В течение четырех с половиной миллиардов лет земной истории не раз случались периоды оледенений. Сначала было небольшое оледенение 2,7 миллиарда лет назад. Потом, через некоторое время, 2,4 миллиарда лет назад возникает грандиозное по масштабам оледенение, которое длится 200 миллионов лет. То есть Земля представляла собой ледяной шар. Потом это закончилось, и целых полтора миллиарда лет никаких оледенений не было. А потом, 730 миллионов лет назад – опять оледенение и снова потепление. Так происходило до пермского периода. Ученые гадают, каковы причины такой странной неравномерности.

Называют самые разные: от космических до геологических. Однако же никак не могут найти какой-то по-настоящему действующий фактор, который объяснил бы такую сложную картину.

Астрофизикам известно представление о низкой светимости Солнца, но они относят это явление к тому моменту, когда звезда только зажигается. Она сначала имеет относительно низкую светимость, а потом постепенно разогревается, и поток энергии, идущий от нее, увеличивается. Но если посмотреть внимательно, выясняется, что Солнце никогда не обеспечивало температуру на поверхности Земли выше нуля. Сегодня средняя температура на Земле +15 градусов. А солнечная радиация обеспечивает только –18 градусов. Комфортную для нас температуру поддерживает земная атмосфера, которая включает в себя парниковые газы – CO₂ и метан. Мы боремся за то, чтобы снизить выбросы этих газов в атмосферу, поскольку это перегревает планету. Но именно их наличие обеспечивает климатический режим. Раньше, когда Солнце было еще совсем молодое, оно могло поддерживать температуру всего лишь –40 градусов на поверхности Земли. При таких условиях все живое замерзло бы. Но в архее, это 3,5–4 миллиарда лет назад, климат теплый, есть жидкий океан. Никакого замерзшего шара. Значит, уже тогда была атмосфера с CO₂, которая защищала нас. Но тем не менее все замерзло 2,4 миллиарда лет назад. Это случилось, потому что существует конфликт между ролью CO₂ как парникового газа, который защищает нас от космического холода, и его ролью как источника углерода биосферы. Через фотосинтез этот углерод переходит в биосферу. Если биосфера начнет отбирать CO₂, это приведет к охлаждению, потому что именно CO₂ и защищает нас. Но если жизнь замрет, то CO₂ поднимется, и станет тепло.

С высокой долей вероятности такой конфликт и приводит к постоянным климатическим изменениям. Если принять эту точку зрения, то можно последовательно объяснить, почему произошли понгольское, гуронское и другие оледенения.

Не везде роль ведущего парникового газа играл диоксид углерода – CO₂. Американский астроном Тобиас Оуэн 40 лет назад произвел расчеты и показал, что при давлении больше 0,3 атмосферы (сегодня оно в тысячу раз меньше – три сотых процента атмосферы) даже при низкой светимости раннего Солнца, 4–4,5 миллиарда лет назад, температура на поверхности Земли была бы выше нуля. Дефицит солнечной радиации был бы компенсирован парниковым эффектом. Правда, позже другой американский ученый, Джеймс Кастинг, указал на то, что при таком давлении, например, в условиях Марса, СО₂ сконденсируется и не сможет обеспечивать парниковый эффект. При этом на Марсе тоже была жидкая вода. Значит, там роль парникового газа мог играть метан.

Подтвердить эту гипотезу помог метеорит Allan Hills 840011, возраст которого 4,5 миллиарда лет. Это не просто метеорит, а кусок Марса, когда-то выбитый астероидом. В этом марсианском образце есть карбонатные включения. Они имеют совершенно аномальный изотопный состав углерода, плюс 40 промилле. В атмосфере должно быть не менее 90 % метана, для того чтобы карбонат имел такой изотопный состав.

Чтобы получить ответ на этот вопрос, пришлось копнуть очень глубоко – в земную мантию. Выяснилось, что мантия Земли окислена. То есть она имеет кислородный потенциал, более чем восстановленный. Метан не может быть в равновесии с этой мантией, а вот CO₂ может. Это было одним из очень важных факторов того, что земная мантия не в состоянии находиться в равновесии с метаном. Такой мантия стала 4 миллиарда лет назад, у нас нет данных за более ранний период. Может быть, тогда наша планета была окутана метановой атмосферой.

Предположим, что вначале парниковым газом, который обеспечивал тепло на Земле, все-таки был метан. Но потом произошло окисление, и уже в архее его место занял CO₂ и теплое море. Существование и развитие метаногеновой жизни было вполне возможно, но если использовать квант света, то оказывается, что фотосинтез энергетически целесообразнее. А фотосинтез приводит к тому, что образуется молекула кислорода. У вас есть вода плюс CO₂, и возникает органическое соединение плюс кислород. Сначала кислород появляется в океане и пытается выбраться на поверхность.

Но железо мешает ему это сделать: железо хватает кислород и образует с ним химическую связь – Fe₂O₃. Это соединение, которое не растворяется в воде и выпадает в осадок на дне океана, как в пробирке. Сейчас человечество располагает запасами железной руды, которые возникли именно в это время. Самый богатый в мире железорудный бассейн находится в России – он называется Курская магнитная аномалия. Но в итоге кислород все-таки сумел убежать от железа и добрался до атмосферы. Он сразу же начал вытеснять парниковые газы, которые утепляли Землю, и случилось колоссальное гуронское оледенение. Погибли многие организмы, которые продуцировали кислород, в атмосферу снова вернулся CO₂, и стало теплее. Стало теплее, опять расцвела жизнь, выделился кислород – началось новое оледенение.

Саморегуляция началась 730 миллионов лет назад. Но потом все опять затормозилось. Почему? Потому что теперь жизнь вышла на сушу. До этого момента она все время была в океане. Но, когда жизнь вышла на сушу, эта налаженная система регуляции изменила свой характер, так как огромное количество углерода оказалось теперь на суше, которая имеет совершенно другой оборот веществ, нежели морская среда.

Сейчас в атмосфере сосредоточено 590 миллиардов тонн CO₂. А в океане только четыре миллиарда тонн живого вещества при 70 миллиардах тонн производимой продукции. На суше сосредоточено 750 миллиардов тонн углерода. То есть появился совершенно другой цикл углерода. Жизнь все время складирует углерод в осадочной оболочке, и СО₂ в атмосферу почти не поступает. У нас истощается возможность экранирования. При этом дефицит солнечной активности сохраняется. Солнце по-прежнему холодное, а не горячее, как мы привыкли думать. А защиту мы теряем потихонечку благодаря все той же биосфере, которая производит кислород и сама себя хоронит.

Потому что у нас потепление в масштабе десятилетий или столетий, и мы думаем о том, как не перегреться. Но в масштабе миллионов лет нас ждет очередное похолодание. С этой стороны надо заботиться о том, чтобы не замерзнуть.

Как же разрешить это противоречие?

Надо просто иметь в виду одно, когда делаешь другое. Нужно знать, что общая геологическая тенденция связана с существованием самой биосферы. Она состоит в том, что геологически Земля охлаждается. Надо изучить потоки, надо просчитать скорость этого охлаждения, оценить масштаб влияния человека. Мы должны все это достаточно хорошо изучить, понимая, что такая проблема есть.

С другой стороны, нужно рассматривать то, с какой скоростью мы влияем на все эти процессы и как это соотносится со всем происходящим. Нужно поставить все это на научную основу, сделать расчеты, и тогда будет ясно, что надо делать.

Если бы с самого начала светимость Солнца была достаточной для того, чтобы не потребовалось замерзания, температура держалась бы выше нуля, а газы типа CO₂ и метана подняли бы эту температуру еще выше. Тогда бы вода вскипела, превратилась в пар, водород уходил бы все время, оставался кислород и окислял углерод. Тогда у нас была бы CO₂-атмосфера, теплая и очень плотная, как у Венеры.

Тогда медленнее достигался бы уровень компенсации, и гуронское оледенение длилось бы не 200 миллионов лет, а два миллиарда, например. И к сегодняшнему дню мы имели бы жизнь на уровне примитивных, простейших организмов, микробов, не более.

Никакие приборы и устройства, созданные людьми, не могут вызвать катаклизмов такой силы, чтобы глобально изменить климат и загубить биосферу. Для того чтобы жизнь на Земле прекратилась, понадобилось бы вторжение некоего мощного объекта внеземного происхождения, скажем, столкновение с астероидом, как это случилось, по-видимому, шестьдесят миллионов лет назад, когда погибли динозавры. Причем, как показывают исследования, астероид был не очень-то большой – всего четыре километра в диаметре. И принес столь разрушительные последствия. Есть гипотезы, что Земля испытывала столкновения и пострашнее – с объектами чуть ли не с нее саму величиной. От таких катаклизмов, конечно, и ось изменит свое положение, и полюса могут поменяться местами, и климат станет другим. А от людей останется мокрое место.

Не может такого быть, чтобы жизнь существовала только на нашей планете – ведь Вселенная живет по общим законам. Астрономы обнаруживают все больше экзопланет, весьма похожих на нашу Землю. Но почему мы никак не встретимся? Тут все очень просто.

Есть такие редкие исчезающие животные – голубые киты. Они исчезают, несмотря на то что давно занесены в Красную книгу и никто на них не охотится. Дело в том, что их очень мало. И вот они плавают по гигантским океаническим просторам в безнадежных поисках друг друга. Цивилизации, как голубые киты. Они есть, но их немного. И они существуют не вечно. Вероятно, срок их жизни оказывается слишком коротким – они просто не успевают найти братьев по разуму. Известный английский астроном Джонс сказал: «Жизнь – это болезнь умирающей материи». Грустно звучит, но вполне возможно, так оно и есть.

Это смотря на какую природу. На Солнце или, скажем, отдельные галактики, конечно, нет. А вот на состояние природной среды, на климат – да, может. Именно сознание способно побудить нас к активным разумным действиям. Я бывал на Тибете и много поучительного узнал об их истории. Когда-то они были воинственными племенами, но потом предводитель, Лама, собрал их и сказал, что надо выбросить все оружие. Его окружение возмутилось: рядом же злобный сосед – Китай, который поработит нас! На что лама ответил: надо убедить их, что у нас много интересных и полезных знаний, и, вместо того чтобы идти на нас войной, им выгоднее приезжать у нас учиться. И 800 лет они прожили без оружия и войн. Это, наверное, единственный пример такого рода в истории человечества. Не только сам китайский император – люди со всего мира ехали в Тибет, чтобы обрести там духовное богатство. Но в 1949 году пришел Мао Цзэдун и, как написали газеты, всех освободил. Непонятно от чего, но с тех пор жители Тибета потеряли независимость, теперь это часть Китая. Так что в истории бывают периоды, когда знания в человеческом обществе могут сделать очень многое. Но это никакая не физика. Это философия, культура, если хотите. И то и другое важно. Но не нужно путать их.

Как только в руки ученым попадает очень хороший микроскоп, они тут же начинают туда засовывать все подряд. Звучит смешно, может быть, даже не совсем научно. Но на самом деле такой подход позволяет увидеть много всего интересного. Например, нам удалось выяснить, что фосфориты, из которых люди уже давно делают удобрения для растений, в каком-то смысле сами «живые». Раньше считалось, что они хемогенные, то есть образовались в результате осаждения химических соединений. Но с помощью мощного микроскопа мы увидели, что в их происхождении «виноваты» бактерии.

С этого все и началось. Мы вдруг поняли, что сохранность бактериального мира в ископаемом состоянии потрясающая. Она намного лучше, чем, скажем, сохранность мамонтов, которые жили намного позже. Там целый мир. Раньше считалось, что в архее и протерозое ничего другого нет, но сейчас мы понимаем: много чего там есть. Это не только бактерии. Да, это одноклеточные, но это протисты – то есть те, которые с ядром. А это высочайший уровень организации. Отсюда идет масса разных следствий. Если у них было ядро, значит, в атмосфере было много кислорода. Похоже, что кислород возник сильно раньше, чем 2,5 миллиарда лет назад, как это принято считать.

Для ответа на этот вопрос нам понадобится стокилограммовый австралиец, которого мы тоже посадим под микроскоп. Его зовут «Мурчисон», и он метеорит, приземлившийся в Австралии в 1969 году. На метеорите мы обнаруживаем окаменевшие эукариоты.

Это означает, что где-то разрушилось космическое тело планетного типа, где была вода, кислородная атмосфера, а еще, поскольку внутри этих бактерий находят магнетиты, там было и магнитное поле. И все это было за пределами Земли. При этом возраст их не меньше, а может быть, и больше. Следовательно, никакая жизнь не могла начаться на Земле. Она началась где-то в другом месте.

Точно не на метеоритах, в них все давно умерло и окаменело. Поверхность метеорита – это такая природная керамика, корочка закаливания, которая предохраняет все остальное от разогревания. А внутри все холодно. Поэтому на метеорите доставить фауну, конечно, возможно, но только в мертвом виде. Скорее всего, жизнь прилетела к нам на ледяной комете. Однако кометного вещества в руках у людей никогда не было, поэтому пока эта гипотеза не подтверждена. Дело в том, что метеоритов выпадает значительно больше, чем комет. Это тонны разнородного, раздробленного материала. А вот комета – это относительно редкое явление и по этой причине недостаточно изученное.

Сейчас наши ученые проводят работы с облучением на реакторе формамида – одного из простейших органических соединений, которого очень много в космосе. Для этого они берут метеоритную пыль и закачивают ее в формамид. Потом подвергают эту смесь облучению, аналогичному космическому, и это вещество преобразуется в кучу простейших и более сложных органических соединений. Этот комплекс соединений достаточен для того, чтобы потом из них «слепить» жизнь. Именно так жизнь зародилась где-то в космосе, а потом попала на комету. Значит, живые организмы могут существовать и в других уголках нашей Вселенной.

Все органические молекулы на Земле построены с помощью атома углерода. Я не верю в возможность формирования жизни на основе кремния или серы. Не понимаю, как это можно сделать. Но в каждом конкретном случае, где все это будет приживаться, развитие может происходить по-своему.

Если в вас что-то заложено и обстановка позволяет, то произойдет это или нет, во многом зависит от вас. Среда не формирует в вас то или иное качество – она разрешает или нет ему осуществиться. Остальное – это вы, ваше решение и ваша воля. Но, как ни прыгай, какого-нибудь гениального ученого воспитать нельзя. Или это заложено, или нет.

Все организмы, которые находят палеонтологи, известны с самого начала геологической истории Земли. А это примерно 3,8 миллиарда лет по последним сведениям. Но есть сложности с определением таких организмов. Это, прежде всего, бактерии, а от них остаются мелкие окаменевшие шарики, вытянутые цепочки и тому подобные образования. Их трудно идентифицировать, потому что это всего лишь органические остатки примитивных организмов. Но в более молодых отложениях академик Алексей Юрьевич Розанов находит, по его предположениям, остатки уже более продвинутых организмов.

Первые животные, похожие на современных, появились в раннем кембрии, а это примерно 540 миллионов лет назад. Очень быстро в течение кембрия появились все типы животных, которые существуют ныне.

Это большая проблема. Этот процесс называют «Кембрийским эволюционным взрывом», и здесь много всяких предположений. Прежде всего, это то, что их предки подошли к какому-то рубежу в своем морфологическом и генетическом развитии, который позволяет дать большой взрыв морфологического разнообразия.

Ведь еще Дарвин сказал: это большая загадка, что было в докембрии. Там ничего не было известно. Но во второй половине XX века в докембрийских отложениях нашли очень много различных существ и их остатков. Проблема в том, что они совершенно не похожи на остальные известные нам организмы. Как их связать с современными формами жизни – это тоже большая проблема. Тут есть разные предположения, но к единому мнению ученые так и не пришли.

Да. Некоторые пытаются доказать, что, предположим, моллюск – один из них. Другой похож на кораллы. Третий – вообще непонятно что. А некоторые считают их даже иглокожими. В действительности же очень трудно связать этих живых существ с любыми известными группами.

Прежде всего, у большинства из них нет скелета, в то время как в кембрии появляется много скелетообразующих животных.

Нет. В том-то все и дело, что современные существа без скелета совсем другие. Вот, например, чендзянская кембрийская фауна в Китае – там находят отпечатки бесскелетных организмов, их очень много и разнообразие тоже очень большое, но с докембрием они несравнимы, резко отличаются. И наоборот: те, которые встречаются в докембрии без скелета, уже не встречаются в кембрии. Правда, сейчас находят некоторое количество образцов, тоже имевших скелет, но не совсем понятно, что это, куда их отнести, потому что их скелеты резко отличаются от тех скелетов, которые появились в кембрии.

Мы не знаем точно, являются они потомками или нет. Вероятно, являются, но мы пока не придумали, как их связать. Дело в том, что взрослые организмы появляются из очень маленьких личинок. А эти личинки не находятся в ископаемом состоянии, и из-за маленьких размеров их практически не обнаруживают. Поэтому нам трудно сравнивать стадии их развития, от которых могли произойти другие организмы.

Во-первых, появилось значительно больше кислорода. Во-вторых, изменилась химическая природа морей в заметной степени. Между количеством кислорода в атмосфере и в море установилось некоторое равновесие. Кислород попал в атмосферу из моря, ведь первые многоклеточные растения на суше появились в конце ордовика и в силуре, то есть значительно позже. Кислород вышел из воды благодаря водорослям и цианобактериям, которые в зависимости от условий могли жить как на дне, так и в толще воды. Они могли то плавать в воде, то опускаться на дно, покрывая дно биопленками и более толстыми биоматами. Эти цианобактериальные маты и цианобактериальные пленки выделяли много кислорода. Этот кислород насыщал воду и уходил в атмосферу. Поэтому в атмосфере могло быть мало кислорода, а в таких кислородных оазисах – достаточно для существования активных животных. И, видимо, сначала они появлялись в этих оазисах, а потом более широко расселялись, когда кислорода в атмосфере становилось больше. Именно в кембрии жизнь стала бурно развиваться благодаря появлению обратных положительных связей между животными, растениями и сообществами различных организмов. Что же случилось в кембрии, на мой взгляд, самое главное? Те бактерии и мелкие одноклеточные животные, которые жили в верхней толще воды, не могли опускаться на дно из-за своих маленьких размеров.

Были слишком легкими?

Да, это так. Но дело не только в этом. В морях существует термоклин – это состояние, при котором верхняя часть воды нагревается, а температура с увеличением глубины меняется довольно быстро. И вот эта органика, которая близ поверхности развивалась, в результате не могла глубоко опускаться вниз, не могла преодолеть этот термоклин. И вдруг в кембрии появились фильтраторы, более крупные животные – первые членистоногие. Они стали фильтровать эту мелочь. Продукты их жизнедеятельности опускались на дно океана. Дно обогатилось этой органикой, и на ней стали развиваться уже донные, бентосные организмы.

То есть в докембрии таких животных не было?

В докембрии мы находим бентосных животных, но они все были приурочены к цианобактериальным матам и к мелководью, на которых они и жили. Следующий после кембрия период, немножко моложе – ордовикский период. С ним связана великая, как ее называют, ордовикская эволюционная радиация.

А эти ордовикские существа являются потомками кембрийских?

Да, тут уже вопросов нет. Они тоже отличаются по своему плану строения, но встраиваются в более общую классификацию тех кембрийских типов, которые мы знаем.

Как раз наоборот, их становится только больше. Мы знаем, что ордовикские существа являются потомками кембрийских животных. Хотя если мы возьмем какой-нибудь род или вид животных, то и внутри них может быть очень много переходных форм. Иногда даже трудно отличить один вид от другого. Между высшими таксонами (семейством, отрядом, классом) очень трудно найти переходные формы. Практически мы их и не находим, только предполагаем. Если вы посмотрите на те филогенетические древа, которые строят палеонтологи, то увидите линии, которые соединяются пунктиром внизу. Мы предполагаем по каким-то признакам, что одни ближе к другим, другие – к третьим, но переходных форм между ними в реальности палеонтологи не обнаруживают. Так что загадок хватает.

А человек? Понятно, от кого он произошел, или там тоже сплошные пунктирные линии?

С человеком пунктирных линий много, но здесь уже и генетический анализ, и эволюционная биология развития. Должен сказать, что у нас в Палеонтологическом институте детально человеком не занимаются. Поэтому ничего нового я вам тут не скажу.

Он вам неинтересен как вид?

По большому счету – да, он нам неинтересен, этим занимаются другие люди и другие учреждения. Хотя и палеонтологи находят иногда отдельные фрагменты – зубы древнейших людей и что-то еще, их тоже иногда описывают, но, в общем, человек – это не совсем наша специализация.

К солнечной радиации это не имеет никакого отношения. Эволюционная радиация – период, когда биоразнообразие резко увеличилось. Разнообразие родовое, видовое, число семейств увеличилось очень сильно, появились новые классы животных. Интересно, что после ордовика новые классы морских животных уже не появлялись, в то время как после кембрия не появлялись новые типы животных. Иначе говоря, уровень понижался, но разнообразие резко увеличивалось.

А точнее, выработался какой-то общий план строения, и этот план стал ограничивать возможность появления других планов строения в этих общих рамках. Но вместе с тем адаптивные признаки, наоборот, стали появляться с большей легкостью, и разнообразие при сохранении плана строения росло.

Для бентосных животных у меня выработалась теория возникновения обратных положительных связей между бентосным сообществом и твердым грунтом. Дело в том, что для осаждения на дно личинок многих животных – а большинство личинок плавающие – нужен особый грунт, какие-то твердые предметы. В докембрии большая часть грунта была илистой, и твердых предметов было очень мало. А этим личинкам нужно было осаждаться для дальнейшего развития, и для этого необходим был твердый объект на дне. Что получилось в ордовике?

Появились разные классы иглокожих. Вот, например, морские лилии, цистоидеи, их скелет состоял из огромного количества элементов, которые были пористые, легко разрушались, и от них после смерти появлялось большое количество кальцитового детрита. А на дне развивались цианобактериальные маты и пленки. И вот эти пленки улавливали мелкий кальцитовый детрит, скрепляли и цементировали его выделявшимся липким веществом – гликокаликсом. Таким образом, после отмирания цианобактериального мата появлялся твердый грунт, на котором селилось сообщество бентосных организмов с кальцитовым скелетом, а от них появлялось еще больше детрита. Вот такая обратная положительная связь: больше подходящего грунта – больше животных с кальцитовым скелетом, их жизнедеятельность оставляет еще больше детрита, и грунты резко меняются уже в ордовике. Не случайно именно в ордовике мы можем находить очень много известняков, причем известняков органогеннообломочных. Резко изменился грунт, и это привело к эволюционной радиации. А в конце ордовика было оледенение, а оледенения всегда связаны с тем, что часть воды из океана превращается в лед, и уровень океана падает. Тогда был большой ледниковый щит в Гондване – это современная Африка.

Да, мощное оледенение. Там сохранились следы этого оледенения, и мы их обнаруживаем. Тогда резко снизился уровень воды в океанах, и окраинные мелководные моря, которые больше всего подходят для жизни животных, стали очень узкими. Жизнь сразу пошла на глубину и на сушу. В силуре на этой суше стали развиваться растения, водоросли, которые были приурочены к мелководью, и из них возникли более сложно организованные растения.

А в море что получилось? Многие группы просто вымерли. Но потом ледник растаял, возникли новые обширные мелководные моря, и они уже заселялись потомками тех организмов, которые появились еще в ордовике, но были слабыми, а тут вдруг стали доминировать, и опять резко изменился состав морской биоты. Ну, а дальше было несколько критических периодов. Самое главное произошло на границе палеозоя и мезозоя – это границы перми и триаса, когда вымерло очень много групп животных, резко понизилось разнообразие. Но, начиная с триаса, все стало быстро восстанавливаться и появилась так называемая мезозойская фауна – и морская, и наземная. Но перед этим растения освоили сушу. Где-то в девоне это уже была довольно развитая растительность. Соответственно, стали выходить на сушу и другие животные и, прежде всего, четвероногие, которые появились в девоне.

Скорее нет, чем да. Человек – живучее существо, и главная опасность не в появлении каких-то других существ, которые человека изничтожат, а в том, что мы сами задохнемся в собственных отходах. Академик Заварзин, который был известным микробиологом и развивал особое направление – природоведческую микробиологию, ввел понятие «какосфера». От греческого «какос» – отходы. Это огромная проблема, и как ее решить, не совсем понятно, потому что человек все больше потребляет, а то, что он продуцирует, – это не только отходы его жизнедеятельности. Их как раз могут разлагать бактерии. А вот то, что его окружает, – техносфера и бесконечный пластик – не могут. Что с этим делать, непонятно. У нас в стране однобоко приняли западный образ жизни, и мы быстро научились делать красивые упаковки, которые уже давно были приняты на Западе, но не организовали того, как их перерабатывать. Или те же батарейки. Мы их используем активно, а вот попробуйте их просто сдать. Это целая проблема.

Ну, это уже из области фантастики. Конечно, палеонтология, как и астрономия, очень располагает к такой фантазии и таким размышлениям. Жизнь-то могла возникнуть, наверное, и на других планетах, и в том числе в других формах…

Да, она вполне могла прийти к нам из космоса. Но какая жизнь? Пока что мы находим только примитивные остатки этой жизни, но ведь у нас нет никаких следов разумных существ где-нибудь еще, доказательств существования жизни высокоразвитой, сравнимой с человеческой жизнью. Таких следов не находят ни астрономы, ни палеонтологи. Но иногда палеонтологи фантазируют на эту тему. Кстати, сейчас палеонтология очень активно связана с биологией развития. Биология развития занимается механизмами того, как из яйца возникает целый организм, какие там морфогенетические процессы идут. Биологов очень интересует, как менялись морфогенетические механизмы в течение геологического времени. А тут им приходится опираться на палеонтологию, поэтому спрос на палеонтологию именно как биологическую науку резко возрастает в настоящее время.

Возьмем клетку растения, животного, человека. В ней всегда много калия. А в жидкости вокруг клетки много натрия. И вот представьте, что появилась первая клетка на Земле. Следом стали появляться другие. Вы знаете из школьных учебников, что возникновение клетки возможно только из клетки: откуда же мог в ней взяться калий в большом количестве в то время, когда возникла первая клетка? Его же просто не было. Это означает, что первая клетка не могла появиться в натриевой среде, которая присуща морской воде. Или должно быть некое устройство, насос, который загнал бы в клетку калий. Это сложная молекулярная структура, которую из ничего сделать нельзя. Нужна мембрана. Как ее сделать? На заре возникновения жизни должна была существовать среда, похожая на внутриклеточную, в которой она могла бы зародиться, – калиевая. И это было не море, где преобладают соли натрия, а водоем с доминированием солей калия. Например, озеро, только не пресное. Если любую современную клетку поместить в пресную воду, она через несколько секунд разорвется. Вода направится туда, где концентрация солей выше, а давление больше, и это ее погубит.

Из растворенных там аминокислот, возникших в неорганической среде. Появляются нуклеиновые кислоты, первые белки. Все это развивается в калиевой среде. А потом, когда живая клетка уже сформировалась, самые «умные» из клеток начинают искать себе новые ареалы распространения. И тогда они идут в солоноватые воды, а у тех, которые еще больше «поумнели», появляется нечто вроде калиево-натриевого насоса, который выбрасывает натрий из клетки, и тогда она может адаптироваться к жизни в море. Она начинает там плавать, и появляются клетки, которые способны жить в морской воде. Это могло стать началом распространения живых существ. И вот прошли сотни миллионов, появились первые многоклеточные организмы – животные и растения, что позволило появиться специализированным клеткам, органам. Настал момент выбора, знакомый любой девушке или юноше – каким строить свое будущее. Нужно искать не то, что легче, а то, что труднее, то, что имеет перспективу, ведь именно там будущее. У многоклеточных существ есть клетки и внеклеточная жидкость, кровь, которая омывает каждую клетку. Что нужно для счастья? Чтобы вы хорошо думали, быстро бегали, чтобы не было отеков, мешков под глазами, чтобы кожа была гладкая и красивая. Среда, окружающая клетку, тоже должна быть чистой, там должно быть все, что нужно для жизнедеятельности клеток мозга, когда вы думаете, и клеток мышцы при движении. А для того чтобы была гармония у многоклеточных существ, необходима стабильная внутренняя среда. Растения решили потреблять влагу с микроэлементами из почвы и потом ее использовать для каждой клетки. А животные пошли своим, очень энергоемким путем. Они создали систему органов, которые пристально заботятся о постоянстве внутренней среды, крови. Одним из самых важных органов этой системы является почка. В школе учат, что это орган выделения. А на самом деле это орган, который очень много делает в организме. Через сосуды почки ежеминутно протекает четверть минутного объема крови, которое сердце выделяет в аорту. Это означает, что каждую минуту сердце человека выбрасывает около пяти литров крови, из них литр двести каждую минуту притекает и проходит через почки (больше тонны в сутки)! Через мозг почти столько же, хотя мозг в пять раз тяжелее почки.

Почка нужна для того, чтобы вода, когда вы ее пьете, не снижала осмотического давления крови ниже нормы, потому что иначе клетки будут лопаться. Почка нужна для того, чтобы в крови было столько солей каждого иона, сколько необходимо. Она выводит избыток этих ионов из организма. Почки вырабатывают гормон, который способствует правильному количеству эритроцитов в крови. Когда создали первую искусственную почку, оказалось, что пациенты жили дольше, но все же умирали через год-полтора после подключения к аппарату. Оказалось, создатели почки не знали, что в этом органе секретируется эритропоэтин. Это гормон, который влияет на костный мозг и поставляет в кровь эритроциты.

Экспериментально удалось установить, что же именно делает почка. Известен зеленый флуоресцентный белок, который используется в различных исследованиях. Он флюоресцирует, пока целый. Я подумал: если этот белок действительно всасывается из кишечника нерасщепленным, то попадет в почку, и она должна будет светиться зеленым светом, пока не расщепит его до аминокислот. Крысам вводили в желудок капельку этого зеленого светящегося белка, затем видели, как он движется по желудку, кишечнику, и вдруг через какое-то время почка начинала флуоресцировать, светиться зеленым, как изумруд. Завораживающее зрелище! Потом эта картина исчезала. Таким образом, было показано, как происходит процесс расщепления белка, попадающего с пищей или кровью в почку в виде аминокислоты. Считается, что съеденный белок находится в желудке, а в кишечнике расщепляется до аминокислот. В основном это так, но часть полипептидов, белков поступает из кишки в кровь. Белки, которые всосались в кишке, непрерывно поступают в почку, там они расщепляются до аминокислоты, всасываются и возвращаются в кровь в виде аминокислот. Таким образом, почка является органом преобразования белков, липидов и углеводов. В условиях голодания в почке образуется до половины глюкозы из органических кислот, и новая глюкоза поступает в кровь.

Когда человек находится на Земле, где нормальная сила тяжести, кровь оттекает к ногам, и все работает нормально. В космосе сила тяжести исчезает, происходит перераспределение крови, и почки сбрасывают кажущийся избыток жидкости. По возвращении на Землю кровь опять перераспределяется, и мозг и сердце получают меньше крови. Организм от этого страдает. Как задержать в организме жидкость до посадки, чтобы она не выделялась? Нужно дать немного поваренной соли, которая, как известно, задерживает жидкость в организме.

Венера окутана плотной атмосферой, за которой, как раньше думали, могли бы скрываться океаны жидкой воды. СССР запустил несколько космических аппаратов серии «Венера», первые из них обладали запасом плавучести, а последние были способны сохранять работоспособность при температуре свыше 450 °C и давлении свыше 90 атмосфер. Благодаря им удалось узнать совершенно необычные свойства атмосферы Венеры, температура на поверхности которой достигает почти 500 °C, а давление почти 100 атмосфер, понять причины того, почему на соседней планете сформировался тепловой режим, совершенно непохожий на Землю. Удалось изучить динамику атмосферы Венеры, впервые провести измерения структуры и состава ее совершенно экзотических облаков, состоящих из капелек серной кислоты. Для человека, живущего на Земле, это все непривычно, но такой необычностью, экзотичностью и притягателен космос. Наше счастье, что природа отвела нашей планете место в Солнечной системе, где возможны благоприятные климатические условия.

Хорошо, что мы не на Венере живем!

И не на Марсе тоже. Там другая противоположность. Средняя температура –50 °C, разреженная углекислая атмосфера, жесткое ультрафиолетовое излучение на поверхности, мощнейшие глобальные пылевые бури. А наша планета поистине уникальна. С началом космических исследований возникло новое направление – сравнительная планетология, задача которой – понять, что выделило Землю среди соседних планет и обеспечило такие комфортные для жизни условия. Трудно даже себе представить условия на горячей поверхности Венеры, цветные панорамы которой были переданы с наших посадочных аппаратов – раскаленная пустыня со сложным рельефом. Передаче панорам предшествовали первые в мире уникальные измерения освещенности в атмосфере и на поверхности Венеры, которые также проводились при моем участии. Ну и конечно, все это стало возможным благодаря тому, что аппараты могли выживать и работать в этих чудовищных условиях окружающей среды на поверхности Венеры в течение почти двух часов.

Из примерно пяти-шести тысяч экзопланет, которые к настоящему времени открыты, можно выделить несколько десятков, находящихся в благоприятных климатических зонах в окрестности родительской звезды. Условно такие зоны называют «зонами обитания». Почему условно? Потому что даже пригодная для возникновения жизни среда, включая умеренные температуры, наличие атмосферы, воды на поверхности, еще далека от того, чтобы предполагать там возможность появления живых существ. Проблема возникновения жизни несравненно сложнее, и мы пока еще далеки от понимания ключевых механизмов ее зарождения. Помимо ряда необходимых условий, нужен еще очень серьезный фактор, своего рода триггер, «механизм запуска». Конечно, открытие экзопланет, число которых во Вселенной сопоставимо с громадным числом звезд, внушает определенные надежды, исходя даже просто из вероятностных соображений, несмотря на то, что конфигурация, или архитектура известных экзопланетных систем, сильно отличается от нашей Солнечной системы. Но обнаружить признаки жизни на таких небесных телах существующими методами пока невозможно…

Мы говорим лишь о примитивных формах жизни, обнаружение которых в космосе было бы настоящим триумфом науки. Если же говорить о разумной жизни, которая несравненно сложнее, то для ее возникновения существует масса дополнительных ограничений, связанных с процессами эволюции. Мы не знаем пока даже того, что становится тем спусковым крючком, который запускает процессы метаболизма, репликации и всего того, что создает феномен жизни.

Я далек от теологии. Речь идет, в частности, о процессах самоорганизации в природе. С ними, как я уже говорил, связано возникновение островков упорядоченности, а применительно к биологическим системам, гомеостаза. Вслед за этим начинаются эволюционные процессы непрерывного, последовательного усложнения, в результате чего и работает «машина», которая характеризует функционирование живой клетки. Но как она работает и что ее запускает – мы пока не знаем.

Несмотря на все наши несомненные успехи, тайн и загадок, конечно, больше. Вселенная – вообще весьма странная особа. Если бы мы не знали экспериментально наблюдаемых фактов и начали умозрительно придумывать, как должна быть устроена Вселенная, сидя в башне из слоновой кости, то мы бы совсем другую Вселенную придумали. Реальная Вселенная сильно отличается от того, что представил бы теоретик.

Да, удивительного немало. Например, тот факт, что темп расширения Вселенной растет, но очень медленно. Плотность темной энергии, которая заставляет ускоренно расширяться Вселенную, чрезвычайно маленькая. Именно из-за этого темп расширения растет очень медленно. Это странно, потому что в природе есть разного рода взаимодействия: сильные, слабые, электромагнитные, гравитационные – и они характеризуются своими масштабами энергии. Так вот, масштаб энергии, который характерен для темной энергии – он безумно, необъяснимо маленький. На много порядков меньше, чем все остальные масштабы энергии, которые мы имеем в природе. Это непонятный нам факт. Это необъяснимо. Это столь маленькое число, которое непонятно откуда взять. Из каких принципов оно могло бы появиться? Это называется проблемой космологической постоянной. Она существует давным-давно, буквально с того момента, как было обнаружено ускоренное расширение Вселенной. Люди на эту тему думают, пытаются придумать механизмы, как могло случиться, что такое маленькое число в природе образовалось. Но пока ничего не придумали.

Удивительно ведет себя Вселенная

Еще одна удивительная вещь – то, что масса обычного, или барионного, вещества и масса темной материи не сильно отличаются. Барионная часть меньше, чем темная материя, но всего-навсего в пять раз. Думается, что барионная материя и темная материя – это все реликты, или образования очень ранних эпох. Это свидетели ранней эволюции Вселенной. При этом механизмы образования темной материи и барионного вещества совершенно разные. Значит, в ранней Вселенной были совершенно разные причины, по которым появилась темная материя и барионное вещество. Казалось бы, эти две фракции должны иметь совершенно разные плотности массы. Тем не менее разница небольшая. Совершенно странное, необъяснимое явление. Отличие могло бы быть на 10 порядков или на сто. Никаких правдоподобных объяснений этому факту у нас нет.

Есть предположения о существовании темного мира, где живут темные человечки. Но мне кажется, вряд ли это возможно. Для того чтобы объяснить темную материю, не обязательно иметь темную химию или темную физику. Это, на мой взгляд, слишком сложно. Есть такой методологический принцип – бритва Оккама, гласящий, что «не надо множить сущее без необходимости». То есть не надо перебарщивать с введением новых сущностей. Это тот самый случай. Когда вы пытаетесь что-то объяснить, не надо искать очень сложное объяснение. Надо искать простые объяснения. Чем проще – тем лучше. Обычно они и оказываются самыми верными.

Существуют теоретические аргументы, говорящие о том, что мы находимся в такой области значений параметров – констант связи, масс частиц и так далее, – что стоит их чуть-чуть изменить – и все исчезнет. Нас не будет. А при существующих значениях вероятность образования жизни очень мала. Соответственно, для возникновения жизни должно сойтись множество факторов, но кто знает, не сошлись ли они где-то еще? Было бы, конечно, очень интересно обнаружить сигналы от других цивилизаций. Но их не обнаруживают. Может быть, потому, что они очень далеко или в параллельных вселенных, но это ведь не проверишь.

Маловероятно. Нельзя исключать, что можно создать реальный мир виртуально. Но странно представить, что вещи вокруг: стол, компьютер, шкаф, доска – это все существует только у нас в голове. Это не соответствует здравому смыслу и слишком похоже на фантастический сюжет.

Думаю, что нет. Потому что процесс познания бесконечный. Чем мы ближе к цели, тем она дальше. Это закон удаляющегося горизонта. Чем больше мы узнаем, тем больше мы не понимаем. И тем больше нам хочется узнать. Но этот процесс сейчас замедляется. В физике элементарных частиц этот процесс по объективным причинам становится все медленней, потому что каждый день ускоритель размером 30 километров не построишь. Задачи становятся сложнее. Инструменты, которыми их надо решать, становятся все более сложными и дорогими. Они требуют очень больших усилий для того, чтобы их создать. Сейчас в ЦЕРНе, да и вообще в Европе, идут обсуждения стратегии на будущие годы. Речь о том, что Большой адронный коллайдер будет работать до 2035 года, а следующая машина хорошо, если будет к 2040 году сделана. Обсуждается горизонт планирования на 70 лет. Так устроена физика элементарных частиц в наше время. Будут все время возникать новые вопросы, будут новые прорывы, но процесс этот будет замедляться.

Больше всего хочется ответить на вопрос – как началась Вселенная. Узнать, какова ее самая ранняя эволюция. Узнаем ли мы когда-нибудь все? Наверное, этого и не должно быть. Ведь тогда наступит конец интереса, конец познания, а значит, и конец человечества. Бесконечность интригует куда больше.

В первую очередь, конечно же, это метеориты. Хороши они тем, что обеспечивают нам познание истории Солнечной системы.

Это очень интересный вопрос. Владимир Иванович Вернадский, который основал науку метеоритику, считал, что метеориты – это галактические странники. Но, к сожалению, это не так. Гипотеза Вернадского не подтвердилась. Сейчас известно, что метеориты в основном приходят к нам из пояса астероидов, находящегося между Марсом и Юпитером. Существует фантастическая идея, что это остатки не образовавшейся из-за гравитационных воздействий планеты Фаэтон, хотя, как показывают расчетные модели, это не так. Тем не менее все это осталось в космосе примерно 4,5 миллиарда лет назад. Для нас это, конечно, ценное свидетельство об условиях рождения Солнечной системы. Состав хондритовых метеоритов, что очень интересно, в общем не отличается от состава Солнца. У нашего светила есть внешняя оболочка, фотосфера, состав которой мы хорошо знаем из спектроскопических наблюдений, она не изменялась с момента образования этой звезды. Оказывается, примитивные метеориты соответствуют фотосфере Солнца. Из него все мы образовались.

Возможно, это так, хотя и не совсем. Все достаточно тяжелые атомы (за исключением водорода и некоторых легких элементов) на нашей Земле созданы в звездах. Так что можно утверждать, что мы созданы из звездной пыли. Наше Солнце – это звезда примерно 3-го поколения, в рождении которой участвовали также и сверхновые. В свое время это позволило создать как атомную бомбу, прекратившую глобальные войны, так и емкий источник достаточно чистой энергии. Вообще, изучение метеоритов напоминает работу криминалиста. Возясь в разных деталях, мы постепенно расшифровываем всю историю возникновения данной породы, восстанавливаем историю возникновения Солнечной системы, Земли и планет. Исследования метеоритов дают нам в этом смысле очень много. Мы до сих пор не знаем точно, каков был строительный материал Земли, но догадываемся, что это были так называемые энстатитовые хондриты. Это означает, что они образовались в очень восстановленных условиях. Мы знаем, что Земля не могла образоваться из углистых хондритов – тех, которые образовались изначально из протопланетного облака, когда возникло наше Солнце. В первые моменты своего существования вокруг него носился диск пыли, из которого и сформировались эти изначальные примитивные углистые хондриты. Их вещество до сих пор не менялось, и мы можем расшифровывать, какие тогда были парциальные давления газов, какие существовали окислительно-восстановительные процессы и могла ли там возникнуть органика.

Уголь у нас есть, но Земли из него не получается. Моделируя формирование Земли из углистых хондритов, мы должны получить планету, где содержится значительно больше железа и с весьма массивной атмосферой (типа Венеры, а то и гораздо хуже). Другое дело энстатитовые хондриты, хотя они весьма редки и составляют всего около двух процентов от всех упавших на Землю метеоритов.

Есть еще гипотеза гетерогенной аккреции, согласно которой приращение массы нашей планеты происходило путем слипания материала разного состава – сначала железно-никелевого ядра, а потом силикатной оболочки, хотя изотопные данные свидетельствуют и против этого. C другой стороны, я был рецензентом статьи академика А.А. Маракушева, на которую дал отрицательный отзыв. Там утверждалось, что планета типа Юпитера образовалось вблизи Солнца. С моей точки зрения, тогда образование газового гиганта в горячей области казалось невероятным. Сейчас найдены газовые гиганты среди экзопланет, которые вращаются вблизи звезд.

Какая гипотеза лично вам кажется наиболее убедительной?

Я по-прежнему считаю это загадкой.

То есть годами изучаете метеориты, а из чего образовалась Земля, так и не знаете?

В этом смысл науки. Множество наших предположений оказываются ошибочными. Но остальное – это истина, ради которой мы и работаем.

Оно не такое уж разнообразное. В основном на нас падают хондриты, их выпадает примерно 50 тонн в год. Это очень мало. 50 тонн – это железнодорожный вагон. В основном это мелкие метеориты. Последний крупный случай – Челябинский метеорит, имевший около 20 метров в диаметре и массу около 700 килограммов. При этом я уверен, что около двух тонн до сих пор где-то валяется. Это случилось в 2013 году, а значит, что по закону статистики нам следует ждать прилета крупного метеорита лет через пять-шесть. Последнее падение случилось в Озерках Липецкой области в 2018 году.

А там метеорит куда упал? Тоже в озеро?

Там была очень смешная история. Метеорит упал на сельскохозяйственные поля, засеянные соей. Хозяин разрешил нам там ходить, только просил не топтать грядки. Но потом набежала масса любителей, вытоптавших ему все посевы. Он был в ужасе.

Но метеорит вы нашли? Чем он интересен?

Да, я нашел его сам. Интересен сам факт падения. По падению мы можем узнать его возраст – как долго он болтался в Солнечной системе. Оказалось, что это происходило в течение 12 миллионов лет, прежде чем упасть на Землю. Эти обломки вращаются по эллиптической орбите вокруг Солнца, и иногда их орбита пересекается с земной. Тогда они могут выпадать на Землю. Но сам метеорит ничего особенного собой не представляет.

Удавалось ли обнаружить что-то особенное?

Я занимался одними из крупнейших массовых вымираний – мелпалеогеновыми вымираниями, исследовал тонкий слой, который связан с глобальной катастрофой, произошедшей 65,5 миллиона лет назад. Мы обнаружили в этом слое космогенное вещество и, самое главное, ударно-метаморфизованный кварц. Что это такое? Под воздействием ударной волны кварц, очень чувствительный минерал, дает структурные нарушения. Такие элементы никогда нигде не встречаются, кроме как при ударном преобразовании вещества, при давлениях в ударной волне, превышающих 100 тысяч атмосфер. Это одно из редких утверждений среди специалистов, которому можно верить. В результате этого события на нашей планете вымерли все динозавры, а также масса других животных. Тогда возникла идея, что это были множественные выпадения астероидов. В частности, был датирован Болтышский (Украина), относительно небольшой метеоритный кратер (всего примерно 20 километров в диаметре), возрастом 65,5 миллиона лет.

Железные, железно-каменные, ахондриты, палласиты. Палласиты представляют собой железно-никелевую матрицу с вкраплениями кристаллов минерала оливина. Названы в честь академика П. С. Палласа, описавшего его как самородное железо. Палласиты встречаются редко и интересны тем, что, вероятно, представляют собой ядра астероидов. Изучая такие метеориты, мы можем узнать, как возникли эти астероиды, являются ли они продуктами ударных столкновений либо дифференциации. Железные метеориты и ахондриты несут нам информацию о процессах возникновения и становления астероидов. Это очень важный и интересный вопрос.

Сейчас существует целое научное направление – бактериальная палеонтология, которая пытается находить следы внеземного вещества на метеоритах и кометах. Удавалось ли вам обнаружить какие-то следы окаменевшей органики на изучаемых метеоритах?

Академик Алексей Юрьевич Розанов, научный руководитель ПИН РАН, говорит, что находит. Мне же никогда ничего подобного видеть не доводилось. У нас в лаборатории есть специалисты высочайшего класса, которые на хорошем микроскопическом оборудовании изучают вещество метеоритов, но никогда нам признаки органики не встречались. Морфология проявления жизни очень специфична, ее ни с чем другим спутать нельзя.

Академик Розанов уверен, что жизнь прилетела к нам из космоса. Бывший научный руководитель вашего института академик Э.П. Галимов был уверен, что она зародилась в недрах Голубой планеты. У него на сей счет есть стройные гипотезы. А какой точки зрения придерживаетесь вы?

Я считаю верной гипотезу панспермии. Само образование Вселенной в результате Большого взрыва подразумевает зарождение и распространение жизни.

На чем основано это утверждение?

Это вера. Я верю, что все химические и физические процессы формирования мира имели в своей основе идею образования жизни.

Не только на Земле?

Конечно. Раньше думали, что Солнце обращается вокруг Земли. Потом оказалось, что это Земля вращается вокруг Солнца. Затем стали наблюдать другие звезды, но считали, что планет у них нет. Но вот выяснилось, что планет существует множество, в том числе и землеподобных. Это вопрос времени и научного развития. Жизнь разлита по Вселенной, и я уверен, что когда-нибудь это подтвердится.

Но на метеоритах ведь жизнь не обнаруживалась. Может быть, надо искать ее на ледяных кометах, где у органики больше шансов сохраниться? Но вот комет у человека в руках не бывало.

Это не так. Во-первых, к кометам отправлялись космические миссии. Во-вторых, еще одним предметом наших исследований является космическая пыль, которая, как и метеориты, также выпадает из космоса, причем в значительно больших количествах. Ее собирают во льдах Антарктиды, Гренландии, Новой Земли и других ледниках. Чем она интересна? Она коренным образом отличается по составу от потока метеоритов. 90 % в ее составе – углистые хондриты, близкие, но отличающиеся от метеоритных по типу. Тут, как говорится, теряя в одном, мы находим в другом. Чем хороши метеориты? Это камни довольно больших размеров. Мы можем их распилить и подвергнуть анализу. Космическая пыль – это частички размером 1–2 миллиметра максимум. Распилить их сложнее, хотя наша техника позволяет и это. Но все дело в том, что поток космической пыли – это пылесборник. Если, например, вы возьмете пыль из этой комнаты, то сможете установить, куда, где, когда я ходил, что делал и откуда сюда это принес, то есть восстановить всю историю моего путешествия и обстоятельства того, как, когда оно началось и где кончилось.

Вещество Солнечной системы обладает определенным изотопным составом. Он измерен, и получается, что космическая пыль в массе своей тоже родом из Солнечной системы.

Это маловероятно. Я считаю, что космическая пыль может прилетать не только из Солнечной системы. При этом надо понимать, что поймать частицу, прилетевшую из внесолнечного пространства, на лету невозможно. Гиперболическая скорость, с которой такие тела входят в земную атмосферу, должны быть не менее 72 километров в секунду. Я в свое время работал с пушечниками, и у нас считалось достижением, если снаряд вылетал со скоростью 3 километра в секунду. А тут 72. Огромная скорость. А некоторые специалисты сумели зафиксировать пролет таких частиц со скоростью около 300 километров в секунду. И это, по всей видимости, галактическая космическая пыль, но поймать и исследовать такие частицы пока никто не смог, поэтому их состава мы не знаем.

В том-то и дело, что связано напрямую. У нас есть два основных источника космической пыли: астероиды, пояс Койпера и облако Оорта. Пояс Койпера – это скопление ледяных объектов на краю Солнечной системы. Они отдалены от светила настолько, что температура на их поверхности не поднимается выше –6 градусов Цельсия. Облако Оорта – это сферическое образование, которое объединяет долгопериодические кометы. Поэтому, скорее всего, космическая пыль – это и есть то самое кометное вещество, которое может дать нам многие ответы, в том числе, на вопросы происхождения и распространения жизни по Солнечной системе и дальше. Хотя многие ученые считают, что космическая пыль не имеет отношения к кометному веществу, а прилетела из пояса астероидов. Скорее всего, правы обе стороны. Часть космической пыли прилетает из пояса астероидов, но часть – это кометное вещество. Иначе говоря, мы имеем в наших коллекциях твердое вещество комет, хотя и не уделяем этому достаточного внимания.

Как я понимаю, как раз сейчас в вашем микроскопе находится космическая пыль. Почему вы считаете, что это кометное вещество?

Она отличается в фазовом составе, она другая по строению, чем вещество из астероидов. Скорее всего, какая-то часть пыли все-таки является астероидальным веществом, и мы сможем отделить его, сравнив с метеоритным веществом. А другая часть может оказаться носителем совсем не известного нам вещества, скажем, со спутников Юпитера или Сатурна. Такие исследования у нас тоже ведутся.

Сейчас есть большие надежды, связанные с тем, что на спутниках планет-гигантов в подледных озерах может существовать жизнь. Может ли она таиться и в космической пыли, которую вы сейчас рассматриваете?

Вряд ли. Дело в том, что эти частицы подвергаются жесткому космическому излучению, и никакая органика там уцелеть не может.

Опять мы возвращаемся к гипотезе панспермии. Каким же образом тогда мы можем предполагать, что жизнь прилетела к нам из космоса?

Если это, например, километровое космическое тело, то в его ядре вполне может содержаться органика. Но примитивная жизнь, каким-то образом попавшая на Землю, – это еще полдела. Как она смогла развиться во всем ее разнообразии – отдельный и не менее сложный вопрос.

Какая еще важная информация вам открылась?

В лаборатории ведутся работы по проблемам возникновения самых первых частиц, образовавшихся в Солнечной системе. Они несут информацию о самых ранних стадиях образования твердого вещества, а также об истории формирования астероидов. Это процессы, в результате которых возникло все многообразие внеземного вещества и лунного грунта – немого свидетеля самых первых этапов формирования Земли. Это широчайший круг задач. Кстати, наша лаборатория курирует коллекцию метеоритов Российской академии наук, поддерживает ее в порядке и ежегодно пополняет новыми метеоритами и образцами. Это старейшая в мире коллекция, которая является культурным достоянием России.

Фундаментальная наука бесценна. Зачем, например, нам знать, что Земля обращается вокруг Солнца? При навигации это бесполезная информация. Зачем нам знание того, как устроена Солнечная система? А что находится дальше, за ней? А еще дальше? Откуда мы, зачем пришли на Землю? Это все вопросы, от которых человечество избавиться не сможет, и ответы на них будет искать всегда. Все это и делает нас людьми.

Могут ли эти знания каким-то образом повлиять на представления о том, что нас ждет в будущем? Можем ли мы, например, научиться предсказывать космические катастрофы и предотвращать их?

Да, это важная часть научного знания, которая всегда приносит практические плоды. Мы можем установить спутниковое наблюдение, создать глобальную сеть спутников, с помощью которой будет проводиться мониторинг возможных космических опасностей.

Однако предотвратить глобальную катастрофу, вроде той, что привела к исчезновению динозавров, будет непросто. Сможет ли человечество преодолеть эту ситуацию, как ее не преодолели динозавры? Не знаю. Шансов мало, учитывая то, как безалаберно ведет себя человечество сейчас.

Вот вы спрашиваете – зачем нам все это изучать? Если не изучать, не задаваться этими вопросами, не финансировать научные исследования, то мы, конечно, не выживем. Жизнь в любом случае уцелеет. Солнце еще будет светить 4,5 млрд лет. Но останемся ли под этим солнцем мы или вымрем, как динозавры, – большой вопрос. Время подумать у нас еще есть. Но тянуть я бы не советовал.

Разброс мнений огромен, и каждое имеет свою аргументацию.

Чья позиция показалась тебе наиболее убедительной? А может, у тебя есть свои гипотезы? Было бы интересно о них узнать. Может быть, твоя точка зрения окажется решающей в этом споре. Кто знает? Почему бы и нет!

Как видишь, многие ученые придерживаются теории панспермии, согласно которой наши далекие предки прибыли на Землю из далекого уголка Вселенной. Сейчас мы живем на своей планете, не подозревая, что каждый день на наши головы что-то летит из космоса. Зачастую мы этого даже не замечаем. Например, знаешь ли ты, что каждую секунду через нас проходят миллиарды космических частиц нейтрино? В «Солярисе» такие сущности, сплошь состоящие из нейтрино, даже могли появляться и какое-то время жить рядом с людьми, изрядно действуя им на нервы. Хотя на самом деле нейтрино – частицы со столь слабыми взаимодействиями, что вряд ли можно себе вообразить условия, когда они образовали бы какое-либо материальное тело. А уж тем более – целую живую женщину, которая являлась главному герою романа Крису Кельвину.

Тем не менее космические частицы летят к нам из космоса в громадном количестве. А еще на нас тоннами обрушивается космическая пыль, совсем не такая, как пыль у тебя под кроватью. Не говоря уж о разнообразных метеоритах и кометах, которые тоже падают на земную поверхность, и не так редко, как мы думаем. Многие ученые даже считают, что это представляет нешуточную опасность для нашей планеты и для нас с вами, живущих на ней. Конечно, мы защищены нашей прекрасной атмосферой, которая, как щит, отражает удары многих космических тел. Однако не от всего она может нас защитить. Все это означает, что мы живем не только на Земле, но и в космосе. Он совсем рядом и сильно влияет на нашу жизнь. Какие именно космические опасности нам грозят? О чем рассказывают космические странники, попадающие на земную поверхность? Почему важно их изучать? Почему вымерли динозавры? О чем может поведать обычный болотный торф? Каким образом метеориты влияют на судьбы человечества? Есть ли угроза нынешней цивилизации, и где она может крыться? Что нужно делать, чтобы защитить себя от возможных неприятностей?

Много лет назад мы начали изучать ископаемую космическую пыль, которая сыплется из космоса постоянно – порядка ста тонн в день. Она попадает во все планшеты, существующие в природе. В том числе в антарктические льды, глину и торф. Особенность моего исследования заключалась в том, что я изучал глину не целиком, как делали обычно большинство ученых, а разрезал ее на несколько тонких слоев и выяснил, что только самый верхний слой содержит какие-то очень интересные, необычные частицы. Когда стали разбираться, что это за частицы, выяснилось, что они характерны для импактного события, то есть для столкновения Земли с крупным астероидом.

Известно около 3000 научных работ, говорящих о том, что катастрофа имела вулканическую природу, и примерно столько же работ в пользу импактного события. Как часто случается в науке, происходит борьба мнений, причем каждая из сторон имеет серьезные доводы. Мы же показали, что правы обе стороны! Импактная катастрофа действительно была, но потом, после вулканической, а началом массового вымирания динозавров послужил все-таки вулканизм. Динозавры, по всей видимости, вымерли не сразу. Они начали погибать в тот момент, когда стали происходить вулканические извержения, потому что тогда огромное количество мышьяка попало в биоту. Есть версия, что именно мышьяк стал причиной их гибели. Похоже на то, что вымирание динозавров было, судя по всему, процессом длительным, протяженностью не менее двух тысяч лет, и в конце этого периода произошел импакт. Так что столкновение с астероидом их просто добило.

Массовых вымираний в истории Земли известно пять. Самое молодое произошло 12–15 тысяч лет назад. Я предположил, что такие относительно недавние катастрофы можно регистрировать в торфе, и предложил магнитные и физико-химические исследования, чтобы диагностировать торфяные разрезы. В результате мы изучили несколько торфяных разрезов как в Центральной России, так и на севере – в Вологодской, а также в Кемеровской области и в Прибайкалье. Работа эта была междисциплинарная. Например, томские исследователи занимались флорой и фауной и не имели отношения ни к вулканам, ни к импактам, но объект исследования был один и тот же – торфяники. Наше исследование позволило «зацепить» катастрофу, которая произошла, по нашим датировкам, где-то пять тысяч лет назад, и привела к смене биоценозов. Это означает, что изменилась растительность в районе торфяника: скажем, росли елки, а стали расти березы.

Тунгусское космическое тело тоже упало в районе торфяных болот, и тысячи людей на протяжении десятков лет копались в этом материале. Годами, десятилетиями энтузиасты отбирали квадрат за квадратом в районе Тунгуски. При этом, чтобы не тащить с собой горы торфа, сжигали их на месте и с собой для анализа везли уже золу.

Однако при этом они находили не частицы Тунгусского космического тела, а продукты сгорания торфа. Впоследствии сжигать торф перестали, и ко мне попал разрез торфяника, отобранного экспедицией Виталия Ромейко в 2017 году. Из торфа были выделены частицы индикаторы импакта, и я показал, что, вероятно, это была комета. Существует множество версий, пытающихся пролить свет на тунгусскую загадку. Я считаю, что это была не просто ледяная комета, а, скорее всего, сгусток космической пыли. Эта версия, кстати, была высказана еще академиком В.И. Вернадским.

Следующее наше исследование было посвящено Учурскому космическому телу. Это падение современное, 1993 года. Место глухое, район Охотского моря. Мои новосибирские коллеги, узнавшие о том, что я могу диагностировать по небольшому количеству вещества какое-то событие, в 2016–2017 годах сумели пробиться на место падения или пролета космического тела и получили оттуда объекты. Отобрали торф, мох по трассе пролета и вне ее, чтобы сопоставить эти образцы. Оказалось, что некоторые частицы, которые являются индикаторами импактного события, очень похожи. Три космических события: Тунгусское, Учурское космическое тело и событие пять тысяч лет назад – близнецы-братья.

Исследования космической пыли очень важны. Например, занимаясь изучением осадков из неандертальской пещеры в районе Нальчика, ученые выяснили, что космическая пыль там тоже присутствует. Археологам важна климатическая составляющая, и задача геофизиков здесь заключалась в том, чтобы показать, как менялся климат, как изменялись минералы.

Удалось показать, что был теплый период, и тогда неандертальцы приходили в эту пещеру, а был холодный, и тогда они уходили. Оказалось также, что в некоторых слоях космическая пыль видна очень хорошо. Очевидно, в это время там был ледник, куда ничего, кроме космической пыли, не попадало. Ее концентрация там исключительно высока. Благодаря тому, что поток космической пыли примерно одинаков, она, как говорят ученые, является стратиграфическим репером.

Получается, что исследования космической пыли могут многое рассказать и об истории нашей планеты, и о нас самих. Например, именно космическая пыль поведала исследователям, что 12 800 лет назад произошло событие, которое привело к тому, что на территории нынешней Америки образовалось большое количество эллипсовидных образований. Они называются «заливы Каролины». Природа этих образований до сих пор неясна. Однако ученые считают, что это была очень большая комета, которая полностью уничтожила существовавшую там цивилизацию.

Долгое время считалось, что цунами – гигантские волны с большой разрушительной силой – имеют вполне земное происхождение. Однако в качестве потенциального источника цунами всегда рассматривались и падения в океан крупных небесных тел, метеоритов или комет. Наша лаборатория начала такой поиск еще 30 лет назад, но никаких мало-мальски подозрительных событий тогда не обнаружилось. Мы были несколько разочарованы, но продолжили заниматься этой тематикой и вскоре поняли, что тому было две главные причины. Первая: интервал инструментальных наблюдений цунами – последние 120 лет – слишком короткий по космическим меркам. Все-таки средний период повторяемости событий космогенного характера значительно длиннее – это сотни и тысячи лет.

Вторая: для того чтобы вызвать ощутимое цунами, наблюдаемое на больших расстояниях, небесное тело должно быть очень крупным, сопоставимым по размеру с глубиной океана. Такие падения, к счастью для всех нас, происходят чрезвычайно редко. Однако при падении на сушу, как мы видели на примере Челябинского метеорита, даже небольшие космические тела, размером 10–15 метров, могут натворить немало бед.

Космос, несмотря на свою громадность, непостижимую обыденным человеческим сознанием, отнюдь не пустой. Даже в ближайших окрестностях нашей Солнечной системы, помимо Солнца, планет и их спутников, находится огромное количество других космических объектов самого разного состава и размера, начиная от микронных частиц космической пыли до крупных астероидов и гигантских ледяных комет. И все эти тела взаимодействуют друг с другом через гравитационное поле, а иногда и непосредственно, путем прямых столкновений. Время от времени на Землю падают крупные камешки, которые взрываются на высотах 15–20 километров, образуя яркие вспышки, заметные даже на дневном небе, при этом ударная волна может достигать поверхности Земли. Последний известный пример такого события – это падение Челябинского метеорита 15 февраля 2013 года, тротиловый эквивалент взрыва которого оценивается величиной в 450–500 килотонн.

Чуть меньшее по размерам космическое тело столкнулось с Землей всего пять лет спустя, в декабре 2018 года, и взорвалось над западной частью Берингова моря с тротиловым эквивалентом 170 килотонн. В силу отсутствия населения в этом районе очевидцев взрыва не было, и специалистам о нем стало известно только спустя три месяца, когда НАСА опубликовало сведения о регистрации вспышки в атмосфере, полученные дистанционными средствами наблюдения за пусками ракет.

Считается, что ни один метеорит еще никого не убил. Это не так. Во многих исторических документах содержатся сведения о разрушениях, пожарах и даже гибели людей в результате событий, связанных с необычными небесными явлениями. Например, в китайских хрониках говорится о метеоритном дожде, выпавшем в 1490 году в провинции Шаанхи, от которого погибло более 10 тысяч человек.

Документально зафиксированный случай гибели человека от метеорита произошел совсем недавно, в феврале 2016 года, в индийском штате Тамилнад, где возвращавшийся домой водитель автобуса был убит небольшим метеоритом, оставившим на земле метровую воронку. Еще три человека при этом получили ранения.

Как об этом можно узнать?

Существует Импактная база данных, поддерживаемая Планетарным и космическим центром университета Нового Брунсвика в Канаде. На данный момент она содержит сведения о 190 доказанных импактных структурах. Но, например, Тунгусского события 1908 года там нет, поскольку после него не осталось никакого кратера. На самом же деле таких подозрительных кольцевых структур на Земле гораздо больше. На данный момент в базе российских исследователей содержится 1190 структур и импактных событий разной степени достоверности.

А если поставить вопрос иначе: не является ли нынешний геологический облик нашей планеты таким, какой он есть, именно благодаря космическим катастрофам? Большинство геологов признает наличие крупных катастроф в геологической истории Земли, но считает этот процесс отнюдь не определяющим.

Существует и другая точка зрения: фактически вся геохронологическая шкала отражает историю катастрофических столкновений Земли с крупными космическими телами и кометными ливнями. То есть катастрофы сыграли в нашей жизни огромную роль! Смена геологических периодов почти всегда происходила вследствие интенсивной бомбардировки Земли либо крупными астероидами, либо галактическими кометами. Сейчас одна из самых острых загадок – что случилось на рубеже так называемого голоцена, 12 800 лет тому назад, когда процесс постепенного потепления климата внезапно сменился резким похолоданием, продлившимся почти 900 лет? Именно в этот период исчезла вся мега-фауна Северной Евразии, в первую очередь мамонты и шерстистые носороги.

Возможный ответ дала книга американских исследователей Р. Фэйрстоуна, А. Уэста и С. Смита «Цикл космических катастроф», в которой выдвигалась гипотеза кометного удара по ледниковому щиту, закрывавшему в тот период Гренландию и большую часть Канады. Этот космический удар привел к коренной перестройке всей климатической системы Северного полушария. На территории Северной Америки тогда погибли все млекопитающие весом более 40 килограммов, и вместе с ними закончилась история так называемой культуры Кловис.

Далеко не всем ученым эта гипотеза понравилась. Начались ожесточенные споры. Но со временем оказалось, что следы этого удара запечатлены в ледниковых колонках, морских и озерных осадках, в торфяниках и отложениях пещер. Сейчас эту гипотезу почти все признают верной. Есть в истории нашей планеты и другие крупные события, по всей видимости, имеющие космогенную природу. Первое из них – это Великий потоп, который, скорее всего, не библейский миф, известный из Книги Бытия, а вполне реальное событие недавней геологической истории, случившееся примерно 4350 лет тому назад.

Великий потоп оставил след не только в библейских текстах, шумерских легендах и сказании о Гильгамеше, древнеиндийском эпосе «Махабхарата», но и в мифологии буквально всех народов мира, устные предания которых документально зафиксированы, переведены на европейские языки и доступны для изучения. Все эти предания говорят о внезапной природной катастрофе, приведшей к гибели едва ли не большей части тогдашнего населения Земли. Это бедствие началось сильнейшей атмосферной бурей, которой предшествовали сейсмические сотрясения и пожары, продолжилось многодневным проливным дождем и закончилось наводнением, затопившим все низменные части суши. Поразительно, что детали описания и последовательность развития событий (землетрясение, пожары, черное небо, сильный ветер, атмосферная буря с грозой, гигантские волны со стороны океана, многодневный проливной дождь) часто совпадают в преданиях племен, живших совершенно изолированно друг от друга на разных континентах.

Интересно, что космогенную гипотезу Великого потопа впервые высказал сэр Исаак Ньютон. Он считал, что описанные в Библии события соответствуют последствиям падения в океан гигантской ледяной кометы. Доктор Брюс Массе из Лос-Аламосской атомной лаборатории, проанализировав около 200 мифов о Великом потопе, смог указать примерный район падения кометы – юго-западная часть Индийского океана, недалеко от Мадагаскара. Будто в подтверждение его предположений, морской геолог Даллас Абботт недавно обнаружила на картах этой части Индийского океана кольцеобразную структуру диаметром почти 30 километров, назвав ее кратером Беркли. Д. Абботт проанализировала осадочные колонки бурения дна в районе кратера и нашла в них ряд свидетельств его возможного импактного происхождения.

В этом месте глубина океана достигает четырех километров. И если было такое крупное падение, то оно вызвало космогенное цунами весьма значительной высоты, следы которого должны были остаться на ближайших участках суши. Для этого района ближайшей сушей было южное побережье Мадагаскара. Просмотрев на появившемся тогда электронном атласе Google Earth эти участки побережья Мадагаскара, Д. Абботт обнаружила именно там гигантские шевронные дюны, которые протягивались на удаление до 70 километров от побережья и достигали высоты 200 метров. В отношении механизма формирования береговых шевронных дюн существуют две конкурирующие гипотезы – ветровая и водная, различие между которыми невозможно сделать только на основе спутниковых снимков. Для этого была нужна наземная экспедиция. И такую экспедицию удалось организовать и провести ученым из Сибирского отделения РАН в 2006 году. Она полностью подтвердила водную гипотезу образования дюн. То есть комета, вызвавшая гигантское цунами, все-таки была.

Да, может. К сожалению, спрогнозировать конкретное падение достаточно сложно. Хотя огромные усилия тратятся, расходуются серьезные деньги на составление каталога опасных космических объектов из так называемого пояса астероидов, расположенного между орбитами Марса и Юпитера. НАСА поставила задачу к 2020 году выявить и определить параметры орбит 90 % всех астероидов крупнее 700 метров. Такая задача выполнена. На траекториях опасного сближения в обозримом будущем крупных небесных тел нет, за исключением астероида Апофис диаметром 270 метров, который в 2029 году пройдет особую точку вблизи орбиты Земли. В зависимости от того, как он ее пройдет, он может вернуться в 2036 году и зайти уже внутрь лунной орбиты. Тем не менее степень достоверности таких прогнозов пока не очень велика. Все последние падения, зарегистрированные инструментально, были неожиданными. Челябинский метеорит был обнаружен буквально за несколько суток до падения.

Одно из наиболее опасных сближений последних лет – это близкий пролет астероида Хэллоуин, который 31 октября 2015 года пролетел на расстоянии 1,3 лунного радиуса от Земли. Это достаточно близко по космическим меркам. Этот астероид фактически является ядром кометы, которая потеряла свои летучие компоненты после многократных проходов вблизи Солнца. Поэтому он имел низкую видимость (его альбедо составляло всего лишь 6 %) и был обнаружен всего за три недели до появления вблизи нашей планеты. При этом его размер оценивается в 500–600 метров, что уже близко к порогу глобальной катастрофы. Его столкновение с Землей привело бы если не к полной гибели нашей цивилизации, то, по крайней мере, к прекращению ее существования в настоящем виде.

В американском блокбастере «Армагеддон» прямо на поверхность летящего к Земле астероида направили группу бурильщиков, чтобы заложить в него взрывчатку. Миссия выполнена, астероид взорван, Земля спасена, погиб только один бурильщик, роль которого исполнил Брюс Уиллис. Такое вряд ли возможно в действительности. Тем не менее ведется много разговоров о том, что если мы обнаружим опасный астероид, то сможем предпринять какие-то действия по его разрушению или отклонению его орбиты. Современные ракетные и ядерные технологии чисто теоретически это вроде бы позволяют. Но здесь возникает целая цепочка других проблем. Предположим, что на траектории сближения с Землей обнаружено опасное космическое тело и расчеты астрономов показывают, что ожидаемая точка его падения находится на территории государства А. Мы начинаем операцию по его отклонению. При этом прицельная точка пройдет через территорию государств В, С и D. И тут возникает важный вопрос: а кто будет нести ответственность, если расчеты окажутся ошибочными или при реализации отклонения что-то пойдет не так? Кроме того, применение ядерного оружия в космосе запрещено. Воздействие ядерного взрыва на тело в космосе, в глубоком вакууме, очень сильно отличается от воздействия на любые земные объекты. Этот вопрос пока еще до конца не исследован. Как будет на самом деле, мы пока не знаем. Не говоря уже о том, что ни одно из существующих ядерных устройств, включая их носители, не было создано для такой цели.

Порог глобальной катастрофы, в качестве которого сейчас принимается километровый астероид, очень мал. Если представить Землю в виде школьного глобуса диаметром 70 сантиметров, такой астероид – это просто песчинка. Но такая песчинка несет с собой количество энергии, сопоставимое с годичной энергией, получаемой от Солнца. Выброс этой энергии в экосистему Земли приведет к перестройке всех атмосферных и океанических процессов, за которой неизбежно последуют многолетние неурожаи и голод. Мы этого совсем не хотим, поэтому надо вести исследования и слушать ученых, учиться прогнозировать возможные опасности и заранее придумывать, как можно их избежать.

А как видится решение проблемы тебе?

Может быть, у тебя есть какие-то идеи, каким образом можно предотвратить космическую угрозу?

Или ты обладаешь ценными наблюдениями, которые могут пролить свет на историю нашей планеты и человечества?