, а сам Император.

— Пока всё, что необходимо у меня есть, — кивнул в ответ на жест Ярг, — но вскоре мои личные сбережения закончатся. Будет необходимо снабжение войска, вот список того, что потребуется на первое время, — он протянул лист Гретису.

Заместитель главы принял его и бегло взглянул, а затем едва не подскочил на месте, увеличил в объёме глаза и начал вчитываться.

— Ты с ума сошёл, она никогда это не подпишет! — тут же прокомментировал он, размахивая листком, — Это семьдесят процентов всего бюджета клана и для кого? Рабов?!

— Да, Гретис, — спокойно отреагировал Ярг, — без должной защиты, все эти воины не больше чем куски мяса. Война — это дорогое удовольствие, я потратил столько же, на покупку людей и заметь, не ною.

— Но как мне утвердить это у Янги? — снова спросил тот. — Я-то полностью с тобой согласен и поддерживаю эту затею, но у Главы своё мнение на этот счёт.

— Всё гораздо проще, чем ты думаешь, Гретис, — усмехнулся Ярг. — Просто забери у неё опий, а за дозу она сделает всё, что ты пожелаешь.

— С Янгой такие шутки могут плохо кончиться, — покачал головой Волкан, слушавший нас всё это время.

— Да забудьте вы о грозной Главе Янге, — разозлился её сын, — она всего лишь старая наркоманка, не более. Вы хоть на секунду задумались, что нам даст своя армия? Такое впервые происходит за всё время существования кланов, а вы все смотрите за спину и боитесь безногой бабы. Если сейчас упустить эти перемены, то Куницы окажутся не у дел раньше, чем мы все успеем сказать «ой». Власть у того, чья армия сильней.

— Вот, — потряс пальцем в мою сторону Гретис, — вот это я называю хватка Генерала, а вы двое — учитесь, как нужно выбивать деньги из начальства.

Грохнул очередной приступ хохота, но Ярг на этот раз смеялся, что называется, от души. Для всех работа была закончена, а цели достигнуты, но он всё ещё продолжал плести свою паутину.

Список действительно был важен, вот только сумма в нём заявлена раза в два больше необходимой и это тот самый крючок, на который сядет Гретис. Потому как, ровно половина осядет на его счёте, и она же станет его гибелью, когда придёт время.

Глава 13

Новые планы.

Безликий.

С той самой поездки в Сэпту прошло уже пару месяцев. Всё это время я пытался найти Ярга, но он будто сквозь землю провалился. Правда, для этого мира, подобное может быть очень даже дословно, ведь под землёй находятся целые города.

Не сказать, что мне не везло, кое-какие следы всё же удалось обнаружить. Мыш недаром ел свой хлеб и помимо прямых обязанностей по связи между членами клана, имел неплохие связи и в Тавии, где как раз и проживал Ярг.

Но стоило мне начать задавать вопросы и проявлять интерес, как он, словно испарился. Все отвечали: «Да, знаем такого, ещё недавно жил вот в этом доме, но где сейчас — без понятия». Однако я не сдавался и продолжал поиски, пока однажды не получил за это хороший втык.

После выполнения очередного заказа, меня вызвали в дом клана, где состоялся разговор с Лирием. Суть была проста: «Не лезь куда не просят». Но затем Глава немного смягчился и дал пояснения, хотя очень расплывчатые, мол занимается Ярг очень важным для Совета делом и в данный момент считается персоной неприкосновенной.

Чем он таким важным может быть занят, что его защищает даже конкурирующий клан? В том, что разрешено убивать членов из других семей я убедился, получив именно такое задание, за пару недель до разговора. Мало того, это считалось нормой, когда пересекались интересы, но вот так, чтобы прямо табу? Это более чем странно.

С момента разговора прошла почти неделя и на календаре, который был привычен мне, сейчас вовсю властвовал «братец Апрель». Погода в этом мире практически не меняется, единственным исключением являются более частые дожди.

Что такого предки сотворили с планетой, что на ней теперь круглый год лето? Возможно, именно к этому они и стремились, когда собирались начать управлять природой. Она, собственно говоря, ответила взаимностью, вот только мимоходом слизнула с себя человечество вместе со всей цивилизацией.

Однако, результат налицо. Погода для растительности и животных более чем благоприятная, да и я уже вполне привык. Очень даже комфортно ходить круглый год в лёгкой, летней одежде, не переживать за отопление жилья и расчистку дорог в зимнее время. В общем, куда ни плюнь — всюду благодать.

Эй начала делать успехи в боевых искусствах, да такие, что даже я иногда диву давался. Скорость потрясающая, иногда техника хромает и знаний в приёмах недостаточно, но для нескольких месяцев тренировки, у неё очень высокие показатели. Точно так же развивался я, но у меня уже были знания и понимание, как и что нужно делать. Эй же, никогда ничего подобного в своей жизни не пробовала.

Но с другой стороны, не просто так спортсменов начинают выращивать с раннего детства, когда тело и разум словно пластилин, из которого можно вылепить всё, что угодно. Эй тому самое лучшее доказательство. До высокого уровня ей, конечно, ещё расти и расти, но даже сейчас она вполне способна отключить сознание взрослому человеку. Это, разумеется, при учёте, что он никогда в своей жизни ничем подобным не занимался. Но даже в таком случае, шансы у Эй очень высоки.

Вот так бы и жили, не тужили, но к вечеру появился Мыш и всё снова завертелось и встало с ног на голову.

— Добрый вечер, господин Лирий, — поприветствовал я Главу и уже привычно уселся в кресло.

— Да, сегодня я с тобой, пожалуй, соглашусь, — улыбнулся тот, — вечер, действительно добрый. Ты знаешь, ведь сегодня наконец был подписан и одобрен закон, который мы так долго ждали.

— Поздравляю, — кивнул я, — это в самом деле приятная новость.

— И снова соглашусь с тобой, Безликий, — улыбнулся Лирий, — когда долгое время работаешь в одном направлении без нужного результата и вдруг получаешь желаемое, это очень приятно. Однако, расслабляться рано.

— Я так понимаю, что сейчас прозвучит та самая часть, ради которой вы меня позвали? — спросил я и сделал глоток вина.

— Ха-ха-ха, — рассмеялся тот, а затем резко стал очень серьёзным, — ты прав, нам необходимо сформировать армию. Задача поставлена практически нереальная: к новому лету нам нужно иметь боеспособное войско.

— Это невозможно, — покачал головой я.

— Кого это когда волновало? — вскинул брови Лирий. — Есть задача и её необходимо выполнять.

— Не понимаю, при чём здесь я? — меня действительно удивили эти беседы.

— Тебя взяли на место Ярга, а он воспитывался в клане именно как генерал, который впоследствии должен был руководить армией, — ещё больше удивил меня Лирий. — Мы считаем, что ты готов.

— Вы ошибаетесь, — вырвалась фраза из моего рта, — я никогда в жизни не занимался ничем, даже отдалённо на это похожим. Да я даже не знаю, с чего начинать!

— Однако, в Совете на тебя сделали ставку, — пожал плечами Лирий. — Я и сам понимаю, что эта работа не для тебя, однако, у меня тоже есть приказ.

— Могу я хотя бы поинтересоваться, кто мой покровитель? — спросил я, глядя в глаза Лирию, — Уже второй раз за год я получаю более чем странное изменение в жизни, хоть буду знать, кого за это благодарить.

— Тебе его имя ничего не скажет, — пожал плечами Глава.

— В этом я даже не сомневаюсь, — усмехнулся я, — просто хочу знать, так сказать для общего развития.

— Его имя Дмитрий, — ответил тот, — он считается самым амбициозным человеком в Совете. Мы привыкли жить по определённым правилам, однако ему кажется, что пора всё менять. Вот только перемены — это не всегда к лучшему.

— Здесь, пожалуй, я с вами соглашусь, — подтвердил я свои слова кивком. — Я могу как-нибудь встретиться с этим человеком?

— Ты смеёшься сейчас? — удивлённо посмотрел на меня Глава. — Нет, гипотетически это возможно, но только если он сам того пожелает.

— Господин, Лирий, я понимаю, что многим кажусь личностью неординарной, временами даже странной, — я попытался подобрать слова, — но мне бы очень, очень хотелось поговорить с ним, — Лирий молча слушал, хотя ответ был уже написан на его лице. — Дело в том, что я действительно не подхожу на роль, в которой он хочет меня видеть.

— Тебе всего шестнадцать, — усмехнулся Глава. — Откуда ты можешь знать, что тебе подходит? Ты получил приказ, выполняй! Внизу возьмёшь конверт, там чёткие инструкции. Всё, свободен, — стал очень резким Лирий.

— Слушаюсь, господин, — слегка поклонился я и вышел.

В голове была ещё та куча вопросов, но снова всё пошло не так и теперь я вынужден в очередной раз начинать всё с самого начала. Что за игру ведёт этот Дмитрий? Имя то какое, хм-м, он что русский? За всё то время, что я здесь живу, это первое знакомое слуху имя.

Уже второй раз происходит то, чего я ну никак не мог ожидать. Даже первичный выбор меня на должность ликвидатора не укладывался логически в голове. Ну допустим, убийца из меня на арене вышел первоклассный, но какое это имеет отношение к тому, кем я стал? Это же совершенно разные вещи, убивать у всех на виду и делать это незаметно.

Но здесь я имел достаточный опыт, ещё по своей первой жизни, а сейчас… Как понимать вот это решение? Да я даже не знаю, с чего начинать! Это не просто так, взять и создать армию из совершенно неприспособленных для этого людей.

С другой стороны, с военными я имел много дел. Видел, как создаются элитные подразделения, в школе, на острове, мы изучали строй, изучали структуру боя, стратегию и тактику. Но там всё было иначе. Нельзя вот так просто из убийцы сделать генерала, война — это совсем другое.

Даже вооружение очень сильно влияет на поведение войска. Одно дело, когда война ведётся при помощи огнестрела и совсем другое, когда войско вооружено мечами и копьями. Но приказ получен и Лирий чётко дал понять, что моё мнение его не интересует.

И ведь я всё это время считал, что моим протеже в клане был Мортис, или Дарий, а выходит, что меня заметил человек из Совета.

Кстати о Мортисе. После смерти Дария он несколько раз подкатывал ко мне. Вроде как ненавязчиво, но всё же попытки подружиться были. Вот только мне он стал ещё более неприятен, и я каждый раз уходил от ненужных разговоров. Сейчас он пропал из моей жизни, но что-то мне подсказывает — не навсегда.

— Может быть дашь мне пройти? — вывел меня из размышлений женский голос.

— Простите, — почесал я нос крюком и отошёл от двери, возле которой и замер, перебирая мысли в своей голове.

Девушка прошла мимо меня и скрылась за дверью, а я невольно засмотрелся прекрасной фигурой, которая просматривалась под лёгким, летним сарафаном. Встряхнув головой, я спустился вниз, забрал конверт и, соблюдая все правила конспирации, покинул дом Лис.

До него мои руки добрались только после позднего ужина. Эй, как раз закончила с уроками и донимала вопросами Миру.

Я взял в руки бумаги и отправился к себе в комнату, чтобы спокойно во всем разобраться. Как всегда в это время, я уселся на подоконник, прислонился спиной к откосу, а между ног поставил кружку с чаем. Меня не смущало, что с улицы прекрасно видно то, чем я занимаюсь, да и постыдного я, собственно, ничего не делал.

В бумагах чётко и ясно было сказано, что с сегодняшнего вечера я вступаю в должность Генерала и под моё чуткое руководство будет передано шесть тысяч человек для обучения. Указаны сроки, место, где придётся квартироваться в ближайшее время, а также баснословная цифра оклада.

За всё время моей работы на клан, я сумел заработать очень приличное состояние, в рамках этого мира, разумеется. В верхнем ящике прикроватной тумбы, сейчас покоилось примерно три сотни золотых и это очень много. Были конечно траты и всё такое, дом опять же требовал хороших денег. Выходило, что я в среднем, за всё это время заработал порядка шести-семи сотен. А в бумагах сейчас стояла цифра с тремя нулями за тридцать дней! Да куда их девать-то?!

Если в прошлой жизни за такие деньги можно было приобрести машину, яхту, собственный самолёт в конце концов, то здесь их просто не на что тратить. Хотя… Есть у меня один знакомый, который выкапывает очень интересные игрушки в Сэпте. Да и собственного жилья у меня пока всё ещё нет.

— Там к тебе какая-то тётя, — без стука ворвалась Эй в мою комнату. — Это новое задание? — С любопытством заглянула она в бумаги поднявшись на носочки.

— Да, — кивнул я, — И для его выполнения нам всем придётся переехать. Иди скажи Мире, чтобы собирала вещи, у нас неделя.

— И куда мы? — удивилась Эй. — А где мы будем жить? А зал с собой возьмём?

— Так, тараторка, — сделал я строгое лицо, — приказ получен?!

— Есть, — по-военному крикнула она и вылетела из комнаты, сразу же начиная кричать на ходу, — Мира, Влад велел собираться к переезду… — дверь закрылась и отрезала окончание фразы.

Я спустился с подоконника, убрал бумаги в верхний ящик к деньгам — потом дочитаю и отправился встречать загадочную ночную гостью.

И был крайне удивлён, увидев, ту самую девушку, что попросила меня посторониться в доме Лис. Она ожидала меня в гостиной, которую я буквально на днях только закончил обустраивать. До этого времени она находилась в запущенном состоянии под комнатой, где мы с Эй тренировались. Вначале я даже не собирался ничего в ней делать, но деньги имелись, а принимать, хоть и не частых, но всё же посещающих меня гостей в столовой, ну как-то даже не неприлично уже.

— Здравствуй, Безликий, — улыбнулась она, сидя в кресле и закинув ноги на журнальный столик, — Суровый воин арены, самый лучший ликвидатор за всю историю клана Лис, а в его доме живёт маленькая бродяжка. Как же это мило, — звонко расхохоталась она.

— Чему обязан? — проигнорировал я всё, что она только что произнесла.

— В первую очередь любопытству, — ответила девушка, — я до последнего не верила, что это правда.

— Кто вы такая? — холодно спросил я и сел в кресло напротив. — Мира, подай вина и фруктов, — слегка повысив голос сказал я рабыне, которая заглянула к нам именно для этого.

— Моё имя Лея, — наконец представилась девушка, которая при ближайшем рассмотрении оказалась весьма недурна собой и не только сзади.

Круглое личико правильной формы, чёрные, длинные волосы забраны в тугой хвост, тонкие брови, крупные глаза, которые смотрят с нескрываемым интересом и, как мне кажется, кокетством. В меру пухлые губы слегка улыбаются, но во всей позе прослеживается сила и готовность к атаке в любую секунду, хотя внешне она выглядит абсолютно расслабленной и спокойной.

— Мне ваше имя ничего не говорит, — пожал я плечами. — Кто вы и что вам от меня нужно?

— Ох ты, какой деловой подход, — улыбнулась она и лицо сразу изменилось: в нём промелькнули те самые черты, что когда-то поразили моё сердце в переулке у гончарной лавки. — Я от Лирия, буду вам оказывать непосильную помощь в создании армии.

— Вот теперь рад знакомству, — кивнул я. — Что конкретно вы умеете?

— Да примерно то же самое, что и вы, — усмехнулась она, — но кое-что знаю и о войне.

В гостиную вошла Мира и поставила на столик кувшин с вином, порезанные фрукты и пару бокалов. Следом за ней прошмыгнула хитрая Эй и с нехорошим прищуром посмотрела на Лею.

— Мне не нравится, как она на тебя смотрит, — зашептала Эй мне на ухо, — можно я её убью?

— Боюсь, это будет не так просто, — засмеялась Лея, каким-то образом расслышав её слова, хотя ей наверняка, как и мне сделали инъекцию.

— Эй, ты что такое говоришь? — возмутился я.

— Но она мне не нравится, — уже не таясь заявила девочка.

— А вот мне определённо нравится эта малышка, — опять рассмеялась Лея. — Да, Безликий, ты в надёжных женских руках, — она приподнялась в кресле и всмотрелась в лицо Эй. — Действительно, мне здесь ничего не светит.

— Я вас не понимаю, — сказал я, глядя на то, как Лея и Эй смотрят друг на друга.

— Вам это и не нужно, — отмахнулась от меня девушка и обратилась к Эй. — Не волнуйся, я не заберу его у тебя, это всего лишь работа.

— Я не малышка, — ледяным тоном сказала Эй и вышла из гостиной.

— Простите её, — повинился я за поведение девочки, — она росла на улице, так что сами понимаете…

— Да вы к тому же слепой как крот, — улыбнулась девушка. — Неужели ваше сердце настолько зачерствело от работы, что вы совсем не видите очевидного?

— Я снова вас не понимаю, — пожал я плечами.

— Эй любит вас, это не была истерика, или как вы сказали «отсутствие домашнего воспитания», — заявила Лея. — Она увидела во мне соперницу и защищала своё так, как это умеет.

— Это всего лишь детская влюблённость, — смутился я и попытался оправдать девочку, — возможно, на почве того, что я забрал её с улицы.

— Да вы ещё и глупец, — захохотала Лея. — Влюблённость говорите? Детская? Да я заставляла мужчин творить с моим именем на устах такое, что не каждый безумец осмелится! И ни один из них не смотрел на меня так, как Эй, на вас. И что это за «Эй» такое? Дайте девочке имя.

— Ей так нравится, — пожал я плечами.

— Так называйте её так, как ей нравится, но дайте нормальное имя, — настойчиво повторила Лея.

— Спасибо за совет, — кивнул я и сделал глоток вина.

А в голове прокрутил сейчас всё то, что произнесла девушка в кресле. Ну конечно, я замечал то, как меня обнимает Эй, как иногда смотрит, даже то, как она реагирует на мои посещения публичного дома, но всё это списывал именно на детскую влюблённость. И кажется, зря. Потому, что упустил тот самый момент, когда всё это переросло в настоящее чувство.

— Она ребёнок, ей всего восемь, — вставил я свой последний аргумент.

— А вам шестнадцать, — усмехнулась она, — невелика разница. Вот только я даже сейчас не рискну встать у неё на пути, в попытке стать вашей любовницей.

У двери послышался шорох, кажется Эй подслушивала нас всё это время. Да, слух у меня тоже стал острее и намного. Лея улыбнулась, уловив движение от двери и поднесла бокал к губам.

— Думаю, мы с ней подружимся, — произнесла она с улыбкой, а затем сменила выражение лица на деловое, продолжила сухим тоном. — Когда планируете переезд?

— У меня сроку неделя, — ответил я, — но, скорее всего, уложусь за три-четыре дня.

— Замечательно, — кивнула девушка, — в таком случае встретимся на месте. Я подберу для вас офицеров из наёмников. Рабы уже собраны и будут ждать вас на месте. У нас нереальные сроки, но уложиться в них мы обязаны.

— Назревает война? — поинтересовался я.

— Да, скорее всего, без неё обойтись не получится, — ответила Лея.

— Кто вы? — в очередной раз спросил я. — Я имею в виду ваше положение в клане.

— Я не имею прямого отношения к вашему клану, — усмехнулась девушка, — я куратор Совета и в первую очередь представляю их интересы.

— Вы знакомы с Дмитрием? — тут же ухватился я за ниточку.

— Ближе, чем вы можете себе представить, — захохотала она, оставив уточнения на волю моей фантазии.

— С чего вдруг у него такое ко мне внимание? — всё же решил я задать наболевший вопрос.

— О, на это только он сможет вам ответить, — усмехнулась Лея, — но поверьте, он очень редко ошибается в своих решениях.

— Спасибо, — пробормотал я, так ничего и не узнав, — а я могу с ним как-то поговорить.

— Возможно, — пожала плечами она и поднялась с кресла, — Я буду ожидать вас на месте, — бросила она фразу через плечо и покинула дом.

А я так и продолжал сидеть и смотреть в одну точку.

Эй подобралась ко мне незаметно и залезла на коленки, не забыв при этом обнять за шею.

— Не грусти, — мы всё сделаем правильно.

— Нам нужно дать тебе имя, Эй, — сказал я и посмотрел в её преданные глаза. — Лея права, нельзя девочке без имени.

— Я хочу, чтобы меня звали как её, — сделала серьёзное лицо Эй.

— Лея? — уточнил я.

— Нет, как её, как ту, которая стоит в красивой вазе у тебя в комнате, — уточнила девочка, заставив меня вздрогнуть.

— Почему именно так? — удивился я. — Может, ещё попробуешь подумать?

— Нет, ты любил её, — строго, совсем не по-детски сказала Эй, — я тоже достойна этого.

— Неужели ты хочешь, чтобы я называл тебя её именем и вспоминал о ней каждый раз? — я попробовал сыграть на женском чувстве собственности.

— Да, ведь ты же любил её? — серьёзно спросила девочка и сейчас только тоненький голосок выдавал в ней ребёнка, а в глаза мне смотрела женщина, которая понимает, что делает.

— Её звали Лема, — сказал я, кивком отвечая на предыдущий вопрос.

— Лема, — попробовала она это имя, — мне нравится, — кивнула Эй и слезла с коленей. — Пошли уже спать.

— Да, — поднялся я с кресла, — пожалуй. Что-то слишком много нового сегодня на меня свалилось.

Глава 14

Генерал.

Вещи собрали быстро. Намного быстрее, чем я планировал. Оказывается, два раба, хозяин и маленькая Лема, работая целый день, могут упаковать дом до ужина.

Когда к вечеру пришёл Мыш, чтобы попрощаться, ну и последнее напутствие передать, то он даже за дверь вначале выглянул. Видимо решил, что ошибся адресом.

— Шустро вы, — поклонился тот.

— Поужинаешь с нами? — спросил я.

— Не откажусь, — как всегда согласился он. — Что думаете делать?

— Как всегда, Мыш, — пожал я плечами, — то, что прикажут.

— Ну, теперь вы и сами можете приказывать, — усмехнулся Мыш. — Я ведь давно спросить чего хотел?

— Так чего же молчишь? — посмотрел на него я.

— Да как-то теперь, пожалуй, и можно, — спокойно, но очень серьёзно ответил тот. — Это ведь вы моего брата..?

— Я, — глядя ему в глаза честно ответил я, хотя меня невольно подбросило от этого вопроса.

С другой стороны он не мог не догадываться, но у него и не было той самой ниточки, что могла бы уверенно связать со мной исчезновение брата.

— Я, кажется, догадываюсь почему, — кивнул он, но никакой агрессии не проявил, так что я смог немного расслабиться. — Это из-за Ярга, правда?

— Нет, — покачал головой я, — хотя к нему это имеет прямое отношение.

— Где тело не скажете? — кивнул, что-то решив про себя, Мыш.

— Это тебе ничего не даст, — ответил я, а Мира как раз начала выставлять еду на стол.

— Он в яме, Мыш, — ответила за меня Лема, которая тоже появилась, ну вот прямо вовремя.

— Я понял, — кивнул тот, — спасибо, Эй.

— Я теперь Лема, — представилась девочка новым именем.

— Да ты и растёшь вон как быстро, — улыбнулся связной, а у меня окончательно отлегло, не хотелось его убивать, — ну смотри, приедешь обратно, будешь мне показывать, чему научилась.

— А мы тебя с собой возьмём, да Влад? — задала неудобный, детский вопрос Лема.

Мыш даже покраснел, как мне показалось.

— Боюсь, это невозможно, — ответил я и мы наконец принялись за еду.

Я научил Миру готовить окрошку, Леме она настолько понравилась, что мы ею и обедали, и ужинали, и даже на завтрак готовы были есть. Мыш попал на это блюдо впервые, но то, как он быстро переметал содержимое тарелки в свой живот, говорило о том, что и ему оно пришлось в радость.

— Когда ближайший поезд до нужного места? — начал я разговор, после того, как с ужином было покончено. — И как лучше до него добраться?

— Можно и завтра уехать, — ответил Мыш. — Там через четверть после обеда поезд будет, вы спокойно успеете. Только придётся пересадку в одном месте делать, чтобы с радиальной дороги пересесть на лучевую.

— Здесь дороги по принципу городских улиц сделаны? — удивился я, но с языка снова спрыгнуло ненужное слово.

— Я думал вы знаете, — пожал плечами тот, — это, в общем, все знают.

— Да я и не ездил по ним особо никогда, — отмазался я.

— Ну так вот, на третьей остановке сойдёте и там вас из местного клана встретят и направят дальше, я договорюсь. Вещи тоже можете оставить, а вам их потом по месту пришлю.

— Это очень удобно, спасибо тебе Мыш, — искренне поблагодарил его я. — А вообще знаешь что? Пожалуй Лема права, я попробую забрать тебя с нами.

— Вы очень добры, господин, — официально ответил тот, — я не подведу.

— Ну тогда бывай, — протянул я ему руку, — тебя оповестят, если всё получится.

*****

Поезд очень понравился Леме. Вагон, как скрепляются составы, мы даже монетку на рельсы положили, чтобы посмотреть, как её расплющит. В нашем вагоне было ещё три человека, а Мира с рабом должны были путешествовать на грузовом.

Я всё время забывал, как его зовут, вот имя вроде и не сложное, но почему-то всегда вылетало из памяти. Вообще, он самый обычный мужик: тихий, спокойный, работящий. Я иногда даже его замечать перестаю, хотя может именно поэтому и об имени забываю.

Самое интересное — это стоимость проезда. Она имела точно такое же значение: золотой за целый вагон, а стоимость проезда рабов делилась по количеству голов. Просто и удобно. Зато теперь стало понятно, отчего торговцы не пользуются этим транспортом? Почему меня везли в Эллон на неудобной бычьей тяге?

Ответ оказался прост.

Всё же здесь, железнодорожное сообщение было не настолько сильно развито, а между городами гнать толпу рабов дешевле пешком. Да и не найти на каждой станции все эти караванные приспособления. С рабами здесь перегон был очень сложным занятием.

Сперва их свозили на большой морской невольничий рынок, затем брали большим оптом и каждый по своей дороге гнал их в Эллон, сразу по пути распродавая людей. Вначале тех, которые похуже, потому как и денег платить поменьше, а уже самых дорогих свозили в столицу.

Но сейчас кланы делали централизованный закуп прямо на начальных точках, тем самым очень хорошо подняв цены на рабов. Товар стал дефицитным.

На станции, где мы совершили пересадку, пришлось заплатить за проезд ещё раз. Его стоимость не изменилась и вскоре мы снова отправились в путь.

На этот раз виды за окном были всё же лесные, но местность в отличие от того, что я до этого видел, имела избыток холмов. Они перемежались оврагами и клочками леса на возвышенностях, отчего те казались ещё выше, а впадины — ещё глубже.

Железная дорога проходила по низине и создавалось впечатление, что её в своё время, просто откопали. Виды быстро наскучили, а дорога всё не кончалась. По идее, мы сейчас двигались куда-то на северо-восток, интересно, а что с климатом будет там? Ведь север, он всегда холоднее, не мог же он стать одинаковым на всём шаре?

Вскоре раб объявил наш с Лемой выход, и мы сошли на дощатую платформу, по типу тех, что раньше показывали в старом кино. Здесь нас встречала Лия.

— Рада видеть вас так скоро, — улыбнулась она.

— Ты как здесь? — спросил я а затем сам же и ответил. — А, ну да, ты же днём раньше уехала. Так, ладно, этих домой, — кивнул я головой в сторону Лемы и рабов, — меня — в расположение.

— Я хочу с тобой, — тут же дёрнула меня за крюк девочка.

— Нет, не сегодня, — покачал я головой, — займись нашим домом.

— Поняла, — серьёзно кивнула та.

Ну а Лия, вставив два мизинца в рот, залихватски свистнула, подзывая извозчика. Тот лениво подошёл к нам.

— Куда? — ни тебе здравствуйте, ни господа.

— Их в город, — указала она на троицу, — на гостиничную, ближе к третьему радиалу, третий дом от стены, — быстро объяснила Лия и щелчком большого пальца подкинула серебряную монету.

Извозчик растерялся и не смог поймать монету, та звонко упала и покатилась по мостовой. Лема наступила не неё ногой и подобрала у самого носа водителя повозки.

— До дома довезёшь, тогда и отдам, — с важным видом заявила она и направилась к повозке.

Мы даже поулыбались дружно, глядя на вытянувшееся лицо извозчика.

Рабы поклонились мне и проследовали за девочкой, а мы с Лией пошли в противоположную сторону. Спустились с платформы и подошли к другой повозке, на которой приехала за мной куратор.

К моему появлению в расположении или лагере, уже выстроили весь мой личный состав.

Сейчас я ходил между выстроенных рабов и не понимал, как из вот этого, я должен сделать боеспособную армию? Многие, да какой там многие, ни один из них оружие в руках не держал никогда. Хотя, люди вполне себе крепкие, физический труд — он не позволит телу оставаться мягким, а уж как работают эти люди, господам и не снилось. Однако. это не воины, а обычные крестьяне.

— Какая у нас специализация? — задал я вопрос Лие, чтобы понять, в каком направлении начинать работу.

— В смысле? — удивлённо уставилась на меня куратор.

— Что значит в смысле? — теперь уже удивился я. — Какие задачи должны выполнять войска?

— Воевать, — пожала она плечами.

— Ты же сказала, что разбираешься в войне? — я даже остановился и посмотрел ей в глаза, не понимая, что происходит.

— С финансовой точки зрения, — немного подумав, ответила Лия. — Я могу быстро перебросить людей в нужное место, обеспечить их провизией.

— Это называется «снабжение», — кивнул я, — и это твоя специализация, понимаешь?

— Да, — кивнула она.

— Тогда объясни мне, какая будет специализация у этого подразделения? — спросил я. — Чем мы должны заниматься?

— Этого я не знаю, — покачала она головой, — а есть какая-то разница?

— Есть, и огромная, — начал я объяснять свою позицию. — Если мы должны сражаться в поле, это одно, а если штурмовать город, ну типа Эллона, со стенами вокруг — совсем другое.

— Вы должны уметь всё, — без раздумий ответила она.

— Это невозможно, — покачал головой я, — так это не работает.

— У тебя шесть тысяч человек, — пожала плечами Лия, — раздели их и дай свои специализации.

— Где офицеры? — задал я ещё один вопрос.

— Половина ещё не прибыли, — ответила она, — основная часть будет завтра и послезавтра остатки: тебя не ждали так скоро.

— Ладно, — я ещё раз осмотрел своё войско, — за что они будут сражаться?

— За наши интересы, — в очередной раз удивила меня девушка.

— Такая армия обречена на поражение, — пришлось объяснить Лие ещё кое-что, — если у них не будет личного интереса, ничего хорошего не выйдет. Даже на арене воин может получить свободу, это заставляет рабов драться в десять раз яростнее тех, кто её уже имеет.

— Ты не можешь пообещать свободу им всем, — не согласилась со мной Лия.

— Почему нет, если через десять лет от них останется жалкая горсточка, — переспросил я, намекая, в каком ключе нужно подать интерес людям.

— Я должна узнать об этом в Совете, — задумалась куратор, — идея очень даже здравая.

— Воин-ветеран — это уже не раб, который может организовать бунт. Когда они станут свободными, смогут получать жалование и стать примером для новичков, — добавил я ещё пару аргументов для переговоров, — Подумайте над этим. И ещё кое-что.

— Да вы, оказывается, мастер, — захохотала Лия, — а говорили, что не знаете с чего начинать.

— Мне здесь нужен Мыш, мой связной, — продолжил я, не обратив внимания на лесть. — Его можно как-то перевести сюда.

— Зачем он вам? — удивилась куратор. — Это же просто посыльный.

— А как вы собираетесь держать связь между отрядами? Как собираетесь отдавать приказы во время атаки? — пояснил я своё желание. — Мыш профессионал в своём деле, он быстро построит необходимую сеть и схему сообщений. Или предлагаете мне лично подбегать к каждому и озвучивать распоряжение?

— Не кипятись, Безликий, — улыбнулась Лия, — любое твоё желание сейчас — закон. Мне позволили дать тебе всё, что попросишь. Вариант со свободой, конечно, стоит уточнить, а в остальном — любой каприз.

— Первые ряды, — крикнул я, — сейчас вам необходимо рассчитаться до шести, объясняю…

Я пояснил, что конкретно хочу получить от людей, затем поделил войско на шесть разных отделений и выстроил их отдельными кучами. Затем долго добивался того, чтобы они встали ровно. Выходило так, что каждое из шести будет проходить собственную науку. Единственное, что мне останется сделать потом, так это организовать их взаимодействие.

Ничего простого я от своей работы не ждал. Два дня, до прибытия всех офицеров, я занимался строевой подготовкой кадров. Дело шло очень медленно, пока на второй день не прибыли первые опытные наёмники.

Оказалось, что здесь никто и никогда так не воевал. Люди просто сбивались в кучу и рубили друг друга почём зря. На стену лезли всей кучей, да и в поле особо никто не разбирался. У опытных шансов выжить больше, а численное преимущество считалось непреодолимым. Нет, кое-какие навыки в стратегии имелись, например: выбор местности, сомкнутые ряды копейщиков, отдельный отряд лучников. Но более скрупулёзно к войне здесь никто не относился.

Выходило, что моих знаний о войне было в десятки раз больше, чем у них всех, вместе взятых. Хотя получал я их из книг, видеоигр и кинематографа. Плюсом конечно был доступ к архивам и личный интерес, а также желание разобраться и понять.

Офицерам точно так же пришлось переучиваться. И как специально, почти все они были мечниками. Пришлось их точно так же делить и определять новые специальности.

Сильно много я мудрить не стал и каждого из наёмников сделал сотником. Их было ровно десять процентов от основного войска. Некоторые по совместительству получили право управлять сотниками и стали тысячниками. А раз уж я генерал, то первые стали майорами, а вторые — полковниками. Естественно, что впоследствии выбрали и десятников, но из числа рабов, которых я естественно назвал лейтенантами. Всё, дальше началась муштра, хотя и на то, чтобы грамотно и понятно разбить войско, у меня ушла пара дней.

Так у меня получилось: два отделения копейщиков, два отделения мечников, одно лучников и одно инженерное. А затем пошла бюрократия. Началась писанина и отчётность, без них — никуда. Я должен был чётко знать у кого к чему наибольшая предрасположенность. Исходя из этого, тренировки не были разбиты на индивидуальные упражнения; короче, все занимались одинаковыми вещами. Махали мечом и копьём, а в завершении ещё и из луков стреляли. Дважды в неделю мы строили укрепления на холме, немного в стороне от части. Там я определял тех, кто более пригоден для инженерных навыков.

Почти две недели шла постоянная перепись и анализ, учёт я составлял на основе оценок и журналов, прямо как в школе. Это наиболее простой метод, чтобы определить успеваемость среди такого большого количества людей.

Офицеры вначале сопротивлялись и делали всё, чтобы не брать в руки бумагу, мол мы все суровые воины, а не торгаши какие, или и того хуже — юристы. Однако две хорошие порки при всём строю, моментально наладили дисциплину. И спустя две недели, началось окончательное формирование отрядов.

Только спустя месяц, упорная работа и сон по полторы четверти в сутки, принесли более или менее сносное понимание в организации. Теперь предстояло выдрессировать все эти стройные ряды, а затем связать их в единое целое.

Задача, которая казалась непосильной, начала приносить свои плоды. Утреннее построение уже не походило на хаос, каждый занимал положенное ему место без дополнительных пинков и лишней суеты. Но с оружием они обращались, всё ещё из рук вон плохо.

Строевая битва, она не похожа на одиночную схватку. Хотя лейтенанты зачастую проводили тренировочный процесс именно так. Будто бы каждый из них в бою, будет биться с противником лицом к лицу, один на один. Когда я понял ошибку и начал указывать на неё, возник очередной спор с профессионалами. И здесь уже пришлось прибегнуть к примеру, потому как мои аргументы просто не воспринимались. Можно, конечно, приказать, но толку от понимающего инструктора больше, чем от того, что выполняет указание из-под палки.

Я взялся муштровать сотню мечников и поспорил на десять золотых, что они сомнут строй копейщиков, через неделю. На что мне тут же заявили: «Готовьте деньги, господин».

Свой отряд я начал учить только одному приёму, принимать удар на щит и после этого рубить, или колоть противника. Но только не того, что стоит напротив, а соседского, того, что по правую руку. Так выходило, что удар противнику всегда прилетает с неудобной стороны, будто он с левшой дерётся. Мы не учили больше ничего, только этот приём. Врезались в строй врага, приняли на щиты выпад, открылись, укол или рубящий, затем снова защита и шаг вперёд. Строй состоял из пяти шеренг и каждая последующая, должна занимать место павшего перед ним солдата в первом ряду. Ну по мере убывания естественно, а не все сразу.

Недели очень мало для того, чтобы сотня человек начала работать как единое целое, но удар и шаг, были отточены до состояния автоматизма. Когда мою сотню выставили против самодовольного офицера, то я с удовольствием наблюдал за тем, как отвисает его челюсть, по мере убывания строя копейщиков.

Само собой, что вся схватка носила тренировочный характер и те, кого коснулось деревянное оружие, сами покидали поле боя. Однако будь в их руках настоящее, ситуацию это вряд ли поменяло бы. Мои мечники переработали отряд противника буквально за двадцать минут. Потеряв при этом всего пятнадцать человек со своей стороны.

Теперь мои советы и наставления воспринимались иначе. Строй копейщиков точно так же пришлось пересмотреть и заставить учить буквально три-четыре удара, и всё. Ну ни к чему им школа владения шестом от Шао-линя.

Спустя два месяца было закончено возведение укреплений на холме и теперь, дважды в неделю, войска делились на штурмующих и защитников, и начиналась другая наука. Здесь уже без травматизма не обошлось. Но зато я теперь точно знал, что подобная регенерация в этом мире у всех, а не только у избранных. Это немного успокоило меня, дав ответ на ещё один вопрос, который я не хотел задавать. И так иногда говорю много лишнего, а подобное внимание мне ни к чему.

Дома дела тоже шли прекрасно. Мира и Рест, я наконец запомнил имя раба, они быстро привели дом в жилой вид. Вот только он находился теперь не в городе, а на территории военного расположения. Ну некогда мне было туда-сюда мотаться. Лема была этому несказанно рада и вместе со мной продолжила тренировки. А чтобы не отлынивала в то время, когда я занимаюсь вопросами воспитания армии, я приставил к ней наставника. За ним пришлось ехать в Эллон, но на пару дней я уже вполне мог оставить расположение.

Долго я голову ломать не стал, потому как знал, кого хочу видеть в качестве тренера для девочки — это был Молот. Жена Дария почти забросила дело мужа. В первую очередь потому, что не любила бои и, естественно, совсем в них не разбиралась. Деньги они не приносили, а скорее уже наоборот и она моментально согласилась продать мне Молота за десять золотых.

Вначале он принял меня сурово и с недоверием, да и тот факт, что я убил Дария быстро дошёл до мозгов профессионала. Но буквально за полчаса осознал всё то, что происходит и искренне обрадовался тому, что я предлагаю. С другой стороны, выбора у него всё равно не было.

Но мне не хотелось переводить наши отношения в разряд: раб — хозяин, однако субординацию соблюдать пришлось. И как-то вечером, мы поговорили по душам, вдали от посторонних ушей и глаз, и решили раз и навсегда все наши разногласия.

Куратор принесла мне решение Совета о свободе рабов, спустя два месяца и он был положительным. Дмитрий смог продавить этот вопрос, так что теперь я уже мог предложить людям хоть что-то.

Рабы восприняли новость с недоверием, но всё же надежда в их глазах блеснула, осталось только сдержать слово и тогда такое войско станет непобедимым.

Ещё один вопрос волновал меня не меньше предыдущего. Рабы учатся воевать и убивать. Что помешает хорошо обученному войску восстать против господ, когда они получат в руки оружие? Ответов я не находил.

Да и с вооружением всё оказалось не так просто. Столько тысяч одинаковых мечей, внезапно оказалось негде взять. А от разношёрстного вооружения я напрочь отказался. Всё должно быть одинаковым и стандартным. И сейчас для меня готовился специальный заказ, на изготовление которого задействовали десяток кузниц и плотников. Щиты тоже нужны стандартные и взаимозаменяемые.

Я включился в работу с таким воодушевлением, что и сам от себя не ожидал. Видимо права оказалась Лия: Дмитрий не ошибается в своих решениях.

Но работы предстояло ещё очень много, мы были только в самом начале пути. Опять же, устраивать побоище, так сказать, понарошку, и реальная схватка, когда адреналин бьёт фонтаном, рядом падают замертво люди и каждая секунда может стать последней — это совсем разные вещи.

В тире каждый может мнить себя героем и метким стрелком, но когда сдают нервы, а поблизости рвутся мины — в общем, мало кто из таких сможет высунуть нос из окопа в первом бою.

А здесь отсидеться в ямке не получится и это очень сильно может повлиять на исход боя.

Однако без выучки всё равно ничего не выйдет. Те же наёмники, уже давно поняли, что все их знания и опыт ничто, по сравнению с моим методом обучения. Они точно так же стояли в строю вместе со своими отрядами и обливались по́том на вытоптанных подчисту́ю площадках.

Мыш тоже не отставал, выстраивал сеть и обучал рабов системе связи. Здесь мы позаимствовали систему передачи приказов у Римлян. Ну, если быть точнее, то я с умным видом предложил её как свою идею, а Мыш ухватился и начал перерабатывать. А всё было просто: я отдаю приказ и он имеет свой цвет. Человек с холма машет большим флагом и он тут же распространяется в отрядах в устной форме.

Дополнительно задействовали несколько десятков воинов для передачи сложных посланий полковникам. В общем, дело не стояло на месте, вот только времени, всё равно катастрофически не хватало.

Глава 15

Дальнейшие планы.

Ярг.

Если он всё правильно сделает, то займёт её место. Но если вдруг что-то пойдёт не так, тогда нужно иметь запасной план и он был. Изначально всё срослось так, как он того хотел. Просто сами события немного форсировало появление Дмитрия и удалось вовремя поймать момент.

Но этот Дмитрий очень непростой человек: у него всегда есть запасной план. Всегда и на все случаи жизни. С ним придётся играть в открытую, иначе сожрёт, и даже не будет заморачиваться на все эти подставные схемы, просто откусит голову и выбросит на помойку.

Зато у Ярга теперь есть своя армия и это очень хороший аргумент. С таким можно и охоту на Лис устроить. Шило недавно доложил, что безродному ублюдку тоже статус повысили и теперь он генерал, и так же как Ярг, воспитывает войско для Лирия.

— Да ты что, там такая красотка возле него тёрлась! — выпучил глаза Шило, — У меня от одного её вида в штанах всё зашевелилось.

— А имя её ты выяснил? — спросил Ярг. — Кто она такая? Ты говорил, что он уезжал из Эллона один, а теперь какая-то девка появилась?

— Ярг, ты же знаешь, что я всё выясню. Мои люди уже работают, — беззаботно ответил Шило и закинул виноградину себе в рот.

— Плохо, Шило, — процедил сквозь зубы Ярг, — если ты не можешь про какую-то сучку выяснить, то может и должность генерала тебе не подходит?

— Эй, тихо, да ты чего так взъелся-то? — имея уже равный статус, Шило стал обращаться к Яргу на «ты» и того это очень бесило.

— А ты головой своей подумай, кто тебе дал эту должность, кто дал тебе статус?! — продолжал разъярённым взглядом смотреть на связного тот. — Узнай мне всё про эту суку, понял?!

— Да, господин, — внезапно сменился в лице тот, — я сейчас же подниму все свои связи.

Хоть Шило и был сейчас на равных с Яргом, он прекрасно понимал потолок своих должностных полномочий. Он прекрасно осознавал, что его босс лезет на самый верх пищевой цепочки и шансы у него очень высоки. Одна его сделка с Дмитрием чего стоила.

Но кто эта загадочная девка? И почему Ярг никак не мог отделаться от мысли, что она очень важна в этой игре. Да, бабы у этого ублюдка всегда были красивые, но вот так, о них не отзывался никто. Шило тот ещё извращенец и шлюх у него более чем достаточно, чтобы на одетую вставал.

Ему самому захотелось посмотреть на неё и понять, почему люди, которые годами собирают сведения для клана, ничего о ней не знают. Интерес Ярга возрастал по мере отсутствия информации о ней, а Шило уже прятался от него целую неделю, когда, наконец, прибыл с довольным лицом.

— Ну, что я говорил, — плюхнулся он в кресло, — мои люди много чего могут достать. А в случае этой мадам, мы вообще, можно сказать, подвиг совершили.

— Ты долго будешь тут сопли жевать? — не выдержал Ярг. — Почему так долго?

— На, — протянул ему конверт генерал по связи, — почитай и сам всё поймёшь.

Ярг выхватил конверт и не спеша вскрыл. Он как-то сразу успокоился, когда сведения оказались в его руках.

Портрет карандашом был очень точным, в этом он не сомневался, но вот красота этой женщины почему-то заставила усомниться.

— Это точный портрет? — переспросил Ярг.

— А я что говорил? — усмехнулся Шило. — Красотка, да?

— Не понимаю, что такая женщина делает рядом с этим ублюдком? — пробормотал вслух Ярг.

— Так ты почитай и всё станет понятно, — ухмыльнулся связной.

Ярг переключился на текст и по мере углубления в него, глаза стали увеличиваться в объёме, а челюсть падать на пол. Одну строчку он перечитал несколько раз: «Прямая внучка Советника Дмитрия, одна из.» Из скольких? Почему здесь нет на это ответа? Ладно, остальные его мало интересовали. Что просил узнать, то и предоставили.

— То, что здесь написано, это верно? — потряс он бумагами в воздухе.

— Даже не сомневайся, — с серьёзным видом кивнул Шило.

— Плохо, Шило, это очень плохо, ты понимаешь? — устало произнёс Ярг.

Теперь ему стало всё понятно, не зря ум не давал покоя, не зря свербило нехорошее предчувствие. Значит, Дмитрий затеял большую игру? Что же он поставил на кон? Какой приз уготовлен победителю?

— Мне нужно встретиться с ней, — оживился Ярг, — организуй нам встречу, Шило.

— Могу передать ей послание, — пожал плечами тот. — Пишите, я передам.

Ярг кивнул и позвал раба с планшетом, обычно он надиктовывал ему необходимые приказы, но сейчас отобрал инструмент и принялся писать сам. От глаз Шила не ускользнул этот момент, но озвучивать что-либо он не решился.

Ярг поднёс перо к листку и замер. А что написать? С чего начать обращение, ведь это не с подчинёнными общаться, здесь нужно деликатнее. Шило сосредоточился не меньше Ярга, подобрался в кресле и даже шею вытянул, пытаясь заглянуть в письмо.

— Шило, ты нормальный? Нет? — исподлобья посмотрел на него Ярг. — Думаешь, я ей любовное послание писать собираюсь? Помоги лучше.

— Да мне-то откуда знать, я всего-то эти записки передаю, — отмахнулся и снова откинулся в кресле тот.

— Ладно, без тебя разберусь, — отключился от окружения Ярг и начал выводить строки.

Набросав скелет обращения, начал что-то подписывать, чиркать, переписывать заново. Затем прочитал, шевеля при этом губами, и снова принялся вносить правки. Затем взял исчирканный лист, откинулся на спинку и кинул перо рабу.

— Давай, — скомандовал он. — Госпожа Лия, здравствуйте. Моё имя Ярг и я работаю на вашего деда, как, впрочем, и вся Империя. Выражаю вам своё почтение и предлагаю встретиться, чтобы обсудить некоторые моменты нашего общего дела.

— Хитро, — усмехнулся Шило, — думаешь, клюнет?

— Почему нет, я же её не в постель потащу, — пожал плечами Ярг. — Думать нужно головой, а не членом, тем более, когда он у тебя и так почти до основания стёрт.

— Таких у меня ещё никогда не было, — ухмыльнулся Шило, — и вряд ли будут, — добавил он и заржал.

— Да, ты был прав, должность Генерала это твой потолок, — оттянув губу, произнёс Ярг. — Ладно, свободен, мне нужно заниматься делами.

Шило попрощался и вышел. Сейчас как раз подошло время тренировки у Ярга, вот только сейчас она выглядела не так, как раньше. Рабов для армии отбирали самых лучших, как и наёмников. Тем более, что он сделал всё это заранее и успел снять самые сливки, самое качество. Удалось покопаться в товаре, и вытянуть на свет самые эксклюзивные вещи.

Но Ярга не очень устраивала подготовка воинов и он решил разбить тренировочный процесс на две части. В одной, он показывал как нужно наёмникам, а затем уже они занимались со своими сотнями. Утром рабы продолжали отрабатывать и закреплять вчерашнее, а Ярг выдавал уже новые упражнения сотникам.

За какой-то месяц подобная тренировка уже давала свои плоды. Он понимал, что на войне нужны хорошие воины, чтобы каждый давался один к пяти, тогда численное превосходство не будет играть никакой роли. И за год усердных тренировок можно создать достаточно хорошего бойца. В дальнейшем они будут только оттачивать мастерство.

Однако и слишком сложной их программа быть не должна — только самые простые и самые эффективные способы убийства. Красота на войне не нужна никому. Поделив своё войско на пять равных частей, он создал различные типы отрядов, так, как это учил опыт ведения боя во всём мире. Копейщики, всегда играют от обороны, встречают нападающих и в любой армии их на треть меньше, чем мечников. Луки начинают атаку, или сдерживают её, начиная отстрел противника на расстоянии. Мечи — вот основная ударная сила. Они и на стены первые лезут, они и победу в схватках обеспечивают.

Таким образом, он и сформировал свои войска, посчитав правильным увеличить наступательную способность. Вышло три тысячи мечников, тысяча копейщиков и тысяча лучников. В целом, конечно, рискованный перевес, обычно их делят один к трём, но Ярг выращивал непосредственно двуручников. Такой подход к битвам давал ему огромное преимущество.

Подобные отряды насчитывали максимум сотню другую на несколько тысяч и считались элитой. А он создаст три тысячи элитных воинов.

Ходит слух, что безродный тренирует шесть тысяч и поделил своё войско поровну. А целое отделение занимается ерундой, строит и разбирает разного рода приблуды, вместо того, чтобы тренироваться и набираться мастерства. Получить бы хоть маленький шанс и он разнесёт этот сброд за пару часов. Но сейчас ничего сделать не получится, раз его тоже курирует Дмитрий, а вот постараться убрать его подальше из битвы за главный приз, вполне возможно. Но для этого лучше всего выяснить, что запланировано у Совета на роль награды.

Внучке Дмитрия по факту исполнилось всего двадцать два года, Яргу семнадцать, но это не беда. Он и более старших заставлял кричать от удовольствия. Нужно попробовать соблазнить эту особу, пустить пыль в глаза и затянуть в койку. Она, конечно, не так проста, и денег в их семье намного больше, как и власти. Но Ярг знал, что он яркий юноша и девчонки очень часто сами прыгают в объятья.

С этой Лией, конечно, придётся попотеть: будет непросто, но чего не сделаешь ради власти и богатства.

*****

Встреча всё же состоится, Лия ответила на письмо, столь же сухо и по-деловому, но тем не менее, согласием. Мол, она и сама вскоре собиралась проверить вложения своей семьи и убедиться, что всё в порядке.

Да о каких вложениях она вообще говорит? Здесь всё принадлежит Яргу, каждый медяк его, даже землю он сам приобрёл, на свои кровные. Да уж, надменности этой внучке не занимать, ну пусть пока думает, что здесь всё её. У Ярга готовы все юридические бумаги и, в конце концов, он всегда сможет сдать свою армию внаём, что многократно окупит любые затраты. А Дмитрия и послать можно.

Своя армия и так позволит занять место Главы, удержать его, приумножить богатство и славу. Даже Совет ничего не сможет с этим поделать, потому как всё будет иметь законные основания. Но пока стоит подождать, поиграть и присмотреться получше, с некоторыми шагами лучше не спешить. К тому же, они наверняка знают всю юридическую составляющую этого дела. Тогда о каких вложениях идёт речь?

— Добрый день, Генерал Ярг, — услышал он женский голос в спину, когда спустился вниз и прошёл мимо гостиной.

У него через треть четверти встреча с Лией, он уже арендовал таверну и собирался уезжать. Кто там такой, что явился в самое неподходящее время?

— Добрый, госпожа Лия, — уставился он с удивлением на гостью, — я думал, мы встретимся и пообедаем в приличном месте?

— Вы считаете свой дом неприличным местом? — приподняла бровь та.

— Я не это имел в виду, — немного смутился Ярг, он никак не мог оторвать взгляда от её красивого лица, — но раз вы настаиваете.

— Успокойтесь, Генерал, всё в порядке, — смягчилась она и осветила улыбкой всё вокруг, — я взяла на себя смелость слегка сместить наше свидание. Давайте вначале осмотрим ваши владения.

— С удовольствием похвалюсь перед вами, — самодовольно усмехнулся Ярг, он уже ухитрился вернуть своё самообладание. — Прошу, госпожа Лия, надеюсь, вы будете приятно удивлены.

— Слышала, вы очень амбициозный молодой человек, — немного подсластила Лия, но в её устах это была лишь политика, — неужели вы и впрямь собираетесь создать три тысячи двуручников?

— Собираюсь? — слегка вскинул подбородок тот. — Да они, можно сказать, уже готовы порвать кого угодно. К чему пустые слова, пойдёмте, я покажу вам.

Они вышли из дома, который когда-то построил для себя Дарий, а теперь здесь распоряжался Ярг. Расквартировать пять тысяч человек тоже крайне непростое занятие, а, помимо всего прочего, нужно ещё и площадки для тренировок обустроить. В общем, территория подо всё это нужна огромная.

Заодно, здесь были оборудованы и смотровые площадки, чтобы хозяин имел возможность видеть процесс обучения войск. Плюсом ко всему, Дарий хотел торговать своими отрядами, что, в свою очередь, также подразумевало презентации.

Именно на такую вот площадку Ярг и повёл Лию, чтобы она могла в полной мере насладиться картиной.

Три тысячи воинов старались синхронно двигаться, повторяя несколько заученных до автоматизма приёмов. Картина такого масштаба завораживала, люди двигались как единый живой организм, хотя в некоторых местах ещё были видны изъяны. Но всё это отточится и отшлифуется, ведь прошло всего лишь чуть больше трети, годовой четверти.

— Хотите посмотреть на них в действии, — решил добавить зрелищности Ярг.

— Решили устроить специально для меня тренировочный бой? — усмехнулась Лия. — Не откажу себе в удовольствии.

Ярг поманил к себе человека, который исполнял роль передающего устройства и отдал ему приказ. Вскоре лагерь пришёл в движение и примерно в течение часа войска были поделены и построены как две противоборствующие стороны. Мечники против копейщиков и лучников. По идее, у защиты было преимущество: они расположились на холме, плюс лучники не слабо проредят наступающий отряд на подходах.

Но Ярг был полностью уверен в своей школе и подал сигнал к началу атаки. Раздался низкий гул горна и мечники бросились в атаку.

Они стремительно приближались к войску, которое ощетинилось палками в сторону мчащейся на них лавины. Стройным залпом хлопнули тетивы луков и тупоносые стрелы взметнулись в воздух. Часть воинов со стороны нападавших, осталась стоять на поле, подняв руку вверх. Остальные прикрыли головы небольшими круглыми щитами и продолжили бег. С каждым залпом лучников, стоящих воинов прибавлялось, но таковых становилось всё меньше.

Лучники побросали уже никому не нужное оружие и похватали шесты, лежавшие рядом, чтобы присоединиться к строю копейщиков. Действовали суетливо, но к началу столкновения успели занять свои места.

Мечники, буквально за мгновение до столкновения забросили щиты за спины и выхватили второй меч. Первый взмах отбил в сторону копья, а второй уже вывел из боя несколько сотен оборонявшихся. Они прорубили центр строя и, разделив свой на две части, принялись перерабатывать, казалось, нерушимое человеческое препятствие.

— Впечатляет, — поджав губы, кивнула Лия.

— О, это только начало, к концу лета вы получите армию первоклассных двуручников, — самодовольно произнёс Ярг. — Надеюсь, вы убедились в качестве моей подготовки? Может быть, теперь перейдём к более приятным занятиям?

— Я очень надеюсь, что вы имеете в виду обед и беседу, — дежурно улыбнулась она.

— Я достаточно хорошо воспитан, чтобы делать намёки гораздо тоньше, госпожа Лия, — с серьёзным видом заявил Ярг, хотя на самом деле уже прощупывал почву и определял границы дозволенного.

— Прошу, — тут же открыто улыбнулась Лия, — попробуйте удивить меня ещё раз и возможно мы перейдём с вами на «ты».

*****

Таверна была далека от того изыска, который можно было найти даже в середнячковой забегаловке Эллона, а чего уж говорить о тех, которыми владел Мортис. Но другого компромисса не было и эта считалась самой лучшей в городе, численность населения которого едва превышала армию Ярга. Однако, кормили здесь вкусно и недёшево, и опять же, относительно местных. Яргу же обошлось снять и закрыть заведение на весь день, почти столько же, сколько он отдал бы в таверне, ближе к стене Эллона.

— Как вам удалось отыскать здесь это место? — удивлялась Лия. — Не думала, что в таком захолустье может оказаться подобная жемчужина.

— Я старался, — расцвёл Ярг от похвалы, сам того не понимая, он постепенно садился на свой, собственный крючок, — рад, что вам нравится, хотя я бы предпочёл место поприличнее.

— Признаюсь, вы дважды смогли меня удивить, — приподняла бровь Лия и обвила красивыми, тонкими пальцами свой бокал. — Предлагаю всё же перейти на «ты».

— Полностью с вами согласен, — довольным тоном произнёс Ярг.

— Ты себе даже не представляешь, как порой не хватает тонкого, приличного общества, — вздохнула Лия. — Дедушка любит отправлять меня в такие дыры, что и представить страшно. Подели́шься секретом?

— С удовольствием, если скажете, что конкретно вас, — Ярг сделал паузу и поправился, — тебя интересует.

— Как тебе удаётся отыскать подобные места в этих провинциях, — улыбнулась Ли. — У тебя, можно сказать, талант находить прекрасное.

— Увы, это заслуга лишь твоего присутствия, — снизошёл тот до открытой лести.

Лия быстро стёрла улыбку с лица и холодными глазами посмотрела на Ярга.

— Ты так себе это представлял? — сухо спросила она. — Оставь свои фокусы для сверстниц, Ярг. Говори, что собирался.

— Ну что же, — мгновенно стёр со своего лица улыбку тот, — так даже удобнее. Я хочу знать, почему Дмитрий помогает Безликому?

— Помогает? — вскинула брови Лия. — Ты что-то попутал, мальчик, Дмитрий помогает тебе. А Безликий просто делает свою работу, ту самую, за которую ему платят.

— О чём это ты? — ухмыльнулся Ярг. — Всё, что ты видела в расположении — принадлежит только мне, я за всё платил из собственного кармана.

— Ну, ты просто молодец, — ухмыльнулась Лия. — Зачем ты меня позвал?!

— Хотел уточнить пару моментов, — задумчиво произнёс Ярг, — но теперь вижу, что в этом нет необходимости.

— Ты будешь ломаться, словно девочка, — резко спросила внучка Дмитрия, — или всё же поговорим, как взрослые люди? С моим дедом ты был намного смелее, или тебя заводят старые пердуны? — Лия тут же расхохоталась во весь голос.

— Я хочу знать, что будет главным призом в войне? — спросил Ярг.

— Твоим призом будет должность главы и контроль над Тавией, — сухо бросила Лия. — Вы уже обговорили этот вопрос, или ты решил внезапно сменить условия сделки?

— Нет, в моём случае, всё более чем хорошо, — кивнул Ярг, — но что достанется ему?

— Почему тебя это так волнует? — внезапно заинтересовалась девушка.

— Просто из вредности, — честно признался тот.

— Я не знаю всех планов деда, — пожала плечами Лия, — но даже если бы и знала, то не сказала.

— Я тут подумал, — отмёл в сторону деловой тон Ярг, — а давай встретимся ещё раз, что-то мне не очень понравилось то, как у нас всё прошло.

— Неужели ты и в самом деле хочешь за мной приударить? — умилилась Лия. — Ярг, просто поверь мне на слово, — оно тебе не нужно. У меня очень сложный характер.

— Два человека со сложным характером, — глядя поверх бокала, произнёс тот, — что может быть прекраснее такого союза?

— Да всё что угодно, даже корзина со змеями, — засмеялась Лия. — Ты настолько избалован, что даже ухаживать красиво не можешь.

— Я ведь могу посчитать эти слова за вызов? — даже не смутился тот.

— Ну, давай, — снова засмеялась она, — удиви меня, а я подумаю, может ты и впрямь достоин второго шанса.

Весь оставшийся день Ярг изображал из себя галантного кавалера и ухаживал за Лией. В итоге она высокомерно позволила пригласить себя на ещё одно свидание, на этот раз неформальное, то есть уже неделовое.

Казалось бы, а зачем всё это? Неужели он сможет через неё повлиять на решения Дмитрия? Нет, это просто невозможно.

Однако Ярга одолевали двоякие чувства по поводу Лии. Он радовался тому, что на следующей неделе они смогут вновь встретиться, при том уже в Эллоне, и одновременно злился на себя. На то, что ему приходится унижаться перед ней, придумывать какие-то нелепости, чтобы поразить её и увидеть очередную искреннюю улыбку.

Самое странно для него было то, что он почувствовал возбуждение в тот момент, когда она унизила его за обедом, а затем повторила подобное в течение дня. Когда назвала его мальчиком и засмеялась прямо в лицо, или властно указывала на то, что желает получить в данный момент.

Любая другая женщина уже вымаливала бы у него прощение, валяясь в ногах с разбитым носом, но от её слов штаны Ярга откровенно приподнимались. Такое с ним было впервые, и он захотел проверить свои новые ощущения.

Даже в этом захолустье имелся элитный бордель с любым способом получить удовольствие. Ярг оставил за вход два золотых и предупредил, что рабыня может больше не выйти из его покоев. Здесь знали о предпочтениях своего лучшего клиента, но сегодня он пожелал выбрать девушку сам.

Ярг долго ходил и придирался к внешности, пока не подобрал шлюху, более или менее похожую на Лию, немного подкрасят, парик оденут, главное — голос похож. Даже «мальчик», она произнесла почти точно так же.

Ну а если не понравится то, что он задумал, то всегда можно быстро поменяться местами и закончить всё именно так, как ему нравилось всегда.

Хотя он и так не собирался выпускать эту шлюху живой, особенно после того, что она сейчас будет с ним делать.

Глава 16

Пот, песок и строевая подготовка.

Безликий.

Уже две годовых четверти я гонял войско по площадкам, которые вытоптали до состояния асфальта. Теперь я работал над взаимодействиями отрядов.

Когда я совместил мечников с копейщиками в один строй, тут же услышал в свой адрес множество критики. Оказалось, что так не делается, потому что это вообще принципиально разные войска и задачи у них иные. Но я упорно работал над их взаимодействием.

Мне хотелось видеть ощетинившийся копьями строй, который по команде раскрывал шиты и производил атаку мечами на ближней дистанции. Для этого мира и той стратегии войн, которую они себе придумали, это будет более чем неожиданно, а значит — успешно.

Копья использовались разной длины и такое тоже считалось странным, но когда отряды впервые были построены в колонну и выставили тройной ряд шестов, превратившись в ежа, вопросы отпали сами собой. Почему до меня никто не думал о подобном подходе — неизвестно.

Здесь я не стал мудрить и снова позаимствовал опыт Римских легионеров. Ну а зачем изобретать велосипед, если он уже доказал свою состоятельность.

Таким образом, первый ряд в строю использовал короткие копья, которые могли использоваться как метательное оружие и упирал их древком в щиты позади стоящих. Те вооружились копьями средней длины и укладывали своё оружие поверх щитов первой линии строя. А третий ряд использовал плечи первых двух линий и, таким образом, защита получалась практически непробиваемой. Сомневаюсь, что даже конница такое построение возьмёт с ходу.

Однако, моему удивлению просто не было предела, когда я узнал, что кавалерию в войне не используют, от слова «совсем». Ну это они, конечно, зря. С другой стороны, у меня теперь огромное преимущество, которое вряд ли смогут преодолеть пехотой.

Передавая команды разноцветными флагами и дублируя их сигналами горнов внутри войска, я отрабатывал построения. И то, что сейчас предстало перед моими глазами, было почти идеально.

Ровные ряды перестраивались без всякой суеты, то, пропуская вперёд мечников, имитируя атаку, то схлопывали щиты, организуя глухую оборону. Вначале с ритмом движений и перестроениями было туго, но Мыш предложил использовать барабаны и дело сразу пошло на лад.

Он вообще оказался довольно шустрым и сообразительным малым, я ещё ни разу не пожалел о том, что взял его с собой. Сигналы и отработка взаимодействий с командным центром — полностью его заслуга. Я хоть и являлся генератором идей, но воплотить это в реальности — совсем другое дело, и не каждому по силам.

Рядом со мной стояла Лия и, открыв рот от удивления, с восторгом наблюдала за работой ровного прямоугольного строя.

— В жизни ничего подобного не видела! — повернула она ко мне светящиеся азартом глаза. — Это невероятно, Безликий!

— Невероятно будет тогда, когда я получу в своё распоряжение конницу, — спокойно ответил я, — хотя подготовить её я вряд ли успею.

— Вначале тебе придётся одержать победу и доказать, что все вложения в тебя не напрасны, — покачала головой она. — Я уже говорила на эту тему с Советом и, скорее всего, ты получишь одобрение. Но пока ты не покажешь, на что способно твоё войско, никто больше не вложит в это мероприятие ни медяка.

— Мне необходим бой, — коротко сказал я, сменив тему разговора, — желательно, с не сильно превосходящим противником. Войско должно через это пройти, иначе в нужный момент вся работа полетит псу под хвост.

— Это я могу для тебя устроить, — немного подумав, кивнула Лия, — готовь людей, через неделю вы выступаете. И знаешь что?

— Нет, — улыбнулся я, — порой я вообще не понимаю, что происходит в твоей голове.

— Пожалуй, приглашу я на это дело Дмитрия, — хитро прищурилась она.

— Не думаю, что это хорошая идея, — покачал я головой, — мы не на арене выступать собираемся.

— Боишься проиграть? — наклонила она голову набок, оставив своё лисье выражение симпатичного личика.

— Я не хочу обсуждать вопросы победы заранее, — спокойно ответил я. — Всё выясним на месте. Лучше скажи мне, что ты задумала и с кем мне придётся биться?

— Ну, локальных конфликтов в Империи достаточно, — отмахнулась она, — особенно. на границе с дикими землями. Там постоянно сбиваются ватаги и пытаются грабить наши поселения. Вот в одно из таких мест ты и поедешь. Но учти, тебе никто больше не даст людей в случае поражения и, скорее всего, вернут на место ликвидатора.

— Это не самая плохая работа, — пожал я плечами, — и я повторю ещё раз, что не намерен обсуждать эти моменты до окончания боя.

— Дело твоё, — улыбнулась Лия. — Просто знай, что я поставила на тебя очень хорошую сумму в предстоящей разборке. Войска соседней Империи уже близко и вскоре они встанут на спорной территории. Так что времени у нас намного меньше, чем мы предполагали.

— Разве мы не можем перебросить войска туда и просто не пустить их? — спросил я.

— Занимайся армией, а политику оставь мне, хорошо? — ответила Лия, снова обратив свой взор на тренировочную площадку, где ряд копейщиков расступился в стороны, а через образовавшиеся коридоры быстро выскочили лучники и произвели залп по соломенным целям. — Это удивительно! То, что ты смог сделать за это время — просто потрясающе.

— Скоро мы это увидим, — кивнул я.

— Тебе уже доложил твой Мыш, что я сплю с Яргом? — внезапно спросила она и посмотрела мне прямо в глаза.

— Меня мало интересует твоя личная жизнь, — ответил я, — но да, я в курсе.

— Тогда почему ты ничего не спрашиваешь об этом? — приподняла брови Лия.

— Кажется, я уже ответил тебе, — пожал я плечами, — это твоё личное дело.

— Но он твой враг, — продолжила она выпытывать моё мнение.

— В данный момент он всё равно обладает иммунитетом, — ответил я.

— Тебе даже неинтересно, почему я так поступила? — немного расстроилась та.

— Лия, если тебе хочется мне что-то сказать, то говори, — немного разозлился я, — а ваши интимные подробности меня мало интересуют.

— Я хочу дать тебе шанс убить его, — став серьёзной, наконец, произнесла она.

Я молча кивнул, подтверждая, что одобрил её замысел.

Подошло время обеда и по лагерю уже витали аппетитные запахи. Люди выставили пирамиды из макетов оружия: быстро и аккуратно, без суеты; затем выстроились в очереди к бочкам с водой, чтобы смыть с себя пот.

На смотровую площадку прибежала Лема, тоже мокрая как мышь. Молот занимался с ней ежедневно по десять часов, да и сама она выкладывалась на все сто. При этом ещё умудрялась продолжать изучать теоретические науки с Мирой. Она уже стала опасным противником для большинства, даже опытные наёмники и те побаивались с ней связываться.

— Вы обедать идёте? — звонким голоском спросила она и попыталась исподтишка ударить меня.

Я легко ладонью сбил её атаку, но она настырно продолжила брыкаться. Вскоре мне удалось поймать её на болевой захват и она тут же расхохоталась.

— Ну и игрища у вас, — фыркнула Лия, — девушка не должна вести себя так.

— А я не в высшем обществе, — огрызнулась Лема и тут же заработала от меня лёгкого леща, точнее, должна была, если бы не увернулась ленивым с виду движением. — Пойдёмте обедать, а?

Мы спустились на землю и отправились в общую офицерскую столовую, которая, впрочем, мало чем отличалась от той, что была у Дария. Длинный ряд деревянных столов со скамьями по обеим сторонам и всё это под открытым небом.

Когда я впервые приехал сюда из Эллона, то ожидал более прохладный климат, но видимо то, что сделали предки, всё же повлияло на погоду всей планеты. Он практически ничем не отличался, помимо того, что был чуть более влажным. Жара не спадала до вечера, а дожди проливались почти каждый месяц, бывало, даже дважды.

Лия только с виду казалась взбалмошной и утончённой особой — на самом деле она не брезговала вот такими обедами за простыми столами, среди кучи потных мужиков. Никогда не капризничала и не просила к себе особого отношения. Она проводила в моём лагере почти всё своё свободное время и каждый раз приезжая произносила одну и ту же фразу: «Наконец-то». Видимо, это означало, что ей здесь нравится.

До недавнего времени я действительно не понимал её отношений с Яргом, но вопросов на эту тему не задавал. И вот именно сегодня она прояснила ситуацию сама, но что задумала конкретно, так и не сказала.

После обеда Лия снова умчалась по делам и обещала вернуться к моменту переброски войска к границе. А я вновь отправился гонять воинов по площадке.

*****

— Сколько их, Мыш? — спросил я связного, который по совместительству ещё и неплохую разведку смог организовать.

— Тысяч семь, плюс-минус пара сотен, — ответил тот. — Вообще, Империя впервые собирается сдержать Диких такой малой численностью. Они бьются как звери и не боятся смерти.

— Кого-то мне это напоминает, — усмехнулся я. — Вот заодно и проверим своих. Как там настроение в рядах?

— Люди напуганы, — серьёзно заявил Мыш, — и я, кстати, тоже. Может, всё-таки воспользуемся помощью армии Императора?

— Нет, — покачал головой я, — если мы не сможем победить здесь, тогда нет смысла лезть в ещё большее пекло.

— В таком случае, рекомендую приободрить войско, — задумчиво произнёс связной.

— Перебьются, — снова не согласился я, — или сейчас, или никогда. Они сами должны вкусить победу.

— Твоё право, — пожал плечами тот. — Гости прибыли, — кивнул он мне за спину.

— Займи их, — скорчился я, — мне сейчас не до начальства.

Мыш кивнул и тут же отправился встречать Дмитрия, Лирия и Лию, которые прибыли посмотреть на шоу. Я же сделал вид, что не заметил их, запрыгнул в повозку и помчался к своему войску.

Поле ровное, как блюдечко, ни оврага, ни возвышенности: практически, ̶ голая степь. Горячий воздух разгоняется здесь до невероятных порывов, а ветер разносит звуки по всей округе, то делая их ярче, то приглушая. Команды горнов могут затеряться или измениться, хотя строй всё равно услышит то, что им необходимо. Зато наши флаги будет видно издалека, а сотники уже на месте разберутся и откорректируют необходимое.

Войска не суетились, хотя страх в глазах действительно присутствовал. Но все работали слаженно, как единый механизм. Инженеры уже готовили сюрпризы, выкапывая небольшие ямки и накрывая их пучками сухой травы, чтобы те не выделялись на общем фоне. На дно таких ям кидали сплетённые, заострённые ежи из палок. Может оно и не сильно страшно, но в пылу боя, даже оступиться достаточно, чтобы потерять жизнь, так что будем использовать все шансы.

Мне очень быстро подготовили помост, с которого я буду видеть бой и руководить процессом. По идее, я, конечно же, должен стоять среди воинов и кричать громче всех, а также сломя голову первым лететь в атаку. Но увы, такое только в кино: кто-то должен наблюдать со стороны и руководить процессом.

С другого конца поля до нас долетел воинственный клич и вскоре вся масса, единым потоком устремилась в нашу сторону. Взмах флага, протяжный гул горна и моё войско пришло в движение, а я отключился от мира, всецело отдав себя сражению.

Для построения войску потребовалось буквально несколько минут и вскоре первые ряды лучников уже были готовы произвести залп. Армия врага приближалась и делала это достаточно рассеяно, без соблюдения строя. Вскоре первый бегущий провалился в яму и закричал, остальные даже не заметили потери бойца и помчались прямо по его спине. Но он сильно снизил темп бегущих, а спустя некоторое время, таких пробок образовалось достаточно много и я отдал команду стрелять по скоплениям.

Тетивы лучников громко хлопнули, затем ещё и ещё, стрелы начали накрывать наступающие войска. Кто-то получал небольшие ранения и продолжал движение, но первые потери враг уже понёс. Они вскинули щиты над головой, пытаясь прикрыться от свистящей в воздухе смерти. Вскоре, в лучниках отпала всякая нужда и ровные ряды расступились, отправляя стрелков за свои спины.

Строй сомкнулся за мгновение до столкновения с противником. Послышались крики раненых, которые напоролись на копья и их тут же разбавили крики десятников и сотников, которые раздавали команды в моём строю. От сильного напора строй в центре немного продавило, но этого и следовало ожидать. Атакующие не обращали внимания на мёртвых товарищей и продолжали давить на щиты, в надежде прорваться внутрь и устроить мясорубку.

Очередной взмах флага и повтор команды горном. Строй дрогнул и в один шаг резко разорвал дистанцию, вскрыл щиты и сделал выпад короткими копьями, положив весь первый ряд нападающих. Затем моментально закрылся и снова принял на щиты удар сотен тел. Такое повторилось дважды, а затем произошло то, чего не могли ожидать враги, просто потому, что привыкли к другому типу схваток.

Взмах флага, горн и вдруг строй поддался напору армии противника, пропуская их глубже внутрь, и как только первая порция ломанулась в открытую брешь, её тут же отсекли с флангов, снова превращаясь в единый монолит щитов и копий. Это был самый напряжённый момент, если враг сможет расширить этот узкий коридор, то строй развалится на две части. Здесь у меня, конечно, тоже имелись сюрпризы, но я хотел увидеть именно этот манёвр.

Строй сейчас напоминал прямоугольник с открытым центром внутри, где мечники под барабанную дробь перемалывали попавших в ловушку людей. Шаг, удар, защита, шаг, удар, защита. Монотонная работа, словно и не война идёт, а конвейерное производство работает.

На повторный манёвр враг не поддался и пришлось на ходу перестраивать свои войска, но теперь уже для атаки. Потому как враг дрогнул — давление на щиты пропало, но он всё ещё не отступал.

Очередная команда и строй в несколько движений изменился, пропустив вперёд мечников и убрав длинные копья. Под единое «Хей», воины делают шаг, раскрывают щиты и метают короткие копья, выкашивая и без того поредевшую армию врага, а после отступают в самый хвост строя, чтобы отдохнуть.

Несколько шагов вперёд, удар щитами и двойная атака средним копьём и укол мечом в противника справа. Щиты сомкнулись и снова дружное «Хей», шаг вперёд, укол и снова «Хей».

Враг дрогнул, от него осталось едва тысячи полторы, когда, наконец, до командования дошло, что здесь им ловить нечего. Моя армия переработала более пяти тысяч человек, всего за какие-то пару часов. А Дикие уже бежали по степи, показывая нам свои спины.

Я спустился сверху и тут же отыскал глазами Мыша.

— Доложить потери, — отдал я команду и скрестил пальцы за спиной.

— Безликий, это было… — услышал я за спиной чей-то голос.

— Не сейчас! — резко срезал я собиравшегося похвалить меня, даже не взглянув в его сторону.

Мне было плевать кто там, пусть даже сам Лирий, который прибыл проверить эффективность моего войска.

Мыш быстро собирал сведения от сотников, которые по очереди докладывали ему о потерях, рядом стоял человек с планшетом и прямо с ходу вёл подсчёт.

А моя армия ликовала, они кричали и радовались так, будто публика на арене. Ну это и понятно: в первом же бою они одержали победу над превосходящим противником, да ещё каким. Против Диких всегда выставляли войско в два, а то и три раза больше. Вскоре с их стороны начали неуверенно, а затем всё громче и громче скандировать моё имя: «Безликий! Безликий! Безликий!» Я будто снова оказался на арене и едва удержался, чтобы не вскинуть руки вверх.

— Четыре десятка убиты, две сотни тяжело ранены и около тысячи — лёгкие раны и царапины, более точно смогу доложить в течение часа, — чётко отрапортовал Мыш.

— Них…я себе!!! — услышал я за спиной едва сдержавшийся мат и наконец обернулся.

Сзади стоял неизвестный мне человек с седыми волосами, но ещё очень и очень крепкий на вид. Я бы дал ему не более пятидесяти, но глаза его явно говорили за более глубокий возраст.

— Впервые в жизни слышу о таких мизерных потерях после столкновения с семью тысячами Диких! — восхищённо произнёс человек, — Безликий, вы действительно самородок, Лия права на ваш счёт целиком и полностью!

— Кто вы? — спокойно спросил я.

— Простите, — улыбнулся человек, — моё имя Дмитрий.

— Рад, что смог произвести на вас впечатление, господин, — теперь я уже коротко поклонился высокому чину, — но я вынужден заняться своими людьми. Если вы не возражаете, я готов поговорить с вами, скажем через четверть.

— Разумеется, — выставил руки ладонями вперёд он, — выполняйте свою работу, мы подождём.

В его словах не было и капли иронии, он действительно так считал. В ответ на это я просто кивнул и отправился к своему войску.

*****

— Это было просто потрясающе, — продолжал раздавать похвалу в мой адрес Дмитрий. — Я никогда не видел ничего подобного. Лия, конечно, много рассказывала о том, что происходит в вашем расположении, но я, честно говоря, думал, что вы страдаете ерундой. Где вы научились всему этому?

— Ваши архивы хранят знания предков, такие, что нам и не снились, а вы не можете открыть книги по тактике и стратегии боевых операций? — несколько грубо ответил я, но сейчас я победитель и мне позволено многое, даже то, что не может Глава Лирий.

Он уже попытался одёрнуть меня за грубость Дмитрию, но тут же получил от него нагоняй и старался сейчас молчать, и просто слушать наш разговор.

— Вы правы, Безликий, нас уже давно перестали волновать знания, — закивал головой представитель Совета, — Нас так заняли власть и деньги, что мы напрочь забыли всё то, ради чего создавали всё это. Потерять всего сорок человек в такой схватке.

— Сорок шесть, — поправил его я, — И к утру эта цифра удвоится, а это почти сотня хорошо обученных бойцов.

— Да вы должны были потерять не меньше половины, — усмехнулся Дмитрий. — Но то, что вам удалось…

— Вы меня сейчас перехвалите и я начну задирать нос, — усмехнулся я.

— Пожалуй, вы правы, — захохотал он.

— Почему я? — задал я, наконец, тот самый вопрос, который волновал меня с момента принятия в клан. — С чего вдруг такая опека над простым рабом?

— Разве она себя не оправдала? — вскинув брови посмотрел на меня Дмитрий. — Но вы правы, пожалуй, вы единственный человек, достойный ответа. Вынужден вас огорчить, но я до последнего не верил в ваш успех, это всё моя внучка.

— Внучка? — удивился я. — А при чём здесь это?

— Притом, — подала голос Лия, — я наблюдала за тобой с твоего первого выхода на арену.

— Постой, так ты?…

— Да, Безликий, я его внучка, — захохотала Лия и стала очень похожа на своего деда, когда он смеялся, его лицо выглядело точно так же.

— Ну, это многое объясняет, — кивнул я сам себе. — Я смогу получить конницу?

— Да, ты сможешь получить всё, что необходимо, но не сейчас, — покачал головой Дмитрий. — У нас осталась половина годовой четверти до того события, к которому мы все готовились. Зализывайте раны, скоро вам предстоит более серьёзная схватка. Да, и я бы попросил вас описать весь принцип тренировочного процесса, нужно внедрить эту технику повсеместно.

— Смогу закончить к концу недели, — кивнул я.

— Замечательно, — улыбнулся Дмитрий. — Нет, ну как это было, а?! — хлопнул он по спине Главу клана Лис. — Тебе удалось заполучить жемчужину, Лирий. На твоём бы месте я уже начал опасаться за своё кресло Главы, ха-ха-ха.

Лирий покраснел и скрипнул зубами, но вслух ничего не произнёс.

— Даже если вы предложите мне подобное — я откажусь, — серьёзно ответил я в защиту своего непосредственного начальника, а Дмитрий грохнул от смеха ещё сильнее.

Однако я посчитал нужным заметить это, не хватало ещё мне внутренней опалы из-за нелепой боязни потерять своё кресло.

Глава 17

Хозяйство.

Назад в расположение удалось попасть только спустя три дня, когда уже было точно понятно, сколько человек смогут пережить переезд. Местная регенерация помогла сократить потери. Многие из тех, кто в моём мире при той медицине умер бы, скорее всего, через пару дней, теперь пошли на поправку. Однако, это ещё не говорило о том, что они окончательно выздоровеют: у некоторых началось воспаление. Видимо, мне снова придётся браться за изготовление настойки на прополисе.

О полноценном отдыхе тоже речи не шло, едва мы прибыли в расположение, пообедали, как снова началась возня, построения и тренировки.

Меня ждали совсем другие дела, о которых я даже не подозревал. После того, как мои войска одержали победу, мне достались все трофеи поверженных и их оказалось столько, что я устал считать повозки, которые подвозили всё новые и новые партии. Теперь нужно было как-то это всё разобрать, распределить, или вообще пристроить на продажу. Ну а к кому мне ещё обратиться, если кроме единственного кузнеца на всю Эллодию я не знаю больше никого.

Пришлось снова садиться в поезд и мчаться в Эллон, чтобы договориться о продаже трофеев. Предварительно был сделан подсчёт и сортировка всего новоприобретённого имущества. На это ушла пара дней.

— Здравствуй Безликий, — вежливо и осторожно поприветствовал меня Роф. — Ходят слухи, что ты стал совсем большим человеком?

— Да брось, Роф, — улыбнулся я, — не так уж и сильно я вырос с тех пор, ну, может слегка мясом оброс, но не более.

— Рад тебя видеть, — расплылся в улыбке тот и вместо рукопожатия обнял меня. — Ты что, и правда стал Генералом у Лис?

— Разве это так важно? — уклонился я от прямого ответа. — Гораздо важнее то, остался ли я прежним человеком.

— Опять ты за своё, — отмахнулся тот. — Ладно, говори уже, что за ерунду ты опять удумал.

— На этот раз всё немного иначе, Роф, — протянул я ему список трофеев.

Тот начал читать и по мере продвижения к концу списка его глаза всё больше увеличивались.

— Знаешь, Безликий, — удивлённо уставился он на меня, — моей мастерской не под силу такие объёмы производства.

— Это нужно продать, — скромно добавил я, — эти вещи достались мне, как трофеи и что с ними делать — ума не приложу.

— Ну, это совсем другое дело, — враз расцвёл мастер, — Всё железо я возьму у тебя сразу: оно оружейное и мне не придётся выплавлять его самому. Наконечники стрел и копий я могу перештамповать, форма у меня есть, так что их верну в готовом виде и вычту из оплаты. А вот что касаемо брони и шлемов, здесь придётся подождать.

— Это не проблема, — кивнул я, — если есть возможность, то я бы хотел получить от тебя стрелы вот такой формы, — я снова протянул ему список и эскизы. — Вот эти будут лучше пробивать броню, а эти оставляют рваные раны.

— Хитро, — почесал макушку Роф. — Ладно, с этим объёмом я справлюсь. Сейчас принесу деньги.

Он удалился в дом, оставив меня в мастерской. Не было его почти полчаса, появился он, кряхтя протиснувшись, в узкую заднюю дверь. Вместо ожидаемого мешка с монетами он протянул мне бумажку, на которой была указана цифра и стояла подпись. Сама она так же не была обычным клочком и имела сложные рисунки, а заодно и название банка.

— А ты думал, я такие деньги дома держу? — усмехнулся Роф на мой удивлённый взгляд. — Я здесь сразу за работу вычел, нужно ещё древки заказать и всё такое.

— Так даже удобнее, — кивнул я. — Мне кажется, что сумма всё равно получилась очень большой.

— Так это я убавлю, — захохотал Роф, — меня дважды просить не нужно.

— Ну уж нет, — засмеялся я, — уговор уже был, и я теперь знаю, сколько всё это стоит. Когда и куда тебе подвозить товар.

— Да хоть завтра вези, — улыбнулся мастер, — на складскую улицу, двадцатый дом от стены.

— Не слабо, — ещё раз удивлённо посмотрел я на Рофа, прикидывая объём его складов.

— Так работаем же, не то что некоторые, — расхохотался тот. — Уже в который раз я благодарю судьбу за то, что она свела меня с тобой, Безликий. Я теперь стану вдвое богаче, ха-ха-ха.

— С тобой тоже приятно иметь дело, — кивнул я и протянул руку на прощание.

— Будет ещё — привози, только не сразу, — подал он мне свою сухую ладонь. — Я сейчас почти все свои сбережения в твой товар вложил. За броню и шлемы расплачусь по мере реализации.

— Добро, — кивнул я.

На том мы распрощались и я отправился в центр, затем повернул на торговую улицу, где помимо лавок разместилось несколько банков. Здесь, в ходе разговора удалось выяснить то, что мне необязательно обналичивать средства именно в Эллоне. Я могу получить или перенести их на свой счёт по месту расположения войска в городе, где, оказывается, есть их филиал.

Затем я без приглашения зашёл в дом Лис, чтобы повидать Лирия и узнать о своих дальнейших планах. Заодно хотелось понять, не принял ли он слова Дмитрия всерьёз, очень уж не хотелось ссориться с начальством.

Как оказалось, это я тоже сделал не зря, потому как вырученные деньги мне полностью не принадлежали и ровно половину, необходимо было вернуть в казну клана. Ну непросто же так они финансировали мои войска: прибыль от войны тоже никто не исключал.

Заодно выяснилось, что сделку с Рофом я заключил на более выгодных условиях, чем это собирался сделать клан. Я проявил инициативу и просто не дождался нужного приказа, который вот-вот должны были мне передать. И вышло так, что мне повезло, иначе был бы битым. Однако, нагоняй от Лирия я всё равно получил, так как полез не в своё дело. Но немного погодя он смягчился и согласился вести дальнейшие дела с Рофом, тем более, что выгода была на лицо.

Так я промотался по Эллону почти до самого вечера. Обратный поезд в любом случае был только завтра, так что, недолго думая, я направился на гостиничную улицу. Дома у меня здесь больше нет, а ночевать на улице не совсем охота.

*****

Не прошло и половины четверти, как в очередной раз явилась Лия, но уже не просто в гости, а с официальным заданием. Наши будничные тренировки закончились. Срок неделя, чтобы вывести войска на стартовую позицию.

Железная дорога принесла нас в болотистую местность, которая сильно напоминала ту, что окружала Сэпту. Вот только в этот раз мы ехали совсем в другую сторону. Всеми передвижениями и снабжением занималась Лия, так что нам можно было не вникать и не переживать.

На конечной станции началась суматоха. Помимо войска, которое заняло не так и мало вагонов, с нами путешествовала провизия, быки и разобранные телеги. На сей раз весь состав принадлежал исключительно нам.

Точно такая же суета была во время пересадки на лучевую ветку, мы перетаскивали груз почти целый день. Но сейчас спешить было некуда и мы тщательно подсчитывали и собирали всё, что было загружено в вагоны. Лия оставила нас на станции пересадки и отправилась собирать остальные войска.

Я стоял среди пустынной, заболоченной местности и осматривал пейзажи. В голове крутилась только одна мысль: «Как же нам идти, по всей этой трясине?»

Вокруг уже начали выстраиваться основные войска, инженеры быстро собирали повозки и загружали провизию.

Судя по тому, что говорила Лия, нам необходимо двигаться на юг, практически к самому морю. Болота на нашем пути протянутся примерно километров на десять, а дальше начнутся пески. Идти по ним не сказать, что проще, но хотя бы безопаснее.

То, что сейчас предстало перед моими глазами, говорило — нам придётся туго. Но выбора нет, приказ чёткий и его необходимо выполнять.

Как только наша армия ступит на пески, с этого момента можно считать, что мы уже на вражеской территории. В нашу задачу входит пробиться к городу, занять его и дождаться подкрепления. Затем оставить расположение и выдвинуться в соседнюю Имперю, которая находится западнее. Путь к ней точно так же будет пролегать через болота, но этот факт затрудняет передвижение не только нам.

Вся беда была только в одном: если Лия где-то просчиталась, то мы вскоре умрём от голода, еды здесь взять негде. Как бы то ни было, но человек в день съедает минимум килограмм, а то и два. Плюс быки, которые тянут повозки и если прикинуть, то выходит, что нам нужно тащить за собой провизию весом почти в десять тонн, только на сутки. Мы тянем провианта на полторы недели.

Расчёт производили вместе с Лией и если мы хоть в чём-то обманулись, то это может стоить жизни всей армии.

Пеший путь до города примерно пятьдесят-шестьдесят километров и мы должны прошагать его дня за четыре, а в идеальном варианте — за три. Быстрее точно не выйдет, потому что быки — это не машины и их физические возможности тоже имеют предел.

— Да, унылый пейзаж, — рядом остановился Мыш и с кислым выражением лица осмотрелся вокруг, — Надеюсь, Лия проложила правильный маршрут.

— Внимательнее с провизией, — проигнорировал я слова связного, — смотрите, чтобы крупа не вымокла. На привале будем фильтровать воду, запасы не трогать.

— Ты собираешься пить из болота? — удивлённо уставился на меня Мыш.

— Подозреваю, что в песках мы её точно не найдём, так что да, — кивнул я, — будем фильтровать и кипятить — другого варианта нет. Если увидите деревья, то пополняем запасы дров. В остальном, двигаемся по плану.

Армия медленно начала вытягиваться на узкой тропе через болота. Больше чем по трое на ней не умещалось. Несколько человек ушло далеко вперёд и длинными копьями прощупывали путь, помечая его края стрелами. Последние их соберут и на привале передадут обратно.

По тому, что было отмечено на карте, километрах в семи будет большая суша, где можно расположиться на привал. Её мы должны достичь до заката, иначе придётся спать в болоте и на сухом пайке. Именно там я собирался заняться фильтрацией воды.

Телеги вязли под тяжестью груза, быки месили копытами вязкую вонючую жижу, но армия упорно двигалась вперёд. Темп удавалось держать по плану и вскоре глаза увидели ту самую большую сушу на горизонте.

Большой её, конечно, не назвать, островок так себе, но, по крайней мере, спать будем на сухом.

Холм возвышался над болотом, словно оазис посреди пустыни. Настроение войска сразу приподнялось и, кажется, что люди даже шагать начали быстрее. Но стоило мне забраться на холм, почувствовать твёрдую почву под ногами и обернуться, как моё настроение сразу покатилось вниз.

Глядя на собственное войско, которое растянулось до самого горизонта, я даже не был уверен, что последняя повозка покинула конечную станцию поезда. День клонился к закату, а люди всё ещё тянулись к холму. Мычали быки, упрямо пытаясь выдернуть застрявшую в грязи телегу, ругались люди, но хвост многотысячной армии всё же показался.

От сердца сразу отлегло. Первые повозки уже выставили в виде заграждения, инженеры вовсю занимались фильтрацией воды, под моим чутким руководством и уже разжигались костры. Вскоре над болотами полетели вкусные запахи, люди отмылись и расселись с мисками, кто у огня, а кто наоборот, подальше от жаркого пламени. Потянулись неспешные беседы и обсуждение дальнейших планов.

Ночь прошла без происшествий, дозорные были назначены и менялись каждые два часа. Скорее всего, мало кто набрался бы смелости напасть на нас вот так, но, как говорится, бережёного Боги берегут.

В плане религиозных вопросов этого мира я не разбирался, да и знакомые чаще попадались с атеистическими взглядами на жизнь. Просто часто доводилось слышать фразу «Боги», но лезть с вопросами я не спешил. В первую очередь потому, что о подобных вещах человек, живущий в этом мире, знает с детства, а своим незнанием я получу лишь множество вопросов, нежели чёткий ответ. Оставалось надеяться, что рано или поздно всё узнается само, но даже если и нет, то не страшно. Достаточно упоминать просто Богов, не конкретизируя.

Храмов, кстати, мной так же замечено не было и это тоже наводило на определённые мысли. Видимо, поклонение здесь — сугубо личное дело каждого.

Уже к обеду следующего дня нам удалось ступить на пески. Вначале они появились небольшими островками на болотах, затем их становилось всё больше и больше и вот, вскоре перед нами раскинулась пустыня. Не возьмусь судить о её размерах, но уже к вечеру первого дня, нас окружал лишь песок. Чтобы нам не потеряться, я ориентировался по солнцу и внутреннему компасу, но на всякий случай всё равно пометил направление копьями, выложив из них большую стрелку на песке.

Мы, как и на острове, выставили телеги в большой круг, имитируя заграждение, развели костры и принялись готовить ужин. На ночь распределили часовых, разделили смены и вскоре армия затихла, отошла ко сну. Люди вымотались от жары и тяжёлого пути. Ноги вязли в песке, телеги тоже неохотно крутили колёсами, в общем, путешествие выдалось то ещё.

****

Меня разбудили почти на рассвете.

— Там нездоровое движение, — тихо прошептал Мыш.

— Поднимай войско, только тихо, — сон тут же слетел с меня, — никакого шума, понял?

— Сделаем, — кивнул тот и, пригнувшись, отправился будить офицеров.

К моему удивлению, армия была готова встречать врага уже через двадцать минут. Всё-таки хорошо я их выучил. Построение «от обороны» закончилось, но нападать на нас не спешили.

— Где замечено движение? — спросил я у Мыша, вглядываясь в начинающий светлеть горизонт.

— Там, — указал он пальцем в сторону, куда нам нужно было идти.

Я присмотрелся и действительно начал замечать мелькающие фигуры между барханами. Видимо, с той стороны тоже смогли приметить нашу стоянку и спустя некоторое время к нам выдвинулся небольшой отряд. Лучники воткнули перед собой несколько стрел в песок и по одной наложили на тетиву. Напряжение нарастало с каждой секундой.

— Эй, кто такие? Представьтесь! — долетел крик до моих ушей.

— А Хлебушек тебе маслом не помазать? — крикнул Мыш в ответ.

— Я твою печень сейчас с хлебушком сожру! — прилетел грозный ответ. — Представьтесь!

— Я Безликий, — крикнул я, — представляю клан Лис, кто вы такие?

— Зачем, а вдруг это вражеские войска? — зашипел Мыш, будто они могли нас услышать.

— Какая разница, если мы всё равно обнаружены и готовы отражать атаку? — ответил я вопросом на вопрос. — Совсем уже со своей конспирацией.

— Я Сириус, представляю клан Китов, — прилетел ответ. — Расслабьтесь, мы союзники, смотрите не стрельните там, мы выходим.

Люди, уже не таясь, направились в нашу сторону и покинули укрытие бархана. Мы тоже смогли расслабиться. Лучники убрали стрелы, ослабили тетивы, сняв их с лука, и армия начала готовиться к завтраку и дальнейшей дороге.

— Мы вас вчера ещё должны были встретить, но слегка завязли на болотах, — сказал Сириус, когда вошёл внутрь лагеря. — А ты, значит, тот самый Безликий?

— Мне все задают один и тот же вопрос, — засмеялся я. — Что значит ваше «тот самый?»

— Ну как, это твоё войско разнесло превосходящее по численности у Диких? — начал объяснять тот.

— Моё, — спокойно кивнул я.

— Вот поэтому и тот самый, — с улыбкой ответил Сириус, — Ты единственный, кому удалось прославиться ещё до начала войны. Да и о твоих победах на арене, до сих пор слухи ходят.

— Ну, вообще я как бы проиграл в финале, — намекнул я на свой бесславный конец карьеры гладиатора.

— Да брось, мы же одно дело делаем, все знают, что это фикция, — отмахнулся тот. — Даже среди народа уже слушок ходит, что, мол, не настоящего Безликого, Ярг победил. Ха-ха, ты бы видел, как его это бесит.

— Его армия тоже будет участвовать? — тут же ухватился за ниточку я.

Тот пистолет, что я приобрёл в Сэпте так и катался со мной. Даже сейчас он был пристёгнут у меня под рубахой, чтобы не вызывать лишних вопросов.

— Так ты что не в курсе? — удивлённо уставился на меня тот. — В Совете не дураки сидят, кто же его рядом с тобой поставит, у него совершенно другие задачи.

— Мне из Совета не докладываются, — пожал я плечами, но при этом в душе отлегло, можно не думать о ещё одной проблеме. — Послушай, ты видно информацией владеешь в достаточной мере, в общем, тут дело такое: мои войска бьются немного иначе, чем ваши, так что без обид, но объединённой армии у нас не получится.

— Да не переживай, Безликий, — усмехнулся тот, — я в курсе твоих особенностей, нам методику уже прислали. Мы тоже не пальцем деланы и имеем свои приказы. Велено довести вас до города и прикрыть в случае нападения.

— Подобная забота, конечно, приятна, но я бы предпочёл использовать вас несколько иначе, — задумчиво произнёс я, — если ты, конечно, не возражаешь?

— Да сколько угодно, — согласился Сириус, — особенно, если это пойдёт на пользу обоим.

Объединённое войско двинулось дальше по пескам. Мы шли отдельной кучкой, которая состояла из наиболее близких, заслуживающих доверия людей и продолжали неспешную беседу с Сириусом. Из неё стало понятно название клана. Киты обладали большим флотом и владели землями у моря. В их повседневные занятия входил основной контроль морской торговли и изучение береговой линии, которая на протяжении долгих лет становилась всё больше.

Именно из их доклада следовало, что появилась новая земля и вода отошла настолько, что ею уже можно пользоваться. Раньше такое происходило чаще, но сейчас вода отходит уже менее охотно. За последние десять лет это, наверное, единственный случай.

Данная территория может хранить в себе множество секретов и технологий, поэтому нашлось много охочих, чтобы заявить на неё свои права. Вот и началась нездоровая суета, ругань и всё, что из этого следует, а именно — война.

Город всё ещё наполовину затоплен, но бо́льшая его часть уже может быть использована. Есть, разумеется, и свои минусы, как засоление земель и потеря плодородности, но это всё решаемо. Достаточно прочистить железную дорогу и всё необходимое прибудет, в том числе и куча торфа с болот.

Заселить эту территорию особого труда не составит, это всего лишь вопрос времени. Море, конечно, уже далеко, осталось отвести остатки воды, которые стоят там под видом озера, и начинай осваивать место.

Сириус оказался очень дружелюбным типом, однако много в его разговоре оставалось недосказанным, да и не станут простака делать Генералом. Мне он понравился, хотя я всё равно старался не сболтнуть лишнего, не сильно-то ему доверяя. В любом случае, каждый клан всегда работает на собственный интерес. Может быть, наши и не сильно пересекались, но и совсем разными тоже не были.

Глава 18

Смена власти.

Ярг.

Деньги. Когда их столько, сколько у него, потратить такую сумму просто нереально. Нет, с дури, можно конечно, например: сесть за игорный стол и продуть всё состояние в карты. Хотя, даже это будет невероятно сложной затеей. А если попытаться их вложить, даже все до медяка, то такие цифры всё равно начинают работать на тебя и приносить доход.

На армию Ярг потратил почти все свои сбережения, но вскоре пришли первые проценты от трафика опиума. Мортису это так понравилось, что следующую партию он заказал ещё больше. К сожалению, взять такое количество было негде, а Ярг пока не занял место главы, чтобы помочь расширить поля своему партнёру. Однако всё это продолжало работать и нести стабильную прибыль, плюс хороший оклад Генерала в клане. Всё в совокупности делало своё дело и деньги снова начали скапливаться, а потратить их в расположении было негде.

К концу лета цифра, которую Ярг снял со всех своих счетов на покупку рабов, почти вернулась и продолжала расти.

Вскоре в расположении появился Дмитрий. Ярг ждал его, потому как срок уже подходил и сегодня должна решиться его судьба. Он не сомневался в своём войске и прекрасно понимал, что мало кто посмеет противостоять трём тысячам двуручников.

В данный момент он уже начал формировать второй отряд, благо деньги появились, а спрос на рабов угас и цены на них вернулись на своё законное место.

— Добрый день, господин Дмитрий, — поприветствовал представителя Совета Ярг, — Прошу на смотровую площадку, там можно понаблюдать за войсками и спокойно обсудить наши дальнейшие планы.

— Я ненадолго, Ярг, — отмахнулся тот, — Лия уже предоставила полный отчёт о твоём войске. Завтра она прибудет с распоряжением. У тебя срок двадцать дней, чтобы решить свой вопрос в клане, затем ты выступаешь на южную границу.

— Это отличные новости, господин, — искренне обрадовался тот. — В клане уже давно всё готово, осталось буквально несколько штрихов. Но почему я иду к южным границам, разве основные события не в западной части?

— Там будет работать Безликий, — даже не моргнув глазом, ответил Дмитрий, а Ярг тут же заскрипел зубами, — Твоя задача — не подпустить к нему второй фронт. У тебя будет ещё четыре войска из других кланов в помощь, так сказать.

— Хотите сказать, что этот безродный ублюдок смог воспитать армию сильнее моей? — еле сдерживаясь, прошипел Ярг.

— Я так решил, — холодно ответил Дмитрий, — и не тебе обсуждать мои решения. Ты получил то, что хотел, а я получу, то, что мне нужно и как я это сделаю, тебя не касается.

— Когда начнётся голосование? — нисколько не успокоившись, просто сменил скользкую тему Ярг.

— Когда тебе будет удобно, — ответил Дмитрий и протянул Генералу лист бумаги, запечатанный воском. — Здесь приказ о проведении голосования, с ним ты можешь начать действовать, когда всё окончательно подготовишь. Я держу своё слово, дело за тобой.

— Вы ещё сомневаетесь во мне? — криво ухмыльнулся Ярг.

— Нет, Ярг, я опасаюсь удара в спину, — спокойно ответил тот, — а ты — именно тот человек, который может сделать такое, не задумываясь.

— У меня к вам ещё один вопрос, — Ярг вдруг сменился в лице и отвёл взгляд, — личного характера.

— Заинтриговал, — удивлённо вскинул брови Дмитрий, ему показалось, что этот наглец чувствует некое неудобство и даже стеснение, что совсем было для него нехарактерно.

— Я хочу попросить руки вашей внучки, — выдохнул Генерал и опустил глаза в землю.

— Ха-ха-ха, — расхохотался человек из Совета, — я не уверен, что Лия это оценит. Но, если получишь её согласие, в чём я сильно сомневаюсь… В общем мне плевать, решай это с ней.

Дмитрий уехал, оставив Ярга с задумчивым видом и в полном недоумении. Но переживал он недолго, впереди его ждали дела, ждало место Главы клана Куниц: то, о чём он мечтал всю свою жизнь. Лия подождёт, хотя если она прибудет завтра, то вполне можно попробовать убить двух зайцев.

— Шило, — крикнул он Генерала по связи.

— Чего? — нехотя отозвался тот с веранды, где проводил почти всё своё время, лёжа на диване и потягивая вино.

— Бегом сюда, или я тебе кишки выпущу, — не выдержал Ярг и разозлился.

— Ну чего там такое срочное-то? — Шило всё же соизволил оторвать свой зад от мягкой подушки и войти в дом.

— Бегом в Тавию и объяви общий сбор Генералов на послезавтра, в начале третьей четверти, — озвучил своё требование тот. — У меня приказ Совета о голосовании на должность Главы.

— Твою же мать! — раскрыл от удивления рот Шило. — Ты всё же сделал это!

— Да, друг мой, — сразу успокоился Ярг и самодовольно вскинул подбородок, — ты ещё здесь?

— До поезда ещё четверть, успею, — отмахнулся связной. — Это что же теперь, Гретис станет Главой?

— Шило, ты реально придурок, или притворяешься? — удивился Генерал. — Я стану Главой, а если Гретис не такой идиот, как ты, то будет молчать и останется на своём месте. Не вздумай ляпнуть ему об этом.

— Не, ну я же не совсем дурак, — улыбнулся тот, — Всё подготовлю как надо.

*****

Лия прибыла к вечеру того же дня. Почему-то Ярг начинал чувствовать себя при ней неуверенно, хотя они уже давно спали. Вот только отношениями это назвать было сложно, потому как, встречались они набегами и урывками: постоянные дела отвлекали. Да и не было у него уверенности, что спит она только с ним. Вот что можно делать в своих постоянных разъездах?

Его это всегда бесило и не давало спокойно заниматься более важными вопросами. Стоило Лие уехать, покинуть расположение, как у Ярга тут же перед глазами возникали всевозможные картины, будто сейчас она хохочет в постели этого безродного ублюдка. Шило неоднократно докладывал о том, что госпожа остаётся у него на несколько дней. А вот у Ярга она даже ни разу не заночевала.

— Госпожа Лия, рад приветствовать вас в моём скромном жилище, — залихватски подскочил Ярг к повозке и протянул руку, чтобы помочь ей сойти.

— Успокойся, Ярг, — фыркнула та и проигнорировала его галантный жест, самостоятельно выйдя из повозки, — у меня нет времени на твои игры.

— У тебя всегда нет на меня времени, — покраснел от злости Ярг, — а на этого ублюдка ты его находишь!

— Ой, обидели мышку, напи́сали в норку, — ехидным голосом произнесла Лия. — Вытри слёзы, Ярг и займись делом.

— Какая же ты сука, — вымученно улыбнулся тот.

— Спасибо, дорогой, я стараюсь, — засмеялась Лия и поцеловала будущего Главу в лоб, — У меня на полном серьёзе очень много дел. Война уже началась и мне необходимо перебросить все войска на нужные позиции. А вместо этого приходится слушать твоё нытьё.

— Ты выйдешь за меня? — внезапно Ярг решил сделать предложение между делом.

Он хотел, чтобы всё было красиво, заказал таверну у Мортиса, приготовил кольцо и всё такое, но вот это её поведение, его просто выбесило.

— Ха-ха-ха, — грохнула звонким смехом Лия, — ну конечно… Нет!

— А что тебе не так? — опешил Ярг от отказа. — У меня достаточно денег, чтобы потакать всем твоим капризам, моё имя точно такое же древнее, как твоё.

— Я не люблю тебя, — спокойно ответила она и пожала плечами.

— И что с того? — Ярг сделал вид, что ему всё равно, но сердце сжало словно в тисках.

Ему вдруг захотелось вырвать ей сердце, изрезать это красивое лицо, выколоть глаза этой суке.

— Перестань пороть чушь, Ярг, — сухо ответила Лия, — я ни за что не выйду за тебя и точка. Будешь мне надоедать своим нытьём, снова станешь трахать только шлюх.

— Простите, госпожа, — ехидно произнёс Ярг и изобразил кривой реверанс. — Ладно, что там у тебя.

— Двадцать дней, — ответила Лия так, будто сейчас и не было никаких разборок, будто ей вообще было безразлично, — через это время твоя армия должна быть на стартовой позиции. Твоя задача — не пустить южную Империю на спорные земли.

— Можешь начинать перебрасывать войско, я успею к нему присоединиться, — ответил Ярг. — До следующего поезда почти четверть, Шило отвезёт тебя.

— Хочешь, чтобы госпожа наказала тебя, презренный? — прижалась к нему всем телом Лия.

— Кто я такой, чтобы перечить вам, — моментально завёлся Ярг и тут же забыл все свои обиды.

— Тогда почему ты всё ещё здесь, животное?! — строго спросила она и влепила Яргу звонкую пощёчину.

*****

Генералы клана Куниц заняли свои кресла. В центре сидела Янга на своей каталке, а по правую руку от неё стоял Гретис с наглой ухмылкой. Видимо, он решил, что сейчас всё будет идти так, как он того пожелает.

Янга потела, постоянно вытирала лоб платком, но всё ещё пыталась выглядеть достойно. Опиум закончился два дня назад и теперь её снова мучают боли. Хотя, скорее всего, дело уже не только в них.

— Зачем ты устроил весь этот цирк? — спросил один из Генералов, — Мы не хотим никакого голосования.

— Не хотите? — улыбнулся Ярг. — Тем не менее оно состоится. Совет уже принял решение.

— Ты мелкий, вонючий крысёныш, — сквозь зубы процедила Янга, — да как ты смеешь…

— Вы хотите, чтобы вами правило вот это? — Ярг указал пальцем на мать, прервав её на полуслове. — Старая, безногая наркоманка, которая кроме того, чтобы пускать слюни больше ничего не может. Я создал армию для клана, пока она курила дурь в подвале.

Ярг подошёл к матери, схватил её за волосы и вышвырнул из кресла на середину кабинета.

— Я перережу тебе глотку, ублюдок, — завизжала Янга и выхватила невесть откуда взявшийся стилет.

Она несколько раз беспомощно махнула им, рассекая воздух, но Ярг даже внимания на это не обратил. Он достал из кармана небольшой бумажный свёрток, в котором продавали дозами опий и бросил его на пол.

Янга остановила взгляд на пакетике и судорожно сглотнула. Генералы молча смотрели на шоу, которое развернулось перед их глазами. Улыбка Гретиса казалось стала ещё шире.

— Не стесняйся, мама, твои дни сочтены — проведи их с кайфом, — подбодрил её Ярг.

Янга словно очнулась, осмотрела присутствующих затравленным взглядом и быстро облизнула пересохшие губы. После этого она схватила конверт и быстро перебирая руками поползла к своему креслу, где у неё хранились принадлежности для курения. Вскоре, в помещении повис сладковатый запах опия, а на лице Янги появилась глуповатая улыбка.

— Вы всё ещё не поняли? — указал рукой в сторону матери Ярг. — Вы хотите вот это у власти?

По залу прошёл ропот голосов, Генералы стали наклоняться друг к другу и обсуждать произошедшее.

— Я предлагаю… — подал голос Гретис, но договорить не успел.

— Закрой пасть, Гретис, — оборвал его Ярг, — никто не станет голосовать за тебя, так что лучше помолчи, если хочешь остаться на своём месте.

— Да как ты!.. — начал было он, но Ярг посмотрел на него разъярённым взглядом и тот счёл правильным замолчать.

— Я должен занять её место, — произнёс военный Генерал, — как минимум, по праву крови.

— Ты ещё слишком молод для этого, — вставил своё слово Генерал ликвидаторов, тот, который и говорил от имени всех остальных всё это время.

— Да, я молод и не считаю это минусом, — продолжил Ярг. — Если бы не я, Куницы остались бы не у дел в этой войне. Я смог вовремя принять все необходимые меры и только благодаря этому, мы всё ещё интересуем Совет. Вот эту бумагу, вручил мне Дмитрий! Мне, а не кому-нибудь ещё! Подумайте об этом.

В помещении снова начался ропот. Ярг был уверен, что выберут его, он сделал всё, что для этого было необходимо. Даже если Генералы проголосуют против, то низшие члены перебьют их голоса. Кандидатуру главы обязаны выбирать все, кто состоит в клане и это закон.

— Мы выдвигаем от себя Генерала Волкана, — произнёс Кра́мел, тот самый Генерал ликвидаторов.

— Ваше право, — ухмыльнулся Ярг, всё снова шло именно так, как он задумал.

Волкан соберёт определённое количество голосов и отдаст их в его пользу. Этот момент уже обговорили, к тому же он сам не хотел подниматься выше. Вот только от денег отказаться не мог и провёл большую работу за время отсутствия Ярга в Тавии, не бесплатно, разумеется. Почти все низшие члены клана были обработаны его политическими взглядами и идеями по поводу молодого и амбициозного Главы. А Генералы, они могут тешить себя надеждами, сколько угодно, да и с ними не всё так однозначно, как они думают. Среди них тоже есть сторонники Ярга и уже к вечеру он займёт место, которое принадлежит ему по праву.

Когда все разговоры были закончены, Шило запустил своих людей для сбора голосов. Многие сами пришли в дом Куниц и произнесли нужное имя. Суета длилась до самого заката, а Ярг спокойно сидел в таверне и пил вино, ожидая вердикта, который и так был ему известен.

В дом его позвали в конце первой, ночной четверти, когда Тавия уже крепко спала, не подозревая, что с утра ими уже будет править совсем другой человек. Да и пофигу людям на все эти политические перемены, до тех пор, пока их самих это не касается. Вся работа кланов происходит незаметно и мало кого волнует из простых обывателей. Вот если вдруг налоги повысят, это да, это достойно волнений, а так, пусть себе резвятся, развлекаются.

— Твоё имя, Ярг, набрало наибольшее количество голосов, — объявил Гретис. — Прошу вас, господин Ярг, можете занять ваше место.

Все присутствующие поклонились, а Ярг с наглой улыбкой прошёл к центральному, самому высокому креслу и вольготно развалился в нём.

— Благодарю вас, господа, за то, что сделали правильный выбор, — усмехнулся он, — к сожалению, мне нужно будет уехать ненадолго. Сами понимаете, необходимо зарабатывать славу нашему клану в предстоящей войне. На время моего отсутствия все дела продолжит вести Гретис. На этом всё, господа, встреча закончена, все свободны. А вас, дорогой Крамел, я запомнил, надеюсь, что вы поменяете своё мнение, иначе вас не ждёт ничего хорошего в моём клане.

Генерал сверкнул глазами, но не решился что-либо произнести, молча поклонился и вышел.

*****

Поезд высадил его на пустыре. Вокруг степь, которая походила на ту, что окружает Эллон. Единственным исключением было то, что здесь уже начинал зарождаться лес. Тонкий, редкий, едва доходивший до головы, словно кустарник он простирался на всём пространстве. Армия дожидалась своего Генерала, а точнее, уже Главу, недалеко от конечной станции.

Марш предстоял долгий, до границы Империи почти шесть десятков километров и преодолеть их придётся ногами. Границу перейти можно всего в нескольких местах и два из них по морю. С южной Империей Эллодия соединяется узким перешейком, всего десять километров в ширину. Буквально тридцать лет назад он был полностью скрыт водой, но сейчас вода отошла и обнажила скалистую сушу.

Южные кланы не очень дружат с водной стихией, у них, конечно же, есть флот, но вряд ли они станут рисковать им. Тем более, что он больше приспособлен для торговли, нежели для войны. Дмитрий прекрасный стратег и не хуже Ярга понимает, что они скорее всего попытаются войти именно здесь.

Объединённая южная армия насчитывает около тридцати тысяч и сейчас прямой наводкой движется в сторону перешейка. Само собой, что все приграничные места охраняются, вот только происходит это из рук вон плохо.

Так как войны с югом не было уже пятьдесят лет, то и форты, которые охраняют территорию Эллодии, работают лениво, а финансируются ещё хуже. Вот только сейчас тот самый момент, когда необходимо поставить преграду на пути врага, но армия Императора ведёт войну на самом дальнем восточном рубеже. Там совсем недавно сменился правитель и он вдруг посчитал, что весь восточный океан принадлежит ему. Император точно завязнет там на несколько лет. Уже два года они осаждают и захватывают друг у друга несколько городов, и не могут заключить мир, чтобы заняться действительно важными вопросами.

Запад слаб и если как следует закрепиться на спорной территории, то открываются очень хорошие перспективы. С другой стороны, восточные земли тоже без присмотра не оставить.

На самом деле всё это работа Дмитрия, который финансирует восточную компанию и делает это для того, чтобы Император подписал нужный указ о создании клановых армий. Но вот теперь, когда всё вопросы решены, нужно прекращать ту войну и перебрасывать людей к западной границе. Однако слишком много крови и обид скопилось у противоборствующих сторон. Войну развязать гораздо проще, чем закончить. Но если Дмитрий перекроет канал с деньгами, то вскоре само по себе всё утихнет и уляжется. Вот только к этому моменту уже многое будет пересмотрено и сделано.

Император, скорее всего, оставит войска на востоке ещё на пару лет, потому как набеги будут продолжаться ещё какое-то время, даже после заключения мира. А кланы возьмут в свои руки запад. Но вначале нужно остановить южную Империю, чем и собирается заняться Ярг.

Войска выдвинулись к перешейку утром. Не сказать, что дорога была сложной, телеги свободно катились по просеке, которую прорубали рабы, идущие на несколько километров впереди. Провизию рассчитали так, что она ещё останется, когда Ярг подойдёт к крепости, перекрывающей выход из перешейка.

Вообще, ему казалось, что Дмитрий недооценил потенциал войска двуручников. Ну как можно было послать этого ублюдка в самое сердце войны, а Ярга отправить на самое простое задание.

Тридцать тысяч, это конечно серьёзная цифра, но там стоит неприступная крепость, которая перекрывает перешеек — мимо неё пройти не получится. Слишком просто и легко для его воинов. Даже своей, пятитысячной армией он в состоянии удержать её, так ему ещё и подмогу прислать собираются.

Почему этот безродный ублюдок постоянно мешает ему? Вечно путается под ногами, лезет всюду, где его не просят. Это была его война, Ярга и он обязан был завоевать в ней славу и уважение.

Ну, это не страшно, это всего лишь вопрос времени. Закончится эта компания и Ярг выдвинет свои претензии Лисам. Теперь он глава и в его праве претендовать на Эллон. А раз уж война кланов отныне приобрела совсем иной уровень, то и Лисы обязаны будут подтянуть к себе войска этого ублюдка. Вот и проверим кто кого, раз уж не удалось выяснить это на арене.

А после того как он сдохнет, Лия наконец поймёт, кто настоящий чемпион и вопросы любит, не любит, отпадут сами собой. И вот тогда она сама станет намекать Яргу о свадьбе, а он рассмеётся ей в лицо. А может и нет, всё будет зависеть от того, как попросит.

Глава 19

Фронт

Безликий.

Город мы увидели к середине четвёртого дня. Первыми его заметили разведчики и предупредили заранее. Я сразу же скомандовал армии стоп, нужно вначале понять, что нас ожидает, а такое возможно только из наблюдения. Сейчас я, Мыш и Сириус лежали на вершине бархана и рассматривали верхушки домов, которые торчали из песка. Ни стен вокруг, ни войска, ничего похожего на то, что в городе кто-то есть и собирается его защищать.

Картина, конечно, угнетающая. Выбитые окна, на крышах грязь и песок, будь здесь чуть больше растительности, она бы, скорее всего, уже произрастала на верхушках зданий. Глядя на это не оставалось сомнений в том, что здесь произошло что-то чудовищное, страшное. Такая катастрофа не давала шанса на выживание, это просто невозможно. Горстке людей удалось спастись только благодаря тому, что они находились в центре материка и волна просто не дошла до них, растеряв свою разрушительную силу. На обратном пути вода срывала грунт, мусор, битые камни, всё то, что она смела при наступлении и потянула за собой, размазывая всё это словно масло.

Прибрежные города пострадали меньше всего, их просто затопило. Грязи не хватило, она осталась выше. Её задержали в себе другие города и леса, которые словно щёткой вычистили весь мусор из воды.

Однако, песок всё же прошёл через все преграды и закончил начатое. Промытый, отборный, такой мелкий, что больше походил на пыль, если бы не его цвет. Он накрыл огромную территорию и закопал несколько этажей.

Такая волна была не одна, целый каскад накрывал землю раз за разом. Если бросить в воду камень, то становится понятно, как ведёт себя жидкость: круг будет не один. Здесь произошло то же самое, вот только не оттого, что кто-то бросил камень — они подвинули всю планету.

— Что думаешь? — толкнул меня в бок Сириус, выводя из размышлений. — Похоже, что здесь никого.

— Может и никого, — пожал я плечами, — а может они в курсе нашего появления и ждут, пока мы войдём.

— Я могу послать людей, — подал идею Мыш, — пусть осмотрят.

— Нет, пойдём все, — покачал я головой, — если что-нибудь произойдёт, строй сможет сделать больше, чем горстка разведчиков.

— Ты Генерал, — в очередной раз пожал плечами Мыш.

— Значит план такой, — немного подумав, сказал я. — Сириус, ты остаёшься здесь, за барханами, а я со своими войду внутрь, вряд ли они точно знают сколько нас. Если услышишь шум боя, не беги сломя голову на подмогу — дождись сигнала. Это будет три коротких горна. После этого проведи войска вот по этой улице, — я указал пальцем какую именно имею в виду, — В общем, ударишь им в спину.

— Понял, — кивнул тот, — вроде всё просто.

— Посмотрим, — не стал заранее соглашаться я, — если там всё нормально, то Мыш пришлёт гонца и войдёте спокойно.

Армия выстроилась в широкую шеренгу, по восемь человек в ряд и, прикрывшись щитами, начала втягиваться в разрушенный город. Занесённые песками улицы, позволяли пройти и более широким строем, но я не хотел лишать войско манёвренности.

На этот раз отсидеться на высоте не представлялось возможным, и я двигался с основным потоком в первых рядах. Широкие, прямоугольные щиты прикрывали войско со всех четырёх сторон, а в случае атаки сверху, эти щиты в один миг поднимались над головой, образуя всем известное построение «Черепаха».

Тишина, только ветер иногда завывает в закоулках, да при попадании в разбитые окна. Что здесь было до катастрофы? Почему эта территория так важна для каждой империи? Ведь взять ту же Сэпту, она находится почти у самой границы, но из-за неё не было войн. Наверняка у каждой Империи есть подобные города, но именно за этот они решили драться все, ну три — как минимум. Что за секреты таит в себе это место?

Войско дошло до центральной площади и остановилось. Планировка точно такая же, как у всех местных поселений — радиальная. Большой круг поделили на множество частей, словно торт, а для простоты переходов между этими треугольниками, прочертили несколько дополнительных, радиальных улиц. В центре огромная пустая территория, которая в дальнейшем становится площадью.

Армия не смогла полностью втянуться сюда и под моим чутким руководством, а заодно подчиняясь командам полковников, выстроилась таким образом, что заняла и лучевые улицы. Если была бы возможность посмотреть на нас сверху, то можно было бы увидеть, что получилась фигура, напоминающая паука. С тактической точки зрения — это было не очень хорошо, потому как лапы сейчас представляли собой наиболее уязвимые места.

Однако ничего не происходило. Вокруг царили тишина и запустение. Тихо было настолько, что даже воины старались не дышать и не производить лишнего шума. Напряжение росло, но город продолжал оставаться мёртвым.

Так мы простояли примерно полчаса, ожидая, что кто-нибудь сейчас выскочит на нас из разбитых окон, или прилегающих, радиальных улиц.

Я начал раздавать распоряжения и вскоре те отряды, которые являлись ответвлениями, отделились и принялись прочёсывать город, а основное войско продолжало оставаться в центре, готовое в любой момент дать отпор.

На обыск территории ушло не меньше четверти. Когда стало окончательно понятно, что он пуст, я, наконец, позволил войску расслабиться и готовиться к обеду, или уже ужину, и расположению.

Вскоре пустые улицы наполнились шумом. В город вошло войско Сириуса и присоединилось к первичному обыску и благоустройству территорий. К вечеру армии заняли первые этажи заброшенных зданий и расположились на ночлег. Первая часть задания была выполнена, осталось перейти границу и не дать возможность подойти к этому месту войску западной Империи.

Мыш распределил посты по периметру, выставив их за пределы города на барханах. После заката солнца, засыпанные песками улицы, погрузились в полную тишину, лишь около нескольких костров оставались сидеть люди, которые вели неспешные беседы.

— Слишком просто всё идёт, — с сомнением ответил я на радостные рассуждения Сириуса, — почему мы опередили всех?

— Потому, что наши кланы оказались шустрее, — пожал плечами тот.

— Или потому, что западная Империя готовит более масштабное войско для захвата, — возразил я на его слова, — Что мы будем делать, если утром сюда подойдёт войско численностью тысяч в сто?

— Ну, ты скажешь тоже, — отмахнулся тот. — Столько у всего запада не найти. Хотя тысяч пятьдесят думаю они выставить вполне смогут.

— Да нам и трёх десятков хватит, — усмехнулся я, — на этих улицах невозможно выставить полноценную оборону, они нас раздавят численностью.

— Завтра должно прибыть подкрепление и провизия, — вставил своё слово Мыш. — Сейчас у нас войско в девять тысяч человек, завтра должны подойти ещё два отряда, примерно столько же, а это уже аргумент.

— И завтра же мы покинем город и двинемся в сторону границы, — ответил я, — а как я понял, проход на западную территорию преграждает река и переправиться через неё возможно лишь в трёх местах, и все они перекрыты полноценными крепостями.

— Есть такое дело, — кивнул Сириус. — Когда наш Император был ещё молод, он хотел захватить запад, но так и не смог пробиться под стены хотя бы одной из этих крепостей.

— А мы, значит, обязаны их захватить, — задумчиво произнёс я. — Как далеко эта река?

— Километров семьдесят, — ответил Мыш, — Течение там не быстрое, но она очень широкая, дальний берег почти не видно.

— Я так понимаю, что обойти её ещё более проблематично? — задал я риторический вопрос. — Иначе это давно бы уже сделали.

— Да как сказать, — ответил Сириус, — она берёт своё начало в горах, а заканчивается в море. Если подойти флотом, тогда вполне можно миновать реку.

— А почему нельзя сразу войти в русло с моря? — заинтересовался я.

— Там укрепления, — сморщился он, — прямо на воде возвели несколько башен, а между ними натянут толстый канат. В общем, попытки были, но никому так и не удалось. Если ты не торговый флот, то ни за что не пройдёшь эти укрепления. Там даже с моря высадиться проблематично, всё побережье скалистое, да и фарватер знать нужно, под водой много сюрпризов. А места, где есть нормальный подход, тоже под защитой.

— Выходит так, что мы в безвыходной ситуации? — спросил Мыш.

— Безвыходных ситуаций нет, — покачал я головой, — есть неприятные решения.

— Ты что-то придумал? — тут же поднял на меня глаза Сириус.

— Возможно, но для начала нужно видеть то, что находится на границе, — ответил я, — и неплохо было бы дождаться подкрепления и еду. Наши запасы на исходе, осталось максимум на пару дней.

*****

На следующий день к нам так никто и не пришёл, как и на второй и на третий. И это стало поводом для настоящего волнения, особенно, когда на обед были всыпаны в кипяток все остатки крупы. Вечер обещал ночёвку на голодный желудок.

Мы начали волноваться уже на вторые сутки и приняли решение разведать обстановку. Мыш выслал навстречу дружественным войскам малый отряд с запасом провизии на несколько дней.

Неизвестность и непонимание ситуации заставляло нервничать. Лия не могла нас вот так кинуть, да и сам Совет должен понимать всю важность вовремя доставленной провизии. Нам даже на подкрепление было плевать, но без еды мы теперь даже обратно вернуться не сможем.

Обстановка накалялась с каждой минутой, а к третьему дню, когда стало понятно, что вечер обещает быть голодным, вспыхнул первый конфликт.

Вначале я даже внимания не обратил, что за шум происходит на одной из лучевых улиц, а вскоре с той стороны донёсся звон железа. Я подскочил, как ужаленный и помчался на шум.

То, что я там увидел, взбесило меня до крайности.

Мои офицеры решили, что у них имеется особая привилегия по отношению к воинам, и они забрали еду под свой контроль. Остальных просто не подпускали к котлу и мешкам, образовав вокруг этого оцепление. Выходило так, что офицеры могли протянуть на остатках дня три, пока основное войско будет умирать от голода.

— Что здесь происходит? — громко выкрикнул я, и шум вокруг постепенно начал угасать.

— Они забрали себе всю еду, — указал на сбившихся в круг наёмников, не всех, конечно: примерно человек пятьдесят-шестьдесят.

Один полковник, несколько сотников и десятников. Они решили, что рабы не посмеют напасть на господ и были в общем-то правы. Однако, остальные командиры не были с ними согласны и попытались вразумить их, из чего собственно и произошло вооружённое столкновение.

— Отставить драку! — крикнул я, а так как мой авторитет был железобетонный, все сразу притихли и опустили оружие.

Раненых оттянули в сторону, но вот защитники, а точнее уже крысы, даже не подумали разомкнуть строй и освободить подступы к еде.

— Кто разрешил самоуправство?! — уже более спокойно спросил я. — Вы что, не понимаете, что таким образом помогаете нашим врагам?

— Когда мы все здесь подохнем, это поможет им ещё больше, — раздался голос из-за щитов.

— Череп, это ты опять воду мутишь? — почему-то даже не удивился я.

Этот сотник с первых дней постоянно мешался под ногами, обсуждал приказы, лез во все дыры и всячески провоцировал конфликты. Пришлось опустить его полномочия до десятника, но вскоре один из полковников попросил за него и обещал держать под контролем. Я прислушался и вернул всё, как было, но видимо совершил ошибку. Череп каким-то образом смог убедить старшего офицера и повлиять на него. А теперь мне придётся расхлёбывать всё это.

— Да пошёл ты, Безликий, — вернул мне послание Череп, — это всё из-за тебя. Нужно было брать больше еды. Мы не собираемся подыхать здесь, пока ты жалеешь рабов. Хотя в этом нет ничего удивительного, ведь ты и сам им был, не так ли?

— Даю тебе ровно десять секунд, чтобы ты сдался, — тихо, но так, чтобы он услышал, произнёс я.

— И что ты сделаешь? — насмешливо спросил тот. — Будешь драться против своих? Давай, посмотрим сколько останется лежать здесь, на песке, прежде чем вы доберётесь до еды.

Я запустил руку за спину и обхватил рукоять пистолета, который покоился там в кожаной кобуре. Её я заказал давно, ещё в Эллоне и теперь никогда не расставался с оружием древних.

Спокойно достав его на всеобщее обозрение, я вставил в тыльную часть батарейку, дождался, когда перестанет вибрировать рукоять и вдавил спуск. Лёгкий свист оповестил, что звуковой заряд набрал полную силу.

— Череп? — крикнул я, — твоё время вышло.

— Можешь у меня отсосать, вонючий раб! — прилетела фраза из строя, указывая мне местоположение придурка.

Мне осталось только вскинуть руку и освободить спусковой крючок. Ствол плюнул и крылатая, остроконечная пуля прошила щит, найдя свою цель за ним. Череп выронил его, схватился за пробитую грудь и уставился на меня ничего не понимающим взглядом, а люди, которые окружали меня в момент выстрела отпрянули, испугавшись неизвестного оружия. Я без малейших колебаний повторил выстрел, на этот раз послав пулю точно в лоб.

— Есть ещё желающие поговорить? — холодным тоном спросил я и обвёл окружающих взглядом, таковых не нашлось. — Офицерам по сорок плетей, полковника вздёрнуть.

— За что? — послышался трусливый визг из-за стены щитов.

— Ты первый, кто должен был принять меры относительно Черепа и доложить о предстоящем заговоре, — ответил я, презрительно сплюнув. — Какой ты после этого офицер, если предал своих солдат? Вздёрнуть.

Полковника схватили те же люди, что до этого мгновения держали щиты. Петлю соорудили быстро и буквально через пару минут, бывший господин болтался на верёвке с выпученными глазами и обгаженными ногами. А вскоре послышались удары плетей и стоны офицеров, которых пороли свои же рабы, подчинённые. Больше попыток саботажа не было.

К середине четвёртого дня прибыл разведывательный отряд и втянул в город несколько телег с провизией.

— Все мертвы, — доложил старший, стоя с докладом передо мной. — Это всё, что удалось собрать и притащить. Больше еды нет.

— Нам этого максимум на два дня, — вставил своё слово Мыш, — если будем экономить, то на четыре.

— Сириус, у запада есть флот? — спросил я. — Меня интересует то место, где находятся крепости.

— Я бы на их месте держал там несколько кораблей, — отреагировал тот, — но с полной уверенностью я тебе на это не отвечу.

— Какое примерно расстояние между фортами? — задал я ещё один вопрос.

— Километров тридцать, — ответил тот, немного подумав. — Ты что задумал?

— Твои люди смогут управлять их кораблями? — сделал я ещё одно уточнение, прежде чем начать выкладывать информацию.

— Спрашиваешь! — усмехнулся генерал. — Мои люди смогут управиться со всем, что держится на воде.

— Сколько человек нужно для одного судна? — уточнил я.

— Максимум два десятка, — прикинув что-то в уме, ответил он, — но это только команда, драться в таком случае будет некому.

— Этот вопрос тебя вообще беспокоить не должен, — кивнул я. — Подбери самых отчаянных, — сказал я и обратился к связному, — Мыш, выдели мне провизии на три дня пути и сотню таких же, самых отчаянных.

— Что ты задумал? — в один голос спросили оба.

— Через два дня выводи моё войско из города, идите в сторону границы и не забудь телеги, — ответил я. — Мы захватим крепость и вышлем к вам корабль с провизией, её отправите сюда, а мои люди на корабле переправятся в форт.

— Ты хочешь захватить их отрядом в сто человек? — посмотрел на меня, как на сумасшедшего Сириус, — Это невозможно!

— У нас нет выбора, — пожал я плечами, — лучше умереть так, чем от голода.

— Я пойду с тобой! — тут же выдал он с азартом в глазах. — Я просто обязан в этом участвовать.

— Нет, ты нужен здесь, — покачал я головой. — Укрепите периметр, насколько это возможно; займитесь делом — я оставлю вам две сотни своих инженеров, — я повернул голову к человеку, вернувшемуся из разведки. — Откуда совершили нападение?

— У нас сложилось ощущение, что напали с юга, — ответил тот, — Направление стрел, да и сами следы были от туда, мы не стали проверять дальше, возможно, западная империя уже давно преодолела границу и обошла нас.

— Сомневаюсь, — усмехнулся я, — Мыш, кто прикрывает нашу компанию с южной стороны?

— Куницы и ещё несколько кланов, — пожал плечами тот и тут же уставился на меня удивлённым взглядом. — Думаешь это Ярг?

— Вряд ли сам, он не такой дурак, чтобы действовать своими руками, — ответил я, — но вот врагов пропустить мог спокойно, чтобы впоследствии предстать перед Советом истинным спасителем ситуации.

— Вот же сука! — возмутился Сириус. — Что же ты ему тогда ещё горло не перерезал?!

— Не смог найти, — криво ухмыльнулся я, — а когда смог — запретили.

— Ладно, я понял ход твоих мыслей, — согласился с моими планами Сриус. — Когда планируешь выдвигаться?

— Вчера, — ответил я, рисуя веточкой замысловатые узоры на песке.

Мыш тут же поднялся с места и без лишних вопросов начал подбор моего диверсионного отряда. Сириус тоже не стал ждать особого приглашения и последовал примеру моего связного. Впрочем, он уже давно заслужил звание Генерала разведки, жаль, что подобные вопросы не в моей компетенции, я бы поднял по службе этого человека.

Глава 20

Крепость.

Я пытался рассмотреть хоть что-то на другом берегу, но увы, ширина реки была действительно очень большая.

Весь мой план сводился к ночной переправе и такой же ночной атаке на крепость, вот только я не видел объекта.

— Ладно, будем решать вопросы по мере их поступления, — пробормотал я.

— Что? — переспросил меня Крест, майор, или сотник моего отряда.

— Я говорю крепости не видно, — пояснил я, — решать, каким образом в неё проникнуть, будем на месте.

— Плоты готовы, — подполз к нам ещё один диверсант.

Плоты — это он, конечно, мощно сказал: так, небольшие, перевязанные между собой ветки, которые образуют плавучие площадки, для того чтобы переправить на них оружие и доспехи, ну и передохнуть немного во время переправы.

— Ждём темноты, — скомандовал я, — надеюсь, плавать все умеют?

— Да, господин, — подтвердил он.

Потянулось ожидание, солнце будто специально передумало закатываться за горизонт, а на небе, как назло, ни облачка. Такие закаты могут длиться часами, но выбора у нас нет.

Наконец цвета вокруг начали приобретать оттенки серого и наш отряд, стараясь не издавать лишнего шума, вошёл в воду. На плотики погрузили снаряжение и через некоторое время, придерживая их перед собой, новоявленные диверсанты плыли в ночной, непроглядной тьме.

В отличие от них, я видел абсолютно всё, ночное зрение позволяло, но остальным приходилось туго. В такой обстановке недолго и потерять все ориентиры, отбиться от группы и начать грести совсем в другую сторону. Поэтому иногда у нас происходила перекличка.

Нет, мы, разумеется, не звали друг друга по именам, а старались имитировать птичьи голоса.

Плыть пришлось долго, я даже не подозревал, насколько эта река широкая. Плюс течение, которое относило нас в сторону и дистанция по факту увеличилась из-за этого вдвое, а может и больше.

Противоположный берег мы достигли в полном составе — повезло, но от крепости нас отнесло на несколько километров и это притом, что стартовали мы намного выше по течению. Однако, нас это мало беспокоило, крепость прекрасно просматривалась из прибрежных зарослей тростника. Хотя это, опять-таки, для меня.

Вся беда была в том, что пространство вокруг неё было полностью вычищено от кустов и деревьев, а сама река не доставала до стен примерно метров пятьсот. Оставалось надеяться, что ночь скроет наше передвижение. К тому же нас всего сотня с небольшим, это не многотысячная армия, которая передвигается, как стадо слонов, грохочет железом и доспехами.

Мы облачились в доспехи, не покидая воды, и опустившись в неё по самую шею, двинулись к форту, стараясь при этом не плескаться и не разговаривать.

Знать бы расположение охраны, смену постов, да всё, что угодно, но мы пёрли, абсолютно вслепую. Всё, что удалось увидеть, так это передвижение нескольких патрулей по стене, которая возвышалась метров на пять.

Они ходили по двое и делали это от башни к башне с циклом минут в пятнадцать. Видно, что крепость находится на военном положении и, скорее всего, там немало воинов, но я мог и ошибаться.

Рядом находился причал и возле него стояли четыре корабля под парусами. Сейчас они были свёрнуты и подвязаны верёвкой, образуя волны из ткани. Я никогда не был связан с флотом и мало понимаю их терминологию. Вряд ли даже киль от кормы отличу, не говоря о более сложных вещах, однако вполне понимал, что для нашей цели эти судна более чем подходят.

Помимо парусной тяги они имели ряд вёсел по обоим бортам, что для нас, в общем, и требовалось.

Корабли небольшие, борта возвышались над водой метра на два, однако было не понятно, загруженные они стоят или нет.

— Нужно проверить палубы, — прошипел я почти в самое ухо сотнику, — Нельзя оставлять врага за спиной. Делайте всё тихо.

Крест кивнул и точно так же начал передавать мой приказ.

К каждому судну тихо подплыли небольшие отряды, по пять человек и точно так же, беззвучно, тенями проскользнули на палубы. Потянулось время ожидания. Минут через десять что-то ударило в борт изнутри, а ещё спустя некоторое время тени начали возвращаться в воду.

— Готово, — доложил Крест, выслушав доклады старших. — На одном корабле была команда из десяти человек. Все пьяные вусмерть, спали.

Я кивнул, показав, что понял и перевёл взгляд на стену.

— Верёвку взяли? — спросил я.

— Обижаешь, — оскалился Крест, — что дальше, командир?

— Дальше выходим под стену и вдоль неё двигаемся к самой глухой части, — зашептал я, — Если на кораблях было всего десятеро и они пьяные, значит, охрана ведётся из рук вон плохо.

— А кого им бояться, никакой опасности нет, — усмехнулся тот, — вот и балдеют.

— Сейчас добалдеются, — кивнул я. — Давайте тройками к крепости и спиной к стене.

Мы, вжимаясь лицом в землю, преодолевали открытое пространство, замирая от каждого шороха. Остальные уже были под стеной и нас никто не смог оповестить о том, что происходит на ней. Если сейчас хоть кто-нибудь решит выйти подышать воздухом, то мы даже об этом не узнаем. Пока нам везёт.

Стараясь не греметь доспехами и прижимаясь спинами к крепости, мы двигались вдоль неё. Оказывается, пирс был самым слабым местом для проникновения, стоило миновать деревянный настил, как нам открылся глубокий ров, который был заполнен водой. Посмотрев назад, я понял, что меня смущало, это был не настил, а подъёмный мост, который не стали убирать на ночь в отсутствие видимого противника.

Вот из-за такой человеческой лени и раздолбайства, сегодня, скорее всего, падёт крепость.

Стоило нам приблизиться к угловой башне, как выяснилось, что здесь нам ходу нет. Её полукруглые стены выступали так далеко вперёд, что узкая тропинка перед рвом прерывалась.

— Я попробую взобраться туда, — прошипел я на ухо Кресту, — Как только спущу верёвку, начинайте подниматься, но чтобы ни звука.

— Есть, — по-военному прошипел тот, — не боись, командир, всё сделаем.

Я осмотрелся и нашёл первый выступ, за который смог зацепиться. Верёвка покоилась на мне, переброшенная наискосок через шею. Подъём не занял много времени, видно было, что стену создавали уже без тех самых, древних технологий. Да, высота её пять метров и труд колоссальный, вот только о точности подгонки камня, здесь не было даже и речи.

Такая стена была прекрасным способом защиты от прямого нападения, но для ночного, тихого, диверсионного отряда, она являлась прекрасной лестницей. Весь подъём занял у меня несколько минут и то, только потому, что я старался не спешить.

Осторожно выглянув внутрь через бойницу, я убедился в отсутствии людей и перевалился внутрь. Протез оказался прекрасным приспособлением для лазания по отвесным стенам. Крюк плотно входил в швы и фиксировался в них, будто специальное приспособление.

Заранее приготовленная петля легла на зубец, а верёвка полетела вниз, где её тут же кто-то ухватил. Я сменил крюк на стилет, в левую руку взял пистолет, рукоятка которого тихой вибрацией оповестила о готовности оружия к бою.

Пригнувшись, я проследовал к одной из башен, где через дверь пробивался слабый свет, видимо, от свечи или керосинки. За моей спиной появился Крест и ещё пара бойцов. Я прижал палец к губам, показывая международный знак «тихо» и взялся за дверную ручку.

Резкий рывок на себя и тройка ворвалась в комнату, где стража спокойно играла в карты. Я успел произвести лишь один выстрел. Точно брошенные ножи достигли цели и четверо часовых умерли практически одновременно. Всё, теперь время пошло на секунды.

Мы распределились на несколько небольших отрядов и часть их, отправилась окончательно зачищать стену, а часть спустилась во внутренний двор.

Крепость спала, даже не подозревая о том, что она уже не принадлежит хозяевам. Комендант меня мало интересовал, с ним можно решить всё потом, больше всего я желал понять, где разместились основные силы. И это оказалось не так сложно.

Казармы расположили вдоль стен, об этом мне сказал многоголосый храп, который исходил от деревянных строений. С камнем сейчас так работать не умеют, поэтому самое простое решение — это доски. Вот где много сил прикладывать не нужно, ну это если сравнивать плотника с камнетёсом. Опять же, не нужно изобретать скрепляющий раствор, да и скорость строительства намного выше.

Всё это сыграло с крепостью очень злую шутку.

Закончив свою работу на стене, ребята подключились к нам во внутреннем дворе. Склад с керосином обнаружился рядом с оружейной, двери просто подпёрли старыми досками, а сами рассредоточились вдоль помещений без окон, на случай, если кто-то решит прорубить себе запасной выход. Ну а правильно, зачем заморачиваться, если здесь не элита общества жить собирается, да и вряд ли эти форты всегда наполнялись таким количеством людей. Смысл держать здесь несколько тысяч воинов в мирное время?

Пламя полыхнуло в ночной тишине и озарило пространство вокруг, огонь с рёвом взлетел выше стен, отчего многие внутри проснулись. Но пока они соображали сонными мозгами, огонь разгорелся так, что его уже невозможно было потушить. К тому же, несколько недель подряд стояла жара, которая высушила дерево до состояния пороха.

Кто-то сообразил, что происходит и начал ломиться в дверь, а затем послышались крики. Удары ногами сменились на стук мечей, или топоров, хотя вряд ли многие спали с оружием в обнимку.

Вскоре дым начал проникать внутрь и вместо крика из казарм стал доноситься кашель. Наружу так никто и не выбрался.

Коменданта и его семью вытащили на улицу минут через двадцать после того, как подожгли казармы. Вместе с ним, в двухэтажном строении обнаружили нескольких офицеров, казначея и рабов. Все они сейчас с ужасом в глазах наблюдали, как догорают и проваливаются сами в себя несколько сараев, в которых погибла часть армии западной Империи. Расположены они были хитро, по одной стене крепости и никак не примыкали к центральному, каменному дому и другим складам и оружейным.

— Имя? — спросил я у коменданта.

— Т-т-т-т, — затроил тот, но звонкая пощёчина быстро вернула ему способность к разговору, — Тикс.

— Где вы храните провизию, Тикс? — поинтересовался я.

— В п-п-подвале, т-там большие п-п-погреба, — всё ещё продолжил заикаться комендант, и я обратился к рабам, которые в отличие от господ, вели себя совершенно спокойно, — вы знаете где это?

— Я знаю, — охотно ответил один из них.

— Перенесите часть на лодки у замка, — кивнул я Кресту, — и давайте быстро, у нас практически нет времени. Если из соседних фортов видели пожар, то скоро к нам заявятся гости.

— Никто не придёт, — угрюмо произнёс один из пленных.

— Ты кто такой? — тут же спросил его я.

— Мирт, — охотно ответил он, — генерал того войска, которое догорает в тех строениях.

— Почему никто не придёт? — удивился я.

— Потому, что у нас приказ не покидать крепости, — от чего-то очень охотно стал сотрудничать Генерал и это наводило на определённые мысли.

— Так вы не собирались ввязываться в войну? — не понял я. — Или я что-то неправильно понимаю?

— Какую войну? — исподлобья посмотрел на меня Мирт. — У нас нет ни сил ни ресурсов для этого. Всё, что мы можем, — он задумался и поправился, — могли — это защищать границу.

— Я понимаю, что у меня, скорее всего, другие сведения, — немного помолчав продолжил я, — но почему я должен вам верить?

— Это уже ваше личное дело, — пожал плечами тот, — я говорю вам о том, как обстоят дела на самом деле. У нас не такая богатая Империя и приходится тратить почти все ресурсы на её оборону. Нас постоянно пытаются завоевать с моря, а недавно поступила информация о том, что и вы готовите армии. Брадис давно точит на нас зуб, а сейчас мы ослаблены в постоянных набегах.

— Брадис? — не понял я.

— Да, ваш Император, его так зовут, — ответил Мирт. — Можно его поздравить, вы единственный, кому удалось взять нашу крепость. Хитро придумано, напасть ночью, когда вас никто не ждёт.

— Я не понимаю, — помотал я головой, — вы точно не претендовали на спорную территорию?

— Зачем она нам? — усмехнулся тот. — Если мы со своей-то едва справляемся. Наша жизнь — это мирная торговля, и только. Императору пришлось повысить налоги, чтобы нанять армию для защиты этих крепостей. А вы уничтожили их за одну ночь.

— Сколько их было? — решил уточнить я, хотя примерно прикидывал, какое войско можно разместить в этих казармах.

— Две тысячи, — ответил Мирт.

— Всего? — удивлённо встрял в беседу Крест.

— Если бы вы попробовали взять нас штурмом, вы бы так сейчас не говорили, — усмехнулся Генерал.

— В других крепостях дела обстоят точно так же? — не обратил я никакого внимания на их краткий диалог.

— Примерно, — кивнул тот, — в одной даже меньше.

— Почему вы сотрудничаете со мной, вы же, можно сказать, предаёте свою Империю? — задал я сторонний вопрос.

— Я хочу жить, — спокойно ответил он, — так у меня есть шанс, что вы меня отпустите.

— Что не так с тем городом, почему за него началась грызня? — поинтересовался я на всякий случай.

— Всё просто, — усмехнулся Мирт, — он удобно расположен. Только с него можно начать войну и с нами и с Югом. Тот, кто им завладеет, получит сильный торговый путь, а заодно, и доступ к границам соседних Империй. Деньги и власть, всё как всегда. У вас единственный серьёзный противник и он находится на юге вашей Империи.

— В таком случае, мы просто теряем с вами время, — закончил я фразу за него, — но у моих начальников свои взгляды, а мне необходимо закончить начатое. У меня есть к вам предложение.

— Так говорите, — пожал он плечами, — Я не в том положении, чтобы отказываться.

— Вы должны убедить обе соседних крепости сдаться без боя, — сказал я, — Если всё, что вы мне сейчас рассказали правда, то у них нет ни единого шанса — я всё равно их возьму. А так люди смогут сохранить свои жизни.

— Я, конечно, попробую, но боюсь, что ничего не выйдет, — поморщился тот. — Эти крепости ещё никому не удавалось захватить.

— Вы то же самое говорили о своей, — пришла моя очередь пожимать плечами. — Если вы думаете, что мой ночной визит не сработает с ними, то ошибаетесь, а даже если и нет, то я всё равно найду способ, можете мне поверить.

— Я-то вам верю, но боюсь они могут думать иначе, — ответил Мирт. — У вас нет ничего из того, что вы можете предложить взамен, кроме вашего слова.

— Предлагаете мне сменить комендантов и разрешить продолжить службу остальным? — приподнял я бровь, изображая удивление.

— А почему нет? — улыбнулся Генерал. — Как только вы захватите оба форта, Империя обречена.

— Хотите сказать, что ваш Император не попытается их отбить? — ещё больше удивился я.

— Вы словно не слышите меня, молодой господин, — покачал головой Мирт. — Наша империя слишком слаба и постоянно подвергается набегам с моря. Уж лучше отдать её под правление Брадиса, чем диким племенам.

— Я вас услышал, Генерал Мирт, — кивнул я, — но не мне принимать подобные решения. Просто поверьте мне на слово, я смогу уничтожить оба гарнизона — мне не жаль их, но мне жаль своих людей.

— Слова истинного полководца, — подластился ко мне тот, — я постараюсь сделать всё, что в моих силах.

— Генерал, что с этими делать? — поинтересовался Крест, указывая на остальных пленников.

— Оставь, нам очень скоро понадобятся рабы, — ответил я, хотя от этого меня и передёрнуло.

Вот только рабочие руки нам действительно вскоре будут необходимы. Хотя может быть вовсе и не нам, но кто-то должен восстанавливать город.

Если Лия права, то одержав победу, я останусь здесь и мне будет позволено создать собственное королевство, собственный клан. Не сказать, что я был рад начинать всё с самого начала, но и выбора особого у меня нет.

Я уже по самую макушку влез во всё это дерьмо и то, что мне предлагали за победу, не самый худший вариант. И мне удалось выторговать у Дмитрия кое-что ещё.

У меня появится официальная возможность убить Ярга. А уж воспользуюсь я этим разрешением, или нет, моя личная забота. Единственно, что для этого нужно — официально объявить войну клану Куниц и можно выяснять наши отношения сколько угодно. Вот только подобное может сделать лишь Глава клана, так что выбор у меня не сильно-то велик.

Я обещал Лямке, что отомщу за неё. Да, может быть гнев в моей душе поутих, но ведь не зря говорят: «Месть, это блюдо, которое подают холодным».

Что же, остаётся завершить начатое, взять ещё два форта и отстоять спорную территорию у юга.

А вот и воины мои уже возвращаются, видимо, провизию выгрузили и отправили Сириусу. Несколько рейсов и всё моё войско будет в сборе, а там заодно и посмотрим, насколько эти крепости неприступны.

Глава 21

Военные хитрости.

Ярг.

Он понимал, что выставив свои войска в ущелье, скорее всего, потеряет часть из них. Возможно, будь эта армия собрана на деньги Совета, ну или того же клана, он бы выполнил приказ без раздумий, но Ярг потратил на них свои, кровные. Никто не даст гарантии, что война окупит эти затраты.

Нет, Совет получит своё, как и Империя, но вот Ярг, по всей вероятности, останется с жалкими остатками, некогда элитного войска. Такое себе удовольствие.

Впрочем, он уже получил всё, что хотел, осталось сохранить то, на что было потрачено столько сил, денег и времени. Если бы Дмитрий был чуточку умнее, то не дал бы ему желаемое так быстро, а подождал, пока решится его личный интерес. Тогда Яргу в любом случае пришлось бы останавливать южную Империю, а так, появились варианты, выбор.

Когда собрались все кланы, прибыло всё подкрепление и провизия, Ярг закатил вечеринку. Само собой, что на ней присутствовали только представители знати, Генералы и некоторые офицеры. Ну не рабов же ему кормить, в самом-то деле. Для этих животных достаточно похлёбки из крупы и желательно на воде.

И вот когда представители более слабых кланов дошли до нужной кондиции, он снова принялся плести свою паутину.

— Ха-ха-ха, я понимаю, что заслужить внимание совета, это огромный плюс для любого из нас, — в очередной раз возразил Ярг, — но так ли это на самом деле?

— Что ты имеешь в виду? — переспросил Крейн, Генерал клана Крыс.

— Именно то, о чём ты подумал, — усмехнулся Ярг. — Ты сам подумай, много ли дал вам этот Совет? Вы живёте в жопе мира и подбираете крохи с огромного стола. Вот сейчас, вы участвуете в войне, которая принесёт доходы только Совету. А вы, потеряв большую часть своего войска, вернётесь обратно и станете зализывать раны.

— Ярг, ты ведёшь очень опасные разговоры, — вставил своё слово другой Генерал, — мы все прекрасно понимаем, что получим и что потеряем, но таковы правила.

— Правила придумали для того, чтобы их нарушать, — отмахнулся Ярг, — только делать это необходимо тонко, чтобы игроки с другой стороны об этом не догадались.

— Может быть, ты скажешь, наконец, что задумал? — Крейн раньше всех понял, что у Ярга есть какой-то план, но он не спешит им делиться.

— Я предлагаю пропустить армию юга, — на одном дыхании выпалил тот.

— Не думаю, что это хорошая идея, — засомневался третий Генерал.

— Так ты недослушал, — усмехнулся Ярг. — Мы нагоним их позже и устроим встречу на нашей территории, по нашим правилам.

— Да это даже с тактической точки зрения неверный ход, — устало отмахнулся второй Генерал, — одно дело — сдерживать врага под стенами, и совсем другое — битва в чистом поле.

— Там, куда они собираются, стоит ещё войско, — покачал головой Ярг, — как только они вступят с ним в схватку, мы ударим им в спину и в этом случае сможем заработать себе славу. А что, сидеть за стенами и прятаться? Не знаю, как вы, но по мне в этом нет ничего славного.

— Вот здесь я с ним, пожалуй, соглашусь, — закивал Крейн, — Нам бы не помешало немного лишнего внимания.

— Крейн, ты даже не понимаешь, о чём вы оба говорите, — возразил третий Генерал. — Мы пропустим войска численностью в тридцать-сорок тысяч. Думаешь, просто будет разбить его в песках? Да мы когда на хвост ему наступим, даже головы увидеть не получится.

— А я от себя добавлю, — подхватил речь второй Генерал, — в Совете дураков нет, они поймут, что мы сами саботировали кампанию.

— Так мы тоже не пальцем деланы, — усмехнулся Ярг. — Прикиньте сами, сколько нужно провизии, чтобы прокормить такое войско? А впереди степь, болота и пустыня. Я мыслю тактически лучше вас всех вместе взятых. Нет смысла воевать с сытым и отдохнувшим войском, но если они пройдут через сгоревшую крепость, завязнут на болотах и будут страдать от жажды в песках…

— А после этого столкнутся с войском на спорной территории, — продолжил за Ярга Крейн, — и тут подоспеем мы.

— Прислушайтесь к тому, что говорит этот человек, — усмехнулся Ярг, — такую войну можно выиграть с минимальными потерями. Я это всё к чему: вы не рассматривали тот вариант, если южной Империи удастся пробит нашу оборону? Что будет в этом случае?

— Им не удастся, — возразил второй Генерал, но былой уверенности в его голосе уже не было.

— А вот я не был бы так в этом уверен, — хитро прищурился тот. — Сколько лет здесь не было нападения?

— Ну, около пяти десятков, — немного подумав, ответил Генерал.

— И вдруг они решили, что смогут? — продолжил задавать наводящие вопросы Ярг. — А ты не думал, почему? Может быть мы и Совет чего-то не знаем? С чего вдруг Империя, которая не делала ни одной попытки напасть на нас почти пятьдесят лет, вдруг идёт прямой наводкой к самому защищённому месту на границе?

— Алин, кажется, я начинаю подозревать, что этот мальчишка прав, — в полной тишине произнёс третий Генерал второму, — в его словах есть логика.

— Наконец-то вы решили подключить свои мозги, вместо тупого исполнения приказов, — усмехнулся Ярг, — а теперь давайте рассуждать здраво. Я предлагаю вот что…

*****

Войско, огромным, бурлящим потоком втягивалось в ущелье. Картина, которая просто захватывала дух. Они двигались вперёд стройным маршем, и звук от этих шагов разлетался в ущелье, отражаясь от стен и множился эхом. Затем пошли подводы, быки тянули телеги, которые с грохотом катились, натыкаясь на камни различной величины. Лошади с такой задачей вряд ли бы справились.

Именно этот хвост и был целью Ярга, а точнее — его людей, которые смогли взобраться на вершину ущелья. Они собирались устроить завал и отрезать хвост. И это была самая сложная часть плана.

Если не получится вызвать каменный оползень, то всё, что он задумал, пойдёт псу под хвост. Но Ярг подготовился неплохо.

Почти шестнадцать тысяч воинов имели множество гражданских профессий, в том числе и по добыче камня. Они быстро смогли определить слабые места и подготовить необходимые клинья, чтобы срубить нужный участок. Они уже были подогнаны в нужные трещины и ждали своего часа. Как только первый обвал случится, дым от костра подаст сигнал в крепость и её подожгут.

Обвалы здесь случались и раньше и пробок на пути хватало, но они скорее заставляли змею изгибаться, или немного сужаться в количестве шеренг. Но та, что полетит вниз сейчас, она должна капитально отрезать путь.

Флаг взмахнул и тут же заработали кувалды, их грохот затерялся за криками быков и стройным маршем воинов, подгоняемых офицерами, но то, как застонала скала, заглушить было невозможно. Отрываться начал целый пласт, а когда он рухнул и от удара начал ломаться, вздрогнуло всё ущелье. Видимо, это сработало в помощь и другой стороне, потому что там, почти сразу, вниз полетели два куска. Ярг смотрел на это с высоты с открытым ртом, он даже не представлял, как такое может выглядеть на самом деле.

Пыль от падения скрыла последствия обрушения, и Ярг сделал недовольное лицо. Ему хотелось посмотреть на тот фарш, что получился внизу. Можно было, конечно, подождать пару часов, но и так понятно, что еды у армии больше нет. А разбирать то, что там произошло, не имеет никакого смысла, скорее от голода умрёшь.

Любой командующий в таком случае даст приказ идти вперёд. Вот только там уже разжигают костры. Да, камень не пострадает, но вот попытка переночевать в раскалённой печи, мало кому доставит удовольствие. Им придётся следовать дальше.

— Сейчас их пожар остановит, — вдруг осенило Генерала Алина, — мы могли бы раздавить их сверху, просто расстрелять из луков, и всё.

— Об этом я как-то не подумал, — сделал невинное лицо Ярг, — но теперь поздно, основное войско уже отошло на восток.

— Ты что задумал, щенок? — задал совсем не тот вопрос он, и Ярг хищно улыбнулся.

— Ты, кто такой, что позволяешь себе подобные речи, в адрес Главы клана Куниц? — ледяным голосом, продолжая улыбаться, спросил Ярг.

Генерал лишь посмотрел в его глаза и всё понял, вот только сделать ничего не успел. В его глаз воткнулся кинжал. Воины Ярга бросили свои кувалды и выхватили мечи из-за спины. После чего изрубили, ничего не успевших понять людей из других кланов.

Половину из своих воинов, Яргу теперь придётся спрятать, чтобы легенда была похожа на правду. «Скала лопнула не там, где планировалось и утянула за собой людей.» Отчасти это была даже правда, потому как с другой стороны упало два куска породы. Ну а своих людей Ярг тоже потерял, якобы.

В голове всё это звучало достаточно логично, но на деле всё равно вызвало целую массу вопросов. Однако Ярг умел хорошо говорить и это сделало своё дело, хотя подозрения в сердцах у многих людей, всё же остались. Вот только доказать никто ничего не мог, свидетелей просто не осталось. Тела сбросили вниз, для правдоподобности и уже мало кто сможет чего понять и уж тем более доказать.

Армия южан вышла из ущелья уже по темноте, однако оставаться внутри было ещё опаснее. В таких условиях их действительно могли перебить, как куропаток. Но Ярг со своими людьми никуда не спешил, он дождался утра и спокойно повернул на восток. Там ожидало основное войско, которое теперь будет преследовать врага до самой спорной территории.

Идти им туда очень долго и совсем не факт, что все смогут дойти. Но на то и был расчёт.

Но вот откуда ему было знать, что вмешиваться в стратегию всей войны без согласования, может понести за собой непредсказуемый результат, который рассыпет все его планы, словно косточки домино.

Едва вражеское войско продвинулось вперёд на полтора дня пути, как они повстречали караван с доставкой провизии для западного фронта. Ну кто же будет против такого сюрприза, особенно, когда больше суток ничего не ел. Это, если не считать небольшого сухого пайка в рюкзаке, который закончился ещё вчера вечером.

Голодные, злые, но всё ещё имеющие силы драться, войска южной Империи просто смели небольшое подкрепление в шесть тысяч человек.

Вскоре увеличившийся в размере караван свернул не в ту сторону. Может, в горячке боя они потеряли ориентир, а может именно такой крюк и был запланирован. Но если второй вариант, то зачем?

Ярг ломал голову над этим вопросом несколько дней, пока не увидел всю картину в целом.

Южане не стали лезть напролом, они не пошли в болота, а решили их обойти. И сделать это было возможно, только с восточной стороны. На их пути оказались два города, которые с превеликим удовольствием пополнили их запасы едой и водой, в обмен на проход без всякого насилия.

На Ярга уже начали посматривать косо остальные Генералы и это стало бесить того ещё больше. В его планах сейчас всё шло именно так, как нужно, вот только другие сильно мешались. Один единственный Крейн, поддерживал каждое его слово и едва в рот не заглядывал. Довольно правильное поведение выбрал и Ярг уже подумывал, чтобы оставить его в живых.

Остальных, сильно понимающих, вскоре ждала смерть. А после этого, все бразды правления окажутся у Ярга. Вся объединённая армия будет выполнять его приказы и вот тогда он сыграет с югом, а может быть ещё и безродного ублюдка удастся под этот шум убрать.

Вскоре пришлось под угрозами выбивать провизию у своих же городов. Пришлось пригрозить им расправой за предательство, потому как все видели, что те кормили врага. Старостам пришлось подчиниться, тем более здесь не было ни правящих кланов, ни наместников Императора. Эти города принадлежали королевствам и они сами распоряжались своей властью. Но сейчас с ними разговаривали представители очень сильных кланов и это пугало.

Горожане с голоду не умрут, земля сможет прокормить всех, тем более, что урожай всходит несколько раз за лето. А вот проблем с Императором никому не хотелось.

Очередной сюрприз в планах Ярга образовался в песках. Когда войска южной империи подошли к разрушенному городу. Там оказалось пусто.

Никто не встречал врага, не было никакого Безликого, вообще никого. Пустые улицы, брошенные дома, и всё. Вражеская армия просто вошла в него и стала наводить свои порядки. Однако было заметно, что недавно в нём кто-то жил. Получается, что они испугались и убежали? Жалкие тру́сы!

Нападать сразу Ярг не решился. К тому же, на сегодня он запланировал отравить верхушку других кланов. Крейн уже был в деле и его люди подсыпали отраву в разные котлы, в том числе и своим воинам и армии Ярга. Таким образом скроется истина, когда снова не будет понятно, на кого можно с уверенностью указать пальцем.

А вот утром, можно будет обвинить во всём лазутчиков врага и вызвать праведный гнев у остального войска. И вот тогда уже напасть. Хотя полной уверенности в том, что удастся одержать победу — нет. Слишком большое превосходство, численный перевес в десять, а то и все пятнадцать тысяч, это очень весомый аргумент. Но вот если напасть ночью, то шансы на успех повысятся хорошо. Но как говорится, утро вечера мудренее.

Ужин принёс свои плоды. На утро, возле одного из городов Эллодии горел большой погребальный костёр, в котором оказалось около сотни человек, включая всё командование. Исключением оказался лишь Ярг и его новый друг Крейн. Они вместе были в этот момент в разведывательном рейде. Вышло очень хорошо и теперь никаких обвинений в их адрес не последует. Ведь они бы тоже могли попасть под удар, но повезло: занимались очень важным делом.

Ярг принял на себя правление всеми войсками, выразил свою скорбь в отношении погибших и провозгласил Крейна своей правой рукой, на время всей военной кампании.

Объединённое под единое командование войско, неспешно выдвинулось в сторону разрушенного города. Путь занял около трёх дней. Это малым отрядом можно передвигаться в разы быстрее, а когда приходится контролировать шестнадцать тысяч человек, плюс быки и телеги, темпы падают очень сильно. Такое войско вынуждено тащиться со скоростью черепахи.

День, когда войско обошло болота и остановилось на расстоянии дневного перехода, преподнёс очередной сюрприз Яргу.

Он в очередной раз отправился на разведку, чтобы убедиться в присутствии врага и разработать хоть какой-нибудь дельный план атаки. Но стоило ему заползти на бархан, как его глазам предстала самая неожиданная картина.

Армию южной Империи почти растоптали какие-то войска. Вначале он испытал удивление, затем гнев, а в итоге, когда понял чьё это войско, он испытал страх. Такого дикого ужаса он не испытывал никогда в жизни.

Всё началось на рассвете. Армия появилась с западной стороны. Жалкая горстка людей уверенным маршем двигалась в сторону захваченного города. Южане даже не поняли, когда и с какой стороны произошло нападение. Вначале быстрые тени просто вырезали часовых, а через третью часть четверти, из-за бархана медленным маршем вышел ровный строй воинов.

Без какой-либо суеты, не спеша перестроились и начали втягиваться на узкие лучевые улицы. Южане спохватились слишком поздно, а пока они бегали, кричали и поднимали панику, их перемалывали непонятно кому принадлежащие воины. Но юг имел достаточно большую силу и вскоре на одной из улиц образовался затор.

И без того несильно широкий строй сжался, щиты поднялись над головами, закрыли брешь с боков, и он словно монолитное строение замер посередине улицы. Другая часть неизвестного войска начала пробиваться к центру по другому лучу и часть южной армии рванула им наперерез.

Вокруг первого отряда собралась немалая куча воинов, которые пытались вскрыть сейф из щитов. Стоило кому угодно подобраться поближе и попытаться схватить за край защиты, как из-за этой стены вылетала стрела или производился укол копьём.

Вскоре протрубил горн и ситуация, которая казалась проигрышной, вдруг перевернулась с ног на голову. На грани слышимости раздался дружный «Хей» и вместе с ним строй нанёс удар копьями во все стороны. Быстро, синхронно, будто единый организм. Ярг увидел, как вместе с этим выпадом сработали мечники, поразив уколом врагов, которые находились справа.

Вокруг строя мгновенно образовалось пустое пространство, а дружное «Хей» повторилось трижды, после чего щиты раздвинулись, позволяя лучникам произвести дружный залп. А затем строй вновь стал монолитным и начал медленно продвигаться к центру.

Второй отряд вёл себя точно так же и в данный момент они планомерно продвигались на площадь. Выпады из-под щитов всегда были точные и достигали своей цели. Иногда в этой обороне всё же появлялись бреши, но они тут же закрывались воинами из второго ряда.

Прошла примерно шестая часть четверти от начала атаки, а неизвестные войска уже начали втягиваться на площадь, которую заполнила армия южан.

Что-то начало происходить под прикрытием щитов и вскоре Ярг догадался что именно. Они сменили уставших воинов, которые сейчас заняли место позади строя. Вот такой ход он видел впервые, чтобы вот так, во время развития атаки?!

Площадь кипела вражескими войсками, они ещё не поняли до конца, что происходит, почему горстка людей со щитами за такой короткий промежуток времени, смогла забрать жизни пары тысяч человек. Но сюрпризы для них только начинались.

Дружный залп через головы своих отрядов, принялся пожирать войска южной Империи. Те вскинули щиты над головой, но они были слишком малы и не могли закрыть все бреши полностью. Началась атака с их стороны.

Неизвестное войско встало пробкой в двух лучевых улицах и встретило натиск, приняв тех на щиты. Но вместо того, чтобы смять неизвестных, они потеряли несколько рядов своих воинов. Те просто свалились на песок, нанизанные на копья, словно шашлыки на шампур, а из-под щитов уже ощетинился ряд новых, которые подали сзади.

Такая давка продолжалась очень долгое время, но вскоре командование поняло свою ошибку, правда к тому времени площадь опустела уже на треть. Как только южане попробовали отступить и изобразить похожее построение, два потока неизвестного войска моментально вытекли их лучевых улиц и выстроились, образуя полукруг. При этом они всё ещё продолжали закрывать уже захваченные лучи и даже смогли взять под контроль ещё две улицы.

Стрелы продолжали лететь и собирать свою жатву, когда войско начало двигаться на южан. Щиты дрогнули и из-за них вылетели короткие копья, затем ещё раз и вот уже блеснули мечи. Под каждое дружное «Хей», армия врага убавлялась на жирную порцию из первого ряда.

Вскоре южане были вынуждены начать отступление. В такой давке это было сделать не просто, к тому же пришлось проталкивать всю массу людей через лучевые, не сильно широкие проходы.

Неизвестная армия тоже несла потери, но то, как они равномерно, без лишней суеты переработали половину южного войска, заслуживало восхищения.

Тактика врагов продолжала делать ошибки. Теперь войско, которое разменяло свои жизни один к пятнадцати, выбралось на улицу и стало дожидаться рассеянного выхода противника. Однако всё снова пошло не по их плану, стоило им построиться и дождаться, пока оба ровных отряда выйдут из соседних лучей, как из-за бархана в левый фланг вылетело ещё одно войско, на этот раз они отрабатывали стандартную тактику столкновения. Просто пёрли напролом.

Но своё дело это сделало. Один из отрядов неизвестных перестроился в нечто похожее на клин и начал вгрызаться во врага, разделяя его на две равные части и тут же правая южная получила ещё один внезапный удар по флангу, но на этот раз стрелами и короткими копьями. Второй строй развернулся широким фронтом и продолжил давить их спереди.

Ярг наблюдал за тем, как в течение четверти войско, величиной в тридцать тысяч растаяло, испарилось будто лужа под палящим солнцем. Когда лучники перебрались на крыши крайних к выходу из города домов и принялись вести прицельный отстрел, помогая своим войскам, южане наконец поняли, что пора отходить. На этот раз бегство было беспорядочным, неорганизованным, но преследовать их не стали.

А затем Ярг увидел его, безродного ублюдка, и он понял, чьи войска только что устроили здесь кровавое месиво. Ему стало страшно, жутко, живот сжался от ужаса, а на лбу выступил холодный пот. Сейчас перед ним стоял не тот испуганный раб в переулке у таверны клана Лис. Это был истинный воин, сильный, уверенный в себе, знающий чего может его армия и чего хочет он сам.

Грохнул победный клич и Ярг вновь услышал это: «Без-ли-кий! Без-ли-кий! Без-ли-кий!»

На трясущихся ногах, он бежал на восток, к своей объединённой армии. В голове крутились тысячи различных исходов, но такого поворота он не ожидал. Нападать на этих, даже десятью тысячами двуручников, он не станет ни за что на свете. Это глупо, они сгинут точно так же, как и южане. Нет, на этот раз ему придётся выждать, чтобы ударить как следует. Нужно подготовиться, нужно как следует подготовиться!

Ярг даже не подозревал, что сюрпризы для него ещё не закончились. Буквально через два дня, как только он отвёл своё войско обратно к крайнему городу Эллодии, прибыли новые действующие лица. А точнее старые, но те, что видеть хотелось меньше всего.

Через город двигалось войско Императора, а вместе с ним и Дмитрий со своей внучкой. Он не ожидал встретить их в этом месте, и Яргу вновь пришлось выкручиваться ужом. Благо Крейн был полностью на его стороне и подтвердил каждое слово. А вот возразить оказалось совершенно некому, что позволило ему вновь выйти из ситуации невредимым.

— Госпожа Лия, — поклонился Ярг, — Господин Дмитрий. Я надеюсь это все вопросы ко мне?

— Да, Глава Ярг, ты можешь быть свободен, — кивнул Дмитрий.

— Госпожа Лия, — посмотрел на девушку Ярг, — я подожду вас на улице.

— Хорошо, — сухо ответила она.

После того, как внучка Дмитрия покинула здание администрации города, они вместе отправились в гостиницу. Ярг бы не рискнул в ней останавливаться и всяко предпочёл бы свой походный шатёр, но Лия так пожелала. Он не мог отказать ей, не получалось. Хотя как-то раз попробовал и нарвался на звонкий смех с её стороны, после этого больше попыток командовать девушкой он не делал. А вот она, напротив, могла вить из него верёвки.

Вот и сейчас он сидел в комнате, где боялся даже прикасаться к предметам. Не сказать, что здесь было грязно, или чем-то воняло, просто сама обстановка была на столько нищенской, что Ярг боялся заразиться этим, просто притронувшись к бедной обстановке. А затем вошла она.

Красота Лии заставляла смотреть на неё и лишала возможности отвести глаза. Ярг забыл все обиды и все неприятности, когда увидел плеть в её руках. О, как же он соскучился по этим играм.

Лия пристегнула его руки к изголовью кованой кровати, заставив предварительно раздеться, а затем в жизни Главы клана Куниц, вновь произошла странность.

— Значит так, щенок, слушай меня очень внимательно, — отбросив плеть в сторону, поменялась в лице Лия, — Я знаю, что прорыв южной границы это твоих рук дело.

— Мне казалось, что мы разобрались в этом вопросе? — попробовал возмутиться тот.

— Захлопни пасть, — холодно произнесла девушка, — я это знаю, хоть и доказать не могу. Ты решил, что умнее всех, но сделал только хуже, в том числе и себе. Меня ты больше не увидишь, и я не хочу больше даже имени твоего слышать.

— Лия, при чём здесь мы? — даже опешил от такого поворота Ярг, ему всё ещё казалось, что это игра.

— Я не хочу видеть рядом с собой такого жалкого и отвратительно человека, — брезгливо, но вежливо ответила она, хотя Ярг предпочёл бы услышать в свой адрес более грубые выражения.

— Ты бросаешь меня ради этого ублюдка?! — вскипел он, вдруг осознав, к кому собирается уходить Лия.

— Этот, как ты выразился, ублюдок, настоящий мужик, — усмехнулась она и, закатив глаза, провела рукой по своему телу, — не то что ты, тряпка и размазня.

— Я вырву вам обоим сердце! — взревел Ярг и попытался освободиться. — Выпущу кишки! Освободи меня, тварь!

— А руки доросли? — усмехнулась она, — ах да, я совсем забыла сказать тебе ещё кое-что, — Лия остановилась в дверях и обернулась, — Безликому жаловали не только спорную территорию, но и весь запад, ха-ха-ха. Теперь ты на его фоне ещё более нищий, чем когда-то он был пред тобой.

Ярг ревел зверем, кричал и звал на помощь, пытался вырваться или сломать кованую спинку. Затем он рыдал, словно сопливая девчонка, рыдал и не мог остановиться, от беспомощности, от всей ситуации в целом и от жалости к себе любимому.

Истерика длилась долго, почти до утра, пока служащий не вошёл в комнату и не разомкнул тяжёлые рабские наручники. Но затем Ярг успокоился и выключил эмоции, будто на кнопку нажал.

Он осознал, что теперь нужно делать и было это настолько ясно и очевидно, что он захохотал. Теперь этот ублюдок больше никогда не сможет выскользнуть из его паутины. Нужно просто немного подождать.

Лия, Дмитрий, все они скоро ответят за его унижения и он знает. что для этого нужно.

Глава 22

Три лета спустя.

Безликий.

Сегодня праздник нового лета и мне уже девятнадцать. Кто бы мог подумать, что все мои действия в этом мире, приведут вот к такому.

Мне отдали спорную территорию для её освоения и развития. Войска Императора Брадиса едва переправились на западные земли, как Варго, Император запада, тут же капитулировал. Он сложил с себя сан, но если быть точнее не совсем: он принёс вассальную клятву и стал Королём. И теперь западные земли официально стали считаться Эллодией.

Но и это ещё не всё: вскоре мне отдали под руководство всю новую территорию и сделали главой клана. Нет, не Лис. Я создал свой собственный, новый, никогда ранее не существовавший и назвал его кланом Котов.

Многие вначале улыбались, тем более, что сама идея пришла ко мне довольно комичным образом. События начались сразу после битвы.

— Мыш, доложить потери, — строго запросил я после того, как скинул с себя липкий от пота и крови доспех, оставшись в одной юбке.

Связной тут же рванул к офицерам и пропадал довольно долго. Появился спустя полчаса и начал доклад.

— Убитыми шесть сотен разного типа войск, тяжело раненными — восемь сотен, лёгкие раны и царапины почти три тысячи, — отрапортовал он. — Более точно смогу доложить через четверть.

— Принял, — кивнул я, — помоги.

Мыш в недоумении уставился на то, как я устало, пытаюсь закинуть один труп на другой. Он помог мне сложить друг на друга троих покойников и я, наконец, смог сесть на эту пирамидку и тяжело вздохнуть.

— Мыш, если там ещё где-то есть враги, то нам конец, ты это понимаешь? — вытер я пот со лба.

— Безликий, мать твою! — бодрой походкой шёл в нашу сторону Сириус, — Это самая славная победа, которую я когда-либо видел!

— Я рад, что тебе понравилось, — усмехнулся я, — скольких ты потерял?

— Тысячу с лишним, — отмахнулся тот, — Но мы с тобой уничтожили армию в тридцать тысяч, это просто невероятно. У нас есть что пожрать вообще?

— Сириус, присядь, отдохни, хватит мельтешить, — поморщился я, — или ты всё ещё на адреналине?

— Я не знаю что это, но наркотики не принимаю, — усмехнулся тот. — Может, всё же кольнём бычка?

— Нет, они нужны нам, — в очередной раз запретил я пускать на мясо тягловую силу.

— Я слышал, что к нам Имперские войска идут, — внезапно выдал Сириус, — только что гонец прибыл, — развёл он руки в стороны на наши удивлённые взгляды.

— Начинайте очищать город от трупов, — устало поднялся я и обратился к Мышу, — подгоняйте повозки и начинайте погрузку.

Тот кивнул и побежал раздавать распоряжения.

К вечеру третьего дня в город втянулись войска Императора, а наутро мы выдвинулись в сторону границы, где началась долгая и нудная переправа. Своих воинов я оставил в городе, наводить относительный порядок. Часть армии Сириуса осталась на страже одного из фортов, того самого, что мы захватили ночью.

Остальные крепости капитулировали без осады и военных разборок. Видимо, они и в самом деле устали от постоянных столкновений.

Император Варго прислал гонца с приглашением в его дворец, едва половина Императорского войска переправилась через широкую реку.

Брадис, Лия и Дмитрий просто настояли на моём участии в этом мероприятии. Мы сели в поезд и отправились в столицу, которая называлась Корта и здесь я узнал о том, что мне уготовил Совет.

— Вы совершили невозможное, господин Безликий, — произнёс Варго, войдя в обеденную залу. — Не думал, что вы настолько молод.

— Знакомьтесь, — усмехнулся Дмитрий, — это король Варго, ранее именовавшийся Императором, но отныне он король западной территории Эллодии, а это — новый глава клана западного королевства, Безликий.

— Очень рад, что корректировать мои действия будет именно мой завоеватель, — без злобы ответил Варго и, пожав мою руку, отправился к своему стулу во главе стола. — Позвольте узнать, как называется ваш клан? А ну, брысь, скотина, — он смахнул жирного рыжего котяру со стула, — я пока здесь ещё король.

— Клан Котов, — тут же подхватил я идею и животину, и заглянул в его спокойные, сытые глаза.

Люди за столом начали улыбаться, а кот под моими руками перешёл на виброрежим и громко заурчал.

— Довольно необычное решение, — усмехнулся Варго, — Ну, пусть будут Коты.

— Вы явно недооцениваете этих животных, — улыбнулся я и крюком под зад столкнул пушистого с коленей и обратился к Дмитрию. — Простите, подобного опыта у меня ещё не было, что я должен делать?

— Всё гораздо проще, чем кажется, — отмахнулся тот, — вам нужно управлять всем этим.

— И это вы называете «проще»?! — я приподнял бровь от удивления. — Странные у вас понятия о простоте.

— На первое время с вами останется Лия, — с улыбкой ответил тот, — она поможет вам и подскажет.

— Уже лучше, — согласился я.

Обед затянулся чуть ли не до утра. Нет, мы не напивались и не праздновали, просто вскоре, по окончании церемонии знакомства, началось обсуждение интересов. По большей части мне было скучно, да и мало я разбирался в политике. В целом, меня вполне устраивало моё предыдущее положение, но увы, сильные мира сего решили иначе.

В западной Империи имелся свой Совет и теперь он точно так же присягнул, хотя в их случае правильнее будет «присоединился» к Совету Эллодии. Но, как известно, новая метла по-новому метёт и это в полной мере ощутил на себе Варго.

Брадис сразу же усадил на некоторые места в правлении своих советников, отхватил тридцать процентов административных должностей. Они с Варго спорили до пены у рта и казалось, что на моих глазах происходит слияние крупных компаний, нежели завоеватель общается побеждённым.

После того, как мы всё же покинули дворец, нас отправили в гостевой дом Варго, где мы должны были отдохнуть несколько дней, пока юристы не подготовят все бумаги. А насколько мне известна работа этих прохиндеев, подобное может тянуться годами. Хотя, здесь пока не научились неделями обсуждать нужность запятой в том или ином месте.

— Вот, твоя комната, — Лия распахнула дверь и вошла в неё разведя руки в стороны, — а ведь я ни секунды в тебе не сомневалась, — повернулась она ко мне, как только я закрыл за собой дверь.

— Ты сама перевезёшь моих? — проигнорировал я похвалу. — И где мне теперь лучше всего жить?

— Это только тебе решать, — пожала плечами Лия и плавно двинулась ко мне, — Твой клан, твои правила. Но советую оставить верного человека в столице, если решишь жить в брошенном городе.

— Что с моим войском? — продолжил я задавать вопросы. — Ведь оно принадлежит Лисам.

— Оно принадлежит тебе, — усмехнулась девушка, — мы оплатили все расходы и моральные в том числе. Твоя методика вошла в процесс обучения нового войска для Лис, не переживай.

— Я хочу, чтобы Мыш тоже остался здесь, — продолжил я, — он мне нужен.

— Это я тоже могу решить, — улыбнулась Лия.

Каждый раз, отвечая на мой вопрос, она медленно шла навстречу, по пути проводя пальцами то по кровати, то по стене, или комоду. Сейчас она стояла почти вплотную и смотрела мне прямо в глаза, уткнув палец мне в грудь, и в её взгляде танцевали бесенята.

Лия молча смотрела, слегка наклонив голову на бок, с загадочной улыбкой и закусив нижнюю губу. Пауза была недолгой, несколько ударов сердца и её зрачки вдруг расширились, глаза сверкнули безумием, и она впилась в мои губы.

Я даже опешил от такого напора, но на поцелуй ответил. Её руки тут же зашарили по моему телу, дыхание стало глубоким и прерывистым, одежду на себе она просто разорвала, хотя и с моей церемониться не стала.

До кровати мы не добрались, что-то скинув с комода, я усадил её на него и вошёл. Тело Лии мелко задрожало, и она прижалась ко мне так, будто собиралась пустить корни, срастись, и стать одним целым.

*****

— Тебе Лямка ночью горло перережет, если узнает, — усмехнулся я, когда мы уже лежали в постели, потягивая вино.

Комната вокруг была превращена в хлам, разорванная одежда валялась где-то у дверей, а Лия лежала головой на моей груди, задрав ноги на стенку у изголовья.

— Я тебе нравлюсь? — невпопад спросила она. — Ведь у меня красивое тело?

— Да, ты очень красивая девушка, — серьёзно ответил я.

— Тогда почему ты меня не любишь? — быстрым змеиным движением перевернулась она и, положив руки под подбородок, посмотрела мне в глаза.

— Разве любить нужно за красоту? — вполне серьёзно спросил я.

— За что ты полюбил Лему? — тут же сменила тему Лия. — Ту, которую до сих пор всюду таскаешь за собой в той вазе.

— Не знаю, — пожал я плечами, — любят не за что-то. Мне кажется, на этот вопрос не существует ответа.

— Какой же ты козлина, Безликий, — захохотала она и снова повернулась на спину, и закинула ноги на стену, — Я ведь всю жизнь говорила мужикам, что не люблю их, тем самым заставляя делать всё, что я пожелаю. Какая ирония услышать подобное в свой адрес.

— Прости, но я не могу себя заставить, — улыбнулся я и погладил девушку по волосам, — возможно, именно потому, что я козлина.

— Да, это ты верно подметил, — засмеялась она, — ладно, не нужно меня жалеть. Я взрослая девочка, сама справлюсь.

Мы не покидали комнату три дня, прерываясь лишь на еду, разговоры и нечастый сон, который, кстати, периодически тоже прерывался.

А потом закрутилось. Я официально вступил в должность и не без помощи Лии начал вникать в организационные вопросы. Армия осталась при мне, к тому же, достаточно хорошо увеличилась в размерах. Плюсом ко всему на переобучение стали прибывать войска западного королевства. Каждое такое подразделение получало первичные навыки в течение годовой четверти и покидало расположение, чтобы освободить место следующей. Впоследствии, они самостоятельно должны были оттачивать полученные знания и в конце года проходить у меня аттестацию. А чтобы был стимул, на время обучения им урезали жалование.

Много чего крутилось и происходило вокруг. Начались раскопки города и это было самое интересное.

Очень многое сохранилось в этом месте, потому как вся разрушительная сила была на гребне волны, здесь же произошло просто затопление. Однако песок не позволял работать так, как слежавшийся грунт; он постоянно осыпался и раскопки тянулись дольше обычного.

До генератора смогли добраться только через два лета и потратили немало сил, чтобы укрепить тоннели.

Я не стал оставаться в Корте. В столицу я отправил своего заместителя и выбор пал на Мыша. Он, конечно, сопротивлялся, но недолго: всё же привычка исполнять мои приказы прочно въелась в его психику. А доверять подобное кому-то ещё я не рискнул. Так моя душа была спокойна, а тылы надёжно прикрыты.

Из остатков западных кланов удалось собрать неплохой костяк Котам, хотя времени для проверки людей потребовалось много. Но в итоге всё заработало и спустя лето встало на рельсы.

Железную дорогу тоже удалось откопать и запустить. Теперь заброшенный город имел вполне хорошее снабжение, вопрос упирался только в деньги.

Город решили назвать в мою честь, хоть я и сопротивлялся. Теперь он носил гордое имя Владий.

С торговлей дело обстояло просто замечательно. Западное королевство стояло в окружении трёх морей и это позволяло вести дела почти со всем миром. А если учитывать их опыт в данном вопросе, то мне даже влезать во всё это не пришлось, тем более что я совершенно ничего не понимал в таких делах.

Я полностью отдался на восстановление Владия и раскопки. Это вскоре принесло свои плоды, да такие, что мой клан вполне сможет претендовать на звание «непобедимый». Удалось обнаружить огромный подземный бункер с оружием. Он был герметично запечатан всё это время и ни вода, ни катастрофа никак не смогли повредить то, что там находилось.

Всё бы ничего, но я понимал, что означает подобная находка. Стоит узнать о ней Лии, всё сразу же станет известно в Совете. Лично я бы на их месте устроил полную конфискацию данного имущества.

Меня можно обвинить в чём угодно, но только не в глупости. Тоннель, который вёл к складу, тут же запечатали, вставили несколько кованых решёток и навесили замки. Несколько проверенных человек проверяли целостность перегородок, каждые четыре часа. Рабов, которые нашли этот склад, пришлось убрать, как бы это ни было жестоко. Я сделал всё возможное, чтобы об этой находке знало как можно меньше людей, и сейчас, их количество можно было пересчитать по пальцам. Лема была в их числе.

Она за три года превратилась в машину для убийства и была официально принята в клан. Работу ликвидатора она выполняла на отлично и как я ни пытался уговорить её сменить профессию и интересы, всё было бесполезно. А после того, как она заполучила инъекцию, стала пугать даже меня.

Нет, морально она осталась всё той же девочкой, которую я нашёл в нищем квартале Эллона, но её навыки и способности стали превосходить мои. Хотя в этом нет ничего удивительного, ведь со временем все мои тренировки свелись почти на нет, а она продолжала упорно заниматься по пять-шесть часов в день.

Сейчас ей почти двенадцать и она очень сильно изменилась внешне. Многие мальчишки заглядывались на нее, пуская слюни. Немалую роль в этом сыграла Лия, которая научила девочку преподносить себя и, кажется, тоже начала побаиваться юную ликвидаторшу.

С Лией мы больше не спали, после тех трёх дней, проведённых в постели, она снова стала моим другом. Разговоры на эту темы не поднимались, косых взглядов, или каких-либо намёков тоже не было. Вначале я напрягался, но вскоре понял, что не стоит переживать по этим вопросам. Лия действительно умная и взрослая женщина.

Лема же наоборот стала вести себя наглей, часто забиралась ко мне на колени и всячески подталкивала меня к греху. Но она всё ещё была в моих глазах маленькой девочкой. К тому же я не любил её. Нет, конечно любил, но не так, как она того желала.

Мы не раз говорили с ней на эту тему, но в силу переходного возраста и гормонального всплеска, она отказывалась меня слушать, и я решил перенести эти темы на более позднее время. Проще дождаться, когда она повзрослеет и объяснить ей положение вещей. Хотя сомневаюсь, что она послушает.

Помимо обычной школы для убийства, я взялся за её стрелковую подготовку. Со склада было вынесено несколько различных образцов оружия, в том числе и нечто похожее на снайперскую винтовку.

К моему удивлению, пули оставались абсолютно одинаковые для всех видов, но вот батарейки и способы подачи их в ствол уже разительно отличались от моего первого пистолета. Со многими я даже не разобрался, однако всё оружие было боеспособным и не нуждалось в долгой чистке. Хотя консервационную смазку всё же пришлось долго вымачивать в керосине, разбирать оружие по винтикам и вычищать. Однако, это всё равно лучше, чем вычищать песок и землю.

Винтовка оказалась с подвохом. Стоило вставить в неё батарею и дождаться окончания вибрации, как моё зрение тут же изменилось. На самом оружии не было совершенно никаких дополнительных приспособлений — она имела непосредственную связь с моими глазами. Тем не менее, заново стрелять из неё всё же пришлось учиться.

Почти всё оружие с этого склада, при запуске тут же меняло зрение, выводя перед глазами прицельную сетку, с информацией о состоянии предмета в руках. Словно в компьютерной игре, а не в реальности.

За всей своей суетой и канителью, я совсем забыл о Ярге. Он просто вылетел у меня из головы, будто его никогда и не было. Самое интересное, что я был счастлив. Я занимался любимым делом, тренировал армию, тренировал Лему, решал вопросы клана, в общем, жил полноценной, яркой и стабильной жизнью.

Вот только он обо мне помнил.

В один прекрасный день во Владий приехал Мыш, и с озабоченным видом попросил у меня минуту наедине. Меня сразу кольнуло нехорошее предчувствие.

— Влад, я знаю, что не давал тебе никаких сведений о Ярге, это моя вина, — начал он издалека.

— Мыш, прекращай уже разговаривать со мной закоулками, говори прямо, — приободрил его я хлопнув по спине, — я сам у тебя ничего о нём не спрашивал, так с чего ты должен был что-то доложить.

— Плохо дело, Влад, — отвёл взгляд в сторону тот, — я думал, что с ним всё, но ошибся. После той войны он ушёл на юг и обосновался там. Клан Куниц бросил и мне казалось, что с ним покончено. Вчера утром мне пришли сведения: в общем, он готовит полноценное вторжение на наши земли. У него огромный флот и огромное войско.

— Это очень плохо, Мыш, очень плохо, — тут же сделался серьёзным я.

— Это не всё, — снова отвёл глаза в сторону тот, — он занимает положение старшего советника Императора юга и у него все полномочия на масштабное вторжение в Эллодию.

— Брадис и Совет в курсе? — тут же спросил я.

— Нет, эти данные ты слышишь первый, — покачал головой Мыш.

— Срочно отправляй послание Бардису, — отдал распоряжение я, — я поговорю с Лией. Где они планируют вход?

— Скорее всего, с западного моря, — пожал плечами Мыш, — точно сказать не могу.

— Это очень плохо, — покачал головой я. — Отправляй сообщение и разошли гонцов во все наши гарнизоны. Войска привести в состояние боевой готовности. Действуй, пора бы уже кончать с этим Яргом. На этот раз, надеюсь, окончательно.