© Асланова Ю., текст, 2025

© Прохоцкая Ю., иллюстрации, 2025

© Издание на русском языке, оформление. Строки, 2025

«Вот это уже весна!» – подумал Петя, выйдя утром из дома и обнаружив, что воздух тёплый, а снег окончательно растаял. Всего каких-то полгода назад он пришёл в третий «А» класс новеньким, и мир вокруг казался тоскливым и недружелюбным. Да он вообще не представлял, как переживёт этот год. Но всё оказалось не так уж и плохо. В первый же день он познакомился с Сашей и Лилей и дружит с ними до сих пор. Задавака Аня, как выяснилось, не такая уж вредная, и вообще в новой школе приключилось столько интересного, что ни на какую другую он бы её уже не поменял. Даже на свою старую, где остались его прежние друзья.

– Ты чего такой весёлый, Петь? – улыбнулась мама, заметив его приподнятое настроение. – В школу торопишься?

Петя пожал плечами.

– Ну да. Так что идём скорее, а то опоздаем.

Пете так хотелось обсудить с друзьями их поход на квест в выходные, что на первой же переменке он отозвал Сашу и Лилю в сторону и выпалил, бурля от возбуждения:

– Нет, ну здорово мы сходили! Почти прошли этот сложнющий квест. Немножко не повезло.

Как выяснилось, не все объясняли проигрыш простым невезением.

– Мы бы прошли, если бы кое-кто не пропустил букву, – Лиля выразительно посмотрела в сторону Пети.

– Я не пропустил букву, – опешил Петя. – Там заело замок, и ящик не открывался. Поэтому я пошёл искать другие буквы, а про эту забыл.

– И слово у нас не сложилось.

– Да мы почти выиграли, нам бы ещё парочку минут.

– Чего спорить, – вмешался Саша. – Надо чаще ходить на такие квесты. Теперь мы знаем, что ящики надо проверять, замки – шевелить, а двери – толкать посильнее.

– Это да, – кивнула Лиля.

– Просто ты выбрала древний квест, вот поэтому там всё не работает, – не успокаивался Петя, который, несмотря на свой миролюбивый характер, обиделся на Лилю. Почему только он виноват в их общем проигрыше?

– Ну знаешь, мог и не ходить! – по новой закипела Лиля.

– Слушайте, самое главное – мы провалились вместе, – встал между ними Саша. Это он подарил Лиле билеты на квест и теперь считал себя ответственным и за проигрыш, и за разгоравшуюся ссору. – Азбуку Морзе никто из нас не знает. Даже я не понял, что это за точки и тире на бумажке. Пришлось подсказку просить.

Лиля с Петей помрачнели. Действительно, с азбукой Морзе вышло глупо. Вместо того чтобы соотнести алфавит и рисунки, они сперва пытались дорисовать картинки, а потом бегали по комнате и искали похожие. Так и не сообразили, что с этим делать, пока им не подсказала сотрудница квеста.

Видя, что Петя с Лилей наконец замолчали, Саша решил закрепить позиции:

– Предлагаю выучить азбуку Морзе. Как вам идея?

Лиля пожала плечами:

– Я не против.

Петя тоже кивнул.

– Вот и здо́рово! – обрадовался Саша. – Мы с папой сегодня поищем информацию, как быстрее её выучить, а завтра я расскажу.

– Мария Валерьевна идёт, – первой увидела учительницу Лиля. – Смотрите, у неё причёска новая. Красивая.

«Вот как девчонки всё замечают?» – подумал про себя Петя, закидывая рюкзак за спину и направляясь в класс. Учительница, конечно, немножко изменилась, но после праздников или каникул все немножко меняются. Хотя причёска у неё вроде та же самая, что и раньше.

Петя так пристально разглядывал учительницу, что она это заметила и весело спросила, пропуская его в класс:

– Что, Петя, у меня нос в чернилах?

– Нет, что вы! – испуганно замотал головой Петя. – Я просто… вашу новую причёску рассматриваю.

Мария Валерьевна заулыбалась.

– Мне чуть-чуть сзади подровняли и чёлку покороче сделали, а ты заметил, надо же! Острый глаз. И как, нравится?

Петя честно кивнул. Со старой причёской или с новой, но учительница у них всегда была красивая и весёлая.

Усевшись за парту, Петя осмотрелся. После выходных пришли все, кроме Вани с Даней. Но их мама написала в родительском чате, что у братьев ветрянка, так что их ещё долго не будет.

Мария Валерьевна тоже читала родительский чат, потому что после приветствия сразу сказала:

– Ребята, если кто-то общался с Ваней и Даней на праздниках и до этого не болел ветрянкой, следите за своей кожей. Если заметите сыпь – сразу к врачу. Маленькие дети эту болезнь переносят легко, но чем человек старше, тем тяжелее она протекает. Кто-нибудь узнавал, как там Огнецовы?

– Сидят все пятнистые и чешутся, – выкрикнул Максим. – Я с ними по Сети в игру играл. Все лица у них в точках: у Вани в зелёных, а у Дани в красных.

– Понятно, – вздохнула Мария Валерьевна. – Значит, лёгкое течение болезни, раз играют. И это хорошо.

Она прошла к доске, написала на ней крупными буквами: «ТЕМА УРОКА: СОЧИНЕНИЕ» – и повернулась к классу.

– В начале месяца мы с вами учились писать сочинения. Сейчас я бы хотела, чтобы вы рассказали, как провели праздники.

– Мы с родителями… – тут же встрепенулся Максим, но учительница его остановила.

– Напишите мне о том, как прошли праздники, в небольшом сочинении. Буквально несколько предложений. На это у вас пять минут.

Петя принялся строчить. Он точно знал, о чём будет писать, хотя уложиться в заданный объём получилось не сразу: очень уж о многом хотелось рассказать.

Просмотрев работы, Мария Валерьевна улыбнулась.

– Да, сразу видно, кто у нас в классе оптимист, а кто пессимист.

– Это по почерку видно? – заинтересованно спросил отличник Женя, у которого был очень красивый почерк, только с наклоном влево, а не вправо.

– Нет, – рассмеялась учительница. – Не по почерку. Но давайте разберём. Даже интересно, увидите вы разницу или нет.

– Саша точно увидит, – тут же выдал Максим. – Он в психологии рубит.

Саша смущённо поправил очки. После флешмоба в начале года, который Саша провёл, чтобы привлечь внимание к своим очкам, в классе его стали считать очень умным.

Мария Валерьевна почему-то заулыбалась ещё сильнее и сказала:

– Посмотрим. Вот возьмём три сочинения. Они рассказывают об одном и том же событии, но настроение у авторов разное. Первое.

Она взяла со стола листок и прочитала:

– «Ходили на квест. Было сложно. Проиграли, потому что один из нас растяпа».

В классе раздались смешки. Петя покраснел и зыркнул в сторону Лили.

Учительница продолжила:

– Второе сочинение: «Ходили на квест. Было здорово. Почти выиграли».

Неугомонный Максим выкрикнул:

– Это Петя с Сашей и Лилей, они в выходные ходили на квест.

– Максим, дослушай, пожалуйста, – попросила Мария Валерьевна. – Третье: «Ходили на квест. Было интересно и захватывающе. Проиграли, но поняли, что нужно делать в следующий раз». Ну что, какие идеи?

Женя поднял руку.

– Первое сочинение написал пессимист, потому что он видит только плохое. Второе – оптимист, потому что видит только хорошее.

– Отлично, – согласилась учительница. – А третье?

Женя замолчал.

Ему на помощь пришла Аня:

– А третье написал реалист, который понимает, что происходит.

– Не, – снова влез Максим. – Футурист. Он про будущее думает.

Все рассмеялись.

– Я знаю о футуризме в искусстве, но в психологии это что-то новое, – заметила Мария Валерьевна. – В общем, всё правильно. Пессимист видит плохое, оптимист – хорошее. А реалист видит всё как есть. И как реалист, я вам скажу, что краткое сочинение можно написать и подлиннее, делясь фактами, но без лишних подробностей. Давайте попробуем ещё раз.

Саше очень понравилось, что он футурист и смотрит в будущее, так что уже на следующий день он принёс в школу распечатки с азбукой Морзе. Точнее, он нёс их в школу, но у школьных ворот наткнулся на Петю.

– Су-ли-ко, – сказал он другу, помахав у того перед носом сложенным вдвое листком, и довольно рассмеялся.

– Где? – отвлёкся от своих мыслей Петя. – И что это у тебя за бумажка? Кстати, привет.

– Привет. Это азбука Морзе, – гордо ответил Саша. – А Сулико – это я так своё имя буду запоминать.

– Потому что на «сэ»?

– Не-ет, – вздохнул Саша. – Потому что в азбуке Морзе каждой букве соответствуют точки и тире. Вот, например, буква «эс» – это три точки. И чтобы это запомнить, надо придумать слово на букву «эс», которое звучало бы похоже.

Петя вопросительно поднял брови.

– Ну, точка – точка – точка, – Саша трижды быстро топнул. – Топ-топ-топ. Три коротких звука. Су-ли-ко. Тоже похоже звучит.

– Хм, – недоверчиво произнёс Петя. – Похоже. А кто это – Сулико?

– Не знаю, – честно сознался Саша. – Это из маминой песни… может, герой какой-нибудь.

Сашина мама пела в опере и в музыкальном театре, так что песен в её исполнении Саша наслушался много.

– Да, звучное имя, – покивал Петя. – Наверняка герой. А «пэ» как будет?

Саша поводил пальцем по листку:

– Точка – тире – тире – точка.

Петя задумался.

– Это сложно. Может быть, «пистолет».

– Какой ещё пистолет! Это же всего три слога, а тебе четыре надо. И вообще, они не так звучат. Сейчас придумаю.

Саша, задумавшись, поднялся по лестнице, открыл дверь, потом закрыл её и стал ходить по крыльцу взад-вперёд.

– Какая сложная буква, – наконец сказал он. – Придётся тебе пока так запомнить, а я вечером у папы узнаю.

– Или можем у Лилиного папы спросить, – нашёлся Петя, потому что увидел Лилю и Евгения Сергеевича, который бодро шагал за ней к школьному крыльцу.

– Точно, давай спросим!

Они дождались, когда подруга подойдёт поближе.

– Привет, Лиля, здрасте, Евгений Сергеевич, – быстро произнёс Петя.

– Здравствуйте, – чинно сказал Саша. – Евгений Сергеевич, у нас к вам вопрос.

– Привет учащимся! Задавайте, – махнул рукой Лилин папа.

– Мы запоминаем, как пишутся наши имена азбукой Морзе, и для буквы «пэ» не можем придумать слово, чтобы звучало как точка – тире – тире – точка.

– Он для «эс» придумал «су-ли-ко», а для «пэ» не может, – пожаловался Петя.

Евгений Сергеевич задумался; на его широком лбу пролегла морщина, а пухлые щёки поджались.

– Прикамчатский, – сказал он, постояв так с минуту.

– Кто? – спросил Петя.

– Что кто? – не понял Лилин папа.

– Кто прикамчатский?

– Краб, например… Да какая разница, это просто чтобы буква запомнилась.

– Здо́рово, звучит, – обрадовался Саша. – При-кам-чат-ский. «А» для тире, а две короткие «и» для точек. Прям всё как надо.

– Рад, что помог. Всё, Лилечка, я пойду.

– Пока, пап, – кивнула Лиля и повернулась к мальчишкам. – А как «эль» будет?

К третьему уроку весь класс уже знал про азбуку Морзе и придумывал слова, чтобы запомнить свои имена.

– Прикамчатский, точка, тире, я-га-а-я-га-а! – вопил Петя.

– Что ещё за яга-яга? – рассмеялся Саша.

– Баба-яга… Просто мне надо точка – тире – точка – тире, а на «я» нету таких слов. Вот я и придумал. А у тебя как?

– Сулико, а-бу-у, четыре тире, а-бу-у.

– Просто, – похвалил Петя.

– Ой, Петь, можно я у тебя ягу-ягу возьму? – обрадовалась Лиля. – А то тоже не могу найти.

– Бери, конечно, – расщедрился Петя, забыв про все обиды.

– Лапландия, две точки, Лапландия – ягу-у-ягу-у, – весело запела Лиля. – Вот моё имя!

Ещё все выучили SОS, чтобы уметь позвать на помощь в случае бедствия.

– Теперь нужно закрепить материал, и вообще нам надо тренироваться, – подвёл итог Саша. – Предлагаю провести свой квест в школе.

– Отличная идея! – тут же поддержал друга Петя. – Я в деле.

– Только давайте побольше народа позовём, – осторожно заметила Лиля. – Больше народа – веселее играть.

Петя посмотрел на неё пристально: опять, что ли, вспомнила, как он букву забыл? Но Лиля только мило улыбнулась.

– Конечно, – сказал Саша. – Я же буду квест делать, а вас всего двое остаётся, это неинтересно. Так что надо больше участников. Ждите подсказки!

Прошло два дня, наступили выходные. Петя ходил с мамой в Музей Московской железной дороги и потом восторженно написал Саше: «Тут столько паровозов, вагонов и разных укромных уголков – вот где надо квест устраивать!» На что Саша ответил загадочным смайликом.

А в понедельник утром перед первым уроком некоторые ученики третьего «А» нашли у себя на столах листочки с нарисованными человечками. Человечков было много, и все в разных позах.

– Ребята, у кого ещё рисунки с чудиками? – завопил Максим, подняв над головой бумажку. Тут же к нему подскочили Петя и Лиля, потом подошла Катя.

– А у меня нету, – возмущённо поднялся с места Марк.

По просьбе Саши на школьный квест ребята записывались заранее, и всего их оказалось восемь человек. Марк тоже записался, правда, последним.

– Не переживай, для всех будут подсказки, просто не сразу, – успокоил его Саша, с улыбкой наблюдая за участниками квеста. А те уже сгрудились вокруг Максима, который доказывал, что им нужно повторить позы человечков и тогда они поймут, что делать дальше.

– Ерунда, – кипятился Петя. – Мне кажется, человечки указывают направление. Ну, идёшь налево, потом направо.

– Вряд ли, – оборвала его Лиля. – Мы же не знаем, с какого места надо начинать идти. Скорее всего, человечки – это мы.

– Гы, точно, – влез незаметно подошедший Филя. – Вот этот с ушами и одной поднятой ногой – вылитый Петя.

– Чем это он вылитый я? – подскочил Петя.

– Ушами, гы-гы.

Тут Катя смущённо кашлянула.

– Я читала книжку про Шерлока Холмса. Там тоже были пляшущие человечки. И это оказался шифр. Каждый человечек – буква.

– Опять шифр, – вздохнула Лиля. – А как нам понять, какой человечек какую букву означает?

– В книжке первым стояло имя, и по нему Шерлок Холмс узнал некоторые буквы. А ещё гласные, которые повторяются чаще всего, тоже можно угадать.

– Записки получили четверо, – заметил Максим. – Я, Петя, Лиля и Катя. Давайте посмотрим.

Они зашуршали записками, считая буквы.

– У меня в первом слове пять букв, а не четыре, – разочарованно протянула Лиля.

– Потому что ты Лилия, – объяснила Катя. – А я Екатерина. Как раз девять букв.

– Смотрите, сколько у нас уже разгаданных человечков, – обрадовался Максим. – Кто будет записывать?

После этого разгадать послания оказалось легко. Они подставляли буквы, исправляли ошибки и в конце получили такой текст:

«Квест пройдёт в пятницу. Место проведения вы узнаете из дополнительных подсказок. Ждите, и удачи!»

Когда в класс вошла учительница, все уже сидели на своих местах, бодрые и оживлённые.

– В понедельник все в хорошем настроении – настоящее чудо! – Мария Валерьевна положила на стол стопку тетрадей. – Может, кто-то и к доске готов сам пойти?

– Нельзя путать чудо с фантастикой, – веско заметил Максим. – Чудеса иногда случаются, а фантастика только в книжках бывает.

К доске пошёл Максим.

После математики и чтения половина ребят убежала в столовую – подкрепиться булочками с чаем. Петя тоже побежал, но у лестницы заметил Лилю с Сашей, которые что-то оживлённо обсуждали, притормозил и спрятался за углом.

«Наверное, обсуждают квест, – подумал он. – Интересно, что Лиля хочет у Саши выведать?»

Но его вопрос остался без ответа, потому что Саша быстро закончил разговор и ушёл. Лиля потопталась на месте, а потом решительно зашагала вниз по лестнице, пару раз оглянувшись.

«Что-то здесь не то», – подозрительно прищурившись, сказал самому себе Петя и пошёл следом. Лиля спустилась на первый этаж, свернула за угол и по узенькой лестнице направилась в подвал, к школьной кладовке. Перегнувшись через перила, Петя увидел, как Лиля приоткрыла тяжёлую дверь и нырнула внутрь. Спустя пару минут она вышла, держа в руках какую-то коробку. Открыла, пошарила рукой и вытащила розовый мелок. Быстро провела мелом по двери кладовки, сунула его обратно в коробку и направилась к лестнице.

Петя не стал её дожидаться. Он вернулся в коридор и, смешавшись с толпой, побрёл в сторону столовой. Внутри у него всё кипело.

– Ах вот как! – возмущался он вполголоса. – Значит, Саша выдал ей место, где пройдёт квест. Ну ничего, я-то теперь тоже знаю. Посмотрим, кто первый доберётся.

Петя совсем забыл, что отгадывать загадки они должны все вместе и неважно, кто первый узнает место, где будет проходить квест.

В среду подсказки оказались в тетрадках Светы и Жени. Это были лабиринты со стрелками-указателями. Пройдя по ним, все собрались у доски объявлений рядом с гардеробом. Среди разных поздравлений и сообщений о достижениях висел синий листок, на котором крупными буквами было написано: «АКВО».

– Интересно, – сказал Женя. – Что-то водное, наверное.

– Туалет! – предположил Максим.

Девочки фыркнули.

– Как ты себе это представляешь? – ехидно заметила Света. – В ваш туалет нельзя нам, в наш – вам. Как мы квест проходить будем?

– Ну-у, – не сдавался Максим. – Может, часть у вас, часть у нас.

– Не, Саша в туалете не стал бы ничего проводить, – уверенно сказал Петя. – Не такой он человек.

– Может, ты знаешь, где будет квест? – ехидно спросила Лиля.

Все посмотрели на Петю, но он тут же сделал невинное лицо:

– Откуда? Я честно играю, с Сашей не секретничаю.

Но если он думал, что Лиля покраснеет или хотя бы смутится, то сильно ошибался. Она только поправила волосы и отвернулась.

Пока все рассуждали, что может скрываться за словом «АКВО», к ним подошёл Саша.

– Нашли, молодцы! В пятницу вы получите ещё одну подсказку. А после уроков – квест. Я договорился, у вас будет час времени, чтобы выйти из помещения.

– Точно не туалет, – заметил Марк. – Никто не разрешит целый час его занимать.

– Конечно, не туалет. Чего там искать, в туалете-то? – удивился Саша. – Мне же нужно больше пространства, чтобы спрятать разные задания.

Команда участников квеста еле дождалась конца уроков и ещё минут десять обсуждала варианты мест. Сошлись на том, что подходят кабинеты рисования и химии: в одном много баночек с красками, в другом пробирки и реактивы.

– Надеюсь всё-таки, что это не химия, – поделилась с Петей Аня, когда они выходили из школы. – Там же взорваться что-то может или нас обжечь.

– Не волнуйся, это точно не химия, – успокоил её Петя, хотя сам не понимал, как таинственное «АКВО» может быть связано с кладовкой, где хранились запасы мела и старые парты.

Дома он поискал в Сети разные упоминания «АКВО», но, кроме домофонов и аквапарков, ничего не нашёл. Квест обещал быть странным.

– У меня подсказка-а! – закричала Аня на следующий день, едва усевшись за свою парту. Она оторвала от деревянной поверхности приклеенный скотчем листок и принялась его разглядывать.

– Это что такое? Что-то деревянное?

Почти весь листочек занимал тёмно-коричневый квадрат, словно бы составленный из дощечек.

– Дверь? – предположила Света, сидящая рядом с Аней. – Может, проход на квест. На что она похожа?

– Ни на что, – развела руками Аня.

– У меня тоже дверь, – вдруг сообщил подошедший к их столу Марк. – Вот.

Он положил свой листок на стол. Женя, сидевший перед девочками, тут же протянул руку и соединил края листков.

– Это часть одной картинки, – пришёл он в восторг. – Но какой?

– Похоже на сундук, – выдал свою версию Максим.

Стоявший за спинами одноклассников Петя лихорадочно обдумывал варианты. Как «АКВО» и сундук могут привести к кладовой? Ну вот как?

– Может, это сундук с сокровищами? – предположила Катя. – Клад какой-то.

В глазах у Пети потемнело. Он пробился к столу, схватил Анину ручку и написал прямо на листочке с подсказкой: «КЛАД АКВО», а потом переставил буквы: «КЛАД ОВКА».

Все ахнули.

– Ну ты, Петя, мозг! – ободряюще потрепал его по плечу Марк. Плечо заныло.

– Что там? Вау, кладовка! – обрадовалась Лиля, которая только что присоединилась к участникам квеста. – Это в актовом зале за сценой.

Петя напрягся.

– У нас есть и другие кладовки, – возразил он. – В школе их несколько.

– Какие другие? – удивилась Лиля. – Все вещи для выступлений и всякие там швабры и вёдра хранятся в кладовке в актовом зале.

Петя понимал, что она права, но при этом также знал, что прав он. Как же убедить других? Но тут неожиданно помог Максим.

– Под лестницей есть комнатка, где стоят старые парты, её тоже можно кладовкой назвать.

– И около крыльца тоже какая-то дверь, – вспомнил Женя.

– Давайте все их проверим, – тут же предложил Петя. – Начнём с тех, что в школе.

Дальше спорить никто не стал, потому что начался урок.

Петя еле высидел школьный день. После того как всех отпустили, Саша ушёл первым.

– Схожу ещё раз проверю задания, а вы через десять минут подходите. Вы же разгадали загадку?

– Да, легкотня, – тут же выдал Максим. – Жди нас!

Саша ушёл, а все остальные сгрудились у двери класса, обсуждая, стоит ли оставить рюкзаки или лучше взять их с собой.

– Да ну, таскать их, потом заберём, – громко подвёл итог спора Марк. – Ничего с ними за час не случится.

Рюкзаки покидали на подоконник. Петя выступил вперёд.

– С чего начнём? – Он решил, что если ребята пойдут к актовому залу, то он отстанет и проверит сперва кладовку внизу. Не Лиле же её оставлять.

Но ребята пошли по пути наименьшего сопротивления.

– Ближе всего кладовка под лестницей, – подумав, сказал Женя. – С неё и начнём.

Лиля насупилась, но от ребят отбиваться не стала. Все направились вниз по лестнице.

– Никогда на квест не ходил, – сообщил Марк Максиму. – Даже не знаю, чего ждать.

– Жди разного, – повернулась к нему Аня. – Квесты обычно по тематикам. Например, могут быть волшебные задания, могут химические, а где-то нужно быстро посчитать предметы. Надо было спросить у Саши, какие у нас задания.

– Посчитать я могу, – удовлетворённо заметил Марк.

Все захихикали: по математике у Марка была твёрдая тройка.

– Может, про пиратов, – предположила Катя. – Вода, клад.

– Очень может быть, – поддержал её Петя. – Ну что, вот дверь.

Они стояли перед толстой металлической дверью, на которой розовым мелом был нарисован смайлик.

– Точно, угадали, – обрадовалась Света. – Петя, открывай.

Петя взялся за ручку и потянул дверь на себя. Дверь оказалась тяжёлой и поддалась с трудом. Но Петя широко раскрыл её и, придерживая, жестом пригласил всех внутрь. Ребята зашли, Петя щёлкнул выключателем на стене и закрыл дверь.

Кладовка оказалась небольшой. По бокам от двери стояли металлические шкафы с какими-то коробками, стопками бумаги и разными канцтоварами типа ножниц и толстых пачек разноцветного картона. Прямо напротив двери возвышался ещё один шкаф, а за ним виднелись составленные в пирамиду старые парты и стулья. Окон здесь не было, воздух казался сухим и пыльным.

Все разбрелись по помещению, не зная, с чего начать. Девочки изучали коробки на полках, мальчики полезли за шкаф.

В этот миг что-то щёлкнуло, и раздался гулкий рокот, а потом стук.

– Тук-тук-тук-ту-у-у-у-ук, тук-тук-тук-ту-у-ук, – гремело что-то у дальней стены, невидимое за старой мебелью.

– А-а-а, пираты! – завизжала Света.

Аня ткнула её в бок:

– Какие пираты, чего ты кричишь! Это, наверное, Саша подсказку приготовил.

– Никакая это не подсказка, – сказал Марк, который уже успел сдвинуть парты и теперь стоял перед обычной батареей отопления. – Тут батарея сломалась, наверное. У нас у соседей так же батарея стучала.

– Что-то мне это не нравится, – вдруг подала голос Лиля. – Не та это комната, здесь нет подсказок и места мало. Пойдёмте другие кладовки проверим.

Но едва она двинулась в сторону двери, как снаружи кто-то пошевелил ручку, а после раздался звонкий щелчок.

Их заперли!

– Ой, – взвизгнула Лиля и навалилась на дверь. Та не открывалась. Женя с Максимом, стоявшие ближе всех, поспешили ей на помощь, но, сколько они ни старались, дверь не шелохнулась.

Лиля наклонилась к замочной скважине и завопила изо всех сил:

– Стойте! Откройте дверь! Мы здесь!

Она покричала ещё немножко, но было ясно, что тот, кто их закрыл, уже ушёл.

– Может, это Саша, – неуверенно произнёс Петя. – В квестах же запирают дверь.

– Никакой это не квест! Нас заперли, потому что мы не туда пошли.

Лиля повернулась к нему, и Петя увидел, что она чуть не плачет. Это совсем выбило его из колеи.

– Что значит «не туда»? Ты же сама сюда заходила после того, как с Сашей шушукалась.

Лиля уставилась на него с таким изумлением, что Петя смутился.

– Ну, я видел, как вы разговаривали, а потом ты сюда пошла. И мелом нарисовала знак.

– Какой ещё знак! Ты что, за мной следил? – рассердилась Лиля.

– Нет, я вообще в столовую шёл, – начал защищаться Петя, но потом решил тоже рассердиться: – А чего вы шептались про квест потихоньку от всех?

– Мы не шептались про квест! – возмущённо закричала Лиля. – Точнее, мы не шептались, а просто говорили!

– Ага! – Петя услышал только то, что хотел. – Ты хотела нас запутать!

Хорошо, что им на помощь пришла Катя. Она втиснулась между Петей и Лилей и тихо спросила:

– Лиля, про что вы с Сашей говорили?

– Я спросила, какие задания будут, – буркнула Лиля. – Но Саша мне ничего не сказал.

– А зачем ты пошла в кладовку? – влез Петя, но Катя строго посмотрела на него. Правда, в слабом свете единственной лампочки этого было почти не видно.

– Меня Мария Валерьевна за мелом отправила, – с вызовом ответила Лиля. – А смайлик я просто так нарисовала, очень уж цвет красивый у мелка.

Петя ошарашенно смотрел на подругу. Выходит, это он ошибся, да ещё и всех остальных притащил в неправильное место.

– Ну извини тогда, – с трудом выдавил он и привалился к шкафу.

– Ладно, – буркнула Лиля. – Мне тоже не надо было Сашу спрашивать…

– Уже неважно, – откликнулся Максим, который сидел в углу. – У нас тут настоящий квест на выживание. Как будем выбираться?

– Саша телефон сегодня взял, – вспомнил Петя. – Кто-нибудь может ему позвонить?

– Я могу, – Аня достала из кармана кофты телефон в блестящем чехле и коснулась экрана. – Ой, здесь связь не ловит.

– Ну ваще! В самом центре цивилизации мы застряли в крошечной кладовке, и никто не знает, где нас искать, – подвёл итог Женя. – А у меня сегодня тренировка по теннису.

– Кто же в пятницу занимается? – удивилась Света. – Отдыхать надо по пятницам. Или в игры играть.

Максим в углу шмыгнул носом.

– А я Огнецовым написал, что у нас квест. Они ещё так завидовали, – жалобно произнёс он. – Теперь я им завидую. Лучше с ветрянкой дома, чем здесь в одиночестве.

– Ты не в одиночестве, – уселась рядом с ним на пол Света. – Вон нас сколько.

– И что? Еды нет, воды нет, связи нет. Мы как будто на необитаемом острове.

Как только он это произнёс, все сразу почувствовали сильную жажду.

– Давайте в дверь стучать, – предложила Аня. – Марк у нас самый сильный, пусть он стучит.

Марк закатал рукава и стал дубасить по двери. Она отзывалась глухим звуком, так что было ясно, что снаружи никто ничего не услышит. Ну разве что специально спустится в подвал и будет стоять прямо возле кладовки.

В такт ударам Марка, словно в насмешку, снова застучала батарея. От этого стало совсем уныло.

– Мне вот интересно, кто нас здесь закрыл, – вдруг сказала Света. – Наверняка же кто-то из нашего класса.

– Кто в квесте не участвовал, но хотел, – поддакнула Аня.

– Лёшу Курочкина не взяли, потому что он болел до среды, – вспомнила Лиля. – Хотя он очень просился.

Света встрепенулась.

– И он топтался всё около нас, когда мы обсуждали, где квест будет проходить.

– Лёша Курочкин хороший, – подала голос Катя. – Тем более Саша ему пообещал, что в следующем квесте он точно будет участвовать.

– Ну да, Курыч не стал бы нас запирать, он добрый, – согласился Максим. – Может, это Огнецовы тайно пришли? Они нам позавидовали, когда я им рассказал про квест.

Петя фыркнул:

– Да они бы дальше охранника не прошли, лица же в разноцветных точках. Не, это кто-то из девчонок. Может, Маша?

Маша была самая маленькая и самая тихая девочка в классе. Про неё все знали только то, что у неё две собаки корги, младший брат и кружок по пению. Пела она отлично – высоким звонким голосом.

– Если ты ничего не знаешь про человека, это не значит, что он плохой, – снова возразила Катя. – И почему ты считаешь, что это девочка?

– Ну, так. – Петя и сам не мог сказать, почему он так считает. Просто, наверное, закрыть исподтишка – это девчоночьи штучки. – Потому что мальчишки отношения выясняют прямо – в драке, например.

– Но ты же сам не стал прямо выяснять отношения с Лилей, в тайне всё хранил, – нанесла неожиданный удар Света. – Так что нечего на девчонок сваливать.

Петя насупился и отошёл к батарее. Когда та застучала в третий раз, его осенило:

– Нужно передавать сигнал SOS, тогда кто-нибудь его услышит, и нас спасут. По батарее же звук далеко разносится.

И он выстучал по батарее три точки – три тире – три точки.

Саша нервно расхаживал по кладовке за актовым залом. Он уже два раза выглядывал в коридор, ожидая увидеть свою команду. Но сперва это оказалась уборщица, потом директор.

– А, Саша Наумов. У вас квест, да? Помню. После квеста принесите ключ мне в кабинет.

– Да, обязательно, – отозвался Саша и снова принялся мерить шагами просторное помещение кладовки. Он так здорово расположил задания: здесь были и стулья с прикреплёнными к спинкам буквами, и написанные ультрафиолетовыми чернилами фразы на стенах. Он даже принёс из дома микроскоп, чтобы можно было прочитать подсказку, которую папа помог ему написать волоском.

Но никто не приходил, чтобы отгадать все эти интереснейшие задания.

Через полчаса Саша распереживался не на шутку. Он же слышал, как ребята кричали про актовый зал, – значит, должны были давно сюда прийти. Но их нет. Неужели что-то случилось?

Закрыв зал на ключ, он побежал на третий этаж. На подоконнике перед их классом лежали восемь рюкзаков. Около закрытой двери класса сидел Лёша Курочкин.

– А где все? – спросил Саша.

Лёша пожал плечами:

– Ушли на квест. Давно уже. А что?

– А то, что на квест они не пришли.

– Да ладно? Ого! Неужели такие сложные испытания были, что они даже до квеста не добрались? Они вроде про туалет что-то говорили.

Вдвоём они обежали все мужские туалеты и даже покричали в женские – никого.

Подумав немного, Саша отправился к завхозу Николаю Степановичу. Жизнерадостный пожилой завхоз выслушал Сашину историю и сразу стал серьёзным:

– Придётся всю школу осмотреть. Если не найдём, тогда к директору. Полицию вызывать. А они спрятаться от тебя не могли?

– Не могли, – вылез из-за Сашиной спины Лёша. – У них квест был, они бы не стали прятаться.

– Ну да, ну да. Ладно, начнём с подвала.

За следующие двадцать минут завхоз в сопровождении Саши и Лёши осмотрел подвал, все этажи, туалеты, актовый и спортивный залы и гардероб. Они даже спустились к кладовке под лестницей, и завхоз подёргал толстую металлическую дверь.

– Закрыта. Её директор обычно по пятницам закрывает. Но там куча старой мебели свалена, рухлядь всякая, особо не разгуляешься. Сколько раз прошу директора дать нам ещё одно помещение для хранения мебели и канцтоваров – нет, жалеют. В общем, в кладовке их точно нет. Ну что, пойдём ещё разок глянем снаружи.

Зазвенел звонок, и Саша посмотрел на часы.

– Мы уже почти час их ищем, – пробормотал он. – Куда же они подевались?

У Жени нашлась бутылка воды, и каждому досталось по глотку.

– Если кто-то болен ветрянкой, то сейчас мы все заразились, – сообщил Максим после того, как допил последний глоток.

– Это если не болел. А я вот болел, – отмахнулся Марк. – Мне мама рассказывала, что у меня сильная сыпь была, даже в ушах зелёнкой мазали. И голову побрили, а то я чесался сильно.

– Я тоже болела, – поддержала разговор Света. – И всех кукол зелёнкой раскрасила, чтобы было не так грустно болеть в одиночку. Мама увидела и сильно ругалась, потому что кукол было уже не отмыть.

Все заулыбались. В тяжёлой ситуации весёлые истории оказались очень кстати.

– Ой, а меня мама специально в садик носила к старшей сестре, чтобы я заразилась. Два раза, – смущённо сказала Катя. – Но я так и не заболела. Зато, когда мы поехали на море, меня перед самым отъездом так обсыпало, что мама специально купила длинное платье, красивый платок на шею и панамку, чтобы всё тело было закрыто. Весь отпуск ничего не покупали, а потом сразу много всего накупили.

– Это тебе повезло, – расхохотался Максим. – А я не болел ветрянкой. Но мне сделали прививку. Так что я тоже в безопасности.

Петя молчал. Он не помнил, болел он ветрянкой или нет. Да сейчас это было и неважно – важно не останавливаться и выстукивать SOS по батарее. Хотя за последние десять минут он уже пару раз впадал в отчаяние. Неужели их никто не ищет?

Дверь в кладовку дрогнула, словно кто-то потянул снаружи за дверную ручку. Все замолчали и прислушались. Но кроме далёкого отголоска звонка ничего не услышали.

– Сквозняк, наверное, – вздохнул Женя. – Интересно, а как здесь в туалет ходить?

Стоя возле школьного крыльца, Саша ждал, когда завхоз снова откроет подвал. Хотя, если ребят там не было в прошлый раз, вряд ли они появятся сейчас, ведь так?

– Мы один закуток не проверили, – объяснил Николай Степанович. – Мало ли.

Они спустились в подвал. Саша замер у лестницы, напуганный странным шумом.

– Это батареи, – крикнул из подвальных закоулков завхоз. – Стучат где-то, надо проверить, да всё времени нет.

Батареи гремели страшно, словно кто-то пробивался по ним через всю школу в подвал. Саша расслышал и ещё один звук – тихий и чем-то неуловимо знакомый. Но понять, что это за постукивание, он не успел, потому что вернулся завхоз.

– Не, нет их там. Ладно, идём к директору. Придётся полицию вызывать и родителям звонить. Восемь человек пропали – шутка ли!

Когда они шли по коридору к кабинету директора, Саша всё думал про тихий стук, смутно знакомый.

– Лёш, ты ничего не слышал в подвале? – спросил он Курочкина, который тоже присоединился к спасательной экспедиции.

Тот ответил не раздумывая:

– Батареи стучали.

– Как стучали?

– Громко, – честно ответил Курочкин. – Сначала «ТУК-ТУК», а потом «тук-тук-тук – ту-ук-ту-ук-ту-ук» и снова «тук-тук-тук».

Саша встал как вкопанный.

– Как ты сказал? Тук-тук-тук, а потом три раза длинно? Вот так?

Он простучал три коротких, три длинных и снова три коротких. Лёша кивнул.

– Точно?

– Да. Я в музыкальную школу хожу, у меня идеальный слух!

– Николай Степанович, – закричал Саша завхозу, который уже открыл дверь в кабинет директора. – Они стучат по батареям!

– Кто стучит? – удивился завхоз, а следом за ним и директор Наталья Львовна, вышедшая на шум.

– Ребята. Они SOS нам отправляют. Сигнал. Где проходит батарея, которая в подвале?

Завхоз потёр подбородок.

– Подвал, через туалеты… а, и ещё через кладовку под лестницей.

– Я закрыла кладовку сегодня, – тут же сказала директор.

– Там могут быть ребята, – ужаснулся Саша. – Целый час там сидят.

Мгновение спустя все уже бежали в сторону лестницы. Саша спустился первым, за ним Лёша, но пришлось ждать Наталью Львовну, потому что ключ от кладовки был у неё.

– Да как же так, никакого шума не было, ни разговоров.

– Здесь дверь очень толстая, – сказал завхоз. – Меняли недавно.

Щёлкнул замок, и Саша первым схватился за ручку, потянув её на себя.

– Женя-я! – закричали девочки. – Зачем ты про туалет сказал?

Но это было уже неважно. Помимо туалета, все вспомнили про обед, выходные и кружки́. Катя заплакала, потому что они с бабушкой собирались печь пирог по новому рецепту на мамин день рождения. Петя стучал по батарее, крепко стиснув зубы от отчаяния и чувства вины. Марк безрезультатно пинал дверь.

Пнув дверь ещё разок, Марк вдруг замер и прислушался.

– Там кто-то есть, с другой стороны, – тихо произнёс он, не веря в такое счастье. – Он открывает.

В тот самый момент, когда между дверью и косяком возникла щель, в которую одновременно проникли яркий луч света и Сашин крик, Лиля посмотрела на наручные часы.

– Вот Саша молодец, – заметила она. – Прошёл квест за час и выпустил нас из комнаты.

Все уставились на неё – а потом расхохотались.

Так, хохоча, они высыпали на площадку под лестницей.

– Саша, ты герой! – хлопнул Наумова по плечу Марк.

– В час уложился. Сам делал квест и сам же его прошёл, – давились от смеха Света с Аней. Максим говорить вообще не мог, зато тонко, со всхлипами, смеялся.

– У детей истерика, господи, – заволновалась Наталья Львовна.

– Да всё нормально, – успокоил её вышедший последним Петя. – Просто смешно получилось. Саша готовил квест для нас, а прошёл его сам, хотя и с подсказкой.

– Это ты SOS стучал? – улыбнулся Саша.

– Я. Не зря мы азбуку Морзе учили!

Ребята быстро убедили директора, что с ними всё в порядке, и поскорее направились к родителям, которые ждали их у школы. Действительно, прошёл всего час – хотя им казалось, что целая неделя.

Дома Петя, конечно, всё рассказал маме.

– Никогда больше не буду подозревать друзей и ссориться с ними, – клятвенно пообещал он.

– Правильный вывод, – одобрила мама. – И вообще про людей лучше не думать плохо. Вон вы Лёшу Курочкина подозревали, а он помог вас найти. Бегал с Сашей, домой не уходил.

Петя кивнул.

– Это да. И ещё я понял, что у нас отличный класс. С ними даже в кладовке не страшно застрять.

– Я думала, ты уже давно это понял. Ты же почти год с ними учишься.

– Давно, – согласился Петя. – Но сейчас как-то по-настоящему. Мы отличная команда!

Петя с Сашей стояли на школьном крыльце и смотрели на подъезжающий к парковке серебристый субару.

– Сегодня поедет картины забирать, – со знанием дела заметил Петя.

– Точно. Обычно он на красной машине, а эта у него рабочая, – кивнул Саша.

Евгений Сергеевич, Лилин папа, продавал предметы искусства и организовывал выставки, причём лично перевозил все экспонаты.

– Представляешь, мам, это он привозит картины в музеи, – рассказывал Петя маме. – Даже в Пушкинский.

С Пушкинским музеем у Пети были особые отношения. Когда он в детстве впервые посетил этот музей, его так поразили скульптуры, что он долго ни о чём другом не мог говорить.

– Они же голые, – шептал он маме.

– Обнажённые. К тому же в древности все скульпторы так лепили – натурально.

Но Петя всё равно был сильно впечатлён и поэтому, когда узнал, что Лилин папа возит такие скульптуры из-за границы, набрался смелости и спросил его, все ли древние статуи без одежды.

– Ну-у, большинство, – ничуть не смутился Евгений Сергеевич. – Некоторые в плащах. Ещё с листиками бывают. А что?

– Нет, ничего, – покачал головой Петя. – Просто они все с мускулами, и вообще у них каждая нога как целый я. Почему они такие накачанные? Может, ели что-нибудь особое?

– Мясо, пожалуй, – подумав, сказал Лилин папа. – Ловили оленей и кабанов, бегали с копьями и стрелами. А ты тоже хочешь такие мускулы?

– Хочу, – вздохнул Петя. – Они даже голыми могли ходить, и никто им ни слова не говорил, потому что они вон какие здоровые. А у меня в бассейне резинка лопнула на шортах, и надо мной все смеялись. А так бы не стали.

Евгений Сергеевич хмыкнул.

– Понятно. Ну, ты ешь больше и тренируйся. Я вот в твои годы уже отжимался двадцать раз и пресс качал.

Петя с сомнением посмотрел на большое пузо Лилиного папы, но промолчал.

Этим утром, как обычно, первой из машины выскочила Лиля, потом показался Евгений Сергеевич, а вслед за ними вылезла высокая женщина.

– Кто это? – воскликнул Петя. – Это не Мальвина!

Мальвиной они прозвали Лилину няню – пожилую женщину с подкрашенными синими волосами.

– Может быть, это Лилина мама, – предположил Саша. Маму Лили они ни разу не видели: девочку всегда привозили папа с няней, но по возрасту женщина вполне подходила. Она была молодая – почти как Мария Валерьевна – и одета в красивое жёлтое платье. В руке она держала шопер, который протягивала Лиле.

Лиля взяла шопер и, буркнув что-то папе, направилась к школьному крыльцу.

– Светлана, забирать её нужно здесь, – услышали мальчики голос Евгения Сергеевича. – Я вам скинул расписание, учительницу тоже предупредил.

– Хорошо, – уверенно ответила загадочная Светлана. – Не волнуйтесь, всё будет в порядке.

– Видели? – спросила Лиля, быстро поднявшись по ступенькам. – Моя новая няня.

– А что с Маль… Ниной Борисовной? – удивился Саша.

– Уехала на месяц в отпуск, – пожала плечами Лиля. Потом украдкой оглянулась. Светлана увидела это, улыбнулась и помахала Лиле рукой.

– Симпатичная, – тоже заулыбался Петя. – Мы даже подумали, что это твоя мама.

– Фу, – фыркнула Лиля. – Моя мама в сто раз красивее. Просто она всё время в разъездах, не успеваю вам её показать. А ты, Саш, что думаешь?

– Не могу сказать ничего плохого, – подумав, ответил Саша. – Я с ней не общался. А тебе она не нравится?

– Не-а, – качнула головой Лиля и открыла дверь. – Всё чего-то лезет, пытается в друзья набиться. А сама даже играть ни во что не умеет. И по телефону всё время трындит.

– О чём? – тут же спросил Петя. Они уже вошли внутрь школы и теперь доставали карточки ученика.

– Мне неслышно, – пожала плечами Лиля. – Она на кухне говорит, а там дверь толстая. С женихом, наверное, своим болтает. Ох, мне хоть Мальвина и не нравится, но она какая-то привычная. А от этой непонятно чего ждать.

Спустя несколько дней Лиля смирилась с новой няней и почти перестала на неё жаловаться. Иногда только рассказывала ребятам, что снова обыграла Свету в шашки и что с ней совсем не о чем разговаривать.

– Зато готовит она хорошо, – делилась Лиля. – Мальвина всё каши варила, а Света вкуснятину разную делает: жюльены, эмпаньядосы и даже рульки.

– Жаль, мне нельзя, у меня на грибы аллергия, – вздыхал Саша. А Петя молчал. Он хоть и любил грибы, но все названия были ему незнакомы. Как тут угадаешь, что из перечисленного с грибами: жюльен или блюдо со смешным названием «рулька».

Апрель в этом году выдался очень тёплым. На переменках учителя выгоняли всех в коридор и раскрывали окна для проветривания. Потом весь урок в классе пахло свежестью и влажной землёй. Причём запах земли Петя учуял ещё пару недель назад. И сильнее всего пахло почему-то рядом с последней партой у окна. Но у окна никто не сидел, а ближе к проходу было место Лёши Курочкина.

– Лёша, ты никаких запахов не чувствуешь? – как-то напрямую спросил его Петя после переменки. Тот настороженно принюхался.

– Это не я, – покраснел он и отвернулся.

Петя только головой покачал и решил сам проследить, откуда берётся запах. Как-то раз он ворвался в класс посреди переменки, якобы за бутербродом, и застал дежурную Машу Кочкину у окна. Она наклонилась над продолговатым цветочным горшком и рылась в нём пластиковой ложкой.

– Ах вот почему у нас землёй пахнет! – закричал он строгим голосом. Маша ойкнула и выронила ложку. – Ты чего там делаешь?

– С-секретик, – прошептала испуганная Маша.

– Рассказывай свой секретик.

Она похлопала длинными светлыми ресницами.

– Так я делаю секретик, – сообщила она, отходя от горшка. – Я тебе покажу, только ты обещай молчать.

Петя нахмурился и ничего не стал обещать.

Оказалось, что в горшке недавно погиб цветок, но Мария Валерьевна не стала сажать новый. Осталась только влажная земля.

– Ну вот, под стёклышко или донышко пластиковой бутылки можно положить красивые вещи, и получится секретик. Это мне мама рассказала: они так делали в детстве.

Маша разгребла землю ложкой, а потом и пальцем. Показался кусок прозрачного пластика, а под ним цветочки, два красных камушка и пуговица.

– Ого, это же моя пуговица, – потянулся к горшку Петя. – Отлетела в коридоре, и я её не нашёл. Давай-ка её сюда.

– Не-ет, ты же всё испортишь, – огорчилась Маша. – Тут обязательно кругляш нужен, иначе вся композиция пропадёт.

Петя прикинул: действительно, без пуговицы будет не так красиво.

– Ладно, я могу пока без пуговицы обойтись. Но потом отдай.

– Хорошо. А вообще как, красиво? – успокоившись, робко спросила Маша.

– Ничего так, цветно, – кивнул Петя и вышел из класса.

Лиля с Сашей стояли в коридоре у окна и что-то обсуждали. Петя собирался было рассказать им про секретик, но, услышав их разговор, сразу обо всём забыл.

– Сегодня у нас важный ужин. Приезжают папины коллеги-коллекционеры из-за границы, – рассказывала Лиля.

– Просто в гости? – уточнил Саша.

– Нет, конечно. У них знаешь сколько дел! Скоро в музее будет выставка старинных монет, вот они и привозят экспонаты. И папа пригласил их к нам на ужин.

– Я один раз был на выставке монет, – вспомнил Саша. – Там одна медная копейка стоила три миллиона рублей.

– Ого, – охнул подошедший Петя. Потом повернулся к Лиле. – И такие монеты к вам домой понесут? Точно ждите ограбления.

Он как раз недавно посмотрел несколько фильмов, где бойкие воришки грабили богачей и коллекционеров, отключая электричество во всём городе и прожигая сейфы.

– Папа каждый год организует такие встречи, – отмахнулась Лиля. – Охраны жуть сколько. И никого постороннего не пускают.

– Всё равно осторожнее, – не сдавался Петя. – Следи там за всеми, мало ли что.

– Ладно. Не волнуйся, буду смотреть в оба, – заверила его Лиля, потом посмотрела на Сашу и рассмеялась, вспомнив осенний флешмоб.

Но Петя всё равно не мог успокоиться, и даже ночью ему снились воры в чёрных масках, которые лезли в окна Лилиного дома и складывали монеты в мешок. Почему-то монет было очень много, а мешок дырявый, и весь сон воры подбирали их и снова клали в мешок. А Петя сидел в углу с заклеенным скотчем ртом и не мог даже пикнуть.

Проснулся он измученным, завтракать не стал – хотелось поскорее добраться до школы. Когда Лиля наконец вошла в класс, он первый бросился к ней:

– Ну, как прошло?

Лиля посмотрела на него удивлённо.

– Как обычно, – пожала она плечами. – Папа с коллекционерами заперлись в гостиной, а я играла в своей комнате. Ах да, ещё Света приготовила вкусный пирог – все хвалили.

– Уф-ф, – выдохнул Петя. – А я волновался.

Только тут он обратил внимание на большой пакет у Лили в руках.

– А это у тебя что?

– Мои старые настолки. Света хотела их выкинуть, а я решила взять в школу. Они, правда, кое-где рваные, но всё равно можно поиграть на продлёнке, так что я попросила сегодня меня не забирать.

– Здо́рово!

После уроков они играли в «Монополию» и в «Угадайку» (так её назвал Петя), где нужно было отвечать на вопросы. Саша, конечно же, всех обыграл. Потом строили пирамиды, хватали палочку на скорость, а под конец попалось самое интересное – «Остров сокровищ». Все разделились на пиратов и непиратов, попада́ли во всякие ловушки, раскрывали тайны, строили корабли из конструктора и даже нашли скелет. Правда, его погрызла Лилина собака, но он всё равно был страшный.

За ловушки и конструктор они расплачивались монетками: реалами и эскудо. Саша тут же рассказал, что настоящие эскудо – это старинные испанские золотые монеты и один эскудо стоит шестнадцать серебряных реалов.

Монетки были как настоящие и блестели в свете лампы.

– А у меня самая большая эскуда, хотя и не такая блестящая, – похвасталась Пете Маша, когда миновала капкан и получила за это награду. – Смотри.

Но Петя как раз нашёл скелет, поэтому большая «эскуда» его не заинтересовала.

Всем очень понравились игры, время пролетело незаметно, и даже Мария Валерьевна удивилась, что они так слаженно и без споров играли.

– Я завтра ещё какие-нибудь игры принесу, – пообещала Лиля. – А эти пока в классе оставлю. Чего их таскать туда-сюда.

Но на следующий день она не пришла.

Прошла пятница, а за ней выходные.

– Смотри, Мальвина с Лилей! – закричал Петя Саше, стоя у окна в коридоре. – Похоже, вместе в школу идут.

Саша выскочил из класса, и они вдвоём выбежали на лестницу. Лиля шла, опустив голову и низко натянув капюшон тёмного худи. Молча скользнув мимо ребят, она слегка повернулась, и мальчики увидели её опухшее, заплаканное лицо. Полная, загорелая Нина Борисовна погладила девочку по голове и пошла к учительнице.

– Ты чего, Лиль? – испуганно спросил Петя. Он никогда не видел, чтобы Лиля так сильно расстраивалась. Лиля мотнула головой и молча прошла к своей парте. Ребята тоже сели.

– Что случилось? – тихим серьёзным голосом спросил Саша, наклонившись вперёд, к Лилиной спине.

Мария Валерьевна в это время охнула и, бросив короткий взгляд на класс, вывела Нину Борисовну в коридор. Лиля повернулась к ребятам.

– Папу арестовали, – резко сказала она, глядя на Петю. – Ты был прав, кто-то украл дорогущую монету у дяди Фреда. Он это обнаружил не сразу, а только вчера, в отеле, когда надо было везти монету в музей. Тут же позвонил моему папе. Тот перерыл весь дом, но ничего не нашёл. И его арестовали как вора.

– А почему полиция решила, что это он? – уточнил Саша.

– Оказалось, что он давно мечтал приобрести эту монету для музея… И вообще, дядя Фред не очень приятный: противный такой старикан, хвастун. Папа часто с ним спорил и даже поругался один раз. – Лиля мрачно уставилась куда-то поверх Сашиной головы, губы у неё задрожали. – Но папа всё равно не стал бы воровать, он честный.

Петя сидел ошеломлённый, не зная, как подбодрить подругу.

– Нужно найти настоящего преступника, – решительно сказал Саша. – Вспоминай, кто был в квартире и не происходило ли чего-нибудь странного.

Лиля посмотрела на него с благодарностью, вытерла рукавом глаза и кивнула. Петя даже позавидовал, что не ему пришла в голову такая крутая идея.

– Все пришли к семи часам, – начала она. – Стефан, дядя Марк с женой, потом дядя Фред, ещё двое дяденек из Китая и старушка из Австрии. Ну, и мои мама с папой. За стол меня не пустили, поэтому я была в своей комнате. И в гостиную никто не заходил.

– Хм, – задумался Саша.

В это время в класс заглянула Мария Валерьевна.

– Дети, у меня серьёзный разговор, поэтому открывайте учебники и прочитайте две страницы нового урока. Будем обсуждать и пересказывать.

Все застонали, а Лиля охнула:

– Было неожиданное! Когда Светлана понесла пирог, отключили свет. На чуть-чуть, я только успела встать и к двери подойти.

– А откуда ты знаешь, что Светлана несла пирог? – тут же спросил Саша. Петя им прямо восхищался: другу не хватало только усов и трубки, чтобы выглядеть настоящим сыщиком.

– Потому что хлопнула дверца духовки, очень громко, а потом сразу отключился свет. Когда я выглянула в коридор, свет замигал и снова загорелся, а Светлана подходила к гостиной с пирогом в руках.

– А где в это время были монеты? – неожиданно для себя спросил Петя.

– Их уже посмотрели, потому что чемоданчики стояли в комнате для гостей. Я видела, как их туда относили.

– Значит, монеты оставались без охраны? – тут же вцепился в новую информацию Саша.

Лиля покачала головой:

– У нас в холле два охранника сидели, и ещё каждый чемоданчик со специальным кодом, надо его знать, чтобы открыть. К тому же все чемоданчики были на месте. Это уже в отеле дядя Фред открыл свой, а монеты нет.

– Кто-то знал код, – задумчиво произнёс Петя. – И отключил свет, чтобы быстро открыть чемоданчик, взять монету и уйти.

Саша пристально посмотрел на него и очень серьёзно сказал:

– Похоже, Петя, ты главный подозреваемый. Слишком много знаешь обо всём этом деле.

Петя испуганно уставился на друзей.

– Да шутит он, – отмахнулась Лиля, а Саша заулыбался. – Но, Петь, ты, наверное, прав. Хотя не понимаю, там же не было никого, кто мог отключить электричество, проникнуть в дом, украсть монету и скрыться.

– А зачем скрываться? – многозначительно поднял брови Саша. – Можно остаться в квартире.

– Ты думаешь, что это кто-то из гостей? – выдохнула Лиля. – Или нет… Света? Вообще-то у неё была куча времени, чтобы спрятать монету.

– Или передать её сообщнику, – подхватил Петя. – Тому, кто отключил свет.

– Нет, из квартиры она не выходила, – покачала головой Лиля. – Мыла посуду, потом собирала мои вещи. Утром папа меня повёз в школу, так Светлана ещё была дома.

– Она могла ночью выйти. Или выкинуть монету в окно, – предположил Петя. – А духовкой специально громко хлопнула, чтобы сообщник отключил свет.

– У неё вчера последний день работы был, – тоскливо протянула Лиля. – Ищи её теперь.

– Как всё ловко получается, – задумчиво произнёс Саша. – Она появилась вместо Нины Борисовны, которая именно в это время решила уйти в отпуск. Почему?

– Ну, Борисовна давно собиралась в отпуск, предупреждала в агентстве по няням, чтобы ей искали замену. Вот они Свету и прислали. Она была там самая лучшая по отзывам. Долго работала за границей и в Москве много где.

– Надо проверить, может, она появлялась в окружении дяди Фреда, – подал идею Саша.

– Точно! – воскликнул Петя. – Там она и узнала код замка. Камеру где-нибудь установила и подглядела.

– Правильно! Надо скорее папе позвонить! Нина Борисовна! – закричала Лиля и, подхватив рюкзак, выскочила из класса.

Мальчики только переглянулись.

Потом Петя спохватился и крикнул вдогонку:

– А можно мы твои игры возьмём поиграть?

Лиля только рукой махнула.

После уроков они снова играли во все игры подряд, Петя даже выиграл в «Угадайку» один раз. А перед уходом домой к нему подошла Маша и протянула сжатую в кулачок руку.

– На, – сказала она, раскрыв ладошку. Там лежала Петина пуговица.

– А как же твой секретик? – спросил он.

– Ну, я нашла другой кругляшок, – смущённо ответила Маша и добавила тихо, словно оправдываясь: – Всё равно этот не блестящий.

– Тогда хорошо, – кивнул Петя, забирая пуговицу. – Спасибо.

– И тебе.

Петя положил пакет с играми обратно в шкафчик возле аквариума и вышел из класса. Когда он одевался, пришла эсэмэска от мамы: «Я опаздываю, подожди меня немножко, можешь булочку купить».

Петя вообще-то и сам мог дойти до дома, но мама волновалась за него и не хотела, чтобы он ходил один. Поэтому пришлось стаскивать куртку, снова переодевать сменку и идти в столовую – хорошо, что она ещё не закрылась.

Пока жевал сосиску в тесте, Петя представлял, как Светлана мчится на автомобиле в аэропорт, а за ней полиция с мигалками. Как её ловят в самый последний момент, а им с Сашей выносят благодарность за правильную версию. Он даже заёрзал на стуле, так это было приятно предвкушать.

Доев сосиску, он вышел из столовой. Все уже разошлись, около гардероба было пусто, только Мария Валерьевна разговаривала с какой-то темноволосой женщиной в очках от солнца. Учительница ахала и вздыхала. Пете стало интересно, и он подошёл поближе.

– Не волнуйтесь, всё будет в порядке, – услышал он слова темноволосой и замер на месте. Он узнал этот голос.

– Светлана, – прошептал он и отступил за угол. В голове его кружились и разбегались мысли.

«Зачем она пришла в школу, когда её ищут? Для чего отвлекает Марию Валерьевну здесь, внизу?»

– Да чтобы забрать кое-что из класса, – воскликнул он, развернулся и помчался по лестнице наверх. Он бежал так быстро, что не вписался в поворот и врезался в завхоза. Тот охнул, попытался ухватить Петю за руку, но не успел.

– Ты чего носишься, Пётр? Ну-ка стой!

Но Петя уже мчался дальше. Завхоз побежал следом.

Около своего класса Петя притормозил, тихонько подкрался к двери, приоткрыл её и осторожно заглянул внутрь.

Он сразу его увидел – высокого, крепкого мужчину в плаще и кепке. Тот стоял около аквариума и рылся в шкафчике.

– Эй, вы кто? – крикнул Петя. – Чего там роетесь?

Мужчина от неожиданности дёрнулся, надвинул кепку ниже на глаза и бросился к двери, держа в руках Лилин пакет с играми.

– Вор! – завопил Петя во весь голос. – Держи вора!

В дверях получилось небольшое столпотворение, потому что незнакомец, оттолкнув Петю, с ходу врезался в завхоза, который как раз добежал до класса.

– Да что же это такое! – завопил завхоз, второй раз подряд получивший удар по рёбрам. Он вцепился в мужчину мёртвой хваткой. На их крики прибежали директор и несколько учителей. Преступник, видя, что окружён, перестал сдерживаться, стукнул завхоза в нос и помчался вниз по лестнице, прыгая через несколько ступенек.

Его поймали на парковке. Оказывается, там преступников уже поджидала полиция. Тут же подъехали ещё две полицейские машины с включёнными мигалками. Всё как и мечтал Петя!

Когда преступников увезли, из второй машины вышли двое полицейских: один – худой и высокий, второй – низенький и плотный. А потом, к Петькиному изумлению, Лиля с Евгением Сергеевичем.

– Ого! – закричал Петя и подбежал к ним. – Вас освободили, да?

– Да, – улыбнулся Лилин папа. – А вы молодцы. Работали на одной волне со специалистами.

– Оказывается, полицейские давно следили за Светой и знали, что это она украла монету. А папу арестовали понарошку, чтобы не вызвать у неё подозрений, – добавила сияющая Лиля.

– Ясно, – кивнул Петя. – Вы поняли, куда Света спрятала монету, и выследили вора.

Худой милиционер ка́шлянул.

– Вообще-то мы знали только то, что монеты нет в квартире и что она не у преступников, иначе они давно бы пустились в бега. Но воры почему-то не спешили уезжать. Мы следили за всеми местами, где Светлана бывала в последнее время. И сегодня её сообщник появился здесь, – пояснил он. А потом хи́тро спросил: – А вы знаете, где монета?

Петю внезапно осенило.

– В игре про сокровища, – выпалил он. – Среди других монеток.

– Мы же несколько раз в неё играли! – воскликнула Лиля. – Я ничего не заметила.

– На это Света и рассчитывала, – важно объяснил Петя. – Для тех, кто не разбирается, все монеты одинаковые.

– Ну, рассчитывала она, скорее всего, на то, что в старые игры никто не полезет и она спокойно вынесет их из дома, – предположил Евгений Сергеевич.

– Вот она испугалась-то, когда я пакет взяла с собой в школу, – рассмеялась Лиля. – Помню, она ещё отговаривала его брать. Типа, игры старые и никому не интересные.

В это время на поясе у худого зашипела рация.

– Монеты в игре нет, – сказал кто-то. – И преступники понятия не имеют, куда она делась.

Лиля зажала рот рукой и испуганно посмотрела на отца, а Евгений Сергеевич тяжело вздохнул.

– Не повезло, – только и произнёс он.

– Как нет? – воскликнул Петя. – Она должна быть там! Зачем же тогда им воровать игры?

Полицейский хмуро сказал:

– Потому что, по словам преступников, спрятали они её именно туда. Но кроме «бесполезных блестяшек», как они выразились, ничего внутри не оказалось.

Петя вдруг часто заморгал и плюхнулся на скамейку. А потом начал смеяться, да так сильно, что никак не мог успокоиться. Все смотрели на него с сочувствием.

– Петь, да ладно тебе, – Лиля наконец подошла и потрясла его за плечо. – Не волнуйся так.

Евгений Сергеевич присел с ним рядом.

– Все мы по-разному переживаем стресс. Но в данной ситуации…

Петя вдруг вскочил, схватил Лилю за руку и потянул в сторону школьного крыльца.

– Да вы не понимаете, – все ещё широко улыбаясь, объяснил он. – Я знаю, где монета!

Все неуверенно двинулись следом за ними – по ступенькам на крыльцо, мимо гардероба к лестнице, снова по ступенькам и через холл к их классу. Дверь всё ещё была распахнута.

Петя прошёл к последней парте у окна, попросил Евгения Сергеевича снять с подоконника горшок и стал осторожно пальцем разгребать рыхлую землю.

– Кажется, тут… или нет, левее, – бормотал он, тыкая пальцем в разные углы. – Или… Вот!

Он протёр что-то пальцем и посмотрел на остальных. Все склонились над горшком, едва не стукнувшись лбами.

Там, под кусочком прозрачного пластика, в окружении увядших цветочков и красных камешков, в самом центре маленькой композиции лежала тёмная монета с неровными краями.

– Это она! – закричал Евгений Сергеевич, оттаскивая Петю за плечо. – Она!

Он бережно достал монету.

– Это ты её спрятал? – с интересом спросил Петю полицейский.

– Нет.

– А кто?

Петя подумал и, улыбнувшись, ответил:

– Это секрет. Секретик с кругляшом.

– Саша, стой! – Петя поднялся по лестнице и увидел друга. – Я новый фокус выучил. Круто-ой!

Саша не обернулся – наоборот, прибавил скорость и быстро шмыгнул в класс.

«Странно. Может, не подготовился к уроку, – подумал Петя. – Эх, придётся теперь до переменки ждать».

Когда он вошёл в класс, весёлый гомон затих. Лиля, сидевшая вполоборота к двери, отвернулась и уткнулась в тетрадь. Саша принялся сосредоточенно рыться в рюкзаке, доставая учебники. Даже Света с Аней одновременно уставились в окно. Ещё месяц назад Петя сразу бы заподозрил неладное, но сейчас только покачал головой и вернулся мыслями к чудесному и увлекательному миру фокусов.

Как-то раз по Сети папа показал ему трюк с монеткой, и Петю это так впечатлило, что теперь он жил мечтой – стать настоящим мастером-иллюзионистом. За последние три недели Петя вызубрил инструкции к пяти наборам фокусника и пересмотрел ролики от всех известных блогеров. А уж сколько он времени потратил на тренировки!

Но, к сожалению, одноклассники и лучшие друзья не прониклись Петиным новым увлечением. Первые два дня они его подбадривали и восхищались, через неделю кивали и напряжённо улыбались, а сейчас стали избегать.

А Петя этого упорно не хотел замечать. Вот и сейчас он сел за парту и достал из рюкзака деревянную коробочку и платок, чтобы на переменке сразу показать Саше с Лилей новый фокус.

В класс вошла учительница и, сев за стол, окинула детей ласковым взглядом.

– Ребята, учебный год подходит к концу, и, как обычно, в мае у нас пройдёт… – Она сделала паузу.

Максим, привыкший заполнять все паузы в разговорах, а иногда и не ждать их, крикнул:

– Экзамен по литературе!

Мария Валерьевна посмотрела на него с укором.

– Да, Максим, экзамен у нас тоже будет. И не только по литературе. Но сейчас не об этом. В конце мая у нас всегда проходит весенний концерт. В этом году администрация школы хочет предложить новый формат: вместо традиционного праздника со спектаклем и стихами будет небольшое представление от старших классов и… выступление приглашённого фокусника. Заслуженный мастер иллюзий, между прочим.

– Петю, что ли, позовут? – снова выкрикнул Максим, и все засмеялись.

– Почему Петю? – не поняла учительница.

– Потому что он мастер по фокусам, – объяснил Женя. – Штук тридцать знает, и наборы у него разные есть.

Мария Валерьевна обрадовалась.

– Так это же очень хорошо! Петя, сможешь подготовить какой-нибудь фокус? Удивим мастера иллюзий!

Петя, обалдевший от свалившегося на него счастья в виде выступления мастера иллюзий, подскочил на месте.

– Конечно! У меня есть один фокус крутой. Я обязательно подготовлюсь. – Он уселся обратно и ткнул Сашу локтем. – Вот повезло! Нужно будет на видео записать выступление иллюзиониста. И пообщаться с ним – вдруг раскроет профессиональные секреты.

– Угум, – промычал Саша. – Спроси, если интересно.

– Конечно интересно! Разве такое может быть неинтересно! – Петя бурлил от восторга. – Это будет встреча мечты!

Следующие несколько дней Петя выбирал, чем поразить мастера иллюзий. Перетряс все наборы и даже требовал купить ему новый, который только недавно вышел.

– Петенька, у тебя уже весь шкаф завален, – отбивалась мама. – И карты есть, и монеты, и коробочки разные с двойным дном. Выбери что-нибудь.

– Да как ты не понимаешь, – кипятился Петя. – Разве двойным дном мастера удивишь? Нужно что-то особенное, о чём он не знает… Можно, конечно, с картами попробовать, всё-таки ловкость рук так просто не натренируешь, это может удивить.

– Правильно! С картами у тебя очень удачные фокусы, – поддержала мама. Но вспомнив, сколько времени эти фокусы Петя тренировал на ней, добавила: – Или посмотри видео. Найди какого-нибудь популярного блогера, который на этом специализируется, и выучи его трюк.

– Не, я лучше найду непопулярного блогера, – подумав, решил Петя. – Тогда его трюки будут не всем известны.

– Можно и так, – облегчённо выдохнула мама. – Я тебе даже разрешу подольше за компьютером посидеть.

И Петя принялся за поиски. Все выходные он просматривал каналы фокусников, разбирал трюки и хитрости. Но большинство трюков кочевали из канала в канал и вообще были Пете давно известны. Только у одного неприятного дяденьки оказались оригинальные находки.

– У него на канале всего тридцать подписчиков, – поделился Петя с мамой. – Всё потому, что он не хочет подробно рассказывать, как что делает, и даже не улыбается. Но фокусы у него интересные. Вот смотри!

– Интересные! – согласилась мама, посмотрев одно видео. – Но всё равно непонятно, как он выступает перед публикой с таким кислым лицом. Если выходишь на сцену, люди ждут от тебя улыбки.

Петя широко улыбнулся, раскинул карты веером, но тут же уронил одну.

– Ну вот, теперь ещё и улыбку тренировать, – пожаловался он. – Это отвлекает.

– Зато смотреть на тебя приятно, – сказала мама и вытащила карту из веера.

Разборы видео неулыбчивого фокусника отнимали у Пети почти всё время после школы, домашки и кружков. Поэтому, когда при очередном созвоне папа спросил его, почему он ничего не рассказывает про друзей, Петя не сразу понял, о чём речь.

– Петя, вы же недавно на квест ходили, потом это дело с монетой. Жизнь бурлила и кипела, – объяснил папа. – А сейчас ты уже которую неделю рассказываешь только про фокусы. Я уже не рад, что показал тебе тот трюк.

– Да нет, ты что, трюк отличный. – Петя тут же взял со стола монету и показал, как будто кладёт её в карман, а на самом деле роняет в рукав. Папа вздохнул, но похвалил.

– Так что Саша и Лиля? Какие у вас планы на ближайшие выходные?

– Планы? – переспросил Петя. – Я хочу ещё пару фокусов освоить к выступлению. А ребята… наверное, в парк аттракционов пойдут.

– Ясно, – покачал головой папа. – Ты бы отдохнул от тренировок и погулял с ними.

Но Петя уже снова подбрасывал монету:

– Да чего я там не видел.

Только вечером, пока чистил зубы – за этим занятием фокусы не потренируешь, – Петя подумал, что и правда давно не болтал с Сашей и Лилей. В школе они удивительным образом редко пересекались, а после уроков у всех были свои дела.

«Как же так получается? – недоумевал Петя. – Раньше столько общались, а теперь что?»

Он твёрдо решил поговорить с друзьями завтра… Нет, лучше после весеннего спектакля!

Праздник весны назначили на двадцатое мая. Мария Валерьевна курировала постановочную часть, поэтому про Петю она совершенно забыла, и накануне ему пришлось напомнить, что он тоже выступает.

– Да, да, Петенька, я сегодня же скажу директору. Она запишет тебя в число участников.

Но когда на следующее утро Петя – в чистой белой футболке и в пиджаке со специальными карманами, пришитыми чуть выше обычных, и широкими рукавами – прилип к афише праздничного концерта, то своего имени там не нашёл. Здесь были старшие классы со своим спектаклем, слово директора, награждения и часовое выступление мастера иллюзий.

– Как же так!

Петя ещё раз просмотрел все строчки программы. Но нет, ошибки не было. Мария Валерьевна просто забыла рассказать о нём директору.

Огорчённый, Петя отвернулся от афиши и побрёл в сторону гардероба. Он чуть не плакал, поэтому прошёл мимо Саши с Лилей. А те замерли в дверях, привычно стараясь стать невидимками.

Но у Пети был такой несчастный вид, что Саша не выдержал:

– Петь, что случилось? Ты чего такой грустный?

Петя наконец заметил друзей и тяжело вздохнул.

– Мария Валерьевна забыла меня внести в программу. То есть забыла сказать директору. А я фокусы приготовил.

– Так давай ей напомним! – тут же нашлась Лиля. – Или можно сразу к директору пойти. Папа мне всегда говорит, что, пока событие не случилось, можно всё исправить.

– Конечно! Сейчас разберёмся, – подхватил Саша. – Мария Валерьевна человек ответственный, она обязательно договорится с директором.

И Пете сразу стало легче.

Все вместе они подошли к учительнице, которая втолковывала что-то раскрасневшемуся старшекласснику. Дождавшись, когда она освободится, Саша спросил, почему Пети нет в программе.

– Петенька, извини, пожалуйста, я совсем забыла о тебе, – разволновалась Мария Валерьевна и даже погладила Петю по голове. – Идём к директору, до звонка успеем.

– Какая неприятная фраза «идём к директору», – тихонько хмыкнула Лиля.

– Всё зависит от контекста, – прошептал Саша. – В нашем случае это хороший поход.

Но директор замахала на них руками, едва Мария Валерьевна открыла рот.

– Не могу! Никого больше не могу вписать в программу, – кричала Наталья Львовна. Потом шумно выдохнула и сказала уже спокойнее: – Мария Валерьевна, вы знаете, сколько ко мне приходило родителей, руководителей кружков и просто желающих выступить за последний месяц? Человек тридцать. И все хотят на сцену с песней, танцем или чтением стихов.

Мария Валерьевна покраснела. Наверное, потому, что это она вела поэтический кружок.

– Но мы решили сделать короткий интересный концерт, чтобы нас в первую очередь порадовали спектаклем те ребята, которые уходят из школы. А те, кто остаются… – Наталья Львовна выразительно посмотрела на друзей, стоявших позади учительницы, – эти ребята будут радовать нас ещё не один год.

Из кабинета все вышли в мрачном настроении, а Мария Валерьевна вообще чуть не плакала.

– Петя, мне так неудобно. Ты же разучивал фокусы, старался, а я забыла. Хочешь, покажем их в классе? Сделаем отдельное выступление.

– Хочу, – сразу согласился Петя.

– Да мы их уже все знаем, – робко влезла Лиля.

– Я новые выучил.

– Много? – обречённо уточнил Саша.

– Штук десять.

– Вот и славно, выберем день и организуем собственное выступление фокусника, – обрадовалась Мария Валерьевна, не замечая помрачневших лиц Лили и Саши. – Ты ко мне подойди в понедельник, мы всё обсудим.

Она развернулась и пошла по коридору в сторону актового зала. Уже заворачивая за угол, она обернулась и крикнула:

– Только не забудь! Обязательно подойди в понедельник.

– Как будто это я забываю, – пожаловался Петя друзьям, когда учительница ушла. Но друзей рядом не оказалось: они, что-то горячо обсуждая, уже шагали по коридору. Петя пожал плечами и достал телефон. Нужно написать маме, что можно не приходить: она хотела посмотреть его выступление, но теперь смотреть было нечего.

На самом деле Петя был даже рад, что мамы не будет: она не очень-то любила фокусы, это он уже понял, поэтому не даст спокойно посмотреть на мастера иллюзий. А он хотел насладиться каждым трюком, подсмотреть каждое хитрое движение рук, а может, даже записать всё на видео. Если хватит памяти. У телефона.

После уроков все расползлись по школе: старшие классы репетировали, младшие обедали или встречали родителей. Весь третий «А» собрался в актовом зале: Мария Валерьевна привела всех заранее, потому что руководила прогоном спектакля. Так что третьеклассники оказались первыми зрителями.

Правда, к концу прогона они подустали, и, когда в зал потянулись родители и ученики других классов, Петя с Марком ворчали, Максим ёрзал на стуле, а Света с Аней и Лилей хихикали в углу.

Но директор не зря поменяла формат концерта: спектакль и поздравления прошли быстро, и спустя сорок минут директор объявила мастера иллюзий Кон Тики.

– «Кон-Тики» – это же плот, на котором переплыли Тихий океан, – зашептал Саша, но Петя его не услышал, потому что на сцену вышел невысокий мужчина в чёрном костюме, высоком цилиндре и полумаске.

Он поклонился залу, подошёл к Наталье Львовне и взял у неё микрофон. Мгновение – и в руках директора школы уже розовела пушистая искусственная гвоздика. Наталья Львовна ахнула. Все зааплодировали.

– Ничего так, эффектно, – одобрил Саша. Но Петя только хмыкнул. Хмыкнул он и когда Кон Тики достал из кармана колоду. Мастер иллюзий попросил Наталью Львовну вытащить карту, запомнить её, а после снова положить в колоду.

– У него там карты все идут по порядку, – пояснил Петя Саше, когда фокусник открыл правильную карту.

Первые двадцать минут Петя ворчал после каждого трюка, потому что они были совсем простые.

– Это же программа начинающего блогера, – возмущался он, пока на него не шикнули из передних рядов.

Но вот Кон Тики спустился со сцены и подошёл к зрителям. Он обвёл их пристальным взглядом и ткнул пальцем в Марка, сидевшего с краю в первом ряду, перед Петей.

– Иди сюда, поможешь мне со следующим трюком, – сказал он, и без микрофона голос фокусника показался Пете знакомым.

Радостный Марк неуклюже поднялся на сцену и взял своими большими руками маленькую коробочку с выдвижной внутренней частью. Он с умным видом осмотрел коробочку, открыл её и показал всем, что внутри пусто.

Фокусник ловким движением достал из кармана большую блестящую монету и передал Марку. Тот положил монету внутрь коробочки и закрыл её.

– А теперь посмотрим, действительно ли монета там, – сказал мастер иллюзий и выдвинул внутреннюю часть коробочки.

– Пусто, – ошарашенно произнёс Марк. Он осмотрел свои руки, перевёл взгляд на фокусника и с отчаянием в голосе добавил: – Но я не брал!

– Да там двойное дно, – не выдержав, буркнул Петя. У него дома была похожая коробочка, и он сто раз проделывал этот фокус.

Буркнул Петя вроде бы тихо, Марк ничего не расслышал, но у мастера иллюзий слух был получше – он зыркнул в сторону Пети и громко произнёс:

– Придётся вернуть, я эту монету в музее одолжил.

Кон Тики закрыл коробочку, дунул на неё и предложил Марку снова её открыть. Тот с обречённым видом протянул руку.

– Вот она, музейная монета! – закричал Марк, доставая из коробочки блестящий кругляш. – Ура!

И он с восторгом посмотрел на мастера иллюзий.

После Марка фокусник вызвал на сцену ещё нескольких ребят. Показал хитрость с коробком спичек, которые также пропали, но Петя не дремал и шёпотом сообщил всем вокруг, что это соединённые вместе две части коробка. Банка с газировкой и монеткой внутри тоже Петю не обманула: Саша с Лилей первыми узнали, что монета до конца остаётся в руках фокусника и, лишь открывая банку, он бросает её внутрь.

– Здесь леска натянута… А тут дополнительное отверстие, в котором он и прячет платок… О, а это мой любимый – со стаканом внутри бутылки. Там…

Петя не успел договорить, потому что в этот самый момент мастер иллюзий не выдержал и ткнул в него пальцем.

– Вижу, мальчик хорошо разбирается в фокусах, – довольно сердитым голосом произнёс он. – Похоже, мне нечем его удивить! Возможно, он сам хороший фокусник?

Вместо того чтобы извиниться, Петя самодовольно ухмыльнулся и кивнул. Фокусник запыхтел ещё сердитее.

– Может быть, устроим батл? Три раунда, победитель получает титул мастера иллюзий на этот год.

Зал затих, все уставились на Петю. Краем глаза он заметил, как покраснела Наталья Львовна, а Мария Валерьевна закрыла лицо руками.

– Я готов, – твёрдо сказал Петя, нащупывая в карманах карты и коробочку. Он так их и не выложил и теперь был очень этому рад.

Фокусник уже слегка успокоился, взял микрофон и произнёс:

– Один участник показывает фокус. Второй участник объясняет. Если объяснить не может, тогда соперник получает очко.

Зрители уже слегка расслабились, и в зале даже послышались отдельные голоса: «Петя, жги!»

Петя важно поклонился и достал из кармана три карты. Вставшая было Наталья Львовна снова села.

– Вот перед вами три карты, самым важным среди них будет король червей, вот он, – начал Петя бодрым голосом. Он показал короля, а за ним две крестовые тройки. – Теперь я кладу короля вот сюда, его совсем не видно, но если потрясти…

Петя хорошенько потряс карты – и внезапно перевёрнутый рубашкой вверх и зажатый между тройками король открылся.

Все завопили от восторга. Все, кроме мастера иллюзий. Он немного поаплодировал, но потом подошёл, взял карты и повторил фокус – только чуть быстрее. Сразу стало ясно, что трюк ему известен. Зал снова смолк.

Наступила очередь мастера. Он немного подумал, затем принялся яростно рыться в карманах, так что из них полетели платки, носки и цветы. Зрители захихикали. В конце концов мастер достал две резиночки. Он показал их Пете, потом зрителям, растянул на руках, покрутил между пальцами, и вдруг – хлоп! – одна резиночка пропала. Испарилась.

Петя чуть не расхохотался от облегчения. Конечно, он знал этот трюк. На глазах изумлённой публики он перекрутил резинку, чтобы казалось, что их две, а потом резко отпустил перекрут – и на пальцах осталась одна резинка. После чего гордо посмотрел на мастера иллюзий.

Тот ухмыльнулся. Он даже не выглядел расстроенным.

– Один-один, – завопил Максим из третьего ряда. – Петя, вперёд!

Второй трюк Петя чуть не провалил. Всё потому, что не проверил резинки, которыми были скручены несколько коробочек – одна в другой. Монетка должна была проскользнуть внутрь, а резиночки – слететь и закрыть ей проход, но всё вышло кривовато, и мастер легко объяснил, в чём фокус. Хотя зрители всё равно кричали и подбадривали Петю изо всех сил.

Ничего, он сейчас угадает фокус мастера, и они снова будут на равных.

Но всё вышло иначе.

Мастер достал из кармана сложенную вдвое верёвку, на которой болтались большие бусины. Он завязал крепкие узлы, потряс бусинами, а потом хлоп – и бусины разлетелись в стороны, а верёвки так и остались висеть.

– Ну, знаешь этот фокус? – спросил мастер у Пети, который стоял открыв рот.

Этот фокус Петя совсем недавно раз сто пересмотрел на канале неулыбчивого дядьки, но так и не догадался, в чём тут дело.

– Наверное, они у вас как-то хитро скреплены под бусинами, – тихо предположил Петя. Это всё, что он придумал, замедляя видео и разглядывая верёвки на экране своего компьютера.

Кон Тики внимательно посмотрел на него и кивнул:

– Примерно так. Ну что же, в этом раунде я победил всего лишь с перевесом в пол-очка.

Зрители снова завопили, выкрикивая слова поддержки, но Петя стоял понурый. Мастер иллюзий знал гораздо больше, чем Петя, – это понятно. И сейчас, когда прошёл запал и поугасла гордость за свои знания, Петя ощутил неловкость и даже лёгкий стыд. Тем более мелькнуло подозрение, что стоящий перед ним фокусник – тот самый. Неулыбчивый мастер, ролики которого он засмотрел до дыр.

– Давайте сейчас вы первый покажете трюк, – предложил Петя. Ему очень хотелось подтвердить своё предположение.

Мастер иллюзий кивнул. Он взял небольшой столик из стоявшего в углу реквизита, поставил на него коробку, предварительно показав, что на дне ничего нет. Потом достал из кармана верёвку и большое кольцо. Дал его подержать Пете. Кольцо оказалось металлическим и сплошным, без разъёма.

– А теперь следите за кольцом! – велел мастер Кон Тики.

Он положил верёвку в коробку так, что концы свисали с её краёв. Потом бросил туда кольцо. Пошептал заклинание и – раз! – вытащил верёвку с висящим на ней кольцом.

Все охнули. Петя тяжело вздохнул.

– Я не знаю, как вы это сделали, – тихо произнёс он. – Я видел этот трюк в интернете, но так и не понял…

Мастер иллюзий кивнул. Поклонился зрителям и приглашающим жестом позвал Петю показать свой трюк.

У Пети оставался в запасе фокус с картами, но сейчас он казался слишком простым и глупым.

Петя вышел вперёд и засунул руки в карманы. В одном из них лежала монета – и в памяти всплыл самый первый трюк. Папин.

– Это наш семейный фокус, – громко сказал Петя и показал всем монету. Он покрутил её в пальцах, подбросил и приоткрыл карман, чтобы монета упала туда. По пути он должен был ловко перехватить её пальцами и отправить в рукав, но монета скользнула мимо – он на миг коснулся её пальцами – и на глазах у всех провалилась в карман.

Петя похолодел. Он испуганно глянул на мастера, потом окинул взглядом зрителей, но делать было нечего: все ждали окончания трюка. С трудом заставив пальцы шевелиться, Петя вывернул карман.

– Вау! – закричал Максим, который аж перегнулся через ряд, наблюдая за Петиными манипуляциями. – Я же видел, что она туда упала!

Монеты в кармане не было. Петя потряс карманом, потом показал другой карман – монеты не было и там.

Мастер Кон Тики, внимательно следивший за трюком, спросил:

– В рукаве?

Петя помотал головой, снял пиджак и потряс его. Ничего. Он снова надел пиджак и шагнул в сторону. Монета выскочила из-под ноги и звонко прокатилась по полу. Зрители ахнули.

Мастер иллюзий наклонился, поднял монету и внимательно её осмотрел. Потом взял микрофон и произнёс после небольшой паузы:

– Предлагаю ничью!

Такого шквала аплодисментов школа не слышала никогда. Марк предлагал Петю качать, девчонки вопили, а Саша подошёл и лично поздравил друга.

– Прекрасный батл! – на сцену выскочила Наталья Львовна, довольная тем, что всё хорошо закончилось. – Спасибо нашим мастерам.

Кон Тики поклонился, потом пожал Пете руку и ушёл за сцену.

К Пете тут же подскочили ребята, чтобы сфотографироваться с ним. Они просили показать монету и другие приспособления для фокусов. Петя вертелся, смущённо улыбался и совершенно не знал, куда девать руки, поэтому сунул их в карманы пиджака.

И вдруг обнаружил дырку.

В подкладке того самого кармана, куда упала непослушная монета.

Он просунул в дырку палец и нащупал пояс брюк. То есть монета провалилась через карман в брючину и выскочила снизу. Это не было чудом или иллюзией – обычная случайность.

Радость сразу куда-то испарилась. Петя растолкал ребят, огляделся по сторонам и, помедлив секунду, решительно направился за сцену. Постучав в дверь кладовки, которую во время концертов обычно использовали в качестве гримёрки, он осторожно приоткрыл её.

Кон Тики складывал вещи в большой чёрный чемодан.

– Здравствуйте, – зачем-то сказал Петя. – Я… я хотел бы извиниться. Понимаете, монета… в общем, у меня в кармане дырка. И она провалилась туда, а потом в брючину. Я сам не знал. Так что, наверное, надо объявить, что вы победили.

Он с несчастным видом замер в дверях. Мастер иллюзий обернулся и пристально посмотрел на него.

– Лучше бы ты извинился за то, что бурчал всё моё выступление, – сухо заметил он. – Ты не представляешь, как сложно творить иллюзию, когда в зале вот такие «знатоки» сидят.

Петя совсем сник.

– Да, я… Извините. – Ему хотелось объяснить, что он не всегда так себя ведёт. – Просто я должен был тоже выступить после вас, как ответ школы. Но учительница забыла сказать директору, а Наталья Львовна отказалась вносить меня в программу сегодня утром. Вот.

Фокусник некоторое время разглядывал опустившего голову Петю, потом сказал:

– Ладно, проехали. Но совет на будущее: относись с уважением к любому выступлению. Это же очень тяжело – следить за руками и вдобавок поддерживать интерес зрителей.

Фокусник снял маску и, устало вздохнув, присел на стул.

Петя поднял голову и, не в силах сдержаться, закричал:

– Ага, я так и знал! Это вы КТ83. Я все ваши видео посмотрел!

Мужчина ухмыльнулся.

– Ну и как тебе?

Петя, чувствуя себя увереннее, прошёл в кладовку и встал около чемодана.

– Здо́рово! Только вы не объясняете ничего, ну, или мало. И ещё не улыбаетесь. Мрачный вы какой-то. Мы с мамой всё удивлялись, как вы можете выступать перед зрителями, совсем не улыбаясь. Кстати, а что значит КТ? Кон Тики?

– Константин Тикунов, так меня зовут, – слегка обалдев от такого развёрнутого ответа, сказал фокусник. – То есть я кажусь мрачноватым?

Петя энергично закивал. Потом, заметив, что фокусник молчит, быстро добавил:

– Но трюки у вас классные. Особенно с верёвкой. Можете рассказать?

Выходя из школы, Петя заметил Сашу с Лилей: те стояли во дворе и ждали, пока наговорятся их родители. Петина мама была здесь же.

– Петенька, я и не знала, что ты такой фурор произвёл! – воскликнула она, увидев сына. – Что ж ты не написал, что будешь выступать?

– Да я сам не знал, – пожал плечами Петя. – Но получилось здо́рово!

И пока родители обсуждали, как полезны итоговые концерты, он повернулся к друзьям и тихо спросил:

– А почему вы со мной стали меньше общаться?

Лиля с Сашей переглянулись.

– С чего ты взя… – начала Лиля, но Саша остановил её и, поправив очки, смущённо объяснил:

– Понимаешь, ты стал говорить только о фокусах. Сначала это было интересно, а потом оказалось, что с тобой ничего больше нельзя обсудить.

Петя развёл руками.

– А почему вы мне не сказали, что я вам надоел своими фокусами?

– Ты бы обиделся.

– Ну и что, вы же меня знаете. Пообижался бы и потом пришёл в себя. А так я даже не замечал, что всем надоедаю. Вы же друзья.

– Ты прав, – серьёзно сказал Саша и протянул Пете руку. – Обещаю всегда говорить, если что-то не так. Мир?

– Мир, – улыбнулся Петя, и Лиля тоже положила сверху руку. – Кстати, меня мастер иллюзий такому фокусу научил…

– Не-ет, – завопили друзья, зажимая уши ладонями и разбегаясь в стороны.

– Да шучу, шучу, – хохоча, бросился догонять их Петя. – Давайте в выходные на аттракционы пойдём или в парк гулять.

Они бегали по двору, а майский тёплый ветер гонял у них под ногами пыль и белые лепестки черёмухи.

Петя торопился в школу. Последний месяц каникул он провёл вместе с родителями на море, вернулся только вчера вечером – а сегодня уже первое сентября. Мама вчера даже не разрешила ему позвонить Саше, сказав, что все уже спят.

– Завтра увидитесь, тогда и поговоришь.

Легко ей рассуждать! Саша ведь тоже не в городе сидел: они уезжали в горы, а потом в археологический лагерь. Разве такое расскажешь за короткую переменку! Даже за несколько коротких переменок.

Поэтому сегодня он решил прийти пораньше.

– Ладно, мам, ты вот здесь стой, а я к классу пойду. – Он оставил маму с другими родителями, перехватил поудобнее букет роз для учительницы и рванул к крыльцу. Четвёртый «А» уже собирался вокруг Марии Валерьевны, слева от входа.

Все галдели, махали руками и цветами и рассказывали, кто как провёл лето. Весёлый Максим ни капельки не подрос, а вот Марк, наоборот, стал ещё крупнее и серьёзнее. У Ани отросли волосы, а Оля коротко подстриглась и теперь носила очки. Лиля прибежала одной из последних. Она загорела, вытянулась и вообще как-то изменилась. Заметив Петю, Лиля тут же подскочила к нему.

– Привет. – Она покрутила головой. – А Саша где? Заболел, что ли?

– Не знаю, – пожал плечами Петя. – Сам его жду.

Он повернулся и спросил учительницу:

– А мы на линейку с цветами пойдём или можно цветы вам сейчас подарить и идти без них?

Мария Валерьевна рассмеялась:

– Тяжело держать?

– Колючие очень, – вздохнул Петя, переложив букет в другую руку и потирая ладонь. – Но красивые. Мы с мамой вместе выбирали.

– Придётся тебе, Петя, подержать их ещё немножко. Сейчас директор приветственное слово скажет, потом мы разойдёмся по классам, и там цветы я у тебя заберу.

– Ладно, – согласился Петя и отступил назад. Потом тихо сказал Лиле: – Странно, что Саши нет. Опаздывает он, что ли?

– Саша никогда не опаздывает, – прошептала Лиля. – Только задерживается по серьёзной причине.

Наталья Львовна, директор школы, вышла вперёд и постучала палочкой по серебристому треугольнику, требуя внимания. Все затихли – правда, не сразу, так что ей пришлось прикрикнуть на некоторых буйных уже без треугольника.

– Дорогие ученики, – начала она слегка нервным голосом, когда наконец все стихли. – Я очень рада, что сегодня, первого сентября, вы снова переступаете порог нашей школы. Некоторые это делают в первый раз, давайте их поддержим, ведь в этом году у нас целых три первых класса.

– Пф-ф, «целых три», – фыркнул Максим. – В школе у моей сестры пять первых классов, и в каждом по тридцать человек. Так что три – это ерунда.

Раздались аплодисменты, заиграла весёлая музыка, и малыши-первоклассники потащились змейкой по кругу. Они спотыкались и пошатывались, потому что спереди у них торчали огромные букеты, а сзади тоже огромные рюкзаки.

– Бедняги, – прокомментировал Марк. – Ничего, на физкультуре их прокачают.

Петя вздрогнул и отодвинулся от Марка. Он ещё не забыл, как тот заставлял его отжиматься и подтягиваться в начале прошлого года.

– Где же Саша? – пробормотал он и уныло обвёл взглядом толпу.

И вдруг увидел его!

Саша Наумов, лучший Петин друг, стоял напротив чуть по диагонали – почему-то с параллельным четвёртым «Б». Саша хмурился и всё время поправлял очки. Заметив, что Петя смотрит, он криво улыбнулся. Петя сделал большие глаза и вопросительно развёл руками. Саша пожал плечами. На этом их разговор прервался, потому что Наталья Львовна закончила мучить малышей и перешла к остальным.

– В этом году вас ждут новые интересные занятия и кружки. Наша школа стала флагманом…

Дальше Петя уже не слушал: он размышлял, как так получилось, что Саша оказался в четвёртом «Б».

После линейки все разошлись по классам. Поскольку кабинет «бэшек» был в другом конце этажа, Петя не успел перехватить Сашу. Поэтому он обратился к учительнице:

– Мария Валерьевна, а почему Саша в другом классе? – спросил он, когда они подходили к кабинету.

– Как в другом? Не может быть. – Учительница распахнула дверь и, заглянув внутрь, с улыбкой сказала: – Так вот же он.

Из-за рюкзака, который стоял на их с Сашей парте, Пете было видно только плечо в коричневом пиджаке и светлые волосы.

Петя ринулся было к другу, но на полпути резко затормозил.

– Это не Саша, – объявил он на весь класс. – Эй, ты кто?

Мальчик, сидевший за партой, повернулся. Выглядел он симпатично: улыбка, волосы аккуратно зачёсаны на пробор, галстук. К тому же мальчик сразу встал и протянул Пете руку:

– Я Паша. Паша Наумов. Новый ученик. Здравствуйте, Мария Валерьевна.

Это он уже сказал учительнице, которая в ответ приветливо улыбнулась.

– Я взял вазу на подоконнике и поставил цветы вам на стол, – продолжил новенький. – Чтобы не завяли.

Девочки одновременно раскрыли рты, а мальчики уставились на синюю вазу, в которую обычно втихаря бросали жвачки и скомканные кусочки бумаги.

– Спасибо, Паша, – учительница тоже удивилась. Потом посмотрела на большой букет лилий, роз и каких-то голубых цветов и сказала: – Очень красиво.

Мальчик удовлетворённо кивнул и сел на место.

– А как же Саша? – не сдавался Петя. Парень был вроде ничего, но хотелось-то сидеть рядом с другом. Им столько всего нужно было обсудить!

– Я на перемене схожу и выясню, что происходит. Хорошо? – успокоила учительница. – А пока давайте поговорим про лето.

На перемене Мария Валерьевна, как и обещала, отправилась к директору. Но новости Пете рассказал сам Саша, который после первого урока прибежал к своему бывшему классу.

– Представляешь, летом завуч перепутала нас с этим новеньким, у нас же фамилии одинаковые, – пожаловался он. – А имён она не помнила, поэтому внесла нас в списки неправильно.

– И что теперь делать? – разволновался Петя. – До конца года так учиться?

– Нет, папа поговорил с директором и попросил поменять нас обратно. Но у нас теперь, оказывается, новый завуч, и она только принимает дела. В общем, неделю ждать придётся. Или две. А пока учиться так.

– Две недели! – ужаснулся Петя. – Но я не хочу с ним сидеть столько времени. Он какой-то странный.

– Ты тоже был новеньким в прошлом году, – напомнил Саша. – Может, этому Наумову трудно, вот он и странный. А что в нём странного?

Петя рассказал и про цветы, и про вазу. Саша задумался, но переменка закончилась, и они договорились продолжить разговор позже.

– Лиля, как тебе новенький? – не удержался от вопроса Петя, когда они заходили в класс.

– Вежливый и классный, – сообщила подруга. – Я с ним поболтала уже. Он столько всего знает и много где был…

Она покосилась в сторону уходящего Саши и добавила:

– Но Саша лучше, конечно.

В первый день, как обычно, уроков как таковых не было. Вместо домашки учительница спрашивала про летние каникулы, а потом рассказывала новости школы. Затем предложила всем внести предложения на тему «Как сделать школу лучше и интереснее».

– Нужно домашку не задавать, – тут же поднял руку Максим. – Вот у моей сестры в школе не задают.

– Так она же у тебя в первом классе, – напомнил Женя. – Ты сам говорил, что у них пять первых классов.

– Это родная сестра, а не задают двоюродной, – отмахнулся Максим. – Они всё успевают делать на уроках, так программа составлена.

– Может быть, они учатся дольше? – предположила Катя.

– Ну да, немножко дольше, – подумав, кивнул Максим. Потом наморщил нос и добавил: – Не, лучше уж домашка, чем учиться дольше. Домашку можно делать и одновременно пирожное есть, а на уроке не поешь.

И он окинул класс унылым взглядом. Мария Валерьевна рассмеялась.

– Да, Паша? – спросила она, увидев, что новенький поднял руку.

– В моей прошлой школе, – начал Паша Наумов, – учительница исправляла ошибки разноцветными ручками. А один раз даже ручкой с чернилами, которые светятся в темноте.

Класс одобрительно заугукал.

– Интересно, – улыбнулась учительница. – Нужно будет попробовать. Некоторым особенно понравится.

Она глянула на парту Ани и Светы, у которых в пеналах, как всегда, лежали десятки маркеров и разноцветных ручек.

– А я вам как раз принёс такие ручки. Спросил у своей бывшей учительницы, она порекомендовала. – Паша встал и протянул Марии Валерьевне гелевые ручки с блёстками. – Вы не подумайте, они новые, мы с мамой пошли и купили. Она поддержала мою инициативу.

– Спасибо, – неуверенно поблагодарила учительница. – Раз с мамой, тогда хорошо.

– Отличная идея! – тихо сказал Петя, решив поддержать новенького. – Девчонки точно будут в восторге.

– Я знаю, – коротко ответил тот.

Петя поднял руку, потому что у него тоже было предложение.

– Мария Валерьевна, а давайте повесим в классе наши фотографии с летних каникул. Пусть каждый выберет самую весёлую и смешную и принесёт. Тогда нам в классе не будет грустно.

– А вам что, грустно? – лукаво спросила учительница.

Петя смутился.

– Ну… не грустно, конечно…

– Но домашку с пирожными не поделаешь, я понимаю, – покивала Мария Валерьевна, и в классе послышались смешки. – Хорошая идея, Петя. Приносите фотографии, развесим.

После Пети поступили идеи докупить рыбок в аквариум, съездить в зоопарк и устроить школьный квест.

– Вот Сашу к нам обратно переведут, он придумает, – крикнул Петя, поддержав последнюю идею. Воодушевлённый, он повернулся к новенькому: – Саша мой друг, он у нас отлично разбирается в квестах и вообще очень умный. У него папа профессор.

На новенького это почему-то не произвело никакого впечатления.

– Ясно, – пожал он плечами и вдруг широко улыбнулся кому-то через Петино плечо. Оказалось, Ане.

В то время как Петя по-прежнему общался на переменках с Сашей, новенький завёл себе первых друзей. Женя, Максим и братья Огнецовы обступили парту и смотрели, как Паша крутит между пальцев длинную ручку с утяжелителями на концах. Петя сам увлекался фокусами и знал, что вот так пальцами раскручивать и удерживать предмет очень сложно. А новенький проделывал это легко и быстро. Респект, как говорит учительница по английскому.

В столовой Паша уселся с Лилей, Аней и Светой и угостил их конфетами, которые трещали на языке. Девочки повизгивали, открывали рот, чтобы послушать треск, и съели этих конфет, наверное, целую упаковку.

В общем, все были от новенького в восторге. Учительнице нравилось, что он вежливый и знает программу, мальчишки учились крутить ручки, а девочки обсуждали с ним последние фильмы и модные новинки.

– Он знает и про телефоны, и про приложения, про всё, – удивлялся Петя, когда они с Сашей встретились в конце учебного дня.

– Начитанный, – уважительно произнёс Саша.

– Нет, он всё не то знает, – попытался объяснить Петя. – Точнее, то, но неправильно как-то.

– Может, стесняется ещё. Он же первый день в новом классе, – пожал плечами Саша и глянул в окно. – Ой, вон моя мама, я пошёл. Вечером созвонимся.

По пути домой Петя собирался рассказать маме про двух Наумовых, но она первая начала разговор:

– Сашина мама сказала, что он, оказывается, в другой класс записан. Удивительное совпадение фамилий, да? Как в кино.

Петя подумал, что в кино всё было бы весело и оба Наумова были бы похожи, но в жизни почему-то вышло наоборот.

Мама заметила, что он молчит, и спросила:

– А тебе как этот Наумов? Он же с тобой сидит.

– Пока не знаю, – коротко вздохнул Петя. – Наверное, нужно ему помочь, он же новенький.

Но за следующие дни расстановка сил так поменялась, что теперь Петя чувствовал себя новеньким, а точнее, чужим в собственном классе.

Сперва казалось, что Паша подружился со всеми. Но очень быстро он отодвинул в сторону Огнецовых, Катю с Олей и ещё с десяток ребят. Точнее, он оставлял их в компании, но разговаривал по большей части с Аней, Лилей, Женей и Максимом. Ну и иногда звал Марка, если нужно было важно пройтись до столовой. Ещё новенький отлично общался с Марией Валерьевной: помогал ей донести сумку с тетрадками и всё время оказывался рядом когда нужно.

Петя наблюдал за всем этим со стороны и потихоньку начал волноваться, что выгнать Пашу из класса так просто не выйдет. Если Мария Валерьевна за него вступится и ребята захотят, то так и завуча можно будет убедить: ей же легче не переправлять списки и оставить Павла Наумова в четвёртом «А».

С Петей Павел Наумов, кстати, тоже не общался. С самого начала как будто понял, что Петя ждёт возвращения друга, – и не стал тратить на него силы. Зато постоянно находил темы для разговоров с Лилей и Аней, а Женю просто держал поближе: Женя учился лучше всех и всегда был готов помочь.

Петя держался сколько мог. Но когда Паша самым наглым образом напросился на мероприятие в музей, расхваливая Лилиного папу, его терпение лопнуло.

– Ты же не разбираешься в искусстве, зачем тебе в музей? – спросил он Пашу, когда тот, довольный разговором с Лилей, уселся рядом за парту.

Паша ответил не сразу. Он обдумывал, прищуривался, но в итоге сказал:

– Просто я умнее некоторых. – И выразительно посмотрел на Петю.

– И чем же ты умнее, если напрашиваешься туда, где тебе неинтересно?

– Неважно, интересно мне или нет, зато я с родителями попаду на крутое мероприятие, мои фотки будут в соцсетях, обо мне все узнают. Это полезно.

Петя фыркнул:

– Кому полезно?

– Мне. Ты вообще о трендах что-нибудь слышал? Важно быть в тренде и задавать направление остальным. Заниматься тем, о чём все говорят, разговаривать на популярные темы. А если дружить, то с теми, от кого есть польза. Понимаешь?

Паша снисходительно посмотрел на Петю.

– То есть ты задружился с Аней и Лилей, потому что у них родители богатые, – подумав, сказал Петя. – А с Женей, потому что он умный и помогает с уроками… А к Марии Валерьевне зачем подлизываешься?

– Потому что с учителями вообще полезно дружить, – оборвал его Паша и поднял руку. – Мария Валерьевна, можно я отвечу? Это моё любимое стихотворение.

Учительница расцвела, а Лиля, сидевшая впереди, повернулась и посмотрела на Пашу с восхищением.

– Ну… вообще! – тихо возмутился Петя, а тот как ни в чём не бывало начал:

– «Унылая пора, очей очарованье…»

Он читал таким проникновенным голосом, что все в классе уставились на него, будто это не Паша Наумов, а сам Пушкин своё стихотворение читает. Петя даже подумал, что класс словно под гипнозом.

– «И редкий солнца луч, и первые морозы, и отдалённые седой зимы угрозы».

На последнем слове Паша понизил голос и зыркнул в сторону Пети.

Тому стало не по себе.

На перемене девочки обступили Пашу, хвалили его и уговаривали записаться в поэтический кружок.

Пете еле удалось выманить Лилю из этой толпы.

– Лиль, пойдём Сашу найдём, узнаем, как он там.

Но подруга только отмахнулась, ревниво поглядывая в сторону новенького, вокруг которого круг снова сомкнулся.

– Да ну, нормально он там. Это же четвёртый «Б», хороший класс. Давай лучше Пашу послушаем. У него родители в театре работают. Паша как раз смешные истории рассказывает, закулисные.

– Саша наш друг, а ты вот так отмахиваешься! – воскликнул Петя. – Может, тебе и не хочется, чтобы он возвращался?

Лиля покраснела.

– Конечно хочется, – буркнула она. – Просто можно было бы и Сашу, и Пашу в классе оставить.

Петя захлопал глазами от неожиданности.

– Класс не резиновый, – возразил он. – Кому-то придётся уйти.

– Ну-у, Лёша Курочкин мог бы, – неуверенно сказала Лиля. – С ним почти никто не дружит. Или Маша. Алан тоже не очень… или…

– Я, например? – с горечью предложил Петя. От Лили он такого не ожидал. – Вы и не заметите. Вон как облепили Пашу, как мухи.

– Знаешь что… ты… ты просто завидуешь, – разозлилась Лиля. – Сам ты муха.

Она вернулась в круг, растолкала всех и уже через пару минут хохотала над Пашиными шутками.

После завтрака, возвращаясь в класс, Петя брёл по коридору как можно медленнее. На душе непонятно отчего было тоскливо. Казалось, скоро случится что-то очень плохое.

Едва войдя в класс, Петя понял, что «скоро» уже наступило.

Первое, что бросилось в глаза, – это висящие на стенах портреты учеников. Только не с летних каникул, как предлагал Петя, а сделанные прямо в классе. На этих фотографиях кто-то морщился, кто-то хмурился, братья Огнецовы ругались из-за конфеты – их лица были сердитыми и одновременно смешными, Женя с умным видом глядел на доску, Максим засунул карандаш в ухо, Аня поправляла и без того идеальную причёску, а покрасневшая Катя, высунув язык, старательно выводила что-то в журнале наблюдений. Петя нашёл себя: его фотография висела напротив их парты, на ней он зло и тоскливо глядел в окно.

– Я подумал, чего ждать, пока все фотки принесут, и сам распечатал, – объяснил подошедший к Пете Наумов. Потом окинул взглядом фотографии. – Неплохо вышло, да? Удалось передать характеры.

– А по-моему, плохо, – коротко бросил Петя и пошёл к парте, даже не взглянув на Пашу.

Тот тоже в долгу не остался и весело крикнул вслед:

– Правда глаза колет?

Петя до конца уроков всё думал, чем же именно ему не понравились фотографии, ведь хорошо снято, чётко, крупным планом. Но чем больше он на них смотрел – даже на красивую Аню и умного Женю, – тем неприятнее ему становилось. Может, и правда он завидует?

Только выйдя после уроков во двор и оглянувшись на здание школы, над которым плыли в небе белые облака, Петя сообразил.

На фотографиях никто не улыбался. Не корчил смешные рожицы, не показывал язык, не глазел смущённо в камеру. Паша Наумов словно снял всех исподтишка – те моменты, которые снимать не нужно. На них красивая Аня выглядела надменной, Женя – заучкой, а Марк – глуповатым силачом.

– Неправильно это, – вырвалось у Пети. – Неужели никто не видит?

Ему очень хотелось обсудить это с Сашей, тот бы его понял, но друг заболел.

– Акклиматизация, – прогундосил он в телефон, когда Петя позвонил ему вечером. – После моря здесь холодно, вот я и простыл.

– Понятно, – ответил Петя и не стал рассказывать, как меняется их класс под влиянием новенького. – Выздоравливай.

В выходные Петя немножко пришёл в себя. Он решил, что поговорит с Пашей и убедит его снять фотографии. А ещё попросил маму написать в школьный чат, чтобы все принесли летние снимки.

– Здо́рово придумал! – похвалила мама. – А какую ты понесёшь?

Петя выбрал ту, где он с мамой и папой сидит на берегу, а сзади на них неожиданно накатывает большая волна, так что они кричат, хохочут и отмахиваются руками от морской пены. Эту фотографию Петя очень любил: она была летняя, сумасшедшая и весёлая.

– Супер! – одобрила мама его выбор.

В понедельник, подходя к классу, он даже достал из рюкзака фотографию: когда он смотрел на неё, становилось легко на душе.

– Это что такое? – Снимок вырвали из рук, и Паша Наумов шмыгнул в класс, держа фото над головой.

– А ну отдай!

Петя замешкался от неожиданности, но тут же побежал следом. Почти все одноклассники уже пришли.

Паша стоял у доски, прилепив к ней Петину фотку, и громко объяснял:

– Фокус сбит, горизонт завален. К тому же о чём нам говорит эта фотография? О том, что надо смотреть по сторонам, прежде чем улыбаться в камеру.

Всё это он сказал, подражая голосу и манерам Марии Валерьевны. Очень талантливо, в другое время Петя даже оценил бы. Но сейчас он стоял и слушал, как гогочут Огнецовы, хихикает Лиля на первой парте, хмыкает Женя и покатывается Марк.

– Хорошо, что мы свои фотки не принесли, – давясь смехом, пискнул Максим. – Вовремя Паша написал.

Внутри у Пети что-то сломалось. Он молча подошёл к доске, снял фотографию, порвал её на четыре части и выкинул в мусорку. После этого сел на место. Паша хотел что-то сказать, но не успел: вошла учительница.

– Доброе утро, все садимся на свои места. Паша, спасибо, что протёр доску. Начнём с проверки домашнего задания.

Паша сел на место, сильно толкнув Петю в бок. Тот покачнулся.

– Хочешь начать? – по-своему поняла учительница. – Давай.

Но Петя молчал. У него словно что-то застряло в горле. Как будто он хотел проглотить что-то неприятное, колючее и горькое одновременно, но у него не получалось. И теперь это что-то заблокировало ему горло, и голос просто не мог вырваться наружу. А может, даже не хотел.

– Петя! – позвала учительница. – Ты в порядке?

Он только смотрел на неё и моргал. Класс молчал.

– Давайте я отвечу, у меня как раз вопрос был по домашнему заданию, – быстро нашёлся Наумов, переключая внимание на себя.

До конца урока Петю больше не спрашивали. И на переменке никто с ним не разговаривал. В этот день только учитель физкультуры вызвал его лезть по канату – но на канат можно было забраться и без слов.

На мамины вопросы про школу и летнее фото он только хмыкнул что-то неразборчивое, а потом рано ушёл спать.

Утром во вторник Петя принял решение: пока не вернётся Саша, он будет молчать. Всё равно никому его слова не нужны, даже бывшим друзьям.

Подходя к школе, он иначе смотрел на знакомый двор, крыльцо и бегущих впереди первоклашек. Ему казалось, что теперь их разделяют астрономические расстояния. Что он, Петя, заключён в герметичной капсуле и в одиночестве летит сквозь огромный беззвучный космос, а тот его даже не замечает.

Хотя кое-кто в беззвучном космосе всё-таки его заметил.

– Сменка есть? – громко спросила охранница на входе.

Петя пожал плечами и полез за сменкой. Он мог поздороваться, сказать что-то смешное и даже приоткрыл было рот, но понял, что слова где-то очень глубоко, а сил их доставать из глубины нет.

Поэтому просто показал сменку и пошёл дальше.

В классе почти никого не было, только Света с Машей и Аней о чём-то шушукались, а Лёша дописывал домашку.

– В общем, Паша сказал, что нашей школе не хватает стильного флешмоба. Помните, Саша делал, так вот это детский сад, – верещала Света. – А Паша обещал придумать что-то с танцами и модными очками и причёсками. Точнее, его мама придумает. Она хореограф.

– Как здо́рово! – подхватила Маша, широко распахивая и без того большие голубые глаза. – Какая у него талантливая семья. Нам так повезло, что он к нам в класс попал.

– Да! Нужно будет попросить учителей, чтобы его оставили у нас. Надо письмо написать и всем подписаться.

– Все не подпишут, – сказала Аня и глянула в сторону Пети.

Но он молчал.

А в конце дня произошло странное происшествие.

Ваня поссорился с Марком, да так, что их еле разняли.

– А ну бери свои слова назад! – кричал Марк.

– Да чего я такого сказал? – отбивался Ваня. Даня в знак солидарности с братом наседал на Марка с другой стороны.

Выяснилось, что Ваня обозвал Катю рыжей шеф-поварихой и Марк за неё обиделся. Потому что, во-первых, Катя ему нравилась, а во-вторых, он сам любил готовить. Ваня утверждал, что ничего плохого в «поварихе» нет, а Марк злился, но не мог объяснить почему. Только твердил, что это неуважительно. Уже даже Катя попросила мальчишек прекратить ссору, потому что она не обижается, однако разрешил конфликт Паша. Он убедил Марка, что Ваня, наверное, просто не знает значения некоторых слов и вообще ничего плохого не имел в виду.

После того как ребята наконец помирились и пожали друг другу руки, все ещё больше захотели, чтобы Паша остался в четвёртом «А».

– Вот видишь, Паша классный, – кинула Пете на ходу Лиля. – Настоящий миротворец!

Петя мог бы возразить, что это именно Паша передал Марку про «шеф-повариху» и что звучало это действительно грубо и некрасиво, но не стал. Он словно погружался всё глубже в безопасное место внутри себя и совершенно не хотел вмешиваться в то, что происходило снаружи. Даже когда ему поставили первую в его жизни двойку и отвели к директору за то, что игнорировал учителя физкультуры. Даже когда ребята подошли и попросили подписать просьбу, чтобы Паша остался в их классе, он только покачал головой и уткнулся в тетрадку. Даже когда в пятницу утром Паша толкнул его в угол на лестнице, пнул коленом в живот и зло зашипел:

– У тебя ничего не выйдет. Меня всё равно оставят, а ты можешь из себя строить кого хочешь. Молчи себе на здоровье, пока самого не отправили в четвёртый «Б». А может, и из школы не выгнали.

Страшно Пете не было. Только грустно, что их класс оказался таким непрочным в дружбе и что он, Петя, не смог ничего объяснить ребятам. И самое главное, что Саша не будет с ним в одном классе и вообще всё никогда больше не будет как раньше.

Он вошёл в класс, поставил рюкзак около парты и сел на своё место. Привычно уткнулся носом в тетрадь.

– Два человека не подписали, – услышал он голос Максима. – Ну и ладно, и без них обойдёмся.

Петя сидел, низко опустив голову. Он услышал, как в класс вошла учительница, как нестройными голосами поздоровался с ней класс. Как её каблуки застучали по полу, всё ближе и ближе.

– Мария Валерьевна, у нас к вам просьба… – начал было Максим, но вдруг осёкся.

– Петя! – тихо позвала его Мария Валерьевна и, не дождавшись ответа, тронула за плечо.

Паша рядом ехидно хмыкнул и даже развернулся, чтобы было удобнее наблюдать.

Петя поднял голову и посмотрел в доброе лицо учительницы.

– Я хотела бы перед тобой извиниться, – вдруг сказала она. – Ты молчишь уже больше недели, а я даже не поинтересовалась, что с тобой происходит. Может, расскажешь?

– Его проект выставки летних фотографий зарубили, – выкрикнул неугомонный Максим. – И Сашу в наш класс не вернут… скорее всего.

– Почему? – удивлённо повернулась к нему учительница.

– Потому что мы бы хотели, чтобы с нами остался Паша. – Максим встал и торжественно вручил Марии Валерьевне письмо. – Вот, мы подписали.

Паша при этих словах скромно потупился и даже слегка покраснел, словно от смущения.

– Понятно. – Мария Валерьевна взяла письмо и просмотрела его. – Почти все подписали. Значит, вам нравится ваш новый одноклассник? Это хорошо. А чем именно?

– С ним интересно. Он классный. Хорошие фотки сделал, – застрочила Света.

– Умеет конфликты разруливать, – баском добавил Марк.

– Обещал флешмоб покруче Сашиного устроить.

– Весёлый.

– Модный.

– Много знает.

Все выкрикивали разное, учительница кивала, а потом спросила:

– А Саша Наумов чем вам нравился?

– Ну-у, он умный, – сразу сказал Даня. – Много знает научного, рассказывает всякие факты.

– Квест устраивал, – вспомнил Максим.

– И флешмоб, – пожала плечами Лиля.

Кто-то ещё что-то сказал, но, как оказалось, в целом ребята не знали, чем именно им нравится Саша.

– Он надёжный друг, – неожиданно сказал Петя, вставая. Голос у него звучал хрипловато, как после болезни. – Он всем помогает и никогда ни про кого не говорил плохое. Рядом с ним никто не гоняется за придуманным важным, потому что он рассказывает и делает настоящие хорошие вещи. И ещё… он никогда не стал бы никого фотографировать так, чтобы человек выглядел плохим и смешным.

Все замолчали и украдкой глянули на развешанные по стенам фотографии: сперва на свои портреты, а потом на снимки одноклассников.

– Просто ты неудачно вышел, – процедил Паша. Он старался, чтобы его голос звучал ровно, но всё равно срывался в угрожающий тон. – Я могу тебя переснять.

– Тогда надо всех переснимать, – твёрдо ответил, глядя ему в глаза, Петя. – У тебя же Даня с Ваней – смешные обжоры, Максим глупый, Света…

– А что я-то? – вдруг заголосила Света. – Мне тоже не понравилась моя фотка, я на ней кривляка какая-то. Но все же одобрили.

– Паша сказал, что это стильно, реалистично и что так сейчас фотографируют, – возмутился Максим. – А так мне тоже мой портрет не нравится. Чего я в ухе ковыряюсь, как дурачок?

Класс загудел.

– И никакой он не миротворец, – продолжил Петя.

– Как это? – подскочила Лиля. – Ваня же плохо про Катю сказал, Марк разозлился, а Паша их помирил. Ваня же сам подтвердил.

Петя молчал. Ему не хотелось становиться ябедой, он и так уже много сказал.

– Вообще-то я не говорил плохо про Катю, – вдруг почесал затылок Ваня. – Я назвал её шеф-поваром, потому что она готовит хорошо. А Паша поправил меня: говорит, что раз женский род, то «повариха». И сам смеялся, что смешно: шеф-повариха какая-то. Я не хотел Катю обидеть.

– А мне Паша другое сказал, – набычился за спиной Пети Марк.

– Видимо, у вас произошло недопонимание, – тут же вступила в разговор Мария Валерьевна. – Мы же много раз обсуждали, что сначала нужно разобраться. И не со слов других, а непосредственно с тем человеком, на кого ты обижаешься.

Учительница повернулась к Паше Наумову.

– В любом случае списки уже поменяли, и со следующей недели ты, Паша, переходишь в четвёртый «Б» класс. Буду ждать тебя в поэтическом кружке, если захочешь участвовать.

После уроков Паша первым вылетел в коридор, ни с кем не попрощавшись. Все остальные смущённо копошились, собирая рюкзаки, и не спешили выходить из класса.

– Ой, я даже рада, что он от нас перейдёт, – вдруг сказала Света. – А то у меня уже больше модных вещей не осталось. А с немодной мной он бы дружить не стал.

– Молодец, что Сашу защитил, – подсела к Пете Лиля. – Как это ты его раскусил? А мы даже не поняли, что он над нами смеялся.

Петя пожал плечами. Он так привык молчать, что говорить лишний раз не хотелось. Но тут он вспомнил один вопрос, который хотел задать, и выбежал в рекреацию. Учительницу он догнал в конце коридора.

– Мария Валерьевна, – слегка запыхавшись, произнёс он. – А кто вам рассказал, что я молчу и со мной надо поговорить?

– А почему ты думаешь, что мне кто-то сказал? Может, я сама заметила.

– Нет, – уверенно заявил Петя. – Я же давно молчу, вы меня за это время несколько раз к доске вызывали и по домашнему заданию спрашивали.

Учительница грустно покачала головой. Видно было, что ей немножко стыдно за свою невнимательность.

– Это Саша? – предположил Петя. – Или Аня? Или, может, Катя с Олей?

– Не-ет, не они. Это… Лёша Курочкин. Сказал, что в классе творится что-то странное, плохие вибрации и что Сашино возвращение под угрозой, а твой голос перестал звучать. Он же музыкант, тонко чувствует такие вещи. К тому же он вместе с Сашей вас искал тогда на квесте – и теперь считает себя за вас ответственным.

– Ничего себе! – удивился Петя.

– Да, настоящий Маленький принц, – кивнула Мария Валерьевна и зашла в учительскую.

– Вот тебе и Курочкин, – развёл руками Петя, но сразу же обрадовался.

Если человек чувствует плохие вибрации, то его никакие модные тренды не обманут. А значит, четвёртому «А» классу ничего не угрожает.

– А у вас какие планы на каникулы? – спросила Мария Валерьевна, когда Саша с Петей отнесли последние коробки с мелками и карандашами в кладовку и вернулись за своими рюкзаками.

– Ни-ка-ких, – по слогам произнёс Саша. – Мама уедет на гастроли, папа – в командировку, а я с бабушкой останусь.

– У тебя есть бабушка? – для Пети это была новость.

– Конечно. У меня их даже две, одна, правда, далеко, на севере. А вот вторая из Ярославля приедет.

– А чего она тебя к себе не заберёт, в Ярославль?

– Я не хочу. Осенью у неё в деревне не очень весело.

– Ты настоящий городской житель, – улыбнулась учительница и повернулась к Пете. – А ты, Петя, куда-нибудь едешь?

– Не-а, все каникулы буду дома. Маме работать надо, а папа только к Новому году приедет. Мама обещала сводить в зоопарк и в Музей транспорта, но это всего два дня, а остальные придётся самому развлекаться.

– Я тебя к себе приглашу, будем бабушкины пироги есть, – рассмеялся Саша. – Она приезжает и сразу начинает их печь. Большие такие, с яблоками, с капустой… и ещё с клюквой.

– Откуда она клюкву берёт? – удивился Петя. – В магазине вроде клюква не продаётся.

– С собой привозит. Ещё домашние яйца, яблоки и масло из-под коровы. Так и говорит: «Вот масло настоящее, из-под коровы».

Петя задумался, потом нерешительно спросил:

– Как это? Масло же делают из молока. Оно под коровой хранится, что ли?

Тут Мария Валерьевна не выдержала и рассмеялась:

– Это иносказательно. «Из-под коровы» – значит свежее, только что приготовленное, а не пролежавшее в магазине долгое время.

– А-а, – с облегчением кивнул Петя, уже прикидывавший, как бы вежливо отказаться от такого странного масла. – Надо будет зайти попробовать.

– Давай, она уже в понедельник приедет.

Мальчики взяли рюкзаки и попрощались с учительницей.

– Надеюсь, вы хорошо отдохнёте, – сказала им на прощание Мария Валерьевна.

– И вы, – воспитанно ответил Петя. – Куда-нибудь поедете?

– На дачу. Будем париться в бане и много спать.

– Тебя сегодня кто забирает? – как бы между прочим спросил Петя Сашу, когда друзья оделись и вышли из раздевалки.

– Никто. Мама договорилась, что я теперь сам буду домой ходить, – небрежно выдал тот.

– И меня никто: мама разрешила самому идти, – Петя даже расстроился. – Эх, я думал, сюрприз будет.

– Да ну его, сюрприз этот. Так даже лучше, – не согласился Саша. – Теперь можем вместе домой идти и всё по дороге обсуждать. Например, знаешь, куда Лиля поедет?

– Да, она уже неделю всем рассказывает, что на море. А Аня в Екатеринбург, там у её мамы выставка.

– Марк поедет на соревнования, Огнецовы пойдут в поход, Максим с Женей – в рыцарский лагерь, – перечислял Саша. – По-моему, одни мы остаёмся дома из всего класса.

– Тоска.

– Зато мы Марии Валерьевне помогли класс убрать. Все раньше ушли, а одна она до вечера убиралась бы. А тут мы подвернулись.

– Это, конечно, хорошо. Может, нам ещё кому-нибудь помочь, раз у нас целая неделя отдыха? – предложил Петя. – Убраться или с собакой погулять.

– Можно, – кивнул Саша и задумался. – Устроим челлендж. Каникулы с пользой. Ни дня без помощи другим!

– Какая-то реклама. Или фильм про Супермена, – хмыкнул Петя. – Но мне нравится. Давай челлендж.

– Отлично. Надо придумать идеи, кому и как мы можем помочь. Например… – Саша хитро блеснул очками. – Помочь бабушке выбрать, с чем приготовить первый пирог.

– С маслом из-под коровы, – рассмеялся Петя. – И с клюквой из-под болота.

Хохоча, они зашагали домой.

Про челлендж маме Петя рассказывать не стал. Только сообщил, что к Саше приезжает бабушка и он будет тусить у друга.

– Тогда я возьму выходной в среду или в четверг, – обрадовалась мама. – Можем куда-нибудь сходить и Сашу прихватить.

– Хорошо, – легко согласился Петя. – Но ты не переживай, если не получится взять выходной. Мы найдём что поделать.

Все мысли у него были заняты планами, кому и как они с Сашей могут помочь. Вечером в воскресенье после последнего созвона в их списке было всего пять пунктов. Петя предложил ещё пятнадцать, но Саша их все забраковал.

– Снимать котят с дерева и ловить преступников не получится, – заметил он. – Во-первых, мы плохо лазим по деревьям. Во-вторых, не умеем драться со взрослыми людьми.

– Но помогать перейти дорогу и донести сумки – это скучно!

– Зато это реальная помощь. Представь, что ты старичок и у тебя ноги болят.

Петя представил.

– Я бы тогда доставку заказал, если бы у меня ноги болели.

Саша вздохнул.

– Представь ещё, что у тебя нет денег.

Петя помотал головой. Получалось совсем грустно.

– Что ж это, мы ему один раз поможем, этому бедному старичку с ногами, – возмутился он, – а потом кто ему будет помогать? Неправильный какой-то челлендж.

– Давай сначала найдём такого старичка, – предложил Саша. – А потом уже и решим.

В понедельник они встретились в Сашином дворе, закутанные в шарфы по самые уши. Дул холодный ветер, иногда брызгал дождь, а под ногами хлюпала грязь пополам с подгнившими листьями. Они перешли двор туда-сюда несколько раз и остановились у подъезда.

– Фу-у, – сказал Петя, оттирая с подошвы особенно липкий ком. – Откуда столько грязи?

– С деревьев нападали листья. – объяснил Саша. – Их с тротуара убрали, а с тропинок и газонов – нет.

– Так давай уберём, – тут же предложил Петя. – Хорошее дело сделаем. Я инвентарь у вас в подъезде видел.

Они взяли грабли, ведро и принялись сгребать мокрые листья и относить их на помойку. Петя пару раз вывалил ведро себе на джинсы, но в остальном справлялся хорошо.

Они уже отнесли, наверное, пять вёдер, когда услышали крики:

– А ну-ка верните всё на место! Ишь чего делают, инвентарь таскают!

К ним подбежала полная женщина в шапке и комбинезоне.

– Это Галина Сергеевна, наша консьержка, – шепнул Саша.

– Вы зачем их взяли? – строго спросила Галина Сергеевна, отбирая у них ведро и грабли.

– Листья убрать, чтобы так грязно не было, – уверенно сказал Петя. – Дворник забыл, наверное. Или ленится.

Галина Сергеевна рассмеялась:

– Да уж конечно, ленится. Просто листья под деревьями нужно оставлять. Чтобы они перепрели и питали корни. А иначе захиреют наши с вами липы и берёзы. Понятно?

Петя насупился и кивнул. Саша тихонько потянул друга за рукав.

– Но молодцы, что решили помочь, – смягчилась Галина Сергеевна. И задумчиво произнесла: – Может, вы-то мне и нужны. Идёмте.

Пока они шагали к дальнему углу дома, Галина Сергеевна рассказывала:

– Понимаете, прибился пёс. Вроде ухоженный, красивый, а чей – неизвестно. Поводок и ошейник есть, а информации на них никакой. Может, вы возьмёте, поспрашиваете, объявление повесите. Если нет, я вечером заберу его, у себя пока подержу. Или в приют отправим. Но вдруг найдётся хозяин?

– Даже не знаю… – протянул Петя. – Мы вообще-то… ой!

Консьержка открыла дверь кладовки, и из неё с воинственным лаем вылетел маленький коричневый пёсик. Шерсть у него свисала до самой земли, а треугольные ушки задорно торчали вверх. Уткнувшись Саше в ноги, пёсик замолчал и принялся тщательно их обнюхивать.

– Это же йоркширский терьер! – воскликнул Саша. – Дорогая собака.

– Ну и отлично, легче будет найти хозяина. Вот вам поводок и ошейник – и вперёд, заодно и погуляете с ним. А то сидит тут и рычит на всех.

– Вот нормально, как мы теперь будем челлендж проводить? – пожаловался Петя, когда они сделали уже третий круг вокруг площадки, спрашивая всех подряд, не потерял ли кто собаку. Пёс между тем бодро облаивал всех встречных и отмечался под каждым кустом.

– Эй ты, меткий, хватит уже, – дёрнул за поводок Петя. Пёс наклонил голову и приподнял одно ухо, словно прислушивался.

– Его, наверное, зовут так – Меткий, – предположил Саша.

Теперь пёс внимательно глянул на Сашу.

– Класс, так мы быстро всё выясним!

– Пойдём ко мне, покормим его и распечатаем объявления. Заодно и поищем на сайтах клубов, – предложил Саша план действий.

– А бабушка твоя нас с собакой пустит?

– Бабушка ушла в музей, придёт через пару часов.

Дома пришлось вымыть Меткому лапы и пузо, потому что во дворе он сильно измазался. Мыться пёс не хотел, изворачивался, пришлось держать его вдвоём. Затем Саша налил в миску куриного супа и положил кусочек пирога с капустой. Меткий мигом всё съел и улёгся в кресле отдыхать. Саша ловко сфотографировал его довольную морду.

Распечатав десяток объявлений и написав в три клуба, где разводили йоркширских терьеров, Саша задумался.

– Пишут, что у собак бывают чипы. Нужно съездить к ветеринару и проверить. И ещё пишут, что йоркам нельзя надевать ошейник, а нужна шлейка. А то у них шея тонкая, нельзя за неё дёргать.

– Тут недалеко зоомагазин, можем сходить, – предложил Петя. – Заодно расклеим объявления.

Пообедав и снова замотавшись шарфом, Саша взял под мышку вымытого пса, и друзья отправились в зоомагазин.

На улице вовсю лил дождь, поэтому Саша засунул Меткого под куртку, откуда торчала только его мордочка.

В зоомагазине оказалось пусто. Обычно здесь толпились дети, разглядывая пушистых кроликов и деловитых хомячков, но сейчас только одна высокая девочка топталась у кассы да пожилая женщина выбирала кошачий корм.

– Вот такой размер, по-моему, подходит, – Петя ткнул пальцем в оранжевую шлейку. – Ну-ка достань Меткого, посмотрим.

Но Меткий вылезать отказался и даже порычал на Петю, когда тот попытался его вытащить. Девочка у кассы обернулась и подозрительно на них посмотрела.

– Ладно, берём эту, – быстро принял решение Петя, снимая со стойки нужный товар. Саша засунул пса поглубже под куртку, и они направились к кассе. Оплатив шлейку и две баночки с кормом для собак мелких пород, друзья вышли из магазина. Петя заметил, что девочка подозрительно смотрит на них сквозь витрину. Вблизи её лицо оказалось заплаканным и опухшим. Пете захотелось поскорее уйти, но он всё-таки достал из кармана объявление и приклеил его на стену магазина – правда, не около двери, а сбоку.

– По объявлениям не звонили, а из клубов ответили, что никто не пропадал, – подвёл вечером итоги дня Саша. – Хорошо ещё, бабушка вернулась в хорошем настроении и разрешила Меткому переночевать у нас.

– А Галине Сергеевне ты сказал? – спросил Петя. Он позвонил другу перед сном узнать, отдал ли тот Меткого консьержке. Он втайне очень на это надеялся, потому что ему хотелось продолжать челлендж, а не искать все каникулы собачьего хозяина.

– Сказал. В общем, сегодня мы одно хорошее дело сделали: помогли Галине Сергеевне. Продолжаем челлендж.

Несмотря на то что Петя лёг рано, спал он долго. Наверное, за первую четверть уже накопилась усталость. Поэтому, когда в дверь позвонили, Петя не сразу сообразил, что это к нему.

– Ма-ам, – попытался позвать он, но, глянув на часы, понял, что мама уже ушла на работу. Завернувшись в одеяло, Петя поплёлся в прихожую.

В квартиру влетел Меткий, втащив за собой Сашу.

– Ты чего, ещё спишь?

– Уже нет, – буркнул Петя. – Встал.

– Ясно. Тогда завтракай, и пойдём. Надо с Метким погулять и в ветеринарку съездить.

– Надеюсь, у него есть чип, – сказал Петя, отбирая у Меткого ключ с резиновым брелоком, который пёс ловко стащил с маленькой тумбочки в коридоре и теперь пытался разжевать.

Ближайшая ветеринарная клиника находилась в трёх остановках от Петиного дома. Дождавшись автобуса, Саша взял Меткого на руки, и ребята устроились на сиденье возле передней двери. И все три остановки пёсик рычал и скалил зубы на каждого входящего пассажира.

– Молодёжь, или идите в конец салона, или вылезайте, – не выдержал водитель, когда двери закрылись в третий раз. – Народ уже вашу зверюгу боится.

– Мы как раз выходим, – быстро ответил Саша и встал у двери. Когда автобус затормозил у остановки, Меткий с видом победителя облаял всех напоследок и глянул на Сашу: выходи, мол, чего стоишь.

– Какой наглый пёс нам попался, – не удержался Петя, когда они шли от остановки вглубь дворов. – Может, его хозяева сами выгнали?

– Вот и выясним, – философски заметил Саша.

Клиника оказалась закрыта.

– Жуть, – возмутился Петя, заглядывая в тёмные окна. – А если животному плохо? Вот так и будь собакой: никому до тебя дела нет.

– Просто сегодня праздник, – пожал плечами Саша. – Поэтому закрыто.

– Моя мама и в праздники работает, – с умным видом заметил Петя. – Ладно, поехали в другую клинику.

Другая была ещё в трёх остановках, но снова ехать на транспорте ребята не рискнули.

– Лучше пройдёмся, а то в автобусе Меткий нервничает, – предложил Саша, и они пошли пешком. Правда, оказалось, что Меткий нервничает не только в автобусе. Он цеплялся ко всем прохожим, а потом поднялся ветер, и пёс вообще отказался идти. Пришлось Саше снова сунуть его за пазуху.

– Не тяжело? Хочешь, я понесу? – предложил Петя, когда они перешли улицу, прошли два длинных дома и свернули во двор. В ответ Меткий недовольно зарычал.

– Не надо, – вздохнул Саша. – Уже почти дошли.

Клиника «Здоровые питомцы» выглядела симпатичнее предыдущей. И главное, в ней горел свет.

– Доставай своего здорового питомца, – поторопил друга Петя. Саша осторожно вынул Меткого из-под куртки и поставил на землю. Тот встряхнулся и закрутил головой, осматриваясь.

– Боже, какой миленький! – раздался за спиной мальчиков визгливый голосок. Саша не успел среагировать, как крупная женщина в розовом пальто со щуплой собачонкой под мышкой уже потянулась к Меткому. – Ути-пусенька! Какой лапушка!

Петя готов был поклясться, что Меткий при этих словах ухмыльнулся. Пёс напружинился, подпустил руку в розовой же перчатке поближе, а потом с урчанием дикого зверя вцепился в чужие пальцы.

– А-а-а-а-а!!! – завопила женщина. Щуплая собачонка залилась столь же визгливым лаем, но была сдавлена подмышкой и, захрипев, умолкла. Женщина отдёрнула руку, и мальчики заметили, что один из пальцев перчатки слегка надорван.

– Я сейчас полицию вызову! Вы на меня собаку натравили! – заголосила женщина.

Петя с Сашей несколько обалдели. Дамочка сама полезла к чужому псу, не спросила, можно ли его погладить. Объективно говоря, сама виновата. Однако женщина не собиралась оценивать ситуацию объективно.

– Бежим отсюда! – первым сообразил Петя. – Такая и правда полицию вызовет. А собака не наша.

И они побежали. Когда крики женщины стихли вдали, а впереди показались проспект и автобусная остановка, ребята остановились.

– Ну что, в следующую клинику? – задыхаясь, спросил Петя.

Саша мотнул головой.

– Не-а, домой пора, обедать. Потом свозим.

Он запихнул Меткого под куртку так, чтобы даже морда не торчала, и они поехали домой к Саше. Меткий, возбуждённый своей победой, ворчал и пытался выбраться наружу, но Саша сунул ему косточку-погрызушку, и пёс затих.

– По-моему, мы всё дальше от челленджа, – задумчиво произнёс Петя, когда они зашли в Сашин двор. – Пассажиров напугали, женщину покусали. А где добрые дела?

– Это же не мы покусали, – оправдывался Саша. – Это всё пёс.

Снова начался дождь. Небо затянуло тучами так, что казалось, уже наступил вечер. На площадке перед домом никого не было: в такую погоду даже в праздник гулять мало желающих.

– Все, наверное, сидят и чай пьют. Смотри, сколько окон горит, – сказал Петя и махнул рукой в сторону дома. – И твоё тоже. Наверное, бабушка пирогов новых напекла. Стоп, а это что такое?

Петя ткнул пальцем в серую струйку дыма, почти невидимую за стеной дождя.

– Это рядом с вами, Саш, у соседей, наверное. Смотри, настоящий дым.

Саша протёр очки, всмотрелся в окна и ойкнул. Не сговариваясь, они помчались в подъезд.

Удивительно, но внутри запаха гари не чувствовалось. Может, ещё не дошёл до первого этажа?

– Подниматься лучше по лестнице, – сразу предупредил Петя. – Мало ли что. А то в лифте застрянем.

– Восьмой этаж.

– Ничего, я Меткого понесу, – Петя подхватил вырывающегося пса, но тут же охнул: – Ну и тяжеленный он!

Принюхиваясь и поглядывая вверх в лестничный проём, ребята побежали по ступенькам. На пятом этаже стали слышны голоса.

– Так вот, лучше брать масло авокадо, у него температура плавления выше, – говорила какая-то женщина. – Я всегда на нём блины пеку.

– Это Нина Васильевна, соседка напротив, – задыхаясь от бега, объяснил Саша.

– На топлёном тоже хорошо, – послышался голос Сашиной бабушки. – У меня топлёное своё, из-под коровы.

В другое время мальчишки бы расхохотались, но сейчас сил на это не было.

На седьмом этаже Петя закричал:

– У вас там горит что-то! Масло авокадное, наверное.

Нина Васильевна, оказавшаяся пухленькой кудрявой старушкой, сначала посмотрела на мальчиков с удивлением, но потом ойкнула и бросилась к своей двери. Когда она распахнула её, на площадку вылетело большое серое облако. Старушка закашлялась, но потом прикрыла рот фартуком и отважно нырнула вглубь облака.

– Нина, подождите, – закричала Сашина бабушка, а потом побежала следом.

– Вот смелые какие, – выдохнул Петя. – Там же пожар. Задохнуться можно.

Но всё оказалось не так страшно. На сковородке и правда сгорел блин, и уже занялось лежащее рядом с плитой влажное полотенце. После того как старушки всё залили водой и распахнули окна, дым быстро выветрился.

– Странно, что никто не вызвал пожарных, – удивлялась Сашина бабушка, когда они уже сидели у Саши дома и обедали борщом и фрикадельками.

– На улице такой дождь был, что и не различишь, где дым, а где просто серый ливень, – объяснил Петя.

– Но вы-то различили и сразу прибежали! А то бы сгорело всё у Нины.

– У нас план такой, – сказал Саша. – Помогать людям. Вот мы и помогаем.

– Молодцы, – не вникая в подробности, похвалила бабушка. – Хороший план.

Пока они пообедали и помогли Нине Васильевне убраться в квартире, окончательно стемнело.

– Завтра к ветеринару съездим, – предложил Саша. – А то уже поздно.

– Ага, – согласился Петя и зевнул. – У меня мама скоро придёт.

Он оделся и приоткрыл входную дверь. Меткий выбежал в прихожую, ткнулся ему в ногу, потом отскочил назад и теперь стоял, склонив голову набок и внимательно глядя на Петю.

– Пока, Меткий, до завтра, – кивнул ему Петя и внезапно подумал, что хорошо бы они не нашли хозяина и оставили Меткого себе. Несмотря на его вредный характер, смелый и боевой пёс ему нравился.

На следующий день Петя проснулся рано. На кухне что-то шипело и потрескивало. Протерев глаза и помотав головой, Петя наконец вспомнил, что сегодня мама дома, и протопал на кухню.

– Ой, Петя, ты чего так рано встал? – приветствовала его мама, выкладывая со сковородки оладьи. Цвет у них был весёлый, оранжевый.

– Морковные? – обрадовался Петя.

Мама улыбнулась:

– Да, со сметаной.

Петя счастливо вздохнул и пошёл умываться. Пока чистил зубы, всё думал, как бы совместить поход с мамой в зоопарк и их с Сашей челлендж. Но мама сама предложила отличный план, едва только он уселся за кухонный стол.

– Петя, – сказала мама, – давай мы сейчас съездим в зоопарк, а после обеда в магазин: хочу новые кухонные стулья посмотреть.

В любой другой день Петя с радостью отправился бы с мамой в магазин: он любил запах новой мебели, любил ездить на больших тележках, куда складывают части шкафов и кроватей. Но сейчас он только качнулся на стареньком, недовольно скрипнувшем стуле и смущённо попросил:

– Давай я в другой день с тобой поеду. У нас с Сашей важное дело.

Мама кивнула.

– Найти хозяина собаки? – И, увидев Петино удивлённое лицо, рассмеялась. – Я звонила Сашиной бабушке узнать, что вы делаете. Она рассказала, что у вас целый план по спасению мира. И что одну старушку и одного пёсика вы уже спасли.

Петя смущённо фыркнул.

– Не, мир мы не спасаем, мы просто дым заметили. А Меткого нам консьержка подсунула. Но мы обязательно найдём его хозяина, потому что он классный пёс, хоть и вредный.

– Отлично. Но в перерывах между спасательными операциями нужно отдыхать. Так что звони Саше и зови его с нами в зоопарк. Встретимся около площадки.

«Хорошая у меня мама, понимающая», – с нежностью подумал Петя и взял ещё один морковный оладушек.

Народа в зоопарке было мало. Погода стояла холодная и сырая, так что у клеток топтались закутанные по самые уши малыши да родители с колясками, укрытыми от дождя прозрачной плёнкой.

– У меня тоже была такая, до сих пор на балконе стоит, – ткнул Саша в тёмно-зелёную широкую коляску. На ее ручке висела такая же зелёная сумка, а сверху коляску укрывал прозрачный колпак.

– Зачем же малыша закрыли накидкой? – удивился Петя, разглядывая коляску. – Разве так разглядишь зверей?

– Чтобы не простудился и не промок, – пояснила мама. – Что-то и правда дождь усилился.

Они проводили взглядом коляску и катившего её папу с зонтиком, а потом спрятались под навес. Дождь стучал по крыше. С места, где они стояли, животных видно не было, так что мальчики быстро заскучали.

– Пойдёмте в крытый павильон, где птицы, – предложил Саша и протёр очки. – Там тепло и сухо.

И они быстрым шагом направились к павильону.

– О, и малыша сюда привезли! – воскликнул Петя, заметив у входа в павильон знакомую зелёную коляску. Правда, теперь её катила бабушка. Придержав дверь, они пропустили женщину вперёд.

В павильоне помимо птиц обитали черепахи, и Петя с Сашей тут же вспомнили школьный аквариум и их красноухую черепашку, которую забрали домой братья Огнецовы.

– Ваня с Даней поехали к бабушке в гости, – задумчиво проговорил Петя. – Интересно, а с кем они черепашку оставили?

– С Олей, – ответил Саша. – У неё ведь такая же есть.

– Ребята, глядите, здесь пингвины, – вдруг помахала им рукой мама. – Правда, стекло у них такое грязное, что ничего не видно.

– Потому что пингвины – очень грязные птицы, – с умным видом заявил Петя. Словно в подтверждение его слов, проходящий мимо стекла пингвин повернулся к ним спиной и пустил из-под хвоста белую струю, ударившую в стекло и разлетевшуюся брызгами. Петя отскочил подальше, а старушка с коляской, стоявшая рядом, неодобрительно заохала.

– Идёмте лучше попугаев посмотрим, – предложил Саша. – У них почище.

Около попугаев собралась целая толпа. Белый какаду тряс хохолком и ел из миски, забавно поворачивая голову и что-то бормоча.

Пробившись поближе, Петя удивлённо заметил:

– А здесь опять папа…

Действительно, у стекла стоял мужчина всё с той же коляской. Он что-то сказал ребёнку, указывая на попугая, потом развернул коляску и двинулся к выходу.

– Наверное, они меняются, – предположил Саша. – Например, бабушка любит пингвинов и везёт ребёнка туда, а папа – к попугаям.

– Или бабушка устала и сидит где-нибудь в кафе, отдыхает.

– Кстати, ближе к выходу ещё пингвины есть, может, там почище, – вспомнила мама. И, быстро пройдя мимо попугаев – никто из них не выглядел так же задорно, как какаду, – они вышли на улицу.

– Моя версия была правильной, – сказал Саша. Около застеклённого пингвиньего павильона стояла уже знакомая бабушка с тёмно-зелёной коляской.

После этого Саше с Петей стало интересно, где они увидят папу, а где – бабушку. Они даже спорили, у каких павильонов кого встретят. Оказалось, папа предпочитал белых медведей, пауков и панд. А бабушка – жирафа и разных птиц. А потом они увидели папу в кафе: он взял кофе с пончиком. Коляска стояла около входа.

– Я тоже хочу пончик, – сказал Петя и встал в очередь. Саша присоединился к нему, а мама села за столик. Очередь двигалась медленно, и мальчики от скуки глазели по сторонам. Откуда-то сбоку в кафе вошла бабушка, глянула на меню, покачала головой и, протолкавшись между стоявшими в очереди посетителями, вышла. И покатила коляску по дорожке.

Петя с Сашей как раз успели взять пончики и наливали себе чай, когда снаружи послышался крик:

– Украли! Ребёнка украли! Подменили!

Бабушка в панике неслась по дорожке обратно к кафе, расталкивая прохожих. В её коляске с уже откинутым верхом раскачивался испуганный малыш в синей шапочке, периодически попискивая.

Бабушка промчалась мимо кафе в сторону павильонов.

Саша с Петей переглянулись.

– Странно, что она папу не позвала.

Они пошарили глазами по кафе. Мужчина уже съел пончик и, вытирая руки салфеткой, как раз выходил наружу. Сквозь широкие стеклянные двери они видели, как он огляделся, нахмурился, а потом завернул за угол.

Саша не выдержал:

– Нужно ему сказать, что бабушка пробегала. Он же не в курсе, наверное.

– Мам, мы быстро, – вскочил Петя.

– Только далеко не уходите, – попросила мама.

Ребята выбежали из кафе и тоже свернули за угол.

– Чудеса какие-то! – охнул Петя. Мужчина стоял около тёмно-зелёной коляски и одной рукой засовывал в сумку пакет с пончиками, а другой набирал текст в телефоне.

– Нашли? – спросил Саша. Мужчина поднял голову и с удивлением посмотрел на мальчиков.

– Что именно?

– Ну, коляску. В смысле, ребёнка. Ваша бабушка…

– Это шутка такая? – голос у мужчины зазвучал угрожающе. – Несмешно.

Он сунул телефон в карман и, сняв коляску с тормоза, направился в сторону выхода.

– Грубиян какой, – возмутился Петя, провожая мужчину взглядом. Саша тоже смотрел ему вслед.

На повороте коляска качнулась, и сидящий в ней ребёнок высунул голову.

– Шапочка! – ахнули друзья в унисон.

Шапочка на ребёнке была чёрная с синей полоской.

– Стойте! – закричали они и побежали за мужчиной. Тот, услышав их, прибавил было шаг, но потом остановился, решительно развернул коляску и сердито крикнул:

– А ну отвяжитесь! Я сейчас охрану позову.

– Да мы… да у вас, – пытался объяснить на бегу Петя.

– Я тебе дам «у вас»!

Крики испугали ребёнка, и он громко зарыдал, зажмурившись и широко раскрывая рот.

Услышав плач, мужчина замер… и вдруг присел на корточки около коляски.

– Ёлки-моталки, а это ещё кто? Где Данилка?

Спустя несколько мгновений они втроём, толкая коляску с орущим малышом, бежали назад к кафе.

Задыхаясь, мужчина выспрашивал:

– Как бабуля выглядит? И коляска такая же? Вот прямо такая же?

– Да, в точности. И сумка, и накидка, – подтверждал Саша.

– Говорил я жене, что не надо самую популярную модель брать: запутаемся. Вот и запутались!

Оставив маму присматривать за малышом, ребята вместе с мужчиной побежали к охраннику зоопарка.

– Скажите, пожалуйста, по громкой связи, что малыш в чёрной шапочке сидит в коляске около кафе, – попросил Саша охранника. Тот вопросительно посмотрел на мужчину.

– Коляски перепутали, – только и произнёс он.

Бабушка в сиреневом пальто привезла чужую коляску минут через пять после объявления. Она была заплаканной и, едва увидев свою коляску, бросилась обнимать внука.

– Вы извините меня, пожалуйста. Вы, наверное, перепугались. Простите меня, – снова и снова повторяла она мужчине, так что он в конце концов смутился и покраснел.

– Ха, ничего он не перепугался! Он бы так домой и уехал с чужим малышом, – возмущался Петя, когда они уже шли к метро. – Хорошо, что мы заметили.

– Да, вы молодцы. Спасение идёт по плану, – улыбнулась мама. – А ведь ещё только обед. Что же дальше?

– Дальше нам надо в клинику Меткого свозить, проверить чип, – осторожно сказал Петя. Мама могла не отпустить его так далеко, но обманывать не хотелось. – Может, ты с нами съездишь?

Мама задумалась, потом кивнула:

– Хорошо. Быстро съездим, а потом я в магазин.

Но ехать никуда не пришлось. Когда они зашли к Саше за Метким, оказалось, что Сашина бабушка уже свозила его к ветеринару.

– Я вашему Меткому случайно лапу ушибла, – виновато рассказывала бабушка. – Этот хулиган на пылесос напрыгивал и пытался укусить, я хотела его отогнать и ударила нечаянно. А пёс-то нежный, сразу заверещал, захромал. Пришлось везти. Заодно врач чип проверила, когда я сказала, что собаку мы нашли.

– Ну и? – в один голос спросили мальчики.

– Ну и нет у него чипа, – развела руками бабушка. Затем погрозила пальцем Меткому, который бодро выскочил в коридор. – И лапа оказалась в порядке. Наверное, притворялся.

– Как нет чипа? – огорчился Саша. – Что же делать?

– Можем ещё объявления повесить и другие клубы проверить, – предложил Петя.

– Не только клубы, но и приюты, – посоветовала мама. – Возможно, что его из приюта взяли. Очень уж он хитрый.

Меткий стоял в коридоре, склонив голову и высунув язык. Хвост его так и ходил туда-сюда.

Распечатав ещё пачку объявлений, Саша с Петей вышли во двор.

– Надо нам и старые тоже проверить или даже поменять. Их могло дождём размочить, – волновался Саша.

И волновался не зря.

Объявлений не было. Ни одного! И виной тому был никакой не дождь: кто-то сорвал их со столбов и досок вместе с клейкой лентой.

На следующий день после посещения зоопарка и расклейки объявлений Петя чувствовал себя не очень хорошо. Засопливел нос, ноги стали тяжёлые, а голова горячей. Однако он ничего не сказал ни маме, ни Саше: как они закончат челлендж, если он свалится с простудой? Поэтому утром Петя выпил чай с мёдом и клюквой, надел шапку и шарф и побежал к другу.

Саша с Метким уже гуляли около дома. Пёс отважно бросался на ворон, но чуть что – прятался за Сашиными ногами. Точнее, за Сашиными тёплыми сапогами.

– Вот ты нарядился, – не сдержался Петя, оглядев друга. Саша надел не только тёплые сапоги, но и пуховик, обмотался шарфом и даже натянул перчатки. – Пока я спал, пришла зима?

– Простуда пришла, а не зима, – прогудел из недр пуховика Саша. Голос у него звучал хрипло. – Бабушка услышала, что я кашлял ночью, и заставила всё это надеть.

– Понятно. Я тоже что-то не очень, – шмыгнул носом Петя. – Но ничего. Челлендж продолжается. Что делать будем?

– Можем погулять немного, а потом в зоомагазин сходить, – предложил Саша, зябко потирая руки. – Нужно Меткому еды купить, а то я прочитал, что в обычной еде собакам витаминов не хватает. А те баночки уже закончились.

Они побрели по дорожке мимо мокрой детской площадки, мимо скамеек под кустами и магазинчика на углу. Потом дошли до сквера, где Меткий принялся останавливаться у каждого деревца. Саша едва придерживал поводок, не обращая внимания на пса: они с Петей обсуждали зашедшие в тупик поиски.

Внезапно Меткий встал в стойку, принюхался и с громким лаем бросился к стоявшей вдалеке скамеечке. Саша от неожиданности выпустил поводок, но тут же спохватился и побежал следом. Петя за ним.

– Лови его, он сейчас кого-нибудь укусит, – кричал Саша, хотя бежал впереди.

– Некого кусать, здесь пусто, – тяжело дыша, успокаивал его Петя.

Меткий свернул за скамейку и нырнул в кусты. Послышалось его рычание и чей-то стон.

Мальчики резко остановились и посмотрели друг на друга.

– Всё, нам конец. Похоже, он кого-то загрыз, – с ужасом прошептал Петя.

Саша постоял молча, потом собрался с духом и шагнул вперёд. Тут же на него выскочил Меткий, взвизгнул и снова скрылся в кустах. Стон раздался снова, на этот раз чуть громче.

Петя раздвинул ветки и заглянул в кусты.

Там прямо на мокрой траве полусидел-полулежал пожилой мужчина. Кепка у него свалилась с головы, видно было бледное лицо и закрытые глаза.

– Вы в порядке? – спросил Саша. – Он вас покусал?

Меткий крутился рядом и норовил лизнуть мужчину в лицо. Тот поморщился, приоткрыл глаза и пошарил рукой вокруг себя.

– Телефон, – шепнул он побелевшими губами. – Скорую.

– Ему же плохо, – испугался Петя, разглядывая неестественно бледное лицо мужчины. – У него, наверное, что-то с сердцем или давление.

Саша уже доставал из кармана телефон.

– У меня десять пропущенных вызовов, – он удивлённо поднял брови, но проверять вызовы не стал. Вместо этого набрал номер скорой и объяснил, кого они нашли и куда ехать.

Меткий уже не прыгал, а просто лёг около мужчины, положив голову на лапы.

– Вдруг это его хозяин? – прошептал Петя. – Смотри, как он к нему прижался.

– Ему просто холодно, – не согласился Саша и потянул за поводок. – Меткий, иди сюда.

Пёс, заметив, что Саша расстёгивает пуховик, вскочил и чуть не запрыгнул к Саше за пазуху. Теперь оттуда снова торчал только его нос.

Скорую Петя пошёл встречать один, Саша с Метким остались возле мужчины. Выйдя на дорогу возле сквера, Петя подумал, что если бы с ними не было пёсика, то они бы не заметили этого дядечку в кустах. И никто не заметил бы, потому что в этот холодный ноябрьский день здесь никого не было. Дядечка так бы и лежал там, бледный и слабый, долго-долго. Про то, что с ним потом могло случиться, Петя боялся даже подумать. Хотя разные страшные мысли всё равно лезли в голову.

Хорошо, что приехала скорая, и Петя побежал показывать дорогу.

– Молодцы, можно сказать, человека спасли, – похвалил их медбрат, огромный и сильный, как медведь. Дядечку уложили на носилки, погрузили в машину и быстро увезли.

Ребята остались стоять у кустов. Пете хотелось сказать, что на сегодня челлендж выполнен, но почему-то это казалось неправильным. Какой уж тут челлендж, если человек мог погибнуть.

Вместо этого Петя закашлялся, а потом бодро сказал:

– Ну что, в зоомагазин!

– Да, точно, – засуетился Саша. Наверное, ему тоже было не по себе. – Ещё мне кто-то звонил раз десять, надо ответить. Только телефон садится уже, из дома перезвоню.

– А что будем покупать? Индейку или курицу с овощами? Эй, Меткий, что ты больше любишь?

Меткий высовывал нос и ухо, смешно прислушиваясь к разговору, а ребята говорили и говорили. Всё-таки они очень испугались за этого незнакомого человека.

Только подходя к зоомагазину, Петя наконец произнёс:

– Он ведь выживет, правда?

– Не знаю, – тихо ответил Саша. – Должен. Мы его вовремя нашли.

– Да, Меткий у нас молодец. – Петя потянулся погладить пёсика и вдруг замер. Около зоомагазина, там, где они пару дней назад повесили объявление, стояла девочка. И не просто стояла, а сдирала их объявление. Девочку Петя узнал: это она торчала около кассы с заплаканным лицом.

– Стой, ты чего делаешь! – бросился к девочке Петя. Саша, которому тяжело было бежать с Метким под пуховиком, неуклюже заторопился следом.

Девочка обернулась на Петин крик, и… лицо её расплылось в улыбке. Размахивая объявлением, она побежала навстречу ребятам.

– По-моему, она ненормальная, – сказал Петя, останавливаясь. Саша врезался ему в спину, Меткий пискнул.

– Это же вы? Вы, да? – Девочка ткнула размокшим листом Пете в лицо. Тот отшатнулся.

– Что мы?

– Вы мою собаку нашли? – Девочка заглянула Пете через плечо, где сгорбился, пытаясь удобнее устроить Меткого за пазухой, Саша, и вдруг позвала: – Мэтти!

Саша почувствовал, как пёс оттолкнулся от него всеми лапами и одним рывком наполовину высунулся из пуховика. Увидев девочку, он заскулил, лизнул Сашу в щёку, потом снова рванулся вперёд.

– Нашёлся, – облегчённо выдохнула девочка. Саша вытащил пёсика из-под пуховика и протянул ей. Тот радостно облизывал девочке лицо и изо всех сил махал хвостом. Когда он слегка успокоился, то посмотрел на Сашу и гавкнул.

– Как же он сбежал? – сердито спросил Петя, чтобы скрыть дрожь в голосе. – Ты за ним не следила?

– Следила, – покачала головой девочка. – Но у нас были гости, и один из малышей открыл дверь на лестничную площадку. Мэтти и сбежал.

– Мэтти, – протянул Петя и вдруг улыбнулся. – А мы его Меткий назвали, потому что он всё метил. Почти угадали.

Девочка рассмеялась.

– А я вам звонила по номеру в объявлении, я ведь ещё вчера его увидела… вечером. И сняла объявления, чтобы никто больше не позвонил и Мэтти не забрал.

– Я бы перезвонил, – тихо, словно оправдываясь, ответил Саша. Он стоял рядом с Петей понурый и всё смотрел на пёсика. – Просто мы заняты были.

– Мы и чип искали, и по дворам гуляли и всех спрашивали, – подхватил Петя. – А Метк… Мэтти даже помог нам человека спасти… Ты далеко живёшь? Можем проводить.

Девочка посмотрела на ребят, потом на Мэтти, который то скакал вокруг её ног, то подбегал к Саше, и кивнула.

– Я рядом, в соседнем дворе. Идём. – Она протянула поводок Саше. – Хочешь повести?

Саша взял поводок, и они пошли. Стася, так звали девочку, рассказала, как облазила все окрестные дворы и спрашивала в зоомагазине про пропавшего пса. А ребят в прошлый раз заметила, но Мэтти под курткой не разглядела. Петя, в свою очередь, поведал всю историю Мэтти – от встречи с консьержкой до спасения мужчины в кустах.

– Спасибо вам большое, что не бросили Мэтти, – сказала Стася, когда они проводили её до подъезда. – Хотите иногда с ним гулять? А то у меня не всегда время есть.

Мальчики одновременно закивали.

Они договорились созвониться, и Стася с Мэтти ушли.

– Ну что, по домам? – спросил Петя, обнаружив, что у него почти сел голос и очень замёрзли ноги.

– Ага, – хрипло ответил Саша. – Завтра встретимся.

Но завтра встретиться не вышло, потому что Петя проснулся совершенно осипший и с температурой. Мама осталась дома, напоила его чаем с мёдом, дала лекарство, и Петя вдруг понял, что очень устал. И сил на челлендж у него нет.

Когда спустя час позвонил Саша, Петя спал. А когда он позвонил Саше ещё час спустя, трубку взяла Сашина бабушка.

– Он заболел, температура высоченная, – пожаловалась она. – Дала ему лекарство, вот уснул.

Поговорить им удалось только днём, когда они оба наконец выспались.

– Ну что, – просипел Саша в трубку, – заболел?

– Да, – прохрипел в ответ Петя. – Температура.

– И у меня. Обидно. Я тут в окно видел Стасю с Метким… то есть Мэтти. Они мне помахали.

В трубке послышался странный звук, словно Петя сдавленно кашлял.

– Ты чего? – испугался Саша.

– Смеюсь. Они тебе оба помахали? И Мэтти?

Саша тоже закхекал.

Отсмеявшись, Петя с сожалением сказал:

– Жаль, что мы челлендж не закончили. Оставался-то всего один день.

– Может, ещё успеем, – неуверенно предположил Саша.

– Как? Лёжа в кровати, никому не поможешь!

Они помолчали.

Потом Саша спросил:

– А помнишь, как Меткий суп бабушкин ел? У него такая морда смешная была, мокрая.

– Конечно помню, – подхватил Петя. – Но мне больше понравилось, как он на тётку около ветклиники лаял.

Воспоминания хлынули потоком, и они говорили и говорили, вспоминали невнимательного папу в зоопарке и Сашину соседку с авокадовым маслом. В конце концов настроение у обоих поднялось и даже сил как будто прибавилось.

– Знаешь, мне кажется, челлендж мы завершили, – неожиданно сказал Саша, когда Петя уже попрощался.

– Как это?

– Смотри, тебе было грустно из-за болезни. И мне тоже. А вот мы поговорили, и теперь нам снова весело. Значит, мы помогли друг другу, правильно?

– Правильно, – обрадовался Петя. – Ура! Отличный челлендж получился.

– Ребята, уже середина ноября, – Мария Валерьевна отложила ручку и посмотрела на класс. До конца третьего урока оставалось минут десять, и все с нетерпением ждали звонка.

– Середина ноября, середина недели и середина дня, – прикинув, дополнил Максим.

– Точно! – улыбнулась учительница. – А значит, скоро нас ждёт что?

– Звонок и завтрак, – выкрикнул Даня Огнецов.

Учительница вздохнула.

– Это вас ждёт каждый день. А что всех нас ждёт через полтора месяца? Весёлое, радостное…

– Каникулы? – предположила Света.

– Молодец. А на каникулах что?

– Мы поедем в горы, – сказал Марк. – Кататься на лыжах и отмечать Новый год.

– Уф-ф, – с облегчением выдохнула Мария Валерьевна. – Наконец-то. Новый год – вот что нас ждёт совсем скоро.

Все одобрительно загудели.

– Ты как Новый год будешь справлять? – тихо спросил Петя Сашу. После слов учительницы он вдруг понял, что и правда Новый год уже за углом.

– Мы поедем к папиной бабушке. Она живёт в Мурманске, будем там смотреть северное сияние, – не без гордости сообщил Саша. – А ты?

– А мы поедем на юг, к папе, это проще, чем ему к нам ехать, – сказал Петя и тут же зажал рот рукой. – Только ты никому не говори, это ещё не точно. Но надеюсь, что получится.

– Здóрово мы с тобой: я на север, а ты на юг, – улыбнулся Саша.

– …Поэтому Новый год считается праздником перемен и обновления, когда можно начать что-то новое, попробовать то, чего никогда не делал. В новом году все мы немножко меняемся и от года тоже ждём перемен, – продолжала рассказывать учительница. Она встала и прошлась вдоль доски. – Как вы знаете, каждый год мы готовим небольшое представление или отдельные весёлые сценки на зимнюю тематику. Но в этом году давайте поступим иначе. Я сейчас задам вам один вопрос. Этот вопрос будет вашим домашним заданием. Написать нужно несколько предложений, совсем немного, но ответить честно.

– До звонка две минуты, – тихо прошептал Ваня, но услышали все.

Учительница покачала головой, а потом спросила:

– Кто в сказке «Снежная королева» вам не нравится больше всех? И почему?

– Это и есть домашнее задание? – с недоверием уточнил Петя. Учительница кивнула. Он хотел спросить что-то ещё, но прозвенел звонок, и все ринулись из класса.

– Ты кого не любишь в «Снежной королеве»? – спросил Петя Сашу, когда они шли в столовую.

Саша пожал плечами.

– Королеву не люблю: она плохая. Потом тролля, который зеркало разбил. А вообще, надо перечитать, я уже и не помню, кто там был.

– Да, надо, – кивнул Петя и замолчал. Он-то знал, кто ему не нравится больше всех. Не нравится так сильно, что иногда становилось страшно. Или, может быть, это сначала ему стало страшно, и поэтому он невзлюбил одного героя.

«Снежную королеву» они перечитывали с мамой совсем недавно. Мама хотела убрать книжку в коробку, а Петя попросил прочитать по ролям. Он не очень помнил историю – только что злая Снежная королева утащила мальчика Кая к себе во дворец, а девочка Герда его искала. Но уже с первых слов про злого тролля и жуткое зеркало ему стало не по себе. А уж когда осколки зеркала попали Каю в сердце и в глаз, Петя совсем загрустил.

– Да ладно, Петь, это всего лишь сказка, – постаралась утешить мама, когда заметила его мрачное лицо. – В обычной жизни люди так себя не ведут. И осколки по миру не летают.

Но Петя знал, что и без осколков вполне можно забыть того, кто тебе дорог, но кого ты не видел уже очень давно. Петя часто ловил себя на мысли, что забывает папу, – особенно когда тот не мог позвонить и между разговорами проходило больше трёх дней. Это Петю очень пугало: неужели он такой вот бесчувственный, что не вспоминает о папе целыми днями?

Именно поэтому Петя не любил Кая, просто боялся его как огня. Вроде бы он и не виноват, но в какого ужасного мальчика он превратился и как больно сделал своим родным!

Петя постарался объяснить это Марии Валерьевне в своей работе, и ему даже показалось, что всё вышло очень убедительно. Но он был совершенно не готов к тому, что последует дальше.

– Спасибо за ваши ответы и за то, как вы их обосновали, – сказала учительница в пятницу на последнем уроке, доставая тетради с их работами. – А теперь у меня к вам вопрос: сможете сыграть этих героев? Не тех, кто вам нравится и симпатичен, а тех, кого вы не одобряете или даже боитесь?

Она подошла к доске и написала имена всех героев сказки.

Класс молчал. Петя похолодел, представив, кого ему придётся играть. Словно подслушав Петины мысли, учительница ткнула мелом в первую строчку: «Кай».

– Мне очень понравилось, как ты описал Кая, – Мария Валерьевна повернулась к Пете. – Как думаешь, получится его сыграть? Мы обязательно разберём характер героя на репетициях, просто так текст учить не будем.

Петя молчал. С одной стороны, здо́рово: главная роль. А с другой… стать тем самым мальчиком, который всё забыл. Тем, кем он так не хочет становиться!

Учительница не стала настаивать на ответе. Она ободряюще кивнула и снова повернулась к доске.

– Мало кому не нравится Герда. Но вот Света очень интересно обосновала своё отношение к ней.

– Да она просто глупая какая-то и слишком… позитивная, – сказала Света, оглядываясь по сторонам, словно в поисках поддержки. – То башмачки в воду бросила, то радуется всему на свете и всех жалеет.

Мария Валерьевна еле сдержала улыбку и произнесла серьёзно:

– Света, возьмёшь эту роль? Может быть, сумеешь привнести в неё что-то новое или понять, почему Герда такая.

– Ну ладно, – Света пожала плечами. – Герда так Герда.

Рядом с ней шумно вздохнула Аня. Наверное, она не прочь была сыграть Герду.

– Ого, а я что, буду оленя, что ли, играть? – выкрикнул Максим. – Он же в углу сидит, и разбойница над ним издевается, а он даже отпор дать не может.

– А ты хочешь? – тут же спросила учительница.

– Не то чтобы… но попробовать можно. – Максим задумался, а потом, глянув на доску, снова выкрикнул: – А кто же Снежную королеву будет играть? Она же всем не нравится.

Мария Валерьевна окинула взглядом класс и доверительно сообщила:

– Не поверишь, по-настоящему она не нравится только одному человеку.

– Я не буду её играть, – вдруг сказала Катя и покраснела до корней волос. – Она же ужасная. Ни о ком не думает, забирает детей. Какой-то монстр.

– Я просто предлагаю подумать, – снова напомнила Мария Валерьевна. – У вас будут целые выходные для того, чтобы перечитать и обсудить сказку. Важно, чтобы вам было комфортно, но при этом и немножко сложно, хотелось глубже понять героя.

– Ладно, я буду бабушкой, – вздохнула Аня и поправила волосы.

Все уставились на неё с удивлением. Красавица Аня играла только главных героинь, а тут бабушка…

– Я, конечно, сумею сыграть разбойницу, но понять, почему она издевается над животными, никогда не смогу, – с жаром произнесла Оля. Катя погладила её по плечу.

– А я буду принцессой, хоть она и неинтересная, – скорчила рожицу Лиля.

– А я принцем, хоть он и неинтересный, – подхватил Женя.

И они, переглянувшись, рассмеялись.

Маленькая робкая Маша взяла роль старушки в красивом саду, хотя несколько раз повторила, что это ужасная женщина, потому что она хотела заставить Герду остаться с ней. Лёша Курочкин согласился сыграть разбойника, Марк разволновался, что не очень-то похож на мудрого ворона, а Вани и Дани не было, но они написали, что им всё равно, поэтому братьям достались роли лапландки и финки, которых переделали в лапландца и финна.

– Нечестно, – высказался неугомонный Максим. – Они там рыбу передают, а это еда. А еда им точно нравится.

– Зато им не нравится жить в одиночестве в холодном климате, – подвела итог учительница.

Петя, который с интересом следил за раздачей ролей, повернулся к Саше.

– А ты? Ты-то кем будешь?

Саша снял очки, посмотрел на них, потом снова надел.

– А я буду… злым троллем, – сказал он. – Очень мне непонятный герой. Разве можно быть таким необоснованно злым? Может, пойму.

За выходные все смирились со своими ролями, кроме Лёши Курочкина. Он сказал, что не сможет быть разбойником, потому что у него итоговый концерт по скрипке под Новый год.

– Не хочу вас подводить, – вздохнул он довольно грустно, из чего все сделали вывод, что Курочкин всё же не прочь был сыграть злого разбойника.

Несмотря на то что все роли оказались разобраны, репетиции шли не очень гладко. Например, у Кати не получалось говорить твёрдо и сурово. Её Снежная королева не чеканила слова, а словно извинялась. Аня слишком прямо ходила и не хотела выглядеть старой и некрасивой. Света-Герда ехидно поглядывала на ворона и таким тоном поблагодарила Олю-разбойницу, что на миг стало непонятно, кто из них кто.

На третьей репетиции учительница всё ещё работала с первой сценой, где появлялась Аня.

– Анечка, ты согнись посильнее, – просила Мария Валерьевна. – И говори слегка дребезжащим голосом.

Аня попробовала, но, увидев Светино лицо, тут же выпрямилась.

– Пусть она не смотрит!

Света пожала плечами и отвернулась. Мария Валерьевна вздохнула.

– Ребята, вы не должны стесняться своих героев. Если вам совсем некомфортно, то лучше не играть. Найдём замену, не нужно себя заставлять. Это было моё предложение, наверное, я поторопилась. Петя, ты как?

Петя-Кай, в которого уже попал осколок, стоял в углу и ждал, когда нужно будет передразнивать Аню. Он повторял злые слова, которые должен был сказать, и в душе у него всё переворачивалось. Саша вот отыграл тролля на отлично, хотя на первой репетиции всё твердил, что волшебных зеркал не бывает и сложно сыграть то, во что не веришь.

– Я да, готов, – неуверенно произнёс он и заговорил специальным резким и обидным голосом: – Посмотрите, как она ходит. Это же какая-то утка, а не бабушка.

После чего испуганно глянул на Аню.

После окончания сцены Мария Валерьевна устроила перерыв, и Петя подошёл к Ане, стоявшей около столика с водой.

– Сложно, да? – тихо спросил он её.

Аня помолчала, потом серьёзно посмотрела на него.

– Знаешь, мне сложно, потому что вы все видите во мне Аню, которая изображает бабушку. Я уже порепетировала дома и могу сыграть, но только если вы тоже будете Каем и Гердой. – Она повернулась к подошедшей Свете. – Можете быть своими героями и видеть во мне бабушку?

Света насупилась.

– Я попробую, – сказала она.

– Отлично. И не переживай, я не обижаюсь, что ты меня передразниваешь, – сказала Аня Пете. – Ты же Кай с осколком в сердце. Обижаться я должна на тролля, а не на тебя.

Петя потом долго думал о том, что сказала Аня. В сказке они уже не Петя, Аня, Саша и все остальные ученики. Нет, они герои со своими страхами и проблемами. Вот Кай, он же был хорошим, а плохим стал только из-за осколка. В нём же не кайская сущность говорит, а тролльская. Значит, он не хотел всех забывать. К тому же Герду он сразу вспомнил, когда та заплакала.

Это был сложный момент. Петя не хотел вспоминать папу, только если тот заплачет или случится что-то плохое. Он хотел помнить его всё время. А то получается, что он превращается в Кая без всякого осколка.

Пока Петя мучился со своей проблемой, ещё два актёра никак не могли справиться с ролями.

– Я хочу, чтобы ты осталась здесь, со мной, – произносила Маша-старушка и тут же закрывала рот руками, словно пугалась своих же слов. – Мария Валерьевна, я не могу. Она же плохо делает: хочет забрать Герду себе. И ей всё равно, что у той есть бабушка и что Кая надо спасать. Она же эгоистка. Как можно её понять?

В конце концов учительница остановила репетицию, усадила всех и сказала:

– Всё-таки не всем удалось разобраться со своими героями. Давайте сделаем это вместе. Машенька, как ты думаешь, зачем этой старушке Герда?

Маша пожала плечами.

– Чтобы та жила с ней.

– Да, но зачем? У неё есть сад, она может колдовать. Зачем ей маленькая девочка?

– Наверное… ну… потому что ей не с кем поговорить?

– Например. Не с кем поговорить, поделиться, некого угостить вишнями, научить чему-то… Ведь старушка много знает и наверняка хочет кому-нибудь рассказать всё это. И ей приятно общаться с вежливой и доброй Гердой.

– Ей просто очень одиноко, – вдруг тихо произнесла Катя. – Ой, я, кажется, поняла…

– Одиноко? – Маша принялась грызть ноготь большого пальца, размышляя. – То есть старушке хочется, чтобы рядом была весёлая и добрая девочка, чтобы не оставаться одной. И уговорить она не может, поэтому колдует… Но, Мария Валерьевна, это же ужасно…

– Да, она поступает плохо, не думает о других. Но она заботится о Герде. Пытается её удержать так, как умеет.

– Точно, так, как умеет… – продолжала о чём-то своём говорить Катя. – Я поняла: Снежная королева тоже ужасно одинока. И если старушка может хотя бы вырастить цветы, сделать что-то приятное другим, то Снежная королева способна только морозить. Все её боятся, никто не хочет с ней быть. Наверное, тяжело так жить.

– Не тяжело, если ты бесчувственная, холодная королева, – резко заметила Света. – И вообще, вокруг много таких вот старушек и таких вот королев. И ещё разбойниц противных. Герде достаётся, потому что она слишком доверчивая и добрая. Так в жизни нельзя.

Все уставились на Свету с удивлением. Она-то точно не была слишком доверчивой: поддакивала где надо, соглашалась, не делилась ни с кем, а точнее, старалась ничего не приносить, чтобы не делиться. Но вот так открыто об этом она никогда не говорила.

Мария Валерьевна выслушала Свету и подняла указательный палец.

– Точно! Надо нам выполнить такое упражнение – на доверие. Вставайте и разойдитесь по залу.

Все встали и разбрелись в разные стороны.

– Вы должны спокойно идти кто куда хочет. В какой-то момент Света, когда будет готова, крикнет: «Падаю», досчитает до трёх, а потом упадёт назад.

Света выпучила глаза.

– Что это за упражнение такое! – возмутилась она. – Я же ударюсь!

Мария Валерьевна замахала руками.

– Ты не упадёшь. За это время к тебе должны подойти остальные и подхватить тебя. И ты должна довериться им, поверить, что тебя подхватят.

– А если не подхватят? – не сдавалась Света.

– Подхватят.

– Да подхватим мы, – отозвались Огнецовы. – Падай смело.

– Ну что, готовы? – хлопнула в ладоши учительница. – Света первая, после неё выжидайте паузу и по очереди кричите: «Падаю», только не все разом.

Света немножко постояла. Все столпились вокруг. Петя был прямо напротив Светы и видел, какое у неё испуганное и недоверчивое лицо.

– Падаю, – неуверенно крикнула она и крепко-крепко зажмурилась. Досчитала до трёх – и стала падать назад. А сзади неё уже собралась целая толпа, так что её сразу подхватили. – Ой, вы меня поймали!

Света улыбалась и вся как-то светилась, словно только что сделала мёртвую петлю на аттракционе и никак не могла поверить, что уже всё закончилось, и закончилось хорошо.

В это время закричал Максим – и все побежали ловить его, и Света тоже бросилась вместе со всеми с азартным блеском в глазах и широченной улыбкой на лице. А потом падал Даня, и Ваня, и… В общем, минут через десять все запыхались, и учительница остановила упражнение.

– Ну как, ведь несложно же поверить? – спросила она Свету. Та окинула взглядом раскрасневшихся одноклассников и кивнула.

После этого её Герда стала добрее. Она бросала башмачки в воду и вглядывалась, не вернётся ли Кай. Она с грустью покидала дом старушки, жалея её и совсем на неё не сердясь.

Перед спектаклем Мария Валерьевна собрала всех актёров в классе и сказала:

– У нас получился удивительный спектакль. Всё-таки в книжке всё довольно понятно – где плохой герой, а где хороший. Ваши же герои получились очень многогранными, вы не просто увидели их плохие или хорошие черты, но и поняли, почему они такие.

– Ну мы и психологи, – тут же выступил Максим.

– Да, в чём-то психологи, – согласилась учительница. – Надеюсь, в будущем вам это пригодится. Вы не будете судить других и себя тоже слишком сурово, а присмотритесь и поймёте причину поведения.

– Спасибо, – смущённо сказала Катя. – Я всегда боялась Снежной королевы. И никогда бы не стала перечитывать книжку. А теперь я понимаю, что хоть у королевы и плохой характер, но ещё ей ужасно одиноко, и никто не разделяет её увлечений. И не хочет быть такой, как она.

– Разбойнице тоже сложно, – кивнула Оля. – Кругом же грубые и жестокие люди, ей нельзя быть мягкой… но ведь она девочка. И я считаю, что многое она делает напоказ.

– А я поумнел, пока вóрона играл, – вдруг брякнул Марк. Все рассмеялись, но он не смутился. – Честно! Как начал говорить медленно и важно, так и всё вокруг изменилось. Меня папа вчера спросил, откуда я столько слов новых знаю. А я их всегда знал, просто сейчас стал вслух произносить.

– Я очень рада, что каждый из вас узнал что-то новое о себе, – улыбнулась учительница. – Ну что ж, удачи!

И они пошли в актовый зал, который был битком набит народом. Собрались и ученики, и родители, и даже какая-то комиссия приехала посмотреть на «новое прочтение классики» – так написали на афише, висящей внизу у гардероба.

Света и Петя отлично отыграли первую сцену, но, лишь когда к ним вышла Аня, переваливаясь с боку на бок и то и дело покашливая, комнатка маленького домика ожила. Им было уютно втроём – но вот завыли ветра за окном, зазвенели осколки зеркала. Саша в чёрном костюме прыгал по краю сцены, размахивая руками, и жёстким незнакомым голосом говорил, как это здóрово, когда люди забывают всё доброе и становятся злыми.

А потом прилетела Катя в серебристом плаще и с красивой причёской и забрала Петю. И всю дорогу рассказывала ему, как это прекрасно, когда метели укутывают леса и города. Как красиво, когда вокруг белым-бело и посреди белизны возвышается замок из прозрачного льда. Она не знала, что в Петином сердце осколок зеркала, и радовалась, потому что думала, что ему нравится всё то же самое, что нравится ей.

Света отправилась в путь на поиски Пети. Она встретила Машу, которая так хотела оставить девочку у себя, что пошла на хитрость. Но когда девочка сбежала, Маша не злилась, а, наоборот, сказала, что, наверное, осколки тролля долетели и до неё, если она забыла, где добро, а где зло.

Марк важно проводил Свету до принца и принцессы, развлекая по пути интересными разговорами.

Маленькая разбойница Оля была суровой, но справедливой и не обижала животных. Точнее, иногда она прикрикивала на оленя Максима, но только потому, что тот оказался слишком болтливым.

Огнецовы устроили настоящий цирк, притащив огромную мягкую рыбу, которую Ване никак не удавалось приладить на спину Максиму, а Дане – оттуда стащить. И весь зал покатывался от хохота.

А в самом конце Света забыла слова. Она вошла в зал Снежной королевы и теперь стояла молча и смотрела на Петю, который крутил в руках прозрачные кубики.

– Мне нужно… нужно собрать это слово, – повторил он, надеясь ей помочь. – А тебя я не помню.

Света закусила губу, дёрнулась было посмотреть на учительницу, сидевшую в первом ряду, но внезапно успокоилась.

– Это ничего, что ты нас забыл, – сказала она совсем не по тексту. – Главное, что мы тебя помним и никогда не бросим. Я не уйду отсюда без тебя.

Петя посмотрел в Светино-Гердино доброе лицо и чуть не заплакал. Хотя плакать по роли нужно было ей.

Конечно, все были в восторге. Зрители шумели и несколько раз вызывали актёров на поклон. И комиссия отметила в своих папках, что спектакль получился оригинальным.

Уже дома Петя рассказал маме и про Кая, и про свой страх забыть папу, и, главное, про Светины слова.

– Понимаешь, когда она сказала, что даже если я забуду, то меня будут помнить, я сразу подумал про папу. Что он-то меня точно не забудет. Даже если я не позвоню ему один денёк… ну, получается, что необязательно мне одному помнить. Если я забуду, он вспомнит, а если он забудет – то я.

– Правильно. – Мама погладила Петю по голове. – А ещё есть я, и я тоже всё помню.

– Ну конечно, – прищурился Петя. – А кто забыл принести мне кубики для Кая в школу? Пришлось прямо перед спектаклем бежать.

– Так ты сам забыл их утром, – парировала мама. – Нужно было положить вместе с костюмом. Я тебе сто раз говорила.

Петя только рукой махнул.

– Давай лучше папе позвони́м.

Мама достала телефон и набрала номер.

Пока телефон гудел, отправляя звонок в далёкую Африку, Петя шепнул:

– Интересно, он помнит, что сегодня спектакль?

Но мама не успела ответить.

– Привет-привет, – раздался папин голос. – А я вот как раз вышел вам позвонить. Как спектакль прошёл?

Петя с мамой переглянулись, и Петя широко улыбнулся. Помнит!

– Пап, я тебе сейчас всё расскажу… – начал он и взял телефон из маминых рук.