– Рокаин! Теперь ты поиграешь со мной в шашки?! – заканючила Монада у меня над ухом и своими маленькими ладошками начала теребить за плечо.

– Монада… Дай поспать… – простонал я и отвернулся на другой бок к спинке дивана.

– Ты же обещал… – услышал я хныкающий голос за спиной, и мне пришлось досадно разлепить веки.

Лениво развернулся и привстал с дивана. Напротив меня находились Монада и горящий камин. Маленькая девочка смотрела на меня, как маленький котёнок, жалостливыми глазами цвета океана. В такой ситуации просто невозможно отказать. Тем более я и правда обещал. Поэтому я погладил волосы девочки и, улыбнувшись, сказал:

– Ну тогда ты сама расставляешь шашки!

– Я все расставлю! – засияла она и убежала за диван, к креслам со столиком.

Три недели назад девочка создала этот мирок. И по подобию, как это делала Алира, начала вытягивать меня во сне в свой мир. Она полностью скопировала домик на острове Алиры, но пока что её внутренний мир не такой богатый. Только этот детальный домик и сразу за дверью маленький пляжик, метров десять до моря. То есть, мы в центре тридцатиметрового островка с тремя пальмами. Но даже этому я неимоверно рад, а Монада счастлива.

Ей просто надоело бродить со мной по выжженным полям или находиться в зоне боевых действий моей прошлой жизни. Девочке пришлось стать умнее и сделать невозможное для детского ума. Но я ей помогаю, как могу. Моему единственному лучику света, что всегда со мной.

Я обернулся и выглянул из-за спинки дивана. Монада сидела в кресле и с энтузиазмом расставляла шашки на шахматной доске, которая стояла на круглом журнальном столике. Ещё одно кресло, столик и шашки я помог создать, и даже научил играть. Из-за этого мой ангел-хранитель становится умнее с каждым днём.

«Скоро придётся учить её шахматам», – улыбнулся я про себя и встал с дивана.

Я подошёл и уселся в кресло перед шашками, которые Монада уже почти все расставила. Сосредоточившись, прикрыл глаза и создал на столике два стакана с шипучим лимонадом, а своему сопернику по шашкам ещё и с трубочкой в придачу. Она закончила расставлять шашки и схватилась за лимонад.

– Белые ходят первые! – важно сказала Монада и, отпивая из трубочки лимонад, сделала ход. Она всегда выбирает себе белый цвет.

– Всё правильно, – улыбнулся я и походил в ответ.

Когда я бодрствую в её мире, я высыпаюсь в два раза меньше, нежели если бы я полноценно спал тут. Так было и в мире Алиры. Но по большей части – это мои капризы. После того мира дертри, с сутками в тридцать часов, я и тут высыпаюсь вполне нормально, даже за пять часов. Потому как привык там бодрствовать в среднем по двадцать три часа. А в соотношении с эроновскими короткими сутками я даже уставать не успеваю. Да и достаточно накачать нанитами адреналин и можно не спать спокойно по двое суток, не испытывая неудобств.

Иногда я задумываюсь, как дела у Алиры… и Лилит. Но сразу откидываю эти мысли куда подальше. Наши дороги уже никогда не пересекутся. Вэлосса отстала от этого мира, а они стали её подданными. И мне совершенно не жалко. Мне главное ‒ найти своих любимых и детей. Всё остальное второстепенно.

– А я в дамках! – улыбнулась девочка, добираясь до моей стороны доски.

– А я тоже! – ухмыльнувшись, срубил я две шашки и встал с её стороны.

– Но как же… – недовольно нахмурилась Монада.

– Учись просчитывать ходы. Ты уже гораздо лучше играешь. Я, честно, тебе не поддавался, – подбодрил я её.

А ведь я и правда перестал ей поддаваться. Но всё равно две победы из трёх – последнюю неделю – мои. Раньше приходилось ей поддаваться, чтобы моя подопечная не теряла интерес и развивалась.

Бывает иногда, Монада залезает мне под плечо и печально спрашивает о Алире. Она привязалась к ней, как дочка к матери. Мне приходится, как отцу, успокаивать её и рассказывать, что так было нужно. Скучаю ли я сам по Алире? Да, скучаю. Хотел бы я её вернуть? Нет. Она сделала свой выбор и судить я не имею права.

За игрой с Монадой я постоянно задумываюсь обо всём. Я так привык, что в моей голове есть ещё кто-то другой, – кому я доверяю – что я машинально жду какого-то ответа на свои мысли. Но его нет, мои мысли сами по себе. Я надеюсь, Каспер до сих пор с Данной. Как же я хочу их всех найти! Просто до подкожного зуда дертри!

Под такие мысли я играл с Монадой ещё две партии. Один раз она выиграла. А когда она начала воодушевлённо расставлять шашки заново, резко остановилась и грустно сказала:

– Рокаин. В дверь стучатся. Тебе пора просыпаться.

И, вздохнув, щёлкнула своими маленькими пальчиками, и меня выкинуло из её мира.

Какое-то время я размышлял, но не внеся дополнений в свой план, надел мантию и вышел из дома. Неспешно топая до местного рынка, я задумался о словах Лены по поводу списка контактов.

Статус «в сети» появляется тогда, когда доступна голосовая связь. Это радиус не более ста километров, и это в лучшем случае. Но вот текстовый формат можно отправить на тысячу километров. А чтобы попасть в Тирою, нам надо пройти где-то полторы тысячи, по прикидкам. Мне вот интересно, Эткин с Амалтой ещё хранят мой контакт?

В любом случае, до самой столицы я не буду пытаться с ними связываться. Только когда появится статус «в сети». Данну в Миргарде я тоже искал поначалу таким способом, отправил десяток сообщений. Но если оппонент тебя удалил из списка контактов, считай, тебя поставили в чёрный список. Все они могли просто забыть отменить автоудаление контакта. Спустя календарный год неиспользуемые контакты удаляются. Эту функцию можно отменить только в настройках нейроинтерфейса, в которых даже я иногда путаюсь. Потому как там вкладок, галочек и контекстных меню ‒ просто уйма.

С Яной тоже может быть не всё радужно. Даже если она до сих пор держит мой контакт, находясь в подземном городе дварфов, то через толщу породы я не то что не свяжусь с ней по голосовой связи, а даже сообщение не отправлю. Такое было и в катакомбах Арконы. Потому как в этом мире не существует ретрансляторов связи, что были на Земле.

С этими мыслями мне надоело топать пешком и, не обращая внимания на прохожих, я взлетел ввысь. На полной крейсерской скорости долетел до рынка за три минуты.

Шиньзун, столица Экора, была даже больше Арконы, по ощущениям, где-то на треть. Но тут почти каждый дом был одноэтажным. Причём постройки были такими, что маги их «выращивали» буквально за полдня, из дерева, похожего на бамбук, но без сегментов, ровного, как прут. Реечные дома, можно сказать. При желании, стену такого дома можно порубить мечом за несколько минут.

Конечно, сами постройки не походили на китайские или японские. Весь этот эроновский бамбук покрывался снаружи и внутри податливой глиной, которую потом обжигали маги огня. По сути, стены домов были «монолитно кирпичные» с красным оттенком. Вообще, в этой стране, за счёт цвета глаз, – крайне много красного цвета.

Когда взлетаешь над столицей, далеко ввысь, сверху кажется, что внизу какое-то красное поле. Любят здесь люди красный цвет и даже гордятся своими глазами. Только у меня и у Елены они всё равно отличаются. У нас они чуть-чуть светятся, а при вспышке ярости светятся откровенно.

– Великий саджи! Посмотрите! У меня в лавке лучшие ткани, которые достойные мастера-кудесника! – обратился ко мне торгаш в оранжевых тряпках и с красным чурбаном на голове, когда я приземлился на рынке, возле его открытой лавки.

Вокруг ‒ толпы народа, выкрики торгашей, проезжающие телеги, запряжённые леманами, – похожими на ослов, но больше и с двумя небольшими рогами. Я же обратил внимание на этого торгаша, что ко мне обратился.

– Где здесь можно купить телеги? – спросил я и подкинул ему маленький кондер на десять единиц, с ноготь большого пальца.

Торгаш проворно поймал его и за секунду разглядел красноватый кристаллик. Маловероятно, что он с ходу понял, что это такое, но всё же расплылся в улыбке и спрятал кондер во внутренний карман своей свободной сутаны.

– Великий Саджи! Телеги продаёт Сиун-кон. Если вы пойдёте прямо, на следующем перекрёстке направо вы попадёте в центр! Там и находится его палатка с рядами неплохих телег! – весело сказал он и поклонился.

Я кивнул ему и направился в указанную сторону. Серьёзного транспорта я тут не найду. Даже самоходных телег не существует, потому как они производились в империи. Один раз я видел тут карету из первых партий моего завода. Самый дешёвый экземпляр. В ней ехала какая-то важная шишка в сопровождении дюжины всадников на лошадях. Отголоски уничтоженной империи даже спустя десять лет дают о себе знать.

Через несколько минут я всё же приблизился к небольшой площади. У входа на площадь играли музыканты с дудкой и какой-то скрипкой каплевидной формы. А перед ними кружилась в свободном платье симпатичная экорка. Заинтересованно посматривая на музыкантов, проходя мимо различных людей, я попал прямо в какое-то столпотворение.

На площади проходил аукцион. На сцене за стойкой орал тип в чёрном и указывал на столик с какой-то вещью. Перед ним толпа разношёрстного народа в традиционных свободных одеждах выкрикивала цену. Они же мне и загораживали проход через площадь. Пришлось обходить по большой дуге.

– Ну же! Это магическое украшение принадлежало саджи, империи Дионай! Которая пала в битве с тёмными, но спасла весь мир! – проорал аукционист.

Я встал как вкопанный и обратил внимание на сцену.

– Даю три золотых дина!

– Он неизвестно как действует! Это дорого! – орали вокруг меня, пока я бесцеремонно проталкивался ближе.

Когда я смог разглядеть, что это такое, я даже досадно вздохнул – какое-то блестящее кольцо. Но, приглядевшись, понял, что это не похоже на серебро, а возможно, титан. У меня тут же кольнуло в груди. Тогда я подошёл ещё ближе к сцене, продолжая всех расталкивать. Меня даже пару раз осыпали ругательствами.

– Пять золотых! – крикнул я, а толпа замолчала и начала недовольно перешёптываться.

– Пять золотых дина! У кого ещё есть предложения?! Мифриловое кольцо! Такое предложение не часто бывает на нашем аукционе! – попытался аукционист разгорячить толпу. Но никто не захотел перебивать мою цену.

Мифриловое кольцо, если оно не магическое, ‒ совершенно бесполезная вещь. Это не крепкая и лёгкая кольчуга. А желающих платить за украшение золотом в десять раз больше веса самого кольца не нашлось совершенно. Но мне это не важно, я за это кольцо заплачу столько, сколько надо. Ведь это похоже на одно из колец, которые я подарил своим жёнам на наше бракосочетание.

– Продано! – проорал аукционист и обратился ко мне: – Прошу пройти за сцену. Мой помощник вас рассчитает.

И звонким голосом начал оглашать следующий лот.

А я, пройдя за сцену к сидящему за столиком смуглому чернявому парню, достал пять неизвестных монет и положил на стол. Он недоуменно посмотрел на них – потому как это были не дины, местная валюта – и достал из-под стола весы. На одну чашу весов положил пять динов, а на другую начал поочерёдно выкладывать мои пять монет, предварительно пробуя их на зуб. Когда последняя монета легла на чашу весов, моё золото перевесило дины.

– Господин. Разницу я вам вернуть не смогу, – покачал головой парень.

– И не надо. Принеси мне кольцо.

Он убрал золото в сундук под стол и тут же метнулся на сцену. Через секунду я держал в руках маленькую коробочку, которую сразу открыл.

– Твою тёмную… – прошептал я, взяв кольцо в руки.

Сразу образовался ком в горле. Это и правда оказалось одно из тех колец, и принадлежало оно Данне. Перед нашим бракосочетанием я провозился с этими кольцами целую ночь. Внутри нанёс гравировку на русском: «Моей супруге Данне. С любовью, Рокаин». Снаружи я нанёс руны разума. До этого мы с Алирой экспериментировали с созданием артефакта, похожего на артефакт невидимости Эткина. Но у меня получился только простенький хамелеон. С их сосудами, на то время, они могли находиться под скрытом около минуты за счёт этих колец. Трата маны высокая, поэтому они этим практически не пользовались.

Чтобы запустить хамелеон, нужно было в кольцо подать определённый импульс. Поэтому местные маги и не разобрались, как его использовать.

Сжав в правый кулак кольцо, я материализовал ещё одну золотую монету и положил её на стол перед обалдевшим парнем, хмуро сказал:

– Если ты мне подробно расскажешь, где вы его взяли, – монета твоя.

– Д-да. Конечно… – начал заикаться парень и, не прикасаясь к монете, начал повествование.

Это кольцо они выкупили за один золотой у торговца рабами, в прибрежной стране Зелак. Эта страна граничит с Ладией и ещё несколькими странами. По морю они обильно торговали с империей.

Но через небольшой торговый путь по Ладии туда можно было попасть также из империи, по суше. В основном, у этой страны морские пути и очень большой флот, который и помогал в зачистке тёмного континента. В этой стране запрещено рабство, но там сплошь и рядом проходит теневой бизнес с Оркеноном.

Большей информации парень мне поведать не смог, ибо они выкупали исключительно интересные и редкие безделушки, чтобы продавать их вот на таких вот аукционах. О том, что это кольцо из павшей империи, им поведал работорговец. А о том, что оно принадлежало архимагу, – эти торгаши выдумали сами, чтобы поднять его ценность.

Ничего не говоря, я просто развернулся и ушёл с этого аукциона. Я не верю, что Данну могли забрать в рабство. Это просто никому не по силам! Но искать там придётся точно!

Вот только это снова игра мироздания? Я опять оказался в нужном месте и в нужное время? Или мне помогает Светлоликий, как может? Плевать! Хоть какая-то зацепка есть, и это самое главное!

Положив кольцо в коробку, я убрал его в инвентарь, когда уже подходил до стройных рядов телег. Всего тут было штук двадцать почти не отличающихся друг от друга телег с двумя осями и деревянными колёсами. Подойдя к бежевому шатру в конце рядов, я крикнул:

– Покупателя встречай, Сиун-кон! – быстро выудил я из памяти имя, что назвал торгаш в оранжевом.

Из палатки послышались бормотания, и из занавеса быстро вышел мужичок азиатской наружности с большой залысиной на голове. Одет он был с свободную коричневую тогу, как будто укутал себя простыней. Его хитрый прищур, с ярко выраженной «монгольской складкой», даже скрывал его цвет глаз, показывая только узкие щёлки.

– Господин хочет приобрести отличную повозку? – улыбаясь, спросил он, сложив перед собой ладони.

– Именно. Но выбора я особого не вижу, – сказал я, кивая на повозки сзади меня.

– Если вам недостаточно высококачественных обычных телег, у меня есть более престижные варианты.

Он отвёл меня за шатёр, и перед нами предстали три кареты довольно удобного исполнения для возничего. Два отдельных кресла, панель перед водителем с зацепами под вожжи, в самой карете удобные сидения друг против друга, маленький столик посередине и стеклянные окошки в круг. А самое главное – рама, оси и колеса кареты были металлическими. Замечательно. Переделка будет серьёзная, но она будет по минимуму. Насколько это возможно.

– Сколько стоит? – ткнул я на одну из карет.

– Только для вас ‒ тридцать пять золота! – растянул он широкую улыбку.

А я от такой наглости просто офигел! Даже мои автомобили самого дорогого исполнения для граждан стоили максимум тридцать! А тут просто карета, без грамма магии и подшипников!

– Ты надо мной издеваешься? За второсортную повозку тридцать пять? Она летать умеет? – изогнув брови, спросил я.

– Ну что же вы так, – недовольно ответил наглый торгаш. – Это качественная карета сделана в Эйсурии, их высококлассными мастерами.

– И поэтому ты мне назвал цену, за которую я могу купить половину поместья чиновника?

– Я всё понимаю, но такова цена за их работу. К тому же, мне пришлось вести её целую неделю, – со всем недовольством сказал монгол, но тут же разгладил лицо. – Хорошо, тридцать. Так уж и быть! – опять улыбнулся торгаш.

– Двадцать монет и доставка к местному кузнецу, – твёрдо сказал я.

– Да вы что?! Это…

Я не стал его дальше слушать, а на полметра взлетел в воздух, вытянул перед собой руку и долбанул молнией в мощёную площадь. Торгаш, как ошпаренный, в страхе упёрся спиной в свою карету.

– Как скажете, Великий саджи! Для вас ничего не жалко! – быстро закивал он.

Саджи – это аналог имперского архимага. Елена сказала, у неё там, на празднике господ, таких будет много.

Пока я расплачивался с ушлым торгашом, который даже с двадцатью монетами неплохо заработал, узнал, что тут не далеко есть качественная кузня, в которой заведует мастер-маг кузнец. Мне, собственно, сам кузнец и не нужен – нужна его мастерская с необходимыми материалами.

Поэтому он запряг лемановскую клячу, и на этой карете мы отправились к кузнецу. Торгаш оставил своего молодого помощника приглядывать за шатром. Сейчас был разгар дня, думаю, до ночи я управлюсь со всеми переделками.

Когда мы подъезжали к кузне, особняком стоящей от других зданий, я заметил, что у этого двухэтажного здания имеется задний двор. Вся территория была огорожена невысокой бамбуковой оградкой.

Остановившись у входа, я спрыгнул с кареты и поднялся на крыльцо. В это время дверь открыл ещё один монгол, с лысой головой и длинной козьей бородкой. Одет он был в серые штаны с кожаными нашивками, серую рубаху и жилетку с карманами. Старик никак не тянул на кузнеца, так как был сухощавый, как стебель бамбука.

– Заказы принимаю только завтра, – недовольно прищурился старый китаец.

– У меня очень срочное и дорогое предложение, – хмыкнул я и, вытянув перед ним ладонь, материализовал на ней красный кондер в виде кирпичика, пятнадцать на пять сантиметров.

Торговец достал из кармашка жилетки очки, надел их и пригляделся. Его глаза широко открылись, и он вытаращился на меня.

– Редкий камень восполнения, но слабее, чем обычно. При этом не менее ценен. Заходи, – кивнул он и шире открыл входную дверь.

Торговец остался снаружи, ждать команды, когда он сможет забрать своё животное, а я прошёл внутрь. Меня встретил длинный коридор, оббитый морёным деревом. Свет исходил от некачественных светокамней на стенах, которые были встроены в узорчатые бра. По коридору мы прошли в ближайший кабинет, где находились несколько кресел, небольшой стол и несколько шкафов с книгами.

Кузнец сел за стол, на котором был раскрыт какой-то чертёж и, указав мне на противоположное кресло, дождался, пока я сяду.

– Меня зовут Хаксан. Это мой дом и кузница, в которой я работаю. В чём заключается суть заказа? Изделие, что вы хотите заказать на эту сумму, я не в силах сделать, – покачал он головой, сидя с прямой спиной в кресле.

– Моё имя Рокаин. Вам ничего делать не придётся. Мне нужно до вечера арендовать вашу кузню. За потраченный материал я заплачу отдельно, – ответил я в его спокойной манере и положил на стол искусственный накопитель.

– Значит, вы тоже мастер? Что вы будете делать? – заинтересованно спросил кузнец.

– Можно и так сказать. Моя работа будет заключаться в небольшой переделке кареты, что стоит перед вашим входом, – кивнул я, чуть улыбнувшись.

– Хорошо. Раз уж вы мне делаете трёхмесячную выручку за полдня, я не смею вам отказывать, – улыбнулся он в ответ и забрал накопитель.

Позади него у штор висела неприметная верёвка, за которую он пару раз дёрнул, и через полминуты в кабинет влетела домработница в чёрной сутане.

– Миямо. Скажи возничему, возле входа, чтобы подогнал карету на задний двор, – сказал ей хозяин дома, а когда она пошла исполнять приказ, обратился ко мне: – Я не буду интересоваться, что и как вы будете делать. У каждого мастера свои секреты. Но за вами будет наблюдать мой подмастерье, для того, чтобы моя обитель осталась цела. Заодно подскажет, где какой материал взять, – улыбнулся он мне.

– Справедливо, – кивнул я, а сам чуть скривился. Потому что мне придётся работать тьмой, и за этим будут наблюдать. Надеюсь, тёмных уже успели позабыть за десять лет. Да и до этих земель они никогда не добирались, так что, думаю, всё будет в порядке.

– Пойдёмте. Покажу ваше место работы, – сказал кузнец и встал из-за стола.

Мы прошли в конец коридора, спустились по трём ступенькам и сразу попали в просторную мастерскую, десять на десять метров. С правой стороны две наковальни на постаментах, два металлических верстака с тисками. Слева стеллаж с различным материалом: металлические пруты, болванки, проволока, бруски для выплавки. В другом конце мастерской находились оббитые железом ворота с калиткой и печь с горном на магической тяге. За одним из верстаков копошился парень в серой рубахе и штанах.

– Давайте загоним вашу карету прямо сюда? – предложил кузнец.

Я задумчиво глянул на пол мастерской, вымощенный камнем. Замечательно. Значит, и сюда загнать не проблема.

– Это будет отлично. Только мне нужна бочка земляного масла, – согласился я и протянул две золотых монеты кузнецу.

– Этого будет много для всего лишь одной бочки, – улыбнулся он и взял монеты.

– Считайте, в счёт металла, что я потрачу дополнительно.

Так как торговец уже ушёл, мне пришлось загонять карету в мастерскую воздухом, на что мастер и подмастерье удивлённо хмыкали. Так как я это делал совершенно без всяких заклинаний и без какого-либо напряжения.

Когда ученик ушёл за выполнением моего заказа, кузнец, поглаживая свою седую бороду, озадаченно обратился ко мне:

– Не сочтите за грубость, но… я могу поприсутствовать при вашей работе? Сомневаюсь, что я что-то пойму, судя по вашему владению магией. Просто хочу посмотреть на работу мастера.

– При условии, что вы мне пообещаете ничему не удивляться и не паниковать. С вашей мастерской всё будет в порядке, – улыбнувшись, сказал я.

– Теперь вы меня ещё больше заинтриговали. Обещаю! – с улыбкой кивнул мне кузнец.

Я кивнул ему в ответ и, ничего не говоря, снял мантию, расстегнул несколько пуговиц рубашки, заправил волосы за уши и подошёл к стеллажу с металлом. Выбрал металлическую болванку в десять сантиметров диаметром и длинной в метр, несколько прутов разных диаметров и длин. Затем выбранный материал пролевитировал на противоположный верстак.

В Вавилоне разработка автотранспорта достигла небывалых высот. Там были полноценные автомобили. Мы разработали оптимальный метод создания различных деталей автомобилей. А вот тяговую силу мы создали за счёт больших накопителей и рун тьмы, которые мы по косточкам разобрали из моих темных свитков абсолютного воздействия.

Но мне так заморачиваться не придётся. Мне нужно всего лишь поставить воздушные подшипники, изменить колеса, поставить поворотные кулаки и рулевое управление. Так как обычные шариковые подшипники я делать не намерен, – чтобы сэкономить время – потрачу, может, пару часов на конструкционную переделку. На магическую тягу с рунами Савелия, воздуха и земли, я потрачу от силы час. А вот с покрышками придётся помучиться – довольно трудоёмко их изготавливать из нефти.

Освещение в мастерской было не ахти какое. Поэтому я запустил четыре шара света под самый потолок. К тому же, это будет полезно – сбить страх у кузнеца, когда он увидит следующие манипуляции.

Он с ещё большим удивлением посмотрел на шары, которые озаряли всю мастерскую ровным белым светом и сел на стул у соседнего верстака.

Выставив руку над болванкой, я резким потоком тьмы окутал её всю и прикрыл глаза. Анализатором увидел, как мастер дёрнулся и чуть не упал со стула. Но я не обратил внимание и сконцентрировался на чертежах в нейроинтерфейсе и как на токарном станке начал вертеть болванку. Двумя маленькими черными платформами снимал лишний металл и отделял по два кольца с канавками, внешней и внутренней обоймы подшипника.

Через десять минут на столе лежали четыре пары блестящих подшипников. Сев на стул за верстак, я начал ювелирным распылением наносить заготовленные руны Савелия, с видоизменённой вязью воздуха. Благодаря этому, при подпитке от накопителя, воздух ровной прослойкой будет концентрироваться между обоймами.

Ещё двадцать минут мне понадобилось, чтобы нанести и напитать руны. Я повернулся к побледневшему кузнецу – все также сидевшему на стуле – и улыбнулся:

– Похвально. Вы своё обещание держите.

– С-скажите… Вы… тёмный? – чуть заикаясь, задал вопрос мастер.

На этих словах я уже стоял возле кареты. Моментально вырастил магией земли домкраты под ней и чуть приподнял над мощёным полом мастерской.

– Тёмных больше не существует. Или вы сомневаетесь в моих словах? – произнёс я и, оторвав взгляд от кареты, повернулся к кузнецу.

Не дожидаясь от него ответа, я создал ещё один шарик света над своей ладонью и приблизил его к мастеру, который с удивлением до него дотронулся.

– Прошу прощения за мою грубость. Я шестьдесят лет живу на этом свете и такое вижу впервые. Продолжайте, мастер, – чуть поклонившись, сказал он, не вставая со стула.

А я с улыбкой вытащил воздухом шплинты колёсных осях, снял сами колеса и уложил их рядом с верстаком. Срезал крепления передней оси и отложил её в сторону. Она в дальнейшем будет держать поворотный узел передней оси.

На изготовление поворотных кулаков, рулевой рейки и разных мелочей с нанесением рун Савелия я потратил час неспешной работы. Сплавил ось с креплениями под кулаки и выставил весь механизм, закрепив их шплинтами.

Диаметр колёс я решил не менять. Они не такие большие будут с резиной. Но передние арки самой кареты пришлось расширить, чтобы при повороте руля колесо нигде не цеплялось. Внутренняя обойма колеса была срезана, и вместо неё я вплавил сам подшипник. Так как трущихся частей тут не будет, мне не пришлось проводить науглероживания стали в масле. Но колеса пришлось балансировать прямо в воздухе, прокручивая и подгоняя чётко в центр сам подшипник, понемногу срезая спицы колеса.

Ещё через час пришёл подмастерье с бочкой нефти и выгрузил её с телеги возле ворот. Я в это время заканчивал наносить связующие руны на всю конструкцию. Осталось выставить руль и педали. Ну и… изготовить и надеть пористые покрышки на колёса.

Полчаса мне понадобилось на доработку механизмов и органов управления карето-автомобилем и около двух часов на создание резины. На которую ушла практически вся бочка, оставив после себя треть отходов и мутную жидкость похожую на дизель.

Последним штрихом я опустил карету и выровнял под ней пол. Сел за руль и достал брусок кондера, десять на пять сантиметров.

Сегодня ночью мы с Монадой продолжили играть в шашки. Она, как всегда, очень мило хмурила бровки и думала, как бы ей походить. Первую партию она выиграла. Точнее, у неё было две дамки, а у меня одна – бесконечное передвижение по доске не в счёт. Во время игры я слышал какие-то «уведомления» в нейроинтерфейсе, но так как находился во сне, совершенно не обращал на них внимания.

Когда мы проиграли половину второй партии, Монада округлила глаза и резко сказала:

– Рокаин! Лена у тебя в комнате! Появилась пространственным переходом! Иди!

И щелчком пальцев выкинула меня из своего мирка.

Я открыл глаза, когда Елена уже касалась моего плеча, с округлившимися глазами, в разорванном платье, рукой прикрывая одну оголённую грудь. На периферии зрения я увидел уведомления о куче входящих сообщений. Монада не мой искин, поэтому видеть этого не могла, а во сне я этого тоже не вижу.

– Елена? В чём… дело? – обалдело спросил я, привставая с кровати.

Сейчас были утренние сумерки, скоро вовсю начнёт светать.

– Рокаин… Я… Писала тебе, но ты спал, – захлюпала она носом и облокотилась на меня. – Я всё испортила. Теперь даже если убежим, нас будут искать по всему континенту… – И уткнулась лицом в моё плечо.

– Так! Возьми себя в руки и быстро расскажи, в чём дело! – отстраняя девушку, твёрдо потребовал я.

Вытирая слезы, она сосредоточилась и всё так же прикрывая свою грудь, начала говорить ровным голосом:

– Меня уговорил Иньгор побеседовать с первым советником вана наедине. Типа он мой большой поклонник и хотел бы моей аудиенции. Этот тип всё пиршество на меня похотливо глядел, а потом куда-то исчез на пару часов. Когда я всё же согласилась, чтобы от меня отстали, то проводили в его кабинет во дворце… – Переводя дыхание, Лена замолчала.

– И что? Ты взорвала весь дворец? – сказал я и приподнял бровь в нетерпении.

– Нет! Рокаин! Меня заковали в какой-то магический круг, из-за которого я не могла пошевелиться и даже использовать магию! Только тебе сообщения писала, пока могла! На мне применили тёмный свиток сна, и я отрубилась… Из-за того, что я бывшая прислужница тьмы, на меня он надолго не подействовал. Очнулась, когда этот жирный урод рвал на мне платье! Я машинально лезвием воздуха снесла его голову! – зло закончила Елена.

– И почему ты не в крови? – задал я вопрос со всем скепсисом, глядя на сексуально прикрывающую рукой грудь девушку.

– Не в крови, потому что у меня богатый опыт резать людей. И во время применения лезвий воздуха я накинула воздушный щит, – непонимающе ответила она, глядя на меня, как на идиота.

Ну да, это только я был поначалу грязнулей. Вечно весь в крови.

– Эм… Ну снесла и снесла… Что теперь? Жалеть подлого насильника? – спокойно спросил я, чуть улыбнувшись.

– Рокаин! Ты издеваешься?! Это первый советник Вана! Короля этой чёртовой страны! Нам срочно нужно бежать! Через полчаса возле моего дома будет половина его армии! – начала она повышать голос, почти срываясь на крик. ‒ У меня мана на нуле после перехода! Нам срочно нужно за…

– Стоп! – рыкнул я, подняв ладонь, и девушка тут же застыла. – Для начала ‒ успокойся и оденься в нормальную походную одежду. А я прямо сейчас обдумаю план. Не стоит из-за такой мелочи суетиться, – хмыкнул я под конец.

Девушка недоверчиво посмотрела на меня, но всё же вышла из моей комнаты и направилась в свою. А я начал опять размышлять, один. В своей одинокой голове.

В принципе, мы прямо сейчас можем свалить. Наша обуза, в виде двух подростков и стариков, живут недалеко. Погружу их в карету, а карету на платформу и полетели на всех порах до самой границы страны. Но есть одно «но», которое отбивает желание так сделать. А именно: в своё время, когда я «заболел» красными глазами, я очень много изучал Экоров. Так сказать, для возможной конспирации. И их мстительная культура со всех сторон пропитана принципами «Око за око». Владельцы кланов даже могут опуститься до того, что подбрасывают свежее дерьмо под дверь сильным личностям, типа архимагов.

Они настолько болеют мыслью о мести, что готовы даже на самые паскудные действия, если враг им не по зубам. Мне такого точно не надо. Я не всесилен. И летящее дерьмо в моё окно я могу и не отбить. Я, конечно, утрирую, но смысл примерно тот же.

А тут мы перешли дорогу целому Королю мстительных душонок. Да нам просто житья не будет из-за подкинутых в наш суп гнилых потрохов!

– Твою тёмную мать! Вот угораздило же какого-то хмыря трахнуть Елену! – чуть шипя выругался я.

Но именно в этот момент она и появилась в двери моей комнаты.

– Я не могу кому-то отдаться… Рокаин. Прости… – виновато сказала она в дверях.

– Тебе не за что извиняться. Я бы был не рад, если бы ты, стиснув зубы, это терпела, – вздохнул я.

– Спасибо… Такое уже было, но со вторым советником. Я ему просто дала пощёчину. А при дальнейшем разбирательстве ван просто посмеялся над моей выходкой… Но сегодняшнее… не прощается… – поникши опустила голову Елена.

Она была одета в обтягивающие кожаные штаны и чёрную кожаную блузку с декольте, сверху накинута чёрная мантия. На поясе висело два коротких изогнутых клинка. Навершие в виде дракона с красными глазами. Клинки довольно необычного исполнения и так разили магией, что даже спектральным зрением я не понимал, что там намешано.

– Ну всё бывает впервые… – философски сказал я и пожал плечами, рассматривая преобразившуюся девушку.

– Что нам делать… Экоры это последние люди, у которых я хотела бы оказаться во врагах… – сказала она и, как неуверенная кошечка, подошла ко мне и села на кровать рядом. Сложила ручки на колени и робко поглядывала на них.

– Почти ничего вам делать не придётся, – сказал я и положил свою ладонь ей на руку.

Тут же вкачал девушке тысячу сто единиц маны, чтобы пополнить её сосуд под завязку. Ибо на пробой она потратила почти все подчистую. Девушка изумлённо покосилась на меня, и я продолжил:

– Сейчас берём карету и едем к твоим подопечным, быстро грузим их в транспорт и ждём. Я устраиваю беззаботное чтение книжки и перекур возле кареты. Если станет жарко, я всех вас мигом вознесу в воздух. Не думаю, что после всего, что я пережил, есть хоть один архимаг, который сравнится с Велинтаром или «батарейкой дертри», – задумчиво закончил я.

– Я не знаю, что за «Батарейка», но… т-ты д-дрался с Велинтаром?! – заикаясь, отстранилась девушка, ошалело глядя на меня.

– Ага. И я его не совсем честно победил, – улыбнулся я, но тут же посерьёзнел лицом. – Все вопросы потом! А сейчас марш на выход! – скомандовал я, а девушка непроизвольно встала и вытянулась в струнку и чуть улыбнулась.

– Так точно, товарищ мой Герой! Есть на выход! – неумело отдала она честь.

У выхода лежала небольшая сумка Елены. Видимо, с самыми ценными вещами, что нажиты за эти годы. Она была довольно тяжёлой, потому как сумка в руках девушки оттягивалась так, будто там сложены кирпичи. Но для неё это не проблема. Лена положила сумку на крышу кареты и магией земли выбила из деревянной крыши ростки вьюнов, что надёжно зафиксировали сумку. Я мог бы спрятать её вещи в свой инвентарь, но навязываться не стал.

Она владела всеми стихиями, как я или Виртос, но кроме света и, само собой, электричества. Её силы далеко не безграничны из-за отсутствия модуля генерации нанитов и небольшого сосуда в тысячу двести единиц. Да и искина у неё никогда не было, поэтому полезными расчётами с манипуляциями видами аномалий Елена не владела.

Простые «фаерболы», лезвия воздуха, капканы земли и ледяные колья она освоила сама. Но она даже летать не умеет, а в катакомбах она просто телепортировалась пробоями и слегка поддерживала себя воздухом. Зря Велосса не обратила на неё внимание – потеряла перспективного адепта.

Всё, что имею я, по сути, это заслуга Светлоликого. Он внёс изменения в нейрокод моего Зодака, и поэтому у меня изначально появился ИПМ и Модуль генерации нанитов. Без них я бы далеко не ушёл… А ведь я даже не извинился перед ним за свою вспышку отчаянной темной ярости в его обители…

Когда Лена прыгнула на пассажирское сидение рядом со мной, я сдал назад, и мы с ветерком рванули до дома ребят, что находился буквально в соседнем квартале. Поэтому даже сбивать никого не пришлось, ибо через пять минут мы уже оказались у них. На крыльце дома сидела Мойджун и что-то громко сказала в сторону открытой двери, когда мы подъехали.

– Эльсона! – взвизгнула Сайонг, когда мы спрыгнули с кареты, а из дома выбежала радостная девушка и кинулась на шею Лены.

– Сайонг. Хватит… – серьёзно отстранила её Елена и посмотрела ей в глаза. – Вы всё рассказали Каибе и Лихаю? Вещи собраны?

Сайонг быстро закивала, и в это время из соседнего дома вышли седой старец с зализанными назад волосами, но с бритым и чистым лицом. И молодой чернявый парень индусской наружности, с красными глазами, который робко держал в руках мешок с вещами. Парень с дедом быстро направились к Лене. Сайонг отстранилась, парень робко обнял Елену и недоверчиво-хмуро взглянул на меня.

Все собрались рядом с каретой, поэтому я грубо перебил всю эту идиллию:

– Рад всех вас видеть. Если вы все собрались, прошу вас усаживаться в самоходную карету. Но прежде чем это произойдёт, у меня к вам будет вопрос, Мойджун-сен, – вопросительно посмотрел я на женщину.

– Д-да, Рокаин-кон? – ответила она недоуменно.

– Вам всё равно этот дом больше не нужен? У вас имеется там небольшой столик и удобное кресло?

Она непонимающе кивнула.

– Конечно. Прямо у входа, в гостиной.

– Отлично. Я их заберу?

– Делайте, что считаете нужным, – поклонилась она.

– Тогда присаживайтесь в карету. Елена вам всё объяснит. А я пока похозяйничаю, – хмыкнул я и прошёл мимо женщины в дом.

Там передо мной предстало типичное помещение, что и у Елены, – короткий коридор и сразу гостиная. В ней находился маленький круглый столик и кресло-качалка! Да я в таком не сидел со среднего плана демонов! Когда мы отдыхали вместе с Эткином на крыше, попивая пивко!

– Вот это по-нашему, – пробормотал я и поднял в воздух эти два предмета мебели.

Пролевитировал их на улицу и поставил аккуратно перед каретой, с внешней стороны. Создавалось ощущение, что ленивый хозяин вышел со двора и решил устроить пикник прямо перед своей каретой. Потому как я вытащил на столик бочонок сидра Вавилоновского изготовления, стакан, пару закусок и книжку, написанную моими эльфами-писателями по моим образам.

Называлась книжка – Омен. Я с удовольствием перечитываю её уже третий раз. Алира немного заразила меня демонической темой, что уж поделать… При чтении этой книги у меня ностальгия прёт со всех щелей… Ведь мы с Лизой обожали её и когда-то обсуждали сюжет на досуге в колледже.

Когда я дочитал до момента, когда Демьен веселился в зоопарке, я выпил уже три стакана сидра. В карете росло молчаливое напряжение. Потому как из окошек то и дело выглядывали мордашки молодых людей.

Время уже близилось к разгару утра, некоторые ранние прохожие удивлённо наблюдали за мной, пьющим алкоголь и читающим книгу, одетым в рубашку с короткими рукавами и штаны, волосы распущенны. Мой видок, времяпрепровождение и непринуждённое покачивание на кресле-качалке вызывали у этих людей состояние гротеска.

Но долго это не продлилось. С разных сторон в меня полетели три зачарованные стрелы, и ещё десять ‒ в карету. Они были пропитаны магией воздуха, поэтому мой воздушный купол – который был накинут на меня и всю карету – их просто не заметил. Но… паранойя с прошлого мира пришла со мной. Вторым слоем стоял щит тьмы, который тут же в труху рассыпал податливые деревянные стрелы.

Я лениво оторвался от книги, хлебнув ещё сидра, вложил в неё бумажную закладку и спрятал в инвентарь. Взглянув наверх, на двухэтажные здания, я совершенно никого не увидел, но прощупал анализатором, что они спрятались за треугольными вершинами крыш.

Вздохнув поглубже, я встал с кресла, расширил голосовые связки и утробно проорал на весь квартал:

– Я требую переговоров с ваном Хэйчангом Великим! Я Рокаин Серус! Четвертый архимаг Империи Дионай! Если мои требования не будут выполнены – я разнесу весь квартал!

От моего низкого голоса, усиленного магии воздуха, тряслись деревянные стены соседних зданий.

Секунда тишины. Тёмные фигуры на крышах вылезли и начали пускать стрелу за стрелой, затем какие-то сюрикены и бумеранги. Но всё было тщетно. Они пустили около двухсот снарядов, а я потратил только сто единиц маны, которая успевала восстанавливаться.

Чтобы сделать мне больно, им нужно собрать сотню архимагов, а после этого их же атакой разнести половину города. Ну, или взять мощные снаряды дертри, коих просто физически в этом мире водится не будет. Мы находились в южной части города, недалеко от центра. Они просто не пойдут на это. Как я и сказал – после всего, что я пережил, сейчас мне море по колено.

Когда снаряды успокоились и стали очень редко жалить со всех сторон, я создал платформу под каретой, взлетел и, левитируя вместе с транспортом, крикнул:

– Если в течении двадцати четырёх минут сюда не придёт ван Хэйчанг, я начну делать Это!

Создал большую платформу над противоположным зданием и с размаху впечатал по нему, как кувалдой. Словно карточный домик, здание вмялось в землю. Я выбрал его неспроста – там не было ни одной живой души. От здания ни осталось ничего, только спрессованная земля типа фундамента.

Выстрелы сразу же прекратились. А я, поставив карету со своими подопечными на дорогу, опустился сам и сел в кресло. Налил себе сидра и, попивая, продолжил читать книгу с того места, где оставил закладку. Пятнадцать минут чтения, и со всех сторон послышался синхронный топот. Я даже ради этого опять вставил закладку и огляделся.

Вокруг начали подбегать толпы «самураев» в черных пластинчатых доспехах. Дорога была с двух сторон от нас, а выбегающей толпе с саблями в руках не было конца и края. Первые ряды остановились за десять метров от нас. А я, подняв бровь, посматривал то налево, то направо, при этом лениво попивая сидр.

Когда они выстроились в ряды, справа появилось шебуршение, ряды самураев расступились, и появился коридор. В нём показался рыцарь, который медленно шёл наперевес с очень длинной катаной. Это даже не «нодачи», а в полтора раза длиннее этого клинка и на столько же шире обычного.

Если бы этот тип не был обычным человеком, он бы выглядел для меня внушающе. Я кинул на него мимолётный взгляд и продолжил непринуждённо пить алкогольный напиток.

Этот главный перец вышел из рядов своей городской армии и остановился в пяти метрах от меня, сверля недовольным взглядом сквозь закрытый рогатый шлем. Но через минуту промолвил:

– Я генерал государства Экор, Янсон Тварг! Ты проявляешь неуважение, враг! – Последние слова он прорычал и выставил длинную катану в мою сторону.

Я лениво перевёл на него взгляд и мощным импульсом долбанул параличом по всем, кто в радиусе пятидесяти метров. Медленно встал с кресла и подошёл к этому хмырю, что возвышался надо мной на полторы головы. Мысленно приказал ему пасть на колени и окропил его рожу своей нанитной кровью.

Через минуту я произвёл над ним свою очень «гуманную» экзекуцию и, щёлкнув пальцами второй раз, сказал:

– Ты ничтожество. Если через пять минут передо мной не будет стоять ваш грёбанный царёк, я вырежу всё ваше население города подчистую! Я слишком много провёл времени у демонов и в других мирах, чтобы цацкаться с вами, как с подростками! Ты всё понял, ничтожество?! – рявкнул я плачущему громиле, который судорожно закивал своей рогатой башкой.

– Значит, пошёл вот отсюда! – прошипел я и мощным пинком отправил его тушу туда, откуда он явился, ‒ за стройный ряд самураев.

Я отстаю от графика. Вместо заявленных двадцати четырёх минут уже прошёл целый час. Я, конечно, блефовал, и мирное население убивать не стану ни в коем случае. Но те, кто пустят в меня ещё хоть одну стрелу или наставят меч, – им не жить. Я не Иисус, чтобы подставлять вторую щеку. А с такими как экорцы нужно быть в двойне жёстче. Они, как и демоны, понимают только власть силы.

Но мой график опять безмерно отстал. Паралич со всех вокруг я давно снял, и они в страхе разбежались. В радиусе ста метров никого не видно. Параличом я точно не дотянусь. Но вот лезвия тьмы пущу в ход запросто. Однако пока никто агрессивных намерений больше не проявлял.

Через полчаса появилась странная процессия. Высокий накачанный чувак – как предыдущий громила – шёл в мою сторону с правой стороны. За ним шагали лысые монахи в красных одеяниях, около десяти человек. Это типа «Великие саджи» их страны. Вот только они в подмётки не годятся даже Лорену. Плоховато у них обучают магов.

Этот чел в лёгкой кожаной броне подошёл ко мне и, чуть склонив голову, сказал:

– Рокаин Серус? Я наслышан о тебе. Тот, кто не защитил свою страну…

Моя ярость вспыхнула и, даже не дослушав его, я долбанул по всему его окружению мощным ментальным ударом.

Все его архимаги с кровью из носа и в конвульсиях упали на землю. А я, моментально переместившись к королю пробоем, схватил его за горло и шибанул электричеством. Пару секунд бил электрошоком, прекратил его мучения и зашипел:

– Ты, урод, который даже пальцем не пошевелил для освобождения мира, будешь мне рассказывать, чего я не сделал? Я разрушил алтарь богини тьмы и был вынужден десять лет отрабатывать эти последствия! Вместо этого я получил предательство, потерю друзей и своих жён с детьми! Это я-то не защитил свою страну?! – прорычал я ему на ухо вопрос, тряся громилу, как тряпичную куклу.

Ярость затмила мне разум. Структурированная тьма окутала моё ядро чёрной дымкой. Я готов был порвать этого ублюдка голыми руками. Меня просто трясло от его провокационных слов.

Но я услышал успокаивающие чувства Монады и быстро взял себя в руки. С отвращением откинул короля в сторону и убрал с него ментальное воздействие.

– Кидаться такими словами – недостойно для правителя Экора! – прошипел я трясущему головой королю, который в недоумении оглядывался и хватал себя за шею.

Я же с дрожащими от адреналина и волнения руками сел в кресло-качалку и залпом выпил весь стакан сидра. Краем глаза заметил, что из окна кареты выглядывают не только мордашки молодых. Лена ошарашенно глядела на меня и короля.

Мне было тяжело. После слов этого ублюдка меня переполняла горечь – я ведь и правда не защитил свою страну и своих любимых. И меня это съедало прямо сейчас. Он попал в самое больное место!

Когда ван отошёл от шока, продолжая сидеть на заднице, серьёзно посмотрел на меня и без страха сказал:

– Рокаин-кон. Я хочу извиниться за свои слова. Через полмира не вся правда доходит до таких отдалённых уголков, как моя страна. И часто даже правители слышат только сплетни. Я ван Хэйчанг, правитель государства Экор! Прошу прощения у Рокаина Серуса, четвёртого архимага Империи Дионай! – громко проговорил он последние слова, встав в полный рост, и чуть склонился передо мной.

Меня такое поведение даже ввело в замешательство. Очень удивительно, что потомственный и гордый государь очень воинственной страны попросил прощения. Я даже сомневаюсь, что такое мог бы сделать Дионис Третий. Щемящее чувство в моей душе это в полной мере растопило. Поэтому я встал с кресла и, чуть склонив голову, сказал:

– Я Рокаин Серус. Принимаю извинения. Мои намерения не враждебны. Твои воины напали первыми.

На это государь невесело хмыкнул и кивнул. Немного погодя он спросил:

– Мы можем поговорить наедине? – кивнул он в сторону дома Мойджун.

– Конечно, ваше величество. Но… у меня есть предложение получше, – хмыкнул я в ответ и магией воздуха схватил стул, что стоял на крыльце, и поставил за стол. Мысленно создал вокруг него купол с вакуумной прослойкой и сел на второй стул. Материализовал второй бокал и магией воды быстро разлил ягодный сидр в стаканы.

– Нас теперь не услышат из-за купола тишины. Угощайтесь, ваше величество, – это напиток из другого мира, – кивнул я ему на стул, на котором ранее сидел, и на стеклянный бокал.

Когда я отпил из своего стакана, ван улыбнулся и сел рядом. Схватив своей большой ручищей бокал, он принюхался и аккуратно отпил.

– Обычно всякое питье и еду у меня проверяют дегустаторы, – сказал он, наслаждаясь напитком.

– Ну вы же понимаете, что мне травить вас нет никакого смысла. Я привык к более традиционным методам умерщвления, – пожал я плечами, выпивая залпом свой бокал.

– Глядя на вас, я почему-то не сомневаюсь в ваших словах, – улыбнувшись, он тоже осушил бокал и поставил на стол. Я тут же их наполнил, вытягивая магией воды две струи жидкости из бочонка.

– Рокаин-кон. Вы же понимаете… Эльсона-кин… – начал подбирать слова король, но я его невзначай перебил:

– Ван Хэйчанг. Первый советник пытался взять её силой. При этом используя запрещённый сонный свиток с тёмным заклинанием. По вашим же законам ‒ использование предметов культа Демиона карается смертью. Что и исполнила Эльсона прямо на месте, – закончил я свой монолог и, приподняв бровь, посмотрел на правителя.

– Вот даже как… – задумчиво хмыкнул он и на некоторое время умолк. – Я доверюсь вашему слову. Покои советника будут осмотрены и, если это правда, в дальнейшем все обвинения будут сняты. Вам нужно задержаться ненадолго, – сосредоточенно сказал король.

– Я думаю, мне есть, что вам предложить в виде доказательств, – покачал я головой и запустил образ с содержанием пленения Елены у советника.

Когда мы ехали на карете сюда, я попросил Лену составить мне короткий образ об этом происшествии, и она по-быстрому нарезала тот момент в редакторе, не забыв даже о том, как советник рвал на девушке одежду, распуская свои похотливые руки.

Освоив образ, я ментальной магией направил ролик вану. Его глаза остекленели, и минут на десять он выпал из реальности, так и держа перед собой бокал. Для тех, у кого есть нейроинтерфейс, – образы устанавливаются почти моментально. А вот обычным людям приходится «транслировать» видео с помощью ментальной магии в режиме онлайн.

– Невероятно… – прошептал правитель и удивлённо глянул на меня. – Как вы это сделали?

– У демонов всякому можно научиться. А показать кусочек воспоминаний – это точно не проблема, – беззаботно сказал я и пожал плечами.

– Наш народ тоже когда-то имел кровосмешение с демонами, – чуть улыбнулся он и уже серьёзно продолжил: – То, что я увидел, меняет всё. Властью, данной мне, я снимаю с вас все обвинения!

– Благодарю Вас, ван Хэйчанг Великий! – чуть склонился я.

– Рокаин-кон. Не уделите ли вы мне ещё некоторое время? Мне просто необходимо утолить своё любопытство. Ну и посмаковать ваш иномирный напиток, – улыбаясь, признался король.

– Если вы мне окажете ответную услугу, то пару часов у меня имеется, – улыбнулся я в ответ.

– Всё, что в моих силах, – будет сделано! – воодушевлённо оторвался он от спинки кресла и пододвинул ближе ко мне пустой бокал.

Так мы с ним и проговорили больше часа. Правитель Экора с удовольствием слушал о Инферузе и мире дертри, изредка задавая уточняющие вопросы. Этот громила в середине рассказа даже был похож на ребёнка, что сидит на полу перед старцем и слушает его невероятные истории.

Под конец я рассказал и о том, как вернулся в Эрон, что увидел и какие чувства испытал. Даже поведал о встрече со Светлоликим, который меня и направил в Экор, за Еленой. Пришлось раскрыть её личность перед ваном. Он был не в обиде на девушку, а даже немного сожалел, что теперь они потеряли такого сильного теневого воина.

Пока правитель был под впечатлением, я озвучил свои просьбы:

– Ван Хэйчанг. Я прошу у вас разрешения забрать брата и сестру владельца клана Хоучкан вместе с их наставниками. И прошу избавить нас от любых проявлений мести вашими подданными.

Правитель перевёл на меня удивлённый взгляд и недоуменно сказал:

– Со второй просьбой проблем не будет. Но… зачем вам они? Они же ещё дети, вроде.

На этих словах я убрал купол тишины и крикнул в сторону кареты на русском:

– Лена! Выведи пожалуйста всех!

Дверь кареты тут же отворилась, и оттуда вышла Елена, а затем, подгоняя и помогая друг другу спуститься, вышли остальные. Я поманил всю толпу рукой, и они робко подошли к нашему столу.

– Ван Хэйчанг Великий, приветствуем вас, правитель! – хором сказали наши подопечные и синхронно низко поклонились, а Лена только слегка склонила голову.

– Как вас зовут, молодежь? – обратился король к юноше и девушке.

– Я Сайонг, правитель.

– Я Лихай, правитель, – отозвались ребята, не поднимая головы.

– Вы брат и сестра Иньгора? – удивлённо спросил он.

– Всё верно, Великий, – вдвоём сказали они.

– Вы желаете покинуть своего брата и отправиться вместе с Великим Архимагом Рокаином и Эльсоной-кин?

После этого вопроса правителя ребята и наставники удивлённо взглянули на меня и Сайонг, торопливо опустив взгляд, сказала:

– Больше всего на свете мы этого желаем. Эльсона сказала, что мы будем учиться в магической школе. Нас больше никто не будет бить за непослушание… – робко закончила она.

– Вот оно значит как… – протянул ван, нахмурился и перевёл взгляд куда-то в сторону. – Я даю разрешение. С Иньгором я сам всё решу, – сказал он народу.

– Ваша щедрость безгранична, Великий! – воскликнули наставники и опять поклонились правителю, а молодые просто потеряли дар речи и от переизбытка радости не знали, что сказать.

Ван перевёл взгляд на меня и поначалу робко сказал:

– Рокаин-кон, а я могу забрать этот напиток? – кивнул он на стол, на котором стоял бочонок, литров в десять.

– Нет, конечно. Великий ван! – улыбаясь, сказал я, а улыбка правителя медленно начала сползать с лица. Я же материализовал у себя в руках второй бочонок с сидром, ни разу не открытый, и протянул правителю.

– Там уже половины нет. А этот ни разу не открывался и полный под завязку. Но дегустаторам всё равно дайте попробовать! – провозгласил я довольному вану.

– Вот за такое я даже прощаю тебе разрушенный дом, – хихикнул он, кивая на пустое место с другой стороны дороги. – Надеюсь, там никого не было?

– Разумеется. Как бы я ни угрожал, но мирным жителям я бы вред не нанёс, – заметил я и протянул брусок кондера правителю. – Это компенсация владельцам дома. Прошу вас передать.

– Благородно, – удивлённо взял он кондер, повертел в руке и, опять переведя взгляд на меня, сказал: – Не буду вас отвлекать, Рокаин-кон. Хорошей вам дороги, и чтобы тень Скрытого не пала на вас! – ударил он себя кулаком по груди и, развернувшись, пошёл к своим самураям.

Провожая взглядом этого несомненно адекватного правителя, я скомандовал всем грузиться в карету. Лена изъявила желание принять роль водителя. Мне же было под цвет крови дертри ‒ совершенно фиолетово. Но в данный момент на колёсах передвигаться мы не будем.

Когда девушка запрыгнула за руль, я создал изогнутую платформу под каретой и резко поднял всех в воздух.

– Рокаин! Я хотела поводить! – обиженно заканючила она.

– Успеешь ещё! Пока есть пару часов полёта, лучше подремай, – громко сказал я, набирая высоту.

За два часа я планирую долететь до границы Экора, поэтому материализовал крылья тьмы и, порхая возле платформы, начал набирать скорость. Из окна кареты на меня смотрели ошалелые мордашки молодых людей. Я подмигнул им и рванул с большей прытью.

«Дружище Эткин. Мы скоро будем!» – подумал я про себя, улыбаясь потоку ветра.

К границе мы подлетели даже раньше, чем я планировал. В общей сложности мы пролетели четыреста девяносто километров от сердца страны. Сразу за главным таможенным постом я посадил платформу на дорогу и разбудил задремавшую на руле Елену.

– Вставай, красавица, – подойдя к ней, слегка тронул её за плечо.

В этот момент из кареты вышли все остальные, наставники разминали спины, а ребята поглядывали на меня и Елену.

– М-м. Мы уже приехали? – улыбнувшись, подняла она голову и взглянула на меня.

– Мы только что пересекли границу с Сауримом. Едем пять часов, а затем опять в полёт. Ночью мы должны быть уже в Тирое, – сказал я потягивающейся девушке.

– Я так быстро ещё никогда не перемещалась между странами! Даже вспомнила давно забытые слова «перелёт» и «авиация» – призналась она, зевая и прикрывая ладошкой рот.

– Может, поспишь? Молодых можно на крышу посадить. И им весело будет, и ты ляжешь нормально, – улыбнулся я.

– Хм, неплохое предложение… – задумалась она, посмотрев на глазеющих на нас ребят, и слезла с кареты.

Лена подошла к ребятам, сделала им весёлое предложение и открыла портал на крышу кареты. Они настороженно в него вошли. Когда все расположились для поездки, я запрыгнул на водительское сидение и бодро тронулся по дороге.

Дорога была не каменистая, поэтому карета ехала очень мягко. Но кочки и неровности всё равно не позволяли разогнаться более сорока километров в час. Потому как если скорость выше, езда превращалась в очень некомфортную тряску.

Молодёжь, свесив ноги по углам кареты, за моей спиной, молча вертели головой и улыбались. А ведь когда-то я появился в этом мире и был ненамного старше их, а без воспоминаний был таким же зелёным, как и они. Но по ходу вернувшихся знаний и воспоминаний я старел душой почти с каждым день.

Сейчас я выгляжу ненамного старше тех времён, когда я появился в Бероне. Но мой взгляд выдаёт зрелого мужчину лет сорока. Именно поэтому даже торговцы на базаре не обратятся ко мне, как к салаге. Да и после того, как ушла Алира, больше некому контролировать рост моей щетины на лице, поэтому моя рожа теперь всегда чуть колючая. А это добавляет ещё пяток лет к моему внешнему возрасту.

В тишине управляя каретой, я думал о всякой такой фигне, пока Сайонг не выдержала и не начала меня допытывать вопросами. Спустя минут десять к ней присоединился Лихай. А всё началось с невинного вопроса: «Рокаин-кон, а какой была Империя Дионай?»

Через час мне надоело отвечать на вопросы. Я посадил ребят вперёд и показал, как управлять каретой. Первым сел, конечно, Лихай. Он довольно быстро уловил суть управления авто-каретой и уже через полчаса держал уверенную скорость, с которой ехал я. Потом к рулю начала лезть Сайонг, и за возможность управления транспортом они чуть не подрались.

Я быстро прекратил их безобразия и сказал Лихаю, чтобы он показал, как управляться с каретой своей сестре. Теперь они будут водить поочерёдно, по часу каждый. Контролируя наш путь анализатором, я разлёгся на крыше кареты и, прикрыв глаза, начал мечтать о том, что будет, когда я найду всех своих. А если всё сложится – восстановлю Дионай, чего бы мне это ни стоило.

Под сладкие мечтания драконий кондер и сосуд восстановились полностью. В это время проснулась Елена, а мы проехали на карете более двухсот километров, не заезжая в деревни и города. Итого, мы прошли уже полпути, можно сказать.

Поэтому я воодушевлённо опять поднял в воздух карету и вместе с ней рванул что есть мочи. Молодёжь осталась на своих местах, а Лена перебралась на крышу. Когда мы пролетели около шестисот километров, я приземлил карету уже в Тирое. Мы летели в темноте, под противный моросящий дождь.

Пока мы летели на север, заметно похолодало. В этом мире не как на Земле. Летоисчисление начинается с наступлением весны. Сейчас первый месяц Лайна – зима. Осень не до конца отпустила свои объятья, но чем дальше мы двигались на север, тем холоднее становилось. Ребятам даже пришлось накинуть свои пышные тоги, когда начало вечереть, потому как в полёте особенно чувствовался холод.

По-хорошему, нам надо было расположиться на ночлег, но в такую погоду никто не желал ночевать на мокрой земле, поэтому привал решили отложить до ближайшего поселения. Пока мы ехали, в карете образовалось сонное царство. Елена вызвалась управлять каретой, её дождь не беспокоил совершенно, из-за возможности использовать воздушный щит. А я подсвечивал нам дорогу большим шаром света, размером с мяч. Спереди даже создавалось ощущение яркой светящейся луны. Так как шар я выставил довольно высоко.

Через полтора часа мы наткнулись на какое-то поселение. Причём мы даже не заметили, что это поселение. Света не было ни на улице, ни в домах. Как и охраны на воротах порушенного частокола.

– Я почему-то от Тирои ожидал более оживлённых деревень… – пробормотал я, подсвечивая пейзаж заброшенных домов вторым шаром света.

– Насколько я знаю, эта страна такая же маленькая, как и Экор. Население сконцентрировано больше всего у столицы. На севере очень много стай лютоволков. Леканы же больше любят средние широты. Говорят, в Тирое даже водится поселение лютоволков. Они отлавливают людей и приносят их в жертву своему богу-волку. Заваривая эту жертву ещё живой, в чане с кипятком, – мрачным голосом сказала Лена и со страхом посмотрела на меня, управляя при этом рулём.

Я недоуменно глянул на испуганную девушку с красноречивым вопросом на своём лице. Но перед тем, как я что-то смог сказать, она прыснула в ладошку и залилась смехом, при этом даже остановив карету.

– Ты бы видел своё лицо! – хихикала она, навалившись на руль.

– Веселуха. Тёмный тебя дери… – хмыкнул я, чуть ухмыльнувшись.

– Я не против такого действия. Если это будет такой сексуальный тёмный, – кокетливо сказала она и провела пальчиком по моей рубашке.

Не пойдя на провокацию и отстранив руку Лены, я спросил:

– Чего остановились-то? Поехали дальше.

– Зачем? Нам до утра ехать придётся до столицы. Переночуем в заброшенном доме и засветло отправимся, – вопросительно посмотрела она на меня.

– Хм. Я, конечно, не против… Но это место… – с сомнением начал я оглядываться вокруг.

– Рокаин, ты такой милый. Когда сам Великий Архимаг боится кучки лютоволков, – хихикнула девушка, пытаясь меня подцепить ради шутки.

Но я с иронией посмотрел на неё и чуть улыбнулся.

– Не забывай. С нами твои подопечные, и они не владеют даже магией, не то что нейроинтерфейсом.

Она перестала веселиться, оглянулась и сказала:

– Значит, будем дежурить. Жаль, Каспер не с нами, – вздохнула она.

– Не жаль. Думаю, Каспер сейчас нужнее Данне, – сказал я, слезая с кареты. Я уверен, этот хихикающее шарик уже не раз спасал ей жизнь.

Мы разбудили народ и зашли в довольно приличный двухэтажный дом с большой гостиной, со столами, стульями и внушительным камином. Этот дом был ближайший к нам. Создавалось ощущение, что хозяева покинули его от силы пару недель назад. Просто собрали вещи и спешно уехали.

– Не нравится мне тут… – пробормотал я, отправившись за дровами возле дома.

Моя интуиция лениво постанывала от отвращения к этому месту. Именно потому, что она не била в набат, я и решил ничего не менять в наших планах. То самое чувство, когда ждёшь неприятность, и она обязательно произойдёт. Главное – не смертельно, и это – главное.

Когда я разжёг дрова в камине, в комнате посветлело. Можно даже сказать, что стало уютно. Наставники и ребята расстелили свои тоги на пол, готовя себе ночлег. Но я достал из инвентаря четыре качественных спальника на молнии и дал в довесок к тогам. Лена всё же попросила меня убрать свою сумку в инвентарь.

Еду мы закупили в одной из деревень, когда проезжали по Соуриму. Поэтому, вытащив из инвентаря ещё горячие блюда на стол, я пригласил всех отужинать. Ребята вели себя непринуждённо и друг другу улыбались, наставники же даже не притронулись к еде. Мойджун вела себя беспокойно. Каиба хмуро и настороженно прислушивался к звукам на улице. А Елена была в сосредоточенной задумчивости.

«По-любому произойдёт какая-то хрень», – окончательно уверился я.

Но в дороге, когда теряешь концентрацию среди ночи, будет опаснее. Тем более, я не чувствую смертельной опасности. Понадеюсь на интуицию, так сказать.

Когда все поели, начали укладываться прямо на полу гостиной. Второй этаж мы проверили, там две комнаты с двумя кроватями. Но разделяться нам нельзя, поэтому будем спать на полу.

Так как Лена спала днём, она вызвалась дежурить первой и чуть ли не на всю ночь, заодно и накидает обещанные образы воспоминаний. Но я настоял, чтобы через четыре часа она меня разбудила. До рассвета подежурю я. Поэтому, завернувшись в спальник, я прикрыл глаза и тут же провалился в сон.

– Рокаин! – закричала Монада, глядя на меня.

Меня окутал бешённый страх, и я резко вылетел из мира девочки, одновременно просыпаясь от стиснутых зубов на моей шее. Монада полностью материализовала доспех на мне, но открытую часть шеи это не спасло – спасли наниты.

Я открыл глаза, наблюдая как чья-то волосатая башка с ушами пытается прокусить моё горло! Машинальный удар лезвиями тьмы, и я по вдоль располовинил эту башку. Меня поливает тёплой кровью. Я моментально вскакиваю и вижу ещё пятерых лютоволков, которые рвали горло моим подопечным!

Лена, вцепившись руками за уши лютоволка, в конвульсиях пылая из рук тьмой, висела над полом, пока монстр, держа своими мускулистыми лапами, перегрызал ей глотку! Остальные лежали в ряд на полу, и над каждым трепыхалась волосатая накачанная туша гуманоидного волка!

Твою тёмную мать! Я резко начал шинковать этих зверей лезвиями тьмы! Их плоть разрубалась, как масло ножом. Но когда я подбежал к упавшей Елене, со спины послышались хлопки пространственного пробоя. Я тут же развернулся и увидел ещё трёх волосатых гуманоидов с головами волков!

– Это что за хрень?! – рыкнул я и располовинил по горизонтали этих тварей.

Опять взглянул на Елену. Её шея была с вырванным куском плоти, из которой толчками вытекала кровь. Безмолвно хлюпая прокушенным горлом, она рукой погладила меня по щеке, и её глаза остекленели, а рука упала на пол!

Вырвав своими зубами кусок запястья, я обильно начал поливать её шею своей нанитной кровью. Одновременно с этим материализовал половину ящика с эликсирами регенерации рядом с девушкой. В нейроинтерфейсе я открыл кучу окон по контролю показателей и мощностей нанитов. Когда в её тело встроился миллиард нанитов, я дал команду на восстановление жизненных функций и клонирование клеток крови.

На всю эту операцию я потратил пару минут и пробоем переместился к следующим. Даже не разбирая повреждений, я начал всех поливать своей кровью. А те наниты, что падали на пол мимо пациентов, получали приказ срочно перемещаться в ближайшую мёртвую плоть. У Сайонг с Лихаем шея была разворочена до самого позвонка! Наставникам повезло больше. У них отсутствовала только половина горла.

Передо мной произошли ещё два хлопка пространственного пробоя. Даже не поднимая головы, я долбанул в эту сторону лезвиями тьмы, разрубая скулящие туши и напролом разрубая деревянную стену за ними. Мой мозг просто вспухал от обилия открытых окон в нейроинтерфейсе. Одновременно я восстанавливал жизненные функции всем своим мёртвым товарищам.

Когда сердце Лены лёгким толчком запустилось, я пробоем оказался возле неё и, откупорив сразу три бутылька регенерации, один вылил на повреждённое горло, а второй попытался влить в рот. Половина вылилась на пол. Как эти два впитались в тело, – подсвечивая зелёным свечением повреждения – я тут же вылил на неё третий.

Следом начали биться сердца у наставников, к которым я подлетел с теми же манипуляциями. А через час появился пульс у молодых людей. Им досталось больше всего. Мне пришлось дополнительно влить в них ещё по миллиарду нанитов, чтобы поддерживать мозг и не давать мёртвым телам отравлять себя токсинами бактерий.

Вот он и первый намёк на то, что Елене срочно нужно установить модуль генерации нанитов. Так как её в этот мир призвал не Светлоликий, – который и дал мне все эти функции изначально – у неё модуль отсутствовал совсем. Даже возможности установить модуль через её Зодак нету. Его можно установить только как я устанавливаю его своим подопечным – в ручном режиме и в ускоренной установке.

Другой вопрос – какого тёмного у шавок лютоволков пространственная аномалия?! Это то же самое, как если бы обезьянам дали автоматы! Эти животные вообще магией не владеют в зачатке! А тут сразу пространственная аномалия из Инферуза! Бред какой-то…

Через пару часов, жалобно постанывая, Лена открыла глаза. Было четыре часа ночи. Я тут же в положении на корточках, пробоем оказался возле девушки и, встав на колено, взял её за руку.

– Р-Рокаин… Волк появился… Прямо возле шеи… я даже крикнуть не смогла, – с покатившейся слезой по щеке взглянула на меня Лена мутным взглядом.

– Всё в порядке. Никто не мог этого ожидать. Твои дети скоро восстановятся, так же, как и ты, – утешил её я и погладил девушку по волосам.

– Спасибо, Рокаин… – Она взяла мою руку и прислонила к своей щеке, через минуту она так и заснула.

Опасность нам не угрожает, и я на сегодня уже не посплю, но хотя бы поспят мои подопечные. Наниты Лену восстановили полностью, но нервное перенапряжение даёт о себе знать. Такой смертельной вероятности от обычных лютоволков никто не мог ожидать. Даже если бы дежурил я, маловероятно, что я бы успел что-то сделать. Они явно умели пользоваться пробоем на инстинктивном уровне. Скорее всего, это та самая причина вымирания деревни.

Я поспал всего пару часов перед нападением, но и этого мне достаточно до самой столицы. Поэтому я без перерывов отслеживал показания регенерации тел всех своих пациентов. Когда их состояние стабилизировалось, я погрузил в глубокий сон Лену и начал установку модуля, предварительно вкачав ей ещё два миллиарда нанитов. Коробочка с титановыми пилюлями у меня ещё есть, на первое время этого девушке хватит.

Когда уже вовсю светало, я закончил установку. Наставники и молодёжь были полностью восстановлены и теперь просто спали. С чувством выполненного долга я кивнул сам себе и в первую очередь разбудил свою землячку. Туши волков я распылил ещё ночью и выдул зловонный запах за дверь. Поэтому вида трагедии гостиная не показывала совершенно.

– Рокаин? – удивлённо начала хлопать глазками Лена и чуть приподнялась с пола.

– Ну а кого ты ожидала увидеть? – улыбнулся я.

– Ты не спал всю ночь? А Сайонг и Лихай? – удивлённо начала она заглядывать за меня.

А я, чуть посторонившись, показал рукой на четырех пациентов, что лежали на полу.

– С ними всё в порядке. Можно будить. Они полностью восстановлены.

– Ты и правда мой герой, – улыбнулась Лена и кинулась мне на шею.

Стоя на одном колене, я поглаживал её по спине и чуть улыбался. Доверие к этой девушке у меня растёт с каждым днём. Это и настораживает, и одновременно согревает мою тёмную часть души.

– Постой… Что… это? – Лена отстранилась от меня, а её взгляд остекленел. Через несколько секунд она перевела на меня удивлённый взгляд. – Это… модуль производства нанитов? Но… как?!

– Так же, как и всем моим друзьям, – хмыкнул я и материализовал в руке коробочку с пилюлями. – Принимай их по мере потребности. Первые три миллиона нанитов будут генерироваться очень долго. Так что не пропускай.

– Спасибо ещё раз, – улыбнулась она и поцеловала меня в щеку.

Затем проглотила одну пилюлю и попросила придержать эту коробочку у себя в инвентаре. У девушки заплечного мешка с собой не было, не привыкла она к такому. Всё самое важное таскает с собой на поясе. А кроме зачарованных клинков и одного небольшого кондера у неё важного-то ничего и нет.

Так как наши компаньоны были мертвы несколько минут, из-за сбоя их мозг запомнил ночное нападение, как страшный сон. Они не сразу поверили, что оно было на самом деле, потому как, трогая себя за горло, не обнаружили на нём ни одной царапины. Но голод был у всех страшный. Кроме Елены – у неё строительного материала ушло не так много, как у остальных.

Когда уже был разгар утра, мы выдвинулись с этого заброшенного поселения. Было пасмурно, стоял неплохой туман. Простой человек, может, и потерял бы дорогу, находясь в этой стране впервые, но у нас с Еленой были анализаторы. Она даже поделилась со мной пройдёнными путями. За свою долгую жизнь она побывала почти во всех уголках этого мира.

Наметив путь, я проехал пару километров, удостоверился в правильности курса, схватил карету платформой и рывком полетел в «молоко», двигаясь, можно сказать, «наощупь», так как с высоты полёта из-за тумана не было видно даже земли. Ночное нападение необычных лютоволков непроизвольно заставило относиться к этой местности с неким мистицизмом.

В воздухе нас не ждали никакие сюрпризы, слава Светлоликому. Поэтому мы добрались до столицы Тирои буквально за час. Но из-за тумана и неточности карты мы на пару километров промахнулись, и пришлось полчаса поплутать по округе, пока не наткнулись на высоченную башню магической школы. Даже дворец местного короля не был таким высоким.

Я машинально проверил статусы Эткина и Амалты.

– Твою тёмную мать! – воскликнул я и, растянув улыбку до ушей, посмотрел на Елену. Она сидела за рулём кареты и удивлённо посмотрела на меня.

– Неужели… – вопросительно произнесла она и тоже залезла в контакты.

– Да. Мы сегодня увидим этого рыжего пьяницу, – улыбнулся я и начал выискивать вход в город.

Мне потребовалось пятнадцать минут, чтобы найти в тумане массивные ворота. Все это время у меня просто чесались руки написать Эткину. Но я себя пересилил. Не для того, чтобы сделать сюрприз, а для того, чтобы посмотреть на своего старого друга вживую, без всяких «масок». Кто знает, как в этом мире меняются люди за десяток лет. Елена-то изменилась очень сильно, но, конечно, в лучшую сторону.

Хотя если эти оба отменили удаление моего контакта, то это явный показатель. Хорошо, что им в нейроинтерфейс не приходят уведомления об обнаруженных рядом контактов. Для такой манипуляции нужно устанавливать отдельный скрипт, которого у моих друзей не водилось.

Приземлившись прямо у ворот, перед каким-то маленьким караваном, я сказал ошалелым стражникам:

– Нас шестеро. Коня нет. Только карета, – отчеканил я на имперском, убирая свои тёмные крылья.

– С-с вас-ш, тридцать шесть м-эдных, – заикаясь, пролепетал стражник на ломанном имперском и с дичайшим акцентом.

– Сдачи не надо, – протянул я стражнику серебряный кругляш и запрыгнул на пассажирское сидение рядом с Еленой.

Имперский, как и на Земле английский, был раньше интернациональным языком. Все страны старались его изучать. Империя Дионай была примером для подражания. Многие и сейчас не знают реальной причины падения этой страны. Оркенон на весь мир провозгласил, что империя пала от рук Тёмного наместника. Как говорится: «Чем чудовищнее ложь, тем проще в неё поверить» – так случилось и в нашем случае.

Пока мы ехали по готическо-каменному городу, я включил указатель нахождения Эткина на карте. В этом городе присутствовали самоходные телеги, причём довольно хорошего качества, типа УАЗ «буханок» с Земли. Это явно работа рыжего архимага, с моих образов.

Эткин, судя по карте, жил на окраине в противоположной стороне города. Поэтому ехать нам минимум полчаса. Дороги города были мощёными, дома под стать дороге – каменными и серыми. С виду довольно унылый город. Но когда мимо нас проехал здоровый транспорт с ковшом, типа трактора, я почему-то опять вспомнил слово «гротеск». Такая техника явно не для этого города. Он хоть и северный, но технологии транспорта сильно опережают постройки, что мы проезжаем.

Через полчаса мы остановились возле массивных деревянных ворот пятиметровой высоты. Указатель местоположения показывал, что Эткин и Амалта находятся именно за ними, через тридцать метров от меня.

В предвкушении я спрыгнул с кареты и подошёл к калитке ворот, несколько раз хорошенько стукнул. Звонкая тишина, и вот, за дверью послышалось хриплое ворчание:

– Чего надо?! Мастер Эткин сегодня не принимает…

– Открывай, юродивый. Мастер Эткин нас ждёт, – заявил я.

В калитке двери было маленькое окошко для глаз, которое тут же открылось, и на меня посмотрели серые глаза недовольного старика.

– Никого он не ждёт, я сказал! Пошли отседова! – прохрипел он.

– А я тебе ещё раз сказал. Он. Нас. Ждёт! – рыкнул я, чеканя слова, и тут же разгладил лицо: – Передай мастеру, что к нему пришли терминаторы.

– Че за терми-аторы? – недоуменно спросил старец.

– Посланники железных святых. Поверь, он нас ждёт довольно давно. И будет на тебя зол, если ты сейчас же не передашь мои слова, – хмыкнул я, приподняв бровь.

Старик с недовольным лицом чуть задумался и резко закрыл окошко. Я услышал отдаляющиеся шоркающие шаги.

Конечно, я мог просто влететь на его территорию без спроса. Но я так давно его не видел, что готов потерпеть ещё несколько минут. Вот только несколькими минутами это не обошлось. Нам пришлось ждать у ворот четверть часа, прежде чем они начали открываться.

Во время медленного открытия ворот, я увидел ошалелого Эткина в белой тунике и рядом стоящую Амалту в синем платье и серой мантии. Я же стоял перед воротами, сняв капюшон, моё лицо чуть прикрывали волосы. Сзади меня была карета, за рулём сидела ошарашенная Елена.

Эткин нисколько не изменился. Всё такое же веснушчатое лицо с рыжей короткостриженой шевелюрой. Он неверующе смотрел на меня круглыми глазами. Амалта, стоя рядом с ним, повторяла мимику своего мужа и переводила взгляд то на меня, то на карету. В воздухе, рядом с архимагом, появился рыжий улыбающийся кот. И Сарг здесь.

Звонкая тишина продолжалась ещё минуту после того как ворота полностью распахнулись. Эткин с подрагивающими руками сделал первый шаг, потом второй и по нарастающей подбежал ко мне и вцепился в меня мёртвой хваткой. При этом шмыгая носом и что-то неразборчиво бормоча.

– Я не верю… Это ты? Рок? – отстранился он от меня, взял меня за щёки и начал их мять и растягивать.

– Тво-ю те-мну-ю Э-Эткин… – сопротивляясь руками его тисканьям, выдал я.

– Это невероятно! – Он прекратил тискать моё лицо, опять обнял мёртвой хваткой и сказал: – Я не думал, что когда-то ещё раз скажу эту фразу!

– Мой дорогой друг. Я правда не мог появиться раньше. Для меня прошло всего три года, но для вас все десять, – вздохнул я, похлопывая Эткина по спине.

– Вижу, ты нашёл Елену. Загоняйте карету и будьте как дома! Выкачаю из тебя все образы! – отстранившись от меня, громко заявил Эткин, вытирая свои помокревшие глаза.

В это время Амалта пришла в себя и пробоем пространства оказалась рядом, схватила меня за шею, даже сильнее Эткина.

– Рокаин… Я так рада… – воскликнула она, хлюпая носом.

Елена тоже оказалась рядом и робко подняла глаза на моих друзей. Эткин и Амалта тут же обняли девушку, как свою давнюю подругу. Ведь они не видели её чуть меньше, чем меня. Из-за этого Елена даже расплакалась, обнимая их в ответ.

Когда ворота закрылись, Эткин повёл нас по территории, расселил наших подопечных в гостевой домик рядом с поместьем. Его поместье было даже больше моего в Арконе, но сам экстерьер очень сильно страдал из-за того, что сам город был серый и невзрачный.

Помимо основного трёхэтажного дома, на территории находились два домика для гостей и несколько бытовых построек. А за самим поместьем находился довольно большой цех по производству автомобилей. Как и ожидалось, этим Эткин и жил в Тирое.

В доме была прислуга, которая нам и показала наши с Еленой комнаты на втором этаже. Пока мы расселялись, мы так особо и не поговорили. Хотя я сразу сказал, что мы задержимся максимум на пару дней, чтобы найти жилье молодым и их наставникам. Эткин же попросил обсудить это решение во время обеда.

Поэтому мне и Лене сказали подходить в гостиную поместья, после того, как разложимся и помоемся с дороги. Я был совершенно не против последнего, так как мылся нормально последний раз в Вавилоне, до захвата Морта. А все остальное время после этого обходился только темным очищением.

Моя комната была довольно просторная, в средневековом стиле и коричневых тонах. Присутствовала массивная двуспальная кровать, пару шкафов и трюмо с зеркалом. В комнате также присутствовал вход в санузел с металлической ванной и унитазом. Аналогичная комната досталась и Елене, рядом с моей, но зеркальная.

На радостях, что я нормально помоюсь, открыл кран горячей воды и даже помог маленькой струйке водной магией набрать побыстрее ванну. Погорячее вскипятил воду и скинул с себя одежду, разложил её на вешалке и применил к ней тёмное очищение. А когда я залазил в ванную, услышал за стенкой набирающуюся воду – видимо, Елена делает то же самое.

Через пять минут нахождения в горячей ванне, меня сморило, и я прикрыл глаза, ибо давненько я не принимал водные процедуры, и сейчас это был кайф. Пока я путешествовал по Эстории, я всего пару раз снимал комнату в постоялых дворах, но там канализации и водоснабжения не было в помине. А снимать что-то очень престижное не хотел, потому как осторожничал.

– Рокаин… – прозвучал голос Елены возле моего уха.

Я удивлённо открыл глаза и повернулся к тому месту, где находилась стена, возле ванной. Лицо Елены выглядывало из стены, улыбаясь, она помахала мне и брызнула в меня водой. Эта бестия открыла окошко портала, сантиметров тридцать в диаметре. Прямо через стенку, а так как у нас комнаты были полностью зеркальными, мы лежали каждый в своей ванной, рядом.

– Ни стыда, ни совести? – приподняв бровь, задал я вопрос.

– А чего стыдиться? Я открыла окно, чтобы поговорить. Я же тут ничего у тебя не вижу, как и ты у меня, – хихикнула она и чуть вытянула шею, чтобы заглянуть ко мне в ванну.

– А по голосовой связи не могла позвонить? – проворчал я, машинально прикрываясь. Она и так ничего не увидит, просто рефлекс.

– Зачем? Мы ведь находимся через стенку друг от друга, – сказала она и опустила затылок на ванну.

– Ладно… Ну и что тебя гложет, землячка? – сдался я и так же расслабился в ванной.

– Просто хотела узнать план действий. Мы ведь нашли Эткина, – лениво протянула она. – А ещё, вот тебе обещанный образ. Ночью я его почти составила…

– Вот, глядите. Моя прелесть! – хихикнул парень в очках, с темно-русыми короткими волосами.

Он указывал руками на небольшой тёмно-зелёный фургон. Одет очкарик был в цветастую футболку и коричневые шорты с боковыми карманами. Стояли мы все среди каких-то старых гаражей умирающего гаражного кооператива.

– И что это за развалюха такая? У моего деда когда-то такая была. Как его там… – сказала блондинка, стоя рядом со мной и держа меня под руку.

Она была одета в спортивные черные бриджи и белую свободную футболку. Девушка разглядывала зелёный автомобиль своими изумрудными глазами.

– Лизка! Ты чего?! Это легендарный «УАЗ»! Да как ты можешь такого не знать?! – возмутился парень.

– Колян, ей-то откуда знать? Она в детстве по рыбалкам с отцом не ездила. Да и в деревне не жила, – хихикнул я, обнимая девушку за талию. – Ты лучше скажи, за сколько ты этот драндулет купил. Двигатель вообще живой? Ты на бензине, кстати, разоришься.

– Двигатель в нормальном состоянии! Мы же на нём сейчас и поедем! А купил я его за половину своей зарплаты! – лучезарно улыбаясь, сказал Колян.

– Я так поняла, Наташа ещё об этом не знает? – ехидно усмехнулась Лиза.

– Я ей потом сам сюрприз сделаю, когда подкачу на машине к дому, – не пошёл на провокацию Коля.

– Если ты до него вообще доедешь и тебя полиция за задницу не схватит. Бензиновые автомобили запрещены. А штрафы за них… – усмехнулся я.

– Вот-вот! Твоё увлечение всяким старьём тебя до добра недоведёт, – покачала головой Лиза.

– Да ладно вам! Лето покатаюсь, да продам подороже! – не согласился с нами он.

– Да ты ещё и барыга! – откровенно засмеялся я, подходя к машине, которая местами была покрыта рыжиками.

– Я не барыга, а ценитель раритета! – важно поднял палец вверх Колян. – Ладно! Поехали на природу, – добавил он, открыл водительскую дверь и ловко запрыгнул на сидение.

Я помог девушке открыть тяжёлую дверь в салон, а сам затем прыгнул на пассажирское переднее сидение рядом с Коляном. В машине уже лежал походный мангал, маринованный шашлык, безалкогольное и обычное пиво на нас троих. Мы собирались пару часов провести в лесу у озера, подальше от любопытных глаз. Супруга Коляна Наташа на работе, а сегодняшний день терять неохота.

– Какая любопытная и странная девочка с ободом на голове, – удивлённо сказал я Коляну, когда он тронулся с места. За нами из кустов наблюдала девочка в белом платьице с причёской каре и ободом на голове.

– Ты о чём? Какая девочка? – не понял Колян, смотря на то место, куда я показал пальцем.

– Вот же она. Всё, проехали уже, – непонимающе сказал я, оглядываясь назад в салон.

– Да не было там никого. А если и была, то тут недалеко частный сектор. Гуляла, видимо, – пожал плечами Колян, выезжая из гаражного кооператива.

Кадры сменяются, и теперь мы находимся на каком-то озере. Дымит мангал, мы наслаждаемся горячим шашлыком. Сидим на бревне и смеёмся, попивая пиво. Себе я взял обычное алкогольное, поэтому был больше всех навеселе. Когда я отошёл в кусты, чтобы слить лишнее пиво, и пробирался через дебри кустов, у дерева меня встретила та самая маленькая девочка.

– Рокаин. Ты уже долго спишь! – недовольно нахмурила она бровки.

– Э-м. Девочка. Ты о чем? У тебя где-то тут родители? – недоуменно начал я вертеть головой.

– Пошли играть в шашки! – топнула она ножкой и, подойдя ко мне, резко схватила меня за руку. Нас тут же окутал фиолетовый дым и наступил мрак.

Во время полёта на алкоголь мы не налегали. Просто Эткин упёрся выпить по бокалу гномской – на дорожку, и нам всем хватило этих бокалов, чтобы на часок слегка окосеть. Но тем не менее, мы приятно провели время. Разговаривали и обменивались подробными образами нашей жизни. Иногда смешными, а иногда не очень.

Когда мы вдоволь наговорились, – через пару часов – действие алкоголя уже сошло на нет, поэтому молчаливый Эткин запрыгнул за руль и в режим ожидания, как в трансе он наблюдал за пожелтевшими лесами и полями, которые мы пролетали. А мы с Леной решили поваляться и, возможно, подремать. Я занял верхний ярус кровати, а девушка нижний.

Эффект от алкоголя нанитами я не выводил. Поэтому, удобно расположившись, сразу провалился в сон. Но не успел я увидеть свою прошлую жизнь или попасть в мир Монады, как проснулся от резкого маневрирования автомобилем.

Когда я открыл глаза, понял, что мы мчимся вниз. Лена, придерживаясь за поручень, стояла сзади сидения Эткина и наблюдала в окошко на землю.

– Э-э… Народ, в чём дело? – громко спросил я.

– А ты глянь! – сказала Елена, не отрываясь от окна.

Я тут же спрыгнул с кровати, чуть отодвинул девушку, запрыгнул на переднее пассажирское сидение и удивлённо начал разглядывать приближающуюся землю, а точнее деревья, в которых проглядывались красные палатки и навесы. И их было очень много, распространялись они, наверное, на целый гектар. Место было абсолютно безлюдно, и в радиусе ста километров нет даже самого захудалого поселения.

– Это что? Базирование пары легионов в лесу? – непонимающе задал я вопрос.

– Ни один легион не будет делать палатки из такой хламиды. И тем более, выдавать своё присутствие с высоты красным цветом, – сказал Эткин.

И тут я заметил, что архимаг наблюдает в бинокль, но очень необычный. Он был прозрачный и слегка светился нейтральной аномалией. А движение линз было видно сквозь прозрачный корпус – они двигались сами. Эткин ничего не подкручивал, а просто наблюдал.

– Это что за штука? Дай хоть тоже глянуть? – заинтересованно протянул я руку товарищу.

– Бинокль это, – ответил архимаг и посмотрел на меня снисходительно, как на идиота. Но протянул его мне и задумчиво добавил: – Всё это странно. Я никого не вижу, но лёгкий дымок от костров идёт…

Наш пилот перестал снижаться, просто завис в воздухе и какой-то кнопкой чуть накренил автомобиль, чтобы лобовое стекло удобно смотрело на лес. На таком расстоянии не вооружённым глазом нас никто не увидит. Это надо специально присматриваться вверх. А я с энтузиазмом начал разглядывать необычные палатки и навесы.

Это больше было похоже на поселение оборванцев. Палатки грубо сшиты из разных кусков ткани и чем-то искусственно выкрашены в красных цвет. Везде небольшие кострища с вертелами, еле-еле издающие дымок. Видимо, под утро они потухли.

Обитателей этого поселения видно не было. Но возле некоторых палаток и землянок присутствовали довольно большие кости, а на кольях по двум сторонам палаток были насажены человеческие черепа.

– Да. Это явно неармейский полевой лагерь. И он явно нечеловеческий. – Отстраняясь от бинокля, я с удивлением взглянул на такой классный прибор Эткина. Качество великолепное, а «зум» просто шикарный.

– С чего ты так решил? – удивился архимаг.

– Человеческие черепа на кольях, возле каждой палатки.

– Рокаин, дай мне взглянуть! – встрепенулась Елена и я удивлённо передал ей бинокль.

Она, встав на колени, облокотилась на столик между нами, двумя руками держала перед глазами бинокль и пристально наблюдала в лобовое стекло. Молчание продлилось где-то полминуты, и Лена удивлённо передала Эткину бинокль.

– Быстрее, смотри вон на то дерево, – указала она пальцем на приметное высокое дерево. – Это лютоволки! – выпалила она.

Архимаг немедленно присмотрелся туда, а я щурил свои демонические глаза. Но с такого расстояния, да среди деревьев, невозможно было что-то разглядеть даже нашим орлиным зрением.

– Лагудова колбаса… Похоже, мы наткнулись на кочевое поселение лютоволков, – проворчал архимаг и передал мне бинокль.

Я глянул на то место, куда указала Елена. Да, так и есть ‒ зевающий ободранный оборотень стоял возле дерева и испражнялся на него. Справив свою нужду, он зашевелил ушами и тут же исчез. Это был пространственный пробой.

– И, похоже, это те самые инициированные демоном лютоволки, – хмыкнул я.

– Это почему? – удивилась Лена.

– Он только что исчез пробоем.

– Предлагаю развлечься! – воодушевился архимаг.

– Не недооценивай этих тварей, – покачал я головой. – У Лены нанитов ‒ Сарг наплакал, – добавил я, а на мои слова в воздухе, возле Эткина, появился недовольный кот.

– Ну поднимемся повыше, оставим машину в левитации и вдвоём прогуляемся. Елена нас подождёт, – улыбнулся архимаг и взглянул на взволнованную Лену.

– А может, я всё же с вами… – попробовала она робкий протест.

– Лена, нет. Вот будет больше нанитов, тогда это другой разговор. Их зубы нашу кожу не возьмут. А если на тебя накинутся несколько волков, нам твоё тело придётся восстанавливать по кусочкам, – спокойно ответил я девушке.

– Неужто они такие сильные? – удивился архимаг, переводя взгляд с Елены на меня.

– Обычные. Но я тебе рассказывал… Если волк появляется в воздухе перед тобой с уже стиснутыми зубами на твоей шее, то тут даже легион спасует перед такой силой, – вздохнув, объяснил я Эткину.

– Пигот тёмного… Тогда нам точно не стоит проходить мимо. Какие беды они ещё принесут, – нахмурился он.

– Согласен. Поэтому поднимай буханку и полетели, развеемся, как в старые добрые, – улыбнувшись, кивнул я и расположился на кресле.

Эткин выключил фиксацию и резким рывком поднялся перед самыми облаками. Я же продублировал ему образ, который Эткину нужно выучить прямо сейчас, чтобы не искать его в мешанине архива. Это был тёмный щит. Он точно ему сейчас пригодится. Образ небольшой, его даже не пошатнёт если он сейчас его выучит.

Когда архимаг пришёл в себя, он передал бинокль Лене и мы, открыв двери, сразу применили воздушную левитацию. Выйдя из машины и хлопнув дверьми, мы рывком направились вниз.

За несколько минут мы спикировали к поселению, предварительно накинув на себя хамелеон, щиты тьмы и воздуха. В самом палаточном лагере проинспектировали десяток шатров. В каждой из них, на сене, валялись лютоволки. Некоторые были с самками, а у многих недалеко лежали еще и детёныши.

Меня такой вид поразил до глубины души. Ведь я хотел всех по-тихому порубить. Но когда увидел маленьких человекоподобных волчат, сопящих вместе со своими родителями – сразу передумал. Еще я в детоубийцы не записывался…

Мы нашли очень приметное место, которое очень резко выделялось из всего этого кочевого поселения. Это оказался довольно большой и низкокачественный сруб. Он сделан был на скорую руку из брёвен и вьюнов, что плотно крепили бревна между собой.

Так дома в Эроне никто не строит совершенно. Возможно, только в захудалых деревнях, где нет толковых магов земли, и приходится всё лепить «на сопли». Очень приметный оказался одноэтажный домик и гораздо серьёзнее, чем землянки, палатки и шатры с навесами.

Друг с другом мы общались исключительно по чату. Как выразился архимаг – что если кто-то тут владеет ментальной магией, то мою передачу мыслеречи он сможет засечь. А вот радиоволновую связь он точно не поймает.

Мы аккуратно заглянули в приоткрытую ставню окна без стёкол. Я сразу приметил дремлющего на грубо сколоченном кресле человека с длинными волосами. А справа от него лежала голая девушка, совершенно не стесняясь своей наготы. Все её прелести были выставлены на показ.

Если бы не наше демоническое зрение, мы бы заметили только двух людей. Но нет, это были суккуба и роин. Сквозь длинные волосы мужчины прорывались небольшие рожки. Легкие чешуйчатые наросты легко было бы заметить на его полуголом теле.

Женщина же выглядела, как обычная, человеческая. Но вот её аура в спектральном зрении выдавала, что она владеет тремя стихиями: огонь, пространство и самая сильная из них – ментальная магия. Это по-любому суккуба, только у них такой перевес.

Мы вдвоём, облокотившись на стенку сруба, сели на корточки и начали переписываться:

Проснулись мы с Эткином крайне лениво, и ближе к обеду. Полночи я учил Монаду играть в шахматы. Девочка со скрипом, но запомнила все фигуры и как ими ходить. Конечно, скорость её хода оставляла желать лучшего, но это всё временно. Развивается она быстро.

Рыжий пьяница ночью тоже без дела не сидел – запустил на мягкую установку половину образов, что я ему скинул. Ещё одна ночь, и он выучит все возможные варианты управления тьмой, да ещё и с рунами.

Лена проснулась давно, но к нам не спускалась. Через внешний выход в палатке отправилась по нужде, а заодно принять водные процедуры в небольшой реке недалеко от гор. Так как у девушки очень мало нанитов, ей необходимы такие человеческие потребности.

Нас с Эткином подобная проблема может не волновать по три-четыре дня. Хотя он, конечно, может без этого больше. В нем на целый литр нанитов больше, чем у меня.

Архимаг добрался до потолка в шестьдесят процентов от общего количества крови в организме. У меня и у Лены потолок будет где-то на восьмидесяти процентах. То есть, к имеющимся двум литрам нанитов я могу добавить смело ещё пару литров.

Примерно после каждых пяти миллиардов моих маленьких роботов потребность в справлении естественных потребностей организма заметно уменьшалась. Потому как мощности нанитов эффективно используют пищу и воду. К тому же, они сами очищают организм от токсинов, в малых количествах испаряя их круглосуточно.

Короче, мы с архимагом можем спокойно не ходить «по большому» целую неделю, и при этом жрать, как не в себя. Очень полезное свойство, к которому я давно привык. А в мире дертри оно усилилось раза в два, из-за увеличения количества нанитов.

Размышляя о таких полезных свойствах нанитов, валяясь на кровати, я открыл статы:

Я задумчиво глянул на поникшую Яну и сказал:

– Если я заберу тебя ненадолго отсюда… твои против не будут?

– Как можно противиться человеку, победившему самого сильного дварфа? – подняв голову, недоуменно посмотрела она на меня.

– Ну значит, полетели, – усмехнулся я, схватил свою бывшую жену на руки, как пушинку, и взлетел в воздух.

– Рок! Куда?! – возмутилась девушка.

– Увидишь, – сказал я и, распустив крылья тьмы, частыми взмахами максимально ускорился.

Яна ошеломлённо закрывалась от ветра. Скорость достигала предела, поэтому мы подлетели к буханке буквально за минуту. Дверь салона уже была открыта, и оттуда выглядывали Эткин и Елена.

Убрав крылья и левитируя, я аккуратно высадил Яну в машину, а затем зашёл сам и закрыл дверь. Елена тут же обняла ничего не соображающую девушку, а Эткин радушно с ней поздоровался.

Когда эмоции от встречи прошли, а мы все расселись в машине, я начал говорить:

– Яна, ты можешь мне скинуть образы того дня, когда на вас напали?

– Рокаин, чего ты сразу! Это же твоя жена, как ты… – начала Лена и тут же запнулась, видя мой нахмуренный взгляд.

– Конечно. Этот образ лежит готовый уже лет восемь… Но полгода назад я его дополнила. Как чувствовала… – невесело откликнулась дварфийка, которая старалась не смотреть в мои красные глаза.

Не обращая на это внимания, я получил файл образа воспоминаний и запустил не глядя. Картинки вспышкой встроились в мою память, и я пережил всё, что хотела показать мне Яна.

Когда случилась осада Арконы, мои жёны уже были готовы бежать, но рассчитывали на подкрепление и, собственно, на оставшихся в городе архимагов. Несмотря на это, через три дня стены города пали по известным причинам. Тогда, отработанными движениями, Елена перекинула всех моих далеко за город, в лес, при этом опустошив сосуд и средний кондер подчистую.

Почти неделю они добирались до границы. Только благодаря силе воли они делали шестидесятикилометровые марафоны за день, с детьми на руках. У самой границы с Ладией на них совершили нападение. Мои жены укрылись за холмом и посылали нечастые заклинания в сторону противника. Бой вели в основном Лена и Доэн.

Когда по Елене нанесли взрывной удар и она исчезла, Доэн заорал моим жёнам бежать в разные стороны. Элла отдала свою дочь Яне, потому как та владела камнем пространственного пробоя. И это был мой серьёзный промах. У меня было четыре таких камня, но я даже не подумал раздать их своим. Потому как просто не мог представить, что Аркона падёт…

Собственно, дварфийка с двумя детьми наперевес пробивалась через вражескую территорию, пока наконец не добралась до Синоя – небольшая торговая республика, во главе которой стоит совет мудрецов. Там она и осела на целый месяц. Она не видела никакой надежды на чью-либо помощь, потому как, будучи дварфийкой, устроиться магом в незнакомом городе – просто невозможно. Только путь в наёмницы. Но с двумя детьми это не представлялось возможным.

Яна собрала всю свою волю хрупкой, но сильной девушки и отправилась караванами к своим сородичам. Прижимая к сердцу детей и спасительный камень пробоя.

Двухмесячный путь до Аравильских гор был очень тяжёлый, ночами девушка плакала, прижимая к себе детей. А днём хмурой воительницей-магом шла вместе с очередным караваном на лошади, по бокам которой были корзинки с младенцами.

Много было несправедливости и злобы от людей, а также похоть и вожделение на её хрупкое тело. Даже несмотря на то, что она мигрировала с детьми. Ей приходилось силой отстаивать своё право на спокойствие. И всё это время она была одна со своим страхом перед человеческим миром и страхом за детей. Очень горькие воспоминания…

К тому времени, как она добралась до ничейных земель, Яна вовсю пылала ненавистью к основной массе людей. А когда она всё же добралась до заветного ущелья, даже сородичи встретили её довольно холодно. Но ворота в город отворили. Не обошлось и без добрых дварфов, что приютили её с детьми на первое время.

Дальше шли годы. Дети росли. Яна продвигалась по военной карьерной лестнице. Она заботилась о детях, с любовью воспитывая их и отшивая всяческих дварфийских ухажёров. Девять лет спустя ей сделал предложение командующий третьей защиты города – это что-то вроде заместителя военачальника легиона.

Этот статный длинноволосый дварф ей нравился, но не более. Тем не менее, она решила продолжить полноценную жизнь, отбросив любые надежды. В итоге она согласилась на брак. Искать кого-то из наших она не могла физически – на её плечах двое детей.

Когда я отвис от этого объёмного, но небольшого образа, на языке закрутились имена моих детей.

– Анна и Михаил… – проговорил я их имена в слух. В воспоминаниях Лены они не фигурировали.

– Я захотела назвать сына земным именем… А Элла грезила именем Анна, из твоих земных воспоминаний и какой-то сказки… – невесело улыбнулась Яна.

Эткин и Лена, затаив дыхание, слушали нас.

– А Данна назвала Ильёй… Что-то много детей в честь меня называют… – вздохнул я.

Но тут уж ничего не поделать. Меня, можно сказать, похоронили.

– Да. У неё это было безоговорочным решением, – улыбнулась дварфийка.

– Я хочу увидеть Анну и Михаила, – сказал я и выжидающе посмотрел на Яну, которая после моих слов задумалась.

– Рок… Представь, как оно сейчас будет выглядеть… Есть большой риск проблем, как минимум у меня и как максимум у детей.

– Для того, чтобы они познакомились со своим отцом – это не отговорка, – не согласился я.

– Я понимаю. Но подожди хотя бы месяц. После того, что сегодня произошло, я уверена – Владыка захочет с тобой увидеться, но явно не сейчас, – сказала она и умоляюще взглянула на меня.

«Да уж. Я сегодня и правда шороху навёл», – задумался я.

– Хорошо. Значит, отложим эту встречу на попозже, – признал я её правоту. – Следующий вопрос ‒ почему ты удалила мой контакт из списка?

На это Яна почувствовала себя очень неловко. Особенно под пристальным взглядом трёх пар глаз. Я-то знаю – дварфийка знала о функции отмены авто-удаления контактов.

– Ты видел в образе… Год назад… я попыталась начать жить заново, – стыдливо ответила она.

Эткин и Елена недоуменно переглядывались, совершенно не понимая, что здесь происходит.

– Ты знаешь, где могут быть Элла и Данна? – на мой следующий вопрос Яна покачала головой и сказала:

– Если бы я знала, то хотя бы попыталась их найти.

Ладно, буду искать дальше. Даже если у них жизнь поменялась так же, как и у Яны – я всё равно обязан найти их во чтобы то ни стало. Горевать, злиться и жалеть себя буду потом. Главное ‒ все живы, а уж здоровье наниты приложат.

Неловкое молчание продлилось целую минуту, поэтому архимаг решил его нарушить:

– Кхм-кхм… Не буду спрашивать, что у вас произошло. Для этого сейчас не время. Но другой вопрос имеет место быть: Яна, что с человеческими пленниками? – выжидающе глянул на неё Эткин.

– Это разбойники из ничейных земель. Вокруг очень много черни. Я весьма близко с этим познакомилась, пока с детьми добиралась сюда, – недоуменно посмотрела она на архимага.

– Что вы с ними делаете? – удивилась Елена.

– Они помогают расширять и углублять город. Была бы моя воля, я бы всех безжалостно вырезала в ничейных землях, – с неприязнью ответила Яна на вопрос Лены.

– Яна. Одно дело воевать на ничейных землях. А другое дело ‒ пленить людей и превращать их в рабов, – сказал Эткин, нахмурившись.

– В империи делали так же, – парировала она слова архимага.

– В империи судили людей – люди! Мало того, они могли отработать наказание и быть свободными! Я сомневаюсь, что вы кого-то отпускаете живым, – повысил голос архимаг.

– Так, хватит! – рыкнул я, а Эткин недовольно посмотрел на меня и замолчал. Только Елене было отчасти всё равно. Она смотрела на всех с недоумевающим лицом. – Яна, идём! – сказал я и, резко схватив девушку под руку, открыл дверь на выход.

Когда мы выпрыгнули, она схватилась за мою шею и со страхом наблюдала, как мы падаем.

– Рокаин! Что ты делаешь?! Взлетай! – испуганно прокричала она, когда мы приблизились к земле на угрожающее расстояние.

Я схватил девушку на руки и распустил тёмные крылья. Мы начали планировать в сторону ущелья.

– Именно вот так сейчас падает твой народ, Яна. Если вы не прекратите, то разобьётесь. А я этого не хочу… – сказал я на ухо молчаливой девушке, вжавшуюся лицом в мою шею.

Я никуда не спешил, и поэтому мы допорхали к ущелью минут за семь. Но приземлился я почти у самых ворот под пристальные взгляды, из окон над воротами.

– Рокаин… я… – хотела она что-то сказать, прежде чем мы простимся.

– Я хотел бы передать детям подарки. Но боюсь сделать только хуже… – невесело сказал я.

– Вы обязательно ещё увидитесь… – робко сказала Яна и потянулась ко мне, чтобы обнять.

Но голос из приоткрытых ворот прервал наше прощание:

– Кем ты приходишься Яне Нерон, человек? – пробасил правитель дварфов, резко выходя из проёма один.

Теперь он был в кожаном поддоспешнике, а следы от нашего боя исчезли, как небывало. На вид он был бодр и свеж.

– Владыка, он… – пыталась сказать Яна.

– Молчать! Я спросил Его! – рявкнул он и выжидающе посмотрел на меня.

А я приподнял бровь на его резкость и спокойно ответил:

– Не волнуйся, Ваше Величество. Я всего лишь давний знакомый Яны и хотел её увидеть, чтобы узнать о судьбе моих жён. К сожалению, она не дала мне ответов, – сказал я, а дварфийка посмотрела на меня с облегчением.

Неизвестно, какие проблемы её ждут, если узнают, что она была замужем за человеком.

– Из-за этого ты разнёс половину нашего укрепления? – приподняв бровь, спросил он.

– Вы первые атаковали и совершенно меня не слушали. Ради своей цели я готов спуститься в нижний мир владык демонов, – нахмурился я в ответ.

– Громкие слова для человека, – хмыкнул правитель.

– Ты многого обо мне не знаешь, Ваше Величество.

– Представься мне, – с прищуром сказал он.

– Моё имя Рокаин Серус, четвёртый архимаг империи Дионай, – невозмутимо ответил я.

– Империя, что пала в войне с тёмными… – заметил он.

– Это не так. Империя пала из-за недоброжелателей, а я в это время находился… не в этом мире, – запнувшись и подобрав слова, покачал я головой.

– Яна, оставь нас, – спокойно сказал он, не отводя от меня взгляда. Она неуверенно развернулась и пошла к приоткрытым воротам.

Когда девушка скрылась, правитель отошёл от ворот ещё дальше, а я проследовал за ним. Развернувшись, он опять взглянул на меня и, разгладив лицо, улыбнулся:

– Ну и задал ты мне трёпку, – гоготнул он и прищурил один глаз. – А твоя непонятная магия и сила вызывают уважение. Вот только когда тебя мутузила девка, ты даже не сопротивлялся.

– Я же сказал – она моя старая знакомая, – пожал я плечами.

– Странный ты, Рокаин Серус. Но меня это впечатлило. Не желаешь опробовать моё гостеприимство? Приглашаю тебя к себе в обитель, – доброжелательно улыбнулся он.

– Не сочти за грубость, Ваше Величество. Но я уже опробовал. А пока вы будете ловить моих сородичей в рабство – вы для меня почти что враги, – недовольно посмотрел я на него.

Его улыбка слетела с лица, а он сам, резко сократив перед нами расстояние, злобно прошипел:

– Вы, люди, и так режете себя повсеместно! Вы готовы рвать друг другу глотки даже перед лицом общего врага!

– Это наши дела – не дварфов. Мы к вам не лезем. Не хотите с нами вести дела – пожалуйста. Но использовать нас как скот – недопустимо. Для вас это может плохо закончиться, – с неприязнью, но относительно спокойно ответил я.

– Ты мне угрожаешь?

– Ни в коем случае, правитель Ворикус. Просто со временем я вернусь сюда по этому поводу. И это окончательно решит, враги мы или же союзники.

– Я не понимаю, какое тебе дело до кучки бандитов и отбросов с вашего племени? – отдалившись от меня, спросил дварф.

– Ненавижу рабство в любом его проявлении. Я так воспитан и не останусь в стороне.

– А как же ваши страны, в которых рабство процветает? – усмехнулся он.

– Меня не было в Эроне десять лет. Очень скоро я и до этих стран дотянусь, – вернул я ему усмешку. Правитель покачал головой.

– Ты силен. Но в тебе играет самоуверенность.

– На все воля Светлоликого… – неопределённо ответил я.

– Я тебя услышал, Рокаин Серус. Дальнейшее решение я приму после допроса Яны Нерон, – сказал правитель и, не прощаясь, прошёл мимо меня к воротам.

Его я провожал задумчивым взглядом, а когда он скрылся, взлетел в небо и отписался Яне:

– Монада. Ты забыла? Нужно защищать короля, иначе проиграешь, – сказал я когда увидел, что девочка собирается выставить фигуру короля под мою ладью.

– М-м… Д-да, – неуверенно произнесла она и убрала пальчики от короля.

Вот уже вторую ночь я учу её шахматам. Ходит она уже гораздо быстрее и вполне правильно, но вот такие элементарные ошибки ещё совершает.

Сегодня мы решили поменять наше местоположение в комнате. Так сказать, сменить обстановку у неё в доме. Теперь круглый стол с двумя креслами находился рядом с горящим камином, а по правую сторону от нас торцом к камину стоял диван. Я сидел слева, лицом к Монаде и дивану.

Кухня стояла на своём месте, её никогда никто не трогал. Потому как в мире девочки стоит лишь высвободить духовную силу и представить любое блюдо или напиток – и тут же его получишь.

Мы разменяли фигуры друг друга – я срубил коня девочки, а она моего слона. Как только я хотел похвалить её, огонь в камине ослепительно вспыхнул. А мы, прикрыв руками лица, недоуменно посмотрели друг на друга. Но яркий свет через пару секунд прекратился, и мы услышали насмешливый баритон:

– Прошу прощения за вторжение. И что отвлекаю от такой высокоинтеллектуальной игры.

Мы резко повернулись и увидели сидящего за нашим столом Светлоликого, в своём светлом доспехе с громадными наручами. Он сидел в каком-то позолоченном кресле, а сзади него плескались огни от камина. Монада недоуменно обратилась ко мне:

– Р-Рокаин… Кто это?

Но он меня опередил:

– Я бог людей, малышка. Моё имя – в этой грозди миров – Светлоликий, – усмехнувшись ответил девочке.

– Вы правда бог?! Вы не врёте?! – со всей непосредственностью восхитилась Монада и пододвинулась ближе к нему.

Светлоликий искренне рассмеялся и с любовью посмотрел на девочку.

– Я не могу врать. Когда я поговорю с Рокаином, у меня для тебя будет подарок, – сказал он восхищённой девочке и, взглянув на моё вытянутое лицо, подмигнул. Он сделал нам всем какие-то напитки и отпил из позолоченного стакана.

– Эм. Уважаемый господь бог, Светлоликий. В чём, собственно, дело? – быстро взяв себя в руки и приподняв бровь, обратился я к богу.

– Не язви, Илья, – хмыкнул он, услышав в моем тоне эти нотки. – Я бы просто так не заявился к вам. Но это самый менее затратный способ связаться с тобой.

– Что-то серьёзное? – нахмурился я.

– Да. Более чем. В прошлый раз я тебе не обмолвился, потому как сам был не уверен. Ангус Покен сотрудничает с темными эльфами из мира Морн. Но давай по порядку… – начал Светлоликий в своей манере и опять отпил из стакана.

Монада не прекращала восхищённо пялиться на него и ловила каждое произнесённое им слово. Бог начал рассказывать издалека, о божественных реликвиях, которыми завладел Ангус.

Оказывается, существуют божественные предметы – дары богов своим самым преданным детям. Эти реликвии наделяют носителя теми стихиями, к которым принадлежит бог, и дают большое расширение сосуда. А также укрепляют духовную силу, что напрямую влияет и на тело.

Традиционно эти предметы выглядят как амулеты со знаком бога. Но это лишь дань удобству ношения. Выглядеть они могут как угодно, вплоть до зубной коронки. Всё зависит от фантазии самого бога.

Но суть в том, что архимаг-предатель завладел четырьмя реликвиями. Две из них принадлежат двум ушедшим богам Эрона – богу-ящеру Иллою, его родная стихия вода и богу зверей Велкару, стихия которого – природа. Следующая реликвия принадлежала ушедшему богу из эльфийского мира Морн, его стихия ‒ огонь.

Ну и последняя реликвия принадлежит богине тёмных эльфов – Калие. Её ещё называют богиней страданий и относят к низшим тёмным богам. Какая-то там родственница Карса и Вэлоссы в десятом калении. Её стихия сочетает в себе Хаос и Тьму. Хороший коктейль, ничего не скажешь…

В совокупности с тем, что Ангус владеет воздухом, огнём и светом, он усилился под завязку и даже получше меня. Реликвии дают большие усиления в магии и открывают возможность использования ранее недоступных стихий.

– Но это далеко не всё, – вздохнул бог. – Ему помогает иномирец, аналогичный тебе и Елене. Но призван он тёмными эльфами. У него были все самые последние обновления подсистемы Зодак. Ангус – недавно я в этом убедился – давно владеет нейроинтерфейсом и нанитами.

– Я не понимаю. Какие у них цели? – недоуменно задал я вопрос, чувствуя, что пасую перед статусом самого сильного человека в Эроне.

– Как бы сказали на Земле: «Мировая Революция». Он хочет объединить все страны Эрона под своим началом, – покачал головой Светлоликий.

– Если он собирается дать всем коммунизм, то почему бы и нет? – хмыкнул я.

– Потому что у него договорённость с Калией. Когда он уничтожит все мои храмы, то сможет призвать в этот мир богиню, так как является её адептом. И тогда этим миром будут править тёмные эльфы, а люди… станут рабами. Они сильнее среднестатистического человека и все поголовно владеют магией.

– Но откуда столько информации всего за месяц?! – возмутился я.

– Я без дела не сидел. И… Первоначальная сделала мне услугу. Последнюю услугу… – невесело усмехнулся он. – Она видит куда больше меня, так как может чуть ли не постоянно присутствовать в каждом из миров этой грозди.

– И что? Мне теперь забросить поиск жён и начать искать Ангуса? – недовольно спросил я после раздумий.

– Нет. Тебе даже от плана отклоняться не придётся… Данна и Элла… М-м… находятся вместе с Ангусом, – аккуратно сказал он, пристально глядя на меня.

– Как это? Он везде таскает с собой пленниц? Что за чёрт? – Моё непонимание начало бить все рекорды.

– Они находятся с ним не в роли пленниц. Они – его союзники.

– Этого не может быть… – изумлённо прошептал я.

– Твои супруги установили Ангусу защиту Авелия. Именно поэтому я не могу увидеть и его. А ведь он владеет моим даром – Светом, – добавил Светлоликий, видя моё состояние.

Спустя пару минут моего раздумья я хмуро спросил:

– Как мне их найти?

– В этом я тебе не помощник. Они часто перемещаются в Морн. А печать Авелия просто не даёт уследить за ними.

– Да как они так спокойно перемещаются между мирами?! – резко повысив голос, психанул я.

– У них в союзниках бывший монах Карса. Некто роук Радонтос. Сил у них на это хватает, – покачал он головой.

– Этот Ангус Покен слишком много проблем приносит… – пробормотал я, с ненавистью вспоминая этого архимага. – Хоть скажи, что мне сейчас лучше сделать? – спросил я и взглянул на бога.

– То же что ты и планировал: захват Оркенона. Но я настоятельно рекомендую заняться ещё и Ладией с Сирэном. А затем и всеми граничащими странами. Ангус сам явится к тебе, – ответил Светлоликий, пожимая плечами.

«М-да… Сам бы мог догадаться», – фыркнул я про себя.

– Ладно. Мне пора. Но, как я и обещал, ‒ вот тебе подарок, Монада, – улыбнулся он девочке и щёлкнул пальцами.

Меня озарила яркая вспышка, а затем выкинуло из мира девочки. В отдалении я слышал крик своей защитницы.

– Добро пожаловать, уважаемые господа, в наш постоялый двор третьего ранга! – объявил парень, когда мы въехали в первый попавшийся приличный постоялый двор, находящийся в центральном квартале.

Это был даже не парень, а мужчина лет тридцати с длинными распущенными волосами. Глаза отдавали ярким жёлтым цветом – типичный для имперца. Он стоял в полупоклоне в вышитом чёрном фраке. На его шее я заметил позолоченный ошейник с узорами, и это явно не украшение.

– Нам нужны три лучшие комнаты! На одном этаже и рядом! – сказал архимаг встречающему. Он снизил градус акцента на порядок, чтобы не было коверкания слов, но лёгкий Экоровский говор присутствовал.

– А ещё нам нужно поставить телегу, – добавил я.

– А ещё нам вечером нужна сауна на троих! – громко сказала Елена, а мы на неё удивлённо посмотрели.

– Будет сделано, уважаемые. Пройдёмте. Вашей телегой распорядятся. Всё будет в сохранности, – услужливо отчеканил мужчина, не разгибая спины. Когда мы приблизились, он сделал шаг назад, развернулся и пошёл первым.

Нам было совершенно плевать на телегу, и мы продолжили красноречиво смотреть на Лену.

– Что?! – возмущённо прошипела она.

– Зачем тебе сауна, да ещё на троих? Мы вообще-то разного пола! – так же возмутился я.

– Это неприлично… – добавил Эткин.

– Вы извращенцы и деревенщины! – фыркнула девушка по-русски. – Вообще-то, оркенонские сауны самые лучшие на Эстории! И в них принято ходить и женщинам, и мужчинам – вместе! И они не должны быть полностью обнажёнными, а в полотенцах! – воскликнула она с возмущённым видом.

Мы с Эткином удивлённо переглянулись и ничего не ответили, а продолжили идти молча за нашим «Маспиндзело».

Территория постоялого двора была очень обширна. Нас встретили за пятьдесят метров от пятиэтажного здания с красивым фасадом и колоннами. Встречающий находился на дороге у фонтана, вокруг которого обтекала сама дорога до поместья. Ограда территории была небольшая, метра три в высоту. Но всё было отделано белым камнем и узорчатыми вершинами. Ворота кованные, из металлических прутьев.

Мы подошли к ступеням здания, и я заметил, что в нашу телегу уже запрыгнули и, довольно быстро разобравшись в управлении, повезли куда-то в сторону. Быстро они ведут обслуживание, а ведь они даже не убедились в нашей платёжеспособности.

Двери здания постоялого двора были распахнуты. Довольно большой проем вёл в гигантскую парадную. Видимо, здание всё же не прямоугольное, а квадратное, потому как в зале, по разным сторонам, находились три лестницы на вторые этажи.

Нас привели к подобию ресепшна, не со стойкой, а с длинным столом. За ним находились двое мужчин и женщина в аналогичных костюмах нашего встречающего, но уже синего цвета. Наш провожающий что-то шепнул девушке в костюме и тут же ретировался на выход.

– Добро пожаловать в постоялый двор Белый Лекон, уважаемые. Наш престиж удостоен оценки высших дворян и оценивается третьим рангом. В нашем ассортименте присутствуют лучшие комнаты, индивидуальные купальни с саунами, ресторан и залы для игр. Вы желаете три раздельные комнаты, находящиеся рядом? – с улыбкой, но абсолютно монотонно произнесла девушка с русыми волосами.

– Именно так. Ещё сауну на вечер, с двумя раздельными купальнями, – тут же ответила Елена, опередив нас.

– К сожалению, лучших комнат, находящихся рядом, у нас в данный момент нет. Но у меня есть для вас очень хорошее предложение. – Девушка и перелистнула страницу чёрной тетради, пару секунд туда поглядела и продолжила: – Есть один трёхкомнатный номер с общей гостиной. В нём уже присутствует раздельная купальня и сауна. Вам не придётся отдельно доплачивать за сауну.

– Отличное предложение! – восхитилась Лена.

– К-хм. А что по стоимости? – поинтересовался Эткин.

– Этот номер будет стоить три рукса в сутки. Отдельные комнаты стоили бы по одному руксу, но тогда вам бы пришлось отдельно доплачивать за сауну, – все так же монотонно ответила девушка.

А я заметил, что она, хоть и улыбалась, но глаза её выдавали вселенскую печаль и усталость. Я боялся дотрагиваться до неё ментальной магией ‒ мало ли, как среагирует тоненький ошейник на её шее.

В этой громадной парадной было очень мало народа. Метров за пятнадцать, сзади нас, сидели какие-то чинуши в позолоченных рясах. Служащие и рабы мельтешили в коридорах на первом этаже. Справа от нас был большой корридор, из которого доносилась музыка – видимо, там находится ресторан.

– Рокаин? – полушёпотом обратилась ко мне Елена, отвлекая от разглядывания помещения.

– А! Да. Нас всё устраивает, – спохватился я, вспоминая, что один рукс – это золотой, и по весу аналогичен имперскому желтяку.

– Будете оплачивать сейчас или перед тем как покинете нас?

– Сейчас.

Как-то тут всё странно. Даже в империи такого доверия в сфере услуг не было.

– На какой срок будете заселяться? Завтрак, обед и ужин вам включать?

– Да. И пока на двое суток, – сказал я слегка спешным тоном.

– С вас восемь золотых, – сказала девушка, что-то записывая в тетрадь.

Я вытащил восемь монет не местной валюты и положил на стол. На что девушка совершенно не удивилась, а достала из-под стола лупу и на секунду глянула на стопку кругляшей. Кивнула и тут же всё убрала обратно. Достала оттуда же колокольчик и позвонила в него.

– Хорошего вам времяпрепровождения. Вас проводят и выдадут ключи, – сказала девушка, когда к нам подошёл очередной раб во фраке.

Нас повели не на лестницу, а куда-то под неё, в небольшой коридорчик. Парень во фраке остановился перед дверью и нажал на какую-то кнопку.

– Это же чёртов лифт! – прошептал я на русском своим товарищам.

– Да-а… Говорю же – неплохо они на рабских горбах разжились, – пробормотал архимаг.

– Насколько я знаю, они такими технологичными не были… – задумчиво прокомментировала Лена, когда двери лифта разъехались, и парень приглашающим жестом пропустил нас вперёд.

Он зашёл следом и нажал четвертую кнопку по горизонтали – лифт закрылся и двинулся наверх. А когда двери лифта опять отворились, мы прошли буквально метров десять по коридору и остановились возле двухстворчатой двери.

Провожатый приложил к ручке одной из створок камни, похожие на обычные накопители, и створка открылась.

– Располагайтесь и возьмите ключи. Держите их при себе, так как если двери закрыть, нужно ещё раз прикладывать ключ, – проинструктировал он нас, протянув нам три камня на связке.

– Точно технологично… – хмыкнул я и забрал ключи-накопители.

Провожатый спросил, нужно ли нам ещё что-то, на что мы дружно ответили отказом и, зайдя в номер, закрыли перед ним дверь.

– Вот это да-а-а! – протянула Елена, осматривая шикарную гостиную в готическом стиле девятнадцатого века.

Красный ковёр под ногами. Посередине гостиной резные стол и стулья на шестерых. Справа, перед камином, стояли диванчик и кресла, оббитые красным бархатом. На журнальном столике перед ними лежали какие-то газеты и свёртки. Камин был с имитацией огня, причём с очень качественной иллюзией.

– Почему-то мне сейчас стало стыдно за империю… – ошалело произнёс архимаг.

– Да ладно тебе. Зато у империи были самые лучшие дороги, транспорт и телепорт, – попытался я встать на защиту нашего дома, а сам про себя был вынужден согласиться с архимагом.

– Сдаётся мне, десять лет назад такого здесь не было, – заметил Эткин, усаживаясь в кресло перед камином.

– Кто какую комнату занимает? Чур я посерединке! – хихикнула Елена и подбежала к одной из трёх дверей.

Окон в гостиной не было, зато было хорошее освещение, красноватые стены с картинами и четыре двери. Слева две двери. Другая в центре, напротив входа, и последняя справа, рядом с камином. По традиции я зашёл в правую дверь, а Эткин, как всегда, в левую, дальнюю, так как ближняя была уборной, сауной и купальней.

У меня за дверью оказалась просторная спальня десять метров в квадрате. С большой кроватью и шторами-балдахином. Вся комната была в бордово-темных тонах, но света с лихвой хватало от бра на стенах и огромных окон, нетипичных для большинства стран. Можно сказать, витрины, но со шторами.

Я даже успел поваляться на божественно мягкой кровати. В комнате находились ещё два кресла и небольшой столик. Книжный шкаф и комод. Первый был забит какой-то художественной литературой на Тиамате, а в комоде лежали полотенца, простыни и тому подобное. Видимо, для принятия сауны. Богатые оркенонцы и правда очень любят купальные процедуры.

Под впечатлением я вышел опять в гостиную и сел на диванчик. Решил изучить иллюзию огня спектральным зрением. И для меня это оказалось приятной новостью. В иллюзорном огне лежал исписанный рунами накопитель. В основном это были сложные вязи рун огня, а вот рун разума там было четыре штуки. Они просто брали и копировали в иллюзию эффект реальной связки рун. Как говорится: «Все гениальное – просто!»

В это время в гостиную зашёл Эткин и сел рядом со мной, при этом хмурясь так, будто у него собака сдохла.

– Ты чего? – недоуменно спросил я.

– Вся эта роскошь нетипична для Оркенона… – бесцветно сказал он.

– Может, ты просто в столице ни разу не был.

– Семь лет назад мы устраивали диверсию в Дзарубе – второй по величине город Оркенона. Дак он даже рядом не стоял со средним по величине городком Дионая. Разруха и нищета.

– Эткин, не бери в голову. Ты погляди, сколько у них рабов. Я увидел только чинуш, которые не носили рабские ошейники. Это закономерно, что они настолько выросли за эти годы, – покачал я головой.

– Я надеюсь, мы без проблем захватим здешний дворец… – сказал архимаг, когда дверь центральной комнаты резко распахнулась, и оттуда выбежала Елена в пышном чёрном платье, с перчатками по локоть и маленькой шляпкой на голове.

Лучезарно улыбалась, она держала в руках какие-то вещи.

– Если мы собрались в самый престижный ресторан, вам нужно переодеться! – возбуждённо сказала она и положила каждому из нас по комплекту одежды.

Это оказались фраки, но более шикарного исполнения, чем у служек. С жилеткой, рубашкой, длинным пиджаком и завязанным платком на шее. Всё это было «сшито» тьмой очень профессионально. Даже присутствовали позолоченные узоры на воротниках и манжетах.

– Э-э! Лена… Ты уверена, что такое здесь носят? И вообще! Когда ты всё это успела сделать? И из чего?! – ошалело спросил я.

– Носят конечно! Вот! – кинула она перед нами на столик тетрадь. – А изготавливать вещи у меня теперь получается всё быстрее и лучше. Правда, пришлось использовать на это половину стола и кресла в моей комнате… – чуть стушевалась девушка.

А мы с архимагом почти её не слушали, рассматривали тетрадь, что она кинула на стол. Это был журнал, тёмную его мать! Журнал моды, с картинками! Модели в журнале одевались в стиле девятнадцатого века, только шляп не хватало. Пару костюмов из этого журнала Елена и скопировала и, как мне кажется, подогнала по размеру.

– Охренеть… – только и смог выдавить я, когда мы закрыли этот журнал мод.

Мы с Эткином, не стесняясь девушки, начали переодеваться прямо в гостиной. Так как были просто в шоке. А Елена, сидя в кресле, с улыбкой на нас посматривала.

– Ну, как я выгляжу? – спросил я у нашей спутницы, поправляя при этом пиджак. Эткин же не мог завязать платок на шее.

– Превосходно, – кокетливо сказала Лена подходя ко мне. – Вон посмотри, – указала девушка на зеркало в полный рост, у выхода из квартиры.

Подойдя к нему, я прямо ощутил себя на каком-то косплее по теме царской России. Только брюки были нормальные, без всяких лосин. Елена в это время помогла нашему архимагу нормально завязать платок и поправить пиджак. Теперь мы выглядели, как интеллигенты-дворяне, немного азиатской наружности.

– Вот! Совсем другое дело! А теперь вызываем такси! – довольно улыбнулась Лена и открыла дверь на выход.

Когда мы спустились на первый этаж, ‒ слава Светлоликому ‒ не вызвали ни у кого удивлённых взглядов. А оживление на первом этаже было. Помимо троих чинуш в белых рясах, вышитых золотом, которые сидели на диванчиках напротив ресепшна, самого ресепшна стояли несколько таких же интеллигентов как мы, и две дамы в похожем наряде, как у Елены. Но расцветки у всех были разнообразные.

Лена подозвала свободного слугу, что стоял у входа в парадную, и попросила его вызвать карету. Прождали мы недолго, так как у постоялого двора был свой штатный транспорт для важных господ. Это очень походило на то, что было в Арконе.

Когда мы вышли к карете, я сказал возничему, что нам нужен лучший ресторан в «этой дыре». Он посмотрел на нас удивлённо, сказал, что знает такое место, и озвучил цену.

– Хм. Неплохо… – сказал Эткин, когда спустя десять минут мы подъехали к какому-то замку.

За нами подъехала ещё карета, а из ворот замка выезжала другая. Стены замка были под стать городским, но без защитных ворот. На невысоких бойницах светились синие светокамни. Сам замок выглядел, как окрашенный в белый и отделанный позолотой дворец. Шпилей башен у замка было три штуки, и светились они так же синим светом. Ворота замка открыты – туда заходили и выходили люди, под пристальным взором стражи в позолоченных доспехах.

– Неплохо?! Да они замок превратили в ресторан! Да ещё как! – возмутилась Елена, выходя из кареты.

– Они тут явно в роскоши тонут, – недовольно пробормотал архимаг, поглядывая на вход в замок.

– Давайте уже поедим. С самого утра ничего не ели! – предложил я и смелой походкой направился ко входу.

Стража нас не затормозила, но пристально оглядела. Видимо, на наличие оружия. После охраны правопорядка на входе мы сразу попали в тронный зал, который был заставлен столиками разных размеров. Устелены они были белыми скатертями и заставлены удобными стульями и креслами, оббитые белым шёлком.

– Добро пожаловать в Прекрасный Ройк! – обратился к нам одетый в белый фрак мужчина с позолоченными очками на лице и зализанными назад черными волосами. – Вам столик на троих? Сегодня у нашего шеф-повара особое блюдо! Вы как нельзя лучше выбрали день для посещения нашего прекрасного заведения! А ещё… – не переставал тараторить и жестикулировать этот хмырь.

– Нам столик на троих! – резко перебил я его.

– Конечно-конечно! Пройдёмте! – указал он в сторону зала и двинулся первым.

Квадратные маленькие столики на четверых персон, по большей части, находились в центре зала. Поэтому уединения нам, похоже, не видать. Собственно, так даже лучше – будем развлекаться на виду.

– Вот ваш столик, располагайтесь! – сказал языкастый встречающий. В это время подбежала официантка в обтягивающем черно-белом платье и положила каждому из нас меню.

– Уважаемый. А вон тот стол для кого? – спросил я, прежде чем он убежал.

У дальней стены на пьедестале, где должен был располагаться трон, стоял длинный стол. А в центре стола было величественное кресло, по бокам которого находились кресла попроще.

– Ах! Вы же не местные! Прошу меня простить! Это неприкосновенное место для нашего короля Колерана Великого! Он иногда любит спуститься к мирской жизни и понаблюдать за нами, смертными! – улыбаясь, восхищённо сказал встречающий.

– Ага. Самая что ни на есть мирская жизнь. Лагудова колбаса… – недовольно буркнул Эткин на русском.

– Вы что-то ещё хотели узнать? – спросил работник ресторана.

– Нет. Спасибо. Теперь всё понятно, – улыбнулась ему Елена, своим тоном намекая, чтобы этот хмырь отвалил.

– Ну что. Заказывайте! – сказал я и повернулся к ожидающей нас официантке. – Нам лучшее главное блюдо от вашего шеф-повара! И лучшего вина!

– А мне блюдо «Синий Ройк» и кувшин «Мартоны цветочной»! – выпалила Лена, закрывая меню.

– А мне запеканку из лагуды и гномской настойки, – следом добавил архимаг.

Мы с Еленой недоуменно уставились на недовольного Эткина.

– Будет сделано! Разрешите исполнять? – спросила официантка и после того, как мы махнули руками, убежала.

– Ты чего такой надутый? – спросила архимага Елена.

– Не нравится мне тут… – пробормотал он.

– Успокойся, друг. Сейчас накатишь гномской, и всё станет нормально, – улыбнулся я Эткину.

– Долго ждать, – сказал архимаг и достал из своего инвентаря наполовину пустой бутыль гномской настойки со стаканом.

– Да уж… Похоже, тебе и правда тут не нравится, – заключил я и начал оглядываться.

Зал замка-ресторана был наполовину пустой. А мы, получается, сидели с левого края центральной области. От стола до стола было в среднем по три метра. Возле нас никого не было, но через столик, ближе к королевскому месту, сидели четверо в различных дорогих костюмах. Левее от нас, у самой стены, начинались большие столики на шесть и восемь персон.

Несколько из них были заняты чинушами-дворянами в отличительных рясах. А один, самый большой, на восемь персон, занят пятью мужчинами и тремя женщинами. Они, улыбаясь, перешёптывались и поглядывали на нас. Я делал вид, что не замечаю их взглядов, и старался не поворачивать голову к ним. Елена тоже это заметила и повторяла за мной. Эткин же был занят вливанием в себя алкоголя.

Минут через десять после заказа три официанта принесли нам блюда и питье, что мы заказали. Главным блюдом оказалась какая-та гигантская птица, типа индейки, целиком зажаренная с овощами внутри. Аромат от неё шёл сногсшибательный. Я даже почувствовал запах подобия земного чеснока.

Елене принесли какой-то синий торт с фруктами, а Эткину ‒ запеканку с фаршем лагуды. Но, глядя на главное блюдо, они ненадолго отставили свои и положили себе нарезанную индейку. Нам хотели помочь с разделкой официантам, но я отослал их и сам нарезал на нужные доли сочное мясо воздухом.

– Вкуснота какая! – поразилась Лена, прожевав кусочек.

– Ага. Что это за птица? – спросил я с набитым ртом.

– Это Пестроус. Водится только на небольшом восточном материке Биргард, – пояснил архимаг, смакуя главное блюдо.

– Представляю, сколько мы отвалим за сегодняшнюю посиделовку, – улыбнулся я.

– Все ради всеобщего блага! – хихикнула девушка.

– Ну, значит, давайте выпьем! – встал и поднял бокал с вином. – За всеобщее благо! – провозгласил я тост на Экорском и, стукнув бокалами, мы залпом выпили.

Пока мы непринуждённо общались, ели и выпивали, я обратил внимание на доносившуюся на фоне музыку. Она была настолько ненавязчива, что я даже не сразу заметил, что она есть.

Музыка слышалась с концов зала, по двум сторонам от пьедестала. Осмотревшись спектральным зрением, я понял, что за ширмами скрываются по два музыканта, с каждой стороны большого помещения. Они, не прекращая играли на дудке и каком-то струнном инструменте, создавая эффект «стерео».

Через пару часов мы с ребятами были хорошо подшофе, и вдвоём с Эткином рассказывали Лене о нашем похождении в Инферуз. Смеялись сами и веселили девушку.

– Что-то как-то здесь стало многолюдно! – прищурившись, сказал Эткин, а мы с Леной начали оглядываться.

И правда, абсолютно все столики были заняты важным народом в недешёвых одеяниях. Справа от нас – а точнее, от меня – находился ближайший столик, за которым сидели два накаченных детины в вышитых золотом жёлтых рубахах и кожаных штанах. Один из них бородатый, с короткой стрижкой, а другой полностью лысый, но тоже с бородой. Похожи на братьев. Они о чём-то шептались и поглядывали на нас. Причём довольно пристально. Я от такого нахмурился и начал рассматривать уже их.

Наши гляделки продлились не долго, так как лысый, не вставая, приглушённо рыкнул:

– Чего пялишься, дикарь?!

Похоже, кто-то нарывается на конфликт. Но да ладно, не будем лютовать…

– Я уважаемый торговец и дворянин государства Экор. А вот ты как раз – дикарь. Который позволяет себе так разговаривать и пристально смотреть на меня и моих друзей, – с улыбкой сказал я, отпивая из бокала вино.

– В Экоре нет дворян, только родословные владельцев кланов. Ещё раз откроешь рот, дикарь, пожалеешь, – с угрозой ответил второй, короткостриженый.

Мне такой расклад совершенно не понравился, а уж не отреагировать на угрозу мне просто не позволит моё эго.

– Значит, давайте помолчим вместе, – хмыкнул я и щёлкнул пальцами в сторону этих богатырей.

Магией воздуха я начал плотно склеивать их губы, одновременно с этим создав иллюзию на их губах, как будто они бесшовно срастаются. Ментальным воздействием я внушил этим двоим, что якобы их губы и правда срастаются.

Детины испуганно вскочили с кресел и судорожно начали трогать себя за исчезнувшие рты. Все вокруг направили удивлённые взгляды на ошалелых богатырей, что как умалишённые пытались порвать себе запечатанные рты и при этом громко мычали.

Долго я их не мучил. Когда они уже повернулись в сторону выхода, я, не привлекая внимания, развеял всю магию и иллюзию.

– Что за задница тёмного?! – рыкнул лысый своему подельнику, одновременно трогая себя за вновь появившийся рот.

– Это всё дикарь! – рыкнул второй, и они повернулись к нам.

Важные шишки за соседними столами с вожделением смотрели на наше представление. Они даже затихли, не дыша, превратившись в слух. Елена и Эткин тоже были совершенно не против такого зрелища. По девушке даже было видно, что она ищет повод встрять и тоже развлечься.

– Вам, наверное, сегодня нездоровится, – усмехнулся я. – Стоит сходить домой и отдохнуть.

– Ты труп, красноглазый! – рявкнул короткостриженый и достал из-за пазухи в рубахе небольшой кинжал. Его товарищ поступил точно так же, и оба двинулись в нашу сторону.

Я уже собирался их по-тихому вырубить ментальной атакой, как сзади нас прозвучал крик:

– А ну прекратить!

Быстрой походкой к нам направлялся полноватый мужичок с лысой головой и в чёрной рясе. Подойдя, он тут же разорался:

– Я граф Рабин Рук, владелец этого заведения! Как вы смели принести оружие в любимое место нашего Короля?! – визжал он на здоровяков, брызгая слюной.

– В вашем заведении, граф, находится чужак, дикарь и чёрный колдун, – спокойно пожаловался лысый, указывая на меня.

– Прошу прощения, граф Рабин Рук. Эти ребята сильно перепили и с вожделением смотрели на мою жену, – указал я на Елену рукой. – Я сделал им замечание. Но они, угрожая расправой, хотели опорочить законы Светлоликого, – хмыкая, повернулся я к удивлённой Елене и подмигнул ей, а она еле как начала сдерживать улыбку.

– Он всё врёт! – рявкнул короткостриженый.

– Назовитесь! – требовательно посмотрел граф на качков.

– Я барон Пойк Варинду, а это мой брат! Я требую дуэли с дикарём! Только на мечах! – сказал тот же стриженый.

– Вы совсем потрохов зоко обожрались?! Нас с минуты на минуту посетит Король! Валите отсюда куда подальше, там и махайте мечом! А сейчас! Гости останутся тут! – чуть крича, указал он рукой на наш стол.

Но со стороны пьедестала послышался чуть усиленный магией воздуха хриплый голос:

– Не стоит, Рабин. Пусть они докажут свою правоту. Мы ведь не знаем наверняка, кто на самом деле говорит правду.

На сцену вышел седой длинноволосый мужчина в сверкающей кольчуге и с чёрной повязкой на левом глазу. Доспехи в некоторых местах отливали почерневшей радугой – это явно дорогостоящая мифриловая кольчуга. На поясе висел странный клинок с волнистым лезвием. На Земле такой назывался, вроде как, фламберг. Но на этом мече ещё подсвечивались руны. Штука явно магическая.

Сзади Колерана начали выходить какие-то люди с серьёзными лицами и в бордовых сутанах. Они, не обращая внимания на короля, рассаживались за длинный стол.

– В-Ваше Величество! Но как же… П-Прямо здесь? – запинаясь, спросил граф.

– А в чём проблема? Я думаю, твои гости, они же мои подданные, не против немного подвинуть свои столы для такого зрелища? – с ленцой обратился он к посетителям, окидывая хмурым взглядом зал стоя на краю сцены с руками за спиной.

Народ, тот, что в середине и ближе к пьедесталу, тут же вскочил и самолично стал отодвигать столы. Через две минуты перед сценой образовалась относительно круглая пятнадцатиметровая площадка.

– Выдать дуэлянтам мечи! – громко сказал Колеран и развернувшись, сел во главе большого стола. Он тут же посмотрел на меня. – Я надеюсь, ты не против честного поединка? Гость-экорец?

– Почту за честь проучить этого наглеца честной сталью! – чуть улыбнувшись, слегка склонил я голову перед пока ещё королём.

– Превосходно… Значит, вставайте в круг и, как будете готовы, начинайте.

Мне и этому богатырю Пойку стражники выдали по обыкновенному полуторному мечу с крестовым эфесом. И мы вышли в круг. Детина отошёл подальше, на другой конец круга, и приготовился.

– И ещё. Можете биться до смерти, мне плевать… – с безразличием сказал правитель и, уперев подбородок в ладонь, отпил из золотого кубка.

– Во имя Оркенона и Короля! – закричал Пойк и кинулся в мою сторону.

Магию я применять не собирался, а вот наниты начали действовать независимо от меня, выбрасывая в организм порцию адреналина. А в совокупности с непоколебимым спокойствием время для меня замедлилось.

Богатырь приблизился и уже занёс над собой клинок в правой руке, чтобы рубануть меня по диагонали. А я подкинул вверх лёгкий клинок, схватил его правой рукой обратным хватом, и тут же с выбивающими искрами отразил удар вскользь. Из-за чего богатырь полетел всем своим весом прямо на соседний столик.

Сзади я схватил его за рубаху и резко дёрнул на себя – чтобы он не разнёс тут ничего. Пойк полетел спиной в обратную сторону, одновременно пытаясь попасть клинком по мне. Я с лёгкостью уклоняюсь и неспешно иду в другой конец круга, а здоровяк, шипя, падает спиной на каменный пол замка-ресторана.

Поединок я мог закончить в ту же секунду, но мне его убивать не надо. И так крови хватает. Мне нужно подобрать удачный момент и вырубить противника. Вокруг нашего ринга начались удивлённые роптания, а король глядел на меня с загоревшимся интересом.

Я стоял спиной к Пойку, но слышал, что он уже встал и, пыхтя, рывком кинулся на меня. Опять подбрасываю клинок вверх и хватаю его прямым хватом, одновременно блокируя удар противника сверху. Клинок скользит по его клинку, а я пригибаюсь и в развороте бью ногой по обратной стороне коленки здоровяка. Его нога подкашивается, и он припадает на одно колено.

Он пытается выставить блок, но моя скорость неровня скорости обычному человеку – резким завершающим ударом мечом плашмя бью его прямо по лбу. С окосевшим взглядом и лёгкой струйкой крови он заваливается на спину. Я дозировал силу так, чтобы не проломить ему череп. Клинок, хоть и лёгкий для меня, но с довольно широким в середине лезвием, очень увесистый для обычного человеческого черепа.

Когда зрители осознали, что мой противник ещё жив, а вставать он совершенно не собирается, послышались недовольные роптания и редкие выкрики: «Убей!». Я встал перед королём и слегка склонил голову.

– Я закончил, Ваше Величество! – громко сказал я, слегка подняв взгляд.

– Молчать всем! – крикнул он и народ тут же затих. – Быстро, но… красиво! Почему ты не убил его, гость-экорец?

– Я не вижу смысла понапрасну проливать кровь. Я уже доказал свою правоту, – выпрямился я перед ним и покачал головой.

– Мудро и благородно… Кто ты? Назови себя, гость, – с прищуром сказал он.

– Я странствующий торговец, Рокчан. Путешествую вместе со своей супругой Эльсоной и двоюродным братом Этсаном, – спокойно ответил я, глядя прямо в глаза королю, а сам подумал: «Не против ли Елена такой легенды?»

– Впечатлил ты меня, мастер-торговец Рокчан! Будь сегодня мои почётным гостем в столице! А завтра я приглашаю тебя к себе во дворец! – подняв бокал в мою сторону, улыбнулся Колеран.

– Благодарю вас, Ваше Величество, – склонил я голову.

– А теперь празднуем! Рабин! Моих гостей кормить и поить бесплатно! И уберите уже это недоразумение! – ткнул король пальцем в валяющегося здоровяка.

Народ и слуги забегали с новой силой, быстро наводя порядок в зале. А когда я прошёл к своим товарищам, за наш столик, возобновилась музыка.

– Ну ты и представление устроил, мой дорогой супруг! – кокетливо сказала Лена, провела пальчиком мне по груди и с улыбкой прижалась ко мне.

– Зато нас пригласили во дворец к Колерану! – улыбнулся архимаг.

– Давайте садиться и праздновать. Видите, весь зал на нас поглядывает? – проговорил я, отстраняя от себя Елену.

Мы расселись за столом и продолжили непринуждённо общаться и пить. Но наше уединение долго не продлилось. Через час, когда народ отошёл от происходившего представления, а спонтанный праздник принял непринуждённую форму, к нам начали подходить различные дворяне. Чтобы выразить своё почтение и познакомиться.

Ещё через пару часов нас даже пригласили те самые парни и девушки, что сидели за большим столом и поглядывали на нас в начале. А так как мы все были навеселе, ‒ а Елена особенно ‒ никто возражать не стал.

Но без дела мы не развлекались, а задавали им наводящие вопросы: «Как живут у вас в королевстве?», «Как живут дворяне и король?». На что они в весёлой форме рассказывали всё, что знают, и хвастались, что их королевство давно самое передовое на всей Эстории и даже во всём Эроне.

Особенно они гордились, что их король самый сильный человек среди всех живущих в Эроне. Мало того, у него самые сильные девять архимагов-телохранителей – это те самые хмурые типы в бордовых сутанах, что сидели возле короля. По анализу Монады и Сарга – эти архимаги владели урезанным Зодаком. Собственно, так же, как и Колеран.

В общем, мы сделали правильное решение, что не вломились к королю на прямую, пинком открывая двери его замка. Сомневаюсь, что они с нами справились бы, но в таком деле лучше перестраховаться. От нашего успеха зависит многое.

Закончили мы веселье, когда наступила ночь. Нанитов Лене хватало, чтобы вывести лишний алкоголь, так как она уже еле стояла на ногах. А когда мы вернулись в свой номер на постоялом дворе, девушка окончательно пришла в себя и потащила нас в сауну.

– Ну дак что по поводу завтрашнего приглашения? – просила Лена, сидя напротив нас на скамье, в простыне, обливаясь потом. Её завязанные в хвост волосы показывали красный румянец разогретой кожи. А простынь от пота прилипла к телу, показывая рельеф её красивого тела.

– Что-что… Заходим во дворец и режем этих архимагов, – сказал смущающийся Эткин, отводя взгляд от девушки.

Свою внешность мы пока что вернули, потому как напряжённое состояние нанитов вызывало лёгкий дискомфорт под кожей на лице.

– Пока что будем действовать по обстоятельствам, – хмыкнул я, расслабленно облокотившись на стену. – Мы пока даже не представляем, на что они способны. Но надо попытаться узнать.

– Эх, скорей бы за-а-втра … – протянула Елена и полулёжа сексуально расположилась на скамье.

А Эткин, красный, как рак, отворачиваясь от девушки, возмущённо сказал:

– Всё! Я хочу в купальню и холодного эля! Как вы терпите эти Оркеноновские муки?! Да тут хуже, чем в Инферузе! – Вышел из сауны и хлопнул дверью.

Я уговорил его отключить на время посещения сауны термическую защиту нанитов, чтобы он прочувствовал всё наслаждение, находясь в таком месте.

– Это он ещё нашей русской баньки не пробовал… – с наслаждением хихикнула Елена, кивая на рунную жаровню, что дозированно выделяла пар и тепло.

– Я думаю, наша русская банька была бы цветочками. Накопители в сауне уже почти пустые от количества жара.

Так мы просидели ещё минут двенадцать. Елена как вросла в сауну и не хотела выходить, а я всё же пошёл ополоснуться. В предбаннике, помимо сауны, было ещё три двери в самом конце коридорчика. Женская и мужская купальни и туалет. Когда я потянул ручку мужской купальни, оттуда вышел улыбающийся Эткин и, подмигнув мне, прошёл мимо в одном полотенце.

«Неужто уже эля накидался?» – подумал я, заходя в помещение и рассматривая квадратный мини-бассейн, два на два метра.

Я быстро скинул полотенце и залез в прохладную воду. Через минуту от наслаждения я даже прикрыл глаза и вошёл в состояние блаженного транса. Сейчас ещё не глубокая ночь и сна как такового нет. Но это не помешало мне слегка потеряться сознанием, и я даже не заметил, как скрипнула дверь.

А потом я дёрнулся от того, что почувствовал на своём паху очень нежное прикосновение губ. Резко открыв глаза, я увидел под водой тёмные волосы девушки. Резко выдернув Елену из-под воды, я рявкнул на неё:

– Лена! Ты охренела?! – посмотрел я на улыбающуюся бестию, которая вытирала лицо от воды.

– Рокаин, я… вся горю, – прижалась она ко мне и схватила за причинное место своей нежной ручкой.

– Лена… – хотел вставить я, но она поцеловала меня в губы. – Да и ты тоже весь горишь… Надо охладить твой пыл, – облизнулась девушка, прервав поцелуй и с улыбкой опять нырнула под воду.

После этого все сомнения отпали. Елена мне нравилась, а я нравился ей. В свете последних событий я даже не ощущал земных предрассудков моей прошлой жизни. Многое изменилось в этом мире за время моего отсутствия. Поэтому на добрый час мы отдавались в купальне друг другу.

Упругие и подтянутые груди брюнетки будоражили и сводили с ума. Рельефное и обтекаемое тело вызывало ещё большее желание. А её развязное воображение заставляло сознание мутнеть и не воспринимать действительность.

Похоже, зря я назвал её сегодня супругой, давая этим намёк… Тёмную вашу…

На своём лице я почувствовал брызги освежающего пляжного бриза. Запах отдавал солоноватой морской свежестью. Слух ко мне приходил постепенно, но он лишь подтвердил догадки моего сонного и ленивого сознания. Я чувствовал, что меня кто-то трогает за волосы и… моя голова лежит на чем-то мягком.

Открыв один глаз, я увидел голубое небо, а чуть выше женскую фигуру, так напоминающую…

– Алира… – сквозь дрёму прошептал я.

– Я бы тоже хотела увидеть, свою… почти что маму. Она тебе делала так же, – услышал ласковый голосок, а длинные тёмные волосы слегка коснулись моего лица, принося приятную щекотку.

Я попытался полностью распахнуть глаза и привстать.

– Монада?

Девушка придержала меня за голову и сказала:

– Спи, Рокаин. В шахматы потом поиграем. Сегодня у тебя была тяжёлая ночь… – услышал я под конец насмешливые нотки, и мои глаза опять закрылись.

Сквозь сладкую дрёму я слышал голос Сарга и лёгкое похихикивание Монады. Почему-то я чувствовал движение песка, как будто он подо мной растекается. Это приносило ещё больше приятных ощущений и убаюкивания. Затем я осознал, что меня скрывает тень какого-то дерева.

– Администратор Рокаин. Пора вставать, – прошептала мне на ухо девушка.

Более десяти дней нам понадобилось, чтобы в шатком состоянии удержать власть в Оркеноне. Такая наглая и дерзкая смена правителя всегда очень неохотно происходит в любом человеческом мире. Ярые сторонники Колерана пытались совершить массовое восстание по всей стране. Приходилось жёсткой рукой выжигать их недовольство.

Елена же лютовала по-страшному, жестоко вырезая не только главных бунтарей, но и ещё их семьи, оставляя в живых только детей. И всё это происходило быстро и под маниакальные лозунги девушки. Несколько раз у меня был с ней скандал, а последний раз – драка.

Я просто не выдержал очередное её самоуправство, и когда мы орали друг на друга, я резко схватил её за горло и поднял перед собой. Она совершенно не растерялась – извиваясь у меня в руке, ногами обвила мою руку в захвате и саданула каблуком прямо мне в нос. Раздался хруст. А я от офигения плашмя полетел прямо на каменный пол тронного зала. Елена хлопком пробоя оказалась стоять возле меня, а я плюхнулся лицом вниз. Ойкнув, она с виноватым видом кинулась извиняться и целовать мои повреждения на лице.

Короче, моя землячка была совершенно неуправляема, и своими независимыми действиями бесила меня как можно и нельзя. Я даже немного понял Виртоса, который орал на неё в катакомбах, по аналогичному поводу. Но… в глубине души – это и привлекало. Так как она была не девушкой этого мира, в котором вовсю процветает патриархат. В прочем, её кровавые действия приносили вполне быстрый и положительный результат.

Из-за этого я прошлым вечером сделал ей подарок – эликсир законченного уроцвета. Два бутылька валялись у меня в инвентаре с незапамятных времён. Елена искренне восхитилась моим жестом. А после того, как приняла эликсир и проснулась помолодевшей на десять лет глубокой ночью, подарила мне эту самую незабываемую ночь. То, что делала она, не делали даже мои жены… Которые… уже бывшие. В общем, меня заставили против моей воли быть довольным, как слон.

И это не единственный «апгрейд» Лены. На теле Колерана был найден пространственный мешок, аналогичный тому, что у Эткина. Он по всей справедливости перекочевал к девушке. Она была счастлива как никогда, ведь теперь могла таскать с собой громадное количество вещей, не напрягаясь и не завися от меня.

Во время всей шумихи и разбирательств с удержанием власти я обнаружил дневник Колерана. Он вёл некоторые записи событий своей жизни, начиная от становления талантливым архимагом, заканчивая приобретением «друга» – Ангуса.

Непонятно только, зачем он вёл дневник, даже после того, как заимел нейроинтерфейс. Видимо, дань привычке. Но его изливание души на бумагу закрыло некоторые вопросы и пробелы в моих догадках.

А ведь когда-то Колеран был неплохим человеком. Даже больше – он был благородным и справедливым. Когда он захватывал власть в Оркеноне, то руководствовался идеей освобождения всех рабов-невольников. И даже преуспел в этом на пару-тройку лет. Но местная элита сильно воспротивилась такому порыву молодого короля и выставила ультиматум на закрытом совете. Который звучал как: «Либо он возвращает традиционное рабство, либо вся знать страны отворачивается от короля, и начинается разрозненное восстание по всей стране».

Колеран барахтался недолго. И в итоге ему пришлось сдать позиции из-за своей неопытности. А далее, год за годом, десятилетие за десятилетием, и он в конец позабыл о своей благородной цели.

Но он нашёл отраду для души в том, что противостоял Империи Дионай, которой завидовал со страшной силой. А при внешнеполитических взаимодействиях он старался выводить из себя тогдашнего правителя Империи – Диониса Второго – отца погибшего императора, которого я знал. Его правление застал Эткин, будучи тоже талантливым архимагом и уже тогда – Великим магом земли.

А пятнадцать лет назад к Колерану явился третий архимаг Империи Дионай с предложением, от которого он не смог отказаться. А именно: помочь уничтожить империю. В награду за это он авансом получит невиданную ранее силу. Уже немолодой правитель Оркенона вдруг получил какую-то цель в жизни и надежду на то, что он может изменить свою страну. Так он и познакомился плотно с Ангусом Покеном.

Исходя из записей в дневнике, он владел нейроинтерфейсом ещё до моего появления в этом мире. Так же, как и Ангус. Двенадцать лет назад ему установил нейроинтерфейс некто Эйнур – ушастый серокожий эльф с иссиня-черными длинными волосами. Иномирец, что призвала в мир Морн богиня Калия.

Он даже описывал свои предположения по поводу этого тёмного эльфа. Якобы богиня Калия истратила последние свои силы на призыв такого иномирца, чтобы повернуть вспять войну с орками – бесконечная война в мире Морн – и наконец стать полноправной властительницей.

Но против орков и их бога-воителя Дзарха Калия всё равно пасовала, даже с таким преимуществом, как полноценный иномирец с удивительной технологией – системой Зодак.

Поэтому она пошла по пути наименьшего сопротивления – решила занять мир, ранее ей не принадлежавший. Для этого нужно уничтожить все храмы одного единственного бога, далёкого мира Эрон. И тогда она будет иметь к нему доступ, когда её последователь призовёт на помощь властительницу.

Но такую аферу можно было совершить исключительно после того, как Велосса – первоначальная богиня – покинет этот мир, а Светлоликий останется один-одинёшенек. С чем это связано в дневнике указано не было. Но и того, что есть, хватало с верхом, чтобы понять примерное направление и смысл всех свалившихся проблем на Эрон.

Каков был интерес Колерана в этом? Всё просто – им всем пообещали исключительные права и по желанию – перерождение в великих тёмных эльфов. А так как Колерану было привычно рабство, он тут же согласился. Ибо какая разница? Рабство он и так не в силах победить, так пусть всё человечество прислуживает темным эльфам.

Конечно, в дневнике описано не так, но смысл примерно в этом направлении, моими словами. Если богиня и придёт в этот мир, разразится тысячелетняя война между людьми и темными эльфами. Хоть они и сильнее, но люди так просто не сдадутся. Мало того, к этой войне, я уверен, подключатся остатки дварфов и светлых эльфов, что остались в Эроне. Но это уже моё субъективное мнение.

Самое горькое и печальное для меня это то, что он описывал встречу с Ангусом и «его спутницами». Он расписывал спутниц дословно как – «Избранные жены моего друга. Талантливые воительницы с другим нейроинтерфейсом и духом в виде искина, который летал вокруг одной из них». Описание внешности прилагалось, поэтому я сразу понял, что это Элла и Данна.

От нервов – после прочтения этих строк – мне даже пришлось отложить дневник и накинуться на гномскую настойку Эткина. Я ощутил истинное предательство. Поэтому и обозначил их «бывшими» жёнами, вышесказанным.

Его дневник, может, и закрыл некоторые вопросы и догадки, но взамен вылезло ещё больше вопросов: – Зачем они с ним? Почему они так поступили? Почему Элла не вернулась за дочерью? В конце концов – что с моим сыном, Ильей? – Голова просто пухла от несуразности ситуации.

Всё это казалось плохим сном из моей прошлой жизни, а не реальной действительностью. Лена видела моё состояние и старалась угодить своим кровавым самоуправством. Чтобы облегчить мне жизнь, как она думала.

Возможно, отчасти, она права. Ведь мне приходилось на неё орать, выплёскивая тем самым свою горечь и злобу.

– Малыш. Ты как? – ласково спросила Елена. Затем подошла сзади и начала делать мне массаж, вырывая из задумчивости.

Мы находились в нашей спальне, во дворце, а я сидел за письменным столом.

– Лен. Объясни. Почему «малыш»? – устало спросил я и потёр двумя пальцами глаза, отрываясь от своей тетради с расчётами рун.

Меня чуть раздражает это её редкое обращение по отношению ко мне.

– Ну как, – улыбнулась она. – Ты ведь младше меня на три сотни лет. Хоть я и выгляжу на шестнадцать, благодаря тебе.

– Вообще-то, когда я пошёл в армию, после нападения зелоидов в семьдесят седьмом – тебе было девять лет, девочка, – приподняв бровь, ответил я, припоминая образы Елены.

– И что? Зато я появилась в этом мире на три сотни лет раньше тебя, – повторяя мою мимику ответила она. – А с Виртосом – ты вообще работал. А он на тысячу лет старше тебя.

– Короче. Мне не нравится, когда меня называют «малышом», – недовольно заключил я, не став спорить с правдивыми аргументами девушки.

– Ну-у-у, Рокаин! Ты чего?! – улыбаясь, начала она целовать меня в шею сзади. – Слово «малыш» к тому, что находится у тебя между ног, никак не относится, – томно произнесла она мне на ухо и хихикнула.

– Лена! – возмущённо воскликнул я, поворачиваясь к девушке.

– Чего? Я же правду говорю! Мне даже иногда больно, что… – удивлённо сказала она, но я её перебил:

– Дурында… Я не об этом! – Чуть улыбаясь, я сделал жест «рука-лицо». – Короче, как хочешь так и называй, – махнул я рукой. – Что там с провинцией Сагрон и их упрямым графом? – решил я сдаться и перевести тему, чтобы наше разбирательство не закончилось опять постелью.

– Бука ты! – улыбаясь, надула она губки, но сразу продолжила: – Эткин забрал у меня эту провинцию, сказал, что после меня слишком много трупов мужчин остаётся, – недовольно прокомментировала она и сложила руки на груди.

– И он полностью прав… – чуть слышно буркнул я, массируя себе виски. – Дак а новости какие? Всё успешно? Это единственная провинция, которая нам не подчиняется… – добавил я и прикрыл глаза.

– Да… Он всё сделал. Даже уговорил этого придурка, графа, присягнуть новому королю, – нейтрально сказала она.

– Быстро, однако. Вот с кого тебе надо брать пример, – хмыкнул я и, чуть повернувшись, с укором посмотрел на девушку.

– П-ф-ф… Я вообще-то не «дипломатиха», чтобы всяких чужих мужиков уговаривать! – фыркнула она и демонстративно отвернула голову.

– Дипломат, – поправил я её.

– Я не чемодан чтобы меня так называть! – возмутилась Лена.

– Тёмную вашу мать, а… – чуть улыбаясь, опять схватился я за лоб.

Весело с Еленой, ничего не скажешь. И даже несмотря на то, что она легкомысленно отнимает чужие жизни и иногда тупит в элементарных вещах. Но я нисколько не жалею о том, что судьба свела нас вместе.

В это время раздался стук в дверь, и через секунду вошёл Эткин с усталым лицом. Сейчас вовсю был уже вечер, а архимага я ждал только утром.

– Эткин! Ничего себе ты быстрый! – улыбнулась Елена архимагу.

– Ага. И вам привет… Карательную группу оставил в провинции, а сам на всех парах рванул в столицу, – вздохнул он, садясь в кресло передо мной.

– Рад тебя видеть, дружище, – улыбнулся я. – Лена мне рассказала новости. Всё в порядке? Текстовая связь была не стабильна…

– Да. Теперь весь Оркенон на твоей стороне. Мелочь, конечно, возмущается. Но это всё мелочи, – улыбнулся он в ответ и достал из инвентаря кувшин с элем.

Елена на его действия закатила глаза кверху и отвернулась, делая вид, что разглядывает книжную полку.

– Значит, мы можем лететь в Сирэн? – спросил я и тоже налил себе эля.

– Конечно. Только нужно прикрыть тылы. Знаешь, кого я обнаружил в провинции Сагрон, в городе Спарс? – растянув улыбку до ушей, спросил меня Эткин.

– Э-м. И кого? – осторожно спросил я.

– Он ожидает прямо за дверью. Именно поэтому я так быстро прилетел, – хмыкнул архимаг, повернулся в сторону двери и крикнул: – Заходи, юродивый!

Дверь отворилась, и к нам зашёл человек в обносках коричневого цвета, совсем не первой свежести. Растрёпанные черные волосы покрывала лёгкая седина. На шее имелся след от многолетнего ношения рабского ошейника. Голубые глаза мужчины выдавали безразличие и вселенскую печаль одновременно.

Кстати о рабстве. Лично мной введён ультиматум всей знати Оркенона: «Если я обнаружу хоть одного раба в их городе, провинции или графстве – последует незамедлительное наказание в виде казни». Именно из-за этого половина знати взбунтовалось, а Елене пришлось поступать крайне жёстко.

– Эткин. И кто это такой? – недоуменно спросил я, всматриваясь в мужика, который опустил голову.

– Да подними ты голову и подойди ближе! – громко сказал ему архимаг.

Мужчина встрепенулся, подошёл ближе ещё на пять метров и неуверенно поднял голову, а я несколько секунд всматривался в его лицо.

– Л-Лонс?! Лонс Дэрг?! – ошалело воскликнул я и вышел из-за стола.

– У-Уважаемый архимаг, Р-Рокаин… – посмотрел он на меня и отвернулся, а я обнял этого вонючего мужика.

– Ребят. Дайте мне с ним поговорить. Наедине, – отстранившись он него, посмотрел я на Эткина, а потом на Елену.

– Без проблем, – улыбнулся архимаг и, встав с кресла, направился на выход.

А Лена недовольно хмыкнула и с гордо поднятой головой отправилась за другом. Когда дверь за ними закрылась, я потянул робкого Лонса к креслу и усадил его. Достал гномскую настойку со стаканами и закуской. Разлил по бокалам и протянул один из них своему старому знакомому.

– Лонс. Всё закончено. Прекращай себя вести, как будто ты перед хозяином. Теперь ты свободен, – сказал я, наблюдая, что он очень робко держит стакан и, выпрямив спину, отпивает маленькими глоточками.

– Хорошо… – еле как он пересилил себя, посмотрел на меня и залпом опрокинул бокал.

– Так-то лучше… Хочу сразу прояснить некоторые моменты: Алтарь богини тьмы уничтожил я. А за это, в наказание, я отрабатывал в другом мире. Очень далёком мире. Я вернулся в Эрон чуть больше месяца назад. И был неприятно удивлён произошедшими изменениями, – медленно проговорил я, одновременно опять наполняя до краёв его бокал.

Он удивлённо посмотрел на меня и выпил сразу половину. Видимо, даже несмотря на почти сломленный дух, моё объяснение его проняло и объяснило некоторые неприятные моменты.

– Я начал наводить здесь порядок. Поэтому, мой старый друг, рассказывай. Как так получилось? – сказал я и пристально посмотрел на бывшего сотника.

Его рассказ поначалу был ломанным и не внятным. Но по ходу действия крепкого алкоголя он раскрепостился и начал вещать уже более смело. Я даже ощутил его сеонский говор.

Всё началось, как всегда, с войны с тёмными. В те роковые месяцы, перед падением Империи – он лично участвовал в захвате и чистке прибрежных земель темной территории на Эстории.

Примерно два месяца понадобилось на это. Когда земли относительно очистили, и началась подготовка флота к наступлению на тёмный материк, половину их легиона закрепили за патрулированием прибрежных земель, которые теперь полноправно принадлежали Империи. Его сотня патрулировала северную часть новых территорий. Для рядовых воинов счастья не было предела. Ведь они наконец очистили прибрежные земли и победили темных. Всех должно было ждать всемирное счастье, как они думали.

О нападении на Аркону узнали спустя неделю, в тот момент она ещё полыхала лавой. Гонец на байке разносил эту новость до самых тёмных форпостов. Малым остаткам войск империи. Потому как вся армия находилась на вражеском континенте.

А так как с моей подачки он давно перевёз всех своих родных в столицу – Лонс собрал преданный ему десяток и судорожно отправился в столицу на казённом грузовике.

Вот только далеко они не уехали – телепорт больше не работал. Поэтому пришлось продолжить путь на транспорте. Через четверо суток, вблизи города Карос, их автомобиль был схвачен сотней из объединённой армии захватчиков. Солдат казнили на месте, а его скрутили и отправили в ближайший распределительный пункт.

Несколько дней пыток раскалённым железом. Я дико кривился, когда он показывал безобразные шрамы на ногах, животе и руках. Конечно, он не выдержал и выдал всю информацию по местонахождению остатков своего легиона. О их судьбе, как и судьбе своих родных, у него не было возможности узнать.

После этого Лонса заковали в рабский ошейник и отправили караваном невольников на окраину прежних владений Оркенона. Собственно, это и была провинция Сагрон. На аукционе его и двадцать невольников-имперцев выкупил какой-то знатный торговец, они работали на полях с рабом-магом земли. По вчерашний день он и находился в рабстве. Только когда карающий отряд Эткина вломился к ним в дом, их наконец освободили и отпустили. В живых, из коренных имперцев, осталось четверо вместе с Лонсом.

Он бы тоже давно погиб от тяжёлой работы, недоедания, болезней и всяческих увечий. Но он держался только на ненависти к Оркенону и надежде когда-нибудь увидеть своих родных.

– Извини, Лонс… Если бы не я, твои родные остались бы… – покачал я головой.

– Не стоит, Рокаин… Половина людей в Эмбусе казнили, а вот в Арконе спаслось гораздо больше, в соотношении. Хотя, признаюсь – я несколько лет подряд винил тебя в произошедшем. Что ты исчез. Что мои родные были в Арконе, но потом… я осознал, что никто о таком знать не мог. Твоё имя вообще исчезло из любых упоминаний о том, что у империи был такой архимаг. Вот Ангус Покен… – окончательно окосевши, зло сказал сотник и залпом допил стакан.

– Давай-ка я отведу тебя в твою комнату. Завтра у меня будет для тебя очень заманчивое предложение, – хмыкнул я и встал из-за стола.

– Ваше Ве-л-личество… Ради мести, я готов Вам служить… преданней людей… вы не узнаете, – еле вороча языком, пробормотал Лонс и встал с кресла.

– Давай, друг мой, завтра обо всём поговорим, – улыбаясь, начал я его слегка подталкивать в спину.

Мы вышли из комнаты королевских покоев на третьем этаже и по коридору зашли в первую попавшуюся комнату. В ней находились две служанки, которые тоже скинули рабские ошейники, но остались служить во дворце новому королю.

– Дамы. Ждите, пожалуйста, за дверью. Мне понадобится ваша помощь, когда я выйду, – спокойно сказал я, придерживая качающегося Лонса.

– Как прикажите, Ваше Величество, – поклонились они и тут же вышли.

А я помог дойти сотнику до громадной кровати и повалил его на неё.

– Спи, дружище, – сказал я и магией тьмы отправил его к Морфею.

Огляделся вокруг и возле какого-то косметического столика нашёл мягкий стул. Кому принадлежала эта комната – я даже не знаю. Всех подхалимов в этом дворце я выгнал взашей – нужна новая знать и элита. А лучше вообще без неё. И в этом мне поможет Лонс.

Когда я сел у кровати, рядом с сотником, сразу приступил к делу, от которого меня воротит до блевоты. Но делать нечего. Лучшей кандидатуры я и представить себе не мог.

Начал я, как обычно, с вливания трёх миллиардов нанитов. Следом вывод алкоголя и налаживание нормального функционала организма. Застарелые гематомы, шрамы, косо сросшиеся переломы, исхудалая кровеносная и иммунная система. Чтобы привести его организм в порядок, у меня ушло добрых полтора часа! Да уж… За десять лет Лонса очень сильно избила жизнь.

Запуск установки нейроинтерфейса занял стандартные двенадцать минут.

– Рокаин. Если ты будешь находиться в пределах дворца, я уверена, что смогу самостоятельно проконтролировать быструю установку модулей генерации нанитов и ИПМ, – появилась возле меня доброжелательная Монада, её длинные волосы развивались, как будто она находилась в воде.

– ИПМ не нужно. Достаточно модуля нанитов, – вздохнул я и посмотрел на девушку.

– Но ты об этом подумал, – удивилась она.

– Если я об этом подумал – это не значит, что такое решение целесообразно, – улыбнулся я Монаде. – Тогда у меня к тебе ещё одна просьба…

– Да! Конечно! Сделаю! – перебила меня она, недослушав.

– Уверена? Мне надо чтобы ты самостоятельно просчитала и откорректировала итоговые расчёты анализатора. А рассчитать нужно оптимальные базы и образы, которые установятся после установки системы. Они должны быть максимально полные. Он должен знать всё по магии и рунам, в зависимости от источников аномалий, которые у него встанут. Боевые базы, языки и всё важные воспоминания. Работы тебе на много часов, – закончил я и, продолжая смотреть на Монаду, приподнял брови.

– Говорю же! Я справлюсь! Сделаю не хуже Алиры! Поэтому установки получены! Приступаю к работе! – улыбнувшись, она показала мне язык и тут же исчезла.

– Ну хоть в чем-то отрада в жизни, – пробормотал я, вставая со стула.

Такую муторную работу, как составление баз и образов, причём обширных, я просто не выдержу. Как хорошо, – а главное вовремя – что у меня появилась Монада в качестве искина.

Остановился я у самой двери, развернулся и опять подошёл к Лонсу. Применил на нем тёмное очищение – ибо воняло от него прилично. Когда я вышел из комнаты, увидел тех самых двух служанок. Они стояли и ждали целых два часа, пока я выйду из комнаты.

– Эй. Хоть бы стулья себе принесли. Чего мучились-то? – удивился я.

Девушки удивлённо переглянулись, и одна из них робко ответила:

– Всё в порядке, Ваше Величество. Мы и не столько можем простоять на одном месте. Бывало, и по полдня мы были манекенами, – упустила та голову.

– Отвыкайте. У вас теперь жалование, как у королевских служанок, а не рабынь. Мучать себя нет смысла.

– Мы счастливы, что появились Вы… Ваше Величество… – так же робко сказала другая.

– Ладно, девушки. Задача такая: Нужно красиво подстричь и переодеть в солидную одежду человека в комнате, пока он спит. Справитесь? – вопросительно посмотрел я на них.

– Если он крепко спит, то обязательно справимся, Ваше Величество!

– Крепко-крепко. Тогда, приступайте, – кивнул я и пошёл в сторону обеденного зала на этом этаже. Судя по карте, Елена и Эткин были там.

– Ничего себе вы посидеть, – фыркнула Елена, когда я зашёл в большие двухстворчатые двери обеденного зала. За большим столом, по разные стороны друг от друга, сидели мои товарищи.

– Пришлось сделать кое-какие дела, – хмыкнул я, проходя к середине стола.

Звать служанок не стал, а выставил вкусное блюдо с хрустящими осьминожками от Мойджун и расставил столовые принадлежности.

– Неужто ты ему нейроинтерфейс поставил? – нарушил тишину Эткин спустя минуту.

– Да. Я Лонса хорошо знаю. Он будет руководить в наше отсутствие, – кивнул я и магией воздуха забрал кружку с чаем у Лены. Быстро сделал пару глотков и с улыбкой вернул её назад возмущённой девушке.

– И то верно, – усмехнулся архимаг, наблюдая за мной.

– Кстати! Откуда ты его знаешь?! – вспомнил я, припоминая что Эткин нигде не мог пересечься с Лонсом.

– Всё благодаря моему рыжему лентяю, – хихикнул архимаг, а возле него появился недовольный Сарг.

– И что он сделал? – удивился я, поглядывая на кота.

– Я анализировал все твои образы, что ты предоставил моему администратору, и вывел базу лиц приоритетных людей. То же самое я сделал и у администратора Эткина. Таким образом я могу определить человека даже по глазам, – сказал кот и демонстративно отвернулся от меня.

– Удивительно… Ладно, Сарг. Прошу меня простить за мою грубость. И за то, что обзывал тебя лентяем. Беру свои слова назад! – чуть улыбаясь, сказал я коту. А лентяем я его называл с того случая с Амалтой. В среднем плане демонов.

Эткин, тоже улыбаясь, посмотрел на своего искина. А Елена с интересом наблюдала за нами. Через несколько секунд кот повернулся и, с прищуром улыбаясь, произнёс:

– Так и быть. Уговорил. Прощаю! – сказал он и исчез.

Лена после этого захихикала, а к ней присоединился Эткин. Я же, посмеиваясь, всё-таки доел свою еду.

Так как время уже было довольно позднее, мы отправились спать. Точнее, отправился спать Эткин. Мы ещё немного посидели с Еленой и пообсуждали дальнейшие планы. Завтра-послезавтра мы отправляемся в Сирен. Ещё одно государство, которое не противится рабству, но и не пропагандирует его, как это делал Оркенон.

Мы с Еленой отправились в свою спальню. Где девушка не упустила возможности втихаря «жахнуть» по мне приятной тьмой. В этом плане она будет даже поковарнее Лилит. Тёмную вашу мать…

Отправились мы в Сирэн только спустя два полных дня, не считая вечера установки нейроинтерфейса Лонсу. Так как Монада была настроена серьёзно, она откорректировала итоговый расчёт анализатора со всей тщательностью. Количество баз и образов превышало все мыслимые и немыслимые границы дозволенного. Такого объёма за раз я ещё никому не устанавливал. А потому обновлённый Лонс Дэрг проснулся только в районе шести дня.

Целый час он не выходил из ступора, и я уже даже испугался что его мозг мог «сломаться». Но Монада уверила меня, что с ним всё в порядке, и его сознание просто привыкает к свалившийся тонне образов.

Она проделала по-настоящему титаническую работу. Сделать такой расчёт и подогнать только под одного человека – это вызывает безмерное уважение к моей помощнице. Она даже мои воспоминания выбирала исходя из типажа самого Лонса. Утром я первый раз в жизни увидел «усталого» духа-искина.

В общем, весь день я, Эткин и Елена провели вместе с Лонсом, отвечая на его вопросы и всячески инструктируя его по возможным и невозможным событиям. Ну а в конечном итоге – он узнал своё предназначение. Почему ему выпала такая сила, и что в дальнейшем нужно делать.

Дело в том, что всем своим дворовым я вынес указ «Об утверждении должности заместителя короля», так сказать, дань бюрократической демократии. Именно этот заместитель будет управлять страной от моего лица. Иметь равные полномочия с королём, но в его отсутствие.

Сила Лонса почти сровнялась с силой Эткина. Конечно, не считая сосуда. Первый раз на моей памяти простой человек получил сразу четыре стихии единовременно. Без коррекции генома в мире Инферуз.

Бывший сотник стал обладателем стихиями Огня, Воздуха, Земли и Тьмы. На появление последней стихии, возможно, повлияло моё обильное поливание тьмой. Да и Монаде пришлось усыплять его тьмой, чтобы держать его в состоянии сна, не отвлекая от работы нанитов. Всё по той же причине – громадного количества данных.

За счёт единовременного появления этих стихий он получил возможность к поглощению маны. Можно сказать, стал аналогом Лорена Морка, первого архимага Империи Дионай. А его сосуд сразу был в невообразимые шестьсот единиц! Я даже ему позавидовал, со своими ста двадцатью в самом начале.

В любом случае, инструктаж вёлся до глубокой ночи, а следующим днём его вводили в курс дела по поводу его новой должности «Заместителя короля». Его хладнокровие побило все рекорды – после того вида, каким передо мной предстал Лонс в начале, он разительно изменился.

Мало того ‒ он вернул свою вечно харизматичную улыбку, а его уверенность отдавала не просто твёрдостью прожжённого сотника, а целого военачальника, как минимум.

Когда я ложился спать, – после всех этих событий и перед выходом в дальнейшее наше путешествие – на мне красовалась дурацкая улыбка. Я был уверен, что то, что я сделал, – это самое правильное решение в моей жизни. Так удачно мне ещё никому не приходилось устанавливать нейроинтерфейс, даже спустя десять тысяч эльфов.

– Ты чего завис? – спросила Лена и толкнула меня в плечо. Мы сидели вдвоём на нижней кровати, в салоне нашей буханки. Эткин в это время набирал высоту и постепенно настраивал курс для полёта.

– Да так… Думаю, – отмахнулся я.

Эксклюзивный автомобиль Эткина провисел в воздухе почти две недели, а кондеры оказались заполнены под завязку. Даже с четырьмя накопителями. Архимаг всё же решил подарить один Елене. По его словам, нехорошо, если она будет незащищённая, хотя возможность это сделать была.

– Ну я вижу, ты завис! – не унималась Лена.

– Да не завис я! Просто думаю, что нам так же в Сирэне не повезёт, как повезло в Оркеноне, – недовольно сказал я.

– Ты думаешь, король Петух будет сильнее этого Колерана? – скептично и со всей серьёзностью поинтересовалась Елена.

Меня тут же пробил смех, а за рулём загоготал Эткин, так как он знал значение этого слова с моего родного мира. Она до сих пор не может нормально выговорить имени короля государства Сирэн. А звали его всего лишь Пэйдух Раукон, но на имперском оно звучит как смазанное «Пеитух». В мозгу русскоязычного человека оно упрощается до «Петух».

– Вы чего ржёте?! Я что, опять неправильно сказала?! – возмутилась девушка. – Блин! Как будто в школу попала! Петух – ну прям о-о-очень смешное слово! – недовольно закончила она, косясь на нас.

– А не надо это произносить с таким серьёзным лицом и чисто по-русски, – отсмеявшись, сказал я.

– Ладно, Пэ-йдух. Пойдёт? – произнесла она имя короля на сиренском произношении.

– Вот, совсем другое дело, – улыбнулся я. – А по поводу везения… Я сомневаюсь, что нам повезёт с кандидатурой заместителя.

– Тебе же необязательно одаривать каждого заместителя нейроинтерфейсом, – не согласилась Лена.

– Необязательно, но очень желательно. Он просто может не удержать власть в моё отсутствие. В любом случае – решаем вопросы по мере их поступления, – зевнул я и опять облокотился на стенку рядом с окошком.

– Ну да… Надо хотя бы власть захватить, – кивнула девушка и опять села рядом со мной.

Елена притянула меня к себе, и получилось так, что она легла на подушку. Я лёг на её бедро, наполовину свесив ноги. Проснулись мы сегодня очень рано, засветло. Поэтому в таком удобном и теплом положении меня постепенно сморило.

Проснулись мы с Еленой, когда время приблизилось к определению «день». Если бы не Эткин, проснувшийся за полтора часа до нас, мы бы пролетели Канкор, столицу Сирэна. И то, архимаг встал, когда мы уже вовсю отдалялись от столицы, но вовремя развернул летающий УАЗ и направил его повыше, прямо в центр города.

Через час архимаг всё же не выдержал и раздражённо растолкал нас. Он вылетел снаружи палатки и начал будить нас криками. Мы кое-как встали и спустились вниз, на готовый поздний завтрак.

– Я думаю, нам нужен план. С наскока это опасно делать, – сказал Эткин, отпивая подозрительное пойло из стакана.

– А я думаю, нам нужен план, но с наскока, – сказал я, при этом жуя какой-то рыбный салат, с хлебом и овощами. Это тоже стряпня Мойджун, но очень вкусная.

Товарищи вопросительно посмотрели на меня, но пауза продлилась долго.

– Великий Светлоликий! Рокаин, не томи! – возмутился архимаг.

Я не спеша допил компот, вытер запястьем губы и с улыбкой продолжил:

– Нам нет смысла разыгрывать спектакль, как в Оркеноне. Потому как у Ангуса тут не должно быть друзей. Сирэн – всего лишь бывшие союзники и единомышленники в захвате империи. Мы сейчас находимся прямо над неукреплённым дворцом короля. И я предлагаю только лишь убедиться в том, что тут нет людей с нейроинтерфейсом.

– Но как ты собрался это делать? Нам нужно подойти хотя бы на расстояние действия анализатора. Предлагаешь летать вокруг замка целый день? – скептично спросил архимаг.

– Вполне нетрудное дело, хоть и муторное. Но нет. Я предлагаю в наглую приземлить машину на крышу, под хамелеоном, и отдыхать. При этом анализируя обитателей дворца. Судя по наблюдению, там у них есть слепая зона, на крыше, – сказал я и улыбнулся.

– Как бы это нагло ни звучало, но… мне нравится, – улыбнулся Эткин в ответ.

– А ты что думаешь? – обратился я к молчаливой Елене.

Она пожала плечами и безразлично ответила:

– Мне всё равно. Я бы зашла во дворец и покромсала всех, кто нападает.

Архимаг недовольно закатил глаза, а я безнадёжно вздохнул. Ну нельзя же быть такой кровожадной… Хотя, если подумать, её работа последние семь лет заключалась в убийстве, скрытым и быстрым способом. Но скрытое нам не нужно, нам нужно показательно убить короля и занять престол. Желательно, как-нибудь покруче, чтобы потом кровопролития поменьше было.

– Ладно. У тебя ещё будет возможность для кровавых расправ. А сейчас давайте готовиться, – хмыкнул я и материализовал у себя в руках рубашку, так как находился по пояс голый.

Собрались мы довольно быстро. Я накрыл хамелеоном весь автомобиль, и мы пошли на спуск. Спустя пару минут мы аккуратно приземлились на пологую крышу. Пришлось оставить две стены хамелеона, так как мы сели ровно посередине и между двух башен. На них были окна, с которых нас возможно было заметить. Так было сделано специально, чтобы анализатором прощупать как можно большее пространство дворца.

Дворец-замок был в классическом средневековом исполнении с двумя башнями. Единственное, что немного выделалось, ‒ это большая пологая крыша основного строения. Она была сделана из цельного гранита, что в мире магии не такая уж и редкость. Вокруг располагались две башни и четыре пристройки с треугольными крышами.

Слепая зона башен была только с одного угла, но нам это не подходит, потому как анализатор будет неэффективно сканировать то, что будет находиться под нами. Две стенки хамелеона потребляют маны не много, поэтому поддержание этой способности я передал Монаде. А мы же, не высовывая носа из буханки, анализировали всё вокруг. Так как погода была отвратная – лёгкий снег с дождём и довольно неплохие порывы ветра.

Из-за погоды никого не было видно – даже на небольшой площади вокруг дворца. Только редкие слуги пробегали по каким-то делам. А через сотню метров начинался сам город, полный многоэтажных построек, довольно современного стиля.

Спустя пару часов мы насчитали более сотни человек, которые постоянно находятся в этом здании. Это были обыкновенные люди – не носители нейроинтерфейса. Но на всякий случай мы сканировали дворец почти до вечера.

– Рокаин! Я засекла волны стороннего анализатора! Человек с системой Зодак вошёл во дворец! – сообщила Монада, появившись возле нас, когда я от скуки уже зевал.

– Хм. Не всё так просто оказалось, – задумчиво хмыкнул Эткин.

– Наоборот. За всё это время он был только один, – отмахнулся я и оглядел ребят. – Короче, начинаем. Лена, слуг и каких-либо неагрессивных людей не трогать! – пригрозил я ей.

– Я и без тебя знаю! Рокаин! Я по-твоему совсем чокнутая?! – возмутилась она.

– Ну не чокнутая… а… – усмехнулся Эткин, но тут же замолчал из-за испепеляющего взгляда девушки.

Буханку мы подняли ввысь, и под хамелеоном, во всеоружии, спустились к большому входу во дворец. Уже вовсю вечерело, но темно ещё не было, лишь лёгкие сумерки.

– Стой! Кто такие, колдуны?! – заорал один из стражников и наставил на нас алебарду, когда мы внезапно появились у входа.

– Я посланник нового короля Оркенона! Быстро доложить это королю Пэйдуху Райкону, чернь ничтожная! – со всей надменностью возмутился я, доставая из-за пазухи письмо.

Двое стражников опустили алебарды, и один из них тут же передал послание на бумаге слуге в ошейнике. Письмо я написал буквально перед выходом, чтобы разыграть этот спектакль. Его содержимое гласило о предложении объединить земли. Что как минимум должно возмутить монарха. Такое не шибко оригинальное решение мы приняли, маясь в буханке, чтобы уж прямо в наглую не вламываться во дворец.

Доспехи я не надевал, а вот мой фасон узорчатой рубашки и с такой же мантией создавал вполне официальный вид. Ещё и поэтому проблем не возникло.

Прождали мы минут десять, прежде чем нас впустили внутрь. За нами явился какой-то ряженный хмырь в цветастой зелено-жёлтой рясе и с дико надменным выбритым лицом.

– Я архимаг дворца Канкора. Король вас ожидает. Но вынужден предупредить, что он очень зол на вашего нового правителя! – воскликнул он, когда мы зашли.

– Мы лишь посланники! И не в праве обсуждать приказы Его Величества! – так же надменно сказал я этому провожатому.

Он на нас посмотрел с лёгкой жалостью, как будто на смертников, и сказал следовать за ним. Коридоры были типичные для дворца, разве что выделялась на полу синяя ковровая дорожка двухметровой ширины. Какой-то изысканности, как в дворце Оркенона, тут нет совершенно. Ну… другой правитель – другие нравы.

Мы прошли несколько длинных коридоров и поднялись по лестнице на второй этаж – по всей видимости, нас повели не в тронный зал. А когда мы пришли на место, моя догадка подтвердилась.

Нам открыли небольшие двухстворчатые двери, и, входя внутрь, мы огляделись. Это было что-то вроде обеденного зала. Кресла, столы, стулья. А за самым большим столом, посередине, восседал сам король и двое подданных. Они спокойно ели, пока не увидели нас.

Король оторвался от мясистой ляжки какой-то птицы и посмотрел на нас маленькими глазками. Он был довольно полноват. Но, как по мне, ситуацию исправляла аккуратно стриженная светлая борода и завязанные в хвост светлые волосы. Он сидел в красноватом свободном одеянии по типу тоги.

По бокам от него сидели ещё двое. Справа какой-то вояка в позолоченных доспехах и красным плащом за спиной. А вот слева… сидел тот, кто был с нейроинтерфейсом. И тот, к кому у меня очень много вопросов!

Это был бывший советник Диониса Третьего! Худощавый лысый уродец в дорогих позолоченных шмотках. Маловероятно, что он меня сходу узнает, так как времени прошло не мало. Да и внешне я немного изменился, со своими средними распущенными волосами.

– Приветствую, король Пэйдух Райкон! Я пос… – попытался торжественно объявить я. Но он вонзил в меня яростный взгляд и заорал, брызгая слюной:

– Да плевать мне, кто ты такой! Вали к своему самозванцу и передай, что у меня есть союзники, которые предоставят мне армию поддержки!

Уже, наверное, полмира знает, что у Оркенона новый король, захвативший власть силой.

– Зачем вы так? Вы объявляете войну Оркенону? – с улыбкой осведомился я, чуть склоняя голову.

– Объявляю, не то слово! Если его оборванцы хоть шаг сделают по земле Сирэна – ответ будет мгновенный! А теперь пошёл вон! – опять проорал король.

В это время из-за стола встал вояка, а советник пристально посмотрел на меня и принялся копаться у меня в голове ментальной атакой. Но у него, конечно же, ничего не получалось. Я на это лишь ещё шире улыбнулся и долбанул по всем мощным параличом.

Застыли даже слуги, что стояли в другом конце комнаты.

– Эткин, Лена. Вдвоём поставьте на всю комнату двойной тёмный щит с максимальным воздействием, – повернувшись, попросил я ребят.

– Да. Мне тоже охота расспросить этого предателя… – злобно посмотрел архимаг на застывшего советника.

– Сейчас всё будет, – кивнул я.

Елена удивилась, – так как полным ходом шло отклонение от плана – но вопросов задавать не стала.

Они вдвоём соорудили двойной шит тьмы, который покрыл стены, пол и потолок этого зала. Так как обеденный зал был небольших размеров, – пятнадцать на десять метров – ребятам хватит удерживать его бесконечно долго. При условии, что на нас не накинутся пару сотен архимагов сразу. Положение для такой баррикады более чем удачное, потому как магам придётся разрушить половину дворца, чтобы добраться до щита полностью.

Я повернулся к моим пленникам и растянул улыбку до ушей. Ведь я нашёл одного из тех людей, с кем я хотел очень серьёзно поговорить. Когда я подходил к обеденному столу, из меня непроизвольно начала валить тьма. Она подняла моё настроение ещё на пару градусов. Особенно когда я увидел испуганные глаза троих подонков.

Подойдя к столу, я отодвинул какое-то блюдо и, сев прямо перед ними, начал говорить:

– Видимо, вы на столько бездарны, что даже не знаете, кто сейчас король Оркенона. Но давайте знакомиться. Я, Рокаин Серус, четвёртый архимаг империи Дионай, а ныне – новый король Оркенона!

На последней фразе я понизил голос и полыхнул тьмой во все стороны.

– О-о! Вижу, ты меня наконец узнал! Предатель! – усмехнулся я, когда глаза сухощавого советника полезли на лоб. – Как там тебя? По-моему, Варонд? Хотя… – задумчиво произнёс я и, приблизившись к его лицу, утробно гаркнул: – Мне плевать!

После этого я повернулся и взглянул на проходящего мимо меня Эткина. Он подошёл к слугам, усыпил их и с ненавистью посмотрел на нашу жертву.

– Монада. Появись пожалуйста, – обратился я к своему искину.

– Да, Рокаин! – лучезарно улыбаясь, появилась она в воздухе возле меня.

Советник ошалело уставился на девушку, но его глаза нет-нет, да дёргались в разные стороны.

– Скажи-ка мне, родная. У него есть наниты?

Улыбаясь, девушка приблизилась к лицу советника повторяя за мной.

– Его тело полностью проводит волны анализатора! Модуля генерации нанитов не обнаружено!

Её волосы зловеще расплывались в воздухе, а во взгляде можно было утонуть. Предатель задёргал глазами ещё быстрее.

– Значит, приступим к полезной для нас операции! – хрустнул я костяшками пальцев и полыхнул тьмой.

Всё пошло по стандарту – накачка нанитами, полуминутная экзекуция, монолог, полный мести, а затем опять экзекуция… Собственно, ничего нового. Единственное, вояку я трогать не стал. Мне было достаточно, что он смотрит на то, как его король и советник обливаются слезами и соплями.

Примерно минут через двадцать за дверьми послышались взрывы, но щит тьмы исправно гасил колыхания дерева. А когда двери слетели, он не пускал внутрь зала озлобленных магов. А они ничего сделать не могли – их «огневой мощи» слишком мало для такого «читерского» щита.

Ещё через двадцать минут маги выбили стекла окон, но и только. К этому времени я выбил абсолютно всю информацию из советника, при этом подкреплённую образами.

Этот предатель Варонд только предоставлял информацию врагам. От него требовалось извещать Ангуса о всех приказах императора и значимых событиях, которые должны произойти. Ну и, конечно, он делал всё это не за бесплатно, а за возможность обладать силой в лице нейроинтерфейса и магии разума. Всё банально просто…

После того, как империя пала, Ангус исполнил своё обещание. Этот тёмный эльф установил-таки ему нейроинтерфейс и даже отвёл к источнику ментальной аномалии в Инферузе. Но вот модулей никаких не установил. Мало того, эльф, скорее всего, поставил ограничение на модуль производства нанитов. Так как любой урезанный Зодак и так может его воспроизвести, но вот у советника такой возможности не было.

После этого Варонда отпустили на все четыре стороны. Пару лет он шатался по Эстории, показывая свою силу всяким магам-недоучкам. Зарабатывал деньги разными способами и наслаждался жизнью. Но потом ему всё это наскучило, и он подался в Сирэн.

Через пару лет – благодаря своей силе и показной преданности – он стал приближенным короля. А затем плавно перетёк на свою предыдущую должность советника. Он мне старался показывать образы по типу – он «божий одуванчик» и никому ничего плохого не делал. Но видно, опыта приёма образов у него нет от слова совсем.

Во всех его воспоминаниях я ощущал и чувствовал то, о чём думал и чувствовал этот хмырь. А в частности – вседозволенность и упоение силой, даже промелькнуло вожделение – «опять взять силой ту красотку». Я даже боюсь представить, сколько душ он погубил своей магией разума.

После того, как он мне всё поведал, я демонстративно, щелчком пальцев, полностью отключил его нервную систему. Его сердце остановилось в ту же секунду. А я перевёл взгляд на хнычущего короля.

– Умоляю, прошу вас! Не делайте так больше! Я клянусь, что наши земли… – тараторил он, сидя на своём месте за столом, и плакал.

– Молчать! – рявкнул я, и его тут же заткнули наниты. А я, в тишине, продолжил говорить под его безмолвные слезы:

– То, что ты так подло ударил в спину империи, той, что спасала весь Эрон… За это тебе пощады не будет! Ты умрёшь в любом случае! За всех погибших имперцев, женщин и детей, – злобно сказал я и опять щелчком пальцев воспроизвёл адские муки.

Пока он завис в немых мучениях, я перевёл взгляд на воина и задал вопрос:

– Кто ты такой? – И слегка припустил ментальный паралич.

– Моё имя… Фэрт Орн. Я верховный главнокомандующий армией Сирэна… – с натугой сопротивляясь ментальной атаке, сказал он.

– Если ты предан этому подлому убийце – отправишься вместе с ним, – сказал я и повторно щёлкнул пальцами.

На этот раз Пэйдух уже не рыдал. Он просто обделался и потерял сознание. Монада хотела привести его в чувства. Но я, морща нос от вони, дал команду на полною остановку жизненных функций – хватит с него. Когда бывший король перестал дышать, я посмотрел на вояку и взял кувшин с питьём на столе. В окна продолжали бить различные заклинания, разбиваясь о щит тьмы.

– Дайте… нормально… говорить… – произнёс он и я почти полностью освободил его.

– Говори.

– Я не предан ему, хоть и давал присягу. Десять лет назад я был против завоевания империи. Как главнокомандующего всей армии Сирэна, моё слово не менее значимо, чем слово короля.

Он посмотрел на бездыханное, обделанное тело ублюдка и продолжил:

– Я поддержу объединение земель, если твои намерения, Рокаин Серус, не основаны на мести – отомстить людям этого государства, – сказал он и, вздохнув, склонил передо мной голову.

– У меня нет таких намерений. Мне просто нужно объединить людей, и… желательно всех, – задумчиво сказал я и глянул опять на короля. – Значит так, выходим! Сейчас на площади, вокруг дворца, собралась целая армия. Как спустимся – ты выступишь! Понял? – обратился я к вояке.

– Понял, король Рокаин, – сказал он и поднял голову.

А я хорошенько отпил из кувшина и обратился к ребятам:

– Вставайте на эту платформу, – ткнул я пальцем вниз и тут же создал под собой пятиметровую платформу тьмы. – Концентрируйте щит тьмы вокруг неё.

Ребята кивнули и, когда перешили на эту область, начали резко уменьшать радиус щита до нужного размера. В зал тут же полетели огненные шары и ледяные копья. Я поднял себя в воздух левитацией и второй небольшой платформой снёс стену, чтобы мы могли вылететь на улицу.

Мы находились на платформе вместе со столом, стульями и мёртвыми телами короля и советника. Они бездыханно упёрлись лбами в стол. Вояка Фэрт встал и вёл себя сосредоточенно. На площади – куда выходили окна обеденного зала – был сконцентрирован целый легион и, наверное, сотня магов. Стрелы и сверкающие заклинания не прекращали в нас бить ни на секунду. А так как были глубокие сумерки, вспышки заклинаний освещали всю площадь.

Я резко снизился, прямо в центр концентрации армии. А когда мы приземлились, вокруг нас образовался тридцатиметровый круг воинов и магов. В нас с новой силой полетели стрелы и заклинания.

– Рокаин! Мана тает на глазах! – крикнул Эткин. Его слой тёмного щита был первым, поэтому у него ужасно высокий расход, нежели у Елены.

– Фэрт! Начинай! – рыкнул я вояке, зажёг над нами шар света и усилил его голос магией воздуха.

– ПРЕКРАТИТЬ НАПАДЕНИЕ! Говорит верховный главнокомандующий Фэрт Орн! – Его голос громом разнёсся по площади, и первые ряды вокруг нас даже схватились за уши. – Кто продолжит нападать, тот будет расценен, как предатель! И к нему будет применена казнь без суда!

На минуту произошло затишье, и с задних рядов показалось шевеление. Оттуда вышел здоровый детина в сверкающих доспехах, на подобие как у Фэрта.

– Главнокомандующий Фэрт! Как это понимать?! Что с королём?! – чуть хрипя, проорал он, указывая нам за спину, так как от моего шара свет падал на мертвецов.

– Король мертв, Ранз! С этого времени, если мы не хотим кровопролития нашего народа – у нас должен появиться новый король!

Все, кто был на площади, недоуменно затихли. А здоровяк, уронив челюсть, пытался втянуть воздух, чтобы что-то сказать.

Я поднял тела короля и советника в воздух, пролевитировал их за щит тьмы и швырнул ближе к здоровяку, а затем сам вышел из-за купола. Подняв руку над собой, я начал образовывать второй шар света, непрерывно вкладывая в него ману. А когда абсолютно все обратили на меня внимание, заговорил:

– Я, Рокаин Серус! И, ведомый волею Светлоликого, беру власть в свои руки! ПОДЧИНИТЕСЬ! – проорал я в несколько раз усиленным голосом и одновременно выпустил трёхметровый шар света вверх.

Шар поднялся на пятидесятиметровую высоту, освещая, наверное, половину города – в этот момент я высвободил в нем энергию маны, и произошла ослепительная вспышка, что зажмурился даже я. Через какое-то время я понял, что она не прекращается!

«Что за тёмную вашу мать!» – подумал я. Мне пришлось вложить конечно много маны, но не настолько же!

Через десяток секунд со всех сторон прозвучал баритон:

– ПОДТВЕРЖДАЮ!

Моё максимальное усиление голоса даже близко не стояло с такой силой! От звука вибрировала сама земля, а здания начали шататься! Воздух вибрировал так, что отдавало в кости! Совершенно никто не усомнился, в том что это был голос бога.

Спустя пять секунд после прозвучавшего голоса – свет резко прекратился. А я открыл глаза, осветил площадь небольшим шаром света и начал наблюдал ошалелые лица воинов. Оглядевшись, я увидел ту же мимику у моих товарищей и Фэрта. Спустя мгновение, все в разнобой начали падать на колени и выкрикивать:

– Богом избранный!

– Он богом избранный!

– Его выбрал сам Светлоликий!

Под конец на колени упал даже здоровяк-командир и сам Фэрт.

– Вот это ты подсобил, Светлоликий… – пробормотал я, находясь в не меньшем шоке.

Потому как такого быстрого переворота и практически без крови – этот мир ещё не видел.

– Что-то я заколебался… – вздохнул я и сел на задницу, прямо на пол, в своей лаборатории во дворце Ронзер-Дана.

Только что я закончил пятичасовое начертание круга портала в Инферуз. Эта лаборатория, кстати, находилась в подвалах дворца. Ещё два с половиной месяца назад я удивился, что тут нет типичных для средневековья темниц. Для содержания любых пленников в Оркеноне использовали централизованные тюрьмы-рудники. Там работали исключительно преступники.

– Может, поедим? – спросила Елена, подошла сзади, встала на колени и приобняла меня.

– Надо бы. На дорожку, – улыбнулся я и начал вставать. – Лонс давно ушёл?

– Да. После того, как закончил свой тайный эликсир, а через час ему надоело смотреть на тебя, скрюченного. Прошептал мне, что ему нужно срочно отлучиться по делам и слинял… – фыркнула Елена и, взяв меня за руку, потянула на выход из небольшого помещения лаборатории.

Почему-то Лонс ей не нравится совершенно. Говорит, её бесит его «подхалимная» манера разговора. Моего заместителя она оценила только когда мы с ней вернулись из Ладии. Прошло почти два месяца после эффектного захвата Сирэна.

В тот вечер, когда явление Светлоликого на площади исчезло, все, кто там присутствовал, безоговорочно встали на мою сторону. Оказывается, только мне ослепительно бил свет. А все остальные – да и половина города – видели в небе гигантскую фигуру Светлоликого, который произносил своё подтверждение.

По крайней мере, в столице не пролилось ни капли крови после такого переворота. Конечно, если не считать бывшего короля и предателя Варонда. Через пару дней на нашей стороне была вся пятнадцатитысячная армия Сирэна и внушительный флот.

Но, как всегда, оставалось много недовольных такой переменой. В частности, это были дворяне и зажиточные торговцы, которым я обрубил всю работорговлю. Но так как все военачальники были на моей стороне, то и земельные дворяне лишились своих небольших войск.

За десять дней мы навели полный порядок в стране: освободили всех рабов, лишили всяческих титулов неугодных. Я даже издал некоторые законы, касающихся обычных граждан страны, к которым теперь приравнивались и бывшие рабы.

Но вишенкой на торте я подписал указ «О формировании защиты храмов Светлоликого». Он гласил о том, что настоятель обязан обеспечить защиту своей обители. Найм защитников храма – до тридцати магов. А также реконструкция здания храма под оборонительные нужды.

Это всё будет финансироваться из государственной казны, но настоятелям придётся предоставить финансовый отчёт. В общем, над этим указом я просидел половину дня. А после того, как я его огласил на совете лояльных дворян-чиновников, зал погрузился в тишину, но никто спорить не стал.

Как мы закончили со всеми важными делами в Сирэне, пришлось оставить Эткина на посту заместителя короля. Он долго отбивался, но я не рискнул оставить на этом месте Елену, из-за её кровавых наклонностей. О чём я и аргументировал упрямому архимагу. А когда он наконец сдался, мы с Леной спешно отправились на юг – последнюю важную точку, под названием «Королевство Ладия».

Отправились мы в спешном порядке. Я опять тащил машину на платформе, а позади меня развивались крылья тьмы. Но на этот раз зарядкой накопителей занималась Елена. Она справлялась не так быстро, как архимаг, но полет у нас прошёл практически непрерывно, две тысячи километров подряд. Поэтому ночью мы находились у укреплённого замка, в сердце страны Ладия и столицы Паскар.

За то время, пока мы захватывали Оркенон и Сирэн, наверное, половина Эстории была наслышана о «дерзком самозванце», который провозгласил себя королём двух стран. А потому утром в тронном зале нас ждали с распростёртыми объятьями. А точнее, с убийственными заклинаниями и стрелами.

Придумывать какой-то план перед этим мы отказались, ибо за ночь я не увидел каких-то угроз со стороны действующего короля. Так как под хамелеоном мы облетели всю территорию замка и заглянули в каждый закоулок. А то, что нас ждали, мы узнали ещё до того, как появились прямо перед низкорослым королём – ночью мы заглянули в тронный зал. Этот параноик спал прямо там, среди сотни воинов и десятка архимагов.

Ночью мы нападать не стали, так как все они были напряжены, как пружины. А вот днём народу в тронном зале поубавилось. Процесс захвата Ладии оказался довольно… странным. Да. Лучшего я слова и подобрать не могу…

Так как я появился прямо перед королём и всадил ему в грудь свой Нагибатор, в нас с Еленой полетели заклинания от архимагов и лучников, что были в зале. Девушка тут же поубивала всех. Но после моих криков и матов начала глушить ментальной атакой тех, кто вбегал в зал следующим.

Для эффектности мне пришлось сидеть на троне возле мёртвого короля, пока моя спутница штабелями укладывала всё новые и новые бессознательные тела у входа. Причём так укладывать попросил я, потому как они могли передавить друг друга, наваливаясь в кучу.

Спустя полчаса ситуацию спасли два человека в белоснежных туниках. Они вышли вдвоём из левого входа и с поднятыми руками, под пристальным взором Елены, направились ко мне.

– Ты, наглая развратница… Откуда взяла эликсир глубокой страсти? – улыбнулся я, поглаживая по спине лежащую на моем плече Елену.

Мы находились в таком изнеможении, что Монада не стала вытаскивать нас в свой мир. Да и я сны прошлой жизни не видел.

– Я тоже умею его делать, – взглянула на меня Лена и улыбнулась. – Но в данном случае, я вчера просто незаметно спёрла один бутылёк у Лонса, – засмеялась она и начала целовать меня в шею.

– Даже представить не могу, как ты смогла незаметно это сделать, – удивился я.

– У него вышло два бутылька. Один он закрыл в своём личном шкафчике, в лаборатории. А другой засунул за пазуху и ушёл. Он же не знает, как можно использовать пространственную магию, – промурлыкала она мне на ухо.

– А вот за это, ты перестанешь на него фыркать, и когда настанет удобный случай – признаешься в краже, – поднял я бровь и посмотрел на девушку.

– Ни за что. Он меня бесит, бэ-э, – скривилась она.

– Хм. Зря ты это сказала. Потому что теперь ты мне пообещаешь. Иначе останешься в Эроне. Мне не нужны беспричинные дрязги в моём отряде.

Лена отстранилась от моей шеи и, нахмурившись, посмотрела на меня.

– Только ради тебя, и… – разгладив лицо, она улыбнулась, – из-за такого классного эликсира, – хихикнула она.

– Ну так-то лучше, – сказал я и, перевернув девушку, навалился на неё сверху.

– Видимо, эликсир действует до сих пор, – промурлыкала она подо мною. – Я вот опять начинаю пылать.

В общем, поднялись мы с кровати только ближе к полудню. Хоть отдохнули как следует. Ведь мы планируем поход в Инферуз на длительное время. Конечно, по времени мира демонов. Здесь же пройдут максимум сутки.

За это время мы планируем прокачать сосуды, посетить Валеру и средний демонический план. Повидаюсь со своими и проконсультируюсь у Алиры, как мне попасть в тот далёкий мир, где находятся Лад, Орена и Ансар. Будет очень кстати, если я их верну назад, в Эрон. Ибо я прямо чувствую своей пятой точкой, что Ангус готовится. А то, что он приготовит – наступит уже «вот-вот».

– О-о! Да вы наконец проснулись! – воскликнул Лонс, когда мы зашли в обеденный зал. – Я уже и позавтракать успел, а вы подоспели прямо к обеду, – улыбнулся он и взглянул на Эткина, который приветственно помахал нам рукой, ничего не говоря.

– Да вот, решили отдохнуть перед пеклом, – усмехнулся я, садясь за стол рядом с Лонсом.

– Я вижу, краденый эликсир пошёл на пользу, – лучезарно улыбаясь, взглянул он на Елену и подмигнул ей.

Она собиралась сесть рядом со мной, но замешкалась и удивлённо посмотрела на меня.

– К-хм… – демонстративно кашлянул я, красноречиво подгоняя девушку.

– Э-эм. Прости, Лонс. Мне просто был интересен эффект от него… – неуверенно сказала она и, сев за стол, отвернулась.

– Мне не жалко, пользуйтесь на здоровье. Но было бы неплохо в следующий раз просто попросить, – всё так же улыбаясь, проговорил он и сел на своё место.

– В следующий раз, я так и сделаю.

– Всё не навеселитесь… – пробурчал архимаг.

Так мы и общались. Лонс пытался разговаривать с недовольной Еленой, а я, обратив внимание на хмурого Эткина, решил начать разговор, который давно хотел обозначить:

– Эткин. Как ты смотришь на то, чтобы восстановить Аркону и назначить её столицей империи Лайт?

После моего вопроса даже Лонс удивлённо затих.

Архимаг поднял брови вверх и перевёл на меня взгляд.

– Э-э, Рокаин… Я даже… – разобрать, что он чувствует было невозможно.

– Сам подумай. Там стратегически удачное место, Аркону можно расширить раза в два. К тому же, под землёй до сих пор есть катакомбы, которые сыграют важную роль в становлении новой столицы и развитии индустриальной эпохи… – говорил я, но Эткин меня перебил:

– Я давно хотел тебе это предложить, но подумал, что сейчас не время. Я займусь этим со всей ответственностью! – улыбался он.

– Ну вот и отлично, – кивнул я.

– Э-э, Рокаин. Мы же это не пропустим? – обратился ко мне Лонс.

– Я говорил. Нас не будет в Эроне от силы сутки.

– Скорее бы Амалта приехала. Она тоже обрадуется, – мечтательно сказал Эткин.

Кстати, мы послали роту воинов и магов за Амалтой, детьми и друзьями Елены. По идее, они должны быть уже в пути. Поэтому Эткин в предвкушении встречи со своими. А вот у Сайонг и Лихая обучение в Тирое отменяется, по понятным причинам возможности послать их в свою академию Ронзер-Дана.

В Аравильские горы дварфов я послал гонца с подарками и посланием-приглашением посетить империю Лайт. Но сомневаюсь, что Ворикус примет приглашение. Надеюсь, что Яна поспособствует, так как в приглашении я так и написал:

«…Вместе с Вашим Величеством я хотел бы видеть Яну Нерил и её детей. Моя давняя подруга будет рада вместе с вами посетить старую столицу нового государства. Не откажите в этой маленькой просьбе, если все же примете положительное решение по поводу моего предложения. С уважением, Рокаин Серус».

Письмо я написал на древнедварфийском, каллиграфическим почерком. Причём на рунном свитке, содержащем мой слепок ауры. Даже подписался снизу в дварфийском стиле – отпечатки трёх пальцев. Чтобы уж точно впечатлить правителя дварфов. С чем чёрт не шутит, а вдруг приедут…

– Ну что… Пришло время отправляться, – сказал я, когда все поели и сидели в неловкой тишине.

– Согласна! Надо погреться, а то эта снежная слякоть достала! – улыбнулась Лена и встала из-за стола.

Она тут же сосредоточилась и открыла окно портала прямо в лабораторию.

– А я думал, по традиции, прогуляюсь, – негромко сказал Лонс и первый вошёл в портал.

Мы молча двинулись в след за ним и последней вошла Елена, автоматически закрыв за собой портал.

– Вроде всем всё рассказал, ничего не забыл… – пробормотал я, схватившись за подбородок.

Я даже всех членов совета приготовил к тому, что меня не будет сутки, максимум двое. Я бы без проблем отправил Эткина вместо себя, если бы цель посещения Инферуза была только в прокачке сосудов Елены и Лонса. Но увы…

– Открывай уже портал! Раньше отправитесь, раньше вернётесь. Я тут прекрасно со всем управлюсь и без тебя, – проворчал архимаг.

– Я согласен с многоуважаемым Эткином Корном! – улыбнулся Лонс, взглянув на меня.

– Ладно, – сказал я и подошёл к кругу.

Я начал дозированно и поочерёдно напитывать руны магией земли и пространства. Через минуту в центре круга появилась тёмная точка, которая тут же начала разрастаться. Спустя ещё минуту портал приобрёл открытый вид, прямо на полу лаборатории.

Причём я был немного в замешательстве – мы открыли портал рядом с асфальтированной дорогой. Дорога была с пунктирной белой разметкой, а вдалеке виднелся какой-то дорожный знак красного цвета. Но времени думать нет. Здесь портал будет открыт не долго.

– Быстрее! Минута на открытие! Я пошёл! – быстро сказал я, и расставив руки в стороны, упал в портал.

– Фу-у-у! Ну и вонь! – воскликнула Елена, когда c помощью левитации спустилась за нами в канализацию. – Может, лучше было бы поискать жилье?

– Мы уже два раза убегали от полицейских, потому как не можем предъявить какие-то документы. Жилье нам никто не даст. По-быстрому переодеться можно и в канализации… – вздохнул я, зажигая маленький шарик света и закрывая нас фильтрующим от вони воздушным куполом.

Убегая от полиции, мы наткнулись в подворотне на типичный канализационный люк. Удивительно, ведь в верхнем Инферузе всегда были большие проблемы с водой, но, судя по наполненному руслу в канализационном туннеле, – как минимум, водопровод есть у каждого.

– Рокаин. А не проще переместиться к алтарю Вэлоссы и попросить помощи у твоей подруги? – задал вопрос Лонс, с отвращением поглядывая на несильный поток отхожей воды.

– Не проще. Не хочу нервировать богиню раскрытием места её алтаря. Это надо было делать сразу из Эрона. Я надеюсь, они сами нас найдут, – покачал я головой.

– А я надеюсь, что не найдут. Ещё не хватало обнимашек со всякими ушастыми плоскодонками… – сказала девушка, зажимая нос пальчиками.

– Лена, это уже не смешно. Прекращай, а? К тому же, уже запах почти пропал, – недовольно сказал я и строго поглядел на неё.

Она промолчала и, схватив себя за локти, включила дополнительный воздушный купол, чтобы наверняка избавиться от зловония. Так как Елена выглядела вполне красиво и относительно современно для этого города, она не стала менять свою одежду. А вот мне и Лонсу нужно было сменить гардероб.

Лонс был одет в привычную ему темно-бордовую шёлковую одежду – свободная рубаха с вышитыми узорами, брюки с широким поясом и кожаные сапоги. Поверх всего этого была накинута чёрная мантия. Вся эта одежда была довольно дорогая для Эрона, но на фоне современности он смотрелся несуразно. Пример одежды мы взяли с прохожих, что нам встречались.

Спустя полчаса Лонс красовался в чёрной спортивной куртке с брендовыми нашивками на гроиде «Ферро», стильных штанах с боковыми карманами и висячими подтяжками. Ботинки Елена сделала нам одинаковые, по типу военной обуви с Земли.

А вот на мне красовалась серая майка, чёрная жилетка в стиле «хайтек» с сегментными вставками. Кожаные штаны, военные боты и стильные солнцезащитные очки.

Девушка поработала на славу и, вдохновившись нашим видом, сделала себе обтягивающую юбку, что вполне хорошо смотрелась с её чёрной курткой и ботинками.

– Ну вот. Современно и неотразимо! – улыбнулся Лонс, зачёсывая назад волосы.

– Ну как мне юбка? – спросила Лена, позируя передо мной.

– Как и сказал Лонс – неотразимо, – улыбнулся я, поправляя очки и рассматривая аппетитные ножки девушки.

После того как мы навосхищались друг другом, в кое-то веки собрались с духом и отправились на поверхность. В канализации мы провели около часа. И первое удивление после выхода на поверхность заключалось в том, что на улице было совершенно темно.

– Это что? Мы так удачно попали под взор богини тьмы? Он же происходит раз в десять дней? – удивлённо задала вопрос Лена, оглядываясь по сторонам в тёмном переулке.

– Сомневаюсь! Взгляните наверх, темнота не кромешная. Как будто сестры освещают облака! – воскликнула Монада появляясь рядом со мной и показывая рукой наверх.

Мы тут же пригляделись в небо. Хоть из окон пятиэтажных домов – между которыми мы находились – валил свет, но нам всё же было видно, что город накрыла как будто тёмная пелена. Температура заметно уменьшилась, а в воздухе чувствуется влага. Что бы это могло значить?

– Ничего себе… – прошептал я, когда мы вышли на широкую улицу.

Везде были цветастые неоновые вывески. Находились они на первых этажах домов либо отдельных зданий. Какая-та реклама на торцах домов. А на многоэтажных домах вообще были громадные телевизионные панели! Мы, конечно, заметили такую технологичность при свете дня, но убегая от полиции не было времени детально рассматривать.

Столбы освещения – которых мы раньше не замечали – светили приятным оранжевым светом. По проезжей части возрос поток автомобилей со включёнными фарами. Демонов, идущих по улице, было даже больше, чем днём. Кто-то, веселясь, шёл небольшой компанией, с напитками в металлических банках. Кто-то шел в обнимку с девушкой. Кто-то выходил из цветастых заведений. А справа – у отдельно стоящего здания – подъезжали дорогущие машины. По крайней мере, они казались дорогими.

Теперь мы совершенно не привлекали внимания, поэтому спокойно, хоть и раззявив рты, двинулись на экскурсию. Наш путь лежал мимо цветастого заведения, перед которым останавливались те самые дорогие авто.

– Это же ночной клуб! – хихикнула Елена, увидев очередь перед входом и барабанящую электронную музыку. – А ну живо пошлите тусоваться! – безапелляционно заявила она и, схватив меня за руку, потащила к парадному входу с красной ковровой дорожкой.

– Лена! Нам не до этого! – возмутился я.

– Не надо! Пару часов нам роли не сыграют, а почувствовать себя как на Земле – я такого шанса не упущу! – настырно аргументировала она.

Мы подошли в конец очереди и стали ждать. Из заведения доносилась музыка с мощными басами. Перед нами стояли два роина с бутылками в руках, в свободных рубашках без рукавов и с цветастыми галстуками на шее.

Как и у большинства мужчин в этом городе, подошвы их высоких ботинок слегка светились синим. Что за мода?

– Слышь. Че уставился? – отпив из бутылки, прорычал роин с выбритыми висками и небольшой чёлкой, когда увидел мой заинтересованный взгляд.

– Ботинки понравились, – хмыкнул я.

Он на пару секунд завис и, слегка улыбнувшись, взглянул на держащую меня под руку Елену.

– А мне твоя тёлка понравилась. Давай меняться, – засмеялся он и его друг.

Елена тут же среагировала на это. Она отпустила мою руку и, улыбаясь, подошла к нему. Я хотел её остановить. Но во мне резко взыграл интерес и надежда на то, что она сейчас накосячит, и мы будем вынуждены уходить.

Но надежда, как и удача, – барышня очень ветреная. Елена с улыбкой подошла к роину, встала на носочки и, обняв его, прошептала ему что-то на ухо. Красноватый демон слегка побледнел и в страхе попятился от неё. Девушка, всё так же улыбаясь, выхватила у него бутылку, подняла ручку и помахала ему пальчиками.

Во время всего этого действия я заметил спектральным зрением, что она применила ментальную атаку. Но что-то очень слабое. Хотя эффект превзошёл все ожидания – этот демон со страхом убежал, а приятель бросился за ним вдогонку ничего не понимая и окрикивая товарища.

– Что вы так на меня смотрите? – улыбнулась Лена и, посмотрев на бутылку, чуть отпила с горлышка. – М-м-м! Вкуснота какая!

– Это что сейчас было? – удивлённо спросил я.

– Урок жизни, – хихикнула она.

– А конкретнее?

– Ну… сказала, что хотела бы с ним поразвлечься и отправила ему пару видений, – махнула она рукой, но увидев мой взгляд, пояснила чуть подробнее: – Видения, как я пачками кромсаю уруков и роинов, в старые времена. Когда-то я и Виртос столкнулись с отрядом одного из лордов… Ну, а ещё отправила ему свою лёгкую фантазию, как я его кастрирую своими красными дракончиками. Попробуешь? – лучезарно улыбаясь, закончила она и протянула мне бутылку.

– Хм… Я бы точно не хотел наблюдать такую фантазию… – хмыкнул возле нас Лонс.

– Можно сказать, растёшь! У тебя, да и без крови – удивительно, – улыбаясь принял я у неё бутылку, отпил и слегка скривился от какой-то фруктовой кислятины с алкоголем.

– Ну как же, мы находимся в цивилизованном обществе! – засмеялась Лена, принимая от меня бутылку назад.

– Если бы я услышал несколько лет назад эту фразу в Инферузе, я бы подумал, что это сарказм, – хмыкнул я.

В это время подошла наша очередь. Кого-то пропускали внутрь, а кого-то грубо посылали переодеваться. Типичный «дресс-код». Но вот важные шишки в пиджаках с суккубами в обнимку – что приезжали на обтекаемых тачках или лимузинах – проходили без очереди.

Когда мы подошли к рогатым желтоглазым охранникам в белых рубашках с галстуками, эти уруки недовольно нас осмотрели, остановили взгляд на Елене и сально усмехнулись. Один из них сказал:

– Рона может пройти. А вы, нищ-щеброды, пошли вон отсюда! – чуть рыча, закончил он.

Я уже хотел было «мягко» долбануть по ним менталом, но Лена опять удивила.

Так как урук был на полторы головы выше неё, она приблизилась к этому охраннику и, подлетев в воздух на его уровень глаз, положила руки ему на плечи и прошептала что-то на ухо. Он сильно удивился, когда девушка взлетела, он отстраняться не стал. А когда она, улыбаясь, сама отстранилась от него, тот заулыбался тоже, схватил её за талию и поставил на землю.

– Маловероятно, красавица. Но то, что ты летаешь без заклинаний, как минимум, ты – не простая штучка. Так уж и быть, проходите, – кивнул он в сторону входа и подмигнул девушке.

А вот теперь, уже удивлён я от себя, так как эта сцена кольнула меня ревностью… Уж больно развязно себя ведёт Елена!

– Лена! Это что такое было!? – прошипел я ей на ухо, когда мы вошли внутрь при громкой музыке.

У стен вокруг располагались столики с диванами и пара десятков столиков со стульями вторым кольцом. Слева, в глубине, находилась длинная барная стойка с несколькими барменами. Посередине была зона со здоровенным танцполом с сине-зелёной светомузыкой, лазерами, простейшими голограммами у потолка и ди-джеем на небольшой сцене.

Полуголый ди-джей с металлической рукой был в каком-то шлеме, который наглухо закрывал глаза и от которого отходили десятки проводов – они издавали голубоватое свечение, как мановоды. По обе стороны от него, на шестах, танцевали суккубы в красных и очень коротких платьях, с глубочайшими вырезами декольте.

На втором этаже виднелись вип-места, а их общий вид выходил на зону для танцев и сцену. Я себя почувствовал в типичном ночном клубе Питера, когда, будучи в отпуске, мы с Лизой там побывали.

Басы музыки валили так, что вибрация отдавала по всему телу. Но танцующий народ от этого неудобств не испытывал. Танцпол был битком забит трясущимися телами сексуальных демонесс и подкачанных демонов.

После моего вопроса Елена чуть замешкалась и с улыбкой прокричала:

– Ты чего?! Ревнуешь что ли?! – Обняв за шею, она поцеловала меня в губы.

– Эй! Может, столик найдём и купол тишины поставим?! Здесь ужасно громко и многолюдно! – проорал нам Лонс, пытаясь не толкаться с танцующим вокруг народом.

Я не стал сейчас выяснять отношения, а отстранившись от девушки, принялся глазами искать свободный столик.

– Вон! Туда пошлите! – крикнул я, указывая на свободное место справа от сцены.

Кое-как протиснувшись, мы плюхнулись на диван.

Нам посчастливилось занять удобное место в углу, с черным диваном, полукругом располагавшемся вокруг небольшого стола. Не успели мы поставить вакуумный воздушный купол от звука, как к нам подошёл роин в чёрной рубашке со светящимся бейджиком на груди и с планшетом в руках. Он что-то тыкнул на наручных часах, и вокруг его руки вспыхнули руны воздуха. Наш стол окутал лёгкий полог тишины. Музыку мы все ещё слышали, но сильно приглушённо.

– Рона и роины, эти места платные. Но этот стол не зарезервирован. Поэтому вы можете оплатить его сейчас, – невозмутимо сказал он, посматривая на планшет и что-то тыкая пальцами.

– Сколько? – спросил я.

– За стол сто семьдесят биткоров. Если наличкой, то скидка десять процентов, – отчеканил он и перевёл на нас взгляд.

– Э-э… – Я вошёл в небольшое замешательство.

Нужно было, хотя бы, пройтись по магазинам и разузнать обстановку по поводу местной валюты. Но неугомонная Лена совершенно выбила это из головы своим походом в клуб. Я с укором посмотрел на удивлённую девушку, перевёл взгляд на официанта, сделал морду кирпичом и невозмутимо сказал:

– Вы силу принимаете? – сверкнул я красными зрачками.

– Вы имеете в виду накопители маны? – удивлённо переспросил он.

– Именно их.

Официант сначала удивился, а потом его улыбка постепенно растянулась до ушей.

– Я так понимаю, вы роуки, со среднего мира? – улыбаясь, вопросительно поглядел он на нас.

– Ну допустим. Какие-то проблемы? – приподняв бровь, спросил я.

– Ваших земляков не часто увидишь в нашем мире. Ведь полиция, из-за ваших горячих нравов, сразу вас ловит и отправляет в тюрьму или на родину. Но я вижу, что вы благоразумные роуки и рина! – улыбаясь, посмотрел на нас и слегка склонил голову.

– Можно ближе к делу? – фыркнула Елена.

– Как пожелаете. Я могу вас просветить в некоторых вопросах по нашему миру. Но сначала. Могу ли я ненадолго сесть к вашему столику? – сказал официант, подняв голову.

А когда мы кивнули, он положил планшет на стол, сел перед нами и, сложив перед собой руки в замок, продолжил:

– Если вы давно не были в нашем мире, то тут многое поменялось. А в частности – валюта. Та, что до сих пор используется в вашем консервативном мире – здесь она давно отменена уже как лет двести. Обыкновенные накопители имеют небольшую ценность, но все зависит от их размера. Чем больше накопитель, тем ценнее его одна единица маны. Великие накопители – у нас их называют «аккумуляторы» – гораздо ценнее. Собственно, как и в любых мирах, – говорил он, но меня такие подробности мало интересовали.

Поэтому я материализовал у себя в руке искусственный кондер на двести единиц, положил брусок пять на десять сантиметров перед официантом и перебил его:

– Вот этот «аккумулятор» сколько будет стоить в ваших бит-коинов-коров? – машинально запнулся я, вспоминая земную валюту.

Он взял брусок, навёл на него планшет и просканировал зелёным лазером. Потом что-то потыкал и повернул к нам экран планшета.

– Смотрите. Восполнение у этого аккумулятора слабое, но оно есть. Средняя цена в банке корпорации «НаноЗион» на такой экземпляр восемьсот биткоров. Но продажа его происходит не сразу. А без документов вы этого не сделаете, – сказал он, пока мы рассматривали в планшете информацию о моем камне и его оценочную стоимость в банке.

У них тут, похоже, всё очень серьёзно. Глупо было бы думать, что с таким развитием их цивилизации тут не будет интернета и сети. Ведь мы сейчас смотрели в подобие интернет-браузера.

– Ты бы так не заинтересовался, если бы не смог нам с этим помочь, – хмыкнул я, подняв глаза на официанта.

– Вы крайне проницательны! – улыбнулся он. – За половину стоимости я заберу у вас камни и выдам вам виртуальный счёт! Либо заплачу за вас – как вам будет удобнее.

Вот виртуальный счёт от неизвестно кого я принимать точно не хочу. Поэтому я скептично посмотрел на этого деятеля и спросил:

– Что по поводу налички?

– Вы схватываете налету! Но, к сожалению… у меня с собой столько налички нет. Последние пару десятков лет она все менее востребована в нашем обществе, – покачал он головой.

«Черт с тобой. Без своего человека мы в любом случае ничего выгодного не получим», – подумал я про себя, а в слух спросил:

– Этого камня хватит мне и моим друзьям без проблем посидеть здесь?

– Конечно! Сто семьдесят стоит стол, моё личное обслуживание вашего столика стоит двадцать, а двести стоят безлимитные напитки и закуски до шести утра! – услужливо кивнул он.

– Значит, бери камень, вписывай нас в свою светящуюся доску и неси нам напитки с закусками, – махнул я рукой, включив деревенщину, и откинулся на диванчике.

– Как скажите, Великие, – засиял этот роин как новогодняя ёлка, быстро схватил камень и убежал.

Ребята недоумевающе переглянулись, и Елена возмущённо спросила:

– Ты зачем отдал целый накопитель? А если он нас кинет?

– Он и так в хорошем прибытке. Ему не нужны проблемы, тем более с роуками, – ответил я.

– Я думаю, нам срочно нужна помощь со стороны, – покачал головой Лонс.

– Будет помощь, – кивнул я, полностью соглашаясь с товарищем.

Потому как крайне накладно сейчас быть полным несмышлёнышем в чужом и теперь очень сложном мире. Но я тут же вспомнил наш проход в клуб у охранников, с прищуром посмотрел на Елену и возмущённо задал вопрос:

– Ты о чём так мило шепталась с рогатым, что даже схватил тебя за талию?

Девушка на это хихикнула.

– Рокаин, это так мило, что ты ревнуешь… – томно протянула она и взяла меня за руку.

– Я не ревную. Просто мне кажется, ты решила меня вывести из себя, – с холодком проговорил я.

– У меня и в мыслях не было! – серьёзно ответила она. – Я ему всего лишь сказала, что ты богатенький сынок роука, что мигрировал со среднего плана и сегодня решил прикинуться обыкновенным простаком, чтобы не выделяться. И что если он нас не пустит, клуб потеряет хорошую прибыль. А то, что он меня схватил за талию – я-то что могла сделать? – обиженно закончила она.

Какое-то время мы с Леной спорили, и она начала мне припоминать воспоминания с эльфийкой. Уже приходил наш личный официант и принял заказ. Даже когда он принёс заказанное, мы продолжали спорить, чуть ли не обвиняя друг друга в измене.

Лонс попытался нас примирить, но был послан одновременно нами, и по-русски. После этого он решил прикинуться ветошью, которая невозмутимо попивает какой-то популярный коктейль и закусывает хрустящим мясом.

Не знаю, что на меня нашло, но меня просто взбесила такая развязность и своевольность девушки, которую я всё же считаю своей. Короче, наше выяснение отношений продлилось почти час. Она пообещала более никому на ухо ничего не нашёптывать. А мне пришлось пообещать, что других «баб» я обнимать и целовать не буду. Если только они сами не накинутся.

В итоге, после этого смешного детского сада мы начали нормально общаться все втроём. А когда Лена чуть подвыпила, потащила нас на танцпол.

– Уважаемая Елена! Я не умею так бессвязно трясти конечностями! – возмутился Лонс после её настойчивого предложения.

– Я вообще-то тоже, – сделав морду кирпичом, ответил я.

– Как?! Рокаин! Ты из современного мира, и не умеешь танцевать?! – изумлённо спросила девушка.

– Ну извините… Мои интересы до ночных клубов не распространялись, – покачал я головой.

– Значит, ждите! – фыркнула она и, сев на место, закрыла глаза.

Мы с Лонсом недоуменно переглянулись и начали ждать. Было понятно, что она готовит нам образы по этим дурацким танцам. Но возражать мы не решились. По крайней мере, на это не решился я. Потому как если мы не пойдём на этот грёбанный танцпол с «синтетической» музыкой – она пойдёт одна. И мне не охота видеть, как она будет трясти своими прелестями перед каким-нибудь демоном. И что это со мной? С прошлой жизни не ощущал таких чувств…

– Отправила! – объявила девушка и открыла глаза, а нам пришло уведомление о входящем вом-файле.

Мы тут же применили образ. Девушка нарезала нам сборку из своих ощущений ритма и движений в толпе. Чувство, что утопаешь в самой музыке, двигаясь в такт мощному ритму – адреналин и эйфория. Каких-то закономерностей в движениях не было совершенно. В принципе, всё просто, но для меня и Лонса это было невообразимо глупо.

Плюнув и пообещав себе, что это продлится недолго, мы всё же двинулись в место массовых эпилептических припадков. Когда мы постепенно влились в ритм, – под действием алкоголя – танец уже не казался чем-то глупым. И, находясь с Еленой друг против друга, мы даже улыбались.

Через некоторое время вокруг меня появились две суккубы в очень коротких мини-юбках и топиках и начали танцевать рядом и с боков касаться меня. Лена в этот момент была спиной ко мне. Поэтому такого подката она не видела. И так даже продлилось пару минут.

А когда она повернулась и увидела обнимающую меня за шею суккубу, тут же остановилась и, подойдя ближе, не сильно толкнула её в лицо. Затем резко обняла меня и поцеловала в губы.

Беловолосая демонесса оправилась от толчка и хотела было приблизиться, чтобы высказать недовольство, но увидев нас, целующихся, резко передумала. И в этот момент мне пришло сообщение от Лилит, содержащее один лишь улыбающийся смайлик. Я тут же резко отстранился от Елены и крикнул ей:

– Закончили! Я пошёл к столу!

– Хорошо! Я с тобой! – крикнула она в ответ.

Лонс растворился в толпе, когда к нему пристала демонесса в одном только купальнике с короткими шортами. Так что подождём его возвращения у столика.

– Это что за кошёлки белобрысые к тебе клеились? – приподняв бровь, спросила Лена, когда мы спокойно сели за столик в относительной тишине.

– Просто девушки. Которые тоже пришли сюда отдохнуть. Я что мог сделать? – чуть усмехнувшись, сказал я, припоминая её же слова.

– Смотри мне! Я же и поубивать могу! – так же усмехнулась она и погрозила пальчиком.

– Кровожадная Елена, – улыбаясь, поднял я руки кверху.

– Для всяких кошёлок – да.

Лена отпила фиолетовый коктейль из бокала с трубочкой.

– Вижу, вам тут понравилось, – внезапно прозвучал женский голос прямо перед нами, а в следующий момент за нашим столом появилась сидящая Лилит.

Она появилась без какого-либо пространственного пробоя или зеркала портала. Точно так же перемещался Велинтар. Анализатор у меня всегда в пассивном режиме на расстоянии трёх метров, поэтому она была не под хамелеоном – точно.

– А я уж думал вы так и не появитесь, – улыбнулся я. – Рад тебя видеть, Лилит.

Елена в этот момент нахмурилась и недобро смотрела на эльфийку, а она это заметила. Блондинка, улыбнувшись, сложила руки в замок перед собой, вперила в них подбородок и произнесла:

– Рокаин, как неприлично. Может, ты представишь нас друг другу? – беззаботно проворковала она, не отводя взгляда от моей землячки.

– Э-э. Лилит. Это Елена. Она из моего мира и мой друг, – обратился я к Эльфийке. – А вот Елена о тебе наслышана, – пожал я плечами.

– Очень… приятно, – фыркнула Лена блондинке.

– Взаимно! – весело улыбнулась она, но тут же перевела взгляд на меня и всё так же беззаботно спросила: – С каких это пор ты называешь другом ту с которой спишь?

– А вот это очень неприличный вопрос. Ты ведь пришла не для того, чтобы обсуждать мою интимную жизнь? – нахмурился я и недовольно взглянул на Лилит.

– Да шучу я! Вы чего так напряглись? – захихикала она. – Я, конечно, хотела когда-то продолжить с тобой отношения, но ты не приемлешь моей тёмной стороны, – лучезарно улыбаясь, добавила она.

– И правильно делает, ушастая, – с вызовом вставила слово Лена.

– Не груби, девочка. Мы ещё с тобой не так близко знакомы, – нахмурилась Лилит.

– Девочкой я была больше трёхсот лет назад, девочка-эльфийка, – в такой же манере ответила та.

После её слов от Лилит во все стороны полыхнула тьма, а Елена повторила эффект за ней. Они начали кидать друг на друга крайне холодные колкости, что у меня по спине пошли мурашки. Я спокойно пытался их остановить но у меня ничего не выходило.

– Прекратили, обе! – рявкнул я и сильно долбанул по столу. Который, оказывается, был металлический, потому как в нем появилась вмятина.

Благо, они меня послушали, и, обе фыркая, убрали тьму.

– Не знала, что тебя тянет на старушенций-иномирок. Пускай и выглядит как малолетка, – опять не упустила колкости Лилит.

– А я не знала, что его могло потянуть на ушастую плоскодонку, – фыркнула Елена.

И все началось по новой. Моё повышение голоса уже просто не играло роли. Поэтому я усилил и опустил голос до утробных значений.

– Да хватит, тёмную вашу мать! – прогудел я и встал. – Лилит! Ещё слово, и я буду разговаривать только с Алирой! – рыкнул я и повернулся к самодовольно улыбающейся брюнетке. – А если ты, Елена, ещё раз закусишься с Лилит – я запихну тебя в сундук и отправлю к себе в инвентарь. До тех пор, пока мы не вернёмся в Эрон, – басом проговорил переставшей улыбаться девушке.

Я, конечно, блефовал. Живое существо, имеющее сущность или душу, невозможно запихать ни в пространственный мешок, ни в инвентарь. Да даже мышь в коробке – просто-напросто не переместится туда. Но Елена-то не знает о свойствах моего кольца пространственного инвентаря. Так что пусть воспримет эту угрозу как правдивую.

– Кто-то меня звал? – прямо возле меня, так же как и Лилит, появилась Алира.

Она выглядела почти так же, только была в бордовом костюме с обтягивающей юбкой по колени, а волосы привычно завязаны в бутон.

– Привет, Рокаин! – улыбнулась она и, обняв, поцеловала меня в щеку.

– Привет, Алира, – улыбнулся я. – Рад тебя видеть. Но у нас тут небольшая проблема… Две девушки между собой не поладили, – кивнул я в сторону удивлённой Елены и приподнявшей бровь Лилит.

Алира взглянула на них и нахмурилась, а затем, прищурившись, сказала:

– Я знаю… И думаю, нам нужно более спокойное место. Я надеюсь, ты нас ждал? Все-таки мир тут поменялся с тех…

– Ну конечно я вас ждал! – улыбнулся я ей, перебивая. – Но с нами ещё один человек. Мой друг по имени Лонс.

И, повернувшись в сторону танцпола, увидел удивлённого Лонса, который двигался в нашу сторону.

– Вот он идёт, – кивнул я в его сторону.

– Отлично! Значит, заходим в портал, – сказала Алира, слегка махнула рукой, и в стороне от стола и диванчика открылась чёрная воронка.

Когда Лонс зашёл в область купола тишины, он с улыбкой поздоровался с новыми симпатичными личностями и первый вошёл в портал. Елена мешкала, поэтому я зашёл следом за товарищем.

Чёрная дымка окутала меня, как кисель, и тут же с натугой выплюнула на другую сторону. Меня сразу придавила тяжесть гравитации – мы перешли на средний демонический план.

– Рокаин! Вот эта тяжесть! Да у меня кости скрипят, когда я хочу встать! – услышал я первое, прежде чем поднять голову.

Я тут же осмотрелся. Мы попали в каменный средневековый зал с окнами, задёрнутыми занавесками, и горящим с огнём камином. Сбоку, меж окон, находились полки с различными книгами и свитками – всего четыре шкафа. А посередине, у центрального окна, стоял письменный стол с различными принадлежностями, лампой и раскиданными бумагами.

С другой стороны стоял длинный прямоугольный стол со стульями и мягкой обивкой. На столе уже присутствовала еда. А рядом с ним, в встречающей позе, стояли две эльфийки в платьях горничных и статная брюнетка в официальном чёрном костюме с галстуком.

Возле меня, опершись ладонями в колени, в раскоряку стоял Лонс. И это было закономерно. Ведь когда мы первый раз появились в среднем плане, у нас уже было хотя бы по одной коррекции генома демонов. У бывшего сотника сейчас нет ни одной. Всю работу на себя взяли немногочисленные наниты.

– Давай, дружище. Отойдём в сторону. Скоро получишь коррекцию генома, и станет легче, – сказал я и потянул товарища чуть в сторону.

Пока я разглядывал этот зал, прошло секунд десять, даже спустя минуту никто не вышел с той стороны. Я уже подумал, что надо возвращаться, ибо нехорошее предчувствие кольнуло в груди. Но в этот момент из портала вышла покрасневшая и озлобленная Елена.

Обалдев от тяжести, она так же оперлась руками в коленки. Справилась она быстро, буквально спустя пару секунд выровнялась и подошла ко мне. Но покрасневшие глаза наливались слезами.

– Лена… Что произошло? – растерявшись, спросил я у девушки, которая уткнулась носом мне в грудь.

– Она… Меня… Нас, – начиная плакать, несвязно проговорила Лена и в этот момент из портала вылетела Лилит, падая боком прямо на каменный пол.

Эльфийка находилась просто в ярости. Держась за наливающуюся красным щеку, она с опаской отползала от портала.

– Что за чёрт… – кое-как выпрямившись, прокряхтел Лонс.

Теперь из портала вышла хмурая Алира. Взмахом руки закрыла портал и оглянулась на эльфийку. А затем на девушку, что я прижимал к себе. После этого она сверкнула глазами и строго спросила:

– Вы обе уяснили урок?

– Если у тебя выше статус и сила, это не значит, что ты можешь себе такое позволять! – злобно воскликнула Лилит.

– Я не только сильнее, но и ещё гораздо опытнее тебя! И не смей обижать девушку Рокаина! Ты сама выбрала свой путь! – испепеляюще посмотрела на неё Алира.

– Да что здесь происходит? – недоуменно спросил я.

На этот вопрос эльфийка обиженно от меня отвернулась, а Алира, фыркая, сказала всего два слова по-русски:

– Воспитательные меры…

– Рокаин! Она нас ментально парализовала и отключила всю магию! Подняла в воздух, развернула к себе спиной и выпорола чем-то очень болючим! Даже некоторые люди к нам повернулись и смотрели, как мы получаем! Я себя такой униженной никогда не чувствовала! – протараторила Лена, вытирая заплаканные глаза.

– Роины видели только ваши обиженные лица, а не оголённые задницы, по которым я хлестала плёткой! Веди себя прилично, Елена. И проблем не возникнет! – повысила голос Алира.

Я после этого обалдело уставился на девушек, не мигая. А когда в моей голове всё же пришло представление этой картины – я не выдержал и заржал.

Причём я реально не мог остановится, надрывая живот и представляя ошалелые лица брюнетки и блондинки, когда их порют по заднице.

Через десяток секунд ко мне присоединился похихикивающий Лонс. Алира слегка улыбалась, а девушки озлобленно глядели на меня с таким видом, будто прямо сейчас подойдут и врежут по роже. Поэтому мне пришлось притормозить.

– Вы не представляете, сколько раз Алира хотела выпороть Меня. Но, будучи искином, не могла это сделать… – посмеиваясь, признался я и вытер выступившие слезы.

– Рокаин! Ну ты и сволочь! – практически синхронно выдали обе девушки, недавно получившие воспитание.

– Хватит уже… Давайте все к столу, – нейтрально сказала Алира и, махнув на трёх девушек, что невозмутимо стояли в конце зала, сказала:

– И, знакомьтесь, это рина Геранда – управляющая нашего поместья в Вицконе. Служанок зовут Эллиэль и Марулина. Это наш первый дом с тех пор, как мы начали выполнять задание нашей богини, – говорила она и, подойдя к Елене, начала нежно подталкивать к столу.

Елена оценила на своей красивой заднице строгость Алиры. Поэтому, слегка съёжившись, послушно села за стол. Лилит же гордо села напротив неё, обойдя стол вокруг, рядом со служанками.

А я пригляделся к представленным Алирой девушкам. Та статная брюнетка и правда оказалась риной. Неестественные темно-синие глаза это подтверждали. А стать, с которой она стояла и смотрела на нас, была просто копией моей бывшей помощницы. Служанки были типичные эльфийки, коих в среднем мире Инферуз хватало с избытком.

– Рад познакомиться, наипрекраснейшая рина и очаровательные барышни! Меня зовут Лонс Дэрг! – представился мой красноречивый товарищ, подойдя к ним и слегка склонив голову.

Эльфийки смущённо захихикали, а рина, чуть улыбнувшись, приподняла бровь и сказала на чистом русском:

– Геранда Волекус. Приятно разговаривать с таким галантным и воспитанным юношей.

– Увы госпожа… мои морщины говорят о том, что я давно уже не юноша, – приподняв голову, улыбнулся он.

– Сорок лет – это юноша. А морщины – дело поправимое, – усмехнулась она.

Подойдя ближе, я тоже поздоровался и сел рядом с отвернувшийся от меня Еленой.

«Ну как дите малое! Ей-богу Светлоликому!» – возмутился я про себя, но, чуть улыбнувшись, подмигнул Лилит, которая тоже демонстративно отвела от меня взгляд.

Ей-то это простительно. Сколько ей сейчас? Двадцать пять? Двадцать семь? Постойте-ка…

– Кстати, извини, что перебиваю, Алира, – сказал я, когда она рассказывала об этом поместье.

– Да, Рокаин. Что случилось? – заинтересованно спросила она, сидя во главе стола.

В это время к нам присоединился Лонс, а напротив него – со стороны Лилит – села управляющая, заинтересованно на него поглядывая.

– В Эроне прошло два месяца с нашей последней встречи… То есть у вас прошло около десяти лет? – заинтересованно задал я вопрос.

– В Инферузе, конечно. Но после нашей встречи богиня отправила меня и Лилит в один очень интересный мир… Время там почти равное Эрону. Поэтому для нас, с нашей последней встречи, прошло меньше года, – улыбнулась она.

– Хорошо, – улыбаясь, вздохнул я. – А то как-то тяжело осознавать, что для меня эта встреча была недавно, а для вас прошёл десяток лет.

– Не суди нас человеческими мерками, Рокаин. Для демонов и долгоживущих рас десять лет, что для тебя пару месяцев, – поучительно проговорила Алира. – Вот будет тебе хотя бы пару сотен отроду, тогда поймёшь, о чём я говорю, – улыбаясь, закончила она в своей манере.

А я прямо с теплотой воспринял её слова. Она ведь не просто так у меня ассоциируется с матерью – она даже иногда говорит интонацией моей родной матери. Именно поэтому я люблю и уважаю эту бывшую суккубу и моего искина.

– Всё равно приятно слышать, что у вас прошло не так много времени, – улыбнулся я.

Монада всё это время кружила вокруг нас, но Алира, из-за отсутствия нейроинтерфейса, не могла её видеть, а только чувствовала присутствие и лёгкий шёпот. Поэтому сегодня вечером я собирался это исправить. Лилит её прекрасно видела, и они поздоровались ещё в клубе.

Кстати, в среднем плане демонов был конец дня, когда в верхнем Инферузе уже глубокая ночь. Девушки обозвали этот феномен, как искусственную ночь. Вокруг каждого крупного города стоят специальные башни, в количестве двенадцати штук. Они-то и генерируют тьму в двадцать три часа ночи. Поэтому там, в городах, нормальная смена дня и ночи.

За вечер мы поговорили о многом. В основном, разговор касался верхнего мира. О новых разработках и о том, как устроена «Федерация Зион». Алира пообещала завтра навестить Валеру, на прямую в его обители. Его главная цитадель находилась в городе Дирон – являющийся столицей всей федерации.

Технологии дошли и до среднего плана. Теперь в городах ездят простые автомобили. Тяговых животных можно встретить только у откровенных бедняков. Слегка преобразился интерьер, но в своей основе города имеют средневековый вид. Слишком консервативные тут личности из-за большей продолжительности жизни. В верхнем мире демоны живут в среднем триста лет. А вот в среднем – от тысячи. Но обычно они естественным исходом не уходили в посмертие.

Глубокой ночью, когда нам всем показали комнаты, Алира даже провела мне экскурсию по ночному Вицкону. И он особо не поменялся. Такие же фонари на улицах, такие же средневековые дома. Вид даже не портили проезжающие, наполовину деревянные «автомобили» со включенными фарами. Бессменный правитель всё так же жил в своём замке в центре города.

Всему этому я приятно удивился. Мы даже побывали возле того самого дома, что когда-то мы купили с Эткином и Амалтой. Приятно оказалось поностальгировать. Хотя дом уже был кем-то заселён.

После экскурсии я сделал Алире предложение:

– Я так понимаю, вам недоступны более высокие технологии. Что ты скажешь на то, если я тебе установлю нейроинтерфейс? – улыбнулся я, когда мы зашли в гостиную поместья. Нас встречала только одна служанка.

Алира на меня удивлённо посмотрела и смущённо сказала:

– Мне и без нейроинтерфейса нормально живётся, да и почти бесполезен он мне. Но иногда скучаю по его возможностям быстро обучаться. Да и… Монаду хочу видеть не только в снах. Спасибо, что предложил, – под конец улыбнулась она.

– Ну и замечательно. Процедуру ты знаешь, как никто другой, так что веди! – усмехнулся я.

Алира отвела меня на третий этаж, в свою личную большую комнату с одним громадным окном и большой кроватью с кучей подушек. Тянуть мы не стали, но когда я попытался усыпить Алиру тьмой, понял, что это абсолютно бесполезно. Она сейчас была явно сильнее любого в Эроне, так как считалась чуть ли не владычицей нижнего мира.

Она улыбнулась на мои манипуляции и, положив голову на подушку, усыпила себя сама. А я, хмыкнув, принялся за ненавистную процедуру. Хотя именно в этот момент я не считал её ненавистной.

Спустя полчаса я закончил, так как базы ей были без надобности – она и так помнит почти всё, с тех самых пор. Поэтому я с чувством выполненного долга закрыл большую дверь с обратной стороны и спустился к себе в комнату.

Елена, кстати, все ещё обижалась и попросила отдельную комнату, а Лилит с удовольствием её отвела. Я лишь махнул рукой на обиды – долго это не продлится. По крайней мере, я сегодня спокойно посплю… Ну или «рубанёмся» с Монадой в покер!

– Прикуп… – недовольно сказал эльф и обменял две карты из колоды. – Добавляю, – кивнул он после того, как осмотрел свои новые карты, и кинул две фишки в центр стола.

Лысый роук, что до этого обменял три карты, слегка ухмылялся уголком губ. Он поднял ставку на двести баксов. Но теперь была моя очередь, и я уже знал, что мне надо сбросить тоже три карты, так как сиротливые две пятёрки смотрелись очень слабо.

– Прикуп, – сказал я и обменял из колоды карты.

«Да вашу тёмную!» – возмутился про себя, рассматривая у себя в руках почти самую слабую комбинацию.

Мы находились в мире Монады, на пляже, в отдельной беседке. Последнее время, мы тут втроём играли в карты. Но так как я – после установки нейроинтерфейса Алире – закономерно лёг спать в среднем плане демонов, а он кишмя кишит различными сущностями эльфов и демонов, – такая особенность у этого осколка мира – сейчас мы находились не одни.

Монада, как и Алира в своё время, разрешила доступ в свой мир невраждебным сущностям. Поэтому, когда мы начали играть в покер вдвоём, вокруг нашей беседки стали выстраиваться заинтересованные ушастые и красноглазые. Многие, конечно, отдыхали на пляже, – купались, прыгали на батутах, ездили на водных байках – но некоторые облюбовали место рядом с беседкой.

Через пару часов нашей с Монадой игры один демон и эльф решили опробовать свои силы. Около часа мне и моей помощнице пришлось объяснять им правила игры… Но хвала Светлоликому, за это время они втянулись. Не без огрехов, конечно.

– Я пас… – недовольно сказал я, отбрасывая свои карты в сторону.

Я уже почти все фишки за сегодня проиграл! Везёт только Монаде и демону. Да даже эльфу везёт больше, чем мне! Это что? Вэлосса за нами подглядывает и строит козни эльфу и бедному мне?

– Добавляю, – самодовольно улыбнулась Монада и кинула две фишки.

– Вскрываемся, – растянулся в улыбке демон, а девушка тут же раскрыла свои карты, положив их на стол.

– Флэш! Банк мой! – засмеялась она.

– Не торопись, красавица, – усмехнулся красномордый и раскрыл свои карты. – Фулхаус!

Монада ошалело взглянула на комбинацию «три и два» и, нахмурившись, воскликнула:

– Ты шулер! Никому не может везти три раза подряд!

– Я согласен, – хмыкнул я.

– И я… – сказал эльф и положил свои «две пары» на стол.

– Я это уже слышал… – гоготнул демон, подгрёб к себе фишки и тут же их в себя впитал.

Фишки, кстати, сделаны из чистой духовной энергии разного достоинства. У каждого существа, обладающего душой или своей сущностью, имеется громаднейший запас этой энергии. Чтобы создать такой же пляж, как у Алиры, Монаде понадобились миллионы вот таких стодолларовых фишек. Она оторвала от себя какую-то часть одного процента из имеющейся энергии. Точнее, не отдала, а с помощью своей сути создала себе же мир.

То, что мы сегодня проиграли, – капля в озере Байкал. Но сущности демона такие капли добавляют как минимум удовольствие от впитывания чужой духовной силы. И как максимум – продление его существования до времени развоплощения.

Что будет, если живой человек, демон или эльф потеряет всю свою духовную силу? Да все просто – он умрёт. И там, и тут. Развоплотившись окончательно. Будет так, как считали наши атеисты и учёные: что после смерти только темнота.

Нам такие игры ничем не грозят. Чтобы мне потерять всю духовную силу, нужны сотни лет каждодневного проигрыша в покер. Конечно, если речь о таких малых ставках, как условно «материализованные фишки».

В магических мирах после смерти есть «свет в конце тоннеля». И даже в антимагических, как наша Земля, он есть. Но душе придётся «вылететь» из магически бедной области, чтобы иметь возможность со временем себя осознать. При условии, что душа не успеет раствориться в мироздании магически обделённого мира. Там процесс потери духовной силы идёт в десятки раз быстрее.

Такую информацию мне поведал Светлоликий, когда от переизбытка печальных новостей я входил в ступор.

– Ну что? Ещё разок? Или перед бездной кишки затряслись? – хихикнул демон, вырывая меня из мимолётной задумчивости.

– Ещё! Но карты будут новые! – воскликнула Монада, создавая у себя в руке новую колоду.

– Ха-ха! Плевать! Мне благоволит сам Карс! – засмеялся он.

– Карс, как и удача, может отвернуться от тебя, – приподняв бровь, сказал я, с чувством, что именно в этот раз справедливость восторжествует.

– Хуже того, как отворачивается он от вас – у меня точно не будет! – усмехнулся он и взял карты у девушки.

Как говорили на Земле: «новичкам везёт». Так везло и ему, до поры до времени. За последние две партии он проиграл треть из того, что заработал. Нам с Монадой хватило самого факта, что этот самодовольный демон проиграл, и когда партию выиграл эльф, мы за него искренне порадовались, потому как он только и проигрывал постоянно вместе со мной.

Недавно мы даже с ним поделились духовной силой. У него было её крайне мало. Пока он проигрывал, даже слегка потускнел, став прозрачнее. Поэтому я отсыпал ему столько, что ему хватит ещё на пару сотен лет существования.

– Рокаин, к тебе в дверь стучится Лилит, – вздохнула моя помощница, когда мы только хотели начать следующую партию.

– Понятно. Ну отправляй, – улыбнулся я, помахал рукой своим оппонентам и сущностям, что окружали нашу беседку. Они удивлённо смотрели на то, как меня окутал фиолетовый дымок.

– Приветик! – улыбнулась я заходя в кабинет Эткина вместе с Лонсом.

– Не прошло и двенадцати часов, как вы ушли в Инферуз. Вы что, уже всё закончили? – недоуменно спросил он.

Лилит и Алира были так любезны, что открыли нам портал прямо в замок Ронзер-Дана. Малыш Рокаин говорил, что нам придётся добираться с места, где стояла Аркона, если бы мы не встретили его высших демонесс… Всё-таки я рада, что у него есть такие друзья. Да и я с ними наладила отношения, вполне дружеские.

– Мы без дела не сидели. У нас-то три недели прошло, – усмехнулся Лонс садясь в кресло напротив, а я села рядом. – Разве не видишь разницы? – добавил тот и двумя пальцами раздвинул свои веки, чтобы показать красный цвет зрачков.

Я и наш персональный интеллигент получили коррекцию генома по нескольку раз, пока мы развивали свои сосуды. А Лонс вообще получил коррекцию генома больше меня на одну, так как он непристойно шалил на любовном гнёздышке со своей риной – Герандой. Она же и отвечала за нашу правильную тренировку в кругу «возвышения» – тот самый тренажёр, который развивает сосуд.

– Теперь вижу, – улыбнулся Эткин, но тут же состроил очень серьёзное выражение лица и резко повысил голос: – Где Рокаин лагудова колбаса?!

Он сидел за письменным столом в своём кабинете, на первом этаже дворца. И было видно, что держится изо всех сил, чтобы со всего маха не ударить кулаком по столу.

– Эм. Уважаемый архимаг… – растерянно попытался сказать Лонс, приподняв ладони вверх.

– Он отправился за Ладом, Ореной и… Ансаром, по-моему, – задумчиво перебила я, вспоминая имя этого демона. Я с ним особо знакома не была.

После этих слов злой архимаг недоуменно посмотрел на меня. Затем встал из-за стола и сказал:

– Быстро пошлите на кухню! Мне надо выпить и поесть! С тех пор, как я вас проводил, ни разу ничего в рот не положил. Заодно расскажете подробности.

Когда мы встали, он начал выталкивать нас на выход из кабинета.

Мы с Лонсом лишь переглянулись и понимающе усмехнулись друг другу. Было видно, что архимага очень заинтересовала эта новость. Я-то знаю, что Эткин, Лад и Рокаин – лучшие друзья. Мой милый мне сам об этом говорил. Эх… Как я скучаю по нему. Обнимашек охота…

Когда мы вошли на «кухню», которая была размером как здоровенная столовая, Эткусик приказным тоном сказал служанкам быстро накрывать на стол и принести крепкой выпивки. Хотя, когда он сел, достал из пространственного инвентаря эту противную «гномскую» и тут же налил в бокал, который выудил оттуда же. Не забыл он и про нас, хотя знает, что я эту их популярную настойку не люблю.

– У-у-ух… Хорошо пошла! – чуть улыбнувшись, процитировал он фразу из какого-то русского фильма, после того, как залпом осушил бокал. – Ну! Рассказывайте!

Рассказывать начал пригубивший настойку Лонс. Его красноречие не чета моему. Поэтому я даже не пыталась что-то добавить, потому как со всеми подробностями он справлялся сам.

Он рассказывал о том, как мы появились в Инферузе и подробности того, как изменился их верхний план. Лонс даже не упустил возможности пересказать мою с Рокаином ссору в клубе, из-за чего я на него недовольно шикала.

А когда Эткин узнал, что Рокаин установил нейроинтерфейс Алире, что обрела плоть, опять вспомнил своё глупое ругательство: «Лагудова колбаса».

После того, как Алира вернулась в поместье одна, она поведала нам о том, куда исчез Рокаин. Мы с Лонсом сильно насторожились, но она развеяла наши сомнения, показав свои воспоминания короткого разговора с их богиней.

Поэтому на следующий день мы со спокойной душой отправились в нижний мир демонов, который был тяжелее всего по гравитации. Лонс сразу после выхода из портала отхватил коррекцию генома, так как двигаться нормально он не мог физически.

Нижний мир мне всегда казался чем-то чуждым, но выглядел он точь-в-точь, как Земля, но вечно в ночи. Большая луна всегда давала довольно яркое освещение.

А главная особенность городов нижнего мира – это высшие демоны, которые все поголовно пользовались огнём для освещения. Конечно, не примитивные факелы, а специальные камни, которые горели, можно сказать, вечно. Достаточно просто время от времени напитывать их маной. Десяток таких классных камешков я стащила оттуда! Ведь такого я в Эроне не видела за все три сотни лет!

Их ночные города светились приятным огнём, даже издалека. Я восхитилась, когда шла по их полыхающей улице города Кортцук. Огонь полыхал прямо вдоль основной дороги. Между тротуаром и тем, где ездят повозки, была полыхающая огнём линия. Чтобы перейти дорогу, нужно два раза переступить не высокий огонь. Очень необычно и красиво.

А мужчины там какие! Все как на подбор – красавцы! Я даже пару раз впала в искушение! Но сразу отбросила глупые мысли – я верна своему малышу, и точка.

А ещё… я беременна от Рокаина! Пока об этом никто не знает… Видимо, тот самый эликсир глубокой страсти проигнорировал установки нанитов моего возлюбленного. Я сама узнала об этом только пару недель назад, когда посыпались непонятные сообщения в логах нейроинтерфейса. У меня даже появилась отдельная шкала в статус-баре о развитии плода!

Бр-р! Никогда бы не подумала, что я могу «заболеть» таким. Но, трогая свой животик, я прямо в предвкушении!

– Ясно… – вырывая меня из сладких мечтаний, задумчиво сказал Эткин, после того, как Лонс наконец закончил повествование.

– Так что ждём Рокаина. Думаю, за пару дней он управится… – улыбнулся рассказчик.

– Хорошо было бы… Потому как у нас проблемы… – серьёзно посмотрел на нас рыжик.

– Какие проблемы? – недоуменно спросила я, почему-то теперь противясь этого слова.

– Несколько часов назад приехал наш скоростной… связной на байке, – запнулся Эткин, привыкая к новым словам, которые ввёл Рокаин. – Он принёс новости о том, что страна Корч-кан напала на Аноран – нашего союзника. Они просят помощи и говорят, что на стороне нападающих присутствуют невообразимые архимаги, которые владеют почти всеми стихиями…

– Неужели Ангус?! – воскликнул Лонс.

– Скорее всего… Поэтому я и был на нервах несколько часов. А когда вы явились без Рокаина, я чуть вас материть не начал… – покачал головой Эткин.

– И что нам сейчас делать? У Рокаина могут случиться непредвиденные проблемы. Да элементарно – ему портал создавать полдня! – возбуждённо воскликнул Лонс, встал со стула и начал ходить из стороны в сторону позади меня.

– Я дал распоряжение отправить туда два полка, оснащённых ротой лучших магов. Нам просто необходимо, чтобы Рокаин появился как можно скорее. А ещё лучше – с Ладом и Ансаром. Если это и правда Ангус, он станет захватывать близлежащие страны, а нас оставит напоследок. Если наш император не… – хотел он что-то сказать, но я сразу поняла конец фразы и возмущённо воскликнула:

– Рокаин вернётся!

Почему-то меня пробил липкий страх просто даже от вероятности того, что мой малыш не сможет вернуться.

– Э-э… Конечно, Елена. Я уверен, Рокаин скоро прибудет, – удивлённо сказал Эткин, глядя на то, как я сжала кулаки.

– Он не может не вернуться… – поникшим голосом добавила я.

– В любом случае, у нас как минимум неделя. Наши войска попытаются отвоевать страну, но если у них там сотня людей с нейроинтерфейсом, то дела плохи…

– Верим и надеемся… – хмыкнул Лонс.

Верим и надеемся… Нет! Я знаю! Рокаин вернётся, даже если ему отрубят голову! Я верю в тебя …