© Грон Ольга

© ИДДК

Фортуна непредсказуема. Кому-то в жизни везет больше, а кому-то меньше – и это неоспоримый факт. Обычно в книгах героини попадают в волшебные миры к прекрасным принцам или сильным чародеям – грозным с виду, но обаятельным милашкам, готовым покорить ради тебя магическую Вселенную. Меня же угораздило оказаться в обычном будущем нашей Земли. И все бы ничего, вот только попала я вовсе не к местному миллионеру на белом звездолете, а прямиком в отделение полиции.

Правда, не совсем обычной полиции…

А я ведь даже не догадывалась, как круто изменится моя жизнь, когда страдала от обманутых ожиданий после расставания с мужчиной.

Два года после окончания универа я работала юристом в крупной компании, наслаждаясь всеми жизненными благами. Платили хорошо, даже очень. И так вышло, что отношения с Романом, нашим директором, зашли слишком далеко. Но в тот момент, когда я влюбилась, случилось неожиданное: его жена, с которой он якобы два года не виделся и все не успевал развестись, внезапно забеременела. Естественно, вопрос о разводе отпал, Роман вернулся к своей ненаглядной. А я обиделась. Вот почему бы не сказать сразу, что я ему не нужна? Да его жену никто отродясь в лицо не видел; все считали, что она живет за границей, а как выяснилось – в Питере, куда Роман частенько летал в командировки. Эх, мужчины…

Обиделась я сильно. Даже плакала по ночам в подушку из-за того, что все планы рухнули. С работы принципиально уволилась и тратила остатки на счетах. Но у денег есть плохое свойство – они быстро заканчиваются. И вскоре я осталась у разбитого корыта. Ипотеку выплачивать нечем, долги за коммуналку выросли, да что говорить – маникюр самой делать пришлось.

Махнула к родителям в Подмосковье. Должны помочь – все-таки единственная дочь. И тут встретила от ворот поворот.

Как раз тогда и приехал в гости на выходные двоюродный брат моего папы. Он большой начальник, работает в Министерстве внутренних дел. Выслушал он мои проблемы и неожиданно спросил:

– Анжела, ты же юрист по образованию?

– Ну да. РГУП окончила. – Я удивленно взглянула на дядю. С чего это он вдруг интересуется?

– И что, работу не можешь найти? Везде юристы требуются!

– Так хочется, чтобы и график гибкий, и зарплата хорошая, и мужчины симпатичные, – отшутилась я. Помечтать же не вредно.

– Так! Решила у родителей на шее повиснуть? Не прокатит! – Его грозный голос вдавил меня в пол и размазал по плитке. Привык дядюшка командовать.

Но спорить я не посмела. Помнила, сколько раз он помогал.

– На следующей неделе начинаются курсы. Три месяца – и трудоустройство обеспечено. Как раз для тебя, словно под заказ. В понедельник заедешь ко мне – все подробно и расскажу. А теперь брысь маме помогать!

Так вот и вышло, что, по мнению дядьки, самой подходящей для меня работой стало место младшего следователя. Нет, коллектив, конечно, здесь мужской, и никто не заставляет сидеть в душном офисе от звонка до звонка. Вот только зарплата – обнять и плакать. И зачем я только в свое время в универе военную кафедру посещала?

Начальник, подполковник Гудков, за несколько месяцев мне так ни одного своего дела и не дал. Все, чем я занималась, так это проверяла материалы, выполняла техническую работу по оформлению документов, опрашивала разных типов, составляя протоколы…

Сегодня опять на работу. Не люблю я вставать в такую рань. В новостях объявили оранжевый уровень опасности, а у меня кондиционер в машине неисправен. Жара на улице жуткая. Хоть бы дождик какой прошел – так нет же, солнце палит нещадно.

Голова чертовски болела уже с утра, но я все же добралась до места почти вовремя. И сразу нос к носу столкнулась в коридоре с начальником.

– Анжела Николаевна! Какие люди – и без охраны, – настораживающе протянул он. – На пятиминутку хоть соизволите не опоздать? Дело для вас имеется.

– Хорошо, Сергеич, не опоздаю, – пообещала я.

Гудков ехидно улыбнулся и протер платочком лысину, смахивая бусинки пота. А я насторожилась. Интересно, что за дело хочет поручить? Я же в отпуске почти! Вот-вот, немного осталось.

На планерке собрались несколько наших оперов, старший следователь Максимов, другие сотрудники. Гудков, как обычно, задержался (а на меня наговаривал), но вскоре все же пришел и уселся в торце длинного стола. Я морально подготовилась к выволочке каждого в отдельности и всего отдела скопом.

– В нашем районе появилась банда преступников. Совершаются нападения на людей, а сегодня ночью убили девушку. На теле оставлены следы, напоминающие укусы. Труп обнаружили утром и доставили в морг.

– Серийные маньяки – не наша компетенция, – встрял опер, Влад.

– Наша или не наша – не вам решать, – нахмурился подполковник. – Убойный и так перегружен. Работает группа лиц, изображающая вампиров – похоже, какая-то секта. Пока ваша задача выяснить все о них, опросить свидетелей, собрать как можно больше информации. А дело поручаю вести Анжеле Николаевне.

– Почему мне? – мгновенно очнулась я. – Я не училась ловить сатанистов.

– Не на Максимова же все сваливать. Пора и самой за работу взяться. Дело раскрываешь – в отпуск уходишь, – усмехнулся Гудков.

Ясно как божий день, что дядька настучал. Попросил Гудкова меня загрузить, чтобы жизнь медом не казалась. Только сумасшедших сектантов не хватало для полного счастья. И серийных маньяков к ним в придачу.

И вообще, как же мой отпуск и поездка на море?!

Но спорить больше не стала, ибо деваться-то некуда. Ну, держитесь, вампиры! Я хоть и блондинка, но меня за живое лучше не трогать.

Целый час я собирала материалы: адреса-телефоны родственников и знакомых убитой. Морг оставила на потом – не очень люблю туда ходить. Позвонила возможному свидетелю убийства и назначила встречу, а вскоре выдвинулась к нему домой.

Пока доехала, почувствовала себя выжатым лимоном.

Дверь квартиры открыл мужчина лет сорока – лысоватый, в очках. Около его ноги грозно так, по-боевому, тявкал стриженный йоркширский терьер. Я с подозрением покосилась на злобную маленькую псину, которая явно желала меня цапнуть.

– Добрый день! Младший следователь Ворон Анжела Николаевна. Мы с вами договаривались о встрече, – представилась я и для убедительности помахала перед его глазами служебным удостоверением.

– Конечно, заходите. Все расскажу, что видел, – опомнился мужик.

Я проследовала на кухню и чинно достала из папки бланк протокола.

– Давайте по порядку. Я, конечно, уже ознакомилась с составом дела, но хотелось бы выяснить некоторые подробности.

Свидетель внезапно побледнел и задрожал.

– В нашем доме на первом этаже на днях кто-то снял офис. Днем там никого, арендаторы ночью появляются. Я Моню рядом выгуливаю. И вот прохожу вчера мимо них и слышу жуткий крик.

– И что дальше? – поинтересовалась я. За эти месяцы не такого наслушалась.

– Я за угол сразу спрятался. И тут появляются двое. Глаза светятся, во рту – клыки. Ни дать ни взять – вампиры. Я испугался, Моню на руки схватил. Хорошо, она у меня умница, лишний раз не тявкнет. А потом появился третий, привел девушку. Та будто в трансе была, не понимала ничего. Они скрылись внутри. Я уже и не знал, что думать. А утром услышал, что труп нашли неподалеку.

Свидетель долго и эмоционально рассказывал, какими жуткими на вид были «вампиры». Говорил о том, что в мире творится непонятное. Жаловался на депутатов, хулиганов и плохие дороги.

Скорее бы заткнулся! Мне нужно узнать, что за люди арендовали офис. Почему на виду у всех? Неужели не боятся, что их быстро вычислят?

– Хорошо, Иван Степаныч, – все же прервала я его тираду. – Покажете, где вы стояли, а где офис тот?

– Конечно покажу, – вздохнул мужчина.

Вот же счастье привалило! Лучше бы сидела тихо в какой-нибудь юридической конторе. А так разбираюсь с сумасшедшими и убийцами.

Пока ехали в лифте, собачонка с бантиком давила на меня косяка и периодически рычала. Я с детства боюсь собак, всех без исключения. Но никому не признаюсь. Я нервно вжалась в стенку кабины.

Вышли на задний двор дома. Знаете, в старых спальных районах есть такой промежуток между зданиями. На первый взгляд, ничего особенного. Вымощенная потрескавшейся плиткой дорожка по диагонали пересекала газон. Виднелись детские качели, пара скамеек. Эдакая оффшорная зона между длинными старыми многоэтажками, подъезды которых выходят совсем в другие стороны. В таких вот местах частенько выгуливают своих собачек пенсионерки, собирается молодежь, а по ночам случаются всякие казусы.

Мужчина указал на пристроенные ступеньки и двери, что выходили на эту сторону. Похоже, кто-то выкупил квартиру на первом этаже и собирался открыть мини-магазинчик.

– Здесь. Только сам я не пойду. Страшно.

– Там же нет никого. И вообще закрыто, – присмотрелась я. Но на всякий случай подошла и нажала на кнопку звонка.

Тишина.

Что же, стоит выяснить, кто владелец и арендодатель. Все просто.

Настроение слегка приподнялось, и я вернулась в отделение. Запросила данные. Но слова свидетеля уже прочно засели в моей голове.

Позвонила судмедэксперту насчет трупа жертвы. Затем выяснила, кто сдавал помещение. Но абонент оказался вне зоны действия. А его родственница сообщила, что он на несколько дней улетел в Грецию.

Я тоже грезила о море, прикупила новые босоножки и купальник. Вот только теперь отпуск мой пока под большим вопросом.

Мысль про уходящие дни лета придала желание действовать. И я решила не ждать. Нужно оценить обстановку своими глазами. Хотя бы издалека взглянуть на тех «вампиров».

Положив в сумочку табельное оружие, я вдруг поняла, что стоило кого-то предупредить. Но я же только посмотреть еду. Нет уж, потом Гудков скажет, что я сама ничего не делала. Собралась – значит вперед, на мины.

К вечеру городские улицы остыли, да и пробки рассосались. И я долетела до места на своем красном «Рено» на удивление быстро. Остановилась у бордюра так, чтобы вид на площадку был получше. Но ближе уже не подъехать.

Я слегка опустила сиденье, включила радио и стала ждать. Но от монотонного бормотания диктора новостей вдруг потянуло в сон…

Очнулась от звука работающего мотора. Какой-то гад подъехал сзади и подпер мою машину. А на улице темно, хоть глаз выколи. Только фары светят прямо в зеркало.

С ярым желанием разобраться, кто посмел так припарковаться, вышла из своего «Рено». На всякий случай прихватила сумочку с пистолетом. И тут… увидела…

…троих людей со светящимися глазами.

Сердце ушло в пятки. Дрожащими руками я вытащила пистолет и сняла с предохранителя. Конечно, стрелять я умею – периодически нас заставляют ездить в тир и сдавать нормативы. Но пользоваться оружием в реале не приходилось.

«Огоньки» остановились – заметили меня. В душу черной змеей пробрался липкий ужас. Это же те самые люди, которых я ищу! Маньяки-сектанты-сатанисты или еще черт знает кто.

– Стоять, полиция! – выдала я, но вышло как-то неубедительно.

– Смотри, жертва сама идет в руки палача, – глухо произнес один из сумасшедших.

– Стрелять буду, – предупредила я и оглянулась, решая, куда лучше делать ноги.

Маньяки обменялись репликами на неизвестном мне языке. А потом один как оскалится, как прыгнет на меня! Со страху я в него выстрелила и, кажется, попала. Но он лишь дернулся, продолжив двигаться ко мне. Бронежилет надел, что ли…

Но выстрел дал секундную отсрочку, и я побежала в сторону ближайшего подъезда в надежде, что там окажутся обычные люди.

Вот только добежать не успела.

Тьму пронзил яркий луч света. Сектант за моей спиной заорал, и я услышала звук падающего тела. На ходу обернулась и заметила, как из светящейся раны идет зеленоватый дымок. Двое других бросились в разные стороны и скрылись в темноте.

И тут я споткнулась о бетонный бордюр и полетела вперед. Меня ловко подхватили чьи-то руки. Щеку опалило дыхание незнакомца.

– Ты тоже из департамента? – быстро спросил мой спаситель.

– Ага, – выдохнула, уже ничего не соображая.

– Стой здесь, я сейчас. – Мужчина аккуратно поставил меня на асфальт, а сам бросился за одним из вампиров.

Темноту двора снова пронзил голубой луч, раздались крики на непонятном мне языке. Я медленно ретировалась за свою машину, наблюдая из засады, что произойдет дальше. Незнакомец вернулся через минуту.

– Ты как? – угрюмо поинтересовался он.

– Лучше всех! – осмелела я.

Кто же он такой? Охотник на вампиров или еще один сумасшедший?

– Ушел третий. Ничего, поймаем, – вздохнул мужчина так, будто вампиры – норма жизни, а не мифические существа.

А потом достал из кармана пульт, и на газоне между домами проявилось… настоящее светящееся НЛО. Такое, каким я его в детстве в шутку рисовала.

У меня напрочь пропал дар речи.

– Стелс-режим барахлит, – как ни в чем не бывало заявил незнакомец.

Но все это полбеды. Когда открылась круглая дверь «тарелки», из проема показалась зубастая морда – будто из фильмов ужасов. И какая-то чупакабра выскочила и рванула в нашу сторону со страшным рыком.

В этот миг мне стало дурно. Ноги подкосились, в голове помутнело. Первый раз в жизни я теряла сознание. Но меня вновь подхватил незнакомец. А потом куда-то понес.

«Похитили», – подумала я и отключилась окончательно.

«…Ну и зачем ты ее сюда припер?» – Незнакомый голос извне.

«Говорю же тебе! Я спросил: “Из департамента?” Она ответила: “Ага”. А потом в обморок упала. И что мне оставалось? Бросить ее в двадцать первом веке в Москве? Третий ансариец успел уйти».

«Вот удостоверение, ее зовут Ворон Анжела Николаевна. Сейчас проверим по нашей базе данных…»

Звуки растекались. Слова то собирались вместе, то вновь распадались на осколки. Я понимала, что говорили мужчины, хотя и не знала точно, что это за язык и где я нахожусь. Но услышав свое имя, резко распахнула глаза.

Я полулежала в странном кресле, как будто надо мной только что проводили опыты. На голове датчики, сверху – какой-то нереальный монитор.

Кажется, меня похитили сумасшедшие охотники на вампиров!

Нужно бежать отсюда, желательно сразу в полицию. Только кто мне поверит, если расскажу правду?

Я благоразумно решила не орать, а сначала осмотреться.

В движущихся креслах перед большим экраном сидели двое мужчин. Один лет пятидесяти, с сединой на висках. На вид вовсе не злобный.

Второй помоложе.

Воспользовавшись тем, что в этот момент незнакомцы отвлеклись, я смогла рассмотреть его получше.

Мрачноватое, хоть и симпатичное лицо. Темные короткие волосы, черный комбинезон. Широкие плечи закрывали картинку на экране, и я не могла знать, что похитители там рассматривают. Сама комната была под завязку напичкана аппаратурой.

Это конец. Не найдет меня никто. И поминай как звали.

Мне из их штаба точно не сбежать…

– …в возрасте двадцати пяти лет пропала без вести. Младший следователь по уголовному делу, – озвучил мои данные старший из мужчин.

Что значит «пропала без вести»?

Эй, они сколько меня тут продержали в отключке?!

Захотелось крикнуть, но я не смогла. Лишь глубоко задышала, пытаясь осознать реальность.

– Слушай, Саймон! Давай, пока она не очнулась, я ее назад отправлю, – предложил второй. И я вдруг узнала его голос.

Это тот самый тип, что меня спас… он же и похитил!

– Сейчас отправлю данные в Вариатор, зададим вероятность, – недовольно отозвался старший, и на пару минут воцарилось молчание. – Смотри, она должна была погибнуть, – добавил он.

– Че-е-ерт. Прибор не лжет. Ты прав. Ансарийцы ее убьют, – выдохнул брюнет.

– Именно. Предупредить в прошлом мы ее не можем по Уставу. Сам знаешь риски.

– Конечно. Изменения кривизны пространства и вероятность получить альтернативное будущее вплоть… до мировой катастрофы. Но что нам с ней делать?

Его тон показался мне таким унылым, что я тут же подумала: «Убьют. Точно». И снова закрыла глаза.

– Что делать, что делать? – передразнил первый. – Раньше думать надо было, Шер! Я тебя считал ответственным офицером.

– Да кто знал, что девчонка появится в самый неподходящий момент? – возмутился второй.

– Нужно предвидеть все вероятности. Никто ведь не заставлял тебя тащить ее сюда!

– Никто, – согласился молодой.

– Ну вот. Так что это полностью и целиком твоя вина.

– Ладно, опросим ее, когда очнется.

– Уже загрузил ей в память язык центра. Она же только по-русски разговаривала?

– При мне – да. Но я не удивился, мы же все учим древние языки перед тем, как отправиться на задание. Почему ты так уверен, что она останется здесь? – настороженно спросил брюнет. – Эй, Саймон, ты что задумал?

Я приоткрыла глаза, пытаясь понять, что они со мной сделали. Старший вдруг приосанился, улыбнулся и снова взглянул на экран.

– Шер, у тебя же нет напарника!

– Я давно привык работать один – точнее, с Крашем.

– Все потому, что с тобой работать просто невозможно.

– Потому, что кто-то должен следовать Уставу. И правилам.

– Которым ты сам же и не последовал, Шер. Ты же знаешь, что будет за нарушение Устава департамента, – покачал головой старший. – В общем, я постараюсь все уладить, сам отправлю в МКВП отчет. Если все получится – обучим, пусть работает у нас.

– Боюсь, Саймон, многое придется объяснять, когда она очнется, – натужно вздохнул Шер и вдруг поднялся, шагнув ко мне. – Сейчас с ней что делать? Не можем же мы оставить ее в департаменте?

– Ты прав, – озадачился старший. – Знаешь, а забери ее к себе домой, пока мы ей служебную квартиру оформим.

Последние слова окончательно подорвали мое терпение. Я подхватилась из кресла, отчаянно сдирая с себя датчики, и как заору:

– Сейчас же верните меня назад!

От моего крика задрожала аппаратура. Шер подскочил, пытаясь придержать какое-то устройство, а я зацепилась ногой за кабель и рухнула прямо ему на руки. Громко чертыхнулась, когда он наконец смог освободить меня и поставил на пол перед собой. На его лице проскочило недоумение, плавно переходящее в ярость.

– Знаешь что, Саймон! Ты считай меня кем хочешь, но я ее к себе не заберу. Ты же в курсе, что Краш не любит гостей. И предлагаешь мне вот «это» еще и домой привести? – процедил он сквозь стиснутые зубы.

– Совсем ненадолго. Я постараюсь решить вопрос с МКВП как можно быстрее. Не оставлять же ее в департаменте, в конце-то концов! Заодно адаптируешь к нашему времени, – попытался остудить его злость начальник.

Пока они разговаривали, я бросилась к двери, но обнаружила, что комната закрыта. От злости ударила пару раз кулаком, а потом в отчаянии схватилась за голову.

– А ну-ка, успокойся! – послышался за спиной серьезный голос старшего. – Иди сюда, поговорим.

Я собралась с мыслями, посчитала про себя до пяти и медленно подошла к Саймону.

– Кто-нибудь скажет, где я? – выдохнула я.

– Понимаешь ли, Анжела. Ты находишься в будущем относительно твоей реальности.

– Офигеть! И какой же сейчас у вас год? – уточнила я. До этого момента весь разговор казался полным бредом.

– Две тысячи восемьсот двадцатый.

Не знаю почему, но все сомнения вдруг испарились. Я поверила. Иначе как можно объяснить то, что происходит? Но при этом захотелось расплакаться от обиды.

– И я не смогу вернуться домой?

– Нет, это исключено. Я объясню потом, когда ты успокоишься.

– Люди уже изобрели машину времени? – поинтересовалась я. Все же любопытно, что здесь происходит. Подыграю им пока, а потом, может, что и придумаю.

– Да, и довольно давно. Это было секретной разработкой, но информация уже просочилась в массы. Раньше машинами времени пользовались лишь ученые-исследователи. Теперь, когда появились нелегальные путешественники во времени, возникло множество проблем. Понимаешь, одна ошибка может стоить нам всего того, что есть на Земле. Человечество и так едва удержалось от ядерной войны. Это очень сложно объяснить. Надеюсь, потом ты все поймешь…

Саймон говорил долго и серьезно. Я же внимательно слушала, но думала при этом о своем. Если есть машины времени, то я смогу вернуться домой. Да мало того…

В голову тут же налетели сумасшедшие идеи. Если это правда, если путешествия во времени реальны – значит, можно полностью изменить жизнь… Ромку вернуть, например. Или даже встретить его раньше, чем он женится на своей крале. Я мысленно надела розовые очки, не слушая, что твердил новый знакомый.

– …поедешь с Элеоном. Он тебе все покажет и расскажет, – договорил Саймон.

– С Элеоном? – Я оглянулась, рассматривая типа, который притащил меня сюда. – Ну уж нет! Только не с ним. Я его боюсь.

– Что ты, дорогуша. – Саймон по-дружески обнял меня за плечи и продолжил приторно-сладким тоном: – Элеон Шерман – наш лучший сотрудник. Душа компании. Сама это скоро поймешь.

– Угу, – буркнул Шер и демонстративно отвернулся.

– Значит, решено. Все, мое рабочее время давно закончилось. Я домой. – Саймон подмигнул Шеру и вышел из кабинета. А мы остались наедине с моим похитителем, бросая друг на друга взаимно недовольные взгляды.

Всегда считал, что тружусь на совесть. Вообще со мной сработаться тяжело, а ужиться – и подавно. Я люблю во всем идеальный порядок. Наверное, педант по жизни.

За свои тридцать три я успел сменить трех жен. Или это они меня сменили? Детей нет. Квартира, по современным меркам, маленькая. Служба опасная и непредсказуемая. Рабочий день ненормирован.

Чаще всего я бываю в департаменте около четырех раз в неделю. Если только нет командировок. А вот с командировок и начинается вся непредсказуемость. Планирую, что путешествие займет пару часов, а сам задерживаюсь из-за всяких непредвиденных ситуаций в прошлом на два, три, а то и больше дней.

Но самое обидное состоит не в этом. Я все равно возвращаюсь в одно и то же время – в тот же момент, когда покинул свою реальность. Правда, полагаются бонусы, да и обеспечение в командировках неплохое. Бонусы – это такая интересная вещь, которую не так давно изобрело наше уважаемое Министерство по контролю за временными перемещениями, или МКВП. Там разработали новую программу специально для тех, кто путешествует во времени.

За все командировки на личный счет зачисляют эти самые бонусы, которые рассчитывает наш компьютер по сложной программе. В данных учитывается длительность пребывания в прошлом, опасность для жизни и здоровья, успех выполнения задачи и другие факторы. Бонусы можно обменять на отгулы или сделать перевод средств на денежный счет. Кому как нравится. Но… чувствую: за командировку в Москву XXI века я, наоборот, уйду в минус. Еще и надбавку снимут.

Работа наша уже не такая секретная, как это было раньше, но выдавать тайны все равно нельзя никому.

В основном жару задают ансарийцы. Они же вампиры с планеты Ансара звездной системы Арктура. Планета открыта землянами не так давно, но древняя раса довольно-таки развита и обладает всевозможными способностями. В космос они вышли относительно недавно, всего лишь лет триста назад, да и то благодаря землянам, наладившим с ними контакт.

Вампиры Ансары очень похожи на людей внешне, а вот внутренние органы и кровеносная система абсолютно иные. Способности ансарийцев удивительны. В них входит быстрая регенерация тканей и органов. Раса еще не до конца изучена землянами, но теперь их и на Земле достаточно.

Сто лет назад Ансара вошла в новое объединение – Конфедерацию Населенных Планет. Сейчас вампиры могут свободно посещать Землю. Они скупают недвижимость и акции компаний, многие из них уже плотненько обосновались на нашей планете. Ведь условия здесь для них почти что райские, в сравнении с другими обжитыми колониями галактики. Единственное – свет нашего Солнца для них крайне вреден и порой смертельно опасен.

Но все знают, зачем они сюда летят на самом деле. Человеческая кровь для них – лучшее лакомство, почти что наркотик, хотя официально они не могут ее употреблять, ведь это запрещено законами Конфедерации.

Когда земляне изобрели машины времени, агенты ансарийцев первыми похитили эту разработку, чтобы проникать в прошлое планеты, где люди их боялись и почитали за мифических существ, создав целый культ, выдумав легенды и различные страшилки. Но мы-то теперь знаем, кто они такие на самом деле. Всего лишь инопланетная раса. Если бы не изобретение Вариатора, мы могли бы и не догадаться, как все обстоит на самом деле.

Зачастую встречаются довольно интересные ансарийцы, не представляющие угрозы. Например, Ален Миратус, наш внештатный сотрудник; приятный, абсолютно бесшабашный парень, хоть и вампир. Ростом метр девяносто, худощавый, с длинными черными волосами, из-за которых не видно даже глаз. Руки в татуировках, а губы темно-фиолетовые, словно небо на закате. Обычно появляется в департаменте вечером. Рассказывает забавные истории. Он один из немногих, кого признает мой Краш.

Именно Ален и вычислил для меня банду ансарийцев в Москве XXI века.

Долго готовиться к заданию не пришлось: русский я выучил еще несколько лет назад. Да и основной язык Конфедерации не слишком от него отличается.

По своей сути язык Конфедерации – три самых распространенных старых земных языка, объединенных в один. Его создали искусственно, когда возникла острая необходимость. Но благодаря современным методам обучения прижилась новая речь довольно быстро, всего за каких-то пару поколений.

Задание провалилось с треском…

И теперь я иду к своему кару на парковку, а за мной плетется девица из прошлого, которую я по досадному недоразумению прихватил с собой в наше время.

Никому не пожелаешь такой участи. Она же дикая. Перед тем как сознание потеряла, чуть мне все лицо не расцарапала. Еле успел отвернуться. Чего она, интересно, испугалась? Смотрел в зеркало, вроде бы все со мной в порядке: волосы темные, недавно постригся, глаза серые. Чем же я отличаюсь от мужчин ее времени?

– Давай, шевелись быстрее, – бросил ей через плечо. – Как там тебя?

– Анжела Николаевна, – деловито отозвалась она.

Не понял, а чего она недовольна? Кажется, это она едет ко мне домой – вовсе не наоборот. В этот момент захотелось пристрелить Саймона. А потом и эту фифу.

– Слушай, ты!.. – повернулся к ней. – Может быть, для кого-то ты Анжела Николаевна, но я буду называть тебя Энджи, чтобы не ломать язык. Понятно? – Я даже приостановился, чтобы посмотреть на ее реакцию.

– Да пошел ты, Шер, сам знаешь куда! – фыркнула она.

– Меня зовут Элеон, если ты еще не запомнила.

– Элеон… Шер… Да мне все равно! Верни меня обратно, никто и не заметит. Скажешь, что сама сбежала. – Она вдруг остановилась, сложила руки под подбородком и заморгала длинными ресницами.

– Не могу, даже если бы захотел. Ты же слышала, что сказал Саймон. Мне проблемы не нужны, – твердо заявил я, стараясь сохранять спокойствие.

– Да плевать на вашего Саймона. Я же не нужна тебе! Пожа-а-алуйста!

– Нет, – пресек я ее стенания. – Мы отправим запрос в Министерство по контролю за временными перемещениями. А вот если они его одобрят, тогда у тебя есть шанс.

– Это возможно? – не отставала она. В голубых глазах вдруг загорелась надежда.

– Теоретически – да, – пытался отговориться я.

– А практически?

– Пока подобных случаев не было. Слушай, ты можешь помолчать хоть немного? И так голова болит после возвращения из прошлого.

– Я молчать не собираюсь. То, что я здесь нахожусь, исключительно твоя проблема.

За этим «приятным» разговором мы добрались до моего кара. Энджи вдруг остановилась, губы мелко задрожали.

– Эй, ты чего застыла как истукан? – не выдержал я.

– Там… там… это… – В ее глазах мелькнул такой ужас, будто она увидела трехглавого монстра с Эрогора. – Страшилище!

Повернулся, пытаясь понять, о ком она. Из полуоткрытого окошка кара высунул морду Краш, радостно щелкая зубами, и довольно заурчал.

– Крашик! Заждался? Ну, прости. Вкусняшки дома. – Я достал из кармана чип управления каром и открыл дверь.

Как же меня раздражал этот Шер! Невероятно сложно представить такого противного мужика. Не во всех отношениях, конечно. На вид он очень даже неплох. Если бы не был таким занудой, на него можно было бы обратить внимание. Хотя мне всегда нравились ухоженные выбритые мужчины в деловых костюмах с галстуками, а этот – настоящий мужлан в комбинезоне. И такой же наглый.

Хотелось громко послать его всем известной русской фразой, тем более он понимал русский язык. Это же надо было, взять вот так и утащить меня в будущее!

Я вертела головой, рассматривая высокие здания, башни с разноцветной иллюминацией – порой она проявлялась просто в воздухе. Странные машины – блестящие капсулы с затемненными окнами. Дороги в воздухе, напоминающие американские горки, над которыми пролетали эти самые капсулы, даже не касаясь металлических полос.

А вот и «парковка».

Темнело. Кругом зажигались все новые и новые огни, охватывая видимое пространство. Капсул здесь всего с десяток. Правильно – нормальные люди давно дома сидят, а такие придурки, как Шер, шатаются в прошлом и похищают порядочных девушек.

От этой мысли снова перекорежило.

Хотя… он же спас меня от вампиров.

Интересно, они на самом деле вампиры или же нет? Шер называл их весьма странно. И знал, кого искал в прошлом. Только вот меня как угораздило с ними встретиться?

Ладно, поживем – увидим.

Я приостановилась, рассматривая машину Шера. Кажется, у меня были глюки.

Из приоткрытого окошка торчала крокодилья морда. Огромные зубы щелкали. Коричнево-зеленая зверюга издавала одновременно шипение и страшные гортанные звуки. Да это же та самая тварь, из-за которой я потеряла сознание!

– Эй, ты чего застыла как истукан? – буркнул Шер, открывая тачку будущего.

– Там… это… Страшилище! – икнула я. Кажется, сейчас я снова в обморок шлепнусь.

Но тугодум Шер явно не понимал, в чем дело.

– Крашик! Заждался? Ну, прости. Вкусняшки дома.

Так это его чупакабра?! Только ее мне и не хватало для полного набора потрясений сегодняшнего дня.

А потом случилось самое худшее: двери кара плавно отъехали в сторону, и эта зверюга выпрыгнула, спружинив на когтистых задних лапах. Она оказалась с метр в высоту, угрожающе размахивала хвостом, да еще и рычала.

– Шер! Убери от меня это! Немедленно! – завопила я от страха.

Даже не заметила, что оказалась на крыше капсулы. Как только туда запрыгнула, ума не приложу. А страшная тварюга потянулась на задних лапах ко мне, принюхалась и как щелкнет огромными зубами!

– Краш! Иди ко мне. Ну и зачем же ты напугал Энджи?

– Что?! Краш? Это и есть твой «напарник»? – дошло до меня.

Шер недовольно подпер руками бока, сверкнул глазами. А мега-ящерица пристроилась рядом, потираясь об ногу Шера.

– Идиотка, немедленно слезь с крыши! – рявкнул Шер.

– Ты сначала убери его, – поставила условие в ответ.

– Никуда я его убирать не собираюсь. Он мой друг.

– Друг? Да кто он вообще такой?!

– Велоцираптор. Что, сама не видишь? – заявил Шер с упреком, будто я обязана знать в лицо всех чудовищ на свете.

Попыталась припомнить, что это за живность, но память отшибло на раз. Знакомое названьице. Может, оно по-русски иначе звучит? Ящерица, не ящерица…

– Он что, динозавр? – сообразила я.

– Ну конечно, – возмущенно произнес Шер. – Спрыгивай, он тебя не тронет. Краш – самое дружелюбное существо на планете.

– Я с ним никуда не поеду!

– Твою мать, младший лейтенант Ворон! Слезла быстро с крыши моего кара, ты мне сейчас все покрытие поцарапаешь. Это приказ! – гаркнул Шер так, что у меня сердце в пятки ушло.

Я осторожно сползла, спряталась за машиной.

– Вот ты как со мной, Шер. Слушай, а кто ты по званию, а?

– Майор Элеон Шерман, следственный отдел Департамента полиции времени, – отчеканил он.

– Хочешь сказать, майор Шерман, что этот ве… ра… мо… циптор – твое домашнее животное?

– Велоцираптор. Не только домашнее. Я два года обучал его на поиск ансарийцев. У Краша на них повышенное обоняние. Да, мой хороший? – почесал он кожистый нарост чудовища за золотистым глазом.

Краш довольно заурчал, повернув к Шеру зубастую пасть.

– И он меня точно не тронет? – недоверчиво спросила я.

– Да что ты заладила? Говорю – нет. Поехали уже.

– К тебе домой? Вместе с ним? – уточнила снова. Вдруг Шер пошутил?

– Да. За что ты свалилась мне на голову? Будто других проблем нет. – Он демонстративно ударил себя ладонью по лбу.

– Ты намордник ему не пробовал надевать? Он же мне полруки оттяпать может, – предложила я вполне приемлемую с моей точки зрения альтернативу.

– Если ты сейчас же не прекратишь истерику, я надену намордник на тебя.

– Только попробуй! – фыркнула я. Но другого выхода у меня не было.

Заглянула в машину. В принципе, можно разместиться, если сесть около Шера. Но уж лучше я потерплю человеческую скотину, чем живого динозавра. С этой мыслью я примостилась на переднем сиденье.

– Так бы сразу. Краш, ну-ка внутрь, – вздохнул Шер.

Чудовище запрыгнуло на задний ряд кресел и нагло уселось, выглядывая в окно. Шер разместился на месте водителя, нажал несколько кнопок, задвинув перегородку между частями кара. И меня временно отпустило.

Мы бесшумно взлетели над странной дорогой, уходящей вверх, к таинственным небоскребам, застывшим в россыпи огней.

Вот и за что мне такая обуза, да еще крикливая и стервозная?! Мало своих жен было, так теперь терпеть эту Энджи.

Проблемы отношений моих женщин с Крашем – постоянная беда.

Первая жена ушла несколько лет назад, когда я только-только привез Краша малышом из командировки. Так уж получилось, что мы преследовали банду нарушителей. В тот раз это были наши, земляне.

В ту пору я только начал работу в департаменте. Мы гнали преступников по разным секторам времени. Третьим оказался 2172 год, из которого они, поняв, что мы вышли на их след, тут же сорвались в 1992.

А происходило все на территории Южной Америки.

Появившись на своем аппарате над джунглями, где виднелся древний храм майя, в округе которого разбили лагерь археологи той эпохи, они здорово напугали ученых, что мирно спали. Рассвет только занимался. Осветив прожекторами небо над джунглями, они зависли в воздухе, а потом переместились в пространство над индейским поселением, чтобы сделать посадку в лесу. Но режим левитации у них вышел из строя.

И тут они заметили нас. Я летел в стелс-режиме, пытаясь подойти незаметно как можно ближе, а мой напарник, Рамон, уже навел уловители, чтобы блокировать их аппарат. Небо вновь осветил луч прожектора.

Двигатели последних моделей работают не на реактивном принципе. От него разработчики отказались лет сто назад. Принцип действия аппаратов департамента основан на генераторах переменного магнитного поля.

Мы учим всю теорию, как только попадаем в департамент, ведь должны знать основные принципы действия наших аппаратов, чтобы в случае чего самостоятельно устранить неисправность.

Так вот в момент, когда уловители уже были наведены на цель, наш стелс-режим, при котором нас окружает отражающее поле, делая невидимыми, вышел из строя, как, впрочем, бывает частенько. И мы спугнули нарушителей, которые впопыхах метнулись в следующий сектор. Но они успели сделать обманный маневр, тем самым перебросив нас в эпоху мелового периода. И так уж получилось, что именно там один из конденсаторов потока вышел из строя.

Сплошная полоса невезения.

Пока Рамон, который разбирался в технике лучше меня, возился в моторном отсеке, я решил набрать воды, чтобы потом пропустить ее через фильтр нашего аппарата.

«Ты там смотри, не задерживайся! – буркнул Рамон и вновь взялся за механизмы. – До взлета два часа, а нарушителей мы все равно уже упустили».

«Постараюсь. Главное – не застрять тут надолго».

«Думаю, компьютер уже сбросил на главный департамента наши координаты».

«Хотелось бы верить, что не будет, как в прошлый раз».

Да… бывает всякое. Наша работа, как никакая другая, сопряжена с постоянным риском. Если вдруг случится сбой в настройках бортового компьютера и при этом что-нибудь сломается в двигателе – считай, что ты остался в прошлом навечно.

Конечно, потом может повезти, и твой сигнал бедствия засекут. Иногда нашим оперативникам приходилось прожить в какой-нибудь эпохе несколько лет, прежде чем их спасали. А некоторых вообще не находили. Мы все это знаем, когда подписываем контракт с департаментом.

Мы впервые попали в ту эпоху. Хорошо хоть, не забросило в начало сотворения Земли – оттуда еще никто не возвращался. И я, вооружившись бластером, выбрался на разведку в лес, кишащий огромными насекомыми.

Стояла мертвая тишина. И тут раздался оглушительный рев гигантского монстра, вышедшего на охоту. Откуда ни возьмись, выскочила небольшая самка велоцираптора, за которой тянулись двое малышей, видно, только научившихся ходить. Восьмиметровое чудище, вид которого я так и не успел определить, бросилось на небольшого, но верткого велоцираптора, на несколько минут завязался целый бой, и в результате победил гигант, хоть самка и отбивалась как могла.

Этот же хищник убил одного ее детеныша, а второй исчез – как я подумал в тот момент, сбежал в лес. Стрелять не пришлось. Опасный ящер не заметил меня, а я и забыл о том, что искал ближайший водоем. Я сверил время и координаты по браслету на запястье и понял, что времени уже нет. И вернулся к кораблю, который как раз закончил ремонтировать Рамон. Теперь он потягивался в кресле пилота и зевал.

«Ты спал, что ли?» – спросил я.

«Тебя пока дождешься, – буркнул себе в усы Рамон. – Все готово к отправлению. Возвращаемся на базу».

Вскоре мы материализовались в ангаре департамента, его координаты были заложены в базе нашего корабля. Таких ангаров несколько, чтобы не вышло накладки. Хотя зачастую мы выходим на орбите Земли, а оттуда летим на полигон.

Мы с Рамоном передали информацию в центральный компьютер департамента. Вышли, закрыли двери корабля. И вдруг…

Из моторного отсека раздался странный писк. Мы переглянулись. Звук повторился с новой силой. А потом кто-то принялся отчаянно царапать обшивку нашего корабля изнутри.

«Открывай, там что-то есть!» – испуганно крикнул Рамон.

Я достал из кармана пульт, открыв люк, а оттуда показалась мордашка того самого малыша, семейство которого было убито на моих глазах.

«Черт возьми, Шер! Да ты динозавра с собой притащил!» – воскликнул Рамон.

«Что?! Это ты спал с открытым люком. Да мало ли кто туда мог еще забраться! Ты же у нас механик!»

«Нет, дружище. Ты командир и несешь ответственность. Это ты должен был проверить состояние корабля», – ругались мы.

Тем временем маленькое чудовище вылезло и неуклюже попрыгало в мою сторону, опираясь на длинный хвост. Потом уселось, глядя на меня добрыми глазками, щелкнуло пару раз челюстями и сказало: «Кра-а-аш».

«А он тебя признал за новую мамочку. – Рамон громко расхохотался. – Представляю, что на это скажет Саймон. Ты же знаешь Устав».

Понятно. Премиальных бонусов и так не видать.

Сначала Краша отправили в нашу лабораторию, да только он там разнес всю дорогостоящую аппаратуру, стоимость которой высчитали из моей зарплаты. А потом вдруг обнаружилось, что он имеет острое обоняние и недолюбливает ансарийцев.

И тогда полковник Фаррелл в добровольно-принудительном порядке отдал Краша на воспитание мне. Жаль, указаний по обучению велоцирапторов не было. Пришлось применять методы, которыми пользовались наши предки на протяжении тысячелетий. Начинать с лакомства, а дальше…

Натаскивание, обучение работе по следу, общее послушание, защита и удержание. Вместо фигуранта – наш внештатник, ансариец Ален Миратус. Правда, ему пришлось заниматься с Крашем, облачившись в бронированный костюм, но усилия того стоили – он все же нашел к нему подход.

И когда выяснилось, что Краш может делать эту работу не хуже, чем его коллеги из прошлого – собаки, которых сейчас практически не используют на службе, – то стал одним из полноправных членов нашего коллектива. И всегда радовался, если Ален приносил ему что-нибудь вкусное, урчал и терся о его ноги, зазывая к новым занятиям. Правда, с другими ансарийцами все обстояло гораздо серьезнее.

Первая жена, Лара, не особо обрадовалась, что в квартире, помимо нас, будет жить своеобразный домашний питомец. Точнее, совсем не обрадовалась. И хоть Краш в то время был малышом – его можно было спокойно носить на руках – в первую же неделю он умудрился сожрать всю косметику моей жены. А потом добрался до коллекции туфель, которую Лара так старательно подбирала. С седьмой парой обуви она чинно собрала свои вещи, вызвала такси и покинула меня навсегда.

Документы на развод пришли через месяц после того дня…

С тех пор так и завелось. Женская косметика для Краша была словно для кота валериана. Он не мог пройти мимо губной помады или туши для ресниц. Все это захватывалось его длинным языком и отправлялось прямиком в рот, хрустело на многочисленных зубах и выплевывалось обратно в виде пустых испорченных упаковок.

С моей второй женой Краш изначально поладил. Хлоя не пользовалась косметикой, а по поводу туфель была предупреждена еще до свадьбы.

Кстати говоря, это не я нахожу себе жен. Почему-то женщины всегда находят меня сами; они наивно полагают, что холостяк с офицерским званием и квартирой в центре города не должен оставаться одиноким. Но дело вовсе и не в этом.

Краш поначалу воспринимал новую женщину в «его» квартире вполне сносно, пока она не начала прятать от него пакеты с сухим кормом для собак, который он любил не меньше свежего мяса. Жене не понравилось, что Краш потрошил своими передними лапами каждый принесенный пакет, выбрасывал содержимое на пол, а потом слизывал по одной грануле, топча остальные массивными задними ногами. А он в то время был уже не маленьким, хоть и ребенком в душе.

Роботов Краш тоже не переносил на дух. Наш робот-уборщик не успевал справляться с этими его шалостями. Каждый раз, когда тот выползал из своего угла смести очередную порцию растоптанных в прах гранул корма, Краш, как настоящий охотник, выскакивал с ревом из засады, чтобы наподдать ему. Это было еще одним его развлечением. Услышав мой возмущенный окрик, он быстренько ретировался на свое любимое место за диваном и выглядывал оттуда с виноватым видом.

Робота-уборщика отключили и спрятали в кладовку, на случай крайней необходимости, а Хлое пришлось убираться вручную. Долго она не выдержала.

Третьей моей женой стала девушка-биолог. Началось с того, что Дайра изучала повадки Краша, прослышав, что в департаменте появился настоящий динозавр. При этом она старательно записывала все, что он делал, в электронный блокнот, писк которого раздражал моего друга.

Потом она запретила покупать собачий корм, решив перевести Краша на соевые заменители. Краш сначала не понимал, в чем дело, но доходило до него все быстро. И когда он просек, что эта наглая, по его мнению, особа поселилась в нашей с ним квартире, то первым, что он испортил, стал ее электронный блокнот.

Дайра обозвала его чудовищем и проглотом. А когда Краш влез в нашу постель во время секса, щелкнул пару раз челюстями и заунывно запел, докладывая, что его пора сводить на улицу, вся любовь испарилась окончательно.

Он начал мстить и находил любой момент, когда меня не было рядом, чтобы легонько цапнуть Дайру за ягодицу, за что был наказан неоднократно. Но когда в очередной раз позабавился так посреди парка на виду у сотни людей, а с Дайры упали брюки, которые он разорвал аккурат пополам, она устроила скандал и последовала участи моих бывших жен…

Вспоминая жизнь, я хмуро посматривал на блондинку, которая по просьбе моего шефа ехала со мной ко мне домой. Теперь она будет мозолить глаза, пока ей не оформят служебную квартиру и не разберутся с ее проблемой в министерстве, куда Саймон отправит отчет о нарушении. Правда, шеф тут обещал мне помочь.

Наглая особа с опаской поглядывала на заднее сиденье, где уныло смотрел в окно мой любимец и единственный в жизни друг. Он уже понимал своим рептильим умом, что сегодня я буду уделять внимание моей самке, за которую он принимает Энджи, а ему придется провести ночь на коврике за диваном.

Но я не предам тебя, Крашик. Пусть эта девица не думает, что ей удастся вывести меня из равновесия. Я терпел ее лишь потому, что сам виноват в ситуации. Несколько дней придется подождать, но жизнь у меня не покажется ей сказкой.

А вот и мой дом. Место на парковке оказалось свободно.

Я остановил кар, заглушил двигатель.

– Краш, идем. Занесем домой вещи, пристроим эту дамочку и отправимся на прогулку.

Летели мы недолго, около получаса. Я демонстративно отвернулась от Шера и упорно делала вид, что ничего в этой реальности меня не интересует.

Но на самом деле я глазела в окно кара, рассматривая то, что открывалось за прозрачным пластиком. И чего там только не было!

Между высокими небоскребами, опутывая пространство мерцающей паутиной, тянулись сотни дорог, там мелькали машины различных модификаций. В воздухе стаями птиц сновали блестящие летательные аппараты. Рядом промчалось нечто напоминающее дирижабль – похоже, какой-то рейсовый транспорт.

И ни одной пробки. Словно их здесь не существует.

Интересно, что это за город? Спрошу потом, пожалуй. А пока буду изображать обиженную личность, пусть Шер считает себя виновником всех моих бед.

Парковка, где мы остановились, оказалась не на поверхности земли, как у департамента, а у энного этажа здания, и была огорожена прозрачными перилами. Под зданием виднелся большой парк, над которым проходило несколько воздушных дорог.

На пару минут я даже забыла о чудовище на заднем сиденье. А оно по-прежнему не сводило с меня голодного взгляда, наводя тем самым панический страх.

– Краш, идем. Занесем домой вещи и эту особу пристроим, а потом на прогулку, – заявил Шер таким тоном, будто эта чупакабра его понимала.

– Эту? – язвительно отозвалась я. – «Эту» зовут Анжела. Могу даже простить отсутствие отчества. Но так обращаться со мной не позволю. Если ты страдаешь рассеянным склерозом, мне не сложно напоминать тебе свое имя.

Шер никак не отреагировал на мою колкость.

Его чупакабра выпрыгнула из машины и обнюхала мои ноги. И я почувствовала, как меня плавно вжимает в обшивку кара. Зверюга, как нарочно, клацнула зубами, дождалась, пока я замру на месте. А потом с довольным видом поспешила к Шеру.

– Энджи, идем. Я и так устал за этот день. Только из командировки, – позвал Шер.

Я промолчала, проглотила возмущения. Сегодня все равно податься некуда. Конечно, можно провести ночь в парке на лавочке, но хочется хоть какого-то комфорта. А еще желудок настойчиво заурчал, напоминая, что я давно ничего не ела. Надеюсь, у Шера найдется для меня отдельная комнатка.

Но комнаты не нашлось. Я увидела настоящую холостяцкую квартиру, в которой, кроме кровати, холодильника и большого экрана, лишь голые серые стены. Нет, были, конечно, разные предметы интерьера: небольшой диванчик, кухонная зона со стульями и столом, что примыкал к стене. Сбоку пара дверей – в санузел и кладовую. Но я искала совсем другое.

– Шер, я не поняла. А где вторая спальня? – поинтересовалась я через пару минут.

– Она у меня одна. Все здесь. – Шер провел рукой, указывая на большое помещение, выполняющее одновременно функции гостиной, спальни и кухни.

– Хочешь сказать, мне некуда спрятаться от твоего зубастого монстра?

– Я обещаю, что он тебя не побеспокоит, – ухмыльнулся Шер.

– Хотелось бы верить. А спать я где буду?

– У меня есть для этого прекрасный диванчик.

– А ты где? – недоумеваю я.

Он жестом указал на широкую кровать, стоящую у огромного окна.

– Ты не джентльмен, Шер. Знаешь, кто ты?

– Кто же? – Он подпер руками талию.

– Ты… ты… – попыталась подобрать слова, но на ум приходили только нецензурные выражения.

– Ты пока подумай хорошо, кто я. А мы с Крашем на прогулку. Можешь осмотреться, обвыкнуться, – заключил Шер.

Он снял пистолет, спрятал его в сейф, что выдвинулся из стены. Здесь хватало всяких тайников – недаром в квартире шаром покати. Все вещи припрятаны в специальных нишах.

Они ушли, а я осталась одна – впервые за этот день, если не считать поход в уборную департамента. Стало грустно и неловко от всей дурацкой ситуации. Что я здесь вообще делаю? И как вернуться домой?

Страшно оставаться в незнакомом мне времени. Да еще и с мужчиной, обладающим особым даром раздражать. Элеоном Шерманом.

Называть его по имени абсолютно не хотелось. Больше запомнилось прозвище, которым называл даже начальник. Увы, имя начальника в памяти вообще не задержалось.

Я открыла встроенный в стену холодильник – поняла, где он, по датчику на поверхности, что показывал влажность и температуру.

Пусто. Ну или почти пусто.

Пара упаковок, похожих на йогурт, в контейнере две отбивные. Если мышь еще не повесилась, это произойдет очень скоро.

Ниже нашла морозильный отсек, но изучать его не стала.

В другом ящике кухонной зоны заметила пакеты с изображенной на них собачьей мордой, сбоку у окна на хромированной подставке – миску.

Посуды немного. Сразу понятно: здесь давно не было женщины. Интересно, почему Шер не женат? Может, у него другая ориентация? Хорошо бы. Хоть приставать не будет. Мало ли какие тут, в будущем, нравы.

Мысли одолевали разные. И не самые приятные.

Интересно, работники департамента охотятся только на вампиров? Неужели вампиры реально существуют? Брр! Если бы я увидела близко хоть одного, то сразу бы обделалась на месте. Мне тех, в нашем времени, хватило сполна.

И почему начальник Шера сказал, что меня убьют?! А если и убьют, почему нельзя вернуться? А если предупредить себя, что не стоит идти к сектантам ночью? Тогда же не убьют?..

В этот момент я вдруг вспомнила старый фильм моей реальности. Да-да, тот самый, где машина летала. Что там за теория была об альтернативных вероятностных линиях? Жаль, смотрела давно, да и то не очень внимательно.

Нет, все, что ни делается, – к лучшему.

Итак, план действий.

Первое. Втереться в доверие к сотрудникам департамента.

Второе. Научиться управлять этой самой машиной времени.

А дальше… дальше два пути. Рассмотреть вариант возвращения в прошлое в момент, когда я познакомилась с Ромкой… Нет, не прокатит. Когда я с ним познакомилась, он был уже женат. Значит, нужно вернуться тогда, когда он не был знаком со своей женой. Черт, они же учились в одном классе, а общаться с маленьким Ромочкой точно неохота. Значит, остается вариант, где свадьбы не было.

Третье. Если ничего не получится, предупредить себя саму о том, что не стоит связываться с вампирами. И тогда я не попаду сюда. Буду жить, как жила до того. Скучно, но лучше, чем в одной комнате с динозавром и человеческой занудой мужского пола.

Я легла на диванчик, что выделил мне Шер. Положила голову на мягкую подушку и размечталась, чтобы только не думать о плохом. Мечтала, что стану женой владельца юридической компании. И мне больше не придется ходить на работу. Не нужно вставать ни свет ни заря. Сплошные удовольствия. Курорт в Куршавеле, spa-салоны, шопинг в Париже и Милане. Да что там в Милане – лучше сразу в Эмираты. Красота-то какая! Не жизнь, а сказка. И Ромка рядом. Конечно, тогда придется уволить всех его секретарш, чтобы больше ни на кого не обращал внимания. Нет, конечно, я прекрасно понимала, что не стану разрушать семью, что случилось – то случилось. Я просто представляла все, как оно было раньше.

Вот только вместо лица Ромы мне вдруг померещилась физиономия Шера…

Чтобы избавиться от плохих мыслей, я принялась разбираться с устройством телевизора будущего. Он включался как голосовой командой, так и сенсорными кнопками на небольшом устройстве, которое выпускало в воздух голографические лучи. Притом виртуальный экран сам подстраивался под положение зрителя, что было очень даже удобно.

Каналов было бесчисленное множество, но я остановилась на новостях.

Сначала показывали про строительство новой базы на некой Кронне. Я понятия не имела, где находится эта планета. Ландшафт ее напоминал пустыню из известного фантастического фильма. Но земляне осваивали небесное тело из-за какого-то полезного ископаемого.

Потом диктор перешел к освещению встречи посла планеты Ансара на Земле и министра инопланетных дел. Зрителям кратко показали, как ансариец и землянин жмут друг другу руки, стоя у старинного монумента на фоне ярко-голубого неба.

Последним, что я увидела, стал отчет о состоянии экономики после изменений в составе Конфедерации Населенных Планет. Эта новость окончательно и бесповоротно ввергла меня в состояние скуки. Глаза закрылись сами собой, и я задремала.

Проснулась от того, что к моей щеке прижалось что-то холодное и сопящее. Крик застыл в горле, и я не могла двинуться. Лишь слушала, как Шер выкладывает из пакетов покупки, не обращая внимания на своего монстра.

К счастью, голос Шера отвлек от меня зубастика. Динозавр ретировался, и я выдохнула с облегчением. А потом услышала хруст.

Я медленно сползла с дивана с неуемным желанием поругаться с хозяином квартиры. Приблизилась, глядя, как он возится с продуктами, раскладывая их на полки холодильника. А потом уставилась на ящерицу.

– Ты что, его кормишь собачьим кормом? – удивилась я.

Шер повернулся, смерил меня недовольным взглядом.

– В его составе мясо, клетчатка, белки, комплекс витаминов. К сожалению, не могу позволить ему диету для динозавров. Хотя иногда балую свежим мясом.

– Я тоже есть хочу, – обиженно высказала я.

– Вот сейчас и приготовим. Нужно только поставить в печь на десять минут, – пояснил он.

– Хочешь сказать, ты собрался кормить меня полуфабрикатами?

– Увы, лично для тебя я не стану заказывать еду из ресторана, – развел он руками, явно раздражаясь.

Впрочем, меня он злил не меньше.

– А мог бы! Все-таки я здесь первый день, – ответила из принципа вредности. На самом деле я была готова съесть полуфабрикаты даже в сыром виде.

– Предлагаешь это дело отметить? – резко повернулся Шер.

– А почему бы и нет? – приподняла я бровь. – Не каждый же день происходит такое странное знакомство, не могу сказать, что приятное.

– Лучше бы ансарийцы тебя убили. Или я…

– Ты смог бы убить женщину?

– Нет. Но если ты будешь и впредь вести себя так – поверь, я изменю своим принципам.

– Лучше бы ты меня вернул обратно.

– Не могу. Если бы мог – ты уже была бы там. Но я постараюсь ускорить процесс с выделением служебной квартиры. Чтобы терпеть тебя здесь как можно меньше.

Я потянула носом воздух. Пахло от будущего ужина не так уж и плохо. С голоду не умру – и на том спасибо.

Управилась с едой я быстро. Шницель оказался сочным, салат очень даже съедобным. Апельсиновый сок почти не отличался от того, что был в моем времени.

Ненадолго я даже забыла, что рядом чавкает чешуйчатый монстрик, и жизнь показалась не такой уж и ужасной.

Я стойко держался и старался не злиться. Знал: отчасти виноват сам, что притащил к нам эту особу. Но когда смотрел, как она с аппетитом ест, почему-то улыбнулся.

А она ничего. Если бы не была такой стервой, я бы к ней присмотрелся. Фигурка стройная, глаза голубые, огромные. Я не очень люблю блондинок, но ей этот солнечный цвет к лицу. Мои предыдущие жены были брюнетками. Да не особо я на других и смотрел.

Но вот Крашу гостья точно не нравилась. Представляю, что он о ней думает, насколько вообще может размышлять велоцираптор. Он явно ревновал. Но, в отличие от женщин, Краш меня никогда не предавал. Он настоящий друг. А они… сегодня тут, а завтра вещички собрали – и к маме. Хорошо, что Энджи у меня ненадолго. Да она и сама не выдержит. Знаю, Краш обязательно что-нибудь придумает, чтобы ей насолить.

В департамент мы поедем утром, а пока надо немного отдохнуть. Завтра сложный день. Нужно было уговорить Саймона взять эту Энджи к себе домой. У него жилище больше моего. Хотя жена Саймона ревнует его к каждому столбу. Все считает, что он на работе только тем и занимается, что заводит романы на стороне, в его-то возрасте. А он никуда…

Представляю, что было бы, если бы он привел домой девчонку из прошлого, да еще и такую соблазнительную.

Стоп, Шер! Ты чего себе надумал, что за мысли?! Соблазнительная? Она ведь та еще зараза! Да у нее в глазах висит объявление: «Найду себе богатого мужика. Но интим не предлагать». Интересно, что она с такой внешностью вообще в полиции забыла? И зачем к ансарийцам поперлась?

Ансарийцы в XXI веке – редкое явление. А в более поздних секторах – и подавно. Они предпочитают посещать древние эпохи, где им интересно и есть чем поживиться. А ведь Энджи попала в одного из них – я слышал выстрел. Но обычной пулей такого не возьмешь, только специальными лучами. Хотя есть альтернативные методы – например, взаимодействие с определенными металлами, на которые у них аллергия, приводящая к асфиксии; часто бывают летальные исходы.

Мы не можем арестовать ансарийца просто за то, что он живет на Земле. Они могут получить гражданство как у нас, так и в разных колониях Конфедерации. Как и некоторые люди теперь живут на планете Ансара (да, есть и такие любители экстрима). Не все ансарийцы нарушают закон; большинство – законопослушные и общительные личности. Мы уже привыкли к ним.

– Шер, а где ты взял такого монстра? Ты что, не мог завести кого попроще? Например, собаку, – прервала Энджи мои мысли.

– Так получилось. Привез из мелового периода. Это длинная история, – отозвался я, развалившись в кресле.

– И чего же тебя туда занесла нелегкая? – удивленно приподняла она бровь.

– Тебе-то знать зачем? – насторожился я.

Что она задумала? Что пытается выведать?

– Интересно знать, с кем предлагают работать. А ты что подумал?

– Ты можешь отказаться от этой работы. Мы сделаем тебе через министерство новые документы – и вали на все четыре стороны. Хоть на другую планету.

– Какую еще планету? На Марс?

Я уставился на нее в недоумении. Все же нам сложно понять друг друга. Постоянно забываю, что она из прошлого, там люди еще не освоили космос, все только начиналось.

– Почему на Марс? Хотя если хочешь пожить под куполом, то пожалуйста, можно и на Марс. Но есть куда более симпатичные планеты.

– Шер, а давно люди летают в космос? – поинтересовалась она.

– Можно подумать, в XXI веке не летали. Просто не так далеко. Да, новые двигатели изобрели, – ответил и замолчал.

Она все равно не поймет, что такое реактивный принцип и микроволновая теория. А про космические перелеты с ней лучше вообще не заводить тему.

– Мне откуда знать, кто там куда летал? Я же не видела своими глазами, – обиделась она.

– Ладно, спать ляжем. Утром рано вставать, – порешил я, чтобы не начинать долгий разговор.

– А давай ты без меня полетишь на работу. Вместе со своим чудищем. Я хоть в будущем высплюсь.

– Чтобы ты здесь что-нибудь натворила? Нас с самого утра будет ждать Саймон Фаррелл.

Я зевнул и понял, что слишком устал. Стащил футболку и штаны, сложил на стеллаж. И упал на постель, приглушив голосовой командой свет.

– Ты бы хоть постельное белье выдал. Мужлан, – раздался недовольный голос, выдернув из ватной дремы.

– Возьми в ящике. Вон в том, – махнув рукой, отозвался я. Сама разберется, я ей нянькой быть не нанимался.

Я почти не слышал, как она разбиралась со шкафами. Пыхтела от злости, застилая постель. Краш уже отправился на свое место и сопел.

И вовсе он не чудовище, как говорит Энджи! Очень даже милый. Конечно, полутораметрового пятидесятикилограммового ящера трудно назвать милым, но я привык к нему за эти годы, не представляю жизни без него.

Пока девчонка что-то бубнила себе под нос, я уснул.

Мне приснился кошмарный сон, что я в прошлом, а меня окружили три блондинки, которые умоляли не забирать их с собой, а мне позарез надо было это сделать. И почему-то все они были точной копией Энджи.

Проснулся от криков. Добавил света и пытался понять, что происходит. Краш спокойно лежал на диване, прикрыв глаза. А растрепанная Энджи вжалась в другой конец дивана, завернувшись в одеяло.

– Убери его отсюда! Твоя зверюга совсем обнаглела! – орала она.

– Обнаглел, – сонно поправил я. – Краш, ты что вытворяешь, а?

Краш покинул диван и с обиженной мордой потопал на свое место.

– Так что случилось? – уселся я на кровати, сдавив кулаками виски. Чувствую, ночка выдастся веселой.

– Он ко мне под одеяло забрался! – икнула блондинка.

– От тебя одни проблемы. И чего теперь? Будешь всю ночь так сидеть? Вставать рано, – возмутился.

– Я здесь спать не буду, – заявила она и вдруг прихватила одеяло и направилась ко мне, не дав ничего сообразить. – Уж лучше с противным мужиком, чем с зубастым монстром в обнимку. Двигайся!

М-да. Ладно, может, так действительно будет лучше.

– Не шуми. Спать правда охота, – проворчал я, отвернулся и накрылся с головой, пытаясь наконец расслабиться. Пусть спит здесь, потерплю. Главное, во сне не приставать по ошибке.

Я лежала рядом со своим спасителем-похитителем и размышляла, как жить дальше. Шер похрапывал. Зубастый чудик выполз из своего укрытия и расположился на диване. Какое счастье, что я там не осталась.

Первый страх уже прошел, но и привыкнуть к присутствию ящера никак не выходило. Слишком уж он отличался от знакомых мне животных. А огромная пасть с острыми зубами вызывала подозрения по поводу их использования в отношении моих конечностей.

В комнате было не так уж темно. Я повернула голову, разглядывая профиль мужчины. Ему вот все равно, будто меня и рядом нет. Он ни разу не намекнул на близость, не пытался приставать. С одной стороны, конечно, хорошо. На отношения с коллегами из будущего я и не рассчитывала. С другой стороны, как живая и здоровая женщина, задаюсь вопросами. Мы же спим в одной постели. Почему не пытается? Мог ведь, а так даже обидно. Разве я страшная и совсем его не привлекаю?

А у Шера красивый профиль. Прямой нос с чуть вздернутым кончиком, правильной формы губы, широкие брови, квадратный подбородок. Сам он как раз не страшный, вот только характер противный. Вряд ли я могла бы с ним работать.

Он что-то пробормотал во сне, а потом прихватил мое одеяло вместе со своим и повернулся на другой бок. Я потянула, но смогла отвоевать себе только край. Пришлось улечься поближе, и мысли вообще ушли не в ту степь. Чтобы не думать о том, чего быть не может, я уставилась на Краша. Помогло. Утром нам предстоит совместная дорога в департамент. Нужно морально подготовиться.

Даже не знаю как, но все же смогла уснуть…

Утро началось вовсе не с того, что мне принесли кофе в постель.

Нет. Оно началось с чавканья, что доносилось с кухонной зоны.

Я сразу вспомнила свои злоключения, приподнялась и увидела Краша, шелестящего пакетом. Зубастая морда поместилась в пакет не полностью – чуть выше края торчали наглючие желтые глазки. А пол вокруг покрылся гранулами.

Нужно было пробраться в санузел, но я боялась. Вдруг у чупакабры включится природный инстинкт, и хищник начнет охранять добычу?

Преодолев страх, я осторожно сползла с кровати, прихватила свои джинсы и медленно двинулась к нужным дверям, стараясь слиться со стеной.

Но дверь оказалась закрыта. А из-за нее послышался звук льющейся воды.

Шер, чтоб тебя! Зря подушкой ночью не придушила. Оставил меня наедине со своим чудовищем, и сейчас я стану его завтраком.

Ждать пришлось еще несколько минут, в течение которых Краш не сводил с меня взгляда. Во мне скопилось столько язвительных фраз и междометий, что вот-вот должен был хлынуть фонтан из нецензурной речи.

– Шер-р-р, – прорычала я, уже теряя терпение.

Но в этот момент дверь открылась и виновник моих бед вышел в общую комнату в одном лишь полотенце, закрепленном на бедрах. И все мое невысказанное возмущение вдруг скрутилось в клубок, что застрял в глотке и мешал выдавить хоть слово. Я лишь проводила Шера взглядом, оценивая мускулистое загорелое тело, широкую грудь, покрытую темными волосами, и кубики… О да, у него были те самые кубики пресса, которые желает видеть у мужчины практически любая женщина.

– Доброе утро, Энджи. Тебя здороваться не учили? Или в вашей древней эпохе это не принято? – выдал он, открыл дверцу встроенного шкафа и повесил на нее то самое полотенце. Дверь скрывала от меня его тело, теперь я видела только голову и плечи. Хотя, похоже, мое присутствие Шера не слишком-то смущало.

– А тебя не учили, что ходить перед малознакомой девушкой в таком виде неприлично? – немедленно парировала я.

– Я у себя дома и буду ходить так, как привык, – пожал он плечами.

– Если ты у себя дома, а у тебя я в гостях, то знай: вежливые люди уделяют гостям внимание. Хоть бы кофе сделал! Умник нашелся, – фыркнула в ответ и скрылась за дверью.

Но с душем вышла накладка. Я так и не разобралась с многочисленными кнопками в кабине. Для меня они оказались сложными. Поэтому через пару минут, умывшись, вышла к Шеру с недовольным лицом.

В воздухе витал чудесный аромат кофе, от которого мое возмущение вдруг поутихло. На полу шуршала странная машина, напоминающая пылесос с экранчиком, глазками и различными приспособлениями. Вещица самостоятельно направилась к тому месту, где Краш разбросал еду. При этом ящер замер в позиции атаки, не сводя с робота внимательного взгляда. Но при Шере бросаться на аппарат не рисковал.

Я же остановилась у окна, посматривая на город, кажущийся днем совсем другим.

– Шер, а где мы находимся? Что это за страна? – поинтересовалась я.

– Территория бывшей Франции твоего времени. Это Париж.

– Что?! – Я замолчала, рассматривая город уже иначе: – Ты серьезно?

– Абсолютно.

– Не может этого быть. – Я вдруг вспомнила розовую мечту детства – побывать в Париже. Как говорится, увидеть Париж – и умереть.

Знала бы, как сюда попаду – мечтала бы о чем-то другом.

– Шер, а башня осталась? – заикнулась я.

– Ты о чем? – усмехнулся он. – Какая еще башня?

– Ну, башня. Эйфелева.

– Ах, эта башня. Да, осталась. Там. – Он махнул рукой в противоположном направлении.

– Офигеть! – смогла выдать я единственное слово.

– Ты там не мечтай долго. Кофе готов. Скоро выезжаем, – выдернул меня из состояния прострации его голос.

Я повернулась и вдруг поняла, что Шер уже переоделся. Он стоял передо мной в комбинезоне, в котором был и вчера. А в руках держал две чашки кофе, одну из которых протягивал мне.

– Держи! – Тон показался приветливым, но я знала, что это чувство обманчиво.

– Какой ты заботливый, просто не передать словами, – так же показательно улыбнулась я.

– Лишь потому, что хочу быстрее от тебя избавиться, – не преминул съязвить этот гад. – Нам пора выдвигаться. Еще нужно прогуляться с Крашем.

– А как же ду-уш? – протянула я с возмущением, вспомнив, что так и не сделала.

– Ладно, у тебя есть двадцать минут. – Шер бегло взглянул на свой браслет. – Если приду и увижу, что ты все еще в душе, то заберу в том виде, в котором застану.

Я тут же представила картину, как Шер выволакивает меня голую и брыкающуюся из душа, тащит на улицу и доставляет в департамент. Нет уж, не дождется! Неужели он способен на такую подлость?!

– Я постараюсь успеть, чтобы не доставить тебе такой радости, – ухмыльнулась я. – Только ты мне покажи, как там что включается. В нашем отсталом, как ты выразился, веке таких агрегатов еще не было.

Он все же выполнил мою просьбу. Показал и объяснил, как ни странно, ни разу при этом не съязвил. А вскоре, позвав своего Краша, свалил на улицу, оставив меня одну и предварительно выдав свой банный халат.

– Сволочь! Я тебе жизнь еще сама попорчу! – прокомментировала я его выход, хотя хотелось плакать от всей этой обстановки.

Я одна в чужом для меня мире, где ничего и никого не знаю, кроме этого гада Шера. И его начальника, разумеется. Стоит ли верить в то, что они мне обещают? Что будет со мной, когда они отчитаются обо мне в свое министерство? Может, от меня просто избавятся, чтобы не вышло какого-нибудь временного нарушения? Да мало ли что делают с такими, как я. Предложение работать пока казалось мне нелепой шуткой.

Чтобы меньше терзаться сомнениями, я все же пошла принимать душ. Даже не знаю, сколько времени пробыла под струями воды в гидромассажной кабине. Но душ освежил мысли, придал сил для новых свершений. И из ванной комнаты я вышла заметно добрее.

Когда вернулся, то битых пятнадцать минут слушал, как Энджи пела в душе.

На самом деле я пошутил, когда пригрозил отвезти ее в департамент в чем мать родила. Не такой я изверг. Я еще сам ее толком не рассмотрел. Но она старательно пыталась вывести меня из равновесия и прилагала для этого все возможные усилия.

Пока я медленно выходил из себя, Краш удивленно крутил головой, прислушиваясь к странным звукам, что доносились из-за двери. До Энджи такого здесь не вытворяла ни одна женщина. А потом вдруг тихо завыл.

– И ты туда же, Краш? – усмехнулся я. – Работу сегодня нам подбросят, чувствую. Мы же так и не взяли банду ансарийцев. Думаю, они ушли глубже, в прошлое. Надо будет проверить временные и пространственные нарушения и в XX веке, – говорил я сам себе, но Краш повернулся, будто все понимал. Конечно, он знал, чем мы с ним занимаемся.

Наконец-то из душевой появилась Энджи в моем халате.

– Ну как, мы еще не опоздали? – вскинула она голову.

Я принципиально взглянул на браслет.

– Мы должны через пять минут уже быть на работе. И что мне с тобой сделать? Есть предложения, как тебя наказать? – нарочито пугающе спросил я.

Она проследовала в сторону своих вещей.

– Может, у тебя фен найдется?

Я даже опешил от ее наглости.

– Фена нет. Я им не пользуюсь. Могу предложить лишь сушку для одежды.

– Что?! – Энджи повернулась, сверкнув глазами. – Хочешь сушить меня, словно свои носки?

– Ну почему же как носки? – Я довольно ухмыльнулся. – Рубашки и все остальное. Да ты не бойся, оно безопасно. Хотя ты можешь ехать в департамент и с мокрыми волосами.

– Чтобы к тому времени, пока мы приедем, я была на пугало похожа? – возмутилась она.

Когда у нее так сверкали глаза, она мне даже нравилась. Ее ножки сексуально выглядывали из-под моего халата, который оказался для нее огромным.

– Почему похожа? – не смог промолчать, желая вывести ее еще сильнее.

Она тут же сжала кулаки. Искала взглядом, чем бы огреть меня по голове. Сегодня я точно договорюсь. Нужно как-то придержать язык.

Энджи на самом деле обиделась.

– Ладно, не дуйся. Я вполне серьезно насчет сушки. Смотри! – Я подошел и щелкнул по стенной панели, откуда выдвинулось устройство с подачей горячего воздуха. – Видишь – это почти то же самое, что и фен. Так что могу выдать кресло. А про работу я не шучу. Саймон меня не поймет. Я никогда не опаздываю.

– Зато я ни разу не пришла вовремя на свою. Ладно, тащи кресло. Прикинусь твоей футболкой. И отвернись, мне нужно переодеться, – подобрела Энджи.

На этом наш диалог закончился.

Я принес из кухни кресло, сам взглянул на часы, прикидывая, во сколько мы попадем в департамент. Стоило придумать оправдательную причину. Не мог же я сказать, что моя находочка час принимала душ, а потом наводила марафет. Хорошо хоть, косметику с собой не притащила.

Че-е-ерт! Ее сумка!

Энджи с победным видом выбралась из-под сушки, которая задвинулась обратно в нишу. И вывалила на кресло гору косметики.

Ощущение, что она полмагазина с собой приперла. Если бы знал – выбросил бы ее сумку еще там, в прошлом!

Меня так просто не возьмешь – пусть знает, с кем связался.

Я неторопливо нанесла два слоя туши, накрасила губы, добавила легких теней. Уложила волосы.

Шер то и дело посматривал на свой браслет, а потом вдруг заговорил сам с собой:

– Саймон… Да буду я скоро… Энджи? Она со мной, не переживай. Не сбежала за ночь. – С этими словами он мазнул по мне недовольным взглядом из-под нахмуренных бровей. – Буду на месте, как только разберемся с проблемой. И отчет в министерство отправим.

Он замолчал. Я же сложила вещи в сумку, ничего не понимая. И вдруг сообразила, что потеряла вчера свой пистолет. Наверное, к счастью. Так бы точно пристрелила этого наглеца вместе с его ящерицей.

– Что, уже репетируешь оправдательную речь перед начальством? – не выдержала я.

– Ты о чем, Энджи? – не понял он.

– Что это было? Логические умозаключения вслух?

– Надо было сказать Саймону, что мы задерживаемся.

– Я серьезно. Частенько сам с собой разговариваешь? К врачу обратиться не пробовал? – Мое железное терпение дало трещину. Никакой гарнитуры я не видела, хотя и понимала, что он, скорее всего, с кем-то разговаривает.

– Черт, я и забыл, какой у вас отсталый век, – вздохнул Шер.

– Сам ты отсталый.

– Это же телефон. Он связан с браслетом, – поднял он руку, показывая свою штуковину. – Наушник здесь, – указал пальцем на ухо.

– Ага, а микрофон в глотке.

– Почти. Вот тут, – направил палец на шею. – Между прочим, люди давно изобрели вживляемую в тело гарнитуру. Кажется, веке в двадцать втором. Местонахождение микрофона позволяет избежать наружных шумов, такой телефон невозможно потерять. И руки не заняты.

– Все ходят по городу и разговаривают сами с собой. Хотя и у нас таких хватает. Больше у тебя нигде чипов нет? – поинтересовалась я невзначай.

Элеон Шерман многозначительно улыбнулся.

– Я тебе потом расскажу. Если захочешь.

– Ладно. Потом так потом. Поехали, так уж и быть, – прервала я познавательную беседу и направилась к выходу.

К счастью, Энджи молчала всю дорогу. Как же достала за неполные сутки, просто ужас! А Саймон еще советовал взять ее в напарницы. Верно, он пошутил. Вот только я таких шуток не понимал. Я с ней ни одного совместного задания не выдержу – придушу. Да она и сама не согласится, потому что боится Краша.

Краша боялись все мои женщины, помимо третьей жены. Но такого панического ужаса в их глазах я не наблюдал ни разу. Другие опасались и просто избегали его компании.

Мы с Энджи поднялись в мой кабинет. Кабинет Саймона Фаррелла находился рядом. А со мной работает коллега – капитан Грэгори Новак. Для своих просто Грэг. Он пока не знает об Энджи и вчерашнем происшествии – сам только приехал на смену. Открыл в компьютере протоколы и внимательно их изучает.

– Шер, здоро́во. Что-то ты поздно! Ну как, удалось задержать тех ансарийцев? – не отрываясь от компьютера, крикнул он.

– Да какое там! Я был в России.

– В дореволюционной?

– Да нет, в XXI веке. Ансарийцы сняли там офис. Но я их спугнул. Двоих убил, с ними работают наши криминалисты.

– Странно, что вампиры туда забрались. Они там не в почете.

– Работают с риском. Два убийства нераскрытых. А теперь возись, высчитывай временные линии, гляди, придется опять туда перемещаться.

– Да черт с ними. Думаю, они где-то сами всплывут. Крашик, иди сюда. – Грэг почесал шею Краша, погладил голову. – Хороший мальчик.

– Знакомься. Это Энджи, – представил я свою спутницу.

Рыжеволосый Грэг поднял голову, с удивлением рассматривая мою блондинку.

– Ты снова женишься, Шер?

– Нет! – Я сжал зубы и отодвинул стул, предложив Энджи присесть. – Она – моя находка из прошлого.

– Чего? – Грэг удивленно заморгал. – С каких это пор ты привозишь себе девчонок из прошлого? Тебе здесь своих мало?

– Так получилось. Хоть ты меня не доставай. Мне еще отчет составлять в МКВП.

– А чего, Шер, – встряла вдруг Энджи. – Ты расскажи, расскажи своему коллеге, как ты меня похитил.

– Не похитил, а спас.

– Вот спас бы – и там оставил. В мою машину перенес. А ты меня сразу сюда.

– Ну ты даешь, Шер. Это же запрещено! – подхватил Грэг. – А с вами, девушка, можно познакомиться поближе? В ресторан сходим?

– У тебя дома жена и ребенок. Никаких ресторанов, – попытался я его заткнуть.

– Она же не узнает. Можно подумать, ты всегда правильным был и женам не изменял.

– Уж правильнее тебя.

Грэг – тот еще бабник. У него любовницы меняются одна за другой. И с каждым разом все моложе. Он редко сообщает кому-то, чем занимается на самом деле. Сочиняет для каждой свою легенду, и ему почему-то верят. Жене постоянно говорит, что задерживается на работе, а иногда мне даже приходится его прикрывать.

– Энджи, это Грэгори. Он мой бывший напарник. Сейчас работаем раздельно, – перевел я тему.

– Как интересно. – Энджи подъехала на стуле к нему ближе. – А расскажите мне о своем бывшем напарнике поподробнее. Он такой скрытный.

– А что вас интересует, красавица?

– Вы сказали, что он был женат.

– Ах да. Целых три раза. – Грэг взглянул на меня и ухмыльнулся. Я не понял, это что, месть?

Энджи повернулась ко мне, хлопая длинными ресницами.

– Шер, так тебя никто долго не выдержал. А ты на меня наговариваешь.

– Я на тебе жениться не собираюсь, – выходя из себя, заявил я.

– Какое счастье! Я бы сама и не вышла за такого зануду. И вообще, я еще домой хочу вернуться.

– Ну-ну, – вздохнул я, вспоминая про отчет.

– Ладно. Вы тут разбирайтесь, а я к шефу. Кстати, он тебя искал, – опомнился Грэг, поднимаясь с места.

– Прихвати с собой мыло и веревку. Шеф не в духе, – зло посоветовал я ему.

– Да пошел ты, Шер! Краш, хороший. Сейчас вернусь – угощу тебя.

Он покинул кабинет, и мы остались с Энджи одни. Точнее, втроем. Еще Краш внимательно смотрел на дверь в ожидании обещанного угощения от Грэгори.

Безумно интересно, почему Шер трижды был женат, но так и остался один. Неужели все дело в его скверном характере? Хотя чему тут удивляться? Жизнь с двумя чудовищами – штука не заманчивая. Интересно, это жены Шера бросили, или он сам был инициатором?

– Шер, я предлагала хороший вариант – оставить меня дома. Мне ведь не на работу. Я слышала, что меня там уже причислили к пропавшим без вести, – протянула я, чтобы заполнить тишину.

– Саймон хотел с тобой поговорить, – отозвался Шер, что-то отыскивая в содержимом компьютера.

– О чем? – не отставала я.

– Вероятно, ему нужны какие-то данные, чтобы верно составить отчет в министерство. Или ты думаешь, он тоже хотел пригласить тебя в ресторан?

– Почему бы и нет? Я девушка свободная, семьей не обремененная. Куда хочу – туда лечу, – съязвила я.

– Конечно, – кисло улыбнулся Шер.

У меня пропало желание участвовать в составлении отчета. Я едва дождалась, пока Шер разобрался с документами. Краш так и лежал у порога в ожидании Грэга. И вскоре я не выдержала:

– Ше-е-ер, но почему ты все же не хочешь меня вернуть? Выговор тебе и так уже обеспечен. Никто ведь не узнает!

– Ты что, не понимаешь? Не-е-ет! – грозно повернулся он.

– Объясни, почему? Ты же можешь вернуть меня в Москву двумя часами раньше. Или просто подойти и сказать: «Девушка. Вы тут не спите, освободите мне парковку и вообще езжайте отсюда, иначе вас убьют».

– А девушка в ответ: «Не пошли бы вы далеко и надолго. Я тут работаю». Нет, я тебе сказал!

– Испугался, что я тебя пошлю подальше? Так я и тут могу это сделать, – не умолкала я.

– Дело вовсе не в этом. Ты не понимаешь природы пространственно-временных перемещений, – стоял на своем Шер.

– Так объясни мне! – встала я в позу.

Шер тяжело вздохнул – похоже, я его реально достала.

– Понимаешь, ты так или иначе столкнешься с бандой ансарийцев и погибнешь. Мы не можем изменить прошлое настолько, что дело не отдадут тебе. Министерством разработана программа для расчета таких вероятностей. Пока ты лежала в отключке, Слэйд Хилл из аналитического отдела проверил все данные. У нас в департаменте для этого есть специальный прибор, Вариатор. Или, как его изначально называли, Variation Device outside of Reality – устройство вне времени. С его помощью и определяются вещи вне нынешней реальности. То, что могло случиться, но не случилось. Или то, что мы как-то смогли изменить.

– Даже если меня предупредить заранее, все равно умру? – стало как-то не по себе.

– Невозможно предупредить заранее. Потом сама поймешь.

– Ты мне явно что-то не договариваешь, Шер.

После его слов наступило уныние. Что за программу Шер имел в виду? Нужно разобраться. Если меня убьют в тот день, надо выяснить, как можно это изменить. Тут уже не до Ромки. Хоть бы самой в живых остаться. Ладно. Пообщаюсь с этими полицейскими будущего, разберусь, где собака зарыта.

Дверь внезапно распахнулась, и в кабинет ввалились двое парней, одинаковых на вид, словно отражение друг друга. Они положили перед Шером какую-то пилюлю – флешку, как я поняла. Лица полицейских казались непривычными. Серые. Безэмоциональные. Брови тонкие. Глаза синие, обрамленные едва заметными ресницами. Губы бесцветные. Волосы темные, прилизанные. Я впервые видела таких чудиков.

– Результаты экспертизы ансарийцев, как ты, Шер, и просил, – хором произнесли они.

– Дирк, Мирк. А как же уставное обращение? – занудно ответил Шер, взяв в руки флешку.

Близнецы синхронно переглянулись.

– Разрешите доложить, майор Шерман. Вчера мы провели зачистку, тела ансарийцев транспортированы в лабораторию. При них найдено следующее: четыре монеты, принадлежащие денежному обороту России, выпущенных в период с 1745 по 1785 годы. Они же имеют специфическое местное название «полтина». Две монеты «полуполтинник», выпущенные в тот же период. Помимо денежных знаков, найдено кольцо. Золото, вес одиннадцать граммов, вставка из камня «аметист», стиль – печатка. Фотографии прилагаются. А еще мы решили осмотреть тело жертвы.

– Рискованно. И как успехи?

– Мы усыпили на время работников московского морга. Они ничего не заметили. На мертвой девушке оставлен знак в виде трех лун. Похоже, мы имеем дело не простыми с вампирами, а со служителями секты, – сказал серолицый, стоявший справа.

– Это их древний символ. На планете Ансара три луны, а в момент, когда спутники визуально сходятся на одной линии, они получают особую силу, – решил поумничать Шер.

– Но татуировки делают лишь религиозные фанатики. Современные ансарийцы уже не верят в это.

– Пожалуй, стоит запросить информацию, – оживился Шер.

– Сегодня придут результаты экспертизы второй погибшей девушки. Может, вскроются новые факты, – отозвался другой «серый».

– Ладно, Дирк, Мирк. Оставляйте все. Буду изучать.

При этих словах Краш издал урчащий звук, привлекая к себе внимание.

– Да, Краш. Вместе разберемся! – повернулся к нему Шер.

– Эй, может, ты сначала разберешься со мной? – возмутилась я. – Я тут торчать весь день не намерена.

– А это еще кто? – серолицые изумленно уставились на меня. – Твоя невеста, Шер?

– Это Энджи. Она моя…

Он явно хотел сказать что-то гадкое. В этот момент в кабинет вернулся Грэг и приветливо поздоровался с близнецами.

– Мирк, Дирк. Как успехи? Над чем работаете?

– Над делом майора Шермана, – отозвался левый. – Банда вампиров в России. Кстати, после того как мы побывали в морге, пришлось проторчать в XXI веке еще несколько часов. Оказывается, местные сняли на видео летающую тарелку. Мы просмотрели запись. Аппарат не наш, старая модель. Похоже, сбежавший ансариец возвращался в Москву и что-то искал. С ним видели какую-то девушку. Майор Форс рвал и метал, пока мы убирали из их Интернета всю лишнюю информацию.

– Урсус в своем репертуаре. А вампиры сами где-то засветятся. Остается только ждать, – отмахнулся Грэг. – Кстати, вас с Энджи уже ждет шеф. Он сегодня зол, – заговорщически произнес сосед Шера по кабинету.

Я неохотно поднялась с места. Хотелось спать. Но еще больше хотелось свалить отсюда хоть куда-нибудь. Надо же, невезуха какая! Попала в будущее и вместо того, чтобы смотреть на достижения человечества, шатаюсь по отделению полиции в компании зануды из этого же будущего. Только мне могло так не повезти. Будто на своей работе такого счастья не хватало! Во всем виноват мой дядя Вася, это же надо было отправить меня на такую должность! Лучше бы осталась безработной.

Шер вдруг обернулся, подзывая свое чудовище.

– Краш, хватит уже попрошайничать.

Краш не торопился уходить. Он сидел на задних лапах, опираясь на длинный хвост, и ловил из рук Грэга хрустящие звездочки, источающие по кабинету специфический запах. Отправив в пасть очередное угощение, он издавал жуткое урчание, показывая умиление. Но голос Шера подействовал на него магически. Он за пару прыжков оказался рядом.

Я промолчала, когда ящер поскакал за нами. Лишь бросила на зубастое чудовище недовольный взгляд, и оно ответило мне тем же, скосив злые желтые глаза.

– Шер, кто эти странные серые люди? – вспомнила я вдруг.

– Наши оперативники-криминалисты. Дирк и Мирк Мартисоны.

– Они близнецы? И что с их кожей?

– Эм-м-м, они не совсем близнецы. Они клоны. Оба копии своей погибшей копии. Так получилось, генетический репликатор дал сбой. Их предшественник погиб на задании. А цвет лица такой, потому что они с Марса. Кстати, вспомнил, ты же туда как раз собиралась.

– Да пошел ты сам… на Марс! – выпалила я. – Идем уже к твоему Саймону. Может, хоть он у вас не такой чокнутый.

Энджи неохотно плелась за мной в кабинет Саймона, с подозрением посматривая на Краша. Если бы она на него так не смотрела, то и он обращал бы меньше внимания. А так она сама напрашивалась на изощренную месть, Краш в этом деле изобретателен.

Саймон Фаррелл ждал у себя, сидел у большого экрана, в который преобразовался его рабочий стол, водил стилусом, выставляя на схеме контрольные точки. Но увидев нашу компанию, тут же свернул изображение, и стол снова стал черным, матовым. А сам Саймон откинулся в кресле и сложил руки на груди, делая вид, что ждет лишь нас.

– Элеон, ты опаздываешь, – с серьезной миной заявил он.

– Саймон, понимаешь, Энджи, она… Мы…

– Понимаю. – Он взглянул на нас с Энджи по очереди и подозрительно улыбнулся.

Эй, что он там подумал? Что я… с ней… Ну уж нет, лучше сразу застрелиться.

– Так что будем делать с нашим недоразумением? – кивнул в ее сторону, чтобы Саймон не подумал лишнего.

– Это я недоразумение? – Энджи свела брови, голубые глаза стали холодными и колюче сверкнули, кулаки сжались.

Она бы точно бросилась, чтобы расцарапать мое лицо длинными ногтями, но ее сдерживало присутствие Краша.

– Сам ты ходячее недоразумение, вместе со своим чудовищем эпохи мелового периода. Вы одинаковы.

– Что же, вижу, у вас все в порядке, – улыбнулся Саймон. – Анжела Николаевна, как вы себя чувствуете? Присаживайтесь. Может, кофе?

– Можно, – довольно улыбнулась она.

– У нас мало времени, – процедил я, стиснув зубы. – Лучше сразу к делу.

– Кофе делу не помеха, – отозвалась Энджи.

– Отчет в МКВП еще составлять, – напомнил я Саймону.

– Между прочим, пока вы там… кхм… заняты были… я все уже составил. В отличие от тебя, Шер, я приехал на работу вовремя. Осталось уточнить некоторые детали. Я взял за основу нарушение пункта 71 статьи 2 Устава, – сообщил Саймон.

– Верно. Это лучше, чем пункт 69, – кивнул я.

– А чем они отличаются? – полюбопытствовала Энджи.

– Сейчас объясню. – Саймон включил коммутатор и приказал принести три кофе, снова повернулся к нам: – Понимаете ли, Анжела Николаевна. Статья 2 Устава определяет порядок действий в случае проникновения элементов из прошлого в нашу реальность. И в ней прописаны шаги, которые необходимо предпринять в том или же ином случае. Пункт 69 гласит о целенаправленной попытке работника департамента изъять из сектора прошлого одушевленный или неодушевленный предмет для различного применения. То есть похищение, как вы вчера изволили выразиться, относится к пункту 69. Пункт же 71 определяет невозможность выполнения задания в ином порядке, то есть ваше появление здесь – вынужденная необходимость. В данном случае Элеон Шерман не мог оставить вас там, потому как ансарийцы хотели использовать вас в своих преступных целях, и наш сотрудник это предотвратил.

– Вообще-то я ее спас.

– Это не столь важно. «Спас» – твоя личная инициатива, то есть пункт 69. Мы ведь не отчитаемся, что ты сделал это потому, что принял за работника департамента. Где ты вообще у нас девушек видел?

– Есть парочка. В первом отделе. Новенькие. За одну из них и принял.

– Ладно. Теперь нам нужно объяснение со стороны Анжелы Николаевны, а потом остается только ждать.

– А что делать мне? – обеспокоенно спросила Энджи.

– Осмотритесь пока. Вас все равно не отправят обратно.

– Но почему?

– Есть большая вероятность изменения кривизны пространства, а это опасно. Всем нам и так повезло, что ничего не случилось. Это самый приемлемый для вас и для нас выход. Либо ваша смерть от рук ансарийцев. Да вы не переживайте так, все наладится. Освоитесь в нашем времени. Здесь мало таких, как вы… Единицы, я бы сказал.

– И что с ними? С этими попаданцами? – не отставала Энджи.

Саймон сохранял поразительное спокойствие и объяснял все подробно:

– Они живут полноценной жизнью, становятся гражданами современной Земли. Вам сделают документы. Но работник полиции попадает в будущее впервые. Это очень любопытный случай.

– И какими же были другие случаи?

– Дважды людей, которые попадали к нам, возвращали обратно, в их время. Трое остались здесь. В основном проникали на корабль из любопытства, когда наши сотрудники забывали включить стелс-режим. Один узнал слишком много, но в МКВП приняли решение не оставлять его здесь. Его вернули обратно, в Северную Америку.

– Вот! И меня верните так же. – Глаза Энджи загорелись надеждой.

– Этим людям полностью стерли память. Но вернули исключительно потому, что их исчезновение вызвало бы изменение будущего, Вариатор показал высокую степень опасности, если мы уберем их из истории. Их потомки были слишком важны. Ваш же случай иной. Скорее всего, вас оставят здесь. Если вы докажете, что сможете стать полноценным жителем нашего времени. Будете работать, не устраивать диверсий. Вас даже обеспечат начальным пособием.

– А если я откажусь или не пройду ваш тест?

– В таком случае вас просто ликвидируют. Проблемы с кривизной пространства никому не нужны. Последствия могут быть слишком серьезны. Вашу судьбу будет решать комиссия МКВП.

– Попала – так попала, – всплеснула руками Энджи, бросив на меня обвиняющий взгляд.

В кабинет вошла женщина-андроид, секретарша Саймона. Настоящую его ревнивая жена точно не потерпела бы, но к искусственному интеллекту относилась снисходительно. Тереза поставила на стол поднос с кофе, дежурно улыбнулась. Вот только Энджи так ничего и не поняла, лишь проводила Терезу очередным изумлением, застывшим в расширенных до невозможности голубых глазах.

Я пока ничегошеньки не понимала во всех этих временных перемещениях и пространственно-временных континуумах, и слова Саймона стали в голове кашей. Пока думала, Саймон все же начал «строить» Шера.

Краш вжался в пол. Шер стоял, как статуя, скрестив руки на груди, и с невозмутимым видом выслушивал то, что говорил начальник. О том, что Шерману будет выговор с занесением в личное дело, что его лишат премиальных бонусов, в том числе за нераскрытое до сих пор дело об ансарийцах. В душе я ликовала. Да, так тебе и надо, надменный Элеон!

– Ты же помнишь, один выговор у тебя уже имеется, – завершил монолог Саймон.

– За Краша, что ли? – Шер прищурился.

Краш, услышав свое имя, потянулся к хозяину, и Шер почесал ему голову.

– Именно за Краша. Точнее, за то, что не проверил корабль перед временным перемещением. Нарушение статьи 2 пункта 90.

– Да Краш уже отработал для всех нас больше остальных в отделе. Да, Крашик? Ответь ему!

Краш глухо зарычал, показывая Саймону зубки. Да они с Шером сговорились!

– А обо мне вы забыли? – жалобно протянула я. – Мне жить негде! Я не хочу снова ехать к Шеру.

– Так что, все же приставал? – Саймон покосился на Шера, сдерживая улыбку.

– Да не приставал я, – стал оправдываться Шер. – Мы же спали под разными одеялами.

– Вот видите, Саймон! У него даже кровати для меня нет.

Саймон прищурился и вдруг расхохотался.

– Думаю, Шерман в состоянии устоять перед соблазном. Даже перед таким очаровательным, как вы, Анжела Николаевна. Так что перейдем ко второй части вопроса, оставив в покое отчет для министерства. Думаю, они одобрят, чтобы вы работали у нас. Понимаете ли, людям из других временных секторов, которые остаются здесь, ищут работу по специальности. В вашем же случае работа сама вас нашла.

Это прозвучало как сарказм. Я искренне надеялась, что не одобрят. Или затянут рассмотрение на долгий срок. Работать не хотелось совсем – особенно в такой неприглядной компании.

– А что с квартирой?

– На днях освободится служебная, вы ее займете. Увы, пока не могу предложить ничего иного. Если хотите – можете остаться в кабинете Элеона. Но в любом случае вы будете под нашим наблюдением, поэтому отель отпадает.

– Вот и останусь, – надулась я.

– А моим мнением никто не поинтересуется? – не выдержал Шер. – Между прочим, в моем компьютере ценные файлы, а в сейфе – вещественные доказательства. Да и Грэг идею не поддержит.

– Я пошутил, – мрачно отозвался Саймон. – До момента, пока мы не получим решение из МКВП, ты несешь за эту леди полную и безоговорочную ответственность.

Смотрел я на Энджи и думал: разве я могу приставать к этой идиотке? Нет, я живой человек, конечно. Да и женщины у меня давно не было. Последняя знакомая сбежала после единственной ночи в компании Краша.

Ну, блондинка, держись! Я тебе покажу, как умею приставать. Будешь знать, как визжать при виде Краша и краситься по два часа, когда нет времени. Краш сегодня твою сумку унюхает – можешь не сомневаться.

– Так что же мне делать? – спросила Энджи у Саймона.

– Пока можете расслабиться. А потом включаемся в новую работу. Думаю, вам, Анжела Николаевна, работа понравится. Это не ваш XXI век.

– А нельзя ли как-нибудь проще, на обыкновенную?

– Перспектив никаких. У нас все же соцобеспечение.

Энджи задумалась, наморщила лоб, что-то прогоняла в своих двух извилинах. Потом сделала невинное лицо. Эй! Что она задумала?

– Ладно. Я согласна. Вот только с ним, – показала на меня, – я работать не буду.

– Не очень-то и хотелось, – не смолчал я. – Мне напарники не нужны. От меня все бегут, а Марк вообще уволился.

– Ничего, притретесь, – изрек Саймон.

Компьютер Саймона вдруг заморгал. Полковник быстро включил экран, и в кабинете высветилась схема секторов времени. Энджи широко раскрыла глаза, пытаясь понять, что это такое.

– Патрульные кого-то засекли, – прокомментировал я.

– Сейчас проведем сканирование секторов. Что в дежурке, спят, что ли?

– Определи точную дату.

Саймон отвел в сторону часть голограммы временных потоков, пытаясь найти момент, где засекли нарушение. Конечно, у нас есть простые патрульные, которые методично изучают один сектор за другим. Но расследование преступлений не в их компетенции, этим придется заниматься мне. Хотя иногда помощь патруля может оказаться не лишней.

– Тринадцатое января 1791 год, Россия, Смоленская губерния.

– Черт, как не вовремя. Сколько там наших?

– Два наряда.

– Давай координаты.

Саймон сбросил мне на флойт данные, которые предстояло ввести в бортовой компьютер корабля. Протянул таблетку-накопитель.

– Девушку оставь здесь. Я о ней позабочусь.

– Ты же сам сказал, что я должен нести за нее полную ответственность.

– Командировок это не касается. Сначала получим ответ из министерства. А ты пока отправляйся.

– Краш, идем. Нас ждут великие дела. – Я поправил в чехле лазерный пистолет и ехидно добавил: – Хоть где-то нас оставят в покое неразумные существа женского пола.

Пока Саймон рассказывал о работе, хотелось отказаться от такой унылой перспективы. С другой стороны, это единственный шанс вернуться в свое время. Наверняка есть какая-то лазейка – понять бы, какая именно. Найду способ предупредить саму себя, что не стоит браться за дело о «вампирах»! Больше не увижу ни Элеона Шермана, ни его ящерицу. Знать даже не буду, что они существуют где-то в реальности будущего.

Но пока придется притворяться, что работать с ними мне интересно. Ну или почти притворяться. Любопытство не порок, но мой недостаток. А еще неумение держать язык за зубами. Иногда взять бы да смолчать, так нет – мне везде нужно вставить своих пять копеек. Но сейчас стану молчать в тряпочку. А не то еще ляпну что лишнее – и прощай возвращение домой.

Я внимательно наблюдала, как Саймон расправляется с голографической схемой, что проецировалась из устройства на столе. Шер и Краш ушли, а я наконец-то допила кофе. И решив заполнить паузу, осторожно спросила у хозяина кабинета:

– Так как все же происходит перемещение во времени?

Саймон тяжело вздохнул и повернулся ко мне.

– Люди долго бились над этим вопросом. Столько неудавшихся экспериментов, провалившихся проектов. А потом двое ученых, которые до этого конкурировали друг с другом в развитии сферы, решили объединить усилия. Один из них настаивал на теории о ретропричинности частиц, основанной на квантовой механике. Второй же пытался использовать кристаллы, в которых преображался луч лазера, чтобы фотоны света разных лучей были сопряжены, создав тем самым детектор совпадений. В общем, оба ошибались и оба одновременно оказались правы. В итоге мы имеем машину времени, работающую на квантовых частицах с использованием кристаллов, которые составляют основу цилиндра, создающего временной коридор. А через несколько лет после изобретения машины времени команда ученых под руководством этих двоих сконструировали прибор «вне времени», Вариатор, ты о нем уже слышала. Он работает без привязки к нашей реальности и настроен на межвременные спирали. Для того чтобы попадать в нужный временной период, были созданы сектора. Они несколько отличаются от эпох. В каждом из исследуемых секторов теперь установлены датчики, которые ловят импульс из другого сектора, создав тем самым путь. А пронумерованы они в порядке их установки.

– То есть по их номеру нельзя понять, как далеко во времени расположен тот или иной сектор?

– Нет. Но все проще, чем кажется. Главное – привыкнуть, – улыбнулся Саймон.

У меня от этой лекции медленно поехала крыша.

– Я все равно не разберусь в теории. Расскажите, как это происходит на практике.

– Знаешь, я бы сначала пообедал. Скоро перерыв. А пойдем-ка, я тебя угощу. Заодно попытаюсь рассказать все более доступным языком.

Пока разгонял корабль, чтобы совершить прыжок, вспоминал об Энджи. Даже Краш как-то жалобно порыкивал у меня за плечом. Казалось, это уже входит в привычку. Всего сутки с ней провел, а без нее скучно, поругаться не с кем.

– Так что, Краш, потерпим блондинку несколько дней у себя дома? – повернулся я к велоцираптору.

– У-а-рр, – тут же отозвался Краш.

– Я не понял, это согласие? Да что уж… Жаль, ты не умеешь говорить. С другой стороны, хорошо, что не умеешь. Зато слушаешь.

Я почесал его шею, и Краш снова заурчал. А потом устремил пронзительные глаза на экран, будто намекая, чтобы я не отвлекался от прыжка.

Я уже ввел в компьютер необходимые данные, но все равно стоило оставаться начеку. Мало ли что – например, оборудование выйдет из строя и придется пилотировать корабль вручную. А это не так просто, если нет напарника. При всех положительных качествах Краша я не могу научить динозавра управлять машиной времени. А жаль.

Изображение на экране слилось в сплошные белые полосы, и я замер в ожидании перехода. Как говорится, успех мероприятия никто не гарантирует. Обычно все обходится нормально, однако не стоит быть слишком самоуверенным при нашей опасной работе.

Все обошлось. Компьютер сообщил, что мы вышли на околоземную орбиту 13 января 1791 года.

Так-с. Что мне известно об этом временном отрезке? Для работников ДПВ история – один из основных предметов. Теперь обучение проходит куда быстрее, чем было когда-то. Я уже изучил все экспресс-методом. Так же, как мы учим языки. Но со временем знания все равно утрамбовываются куда-то далеко в память, и зачастую бывает такое, что знал – и забыл.

Значит, что мы здесь имеем?..

Екатерина вторая, русско-турецкая война… Не пойдет. Смоленская губерния… Знать бы еще, где это. Хорошо, карта всегда под рукой.

Я перелистал предложенные компьютером варианты, нашел нужный мне. Согласно данным, присланным нашими патрульными, здесь большая деревня, а около нее вполне можно посадить корабль.

После очередного витка на орбите я устремился к поверхности Земли. В последний момент вспомнил, что забыл включить стелс-режим.

Чувствую, напугаю местный народец. Хотя, кажется, я все же успел замаскироваться. Здесь вечер, темно. Кругом все завалено снегом, а народ веселится, гуляет. Люди даже не подозревают, что на них уже объявили охоту ансарийцы.

Я подключил связное устройство через свой браслет. Когда Энджи спрашивала меня про этот гаджет, совсем забыл сказать, что у полицейских они особенные – лишь внешне напоминают обычные. В наших браслетах масса дополнительных функций. Одна из них – это связь в любом временном секторе, если тут есть наши люди. Базовой станцией выступает корабль, передающий волны в браслеты коллег. Где-то здесь наш патруль, попробую с ним связаться. Подкрепление в любом случае не помешает.

Вышел из корабля, глубоко вдохнул морозный воздух. Включил режим дополнительного утепления комбинезона, набросил куртку. Краш осторожно выглянул наружу.

– Да, Краш. Понимаю, ты к такому не привык. Хочешь – оставайся, – указал я на корабль, – будешь охранять.

Он осторожно потрогал когтистой лапой пожухлую прошлогоднюю траву и все же выпрыгнул. При посадке снег вокруг растаял, но дальше его предостаточно.

– Пойдешь со мной?

– У-а-рр.

– Ладно. Если что – я честно тебе предлагал остаться, потом не жалуйся.

Сигнал связи оказался слабым.

– Вызывает Тигр. Прием, как слышно? Вызывает Тигр, – медленно выговаривал я в рацию.

– Тигр, я Фанат. Слышу тебя хорошо, – раздался глухой голос патрульного.

– Ваше месторасположение?

– Веду наблюдение за поселком и кораблем ансарийцев. Пока все тихо.

– Ага, слышу я, как там у вас «тихо». Пост не покидать. Кто с тобой?

– Я с Дайвером.

– Оставайтесь на связи. Без меня ничего не предпринимайте. Будем брать ансарийцев с поличным.

– Понял, Тигр. Берем с поличным. Остаюсь на связи.

Я надел Крашу на шею датчик, чтобы я мог найти его или позвать в нужный момент. Включил фонарик, и мы вместе, оставив корабль в стелс-режиме, двинули в сторону тарелки ансарийцев. Модульный браслет тихо сообщил, что идти нам около двух километров. Хорошая прогулочка по сугробам – после такого и простыть недолго. Еще и шапку не прихватил. Болван. Шлем-то совсем не греет.

Итак, вскоре после отбытия Элеона мы с Саймоном Фарреллом уже сидели в ресторанчике, неподалеку от здания департамента. Ресторан на приличной высоте, отсюда открывался шикарный вид на город.

До сих пор не верилось, что я в Париже. Хоть и в далеком его будущем, в котором есть машины времени, космические корабли, инопланетяне и многое другое, в чем я пока не разобралась. Если бы в этом будущем еще работать не заставляли и не имелось бы Шера с его зубастым хвостиком, было бы вообще прекрасно. Но пока придется потерпеть, ради пользы дела. В конце-то концов, получу должность, а потом, возможно, найду и здесь своего принца. (Это в крайнем случае, если вдруг не получится вернуться.)

– Скажите мне, Саймон, – повернулась я к полковнику Фарреллу, что потягивал сок через соломинку, – как я смогу у вас работать? Мне же ничего не известно о машинах времени и перемещениях. Да и оружие ваше в новинку.

– А как ты выучила язык? – напомнил он.

– Как? – А действительно, как?

– Методом гипнотического импульсного внушения. Как тебе результат?

– Шикарно, – улыбнулась я. – Скажите, а что это за язык, на котором мы говорим?

– Искусственно созданный язык на основе английского, китайского, русского и некоторых европейских. Используется во всех развитых колониях галактики. Конечно, никто не запрещает говорить на своем, родном.

– У вас какой родной? – полюбопытствовала я.

– У меня – английский.

– А у Шера?

– Элеон Шерман – француз.

Я как-то французов иначе представляла. Надо же…

– А почему департамент находится именно в Париже?

Саймон ненадолго задумался.

– Раньше отделы были в разных странах, около десяти по всей Земле. Но путешествия во времени дорогие: оборудование, корабли, оружие. А преступлений совершается не так уж и много в мировых масштабах. Когда правительства это осознали, был создан первый экспериментальный международный отдел, то есть Департамент полиции времени, и прикреплен к Министерству по контролю за временными перемещениями, в ведомстве которого еще научно-исследовательские центры, лаборатории, секретные предприятия и многое другое. Данная программа важна для всего человечества в целом.

– Понятно теперь, – вздохнула я. – Но все же вы не ответили. Как я смогу узнать все, что нужно мне для работы?

– Мы воспользуемся тем же методом. Есть базовый курс обучения наших сотрудников. Но потом придется закрепить все навыки на практике. Затем будет экзамен, после которого вас допустят к самостоятельной работе.

Я поморщилась. Ненавижу экзамены еще со школы. Для меня это означало, что какое-то время мне придется жить здесь и лишь строить планы возвращения домой.

– Сразу же после получения ответа из МКВП приступим к обучению. Вы же не против работать именно в нашем отделе?

– А что, есть другие?

– Конечно же. Есть еще отдел дознания, криминалисты, служебная и боевая подготовка, отдел патрулирования. А наш – следственной работы.

– Смотрю, ничего не изменилось.

– Да, Анжела Николаевна. Или Энджи, все же мне удобнее вас так называть… Руководителем вашей стажировки я назначу Элеона Шермана.

– Иных вариантов нет? Почему именно он? – Я быстро сообразила, что нужно попроситься к кому-то другому, кто не будет так раздражать.

– А что вас не устраивает? Он отличный специалист, тем более у него нет напарника. Не-е-ет. Возражения не принимаются. Да вы кушайте, не смотрите так на меня. У майора Шермана в приоритете всегда работа.

– Это я заметила. Хотя странно. У него правда было три жены?

– Они уже бывшие, не забудьте. Конечно, с такой прекрасной напарницей ему будет сложно…

– Это кто тут бывший? И кто прекрасный?! – раздался вдруг разгневанный голос за спиной.

Я медленно обернулась. За мной стояла какая-то высокая дамочка, скрестив руки на большой груди. Казалось, от злости она сейчас дыхнет на нас пламенем.

– Лилиан, что ты здесь делаешь? – с изумлением повернулся к ней Саймон.

– Это я сейчас у тебя выясню, что ты делаешь в ресторане с женщиной, старый кобель! Я уже бывшая? Я тебе сейчас покажу бывшую! – Она угрожающе двинулась на нас, размахивая сумочкой и нахмурив брови.

От неожиданности я вжала голову в плечи. Похоже, надвигалась гроза.

Медленно, но верно я продвигался по рыхлому снегу в сторону поселка, у которого стоял невидимый корабль ансарийцев.

Краш перепрыгивал за мной через снежные заносы, поднимал по очереди лапы, дергал ими, недовольно порыкивая.

– Может, все-таки вернешься на корабль, пока мы не отошли далеко? – взглянул я на него.

Поняв, что его хотят оставить одного, Краш недовольно заурчал.

Ладно. Пусть остается.

Я вышел на связь с патрульными. Нужно найти их, пока нас не заметили местные жители. Не слишком люблю работать в таких некомфортных условиях, но ничего не поделаешь, придется потерпеть.

– Фанат, как слышно? Прием.

– Слышу тебя хорошо, Тигр. Ведем наблюдение за ансарийцами.

– Где вы?

– Поляна, где стоит корабль, справа от дороги по ходу движения, а мы в лесу.

– Хорошо, ждите.

Наконец-то мы с Крашем выбрались на заснеженную грунтовку. Здесь, конечно, нет снегоуборочной техники. Но все же снег притоптан, да и сани ездили.

Быстрым шагом мы устремились к патрулю. Я неплохо ориентировался на местности в любой стране и в любой эпохе. Это одна из причин, почему мне разрешали работать самостоятельно, ведь обычно такое не практикуется.

Меня встретил невысокий светловолосый патрульный, с ним – его серолицый напарник, выходец с Марса.

– Шер, они там! – указал он вдаль.

Я тут же активировал в шлеме очки ночного видения с приближением.

Ансарийцы замаскировались, их тарелка стояла в стелс-режиме. Самих вампиров не видать. А ведь скоро совсем стемнеет, работать будет сложнее. Ансарийцы явно ждали наступления ночи – днем они не могут долго находиться под лучами Солнца. Но здесь солнечного света немного, особенно в данное время года. Видно, именно поэтому они выбрали это место. Либо их сюда случайно забросила временная спираль.

– Где они? Все в корабле?

– Да. Выходили и опять спрятались. Выжидают.

– Как далеко населенный пункт?

– Да вон же он, – махнул патрульный рукой в сторону пригорка.

Из-за леса раздались крики, донеслось звучное пение.

– Черт! Что там происходит?

– В поселке празднуют что-то вроде Нового года. Предполагаю, ансарийцы планируют ловить тех, кто покинет территорию.

– Я бы предупредил жителей.

– Думаешь, стоит сунуться к местным? Мы маскировкой не запасались. Три сектора сегодня обшарили, пока нашли ансарийцев.

– Ладно, подождем. – Я повернулся к своему динозавру: – Краш, да ты совсем замерз.

– Шер, если хочешь – пусти его отогреться. Наш корабль неподалеку, – предложил второй патрульный.

– Да, Краш. Здесь тебе не место.

– Кра-а-аш, – поднял голову он, упорно не желая меня оставлять.

Мы обошли стороной корабль ансарийцев. Конечно, могли блокировать его двумя своими аппаратами, но тогда мы не возьмем вампиров с поличным, да и на организатора банды не выйдем тоже, а это самое главное.

– Смотри, Шер, – патрульный с позывным «Фанат» указал на трех вампиров, которые материализовались в воздухе, выходя из стелс-поля корабля. – Они идут в поселок.

– Пошли за ними. Надеюсь, их только трое.

Мы поспешили за ансарийцами, чтобы предотвратить преступление.

Вампиры, словно три тени, направлялись туда, откуда слышались веселые песни. В приборе шлема я увидел, что из деревни вывалила компания молодежи. Одна девчонка в тулупчике, хохоча, что-то рассказывала остальным.

Черт! Они что, в прятки играют? Разбежались поодиночке, даже не подозревая, какая опасность притаилась рядом. Я плюнул и помчался к девчонке. В этот же момент с другой стороны к ней рванул ансариец. Он оказался первым, успел схватить жертву, но Краш, который так и не ушел, догнал преступника за пару секунд.

Заметив Краша, ансариец достал пистолет и отпустил девушку. А та, увидев торопящегося к ним Краша с раскрытой пастью, вдруг взяла и шлепнулась в обморок.

Услышав крики, на помощь подруге поспешили два паренька. Увидев ансарийца со светящимися глазами, они замерли на месте, переглянулись и бросились наутек прямо через кусты. А патрульный выстрелил из-за моего плеча в вампира.

Ансариец упал в снег, и из его тела потекла зеленоватая жидкость.

– Что ты наделал, идиот? – повернулся я к патрульному.

– Как же, сделал предупредительный выстрел.

– Предупредительный выстрел в голову?!

– Бежим, остальные уходят. Нужно их взять живыми!

Мы прыгнули через кусты вслед за теми горе-помощниками, местными пареньками. Не слишком хотелось, чтобы нас увидели жители деревни. Но сегодня иначе не выйдет. Не обращая внимания на визжащих девушек, я догонял ансарийцев. Поняв, что за ними погоня, вампиры забежали в село, где на центральной площадке горел огромный костер, отбрасывая искры в морозную тьму. Деревня была полна народу, а мы, кажется, упустили ансарийцев.

– Майор Шерман, мы посмотрим на соседней улице, – обратился ко мне нерадивый патрульный.

– Идите, сам справлюсь, – отмахнулся со злостью. Все равно от них никакого прока!

С русским менталитетом я, майор Элеон Шерман, столкнулся второй раз. Первым злополучным разом стала Энджи из Москвы XXI века, которая уже сутки портила мне жизнь. Наверное, это и было началом моей полосы неудач.

– Эй, мужик, откуда будешь? – раздался незнакомый голос слева.

Я сглотнул комок в горле и медленно повернулся, услышав слова на русском.

– Кто тебе такой костюм соорудил, спрашиваю?

Я снял шлем, с удивлением глядя на пьяного деда в шапке-ушанке, который пытался настроить на меня ракурс глаз. Я сжал пальцы в кулаки.

– Да тебя же еще и обкорнали, ироды! Ах, где моя гармошка? Запоем!

Поняв, что дед лыка не вяжет, как говорят по-русски, я слегка расслабился и тихо процедил:

– Брось свою гармошку. Скажи, куда делись вампиры?

От моих слов мужчина едва не уронил гармонь. Я вовремя подхватил ее.

– Нечисть та? Так батюшка пришел, изгнал чертей.

Теперь мужик тщетно пытался отобрать у меня свой увесистый музыкальный инструмент, который я держал в протянутой руке.

– Какой еще батюшка? Где вампиры, спрашиваю? – Второй рукой я незаметно спрятал лучевой пистолет в карман куртки.

За моей спиной вдруг выросла длинная тень. И дед поменялся в лице, мгновенно протрезвев.

– Демоны! – заорал он, позабыв о своей гармони. – Черти напали!

Он рванул с места и исчез во тьме улицы, а я повернулся к Крашу.

– Зачем людей пугаешь, Краш? Здесь такие звери, как ты, не водятся.

Краш с виноватым видом опустил голову и рыкнул – мол, помочь хотел.

– Ладно тебе, – вздохнул я и положил гармонь на скамью у забора. – След ансарийцев возьмешь?

Ревнивая жена Саймона двигалась к нам, неистово сверкая глазами. Казалось, сейчас она испепелит полковника одним лишь взглядом.

– Лилиан, успокойся, прошу. Ты все неправильно поняла, дорогая, – оправдывался Саймон.

– Правильно я поняла. Так и знала, что обхаживаешь молодых, а все работой прикрываешься, – не унималась она.

Саймон поднялся с места и осмотрительно оббежал столик.

Лилиан схватила легкий стул и понеслась вместе со своим огромным бюстом на муженька. Но стул вылетел из ее рук, а сама она растянулась на гладком полу, зацепив при этом стол, что накренился от ее веса. Посуда тут же поехала вниз, из одного из стаканов вылился сок.

Проходящий в этот момент мимо столика официант – паренек с подносом в руках – поскользнулся на луже и упал прямо на Лилиан, а его поднос полетел аккурат в соседний стол, и весь салат из него опрокинулся на незнакомую женщину, которая самозабвенно беседовала с кем-то по невидимому телефону.

Та не поняла, что случилось, и давай голосить на все помещение, оглушив проходящую мимо парочку. Парень, обернувшись на вопящую тетку, не заметил стула, что перед тем вылетел из рук Лилиан, и споткнулся. И столкнулся лбом с Саймоном, который торопился на помощь жене.

Все вдруг остановились. Я же приподнялась, чтобы оценить масштаб разрушений. Воцарилась тишина, которую нарушил мой неуправляемый смех.

Надо же, а женщины за восемь веков ничуть не изменились. Вот что творит ревность. Передо мной был наглядный тому пример.

– Лилиан, сколько можно повторять, что нет у меня никого. Понимаешь? Ни-ко-го! – устало добавил Саймон.

Лилиан всхлипнула и подула на шишку на лбу Саймона, а потом заботливо стерла с него капельки пота.

– Откуда же я знала? Никогда тебя дома нет, не отвечаешь на звонки. А тут подруга сказала, что ты в ресторане с ней, – указала на меня.

– Лили, давай ты больше не станешь слушать своих подруг, – ласково ответил ей полковник. – Это наша новая сотрудница. Будет работать с Элеоном.

– С Шерманом? – Лилиан повернулась, оценивающе глядя на меня.

Я отчаянно закивала, чтобы успокоить неуравновешенную дамочку.

– Ладно. Ты езжай домой, мы с тобой потом все обсудим, – добавил Саймон.

Она шмыгнула носом.

– Дорогой, а можно я в твоем кабинете тебя подожду?

– Нет, милая. У меня три корабля на задании. Еще самому перемещаться, гляди, придется…

Пока они решали личные проблемы, я вдруг вспомнила о Шере, который находился в далеком восемнадцатом веке. Интересно, когда он вернется обратно?

Мы с Крашем шли по следу. Как я уже говорил, на ансарийцев у моего велоцираптора особый нюх – он их запах не перепутает ни с каким другим.

На всякий случай я держал руку на лазерном пистолете. Впереди церквушка, а за ней новые дома. В церковь ансарийцы вряд ли пойдут – у них аллергия на запах ладана, но при большом желании могут спрятаться и там, если заранее сделают инъекцию антидота.

Когда мы проходили мимо церкви, местные жители с криками «Демоны иду-у-ут» забегали внутрь, толкая друг друга. Мы приостановились, чтобы перевести дух. А около меня вдруг оказался бородатый священник в длинной рясе с кадилом и крестом в руках. И дрожащим голосом заявил:

– Изыди, сатана.

– Куда они направились? – перебил я его.

– Кто? – испуганно взглянул он на меня.

– Нечисть. Черти, демоны, вампиры и прочие. Куда?!

– Ту-туда, – промямлил он, не отводя от меня креста.

– Спасибо!

Уже не глядя на его реакцию, я повернул в нужную сторону. Кажется, патрульные должны выйти с другого конца улицы. Если получится, возьмем ансарийцев в окружение.

Краш вдруг оживился и устремился к домам, за которыми начиналось поле. Я припустил следом, обходя очередные хозпостройки. Сам задумался, почему ансарийцы двинулись в этом направлении? Кажется, на поле и стоит их второй скрытый корабль.

Из подворотни вынырнули «мои» патрульные. Учуяв запах, Краш бросился вперед, оставляя в снегу отпечатки лап и когтей. А вот и следы ботинок – я осветил фонариком вмятины в слое свежего снега. Значит, ансарийцы прошли здесь совсем недавно.

Им больше негде было спрятаться, корабль обнаружили. Над тарелкой кружил второй аппарат временного патруля, пришедший нам на помощь. Специальный луч из нашего звездолета уже снял стелс-режим ансарийцев.

Надо же, успели. Где они до сих пор были, интересно знать?!

Откуда ни возьмись вдруг появился высокий ансариец. Я выхватил пистолет, направляя на него. Вампир отчаянно оглянулся, но понял, что помощи не будет.

– Вы арестованы. Майор Шерман, Следственный отдел Департамента полиции времени.

– Понял, – вздохнул ансариец, не сопротивляясь.

– Проводи, – кивнул я молодому патрульному в сторону приземлившегося аппарата. – Обыщите его и корабль.

За спиной вампира защелкнулись электронные наручники-фиксаторы. Что же, хоть одного живым взяли.

– Куда его?

– В отдел дознания. Там с ним поговорят по душам, – устало ответил я.

– Еще двое где-то.

– Сейчас. Далеко не уйдут. Краш?.. – Я обернулся, увидев, как тот улегся на снег и сбивчиво дышит. – Не понял, что с тобой. Ты замерз?

– Похоже, Краша надо срочно доставить в тепло. Не для него эта погода. Помочь вам? – услужливо предложил патрульный.

За Краша переживал весь личный состав департамента – он у нас местная знаменитость. О нем даже репортаж как-то делали.

– Я помогу. Шер, Айван, нужно догнать остальных ансарийцев, – услышал я голос подошедшего командира патрульного корабля. – Капитан Милтон, начальник смены, – представился он.

– Отнесите его на борт, капитан. А ты со мной, – кивнул я патрульному.

Мы вышли на тропу в сторону подлеска. На небе загадочно светил месяц. Молодой офицер Айван с позывным «Дайвер» топал за мной. Как же не хватало Краша! Нужно было сразу оставить его на своем корабле. Знал же, что на рептилий холод действует как снотворное. Придется его обследовать по возвращении, чтобы не было последствий.

– Майор Шерман, осторожно! – раздался крик патрульного.

Не успел я повернуться, как ощутил тупую боль в предплечье. Че-е-ерт, меня ранили.

– Там! – крикнул я, сам поднял пистолет и отправил пару лучей в светящиеся в темноте точки – глаза ансарийца. Раздался крик.

– Один есть! – восторженно сообщил Айван.

– Второго догоняй. Я не могу. Попробую тебя прикрыть.

Все произошло в считанные секунды. Патрульный ранил другого ансарийца, и тот издал непонятный крик: то ли свое божество звал, то ли матом загнул.

Блин! Больно-то как! Раны от лазерных лучей – штука неприятная, хуже ожога.

– Живой он? – спросил я, добравшись до Айвана.

– Живой пока еще. Добить? – неуверенно поинтересовался патрульный.

– Ты чего, совсем? Конечно не надо. Доставить на базу для допроса.

Вот же молодежь – всему приходится учить. Кто их вообще к этой работе допустил? Каждому надо разжевать, что наша задача – раскрыть преступление, а не убить любого, кто попадется под руку. Но что взять с патрульных? Надеюсь, наш дознаватель сможет раскрутить арестованных ансарийцев на показания.

С горем пополам я отыскал в зашитом кармашке комбинезона маленькую капсулу, прижал ее рядом с раненым местом, сделав инъекцию прямо через одежду. Лекарство подействовало довольно быстро, но теперь я не чувствовал вообще ничего. В глазах темнело, но я держался из последних сил. Нужно раздеться, пока ткань не прилипла к ожогу, но времени на это не было.

К моему счастью, подоспели еще двое из патруля. Милтон присел рядом со мной на корточки.

– Майор Шерман, вас ранили?

– Что, не видишь? – прошипел я в ответ.

– Давайте помогу добраться до корабля. Придется отправить с вами кого-то из наших. Вам нужно в медчасть.

– Сам доберусь!

– Ну уж нет, это же прямое нарушение. Буду вынужден сообщить начальству.

– Я сам себе начальство. И в медчасть отправляюсь сам! – все же встал я на ноги, чувствуя головокружение. – В любом случае все возвращаемся на базу. Нужно еще транспортировать корабль ансарийцев.

– Тот, что с другой стороны деревни, тоже. Придется вызывать транспортер.

– Сейчас сигнал подадим. Хоть бы сектором, как обычно, не промахнулись.

У корабля патруля нас ждал очередной неприятный сюрприз. Жители деревни – преимущественно мужчины – вооружившись вилами и колами и держа в руках зажженные факелы, шли прямо на нас. Навскидку человек сорок, не меньше. Впереди уверенно переступал сугробы священник с крестом навытяжку. Тулуп он набросил на плечи, ряса тащилась следом.

– Демонов изгоним! Прочь, упыри! Вурдалаки! – раздавались скандирования в толпе.

– Наши действия, майор? – озабоченно взглянул на меня патрульный.

– Схема номер пятнадцать! – рявкнул я.

Анестетик подействовал, и хоть пошевелить рукой я пока не мог, мозг уже соображал отлично.

– А что у нас там в схеме пятнадцать? – переспросили меня.

– Световой шок. Экзамены все будете пересдавать по возвращении, – пригрозил я.

Патрульный достал из снаряжения световую гранату и бросил ее перед толпой. Поле озарилось яркой вспышкой. Народ в панике побросал вилы, лопаты, факелы и помчался к поселку. Первым с криком «Демоны!» несся поп, потеряв по дороге и крест, и тулуп, и шапку.

– Сработало, надо же, – восхищенно произнес Айван.

– Да, – согласился я. – Криминалистам стоит напомнить, чтобы провели зачистку памяти у местных. А то такого понарассказывают. Урсус сам разберется, кому чистить память, а кому нет. Надо же и легенды поддерживать. Может, частичную блокировку сделает.

Урсус Форс – начальник криминалистического отдела. Их главная забота – не только анализ возможных улик. Еще в их компетенции и забота о местном населении: например, убирать все следы нашего пребывания в прошлом. Работы мы сегодня Урсусу подбросили, конечно. Веселая выдалась ночка. Дома хотя бы высплюсь.

Черт! Там же будет Энджи, чтоб ее!

Лучше уж останусь ночевать в лазарете департамента.

Я устала ждать, когда же вернутся Шер и его чудовище. Слонялась по кабинету полковника, разглядывая новинки техники, пока Саймон составлял отчет в МКВП. Ему пришлось вносить в документ все мои данные – полную биографию. И я от души позабавилась, рассказывая подробности своей жизни. Не личной, конечно. И без нее хватало всякого.

– Что-то наших нет, – тревожно заметил Саймон, закрыв отчет.

– Уже должны вернуться? – удивилась я. – Может, не долетели еще? – добавила, успокаивая нервишки, потому как тревога передалась и мне.

– Перемещение занимает доли секунды, да и те уходят на вход во временные линии. Возможно, что-то пошло не по плану.

– Хотите сказать, что отправляете своих работников туда – не знаю куда, и связи нет?

– Они могут отправить кодированный сигнал.

– Азбука Морзе?

Полковник не сразу понял мою шутку. Потом улыбнулся.

– Почти. Там, помимо корабля Шермана, два наших аппарата. А у них уже есть между собой связь, можешь не переживать.

– Я переживаю? Вы что, издеваетесь, Саймон? Чтобы я за него переживала?..

Я усмехнулась. Но вдруг вспомнила огненноглазых вампиров, что чуть не выпили мою кровушку, и стало не по себе.

– Значит, не переживаешь? Элеон, между прочим, спас тебе жизнь.

– Да что вы заладили?! Волнуюсь я, конечно же. – Я даже поднялась из кресла и прошлась по кабинету, добавив: – Вот только не надо на жалость давить.

Компьютер внезапно засигналил. Лампочки на экране заморгали, а искусственный голос объявил, что получено сообщение от патрульного катера. Мы насторожились.

– Видела? Сейчас прочтем. – Полковник Фаррелл углубился в свои разноцветные голографические графики. А я тревожно наблюдала за его действиями.

– Требуют транспортер и группу зачистки. Разбежка во времени – два часа сорок минут.

– Они там уже почти три часа? – поразилась я.

– Бывает и больше. Но возвращаются почти в то же время. С учетом разбежки на взлет и посадку, чтобы не произошло столкновения.

– А что такое транспортер?

– Грузовой корабль. Значит, кто-то сломался или же захватили корабль ансарийцев. Будем надеяться на второй вариант. Так, нам нужен Урсус Форс.

– Это еще что такое?

– Не что, а кто. Наш главный криминалист. Сейчас вызовем его сюда.

– Вот оно как, даже тут такие имеются, – пробурчала я. Но от сердца отлегло.

Урсус Форс оказался высоким широкоплечим брюнетом с каменным лицом и грубым голосом. Эдакий массивный шкаф, который никуда не подвинуть. Он явился в кабинет почти сразу после того, как полковник отправил ему сообщение. Когда присаживался на стул, казалось, он его просто сломает. Ну и злыдень на вид этот Урсус. Как по мне, Шер гораздо привлекательнее.

– Шер требует транспортер. И тебя, – сообщил Саймон этому типу.

– Я при чем к транспортеру? Пусть механики разбираются, – недовольно ответил Урсус.

– Министерство издало указ об экономии средств. Так что собирай своих бойцов – и вперед, вместе с транспортером. Нечего туда-сюда корабли гонять.

Урсус демонстративно скрестил руки на груди, покосившись на меня.

– У них свои проблемы, а у нас – свои. Это же надо, конец рабочего дня – и задание.

Саймон пожал плечами.

– Ты давай иди, Урс. Ребята ждут.

Урсус Форс медленно поднялся и прошелся по кабинету, изучая мелькающие в пространстве помещения голографические схемы.

– Понял. Сбрось мне точные координаты.

– Уже отправляю в базу. Через пару минут все будет готово.

Когда же этот Урсус свалит? Там Шер в беде, а он ходит, что-то все высматривает. И никуда не спешит. Что за люди?!

Дождавшись, пока криминалист выйдет из кабинета, я набросилась на Саймона.

– Что себе позволяет ваш Урсус?! Может, там наших уже убивают?!

– Успокойся! Майор Форс свое дело знает. Спеши не спеши – раньше не будешь. И позже тоже. Он попадет в то время, откуда пришли координаты, так что для твоего Элеона ничего не изменится.

Внутренний голос предательски нашептал, что я никогда не пойму всю систему этой работы. Я даже не нашла в себе силы возмутиться тем, что Саймон назвал Шера «моим».

– Ты тут посиди, а я пойду и проконтролирую. Ничего не тронешь здесь? – опомнился полковник Фаррелл.

– Ничего. Честное слово. Хотя сами знаете, что никому нельзя доверять.

– Ладно. – Саймон дружески хлопнул меня по плечу. – Компьютер все равно тебя не послушает, везде пароли.

– Пожалуй, попробую пока поспать. – С этими словами я откинулась на спинку кресла и сомкнула веки. Дверь закрылась, и я осталась одна.

Веки действительно слипались жутко. Я потерла их, забыв о косметике, и ненадолго отключилась. Минут пятнадцать предавалась сладкой дреме, забросив ноги на стул Саймона. Я тут все равно лишь дикарка из прошлого и надеюсь, что в этом месте не задержусь.

Меня разбудил звук шагов. И я открыла глаза. Лучше бы я этого не делала. О таких сюрпризах нужно предупреждать заранее.

Прямо напротив стоял самый настоящий вампир. Такой же, какие меня едва не убили. Фиолетовые губы плотно сжались. Светящиеся в полумраке кабинета глаза, прикрытые длинными темными локонами, внимательно смотрели на меня. Верхняя губа вдруг приподнялась в ухмылке, обнажив острые клыки. И тут я как заору не своим голосом!

Я проснулась мгновенно и запрыгнула на стул, а оттуда на стол полковника. Вампир протянул руки с явным желанием снять меня, и я заорала еще громче. В этот момент он схватил меня за талию, усадил обратно в кресло и склонился надо мной. Страшные клыки оказались прямо перед носом. Я даже чувствовала на коже его дыхание. Все, мне конец. Сейчас я лишусь жизни и крови. Кричать я больше не могла. Только сбивчиво прошептала:

– Не надо…

Услышав шаги в коридоре, вампир заявил:

– Я тебя поцелую потом… если захочешь. – И отпустил.

В кабинет вернулся Саймон. Но вместо того чтобы достать пистолет и убить этого гада, вдруг протянул руку для приветствия. Моя нижняя челюсть от удивления едва не пробила пол.

– Ален, я ждал тебя.

Значит, это его знакомый. Надо же, как интересно.

– Я пришел, как только смог. А кто эта очаровашка, что едва не разбила твой компьютер?

– Это находка Шера, Энджи. Сам Шер на задании, – кратко пояснил Саймон.

Как ни странно, больше вампир ничего не спросил, что не соответствовало его повышенному интересу.

– Ален, ваш покорный слуга. – Он приложил руку к сердцу и отвесил мне низкий поклон.

– Уберись от меня, – прошипела я, еще не отойдя от шока.

Взгляд переместился на руки, украшенные странными татуировками. Худощавое тело в черной футболке навело на мысль, что где-то я уже видела этого адаптированного к жизни на Земле инопланетяшку.

– Не волнуйся так, Энджи, – успокоил Саймон, заметив мою реакцию. – Ален Миратус – наш сотрудник.

– Со-сотрудник? – заикнулась я.

– Внештатный.

– Ясно. Предупреждать надо.

– Где сам Шер? – спросил Ален у Саймона, временно позабыв обо мне.

– Должен вот-вот появиться в ангаре.

Пока они разговаривали, я тоже общалась, правда, сама с собой:

«Час от часу не легче. Что за контора? Следак – зануда с динозавром, криминалист – маньяк, внештатник – вампир. Опера́ – клоны. Может, мне все это снится?»

– Так что там с компьютером? – поинтересовался Саймон, вспомнив обо мне. – Просил же ничего не трогать.

– Я и не…

– Она и не трогала, – прокомментировал вампир. – Так, попрыгала слегка.

– Ни на минуту не оставить! Ты хоть представляешь, что в этот момент происходит перемещение трех наших кораблей? И что будет, если настройки собьются?

– Что? – шепотом поинтересовалась я.

– Они навсегда застрянут в межвременном потоке. Именно отсюда в аппараты поступают коды и координаты.

– Хотите сказать, я могла убить Шера и остальных? – испуганно спросила я.

– Убить – не убить… Но спровоцировать катастрофу точно.

– Что теперь будет? Саймон, я же не нарочно. Он меня напугал! – указала на вампира. Клыкастый наглец отправил в ответ воздушный поцелуй.

– Ладно. Сейчас проверю. – Саймон снова окунулся в появившиеся голографические схемы. – Можешь считать, тебе повезло. Шер уже здесь, в десятом ангаре. Теперь будем ждать Урсуса Форса и его команду.

На экране появилось изображение большого освещенного помещения, где гасли один за другим огни летающей тарелки. И я выдохнула с облегчением.

– Смотри, что с Шером? – спохватился вдруг Саймон. – И Краша не видно. Что-то случилось. Я сейчас вернусь. Ален, поручаю Энджи тебе. За мой компьютер отвечаешь головой!

– Только не оставляйте с ним! – воскликнула я.

– Без нервов! Я приду через десять минут. Ален, проследи.

Саймон Фаррелл сбежал, оставив меня наедине с пришельцем-вампиром. В этот момент мне захотелось в квартирку Шера. Пусть даже в компанию Краша. Что там с ними произошло? Надеюсь, они в порядке.

Через пару минут, поняв, что убивать клыкастый меня не станет, я расслабилась. Но слишком рано. Он тут же плавно, словно большой мартовский кот, скользнул ко мне…

Возвращение далось не так легко, как хотелось бы. Все из-за того, что патрульный, который пилотировал мой корабль, не имел опыта управления такими аппаратами. Мне пришлось руководить его действиями. Но больше всего беспокоил Краш. Ему стало совсем нехорошо. Он почти не шевелился, слабо реагировал на внешние раздражители.

Наконец-то мы оказались в ангаре департамента. Как только я покинул корабль, рука снова начала ныть. Поскорее бы добраться до медчасти!

Навстречу уже спешил полковник Фаррелл с обеспокоенным лицом. Он в последние годы редко выбирался на боевые операции – больше времени проводил в самом департаменте. Но считался одним из лучших специалистов.

– Шер! Что произошло? – сразу же спросил он.

– Принимай задержанных из патрульного катера на допрос.

– Молодец, Шер. Что с рукой?

– Луч лазера. Ансарийцы ранили, – пояснил я. – Кстати, Краша тоже нужно в медчасть, у него переохлаждение. Как там наша блондинка? – вспомнил вдруг об Энджи.

– С ней все в порядке. Я ее с Аленом оставил. Думаю, после ансарийца она будет вести себя смирно. Она уже ждет тебя.

– Да уж, ждет не дождется, – тяжело вздохнул я.

Вскоре мы с Крашем находились в кабинете медчасти. Ирэн – наш штатный доктор, моя ровесница – долго возилась с раной, обрабатывая ее. При этом даже не возмущалась, что я сделал все не так. Ввела еще пару инъекций.

– Нужно быть осторожнее, Элеон. Не первый же раз так попадаешь! А если бы в голову? Вам же выдают защитные костюмы.

– Ах, Ирэн. Ты не представляешь, как в них неудобно. Обещаю в следующий раз быть осторожнее.

– Ладно. – Она закончила неприятную процедуру. – Иди в кабину, ускорим процесс заживления.

– Посмотри еще раз, что с Крашем, – попросил я, раздеваясь за ширмой и заходя в кабину регенерации.

– Все с твоим Крашем в порядке. Через часок будет как новенький, – отозвалась Ирэн. – Кстати, что за девушку ты привез из прошлого?

– Уже знаешь? – изумился я.

– Да весь департамент только о ней и говорит, – раздался чуть приглушенный голос за пластиковой ширмой. – Слэйд Хилл растрепал о твоей ошибке своему аналитическому отделу, а те, в свою очередь, остальным.

– И что говорят?

– Разное… Нарушил Устав, Шер?

– Так случайно получилось, – оправдался я.

– Ты же такой правильный, тебя всем в пример ставят. Но если уж влезешь в неприятности – то по полной. А про твою девчонку… Слышала, сегодня жена Саймона приревновала и устроила скандал.

– Да? Это уже любопытно. Лилиан может. Любит она Саймона.

Вскоре я вышел из кабины. Ожог на руке почти затянулся, остался только небольшой шрам. Краш зевнул в углу, показывая внушительный набор зубов, потянул длинные задние лапы, сжав когти на передних.

– Пойдем, Краш, посмотрим, чем там занимается наша находка. Говорят, она по нам даже соскучилась. – Я потормошил плотную шкуру. – Хватит уже больного из себя строить.

Когда вампир оказался около меня, я зажмурилась, чтобы не видеть его страшных клыков. Ален тяжело вздохнул и спросил:

– Ну и что с тобой?

Я медленно приоткрыла один глаз.

– Может, ты отойдешь?

Ансариец неохотно сделал шаг назад.

– Почему ты такая злая, Энджи? Я же не спрашивал, кто ты и что здесь делаешь. Даже совершенно не интересуюсь, что у тебя с Элеоном. Может, у меня любовь с первого взгляда. Чистая, пусть и безответная. – Он присел в кресло Саймона и отбросил с глаз волосы, открыв лицо.

Конечно, если не принимать во внимание тот факт, что Ален был настоящим вампиром, он мог бы показаться довольно симпатичным – например, музыкантом рок-группы. Цвет лица и прочее можно было принять за грим. Но чувство дежавю не оставляло, и это настораживало.

– Шер мне никто, просто знакомый, – отмахнулась я. – Но и ты не надейся на взаимность. Вампиры тоже не в моем вкусе.

– Я согласен без взаимности. Знаешь, даже стихи вспомнились.

– Какие же? – улыбнулась я. Страх медленно проходил. И ансариец казался прикольным.

Ален на миг задумался, а потом сверкнул клыками и выразительно продекламировал:

– Я помню чудное мгновенье, передо мной явилась ты. Как мимолетное виденье, как гений чистой красоты.

– Ален, это же Пушкин написал, – недоумевая, сказала я.

– Я и не отрицаю, – прищурился Ален.

– Откуда ты знаешь стихи Пушкина? – насторожилась я.

– Я изучал русский язык. А попутно для себя углубился и в литературу. Это так прекрасно… И сердце бьется в упоенье…

– Ален, откуда ты знаешь, что я русская? – перебила я ансарийца.

Вампир замолчал, выдержал паузу, а потом вдруг выпалил:

– В общем, я видел тебя в Москве.

– Ты что, за мной следил? Отвечай! – грозно потребовала я.

Ален оскалился и слегка замялся.

– Нет, специально не следил. Просто за один день ты трижды встретилась мне на пути. А в прошлом я не имею права ни с кем знакомиться. Но раз ты уже здесь… Слушай, я тут с самыми добрыми намерениями, а ты… Ты меня не любишь, не жалеешь. Разве я немного не красив?..

– Ты продолжай, продолжай. Только от меня отойди, – указала рукой на противоположный край кабинета. А сама задумалась.

Кажется, однажды я его точно видела, в тот злополучный день, когда мне поручили расследовать убийство. Встретила в подземном переходе, просто не поняла, кто он такой. Но Ален сказал, что видел меня трижды. Что бы это могло значить?

– …не смотря в лицо, от страсти млеешь, мне на плечи руки опустив. Молодая, с чувственным оскалом. Я с тобой не нежен и не груб… – упоенно продолжал цитировать Ален.

– Мечтать не вредно, – прокомментировала я. – Это же Есенина стихи. Да ты романтик, Ален!

– Ты меня вдохновила, Энджи. Я напишу для тебя свои, – пообещал вампир.

В этот трогательный момент вернулся Саймон Фаррелл. Он недовольно взглянул на Алена, и тот быстренько ретировался из кресла полковника.

– Смотрю, ты и здесь уже преуспел? – прокомментировал Саймон.

– Почему нет? – вновь оскалился вампирчик. – Энджи – нечто особенное.

– Шера ранили, – сухо произнес Саймон.

Я сразу подскочила с места.

– Как?! Что с ним?

– Скоро подлечат – и домой отправитесь. Всего лишь ожог от лазера.

– Всего лишь? – поразилась я, но, заметив спокойный взгляд полковника, замолчала.

– Вернулись – и прекрасно. А Урсус Форс уже здесь? – поинтересовался Ален.

– Еще нет. Ждем его.

– Тогда я пока проведаю Дирка и Мирка.

– Не получится, – вздохнул Саймон, – они тоже на задании.

– Я подожду в компании прекрасной леди. Еще в Москве ее приметил.

– Чтобы выпить кровь? – уточнила я и вздрогнула.

– Да ладно тебе, я не из тех, кто кровь употребляет. Я на Земле уже много лет, – обиделся Ален.

Ждать пришлось недолго. Совсем скоро я расслышала знакомое рычание в коридоре. А потом из-за дверей показалась и зубастая морда доисторического чудовища. А за ним и его хозяин – главный виновник всех моих бед.

Хорошо, что в наше время не приходится подолгу ждать, пока заживут раны, иначе я каждый месяц попадал бы на больничную койку. Медицина давно совершила прорыв, и теперь кабины регенерации – не редкость.

Я попрощался с Ирэн, позвал Краша и двинул в кабинет полковника Фаррелла. Краш уже согрелся, оживился и ринулся вперед. Кажется, учуял чей-то запах. И я догадывался, чей именно.

Я не ошибся. В кабинете Саймона находился ансариец Ален Миратус, любимая «игрушка» моего велоцираптора. А еще моя беда – Энджи. Сейчас она выглядела увереннее. Осваивалась. По крайней мере, не заорала при появлении Краша.

– Ален, давненько ты не заходил, – протянул я руку для приветствия.

Ансариец повторил земной жест, сжав холодной ладонью мои пальцы.

– Говорят, вы кого-то арестовали?

– Да, двоих. Сходи взгляни, вдруг ты с ними пересекался. Квен из отдела дознания с ними уже работает.

– Пожалуй, этим я и займусь. Удачи! Свяжемся позже. – Ален подмигнул Энджи, попрощался со мной и с Саймоном и покинул кабинет.

– Что же, раз на сегодня работа закончена – я домой.

– Идите! Я пока задержусь, – кивнул в сторону Энджи полковник.

Я покосился на блондинку. Уж слишком она молчаливая. Явно не к добру.

– Идем, – сухо бросил ей. – Только не кричи, как вчера. И так после регенерации дурно.

Мы летели домой к Элеону Шерману уже знакомым маршрутом.

Шер молчал, ни о чем не рассказывал. Время от времени мы переглядывались с Крашем, который занимал все заднее сиденье и беззаботно смотрел в окно. Ну и страшилище. Брр! Представляю, что думают люди, которые видят Шера с этим монстром. Неудивительно, что от него все жены сбежали. Мне стало их даже жаль, хоть мы и не были знакомы – включилась чисто женская солидарность.

Вскоре Шер припарковался и позвал Краша наружу. Убедившись, что чудовище не проявляет ко мне кулинарного интереса, я тоже вышла. Остановилась, разглядывая город с высоты воздушной парковки.

– Надеюсь, сегодня без нытья и шуточек, – сурово произнес Шер, закрывая кар.

Промолчать в ответ на такое я не смогла.

– Даже и не надейся на спокойствие, – съязвила я. – И спишь ты на своем диванчике сам. Иначе тишины не жди. Я сяду над душой и буду всю ночь доставать тебя рассказами о косметике и шмотках.

Ух, как его лицо перекосило. Шер понял, что попал.

– Девушку-копа могут интересовать такие вещи? – спросил он предельно спокойно.

– Это у вас в департаменте девушки неправильные. Любая девушка в первую очередь думает о своем внешнем виде.

– Да как ты вообще работала полицейским? – поразился Шер.

– Как-то работала. Не переживай, что касается работы – мне все известно. Было бы желание этим заниматься.

– Саймон ошибается. Ты не сможешь работать в департаменте.

– Мне и не хочется, – честно призналась я. – Ты придумай, как меня от работы избавить. Тогда я не буду доставать тебя еще и там.

– Ладно. Не очень-то ты мне нужна в напарники. Я убью тебя на первом же задании. Если ты до него вообще доживешь.

– Ше-е-ер. Ты же не такой злобный товарищ, как ваш Урсус Хвост. Ты же нормальный человек, наверное. Ты сможешь убить женщину?

– Ты станешь первой моей жертвой, – загадочно сообщил Шер. – Ладно. Попробую тебя задобрить. Завтра мне не нужно на работу. Сходим и купим тебе чего из одежды на мою честно заработанную зарплату.

От изумления я даже рот приоткрыла. От шопинга отказываться было грешно. Но где-то крылся подвох.

– С чего вдруг такая щедрость? – осторожно поинтересовалась я.

– Хочу договориться о тишине на сегодня. И в целом, я же несу за тебя ответственность. Да и мода у нас иная. Мне, конечно, все равно, как ты выглядишь. Но другим, возможно, нет.

– Ах вот как, – почти обиделась я. Но быстро отошла. – В общем… Я согласна.

– Куда тебе деваться, – проворчал Шер, открывая двери.

– А потом пойдем в ресторан, – с сарказмом добавила я, чтобы укусить наглеца побольнее. – Мы же вчера так и не отметили наше чудесное знакомство.

Кажется, это отличная возможность достать Шера, чтобы у него наверняка возникло желание вернуть меня домой. Мужчины терпеть не могут ходить с женщинами по магазинам. Не думаю, что все изменилось. Насчет его денег я не сильно переживала: если бы не мог себе позволить – не предлагал бы. А чтобы довести Шера до кондиции, мне даже сильно стараться не придется – оно само собой неплохо получается. Время уходит, другого шанса может и не быть, поэтому нужно использовать все способы.

– Обойдешься.

– Тогда я ночью еще и петь буду!

– Ладно, посмотрим. Не забудь, что я после задания.

– Это ничего, – подбодрила его. – Дай только выбраться. Я быстро подниму твой жизненный тонус.

Вопреки моим опасениям, ночь прошла довольно тихо. Еще не полностью отошедший от переохлаждения Краш не чудил и спал на своем месте. Я отключился на диване, оставив в распоряжение Энджи кровать. И даже не слышал, чем блондинка занималась, пока я восстанавливал силы.

Утро тоже выдалось спокойным. Я пролистал в компьютере последние сводки. Но решил не забивать голову делами. Если будет что-то срочное, меня и так найдут в любой точке планеты.

На завтрак достал готовые круассаны, сварил кофе. Я уже отвык есть по утрам – организм просыпался только к обеду. Хотя бывало – после длительных командировок пробивало, и я заказывал доставку на дом. Энджи меня не допекала. И ее компания уже не казалась мне такой страшной. Пожалуй, переживу как-нибудь, пока она не съедет.

Но расслабился рано. Как только мы выбрались за покупками, я понял одну простую истину: больше никогда в жизни по собственной доброй воле не соглашусь пойти с женщиной по магазинам. Как хорошо, что я не прихватил с собой пистолет.

Все началось с обычного повседневного костюма. Продавец-андроид быстро просканировал фигуру Энджи и предложил ей пару вариантов одежды. Но блондинистая заноза скривила нос. Кажется, она не в восторге.

– Посмотри сама в каталоге, – сказал я, располагаясь на диванчике для посетителей.

Энджи скептически взяла в руки электронный журнал. Через пару минут она уже разобралась, что к чему, и листала каталог, придирчиво разглядывая каждую модель. Наблюдать за ней было даже забавно. Иногда она надувала губы, недовольно фыркала. В другие мгновения в ее голубых глазах вспыхивал огонек восторга или удивления.

– Ну что, определилась? – взглянул на браслет. Не помешало бы уже и пообедать.

– Да. А это есть? – Она показала андроиду облегающий серебристый костюм от известного бренда.

Хоть бы он сказал, что нет! Представляю, сколько это стоит.

– Ваш размер найден, – монотонно произнес продавец, произведя поиск модели.

– Я хочу еще это. И платье тоже хочу. Вот это! – Энджи быстро пролистала страницы сенсорного каталога.

– Платье тоже есть, – сказал андроид.

Я взглянул на цену, и от такой наглости мои брови медленно поползли на лоб.

– Энджи, золотце, – произнес я, стиснув зубы. – Платье мы тебе в следующий раз купим. На сегодня ограничимся двумя костюмами.

– Нет уж, Шер! – Она вырвала у меня из рук электронный гаджет. – В следующий раз ты со мной никуда не пойдешь. И вообще, мне интересно, в чем ты меня собрался вести в ресторан?

Че-е-ерт! Я и позабыл о своем обещании. Идиот! Придется перевести на этот счет еще денег, обналичив свои баллы.

– Ладно. Но больше ни на что не рассчитывай. Можешь считать это компенсацией за мою ошибку.

– Уговорил. Но мне нужны туфли, белье, косметика, – принялась загибать она пальцы, пока я бросал деньги на счет. – А еще я видела, ваши девушки носят вот такие сумочки, ткнула она в очередную страницу каталога.

– Какая разница, какая у тебя сумка?! На нее уж точно никто не смотрит. И вообще, раритетные вещи сейчас в тренде. Ты хоть в купальнике ходи…

– Купальник тоже не помешает, – добавила Энджи. – Хотя с ним как раз повременим.

– Ваши покупки. Примерять будете? – перебил наш спор андроид, принеся заказ.

– Да!

– Нет! – одновременно воскликнули мы и замолчали, недовольно глядя друг на друга.

– Ладно. Согласна примерить только платье. Остальное дома.

– Давай. И поскорее! – рявкнул я, теряя последние крохи терпения.

– И туфли к нему! – напомнила Энджи, невзирая на мое настроение.

Через десять минут Энджи выплыла из примерочной походкой от бедра. Вся такая сияющая, как звезда на небе. В коротком мерцающем платье на бретелях. Золотистые волосы волной лежали на плечах. Стройные соблазнительные ноги притягивали взгляд. Я силой заставил себя отвернуться, сделав вид, что мне плевать.

– В нем и пойду, – самодовольно заявила Энджи.

Но на этом шопинг не закончился. Всего за час моя обуза успела выпотрошить всю мою кредитку. Пришлось делать еще одну транзакцию. И баллы на моем премиальном счету заметно таяли. Чего только Энджи не набрала. Помады, тени, блеск, крема… Потом мы добрались до магазина нижнего белья. И там она выбрала несколько моделей. Она показала мне свои находки, вопросительно глядя на меня.

И тут я не выдержал:

– Ладно, купим. Но с одним условием. Дома ты все это примеришь на себя и мне продемонстрируешь.

– Шер, это же шантаж! – гневно сверкнула она глазами.

– Учусь у тебя. А что ты думала – в сказку попала?

– Ладно, – надулась она. – Неужели тебе интересно, как я выгляжу? Ты же только и думаешь, как от меня избавиться поскорее.

– Будем считать это одним из методов контрвоздействия.

– Мне твоего монстра хватает зубастого. И ты туда же! Я была о тебе лучшего мнения. – Она сжала губы и сделала вид, что вот-вот расплачется.

Терпеть не могу женские слезы. Она будто знала, как надавить на больное.

– Ладно. Бери что хочешь, – отмахнулся я.

– Тогда вот такой халат, как на манекене. И на этом все. – Она тут же заулыбалась. Вот же притворщица!

Кажется, я попал. Впереди еще ресторан. Нужно вспомнить, где в нашем районе умеренные цены. Иначе никаких баллов не хватит. Знал бы заранее – никогда бы в жизни не предложил; заказал бы первое попавшееся на сайте – и закрыл тему.

Как назло, еще не до конца зажившая рука напомнила о себе тупой болью.

Я вздохнул и позвал продавца, указал на многочисленные пакеты с покупками, попросив доставить их на мой адрес.

Энджи вытащила меня из магазина с победным блеском в глазах.

– Ладно, Шер. Можешь считать, наполовину я тебя уже простила… На меньшую часть.

– А что с большей? – уныло спросил я.

– Посмотрю на твое дальнейшее поведение.

Как я ни старалась его достать, он оставался гранитной скалой. На миг даже совесть кольнула за свое поведение. Но ничего, впереди еще ресторан. Может, глыба его терпения все же даст трещину? Хотя прогулка по Парижу и шопинг оказали на меня благоприятное воздействие, и я ненадолго подобрела.

– Заходи, – буркнул он, впуская меня в странное помещение, освещенное летающими в пространстве светлячками.

До чего романтично, даже неожиданно как-то.

– Шер, да у нас настоящее свидание, – ехидно промурлыкала я.

– Ага, тройное. Ты, я и наше общее несчастье.

– Какой же ты злой! Хотя ты прав. Несчастье у нас точно общее.

– Вообще не забудь, что утром на работу.

Я присела за столик и удивленно уставилась на Шера.

– Ты так говоришь, будто я уже работаю. А я вот представляю, что у меня незапланированный отпуск в Париже.

– Я к тебе экскурсоводом не нанимался, учти. Что заказывать будешь?

– Доверяю твоему вкусу. Надеюсь, ты, как истинный француз, разбираешься в кухне?

– Я не гурман. Могу есть все что угодно. Сама выбирай.

Я открыла перед собой виртуальный планшет с меню. Все гениальное просто.

– Значит, фрикасе с грибами, слоеный салат с яблоками, рулетики с сыром… с любым сыром. Да, суфле шоколадное. И белое вино. И еще мороженое с кокосовой стружкой и взбитыми сливками! – Я прищурилась, глядя на Шера, и злорадно добавила: – Когда же мне удастся все попробовать? Не съем, так хоть надкушу разок.

– Понятно. Продолжение следует. Зря я подумал, что у нас перемирие.

– Конечно же перемирие. А разве мы с тобой ругаемся? – нежно протянула я. – Ты отрабатываешь ту самую, большую часть своей вины.

Конечно, я погорячилась с выбором блюд. Столько я бы не смогла съесть даже после недельной голодовки. Пришлось уговаривать Шера, чтобы он помог. Хорошо, что он согласился, иначе было бы жаль выбрасывать столько вкусной еды. Он наполнил бокалы вином и протянул один мне.

Меня никогда не развозило от спиртного. В целом это дело я осуждала и пила крайне редко. Но мне просто необходимо было снять стресс, хоть я и хорохорилась.

– Давай, Шер, на брудершафт по старой земной традиции. За знакомство и дружбу между временами.

– Давай, – кивнул он, и мы вместе опустошили бокалы.

Я демонстративно чмокнула его в щеку.

– Это все? – удивленно поднял черные брови Шер.

– А что ты хотел? Ну, если очень хочешь, могу и в другую.

– Нет, так дело не пойдет. – Шер налил еще. – Повторим!

– Что-то ты мутишь, майор Шерман. Не споить ли ты меня надумал, чтобы потом воспользоваться моим обездвиженным телом?

– Хотел бы – уже бы воспользовался. И вообще ты не в моем вкусе.

– Это когда бы ты, интересно, успел? Когда меня без сознания в свое время тащил? Значит, не в твоем вкусе… Ну-ну, – проворчала я.

– Ладно. Пить будем?

– Будем. Выпьем за поцелуй, ведь его придумал мужчина, когда не нашел другого способа закрыть женщине рот, – ляпнула я первое, что пришло в голову.

Я подняла бокал, и мы с Шером снова выпили на брудершафт, после чего он получил от меня дружеский «чмок». Настроение медленно, но верно поднималось. Шер не казался таким противным. Вообще он не особо отличался от моих бывших коллег.

Он снова протянул мне бокал.

– Домой на руках понесешь, – предупредила я.

В тот момент Энджи была смешной! Глазки сверкали, она говорила все подряд, лишь бы сбить меня с толку. Думала, отделается поцелуем в щеку? Наивная!

Дождался, пока она выпьет третий бокал. Энджи потянулась ко мне, чтобы выдать последний, по ее словам, поцелуй. Но я успел перехватить инициативу и прижался к ее губам. От неожиданности она приоткрыла рот, и я почти скользнул языком внутрь…

…почти, потому что в этот момент над головой раздался знакомый голос:

– Какие люди! Вот уж кого не ожидал встретить.

Я оторвался от блондинки, сглотнул и со злостью спросил:

– Ален, что ты здесь делаешь?

Наш внештатник бесцеремонно присел на свободный диван и указал на пустующий соседний столик, над которым светилась голографическая надпись «бронь».

– Между прочим, через десять минут у меня в этом ресторане встреча. Я нашел того, кто выведет нас на след организатора преступлений.

– Почему именно здесь? – не унимался я.

Это же надо было обломать мне «укрощение строптивой»!

На несколько секунд мы замолчали. До Энджи дошло, что я хотел сделать. Как и то, что нас увидели вместе. Она покраснела от злости. Подняла руку со сжатыми в кулак пальцами, явно горя желанием врезать мне по физиономии. Выглядела она совсем трезвой. Притворялась раньше, что ли?

– Ты меня сюда привел, чтобы приставать? Зачем полез целоваться? – процедила она.

– Вообще-то это ты начала со всякими традициями, – ушел я от ответа.

Между нами повисло напряжение. Казалось, сейчас Энджи взорвется.

– Эй! Я правда работаю. Если хотите ругаться – идите в другое место. А лучше спрячьтесь и сделайте вид, что вас здесь нет, – перебил нас Ален.

– Ты прав. Идем спрячемся, – кивнул я в сторону балкончика.

Я вытащил ее за руку на балкон. Выдохнул. Надо же, во всем огромном городе Ален выбрал именно этот ресторан, чтобы назначить встречу. Хотя неудивительно, несколько раз мы с ним тут пили. Алену здесь комфортно – темно.

– Что происходит? – шепотом спросила Энджи.

– Давай послушаем. Только помолчи немного. Я все потом объясню.

– Не стоит, Шер. И так с тобой все понятно.

Чтобы она не наделала глупостей, я притянул ее к себе и обнял, удерживая на месте за талию и стоя за ее спиной. Она резко дернулась, не понимая, чего от нее хотят.

– Тшш! Прошу! – И прикрыл ладонью ей рот.

– Да чтоб тебя, – промычала она и укусила меня за палец. – Я поняла, руку убери, – добавила тихо.

С этого балкончика был неплохой обзор. И я видел, как за столик Алена присел высокий худощавый ансариец в деловом костюме и очках. Незнакомец достал планшет и произнес:

– Уверены, что хотите воспользоваться услугами нашего бюро?

– Всю жизнь мечтал побывать на таком сафари! – тихо, но при этом восторженно ответил Ален.

Стоит заметить, актерскими способностями судьба его не обделила. Говорил внештатник весьма правдоподобно.

– Тогда вы должны подписать договор о намерениях.

– Сначала я желаю с ним ознакомиться.

– Конечно. О чем речь. Все для наших дорогих клиентов, – засуетился незнакомый ансариец.

Ален взял в руки планшет, надел очки и принялся изучать документ. Скорее всего, он фиксировал текст на камеру.

– Скажите, почему в договоре не прописана ответственность стороны, предоставляющей услуги? А если я погибну? Это ведь рискованно. Можно попасться в руки работников департамента, – поинтересовался Ален со знанием дела.

– Мы не можем дать гарантию на жизнь. Но пока инцидентов не было, – заливал делец-вампир. – Вы лично поучаствуете в сафари, это не сравнимое ни с чем удовольствие, лучшее во всей галактике. Такое можно испытать лишь раз. И наше бюро – уникально. Больше никто не предлагает данных услуг! Но если что-то пойдет не так, вашим родным положена компенсация страхового случая…

Ансариец говорил тихо, мне приходилось прислушиваться. Да еще Энджи сопела, пытаясь выкрутиться из моих рук.

– Но ведь здесь не указано, какого именно случая. Страховка не распространяется на перемещение в прошлое. – Ален отодвинул планшет к незнакомцу. – Я должен подумать. Могу я лично поговорить с руководителем туристического бюро?

– К сожалению, это невозможно, – печальным тоном заявил вампир. – Шеф не принимает посетителей. Но вы всегда можете передумать и связаться со мной.

– Хорошо, договорились.

Агент «туристического бюро» прихватил планшет и исчез так же быстро, как и появился. Я отпустил Энджи. Она повернулась и толкнула меня кулаком в грудь.

– У меня, между прочим, рука затекла!

– Я боялся, что наделаешь глупостей, – оправдался я.

– Да как я могу?! Я разве сама не вижу, что происходит?

С балкона я увидел, как вампир покинул здание. Мы вышли в зал и присели рядом с Аленом.

– И кто он такой? – спросил я внештатника.

Ален расплылся в улыбке и откинулся на диван.

– Помнишь ансарийцев из Москвы, которых я для тебя вычислил? Тот, с кем я там общался… которого ты убил… Он подписывал договор с туристическим бюро «Авилия».

– Туристическое бюро?! – изумленно переспросила Энджи, поняв, что дело касается ее лично.

– Под видом туристической фирмы они предоставляют услуги несколько иного рода: полный пакет обеспечения, все включено, еда, жилье, проезд – точнее, перемещение… Но при этом жертв выбирают именно они.

– Это сафари – охота на определенных людей? И те девушки в Москве не были случайными? – округлились глаза Энджи.

– Именно их выбрали в качестве жертв. Непредвиденным обстоятельством могла стать только ты. Я пытался сбить тебя со следа. Даже кондиционер в машине сломал – думал, ремонтировать поедешь. Но ты все равно появилась в ненужный момент, – признался Ален.

– Вот черт! Я полагала, что вы днем вообще не выходите, – простонала она.

– Если ненадолго, то можно. Главное – выпить антигистаминный препарат. На час хватает…

– Что там в договоре? Ты его заснял? – перебил я их беседу.

– Обижаешь, Шер. Держи. – Ален снял с очков миниатюрную бусину.

– Думала, это у тебя стразы, – восхищенно прокомментировала Энджи. А я спрятал флойт в карман рубашки.

Я действительно вспомнила, где видела высокого парня в темных очках и в куртке, странной для той жары. Я тогда подумала, что он чокнутый. А еще обиделась на Шера. Надо же, целоваться решил. А недавно твердил, что я не в его вкусе. Но самое обидное вовсе не в том, что он решил меня поцеловать, а то, что я сама этого хотела.

Я от себя такого не ожидала. Наверное, повлияла романтичная атмосфера Парижа будущего. Но неужели Шер решил, что может купить меня шмотками?

Плевать. Потерплю несколько дней этого типа – все же я у него на проживании.

Ален и Шер еще некоторое время обсуждали рабочие вопросы. Вампир уже не казался таким страшным, и я даже слегка расслабилась.

– Знаешь, Шер. Я бы на вашем месте проведала это странное бюро, – посоветовала я.

– Утром и полетим.

– Почему полетим?

– Далековато. На машине не получится. Ты со мной. Может, кого-то узнаешь.

– Хочешь сдать меня в логово вампиров? Смерти моей желаешь? – ляпнула я, но вдруг заметила изумленный взгляд Алена.

М-да, нужно учиться держать язык за зубами. И выяснить, как правильно общаться с ансарийцами.

– Всего лишь немного адаптировать. Тут ансарийцев хватает, так что привыкай, – пояснил Шер.

– Ничего вы не добьетесь, все лазейки закрыты, – отозвался Ален. – Документы наверняка в порядке, прикрываются обычной конторой. Я их две недели вычислял. Переедут в другое место – и ищи ветра в поле. Надо действовать хитрее.

– Знакомая схема, – припомнил Шер одно дело. – Полицию увидят – и поминай как звали. Маскировка бы не помешала.

– Только из тебя, Шер, вампир не получится. Лицом не вышел, – встряла я.

– И не надо. Мы им проверку пожаробезопасности устроим. Придется импровизировать. А ты поможешь. У меня как раз знакомые имеются. А с утра договор их пересмотрим, в чем же там подвох. Поехали-ка домой. Выспаться надо.

– Разумное решение, – согласилась я. – Сонный следователь – не к добру. Иначе с вампиром перепутаешь и убьешь ненароком.

– Если продолжишь пить мою кровушку – можешь не сомневаться, – пообещал Шер.

Ален почему-то не обиделся. Лишь загадочно улыбнулся на прощание и незаметно от Шера послал мне воздушный поцелуй.

Мы вернулись домой, когда уже стемнело. Тут же сработали датчики и включилось освещение квартиры. Энджи протяжно зевала на ходу. Краш спал за диваном, но, заметив меня, поспешил навстречу, всем своим видом показывая, как сильно скучал. Вот только не учел, что перед тем распотрошил пакет с любимым кормом, который я забыл убрать в шкаф. При этом крошки и гранулы разнес по всей кухне, растоптал, да еще и разлил на них воду.

Я громко выругался, и велоцираптор понуро опустил голову. Знал, что я недоволен его проделкой. Вздохнув, я открыл нишу и вытащил оттуда робота-уборщика.

– Режим беззвучный активируй, – приказал машине.

Робот послушно заморгал лампочками, принявшись за уборку.

– Шер, я в душ, – сообщила Энджи и, прихватив вещи, скрылась за дверью.

Надо сказать, мы с ней ни разу не поругались по пути домой. Это большой прогресс. Если так продолжится, потерплю ее столько, сколько потребуется.

Я едва дождался, пока Энджи вернется. Быстро ополоснулся теплой водой, переоделся и упал на диван, уже ни о чем не думая.

– Спи, Краш, – пробормотал сквозь сон и добавил: – Энджи не трогай.

Во сне я оказался один в лесу, где за мной гнался поп с крестом навытяжку, с криком «Демоны!». За ним бежала озлобленная толпа крестьян с кольями. А я не мог ничего поделать – корабль слишком далеко, Краш потерялся, и оружие в будущем осталось. Сейчас надо мной проведут-таки обряд экзорцизма…

– Краш, сюда! – Я проснулся от своего же крика. Оглянулся.

Пойманный на месте преступления Краш попытался прикинуться ковриком. Оказывается, мой крик застал его за уничтожением очередного робота. И теперь шаловливые желтые глазки бегали из стороны в сторону. Повсюду виднелись оторванные части пластика, мусор из внутреннего отсека, который вывалился наружу. Из искореженного корпуса машины торчали провода. А единственный целый глаз домашнего устройства упорно продолжать моргать.

– Твою мать динозаврову! Что ты наделал?! – Я поднялся и отбросил робота в угол, решив разобраться с остатками несчастной машины утром, на свежую голову.

Энджи тоже проснулась и потерла кулаком сонные глаза.

– Спать дадите, изверги?

– Все уже, – буркнул я и упал на диван, спрятав голову под подушку.

Но самое ужасное началось рано утром. Я проснулся вовсе не от звука будильника.

Проснулся я от истеричных воплей Энджи, которая бегала в одном лишь коротком домашнем халате из наших приобретений и с полотенцем в руке. От нее сматывался Краш. Пока я понял, что происходит, они навернули вокруг дивана три круга. Энджи все пыталась ударить Краша, но тот ловко увиливал. Кажется, принимал погоню за новую игру. Думаю, если бы в тот момент у Энджи было в руках оружие, она бы точно его пристрелила. Надо же, и страх перед «чудовищем» прошел.

– Стоять! – рявкнул я командирским тоном.

Энджи остановилась. Краш прыгнул ко мне, сделав невинные глазки.

Растрепанная блондинка стояла с другой стороны дивана и тяжело дышала, глядя на Краша исподлобья. Глаза сверкали, как у разъяренной кошки. Халат задрался, обнажив длинные стройные ноги. Но она не обращала на это внимания.

– Ты знаешь, что он натворил? – наконец-то выговорила она.

– Что? – Я потянулся и взглянул на Краша, а потом в угол, где так и лежал разбитый в хлам робот. – Я сам уже видел! Зачем орать? Это все?

– Он… он… – задыхалась Энджи от возмущения, – сожрал всю мою косметику.

Вечером, когда Элеон уснул, я битый час расставляла все приобретения на пустующей полке в ванной комнате. Те, которые мы купили, новенькие, ни разу не использованные. И то, что я по случайности притащила сюда из своего родного времени. Полчаса я любовалась расстановкой пополнившейся коллекции. Но желание поспать взяло верх. И я уснула на большой кровати Шера, которую он не очень-то любезно, но все же предоставил в мое распоряжение.

Проснулась рано – выспалась. И решила не терять времени даром, а привести себя в порядок, пока все спят, чтобы потом не слушать нареканий в свой адрес.

Вошла в ванную и застала ящера, активно доедающего коллекцию моих помад. Остатки тюбиков и упаковок уже валялись рядом в раскуроченном виде. А наглое зеленое существо тщательно вылизывало длинным языком самую лучшую помаду, ловко удерживая ее передними лапами.

Надо же, какое нервное потрясение с самого утра!

Этот Краш думает, что обойдется легким испугом, покусившись на самое святое в моей жизни?! Как же я предстану перед мужчинами будущего? Вдруг именно сегодня должен встретиться тот самый, красавчик-миллионер, а я даже не накрашена?

Страх перед зубастым испарился, заменившись неожиданной злостью. И я не выдержала: схватила первое попавшееся под руку полотенце и погналась за зеленым гадом с яростным криком…

– Энджи, уймись! Я куплю тебе еще. Так бывает, Краш опять всякой дряни наелся. Лучше бы подумала о том, что у бедолаги будет несварение желудка, – заявил Шер, терпеливо выслушав мои претензии.

– Хочешь сказать, это не первое поедание им косметики? – Я удивленно взглянула на Шера, и все слова возмущения вдруг испарились.

Шер поднялся с дивана и безразлично пожал плечами. Натянул футболку.

– Пару раз случалось, – отозвался как ни в чем не бывало.

– И ты меня не предупредил?!

– Я вообще-то быть сторожем твоих личных вещей не нанимался. Так что собирайся как есть. Сама знаешь – дел по горло.

– Я отомщу тебе, зеленое чудище! – Я пригрозила Крашу кулаком, когда его хозяин скрылся в ванной.

Чудище лишь хмыкнуло в ответ и взмахнуло хвостом, сметая со стула мое прекрасное платье. А потом вредитель гордо направился к дверям в ожидании Шера.

На работу мы летели недолго и даже успели вовремя. Я обиженно молчала всю дорогу. Шер с полным пофигизмом следил за трассой и насвистывал веселый мотив. Краш периодически издавал громкую отрыжку с запахом моей любимой помады.

Пока Шер со своим коллегой изучал копию договора с туристическим бюро, я расположилась в кресле с чашкой кофе и обдумывала свою месть.

Краш сидел около майора Шермана и высматривал в приоткрытой двери прохожих, щелкая зубами, когда кто-то шел мимо.

Я вновь осмотрела кабинет. И вдруг взгляд упал на небольшой пустующий сейф в углу. Явно ненужный, потому как дверца была открыта и даже ключик в скважине торчал. А еще на нем имелась бирка «Доставить в утиль».

Мои мысли тут же заработали в другом направлении. И я решила выяснить, можно ли позаимствовать сейф из департамента. Вот только весил он явно немало, и я понятия не имела, как транспортировать эту штуку в машину Шера. Вряд ли он сам поддержит мою идею.

Тем временем разговор мужчин продолжался.

– Грэг, ума не приложу, как к ним проникнуть. Может, ты посоветуешь? – уныло спросил Шер соседа по кабинету. – Мы тут с Аленом решили им проверку пожарной безопасности устроить.

– Ничего не выйдет. – Грэг задумчиво почесал затылок. – Лучше уж налоговую. В документах наверняка зафиксировано количество приобретенных конденсаторов потока и микроволновых элементов. Возможно, найдется что-то, запрещенное законом. Да и для внеплановой проверки более актуально. Заодно привлечешь свою подругу.

– Я не согласна, – услышав, заявила я. – Сами занимайтесь. Мне за это не платят.

– Ничего, ужин отработаешь. Раз иначе не согласилась, – издевательским тоном изрек Шер. – Ладно, схожу пока к Саймону. Может, он посоветует. Заодно покажу договор. А потом загляну к Квену, почитаю протоколы допроса последних задержанных.

– Иди-иди! – Я вновь покосилась на сейф. М-да. Ну и задачка! Жаль, Алена нет, его бы я точно уговорила помочь. Но ничего, я что-нибудь придумаю.

– Я тоже пойду. Дела есть, – опомнился Грэг. – Пока, Краш. Веди себя хорошо. Что-то от тебя сегодня странный запах – будто на помойке побывал.

В ответ Краш издал звучную отрыжку и деловито поскакал за Шером.

Вот теперь я точно обиделась, окончательно и бесповоротно. И задумалась о спасении грядущих покупок от зловредного существа.

К моему счастью, в опустевший кабинет заглянули оперативники из соседнего отдела. Те самые, которые «двое из ларца» (а точнее, с Марса), Дирк и Мирк.

– Шера не видела? – спросили они дуэтом.

– Видела, он у полковника Фаррелла. Кстати, он просил вот это, – указала на пустой сейф, – к нему в машину поставить. Не поможете?

– Зачем ему списанный сейф? – поинтересовался один.

– Для задания нужно, – обворожительно улыбнулась я.

– Поможем, почему нет, – пожал плечами первый.

– Ничего сложного, – согласился второй.

Они дружно подхватили сейф и направились к дверям. Я не стала мешкать, достала чип от машины Шера и рванула следом – контролировать процесс погрузки моей новой «косметички».

После отдела дознания я заглянул к криминалистам. Урсус Форс долго рассказывал, чем закончилась последняя командировка в прошлое.

– Пришлось блокировать им память. Это же надо, такую шумиху подняли! Ты как обычно в своем репертуаре, Шер. Столько возни, когда можно было обойтись малой кровью.

– Зато двоих взяли, – оправдываясь, заметил я.

– Знаю, они в камере. Молчат, не признаются, – возмутился Урсус Форс. – Квен с ними сутки провозился, а толку никакого.

Урсус вздохнул и повернулся в своем большом, под стать фигуре, кресле к сейфу и выудил оттуда бутылку коньяка.

– Будешь? – грозно спросил он, поставив коньяк на стол.

– Не хочется что-то, прости, Урс. Ален вычислил адрес бюро, которое предлагает сафари в прошлое. Сейчас отправимся разбираться, что там за контора.

– Зря отказываешься. Коньячок отличный. Прихватил в XXII веке. – Урсус с недовольством спрятал бутылку обратно в сейф и ехидно добавил: – Надеюсь, в этот раз ты не создашь всем неприятностей.

– Зря ты так. Я же для департамента стараюсь. Ума не приложу, какова связь между этими событиями. Какая-то хитрая схема.

– Какая, к черту, схема?! Сам же сказал – туризм для вампиров. Я им вообще не верю, даже Алену. Я бы всех ансарийцев земного гражданства лишил. Поналетели! Только и смотрят, где бы человеческой кровью поживиться. От них одни проблемы.

– Да. А еще у них новые технологии… И загадки цивилизации…

– Ты хоть раз задумывался, сколько на самом деле живут ансарийцы? У них же иные организмы. Мне Ален как-то признался, что ему, по земным меркам, почти четыреста лет. Вот и сделай выводы. А я тебе говорю, они опасны для всех жителей нашей планеты.

– Знаю я, что они долго живут! – перебил я Урсуса Форса. – Но у них ведь проблемы с рождаемостью.

– Да? А как они, по-твоему, умирают? – Урсус ехидно приподнял бровь. – Ты вспомни сам или спроси у Алена. А я больше на эту тему говорить не буду.

– Вряд ли это связано с делом. Это проблемы их цивилизации.

– Слушай, ты точно выпить не хочешь? Поговорили бы по душам. Мне срочно нужно снять стресс.

– Мне тоже, но пить не буду. – Я вспомнил поход в ресторан, сумасшедшую ночь и не менее сумасшедшее утро.

– Девочка твоя мне понравилась. Если сам ее не возьмешь в оборот, ты мне скажи, я… – вдруг заявил Форс.

– Ты не в ее вкусе! – осек я Урсуса. – Да мы все не в ее вкусе. И вообще, я сам с ней разберусь. Мне пора лететь, еще нужно замаскироваться.

– Под кого в этот раз? Опять под бродячий цирк? – ухмыльнулся Форс.

– Под налоговую проверку.

– Это скучно. Удачи, – зевнул криминалист.

Когда я выходил из кабинета Форса, продолжал думать насчет ансарийцев. А ведь он прав – далеко не все они мирно настроены. Но при чем здесь их возраст?

Нужно выдвигаться. Энджи возьму с собой за компанию. Пусть отвлекает их внимание, как женщина. Да и пахнет она для них, судя по всему, особенно вкусно. Конечно, делать из нее наживку специально я не собирался. Но почему бы не воспользоваться возможностью, если уж она есть?

Я искренне радовалась, что теперь есть куда спрятать личные вещи от противной ящерицы. Все думала о мести Крашу.

Шер вернулся, притащив большой контейнер с вещами. Как выяснилось, он взял их на складе, где имелось не только снаряжение, но и одежда на все случаи жизни.

– Переодевайся. Посмотрим, что за контора «Авилия». Сейчас еще наш опер подтянется, – проворчал он.

Я брезгливо подняла кончиками пальцев костюм, который Шер мне выдал. Пиджак из темно-бордовой немнущейся ткани застегивался аж до самого подбородка и больше напоминал строгий китель.

– Что ты мне дал? – всучила безвкусицу обратно и добавила: – Я это не надену. И не уговаривай.

– Мне лучше знать, во что обычно одеты инспектора налоговой службы. У них свой дресс-код. Так что не выдумывай. У меня такой же костюм, – пояснил он.

Я вдруг вспомнила о своей «косметичке», и жизнь показалась не такой уж плохой. Плевать, надену эту униформу. В конце-то концов, золотистые пуговицы сочетаются с цветом моих волос.

– Ладно. Все равно никто, кроме тебя и вампиров, не увидит. Скажи, а на чем полетим?

– На корабле. Путь неблизкий.

– Хорошо. Только ты выйди, нечего на меня смотреть.

– С превеликим удовольствием! Жду тебя у выхода, – фыркнул Шер и позвал Краша.

Я натянула китель и брюки. Покрутилась, пытаясь рассмотреть себя. Но зеркала в кабинете зануды не нашлось.

Вышла и отыскала взглядом Шера. Он беседовал с незнакомым пареньком. Краш крутился рядом, высматривая прохожих. Никто не обращал внимания на наш внешний вид, и я успокоилась.

– Видишь, я уже готова, – с гордостью сообщила ему.

– Быстро на сей раз, даже удивительно, – похвалил Шер. – Сейчас проведаем бывшую Румынию.

– Ансарийцы там до сих пор тусуются? – спросила с усмешкой, вспоминая легенды о вампирах.

Оказывается, в каждой сказке есть только доля сказки.

– Они не изменяют традициям, – согласился Шер.

Мы вошли в огромный ангар. Там стоял тот самый круглый корабль, на котором Шер и утащил меня в свое время. Сейчас он показался мне внушительнее, чем тогда, в темноте. Мы расположились в креслах у панели управления. Краш занял местечко на полу. Дверь закрылась, экран вспыхнул синими и зелеными огоньками.

– Долго нам лететь? – полюбопытствовала я у нашего спутника.

– За час на месте будем. На дороге помехи, – пояснил молодой опер.

– И в воздухе тоже? А есть проблесковый маячок? Мы же не на прогулке.

– Требуется веская причина, – отрезал Шер.

– А то, что где-то на людей охотятся, для тебя не причина? Может, меня там убивают тремя годами раньше? А ты так наплевательски к этому относишься…

– Шер, а правда. Быстрее на место прибудем, – предложил наш спутник.

– Ладно. Один раз, – пробурчал Шер, явно недовольный, что кто-то вмешивается в его работу и проявляет инициативу.

Он нажал на какую-то клавишу, и раздался звук сирены. На схеме движения загорелась яркая красная линия. Компьютер корабля передавал сигнал другим транспортным средствам, которые пропускали наш полицейский «катер». На место мы прибыли так быстро, что я и оглянуться не успела. И вскоре мы пошли на посадку.

– Сядем в стороне. Немного прогуляемся. Включаю стелс-режим, – нудным тоном объявил Шер, пытаясь испортить мое задорное настроение.

Нас встретила неприветливая дождливая погода. М-да. Этой местности далеко до Парижа с его красотами. Унылые серые здания городка были под стать настроению Шера.

Краша пришлось оставить в корабле, чтобы не привлекал внимания. Ящер обиделся, отвернулся, почесывая передние лапы одну о другую. Явно решил что-то сожрать, пока мы отсутствуем.

Шли мы минут пять. И даже слегка промокли. Казалось, эти здания никогда не закончатся. Но вскоре добрались до места, которое указал навигатор в браслете Шера.

Вот только на этом месте ничего сверхъестественного не нашлось. За домами было голое поле, пустырь.

– Зря мы сюда притащились, – вынесла я вердикт.

Энджи крутила головой так, словно ожидала увидеть тут замок Дракулы.

Кстати, Дракула являлся одним из самых отъявленных преступников-ансарийцев.

Тогда законы о перемещении во времени были другими, и вампир пару сотен лет покрывал «своих». Сначала сам землянином прикинулся, потом и других к себе переместил. Местный народец его уважал и боялся, а «граф» постепенно прижился да кровушку попил. Особенно девушек молоденьких любил. Вроде Энджи. Его собратьям доставались крестьяне и остальные. Но наши вычислили этого Дракулу. Теперь он отбывает срок в колонии строгого режима на станции за Юпитером. А операция по захвату преступной группировки вошла в учебники департамента.

– Зря летели, зря надеялись? – доставала Энджи. – Нет ничего по этому адресу. Алену дали неверную наводку. А ты, Шер, повелся, наивный.

– Верно, нет ничего, – согласился Райан, пройдясь по дороге.

– Адрес точный, – сказал я, но уверенность уже таяла.

Что-то действительно не так. Но что именно?

Догадка пришла внезапно. И я решил ее проверить. Достал из кармана миниатюрный прибор, который улавливал возмущения временного континуума.

Мои спутники замолчали, уставившись на уловитель. А устройство вдруг подало слабый сигнал о том, что неподалеку не так давно нарушались границы секторов.

– Вот оно! – воскликнул я. – Придется вернуться в прошлое на двадцать пять лет назад. Ансарийцы хорошо спрятались!

– Шер, ты вообще в своем уме? Хочешь сказать, они из прошлого привлекают клиентов в будущем? Я думала, нельзя попасть в будущее. Или можно? – Голосок Энджи стих.

Я пожал плечами.

– Возможно все, Энджи. Нельзя ограничиваться тремя измерениями. А проверить версию стоит.

– Эти уловители не всегда работают, – отозвался Райан, пока мы возвращались к кораблю. – Мой часто заводит не туда, куда нужно.

– Поверку сделай, а лучше замени модель, – посоветовал я.

Мы вошли в корабль, где с радостным урчанием поднялся с пола Краш. Взлетели и сделали круг, чтобы попасть в год, который указал прибор.

Конечно, не стоило брать Энджи в прошлое. Если Саймон узнает, он будет недоволен. Но и оставить ее одну я не мог. Вот только ей об этом знать не стоило.

– Кажется, сейчас мы точно на месте, – указал я на здание, где перед тем находилось поросшее бурьяном поле. Теперь же здесь стоял вполне функционирующий офис.

– Ничего себе, – присвистнула Энджи.

Я проверил стелс-режим и взял в сторону от зданий, пока нас не заметили.

Над входом висела вывеска с логотипом туристического бюро. У офиса стояли припаркованные кары. Около них толпились ансарийцы, тыча пальцами в рекламные проспекты и что-то бурно обсуждая. Похоже, новички попались на тот же крючок, на который хотели заманить Алена. На тех, кто работал в конторе, были надеты фирменные плащи с тем же логотипом на лацкане.

– Налоговая инспекция, разойдитесь. Внеплановая проверка, – смело рванула Энджи вперед.

Черт, что она делает?! Я тут же бросился за ней, догнав уже в коридоре здания.

– Энджи, осторожнее, – прошептал на ухо. – Что на тебя нашло?

– Там стоял один из тех, кто меня чуть не убил и ушел еще в Москве. Ты хочешь, чтобы он меня узнал? – быстро зашептала Энджи.

– Уверена? – уточнил я.

– Конечно. Хоть и темно было, но я пока провалами в памяти не страдаю.

– Ладно, заходим. Приготовились.

В кабинете сидели трое ансарийцев. Двое мужчин – агенты по продажам. Третья – девушка. Довольно привлекательная, на первый взгляд. Но я знал, что под аппетитными губами, накрашенными алой помадой, за пару секунд появятся острые клыки, способные пронзить человеческую плоть одним укусом.

Когда мы вошли, размахивая красными корочками, ансарийцы подскочили с мест.

– Налоговая проверка. Поступило анонимное обращение, что вы занимаетесь сокрытием доходов и обводными схемами бизнеса.

– Не ждали никакой проверки, – возмутился начальник отдела, сверкнув оранжевыми глазами. – Все налоги исправно платятся.

– Вот сейчас и посмотрим. Доставайте документы, – пропела Энджи. – Знаем мы таких, правильных.

Ансарийцы переглянулись, и старший кивнул девушке. Та вздохнула.

– Я покажу. Только смысла нет. Ваши здесь недавно уже побывали.

Я не слишком разбирался в бухгалтерских отчетах, но знал, что искать в нашем случае нужно другое. Доказательства того, что бюро делает запрещенные временные перемещения. Только вот зря мы это все затеяли – кажется, тут работы на неделю.

Пока я читал отчеты, ансарийцы нервно переглядывались. Энджи рыскала взглядом по затемненной комнате, пытаясь найти хоть какую-то зацепку. В двери ворвались было те двое вампиров, что стояли на улице, но их быстро выперли наружу.

– Так где, говорите, ваше руководство? Кто у вас тут главный босс? Судя по документам, владелец бюро Амерон Эррс, – уточнил я.

Ансарийцы нервно переглянулись. И я почувствовал напряжение.

– Его нет на Земле. Он на Ансаре, – ответила вампирша. – Он там постоянно проживает. А что налогов касается, так все занесено в декларацию. Какие-то проблемы?

– Нет. – Я закрыл файл. – Ложная тревога. Нам пора, впереди еще три конторы, – поманил на выход Энджи и Райана.

– Не думайте, что вам удастся скрыть от нас что-то. Мы везде настигнем, как кара небесная, – пригрозила напоследок Энджи.

– Идем уже, кара небесная, – потянул я ее на выход.

Площадка у конторы за время нашей «проверки» опустела. Каров не было. Ансарийцев – тоже. Будто они почуяли неладное. Вернувшись и убедившись в отсутствии хвоста, я снял стелс-режим корабля. А после того как вошли, снова активировал его с браслета.

Там на самом деле был вампир, который напал на меня в Москве. Я его сразу узнала по длинным белым волосам, подстриженным неровно, будто сосульки на карнизе. Странно, что Шер не понял, почему я от него дала деру. Неужели подумал, что рвусь быстрее проверять документы?

На корабле я наконец смогла расслабиться. Шер уселся в кресло пилота и повернулся ко мне и Райану.

– Итак, что мы имеем? Владелец туристического бюро проживает на Ансаре, с налогами у них полный порядок. Согласно документам, экскурсии организуются для прибывающих с Ансары с целью ознакомления с красотами нашей планеты.

– Шер, мы же в прошлом, – напомнила я. – В смысле, в будущем, но в прошлом относительно того времени, когда Алену предложили экскурсию на сафари. Значит, этот самый таинственный босс дожил и до твоих дней.

– Что-то в этом есть, – согласился Райан. – Здесь он, возможно, еще на Ансаре, а в нашем году проживает на Земле.

– Чертовы ансарийцы! Прав был Урсус, – выругался вдруг Шер. – Этот их Амерон все просчитал. Нам нужно отыскать его в нашем времени.

Я сняла с себя здорово надоевший форменный пиджак и повернулась к Шеру.

– Ты возвращайся, не болтай. Работа – она не волк, в лес не убежит. Война войной, а обед по расписанию, – понесло меня, пока я отходила от шока. Я говорила все, что приходило в голову. – Тоже думаю: если они клиентов в вашем времени ищут, значит, преступник там. Кстати, ты нашел хоть какую-то зацепку в документах?

– Все чисто. Хотя некоторые платежи за транспортные услуги меня смутили. Но это уже не наша компетенция.

До меня вдруг дошло, что я поневоле включилась в их работу. Эх, вот где мой миллионер или прынц на белом звездолете?

– Опроси еще раз задержанных, – предложил Шеру Райан.

– Я все слова Урса осмысливаю. Странная они раса. Думаю, стоит глубже вникнуть в их психологию. Даже Ален не рассказывает всего.

Я вдруг вспомнила, как Ален мне стихи читал.

– А он милый. Если не думать, что он вампир. Нужно с ним поговорить.

– Вот этим и займешься. Смотрю, ты ему понравилась, – буркнул Шер в ответ. – А до этого включу тебе познавательный курс об ансарийцах. Будешь сидеть в моем кабинете и изучать все досконально. Чтобы в следующий раз не лезла напролом. С Аленом тоже надо быть начеку, хоть я ему и доверяю.

– Ты же говорил, что есть нормальные вампиры! А я тебе почти поверила.

– Есть нормальные. И их большинство. Но есть такие, кто будет до последнего притворяться пушистым, чтобы потом укусить невзначай. Ладно, как ты там сказала про войну и обед?

– Ты запиши, запиши, Шер, эти две незыблемые истины, – искренне посоветовала я. – А то мне на голодный желудок думается плохо, точнее – вообще никак. Я сама с Аленом побеседую, может, замечу что-то странное. Но с тебя новая косметика. Вместо той, что твое чудище сожрало. Минимальный набор. Верну деньги с первой же зарплаты.

Я вновь вспомнила о «косметичке», что ждала в машине Шера. Костьми лягу, но докажу свое право на нормальное существование. Со мной нелегко, а без меня скучно.

С этой мыслью я показала Крашу язык, и тут наш корабль взлетел.

После обеда, оставив Энджи в кабинете изучать материал об ансарийцах, позвал Краша и двинул к нашим заключенным. Надо попытаться самому побеседовать с ними, хоть они и не желают особо ничего рассказывать.

По пути заглянул в свою машину и замер в недоумении.

Это еще что такое?! Интересно, как здесь оказался старый сейф из моего кабинета? Прямо мистика какая-то.

Я решил пока его не трогать – времени и так в обрез. Спустился в сектор дознания к нашему Квену. Краш не отставал ни на шаг. Заключенного ансарийца провели в допросную. Я вошел следом, дав знак коллегам записывать разговор.

– Ну так что, как тебя там… Угаон, говорить будем или же снова в молчанку поиграем?

Краш глухо зарычал, вторя моему голосу.

– Я не могу ничего сказать. Я подписал договор. – Ансариец закатил алые глаза, клыки блеснули перламутром.

– Вижу, с тобой плохо побеседовали, – ухмыльнулся я. – Темновато здесь. Эй, Норис, добавь-ка света.

Лейтенант из отдела дознания щелкнул пультом, увеличивая освещение кабинета.

– Что вы делаете? Это незаконно! – громко возмутился ансариец. – Превышаете полномочия! Это недопустимый уровень.

– Так и было бы, будь это прямые солнечные лучи. Но это всего лишь галоген, так что зубы мне не заговаривай.

Я отлично знал, что ему ничего не будет от лампы. Но ощущение точно неприятное.

– Да выключите ее, наконец!

– Не могу, – пожал я плечами. – Но если заговоришь, обещаю долго не пытать. Мы знаем про подпольное туристическое бюро, которым двадцать пять лет назад владел Амерон Эррс. Где ты подписывал договор?

– Нас не отправляли в прошлое, их агенты здесь. Такие условия – просто сказка.

– Норис, ничего не видно, – позвал я лейтенанта. – Добавь еще света!

– Ладно, я скажу. Только верните темноту, – раскололся вампир. – Их рекламного агента звали Илион. А про то, что двадцать пять лет назад было, не знаю ничего. Нас отсюда забирали.

– Очень хорошо. Продолжай…

Когда Шер ушел, я битых два часа смотрела материалы об инопланетянах с Ансары.

Занятная, конечно, у них история. Странная, мрачноватая планета находится на удалении от своей звезды, да еще и скрыта пылевым облаком. Недаром они так болезненно переносят свет нашего Солнца. У коренных ансарийцев свои законы и кланы. А еще они довольно развиты в техническом плане.

Под конец лекции я задремала в кресле Шера. Учебный фильм уже закончился, и экран погас. Я проснулась от звука крадущихся шагов.

Вот подумай о вампирах – и они тут как тут.

– Какая встреча, ма шери. – Ален галантно склонился и сжал мои пальцы, поднес их к холодным губам и поцеловал.

Мне стало не по себе, ведь я еще помнила страшные вещи, что увидела в учебном фильме. Едва не отдернула руку, но сдержалась. Все же Ален здесь тоже работает.

– Ален, мне нужно у тебя спросить, – вспомнила я о нашей встрече в Москве.

– Все что хочешь, дорогая. Но сначала послушай. Я не спал всю ночь и написал тебе стихи, – томно зашептал он. – Ты – моя Муза, мое вдохновение.

– Ален, я вообще-то по делу! Может, стихи потом прочтешь? – Я заставила себя улыбнуться.

Ален отбросил со лба локоны и подозрительно прищурился. Отступил назад.

– Потом может быть слишком поздно. Дела подождут. Ты только послушай:

С этими словами он обогнул кресло и склонился надо мной.

– Ален, нет! – отмахнулась я. – Я действительно хотела поговорить.

– Давай преступим порог невозможного. Такую, как ты, я ждал всю жизнь, – говорил ансариец, совершенно меня не слушая.

Но все же отошел на метр, вновь надвинул на глаза локоны и продолжил цитировать свое сочинение:

Бархатный тон Алена действовал гипнотически. Я толком не понимала, что со мной. Зажмурилась и думала, что никто и никогда не посвящал мне стихов. Это так приятно!

Голос Алена стих, и я почувствовала у своих губ прохладное дыхание. Открыла глаза и вдруг заметила мелькнувшие перед носом клыки.

Теперь-то я знала, что их клыки имеют свою кровеносную систему и вовсе не являются классическими зубами. Потому и могут увеличиваться в размерах, а также в них масса вкусовых рецепторов.

Возможно, я преувеличивала. Но действительно сильно испугалась.

– Отойди! Шера позову сейчас, – угрожающе зашипела я.

– Ну и за что ты так со мной? – обиженно отпрянул Ален.

Я ничего не успела ответить, потому как дверь открылась, и в кабинет вошел Шер. А за ним с довольным рыком влетел и его зубастый чудик.

– Не понял, а что это вы делаете на моем рабочем месте? – грозно спросил Шер, и в его голосе отчетливо прозвучали нотки ревности.

Я медленно закипал, разглядывая немую сцену. Казалось, сейчас пар злости сорвет крышку терпения и я просто врежу этому Алену, чтобы не лез туда, куда не просят. Хоть Энджи и не моя девушка, но все равно.

Отношения ансарийцев с землянами давно не редкость, хоть детей от такой связи и не бывает. Любителей экзотики хватает. Но я консервативен и считаю, что нечего этим инопланетянам кадрить наших женщин.

– Так мы репетируем сцену из спектакля «Ромео и Джульетта». По департаменту объявили конкурс самодеятельности. Ты разве не знал? – скрестив руки на груди, заявил Ален.

– Энджи, ты согласилась на его провокацию? Неожиданно, – фыркнул я. – Да мне все равно. Но давайте вы свои «репетиции» перенесете в другое место, а мне дадите работать.

Ален послал Энджи воздушный поцелуй, и мне вдруг до зубовного скрежета захотелось натравить на него Краша, пока внештатник без защитного костюма.

– Шер, я к тебе по делу шел вообще-то. Я решил подписать тот контракт с туристическим бюро. Будем ловить на живца.

– Но зачем? – поинтересовался я, успокаиваясь. Нечего поддаваться порывам ревности.

– Я все понял. Координаты и даты преступлений связаны между собой. Если моя догадка верна, следующей точкой будет век XVII.

– Хочешь испытать на своей шкуре соблазн? Но, возможно, ты прав. Я поговорю с Саймоном. Если он согласится, разработаем план и обеспечим тебе прикрытие.

– Только не откладывай надолго. Каждый день на счету.

– Сам знаешь, мы можем действовать по запасной схеме.

Когда Ален покинул кабинет, я уткнулся в компьютер. Пытался что-то делать, но присутствие Энджи сбивало все рабочее настроение.

Энджи скучала, листая в выданном ей планшете документы по последним связанным с ансарийцами делам.

– Шер, а что такое запасная схема? – вдруг спросила она.

– Когда возвращаешься в исходную точку. Но это предусмотрено в исключительных ситуациях, – неохотно пояснил я.

– Почему?

– Есть один нюанс.

– И какой же? – Энджи отложила планшет и обошла меня, искоса поглядывая на Краша.

– Мы не можем встречаться сами с собой. Это очень осложняет данный метод.

– Шер, как же все у вас запутано.

– Уж как есть. Может, поедем домой? Завтра Саймон должен получить ответ из МКВП.

– По поводу меня? Искренне надеюсь, они не удовлетворят просьбу Саймона. Как-то мне ваша работа не по плечу. И вообще, свободы хочется.

– Мне одному тоже лучше. Свалилась же ты на мою голову! Давай собирайся.

– Уже готова! – Энджи поспешила к дверям, но ее реакция не понравилась Крашу. Он бросился наперерез, преградил ей дорогу и злобно зарычал.

– А ну, отойди, пожиратель косметики! – угрожающе зашипела Энджи.

– Отойди, Краш. Она тебя не любит. Ей больше по душе ансарийцы, – прокомментировал я.

На подходе к машине я вдруг вспомнил про появившийся в ней сейф. И меня осенила догадка. Я сообразил, что оставлял чип от кара около Энджи.

– А откуда в моей машине взялась эта вещь? – указал я на задний отсек кара.

– Понимаешь ли… Это я тут… – опустила она голову.

Значит, я был прав. Кроме нее учудить такое некому.

– Как ты его сюда дотащила?! И главное – зачем?

– Он мне очень-очень нужен. Мы же заберем его с собой? Ненадолго, пока я вынуждена у тебя прозябать.

– Сначала скажи, для чего он тебе понадобился, – потребовал я. – Я же должен знать, зачем тащить в квартиру этот хлам.

– Я тебе дома скажу. А хочешь – даже поцелую. – Она хитро прищурилась.

Мои мысли, подобно резвым скакунам, тут же умчались в другом направлении. Я впился взглядом в ее губы, представляя, как буду терзать их, пока Энджи не попросит пощады.

– Ладно. За поцелуй я, так и быть, согласен.

– Ты шантажист, – заявила она, усаживаясь в машину.

– С кем поведешься, – парировал я.

Теперь-то я ей припомню все свои мучения. Надо же, вздумала флиртовать с Аленом!

Энджи – моя находка, и на этом точка. А с Аленом побеседую по-мужски наедине.

Почему-то Шер больше не спрашивал, зачем тащить домой списанный сейф. Только Краш с подозрением косился, когда его хозяин заносил в помещение металлическую бандуру. Мы поставили сейф в углу квартиры. Шер встряхнул руками и вопросительно уставился на меня.

– Довольна?

– Еще бы, – проворковала я и открыла сумку, чтобы достать из нее уцелевшие остатки своей косметики. Тяжело вздохнула, вспомнив, сколько добра уничтожил зловредный ящер.

Пока сидела около сейфа на полу, Шер вышел из ванной и остановился рядом.

– Хочешь сказать, я принес его для твоих помад?

– А ты хочешь довести меня до инфаркта со своим Крашем? – повернулась я.

Краш подошел к моей «косметичке», обнюхал и улегся рядом, не сводя с нее пристального взгляда.

– Что чудовище, съело? – издевательским тоном заявила я, пока Шер пошел на кухню.

Окрыленная успехом, я направилась за ним следом и тяжело вздохнула.

– Ты явно хочешь побыстрее меня изжить.

– С чего ты взяла? – не поворачиваясь, поинтересовался он.

– Пичкаешь полуфабрикатами. Неужели нельзя приготовить обычную еду?

– Я и так на работе выматываюсь. Раньше жена занималась, – проворчал он.

– Которая именно из трех? А сам? – присмотрелась к выражению его лица. – Эй, ты что, не умеешь? – догадалась я.

Он недовольно хмыкнул в ответ.

– Почему ты раньше не сказал? Я тебя научу. У вас тут нормальные продукты имеются?

– Хочешь приготовить мне ужин? – Он развернулся и навис надо мной, упираясь ладонью в стену.

– Могу попытаться, – парировала я, не отводя взгляда.

– Тогда держи! – Шер деловито вручил каталог магазина доставки. – И с чего ты вдруг такая добрая сегодня? Кстати, ты изучила то видео, что я тебе включал?

– Про ансарийцев? Конечно, – отозвалась я, перелистывая страницы электронного каталога. – Странные они какие-то. Скажи, сколько они живут на самом деле?

– Долго. У их организмов интересная восстанавливающаяся система. Кстати, наши ученые многое изобрели, изучая ансарийцев. Например, регенерационные кабины. Мой ожог проходил бы еще несколько недель. Но сама видишь, – закатал он рукав, показывая небольшой шрам. – На Ансаре существует древнее учение, что жизнь им дает богиня Лун. Она же и забирает.

– Странно. А как они умирают? Должно же быть обновление поколений?

– Просто в какой-то момент они оказываются мертвыми. Вот и все. Если не считать убийств.

– Как же тогда регулируется рождаемость?

– За всю жизнь женщина-ансарийка может родить лишь одного-трех детей. Они не способны произвести больше потомства.

– Значит, их религиозная секта занимается принесением в жертву людей, чтобы богиня не гневалась?

– Современные ансарийцы не верят в богиню Лун. Секта запрещена.

– Но их фанатики действуют на Земле.

– Мне кажется, что убийства не связаны с сектой.

– Скажи, а когда ансарийцы прилетели на Землю, машины времени уже были?

– Первые уже были. Почему спросила?

– Да так, – призадумалась я.

Через час нам привезли заказанные продукты и я принялась готовить ужин. Через два часа мы сели за стол, чтобы отведать свежеподжаренные котлеты с картошкой и салат из овощей. Элеон уплетал за обе щеки, и мне почему-то стало приятно. Дома я особо не готовила, хотя умела. Мама с детства заставляла помогать ей на кухне, а еще у нас часто бывали гости. Но за последнее время я успела забыть, каково это – стоять у плиты, и теперь даже испытывала удовлетворение.

– Очень вкусно, – оценил Шер.

– Это не значит, что я буду твоей кухаркой, – ответила я, скрывая улыбку.

Пара котлет досталась Крашу. Он слопал их за мгновение и тут же вернулся к наблюдательному посту рядом с сейфом. На десерт ели мороженое. Его я всегда любила и даже отметила, что вкус не особо изменился.

Пока Шер заряжал посудомоечную машину, я решила принять душ. Стояла в гидромассажной кабине и думала об ансарийцах и Алене. Пока информация плохо укладывалась в голове. Но почему-то казалось, что я знаю отгадку.

– Долго же ты, – заметил Шер, когда я вернулась к нему.

– Соскучился? – поинтересовалась, вытирая голову.

– Просто вспомнил про твое обещание, – потянулся он на кровати.

– Какое еще обещание?! – округлила я глаза.

Шер забросил руки под голову. В коротких шортах и облегающей футболке он смотрелся весьма соблазнительно. И я даже на миг растерялась. Не знала, что делать. Переживала, будто девочка в первую брачную ночь.

По телу волнующе пробежали мурашки. Я подошла к кровати и остановилась в нерешительности, забыв, что хотела сказать. А Шер приподнялся и притянул меня к себе за руку. Я упала рядом, при этом халатик бесстыдно задрался почти до талии.

– Обещанный поцелуй, – тихо напомнил Шер, указав взглядом на сейф.

– Тебе не кажется, что я уже отработала за него на кухне? – пролепетала я, не понимая, чего мне хочется на самом деле – испортить Шеру жизнь или же поддаться искушению и плюнуть на все свои принципы.

– Одно другому не мешает, – хрипло произнес он, склоняясь над моим лицом.

– Но только один раз, – разрешила я и прикрыла глаза, морально приготовившись.

«Да конечно, милая. Всего один раз. А потом еще один. А там видно будет», – пронеслась вихрем мимолетная мысль. Я и сам не знал, зачем себя провоцирую. Ведь все, чего мне до сих пор хотелось, – побыстрее избавиться от этой занозы.

Пока Энджи не передумала, я решил не тянуть и осторожно прикоснулся к ее нежным губам. Сначала мимолетно, словно шел на разведку по пересеченной местности. Боялся испугать своим напором. С ее характером я рисковал получить в лоб, если позволю себе лишнее. Хотя до дрожи хотелось сразу овладеть ее ртом, исследовать каждую точку, проникать внутрь до момента, пока с ее губ не сорвется стон, пока она не попросит о большем.

При мысли о большем кровь предательски устремилась в нижнюю часть тела, вызывая совсем другое желание, с которым я предпочел бы повременить.

Из-за дурацкой работы и поведения Краша у меня давно не было любовниц. А Энджи в считанные дни заставила думать вовсе не о рабочих вопросах. Она не боялась, отвечала на поцелуй, и я тут же углубил его, теряя голову от новых ощущений. Меня словно затягивало в омут, выхода из которого просто не существовало. Губы казались сладкими, стройное тело – идеальным. Энджи едва заметно подрагивала. А я боролся со жгучим желанием раздвинуть коленом ее ноги и прижаться к ней, чтобы хоть как-то успокоить разбушевавшийся организм.

Внезапно моей щеки коснулась мягкая ладошка, слегка отталкивая.

Я прервал поцелуй и открыл глаза, возвращаясь в реальность. И тут заметил, что нижняя губа Энджи дрожит от обиды.

Черт, вот и что на сей раз не так сделал? Я же ее ни к чему не принуждал. В конце-то концов, никто ее около департамента за язык не тянул. Но я четко видел, что она вот-вот расплачется. Что это: очередная игра, или я ей совсем не нравлюсь?

– Что случилось? – осторожно поинтересовался я, мысленно рявкнув своему телу заткнуться и не мечтать о продолжении. – Все хорошо?

– Я так не могу. Понимаешь? – проговорила она, прикусив губу.

– Как «так»? – Я приподнялся, боком перекатился к краю кровати, чтобы Энджи не заметила того, чего не следует. Сел, свесив ноги. Стиснул зубы.

– Не знаю, как тебе объяснить… – Ее голос звучал виновато.

Ясно. Размечтался – вот и получил ответ. Я ей попросту не интересен.

Надо срочно проветрить голову от лишних мыслей. Прогнать на фиг свои желания и настроиться на работу.

– Краш, идем прогуляемся, – позвал велоцираптора.

Краш только этого и ждал. Он даже забыл о сейфе – тут же подорвался и поспешил ко мне, щелкая зубами в предвкушении прогулки.

Как же трудно понять женщин! А особенно – женщин из прошлого. Кого они хотят в нас видеть? Супергероев? Любвеобильных мачо вроде Алена? Или милых домашних котиков, урчащих у ног?

Голова кругом. Ясно то, что нужно быстрее решить квартирный вопрос и разбежаться по разным углам. Нахождение в одной комнате до добра не доведет.

– Шер, ты куда? – опомнилась Энджи, когда я уже оделся.

– Немного прогуляюсь. Можешь ложиться спать. Я надолго.

Энджи поднялась, нервно кусая губы. Смотрела на меня, будто желала испепелить взглядом. Я же старался не реагировать, собрался и подошел к дверям.

– Постой, я спросить хотела! – крикнула она вслед.

– Спрашивай, – обернулся я и прищурился.

– Нет, ничего… – Она с безразличным видом отошла к окну. – Иди, я тебя не задерживаю.

Я вздохнул, позвал Краша и закрыл дверь с обратной стороны.

Шер ушел, а я стукнула себя ладонью по лбу. Неужели он подумал, что мне действительно не понравилось? Да, он целуется суперски. Вот только как-то слишком быстро все происходит. Хочется романтики, музыки, полета под звездами. А у нас все так, будто мы лет пять женаты.

А еще я отрабатываю за долбаный сейф, который Шер принес домой по моей просьбе.

Мы с Шером знакомы пару дней. Еще мысли о возвращении не оставляют. Мне нужно немного времени, чтобы принять новую жизнь.

Ладно, переживу. Надеюсь, завтра придет ответ из министерства и мне выдадут служебную квартиру, как и обещал Саймон. Заживу, как нормальный человек – без динозавров и с целыми вещами. А отношения с майором Шерманом в мои планы точно не входят.

Я выпила сока и улеглась. Почему-то все казалось, что Шер сейчас вернется. Откроет дверь, разденется и прыгнет в постель, не спрашивая моего согласия. Эта мысль чертовски возбуждала, живот то и дело потягивало от воспоминаний о поцелуе. Но я знала, что Шер так не сделает. Он лишь на работе герой. А с прекрасным полом вести себя толком не умеет. Или не те женщины ему попадались…

Я все же уснула, не дождавшись его возвращения. Глаза открыла лишь утром и увидела Шера на диване в обнимку с Крашем. Прошла мимо них в душ. Шер тоже проснулся и потянулся.

Мы так и не поговорили о том, что случилось вчера. Будто у каждого из нас была своя причина отмалчиваться. Только о делах, да и то урывками.

На работу попали быстро. И первым делом Шер ушел в кабинет Саймона, оставив меня с Грэгом. Грэгори Новак за словом в карман не лез. И мы полчаса обсуждали изменения в работе полиции за последние столетия. А потом вернулся Шер. Выглядел он как-то встревоженно. Хмуро. Слишком по-деловому.

– Ответ пришел. Ты принята на испытательный срок, – сообщил он будто невзначай.

Я сглотнула. Почему-то этот ответ я и ждала, но все равно стало как-то страшновато.

– Это все? – спросила я, отвернувшись.

– Нет, не все. Новые убийства. На территории Польши. Конец семнадцатого века.

– Опять ансарийцы? – вздохнула я.

– Тот же состав преступления. Возмущения границ временных секторов засечены нашими приборами довольно точно. Нам придется отправиться туда. Вот только сначала подготовимся.

– Я хотела лично поговорить с Саймоном.

– Иди, он ждет тебя. А я пока свяжусь с Урсусом Форсом.

– Шер, а Ален уже с ними или еще здесь? – встревоженно спросила я.

– Он не должен действовать до приказа Саймона. Попытаюсь связаться с ним чуть позже, – вздохнул Шер.

Я поднялась и пошла в кабинет полковника. Краш рванул было за мной, но Шер остановил его тихой командой. И зубастик развернулся, громко топая массивными задними лапами.

Зря, наверное, спросила у Шера об Алене. Он явно злился на ансарийца, хоть и старался не показывать вида. Но мне на самом деле не хотелось, чтобы Ален попал в передрягу.

Саймон сидел за большим столом, над которым висела голографическая диаграмма временных секторов, и что-то изучал в ней. Но когда заметил меня, то выключил ее и предложил присесть.

– Что же, могу поздравить. Ты принята на работу в департамент с испытательным сроком и обязательным прохождением стажировки. Все как мы договаривались. А еще я учел твои пожелания и решил, что руководителем стажировки будет не майор Шерман, а капитан Грэгори Новак. Но если передумаешь…

– Спасибо! Не передумаю! – перебила я полковника. – Что теперь мне делать?

Какое счастье, что Шер не станет моим начальником! Пусть радуется свободе от меня. Хотя мы все равно будем видеться, потому как Шер и Грэг занимают один кабинет. Интересно, когда мне выделят жилье?

Будто прочитав мои мысли, Саймон ответил:

– Завтра освобождается служебная квартира, она неподалеку от департамента. Небольшая, но тебе на первое время хватит. Думаю, тебя больше не нужно адаптировать. Девушка ты смышленая, разберешься сама, что да как. Твой аванс будет перечислен на банковский счет, можешь прикупить себе Х-фон, другие нужные вещи. Автокар возьмешь в рассрочку через пару месяцев работы, когда банк одобрит кредит, а ты за это время сдашь экзамен по вождению. Хотя можешь пользоваться и общественным транспортом.

При мысли, что у меня будет своя летающая машинка, в глазах вспыхнула цветная картинка. Я лечу куда хочу, как вольная птица. Передо мной открыт весь мир. Ведь теперь не нужно виз, и добраться до любого места стало намного проще. А что, проведу уикенд на тропическом острове, к примеру.

Но Саймон тут же сбросил меня с неба на землю.

– Отправишься в центр повышения квалификации при департаменте. Это в соседнем крыле. Пройдешь ускоренный курс обучения перед тем, как начать свою практику.

– Хорошо, – кивнула я. – А документы у меня будут?

– Естественно. Этим займется Хейк Крамер – начальник центра подготовки специалистов. Только не документы, а идентификационный чип, место его установки выберешь сама.

Не слишком мне хотелось жить с чипом. Но я решила, что как-нибудь потерплю. В конце концов, передо мной открываются новые перспективы. А Шер со своим динозавром пусть катится на все четыре стороны. Я от него зависеть не желаю.

Уже полчаса мы с Крашем переглядывались в ожидании Энджи. Одновременно я мысленно прикидывал план нового перемещения на место преступления. Помощь Алена действительно была бы бесценной. Нужно выяснить, чем закончился его разговор с «Авилией». Неохота рисковать сотрудником, даже если он – ансариец.

Я активировал звонок и замер в ожидании ответа.

– Шер, привет, – раздался в ухе его напряженный голос.

– Ален, где ты? Ты мне нужен. Мы собираемся отправиться в XVII век.

– Не выйдет. Я же говорил, что решил подписать договор. Со мной вот-вот должны связаться. В последнюю группу я не попал, но обещали забрать в ближайшие дни. Нам нужно взять их с поличным, а для этого выяснить точное время и место. Они работают по схеме! Сектор выбирается не случайно.

Голос Алена мне совсем не нравился. Похоже, он встревожен.

– Где ты сам? – спросил я, но связь прервалась.

Грэг оторвался от компьютера, удивленно взглянув на меня.

– В чем дело?

– Слишком хитер этот Амерон. Конечно, мы отправимся в прошлое. Но кажется, это не поможет. Пойду пообщаюсь с Форсом, может, у него есть какая-то идея.

– Давай. Мне тут тоже подбросили «глухаря», – громко возмутился Грэг. – Убийство охранника полвека назад на заводе, где производятся двигатели для машин времени.

– Действительно, глухарь, – согласился я с Грэгом. – Этим должна заниматься местная полиция, а вовсе не департамент.

– Местные ничего не нашли. Дело передали нам. Вот, собираю улики.

Я уже переживал за Энджи. Она задерживалась. Да и я больше не мог ждать. Поднялся и подошел к двери, но именно в этот момент моя пропавшая находка вошла, в результате чего мы почти столкнулись. Она смущенно отвернулась, стараясь не встречаться со мной взглядом.

– Что случилось? – Я поставил руку так, чтобы она не смогла пройти. – У тебя лицо кислое, будто лимонов объелась.

– Ничего. А ты куда? – буркнула она.

– К Урсусу.

– Можно я с тобой? – Она натянуто улыбнулась.

Еще вчера Энджи говорила, что Форс наводит на нее страх. А теперь готова сама идти к нему? Что-то здесь не так.

– Ладно, по дороге поговорим, – кивнул я, увлекая ее за собой в коридор.

Мы вышли из отдела и устремились к лифту. Энджи понуро плелась за мной. Она молчала. И я не спрашивал – ждал, пока она сама объяснит причину смены настроения.

– Грэгори будет руководителем моей стажировки, – наконец сообщила она, когда мы вдвоем ехали в лифте. – Саймон решил, что так лучше.

До меня не сразу дошло, о чем она. Еще два дня назад я отдал бы все, чтобы избавиться от ее общества. А теперь стало неуютно, будто Саймон отобрал у меня нечто важное.

– Разве ты не рада? – Я приподнял бровь.

– Я просто сказала новость, вот и все. Да, деньги за покупки верну после того, как мне оформят счет в банке. Мне нужна твоя помощь, чтобы обустроиться в новой квартире. Все же именно ты несешь за меня ответственность.

– Помогу, если нужно. Еще вопросы есть? – ужесточил я тон.

Кажется, она до сих пор обижалась на меня за дурацкий поцелуй. Знал бы, лучше бы не лез на рожон. Но так хотелось остановить чертов лифт, прижать Энджи к стене и целовать до тех пор, пока она не перестанет на меня дуться.

Не понимаю, что со мной. В душе полыхает пожар, сердце замирает.

Неужели я влюбился в девчонку из прошлого? Вот только я не в ее вкусе, поэтому навязываться не буду. Пройдет. Любовь приходит и уходит…

Когда Энджи переедет и не будет постоянно попадаться на глаза, жизнь вернется в прежнее русло.

Я сглупила, сказав Саймону, что не желаю работать с Шером. Потому как напарницей Грэга мне становиться не хотелось точно.

А еще я не могла оторвать взгляд от сжатых губ Шера и вспоминала поцелуй, при одной лишь мысли о котором по коже бежали мурашки.

Пока Шер разговаривал с Урсусом Форсом, я разглядывала Краша. Ящер терпеливо ждал хозяина, но, похоже, ему тоже было скучно. И я начала с ним говорить, понимая, что у меня поехала крыша.

– Зараза ты зубастая, – тихо процедила я, пока Шер в другом конце кабинета что-то бурно обсуждал с начальником криминалистического отдела. – Ты зачем сожрал мою помаду? Я понимаю, что она была с вишневым ароматом, но это не значит, что нужно глотать все, что тебе заблагорассудится. Если ты еще хоть раз съешь что-то из моих вещей, я вернусь к вам домой и буду жить там специально, чтобы отомстить за все твои делишки.

Зловредный Краш заурчал, протянул свою непропорционально большую голову и положил мне прямо на колени. Я дернулась, но, глядя в грустные желтые глаза, вдруг осознала, что больше не боюсь этого монстрика. Я даже потрогала его, провела пальцем по выпуклому наросту. Вертикальный зрачок тут же расширился, а сам велоцираптор придвинулся еще ближе, положив на меня переднюю лапу.

– Ну-ну! Ты уж не наглей. Вот так и пожалей тебя – на голову сядешь и ноги свесишь, – проворчала я.

– Краш, иди сюда. Ты что там делаешь? – раздался голос Шера. – Что-то ты сегодня неравнодушен к Энджи!

Вот же чурбан! Лучше бы ты сам был неравнодушен ко мне, чем твоя дрессированная ящерица! Только говорить вслух не буду. Да я под пытками не признаюсь, что Шер мне нравится!

– Закончили? – поинтересовалась я холодным тоном. – Тогда проводи в другое крыло к этому… Хейку Картеру.

– Крамеру, – поправил меня Шер. – Это начальник отдела подготовки специалистов.

– Да хоть черт рогатый! Хочу поскорее получить на руки новую кредитную карту. Главное, что я больше не буду зависеть от тебя! – Я показательно надула губы, проследив за реакцией Шера.

Мы поехали на лифте в подвал здания. Оказывается, там имелся туннель. По подземным переходам носились небольшие открытые машинки, автоматически доставляющие работников департамента в нужную часть здания. Очень удобно, между прочим. Нажимаешь кнопку – и можно расслабиться.

Минут через пять мы с Шером оказались в центре подготовки и двинулись в сторону большого холла, где столпились пришедшие на собеседование новобранцы. Но я не относилась к их числу – я уже и так была принята на работу (м-да, как техническая ошибка, которую нужно исправить). А виновник моего попаданства как ни в чем не бывало шагал рядом и в мою сторону даже не смотрел.

Не выдержав, толкнула Шера локтем в бок, будто бы случайно, а сама отвернулась в другую сторону, склеив мечтательную физиономию.

Хотелось хоть как-то привлечь его внимание. Лучше бы он, как раньше, ругался и спорил, только бы не молчал. Но Шер даже не отреагировал, будто я не живой человек, а вещь, которую нужно поскорее передать в другие руки.

– Совсем забыла: нам придется вместе ехать в мою новую квартиру, посмотреть, что к чему. Вещи мои все равно у тебя, – вспомнила я.

Шер медленно повернулся ко мне.

– Я заберу тебя через три часа, поедем смотреть квартиру. Вещи привезу завтра. Точнее, после моей командировки. Сама понимаешь, что она может затянуться для меня на несколько суток, и я не знаю, в каком состоянии вернусь.

– Но для меня это так и останется завтра? – уточнила я. – Надеюсь, ты будешь осторожен.

– Потому что ты за меня волнуешься? – зло усмехнулся Шер.

– Не хочется чувствовать себя виноватой, если из-за меня что-то пойдет не так.

– А что у нас так? – уточнил он, когда мы вошли в большой светлый коридор.

Краш заскочил вслед за нами, двери задвинулись. А я осмотрелась. Одна из дверей вела в кабинет, занимаемый Хейком Крамером. Кратко сообщив Хейку обо мне, Шер ушел. Захотелось взвыть от досады, что он бросил меня одну-одинешеньку.

– Анжела Ворон? – картаво уточнил Хейк Крамер, пролистывая сведения в компьютере. – Русская… Ты присаживайся вон в то кресло, – указал он на скромный стульчик у другого края стола.

Пришлось ждать, пока светловолосый с залысинами мужчина изучил подробности моей биографии. Аналитики департамента с подачи МКВП постарались на славу – раздобыли даже те сведения, о которых я знать не знала или напрочь забыла. Например, два прогула в прошлом квартале. И липовый больничный, что мне знакомый выписал. И даже скандал в отеле в Турции, где мы с Ромкой отдыхали.

– Что же? – почесал толстую щеку Хейк. – Саймон просил взять тебя под личную ответственность, разработать отдельную программу обучения. Язык Конфедерации ты почти усвоила, так что лишь проверим твои знания. Значит, на сегодня у нас установка идентификатора. Завтра начнем занятия.

– А что сегодня? И как же мой аванс? – не выдержала я.

– По пути зайдем в бухгалтерию, заберешь карту. По плану экскурсия в музей космонавтики на территории космопорта Парижа. Как раз к вечеру управимся.

– Отлично, – заулыбалась я.

Кажется, с этим немцем мы найдем общий язык. Конечно, я чувствовала на себе его озабоченный взгляд. Но такими мужчинами я прекрасно умею манипулировать.

Надеюсь, экскурсия выйдет интересная, иначе я сдохну от скуки, выслушивая лекцию о покорении людьми космоса. Хотя на самом деле тема меня увлекала.

Всю обратную дорогу до кабинета я злился на себя, что так поступил с Энджи. Но она сама виновата: что хотела – то и получила.

Краш терся о мою ногу, словно чувствовал плохое настроение, пока я широкими шагами преодолел коридор, бесцеремонно вошел в кабинет Саймона и встал над ним, упираясь руками в бока.

– Ну и зачем ты поставил Грэга руководителем стажировки Энджи? – со злостью поинтересовался я.

Саймон поднял голову, глядя на меня как ни в чем не бывало.

– Ты же сам третий день твердишь, что не хочешь с ней работать. Что тебе на сей раз не нравится?

– Но она же все равно будет постоянно у меня на виду! – не выдержал я.

– И что такого? Про это речь не шла, поэтому будет так, как я сказал. Есть успехи в деле ансарийцев?

– Жду новости от информатора, – переключился я на работу. – Утром отправимся в Польшу. А еще Ален подписал договор на сафари-тур, и его обещали взять в следующую группу.

– Я только что хотел тебе звонить. Аналитики прислали новую информацию. Ансарийцев из XXI века помнишь?

– Ну еще бы, – фыркнул я. Ту командировку я вовек не забуду, ведь именно оттуда я привез блондинистую занозу.

– Вариатор показал, что одна из убитых девушек в будущем должна была родить ребенка. Через тридцать лет ее сын должен был стать одним из охотников. Понимаешь?

– Да пока не очень. Охотники на вампиров? – задумался я.

Я попытался вспомнить, кто из таких людей жил на Земле. С тех пор как ансарийцы изменили историю, земляне всегда боялись вампиров. И, конечно же, находились смельчаки, которые брались за их уничтожение. Естественно, тогда никто даже не предполагал, кто такие вампиры на самом деле, это мы сейчас знаем правду, но уже не можем изменить огромный пласт истории.

Будто прочитав мои мысли, Саймон сказал:

– Изменения пока не коснулись Земли в целом. Но нам просто повезло. Так вот, этот охотник должен был организовать тайное общество борьбы с вампирами и прочей нечистью. Они успешно провели несколько рейдов, потом распались. Но теперь этого общества в истории не существует. Как думаешь, это совпадение?

– Да непохоже, – нахмурился я.

Хорошо, что в XXI веке такие вещи уже фиксировались. А вот с охотниками, что жили за два-три и более веков до того, все гораздо сложнее.

– Вот и я думаю, что есть связь. Амерон решил избавиться от его матери до появления на свет своего неприятеля.

– Мы не можем знать точное количество охотников в других временных секторах, поэтому и проверить теорию сложно, – выдал я после недолгого раздумья.

В этот момент у меня зазвонил Х-фон, и я переключился на разговор, извинившись перед полковником Фарреллом. Звонил Ален, поэтому отложить беседу я никак не мог.

– Тот ансариец, с которым я подписывал договор, решил с кем-то встретиться, – сообщил Ален.

– Отлично. Где именно? – оживился я.

– На территории космопорта в музее. Сам знаешь, долго находиться при дневном свете нам нельзя. Там как раз темно, и в толпе можно затеряться.

– Если не дождались темноты, значит, дело срочное! Но почему именно там?

– Проверь-ка все рейсы с Ансары! Что-то здесь нечисто. Тебе нужно приехать сюда самому. Я не могу попасться им на глаза – вся легенда разрушится, и они на время залягут на дно.

Вернувшись в свой кабинет, я немедленно сделал запрос расписания межпланетных рейсов. Пассажирских кораблей сегодня нет; только в Нью-Йорке. Но помимо общественных рейсов есть еще и частные. Придется звонить в информационную службу космопорта – может быть, там мне что-то скажут.

– Краш, что же мне с тобой делать? – задумчиво посмотрел я на ящера. – Придется оставить в машине. Тебе нельзя показываться на глаза ансарийцам, и ты распугаешь всех туристов.

Поняв, что в одиночку делать там нечего, я сообщил о своих планах Саймону.

– Возьми Дирка и Мирка, – приказал он.

– Они вызовут подозрения! – возмутился я.

– Ничего подобного. Примените маскировку, – отрезал Саймон и прервал разговор.

Напоследок я позвонил знакомым и попросил, чтобы мне прислали расписание торговых и частных рейсов, на которых могут оказаться ансарийцы. Полдела сделано. Пока на место прибудут оперативники, есть время. Успею пообедать в соседнем кафе. Вот только без Энджи становится как-то грустно, словно что-то гложет изнутри.

– Краш, пошли подкрепимся перед поездкой, – позвал динозавра. Его хорошо знают работники местной кафешки; они уже привыкли и не требуют, чтобы я убрал питомца с их территории.

Поняв мои слова, Краш послушно склонил голову, сощурил желтые глаза. А потом выпрямился на задних лапах и положил передние на стол, всем своим видом демонстрируя готовность к работе.

– Сильно не надейся. Вот завтра в командировке тебе будет где порезвиться, – потрепал я его голову, с грустью подумав, что снова застряну в прошлом, гоняясь за ансарийцами, которые мне порядком надоели.

Через пару часов мы с Хейком Крамером выбрались из департамента.

Нам пришлось ехать на машине-капсуле в большое здание в этом же районе. Там обо мне уже знали – МКВП и на сей раз постаралось. Меня завели в просторный кабинет на одном из верхних этажей небоскреба, в холле которого остались несколько юнцов, что пришли ставить себе чипы-идентификаторы; парочка из них явились даже с мамочками. В общем, настоящий паспортный стол, только выглядит иначе.

– Где будем ставить ID-чип? – спросила девушка, оторвавшись от компьютера. Она даже не смотрела на меня – все больше в окно. Наверняка думала, как поскорее вырваться домой с рутинной работы.

– Есть варианты? – Я повернулась к Хейку, ведь больше посоветоваться не с кем.

– Обычно все ставят в ладонь. Меньше возникает проблем с расшифровкой, – рекомендовал Крамер.

– Хорошо, пусть в ладонь. Это ведь не больно?

– Абсолютно безболезненно, – подтвердила работница.

– Ладно, давайте. Чего уж там. – Я присела на стул и протянула руку, а сама отвернулась. Терпеть не могу всякие процедуры – особенно уколы. Подождав пару минут, все же не выдержала – интересно ведь. Перед глазами мелькнуло небольшое похожее на степлер устройство. – Ну, когда уже?

– Все готово. Сейчас только внесем данные в базу, и можете быть свободны.

– Уже? – удивилась я, заметив на внутренней стороне ладони покраснение, и вдруг ощутила легкое пощипывание. – Что же, отлично!

– Сейчас получим номера, отправим в бухгалтерию, чтобы кредитную карту привязали к чипу, – напомнил Крамер.

Я улыбнулась, ведь тут же подумала про открывшиеся перспективы. И про отпуск в тропиках, и о новой машине…

– Обед пропустили, – сообщила я. Ну, вы ведь помните пословицу про войну?

– В музее космонавтики есть ресторан – туда и зайдем. – Хейк почесал животик – видно, тоже был не прочь отобедать.

– Замечательно. Тогда в путь! Сегодня я стала полноправной гражданкой будущего, получила работу, аванс и вечную метку в придачу. Знаменательный день! – подняла я палец вверх. – Идем же слушать лекцию, как космические корабли бороздят просторы Вселенной.

Я заметила недоумевающий взгляд Хейка и заткнулась. Опять сказала что-то не то! Не понимают они широкой русской души.

Мы вернулись в машину и полетели по воздушной трассе в сторону окраины.

Шер еще не возил меня сюда, но зато теперь появилась чудесная возможность рассмотреть город и все его прелести свысока.

Красиво! Неужели это правда? Даже не верится, что когда-то люди построят такие города и будут летать в прошлое, словно к себе на дачу.

– Вот мы и на месте! – сообщил мой временный куратор. – Идем, тебе будет интересно.

– Мне уже интересно. – Я вышла из машины, во все глаза разглядывая панораму.

Мы находились на одной из верхних парковок шарообразного здания космопорта, а вокруг раскинулись поля, расчерченные квадратами. Там стояли звездолеты разных размеров и таких странных форм, что мне даже и не снились. Один из них как раз поднялся в воздух, разорвав звуком работающих двигателей тишину.

Между секторами тянулись прозрачные туннели, по движущимся дорожкам которых до нужной части космопорта добирались люди.

Повернувшись, я вдруг заметила рядом зеленое лицо с чешуйками и отпрыгнула в сторону, упав на пятую точку. Почему-то кругом мерещился Краш. И лишь пару секунд спустя я поняла, что этот «кто-то» протягивает руку, желая поднять меня с гладкого покрытия парковки.

– Я сама, – отползла на коленях, только бы не оказаться лицом к «морде» с этим инопланетянином. Через пару метров поднялась около смеющегося Крамера и тихо спросила: – Это кто еще такой?

– Грайс с планеты Умарус. Они здесь частые гости. Но прилетают больше по делам и не особо любят гулять по городу, – пояснил Крамер.

– Теперь понятно, почему я таких не замечала. – Я вновь покосилась в сторону инопланетянина, разглядывая его варанью пасть.

Если бы увидела такого раньше Краша, питомец Шера показался бы мне милой собачонкой.

– Идем же, иначе до вечера не управимся, – позвал Крамер.

Я догнала его у растворяющихся дверей. Нет, я не ошиблась с термином – не раздвигающихся, а именно растворяющихся в воздухе. Мы прошли сквозь них, и я даже обернулась, не поняв, в чем дело. Двери были не настоящие, а только их голограмма.

Эта часть космопорта как раз и являлась музеем. По огромному холлу расхаживали люди и не только люди. В прилегающих лоджиях располагались небольшие ресторанчики, откуда можно было лицезреть звездолеты. Но мы пошли прямо, к другим виртуальным дверям, что представляли собой какое-то специальное поле, как объяснил Хейк, и оказались в гигантском зале, на нескольких уровнях которого, опоясывающих полукругами зал и соединенных лифтами, находились инопланетные диковинки.

Хейк предложил присоединиться к новой группе. Гид – милая темноволосая девушка – начала экскурсию. Конечно, я не все понимала, ведь она рассказывала для тех, кто с рождения жил в этом времени. Но это не мешало мне рассматривать всякие интересные вещи. Например, голограммы существ с планет, уже вошедших в Конфедерацию.

Чуть дальше началась знакомая мне часть зала – здесь были представлены экспонаты древней эпохи, когда люди только вышли в космос. В подобный музей меня еще родители возили лет пятнадцать назад. Видели бы они будущее!

При мысли о родителях стало грустно. Сообщить бы им, что я жива и здорова. Ведь думают, что пропала без вести. Нужно будет оговорить этот вопрос с Саймоном.

– Хочу кофе, – улыбнулась я Хейку, отбросив тревожные мысли.

– Что же, пойдем. Присоединимся потом к другой группе, – кивнул Крамер.

Ему было не слишком интересно адаптировать попаданку Энджи. С Шером все обстояло иначе.

Мы отошли от группы и спустились на лифте в другую часть музея. Здесь тоже имелось небольшое кафе.

Внезапно я прикусила губу при виде идущего передо мной красавчика.

Какой разворот плеч! Темные волосы, уверенная походка… Он явно местный миллионер, мечта любой женщины из прошлого…

Вот только уже занят.

С обеих сторон от него вышагивали на каблучищах две рыжие дамочки, взяв мою мечту под руки. Одна обтянула короткую юбку и слегка наклонилась. А я сморщилась. Ноги мамзели казались такими кривыми, что буква X нервно курила в сторонке.

Та, что шла слева, вдруг повернулась, что-то рассматривая за моей спиной. Ну и жаба! Интересно, а что у нее с цветом лица?! Тем временем вторая склонилась к моему красавчику и что-то томно прошептала.

Черт побери, его походка и фигура напоминали мне…

Да это же Шер! Как я могла так ошибиться и перепутать?!

Значит, сдал меня Крамеру и разгуливает с инопланетными девицами?!

Я почувствовала, что мои глаза наливаются кровью, как у быка на корриде. Захотелось вцепиться в рыжие кудри той, что едва не целовалась с Шером.

Мы с Хейком задержались у дверей, а троица затерялась в толпе вывалившихся из лифта людей. Пить кофе мне вдруг расхотелось.

Вот сейчас догоню и покажу Шеру где раки зимуют!

Маскировка… Как много в этом слове. Хорошая маскировка – залог успеха операции.

Но только не на сей раз.

Я просматривал отчет от Урсуса Форса, когда дверь открылась и в кабинет вдруг ввалились две одинаковые на вид девицы.

Я провел взглядом снизу-вверх.

Туфли на каблуках, на которых девушки спотыкаются. Ноги облачены в сетчатые чулки, верх теряется под одинаковыми черными юбками. На груди у обеих броши в виде розочек, только вот у одной ярко-алая, у другой малиновая. Пожалуй, это их единственное отличие. Бюсты шестого размера обтянуты кофточками непонятного оттенка. Лица обеих дам измалеваны косметикой, ярко-рыжие курчавые волосы довершают образ.

Первым делом захотелось спросить, по адресу ли они заявились, но я вдруг понял, что здесь какой-то подвох, потому как Краш на обеих «красоток» реагировал абсолютно спокойно, будто они – свои.

Ситуацию спас Грэг. Он как раз вернулся в кабинет и остановился у дверей с удивленно-восторженным выражением лица. Грэг видел дамочек лишь со спины, что для этого бабника оказалось достаточным. Он вклинился между ними и ловко обхватил обеих за талии.

– Девочки, а вы к нам? А по какому вопросу? Что скажете, если я предложу встретиться после работы втроем. Шер, надеюсь, ты их еще не застолбил, как ту блондинку?

– Обязательно встретимся, милый, – откашлявшись, произнесла одна из них, приобнимая Грэга рукой за плечо. Второй же аккуратно убрала ладонь, что уже шарила у нее ниже пояса.

– Еще как встретимся, – подмигнула ей вторая, подавшись вперед. – Вот только мы уже договорились с Шером. Он у нас первый на очереди.

– Шер, да за тобой не успеть, – обиженно протянул Грэг.

– Даже и не пытайся, – хмыкнул я.

До меня вдруг дошло, что это Дирк и Мирк. Поэтому и Краш не беспокоился – знал этих марсиан-клонов, как родных.

– Поехали, девочки, развлечемся? – подмигнул я им и усмехнулся.

Когда выходили из кабинета, один из переодетых марсиан повернулся к Грэгу.

– Не скучай, милый, – и послал ему воздушный поцелуй.

Я не смотрел на реакцию коллеги, наверняка он уже заметил серый цвет лица клонов. Конечно, я и сам возмущен шутке Дирка и Мирка, но понимал: если уж Грэгори ошибся и не заподозрил в развратных девицах оперов, то и ансарийцы ничего не поймут.

Краш ловко переставлял лапы, двигался за нами почти бесшумно. Около машины мы проверили оружие и средства связи.

– Ну как сейф? Пригодился? – поинтересовался, кажется, Дирк.

– Стоп, откуда знаешь про сейф? – Я поднял пистолет и направил на него.

– Как же… – растерялся марсианин. – Мы же сами… в смысле…

– Принесли из моего кабинета и поставили в машину по просьбе Энджи, да?!

Я щелкнул кнопкой, будто и правда собрался стрелять.

– Шер, мы не знали… Мы думали, что сейф тебе нужен для дела, – оправдывался Мирк. – Кстати, круто мы развели Грэга? – перевел он тему.

– Очень. Вас хоть сейчас на панель. Гляди – найдутся любители экзотики. – Я расхохотался и спрятал пистолет под пиджак. Пришлось переодеться в приличный костюм. Когда я в форменном комбинезоне ДПВ, то выгляжу иначе.

Мы прибыли в космопорт. Я поднес браслет к терминалу, расплачиваясь за парковку. Виновато посмотрел на Краша. Он обиженно улегся на заднем сиденье, свесив лапу на пол кара, и сузил зрачки. Показывал всем своим видом, что будет ждать меня и страдать.

– Нам пора. Иначе пропустим самое интересное, – позвал я своих «спутниц».

– Дорогой, – Мирк взял меня под руку, – ты же не будешь устраивать скандал посреди космопорта?

– Парни, у вас точно все в порядке с ориентацией? – громко фыркнул я. – Пошли в музей, найдем место для наблюдения.

Мы протиснулись сквозь толпу туристов, решивших углубить познания в области истории, и двинулись по одной из лоджий внутренней части музея. Я бывал здесь пару раз и примерно ориентировался в переходах. В это время зазвонил Х-фон, и я переключился на разговор.

– Шер, ты просил узнать о рейсах, – начал наш айтишник, – так вот, пассажирских рейсов с Ансары сегодня нет ни в одном космопорте Земли. Но зато есть торговый рейс с пересадкой. Компания «Ансара-СС» занимается покупкой и поставками с Земли на Ансару бытовой техники и прочих товаров. Но это больше похоже на прикрытие.

– Чья компания?

Наверное, я стал слишком подозрительным. Мало ли какие фирмы Ансары ведут с Землей и другими планетами Конфедерации бизнес? Всех не перечислить. Но почему именно здесь должна состояться встреча одного из подозреваемых с кем-то неизвестным?

Если Ален прав, то вампир, с которым он подписал договор, встречается с ансарийцем именно с корабля компании «Ансара-СС».

– У нас нет базы данных Ансары. Я попробую узнать, кому принадлежит фирма.

– Хорошо. – Я по очереди взглянул на своих «спутниц»: – Дирк, Мирк, идем в кафе. Будем ждать там.

Вот только затылком почувствовал, будто за мной кто-то следит. Даже не знаю, откуда взялось ощущение. Прошел мимо дверей кафе, вздохнул. Мало ли кто там может быть? Наверняка этот кто-то связан с прежними расследованиями. Нажить при моей профессии врагов проще простого.

Пытаясь проследить за Шером, я потерялась в толпе туристов. Хоть бы Хейк Крамер не поднял шумиху на весь музей, а тихо подождал в кафе!

Проталкиваясь между людьми и не-людьми, до которых мне больше не было дела, я выбежала в другой зал и вдруг заметила мою троицу – мужчину в костюме, а рядом с ним неуклюже переставляющих ноги рыжих девиц.

Нет, конечно же, я не ревновала. Просто в какой-то момент проснулось собственническое чувство. Кто меня сюда притащил? Шер! Вот и нечего ему водить под ручки других, пока я прохожу программу обучения. Я даже не устрою скандал – просто прослежу за ним, чтобы на будущее иметь козырь в рукаве.

В какой-то момент я потеряла его из вида и не понимала, куда он делся.

Серолицые девицы шептались друг с другом, а я стояла в полнейшем замешательстве. Воздуха не хватало, казалось, сейчас задохнусь от нахлынувшего волнения.

Внезапно кто-то схватил меня за руку и утащил назад, в толпу. Развернувшись, я заметила затылок Шера, который тащил меня в направлении служебного входа.

После шумного зала павильона космомузея мы попали в абсолютную тишину скрытых от постороннего люда помещений. Пока нас никто не заметил, Шер двинулся дальше, в сторону какой-то подсобки. Зачем он вообще уволок меня с собой?!

– Молчи, – прошептал он и зажал в углу, пока мимо проходил кто-то из работников.

Он прижимал меня к стене, и я чувствовала на щеке горячее дыхание. И все мысли вдруг испарились вместе с ревностью. К лицу прилила кровь, и стало жарко. Живот заныл. Так хотелось, чтобы Элеон меня поцеловал!

Наверное, я сошла с ума – гоняюсь по музею за мужиком, которого пару дней назад терпеть не могла, а теперь жду, когда же он меня поцелует.

Руки непроизвольно проникли под пиджак. И я почувствовала за тканью рубашки тренированное горячее тело. Хотелось раздеть Шера самой и зажать его в углу.

– Долго еще молчать? – прошептала, понимая, что мой голос дрожит.

Нас не было видно из основного коридора, если только заглянуть в нишу.

– Как получится, – выдохнул Шер, прижимаясь еще плотнее.

Губы оказались совсем близко от моих, почти касались, и я ощущала каждый удар его сердца, каждый вздох. Услышав новые шаги, Шер напрягся и вздрогнул. А потом склонился и дотронулся губами до моего рта, проник языком, углубляя поцелуй.

Я обняла его шею, гладила стальные мускулы и понимала, что попала. Потому что мне хотелось гораздо большего, чем этот вкусный поцелуй. А Шер лишь усилил натиск, захватив мой рот в плен. Он и сам завелся – обхватил ладонями мое лицо, не позволяя вырваться. Но я и не пыталась.

– Кажется, наш клиент, – внезапно очнулся он. – Идем следом.

Ничего не понимая, я покрутила головой. Шер выглянул из ниши в коридор и поманил меня за собой.

Шокированная прерыванием удовольствия, я не сразу сообразила, что делать и кто тот незнакомец, которого, как выяснилось, выслеживал Шер. Мне все еще хотелось закатить скандал по поводу рыжеволосых девиц, но я вдруг поняла, что хотя бы раз в жизни нужно промолчать.

– Ансариец – работник музея, поэтому и назначил здесь встречу с тем, кто прибыл с Ансары.

– Вампир? Который из них?

– Тот самый, с которым Ален подписал договор, он работает тут, – пояснил Шер шепотом.

Мы шли по коридору, время от времени прячась в ниши и за колонны, пока не попали в другой проход с перилами. Оттуда виднелся большой затемненный зал внизу. А вот там и стояли два вампира.

– Так ты работаешь? – наконец-то дошло до меня.

– Нет, я приехал на слет любителей истории Конфедерации, – передразнил Шер. – Конечно работаю. Хочу прослушать разговор вампиров, – добавил он тише.

– Кстати, кто там в зале?

– Потом узнаешь. Молчи, нужно подойти ближе. Останься здесь, – скомандовал он, указывая на темный угол. – Они нас не видят, расстояние слишком большое.

Я замерла, а Шер осторожно прополз под ограждением и что-то достал из кармана.

Кажется, это прослушивающее устройство. Точнее, подслушивающее. Отсюда почти ничего не слышно, а эта штука усилит звук на записи, и потом можно будет узнать, о чем беседовали ансарийцы.

Разговор длился несколько минут, затем вампир направился к лестнице.

Мы пробежали по коридору, прежде чем ансариец успел в него войти. И вскоре оказались в шумном зале с экспонатами, а нас окружила проходящая мимо толпа галдящих школьников.

– Где там наши? – покрутил головой Шер.

– Меня больше волнует вопрос, где Крамер, – растерянно пробормотала я.

– Сейчас найдем их.

Шер включил рацию-браслет и вызвал кого-то из оперов. Я не понимала, откуда им здесь взяться, но ни о чем не спрашивала. И так виновата. Если бы не реакция Шера, я точно бы устроила скандал на пустом месте.

Наконец мы вышли к одному из кафе на прозрачной террасе с видом на космопорт.

Рыжеволосые подружки Шера обнимали Хейка Крамера. Толстощекий немец прямо расплывался в улыбке, рассказывая «красоткам» байки, а те едва сдерживали смех.

– Миа, Ди, хватит. Поехали, – скомандовал Шер, когда мы подошли. – Хейк, я забираю у тебя Энджи. Нам еще смотреть ее новую квартиру. Я обещал. – Он повернулся и подмигнул мне.

– Как же моя кредитная карта? – Я покрутила головой, глядя то на Шера, то на Крамера, то на рыжих.

– Заберем, все равно нужно заехать в управление.

Мы вышли наружу, оставив недоумевающего Крамера в том самом кафе, где его и нашли. Я больше не пугалась рыжеволосых. Все мы уселись в кар Элеона. В этот момент девицы сняли свои парики. И до меня дошло, кто они такие.

Как же я сразу не догадалась, что в ДПВ нет других марсиан, а тем более близнецов?

– На сегодня работа закончена, можете расслабиться, парни, – сказал Шер.

– Прости, пришлось задержать Хейка. Он нас не узнал, – ответил Дирк, кажется.

– Он собирался искать Энджи через общую трансляцию музея, – сообщил второй. – Спалил бы нам все дело.

– Я записал разговор. Дома послушаю. Так что все нормально. – Шер завел свой кар. В этот момент с заднего сиденья просунул морду Краш и громко вздохнул.

– Ладно, поехали уже, – выдала я.

Неловко сознаваться, что своей глупой ревностью я едва не загубила конспирацию Шера. Интересно, если бы меня там не было, Шер целовался бы с одним из парней в нише технической части?

Кажется, первый рабочий день прошел не так уж плохо. А скоро я увижу шикарные апартаменты, которые выделило мне управление.

После музея мы заехали в департамент. Но Саймона не оказалось на месте – его вызвали в МКВП. Я распрощался с Дирком и Мирком, перебросился парой слов с Грэгом и обратил внимание на двух моих «хвостиков» – Краша и Энджи, что следовали за мной по всем кабинетам.

Хотелось поскорее послушать запись разговора ансарийцев, но, пожалуй, дождусь тишины, чтобы осмыслить каждое слово. Поэтому я оставил это занятие на вечер, морально готовясь к завтрашней командировке в прошлое.

Вскоре мы с Энджи забрали ее кредитку, и я наконец-то увидел ее счастливой. Да она просто сияла, словно ей дали премию в тысячу бонусов, а не перечислили небольшой аванс.

Я выяснил адрес ее нового проживания, радуясь, что скоро избавлюсь от постоянной заботы. Конечно, без Энджи непривычно, но это лишь потому, что я все время думаю, как исправить ситуацию. Я боялся новой зависимости – хватило трех бывших жен. Хотелось жить самостоятельно и не подчиняться дурацким правилам, которые вечно выдумывают эти женщины.

Сегодня в музее, поцеловав Энджи, я поддался сиюминутному порыву. Я действительно хотел, чтобы она помолчала и не задавала лишних вопросов. Вот только ее реакция сильно удивила. В прошлый раз Энджи реагировала иначе, и вообще мы едва не поругались после того поцелуя. А сейчас сложилось впечатление, словно она только его и ждала.

Очередная женская хитрость. Она же меня терпеть не может!

Сейчас завезу ее в квартиру. Останется только перевезти вещи – и можно вздохнуть свободно. Мне больше по душе холостяцкая жизнь с Крашем. С ним мы всегда найдем общий язык.

Когда усаживались в кар, взгляд непроизвольно скользнул по стройной фигуре, и я вспомнил, как Энджи прижималась ко мне около подсобки. А ее руки на моей груди до сих пор распаляли воображение. Наверное, все потому, что у меня давно не было женщины; пора бы завести мимолетный роман, чтобы выбить из головы дурь.

– Шер, а дом далеко? Как я доберусь на работу утром? – переживала она. – Я ведь совсем не знаю город.

Еще одна проблема. Что же, придется помочь.

– Я приеду за тобой, не волнуйся, – сообщил ей как ни в чем не бывало, – а вообще там должен быть рейсовый транспорт.

– Я не могу. Не привыкла. Понимаешь? – Она повернулась ко мне, моргая длинными ресницами, что обрамляли голубые глаза. – Ты не представляешь, какое у меня бывало горе, когда ломалась моя машинка…

Энджи была готова расплакаться от бессилия, и в чем-то я ее понимал.

– Мне не сложно, я приеду. Вот мы и на месте. Посмотрим, какие квартиры выдают в качестве временного проживания нашим работникам.

Энджи проверила номер квартиры, достала чип-ключ, и мы поднялись на нужный этаж. Я показал, как открываются двери. До Энджи быстро все доходило. Вошли, включили свет и остановились, глядя то на квартиру, то друг на друга. Воцарилась тишина.

В квартире не было мебели. Кажется, недавно здесь сделали ремонт, но ничего на место не поставили. Комнатушка небольшая, с нишей, встроенной техникой. Но ни кровати, ни дивана. Ничего. Хоть бы пару стульев оставили.

Прошли на кухню – она здесь приличного размера и с балконом. Я заглянул в холодильник, пробежался взглядом по пустым полкам. Нет даже посуды. Черт, да что же это такое?!

– Сейчас позвоню Саймону, – сказал я и отошел, чтобы связаться с шефом. Тут же набрал его по Х-фону, решив выяснить, почему же так вышло. По идее, в квартире должна быть полная комплектация.

– Я немного занят, – прошептал шеф, но в тишине его голос в наушнике звучал довольно отчетливо.

– Скажи, тут можно жить? – покрутил браслетом, чтобы он оценил обстановку. – Нет ничего. Совсем!

– Странно. Я и не знал. Что же, купит постепенно, – нашелся Саймон.

– Это понятно. А что мне делать сегодня? – Мой голос проседал, и я уже понимал, что не стоит терять время. Нужно забирать Энджи и ехать ко мне домой.

Час от часу не легче. Снова предстоит ночь сомнений и соблазнов. Главное, чтобы Энджи не закатила новый скандал. Да какая разница – все равно ее вещи пока у меня…

– Шер, может, поехать в гостиницу? – наконец-то подала голос Энджи. Она не шумела и не ругалась. Молча приняла информацию к сведению, и ее реакция вполне адекватна.

– Не надо в гостиницу. Ко мне поедем. Закрывай, завтра я что-нибудь придумаю, – ответил я, отходя к дверям. – Есть уже охота. По пути дам тебе планшет, закажешь на дом продуктов, пока я буду за рулем.

– Мне не хочется напрягать тебя. Я и так чувствую вину за то, что ты со мной возишься, и за то, что ты меня случайно привез… в будущее, – добавила она.

Нет, ну однозначно, новая уловка с ее стороны! Энджи и совесть – вещи несовместимые. А это спокойствие не к добру. Ой, не к добру!

– Поехали, дома разберемся, – кивнул я ей и позвал Краша. Он тоже был здесь – ходил, принюхивался к новым запахам и настороженно порыкивал.

Услышав слово «поехали», Краш тут же вернулся ко мне и поднял голову, посматривая на двери. Мы спустились и сели в кар.

Хотелось остаться в тишине и не думать обо всех проблемах. А еще я так и не успел прослушать запись разговора, чем придется заняться в обществе Энджи.

Я не могла сказать, что расстроена. Стоило предполагать такой облом. Кто же даст квартиру задаром, да еще и меблированную? Чай, не в сказку попала. Как-то в обществе Шера мне спокойнее, да и страшно оставаться одной в незнакомом мире, тьфу, времени, где все не так, как я привыкла.

Пока ехали к Шеру домой, я научилась заказывать продукты на сайте фирмы доставки. Теперь можно было расслабиться. Но стоило прикрыть глаза, как вспомнились ощущения поцелуя с Шером, и низ живота потянуло сладким спазмом.

Черт! Да я хочу этого мужика.

Я даже не ожидала от себя такой слабости. Я ведь ему не нужна вовсе, нет у нас общего будущего. Хотя… как же нет, когда мы и так в будущем? Ну и каламбур.

Я даже нервно усмехнулась. На меня одновременно покосились Шер и его ящер, который тоже прислушивался к нашему разговору.

Лучше не буду думать о том, что мне не нужно. Заводить служебный роман? Хватит, наелась в прежней жизни. Знаю по себе, чем они заканчиваются.

– Энджи, да не расстраивайся ты, – сказал мне Шер, останавливая машину. – Как только я немного освобожусь, тут же помогу обставить квартиру. Для начала возьмем самое необходимое в рассрочку, привезут прямо на дом. Я даже сейф доставлю, твой ненаглядный.

– Не надо, – огрызнулась я. – Сейф можешь себе оставить, как раритетный предмет интерьера. Вдруг у меня дома случится авария и мне снова придется ночевать у тебя? Где же я спрячу вещи от твоей зловредной ящерицы?

Краш явно обиделся. Он возмущенно рыкнул, словно жаловался на меня своему папочке. Ну и нашел же Шер себе друга – да они два сапога пара, даже чем-то похожи. Недаром говорят, что животные похожи на своих владельцев.

– Договорились, – хмыкнул Шер, выходя из машины.

Пока он разговаривал с кем-то через свой втеловстроенный суперсовременный гаджет, я повернулась к Крашу, который не сводил с меня взгляда.

– И не смотри такими глазищами. Доберусь я до набора инструментов. Вот тогда тебе зубки напильничком понадпиливаю, когти пассатижами понадкусываю. Отобью желание поедать чужое добро, – пригрозила ему полушепотом, чтобы не расслышал Шер.

– Энджи, Краш. Давайте скорее! Сколько можно ждать? – громко позвал Шер, и мы с ящером вышли из разных дверей машины, косясь друг на друга.

Поднялись на нужный этаж, все еще бросая взаимонедобрые взгляды. Шер не обращал на нас внимания; он только что разговаривал с Аленом, и теперь ему не терпелось прослушать запись из музея. Я тоже хотела узнать, ради чего стоило затевать такой маскарад. И вообще интересно, почему во всем огромном Париже будущего мы встретились именно там, словно Шер – какой-то злой рок, преследующий меня во всех временах и реальностях.

При этом он – единственный мужчина, который в моих глазах достоин называться таким словом. Он такой… черт побери, настоящий. Немного безкомплексный, наглый, слегка занудный, но мужчина. А не то, что попадалось мне в прошлой жизни.

– Так, я в душ. Можешь сделать мне кофе, пока меня не будет. И покорми, пожалуйста, Краша, он голодный.

– А не слишком ли ты раскомандовался? – поджала я губы.

– Очередную ночь твоего пребывания здесь «гостями» уже не назовешь, – с сияющей улыбкой ответил он и скрылся за дверью душевой с полотенцем в руках.

Что, уже на ПМЖ прописал? Ладно, прожевала и проглотила.

Итак, что у нас по плану? Сделать кофе? Это мы умеем. Сейчас только разберусь в настройках кофемашины, а сначала засыплю в нее зерна. Я видела, как это делал Шер, поэтому мне не составило особого труда произвести нехитрые операции, и вскоре по квартире распространился заветный аромат.

Я сидела в кресле в кухонной зоне, забросив ногу на ногу. Краш, которого мне поручили покормить, не отходил, выжидающе смотрел на меня. Но я не спешила, издевалась над ним. Хорошо, что он не умеет говорить и не нажалуется Шеру.

Немного поглумившись над ящером, я все же открыла шкафчик, где стоял мешок с его лакомством. Вот только я не торопилась – оглядывалась в поисках миски, словно не видела ее под самым носом. За каждым движением следил Краш.

– Какая гадость, – произнесла я, закрывая дверцу.

Краш не выдержал – полетел наперерез, вклиниваясь между шкафом и моей рукой, чтобы не дать мне это сделать. Так мы и замерли, пока из ванной не вышел Шер. И я, скрюченная буквой «Зю» смотрела на подтянутое мускулистое тело мужчины, на узких бедрах которого было завязано одно лишь полотенце.

Кажется, я облизнулась одновременно с Крашем, который смотрел на вожделенный мешок с кормом.

– Что происходит? – поинтересовался Шер, отряхиваясь, и на его голове образовался такой милый «ежик», что хотелось запустить руку, чтобы пригладить его, а потом этой же рукой пощупать кубики пресса, которые я почувствовала под рубашкой во время сегодняшнего поцелуя.

– Как что? – сделала удивленное лицо. – Кормлю твою ящерицу, как ты и просил. – Я подхватила свободной рукой миску и запустила ее в мешок, достав оттуда полную, после чего поставила ее под носом чешуйчатого чудовища.

Шер улыбнулся, подошел и попробовал кофе. Его «кубики» оказались ровно напротив моих глаз, и я нервно сглотнула.

– Отличный вышел кофе. Сейчас я переоденусь, можешь тоже принять душ, а потом вместе послушаем запись. Хорошо? – отшагнул Шер назад.

Это стратегия такая новая – «соблазни Энджи»? Если бы лез первый, я бы не повелась, и он это понимал. Поэтому не заигрывал, ни на что не намекал, но при этом заставлял постоянно думать о нем. Нет уж, не поведусь на его уловки. Холодный душ мне не повредит, а заодно немного охладит мои мысли.

– Давай, я скоро, – вздохнула я и скрылась за дверью.

Через час мы сидели на диване. Шер включил компьютер, и мы вслушались в беседу вампиров.

«Гарти, я просил достать новые регуляторы синхронного потока», – сказал один из ансарийцев.

«Я же дал тебе наводку, где их можно взять, Берд», – ответил второй.

«Мои парни уже поработали. Но там регуляторы для новых моделей темпоральных перемещателей – они только запущены в производство. А шеф просил достать запчасти для старых машин времени, которые сейчас не используют. Их можно найти лишь здесь, в музее».

«Я не могу. Все списанные запчасти уже передал вам. Есть еще одно местечко, я дам тебе координаты».

Далее ансарийцы бурно обсуждали одну из последних вылазок, жаловались на департамент и копов, которые поймали других вампиров. В общем, за несколько веков ничего не изменилось. Вот только Шеру нужно не просто арестовать всех ансарийцев. Надо найти начало, ниточку, потянув за которую, можно исправить цепь дальнейших событий.

– Что думаешь, Энджи? – спросил Шер.

– Думаю, их шеф далеко не дурак. А еще он использует устаревшую списанную технику, на которой они и перемещаются во времени. Недаром их контора находится в другом временном секторе.

– А ты соображаешь, – улыбнулся Шер. – Еще немного – и станешь профессионалом.

– Что делать с ними дальше?

– Установим наблюдение за тем, который работает в музее. Поставим камеры слежения на складе и в технических помещениях. Второй уже улетел обратно, на Ансару. А там мы ничего не сделаем. Компания «Ансара-СС» нас интересует больше всего, но мы не можем нарушать конвенцию Конфедерации и вмешиваться во внутрениие вопросы других планет. Для этого нужны доказательства.

– Так завтра ты в прошлое? – поинтересовалась я, словно Шер собирался в соседний магазин за хлебом.

– Именно так. Поэтому предлагаю поесть и хорошенько выспаться. Утром я передам запись нашим аналитикам. Может быть, они услышат там что-то новое.

После быстрого ужина я поставила тарелки в посудомоечную машину. Пока разбиралась, как она включается, раздался храп. Шер укрылся пледом на диване, а рядом с ним на коврике разместился Краш и тоже сладко посапывал.

Мне ничего не оставалось, кроме как занять коронное место на большой пустой постели и попытаться уснуть. Вот только мысли еще долго бодрствовали и не давали покоя, заставляя думать совсем не о рабочих вопросах.

Как и планировалось, с утра я отправил Энджи к Хейку Крамеру, а сам пошел в наш отдел. По пути гадал, почему Энджи дулась на меня все утро. Что этим женщинам ни сделай – все не так. Целуешь – возмущаются. Не трогаешь – обижаются. Где логика – непонятно.

Мы поговорили с Саймоном, и он обещал установить слежку за ансарийцем из музея.

Скоро должен был прийти Урсус Форс, чтобы отправиться со мной в прошлое. С Урсом мы знакомы давно – фактически с первого дня моей службы в департаменте. Но летать в командировки вместе приходилось нечасто, обычно криминалисты работают после нас.

Через час стартовали. С нами полетели три опера. Урсус всю дорогу ворчал, указывая мне, что делать. Да еще и Краш вдруг затянул песню, будто пытался перебить Форса.

Вышли из межвременного прыжка над территорией Польши. Я не знал, тут ли Ален – не мог с ним связаться. И даже распереживался за этого несносного ансарийца.

Нам требовалось попасть в город, а это куда опаснее, чем погоня по пересеченной местности. Мы уже знали примерное расположение «нашей» банды, но найти их не так просто. Придется оставить корабль и двигаться по ночному городу, рискуя влипнуть в неприятности.

Мы зависли в стелс-режиме, включили ночной обзор, выбирая место для посадки. Как назло, здесь не имелось ни одной подходящей крыши – все остроугольные. Покружив над зданиями, отыскали безлюдную мощенную брусчаткой площадку.

Людей не видно – это плюс. Но они могут появиться в любой момент – это минус.

Я изучал историю и знал, что здесь вампиры выделены в особый культ. В них верили, всячески пытались уничтожить, охотились на них, писали о них книги. Зачастую страдали невинные люди, которые и отношения к настоящим вампирам не имели, но по каким-то соображениям становились подозреваемыми.

– Отлично. Идем посмотрим, что здесь интересное, – заявил Урсус, как только мы совершили посадку.

Еще раз проверив площадь на предмет отсутствия местных, мы вышли из корабля. Краш спрыгнул с трапа и принюхался. Как мне показалось, здесь больше пахло лошадьми, чем ансарийцами.

– Придется разделиться, – скомандовал я операм. – Возьмем скутера, чтобы быстрее обследовать район. Проверяем связь – и вперед. Ансарийцы где-то здесь; аналитики засекли искривление временных линий.

Скутер, конечно, не кар, но тут нет специального покрытия, чтобы парить над поверхностью, поэтому придется по старинке – двигаться на колесах.

На подготовительные работы ушло полчаса. Мы настроили аппаратуру, проверили датчики, способные засечь корабль ансарийцев. Оставили дежурного. И я выдвинулся в сторону кладбища. Вампиры любят скрываться в таких местах, вызывая панику у населения. Краш шустро бежал рядом. На мне были надеты очки ночного видения, а динозавру они и вовсе не требовались – Краш адаптирован к ночной охоте.

– Давай, мой хороший. Ты должен их найти, – подбодрил я.

Краш гортанно рыкнул. Он знал, что может взять след по запаху, который чувствовал только он. В ночной тишине топот лап Краша звучал особо устрашающе.

У городского кладбища вампиров мы не обнаружили. Двинулись дальше. Кажется, полгорода объехали, хорошо хоть, не нарвались на местных гуляк. Стирать память жителей прошлого – не самое приятное занятие.

Внезапно моя рация проснулась и защелкала. Я остановился, слыша голос Урсуса, а потом и опера Райана.

– Нашли! Давай скорее к нам: восточный район, неподалеку от городской ратуши.

– Уже лечу, – отозвался я и окликнул Краша.

Повернув на очередную улицу, мы приблизились к мостику над рекой. Там целовалась парочка – похоже, девчонка сбежала из дома на свидание с молодым офицером.

– Расступись! – рявкнул я.

Сладкая парочка замерла, испуганно глядя, как прямо на них едет чужак на демонической машине – именно так любят упоминать потом в истории, – а рядом прыжками передвигается зубастое чудовище. Они рванули с мостика в ближайшие кусты. Рассматривать их было некогда – понятно, что оба живы.

Я пересек реку и направился к постоялому двору, где находились ансарийцы. Нашел Урсуса с оружием наготове. С другой стороны ворот прятались наши парни.

– Они там, внутри, – тихо проговорил Форс.

– Что же, пойдем, – кивнул я Крашу. К счастью, он всегда готов – только дай команду.

Мы открыли двери и ворвались в большое помещение, общее на постоялом дворе. Оттуда расходились два коридора, имелась и деревянная лестница. Служанки в черных передниках тут же метнулись в каморку, а пожилой мужчина, который не мог бежать, перекрестился.

– Где вампиры? – спросил я у него.

– Я не понимаю, пан, не понимаю… – бормотал он.

– Упыри где, – перешел на более понятный ему язык, – постояльцы твои?

– Сразу подозрительными показались. Упыри! Так я и знал. В темноте явились. – Мужчина по очереди переводил взгляд то на Урсуса, то на Краша. – Из дома есть второй выход, там задний двор, дальше – выпас для лошадей. Заплатили, просили никого туда не впускать. Золотом заплатили…

Теперь понятно, почему у ансарийцев и их жертв периодически находят деньги того или иного времени.

Задержка не сыграла нам на руку. Пока мы выбрались на задний двор, в небо взмыл корабль, что до этого стоял в стелс-режиме. Датчик на моем поясе тут же пропищал о временном искривлении.

– Черт, они ушли. Мы их спугнули! – сообразил я. – Нужно за ними в погоню. Вот только куда они смылись?

– Не нужно. Зря потратим энергию. Кто еще проживает в доме? – спросил Урсус у седого хозяина. Мужчина не понял, кто мы, но боялся, поэтому отвечал на вопросы.

Через несколько минут, вырубив владельца заведения сонным лучом, мы сидели в подсобке, изучая список постояльцев. Опер светил фонариком, потому что рассмотреть что-то в свете масляной лампы было сложно. Со служанками тоже пришлось поработать и стереть лишние воспоминания.

Когда я добрался до имени молодого военного, что снимал комнату на постоялом дворе, тут же вспомнил о парочке на мосту, которую напугал ездой на скутере. Это точно был он!

– Урс, надо проверить, кто из охотников родился в этом городе, – сказал я криминалисту, вспомнив разговор с полковником.

– Сам знаю, сейчас свяжемся с кораблем, там есть база данных, – буркнул Форс.

Ненадолго воцарилась тишина. Мы знали, что ошиблись. Нужно было действовать иначе. Но, как я уже говорил, есть одна проблема – мы не можем вернуться сюда снова, в тот же момент, в то же время и место, чтобы провести операцию по захвату заново. Потому что мы не можем встречаться сами с собой.

– Кажется, нашел! – довольно сообщил опер, оставшийся за дежурного. – Примерно через девять месяцев после сегодняшнего дня в городе родился известный охотник на вампиров – Марик Энион, он долгое время изучал вампиризм, даже написал на эту тему пару трактатов.

– И сегодня ансарийцы должны были убить его мать, но не убили? – догадался я.

– Найти бы этого Марика в будущем. Он точно мог бы поведать нам что-то интересное, – оживился Урсус Форс.

– В таком случае отправимся к нему в гости после того, как проведем здесь зачистку.

– Завтра уже. Сегодня вернемся в департамент. Я полечу с тобой, – сказал Форс.

Урс абсолютно прав. Следует изучить историю этого Марика, чтобы знать, в какой период жизни лучше с ним пообщаться. А пока придется лететь в наше время, заодно получить выволочку от Саймона. Поэтому я и предпочитал работать в одиночестве – гораздо меньше таких обидных промахов.

Весь день я проходила курсы обучения. Таскалась с Хейком Крамером по разным кабинетам, где в мой многострадальный мозг закачивали тонны всякой информации. Действо больше напоминало опыты над разумом. И я чувствовала, что скоро моя головушка лопнет от всего того, что мне довелось принудительно изучить.

Ускоренные курсы при помощи новых технологий – это вам не шутки. И так голова кругом от всех новшеств. Но к концу дня в ней сами собой всплывали знания об истории временных путешествий и изобретении машин времени, принцип работы аппаратов, использование различных режимов корабля и последовательность действий в той или иной ситуации.

Я не особо понимала, зачем мне большая часть информации. Но ничего уже не поделаешь. Только в моем случае знания – не сила, а Вселенское зло.

При помощи чипа я узнала и о разновидностях современного оружия. Потом, конечно, придется отрабатывать на практике. Но практику мне назначили с занудой Грэгом, а с ним я вряд ли до этого дойду. В лучшем случае буду перебирать документы в его компьютере. А нормативы все равно надо сдавать.

Больше заинтересовала история того, что происходило за несколько последних столетий. В общем, у меня вышел настоящий день знаний, в прямом смысле этого слова.

С гораздо большим удовольствием я бы полетела в прошлое вместе с Шером; тем более дело с ансарийцами мне уже родное, и я гадала, как связать имеющиеся факты в общую цепочку.

Апогеем дня стал Устав департамента со всеми его положениями.

К вечеру Крамер наконец-то оставил меня в покое.

Он ушел, а я сидела в его кресле и переваривала информацию, чувствуя себя завирусованным жестким диском, который нужно срочно отформатировать.

– Энджи, ты здесь? – Шер заглянул в кабинет.

Я резко подхватилась и уставилась на него. Весь день я только и переживала, как прошло его задание. Вроде все на месте: руки-ноги целы, лицо тоже. Да и слишком уставшим Шера не назовешь. Рядом крутилось крашечудище, которое оскалилось на меня, пока не видел хозяин.

– Привет! Уже вернулся? – улыбнулась я.

– Да. Пришлось задержаться у Саймона, завтра снова полет, – пожал плечами Шер. – Так что, едем домой?

Да уж. Если бы это еще был мой дом…

– А вот и я, милая, – раздался голос Крамера. – Я договорился с инструктором, так что завтра практика на учебном корабле. – Он вдруг заметил гостя и побледнел под прицельным взглядом Шера. – В общем, жду тебя утром.

– Хорошо, Хейк. – Я улыбнулась, обратив внимание, как потемнели глаза Шера.

Интересно, это ревность или раздражение? Жаль, что курса по прочтению чужих мыслей в программе обучения не предусмотрено.

Вскоре мы все же выбрались домой. Но у меня дико разболелась голова от всего того, что в нее затолкали за день. Жуткая боль охватила затылок, а потом медленно распространилась по всей черепушке.

Все мои планы на вечер накрылись медным тазом. Стало не до Шера и не до Краша.

Когда схватилась за лоб и тихо выругалась, Шер подошел, присел рядом на корточки.

– Что с тобой?

– Голова… – простонала я, сделав лицо мученицы.

– Болит? – поднял бровь.

– Нет, блин, жизни радуется!

– Это побочный эффект интенсивного курса обучения. Так бывает с неподготовленными. Сейчас найду таблетку, – сообразил наконец Шер.

Шипение пузырьков в воде отдавалось в голове эхом. Но я все же выпила жидкость и протянула Шеру стакан.

– Пойду прилягу, если ты не против.

– Давай, – кивнул Шер, – я сам здесь все уберу.

Я переоделась и легла на кровать, бездумно уставившись на работающий головизор с выключенным звуком. Шер подсел ко мне и протянул синий лед в пакете.

– Так быстрее пройдет. Не вставай, я сам.

Я прикрыла глаза, доверив себя ему. Он приложил к моему лбу холодную массу. И я благодарно улыбнулась в ответ. Так действительно гораздо лучше.

Я вдруг почувствовала на плече его пальцы. Шер неспешно массировал мои мышцы через футболку. И я поняла, что уплываю куда-то далеко.

– Расскажи что-нибудь, – сонно попросила я.

– О чем?

– Да о чем угодно. О родителях своих.

– Они давно развелись, – призадумался Шер. – Мать переехала в современную Канаду, исследует популяции северных животных. Отец – бывший коп. Живет на побережье, в Ла-Рошели.

– Тоже из департамента? – сонно спросила я.

– Нет, обычная полиция. Несколько лет назад получил ранение, и его отправили на пенсию. Но папа не расстроен. У него домик и лодка-трансформер с функцией подводного погружения. Рыбачит в свое удовольствие, звонит мне раз в месяц.

– Ясно. Значит, это наследственное, – пробормотала я, прибалдев от прикосновений.

– Ты о чем? – спросил тугодум Элеон.

Но я уже проваливалась в спасительный сон, в котором лежала на шикарном пляже под пальмами. И почему-то в этом сне рядом сидел Элеон Шерман, растирая по моим плечам солнцезащитный крем.

Утром, оставив Энджи в департаменте под присмотром Хейка Крамера, мы вылетели из нашего управления вчерашним составом.

Всю дорогу Урсус Форс сетовал на то, что вчера ансарийцы ушли прямо из-под носа. Но, к счастью, тот охотник жив, поэтому история не успела измениться.

Посадив корабль на берегу реки, мы вышли. Рассмотрели город с моста. Отсюда рукой подать до дома нашего охотника.

Марик Энион жил на окраине Кракова в живописном местечке у Вислы. Его особняк окружал цветущий яблоневый сад. Пахло так, что сразу вспомнилось детство.

– Давно я не применял маскировки, – отозвался Урсус.

– Для тебя она не так важна, как для нас, – ответил я, разглядывая через очки с многократным приближением богатый дом возможного свидетеля.

Однако хорошо он устроился. Еще бы понять, за кого себя выдать, чтобы не попасть впросак. Кажется, этот Марик не так прост, как мы считали изначально.

– Так что, станем местными журналистами? – предложил Форс.

– Боюсь, не выйдет. Журналистов обычно интересуют другие темы. – Я убрал бинокль и вздохнул.

– Тогда что ты предлагаешь? – Урсус повернулся ко мне, почесывая щеку и щурясь от яркого солнца.

– Больше подойдет легенда, которая сделает нас немного сумасшедшими. Ведь нормальных людей вампиры интересуют в последнюю очередь. Мы пишем книгу про охоту на вампиров. И хотим написать биографию нашего охотника. Ему это будет приятно, поверь. Мы использовали такой метод, когда гонялись по временным секторам за сумасшедшим ученым, желавшим изменить наш мир.

Урсус не стал спорить. Мы вернулись на корабль и переоделись в костюмы, что прихватили на складе департамента: темные брюки, рубахи с поясом, кафтаны. Для завершения маскировки наклеили с Форсом усы – они здесь нынче в моде. В общем, мы ничем не отличались от местных франтов, что разгуливали по городу или спешили по своим делам в запряженных лошадьми колясках.

– Тебе идет, – прокомментировал я закрученные вверх темные полоски усов под носом Урсуса.

В каждой эпохе своя особенность, поэтому компьютер на складе подбирает то, что нужно для маскировки в том или ином времени и определенной точке Земного шара.

– На себя посмотри. Видела бы тебя твоя блондинка – точно бы не промолчала.

– У нас нет времени. Идем знакомиться с Мариком.

Собаки у дома приветствовали нас звонким лаем. Дверь открыл слуга. Узнав о цели нашего визита, он быстро сообщил хозяину о гостях и вскоре впустил нас за ворота.

Навстречу вышел толстощекий мужчина в богато расшитом халате. Похоже, он нам даже обрадовался. Нас тут же провели в просторную столовую, где вся мебель и стены были выполнены из дерева. На дубовом полу лежали дорогие ковры. Мы присели на резные стулья. Не успели оглянуться, как слуги шляхтича выставили перед нами на стол блюда с едой, вино, столовое серебро.

– Мы с пани Альбертой всегда рады гостям усадьбы, – довольно произнес Марик Энион. При этом его жена скромно улыбнулась и ушла командовать прислугой.

– Какие великолепные часы, – заметил Урсус Форс раритет на стене.

– О да! – обрадовался хозяин дома.

Я закатил глаза, сообразив, что Урс клонит совсем не туда. Но Марик, похоже, был счастлив, когда в его доме что-то хвалили.

– Это семейная реликвия! Отец привез их как трофей во время войны со шведами. Кстати, вы же собираетесь писать о вампирах, а с этими часами как раз связана занимательная история.

Внезапно я с ужасом осознал, что мы попали. Урсус Форс не сводил пристального взгляда с огромной бутыли вина и аппетитных закусок. Этот прожора точно не уйдет, пока не доест все, что здесь имеется.

Нам наполнили кубки темно-бордовым вином, которое мне вовсе не хотелось употреблять. Еще управлять кораблем, а Райану, что остался в аппарате, я не слишком-то доверял. Придется выпить специальную капсулу. Препарат почти мгновенно выведет из организма алкоголь.

– Так что с часами? – напомнил я, желая поскорее перейти к сути вопроса.

– Лет двадцать назад жил я в небольшом городке на западе. Завелся у нас в городе один мастер на все руки. Людям помогал, ремонтировал разные вещи, за которые никто и браться не хотел. Причем деньги никогда не брал, просил коз, кур и прочую живность. Днем из мастерской носа не казал. Ходила к нему одна девушка-сирота. Так вот однажды ее же нашли неподалеку в лесу, полуживую. Когда привели в чувство, она рассказала, что на нее напал вампир. Я сразу понял, кто это сделал. Как раз тогда я собирался ремонтировать эти часы. Я отнес их к Эдржею – так звали мастера – и внимательно смотрел, что он станет делать. Но вот незадача – в часах серебряные стрелки и отделка. Мастеру тут же стало дурно. Он задыхался, изо рта показались клыки. Когда вампир потерял сознание, я вытащил осиновый кол и всадил ему прямо в грудь.

– Зачем же кол? Он ведь и так был без сознания, – уточнил Урсус, прожевывая кусок пирога и запивая вином.

– Как? – изумленно ответил хозяин, приподняв брови. – А если бы очнулся?

– Но ведь осина не относится к списку… – едва не выдал нас Урсус, но я успел его остановить.

– И что же было дальше?

– Его похоронили. Как положено – лицом вниз, чтобы не выбрался. Но кто-то разрыл могилу и похитил тело упыря.

– Но часы-то ваши идут, – заметил я, как неторопливо движутся серебряные стрелки по циферблату.

– Это удивительно. Он ведь не успел их разобрать, едва дотронулся, как они сами заработали вновь. Расскажу другую историю…

– Не стоит. Лучше скажите, когда именно произошел тот случай с часами, день и точное время.

Он ненадолго задумался, затем назвал дату, которую я крепко запомнил.

Но Марика уже понесло – он не останавливался. Этот грузный мужчина, изрядно захмелев, битых два часа рассказывал неправдоподобные истории про охоту на вампиров, когда он спасал людей от упырей. При этом он постоянно подливал вино Форсу. Урсус же сидел с ним в обнимку и кивал, соглашаясь со всем сказанным.

– Простите, нам пора, – вытащил я Урсуса из-за стола в тот момент, когда воцарилось молчание. Я спрятал бумагу, где делал пометки, пытаясь нашкрябать что-то гусиным пером на желтоватых листках, которые мы прикупили в местной лавке. – Мы приедем к вам еще раз и с удовольствием послушаем продолжение.

– Буду ждать с нетерпением. Заодно прихватите черновик вашей книги, проверим, чтобы все совпадало, – догоняя нас, сказал Марик.

Мы вышли на свежий воздух, приходя в себя. Я обернулся, чтобы проверить, не гонится ли за нами чересчур гостеприимный шляхтич, и поволок к кораблю Урсуса, проводя по пути воспитательную беседу.

– Служебная необходимость, для поддержания антуража, – оправдывался Форс, с трудом шевеля языком.

– Урсу-у-ус, что с тобой делать? Ты ведь понимаешь, на сегодня еще не все? Нам придется лететь в прошлое и отыскать там этого… Эдржея…

– Осина не действует на ансарийцев. Это заблуждение. Серебро вызвало асфиксию, мастер ненадолго потерял сознание. Затем очнулся, вытащил кол, а дальше пошла регенерация тканей, – сообщил Урсус то, что я уже понял и сам.

– Только как из могилы выбрался? Вот в чем вопрос. Неужели у него были единомышленники?

– Полетели, разберемся, – махнул рукой Урсус.

Мы сняли стелс-режим и застали в корабле дремлющего Райана. Краш приветствовал меня радостным воплем.

– Летим туда, где находилась мастерская, – предложил Урсус, развалившись в кресле.

– Нельзя. Если Марик выслеживал вампира, высока вероятность повстречать его там, а это запрещено, ведь мы не можем дважды попадаться ему на глаза. Летим туда, где закопали вампира.

Через час по нашему корабельному времени мы высадились двадцатью с небольшим годами ранее на окраине городка.

Темнело. Мы шли по лесной дороге в сторону свежего захоронения. Урсус то и дело натыкался на деревья. Да еще старая травма мешала ему двигаться быстро. Я в очках ночного видения прекрасно знал, что находится вокруг. Общество Форса здорово меня напрягало, но я не мог оставить его на корабле в таком состоянии. В запасе имелась всего одна отрезвляющая капсула, ведь обычно подобного не происходило.

Перед нами, как ищейка, шел Краш, которому было интересно в лесу. Он отвлекался, гоняясь за кем-то по высокой траве на опушке – срабатывал охотничий инстинкт.

– Краш, хоть ты веди себя прилично, – простонал я, не выдержав.

По описанию нашли место, где находилась свежая могила, но ее раскопали до нас. Не хватило буквально полчаса. Если бы не мой коллега, мы бы как раз успели вовремя.

Краш насторожился, почувствовав запах ансарийца.

– Крашенька, ищи, – скомандовал динозавру, и тот с радостью взял след.

Я мчался за ним по лесной тропе и вдруг услышал вдалеке странное песнопение.

Только этого не хватало! Местные сатанисты решили раскопать вампира, чтобы использовать его плоть для своего «зелья» и вызвать дьявола? В момент, когда люди в капюшонах собрались в круг, читая свои заклинания, на поляну выскочил Краш и остановился как раз в центре. Члены запрещенной секты попадали на колени.

– Вельзевул явил свой лик, – громогласно оповестил один из сектантов.

Обрадованный повышенным вниманием Краш принялся позировать, словно на съемках.

– Нет, Краш! Ансариец ушел, – заорал я, вытаскивая из круга сумасшедших своего велоцираптора.

Вот только наш ансариец успел регенерироваться и сбежать. Мы так и не догнали «восставшего из мертвых» вампира. Он скрылся в лесной чаще, а мы запутались в ветках. Да еще где-то сзади еле плелся Урсус, из-за которого мы и упустили ансарийца.

– О нет! Опять… – Я выбрался из колючих кустов, отряхнулся и позвал Краша. – Это точно он, Амерон! Неужели где-то рядом стоял корабль?

– Да нет никакого корабля. Он просто ушел, – виновато пробормотал Урсус Форс.

– Ладно, черт с ним. Возвращаемся на базу, – еле удержался я, чтобы не выругаться. – В любом случае мы убедились, что это система. Нужно отследить, где он жил еще, понять его мотивы. Кажется, все совсем не так, как мы думали, – говорил я, скорее, самому себе, направляясь обратно к кораблю.

Безумный день. А ведь еще предстоит вечер в обществе Энджи.

Как я сразу поняла, сотрудники отдела подготовки решили задействовать весь ресурс моего несчастного разума. Недаром кто-то из моих старых знакомых твердил, что люди используют его потенциал только на каких-то 15 %.

Новое начальство неразумно решило восполнить этот пробел и за считанные дни научить меня тому, чему я за всю жизнь не научилась бы в своем времени.

– Энджи, не спи, – раздался голос Хейка Крамера, когда я заканчивала виртуальное обучение курсу управления летательными аппаратами. – У нас после обеда еще практика.

Я действительно решила вздремнуть и расслабиться, но не тут-то было. Компьютер, к которому меня подключили, словно флешку, постоянно напоминал о том, сколько процентов необходимой для изучения информации уже напичкали в мою головушку.

– Хейк, тебе не кажется, что нельзя допускать к управлению человека, который даже кара собственного не имеет? – нарочито громко возмутилась я.

– Что поделать, курс един для всех в ДПВ, – ухмыльнулся Крамер. – Скоро нас уже будет ждать инструктор.

– Какое счастье, что мне не придется летать в одиночку, – проворчала под нос, выползая из комфортного кресла в кабинете центра обучения.

Ничего себе! Я даже понимала, что мы будем делать, словно видела в своем ненормальном воображении кабину летающей тарелки, знала все кнопочки, рычаги и джойстики, хоть и не представляла, как это – летать самой. Конечно же, мы не будем перемещаться во времени – это разрешено лишь после подтверждения квалификации, да и то в присутствии старшего сотрудника. Но мы и не собирались покидать это время.

Сразу после обеденного перерыва я познакомилась с инструктором – щупленьким блондином. Он уже знал, кто я такая. Неудивительно – кажется, за несколько дней я стала местной достопримечательностью, все так и норовили со мной пообщаться.

Все, кроме одного-единственного мужчины, который сейчас находился в прошлом вместе со своим несносным динозавром.

Усевшись в кресло пилота, я почему-то вспомнила, как училась водить автомобиль в столичной автошколе, еще на третьем курсе универа. Как разбила зеркало новенькой учебной машинки при въезде в «гараж»; на меня тогда орал мой инструктор, проклиная всех блондинок на свете скопом.

Знал бы он, какой аппарат мне доверили несколько лет спустя! Да его глаза вылезли бы из орбит, а волосы поднялись бы дыбом от такой новости.

Окрыленная давними воспоминаниями, я взялась за рычаги и по команде инструктора подняла летающую тарелку вверх, едва не пробив потолок ангара. От ощущения, что именно я управляю этой громадиной, голова закружилась. Я тут же прикусила язык и с умным видом вывела корабль наружу.

Ненадолго мы зависли над большим расчерченным линиями учебным полигоном департамента.

– Куда летим? – поинтересовалась я у инструктора, стараясь не обращать внимания на Крамера, который находился тут же, как ответственный за мое обучение.

– Никуда. Учимся сажать корабль и пользоваться навигатором.

– Тоже мне, практика, – надула губы я, но сделала то, что говорили.

За два часа пришлось раз десять взлетать и снова садиться в нужный квадрат. Моя надежда покинуть территорию департамента рушилась с каждой минутой.

Но… оказалось, не такая уж я бездарность, хоть меня и заставляли делать одно и то же. Я ни разу не промахнулась и не натворила бед. Мастерство не пропьешь… Не, это не про меня, конечно. Просто мне действительно легко дался этот курс.

– По парковкам зачет. Завтра полетим в город. А ты способная, Энджи, – похвалил инструктор. От такого комплимента я задрала нос выше крыши этого самого летательного аппарата.

– Так что, Хейк, на сегодня я свободна? – с ухмылкой спросила я, заметив, что куратор даже как-то иначе на меня смотрит.

– Кажется, Шер возвращается, – указал Крамер на движущуюся точку на экране бортового компьютера.

Я всмотрелась в полигон, но ничего не заметила. Понятно, что доки для рабочих кораблей здесь же, в транспортной части управления.

От неожиданности нажала что-то не то, и наш корабль пошел вниз по наклонной. Но реакция моего инструктора спасла нас от аварии.

– Перехвалил, – посетовал он, – ничего, научишься. Давай, до завтра.

Когда я вышла из корабля, меня пошатывало с непривычки. Вот это уроки, вот это я понимаю. Где же Шер? Надеюсь, они с Урсусом Форсом не пробыли в прошлом пару недель кряду?

Мне вдруг стало его жаль, сама не знаю почему. Прогнав непривычное чувство, я устремилась в здание, даже не глядя на колобка Крамера. Я уже знала, где находится следственный отдел, и ориентировалась на территории.

– До завтра, Хейк, – кивнула ему на прощание и поторопилась в кабинет Шера.

Ноги сами несли меня туда, хоть я и твердила себе, что не хочу его видеть.

Будто соскучилась… Было бы по кому.

Наверное, просто устала. Быстрее бы завалиться на кроватку, пусть даже на соседнем диване спит недовольный ящер – все равно.

В тот момент, когда я вошла в кабинет, меня чуть не сбил с ног Краш.

– Ты это чего, зубастый? – крикнула я, едва удержав равновесие.

Шер сидел в своем кресле. Заметив меня, он приложил палец к губам. И я поняла, что у него активирован Х-фон. Я замолкла и присела рядом, забросив ногу на ногу.

Кажется, я немного ошиблась – это вовсе не телефонная беседа.

– Ален прислал сообщение. Его забрали в прошлое. Процесс запущен, агент внедрен, – сказал Шер, выключив Х-фон.

– Это хорошо или плохо? – подняла я брови.

– Смотря с какой стороны на это взглянуть. Если ему удастся связаться с патрульными того сектора, то, наверное, хорошо.

Мы поднялись одновременно, словно по команде, и оказались друг напротив друга.

Пока я смотрела в наглые серые глаза, даже не знала, чего мне хочется больше: сказать какую-нибудь гадость или же поцеловать возмутителя спокойствия.

– Как дела? – смущенно спросила я, решив пойти по третьему, мирному пути.

– Неплохо. Мы почти взяли Амерона. Но… В общем, он не видел нас. Зато мы узнали пару новых подробностей из его прошлой жизни, – сообщил Шер. Серые глаза чуть помутнели, он нахмурился.

– Расскажешь по дороге?

Черт! Ну вот зачем я это говорю?! Хочу показать интерес, которого не существует? Да мне наплевать на его работу. Честное слово!

– Расскажу. А ты расскажешь, как прошел твой день?

– Я научилась управлять НЛО. Теперь меня можно смело причислять к неопознанным летающим блондинкам, – фыркнула я и добавила: – Есть охота.

– Я закажу продукты? – прищурился Шер.

– Сама закажу. Полетели, – указала я ему на выход. – Кажется, наш рабочий день уже закончен.

Шер тихим свистом подозвал своего велоцираптора. Мы вышли из кабинета, потом из здания и уселись в кар. Пока Шер управлял аппаратом, я заказала на дом продукты, мысленно облизываясь. Сегодня я решила приготовить рис с овощами и мясо под соусом со специями. Думаю, это блюдо я смогу осилить и не сломать что-нибудь из бытовой техники на кухне Шера.

Битый час я возилась с ужином. Расставила на столе тарелки, приборы, бокалы. Шер вышел из ванной и присел на стул. А потом почему-то поморщился.

– Попробуй, это вкусно, – сказала я ему, но мой голос стих, когда я заметила, как неохотно Шер ковыряется в тарелке.

– Прости, я не голоден. – Он отодвинул от себя ужин, допил сок и пошел к диванчику, подвигая развалившегося там ящера.

От такой наглости моя челюсть медленно уползла вниз.

Похоже, что его накормили до меня. Значит, был в командировке? Угу… Интересно, у кого в гостях? Да у него наверняка в каждом временном секторе по любовнице – вот и вся правда. Хорошо устроился. Брутальные мужчины будущего всегда в цене, особенно те, которые напоминают пришельцев. Так сказать, эксклюзив. Прямо-таки мужчина из научной фантастики.

– И не надо. Не очень-то и хотелось, – процедила я, вывалив остатки пищи в миску Краша. – Иди, зубастик, перекуси хоть ты.

Краш не отказался от угощения. Он спрыгнул с дивана и быстро поглотил все то, что я готовила для Шера. Вот только мне хотелось плакать от обиды.

Я решила не пытать гада, который уже сопел, отвернувшись. Мне все равно. Пусть хоть динозавр порадуется жизни.

– Ешь-ешь, ящерица. И помни мою доброту, – заключила я, убирая тарелки в посудомойку, после чего удалилась в душ, проверив перед тем сохранность вещей в моем сейфе.

Завтра снова трудный день. Но я справлюсь! Главное – меньше думать о майоре Шермане и ни в коем случае не ревновать.

Как ни странно, этой ночью мне удалось выспаться, и я проснулся бодрым и отдохнувшим. С утра все не мог понять, на что дуется Энджи. Но для себя отметил, что она больше не ворчала на Краша. Да и динозавр на удивление был к ней весьма лоялен.

– Энджи, может, сварить тебе кофе? – предложил я, когда вышел из душа.

– Сама уже приготовила, спасибо, – уклончиво ответила она. – Собирайся скорее, не хочу опоздать на работу.

Вот это новость! С каких пор она заинтересована работой в департаменте? Или тот инструктор на нее так влияет? Нет, только не ревновать. Лучше выясню, что она задумала. Сдается мне, все не так просто.

– Энджи, помнишь, я обещал помочь тебе с квартирой? – зашел я издалека.

– Конечно. Тебе ведь тяжело со мной. Я сама знаю, что не подарок. Ничего, Шер, скоро я перееду и больше никогда не стану тебя допекать, – повернулась она с одним накрашенным глазом.

Это выглядело довольно смешно. Одно время женщины перешли на перманентный макияж, но он не слишком прижился. Почему-то они предпочитают подбирать косметику под одежду и настроение, она никогда не выходит из моды. Им доставляет удовольствие сам процесс.

– Мне не тяжело… – Черт! Что я говорю?! Мне действительно не хочется, чтобы она переезжала. Да это просто помутнение рассудка! – Вечером тебе привезут мебель, так что сможешь остаться одна, – сообщил я, отогнав свои мысли.

– Как скажешь, – фыркнула она.

Что за девчонка?! Все ей не так. Стоит пройти курсы «Как угодить женщине». Вот только, боюсь, и это не сработает: она особенная, и я пока не знаю, как найти к ней подход.

После легкого завтрака мы выехали в департамент. Энджи молчала всю дорогу, хотя периодически я ловил на себе ее настороженный взгляд. Кажется, что-то происходило, вот только я не понимал, что к чему.

Мы вместе вышли из кара, и я подозвал Краша. Проводил блондинку в крыло, где она проходила стажировку. Меня несколько напрягало то, что все мило улыбаются Энджи, а во взглядах работников неподдельное дружелюбие. Успела, значит, и здесь втереться в доверие. Конечно, с ними она белая и пушистая. Только со мной такая стервочка!

Оставил ее с Хейком Крамером, а сам поторопился к Саймону, чтобы обсудить последние события. Надеюсь, Ален свяжется с нашими операми, и мы узнаем, в какой сектор ансарийцев занесло на сей раз.

– Принес отчет по командировке, – сказал я, переступив порог кабинета полковника.

– Уже слышал, что вы упустили Амерона. Урсус только от меня ушел, – повернулся в кресле ко мне нахмурившийся Саймон.

– Что же, значит, Форс рассказал тебе, почему мы его не взяли. – Мой висок даже задергался от возмущения. Это ведь Урс виноват, что мы не успели вовремя и напоролись на тех сектантов. Хотя нельзя во всем винить других.

– Значит, ансариец жил на Земле? – выдернул меня из раздумий Саймон.

– Похоже. Но как это возможно? Наши расы контактируют не очень давно. Не может быть, чтобы одного из них занесло на Землю еще в те времена. Они тогда и сами не покидали Ансары.

– Но ведь то, что Амерон жил там продолжительное время и едва не был убит, явно говорит о том, что он попал туда не из нашего временного сектора.

– Я тоже об этом думал. Похоже, он пытается изменить ход истории, убирая из нее определенных людей. Но каков мотив преступления? – Я уперся ладонями в стол в центре кабинета и поднял голову.

– Да любой на самом деле. Возможно, он добивается своими действиями чего-то конкретного. Мы не можем установить связь между событиями в разных секторах.

– Да есть связь! Он идет со своей шайкой по определенным моментам истории. Возможно, Ален сможет что-то выяснить. Ты проверял все контрольные точки?

– Естественно.

– Надеюсь, скоро все прояснится.

После повторного изучения временных потоков на голограмме я оставил шефа и вернулся в кабинет вместе с Крашем. Бедолага Грэгори все ломал голову над проникновением на завод. Но у меня своих забот полно.

Я открыл в компьютере базу данных зарегистрированных на Земле ансарийцев, сопоставляя имеющиеся у нас факты и просматривая старые дела с подобными случаями.

Странная они раса! То, что их жизнь гораздо длиннее человеческой – понятно. Но все же… Что они скрывают от землян?

За пару последних столетий человечество вошло в контакт с несколькими расами, но такие странные отношения у нас лишь с жителями Ансары. Вампиры быстро приспосабливаются к нашему обществу, порой их не отличить от людей, если не знать, что к чему. Но при этом их внутренний мир для нас – табу.

Ну ничего! Нет преступления, за которое майор Элеон Шерман бы взялся и не раскрыл. Не таких ловили!

Полет над городом – это нечто волшебное. Жаль, инструктор не давал мне самой управлять кораблем. Пока мы летели над территорией Парижа будущего, пилотировал именно он, попутно поясняя нюансы «дорожного» движения.

Но зато за городом мне позволили управлять летающей тарелкой лично, и мой учитель лишь присматривал, чтобы я не слишком увлекалась виражами. Хотя так и хотелось повторить некоторые трюки Шера, сделать крутой поворот или мертвую петлю. Почему-то страх отсутствовал. Но виноваты были вовсе не внедренные искусственным путем знания, а врожденный азарт.

Мы достаточно отдалились от города, почти до пролива Ла-Манш, пролетели над лесополосами. Периодически уходили выше и двигались над немногочисленными белыми облаками. На огромном экране корабля была видна каждая мелочь, а при необходимости изображение увеличивалось голосовой командой.

Частных кораблей в воздухе встретилось не так много – оказывается, большинство людей предпочитают пользоваться карами, потому как летать дорого. Но рейсовых – хватало.

Конечно же, я знала, что мне пока не доверят транспорт департамента в личное пользование. Тренировки нужны были лишь для того, чтобы я могла действовать сама в экстренной ситуации. Но этого оказалось достаточно, чтобы задуматься, чего я могу лишиться, вернувшись в свое время. Даже если я «та» забуду все это головокружительное приключение.

Но ведь не хочется забывать!

Когда вернулась в департамент, меня встретили Шер и Краш. Конечно, как же я забыла?! Сегодня мы будем обставлять мою квартиру. Я уже в предвкушении. Обожаю обновки!

– Энджи, ты все? Поехали, – взял меня за руку Шер.

Не поняла, соскучился, что ли? Да быть такого не может.

– Я готова. Сразу в квартиру?

– Да, нас уже ждут.

– Как хорошо, когда тебя хоть кто-то ждет, – сымитировала я недовольство в голосе.

У дома, где МКВП выделило мне апартаменты, действительно ожидал странный аппарат, напоминающий формой яйцо. Створки раздвинулись, и внутри я увидела грузовой отсек с закрепленной в нем мебелью и большими коробками.

Не пришлось ничего тащить на своих плечах – все сделали роботы; а в жилблоке можно было свободно развернуться, в отличие от моего бывшего жилища.

Почему-то я задумалась: кто теперь будет платить за меня ипотеку там, в прошлом…

Время пролетело быстро. Не успела я оглянуться, как парень, который занимался перевозками, протянул мне пластину – вместо подписи требовалось приложить к ней руку с чипом. Я заверила договор.

– Энджи, идем смотреть, – позвал меня Шер.

Когда вошли в мою квартиру, я и не узнала ее. Да я бы никогда в жизни не расставила все лучше. Конечно, мебель не та, к которой я привыкла в прошлом, да и квартира Шера как-то уютнее, но выбирать пока не приходится. В общем, теперь у меня появилось место, где поспать и где приготовить пищу. Вот только для себя готовить не интересно, какой бы эгоисткой я ни была.

– Кофе? – смущенно предложила я Шеру, когда мы остались одни. Не совсем одни, конечно, а с Крашем, который ходил вдоль стен, принюхивался, явно решая, что здесь можно учудить. Но при хозяине все его мысли, если таковые бывают у динозавров, так и остались лишь мыслями.

– Кофе, которого у тебя нет? – с легкой ухмылкой ответил Шер.

– Закажем?

– Да, пожалуй, стоит заказать тебе продукты. Не хочу, чтобы ты умерла с голоду по моей вине.

Я присела на край новой кровати и виновато подняла глаза на Шера.

– До сих пор жалеешь, что так вышло, да? Что я подвернулась тебе под руку во время задания?

Он ненадолго задумался, но не похоже, что злился на меня.

– Так сложились обстоятельства. При всех наших возможностях мы не можем проконтролировать свое же будущее и изменить что-то в жизни. Будем считать, это судьба, и встретились мы именно благодаря ей.

– Ты просто нашел отговорку, – не выдержала я.

Хотелось узнать, что он лично обо мне думает, но Шер упорно отмалчивался.

– Сделаем заказ? – воспользовавшись минутной заминкой, сказал Шер.

Я заползла на постель, откинулась на подушки, взяла в руки его планшет.

Сам он присел рядом, виновато глядя на меня. Я даже не смотрела, что выбирала, потому как мои мысли утекли в другое русло. Хотелось дождаться от тугодума каких-то активных действий, но его, похоже, интересовала только работа.

Я даже глаза прикрыла, представляя, как он придвигается ближе, говорит что-то вроде: «Энджи, да брось этот планшет и иди сюда…» и целует меня так сладко, как он умеет.

Знал бы он только, о чем я думала!

Влюбилась я, что ли? Да чтобы я… в полицейского?.. Да они же мне никогда не нравились. Нет, безусловно, среди коллег попадались интересные экземпляры, но в тот момент я думала только о Ромке и его поступке. А сейчас понимала, что от той слепой влюбленности не осталось ничего – лишь неприятный осадок.

– Ты, смотрю, устала. Я пойду. Вот тебе моя карта, там на счету есть деньги, рассчитаешься за доставку, – поднялся Шер, положил на стол пластинку и подозвал своего динозавра.

Пока Шер в коридоре надевал куртку и ботинки, мне хотелось крикнуть, чтобы он не уходил. Страшно оставаться одной в этой реальности. Но не могла вымолвить ни слова, словно в горле застрял комок.

Поняв, что потом будет поздно, я все же пересилила себя, резко спрыгнула с кровати, выбежала в коридор.

– Как же кофе?

– Потом. У меня сегодня есть и другие дела, – уклончиво ответил он. – Не переживай, я утром за тобой заеду. До завтра, Энджи! – И скрылся в кабине лифта.

Когда лифт уехал, я даже ногой топнула от досады.

Нужно было сказать ему как есть. Но что именно? Что он мне нравится? Да не нравится он мне, и будущего с этим «мужчиной из будущего» я пока не представляла. Просто какое-то мимолетное помешательство, нормальная реакция организма на поцелуи в подсобке музея. Хотя Шер симпатичный, и в нем есть обаяние, которое он упорно старается не показывать.

Интересно, что за дела у него внезапно появились? Так и хотелось проследить за ним, но я не имела никакой технической возможности.

Просто постараюсь о нем не думать. Дождусь доставку, а потом сделаю вылазку в город, посмотрю наш квартал, прогуляюсь и подумаю в тишине.

Черт побери, как же хотелось принять приглашение Энджи и воспользоваться моментом. Но меня удержали от этого три причины.

Во-первых, я по-прежнему думал-гадал, в чем подвох. Не может такого быть, чтобы она просто так взяла и оттаяла. Нужно задуматься о последствиях, пока не наделал ошибок.

Во-вторых, если бы остался, то надолго. Возможно, на всю ночь. А со мной Краш, который не привык к чужим квартирам.

В-третьих, сегодня мне предстояло встретиться с работником музея и вновь проверить информацию о том, что похищено ансарийцами.

Примерно так я себя уговаривал, пока шел к кару, чтобы не броситься обратно к Энджи. Краш еле тянулся следом, будто тоже не хотел уходить. Я открыл двери машины, взглядом указывая ему на салон.

– Давай, ползи. Сейчас заедем по одному делу – и домой. Наконец-то выспимся, – пробурчал я, дожидаясь, пока велоцираптор займет свое законное место.

Он нехотя влез и улегся, не желая смотреть, как обычно, в окошко. Странно, что с ним происходит? Не заболел бы. Я даже начал переживать, потому что впервые видел Краша в таком состоянии.

Домой мне удалось добраться лишь через два часа, но зато теперь у меня на руках был полный список похищенных деталей. И я получил доказательства, что Амерон использует для путешествий в прошлое старотипные корабли, каких уже нет в департаменте, но при этом усовершенствованные по последним ансарийским технологиям. Во всю эту авантюру вложены немалые деньги. Выходит, что Амерону настолько выгодно исчезновение из истории охотников, что он готов на все ради…

Чего ради – я пока не знал. Но скоро этот гордиев узел должен разрубиться. Иначе я себе не прощу – уволюсь из департамента.

Полночи я крутился и не мог уснуть. Энджи нагло вторглась в мои мысли и не желала их покидать. Чтобы избавить себя от дурацких раздумий, я набрал номер Х-фона, который оставил ей для связи. И тут же отключился, опомнившись. Энджи наверняка спит. Да и что я спрошу в такое позднее время? Как дела? Глупо и безрассудно.

За два часа до работы я уже был одет и готов к выходу. Бросил мимолетный взгляд на сейф, но решил пока повременить с его доставкой. Позвал Краша и рванул к Энджи, прихватив в придорожной кафешке сладостей и две капсулы кофе.

Она открыла двери заспанная, но, увидев на пороге меня, сразу ожила. Скомандовала нам с Крашем идти на кухню, а сама помчалась в ванную комнату – приводить себя в порядок. Появилась через несколько минут с собранными в хвост волосами, в коротком халатике, который совершенно не прикрывал длинные босые ноги с накрашенными алыми ноготками. Уселась напротив, сцепив руки под подбородком, и заинтересованно посмотрела на меня.

– И чего тебя принесло в такую рань? – спросила она.

– Решил исправить оплошность и угостить кофе лично, – указал я на покупки. – Да и на работу опаздывать не стоит.

Я откинулся на спинку стула, пока Энджи разглядывала то, что принес. Но от кофе не отказалась. А я все посматривал на ее ноги, мысленно представляя то, что скрыто выше, под одеждой. Жаль все же, что мы вместе работаем. Я еще не заводил интрижек в департаменте, поэтому даже не представляю, что такое служебный роман. Хотя одна девица из отдела дознания как-то намекала на встречу после службы.

– Ты ничего не хочешь мне сказать? – прищурилась Энджи.

– Ты это о чем?

– О скоропостижном бегстве вечером. О чем же еще? И какая она?

– Кто – она? – сделав глоток, уточнил я.

– Та, к которой ты так торопился.

– А-а-а… – до меня наконец-то дошло, что подумала Энджи, и фантазия разыгралась не на шутку: – Рыжая. С зелеными глазами. Страстная. При этом молчит и не задает лишних вопросов.

– Так, все. Я собираюсь на работу. Времени нет, – резко поднялась Энджи, не поняв юмора.

– Еще час как минимум, – взглянул я на браслет.

– Ничего. Раньше от тебя избавлюсь, – проворчала она. – Впереди сложный день. И снова за штурвал. А ты не дал мне даже выспаться как следует.

Наверное, я перегнул палку. Кажется, Энджи и правда поверила, что вечером у меня было свидание. Ну и ладно. Пора бы уже перестать думать о том, что мне не нужно. Скоро моя жизнь снова войдет в колею и станет прежней.

В кабинете, куда мы вошли вместе, в задумчивости сидел Грэгори. Заметив нас, он кисло улыбнулся и махнул рукой.

– Грэг, ты чего такой? Проблемы? – спросил я, включая компьютер.

– У меня шесть нераскрытых дел. Саймон сказал, если до конца недели не будет подвижек, можно забыть о премиальных бонусах. А мне позарез нужны деньги.

Энджи хмуро посмотрела на меня, затем подсела к Грэгори и ехидно улыбнулась.

– Раз уж ты мой будущий напарник, может быть, покажешь, что за нераскрытые дела? У меня еще есть время до занятий в учебном центре.

– Ладно, идем, – согласился Грэгори, отодвигая стул и освобождая для девушки место.

Я громко фыркнул.

– Слабак. Мог бы и сам разобраться. Краш, идем к Форсу.

Разговор с Урсом занял около часа. А когда я вернулся, меня ждал сюрприз.

– Шер, ты представляешь! Энджи помогла мне разобраться с тремя вопросами. Оказывается, похищение двигателей связано с твоим делом об ансарийцах, так что теперь мы с тобой в одной упряжке!

– Которое произошло пятьдесят лет назад, что ли? – не сразу понял я.

– Именно! Мы сравнили анализ частиц с тела убитого охранника и одной из жертв ансарийцев. Кажется, работал один и тот же вампир. Хотя они всячески пытались замести следы и представить это так, словно действовали земляне.

– Час от часу не легче. Выходит, похищение двигателей с завода и деталей из музея… Стой! Я понял! Они сами собирали корабли, имея на руках лишь схему. Потому как не могли провезти готовые с Ансары.

– До тебя доходит как до жирафа, Элеон. А еще лучший работник департамента, – язвительно отозвалась Энджи. – В общем, я пошла к Хейку Крамеру, а вы тут занимайтесь, ребятки.

Она прошлась по мне испепеляющим взглядом и, крутанув бедрами, вышла из кабинета. Я бросился было за ней, чтобы проводить. Но меня остановил Грэг со своими догадками. А дверь за Энджи плавно закрылась.

Увы, на прогулку в город я так и не выбралась. Страшновато не в своем времени ходить одной по незнакомым улицам. Еще вляпаюсь в какие-нибудь неприятности. Несмотря на свою браваду, я так и не решилась выйти и осталась в новой квартире, злясь на себя за то, что со мной творится.

Вот зачем предлагала Шеру остаться?! Дура, одним словом. Еще пару дней назад мы были готовы друг друга убить. А теперь только и думаю, как сделать так, чтобы он обратил на меня внимание. Хорошо, что он ничего не понял.

Усталость после насыщенного событиями дня взяла свое, и я улеглась в новую кровать, вспомнив совет бабушки: сказать перед сном «Сплю на новом месте…» Ну, вы знаете, что дальше. Произнесла вслух и закрыла глаза, быстро уходя в сон.

Приснился почему-то Краш…

Мы попали в Москву, и он шел со мной в наше отделение полиции. Коллеги бросались в стороны, а я злорадствовала, видя их испуганные лица. Во сне я даже прониклась к чупакабре Шера каким-то уважением. Но потом сновидение сменилось размытыми картинками, и дальше я ничего не запомнила.

В общем, примета не сработала. А еще и сам Шер со своим динозавром заявился ко мне ни свет ни заря – словно извиняясь за то, что вчера так быстро сбежал. Говорил о какой-то женщине, а я видела, что он просто издевается. Потому что я провела с ним несколько дней и уж про любовницу бы выяснить точно успела.

В те моменты, когда старалась не думать о личных проблемах, я всегда переключалась на работу. И мой мозг, как ни странно, начинал мыслить лучше. Так и сегодня я решила вникнуть в нераскрытые дела Грэгори вместо того, чтобы ругаться с Шером…

В обеденный перерыв меня вызвал в свой кабинет Саймон. Я не сразу поняла, что от меня хотят. Но все же оставила Хейка и пошла к полковнику Фарреллу, даже не догадываясь, что случится дальше.

В уже знакомом мне помещении находился не только Саймон. Еще там были Грэгори Новак и Элеон вместе с Крашем. Шер демонстративно сжал губы и выпрямился. Грэг, напротив, широко заулыбался, когда я вошла и остановилась в нерешительности.

– Анжела, присаживайся, – указал Саймон на кресло. – Уже освоилась?

Я опустилась на сиденье и подняла голову.

– Вполне. Жилье шикарное, район тихий. – Я бросила на Шера многозначительный взгляд и поинтересовалась: – А в честь чего собрание?

– Грэгори рассказал о том, как ты помогла ему со старыми делами. Как выяснилось, два разных дела, которые вели майор Шерман и капитан Новак, связаны между собой. Ты помнишь, я обещал тебе стажировку с Грэгори. Но обстоятельства меняются. Вам нужно поработать всем вместе, командой. И поскольку опыта у Элеона больше, придется назначить руководителем твоей стажировки именно его. Так что сразу после окончания курса подготовки ты переходишь под его ответственность.

– Вы, наверное, пошутили, Саймон, – усмехнулась я.

Но внутри что-то предательски заворочалось – эдакий подлый червь сомнений, который напомнил о себе, как только я поняла, что буду видеться с наглым майором чаще, чем предполагалось.

– Ничуть. Кажется, тебе осталось дня два занятий. А потом можешь приступать к новым обязанностям.

– Вот это новость, – озадаченно протянул Грэг. – Так что, теперь мы все в одной упряжке?

– Именно так. Займетесь делом ансарийцев – это ваша первостепенная задача, – едва заметно улыбнулся Саймон. – Нужно опередить противника. Пока Ален молчит, попытаемся сами вычислить точку, где они могут появиться. Запросите все сведения об охотниках на вампиров, проанализируйте данные. Энджи подключится к вам, как только Крамер даст заключение о ее профпригодности. Надеюсь, понятно. А пока все свободны.

– Да уж, ну и новости, – резюмировал Грэгори, пока мы выходили из кабинета начальника. – Вспомним старые времена. Правда, Шер? Раньше ведь неплохо работали вместе.

– Кажется, работал лишь я. А некоторые создавали видимость. У меня одного статистика раскрываемости преступлений больше, чем тогда, когда ты был моим напарником, – ухмыльнулся Элеон.

– Ладно тебе, – хлопнул его по плечу Грэгори. – Я пошел обедать. Хочу договориться на вечер о встрече. Кстати, к тебе будет деловой разговор.

Я заметила, как Шер нахмурился, но ничего не сказал. Вместо этого кивнул мне в сторону своего кабинета.

– Вообще-то я тоже не прочь пообедать, – опомнилась я, когда Грэг скрылся за поворотом коридора.

– Мне нужно кое-что забрать. И потом можно заглянуть в кафе.

Я молча вошла за ним в кабинет, бездумно глядя в пространство. Шер склонился над рабочим местом, что-то отыскивая в компьютере. Около меня замер Краш, и я протянула руку, с опаской дотронувшись до кожистой головы. Ящер заурчал и защелкал.

– Нравится, да? А ты не такой уж и противный. Надеюсь, мои руки останутся целыми? Если бы ты еще вещи не трогал, я бы могла тебя и простить.

Краш вытянулся, приподнялся на задних лапах, прильнул ко мне в порыве какой-то нежности. От неожиданности я потеряла равновесие и полетела назад, прямо на Шера, который как раз повернулся. Он ловко поймал меня и теперь удерживал на весу, глядя мне в глаза.

– Ты поаккуратнее.

– Это все твое чудовище, – выдохнула я, не сводя взгляда с изогнутых в язвительной ухмылке губ. Шер, похоже, и не думал меня отпускать.

Казалось, что пространство между нами искрит. Руки были горячими, дыхание – близким, слегка рваным, а сам Шер совсем не тем, кого я знала. Мое сердце застучало быстрее, а воздух внезапно закончился. Я скользнула взглядом по его напряженному лицу, а Шер еще сильнее сжал ладони.

Лишь эти серые глаза, похожие на грозовую тучу, имели значение. Я могла бы смотреть в них вечно. Жутко хотелось прикоснуться к ямочке на квадратном подбородке, провести по чуть вздернутому носу, заострившимся скулам, взъерошить волосы. Ему так идут взъерошенные волосы! А еще под рубашкой скрыты кубики, от одного воспоминания о которых бросает в дрожь.

Шер не понял причину моего замешательства, лишь прищурился и приподнял меня так, что я оказалась напротив него.

Мы смотрели друг на друга и даже не слышали, как рядом порыкивал возмущенный отсутствием внимания ящер.

Чувство было обоюдным. Острым. Обжигающим. Оно мешало дышать, говорить и вообще заталкивало все здравые мысли куда-то глубоко, оставляя лишь голые эмоции. Медленно расползалось от ребер по всему телу, вихрями закручивалось в животе.

Шер нахмурился и нервно дернул губой.

Я инстинктивно отступила назад и уперлась в стол, испуганно глядя на Шера. А он вдруг приблизился, и между нами почти не осталось промежутка.

Его лицо становилось все ближе, глаза потемнели, губы чуть приоткрылись. Я даже не дышала будто. Мысли путались.

Неужели сейчас поцелует?

Даже не знаю, что на меня нашло, но я просто не желал выпускать Энджи из рук. Во мне словно пробудился инстинкт охотника, который поймал добычу.

Она вздернула нос и с вызовом смотрела на меня. И я не мог оторвать от нее взгляда, разжать ладони. Не хотел, чтобы она снова ушла. Это было сильнее меня.

Я просто задыхался от ее близости. Ощущение водоворотом закручивалось в груди, распирало легкие. Воздух раскалился до состояния, когда невозможно сделать вдох. На висках запульсировали вены. Огонь вихрями опутывал голову, струился по сосудам, мышцам, достигал кончиков пальцев, которыми я и сжимал хрупкие плечи девушки.

Губы Энджи дрогнули. Она вдруг отступила назад. А я машинально шагнул к ней, прижимая к столу. От близости в голове окончательно все помутилось, и я склонился, захватив ртом нижнюю губу Энджи. Затем слегка прикусил верхнюю. Замер, чувствуя сливающееся с моим дыхание, настойчиво проник языком в ее вкусный рот. Запустил пальцы в гладкие волосы, массируя затылок, и углубил поцелуй.

Она будто и не ожидала, на несколько секунд замерла, а потом ответила на мой порыв. Я зарычал ей в губы и обхватил за талию, посадив на свой рабочий стол. Приподнял ее подбородок и продолжил целовать. Энджи обвила руками мою шею, а я перехватил ее запястье.

Но в этот момент у меня зазвонил Х-фон, и Энджи случайно активировала вызов.

«Шер, совсем забыл тебе сказать, – заговорщически зазвучал в ухе голос Грэгори. – Ты же меня отмажешь? В общем, вечером у меня свидание, и моя ничего не должна узнать. Я скажу, что мы с тобой проводим оперативную работу. Тем более что мы снова напарники. Договорились?»

– М-м-м, – промычал я, не отрываясь от Энджи.

«Не понял, так да или нет?» – тараторил в ухо Грэг.

– Шер, так мы идем обедать или нет? – прошептала мне в губы Энджи.

– Да! – отвлекся я от Грэгори.

«Я знал, что ты настоящий друг. Пока!» – раздалось в Х-фоне.

Наступила тишина, я воспользовался моментом, чтобы еще потерзать губы Энджи. А она, похоже, здорово завелась и вся дрожала в моих руках. У меня даже возникли мысли продолжить, но рабочий кабинет не казался подходящим для этого местом. И я решил отложить удовольствие на вечер.

Я остановился, отпустив Энджи, которая так и сидела на моем столе.

– У нас всего полчаса, чтобы успеть в кафе, – подмигнул я, уже строя в мыслях грандиозные планы.

– Да, пойдем, – очнулась она и спрыгнула на пол, поправляя на себе одежду.

Я облизнулся, все еще ощущая на губах ее вкус.

– Хотел тебе кое-что предложить, – не сводя глаз с соблазнительных изгибов фигурки, сказал я. – Не знаю, согласишься ли.

– Смотря что ты имеешь в виду, – ехидно отозвалась Энджи.

Я подмигнул ей, затем встряхнулся и подозвал Краша.

Когда выходили из кабинета, я придержал Энджи за талию, и она не отстранилась. Это уже прогресс. Она даже бросала на меня заинтересованные взгляды.

Заведение, куда работники департамента частенько наведывались, находилось через дорогу от центрального входа: нужно лишь пройти прозрачный переход. Правда, там можно было встретить многих коллег. Но раньше меня это обстоятельство не слишком напрягало.

– Энджи, привет! – раздалось сбоку, и кто-то махнул рукой в сторону моей спутницы.

Она мило улыбнулась и тоже подняла руку.

– О, Энджи! Как дела? – спросил другой парень, который шел навстречу.

– Привет, – растянулись в улыбке ее губы.

Я прямо-таки почувствовал, как кровь хлынула в голову. Кулаки почему-то зачесались.

– Смотрю, ты не теряешь времени даром в учебке, – заметил я, стараясь не подавать вида, что меня волнуют случайные знакомые моей блондинистой занозы.

– Обзавожусь разными знакомствами. А что такое? – повернулась она, сделав невинное лицо.

– Ничего, все в порядке. Ты молодец, быстро освоилась, – ухмыльнулся я в ответ.

Мы вошли в большое помещение, где Энджи, как выяснилось, прекрасно ориентировалась.

– Времени совсем мало, – посетовала она. – Если опоздаю, Хейк будет возмущаться. А мне не хочется оставаться там надолго, чтобы отрабатывать.

– Возьмем экспресс-блюдо. У нас еще двадцать минут.

– Ладно, и кофе с собой, выпьем на ходу, – кивнула она.

Пока мы стояли у стойки заказов, я все думал, как выразить свою мысль. Сказать напрямую, чего мне хочется, или придумать причину, как заманить ее к себе?

Никогда не думал, что выбрать так сложно. Ну ладно, буду действовать по обстановке. Найти бы подходящий момент.

После страстного поцелуя в кабинете я никак не могла прийти в себя. Казалось, весь мир сосредоточился вокруг человека, которого я совсем недавно на дух не переносила.

До конца обеденного перерыва я переживала и гадала, что Шер хотел мне сказать. Но решила подождать, пока он сам соизволит сообщить новость, чтобы не разочароваться.

Он не особо спешил в кабинет, проводил меня до учебки. Мы остановились в холле, неподалеку от аудитории, куда я направлялась. Наши взгляды встретились, и я снова ощутила странное притяжение.

– Я тут подумал, может, после работы поедем ко мне? Закажем из ресторана ужин, – наконец-то предложил он.

Я прищурилась и прикусила верхнюю губу.

– Расценивать это как приглашение на свидание? – спросила, выдержав паузу.

Он пожал плечами и как будто засмущался.

– Уж как получится. Просто приглашаю в гости.

– Ты не романтик. Но… ладно, я согласна, все равно половина вещей у тебя.

– Тогда встретимся после работы. – Он сжал мою ладонь и хотел было притянуть меня к себе, как из дверей показалось круглое лицо Хейка Крамера.

Шер бросил на него неприязненный взгляд, после чего обнял меня одной рукой и склонился, быстро поцеловав в губы. Затем развернулся и скрылся в лифте вместе с Крашем.

– Это совсем не то, что вы подумали, – бормотала я, следуя за Крамером.

Хотя о чем это я? Все именно так. Мы с Элеоном Шером целовались у него в кабинете. И это было вовсе не для конспирации, а на самом деле. И теперь он позвал меня к себе, намекнув на то, что я останусь у него на ночь. От предвкушения встречи внутри все потеплело, и по телу разлилась странная нега. Казалось, что меня до сих пор обнимают сильные руки, мерещился вкусный поцелуй. Все же целовался он потрясно.

Даже не знаю, как я смогла досидеть до конца занятий и не умереть от ожидания. Вечером Крамер объявил, что завтра у нас зачет по основным дисциплинам – истории, вождению и теории временных перемещений. Что краткий курс я прошла, а в процессе работы периодически буду повышать квалификацию. Я заподозрила, что к этому приложил руку Саймон Фаррелл, но все же промолчала, только кивнула, ведь думала совершенно не о работе. Да и знания в меня загрузили с помощью новых технологий, нужно было лишь показать, что я могу ими воспользоваться.

Я вышла из учебной части, оглядываясь по сторонам, когда меня окликнул Элеон:

– Энджи, я здесь! Ну так что, едем?

– Едем, – мурлыкнула я подходя.

– Рад, что ты не передумала, – улыбнулся он, приобняв меня за талию.

От места, где касалась его рука, по коже расползались волнующие мурашки. Всю дорогу я разглядывала его профиль и не понимала, куда смотрела раньше. Все же Элеон Шерман – красавчик. Сильный, брутальный, хоть слишком прямолинеен и совсем не умеет хитрить. Но именно в таком и были шарм и очарование.

– Я заказывал ужин на свой вкус, надеюсь, угадал твои предпочтения, – сообщил он.

Да, какая разница?! Хоть лягушачьи лапки. Я могу и вовсе не есть.

– Посмотрим-посмотрим, на что хватило твоей фантазии, – ухмыльнулась я.

Я даже не глядела на Краша, который периодически взывал обратить на себя внимание. Мы оставили кар на парковке и вошли в жилблок.

В квартире Шера стояла тишина. Лишь в углу молча моргал лампочками новый робот, приобретенный несколько дней назад вместо того, что пострадал по вине динозавра. Похоже, он только что закончил уборку, ведь все поверхности блестели как зеркала. Шер приказал машине убраться в кладовку, придержав зубастого вредителя.

Мы вошли в большую комнату. И я заметила свой сейф, что так и стоял на месте. Не успела ничего спросить, как к нам приехал посыльный из ресторана. Оставив Шера разбираться с ним лично, я прошла в ванную комнату – приводить себя в порядок.

Не знаю, сколько я прихорашивалась. Может, полчаса. Когда вышла, то сразу почувствовала приятный запах блюд и поняла, что сильно проголодалась.

На столе, который Шер трансформировал, сделав побольше, чего только не было.

Салат с ананасами и какими-то прозрачными дольками, приправленный соусом, напоминающим майонез. Другой – с кусочками краба и маслинами в кисло-сладком соусе.

В высоких тарелочках – две порции овощного блюда с золотистыми кружочками свежего картофеля, стручковой фасолью и кубиками красного перца. Из мясного – нежные отбивные, кажется, из телятины, хоть я не была до конца уверена, что мясо не модифицированное.

Из высокой вазочки торчали длинные хрустящие булочки с кунжутом. В металлической посудине охлаждалась синяя бутылка с игристым вином. На столе уже стояли бокалы. А еще… горели свечи. Три. Белые, высокие, в специальных квадратных подставках.

– Уау. Зря сказала, что ты не романтик. Похоже, что-то просмотрела, – всплеснула я руками.

– Стараюсь, – сверкнул зубами Шер и отодвинул стул, приглашая меня присесть.

Он подмигнул и поставил передо мной порцию салата. Сам откупорил бутылку и наполнил бокалы шипящим напитком.

Крашу тоже дали перекусить: чтобы он нам не мешал, Шер насыпал ему целую миску хрустящих звездочек, и ящер уселся около подставки на задних лапах, шурша в емкости передними и забрасывая себе в пасть питательные гранулы. Зато он на время забыл о нас, дав возможность нормально поговорить.

Ужин был бесподобным. Шер вел себя галантно и всячески за мной ухаживал, подавал тарелки, наполнял бокалы. Рассказывал о раскрытых преступлениях и разных делах.

Теперь, когда мою память нашпиговали современными знаниями, все казалось куда понятнее, и я почти не задавала глупых вопросов. Правда, иногда порывалась спросить что-то по поводу себя.

– Все равно не понимаю, почему не могу вернуться домой, – сказала я, после чего откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди, чувствуя, что наелась. Еда уже не лезла, хотя все оказалось весьма вкусным.

– Ты ведь изучала теорию. Но могу рассказать чуть доступнее, – улыбнувшись, сказал Шер. – Ты уже здесь, и на прошлое это никак не повлияло. Поэтому твой случай – парадокс предопределения в чистом виде. Ты уже стала частью как прошлых событий, так и событий будущего. И любые твои поступки в прошлом все равно приведут к тому, что ты окажешься в будущем. Это цикл, замкнутый круг, когда любые твои путешествия во времени не изменят историю даже в случае попыток поменять прошлое, что априори невозможно. Это примерно то же самое, что и появление ансарийцев в истории Земли. Иногда бывает, что преступления, которые мы расследуем, переводятся в разряд цикличных, и изменение событий того или иного масштаба теряет смысл.

– Как все загадочно, Элеон. Это же надо, я жила и понятия не имела, что мое будущее предопределено. Знать бы еще, что дальше будет.

– В каком временном промежутке? – приподнял одну бровь Шер.

– Да хоть сегодня. Не будем заглядывать слишком далеко. – Я растянула губы в улыбке, пытаясь казаться как можно милее. Почти прямым текстом намекала на то, что пора заканчивать ужин и переходить ко второй части свидания.

– Ну, это мы скоро и так узнаем. Может, прогуляемся? Вечер сегодня отличный, – неожиданно предложил Шер, глядя при этом на Краша.

Я сглотнула, сделала глубокий вдох и выдох. Поднялась со стула.

– Пожалуй, ты прав. Кому-то из нас на самом деле нужно подышать свежим воздухом, чтобы мысли проветрились. И этот кто-то – я.

– Идем, под домом есть парк. Потом вернемся.

Я молча кивнула, понимая, что нам обоим нужно хорошо подумать и не принимать скоропалительных решений.

Пока собиралась, Шер спрятал остатки нашей трапезы в холодильник, набросил легкую куртку и открыл двери, не забыв позвать свое чудовище на прогулку.

В общем, ради Краша все и затевалось. А чего я ожидала, связываясь с любителем раритетных чешуйчатых тварей?

Я стиснула зубы, выходя за Шером в коридор. Мы шли не той стороной, где парковка. А через другое крыло здания будущего, прямо к лифту, на котором я как-то уже ездила.

Неподалеку от дороги, в парке, что был устроен по новым технологиям, частенько выгуливали собак местные жители. И не только собак. Периодически по газонам проезжали специальные роботы, чистившие территорию от ненужных загрязнений. Да, собачники моего времени могли бы позавидовать местным условиям.

Но сегодня здесь было тихо. Будто у всех вдруг появились срочные дела. Странно для многомиллионного города. Но еще более странным казалось мне поведение Шера.

Когда Краш, довольный прогулкой, с громким рычанием понесся по траве за какой-то птицей, Шер взял меня за руку и вдруг сжал пальцы. В груди стало горячо, но слегка некомфортно. Будто что-то шло не так.

Не выпуская из виду Краша, мы прошли по аллее, где уже зажигались причудливые цепочки фонарей. За кустами светились далекие огни соседнего квартала. Но до него пролегал водный канал – его мы пересекали каждый раз, когда направлялись в департамент.

Теперь же я увидела водную преграду совсем близко. Мы остановились на небольшой набережной. Она выдвигалась над темной поверхностью, по которой пролегала дрожащая лунная дорожка.

Здесь уже не было фонарей. Но их и не требовалось. Хватало света от высоких зданий, окружающих парк. Окна издалека походили на звезды. А внизу, среди джунглей из металла и пластика, притаился небольшой уголок дикой природы, словно попал сюда из прошлого. И только полукруглая поверхность площадки и витиеватое металлическое ограждение напоминали, что все это создано руками человека.

– Краш, ты где? – позвал Элеон в темноту.

Откуда-то из-за кустов раздалось знакомое рычание, порой переходящее в гортанный вой. Ветви затрещали, и показалась морда велоцираптора.

– Ладно, иди гуляй, – махнул рукой Шер и повернулся ко мне.

– А что, здесь неплохо, – сказала я, рассматривая блики на воде.

– Да, хороший район. Я прихожу сюда с Крашем ночью, когда никого нет.

– Вот как?

– Раньше приходил, – поправился Шер.

Я сжала пальцы на ограждении. На талию легли мужские ладони. Он дышал мне в затылок, а я вдруг почувствовала холод – ведь куртку не захватила – и прижалась к спиной к широкой мускулистой груди.

Ладони поднялись выше, поглаживая мои бока и приподнимая футболку, скользнули вперед. И я часто задышала, не понимая, что со мной происходит. Контраст температур остро отзывался во всем теле, голова кружилась, мысли распадались на рваные фрагменты. Хотелось и дальше чувствовать на себе руки этого мужчины, причем не только здесь. Везде.

Не выдержав, я резко повернулась, наши взгляды встретились всего на миг. А в следующую секунду к моим губам прильнули желанные губы. Шер зарылся пальцами в мои волосы, а я провела по его короткой стрижке. Ощущения были неожиданными, словно у меня повысилась чувствительность. И я хотела дальше касаться, исследовать, трогать…

Шер был выше меня и в темноте казался огромным. Каменной стеной, за которую можно спрятаться. Если б еще знать, что у него на уме.

Мы настолько увлеклись друг другом, что не сразу услышали шум.

Мимо нас в сторону дорожки с громким рыком пролетел Краш. А перед глазами мелькнул бледно-зеленый луч лазера.

Я вскрикнула, а в следующий момент оказалась придавлена к поверхности площадки массивным телом Шера.

– Ты как? – хрипло спросил он, все еще оставаясь на мне.

– Что это было?

– За нами кто-то следил. А Краш погнался за ними!

Шер поднялся и помог мне встать на ноги. Я отряхнулась, взволнованно глядя на него.

– Это были ансарийцы?

– Похоже на то, если судить по реакции Краша. Идем, кажется, они побежали в ту сторону.

– У нас же нет оружия! – возмутилась я, догоняя Шера по темной дорожке парка.

– Есть. Держи! – Он вытащил из кармана куртки широкое кольцо с кнопкой. Протянул мне, себе достал такое же. – Это мини-бластер. Заряда надолго не хватит, но пока другого предложить не могу. Все же лучше, чем ничего. Надень его на указательный палец.

Мы поспешили в направлении, откуда раздавались последние звуки. Бежать в босоножках было крайне неудобно; знала бы, чем все закончится – надела бы кроссовки. Но выбора не оставалось. Я на ходу нацепила на себя выданный Шером гаджет, почувствовав его тяжесть, хотя на вид – простая безделушка.

Нам с Энджи пришлось пробираться через кусты. Потом пересечь большой газон. Внезапно я заметил на траве знакомый блеск и остановился, осветив фонариком из браслета подозрительное место. Почему-то я заранее знал, что здесь увижу.

– Энджи, иди сюда, – позвал я блондинку.

– Фу-у-у! Что это такое? – протянула она, заметив зеленоватую жидкость, напоминающую слизь.

– Кровь ансарийца. Краш его укусил – ранил. Но вампиру удалось сбежать.

– Хоть бы с твоей ящерицей все было в порядке, – обеспокоилась Энджи, а потом сообразила: – Стой! За нами специально следили? Кто-то из банды Амерона боится, что мы все узнаем?

– Не похоже, что это связано с нашим делом. Никто не мог заранее выяснить, что мы окажемся в парке. И уж тем более знающий о нас не стал бы связываться с Крашем. У него чутье на вампиров – это его особенность. Скорее, подсевший на человеческую кровь вампир, что хотел получить свою «дозу», выбрав легкую жертву.

– Но он был вооружен лазерным пистолетом! – возразила она.

Я пожал плечами. А потом активировал свой браслет, решив на всякий случай предупредить Грэга. «Не знаю, чем ты там занят. Но ты мне нужен. На нас с Энджи напали в парке», – продиктовал я сообщение.

После чего потянул Энджи дальше, к окраине парка. Я понимал, что ансариец вряд ли направится к автомагистрали или к жилым домам – скорее, будет прятаться, пока не зарастит свои раны. Но я распереживался и за Краша – он чересчур увлекся, хотя не должен был далеко уйти.

Мы пошли вдоль канала. Стояла тишина, лишь с дороги доносился приглушенный густой растительностью гул машин. Внезапно кто-то шагнул к нам из тени.

– Стой, стрелять буду! – произнесли мы одновременно с незнакомцем.

Я мазнул по его лицу и фигуре лучом фонаря. Работник департамента, только форма какая-то странная. Конечно, я не знал в лицо всех сотрудников нашего большого учреждения, но при этом не мог даже понять, из какого он отдела. На вид ему можно было дать лет двадцать пять, не больше. Волосы темные, глаза серые, кажется. Рост средний. Но при всем при этом черты лица показались знакомыми, что успокоило подозрения.

Он опустил оружие и вопросительно уставился на меня.

– Ансарийца ищете? Я сам его преследую.

– А вы не видели динозавра? – вдруг вмешалась Энджи.

Брови незнакомца медленно поползли вверх.

– Так это динозавр? А я-то думаю, что это было такое, – с заметным облегчением произнес парень и улыбнулся. – Он побежал туда! Я запомнил направление, – указал он на тропу, ведущую мимо зеленых насаждений.

– Отлично, идем, – махнул я рукой, прекратив задаваться вопросами, откуда мне знакомо это лицо.

Мы вместе шли по дорожке в свете луны. Энджи не отставала и вообще держалась бодрячком.

– И за такое нам почти ничего не платят, – пожаловался парень.

– Согласен. Только и смотрят, за что бы лишить премиальных, – ответил я. – Элеон, – протянул руку для знакомства. – А это – Энджи, она моя напарница.

– Вообще-то, я пока не твоя напарница, а та, кого ты похитил в прошлом, – возмутилась она. – Не надо перевирать факты.

– Сим, – представился парень. – Ну так что, поищем вашего динозавра? Как он, говорите, выглядел?

– Велоцираптор, ростом с немецкого дога, – пояснил я. – Ты, видать, новичок. В департаменте Краша все знают.

Мы еще немного поговорили. А вскоре услышали треск веток и побежали в сторону звука. Навстречу выскочил Краш, сбив меня с ног.

– Крашик! Хорошо, что ты цел, – потрепал я голову ящера, лежа на траве, отодвинул в сторону пасть, с которой капала слизь. – Ты что, его сожрал? – пошутил я, хотя понимал, что это нереально.

Краш отошел, дав мне возможность подняться. Прильнул к Энджи, будто извиняясь, потом уткнулся мордой в ладони нашего нового знакомого. Тот вздрогнул, но все же набрался смелости, чтобы погладить кожистые наросты. А я вдруг заметил, что хвост молотит по траве, будто Краш радуется, хотя обычно мой питомец на незнакомцев реагировал настороженно. Списав все на стресс, я махнул рукой и осмотрелся.

– Приведешь к ансарийцу, Краш?

Динозавр вытянулся на задних лапах, понятливо глядя мне в глаза, а потом вдруг помчался в сторону канала, а мы за ним.

По пути мы перебрасывались фразами, и почему-то в обществе этого паренька я не испытывал никакого дискомфорта. Но думать было некогда.

Ансариец успел дойти до пешеходной зоны, но мы его вскоре догнали. Краш тут же сбил его с ног и теперь сжимал зубы на шее незнакомого вампира, весь рукав которого был пропитан кровью.

– Молодец. Вызовем оперативников. – Я попросил Краша отойти, сделал фото и на миг отвернулся, набирая в браслете код доступа. Отправил запрос на личность ансарийца. В этот момент к нам подлетел полицейский кар, откуда вышли патрульные.

Как выяснилось, пойманный действительно был вампиром-одиночкой, промышлял нападением на мирных граждан в парках и лесополосах. Опасный тип. Но совершенно не имеющий отношения к временным нарушениям. Я повернулся, чтобы поблагодарить новичка за помощь, но его и след простыл.

– А где этот, Сим? – спросил у Энджи. Она стояла в полной растерянности.

– Я откуда знаю? Он ушел почти сразу, – передернула она плечами. – Надеюсь, наши приключения на сегодня закончились?

– Да, идем домой. Прогулка удалась на славу, – пробормотал я, понимая, что нужно было остаться дома и сделать то, что собирался. С другой стороны, в городе стало на одного преступника меньше.

Домой мы добирались минут пятнадцать – подбросили патрульные. Молча поднялись на нужный этаж. И я не сразу понял, почему насторожилась Энджи. У моей квартиры, прислонившись спиной к двери, сидела рыженькая особа лет тридцати, которую я и не сразу признал.

– Вот, значит, какой оперативной работой вы занимаетесь! – поднявшись на ноги, накинулась она на меня. – Я так и знала, что совместная работа – лишь отговорка!

– Я думала, ты пошутил, что у тебя есть женщина, Шер. А это, значит, правда, – прозвучал дрожащий голосок Энджи с другой стороны. – Ты сказал, что мы просто работаем вместе?

Я буквально оказался между двух огней.

– Девушка, а вы вообще кто? Отойдите, не мешайте разбираться. – Руки рыжей затряслись от гнева.

– Стоп! А теперь по порядку, – развел я руками, упреждая конфликт. Как вдруг услышал, что дверь лифтовой кабины закрылась, и стрелка указала, что лифт едет вниз. – Энджи! Ты не так все поняла! – крикнул я вслед, пытаясь оправдаться. Но было слишком поздно.

– Ты просто прикрыл Грэгори! – прошипела рядом рыжая.

– Постой. Как тебя… Глория, – вспомнил я. И тут же сообразил, что за дурацкое стечение обстоятельств привело к недоразумению. – Чертов! Грэг! – глухо прорычал я, понимая, что упустил возможность провести ночь с Энджи. А теперь придется доказывать ей, что я не баран.

Нужно догнать ее, пока она не влипла в новые неприятности. А еще разобраться с обманутой супругой Новака, чтоб он провалился. Увижу – убью не раздумывая.

Я бежала сломя голову, даже не смотрела по сторонам. Перед глазами до сих пор стояло лицо той женщины, что ждала Шера у его квартиры. Он еще вчера твердил о какой-то рыженькой, а я, глупая, подумала, что это лишь для того, чтобы позлить меня. Возомнила о себе слишком много, прожив с этим гадом несколько дней. Я ведь совершенно его не знала. Это на вид Шер казался скромным, хоть порой наглая натура брала верх. В тихом омуте, как говорится, черти водятся. Не просто так он трижды был женат.

Я выскочила из дома в районе общественной парковки и остановилась, сообразив, что все мои вещи и даже чип от квартиры остались дома у Шера.

Вот и куда я пойду посреди ночи без денег?! Нужно было забрать свое имущество, а я просто сбежала вместо того, чтобы выяснить отношения со своим новым напарником.

Впрочем, все, что ни делается, к лучшему. Я ведь уже зарекалась не заводить отношений с коллегами. Случай уберег меня от необдуманного поступка, о котором я могла бы потом пожалеть.

Подняв голову, я осмотрелась. Как вдруг заметила паркующийся у дома ярко-красный кар. Из него вышел мужчина, лицо которого я сразу узнала.

– Привет, Грэгори! А что ты здесь делаешь? – остановила я его, когда он проходил мимо.

Новак дернулся от неожиданности, глядя на меня, как на привидение.

– Энджи? Шер просил помочь, сказал, что на вас напали. Но на месте, координаты которого он скинул, никого не оказалось. А мой Х-фон… не работает.

– К счастью, уже все разрешилось. А того ансарийца, что хотел выпить нашу кровь, арестовали. Так что Шеру твоя помощь больше не требуется. А вот мне ты как раз и нужен.

Грэг вздохнул с облегчением и почему-то покосился на свой браслет.

– А что ты хотела?

– Я потеряла чип от своей квартиры. Ты случайно не в курсе, можно ли попасть туда другим способом?

Грэг задумался на несколько секунд.

– Обычно во всех блок-хаусах есть дежурный, у него должны быть дубликаты чипов. Замок настроен на отпечатки руки?

– Кажется, да, – вспомнила я, как Шер настраивал входную дверь.

– Тогда проблем нет. Дежурный проверяет твою идентификацию и выдает дубликат.

От слов Грэга сразу стало легче. Значит, на улице ночевать сегодня не придется.

– Отвези меня домой. Это срочно. Прошу.

– Вообще-то меня ждут… Ладно, раз Шеру я больше не нужен, то садись, подброшу. Мне все равно в ту сторону.

Через пять минут мы уже ехали по сияющей всеми цветами радуги воздушной автостраде: миновав парк и канал, двигались над удивительными зданиями новой для меня реальности, которые закручивались сверкающими спиралями. Ночью город выглядел особенно красиво. Пожалуй, стоит в ближайший выходной раздобыть карту и прогуляться по историческим местам. Для меня тут все новое.

Я думала о чем угодно, лишь бы не вспоминать Шера и его поступок. Я была чертовски зла, но устраивать скандал не собиралась. Обойдется. Велика честь!

– Грэгори, ты меня выручил, – улыбнулась я, когда выходила из кара.

– Рад помочь. Увидимся завтра на работе, – махнул он рукой. Дверь кара плавно закрылась, и машина рванула с места так, что воздух засвистел.

Попасть домой оказалось проще, чем я предполагала. Первым делом я сбросила с себя одежду и погрузилась в ванную. Плакала от расстройства и жалости к себе. Но связное устройство принципиально не включала. Да и вряд ли кто-то будет меня искать. У Шера появилось другое развлечение на ночь.

Интересно, кем все же был тот парень, которого мы встретили в парке, и почему его голос мне так знаком?

На выяснение отношений потребовалось минут десять. Пришлось пригласить Глорию домой и налить ей чая, чтобы она хоть как-то успокоилась. Надо же, на что способна разъяренная женщина. Обошла охрану блока, прорвалась до самой квартиры…

Я чувствовал вину как перед Энджи, так и перед Глорией.

Нужно было сразу предвидеть, чем закончится обман Грэга, а я не придал значения звонку. Он и раньше просил меня прикрывать его похождения, но до разборок дело ни разу не доходило. Доигрался Новак. Но мне его ничуть не жаль.

Грэг получил сообщение, но по-прежнему не отвечал на звонки. Энджи тоже пропала. Мы не успели поставить ей встроенные гаджеты для Х-фона – у нее был лишь браслет, который она отключила.

– Прости, Глория, но мне нужно лететь. Я на самом деле не знаю, где Грэгори, – вздохнул я, сильно переживая за Энджи. Еще вляпается в неприятности в городе. – Если нужно, могу вызвать машину, чтобы тебя отвезли домой.

– Не стоит, сама справлюсь, – распрямила она плечи. Хорошо, хоть на меня больше не орала, поняв, что я, по сути, ни при чем. – Если увидишь этого засранца, передай, чтобы дома не появлялся.

Если я его увижу, то придушу на месте. Надо же, испортил такой вечер! Хотя все пошло наперекосяк еще в парке, когда мы гонялись за ансарийцем.

– Краш, идем искать Энджи, – вздохнув, позвал динозавра, когда Глория убралась восвояси.

Первым делом я облетел вокруг дома, но не увидел никого похожего на свою блондинку. Потом двинулся мимо парка, проехал пару соседних улиц. Энджи и след простыл. Добрался до ее дома. Долго звонил в домокомм. Но мне так никто и не ответил.

– Черт! Да где же ты, милая? – выдохнул я, вновь сев за руль кара.

Когда вернулся домой, не знаю, в который раз схватил браслет, вызывая ее код. Но она так и не ответила. Зато вдруг позвонил Грэг.

– У тебя вместо мозгов жижа болотная? Ты решил меня подставить, придурок?! – рявкнул я в трубку так, что даже Краш пригнул голову. – Хоть представляешь, что сейчас будет? – добавил после того, как выплеснул все слова, что имелись в моем лексиконе. Потом все же пояснил ситуацию: – Я не знаю, где теперь искать Энджи.

– Так она дома. Я сам ее отвез, – виновато сообщил Грэг после непродолжительного молчания.

– Дома? Точно? – С души словно камень свалился. – Когда это было?

– Два часа назад, – пояснил он. – Так что, домой мне лучше не соваться, как думаешь?

– Да мне плевать. Разбирайся сам со своей Глорией, – выплюнул я и отключился.

Я хотел было снова бежать в машину, и даже Краш поднялся с места в ожидании новой прогулки. Но тут я взглянул на часы и тяжело вздохнул.

– А мы ведь там были. Нас больше не хотят видеть, Краш. Давай-ка спать. Утром мы за ней заедем, – уныло сказал я, хотя не представлял, как усну после всего, что было.

Сон выдался коротким и тревожным. Я встал на рассвете, быстро принял душ и вышел, кутаясь в куртку – утром было прохладно, и город охватил синеватый туман, из которого, как острова, выглядывали здания.

Я снова летел к дому Энджи. Даже не помню, когда со мной такое было в последний раз. Наверное, в юности. Я никогда ни за кем не бегал. С официальными супругами все выходило иначе – складывалось само собой. А тут что ни день, то сплошные сюрпризы.

Немного замявшись, я нажал на кнопку с номером ее квартиры. И напрягся. Почему-то я никогда не любил оправдываться, особенно за то, в чем виноват фактически не был.

Энджи не отвечала. Черт. Да что же это такое?! Я быстро взглянул на браслет – до работы час. Что ж, подождем.

– Подождем, Краш. Правда? – повернулся я к динозавру.

– Кра-аш, – согласился он.

Мы уселись в машину и замерли в ожидании. Но Энджи не выходила. Я раз за разом пытался ей дозвониться – все впустую. Наворачивал вокруг машины круги, курсировал перед входом в дом, откуда выходили жильцы, удивленно глядя на меня. Краша пришлось оставить в каре, чтобы не пугал народ спозаранку.

Когда оставалось всего пять минут до начала смены, я тяжело вздохнул. Сел в свой кар и отправился на работу, злясь на себя за все, что случилось.

Конечно же, я опоздал. На входе система зафиксировала мою задержку – вторую за несколько дней. Теперь еще и часть премиальных бонусов снимут. Неудивительно. С того самого момента, как в моей жизни появилась Энджи, все идет наперекосяк.

Грэг уже прилетел на работу, но когда мы с Крашем вошли в кабинет, его не было на месте – вызвал шеф. Повезло, что не попался мне сразу под горячую руку.

Немного подумав, я связался с учебным корпусом и отыскал Крамера.

– Энджи у тебя? – уточнил без приветствия.

– Да, пришла заранее, сегодня у нее зачет. Я думал, вы вместе прилетели, – раздался в наушнике довольный голос Хейка.

– Где она сейчас?

– Здесь, неподалеку. Готовится. Что-то передать?

– Не надо, – вздохнул я.

Значит, сама добралась до работы. Не такая уж она и беспомощная, как мне казалось. Ладно, пусть сдает свой зачет. Не стану ее нервировать. Даже если она весь день будет от меня бегать, с завтрашнего дня нам предстоит совместная работа. Так что разговор все равно состоится. А я тем временем подумаю, какие привести аргументы и как исправить ситуацию. Возможно, нужно нечто новое. То, что пока не приходило в голову. Ведь и сама Энджи – особенная.

В этот момент раздался звук открывающейся двери. И я замер, сжимая кулаки.

Кажется, сейчас кому-то придется несладко.

Казалось, я и не спала вовсе. Подхватилась рано и поняла, что больше здесь оставаться не стоит. Шер названивал мне полночи, скоро он заявится. А мне совсем не хотелось видеть его наглую рожу. Пожалуй, опережу события и покажу, что я смогу выжить в будущем сама, без этого типа.

Я бодро собралась, скачала себе в браслет карту города, определила место, куда мне надо попасть, и запросила в Сети маршрут. Компьютер показал несколько вариантов с подробным описанием, как добраться до департамента.

Еще не до конца проснувшийся город казался совсем другим, нежели вчера. От тумана небо выглядело серым, цвета асфальта, на котором только начал пробиваться голубой оттенок. Люди казались сонными. На меня никто не обращал внимания. И через некоторое время я уже привыкла к этой обстановке. Никого я здесь не интересовала. Обычный рабочий день, только что в другой реальности, где все изменилось до неузнаваемости, но люди остались прежними.

Затерявшись в толпе и следуя в общем потоке, я добралась до скоростного метро, напоминающего серебристую стрелу. Буквально пара минут – и я на нужной станции. Если верить навигатору в браслете, отсюда придется добираться на фуникулере.

Дорожка вызвала мой интерес. Люди просто становились на нее, чтобы доехать до следующей части. С одной ленты расходились три, к этому месту покрытие начинало светиться разными цветами, и надо было просто ступить на нужную часть, чтобы уехать налево или направо. С другой стороны двигался встречный поток людей, и все соблюдали дистанцию. А сам фуникулер находился на высоте нескольких метров от земли, где были обычные пешеходные дорожки. Это чем-то напоминало дорожное движение и подчинялось определенным правилам. Ничего сложного.

Пришлось немного пройтись пешком, после чего подъехать две остановки на вытянутой, похожей на длинного червя, светящейся маршрутке – для таких были созданы отдельные полосы. Я уже видела их, когда мы ездили на работу с Шером. Оплата везде производилась с помощью того же браслета, к которому Шер привязал мой банковский счет с начисленным авансом.

Черт, опять я о нем думаю. Хватит строить замки в облаках. Пора вернуться в реальность. А она такова, что я попала в другой для себя мир, где мне придется выжить и доказать свое право на существование.

Здание департамента я увидела издалека. Здесь все уже знакомо и привычно. Я отметилась на входе, приложив руку с чипом к специальной пластине, и вошла, направившись в учебную часть.

Хейка Крамера еще не было на месте. Зато уже собирались курсанты, которым, как и мне, сегодня предстояло сдавать зачет для допуска к работе. Но поскольку обучалась я отдельно, по особой программе, то почти никого из них не знала, хотя обо мне слышали многие. Вскоре появился и наш куратор собственной персоной.

Зачет по теории временных перемещений сдавали на компьютерах. Обычный тест из ста вопросов, где из нескольких предложенных вариантов нужно было выбрать верный, причем требовались не столько заученные знания, сколько смекалка. В каких-то из них допускалось несколько ответов.

Как ни странно, мне довольно легко давались эти ответы. Возможно, потому, что некоторое я уже слышала от Шера или примеряла любую ситуацию на себя. Когда закончила тест, то с удивлением увидела на мониторе результат – семьдесят пять процентов, что было на пять выше требуемого. Я довольно потерла руки, подозвала экзаменатора и направилась в следующую аудиторию.

История далась тяжелее. Все потому, что за эти годы многое было переписано на другой лад; даже в том, что знала раньше, появились новые факты, и это вызывало у меня в уме противоречия. Я бросила отчаянный взгляд на соседа, чтобы помог. Но тот посмотрел так удивленно, что я поняла – придется разбираться самой. Но… как ни странно, разобралась. И даже набрала больше баллов, чем было нужно для получения зачета.

Сдача зачета по пилотированию предстояла после обеденного перерыва.

– Энджи, пойдешь с нами в кафе? – окликнул меня парень лет двадцати двух, Джош.

Я выпрямилась и потерла лоб. От недосыпа и всех переживаний разболелась голова.

– Да, пойду.

– Отлично, тогда догоняй.

Я поспешила за компанией, состоящей из девушки и пятерых парней. Все же лучше не оставаться в одиночестве – мало ли где настигнут неприятности.

Но не успела я взять себе обед, как в дверном проеме кафе показался Элеон Шерман.

Я почувствовала, что закипаю от злости. Явился не запылился. Так и знала, что где-нибудь мы сегодня да пересечемся. Стараясь не показывать, что нервничаю, я принялась за еду, мило болтая с новыми знакомыми.

Шер проследовал мимо меня, заказал кофе, делая вид, что его не волнует мое присутствие. Но я была уверена: он пришел сюда только из-за меня. Потому что он даже не взял с собой Краша. Мы стояли боком друг к другу, и я то и дело чувствовала на себе его пристальный взгляд, от которого внутри все переворачивалось. Я тоже украдкой посматривала на него, вспоминая то, что было между нами вчера. Но как только мысли доходили до возвращения домой, руки тут же нервно сжимали вилку и я начинала беситься от гнева. И мне хотелось воткнуть эту вилку кому-то меж наглых серых глаз.

Как ни странно, Шер не полез ко мне при всей компании. Дождался, пока я закончу обедать. Но как только я вышла из здания, тут же догнал и схватил за руку, оттащив в сторону.

– Энджи, нам надо поговорить.

Я повернулась, одарив его неприязненным взглядом.

– Кажется, вчера мы уже наговорились вдоволь. Но тебе больше по душе та, которая не задает вопросов. Так?

– Это была ошибка. Глория – жена Грэга, она искала его.

– Мне все равно, с чьими женами у тебя отношения. Веришь? – скривилась я, пытаясь прошмыгнуть мимо Шера к удаляющейся компании.

Но он закрыл своим мощным торсом весь обзор.

– Энджи, да послушай, – схватил он меня за плечи. – Я серьезно не хочу, чтобы между нами остались недомолвки. Так случайно получилось. Грэг просил… просил сказать Глории, что мы вместе работаем допоздна. Я не думал, что все так обернется.

В тот момент взгляд Шера напоминал взгляд бездомного щенка. Я растерянно замерла, в голове кружили разные мысли. Одному уже так поверила, а потом осталась в дураках. Не очень хотелось повторения той истории. Теперь меня не так просто провести. Я семь раз отмерю, чтобы раз отрезать.

Его слова походили на правду. Или мне хотелось, чтобы так оно и было? Но спустить все на тормозах? Ну уж нет. Я ему мозг еще вынесу вместе с его динозавром. Вот только сдам зачет по пилотированию. И держитесь у меня все! Отучу я вас, напарнички, прикрывать лживых друзей, изменять женам и пожирать мои вещи! Вы еще не в курсе, с кем связались! Хоть я и древняя, но не настолько, чтобы не разобраться с двумя мужиками и одним зубастым чудовищем.

– Даже если так, о чем ты думал, когда соглашался прикрывать Грэгори? – язвительно спросила я.

Он пожал плечами, глядя на меня в упор.

– О тебе. Это правда. – Он протянул руку, чтобы дотронуться до моей щеки, но я резко ударила его по ладони.

– Какая отмазка, надо же… Мне нужно идти! И не преследуй меня. Я хочу побыть одна и наконец разобраться, во что вляпалась. Если не сдам зачет, это тоже будет на твоей совести. Понятно? – грозно спросила я и для убедительности добавила: – Я хочу сама решить, что мне нужно. А пока можешь быть свободен. Мне и так предстоит трудиться с тобой бок о бок ближайшее время, пока ваше министерство не сочтет меня пригодной к другой работе, что, боюсь, случится еще нескоро.

От моей тирады Шер застыл на месте, как гранитная глыба. Пока он молчал, я прошмыгнула под его рукой и поспешила в учебный блок. И лишь тогда, когда выходила на полигон, поняла, как трясутся от волнения руки. Вот и как мне теперь лететь?

Как же он вовремя заявился со своими объяснениями! Хотя не могла отрицать, что сама погорячилась. Словам Шера поверить не трудно – он не стал бы выдумывать отговорку просто так. Значит, все из-за Новака. То-то он вчера появился с опозданием, а потом куда-то сматывался. Хорошо хоть, меня до дома подвез…

Вздохнув, я решила подумать обо всем этом позже. На площадке уже появились Хейк, инструктор и какой-то мужчина в возрасте в форме старшего офицера полиции.

Пора показать, чему меня научили, и доказать, что я здесь чего-то стою.

Утро следующего дня начиналось как обычно, если не учитывать того факта, что я спешил на работу, думая об Энджи. Она так внезапно появилась в моей жизни, что я не успевал опомниться. Странно, когда в привычный уклад вдруг врывается чужой человек. Я уже три года жил один, точнее, с Крашем, никогда не испытывая потребности в женском обществе. И впервые почувствовал, что мне не хватает рядом взбалмошной блондинки.

Интересно, как она будет себя вести. Снова станет колючей? Или начнет игнорировать?

Когда я вошел в кабинет, то первым делом заметил Грэгори, что не поднимал голову от планшета. На его лице виднелась длинная царапина, будто кошка полоснула когтями. Хотя я был склонен думать, что эти коготки принадлежали Глории. Рядом с наспех подлеченным в регенерационной кабине синяком под глазом, полученным им от меня, эти царапины смотрелись вполне уместно.

– Как дела, Грэг? – спросил я, усевшись в свое кресло.

– Могли быть и лучше. В общем, я тут составляю список всех известных охотников за вампирами.

Кажется, он совершенно на меня не обижался за вчерашнее – знал, что получил за дело.

– Отлично. Исключи Америку и Азию. Проверяем лишь Европу. Другие континенты отпадают, там не засекли ни одного подобного нарушения. Но, кажется, дело не только в охотниках, – сказал я, включая компьютер.

Тут на пороге кабинета появилась Энджи.

– Смотрю, вы не слишком рады меня видеть, – заявила она, скрестив руки на груди.

Я тихо скрипнул зубами. Конечно, как же не рад. Вот только едва сдержался, чтобы не броситься навстречу и не довести до конца то, что начал два дня назад… предварительно вытолкав из кабинета Грэга.

Взгляд невольно задержался на коралловых губах, в этот момент они были слегка приоткрыты. Так и хотелось накрыть их поцелуем, выбить из головы всякую дурь. Больше не спрашивать, хочет она или нет, доказать, что она все равно рано или поздно будет моей.

От взыгравшего собственнического чувства меня бросило в жар, а потом окатило ледяной волной. Я лишь глотнул воздух, а Грэгори тем временем сказал:

– Как же не рады, коллега. Очень даже рады. Давай присоединяйся. Мы тут решаем, куда отправиться в первую очередь. – Он отодвинул свободный стул у своего компьютера, приглашая Энджи присесть.

Краш, который перед тем мирно посапывал у окна, поднял голову и принялся ею крутить, пытаясь понять, что важное пропустил мимо ушей. А потом вдруг сообразил, кто пришел, подскочил на задние лапы и ринулся к Энджи, задел меня своим мощным хвостом, игнорируя мое присутствие.

– Привет, рептилия. Как поживаешь, зеленый? – заулыбалась она, почесывая выпуклости на его голове.

В этот момент я не выдержал и резко поднялся.

– Ладно, раз все в сборе, можем начинать наше небольшое совещание, – выпалил я и, схватившись за спинку стула, подкатил его к столу Грэга, вклинившись между ним и Энджи. – Пройдемся еще раз по уже известным нам фактам.

– Какой деловой, – прикусила нижнюю губу Энджи, искоса посматривая на меня. – Что же, начальничек, приступай. Я у вас вообще новенькая, так что все с начала и по порядку. Считай, что меня здесь до сих пор и не было.

– Да, и мне тоже напомни. Все же это больше твое дело, чем мое, – вслед за Энджи, явно насмехаясь, произнес Грэг.

И этот туда же? Я мысленно посчитал до десяти, стараясь не сорваться. Конечно же, они оба были в курсе обстановки, но раз уж я задал именно такой протокол, то буду следовать ему до конца.

– Подключай мой флойт, – достал я из кармана пилюлю и бросил ее Новаку. Тот ловко поймал накопитель и активировал голопроектор.

Я сглотнул, пытаясь переключиться на рабочую волну. И начал с момента, когда мы засекли первые нападения ансарийцев-любителей сафари. Быстро прошелся по всем полученными нами данным, обрисовал обстановку во время нескольких путешествий в прошлое, напомнил, что нам известно об Амероне. Принял во внимание и данные, раздобытые Грэгом за последние дни.

– Вот то, что мы имеем. Есть соображения?

– Мне не дает покоя тайна самих ансарийцев, – нахмурилась Энджи. – Помню, как ты включал обучающий фильм. Да и Ален, как мне кажется, слегка недоговаривает.

– Алену я верю. Мы же не первый год знакомы, – нахмурился я и спросил: – А с чего вдруг ты так разволновалась?

Наверное, в тоне прозвучала и ревность к ансарийцу, ведь он пытался охмурить Энджи. Но она сделала вид, что не заметила.

– Кстати, Урсус сказал, что Алену четыреста лет, – тут же вспомнил я, сам не знаю, почему именно сейчас это всплыло в памяти.

– Сколько? Никогда бы не сказала, – удивленно икнула Энджи. – Конечно, я знаю, что они долгожители, но…

– Стоит подать запрос, сколько вообще ансарийцев умерло на Земле с момента, когда им разрешили проживать на ней, и при каких обстоятельствах это происходило.

– Именно об этом я тебе и толковала! Только ты не посчитал нужным меня слушать! – нервно заявила Энджи, сжимая кулаки.

– Ладно, пока вы тут спорите, я пойду заварю нам кофе, – решил увильнуть от обсуждения Грэгори и направился к встроенной в стене кабинета панели.

Я молча проследил за ним взглядом. Мысли не желали концентрироваться на чем-то конкретном, постоянно уходя к нашей недавней ссоре с Энджи.

Я слишком много стал о ней думать – и это факт.

Тишину нарушил писк, исходящий из моего компьютера. И я тут же бросился к устройству, чтобы прослушать срочное сообщение.

Одновременно с этим в наш кабинет вошел Саймон. Мы втроем обернулись, глядя на озадаченное выражение на лице полковника.

– Ален смог выйти на связь с операми в одном из секторов прошлого! – произнесли мы с Саймоном в унисон.

– Что за сектор? – подсуетился Грэгори с тремя дымящимися чашками на подносе.

– Территория бывшей Германии, век XV. Ален прислал им сообщение, вот оно. – Саймон выбросил из браслета голограмму с текстом: – «Мы наконец-то добрались до места. Нападение планируется вечером двадцатого сентября 1480 года, у нас есть точные координаты, это большая деревня, что раньше находилась неподалеку от современного Майнца, на правом берегу реки…»

– Это там, где зверствовала инквизиция? – с волнением уточнила Энджи, прочитав послание с данными.

– Вроде того, – кивнул я. – Но мы владеем довольно точной картиной событий. И уже работали в том секторе.

– Не стоит медлить. У меня нехорошее предчувствие, – сказал Саймон, нахмурив брови. – Мы и так упустили много деталей в деле. Нужно брать хотя бы исполнителей – они должны вывести нас на главного преступника. Ален не просто так прислал нам координаты. Значит, преступление спланировано до мелочей. Наши опера поймали лишь одно сообщение. Больше нет никакой информации.

– Да, надо отправляться, – согласился я, уже прикидывая в уме, что нам понадобится для новой командировки в прошлое.

– Полетите вместе. Грэгори тоже пора бы вытащить из кабинета.

– А я? Я полечу с ними? – подала звонкий голосок Энджи.

Саймон на мгновение задумался, а после улыбнулся.

– Конечно. Вы же теперь единая команда.

Я хмыкнул под нос. Саймон еще не в курсе наших личных неурядиц, что случились по вине Грэгори. Энджи прикусила губу. Наши взгляды вдруг встретились, и я ободряюще кивнул.

– Что же, раз такое дело, то пора на склад. Подберем подходящую экипировку.

Этого стоило ожидать. Я давно привык, что периодически бываю в прошлом, – это норма моей жизни. А вот для Энджи все в новинку. Конечно, один раз мы с ней уже побывали в другом времени. Но то были лишь цветочки. Теперь она увидит, как работает наша служба. Надеюсь, что не станет сильно умничать и будет слушаться меня, иначе лично запру на корабле до самого конца опасного путешествия.

Я уже знала, что в департаменте хранятся костюмы для путешествий в прошлое. С помощью компьютера здесь можно подобрать одежду почти любого размера и фасона. Прямо-таки музей старинных вещей. Конечно, многое не соответствовало моде того или иного времени, требовалось время на подгонку. Так система могла сообщить, что к платью нужно приделать кружева, а к мужскому костюму подобрать шейный платок. Цвет менялся на тот, который предпочитали жители города в заданном секторе.

Конечно, без казусов не обходилось, ведь угадать, что в точности носили люди в конкретном месте, невозможно. Но все же это лучше, чем появляться в современной одежде там, где знать не знают о подобных вещах.

– Кажется, это платье тебе подойдет. – Сотрудница департамента Полина сняла с движущейся вешалки синий бархатный наряд с единственным бантиком на груди. С узким лифом и такими же рукавами. – Под него наденешь это.

Я взяла в руки рубашку из тонкого полотна со стоячим воротником, а потом взглянула на смоделированное компьютером изображение меня в этом наряде. Да уж, лучше бы я никуда не летела, чем надевать такое. Как я смогу бегать с длинной двойной юбкой – большой вопрос.

– Вот туфли и перчатки. Это костюм среднего класса, так что ничего особенного. Примерь, и тебе все упакуют, – улыбнувшись, добавила девушка.

Хорошо хоть, идти по коридорам в этом платье не придется. Впрочем, ко всему можно подойти с юмором. Да тут и не к такому привыкли.

В этот момент из примерочной показался Грэгори.

На его ногах красовались туфли с длинными, чуть загнутыми вверх носами. На них были закреплены бантики. Худые ноги облегали чулки-штаны с декоративными разрезами в верхней части. Странная рубашка топорщилась на груди складками. Поверх нее было надето нечто вроде красного камзола, характерного для того времени. В общем, театр выезжает на гастроли.

Особенно смешно это смотрелось, если учесть, что рядом ошивался Краш, которому было уж точно все равно, во что одеты окружающие его люди.

– Шер, ты идешь? – громко позвал Грэгори коллегу.

– Сейчас! Чертова жилетка не застегивается! – раздался возмущенный голос из-за пластиковой перегородки.

Через минуту он появился перед нами, и я зажала рот ладонью, чтобы не прыснуть от смеха. Шер так и не смог застегнуть на своей широкой груди все пуговицы – ему пришлось натягивать ткань, и смотрелось это, честно говоря, как на корове седло.

– Я дам размер побольше, не переживай, – засуетилась Полина.

– Шляпы прихвати, – отозвался Шер, снимая жилетку.

– Вот это на шнурках, тебе должно быть впору, – раздался с верхней площадки многоярусного склада голос сотрудницы. И она высунулась, показывая желто-черный наряд с подобием рукавов.

– Просто прекрасно начинается командировка, – проворчал Шер, бросив на меня косой взгляд. – Я не буду примерять, можешь все складывать. Нет времени возиться.

– И почему ты такой нервный? – насмешливо поинтересовалась я, когда мы вышли со склада, неся в руках свертки с одеждой.

Шер повернулся, сверкнул глазами, но так ничего и не ответил.

– Наверное, потому что кто-то его игнорирует, – сказал вместо него Грэгори.

– Разве? – Я изумленно подняла брови. – По-моему, мы уже два часа плодотворно общаемся на рабочие темы. И даже совместное времяпрепровождение наметили.

– Жаль, не совсем светское, чтобы вести беседы ни о чем. Оружие не забудь, – оскалил зубы Шер, повернувшись к Грэгори. – Кто еще летит с нами?

Новак бегло взглянул на свой браслет.

– Три наряда из отдела патрулирования уже направлены в нужный сектор. Поскольку Урсуса сегодня нет на работе, с нами сразу отправляют криминалистов, Дирка и Мирка.

– Еще не было преступления, чтобы посылать Мартисонов.

– С учетом того, что все твои последние усилия оказались тщетными, руководство считает иначе. Ведь ты так и не смог поймать Амерона и его помощников.

Шер ничего не сказал, лишь фыркнул. Я поспешила за мужчинами в лифт, который спустил нас к ангарам для кораблей.

Знакомая летающая тарелка Шера сразу напомнила, каким образом я попала в будущее и по чьей вине это случилось. Но теперь у меня новая жизнь и новая работа, гораздо интереснее прежней; по крайней мере, пока не успела приесться.

Собирались мы недолго. После того как Шер получил все надлежащие инструкции, проверил связь с патрульными и укомплектовал оружие, мы дружно погрузились в его аппарат.

Кстати, мне тоже выдали защитный костюм и небольшой лазерный пистолет, чему я несказанно обрадовалась. Для того чтобы из него стрелять, достаточно было надавить на кнопку, сняв с предохранителя. Мощность и продолжительность лучей регулировалась силой нажатия. Ничего сложного. Почти как в компьютерных играх.

Элеон Шерман уселся за штурвал, а мы с Грэгори заняли места позади него. Краш улегся мне под ноги, поднял голову и привычно наблюдал за действиями хозяина.

Я волновалась, сама не знаю почему, ведь ранее мне уже приходилось пересекать грань временных секторов. Но сегодня была моя первая командировка в прошлое в официальном статусе сотрудника департамента. И я не могла не переживать о том, как она пройдет.

Хорошо, что не мне вести корабль и настраивать межвременной перемещатель. Если с кораблем я бы как-нибудь теперь управилась, то машина времени пока оставалась за пределами моего понимания, хоть в голове и витали термины и математические уравнения, объясняющие принцип ее работы.

Мы взлетели, чтобы выйти на орбиту. А потом на экране заструились длинные полосы, которые представляли собой межвременной коридор между разными секторами.

Не успела я испугаться, как компьютер сообщил, что все показатели в норме и мы находимся в далеком 1490-м году нашей эры.

– Откуда начнем поиски? – спросил Грэгори, пока Шер направлял корабль к петляющей между холмов ленте реки Майн.

Кстати, однажды я была в этих краях в XXI веке, ездила в командировку еще в то время, когда работала юристом в торговой компании.

Вокруг зеленел лес, а сама деревня находилась чуть поодаль от места, где мы планировали сделать посадку, чтобы провести разведку. Координаты, переданные Аленом, указывали на городок, куда мы предпочли не соваться раньше времени.

– Мы уже знаем схему, по которой работают Амерон и его приспешники. Вероятнее всего, он снова предпримет попытку препятствовать рождению кого-то, кто потом мешал ему жить. Нам нужно вычислить точное местоположение корабля ансарийцев, прежде чем отправляться по присланным Аленом координатам.

– Я открою базу данных, посмотрю, что интересного здесь происходило, – заявил Грэгори, активируя свой браслет. – Вот, кстати, уже нашел, – торжествующе объявил он спустя несколько минут.

– Что? – повернулись мы с Шером одновременно.

– Здесь родился известный инквизитор, Людвиг фон Хофманн. Борясь с еретиками, он несколько раз отдавал зверские приказы, по которым вырезались целые деревни, его наемники не разбирались, кто относится к богохульникам, а кто нет. Этот Людвиг полагал, что если есть один, то все в деревне должны понести кару, мол, бог сам разберется. И кстати, та деревня, что мы пролетали, через тридцать шесть лет перестанет существовать – сгорит дотла.

– Отличная версия. Отработаем. Амерон мог пытаться предотвратить сделанное Людвигом, уничтожить его след в истории.

– Вполне возможно, – решила высказаться и я. – Ты же помнишь, мы сравнивали состав разных преступлений. Везде примерно одно и то же. Например, Амерон мог проживать в той деревне и распространять свои идеи, за что потом и поплатился.

Я вздрогнула. Но попыталась представить все, как исторический факт, будто я на экскурсии в музее.

– Его мать в девичестве звали Марта фон Краузе. У нее было три сестры. Судя по всему, Амерон собирается убить ее еще до замужества.

– Ладно, примем во внимание сведения. Место предполагаемого преступления совпадает с местом рождения этой Марты, – кивнул Элеон. – Сейчас проверим, где наши патрульные.

Пока он связывался с другими аппаратами, что тоже прибыли в этот сектор, я спросила, можно ли мне выйти наружу.

– Иди, только от корабля не отдаляйся, – согласился Шер. – И вообще, можешь сразу переодеться, скоро мы отправимся в город, он выше по течению реки. До него сорок километров.

Я прихватила сверток с платьем и вышла наружу. Хоть и светило яркое солнце, прохладный ветерок напоминал, что сейчас тут начало октября. По небу гуляли сизые тучи. Пахло сыростью и хвоей.

А ведь нам еще нужно дождаться ночи. Вампиры не объявятся раньше темноты.

Платье я натягивала прямо на тонкий комбинезон, сняв лишь бронежилет. Туфли оказались тесноваты. Немного подумав, я отложила их в сторону, оставшись в кроссовках. Все равно под длинной юбкой ничего не видно. Пистолет спрятала за пояс нательного комбинезона, под платье.

Удовлетворенная результатом, оглянулась. Как раз в этот момент из корабля вышел Шер и потянулся. Следом за ним выскочил Краш. Ящер с громким рыком понесся за какой-то птицей. А мы с Шером посмотрели друг на друга. Он тихо усмехнулся.

– Даже в этом платье ты бесспорно хороша, Эндж.

Воздух для меня внезапно стал вязким. Сердце громко застучало, заглушая собственные мысли. Низкий голос Шера вновь напоминал о мгновениях, когда от его поцелуев земля уходила из-под ног, и я хотела лишь стать паром, чтобы проникнуть в каждую его клеточку.

Конечно, за пару дней чувства никуда не исчезли. Они все так же обжигали, стискивали ребра, будто прессом, толкали меня к этому сероглазому наглецу прямо в руки. Я глубоко задышала, пытаясь не показывать своих эмоций. Обойдется. Я еще не решила, собираюсь ли его прощать. И как долго буду игнорировать все, что не связано с работой.

– Милое платье, да. Пожалуй, куплю себе такое же по возвращении, – растянула я губы в улыбке. – А ты не собираешься переодеться?

Шер тоже добродушно улыбнулся.

– Собираюсь. Скоро мы выдвигаемся в город. Вот только дождемся данных от патруля. Кстати, вот и они, – прислушался Шер к голосу из вживленного в ухо телефона, подключенного к передатчику.

Пока Шер разговаривал с кем-то из патрульных, я заметила гриб. Обычный, похожий на боровик, гриб. Его точно можно есть. На толстой ножке – белой с коричневыми черточками, – он выглядывал из-за упавшего дубового листочка своей шоколадной шляпкой и так и манил, чтобы его срезали.

Когда-то в детстве я обожала собирать грибы. Мы с родителями выделяли для этого целый выходной день, выезжали в подмосковный лес и бродили по тропинкам и вдоль просек, собирая грибы, которые весь следующий день чистили. До сих пор помню тот запах, те ощущения, когда находишь красивый белый гриб и несешься через заросли лозы и орешник к папе, чтобы показать, что вот он, самый-самый, король грибов. Или когда идешь по смешанному лесу, жуя корку черного хлеба, и высматриваешь, где может скрываться семейка лисичек. Правда, потом на месте того леса построили новый жилой комплекс. Да и вообще в последние годы было совсем не до этого.

Нет, я не могу пройти мимо, не забрав его с собой.

Я двинулась прямиком к находке, присела на корточки и вытащила гриб вместе с ножкой. Подняла взгляд и увидела еще один. Ну все, держитесь. Пока мои коллеги разберутся с местоположением ансарийцев, я точно на жаренку насобираю.

Конечно, на учебе мне объяснили, что нельзя брать из прошлого предметы, не относящиеся к преступлению, нельзя забирать с собой фрукты, овощи. Но вот о грибах в правилах не было ни слова. А то, что не запрещено – то разрешено.

После десятого гриба я уже не могла держать их в руках, поэтому приподняла подол платья, складывая туда свои трофеи. Несколько засунула за пояс. Удерживая одной рукой бархатную ткань, выпрямилась и вдруг ощутила на талии крепкие руки.

Сердце забилось неровно. Я уже знала, кто стоит позади меня, поэтому лишь тихо, но убедительно сказала:

– Убери.

Хватка ослабла, а потом руки и вовсе исчезли. Над головой раздался тихий смешок:

– Ты стояла в такой позе, что было сложно удержаться. Интересно, что ты там нашла?

От неожиданности я разжала кисть, и все мои драгоценные грибочки посыпались на мох.

– Нарушаешь Устав, лейтенант Ворон? – усмехнулся Шер.

– Кстати, они съедобные. А в Уставе о грибах ничего не сказано.

– Зато сказано «прочие элементы».

– Сам ты прочий элемент! – обиделась я, поняв по холодным искоркам в серых глазах, что жареные грибы на ужин отменяются. – Что там с ансарийцами?

– Их корабль нашли. Судя по всему, Ален отправлял сообщение именно из той точки. Так что нам придется перебазироваться поближе к городу. Туда же прибудет группа захвата.

– Отлично, идем. Надеюсь, что сегодня дело вампиров мы закроем, – буркнула я, бросив обиженный взгляд на рассыпанную кучку грибов.

Нас догнал Краш. Он влетел в корабль, едва не сбив меня с ног. Я уселась в кресло, сложив руки на груди, и тяжело вздохнула.

Пока мы добрались до следующей точки близ предполагаемого корабля ансарийцев, небо снаружи затянуло тучами, которые посыпались мелким осенним дождиком.

– Жаль, зонт не предусмотрен инструкцией. Мне уже неохота никуда идти, – заметила я, обнимая себя руками.

– Если хочешь, можешь остаться тут. Мы с Грэгом справимся и сами, – предложил Шер, пожав плечами. Он так и старался доказать, что я не гожусь для этой работы.

– Ну уж нет! Я иду тоже. Не могу пропустить такое зрелище. Все же именно из-за этих вампиров я обязана с тобой работать, – огрызнулась я, поспешив за Шером по тропе.

Когда мы отошли метров на двадцать, он повернулся и включил стелс-режим корабля, спрятав его от глаз возможных свидетелей.

– Дайвер, это Тигр. Как слышно? – тихо спросил Шер пару минут спустя. – Мы почти на месте.

– Хорошо, хоть не зима. Не люблю работу на местности, когда снега по колено, – раздался недовольный голос Новака, ноги которого чавкали по лужам, а туфли то и дело пытались увязнуть в дорожной грязи.

И лишь Крашу было наплевать на погоду. Он то и дело забегал вперед, останавливался, принюхивался, потом снова устремлялся к нам, обрызгивая грязью при приближении.

– Группа захвата уже там. Нашли дом, где проживает Марта. Ансарийцев пока нет, – сообщил Шер.

Я подняла голову. Хоть бы дождь прекратился. Он изрядно успел надоесть.

Раздался стук копыт. На миг стих, а потом возник с новой силой. Краш насторожился, а Шер жестом указал ему на ближайший кустарник.

– Кажется, это местные жители. Энджи, ты тоже спрячься.

Я бросила взгляд на дорогу и почему-то поняла, что он прав. Все же мы не в третьем тысячелетии. Двое мужчин, что идут в город, вызовут меньше подозрений, чем двое мужчин и одна женщина. Поэтому я спряталась за облезлым кустом орешника вместе с Крашем. И через просвет в пожелтевшей, но еще не успевшей опасть листве наблюдала за тем, что происходило дальше.

Около Шера и Грэгори спешились двое местных жителей. Это были мужчины лет тридцати, может, чуть больше. Они потребовали у Шера пропускную грамоту, в то время как еще двое оставались верхом на лошадях. Я слышала, как разговаривает с ними Шер, указывая при этом на виднеющиеся вдали городские башни. Затаив дыхание, я ждала, чем все закончится. Если эти молодчики не отстанут по-хорошему, придется открывать огонь.

Около нас на ветке нагло чирикала серая с синими крыльями сойка. Он дразнила Краша, и тот не сводил с нее взгляда. Несколько раз он пытался цапнуть ее своей большой зубастой пастью, но крылатая зараза успевала перелететь на другую ветку, не прекращала глумиться над бедным велоцираптором, который едва сдерживался, чтобы не броситься на нее резким рывком. Но помнил команду Шера, что явно его злило. Когда он клацнул зубами и промахнулся в очередной раз, птица издала противный крик и перелетела на соседний куст, вглубь леса, продолжив издеваться над ящером.

Этого динозаврова душа не выдержала. Он сощурил глаза, зрачки вытянулись в узкие вертикальные линии. Краш помчался за сойкой, а она тут же смоталась на следующее деревце.

– Эй, ты куда? – зашипела я, понимая, что сейчас он сбежит в лес. И хорошо, если его не заметят местные. Я опустилась на колени и поползла по мокрому мху в сторону, куда только что умчался динозавр Шера.

Но он передвигался гораздо быстрее меня. И я не успевала за ним. Платье вымазалось и промокло, в волосах застряли ветки и осенние листья. Поняв, что все бесполезно, я собралась подняться на ноги, чтобы получше рассмотреть лес. Задрала голову. И встретилась взглядом с колючими карими глазами незнакомого мужчины, восседающего на лошади. А прямо у моего лица блеснул наконечник длинного копья.

– Вставай, – сказал он на старом немецком, который я уже знала, как и многие другие языки. – Пойдешь со мной.

Угораздило же нас в этот день нарваться на свиту местного аристократа. Они не понимали по-хорошему и требовали пропускную грамоту, приняв нас за жителей другого города. А скорее всего, хотели просто ограбить. Но этим самым они нас лишь задерживали, и мы могли опоздать на появление в городе ансарийцев.

Поняв, что договориться не получится, я переглянулся с Грэгом. Тот без слов понял, что от него требуется. Пока я заговаривал зубы мужчинам, Новак достал парализующий пистолет и выстрелил в ближайшего из незнакомцев.

Заметив, как падает на дорогу его приятель, второй обнажил кривые зубы и потянулся за оружием. А те, что оставались верхом на лошадях, достали короткие мечи. Но Грэг тут же послал заряд в одного из них, и тот, ничего не поняв, зашатался на лошади, которая потеряла управление и понеслась по дороге, выбрасывая из-под копыт грязь. Я успел нейтрализовать второго атакующего меня человека.

Через минуту мы стояли посреди дороги рядом с лежащими в грязи мужчинами и тремя лошадьми.

– Черт, их быстро заметят. Не хватало еще, чтобы кто-то в городе раньше времени поднял шумиху, – сказал я, пряча парализатор под одежду.

– Проспят до ночи, не меньше, – кивнул Грэг, поддев одного из мужчин – того, что больше всех к нам цеплялся, загнутым носком туфли.

– Давай оттащим их к обочине, а лошадей разгоним выстрелами, – предложил я. Потом оглянулся вокруг и понял, что чего-то не хватает. Точнее, кого-то. Энджи так и не вернулась после того, как я приказал ей на время укрыться.

Я прошел за куст, за который предположительно спряталась Энджи, но там никого не оказалось. Помимо этого я нигде не видел Краша.

– Краш! Энджи! – крикнул я, ожидая, что сейчас они оба выйдут из-за какого-нибудь дерева.

В ответ лишь каркнула ворона.

– Шер, ты там скоро? – раздался голос Грэгори.

– Грэг, я не могу найти Энджи! – крикнул я в ответ. – И Краш тоже пропал.

– Да куда они денутся? Лучше помоги мне, я один с этими громилами не справлюсь, больно тяжелые.

Я уже не слушал. Сердце отбивало чечетку. Даже не знаю, что на меня нашло в тот момент, но я впервые испугался, что потерял мою блондинку. Она же не могла просто так исчезнуть посреди леса! А если заблудилась? И Краш отправился с ней? Или Энджи сделала мне назло за то, что заставил ее выбросить долбаные грибы? Неужели она их съесть хотела? В моем времени мы почти не употребляем в пищу найденное в лесу – все проходит санитарную обработку и проверку на содержание тяжелых изотопов, а необученные люди и вовсе не в курсе, какие из грибов можно употреблять в пищу. Наверное, в XXI веке было иначе.

– Да где же вы? – воскликнул я, остановившись на краю поляны.

Я опустил голову, разглядывая примятую траву и полосы в грязи на тропе, и вдруг заметил там следы. Большие – от копыт, и следы современных кроссовок.

В груди что-то екнуло, легкие сжало долгим спазмом, когда я понял, что Энджи похитили. Это я во всем виноват, нужно было просто спрятаться и в случае чего блокировать мужчин из укрытия. Так нет же, решил показать, какой я крутой спец, бравировал своими умениями – и получил то, что получил.

Сжимая кулаки от злости на самого себя, я вернулся на дорогу, где как раз, сопя под нос, тащил за ноги одного из нападавших Грэг; по его лбу уже стекали капли пота. Оставив мужчину в высокой траве, Новак выругался себе под нос.

– Один еще. Пока тебя дождешься, – громко проворчал он.

– Энджи и Краш пропали. Кажется, на Энджи кто-то напал. Он был верхом, – сообщил я, отдышавшись.

– Вот те раз! Что делать? Где ее теперь искать? – испугался Грэгори. – Так и знал, что от женщин в прошлом одни проблемы.

– Как и от женщин в будущем. Предлагаю вывести из сна одного из этих типов. Тот, кто похитил Энджи, явно был с этой компанией. Мы выясним, куда он мог отправиться.

– Отличная идея. Только как же ансарийцы? У нас группа захвата наготове! Нас ждут. Мы потеряем время, отыскивая этого неизвестного.

Будто в подтверждение его слов около меня заржала одна из лошадей.

– Возьмем коней, поедем верхом. Все равно разбегутся, – решил я.

Чтобы усадить на лошадь Грэга, пришлось ему помочь. Прикинув разницу в весе, я взвалил храпящего немца поперек седла рядом с Новаком, а сам запрыгнул на другую лошадь. К счастью, животные попались покладистые и не слишком сопротивлялись тому, что на них поедут чужаки.

Через несколько минут мы уже ехали верхом, трясясь на лошадях. Я все посматривал по сторонам, надеясь увидеть блондинку в синем платье. Но дорога была пустая и мрачная. А еще подступали сумерки. Мужчину можно будет вывести из сна лишь через полчаса – раньше препарат просто не подействует. До того времени я надеялся добраться до городских стен и уже там допросить его как следует.

– Фанат, это Тигр. Мы слегка задержимся, у нас неприятности – пропала Энджи. Как там дела? – сказал я в рацию.

– Тигр, мы ведем наблюдение за зданием. Похоже, здесь намечается мероприятие.

– Хорошо, как только мы решим проблему, я вам сообщу, – ответил я.

Все это время Грэгори молчал и вдруг громко фыркнул:

– Мы прямо как Дон Кихот и Санчо Панса. Едем спасать твою Дульсинею.

– Хоть бы с этой Дульсинеей ничего не случилось, – покачал я головой, посматривая на городские стены.

Знал бы, что так выйдет, нашел бы место для корабля в самом городе. Но ведь ансарийцы тоже придут извне, значит, в городе все не так просто.

Стоило разрешить Энджи забрать те грибы, лишь бы потом она сидела в корабле. Еще и Краш пропал куда-то. Как назло, дождь размыл дорогу, и я уже не мог различить вмятины на пути от следов подков или лап динозавра.

В мою спину упиралась какая-то выступающая металлическая часть от амуниции того, кто меня похитил. Поначалу я сопротивлялась, но вскоре поняла, что будет лишь хуже. Непонятно, куда меня везут и зачем. Но я обязательно что-нибудь придумаю.

Если честно, было очень страшно. Конечно, я помнила, что под платьем у меня есть пистолет, хоть пока и не могла им воспользоваться. И кто придумал платья без карманов? Как вообще раньше жили женщины в эти древние века?

Гарнитура для связи слетела с уха еще в лесу. Браслет пришлось оставить на корабле – слишком уж он выделялся на фоне старинного платья. Все же надо было послушаться Шера и сразу вживить себе Х-фон. Оставалась вероятность, что меня вычислят по сигналу из вшитого в костюме чипа. Но здесь нет спутников, и определить мое точное местонахождение с подобным гаджетом весьма сложно.

Я вспомнила Шера и краткий разговор в лесу. В этот момент я уже не обижалась на него; есть вещи гораздо хуже, чем личные недомолвки и скандалы. На фоне происходящего вся злость на Шера теряла смысл. Хоть бы он быстро обнаружил, что меня украли, и отправился вдогонку!

От понимания, что может сорваться тщательно спланированная операция, стало вдвойне противно. И я подняла голову, со злостью взглянув на каменное лицо «рыцаря», что меня вез. Интересно, что он намерен со мной делать? Уж явно не в шахматы играть. О худшем думать пока не хотелось совсем, хотя я прекрасно понимала, чем рискую.

– Не дергайся, кому сказал, – прикрикнул незнакомец, еще сильнее прижав к седлу, поперек которого я лежала. Его рука впилась мне в задницу, и он подозрительно хмыкнул.

Я сжала губы и постаралась не провоцировать. Лишь смотрела на дорогу, запоминая направление на случай побега, потому как сдаваться на милость судьбы точно не собиралась. Я не буду сидеть сложа руки и ждать приговора.

Вскоре мы миновали деревянное ограждение и въехали в город.

Лошадь равномерно цокала копытами по брусчатке. Нам встретились два экипажа, но тут же скрылись в дождливой пелене. Из-за непогоды людей на улицах почти что не было. На площади несколько мужчин складывали торговые палатки. Иногда мы проезжали мимо одиноких пешеходов, которые опускали глаза при виде моего похитителя. Значит, у него особый статус.

Дома в городке в основном были кирпичными, с коричневыми крышами из обожженной черепицы, поросшей мхом иногда так сильно, что поверхность казалась зеленой. На холме виднелась большая католическая церковь, какие сохранились и до XXI века. Только здесь она не являлась частью культурного наследия, а представляла прямую угрозу для всех, кто не был согласен с мнением ее служителей.

Небо стремительно темнело, но дождь почти прекратился. За это время я успела промокнуть, и теперь платье липло к ногам.

Мы подъехали к какому-то одноэтажному зданию и остановились.

Меня фактически сбросили с лошади. Мужчина спрыгнул, позвякивая оружием, и схватил за запястье. Теперь-то я смогла его разглядеть. Кажется, ему было лет сорок. Темные волосы, стянутые в хвост, карие глаза, которые пристально изучали мое лицо. Легкая небритость. Поверх коротких брюк и камзола наброшен черный плащ, подбитый алой тканью. Помимо копья я смогла разглядеть у него на поясе нечто вроде сабли, ножны от которой и впивались мне в живот всю дорогу.

Вооруженный и опасный тип. С таким лучше не связываться.

– Иди за мной, – скривил он тонкие губы.

Я встряхнулась и выпрямилась, стараясь не паниковать.

– Где мы?

– Приехали к дознавателю. Ты же та самая ведьма из деревни, которую мы ищем два месяца. Странно, но ты хорошенькая. Пожалуй, после того как Абеларт проведет обряд очищения, я загляну поинтересоваться, как у тебя дела, – подмигнул мой похититель.

Ну вот, еще и за ведьму приняли. За какие заслуги? Я молча пощупала платье, убедившись, что пистолет на месте.

В просторном помещении, где почти ничего и не было, нас встретил высокий и очень худой темноволосый мужчина в черной одежде. Он удивленно уставился на меня, но тут же сделал беспристрастное лицо.

– Кого ты привез, Джервас?

– Делал рейд ниже по течению реки и нашел ту самую ведьму.

– Разве это она? Мне донесли, что ведьме той лет пятьдесят, не меньше. А эта совсем молодая. – Худощавый подошел ко мне, пристально посмотрев в глаза. Дернулся на месте, будто испугавшись.

– Так она же ведьма, Абеларт. Применила колдовство и омолодилась. Сам посуди, зачем благочестивой девушке прятаться в лесу. С ней было двое спутников, с ними сейчас разбираются мои парни. Мне кажется, она собирала травы для нового зелья.

– Ведьма, говоришь. Нужно ее обыскать.

– Нет! – вскрикнула я, выставив руки и отшагнув назад.

– Дерзкая какая! Ей точно управляет дьявол, – прошипел дознаватель. – Подержи ее, Джервас. Сейчас посмотрим, что у нее имеется.

Это мой последний шанс. Я задрала было юбку, чтобы достать пистолет. Но в этот момент мужчины заметили серебристый комбинезон и кроссовки. Джервас бросился ко мне, схватив за руки, и меня обдало из его рта противным запахом с примесью алкоголя.

– Это ее вторая кожа, как у змеи! – громко вскричал Абеларт, пока я пыталась вырваться из захвата. – Что у нее есть еще?

Поняв, что просто так я не дамся, дознаватель крикнул, позвав кого-то еще. Я уже почти ничего не понимала – лишь заметила, что в комнату забежали двое охранников. Кто-то держал меня за руки, кто-то удерживал ноги, ведь я пыталась лягаться. По моим бедрам шарили грубые ладони. Наконец кто-то задрал мои мокрые юбки до талии. Что-то звякнуло, и на каменный пол вывалился лазерный пистолет.

– Отойдите все, не дотрагивайтесь! – прикрикнул долговязый дознаватель на охрану. – Это орудие для ведьминского ритуала, полученное от демонов.

Он взял со шкафа кусок ткани и поднял пистолет двумя пальцами, стараясь не касаться металла. Как назло, ко всему прочему из-за пояса вывалился позабытый гриб.

– Ведьма! Ведьма! Она хотела убить весь город! – зашептались вокруг.

Вот же идиоты! Я все же вырвала руки из захвата и забилась в угол. Пыталась вспомнить, что положено делать в таких случаях по инструкции, но все правила, как назло, вылетели из головы. Губы пересохли от волнения.

– Закроем ее, утром я доложу епископу о том, что ты поймал ведьму. Тебе хорошо заплатят, Джервас, – решил дознаватель.

– А в камеру к ней пустишь? – ухмыльнулся Джервас.

– Поговорим потом, – уклончиво ответил служитель закона, бросив взгляд на прислугу. – В любом случае завтра ей предстоит обряд очищения, а потом суд. Скорее всего, ведьму сожгут на костре.

Не успела я вздохнуть, как меня схватили под руки и поволокли в боковой коридорчик без единого окна. Кирпичные стены освещались лишь парой оплавленных свечей, что горели в бронзовом подсвечнике в углу на какой-то тумбе. Меня бросили в темное помещение, и дверь с резким звуком захлопнулась.

Выждав, пока шаги стихнут, я села на пол и потерла вспотевшие от волнения ладони.

Я не знала, на сколько времени меня оставили в покое. Но ничего хорошего мне здесь точно не светит. Если никто не поможет, то меня сожгут на костре, предварительно изнасиловав и применив все возможные пытки. Правда, я искренне надеялась, что сотрудники департамента не бросят меня в беде и спасут раньше, чем это произойдет.

В помещении было сыро, да еще воняло так, что хотелось заткнуть нос руками. Я постаралась делать короткие вдохи, успокаивая тошноту. Через минуту все же поднялась, чтобы обследовать камеру. Но ничего особенного здесь не увидела. Тут даже кровати не было, только в одном углу лежала примятая солома с ворохом грязного тряпья поверх нее. Ни стульев, ни стола, соответственно, тоже не имелось. А еще в каменном полу была дыра, из которой и шел смрад.

Мокрое платье путалось в ногах, волосы совсем растрепались. Меня колотило от холода и пережитого ужаса. Но я заставила себя подойти к единственному окошку, чтобы выглянуть наружу. Темно хоть глаз выколи. Стекол здесь никаких не было. Пощупав, я поняла, что небольшой оконный проем заколочен досками, между которыми имелись просветы.

Меня наверняка не собирались держать здесь вечно. Территория охраняется. Нужно попробовать выбраться. Вот только как вернуть свой пистолет, когда его забрал гадский дознаватель?

Я уселась у окна, обнимая себя руками, и принялась думать. Из проема поступал свежий воздух, и здесь я могла нормально дышать.

Внезапно услышала за досками знакомые шаги и дернулась. Между досок попыталось просунуться нечто, что жадно втянуло воздух. Раздалось гортанное рычание.

– Краш, это ты? – обрадованно заговорила я, вцепившись в край кирпичной кладки руками. – Крашенька, хороший, ты меня нашел!

Динозавр протяжно заурчал и еще больше втиснул морду между досок.

– Ты же любишь грызть всякую дрянь. Оторви эти доски. Ну же, милый, – умоляюще заговорила я. – Выломай их, что ли.

Краш обеспокоенно рыкнул, сделал под окошком круг и вернулся обратно. Судя по всему, я находилась в полуподвальном помещении – у меня окно было где-то на уровне глаз, а снаружи – у самой земли. Динозавр жалобно пискнул, будто звал меня. А потом я услышала треск дерева и вытянулась в струнку, с радостью и гордостью глядя, как питомец Шера вламывается ко мне. С третьего захода ему удалось пробить ненадежную защиту, и в окно просунулась большая морда и половина туловища с передними лапами.

– Ты мой спаситель, Краш! Когда вернемся, лично угощу тебя чем-нибудь вкусненьким, – пообещала я, быстро стягивая платье, которое здорово затрудняло мои движения.

Оставшись в комбинезоне, я зашвырнула одежду в угол, подошла к окошку, схватилась руками за выступ и подтянулась. К счастью, с физподготовкой у меня было все отлично. Я по-кошачьи изогнулась, чтобы пролезть в отверстие, и выкатилась на мокрую брусчатку, из швов которой торчала трава.

Стемнело, да и луны на небе не было. Мои очки ночного видения остались в сумке у Шера. Ко мне прильнула чешуйчатая морда Краша.

– Я тебя недооценила, зеленый. Посмотрим, где мы, – сказала я и погладила шкуру ящера, искренне радуясь, что он меня не бросил.

Оказалось, мы во внутреннем дворе. Уж не знаю, как попал сюда Краш – нашел прореху в заборе или перелез ограждение. Дальше темнели деревья и кусты. В здании горели несколько окон. Вдали раздавались голоса. Над единственной дверью поскрипывал от ветра козырек.

Я хотела было пойти на улицу через здание, но так и не решилась проникнуть туда ради пистолета. Потом криминалисты разберутся сами, уничтожив все следы моего пребывания – рисковать лишний раз не стоит. Поэтому я тихо позвала Краша и двинулась в сторону кустов, прислушиваясь к далеким голосам. Каменный увитый плющом забор не представлял особых трудностей. Но не успела я на него вскарабкаться, как услышала крики – мою пропажу явно обнаружили. Дознаватель лишь хотел выпроводить из своих владений Джерваса, чтобы потом заняться мной лично.

– Краш, быстрее, перелезаем! – тихо прикрикнула я, спрыгивая в узкий переулок.

За мной на брусчатку приземлился Краш. Но в этот момент на улочке, с одной стороны которой был забор, а с другой кирпичная стена соседнего здания без единого окна, показалась охрана дознавателя. В темноте раздался лязг металла.

– Вот она, ведьма! Догоняй ее, уйдет! – вопил какой-то мужчина.

Но я уже не слушала, неслась по улице, радуясь, что на мне удобные кроссовки, а не те туфли, что выдали на складе. Рядом, высоко подпрыгивая на каждом шаге, бежал Краш, периодически оглядываясь на преследователей.

Они почти догнали нас, но тут Краш остановился под одиноким фонарем, развернулся и издал устрашающий рык.

– Демон, с ней демон! – истошно заорал кто-то из догоняющих.

– Бежим быстрее, – крикнула я Крашу, пользуясь задержкой.

Мы пробежали квартала три, прежде чем поняли, что погони больше нет. Но расслабляться было рано. Сейчас эти идиоты вызовут подмогу, и тогда за мной будет охотиться не только стража дознавателя, но и весь город во главе с местным епископом.

Мое плохое предчувствие оказалось верным. Вскоре я услышала топот не одной пары ног, который раздавался с другой стороны улицы. Нас окружали.

– Кажется, ведьма где-то здесь. Зови остальных, – послышался из темноты чей-то голос, а потом прозвучал одобрительный возглас, как минимум, десятерых людей.

Сердце гулко застучало, но я постаралась успокоиться и оценить обстановку.

Справа глухая стена, слева очередной каменный забор, за которым чернели деревья – похоже, сад. Но другого выхода нет, иначе меня просто зажмут в тиски на этой улочке, и один маленький динозавр не сможет противостоять толпе фанатиков. Я приказала Крашу следовать за мной, подтянулась и перемахнула через забор, упав на влажную пожухлую траву. Рядом мелькнула тень велоцираптора.

– Идем дальше, может, там есть другой выход, – уверенно сказала я и двинулась между деревьев, стараясь не задерживаться.

Я не сразу поняла, что с динозавром. Он казался настороженным и возбужденным. Через рваные облака уже проглядывала луна, и ее свет позволял мне видеть, что происходит. Краш опустил голову в траву и принюхивался; сейчас он походил на служебную собаку, которая взяла след преступника. Я часто наблюдала за такими, когда работала, хоть и побаивалась их.

– Что ты там нашел, зубастый? – тихо спросила я.

Краш устремился к свободному от деревьев участку сада. И вдруг остановился. Поднял голову. Снова зарычал.

– Что это? Ничего же нет, – не сразу поняла я.

– Уарр! – указал носом в пространство Краш.

Я мотнула головой, желая избавиться от странного чувства. Впереди действительно что-то было. Именно «что-то». Невидимое, но тем не менее реальное. Я шагнула и вытянула руки, и вдруг мои ладони уперлись в холодный металл. Я едва не вскрикнула от радости, но тут же закрыла рот рукой, ведь где-то неподалеку шла погоня.

Это корабль, поставленный в стелс-режим. Кто-то спрятал его здесь, чтобы не видели местные жители. Я помнила, что в городе сейчас могут быть патрульные. А вот корабль ансарийцев точно находился за пределами поселения. Значит, это наши.

– Надо его открыть. Внутри нас не найдут – просто не увидят. А мы свяжемся с Шером и скажем, где нас искать, – заговорила я, не веря в удачу.

Я обошла корабль по кругу, ощупывая каждую выступающую часть фюзеляжа, когда наконец наткнулась на люк. Толкнула его, с удивлением обнаружив, что он открыт. Ввалилась внутрь. Тут же зажегся свет, вспыхнул голубым бортовой компьютер, показывая карту местности. Вот только язык, на котором были надписи, я не понимала.

– Закорючки какие-то. И где же здесь связь? – судорожно шарила я по панели руками, но ничего не выходило.

Устав гадать, как включить передатчик, я упала в кресло пилота и откинула голову. Краш уселся рядом, пристально глядя на монитор. Я перевела дыхание и отчаянно ударила кулаками по панели.

– Что за чертова летающая тарелка!

– Режим управления переведен на язык Конфедерации, – раздался приятный женский голос из бортового компьютера.

– Вот, хоть что-то! – обрадованно заговорила я, увидев на экране знакомые надписи. И вдруг поняла, что это вовсе не корабль наших. Кажется, эти закорючки принадлежали ансарийскому языку. Значит, на нем все же прибыли вампиры!

Догадки посыпались холодным градом.

Те вампиры, которые оставили корабль открытым, вот-вот вернутся. Это раз.

Я не смогу выйти на связь с патрульными или Шером из этого аппарата, потому как тут приборы настроены на другие частоты. Это два.

В-третьих, я же умею управлять подобными кораблями. Нужно всего лишь взлететь и добраться до наших. Эврика!

Устройство летательного средства по принципу работы почти не отличалось от того, на котором я пару дней назад сдавала зачет по пилотированию. Значит, сложностей не возникнет. Я переглянулась с Крашем, будто хотела посоветоваться. Он же положил тяжелую голову мне на колени, задумчиво глядя на экран.

– Ладно, была не была, все же лучше, чем в тюрьме, – выдохнула я и принялась нажимать на нужные кнопки, почти на автомате выполняя заученные с помощью внедренной обучающей программы действия.

Я еще не полностью отошла от стресса и туго соображала, что делаю, когда аппарат загерметизировался, а потом и вовсе оторвался от поверхности земли, и мы взлетели над городом, в котором кто-то ловил ведьму, а кто-то преследовал вампиров-ансарийцев.

Немного отлетев от города, я хотела было перевести аппарат в режим левитации, чтобы свериться с картой. Но в этот момент система тревожно запищала, а бортовой компьютер объявил, что у нас неполадки. Одновременно с этим я заметила, как на мониторе мелькнули лучи, и запоздало поняла, что в нас стреляют.

Я добавила скорости, но корабль вращался в воздухе, и меня вжало в сиденье. Краша отбросило к противоположной стене. На экране творилась какая-то фантасмагория, земля сменялась черным небом, разобрать что-то было крайне сложно. Пытаясь стабилизировать полет, я дотянулась до компьютера и принялась нажимать разные кнопки. Как вдруг бодрый голосок системы объявил, что мы переносимся в заранее заданный сектор.

Когда на экране поползли белые полосы временного перехода, у меня закружилась голова и стало совсем паршиво. Кажется, корабль устремлялся в другое время. Знать бы еще, куда я лечу и как теперь выпутаться из всего этого безобразия.

Мы добрались до города почти в темноте. Пришедший в сознание мужчина бессвязно мычал, но поняв, что оружия у него больше нет, не дергался. Спешившись у окраины, я для убедительности разок двинул ему кулаком и повторил вопрос.

К счастью, долго уговаривать его не пришлось, и он все же рассказал, что они с неким виконтом Джервасом пытались поймать страшную ведьму, чтобы сдать ее местному дознавателю и тем самым рассчитаться с долгами. Выяснив, где находится нечто вроде городской тюрьмы временного заключения, я приказал мужчине ехать с нами. Испуганный слуга виконта что-то проворчал, но все же сел на лошадь рядом с Грэгом, указывая дорогу. Я видел в браслете маячок, но разбежка в несколько кварталов мне ни о чем не говорила.

Дождь закончился, но снова поднялся ветер. Было зябко и неуютно, а когда я вспоминал, что потерял Энджи, и вовсе становилось не по себе.

Как только мы подъехали к зданию допросной, оттуда выскочили двое, в одном из которых наш спутник признал своего господина.

– Что происходит… – начал было коренастый мужчина, бросившись к нам, но я остановил его выстрелом, подпалив подол плаща. Попав в лужу, ткань зашипела.

– Где девушка? – сурово спросил я.

– Если ты о ведьме, то она только что сбежала, все ее ищут. Она призвала демона, который ей помог, – усмехнулся виконт, но в голосе сквозил страх. – Мне пришлось вернуться.

– Какого еще демона? – опешил я, но тут же понял, что где-то в городе находится и Краш.

– Пасть огромная. С нее капало раскаленное пламя, – дрожащим голосом пояснил другой охранник дознавателя.

Сам долговязый начальник местного правопорядка лишь показал из здания длинный нос и тут же захлопнул двери, решив не связываться с пришельцами.

Послышался стук копыт по брусчатке, и из-за поворота появился еще один местный.

– Ведьму видели на нижней улице, но она пропала! Нам нужна подмога! Джервас, что стоишь без дела? Это ведь ты привел в город колдунью, ты все и расхлебывай, – язвительно заявил охранник, не заметив нас с Грэгом.

Незадачливый виконт позеленел от злости. Но помнил о том, что рядом находятся странные люди, вооруженные волшебным оружием, поэтому дергаться не стал.

– Где это случилось? – не выдержал я.

– Недалеко, вон там, – указал в темноту улицы охранник.

В этот момент в ухе запищало связное устройство. Я нервно клацнул по браслету, включая рацию.

– Тигр, только что над городом обнаружен незнакомый корабль, который мы раньше не засекли. Предположительно принадлежит ансарийцам, – доложил патрульный. – Мы отправили за ним погоню.

– Опять они, – прошипел я. В этот момент мне просто хотелось кого-то придушить, ведь все пошло не по плану.

Нельзя было брать на задание неподготовленную сотрудницу, как знал. А Саймон Фаррелл только и твердил, что Энджи может отправляться в прошлое, поставил ее со мной в пару. Вернусь, выскажу полковнику все, что я думаю о его методах работы. Найти бы только горе-напарницу!

Поняв, что больше здесь делать нечего, мы оставили лошадей недоумевающим местным жителям, по вине которых и начались все неприятности. И зашагали по темной улице, что петляла между домами, устремляясь вниз. На всякий случай держали наготове пистолеты. Где-то в небе раздался шум двигателя, мелькнула вспышка. Это наши патрульные полетели ловить незнакомый корабль.

– Хорошо, если Краш действительно с ней, – наконец проговорил Грэгори.

– Очень на это надеюсь, – процедил я сквозь стиснутые зубы.

– Тигр, это Фанат. Только что корабль ансарийцев ушел в другой сектор, мы не успели засечь, куда именно произошло искривление пространства, – доложил патрульный через пару минут.

Час от часу не легче. Сначала Энджи, теперь корабль. Откуда он вообще здесь взялся, если тот, за которым ведется наблюдение, стоит в поле за городом?

Я повторил приказ искать Энджи и Краша.

Мы потратили около часа, обойдя все ближайшие кварталы и подключив к поиску прибывших на место Дирка и Мирка. Но Энджи с Крашем будто сквозь землю провалились. Уже понимая, что я где-то ошибся, я вновь включил в браслете карту, пытаясь разобраться, что именно упустил. Но внезапно вышел на связь тот, о ком я совсем позабыл из-за сложившихся обстоятельств.

«Мы движемся в город, всего два руководителя и десять туристов. Приготовьтесь», – прочитал я сообщение, что прислал мне Ален Миратус.

Испугаться как следует я все же не успела, когда компьютер уже объявил, что переход завершен успешно и включен автопилот. Полосы на экране погасли, и до меня наконец дошло, что нажать, чтобы выровнять полет корабля. Летели мы не очень долго. И я пока не понимала, куда проложен курс. Когда аппарат пошел ровно, а система объявила, что мы движемся в километре над городом, я выдохнула и обернулась, тревожно глядя на Краша.

– Эй, ты как? – дрогнувшим голосом спросила я. – Кажется, мы куда-то добрались.

– Уарр, – прорычал ящер, подходя ко мне.

Я тут же выскочила из кресла, присев рядом с динозавром, который перед тем меня спас. Не нужно было никуда лететь вообще. Стоило сидеть в корабле и ждать помощи от Шера, а сейчас мы черт знает «когда».

– Зубастик, все хорошо. Вернемся обратно. Будешь снова гоняться за птичками и калечить роботов в квартире Шера, – сказала я, поглаживая шершавую шкуру.

Краш поднял голову, жалобно глядя на меня. И я сама чуть не расплакалась от обиды. Надо же, попалась в плен, угодила в тюрьму, на костре чуть не сожгли. И что теперь делать – ума не приложу.

– Ладно, сейчас разберемся, где мы находимся, будет видно, – сказала я вслух и, сжав пальцы в кулаки, устремилась на место пилота. – А ну-ка, покажи город! – приказала бортовому компьютеру.

– Москва, 1 августа 2019 года, – прокомментировала картинку виртуальная «девушка», из бортового компьютера. – По местному времени девять часов утра.

– Москва, 1 августа… Что?! – подпрыгнула я, как только до меня дошло, куда я попала.

Это ведь тот самый день, когда со мной случились все те несчастья.

Будто наяву перед глазами пронеслись картинки из моего прошлого: сломанный кондиционер в машине, недовольный начальник, срывающаяся поездка на море…

Вампиры, будь они неладны! Они ведь как раз были здесь в тот день!

От растерянности я часто заморгала, пытаясь вернуться в реальность.

Я так хотела попасть сюда, чтобы предупредить себя о том, что мне не стоит соглашаться на то расследование. Это было моей навязчивой идеей на протяжении нескольких дней. А теперь сижу и понимаю, что просто не могу взять и все изменить, не могу сделать так, что все увиденное в один момент исчезнет из памяти, и я снова окажусь в прежней жизни.

Отдышавшись, я кое-как открыла маршрут, пытаясь разобраться, как вообще оказалась именно в этой точке. Но в миг, когда в корабль попали из пушки, в системе управления временными перемещениями что-то нарушилось.

– Тихо, только без паники, – сказала я сама себе, схватившись за голову и сжав виски.

Должен быть выход из положения. Раз здесь в этот день были как минимум ансарийцы и Шер, то и я смогу выбраться. Знать бы, как поступить.

Вздохнув, я взялась за управление кораблем, который в этот момент медленно пролетал над МКАДом, развернула его и, включив стелс-режим, устремилась в сторону Дмитровки.

Понимая, что летающая тарелка – не совсем норма для Москвы XXI века, я высмотрела на мониторе приостановленную стройку, мимо которой проезжала каждый раз, когда направлялась на работу. Это недалеко от моего дома. Кое-как посадила корабль около разрытой траншеи и отключила двигатели.

– Краш, мне придется оставить тебя здесь, но я вернусь, как только решу проблему, – сказала я, понимая, что велоцираптору тоже не место в этом городе, особенно средь бела дня. – Ты уж потерпи, я обязательно что-нибудь придумаю.

Ящер тоскливо посмотрел на меня, протяжно зевнул и положил голову на передние лапы. Он понимал, что ничем не сможет помочь. А у меня совсем мало времени – всего лишь сутки, – чтобы найти того, кто мне поможет, иначе я навсегда останусь здесь. И ладно бы еще я одна. Со мной Краш, которого я не могу бросить. Шер так и не узнает, куда я исчезла, возможно, даже будет думать, что я погибла там, в средневековой Европе.

Выйдя из корабля, я вдохнула привычный местный смог. Карабкаясь, перебралась через разрытую траншею, прошла под оградительной лентой и зашагала по дорожке, не понимая, почему оглядываются прохожие. Лишь пару минут спустя дошло, что вид у меня, мягко говоря, тот еще. Но у нас свободная страна. В чем хочу – в том и хожу. Итак, нужно что-то делать, времени все меньше, как бы странно это ни звучало.

Стоило переодеться, чтобы не привлекать внимания. Но ключей от собственной квартиры у меня не было. И я вдруг вспомнила, что в шкафу на работе как раз имеется сменная одежда – оставила на днях, когда пришлось срочно переодеваться в форму – к нам в управление приезжал какой-то депутат, – да так домой и добралась «при параде».

А еще я могу оставить самой себе из «прошлого» записку и предупредить, чтобы сообщила Шеру, где искать меня в этот день. Вот и решение!

До управления я добиралась часа полтора, не меньше. Пару раз рядом останавливались машины, водители которых глазели на меня, как на диковинку. Я старалась не обращать внимания, хоть и злилась, что на мне надет дурацкий комбинезон. Но это лучше, чем то платье, которое я выбросила в тюрьме. В нем бы мне была прямая дорога в дурку.

Сержант, что сидел на вахте, к счастью, не заметил из-за стеклянной перегородки мой странный облик. Я же присела как можно ниже, сложив руки под подбородком и строя ему глазки.

– Вань, я забыла дома свой пропуск, – пропела я, молясь про себя, чтобы никого из знакомых не оказалось рядом.

– Анжела Николаевна! Вы же только что вышли. Я сейчас открою, – протянул сотрудник, обрадованный моим вниманием.

– Спасибо! – Я стремглав бросилась за двери, подбежала к лифту и нажала на кнопку вызова.

– Анжелка, отлично выглядишь. Это специальный костюмчик, чтобы ловить сектантов? – раздался насмешливый голос Влада, нашего оперативника. Он остановился рядом, также ожидая лифт.

– А то ж, – подмигнула я, наконец сообразив, что планерка недавно закончилась и «той» меня уже нет в управлении.

– Я до сих пор не пойму, как Гудков доверил тебе это странное убийство, – сказал Влад, когда мы вошли в лифт.

Я пожала плечами, сохраняя безразличный вид.

– Доверил – и доверил. Разберемся, в чем там дело, – ответила я и улыбнулась.

Через две минуты я ворвалась в кабинет, где, помимо моего, находилось рабочее место Сашки Максимова. Но в тот момент он куда-то отлучился, и я бросилась к встроенному шкафу, трясущимися руками перебирая вещи. Вот и то, что мне нужно. Вытащила с полки пакет, прижала его к груди, после чего побежала в уборную.

Переодевшись в джинсы и рубашку, я встала перед зеркалом, пытаясь привести в порядок прическу. Кое-как причесалась пальцами, умыла лицо. В желудке страшно заурчало, ведь я не ела уже много часов. И я решила, пока нет меня здешней, выпить хотя бы кофе. Все же это я его покупала, а вовсе не Максимов. Ему и так теперь достанется вся банка.

Когда вернулась в кабинет, Саша пришел, он сидел и листал протоколы на мониторе.

– Уже сходила, что ли? – спросил он, не поднимая головы. – Быстро ты, однако.

– Да, скоро опять уеду. Подкинули дельце хорошее, чтоб его, понятно сразу, что это глухарь, – буркнула я в ответ. Потом подошла к полке, включила чайник и насыпала в свою чашку кофе. – Сергеич специально это сделал, чтобы отпуск мой не подписывать.

– Не парься. Если что, обращайся – помогу, – поднял голову Максимов, подмигнул и снова углубился в свои документы.

Я втянула носом любимый запах, взяла чашку и чинно уселась на рабочее место, достав чистый лист бумаги и ручку. Что же написать самой себе? Наверное, мне подобное послание покажется бредом.

«Анжела, запомни это, пожалуйста, – начала я, покусывая колпачок ручки. – Я не могу сказать тебе, что случится сегодня вечером. Но ты должна знать: Элеону нужно искать тебя именно здесь и сейчас. Обязательно передай ему эти слова, как только выдастся возможность!»

Ну и фигня, я бы в жизнь не поверила. Но тлела надежда, что собственный почерк все же узнаю. Я оставила лист на столе, прямо на папке с делом.

В сейфе я обнаружила свою заначку – пару тысяч рублей. Что же, воровать у самой себя – не грех, мне они уже все равно не пригодятся.

Я только успела допить кофе и поставить чашку на полку, как почувствовала неладное. Меня буквально выталкивала из-за стола неведомая сила. И я не могла ей противиться. Хотелось бежать куда глаза глядят, только бы уйти из кабинета. Я заметалась по помещению, а потом выскочила за двери, будто кто-то вытолкнул наружу.

В этот момент мимо меня пробежала какая-то разъяренная фифа, в которой я с трудом узнала себя. Она ворвалась в кабинет, даже не закрыв за собой дверь. Остановилась посреди помещения, нервно сжимая в руках папку.

Я постаралась подойти, но невидимый барьер не дал приблизиться больше, чем на несколько метров. Но себя я видела неплохо, а также слышала все, о чем говорили в кабинете.

– Максимов, ты опять пил из моей чашки? – раздался противный писклявый голос. Ну, вы, наверное, знаете, как звучит собственный голос на записи. Вот и я слышала примерно то же самое. – Научись пользоваться своей! Еще и не помыл вдобавок.

– Ты что, совсем? – покрутил пальцем у виска Саша. – Ты же сама только что из нее пила.

– Это еще что за ерунда? – «Я» скомкала послание и нервно запустила им прямо в урну.

– Дура! Что ты делаешь?! Тебе это прочитать надо было! – буквально завопила я, пытаясь прорвать блокаду. Но меня никто не услышал.

Какой я все же была стервой! Вот только поняла это лишь сейчас, оказавшись в безвыходном положении.

– Ладно, Максимов, я прощу тебе пользование моей чашкой, если ты найдешь мне телефон судмедэксперта, – раздался опять мой голос.

– Прежде чем наезжать на меня, научись закрывать за собой двери. Не в сарай зашла. А телефон сейчас найду, – прозвучал ответ коллеги.

Мне стало стыдно за свое собственное поведение. Вот что значит получить возможность посмотреть на себя со стороны.

В тот момент, когда здешняя «я» подходила к дверям, меня отталкивало от них все дальше. Такое чувство, что упади – ползла бы, но все равно отдалялась. А отправь смс – оно бы просто не было доставлено по назначению.

Дверь кабинета захлопнулась. И я со злостью ударила кулаком по стене коридора.

Идиотка! Почему не посмотрела, что лежит на рабочем столе? А вдруг там письмо с признанием убийцы или анонимный донос?

Попытка передать что-то себе лично грандиозно провалилась. И теперь мне надо отыскать другой способ попасть в будущее или же как-то связаться с сотрудниками департамента.

А если… Нет, невозможно.

И все же нужно попробовать.

Писать что-то самой себе бесполезно. Найдутся сотни причин, которые мне помешают. Да и поверить в такое просто невозможно. Но сегодня вечером состоится встреча – моя с Шером. И если уж я не могу подойти к самой себе, то нужно лишь поговорить с ним раньше, чем он увидит меня «ту», и сказать, что я здесь.

Звучало глупо, но другого выхода не было.

Я вышла на улицу, увидела припаркованный на площадке «Рено», погладила капот, тяжело вздохнула, вспомнив, что меня ждет в корабле на стройке Краш, и пошла обратно, мысленно проигрывая варианты новой встречи с Шером.

Сообщение от Алена разозлило. Мы еще не успели найти Энджи, а я уже понимал, что нужно поторопиться, если не хотим вновь упустить организаторов банды вампиров.

Я сообщил всем находившимся здесь оперативникам, чтобы продолжали поиски Энджи. Сам схватился руками за голову, пытаясь собрать воедино картину, в которой что-то не клеилось.

– Шер, тот корабль, что мы догоняли, ушел в другой сектор. Кажется, мы его слегка подбили, – сообщил полицейский из группы захвата.

– Надо было окружать с разных сторон, а не палить из пушек, – прорычал я. – Это не тот корабль, на котором прибыл Ален. Значит, ансарийцев может оказаться больше, чем мы думали. Работайте. Они скоро будут здесь.

– Знаешь, Шер, сидеть в кабинете гораздо приятнее, – проворчал подошедший Грэгори, кутаясь в сюртук.

Ночь выдалась холодной. А главное – тревожной.

Не успел я получить информацию от остальных сотрудников, как пришло новое сообщение от Алена. Сейчас, когда все мы были рядом, ничего не препятствовало доставке посланий, а мой корабль, на который у Алена имелись все настройки, работал как передающее устройство.

Я впился взглядом в текст и замер, не сразу поняв, что не так.

«Шер, у нас в плане наметились изменения. Пришлось вернуться на корабль, потому что неожиданно вышел на связь главный, А. Он просил забрать его в городе, кстати, неподалеку от места, где вы находитесь. О засаде пока никто не догадался».

Я встряхнулся, приходя в себя. Мое состояние заметил и Грэгори.

– Грэг, кажется, тот корабль, что упустили наши, принадлежал самому Амерону. Он сейчас здесь, просит его забрать. Кто же тогда улетел на его аппарате?

– Энджи? – предположил Новак, невесело усмехнувшись.

– Вот и мне закралась такая догадка. Здесь что-то случилось. Амерон остался без корабля. А Энджи ушла в другой временной сектор. Предположительно, с ней был Краш, – ошарашенно выдохнул я.

Жаль, я не мог поговорить с Аленом нормально, чтобы выяснить детали. Все, что оставалось, это переписываться короткими текстовыми сообщениями, которые он мог набирать, отойдя или отвернувшись от других вампиров. Ален сильно рисковал, и я понимал, на что он идет, помогая бороться со своими же соплеменниками.

– Грэг, ты все равно ничем не занят. Объявляй тревогу по всем доступным нам временным секторам, пусть наши ищут корабль и Энджи! Она может оказаться где угодно! – воскликнул я, нервно сжимая на поясе пистолет.

Я не был уверен, что Энджи умеет управлять машиной времени. Да еще и наши оперативники, не разобравшись, что к чему, устроили стрельбу, наверняка повредив в корабле ансарийца какое-то оборудование.

Но если Энджи сделала это не специально, значит, в машине времени уже были введены какие-то координаты. И Амерон знает, какие именно. А за ним сможет проследить Ален.

Интересно, из какого времени сюда прибыл сам организатор преступной группировки? И зачем? Лично посмотреть на исполнение его грандиозного плана?

«Ален, постарайся находиться рядом с А. Сообщай все, что узнаешь», – вздохнул я, отправляя Алену ответ, а сам направился к Дирку и Мирку, которые как раз показались с другой стороны пустынной площади.

Теперь, когда у меня имелись какие-никакие деньги и нормальная одежда, мне не пришлось идти пешком. И я успешно проехала несколько остановок на маршрутке.

В ближайшем от стройки магазине я приобрела кусок свежей говядины на кости, себе купила питьевой йогурт и пару булочек, после чего, осмотревшись и убедившись, что рядом никого нет, проникла в спрятанный корабль.

– Краш, я принесла тебе подарок. Ты ведь не откажешься, верно? – улыбнулась я.

Ящер приветствовал меня звучным рыком.

– Вот, что было. Ты уж не обижайся, что я наорала тогда за свои помады и тени. Сам понимаешь, они мне нужны, а вот тебе вредно есть всякую гадость. – Я открыла пакет и положила на пол мясо.

Краш не отказался. Он поднял его передними лапами, впившись зубами в нежную мякоть. А я уселась в кресло пилота и открыла йогурт.

– Знаешь, зубастый, я была такой идиоткой, никогда бы не подумала, – задумчиво произнесла я, глядя в пустоту.

Казалось, что мне становится легче, когда я рассказываю все Крашу, хотя на самом деле ему было фиолетово – больше занимала еда.

– И на Шера я вовсе не обижаюсь. Знаю, что это Грэг его подставил в тот день. Просто хочу доказать, что мое мнение тоже важно. Он ведь порой совсем меня не слышит. Нам сложно понять друг друга, мы фактически из разных миров. Вечером, когда стемнеет, я отправлюсь туда, где мы встретились…

Если честно, я сильно боялась этой встречи. Уж лучше бы все шло по пройденному сценарию, чем вносить в него коррективы. А еще смутно надеялась, что патрульные в этом секторе засекут временные нарушения и найдут меня раньше, чем придется прибегать к экстренным мерам.

Нужно было просто выждать время, чем я и занялась. Откинула спинку кресла и улеглась поудобнее. В любом случае до вечера еще несколько часов, и если пару из них я просплю, ничего не изменится.

Когда открыла глаза, обнаружила, что проспала ни много ни мало, а почти четыре часа.

Нужно было собираться, заранее выбрать место, где я смогу поговорить с Шером. Я ведь примерно помнила, где стоял его корабль и откуда он выходил.

Я хотела было взять с собой Краша – уж больно жалобно он на меня смотрел, но решила все же не связываться и не навлекать беды.

– Останешься здесь. Если кто тебя и найдет – так это наши, – сказала я и выглянула в люк.

Все чисто, можно выдвигаться.

До места пришлось проехать одну станцию на метро.

В подземном переходе ненадолго остановилась, испытывая чувство дежавю. Словно должна была вспомнить нечто важное. Но из-за пережитого стресса все, как назло, вылетело из головы. Ну конечно, «я» из прошлого проходила здесь в этот день. Спускалась в эту подземку, чтобы купить новое зарядное устройство для телефона.

От метро шла пешком, благо было уже недалеко.

Кажется, этот квартал, где скрывались ансарийцы, я запомнила, как свои пять пальцев. Издалека заметила машину, в которой дремала девушка. То есть я.

И кто меня вообще допустил до работы в полиции, такую безалаберную?

Но близко подойти не позволяла все та же сила, которая не давала мне столкнуться с самой собой. И я присела на лавочке в ожидании появления Шера. Жаль, у меня даже часов не имелось, чтобы точно знать, когда ждать гостей. Оставалось надеяться, что все пройдет гладко.

Пока дожидалась «своего» пробуждения, в голове пролетели сотни разных мыслей о том, что было бы, поступи я так или иначе. Шер как-то сказал, что от судьбы не уйдешь. А полковник Фаррелл и вовсе заявил, что единственный для меня выход – попасть в будущее. Да и вообще странно вел себя при нашей первой встрече, будто мы с ним уже были знакомы прежде.

Нет, ерунда какая-то. От переживаний что только ни придет в голову.

Когда на улице стемнело, я поднялась и осторожно прошла к беседке, рядом с которой на газоне, по моим расчетам, должен был приземлиться корабль Элеона Шермана.

В темноте что-то скрипнуло, послышался глухой звук, будто по земле ударили кувалдой.

За моей машиной припарковалась еще одна. Фары тут же погасли, а из автомобиля кто-то вышел. И тут я заметила себя, которая выбралась из «Рено» и кричала ансарийцам, что будет стрелять. Инстинктивно хотелось крикнуть, подбежать, но я ничем не могла себе помочь. При этом чуть не забыла, ради кого сюда вернулась.

Я заметила, что Шер вышел из корабля и бежит ко мне той, слишком поздно. Рванула ему наперерез, но расстояние между «мной» этой и другой уменьшалось на глазах.

– Это я, Энджи из департамента! Я здесь, ты должен меня забрать! – заорала я что было мочи, но Шер уже ступил в зону «недосягаемости», и теперь невидимый барьер не только препятствовал проникновению, но и не пропускал звуков.

Но, похоже, что-то все же достигло ушей Шера. Он на миг приостановился, дернулся от неожиданности. А потом схватил пистолет, принявшись стрелять по ансарийцам. Дальше все повторялось в том же порядке, что и должно. Кто-то из вампиров упал замертво, кто-то сбежал. «Я» споткнулась, а Шер подхватил меня на руки.

– Ты тоже из департамента? – расслышала я его голос.

Он ненадолго оставил меня, и я бросилась было за ним в темноту, но поняла, что он уже возвращается, и снова не успела ничего сказать.

Всхлипывая от обиды на свою медлительность, я наблюдала, как он уносит меня в корабль, как захлопывается люк, тарелку окутывает сияющее поле, и летательный аппарат становится невидимым. А потом поднимается ветер при его взлете.

И тут до меня дошла страшная истина.

Кажется, только что я совершила огромную ошибку – сама замкнула временной круг.

Когда я кричала, Шер не услышал мои слова целиком, но что-то явно отложилось у него в голове. А потом он увидел меня и услышал голос, и первое, что пришло ему в голову, – то, что я работаю в департаменте. При этом он и сам не понял, почему так решил, ведь был увлечен погоней за ансарийцами.

Черт, это конец. Я совершенно растерялась и не знала, что мне делать. Лишь стояла посреди тротуара и утирала слезы.

Но не все было так уж катастрофично. Машину-то я так и не закрыла. В ней остались ключи. Значит, ей уж точно можно воспользоваться.

Я шагнула к красному «Рено» и задумчиво открыла дверцу. Завела двигатель и вцепилась руками в руль, пытаясь очнуться от всего, что натворила. Практически бездумно включила фары, раздумывая, куда мне ехать. Как вдруг услышала звук мотора – громкий и рычащий, не характерный для обычных машин, но ужасно знакомый.

В нескольких метрах от меня остановился мотоцикл. Большой, тюнингованный, с хромированными дугами и причудливым рулем. На нем сидел высокий худощавый парень, держа в руках шлем. В синих джинсах, кожаной куртке и темной облегающей футболке. На ногах – модные туфли с чуть удлиненными носами с металлическими пряжками, какие часто носят байкеры. Длинные локоны падали на лицо, прикрывая его. А сам парень явно осматривал место преступления.

Сердце пропустило удар. И меня заколотило от волнения.

Да это же Ален в прошлом! Точно, как я могла забыть, что мы уже встречались с ним в тот день. Значит, на момент моего «похищения» он еще не покинул наше время!

Но выйти из автомобиля я не успела. Посмотрев на светящийся в темноте браслет, он бросил мимолетный взгляд на мою заведенную машину, нажал на педаль – и мотоцикл с оглушительным ревом рванул в сторону выезда из двора. Я успела заметить лишь номер 9669–99. Такой запомнить несложно.

Что же делать, что делать?

Мысли разбегались, как мыши из клетки, абсолютно не желая подчиняться. Скоро сюда прибудет группа криминалистов во главе с Урсусом Форсом, которого я до сих пор недолюбливала. Тем более в этот момент мы с ним еще не знакомы. Никто не поверит местной девушке. Да меня и близко не подпустят к трупу ансарийца, а если и прорвусь – так еще и память сотрут. И потом будут долго разбираться, кто прав, а кто виноват.

Я откинулась на спинку сиденья, вытянув уставшие за день ноги. Как вдруг нащупала рукой телефон, оставленный мной из прошлого.

Я тут же сняла блокировку и уставилась на список своих контактов.

В голову пришла очередная сумасшедшая идея, и я тут же позвонила Максимову. И вскоре услышала в трубке сонный голос.

– Тебе чего, Анжел? – спросил он не слишком довольным тоном.

– Саш, прости меня за все. За то, что сваливала на тебя всю работу и за чашку наехала зря, и за тот случай в баре, когда мы твой юбилей отмечали, – пролепетала я, все еще не привыкнув к возвращению в «старую» жизнь.

– Ты что, пила сегодня?

– Нет, Саша, работала, – вздохнула я. – Ты говорил, что поможешь, если я попрошу. Мне надо найти человека, которому принадлежит мотоцикл, – назвала я номер и добавила умоляющим голосом: – Это срочно! И желательно выяснить все подробности, где этот мотоцикл сейчас и у кого.

– Ладно, узнаю. Езжай-ка ты домой, отдохни. Работа дурно на тебя влияет, – усмехнулся Максимов.

– Обязательно поеду, – сказала я и отключилась.

Домой… Конечно, я могла бы навсегда остаться здесь и жить дальше своей жизнью. Восстановить документы и сменить замок в квартире не проблема. Но хочу ли я вернуться, зная, что где-то в будущем есть мужчина, от одного взгляда которого замирает сердце, а его голос будоражит кровь? Да еще и Краш здесь. Не могу же я держать его в московской квартире! Конечно, можно уехать с ним к родителям, в загородный дом. Там неподалеку лес, где Краш сможет гулять. Вот только папа с мамой не поймут, при каких обстоятельствах я нашла себе такого питомца…

Пока думала, как мне быть, раздался звонок. Я подняла трубку.

– Умеешь же ты находить проблемы на пустом месте. В общем, мотоцикл принадлежит некоему Алексею Миткину. Но как выяснилось, он дал его какому-то знакомому, а заодно предоставил на время гараж. Он и сам не понимает, зачем согласился. Якобы хотел написать заявление о мошенничестве. Но я подозреваю, что ему просто хорошо заплатили. Но когда я пригрозил, то он сразу во всем сознался. В общем, вот адрес гаражного кооператива, где может находиться странный знакомый этого Миткина.

– Спасибо, век не забуду, что ты для меня сделал!

Ален – именно тот, кто мне сейчас нужен. Он точно сможет помочь. И не сотрет память, а я смогу доказать, кто такая, ведь здесь со мной находится Краш.

Да и вообще, не помешало бы поговорить с этим Аленом по душам. В департаменте из него лишнего слова не вытянуть.

Я тут же включила в телефоне карту района и отыскала гаражный кооператив.

Через полчаса я уже подъехала к воротам, которые оказались открыты. Сторожа тоже не видать. Недолго думая, я так и заехала на территорию, медленно продвигаясь мимо ряда кирпичных гаражей с одинаковыми металлическими дверями. Все их отличие было в цвете краски, которой они выкрашены. Местами даже постарались умельцы граффити. То тут, то там виднелись припаркованные у стен машины, во многих гаражах горел свет, и я замечала людей. Но в целом в это время здесь было довольно тихо.

Отыскать гараж с нужным номером оказалось делом нехитрым. И вскоре я остановилась у синих дверей, заглушив мотор. До ближайшего фонаря было метров пятьдесят, и здесь преобладал мрак.

Занесло же Алена в эту дыру! Мог ведь и обычную квартиру снять. Тоже мне, романтик. Хотя почему-то я не удивилась, что ансариец выбрал это место. Возможно, он даже бывал здесь раньше – а что, отправился в командировку в прошлое, прожил там несколько лет, вернулся обратно, не переживая, что кусок жизни пролетел мимо. Ведь именно так поступала часть ансарийцев, о которых рассказывал мне Шер во время нашего путешествия в Румынию.

Я набрала в грудь воздуха и постучала.

Послышались осторожные шаги. Дверь приоткрылась, и за ней почти в полной темноте я увидела красные глаза и тонкие губы, которые изогнулись в ухмылке, обнажив клыки, уже не казавшиеся мне такими уж страшными.

– Что тебе нужно, дорогая? – поинтересовался он низким бархатистым голосом. – Ты заблудилась? Так я могу провести.

Я с силой дернула дверь, ошарашив тем самым ансарийца, и шагнула в его убежище.

– Я Энджи. Энджи из будущего. Мы с тобой еще не знакомы, но скоро познакомимся. Нам срочно нужно поговорить!

– Странно. Я думал, ты меня не запомнила, милашка.

– Ален, я серьезно! Выслушай – и все поймешь. Ты моя единственная надежда! – взмолилась я.

Он прошелся по помещению, щелкнул выключателем. Загорелась бледная желтая лампа, и я смогла разглядеть «интерьер» гаража. Помимо того, что на стене имелись полки с различной утварью, в углу были сложены шины, а в центре стоял тот самый мотоцикл, здесь имелся мягкий диванчик, накрытый клетчатым пледом. На противоположной стене висел небольшой плоский телевизор, рядом располагался столик, на котором громоздились чашки, электрочайник. В углу находился холодильник. В общем, здесь действительно можно было жить почти что с комфортом. Если не думать, что нет водопровода и всяческих других удобств.

Ален убрал с лица непослушные волосы, стянув их в хвост резинкой. А потом выдвинул из-под стола две табуретки, указав мне на одну из них.

– Что же, присаживайся, Энджи. Я внимательно тебя слушаю.

Наверное, когда часто путешествуешь по разным секторам времени, ощущение срочности просто теряется в понимании, что как бы ты ни спешил, ничего от этого не изменится. Потому что все равно можешь оказаться в любое время и в любом месте.

Но я сильно переживал за Энджи. Так, что кулаки безостановочно сжимались, зубы стискивались до боли в скулах. Я здесь, а она уже в другом времени. Но я все равно найду ее в месте, подробности о котором мне предстояло выяснить. А вот шанс арестовать Амерона Эррса будет упущен наверняка. Именно Амерон мне и нужен, чтобы узнать, куда был настроен маршрут в его корабле.

– Подкрепление прибыло. Окружаем здание? – спросил подошедший ко мне оперативник.

– Да, окружайте. Только предупреди всех, чтобы не повторили прошлых ошибок, – отвлекся я от мыслей об Энджи и Краше, без которого чувствовал себя неуютно.

В этот момент от Алена прошло очередное сообщение: «Мы уже в городе, А. с нами. Приготовьтесь».

Мы и так были готовы. До дома, где по новым сведениям должны объявить помолвку жертвы, оставалось не более двухсот метров. Только прятаться в этих закоулках не очень удобно. Подхода почти никакого.

«Ален, попробуй выяснить, какие координаты были забиты в машине времени Амерона. Энджи пропала вместе с его кораблем, и мы не можем ее найти», – все же отправил я сообщение.

– Все, они посадили корабль, поставив в стелс-режим, и пошли в наступление. Сжимаем кольцо, – одновременно с этим доложил в передатчик офицер из группы захвата.

– Хорошо, давайте, мы сейчас будем, – выдохнул я, понимая, что обратного пути нет. Так или иначе нужно остановить обнаглевших вампиров и положить конец делишкам Амерона, замаскированным под кровавый туризм.

– Только что вышел на связь Мирк, они находятся у корабля, – сообщил Грэгори. Похоже, он волновался. Коллега давно не участвовал в настоящих боевых операциях, стараясь брать более рутинную работу.

– К черту корабль, его сейчас без нас заблокируют. Лучше идем к дому, – приказал я, по привычке обернувшись, чтобы позвать Краша. И с сожалением понимая, что придется сегодня работать без него.

Он уже несколько лет был мне как талисман. Я брал его с собой почти на каждое дело, а особый нюх ящера на ансарийцев был бесценным. И сейчас я не мог до конца осознать, что его нет рядом. Вооружившись двумя пистолетами, я поправил пояс и двинулся в темноту.

Впереди уже слышались крики, которые заглушал ветер. Где-то звенел металл, небо пронзали яркие вспышки. Темнота здорово затрудняла наши действия, хоть мы и имели очки ночного видения. Мимо меня промчались несколько патрульных в шлемах, устремляясь к дому фон Краузе. Я побежал за ними, уже не думая о том, что Грэг отстал и плетется где-то позади.

«Ален, ты где? Тебе нужно выбраться к нашим», – отправил я послание ансарийцу, пока пробирался через кусты у дороги.

Я медлил, издалека наблюдая за мелькающими тенями. В этот момент стало сложно разобраться, где наши, а где вампиры.

Ален не отвечал.

Я подбежал к патрульному, который как раз в этот момент целился в окно здания.

– Они все внутри, устроили переполох, – сообщил коллега.

– Там наш внештатник! Его нужно вытащить! – рявкнул я, не давая выстрелить.

Накатила волна паники. Даже не знаю, почему меня вдруг переколотило. Обычно я действовал хладнокровно, а тут…

Будто предчувствие какое-то нехорошее.

Я выругался, снял с предохранителя пистолет и рванул к дому, откуда раздавались крики испуганных гостей.

В этот момент браслет снова завибрировал, и на голографическом экранчике высветилось очередное сообщение: «Можете его не искать. Ваш агент спалился, мы знаем, на кого он работает».

Я так сюда рвалась, так хотела найти Алена, надеясь, что он меня выслушает. А теперь просто растерялась оттого, что хоть что-то получилось.

– Ну же, милашка. Я смотрю, ты пришла сюда вовсе не по тому делу, – склонился надо мной ансариец. Меня обдало ледяным дыханием, от которого бросило в дрожь. На плечи легли ладони, медленно массируя и разминая.

– Я из две тысячи восемьсот двадцатого года, работаю в департаменте, – сказала я, чтобы одним махом развеять все сомнения.

– Я ведь видел тебя сегодня, знаю, что ты приезжала в тот двор. Выглядишь как местная, – усмехнулся Ален, так и не убрав руки. – Хочешь сказать, что ты здесь на задании?

Я не выдержала, встряхнулась, сбросив в себя назойливые пальцы, резко повернулась, глядя Алену в глаза.

– Ты не помнишь, потому что я только сегодня туда попала, меня по недоразумению забрал с собой Элеон Шерман, ты как раз после этого приезжал в тот двор. А потом меня обучили и взяли на работу. Там мы с тобой и познакомились. Я отправилась с Шером на задание, но вышло недоразумение, меня схватили местные жители, приняв за ведьму. Мы с Крашем спрятались в корабле, в нас стреляли, и что-то в приборах закоротило. В общем, машина времени перенесла меня обратно, в этот день. Потому что эта дата была обозначена в компьютере следующей станцией, – как можно короче пояснила я.

– Значит, ты моя Муза из будущего, – засияли глаза Алена. Похоже, он мне поверил. – Нам только предстоит встреча – а ты уже здесь! Недаром сегодня я обратил на тебя внимание.

– Но меня не убили ансарийцы, – совсем запуталась я во всех этих временных скачках.

Ален опустился на одно колено, схватив за пальцы, влюбленно глядя снизу вверх.

– Все это неважно. Наша встреча была предопределена судьбой. Мы едины в вечности.

Я тяжело вздохнула и закатила глаза.

– А-а-ален, не начинай. Между нами ничего нет. И вообще, мне нравится Элеон Шерман, – протянула я, желая хоть как-то урезонить этого любвеобильного ансарийца и побыстрее перейти к делу.

Взгляд Алена на миг стал колючим, губы сжались в тонкую белую полоску.

– Шер, значит. Ну ладно. Так расскажи мне еще раз, как ты оказалась тут повторно. И где Краш.

– Он остался в корабле. Корабль стоит на стройке, недалеко от моего дома.

– Давай еще раз, с самого начала, по порядку. А я тебе пока чайку налью, – улыбнулся Ален, обнажив клыки. – Только не говори о наших встречах, пусть они станут для меня сюрпризом. Я собирался вскоре вернуться, здесь моя миссия почти завершена.

Пока я принялась рассказывать в подробностях, что все-таки случилось, Ален заварил в старом заварнике черный чай, по аромату которого я уже успела соскучиться. Поставил передо мной большую металлическую кружку, каких я давно не видела, налил заварки, добавил кипяток.

– Я вообще не здесь живу, просто надо было найти подходящее место для того, чтобы спрятать корабль. Я же не могу вечно держать его в стелс-режиме, а в Москве трудно скрывать машину времени, – пояснил Ален, когда я поинтересовалась, чего его вообще занесло в эти гаражи. – Корабль здесь, за стеной, – кивнул он на заднюю часть помещения. – Пришлось познакомиться с хозяином. Заодно взял в пользование его транспортное средство. Мы с ним нашли общий язык.

– Уже поняла. – Я сделала глоток обжигающего чая. – Стоп, ты сказал, что корабль не может долго оставаться в стелс-режиме. А сколько может? – обеспокоенно спросила я.

– Ты о том, не обнаружат ли Краша?

Я кивнула. Ансариец на пару секунд задумался.

– Если исходить из того, что ты мне рассказала, аппарат уже какое-то время находился под действием поля в прошлом. Плюс сегодняшний день. Думаю, генератор поля скоро отключится, и корабль могут обнаружить в любую минуту.

– Тогда чего мы здесь сидим? – подхватилась я с табуретки, отставив недопитый чай. – Я на машине, поехали скорее.

– Так и не понял, ты хочешь, чтобы я забрал тебя в будущее или помог отремонтировать перемещатель? – поднял брови Ален.

– Да плевать. Главное – забрать Краша.

– Ладно. Только поедем не на машине. Доберемся до места с ветерком. Никаких пробок. Машину потом в корабль точно не затолкать. Заберем его сюда, посмотрим, что сломалось. У меня есть кое-какие детали и схемы устройства, – решил Ален, протягивая мне шлем.

Никогда бы не подумала, что мне придется ехать по ночной Москве в компании вампира, да еще на байке. Но выбирать не приходилось.

Мимо нас проносились здания, перекрестки и светофоры сменяли друг друга. Рекламы, вывески, вереницы машин… Жара к ночи, к счастью, спала, и было даже прохладно, ведь ехали мы быстро. Я крепко держалась за талию Алена, но думала в этот момент вовсе не об ансарийце. Я вспоминала, что где-то в далеком прошлом остался Шер, который знать не знает, куда я пропала. Интересно, переживает? За Краша так уж точно волнуется.

– Сюда, во двор, потом налево, – указала я направление.

Ален свернул и нажал на газ. Мотоцикл угрожающе заревел, похожие звуки любил иногда издавать Краш.

Мы остановились неподалеку от стройки, и я вдруг услышала встревоженные голоса.

Место, где я оставила летающую тарелку, то и дело озарялось голубыми вспышками. А вокруг приостановленной стройки под фонарем собрались зеваки; они показывали на корабль, который то появлялся, то снова растворялся в пространстве. Снимали происходящее на свои смартфоны, отправляя друзьям в сообщениях и выкладывая видео на Ютуб-каналы. Я схватилась руками за шлем и стащила его с головы, с ужасом понимая, что распространение информации в Интернете остановить практически нереально. Это не средневековая деревенька, где можно стереть память всем свидетелям появления странных гостей из будущего.

У корабля явно отключалось стелс-поле. Мы прибыли вовремя.

– Надо вызвать полицию, – послышалось из толпы.

– Да разве тут полиция поможет? Надо вызывать уфологов, пусть смотрят, что это за инопланетяне.

– А если оттуда выйдут монстры? – взвизгнула какая-то женщина.

– Нет, точно полицию надо, пусть разбираются, а то получают зарплату ни за что, – прокомментировал худощавый парнишка.

Мне так и захотелось подойти к нему и доходчиво объяснить, за что полицейским платят. Но я тут же вспомнила, что сама как раз до недавнего времени относилась к таким вот, о которых потом можно так отзываться. Конечно, это не касалось всех моих коллег, что исправно несли службу, поэтому все же было обидно.

– Никаких полицейских, мы сейчас сами разберемся, – прозвучал голос мужчины, что подъехал на черном автомобиле. Кажется, это был начальник строительной организации, потому что к нему сразу поспешил сторож, что-то объясняя и показывая на странное явление. Наверняка этот начальничек боялся, что всплывут какие-то махинации, поэтому даже угроза появления инопланетян не страшила так, как последующие проверки.

Положение спас Ален, который не растерялся. Видно, уже попадал в подобные ситуации. Пока я паниковала, он повернулся и набросил на номер мотоцикла свою куртку.

– Служба контроля потусторонних явлений, разойдитесь. Всем отойти на сто метров и не приближаться! – крикнул он, проезжая через расступившуюся толпу на мотоцикле, затем приподнял оградительную ленту.

Мы скатились по склону прямо в траншею. Ален спрыгнул с сиденья и подал мне руку, помогая подойти к «моргающему» кораблю.

В этот момент я нащупала кнопку у люка, из которого тут же показалась страдающая морда ужасно соскучившегося Краша. В толпе позади нас раздались испуганные крики. Пространство пронзил звук сирены – кто-то все же не выдержал и вызвал полицию.

Но мы об этом уже не думали. Ален быстро затолкал нас с Крашем в рубку управления. Пробежался длинными белыми пальцами по панели, активируя компьютер.

А через пару минут, включив последний резерв защитного поля, мы взлетели над ночным городом, взяв направление к гаражному кооперативу.

Когда я прочитал последнее сообщение, внутри что-то оборвалось. И я понял, что нужно срочно действовать, иначе потеряю не только Энджи, но и нашего внештатника. Он был довольно хорошим парнем, хоть и ансарийцем. Разработавший такую грандиозную схему преступник ни перед чем не остановится, если надо – может убить и своего.

Я вырвался вперед, краткими перебежками передвигаясь к небольшому особняку, куда в этот вечер пригласили жителей городка. Семья Краузе была не из богатых, поэтому дом не отличался от сотен других домов. Два этажа, небольшой участок, беседка, деревянный заборчик – вот и все, что я тут увидел.

Сам дом к этому времени уже заняли ансарийцы. Они пытались убить не только главную жертву Амерона, но и собравшихся людей, что разомлели во время небольшого праздника. Но войти во вкус им не дали наши оперативники. И теперь в доме царил полный переполох. Перепуганные насмерть люди прятались в разных углах здания, часть забаррикадировалась в подвале. Наши шныряли по дому, пытаясь арестовать вампиров.

Почти все свечи погасли, и нам приходилось действовать в полной темноте.

Я забежал в холл, где так и стоял накрытый стол. То и дело раздавались жалобные крики. От зажженного камина пахло дымом. Я гадал, где могут находиться Ален и Амерон и держат ли нашего сотрудника в заложниках.

Люди в шлемах вывели из дальнего коридора пойманных ансарийцев, держа их под прицелом.

– Взяли еще четверых, остальные где-то в здании, – сообщил офицер из группы захвата.

– Наверху есть наши? – кивнул я в сторону лестницы.

– Да, а еще мы заметили кого-то на чердаке.

– Хорошо, я иду туда. Прикройте кто-нибудь, – кивнул я и направился вверх по лестнице, прислушиваясь к звукам.

На чердаке действительно обнаружилась группа ансарийцев. Завязалась перестрелка, в результате которой были ранены два наших сотрудника. Кто-то из вампиров выбрался на крышу и спрыгнул. С их физическими данными и регенерацией организма в таких каскадерских прыжках нет ничего удивительного. Но в этот момент их схватили подоспевшие сотрудники департамента.

Надев очки ночного видения, я по очереди рассматривал этажи. Мелькнула мысль, что Амерон может скрываться среди запуганных людей.

Проверив комнаты, где уже побывали наши, я спустился к подвалу, громко приказав открыть двери.

– Все в порядке, угрозы больше нет, – крикнул я, поглядывая на браслет, куда от наших сотрудников одно за другим поступали данные об арестованных ансарийцах. Но Амерона среди них не было. В основном туристы, которые повелись на прелести экстремального тура.

Дверь в подвал пришлось ломать, потому что сами люди наотрез отказывались открывать. Жених и невеста сидели в дальнем углу, обнявшись. Мать невесты лежала без сознания, а отец, заикаясь, объяснил, что случилось.

– Нет здесь ни Алена, ни Амерона! Их изначально не было в этом доме! – крикнул я, поняв, что где-то допустил промашку. – Ищите по всему городу! Здесь лишь туристы, организаторы ушли сразу же, как только почуяли засаду, бросив остальных.

Я остановился, чтобы выдохнуть и обдумать, что происходит, когда мой Х-фон снова засигналил.

– Шер, около нашего корабля на одной из площадей началась перестрелка.

– Сбрось мне точные координаты! – крикнул я, уже выбегая из дома, где мне больше нечего было делать.

– Мы тоже туда, попробуем их остановить. Кажется, они хотят захватить аппарат патруля, чтобы скрыться из этого времени.

Размышлять было некогда. Получив новое сообщение, я бросился в указанную точку; по пути ко мне присоединился и Грэг. Он так и не вошел в здание во время облавы.

Слухи о том, что в доме семьи Краузе происходит что-то ужасное, постепенно расползались по городу, и к зданию подтягивались вооруженные мужчины, среди них я заметил виконта Джерваса, из-за которого пропала Энджи, и его помощника, с которым мы прибыли в город. Но, похоже, что местные не видели разницы между нами и преступниками-ансарийцами, для них мы все были на одно лицо – исчадиями ада. Нам с Грэгом попытались перерезать путь двое молодчиков с копьями. Другие наступали сзади. Мы отстреливались из парализующих пистолетов, но заряды в них уже заканчивались. К счастью, подоспели остальные наши патрульные, уложив сразу нескольких воинственно настроенных местных.

Они задержали нас ненадолго, но эти минуты оказались фатальными. К тому моменту, как мне удалось вырваться к патрулю, перестрелка почти закончилась. Один из патрульных был мертв, а ансарийцы забегали в корабль. Я заметил упирающегося Алена, его вели в аппарат под прицелом бластера.

– Отпустите его, и мы дадим вам улететь, – крикнул я, прячась за бортик фонтана.

Вампиры зашушукались. Видно, решали, что для них важнее. Я и несколько сотрудников замерли в ожидании. Я уже прикидывал, как быстро среагируют другие наряды патруля, останавливая корабль с Амероном. И до сих пор злился на них за ошибку, в результате которой Энджи оказалась черт знает где.

– Ладно, забирайте предателя, он нам больше не нужен, – получив приказ главного, сказал высокий ансариец в черном плаще с капюшоном.

Алена толкнули в нашу сторону. А я тут же сделал жест стрелять на поражение, как только внештатник окажется за оцеплением. Но случилось то, чего никто не ожидал.

Когда пошатывающийся Ален прошел в нашу сторону несколько метров, ансариец что отпустил его, поднял руку и выстрелил в упор прямо ему в спину. В тот же момент наши бросились к кораблю, обстреливая его со всех сторон. Но не успели ничего сделать. Люк уже захлопнулся.

Засвистел ветер – на место подоспели два корабля, которые пытались остановить Амерона. Все они промелькнули и умчались в темноту, и до нас доносились лишь отголоски битвы. Я же бросился к Алену, присев рядом с ним на корточки.

Ансариец почти не дышал, а на брусчатке уже расползалась лужа его крови. От одежды пахло горелым. Глаза Ален закатил и еле-еле реагировал на мое присутствие. Еще бы, его прожгли практически насквозь, включив бластер на полную мощность. Длинные волосы разметались по камням. Губы беззвучно шевелились, будто он пытался мне что-то сообщить, но не мог ничего сказать. Он все еще был в сознании.

– Срочно, помощь сюда! – рявкнул я, повернув голову. – Че-е-ерт! Ален, только не умри сейчас, – сказал я в отчаянии, понимая, что у нас здесь нет никакой технической возможности, чтобы помочь ансарийцу, для которого нужны особые медицинские препараты.

Ален пару раз дернулся и захрипел.

– Ален, не вздумай. Ну же, очнись, – дотронулся я до холодной щеки. Потом схватился за его руку, пытаясь нащупать пульс.

Внезапно стало совсем тихо.

За спиной ко мне кто-то подошел, но я даже не стал оборачиваться.

– Шер, давай перенесем его на наш корабль, – предложил сотрудник, – у нас есть регенерационная кабина.

Я поднялся и выпрямился, схватившись руками за голову и закрыв глаза.

– Не надо. Она ему уже не поможет. Он мертв, – выдохнул я, констатируя факт.

В голове все смешалось в кашу. Стало горько и противно. Я уже терял друзей – все же наша работа сопряжена с риском. Но никогда не думал, что буду переживать из-за ансарийца.

С самого начала все пошло не так. Не нужно было отправлять его на это задание, внедрять в преступное сообщество. Не нужно было брать неопытную Энджи, да и вообще общаться с местными… Да много чего не стоило делать. Но уже слишком поздно.

Распахнув глаза, я снова посмотрел на уже бездыханного Алена, пытаясь прийти в себя и принять реальность.

Невозможно, чтобы в один день все вдруг пошло наперекосяк. Хотя с того момента, как я побывал в Москве XXI века, все и так выбилось из колеи.

– Мы упустили корабль. Они ушли в другое время, – виновато сообщил мне командир патруля в передатчик.

Черт! Только не это!!!

Не-е-ет!

– Шер, Амерон все же улетел. Что будем делать? – уточнил заикаясь Грэгори, стоя рядом и тоскливо посматривая на мертвого Алена.

Я набрал полные легкие воздуха, принимая непростое для меня решение. А затем выдохнул:

– Действуем по запасной схеме.

Легкая дымка тумана скрадывала конец длинных коридоров между рядами гаражей, скрывала потрескавшийся асфальт. Светало. Где-то раздавались голоса, звуки работающих моторов машин. В стороне будки сторожа кто-то проехал, но тут же скрылся за поворотом на одной из улочек этого лабиринта. Некоторые из гаражей были даже выстроены в два этажа и напоминали домики, где наверняка ютились нелегальные мигранты.

В небе застрекотал вертолет. Нынче они не редкость, теперь хватает любителей прилетать на работу на собственном вертолете, минуя бесконечные столичные пробки.

Перистые облака постепенно стягивались на север. А небо становилось ярким, лазурным. Похоже, сегодня опять ожидается жара.

Тишину нарушило рычание Краша, который вышел на прогулку. Будто на охоте, он крался мимо гаражей, подозрительно обнюхивая двери, где остались новые для ящера запахи. Иногда пытался умчаться вперед, но я строгим тоном пресекала эти действия; следила, чтобы его не увидели любители прийти в гараж пораньше. Странно, что такие вот кооперативы еще советской постройки до сих пор есть в огромном городе. Многие из них давно выкупили и сровняли с землей, построив новые жилые кварталы с подземными парковками. Но до этого пока никто не добрался.

– Все, Краш, пойдем, скоро здесь будет много народа, – позвала я динозавра, когда мы обследовали целый квадрат.

Краш рыкнул и устремился ко мне, громко топая лапами.

Я оглянулась, заметив вдалеке проезжающую машину, и решила поторопиться к Алену.

В гараже пахло свежезаваренным кофе. Рядом с чашкой на тарелке лежало несколько бутербродов с сыром и салями. Желудок жалобно сжался, напоминая о том, что я голодна.

– Ален, ты где? – позвала я, не заметив ансарийца.

– Энджи, ты вернулась? Я скоро, проверяю напряжение в проводниках – хочу разобраться, где поломка. Я тебе там кофе сделал, ты пей, не стесняйся, – раздался голос из-за задней двери.

– Спасибо, ты настоящий друг, – громко сказала я, присев на стул.

Как же я соскучилась по обычным бутербродам с копченой колбасой, кто бы мог подумать! В будущем, конечно, много вкусной еды. Но именно такой нет.

Нагулявшийся Краш улегся у входа, зевнул и закрыл глаза. А я сняла с зарядки телефон, пролистывая последние новости.

Странно, полковник говорил, что я должна пропасть без вести. Но я ведь здесь. И с коллегой вчера общалась. Меня наверняка будут искать и найдут – Максимов сам продиктовал мне этот адрес. Но если что-то все же можно изменить, то я обязательно должна предупредить родителей, сказать, что не погибла, что со мной все в порядке. Это самое главное. А на работу плевать.

Дрожащими руками я набрала номер мамы, с волнением дожидаясь ответа.

– Ангелочек, доброе утро. Странно, что ты решила позвонить мне в такую рань, – раздался голос в трубке.

Меня прямо заколотило. Я не могла сказать ни слова, чувствуя, что вот-вот расплачусь. Я совсем забыла, что мы не виделись всего несколько дней. Для меня-то прошло гораздо больше времени. Мама будто чувствовала мое волнение, она тут же взволнованно поинтересовалась, все ли хорошо.

– Все прекрасно, мамуль. Я хотела лишь сказать, что люблю тебя. И папу. И если я вдруг пропаду, то знай, что я вовсе не пропала. И волноваться не стоит.

– Анжел, ты это к чему? – насторожилась мама.

– Просто хотела тебя услышать. Возможно, я уеду… за границу. Во Францию.

– У тебя появился мужчина? Наконец-то ты забыла того раздолбая, Романа, – радостно выдохнула мать.

– Да… мужчина появился, – повторила я, а перед глазами встало лицо Элеона, по которому я успела соскучиться. – Я люблю вас. Это главное. Позвоню, как только выдастся возможность.

Решив не объяснять подробности, я отключилась. Почему-то после звонка мне действительно полегчало. Все, что ни делается, – к лучшему.

Сразу после этого я позвонила в наш отдел кадров и предупредила, что заболела.

Затем включила в интернете последние новости, отыскав сообщение о вчерашнем происшествии в столице. Версий выдвигалось много. А обсуждений было столько, что голова пошла кругом. Но я так и не смогла отыскать видео и фото нас с Аленом у корабля. Просто удивительно.

Я не выдержала. Допив кофе, сполоснула чашку водой из пятилитровой бутылки, которую во время прогулки набрала в ближайшей колонке. Убрала со стола, спрятав оставшиеся бутерброды в холодильник. И отправилась взглянуть, чем там занят ансариец.

Два соседних гаражных кооператива сходились буквой V, и мы находились в самой широкой части, где между кирпичными стенами оставалось свободное пространство, метров шесть в ширину и около тридцати в длину. Когда-то местные обитатели не растерялись: убрали бурьян и заросли репейника, поставили тут пару лавочек и мангал, некоторые прорубили двери из задних стенок гаражей, превратили этот невидимый для всех уголок в площадку отдыха, где можно было посидеть на свежем воздухе и пообщаться. Но сейчас, видать, таких компаний не собиралось, и трава снова выросла. Мангал и лавочки были аккуратно убраны в сторону, а посреди стояли две летающих тарелки. В одной из них был открыт технический отсек, где и возился Ален с машиной времени.

– Ален, как так вышло, что мы вчера не попали ни на одну из записей с камер телефонов? – задала я вопрос, пребывая в недоумении.

– Все просто – я включил экранирующее поле из браслета. С таким ни одно записывающее устройство не сработает, – раздался гулкий голос из нутра корабля. – Всем, кто путешествует по новому времени, такие выдают. Иначе потом проблем не оберешься.

Я еще пару минут переминалась с ноги на ногу, обдумывая слова ансарийца. Выходит, прохожие смогли заснять лишь корабль, а нас с Аленом – нет? Неудивительно, что потом новостные ленты пестрят сообщениями о вторжении инопланетян и прочих явлениях.

Впрочем, это к лучшему. Вот только обнаружится моя пропажа, со слов очевидцев составят фоторобот девушки на байке, и все будут говорить, что меня похитили инопланетяне. Тем более я успела позвонить Максимову с вопросом о мотоцикле.

Хорошо хоть, предупредила родителей, что все совсем не так!

– Как успехи с ремонтом? – поинтересовалась я, отвлекаясь от неприятных мыслей.

– Пока до конца не разобрался. Но думаю, что проблема решаема. – Ален выглянул из отсека и прищурился от яркого света. – Все, пора заканчивать. Иначе точно получу ожог.

Я привыкла к этому клыкастику и воспринимала почти как человека – даже подзабыла, что у него аллергия на ультрафиолет.

– Значит, только вечером продолжишь.

– Что поделать, – развел он бледными руками. – Шуметь днем все равно не стоит – привлечем внимание.

Он закрыл корабль и вошел в гараж. Снял куртку и расположился на диванчике. Я присела на табурет.

– Ален, а можно задать тебе… эмм… один не очень скромный вопрос.

– Ты хочешь узнать, как это происходит у ансарийцев? Боишься, что у нас ничего не выйдет? Так не переживай, у меня уже были землянки, и я знаю, что вам нравится, – хрипло произнес он, облизнув алые губы.

Я почувствовала, как краснею от его слов.

– Как происходит кое-что другое. Как вы умираете? – выпалила я, жалея, что затронула эту щекотливую тему.

– Значит, тебе что-то уже говорили, – нахмурился Ален.

– И да и нет, – пожала я плечами. – Так все же?

– Мало кто из землян знает. Мы не особо любим распространяться на эту тему. Она для нас, так сказать, под негласным запретом. Но я вижу, что для тебя это важно. Поэтому расскажу.

Я замерла в ожидании его пояснений.

– Мы живем очень долго. Но раньше у нас не было таких проблем с рождаемостью, и постепенно ансарийцев становилось все больше, притом что наша планета не изобилует ресурсами. С давних времен все подчинялись правительству, которое поддерживало власть жрецов богини Лун. Они выбирали свои жертвы из числа тех, кому исполнилось пятьсот лет. Ему присылали знаки, предупреждая о скорой смерти. Смерть могла настигнуть в любой момент, и тайные служители богини появлялись неожиданно. С развитием технологий вера постепенно ослабела, правительство сменилось, и жертвоприношение запретили. Но фанатики старой веры все равно остались. Они по-прежнему преследовали население, нагнетали страх. Многие стали омолаживаться и менять документы, чтобы избежать смерти, шли на различные ухищрения. Оформляли себя как своих детей, при этом самих детей не рожая. Мы стали жить долго, но не учли одной вещи. При всех возможностях и долгой жизни женщины способны на деторождение лишь до определенного возраста. Потом процессы в организме меняются. Мы добились того, что могли прожить тысячу и более лет, но мало кто мог воспроизвести потомство. Кстати, уменьшать свой возраст принято до сих пор.

– Поэтому средний возраст ансарийцев на Земле около трехсот лет? – догадалась я.

Ален пожал плечами и кисло улыбнулся.

– Именно поэтому. Поверь, большинству гораздо больше. Конечно, теперь, когда появились генные технологии, население Ансары пришло в норму и многие стали улетать на другие планеты. Но тайных служителей богини, которых отнесли к запрещенной секте, все равно побаиваются. Они как постоянная угроза для тех, кто перешагнул пятисотлетний рубеж.

– Во дела. Не думала, что все так серьезно, – протянула я, переваривая рассказ Алена. – А эти сектанты есть и на Земле?

– Скорее всего. Мы толком не знаем, кто их вербует; спецслужбы Ансары ведут борьбу, но достоверно мало что известно.

– Но ведь те, кто оставлял в прошлом знаки лун, вряд ли связаны с сектой. Мы с Шером решили, что это лишь способ запутать следствие.

– Вероятнее всего, так и есть – вряд ли тайные члены секты стали бы палиться. Так что…

– Понятно. Спасибо, что поделился информацией, – пробормотала я.

Как же связать воедино все, что нам удалось узнать? Нужно думать, как сложить мозаику и найти концы в деле с Амероном. Доказать Шеру, что я могу работать не хуже, чем он, что я не главная бездельница планеты Земля.

Странно, но впервые за последние несколько лет меня посетило желание заниматься чем-то серьезным, и я поняла, что мне самой интересно это расследование.

– Ален, как ты думаешь, а наши техники смогут восстановить информацию в компьютере этого корабля, чтобы выяснить координаты временных перемещений Амерона? – Я вдруг сообразила, что в моих руках находится ключ к разгадке тайны.

Недаром Краш вывел меня именно к этому кораблю! Все же его нюх на ансарийцев – очень полезная способность. Вот он и почуял след Амерона в том городке.

– Вполне возможно. Думаю, сегодня ночью я закончу работу – я почти разобрался, какие детали нужно заменить. Так что машину времени я тебе настрою. Вернешься к Шеру?

– Нет, – подумала я вдруг о том, что не стоит путешествовать на этом аппарате обратно в прошлое, делая лишние перемещения. Слишком опасно, все же корабль поврежден. Да и запас топлива в нем ограничен. Мало ли что может случиться. – Отправишь меня в будущее. В тот день, когда мы с Шером улетели. А к тебе будет одна небольшая просьба.

От моих слов глаза Грэгори расширились.

– Шер, ты это серьезно? Запасная схема применяется в исключительных случаях.

– А сегодня, по-твоему, не такой случай? Ален мертв, а Энджи пропала! Я беру на себя всю ответственность.

– Тогда я умываю руки. Делай что хочешь. Но не говори, что я не предупреждал.

– Сам разберусь. Можешь оставаться здесь и ждать, – выплюнул я, направляясь к Дирку и Мирку. В это время они занимались людьми, что подверглись нападению ансарийцев.

Около тела Алена остались наши патрульные, ожидающие криминалистов. А мы возвращались к дому семейства Краузе. Там стоял не задействованный в этот момент корабль.

Я уже договорился, что меня доставят за город к моему аппарату, и заходил в люк, когда услышал нервный голос Новака:

– Подожди, я полечу с тобой. Не могу оставить тебя одного. У нас все равно нет другого выхода. Понять бы, что важнее изменить в событиях.

– Начнем с самого начала, с того момента, как мы направились в город, – кивнул я, уже проигрывая в голове последовательность действий.

Через полчаса мы с Грэгом оказались в нашем аппарате. Я обвел взглядом салон, где не хватало Энджи и Краша. И принялся настраивать компьютер на обратное перемещение, отматывая от этого момента четыре часа, принесших столько проблем. За время службы в департаменте я всего дважды использовал запасную схему. И лишь один раз удачно. Этого способа все старались избегать, и на то были свои причины. Временные путешествия сами по себе представляют опасность, и это не только угроза для жизни, а и вероятность глобальной катастрофы. А уж их повтор – и подавно.

Выполнив переход в прошлое, мы осмотрелись и сделали посадку неподалеку от уже имеющегося здесь этого же корабля, выдержав обозначенное правилами безопасности расстояние.

Главное осложнение такого способа решения задачи – дистанция запрета, или расстояние от самого себя в этом же временном промежутке, и ее невозможно преодолеть.

Мироздание распорядилось, что мы не можем нарушить его законы, таким образом Вселенная сама стремится к стабильности, ведь человек и представители других рас часто пытаются изменить события, которые повлекут за собой неотвратимые последствия. Мы можем контактировать с кем угодно, но не можем вмешаться в то, что делали мы сами, это своеобразная защита от возможной катастрофы. Ученые МКВП давно бьются над этим феноменом, выдвинуто множество версий его происхождения, но пока загадку так и не разгадали.

Держась на отдалении от самих себя, мы шли по грунтовке в направлении города.

Я прикидывал, в каком месте произойдет стычка, планируя зайти в лес в тот момент, когда там появится Джервас на лошади.

Уставший с непривычки Грэг здорово задерживал движение. Он едва плелся следом, проклиная ансарийцев и местных молодчиков, вмешавшихся в ход событий.

– А я со стороны неплохо выгляжу, понятно, почему женщины меня любят, – сказал Новак, оценивающе разглядывая себя в средневековом костюме.

– Дурак ты, Грэг. До сих пор не нагулялся. Еще немного – и Глория уйдет. И тогда все твои похождения потеряют смысл.

– Она сразу знала, за кого выходит замуж. У нас с ней были свободные отношения, – насупился Грэгори.

– Лишь потому, что иначе она не могла тебя удержать. Надеялась, что со временем ты остепенишься. У вас же ребенок. Представляешь, если она его заберет и вы будете видеться раз в неделю? Ее терпение тоже не бесконечно, – сказал я, впервые затронув тему личной жизни коллеги.

– Почему ты так решил?

– Да потому, что никто не станет терпеть это вечно. Она сама мне призналась.

– Не может быть, чтобы она решила меня бросить, – отмахнулся Грэгори и вдруг задумался: – Или может? Ты как думаешь?

– Думай сам. Это твоя жизнь, в конце-то концов, – бросил я и притормозил, заметив, что наша компания впереди тоже остановилась. – Идем дальше через лес.

Стараясь не шуметь, я крался по мокрому мху. На сей раз мы были без маскировки, решив не заморачиваться. Поэтому дождь не промочил костюмы насквозь. Вдалеке я слышал свой разговор с местными, но меня больше интересовало, как помешать похищению Энджи. Густая растительность не позволяла рассмотреть место, где прятались она и Краш.

Услышав треск веток, я махнул Грэгу, и мы бросились в сторону, куда, по нашим предположениям, ушла Энджи. Я так и не понял, то ли она пошла за Крашем, то ли он за ней. Я двигался в направлении звука, как вдруг заметил Краша, что пытался поймать небольшую птицу, преследуя ее от одного куста к другому. А вот Энджи, кажется, скрылась совсем в другой стороне.

– Краш, Краш! – тихо позвал ящера, отвлекая его от погони.

Он обернулся, не поняв, что я здесь делаю. Но велоцираптору было все равно, с каким Элеоном иметь дело – мной или тем, что остался на дороге. Он радостно бросился ко мне, забыв о птице. Подбежал и уселся рядом, скрестив передние лапы на груди и демонстрируя полное послушание.

– Молодец. А ну-ка, найди Энджи, – приказал я.

Краш тихо рыкнул и устремился в сторону ближайших елей, мы едва успевали за ним.

Где-то вдалеке раздались храп лошади и ее размеренная поступь. Потом какой-то шум и голоса. И тут я понял, что Энджи угрожает опасность. Я бежал так быстро, как только мог. Но не успел. Когда мы достигли небольшой поляны, мимо нас на расстоянии пару десятков метров пронеслась лошадь виконта Джерваса, поперек седла которой лежала, размахивая руками, чтобы отбиться от хлеставших ее веток, Энджи.

Лошадь со всадниками скрылась так же быстро, как и появилась. И я остановился, выругавшись по поводу очередной неудачи. Я даже пистолет в руку взять не успел.

– Краш, ты должен найти Энджи и помочь ей. Ты меня понял? – твердо сказал я, глядя в желтые глаза ящера, а потом прикрикнул: – Ну же, догоняй ее! Ты сможешь это сделать!

Краш понятливо посмотрел на меня, развернулся, принюхался и помчался вслед за скрывшейся лошадью. За моей спиной выругался Грэгори.

– Может, попробуем еще раз? Вернемся на корабль?

– Тогда мы окажемся от себя еще дальше. С каждой попыткой дистанция запрета будет только увеличиваться, тем самым уменьшая шансы на успех. Лучше идем в город, попробуем найти машину Амерона раньше, чем ее найдет Энджи.

Прикинув, что возвращение назад займет меньше времени, чем путь до города пешком, мы пошли обратно.

Смеркалось. Дождь превратился в серую морось. И даже очки ночного видения не помогали. Я помнил, что скоро погода изменится, поэтому не обращал на нее внимания, молча шагая к оставленному на поляне кораблю, и лишь посматривал на браслет, прикидывая время до момента, когда Энджи сбежит от дознавателя.

Через час мы уже кружили над городком в стелс-режиме, вычисляя местонахождение патрульных, Энджи и Краша. Корабль с ансарийцами и Аленом не прибыл в город – они еще где-то прятались.

Я не выдержал: отправил сообщение Алену, предупредив, чтобы тот уходил. Но не был уверен, что он прочитал мое послание, с тем учетом, что где-то второй я отправлял ему совсем другое.

Итак, тюрьма. Я окинул взглядом экран, пытаясь различить нужное нам здание среди похожих друг на друга построек. Потом приказал Грэгори закрыть аппарат и вышел, чтобы осмотреться. Стемнело очень быстро. Ветер срывал с деревьев увядшую листву, она разлеталась по мокрой брусчатке и задерживалась в лужах.

– Кажется, нам туда, – указал я на одну из улиц. В этот момент мой браслет, все еще настроенный на единую частоту с моим, другим, пискнул – пришло сообщение от Алена.

Я устало протер лоб, сообразив, что все это уже продолжается много часов.

К тюрьме мы не успели – дорогу телегами перегородили местные жители, преследующие ведьму. И нам пришлось перебираться через препятствие. Да еще откуда ни возьмись снова появился виконт со своим слугой. Они заорали на всю улицу, призывая на помощь стражников.

В общем, попытка изменить все не удалась. Я признал это в момент, когда в наушнике прозвучал голос патрульного с катера, что пытался остановить корабль Амерона.

Мы с Грэгори присели на каменный парапет одного из зданий. Я поморщился от неприятных запахов, что были нормой для городов той эпохи.

– Сколько времени у нас осталось? – спросил я у Грэга, опустив голову и зажав ее ладонями.

– Около часа. Скоро будет стычка с нашими оперативниками на площади, – доложил Новак, сверившись с браслетом.

– Черт, хоть что-то нужно предпринять! Отправь им сообщение, предупреди, что вампиры придут именно туда! – нервно крикнул я, поднимаясь на ноги. – Поторопимся, – кивнул в темноту.

– Имей совесть, у меня ноги болят. Я и так не рассчитывал на возвращение, – ныл позади Грэгори, но я уже его не слушал.

Небо озарилось яркой оранжевой вспышкой. Я бросился вперед, но натолкнулся на невидимый барьер, который отталкивал меня, не давая пройти дальше по улице. Похоже, я тот находился где-то неподалеку. А другого пути на площадь не было. Грэг и вовсе чуть не упал, зашатавшись на месте. Я вздохнул и потянул его обратно, в обход квартала.

Это здорово задержало нас. И когда мы приближались, случилось то, что случилось – Амерон успел проникнуть в корабль патруля. Велись переговоры о выдаче Алена. А я не мог приблизиться к нужному месту, всюду натыкаясь на барьер.

– Грэг, бегом в обход, попытайся подойти ближе и попасть в ансарийца, как только он отпустит Алена, – приказал я и бросился на другую сторону залитой светом луны площади, отыскивая брешь в невидимой преграде.

Где-то должно быть место, в котором я смогу подойти ближе.

От волнения в глазах стоял туман, усталость давила на виски. Наконец я почувствовал свободу действий, остановившись рядом с одним из наших сотрудников, из-за которого я «тот» никак не мог бы увидеть себя «этого».

Мы с Грэгом выстрелили в ансарийца одновременно, точно в тот момент, когда он поднял руку, чтобы пристрелить Алена.

Мелькнули бледные лучи.

Внештатник упал. Ансариец тоже. Люк корабля захлопнулся, и он взлетел. Я видел, как бросился к Алену другой я, раздались крики. И вдруг осознал, что, изменив этот момент, предотвратил у себя самого желание действовать по запасной схеме. И я не отправлюсь сюда снова.

Голова закружилась, пространство вокруг померкло. Во рту появилась неприятная горечь и ощущение, словно я исчезаю, проваливаясь в небытие.

Неужели это конец?..

Но уже через несколько секунд дошло, что меня просто окружило то самое поле, что ограничивало дистанцию запрета, и я попался в свою же ловушку. Меня никто не видит и не слышит. Я же видел себя со стороны, но ничего не понимал. Потом на время отключился…

Пришел в себя лишь на корабле, на котором сюда прибыла группа криминалистов.

Я не сразу вспомнил, что случилось, но потом сообразил про запасную схему. Казалось, что меня просто до удушья зажало в кольцо блокировки из-за дистанции запрета, но потом понял, что в тот момент перестраивались мои воспоминания.

Я еще помнил, как упал Ален, когда в него стрелял один из вампиров Амерона. Но почему-то был уверен, что я отправился назад именно из-за Энджи. Воспоминания об ансарийце двоились в голове, и я уже не знал, где настоящее, а где несуществующая реальность. И понятия не имел, чем все закончилось на самом деле.

Открыв глаза, заметил рядом недоумевающих Дирка и Мирка. Поднялся и сел, глядя на белые стены медотсека. Все же этот корабль гораздо больше моего.

– Что случилось? – спросил я, потирая голову, которая все еще гудела.

– Это у тебя надо спросить. Мы только доставили тебя за город, ты собирался искать в прошлом Энджи, вернулись, и нам доложили, что ты оказался на площади, – наперебой начали говорить «близнецы».

– Грэг тут?

– Он спит.

– Ален? Он жив?

– Жив. Ранен.

Я выдохнул с облегчением. Кажется, мне просто повезло, что все обошлось. Могло быть гораздо хуже. Амерон все же улетел, сбежал. Остается открытым вопрос, где Энджи.

– Кстати, Ален хотел тебе что-то сказать, – раздался голос Дирка. Или Мирка?

– Где он?

– Так тут же, за стенкой. В кабине.

Я поднялся и, пошатываясь, направился в другую часть отсека. Увидев меня, наш медработник отключил регенерирующее поле и открыл камеру. Я присел на стул около.

– Ты как? – тихо спросил я.

Казалось, что ничего другого и не происходило. Что я и не испытал все по второму кругу. Несколько часов были похожи на страшный сон, картинки из которого постепенно растворялись, оставляя лишь неприятный осадок.

– Ничего. Наверное, бывает хуже. Это ведь ты выстрелил! Я видел тебя сразу в двух местах. Это была запасная схема? Боюсь даже спрашивать, что толкнуло тебя на такой шаг.

– Это уже неважно. Я… просто хотел найти Энджи. Ты звал меня зачем-то?

– Энджи, она просила передать… – вдруг произнес Ален.

– Что с ней? – нахмурился я, ожидая любого поворота событий. – И когда это она успела о чем-то тебя попросить?

Ален загадочно улыбнулся.

– Она ждет тебя в будущем. Я вдруг вспомнил, что именно в этот день отправил ее в департамент, – оскалился Ален. – По-моему, она нашла то, что тебя заинтересует. Теперь есть ключ к разгадке тайны Амерона. Скоро сам узнаешь, – закатил он глаза. – И кстати, она к тебе неравнодушна. Только ты, идиот, этого не видишь. Так что если не пошевелишься, я точно займусь ей сам.

Меня разбудил странный звук, похожий на писк. Хотя во сне казалось, что я его уже где-то слышала. Реальность перемешивалась с обрывками сна, где я все еще пребывала в двадцать первом веке. Я открыла глаза и тут же сообразила, что нахожусь в своей квартире будущего.

Воспоминания нахлынули лавиной. Полет в средневековье, тюрьма, найденный Крашем корабль ансарийца. Москва и Ален, который отремонтировал машину времени и отправил меня обратно, в будущее…

Вскоре после того вернулся Элеон Шерман. Краш тут же бросился к нему, снося все на пути. А Элеон просто подошел и обнял меня за плечи, глядя в глаза.

Так мы и стояли около минуты. Даже не могу передать, что в тот момент творилось у меня в душе. Полное смятение, смущение и радость оттого, что мы снова встретились.

Но поговорить нам толком не дали. Меня тут же утащили в медчасть, чтобы провести обследование. Элеона забрал полковник Фаррелл. Кажется, они решали вопрос с кораблем Амерона. Данные из аппарата нужно было тщательно проанализировать, восстановить все точки, куда перемещался ансариец.

Проверив мои показатели, сотрудница медчасти Ирэн довольно улыбнулась.

– Все в порядке.

– В космос отпустят? – неудачно поинтересовалась я, на что Ирэн ответила:

– Прямо сейчас улетаешь? Я бы на твоем месте хорошенько выспалась.

Домой меня отвезли на служебном транспорте. И мы так больше и не увиделись с Шером – он работал с аналитиками и криминалистами. Я хотела ему позвонить, но после принятия душа прилегла на пять минут и проспала до обеда следующего дня.

Что все же там пищит?

Я заставила себя подняться и поплелась на кухню, на ходу распутывая пальцами всклоченные волосы, ведь никакой укладки вчера не сделала – так и улеглась с мокрыми.

Оказалось, звук исходил от домашнего компьютера, сообщая о том, что мне срочно необходимо вызвать мастера для настройки климат-контроля.

Беда у меня с этими приборами, в общем. Стоило сразу сделать звук в компьютере тише, чтобы не беспокоил во время сна.

Но раз уж я поднялась, то нужно чем-то заниматься.

После командировки система департамента насчитала кучу бонусных баллов, добавив их на мой счет. Их можно потратить на что-то приятное – например, пройтись по магазинам. А еще мне дали целых три выходных, за которые я смогу наконец-то нормально отдохнуть.

Но не успела я даже выпить кофе, как компьютер сообщил о госте. Оказалось, ко мне пришел не кто иной, как Элеон. Я растерялась и нервно забегала по комнате, отыскивая хоть какую-то одежду, ведь до этого расхаживала по квартире в одном лишь нижнем белье. Заметив халат, набросила его на себя и голосовой командой отворила входную дверь.

Через пару минут Шер поднялся ко мне. В белой футболке, темных брюках наподобие джинсов, он вовсе не походил на офицера из департамента, к которому я привыкла больше. Лицо идеально выбрито. Волосы прилизаны. Я потянула носом воздух, почувствовав легкий аромат парфюма.

– Привет, – сказал он, широко улыбаясь.

– Привет. А где потерял Краша? – Я настолько привыкла к ящеру, что воспринимала его как неотъемлемую часть Шера.

А еще не знала, как себя вести. Конечно, я ужасно соскучилась, но мы ведь так толком и не помирились.

– Я решил на пару дней оставить его Алену.

– Почему? – округлила я глаза.

– Ну, во-первых, потому что он единственный, кто сможет с ним справиться и с кем сам Краш согласен остаться.

– А во-вторых?

– Во-вторых… – Элеон шагнул навстречу. – Не хочу, чтобы он на сей раз помешал. У меня другие планы на эти выходные.

Я даже ничего спросить не успела, как Элеон подхватил меня на руки и понес к дверям.

– Эй, ты что делаешь? Куда меня несешь? – крикнула я вырываясь.

– Похищаю снова, – заявил мне Элеон, даже не моргнув глазом.

Я не решилась спросить куда и зачем, только тихо пискнула:

– Дай хоть переоденусь. Я быстро.

Элеон будто очнулся, поставил меня на ноги, демонстративно взглянул на свой браслет.

– У тебя пять минут.

Я даже не решилась с ним спорить, помчалась в ванную комнату, чтобы умыться, надела первое попавшееся платье, босоножки, захватила свою сумку.

– Что же, ты уложилась. Идем, мало времени, – констатировал мой гость.

Едва я успела закрыть двери, как Элеон потянул меня за руку к лифту. В кабине я молчала. Лишь часто хлопала ресницами и гадала, что же он задумал.

На парковке стоял знакомый кар, куда Элеон меня и усадил, пристегнув, сам же оббежал машину и запрыгнул на водительское место. Когда кар взмыл над поверхностью площадки, я все же заметила:

– Мы так торопимся, будто опаздываем на поезд.

– На поезд… – повторил за мной Шер и кратко усмехнулся. – Ну, почти. Увидишь.

Через полчаса я действительно увидела. Огромное здание, на котором сияла в солнечных лучах надпись «Планетарные линии».

– Это аэропорт, что ли? – потянулась я, чтобы получше рассмотреть детали.

– Да, вроде того, – не поворачивая головы, ответил Элеон, взглядом отыскивая место на платной парковке.

Выйдя из кара, он закрыл машину и поманил меня в сторону здания. В огромном помещении я даже растерялась. Прохожие сновали вокруг, не обращая на нас никакого внимания, помимо людей я увидела здесь и других представителей Конфедерации, некоторые расы даже запомнила по внешним признакам. У стойки регистрации мы с Элеоном приложили свои руки к считывающему устройству. И приятный голос объявил, что идентификация завершена успешно и мы можем пройти на посадку.

– Вот и все. Скоро вылетаем, – прокомментировал Элеон.

– Постой, а куда рейс-то? Я же ничего с собой не брала, – опомнилась я, когда до меня наконец-то дошло, что задумал Элеон.

– Да там тебе ничего почти и не понадобится.

– Это как? – не поняла я.

Но ответ так и не услышала, потому что мы вошли в многолюдный зал, откуда попали на движущуюся дорожку, какие проходили по всему помещению. Вместо самолета я увидела серебристый рейсовый аэролет, напоминающий капсулу или дирижабль. Мы заняли свои места в просторном салоне. Пока остальные пассажиры рассаживались, я выглянула в окно, обведя взглядом большую площадку местного аэропорта.

– А нельзя было отправиться на служебном корабле?

– Нет, – отрезал Шер.

– Ну ладно, раз так, – надула я губы. – Сколько нам лететь?

– Через час будем на месте.

Я хотела было спросить что-то еще, как вдруг мы взлетели. И я приоткрыла рот, рассматривая стремительно удаляющийся город, постепенно скрывшийся за белоснежными облаками.

Полет проходил бесшумно, по салону передвигался робот, развозя пассажирам заказы. Но мы почти никого из них не видели, ряды сидений отделялись друг от друга белыми перегородками, в которых находились экраны.

– Желаем всем пассажирам приятного полета на Бали, – раздался голос в динамике.

Я медленно повернулась к Элеону, схватив его за руку.

– Я не ослышалась? Мы летим на Бали?

– В общем, да, – склонил голову Элеон, загадочно улыбаясь. – Хотел сделать тебе сюрприз.

– Он удался на славу. – Я замолчала, переваривая информацию, а потом вскрикнула: – Это же круто!

– Рад, что угодил. Теперь ты понимаешь, почему я никак не мог взять с собой Краша. Мы вернемся послезавтра. У нас всего одни выходные.

Я подумала, что это лучшие выходные в моей жизни. Все не верилось, что это правда, а скоро я своими глазами увижу то, на что давно хотела посмотреть. В прошлом, в будущем… Какая разница. Главное, что рядом находится тот, с кем мне хочется быть постоянно, как бы я этому не противилась. Хотя я пока не понимала, зачем Элеон это делал.

Я едва дождалась посадки в Денпасаре.

Мы вышли, сели в открытый кар, который доставил нас в здание. Местный аэропорт оказался небольшим, хотя и оборудованным по последнему слову техники.

– Есть не хочешь? – мимоходом спросил Элеон.

Я отрицательно помотала головой, рассматривая новое место.

– Пока нет.

– Тогда идем. Успеем купить тебе пару купальников и шляпок.

Через полчаса я сжимала в руках пакеты с покупками, чувствуя себя самым счастливым человеком на всей Земле и во все времена.

Кроме купальников я приобрела легкий сарафан, шорты, сланцы, босоножки без каблука, крем для загара и другие приятные мелочи. А потом мы отправились на остановку и уселись в нечто вроде дельтаплана.

Аппарат летел довольно низко над поверхностью, позволяя видеть детали.

Здесь еще оставались участки, где не было больших отелей или ресторанов – все те же бунгало, около которых белели песчаные пляжи.

Изумрудные холмы походили на бархат, так и хотелось провести рукой по их поверхности. Джунгли манили своей первозданной красотой. Мангровые заросли окутывали край побережья. А потом снова начинались пляжи, поселки, места для отдыха туристов.

Вдалеке даже виднелся величественный вулкан, возраст которого превышал возраст человечества. Но сейчас он мирно спал посреди этого тропического великолепия.

Нас высадили у одного из отелей с небольшими разбросанными по территории домиками. Около ресторана встретил местный администратор. Он проверил данные Элеона, а потом мы сели в машину с открытым верхом и куда-то поехали.

В море были устроены дорожки, что проходили прямо над водой. А между ними на приличном расстоянии друг от друга находились домики. Около каждого своя площадка и небольшой бассейн у моря. От домиков прямо в кристально прозрачную воду устремлялись широкие полукруглые ступени из синего материала.

Как только мы добрались до нашего, я не выдержала: сбросила босоножки и подбежала к этим полукруглым террасам, зайдя в воду по щиколотку. Покрытие не позволяло скользить, стоять на нем было приятно. Казалось, что до дна рукой подать – все просвечивалось насквозь, а в солнечных лучах то и дело показывались разноцветные рыбки.

Ноги обдало волной, подол платья промок, но я не обращала внимания. Я наклонилась, зачерпнув теплую воду ладонями, и подбросила. Брызги тут же разлетелись в нагретом воздухе сияющими кристаллами, капли попали на лицо. И я почувствовала себя счастливой.

Еще недавно я сильно хотела попасть на море! Даже не думала, что выйдет вот так. И все это устроил для меня Элеон.

На мою талию неожиданно легли горячие руки.

– Как тебе здесь?

Между нами словно замелькали искры, обжигая спину, проникая в грудную клетку и распирая ее до невозможности. Казалось, я разучилась дышать, потому что набрать воздух не выходило. И я никак не могла ответить на вопрос.

– Зачем? – все же выдохнула я через пару минут, потом развернулась и посмотрела в немигающие серые глаза: – Зачем ты меня сюда привез?

Лицо Элеона, казалось, не выражало эмоций. Но уголок губ вдруг дернулся, выдав его.

– Ты же сама сказала, что я не романтик. Решил исправиться.

Мое сердце оглушительно забилось. Я подняла руку и осторожно дотронулась до щеки Элеона. Он тут же накрыл мою ладонь своей, прижимая к лицу.

– Похвально. Но почему?

Он не отпускал меня, и мне это прикосновение чертовски нравилось. Словно через ладонь в виде импульсов передавалось то, что мы хотели друг другу сказать, но до сих пор не говорили в силу наших упрямых характеров.

– Ты знаешь, вчера я вдруг понял одну вещь. Если что-то слишком долго откладывать, можно просто опоздать. И никакая машина времени не поможет это исправить. Есть вещи, которые происходят лишь раз.

Он сжал мои пальцы, потом развернул ладонь и дотронулся губами до внутренней стороны. И от места прикосновения по руке устремились мурашки. Стало даже холодно, несмотря на то, что температура воздуха здесь уж точно не меньше тридцати. Мне просто хотелось, чтобы Элеон трогал меня бесконечно долго, хотелось навсегда запечатлеть момент, когда между нами наконец дала трещину стена непонимания.

Я не могла отвести взгляда от соблазнительных, искривленных легкой ухмылкой губ. Все остальное утратило смысл, не имело никакого значения.

– И что еще можно сделать только раз? – все же спросила я.

Он задумался, а потом хитро улыбнулся.

– Например, вот это!

Он вдруг отпустил мою руку, а затем увлек за талию прямо в воду, и мы покатились в обнимку по подводной ступеньке. В одежде, которая сразу же промокла насквозь. Но на самом краю Элеон вдруг притормозил. Я чуть приподнялась на локтях, пытаясь отдышаться. Его руки уперлись по обе стороны от меня, а лицо оказалось совсем близко к моему.

Расстояние между нами постепенно уменьшалось. Еще пару секунд мы просто смотрели друг на друга, после чего он склонился и накрыл губами мой рот. Дыхание стало единым. Чтобы не упасть в воду, я обхватила обеими руками шею Элеона и выпивала его поцелуй, выбросив из головы все глупые мысли и собственные противоречия.

Мы едва смогли прерваться, когда нас обдало очередной волной.

Мокрое платье облепило тело, как вторая кожа. Футболка Шера тоже прилипла к его мощной груди и животу, вычерчивая кубики. Он встал и подал мне руку, помогая подняться.

– В общем, это можно сделать только раз, потому что в следующий ты будешь ждать подвоха. Но мы обязательно повторим. Идем, посмотрим наш номер. А потом прогуляемся в ресторан, – мягко промурлыкал Элеон.

– Ладно, я уже проголодалась. Только нужно переодеться, – с придыханием сказала я, думая вовсе не о еде. Хотя поесть как раз не помешало бы. Все же время приближалось к ужину.

Я вышла из воды на площадку у домика, не понимая, почему дрожь до сих пор не унимается.

Тем временем Элеон занес внутрь наши вещи. И я, слегка успокоившись, последовала за ним. Все же интересно, как люди отдыхают в будущем.

Все оказалось обставлено довольно скромно, но со вкусом. Здесь хватало техники. На столике белело небольшое устройство головизора. Встроенный в стену холодильник оказался наполнен прохладительными напитками. На стенах душевой менялись изображения, будто стоишь под водопадом.

Кровать заслуживала особого внимания. В общем, она имелась всего одна. Большая и на вид весьма удобная. А еще спальня находилась под водой, и за прозрачными стенками проплывали стайки желтых и полосатых рыбок.

Одна кровать.

В единственной спальне.

Мое сердце забилось быстрее, дыхание участилось.

Я стащила мокрое платье и вытряхнула из пакетов покупки, выбрав короткий почти невесомый сарафан. А потом, забросив по пути мокрую одежду в очиститель, устремилась в душ. Нужно как-то успокоить свою разбушевавшуюся фантазию.

Пока ждал Энджи, я снова думал обо всем с самого начала. Вспоминал командировку и неожиданный поворот, к которому просто не был готов. Хорошо хоть, жив сам остался.

Почему-то вчера, после слов Алена, до меня дошла одна простая истина.

У нас в руках ключ к отгадке тайны Амерона – его корабль, на котором он путешествовал в прошлое, посещая определенные точки. И нам нужно найти начало, чтобы разобраться с тем, что мы имеем сейчас. Но если мы это сделаем, все может в одночасье измениться.

Амерон никогда не организует кровавый туризм.

Не случится убийств, нападений, не будет липовой туристической конторы.

И самое главное – я не заберу по ошибке девушку из XXI века, и мы никогда не познакомимся. Буду просто жить дальше в своей небольшой парижской квартирке вместе с Крашем, даже не подозревая, что все могло бы быть иначе.

А я не хочу забывать о случившемся. Потому что лишь сейчас почувствовал вкус жизни, приобрел новые интересы, желания, стремления.

Осознание такой вероятности событий окатило меня холодным душем. И я понял, что нужно срочно что-то менять.

Я просто идиот. Хочу понравиться девушке. Но что для этого сделал?

Таскал по департаменту? Подкалывал за то, что она не знает некоторых современных вещей? Да еще злорадствовал по поводу сожранной Крашем косметики, будто мальчишка, что дергает девчонку за косы, привлекая тем самым внимание.

Два раза целовал, дома и в кабинете. Намеки на большее, а вместо продолжения – скандал.

Да уж. Меня точно не за что полюбить.

Несмотря на усталость, вернувшись домой, я долго не мог уснуть. А потом просто перевел деньги на счет и заказал номер в отеле на тропическом острове, решив больше не откладывать все «на завтра». Межпланетное путешествие, конечно, более оригинально. Но за выходные в другие системы Конфедерации никак не слетать. А вот в любую точку на Земле – пожалуйста.

Я не стал спрашивать мнение Энджи, решив идти напролом, по принципу «послушай женщину – и сделай по-своему».

Но, кажется, я ей угодил.

Услышав шаги, я повернулся. Энджи вышла из домика в белом сарафане и широкополой шляпе, такая красивая, что хотелось смотреть на нее бесконечно.

Я сглотнул, прогоняя образовавшийся в горле комок.

– Смотрю, ты уже готова?

– У нас всего одни выходные. Думаю, не стоит тратить их на лишние сборы, – заявила она, подойдя ко мне совсем близко.

Хотелось притянуть ее и снова поцеловать. Но я заставил себя остановиться. Чтобы не поддаваться на соблазн, засунул руки в карманы шорт.

Для поцелуев у нас впереди целый вечер. И ночь, если не случится ничего непредвиденного. Надеюсь, не случится. А завтра, пожалуй, свожу Энджи взглянуть на местные достопримечательности. Я и сам никогда не бывал на Бали.

– Ты права. Идем, – кивнул я на дорожку.

Над нами пролетела какая-то яркая птица. Море шелестело волнами, и в этом звуке я слышал заливистый смех Энджи.

– Как Краш вел себя в твоем времени? – поинтересовался я, ведь мы так и не успели пообщаться.

– Идеально. Знаешь, я была неправа. Он все же хороший.

– Кажется, он к тебе привязался, – усмехнулся я. – Далеко не все удостаиваются с его стороны такого пристального внимания.

– Он так со всеми, кто его угощает, и я не исключение, – улыбнулась Энджи.

Похоже, она его больше не боялась. Почему-то это порадовало. Я не хотел, чтобы она боялась моего питомца.

– Да нет, не со всеми. Кажется, ты – исключение. И для меня тоже…

– Исключение? – повернулась она ко мне.

– Я не то хотел сказать, – запнулся я, придерживая Энджи под руку. – В общем, ты особенная. Я это имел в виду.

– Надо же, особенная. Именно поэтому ты делал все возможное, чтобы отдалить от себя?

– Я боялся. Но потом понял, что мы с тобой встретились не просто так. Судьба не каждый день делает нам такие подарки, и ее волю нельзя игнорировать.

– Судьба, – задумчиво повторила Энджи, пока мы шли над морем к белоснежному песчаному пляжу. – Ты мне что-то подобное уже говорил.

– Почему бы не повторить? – мягко сказал я.

Кажется, Энджи этот ответ устроил, и она замолчала. Впрочем, мы уже добрались до движущейся дорожки, которая петляла по побережью мимо домиков администрации и вела к ресторану. Но все лишнее было спрятано от взоров туристов. Мы видели причудливые фонтаны и клумбы. Среди раскидистых крон деревьев мелькали птицы, прыгали обезьяны, явно высматривали, у кого бы стащить съестное.

Мы приблизились к площадке под огромным прозрачным куполом, который защищал от палящих лучей солнца и жары, но не скрывал чудесные виды. Отсюда можно было разглядеть почти всю территорию отеля. Я подал руку Энджи, помогая взойти на ступеньку, и окинул взглядом столики.

У нас уже имелась бронь. Присев на удобное сидение и сделав заказ, я поднял взгляд, пытаясь уловить изменение в мимике Энджи. Впервые за все время она выглядела умиротворенной и не язвила. Да и мне не хотелось портить такой чудесный вечер.

– Вчера наши специалисты смогли восстановить весь маршрут, которым двигался по временным секторам Амерон. Теперь мы знаем, где он побывал. Еще не все потеряно. У него оставалось несколько мест, где он не успел ничего натворить. Но чем дальше забирается этот вампир, тем выше вероятность кардинально изменить будущее и получить большие проблемы.

– Я тоже думала об этом. Не сразу поняла, как его корабль оказался там, где шла операция захвата, – призналась Энджи. – Значит, он проводил разведку? Исследовал точки своей жизни, где с ним что-то случалось?

– Именно так. Судя по добытым сведениям, самой крайней точкой был Коринф, один из крупнейших городов Древней Греции. III век до нашей эры.

– Выходит, этот Амерон прожил уже три тысячи лет? – поразилась Энджи.

– С чего ты взяла, что он мог прожить так долго? – пришла моя очередь удивляться.

– Когда я была в Москве, Ален рассказал о запрещенной секте, члены которой убивают ансарийцев. На самом деле они живут очень долго, многие уже и сами не помнят, сколько им лет. – Энджи поведала мне то, о чем говорил ей наш внештатник.

Частично я и сам знал о старом учении и проблемах с рождаемостью, но почему-то не задумывался о том, какими последствиями все это с веками обернулось для расы.

– Амерон попал на Землю очень давно и дожил до дней, когда изобрели машину времени. Знал ли он, кто такой на самом деле? – задал я вопрос, скорее, себе.

Я вспомнил рассказ охотника за вампирами. Потом то, что прочитал в исторических сводках XV века, и другие случаи.

– Он просто мстил тем, кто все эти века так или иначе портил ему жизнь. Возможно, и пытался жить как нормальные земляне, но особенности расы не позволяли. Люди боялись его, причисляли ко всяким существам и пытались уничтожить, убить, – с дрожью в голосе заявила Энджи. – Знаешь, мне даже жаль его.

– Да, его можно было бы пожалеть, если бы не кровавые расправы. Он хотел изменить свою историю, предотвратив рождение обидчиков, чтобы потом даже не помнить всех тех кошмаров, через которые пришлось пройти.

Я замолчал, сообразив, к чему все может привести, помимо незначительных изменений в истории. Но вслух пока говорить не стал, нужно все тщательно обдумать.

– Значит, до изобретения машины времени и появления на Земле первых ансарийцев он вообще не знал, какой он расы?

– Выходит, что не знал. Нам нужно найти момент, где он лишь появился на Земле. Исходную точку. Как только аналитики сбросят мне все данные, мы сразу этим займемся.

– А как же я? – прищурилась Энджи. – Я уж думала, что после прошлой командировки меня никуда больше не пустят.

– Кто тебе такое сказал? Если бы не ты – у нас бы не появилось аппарата Амерона Эррса. Конечно, он сам успел сбежать со своими приспешниками, которые прибыли на другом корабле. Но он может и не знать, куда делась его машина времени. В любом случае не стоит откладывать – нужно будет действовать быстро и оперативно.

Энджи хотела что-то добавить, но нам уже принесли заказ.

Пока ели, я написал Алену и поинтересовался, как дела у Краша. Но волноваться долго не пришлось. Оказывается, восстановившийся после ранения Ален уже проводил с Крашем курс удержания, решив не терять времени даром.

Я помнил рассказ о том, как Энджи отыскала его в XXI веке. Это никак не сказалось на будущем, ведь Ален понимал, что нельзя раньше времени выдавать ей секрет. Но она натворила в прошлом других дел. Урсус Форс, прибыв на службу сегодня утром, трижды звонил мне и снова возмущался по поводу появления в Москве НЛО, информацию о котором так и не удалось до конца уничтожить. Но винить в этом Энджи смысла точно нет. А еще вдруг вспомнился разговор с Дирком и Мирком в тот день, когда я познакомил их с Энджи. Они говорили, что в Москву возвращался ансариец. Но теперь я точно знал, кто устроил тот переполох на стройке.

Когда мы возвращались из ресторана, я думала о том, что сказал Элеон.

Все сходилось. Теперь я видела картину преступления целиком, пусть в ней оставались белые пятна. Однако этот Амерон избрал довольно изощренный способ мести: втянул в дело сообщников, организовал целую схему с туристическим агентством, похищением музейных экспонатов и запчастей с завода, много лет продумывал детали, чтобы однажды воплотить весь свой хитроумный замысел.

Не отыграется ли он на мне за то, что я ему помешала, или же не знает, кто угнал его корабль?

– Элеон, я думаю, что этот Эррс – далеко не бедный турист, у него наверняка имеются хорошие связи на Ансаре, – высказала я вслух свои опасения.

– Верно. Мы подозреваем владельца фирмы «Ансара-СС». Он точно замешан в деле. После того разговора в музее мы подали запрос на уровне Совета Конфедерации. Скоро должны прийти все данные на владельца и саму организацию. Понимаешь ведь, что это не делается быстро. Сообщение между планетами занимает время, а запрос должны подтвердить в Министерстве сотрудничества рас.

– Сколько лет прошло, а ничего не меняется, – вздохнула я, рассматривая разноцветный закат.

Заход солнца и правда был чудесным. Лиловые, фиолетовые, розовые облака, подсвеченные снизу золотыми лучами, постепенно стягивались к горизонту. С другой стороны небо уже передернулось сизой дымкой. На море гуляли волны. То тут, то там появлялись белые барашки. К вечеру был прилив, и вода закрыла бо́льшую часть пляжа, добралась до высоких прибрежных пальм, что дружелюбно кивали своими листьями на теплом ветру. Периодически нам встречались туристы, но я ни на кого не смотрела – все внимание сосредоточилось на Элеоне Шермане.

Будто прочитав мои мысли, он по-хозяйски обнял меня за талию и привлек к себе.

– Мы даже не успели искупаться, – задумчиво сказал он.

– Надеюсь, завтра наверстаем упущенное. Жаль, выходные такие короткие.

– Обязательно наверстаем. А еще поныряем с аквалангом и посмотрим древние храмы.

– Хорошо, что не в режиме реального времени, – пошутила я. – Приключений в прошлом мне и на работе хватает. Иногда хочется побыть сторонним наблюдателем.

Элеон загадочно усмехнулся.

– Поверь, с годами службы путешествия в прошлое уже не кажутся чем-то особенным.

– Значит, я для тебя тоже не особенная, как ты говорил? – надулась я.

– Энджи!

– Нет, ты ответь, зачем ты вообще меня сюда привез? – не унималась я.

Сама не знаю почему, но мне хотелось растормошить зануду Элеона, разозлить, заставить ревновать. Чтобы почувствовал вкус жизни.

– Между прочим, Ален звал меня в гости на Ансару, когда появится свободное время.

– И ты согласилась? – приподнял бровь Элеон. – Ансара – мрачная планета, людям там некомфортно.

– А еще он предлагал сногсшибательный интим, – усмехнулась я. – Правда, я пока в сомнениях, нужно ли мне такое разнообразие…

– Что?! Ален! Я его… Я ему…

Я рассмеялась от своей же выходки и побежала к домику. Элеон – за мной. Кажется, он реально разозлился. Он догнал меня у бассейна, развернул к себе лицом и сжал пальцами подбородок.

– Никакого Алена. Даже не думай, что тебе удастся от меня сбежать. Не позволю, – хрипло прошептал Элеон мне в губы, а потом накрыл их обжигающим поцелуем.

Внезапно накатила слабость. Я даже не могла сопротивляться. Да и не хотела.

Я уже давно желала заполучить этого мужчину целиком и полностью. Нравилась его своеобразная власть надо мной. Хорошо, когда рядом есть кто-то сильный, кто заботится и решает все проблемы.

Я обхватила двумя руками затылок Элеона и отвечала ему со всеми чувствами, что во мне вдруг всколыхнулись и закружились, подобно урагану.

Горячо как.

Восхитительно до безобразия.

Ладони Элеона гладили мою спину, вырисовывая на ней круги. И от каждого прикосновения по телу пробегали искры. Меня будто пригвоздило к покрытию площадки, и я не могла сдвинуться с места, боялась утратить ощущение. Со мной такого никогда не происходило, это напоминало прыжок с парашютом, когда до последнего сомневаешься, раскроется ли, а потом понимаешь, что над тобой раскинулся купол, и после головокружительного полета ощущаешь небывалое спокойствие.

Примерно это я и почувствовала, когда Элеон подхватил меня на руки и понес в спальню, плавно уложив на постель. Прикусила губу, пока он стаскивал мои босоножки. Я знала, что сейчас случится. Но я ведь взрослая женщина и в курсе, чего ожидать от мужчины. И давно хотела этого, даже в те моменты, когда мы не особо ладили. Особенно в те моменты. Недаром говорится: от ненависти до любви один шаг.

Пальцы Элеона, едва касаясь, прошлись по моим обнаженным ногам, вызвав тысячи мелких мурашек, которые тут же расползлись по всему телу, проникли внутрь, закружились горячими спиралями, создав предвкушение чего-то необыкновенного.

Элеон ловко расстегнул мой сарафан, стащил его и бросил в сторону, оставив меня в нижнем белье. Потянулся, снимая футболку. В приглушенном свете его мускулы казались еще более рельефными и привлекательными. Серые глаза прищурились, их цвет напоминал цвет неба перед бурей. Губы изогнулись в напряженной улыбке.

Он опрокинул меня на спину одним движением, прижал мои ладони к подушкам, глядя в глаза. Меня обдало теплом его тела. Я совершенно не боялась. Чувствовала каждое прикосновение или движение в пространстве. Слышала каждый шорох.

– Знаешь, давно собирался это сделать, – выдохнул он, прижимая меня к постели.

– И как давно? – тихо произнесла я, вновь прикусив нижнюю губу.

– Почти с самого начала. Ты так соблазнительно вышагивала по моему дому в халате.

– После нашего шопинга? Как же!

– Утром, когда Краш сломал очередного робота.

– Даже не думала, что в тот момент, когда я гонялась за твоим ящером, ты мечтал о том, как затащить меня в постель, – усмехнулась я.

– Можешь не сомневаться, – подмигнул мне Шер и отпустил мои руки.

Получив свободу, я тут же прикоснулась к его плечам, чувствуя подушечками пальцев напряженные мускулы. А ладони Элеона скользнули под мою спину, расстегнув бюстгальтер. Я легонько царапнула его плечи и застонала, когда он начал покрывать мою шею прерывистыми поцелуями, прокладывал дорожки к ключицам и обратно, затем снова овладевал моим ртом – все более страстно, попутно снимая оставшееся белье.

Дыхание стало общим, одно на двоих. За прозрачными стенами спальни в подсветке мелькали рыбы, а мы оказались будто в капсуле, где должно было случиться нечто фантастическое.

Между нами не осталось расстояния. Яркие вспышки метались перед глазами. Вдох-выдох. Новый поцелуй, новые объятия. Все жарче, все быстрее.

Осталось лишь желание, разрывающее нас на части и собирающее в новом порядке. Ведь теперь мы никогда не будем прежними.

Я проснулся на рассвете. Кажется, и не спал вовсе. Двух часов вполне хватило, чтобы восстановить силы. Я просто лежал и смотрел на приоткрытые губы Энджи, чуть подрагивающие во сне, на разметавшиеся по подушке волосы, которые так хотелось трогать. Сам себе я казался чуть сумасшедшим. Но понимал, что мы с ней созданы друг для друга. И это проявляется не только в постели, но и в бытовой стороне жизни.

И чем сильнее я все понимал, тем больше боялся ее потерять, забыть о существовании, утратить чувство, которое охватило целиком, утащило в бездонное озеро голубых глаз, мешало дышать, заставляя постоянно думать о ней.

Когда разбираешься в теории изменений будущего за счет событий прошлого, все кажется странным. Ведь в каких-то вероятностных линиях меня может уже и не существовать. Или кого-то из моих знакомых, например, Алена. Простые люди не задумываются, что их жизнь могла быть совсем другой, если бы не какие-то поступки или изменения в том, что уже случилось.

Я встряхнулся, отгоняя от себя все эти странные мысли. На самом деле я никакой не философ. Но когда постоянно сталкиваешься с временными нарушениями и осведомлен о последствиях, чего только в голову не придет.

Энджи открыла глаза и удивленно посмотрела на меня, будто видела впервые.

– Доброе утро, – прошептала она одними губами и потянулась, как кошка. При этом с ее плеча соскользнула простыня.

По пальцам тут же словно пробежал ток, и я поспешил накрыть ладонью ее плечо, как будто она могла исчезнуть прямо сейчас.

– Выспалась? Завтракать будем в постели? – улыбнулся я, поглаживая обнаженную кожу на плече. Потом склонился и неспешно поцеловал раскрасневшиеся за ночь губы.

– Ты же обещал, что мы полетим на экскурсию, – вспомнила Энджи, мгновенно вскакивая с постели.

Она буквально заряжала меня своей энергией и позитивом. С того момента, как она проснулась, все мои депрессивные мысли словно рукой смело.

Кажется, я никогда в жизни не отдыхал так, как в эти выходные.

Позавтракав и искупавшись, мы действительно отправились с местным экскурсоводом смотреть древние храмы. Рядом с Энджи все воспринималось иначе, хоть я и знал историю этого острова. Вместо достопримечательностей я постоянно смотрел на нее, и каждый раз мне хотелось улыбаться, чего со мной давно не происходило.

Мы пообедали в ресторане на вершине спящего вулкана, откуда открывался великолепный вид. Потом по канатной дороге спустились в долину, где проходило театральное представление для многочисленных туристов.

После обеда вернулись на территорию отеля и до вечера бродили по берегу, периодически останавливаясь, чтобы чего-нибудь выпить или искупаться. Целовались на мокром песке, куда докатывались теплые волны Индийского океана. Шутили друг над другом и гонялись друг за дружкой по пляжу.

Первый раз за последние годы никто не побеспокоил меня с работы.

Ночь мы провели вместе, как и предыдущую. И к утру следующего дня я принял твердое решение – сделать Энджи предложение. Вот только как сказать, я пока не знал. Все же ей отлично известно, что для меня это не первый брак. Сложно доказать женщине, что она значит для меня все, когда она знает, что постоянные отношения и я – вещи несовместимые. Посему решил пока промолчать и просто получать удовольствие от того, что она со мной, не требуя ничего взамен.

А на следующий день мой Х-фон вдруг ожил.

Позвонила мама. Мы не виделись уже полгода – с тех самых пор, как она уехала в очередную экспедицию. Хотя раз в неделю стабильно общались несколько минут в Сети. Большую часть этого времени она рассказывала о своих делах, попутно убеждаясь, что я жив, здоров и не женился еще раз.

Кратко поинтересовавшись, как я поживаю, она вдруг сообщила, что завтра прилетает по делам в Париж. И спросила, не собираюсь ли я куда.

Стоило ждать гостей.

Я понятия не имел, как к этому отнесется Энджи. Вообще-то я планировал привести ее домой сразу после возвращения, когда заберу Краша. Решив отложить разговор, я напрочь забыл о нем. Ведь пока меня больше интересовало другое.

Рейс обратно в Париж был вечером.

С каким-то сожалением мы смотрели на пейзажи острова, где два дня провели в полной гармонии, наслаждаясь друг другом.

– Завтра опять на работу, – вздохнула Энджи, когда мы сели на свои места в аэролете.

– Так говоришь, будто это каторга, – заметил я, посматривая в окно.

Скрипнул зубами, подумав, что с удовольствием избавил бы ее от работы, отправив в декретный отпуск. Но планировать что-то, когда не знаешь, что случится завтра, не очень-то хотелось. И пока мечты оставались лишь мечтами в моей голове.

– Нет, мне даже нравится. Просто здесь было так здорово, – улыбнулась она. – Мы же вернемся сюда еще раз?

– Обязательно. Если получится – мы побываем не только тут. Можно даже слетать на другую планету Конфедерации. Мне как раз предлагали поработать по обмену, – вспомнил я о том, что говорил не так давно полковник Фаррелл.

– И ты отказался? Я бы хотела хоть одним глазком взглянуть, как там, в космосе и на других планетах. Всегда знала, что мы не одни во Вселенной, – загорелась Энджи.

– Я не отказался, просто здесь дел невпроворот.

– Значит, еще не отказался. И как долго действует предложение?

Я пожал плечами, не желая отвечать, после чего подозвал робота-официанта, взяв для нас два стакана апельсинового сока и упаковку с шоколадными кексами.

– Держи, они вкусные, – протянул Энджи, отвлекая ее от мыслей о возможной командировке.

Покидать Землю я пока не собирался. Тут хоть бы со своими нарушителями разобраться, а уж потом помогать всяким инопланетянам.

Энджи размечталась. А я загрустил, вспомнив о своих последних страхах. Мысли вернулись к работе, и я размышлял над рассказом Энджи насчет ансарийца. Надеюсь, за это время Хиллу и его аналитикам удалось отыскать в корабле Амерона Эррса полезные сведения. Как бы то ни было, преступление нужно раскрыть. Когда дело касается мировой безопасности, личные интересы должны отходить на второй план.

Впервые за время моей службы мне хотелось оставить все как есть и не участвовать в расследовании. Но теперь слишком поздно. У нас в руках прямые доказательства и улики, а еще «маршрут» путешествий ансарийца в прошлое. В любом случае преступление будет раскрыто. Но, как сказал кто-то из древних, чему быть, того не миновать.

Ансариец Ален Миратус жил неподалеку от космопорта, на окраине Парижа, где еще оставались частные домовладения. Большую часть города давно занимали высотные многоэтажки. Но оказалось, не все застроено ими, а есть и обычные дома.

Сначала я удивилась, но потом пролистала в голове факты из истории, которыми меня недавно напичкали, и все поняла.

Как я уже знала, правительство Земли ограничивало расширение мегаполисов, стараясь расселять пятнадцать миллиардов людей равномерно по планете и регулируя численность населения с помощью разрешений на рождение детей, специальных налогов и прочего. Наверное, именно поэтому у Элеона до сих пор нет потомства. На Земле появились новые города, базы; население Африки, Австралии значительно выросло. Сибирская тайга давно перестала быть дикой глубинкой. В северных широтах – в Гренландии, на Аляске, в северных провинциях Канады – строили многочисленные экологически безопасные поселки под куполами, удерживающими тепло.

А вот старые города предпочитали сохранять в исторических рамках. Об этом в двадцать пятом веке приняли конвенцию.

В общем, в один из таких районов мы и направлялись. И пока Элеон Шерман, сидя за рулем, смотрел на дорогу, я искала в компьютере информацию, сколько же стоит недвижимость в этой части Парижа.

– Однако Ален совсем не беден, – заметила я, смекнув, что простым смертным дом здесь не по карману.

– Почему ты решила, что Ален в чем-то нуждается? – Элеон удивленно взглянул на меня.

– Не знаю. Он простой внештатник. И совсем не похож на миллионера. В Москве он вообще обитал в гараже.

Элеон кратко усмехнулся.

– Ален любит разнообразие. Да и живет он на нашей планете давно. Видимо, успел что-то собрать. Его наняло МКВП, они проверяли всю подноготную.

Я бы точно зуб дала, что Ален и есть наш таинственный преступник. Но он помог мне, отремонтировал корабль, отправил меня в департамент. Он же подсказал, что стоит проверить в компьютере аппарата всю информацию, чтобы выяснить последние перемещения Амерона.

А еще поведал грустную историю их расы.

Я снова вспомнила, как боялась застрять в безвременье, как вела корабль на полигон, неловко делала посадку под одобрительный рык Краша, как ко мне бежали работники департамента. И встречу с Шером тоже вспомнила…

В общем, мне совсем не хотелось обвинять в чем-то Алена. И при этом я понимала, что в нем есть что-то странное. Хотя он ведь и не человек, чтобы сравнивать его с другими мужчинами. Чего ждать от вампира?

– Мы прилетели, – сказал Элеон, паркуя свой кар у дома, выстроенного в готическом стиле и здорово отличающегося от современных зданий.

Я вышла, дождалась Элеона, который успел позвонить Алену. Но дверь открыл вовсе не ансариец. Неожиданно я увидела в холле молодую женщину и, присмотревшись, признала в ней Ирэн, нашего медика. Без привычного голубого халата, с распущенными по плечам темными волосами и легким макияжем она вовсе не походила на строгого доктора.

Она смущенно улыбнулась, когда мы вошли в большое затемненное помещение. Махнула рукой, приглашая нас присесть на диван. На звук голоса Элеона из коридора прорвался Краш, торопясь к хозяину. Он радовался так, как может радоваться только ящер – топал ногами по полу, мелко клацал зубами, издавал щелканье и урчание. Тарабанил по груди Элеона передними лапами, словно злился за то, что его оставили одного, и одновременно был счастлив, что за ним вернулись. А потом устремился и ко мне, сделал пару кругов, обвивая меня хвостом. Сунул свою зеленую голову мне под мышку, требуя, чтобы его приласкали. Я рассмеялась и погладила кожистые наросты у глаз.

– Ален позвал меня в гости, – с улыбкой пояснила Ирэн, когда эмоции Краша несколько поутихли.

– Мы так и поняли. А сам Ален где? Стал обедом Краша? – приподнял Элеон брови.

– Шер, ты так и хочешь скормить меня своему велоцираптору, – раздался низкий голос Алена, и он, зевая, спустился со второго этажа по широкой лестнице. – Между прочим, мы целый день занимались. Ирэн проверяла мое состояние после ранения, а потом любезно согласилась составить мне компанию.

От слов Алена щеки Ирэн приобрели пунцовый оттенок, и она смущенно отвернулась.

Ясно, какую «компанию» он имеет в виду. Поняв, что со мной ничего не выйдет, Ален все же не удержался, решив продемонстрировать кому-то в департаменте свои хваленые способности в постели, выбрав для этого штатного доктора. Но я не осуждала одинокую Ирэн за такое решение. На провокации инопланетного Казановы сложно не поддаться.

– Нет, ты нам еще пригодишься, – усмехнулся Элеон. – Мне написали, что данные из корабля полностью восстановлены.

Ален присел в кресло, ловко забросив ногу на ногу.

– Верно. Завтра Саймон планирует собрать совещание. Но без тебя проводить операцию никто не будет. Все же это твое дело. Я свою работу выполнил. Больше Амерон меня на километр к себе и своей конторе не подпустит.

– Может, стоило начать с бюро в Румынии? – предложила я. – Зная, где логово Амерона, глупо оставлять в покое сотрудников «Авилии».

– Нет, не нужно. У нас больше нет на это времени. Надо отправляться в прошлое, как мы с тобой и говорили, – ответил Элеон, почесывая голову урчащего у его ног Краша.

– Ладно, что мы все о работе да о работе. Вы же у меня в гостях. В прошлом Энджи уже оценила мое гостеприимство. Так ведь, милая? – подмигнул он мне.

Теперь от слов ансарийца смутилась уже я. Хотя между нами ничего и не было, за две ночи я услышала столько, что можно написать небольшой эротический романчик.

– Хочешь угостить нас ансарийским грогом с концентрированной кровью? – зло пошутил Элеон.

– Я бы предложил, но вы все равно откажетесь. Поэтому сделаю кофе.

– Ладно, давай кофе. Не будем повторять ошибок прошлого похода в паб.

– Лучше я сварю кофе, а вы пока поговорите, – оживилась Ирэн и вышла на кухню.

– Кстати, Грэг сказал, что вы использовали запасную схему. И как оно, сработало? – вспомнил вдруг Ален.

Я заметила, как потемнело лицо Элеона, будто стало гранитной глыбой.

– Я почти не помню, что там было. Память перестроилась быстро. Но повторять мой подвиг точно не советую.

– Зато премиальных баллов добавилось, – улыбнулся Ален, приподняв в оскале верхнюю губу. – Выходные лишними не бывают. Так ведь? Надеюсь, у вас с милашкой Энджи все в порядке?

– Але-ен! Прекрати! – взмолилась я, схватившись за голову, и откинулась назад.

Элеон ответил что-то грубое, и они сменили тему. Разговор мужчин доносился словно сквозь туман. Мысли закружили водоворотом, и я отчетливо осознала, что волшебные выходные действительно закончились. Дальше нас снова ждут трудовые будни.

– Кстати, ты ведь и сам долго пробыл в прошлом. И как, в этот раз хорошо заплатили? – услышала я голос Элеона.

– Нормально. Не жалуюсь.

– Больше, чем в Москве XXI века? – саркастично спросил его Элеон, явно вспомнив мои угрозы.

– Там я пробыл-то всего неделю. А здесь больше пятнадцати суток, пока эти идиоты решили действовать.

Неделю в Москве… Стоп, какую еще неделю?!

Я могла бы поверить в это, если бы не попала туда вновь и не узнавала информацию у коллеги. Судя по тому, что я слышала, та командировка длилась вовсе не неделю, а минимум, год. А если учесть, насколько хорошо Ален осведомлен о жизни в России, то и того больше.

Ален явно что-то недоговаривает. Пусть он и не связан с бандой кровавых туристов, у него тоже рыльце в пушку. Он не такой раздолбай, каким хочет казаться.

Я собиралась было что-то спросить, но в этот момент Ирэн принесла нам кофе. И я решила отложить вопросы на потом, а лучше сначала пообщаться на эту тему с Элеоном.

У Алена мы провели в гостях около часа, после чего сели в кар. Краш торжественно занял свое место позади нас. Элеон завел мотор, и аппарат плавно поднялся над дорогой, устремляясь в сторону городских высоток.

Пока летели, я и вовсе задремала. Все же день выдался насыщенным, а прошлая ночь – фактически бессонной.

Проснулась я оттого, что меня куда-то несли. Открыв глаза, обнаружила, что Элеон заходит в лифт. И обвила руками его шею, что-то бормоча. Рядом топал Краш, осматривая знакомый подъезд с таким видом, будто охотился на соседей. К счастью, соседей мы как раз не повстречали.

Опустив меня в кресло, Элеон выпрямился и сказал:

– Пойду за нашими вещами.

Я нашла в себе силы только для того, чтобы кивнуть. Меня никто не спрашивал, хочу ли я тут остаться. Снова поставили перед фактом. Но сегодня я и так не хотела никуда уходить. И хоть внутри слабо трепыхалось возмущение, я решила не портить окончание чудесных выходных скандалом. Желание провести эту ночь с Элеоном победило. И я, собравшись с мыслями, отправилась в душ.

Я так устала бороться с собственной судьбой, которая постоянно преподносила сюрпризы, что сегодня просто хотелось расслабиться и ни о чем не думать.

Утром мы едва не проспали на работу. Я вскочил первым, пока Энджи еще потягивалась в постели. Следом за мной поднялся с дивана и Краш, удивленно наблюдая, как я мечусь по квартире, пытаясь натянуть штаны. Недолго думая, он уселся у рабочей зоны кухни, посматривая на шкафчик к кормом.

Энджи все же поднялась, кутаясь в халатик, упала в кресло неподалеку от Краша и сонно наблюдала, как я готовлю кофе. Я поставил перед ней чашку.

– Уверен, что стоит спешить? Никто ведь не звонит. Скажи, что мы поехали на встречу, – произнесла она через несколько минут, обнимая двумя руками чашку.

– Да, наверное, так и сделаем, – согласился я, посмотрев на браслет. До совещания оставалось целых два часа.

– Странно, раньше ты бы отчитывал меня за такие крамольные слова. Я тебя даже не узнаю, – ехидно усмехнулась она, переглядываясь с Крашем.

– Ты на меня дурно влияешь, – заключил я, а потом наклонился, чтобы поцеловать ее, заставив замолчать.

Мои руки не слушались разума, они направились под халат, поглаживая эрогенные зоны. И я уже подумывал о том, чтобы продолжить, задержавшись в постели, когда звонок по Х-фону изменил мои планы. Пришлось ответить:

– Да, я рад, что ты прилетела. Уже тут? Неожиданно. Сейчас я открою…

Мама. Как не вовремя. Она решила поймать меня, пока я не сбежал на работу.

– Опять таинственные женщины. Кто на сей раз? – Энджи прикусила губу и приподняла брови, выразительно глядя на меня.

– Она всего одна. И она – моя мама. Прилетела только что. Черт, нужно одеться, – сообразил я, что так и не нашел свою рубашку.

– Мама?! Блин, почему ты не сказал? – тут же спохватилась Энджи, забегав по комнате.

– Да забыл я!

Энджи прихватила одежду и бросилась в ванную. А я наконец отыскал остальное – под диваном, где спал Краш. Как только застегнул последнюю молнию, зазвонил домофон. И я пошел открывать, раздумывая, говорить ли маме правду. Да, в принципе, все равно не поймет.

– Элеон, дорогой, как же я рада тебя видеть, – пропела мама, ворвавшись в мою квартиру. – Такой большой, даже не верится, что ты мой сын.

– Мам, мне вообще-то уже тридцать три, – мягко напомнил я, разомкнув объятия.

– Знаю, просто пошутила. – Мама прошла дальше, уставилась на Краша, которого совсем не боялась, хотя постоянно твердила, что динозавру не место в квартире. – Ты все еще живешь с этой рептилией?

– Мам! Прекрати, умоляю. Ты же знаешь ситуацию.

– Нужно было вернуть его в дикую природу. И если ваше министерство закрывает глаза на то, что один из сотрудников прихватил из прошлого динозавра и не хочет возвращать в естественную среду обитания, то стоило отправить его в подходящий климат, где он мог бы жить полноценной жизнью. Например, в сельву Амазонки.

Услышав, что его хотят куда-то отправить, забрать у меня, Краш прижал передние лапы к груди, будто готовился к прыжку, при этом его зрачки сузились в вертикальные линии.

– Краш, она пошутила, – сказал я ему, чтобы успокоить, и снова повернулся к маме. – Чем тебя угостить? Я только ночью прилетел домой, поэтому ничего не заказывал.

– Не надо ничего, я ненадолго – просто заскочила тебя увидеть. У нас международная конференция биологов, – пояснила она. – А ты где был? Ты ничего не говорил про поездку.

В этот момент дверь душа открылась, и в комнату вошла Энджи, которая за пару минут успела не только переодеться, но и уложить волосы. За выходные она слегка загорела, и теперь ее кожа здорово выделялась на фоне светлых локонов и белой футболки.

– Здравствуйте, – мило улыбнулась она.

– Элеон, ты не говорил, что у тебя гости, – удивленно взглянула на меня мама.

– Энджи мой стажер и… моя девушка, – пояснил я. – Энджи, это мама. Мелани.

Мама замолчала, оценивающе глядя на блондинку. В свои пятьдесят девять она выглядела не более чем на сорок. Темные, остриженные до плеч волосы, постоянно стянутые в хвост, строгое на первый взгляд лицо. Мама почти никогда не улыбалась, и по ее виду сложно было сказать, что она довольна. Но я различал ее настроение по голосу.

– Очень приятно, Мелани, – кивнула Энджи, косо посмотрев на меня. Видимо, услышала, как я ее назвал.

– Значит, девушка. Что же, она милая. Надеюсь, я не помешала?

– О нет, мы уже собираемся на работу, – заверила ее Энджи, одарив дежурной улыбкой.

– Служебный роман, значит. Неожиданно, Элеон. Что же, мне уже пора. Кстати, я хотела бы поужинать вместе. Со мной будет мой коллега. Может, возьмешь Энджи, сынок? – обратилась ко мне мама.

Мы с Энджи быстро переглянулись.

– Конечно. Я позвоню, как только буду знать наши планы, – сказал я, увидев на лице блондинки одобрение.

Когда Элеон назвал меня своей девушкой, в груди словно мотыльки затрепетали. И я даже растерялась в присутствии его неожиданно нагрянувшей мамы. Я понятия не имела, что говорить, но решила не болтать лишнего, вести себя естественно и быть самой собой.

Мелани пробыла у нас всего несколько минут. Она сказала, что сегодня у нее еще масса дел и мы пообщаемся позже. А вскоре мы с Элеоном покинули дом, сев в машину.

Половину дороги я молчала, а потом все же не выдержала и спросила:

– Зачем сказал, что я – твоя девушка?

Элеон усмехнулся и ненадолго задумался.

– Было бы странно, если бы назвал коллегой ту, что вышла из моего душа. Тебе не кажется?

– С таким успехом ты мог просто сказать, что я твоя любовница, которую недавно похитил из прошлого, – даже обиделась я.

Надумала каких-то чувств по отношению к себе, а сейчас пожинаю плоды. Сказка закончилась, впереди реальность. А она вовсе не такая, какой мне хочется ее видеть.

Конечно, после дней, проведенных бок о бок, да еще и в одной квартире, между нами вспыхнула искра страсти. Это не удивительно, ведь мы оба молодые здоровые люди. Но я постоянно хотела чего-то большего. Особенно теперь, когда осознала, как сильно мне нравится этот мужчина. А вот я для него, по-видимому, была временной интрижкой. И даже наш полет на Бали – всего лишь способ ко мне подкатить, чтобы уложить в постель. И при этом отдохнуть после тяжелой командировки, в которой он потерял меня в другом времени.

Я взглянула на Краша, потом отвернулась к окну.

– Думаю, маме не стоит этого знать. Пока не стоит. Она до сих пор не может успокоиться после случая с Крашем, хотя я пытаюсь объяснить, что ему со мной хорошо, – произнес Элеон, перестраивая кар в другую летную полосу.

– Сравнил меня с динозавром? Я все же не доисторическое чудовище, – огрызнулась я, а потом повернулась к Крашу, пояснив: – Без обид, зубастый. Я не имела в виду, что ты страшный. Просто некоторые не особо видят между нами разницу.

– Это почему не вижу? – Элеон сильнее сжал штурвал.

Разговор постепенно зашел в тупик. Но мы уже прибыли на место, к зданию департамента. Выходили из машины молча, так же молча поднимались в кабинет.

Грэгори еще не было на месте. Зато к нам заглянули «близнецы» – Дирк и Мирк Мартисоны.

– Тебя искал Урсус.

– Шеф хочет тебя видеть, – сообщили они и переглянулись.

– Хорошо, я сейчас к нему зайду, – ответил Элеон, просматривая в рабочем компьютере данные, касающиеся корабля Амерона Эррса, присланные из аналитического отдела Слэйдом Хиллом.

– Энджи, мы за тебя волновались, когда ты пропала в прошлом, – наперебой сообщили опера-криминалисты.

– Вот, хоть кто-то за меня волновался, – язвительно заметила я, смерив Элеона высокомерным взглядом.

Мартисоны вышли, оставив нас вдвоем.

– Хочешь сказать, я за тебя не переживал? – не выдержал Элеон Шерман.

– Мне почем знать? Ты думал лишь о своей операции. А еще выбросил мои грибочки, – припомнила я его выходку. – Где мне в этом времени найти такие же?

– Что-то я не пойму, ты решила опять взяться за старое? – поднялся из-за компьютера Элеон, медленно приближаясь ко мне. Он буквально прижал меня к столу Грэгори, положил ладони на столешницу так, чтобы я не вырвалась.

Тело мгновенно откликнулось на его близость мелкими мурашками, которые промаршировали по моей спине до самой талии и скрылись внутри тела, вызвав тянущее чувство. Я сглотнула комок и подняла голову, глядя в серые, как осеннее небо, глаза Элеона.

– За что именно? – вызывающе спросила я.

– Сама знаешь. Три дня все было прекрасно. Что на тебя нашло?

Вот и как объяснить твердолобому, что мне нужна хоть какая-то уверенность в его чувствах и дне грядущем? А я пока не услышала даже малейшего признания в любви, не говоря уже о большем.

– Все в порядке, товарищ начальник. На работе я стажер, а после работы – твоя девушка. Так что давай будем соблюдать субординацию хотя бы для приличия.

– Вот и как с тобой можно общаться? – выдохнул Элеон. – Ты не…

Он не успел закончить фразу, потому что в этот момент в кабинет вошел Грэгори Новак. Скрипнув зубами, Элеон отпустил меня и выпрямился, взявшись одной рукой за лоб, будто был чем-то озадачен.

– Смотрю, вы тут совсем не работой занимаетесь, – прокомментировал Грэг, бросив на стол папку-планшет и чип от кара.

– Ты опоздал, – жестко ответил Элеон, – через полчаса совещание.

Я хмыкнула, вспомнив о том, что мы и сами прибыли на работу позже обычного. И пока на меня никто не смотрел, вернулась на свое место, села за стол, где мне выделили личное пространство.

– Я предупреждал Саймона. Глория подала на развод. Мне пришлось залететь в суд.

– Доигрался, – развел руками Элеон. – И что, ты согласился?

– Я пытаюсь с ней помириться. Поэтому заседание перенесли на следующий раз.

– Ладно, я пошел к Урсу, вернусь к началу планерки, – вспомнил Элеон, позвал Краша и вышел из помещения, а я откинулась на спинку кресла, все еще переживая странные ощущения, что охватывали меня в присутствии этого несносного мужчины.

Я не понимал, специально ли Энджи меня провоцировала, или же это выходило непреднамеренно. Но в любом случае злился. На себя – за то, что так и не смог признаться ей в любви. На нее – за острый язык. А еще мама прилетела в Париж в самый неподходящий момент. Придется идти на ужин, как и обещал.

На какое-то время я задержался в кабинете Урсуса Форса, рассказывая ему о том, что произошло при операции захвата ансарийцев. Когда выговорился, даже полегчало. Я ведь почти не помнил, что случилось до применения запасной схемы. Но в голове мутным видением всплывало мертвое тело Алена. И я понимал, что спас его от смерти, поэтому знал, что принял верное решение переиграть события по второму кругу. Конечно, со временем все сотрется из памяти, как обычно происходит. Для окружающих мы просто арестовали вампиров и при этом упустили главного.

– Мои ребята подчистили память жителям городка. Так что все в порядке. Жаль убитого патрульного, конечно, – задумчиво произнес Форс, почесав квадратный подбородок.

Я развел руками. Будь на то возможность, я бы спас и погибшего парня. Но второй раз я не мог применить способ возвращения в исходную точку, можно было сделать лишь хуже. Зато Ален остался жив. Знал бы он, что теперь мой должник!

– Что поделать, се ля ви, – вздохнул я. – Что же, мне пора – полковник Фаррелл ждет.

Урсус Форс вытащил свое массивное тело из кресла.

– Меня тоже вызвали. Кажется, хотят, чтобы я отправлялся в Грецию вместе с вами.

– Да тебя как магнитом тянет туда, где можно вкусно поесть, – заметил я. – Только боюсь, на сей раз расслабиться не выйдет. Это наш единственный шанс остановить Амерона.

– Не будь таким занудой, – хлопнул меня по спине Форс. – Идем уже, а то без нас не начнут.

– Я не зануда, – проворчал я, пока мы шли в зал для совещаний.

Хотя зачем врать самому себе? Возможно, иногда я действительно бываю слишком правильным и требую этого от остальных, не принимая во внимание, что каждый человек по-своему индивидуален. И Энджи в чем-то права. Я действительно продумал все за нее, не дав принять собственное решение – считал, что так будет правильно. Не говорил, что у меня на душе, так как боялся, что завтра все может измениться.

В зале уже собрались все, кто имел отношение к делу о кровавом туризме. Не хватало лишь Алена. Парни из аналитического отдела уже беседовали с Энджи, задавая ей вопросы, и меня охватила ревность. Большое скопление людей повлияло и на Краша – теперь он не отходил от меня, будто боялся, что я снова его оставлю.

На пару минут я отвлекся, беседуя со Слэйдом Хиллом, старшим аналитиком.

– Что же, всех прошу присесть на свои места, – вышел в центр зала полковник Фаррелл. – Пройдемся по уже известным фактам. И выслушаем ваши предложения.

Когда мы с Энджи садились в соседние кресла, я сжал ее руку, будто хотел извиниться за свое поведение. Она никак не отреагировала, только прикусила губу.

Совещание затянулось до обеда. Выяснилось, что в корабле, на котором путешествовал по временным секторам Амерон Эррс, стояли запчасти, похищенные с того самого завода, дело о котором вел Грэгори Новак. И что он собирал другие корабли для ансарийцев, используя те же технологии, поэтому и брал экспонаты из музея.

Аналитики предоставили полный отчет. На развернувшейся голографической схеме временных секторов, сопоставленных с картой Земли в разные века, мы видели места, где побывал наш преступник.

Как и предполагалось по предварительным данным, путь Эррса начался в далеком третьем веке до нашей эры. Он прожил на территории Греции около двухсот лет, после чего стал постепенно двигаться на север. Жил в городах и деревнях, побывал в Древнем Риме, потом на пару веков осел в Германии, оттуда направился в Польшу, затем пребывал в России, довольно долго прожил в Москве. Перебрался в Китай.

На момент изобретения машины времени он жил в Южной Корее, но там уже никому не мстил (или же не добрался). А потом его след терялся.

Судя по всему, вампир просто улетел на Ансару, где и продумал свой план, вернувшись в наше время. И чтобы его никто не заподозрил, стал приглашать на сафари своих соотечественников из недалекого будущего. Кем он являлся в нашем времени, было пока непонятно, но ясно, что он где-то живет и знает все, что происходит.

За последние несколько дней Ален, который видел ансарийца лично, успел поработать с аналитиками, и они составили голографический робот преступника, разослав ориентировки по другим планетам и в службу безопасности Конфедерации. И эти данные совпадали с описанием вампира, которого пытался убить Марик Энион.

Высокого роста, с длинными, белыми как снег волосами и красноватыми глазами, он отличался от знакомых мне ансарийцев. Довольно примечательная внешность, если за последние годы он не сменил ее до неузнаваемости. Но поскольку живет он долго, где-то должны были сохраниться документы именно такого.

Где он жил и как выглядел теперь, нам и требовалось выяснить.

Пока сотрудники департамента обсуждали предстоящую операцию по поимке преступника, у меня из мыслей не выходил ужин с мамой Элеона. Все казалось, что я ей не понравилась, а я и сама не понимала, почему это для меня так важно.

– Как же все сложно, – прокомментировала я совещание, когда все поднялись со своих мест. – Я даже нервничаю перед новым заданием.

Конечно, куда больше меня волновали личные проблемы.

– Все будет хорошо, – повторил Элеон, выводя меня за руку из зала. Мне постоянно казалось, что его что-то угнетает. Но он не особо любил делиться своими проблемами вслух; вытащить из него мысли порой невозможно никакими клещами. – Пойдем пообедаем, пока есть время. Кажется, Саймон на сегодня еще не успокоился.

– И часто приходится так рисковать? – улыбнулась я.

– Бывает по-всякому. Лучше об этом не думать – тогда жить немного легче, – пожал плечами Элеон. – Кстати, ты ведь не забыла про ужин с мамой?

– Нет. У меня как раз имеется для этого подходящее платье, – вспомнила я о наряде, который мы с Шером вместе покупали.

– Предлагаю на сегодня заключить перемирие. Ты согласна?

– Кажется, я и так веду себя тихо и мирно. Хочешь показать маме то, чего нет на самом деле?

Элеон остановился и развернул меня к себе лицом, не глядя на проходящих мимо по коридору сотрудников.

– Это все есть на самом деле, Энджи. Мы здесь, мы вместе. Думаешь, мне было легко перестроить себя, свои привычки? Но я это сделал, потому что понял, как ты мне стала дорога. И я не хочу ничего менять в наших отношениях.

Слова Элеона кольнули меня, будто острой иглой прямо в сердце. Он прав. Нам нужно научиться жить с тем, что мы имеем. Да и вообще, он же мне сильно нравится. Я влюблена, как подросток. Почему тогда делаю все во вред?

– Хорошо. При твоей маме я слова лишнего не скажу, – выдохнула я.

Элеон сжал мои пальцы в своей большой ладони.

– Знал, что ты поступишь верно.

Я вздохнула и отвернулась, лишь бы только не смотреть на него.

Нет, мне как раз нравилось на него смотреть, слишком нравилось. Даже с закрытыми глазами я как наяву видела его короткую стрижку, густые темные брови, меж которых проступали небольшие морщинки, идеальной формы нос, чуть полноватые губы, которые делали его безумно сексуальным, хотя он сам вряд ли об этом догадывался.

Дело было, скорее, в том, что я не могла устоять перед его очарованием. Кто бы мог подумать, что под маской зануды прячется харизматичный мужчина с замашками собственника. Он смущал меня своей прямотой и неумением хитрить. Если что-то не хотел говорить, то просто отмалчивался.

Воцарившуюся на несколько секунд тишину нарушил Краш, который заурчал, напоминая хозяину о том, что мы шли обедать.

Оставшееся до вечера время я думала о том, что сказал Элеон. Он был занят, а я тренировалась на его компьютере – составляла отчет о последней командировке для министерства. Он чем-то напоминал анкету. И я подошла к процессу с душой, отвечая на каверзные вопросы с изрядной долей иронии.

В ресторан я одевалась долго, собиралась как на праздник. В этом платье я была неотразима. Даже Элеон замер на месте и прикусил губу, когда я вышла, полностью готовая к поездке. Сам он тоже надел строгие брюки и рубашку – без пуговиц, на незаметной молнии, по нынешней моде. Волосы уложил гелем. И выглядел как местный франт, напоминая того Шера, которого я не признала в музее.

– Красавчик. Деловой костюм идет тебе больше форменного комбинезона департамента, – прокомментировала я.

Он громко хмыкнул.

– Ты тоже неотразима, Энджи. Ну так что, выходим?

Наперерез нам бросился Краш, он даже успел высунуть свою массивную морду наружу, когда Элеон приоткрыл двери.

– Эй, ты остаешься дома, – указал Элеон на комнату. – Динозавров не пускают в такие рестораны.

Краш опустил голову – обиделся. Отошел на пару шагов назад, демонстративно махнув хвостом и сбросив с обувной полки туфли. Но как только мы попытались выйти наружу, снова ринулся с нами.

– Вот и что с тобой делать? – Элеон переглянулся со мной. – Кажется, нужен отвлекающий маневр.

– Я свою косметику не дам, и не проси. – Мой взгляд упал на кладовку, и я вдруг вспомнила: – В принципе, можно пожертвовать твоим новым роботом.

– С такими темпами я скоро выполню месячный план магазина техники, – хмыкнул Элеон, но мое предложение оценил. Он достал из кладовки робота, запустил его голосовой командой в центр комнаты и повернулся к Крашу: – Смотри, твоя любимая игрушка. Можешь делать с ним что хочешь.

Зрачки велоцираптора тут же сузились, и он крадущимся шагом отправился в сторону движущейся цели. А мы быстро вышли и закрыли за собой двери.

– Так и знал, что надолго этот робот не задержится, – вздохнул Элеон.

– Какой ты проницательный. Что ж, чего не сделаешь ради мамы.

Я вдруг вспомнила, о чем хотела поговорить. И как только мы сели в машину, спросила:

– Шер, помнишь вы с Саймоном говорили, что в прошлом я пропала без вести?

– И что? – повернулся он.

– Я успела позвонить родителям, пока была в Москве. Теперь они знают, что это не так. Значит, что-то все же можно менять так, чтобы не нарушить будущее?

Элеон прикусил губу.

– Что-то можно, конечно. Далеко не все связано с будущим, нужно учитывать разные вероятности развития событий. Но мы обычно не нарушаем правила.

– Но ведь ничего не случилось оттого, что они теперь знают, что я жива. Меня все равно там нет. Можно было бы как-нибудь залететь…

– Нельзя, – отрезал Элеон, глядя на дорогу немигающим взглядом. – То, что ничего не случилось – простое везение, могло быть иначе. Даже не думай о возвращении.

– Вот так всегда, ты во всем ссылаешься на правила, – чуть обиженно сказала я. Хотя ничего другого, в принципе, услышать и не ожидала.

Ресторан, куда мы приехали, находился в исторической части города, прямо у Эйфелевой башни. Когда остановились на парковке, Элеон обошел машину и галантно подал мне руку.

Пахло выпечкой, весенний воздух звенел музыкой, которая разливалась повсюду. Казалось, город насквозь пронизан романтикой.

Деревья уже начинали светиться, будто внутри них имелись лампочки. Но это было лишь результатом особой подсветки. Небо на западе еще алело закатом. Но в целом почти стемнело. И вдруг сверху вниз по нему поползли огоньки, и в пространстве нарисовалась светящаяся башня, к которой мы как раз повернули.

Очарованная этим зрелищем, я крепче сжала руку Элеона, не отрывая взгляда от небывалой красоты. Казалось, что все мои мечты сбываются в одночасье. Все же хорошо, что Элеон утащил меня из прошлого, где я видела лишь скучную работу и дом, с головой зарываясь в собственных сомнениях и несбыточных грезах.

Мимо нас прошагала компания уличных музыкантов – прямо как в наш век. Наверное, здесь время просто застыло, позволяя людям наслаждаться этой романтикой и чувствовать себя влюбленными. Элеон приобнял меня за талию, увлекая к входу в ресторан.

Мелани уже ждала нас за столиком в компании худощавого седого мужчины.

– Это Томас Кларк, руководитель нашего проекта и старший научный сотрудник. Мой давний знакомый. Я тебе о нем рассказывала, Элеон, – представила Мелани спутника, потом повернулась к нам: – Элеон, мой сын. И Энджи, коллега и подруга.

– Тоже работаете в департаменте? – улыбнувшись, осведомился Томас.

– Да, работаю. Стажируюсь. – Я присела и улыбнулась в ответ.

– Откуда прилетела в Париж? – поинтересовалась мама Элеона.

Я задумалась, переглянулась с Шером. Он подмигнул – мол, говори, что считаешь нужным.

– Из России. Там мы, в общем, и познакомились. Мне предложили новую работу, и я подумала – а почему бы не попробовать? – почти не соврала я.

Я боялась, что за этим объяснением последует масса каверзных вопросов. Конечно, я успела осведомиться о положении дел в родной стране, но в политику не сильно-то и вникала, потому не знала о том, что там сейчас происходит, едва запомнив имя нынешнего президента.

Но Мелани удовлетворилась моим ответом и довольно кивнула.

– Ты выбрала опасную и ответственную работу. Но я горжусь тем, что там работает мой сын. Департамент нужен миру. Так что не пожалеешь. А давайте сделаем заказ.

Разговор плавно перетек в другое русло. Теперь Мелани и Томас поведали о проекте по спасению северных китов. Показывали записи погружений в прозрачном шаре. Рассказали пару интересных случаев, что происходили на станции ученых.

Вечер прошел увлекательно. И Мелани уже приветливо улыбалась, отчего мне немного полегчало. Оказывается, не все так страшно, как я себе надумала.

Домой мы вернулись уже за полночь. И обнаружили странную картину.

Краш лежал на полу, урча на все лады. А перед ним крутился целехонький робот. Когда машина пыталась отъехать в сторону, ящер подталкивал ее обратно и возмущенно рыкал на механическую штуку с глазками. Он даже не поднялся, чтобы по привычке броситься на Элеона, лишь поприветствовал нас гортанными звуками.

– Надо же, Краш, ты его не сломал! – обрадованно воскликнула я. – Шер, твой динозавр нашел себе друга.

– Или игрушку. Удивительно, но факт, – усмехнулся Элеон.

– Кажется, это потому, что ему позволили делать все что хочется. Он просто потерял интерес его портить. То, что разрешено – не так хочется делать.

– Точно? – Элеон повернулся ко мне и хитро прищурился. – Вот мне хочется сейчас кое-что сделать, и я даже слушать не буду возражений.

– Что именно? – игриво спросила я, пытаясь убежать, хотя пространства, чтобы разогнаться, в квартире катастрофически не хватало.

Через пару минут Элеон все же поймал меня, уложив на постель. Навис сверху, не выпуская из плена. В глазах его сверкнули озорные искры. Он быстро расстегнул мое платье, стаскивая его с меня, и сказал низким голосом, от которого по моей спине промчалась сладкая дрожь:

– Для начала вместе примем душ, а потом ты узнаешь темную сторону майора Шермана из департамента, который преднамеренно похитил из прошлого одну особу, чтобы испытать на ней все, на что хватит его изощренной фантазии.

С утра в департаменте стояла небывалая тишина. Когда мы с Энджи прилетели на работу, отдел выглядел опустевшим. Грэгори на месте не оказалось, зато вскоре к нам наведался полностью выздоровевший Ален; он уточнил для меня некоторые моменты из истории, что уже рассказывал Энджи.

А потом пришел Урсус Форс.

– Ну что, у нас почти все готово. Ждем команды свыше. – Урсус указал взглядом направление на кабинет руководителя департамента. – Интересно, долго придется искать Амерона на сей раз? Что-то этот неуловимый вампир начинает меня раздражать. Сколько можно гоняться за ним по разным векам? Скоро от постоянного стирания человечество утратит память окончательно.

Мы с Энджи переглянулись.

– Долго искать не придется. Ты забываешь, что мы заполучили его корабль. А в прошлом есть тот же аппарат, сигнал которого теперь можно засечь без проблем, – пояснил я.

– Верно, наши аналитики то же самое и сказали. Но после всех провалов мне слабо верится в удачу, – протянул Форс, расправив широкие плечи.

– Вот еще! Мы поймаем его, даже не сомневайтесь, – подала голосок Энджи.

– Я и не сомневаюсь, дорогуша. Ладно, собирайтесь. В этот раз решено действовать без маскировки, – поднялся с места Урсус Форс и, бросив на нас двоих недовольный взгляд, вышел за дверь.

– Что-то теперь я тоже нервничаю, – сказала я Элеону, покусывая губы. – Вдруг у нас ничего не получится?

Он подошел ко мне сзади и ободряюще обнял за плечи.

– Только не волнуйся. Бывает и не такое. Риск всегда есть, мы это понимаем. Но если ничего не делать, мы рискуем гораздо больше – можем потерять все. Так что из двух зол приходится выбирать меньшее. Ну и, в конце-то концов, кто-то же должен делать эту работу.

– Ладно, ты меня уговорил. Тогда идем в технический отдел? – подняла я голову, глядя на Элеона снизу вверх.

Вскоре мы вышли. Краш гордо шествовал за нами. Кажется, сотрудники уже привыкли видеть вместе дуэт «Шер и Краш». А теперь к ним добавилась и я, девушка из прошлого. Надо же, никогда бы не подумала, что с таким энтузиазмом буду относиться к работе полицейским. Ладно, пусть не простым полицейским, а тем, кто путешествует во времени, но все же…

Переодевшись в комбинезон, я повесила на пояс лазерный пистолет. Проверила связь в браслете, чтобы не вышло осечки, как в прошлый раз.

Мы еще обсуждали план, когда в департаменте появился Грэгори с таким выражением лица, будто объелся лимонов.

– Коллега, это уже ни в какие рамки, – заметил Элеон, который вносил последние правки в программу перемещения для нашего корабля.

– Развелся, – сухо ответил Новак, бросив на стол планшет.

– Да ладно, не новость. Сам знал, что это неизбежно, – зло усмехнулся Элеон. – Так что, ты с нами? Саймон на тебя рассчитывал.

– А можно я здесь останусь, в координационном центре? – умоляюще сказал Грэгори.

– Ладно, черт с тобой. От тебя все равно толку мало. Чтобы из центра ни ногой. Будешь в резерве, – махнул рукой Элеон.

– Почему ты его оставил? – полюбопытствовала я, когда мы с Элеоном шли в ангар.

– Не вижу смысла брать того, кто не изъявляет ни малейшего желания работать и постоянно ноет. Но пусть Саймон сам с ним разбирается. С такими темпами скоро у него наберется достаточно штрафов для увольнения.

– Хорошо, что ты обо мне так не говоришь, – усмехнулась я.

– Ты – это совсем другое. Кстати, вон и Урсус.

– Точно, – заметила я Форса рядом с вездесущими серолицыми марсианами. – Он вечно такой недовольный.

– Жизнь у него не слишком веселая. Он ведь бывший вояка, потерял ногу на боевой операции, что проводилась землянами и грайсами против враждебных зиоссов, разумных пауков. У него стоит биопротез.

Я присмотрелась к громиле Форсу и вдруг поняла, что его походка действительно слегка отличается от обычной, он словно припадал на одну ногу.

– Да уж. Ты и не говорил. Но его же взяли в департамент.

Элеон развел руками.

– Он классный специалист, у него можно многому поучиться. Но иногда Урса заносит.

Я больше ничего не спрашивала, сосредоточившись на главном – предстоящем путешествии в прошлое.

Мимо меня проходили сотрудники департамента, где-то в соседнем ангаре комплектовали корабли патрульные, молодые опера постоянно уточняли у Элеона, что делать в том или ином случае. Я же присела на корточки и обняла за шею Краша.

– Что бы я без тебя делала, зубастик? Помнишь, как ты вытащил меня из той мерзкой конуры в прошлом?

– Уа-р-р, – согласился Краш, почему-то покосившись на Элеона, который в этот момент стоял неподалеку и разговаривал с Урсусом Форсом.

– А как гуляли в Москве, помнишь? Здорово же, когда мы находим общий язык.

Ящер открыл рот, показывая мне язык. Он не мог высовывать его наружу, как частенько изображали его сородичей в фантастических фильмах моего времени, движения языка у него были сильно ограничены, потому что он был фактически зафиксирован на нижней челюсти. Но я уже привыкла к странному другу Элеона, и он казался мне даже красивым.

– Все готово, можем отправляться, – серьезно сказал подошедший к нам Элеон. – И хватит обнимать Краша, я могу и приревновать.

– Слышал, зеленый? Злой Шер хочет нас обидеть, – хихикнула я, поднимаясь на ноги.

– Себе дороже, – проворчал Элеон, указывая на открытый люк корабля.

Я уселась в кресло и уже привычным движением нажала на кнопку, пристегиваясь.

– Повторим правила для различных ситуаций, чтобы не вышло как в прошлый раз, – монотонно произнес Элеон, настраивая компьютер на нужные координаты.

– Я уже и так их усвоила, – из вредности сказала я, но все же вцепилась взглядом в проплывающие на небольшом экране слова.

Элеон Шерман довольно кивнул, наблюдая за показателями на датчиках.

Мы взлетели и взяли направление к окраине города. Я даже оглянуться не успела, не то что правила дочитать, как на экране показались знакомые линии перехода. Мы уже находились в далеком III веке до нашей эры, о котором в наше время люди знали довольно мало. Убедившись, что мы попали сюда в нужный момент. Элеон развернулся, и аппарат устремился в сторону города Коринфа.

– Эл, я все хотела спросить, – произнесла я, оторвавшись от свода правил. – Почему ты так уверен, что преступника не стоит искать в будущем? В другое время?

Элеон повернулся ко мне и прищурился, будто я задала ему каверзный вопрос.

– Знаешь, я думал об этом не раз. Но все факты сводились к тому, что не стоит заглядывать так далеко. Угадай, кого бы он уничтожил первым?

– Кого? Только не говори, что тебя или меня.

– Вот видишь, сама все прекрасно знаешь. Мы мешаем ему, и он это отлично осознает, потому и прячется, продолжая проворачивать свои махинации. Когда мама прилетела в Париж, я вдруг понял это. Ведь я мог и не родиться.

– Ты прав. Что же, давай свяжемся с нашими кораблями. Они уже где-то здесь?

Элеон кивнул и приказал компьютеру вывести на экран панель связи. Командиры экипажей отозвались почти сразу. И мне даже полегчало. Все же приятно осознавать, что мы здесь не позабыты-позаброшены, что у нас есть поддержка. А после рассказа об Урсусе Форсе я даже зауважала нелюдимого начальника криминалистического отдела.

Мы спустились ниже – летели почти что над городом. И компьютер выдавал приближенную картину местности. А здесь было на что посмотреть.

Однажды я уже бывала в этих краях, после окончания универа, но видела лишь развалины, куда удосужилась съездить на экскурсию. В XXI веке от величия древнего Коринфа почти ничего не осталось. Я помнила развалины: части фундаментов, арок, элементы храмов; между ними я бродила, даже не слушая нашего гида.

Сейчас же перед нами открывалась панорама настоящего города, где сновали люди, по дорогам ездили запряженные мулами и лошадьми повозки. В небо смотрели величественные статуи богов Эллады, около огромных, неимоверно красивых храмов толпились люди. Надо же, здесь кипит жизнь, а в наше время почти ничего не осталось. Все стало другим.

Заметив мой интерес, Элеон немного снизил скорость корабля.

– Смотри, вон храм Аполлона.

– Говоришь, словно ты тут бывал, – отозвалась я, во все глаза разглядывая большое сооружение со множеством монолитных колонн.

Простота строений наряду с достоинством и изяществом поражала, а от осознания, что все реально, захватывало дух не меньше, чем от созерцания достижений будущего.

– Бывал, хоть и не в этом времени, а гораздо позже. Знаешь, я ведь как раз застал то самое землетрясение, которое и разрушило город. Сопровождал группу ученых, изучающих историю. Тогда я только устроился на работу в департамент простым патрульным и параллельно учился.

– Понятно, – кивнула я, продолжая наблюдение.

Под нами голубыми лентами протянулись искусственные каналы, около которых и были сосредоточены постройки. А дальше синела гладь моря, сейчас покрытого белыми барашками волн. Мы свернули к одному из холмов. Выбрали место для посадки.

– Кажется, это один из храмов Геры. Сейчас сюда прибудут Форс и остальные. Ансариец где-то неподалеку, – сообщил Элеон. – Идем пока осмотримся. Ставлю корабль в стелс-режим.

– Жаль, что мы не можем знать наверняка, что тут произошло, – тихо сказала я, оглядываясь на Краша.

Корабль стоял неподалеку от большого сооружения. Но мы находились в относительном укрытии. Вечерело. Ветер доносил со стороны моря ароматы миндаля и лавра. Соленый воздух казался хрустальным, будто звенел.

Я издалека видела храм со строго выверенными пропорциями помещений и арок. Украшенные завитушками капители колонн щедро поливало лучами южное солнце, которое как раз клонилось к закату. На холм, что был недалеко от нас, вела мраморная лестница, по ней как раз поднимались трое мужчин в незамысловатых светлых одеждах. За ними с корзинами в руках следовали несколько женщин.

Сегодня не проводилось никаких ритуалов, поэтому внутреннее пространство храма на вид пустовало. Как я помнила (все же что-то полезное вынесла с экскурсии), в такие места не допускались простые жители; обряды проводились под открытым небом, а внутренняя часть храма предназначалась для богов – туда захаживали лишь жрецы. И сейчас они как раз возвращались на окраину поселка, где, вероятно, и ночевали. Наверное, в храме были и ночные сторожа, но точно мы этого не знали.

– Кажется, храм выбран неспроста. Возьмем его в оцепление.

Я проверила пистолет, снова разглядывая из укрытия территорию, и вдруг заметила в небе какое-то движение.

– Черт, это ведь не наши. Похоже, Амерон пожаловал, – сказал Элеон, идентифицируя в браслете помехи, создаваемые кораблем неуловимого вампира. – Сейчас передам Форсу, чтобы остановился чуть поодаль.

На несколько минут мы просто замерли, прячась за густым кустарником. Но Краш насторожился. Он оглянулся на Элеона, будто искал поддержки.

– Он хочет что-то сказать?

– Он учуял запах ансарийца. Я пойду за ним, ты держись за моей спиной, – прошептал Элеон, взяв в руку оружие, и крадущейся походкой двинулся за рептилией.

Пока я шел за Крашем, пытался понять, кто может стать потенциальной жертвой.

Обычно серийные преступления схожи между собой, имеют одну и ту же специфику. Так и наш Амерон уничтожал в основном женщин – именно они являлись его целью. Кого и зачем нужно было убивать здесь, я пока не догадывался. Как не знал и о том, почему это место выбрано в качестве точки отсчета.

Я был уверен, что Амерон здесь один. И не сразу понял, что происходит нечто из ряда вон выходящее.

Датчик на браслете снова запищал.

Небо вдруг потемнело, раздался гул двигателей незнакомого корабля, который буквально падал неподалеку от нас на берег залива, но потом смог выровнять полет. Старотипный звездолет совершал аварийную посадку в паре километров от города.

Но это еще не все. За ним открылся временной портал – прямо в небе появился другой корабль, и он явно следовал за первым.

Они оба исчезли из поля зрения, а я почесал затылок.

Неподалеку аппарат Амерона – его-то мы уже знаем. А это еще кто такие?

– Урс, пока отбой с Эррсом. Видел корабли чуть севернее нас? – произнес я в передатчик.

– Видел. Что за ерунда?

– Пока не знаю, надо разведать обстановку.

Я обернулся. Энджи удивленно смотрела на небо и молчала.

– Что это было? – тихо спросила она.

– Даже не догадываюсь. Кажется, у нас гости.

– Странно. Не думала, что здесь был кто-то помимо нашего неуловимого вампира.

Я тихо подозвал к себе Краша. Он повернулся в направлении странных кораблей. Но я вдруг заметил, что мы и шли, в общем-то, в ту сторону.

– Краш, он пошел туда? – спросил я и приказал: – А ну-ка, возьми след!

Ящер выпрямился, поджал передние лапы и покрутил головой. Принюхался. А потом рванул в сторону гостей из будущего. Значит, наш ансариец тоже двинулся к ним, будто ждал, что они тут появятся.

Пока мы продвигались к побережью, совсем стемнело. Радовало, что поблизости нет жилых домов, хотя вероятность встречи с местными жителями исключать не стоило.

Краш вел нас по следам прямиком к Амерону, но я боялся, что ансариец снова сможет ускользнуть. Мы давно миновали окраину города и выбрались к прибрежным холмам, сплошь покрытым густой растительностью. Местами приходилось карабкаться. Я подавал руку Энджи. Но она не жаловалась, смело шла за мной.

Впереди уже мелькнула гладь залива, на которой пролегала большая лунная дорожка. А еще я вдруг заметил движение.

Краш зарычал, по-своему сообшив о том, что наш ансариец близко. За столько лет я научился понимать его интонацию. Но мы, кажется, немного сбились с пути и застряли – впереди был обрыв, нам пришлось бы идти в обход.

– Сейчас он уйдет, – прошептала Энджи за спиной. – Что же делать?

– Что-нибудь придумаем, – тихо сказал я и вызвал Урсуса Форса, велев двигаться с другой стороны, чтобы взять преступника в оцепление.

Нам пришлось обходить опасный участок со скалами. И я думал, что мы уже упустили Амерона, как вдруг случилось неожиданное.

Я заметил впереди тень, которая металась по склону холма. И до меня с трудом дошло, что он просто не может пройти дальше.

Ансариец попал в свою же ловушку. И на него действовала дистанция запрета – он не мог приблизиться к самому себе ближе, чем на определенное расстояние. Похоже, он не знал о том, что такое явление существует, и тщетно пытался прорваться через барьер. Но в этот момент мы с Энджи смогли подобраться к нему довольно близко.

Я боялся, что меня опередит Урсус Форс, потому спешил выстрелить первым.

Я много думал о моменте, когда нам все же удастся взять ослепленного жаждой мести вампира. И заранее подготовился, решив действовать по-своему.

Пока он не увидел никого из наших, я выстрелил в него из парализующего пистолета. Амерон даже не понял, что произошло, – просто отключился.

Мы с Энджи подбежали к Амерону, с противоположной стороны холма показался Урсус Форс в сопровождении двух подчиненных.

– Он мертв? – глухо спросил Форс.

– Нет, я его просто вырубил. Он очнется через два-три часа, – пояснил я, а потом заметил удивленный взгляд Энджи. – Все в порядке?

– Это ведь тот самый, которого я видела в Москве! Он меня убить хотел, – испуганно произнесла она, разглядывая лицо ансарийца в свете фонаря.

– Что же, мы свою работу выполнили. Арестуем его. Доставим в будущее, – довольно потер руки Урсус.

– Нет! – громко сказал я, чтобы было достаточно убедительно. – Мы не можем забрать его в будущее!

Энджи замолчала – видно, обо всем догадалась.

– Как старший по званию приказываю доставить ансарийца в наше время, где он ответит за свои действия! – рявкнул Форс.

– Урс, очнись! Ты что, не понимаешь? Это не тот ансариец, который совершал преступления. Нет, он, конечно, нарушил закон. Но лишь путешествовал по точкам, разбираясь, кого ему нужно убить. Побывав в разных веках, где он жил в то или иное время, он понял, что ничего не сможет сделать сам, потому что не мог подобраться к себе лично. И тогда он придумал план, используя для этого туристическую фирму и других ансарийцев! Если мы арестуем его сейчас, то он не попадет в прошлое, не организует «Авилию», не наймет помощников. Преступления не совершатся, а у нас не будет повода их предотвратить! А значит, нас здесь не будет! Он должен прожить свою жизнь, составить план и начать действовать. Мы едва не ошиблись тогда, в Польше! К счастью, нам помог случай, и временного парадокса не произошло. Как только он увидит нас здесь, все может измениться. Реальность, в которой мы живем, полностью исчезнет. Создастся альтернативная версия будущего.

– Почему ты так уверен, что для нас что-то может измениться? Наши аналитики просчитали этот вариант. Мы просто вернемся в будущее, забыв о том, что убийца существовал. Слэйд работал с Вариатором.

Я глубоко вздохнул, вспомнив о том, что думал во время последней планерки. Изначально я просто хотел оставить все как есть. Хоть аналитики и доказывали, что возможно изменить историю. Начальник отдела, Слэйд Хилл, не мог не знать о последствиях!

– Я почти уверен, что Слэйд – предатель и использует Вариатор больше в личных целях. Не знаю, как он связан с этим ансарийцем, но дело нечисто, – ответил я.

– Думаешь? Он никогда мне не нравился, – недоверчиво произнес Форс.

Внутри все колотилось. От решения Урсуса сейчас зависело слишком многое. Я мог потерять Энджи, а мог потерять все, что у меня было. Весь мир. Да что говорить: вся Вселенная могла уничтожиться. Я должен доказать правильность своей точки зрения.

– Возможно, все было бы так, как он сказал на докладе. Если бы не одно но. Ансариец сам попался на тот же крючок. Он хотел все забыть, вычеркнуть из своей жизни тех людей, которые ему мешали. Но он плохо знает специфику парадоксов временных перемещений. Как только он уничтожил бы все причины, побудившие мстить, нарушилась бы целая цепочка его действий, пошло бы альтернативное будущее для него. Так же как и для нас. Дубль-парадокс. Понимаешь? Увеличенная вдвое вероятность катастрофы из-за того, что две разные реальности наложились бы друг на друга, – развел я руками и выдохнул напоследок: – Особая ситуация. Пункт три второго тома Правил. В этом случае я как непосредственный руководитель операции беру на себя ответственность и приказываю оставить ансарийца здесь.

– Ладно, убедил, черт с тобой. Так что же, бросить все как есть? – пробасил Урсус.

Я хитро прищурился, хотя после долгой тирады голова шла кругом.

– Почему же? Пока он лежит в отключке, стоит проверить контакты в его связном устройстве, обыскать его корабль, – принялся загибать я пальцы. – А заодно выяснить, что происходит там, – кивнул в сторону незнакомых кораблей.

– У нас не так уж много времени. Придется разделиться.

– Тогда мы с Энджи отправимся вперед. Оставь пару наших парней здесь на всякий случай, а сам займись уликами. К тому моменту, как он очнется, должно быть пусто, будто нас тут никогда не было.

Слушая речь Элеона, я пыталась осознать, чем на самом деле грозил всем арест ансарийца в этот момент. А еще вспомнились положения из Правил, которые Элеон заставил меня читать по пути. И теперь поняла, почему он открыл мне тот самый том, обратив внимание на нужные параграфы. Поэтому, пока он говорил, я не произнесла ни звука.

– Элеон, почему же ты сразу мне всего не сказал? – упрекнула я его, пока мы спускались с другой стороны холма. Благо вниз идти всегда проще, чем подниматься в гору.

– Не хотел расстраивать заранее. Ты же прошла обучение, все должна понимать.

– Да я понимаю. Но ведь вы уже пытались остановить ансарийцев!

– Мы предотвратили всего несколько преступлений. Сломали пару звеньев, но не разорвали цепь. Все остальные случаи так и останутся в истории. Убийств, конечно, меньше. Но мы соблюли баланс сил, пришли к точке стабильности. Тем самым спасли предельно возможное количество жизней людей, которые остались в истории, но не отбили у преступника желание действовать.

– Золотая середина, – пробормотала я. – Шаг влево или шаг вправо равносилен катастрофе.

– Должно же хоть где-то повезти, – усмехнулся Шер. – Как ты знаешь, мироздание само стремится к стабильности.

– Кажется, там что-то светится, – вдруг заметила я впереди мерцание. Оно шло из пещеры.

– Корабли неподалеку. Значит, в ней наши неожиданные гости, – тихо согласился Шер. – Постараемся не шуметь, просто узнаем, кто сюда пожаловал.

В ночи все казалось мрачно-загадочным. Внутри меня бурлила энергия, так и хотелось схватить пистолет и броситься к временным нарушителям, но я смогла сдержаться. Шла медленно, тихо ступая по примятой траве. А потом мы вышли на тропу. Дальше было море, побережье Коринфского залива, как его назвали гораздо позже. А под обрывом находилась та самая пещера.

Мы с Элеоном подошли максимально близко. Он жестом приказал Крашу не высовываться. Ящер обиделся, но замолчал, тихо присев на песок.

В пещере находилось несколько человек.

Нет, не человек. Это были ансарийцы, я заметила в их глазах знакомый красноватый блеск. Свет исходил от небольшого переносного устройства. И направлялся так, что освещал лица мужчины и женщины, связанных у камня. Но зато никто не видел нас.

Двое стояли около связанной пары, а третий чуть поодаль. Мне показалось знакомым его лицо. Я осторожно достала из снаряжения очки с функцией бинокля, заметив, как то же самое сделал Элеон. В ухо засунула миниатюрный наушник с усилителем звука.

«Вам прислали знаки лун, но вы решили сбежать, не послушавшись воли богини», – мрачно сказал один из вампиров.

Я вздрогнула, сразу осознав, кто они такие.

«Вам не поможет то, что вы решили скрыться в прошлом. Подношение все равно состоится. Жертва определена», – сказал второй фанатик на языке планеты Ансара, который я уже знала. Вчера как раз прошла ускоренный курс по его основам.

«Вы не можете убить нас, – стараясь казаться смелым, произнес связанный мужчина. – Вас поймают и арестуют».

«Кто же нас здесь поймает? Вы сами выбрали это место. Если бы нас не затянуло вслед за вами во временную воронку, можно было сделать все и там, в будущем», – злобно рассмеялся второй сектант.

Третий почему-то попятился назад. Но его внезапно окликнули, и он повернулся, взмахнув волосами.

Это же Ален! Что он вообще здесь делает?

Я едва не закричала от досады, но Элеон предвидел и прикрыл мне рот ладонью.

Сердце пропустило удар, а потом застучало с новой силой. В ушах загудело, и слышала я через слово.

«Убейте меня, но отпустите жену и ребенка», – взмолился мужчина.

Ребенок? Какой еще ребенок?

Я вытянула шею, чтобы лучше рассмотреть пространство вокруг компании, как вдруг заметила у входа сидящего на корточках малыша-ансарийца. Я впервые видела такого маленького вампиреныша, поэтому не поверила своим глазам. Все происходящее казалось нелепым спектаклем, розыгрышем. Но увы, было правдой. В пещере находилась семейная пара и их малыш, похоже, еще несмышленый. И Ален, наш Ален, которому мы доверяли, был с этими убийцами заодно!

Первый, самый страшный служитель запрещенной секты, достал какую-то бутылочку. Второй склонил голову женщины, заставляя выпить жидкость. Она задергалась и закричала. А потом вдруг начала угасать, движения стали вялыми, будто незнакомка засыпала.

«Рон, беги отсюда! Беги далеко, чтобы они тебя не поймали!» – изо всех сил вскричал мужчина, пока выдалась возможность.

Ребенок-ансариец будто встрепенулся, испуганно оглянулся на отца и мать, а потом рванул к выходу из пещеры, скрывшись в темноте.

«Куда ты смотрел?! Я же приказал присматривать за ребенком!» – злобно рявкнул на Алена один из сектантов. – Из тебя плохой ученик. Найди мелкого и убей!»

Ален выпрямился, сверкнул глазами.

«Сейчас я его догоню», – ответил он и бросился вслед за сбежавшим малышом.

Я толкнула Элеона, указывая в сторону, где скрылся Ален.

– Пойду за ним, – прошептала я совсем тихо. – Я его не боюсь.

Я думала, что Элеон откажет. Но мне действительно было важно знать, что произойдет дальше. От этого зависело, смогу ли я доверять Алену или навсегда потеряю его как друга. Элеон понял. Поэтому кивнул, соглашаясь.

– Будь осторожна, я останусь здесь, – сказал полушепотом.

Пока шла по тропе, мысли путались. Я не понимала до конца, что все это значит. Но ясно одно – Ален связан с ужасной сектой. И сейчас может убить ни в чем не повинного ребенка, пусть и не землянина, а случайно попавшего вместе с родителями в прошлое ансарийца.

Высокая трава хлестала меня по лицу. Я почти не видела, куда иду, – ориентировалась лишь на звуки шагов, что доносились в наушнике.

Луна скрылась за облаками, стало совсем темно. Море напоминало черное зеркало, в котором изредка проблескивали отражения звезд.

Но прибор позволял не сбиваться с пути.

Сзади послышался треск веток – меня нагнал Краш, и с ним мне стало не так одиноко.

Наверное, я прошла метров пятьсот, хотя они показались мне пятью километрами. Я даже забыла о том, что ноги болели от долгой прогулки.

Внезапно я услышала детский крик и перешла на бег.

Кажется, пару раз упала, ударилась, но продолжала бежать. Мне безумно хотелось спасти мальчишку, которому, на мой земной взгляд, было года четыре или пять. Хотя по ансарийским меркам, возможно, больше.

«Страшно? Еще бы, тебе жить да жить», – послышался в наушнике хриплый голос Алена.

Я остановила Краша, приказав ему сидеть смирно. И продолжила слушать.

«Я ведь не хотел отправляться с ними. Сам не знаю, почему согласился…» – окончание фразы потерялось в звуке крови, шумевшей в ушах.

Я точно видела, что Ален держит мальчишку. Но, кажется, он передумал его убивать. Или просто не торопился выполнять приказ.

«Беги, спрячься, чтобы тебя никто не нашел. Твоим родителям уже не выжить, но ты сможешь. И берегись местного света, иначе он тебя убьет», – немного нервно произнес Ален и резко толкнул вампиреныша, чтобы тот уходил.

Мальчишка не сразу понял. Он оглянулся, задержался на пару секунд, а потом рванул в сторону дороги, ведущей в город.

Я быстро отшагнула назад, будучи уверенной, что Ален развернется. А мне с этим Аленом точно не стоит встречаться.

Но ансариец никуда не шел. Он просто смотрел на небо, будто раздумывал. Потом оглянулся и пошел к морю, спустившись на другую тропу.

Мои ноги точно свинцом накачали, и я не могла сделать ни шагу. Хотя понимала, что нужно вернуться к Элеону. Пыталась осознать новые открывшиеся мне факты.

Потом я все же успокоилась. Позвала Краша. И мы вместе побрели обратно к пещере.

Оставшись на месте, я продолжал наблюдать за кровавым ритуалом. Кажется, семейную пару ансарийцев ввели с помощью напитка в транс. И те лишь покачивались у стены пещеры, ничего не понимая. А старший из служителей богини Лун затянул песню, от которой леденела кровь. Я уже радовался, что Энджи ушла и не видит того, что происходит. Почему-то Алена я боялся не так – был уверен, что он ничего не сделает Энджи.

Ребенок-ансариец оказался здесь не просто так, и я даже догадывался, кем он был. А вот присутствие тут нашего внештатника – большой сюрприз.

Звук взлетающего корабля заставил обернуться.

Я даже тихо присвистнул. Да это же тот самый аппарат, на котором сюда прибыли жрецы. Вот только кто на нем улетел?

Шум двигателя прекратился резко. Похоже, пилот скрылся во временном портале.

«Что происходит? Проклятие! Наш корабль!» – вскричал ансариец, который уже заносил ритуальный нож над грудью одной из жертв.

«Ален его угнал! Мы не попадем обратно!» – встревоженно обернулся второй.

Я был готов поспорить, что в этот момент он скрипнул клыками от досады.

Кажется, им не на чем отсюда улететь. Разве только прибудет помощь из другого времени, что вряд ли. Ансарийцы не обладали такими техническими возможностями, как сотрудники департамента, а эти и вовсе попали в Древнюю Грецию случайно. Второй корабль разбит, насколько я понял из предыдущего разговора.

Они просто останутся на Земле, как и Амерон. Но о них потом ничего не известно.

Все эти мысли пронеслись в мгновение ока. В следующий момент я уже схватил мощный лазерный пистолет и бросился к входу в пещеру.

Когда из оружия вырвались бледные, различимые лишь в очках лучи, рука даже не дрогнула.

Сначала упал тот, кто почти закончил ритуал, пуская жертве кровь.

Второй ансариец заметил меня через пару секунд. Наши взгляды встретились. Но я сразу же выстрелил, убив его. Тело грохнулось прямо под ноги находящегося в трансе мужчины.

Я остановился, еще не до конца осознав, что натворил. Возможно, эти ансарийцы все же играли какую-то роль в истории Земли. А может, и нет. Я не мог знать этого наверняка.

Но что сделано, то сделано.

– Элеон! – послышался позади меня голос Энджи. – Элеон! Ты… их остановил?

Я повернулся, заключив девушку в объятия. Рядом раздались шаги Краша.

– Я не смог иначе. Эти ансарийцы, мужчина и женщина, не виноваты, что их признали жертвами богини. Они в трансе, но скоро придут в себя. Жрецы ничего не успели им сделать.

– Да, я знаю, – всхлипнула Энджи. – Как же мальчишку жалко. Давай найдем его, заберем с собой в будущее.

Я поднял подбородок Энджи, глядя в наполненные слезами глаза.

– Ален ведь не убил его.

– Откуда ты знаешь? – недоверчиво спросила Энджи.

– Потому что этот мальчишка – и есть наш будущий преступник. Тот Амерон, за которым сейчас присматривают коллеги, не мог подойти сюда лишь потому, что здесь находился он же, но совсем маленький. В этот день Эррс и попал в прошлое, откуда начал свой путь. У него впереди долгая жизнь, полная событий – хороших и не очень. Но он будет помогать людям, несмотря на все его беды. Мы не станем ничего менять. Ты же помнишь, что я сказал Форсу? – убедительно произнес я.

– Да, конечно. Но все равно. – Энджи спрятала лицо у меня на груди и снова вздрогнула.

– Ален отказался выполнять приказ. Он сбежал на их корабле. Они бы все равно никуда не улетели, – добавил я.

– А как же они? – Она посмотрела на мужчину и длинноволосую женщину. – Они ведь должны были погибнуть. А теперь живы. Это не вызовет катастрофы?

– Ну мы же с тобой еще разговариваем. Значит, пока не все потеряно. Придется вернуться в то время, откуда они сбежали, и найти для них убежище, используя программу защиты свидетелей. Поселить их далеко, чтобы они не могли вмешаться в дальнейший ход событий. Возможно, даже не на Земле.

События происходили быстро, не давая нам опомниться.

Вскоре после того, как мы стали свидетелями несостоявшейся расправы, сюда прилетел Урсус Форс. Он вышел из стелс-поля, остановившись около находящихся без сознания ансарийцев. Потом увидел два трупа и хмыкнул.

– Что же, туда им и дорога. Уверен, что все обойдется?

– Да, уверен. В разбитом корабле наверняка осталась какая-то информация – надо разобраться, откуда они прилетели. Там уже известно о полетах во времени и действует программа защиты свидетелей. Займешься? – спросил Элеон.

– Так и хочешь свалить на меня всю неприятную работу.

– Что поделать? Вам все равно нужно избавиться от тел и корабля, раз уж так получилось, – пожал плечами Элеон.

– Кстати, пока Амерон был без сознания, я нашел в салоне его судна кое-что любопытное.

Я заинтересованно повернула голову.

– Что же?

– Электронный билет на Ансару. Номер рейса и имя. Вот, держи, – сбросил он Элеону на браслет фотографию. – Можешь пока разбираться, кто он такой, имя какое-то знакомое. А я после возвращения хочу немного расслабиться. Ты и так подкинул нам лишней работы.

У меня закружилась голова, и я вышла из пещеры, глядя на море. Облака на небе исчезли, и теперь низко над водной гладью светила большая луна. С моря потянуло запахом водорослей.

Я даже не слышала, как подошел Элеон. Он обнял мои плечи. Обдал щеку своим горячим дыханием.

– Красиво здесь. Кто бы мог подумать, что в таких местах иногда происходят столь ужасные вещи.

Я повернулась, протянула руки и охватила его лицо, поглаживая большими пальцами выступающие острые скулы.

– Как хорошо, что мы еще вместе. Я ужасно боюсь, что все может закончиться в любую секунду.

– Я люблю тебя, Энджи, – произнес он мне в губы, почти касаясь их, но в то же время не целуя. – Я очень боялся, что все может повернуться не в нашу пользу. Наверное, это и послужило причиной того, что я начал искать подвох. Возможно, мы бы все равно встретились с тобой, если бы даже история пошла по другому пути. Но все, что между нами было, исчезло бы навсегда. А я не хочу ничего забывать.

В его темных при этом освещении глазах отразилась луна.

– Я тоже тебя люблю, милый. Хоть порой ты так и пытаешься вывести меня из равновесия своими претензиями, – сказала я, согреваясь в его объятиях. Ближе к рассвету стало немного прохладно.

Элеон тихо рассмеялся, а потом поцеловал меня в губы.

– Все будет хорошо. Я же обещал. Нам пора возвращаться, Форс справится с работой без нас. Завтра слишком напряженный день. Я рад, что сказал самое главное. Давно хотел, но все сомневался. Боялся перемен, боялся тебя потерять. А потом подумал: Эл, если хочешь признаться в чем-то, просто сделай это, ведь тебе не зря дан такой шанс.

Слова Элеона Шермана звучали музыкой для души. Наверное, я никогда не смогла бы так четко выразить свои мысли, которые вечно разлетались в разные стороны. А он смог. И за это я любила его еще сильнее.

Он мой мужчина. И я не хочу с ним расставаться. Пусть мы будем спорить, ругаться, не всегда соглашаться, но мы как две половинки целого, которые нашли друг друга в истории этой планеты. И я счастлива рядом с ним.

– Спасибо тебе за все, – сказала я. – Кажется, нам действительно стоит вернуться. Я чертовски устала после прогулки по горам.

– Надеюсь, сегодня Саймон не подкинет нам новой работки, – кивнул Элеон.

Имя, которое было выбито на пластинке-билете, мне, как и Урсусу Форсу, сразу показалось подозрительно знакомым. Но я не сообразил, кто это. Данными о рейсе на Ансару обещал заняться полковник Фаррелл, которому я сбросил фотокопию билета.

И не успели мы с Энджи добраться домой, как от него поступил звонок:

– Шерман, ты хоть знаешь, с кем мы имеем дело?

– Прости, голова сейчас туго соображает. Давай завтра обо всем поговорим, – ответил я, глядя на дорогу и сжимая руль.

– Это Эррки Ворес, посол планеты Ансара на Земле.

В моей памяти тут же всплыло имя, которое я не раз слышал в новостях.

– Да ну, – все еще не веря, сказал я.

– Да! Это именно он. Я сразу же повторил запрос в правительство Конфедерации, и они наконец ответили, – не умолкал Саймон. – Выходит, лет двадцать назад он изменил внешность. Но данных о нем не было в общей базе из-за его высокого статуса.

– Хочешь сказать, наш Амерон теперь большая шишка?

– В общем-то да. Взять его будет не так просто. У него ведь дипломатическая неприкосновенность, иммунитет.

Я едва не потерял управление, а Энджи вскрикнула.

– Что случилось? Саймон нашел Амерона?

– Да, нашел. Тот рейс состоялся двадцать лет назад. На нем летел Эррки Ворес. К тому времени Эррс поменял имя, документы. Но он сразу собирался вернуться на Землю, и ему требовалась защита. В общем, за это время он стал послом Ансары и теперь находится на Земле.

– И его нельзя арестовать, потому что он дипломат? – нахмурилась Энджи.

– Именно так. Но мы обязательно что-нибудь придумаем, не переживай. – Я ободряюще сжал ее руку. – Кстати, не так давно я видел передачу, где показывали ансарийца, который приобрел иммунитет против солнечных лучей. Речь как раз шла о после Ансары. Я даже и подумать не мог.

– Да уж. Я тоже много чего не думала, особенно про Алена. А этого Эррки я, кстати, видела, но не обратила внимания, что он стоял без защиты при дневном свете.

– Просто ты не о том думала в тот момент.

– А о чем же?

– О том, как спасти свои вещи от Краша, например. Или обо мне.

– Ну, погоди, прилетим, я вам обоим покажу, как надо мной прикалываться, – не выдержала она.

Краш поддержал наш краткий спор громким урчанием.

Уже дома, пока Энджи принимала душ, я просмотрел присланные Саймоном данные.

Амерон Эррс был длинноволосым блондином. Нынешний посол Ансары имел короткие волосы пепельно-фиолетового оттенка, презентабельный вид и уникальную переносимость света нашего Солнца, что, вероятно, и сыграло роль при назначении его на должность. Плюс к тому ранее он был уважаемым бизнесменом, который вел дела с другими планетами Конфедерации и имел влияние. Компания «Ансара-СС» оказалась продана незадолго до того, как он получил новый статус.

Посольство Ансары находилось на территории Северной Америки. Там и жил наш преступник, ныне притворяющийся белым и пушистым.

Мы приехали в департамент рано утром. Грэгори тут же завалил нас с Энджи вопросами, на которые мне не хотелось отвечать.

– Грэг, если тебе нечем заняться, лучше узнай, на месте ли сегодня Слэйд, – отмахнулся я.

– Странно, ты еще не знаешь? Вчера он подал заявление об уходе. Все в координационном центре только об этом и говорили, – вспомнил Грэгори.

– Сбежал, значит, когда услышал о том, что скоро лишится прикрытия. Что же, хорошо, он не успел натворить бед. Но я все равно напишу на него рапорт в управление. Пусть отвечает за свои поступки.

– Элеон, нас вызывает полковник Фаррелл, – позвала меня Энджи, которая сидела за компьютером, пытаясь составить по моему поручению внятный отчет для МКВП.

– Что же, идем, – поднялся я.

Саймон ждал в кабинете, чуть ли не подпрыгивая в своем кресле. Мы с Энджи присели напротив в ожидании новостей.

– Я смог добиться ответа от представительства Конфедерации на Земле. В общем, Эррки Вореса могут лишить иммунитета, если получат доказательства или его признание. Пока нет доказательств, мы не можем его арестовать.

– Нужно подумать над этим вопросом. Кстати, что с родителями Амерона?

– Они попали в прошлое из 2729 года, примерно тогда же, когда разработка машины времени оказалась в руках ансарийцев. Их привели в чувство и вернули в тот же год. Они признались, что участвовали в похищении информации, согласились сотрудничать со следствием. Пара отбывала срок в колонии поселения на одном из спутников Сатурна, под куполом. Там ведется разработка ископаемых. В данный момент обвинение снято, но они продолжают жить в уединении вдали от главных космических путей.

– Мы используем их, чтобы раскрутить посла. Он ведь наверняка считает родителей погибшими.

– Они и не подозревают, что сын давно обогнал их по возрасту, поэтому сильно удивятся.

– Ничего страшного, – улыбнулся я. – Они ведь все равно обрадуются, даже если узнают, что он натворил. Как и он.

– Вот только нескоро семья воссоединится. За преступления Эррсу грозит такой срок, что вряд ли он когда-нибудь выйдет из тюрьмы.

– Ничего. Будут общаться по фону. Что же, осталось придумать, как выбить из этого Эррки-Амерона правду.

– А это самое сложное, – тяжело вздохнул Саймон.

– Кстати, у меня на этот счет есть одна идея, – вдруг подала голос Энджи.

Ближе к вечеру в департаменте появился Ален собственной персоной, легок на помине.

Он вошел в наш кабинет, чтобы расспросить о результате операции. Элеон хотел было что-то сказать, но вдруг заткнулся, глядя на ансарийца исподлобья.

– Ален, а ты ничего не хочешь нам поведать? – поинтересовалась я будто невзначай.

– О чем ты, ма шери? – сдвинул челку с глаз ансариец.

– О том, что ты делал в тот момент в Древней Греции. Мы тебя видели, можешь не отрицать.

– Ах, вы об этом, – насупился Ален.

– Да, именно об этом! Ты связан с запрещенной сектой? – взорвался Элеон.

Он уперся ладонями в стол, пристально глядя на Алена.

– Это давно случилось, когда я только прилетел на Землю. Меня действительно хотели завербовать. Я было согласился – все же обещали немалые перспективы. Но потом передумал, решив с ними не связываться. Знаешь, я ведь даже не знал, в какое мы время попали, чуть разобрался с той машиной времени. Поэтому в любом случае не мог вам подсказать, где стоит искать Эррса.

– Спасибо тебе! – громко произнесла я, перебив его тираду.

– За что? – повернулся Ален, удивленно глядя на меня.

– За то, что не убил ребенка.

Уголок губ Алена заметно дернулся, даже белый клык сверкнул.

– Но ведь если бы убил, то он бы не совершил преступлений. Я на самом деле не мог его убить, рука не поднялась, но теперь понимаю, что избавил бы всех от многих проблем.

– Если бы случилось наоборот, меня бы здесь не было, – тихо напомнила я и бросила на Элеона умоляющий взгляд, чтобы он не трогал Алена.

– И что было потом? – сурово спросил Элеон.

– Потом я сдался властям. Боялся, что меня будут преследовать служители секты. Но, похоже, они не узнали о моем бегстве. По крайней мере, я больше никогда не видел тех двоих. Но данные, что я передал земным властям, оказались весьма полезны. Разведка Земли как раз пыталась понять, что происходит у нас на планете.

– Так люди давным-давно все знают? И Урсус знал, но не говорил мне. Он ведь служил в секретном батальоне, – глядя в пустоту, произнес Элеон. – Я просто идиот.

– Ну, знают, допустим, немногие. Но в целом это давно не тайна для властей Земли и спецслужб. Мне обещали политическое убежище. Но заметили мои способности и отправили в МКВП, а уже оттуда я и попал в департамент, где работаю по сей день.

– И поэтому все закрывают глаза на твои задержки в прошлом? Сколько ты намотал себе баллов за это время? – вспомнила я свои мысли дома у ансарийца.

Ален замолчал, скрестил руки на груди, раздумывая, что ответить.

– Жизнь… она такая, милая Энджи. Хочешь жить хорошо – умей вертеться. В конце-то концов, кому от этого плохо? Свою работу я все равно делаю. В прошлом ничего не натворил. Я всегда осторожен.

Все становилось на свои места. Ну и дела! Даже не могла себе представить, насколько сильно все события связаны друг с другом, как большой механизм, одна из шестеренок которого – я.

– Ты знал, что Эррс и посол Ансары – одно лицо? – после недолгой паузы спросил Элеон.

– Откуда? – округлил глаза Ален. – Я узнал лишь пару часов назад. Я все гадал, почему у этого засранца такой иммунитет к солнцу, а оказывается, он – настоящее ископаемое. Даже не слышал, чтобы кто-то столько прожил. Поэтому изначально предположить не мог, что именно он – мальчишка, которого я не стал трогать.

– У нас есть план. Мы хотим использовать Энджи как приманку, – сообщил Элеон, немного подумав. – Нужно вытащить из него признание в преступлении. Рискованно, стоит все еще несколько раз просчитать.

Именно эту идею я предложила, когда мы находились в кабинете Саймона.

Ален присел на место Новака, снял браслет, просматривая в нем известные о дипломате факты. Бледное лицо чуть нахмурилось, брови свелись в одну линию. Скулы задергались.

– Рискованно. Запах Энджи действительно очень привлекательный для наших ребят. Стоит использовать это обстоятельство, тогда, возможно, и получится вытащить Амерона из посольства. Потому что там арестовать его вы точно не сможете, это как территория другой планеты. Даже если и удастся выбить из него признание, он может просто не выпустить Энджи из здания. Ему уже нечего терять. Кем ты хотела притвориться?

– Наверное, журналисткой, которая хочет взять интервью у посла. Я собиралась записаться к нему на прием.

– Он догадается, – отложил Ален браслет. – Нужно что-то попроще, но более действенное.

– Что же, например? – заинтересованно спросила я.

– Скажем так, – призадумался Ален, – одна особа жаждет переселиться на Ансару и не может получить гражданство, потому что для этого нужно пройти массу инстанций. Она решила попробовать ускорить процесс через посла планеты, вот и пришла на прием. Стоит немного замаскироваться, чтобы он сразу не догадался, назначить ему личную встречу за территорией посольства. Включить на максимум обаяние, а заодно усилить аромат – он подействует на Эррки как афродизиак.

– Ну уж нет, я на такое не согласен. Предлагаешь, чтобы Энджи флиртовала с этим типом? – не выдержал Элеон.

Ален развел руками и хмыкнул.

– А меня почему никто не спрашивает? Говорите так, словно меня нет рядом, – вклинилась я. – Я бы попробовала. Это единственный выход, пока дипломатишка не натворил дел.

– Пока ты себя не выдашь, не начнешь задавать ему провокационные вопросы – ты в безопасности. Он ни о чем не догадается, – добавил улыбаясь Ален.

– Ладно, поговорю с Саймоном, узнаю, сколько людей он может выделить для операции. Придется все перекрыть, чтобы Амерон не сбежал.

– Прислушайся к моему совету, – кивнул Ален.

Он встал и почесал голову Краша, и тот проследил за ним взглядом до самых дверей. Ален вышел. Мы с Элеоном снова остались вдвоем.

– Он ведь прав. Я и не подумала, что могу не вырваться, – сказала я.

– Посмотрим-посмотрим, – бросил Элеон. – В любом случае нужно попасть на прием, а там ориентироваться по обстоятельствам.

Вот так мы почти договорились.

Идею Алена подхватил и Саймон Фаррелл. И ближайшие три дня ушли на подготовку к аресту посла Ансары.

Мы с Элеоном перебрались в бывшие Соединенные Штаты Америки, которые теперь стали гораздо больше и носили другое название, ведь политическая структура страны слегка поменялась, там больше не было территориального разделения на отдельные штаты, многие объединились в округа. Сто семьдесят пятый президент придерживался довольно мирной политики, акцентируя внимание на колонизации других планет.

Перед началом операции меня экипировали, будто я отправлялась на секретное задание. Я чувствовала огромную ответственность. Если мы упустим шанс, преступник может заподозрить неладное и смыться с Земли, продолжив плести свои сети уже с Ансары. Он хитер и прагматичен – не так-то легко будет потом его выманить, а добиться выдачи инопланетного посла совсем непросто.

В общем, нам требовались неопровержимые доказательства.

И на что я подписалась?

Но уж очень хотелось, чтобы Амерон не завершил месть, не изменив тем самым реальность, в которую я попала. Потому что я хочу жить здесь и дальше с любимым мужчиной.

Здание посольства представляло собой огромный шар – казалось, он висит в пространстве, хотя на деле это было не совсем так, просто большие опоры скрывало стелс-поле. А вход маскировался. В нижних проемах шарообразного строения имелись скрытые окошки с видеокамерами и оружием для поражения каждого непрошеного гостя.

Я подъехала к парковке на серебристом каре, первый раз сев за руль подобной машины. Но вышло сносно, все же автоматика здесь не то что в XXI веке.

– Будь осторожна: если заметишь, что он не ведется, попрощайся и уходи. Мы придумаем другой способ выманить его наружу, – серьезно сказал Элеон.

– Не переживай, все будет хорошо. – Я протянула руку и погладила его по щеке.

У дверей меня встретила охрана. Я сообщила, что мне назначено. И тогда меня провели в лифт, который доставил на этаж, занимаемый нынешним послом.

– Вам сюда, – оскалившись, сказал высокий ансариец из охраны посольства.

– Спасибо, вы так любезны, – прощебетала я, хотя внутри бурлил страх.

Но вместе с этим неприятным чувством вырабатывался адреналин, который привлекал ансарийцев.

Меня просветили лучами на предмет оружия. Но ничего подозрительного не обнаружили.

По пути я заглянула в зеркальную панель, оценив свой внешний вид. Темные волосы, алая помада на губах, короткая юбка, длинные стройные ноги. Красоту ничем не испортишь.

Кабинет Эррки Вореса поразил своим убранством. Здесь прослеживался стиль разных эпох земной истории в совокупности с мрачноватой, на мой взгляд, модой Ансары. Все же долгая жизнь на Земле наложила свой отпечаток на вкусы ансарийца. Теперь я понимала, почему ему так легко удалось заполучить эту должность. Больше никто так хорошо не разбирался в психологии и истории землян. Он оперировал фактами, применял в разных ситуациях нужные понятия, находя общий язык с политиками нашей планеты.

Посол сидел в кресле у панорамного окна, свысока глядя на город.

Статный, с лиловыми глазами, очень худым лицом, вытянутым книзу, он невольно притягивал взгляд. Я обратила внимание, что вампир почти не имел морщин. Если не присматриваться, ему можно дать лет сорок пять и принять за солидного земного мужчину. Но все это – последствие пластической хирургии, ведь он частично изменил внешность.

– Присаживайтесь, – кивнул он на соседнее кресло, – слушаю вашу проблему.

Я опустилась в удобное сиденье, демонстративно забросила одну ногу на другую. Скрестила руки на груди, теребя верхнюю кнопку блузки.

По выражению лица посла почти невозможно было догадаться о его настроении. Но я все же собралась с мыслями, сосредоточившись на деле.

– Понимаете ли, господин Ворес, у меня такая проблема… – томным голосом начала я свой жалостливый рассказ.

Я так и пыталась передать ему, как мне нравится их раса. Не прямыми словами, конечно, а намеками, голосом, интонацией, жестами. При этом махнула рукой, поправляя юбку, и зацепилась за металлическую заклепку, поцарапавшись, как было задумано изначально.

– Ой, – подняла я пальцы, по которым потекла тонкая струйка крови. – Кажется, я поранилась. Что же делать? Ваши охранники отобрали на входе мою сумочку.

Уловка подействовала. Ансариец втянул запах крови, такой притягательный для него. Поднялся, подошел, все еще немного сомневаясь, не выпереть ли меня за двери сразу.

– Сейчас я дам вам салфетку, – не слишком довольно произнес он и подошел к встроенному в стену шкафу. Потом протянул мне впитывающий платок.

Кровь капнула на белый пол. А зрачки вампира расширились. Он смотрел мне в глаза, пытаясь разобраться, в чем подвох. Но пока ничего не понял.

Я же взяла салфетку, принявшись растирать кровь, отчего пространство наполнилось запахом, который действовал на ансарийцев безотказно.

– Я такая неловкая, простите.

– Ничего, бывает, мисс… Как вас зовут, вы сказали?

– Адель. Адель Бриан.

– Адель. Красиво.

Я улыбнулась, не отводя страстного взгляда от вампира.

– Вы такой обходительный. Жаль, среди землян редко встречаются подобные мужчины. А вы особенный, – тихо сказала я.

Он шагнул ко мне, схватив за руку. Во рту блеснули белоснежные клыки.

– Хотели бы встретиться?

– Вы это о чем? – кокетливо спросила я.

– Просто встреча. Проведем вместе вечер. Сегодня я совершенно свободен.

– Какое удачное совпадение, господин посол. Я тоже ничем не занята, – прошептала я. – Только не здесь, в этом здании мне не очень комфортно, и я не смогу расслабиться.

В принципе, он и сам прекрасно понимал, что на территории посольства не может предаваться разврату. А за употребление крови землянки, если будет замечен в подобном, ему грозило как минимум лишение кресла дипломата. А то могли и вовсе депортировать на Ансару.

– Хорошо. Тогда… встретимся за городом. Есть чудесный парк с одним-единственным домиком. Река, луна, и мы вдвоем. Что может быть лучше?

– Я согласна.

– Прямо сейчас, – дотронулся он до моей руки, тут же отдернувшись.

Что?! Я ведь не смогу никого предупредить! Конечно, в моих серьгах есть записывающее устройство, но, скорее всего, в здании стоят излучающие волны блокираторы для таких гаджетов. Хоть бы догадались, куда отправить группу захвата, проследили за мной.

Мы вышли из кабинета. Посол что-то сказал своим секьюрити, и меня вывели наружу, усадив в золотистый, похожий на капсулу кар представительского класса.

От места пилота меня отделяла перегородка, в которой имелся медиа-экран. Я поерзала на сиденье, ощущая себя какой-то куртизанкой.

Вскоре в салон вошел и сам Эррки, присев с другой стороны диванчика. Он повернулся и загадочно улыбнулся, обнажив верхние клыки.

– Я предупредил охрану, нам никто не помешает.

Я очень сильно надеялась, что помешают. Страх пронзал насквозь, я вся дрожала, но от этого казалась ансарийцу еще более привлекательной.

Мы ехали около получаса, в течение которых я гадала, смогут ли отследить наш маршрут работники департамента. Разговор шел фактически ни о чем. А я уже устала лгать, хотелось побыстрее подвести преступника к нужной теме.

Пока добрались до места, вечерело. К горизонту клонилось большое красное солнце. Теплый летний ветерок приподнял мне волосы, когда мы прошли по дорожке к пирамидальному дому.

– Как же быть с гражданством? – вспомнила я первоначальную причину визита.

– Я помогу вам решить вопрос быстро и без проволочек.

Я была уверена, что за всеми кустами есть невидимая охрана. Но вдруг поняла, что над нами пронесся корабль, спрятанный отражающим полем – заметила промелькнувшую тень. А в кустах зашевелилось что-то похожее на дикого зверя.

– Совсем забыла. Хотела узнать, откуда у вас такая защита от солнечного света, эйр Ворес? – спросила я на ансарийский манер. – Я слыхала, ваши соотечественники практически не переносят прямых солнечных лучей.

– Уникальное явление. Особая защита организма, – щелкнул сухими пальцами вампир. – Вы проходите, не смущайтесь. Обычно я не встречаюсь с землянками, но вы произвели на меня сильное впечатление.

– Вы перевели тему. Я слышала, устойчивость к аллергии на ультрафиолет может выработаться, только если прожить на Земле немало лет. Сколько жили вы? – требовательно спросила я.

– Какое это имеет значение? – нахмурился ансариец.

– Так сколько? Двухсот лет, когда на Землю прибыли первые ансарийцы, явно мало для полной перестройки организма. Так сколько же вам?

– Кажется, вы переходите границы, мисс Бриан. С чего эти вопросы?

Я набрала в грудь побольше воздуха.

– Я могу с точностью сказать, что вы жили на Земле очень долго. Путешествовали во времени.

– Откуда… – глухо прорычал вампир.

Я вздрогнула от страха, но продолжила говорить:

– Вы думаете, что родители погибли. Но я знаю, что там произошло. Мало того, могу точно сказать: ваши отец и мать до сих пор живы.

– Этого не может быть! – воскликнул вампир. – И где они?

Я разошлась не на шутку.

– Информация в обмен на информацию. Расскажите о схеме, которую вы продумали. Ваше прежнее имя Амерон Эррс, под ним, много лет спустя после того случая, вы вернулись на Ансару, сменив документы и внешность. Знали, что натворили на Земле, вмешиваясь в историю.

– На кого ты работаешь? – двинулся на меня вампир, сверкая клыками. Но мне уже нечего было терять.

– Так что, это правда? Вы ведь хотите увидеться со своими родителями, – сказала я, проигнорировав его вопрос.

Он остановился в шаге от меня, почти прижав к дереву.

– Этого не может быть. Где доказательства?

– Вот они, – я нажала на кнопку в браслете, и из устройства вырвались лучи голограммы, – смотрите. Разве не узнаете?

Выражение лица ансарийца стало заинтересованным.

– Я плохо помню. Почему я должен вам верить?

– Я разговаривала с ними. Их преследователи давно мертвы, они не были людьми, а являлись служителями богини Лун, членами запрещенной секты. Вы вместе попали в прошлое, где все и случилось.

Похоже, мне все же удалось задеть какие-то душевные струны у этого мстителя.

– Я не знал, что случилось. Искал их, пока меня не приютила местная пара. Мучился от волдырей, едва не погиб. Потом понял, что мне не стоит высовываться днем, сбежал, стал прятаться. Ты не представляешь, через что пришлось пройти, прежде чем я вырос. Я ненавижу всех людей, которые надо мной издевались. Помню каждого, кто причинил боль. Она ведь никогда не исчезнет из памяти. Я всего лишь хотел все забыть, выбросить из головы ужасные воспоминания, которые преследуют меня до сих пор. – Голос ансарийца стал совсем тихим.

– И вместо этого едва не создали временной парадокс. Вы хоть это понимаете? – спросила я, глядя в глаза, которые приобрели красноватый оттенок.

– А знаешь, я не уверен, что хочу видеть своих родителей. Какая уже разница, что с ними, когда столько лет прошло, – вдруг изменил тон вампир. – А ты, девочка, сама напросилась. Вряд ли ты уйдешь отсюда живой.

Он поднял руку и сжал длинными, но сильными пальцами мою шею. И я поняла, что мне крышка. Чертова самоуверенность до добра никогда не доводила.

Сердце быстро застучало, будто предчувствуя скорую кончину, а перед глазами мелькнули удлинившиеся клыки.

– Убери от нее руки. Департамент полиции времени. Ты арестован, Амерон Эррс, – выдохнул я, направляя на него оружие.

– Ваша девчонка? Почему-то я так и подумал. Только ты мне ничего не сделаешь – у меня дипломатическая неприкосновенность. Странно, как тебе вообще удалось пробраться в мое имение? – ухмыльнулся Эррс, не отпуская Энджи.

– Как только в правительстве Конфедерации узнали о том, что твои документы и внешность сфабрикованы, тебя лишили статуса. Твою речь слышали в штабе. Сопротивление бесполезно. А арестовать тебя здесь право мы как раз имеем.

– Лжешь! Думаете, заманили в ловушку? У меня тут полно охраны! – рявкнул Амерон.

– Охрану убрали отсюда почти сразу же после того, как ты покинул посольство, – выступил из укрытия агент земной безопасности. – Отпусти девушку, и тебе не будет вменено сопротивление при аресте. Твои признания записаны. Мало того, есть свидетели. Ты обвиняешься в убийстве ансарийца по имени Эррки Ворес, документы и внешность которого ты потом использовал, в хищении с секретного завода в крупных размерах, в проникновении в прошлое, где совершал жестокие убийства, в организации преступной банды. Продолжать?

На дорожку вышли еще несколько наших парней и агентов разведки. И Амерон понял, что получилась осечка и бежать некуда.

– Мне не так много жить осталось. Какая уже разница, сколько мне дадут, – прорычал он.

Он вызывающе взглянул на нас, а потом снова повернулся к Энджи.

Она отчаянно закричала. Но в этот момент из кустов вырвался Краш, в прыжке он смог отбросить ансарийца от Энджи, сжав челюсти на его шее.

Я уже не видел, что происходило дальше. Бросился к Энджи, заключив ее в объятия. Она дрожала, прижималась ко мне, в глазах читался испуг. Я стащил с нее парик, в котором больше не было смысла, и зарылся пальцами в мягкие волосы, пахнущие травами. Сердце выскакивало из груди, и я понимал, что едва не потерял ее. Если бы не реакция Краша, все могло бы закончиться иначе. Да и вообще нам пришлось изрядно понервничать, когда ансариец увез ее из посольства непонятно куда. Хорошо, что у нас наготове стоял корабль с группой захвата и мы смогли опередить посла.

– Как здорово, что ты жива. Больше я никогда не позволю тебе так рисковать, – рвано проговорил я, не разжимая объятий.

– Да все нормально. Я же старалась, делала все по инструкции, – понемногу успокаивалась Энджи, но не вырывалась из моих рук.

Вокруг творилось нечто невообразимое. Откуда-то взялись журналисты, они снимали, как обезвреженного преступника уводят в корабль. А к нам подбежал довольный Краш. Странно, что он не задушил Амерона сразу. Но потом я понял почему – подоспел Ален, остановив расправу.

– Ему грозит долгое заключение в тюрьме на спутнике Юпитера. Там много таких, как он. И хорошая охрана.

Энджи подняла голову, глядя мне в глаза.

– Я рада, что все закончилось.

– А уж я как рад! Только больше от меня ни шагу. Поняла?

– Решил распоряжаться моей жизнью? По какому праву интересно? – шагнула она в сторону, будто дразнила меня.

– Решил жениться на той, которая однажды попалась мне на пути. Именно этим я собираюсь заняться в ближайшее время.

Глаза Энджи округлились от удивления.

– Это предложение?

Я поймал ее за руку и снова притянул к себе.

– Энджи, ты выйдешь за меня замуж?

– Дай немного подумать. Ты так неожиданно спросил, – выдохнула она, хотя я заметил в ее глазах лучики счастья.

– Так уж и неожиданно? Вообще-то я собирался сделать это красиво, подарить кольцо, пригласить на ужин, как только мы вернемся в Париж. Но раз уж так вышло… Можешь подумать, конечно, – хитро сказал я.

Энджи прикусила нижнюю губу и загадочно улыбнулась.

– А если откажусь? Передумаешь?

– Вряд ли я передумаю. Я люблю тебя, никого в жизни так сильно не любил. Даже не думал, что это чувство бывает вот таким… неповторимым. Так что от своей цели я вряд ли откажусь.

– Я согласна, – произнесла она, обнимая меня. – Где же я найду такого упрямца, да еще и в комплекте с динозавром?

Услышав ее слова, Краш всунул между нами голову, тоже желая внимания.

– Ты снова спас меня, зубастик, – потрепала его шкуру Энджи. – Что бы мы без тебя делали?

От слова «мы» у меня внутри все зазвенело. Я не мог даже подумать, каково это – быть вместе, понимать друг друга с женщиной, хотя и пытался. А тут само собой вышло.

Кстати, если бы Краш в тот день не напугал Энджи до потери сознания, я бы успел разобраться, кто она такая, не стал бы забирать с собой. Так что его в этом заслуга тоже.

Ведь все именно так и было. Или нет?

Через несколько дней после возвращения в Париж Элеон Шерман все же сделал мне официальное предложение в романтической обстановке. Оказывается, я многое в нем сразу не рассмотрела. Он вовсе не такой уж и правильный, особенно когда дело касается нас лично. И вообще в нем скрывался чуткий и заботливый мужчина.

Утром после почти бессонной ночи мы с Элеоном прикатили на работу, вошли в пустой кабинет.

Кстати, Грэгори назначили новым начальником аналитического отдела. И там он вовсю старается. Наверное, это его место – где он может лучше показать себя как специалиста.

Помощников Амерона арестовали в тот же день, как только Амерон Эррс дал показания. Его самого отправили в тюрьму, и он ожидает суда. Но я все же верю, что он сможет встретиться с родней. Хотя бы ради них. Кажется, тогда он сказал все это специально, чтобы меня разозлить.

Ален вернулся к своей невидимой, но важной работе. На днях его отправили во Францию начала XX века расследовать одно дело. Я уверена, что он живет там уже лет десять и кадрит всех местных красоток. Но Ирэн по-прежнему его ждет. Надеюсь, когда-нибудь этот бабник все же нагуляется и вернется, чтобы остепениться. Хотя… что для вампира какие-то лишние годы?

– Эл, нам подбросили новое дело. Компания парней – юных дарований – сконструировала самодельную машину времени, но она дала сбой. И они застряли в одном дне, каждый день проживая его по новой. Нужно вытащить этих попаданцев в «День сурка», – прокомментировала я сообщение, которое пришло на мой компьютер.

– Это несложно. Знакомая схема работы. Некуда спешить, все равно с ними ничего не станется, – усмехнувшись, прокомментировал Элеон.

– Какой ты злой. Может, они там страдают. Кстати, меня вызывает Саймон.

– Тебя одну?

– Ну да.

– Ладно, иди. Я пока посмотрю, что там за события, чтобы знать, как лучше действовать. Поможем быстрее, раз ты такая жалостливая, – съязвил Элеон. – У меня для тебя есть сюрприз.

– Хорошо, потом расскажешь, – улыбнулась я и пошла к дверям кабинета. Но остановилась, мазнув Элеона по щеке коротким поцелуем. – Жду не дождусь, чтобы узнать, что ты там для меня приготовил.

Полковник Фаррелл уже ждал, нетерпеливо поглядывая на свой компьютер.

– Вызывали, шеф? – поинтересовалась я, присев около него на уже привычное крутящееся кресло.

– Да, Энджи. Вызывал, – кивнул он. – Твоя стажировка пройдена. Пришел приказ из МКВП о назначении тебя на должность следователя департамента.

– Так быстро? – ахнула я. – Неужто вы постарались?

Саймон лишь хитро прищурился, а меня вдруг осенило:

– Постойте, я тут вспомнила, что вы сразу хотели привлечь меня к работе в департаменте. Это ведь неспроста? Как вы вообще поняли, что эта работа мне подойдет? И почему сразу поставили меня в пару к Шерману? Ведь могли бы поступить иначе.

– А ты не догадываешься? – загадочно улыбнулся он.

– Кажется, догадываюсь. Вы все знали заранее. Но откуда? – опешила я.

От любопытства даже скулы свело.

– Помнишь встречу в парке? Вы тогда потеряли Краша.

– И? – не сразу поняла я, а потом меня прошибло догадкой: – Так это вы были?! Сим-Саймон. Совсем молодой. Мы вас не узнали, а Краш сразу понял!

– Именно так. Это был я. Вы столько всего мне выложили интересного, пока мы вместе шли. Вы мило спорили, и я сразу понял, что у вас чувства. Конечно, потом я много лет не знал, кем вы были – только то, что работали в департаменте, а ты попала из прошлого.

– Но что вы делали в будущем? – поразилась я.

– Как ты знаешь, обычно мы не путешествуем в будущее – это запрещено правилами. Нельзя нарушать цепь событий. Хотя иногда у нас бывают гости. Но случаются внештатные ситуации. Так получилось, что меня забросило сюда, где я был уже взрослым. Чистое совпадение. Машина времени сломалась, и я не мог вернуться. Но и к себе тому обратиться за помощью не выходило, сама знаешь почему. Мне пришлось прожить в своем же будущем некоторое время. Но это никак не повлияло на события. Так же, как и ты, я стал заложником парадокса предопределения. Попал в замкнутый круг.

– Вот оно что. Поэтому вы и отправили меня с Элеоном домой, несмотря на то что я ужасно боялась Краша! И в тот момент, когда я попала в это время, вы уже знали, чем все закончится?! – воскликнула я.

Саймон Фаррелл развел руками и улыбнулся вновь.

– Так уж вышло. Я ждал, что рано или поздно это произойдет, что между вами вспыхнут чувства. А все знать, увы, невозможно – некоторые вещи зависят только от нас.

– Если честно, вы меня немного ошарашили, – призналась я. – Мне нужно все обдумать.

– Долго не думай. Работы полно всегда. Кстати, мне снова пришел запрос о командировке по обмену. Так что на досуге посоветуйся с Шером. Все же он – наш лучший сотрудник, а без тебя он теперь никуда не полетит.

– Хорошо, поговорю. Пойду, нужно выручать юных изобретателей, – сказала я напоследок.

Когда я вошла в кабинет, Элеон отчитывал Краша за попытку цапнуть Урсуса Форса, который перед тем заглянул что-то спросить.

– Ладно тебе. Он всего лишь динозавр, а ты хочешь сделать из него человека, – вступилась я за своего чешуйчатого друга.

– Все равно должен знать, как вести себя. А чего это ты улыбаешься? – не понял Шер.

– Да так, узнала кое-что любопытное. Кстати, я больше не твой стажер. Теперь я полноправный сотрудник департамента. И твой официальный напарник.

– Быстро они решили. Что же, поздравляю, – усмехнулся Элеон и обнял меня, поглаживая пальцами бедра. – Кстати, напарник, как ты смотришь на то, чтобы в обеденный перерыв заглянуть домой?

– Если нас не затянет в День сурка.

– Цикличное попадание в мою постель. М-м-м, а это отличная идея!

– Да ну тебя! Ты там что-то о сюрпризе говорил, – вспомнила я вдруг. – Мне не терпится узнать.

– В общем… Ты все равно уже изменила прошлое, сообщив родителям о том, что не погибла. И я подумал, что ничего не случится, если я познакомлюсь с твоими родственниками. Все равно никто ведь не поверит, что их дочь попала в будущее.

Я удивленно уставилась на Элеона, на минуту потеряв дар речи.

– Хочешь отправиться со мной в мое прошлое? Познакомиться с мамой и папой? – наконец смогла произнести я.

От осознания, что я увижу родных, смогу их обнять, поговорить, просто побыть рядом, все мое существование сразу окрасилось в другие, более яркие тона. Я даже не ожидала от Элеона такого поступка. На что только не толкает большая любовь.

– В общем-то да. Чем мы хуже Алена?

– А как же правила и прочее? – спросила я, все еще не веря его словам.

– К черту правила! Порой жить по ним ужасно скучно. Не так ли, любимая?

– Именно об этом я тебе и твердила все время. Наконец-то ты меня услышал, любимый, – передразнила я.

А в ответ на это Элеон подхватил меня на руки и сладко поцеловал.