И были они ведьмососедями

Кейт Прайор

1

Когда была зажжена последняя свеча, разложенное перед ней заклинание начало светиться. Низкий гул прокатился сквозь ночь, покалывая кожу, воздух зазвенел от магии. Астрид откинула капюшон и прищурилась в темноту.

— А мы, кажется, договаривались не опаздывать на ритуал на пятнадцать минут из-за латте?

С другой стороны поляны из теней вышел силуэт, действительно держа в руке бумажный стаканчик.

И он был полностью одет.

Астрид возмутилась. Некоторые люди знали, что на ритуал надо являться обнаженными, как и требовало приглашение, а некоторые были Джейсоном.

Под длинным черным плащом у нее замерзали сиськи, потому что в середине октября было зябко, градусов пять. Конечно, Джейсон явился в своих джинсах, футболке с логотипом группы и фланелевой рубашке с закатанными рукавами, выглядя куда уютнее, чем имел на то право. Это был парень, с которым ей приходилось делить аренду.

Джейсон закатил глаза.

— Значит, это мне, — пробормотал он, поднося бумажный стаканчик ко рту.

Астрид прищурилась.

— Что?

Он просто промычал что-то, делая длинный глоток того, что было в стакане, наверное, просто тянул время, чтобы еще сильнее ее разозлить.

Когда он не ответил, она вздохнула и начала расстегивать плащ.

— Давай просто покончим с этим.

— Можно было просто отправить имейл, знаешь ли, — проворчал Джейсон, доставая из кармана приглашение. Оно превратилось в срочное напоминание — бумага сложилась в птицу и клевала его. Он щелкнул пальцами, и та рассыпалась облачком пепла.

— Вообще-то нет, ритуал требует двоих. И ты пометил мою почту как спам.

Он не стал этого отрицать, просто начал стаскивать с себя верхнюю одежду.

У Джейсона были длинные, очень длинные, черные волосы, гладкие, как занавес, спадающие на плечи, когда он скидывал штаны. Такой, знаете, либо надеется попасть в массовку ремейка «Властелина колец», либо сниматься в рекламе L'Oréal.

Хорошо, что он был по ту сторону круга призыва. Полнолуние — время, безусловно, освобождающее.

Освобождающее в плане аренды на башню, напомнила себе Астрид. Ритуал по удалению ее подписи с фундамента башни можно было провести только в полнолуние, и ей нужна была магия другого арендатора, чтобы разорвать контракт.

Несколько месяцев назад местный совет вывесил уведомление о назначении ведьмы для решения всех магических проблем в жилом секторе. Однако в агентстве недвижимости слишком ясно дали понять, что ни у кого из них нет средств арендовать традиционную ведьмину башню в одиночку.

Ее отремонтировали в конце прошлого века, но отнюдь не так, чтобы сделать пригодной для совместного проживания. Горячая вода в его душе кончалась, если она включала посудомойку, а он слышал сквозь слишком тонкие стены, когда у нее было свидание, и она вечно могла жаловаться, что вся квартира провоняла, когда у него в мультиварке варилось какое-нибудь зелье.

Год и один день, и Джейсон уберется ко всем чертям, пообещала она себе в тот самый час, когда встретила его. Она продержалась столько, но еще одна неделя с ним была бы перебором.

Этому городку на самом деле хватит всего одного колдуна. Придется просто уступить это место Джейсону, как бы она этому сопротивлялась. Придется просто двигаться дальше и искать место, где нужна одна-единственная ведьма и где не требуется двойной доход, чтобы сводить концы с концами. Надеюсь, она найдет что-то получше, чем жить в пряничном домике.

Она тряхнула волосами по привычке, выдающей волнение, и отбросила плащ в сторону. Астрид выпрямила спину и расправила плечи. Нельзя позволять ему себя отвлекать.

Ведьма и колдун возложили руки на края заклинания, и через несколько мгновений земля под ними начала проваливаться в круг, грохоча, когда под поверхностью что-то сдвинулось. Когда пыль осела, из центра показался фундаментный слой башни, с вырезанными на нем подписями их обоих.

Астрид стиснула зубы и развела руки шире, чтобы лучше ухватиться за заклинание. Магию трудно направлять, даже в самых лучших условиях.

— Не так делай, — крикнул Джейсон с другого конца круга, будто он знал лучше. Он занимается этим столько же, сколько и она, на секундочку.

— Я знаю, что делаю… — огрызнулась Астрид, когда жила мерцающей магии, извивающаяся сквозь корень, дернулась и лопнула.

Взрыв энергии отбросил ее назад, в траву, свет ярко на секунду вспыхнул и погас.

Несколько мгновений Астрид могла только созерцать полную луну в вышине, медленно приходя в себя.

— Ты в порядке?

— Уф. Лучше не бывает, — крикнула она в ответ, убирая волосы с лица, когда снова смогла сфокусироваться на поляне.

Просто безумие, как великолепно выглядят ее сиськи сегодня вечером.

Астрид нахмурилась. Это была странная мысль, определенно не входившая в список ее приоритетов. Она взглянула вниз и оценила: несмотря на то, что от холода соски затвердели, сиськи и правда выглядели неплохо, учитывая, что на ней не было пуш-ап лифчика.

Нет, это из-за холода, снова пришла та странная мысль. А после паузы: Она носит пуш-ап?

Астрид нахмурилась, прежде чем оторвать спину от травы. Джейсон тоже начинал подниматься с того места, куда его отбросило заклинание. Он смотрел на нее, и в его взгляде читалось то же недоумение, что и у нее.

Ритуальная земля под ними была выжжена, но ее подпись на договоре аренды осталась.

А, черт. Теперь она еще обвинит меня в том, что я испортил ее заклинание.

Астрид моргнула. Он не произносил этого вслух.

Их взгляды встретились, и в его глазах вспыхнуло осознание. Затем они скользнули вниз на долю секунды. Сиськи.

2

Джейсону не нужна была телепатическая связь, чтобы знать: Астрид его ненавидит.

— Ради всего святого, хватит пялиться на мои сиськи, — пробормотала Астрид с другой стороны письменного стола Джейсона, нервным жестом убирая волосы с лица. На ее коленях был раскрыт тяжелый том, но ни книга, ни тонкая футболка, в которую она облачилась, не закрывали ему обзор.

Он устал не меньше ее, но никто из них не собирался ложиться спать, пока не найдет решение. Конечно, его мысли убегали каждые несколько абзацев, невозможно же сосредоточиться, когда она сидит вот так, а ее мысли громкие, будто она читает вслух.

Он как раз начал размышлять, не удастся ли убедить ее, что одна из его мыслей — ее собственная идея. И идея эта заключалась бы в том, чтобы оставить его в покое.

— Не сработает, идиот, — огрызнулась она.

Бля. Жаль, я сама до этого не додумалась. У меня бы гораздо лучше вышло убедить его.

Она взглянула на него, сверкая глазами, скрестив руки на груди, ища, к чему бы придраться в ответ, когда поняла, что он, должно быть, уже услышал ее.

— Слышать, как ты планируешь меня оскорбить, — это нечто особенное.

— Просто исправь это. Мы бы не вляпались в это дерьмо, если бы ты не сбил мою концентрацию.

Вряд ли дело было в этом. Ритуал, который она выстроила, выглядел немного странным, но она так торопилась, что он особо не вникал.

— Это вообще было правильное заклинание для разрыва нашего контракта? Оно не должно было реагировать так, будто мы засунули вилку в микроволновку.

Вспышка возмущения тем, что он посмел предположить, будто она использовала не то заклинание, ударила по нему так же остро, как если бы это было его собственное чувство.

Не нужно думать о чем-то И говорить это вслух. Здесь как эхо, — отозвалась она, и он буквально почувствовал, как она закатывает глаза через эту связь.

Джейсон отвернулся от нее в кресле, ища мгновения покоя. Его взгляд упал на клочок бумаги, наполовину засунутый в ящик стола. Полумысль, едва оформившаяся в голове, прежде чем он ухватился за нее и напряженно задумался. Черт, нельзя, чтобы она это увидела.

Он засунул обе руки в ящик едва ли на секунду, прежде чем закрыть его, затем встал и сделал два шага в сторону.

Астрид, как и следовало ожидать, моментально оказалась в его кресле, как только он его покинул, и выдвинула ящик. Она пробежала взглядом по содержимому, и не заметила, как он схватил кресло за спинку и покатил ее к двери.

Джейсон задвинул засов в тот самый миг, как кабинет опустел, и замер, прислушиваясь к ее возмущенному визгу. Этот звук чуть не заставил его ухмыльнуться.

— Впусти меня обратно! У нас нет времени на твои игры, я не вынесу еще одного дня такой жизни!

— Мы ничего не решим вот так. Занимайся исследованиями в своей комнате, — Джейсон вздохнул и опустился в кресло. Дерево жалобно скрипнуло с таким же смирением, и он начал листать указатель в своем гримуаре, выискивая любые упоминания о слиянии разумов.

Слышать мысли Астрид было все равно что слышать ее голос в комнате, но одновременно и яснее, и тише. Было легко игнорировать то, что она говорила, если сосредоточиться на своих собственных мыслях.

А она думала постоянно. Ее разум безостановочно перескакивал с одной темы на другую, словно фигуристка, скользящая от одного элемента к другому. Казалось, она сама комментирует свою жизнь, потом ведет ток-шоу, потом прокручивает все возможные варианты спора неизвестно с кем. Это никогда не прекращалось.

Прости, но я не судила тебя за все эти долбанные паузы между твоими мыслями, — пришло из ниоткуда, заставив его вздрогнуть и оторваться от стола.

Дверь была все еще закрыта, и физически ее там не было, но ментально она никуда не делась.

Джейсон пересек пустую комнату к своему рюкзаку у двери. Он выудил оттуда наушники и воткнул их в телефон. И включил музыку.

Фу, это что, папин рок? — снова раздался ее голос, едва прошло несколько секунд песни, но на этот раз музыка помогала приглушить слова, хотя ее презрение все еще ощущалось через связь.

Будешь жаловаться — переключу на разговорное радио, — быстро подумал он в ответ и ощутил волну ее отвращения.

Никогда раньше он не слышал так много от Астрид. Его не удивляло, что у нее, кажется, есть мнение обо всем, на что она когда-либо смотрела, но оно никогда не было таким детальным и обширным, словно в нее можно было нырнуть, как в бассейн, словно она была целой вселенной.

И все же работать с Астрид было невозможно. Она могла быть настолько же раздражающей, насколько и умной. Находиться в одной комнате и слышать мысли друг друга было невыносимо.

С тех пор как они стали соседями, казалось, Астрид была настроена путаться под ногами. Он быстро усвоил: как только слышит, как она топает наверху, нужно ускользнуть на другой этаж и обойти всю башню, если потребуется. Каждый раз, когда он ее видел, она встречалась с ним взглядом, как лиса, преследующая кролика, а ему совсем не нравилось чувствовать себя кроликом, отчего сердце начинало биться чаще.

Она, наверное, уже это заметила. Если не после ритуала, то после того, как каждый раз, стоило ему закрыть глаза, перед ними возникал образ того, как она сбрасывает тот плащ в туманном полуночном воздухе…

Джейсон чуть не закатил глаза на самого себя. Именно сейчас совершенно неподходящий момент, чтобы на этом зацикливаться.

3

Астрид устроилась в ванне, теплая, неглубокая вода плескалась у ног.

Это было в сто раз хуже, чем просто жить с ним. Можно подумать, он просто поселился у нее в голове. Даже если им сейчас удастся разорвать договор аренды, неужели она обречена вечно жить с ним внутри? Сможет ли она уехать из страны и все еще слышать его? Или он вечно будет говорить где-то в уголке ее сознания?

По крайней мере, сейчас выходные. Она понятия не имела, как собирается работать с Джейсоном в голове, осуждающим сам образ ее мышления.

Но и до этого, она едва ли могла хоть чего-то достигнуть без его вмешательства. Всего один раз она чуть не столкнула его в местный колодец желаний, когда он пытался его наполнить, и теперь он не давал ей даже приготовить зелье, не оспорив каждый ингредиент.

Эхо музыки Джейсона стихло, его мысли на задворках ее сознания притупились. Она чувствовала, как удобно ему в постели, то явное удовольствие, с которым он таял в матрасе, засыпая.

Наконец-то.

Ей тоже стоило пойти спать, но она не знала, когда еще у нее будет возможность побыть одной. Если один из них без сознания, может, и выдастся минутка уединения.

Она любила ванны, особенно с добавлением трав и солей. Розмарин для красоты и молодости, сирень для успокоения, немного английской соли для удовольствия. Словно зелье, где она сама была ингредиентом.

Астрид вздохнула и откинулась в ванне, позволяя воде согревать себя. Она рассеянно играла с одним из сосков, доводя его до напряжения, и легкое удовольствие пробудило знакомую пульсирующую истому глубоко внизу живота.

Это была еще одна вещь, помимо гигиены, которая теперь становилась сложнее. Кто знает, когда у нее будет еще один шанс доставить себе удовольствие без того, чтобы Джейсон слышал? Было уже достаточно паршиво переживать, что он услышит ее вибратор сквозь тонкие, как бумага, стены.

Астрид взяла мыло с собой в ванну, окунула его в воду и провела по телу.

Затем возник проблеск мысли, не принадлежавшей ей.

Астрид замерла, прижимая руку к груди, стараясь ни о чем не думать. Джейсон проснулся?

Следующее, что она уловила, не было четкой, связной мыслью. Оно было смутным, больше ощущения и образы, чем слова: чувственные прикосновения, ощущение мягкой плоти в его руках.

Конечно, влажные сны от Джейсона.

Она знала, что не должна этого видеть, но никак не могла не смотреть. Может, стоило пойти разбудить его?

На мгновение Астрид показалось, что она увидела в зеркале обнаженную себя, но зеркало было слишком запотевшим, чтобы отражать как следует.

Она нахмурилась, поняв, что смотрит на себя с другого ракурса. Со стороны. Астрид взглянула на дверь, но замок все еще был закрыт.

Джейсону снилась она.

4

Мне тоже нужно в прачечную. У меня носки кончились, — пришла мысль Астрид, как раз когда Джейсон закидывал только что снятые с постели простыни в стиралку по причинам, о которых он предпочел бы не думать. Она, должно быть, услышала, как он гадает, не нужно ли им еще стирального порошка.

Кидай, я через минуту запущу, — отправил он в ответ. То утро было странным. У них никогда не было столько цивилизованного взаимодействия — она сообщила ему, что срок годности молока в холодильнике истек, а он ответил, что есть новый пакет, спрятанный за коробкой с пиццей. Когда он почувствовал ее восторг от запаха бекона, который жарил, то добавил на сковороду еще пару полосок, и не прошло и десяти минут, как она спросила, не приготовить ли ей кофе на двоих.

Утром после завтрака они вполне осознанно старались избегать друг друга, насколько могли: она просматривала свои многочисленные списки, рылась в бардаке в комнате в поисках фолианта с заклинанием для разрыва аренды.

Он предпочел еще один день в кабинете, пролистывая столько книг по теме, сколько мог найти.

Одиночество, однако, длилось недолго.

— Доброе утро, Астрид, — сказал он, когда она вошла в кабинет. Он постарался не заметить, как она от удивления моргнула и даже с каким-то теплом восприняла приветствие. Она быстро отвела взгляд.

Ее мысли, проносящиеся мимо, заполнили его голову, пока она сосредоточила внимание на витрине. Там были гроздья кристаллов, светящихся внутренним светом, бутылочки с мутным содержимым, движущимся в тенях, множество инструментов в футлярах, некоторые перевязаны туже других.

На мгновение Джейсон задумался, сделает ли он хуже, если просто позволит ей работать здесь, вместе с ним, раз уж ему все равно приходится слышать ее без остановки.

— Конечно нет, — проворчала она и, к счастью, оставила эту тему.

Проблема была в том, что у нее, очевидно, был день стирки. Единственная оставшаяся чистая футболка была маловата, подчеркивая мягкую округлость ее живота и не скрывая ни единой детали груди. Она откопала длинную парящую юбку, которая хоть и скрывала ноги, но двигалась вместе с ней, намекая на их мягкие очертания, отчего у него пересохло во рту. Он сглотнул и изо всех сил старался не думать, не закончилось ли у нее и чистое белье.

Книга, книга, книга. Читаю сейчас. Прямо сейчас, — подумал он, надеясь, что она не обращает внимания.

Он наблюдал за Астрид краем глаза, пока она порхала от одной книжной полки к другой, заглядывала в шкафчики, осторожно тыкала во все, что не было защищено стеклом. Ее мысли проносились слишком быстро, чтобы он мог уловить их все.

Пока она стояла к нему спиной, Джейсон попытался поправить эрекцию, начинавшую натягивать его спортивные штаны, неудобно упираясь в ткань. Ему отчаянно хотелось погладить себя.

— И-ип! — Астрид издала внезапный короткий звук, шагнув назад.

Джейсон поймал себя на том, что наполовину вскочил, оперевшись на стол. Он почувствовал легкую дрожь ощущение внизу живота, заставившие его член затвердеть еще сильнее.

— Что-то… э-э, случилось?

— Нет, — легкий румянец вспыхнул на ее щеках.

Он огляделся в поисках того, что могло бы ее напугать, но ничего с полок не упало и не выпрыгнуло.

Он затаил дыхание, ожидая услышать ее мысли, но она просто смотрела на его книжные шкафы, читая названия про себя. И имена авторов. И серийные номера.

Либо она становилась лучше в сокрытии мыслей, либо она просто такая странная.

Джейсон смотрел на нее еще мгновение, но она никак не реагировала на его мысль о том, что она странная, будучи слишком поглощенной названиями книг.

Он медленно опустился обратно, но не смог полностью вернуть внимание к работе. Теперь, когда его возбуждение пробудилось, он чувствовал этот сиреневый аромат, который она носила, и член никак не мог смягчиться достаточно быстро.

Он не мог заставить себя удержать глаза на странице дольше чем на секунду. Его взгляд то и дело возвращался к ней, к тому, как она убирает волосы с лица, чтобы рассмотреть что-то поближе через стекло шкафа.

Он смотрел на ее отражение в стеклянной витрине. У нее снова был тот взгляд, взгляд лисицы, преследующей кролика. Его сердце колотилось в груди. Он прочистил горло, отвлекая ее внимание от какой-то многовековой урны.

— Есть что-то, что выглядит многообещающе?

Она скрестила руки на груди, поворачиваясь к нему лицом, и он не мог не заметить, как это движение приподняло и сжало ее груди.

Один лишь их вид заставил его член дернуться с энтузиазмом, которого его нервы не разделяли.

Она как будто поморщилась, плечи напряглись. Она слегка встряхнулась и села на край его стола.

— Насколько я могу судить, нет. Думаю, лучший вариант — найти книгу с ритуалом, который мы использовали, и пойти от обратного.

— Ее, наверное, здесь нет.

Он смотрел, как она ерзает на месте, изящно закидывая ногу на ногу и чуть покачивая бедрами, и едва не ахнул, почувствовав ответное ощущение, ту маленькую вспышку удовольствия, которую она получила, сжимая бедра. Единственный вариант, который мог бы быть лучше — если бы они сжимались вокруг его члена.

— Что ты делаешь? — он стиснул зубы, чтобы сдержать стон. Она что-то задумала, это он уже понял. Все эти ее маленькие жесты, тихие звуки сводили его с ума.

Она разыгрывала невинность.

— В каком смысле?

Экспериментально, его рука скользнула к члену под столом и быстро провела по нему один раз.

Астрид застыла, сдавленный всхлип вырвался из плотно сжатых губ.

— Ты же понимаешь, что я чувствую, когда ты это делаешь?

— Что наводит на вопрос, — сказала она, но по выразительному взгляду, которым она его одарила, ей не нужно было спрашивать или думать об этом. Она знала, что у него на нее каменный стояк.

Глаза Астрид расширились.

Окей, может, она этого не осознавала.

— Я слышала, как я снилась тебе, голая, — прошептала она, глаза горели любопытством и охотничьим азартом. — Но я хочу знать, почему.

5

За все месяцы их совместной жизни Астрид ни разу не чувствовала, что у нее есть реальное преимущество.

Теперь оно у нее было.

— Я чувствую, как ты думаешь «не думай об этом» на бесконечном повторе. Ты мог бы просто подумать это, и тогда меня бы, наверное, это и не заботило, — пожала она плечами, наслаждаясь этим ощущением. — Но теперь мне вдвойне любопытно.

Астрид удерживала взгляд Джейсона, помедлив мгновение, чтобы полностью рассмотреть его худощавую фигуру, длину его пальцев, то, как он держится.

Его вечно мрачный, невозмутимый взгляд стал жарким.

Она почувствовала, как его колебание на миг усилилось, прежде чем он мысленно отбросил его прочь.

Он отодвинул стул, открывая её взгляду член, торчащий из-под резинки спортивных штанов, твёрдый и раскрасневшийся от желания, рука обхватывала основание.

Её глаза расширились. Даже несмотря на то, что это не отвечало ни на какие новые вопросы, почему-то вид, насколько сильно он возбудился от того, что она просто ходила по комнате, сделал все те маленькие отголоски мыслей и ощущений, которые она получала через их связь, ещё более реальными.

Её брови нахмурились.

— Но ты же меня ненавидишь.

Затем его чересчур внимательный взгляд скользнул к ее бедрам.

Но уже произнося это, она вспомнила все те напряжённые моменты, что были между ними в последние несколько месяцев, и задумалась, у скольких из них были похожие объяснения.

Её любопытный взгляд скользнул по нему, от лица к паху. Она не замечала своего тяжёлого дыхания, пока не увидела, как вздымается его грудь, и не поняла, что тот же румянец, что горел на его щеках, теперь окрашивал и её собственные.

— Ты пробираешься мне под кожу, — процедил Джейсон сквозь зубы, и в его голосе, полном раздражения, зазвучала мрачная, темная потребность. — Ты вечно на шаг впереди меня, ты даже снишься мне.

— Я не пыталась… — начала она и осеклась на полуслове, со вдохом выгнув спину. Он открыто сжал рукой член, и она в ответ качнула бёдрами, сильнее вжимаясь в стол.

Затем его чересчур внимательный взгляд скользнул к её бёдрам.

Она почувствовала его удивление: последнее, чего он ожидал, это что она откинется назад на его столе, приподнимет юбку и раздвинет колени, открывая ему свою влажную киску.

Она всегда была готова поднять ставки в их игре.

Джейсон замедлил движения, и ни один из них не мог скрыть явного удовольствия, которое они испытывали в ответ на то, как другой ласкал себя.

— Еще, — проскулила она голосом полным желания, ее глаза были прикованы к его члену, пока она проводила пальцами между складок, смачивая их, чтобы погладить клитор.

Он двигал рукой быстрее, чувствуя ощущения ее восхитительной влажной киски на своих пальцах так же отчетливо, как чувствовал свою руку, ее груди вздымались с каждым толчком, реагируя так, будто он трахал ее. Она жила тем, как каждое ее движение влияло на него, одна рука скользнула под рубашку, чтобы поиграть с соском, чувствуя его голодный взгляд.

Новая волна возбуждения ударила по ней, разогревая кожу, когда она ощутила отголоски его потребности в ней, какую власть она чувствовала, раскинувшись на его столе, забирая его фантазии в свою ладонь и переделывая их в свои.

Затем ее колени непроизвольно дернулись вместе, вырывая сдавленный вздох. Ее тугая и трепещущая разрядка уже назревала.

— Нет, я не кончу раньше тебя.

Она стиснула зубы, вонзая в себя скользкие пальцы сильно и быстро. Ее удовольствие пронзило его, как молния, отражаясь эхом в бесконечной петле.

Через мгновение он излился себе на колени, со стоном, к которому присоединился ее голос, звук ее удовольствия переплелся с его, когда оргазм охватил, сжимаясь сильнее, горячее, влажнее, ее наслаждение оседлало его, ведя их к завершению.

Они оба так и остались, задыхаясь в отголосках оргазма, их кульминации переплелись через связь.

Стало странно тихо.

6

Астрид удерживала взгляд Джейсона мучительно долгое мгновение. Она разорвала его только затем, чтобы откинуть волосы за плечо своим обычным жестом. Казалось, это движение обладало силой заглушать все его мысли.

Если бы только она знала об этом вчера.

Она снова взглянула на него, нахмурившись.

— Ты… больше не слышишь мои мысли?

Джейсон моргнул.

Он наблюдал, как она достает из себя пальцы, вытирая оставшийся на них липкий блеск уголком юбки. Где-то глубоко в животе он почувствовал ноющую потребность возбудиться, вопреки усталости, желание снова ожить от вида ее розовой, влажной, открытой и манящей киски.

Затем она замерла, видимо, осознав, что теперь для разговора нужно озвучивать мысли.

— Не ожидала, что это разрешит ситуацию, но я не жалуюсь, — пожала она плечами. Она спрыгнула с его стола, позволяя юбке упасть обратно на ноги, словно ничего и не случилось.

Джейсон кивнул и снова натянул резинку спортивных штанов на член, кожа была слишком чувствительной после оргазма. Еще одна вещь в стирку.

Теперь стало намного тише. Жутко тихо.

— О, это та книга, где был ритуал, — начала она, заметив одну на его столе, когда его руки легли поверх ее, прежде чем она успела ее открыть.

Астрид встретила его взгляд, стиснув зубы.

— Эй, отдай. Мне нужно посмотреть, что пошло не так.

— Это не твоя книга, это одна из моих, — лицо Джейсона было непроницаемой маской. Так и должно было быть, потому что ни разу за последние несколько месяцев он ей не уступал. Каждая перебранка, каждое слово требовали ответа.

Кроме, может быть, всего того, что только что произошло.

Астрид слегка сникла. Даже не слыша ее мыслей, он знал, что она хочет переглядеть его. Он держал ее взгляд, пока она не издала долгий страдальческий вздох, опуская плечи.

— Ладно, — фыркнула она.

Его хватка незаметно ослабла при ее кажущемся поражении, и этого ей хватило, чтобы выхватить книгу из-под его руки.

— Ха! — радостно взвизгнула она, глаза горели триумфом. Она отвернулась, крутанувшись на месте, и немедленно начала листать страницы.

Джейсон не мог сдержать восхищенного смешка. Да, ладно, в этот раз она его провела.

Но все возвращалось в нормальное русло слишком быстро.

— Эй, можем мы остановиться и поговорить об этом секунду?

— Нет, не можем. Теперь, когда у меня есть хоть немного личного пространства в голове, я хочу оставить все это в том самом ящике, пока не забуду, что мы туда убрали. И у нас есть только сегодняшняя ночь, до того как полнолуние пройдет, если мы собираемся повторить ритуал.

— Астрид, ты не можешь все еще хотеть разорвать аренду.

Джейсон встал, делая шаг к ней, но она отступила. Она начала отворачиваться, но наткнулась на книжный шкаф, и он воспользовался моментом.

Он снова положил руку поверх ее, теперь не чтобы перехватить книгу, а чтобы удержать ее.

— Послушай, ты знала, о чем я думал в любой момент, задолго до того, как начала слышать мои мысли. Никто никогда не знал меня так раньше, — сказал он, надеясь, что она слышит искренность в его голосе, теперь, когда у нее нет преимущества слышать еще и его мысли.

Даже без связи он чувствовал ее внимание под своей рукой, как ее пальцы сжимаются под его, жар его ладони касается ее холодных пальцев. Теперь, когда он знал, каково это быть у нее в голове, он мог только представлять, о чем она думает, прокручивая все возможные выводы с ее обычной яростью.

— Я знаю, ты тоже это чувствуешь. Не уходи.

Он потянулся к ее лицу, убирая волосы с глаз. Он чувствовал, как она борется со своим нервным тиком.

Он наблюдал за легкими движениями ее глаз, напряжением в уголках губ, пока она быстро перелистывала страницу за страницей. Снова румянец на щеках, когда ее плечи напряглись, а затем расслабились.

— Так как наш ритуал оказался заклинанием терапии для пар… — начала она, и ее лицо залилось еще более глубоким румянцем. — Получается, на самом деле у нас нет ритуала разрыва аренды.

Его внимание метнулось к книге, когда она попыталась разделить слипшиеся страницы.

Затем она положила руку ему на грудь, осторожная в той области нежных чувств, на которые у них раньше не было времени из-за постоянных перепалок.

— Может, эта башня достаточно велика для нас двоих. По крайней мере, еще на месяц.

Он не мог сдержать ухмылки.

— Отметь эту страницу, — сказал Джейсон, загибая один из уголков, затем аккуратно отложил книгу в сторону. Ее руки уже вцепились в его рубашку, пока он прижимал ее к своему столу. — Она нам понадобится сегодня вечером.