По мнению ученых, именно финно-уграм мы обязаны рождением одного из самых удивительных памятников нашей культуры. Речь идет о Шигирском идоле, который сейчас хранится в Свердловском областном краеведческом музее Екатеринбурга.

Исследователи выяснили, что эта деревянная статуя — древнейшая в мире, ей около 12 000 (!) лет. Она старше египетских пирамид, Великой Китайской стены и Стоунхенджа. Даже привычный нам металл тогда еще не был открыт! Шигирский идол изготовили из полуторавековой лиственницы, которую срубили каменными топорами и раскололи на части, а затем покрыли узорами. Древние мастера использовали инструменты, сделанные из камня и кремня, а также острый зуб бобра — с его помощью вырезали глаза и некоторые другие части узора. Затем поверхность выровняли с помощью шкурок животных, посыпанных песком, — аналога современной наждачной бумаги.

То, что выполненная из дерева гигантская скульптура высотой в несколько метров уцелела на протяжении тысячелетий, — счастливая случайность. Идол ушел под воду огромного озера Шигирского и оказался на дне, под слоем торфа. Именно способность торфа консервировать органические остатки и позволила ему сохраниться.

Шли века, тысячелетия, расцветали и переживали закат великие цивилизации, идол же все лежал на дне озера, а позже — на берегу, по-прежнему скрытый от глаз. Пока в конце XIX века его не обнаружили золотоискатели. Они искали драгоценный металл близ города Калаты (сейчас он называется Кировград), но нашли нечто гораздо более ценное.

Поначалу об истинном возрасте идола никто не подозревал. Сенсация грянула, когда был изобретен радиоуглеродный анализ. С тех пор загадка Шигирского сокровища будоражит многие умы.

Ученые до сих пор гадают, что означают узоры на дереве, какое божество изображает идол и какой именно древний народ ему поклонялся. Ведь неизвестно, кто жил на территории современного Урала в те незапамятные времена. Однако точно установлено, что 7500 лет назад там обитали финно-угорские племена.

Именно финно-угры изготовили и самую древнюю на земле лыжу, которая тоже сохранилась благодаря торфу. Нашли ее в Республике Коми. Нарядная лыжа, увенчанная головой лося, чуть помладше Шигирского идола — ей «всего» 8000 лет.

Еще один культурный феномен — металлические пластины, выполненные в особой манере, которую ученые назвали пермским звериным стилем (датируется периодом с VII века до нашей эры по XII век нашей эры). Древние мастера, предки коми и удмуртов, отливали из бронзы и железа удивительные миниатюры с изображением людей, фантастических животных и птиц. Так делали пряжки и подвески, которые, видимо, служили амулетами.

У пермских финно-угорских племен не было письменности, поэтому изготовленные в пермском зверином стиле изделия служат источником вдохновения для многих ученых, гадающих, что может означать то или иное изображение.

Говоря о финно-уграх, нельзя не упомянуть легендарную страну Биармию. Истории о ней, со временем становившиеся все более и более красочными, вдохновенно сочиняли скандинавы. Причем расцвели эти легенды благодаря… изменению климата.

Что же это за Биармия такая или Бьярмаланд, как называли ее викинги? Некоторые ученые полагают, что речь идет о территории, известной русским как Пермь Великая. Другие считают, что располагалась эта страна в Карелии, на Онежском озере, на Кольском полуострове… В общем, версий довольно много. Точно известно одно: Биармия — это не Финляндия, так как скандинавские саги очень четко различают финнов и биармов.

Однако в легендах даже вполне реальные земли быстро приобретают мифические черты. К тому же по-древнеисландски (на этом языке написаны саги) корень barm означает «край». Возможно, Бьярмаланд назвали так потому, что там, по мнению викингов, располагался край мира. В одном из текстов прямо сказано: за Биармией земля не населена. Край мира и есть.

Скандинавы, как мы знаем, ошибались — конечно же, и за Уралом (а Биармия точно находилась где-то до Уральских гор) люди вполне себе жили. Но викингам это не было известно. Скандинавские корабли заходили в Биармию примерно до XIII века, пока не изменился климат. Правда, карт викинги не составляли, и установить сейчас, какие именно места они посещали, невозможно.

Из-за похолодания ходить по Белому морю на деревянных кораблях стало попросту опасно — большие льдины легко могли раздавить, повредить дощатые корпуса. В итоге контакты с этой землей оборвались. А вот легенды становились все интереснее.

ВОИНЫ И ПОЭТЫ

Викинги прославились на всю Европу как искусные воины и отчаянные разбойники. При этом они умудрились оставить потомкам великолепное литературное наследие — поэтическое и прозаическое. Мастерство поэтов, которых называли скальдами, ценилось ничуть не меньше, чем их мужество на поле боя.

Фрагменты их произведений дошли до потомков в составе саг, прозаических текстов, которые были записаны уже в XIII-XIV веках. И мы сегодня можем по достоинству оценить искусство древнескандинавских поэтов.

Слово «сага» происходит от слова «рассказывать». Эти произведения повествуют об истории скандинавов, как о легендарных, так и о реальных событиях, об известных королях и героях. Это не мифы, а литература, выросшая из устных рассказов.

Биармия в скандинавских сагах предстает страной богатой, в которую викинги, как правило, приходят за каким-нибудь сокровищем.

Более ранние саги (относящиеся ко времени, когда походы в Биармию, где бы она ни находилась, были реальностью) излагают вполне правдоподобные истории. Например, о том, как доблестные викинги приезжают в Биармию с товарами, все распродают, а затем решают разорвать мирный договор и поживиться сокровищами биармов. Они идут грабить святилище биармского бога, имя которого — Йомали — схоже с именами богов финно-угорских народов (в частности, финского Юмалы или коми-пермяцкого Йомаля). Недолго думая, разбойники легко преодолевают частокол, окружающий святилище, обнаруживают сокровища — золотую гривну на шее идола, чашу, полную монет, — и сгребают все это добро в мешок, сделанный из рубахи. Вполне правдоподобное описание языческого святилища.

Рассказывается и о кургане, в котором с землей были перемешаны золотые и серебряные монеты, и викинги забирали их, просеяв землю. Это тоже похоже на правду — при рождении и смерти человека близкие могли приносить в курган несколько монет.

Самого идола предводитель викингов строго-настрого приказал не трогать. Но один из воинов увидел на шее идола золотое ожерелье и сорвал его. Тут поднялась тревога, однако грабители успели убежать.

Могло такое произойти? Конечно! Викинги не были суеверными и не боялись мести чужих богов.

А вот саги XIV века уже совершенно иначе повествуют о походах в Биармию. Во-первых, говорят авторы, там живут страшные колдуны — хуже финнов и саамов (а все, то есть викинги и другие европейцы, отлично знали, насколько искусные и опасные маги у этих народов). Во-вторых, по пути в святилище воины встретили людей с песьими головами и совсем без шеи (они их видели своими глазами!).

Вокруг святилища викинги якобы обнаружили не частокол, а ров, заполненный ядовитой водой. При входе лежали три плиты высотой мужчинам по грудь, и через них следовало перепрыгнуть. Служили богу биармов тридцать женщин, одна из них — гигантского роста, и герой от нее еле спасся. Сокровища там хранились несметные, включая даже золотые шахматы (да, эту игру любили уже тогда).

В другой саге герои отправились за яйцом огромного ястреба, расписанным золотыми буквами. И добыли его!

«Сага о Хальвдане Эйстейнссоне» описывает страшный бой с объединенными войсками финнов и биармов (которые в этой истории не люди вовсе, а страшные оборотни). Командовали вражеской армией два короля финнов и король биармов. Один король финнов мог стрелять без промаха, причем тремя стрелами одновременно, а когда ему в бою отрубили руку, она тут же приросла обратно. Второй король финнов превратился в гигантского моржа, а король биармов — в ужасающего дракона! Лишь с великим трудом доблестные викинги победили войско и овладели Биармией.

Как мы видим, фантазия у викингов была бурная. От правдоподобия ранних саг в поздних уже ничего не осталось. Вряд ли водились в Биармии, пусть и очень богатой, гигантские ястребы с золотыми яйцами и короли-драконы.

Реальны разве что… люди с песьими головами. Вспомните меховые костюмы северян. Если смотреть издалека, и правда можно подумать, что головы у них не человечьи, да и шеи нет — не видно ее под мехами.

Поздние по времени саги о приключениях викингов в Биармии похожи на сказки. Однако соседи действительно считали финно-угров искусными и опасными колдунами.

Во-первых, они (особенно те, что на севере) существенно отличались от других народов и обычаями, и языческой верой. Финно-угры принимать христианство не торопились, упорно держась обычаев предков. Их непонятные обряды казались христианам и мусульманам чуждыми и удивительными. Финно-угры защищали себя от суровых опасностей мира при помощи магии, пытались привлечь удачу и отпугнуть злых или опасных духов, в существование которых в древности верили практически все. Для этого они использовали определенные действия, а также словесные заклятия — заговоры, песни.

Современные финно-угры — это представители сразу многих народов, значительная часть которых проживает на территории России. На западе это прежде всего карелы — ближайшие родственники финнов и эстонцев, а также небольшая группа саамов, которые разбросаны по территории четырех стран. Поволжье населяют мордва и марийцы. К западу от Уральского хребта обитают удмурты, коми-зыряне и коми-пермяки. Все эти народы говорят на финно-пермских языках.

Представителей же угорской группы не так много. В Западной Сибири живут ханты и манси, которых еще называют обскими уграми. Они ведут тот же образ жизни, что и их предки: разводят оленей, кочуют, охотятся, ловят рыбу… А знаете, кто их ближайшие родственники? Венгры! Да-да, те самые гордые европейцы, блестящие рыцари. Венгры, издревле хорошие всадники и воины, в I веке до нашей эры начали перемещаться в сторону Центральной Европы и в итоге обосновались там, прочно влившись в семью европейских народов, которые исповедовали христианство и создали величайшую цивилизацию.

Венгры совершенно не похожи на других финно-угров, однако находятся с ними в несомненном родстве. Это отражается и в языке, и в их древнем наследии.

Мифы практически всех народов рассказывают, что до сотворения известного нам мира на его месте были лишь бескрайние воды. Не стали исключением и финно-угры. У них тоже все начинается над поверхностью (или на поверхности) огромного океана. А вот дальше версии разнятся. Причем даже представители одного народа рассказывали разные истории.

Обычно о том, что происходило до создания мира, говорят просто: там было темно, холодно и мокро. Но финно-угры, как мы увидим, оказались куда более изобретательными.

Кстати, по легендам о сотворении мира можно проследить, как мифы развивались, как на них сказывалось общение с представителями других народов. Особенно повлияли на финно-угров соседи, исповедующие христианство и ислам, — благодаря им в некоторых сказаниях причудливо соединились древние легенды и популярные христианские апокрифы.

Самый древний, распространенный и любимый вариант мифа о сотворении мира связан с птицей. Причем неважно, с какой — уткой, орлицей или ласточкой. Главное, эта птица сносит яйцо, которое падает в воду, и из него появляется мир.

Подобная история есть у финнов, а карелы украсили ее интересными подробностями. В их версии орлица летала над водой и снесла три яйца. Но внезапно возникшая щука их проглотила. Птица, однако, не сдалась, поймала рыбу и достала драгоценные яйца. Из верхней их половины было создано небо, из нижней — земля. Из желтка получилось солнце, из белка — луна, а скорлупа пошла на звезды.

У хантов и манси птицы добывают частицы почвы со дна океана, и на это им требуется целых три дня. Причем таких птиц у них две — большая (гагара) и малая (гагарка).

Жители Мордовии рассказывали о сотворившей мир великой птице Иненармунь (собственное имя для такого персонажа — редкость). Эта птица снесла яйцо, из которого образовалась вся вселенная: земля — из желтка, а подземный мир и небеса — из скорлупы. По другой версии, яиц было три и высиживала их птица на мировом древе — березе или дубе. Был и вариант, в котором из яиц вылупились жаворонок (покровитель земледелия), соловей (означавший дом и домашнее хозяйство) и кукушка (символ леса).

Сохранился очень грустный ижорский миф, мир в котором творит ласточка. Среди бескрайних вод она нашла кочку, свила там гнездо из меди и положила золотое яичко. Но налетевшая огромная туча смыла гнездо в воду. Птица попросила кузнеца сделать ей грабли и попробовала выгрести яичко обратно. Но вышло у нее плохо — удалось спасти лишь половину белка и половину желтка, из которых и получился мир. Из скорлупы, как мы уже знаем, образовались светила поменьше, то есть звезды.

«Откуда в этой истории взялся кузнец? — спросит пытливый читатель. — Ведь ничего же не было!» Такова особенность подобных мифов. До мира могло существовать все что угодно. Вода и участки суши на ней, птицы, кузнецы и прочие существа. И все это — до момента творения.

Особняком среди других легенд стоит миф, который рассказывали саамы. Они единственные задались вопросом: откуда, собственно, взялись те самые воды, над которыми птица снесла яйцо?

Правда, их ответ никакой ясности не внес. Скорее, наоборот, сильнее запутал.

Миф 

Порвавшаяся шапка

В начале была голова старика, покрытая шапкой. Под ней скрывались колодцы с водой. Ударил гром, шапка порвалась, и вода из колодцев, взметнувшись до самого неба, залила все пространство. Над водой летала утка в поисках места, на которое можно сесть. Наконец она нашла травинку, но травинка была слишком мала, чтобы удержать птицу! Однако травинка начала расти, вокруг нее образовалась земля. И тогда утка смогла снести пять яиц, из которых произошло все, что есть в мире: растения, реки, рыбы, птицы, звери. И первые люди.

В одном из мифов обских угров отразилась история о Всемирном потопе, описанная в Библии. Помните у Пушкина: «Жил старик со своею старухой у самого синего моря…»?

Миф 

Почему ворон черный?

Жили-были старик со старухой посреди бескрайнего моря. Бревенчатая избушка едва умещалась на кочке. Был у них белоснежный ворон, а с неба прилетали две железные гагары, которые прилепляли к стенам избы комочки земли.

То и дело супруги посылали своего ворона узнать, не выросла ли еще земля. С каким нетерпением ждали они этого! Но в итоге ворон пропал на долгие три года, а его оперение стало черным. Рассердился старик и сказал, что теперь ворон останется черным навсегда и будет питаться падалью.

На этом миф кончается: видимо, о том, что земля наконец выросла, старик и старуха узнали каким-то иным способом.

Можно ли достичь дна океана?

Марийцы согласны с тем, что яйца в Мировой океан снесла утка. Однако они не стали материалом для создания мира. Из них вылупились два брата-селезня — Юмо и Йын, один с хорошим характером, а другой — с дурным (правда, выяснилось это позже). Сначала птицы принялись по очереди нырять на дно океана и доставать оттуда ил, из которого возникла земля. Юмо создал равнину, у Йына вышли горы, озера и болота. Юмо сотворил людей и животных. Йын же всячески ему мешал, и его изгнали в Нижний мир, в котором он и жил дальше — вполне счастливо и богато.

У хантов и манси в мифе о творении мира тоже упоминается птица. Но действует она не сама по себе, а по приказу. Верховный бог Нуми-Торум велит плавающей в водах гагаре принести ему со дна океана ил, из которого он и творит мир.

Гагару финно-угры страшно не любили и считали воплощением злого бога. В этом мифе все подтверждается: под обликом гагары скрывался бог преисподней Куль-отыр.

Миф 

Откуда взялись Уральские горы?

Ханты и манси рассказывают, что мир был сотворен по воле верховного бога по имени Нуми-Торум. В бескрайних водах Мирового океана плавала по волнам гагара, и ей бог повелел принести со дна ил, из которого он будет творить мир.

Но под обликом гагары скрывался злой бог преисподней Куль-отыр, и часть добытого ила он оставил себе. Нуми-Торум повелел земле расти, и ил в клюве гагары тоже начал расти, так что пришлось злому богу его выплюнуть. Так появились Уральские горы.

Чтобы земля не стала бесконечной и держалась на поверхности океана (в мифах земля, разумеется, плоская), Нуми-Торум придумал сложную систему: часть ее должен постоянно пожирать водяной Вит-куль, а то, что на поверхности, будут превращать в пепел лесные пожары. Благодаря этому земля остается легкой и не погружается в воду целиком.

Финно-угры, похоже, считали горы чем-то очень плохим и часто рассказывали, что возникли они благодаря злой воле. Согласно другой версии, горы — это пояс бога, украшенный тяжелыми пуговицами. Нуми-Торум бросил его на землю, чтобы та хорошо держалась на волнах океана и не опрокинулась.

Под горами обские угры подразумевали единственные известные им горы — Уральский хребет. Они считали, что Урал находится в самой середине земли.

Два бога, два творца

Версия с птицей наиболее древняя, однако со временем появлялись и другие.

Финно-угорские племена активно общались с соседями, узнавали их мифы и легенды и складывали новые истории. Особенно популярными у них были сказания о двух богах, которые творили мир вместе. Причем один из них был существом положительным, а второй — отрицательным.

ДВА НАЧАЛА

В христианстве, исламе и некоторых других религиях есть единый Бог — добрый, милосердный и, конечно же, самый сильный. А вот вера в то, что в мире существуют два равновеликих начала, свет и тьма, добро и зло, хороший бог и плохой бог, называется дуализмом.

Мы уже встречались с подобным в мифе о братьях-селезнях Юмо и Йыне. У коми утка также снесла яйца, и из них тоже вылупились два брата, правда, звали их иначе — Ен и Омэль. И история о них весьма увлекательная.

Миф 

Брат-вредитель

Жила-была утка, и снесла она яйца. Четыре яйца упали в воду, а из двух вылупились братья Ен и Омэль. Мать-утка, дав жизнь сыновьям, попросила их достать другие четыре яйца, которые упали в воду. А тело утки, разрастаясь, обратилось в основание суши. Омэль, как выяснилось, обладал очень зловредным характером. Он добыл два яйца, но, когда его брат нырнул в воду, покрыл океан льдом. Правда, помешать Ену не смог — тот разбил ледяной покров с помощью молнии и создал из одного яйца землю и солнце, а из второго — помощников. Омэль тоже использовал свои яйца — сотворил из них луну, болота, озера и злых духов.

Луну Омэль создал, оторвав кусочек от сделанного братом солнца. Неспроста коми называли солнце и луну братом и сестрой. Они рассказывали, что сначала светила красовались на небе рядышком, но потом расшалились, принялись играть и с тех пор так и гоняются друг за другом.

Ен придумал ветер, но Омэль нашел способ выпустить его на волю. От сильного ветра рушились дома и деревья, и люди обратились к Ену, умоляя укротить стихию. Тот так и сделал, но иногда Омэлю удается вновь подарить ветру свободу.

Луна, кстати, хотя и сотворена Омэлем и тепла совсем не дает, характером на него совершенно не похожа. Однажды она увидела девушку-сиротку, которую злая мачеха отправила за водой, и подняла ее к себе — вместе с коромыслом. Так на небесном светиле появился силуэт девушки. Ен же понял, насколько добра луна, и признал ее своим творением. Можно сказать, удочерил.

Есть варианты легенды без участия утки, где действуют только два бога: Ен — в образе хорошей птицы, лебедя, а Омэль — в облике все той же нелюбимой финно-уграми гагары. По просьбе Ена Омэль ныряет на дно океана и достает немного песчинок, из которых братья и создают землю.

В мифах о братьях земля также начинает разрастаться. Но если Нуми-Торуму пришлось применить навыки инженера, чтобы не допустить мировой катастрофы, то Ен оказался более могущественным: он просто приказал земле перестать расти, и она подчинилась.

Рассказывали коми очень красочный миф о происхождении радуги: в нем Ен и Омэль соревнуются, творя небеса — одно за другим, и всего их получается семь.

Миф 

Стоит ли богатство жизней?

Близнецы Остьяс и Ошъяс были правителями многочисленного народа, и их земля процветала. Но не просто так доставалось им это изобилие. Богатство земле давал злой Омэль в обмен на человеческие жертвы. И в какой-то момент братья отказались от этой сделки.

Однако за свою доброту они страшно поплатились. Боги наслали на них гигантского коршуна. Крылья летящей чудовищной птицы шумели подобно грому, из клюва вырывался огонь. Хищник уничтожил весь народ, а самих братьев изгнал из изобильного края в дикие и страшные леса, росшие к западу от чудесной земли. Чтобы они не вернулись, он провел когтем границу, и образовавшаяся глубокая борозда сразу же наполнилась водой.

Но братья не растерялись, сделали плот и перебрались через водную пропасть. Тогда коршун уронил перо, и в месте его падения выросла непреодолимая преграда — Уральский хребет.

Именно эти братья были предками народа коми.

Благой и злой боги действуют в целом ряде историй. Нередко добрый бог путешествует по безбрежному океану на лодке, причем сделанной из камня.

Удмурты верили, что мир творили братья Инмар и Керемет. Добрый Инмар в легендах заботится даже об облаках: чтобы они не высохли от тепла солнечных лучей, он поливает их водой из золотого кувшина.

Керемет же совсем другой — злой демиург, то есть творец. Он всячески мешает брату, в том числе и в момент творения. Он достает со дна океана частички почвы, но отдает не все. Хотя позже Инмар заставляет его отдать и остальное.

Похожую историю рассказывали и марийцы, только в их версии старшего брата зовут Кугу-Юмо. Дуновением он творит землю — равнины, пастбища, леса. Керемет же, плавающий по бескрайнему океану в облике селезня, утаивает часть земли… Впрочем, вы уже догадались: в обеих историях злой бог таким образом создает горы.

В одной из легенд Омэль и вовсе выступает чудовищем, мучившим людской род.

У марийцев есть сказание о том, почему в мире все не так хорошо, как хотелось бы. Оказывается, во всем виноват… еж.

Миф 

Не обижайте ежиков!

Сотворив мир, Юмо решил, что нужно посоветоваться с его обитателями о том, как лучше устроить все на земле. Однако ежик не успел к началу совещания и добрался последним — слишком короткие у него лапки. И мало того, что он опоздал, так еще и споткнулся о порог дома Юмо и полетел кубарем. Звери посмеялись над ним, а еж рассердился и ушел.

Но договориться между собой звери никак не могли и решили все же узнать ежиное мнение. Правда, спрашивать напрямую его не стали, а послали лису — подслушать, что колючий бормочет себе под нос. «Пусть все реки текут криво, деревья растут криво, изгороди будут кривыми, дороги и улицы также искривятся», — услышала лиса и передала другим зверям.

Только было это не просто ругательство, а заклятие. И с тех пор в мире все стало кривым: реки текут не по прямой, деревья не идеально стройные и дороги люди прокладывают не всегда по ровной линии. Все, как сказал ежик. Потому что нельзя обижать маленьких.

Красочную историю о борьбе двух братьев-богов рассказывают ханты. Редкий случай — их матерью была не птица, а богиня Анки-Пугос, мать всего. Один ее сын — уже знакомый нам Нуми-Торум, а второго звали Кынь-Лунг.

Миф 

Откуда взялись комары?

Как только не вредил Кынь-Лунг брату! Когда тот устал творить и прилег отдохнуть на земле, которую создал с помощью гагары, Кынь-Лунг был тут как тут. Он напал на спящего брата и попытался утопить его в океане. Это ему не удалось, но новенькая земля, прежде гладкая, сделалась неровной и к тому же начала разрастаться.

В итоге братья разошлись. Нуми-Торум по Млечному Пути ушел на небо, а Кынь-Лунг удалился в преисподнюю. Однако и оттуда продолжил пакостничать. Из отверстия, которое он проделал в земле своим посохом, проникают в мир всякие вредоносные насекомые, и прежде всего комары. Даже сейчас от них бывает нелегко избавиться, особенно на природе, что уж говорить о древних временах! Крепко допекли хантов кровососы, раз те сочли, что появляются они из преисподней!

О двух богах рассказывали и саамы. Верховный бог Юбмел решил посоветоваться с духом Перкелем о том, как лучше творить мир. Помните сказочную молочную реку с кисельными берегами? Юбмел хотел создать нечто подобное — чтобы в озерах вместо воды было молоко, а все травы дарили людям сладкие ягоды. Но, увы, злой Перкель воспротивился этой идее, и мир стал таким, какой он есть. Перкель даже пытался заковать Юбмела в цепи, но те сковали его самого. Перкель освободился, и борьба добра и зла длится по сей день.

Нравилась саамам и библейская легенда о Всемирном потопе, правда, рассказывали они ее по-своему. Земля, которую сотворил Юбмел, покоилась на поверхности океана. И однажды, разгневавшись, верховный бог перевернул ее вверх дном. Уцелели лишь двое — брат и сестра, и их потомки живут доныне.

ВСЕМИРНЫЙ ПОТОП

Красочный рассказ о Всемирном потопе содержится в Библии. Бог, увидев, что сотворенные им люди злы и совершают неправильные поступки, решил их уничтожить. О грядущей катастрофе он предупредил только одного человека — праведника Ноя. Бог приказал ему построить ковчег — огромный корабль, в котором поместится семья Ноя, а также по несколько всех существовавших на тот момент животных («каждой твари по паре»). Потоп начался, но корабль удержался на воде, и пережившая катастрофу живность после вновь заселила землю.

Бог и сатана

Со временем финно-угры позаимствовали у соседних народов идею о том, что второй, злой бог на самом деле — сатана. Или шайтан. Имя злого существа, которое вынуждено помогать богу творить мир, при этом всячески мешая и вредя, зависело от того, с какими соседями финно-угры больше общались — с христианами или с мусульманами.

И в христианстве, и в исламе есть один Бог, благой и милосердный, полный любви. И есть злое существо, которое ему противостоит и от которого исходит все зло. В христианстве это дьявол, или сатана. В исламе же зло причиняет множество злых духов, которых называют шайтанами.

Идея единого Бога не встретила понимания у финно-угров. А мысль, что злой бог не равен доброму, что он хуже и слабее его, в мифах встречалась изначально. Оставалось сделать следующий шаг: перестать считать злодея богом и назвать сатаной или шайтаном.

Яркий пример такого мифа, записанного в середине XIX века священником Федором Шаверским, подарили миру жители Мордовии, эрзяне. В нем четко прослеживается влияние христианских апокрифов.

Миф 

От шайтана один вред

Плыл по Мировому океану на камне бог Чам-паз. Он хотел сотворить мир, но для такого сложного дела ему нужен был товарищ. И товарищ появился волшебным образом из невесть откуда взявшегося бугорка на волнах. Чам-паз поручил шайтану нырнуть на дно океана, назвать его имя и вынести на поверхность песок. Шайтан попытался произнести вместо имени бога свое, однако песок обжигал его, так что пришлось ему строго следовать инструкции. Он вынес песок, Чам-паз рассыпал его над океаном, и на поверхности стала расти земля. Пока песок разрастался, голова шайтана тоже раздулась, став размером с гору, и тот завопил от боли. Выяснилось, что помощник решил сотворить собственную землю. Бог исцелил соратника, но спрятанный песок просыпался. И так как земля еще не успела затвердеть, на ней образовались рытвины и ямы. Бог, не растерявшись, наполнил их водой, и оттуда потекли реки.

Так и пошло: бог творил, шайтан мешал. Чистое и сияющее небо он попытался закрыть темными тучами, но повелел Чам-паз — и из туч полилась живительная влага, и с тех пор дожди орошают землю, чтобы лучше росли растения. Шайтан напустил на гладкую поверхность вод буйные ветры, но Чам-паз придумал парусник — и люди научились ходить по морю.

По слову шайтана страшная буря сокрушила прекрасные деревья, посаженные Чам-пазом, однако бог на расчищенных местах создал пашни и луга, а люди научились пахать землю и косить траву.

Дошло до того, что шайтан заявил богу: ты стар уже, уходи на покой, а править миром буду я! И терпение Чам-паза лопнуло. Заточил он шайтана ниже моря, и с тех пор тот мучается в преисподней, где горит пламя.

Причудливо смешались в мировоззрении эрзян их собственные традиционные мифы и то, что они услышали от соседей.

Итак, мир плохо ли, хорошо ли, но был создан, и пришла пора населить его разумными существами.

В финно-угорских мифах боги творили людей из подручных материалов. Например, из дерева. Помните сказку о Буратино? Похожий рассказ есть у удмуртов. В нем бездетный старик сделал себе человечка из дерева, чтобы тот помогал ему работать, — прямо как папа Карло.

У мордвы из дерева возник и самый первый человек. Причем получилось это почти случайно. Тридцать лет стоял на одном месте необычный пень — без рук, без ног, без глаз. И тут его заметил бог, ходивший по земле. Попросил бог у пня воды, и тот резонно ответил: как же я принесу тебе воду, если у меня ни рук, ни ног нет? Тогда бог велел ему встать. По слову творца у пенька выросли руки и ноги, он протер глаза и начал видеть. Так появился самый первый человек на земле.

В удмуртских мифах бог Инмар разочаровался в первых своих творениях и решил их уничтожить. Землю затопила вода, и все погибли. Вообще, повествования о том, что бог избавлялся от неугодных ему злых существ, залив всю землю водой, встречаются у разных финно-угорских народов. Трудно сказать, додумались ли они сами до подобного способа или это влияние христианской культуры.

Миф 

Трудолюбивый и ленивый

После потопа на земле уцелели лишь два человека: трудолюбивый и ленивый. Им Инмар велел засевать землю. Один занимался этим днем, и получалось у него все ровно и красиво. А второй, нерадивый, вечно откладывал дело на ночь, и выходили у него горы и холмы.

Когда люди обустроились на земле, Инмар удалился на небо (иногда рассказывали, что прямо на солнце). Лететь ему было недалеко. Удмурты верили, что в древние времена небо находилось совсем близко, а на земле царило изобилие: зерна были размером с куриное яйцо, и из каждого вырастало по семьдесят семь колосьев, солома же была толщиной с камыш. И если люди хотели подарить что-то богам, то клали свои дары прямо на облака.

Правда, из-за этой близости почтение к богам в конце концов утратилось. Одна женщина дошла до того, что вздумала сушить на облаке белье, и Инмар в гневе удалил небо от земли. С тех пор удмурты просят бога о том, чтобы вновь воцарился золотой век, но, увы, минувшего не вернешь.

Откуда взялись болезни?

Как мы уже выяснили, бог может сотворить человека, однако не всегда ему это удается с первой попытки, да и выходит в результате не совсем то, что планировалось изначально. Например, добрый бог наверняка не хотел, чтобы людей терзали болезни, а ведь они болеют, да еще как! Почему же человек такой хрупкий, откуда взялись недуги?

Финно-угры нашли ответ на этот вопрос. Конечно, во всем виноваты злые боги! Такой сюжет часто встречается в мифах: улучив момент, они портят божье творение. Даже если хороший бог, удаляясь, предусмотрительно оставляет рядом с новеньким человеком собаку для охраны, злой бог обманывает ее и пачкает человека. В итоге приходится выворачивать «изделие» наизнанку, и все «повреждения» (недуги) оказываются внутри. Поэтому человек и болеет, хотя и выглядит прилично.

А жители Мордовии полагали, что человека хотел сотворить не бог, а шайтан.

Миф 

Совместное творчество

Задумал шайтан создать человека по образу божию. Из семидесяти семи стран мира собрал глину, песок, землю и принялся лепить фигурку. Но выходила у него то свинья, то собака, то змея.

Тогда шайтан сотворил летучую мышку и велел ей лететь на небо, куда после творения земли удалился Чам-паз. Там мышка сделала гнездышко в божьем полотенце, оно упало на землю, шайтан обтер им очередную фигурку — и вышел человек, действительно похожий на бога. Одна беда — оставалась фигурка неподвижной, не удавалось шайтану вдохнуть в нее жизнь. Однако Чам-пазу творение, похожее на него, приглянулось, и он, отправив шайтана в преисподнюю, решил завершить дело сам. Шайтан же принялся спорить, ведь это была его идея! В итоге Чам-паз и шайтан договорились, что душа человека будет принадлежать богу, а тело — шайтану.

По другой версии мордовского мифа, Чам-паз сам слепил человека и отправился за его душой на небо. А шайтан в это время решил вдохнуть в творение свое злое дыхание. К счастью, бог вернулся и успел помешать шайтану. Только с тех пор у людей в сердце есть и добрые наклонности, и злые.

По мнению мокши, бог и шайтан заключили договор: живые люди принадлежат богу, а мертвые — шайтану. В итоге тот создал смерть и завладел всеми людьми — ведь они умирают! Договор шайтан спрятал на дне моря, для надежности поместив его в камень. Но бог нашел выход: он подослал своего помощника, и тот выкрал документ. Так бог стал владеть людьми и после их смерти.

Не только человек

У коми известные нам Ен и Омэль, создав совместными усилиями мир, стали творить животных. Рассказывают две легенды. Согласно одной, у Ена выходили полезные животные (например, собака и курица), а у Омэля — хищные (ястреб, филин, ворона и прочие опасные звери). Во второй легенде все обстоит сложнее.

Миф 

Кто трусливее зайца?

Почти всех животных создал Омэль, а Ен ограничился одной лягушкой, зато решил улучшить творения брата. Среди усовершенствований были и зайцы: Ен окрасил им кончики ушей в черный цвет, чтобы люди могли поймать их.

И тогда Омэль решил уничтожить этих зверьков, заставив их бежать к высокому обрыву. Спасти пушистиков могло только животное, которое оказалось бы пугливее зайца, — такое условие придумал Омэль. Однако бегущих зверьков испугались лягушки, и выяснилось, что зайцы вовсе не самые большие трусы на свете. Заклятие Омэля спало, и они уцелели.

Ен сотворил и человека. По его задумке кожа у него была твердая. Опасаясь, что Омэль его испортит, бог велел собаке охранять свое творение. Однако хитрый Омэль улучил момент и испачкал его с ног до головы. Ен нашел выход и вывернул человека наизнанку. Так и получилось, что твердые у человека только ногти, а остальная кожа — мягкая.

Похожие мифы имеются и у других финно-угров.

Еще одна версия происхождения людей гласит, что Ен в конце концов потерял терпение и скинул Омэля с неба в Нижний мир, в преисподнюю. Жена Омэля предпочла остаться с Еном и родила ему двух близнецов — Йому и Войпеля. Однако Омэль пробрался к чертогу Ена и уговорил свою бывшую жену приоткрыть дверь. Та поддалась на уговоры, и напрасно. Омэль ворвался внутрь и сбросил женщину вместе с детьми на землю. От них-то и произошел род человеческий.

Войпель и Йома, в отличие от отца, Ена, наделены недобрым характером. Войпель покровительствует охотникам и живет за Уралом, на вершине особой горы, именуемой Гнездом Ветров. Но он очень не любит шум, и потому на охоте, по верованиям коми, шуметь нельзя, иначе налетит снежный вихрь и заметет самых дерзких. Тех, кто шумит в горах, Войпель превращает в камень. Запрещено шуметь и в период, когда наливаются на полях колосья. Особенно опасно было в это время полоскать белье и свистеть в свистульки — посевы могли замерзнуть из-за холодного северного ветра.

Йома же похожа на известную нам Бабу-ягу, только живет она не в лесу, в избушке на курьих ножках, а на болоте. Она почти ничего не видит, зато обладает острым нюхом (помните, Баба-яга тоже могла учуять доброго молодца?). Иногда Йому и называли похоже — Еги-баба, и сказки о ней рассказывали. К примеру, про мачеху, которая отправила падчерицу искать потерянный клубок ниток, и та попала к Еги-бабе. Сложно было служить ей, зато в награду девочка получила большой сундук с сокровищами. Мачеха, узнав про это, послала к Еги-бабе в услужение и родную дочь. Но та оказалась ленивой и нерадивой, и ей достался сундук с угольями.

Много роста, мало ума

Вы ошибаетесь, если думаете, что первым и единственным творением богов был человек. Первыми на свет появились великаны.

Мифы о гигантских созданиях, которые изначально населяли землю, встречаются у многих народов, и финно-угры не исключение.

Например, у мордвы верховный бог Шкай сотворил великанов ростом почти в семьсот метров. Это выше Шанхайской башни — второго по величине небоскреба в мире, в котором более ста двадцати этажей! Творения получились неудачные, и, чтобы избавиться от них, верховному богу пришлось организовать великий потоп.

Согласно удмуртскому мифу, бог Инмар создал из скал двух великанов, мужчину и женщину. Они были столь огромны, что их следы до сих пор остаются на земле в виде лесных оврагов; низины же — это места, где они лежали, отдыхая. Стрелами им служили сосны.

Но вот незадача: разум, который Инмар собирался вложить в свои творения, остался на небе, в берестяной коробке. Бог повелел собаке стеречь «изделия» и ни в коем случае не подпускать к ним шайтана. Но тот оказался хитрее, обманул собаку и испачкал гигантов. Вернувшийся Инмар рассердился, вывернул их наизнанку, а разум вкладывать не стал. В таком виде великаны и ушли бродить по земле.

Удмурты прозвали их алангасарами — это слово у татар означает «ленивый, глупый». Великаны действительно были очень глупы и совершенно не могли менять окружающий мир, как позже делали люди. Они не умели добывать огонь и согревались лишь тогда, когда вспыхивали пожары. Они не строили домов, укрываясь в лесах и пещерах. Питаться им приходилось сырой рыбой. Заскучав, великаны кидались чугунными шарами или же сплетали сосны в веревки.

Но один из них все же нашел частичку разума. Он был самым младшим и невысоким по сравнению с остальными, зато ему сопутствовала удача, причем не только на охоте. Однажды он встретил очень разумную девушку, которая умела лепить из глины посуду. Она полюбила охотника, и стали они жить вместе. Именно от этой пары и произошло человечество. А великаны ушли на север и в итоге обратились в камень. Их можно увидеть и сегодня, если приехать на Северный Урал и посмотреть на горы. По всему их пути на земле остались следы — реки да озера.

Марийские великаны — онары — тоже умом не отличались. Леса этим гигантам были по колено, реки и озера они перешагивали, не заметив. Вековые дубы, которые им мешали, просто вырывали с корнями. Они перекидывались огромными валунами, словно камешками. А когда вытряхивали из обуви набившийся песок, образовывались курганы.

Однажды великан увидел человека, пахаря, принял его за незнакомое насекомое и отнес матери. А та, посмотрев на крошку, который тем не менее умел пахать землю и растить хлеб, предсказала, что именно эти крохотные люди сменят величественных великанов, потому что умеют менять мир.

Со временем легенды марийцев несколько изменились, и в них действовал уже не народ великанов, а один гигант по имени Онар. Причем его в глупости и неумелости упрекнуть нельзя — именно он научил марийцев ремеслам.

Миф 

Онар и мари

В юности Онар знать не знал, что на свете есть люди. Пока однажды крестьянин из народа мари не выкорчевал огромный еловый пень — такой большой, что дров из него хватило бы на половину зимы. Налетевший страшный ураган поднял пень, понес по воздуху и бросил великану прямо в глаз. Тот попытался сам избавиться от соринки, какой представлялся ему пень, но не получилось. Мать помогла Онару: вытащила крошку и осмотрела ее. А затем посоветовала сыну быть внимательнее, ведь не ветер вырвал этот пень из земли, а человек!

Онар захотел найти человека. Он внимательно осматривал землю и вдруг заметил странную шестиногую букашку, которая ползла по полю, оставляя след. Схватил великан жучка и притащил диковинку к матери.

Оказалось, что это вовсе не букашка, а пахарь с лошадкой и сохой. Мать велела сыну вернуть человека на место и никогда больше так не поступать.

Онар послушал мудрую мать и больше не обижал марийцев, а, напротив, защищал их от врагов; враги же, прослышав о великане, обходили эти земли стороной.

Онар был очень высокий; выпрямившись в полный рост, он самую малость не доставал до радуги, поэтому ее прозвали воротами Онара. И одежду он носил краше радуги, очень пеструю: белую рубаху, расшитую алым, зеленым и желтым, пояс из голубого бисера, шапку, украшенную серебром. За один шаг он мог покрыть расстояние в семь верст, то есть в семь с половиной километров. Жил он охотой, а еще любил мед, которым с ним делились дикие пчелы.

В Республике Марий Эл много озер, и народ говорил, что это следы Онара, бродившего здесь. Поэтому марийский край иногда называют землей Онара.

Одно из озер получилось, когда гигант взял горсть земли и кинул в реку: образовавшаяся плотина перекрыла путь воде. Еще одно озеро, Кугуер, находится на месте ямы, которую промяла голова великана, когда Онар улегся поспать.

Миф 

Онар-защитник

Пришло время Онару покинуть этот мир. Он наказал марийцам похоронить его в кургане и пообещал: когда придет самая трудная минута, когда не смогут они противостоять захватчикам, найдется тот, кто пробудит Онара от вечного сна, и великан, вступив в свой последний бой, разобьет врагов. Правда, сделать это можно лишь один раз; призвав Онара не в минуту отчаяния, марийцы лишатся защитника. Увы, так и получилось: однажды пробудили великана напрасно и с тех пор приходится марийцам справляться самим, без его помощи.

Легенды и сказки об Онаре популярны до сих пор. В селе Шоруньжа великану даже поставили памятник — огромный валун с надписью «Онар». Каждый, кто приходит к нему, может положить на постамент свой маленький камень. И кто знает, может быть, со временем таким образом памятник Онару станет размером с гору?

Совсем другими предстают древние великаны в мифах манси. Верховный бог, уже знакомый нам Нуми-Торум, сотворил их из стволов лиственниц. Однако едва он вдохнул жизнь в исполинов, те убежали в лес — только их и видели!

Бог попытался использовать лиственницу во второй раз. Но получившиеся существа ему не понравились, и он их уничтожил. Разочаровавшись в лиственнице, бог взял ветви ивы, обмазал их глиной и из этого материала сделал людей. Они-то и населили землю.

Однако первые сбежавшие великаны — менквы — никуда не делись. Более того, эти гиганты оказались людоедами. Если им удавалось поймать человека, то они клали его в карман, относили к себе и там съедали. Но, как и многие великаны, менквы считались глупыми, и их было легко обмануть. Чтобы отпугнуть этих чудищ, следовало втыкать в деревья ножи и стрелы. При этом говорили, что люди, погибшие в лесу, тоже становились менквами. Правда, о том, каким образом это происходило (ведь люди маленькие, а менквы большие), легенды умалчивают.

Выглядит менкв почти как человек, только брови у него очень густые, а голова остроконечная (есть версия, что голов у великана несколько). Сила у него неимоверная, а характер отвратительный.

Ходят менквы по земле, опираясь на посохи, и иногда бросают их — так появляются рощи из лиственниц. А протоптанные ими дороги со временем заполнились водой и стали реками.

Однажды с одним из менквов сразился сын Нуми-Торума — Тайт-котл-Торум. Когда в великана вонзилась его стрела, тот закричал так громко, что земля разверзлась, и на этом месте тоже образовалась река.

Чтобы задобрить менквов, люди устраивали святилища, в которых ставили деревянных идолов — таких же остроголовых, как и сами великаны. А в жертву им приносили… чай.

В мифах менквы — существа злобные и вредные. А вот в сказках все обстоит иначе — там великаны даже помогают герою. Обские угры очень любили сказки об Эква-пырище (или Пырисе), который жил с бабушкой и младшим братом. В этих историях иногда упоминались менквы, и встречи с ними, как ни странно, заканчивались для героя более чем благополучно.

Миф 

Как стать богатым

Вышел Эква-пырищ на свою первую охоту. Встретились ему по дороге многоголовые менквы. Они не стали нападать на героя, а впряглись в его нарты (санки, которые обычно тянут за собой собаки или олени).

Великаны не умели добывать огонь. Поэтому они предложили Эква-пырищу погреть для них воду, а сами отправились за мехами.

В итоге достали столько шкур, что хватило на всю оставшуюся жизнь и герою, и его бабушке. Вернулся Эква-пырищ домой с целым ворохом соболиных и лисьих мехов. Сшила ему бабушка меховую одежду, рукавицы и особую шапку: если ее надвинуть на глаза, становишься невидимым. И отправился Эква-пырищ мир повидать да людей посмотреть.

В другой сказке менкв отдал целый воз меха в качестве выкупа за свою жизнь.

ПУШИСТОЕ СОКРОВИЩЕ

Меха диких животных, которые добывали охотники, в то время ценились чрезвычайно высоко. Для хантов и манси воз, полный мехов, — символ сказочного богатства, подобного золоту и серебру.

Народы, населяющие нынешнюю Мордовию, тоже верили, что первыми обитателями земли были великаны.

Миф 

Великаны, но другие

Сначала, до людей, бог сотворил гигантов ростом с сосну. Они жили очень долго, несколько веков. У великанов были огромные лошади, под стать хозяевам, и они даже умели пахать землю и сеять хлеб.

Но бог разочаровался в своем творении и наслал на землю потоп. Большинство великанов погибли, а уцелевшие из поколения в поколение становились все меньше и меньше, пока не достигли нынешнего роста.

Именовали этих гигантов просто богатырями, видимо, позаимствовав слово у соседей-русских. И возможно, не только слово. Ведь в русских былинах тоже встречаются богатыри исполинского роста — например, гигант Святогор или богатырка Настасья Микулишна.

ЖЕНСКАЯ СИЛА ПО-ДРЕВНЕРУССКИ

Русские былины рассказывают, что богатырка Настасья Микулишна, встретив однажды самого Добрыню Никитича, сунула его в свой карман вместе с лошадью, решив рассмотреть попозже и придумать, что делать с находкой. Если окажется красивым, то пойдет за него замуж, а если не понравится, то убьет в поединке. Конец этой былины не сохранился, но, судя по тому, что Добрыня жил долго и счастливо и жену его звали как раз Настасьей Микулишной, история закончилась хорошо.

Чудь белоглазая

Рассказывали финно-угры не только о великанах, но и о карликах. Называли они этих маленьких существ «чудью».

История слова «чудь» очень забавная. Оно вообще-то русское, и называли так на Руси представителей как раз финно-угорских племен. После того как Новгородская республика подчинила себе большие территории на севере, торговцы, разбойники и миссионеры забирались в глубь загадочных холодных земель и встречали там местных жителей. Финно-угры не стремились создавать собственное государство и вести войны, и их край долго и упорно делили между собой русичи-новгородцы и скандинавы.

Отношения с пришлыми складывались по-разному. Где-то незваных гостей встречали приветливо, перенимали их язык и обычаи. В других местах жители были настроены враждебно, хотя и не могли толком защититься от хорошо вооруженных захватчиков.

Почему же финно-угры — «чудь», да еще «белоглазая»? Чудь — потому что чудные, не похожие на русских. А белоглазая — видимо, из-за цвета глаз, серых, очень светлого оттенка.

Коми же, услышав истории об удивительных племенах, к себе их никак не отнесли — они-то себе не казались ни чудными, ни странными. И стали рассказывать собственные легенды о чуди — крохотном народце, который населял их край в древние времена и ушел под землю, когда пришельцы начали ему мешать.

Кто же такая чудь в понимании коми-пермяков? Это карлики, настолько маленькие, что трава им кажется дремучим лесом. Иногда рассказчики добавляли, что эти крохотные существа покрыты шерстью, а ноги у них похожи на поросячьи.

Жили они еще в те легендарные времена, когда небо находилось низко над землей и до него можно было достать рукой (помните такие истории у удмуртов?). Но когда пришли христианские проповедники и стали всех крестить, чуды-язычники ушли.

Есть и другая версия — в исчезновении чудов виноваты… серпы.

Миф 

Чуды-чудаки

В отличие от великанов, которые просто бродили по земле, даже не думая трудиться и менять окружающий мир, чуды пытались что-то делать, но получалось у них все шиворот-навыворот. На пашне они рыли ямы, скот кормили в избе, столярными инструментами косили сено, а зерно хранили в чулках. Однако при этом были сказочно богатыми. Ведь они прямо с неба получили серебряных коней с золотыми санями, которые им служили.

Рассказывали, что бог-творец Ен разгневался на малый народец и поднял небо выше. Тогда на земле выросли настоящие большие деревья, ее населили белые люди высокого роста, которые принялись срезать созревшие колосья острыми серпами. Мир стал огромным и пугающим.

Чуды особенно боялись серпов и поначалу пытались бороться с непонятными железными штуками. Однажды двенадцать чудов нашли бесхозный серп и решили утопить его. Им удалось вывезти его на лодке на середину реки и прикрепить к нему камень, но, падая в воду, серп зацепился за борт, и лодка перевернулась. Чуды плавать не умели и тоже утонули. Тщетными оказались и другие попытки избавиться от непонятных штук.

Убедившись, что с серпами справиться не удается, чуды от них спрятались.

Какую бы причину ни называли мифы, итог один: чуды скрылись под землей. До сих пор в некоторых местах якобы можно увидеть чудские могилы — ямы, через которые ушел под землю легендарный народ. Причем, уходя, он прихватил часть своих поистине сказочных богатств, а другую часть защитил заклятиями. Найти этот невероятный клад никому пока не удалось. Мол, добыть его способен только очень сильный колдун.

В некоторых селах говорили, что чуды — предки людей. Потому жители этих мест в особые дни, когда принято поминать покойных родственников, обязательно приходили и на чудские могилы, принося яства в берестяных коробочках и блины. Ведь, по мнению древнего человека, покойным тоже нужно чем-то питаться.

Однако, согласно другим поверьям, чуды после смерти превращались в злых духов. Из тел погибших карликов выскакивали ящерицы и прочие пресмыкающиеся, которые разбегались и становились разнообразной нечистью. Эти вредные духи — водяные, домовые, банные — могли прятаться в самых разных местах, лишь бы они были темными и мрачными: в заброшенных домах и банях и даже под водой. Увидеть их нельзя, лишь по следам птичьих лап или детских ног можно догадаться, что здесь чудила чудь.

Миф 

Дочь-подменыш

Жила-была женщина, у которой была странная дочка: минуло ей уже семнадцать, а она все никак не могла вырасти и лежала в люльке.

Но как-то к женщине подошла взрослая незнакомая девушка и назвала ее мамой. Тогда и выяснилось, что в люльке все это время лежал не ребенок, а деревяшка, которую чуды подложили женщине вместо родной дочери. Она оставила некрещеного младенца одного в бане на пару минут, и чуды успели его подменить.

Живя с чудью, девушка научилась превращаться в зверя или птицу и становиться невидимой. Но вот ей пришло время выходить замуж за карлика, и она попросила родную матушку о помощи. Когда услышит мама свадебный звон бубенцов и увидит, как от бани несется снежный вихрь, она должна кинуть в него крест — ведь чудь, как и всякая нечисть, креста боится.

Женщина так и поступила. Из вихря вылетела курица и обратилась в ее дочь.

Со временем финно-угры стали все чаще контактировать с народами, исповедующими христианство и ислам, однако упорно хранили собственную языческую веру, унаследованную от предков. И специально это отмечали. Среди легенд о чуди существует предание, в котором чудь ушла под землю, когда стараниями святого Стефана Пермского христианство распространилось по земле.

Миф 

Чудной праздник

Как-то гармониста пригласили на праздник незнакомцы. Он согласился, но праздник оказался очень странным: сани с людьми и конями въехали прямо в реку и оказались в подводном селе. Как ни удивительно, гармонист даже в этот момент не заподозрил ничего плохого и принялся подыгрывать танцорам. Однако заметил, что танцоры, сделав круг, каждый раз мажут себе чем-то лицо. Загадочная жидкость находилась в сосуде, и гармонист, улучив момент, нанес ее себе на глаз. И увидел весельчаков в их подлинном облике: мохнатых существ с огромными ушами и хвостом. Он догадался, что это чудь, и быстренько выбрался из воды.

Какое-то время мужчина наслаждался чудесной способностью — замечать чудов, которые, пользуясь своей невидимостью, делали людям пакости. Но, увы, однажды он не выдержал и поймал чуда, который что-то украл. Тот изумился: разве люди могут видеть чудов? Гармонист похвастался своим чудо-глазом. А чуд взял и ткнул в этот глаз пальцем. С тех пор музыкант снова видел мир как все нормальные люди — без чудов.

В Республике Марий Эл до сих пор есть язычники и священные рощи, где они поклоняются своим богам. Это один из очень немногих примеров живой традиции исконного язычества на европейской территории России. И марийцы даже придумали отдельную легенду о том, как они получили свою веру.

Миф 

Почему марийцы поклонялись пням?

Однажды верховный бог Кугу-Юма собрал все народы. Однако мариец и удмурт, у которых были очень большие семьи, постеснялись приводить всех и велели части родственников спрятаться в лесу.

Рассердился Кугу-Юма. И дал он русским для поклонения Христа, татарам — Луну, а марийцу и удмурту сказал: «Раз вы спрятали от меня родичей, то они обратятся в горелые пни, и вы станете поклоняться этим пням. Причем пни эти будут все время голодными и требовать жертв…»

У марийцев и удмуртов действительно были гигантские семьи — по несколько десятков человек. Молодые муж и жена не отделялись от рода, и бабушки, дедушки, братья, сестры и дети их жили одной семьей. Так что здесь легенда не противоречит реальности.

А вот почему марийцы сочли, что в исламе почитают Луну, неизвестно. Символ этого небесного светила действительно можно увидеть на мечетях, но татары, как и все другие мусульмане, поклоняются единому богу, которого называют Аллах.

Зачем человеку две души?

В русском языке есть слова «двоедушный» и «двоедушник». Первое означает неискреннего человека. Второе сейчас уже не встречается, но им славяне обозначали колдунов, вампиров и прочую нечисть. У них якобы две души — человеческая и демонская, — и ожидать от этих существ можно лишь неприятностей.

У хантов, манси, марийцев все обстоит иначе. Услышав такие слова, они не подумали бы ни о неискренности, ни о потусторонних злых силах. Они верили, что как минимум две души имеет каждый человек. Причем обе человеческие, просто разные, обозначаемые разными словами.

Одна — душа-дыхание — помещается в груди человека. Если тот погрузился в сон или потерял сознание, это значит, что душа на время ушла. Говорили, что она принимает вид облачка пара, или бабочки, или даже летучей мыши.

Когда душа-дыхание покидает человека навсегда, он умирает. Удмурты полагали, что в виде бабочек в дом могут заглянуть и предки, а потому трогать этих крылатых красавиц строго-настрого запрещалось.

Вторая душа — душа-тень или двойник. Это воплощение душевного и физического здоровья человека, его удачи. После смерти человека именно душа-двойник совершает сложное путешествие в загробный мир.

Однако двойник и при жизни бродит по другим мирам, и хождения эти довольно опасные. Если с двойником в это время все в порядке, то человек никак не ощущает его перемещений. Но если душа-тень в своих странствиях допускает ошибку, то жди беды. Человек заболевает, и помочь ему при такой болезни может только шаман.

Кто такой шаман

Шаманизм считается одной из самых древних религий на земле. Ее главная особенность — вера в то, что существуют особые люди, которые способны служить связующим звеном между миром духов и миром человеческим. Их называют шаманами.

Слово «шаман» пришло к нам из языка одного из малых народов Сибири, эвенков, а затем проникло и во многие европейские языки. Представление о наличии у человека двойника (непременное условие для возникновения шаманизма) для европейцев и славян не характерно, но оно есть у многих финно-угорских народов.

Как минимум шесть тысяч лет назад шаманы уже существовали — археологи обнаружили могилу одного из них на Оленьем острове, расположенном на Онежском озере. Рядом с похороненным там мужчиной нашли специальный жезл с изображением головы лосихи — типичный атрибут шамана.

Народы Севера, в том числе финно-угры, исповедуют шаманизм и в наши дни. Шаманы были у удмуртов и до сих пор есть у хантов и манси. Особенно характерно это мировоззрение для саамов и обских угров, представители которых продолжают вести традиционный кочевой образ жизни. Конечно же, их дети учатся в школах и могут поступать в университеты, однако чаще всего, став взрослыми, они возвращаются на родной Север, путешествуют по нему со стадами оленей, занимаются охотой и рыболовством, как и их предки.

Найти и вернуть

Шаман способен совершать путешествия между мирами и служить посредником между людьми и духами. Если обычный человек понятия не имеет, при нем ли сейчас его двойник или где-то ходит, то шаман прекрасно это знает и, более того, может контролировать и своего двойника, и чужих.

Именно поэтому к заболевшему человеку зовут шамана. Ведь его двойник не в курсе правил, которые следует соблюдать в потустороннем мире, чтобы вернуться оттуда невредимым. Зато шаману они известны. Его задача — найти заблудившегося двойника и вернуть его в тело. Даже если двойник будет сопротивляться, шаман все равно уведет его с собой и доставит по назначению. Правда, к шаманам обращаются не только за исцелением; их просят предсказать будущее, найти потерянную вещь и даже повлиять на погоду.

Шаманов иногда причисляют к колдунам. Но колдуном, как считалось, может стать любой, если совершит определенные обряды. (Другой вопрос, что в Европе и на Руси к такому выбору относились резко отрицательно. Людей, которых подозревали в колдовстве, сторонились и боялись и иногда изгоняли из селений и даже убивали.)

Шаманом же может стать только потомок шаманов, человеку со стороны это недоступно. Во всех делах ему помогают духи-помощники. Стать шаманом, просто захотев этого, невозможно — духи сами выбирают посредника между миром реальным и миром потусторонним и приходят к избраннику в видениях. Причем мнение самого человека их совершенно не интересует. Если духи решили, что он будет шаманом, значит, он будет шаманом, и избежать этого не получится.

Ханты и вовсе полагали, что шаманы рождаются не обычным образом, а из яйца, снесенного птицей. После того как такой необычный птенец вылупляется, птица относит его в железную колыбель у корней мирового древа.

У шамана есть покровители — небесные духи или же духи преисподней — и помощники — духи птиц и зверей. Рассказывали, что, когда волка, лису или другое животное убивали, а шкуру вешали, дух начинал служить шаману. Чаще всего главным помощником шамана считали орла. Именно эти птицы, по мнению хантов, жили на мировом древе.

Шаманов уважали и боялись и при возникновении той или иной серьезной проблемы обращались к ним за помощью.

Народ колдунов

Как мы уже говорили, представителей финно-угорских племен, которые жили в единении с природой и сохранили языческую веру, их европейские и славянские соседи считали колдунами. Но один народ пользовался такой славой даже среди собственных сородичей!

Речь идет о жителях Лапландии. Вам это название наверняка знакомо: Лапландия упоминается в сказке Ганса Христиана Андерсена «Снежная королева». Но это не сказочная страна, а реальное место. Ее территория сейчас разделена между четырьмя государствами: Россией (Кольский полуостров), Швецией, Норвегией и Финляндией.

Жителей Лапландии именовали лапландцами или лопарями. А сами себя они называли саамами, и в итоге это название закрепилось. Этот небольшой народ ведет кочевой образ жизни, разводит оленей и занимается рыболовством.

Слава о саамах как о могущественных колдунах гремела по всей Европе вплоть до ХХ века. Их побаивались даже сородичи, финны. Финнов и самих, правда, причисляли к колдунам, но они уверяли всех и каждого: настоящие колдуны живут в загадочной Лапландии — холодной северной стране за полярным кругом. И колдовать там якобы умеют все, даже маленькие дети. Но, конечно же, самыми могущественными и самыми устрашающими колдунами считали саамских шаманов, которых называют нойдами.

Даже европейские государи (и в их числе Иван Грозный), когда нуждались в магической помощи, приглашали саамских магов.

Как купить ветер

Нойды, конечно, не превращали чашки в крыс и обратно, как это делали герои всем известной книги о Гарри Поттере. Однако им приписывали куда более практичные и интересные умения.

Говорили, например, что они могут отводить глаза, чтобы никто их не замечал, и видеть предметы, находящиеся очень далеко, в десятках и даже сотнях километров от них. Могут найти какого-нибудь человека, который давно уехал или пропал, рассказать, где он находится и чем занимается. Также нойды лечили болезни, толковали сны, занимались гаданиями и предсказывали будущее.

Было у них и очень необычное умение. Рассказывали, что они управляют погодой, удерживают в неподвижности корабли и… торгуют ветром. Долгое время люди путешествовали под парусами, а значит, зависели от попутных ветров. Когда наступал штиль, то есть безветрие, корабль буквально застревал посреди моря. И тогда моряки шли к лапландцам — купить у них немного попутного ветра.

Как это происходило? Договорившись о цене и получив нужную сумму, нойд давал морякам специальную веревочку с тремя узелками. Чтобы добыть первый несильный попутный ветер, следовало развязать один узелок. Если распустить два, то ветер усилится, а потому корабль должен быть крепким.

А вот третьим узелком в море пользоваться не стоило. Он вызывал ураган, способный потопить корабль. Однако неизвестно: то ли его пускали в дело, чтобы ликвидировать конкурентов-мореплавателей, то ли веревочка с двумя узелками просто не работала и требовались непременно три. Нойды и сами применяли эти узелки. Согласно поверьям, если в море вдруг сталкиваются два мощных вихря, то это бьются между собой два могущественных шамана.

Битва духов-оленей

Нойды не только исцеляли болезни, но и насылали их. Говорили, что они делали из свинца малюсенькие копья или шарики величиной с орех и с их помощью поражали неугодных. Еще один способ навредить — вредоносные насекомые, которых шаману приносили служащие ему птицы. Таких насекомых нойд хранил в специальном коробе и при необходимости пускал в ход. Причем нойды могли брать их взаймы у «коллег» — и, согласно поверьям, всегда возвращали долг.

Бывало и так, что два шамана противостояли друг другу: один насылал болезнь, а второй стремился ее истребить. Если нойд узнавал, что причина болезни — злая воля другого шамана, то он посылал своего чудесного помощника, духа-оленя, биться с таким же оленем противника. И судьба больного полностью зависела от исхода мистического поединка. К сожалению, речь о справедливости в этой ситуации не шла, все зависело лишь от силы колдунов.

Да что там ветра, что там болезни! Рассказывали, что в древности нойды могли даже резать землю, будто пирог!

Именно так, согласно легенде, в нынешней Мурманской области России образовались Айновы острова.

Миф 

Как сделать острова

В незапамятные времена жили на Кольском полуострове три брата-нойда. Было у них мало земли и оленей, и решили они отправиться в Норвегию. Но не для того, чтобы завоевать новые территории. Они собирались буквально отрезать кусок и забрать с собой. А чтобы колдовство удалось, требовалось соблюдать одно условие — молчать.

Долго ждала мать трех сыновей — и дождалась, наконец. С шумом и грохотом привезли они отрезанный от Норвегии кусок земли. Кинулась к ним женщина и, забывшись, радостно закричала.

И разрушилось колдовство. Олени и нойды утонули, мать их окаменела. А земля, которую принесли братья, обратилась в острова.

Героями многих финно-угорских мифов становились звери. Но, конечно же, не простые, а волшебные. Некоторые из них были помощниками героев, например шаманов. А некоторых почитали как первопредков. Это явление называется тотемизмом и встречается у многих народов. Естественно, к таким «родственникам» относились с особым уважением, зверям-первопредкам поклонялись, считая их священными.

Большинство народов эту стадию переросли. Но в тех местах, где сохранился первобытно-племенной строй, даже в XIX веке оставались племена, верившие в то, что они произошли от какого-либо животного.

Миф 

Волшебный олень

Саамы считали своим предком оленя по имени Мяндаш — белого красавца с золотыми рогами. Мяндаш — оборотень, наполовину зверь, наполовину человек, сын дикого оленя и шаманки. Именно с момента его рождения люди, породнившись с оленями, получили возможность на них охотиться. Олени позволяли охотникам выследить себя и догнать, обеспечивая людей мясом и красивыми шкурами для изготовления одежд и домов-чумов.

Узнав, кто его отец, Мяндаш ушел жить к оленям. Однако он не просто бродил по тундре, подобно своим звериным сородичам. Он построил себе особую вежу (традиционное жилище саамов), но вместо деревянных опор использовал оленьи кости. Входя в свой дом, он становился человеком.

Повзрослев, Мяндаш решил жениться и попросил мать найти ему невесту среди людей. Та сначала отговаривала сына — мол, обычная девушка не сможет стать женой оленя-оборотня! Но Мяндаш настоял на своем, и мать пошла искать сыну жену. Она переплыла волшебную реку, которая отделяла земли Мяндаша от человеческих, и нашла семью, где были три дочери на выданье. Однако испытания, придуманные матерью Мяндаша, смогла пройти только младшая из них. Так Мяндаш женился.

Но недолго длился их брак, права оказалась мудрая мать: когда дети их подросли, они превратились в оленей и ушли с Мяндашем в тундру, где стали вожаками стад диких оленей.

Жена Мяндаша снова вышла замуж, но жили они с новым мужем в нищете. И тогда Мяндаш пожалел бывшую супругу и других людей, явился ей во сне и пообещал, что с этого момента охота станет для них удачной. Так и получилось.

Мяндаш научил людей, как нужно выслеживать зверей, подарил им лук, показал, как прятаться за камнем. И выдал строгие правила, которые необходимо соблюдать на охоте. Однако когда люди начали использовать ружья, они забыли об этих правилах, и удача от них отвернулась.

Сам же Мяндаш ушел на небо и с тех пор ходит по тропе солнца. Когда погибнет небесный олень, тогда наступит конец света — так говорят саамы.

ДОМ ДЛЯ КОЧЕВНИКОВ

Хотя саамы и переезжали с места на место, дома у них все же были. И назывались они вежами. Основой для вежи служил шалаш из еловых и сосновых жердей, который покрывали дерном, корой, сухими ветками и шкурами животных. Такое строение летом могло зарасти травой и издали напоминать небольшой холм.

В вежах саамы жили, когда наступало время ловли рыбы. Когда же требовалось сменить место, они оставляли свои жилища — до следующего раза.

Как мы помним, самую древнюю на свете лыжу нашли в Республике Коми возле озера Синдор. Легенда гласит, что жил в этих краях в древности великий охотник Йиркап.

Миф 

В погоне за голубым оленем

Однажды увидел Йиркап, как бьются на озере водяной Васа и леший Ворса. Водяной, конечно же, побеждал, ведь бой проходил в его родной стихии. Но вмешался Йиркап и ранил водяного из лука.

Тогда благодарный леший посоветовал охотнику найти в лесу свое дерево. Йиркап отправился на поиски, и сосна сама призвала его. Он сделал из нее волшебные лыжи — самые быстрые. Когда Йиркап уходил на охоту, родные не успевали толком растопить печь, как он уже возвращался с добычей.

Другие охотники завидовали Йиркапу и подговорили одну колдунью погубить его. Та превратила собственную дочь в прекрасного голубого оленя и поспорила с Йиркапом, что никогда он не догонит волшебного зверя. До самых Уральских гор гнался Йиркап за голубым оленем — и настиг-таки его. Но разгневанная колдунья отомстила за дочь: по ее подсказке завистники напоили охотника отравленной водой, и он провалился под лед вместе с лыжами.

Поэтому древнюю лыжу с головой лося, найденную у Синдора, так и зовут — лыжа Йиркапа.

Головой лося лыжа Йиркапа украшена не случайно. Это одно из самых почитаемых животных у финно-угорских народов. Лосем они даже называли созвездие Большой Медведицы. Мол, это небесный лось, за которым охотник гнался прямо по небу, по лыжне — Млечному Пути, однако не поймал.

Сцены охоты, изображающие людей на лыжах, которые преследуют лося, были весьма популярны еще в каменном веке. Это частый сюжет петроглифов, обнаруженных в Карелии.

РИСУНКИ НА КАМНЯХ

Петроглифы — изображения, которые нанесены на камень методом резьбы или же красками. Подобные рисунки люди делали еще в каменном веке.

Интересно, что изображенная там охота, скорее всего, была не обычной (ради мяса и шкуры), а ритуальной. Лося ловили живым.

Для этого охотник облачался в волчью шкуру, вставал на лыжи и брал с собой специальное приспособление — каменный или глиняный шар на веревке. Приблизившись к животному, он метал камень и опутывал ноги лося.

Есть петроглифы с лыжником, который то ли охотится на лося, то ли запряг его и едет на лыжах, как на санях.

Лосей часто изображали и на пермских металлических миниатюрах. Мы уже упоминали особый пермский звериный стиль, мастера которого выполняли в бронзе образы разных животных — как реальных (медведя, лося, бобра, коня, лебедя, утку, змею), так и фантастических (человеколося, человекоптицелося). Часто на них встречаются изображения тройки: в середине — мужчина, а по бокам — две женщины с лосиными головами. Это отражение мифа, связанного с двумя небесными богинями жизни, подательницами света и плодородия, которых в мировой мифологии обычно представляли в виде олених или лосих. На пермских миниатюрах лосиные головы женщин обычно образуют небесный свод. Есть предположение, что все дело — в рогах, которые считались символом небесных лучей.

Этот миф известен многим народам, от Сибири до Древней Греции: у греков священным животным богини Артемиды, покровительницы всего живого, была лань с золотыми рогами и медными копытцами.

НЕПОПУЛЯРНЫЙ ПОДВИГ ГЕРАКЛА

Поимку Керинейской лани, священного животного Артемиды, относят к одному из подвигов величайшего греческого героя Геракла. Царь Эврисфей приказал Гераклу поймать лань и доставить ее живой в город Микены. Геракл долго преследовал ее, значительно удалившись от границ Греции, но в итоге сумел схватить животное. Позже лань отпустили, и она вернулась обратно к богине, что было очень разумно — представьте, что произошло бы, если бы кто-то осмелился обидеть ее любимицу!

Из этого мифа понятно, что греки не были охотниками, в отличие от финно-угров. И миф этот они не очень любили, предпочитая другие подвиги Геракла — например, убийство Лернейской гидры или же очистку Авгиевых конюшен.

Очень распространенным было изображение всадника. Причем не обязательно едущего на лошади — встречаются бляхи, на которых человек оседлал лося.

Миф об охоте на волшебного лося был настолько популярным, что со временем у него появилось много версий. Особенно любили рассказывать его карелы и финны.

Миф 

Лось с цветочными ушами

Однажды герой эпоса Лемминкяйнен смастерил чудесные лыжи и похвастался, что ни один зверь не сможет от него уйти. Хозяева лесов услышали об этом и приняли вызов. Они сотворили волшебного лося Хийси: голову его изготовили из кочки, тело — из валежника, ноги — из кольев, а уши и глаза — из цветов.

Волшебный лось понесся к северу, опрокинув по дороге котел с ухой. Девицы вокруг заплакали, а женщины засмеялись. Услышав этот смех, Лемминкяйнен подумал, что смеются над ним. Такого он стерпеть не смог.

Оттолкнулся на волшебных лыжах — раз, второй, третий — и в три рывка оказался рядом с лосем и пленил его. Запер он лося в доме и уже стал мечтать, как украсит свое жилище лосиной шкурой. Но разгневанный лось выломал стену и умчался прочь. Пытался Лемминкяйнен догнать его, но, увы — сломал и лыжи, и палки. В общем, одни неприятности от этого лося вышли!

Небесный предок

Изображали на пермских металлических миниатюрах и медведей. Косолапого, внешне добродушного, но чрезвычайно опасного хищника почитали практически все народы, проживающие на территориях его обитания. Его когтистые лапы и зубы считались хорошим оберегом. В Северной и Восточной Европе их даже клали в могилы к умершим — бытовало поверье, что покойнику пригодятся острые медвежьи когти, когда придется залезать на мировое древо или на ледяную гору, чтобы достичь обители мертвых. Охотники, которым посчастливилось убить на охоте медведя, хранили его лапу — на удачу.

Финно-угорские племена также выказывали медведю особое уважение — как зверю, спустившемуся с неба. Мифы финнов и карелов дают несколько версий того, как это произошло. К примеру, рассказывали, что медведь появился из шерсти, которую боги сбросили с неба на землю. Но были и другие, куда более красивые и поэтичные мифы.

Миф 

Колыбель для хищника

Обские угры рассказывали, что медведь — сын верховного бога; ему, живущему на небе, запрещалось даже глядеть на нижние миры. Но однажды медведь нарушил запрет, увидел на земле большие леса и захотел попасть туда. Бог исполнил его просьбу и спустил медведя на землю в люльке, подвешенной на железной цепи.

Косолапый об этом не пожалел: на земле он нашел вкусный мед и ягоды.

Другие говорят, что медведь родился на небе у Большой Медведицы и его спустили в лес в позолоченной колыбели на серебряных ремнях. Так он и качался на ветвях сосны, пока не вырос.

Когда зверь становился добычей охотника, нужно было провести специальный обряд. По убеждению хантов и манси, в этом случае хищник не станет мстить охотникам за свою гибель, а вернется на небо, к отцу, или в любимый лес.

Коми, собираясь на охоту, непременно извинялись перед медведем и варили специальную сладкую кашу, которую ставили возле охотничьей избушки. Если наутро котел был пустой, значит, медведь принял подношение и охота будет удачной.

После охоты, если удавалось подстрелить медведя либо другого ценного зверя (к примеру, куницу или соболя), шкуру вывешивали на почетном месте, а самих животных непременно «приглашали» к столу — отведать угощение.

Голову убитого зверя хоронили, приговаривая: «Вот тебя хороним вниз головой… Не придешь больше сюда». Рассказывали легенду о том, что охотники как-то пренебрегли этим обычаем, да еще и начали хвастаться — мол, легко справились с медведем, — а тот ожил и кинулся на них. Пришел бы им конец, да, к счастью, один из них был сведущ в магии и бросил на пути ожившего медведя шнурок. Колдовство сработало — зверь упал и умер, теперь уже окончательно.

Праздник в честь медведя

Реальный, а не мифический медведь — зверь чрезвычайно опасный. Убить человека он может одним ударом лапы. Ходить на медведя в одиночку рискованно даже для опытного охотника. И если удалось сразить зверя, то это редкая удача и предмет особой гордости.

Однако для угорских народов важна была не только успешная охота. Они считали необходимым, во-первых, задобрить медведя, а во-вторых, сделать так, чтобы он мог возродиться. Во время охоты читали специальные заклинания, убеждая зверя в том, что никто на него не посягает и это он сам пришел к людям в дом.

После удачной охоты непременно устраивали Медвежий праздник.

В лесу охотники встречали «младшего брата», как называли они поверженного хищника, и снимали с него «одежду», то есть шкуру. Затем его торжественно везли в селение и, внеся в избу охотника, укладывали голову на шкуру и лапы в самом почетном месте — этот момент древние мастера запечатлели на множестве миниатюр.

Нос и глаза зверя закрывали специальными берестяными кружочками, чтобы он не увидел участников праздника.

К вечеру на ритуальный пир собирались гости, и не с пустыми руками. Каждый приносил медведю, будто имениннику, подарок: платок, ленточку, монетку. Перед виновником торжества ставили благовония и чашу, в которую клали печенье в виде различных зверей — оленей, лосей и птиц. И начиналось настоящее представление с песнями и плясками.

Кульминацией праздника становилось поедание медвежьего мяса, которое разделывали особым образом.

Медвежьи игрища

Гуляния в честь медведя у большинства народов длились один день. Но обские угры устраивали торжество на несколько суток. Праздник этот, именуемый Медвежьими игрищами, существует до сих пор.

Церемония начиналась с обрядовых песен, посвященных медведю. Затем выходили люди, изображающие лося, ястреба и лягушку, которые считались предками родов обских угров. Они надевали специальные костюмы и берестяные маски и исполняли особые танцы.

Часть плясок была связана с охотой. Одна из них изображала старого лося и лосенка, которого старший родич учил уму-разуму. Но пока тот рассказывал, как убегать от охотников, явился один из них — и старый лось упал, сраженный стрелой. В другом танце показывали, как филин охотится на зайца. Эти сценки были забавными, и медведь якобы развлекался вместе с другими зрителями.

Песни, исполняемые в честь птиц, рассказывали о том, как пернатые прилетают с юга в Страну северного ветра. Они сносят по три яйца, высиживают их, и из одного на свет появляется человек.

Персонажем праздника был и сын верховного бога Нуми-Торума со сложным именем Мир-Сусне-хум. Это бог-всадник, покровитель людей. Его изображал шаман, он брал специальное священное покрывало, накрывал им саблю и садился «верхом». Он сам изображал бога, сабля — коня, а покрывало — попону. Настоящих коней у обских угров, увы, не было, так что приходилось довольствоваться игрушечными.

В одной из песен о приходе бога рассказ ведется от лица медведя: он описывает, как напал на всадника на белом коне, но тот пронзил его копьем.

В какой-то момент в избу вбегал человек с криком: «Менквы идут»! Менквы, злые лесные духи, явились покарать тех, кто нарушает обычаи. Но люди приготовились к визиту монстров — запаслись специальными деревянными фигурками, изображающими мужчину и женщину. Глупые менквы, поверив, что это и есть нужные им нарушители, забирали их с собой в лес.

Заканчивался праздник дружным пиром, на котором ели медвежье мясо. А череп зверя вешали на сосну — ведь именно с этого дерева спустился на землю самый первый косолапый. И после этого дух убитого возрождался.

Интересно, что Медвежьи игрища обские угры устраивали не только в честь удачной охоты. Праздник проходил зимой семь лет подряд, а затем наступал семилетний перерыв. Семь — священное число и у хантов с манси, и у многих других народов.

Для таких игрищ использовали уже не дом охотника, а специальную избу, которую называли танцевальной. Находилась она в одном из поселков на реке Оби, куда все и собирались на праздник.

Медвежьи свадьбы

Особо почтительное отношение к медведям сохранялось у народов Севера даже после знакомства с христианством.

Саамы, например, рассказывали миф о том, как медведь оказался единственным зверем, который помог Богу, когда тот решил осмотреть землю и дошел до болота. Попросил оленя перенести его через топь, но тот отказался. Не стал помогать и волк. А вот медведь согласился, послужил Богу, оттого и почитают его.

Однако образ медведя в фольклоре и мифологии не всегда хороший. Например, этот зверь — один из отрицательных героев цикла саамских мифов об Акканийди, Лунной деве. А сказку о Маше и медведе помните? Не мультфильм, в котором добродушный мишка заботится о шалунье Маше, а русскую сказку, где медведь заставляет девочку стать хозяйкой в его доме. С Акканийди произошло то же самое.

Миф 

Медвежья невеста

Однажды, когда Акканийди была еще маленькая, она отправилась за водой. Набрала полные ведра и уже возвращалась, как из-под камня прямо перед ней выскочил медведь.

Сначала хитрый зверь попросил у девочки напиться. Она дала ему утолить жажду, а после он заявил, что Акканийди должна выйти за него замуж — или он ее съест.

Акканийди отказывалась — она ведь еще маленькая! Разве не видит медведь, что косы у нее коротенькие и она даже не носит головной убор, который положен девушкам на выданье. Но медведь решил, что возраст — дело времени, а брать такую красавицу надо уже сейчас. Схватил он Акканийди и утащил к себе в лес, чтобы она хозяйничала в его доме и росла под его присмотром.

Ох и большое оказалось хозяйство у медведя! Коровы мычали, овцы блеяли в амбарах. Но вот одно строение было все опутано цепями.

Узнала Акканийди, что там медведь держал пленника — самого Грома! Еще когда стихии бились между собой, медведь схватил Грома за бороду, стащил с неба и уволок к себе.

Медведь строго-настрого наказал Акканийди даже не приближаться к этому амбару. Но однажды она нарушила его запрет. Гром попросил девочку помочь ему, ведь оба они были узниками у злого медведя!

Храбрая Акканийди подпилила цепи, и вырвался Гром. Приказал он девочке взять с собой мешок с сеном, охапку ельника и огниво, посадил ее на плечи и с грохотом полетел по небу.

Медведь, конечно, бросился в погоню. Но Гром был хитер. Сначала он велел Акканийди сбросить мешок с сеном — и медведь накинулся на него и принялся рвать когтями. Гром успел улететь далеко. Но вскоре, увы, опять медведь стал его догонять! Велел тогда Гром бросить в преследователя горящую ветку — и возникла молния. Вспыхнула на медведе шерсть, и, пока он тушил ее, Гром отнес девочку домой.

В этой истории для медведя все закончилось неудачей, и поделом ему.

В одной из мордовских песен рассказывается о том, как девушка пошла по грибы, заблудилась и встретила медведей. Они унесли ее в свой дом, и за одного из них она благополучно вышла замуж. Долго не решалась пропавшая вернуться к людям, а когда решилась, выяснилось, что боялась она не зря. Приехав к родным, девушка оставила мужа во дворе, а братья увидели зверя и убили его. Прокляла их лесная жена, ведь они лишили ее супруга!

О браках со священными животными рассказывают и другие мифы. Связаны с этим и некоторые обычаи. Например, у мордвы на свадьбах молодых встречала одна из родственниц в надетой наизнанку медвежьей шубе. Карелы использовали медвежьи лапы как обереги. Похожие сказки есть и у славян. Более того, в Верхнем Поволжье на русских свадьбах переодевшиеся в медведей парни в шутку нападали на девушек, а невесту называли медведицей.

Миф 

Медведь-богатырь

Один из богатырей у коми — Кудым-Ош — был сыном медведя и могучей одноглазой ведьмы. Стал он вождем и одновременно жрецом, неуязвимым для оружия. Если все же удавалось его ранить, то стоило Кудым-Ошу коснуться земли, как рана затягивалась. Когда же нападали на его край враги, он мог вызвать на реке бурю.

В жены богатырь выбрал девушку из манси, княжну Косто. Мать боялась, что такую красавицу отец насильно выдаст замуж, и заставляла ее носить страшную маску из лосиной кожи. Женихи пугались этой маски, и разгневанный отец казнил трусов.

Злая колдунья хитростью уговорила Кудым-Оша посвататься к опасной невесте, желая погубить его. Но замысел ее не удался: Косто полюбила героя и открыла ему свое настоящее лицо. Тот, совершенно очарованный, взял красавицу в жены.

Кудым-Ош научил коми сеять хлеб, плавить железо, строить лодки. А еще богатырь основал город Кудымкар — и сейчас там стоит памятник этому герою.

Прожил Кудым-Ош необычно долгую жизнь. Смерть как-то пришла за ним, но он знал, что нужен своему народу, и не дался ей. Умер богатырь в 150 лет. Он велел похоронить себя в особом гробу, выдолбленном из ствола кедра и опоясанном железными обручами, и пообещал, что еще вернется на землю.

Коми, как и все прочие финно-угры, считали, что медведь спустился с неба. Ему захотелось попробовать горох. А еще показать, что он сильнее человека. Но сделать это ему не удалось.

Миф 

Как медведь не смог стать сильнее человека

Спустился медведь с неба на землю за горохом и увидел людей. И захотел стать сильнее их.

Пришел медведь к богу и попросил себе большой палец. Бог же предупредил: он может исполнить желание медведя, но тогда собака научится стрелять из охотничьего лука, а люди получат крылья.

Подумал медведь и отказался от своей затеи.

Зато он, по мнению коми, был оборотнем — умел превращаться в человека. Для этого ему достаточно было перекувырнуться через медвежью шкуру.

Истории о медведях-оборотнях ходили по всему финно-угорскому миру.

Миф 

Сестры-оборотни и хитрые старики

Как-то три сестры ушли в лес и обернулись медведицами. Зимой охотники нашли их берлогу и разбудили зверей. Двух успели убить, а третья кинулась на шкуру сестры и обернулась человеком. Только одна рука ее не уместилась на шкуре и осталась медвежьей лапой.

Потом превратились в медведей два старика. Но старик-колдун был умнее, чем девушки-медведицы: он сразу предупредил, что на зиму берлогу лучше чем-то прикрыть. Поэтому и не нашли их охотники. Оба спокойно проспали зиму, а весной превратились обратно в людей.

Старики поступили очень мудро: ведь зима в древности была голодным временем, еды не хватало, а старики пережили ее во сне. Сплошная экономия!

Чудовища Нижнего мира

Помимо небесных животных, на пермских миниатюрах изображали и обитателей преисподней — например, ящера. На пермских бляхах ящер часто служит своеобразной подставкой для других персонажей. И неудивительно, ведь преисподняя у всех народов находится внизу, это Нижний мир.

Опасным чудовищем, принадлежавшим к Нижнему миру, считался у финно-угров налим.

Всем известно, что налим — это рыба. Но так было не всегда. Ханты рассказывали об этом страшный миф, который наверняка любили слушать зимними вечерами у теплого костра.

Миф 

Как налим крылья потерял

В древние времена налим был крылатым чудищем-людоедом. Он мог летать по воздуху, плавать по воде и ходить по земле. Монстр нападал на оленеводов и съедал их, причем заглатывал вместе с оленями и даже с санями! Так, он сожрал дровосека, напал на попа с крестом, который встретился ему на окраине города…

Старейшины семи городов семь дней и семь ночей молились небесному и подземному богам, чтобы те наказали чудовище. И боги, вняв молитвам, устроили суд. Все преступления налима записали на дощечках и прочли вслух. Судьи решили отнять у налима крылья — пусть будет простой рыбой и попадается на приманки рыбаков! Так и было сделано.

Как бобер ящера оседлал

Еще одно существо из Нижнего мира — бобер. Он тоже встречается на пермских бляшках, где на нем, бывает, и стоят, и ездят. Мифы о всадниках на бобрах нам, к сожалению, неизвестны — возможно, они просто не дошли до нашего времени. Однако есть изображение, на котором бобер сам победно стоит на ящере. Почему так? Ведь они оба — животные Нижнего мира, а значит, равноправные. Неизвестно. Возможно, автор этой бляхи просто дал волю воображению.

Отличить бобра от других животных в творениях древних мастеров можно по хвосту, украшенному сеточкой. Авторы явно видели этого зверя в реальности, ведь у настоящих живых бобров все тело покрыто шерстью, а вот хвост — роговыми пластинками, действительно напоминающими сеточку.

Итак, усилиями уточки, или бога, или двух богов, или еще каким-то образом мир был сотворен и приобрел свой нынешний вид. Но вы ошибаетесь, если думаете, что речь идет о планете Земля, Солнечной системе или галактике.

Известных нам сегодня научных теорий о Вселенной в древности еще не было. Философы и ученые могли предполагать, как устроен мир, но простые люди об их трудах понятия не имели, ведь они даже читать и писать, как правило, не умели. Свои представления об окружающем мире они черпали из мифов и легенд. Причем у каждого народа имелись свои истории.

Представления о вселенной у разных финно-угорских народов схожи. По их мнению, миров было три: небесный, земной (тот, в котором они жили) и подземный (где обитали злые духи и всякая нечисть). Объединяла эти миры гигантская мировая ось.

МЕЖДУ НЕБОМ И ЗЕМЛЕЙ

В мифах практически всех народов есть гигантская мировая ось, которая проходит через центр мира и соединяет землю с небом. Чаще всего ее представляли в виде священной горы (каменной, железной или медной), столпа или же огромного дерева (дуба либо березы), которое называли мировым древом.

Обитатели небес

Мировая ось верхушкой касалась Полярной звезды. Полярная звезда считалась центром небесного мира, вокруг которого вращался небосвод — или сразу несколько небосводов, как, например, у хантов. У них небо состояло из трех ярусов, причем у каждого была собственная ось, которую называли шаманским древом. На нем сидели птицы. Если шаман не мог достигнуть духом Верхнего мира, то он посылал туда птиц.

В народной поэзии марийцев, в песнях и заговорах, мировая ось — это веретено, которое вращает небесная дева, а созвездия — серебряные нити.

На небе обитали боги, и среди них непременно был бог-творец. Имя его, как правило, означало небо, воздух, хорошую погоду. У финнов и карелов такого бога звали Ильмаринен, финны использовали и другое имя — Юмала, у коми это был Ен, у удмуртов — Инмар, у марийцев — Юмо…

Создав мир, бог-творец не забывал о земле, наблюдая за событиями через специальное отверстие в небесах. Небеса в представлении финно-угров были не воздушным пространством, а чем-то вроде еще одной земли. Удмурты же и вовсе считали, что во всех трех мирах обитают люди, только на небе — гиганты, на земле — обычные, а под землей — маленькие.

У бога-творца была супруга-богиня. Как правило, он сбрасывал ее за какую-нибудь провинность на землю, в Средний (обычный) мир. И с тех пор она живет там, покровительствует роженицам, дарит судьбу детям и магические способности колдунам.

Еще одна непременная фигура, как мы уже знаем, — младший брат бога-творца, его соперник. Он нередко участвовал в творении мира, но всячески мешал творцу воплощать его замыслы и в итоге после ссор и борьбы изгонялся в подземный мир. Эта схема повторяется в мифах финно-угорских народов с завидной регулярностью. А дальше начинаются детали. И прежде всего, богов в мифах куда больше, чем три. У марийцев их, к примеру, было семьдесят семь…

Один из древнейших мифов, посвященный небесной охоте, поэтично описывает, откуда, собственно, взялись Полярная звезда и Млечный Путь.

Миф 

Небесная охота

Однажды погнался охотник за гигантским лосем. Поскакал сохатый на небо, и охотник за ним. Гнался, гнался, но так и не смог догнать. И превратился охотник в Полярную звезду, лось — в Большую Медведицу, а лыжня стала Млечным Путем.

Млечный Путь называют еще дорогой птиц. Так, марийцы верили, что гуси, самые сильные пернатые, выкладывают эту дорогу перьями, чтобы другие крылатые создания не заблудились.

Своя версия насчет Млечного Пути имелась и у западных финно-угров. Они рассказывали, что Млечный Путь раньше был… мировым древом.

Миф 

Как дуб в звезды превратился

Посреди мира рос дуб. И вырос он таким огромным, что его густая крона загораживала от земли и луну, и солнце. И как-то вышел из моря чудесный человечек, достал острый топорик и срубил дерево одним-единственным ударом.

Так мировое древо превратилось в Млечный Путь, который соединил мир живых и мир мертвых.

А от щепок, разлетевшихся подобно стрелам, в мире возникли болезни. Недаром в заговорах упоминаются колдовские стрелы, которые наслали порчу. Существуют, однако, и божественные стрелы, наоборот, поражающие болезни.

СИЛА СЛОВА

Заговоры — это специальные тексты, которые произносили вслух, чтобы избавиться от какой-либо болезни, приворожить (то есть заставить влюбиться) человека, успокоить плачущего младенца, защититься от укуса змеи и так далее.

Мифы о Лунной деве

Мы уже упоминали финно-угорскую историю о бедной сиротке, которую мачеха отослала за водой, а Луна пожалела и забрала к себе. У марийцев версия более красочная: светило подняло девушку на небо на серебряных качелях. Иногда говорили, что это был сам Юмо, верховный бог, и послал он Луну за сироткой в колеснице, запряженной огненными конями. Возможно, тут сказалось влияние христиан: в Библии пророк Илия возносится живым на небо на огненной колеснице, которая запряжена огненными же конями.

Девушка оказалась на луне прямо как есть, с коромыслом. И с тех пор марийцы называют созвездие Большой Медведицы Ковшом, Ориона — Коромыслом, а звездное скопление Плеяды — Решетом.

Есть и другие варианты мифа о Лунной деве.

Миф 

Как сирота стала пятном на Луне

У царя луговых марийцев Кугурака была дочь Вюдуа. Мать девочки, легкомысленная воздушная нимфа, оставила его, и царь женился снова. Мачеха Эана сразу невзлюбила падчерицу. Она объявила мужу, что он падет от рук собственного внука, а его замок будет сожжен и разрушен (так на самом деле впоследствии и случилось).

Чтобы ужасное пророчество не сбылось, мачеха посоветовала спрятать Вюдуа от мужчин. Но девушка была столь прекрасна, что бог луны Тэлс серебристым дождем пролился через прутья решетки, которая преграждала вход в покои царевны, и стал ее супругом. У них родились мальчик и девочка. Кугурак повелел отнести мальчика в лес, а девочку оставил у себя. Это привело Эану в ярость, и она решила избавиться от падчерицы. Она в глухую полночь послала за водой, дав только коромысло и старое решето. Подойдя к колодцу, девушка горько заплакала. Но супруг, бог Тэлс, предложил ей отправиться с ним на небо на серебряной колеснице с тремя золотыми конями. И она согласилась. Коромысло Вюдуа стало созвездием Ориона, решето — созвездием Плеяд. А силуэт самой девушки можно увидеть на поверхности луны в виде большого темного пятна. Своими очертаниями оно напоминает фигуру девушки.

Легенды о том, что пятна на луне — это на самом деле некая дева, волей судеб попавшая туда, есть у многих финно-угорских народов. Но у саамов этому посвящен целый цикл. И Лунная дева, прежде чем оказаться на небе, пережила множество приключений. Речь идет об уже знакомой нам Акканийди.

Миф 

Невеста сына Солнца

Лунная дева родилась на чудесном острове в семье старика и волшебной девы по имени Акка. В ночь ее рождения на небе одновременно показались молодой месяц и луна, а потом в лунных лучах на стволе ольхи появился силуэт девочки. Родители завернули дитя в бобровые шкурки, и оно стало настоящим ребенком. А в колыбельку положили золотой башмачок как напоминание о том, что малышка — не обычная девочка, а дар небес. Назвали ее Акканийди. Было у нее и тайное имя — Никийя. Произнося его, она становилась невидимой.

Акканийди росла невероятной красавицей, и к ней очень рано начали свататься женихи. Еще когда она была совсем девочка, хотел ее взять в жены медведь. Он даже похитил Акканийди, однако ненадолго: вскоре девочка убежала домой. Сватался к ней и Гром, но отказалась девочка: мала была еще.

А однажды пожаловал к Акканийди сам сын Солнца, Пейвальке. Получилось все почти как в сказке про Золушку: Пейвальке принес девочке такой же башмачок, какой положила ей в колыбельку мать. Только вот велики были Акканийди башмачки, так что пришлось Пейвальке вернуться пока домой, на небо, — ждать, когда девочка превратится в девушку.

И выросла Акканийди. Захотелось ей посмотреть, как обычные люди живут, и ветер унес ее с чудесного острова в обычный мир вместе с матерью и отцом.

Ничего хорошего из этого путешествия не вышло — слишком красивой и искусной была Акканийди, а ее мать зазналась. Ладить с людьми было все сложнее, и семья Акканийди вернулась на свой остров.

Миф 

Как Акканийди злая ведьма обидела

Мать Акканийди строго предупреждала мужа: нельзя работать при свете луны. Но не послушался старик. И схватила его страшная ведьма. Погубила она и его, и мать Акканийди, а саму девушку заставила себе прислуживать.

Ведьма эта ходила в облике лягушки, и сыновья у нее были такие же. Хотели сыновья злой колдуньи взять девушку в жены, да где там, разве справятся с Лунной девой лягушкины дети!

Но сторожили они ее зорко. И вот однажды пошла ведьма-лягушка на рыбалку, а Акканийди взяла сонные палочки и усыпила сторожа. Подняла она из земли прекрасный дом, в котором на столе лежало золотое шитье и в изобилии было медового напитка.

И спустился к ней с неба ее жених, Пейвальке. Пили они сладкий мед, и шила ему Акканийди своими руками узорчатый пояс. А когда стемнело, вернулся Пейвальке домой. Девушка же топнула ножкой — и исчез дом, как не бывало.

На следующий день второй сын тоже не уследил за пленницей, и снова в прекрасном доме весь день угощались Акканийди и ее жених.

А на третий день стерегла ее дочь злой колдуньи. И получилось все прямо как в сказке братьев Гримм об Одноглазке, Двуглазке и Трехглазке. Не знала Акканийди, что у дочери ведьмы три глаза, а та все увидела и рассказала матери.

Кинулась Акканийди к волшебному дому, но он уже ушел в землю. Позвала Пейвальке, но он не услышал: далеко небо от земли.

Крикнула она тайное свое имя — Никийя — и исчезла. Только вот хитрая ведьма натянула тюленьи шкуры, и запуталась в них девушка. Зашила колдунья ее в одну из шкур и бросила в море. Но Акканийди не погибла.

Вынесли ее волны на берег, к высокой горе. Поднялась она на гору и увидела пустую избу. Прибралась там и решила вздремнуть. А чтобы никто ее не беспокоил, превратилась в веретено.

Через некоторое время пришли в избу тени воинов, поели, а затем стали биться на мечах, и разливалось вокруг сияние от их клинков. Наигрались они, натешились схваткой и пошли восвояси. Остался только их предводитель, Найнас.

Хотел он найти невидимую гостью, но никак у него не выходило. Но Акканийди сжалилась над ним и с первыми лучами зари показалась ему. Найнас стал ее мужем.

Найнас был предводителем небесной дружины, и, когда бились они в избе своей, на небе возникало прекрасное северное сияние. В дружину Найнаса входили самые храбрые герои, погибшие в битвах.

Миф 

Как Акканийди на Луне оказалась

Жить в чертоге героев Акканийди, конечно, не могла. И Найнас отправил ее к своей матери, а сам навещал жену ночами. Это обижало и ее, и мать — она тоже ни разу не видела сына при солнечном свете. И решили женщины пойти на хитрость. Соткали они прекрасный звездный пояс и повесили на потолок, чтобы думал Найнас, будто утро еще не наступило.

Акканийди, увидев, что спит Найнас, переделала все дела да пошла за водой, а вернувшись, принялась расчесывать свои длинные волосы. И тут-то он проснулся. Увидев солнечные лучи, в ужасе бросился прятаться от них, но некуда было спрятаться.

Выбежала Акканийди как была, попыталась закрыть собой мужа, но не вышло у нее. И растаял Найнас в лучах солнца.

А разгневанное светило схватило Акканийди и забросило ее на луну. С тех пор идет по нему дева с коромыслом, но никогда не дойдет она до воды.

Ханты могли бы возразить: никакой девицы на луне нет. Там живут ребятишки, которые однажды в ночи пошли за водой и начали хвастаться, как хорошо они живут. Месяц взял и поднял их к себе, и с тех пор они на луне поселились. А на солнце, рассказывали ханты, живут такие же люди, как и на земле, они также ходят на охоту и рыбалку, добывая рыбу и пушнину. Но вот хлеб не едят.

Космические союзы

Популярен был миф о небесной свадьбе, очень схожий с легендами латышей и литовцев. Финны рассказывали его так: жила-была одна пастушка; поймала она как-то на болоте утку, и та снесла яйцо, да не простое, а золотое. Помните сказку о Курочке Рябе? «Мышка бежала, хвостиком махнула, яичко упало и разбилось…» Но похожи эти истории только на первый взгляд. В славянской «Курочке Рябе» все закончилось печально. А у финнов пастушка взяла яйцо и согрела в ладонях, после чего из яйца вышла прекрасная девочка, которую назвали Суометар.

ДОЧЬ ЗЕМЛИ ФИНСКОЙ

Мы все знаем страну Финляндию. Она долгое время входила в состав Швеции, и название ее происходит от шведского Finland — «земля охотников». Однако сами финны свою страну зовут совершенно иначе — Суоми (Suomi). Так что имя Суометар переводится как «дочь Финляндии».

Миф 

Замуж за звезду

Чудесное дитя, рожденное из яйца, росло очень быстро, и уже через полгода Суометар стала невестой. Она была столь прекрасна, что ее пожелали взять в жены не простые женихи, а небесные.

Первым к ней пришел Месяц. Золотым сиянием, серебряными звонами ослепил он Суометар. Но та оказалась девушкой не только красивой, но и рассудительной. Зачем ей такой жених?

То широк лицом, то узок, По ночам привык шататься, Целый день во сне проводит, Из-за этого, пожалуй, Никакой семьи не выйдет…

Следом пришло к девушке Солнце. Владело оно золотыми и серебряными избами. Но и тут Суометар решила не рисковать. Ведь у Солнца, как она рассудила, дурной характер.

Летом мучает жарою, А зимой большим морозом, Портит пору сенокоса Непрестанными дождями, Сушь великую напустит На овес, когда он зреет.

Третьим посватался к девушке сын Полярной звезды. И та сочла, что такой муж ей вполне подходит, ведь он бережливый хозяин, прекрасный сын. И стала его женой.

Миф не объясняет, почему Суометар решила, что у сына Полярной звезды есть такие достоинства. Похоже, Суометар просто влюбилась.

У финнов неудавшееся сватовство закончилось мирно. Ну не пришлись женихи по сердцу, что поделаешь. А вот саамы рассказывали легенду о том, как отказ поженить детей вызвал настоящую космическую битву.

Как и у многих народов, у саамов Солнце путешествует по небу, причем скакунов своих меняет. Утром светило едет на медведе, в полдень пересаживается на оленя-быка, вечером возвращается домой на оленихе-важенке. А дома и вовсе становится человеком, мужчиной по имени Пейве.

Миф 

Как Солнце с Луной поссорились

Пейве видел всех младенцев, рожденных у саамов, — ведь, согласно обычаю, всех новорожденных детей следует обносить вокруг Солнца. Не показали ему лишь одного ребенка — дочь Луны. Скрывала та свое дитя от Солнца, боялась, что оно сожжет девочку, ведь лунные лучи исчезают при солнечном свете. Пейве сердился, но поделать ничего не мог.

Шло время, дочь Луны подросла, подрос и сын Солнца, пришла пора ему жениться. Но где же отыскать невесту? Земные девушки не годятся — спалит их Солнце. А вот дочь Луны… Невесомая и прекрасная, словно лунный луч.

Послал Пейве сватов, но получил отказ: дочь Луны выйдет за Зарю, ведь оба они живут в одном, ночном мире. Солнце же, как ни кичится, ночью силы не имеет (а на Севере полярная ночь длится месяцами), да и зимой не смеет показываться. Жар же его и для дочери Луны опасен.

Разгневался Пейве, поссорился с Луной. Земля и горы, олени и птицы, домашние животные выступили на стороне Солнца. Но и Луна не осталась одна — в ее армии были вода и тень, духи загробного мира, дикие звери и даже северное сияние! Разразилась настоящая космическая битва, и несчастные люди, которые тогда жили, слышали ужасающий гром в небе и ждали, что мир вот-вот рухнет.

Однако старец в образе моржа заставил ночь воцариться на земле и прекратил безумие. Солнце и Луна помирились и согласились поженить детей. Но когда состоится эта свадьба, никто не знает.

У пермяков есть легенды о браке дочери Солнца. В них участвует самый любимый герой этого народа — Пера-богатырь. Сын Тайги и первый охотник, Пера сам сделал себе лук и стрелы. Он был очень быстрым и вмиг настигал добычу, будь то олень, лось или даже медведь.

Миф 

Сын Тайги и дочь Солнца

Однажды Пера увидел, как в его лесных владениях пьет из реки радуга. Поднялся богатырь по ней на небо и приблизился к Солнцу. Хотел богатырь добыть солнечный огонь, но потерпел неудачу: его опалила молния. Однако в итоге добыча первого охотника оказалась куда лучше: в золотых санях, запряженных серебряным конем, увез герой на землю красавицу Зарань (Зарю), дочь Солнца.

Разгневалось Солнце на дочь за такое самовольное решение и ушло из Тайги. Целых семь лет царили в краю коми лютые морозы. Но мать-Тайга укрыла сына и его жену, и родились у них семеро сыновей и семь дочерей. В конце концов Солнце вернулось, но не смирилось с браком дочери. Стало оно жарить нестерпимо, и Заря не выдержала, отправилась обратно на небо. А дети ее, первые люди, остались на земле.

Пера-богатырь и его сыновья спасли Тайгу — поднявшись на высокую гору, они принялись стрелять в Солнце из луков, и светило прекратило жарить. Правда, огромный кусок откололся от него и упал на Тайгу, после чего на земле начались лесные пожары, которые продолжаются до сих пор.

СВЯЩЕННОЕ ЧИСЛО СЕМЬ

Число семь у многих народов, в том числе и финно-угров, было священным. Это происходит из представления древнего человека, который помещал себя в центр мироздания. Поэтому считались семь направлений: вперед-назад, вправо-влево, вверх-вниз и центр. Таким образом, семерка становилась символом мироздания.

В другом варианте мифа Зарань сама сбежала по радуге — очень уж хотела на землю посмотреть. И так ей понравилась земля, а точнее Пера-богатырь, что она решила не возвращаться домой.

Злой край на севере, страна птиц на юге

Земля, которая, по мнению финских народов, была создана из яйца, а по мнению угров, из почвы, взятой со дна моря плохим богом по приказу хорошего, располагалась посреди вселенной. С юга на север текла по земле огромная река, которую называли просто — Великая. Интересно, что точно так же текут и реальные реки, известные финно-уграм: Обь (восточнее) и Северная Двина (западнее).

На юге располагается благая страна птиц, в которой тепло и светло. На севере же находится вход в подземный мир, в преисподнюю, поэтому ходить туда не стоит, делать там нормальным людям нечего.

Между этими двумя краями и жили люди, а вместе с ними — разнообразные духи: покровители семей, хозяева источников, полей и лесов, помощники или же грозные недоброжелатели человека.

Небо, земля и подземный мир, как считалось, соединялись на севере, где росло мировое древо. На севере землю омывают воды Мирового океана, там холодно, темно и мрачно. В расположенном там подземном мире обитают злые духи, умершие и, конечно же, злой бог, который противостоит доброму творцу. В этом месте хранятся несметные богатства, которые практически недоступны живым. Иногда злой бог пытается выбраться наружу, и тогда земля сотрясается от грохота.

От мира живых преисподняя отделена рекой, в которой текут смоляные или огненные воды. Живому это препятствие не одолеть, но и мертвому приходится сложно. Каждый народ придумывал свои условия, на которых умерший мог благополучно попасть в царство мертвых. К примеру, рассказывали, что перенести через реку может паук на паутине; другой вариант — воспользоваться специальной лодкой; самый приближенный к современным религиям способ предлагает родным усердно молиться, и эти молитвы послужат прочным мостом для умершего. Удмурты для надежности клали в гроб клубок — чтобы умерший добрался по нити до нужного места и не заблудился по дороге.

Согласно некоторым рассказам, прямо в преисподней были размещены специальные обители (с белыми избами) для хороших людей. В других вариантах хороших умерших селили отдельно, например на высокой горе.

В любом случае место для умерших располагалось на далеком севере. Или же просто на кладбище. Причем старшим в этом «поселении» считался тот, кто первым там обосновался, то есть был похоронен.

Ханты верили, что на небе, на земле и в преисподней живут одни и те же люди. Когда человек умирает на небе, он рождается на земле, а умерев там, оказывается в подземном мире. Соответственно, и жизнь везде похожа. Правда, преисподняя — это мир, где все наоборот. Днем там светит не солнце, а луна, сломанные вещи снова становятся целыми, одежду носят наизнанку…

Попадают в Нижний мир через специальное отверстие в морском дне, у мыса Хом. Души умерших добираются туда по великой реке Оби. Летом — на лодке, а зимой — по льду, на оленьей упряжке. Чтобы у мертвецов не возникало сложностей, в могилы клали лодки или сани и приносили в жертву оленей.

Однако некоторым дана возможность вернуться на небо. Туда попадают люди, погибшие в бою или на охоте. Похожее поверье есть у скандинавов: у них погибшие воины оказываются в особом небесном чертоге, который называется Вальгалла. Казалось бы, Урал находится довольно далеко от Скандинавии. Но, как мы уже знаем, мифы и легенды путешествуют по странам ничуть не хуже людей.

Небесные духи и духи преисподней — не единственные сверхъестественные существа, с которыми имели дело древние люди. Они верили, что и на земле практически все живое обладает собственным характером и волей. Духов, населяющих мир, финно-угры называли матерями, отцами или же хозяевами. Хозяева были у лесов и полей, у источников и скал, у дворов и жилищ. И конечно, у рода.

Род — это все предки, от отцов и матерей, бабушек и дедушек до далеких-далеких, чьи имена уже забылись. Однако считалось, что, умерев, они продолжают влиять на жизнь живых. Именно от них, обитателей преисподней, зависело, хороший ли будет урожай, здоров ли будет скот и много ли будет у домашних животных потомства.

При этом покойные делились на хороших (благих) и плохих. Хорошие помогали потомкам в делах и приходили в установленные для поминовения дни. Плохие пугали живых и могли утащить с собой на тот свет.

Особенно люди боялись колдунов и тех, кто умер раньше срока, например от несчастного случая. Такие мертвецы не уходили в преисподнюю, а шатались по земле и вредили живым. Поэтому, когда человек умирал, предков просили проводить его куда следует, чтобы не заблудился по дороге и не возвращался.

Ханты и манси поклонялись своим богам не только в особых святилищах, но и в собственных домах. Для этого там обустраивалось отдельное священное место, входить куда могли только мужчины.

Таким местом был чердак. На нем в специальном сундуке хранились изображения богов и духов-покровителей. Это были небольшие фигурки, похожие на игрушки. К примеру, идол богини земли Калташ-эквы, найденный в одном из брошенных домов, фактически представлял собой тряпичную куклу. Тот, кто ее смастерил, положил внутрь металлические фигурки утки, конька и оленихи, завернутые в заячью шкурку.

Выбор не случаен: заяц считался священным зверем богини, которая умела превращаться в птицу; олениха же означает, что богиня покровительствует животным.

То, что богиню весьма почитали, видно по количеству одежек на кукле: ее нарядили в два десятка халатов и платьев! Согласно традиции, чем важнее бог, тем больше на нем одежд. Причем делать их полагалось именно из ткани. Ханты и манси (северяне) не испытывали недостатка в оленьих шкурах, в которые и одевались, а вот ткань они изготавливать не умели, были вынуждены покупать и потому высоко ценили.

Такими куклами, конечно же, не играли. Есть легенда о том, как один мальчик, не послушавшись взрослых, залез на чердак, достал из сундука изображения богов и принялся забавляться, а потом, когда ему наскучило, побросал все и ушел. И после очень тяжело заболел. Родители долго не догадывались, в чем дело, пока не увидели беспорядок на чердаке. Пришлось срочно задабривать богов, чтобы сменили гнев на милость.

Женщинам запрещалось не только ходить на чердак, но и смотреть на священные покрывала с особыми узорами, которые хранились в тех же сундуках. Запрет этот соблюдался настолько строго, что поверх такого покрывала нашивали еще один лоскут ткани, который полностью скрывал узоры от любопытных глаз.

Эти покрывала использовались во время Медвежьих игрищ.

Предки в сундуке

Помимо богов, обские угры изготавливали и кукол, изображающих умерших. Причем традиция эта жива и в наши дни.

Называются такие куклы иттарма. Нужны они для того, чтобы душа человека могла переселиться в фигурку.

Делалось это так: через пять дней после смерти мужчины и через четыре дня после смерти женщины от стены дома откалывали щепку — основу для куклы. В грудь ей обязательно вставляли серебряную монетку, иначе она могла превратиться в злого духа, прикладывали волосы умершего и частичку одежды.

Затем фигурку одевали. Причем с течением времени мода менялась: какие-то элементы костюма исчезали, а какие-то, наоборот, появлялись.

В XXI веке на куклу-мужчину надевают рубаху, а сверху — малицу, специальную одежду из оленьих шкур, пошитую мехом внутрь; затем обязательно подпоясывают. Женскую куклу обряжают в рубахи, платья и шубки из оленьего меха.

В течение двух с половиной лет ханты и манси, словно дети, ухаживали за такой куклой. С ней общались так, будто тот, кого она изображала, еще жив: ее усаживали за общий стол, понарошку кормили и укладывали спать. А потом клали в сундук.

Считалось, что после этого срока душа умершего вселялась в младенца. Кто именно из предков возродился в потомке, определяли с помощью специального обряда. Старшая женщина в семье ставила на колени колыбель и начинала называть имена умерших одно за другим. Как только она произносила имя предка, вселившегося в малыша, колыбель невыносимо тяжелела.

Рассказ о финно-угорской мифологии будет неполным без «Калевалы». Это авторское произведение Элиаса Лённрота — самый яркий памятник карело-финской культуры, известный всему миру. Абсолютное большинство людей знают финскую мифологию именно по «Калевале». Лённрот не только собрал и переработал эпические песни, но и добавил в свою книгу гигантское количество заговоров, свадебные песни, поверья, которые рассказывали в той или иной местности. Это превратило «Калевалу» в настоящую энциклопедию народной культуры карело-финнов в самых разных ее проявлениях. Можно сказать, что вся она сосредоточена именно в «Калевале».

Год за годом, век за веком сказители долгими вечерами пели о богах и героях. Мифы и легенды передавались из уст в уста, из поколения в поколение. Их знали все финно-угры. Но внешний мир ими не интересовался.

В Европе в то время уже активно развивалась литература: поэзия и проза, трагедии и комедии. Ценители словесности наслаждались авторскими произведениями, а на фольклор (устное народное творчество — песни, сказания, легенды) не обращали внимания.

Однако в XIX веке среди ученых и образованных людей вспыхнул интерес к народной культуре, в том числе и к мифологии. Одним из таких энтузиастов стал финский филолог и медик Элиас Лённрот.

Он родился в очень бедной семье, и его родители думали, что мальчик станет портным, как и его отец. Однако Элиас обладал талантом, трудолюбием и упорством. Он стал прекрасным врачом. И при этом имел не совсем обычное хобби: в свободное время путешествовал по Финляндии и Карелии, знакомился со сказителями и собирал фольклорные тексты. А возвращаясь из других краев, Лённрот продолжал лечить больных. Один раз ему даже помешали совершить задуманное путешествие и отозвали обратно. Тогда вспыхнула очередная эпидемия, которые в XIX веке случались довольно часто, и остро требовались каждая пара рук, каждый специалист.

Путешествовал Лённрот один. Летом он шел пешком или плыл в лодке, а зимой катился на лыжах в самые дальние села, надеясь найти там нерукотворные сокровища — образцы рун, народной поэзии. За пятнадцать лет он прошел расстояние, равное пути от Хельсинки до Антарктиды! Собственными ногами Элиас истоптал Русскую Карелию и Архангельский край, Олонецкую губернию, Приладожье и Кольский полуостров.

РУНЫ РУНАМ РОЗНЬ

Финские и карельские эпические песни, а также подобные им произведения называются рунами. Возможно, вам знакомо это слово. Однако чаще им обозначают письменность древних германцев (в том числе викингов): руны там — особые значки-буквы. Позже их сменил латинский алфавит.

Название же рунических песен происходит от финского слова runo, которое сейчас означает любую поэзию. В древности так именовали песни-заговоры, которые использовали в магических обрядах.

Если бы Лённрот просто записал руны и издал их как есть, то его усилия высоко оценили бы специалисты и коллеги, но этот труд вряд ли заинтересовал бы широкую публику. Говоря о мифах, мы уже видели, что фольклорные сюжеты нередко противоречат друг другу, существуют в нескольких вариантах, а потому невозможно просто соединить их и получить при этом цельное произведение.

Поэтому Лённрот с самого начала поставил перед собой иную задачу: использовав народные песни как основу, он решил создать поэму и представить богатство карело-финского эпоса не ученым, а широкой публике. И это ему удалось.

Мне пришло одно желанье, Я одну задумал думу — Быть готовым к песнопенью И начать скорее слово, Чтоб пропеть мне предков песню, Рода нашего напевы.

Так начинается его книга. И Лённрот говорит здесь от лица не лирического героя, а своего собственного. Он сам пропел эту песню так, что она прогремела на весь мир.

Лённрот практически ничего сам не сочинил, его работа скорее напоминает гигантскую мозаику. За основу он взял сюжет, позаимствованный из песен одного конкретного певца. А затем брал отрывки песен, сказаний, заговоров, иногда даже отдельные строки и соединял их в соответствии с общим замыслом поэмы — как он ее видел. В итоге у него получилось цельное и очень красивое произведение с четким сюжетом и невероятно выразительными образами.

Называется оно «Калевала» и рассказывает о приключениях мудреца Вяйнямёйнена, одного из главных героев финского эпоса.

Страна, которой не было

Всего Лённрот собрал 130 тысяч стихов. Как говорил он позже, этого хватило бы на семь «Калевал» и каждая из них абсолютно отличалась бы от других.

Однако даже одна «Калевала» прославила Лённрота на весь мир. Вторая и окончательная редакция этой книги вышла в 1849 году и покорила всех. Скромного врача сравнивали с самим Гомером, а его труд — с признанными шедеврами мирового эпоса, «Илиадой», «Одиссеей» и «Песнью о нибелунгах».

«ИЛИАДА» И «ОДИССЕЯ»

Легендарный слепой греческий поэт и певец Гомер написал первые в истории Европы эпические поэмы — «Илиаду» и «Одиссею», повествующие о войне греков с троянцами и о приключениях царя и хитроумного мореплавателя Одиссея. Оба эти произведения были чрезвычайно популярны в Древней Греции, а позже их сюжеты хорошо и во всех подробностях знал каждый образованный европеец.

ПОЭМА О ДРАКОНОБОРЦЕ

«Песнь о нибелунгах» — признанный шедевр германской поэзии, автор которого неизвестен. Поэма написана в XIII или XIV веке и рассказывает о судьбе легендарного героя Зигфрида, победителя дракона.

Название эпоса — не плод народной фантазии, а авторская придумка Лённрота. Как мы уже знаем, финны и карелы, подобно многим другим финно-уграм, верили, что в незапамятные времена землю населяли великаны. Если посмотреть на пейзажи Карелии, то можно увидеть гигантские валуны, которые люди собирали в одном месте, когда готовили поля под пашню. Издали такие скопления камней похожи на гигантских существ.

Одного из легендарных великанов звали Калевой. У него было двенадцать сыновей. Среди них сказители иногда называли и Вяйнямёйнена.

Однако чудесной страны Калевалы, в которой жили эти герои, в народных стихах нет. Само это слово в собранных Лённротом текстах встречается лишь единожды (!) — в песне пастухов, записанной в одном из сел.

«Был ли ты у меня дома? Бывал ли ты в Калевале?»

Эта короткая строчка дала название и стране, где обитают хорошие герои поэмы, и самой поэме. Запомните: если мы слышим слово «Калевала», то можем быть твердо уверены — речь идет о произведении Элиаса Лённрота.

Помимо Калевалы, в книге Лённрота присутствует суровая, страшная страна Похъёла — земля холода и мрака, жители которой противостоят героям. Даже женитьба одного из них на дочери хозяйки Похъёлы ничем хорошим не закончилась — характер у нее оказался отвратительный.

Три богатыря по-лённротовски

Всем нам знакомы три богатыря, герои русских былин Илья Муромец, Добрыня Никитич и Алеша Попович. В «Калевале» тоже есть такая троица: Вяйнямёйнен, Ильмарилен и Лемминкяйнен. Правда, приключения у них в целом куда более мирные.

Вяйнямёйнен — самый первый человек на земле, сын девы воздуха Ильматар, которая зачала его от ветра и волны. Родился он в море и вступил на землю, в юный мир, который только что был сотворен; столь же юное солнце светило ему, и сиял над головой месяц. Вяйнямёйнен старше всех на земле, его всегда называют старым и мудрым.

Именно Вяйнямёйнен не только научился выращивать первый на земле хлеб, придумал лодку, но и был магом и певцом, и никто не мог сравниться с ним в этом искусстве. Когда «старый мудрый Вяйнямёйнен» играл на кантеле, слушать его приходили не только люди, но и лесные звери и морские обитатели.

КАНТЕЛЕ

Кантеле — музыкальный струнный щипковый инструмент финно-угорских народов, разновидность гуслей. На нем играли финны, карелы, вепсы, ингерманландцы, ижорцы.

Есть в «Калевале» герой, которому очень не повезло. Йоукахайнена в фольклоре описывают по-разному и часто называют младшим братом Вяйнямёйнена. У Лённрота же этот злой и хвастливый герой чуть не погубил старейшину.

Миф 

Как два мага друг с другом боролись

Вяйнямёйнен был искусным певцом, и слава о нем дошла до самой страны холода и мрака Похъёлы, которая лежала далеко на севере. В этой стране жил парень по имени Йоукахайнен. Он искренне считал себя лучшим в мире певцом и удивился, когда все заговорили о каком-то старике.

Решил Йоукахайнен вызвать соперника на песенный поединок. На золотых санях помчался он в Калевалу. Однако в это же время отправился куда-то на своих санях и Вяйнямёйнен. Встретились они на пути. Заносчивый житель Похъёлы не захотел уступать дорогу. Так они и познакомились — сразу поругавшись. И все бы ничего, только расхвастался Йоукахайнен и даже заявил, что это он сотворил мир! Не стерпел подобного Вяйнямёйнен, и полилась над миром колдовская песнь.

Всколыхнитесь, моря глуби, Горы медные, дрожите, Скалы твердые, обрушьтесь, Рассыпайтесь в пыль, утесы!

Словом своим, песней своей превратил Вяйнямёйнен позолоченные сани в иву, резвого коня — в скалу, а пестрые нарядные рукавицы — в кувшинки. Шапка заносчивого юноши стала тучей, кафтан — облаком, а блестящий пояс — звездами. Потерял незадачливый певец и оружие: меч его обратился молнией, лук — радугой, а стрелы разлетелись ястребами.

Сам же Йоукахайнен оказался в болоте. Он увязал все глубже и глубже, пока не взмолился наконец. Что только не предлагал он Вяйнямёйнену! Но не нужны были тому ни меткие луки, ни быстрые лодки, ни золото с серебром, ни хлеб чужой… Лишь когда предложил Йоукахайнен отдать в жены Вяйнямёйнену свою сестру — в качестве выкупа за собственную жизнь, — тот сжалился и отпустил незадачливого хвастуна, вернув ему одежду. Правда, как выяснилось позже, зря.

Из женитьбы той ничего не вышло. Йоукахайнен же задумал сгубить Вяйнямёйнена и почти преуспел в этом: сумел убить его волшебного коня, на котором тот ехал в Похъёлу. Вяйнямёйнен оказался в море, и пришел бы ему конец, если бы после долгих скитаний не вынес его из волн орел. И попал он к Лоухи, хозяйке Похъёлы.

Отпустила та мага на родину, в Калевалу, но с условием: привезти к ней великого кузнеца Ильмаринена, чтобы тот выковал для нее волшебную мельницу Сампо.

Ильмаринен — великий кузнец. В легендах финнов и карелов он бог воздуха и погоды, один из трех высших божеств. Иногда говорили, что он выковал и солнце, и луну. Ильмаринен в «Калевале» не бог, а герой. Так что сотворить настоящие светила у него не получилось, но он выковал небесный свод и чудесную мельницу Сампо, которая дает и пищу, и богатство.

Миф 

Как Ильмаринен сковал Сампо

Пришел Вяйнямёйнен к Ильмаринену и рассказал об условии хозяйки Похъёлы. Но кузнец наотрез отказался ехать в страну мрака и холода. Тогда Вяйнямёйнен прибег к хитрости: вырастил чудесную золотую ель, на вершине которой покоился месяц, а на золотых ветвях качалась семизвездная медведица. И предложил кузнецу забраться на удивительное дерево. Тот согласился. А Вяйнямёйнен призвал своей колдовской песней могучий ветер и приказал ему отнести Ильмаринена в Похъёлу, к Лоухи.

Что ж делать, пришлось Ильмаринену ковать Сампо. Тем более что хозяйка страны холода и мрака пообещала ему в жены младшую дочь — красавицу из красавиц.

Поставил Ильмаринен кузницу на высоком утесе и принялся за дело. Кузнецом он был необычным и ковал волшебные вещи. Поэтому взял он не железо или другой какой металл, а лебяжье перышко, ячменное зернышко да клочок овечьей шерсти, бросил их в огонь, а слугам Лоухи приказал без устали раздувать меха. Пришли ему на помощь и ветры, и через три дня из огня поднялась чудесная мельница Сампо с пестрой крышкой. И муку она мелет, и соль дает, и золото.

Схватила Лоухи Сампо и быстро отнесла к медной горе. За девятью замками спрятала сокровище, и проросли сквозь мельницу три корня, накрепко привязав ее к пещере.

А Ильмаринена она обманула — не дала ему в жены дочку. Так и ушел кузнец ни с чем.

Лемминкяйнен — храбрый и беспечный силач, который из-за своего буйного характера часто попадает в неприятности. Однажды он даже погиб во время одного из приключений, но мать сумела спасти сына и вернуть его в мир живых. В историях о Лемминкяйнене автор соединил образы и приключения нескольких героев.

Миф 

Сватовство Лемминкяйнена

На весь мир славилась красота дочери Лоухи. Сватался к ней сам Вяйнямёйнен — не пошла она за него. А еще одного жениха чуть не погубила.

Жил в Калевале охотник и рыбак Лемминкяйнен — парень нрава веселого и легкого. И решил он посвататься к красавице Похъёлы. Уж как отговаривала его мать от этого намерения, как умоляла не ездить в страну холода и мрака, не свататься к злой дочери Лоухи, не послушался Лемминкяйнен. Оставил он матушке заколдованную щетку — мол, если беда с ним случится, то выступит на ней кровь. И отправился в путь.

Надо сказать, что Лемминкяйнен был чародеем не из последних. Ворвался он в дом хозяйки Похъёлы, запел — и никто не смог прервать его. Превратил он воинов Похъёлы в камни и утесы. Лишь одного старика пощадил — но не из доброты, жалок ему тот показался. Оскорбил его этим Лемминкяйнен, и старик затаил обиду.

Хозяйка Похъёлы меж тем вовсе не собиралась отдавать дочь за незнакомца, даже за сильного колдуна. И придумывала испытания одно за другим. Но Лемминкяйнен все их выдержал. Кроме последнего.

Приказала ему Лоухи спуститься в подземный мир, в царство мертвых, и застрелить лебедя, который плавает в черных водах реки Туонелы, которая отделяет Похъёлу — страну страшную, но страну живых, — от мира мертвых. Пошел туда Лемминкяйнен. А на берегу реки ждал его обиженный им старик. Завидев охотника, тот метнул ему прямо в грудь отравленную стрелу и сбросил его в пучину.

Пока Лемминкяйнен совершал свои подвиги, мать каждый день смотрела на волшебную щетку. И вот увидела однажды, как проступает на ней кровь, и поняла, что в беду попал ее сыночек. Дошла она до самого царства мертвых. Упросила солнце усыпить его обитателей, а кузнец Ильмаринен сковал для безутешной матери особые грабли. Нашла она на дне черной реки Туонелы тело своего сына, выловила граблями. И вернула его к жизни, упросив летящую мимо пчелу добыть ей небесного меда, исцеляющего любые раны.

Отказался Лемминкяйнен от сватовства и вернулся с матерью домой.

Однако хозяйке Похъёлы все же пришлось расстаться с любимой дочерью. Приглянулся той Ильмаринен, да и сам он пленился красотой девы. Спустя время он вновь поехал в страну холода и мрака и предложил себя в мужья дочери Лоухи. И сколько ни придумывала злая старуха непосильных испытаний, сама красавица Похъёлы помогала избраннику советами. В итоге закатили они пир, равного которому не бывало, и увез Ильмаринен красавицу жену в Калевалу.

Что такое Сампо?

Одна из главных историй «Калевалы» повествует о похищении из страны холода и мрака Сампо — предмета, который немного похож на русскую скатерть-самобранку. Только скатерть дает в неограниченных количествах пищу, а вот Сампо — все что угодно. Как описывается в мифах — хоть муку, хоть соль, хоть золото.

Это очень распространенный сюжет сказаний: Сампо похищают разные герои (в зависимости от версии), а затем на море разворачивается бой с истинным владельцем волшебного предмета.

Что же такое Сампо? Вариантов в фольклоре множество. Иногда это даже не что, а кто — некое существо, залог богатства и изобилия. Согласно некоторым легендам, кого-то по имени Сампо похищают из Похъёлы и на море этот Сампо пытается улететь от похитителей.

Из всех возможных вариантов Лённрот выбрал ручную мельницу — два каменных круга с ручкой. Сверху на это приспособление сыплют зерно, которое каменные круги, вращаясь, перетирают в муку. И все бы хорошо, но вот незадача: у Лённрота Сампо описывается как нечто с пестрой крышкой. Но никакой крышки у мельницы нет — не нужна она там.

Так что речь, скорее всего, идет не о мельнице, а о ларце, в котором появляется все, что захочет владелец. И крышка у этого чудесного ларца действительно пестрая.

Миф 

Битва за Сампо

Лоухи все богатела и богатела — благодаря мельнице Сампо. Задумал Вяйнямёйнен добыть чудесную мельницу и позвал с собой верного товарища Ильмаринена. И Лемминкяйнен попросился с ними. Сели они в прекрасную лодку и поплыли по морю на север, в страну холода и мрака. И когда прибыли герои в Похъёлу, не смогли воины Лоухи остановить Вяйнямёйнена. Запел он — и заснули они, и жены их, и дети, и сама Лоухи. И пришли герои к медной горе, где спрятала жадная хозяйка Похъёлы чудесную мельницу. И вновь запел Вяйнямёйнен, и дрогнули замки.

Ильмаринен смазал засовы жиром, петли — салом, пальцем лишь коснулся их, и все девять дверей, все девять засовов открылись разом.

Лемминкяйнен вошел в пещеру. Попытался он вырвать Сампо, но даже не двинулась мельница, сколько он ни старался. И тогда нашел он на полях Похъёлы быка, равного которому нет. Каждый рог у него длиной больше двух метров, а хвост — целых пять. Впряг его Лемминкяйнен в плуг и распахал землю вокруг чудесной мельницы, и перерезал корни, что крепко держали ее. И вырвал он Сампо.

Положили они мельницу в лодку и повезли домой. И вновь завел Вяйнямёйнен колдовскую свою песню, заиграл на кантеле. Но заскучал Лемминкяйнен и решил попеть сам.

И все бы, может, и обошлось, только услышал эту песню журавль, испугался, закричал и полетел на север. И проснулись от этого народ Похъёлы и Лоухи, и увидела она, что похитили у нее ее сокровище, ее драгоценную Сампо.

Призвала Лоухи на помощь туманы, и закрыли они солнечный свет, и встала лодка и стояла три дня. Но рассек Вяйнямёйнен серую мглу своим клинком, который сковал ему Ильмаринен, и снова увидели они ясное небо и волны моря.

Наслала Лоухи на героев сына вод Ику-Турсо, но и его не испугался рунопевец, победил его и изгнал обратно на дно морское, взяв обещание, что больше тот людям не покажется.

Наслала тогда Лоухи ветры со всех сторон света, и началась буря, которой прежде не видели. Но и тут устоял Вяйнямёйнен, выдержала лодка.

Но не успокоилась старая Лоухи. Послала она за ними на корабле, подобном темной туче, огромное войско: сотни воинов с мечами, тысячи с копьями.

Достал тогда Вяйнямёйнен из мешка кремень, бросил в воду, спел колдовскую песню — и превратился кремень в огромную гору. Выросла она на дне, не видать ее под волнами. С размаху корабль Лоухи налетел на скалу и раскололся в щепки — только паруса по ветру унесло.

Однако не сдалась Лоухи, выловила из воды обломки. Привязала к плечам борта, руль вместо хвоста надела и обратилась в огромную птицу. Туловище ее стало орлиным, а голова осталась прежней. Посадила она свое войско себе на спину, взмахнула гигантскими крыльями — раз, другой — и живо догнала лодку героев Калевалы. Села она на мачту — та аж накренилась, будто в бурю. И вцепилась острым когтем в пеструю крышку Сампо.

Пригрозила колдунья, что если не вернут ей сокровище, то нашлет она на Калевалу мороз и град, и погибнут все посевы, а скот растерзают дикие медведи.

Не испугался Вяйнямёйнен ее угроз, а Лемминкяйнен отрубил ей крылья мечом. Посыпались с нее воины горохом, да и утонули все в море. Вяйнямёйнен выдернул у Лоухи все перья, Ильмаринен отрубил хвост, а Лемминкяйнен — острые когти. Один лишь остался — им злая Лоухи зацепила Сампо и не отпускала пеструю крышку. Но в итоге не удержала она чудесную мельницу. Упала та в море и разбилась. Лоухи и заплакала от досады, и обрадовалась одновременно. Она была жадная и завистливая, и если уж отобрали у нее сокровище, то пусть и никому другому оно не служит.

Правда, ошиблась Лоухи. Собрал Вяйнямёйнен обломки Сампо и посадил их в землю, на золотистой туманной поляне, на зеленом мысу. «Пусть богатство и счастье принесут они Калевале», — сказал он. Так и вышло. Больше не вырывал ветер посевы, не губил мороз всходы, и даже тучи обходили этот край стороной, а солнце светило ласково.

Веселым было утро для жителей Калевалы, полдень — ясным, а вечер — радостным. Не знала эта земля ни бед, ни невзгод.

Так благополучно закончились приключения героев в Похъёле. Но недолго продолжалось счастливое время. Не смирилась Лоухи с потерей и вновь принялась вредить жителям Калевалы. Она даже украла солнце и месяц! Но мудрый Вяйнямёйнен и искусный Ильмаринен вернули людям светила, и вновь дни стали радостными и ночи беспечальными в чудесной стране.

Вяйнямёйнен жил в Калевале, пока не появился на свет чудесный мальчик, будущий царь Карелии. Ушел тогда старый маг на медной лодке туда, где сходятся вместе земля и небо. А потомкам оставил в наследство свои несравненные песни.