Серия «Каждый родитель желает знать»

Художник Юлия Корякина

© Мурашова Катерина, текст, 2025

© Корякина Юлия, илл., 2025

© ООО «Издательство АСТ», 2025

Данные истории рассчитаны на детей от 3 до 6 лет. Читать их детям и работать с ними по предлагаемой методике могут родители, бабушки и дедушки, а также работники яслей, детских садов и различных обучалок-развивалок.

Предлагаемые истории можно просто читать вслух, но по сути своей они являются историями дидактическими. Два мальчика-близнеца обладают двумя разными сочетаниями темпераментов. Миша – флегматик пополам с меланхоликом. Саша – сангвиник пополам с холериком. Естественно, что на разные жизненные ситуации, описанные в историях, мальчики реагируют совершенно по-разному.

Темперамент – одна из базовых и врождённых характеристик человеческой личности. От темперамента зависит очень многое – фактически тип реакции человека на все жизненные явления. Изменить темперамент невозможно (например, никакими педагогическими усилиями и никаким принуждением невозможно превратить «тормозного» ребёнка-флегматика в живчика-сангвиника). К нему можно только приспособиться. У каждого темперамента есть свои сильные и слабые стороны. Чем раньше ребёнок и окружающие его люди будут о них знать и их учитывать, тем лучше.

Ребёнок, которому читают и с которым разбирают нижеследующие истории, как правило, идентифицирует себя преимущественно с одним из мальчиков. Выяснив, с кем именно, родители могут сделать некие выводы о темпераменте ребёнка, о естественных для него типах реакции на стресс. Уточнить всё это можно не только беседуя, но и проигрывая по ролям данные истории. Иногда бывает полезным и интересным, если ребёнок берет роль не близкого, а именно непонятного и даже неприятного ему персонажа (например, маленький холерик, естественно идентифицирующий себя с Сашей, проживает роль трусливого, но тонко чувствующего Миши). В дальнейшем этот опыт помогает ребёнку понимать и принимать людей, отличающихся от него по темпераменту.

Приблизительно в половине историй более успешным и конструктивным оказывается Саша и его тип поведения, в половине – успех на стороне Миши. Отслеживание этого вместе с родителями должно привести ребёнка к мысли, что в разных ситуациях могут быть успешными разные люди. Кроме того, он научится приблизительно определять ситуации, в которых он сам может быть успешен, а также ситуации, где ему по темпераментным характеристикам грозит неуспех (например, чистый флегматик почти наверняка проиграет там, где нужно действовать быстро и навскидку, и выиграет там, где нужен кропотливый труд с большой концентрацией внимания). Зная свои возможности, даже очень маленький ребёнок учится избегать каких-то заведомо проигрышных ситуаций, а его родители также получают некий материал для размышления (например, с их стороны было бы очень опрометчиво отдавать флегматика на обучение по экспериментальной программе, а холерика – в гимназию со множеством дополнительных предметов и тремя иностранными языками).

Кроме всего описанного, работа с дидактическими историями может продолжаться и за пределами сюжетов. Например, зная, что ребёнок прочно ассоциирует себя с Мишей, в каких-то жизненных случаях родители могут спросить:

• А что сказал бы Миша по этому поводу?

•  А как поступил бы Миша?

•  А как, по-твоему, Миша справился бы с этой ситуацией?

• И даже напомнить:

•  А ты помнишь, как Миша боролся со своим страхом?

О себе маленькие дети говорят с огромным трудом, так как рефлексия у них ещё не развита. Любому ребёнку легче говорить о некоем Мише, о его мыслях и чувствах. Разговаривая с ребёнком таким образом, родители могут узнать о нём (да и о себе тоже) много интересного.

Миша и Саша – братья-близнецы. Они так похожи, что все, кроме мамы, их путают. У них одинаковые глаза – серые, одинаковые носы – курносые и одинакового цвета волоса – русые. Миша и Саша родились в один год, в один день и в один час. Саша родился раньше Миши ровно на 20 минут и поэтому считает себя старшим братом. Недавно Саше и Мише исполнилось 4 года.

Внешне Саша и Миша одинаковые, но вот характеры у них совсем разные. Саша – храбрый и весёлый, он часто смеётся и почти никогда не плачет. Миша – осторожный и серьёзный. Про всё, что братья видят в первый раз, Миша спрашивает: «А это не опасно?» Незнакомых людей Миша стесняется, а Саша сразу со всеми знакомится и уже через пять минут может залезть на колени. Миша очень любит рассматривать книжки с картинками и собирать мозаику, а Саша – крутиться на карусели и стрелять из игрушечного пистолета. Все свои вещи Миша аккуратно складывает по местам, а у Саши всё валяется как попало. Саша может ловко залезть на самую высокую лесенку на детской площадке. Миша хорошо рисует и лепит из пластилина. В общем, Миша и Саша – очень разные люди.

Серия из шести рисунков: угадай, кто это?

Однажды утром Миша и Саша проснулись.

– Ой, – сказала мама. – У нас, кажется, сломался будильник. Теперь мы с вами опаздываем в детский сад. Одевайтесь скореё, не копайтесь.

– Давай я будильник починю, – предложил Миша, который очень любил всё разбирать и чинить.

– Потом, Мишенька, сейчас некогда, надо быстро в садик бежать, – сказала мама и пошла в ванную – умываться.

Братья начали одеваться.

– Ой, – сказал Миша. – У меня пропали два носка и одна сандалия! Теперь я не могу быстро одеться, и мама будет меня ругать, – и он заплакал.

– Не плачь, у меня тоже штаны пропали, – осмотрелся Саша. – А твоя сандалия лежит под диваном. Я её вижу.

– Как же её оттуда достать? – продолжал плакать Миша. – Мы же с тобой под диван не пролезаем.

– Мы не пролезаем, зато палка пролезет, – сказал Саша, принёс из кухни швабру и достал из-под дивана Мишину сандалию. – А вот куда подевались мои штаны?

– Ты, наверное, когда раздевался, их на пол бросил. Ты всегда так делаешь, – предположил Миша. – А Джерри подумал, что это его игрушка, и унёс их.

Джерри был щенок и очень любил таскать всякие тряпки.

– Плохой Джерри! – сказал Саша, выбежал в коридор и, действительно, увидел, как Джерри лежит под вешалкой и треплет его штаны. Саша разозлился.

– Отдай штаны, глупая собака! – закричал он и попытался отобрать у Джерри штаны. Джерри зарычал и ещё крепче вцепился в них.

– Вот я сейчас тебя палкой! – крикнул Саша и побежал обратно в комнату за шваброй.

– Подожди, – сказал Миша. – Не надо его бить. Джерри не виноват, что ты свои штаны на пол кинул. Он же ещё щенок, маленький. Дай я попробую его уговорить.

Миша подошёл к Джерри, присел на корточки и стал поглаживать щенка, что-то ласково шепча ему на ухо. Джерри слушал внимательно, наклонив голову, а потом упал на спину и подставил Мише розовое брюшко. Миша забрал Сашины штаны (здесь же, на Джерриной подстилке оказались и оба его носка), погладил Джерри и поспешил в комнату.

Едва Саша успел натянуть штаны, а Миша носки и сандалии, из ванной вернулась мама.

– Ну что, мальчики, вы готовы? – спросила она. – Отлично. Теперь быстро умываться и – побежали в садик!

Обсудите с ребёнком после чтения:

1)  При возникновении какой-то проблемы нет смысла плакать, есть смысл попытаться что-нибудь сделать, чтобы её решить.

2)  Далеко не всегда сила и злость – лучшие помощники при решении проблемы. Даже с собакой можно договориться. Доброе слово приятно всем.

Однажды Миша и Саша были в садике. После полдника воспитательница Клавдия Николаевна сказала:

– Сейчас мы будем лепить из пластилина разных зверей, а потом соберём из них волшебный лес. Для леса используем веточки, которые мы с вами принесли с прогулки.

Дети обрадовались.

– Я слеплю лису, – сказала Маша.

– А я – медведя, – сказал Денис.

– А я буду лепить зайчика, – подумав, сказал Миша.

– А я… а я… А я слеплю лису, зайца, медведя… и ещё ёжика и волка! – крикнул Саша.

– Всех сразу не получится, Сашенька, – улыбнулась Клавдия Николаевна. – Выбери кого-нибудь одного, кто тебе больше нравится.

– А я не хочу выбирать! – сказал Саша. – Я всех слеплю!

Клавдия Николаевна вздохнула и не стала больше с Сашей спорить. Вместо этого она стала объяснять детям, как скатать шарик и сделать из него туловище для зверюшки.

Миша взял кусочек серого пластилина и медленно катал из него аккуратный шарик.

Саша хватил сразу несколько разноцветных кусков и тоже быстро что-то катал. Шарики получались какие-то кривобокие и совсем не круглые. Саша подправлял их пальцем, но лучше почему-то не становилось.

– Я лучше головы слеплю, – сказал Саша, увидев, что Миша катает по столу шарик поменьше – головку зайчика.

– Чтобы слепить зверюшкам лапки, хвостики и уши, нужно научиться делать колбаски из пластилина. Вот такие… – сказала Клавдия Николаевна и показала детям, как делать колбаски.

– А у зайчика хвост короткий, – уточнил Миша.

– Правильно, Мишенька, – согласилась Клавдия Николаевна. – Хвостик у зайчика – маленький шарик. Зато уши у зайца очень длинные.

– Да, – сказал Миша и начал катать колбаску.

Саша тоже катал колбаску. Его колбаска была неровной, разноцветной, длиной в полстола и мешала работать остальным детям.

– Зачем тебе такая длинная? – удивился Миша. – Ты что, решил змею слепить?

– Нет, – сказал Саша. – Я её потом на кусочки порву и сразу всё сделаю. Пока ты с одним ухом копаешься, у меня уже всё готово будет. А змею я тоже слеплю – это ты хорошо придумал.

Через некоторое время зверюшки были готовы. Клавдия Николаевна похвалила Машину рыжую лисичку и немножко подправила ей мордочку. У Денискиного медведя всё время отваливалась голова, пришлось её подмазать по шеё пластилином. Другие дети слепили волка, сову и двух лягушек – большую и маленькую. Мишин зайчик получился прямо как живой – серенький, кругленький, гладкий, с чёрненькими глазками и розовым носиком.

А что же у Саши?

– Ой, Саша, кто это у тебя? – спросила Маша. – Я, наверное, их боюсь.

На столе перед Сашей лежало много разных шариков и колбасок, из которых должны были получиться ноги, хвосты, туловища и головы. Ещё лежало несколько недоделанных зверей с разноцветными ногами, головами и хвостами разной длины.

– Это всё, наверное, чуды-юды, – предположил Денис.

Все дети засмеялись. Саша опустил голову и покраснел. Ему было стыдно – хотел сделать больше всех зверей, а не получилось ни одного.

– Ничего, Саша, ничего, Клавдия Николаевна, – сказал Миша. – Вы пока лес собирайте, а я Сашиных зверей потихоньку доделаю. Вот из этого точно ёжик получится…

– Ой, здорово, – обрадовался Саша. – А я сейчас быстро лес сделаю! Быстреё всех! – Он схватил веточки и побежал к другому столу делать лес.

Обсудите с ребёнком после чтения:

1)  Смысловой разбор пословицы «Поспешишь – людей насмешишь».

2)  Почему у Саши не получилось слепить всех зверей сразу?

3)  Почему у Миши получился такой хороший зайчик?

4)  Два варианта реакции на происходящеё – дети смеются, а Миша – предлагает доделать зверюшек. Что лучше, конструктивнеё?

5)  Получится ли у Саши сделать лес «быстреё всех»? Почему?

Однажды Миша и Саша потерялись. Вот как это вышло. Мама сказала:

– Вы, мальчики, постойте здесь, возле киоска с цветами. А я отойду вон туда, напротив, и куплю картошки. Вам там делать нечего, потому что там много народу и вас затолкают. Только никуда не отходите. Миша, смотри за Сашей.

– Хорошо, – пообещал Миша. – Я буду смотреть. А ты точно обратно придёшь?

– Конечно, приду, трусишка, – засмеялась мама. – Куда ж я от вас денусь?

Мама ушла за картошкой, а мальчики остались стоять возле киоска с цветами. Миша очень боялся и ничего, кроме мамы в очереди, не видел, а Саша ни капельки не боялся, оглядывался по сторонам и видел много всего интересного.

– Смотри, Миша, – сказал он. – Вон там цветы из киоска выбросили.

– Почему выбросили? – удивился Миша и даже бояться перестал.

– Ну, наверное, они завяли, – сказал Саша. – Но всё равно красивые, хотя и без стебельков. Хочешь, возьмём несколько штук?

– Мама не велела с этого места уходить, – сказал правильный Миша. – И из помойки ничего брать нельзя.

– Ну, это стекляшки брать нельзя и железки с деревяшками – всё интересное, – возразил Саша. – А это же цветы. Кому они нужны? Если только девчонкам или тебе, Миша.

Миша украдкой посмотрел на выброшенные цветы и подумал, что из них можно сложить красивую картинку маме в подарок.

– Давай я здесь постою, а ты сбегаешь и возьмёшь, – предложил он брату.

– Давай, – сразу же согласился Саша, побежал к ящику с выброшенными цветами, начал в нём рыться и громко спрашивать: – Миша, этот брать? А этот? А вот этот, жёлтенький?

Тут Миша не выдержал, подошёл к брату и сам начал отбирать нужные ему цветы. Саша тем временем нашёл выброшенный кем-то пакет, и мальчики сложили цветы туда.

– А теперь, – сказал Саша. – Пойдём посмотрим вон ту красную машину. Смотри, какие у неё фары…

– Я не пойду, – сразу же сказал Миша. – Это далеко, я боюсь.

– Ты трус, – сказал Саша. – И вообще это нечестно. Я же ходил для тебя за цветами.

Миша подумал, что Саша прав, вздохнул и пошёл с Сашей смотреть машину. Потом они ещё посмотрели кошку с котятами, которая жила рядом в подвальном окне, потом – витрину игрушечного магазина (заходить в магазин Миша отказался), потом дерево, которое росло прямо из асфальта…

– Миша, – спросил Саша. – А ты знаешь, как нам назад вернуться?

Миша огляделся и сразу понял, что они заблудились. Он даже не стал Саше ничего отвечать, а просто заревел во весь голос. Саша реветь не стал, взял плачущего брата за руку и повёл по улице, бормоча себе под нос:

– Сначала мы шли вот так, потом повернули у магазина… Где же магазин?

Тётеньки на улице спрашивали Мишу:

– Что ты плачешь, мальчик?

Миша ничего им не отвечал, только отворачивался и ревел ещё громче. Отвечал Саша:

– Он всегда плачет, когда боится. А вы не подскажете, где тут игрушечный магазин?

Одна тётенька показала, а другая даже проводила мальчиков до игрушечного магазина. На прощание она сказала Мише:

– Не плачь, сейчас тебе старший братик игрушку купит!

А Саша никак не мог решить, куда им теперь идти от магазина – направо или налево. Тут он увидел милиционера. Милиционер смотрел на мальчиков и улыбался. Саша подошёл к нему и сказал:

– Понимаете, мы с Мишей немного потерялись…

Милиционер сразу стал серьёзным:

– Адрес домашний знаете?

Вообще-то из двух братьев адрес и даже телефон знал Миша, но он так отчаянно ревел и так боялся милиционера, что ничего сказать не мог.

– Он – знает, – указал Саша на Мишу. – Но с ним – сами видите. Но у нас мама в очереди за картошкой стоит. Где-то здесь, недалеко…

– Ага, – сказал милиционер, подхватил обоих мальчиков на руки и быстрыми шагами пошёл к ларькам, которые располагались у автобусной остановки, за углом большого серого дома.

– А вы смотрите сверху, – велел он братьям. – Мать-то вас, должно быть, ищет уже…

Мама Миши и Саши бегала вокруг ларьков, волоча за собой сетку с картошкой, и что-то спрашивала у проходящих мимо людей.

– Мама! – радостно закричал Саша и помахал маме рукой.

– Ваши? – спросил милиционер у мамы и спустил мальчиков на землю. – Получите и распишитесь.

– Да не реви ты! – Саша дёрнул Мишу за рукав. – Смотри, мама уже нашлась!

– Разве это я нашлась? – удивилась мама, улыбаясь сквозь слёзы.

– Это он меня увёл! Он, Саша! А я хотел на месте стоять, как ты велела! – закричал Миша, указывая на Сашу пальцем.

Саша пожал плечами.

– Ну вот, опять ты ябедничаешь. А я твои цветы нёс, – сказал он.

– Какие цветы? – спросила мама и заглянула в пакетик. – Мальчики! В какой помойке вы их выкопали?!

– Хорошая помойка, Мише понравилась, – сказал Саша. – Только железок в ней совсем не было.

Обсудите с ребёнком после чтения:

1)  Кто виноват в том, что мальчики потерялись? (Оба.)

2)  Что делал Саша для того, чтобы исправить ситуацию?

3)  Помогал ли ему Миша? А мог ли помочь?

4)  Что должен делать ребёнок, если он потерялся? (Знать адрес, телефон, свою фамилию, имена и отчества родителей, обращаться за помощью к женщинам или милиционерам.)

Летом Миша и Саша поехали к бабушке в деревню. Там была река, лес и большие пёстрые коровы, которые всё время жевали траву. Миша коров боялся, а Саша подходил к ним и кормил пучками клевера.

На следующий день после приезда бабушка накормила Сашу и Мишу завтраком и сказала:

– Мне тут прибраться надо, полы вымести, половики потрясти. Нечего вам в избе сидеть, идите, на улице погуляйте. С ребятишками здешними познакомьтесь. Ребятишки у нас шустрые, самостоятельные. Смотрите, в обиду себя не давайте. Ну, да вас двое, отобьётесь как-нибудь.

Мальчики вышли на крыльцо, и Миша сказал:

– Может быть, здесь, во дворе погуляем? Я боюсь шустрых ребятишек и отбиваться от них не хочу.

– Ничего, – сказал Саша. – Не бойся. Пойдём на улицу и посмотрим. Во дворе всё равно делать нечего. На яблони бабушка залезать не разрешает, инструменты дедушкины брать – тоже нельзя. Может, на улице что найдётся?

На улице было много пыли и длинноногих куриц, которые что-то в этой пыли искали и склёвывали. Миша с интересом наблюдал за ними, но Сашу курицы не интересовали.

– Пойдём вон туда, вдаль, – сказал Саша. – Когда мы ехали, я там пруд видел.

Сам Миша никогда не стал бы уходить от бабушкиной калитки вдаль, но если Саша не боится, значит, можно попробовать.

Около пруда паслась белая коза с голубыми глазами и розовым выменем. На зелёной траве сидели дети. Девочка в красном сарафане укачивала на коленях малыша. Двое мальчиков бросали камешки в пруд. Ещё один мальчик сидел верхом на палке, подвешенной к ветке дерева, и раскачивался на ней. Самый старший мальчик, может быть, даже школьник, увидел Мишу и Сашу и пошёл им навстречу.

– Ого! – сказал он и засмеялся. – Смотрите, какие одинаковые! Как два гриба!

Миша повернулся и хотел убежать назад, к бабушке во двор, но большой мальчик ловко поймал его за майку и не отпустил.

– Отпусти меня! – закричал Миша и заплакал.

– Погоди, куда ты торопишься-то? – сказал мальчик, удерживая Мишу. – Давай поговорим.

– Отпусти брата! – сказал Саша.

– А чего он разговаривать не хочет?

– Не хочет – и всё! – Саша разозлился и сжал кулаки.

– Ты чего, драться, что ли, хочешь? – удивился мальчик и отпустил Мишу. Миша сразу же, не оглядываясь, побежал назад, к бабушкиному дому.

– Могу и подраться! – сказал Саша, хотя понимал, что мальчик намного старше и сильнеё его. И если дойдёт до драки, то победа, конечно, будет не на Сашиной стороне. Но и отступить Саша тоже не мог.

– Ой, глядите, какая отважная малявка! – засмеялся мальчик. – Только зачем же нам с тобой драться? Брат твой убежал, защищать тебе больше некого. А сам ты вроде не из трусливых-плаксивых.

– Да, – подтвердил Саша. – Я почти никогда не плачу и не боюсь.

– Молодец! – серьёзно сказал мальчик и подозвал остальных детей. – Давай тогда знакомится. Как тебя зовут? К кому вы приехали?

– Меня зовут Саша. А приехали мы из города к бабушке Насте. Вон в тот большой дом с зелёной кры-шей.

– Ясно, – сказал мальчик. – Меня зовут Матвей. Это Арина, это – Митя и Кирюша. Брата Арины зовут Игорь, только он ещё маленький и говорить не умеёт.

– А можно мне на той палке покачаться? – спросил Саша.

– Запросто, – сказал Матвей. – Только держись крепче. А то раскачаешься и кувырнёшься прямо в пруд.

Тут на дороге показалась бабушка Настя. В руке она держала веник, а за её спиной прятался Миша.

– Мотька, паршивец! – издалека закричала бабушка. – Ты чего моих внуков обижаешь?!

Матвей пожал плечами и взглянул на Сашу. Саша шагнул вперёд навстречу бабушке.

– Никто никого не обижает, – сказал он. – Мы, наоборот, уже подружились все. И с Матвеём тоже. Это только Мишка сам боится, сам и ябедничает.

– Ну тогда ладно. Играете – и играйте себе, – сказала бабушка. – А ты чего мне наговорил? – она строго взглянула на Мишу и пошла назад, к избе. Миша понуро потащился следом.

А Саша и Матвей с друзьями продолжали играть на лугу у пруда.

Обсудите с ребёнком после чтения:

1) Почему Миша не сумел подружиться с деревенскими детьми?

2)  Почему это удалось Саше?

3)  Правильно ли поступил Миша, убежав и пожаловавшись бабушке? Что ещё он мог сделать?

4)  Как теперь следует поступить Мише?

Однажды Миша и Саша пошли с бабушкой в лес за черникой. Бабушка собирала чернику в ведро, а мальчикам дала по кружке. Миша собрал почти полную кружку и отнёс её бабушке. Бабушка его похвалила и велела погулять вокруг. Саша тоже начал чернику собирать, но почему-то она всё больше попадала ему в рот, а в кружку почти не попадала. В конце концов он решил, что это черника такая вредная, никак собираться не хочет, и отдал кружку бабушке. В кружке даже дно ягодами не закрылось.

– Да уж, ты, Сашка, добытчик! – вздохнула бабушка, склоняясь над черничными кустами.

Миша и Саша стали гулять и нашли большой-пребольшой муравейник. Муравейник был выше братьев ростом, и от него в разные стороны отходили узенькие тропинки, по которым бежали муравьи.

– Куда это они все бегут? – спросил Саша.

– По своим делам, наверное, – сказал Миша. – Вот этот, смотри, иголочку сосновую тащит. Она у него как бы бревно. А вот этот крошку от нашей булочки несёт, которую нам бабушка давала. Наверное, это его детям обед будет…

– А давай возьмём палку, – предложил Саша. – И муравейник разворошим. Деревенские ребята так делают. Муравьи сразу так забегают, забегают… Очень интересно. А палка потом кислая будет, потому что они её кусают. Мне Матвей давал полизать – вкусно.

– Злой ты, Сашка, и нехороший, – сказал Миша и заслонил собой дорогу к муравейнику. – Тебе приятно было бы, если бы твой дом какой-нибудь великан палкой разворошил? Вот бы ты забегал, забегал…

– Да я чего… – растерялся Саша. – Ребята так делают. Да и не люди это – муравьи.

– Ну и что? – продолжал сердиться Миша. – Пусть они не люди, но тоже всё чувствуют. И звери чувствуют, и птицы, и деревья, и трава…

– Ну трава – это уж слишком, – решительно возразил Саша. – Ничего она не чувствует. И потом – откуда ты знаешь? Она тебе что, сказала?

– Знаю – и всё, – сказал Миша. – Всё вокруг живое, разве ты не видишь? Ветку у дерева сломишь, ему больно, оно плачет, видел, сок течёт? Жучок вон по тропинке полз, ты на него башмаком наступил, и он умер. Хорошо это? Теперь вот говоришь муравейник разворошить…

– Да я уж и не говорю ничего, – сказал Саша и задумался. Брат не боялся, не плакал и явно собирался защищать муравейник от Саши. На Мишу всё это было совершенно не похоже.

«Значит, что-то в этом есть», – подумал Саша и спросил:

– А почему, Миша, тебя осы и пчёлы ни разу не кусали, а меня – целых пять раз? Ведь ты же их, как бабочек, пальцами брал и в окно выпускал?

– Они знают, что я их на волю выпускаю, – сказал Миша. – Потому и не кусают. А ты их раздавить хотел. Это же просто.

– И морковка на твоей грядке лучше растёт…

– Да я же её поливаю два раза в день и сорняки выдёргиваю. А ты за всё время три раза полил.

– И пёс бабушкин тебя зубами за штаны не хватает…

– Так я же его за хвост не таскаю и палкой не дразню…

– Я понял, – сказал Саша. – Ты их не обижаешь, а они – тебя.

– Правильно, – сказал Миша. – А ещё я всех зверюшек и все травки люблю, – и он увёл Сашу подальше от муравейника. Понять-то брат вроде понял, а ну как передумает? У Саши это запросто.

Обсудите с ребёнком после чтения:

1)  Почему Саше попадалась «вредная» черника?

2)  Как относится к живой природе Саша? Как – Миша? Чьё отношение более правильное и симпатичное?

3)  Почему пчёлы и собаки не кусают Мишу?

4)  Рассказать соответствующие истории, иллюстрирующие Мишину мысль о том, что мир вокруг нас – живой и чувствующий.

Однажды Миша и Саша играли с деревенскими ребятами на берегу реки. Берег у реки был крутой, обрывистый. Дети играли наверху, в траве над откосом, и у их ног ласточки-береговушки ныряли в свои норки-гнезда, вырытые в стене обрыва.

– Хотите, я вам птенчика достану? – спросил Матвей у Саши и Миши.

– Нет, не надо, жалко, – сказал Миша.

– Достань, – сказал Саша. – Но как же ты спустишься? Ты же летать не умеёшь.

– Ерунда, – сказал Матвей. – Я по корням слезу. А ты не куксись, – добавил он специально для Миши. – Я потом птенца обратно в норку пущу. С ним ничего не будет.

– Ну тогда ладно, – сказал Миша. – Только смотри – в речку не свались.

Матвей лёг на живот на краю обрыва и ловко пополз вниз, хватаясь руками за выступающие корни деревьев. Ласточки кружились над ним и тревожно кричали. Саша и остальные дети с любопытством наблюдали за действиями товарища, а Миша отошёл подальше и закрыл лицо руками.

Вскоре голова Матвея снова показалась над краем откоса. Митя и Кирюша помогли ему выбраться на траву. Все столпились вокруг. В голой, выпачканной в песке руке Матвея был зажат птенец ласточки. Он крутил головой и жалобно пищал. Сами ласточки – чёрные с белыми галстуками. Птенец же был серый с жёлтым ободком вокруг клюва.

– Вот! – гордо сказал Матвей.

– Здорово ты лазаешь! – восхитился Саша. Птенец его совершенно не интересовал.

– Он к маме хочет! Домой! – сказал Миша и заплакал.

– Ну почему твой брат – такой плакса?! – разозлился Матвей. – Так и хочется треснуть. Ты же – нормальный пацан.

– А я откуда знаю? – Саша пожал плечами. – Он всегда такой был. Наверное, такие, как я, в магазине кончились. А маме с папой обязательно двоих хотелось…

– Ты чего, думаешь, вас в магазине купили?! – удивился Матвей, сразу же перестал злиться и засмеялся ртом, глазами и всеми своими веснушками. Митя, Кирилл и Арина вторили ему. Даже маленький Игорёк смеялся вместе со всеми.

– Ну да, в магазине, – удивился в свою очередь Саша. – Мне так мама сказала… А как же?

– Я тебе потом расскажу. – Матвей хлопнул Сашу по плечу. – Сейчас надо птенца обратно отправить. А то твой брат растает от слёз, как Снегурочка по весне. Что тогда бабке Насте скажем?

Все опять засмеялись, а Матвей встал на четвереньки на краю обрыва.

– Ты помнишь, куда сажать-то? – спросила Арина.

– А то. Я туда ветку сунул, чтоб не перепутать, – сказал Матвей и полез вниз. Зажатый в руке птенец мешал ему спускаться. Вдруг один из корней вылез из земли, рука Матвея скользнула по нему, ноги поехали по скользкому глинистому обрыву… Не успев ухватиться за что-нибудь ещё, мальчик выпустил птенца и полетел вниз, в реку.

– А-а-а! – хором закричали Арина, Кирюша, Митя и вторивший им маленький Игорёк. Миша по-прежнему стоял в стороне с закрытым руками лицом и ревел.

Саша заглянул за край обрыва. Голова Матвея то появлялась на поверхности реки, то снова исчезала.

– Мотька плавать умеет? Умеет плавать?! – закричал Саша и сильно потряс Митю.

– Н-не з-зна-аю, – отвечал Митя.

– Бегите туда! – Саша показал рукой в сторону деревни, забыв от волнения, как она называется. – Зовите кого-нибудь! Он же сейчас утонет!

Митя и Арина остались на месте и круглыми от ужаса глазами смотрели на Сашу. Кирюша скинул шлёпанцы и, сверкая босыми пятками, помчался по пыльной дороге, крича на бегу:

– Мотька утонул! Мотька утонул!

Саша огляделся и вдруг заметил большую высохшую корягу, лежавшую прямо на краю обрыва. Недавно почти из такой же Матвей сделал себе плот и плавал на нём в пруду.

– Помогите мне! – крикнул Саша.

Митя сразу схватился за корягу, Арина посадила Игорька на траву и тоже подбежала к мальчикам. Втроём они быстро раскачали корягу и сбросили её с обрыва. С громким плеском она свалилась в реку, всплыла и закачалась на слабых волнах.

– Мотька, хватайся! – хором закричали дети. – Хватайся за корягу!!!

Какое-то ужасное мгновение им казалось, что Матвей уже никогда не всплывёт, но вот на поверхности показалась его голова, рука…

– Хватайся!!!

Из последних сил Матвей ударил по воде руками и ногами, зацепился рукой за корягу, подтянул её к себе. Затряс головой, выплюнул воду, поудобнеё перехватил другой рукой…

– Ура-а!!! – завопил Саша.

Со стороны деревни, без дороги, наискосок через луг бежали мама Матвея, дядя Паша-тракторист и хромоногий дед Василий.

– Вниз, вниз идите! – бросилась им навстречу Арина. – Он не утонул. Он там на коряге плавает.

Через пять минут Матвея, стучащего зубами от холода и испуга, уже достали из речки, раздели и завернули в ватник деда Василия. Мать Матвея комкала в руке сорванный с головы платок и вела себя странно. Она то плакала и целовала Мотьку в курносый нос, то ругала сына ужасными словами. Дядя Паша-тракторист ласково похлопывал её по спине и приговаривал:

– Ну всё, всё, Елена! Полно! Живой же, видишь, живой! Полно!

Узнав, как было дело, дед Василий крепко, по-мужски пожал Саше руку и сказал:

– Молодец, парень. Вовремя сообразил. Кабы не ты, могли бы и не успеть… А теперь разбирайте братьев – и по домам. И чтоб я больше вас на обрыве не видел. Увижу – отхлестаю хворостиной всех без разбора.

Арина взяла на руки Игорька, Саша взял за руку Мишу, дядя Паша поднял завёрнутого в ватник Мотьку, и все пошли по домам.

Обсудите с ребёнком после чтения:

1)  Зачем Матвей полез за птенцом? Чья позиция при обсуждении этого дела более правильная – Мишина или Сашина?

2)  Какие чувства испытали дети после того, как Матвей свалился в реку? Кто что делал? Кто был наиболее успешен?

3)  Что вообще нужно делать ребёнку при возникновении нештатной ситуации на воде (два варианта – если ты сам тонешь и если кто-то тонет на твоих глазах). Действия не только обсуждаются, но и по возможности проигрываются, чтобы закрепить информацию. Любой ребёнок, даже не умеющий плавать, если не слишком испугается, вполне может продержаться на воде около десяти минут (по возможности освободившись от обуви), а обученный шестилетний ребёнок может эффективно делать искусственное дыхание сверстнику (автору известен прецедент).

Телефона в деревне нет, но слухи распространяются ещё быстреё, чем по телефону. Когда братья пришли домой, дедушка с бабушкой уже откуда-то знали все подробности про то, как тонул Мотька и как его спасали. И дедушка, и бабушка похвалили Сашу за смелость и находчивость, дали ему горячих лепёшек с мёдом и молоком, а потом бабушка ещё отвесила ему подзатыльник за то, что ходил на обрыв.

– А ты что же? – спросил дедушка Мишу.

– А я испугался и ничего не видел, – сказал Миша и покраснел.

– Плохо, – сказал дедушка. – Мой внук не должен быть трусом. Все люди боятся – это нормально. Но со страхом нужно бороться.

– Да, – согласился Миша, хотя ему всегда казалось, что Саша, например, вообще никогда ничего не боится. – Но где же я его найду?

– Кого найдёшь? – удивился дедушка.

– Страх, – ответил Миша. – Чтоб с ним бороться. Я думал, он внутри меня.

– Правильно думал, – усмехнулся дедушка. – Вот там, внутри и борись.

– А как я узнаю, что я его победил? – спросил Миша. – Когда бояться перестану?

– Нет, – покачал головой дедушка. – Бояться ты не перестанешь. Я же тебе говорил – все люди боятся. Вот когда боишься, но всё равно делаешь то, что нужно, – тогда ты и победил страх. Понял?

– Понял, – сказал Миша, присел на завалинку и стал искать внутри себя страх, чтобы сразу, пока не пропала решимость, начать с ним бороться. Но страх, как назло, куда-то потерялся. Спрятался.

– Испугался, наверное, – решил Миша и пошёл ужинать.

Поев, Миша вышел во двор и посмотрел на небо. Солнышко уже собиралось спать и подкатывалось к дальнему лесу, облака с оранжевыми брюшками спешили к нему, чтобы стать солнышкиными подушками и одеялами. Высоко-высоко над деревней парил коршун, высматривавший зазевавшихся цыплят, а чуть ниже летали ласточки…

– Птенец! – вспомнил Миша и едва не закричал от ужаса. – Птенец ласточки, выпавший из рук Матвея. Что же с ним стало? Утонул? Разбился? А может, он жив и сейчас сидит где-нибудь, страдая от голода и холода? Что же делать? Идти сейчас на обрыв никто не разрешит. Сами бабушка с дедушкой тоже не пойдут. Что им какой-то птенец, если они каждую неделю курицу режут? Позвать Сашу? Да ему тоже никакого дела до этого птенца нет. Он сейчас гордится тем, что Матвея спас, а на Мишу и смотреть не хочет…

Как же поступить? Всё забыть, вымыть ноги и идти спать, как будто бы не было никакого птенца… А ведь это он, Миша, сказал Мотьке: «Ладно, доставай». И он собирался бороться со своим страхом. «Вот прямо сейчас и начну», – решил Миша, вытер слёзы, закусил губу, пролез через дыру в изгороди, в которую ходили козы, и через луг побежал к реке.

Река вечером казалась тёмной и страшной. Она текла мимо обрыва и скороговоркой рассказывала какие-то истории. Корни торчали над головой, как чьи-то руки.

– Бабок Ёжек не бывает, – сам себе сказал Миша. – И Кощеёв тоже. Они только в сказках живут.

Осмотрев подножие обрыва, промочив ноги, но не обнаружив никакого птенца, Миша медленно пополз наверх. Ласточки с криком налетали на него, хотели клюнуть. Миша почти не обращал на них внимания, он искал птенца. Дважды ему приходилось спускаться и снова лезть вверх. Наконец, на третий раз, в неглубокой нише, мальчик увидел серый, слабо попискивающий комок.

– Бедный, – сказал Миша. – Сейчас я тебя спасу.

Он заранеё подумал о том, что лезть по обрыву с птенцом в руке не сможет. Поэтому Миша взял птенца и посадил его себе за пазуху, под майку. Птенец там царапался и даже пытался Мишу клевать, но мальчик на него за это не сердился.

– Сиди, сиди, – шептал он, пытаясь отыскать в сумерках норку с веткой, оставленной Матвеём. Наконец ветка нашлась. Из последних сил Миша подполз к ней, выбросил ветку, достал из-за пазухи птенца и подсадил его к входу в гнездо. Птенец приободрился и, быстро перебирая лапками, скрылся в темноте норки. Вылезать наверх Миша не решился, полез вниз и последний кусок обрыва просто проехал на животе, царапая лицо, локти и колени. Внизу, совершенно не думая о бабках Ёжках, Леших и Кощеях, он умылся холодной речной водой и, медленно переставляя ноги, побрёл домой.

Увидев грязного, оборванного и расцарапанного Мишу, бабушка охнула и схватилась за сердце.

– Ты где же это был? – привстал из-за стола дедушка.

– Со страхом боролся, – сказал Миша.

– И кто кого? – с интересом спросил дедушка.

– Мне кажется, я его победил, – серьёзно ответил Миша. – А лепёшек с мёдом больше не осталось?

Обсудите с ребёнком после чтения:

1)  Есть ли люди, которые ничего не боятся?

2)  Почему трусливый Миша отправился спасать птенца?

3)  Как Миша боролся со своим страхом?

4)  Победил ли Миша свой страх?

5)  Поговорить с ребёнком о том, как он борется со своими страхами и какие вообще способы борьбы со страхами существуют.

Однажды, когда Миша и Саша играли, в комнату вошла мама и сказала:

– Мальчики, за лето я прочла много умных книг, как надо заниматься с детьми. Из книг я поняла, что многое уже упущено. Но это ничего, теперь я возьмусь за вас как следует, и вы сразу начнёте развиваться. К тому же в книгах написано, что близнецы часто отстают в развитии…

– Я не отстаю, – сказал Саша. – Я позавчера с Борькой из старшей группы дрался, так он от меня в беседку убежал и там за воспитательницу прятался. А ему уже почти шесть лет, между прочим…

– Я тоже не отстаю, – сказал Миша. – Клавдия Николаевна всегда мои рисунки на стену вешает, а работы ставит на выставку.

– Всё это так, – согласилась мама. – Но в книгах написано про другое.

– Про что? – спросил Миша.

– Про всякое… – сказала мама. – Это трудно объяснить – вы ещё маленькие.

– А как же ты будешь это делать, если нам нельзя объяснить, что это такое? – спросил Миша.

– Не знаю. Посмотрим. Как-нибудь. – Мама махнула рукой и подумала, что Миша, наверное, всё-таки в развитии не отстаёт. Может быть, Саша?

Мама достала из пакета большую деревянную коробку и сказала:

– Вот, для начала я купила вам кубики с буквами и цифрами, – и она высыпала кубики на ковёр. Саша тут же построил из них крепость. Миша покрутил один из кубиков в руках и сказал:

– Вот это буква «А».

– Правильно! – обрадовалась мама. – А вот это какая буква?

– «В», – сказал Миша.

– «В», – подтвердил Саша.

– Нет, так не пойдёт, – сказала мама. – Теперь ты, Саша, скажи: это какая буква?

– Не знаю, – сказал Саша, сломал крепость и быстро перестроил её в ракету.

– Это буква «С», – объяснила мама. – Какие вы знаете слова на букву «С»?

– Саша, сахар, сапоги, – сказал Миша.

– Самолёт, самокат, самострел, – сказал Саша.

– Сирень, сад, скамейка, – добавила мама. – А вот это буква «П»…

– Пистолет, поезд, патроны, – тут же придумал Саша, а мама засмеялась.

Они ещё немного позанимались, а потом Саша спросил:

– Миша, тебе нравится развиваться?

– Очень нравится, – ответил Миша.

– Тогда давайте сделаем так, – предложил Саша. – Вы с Мишкой будете развиваться, а я пойду телевизор посмотрю.

– Нет, так не пойдёт, – решительно возразила мама. – Развиваться – так всем вместе.

– Но мне уже надоело! – сказал Саша и сгрёб все кубики в кучу.

Миша расстроился, хотел было заплакать, но потом передумал, покопался в куче кубиков, повертел их и осторожно, чтобы мама не видела, сложил из пяти кубиков слово «дурак». Дело в том, что Миша ещё в садике выучил все буквы и даже мог сложить и прочитать простые слова. Саша читать не умел, но по Мишиному лицу обо всём догадался, смешал кубики и кинулся на брата с кулаками. Тут уж Миша заревел во всю глотку. Мама кинулась разнимать сыновей, развела их по разным комнатам, а сама пошла в кухню. Там она села на табуретку, раскрыла умную книжку и стала дальше читать про то, как нужно развивать детей. Книжка была очень интересной. Вот только про Мишу и Сашу там ничего не было.

Обсудите с ребёнком после чтения:

1)  Чему хотела научить мальчиков мама?

2)  Что они уже умеют?

3)  Можно ли развивать Мишу и Сашу одновременно и одинаковыми способами? (Нет, потому что они разные по темпераменту.)

Однажды родителям близнецов нужно было уехать по делам на целый день.

– Взять вас обоих никто не соглашается, – вздохнула мама. – Это только я могу. Поэтому завтра один из вас поедет к бабушке Люсе, а другой к папиной сестре – тёте Ире.

– Хорошо, – сказал папа. – Я с утра заеду к сестре, а ты поезжай к своей маме.

– Ладно, – согласилась мама и опять вздохнула. – Только учти, бабушка просила привезти к ней Мишу, с Сашей она не справляется.

– Со мной из трёх воспитательниц только Клавдия Николаевна справляется, – гордо заявил Саша. – А больше никто!

– Молчи уж лучше! – сказала мама. – Что будет, когда ты в школу пойдёшь, подумать страшно!

Вечером близнецы надели пижамы и собрались ложиться спать. Недавно им купили двухэтажную кровать с лесенкой. Мама и папа боялись, что братья будут спорить, кому спать наверху. Но близнецы не спорили, потому что Миша боялся сверху упасть, а Саша не боялся и любил лазать по лесенке. Но в этот вечер Миша вдруг сказал:

– Саша, пусти меня наверх поспать!

– Чего это ты? – удивился Саша. – Ты же свалиться боишься.

– А я со страхом борюсь, – сообщил Миша. – Пустишь?

– Полезай, – согласился Саша. Он никогда ещё не спал внизу, и ему было любопытно.

Миша залез наверх, отодвинулся к самой стенке, чтобы не упасть, и от страха быстро уснул.

Рано утром в комнату на цыпочках вошёл папа.

– Саша, вставай, – сказал он и осторожно потряс спящего наверху Мишу (папа знал, что Саша всегда спит наверху, и не знал, что братья поменялись местами).

Миша открыл глаза.

– Одевайся скореё, – сказал папа. – Сейчас я тебя быстро к тёте Ире заброшу, мне ещё на работу заехать надо. Только смотри, брата не разбуди. Всё равно мама ещё спит.

Почти не просыпаясь, Миша оделся, ополоснул лицо, выпил стакан кефира (кашу папа варить не умел), ухватился за папину руку и вышел на улицу. На улице пахло мокрыми жёлтыми листьями и асфальтом. Папа быстро тащил Мишу в сторону автобусной остановки. Миша прикрыл глаза и, перебирая ногами, решил ещё немного поспать на ходу.

Мама и Саша проснулись гораздо позже. Мама была единственной, кто никогда не путал близнецов, и сразу же догадалась, что ей, а следовательно, и бабушке остался Саша.

– Как же это могло произойти? – всплеснула руками мама.

– А это потому что мы кроватями поменялись, – догадался Саша и объяснил маме про кровати.

– Что же теперь делать? – опечалилась мама. – Ведь бабушка очень просила именно Мишу. Она ему новые фломастеры купила…

Саша нахмурился.

– Ну, если меня никто не хочет, давай я дома останусь, – сказал он. – Я же не боюсь, как Мишка. Я костёр в коридоре разводить не буду и из окна по верёвке вылезать тоже – ты не бойся. Ты только мне чего-нибудь поесть оставь. Батон там и колбасы. А кипячёной воды из кувшина я сам налью.

Мама обняла Сашу и сказала:

– Ну что ты такое говоришь! Ты замечательный мальчик, просто очень подвижный, бабушке тяжело с тобой гулять, а она считает, что дети обязательно должны быть на воздухе… Но дома я тебя тоже не оставлю – это не дело, чтобы пятилетний ребёнок сидел целый день один. Собирайся, поехали, – решительно сказала мама. – И постарайся сегодня быть потише. Ладно?

– Ладно, – вздохнул Саша и пошел одеваться.

Папа долго звонил в коричневую, обитую дерматином дверь. Миша изучал узор из гвоздиков. Потом на пороге появилась заспанная тётя Ира в халате. Папа поцеловал её в щёку, на которой отпечаталась подушка, и бодро сказал:

– Привет, сестричка! Получай, как договаривались, моего старшего обормота. Заберу вечером. А теперь я быстренько побежал. Мне ещё на работу заскочить надо.

Тётя Ира зевнула и помахала папе рукой:

– Беги, братец, беги! Привет, Сашка! – обратилась она к Мише.

Тут Миша окончательно проснулся и всё понял. И про кровати, и про папу, который иногда путал сыновей, и про всё остальное. Что же теперь делать? Ведь тётя Ира думает, что к ней привезли Сашу.

«Ну и пусть думает, – неожиданно решил Миша. – Она-то точно нас не различает. Если я буду вести себя, как Саша, она ни за что не догадается, что на самом деле я – Миша. Это даже интересно. Такая игра».

– Значит, так, Сашка, – сказала тётя Ира. – План такой. Сейчас завтракаем охотничьими колбасками с баклажанной икрой (Миша на завтрак ел только кашу, а Саша любил мясо и колбасу). Потом ты играешь в войну, а я пока приберусь и приготовлю что-нибудь на обед. Я тебе специально с антресолей достала старых солдатиков и железный танк. Сейчас таких не делают. В них ещё твой отец играл. Потом идём в парк кататься на аттракционах. Там есть такая штука, я сама на неё даже смотреть боюсь – голова кружится. Тебе точно понравится. Как тебе план? Здорово?

– Здорово, – неуверенно согласился Миша. Он уже жалел, что сразу не признался, кто он такой.

– Тогда пошли завтракать, – сказала тётя Ира.

– Здравствуй, Мишенька! Здравствуй, мой сладкий! – промурлыкала бабушка Люся, прямо на пороге прижимая к себе Сашу. От бабушки пахло корицей и почему-то свечкой.

Мама смотрела куда-то в сторону. Саше хотелось вывернуться и убежать, но ещё по дороге он решил, что сегодня будет Мишей. Чего бы ему это ни стоило. Лишь бы мама не расстраивалась. Поэтому Саша чмокнул бабушку в щёку и начал тереть кулаками сухие глаза.

– Что с тобой, Мишенька?! – всполошилась бабушка Люся.

– Я устал, есть хочу и спа-ать, – сказал Саша, подражая писклявому Мишиному тону. – Я не выспа-ался.

– Иди, ложись, ложись, Мишенька, – испуганно сказала бабушка. – Я тебя сейчас пледом накрою, кашку разогрею и в постель принесу.

Мама изумлённо покачала головой и начала медленно пятиться к выходу.

– А какая кашка? – капризно спросил Саша.

– Овсяная, жиденькая, как ты любишь, – ответила бабушка.

– Не хочу овсяную, хочу рисовую, – сказал Саша и снова сделал вид, что плачет.

– Хорошо, хорошо, – тут же согласилась бабушка. – Овсяную я сама съем, а тебе сейчас рисовую сварю.

– И варенья побольше! – сказал Саша.

– Сю-сю-сю, Мишенька, – проворковала бабушка и, шаркая тапками, убежала на кухню варить рисовую кашку.

«Интересно, – думал Саша, лёжа под клетчатым пледом и доедая третью плюшку с корицей. – Меня бабушка не выдерживает. А Мишку с его капризами выдерживает? И как же Мишка-то это „сю-сю-сю” терпит?»

За завтраком Миша с трудом впихнул в себя охотничьи колбаски и совсем немного поел баклажанной икры. Сами по себе колбаски были ничего, вкусные, но мама всегда говорила, что для детей такая пища вредна и опасна, и поэтому сразу после еды у Миши заболел живот.

Потом Миша уныло сидел на полу в комнате и составлял из папиных солдатиков разные узоры. Узоры получались какие-то странные. Тётя Ира заглянула в комнату, подмигнула Мише и спросила:

– Ну что, наши побеждают?

Миша вспомнил, что он Саша, схватил в одну руку танк, в другую горсть солдатиков и закричал:

– Ур-ра!!! Я всех победил! Ж-ж-ж! Бум! Бум!

Тётя Ира улыбнулась и снова скрылась в кухне. Прошло ещё какое-то время. Иногда Миша снова принимался кричать про то, что он всех победил, и в конце концов у него заболел не только живот, но и горло. Именно в этот момент тётя Ира закончила хлопотать по хозяйству и сказала:

– Всё, идём гулять!

– Сейчас я игрушки соберу, – сказал Миша. – А где от них коробочка?

– Сашка! Ты ли это?! – изумилась тётя Ира. – Когда это ты игрушки убирал?!

– Ладно, пусть валяются, – сказал Миша.

В парке гуляло много детей и одна белая лошадь, в пруду плавали красивые утки с синими головками, а под деревьями лежали пузатые жёлуди, из которых можно наделать много смешных человечков. Но всё это, увы, не интересовало Сашу. Поэтому Миша с тётей Ирой сразу же направились к аттракционам.

Единственным аттракционом, на котором Миша с удовольствием покатался бы, была малышовая карусель с лодочками, лошадками и оленями. Но тётя Ира прошла мимо неё, даже не замедляя шага.

– Ну что, начнём с машинок? – спросила она. – Ты, конечно, сядешь за руль?

– Нет, – сказал Миша. – Давай сегодня ты за руль.

– Почему? – удивилась тётя Ира. – Ты же никогда мне даже порулить не даёшь!

– Вот сегодня и дам, – решительно сказал Миша.

Потом они катались на машинках, и каждый раз, когда их машинка сближалась или сталкивалась с другой, Миша закрывал глаза и закусывал губу, чтобы не заплакать от страха. Впрочем, рулила тётя Ира хорошо, и сталкивались они редко.

Потом Миша с закрытыми глазами покатался на воздушной карусели (после неё его начало тошнить). Потом на колесе обозрения (он так испугался, запрыгивая в него на ходу, что дальше ничего не видел, и боялся только того, что не успеёт вовремя выпрыгнуть, и так и останется в колесе навсегда). Потом на каких-то качелях (про это Миша уже вообще ничего не помнил). И наконец, они с тётей Ирой подошли к аттракциону под названием «гусеница». По узеньким рельсам на огромной высоте ползали, съезжали с горок и забирались наверх маленькие жёлтенькие вагончики. Из вагончиков неслись испуганные вопли детей.

– Я не поеду! – покачиваясь и помаргивая глазами, сказал Миша.

– Сашка, да ты что?! – воскликнула тётя Ира. – Это же самая классная здесь вещь. Посмотри, как они оттуда падают. Я была уверена, что ты будешь в восторге.

– Я не поеду! – повторил Миша и понял, что сейчас заплачет. – У меня живот болит. И тошнит.

– Ого! – сказала тётя Ира. – А я-то и смотрю, что ты сам на себя не похож. Пошли тогда домой. По дороге купим молока и пирожных. Молоко очень от живота полезно, а пирожные – для поднятия настроения.

Миша понял, что аттракционы закончились, отвернулся от страшной «гусеницы» и почувствовал, что ему сразу стало лучше. Даже пирожного захотелось.

Саше надоело лежать, есть и смотреть телевизор. Хотелось сделать что-нибудь интересное. Например, залезть со стола на шкаф и спрыгнуть оттуда на диван. Но ясно, что Мишка просто не сумел бы залезть на шкаф. Да, если честно, то и не захотел бы.

– Бабушка, мне ску-учно! – заныл Саша.

– Сейчас, сейчас, касатик, – бабушка была тут как тут. – Хочешь, я тебе сказочку расскажу?

– Не хочу!

– Тогда книжечку интересную почитаю?

– А у тебя про монстров есть?

– Господь с тобой, Мишенька, какие монстры?! – бабушка вытаращила глаза, и Саша понял, что совершил ошибку. Мишка монстрами интересоваться не мог.

– Я хотел сказать, про медведей, – поправился он.

– Есть, есть про медведей, – обрадовалась бабушка и принесла сборник рассказов про животных.

Под бабушкино чтение Саша начал засыпать. Ему казалось, что это он сам медведь в зоопарке, его посадили в клетку и теперь никогда из неё не выпустят. А бабушка будет за ним ухаживать, носить ему плюшки и тёплое молоко с пенкой…

– Как же я забыла-то! – всплеснула вдруг руками бабушка. – Ты скучаешь, а я же тебе фломастеры новые купила. Сейчас принесу. И альбомчик твой прихвачу. Порисуешь пока, а там и поесть можно…

– Вот! – испугался Саша и сразу проснулся. – Сейчас всё и выяснится. Я же рисовать не умею. А Мишка умеёт. И отказаться нельзя. Что же делать?

Для начала Саша нарисовал радугу. Радуга получилась очень хорошо. Потом стал вспоминать, что же ещё рисует Мишка. Кошек, собак и людей лучше даже не пробовать. Домики! Саша нарисовал три домика и дорожки между ними. Домики валились в разные стороны, а дым из труб был похож на проволоку. Но Саша всё равно остался доволен своим рисунком. Раньше у него и так не получалось. «Ничего, – подбодрил Саша сам себя. – Если я как следует возьмусь, то у меня не хуже, чем у Мишки, получится!» После этого Саша расхрабрился и нарисовал белку, грызущую орешки, динозавра и дерево берёзу. Очень хотелось, пока получается, нарисовать танковую атаку и самолёты над ней, но Миша такого не рисует.

Бабушка через Сашино плечо заглянула в рисунки и долго молчала. Потом спросила:

– Мишенька, а у тебя температуры нет?

Саша понял, что его рисунки бабушке не понравились.

– Нет у меня температуры! Ничего у меня нет! Скореё бы мама приехала!! – закричал Саша и расплакался по-настоящему.

Бабушка заохала и, приговаривая: «Какой же ты, Мишенька, всё-таки нервный!» – побежала в кухню за валерьянкой.

Вечером папа с Мишей и мама с Сашей встретились возле парадной.

– Мишка, я сегодня был тобой! – издалека закричал Саша. – Чуть не умер, честное слово. Одних плюшек с корицей съел сто штук. И валерьянку пил. И ревел всё время. И белочку нарисовал. Только бабушка её за крокодила приняла…

– А я был Сашей, – тихо сказал Миша и внимательно взглянул на брата. – Я играл в войну, ел охотничьи колбаски и катался на аттракционах.

– Повезло тебе! – вздохнул Саша. – Зачем только ты, папа, нас перепутал!

– Да, повезло! – глотая слёзы, возразил Миша. – У меня теперь болит живот, горло, тошнит и голова кружится!

– А мне хочется залезть на самое высокое дерево и прыгнуть оттуда! – подхватил Саша.

– Ну ладно, ладно, мальчики! – сказала мама. – Что было, то прошло. Ты опять Саша, а ты – Миша. А то, что с вами сегодня было, это даже полезно. Раньше вы друг другу часто завидовали. Так?

– Так, – кивнули головами близнецы.

– Ну вот, а теперь вы видите, как хорошо быть самим собой.

– Точно, – сказал Саша. – Папа, раз я теперь опять Саша, можно я вот на это дерево быстренько залезу и слезу?

– Саша, – спросил Миша, – а бабушка тебе новые фломастеры с собой дала или у себя оставила? Раз уж я теперь опять Миша, я бы ими порисовал…

Обсудите с ребёнком после чтения:

1)  Почему оба брата решили побыть не собой?

2)  Почему подражать недостаткам другого оказалось проще, чем достоинствам?

3)  Почему оба обрадовались, снова став самими собой?

4)  Осторожные размышления вслух на тему, что жить следует в соответствии с темпераментом, а не наперекор ему. В идеале ребёнок сам моделирует основные черты своего собственного темперамента (используя Мишу и Сашу как модель). В одном и том же ребёнке вполне может оказаться что-то от Саши и что-то от Миши (если, например, ребёнок – сангвино-флегматик).

Однажды мама Миши и Саши делала салат из помидоров. Вдруг в кухню зашел Саша с хитрым лицом.

– Мама, хочешь, я тебе помогу салат делать? – спросил он.

– Лучше не надо, – ответила мама. В прошлый раз Саша помогал ей месить тесто. Потом тесто долго отскребали с пола, с буфета и даже с лампочки, что уж совсем удивительно.

– Тогда я тебе скажу одну тайну, – предложил Саша.

– Но если это тайна, может быть, её не надо говорить? – предположила мама. – Может быть, её надо хранить?

Саша на мгновение задумался, а потом весело махнул рукой:

– Ну вот и будем вместе хранить!

– Ладно уж, говори, хранитель, – вздохнула мама.

– Знаешь, мама, Мишка – влюбился! – выпалил Саша.

– Да что ты! – удивилась мама. – В кого же?

– В Соньку Коврову из нашей группы.

– В Соню? – тут мама удивилась ещё больше. Соня была крупной рыжей девочкой, выше близнецов почти на голову. Если ей кто-то или что-то не нравилось, она без раздумий колотила обидчика крепкими веснушчатыми кулаками. Мише и даже Саше не раз от Сони попадало. – Ты уверен?

– Да конечно уверен! – Саша даже подпрыгнул на месте. – Он ей все свои булочки на полдник отдаёт, косички заплетает, и мелки свои ей снёс… А мне, помнишь, даже порисовать ими не дал. «Ты, Саша, слома-аешь», – передразнил он брата.

– Ну надо же, как получается, – сказала мама. – Никогда бы не подумала, что Мише может понравиться Соня. Я бы не удивилась, если бы ему понравилась тихая, мечтательная девочка, похожая на него самого. Например, Света Брагинская или Наташа Зорина…

– Вот ещё! – фыркнул Саша и убежал так же неожиданно, как появился.

Мама задумалась. Чувствительный Миша, наверное, нелегко переживает свою любовь к такой необычной и непохожей на него девочке, как Соня. Надо с ним поговорить – решила мама и, заглянув в комнату, позвала Мишу к себе. Миша пришёл и сразу же начал помогать – вымыл укроп, осторожно полил салат маслом из бутылки, достал с полочки соль.

– Миша, – сказала мама. – Ты ни о чём со мной не хочешь поговорить?

– А о чём? – насторожился Миша.

– Нет ли у тебя какой-нибудь тайны, которой ты мог бы со мной поделиться? – продолжала расспрашивать мама.

– Есть, – Миша опустил голову. – Но тайны выдавать нехорошо.

– Ничего, Мишенька, – подбодрила его мама. – Есть такие тайны, тайны чувства, о которых можно говорить с любящими людьми. А ты же знаешь, как я вас с Сашей люблю…

– Правильно! – обрадовался Миша. – Я про это не подумал. Я тебе, мама, сейчас скажу тайну: Сашка – влюбился!

– Сашка?! – изумлённо переспросила мама. В её умных книгах было написано, что у близнецов часто важные события в жизни происходят одновременно. Но до сих пор у её близнецов всё происходило наоборот. – В кого же он влюбился – в Соню?

– Почему – в Соню? – в свою очередь удивился Миша. – В Наташу Зорину.

– Вот это да! – засмеялась мама. Наташа Зорина была самой тихой и робкой девочкой в группе. Правда, пожалуй, и самой красивой – золотистые кудри и голубые глаза делали её похожей на дорогую куклу. – Как же они договорились?

– И ничего смешного! – обиделся за брата Миша. – Сашка её от всех защищает, и на второй этаж по пожарной лестнице влез (его потом наш дворник снимал), и каштанов для неё за оградой собрал (Клавдия Николаевна его потом до конца прогулки за руку держала), а Наташа всё равно его боится и разговаривать с ним не хочет…

– Да-а, – сказала мама. – Тяжёлая ситуация…

– Да уж, – сказал Миша. – Сашка прямо как бешеный делается, кидается на всех, орёт, но её ни разу пальцем не тронул…

– Любовь, – вздохнула мама и прикрыла глаза. – А у тебя с Соней…

– А у меня с Соней по-разному, – тоже вздохнул Миша. – Иногда она со мной играет, а потом надоест – колотит. Я не знаю…

– Ну, это ещё ничего, это не безнадёжно, – подбодрила мама.

– Ты так думаешь? – Миша опять вздохнул. – Может, мне карате заняться? Ей каратисты нравятся. Она и сама может… А Сашка вчера салфеточку вышивал. С девчонками. Представляешь?

– С трудом, – призналась мама. – Как, впрочем, и тебя каратистом. Может быть, погодить пока немного, а?

– Может быть… – уныло согласился Миша.

В садиковской раздевалке шептались три девчонки.

– А мне Мишка вчера опять три наклейки принёс, – сказала рыжая Соня.

– А Саша на дерево влез, – прошептала Наташа. – И сказал, что не слезет, пока я его не попрошу.

– Здорово! – восхитилась Лиля Соломина. – Повезло вам. Мне никто наклейки не дарит, только мама с папой.

– А я вот что хотела сказать, девочки, – голос золотоволосой Наташи был едва слышен. – Только ты, Соня, не сердись. Мне вообще-то Миша нравится. Он такой тихий, умный, вежливый… И рисует так красиво…

– Чего ж тут сердиться! – фыркнула Соня. – Я, если хочешь знать, сама в Сашку влюблена. Он такой смелый, как в телевизоре. Я иногда представляю: вот если бы что случилось и он бы меня спас. Или я его – это всё равно. А потом мы пошли бы на закат, как в том фильме, забыла, как он называется…

– Да-а, – вздохнула Лиля Соломина и по-взрослому покачала головой. – Нет в мире совершенства…

Обсудите с ребёнком после чтения:

1)  Почему (за что) Мише понравилась Соня, а Саше – Наташа? (Идея взаимодополнительности характеров.)

2)  Что делали мальчики, чтобы понравиться своим избранницам?

3)  Какие действия могли бы привести их к успеху?

4)  Обсуждение проблемы «понравится» в контексте темпераментов. Основная идея: разным людям нравятся разные вещи. Кое-что можно предугадать.

Однажды в гости к Мишиной и Сашиной маме пришла тётя Света. Мама с тётей Светой сидели на кухне, пили кофе и разговаривали. Саша играл в комнате в войну, а Миша, который всегда интересовался взрослыми разговорами, сидел в кухне на низенькой скамеёчке. Мама и тётя Света его не прогоняли, потому что Миша сидел очень тихо и разговаривать взрослым не мешал.

– Я думаю, тебе не следует этого делать, – сказала тётя Света.

– Почему? – спросила мама.

– Не знаю. Просто у меня дурное предчувствие, – тётя Света нахмурила брови, а Миша спросил:

– А что такое предчувствие?

– Это когда чувствуешь, что что-то должно случиться, но не знаешь – что и когда, – объяснила тётя Света.

– А хорошие предчувствия бывают? – спросил Миша.

– Конечно, – засмеялась мама. – Разве ты не знаешь? Ты же у меня очень чувствительный.

– Знаю, – подумав, сказал Миша. – Вот сейчас у меня хорошеё предчувствие пирога на ужин.

– Это просто тесто подходит и пахнет, – сказала тётя Света, но Миша её уже не услышал. Он ушёл в комнату рассказать Саше про предчувствия. Сашу предчувствия не заинтересовали.

– У меня такого не бывает, – сказал он брату. – Давай лучше ты будешь бандитом и прятаться под диван. А я буду полицейский и тебя ловить.

– Я не хочу быть бандитом, – сказал Миша и задумался.

Спустя несколько дней утром Миша разбудил брата.

– Саша, проснись, – испуганно сказал он. – У меня, кажется, предчувствие. А у тебя нет?

– У меня сон только что убежал, – сердито сказал Саша. – А никаких предчувствиев у меня вообще не бывает – я ж тебе уже говорил. А про что оно у тебя-то?

– Да я сам не знаю, – чуть не плача отвечал Миша.

– Но хоть хорошеё или плохое? – не унимался Саша.

– Не зна-аю. – В Мишиных глазах уже показались прозрачные слезы.

– Да погоди ты реветь, – с досадой сказал Саша. – Сейчас встанем и увидим, что ты там предчувствовал. Может быть, ещё ничего страшного и не будет.

Все утро, весь день в садике и весь вечер мальчики ждали, когда сбудется Мишино предчувствие. На прогулке Саша упал с качелей и набил себе шишку на лбу.

– Не про это предчувствие? – спросил он у брата.

– Нет, не про это, – Миша помотал головой.

На полдник в садике дали омлет, который оба брата просто терпеть не могли.

– Наверное, это было предчувствие про омлет, – предположил Саша.

Миша подумал и опять отрицательно покачал головой.

Вечером из командировки приехал папа и подарил Саше новую машинку, а Мише – головоломку в коробочке.

– Ну, теперь всё ясно, – облегчённо вздохнул Саша. – Твоё предчувствие было про папу и про подарки.

– Может быть, – неуверенно сказал Миша. – Но кажется, всё-таки про что-то другое.

После душа братьев уложили спать. Саша уже начал засыпать, когда Миша вдруг сел на кровати и закричал:

– Предчувствие, Саша, предчувствие!

– Где? Что? – Саша тоже сел и закрутил головой.

– Не знаю. Там. Где-то. – Голос у Миши был взволнованный и испуганный.

– Не бойся! – Саша решительно соскочил с кровати, подбежал к окну и распахнул задёрнутые на ночь занавески.

Некоторое время Саша молчал, а Миша на кровати пугался всё больше и больше.

– Мишка, вот оно, – почему-то шёпотом сказал Саша. – Вот оно – твоё предчувствие. Иди сюда, погляди сам.

Миша осторожно слез с кровати и подошёл к брату.

Крыши, двор, машины во дворе, деревья – всё, что раньше было чёрным и серым, теперь переливалось синим, голубым, серебряным и фиолетовым цветами. Братья молча смотрели в окно. На улице выпал первый снег.

Обсудите с ребёнком после чтения:

1)  Что же на самом деле предчувствовал Миша?

2)  Бывают ли у слушателей подобные предчувствия?

3)  Призыв прислушиваться к этому голосу интуиции (у детей из-за недостатка информации интуиция очень развита, но взрослые почему-то считают своим долгом заглушить её. Это вредно и неадаптивно). Следует привести примеры из собственной жизни или известные вам истории, когда интуиция помогала людям, том числе и спасала жизнь. Напоследок надо вслух признать интуитивное познание как реально существующую вещь.

Однажды у Саши и Миши в детском садике объявили, что скоро будет Новый год и прямо завтра все начинают к нему готовиться. Там будет спектакль, встреча Деда Мороза и Снегурочки, разгадывание их загадок, получение подарков и ещё отдельно танец снежинок – для девочек и танец с саблями – для мальчиков.

Саша и Миша оба очень заволновались.

– Надо маме обязательно про Новый год рассказать. Что он уже скоро, – сказал Саша. – А то вдруг она не знает?

– Знает, наверное, у нас же на стенке календарь с котятами висит, – рассудительно сказал Миша. – Это ведь только ты, Саша, календарь не понимаешь и все месяцы по порядку запомнить не можешь, а все остальные люди, и мама, конечно, тоже – понимают.

Тут Саша понял, что брат в очередной раз обозвал его дураком, и хотел его стукнуть, но Миша увернулся, отбежал в сторону и начал нараспев повторять названия месяцев, которые Саше действительно никак не давались, он всё время путал их количество и порядок.

– …январь, февраль, март, апрель…

– А вот, если ты такой умный, скажи тогда, через сколько дней будет Новый год? – перебил брата Саша. – Я сейчас на пальцах запомню и буду каждое утро по одному пальцу отгибать. И когда последний отогнётся – тут тебе и Новый Год.

Миша смутился, потому что так точно посчитать дни он ещё не мог. Тогда Саша сразу высунул язык и начал дразниться. Миша уже хотел заплакать, но тут воспитательница сказала собираться на прогулку, а там и мама за мальчиками пришла.

– Мама, мама, ты знаешь, скоро у нас будет Новый год! – радостно бросился к ней Саша, обхватил маму обеими руками и даже немного потряс, чтобы она как следует развеселилась от такого великолепного события. Мама ухватилась рукой за спинку скамейки, чтобы не упасть, и подумала, что всё-таки Саша – очень сильный мальчик.

С трудом отцепив от себя Сашу, мама огляделась и увидела, что второй из близнецов стоит поодаль и горестно всхлипывает.

– Миша, ну что у тебя опять случилось? – вздохнула она.

– Дед Мороз и Снегурочка мне подарков не дадут! – выпалил Миша и залился слезами.

– С чего ты это взял?! – хором удивились мама и Саша.

– Там… там, Клавдия Николаевна сказала, надо будет сначала загадки отгадывать… а я буду стесняться и ничего не скажу… и мне подарков не даду-ут…

– Какие глупости! – сердито сказала мама, но про себя подумала, что вот какое у Миши хорошеё прогностическое мышление, а у Саши его нет совсем, он сначала делает, а уж потом думает, и если бы одно и другое сложить и разделить пополам…

– Ерунда! – твёрдо сказал Саша. – Ты сейчас не плачь, Миша. Я буду отвечать Деду Морозу за нас обоих, а ты будешь мне подсказывать. А потом я скажу, что мы хотя и одинаковые на вид, но на самом деле нас две штуки и поэтому нам нужно два подарка.

Тогда Миша перестал плакать, а мама радостно подумала, что, кажется, под Мишиным влиянием прогностическое мышление у Саши тоже всё-таки немножко формируется, и все они пошли домой.

В спектакле к Новому году Саша очень-очень хотел получить главную роль – Храброго Зайца. Он сказал воспитательнице:

– Ну посмотрите сами, Клавдия Николаевна, это же роль прямо про меня! Я и есть Храбрый Заяц!

Клавдия Николаевна согласилась и даже дала ему попробовать, но в конце концов роль Саше всё-таки не досталась. Главный персонаж в спектакле – это же нужно много стихов учить, а Саша ленился и забывал слова, а когда забывал, то начинал импровизировать – то есть выкрикивать вместо положенного по роли все что в голову придёт. Например, по роли заяц должен сказать так:

А Саша с самого начала забыл сложное слово «боязно» и закричал:

– Пути не страшные искать – мне это дело наплевать!

Тут все дети засмеялись, а Саша надулся и сказал: «Ну всё равно же в рифму!»

Клавдия Николаевна очень хотела бы дать главную роль в спектакле Мише, потому что он буквально с первого раза все стихи выучивал, но Миша на сцене очень тихо говорил и смотрел только в пол…

В конце концов главная роль Храброго Зайца досталась Боре. Саша разозлился и даже немножко с Борей подрался (но потом они помирились, потому что вообще-то были друзьями), а Миша обрадовался, что от него все отстали.

Саша стал Волком. Там стихи учить почти не надо, а надо в основном рычать. Саша на репетициях рычал так достоверно и так страшно гримасничал и размахивал руками, что некоторые девочки визжали и убегали.

Миша сначала был никем, а потом Клавдия Николаевна сама придумала ему роль лягушки. Он сидел на листике, растопырив коленки, ничего по роли не делал, но поскольку быстро выучил наизусть весь спектакль целиком, то шёпотом подсказывал всем детям, которые забывали свои слова.

– Ты у нас очень полезная лягушка, Мишенька, – говорила Клавдия Николаевна и гладила его по голове.

Танец с саблями, который мальчики готовили для Деда Мороза, Снегурочки и родителей, очень нравился Саше и совсем не нравился – Мише.

– Я не хочу прыгать и саблей размахивать, – говорил он после каждой репетиции. – Это опасно.

– И совсем не опасно, а очень весело, – возражал Саша. – А музыка какая!

– Это композитор Хачатурян, – говорил Миша. – Но я всё равно лучше бы снежинку танцевал. Там хоть плавно и красиво.

– Ну что ж поделаешь, – пожимал плечами Саша. – Раз уж ты у меня не сестра, а брат получился.

Он, конечно, танцевал в первом ряду и хотел, чтобы в самой середине. Но Клавдия Николаевна поставила его с краю – так ей казалось менеё опасно, хотя сабли у мальчиков были картонные. Но очень уж Саша всегда увлекался.

Дома Саша показывал родителям танец с саблями с ручкой от швабры. А Миша показывал Главную Снежинку, которая вела за собой весь рой и которую в садике танцевала Рыжая Соня.

– А можно я в садике вообще танцевать не буду? – спрашивал Миша у мамы и папы.

– Наверное, нет, – переглядывались родители. – Ведь это нехорошо, если все будут танцевать, а ты – сидеть на скамеёчке. Что с тобой не так? Тебе надо учиться быть в коллективе. И Клавдия Николаевна расстроится…

– Ну ладно… – вздыхал Миша и на репетициях всегда становился во второй ряд в угол.

Наступил день спектакля. Мама и папа вымыли и причесали мальчиков. Миша выглядел красиво и аккуратно, а у Саши на новой белой рубашке откуда-то взялось пятно. Мама расстроилась, но Саша сказал, что это ерунда и он будет его локтем прикрывать.

Спектакль прошёл очень хорошо. Саша-волк в маске рычал так, что зайцы очень натурально разбегались, и даже первый ряд родителей отшатывался назад. Ушастый заяц Боря два раза забывал слова, но лягушка-Миша со своего листика ему благополучно подсказывал.

В конце все родители громко хлопали, Саша взял Мишу за руку, поднял его с листочка и вывел на поклон.

Дальше все пошли переодеваться – девочки в снежинок, а мальчики в танцоров с саблями.

И тут случилась заминка. У Рыжей Сони вдруг заболел живот, и она со слезами на глазах сказала, что её тошнит и она не сможет танцевать.

– Ну вот, а я же тебе вчера говорила! – сердито сказала мама Рыжей Сони. И объяснила Клавдии Николаевне, что вчера они с дочкой ходили на ёлку во дворец культуры, там детям давали подарки и Соня за один вечер, как её ни останавливали, съела полкило конфет, вафель и шоколада. И вот теперь, пожалуйста, результат… Праздник испорчен. Придётся нам прямо сейчас домой идти…

– Ну может, ты просто в туалет сходишь и ничего? – с надеждой спросил Соню Саша.

Соня, держась руками за живот, посмотрела на Сашу влюблёнными рыжими глазами, наполненными голубыми слезами, и грустно сказала:

– Нет. Тут даже ты не сможешь меня спасти. Я всех подвела. Даже Деда Мороза и Снегурочку. Ведь кроме меня, никто не сможет снежинок вести…

Саша мгновение подумал, потом вдруг подпрыгнул прямо на месте и крикнул:

– А вот это мы ещё посмотрим! Сонька, давай сейчас сюда свой костюм и ни о чём не волнуйся! Я всё устрою!

Взрослые ничего не поняли, а Саша сгрёб Сонин костюм и с ним побежал из спальни в угол группы, за шкаф, туда, где переодевался Миша.

– Вот! – кинул он к ногам брата юбочку в блёстках, газовую накидку и кокошник. – Надевай! Сонька заболела! Снежинок поведёшь ты! У тебя получится, я знаю!

– Ты что, Саша, с ума сошёл?! – отшатнулся Миша.

– Давай! Быстро! – не отставал Саша. – Ты же в Рыжую Соню влюблён! Спасёшь её сейчас и будешь её героем! И всех спасёшь!

Заиграла медленная хрустальная музыка. Маленькими шагами, красиво вскидывая руки и огибая украшенную ёлку, на сцену ручейком вылились переливающиеся голубым и серебряным снежинки. Закружились, синхронно приседая и выпрямляясь.

Высокий Дед Мороз и Снегурочка в пушистой шапке, стоящие с мешком у ёлки, удивлённо переглянулись. Снежинок уверенно вёл маленький симпатичный мальчик в высоком кокошнике.

Клавдия Николаевна напряжённо улыбалась. Родители переговаривались и что-то дружелюбно объясняли друг другу. А вот мальчишки, столпившиеся с саблями в углу группы и ждущие своей очереди танцевать, начали смеяться и указывать пальцами:

– Мишка-девчонка, Мишка-девчонка! Хлюпик-снежинка! Смотрите, сейчас растает!

Миша услышал насмешки и сбился с шага. Рой снежинок замер и остановил своё кружение.

И вот тут, бешено размахивая картонной саблей, вперёд вылетел Саша и запрыгал перед всеми, крича:

– Это мой брат! Он лучше вас всех танцует! И не ваше дело – кого!

Музыкальная руководительница на мгновение замерла, а потом ударила по клавишам пианино, и зазвучал Хачатурян – «Танец с саблями». Саша мигом вошёл в ритм. Несколько мгновений он танцевал в одиночку, а потом Боря, а за ним и остальные мальчики присоединились к нему. Миша поднялся на цыпочки, взмахнул руками и элегантно увёл снежинок за ёлку.

Когда танец закончился, родители потребовали близнецов на авансцену и аплодировали им стоя. Клавдия Николаевна осторожно вытирала глаза. Дед Мороз и Снегурочка, которым к тому времени уже всё объяснили, громко хлопали варежками.

А потом был хоровод вокруг ёлки и загадки (Миша их не отгадывал совсем, а Саша отгадал всего одну), и всем-всем подарили подарки. Саша даже вспомнил и взял подарок для Рыжей Сони, но потом отдал его Мише, сказав: «А то ведь я не удержусь и сам его съем».

А Рыжая Соня в это время дома уже немного пришла в себя и делала новогодние подарки – аккуратно рисовала и закрашивала два красных сердца – одно для Миши и одно – для Саши.

Новый год был уже совсем близко.