— Нет, значит! Снова нет! Просто прекрасно!
Я стояла со склонённой головой, боясь лишний раз пошевелиться. Разлившееся в комнате напряжение давило своей тяжестью на плечи, мучая и истязая.
Чувство вины… оно пожирало изнутри.
— Подсунули бракованную! — свекровь, гневно дыша, испепеляла меня взглядом.
Я ощущала его, ведь кожа полыхала, натягивая нервы до предела.
Прошёл почти год с того дня, как я вышла замуж за сына чиновника среднего ранга. Почему он выбрал именно меня? Не имела ни малейшего представления. Моя семья пусть и относится к знати, но давным-давно растеряла своё влияние из-за ошибки прадеда, который был пойман на взятках.
— Вы уверены, лекарь Рунар? — холодно спросила свекровь.
— Абсолютно, госпожа! — раскланивался старик, что каждый месяц приходил в поместье, осматривая меня на наличие беременности, которой до сих пор так и не наступило. — Леди Алана не понесла.
А я сама знала, что не понесла. Обладала теми же умениями, что и старик Рунар. Да и не в них дело.
Мои зубы стиснулись, и я затаила дыхание, прекрасно понимая, что будет дальше — нешуточный скандал, переходящий из месяца в месяц.
— Бесплодная пустышка! — ожидаемо зашипела свекровь, швырнув к моим ногам фарфоровую вазу, что, столкнувшись с полом, разлетелась на множество осколков. Один из них отлетел мне в лицо, оцарапав щеку. Было больно, но я даже не шелохнулась. Только зажмурилась, чувствуя жжение. — Позор всей нашей семьи!
Я молчала, глотая обиду, что распирала грудь.
Разве я виновата? Разве виновата в том, что до сих пор не забеременела? Мне приходится унижаться, по ночам стоять под дверью мужа и просить его впустить меня. Но практически всегда он приходит в ярость от моих визитов и гневным голосом требует, чтобы я ушла к себе. В редких случаях Эстар позволяет разделить с ним ложе. Да и то приходится делать всё самой. Мне. Девушке, что досталась ему невинной и неопытной. Только небесам известно, какой стыд я испытала, насколько испорченной себя чувствовала. Ненужной, нежеланной, омерзительной. Было время, даже хотела наложить на себя руки, настолько тяжко приходилось. Лишь голос разума, заставляющий держаться, как бы тяжело не было, помогал жить дальше.
Поместье Саверонов стало для меня тюрьмой, а все живущие в нём — бездушные надзиратели, любящие издёвки, насмешки и принижения. Меня не ценили и не уважали, постоянно требуя одно и то же — ребёнка. Но откуда я могла его взять, если наши встречи с супругом были примерно раз в два месяца?
Никогда не забуду, как заикнулась об этом, пытаясь объяснить свекрови, так она же меня и виноватой выставила.
— Оно и не удивительно! — фыркнула Элеонора Саверон, глядя с пренебрежением. — Ты себя-то видела?! Бледная моль в каких-то безвкусных тряпках! Понятное дело, что мой сын тебя не хочет! Он у меня мальчик разборчивый! Даже мне смотреть на тебя противно, что уж говорить про него!
И вновь я проглотила обиду, пусть далось это нелегко. Мальчик со вкусом… Так если я ему неинтересна, зачем тогда замуж позвал? Моя семья не принесёт ему никаких полезных связей, да и приданое моё так себе. Зачем я нужна Эстару?
Ответа на этот вопрос у меня не было.
Помню, как, обливаясь горькими слезами, сама собирала волосы в прическу и подбирала более откровенное платье. Затем, когда с глаз сошла припухлость, нанесла макияж, но… Стоило Эстару меня увидеть, как он тут же скривился:
— Ну и пугало! — выплюнул супруг. — Стража, вышвырните её из моих комнат!
И меня вышвырнули, унизительно завернув руки за спину, а потом ещё и грубо пихнули, отчего я чуть не упала с крыльца.
Как бы я не пыталась что-то поменять в себе, супругу ничего не нравилось. Он кривился, закатывал глаза или показательно махал рукой перед своим носом, унижая меня перед слугами и стражниками, что хихикали в сторонке. Он намеренно делал вид, будто от меня пахнет чем-то неприятным.
Я всегда следила за собой, и бессовестные действия мужа с каждым месяцем всё сильнее разбивали моё сердце.
— Дрянь бракованная! — бушевала свекровь, словно императрица, величественно восседая на своём излюбленном месте.
Мне приходилось выслушивать всю словесную грязь, которую она на меня лила.
— У тебя был последний шанс! И ты его упустила!
Даже поднимать головы не стоило, и так слышалось, что она ликует, вливая злорадство, которого в ней было в избытке, в каждое сказанное слово.
Прекрасно понимала, о чём она говорит, и не представляла, как выпутаться из ситуации, в которую я попала.
— Будь ты из влиятельной семьи, — презрительно хмыкнула свекровь, — я бы закрыла глаза на этот срок, — но это не так!
Сердце гулко стучало в груди, а кровь холодела в жилах.
— Через три дня будет ровно год, как ты вошла в наше поместье! Мы кормили тебя, одевали, заботились, но дитя ты нам так и не подарила!
Каждое её слово было подобно удару хлыста. Больно и точно в цель.
— Как всем известно, если супруга не дарит семье мужа наследника или наследницу в течении года, то от неё могут отказаться, вышвырнув с позором!
Внутри всё дрожало от напряжения. Я могла бы умолять, чтобы мне дали ещё время, чтобы сжалились, но губы будто слиплись, не желая раскрываться, а тело словно онемело, отказываясь повиноваться. Да и смысл? Смысл вымаливать для себя продолжение пытки? Я так устала… Душа измучена, а гордость потеряна. Семейство Саверон превратили меня, добрую, отзывчивую девушку в тряпку, о которую вытирали ноги изо дня в день на протяжении всего года.
— Помнишь, в чем приехала в наш дом? — упивалась ситуацией свекровь, наслаждаясь моей беспомощностью.
Кивнула, тем самым дав ей ответ.
— Отлично! Твои тряпки служанка приберегла. Надевай их и проваливай! Всё, что мы тебе покупали, останется здесь!
Измученная до невозможности, я моргнула, отчего слезинка сбежала по щеке.
— Жаль твою семью, — равнодушно хмыкнула Элеонора Саверон. — Ты плохо старалась. Не справилась с такой простой задачей — забеременеть!
— Простите… — сорвалось безжизненное с моих губ.
— Не у меня нужно просить прощения, деточка, — хохотнула злобно свекровь, — а у своих родителей, на которых из-за тебя ляжет несмываемое пятно позора! После того, как все узнают, что ты бракованная, твои братья не смогут найти себе достойных невест! От вас отвернутся все, кто считает себя более-менее приближённым к знати.
И я понимала это, оттого было невыносимо тяжко.
— Но… — мурлыкнула мать моего супруга, который в скором временем станет бывшим, — ты можешь спасти свою семью от пропасти, в которой они окажутся по твоей вине.
Затаив дыхание, я медленно подняла взгляд, наблюдая довольную до ужаса дракайну, что даже не скрывала своих злых намерений. — Ты просто отдашь моему сыну свою энергию!
— Что? — ахнула я, с силой сжимая пальцы в кулаки.
По телу пробежала дрожь ужаса.
— Вот только давай без возмущений, — брезгливо отмахнулась свекровь. — Я предлагаю обмен! Да, ты лишишься своих сил, и твоя дракайна уснёт, но зато семья будет спасена от позора! Более того, мой супруг купит вам поместье в одном из уездов и пожалует сундук серебра. Ты и твоя семья начнёте жизнь с чистого листа. Неужели ты настолько эгоистична?! Заставишь своих родных страдать из-за твоей же ошибки?! Подумай о братьях, которые, как мне известно, намерены поступить в алую стражу его величества! Думаешь, — на лице дракайны растянулась коварная улыбка, — у них получится, если ты ответишь мне "нет"?
Я задыхалась. Кислорода не хватало. На одной чаше весов находилась моя дракайна и мои силы, лишившись которых я потеряю себя, а на другой — семья…
— Иди, — вздохнула свекровь. — Дам тебе время подумать. Уверена, ты выберешь верный вариант. Семья ведь превыше всего, не так ли?
С низко склонённой головой я неспешно шла по мощёной дороге, доходя до развилки.
Сердце обливалось кровавыми слезами, а душа… Душа ревела ещё громче и жалостливее, ведь я чувствовала, как моя дракайна обречённо притихла.
Она не выражала никаких эмоций, и это убивало меня ещё сильнее. Наяра понимала, что я попала в безвыходную ситуацию, а ещё понимала, что вскоре нам с ней придётся расстаться… навсегда…
Шмыгая носом и утопая в собственных слезах, я шла, не разбирая дороги.
Мне было так плохо. Так больно, горько и обидно. Рыдания рвались на свободу.
«За что мне всё это? — измученно спрашивала у небес. — За что вы меня так наказываете? Не хочу терять Наяру! Она часть меня! Как я… без неё…»
Свернув за угол дома, прошла немного вперёд, не выдерживая и закрывая лицо ладонями.
Всхлип…
За ним ещё один…
И ещё…
Я оплакивала свою никчемность. Оплакивала свою беспомощность, сетуя на несправедливость судьбы.
В памяти всплыли улыбки братьев…
Да, мы были не в самых лучших отношениях, так как я постоянно поучала их, ругая за пьянство и разгульный образ жизни, но они — моя семья.
Я — старший ребёнок у своих родителей. Мне двадцать пять лет. Рихард младше меня на три года, Рейгар — на четыре. Они немного легкомысленны и беспечны, любят помахать кулаками и позажимать девушек в тавернах, но это не значит, что братья не заслуживают хорошего будущего.
Сколько помню, мама с отцом всегда за них заступались, баловали и спускали с рук их выходки. Проигрались в карты? Ничего страшного, они больше так не будут. Подрались и нужно заплатить штраф? Ну, что теперь поделать, затянем потуже пояса и заплатим. Оскорбили девушку? Так она сама виновата, нужно быть скромнее!
Родители души в них не чаяли, но я видела, какими растут Рейгар и Рихард из-за чрезмерной заботы матушки и отца, поэтому всеми силами пыталась вразумить этих оболтусов.
Сердце больно сжималось в груди. Рыдания сошли на нет, превращаясь в тишину. Душа несказанно болела, я понимала, что виновата перед родными — мне и отвечать за это.
«Наяра… милая моя…»
Поток тепла разлился по телу. Моя дракайна не винила меня. Ей было грустно, ведь фактически я вела её на верную погибель. Сама. Своими собственными руками убивая часть себя.
«Прости меня… — шептала мысленно снова и снова. — Прости, хорошая моя… я…»
— Думаешь, — коснулся моего слуха голос супруга, — эта безмозглая согласится отдать мне свои силы?
— Пф! — фыркнула свекровь, которая вместе со своим сыном стояла за живой изгородью, в нескольких шагах от меня. — А ты в этом сомневаешься? Что же мы, зря целый год кормили её, что ли?
— Когда выпью её, — довольно хмыкнул Эстар, — перейду на пятый уровень, а может даже и шестой.
— И тогда на тебя точно обратят внимания на отборах в алую стражу!
Я слушала, затаив дыхание и боясь пошевелиться. Не дай боги создать хоть малейший шум.
— Не переживай, мальчик мой, эта девчонка тупа, как пробка! Семья отказалась от неё! Продала нам, дав разрешение на изъятие магической энергии…
«Что?!» — мысленно ахнула я.
— … а она переживает за них. Хочет пожертвовать своей дракайной. Ну не дурная ли? — рассмеялась свекровь.
Моё дыхание участилось, пальцы сжались в кулаки.
«Вы… Вы дали согласие, чтобы они забрали мою энергию? А если… Если бы я забеременела?!»
— Хорошо, что ты приказала слугам подливать ей в питье противозачаточную настойку, — хмыкнул Эстар, отвечая на мой вопрос.
— Было бы подозрительно, если бы ты не проводил с ней ночи, — хмыкнула его расчётливая мать. — А так, пусть и редко, но было ведь, да?
— Да. Никто не сможет заподозрить что-то неладное. Ты всё разыграла, как по нотам, матушка!
«Ах вы… — задыхалась я от приступа злости. — Ах вы… лживые твари! Забирать чужую энергию противозаконно! Наказание — смертная казнь! Но вы решили поступить по-умному! Сговорились с моими бездушными родителями, целый год мучили меня, унижая, издеваясь и опаивая противозачаточной настойкой, чтобы потом подтолкнуть к сделке. Знали, что случившееся останется только между нами, ведь я не посмею никому сказать о том, что лишилась своих сил, иначе моя семья будет опозорена!»
— Так что наберись терпения, мальчик мой. Поверь, эта бестолковая мямля скоро придёт ко мне, предлагая жизнь своей дракайны в обмен на благополучие семьи, которая предала её…
В груди носился ураган эмоций.
Магическую энергию… Эти твари захотели мою магическую энергию, а семья, ради которой я на протяжении года терпела издёвки, боль и унижение, уже давно дала согласие на то, чтобы меня превратили в пустышку!
«Как… — голоса свекрови и супруга стихли, но я так и продолжала стоять на месте, чувствуя, как сильно меня трясёт. — Как можно своего родного ребёнка обречь на такую жестокую участь? Как можно продать его, зная, что после столь страшного и запрещённого ритуала он превратится в ходячую безжизненную оболочку?!»
Слёзы так и продолжали бежать по щекам, а я… Я чувствовала, что во мне что-то трескается. Сильнее и сильнее. Все те страдания, которые пришлось терпеть в поместье Саверонов, давили, загоняли в угол, лишая воли и запирая её за семью печатями. Но сейчас… Сейчас от услышанного появилось чёткое ощущение того, что эти печати рушатся, выпуская на свободу полоски яркого света, в котором я так нуждалась.
Наяра была полна решимости дать отпор, который эти твари навсегда запомнят.
«Моей энергии захотели?! Ни черта вы не получите!»
Прикрыв глаза, шумно втянула носом воздух. В голове, несмотря на пережитое, уже сложился чёткий план дальнейших действий. Теперь даже речи не шло о том, чтобы пойти на сделку.
«Хотите опозорить мою семью? Да пожалуйста! Они уже давно опозорили сами себя своими поступками и словами!»
В груди заворочалась совесть, ведь я приняла решение окончательно растоптать те скудные крохи влияния своей семьи, но мне удалось быстро заглушить её.
Внезапно начали всплывать моменты из прошлого, где меня не раз наказывали за то, что я пыталась отругать братьев и объяснить им, что нужно экономить. В ответ они огрызались, шипели, насмехались, обзывая синим чулком и занудой, а потом шли и жаловались родителям, которые могли применить прут или ладонь для пощечины, не говоря про обидные слова.
«И я собиралась пожертвовать своей Наярой ради вас?! Пожертвовать той, кому я правда дорога?!» — меня трясло всё сильнее, а вместо льющихся потоков слёз пришла злость, перерастающая в ярость.
Знала, как поступлю дальше. А ещё знала, что легко мне точно не будет. Для всех я стану отбросом! Девицей, от которой отказалась знатная семья, ведь ребёнка им я так и не родила…
«И хорошо, что не родила! Родить от Эстара, значит, обречь свою кроху на вечные мучения! Он вырастет либо забитым, либо… таким же, как его отец!»
Ни той, ни другой участи своему малышу я не желала.
Глубокий вдох…
За ним ещё один…
И ещё…
Мне нужно было успокоиться и как можно скорее, ведь то, что я собиралась сделать, необходимо провернуть на холодную голову.
Всё ещё с колотящимся сердцем я посмотрела по сторонам, понимая, что в округе никого нет. И именно это мне и требовалось.
Дрожащими пальцами подхватила юбку, чуть приподнимая её и осторожно делая первый шаг.
Я кралась вдоль кустов, приседая от голосов стражников или же просто подозрительных шорохов, чтобы как можно дольше остаться незамеченной.
Теплые потоки ветра обдували моё лицо, высушивая слёзы, а я всё шла и шла, замечая в метрах тридцати выход из проклятого поместья Саверонов.
Решительно вздохнув, распрямила плечи и уверенной походкой направилась к воротам.
— Госпожа! — стражник, что вполне ожидаемо, заметил меня, поспешив узнать, куда я собралась.
— Что такое? — вскинула я бровь, посмотрев в его сторону с вызовом, к которому никто в этом поместье не привык.
— А вы… — начал было он.
— Свекровь, — перебила я его, нагло обманывая, — отправила меня на рынок за новой тканью!
— Но мне не говорили, что вы куда-то…
— Так иди и спроси, если не веришь! — холодно процедила сквозь зубы, понимая, что нужно уходить, пока не подошли другие стражи. — Она как раз сейчас в "прекрасном" расположении духа! — усмехнулась я, проходя мимо опешевшего мужчины, смотрящего мне вслед.
Никто не привык видеть меня такой, что ж… я начинаю новую жизнь.
Никогда не забуду, как вышла за ворота поместья. Казалось, за ними даже воздух был другим. Чистым, сладко-свежим… с ароматом свободы.
Не оборачиваясь, чтобы не вызвать лишних подозрений, я неспешно направилась в сторону рынка, который, к слову, был в пятнадцати минутах от поместья.
На самом деле мне действительно нужно было туда, ведь именно там находилось здание суда, в который я намеревалась подать заявление на развод. Зачем махать кулаками и бросаться ядовитыми слюнями в лицо свекрови? Это лишнее! Я сделаю так, что ни она, ни её сын не получат желаемого. Да, привлечь их за несовершёную сделку мне не удастся, ведь мои слова не будут являться доказательством, а вот утереть им нос, разбив намеченные планы в пух и прах, — вполне!
Такого от меня они точно не ожидают! Что ж… им же хуже!
— Вы уверены? — с нескрываемым недоумением в голосе произнёс судья, медленно обводя меня пристальным взглядом с головы до ног.
— Уверена, — ответила ему решительно, с трудом пряча бурлящую в груди ярость и принимая печальное выражение лица. — Я хочу подать заявление на развод!
Могла понять его растерянность, ведь подобного рода процедуры случались крайне редко. Во-первых, мало кто был готов демонстрировать посторонним своё "грязное белье", это считалось дурным тоном. Во-вторых, поданное прошение на развод привлекало всеобщее внимание и, что естественно, вызывало осуждение со стороны народа, бросая тень позора сразу на две семьи. В-третьих, для того, чтобы судья одобрил бракоразводный процесс, требовались неоспоримые доказательства для этого. И они имелись — синяки по всему телу, появившиеся, когда в последний раз стражи по приказу Эстара швырнули меня с крыльца. Я упала, прокатившись по острым углам деревянных ступеней. Было больно, но я не проронила ни слезинки, потому что душа страдала куда сильнее, нежели тело.
— Какова причина? — вскинул кустистые брови судья, глядя сосредоточенно, даже немного пугающе.
— Супруг… — мне сложно было лгать, не привыкла я к такому, но Эстар сам виноват. Заслужил! — Супруг бьёт меня. Я больше этого не вынесу. Помогите мне… пожалуйста.
Неподалёку стояли стражи. Слыша наш разговор, они заинтересованно посмотрели в мою сторону.
В глазах судьи промелькнуло недоумение.
— Бьёт? — нахмурился он.
Я едва заметно кивнула, опуская измученный взгляд в пол, а затем коснулась рукава, медленно задирая его и демонстрируя не до конца сошедшие синяки, которые было хорошо видно.
— Они… по всему телу, — сорвалось безжизненное с моих губ. — Если нужно, я могу показать…
— Будьте любезны, — обратился судья к женщине-писарю, которая скрупулёзно фиксировала каждое слово.
Она поднялась из-за стола, указав рукой на дверь.
Я послушно направилась к ней.
Спустя несколько минут, когда моя одежда была снята, а следы "издевательств Эстара" зафиксированы, я, одевшись, вновь вышла в общую комнату.
Женщина направилась к судье, что-то тихо сказав ему.
— Как давно это происходит? — долетел до меня вполне ожидаемый вопрос с его стороны.
— На протяжении восьми месяцев, — прошелестела я в ответ, чувствуя, как голос дрожит от напряжения.
В помещении воцарилась гнетущая тишина, натягивая нервы до предела.
Я лгала, ведь супруг меня не трогал. Но! Пусть пихали и выкручивали мне руки стражи, всё же инициатором их действий был Эстар! Так что моя совесть чиста! Тем более за то, что он собирался со мной сделать, его наказание должно быть куда суровее, чем просто всеобщий позор!
— И в чём же он вас обвинял, когда поднимал руку?
Затаила дыхание, чувствуя, что ступаю по тонкому льду.
— Беременность… — горько покачала я головой, наигранно шмыгнув носом. — У меня не получалось забеременеть… — к горлу подкатил ком ярости, и мой голос дрогнул.
— В таких-то условиях оно и не удивительно, — долетело со стороны женщины-писаря.
Судья хмуро посмотрел на неё, но та в ответ лишь фыркнула, продолжая своё дело.
— Вы понимаете, что из-за развода на вашу семью и семью супруга ляжет пятно позора?
— Простите мой эгоизм, — горько прошептала я, — но моя жизнь для меня дороже.
Со стороны писаря вновь донеслось осуждающее фырканье с нотками негодования.
Я медленно подняла взгляд, встречаясь с вертикальными зрачками судьи. Его дракон… Он смотрел на меня, будто пытаясь заглянуть в самую душу и выудить истинную правду, а не то, что я тут рассказала.
— Что ж… — послышалось с его стороны спустя пару секунд напряженной тишины. — Стража! Отправляйтесь в поместье Саверонов и приведите сюда молодого господина!
Двое мужчин послушно кивнули и направились в знакомую мне сторону.
«Представляю, как ты будешь удивлён, когда за тобой придут стражи из суда! Это в поместье ты смелый и важный, а за его пределами та ещё размазня!» — во мне плескалось злорадство.
Отомстить! Как же сильно хотелось отомстить Эстару и его матери, принёсших столько страданий!
— Вы можете пока присесть, — судья указал рукой на стул.
— Водички? — участливо спросила женщина-писарь.
— Благодарю, — мои губы растянулись в вымученной улыбке.
Сделала глоток, держа стакан трясущимися руками, что не осталось незамеченным.
«Последний рывок… Остался последний рывок, и я обрету свободу!»
Каждая минута, каждая секунда всё сильнее натягивали мои нервы, готовые вот-вот порваться.
Я сидела на предложенном стуле, стараясь не привлекать к себе внимание. Голова слегка опущена, взгляд устремлён в пол, а пальцы с напряжением стиснуты, зажав ткань юбки.
Нервничала. Настолько сильно я нервничала, что перед глазами даже чёрные мушки залетали.
«Скорей бы уже он пришёл! Ожидание просто невыносимо!»
Казалось, прошла целая вечность, а на деле не более двадцати минут.
И вот с улицы послышался звук шагов.
Я медленно повернула голову, в окно наблюдая Эстара, что шёл между двумя стражами. Взволнованный, лицо белее снега…
«Тряпка! — фыркнула я мысленно, с трудом сдерживаясь, чтобы не скривиться. — И я из-за тебя так унижалась! Позволяла вытирать об себя ноги! Ненавижу!»
Моя ярость закипала всё сильнее, достигая максимума, когда взгляд упал на свекровь, что, нервно дыша, семенила позади своего сыночка.
Я знала, она не отпустит его одного. За ним увяжется.
«Что ж… Мне известна твоя вспыльчивая натура. Вот на ней и сыграем!»
Никогда в жизни я себя не чувствовала настолько сильной и уверенной в себе, ведь теперь мне было не за кого переживать! Семья предала меня, а значит, сегодня наши дороги разойдутся! Совсем скоро я буду свободна!
— Ты?! — ахнул Эстар, когда переступил порог и увидел меня. — А ты…
— И вам добрый день! — послышалось недовольное со стороны судьи.
— Прошу прощения, — склонился мой муженёк, как и ожидалось, теряя всё своё высокомерие.
— Ваша честь, приветствую от лица семьи Саверон! — свекровь, что всегда была увёртливой и хитрой, присела в глубоком реверансе, бросив на меня полный злобы взгляд. — Скажите, что-то случилось? — умело прикидывалась она — Нам не дали внятного ответа, сопроводив сюда…
— Молодая леди Саверон подала заявление на развод…
— Что?! — ахнула свекровь, схватившись за сердце.
Я смотрела, как по её напудренному лицу расползаются алые пятна ярости. Зла. Как же сильно она была зла. Если бы не посторонние, то самолично влепила бы мне пощечину.
— Почему ты… — заметно нервничая, Эстар мотнул головой, не имея возможности подобрать слова для ответа.
«А дома весь такой смелый, уверенный в себе! Где сейчас твоя смелость, размазня?!»
— Дитя… — видя явную растерянность своего сына, свекровь повернулась ко мне. В её глазах наблюдалась драконица, пребывающая в бешенстве. — За что ты так с моим сыном? Он… — судорожный вздох. — Он разве плохо к тебе относился? Посмотри, ты в шелках, на пальцах кольца с драгоценными камнями, на шее — колье, а в волосах золотые шпильки…
— А под одеждой синяки, — перебил её судья.
— Что?! — взволнованно вздохнула свекровь, прикрывая рот ладонью и делая вид, что пребывает в шоковом состоянии от услышанного. — Синяки? Но… Как? Откуда? Милая, что случилось?!
Умело отыгрывая свою роль, она кинулась ко мне, с силой сжимая ладони, которые я тут же вырвала из её рук.
— Ваш сын избивал меня на протяжении восьми месяцев, — ответила я негромко, будто испытываю страх, но внятно.
— Ты… — Элеонора Саверон дёрнулась от услышанного. — Ты, наверное, шутишь? — нервно хохотнула она, бросив опасливый взгляд на судью, что сидел на своём месте с непроницаемым выражением лица. — Такого не может быть…
— Следы избиения зафиксированы, — донеслось со стороны женщины-писаря, в глазах которой читалась масса негативных эмоций. От омерзения до презрения.
— Такого не может быть! — не унималась Элеонора Саверон. Её дыхание стало частым, а в голосе появилось негодование. — Мой сын…
— Вот именно, — перебил её судья. — Ваш сын. Спрос с него, но пока я слышу только вас.
Свекровь, замолкнув на полуслове, закрыла рот, гневно сопя.
— Лорд Саверон? Слушаю вас! — судья кивнул, ожидая ответа.
— Я… — Эстар нервничал, причём настолько сильно, что не знал, куда деть свои руки. — Я не имею к случившемуся абсолютно никакого отношения. Она сама…
— Сама себя била? — уточнил судья.
— Ну что вы такое говорите? — хохотнула свекровь, получая в ответ предупреждающий взгляд.
— Продолжайте, — кивнул судья Эстару.
Его лицо, и без того бледное, стало ещё белее.
— Я не трогал свою супругу… — промямлил он.
— Тогда откуда синяки? — хмыкнул служитель закона, недовольно сощурившись.
— Моя невестка просто упала, — вновь затароторила Элеонора Саверон. — Правда же, милая? Эстар не мог причинить тебе вред!
— Не откажусь от своих слов, — отрицательно мотнула я головой, смотря в пол.
— Ты… Да как ты… — задыхалась от гнева свекровь, едва сдерживаясь, чтобы не заорать на меня. — Специально, да? — зашипела она. — Ты делаешь это специально?!
— Что именно она делает специально? — поинтересовался судья.
— Клевещет на моего сына! — выпалила Элеонора Саверон, глаза которой сверкнули яростью. — Через три дня будет ровно год, как они женаты! Но Алана до сих пор не забеременела, и поэтому она…
— Позвольте напомнить, если вы забыли, — служитель закона медленно поднялся со своего места. Его тяжёлая аура заполнила собой всю комнату, заставляя замереть. — Избиение супруги карается законом. А если это происходит в первый год супружеской жизни, когда должно произойти зачатие, наказание за подобное ещё суровее!
— Подождите… — ахнула свекровь, испуганно хлопая ресницами. — Это неправда… Это не мой сын…
— Я не виноват… не виноват… — блеял одно и то же Эстар, на которого даже смотреть было тошно.
«Отвратительное зрелище!»
— Давайте мы заберём Аланочку домой, и там всё в семейном кругу спокойно решим… — начала было Элеонора Саверон.
«Аланочку? А где же бракованная тварь и мерзкая дрянь?»
— Ваша честь, я не хочу возвращаться туда, где на меня поднимают руку. Прошу, разведите нас, — я, немного подрагивая, что было наигранно, низко поклонилась, не спеша выпрямляться.
— Да как ты смеешь?! — заорала свекровь, вызывая у меня на губах едкую улыбку, которую никто не видел.
«Давай, ори громче!»
— Решила не только свою семью опозорить, но ещё и мою?! Ты должна быть благодарной, что мой сын обратил на тебя внимание и…
— Достаточно! — звонкий шлепок разлетелся во все стороны, заставляя свекровь и её обожаемого сына вздрогнуть. — Стража! Сопроводите госпожу Саверон во двор.
— Нет… — заупрямилась она. — Я… я поняла свою ошибку! Больше ни слова не скажу, пока вы не спросите!
Но её уже никто не слушал. Стражи подошли к ней, встав по разным сторонам, и Элеоноре Саверон больше ничего не оставалось, как выйти с ними на улицу.
— Госпожа Уинтон, — судья посмотрел на женщину-писаря, — будьте так добры, подготовьте все необходимые документы для развода Аланы и Эстара Саверон…
Муженёк замер, широко распахнув глаза от услышанного.
— … давайте поторопимся, — буркнул судья следом. — Обед скоро, меня супруга ждёт…
— Мне не спокойно, — уже в который раз произнёс Сайдер, ехавший на коне по правую от меня сторону.
— От твоего нытья я нервничаю ещё сильнее! — фыркнул недовольно Киарс, двигаясь слева.
— Да хватит вам уже, — прервал я пустой трёп, прекрасно понимая их нервозность.
— Нет, ты только посмотри! — со стороны Сая послышалось недовольное бурчание. — Мы переживаем за него больше, чем он сам!
Киарс не стал ничего комментировать, лишь недовольно поджимая губы.
Я, незаметно для всех вздохнув, поднял взгляд, наблюдая врата, за которыми раскинулась столица.
Южные земли империи Ноаро… Столько лет я избегал их, не желая здесь появляться. Так было бы и дальше, но случилось то, чего точно не ожидал. Мой родной брат — император… умер.
Несмотря на его возраст (сорок два года), у него лишь недавно родился сын, которого тут же короновали после смерти отца, а императрица стала регентом.
— Ты посмотри! — не выдержал Сайдер, из груди у которого вырвалось рычание. — Перед воротами столько стражи! Неужели ты не понимаешь, что они ждут тебя?!
Всё я прекрасно понимал. Императрица опасалась, что я, являясь принцем, могу отнять то, за что она так сильно тряслась — трон!
— Ты войдёшь в этот проклятый дворец, но где гарантия, что выйдешь?! — Сай, что на протяжении десяти лет сражался со мной плечом к плечу, не мог сдержать эмоций.
— Он прав, — кивнул Киарс, скользя взглядом по рядам выставленной стражи, заметившей наше присутствие. — Это опасно! Тебе не стоит…
— Что предлагаете? — перебил их я, прекрасно понимая, что другого выхода нет. — Наплевать на смерть императора? Я должен войти во дворец, чтобы отдать дань уважения почившему брату.
— Давай вызовем хотя бы два отряда? — не унимался Сай. — Ты не позволил взять с собой войско и…
— Если бы позволил и подъехал к воротам столицы с воинами, как бы это выглядело в глазах императрицы? — перебил я друзей.
Сайдер и Киарс замолчали.
— Это выглядело бы так, — продолжил я, — будто я собираюсь устроить переворот.
— Но и без защиты появляться здесь тоже опасно!
— Поэтому я и взял вас с собой! — махнул я рукой, дав понять, что разговор окончен.
Друзья недовольно засопели, но спорить и доказывать свою правоту не стали.
Спустя некоторое время мы подъехали к воротам.
— Стоять! — рявкнул стражник, встав на нашем пути с высокомерным видом. — Кто такие?
— Ты бессмертный, что ли? — холодно произнёс Киарс. — Принца западных земель не узнал?!
Я, не произнося ни слова, немного сощурился, вызывая стремительную бледность на лице у стража.
— Я… я… — заблеял он. — Ваше высочество… я…
— Простите его, ваше высочество! — тут же подбежал к нему другой стражник, низко склоняясь передо мной. — Он новенький. Просто мы не ожидали, что вы…
— Чего же вы не ожидали? — донесся недобрый смешок со стороны Сая. — Что принц западных земель приедет без своей многочисленной армии?
— Ну… — замялся стражник.
— Довольно, — произнёс я безэмоционально.
Не собираясь что-то объяснять и уж тем более спрашивать разрешения на въезд, я направил коня, объезжая стражей, пребывающих в растерянности.
— Безмозглые идиоты! — фыркнул Сайдер, у которого вечно рот не закрывался, хотя Киарс от него недалеко ушёл. Два болтуна и юбочника! — И где только таких набрали? Уверен, у них хромает на обе ноги как дисциплина, так и боевые навыки!
— Нас это не должно волновать, — ответил я, проезжая по шумным улочкам и наблюдая снующий туда-сюда народ. — Главное, что среди наших воинов таких нет.
— Вот тут ты прав, — закивал Сай.
— Вообще-то он всегда прав, — усмехнулся Киарс.
— Вот ты…
— Да хватит вам уже, — вздохнул я, невольно улыбаясь.
Перебранка этих парней, которым я доверял безоговорочно, помогла немного разрядить напряжение, что не отпускало на протяжении часа.
Мы столько лет защищаем границы империи, позволяя народу спать спокойно. Через многое прошли вместе, развивая свои энергетические силы и повышая уровень за уровнем, тем самым позволяя внутреннему дракону крепнуть и набирать свою мощь.
Я покинул столицу по собственному желанию ещё будучи юношей. На тот момент время было неспокойное. Брат, скрепя сердце, поставил меня во главе небольшого отряда, который отправился к переправе.
Никогда не забуду первую победу. Ликующие крики уставших воинов, запах смерти и адреналин в крови. Мой отряд, в котором и оказались Сай с Киарсом, разрастался и креп. Драконы с поселений видели, на что я способен, поэтому следовали за мной без раздумий.
Летели годы, в моё подчинение перешли все гарнизоны и те, кто ими управлял. Я стал генералом империи Ноаро, а Сайдер и Киарс — главнокомандующими и моими верными друзьями.
Брат пусть и ворчал, что я не только генерал, а ещё и принц, но всё же гордился мной, не раз пытаясь вернуть в столицу. Вот только я наотрез отказался, поселяясь на западных землях и наводя порядок в заброшенном городке, в котором в последние годы жизнь бьёт ключом.
— Я понимаю, — послышался голос Киарса над ухом, — ты уверен в себе, но всё же очень прошу — будь осторожен!
— Если императрица попросит задержаться и погостить, не соглашайся! — поддержал друга Сайдер.
— Ну хватит вам уже, — покачал я головой, замечая вдалеке ворота внешнего двора. — Ничего со мной не случится. Тем более, — тяжко вздохнул, — я, как никто другой понимаю, что после смерти брата во дворце многие мне не рады. Это место больше для меня небезопасно, так что давайте не будем об этом…
Стоило только пересечь ворота внешнего двора и проехать половину пути до внутреннего, как нам навстречу уже мчался экипаж с евнухом, прислуживающим императрице.
— Ваше высочество, приветствую! — шустро сбежал он с приставной лестницы, раскланиваясь. — Позвольте сопроводить вас во дворец!
Он указал рукой на экипаж, приглашая забраться внутрь.
— Благодарю, — ответил я сдержанно, — но мне верхом привычнее.
— Что ж… — растерялся евнух, поглядывая на Сая и Киарса. Кивнув, судя по всему своим мыслям, он забрался в экипаж, скрываясь за шторой.
Чувствовал напряжение парней. А ещё чувствовал, что евнух им не пришёлся по душе.
— Ваше высочество, — вновь показался прислужник императрицы, стоило нам достигнуть ворот внутреннего двора, — дальше с оружием нельзя…
До моего слуха донёсся скрип зубов Киарса.
— А ещё… — как-то нервно кашлянул евнух, — господам, что приехали с вами, тоже запрещён вход во внутренний двор…
— Предлагаете, чтобы принц западных земель вошёл во дворец один? — холодно спросил Сай, в глазах у которого пробудился дракон, испепеляя побледневшего евнуха своим угрожающим взглядом.
— Да ещё и без оружия, — недобро хмыкнул Киарс.
— Всё в порядке, — поднял я руку, тем самым прося друзей успокоиться.
Евнух явно нервничал, причём сильно, ведь Сай с Киарсом не сводили с него глаз, будто предупреждая, что, если со мной что-то случиться, его смерть будет долгой и мучительной. Это с дамами они душки, и пусть евнуха назвать мужчиной сложно, но всё же до девушки ему далековато.
— Принц… — начал было Киарс, когда я отстегнул меч, бросая его в руки друга.
Мой многозначительный взгляд заставил его замолчать.
— Идём! — ловко спрыгнув с коня, я направился к воротам, чувствуя на себе внимание стражи.
Прекрасно знал, если произнесу хоть слово, которое вызовет у императрицы недоброе предчувствие, на меня нападут. А ещё знал, что, если такое случится, ворота внутреннего двора не станут преградой для Киарса и Сайдера. Они — алые драконы. Сильные, мощные, закалённые множеством битв. Да, их уровень силы не достиг максимума, восемь из десяти, но, несмотря на это, они входят в число тех немногих, кто считается практически непобедимыми. У всех имеется своя энергетическая шкала внутренней силы, которая может расти, если уделять этому должное внимание. Да, процесс сложный и болезненный. Чем выше уровень, тем труднее и мучительнее становятся медитации, но такова цена.
Далеко не каждый выдерживает подобных нагрузок, поэтому драконов с десятым уровнем по всей империи можно пересчитать по пальцам. Я вхожу в их число, но только богам известно, через какой ад мне пришлось пройти, чтобы добиться этого в столь раннем возрасте.
Чем выше уровень, тем мощнее дракон и сокрушительнее его пламя. Но помимо медитаций для этого приходится укреплять и само тело, иначе внутренняя мощь попросту разрушит свой "сосуд", отправляя раньше времени на тот свет.
Те, кто не достиг пятого уровня, не имеют крыльев и им не подвластен полный оборот. Так, проявление дремлющего ящера во взгляде и клочки чешуи по коже. На шестом — дракон пробуждается полностью. Он ещё мал, но уже достаточно силён, поэтому в королевскую (алую) стражу берут только тех, кто умеет подниматься в небеса. Но даже несмотря на это, все, мимо кого я сейчас проходил, приближаясь к дворцу, уступали в силе мне и моим парням, оставшимся за воротами. Защитники дворца обучены, но их опыт значительно уступает нашему. И императрица это прекрасно понимала, поэтому решила обезопаситься и, если что-то пойдёт на так, взять количеством.
Шаг за шагом, поднимаясь по широкой, длинной лестнице, ведущей во дворец, я ощущал нервозность, но не свою, а тех, кто видел меня. Они чувствовали мою ауру, прекрасно понимая, на что я способен, от того и замирали, словно вкопанные, пытаясь скрыть своё учащённое дыхание.
— Принц западных земель Дамиан Эдельрон! Двери, ведущие в тронный зал, распахнулись, являя скопление советников и чиновников, что уставились на меня во все глаза.
От них за версту несло эмоциями. От лёгкой нервозности до подступающей паники.
Не собираясь тратить время, я переступил порог, уверенно шагая по алой дорожке, ведущей к возвышению, на котором стоял трон, а на нём… императрица с важным видом, держащая на руках коронованного младенца, моего племянника.
— Принц Дамиан, — снисходительно улыбнулась она. — А ты, — её взгляд скользнул по мне, — возмужал за годы отсутствия.
— Благодарю, ваше величество, — склонился я, испытывая отвращение от её пристального внимания.
— Жаль, что только смерть императора заставила тебя вернуться во дворец, — вздохнула она.
— Я приехал, — взгляды присутствующих прожигали кожу, — чтобы проститься с братом и поприветствовать нового императора!
Как того и требовалось, я низко склонился перед племянником, который, причмокивая, посасывал свой кулачок.
На губах Дарьяны Эдельрон растянулась холодная улыбка, а в глазах вспыхнуло превосходство. Она была довольна увиденным.
— Мы ждали твоего появления…
«Оно и видно! Подготовились!»
— … чтобы именно ты развеял над скалой прах императора.
— Для меня это честь, — склонил я голову.
— Тогда… — Дарьяна сделала знак рукой, и ко мне вышел прислужник, — тебя проводят в отведённые покои. Церемонию прощания проведем завтра, на закате. Ты с дороги. Устал. Иди, отдыхай…
— Благодарю за беспокойство и заботу, — я не собирался оставаться здесь, — но мои воины ждут за воротами внутреннего двора. И, так как по правилам дворца они не могут войти, я сниму комнаты вместе с ними в таверне.
— Принц и в таверне? — удивлённо вскинула правую бровь императрица, пусть и на мгновение, но всё же проявляя недовольство во взгляде. — Что подумают горожане?
Она что-то замыслила, это бесспорно, поэтому мне точно не следовало здесь оставаться.
— Сомневаюсь, что народ столицы знает меня в лицо, так что не стоит об этом переживать, ваше величество!
Я был непреклонен в своём решении и дал это понять взглядом, встретившись с которым Дарьяна недовольно нахмурилась.
— Что ж… — хмыкнула она, — раз ты настаиваешь…
— Благодарю! — склонился я.
Спустя некоторое время я выходил во внешний двор, наблюдая нешуточное беспокойство на лицах парней.
— Ну?! — кинулся ко мне Сайдер. — Ты… как ты?!
— Всё хорошо? — поспешил за ним Киарс.
— Время близится к вечеру, — я вскинул взгляд, наблюдая безоблачное небо, что начинало розоветь от приближающегося заката. — Давайте отправимся в таверну. Завтра церемония прощания. Уехать получится только после неё.
Парни не стали спорить, ловко взлетая на коней и направляя их на выход.
Знал, стоит только остаться с ними наедине, как они тут же закидают меня вопросами.
Мы не выбирали, решили остановиться в первой попавшейся таверне. Вот только, стоило нам свернуть на улочку, где она находилась, как слуха коснулся женский крик, привлёкший немало народу:
— Как посмела, мерзавка?! — пухлая женщина цепко держала девушку за руку, выше локтя, грубо дёргая её из стороны в сторону. — Опозорила всю нашу семью! Теперь из-за тебя Рейгар и Рихард не смогут стать алыми стражами! Сама жалкое ничтожество и моих мальчиков решила сделать такими же?! Значит так, делай, что хочешь, но чтобы Савероны приняли тебя обратно! Поняла меня?!..
Прошло чуть больше суток с того дня, когда судья даровал мне долгожданную свободу. Он передал дело о разводе в министерство наказаний, которое теперь и займётся судьбой Эстара. Его заветная мечта, стать алым стражем, теперь навсегда останется несбыточной, а свекровь и свёкор превратятся в главных героев грязных сплетен и станут объектом презрения всей империи.
Никогда прежде я не испытывала столь острого чувства злорадства, но сейчас оно переполняло до краёв, и совесть не мучила ни на мгновение.
«Они заслужили! За свои поступки нужно платить!»
Что касается меня… Служитель закона предложил написать заявление о возмещении как морального, так и физического вреда, и я была готова это сделать. Однако выяснилось, что процесс займёт около двух недель, а я не могла себе этого позволить. Собиралась покинуть город как можно скорее, прекрасно понимая, что семья будет меня искать. После их предательства я отреклась от них навсегда и не желала иметь ничего общего. Хотя, если честно, у нас и раньше не наблюдалось ничего общего. В их глазах я всегда и во всём была виновата!
План, который уже наполовину воплотила в жизнь, созрел в моей голове ещё в здании суда. На мне было достаточно украшений, которые я могла продать, чтобы купить лекарские иглы — мой билет в новую жизнь.
С самого детства я увлекалась книгами. Могла настолько погрузиться в чтение, что забывала про еду, засиживаясь до рассвета. Жажда знаний вела меня по жизни, и однажды я наткнулась на удивительную рукопись об акупунктуре. Это открытие поглотило меня целиком. На собственные сбережения я приобрела иглы и начала тайком от семьи обучаться этому искусству, позже практикуясь на слугах поместья. Они были безмерно благодарны мне, ведь такие навыки крайне востребованы. Хорошего лекаря найти непросто, а если и удавалось, то плата за его услуги была непомерно высока.
Помню, как однажды поделилась своей радостью с матерью, рассказав о начале обучения акупунктуре. Вместо поддержки она заперла меня в комнате, крича, чтобы я бросила эту дурную затею.
— Ещё чего не хватало! — рычала она по ту сторону двери. — Таким занимается только простой люд! Опозорить нас вздумала?! Мы из знатного рода, а не какие-то там бродяги! Твоя цель — выйти удачно замуж! Вот об этом думай! И чтобы я больше не слышала о подобном!
В тот день она нашла все мои книги и сожгла их. Мать тряслась за репутацию семьи, боясь, что кто-то узнает о моём увлечении. Она из кожи вон лезла, пытаясь быть на одном уровне с другими знатными семьями, где леди днями напролёт прогуливались по лавкам и пили чай, но даже я понимала — нам до них далеко. Наш род обнищал, гости давно перестали нас посещать, но мать продолжала строить из себя важную особу.
Будь я на её месте, позволила бы дочери развивать свои таланты и открыть лекарскую лавку, которая принесла бы приличный доход. Но она даже слушать об этом не желала, приходя в ярость от одного упоминания об акупунктуре.
Я знала, что смогу зарабатывать этим, причём неплохо. Втайне от семьи я лечила не только слуг, но и их родных. И у меня получалось! Поэтому решила не ждать две недели, пока семейка Саверонов заплатит за причинённый вред, а уйти сразу после продажи украшений и покупки игл.
Мне удалось неплохо выручить за украшения, от которых я избавилась полностью. Даже платье сдала, купив более простое и удобное. Эта вычурность… Для меня она несла только одни беды.
Немного провизии было заготовлено. Я оставила её в комнате, снятой в таверне, и отправилась за своим заказом — иглами, которые мне обещали доставить. Только из-за них я задержалась, планируя покинуть город с рассветом.
Но случилось непредвиденное… Каким-то невероятным образом матери удалось меня отыскать, и её ярости не было предела.
Я уже почти дошла до таверны, когда чья-то рука больно схватила меня и резко дёрнула в сторону.
Ей было плевать, что вокруг полно людей, что они глазеют и шушукаются. Она рычала и шипела, готовая растерзать на месте.
— Пошла! Живо! — потащила она меня.
Вот только я больше не собиралась быть послушной. С неожиданной для самой себя силой вырвала руку из её цепкой хватки. Мать зашипела от возмущения, её лицо исказилось от гнева.
— Не нравится, — в моих глазах пылала ледяная ярость, голос звучал тихо, но отчётливо, — что я разрушила твои тщательно выстроенные планы?
— Ах ты… — прорычала она, и её зрачки на секунду вытянулись, выдавая внутреннюю трансформацию, которая быстро сошла на нет.
Слабая… Как же она слабая. Даже до второго уровня не дотягивала, растрачивая время на пустые развлечения и бездумные покупки.
На моих губах расцвела холодная, почти торжествующая улыбка.
— Не переживай так, — прошептала я. — Всё ещё можно исправить. Отдай Саверонам… себя…
— Ч-что?! — её глаза расширились от шока, руки задрожали. — Что ты такое говоришь?! Какое отношение к этому имею я?!
— Полагаю, — произнесла возле её уха, — для них не имеет значения, у кого забирать магическую энергию…
— Ты… Ты… — голос матери дрожал, срываясь на писк.
Я отступила на шаг, с удовлетворением наблюдая, как кровь отливает от её лица, делая его мертвенно-бледным, а глаза становятся огромными. В них читался неподдельный ужас. Дыхание предательницы участилось, превратившись в прерывистые всхлипы, а взгляд метался по толпе зевак, которые с жадным любопытством следили за нашей сценой.
— Ты предала меня, — эти слова сорвались с моих губ горьким эхом. — Отныне мы чужие люди. И так будет всегда!
Не желая более слушать её, так как силы будто разом покинули меня, я развернулась и неспешно направилась к таверне, улавливая злобное шипение, что донеслось мне вслед:
— Даже не думай, что на этом всё! Ты вернёшься домой! Я тебе это гарантирую!..
— Ты слышал, что девчонка ей сказала? — прошептал Киарс, наклонившись ко мне.
Слышал. И услышанное не пришлось по душе, вызывая нешуточное негодование моего дракона — Шайна.
Десятый уровень открывал немало возможностей, и одна из них — превосходный слух на дальних расстояниях. Я мог сконцентрироваться на определённом участке, становясь свидетелем чужих бесед. Правда, даже у такой способности были свои пределы.
Мы привязали коней у конюшни и направились в ту самую таверну, куда несколькими минутами ранее зашла аловолосая девушка.
— Хм, молчит, — хмыкнул Сайдер, поправляя перевязь с мечом.
— Вот-вот, — поддакнул Киарс.
— Зато вы слишком много болтаете, — выдохнул я, переступая порог небольшого помещения.
Внутри таверны царил привычный для подобных мест полумрак. Дым от трубок и свечей создавал причудливые узоры в воздухе, а запах эля и жареного мяса наполнял пространство. За столами сидели самые разные посетители: некоторые были пьяны, невнятно бормотали и пытались ухватить подавальщиц за юбки, другие же спокойно ужинали, держась подальше от шумной компании.
Я намеренно скрыл свою ауру, окутав себя защитным пологом. Не хотел, чтобы меня заметили. Парни последовали моему примеру, бесшумно скользя к массивной стойке, за которой возвышалась дородная хозяйка таверны. Её маленькие, жадные глазки алчно заблестели, быстро оценивая наши дорогие одежды и уверенный вид. Она мгновенно поняла, что перед ней не простые путники.
— Достопочтенные господа! — пропела женщина, рассыпаясь в любезностях и фальшиво улыбаясь. — Позвольте выразить вам своё глубочайшее почтение!
Киарс и Сайдер хранили ледяное молчание, но я отчётливо видел, как в их глазах промелькнуло презрение — они мгновенно раскусили истинную натуру этой женщины.
— Три комнаты и ужин, — коротко бросил я, опустив на стойку несколько золотых монет.
— О, конечно-конечно! — засуетилась хозяйка, чьи руки заметно дрожали при виде блестящего металла. — Вот ваши ключи! Второй этаж, направо!
Мы молча поднимались по старой лестнице, чьи скрипучие ступени рассказывали истории многих поколений постояльцев. Парни следовали за мной, не нарушая тишину.
— Живее, бездельник! — донёсся снизу раздражённый голос хозяйки, которая даже не подозревала, что мои обостренные чувства ловят каждое её слово.
Что-то в этой женщине меня настораживало. Я привык доверять своему чутью — оно ещё ни разу не подводило.
— Отнеси ужин тем господам, что поднялись наверх! Стой! — вновь зашипела она. — И ещё…
Я напряг слух, незаметно подавая знак парням сохранять абсолютную тишину.
— …не закрывай таверну на ночь. Понял? За той девицей с огненными волосами придёт её семья. Она сбежала из дома. Если услышишь шум — не вмешивайся!
— А…
— Без «а»! — резко оборвала его хозяйка. — Выполняй!
Хмыкнув, я перевёл взгляд на Киарса и Сайдера.
— Ну? Что там? — не выдержал Сай, его нетерпение читалось в каждом движении.
— А там, — я медленно покачал головой, — открылась весьма любопытная информация.
Лица парней мгновенно стали серьёзными.
— Что?! — взорвался Сайдер, когда я поделился услышанным.
— Забрать энергию у девушки?! — Киарс яростно прищурился.
— Именно так, — подтвердил я.
— Значит, ночью за ней придут, — процедил Сай, желваки на его скулах заходили ходуном, а руки сжались в кулаки, выдавая бушующую внутри бурю эмоций.
— Отлично! — хмыкнул Киарс. — Пусть приходят! Встретим их со всеми почестями!
Мы не знали, в какой именно комнате укрылась та девушка, но то, что она находилась на втором этаже — в этом не было ни малейших сомнений. Третьего в этой таверне попросту не существовало, а первый — занимала обеденная зона. Оставалось лишь прислушиваться к каждому подозрительному шороху и скрипу половиц.
Парни не стали расходиться по своим комнатам, решив остаться рядом со мной. Время медленно тянулось. На столицу опустились сумерки, окрашивая небо в глубокий пурпур, а затем оно вспыхнуло россыпью звёзд, мерцающих подобно бриллиантам в короне самой ночи. Вокруг разлилась умиротворённая тишина, нарушаемая лишь слабым шевелением занавесок от дуновения ночного ветра и монотонным пением цикад.
Парни уснули в креслах, но я знал — стоит мне лишь подать знак, как их сон мгновенно рассеется.
Я лежал, закинув руки под голову, и напряжённо вслушивался в тишину коридора.
И вот…
Тихие, крадущиеся шаги заставили моего Шайна злобно рыкнуть.
«Двое, — заключил я, продолжая вслушиваться в ночь. — Мужчины. Слабые».
Я бросил взгляд на спящих парней, понимая, что не стану их будить. Они слишком устали за день, пусть отдыхают.
Стараясь не издавать ни звука, я бесшумно поднялся, тенью скользнув в коридор.
Распахнутая дверь одной из комнат сразу привлекла моё внимание — она находилась в противоположном крыле.
— Нет! Отпустите! — донёсся до меня приглушённый женский голос, сопровождаемый звуками отчаянной борьбы. — Я не пойду с вами…
— Пойдёшь!
— Куда ты денешься?!
Я двинулся вперёд, не собираясь оставлять подобное без внимания.
«Или они совершенно безмозглые, или невероятно бесстрашные, раз решили забрать её энергию…»
— Чёрт! Укусила! Она меня укусила!
— Сестрица! Не будь эгоисткой! — послышался ехидный голос. — Мы ведь твои братья, и ты сама говорила, что хочешь дать нам достойное будущее!
— М-м-м…
— Давай, вяжи её скорее!
Секунда… две… Я сделал шаг, закрывая своей фигурой дверной проём, и увидел, как двое невысоких, хилых парней вместе тащат к выходу связанную девушку с кляпом во рту. Её алые волосы были растрёпаны, ночная сорочка порвана, а в глазах пылали яростные слёзы бессилия…
— Твою же… — испуганно ахнул один из похитителей, заметив меня.
От неожиданности он едва не выронил свою ношу.
— А ты ещё кто такой? — нахмурился второй, но рук от девушки не убрал.
— Я? — спросил холодно, чуть наклонив голову и чувствуя, как от жалобных всхлипов аловолосой Шайн рвёт и мечет в груди. — Это не так важно. Главное, что девушку вы не заберёте. Сегодня она останется здесь.
— Мы её братья! Ясно?! — рыкнул первый, хотя его взгляд, должен заметить, стал нервным, выражающим явное опасение. — Не тебе указывать, останется она здесь или нет!
— Что ж… — вздохнул я, не собираясь марать об них руки. Они сами сбегут, гонимые первобытным страхом. — Дам вам ровно три секунды, чтобы унести отсюда ноги. Время пошло…
Не меняя непроницаемого выражения лица, я чуть приподнял голову, выпуская свою ауру на свободу — тяжёлую, давящую, мощную.
Миг — и глаза этих заморышей округлились от ужаса. Их дыхание стало частым, тяжёлым, прерывистым…
— Один, — начал я отсчёт, замечая, что они приближаются к обмороку. — Два… — неотрывно глядел, как их лица стремительно бледнеют. — Три… — выдохнул я, угрожающе прищурившись. — Ваше время вышло…
Их ноги подкосились. Издав сдавленный крик, они бросили свою жертву и, спотыкаясь, рванули мимо меня, словно крысы с тонущего корабля…
Я никак не ожидала, что посреди ночи на меня набросятся братья, пытаясь силой вернуть домой. Не думала, что они, ослеплённые собственным эгоизмом, решатся обречь родную сестру на столь страшную участь, толкая её к пропасти, откуда нет возврата.
Я сопротивлялась изо всех сил, но, несмотря на их хилость, они всё же были мужчинами. Возможно, не застань меня спящей, мне удалось бы ускользнуть. Но нет — даже подняться с постели не позволили, навалившись сверху и мгновенно запихнув в рот какую-то тряпку.
Связывали грубо, безжалостно, не обращая внимания на впивающуюся в кожу верёвку.
Их не интересовало, что со мной случится. Братцев заботило лишь собственное будущее — безбедная жизнь и положение в обществе. Но для этого нужно трудиться! Работать над собой, развивать свой энергетический резерв. Однако Рейгар и Рихард оказались бездельниками, которые только и делали, что пьянствовали и создавали проблемы.
Я не ждала помощи. Даже не надеялась, что кто-то осмелится вмешаться. Да и если бы вмешались, ничего бы не смогли сделать — ведь за мной пришли родные братья, имевшие на это право.
Но, как оказалось, незнакомец, появившийся так неожиданно, имел своё мнение на этот счёт. Стоило ему продемонстрировать невероятную ауру, от которой всё внутри задрожало, как братья тут же умчались в страхе, сверкая пятками.
Больно ударившись головой о пол, на который меня бросили, я зажмурилась, чувствуя слёзы, навернувшиеся на глаза. Тяжело дышала, не открывая век, и ощущала, как мощь незнакомца, способная парализовать любого, постепенно рассеивается.
«Кто он? Такой сильный… Никогда не встречала ауры, даже отдалённо похожей на эту…»
Верёвки больно впивались в кожу, но я, невольно всхлипнув, продолжала лежать, чувствуя пульсирующую боль в затылке.
Приглушённые шаги заставили испуганно распахнуть глаза. Мужчина, не сводящий с меня взгляда, приближался.
В следующий миг он присел рядом и протянул руку…
Я замерла, словно кролик перед удавом.
— Не шевелитесь, — вздохнул он, аккуратно развязывая узел на спине.
Внезапно послышались торопливые шаги из коридора.
— Дамиан! — воскликнул беловолосый мужчина, появившийся в проёме. Его взгляд был сосредоточенным и опасным, но при виде меня брови удивлённо взлетели.
— Э-э-эм… — протянул второй, цвет волос которого совпадал с моим.
— Отвернулись! — холодно приказал им мой спаситель, поднимаясь и поворачиваясь ко мне спиной.
— Кхм… да…
Не понимая, что происходит, я с колотящимся сердцем наблюдала, как двое здоровяков послушно выполнили сказанное.
— А вы, — бросил он мне, не меняя тона, — прикройте себя чем-нибудь.
— Что? — мой разум после пережитого отказывался работать, пока я не скользнула взглядом по своей ночной рубашке, замечая разрыв на ткани аж до самого бедра.
Стыд окатил горячей волной, и я резко вскочила, хватая одеяло и прижимая его к себе.
Мужчина, которого назвали Дамианом, так и не обернувшись, направился к выходу.
— Стойте! — кинулась я за ним, испытывая вихрь эмоций.
— Что такое? — бросил он равнодушно, не оборачиваясь.
— С-спасибо…
— Не за что.
— Если бы не вы… — начала я, но осеклась. Мысли неслись вскачь, складываясь в единую картину. Его уверенность, мощь, непоколебимость и… имя…
«Как у младшего принца, чья сила известна всем…»
Может, я и правда сильно ударилась головой, но интуиция кричала, что это не ошибка! Это он — принц западных земель и генерал империи Ноаро в одном лице!
— Ваше высочество… — прошептала я, заметив, как напряглись спины блондина и рыжика.
— Хорошо же вас приложили, — хмыкнул Дамиан, медленно оборачиваясь и глядя на меня так, что все внутренности сжались.
Но я не дрогнула, с каждой секундой обретая всё больше уверенности в своей правоте.
— Покажитесь лекарю и не говорите глупостей. Это вредно для здоровья, — усмехнулся он, направляясь к выходу.
— Ваше имя — Дамиан! — кинулась я за ним, кутаясь в одеяло. — И вы невероятно сильны! Сомневаюсь, что на земле есть ещё люди с таким же именем и равной вам мощью!
Мужчина резко остановился, и я едва не рухнула, влетев в широкую спину. Его пронзительный взгляд карих глаз, словно два огненных луча, пронзил меня насквозь. По спине пробежал мороз, а сердце забилось чаще.
— Вы должны были просто сказать спасибо, а не выдвигать глупые теории без доказательств, — произнёс он с лёгкой насмешкой в голосе.
Но я не отступала. В голове пульсировала единственная мысль — это мой шанс на спасение, мой билет в новую жизнь.
— Вы приехали почтить память своего старшего брата… императора, — прошептала я, чувствуя, как двое других мужчин с любопытством наблюдают за нами. — Прошу, позвольте мне отправиться с вами в западные земли! — взмолилась я. — Я обучена лекарскому делу и могу быть полезной…
— Нет! — резко оборвал он.
Но я не могла отступить. Путь до западных земель тернист и опасен: нужно пересечь бурное море, бескрайнюю пустыню и тёмный лес, кишащий нечистью. В одиночку, слабой мне, это невозможно, но именно там я смогу укрыться от жадных лап семьи и заниматься тем, к чему лежит душа — лечить людей.
— А если… — я сделала шаг вперёд, гордо подняв подбородок. — Если я смогу победить одного из вас? Тогда вы возьмёте меня с собой?
Блондин, наблюдавший за мной с нескрываемым интересом, закашлялся от услышанного.
— Леди, не стоит, — мягко улыбнулся он. — Вы же понимаете, что это невозможно.
— Тогда вам тем более нечего терять! — воскликнула я, крепче прижимая к груди одеяло. — Ну что? Уговор?..
Было до ужаса неловко, а ещё сильно волнительно, ведь три пары мужских глаз уставились на меня, явно думая, что я не в своём уме.
Моё предложение и правда прозвучало глупо и слишком самонадеянно, но я была уверена в себе и своих силах, точнее в знаниях, которые получила в одной из книг. Оставалось только надеяться, что мужчины согласятся, и молиться, чтобы задуманное получилось.
Их взгляды скользили по мне, закутанной в тонкое одеяло, вызывая шквал эмоций. Трое крупных мужчин в моей комнате, посреди ночи, на мне почти нет одежды и вместо того, чтобы спровадить их как можно скорее, я наоборот не желала их отпускать. Понимала, стоит им уйти, и тогда точно не смогу добиться своей цели!
— Неужели струсили? — спросила уверенно, медленно смещая внимание на принца.
— Неужели вам жизнь не дорога? — ответил Дамиан вопросом на вопрос.
— Так мы же не будем драться насмерть, — буркнула я, разорвав с ним зрительный контакт, так как выдержать его взгляд было нелегко. Он будто проникал под кожу, заставляя нервничать пуще прежнего.
— И какие условия поединка? — усмехнулся огненноволосый мужчина, в глазах у которого плясали смешинки.
— Ты серьёзно? — ахнул блондин, да с таким возмущением, что я не смогла сдержать улыбки. — Сражаться с девчонкой?!
— Тот, кто первый упадет, проиграл, — пояснила я.
— Оружие? — бровь рыжика вопросительно приподнялась.
— Вы можете взять своё, а я — своё.
— У вас есть оружие? — со стороны блондина донеслось скептическое хмыканье.
— Ну-у, в какой-то степени да.
— Дамиан! — посмотрел беловолосый на принца, скорее всего, ища поддержки с его стороны.
Я замерла, ожидая решения, от которого зависела моя жизнь.
— Только из уважения к женскому полу. Вы проиграете, и моя совесть, что не взял вас с собой, будет чиста, — кивнул принц западных земель, дав своё одобрение на мою авантюру.
— Чур, сражаться буду я, — хитро подмигнул мне рыжик.
— Пф! Позорник, — со стороны блондина донеслось фырканье.
— Прошу, входите, — я чуть отступила в сторону, приглашая мужчин войти, не в коридоре же проводить поединок, в котором я собиралась схитрить.
Не сговариваясь, они переступили порог, прикрывая за собой дверь.
Стоило им всем оказаться внутри, как комната будто в разы стала меньше. Высокие, широкоплечие, крупные — настоящие воины.
— Сейчас, — кивнула я, направляясь к кровати, под которой лежала моя сумка. — Отвернитесь, пожалуйста, я надену халат. Не в одеяле же…
Мне даже договаривать не стоило, так как мужчины сразу всё поняли, проявляя свою сторону истинных джентльменов.
Быстро накинув халат, я достала из сумки кожаный свёрток с иглами.
— Я готова.
— А это… что такое? — нахмурился огненноволосый.
— Это? — я подняла четыре иглы, зажатые в пальцах. — Моё оружие.
Мужчины не знали, на что способна акупунктура, поэтому и относились скептически, что было мне на руку.
— Э-эм… — нахмурился блондин. — Леди, вы шутите? Посмотрите на этого здоровяка…
— Перед боем я прошу у вас разрешения установить их на вашем теле. Совсем немного, — добавила я следом, пару раз моргнув. — Но если вы боитесь, то…
— Кто это боится? — фыркнула рыжик. — Да хоть десять втыкай! Пф! Ерунда какая!
Подавив улыбку, я осторожно подошла к мужчине:
— Заранее прошу прощения, — склонила перед ним голову, поражаясь, какой он большой вблизи.
Осторожно проткнула кожу первой иглой, размещая её в области шеи и надплечья правой руки. Затем левая сторона. Дальше шли бедра, с которыми пришлось неверотяно нанервничаться, ведь я была так близко к этому мужчине, да ещё к столь деликатному месту.
Под оглушающее молчание проделала всё необходимое, отходя в другой конец комнаты.
Мне требовалось время для того, чтобы его руки и ноги начали неметь, ведь я блокировала точки, отвечающие за кровоток.
— Ну что? — усмехнулся огненноволосый. — Начинаем?
Я согласно кивнула, чувствуя, как быстро колотится сердце в груди.
— Оружие брать не буду, — ухмыльнулся он. — Ещё ненароком пораню.
На моих губах появилась нервная улыбка.
— Прошу, вы первый, — махнула я рукой.
— Желание дамы для меня закон! — отсалютовал огненноволосый, делая первый шаг, да тут же замирая. — Какого чёрта? — нахмурился он, с непониманием глядя на принца и блондина, что, не спеша вмешиваться, смотрели на него в ответ.
Я стояла, затаив дыхание, отсчитывая секунды.
Одиннадцать…
Двенадцать…
Тринадцать…
Рыжик сделал ещё шаг и из его груди вырвался смешок.
Шестнадцать…
Семнадцать…
Ещё шаг, и в его глазах появился опасный блеск.
— Что ты сделала со мной? — спросил он, улыбаясь хищно и настолько опасно, что у меня аж коленки задрожали.
— Что-то не так? — поинтересовался у него блондин.
— Я рук не чувствую, — хохотнул мой противник. — И ноги немеют…
На меня мгновенно уставились три пары глаз, в которых читалось многое: неверие, настороженность, требование немедленно объяснить, что происходит…
— Я прошу прощения, — кашлянула нервно, направляясь к огненноволосому, что стоял, покачиваясь, и не сводя с меня своего пристального внимания. — Будьте любезны, — обратилась я к мужчинам за его спиной, — поймайте его. Нехорошо, если он упадёт на пол.
— Что ты… — ахнул блондин, опустив все приличия.
— А-ха-ха, — загоготал басом рыжик, когда я приблизилась к нему и, приложив усилия, толкнула в грудь, отчего его повело в сторону, прямо в руки принца. — Она меня уделала! Невероятно! Боги, я влюблён!
— Я выиграла, — смотрела уверенно, наблюдая, как блондин выдёргивает мои иглы из тела своего друга. — Уговор есть уговор. Когда отправляемся на западные земли?..
— Да сколько можно вздыхать! — в который раз раздражённо фыркнул Сайдер, морщась от блаженной улыбки Киарса, которая, казалось, приклеилась к его лицу.
— Какая женщина! — продолжал улыбаться тот, словно одурманенный. — Нет, вы только посмотрите! Какая женщина!
— Уделала тебя, как сопляка! — возмущённо сопел Сай. — Позорище! И это главнокомандующий называется!
— Такой очаровательной лисице и проиграть не жалко, — улыбка Кира стала ещё шире, и он, бросив на меня хитрый взгляд, игриво подмигнул.
— Ты же понимаешь, — Сайдер упрямо мотнул головой, — что с ней наш путь займёт не две недели, а все два месяца! А мы не можем себе этого позволить!
— Если она не умеет ездить верхом, я могу вести её на своём коне, — как ни в чём не бывало пожал плечами рыжик.
— А море? Пустыня и тёмный лес?! — не унимался Сай.
— Здесь тоже не вижу никаких проблем, — отмахнулся Киарс с небрежной грацией. — Она полетит со мной. Я понесу её в лапе.
Эти слова словно парализовали блондина.
— В лапе? — он недоверчиво кивнул. — Ты понесешь её в лапе?
— Ну да.
— Ты вообще осознаёшь, что говоришь? — Сайдер повернулся ко мне, его глаза горели негодованием. — Он точно не в своём уме!
— Киарс проиграл ей, — я пожал плечами, устраиваясь поудобнее на кровати поверх одеяла. — Ему и расхлёбывать.
— Ну так я об этом и говорю! — тут же подхватил он самодовольно.
— А потом, — Сай всё никак не мог успокоиться, — когда она надумает себе невесть что, ты будешь утопать в её слезливых реках?! Всем известно, что драконы просто так юных дев в лапе не таскают! Ты дашь ей надежду на серьёзные отношения, чего у тебя никогда ранее не случалось!
— И вот тогда мы с тобой вместе посмотрим, — я обратился к разбушевавшемуся блондину, — как он будет удирать от неё, избегая темы брака.
— Вы такие нудные, — закатив глаза, Киарс издал раздражённый звук. — Мне уже тридцать один! Давно пора завести семью! Кто знает, вдруг лисица — моя судьба!
— Уже и прозвище ей придумал! — фыркнул Сай, сложив руки на груди.
— Идите уже к себе, а? — с надеждой в голосе попросил я, посмотрев на парней. Мечтал о тишине и отдыхе. — Спать хочу.
— У нас тут друг в любовной трясине тонет, а он спать хочет! — возмутился Сайдер.
— Забери его, — с мольбой в глазах я посмотрел на хохочущего Киарса, который, хлопнув Сая по плечу, решительно потянул его к выходу.
— Давай, идём, — пробасил он. — Не будь истеричкой.
Со стороны Сайдера послышались возмущённые фырканья, а за ними последовал смех рыжика, который явно пребывал в предвкушении.
Сколько помнил, Кир всегда окружал себя лёгкой добычей, которая ничего не просила взамен, кроме монет или какого-нибудь украшения. Все его временные пассии были послушными и нежными, чьи прикосновения, по словам друга, напоминали крылья бабочек. Он любил проводить время в их объятиях, сменяя одну на другую, так что я не сильно беспокоился из-за его слов.
Да, девчонка заинтересовала алого дракона своей неординарностью, сумев зацепить, но она абсолютно не соответствовала его типажу, так что Кир быстро к ней охладеет, потеряв интерес.
Стоило парням покинуть комнату, оставив после себя лишь эхо их смеха, как тишина, словно мягкое одеяло, окутала моё измученное тело. Я погрузился в сон почти сразу же, и, казалось, лишь на мгновение закрыл глаза, как яркий свет солнца, пробивающийся сквозь оконные стёкла, разбудил меня.
Тихий стук в дверь нарушил утреннюю тишину.
— Входите, — произнёс я, поднимаясь с кровати и разминая затёкшие мышцы шеи.
В дверном проёме показалась огненная макушка Киарса.
— Проснулся? Пойдём, как раз обед сейчас принесут.
Вскоре мы втроём сидели за столом, наслаждаясь ароматным мясным рагу, овощами и свежеиспеченным хлебом.
— Девчонку сегодня видели? — спросил я, отламывая кусок горячей выпечки.
— Она ушла договариваться насчёт коня, — ответил Сайдер.
— Представляешь, отказалась ехать со мной! — на губах Киарса сияла широченная улыбка.
— Вот не понимаю, — фыркнул Сай, — с чего такая радость? Если отказалась, значит, ты ей не интересен, дубина!
— Или просто она девушка серьёзная, не того уровня, с каким я привык общаться, — не терял надежды друг.
— Забирайте девчонку и ждите меня у ворот столицы… — мои внезапно произнесённые слова заставили друзей замолчать и устремить на меня пристальные взгляды. — Не нужно ехать со мной.
— Но… — попытался возразить Киарс, с лица которого мгновенно сошла вся игривость.
— Я рассею прах брата и вернусь, — твёрдо мотнул головой.
Как и ожидалось, парни начали настаивать на своём присутствии, но я был непреклонен.
Спустя несколько часов, когда провизия была заготовлена, а моё тело, отдохнувшее после горячей ванны, готово к пути, я направлялся к дворцу, на территории которого возвышалась гора предков.
Меня уже ждали.
Императрица собрала чиновников всех рангов, демонстрируя своё великодушие, ведь далеко не каждому дозволялось ступить на священную гору, а тем более проводить императора в последний путь.
— А вот и Дамиан, — грустно улыбнулась она, одетая во всё белое — траурный цвет.
Я спрыгнул с коня, окидывая взглядом склонившихся чиновников и советников.
— Прошу, — супруга моего брата указала рукой в сторону возвышения.
Как только я приблизился, она передала мне керамический сосуд с прахом императора.
Все замерли, наблюдая за мной. Казалось, сама природа затаила дыхание: ветер утих, птицы исчезли с небосвода.
— Позволишь подняться на гору с тобой? — спросила Дарьяна.
Её лицо выражало печаль, но глаза… В них читалось другое.
— Конечно, — ответил я равнодушно, принимая сосуд и начиная неспешный подъём.
Она шла рядом, храня молчание, но я знал — ей есть что сказать.
— Линар ещё так мал, — наконец нарушила тишину Дарьяна. — Ему будет сложно без наставлений императора.
— Уверен, — я шагал вперёд, испытывая лёгкое раздражение от этого разговора, — вы подберёте ему достойных наставников.
— Наставники… — дракайна надменно усмехнулась. — Они не заменят отца!
— На всё воля богов.
— Ты его родной дядя! — выпалила императрица, тут же взяв себя в руки. — Почему бы тебе…
— Нет! — резко оборвал я, останавливаясь на каменной площадке, откуда открывался величественный вид на каньон.
— Даже не дослушаешь? — усмехнулась Дарьяна. — Мы могли бы вместе растить Линара и управлять империей! Ты мне интересен…
В моих руках находился прах её супруга, а она осмеливалась просить о таком!
— Хватит! — прервал её я, повернувшись и взглянув так, что бесстыжая мгновенно замолкла, сверкая гневными глазами. — Я не создан для семейной жизни! Моё место — на поле боя, а не в императорских палатах! Вы, ваше величество, явно перенервничали из-за кончины мужа. Понимаю, душевная боль от его утраты невыносима, но вы должны быть сильной, чтобы управлять государством. О безопасности можете не беспокоиться. Её я возьму на себя!
Впереди ждал нелёгкий путь. Начнём с того, что верховая езда никогда не была моим коньком. Да, я умела держаться в седле, но моё тело сложно назвать приспособленным к длительным путешествиям. Однако я не позволяла себе унывать. Была готова приложить все свои усилия и даже больше, лишь бы оставаться рядом с ними. Без принца и его двух главнокомандующих моя цель, добраться до западных земель, оставалась недостижимой.
Больше всего я переживала о другом — боялась, что они бросят меня. Уедут одни. Всю ночь не давали покоя эти мысли. Утром, с трудом отгоняя от себя страх по этому поводу, торопливо вела под уздцы купленного коня к таверне. Меня пробирала нервная дрожь. Но стоило заметить огненноволосую макушку весельчака Киарса, как на сердце мгновенно полегчало.
— Ну что, красавица, — подмигнул он мне с лучезарной улыбкой, — нам пора.
— А… — я огляделась по сторонам, не видя принца, чей взгляд заставлял кровь стынуть в жилах, — где…
Я стушевалась, не зная, как его назвать. Вокруг были люди, которые могли услышать лишнее.
— Подождём его у ворот, — ответил блондин, чьё раздражение от моего присутствия читалось в каждом движении.
Понимала его злость — во время пути я стану для них обузой. Слабая, морально не готовая к этой долгой дороге, так как никогда не покидала городские стены, да ещё и женщина.
«Ничего! Я найду способ отплатить им добром и доказать свою полезность! За то, что они согласились взять меня с собой, даже несмотря на нечестно выигранный спор, я буду благодарна им до конца своих дней!»
— Помочь? — спросил рыжик с улыбкой, когда я поставила ногу в стремя.
— Спасибо, я сама, — кивнула ему с благодарностью.
Я знала, кто он. Знала, что в бою этот мужчина страшен, ведь о принце и его главнокомандующих ходили легенды. В бою Киарс беспощаден — его огненный меч поражает врага в одно мгновение. Но сейчас… Сейчас он был другим — добродушным здоровяком, глядя на которого даже не подумаешь о количестве пролитой им крови и отнятых душ.
До ворот мы ехали молча. Мимо лавок, пестревших разнообразными товарами, мимо смущённых барышень, которые, прикрываясь веерами, не сводили глаз с Киарса и Сайдера. Мужчины притягивали женское внимание своей статью, уверенностью и мощью, которая исходила от них, несмотря на то, что они скрыли энергетику, не позволяя никому распознать бурлящую в их телах силу.
Я знала — они восьмого уровня. Два алых дракона, огромных и смертельно опасных. Страшно было представить, через что им пришлось пройти, чтобы в столь молодом возрасте достичь такой мощи.
Мысли тут же обратились к принцу Дамиану, который превзошёл своих главнокомандующих, достигнув десятого уровня. Поговаривали, что он беспощадно истязал себя длительными медитациями, от которых ломались кости и рвались внутренности, и круглосуточными тренировками, закаляя дух и телесную оболочку. Он вытерпел столько боли и страданий…
На мгновение стало жаль его, но потом я осознала — Дамиан шёл на это осознанно, в итоге достигая своей цели.
Мы стояли у ворот, ожидая его появления. Время текло медленно. Мужчины молчали, неотрывно глядя на главную дорогу. Пусть по ним и не было видно, но я знала — они нервничают.
Смела предположить, что приехал Дамиан из-за утраты императора, но спросить о таком не решилась. Его смерть всю столицу повергла в шок, ведь он был ещё так молод.
И вот лица моих спутников озарились, стоило вдали увидеть знакомую фигуру, двигавшуюся верхом в нашу сторону.
— Наконец-то мы уедем отсюда, — облегчённо выдохнул блондин, направляя коня к воротам.
— Вперёд, красавица, — подмигнул мне Киарс, чьё весёлое настроение вернулось с появлением генерала.
Дамиан, обогнав нас, поравнялся с Сайдером, который двигался первым.
Стража, едва не падая в поклоне перед ними, дрожала, держа пики. Они знали, кто проезжает мимо, я это сразу поняла. А те, кто покидал столицу вместе с нами или входил в неё, пребывали в недоумении от увиденного.
— Нужно поторопиться, — произнёс Дамиан, — чтобы успеть добраться до города, прежде чем стемнеет, иначе будем спать под звёздным небом! На ночь ворота закрываются!
— Так нам не привыкать, — хмыкнул Сайдер.
— Тебе не привыкать, — недовольно проворчал рыжик, — а Алане — нет! Негоже женщине лежать на земле!
Мне стало так неловко от его слов.
«Они будут вынуждены всю дорогу подстраиваться под меня. Неудивительно, что Сайдер раздражён»..
— Если не успеем, я не против поспать на свежем воздухе, — мягко улыбнулась Киарсу, глядя в его искрящиеся весельем глаза. — Не стоит беспокоиться обо мне.
Его лицо озарилось ответной улыбкой, словно солнце выглянуло из-за туч.
— И всё же нужно поторопиться, — кивнул он, разворачивая коня. — Ну что, вперёд! Пора наконец покинуть это место, где нас явно не ждут с распростёртыми объятиями!
Впереди простирался путь, полный неизвестности и, что скорее всего, трудностей, но я чувствовала себя готовой ко всему. Даже к самым суровым испытаниям.
Как и ожидалось, после часа непрерывной дороги моё тело болезненно ныло, умоляя хотя бы о небольшой остановке. Но я терпела. Стиснув зубы до ломоты в деснах, молчала, на деле едва сдерживая слёзы от горящих огнём мышц и онемевшей задницы.
Я была готова к этому морально, но не физически.
Тяжело дыша, мчалась за мужчинами, приближаясь к лесополосе.
Руки дрожали, ноги, казалось, свести вместе уже не получится, а спина ныла с такой силой, что хотелось орать в голос.
— Давайте немного передохнём, — донеслось со стороны Дамиана, которого готова была расцеловать.
— Но ты сам сказал, что нам нужно поторопиться, — в недоумении произнёс блондин, бросив на меня беглый взгляд.
И вновь волна стыда пробежала по телу.
Конечно же, принц сделал остановку не потому, что сам в ней нуждался, а из-за меня, немощной.
И как бы сильно мне не хотелось возразить и заверить, что всё в порядке, что я не нуждаюсь в отдыхе, но язык не повернулся.
— Красавица, — обратился ко мне Киарс, — помочь слезть?
Все тело напоминало один огромный синяк, на который беспощадно давили, но, несмотря на это, я отказалась от его любезного предложения.
Перекинув ногу, тут же поправляя на себе длинную, широкую юбку, я задержала дыхание от простреливающей ломоты в области внутренней стороны бёдер и поясницы.
Это было просто невыносимо!
Превозмогая боль, я выдавила из себя измученную улыбку, так как Киарс наблюдал за мной, готовый подхватить в любой момент.
«Соберись, тряпка! — рычала на себя. — Это лишь начало долгого пути! Впереди тебя ждёт столько трудностей, а ты от первого часа езды уже готова взвыть! Не будь размазнёй!»
С каждой мысленной словесной затрещиной, я чувствовала, что мне становится легче, но, увы, не физически.
Когда спрыгнула на землю, не смогла скрыть своего состояния, издав мучительный стон.
— Эх, красавица, — покачал головой рыжик, — потерпи до города. Там горячая ванна с травами поможет тебе унять боль в мышцах.
— Ничего, — попыталась я заверить его. — Справлюсь.
— Конечно справишься, — донеслось со стороны Сайдера, что уже сидел под деревом, устроившись на его выгнутых дугой корнях, — иначе тебе не добраться до западных земель.
— Умолкни, — зыркнул на него Киарс.
— Не ссорьтесь, — попросила я, прекрасно всё понимая.
На мои слова блондин фыркнул, откидывая голову на шершавый ствол и прикрывая глаза.
— Походи немного и тронемся дальше.
Огненноволосый главнокомандующий был так любезен, заботлив и внимателен, что мне всё больше становилось не по себе. Его слова, что он влюбился в меня, я, конечно же, не восприняла всерьёз, потому что такого попросту не могло быть. Столь сильные чувства с первого взгляда не возникают, а если и возникают, то это лишь иллюзия, не более. Спустя недолгое время она рассеется, оставляя после себя лишь неприятное послевкусие.
Не готова я сейчас к новым отношениям, да и не была уверена, что вообще когда-то буду. Эстар измучил мою душу. Он истязал её на протяжении целого года на пару со своей матерью. Я не хотела больше ни с кем встречаться и уж тем более жить вместе, поэтому не собиралась подпускать к себе ни одного мужчину ближе допустимого.
Отдых был не более десяти минут, но даже за это время я была благодарна. Пусть мои страдания вернулись почти сразу же, стоило сесть в седло и направить коня, но я не собиралась сдаваться.
Как добрались до города, не забуду никогда.
Чувствовала себя настолько измученной и разбитой, будто по мне табун лошадей пронёсся.
Из-за меня мужчины останавливались несколько раз и, как итог, мы столкнулись с закрытыми воротами городских стен.
— Эй, служивые! — закричал Киарс. Сидя верхом на коне, он задрал голову, смотря на стену, где наблюдались стражники. — Впустите нас!
— Не положено! — ответил один из них. — Комендантский час! Только по пропуску!
— Я ему сейчас покажу пропуск! — рыкнул огненноволосый. — Для нас все стены городов открыты в любое время суток!
— Не нужно, пожалуйста, — я поспешила подъехать к нему ближе, от каждого шага коня испытывая мучительную боль. — Тогда вам придётся открыться. Вы путешествуете инкогнито, пусть так для всех и остаётся.
— Но… — попытался возмутиться Киарс, в то время как принц и блондин наблюдали за нами, не вмешиваясь.
— Я не настолько изнежена, как вы думаете, — тут же перебила его. — Для меня ночёвка на свежем воздухе — в удовольствие!
— Вижу, — послышалось со стены, — с вами барышня. В нескольких милях отсюда живёт знахарка с сыном. Вон в том лесу, — махнул он рукой, указывая направление. — Насколько мне известно, она даёт путникам приют за пару серебряных.
Поблагодарив за совет кивком головы, Киарс развернул коня:
— Давайте поедем туда.
— Мне без разницы, — фыркнул блондин. — Всё лучше, чем спать на земле. Там, может, хоть похлёбкой горячей можно разжиться. Что скажешь, генерал? — посмотрел он на Дамиана.
— Я не против, — кивнул тот ему в ответ, — едем…
Сумерки подступающей ночи становились всё гуще. Если бы не мужчины, что ехали рядом, я бы давно уже со страху померла.
Подозрительные шорохи не давали спокойно дышать. Повсюду, куда не посмотри, виднелись скрюченные ветви деревьев, на которых практически не проглядывалось листвы, и на них… чьи-то вспыхивающие алым глаза. Не мигающие, пристально следящие. Уж не знаю, кому они принадлежали: птицам, грызунам или же летучим мышам, но от одного их вида кровь стыла в жилах. Но и это ещё не всё. Густой туман клубился под копытами коней и где-то в нём, совсем неподалёку, блуждали волки, так как их голодные подвывания, вводящие в ужас, слышались отчётливо.
Этот лес был опасен… но не для моих спутников, которых, казалось, окружающая обстановка вообще не трогала. Они уверенно двигались вперед, заботливо позволяя ехать мне посередине. Джентльмены, что тут скажешь. Даже блондин, не испытывающий радости от моего присутствия, оглядывался несколько раз, проверяя моё состояние, которое, пусть и с трудом, я скрывала, не желая показывать страха, что окутал мою душу.
Дышала через раз, цепко держа поводья. От ужастиков, что происходили вокруг, даже
боль, истязающая моё тело от верховой езды на протяжении всего дня, отошла на задний план.
— Там огни, — послышался голос Дамиана, что, как истинный предводитель, ехал первым, готовый принять любой удар на себя. — Скорее всего, дом знахарки, о котором и говорил страж.
— Поторопимся, — Киарс поравнялся со мной. — Ну как ты? Устала?
Глупо было отрицать, поэтому я просто благодарно улыбнулась ему.
— Ничего, немного осталось, — подбадривающе произнёс мужчина.
Спустя некоторое время мы подъехали к хлипеньким воротам, за которыми был виден небольшой, но чистый дворик, освещённый несколькими яркими фонарями. Одноэтажный дом не кричал роскошью, но выглядел вполне добротным, с аккуратным крыльцом и резными ставнями.
Сайдер, заметив колокольчик на ветке дерева, подъехал к нему, зазвонив. Громкий звук разнёсся по округе, заставляя замереть.
— Кто там? — послышался женский голос.
Дверь отворилась, и на крыльцо вышла хозяйка дома, кутаясь в шаль. Свет фонарей дал её разглядеть. В годах. Седые волосы в пучке, местами залатанное платье…
— Бабушка, — добродушно улыбнулся Киарс, — нам сказали, что у вас можно найти отдых на ночь.
— Можно, милок, — кивнула она. Осторожно спустившись, старушка, ковыляя, направилась в нашу сторону. — Только живу я просто, уж не обессудьте.
— Так мы не привередливы, — улыбнулся ей Сайдер.
Впервые видела его таким — не хмурящимся злыднем, фыркающим по поводу и без.
— Ну что, — она подошла ближе, глядя на нас мутными от прожитых лет глазами, — голодные поди?
— Есть немного, — кивнул блондин.
— Ну проходите, коли пришли, — старушка распахнула тихо скрипнувшую калитку, впуская нас внутрь. — За домом стойло. Места, конечно, немного, но лучше там, чем под открытым небом. Воду можете набрать из колодца, — махнула она рукой, указывая
направление. — У меня как раз есть две свободные комнаты, — знахарка посмотрела
на нас, задерживая взгляд на мне. — Вот только кровати три. Ну ничего, поспишь
в паре со своим женихом, — кивнула она, вызывая нешуточное смущение.
— Простите, — нервно прочистив горло, я продолжила, — но у меня нет жениха.
— Нет? — старушка удивлённо приподняла свои кустистые седые брови. — А как же… — она без всякого стеснения посмотрела на мужчин, что стояли за моей спиной.
— Мы просто едем вместе, не более, — заверила я со всей серьёзностью.
— Ну что, милки, кому-то из вас придётся спать на полу.
— Да не беда, бабушка, — послышался голос Киарса. — Я посплю.
— Вот и договорились, — кивнула знахарка, неспешно направляясь к крыльцу. — Тогда вы трое можете расположиться вон в той пристройке, а девушка ляжет в доме.
Никто спорить не стал, тем более, что старушка пообещала подогреть оставшийся ужин, чему Сайдер был несказанно рад.
Стоило войти в сени, как в нос ударил запах разнообразных трав, что пучками висели под потолком.
— Проходи, милая, — поманила меня за собой старушка. — В доме мой сын, если что не
пугайся. Он на рыбалке был, простыл. Его немного лихорадит. Проходи. Комната
там, — указала она взглядом.
Повсюду царил полумрак, но это не помешало рассмотреть застеленную кровать, стол у окна и большой сундук в углу.
Осторожно подошла к кровати, медленно присаживаясь на неё и чувствуя, как ноет каждая мышца в теле.
— Что с тобой? — донеслось от дверного проёма. — Что-то болит?
— А? — я повернулась, замечая, как старушка внимательно наблюдает за мной. — Я не
привыкла к длительным поездкам верхом, вот и… — начала было, но хозяйка дома меня перебила.
— Я тебе сейчас приготовлю отвар. Мигом полегчает! — не дав сказать ни слова, она ушла, растворяясь в полумраке.
Невыносимо хотелось лечь. Даже гораздо сильнее, чем есть и помыться. Я так устала.
Понимая, что завтра буду соскребать себя с этой кровати, приняла горизонтальное положение, прикрывая глаза.
Запах трав приятно проникал в лёгкие, обволакивая спокойствием и тишиной. Лишь с улицы, сквозь закрытое окно, слышались голоса принца и его главнокомандующих. Расслабление побежало по венам. Безумно хотелось спать.
— Дитя, — меня кто-то осторожно тряс за плечо. — Проснись, дитя.
— М? — вяло промычала я, с трудом разлепив веки.
— Твой отвар, — надо мной с железной, местами отмеченной копотью кружкой стояла
старушка. — Выпей поскорее. Сразу же полегчает.
— Спасибо, бабушка, — промямлила я, принимая предложенное из её рук.
Глоток… Приятный вкус обжёг горло, устремляясь вниз по пищеводу.
Ещё глоток… Спать хотелось просто невыносимо.
Я пила и пила, чувствуя, что веки буквально слипаются, наливаясь тяжестью.
— Давай, я заберу, — старушка взяла кружку, помогая мне лечь. — Спи, милая. Неизвестно, когда тебе в следующий раз позволят отдохнуть, — послышался её голос в
отдалённом сознании, что уплывало с каждой секундой всё дальше.
— Арчи! — старуха с силой трясла своего сына, который крепко спал. — Арчи! Да проснись же ты!
— М? Мама, что такое? — распахнул глаза рослый мужчина, внешний вид которого напоминал бродячего пса. Заросший, в помятой одежде и дурно пахнущим телом после очередной попойки.
— Страж прислал весточку, что к нам приедут путники, — зашептала старуха, слыша, как с улицы доносятся голоса мужчин. — Так вот они уже здесь! Девчонка в доме!
Уснула! Я опоила её! Беги к смотрящему! Скажи ему, что в этот раз товар будет в разы лучше предыдущего!..
Я видел, как тяжело девчонке. Видел, как она из кожи вон лезет, чтобы не отставать от нас и, если честно, не представлял, как огненноволосая сможет преодолеть столь долгий и нелёгкий путь. А ведь это для неё было только началом.
— Вот, милки, еду вам принесла, — в пристройку, слегка прихрамывая, вошла старушка, опуская тарелки с похлёбкой на стол.
Сай тут же заводил носом, придвигаясь ближе.
Здесь было тесновато, но нам не привыкать. За все свои годы, вне стен дворца, спать приходилось в разных местах, поэтому даже хлипкой кровати был рад. Пусть я и принц, родился с золотой ложкой во рту, но это не значило, что не мог прожить без комфорта. Да, если есть удобства — прекрасно, а если нет… Ну, что теперь поделать. Как говорится: имеем то, что имеем. Да, первое время приходилось сложновато. Привыкать к полевым условиям после мягкого ложа, аппетитной еды и толп служанок было нелегко, но ничего, я справился. Закалял не только тело, но и силу духа, что являлось огромным плюсом.
Несколько раз прислушивался к дому знахарки, отстраняясь от бубнежа Киарса и Сайдера. Я пытался отыскать девчонку. Слышал тихое пение старушки, треск поленьев в печи и чьё-то сопение, которое, что скорее всего, именно Алане и принадлежало.
Парни поели и улеглись, погасив свет.
— Завтра нужно взять у знахарки что-нибудь, чтобы облегчить путь Алане, — засыпая, буркнул рыжик.
Со стороны Сайдера донеслось фырканье.
— Угомонись ты уже, — обратился я к нему. — Она слаба, но старается.
— Вот только не нужно за неё заступаться! — возмутился шёпотом алый дракон, замолкнув от раздавшегося храпа Киарса.
— Не понимаю, — хмыкнул я, закинув руки за голову, — ты же любишь девушек. С этой-то что не так?
— Она слишком хитрая! — выпалил Сай. — Выиграла нечестным путём!
— Но Кир сам дал ей на то разрешение.
— И всё же! — не унимался блондин. — Мы не знаем, кто она! Не знаем, что у неё в голове и за спиной! А вдруг она какая-нибудь преступница?! Неудивительно, с её-то умением выкручиваться! Мы вообще о ней ничего не знаем, но, несмотря на это, тащим в западные земли! Сами ведём беду к своим горожанам!
— Не сгущай краски, — вздохнул я, на самом деле соглашаясь со словами алого дракона. Что нам было известно об Алане? Да толком ничего. Лишь то, что она сбежала из дома, а родные хотели её вернуть. И я бы палец о палец не ударил в данном случае, не услышь тот разговор про магическую энергию, которая напитывает тело каждого дракона в этом мире. Без неё ящер внутри человека засыпает, а телесная оболочка бедняги стремительно стареет, в итоге рассыпаясь пеплом. Неудивительно, что Алана сбежала, пытаясь спрятаться.
Да, изъятие чужой энергии строго-настрого запрещено и карается законом — смертной казнью. Были случаи, конечно, когда дракон или дракайна сами изъявляли желание отдать её, но, стоило им это сделать, как они быстро погибали, а на их семьи во всех поколениях ложилось несмываемое пятно позора. Таких считают проклятыми, несущими за собой скверну потерявшей магию души.
Можно было бы, конечно, схватить её жалких братьев за горло и, хорошенько встряхнув, обо всём у них узнать. Уверен, те быстро бы раскололись. Вот только я не стал этого делать, из-за чего сейчас присутсвовало пусть и слабое, но всё же сожаление. Наверное, только из-за этого я и позволил девчонке отправиться с нами. Да, она выиграла, но, как сказал Сай, нечестным путём, что ни я, ни те, кто подчиняется мне, это не приемлют. Хитрость бывает разной и без неё не обходится, но не в этом случае.
Впереди ждал долгий путь: множество городов, беспощадная пустыня, в которой погибло немало народу, тёмный лес, полный злобных духов, и бурлящее беспощадными монстрами море. Нам ещё не раз представится возможность узнать нашу спутницу получше. Человек хорошо раскрывается в опасных ситуациях, показывая себя настоящего, и Алана не станет исключением.
С этими мыслями я и уснул, предварительно ещё раз послушав, что происходит в соседнем доме.
Сон был тревожным. Я где-то шёл, слыша грозное рычание своего дракона, что пытался достучаться до меня. Он метался и рычал с такой силой, будто хотел что-то сказать.
Повсюду клубился синеватый туман. Он проникал в лёгкие, требуя, чтобы я спал, чтобы ни в коем случае не просыпался, но моя интуиция кричала об обратном.
С титаническими усилиями, совсем на немного приоткрыв веки, я смог увидеть тот самый синий туман, что окутал комнату.
Не понимал, что происходит, тело не желало отзываться на мои приказы поднять руку или ногу.
Дыхание было слабым, голова кружилась, а кислорода не хватало.
Чувствуя себя выпившим целый бочонок горячительного, я, приказывая векам не слипаться, пусть они и пытались ослушаться, сместил расплывчатое внимание на парней, что лежали на своих местах.
«Что-то не то! Какого чёрта происходит?!»
И тут слух уловил скрип двери, которая в следующий миг приоткрылась, являя мне высокие мужские фигуры с обнажёнными мечами, что пришли сюда явно не для того, чтобы поздороваться…
Я настолько устала, настолько была измучена, что, как только в желудок попало теплое питьё, наполняя его, глаза разомкнуть было уже просто невозможно. Сознание поплыло в объятия Морфея, даже не подозревая, в лапах какого монстра оказалось моё тело.
Ничего не помнила, как и ничего не понимала, что происходит. А вокруг явно что-то творилось. Какие-то шорохи, ворчание, приглушённая ругань. Я всё это слышала, но отдалённо, словно меня погрузили под воду, не позволяя уловить суть происходящего.
Спать. Это единственное, чего невероятно хотелось. И я спала, даже несмотря на то, что ко мне кто-то прикасался, поднимал и куда-то тащил. Я пребывала будто не в себе.
Да, моё состояние после длительной дороги оставляло желать лучшего, но, даже несмотря на это, я не могла превратиться в столь ничего не понимающую амёбу.
Интуиция вспыхнула алым светом тревоги, да тут же и погасла, оставляя в темноте после себя лишь тусклый след, который быстро сошёл на нет.
Моё тело покачивалось, будто в колыбеле, а над головой слышалось чьё-то недовольное рычание. Оно должно было вызвать волну опасности в подсознании, но та отсутствовала. Мой инстинкт самосохранения будто кто-то глушил, заставляя быть спокойной и послушной, не реагирующей на то, что творилось вокруг.
А потом покачивание прекратилось. Тело ощутило твёрдую опору и… неприятный холод.
«Почему я замерзаю? — путался словно в опьяневшем сознании вопрос. — Я засыпала на кровати. Пусть и на колючем одеяле, но было тепло и мягко, а здесь…»
Чёртово расслабленное состояние не желало сходить на нет. Пусть и вяло, но я пыталась из него выбраться, понимая, что не выходит. У меня не получалось открыть глаза, как и не удавалось произнести даже звука.
Где-то в отдалении слышались какие-то жалобные всхлипы, что начали настораживать не на шутку.
Сколько я так пролежала, пребывая, словно в бреду? Не могла ответить на этот вопрос. Может пять минут, а может и час. Но то, что я окоченела, ощущая, как холод проникает во внутренности и кости, было бесспорно. Возможно, именно он помог мне прийти в себя и дрожащей рукой ухватиться за плавающее густым киселём сознание. Я начала по-немногоу выбираться из странных пут, завладеших моим телом и разумом.
Всхлипы и тихий плач становились громче, странная туманная дымка начала рассеиваться.
Я слышала… Слышала шуршание ткани, шмыганья носом и звон цепей…
Никогда в жизни ещё мне не было так тяжело, пришлось приложить все свои усилия, чтобы просто распахнуть веки. Совсем немного.
И я смогла.
Стоило скудному освещению коснуться моих глаз, как я тут же заметила размытую фигуру. Её позу сложно было разобрать, как и место, в котором мы находились, но то, что не в доме знахарки — это точно.
Нос улавливал запахи сена и чего-то ещё непонятного, похожего на горькую, тлеющую полынь.
И снова всхлип. Такой тихий, обречённый. Он рвал моё сердце на части.
Я не оставляла попыток вернуть себе зрение и мне удалось.
Моргнула раз. Затем ещё. И ещё…
Секунды бежали, глаза видели всё чётче, подмечая далеко не комнату, а какой-то амбар с полками и заколоченным окном, на полу — сено, а в углу… она… Та, что так жалобно плакала — девушка, тело которой дрожало. Она сидела возле огромной бочки, уткнувшись лицом в свои согнутые колени. Мне хотелось позвать её. Спросить, кто она и где мы, но язык отказывался повиноваться. Поэтому оставалось только дышать: тяжело, взволнованно. И моё обеспокоенное дыхание было замечено сереброволосой незнакомокой. Хрупкой такой, припухшей от слёз, в порванном простеньком платье.
Она заметила меня, затихая.
Девушка смотрела, не отводя глаз. Страх… Сколько же страха читалось в её взгляде.
— Что… — прохрипела я с трудом, чувствуя, как от горького запаха, заполнившего это странное помещение, дерёт горло, — происходит… Где… я…
Всхлип со стороны серебровласой. Её губы задрожали.
Секунда, и она кинулась ко мне, размазывая слёзы по щекам.
Вот только добраться до меня она не смогла.
Металлический звон коснулся моего слуха, а потом болезненный стон девушки, которая дернулась, словно от удара.
Медленно, чувствуя, что кружится голова, я сместила внимание на её ногу, закованную в цепь, которая крепилась к металлическому ушку, прибитому к полу.
— Тебя т-тоже по-похитили, да? — заикалась она от эмоций и долгих рыданий.
«Похитили? Выходит, что да, похитили».
— Мат-тушка отправила м-меня к знах-харке за т-травами… Она п-пригласила вып-пить чай… — всхлипывала сереброволосая, которую всю трясло от ужаса.
«Знахарка, тварь такая!» — тревога и дикое волнение сменились злостью, перерастающей в ярость.
— Что теп-перь бу-уде-ет, — заревела незнакомка. — С-столько девушек п-пропало. Ни од-дной не н-нашли…
«Не нашли, значит!» — ярость скапливалась в моём теле, придавая сил.
Не надеялась, что принц и главнокомандующие придут за мной. Не обязаны они спасать мою задницу снова, а это значит, придётся выпутываться самой. И пусть я слаба, пусть неопытна в таких делах и уступаю по мощи мужчинам, но сдаваться не собиралась. Сила воли способна на многое, а она у меня достаточно велика!
Синий, густой туман, заполнивший всю комнату, проникал в дыхательные пути. От него тошнило и кружилась голова. Тело было будто не моим, и лишь Шайн злобно рычал, пытаясь привести меня в чувства.
Пришедшие не с благими намерениями неспешно двигались вглубь комнаты, останавливаясь возле Киарса и Сайдера. Их было двое: высокие, с тряпками на лицах.
«Чтобы защититься от той гадости, которой надышались мы!»
Быстро смог сложить два и два, и был так зол, что словами не описать. Нас одурманили, чтобы погубить!
Но кто? Неужели императрица не простила моего отказа? Интуиция шептала, что нет. Здесь было что-то другое. Да, я задел её самолюбие и потоптался по гордыне, отказавшись делить с ней ложе, но все же на мне защита империи. За моей спиной стоит вся армия, большая часть которой не примет другого генерала. Дарьяна не настолько глупа, чтобы сделать столь опрометчивый шаг, позволя эгоизму взять над собой верх.
Время превратилось в кисель. Я видел, как один из пришедших с осторожностью склонился над Киарсом, что лежал на полу, а второй — потянулся к Сайдеру, расположившимуся на кровати, напротив меня.
Сердце тревожно забилось. Не мог оторвать взгляда, наблюдая, как они шарят по карманам моих главнокомандующих, воруя всё, что, по их мнению, имело хоть какую-то ценность.
Шайн рычал и метался под кожей. Он рвался на свободу, желая сожрать этих идиотов, которые даже не представляли, кому они решили нанести вред.
Я практически не дышал. Понимал, это не пойдёт мне на пользу, но глотнуть кислорода хотелось просто невыносимо, а это значило, что нужно как можно скорее выбираться за пределы этой чертовой пристройки.
«Потом… — пульсировала мысль в голове. — Я разберусь со всем потом! Главное сейчас вытащить Кира и Сайдера!»
Мощь моей энергии была распознаваема только на поле боя. Там не было необходимости скрывать её, а во всех остальных местах я становился обычным драконом, мало чем отличающимся от тех, кто не желал самосовершенствоваться. Таких, к слову, во всей империи было очень много. Процентов восемьдесят со всего населения. Знали бы те, кто явился с обнаженными мечами наперевес, кто перед ними, носу бы сюда не сунули.
Оставалось только надеяться, что со старушкой и Аланой ничего страшного не произошло, хотя возникновение едкого синего дыма наводило на не самые хорошие мысли.
Идиоты, что копошились возле Киарса и Сайдера, не обращали на меня внимания. А зря.
Прикрыв глаза, я попытался сконцентрироваться на внутреннем источнике энергии, призывая его и запуская мощь по венам, что уверенно несла за собой окончательное пробуждение, наполняя тело силой.
Чувствовал, как становится легче, как Шайн гордо расправляет крылья, принимая боевую стойку.
И тут сквозь закрытые веки заметил знакомый отблеск — серебра луны от заостренного металла.
Сердце пропустило удар, а глаза стремительно распахнулись.
В момент, когда один из смертников замахнулся, намереваясь перерезать горло рыжику, я выставил руку и призвал свой меч, что, подчиняясь моей силе мысли, устремился вперёд.
Молниеносный полёт, вскрик боли и предсмертный хрип.
Я, не произнося ни звука, медленно поднялся с кровати, неотрывно глядя на ничего не понимающего нежданного визитера, что испуганно начал отступать к двери.
Голова кружилась всё сильнее, а рвотный позыв становился практически невыносимым, но я не подавал виду. Никому нельзя показывать своей слабости, я давным-давно это уяснил.
Его нельзя было убивать. Я нуждался в объяснениях, а получить их можно только от него, ведь дружок, с которым он пришёл сюда, уже выпустил душу из тела.
Повернув распахнутую ладонь вертикально, я, замечая животный ужас в глазах незнакомца, призвал свой меч, который, покинув живот умершего, послушно помчался ко мне.
Крепко сжав эфес, я неспешно наступал, позволяя Шайну отразиться в зрачках.
— Как… — судорожно вздохнул смертник. — Как такое… Ты же должен был…
Брезгливо скривившись, я замахнулся, запуская меч, что одним точным, выверенным ударом впечатался рукоятью в лоб мужчины, который спустя секунду повалился мешком на пол.
Пусть я и действовал тихо, но не было никакой гарантии, что снаружи никого нет, и эти двое единственные, кто осмелился покуситься на наши жизни.
Выбора не оставалось.
Подхватив Киарса, что лежал ближе ко мне, я направился к Сайдеру.
— Охраняй, — произнёс в тишину, прекрасно зная, что меч, связанный с моей энергией, послушается.
Мы выходили во двор втроем. Точнее шёл только я, а парни едва волочили за собой ноги, кашляя и жадно глотая воздух. Меч кружил вокруг нас, готовый отразить удар любого. Сильная оказалась дрянь, которой нас одурманили. Будь мы слабее, там бы и подохли от неё же. С попаданием кислорода в лёгкие стало легче.
Я опустил парней на траву, выпрямляясь и замечая, как на окне дома знахарки дрогнула занавеска, за которой кто-то испуганно спрятался…
— Что?! — ахнула бабка.
Широко распахнутыми глазами она наблюдала, как один из тех, кто должен был отправиться к праотцам от ядовитого дурмана, вынес из пристройки двух своих дружков, вяло передвигающих ногами.
— Они не подохли?! — испуганно таращилась старуха. — Но… как?!
Подобное не укладывалось в её голове. Знахарка всё рассчитала. Казалось бы, всё предусмотрела. Сначала сон-трава в еду, чтобы путники не почувствовали запаха дыма, а затем и их верная погибель. Но что-то пошло не так!
— Как эти трое могли выжить?! Нереально!
Дыхание бабки стало частым, прерывистым, а сердце стучало о рёбра с такой силой, что грозило пробить грудную клетку.
В её понимании такого просто не могло произойти. Она не первый раз пользовалась травой с гиблых топей и знала, что, надышавшись её сизым дымом во время тления, смерть неминуема. Но эти трое, чтоб их черти драли, непонятно как смогли выкарабкаться! Не подохли ни от яда, ни от меча городских стражников, которые так и не вышли из пристройки, а это значило…
— Ох… — схватилась за сердце старая гадина. — Что же делать-то, батюшки…
Трясущейся рукой она оперлась о стол, поднимаясь со стула.
Мысли хороводом носились в голове, а глаза взволнованно бегали, пытаясь отыскать выход из столь нелёгкой ситуации.
Больше двух лет всё шло как по маслу, от похищений и убийств не оставалось ни следа. Старая ведьма даже мысли не допускала, что что-то может пойти не так!
— И я ещё в доме одна… — всхлипнула она, чувствуя, как страх пожирает её. — Точно… — ахнула знахарка, останавливаясь на месте. — Я ведь одна…
Бабка была достаточно хитрой, иначе у неё не получалось бы так умело обманывать путников, что забредали к ней. И вот сейчас в её голове созрел верный план, что поможет облапошить смертников, которым, казалось, помогли сами небеса, иначе они больше не смогли бы открыть глаз.
Поспешно, как только позволял возраст, она направилась к небольшому простенку, со всей силы ударяясь об него лбом.
Острая боль пронзила стрелой, срывая стон с губ старой гадины.
Потрогав трясущейся рукой рану, она коварно улыбнулась, наблюдая на пальцах кровь.
Для пущей убедительности размазала её по лицу и с кряхтением легла на пол, дожидаясь тех, кого мысленно уже похоронила.
И бабка не ошиблась.
Шаги, тяжёлые и буквально кричащие об опасности, послышались на крыльце.
С каждой секундой они приближались, а старуха тряслась от страха всё сильнее, боясь быть раскрытой.
— Ох… — застонала она болезненным голосом. — О-ох… — с силой ущипнув себя за щёки, знахарка зажмурилась, чувствуя, как на глазах выступили слёзы. — Не трогайте меня… — всхлипывала она, слыша, что те, кого чуть не погубила, входят в кухню. — Не трогайте… не надо… — наигранно зарыдала гадина, закрывая лицо и голову трясущимися руками, делая вид, что пытается защититься от побоев. — У меня ничего нет… Я просто старуха, что торгует травами… Сынки… не трогайте меня… — истерично, с подвыванием, рыдала она, скрючившись на полу.
— Бабушка, ты как?
Сильные руки осторожно подхватили её и бережно поставили на подгибающиеся ноги.
— Ох, сынки… — провыла она дрогнувшим голосом. — Это вы… Вы… А я уж думала, что это те, кто… — жалостливый всхлип вырвался из груди. — Кто ворвался посреди ночи. Ударили меня, старую… — замотала головой ведьма, выдавливая из себя слёзы. — Как вы? — шмыгнула она носом, цепко держась за рукав рубахи рыжего, который продолжал её поддерживать. — Все живы?
— С нами всё нормально, — ответил блондин.
Его лицо было бледным, под глазами залегли чёрные круги. Он стоял в дверях рядом с черноволосым здоровяком, который не отводил от неё взгляда. Старуха и так вся тряслась от страха, а от его пристального внимания едва не тонула в подступающей панике.
— Где Алана? — спросил рыжий. — Сай, глянь её…
— Нету… — завыла бабка, размазывая кровь со слезами по лицу. — Нету вашей девоньки… Забрали её, окаянные…
— Как забрали?! — рыкнул рыжий, глаза которого злобно сощурились. — Кто забрал?! Куда забрали?!
Его взгляд вспыхнул магией, и старуха притихла, ощущая энергетику, исходящую от этого мужчины.
«Не может быть… — набатом звучало в её голове. — Этого просто не может быть! Откуда они такие… сильные…»
То, что блондин и брюнет близки по мощи с рыжим, у старухи не было никаких сомнений. Будь иначе, они бы не смогли пережить сизый дым. Теперь ей стало понятно, как им удалось обойти ядовитую смерть стороной.
«Кто они?! Как здесь оказались? И зачем стражник послал их ко мне?! Идиота кусок!»
— Сынки… — прогнусавила бабка кряхтящим стоном. — Помогите сесть. Голова кружится… Я расскажу. Всё расскажу, как было дело. Только сейчас посижу немного. Они ворвались так неожиданно… — начала знахарка спустя несколько секунд, дрожа всем телом от энергетики, которую рыжий не стал скрывать, чего нельзя сказать о двух его спутниках. Те стояли в стороне и молчали, прожигая её своими глазами-углями.
— Я уже спала, — всхлипнула гадина. — И тут услышала скрип половиц. Дверь-то на ночь не закрываю, — кивнула бабка. — Ко мне если и приходят, то во двор не ступают, в колокольчик звонят. Никогда такого не было, — завыла знахарка, вытирая слёзы со щёк своим заштопанным передником. — Чтобы кто-то ко мне вломился. Всё произошло так быстро, — голос искусной лгуньи дрогнул. — Я встала посмотреть, кто там, и меня ударили. Вашу девоньку схватили, взвалили на плечо и потащили.
— А потом? — взволнованно спросил рыжий.
— А потом я сознание потеряла… — печально кивнула головой старуха. — Не знаю, сколько пролежала на полу, пока вы не пришли.
— Алану, значит, украли? — холодно спросил брюнет, от голоса которого по спине ведьмы побежали леденящие душу мурашки.
— Получается, — печально кивнула она, — что так. Говорят, здесь девушек похища…
— Матушка! — раздалось громкое из сеней. — Я вернулся!
Старуха от голоса сына вся обомлела, глаза нервно забегали. Она открыла было рот, чтобы что-то сказать или крикнуть, но рыжий стремительно шагнул вперёд и закрыл ей его, прижимая ладонь к отмеченному временем лицу.
— М-м-м-м! — забилась старуха, пытаясь вырваться.
— Сиди спокойно, бабушка, — угрожающе прошипел рыжий.
— Девчонку отдали! — продолжал голосить её сын. — А эти как? Готовы? Могилы помочь выкопать?..
Старая ведьма лгала без зазрения совести, глядя нам прямо в глаза. Её лживые речи лились сладким ядом, а в глубине души она надеялась выйти сухой из воды.
Глядя на это бессердечие, не мог не задуматься: и ради таких вот тварей я рискую собственной жизнью на поле боя, пока они губят своих же?
Слышал, что знахарка сказала, прячась за занавеской. Она была потрясена до глубины души, увидев, как я вытащил парней из пристройки. Не могла понять, как нам удалось выжить после её ядовитого замысла. Поражалась, что мы не подохли.
Я всегда уважал старость, считая её благородной, но сейчас… Сейчас во мне кипела ярость. Хотелось взять за горло эту седовласую, лживую тварь и переломать её хрупкие кости! Сколько невинных душ пострадало из-за неё? Скольких она сгубила?
Едва Кир и Сай отдышались, мы немедленно направились в дом. Интуиция кричала об опасности, а Шайн подтверждал — Алана в беде. Парни знали всё, что я услышал. Успел рассказать им по пути к крыльцу.
Тошнота постепенно сходила на нет, но главнокомандующим было тяжелее. Бледное лицо Сайдера говорило о том, что его самочувствие оставляет желать лучшего. Он злился. Сильно злился, ведь едва не погиб от рук тех, за кого все эти годы бился. Внешне он был спокоен, но глаза… О-о-о… В них можно было прочитать многое.
Как и оказалось, Алана пропала.
Киарс держался, изображая из себя заботливого здоровяка, но я видел, что он на грани. Судя по всему, я ошибся, и девчонка действительно смогла зацепить его.
Бабка, опасливо поглядывая на меня и Сайдера, искусно отыгрывала свою роль. Она даже не подозревала, что ждало её дальше, ведь верить в поведанные бредни мы не собирались.
Но так вышло, что нам и делать ничего не пришлось — её внезапно появившийся сын расставил всё по своим местам.
— Девчонку отдали! — так смело кричал он, приближаясь к коридору, где мы с Сайдером стояли. — А эти как? Готовы? Могилы помочь выкопать?
— Могилы? — удивлённо вскинул бровь Сай. — А разве кто-то умер? — алый дракон повернул голову, глядя на лохматого мужика, что уверенно вышел из-за угла, да тут же и замер от нашего присутствия. Его глаза широко распахнулись, рот в немом изумлении открылся, а руки задрожали.
— Так умер же, — кивнул я невозмутимо, — тот, кто чуть Киру горло не перерезал.
Бабка, извиваясь в руках рыжика, рвалась к своему сыну, но Киарс крепко её держал, не позволяя даже пикнуть.
— А-а-а, ты о нём, — как ни в чём не бывало, отмахнулся Сайдер, — такой не достоин могилы. Кинуть его в лес. Зверью на закуску.
Повисла напряжённая, веющая угрозой тишина.
Секунды бежали.
Мы смотрели на побледневшего мужика, дыхание которого выдавало его подступающую панику, и тут:
— М-м-м-м-м! — раздалось громкое из кухни.
— Мать свою спасать будешь? — полюбопытствовал Сай, вопросительно вскинув одну бровь.
— Я… — задыхался от ужаса обросший мужик с заплывшей физиономией и низким уровнем силы. — Это… — часто дышал он, будто пробежал чёрт знает сколько. — Ошибся домом я…
— Ошибся? — с моих губ сорвалось насмешливое хмыканье. Оттолкнувшись от стены, я встал напротив него. — Ну, раз ошибся, тогда иди, — махнул ему рукой.
— Хо-хорошо… — кивнул этот придурок, заикаясь от охватившего его ужаса.
Не отводя от нас взгляда, он медленно занёс ногу, намереваясь сбежать и бросить свою мать, которая пыжилась и мычала в цепкой хватке Киарса.
— Идиот, — вздохнул Сайдер, покачав головой, — будто тебе позволят уйти.
Миг, и он мощным потоком выпустил свою энергетику, отчего ноги лохматого мужика задрожали, подгибаясь, и тот рухнул на пол, издавая омерзительный скулёж.
— Не трогайте… — подвывал он, стоя на коленях и уткнувшись лбом в пол. Сын знахарки закрывал ладонями свою макушку. — Не трогайте меня… Я скажу! Я всё скажу!
— Конечно, скажешь! — рыкнул Сайдер, неспешным шагом приближаясь к нему.
Схватив его за шиворот, алый дракон грубо дёрнул сына старухи, волоком таща того в кухню.
Он сучил ногами, хватался за половик и пытался уцепиться за дверной проём, но глупо было полагать, что что-то из этого ему поможет.
— У вас ровно две минуты, чтобы обо всём нам поведать! — спокойно, но с угрозой в голосе произнёс я.
Сай швырнул мужика, словно пушинку, в центр комнаты, прямо к ногам бабки, из глаз которой лились слёзы, только теперь уже настоящие.
— Где Алана?! — рявкнул Киарс, позволяя знахарке вырваться и кинуться к своему сыну, что готов был бросить её, спасая свою трусливую шкуру. — Клянусь богами, если с ней хоть что-то случится, смерть ваша будет долгой и мучительной! Ну?! — рыкнул он, устрашающе подавшись вперёд, отчего бабка и её сынок вздрогнули, прижимаясь друг к другу. — Я не наделён терпением! — в руке Кира появился меч, моментально вспыхнувший пламенем.
— Главно… — утопая в ужасе, заблеяла бабка, — … командующий… — тыкала она в Киарса указательным пальцем, узнав его по огненному мечу, ведь такой был только у него одного. — Вы… — задыхалась она от охвативших её эмоций, смещая взгляд сначала на Сайдера, а потом и на меня. — Вы…
— Старуха, — обратился я к ней, позволяя Шайну отразиться в зрачках, отчего бабка взвизгнула, тут же закрывая свой рот ладонью, — рассказывай. Выкрутиться не получится, поверь.
В теле разливалась слабость, не желающая выпускать из своего плена. Я понимала: нужно как-то брать себя в руки, подниматься и обследовать помещение, в котором оказалась.
Виски болезненно пульсировали, а горло от горького дыма драло всё сильнее. С великим трудом я повернула голову сначала в одну сторону, затем в другую, замечая
на одной из бочек тлеющий в подставке пучок сухой травы. Именно он был причиной того ужасающего запаха.
Незнакомка, всхлипывая и утирая слёзы, была не в состоянии потушить эту гадость, так как её приковали, а значит, придётся мне.
Руки и ноги тряслись со страшной силой, что только лишний раз доказывало: знахарка, тварь такая, что-то со мной сделала. Воспоминания тут же всплыли, как она поила меня своим отваром.
Стиснув зубы, отругала себя за наивность и глупость. Но с другой стороны, кто бы мог знать, что эта немощная, на первый взгляд милая старушка окажется сущей дьяволицей?
Испытывая несказанную усталость, я с великим трудом перевернулась на живот, слыша всхлипы над головой.
— Мне т-так же было плох-хо, — шмыгала носом серебровласая, — пот-том прошло.
«Слабая! Какая же я слабая! — думала я. — Будь у меня уровень повыше, то и прийти в себя могла бы куда быстрее. Если выберусь из этого ада, обязательно начну самосовершенствоваться! Да, будет невыносимо больно и сложно, но ничего, я справлюсь! До уровня принца мне, конечно, никогда не дойти при всём желании, но вот шестого, чтобы разбудить свою Наяру, обязательно достигну!»
Только небесам известно, как сложно было. Уперевшись ладонями в пол, попыталась приподнять себя. Руки дрожали, а сердце громыхало в груди. Силы словно выкачали, превращая меня в немощную.
— Дьявольское отродье! — прохрипела я, устало опускаясь на солому.
Невероятно сильно хотелось сделать глубокий вдох, но я не позволяла себе, ведь горечь от тлеющей травы разливалась по помещению.
И тут слух уловил чьи-то шаги, а затем и звук открывающейся задвижки. Девушка жалостливо заскулила, пытаясь придвинуться ко мне поближе, но цепь не пускала её.
Дверь со скрипом распахнулась, и на пороге, освещённый светом фонарей, показался грузный мужчина с толстым, свисающим пузом, длинными сальными волосами и едкой улыбкой на обрюзгшем лице.
— Проснулась? — насмешливо пробасил он, скользя по лежащей мне оценивающим взглядом.
— Где я? — мой голос, на удивление, прозвучал требовательно.
— Скоро узнаешь, — хохотнул толстопуз в бархатной жилетке, пуговицы на которой вот-вот готовы были разлететься в разные стороны от давления его брюха. — Очухивайся пока, я не за тобой, — подмигнул он мне, смещая своё внимание на притихшую серебровласую.
— Отойдите от неё! — прохрипела я, пытаясь подняться, но тело не слушалось.
По помещению прокатился плач незнакомки и звон цепей, что держали её.
— Нет! — кричала она, в то время как ублюдок, что пришёл за ней, злобно хохотал, подступая всё ближе.
— Ну что ты так разволновалась? — он резко подался вперёд, хватаясь за цепь и подтягивая бьющуюся в истерике девушку к себе. — Первый раз будет больно, а потом сама просить начнёшь!
Я прекрасно понимала, о чём он. И незнакомка, судя по всему, тоже. Её плач стал надрывнее и громче, а лицо отражало всю степень ужаса, поглотившего бедняжку.
— Убери от неё свои руки! — прорычала я, тут же закашлявшись от чёртового дыма, проникшего глубоко в лёгкие.
— Попрощайтесь, — усмехнулся обрюзгший, — больше вы не встретитесь.
Миг, его лицо сморщилось, и он с размаху залепил визжащей серебровласой пощёчину, отчего она дёрнулась и обмякла, замолкая.
— Не выношу истерик. Мой тебе совет, — он сместил на шокированную меня свой леденящий душу взгляд, — когда приду за тобой через час, веди себя смирно. Я в порыве гнева способен на что угодно. Девиц с повреждениями покупают не так хорошо, приходится продавать их кому попало. Береги себя, если хочешь прожить не год, а лет пять, — подмигнул он мне, а после подхватил бесчувственное тело серебровласой и закинул его себе на плечо.
Чувствуя, как меня разрывают подступающие паника и ужас, я неотрывно смотрела на громилу с сальными волосами. На то, как он направился к выходу, забирая с собой незнакомку, руки которой плетью покачивались в такт его шагам.
«Нет! — билась истерическая мысль в голове. — Я должна что-то придумать! Не могу вот так закончить свою жизнь! Не для того сбегала от мужа-тирана и его чокнутой мамаши, чтобы стать чьей-то постельной грелкой!»
Не знаю, как хватало сил сохранять молчание, когда задвижка вернулась на прежнее место по ту сторону двери. Так хотелось заорать: громко, проклиная всех, кто в этих злодеяниях принимает участие.
«Придёт за мной… Он сказал, что через час придёт за мной!»
Меня всю трясло. Как ни старалась, не могла собрать мысли в кучу. В такой ситуации сложно сохранять трезвость рассудка, поэтому, чтобы привести себя в чувство, мне пришлось пойти на крайность — сильно, насколько могла, ущипнуть себя за щёку, чувствуя, как ноготь впивается в кожу.
Прострелившая боль мгновенно отрезвила разум и даже сил придала.
Бежать! Срочно нужно бежать и искать подмогу, чтобы спасти серебровласую и остальных, кого эти уроды похитили.
И вновь попытка подняться, только теперь увенчавшаяся успехом. Мне, на удивление, удалось даже сесть.
Может, действие гадости, которой меня опоила старая ведьма, начало сходить на нет, а может, обуявшая ярость, смешанная с болью, имела к этому прямое отношение.
Вставать не рискнула, поползла на четвереньках к тлеющему травяному пучку, смахивая его с бочки и заливая водой, что находилась в стоящей рядом плошке.
«Успокоиться… Мне необходимо успокоиться…» — внушала себе.
С улицы не доносилось ни шороха, и это говорило о том, что меня никто не охраняет.
— Если вырублю этого урода, — произнесла тихо, усаживаясь удобнее и прикрывая глаза, чтобы душевное состояние пришло в норму, — появится шанс на побег.
Я видела, когда он приходил, что на улице ночь, а вокруг деревья. Это значило, что дом, если его так можно назвать, в котором я сейчас находилась, стоит на неогороженной территории.
Секунды бежали, я дышала размеренно. Становилось легче. Чувствовала, как слабость в теле отступает, а мои злобные намерения прихлопнуть толстопузого гада растут и крепнут.
Глаза медленно приоткрылись, а взгляд заскользил по полу и стенам, находя то, что давало пусть и маленький, но всё же шанс на побег.
— Если меня схватят… — договаривать не стала. Прекрасно знала, что будет, если не удастся улизнуть из этого ада — как минимум сильно изобьют, как максимум и вовсе лишат жизни. Но я готова была рискнуть, чем бы этот самый риск мне ни грозил.
Медленно пошевелив руками, довольно улыбнулась, пусть в данной ситуации это было неуместно. Мои конечности уже почти слушались, а это значило, что мне под силу ходить и бегать.
Осторожно поднялась на ноги, делая первый шаг. Затем ещё и ещё…
«Всё отлично! Я смогу убежать, главное только выскользнуть за дверь!»
Рука потянулась к металлическому навесному замку, дужка которого выглядывала из-под рассыпанного сена. Он будто специально ждал меня, чтобы впечататься в затылок толстопузого урода.
Прижав его к себе, словно самое дорогое на свете сокровище, я потушила огарок свечи, погружаясь в темноту, и направилась к двери.
Встав с краю, вжалась в стену.
Минуты бежали, нервы были натянуты, словно тетива лука, и вот я услышала шаги…
Сердце помчалось в галоп, а я задержала дыхание, готовясь к нападению.
Задвижка отъехала в сторону, дверное полотно распахнулось, и свет фонарей осветил комнату…
Не стала медлить. Стоило только увидеть, как кто-то появляется в дверном проёме, и я стремительно подалась вперёд, со всей дури впечатав форменный металл в голову пришедшего подонка…
— Мы не причём… — скулила бабка, дрожащими руками прижимая к себе подвывающего сына, похожего на душевнобольного. — Мы не…
— Хватит! — прервал её я, неспешно подходя ближе.
Шайн смотрел на них с яростью, а моя аура медленно расползалась по всему дому, заполняя каждый его уголок, отчего старая ведьма и её сынок были на грани обморока.
— Ваше время вышло! — я подал рукой знак, и Сайдер, всё прекрасно поняв, по моему сигналу схватил лохматого сынка знахарки, рывком поднимая его вверх.
— Ох! Стойте! — закудахтала старуха, цепляясь за его штаны.
— Мама… — испуганно заблеял тот, вжимая голову в плечи и дрожа всем телом.
— Сыночка! — обливалась слезами старуха.
— Твой сыночка, — угрожающе произнёс я, — будет похоронен заживо, если ты сейчас же не начнёшь говорить!
Сай для пущей убедительности встряхнул лохматого пару раз, отчего по его штанам начало расползаться мокрое пятно.
— Мерзость! — скривился Киарс, зажимая нос двумя пальцами.
— Я скажу! — в глазах ведьмы плескался необъятный ужас. — Я всё скажу! Это смотрящий города! Он во всём виноват! — закивала бабка, дыша тяжело и часто. — Он заставлял нас опаивать девушек, а потом отдавать ему…
— С какой целью?
Я, конечно же, примерно догадывался с какой, но всё же стоило убедиться в своих подозрениях.
Знахарка прикусила язык, жалобно всхлипывая, вот только сочувствия её действия не вызывали от слова совсем.
— Ну?! — рыкнул Киарс, отчего ведьма вздрогнула, а со стороны её сынка, что находился в цепкой хватке Сайдера, донёсся омерзительный звук выпущенных газов.
— Я прибью его сейчас! — взревел Кир. — Вытащи его во двор! — обратился он к алому дракону, посмотревшему на меня с мольбой, ведь именно ему приходилось держать источник вони.
— Нет! — поползла за Сайдером бабка, когда он зашагал на выход, утягивая за собой обмочившегося бздуна.
— Говори, старуха! — взревел Киарс. — Иначе, клянусь небесами, разорву его на твоих глазах!
И она рассказала. Всё рассказала: что была в сговоре со смотрящим города, поставляя ему красавиц для развлечений. Что при помощи стражи, работающей на него, убивала мужчин и торговала девушками, получая с продажи свой процент. Что в её подвале немало золотых и серебряных монет, намекая на взятку. Старая дура.
Поведала о том, что собиралась по-тихому забрать сына и уехать с ним куда-нибудь, ведь понимала — её «труды» до добра не доведут, но планировала ещё немного подзаработать, чтобы купить достойный дом.
Пару лет назад сын старухи обокрал одного знатного господина и был пойман с поличным. Его ждала бы казнь — отрубание кистей рук, но знахарка упала на колени перед смотрящим, обещая сделать что угодно, если он помилует её дитятко.
И он помиловал, прямым текстом предложив неплохую сумму за каждую пойманную девицу.
Бабка согласилась.
Она лишила жизни многих и многим их искалечила ради своего счастливого, беззаботного будущего. Её не трогала судьба тех, кто попадал в расставленные сети. Бабке было плевать на них. Живой товар, не более.
Отыскав в доме погреб, мы заставили старуху в него спуститься, а сами, предварительно закрыв его крепко-накрепко и заперев дверь дома, взяли за шиворот обделавшегося лохмача и поспешили к городским стенам.
Заикаясь и трясясь в седле, бздун рассказал, где держат девушек и где дом смотрящего.
— Сай, — позвал я друга, мчась по туманному лесу, — мы с тобой наведаемся к главе города. Нужно схватить ублюдка и допросить с пристрастием.
— Я тогда поеду за Аланой… — кивнул рыжик.
— Ну уж нет! — рыкнул Сайдер, глядя на него огненным взглядом своего ящера. — Со мной поедешь! За ней пусть Дамиан отправляется!
— Это почему?! — ожидаемо возмутился Кир.
— Да потому что она тебе совсем голову вскружила!
Киарс хотел что-то рыкнуть в ответ, но я прервал их милую беседу.
— Успокоились! Вы двое едете к главе, я — за девчонкой!
Видел, что Кир недоволен, но спорить со мной не стал, ведь понимал, что главное не то, кто её спасёт, а что она будет в безопасности.
Как и ожидалось, стража на городской стене не собиралась нас пропускать, а мы не собирались спрашивать их разрешения.
Не сговариваясь, Сай и Кир спрыгнули с коней, мгновенно принимая облик драконов. Подхватив заоравшего дурниной бздуна, они устремились ввысь, распугивая стражников, которые побросали свои мечи и кинулись врассыпную.
Я прекрасно понимал, что шума мы наведём немало, но это самый быстрый способ достигнуть желаемой цели — обезвредить врагов, отправив их в глубокий шок, и спасти девчонку.
В какой-то степени я должен был её даже поблагодарить за то, что она отправилась с нами. Пустись мы в обратный путь втроём, то точно заночевали бы в городе, в таверне, а не у знахарки. И творила бы эта старая ведьма свои злодеяния дальше, безжалостно убивая и мучая.
Слыша истошные крики паники и визги, я сиганул в небо, выпуская Шайна на свободу. Обсидиановый ящер с шипастым хвостом и мощными крыльями устремился ввысь, перелетая через городскую стену и наблюдая хаос, который устроила перепугавшаяся стража, увидев моих главнокомандующих в боевой форме.
Сторожевые, истошно крича, носились из стороны в сторону, сталкиваясь друг с другом, падая, а потом вскакивая и снова бегая до следующего столкновения. Кто-то истерически визжал, убегая к домам и прячась за ними, а кто-то и вовсе лежал в отключке, потеряв сознание.
Фыркнув, я полетел в нужном направлении — на север окраины города. По словам бздуна, именно там находились заброшенные постройки.
Сливаясь с темнотой ночи, я оставался для всех незамеченным, быстро достигая нужного места. В трёх метрах от земли перевоплотился, бесшумно касаясь подошвой сапог протоптанной тропинки.
Шёл тихо, не наблюдая ни единой души, только след от тележки и впереди территория, освещённая фонарями. Несколько одноэтажных, вполне добротных сараев предстало передо мной, и лишь один из них был закрыт на засов, что сразу дало понять, где именно находится девчонка.
Не чувствуя угрозы, я направился к нему, слыша рычание Шайна, который волновался за Алану.
Деревянный затвор полетел в сторону, и я распахнул двери, наблюдая погруженное во мрак помещение, в котором пахло сеном и чем-то удушающе горьким.
Шайн притих, и тут я распознал чьё-то движение, резко подавшись в сторону. Целились явно в голову, но удар был слабым и пришёлся в область шеи.
— Вот тебе, гад! — рычала девчонка, которую, собственно, я спасать пришёл.
Она пыталась проскочить мимо меня, но я не позволил, цепко схватив её за руку выше локтя и притянув спиной к своей груди.
— Пусти! — пыхтела Алана, извиваясь, словно змея.
Я, боясь сделать ей больно, попытался ухватить поудобнее, немного наклоняясь, и тут она со всей дури зарядила мне затылком по носу…
— Твою же мать… — выдохнул я. — Вот и спасай тебя после такого…
— Дамиан? — притихла Алана, медленно поворачивая ко мне голову.
Узнавание пришло мгновенно. Я отчётливо видел это в её широко распахнутых глазах.
— Ой, — пискнула огненноволосая, испуганно отслеживая струйку крови, что стекала по моему лицу из разбитого носа.
— Я так понимаю, — фыркнул я, разжимая хватку и как ни в чём не бывало вытирая кровь тыльной стороной ладони, — это извинения и благодарность.
Она пыталась что-то сказать, но не получилось выдавить ни слова, поэтому Алана просто кивнула, глядя на меня виновато.
— Не кричи.
— Что? — хлопнула она ресницами, наблюдая, как я отхожу назад.
— Говорю, не кричи, — произнёс я снова.
— Да я и не планирова… — начала было девчонка, да тут же замерла, когда я оттолкнулся от земли и выпустил Шайна.
Глаза огненноволосой стали схожими с формой блюдец, и она начала опасливо отступать назад, но не до догонялок мне сейчас с ней было. Там Сай и Кир наводят порядки в доме смотрящего, и мне нужно было к ним. Коня я оставил за пределами городской стены, а идти пешком с девчонкой точно не вариант.
«Прости, Кир, но это вынужденная и ничего не значащая мера», — обратился я мысленно к другу, направляя Шайна к Алане.
Она замерла, глядя на моего ящера с необъятным ужасом и ноткой восхищения, что ему явно пришлось по душе.
Миг, когтистая лапа осторожно подхватила тихо взвизгнувшую девушку, бережно сжимая её, а шипастый хвост встретился с деревом, вырывая его с корнем и отшвыривая в сторону.
Мощный взмах крыльями — и Шайн начал набирать высоту, оставляя позади запачканное страданиями место, которое обязательно будет сожжено в скором будущем.
Ударила принца… Я ударила принца! Разбила ему нос до крови! Небеса!
Не хватало сил справиться с шоком от ситуации с похищением, так ещё сверху навалилось моё нападение на Дамиана, за которое меня с лёгкостью могут казнить.
«Нет, а чего он молчал?! — тут же взбеленилась я. — Не мог сказать, что пришёл меня спасти?! Просто схватил и прижал к себе, не произнося ни слова! Вот и получил! Я здесь ни при чём!» — но вслух, конечно же, этого сказать не посмела.
И всё-таки я изменилась, причём разительно. Вместо того чтобы рассыпаться в благодарностях и извинениях, в конце концов, не первый раз принц спасает мою задницу, я, глядя на него неотрывно, стояла, будто в рот воды набрала.
Но в какой-то момент всё так быстро изменилось… Лёгкий порыв ветра подул в спину Дамиана, устремляясь ко мне.
Я почувствовала запах… Его запах крови, от которого… внутри что-то задрожало, испугав не на шутку. Меня начало трясти. Сильнее и сильнее.
Шаг назад… Затем ещё…
«Что происходит?! — билась паническая мысль в голове, в то время как мурашки носились по телу табунами. — Что со мной?!»
Задержала дыхание, глядя на принца широко распахнутыми глазами, который что-то говорил мне, но я не понимала. И тут… о, небеса… Его тело объяло чёрной дымкой, которая стремительно росла, увеличиваясь в объёмах и принимая очертания большущего дракона.
Я только и смогла, что взвизгнуть, когда он рванул ко мне, а его громадная лапа сжала меня, поднимая ввысь.
Сердце колотилось о рёбра, ветер свистел в ушах, а мы стремительно набирали высоту, оставляя внизу лес и проклятую территорию с сараями, освещённую фонарями.
Голова отказывалась соображать, а в носу до сих пор стоял его запах крови, который, провались я пропадом, не на шутку взволновал.
Находясь словно в бреду, я часто моргала, пытаясь привести себя в чувство, но выходило так себе. Будто пребывала в каком-то кошмарном сне, что не имел ни конца ни края.
Впервые… Впервые я видела дракона, не говоря уже про то, чтобы прикоснуться к нему. Пышущий мощью и внушающий благоговейный трепет.
Голова от пережитого не желала работать, и я, не понимая, что творю, согнула руку и осторожно коснулась его чешуи. Гладкая, немного выпуклая, горячая…
И снова мурашки: приятные, путающие мысли.
Я касалась его снова и снова. Это странно, но рядом с ним мне становилось спокойно и хорошо, словно я на своём месте.
Сердцебиение начало приходить в норму, а зрение окончательно прояснилось от шока.
Так и продолжала легонько скользить пальцами по горячей чешуе, понимая, что мне нравится… Нравится прикасаться к дракону принца.
«Боги… что я творю?!» — осознание происходящего вылилось на меня словно ушат ледяной воды.
Резко отстранив ладонь и чувствуя какое-то непонятное разочарование в груди, я зажмурилась, судорожно глотая ртом воздух.
«Я просто многое пережила, оттуда и мои, скажем так, странности», — кивнула своим мыслям, пытаясь найти хоть какое-то оправдание происходящему.
Не знаю, сколько мы летели. Может, минуту, а может, гораздо больше. Для меня время текло иначе.
Под нами проплывали однотипные здания и многочисленные улочки, по которым бегали люди, несмотря на позднее время суток. Что-то происходило, это бесспорно.
Мы сменили направление, чуть наклоняясь вправо и устремляясь к дальнему дому, что стоял в стороне от всех, заметно отличаясь своими размерами и не только. Фонтан, большая огороженная территория, внушительные конюшни, убегающий вдаль цветущий сад…
Вопросов в голове было много, особенно от наличия многочисленной стражи, что, не двигаясь, стояла перед огромным витым крыльцом в коленопреклоненной позе.
Я не понимала, что происходит, но чувствовала — совсем скоро узнаю.
Дракон принца завис над домом, словно внушительная, грозовая туча, объятая убийственными молниями.
Миг, его хватка вокруг меня ослабла, а после и вовсе сошла на нет.
Я, чувствуя, что подо мной отсутствует опора, от ужаса зажала рот рукой, падая вниз…
Волосы и юбка развевались от стремительного приближения к крыше, внутри ощущалась паническая щекотка, а сердце готово было пробить грудную клетку…
«Как бы не поседеть после таких приключений раньше времени», — подумалось мне внезапно.
И тут рядом появилась тень, а потом меня обняли за талию, притягивая к крепкому телу…
И вновь волнующие мурашки пронеслись с головы до ног. Я, поражаясь, как до сих пор не тронулась рассудком от всего происходящего, повернула голову, встречаясь взглядом с Дамианом, что забавно мне подмигнул, притягивая ближе к себе.
— Не бойся… — прошептали его губы, и в следующую секунду он приземлился на край крыши, аккуратно придерживая меня рядом.
Ночь. Порывы ветра, развевающие наши волосы и одежды. Луна высоко в небе, освещающая большой двор и коленопреклонную стражу, что, заметив нас, испуганно задрожала, выкрикивая:
— Приветствуем принца западных земель!..
С трудом, но всё же контролируя себя, я обвела притихших стражников взглядом, что не спешили подниматься с колен.
— Где ваш глава города? — спросил холодно Дамиан, что несколькими секундами ранее забавно мне подмигивал.
Его рука так и покоилась на моей талии, позволяя теплу принца проникнуть под ткань платья. Это волновало и заставляло нервничать, а ещё…
О том, что «ещё», мне не удалось додумать, так как слуха коснулся голос Киарса:
— Да здесь он! — главнокомандующий появился перед домом, волоча за собой шмыгающего носом мужчину.
— Это же… — ахнула я, наблюдая того толстопузого урода, который забрал мою незнакомку. — Это он! — закричала я, чувствуя, что меня начинает трясти от ярости. — Где девушка?! — рыкнула я на урода, который сейчас выглядел как побитая псина.
— А вот и моя лисица! — расплылся в улыбке Киарс, что совершенно не соответствовало ситуации. — С тобой всё хорошо? Тебя, надеюсь, — его голос наполнился угрозой, — никто не тронул? — он грубо встряхнул толстопуза, что омерзительно завыл, прикрывая ладонями свою местами плешивую голову.
— Спусти меня, — наплевав на приличия, я, тяжело дыша, посмотрела в глаза принцу. — Прошу, пожалуйста, спусти, — повторила снова.
— Я поймаю тебя, красавица, — крикнул мне главнокомандующий. — Прыгай!
— Болван, — фыркнул Дамиан, теснее притягивая меня к себе, отчего сердце пропустило удар.
Миг, и он, оттолкнувшись от черепицы крыши, прыгнул вниз.
Со мной такое впервые, но, несмотря на происходящее сумасшествие, я не издала ни звука. Почему-то на интуитивном уровне чувствовала, что рядом с принцем мне ничего не грозит.
Так и вышло.
Я не знала, что драконы способны на частичную трансформацию, но Дамиану, видимо, всё было по плечу. За его спиной распахнулись огромные кожистые крылья, хотя облик оставался человеческим, и принц плавно спланировал вниз, аккуратно ставя меня на мощёную дорогу.
Шок? Это да, но с ним я пообщаюсь потом! Сейчас было важно другое!
— Где она?! — рыкнула я, стрелой срываясь с места и устремляясь к Киарсу, что держал перепуганного до чёртиков главу города. — Где она?! Говори! — ощущая бушующий адреналин в крови и жажду мести, я схватила смотрящего за грудки, тряся со всей силой, на которую только была способна.
— Давай лучше я, — ласково улыбнулся мне Киарс, взгляд которого сместился на вжавшего голову в плечи толстопуза. — Отвечай девушке, — произнёс он тихо, но до жути угрожающе.
— Я… — блеял глава. — Я не понимаю…
— Где та девушка, которую ты забрал час назад?! — гаркнула я на него. — Куда ты её дел! Клянусь богами, если с ней хоть что-то случится, я самолично тебя… — скользнув взглядом по торсу огненноволосого главнокомандующего, я резко подалась вперёд и вырвала кинжал из его ножен, тут же подставляя заострённую сталь к горлу захлёбывающегося паникой смотрящего.
— Осторожно, лисица, — восхищённо произнёс Киарс, не сводя с меня глаз, — не порежься.
— Ну?! — сильнее прижала сталь к горлу вспотевшего главы, требуя ответа.
В этот момент я была готова на всё. Гнев и ярость застилали глаза, а жажда справедливости придавала сил.
Толстопузый предатель затрясся, будто в припадке, его глаза расширились от ужаса, а по лбу струился холодный пот. Он понял — на этот раз ему не отвертеться.
Стража смотрела на меня во все глаза, боясь шелохнуться, ведь рядом со мной были те, против кого они не посмеют даже пикнуть.
— Её забрали! — промямлил ублюдок, который пыжился изо всех сил, пытаясь отстраниться от кинжала, но Киарс держал его крепко, не позволяя этого.
— Кто забрал?! Куда забрали?! — рвала я и метала.
— Она даже допрос ведёт как я, — донеслось довольное со стороны главнокомандующего.
— Знахарка опоила её чем-то, а после отдала тебе в лапы! Твари! — рычала я. — Бездушные монстры! Сколько жизней погубили! Плевать вам на судьбы похищенных девушек и их семьи, утопающие в горе!
— Многих девиц семьи сами и продали… — испуганно промямлил глава города. — Серебровласая не стала исключением… — продолжил он, сжимаясь от моего разъярённого взгляда.
— Что?! — ахнула я, не ожидая такого поворота событий.
— Правду говори! — грубо встряхнул его Киарс, подняв над землёй, словно пушинку.
— Я правду и говорю, — засучил ногами в воздухе толстопуз. — Её мать сама пришла в бордель. Сама продала девчонку, а потом отправила её к знахарке, якобы за лечебной травой…
Не столкнись я с подобным, то, наверное, не поверила бы услышанному. Но увы, раны от предательства семьи были свежи.
— Где она?! — рыкнула я снова, злобно щурясь. — Говори!
— В доме командующего стражей, — пискнул урод. — Он стоит последним в конце главной улицы от городских ворот.
— Я помогу… — засуетился Киарс.
— Где Сайдер? — раздался голос принца за моей спиной.
— Допрашивает стражу в доме, — кивнул здоровяк. — А я тут, чтобы никто не удрал.
— Вот и продолжай этим заниматься.
— А как же…
— Я сам разберусь с девушкой, а вы заканчивайте. Позже всё обсудим. Алана? — позвал меня Дамиан.
Испытывая странные чувства от своего имени в его исполнении, посмотрела ему в глаза.
— Летим?
— Опять?! — возмутился Киарс. — Ты опять с ней полетишь?!
— Летим, — кивнула я, чувствуя пожирающее душу желание отыскать серебровласую незнакомку, а ещё… щекочущее волнение от предстоящего полёта и жара чешуи генерала, к которой мне вновь представится возможность прикоснуться…
Делая вид, что не замечаю недовольного взгляда Кира, я оттолкнулся от брусчатки с такой силой, что камни задрожали под ногами. В следующее мгновение моё тело взмыло ввысь, словно стрела, выпущенная из лука, освобождая Шайна от человеческой оболочки.
Массивные крылья дракона, отливающие синевой в лунном светом, на мгновение полностью закрыли серебристый диск луны, отбрасывая гигантскую тень. Их могучий взмах породил вихрь, взметнувший пыль с улицы. Стражники, парализованные ужасом, рухнули на мостовую, закрыв головы руками в тщетной попытке укрыться.
Я устремился к Алане, которая… опять смотрела на моего дракона так, отчего он едва ли не пищал от восторга.
Будь я проклят трижды, но ему нравилось. Нравилось, как эта девчонка на него реагирует и… как прикасается к нему.
Подобная выходка с её стороны выходила за рамки дозволенного и являлась самой настоящей наглостью, ведь такого рода прикосновения считались интимными. Сражение на поле боя, касания во время тренировок и битв — это одно. А то, что девушка гладит чешую, буквально впитывая её тепло… Это уже носило другой характер. И Шайну бы возмутиться, зарычать на неё, потребовать, чтобы она прекратила, но вместо этого он смиренно затихал, позволяя огненноволосой то, чего никогда и никому не было ранее дозволено.
Страх пропал из её взгляда, остался только восторг: нескрываемый, трепетный. Она сама потянулась к моему дракону, тут же касаясь его лапы, когда он бережно сжал её, устремляясь в ночное небо.
«Что ты творишь? — вздохнул я, обращаясь к своему неразумному ящеру, который в ответ даже бровью не повёл, делая вид, что не слышит меня. — Наглец! — фыркнул я. — Немедленно прекрати это! Не смей давать ей ложную надежду!»
Но Шайн так и остался безмолвен, довольно щурясь от лёгких поглаживаний Аланы, что так осторожно, можно сказать робко, скользила пальцами по чешуйкам на его когтистой лапе.
Полёт занял немного времени.
Дом нашёлся быстро, и он, к слову, как и дом главы города, отличался от остальных своей кричащей роскошью.
Дело шло к рассвету. Небо на востоке уже начало окрашиваться в нежные тона рассвета, но нам было не до созерцания этой красоты.
Несмотря на ранее время, на улицах и во дворах наблюдались люди, что с опаской выглядывали, да тут же с волнением и страхом замирали, заметив тень Шайна, рассекающего поднебесное пространство.
В окнах дома командующего городской стражей мелькали тени суетящихся людей. Очевидно, дозорные уже донесли ему о нашем визите.
«Поздно метаться, — усмехнулся я мысленно. — Бежать тебе некуда!»
Выпустил Алану из рук, что как и в прошлый раз не издала ни звука, восхищая своей выдержкой и самоконтролем. Превращение в человека произошло мгновенно, и вот я уже подхватил её на руки, мягко приземляясь на выложенную камнем дорожку.
Девчонка обняла меня за шею, замерев на моих руках. Её тепло проникло сквозь ткань одежды, вызывая незнакомое мне чувство. Вдруг стало неловко, и только Шайн как-то странно ехидничал, что несказанно нервировало.
Объятый непонятными чувствами и эмоциями, я поставил Алану на ноги, замечая её смущение, которое было мне ни к чему — я не создан для подобных чувств.
Стражники во дворе застыли в почтительном поклоне, их лица выражали полное понимание того, кто перед ними стоит.
— Если хотите сохранить свои жизни, приведите сюда девушку, которую ваш командир купил, — произнёс я с ледяным предупреждением в голосе, пристально глядя на встрепенувшихся мужчин.
Один из них, не выдержав моего взгляда, выронил меч, и тот с громким звоном упал на камни.
— Идём, — кивнул я Алане, и она послушно последовала за мной.
Мраморные ступени крыльца, достойные императорского дворца, заскрипели под нашими ногами, будто жалуясь на грубость вторжения. Я с силой пнул резную дверь, и она разлетелась в щепки, открывая путь в логово врага.
По дому пронёсся женский визг, за которым последовали испуганные крики. Воздух наполнился запахом страха и паники.
Неторопливым, тяжёлым шагом, внушающим первобытный ужас, я двигался по длинному коридору, заполняя каждый его уголок своей убийственной энергетикой. Вычурная роскошь, царившая вокруг, слепила глаза и вызывала ещё большее раздражение. Драгоценные вазы, позолоченные рамы, шёлковые ткани — всё кричало о непомерной жадности хозяина.
«Честному командиру стражи такое не по карману, — промелькнула мысль. — Хотя, где этот ничтожный червяк и где честность?»
Алана, словно маленькая, держала меня за низ куртки, шагая за спиной. Шайн довольно рокотал от этого, а я не понимал, что с ним такое приключилось и почему он так странно себя ведёт. Девушка как девушка. Да, симпатичная, но таких много.
И вот слух уловил чей-то жалобный всхлип. Я повернул голову, замечая служанку, что стояла посреди комнаты на коленях и дрожала всем телом.
— Где командир стражи? — спросил я, медленно обводя комнату взглядом, в котором, казалось, застыла сама смерть.
— Помилуйте, — захлебываясь слезами, прошептала она. — Помилуйте меня, он… — новый всхлип прервал её речь, — он на обходе…
— На обходе? — моя бровь дёрнулась в ироничном жесте.
— Д-да, — заикаясь, пролепетала служанка, чьи глаза то и дело метались в сторону тяжёлых штор.
— Вот это да, — хмыкнул я, извлекая из-за пояса кинжал, сталь которого зловеще сверкнула в полумраке. — Какой ответственный служака.
Без колебаний я метнул клинок. Кинжал рассек воздух с пронзительным свистом.
В следующий миг по комнате пронёсся истошный вопль, и из-за портьеры, словно крыса из норы, выскочил лохматый мужик среднего роста. Его тонкие усы дрожали от страха, а на теле красовались лишь пижамные штаны. Толстое брюхо колыхалось при каждом вдохе, напоминая желе, а маленькие поросячьи глазки едва не выпрыгивали из орбит при виде меня.
— В-ваш-ше в-высочес-ст… — лепетал он, едва не теряя сознание от страха.
— Собирайся, — мой голос был тихим, но от него по спине главнокомандующего пробежал мороз. — На центральной площади скоро начнётся праздник костров. И ты будешь там одним из главных гостей…
Дорогие мои, на сайте вышла МОЯ НОВИНКА)))) ИСТОРИЯ "НЕ" ХОРОШЕЙ МАЧЕХИ ЧИТАТЬ ПО ССЫЛКЕ: https://litnet.com/shrt/Pcqo
— Как же мы тебя ненавидим! — злобно произнёс мальчишка. — Что, решила избавиться от нас?! — Я? — хлопнула ресницами, не понимая, что происходит. — Нет… — Врёшь! — угрожающе рыкнул второй ребёнок. — Мы слышали твои слова! После окончания траура по отцу ты отправишь нас в закрытую школу-интернат, которую не покинуть без твоего разрешения!.. По воле небес я очнулась в теле молодой и эгоистичной леди Лайлет. После смерти мужа она только и делала, что разбрасывалась деньгами, крутила романы и издевалась над своими пасынками. Что ж, начну с малого. Разгоню любовников аристократки, наведу порядок в доме и окружу мальчишек заботой, ведь кроме меня им больше не на кого положиться. Их родственники только и думают, как бы прикарманить наследство. Не надейтесь, вам не удастся обмануть детей! Я этого не допущу!
Грязь и пороки властителей этого города просачивались сквозь каждый камень, каждый шов в стенах, словно ядовитый туман, отравляя жизнь простых людей. Те, кто должен был защищать и оберегать народ, погрузились в пучину разврата и алчности, совершая деяния, от которых кровь стыла в жилах.
Глава города, которому доверял народ, не гнушался красть и покупать девушек у их же семей, используя тех как безвольные игрушки. А начальник стражи, поклявшийся защищать закон, не только закрывал глаза на эти преступления, но и активно помогал в их совершении, плюя на свою честь и долг.
Я благодарила судьбу за то, что она привела в дом безумной знахарки, где меня опоили и затащили в сарай. Если бы не это странное стечение обстоятельств, невинные девушки продолжали бы страдать в лапах бездушных монстров.
С мрачным удовлетворением я наблюдала, как Дамиан, железной хваткой вцепившись в трясущуюся шею предателя, протаскивал его мимо притихших служанок и стражников по роскошным коридорам дома. Никто не осмелился вмешаться — среди присутствующих не нашлось ни одного самоубийцы.
«Сколько же лет ты шиковал, мерзкое создание?» — мысленно рычала я, морщась от кричащей роскоши комнат. — Честные люди живут просто, без этой показной мишуры! Сколько жизней ты искалечил?! Скольких продал в рабство?!»
Я упивалась каждым всхлипом командующего стражей, каждым его жалким поскуливанием, обещая себе позже укротить эту кровожадную часть души.
Голый по пояс мерзавец дрожал как осиновый лист, согнувшись пополам и послушно перебирая босыми ногами. Его жалкий вид вызывал отвращение.
Выйдя на крыльцо, мой взгляд зацепился за хрупкую девичью фигуру….
— Это ты! — воскликнула я, срываясь с места и стремительно сбегая по ступеням.
Через мгновение я уже обнимала растрёпанную девушку, которая всхлипнула от моего прикосновения, а затем, уткнувшись лицом в мою шею, разразилась рыданиями.
— С тобой всё в порядке? — шептала я, гладя её по серебристым волосам и чувствуя, как она дрожит всем телом.
Девушка крепко вцепилась в меня, кивая сквозь слёзы.
— Тебя не тронули? — спросила я, бросая яростные взгляды на стражников, которые при моём приближении отступили на несколько шагов и теперь виновато прятали глаза.
Снова кивок, на этот раз означающий «нет».
— Всё хорошо, — успокаивала я её. — Теперь всё будет хорошо.
Но в глубине души я знала — не всё так просто. Собственная мать предала её, и как серебровласая справится с этим?
Я сама прошла через ад, через душевную боль и унижения. Всё, во что верила, рассыпалось в прах, но в итоге я обрела свободу. Может быть, это и к лучшему, что всё случилось именно так.
По приказу принца к дому подъехал экипаж. Когда мы вышли за ворота, перед нами предстала толпа, которая, увидев состояние командующего, начала перешёптываться, а затем поднялся возмущённый гул.
— Так тебе и надо, подлец! — крикнула какая-то женщина.
— Теперь тебя ждёт справедливое наказание!
— Ни совести у тебя нет, ни чести! — воскликнул седовласый старик, опираясь на потрёпанную клюку.
— Ваше высочество! — перед толпой склонился рослый мужчина. — Это действительно вы! Я помню, как вы защищали город Равирон три года назад. Вы спасли моих родителей! Примите мою благодарность! — он опустился на колени, касаясь лбом земли.
— Не стоит таких почестей, — нахмурился Дамиан. — Поднимись.
Народ замер, боясь пошевелиться, только скулёж командующего стражи, которого принц всё ещё держал за шею, нарушал тишину.
— Как твоё имя?
— Нортон, ваше высочество.
— Мне нужна твоя помощь, Нортон, — произнёс Дамиан, обводя взглядом собравшихся.
— Всё, что прикажете!
— Не прикажу, а попрошу. Собери надёжных мужчин. Заберите оружие у стражи — они отдадут всё, что у них есть! — холодно произнёс генерал, взглянув на притихших стражников. — Закройте городские ворота. Никого не впускать и не выпускать. Скоро к вам прибудет мой главнокомандующий.
Волна шёпотов прокатилась по толпе. Люди переглядывались, их лица выражали смесь волнения, надежды и страха. В глазах собравшихся читалась нерешительность — столько лет они жили под гнётом тирании, что теперь, когда появилась возможность что-то изменить, не знали, как поступить.
— Вы явно знаете о грязных делишках командующего, — голос принца заставил всех вздрогнуть. — И вам есть что рассказать о его преступлениях! — он с силой встряхнул голопузого толстяка, отчего тот издал жалобный вопль.
Предатель захлёбывался от страха, его лицо исказилось от боли и унижения. Толпа затаила дыхание, наблюдая за этой сценой возмездия.
— Я готов выслушать каждого! — провозгласил принц, обводя взглядом собравшихся. — С сегодняшнего дня командующий и глава города лишаются своих постов. На их место придут новые люди, достойные доверия народа.
По толпе пробежал ропот одобрения. Некоторые кивали, другие переглядывались, словно решаясь на что-то важное.
— Грядут перемены, — продолжил Дамиан. — И я буду безмерно благодарен каждому, кто поможет мне в этом деле. Кто готов говорить правду? Кто готов бороться за справедливость?
Несколько человек неуверенно подняли руки, затем ещё несколько. Постепенно волна смелости накатывала на собравшихся, и всё больше людей выражали готовность выступить против коррупции и беззакония.
В воздухе витало предчувствие перемен. Перемен, которых город ждал так долго. Перемен, которые могли изменить всё.
— С тобой правда всё хорошо? — уже около часа повторял одно и то же Киарс, чем несказанно действовал мне на нервы.
— Правда, — с улыбкой отвечала ему Алана, сидя рядом с притихшей сереброволосой девушкой, которую мы спасли из лап командующего.
Шайн, наблюдая за воркованием Кира, распространял внутри меня волны недовольства.
«Угомонись!» — мысленно прикрикнул я на него, делая вид, что погружён в чтение краткого отчёта Сайдера.
Но ящер не слушал моих увещеваний, продолжая фыркать и порыкивать, что мешало сосредоточиться на документах, которые я уже несколько раз перечитывал.
Как только мы вернулись в дом главы города, я сразу отправил Сайдера к городским воротам помогать людям. Прекрасно понимал, что кто-то попытается сбежать, ведь щадить никого я не собирался. Каждый, кто виноват, ответит по всей строгости закона.
— Может, чаю? — не унимался Киарс.
— А может, ты наконец займёшься делом? — не выдержал я. — Нужно разобраться со всем как можно скорее и отправляться в путь! Время не ждёт!
— Злой ты сегодня какой-то, — пробурчал Киарс.
— Если мне не изменяет память, я всегда такой, — хмыкнув, я перевернул лист, осознавая, что ничего из прочитанного не отложилось в памяти.
«Чёрт!» — раздражённо вздохнул, возвращаясь к началу доклада.
— Всех, кто находится во дворе, отведи в подвал поместья, — сказал я своему главнокомандующему, не отрывая взгляда от текста. — Пусть посидят там, не караулить же нам их целый день.
Кир бросил взгляд на Алану и улыбнулся ей, отчего Шайн едва не позеленел от злости, и только после этого направился на выход.
«Ты успокоишься сегодня или нет?!» — рыкнул я на своего неразумного ящера.
В ответ послышалось лишь недовольное сопение.
Комната погрузилась в тишину, нарушаемую лишь монотонным качанием маятника напольных часов.
Наконец-то мне удалось сосредоточиться на докладе Сайдера, и как только я закончил чтение, до моего слуха донеслись торопливые шаги. На пороге появился встревоженный Киарс.
— Что случилось? — спросил я, поднимаясь со стула.
— Я согнал всю стражу в подвал, как ты и велел, — кивнул алый дракон, — а там… — он махнул рукой в сторону дверей.
Я вышел из-за стола и увидел нескольких мужчин с явными следами побоев на открытых участках кожи. Они выглядели бледными, измученными, все в крови и едва держались на ногах.
— Это стража, — произнёс Киарс убийственным тоном, — которая узнала о преступлениях главы и командующего. Они хотели отправить послание в императорский дворец, чтобы рассказать о происходящем, но не успели. Один из них оказался предателем и доложил обо всём главе города. А что было дальше, ты и сам можешь догадаться.
Я внимательно осмотрел измученных мужчин, которые, несмотря на своё плачевное состояние, почтительно склонили головы. Их стойкость вызывала уважение.
— Проследи, чтобы слуги подготовили для них горячую воду, еду и чистую одежду, — распорядился я, обращаясь к Киарсу. — Похоже, мы нашли тех, кто займёт посты нового командующего и его помощников. Это хорошая новость.
Пленные стражи, схваченные за попытку раскрыть преступления властей, выглядели удивлёнными.
— Идёмте, — махнул им Кир.
— Ваше высочество, — едва слышно прошелестел один из них, с трудом делая шаг вперёд и снова склоняя голову. — У главы есть тетрадка, в которой он ведёт записи о сделках по торговле девушками, — начал он, тяжело дыша. — Случайно её увидел, когда приходил к нему с отчётом.
— Знаешь, как она выглядит? — спросил я.
— Бордовая такая, — кивнул страж, губы которого были все потресканы, а под глазами залегли большие черные круги, — с позолоченным орнаментом. Где именно он её прячет, я не знаю. Но то, что в своём кабинете, это точно.
— Отлично! — кивнул я. — Найдём её, и дело будет почти закончено. Кир, помоги парням привести себя в порядок.
— Да, — алый дракон повёл стражников, которые едва переставляли босые ноги.
— Можно и мне? — раздался тихий голос Аланы, и Шайн притих.
— Что? — нахмурился я, переводя взгляд на огненноволосую девушку.
— Искать тетрадь, — продолжила она.
Повисла тишина, которая растягивалась с каждой секундой.
Смотрел на огненноволосую, чувствуя, как Шайн мечтательно вздыхает.
«Ты меня бесишь! — рыкнул я на него, слыша хриплый смешок в ответ. — Вот же паршивец!»
— Нет, если вы мне не доверяете… — пожала плечами Алана.
— Определись уже, — бросил я раздражённо. — То «вы», то «ты».
Девчонка замерла, а я в этот момент готов был провалиться сквозь землю.
«Ты во всём виноват! — злился я на Шайна. — Сам сбрендил и меня за собой тянешь!»
— А как надо? — осторожно спросила Алана, глядя на меня так… волнительно.
— Мне всё равно, — пожал я плечами, чувствуя себя неловко. — Решай сама.
— Хорошо, — ответила она, и я был уверен, что огненноволосая улыбается.
Странное тепло разлилось по телу, заставляя сжать зубы.
— Так ты идёшь искать тетрадь или нет? — буркнул я, поворачиваясь и направляясь к кабинету.
— Иду, — за спиной послышались её торопливые шаги, от которых сердце забилось чаще. — Вдвоём мы справимся гораздо быстрее…
Столько всего со мной произошло за последние двое суток. Впечатлений хватит на всю оставшуюся жизнь.
Поправив покрывало на серебровласой Лираэль, что задремала в кресле после двух чашек успокаивающего отвара, я, проверив её пульс, направилась следом за принцем.
Шагая за ним по коридорам, кричащим роскошью, неосознанно разглядывала его широкую спину, отмечая уверенную, неторопливую походку.
Этот молодой мужчина был не таким, как все. Родился в роскоши и мог бы с лёгкостью занять трон, но власть его не интересовала. Он предпочитал рисковать собственной жизнью, защищая жителей империи. Это восхищало. Делало его в моих глазах другим. Особенным.
Поймав себя на мысли, что испытываю странный к нему интерес, я сбилась с шага.
«Только этого не хватало! Даже не будь я разведёнкой, потерявшей свою чистоту, мне всё равно не стоит ни на что надеяться. Он — принц! А я… А я никто».
Мотнула головой, пытаясь отогнать недопустимые эмоции, что нависли над головой, и кинулась поспешно нагонять Дамиана.
Внезапно вспомнилось моё временное помутнение рассудка, когда я бессовестно прикасалась к его дракону, ощущая непонятную к нему тягу…
«Стыдоба! Зачем это делала?!»
У меня не имелось ответа на данный вопрос. Но тревожило другое — в груди до сих пор ощущалась потребность прильнуть к чешуйчатой чёрной махине, пышущей жаром, и заглянуть в его отмеченные золотом глаза. У других он вызывал ужас, а у меня… Я же в отличие от остальных, чувствовала себя рядом с ним в комфортной, уютной безопасности.
Не желая копаться в странностях, что творились со мной, следовала за Дамианом, при появлении которого служанки низко склоняли головы, замирая, словно статуи.
Все эти молодые девушки выглядели не очень хорошо: бледные, жутко напуганные, у некоторых виднелись синяки на скулах. Их опрашивал Сайдер, пока нас не было. И, как я поняла, узнать от них удалось многое.
— Сюда, — махнул рукой принц, уже успевший осмотреть поместье, пока я занималась Лираэль.
Тяжёлая дверь распахнулась, открывая нам доступ в большую комнату, каждая стена в которой была заставлена книжными полками, что доходили аж до самого потолка. Между ними, грациозно изогнувшись, свисали бра, а в центре стоял массивный стол с внушительным креслом, перед которым лежал ковер с высоким ворсом.
Оглядевшись, я поняла, что искать придётся долго. Уж слишком много наблюдалось мест, где могла бы спрятаться нужная нам тетрадь.
Переглянувшись с принцем, мы, не сговариваясь, разошлись по разным сторонам, начиная поиски.
Дамиан осмотрел стол и всё содержимое его ящиков, проверив их на двойное дно. После направился к картине, что висела у окна, заглядывая за неё. Далее двинулся к полочкам.
Мы перебирали книги, проверяя их на наличие припрятанной, нужной нам вещи.
У одного из стеллажей стояла лестница и я, взяв её, под пристальным взглядом Дамиана, от которого мурашки побежали по телу, перетащила к своему наполовину просмотренному стеллажу.
До верхних полочек я не дотягивалась, поэтому поднялась на две ступеньки, продолжая поиски.
Минуты бежали, мы работали молча, шурша страницами.
За окном уже проснулась природа, согревая землю своими солнечными лучами.
Я проверяла одну книгу за другой, поднимаясь выше. Затем ещё на одну ступень.
— Будь осторожнее, — услышала я, когда потянулась, чтобы вернуть книгу на место.
Голос генерала империи прозвучал так неожиданно в повисшей тишине, что я невольно вздрогнула, покачнувшись и потеряв равновесие. Рука зацепилась за заостренный орнамент настенного бра…
— Алана!
Миг, и я шлёпнулась в крепкие объятия принца, что мгновенно прижал меня к себе, с волнением заглядывая в глаза.
Я замерла, чувствуя его тепло и запах, который был мне уже знаком и… приятен.
И только генерал хотел что-то сказать, как ему на голову упало несколько книг.
— Ты… — прикрыл он глаза, поджав губы.
Я, продолжая сидеть у него на руках, виновато-испуганно выпучила глаза, смиренно помалкивая.
— Ты не девушка, — вздохнул Дамиан, — а настоящая катастрофа. Мне по твоей вине уже не первый раз прилетает, — он хотел сказать что-то ещё, но тут его брови сошлись в одну линию, а взгляд стал каким-то волнительным. — Ты… — тихо произнёс принц, едва слышно втягивая носом воздух, — поранилась?
— А? — хлопнула я ресницами, только сейчас ощущая жжение на руке, которая встретилась с настенным бра во время падения. — Д-да, — виновато кивнула, поднимая раненную конечность на уровень его лица и демонстрируя тонкую кровоточащую царапину. — Пустяки.
Дамиан сделал шумный вдох, как-то странно замер, а потом посмотрел в мои глаза…
Его дракон! Будь я проклята трижды, но на меня смотрел его дракон! Внимательно, вызывая шквал эмоций…
Сердце забилось чаще, дыхание участилось…
— Дамиан! — раздался громкий голос из коридора, и спустя секунду дверь распахнулась, а на пороге появился главнокомандующий, что, заметив меня на руках принца, нахмурился. — Не понял! — хмыкнул он. — А чем это вы тут занимаетесь?..
— Ты меня слышишь, нет? — пытался прорваться в поток моих сумбурных мыслей Киарс.
Нет, я не слышал. Не мог услышать, потому что всё моё существо стремилось вслед за Аланой, которая, залившись румянцем смущения, стремительно покинула кабинет бывшего главы города. Её силуэт растворился в полутени коридора, оставив после себя лишь шлейф едва уловимого аромата.
— Ау! Дамиан! — не сдавался Кир.
Я поднял на него рассеянный взгляд, полный внутренней борьбы, и тут же отвернулся, глубоко вдыхая воздух через нос.
Кровь… Её кровь… Этот будоражащий аромат проникал в сознание, разжигая пламя в венах. Шайн метался под кожей, словно дикий зверь в тесной клетке, требуя, умоляя, приказывая догнать её. Поймать и никогда не отпускать.
— Да что с тобой?! — не выдержал главнокомандующий, резко обойдя меня. Его руки сомкнулись на моих плечах, легонько встряхивая.
А я сам не понимал, что со мной происходит. Тяга… Невероятная, сводящая с ума тяга пульсировала в груди и рвалась к огненноволосой девушке, чьё тепло всё ещё хранилось на моих ладонях, словно отпечаток.
— Ты… — произнёс я, сам удивляясь своему охрипшему голосу, — чувствуешь?
— Чувствую! — Киарс кивнул, его лицо выражало явное недовольство.
— И… — я затаил дыхание, словно от ответа зависела моя жизнь, — чем пахнет?
— Непонятными действиями с твоей стороны, вот чем пахнет! — фыркнул алый дракон. — Ты что, решил у меня Алану увести?!
«Не чувствует… Он не чувствует этого сводящего с ума аромата…» — мысли метались в голове. Я стиснул зубы, пытаясь взять эмоции под контроль. Возможно, у меня бы даже получилось, если бы Шайн не усложнял всё ещё больше.
Мой ящер был взвинчен до предела, напряжён, как натянутая тетива лука. Он рычал на Кира, который даже не подозревал о буре, бушующей внутри меня.
«Тише… — умолял я его мысленно. — Хватит…»
Но Шайн не реагировал.
«Прекрати! Она ушла!»
Ящер замер лишь на мгновение, а затем продолжил рваться на свободу, вызывая у меня нешуточное беспокойство.
— Дамиан… — вновь позвал меня Киарс.
— Она упала с лестницы, — устало покачал я головой, мысленно моля Шайна успокоиться. — Я успел её поймать. Или мне нужно было позволить ей разбиться и переломать себе кости?
Да, я говорил другу правду, но лишь её часть. То, что творилось в моей душе, я скрыл, не желая делиться этим ни с кем.
— Если у тебя всё, тогда давай искать вместе, раз ты Алану спугнул своей истерикой, — процедил я сквозь зубы, изо всех сил стараясь сохранить внешнее спокойствие и не думать о произошедшем.
То, что со мной творилось, было чем-то совершенно новым, неизведанным. Моё состояние нельзя назвать нормальным и следовало разобраться в этом, не поддаваясь на провокации своего ящера, в адекватности которого я начал серьёзно сомневаться.
Он рвался к Алане. Жаждал увидеть её, прикоснуться к ней, вдохнуть неповторимый аромат этой девчонки…
«Сумасшествие какое-то!»
Киарс что-то бормотал извиняющимся тоном, а я, продолжая методично перебирать книги на полках, медленно сходил с ума от противоречивых чувств и желаний. Каждый шорох, каждый вздох напоминали мне о ней, заставляя сердце биться чаще, а Шайна — метаться в неистовом желании быть рядом.
Время тянулось мучительно медленно. Моё беспокойство, вместо того чтобы утихать, лишь разрасталось, подобно сорняку в плодородной почве. С каждой секундой осознание крепло в душе: прежняя жизнь осталась где-то там, за гранью этого момента. Произошедшее с нами навсегда изменит мой путь и перевернёт привычный мир с ног на голову.
— Это, случайно, не то, что мы ищем? — раздался за спиной голос Кира, вырывая меня из водоворота мыслей.
Я резко обернулся, встречаясь взглядом с бордовой тетрадью в кожаном переплёте. На её поверхности мерцал золотой орнамент — точно такой, как описывал спасённый из подвала стражник.
— Дай-ка взглянуть, — я протянул руку, забирая у Киарса драгоценную находку.
Перелистывая пожелтевшие страницы, чувствовал, как внутри всё холодеет. Это было оно — чёрное сердце преступной сети. Имена и фамилии продавцов и покупателей, возраст девушек, которые попали в лапы главы, сумма за их покупку и продажу, места, куда они были отданы… Каждая запись кричала о чужой боли.
— Она? — спросил алый дракон, затаив дыхание.
— Она самая! — кивнул я, сжимая тетрадь крепче. — Отличная работа, Кир. Теперь осталось только навести здесь порядок и отправиться к западным землям. Домой хочется невыносимо.
Едва мы переступили порог, как перед нами словно из ниоткуда возникла служанка, склонив голову в почтительном поклоне:
— Ваше высочество, завтрак ожидает! В какую комнату прикажете подать?
— Без разницы, — пожал я плечами, стараясь скрыть нарастающее напряжение.
— Я пойду за Аланой, — решительно заявил рыжик.
От его слов волна раздражения прокатилась по телу от макушки до пят.
— Прошу прощения, но леди Алана отдыхает вместе с леди Лираэль, — вмешалась служанка, за что я был ей безмерно благодарен.
— Всё равно проверю, как она там, — не унимался Киарс, делая шаг вперёд.
Шайн внутри меня рычал всё громче, бунтуя против этой настойчивости. Я понимал, что не желаю видеть Кира рядом с Аланой, не хочу, чтобы он заботился о ней и оказывал знаки внимания. Эта девушка… она не отпускала меня.
— Возле поместья собираются жители, — донёсся голос другой служанки, вынырнувшей из-за угла. — Ой, ваше высочество! Приветствую!
— Жители? — вскинул я брови, ловя настороженный взгляд Кира.
— Да! — подтвердила девушка. — Только что их заметили. Весь двор заполнен, даже за воротами люди стоят.
Мы с алым драконом переглянулись. В его глазах отчётливо читалось намерение отправиться вместе со мной.
— Что же, — обратился я к нему, чувствуя, как вина тяжёлым камнем ложится на плечи, — узнаем, что привело их сюда. Если не ошибаюсь, они хотят рассказать о главе и командующем. Пусть мы уже нашли достаточно доказательств для справедливого суда, но людей нужно выслушать. Это будет правильно!
То, что произошло в кабинете бывшего главы города, едва не свело меня с ума.
Будь я проклята трижды, но мне так нравилось чувствовать близость Дамиана и вдыхать неповторимый аромат его кожи, который принадлежал только ему одному.
В объятиях этого непростого мужчины я полностью потеряла голову. Словно безумная впитывала его тепло и цеплялась за пронзительный взгляд. Ощущая внимание принца, я была готова позволить ему… всё…
Это пугало. Несказанно пугало. Ведь то, что вспыхнуло в моей груди, могло обернуться для меня катастрофой.
Появление главнокомандующего стало моим спасением от роковой ошибки, к которой всё так уверенно вело.
Трусливо сбежав, чувствуя, как бешено колотится сердце и пылают от смущения щёки, я устремилась к спящей Лираэль.
Не могла найти себе места.
«Это неправильно! — твердила снова и снова, метаясь по комнате из стороны в сторону. — Неправильно!»
Тяжело дыша, я пыталась укротить бушующий внутри вулкан эмоций и желаний, готовый вот-вот взорваться.
— Да что же это со мной… — вскинув руку, я больно ущипнула себя за щёку. На глазах выступили слёзы. — Успокойся, ясно тебе?! Мало проблем свалилось на твою голову?! На принца замахнулась?! Совсем с ума сошла?!
Руки дрожали, мысли путались, а сердце рвалось к нему…
— Невыносимо! — кинувшись к своей сумке, я достала кожаный свёрток с иглами.
Подержав несколько игл над пламенем почти потухших свечей, я распределила их по нужным точкам на своём теле.
Секунды тянулись мучительно медленно, но постепенно становилось легче. Шквал эмоций и буря в груди начали утихать, возвращая мне столь необходимое спокойствие.
Понимала, что это лишь временное решение. Нельзя же вечно ходить с иглами — в конце концов, я не ёж. Но сейчас мне нужно было успокоиться, да и организм требовал отдыха после всего пережитого.
Чувствуя, что почти пришла в себя, я, борясь с навалившейся дрёмой, убрала иглы и устроилась рядом с Лираэль, позволяя сну окутать меня.
Не знаю, сколько проспала. Помню только, что сначала было холодно, но потом что-то тёплое коснулось моего тела, прогоняя озноб.
Ноздри наполнились аппетитными ароматами еды, и я заворочалась, понимая, что кто-то заботливо укрыл меня.
Резко распахнув глаза, поморщилась — мышцы затекли от долгого пребывания в одной позе.
В комнате я находилась одна.
— Лираэль? — позвала взволнованно серебровласую, отбрасывая плед и вскакивая на ноги.
В поместье царила давящая тишина, что не на шутку встревожило.
— Эй! — закричала я. — Есть здесь кто-нибудь?!
Но мне никто не отвечал.
Волнение ледяной волной прокатилось по телу. Стремительно вылетев в коридор, я резко завернула за угол и врезалась в кого-то. Стоило уловить знакомый аромат, сразу поняла, в кого…
«Дамиан!» — молнией промелькнула паническая мысль в голове.
— Проснулась? — спросил он тихо с лёгкой хрипотцой в голосе.
И снова этот взгляд — прожигающий, заставляющий трепетать.
— Д-да, — кивнула я.
Отступила на шаг, но принц тут же шагнул вперёд, не позволив увеличить расстояние между нами.
«Что он делает?»
По венам разлилось жидкое пламя, дыхание участилось, сердце забилось как сумасшедшее.
— С тобой всё хорошо?
«Нет! — хотелось крикнуть во весь голос. — Не подходи!»
— Да-а, — с трудом выдавила я, чувствуя, как пересохло во рту.
Снова мой шаг назад — его шаг следом.
— Ты боишься меня?
Шёпот принца пробирал до мурашек, заставляя их танцевать по всему телу.
Я не смотрела на него, но кожей чувствовала пристальный взгляд, путающий мысли.
«Зачем ты это делаешь? Зачем толкаешь меня к краю?»
— Потому что хочу, чтобы ты стала моей… — прозвучало тихое над головой, выбивая воздух из лёгких.
— А?! — испуганно воскликнула я, осознав, что дракон прочёл мои мысли.
Задыхаясь от нахлынувших чувств, посмотрела на него…
Зря я это сделала…
— Алана… — рука принца поднялась, пальцы коснулись моего подбородка, удерживая. — Ты чувствуешь ко мне влечение?
— Я… я не… — в ужасе наблюдала, как его губы приближаются к моим.
— Я к тебе чувствую, — прошептал он, обжигая дыханием. — И это сводит меня с ума…
Едва успела вдохнуть, прежде чем Дамиан уверенно притянул меня за талию к себе, целуя жадно, требовательно, лишая рассудка.
Он не спрашивал разрешения — просто брал то, чего так желал.
Постыдный стон вырвался из моей груди.
Я задыхалась, позволяя его рукам скользить по моим бёдрам, а губам — исследовать шею.
— Алана… — шептал принц, мучая и даря наслаждение одновременно.
Я знала, что потом буду себя корить, но сейчас не хотела его отпускать. Мой… Пусть даже временно, но только мой!
Его горячая кожа к моей прохладной, требовательные прикосновения, жаркое дыхание…
— Алана…
Я нуждалась в нём как никогда прежде, выгибаясь под его руками.
— Алана, просыпайся! Что с тобой? Ты вся горишь! — раздался голос того, кого здесь быть не должно.
Замерла, чувствуя, как сладкая дымка рассеивается, а образ ласкающего меня Дамиана размывается, словно картина под дождём.
— Алана, красавица моя! — кто-то осторожно тряс меня за плечо, а я была готова расплакаться в этот момент.
Сон… Всего лишь сон!
Ощущая ноющую боль в груди, я медленно открыла глаза и увидела встревоженного главнокомандующего, который сидел на корточках перед креслом.
— Всё хорошо? — с волнением спросил он.
Я уже собиралась выдавить вымученную улыбку, как волна жара прокатилась по телу.
Мой взгляд метнулся за спину Киарса, и сердце пропустило удар…
Дамиан… Он стоял, прислонившись плечом к дверному проёму, и смотрел так же, как в моём сне, благодаря которому я окончательно поняла, что пропала…
Солнце медленно поднималось по небу, отбрасывая длинные тени на двор, заполненный взволнованными горожанами.
Люди, собравшиеся здесь, будто боялись дышать полной грудью, пока не увидели в моих глазах искреннее желание помочь. Постепенно, словно пробуждаясь от долгого сна, они начали делиться своими бедами и обидами, которые годами копились в их сердцах.
Сначала голоса звучали тихо, робко, будто шелест опавших листьев под ногами. Но когда они заметили, что я не только слушаю, но и понимаю их боль, когда увидели в моих глазах не презрение, а сочувствие, их речи стали смелее, увереннее. Они рассказывали о бесчинствах, о произволе, о том, как годами жили в страхе и унижении под гнётом бывшего главы города и его приспешников.
В это время Нортон, которого я отправил к городским воротам, действовал молниеносно. Он собрал две группы преданных людей. Одну оставил с собой, чтобы никто из виновных не смог ускользнуть от правосудия, а вторую направил ко мне. Его расчёт был точен — нашей троице нужна была помощь.
Горожане, измученные тиранией, теперь словно ожили. Их глаза горели праведным гневом, а сердца наполнялись надеждой. Несколько женщин не могли сдержать слёз, их плечи содрогались от рыданий, когда они благодарили судьбу за наше с парнями появление.
Я стоял перед ними, чувствуя, как внутри разгорается огненный костёр решимости. Поклялся себе, что переверну этот город вверх дном, но наведу здесь порядок! На ключевые посты будут поставлены только те, кто по-настоящему предан закону и готов защищать его ценой собственной жизни.
Пока говорил с людьми, Киарс находился рядом, перелистывая страницы тетради, найденной в кабинете бывшего главы.
— Вот здесь, — его голос прогремел над толпой, заставляя всех замереть, — вся информация о девушках, что пропали в вашем городе, — он поднял тетрадь над головой. — Некоторых продавали собственные родители, других же похищали обманным путём.
Толпа зашумела, перешёптывания перерастали в возмущённые возгласы.
— Если хотите изменить жизнь к лучшему — помогите найти виновных и наказать их по закону! — произнёс я.
Руки начали подниматься одна за другой. Мужчины и женщины, молодые и старые — все были готовы встать на защиту правды.
И тут вперёд вышла невысокая женщина. Её губы дрожали, а в глазах стояли слёзы.
— Скажите, моя дочь… Оливия Мивинор… Она пропала год назад. Есть ли… её имя в этом списке?
Время словно остановилось. Все замерли, затаив дыхание. Киарс медленно перелистывал страницы, и каждая секунда тянулась, словно вечность.
Если честно, я так хотел, чтобы имени этой девушки в списке не оказалось, ведь тогда будет шанс, пусть и небольшой, что она не попала в лапы главы и командующего.
Но нет…
Кир остановился. Его взгляд встретился с моим, а затем и с взглядом несчастной матери, которой всё стало ясно без слов.
— Нет! — она зажала рот руками, пытаясь сдержать рвущиеся наружу рыдания. — Моя девочка… Что с ней?
Колени женщины подогнулись, но рядом оказавшийся мужчина успел поддержать её.
Я был бы рад утешить несчастную, сказать, что мы найдём её дочь и всё с ней будет хорошо, но не имел никакого права давать ложную надежду.
— Мы нашли эту тетрадь незадолго до вашего прихода, — произнёс я, поворачиваясь к Киру. — Ты изучил всё?
— Да, — кивнул алый дракон. — Мэнрук Пириос, Тавиор Алари, Ириан Дорэйн и Гитан Орисун. Кто они?
— Все названные — влиятельные люди в городе, — ответил один из жителей, по глазам которого было видно — он всё понял.
— Именно они чаще других фигурировали в записях как покупатели, — произнёс Кир.
Тишина взорвалась криками. Толпа пришла в движение, готовая свершить правосудие. Гнев и ярость читались в каждом их взгляде, в каждом жесте.
— Сжечь их!
— Поймать и предать огню!
— На костёр этих тварей!
Люди рассвирепели. Было видно, что они прямо сейчас готовы воплотить задуманное наказание в жизнь.
— Каждому из них воздастся по заслугам! — вскинул я руку, после чего горожане замолчали. — Но для начала нужно их отыскать, как и тех, кто самолично продал своих дочерей в лапы этим монстрам.
— Мы поможем!
— Обязательно поможем!
— Отдайте приказ, принц! Скажите нам, что нужно делать!
— Город покинуть они не смогут. За ворота отвечает один из моих главнокомандующих. Никто не улизнёт, даю слово! — кивнул я, слыша гул одобрения. — Прошу часть из вас заняться подготовкой к публичной казни на главной площади. Те же, кто готов помочь Киарсу в поимке преступников, выйдите вперёд!
Я не ожидал, что больше половины жителей, которых было здесь около пяти сотен, захотят принять участие в поимке.
В глазах людей я видел отчётливый вопрос, который никто, кроме всхлипывающей женщины, что назвала имя своей дочери, так и не посмел задать — живы ли пропавшие девушки? Они понимали, я не смогу дать им ответа.
— Ты отправляйся с ними, — посмотрел я на друга. — Распредели их по группам. Пусть идут к домам. Тетрадь возьми с собой, ведь помимо четверых, названных тобой, есть ещё те, кто продавал и так же покупал девушек.
— Хорошо, — кивнул Кир.
— А я пока побеседую с главой города и его прихвостнем. Уверен, их признания будут весьма занимательны.
Пока горожане обсуждали предстоящие действия, Киарс тихо произнёс:
— Пойду проверю Алану.
Его слова вызвали шквал недобрых эмоций в груди. Шайн недовольно зарычал, не скрывая угрозы.
— Кстати, — шепнул мне алый дракон, ведь я направился следом за ним, всем нутром желая помешать ему подойти к огненноволосой, — девчонка, что вы с лисицей спасли…
— М? — посмотрел в глаза друга, в котором, будь я проклят, впервые в жизни увидел соперника.
— Её мать продала, — хмыкнул он, шагая по коридору.
— Ты уверен?
— Да, я запомнил её имя и фамилию, когда она Алане представлялась, — с губ Киарса слетел тяжкий вздох. — И как таких только земля носит?
— Алана… — услышали мы женский голос, что мгновенно заставил напрячься. — Тебе плохо? Проснись, Алана!
Не сговариваясь, мы рванули вперёд.
Киарс мчался, словно ошпаренный, тем самым несказанно нервируя как меня, так и Шайна.
— Что такое? — набросился он с расспросами на Лираэль, что при виде нас взволнованно отступила в сторону.
— Я не знаю… она… стонет… — пролепетала девушка.
С колотящимся сердцем в груди я посмотрел на спящую в кресле Алану: её щеки разрумянились, а губы были слегка распахнуты, заставляя кровь бежать по венам быстрее.
— Алана… — Кир встревоженно присел рядом с ней.
Небеса… Только им было известно, насколько сильно хотелось отшвырнуть друга от огненноволосой. Я не желал, чтобы он находился рядом с ней так близко! Чтобы прикасался…
— Алана, красавица моя!
Чтобы называл красавицей!
Шайн ревел под кожей, а я всё не мог отвести взгляда от этих распахнутых и таких манящих губ.
Новая волна безумия накрыла меня. В этот момент существовала только она — её трепещущие ресницы, манящие губы, алое пламя волос… и Киарс, осмелившийся касаться той, что стала моим наваждением.
— Я не виновен! — визжал глава города, корчась под моим тяжёлым взглядом. Его голос дрожал, срываясь на истеричные нотки, пока я медленно приближался, словно хищник к загнанной добыче. — Не виновен!
Приглушённое, леденящее душу рычание сорвалось с моих губ, а в глазах отразился разъярённый Шайн, которому на самом деле было глубоко плевать на этот блеющий кусок дерьма. Мой ящер бесился из-за Аланы. Его буквально выворачивали эмоции наизнанку. Он видел, как Кир прикасался к огненноволосой, видел, какими глазами командующий на неё смотрел, и это сводило чёрного дракон с ума. Он бесновался под кожей, утягивая меня за собой и заставляя чувствовать то, что я не хотел. То, что старался избегать все свои годы.
Не собирался ни с кем заводить серьёзные отношения. Я не мог позволить себе такую роскошь. Ведь та, что станет мне парой, будет находиться под угрозой, а я — в вечном страхе за её здоровье и жизнь в целом.
Я — принц, а это значит, что моё дитя может с лёгкостью претендовать на трон. За себя не волновался, потому что знал, навредить мне очень сложно, но вот та, кто проникнет в моё сердце и наша с ней кроха…
Это очень тяжело. Женщины слабые, хрупкие создания, а дети — тем более. Находиться рядом с ними постоянно я не смогу, как и не справлюсь с горем, если с ними хоть что-то случится.
Имелось два пути, каждый из которых вёл к пропасти: первый — устроить переворот и встать во главе империи, чтобы вся власть находилась в моих руках. Да, императрицу погубить гораздо сложнее, чем обычного человека, но и полной безопасности это не гарантировало. Второй — отказаться от титула принца, чтобы была возможность жить спокойно, но даже в этом случае факт императорской крови в моих венах и венах моего наследника никуда не денется. С титулом или без — я, как и мой сын, имеем права встать во главе всего народа.
Куда не шагни, какую дорогу не выбери — везде наблюдалась опасность. Я привык рисковать своей жизнью, привык смотреть смерти в глаза, но не мог допустить, чтобы она устремила свой взор на тех, кто станет частью меня. Именно поэтому поклялся себе, что никогда и ни с кем не свяжу свою судьбу.
Моя матушка погибла, когда мне едва исполнилось два года. Отравили. Виновника потом нашли, конечно же, но маму было уже не вернуть.
Убийцей оказалась дочь советника, что метила на её место. Как потом рассказывал отец, она долго дружила с моей мамой. Втёрлась к ней в доверие, а после взяла и оборвала её жизнь. Вот только ускользнуть от ответственности ей не удалось.
Тварь поймали, когда она обратилась к лекарю, так как на подушечках её пальцев появились ожоги. Стоило ему увидеть раны, как он тут же понял источник их происхождения.
Дочь советника спланировала убийство, но не продумала всё до конца. Ядовитый порошок попал на её кожу, оставив отметины.
Корпус королевских стражей незамедлительно ухватился за эту ниточку.
Стоило немного припугнуть гадину, бросив её в темницу, как она, утопая в собственных слезах, поведала обо всём. О том, что тоже достойна сесть на трон. О том, что именно её сначала хотели выдать замуж за императора. О том, что она все эти годы любила моего отца…
А сколько было покушений на моего старшего брата, который в итоге всё же покинул этот мир в столь молодом возрасте… Не сосчитать. Вокруг него всегда было много стражей, принимающих удары на себя. Каждую трапезу проверяли на яды, одежду просматривали, покои обыскивали в поисках змей и других смертоносных тварей.
Я очистил весь императорский двор, перед тем, как уехать. Нашёл и наказал виновных, не щадя никого. Столько лет брат жил спокойно. Все эти годы мы переписывались с ним. Он никогда не скрывал от меня ничего. Всегда говорил правду, как есть. Моя душа была спокойна, ведь попытки лишить его жизни прекратились. Вот только… смерть всё равно пришла к нему.
Императорский лекарь… Именно он первым отправил мне послание, что брат умер. В нём старик всё подробно описал, что смерть его была естественной. Сердце. Подвело именно оно. И пусть я верил ему, так как знал этого старца с самого детства, но душа всё равно не давала покоя. Поэтому, перед тем, как отправиться во дворец, я послал туда тех, кому безоговорочно доверял. Они проникли в город под видом простых торговцев, а после и в сам дворец. Парни обязательно узнают правду. Если бы я изъявил желание остаться, расспрашивая о смерти брата, то вызвал бы подозрения, а так мой отъезд и видимое смирение с утратой родного человека ослабят бдительность тех, кто это сделал.
В крови клокотала ярость.
Подошёл к главе города, что от моего приближения вжал голову в плечи. Резкий рывок, и я схватил его за шиворот, грубо встряхивая.
— Говори, — прошипел угрожающе, выпуская часть своей энергетики на свободу. Чувствовал, какими глазами на меня смотрит командующий стражей, что забился в угол, и все остальные, кто присутствовал здесь. — Знахарка поймана. Её сынок, — я стрельнул взглядом в сторону поскуливающего лохматого мужика, которого мы с парнями притащили с собой из леса, — как видишь, тоже.
Скулёж стал доноситься со всех сторон, а страх и паника тех, кого мы здесь заперли, заполнил собой всю округу, просачиваясь сквозь щели и выходя за пределы дома. Ублюдки тряслись от ужаса, стуча зубами, но меня это не трогало.
— Никто из вас не выживет, — мой тихий шёпот коснулся их ушей, словно приговор. — Эти сутки станут для вас последними.
— Молю… — захлебывался глава города. — Пощадите, принц… — он хватался за меня, будто это могло помочь ему хоть чем-то.
— Хочу, чтобы присутствовало понимание, — продолжил я, ощущая себя беспощадной рукой смерти, что безжалостно тянулась к ним. — За то, что вы сделали, каждый из вас сгорит заживо на глазах у народа! Но я могу дать шанс избежать этой адской боли…
Всхлипы и подвывания затихли, пленённые обратились в слух.
Бывший глава города вскинул на меня переполненный эмоциями взгляд, в его глазах читалась надежда на спасение.
«Неужели этот идиот действительно допустил мысль, что я позволю ему жить после всего того, что он натворил?»
— Тот, кто из вас расскажет мне действительно стоящие сведения, умрёт быстро. Вы не будете мучиться. Ну, — я обвёл пронзительным взглядом ублюдков, что едва дышали от моих слов, — даю ровно десять минут. Кто будет первым?..
Не могла спокойно дышать, чувствуя, как Дамиан смотрит на меня. Его взгляд обжигал кожу, проникая в неё и касаясь сердца, что так учащённо колотилось в груди.
Этот мужчина… Он волновал меня: сильно, до головокружения, и я ничего не могла с собой поделать. От его внимания становилось жарко и до одури волнительно. Я терялась в реальности, против своей воли отстраняясь от происходящего вокруг. Был только он, его слегка нахмуренные брови и прищуренные, пышущие раздражением глаза.
Дамиан злился? Определённо! Готова была дать голову на отсечение, что принц западных земель негодует, но… почему?
— Красавица моя? — голос главнокомандующего, что сидел передо мной, заставил моргнуть, прогоняя наваждение, навеянное взглядом Дамиана. — С тобой всё хорошо? Напугала меня!
— А? — я была будто не в себе, словно в каком-то бреду. — Да, я… — всего на секунду посмотрела на Киарса, а потом, когда вернула взгляд к дверному проёму… принца западных земель уже не было. Он ушёл, оставив после себя лишь привкус горечи на языке.
Ощущая руку рыжика на своём плече, я осторожно коснулась её и отстранила от себя.
Прикосновений этого дракона хотелось избегать. Нет, Киарс не был мне противен: заботливый, надёжный мужчина, не то что та блеющая тряпка, с которой я прожила в законном браке чуть меньше года. Но всё дело в том, что его внимание было мне не нужно. Почему? Даже мысленно не хотела отвечать на этот вопрос.
«Откуда? — билась паническая мысль в голове. — Откуда взялась эта тяга к Дамиану?»
Его голос, запах кожи, очертания фигуры, походка, манера говорить и двигаться — всё это цепляло меня настолько сильно, что я не могла противиться влечению к этому мужчине.
— Всё хорошо, — с трудом собрав свой растёкшийся рассудок в кучу, я поднялась на ноги, отступая на шаг от главнокомандующего.
— Мне сейчас нужно уйти, — произнёс он, бросив странный взгляд в сторону Лираэль, — но перед этим я хотел бы сказать тебе кое-что. Давай отойдём.
От его слов я занервничала, не желая оставаться с ним наедине. Всё внутри противилось этому.
— Идём, — он взял меня за руку, утягивая в сторону выхода.
Невыносимо сильно хотелось вырвать свою конечность из его ладони, но я не успела. Алый дракон сам отпустил меня, стоило выйти в коридор.
— Послушай, что скажу… — начал он.
Столько всего случилось после того, как я получила развод. Не думала, что судьба закинет меня в беспощадный водоворот суровой реальности, сносящей с ног разнообразными эмоциями. Я настолько сильно переживала из-за происходящего в этом городе, что моя семья, предавшая меня, напрочь вылетела из головы. Вот только вспомнились родители и братья сразу же, стоило только Киарсу начать говорить то, что не удалось воспринять спокойно.
Мать Лираэль… Выяснилось, что именно она продала свою дочь, осознанно отправив её в лапы к знахарке. Лира для неё была такой же, как я для своей семьи — скотом, который вырастили, а потом без зазрения совести отправили на убой.
Ярость бежала по венам. Рассудок, что был охвачен дымкой, навеянной принцем западных земель, очистился.
Как же мне хотелось отыскать эту тварь, что продала родного ребёнка, а потом самолично отвесить ей смачную пощечину. Такую, чтобы её зубы громко клацнули, а она сама рухнула на пол! Такую, чтобы после удара осталась синева отпечатка моей ладони на физиономии этой гадины! Такую, чтобы она поняла, какой бездушной тварью является!
— Я, собственно, — прочистил горло Киарс, — поэтому тебя и позвал. Поговори с ней, пожалуйста. Понимаю, — вздохнул главнокомандующий, встречаясь со мной взглядом, затянутым эмоциями, — нехорошо так с моей стороны поступать. Я сваливаю на тебя столь нелёгкое дело…
— Я поговорю, — кивнула, чувствуя, как эмоции клокочут в груди.
Не представляла, как Лираэль отреагирует. Предательство родных… это очень больно! Некоторые после него не могут оправиться уже никогда!
Печально улыбнувшись мне, Киарс развернулся и зашагал в сторону главного выхода.
На душе скребли кошки, а все слова разом вылетели из головы.
«Я должна… — настраивала себя. — Должна сказать ей правду!»
Шаг… Ещё шаг…
Неспешно вошла в гостиную, улавливая на себе внимание сереброволосой девушки, что скромно сидела на кресле, но при моём появлении резко поднялась.
— Ну как ты? — спросила я у неё, подходя ближе.
— Благодаря вам, — грустно улыбнулась она, — всё хорошо.
«Давай, — подталкивала я себя. — Не молчи!»
— Знаешь, — я тяжко вздохнула, — а ведь мы с тобой похожи.
Лира посмотрела с вопросом в глазах.
— Эти драконы тоже спасли меня от страшной участи, — понимая, что нащупала нужную нить разговора, я продолжила. — Если бы не они… — в воспоминаниях всплыли моменты, как я усиленно пыталась вырваться из того ада, в котором находилась всю свою жизнь, — меня лишили бы всей магической энергии…
— Ч-что?! — с заиканием ахнула Лираэль, замирая от услышанного.
— Меня выдали замуж за сына чиновника, — я отвела взгляд в сторону, вспоминая чёрные моменты своей жизни. — Изначально не хотела идти за этого мужчину, но решила не спорить с родными.
Лираэль тихонечко сидела, не перебивая.
— Время шло, а забеременеть у меня не получалось. Когда год нашего брака почти истёк, свекровь предложила мне отдать свою энергию её сыну, а взамен она пообещала, что не станет позорить мою семью и даже купит новый дом, в который мы сможем переехать.
— Ты… — голос серебровласой дрогнул. — Ты же не… согласилась?
— Согласилась, — горько усмехнулась я, продолжая смотреть в одну точку. — И пришла сказать ей об этом, но попала в очень неподходящий для свекрови момент. Оказывается, она и её сын поили меня противозачаточным настоем. Забрать мою энергию они планировали с самого начала. Вместе… с моей семьёй. Они знали, что я не брошу их в грязную лужу позора. Знали, что соглашусь, жертвуя собой ради их благополучия. Знали, что меня ждёт и как сильно я буду мучиться, но это их не остановило…
— Алана… — хрупкая ладошка Лираэль накрыла мою, выдергивая из липких воспоминаний, к которым я никогда больше не хотела возвращаться.
— Всё хорошо, — посмотрела я на неё. — Когда родные предают, это очень больно, но мне удалось справиться с этим. Я не сломалась, а наоборот стала только сильнее.
В глазах серебровласой появилась искра понимания, от которой моё сердце замерло.
— Я… — Лира замолчала на несколько секунд, делая шумный вдох, — не просто так оказалась в лапах знахарки, да?
Хотела ответить, но язык будто к нёбу прилип. Мне оставалось только смотреть на неё с сочувствием и мысленно обещать поддержку.
— Это… она? Она толкнула меня в этот ад? Ма-ма?..
Мои слова о быстрой смерти повисли в воздухе тяжёлым свинцовым облаком. Подвал погрузился в мёртвую тишину, которую, казалось, можно было потрогать руками. Я знал этот страх, читал его в каждом расширенном от ужаса зрачке, в каждой судорожно вздымающейся груди пленников. Надежда — последнее, что умирает в человеке, и сейчас она отчаянно билась в их сердцах, словно пойманная птица.
Медленно обведя взглядом притихшую толпу, я позволил тишине затянуться, наслаждаясь их мучениями.
— Что ж, — произнёс я, растягивая каждое слово, — раз никто не желает говорить, настаивать не стану. Завтра на рассвете вас ждёт публичная казнь. Площадь уже готовится принять это зрелище.
В глазах пленников отразился первобытный ужас. Они тряслись, как листья на ветру, их губы дрожали, а из глаз текли бессильные слёзы.
— Я давал вам шанс, — хмыкнул я, наслаждаясь их страданиями. — Но вы им не воспользовались. Кстати… — поднял указательный палец, — чиновники из той занимательной тетради, что мы нашли, тоже разделят вашу участь.
Бывший глава города побледнел настолько, что его лицо стало почти прозрачным. Он схватился за сердце, его рот открывался и закрывался, словно у выброшенной на берег рыбы.
— А вместе с ними и все остальные, кто в ней указан — продавцы и покупатели, — добавил я, позволяя голосу сорваться на приглушённый рык. — Многие пройдут через посмертное очищение пламенем. Некоторым из вас придётся смотреть, как корчатся в муках ваши соучастники в этом непростительном преступлении, ведь сжечь всех разом не получится.
Паника охватила пленников. Они бились в истерике, их крики слились в единый вой отчаяния.
— Понимаю, — усмехнулся я, — перед смертью не надышишься. Тогда не буду больше тревожить вас своим присутствием. Лучше поговорю с теми, кого поймал мой главнокомандующий. Думаю, Мэнрук Пириос или Тавиор Алари окажутся куда разумнее.
Развернувшись, я направился к выходу, слыша за спиной жалобный скулёж, переходящий в вопли. Я был уверен — кто-то не выдержит. И не ошибся.
— Я скажу! — раздался отчаянный крик командующего стражей. Он бросился за мной, словно тонущий за спасательным кругом. — Это всё глава!
— Заткнись, идиот! — зашипел бывший градоначальник.
— Сам заткнись! — взвыл командующий. — Это ты во всём виноват! Из-за тебя мы здесь, на краю могилы!
— Он уже два года покупает и продаёт девушек! — выкрикнул дрожащим голосом страж.
— Я всё расскажу! — вопил бывший глава, падая на колени и подползая ко мне.
— В двухстах метрах к северу от дома знахарки есть кладбище! — выпалил один из стражников.
Эти слова заставили меня застыть, а потом медленно повернуть голову в его сторону.
— Там девушки, — продолжил он, — те… что стали ненужными.
Шайн заворочался под кожей, требуя испепелить всех здесь и сейчас. Но я не мог поддаться этому порыву. Нужна показательная казнь. Жестокая, публичная — чтобы ни у кого больше не возникло мысли наживаться на чужом горе.
Я смотрел на стража, рассказавшего о последнем приюте несчастных девушек, слушая крики остальных, что сыпали признаниями, от которых волосы вставали дыбом.
За годы сражений я видел много ужасов и далеко не раз купался в крови врагов, но то, что творили эти нелюди, превосходило все мыслимые пределы жестокости. Это было куда страшнее любого побоища.
Эти девушки были мне чужими, но их страдания, словно острые когти, впивались в моё сердце.
Слушая признания блеющих монстров, я чувствовал, как кровь стынет в жилах, а ярость закипает в груди раскалённым свинцом.
Оказалось, что похищенных и проданных прятали в домах знатных господ, в специально оборудованных комнатах, больше похожих на клетки. Их держали на цепи, как диких зверей, постоянно опаивая одурманивающими зельями, чтобы заглушить крики отчаяния. Когда красота угасала в их глазах, когда молодость уступала место измождению, эти твари просто находили новых жертв. А старых… старых отправляли туда, где уже не было боли — на кладбище, ставшее их последним приютом.
Каждое слово, каждый новый факт, словно раскалённое железо, прожигали мою душу. Ярость клокотала внутри, грозя разорвать меня на части.
«Твари! Бездушные, проклятые твари! Вы заплатите за каждый вздох этих несчастных, за каждую пролитую слезу!» — мысли били молотом в висках.
Резко выдохнув, я сделал шаг к стражнику, который указал путь к кладбищу, и одним точным движением сломал ему шею.
Хруст позвонков эхом отразился от стен подвала, заставив пленников замереть в оцепенении. Их глаза расширились от ужаса, а тела сковал парализующий страх.
Но шок длился лишь мгновение.
— Почему… он?! — заскулил бывший глава города, его подбородок дрожал, как у побитой собаки. — Я же… я рассказал всё! — дыхание ублюдка участилось, а глаза не отрывались от неподвижного тела стражника.
— Его информация оказалась ценнее, — мои губы искривились в ледяной улыбке, а в глазах заплясали огненные искры. — Я, как обещал, дал ему шанс уйти легко. Привык всегда держать своё слово, знаешь ли.
Мой голос, холодный и стальной, словно клинок, вонзался в их души. Пленники жались друг к другу, их тела сотрясала крупная дрожь.
— Дышите, — произнёс я, позволяя Шайну проступить в моём взгляде, — пока ещё можете. Скоро это столь простое действие будет вам уже не доступно!
Этот день… казалось, он не закончится никогда.
Я намеренно избегал Алану, пусть Шайн и настаивал на обратном. Лишь периодически наблюдал за ней издалека. Она вместе с заплаканной Лираэль кружила возле девушек, которых привёз Киарс и те, кто отправлялся вместе с ним.
Бледные, измождённые, местами в синяках, ссадинах и следах от цепей или верёвок. Их было семеро. Семь искалеченных душ, состояние которых оставляло желать лучшего. Они всхлипывали и дрожали, прижимаясь друг к другу.
Как можно… Как можно было сотворить с ними такое? Градоначальник и все его псы психически не здоровы, ведь человек со здравым рассудком никогда бы не пошёл на такое.
Тихонько наблюдая за тем, как Алана хлопочет вокруг пострадавших, как помогает им успокоиться и расслабиться при помощи иглоукалывания, как поправляет на них покрывала и кормит с ложечки, понимал, что она невероятная. Я не знал всей её истории, только то, что энергию огненноволосой хотела забрать собственная семья, но, несмотря на предательство родных, Алана смогла найти в себе силы, чтобы идти дальше. Она не сломалась, наоборот стала сильнее. Я восхищался ей. Хрупкая, но несгибаемая, добрая и сострадательная, с непоколебимым чувством справедливости — Алана была готова сражаться за добро, противостоять злу, даже если придётся заплатить за это собственной жизнью. В этом мы с ней так похожи.
Поместье бывшего градоначальника было переполнено людьми. Служанки едва успевали выполнять просьбы Аланы и Лираэль, которые пытались помочь не только жертвам столь ужасающего преступления, но и их родным, украдкой вытирающим слёзы. Они как могли поддерживали своих дочерей и искренне благодарили тех, кто вернул им их.
Глядя на бледных, измученных девушек, я понимал, что после всего случившегося с ними им лучше не оставаться в этом городе. Сейчас их жалели, но пройдёт время — и они могут столкнуться с презрением, стать объектом сплетен и пересудов. Увы, но жестокость людской натуры не знает границ. Поэтому я отослал сокола к знакомому монаху на гору Лиавань. Там, объятый природой, раскинулся небольшой городишко, в Светлые духом и возносящие молитвы помогут им очистить сознание от боли, тревог и терзающих душу воспоминаний.
Приняв это решение, мне стало чуточку легче.
Всех, кто был в той чёртовой тетрадке, поймали и бросили в подвал к остальным. Пять крупных чиновников и несколько их доверенных лиц. За всё это время они погубили восемнадцать девушек. В живых осталось только семеро. Тех, кого продали родные, а их насчитывалось трое, уже не увидят этот мир, как и не увидят наказания их родителей, что сейчас рыдали в подвале, ожидая казни.
Только одну виновницу, толкнувшую своего ребёнка в лапы монстров, поймать не удалось — мать Лираэль. Она узнала о том, что поднялся шум из-за похищений и попыталась сбежать. Вот только у неё не вышло. Судьба наказала бездушную тварь. Женщина споткнулась и угодила на вилы, выпуская душу из тела.
— Нам пора, — за спиной появился Кир, стараясь не привлекать к себе внимание, ведь в гостиной находились дремавшие спасённые девушки и их родители, что тихонько сидели рядом, держа своих дочерей за руку или поглаживая по голове.
Кивнув, я тихо направился за главнокомандующим, понимая, что впереди ждёт нелёгкое дело — поиски кладбища.
Стоило выйти на крыльцо, как передо мной предстала толпа людей, среди которых наблюдалось немало рыдающих женщин и мужчин.
— Изверги! — обливалась слезами одна из дам. — Какие же они изверги! Моё дитя… за что?!
Она упала на колени и замотала головой, принимая поддержку народа.
— Принц… — с трясущимися руками ко мне шагнула другая женщина, голос которой дрожал. — Это правда? Правда, что наших детей…
Договорить она не смогла. Покачнувшись, начала падать, теряя сознание от переизбытка эмоций, но её успели поймать, не позволяя рухнуть на землю.
Невыносимо тяжело было наблюдать за страданиями народа. За тем, как мужчины и женщины утопают в горе, что пришло от рук своих же.
— Все виновные схвачены, — произнёс я, едва держась. — Те, кто покупал и продавал. Завтра на рассвете над ними свершится казнь. Девушки найдены, но… — сердце больно сжималось, — не все. Лишь те, — как же сложно давалось каждое слово, — что остались в живых.
Народ замер от услышанного, а затем по толпе прокатился душераздирающий плач. Ещё и ещё. Слова проклятия, смешанные с рыданиями, наполнили собой пространство. Тяжело… Даже мне было тяжело, что уж говорить про тех, кто потерял своих детей.
— Нам указали место, — чувствовал себя в эти секунды беспомощным, ведь я не мог облегчить страдания убитых горем людей, — где закопаны девушки. Именно сейчас мы туда и направляемся.
— Отдайте! — закричал мужчина из толпы. — Отдайте нам этих чудовищ!
— Позвольте нам расправиться с ними! — поддержали его.
— Если вы хотите забрать у них жизнь, как они забрали у ваших дочерей, — произнёс я, набирая полную грудь воздуха, — не стану препятствовать этому. Но, подумайте сами, разве ваши дети хотели бы, чтобы на руках их родителей была чья-то кровь? Позвольте мне наказать их за вас. Не берите грех на душу. Ваши дети наблюдают за вами с небес. Не стоит их расстраивать. Я стану вашим клинком возмездия. Они ответят за то, что совершили!
— Вот, покушай ещё, — Киарс пододвинул ко мне корзинку с аппетитно пахнущими булочками.
— Спасибо, — благодарно улыбнулась ему, испытывая не знающую границ неловкость, — но я уже сыта.
Этот день выдался несказанно тяжёлым. Привезённые девушки, вырванные из извращённых лап верхушки города, их разбитое душевное состояние и состояние их родных, что места себе найти не могли, страдая от вида своих измождённых, измученных дочерей. Мольбы о пощаде и стоны виновников, что доносились из подвала, не вызывали жалости. Наоборот, хотелось спуститься к ним и самолично перерезать их глотки! Какое право они имели просить шанс на жизнь, после всего того, что сделали?! После всей той боли, которую причинили беззащитным, хрупким девушкам?! Сожжение заживо — это недостаточное наказание за все их злодеяния, которые они совершали по собственной воле!
Душераздирающие подвывания и плач людей, доносящиеся с улицы, стихли уже несколько часов назад. Горожане оплакивали тех, кого постигла столь страшная участь. В городе почти был наведен порядок, завтра оставался последний решающий шаг — воздать по заслугам бездушным тварям и назначить достойных людей на посты управленцев.
Имущество, что имелось у прогнивших разумом и душой, Дамиан решил отдать семьям, которые пострадали в этом ужасе. Девушки со своими родными, что завтра покинут город, смогут спокойно обустроиться на новом месте и приобрести себе дома, не беспокоясь о заработке и пропитании.
— А ты чего не ешь? — Киарс посмотрел на принца западных земель, что будто специально сел напротив меня.
— Спасибо, — голос Дамиана заставлял моё сердце биться чаще, — я тоже сыт.
Я так устала от произошедшего, как морально, так и физически, а его прожигающее внимание медленно добивало меня, требуя посмотреть в ответ. И мне хотелось. Так хотелось, что словами не передать. Я весь день его не видела. С заботами о девушках смогла отстраниться от того сна, что заставлял кровь закипать в венах, но стоило только ощутить присутствие черного дракона, как я моментально потеряла способность говорить и мыслить здраво, погружаясь с головой в эмоции, которые вызывал у меня этот мужчина.
Я желала его. Да, именно желала: впервые в жизни, сильно, до умопомрачения. Душой и телом. Для меня Дамиан был словно запретный плод, который манил, обещая несказанное удовольствие. Так хотелось поддаться его губительному зову. Окунуться в океан страстей, ощутить сладость этих чувственных губ, и как бы не старалась заглушить в себе не дающее покоя желание, мне не удавалось его пересилить.
— Ты наелась? — я посмотрела на Лираэль, что устало кивнула мне в ответ. — Давай прогуляемся по саду?
— О, отлично! — Киарс поднялся следом за нами. — Я составлю вам компанию!
— Ты угомонишься, нет?! — рыкнул на него Сайдер, что совсем недавно вернулся от городских ворот, ведь все причастные были пойманы, и город больше никто покидать не спешил.
— Без тебя так спокойно было! — фыркнул главнокомандующий.
— Я вижу! — той же интонацией ответил ему блондин. — Совсем без меня расслабился!
От дружеской перепалки двух главнокомандующих на губах у Лираэль появился намёк на улыбку, и это было добрым знаком, ведь её предала мать, которая, как оказалось, была с ней не в самых хороших отношениях.
Как рассказала мне Лира сегодня днём, мать винила её в смерти мужа. Когда Лираэль была маленькой, сильно заболела. Отцу приходилось много работать, перевозя товары из одного города в другой, и именно в одну из таких перевозок на него напали бандиты, лишая не только груза, но и жизни.
После известий о гибели супруга мать Лираэль будто сошла с ума. Она кричала и рыдала, проклиная свою дочь, которая, как выяснилось позже, оказалась ей не родной. Настоящая мама Лиры погибла при родах. Её отец боялся, что не справится один с воспитанием дочери, поэтому решил ответить взаимностью той, что прохода ему на давала даже при живой супруге.
Об этом Лираэль узнала, выслушивая очередной припадок мачехи, но даже несмотря на холодное отношение, сереброволосая не держала на неё зла. Относилась по-доброму и называла мамой, которая впоследствии без зазрений совести продала её, обрекая на столь страшные муки.
Да, Лира плакала, узнав об этом, ей было больно, но у меня присутствовала уверенность, что она справится. Сможет жить дальше, не тронувшись рассудком. Рану в душе залечить получится нескоро, да ещё и не факт, что получится вообще, но, несмотря на это, Лираэль обойдёт стороной сломленность. Эта девушка станет сильнее.
— Там уже прохладно, — обратился ко мне Киарс, — вот, он снял с себя куртку, тем самым поразив меня до глубины души, — надень мою. Не хочу, чтобы ты замёрзла.
Взгляд Дамиана… Я чувствовала его кожей: колючий, недовольный, жалящий.
— Спасибо, — улыбнулась я, не собираясь принимать одежду главнокомандующего, — но не нужно.
— Да ладно тебе, — он шагнул ко мне ближе, набросив на мои плечи свою куртку.
Я замерла, не зная, как быть. Чувствовала себя виноватой.
«Поговорить… — билась мысль в голове. — Мне нужно срочно с ним поговорить! Сказать, что я не вижу в нём своего избранника! Так будет честно! Я не имею права пользоваться его заботой и добротой, потому что между нами никогда и ничего не будет!»
— Мы можем, — я посмотрела на Лиру, решаясь на отважный шаг, — прогуляться с тобой чуточку позже?
Девушка кивнула, глядя на меня с вопросом во взгляде.
— Главнокомандующий, — обратила я своё внимание на рыжика.
— Красавица моя, — улыбнулся мне мужчина.
— Я могу с вами поговорить?
— Позже поговорите! — донеслось хлёсткое со стороны принца западных земель.
Не рискнула повернуться к нему. И так нутром чувствовала, что он зол.
— Идём, Кир! — произнёс Дамиан. — У меня есть к тебе разговор!
— А он не может подождать? — поморщился алый дракон.
— Не может! Иначе я не стал бы тебя звать!..
Невыносимо было наблюдать за тем, как Киарс окружает Алану вниманием. Эта картина раздирала меня изнутри, пробуждая такой яростный гнев, что он, казалось, готов был выплеснуться через край.
Шайн бесновался под кожей, изнывая от ревности, а я всё глубже погружался в пучину разрушительных чувств. Они затягивали меня, словно трясина, и я не знал, как выбраться из этого омута.
Терпел. Сжимал зубы, понимая, что нужно уйти из гостиной, чтобы не видеть данную сцену. Но вместо этого продолжал сидеть, прикованный взглядом к Алане и её улыбке, предназначенной не мне.
«Кир, почему она? Почему ты выбрал именно её?!» — кричал я про себя, сжимая кулаки до боли.
Напряжение сковывало каждую мышцу моего тела. В этот момент я был подобен тетиве лука, натянутой до предела и готовой лопнуть от бури, бушующей в моей груди. Когда Киарс накинул свою куртку на её плечи… я понял, что больше так продолжаться не может.
Впервые в жизни был готов признать собственное бессилие. Просто невыносимо! Во мне происходило что-то необъяснимое, и я должен был разобраться в этом.
Всегда был реалистом и не мог поверить, что такое сильное влечение к девушке могло возникнуть так внезапно. Это казалось невозможным! Я не планировал впускать кого-то в своё сердце — слишком опасно. Да и найти достойную спутницу непросто. Ту, что была бы великодушной и добродетельной, искренне заботилась о простых людях, не таила злых помыслов, не смотрела свысока. Ту, что понимала бы меня и не плела интриг за спиной. Ту, что была бы рядом, любила и поддерживала, создавая тот мир, где я мог бы отдохнуть душой и телом, забывая о тяжести своей ноши.
Перечисляя эти качества, я осознал — такая женщина существует. Она стояла передо мной и… терзала моё сердце своим присутствием.
Что-то внутри меня лопнуло — то ли выдержка, то ли что-то другое. Я позвал Киарса на разговор.
Теперь же стоял на широком крыльце, ведущем в сад. Луна заливала землю серебристым светом, окутывая природу дремотным сиянием. Сложив руки за спиной, я собирался с мыслями, чувствуя затылком взгляд главнокомандующего, который даже не подозревал о теме предстоящего разговора.
— Скажи, — мой приглушённый голос растворился в вечернем воздухе, — когда видишь её… что ты чувствуешь?
Не нужно было смотреть на алого дракона, чтобы понять — он озадачен моим вопросом.
— Ты про Алану, верно?
Не оборачиваясь, я кивнул, чувствуя, как эмоции сдавливают грудь.
— Вы с Сайдером всё переживаете за меня, — усмехнулся Киарс. — Эта девушка мне действительно нравится. И я намерен добиться её расположения!
Каждое слово главнокомандующего причиняло мучительную боль. Зубы сжались до ломоты в челюстях, а взгляд застыл на аккуратно подстриженном кустарнике, очертания которого напоминали свернувшуюся кольцами змею. Змею, чьи ядовитые клыки уже вонзились в моё сердце.
— Ладно Сайдер, — продолжил Кир, — он вечно во всём видит подвох, но ты-то куда? Неужели ещё не понял, что эта девушка прекрасна не только снаружи, но и душой?
— И всё же, — медленно обернулся я, встречаясь взглядом с другом, — что ты чувствуешь, когда видишь её?
— Радость, — улыбнулся он. — Тёплое, разливающееся в груди чувство. Желание коснуться её нежной ладошки…
— А твой дракон? — перебил я, замечая замешательство в глазах Киарса. — Как к ней относится Роар?
— Роар? — удивлённо вскинул брови друг.
— Да, — кивнул я, чувствуя, как бешено колотится сердце.
— Он не возражает против Аланы, — пожал плечами Кир, слегка наклонив голову.
«Не возражает…» — пульсировало в висках.
— Ведёт себя рядом с ней спокойно, — добавил он следом, заставляя меня задержать дыхание.
«Киарс не реагирует на запах крови Аланы, а его дракон дремлет в её присутствии…»
— Я… — слова давались с невероятным трудом, — прошу у тебя прощения.
— За что? — нахмурился Кир, скрещивая руки на груди.
— За то, что вынужден попросить тебя на время держаться подальше от Аланы.
Взгляд главнокомандующего стал пронзительным, требуя немедленных объяснений.
— Шайн… — сглотнул я вязкую слюну. — Шайн буквально сходит по ней с ума.
В глазах Киарса отразился шок, его руки бессильно опустились вдоль тела.
— Шайн? — спросил он, делая шаг вперёд.
— Да, — вымученно ответил ему, не решаясь признаться, насколько близок я к его состоянию. — Не знаю, в чём дело. Он обратил на неё внимание почти сразу, но не проявлял такой настойчивости, пока…
— Пока? — взволнованно спросил Кир, становясь прямо напротив меня.
— Пока она не поранила руку, падая с лестницы, — чувствовал, как усталость накатывает волнами. — Стоило Шайну учуять запах её крови, как он словно с цепи сорвался, — я устало покачал головой, прикрывая глаза. — Каждый раз, когда ты приближаешься к ней, мне с трудом удаётся его сдерживать. Он… — глубокий вдох, — готов разорвать тебя в клочья…
Кровь шумела в ушах, пульс отдавался в висках. Кир смотрел на меня с недоумением и болью, его взгляд проникал в самую душу, заставляя меня мучиться от чувства вины.
— Не знаю, что со мной происходит, но понимаю — это ненормально. Я не смею приказывать тебе, прошу как друга — не приближайся к Алане. Дай мне время разобраться в себе. Честно говорю, в таком состоянии я долго не продержусь. Бороться с Шайном… в этой борьбе я ему не соперник.
Я ждала Киарса. Мне нужно было с ним поговорить и расставить все точки над "i". Не могла делать вид, что не понимаю причины его внимания, как и не хотела давать надежду этому потрясающему мужчине.
Но он так и не появился в гостиной.
Волнуясь, как бы снова не случилось чего, мы с Лираэль отправились на прогулку, попутно выискивая главнокомандующего и Дамиана, который его увёл.
Вечер, окутанный сумерками, был прекрасен. В воздухе витал аромат цветов, что распускались только в тёмное время суток, а между деревьями летали светлячки, создавая поистине сказочную атмосферу.
Из подвала больше не доносилось подвываний. Видимо, те, кто там находился, поняли, что мольбы о пощаде бессмысленны. Завтра. Уже завтра на рассвете они отдадут свои души за все грехи, которые совершили.
Мы с серебровласой решили, что не будем присутствовать на казни. Не были уверены, что наша психика выдержит это. Не хотела, чтобы потом ночами снились корчащиеся от боли физиономии главы и его приспешников.
Так и не встретив ни Киарса, ни принца западных земель, мы, уставшие после всего пережитого, отправились спать в подготовленную для нас с Лирой комнату.
Горячая ванна разморила настолько, что, стоило только коснуться головой подушки, как я тут же уснула, позволяя своему измученному телу получить необходимый отдых.
Солнечные лучи бегали по моему лицу, настойчиво пытаясь пробудить. Распахнув глаза, я повернула голову, наблюдая Лираэль, что ещё спала, удобно устроившись на соседней подушке.
«Казнь, судя по всему, уже прошла…» — подумалось мне.
На самом деле я очень хотела этого, потому и не спешила вставать с кровати.
Но лежать вечность я не могла, да и Лираэль уже проснулась, поэтому, хотели мы того или же нет, но пришлось подниматься и выходить из комнаты.
— Леди, — склонилась перед нами попавшаяся на пути служанка, — добрый день!
«Значит, уже день!»
— Скажите, — волнение бежало по венам, — а… — было так сложно говорить. — Казнь уже состоялась?
Невольно поморщившись, я с гулко колотящимся сердцем в груди ждала ответа.
— Да, госпожа, — кивнула девушка. — Два часа назад. Горожане уже навели порядок на площади.
— Порядок навели, тела предали земле, пусть они того и не заслужили, выбрали нового главу и всех остальных, девушек с их семьями проводили за ворота, — донёсся недовольный голос, обладателя которого я узнала мгновенно — Сайдер. — Столько дел успели сделать, а вы всё спите!
— И вам добрый день, главнокомандующий, — повернулась я к нему, склонив голову.
На мои слова он лишь хмыкнул.
— Время обеда, — посмотрел мне в глаза мужчина, отчего по спине пробежал мороз. — Нужно поесть и трогаться в путь. Он неблизкий.
Молчаливо кивнув, я неотрывно смотрела на его удаляющуюся спину, чувствуя тяжесть на сердце.
Лираэль. Именно она волновала меня. Как эта девушка будет жить дальше? Да, её не успели тронуть, и это несказанно радовало, но как Лира сможет вернуться в дом, в котором жила та, что продала её? Каждый уголок будет напоминать о столь страшном поступке мачехи. Будет мучить и истязать, медленно убивая.
В голове созрел план, воплощение в жизнь которого потребует всех моих сил и даже больше. Я не была уверена, что получится отстоять его.
«Но попробовать обязана!»
Обернувшись, увидела печаль в глазах Лиры. Она понимала, что скоро мы расстанемся
— Идём, — улыбнулась я ей.
Каждый шаг в сторону обеденного зала отдавался в ушах шумом бегущей по венам крови. Я так нервничала, что словами не передать.
Нос улавливал аппетитные запахи и голоса драконов, которые, судя по всему, уже сидели за столом.
Глубокий вдох…
Медленный выдох…
Шаг, и я переступила порог.
— Добрый день! — поздоровалась, получая от рыжика скупой кивок.
— Добрый! — донеслось равнодушное со стороны Дамиана, который даже не взглянул в мою сторону.
Чувствуя себя не в своей тарелке, я подошла к выдвинутому стулу, опускаясь на него.
В зале повисла тишина, нарушаемая звуками столовых приборов, что задевали о посуду.
«Что происходит?» — нервничала я.
— Пойду, — Киарс поднялся, — коня проверю ещё раз.
Бросив салфетку в тарелку, он покинул комнату, заставляя задумчиво посмотреть ему вслед.
Его отношение ко мне… Оно стало другим. Нет, меня не печалило, что главнокомандующий начал вести себя иначе, ведь я именно этого и хотела, но должна быть какая-то причина. Я не успела обидеть его своим отказом. Тогда что?
«Может, Дамиан вчера ему что-то сказал насчет меня? Конечно, принцу больше делать нечего, как о тебе вести с ним разговоры! Не мни себя центром вселенной!»
От напряжения, что разлилось в воздухе, кусок в горло не лез.
— Привал будет нескоро, так что ешь, — услышала я холодный голос генерала, что до сих пор не удостоил меня взглядом.
Что-то не то. Определённо было что-то не то. Я чувствовала это! Но что?!
— Выдвигаемся через пятнадцать минут, — поднялся он со стула, намереваясь уйти.
— Ваше высочество! — выпалила я, подскакивая следом и встречаясь с ним взглядом.
Миг, моё сердце пропустило удар, и я замерла, едва выдерживая мощный вихрь эмоций, что кружил в зрачках мужчины.
Я даже дыхание затаила, напрочь забывая, что хотела ему сказать.
Секунды бежали, а я так и глазела на него, понимая, что не могу оторвать глаз.
«Какой же он…»
— Я тебя слушаю, — сорвалось тихое с его губ.
— Д-да, — часто заморгав, я нервно прочистила горло, собираясь с мыслями.
Это влечение… Будь оно проклято!
— Ваше высочество, — начала я, — позвольте взять Лираэль с собой.
— Генерал! — Сайдер мгновенно выпрямился во весь рост, его выражение лица не говорило ни о чём хорошем. — Тогда время на дорогу потребуется ещё больше!
— Ну кто бы сомневался! — не выдержала я, глядя в глаза главнокомандующего, который при желании мог с лёгкость открутить мне голову. — Я и не думала, что вы дадите своё согласие!
— Смотрю, осмелела? — недовольно сощурился мужчина.
Лира притихла, боясь пошевелиться, Сайдер испепелял меня, наглую такую, взглядом, а я понимала, что не отступлю! Эта девушка… Она пропадёт, если её оставить здесь! У неё нет родственников, ведь родители приехали из другого города, который пережил нападение, забирая много жизней. Дом проклят поступком мачехи, бедняжке даже вернуться некуда!
— Я молю, ваше высочество! — наплевав на приличия, я шагнула к принцу, что напрягся от моего приближения. — Позвольте Лираэль отправиться с нами? — и вновь наши взгляды встретились. — Я буду приглядывать за ней. Она не создаст вам проблем, даю слово!
Вчерашний разговор с Киарсом оказался, пожалуй, самым тяжёлым в моей жизни. Я с трудом подбирал слова, чтобы объяснить другу правду, в которой сам до конца не разобрался.
Ему было тяжело, больно и обидно — я видел это в глазах алого дракона. Но, несмотря на это, Кир отступил. Пообещал, что не станет тревожить Шайна, чьё поведение не давало мне покоя.
— Если он выбрал её, — Киарс встал со мной плечом к плечу, с тяжким вздохом глядя вдаль, — то уже не отпустит.
Не зная, что ответить, я просто молчал, чувствуя, как совесть и вина разъедают меня изнутри.
Я не хотел причинять Киру боль, как и не был готов обзаводиться парой. Нет, Алана прекрасная девушка: стойкая, сильная духом, добродушная, с чутким сердцем и твёрдым характером. Она смело смотрит в лицо преградам и бедам, но, несмотря на это, я не хотел принимать её. И дело вовсе не в том, что огненноволосая не подходит мне по титулу. Всегда относился к этим условностям с пренебрежением. Какая разница, какое происхождение у человека? Главное — его сущность. Титул ещё не делает человека обладателем светлой, доброй души. Градоначальник со своими прихвостнями прямое тому доказательство.
Сегодняшнее утро выдалось тяжёлым. Столько смертей, криков боли и ненависти витало в воздухе. Люди пришли лично убедиться, что все виновные ответят за свои злодеяния. Им было тяжело наблюдать за происходящим. Они зажимали носы от запаха палёной плоти, но не отводили взглядов от монстров, которые горели заживо, визжа на всю округу.
Горожане не остались в стороне. Мы действовали сообща. Вместе наказывали бездушных монстров, наводили порядок после кострищ, копали могилы. А потом приступили к выбору главы города, который нашёлся быстро. Нортон — мужчина, стоявший на городских воротах вместе с Сайдером. Именно он собрал отряд и отправил его ко мне на помощь. Именно он вызвался идти с нами на поиски кладбища, где нашли последний приют измученные девушки. И именно он помогал собираться семьям, покидавшим город ради новой жизни. Организованный, ответственный, находчивый. Он переживал за жителей и пользовался их уважением. Его волновали их судьбы — а это главные качества для главы города.
Нортон, правда, опешил, когда я предложил его кандидатуру. Растерялся, даже немного засмущался. Но народ принялся уговаривать его, уверяя, что с таким градоначальником все будут в безопасности. И мужчина в итоге сдался.
На место командующего мы назначили стража, который рассказал нам про злополучную тетрадку и который же, рискуя жизнью, пытался всё это прекратить. За ним обновили его подчинённых, места которых пустовали после казни.
Город ещё долго будет помнить об этом ужасном происшествии. Оправиться после него нелегко.
И хотя я мог бы вздохнуть с облегчением, ведь страшное было позади, но понимал, что мои испытания только начинаются. Алана — вот их причина.
Я прекрасно осознавал, что Шайн не просто так тянется к ней. Мой дракон выбрал себе пару. Никогда не слышал, чтобы с кем-то случалось подобное, разве что в легендах, придуманных для детей. Но как бы я ни пытался найти объяснение поведению Шайна, всё сводилось к этим преданиям.
И вот сейчас она стояла напротив и смотрела в мои глаза. Выдержка и напускная отстранённость, державшиеся на честном слове, готовы были рухнуть в любой момент.
Всё… Я был готов позволить ей всё… Чего бы она ни попросила, и плевать на последствия.
«И я после этого ещё надеюсь вырваться из чувственных сетей этой девушки?»
— Ваше высочество? — её губы так маняще шевелились, несказанно волнуя мою кровь.
Звуки отошли на задний план: недовольство Сайдера, присутствие всех, кто находился рядом. Была только она. Она одна.
Шайн довольно урчал под кожей, словно огромный кот. Ему нравилось. Нравилось, как огненноволосая смотрела на меня. Мой дракон буквально таял от близости этой девушки.
— Хорошо, — сорвалось с моих губ хриплое от эмоций слово.
— Генерал! — возмутился Сай.
— Не получится его переубедить, — голос Кира прозвучал от межкомнатных дверей. — Даже не пытайся, — обратился он к Сайдеру.
Киарс понимал меня. Сейчас он видел, в каком я находился состоянии рядом с ней.
— Спасибо, — смущённо улыбнулась Алана, к ногам которой я готов был положить целый мир. — Спасибо, принц.
О, небеса… Её глаза… Они касались моей души. Я не мог оторвать от неё взгляда, не хватало сил!
— Так, иди-ка сюда!
Кто-то схватил меня за рукав и потянул за собой.
Моргнув пару раз, словно сбрасывая наваждение, понял, что это Киарс, которому я был безмерно благодарен — иначе чёрт знает, чем бы закончились наши с Аланой гляделки.
— Что происходит? — спешил за нами Сайдер. — Ты где? Ау! — пощёлкал он пальцами перед моим лицом.
— Он далеко! Не в себе! — ответил за меня Кир, затягивая в первую попавшуюся комнату и закрывая за нами дверь. — Ну и? — вскинул он вопросительно бровь, сложив руки на груди. — И вот после всего этого, что я сейчас увидел, ты думаешь, будто сможешь выстоять? Ты меня, извини, конечно, — продолжил Киарс, не обращая внимания на блондина, который не мог понять, в чём дело, — но я в этом сильно сомневаюсь! Хочешь ты или нет, но тебе придётся принять её. А мы с Сайдером сделаем всё, чтобы защитить ваше с Аланой счастье! Не бойся за неё, — широкая ладонь друга легла на моё плечо, сжимая его. — Верь нам! У тебя есть мы — те, кто всегда прикроют твою спину и спину твоей избранницы!
Нас провожал почти весь город. Жители желали доброго пути и благодарили за то, что мы подарили им новую жизнь, очищенную от зла и страданий. Дамиан с достоинством склонял голову, Киарс и Сайдер делали то же самое, а я… Я в этот момент была переполнена эмоциями.
Какой же он удивительный мужчина! Присутствовала уверенность, что генерал такой единственный во всём мире. На его плечах лежит огромная ответственность, и он многое пережил, но не очерствел душой после всех ужасов. От него исходила сила — физическая и духовная. Принц западных земель словно был рождён, чтобы вести за собой народ, защищать слабых и сохранять мир. Он беспощаден, но только к тем, кто этого заслуживает. Справедливый, непоколебимый, честный — именно таким должен быть правитель!
Народ вышел за городские ворота и долго смотрел нам вслед, махая руками.
Мужчины ехали впереди, мы с Лираэль — за ними. Лира немного смущалась, но держалась в седле довольно уверенно, в отличие от меня.
Наш путь продолжался, и хотелось верить, что больше не случится ничего подобного, не потому что удача будет к нам благосклонна, а потому что в других городах нет таких ужасов.
Погода сегодня радовала прохладой. Ветерок обдувал лицо, проникая под одежду. Мы неустанно двигались вперёд, пересекая обширное поле, а затем въезжая в лес.
Как только оказались в тени деревьев, мой взгляд упал на краснолистный павень. Под таким же деревом, как мне рассказывали, похоронили знахарку. За ней пришли, чтобы предать справедливому суду, но кара уже настигла эту женщину — её сердце не выдержало переживаний и страха. Пусть она и была злодейкой, но Дамиан распорядился предать её тело земле. Благородный поступок, как и он сам.
Мои мышцы ныли, но я терпела, понимая, что боль будет только усиливаться. Мной было принято решение, что при каждом удобном случае буду работать над повышением своей внутренней энергии. Да, придётся испытать адские мучения, и не все это выдерживают, но я хотела стать сильнее. Хотела освободить свою дракайну, которую в последнее время чувствовала всё чаще.
«Будет сложно, но я справлюсь! Всё в моих руках!» — думала я, глядя вперёд, туда, где дорога уводила нас всех в неизвестность.
— Вот, значит, как, — хмыкнула Дарьяна Эдельрон, поморщившись от крика своего сына. Недовольно взглянув на служанку, которая поспешила унести маленького императора в другую комнату, она снова обратила внимание на советника.
— Да, ваше величество! — склонил он голову. — Его высочество устроил массовую показательную казнь и обновил почти весь чиновничий аппарат в городе.
— Что ж, я не против, — вздохнула дракайна, — он имеет на это право. Я полностью доверяю Дамиану. Если он так поступил, значит, эти нечестивцы действительно совершили все те ужасные поступки. Они заслужили свою страшную участь, тут нечего сказать, — пожала она плечами, устремив взгляд на фреску с изображением огромного чёрного дракона, парящего в небесах.
Советник нерешительно переминался с ноги на ногу, словно хотел сказать что-то ещё, но не знал, как это преподнести.
— Ну что там ещё?! — не выдержала Дарьяна Эдельрон, бросив на него раздражённый взгляд. — Горожане недовольны принцем западных земель?
— Нет, — покачал головой мужчина, испуганно глядя на неё, — они безмерно благодарны ему!
— Их не устраивают те, кого он назначил на руководящие посты?
— Вовсе нет, ваше величество, — пролепетал советник.
— Говорите уже!
— Дело в том… кхм… было замечено, что… что принц…
— Я теряю терпение! — императрица медленно поднялась с трона, словно хищница, почуявшая добычу. — Говорите же, советник!
— Принц летал с девушкой, держа её в лапе…
— Что?! — ахнула Дарьяна Эдельрон, сощурив глаза от гнева.
— Дважды… — добавил он тише, вжимая голову в плечи.
Дыхание дракайны стало тяжёлым, она гневно сжала губы. Её сердце колотилось так сильно, что, казалось, готово было пробить грудную клетку.
— Летал с девушкой, значит, — процедила она сквозь зубы, сжимая кулаки и не обращая внимания на боль от впившихся в ладони ногтей. — И целых два раза!
— Говорят… — кашлянул советник, — говорят, что он спас её, но…
— Но это не повод таскать девицу в лапе! — прорычала императрица. — Кто она такая?! Откуда взялась?!
— Я… я всё выясню, ваше величество! — закивал советник, съёжившись под яростным взглядом Дарьяны Эдельрон, которая в этот момент напоминала разъярённую демоницу.
«Ты говорил, что не создан для семьи! Что всегда будешь один! Что твоё место на поле боя! — вихрем проносились мысли в голове дракайны. Она с таким трудом приняла его отказ, причина которого была действительно весомой, но что Дарьяна видит теперь? — Дракон никогда не поднимет девушку в воздух, если не испытывает к ней интереса! Дамиан… ты… предпочёл мне какую-то девицу?! Если это так, то ты зря это сделал! Я узнаю, кто она, и тогда… сделаю тебе и ей невероятно больно!»
На этот раз расстояние между городами оказалось гораздо большим, поэтому, как сказал Сайдер, даже при всём желании мы не успели бы добраться до ворот до захода солнца. На самом деле я была к этому готова с первого дня пути и меня не смущало, что я буду спать под звёздным небом.
«Не неженка, справлюсь!»
Мышцы нещадно ныли, поясница простреливала болью, а внутренняя сторона бёдер напоминала один огромный синяк, к которому было страшно притрагиваться. Но, несмотря на это, я не произнесла ни единого слова, стискивая зубы и внушая себе, что трудности закаляют.
— Думаю, что вон там и переночуем, — послышался голос Дамиана, от которого сердце забилось чаще.
Пусть он и ехал в нескольких метрах от меня, но я так по нему соскучилась. По голосу, взгляду, всплеску эмоций, который вызывал этот мужчина, когда обращал на меня своё внимание. Не отрывая глаз, смотрела на широкую спину генерала драконов, периодически выпадая из реальности.
Мы доехали до нужного места и остановились.
В прошлый раз Киарс спешил ко мне, чтобы помочь слезть с коня, но в этот… В этот такого не произошло. Более того, главнокомандующий усиленно делал вид, что меня вообще нет рядом с ним.
«Точно что-то произошло», — теперь я была полностью в этом уверена.
Не собиралась никому навязываться, тем более я и сама хотела, чтобы Киарс перестал уделять внимание, которое мне без надобности.
Стиснув зубы, я с приглушённым стоном боли спрыгнула с коня. И только мои ноги коснулись земли, как послышалось чьё-то рычание, а после на нас вылетела стайка летучих мышей…
Конь Лираэль испуганно заржал, а потом встал на дыбы…
Крик Лиры, и она полетела назад… да так и упала бы, получив травму, если бы не Сайдер, что стремительно оказался возле неё, в самый последний момент подхватывая девушку на руки и прижимая к своей груди.
Моё сердце грохотало, словно сумасшедшее. Страх смешался с подступающей паникой. Сайдер… Если бы не он…
— Чёртовы мыши, — виновато буркнул Киарс, который, как оказалось, их и спугнул. — Все целы?
— Все, — ответил Дамиан, что стоял за моей спиной, вызывая табун мурашек по всему телу. — Но только благодаря Сайдеру, — добавил он тише.
Не отводя взгляда от того, как главнокомандующий держит Лираэль на руках, а она смущается, чуть прикусив нижнюю губу, я дышала через раз, чувствуя близость принца западных земель. Не смотрела на него. Знала, что он стоит близко. Слишком близко. Настолько, что кровь по венам бежала в разы быстрее, а биение собственного сердца оглушало.
Сумерки опускались на землю, окутывая своим сонным покрывалом. Повсюду летали светлячки, придавая этому месту сказочную атмосферу. Слух улавливал бубнёж Киарса и тактичное покашливание Сайдера, что поставил Лиру на землю, кивая на её слова благодарности. Я вновь впала в ступор от присутствия Дамиана, чувствуя, как моя Наяра ворочается под кожей.
Прикрыв глаза, перебарывала себя, не желая, чтобы кто-то увидел, в каком я пребываю состоянии.
Шаг к сумкам, что были пристегнуты к коню…
Так хотелось повернуться и посмотреть на чёрного дракона, просто невыносимо!
Ещё шаг. Руки потянулись к ремням, и только я прикоснулась к ним, как горячие ладони накрыли мои, заставляя замереть и ощутить внизу живота разлетающихся бабочек, щекочущих своими крыльями.
— Я помогу.
Этот голос… Его голос… О небеса!
Спиной чувствуя жар Дамиана, я прикрыла глаза, напрочь забывая обо всём.
Рядом с ним я теряла контроль. Становилась мягкой и податливой, словно глина, с которой этот мужчина мог сделать всё, что только его душе угодно.
Щёки несказанно пекло, а в груди творилось нечто невообразимое. Боль, что ранее разливалась в мышцах, отошла на задний план.
Так сложно было бороться с собой!
— Идём, — послышалось тихое над ухом. — Сай, помоги Лираэль! — повысил он голос.
— Уже!
— Здесь неподалёку есть ручей, — произнёс Киарс, подготавливая ветки для костра. — Можно искупаться, если кто-то хочет.
Я хотела. Так сильно хотела, что сил не было. Но только не купаться. Его. Я хотела его. Дамиана. И плевать на последствия!
«Но так нельзя! — билась паническая мысль в голове, которая была едва уловимой, едва слышной, постепенно угасающей. — Ты идёшь в его город, чтобы жить там спокойно! Что будет, если… предложишь ему себя? Думаешь, он возьмёт? Нет, может и возьмёт, вот только именно тебе потом будет стыдно и больно, потому что нищая, да ещё и потерявшая свою чистоту девушка такому как он точно не нужна! Разведёнка, сбежавшая от семьи! Что он о тебе подумает, если ты осмелишься подсунуть ему своё тело?»
Эти слова помогли отрезвить свой окутанный эмоциональной пеленой рассудок. Я желала то, что моим никогда не будет.
— Я сама, — морщась от боли, которая вновь вернулась ко мне, забрала из рук Дамиана стянутое ремнями одеяло для подобного рода ночёвок под открытым небом. — Благодарю за помощь, ваше высочество, — не глядя на него, я склонила голову, устремляясь к дереву, возле которого уже устраивалась Лираэль.
Этот путь… Он будет куда сложнее, чем я себе представляла, и дело не в том, что моё тело страдает от нагрузок. В другом. Моя проблема заключалась в другом. В нём. В Дамиане Эдельроне, мужчине, что украл моё сердце.
На протяжении всего пути я не мог найти себе места. Чувствовал, как она смотрит на меня. Кожа буквально горела от её внимания, но я упорно боролся с желанием обернуться и встретиться с ней взглядом.
Это было невероятно сложно, но я держался из последних сил, хотя и понимал бессмысленность своих стараний. Всё равно проиграю! Сопротивляться долго не получится!
Мысли о разговоре с Киром и Сайдером, состоявшемся в доме бывшего градоначальника, не покидали меня. Слова Киарса… Я поистине любим богами, раз они послали мне таких замечательных друзей. Их поддержка слышалась в каждом слове, и я был бесконечно благодарен этим главнокомандующим, с которыми меня свела, казалось бы, сама судьба.
Как верно говорят, редко всё идёт по намеченному плану. Одна случайная встреча способна полностью изменить жизнь, и я — живое тому доказательство. Я не планировал сближаться ни с одной из девушек, но вот она — стоит рядом, терпя боль от многочасовой езды верхом. Молчит, не жалуется, а в глазах видна решимость.
Понимал, что моя напускная холодность к ней скоро рухнет. Она уже трещала по швам. Шайн без устали читал мне нотации на эмоциональном уровне, ругал и стыдил, требуя немедленно сблизиться с Аланой, подойти к ней и пообещать защиту. И я хотел этого. Сам. Теперь понимал, что мой дракон не виноват в том урагане, что жил в моей груди. Эти чувства… Они были только моими. Да, нежеланными, но такими яркими и красочными, что едва хватало дыхания.
Кир, верный своему слову, держался от Аланы на расстоянии. Не представлял, каково ему приходится. Чувство вины терзало душу, но я ничего не мог поделать с нахлынувшими эмоциями, которые превращали меня в безумца.
Не расстилая походное одеяло, я сел на траву, прислонившись спиной к шершавому стволу дерева. Воздух был свежим, наполненным ароматом природы. Киарс ушёл за дровами, а девушки доставали еду из сумок, готовя поздний ужин.
— Всё хорошо? — тихий голос Сайдера прозвучал над моим ухом.
— Всё отлично, — устало кивнул я, вспоминая реакцию друга на слова Кира, что мой дракон выбрал себе пару. Сай впал в неописуемый шок.
Последние дни выдались безумными, дел было невпроворот. Я почти не спал. Если бы мы находились на поле боя, окружённые врагами, сон не клонил бы меня. Но сейчас, когда так аппетитно пахла готовящаяся на костре еда, слышалось пение цикад, а Шайн впервые за долгое время молчал, меня неудержимо тянуло в сон. Тело молило об отдыхе, и я не стал ему противиться, ненадолго прикрыв глаза.
— Дамиан, — кто-то осторожно тряс меня за плечо, — Дамиан, проснись. Поешь, пока горячее.
Сонно распахнув глаза, я заметил руку Киарса, протягивающего мне металлическую тарелку с тушёными бобами и мясом.
Благодарно приняв её, я огляделся по сторонам.
— Она ушла спать, — тихо произнёс Кир, поняв меня без слов. — Только что. Вон к тому дереву, — махнул он рукой. — Ты отдыхай, я сегодня дозорный. Как показала практика, кому-то нужно быть настороже.
Не став спорить, я последовал его совету. Опустошив тарелку, лёг на траву, подложив под голову свёрнутое одеяло, и мгновенно погрузился в сон.
Усталость постепенно отступала, стирая следы всех ужасов, пережитых за последние дни. Я медленно плыл в лодке сновидений, наслаждаясь её лёгким покачиванием, но внезапно что-то пошло не так. Неописуемое волнение запульсировало в груди, а за ним — метания Шайна, который рвался куда-то и рычал, пытаясь меня разбудить.
С колотящимся сердцем я резко распахнул глаза и сел. Тяжело дыша, обвёл пристальным взглядом округу, окутанную тёмной вуалью ночи. Всё казалось спокойным и тихим, но что-то всё равно терзало душу.
Стараясь не шуметь, я поднялся на ноги и сделал первый шаг в сторону догорающего костра, рядом с которым виднелась спящая фигура Сайдера.
Неспешно шагая в темноте, я заметил Кира, стоящего у дерева и прислонившегося к нему плечом.
— Проснулся. Я не удивлён, — прошептал он, как-то странно хмыкнув.
— Всё хорошо? — спросил у него, чувствуя, как Шайн мечется внутри.
Что-то было не так! Определённо не так!
— Тебя что-то беспокоит?
— Беспокоит, — кивнул я другу. — Только не могу понять, что именно.
Не выдержав, приложил руку к груди — мой дракон разбушевался не на шутку.
— Шайн разбудил? — снова хмыкнул Киарс, проследив за моим движением. — Может, дело в Алане? Ей сейчас больно…
— Что? — выпалил я, чувствуя, как всё тело мгновенно напряглось, а мой дракон замер. — Что с ней?! — не раздумывая, я уже занёс ногу для шага, намереваясь проверить девушку, но рука Кира крепко сжала мою выше локтя.
— Успокойся, — прошептал он, сжимая сильнее. — Лисица пытается повысить свой энергетический уровень.
— Повысить уровень? — удивлённо ахнул я, хлопнув ресницами.
Сказанное поразило до глубины души. Чтобы девушка пыталась повысить свой уровень силы… Дракайны не занимались таким — им это было без надобности. Далеко не каждый мужчина мог пройти через эти адские мучения, что уж говорить о женщине.
— Да, — кивнул Кир. — Она только начала. Думала, что все спят и никто не видит.
— Ей это не нужно! — упрямо мотнул я головой, ощущая ноющую боль в сердце. Я знал, что она сейчас страдает. Сам через это проходил.
— Уважай её выбор, дружище, — покачал головой Киарс. — Если она этого хочет, пусть будет так. Посмотрим, хватит ли у неё выдержки, чтобы добиться своего.
Знала, что будет больно. Но даже не представляла — насколько.
Стоило закрыть глаза, принять позу лотоса и мысленно потянуться к своим энергетическим потокам, как всё внутри скрутило от адской боли. Они были тонкими — почти прозрачными, как паутинка, и от одного лишь прикосновения к ним по телу прокатывались волны мучительных спазмов. А ведь мне нужно не просто коснуться — предстояло их растянуть. Расширить. Принудить к росту. И это было невероятно трудно.
Я прекрасно понимала: путь, который выбрала, один из самых тяжёлых. Чтобы подняться хотя бы на один уровень, придётся пройти через пытку. А с каждым следующим шагом боль будет нарастать, как лавина. Чем выше шкала внутренней силы — тем страшнее испытание.
Мне не нужен был высший уровень, как у Дамиана. Я и не мечтала о нём. Понимала, что никогда не достигну такой мощи. Для хрупкой девушки, не участвующей в боях, это невозможно. Даже до восьмого, как у Киарса и Сайдера, я не рассчитывала дотянуть. Пятый… После него дракайна может начать высвобождаться из человеческого тела. А значит, нужно дойти до него. Дойти и не сломаться.
Сейчас у меня был третий уровень. Для женского пола — норма. Его можно достичь без особой боли, через долгие, упорные тренировки. Но как только энергия переступает порог четвёртого начинается настоящий ад. Большинство девушек и женщин даже не пытаются пройти дальше третьего. А уж о тех, где начинаются страдания и мучения, даже говорить не приходится.
Я сидела у кустов, ладони раскрыты к небу, дышала размеренно, но с трудом. Каждый вдох обжигал лёгкие, будто втягивала раскалённый песок. Всё тело пылало. Как мужчины это выдерживают? Невыносимо!
Стиснув зубы до ломоты, я терпела. Энергетические потоки пульсировали, вспыхивали, сопротивлялись. Они не хотели расти. Не желали, чтобы я их трогала. Но у меня было своё мнение.
Повышение уровня как тренировка. Только не мышц, а души. Это пытка, в которой каждый нерв кричит, каждый орган протестует. Были случаи, когда сердце не выдерживало, когда человек терял сознание и больше не просыпался. Это опасно. Смертельно опасно. К этому нужно подходить с умом — постепенно, с нарастающей нагрузкой, с перерывами, с контролем. Я прочитала не одну книгу. Знала теорию. Теперь пришло время практики.
Напряжение разливалось под кожей, превращая мышцы в камень. Кровь бурлила, как лава. Грудь распирало, энергия металась внутри, будто зверь в клетке. В ушах стоял гул — глухой, настойчивый, как прибой перед бурей.
Я задыхалась. Крик рвался из горла — оглушительный, полный боли. Но я не позволяла ему обрести свободу. Не хотела, чтобы кто-то услышал. Ни мужчины. Ни Лираэль. Никто не должен знать, чем я занимаюсь.
«Больно… Как же больно!» — мысленно стонала я.
Пальцы впились в ладони, ногти вонзились в плоть. Но я держалась. Упрямо.
Каждая клеточка тела кричала. В меня будто вонзали раскалённые штыри. Я горела заживо, чувствуя, как организм едва справляется с тем, что сама же на него навлекла.
«Ещё… — внушала себе, сжимая кулаки сильнее. — Ещё немного. Нужно терпеть. Делать всё правильно. Без спешки. Без ошибок. И тогда… тогда я добьюсь своего! Обязательно добьюсь! Ещё минута! Всего одна…»
Тело дрожало. Слёзы выступили под сомкнутыми веками. Но я не сдавалась. Шла сквозь ад. И не собиралась останавливаться.
Вдох… Выдох…
Меня словно бросили в котёл с раскалённым маслом, вывернув руки и ноги. Каждая клетка тела кричала. Каждое мгновение — пытка. Я уже не чувствовала земли под собой, только жар, пульсирующий в венах.
— Хватит! — раздался резкий, властный голос над головой.
Я вздрогнула, резко распахнув глаза. Боль, как волна, начала медленно отступать, но сердце билось, будто собиралось вырваться из груди.
Передо мной, скрестив руки на груди, стоял Дамиан. Хмурый. Неподвижный. Глаза как тёмные озёра, в которых бушует буря. Он смотрел на меня так, будто видел насквозь — каждую мысль, каждую слабость, каждый страх.
— Зачем тебе это? — спросил он, чуть наклонив голову.
Принц западных земель был не просто недоволен. Он был в ярости.
Я не знала, что ему ответить.
— Умереть решила раньше времени? — его голос прозвучал ледяным шёпотом, от которого по коже побежали мурашки.
— Я… знаю, как правильно медитировать.
— Не знаешь!
— Знаю, — я отвела взгляд, не выдержав его пристального внимания. — Изучала это. Всё продумала. Выбрала безопасный метод.
— О, конечно! — Дамиан горько хмыкнул. — Книжки! Ты читала про медитации в книжках! А теперь решила, что этого достаточно?
Я сжала губы. Да, я читала. Много. Но сейчас это звучало глупо. По-детски.
— А ты знаешь, что медитация подбирается индивидуально? То, что подходит одному, для другого может стать смертельным?
Я молча кивнула.
— А то, что новичку категорически запрещено медитировать в одиночку? Что даже один сбой — и ты можешь не проснуться?
И это я знала. Но не хотела признавать.
— Сомневаюсь, что об этом не написано в твоих драгоценных трактатах, — добавил он, и в его голосе прозвучало не презрение, а… боль. Тревога.
— Я выбрала самый лёгкий путь, — тихо произнесла ему. — С минимальным риском для здоровья.
— Минимальный?! — вдруг сорвался Дамиан. — Ты одна, без подстраховки, без контроля! Кто бы тебя вытащил, если бы энергия сорвалась? Кто бы остановил поток, если бы начался перегрев? Ты вообще понимаешь, что делала?!
Я молчала. Глаза жгло. Но не от боли. От стыда.
— Зачем тебе это? — спросил он тише, почти шёпотом. — Зачем повышать уровень? К чему все эти страдания? Девушки не идут этим путём…
— Не стоит говорить за всех! — вспыхнуло во мне. С трудом, с болью в мышцах после долгой поездки верхом, я поднялась на ноги, встав напротив него. — У каждого свой путь. Я устала быть слабой. Устала чувствовать себя беспомощной. Хочу стать сильнее. Разве это преступление?
Дамиан смотрел на меня так, будто впервые видел.
— Это сложно, — сорвался шёпот с его губ.
— Я знаю.
— Это очень больно, — продолжил он, и в глазах его мелькнуло что-то тёмное — воспоминание. Страдание. — Твой организм может не выдержать. Ты можешь сломаться. И тогда… будет слишком поздно.
— И всё же, — я глубоко вдохнула, — несмотря на риск… я пойду до конца.
Уже хотела развернуться, уйти, лечь спать, потому что его близость была опасна для меня, но тут:
— Я помогу.
От услышанного замерла, забывая, как дышать.
— Что? — прошептала, не веря своим ушам.
— Я помогу тебе с медитацией, — повторил принц. — С этого дня стану твоим наставником.
Сердце пропустило удар. Потом заколотилось в бешеном ритме.
Ветер стих. Костёр потрескивал вдалеке. А я стояла перед ним — дрожащая, измученная, но впервые… не одна.
Ночь за раздумьями прошла быстро. Я знал, что не усну, поэтому сам встал в дозор, отправив Киарса спать.
Правильно ли поступил, предложив Алане стать тем, кто будет присутствовать при её медитациях? Тем, кто будет следить за её состоянием и не допустит беды? Ответ был очевиден — правильно.
Когда она медитировала, пытаясь повысить свой уровень, я не мог оторвать от неё глаз. Думал, что огненноволосая выдержит от силы минуту, максимум две. Не больше. Но время шло, а она продолжала терпеть невыносимую боль, так хорошо знакомую мне.
Шайн метался под кожей, рычал и требовал немедленно вырвать девушку из медитационного потока — это было опасно. Она новичок, ещё не знает возможностей своего тела. Не успеет моргнуть и переступит смертельную черту, после которой уже не будет возврата.
И я не выдержал. Рванул вперёд, оставляя за спиной поражённого Киарса. Главнокомандующий, видимо, был впечатлён упорством девушки, которая на вид казалась хрупкой.
Злился. Сильно злился. И она видела эту эмоцию в моих глазах, но, конечно, не понимала её причины. А я бы и рад был всё объяснить, но рядом с ней смелость улетучивалась, превращая меня в робкого юнца, не способного оторвать взгляда от её апельсиново-карих глаз и огненных волос, что волнами ниспадали на плечи, достигая поясницы.
Сидел под деревом и смотрел на девушку, лежавшую ко мне спиной. Раньше мне никогда не встречались такие, как она. В Алане чувствовалась огромная сила воли, её взгляды на жизнь были верными и совпадали с моими, что не могло не радовать. Такая хрупкая, но сильная духом.
Улыбнувшись мыслям, крутившимся в голове без остановки, я поднялся и взял своё одеяло.
Не издавая ни звука, подошёл к Алане и осторожно укрыл её, прекрасно понимая, что утром, когда она проснётся, в её голове возникнет множество вопросов. Оно и к лучшему. Эту девушку выбрал Шайн, а значит, с другим мужчиной ей не быть. Даже хорошо, что я стану её наставником — верный путь, чтобы сблизиться. Понять, чувствует ли она ко мне хоть что-то.
Да, я видел смущение в её глазах, настороженность, даже опасение, но не этого хотелось. Далеко не этого. Пусть происходящее со мной вызывало массу вопросов, но одно я понимал чётко — не отпущу Алану. Теперь точно нет.
— Ваше величество! — возле Дарьяны Эдельрон появился евнух, служивший ей уже достаточно долгое время. — Мы исполнили то, что вы велели!
Дракайна, оторвавшись от своего отражения в зеркале, с холодным интересом приподняла бровь и обернулась к стоявшему позади мужчине.
— Нашли семью девки?
— Всё верно, — склонился евнух. — Они в тронном зале.
— Тогда не будем заставлять их ждать, — на губах Дарьяны Эдельрон появился кровожадный оскал, не предвещавший ничего хорошего.
Она величественно поднялась с пуфа, ещё раз окинула себя взглядом в зеркало. Довольная тем, что увидела, дракайна грациозно развернулась и, покачивая бёдрами, направилась к выходу.
Она была спокойна. Знала, что скажет. На отказ этой семейки не рассчитывала — никто не смеет отказывать императрице, особенно когда речь идёт о щедрой награде за услугу.
Едва переступив порог тронного зала и увидев дрожащих от страха женщину и мужчину, Дарьяна Эдельрон ощутила прилив удовлетворения. Улыбка стала шире, настроение ещё выше. Спрашивать, кто они, не стоило: и так было ясно — обедневшая знать, из кожи вон лезущая, лишь бы подняться в глазах общества. С ними будет легко. Даже напрягаться не придётся.
— Приветствуем, ваше величество! — склонилась женщина.
Мужчина поспешно повторил за ней, не произнося ни слова.
— Как добрались? — с лёгким безразличием спросила Дарьяна Эдельрон.
Сидя на троне, закинув ногу на ногу, она разглядывала свой маникюр, не удостаивая «гостей» даже взглядом.
Родители Аланы растерялись от такого вопроса, но мать быстро взяла себя в руки.
— Благодарим! Экипаж был очень удобен!
Губы императрицы дрогнули в намёке на насмешливую улыбку.
Она намеренно тянула время, не затрагивая причину их прибытия во дворец. Каждая секунда, каждое движение — всё это накаляло обстановку, щекотало нервы отцу и матери Аланы, лица которых побледнели ещё сильнее.
— Ну что же вы так занервничали? — вкрадчиво произнесла дракайна, наконец отрывая взгляд от своих ногтей. — Не стоит. Я лишь пригласила вас, чтобы обсудить кое-что… Вашу дочь.
— А-Алану… — женщина судорожно схватилась за сердце. — Она что-то натворила? Ваше величество, не гневайтесь! Эта девчонка… Она испортила репутацию нашей семьи и сбежала! Небеса… и за что нам всё это?
Дарьяна Эдельрон не отводила пристального взгляда, наслаждаясь каждой секундой происходящего.
«Легко… Воплотить задуманное в жизнь будет очень легко. Я не отпущу тебя, Дамиан. Теперь точно нет!»
Ночь пролетела, как дыхание ветра — незаметно, но оставив после себя лёгкую дрожь в теле и сердце, ещё не успевшем остыть от тревожных снов. Я была измучена так, что каждый мускул ныл, а разум будто плавился от усталости. И всё же, сквозь туман утомления, в памяти ярко вспыхивали слова Дамиана. Его предложение помочь мне укрепить шкалу силы прозвучало, как гром среди ясного неба. Неожиданно и пугающе.
Зачем он это сделал?
Ответа не было. Только тишина, в которой звенело его имя. Рядом с Дамианом было опасно. Каждое слово этого мужчины, каждый взгляд — будто шаг ближе к обрыву, из которого нет возврата. Я шла по лезвию, зная, что одно неверное движение — и рухну в бездну. Но всё равно не отступила. Потому что мне нужна была его помощь. Или… может… мне нужен был он сам…
Влюбилась?
Вопрос повис в воздухе, как дым над костром. Я не знала, что такое любовь. Никогда не держала её в руках и не слышала её шёпота. Но если это трепет в груди, когда наши взгляды сталкиваются. Если это сбившееся дыхание и мурашки по коже. Если это жар, бегущий по венам, и невозможность смотреть на кого-то другого, потому что весь мир сужается до одного лица, одного голоса, одного имени. Тогда да. Я влюбилась. И это не признание — это приговор.
«Я не выстою. Я уже падаю, и падение будет несказанно болезненным».
С этими мыслями уснула, с ними же проснулась в ощущении чего-то тёплого, тяжёлого, уютного. Одеяло, не моё, лежало на мне, как объятие, оставленное кем-то в тишине.
Приподнялась, оглядываясь. Лираэль и Сайдер уже возились у костра, готовя завтрак. Дымок вился в воздухе, пахнущем хвоей и утренними травами.
— Доброе утро! — махнула рукой Лира.
— Доброе, — я улыбнулась ей в ответ.
— Киарс и Дамиан пошли за дровами, — сказал Сайдер, кивнув мне. — Поднимайся. Позавтракаем и в путь.
— А не хочешь искупаться? — спросила Лира, подходя ближе. — Я разведала, здесь неподалёку есть одно прекрасное место.
— Честно? Очень хочу!
— Отлично! — засияла девушка. — Иди по тропинке, потом на развилке налево.
— Спасибо, что укрыла меня одеялом, — поблагодарила я.
— Это не моё, — покачала головой Лираэль.
— Не твоё? — нахмурилась я. — Тогда… чьё же?
Лира лишь пожала плечами, но в её глазах мелькнула хитрая искорка.
Глупое сердце пропустило удар.
«Прекрати! — шикнула я тут же на себя. — Дамиану больше делать нечего, как меня своим одеялом укрывать! Полный бред!»
Но мысль уже впилась, как заноза. И я злилась на себя за слабость, за надежду, за это дурацкое, трепещущее «а вдруг?»
Раздражённая, я свернула спальное место, взяла всё необходимое для купания и направилась по тропе, будто убегая от самой себя.
Утро уже раскрывалось во всей красе. Солнце, ещё нежное, но настойчивое, ласкало кожу, нагревая её.
— Так… — пробормотала я, остановившись у развилки. — Налево, да? Точно, налево.
Спустя несколько минут пути передо мной открылся каскад, струящийся с рельефной скалы, как серебряная вуаль. Вода падала с высоты, разбиваясь о камни, превращаясь в пену и радугу. Озеро внизу — лазурное, прозрачное, будто вырезанное из неба. Берега его усыпаны гладкими валунами, а в воздухе — лёгкая дымка брызг, оседающая на коже.
Я так залюбовалась этим сказочным местом, что застыла на тропинке, будто впитывая взглядом каждую деталь, каждый блик на воде, каждый изгиб скалы, каждое дуновение ветра, несущее аромат свежести. Казалось, природа замерла вместе со мной, улыбаясь в тишине.
Убедившись, что поблизости нет ни души, я шагнула вперёд, направляясь к одному из валунов. Разделась и медленно вошла в воду. Прохлада обняла меня, и я зажмурилась, чувствуя, как она ласкает кожу, будоражит нервы.
Оттолкнувшись, погрузилась по шею, затем — глубже. Нырнула, и мир на миг стал тихим, звуковым, лазурным.
Мыльный отвар, пахнущий лесными травами, растекался по волосам, как шёлк. Пальцы скользили по коже — от висков к шее, от плеч к спине, будто я пыталась смыть не только грязь, но и все сомнения, страхи и запреты. Ещё одно ныряние — и вот, пена ушла в глубину, убегая с течением. Но когда я вновь вынырнула, над водой пронеслась тень — быстрая, почти призрачная. Мгновение, и всплеск. Чуть слышный.
Меня охватило волнение. Я была не одна.
Сердце ударило раз, второй, и на поверхности, в паре метрах от меня, показалась чёрная макушка, влажные волосы, прилипшие ко лбу… а затем — он.
— Ва… — выдохнула я, не в силах выговорить больше. — Ваше высочество!
— Алана? — голос Дамиана прозвучал низко, удивлённо, будто он тоже не ожидал найти меня здесь.
И только я сделала судорожный вздох, как мой взгляд сместился ниже. На его плечи. Голые, сильные, переливающиеся под солнцем. Он был без одежды. И мы… рядом. Всего в паре метрах друг от друга.
Жар вспыхнул в щеках, растекся по шее, спускаясь ниже. Я находилась по подбородок в воде, не в силах отвести взгляд. Он смотрел на меня. Его глаза, тёмные, как тени у подножия скал, держали в плену. В них не было похоти. Было нечто большее. Что-то, что я не могла назвать. Желание. Страсть.
— Мне… — голос предал меня. Сел. — Мне нужно на берег…
Дамиан медленно кивнул. Без слов. Без насмешки. А потом отвернулся, дав мне шанс сбежать.
Чувствуя, что теряю над собой контроль, я стремительно поплыла, дыша так, словно пробежала чёрт знает сколько.
Мне оставалось совсем немного. Самую малость, но тут что-то коснулось моей ноги под водой — холодное, движущееся, и я, взвизгнув, поплыла изо всех сил, захлебываясь.
Мгновение, даже опомниться не успела, как мужская рука обвила мою талию со спины и, развернув, притянула к горячему, мускулистому телу, к которому я тут же прижалась в поиске защиты.
— Змея… — шептала я, часто дыша. Чувствовала щекой вздымающуюся грудь Дамиана и то, как он плывёт вместе со мной к берегу. — Там была змея…
Я хваталась за него, не понимая, что творю и в какой опасной близости мы с ним находимся.
— Здешние змеи безопасны, — произнёс мужчина, обнимая меня и вместе со мной поднимаясь на валун.
Поток ветра коснулся мокрой кожи, и я вздрогнула. Но не от холода.
«Без одежды… Я голая… Он видит меня! Чувствует!»
Не могла пошевелиться. Не могла вздохнуть.
Дамиан не отпускал.
А я… я и не хотела этого.
Это была подстава. Настоящая, хладнокровная ловушка, выстроенная с коварной точностью Сайдером и Лираэль, которые с самым невинным видом заверили меня, что Алана ушла прогуляться в сторону рощи, подальше от озера.
«Совести у тебя нет!» — мысленно рычал я, представляя довольную физиономию блондинистого главнокомандующего.
Он знал! Чёрт возьми, он всё знал! Знал, что женщины не моё поле боя, не арена, где я могу блеснуть улыбкой и шуткой, как он. Сай — тот, кто мог одним взглядом разжечь огонь в глазах любой девушки. Достаточно было лёгкой усмешки, игривого движения бровью и девичье сердце уже трепетало. А я? Я был другим. Взвешивал каждое слово, измерял каждый шаг. Ответственность, лежавшая на моих плечах, не позволяла быть легкомысленным. Я привык держать себя в узде. Но сейчас… Сейчас всё рушилось.
Я прижимал к себе Алану. Обнажённую. Мокрую. Дрожащую. Её тело было так близко, что чувствовал каждый изгиб, каждый вздох у моей шеи. Её кожа — гладкая, тёплая, покрытая каплями воды, будто пульсировала под моими ладонями. Я едва дышал. Каждый вдох был мучением. Каждое мгновение — пыткой.
«Сай… Я тебе припомню. Обещаю!»
Не понимал, когда он успел сговориться с Лираэль, но это было в его стиле. Хитро, дерзко, с изящной жестокостью.
Я должен был отпустить Алану. Разум кричал об этом. Но тело не слушалось. Оно сопротивлялось, будто превратилось в чужое — тяжёлое, пылающее, наполненное первобытным желанием. Мои руки сжимали её талию, как будто боялись, что, только отпустив, я потеряю что-то бесценное.
Девичья грудь прижималась ко мне — мягко, соблазнительно, мучительно. Я стиснул зубы, чувствуя, как волны жара перекатываются под кожей, ослепляя разум. Штаны натянулись в области паха, причиняя почти болезненный дискомфорт. Хотел… Небеса, как же я её хотел. Здесь. Сейчас. В этом озере, вода в котором мерцала, как растопленное серебро.
Хотел целовать — сначала нежно, потом страстно, до боли, до одурения. Хотел чувствовать её под собой, слышать стоны, видеть, как глаза темнеют от наслаждения. Хотел брать снова и снова, пока рассудок не отрезвится.
— Уходи, — прошептал я.
Алана замерла.
— И в следующий раз… не купайся без одежды, — добавил я, тут же мысленно проклиная себя.
«Идиот! Как будто она виновата! Как будто это не ты сейчас сгораешь от желания!»
— Х-хорошо…
Меня выворачивало изнутри. Я не хотел её отпускать. Не хотел, чтобы она уходила. Каждая клетка моего тела кричала: останься!
Секунда.
Две.
Три.
Поднял голову к небу, не смея смотреть на неё. Руки, сжимающие стройную талию, медленно разжались. Я повернулся к ней спиной.
— Не волнуйся, — прошептал, сжимая пальцы в кулаки и опуская их в воду, будто пытаясь охладить пылающую плоть. — Я не смотрю. Выходи. Одевайся.
Она не ответила.
Я почувствовал её уход — тихий всплеск воды, шорох камней под босыми стопами. И с каждым шагом, уводившим её прочь, мне становилось тяжелее дышать.
Время бежало, а я всё стоял, повернувшись спиной к берегу и не в силах пошевелиться. Такого со мной никогда не было. Это желание… Оно не просто шевелилось где-то в глубине, оно ворвалось в меня, как ураган, сметая всё на своём пути. Разум, сдержанность, контроль — всё растаяло, как иней под первыми лучами солнца. Я был не я. И хуже всего — я не знал, смогу ли устоять, если это повторится. Не было гарантий. Ни одной. И если в следующий раз Алану не спасёт случай… если она снова окажется рядом, дрожащая, обнажённая, с глазами, полными невысказанного… Тогда я не смогу оставить её нетронутой.
— Спасибо… что спасли, ваше высочество, — донёсся до меня девичий голос. Тихий. Почти шёпот. В нём прозвучало что-то неуловимое. Смущение? Стеснение, что её увидели…
Я медленно повернулся.
Она уже уходила. Её силуэт рисовался на фоне природы — стройный, хрупкий, с длинными мокрыми волосами, струящимися по спине, как расплавленный огонь. Следующие двадцать минут я плавал без остановки.
Без цели.
Без смысла.
Только чтобы тело горело от усталости, чтобы мышцы ныли, а разум наконец затих. Но Шайн, та дикая, первобытная часть меня, бушевал. Дракон не понимал моих запретов. Он хотел её. Жаждал. Кричал, что я глупец, что нужно было не отпускать, а прижать к себе, почувствовать её на себе. Под собой.
Желание не отступало. Оно лишь тлело, как угли под пеплом, ожидая ветра, чтобы вспыхнуть вновь.
— Что-то ты долго, — раздался насмешливый голос Сайдера, стоило мне показаться на поляне. Блондин смотрел на меня с наглой улыбкой, с лукавым блеском в глазах, будто только что выиграл ставку века. — Уже хотел идти за тобой, — продолжил он, складывая руки на широкой груди. — Переживал. Мало ли… вдруг ты там утонул.
Я глядел на него в ответ. Молча. Но в моих глазах читалось многое.
— Все поели? — произнёс я ровно, будто ничего не произошло.
Старался не смотреть на Алану. Она сидела на траве, уже заплела волосы в тугую косу, опустив глаза. Щёки всё ещё хранили лёгкий румянец.
— Если да, то выдвигаемся. Нужно успеть добраться до города засветло.
— Своё одеяло не забудь, — крикнул Киарс, махнув рукой в сторону Аланы.
Она замерла. Пальцы, перебиравшие травинки, остановились.
— Меня ты никогда не укрывал, — хмыкнул Кир, с притворной обидой вздыхая. — Но здесь тебе простительно. Алана ведь девушка. Позаботился. Молодец! Хотя… — друг бросил хитрый взгляд, — сколько помню, других дам ты со своей заботой обходил стороной.
Алана покраснела ещё сильнее.
Сайдер с трудом сдерживал смех, делая вид, что интересуется облаками. А Кир, как назло, не унимался.
— Лисице тяжело одной на коне, — прищурившись, произнёс он, и в его глазах вспыхнули искры. — Не привыкла ещё. Может… возьмёшь её к себе?
Я почувствовал, как кровь помчалась по венам.
«Если возьму… — пронеслось в голове, — тогда эта дорога будет хуже любой пытки. Каждый толчок коня — близость её тела. Каждый вздох — соблазн. Каждый миг — борьба, которую я могу проиграть в любой момент».
— Не стоит за меня переживать, — внезапно раздался голос Аланы.
Поднял на неё взгляд.
— Я справлюсь, — сказала она, выпрямляясь во весь рост. — Его высочество и так для меня много сделал. Не хочу обременять его лишний раз. Давайте собираться. Сами сказали — путь долгий. Нужно поторапливаться.
Было так стыдно, что словами не передать. Но стыд вызывало не то, что я предстала перед принцем западных земель обнажённой, а то, что посмела надеяться на нечто большее, чем просто его защиту. Пусть эта мысль промелькнула в голове стремительно, как вспышка молнии, и тут же угасла, но она была, и от этого становилось тошно.
Дамиан оттолкнул меня. Поступил благородно, даже не смея смотреть на моё обнажённое тело. Спас от утопления, оградил от опасности, а потом так легко отказался от продолжения, о котором кричало моё тело.
До встречи с ним мне было неведомо понятие «желать мужчину». Все эти гадкие прикосновения, омерзительные телодвижения Эстара… До тошноты! Но рядом с Дамианом я поняла, что это такое. Я хотела его, и моё желание было настолько сильным, что становилось страшно.
Неспешно шагая к временному лагерю, чувствовала себя разбитой. Так бессовестно льнула к нему… Была готова отдаться прямо там, а он…
«Хватит! — тут же одернула себя. — К лучшему, что Дамиан отказался! Неизвестно, к чему бы привела наша с ним связь!»
Мои мысли были правильными, но душа противилась, не желая принимать доводы рассудка.
Находиться рядом с ним было тяжело, а когда узнала, что именно он укрыл меня своим одеялом, глупое сердце едва не выпрыгнуло из груди.
Не понимала, чего добивались главнокомандующие, а вместе с ними и Лираэль, которая, судя по всему, участвовала в этом. Но разбираться в происходящем не было ни сил, ни желания.
«Не об этом нужно думать! Повышение уровня — вот что важно! Я свободна! Под защитой! Иду навстречу новой жизни! Печалиться не о чем!»
Но печаль не уходила, и заглушить её не получалось.
— Устала? — спросила Лираэль спустя два часа пути, замечая эмоции на моём лице.
Да, устала. Очень. Но не от верховой езды, к которой тело постепенно привыкало, а от того, что творилось в груди.
Ещё через три часа мы остановились перекусить. Мужчины обсуждали военное дело, упоминая вещи, в которых я ничего не понимала. Но это было неважно, главное — Дамиан был рядом. Я слышала его голос, видела крепкую фигуру.
Воспоминания о гладкости и жаре его кожи заставили задержать дыхание.
«Да что же это такое?!»
Нам предстояло провести бок о бок столько дней. Это одновременно радовало и разрывало сердце, ведь я понимала: близость принца западных земель только навредит мне.
Солнце медленно клонилось к закату. Наконец мы выехали из леса и увидели вдали массивные городские ворота, на стенах которых стояли стражи.
— Эту ночь будем спать на кроватях, — довольно хмыкнул Киарс.
Сегодня он держался не так отстранённо, как вчера. Продолжал соблюдать дистанцию, но хотя бы смотрел мне в глаза, и от этого становилось легче.
Мы въехали в город и направились по узким улочкам, украшенным бумажными фонарями. Приближался праздник цветения, который отмечали по всей империи. Яркий, масштабный, запоминающийся.
Узнав, где находится таверна, направились туда, ловя на себе любопытные взгляды горожан, особенно женщин. Они тут же начинали перешёптываться, стоило принцу и главнокомандующим проехать мимо них.
— Господа, желаете отужинать или комнаты? — поспешила к нам пышнотелая хозяйка, стоило только шагнуть на порог.
— Будьте добры ужин, комнаты и горячую воду, — кивнул Дамиан, вызывая на лице женщины улыбку, ведь она понимала, что получит хорошую плату. — Сколько с нас? — спросил он, потянувшись к увесистому кошелю, что висел у него на поясе.
— Мы сами за себя заплатим, — произнесла я. — Нам с тобой хватит одной комнаты? — посмотрела я на Лиру, которая кивнула в ответ. — Одну, пожалуйста, — улыбнулась я женщине. — Ужин и горячую воду.
— А вам сколько? — обратилась она к Дамиану, который пристально смотрел на меня, отчего я едва могла дышать.
Принц злился. Но почему? Я не хотела быть нахлебницей, тянуть из него деньги. Неплохо выручила с продажи украшений — мне и Лираэль хватит на первое время, а там посмотрим.
— Господин? — позвала хозяйка Дамиана, который медленно перевёл на неё взгляд.
— Нам тоже одну, — вмешался Киарс, с волнением поглядывая на черного дракона, который молчал. — Но с тремя кроватями! — добавил он. — И желательно рядом с комнатой девушек.
— Будет сделано! — кивнула женщина. — Киара! — позвала она молоденькую подавальщицу, которая убирала со стола, составляя грязную посуду на поднос.
— Госпожа, — откликнулась та.
— Распорядись насчёт горячей воды и ужина. Пойдёмте со мной к стойке, — улыбнулась нам хозяйка. — Я дам вам ключи.
Пройдя мимо Дамиана, от которого, казалось, веяло ледяной стужей (хотя, может, мне только казалось), я подошла к стойке и забрала ключ, отдав нужную сумму.
Чувствовала напряжение, повисшее в воздухе, но старалась не реагировать, убеждая себя, что поступаю правильно. Моя благодарность к нему за то, что он позволил отправиться с ним и взять Лираэль с собой, и так не знала границ. Не хватало ещё жить за его счёт, паразитируя!
— Дыши глубже! — успокаивал меня Киарс, шагая с правой стороны.
— Ты даже когда предводителя пиратов захватил, не был в такой ярости, — добавил тише Сай, держась с левой.
— Не понимаю, почему ты так разозлился? — хмыкнул Кир. — Она хочет быть самостоятельной. Это же хоро…
Он не успел договорить, застыв под моим пристальным взглядом.
— Не смотри на меня так, — поёжился Киарс. — Мне не по себе.
До комнаты мы дошли в полном молчании, нарушаемом лишь топотом сапог и скрипом половиц, хранящих тайны таверны.
— Чувствую, — вздохнул Сайдер, заходя последним и закрывая дверь, — придётся нам страдать вместе с ним.
— Почему она отказалась от моей помощи?! — не выдержал я, резко оборачиваясь к притихшим друзьям. — Я же не переспать ей предложил, в конце концов!
— Так, может, стоило предложить? — хмыкнул Кир, тут же получив от Сайдера увесистую затрещину.
— Да что я такого сказал-то? — буркнул он.
— Что между вами произошло на озере? — спросил Сайдер, усиливая и без того бушующий вихрь эмоций в моей груди.
— Зачем вы это сделали? — не отрывая взгляда от притихших главнокомандующих, я угрожающе шагнул к ним, наблюдая, как они опасливо отступают, упираясь в стену.
— Что-то точно пошло не так, — буркнул Кир.
— Определённо, — согласился Сай.
— Вам, похоже, заняться больше нечем?! — рявкнул я на них.
— Ну-у-у… мы… это… — нервно кашлянул Сайдер.
— Мы хотели помочь тебе, — закончил мысль Киарс.
— Помочь окончательно лишить меня рассудка?!
— О-о, даже так, — закивал Сай.
— Дело дрянь, — подытожил Киарс.
— Больше так не делайте! Я, надеюсь, ясно выражаюсь?!
— Зная, какой ты, тебе потребуется целая вечность, чтобы признаться ей! — фыркнул Кир.
— Вот-вот! — поддакнул Сайдер.
По их словам всё казалось простым. Возможно, так оно и было, но каждый шаг в направлении Аланы давался мне с огромным трудом.
— Хватит уже нас запугивать, — отмахнулся Киарс. — Нужно привести себя в порядок и спускаться на ужин.
— Что там насчёт твоих медитаций? — Сайдер внимательно посмотрел на меня, ожидая ответа.
— Теперь даже не знаю, что с ними делать, — устало опустившись на стул, я взъерошил волосы.
— На озере определённо что-то произошло между ними, — прошептал Кир, хотя и не мне, но я отчётливо услышал.
— Угу, — кивнул Сай.
Стоило на них зыркнуть, как они тут же замолчали.
«Я обещал помогать ей медитировать, — размышлял, наблюдая, как трое мужчин затаскивают деревянные купели и ведра с дымящейся водой. — И пусть случившееся на озере только добавляет неловкости, но я не оставлю её одну».
От принятого решения стало легче.
Спустя время, смыв с себя усталость, пыль и пот после долгого пути, мы облачились в чистую одежду, отдав грязную служанкам для стирки, и вышли в коридор, где столкнулись нос к носу с Аланой и Лираэль.
Девушки тоже привели себя в порядок, кивая при нашем появлении.
— Господа, — на лестнице появилась черноволосая служанка, — ужин уже ждёт вас.
Поклонившись, она начала спускаться. Мы, не сговариваясь, последовали за ней.
Кир и Сайдер шли впереди, за ними Лираэль и Алана, а следом — я.
От огненных волос моей мучительницы исходил такой приятный аромат, что я не мог не наслаждаться каждым вдохом, невольно сокращая расстояние между нами.
Алана даже не подозревала, что я иду настолько близко, но когда до моего слуха донёсся громкий, оглушающий хохот, она резко остановилась, почувствовав моё прикосновение спиной.
— Прошу прощения, — смущённо кашлянула девушка, поспешно догоняя Лираэль.
— Вам сюда, — указала рукой подавальщица.
— Эй, красавица! — заплетающимся языком позвал её один из пьянчуг, чья компания сидела в углу и создавала слишком много шума. — Подойди к нам!
Мы заняли свои места и стали наблюдать за тем, как молодая девушка направилась к ним, прижав к груди деревянный круглый поднос, словно пытаясь инстинктивно защититься.
— Нам ещё эля, — мерзко оскалился один из выпивох.
И только она развернулась, чтобы принести им заказанное, как мужчина резко вскинул руку и схватил подавальщицу за запястье.
В следующий миг он дёрнул её назад — к себе. Поднос с грохотом упал на каменный пол, а сама девушка плюхнулась прямо ему на колени.
По лицу мужика расплылась довольная, сальная улыбка.
— Пустите! — испуганно задышала девушка, пытаясь подняться, но ей не позволили.
Шумная компания захохотала, с интересом наблюдая за её брыканиями, а у бедняжки на глазах выступили слёзы.
— Отпустите! — умоляла она.
— Да ладно тебе! — заплетающимся языком произнёс мужик. — Сколько хочешь? Назови цену.
— Я не торгую телом! Прошу вас, — едва не рыдала она, — отпустите меня!
— Какая гордая, — загоготал один из выпивох за столом.
— У любой гордости есть своя цена, — усмехнулся ублюдок, обнимая её за талию и пытаясь дотянуться до шеи.
Девушка брыкалась, пыталась отпихнуть его и вырваться. И когда моё терпение подошло к концу, а я уже был готов утихомирить этих наглецов (желательно навсегда), как Киарс поднялся, выпрямившись во весь рост.
— Смотрю, у тебя руки лишние? — его негодование, выпущенное с незначительной мощью ауры, отчётливо распространилось по залу таверны. — Так я могу укоротить! Только попроси!..
Видела, как от происходящего в углу комнаты Лираэль замерла, смотря с ужасом в глазах. Да, её, слава богам, не успели тронуть в том городе, где сменилась власть, но всё же страх в душе этой девушки никуда не делся. Ей придется жить с ним и сражаться каждый день, чтобы вырвать с корнем.
Сидя рядом с генералом и главнокомандующими, черты лиц которых ожесточились, благодарила небеса, что свели меня с этими потрясающими мужчинами. Сильными, смелыми, справедливыми, благородными! Они никогда бы не поступили так низко!
Сердце колотилось в груди от просьб девушки отпустить её. Я была вся на нервах.
«Неужели и здесь… Здесь тоже на нашем пути появилась гниль…»
Лицо Лираэль начало бледнеть, и это не осталось незамеченным Сайдером, что недовольно, с грохотом, поставил кружку на стол.
Может этот звук стал концом терпения Киарса, а, может, он решил вмешаться первым, чтобы навести порядок.
— Смотрю, у тебя руки лишние? — произнёс он негромко, но с явной угрозой в голосе, поднимаясь со стула. — Так я могу укоротить! Только попроси!
Мерзавцы, что от выпивки пребывали на веселе, притихли, посмотрев в нашу сторону.
— А ты ещё кто такой?
Речь гада была заплетающейся, физиономия раскраснелась. Он сидел в расслабленной позе, явно чувствуя себя всемогущим.
— Не думаю, что ты хочешь узнать, — ответил ему Кир, что не стал выпускать свою мощь, от которой эти уроды точно бы кинулись в рассыпную. — В последний раз говорю, — он вышел из-за стола, неспешно направляясь к ним. — Девушку отпусти.
Мужик, волосы которого были растрепанными, недовольно поморщился, посмотрев на своих двух друзей, что не спешили вмешиваться в разговор.
— Ты хоть знаешь, кто я? — с наглым видом хмыкнул он, высокомерно усмехаясь.
— Мне глубоко плевать, — ответил ему Киарс, что, не теряя самообладания, подошёл почти вплотную.
Девушка, которую так и продолжали удерживать на коленях, смотрела на главнокомандующего с такой мольбой, что моё сердце обливалось кровью.
— Иди сюда, — Киарс подал руку и взял её за ладонь, потянув на себя.
— Сидеть! — рявкнул мужик, дёрнув бедняжку и возвращая обратно.
Девушка жалостливо всхлипнула, но руки Кира так и не отпустила, хватаясь за неё в поисках защиты.
Всё произошло так стремительно. Я успела только моргнуть, как главнокомандующий в одно мгновение схватил ублюдка за шею, сжимая её.
Он захрипел, испуганно вытаращив глаза, а его дружки повскакивали со своих мест, пребывая в растерянности и не зная, как быть.
— Дёрнетесь, — с вызывающим восхищением спокойствием произнёс рыжик, — и он не жилец. А теперь девушку отпустил, если жизнь дорога.
Сайдер усмехнулся от происходящего, подвигая к Лираэль тарелку с едой, на что она благодарно ему кивнула.
— Таков наш Кир, — хмыкнул блондин. — Это с девушками у него рот не закрывается, а на поле боя разговор короткий.
Я смотрела как не на шутку перепугавшийся мужик разжал хватку, и девушка поспешила отскочить подальше, юркнув за спину Киарса.
Хмыкнув, главнокомандующий развернулся и кивнув молодой подавальщице, что поблагодарила его дрогнувшим голосом, направился к нашему столу.
— Герой! — хлопнул его по плечу Сайдер.
— Чушь не мели, — отмахнулся от него рыжик. — Ешь давай.
После показательной трёпки компания выпивох за столом притихла. Им было уже не до смеха. Они тихо о чём-то вели разговор, бросая в нашу сторону ненавистные взгляды.
Девушка куда-то ушла и больше не появлялась, и мы, расправившись с поздним ужином, разошлись по своим комнатам.
Пока ела, постоянно чувствовала на себе внимание Дамиана, что сидел напротив, но я намеренно старалась на него не смотреть. Не вредничала, нет. Просто ни к чему мне это. Будет только хуже.
Вернувшись в комнату, я легла на кровать. Лира устроилась на соседней, глядя в потолок. Мне нужно было медитировать. Хотела заниматься этим каждый день. Понемногу, но регулярно, чтобы не переходить опасную черту и не терзать свой организм невыносимыми пытками. Вот только…
«Он обещал, что будет рядом… Будет наблюдать и контролировать процесс…»
Но Дамиан не завел разговор на эту тему, а у меня у самой не хватило смелости, чтобы спросить у него.
«Просто буду осторожной, — кивнула своим мыслям, намереваясь медитировать одной. — Не стану долго мучить себя!»
И только я приняла сидячую позу, оглядываясь, чтобы найти подходящее место для своего занятия, как в дверь кто-то постучал.
— Я открою, — поднялась с кровати Лираэль. — Ваше высочество? — удивлённо вскинула она брови.
«Дамиан?» — мысленно ахнула я, не имея возможности оторвать взгляда от его высокой, статной фигуры.
— Входите, — Лира отступила в сторону, впуская принца западных земель.
— Ты не позвала меня, — посмотрел он пристально. — Надеюсь, не собиралась медитировать одна?
Я промолчала, так как врать не хотелось.
— Понятно, — вздохнул Дамиан. — Что я тебе говорил?
— Прошу прощения, — кашлянул Лира, — вы медитировать будете?
Дамиан кивнул.
— Тогда… — прочистила горло она. — Тогда я не стану вам мешать.
— Да ты и не мешаешь, — начала было я.
— Всё равно хотела сходить к главнокомандующему, — заверила меня девушка. — Нужно кое-что у него спросить. Скоро приду, — выскользнула она за дверь, прикрывая её за собой.
В комнате повисла тишина, которая напитывалась напряжением.
Дамиан смотрел на меня, чувствовала это кожей, а я… Я наоборот прятала от него взгляд, не зная, куда себя деть.
— Я буду контролировать процесс, — произнёс он, проходя вперёд и усаживаясь на коврик в позе лотоса. — Иди сюда, — позвал меня Дамиан. — Садись напротив.
Смущённая, я медленно опустилась напротив мужчины, взгляд которого разжигал огонь под кожей.
Смотрела, как он протягивает ко мне свои распахнутые ладони.
— Дай мне руки.
— Что? — взволнованно выпалила я, вскидывая взгляд и утопая в глазах черного дракона.
— Держи мои руки, — произнес он тихо. — И не отпускай. Моя энергия поможет сохранить равномерный поток и защитит от опасности…
«Держать его руки? Небеса…»
Во рту всё пересохло от волнения, кровь по венам побежала быстрее, а сердце колотилось так, что готово было пробить грудную клетку.
Как? Как в таком состоянии медитировать? Это попросту невозможно!
«Я справлюсь! Обязательно справлюсь!»
Пытаясь всеми силами взять свои эмоции под контроль, я, будто ступая в пропасть, медленно протянула руки, прикасаясь к горячим ладоням Дамиана.
По коже побежали приятные мурашки, дыхание участилось…
«Боги… Я не смогу… не смогу…»
— Расслабься, — шепнул мне чёрный дракон, своим шёпотом только усиливая ту бурю, что кружила под кожей.
«Я не могу расслабиться, когда ты рядом! Так близко!» — хотелось закричать ему, но я не посмела.
Наяра заворочалась, своим шевелением только усугубляя моё положение.
«Успокойся, Алана! Успокойся…»
Вдох…
Выдох…
И снова вдох…
Я прикрыла глаза, чувствуя, как тепло принца западных земель впитывается в меня, как приятно согревает душу, что уже так устала от сердечных метаний.
— Делай всё то же самое, как и вчера, — коснулся шёпот моего слуха. — На меня не обращай внимания.
И я пыталась. Честно пыталась, вот только не выходило. Его близость… Прикосновения… Это выше моих сил!
— Я тебя смущаю?
Вопрос Дамиана застал меня врасплох. Не ожидала я услышать такого.
— А? — испуганно хлопнула ресницами, пытаясь отстранить руки. Но не тут-то было.
Секунда, и принц сжал мои ладони, не позволяя сбежать.
— Говорю, — повторил он, не отводя от меня взгляда, от которого я была сама не своя, — я тебя смущаю?
Или он действительно не видел или издевался, потому что невозможно было скрыть то, что со мной творилось.
— Сделай глубокий вдох, — произнёс Дамиан, медленно поглаживая большими пальцами внешнюю сторону моих ладоней.
Эта ласка… Такая невинная, но в то же время губительная. Она сводила меня с ума…
Глаза в глаза…
Грохот собственного сердца отдавался в ушах, оглушая. Чувствовала, что теряю себя.
«Не смотри на него! Не смотри на него!» — верещало сознание, голос которого затихал, становясь неразборчивым.
Удар сердца…
Ещё…
И ещё…
Не знаю, как такое могло случиться. Наверное, я чокнулась окончательно, так как в следующую секунду резко подалась вперед и прижалась к чувственным мужским губам, почти мгновенно осознавая, что натворила…
— Ой! — испуганно пискнув, я шарахнулась назад, зажимая рот рукой и глядя на неподвижного принца широко распахнутыми глазами.
«Что я натворила? ЧТО Я НАТВОРИЛА?! — билась паническая мысль. — Дура! Идиотка! Чокнутая на всю голову!»
Дамиан медленно перевёл на меня полыхающий магией взгляд, а затем резко подался вперёд, сгребая в объятия.
Я даже пикнуть не успела, как он впился в мои губы жадным, лишающим рассудка поцелуем.
Уверенным, не терпящим отказа движением, он притянул меня ближе к себе, вынуждая сесть на него, раздвинув ноги.
Язык напористо толкнулся промеж губ, проникая внутрь. Я прогнулась в пояснице и заёрзала на принце, чувствуя, насколько сильно он меня хочет.
Огонь бежал по венам. Я не сопротивлялась, позволяя всё, что он хотел.
Мужские руки скользили по спине, спускаясь на ягодицы, сжимая их и притягивая ближе к паху.
Небеса… Я так сильно этого желала…
Меня всю трясло. Ещё ни разу не была в таком состоянии.
Жадный, полный страсти поцелуй, не прекращался. Язык принца сталкивался с моим в скользящем движении. Было так хорошо…
Его горячее дыхание обжигало кожу. Я жалась к нему, наплевав на все правила и запреты. С ним. Я хотела быть с ним, пусть и ненадолго.
Его руки на моих ягодицах… Близость жаркого, мускулистого тела… Лишающие рассудка поцелуи… Я прикасалась к, казалось бы, недосягаемому.
«Пусть это на один раз! Пусть потом я не смогу смотреть ему в глаза! Но сейчас он будет только моим!»
Знала, к чему всё идёт, и не возражала. Наоборот, хотела этого до безумия. И когда Дамиан проник рукой под мою юбку, касаясь края белья, я рванула рубашку на его груди, резкими движениями пытаясь стянуть её с идеального тела.
Не было никаких слов, никаких обещаний. Только страсть, что разливалась по комнате, заполняя собой каждый угол, каждую трещину в стене.
Голова кружилась, ноги дрожали, а внутри всё полыхало огнём желания, концентрируясь внизу живота.
— Отпустите, госпожа! — раздалось жалостливое из коридора.
— Закрой свой рот! Забыла уже, что должна мне?!
Тяжело дыша, от услышанного мы оба замерли в объятиях друг друга. Дамиан тесно притягивал меня к себе, словно боялся, что я сбегу.
— Не надо! Я умоляю вас, не надо! — донесся слёзный голос. — Я не хочу! Не хочу идти к ним…
В тот момент, когда Алана была так близко, когда почти стала моей, я был готов лишить жизни того, кто нарушил наше чувственное уединение.
Волна ярости пробежала под кожей, ведь сразу стало понятно — ни о каком продолжении не может быть и речи.
Да, я несказанно её желал, аж кровь закипала в венах, но бросить девушку, что молила о помощи за дверью… Это было бы эгоистично и бездушно с моей стороны.
Алана, к слову, придерживалась того же мнения.
Как бы сильно не хотелось продолжения, как бы мучительно не было выпускать её из своих объятий, я всё же разжал руки, позволяя огненноволосой подняться.
Её взгляд… полный смущения и желания терзал меня, превращая Шайна в кровожадное создание, что было готово убивать, ведь его лишили того, чего он так сильно хотел.
Не сговариваясь, мы поправили на себе одежду и волосы, устремляясь к двери.
Резко распахнув её, увидели хозяйку таверны, что цепко держала за запястье уже знакомую черноволосую подавальщицу, лицо которой было заплаканным и припухшим от слёз.
Тётка не двигалась с места, не решаясь идти дальше, ведь перед ней, как и ожидалось, стоял Киарс.
Недовольно сдвинутые брови, слегка сощуренные глаза, пронзительный взгляд… Хозяйка таверны не понимала, но я сразу мог сказать — главнокомандующий в бешенстве.
— Что здесь происходит? — спросил он леденящим душу голосом.
— Всё хорошо, господин! — попыталась заверить его лгунья, не зная, что мы с Аланой стоим у неё за спиной. — Идите отдыхать, — лебезила она перед алым драконом.
Вот только Кир отступать не собирался. Прекрасно видел, в каком состоянии находилась девушка, которую он спас ранее, выдернув её из лап выпивох.
— Куда вы её ведёте? — хмыкнув, он в расслабленной позе сунул руки в карманы штанов, чуть наклоняя голову набок.
И только хозяйка таверны открыла рот, чтобы выдать очередную ложь, как с губ черноволосой подавальщицы слетел жалостливый всхлип.
Услышав его, Кир сделал шаг вперёд, отчего женщина испуганно отступила от него, и в этот момент дверь одной из комнат, что находилась в противоположном крыле, распахнулась.
— Ну?! Долго мне ждать?! — послышалось высокомерное, а после появилась уже знакомая физиономия того, кому Киарс хотел переломать руки.
Увидев его, черноволосая девушка заревела, падая на пол.
— Встала! — рявкнула на неё хозяйка таверны или дома утех, здесь уже и не разберёшь.
— Я не хочу! — зарыдала подавальщица. — Не хочу, госпожа! Не надо! Умоляю вас!
Терпения Киарса хватило ненадолго. Решительным шагом он направился к замершей тётке, глаза которой испуганно забегали. Говорящий о многом взгляд главнокомандующего, и хозяйка таверны разжала хватку, трусливо отходя в сторону.
— Иди сюда, — Кир помог всхлипывающей девушке подняться, утягивая её себе за спину.
— Что вы себе позволяете? — дрогнувшим голосом выпалила тётка. — Моя таверна оказывает особые услуги, если того желают постояльцы! Эта девушка знала, куда шла работать! Так что не нужно вам, господин, лезть туда, куда не стоит! Тем более, что она должна мне крупную сумму! Пусть отрабатывает!
— Сколько? — спокойно спросил Киарс. — Сколько она вам должна?
За его спиной слышались всхлипы сотрясающейся в рыданиях девушки, которой очень повезло, что мы решили сегодня здесь остановиться.
— Какая разница, сколько она должна?! — выпивоха, который, судя по всему, набрался смелости, слегка покачиваясь, направился к нам. — Я уже купил её! Она моя! А ты, здоровяк, найди себе другую!
— Господин, отдайте нам девушку, — хозяйка таверны часто дышала, явно держась из последних сил, чтобы не сбежать, ведь взгляд Кира метал молнии.
— Я дам в два раза больше её долга, — смотрел он на алчную бабу, что замерла от услышанного.
Вот только стоило ей обратить взор на взлохмаченного мужика, глядящего на неё с ехидной улыбкой, как она, поджав губы, отрицательно мотнула головой.
— Говорю же, — хохотнул пьянчуга, — эта девка моя! Всё честно — я первый её купил. Но, если хочешь, можешь воспользоваться ей после меня.
Этот недалёкий даже не подозревал, насколько близок был сейчас к смертельной грани. С наглой улыбкой на лице он подошёл к Киру, намереваясь вытащить всхлипывающую девушку из-за его спины.
Алый дракон посмотрел на меня, будто спрашивая разрешения устроить здесь погром. Я в ответ пожал плечами, говоря ему: «делай, что хочешь».
Миг, стремительное движение, и Киарс схватил недоумка за руку, заламывая её.
По коридору прокатился болезненный вскрик мужика и оханья хозяйки таверны, что кинулась к ним, причитая:
— Ох, да что же вы делаете?! Отпустите немедленно господина!
— Конец тебе, понял?! — заорал он, падая на пол, когда Кир с лёгкостью отшвырнул идиота в сторону, не позволяя забрать черноволосую. — М-м-м! — стонал он. — Моя рука! Рука… она вывихнута!
— Вы… да вы… — хозяйка таверны смотрела с выпученными глазами то на Киарса, то на пьянчугу, что тявкал и подвывал, сидя задницей на полу и держась за свою руку. — Да вы хоть знаете, кто он?! — взвизгнула она, обращаясь к алому дракону.
— Стражу! Позовите городскую стражу! — орал во всё горло выпивоха. — На сына главы города напали! Готовься, — его улыбка была маниакальной, — расплата будет мучительной! Отец сначала сдерёт с тебя шкуру заживо, а затем бросит на растерзание собакам! Зря ты перешел мне дорогу! Ох зря!
— Что?! — Кир наигранно округлил глаза. — Твой отец — глава города?! Да не может этого быть!
— Именно так, идиот! — довольно оскалился сидящий на полу мужчина, который, судя по всему, был недалёкого ума, раз купился на притворную панику алого дракона.
Я стояла рядом с Дамианом, наблюдая за этим представлением. Второй город… и снова гнилые души власть имущих. Неужели так будет везде, куда мы придём?
На сердце стало мерзко от происходящего. Те, кто занимал высокие посты, купались во вседозволенности, пользуясь своим положением. Им было плевать на простой народ, они думали только о себе. Делали что хотели, даже не подозревая о грядущем наказании. Но не в этот раз. Наказание пришло в лице трёх сильнейших драконов, чьи руки были по локоть в крови.
И не только власть имущие творили что хотели. Родители девушек, продававших собственных дочерей, хозяйка таверны, не подозревающая о грядущих переменах — все подобные им стремились к хорошей жизни. Хотели купаться в золоте, хорошо одеваться и жить в красивых домах, ради этого совершая отвратительные поступки. Они строили своё счастье на несчастье других. У таких людей чёрные души, которые никогда не станут светлее.
— А давайте не будем ждать городскую стражу? — взмолился Кир. — Лучше…
— Что, уже в штаны наложил, недоумок? Сбежать собрался? — злобно захохотал сын главы города, упиваясь своим мнимым превосходством, которое сейчас ему никак не поможет.
— Сбежать? — тон Киарса изменился, став тихим. — Я не привык к этому. Как бы ни было страшно, всегда иду вперёд. Вот и сейчас… — он обернулся, встретившись взглядом с Сайдером.
Тот стоял в дверях, как и мы с Дамианом, спокойно наблюдая за происходящим. Вид у него был скучающий. Беловолосый главнокомандующий уже знал, что произойдёт дальше.
— Предпочту сам отправиться к твоему отцу с повинной, — кивнул Киарс. — Мало ли, вдруг чистосердечное признание и раскаяние спасут мою голову.
— Спасут? — по таверне снова прокатился злобный хохот. — Знаешь, я даже посмотрю на это! Парни! — гаркнул недоумок тем, кто стоял за его спиной. — Готовьте экипаж. Отвезём этого смертника к отцу. Заодно покажем лекарю мою руку — это будет неопровержимым доказательством нападения на меня!
Мужчина улыбался, уверенный, что Киарсу придётся несладко. Если бы он догадывался, что его жизнь скоро перевернётся с ног на голову, то уже ползал бы на коленях перед алым драконом, вымаливая прощение, которого Кир никогда не даст. Я уже успела узнать Дамиана и его главнокомандующих — эти трое не прощают подобных ошибок.
— Берёшь с собой группу поддержки? — усмехнулся недоумок, когда мы все, не сговариваясь, направились к лестнице.
— А ты против? — спросил Кир.
— Да мне всё равно, — фыркнул тот в ответ.
— Хорошо, — главнокомандующий посмотрел на притихшую хозяйку таверны. — Вы тоже поедете с нами.
— Я?! — ахнула она. — Но… но зачем?
Выпивохи замерли, с интересом наблюдая за разговором.
— Ну как зачем? — вздохнул Кир. — Чтобы рассказать главе города, как я заступился за девушку.
— Заступился за девушку?! А-ха-ха! Не могу! Ты удовольствия меня лишил, придурок! Неужели правда думаешь, что отец оценит твой благородный поступок? — продолжал глумиться сын главы города.
«Идиот! Сам не понимает, как с каждым словом закапывает себя всё глубже», — пронеслось у меня в голове.
— Поехали с нами, — высокомерно махнул рукой сын главы города, обращаясь к встревоженной хозяйке таверны. — Чего встала?! — рявкнул он. — Идём, говорю тебе!
Она, покорно склонив голову, поспешила к лестнице, спускаясь первой.
— Тебе лучше тоже пойти с нами, — алый дракон посмотрел на черноволосую подавальщицу, в глазах которой читался нескрываемый страх. — Одной здесь оставаться опасно. Ничего не бойся, — тихо произнёс он. — Всё будет хорошо.
Сумерки уже окутали город, зажигая фонари, вокруг которых кружились насекомые. На улицах было немноголюдно, но наша необычная компания привлекла внимание редких прохожих.
Мы, под насмешливыми и коварными взглядами выпивох, которые сами накликали на себя беду, ждали экипаж.
— Вот незадача, — усмехнулся сын главы города с коварной улыбкой на губах. — Все вместе в один экипаж не поместимся. Придётся твоим дружкам бежать следом.
— Они последуют за вами, — произнёс Киарс, бросив на Дамиана многозначительный взгляд.
— Побегут? — расхохотался недалёкий аристократ.
— Можно и так сказать, — Кир позволил себе недобрую ухмылку. — Я тоже последую за экипажем.
— Что? — оскалился сын главы города. — Опять пытаешься сбежать? Нет, так не пойдёт! Поедешь с нами!
— Я не собираюсь убегать, — серьёзно заверил его Киарс. — Даю слово! Но если попытается кто-то из вас… пеняйте на себя.
— Что ты несёшь? Насмешил мен…
Высокомерный аристократ не успел закончить свою фразу. Кир легко оттолкнулся от земли, увеличиваясь в размерах и принимая облик огромного алого дракона.
— Это… — запинаясь от страха, пролепетал недоумок, указывая пальцем на дракона, который, сделав круг в небе, осторожно подхватил лапой черноволосую подавальщицу. — Это… — тяжело дышал сын главы города, едва не теряя сознание.
Улица наполнилась криками и возгласами людей.
— Это алый дракон, — спокойно произнёс Дамиан с невозмутимым видом. — А вы те, кто должен показать ему путь к дому главы города. Прошу, — он указал на экипаж. — И помните: бежать бесполезно! Если и получится, то только на тот свет!
Сайдер кивнул, повторяя действия Киарса.
Прыжок, перевоплощение, ещё больше шума и криков… Блондин развернулся к Лираэль, которая смотрела на него с восхищением.
— Ещё один?! — гудела толпа.
— Второй дракон?!
— Невероятно!
— Кто они такие?!
— Просто немыслимо!
— Теперь наша очередь, — повернулся ко мне Дамиан, подхватывая меня на руки и отталкиваясь от земли.
Сердце бешено колотилось о рёбра. Волнение и предвкушение полёта захлестнуло с головой
Короткий миг, секундное падение, так как принцу пришлось меня выпустить из рук, а затем огромная, пышущая жаром лапа аккуратно подхватила моё тело, бережно сжимая.
Мы зависли в небе над домами и людьми, что были шокированы увиденным до глубины души. Но больше всего утопали в своих эмоциях те, кто стоял у экипажа, глядя на нас искажёнными первобытным ужасом лицами…
Как и ожидалось, наше впечатляющее перевоплощение мгновенно выбило всё высокомерие из сына главы города и его прихвостней. Они выглядели так, словно встретились лицом к лицу со смертью, и, по сути, так оно и было.
Зрелище уморительное: напыщенные аристократы, дрожа всем телом, словно осиновые листья на ветру, с трудом усаживались в экипаж. Они даже не подозревали, что их ждёт впереди.
Несмотря на все реки крови и горы трупов, которые я оставил за своей спиной, во мне всё ещё жил оптимист. Я продолжал верить в лучшее. Сейчас тоже не спешил с выводами, давая главе города шанс доказать, что он не такой, как его сын. Хотя интуиция подсказывала — он даже хуже.
Окутанные покровом ночи, мы летели в небесах вслед за экипажем, скрываясь от любопытных глаз горожан. Не собирался раскрывать свою истинную сущность градоначальнику прямо сейчас. Он узнает, кто я на самом деле, но позже.
С высоты птичьего полёта легко различил выделяющийся архитектурой дом, который мы искали.
Обогнав экипаж, я принял человеческий облик и приземлился на брусчатку, держа на руках Алану.
Кучер, увидев моё появление с небес, в ужасе остановил лошадей и низко склонил голову.
— Выходите, — обратился я к оцепеневшим пассажирам экипажа.
За спиной послышалось тихое шуршание — это мои главнокомандующие приземлились следом.
Дверь городской кареты открылась, явив нам бледного, как полотно, сына градоначальника.
— Дальше идём пешком, — спокойно произнёс я. — Расскажем твоему отцу, в чём обвиняется Киарс.
— Расскажем? — ахнул он, вцепившись в дверцу экипажа. Ноги отказывались его держать.
— Разумеется, — Кир встал рядом со мной. — Я же говорил, что готов понести наказание.
— Да я… — пролепетал перепуганный аристократ. — Я не настаиваю. Мне уже гораздо лучше, — выдавил он жалкую улыбку. — Рука больше не беспокоит, так что претензий к вам у меня нет.
— Вот как? — усмехнулся Кир. — Благодарю за милосердие, но я настаиваю, — он повернулся к онемевшим от страха выпивохам и указал на роскошный особняк.
Я заметил, как сын градоначальника, побелев от ужаса, с трудом сглотнул и бросил умоляющий взгляд на своих дружков, которые жались друг к другу, боясь даже дышать. Никто из них не осмелился заступиться за него.
Эти идиоты не знали, кто мы такие, но боялись нас до дрожи, так как понимали — в наших венах течёт сила.
«Это только начало», — мысленно усмехнулся я, наблюдая, как сын главы города, пошатываясь от страха, направился к отцовскому дому.
На улице пока царило спокойствие. Горожане ничего не заметили — ночь надёжно скрыла наши драконьи силуэты. Мы шагали вперёд, приближаясь к высоким каменным стенам и внушительным кованым воротам, за которыми виднелись стражники, охраняющие покой своего господина.
Сын главы города едва передвигал ноги, постоянно оглядываясь через плечо. Его грудь тяжело вздымалась, словно он только что пробежал несколько километров.
— Господин, добро пожаловать! — почтительно склонили головы два стражника, распахнув перед ним ворота.
— А это… — один из них с недоумением посмотрел на шагающего впереди нас Кира.
— Это… — пролепетал сын градоначальника, не в силах связать и двух слов.
— Мы пришли к главе города, — твёрдо произнёс Киарс.
— Да, — едва слышно подтвердил аристократ, — к отцу. Они хотят поговорить с ним.
Стражники переглянулись между собой, не понимая происходящего. Один из них поспешил взбежать на внушительное крыльцо, скрываясь за дверью, чтобы доложить о визитерах. Сын главы города стоял как вкопанный, уставившись в землю, а его прихвостни едва держались на ногах, вцепившись друг в друга.
Ночная прохлада окутывала нас, наполняя воздух ароматом цветущих растений. Серебристая луна, похожая на острый серп, освещала происходящее своим призрачным светом.
— Что случилось? — раздался недовольный голос, и на крыльце появился высокий мужчина в длинном халате. — Сын! В чём дело?! — его тяжёлый взгляд обвёл собравшихся. — Это кто ещё такие? Твои очередные дружки?
— Нет… — выдавил из себя аристократ, хватая ртом воздух. — Они… То есть я… В общем…
— Приветствую вас, глава города! — Кир уверенно шагнул вперёд. — Я пришёл к вам с повинной!
— С повинной? — фыркнул градоначальник. — И в чём же твоя вина, интересно мне знать?
— Отец, всё в порядке… — попытался вмешаться перепуганный аристократ. — Я сам…
— Моя вина в том, — перебил его Киарс, — что, защищая девушку, я повредил руку вашему сыну.
— Меня она уже не беспокоит… — снова попытался оправдаться тот.
— Значит, защищал девушку, — протянул градоначальник, поглаживая свою бороду, недобро прищурившись.
— Именно так, — подтвердил Киарс. — Ваш сын пытался купить её, но она не торгует своим телом.
— Хм, — глава города усмехнулся. — М-да-а, беда-а-а. Получается, ты лишил девчонку заработка, моего сына — удовольствия, да ещё и руку ему повредил. Выходит, ты не спаситель, а самый настоящий вредитель!
Я тяжело вздохнул, качая головой. Интуиция не подвела — семейка действительно оказалась пропащей.
— Отец, я… — попытался что-то сказать аристократ.
— А ты что?! — рявкнул на него градоначальник. — Не мог сам разобраться?! Зачем притащил их сюда?! Стража!
Из темноты появились вооружённые люди.
— Сломайте им всем руки! — приказал глава города, махнув в нашу сторону. — Чтобы другим неповадно было! Я хозяин этого города, и все должны жить по моим правилам!
Слова главы города заставили застыть на месте и инстинктивно прижаться к Дамиану. Моё движение не укрылось от него. Он бросил на меня взгляд, сощурив глаза, а затем медленно перевёл его на градоначальника, чья самодовольная ухмылка напоминала оскал властного тирана.
В следующий миг стражники со всех сторон ринулись на нас, готовые выполнить приказ своего господина, который уже поворачивался, намереваясь вернуться в дом.
Я понимала, они не смогут причинить нам вреда — ни Дамиан, ни главнокомандующие этого не допустят. Но страх всё равно ледяной волной разлился по венам, заставляя сердце биться чаще.
Всего одно мгновение, и могучая сила принца западных земель хлынула во все стороны. Дамиан расправил плечи, не отводя гневного взгляда от градоначальника, чьи ноги задрожали и подогнулись. Тот лишь успел издать пронзительный крик, рухнув на пол с глазами, полными первобытного ужаса.
Киарс и Сайдер не заставили себя ждать. Они последовали за своим генералом, высвобождая заключённую в них мощь. Вскрики сына главы города и его прихвостней разнеслись по округе, а стоны стражников, которым досталось сильнее, поскольку основная мощь была направлена на них, слились в единый хор страданий. Они корчились, жадно хватая ртом воздух. Энергетика принца и его друзей была беспощадной, но обходила меня, Лиру и черноволосую подавальщицу стороной.
— Значит, — вздохнул Дамиан, позволяя Шайну материализоваться угрожающей тенью за его спиной, что выглядело зловеще, но у меня вызывало небывалых размеров восхищение, — руки захотели нам сломать.
Принц не ждал ответа — это было излишне. Всё и так ясно. Глава города продемонстрировал свои намерения расправиться с нами.
— Ваше… — пролепетал он в страхе, не в силах подняться, но упрямо пытаясь подползти к нам. — Ваше высочество…
— Что такое? — подался вперёд Дамиан, усиливая давление своей энергетики. — Уже не хочешь?
— Я… я не…
Со всех сторон раздавались всхлипы и стенания. Мощь трёх могущественных драконов давила на них, сводила с ума, терзала и мучила. В этот момент свора аристократов со стражей казалась жалкой и беспомощной.
Я не могла представить, что они сейчас чувствуют, но каждая секунда их страданий была заслуженной!
«Страшно подумать, каким Дамиан становится на поле боя…» — промелькнула мысль, заставившая меня содрогнуться.
— Говоришь, — принц сделал угрожающий шаг к крыльцу, его взгляд ледяными иглами пронзал корчащегося градоначальника, который вцепился в ступени дрожащими пальцами, — этот город твой и все должны жить по твоим правилам? Смело, ничего не скажешь.
— Я… я не… — из горла главы вырывались лишь жалкие всхлипы.
— Здесь мы справедливости не найдём, — с нескрываемым разочарованием хмыкнул Дамиан, переводя взгляд на Кира.
— Точно нет, — процедил алый дракон, закрывая собой черноволосую подавальщицу.
— И снова придётся всё делать самим, — тяжело вздохнул Сайдер, интонация которого звучала как приговор.
— Выходит, что так, — кивнул Дамиан, медленно отпуская свою мощь, которая, словно туман, растворялась в воздухе.
Сайдер и Киарс последовали его примеру, но их взгляды по-прежнему были полны угрозы.
— Ваше высочество! — градоначальник подскочил, будто его ударило молнией, когда давление исчезло. — Приветствую вас, ваше высочество! — запутавшись в полах своего роскошного халата, он кубарем скатился со ступеней, рухнув на колени перед Дамианом. — Я… Вы…
— Забирай свою семью и убирайся из города, — обманчиво мягкий голос принца резал, словно сталь.
— Что? — глава в ужасе вскинул глаза. — Из города? Но…
— Не хочешь? — оскалился Киарс. — Твоё право, можешь остаться, — его голос сочился ядом. — Тогда, может, повторим огненное представление?
Я замерла, наблюдая за Лираэль, чья гримаса отвращения была мне понятна — запах горелой плоти до сих пор преследовал нас с ней.
— А что? Отличная идея, — кивнул Сайдер. — Устроим смену власти с огоньком. Уверен, горожане оценят.
— С… с огоньком? — градоначальник задыхался от ужаса. — По… подождите…
— Знаешь, где живёт командующий стражей? — Кир посмотрел на подавальщицу, которая едва заметно кивнула. — Отлично! Тогда мы с тобой отправимся к нему в гости.
— Хорошая идея, — Дамиан оскалился. — Соберём всех чиновников, выслушаем горожан. Всё по старой схеме. Ну что? — его взгляд вновь обратился к градоначальнику, который был бледен как смерть. — Я предлагал тебе сохранить жизнь себе и своей семье, но ты отказался.
— Я… Я согласен! — проблеял он.
— Поздно, — равнодушно бросил Сайдер. — Теперь твоя судьба в руках того самого народа, которому ты пытался диктовать свои правила, — его улыбка была холоднее зимнего ветра. — Прошу всех проследовать в подвал, господа! — махнул он рукой. — И поторопитесь, я устал. А когда я уставший, лучше не испытывать моё терпение, поверьте на слово!
Этой ночью я вновь не увидел сна. Киарс с Киарой привели командующего стражей и нескольких чиновников, что стояли у власти. Сайдер позаботился о том, чтобы остальная верхушка аристократии оказалась в доме градоначальника. Взлохмаченные после сна, растерянные и встревоженные они стояли в гостиной, размеры и убранство которой говорили о том, что глава города не чист на руку.
Чиновники перешёптывались друг с другом, не понимая, что они делают здесь в такой час и где, собственно, сам хозяин дома, который их позвал. Да, Кир и Сай решили схитрить, уверяя, что градоначальник вызывает к себе.
— А что происходит? — не выдержал мужчина с короткой рыжей бородой и проплешиной на голове. — Где глава?
— Да, — закивал стоящий рядом с ним. — Время позднее. Что-то стряслось?
Алана с девушками ушли отдыхать в комнаты, я их попросил об этом. Уж если мне и главнокомандующим не удастся поспать, то пусть хотя бы они увидят сны.
— А я вообще не понимаю, почему позвали меня, — хмыкнул один из чиновников, недовольно поджав губы.
— Если позвали, значит, — высокомерно ответил ему рыжебородый, — на то есть свои причины!
— Известны нам все эти причины! — не выдержал мужчина. — Что на этот раз? Опять решили поднять налог? Вам народ совсем не жалко?! Люди и так перебиваются с хлеба на воду!
— Ну так иди и снова напиши жалобу в столицу! — едко усмехнулся чиновник. — Ну что? В прошлый раз она тебе сильно помогла? Даже ответ не прислали!
— Поэтому вновь спрашиваю, зачем я здесь?! Вы сами принимаете новые законы и плевать вам на людей! Олиар, уходим! Неважно, как мы с тобой проголосуем, всё равно этих нехристей большинство!
Ответом был громкий, злорадный хохот, прокатившийся по гостиной и вылетающий в коридор, где мы с парнями и стояли, слушая «дружелюбную» беседу чиновников. Среди них, что несказанно порадовало, присутствовали те, кому можно было доверить город. К слову, Олиар, которого упомянул один из аристократов, и был тот самый командующий стражей.
Переглянувшись с Киром и Сайдером, я вздохнул, рывком распахивая двери и переступая порог гостиной, чувствуя на себе пристальные, полные любопытства взгляды.
— А вы… кто? — вопросительно вскинул брови тот самый аристократ с короткой рыжей бородой и проплешиной на голове.
— Я? — неспешно прошёл к дивану, усаживаясь. — Я тот, кто сместил вашего главу города.
Секундная тишина, в которой были слышны шумные вздохи и возмущённое сопение.
— Что?! — гаркнул рыжебородый. — Сместили?! На каком основании, интересно мне знать?! Как посмели?!
— Просто немыслимо! Что за наглость?! — подхватили за ним.
— Кто это такой вообще?!
Понимал, моё лицо мало кому знакомо, ведь первую половину своей жизни я провел во дворце, а вторую — на границе, защищая таких, как эти зажравшиеся аристократы, думающие, что им всё дозволено.
— Где глава?! Немедленно покажите нам его! Иначе…
— Иначе что? — не выдержал Кир, что вместе с Сайдером стояли за моей спиной. — Если что-то не устраивает, иди и напиши жалобу в столицу, — усмехнулся алый дракон, повторяя ранее сказанные слова. — Посмотрим, что тебе ответят и ответят ли вообще.
К слову об «ответят». То, что жалоба сановника была проигнорирована, я считал довольно любопытным явлением. Либо письмо не дошло и его перехватили, либо оно потерялось умышленно или же нет, либо кто-то в курсе того, что здесь творится, но закрывает на это глаза.
— Своего главу вы сможете увидеть завтра. В полдень, на центральной площади.
— Лучше бы его вообще не видеть, — коснулось приглушённое моего слуха.
— Да что ты несёшь?! — взбеленился рыжебородый, который из присутствующих был самым горластым.
— А что?! — таким же тоном ответил ему аристократ. — Я столько раз подавал запрос на то, чтобы уйти с поста командующего стражей, ведь то, что вы творите в городе… Это просто недопустимо! Но глава, будто издеваясь, отклонял её! Вы берете взятки, издеваетесь над простым людом, устанавливая свои порядки! Всемогущими себя возомнили?!
За спиной послышалось хмыканье Сайдера, что сохранял молчание, не спеша вмешиваться.
— Заткнись, идиот! — зашипел сановник, что стоял рядом с рыжебородым.
— Думай, с кем разговариваешь! — рявкнул на него командующий. — Пока главы нет, я с лёгкостью могу всех вас швырнуть за решётку! Никто за таких, как вы, не посмеет заступиться! Покрывать вас будет некому!
— Отличная идея, — произнёс я, довольный увиденным и услышанным. Мой голос привлёк внимание собравшихся. — Тогда предлагаю так и поступить. Бросить их за решётку.
— Что? — опешил командующий, а вместе с ним и все остальные, теряя дар речи.
— Да как вы… — жадно хватал ртом воздух рыжебородый. — Как смеете?! Я чиновник высшего ранга…
— А я принц западных земель Дамиан Эдельрон, — перебил я его, своим заявлением создавая оглушительную тишину. — Будем знакомы! Командующий, — продолжил я как ни в чем не бывало, — прошу, не стесняйтесь. Выполните то, что пообещали. А потом вернитесь. Нам с вами есть о чём поговорить.
— Мы из-за них голодаем!
— Ироды проклятые, последнее готовы у нас забрать!
— Со ста мешков риса, мы отдаем девяносто! А нам?! Как же жить нам?! Чем кормить детей?!
— Ваше высочество, позвольте сказать, — из толпы вышел сгорбленный старик с клюкой, склоняясь передо мной.
— Не нужно, прошу вас, — замахал я руками, прекрасно понимая, что ему даже стоять тяжело, не говоря уже о том, чтобы наклоняться.
— Глава и его псы заставляют платить налог лекарям, которые не берут монет за своё лечение. Они безвозмездно помогают народу, храни их небеса, а эти… — старик тяжко вздохнул, качая головой, — эти вылавливают их и требуют плату. А если не получают, то избивают до потери сознания.
Старик шмыгнул носом, смещая внимание на свои прохудившиеся башмаки, подошва которых держалась на честном слове.
Стиснув зубы, я медленно перевёл убийственный взгляд в сторону бледного, словно полотно, главы города, что вёл себя тихо, находясь вместе со своими верными псами в окружении стражников.
— Мы так благодарны командующему Олиару и чиновнику Лориану, — почтительно склонилась женщина. — Они столько сделали для нас, для простого народа. Снабжали семенами и лекарствами. Вместе с солдатами помогали с починкой прохудившихся крыш. Варили горячую похлёбку в морозы на площади. Только благодаря им мой сын смог пересилить болезнь. Они достали для него дорогое лекарство. Господин Олиар, господин Лориан, спасибо, что вы у нас есть!
Женщина начала опускаться на колени, и тут из-за моей спины выбежал командующий, устремляясь к ней.
— Тётушка, не стоит, — придерживая её за локоть, он помог женщине подняться. — Это мы должны вас благодарить. Вы стольких людей на ноги поставили.
Я смотрел на добродушие командующего, которое было искренним, на теплоту в глазах чиновника Лориана, стоящего по левую от меня сторону, и понимал, что переживать не о чем. Этот город в надёжных руках. Точнее будет в надёжных руках, когда мы с парнями наведём здесь порядок.
Как главный страж города вчера и собирался поступить, так и вышло. Одно движение его руки, и стражники, что были верны своему командиру, мгновенно скрутили вопящих на все лады чиновников, выплёвывающих оскорбления. Олиар и Лориан сильно волновались, это было видно, и я мог их понять. Далеко не каждый день происходит смена власти.
Кинув за решётку зажравшихся аристократов, командующий вместе с чиновником вернулись в дом градоначальника. Взволнованные, не поднимающие на меня глаз. Они молчали, склонив головы.
Наш разговор был долгим, и я многое узнал.
Да, этот глава города был алчным мерзавцем, что воспринимал простой люд как отребье. Он жил в своё удовольствие, упиваясь властью. Делал всё, чего бы не попросила его грязная, насквозь прогнившая душонка. Но всё же этот градоначальник отличался от того, которого мы сожгли ранее. Он морил людей голодом и драл с них налоги. Мог проявить грубость и даже покалечить, но никого не убивал и не продавал. По крайней мере, выяснить, что он в этом замешан, не удалось.
Недолго думали, как наказать его и тех, кто ему подпевал все эти годы. А именно — лишить титула, всего имущества и выпнуть за стены города с голыми задницами. Они станут простыми людьми, которых обижали все эти годы. Но, несмотря на это, пусть радуются, что остались живы. Но на всякий случай мы с Киром и Сайдером решили подстраховаться и спросить мнение народа, как, собственно, и собирались сделать изначально. И я только лишний раз убедился, что чиновник Лориан идеально подойдёт на роль нового главы, а командующий вместе со своими верными стражами станут щитом этого города.
Вместе с людьми они быстро наведут здесь порядок. Засеют поля, снизят налоги и отменят законы, которые градоначальник издавал по собственному желанию. В общем, улучшат условия народа, что сейчас гудел, словно потревоженный осиный улей. Жители с волнением во взгляде обсуждали изменения, которые совсем скоро изменят их жизнь к лучшему.
Под чутким руководством командующего стражей глава, его псы и их семьи были отправлены за ворота города. Они умоляли пощадить их, падали на колени и лили слёзы, но я был непреклонен в своём решении.
Я не бездушный монстр, хотя временами таковым бываю, выгнал провинившихся не с пустыми карманами, а с суммой, которой каждой семье хватит на небольшой, простенький домик. Не жить же им на улице. А вот на еду этим зажравшимся аристократам, точнее уже простолюдинам, придётся зарабатывать самим. Но для начала им нужно добраться до соседнего города, в котором и начнётся новая страница их жизни.
Выгребая содержимое всех кладовых и сундуков, которые теперь принадлежали народу, нашлось столько золота, шёлка и серебра, что новый глава потерял дар речи, недовольно поджимая губы. Даже я, если честно, оказался под впечатлением.
— Вот и хорошо! — решительно кивнул он. — Этого хватит сполна, чтобы построить лечебницу, школу и возвести новые дома для людей.
И мне приятно было это слышать. С таким градоначальником простому люду бояться нечего!
Пока мы помогали новому главе города распределять имущество изгнанных чиновников, не заметили, как солнце начало клониться к горизонту.
— Ваше высочество, не уезжайте сегодня, — попросил градоначальник. — Вы с главнокомандующими не спали всю ночь и весь день помогали нам решать проблемы. Вам необходимо отдохнуть.
— Я тоже так считаю, — кивнул командующий Олиар. — Останьтесь сегодня в городе, а завтра, набравшись сил, отправитесь в путь. Не сочтите за наглость, — взволнованно кашлянул он, — но моя супруга хотела бы угостить вас всех ужином. Она прекрасно готовит!
— Я не против, — кивнул мужчине, заметив, как он облегчённо выдохнул. — А вы? — обратился я к Киру и Сайдеру, которые выглядели немного уставшими.
— Только за!
На поле боя бывали случаи, когда мы не спали по трое, а то и четверо суток. Но сейчас никакой опасности не наблюдалось, и сон уже начинал окутывать мой разум, настойчиво призывая отправиться спать. Сначала нужно было помыться, а потом уже отдохнуть.
— Девушки, наверное, с ног валятся, — Киарс огляделся по сторонам, ища взглядом Алану, Лираэль и Киару, которые с самого утра помогали моей огненноволосой осматривать и лечить горожан.
Пока мы занимались делами города, они оказывали лекарскую помощь жителям. Не знаю, что именно делала Алана, но, как докладывали стражи, возле дома тётушки, которая на площади громко благодарила нового главу и командующего за доброту, собралась огромная толпа. Именно там огненноволосая принимала горожан, делясь с ними своими умениями и знаниями.
— Вы для нас как ангелы с небес, — благодарно склонил голову градоначальник Лориан.
— Даже не верится, что нам удалось справиться с этой, казалось бы, непосильной задачей, — кивнул Олиар. — Мы все вам так благодарны!
Командующий пригласил нас всех к себе на ночлег, и мы не стали отказываться. В доме бывшего градоначальника оставаться не хотелось — там накопилось слишком много негативной энергии.
Кстати, о доме. Было принято решение, что жить там никто не будет, а здание переоборудуют под лечебницу. Таким образом, часть денег, предназначенных для её строительства, удастся сэкономить. По той же схеме планировали поступить и с жилищами чиновников, которые не жалели средств на улучшение своих условий. Шикарные сады, обширные огороженные территории, двухэтажные особняки — всё это можно было использовать для школ и дополнительных лечебниц.
У командующего был небольшой, но светлый и уютный дом, наполненный аппетитными запахами еды и тёплой семейной атмосферой. Стоило переступить порог, как я сразу понял — здесь живут хорошие люди, не испорченные статусом и властью.
— Ох! — женщина в фартуке и косынке, увидев меня, взволнованно склонилась. — Приветствую вас! Это такая честь для нас!
— Прошу, не стоит, — попросил я. — Мы благодарим вас за гостеприимство.
— Милый, ну что же ты стоишь? Проводи принца и главнокомандующих в комнату. У нас места не так много, прошу прощения, — вновь склонилась она передо мной.
— На самом деле, хозяйка, — вмешался Кир, добродушно улыбаясь, — мы не привередливые. Можем поспать на полу.
— Тем более что походные одеяла у нас имеются, — кивнул Сай.
— На полу? Ох, да что вы?! — супруга Олиара от услышанного побледнела. — Мои гости никогда не будут спать на полу! — подбоченилась она, вызвав улыбку у своего мужа. — Дорогой!
— Да, дорогая? — хохотнул он.
— На тебе подготовка горячей воды, чтобы принц и главнокомандующие могли смыть усталость, а я позабочусь об ужине. Лориан придёт? — поинтересовалась она.
— Да, он отправился за девушками, которые прибыли вместе с нашими спасителями.
— Хорошо! — уверенно кивнула женщина. — Тогда за дело!
— Слушаюсь! — главный страж отвесил шутовской поклон, выпрямляясь. — Ваше высочество, главнокомандующие, — посмотрел он на нас, — вы пока присядьте, а я займусь водой.
— Ну вот ещё, — хмыкнул Киарс. — Мыться нам, а таскать будете вы? Непорядок. Мы не безрукие, слава богам! Ну? — посмотрел он вопросительно на Сайдера. — Чего встал? Помыться хочешь? Тогда шевелились, дружище!
— Командующий, куда идти? — спросил у него Сай.
— Да не стоит, я сам…
— Ничего подобного, — парни мигом его подхватили, утягивая по коридору. — Вместе справимся гораздо быстрее.
На самом деле мне тоже следовало бы отправиться с ними и разделить работу — я так всегда делал. Вот только в этот раз решил позволить себе слабость и опустился на диван, откидываясь на мягкую спинку.
Алана с Лираэль должны были вот-вот приехать. Весь день её не видел. Так соскучился. И пусть работы было непочатый край, но я снова и снова уплывал мыслями к этой огненноволосой девушке, которая смогла проникнуть в моё сердце.
Носа касались аппетитные запахи еды, а слуха — тихое пение хозяйки дома, что готовила ужин. Было так тепло и уютно. Глаза медленно наливались свинцом. Невероятно сильно хотелось их закрыть. Здесь был дом — настоящий, где семья искренне любила и дорожила друг другом. Где чувствовались сплочённость, забота и доверие. И мне внезапно захотелось того же. Такую же семью. Вместе с Аланой. С Аланой и… нашими детьми…
С самого утра я работала не покладая рук. Варила целебные отвары, осматривала горожан, нуждающихся в помощи, и применяла иглоукалывание на практике. Не жалела сил, стремясь помочь каждому.
Лираэль и Киара тоже трудились на износ. Они помогали с примочками, перевязками и дезинфекцией игл, не жалуясь на усталость.
Казалось, что очередь из горожан, нуждающихся в лечении, не имеет ни конца ни края. В основном моими пациентами были старики с больными суставами, спинами, нарушенным кровотоком и проблемами с желудком. Они отчаянно нуждались в заботе и внимании, ведь запустили своё здоровье, пытаясь помочь детям и внукам, чтобы те могли платить непомерно высокий налог.
Бывший градоначальник не щадил никого. Люди голодали, особенно тяжело приходилось зимой, когда снег заметал лес — единственный источник пропитания, где можно было найти хоть какие-то коренья.
Я не могла сдержать гнева, слушая рассказы тётушки Бойры. Горожане решили расчистить землю и засеять поле в надежде, что глава и его приспешники не узнают об этом. Они ждали урожай, который мог бы облегчить их участь. Работали ночами, чтобы не привлекать лишнего внимания. Но стоило им начать собирать урожай и упаковывать его в мешки, как появились прихвостни главы и чиновников, отбирая еду, на которую народ возлагал такие надежды. Некоторым мужчинам, попытавшимся защитить плоды своих трудов, досталось особенно сильно — они едва не погибли, чуть не оставив свои семьи без кормильцев.
Бывший глава… Этот человек был настоящим извергом, лишённым души. Он жил в своё удовольствие, ел всё, что хотел, и совершенно не заботился о горожанах, мечтающих о простой корке хлеба и миске горячей похлёбки. Я искренне надеялась, что теперь он и его приспешники сполна познают все тяготы жизни простого народа.
— Спасибо тебе, дитя, — тётушка Бойра присела рядом со мной на крыльцо, глядя на солнце, медленно клонившееся к горизонту. — Ты очень помогла людям.
— Пустяки, — улыбнулась я в ответ, чувствуя, как усталость разливается по телу. — Я рада, что смогла сделать для них хоть что-то.
— Благодаря принцу и его главнокомандующим теперь народ заживёт гораздо лучше, — на губах тётушки появилась усталая, но искренняя улыбка. — Кажется, небеса наконец услышали мои молитвы.
Дамиан… Этот мужчина поистине удивителен. С виду такой суровый, но в душе полный сострадания и доброты. Милосердный, но только с теми, кто этого заслуживает. Он ценит доверие и дорожит друзьями. Я видела, как принц западных земель общается с Сайдером и Киром — эту троицу связывает нечто большее, чем просто дружба. Они понимают друг друга без слов, работают слаженно, управляя огромной армией. Эти мужчины — настоящая опора и защита всей империи. В моём понимании Дамиан мог бы стать идеальным императором, способным навести порядок в каждом городе, смещая зарвавшихся аристократов, которые почувствовали вседозволенность, издеваясь над простым народом.
— Ты как? Устала? — послышался голос Лиры за спиной.
Я обернулась, улыбаясь ей.
— Немного, — конечно я солгала. Много. И даже очень много. Но она и так это видела.
Позади неё стояла Киара, пряча взгляд.
— Теперь тебе не о чем беспокоиться, — обратилась я к ней. — Хозяйку таверны изгнали вместе с остальными из города. Так что больше никто не посмеет принудить тебя к чему-то.
— Я так благодарна вам, — склонила голову девушка.
Вздохнув, я отвернулась, вновь возвращая своё внимание к заходящему солнцу, которое уже начало окрашивать небо в багряные тона, плавно переходящие в золотисто-розовые оттенки. Создавалось впечатление, будто небосвод охвачен волшебным пламенем.
Киара рассказала, как попала в должники к столь жестокой женщине. Всё оказалось просто. Она жила вместе с матушкой, которая сильно простыла зимой и слегла с болезнью. На девушку одновременно свалилось множество проблем, и ей пришлось взять в долг у хозяйки таверны, чтобы купить корень нарьяры. Он мог бы помочь улучшить состояние матушки.
Та, конечно же, дала ей деньги, но процент запросила немаленький. Однако Киаре некуда было деваться — других вариантов не было. Правда, все её усилия оказались напрасными: матушка не успела даже принять целебный отвар. Отдала душу богам, оставив дочь одну с огромным долгом.
Была договорённость, что Киара будет отдавать деньги в течение года, но хозяйка таверны решила всё переиграть и продать её сыну главы города. Хорошо, что мы тогда оказались рядом и смогли предотвратить это.
Девушка осталась сиротой, но успокаивало то, что у неё хотя бы был дом, где она могла начать новую жизнь, которая теперь точно станет лучше.
— Леди! — послышался мужской голос со стороны калитки.
— Здравствуйте, глава! — улыбнулась я, поднимаясь и поправляя платье.
— Добрый вечер! — мужчина вежливо склонил голову, хотя его статус это запрещал. — Лорд Олиар пригласил вас на ужин. Принц и главнокомандующие уже у него дома. Я приехал за вами.
Глядя на нового градоначальника, на душе становилось спокойно. С ним народу нечего бояться — он не допустит беззакония.
— Ты с нами? — посмотрела я на Киару.
— Спасибо, — отрицательно мотнула она головой, — но нет. Я пойду домой. Можно… — девушка взволнованно закусила нижнюю губу, — попросить вас передать принцу и главнокомандующим мою искреннюю благодарность? Скажите, что я даже в следующей жизни буду перед ними в долгу.
— А сама сказать не хочешь? — улыбнулась я, видя, как Киара прячет взгляд. Судя по всему, полёт с Киром и осознание того, что это значило, сильно волновали её. Но она понимала, что произошедшее было вынужденной мерой и не несло за собой какого-либо другого смысла.
— Я… — Киара волновалась всё сильнее. — Я…
— Хорошо, — подойдя ближе, я коснулась её руки. — Я передам им. И ему особенно, — прошептала тише, замечая, как по щекам девушки пополз алый румянец смущения. — Мы покинем город утром. Если хочешь, приходи нас проводить. Хорошо?
Киара кивнула, теребя поясок своего платья.
— Хорошо.
Я так хотела его увидеть и одновременно вместе с этим обжигающим душу чувством боялась нашей встречи. То, что произошло между мной и принцем западных земель… Пусть мы и не дошли до конца, но те мгновения были подобны сказке. Его близость — горячее, мощное тело, сводящее с ума учащённое дыхание, прикосновения, лишающие рассудка… Смогу ли я вновь испытать это сладостное безумие?
— Жаль, что вы уезжаете, — вздохнул новый глава города, сидя напротив меня в экипаже. — Ваши навыки акупунктуры… Они бесценны для горожан.
Я благодарно улыбнулась в ответ.
— Тётушка Бойра, пусть и не обладает такими умениями, но её нестандартный подход к лекарскому делу не менее ценен.
— Это верно, — кивнул градоначальник. — Она варит настои, целебные свойства которых не одного горожанина вернули с того света. Но и она не всесильна. Матушка Киоры заболела в конце зимы. На тот момент у тётушки Бойры не оказалось всего необходимого для отвара, и Киара решила купить лекарства у других лекарей, которые заломили заоблачную цену. Если бы она пришла ко мне, я бы… Эх… Ладно, — тяжело вздохнул мужчина, — чего теперь прошлое ворошить. Его никому не под силу изменить.
Лираэль печально склонила голову. Было видно, что она сочувствует этой девушке. Наверное, грустит о маме. О родной маме, а не о том чудовище, которое продало её, а потом, пытаясь избежать наказания, налетело на вилы.
Как показала жизнь, предать может любой — будь то родная мать или кто-то другой. Наши с Лирой семьи — живой тому пример.
Экипаж остановился у одноэтажного дома с невысоким забором. За ним виднелся ухоженный двор с аккуратным крыльцом.
С каждой секундой моё сердце билось всё чаще — я понимала, что скоро увижу его.
«Как мне себя вести? Сделать вид, что ничего не случилось? А смогу ли я? Нет, не смогу».
Румянец уже окрасил мои щёки, выдавая волнение.
— Леди Алана? — удивлённо вскинул брови градоначальник. — С вами всё в порядке?
— Устала, — призналась я, скрывая истинную причину. — И немного жарко, — добавила поспешно.
— Вы сегодня трудились не покладая рук, — кивнул мужчина, первым выходя из экипажа и придерживая дверь. — Прошу, — он протянул руку, помогая мне спуститься. — Супруга командующего уже приготовила для вас с леди Лираэль комнату.
— Мы безмерно ей благодарны, — пролепетала Лира, в то время как моё сердце готово было выпрыгнуть из груди.
Следуя за градоначальником, мы поднялись на крыльцо, и тут дверь распахнулась, открывая нам вид на миловидную женщину лет сорока пяти в фартуке и косынке.
— А вот и наши гостьи, — тепло и дружелюбно улыбнулась она. — Прошу вас, проходите.
— Здравствуйте, — поклонилась я.
— Ну что вы? Не стоит! — отмахнулась женщина, впуская нас в уютный дом, наполненный восхитительными ароматами готовящейся еды. — Горячую воду уже приготовили. Пойдёмте, я провожу вас.
Хозяйка любезно предоставила нам с Лирой два своих платья, за что мы были ей безмерно благодарны. После того как мы привели себя в порядок, настало время спускаться к ужину, где я должна была встретиться с ним.
Старалась держаться храбро, но волнение было невыносимым. Моё дыхание участилось, грудная клетка вздымалась в ускоренном ритме, а во рту пересохло от нервов.
Чего я так боялась? Возможно, осуждения или даже брезгливости в глазах принца западных земель. Девушка, которая сама проявляет интерес к мужчине, может прослыть легкодоступной, а я не хотела, чтобы он составил обо мне такое мнение.
Шаг за шагом я приближалась к цели. Аппетит пропал, нервы были натянуты до предела.
Поворот. До моего слуха донеслись мужские голоса и звон посуды.
«Небеса…» — судорожно вздохнула я, замедляясь перед дверями в столовую.
Всего секунда — слишком мало, чтобы взять эмоции под контроль, но оставаться на месте было невозможно.
Я набрала полную грудь воздуха и шагнула вперёд.
— Всем добрый вечер!
Взгляды присутствующих устремились на меня, и я могла бы выдержать этот натиск, если бы не волна жара, исходящая от принца западных земель.
«Не смотри на него! — приказывала себе. — Только не смотри!»
— Вы вдвоём? — спросил Сайдер.
— Да, — кивнула я. — Киара отправилась домой.
— А я уже думал, что в наших рядах будет пополнение, — усмехнулся блондин.
— Странно, — улыбнувшись, я хмыкнула, сложив руки под грудью.
— Что именно? — главнокомандующий вопросительно поднял брови.
— Что от слова «пополнение» я не слышу привычных криков и возмущений.
Киарс подавил смех кашлем, толкнув блондина локтем.
— А лисице-то палец в рот не клади. По локоть откусит.
Сайдер промолчал, лишь фыркнул и обратил внимание на Лиру, стоявшую возле меня.
— Садись рядом, — пригласил он, выдвигая для неё стул.
— Теперь понятно, почему мистер зануда не против пополнения, — усмехнулся Киарс, наблюдая за другом, который остался невозмутимым.
Мы с алым драконом рассмеялись, и тут я на мгновение потеряла бдительность, смещая внимание туда, куда не следовало — на него.
Удар сердца и желание смеяться испарилось. Его взгляд… обжигающий, голодный, полный страсти.
— Садись рядом со мной, — произнёс Дамиан, от чьего внимания моё тело вспыхнуло, словно спичка. — Все только вас и ждали. Пора ужинать.
Поужинать… Легко сказать. Это был не ужин, а настоящее испытание. Дамиан находился так близко, что кусок не лез в горло, несмотря на изматывающий голод после тяжёлого дня.
За столом царило веселье: гости беседовали, смеялись и выражали благодарность. Хозяйка заботливо подкладывала угощения в тарелки, получая заслуженные комплименты за изысканные блюда. Лира обменивалась шутками с Сайдером, Киарс рассказывал увлекательные истории, забавляя хозяев дома, а я… Я едва могла усидеть на месте, ощущая, как нога принца западных земель едва касается моей под столом.
Дамиан не делал ничего предосудительного. Он просто участвовал в разговоре, но жар его тела… Боги, я чувствовала, как он проникает в каждую клеточку моего существа. Его аромат сводил с ума одним лишь присутствием.
Не знаю, как нашла в себе силы досидеть до конца. Много раз хотелось встать, извиниться и покинуть застолье, но я понимала — такое поведение будет проявлением невоспитанности. Поэтому, когда ужин завершился, я поблагодарила хозяйку и поспешила в свою временную комнату, ощущая на спине прожигающий взгляд Дамиана.
— Всё хорошо? — спросила Лираэль, входя следом. — Устала, да?
Я лишь вяло кивнула.
Да, я была истощена не только физически, но и эмоционально. Сколько ещё смогу выдержать в таком состоянии — не представляла.
Солнце уже скрылось за горизонтом, но из приоткрытых окон всё ещё веяло теплом и нежным ароматом ночных цветов.
Лира уснула почти мгновенно, что неудивительно. А вот ко мне сон не шёл. Я ворочалась с боку на бок, радуясь, что кровать не скрипит и не тревожит сон серебровласой подруги.
В конце концов, не выдержав душевных терзаний, я тихо села на край кровати, тяжело вздыхая. Тело молило об отдыхе, но разум отказывался подчиняться, вновь и вновь возвращаясь к воспоминаниям о Дамиане, от которых кровь закипала в венах.
— Невыносимо! — прошептала я в тишину ночи, поднимаясь и бесшумно направляясь к двери.
Во рту пересохло, и я решила выпить воды. Возможно, глоток прохладной жидкости поможет прояснить мысли и наконец-то уснуть.
Как и ожидалось, все разошлись по комнатам. В доме царила умиротворённая тишина, не гнетущая, а скорее уютная.
Лунный свет проникал в окна, освещая гостиную и коридор, словно указывая путь к кухне. Я уверенно шла вперёд, зная дорогу наизусть.
Леди Диана оказалась превосходной хозяйкой — в её доме царил безупречный порядок. Всё находилось на своих местах: кастрюли и сковороды сияли начищенным до блеска металлом, на полках ровными стопками выстроились тарелки, а разнообразная кухонная утварь, развешанная на крючках, отражала серебристый свет луны.
На соседней полке я заметила кружки и, выбрав одну, подошла к крану. Сделав глоток за глотком, я ощущала, как холодная вода стекает по горлу, утоляя жажду. Однако она никак не могла унять бурю эмоций, терзавшую мою душу.
Только я наклонилась, чтобы помыть кружку, как за спиной раздался тихий голос, от которого всё внутри замерло, а в животе запорхали бабочки.
— Не спится?
«Дамиан!»
— А? — испуганно обернулась я, тут же пожалев об этом. Он стоял так близко, слишком близко. — Д-да, — ответила я, заикаясь и чувствуя, как предательское учащённое дыхание выдаёт моё волнение.
— Вот и мне, — не отрывая взгляда, принц медленно кивнул, делая шаг вперёд и отрезая все пути к отступлению.
А я, признаться, и не хотела убегать.
— Скажи, — его шёпот будоражил сознание, — ты специально, да?
— Ч-что, специально? — судорожно выдохнула, сжимая кружку так крепко, что аж пальцы начали неметь.
— Специально не смотрела на меня сегодня?
Кровь уже не текла, она неслась по венам с бешеной скоростью. Контролировать себя становилось всё труднее.
— А я так ждал этого.
Ещё один шаг, и между нами осталось не больше десяти сантиметров. Он видел моё состояние, видел, как я реагирую на его близость. Как же стыдно…
— Весь день мечтал об этом, — принц западных земель медленно протянул руку к кружке, которую я всё ещё держала, и осторожно забрал её, отставляя в сторону.
С сердцем, грохочущим в груди, я задыхалась от нахлынувших эмоций и желания, наблюдая, как его рука поднимается выше, а пальцы погружаются в мои волосы на затылке.
«Поцелует… — пульсировало в сознании почти болезненно. — Сейчас поцелует…»
Я так этого хотела, что тело буквально кричало от предвкушения.
— Если ты против, — губы Дамиана медленно приближались, — скажи мне. Я не стану принуждать…
Каждое его слово, каждый жест только усиливали моё желание, и я понимала, что обратного пути уже нет. Моё молчание было красноречивее любых слов.
Из сна меня вырвал Сайдер, который легонько тряс за плечо.
— Вода готова, — кивнул он. — Сначала помойся, потом поужинай, а после можешь спать на здоровье.
Вздохнув, я посмотрел в сторону входной двери.
— Девушки ещё не приехали, — ответил Сай, прочитав мой немой вопрос.
Я так сильно ждал её, так сильно соскучился. Но мои ожидания не оправдались. Алана смотрела куда угодно, только не на меня. Я пытался втянуть её в беседу, но огненноволосая отвечала односложно. Правда, только мне. С другими же была вполне разговорчивой и даже смеялась.
Чувствовал, что Алана смущается. После всего, что между нами произошло, это было неудивительно. Поэтому я не мог дождаться момента, когда мы останемся с ней наедине. Хотел поговорить, сказать, что чувствуют мои душа и сердце при виде неё.
Вот только такого момента всё никак не представлялось. Алана сбежала, стоило ужину подойти к концу.
«Трусиха», — кинул я ей вслед, ощущая на себе сочувствующие взгляды друзей. Они знали и видели, как мне тяжело.
Все разошлись по комнатам. Я лёг на диване, уступая Киру и Сайдеру большую кровать.
Время шло. Солнце уже давно скрылось за горизонтом, и пусть я чувствовал усталость, но сон ко мне не спешил приходить. Главнокомандующие сопели в подушки, а я лежал и смотрел в потолок. Мне бы думать о дальнейшей дороге, но вместо этого все мои мысли убегали к Алане и к тому, что было между нами.
С губ сорвался тяжкий вздох.
— Знаешь, — послышался тихий голос Киарса, — я очень надеюсь, что меня обойдут стороной любовные терзания.
— Любовь, — улыбнулся я в темноте, — это прекрасно.
— Настолько прекрасно, что ты едва ли на стены не лезешь, — фыркнул Кир. — Смотрю на тебя и вместо ожидаемого счастья наблюдаю одни сплошные мучения.
— Да брось, — с моих губ сорвался приглушённый смех, который тут же затих во внезапном громком храпе Сайдера. — Это временно. Вот увидишь.
— Очень на это надеюсь, — прилетело мне в ответ.
Понимая, что уснуть не получится, я поднялся, направляясь к дверям.
— Ты куда? — послышалось мне в спину.
— Спи давай, а я пойду во дворе немного посижу.
— Отдыхать надо, а он…
— Не ворчи, — прервал я друга. — Скоро вернусь.
Вышел в коридор и тихонько прикрыл за собой дверь, ступая бесшумно. Мысли кружили вокруг одного и того же — нужно поговорить с Аланой. Нужно развеять все её страхи и опасения, а для этого требовалось поймать момент.
Видимо, небеса были на моей стороне, так как этот самый момент тут же представился, вот только говорить мне расхотелось. Стоило увидеть её, окутанную серебряным сиянием, такую хрупкую и желанную, как я напрочь забыл обо всём, что хотел сказать.
Сердце загрохотало в груди, и я, не отводя взгляда, направился к Алане, чувствуя, как кровь несётся по венам, обжигая своей взлетевшей до небес температурой.
Шайн притих, боясь помешать. Он пребывал в непередаваемом предвкушении, как и я сам.
И вот сейчас, когда она была рядом, настолько близко, что я ощущал её дыхание, не мог справиться с собой. Не мог контролировать ту бурю эмоций, что сносила всё на своём пути.
— Если ты против, — медленно подался к её слегка распахнутым и таким манящим губам, чувствуя, как по телу бегут мурашки, — скажи мне. Я не стану принуждать…
Намеренно медлил, хотя мог впиться поцелуем, а этого хотелось невероятно сильно. Давал ей шанс отступить, оттолкнуть меня, но Алана так не поступила. Она смотрела в мои глаза, дыша часто и взволнованно, тем самым окончательно сводя меня с ума.
Короткий миг — и я коснулся её губ, придвигаясь ближе.
Как же сладко и невероятно мучительно!
Алана выдохнула и дотронулась языком до моей нижней губы. Это стало последней каплей. Свободная рука скользнула на девичью талию, притягивая девушку ближе, буквально вжимая в своё тело. Хотел чувствовать её всю, каждый изгиб.
Голова шла кругом. Я должен был быть нежным, но не выходило. В какой-то момент окончательно сорвался, целуя жадно, не позволяя глотнуть кислорода.
— Иди ко мне! — резко отстранившись, подхватил судорожно вздохнувшую Алану на руки, направляясь с ней к двери, что вела из кухни на задний двор.
Хотел её до безумия, но не здесь. Не в чужом доме, где нас могли услышать. Мне-то было всё равно, но Алана, в чём я уверен, сгорела бы со стыда, если бы нас застали.
Моя огненноволосая не спрашивала, куда я её несу. Она доверчиво сидела у меня на руках и обнимала за шею, а потом и вовсе придвинулась ближе, утыкаясь носом мне за ухо и касаясь кожи губами.
— Что же ты со мной делаешь, — сорвалось измученное с моих губ.
Нужно было отнести Алану куда-нибудь подальше от дома. Вот только беда была в том, что сада у командующего не наблюдалось.
«Придётся поискать другое место!» — решил я.
И оно сразу же всплыло в памяти: небольшое поле небесно-синих васильков у самой кромки леса. Душистое, уединённое, а главное — красивое и запоминающееся.
Шайн уже был готов высвободиться. Стоило мне подпрыгнуть, позволяя ему это, как он тут же поймал Алану, поднимаясь вместе с ней в небеса.
Эта ночь станет особенной и незабываемой.
Я так ждала, когда это случится. Невероятно сильно желала, чтобы Дамиан, пусть и лишь на мгновение, стал моим.
Знала: не посмею требовать от него ничего после нашей близости. Не опущусь до такого. Этот зов тела… Его возникновение и мощь я не в силах объяснить. И кто знает, утихнет ли моя лихорадка, вызванная принцем западных земель, когда мы станем единым целым?
Я была готова к боли — не физической, о нет. Моя девственность давно утрачена, но душа и сердце… Именно они обречены на страдания, способные превратить жизнь в настоящий ад.
Однако я не отчаивалась. Лучше познать блаженство сполна и жить счастливыми воспоминаниями о нём, чем вечно кусать локти, терзаясь от того, что желаемое так и не свершилось.
И вот сейчас, когда Шайн уносил меня от дома командующего, рассекая небесную высь, я едва не захлёбывалась от нахлынувших эмоций. Знала, что ждёт меня впереди. Знала, что познаю всю мощь страсти мужчины, который искренне желает меня, а не морщит презрительно нос, словно я прокажённая, покрытая гнойниками.
Мы летели над спящим городом — его улочки и дворы утопали в мягком желтоватом свете фонарей, которые, словно маленькие звёзды, окутывали всё вокруг своим тёплым сиянием.
Моё дыхание было частым, а пальцы скользили по гладким чешуйкам этого величественного и невероятно прекрасного существа, чей хозяин навсегда запечатлеется в моих воспоминаниях и в моём сердце.
Сейчас не хотела думать о печали. Да, тоска и страдания непременно настигнут меня, но это будет потом… Сейчас же я жила лишь настоящим.
Пролетев над последним домом, Шайн резко свернул вправо, наклоняясь набок. Вдали показалась поляна, залитая серебристым светом луны.
Цветы… Их было так много! Пьянящий аромат разливался во все стороны, нежно лаская мой нос.
Прикрыв глаза, я глубоко вдохнула этот чарующий запах, словно пытаясь навеки запечатлеть его в сосуде своей памяти. Отныне этот аромат будет неразрывно связан с Дамианом.
Шайн начал снижаться. В одно мгновение его лапа, бережно сжимавшая моё тело, исчезла, а в следующую секунду меня подхватили крепкие, обжигающие руки, прижимая к сильному, натренированному телу.
Секундное падение… Мои волосы развевались на ветру, словно невесомые шёлковые ленты.
Дамиан коснулся земли, и в следующий миг, не давая мне возможности встать, он впился в мои губы жадным поцелуем. Его язык проник внутрь, вызывая волну жара, которая пробежала по венам.
Мы были одни… Абсолютно одни. Никто и ничто не могло помешать нам в этот волшебный момент.
Принц целовал страстно, с необузданным натиском, но меня это лишь разжигало. Я хотела именно этого — полной, безудержной страсти.
Обвила руками его шею, тесно прижимаясь к нему всем телом. Мир вокруг кружился в безумном танце, а я была настолько поглощена этим волшебным моментом, что не заметила, как оказалась лежащей на мягкой, душистой траве.
В одно мгновение Дамиан навалился сверху, упираясь ладонями по обе стороны от моей головы.
И снова поцелуй… Обжигающий страстью, выпивающий дыхание, лишающий силы воли и последних крупиц здравого смысла. Его губы были словно пламя — безжалостные, жадные, всепоглощающие.
Колено принца проскользнуло между моих ног, настойчиво раздвигая их. Чувственные губы припали к моей шее, медленно спускаясь ниже и вызывая волну дрожи.
Я выгнулась навстречу его прикосновениям, и Дамиан не заставил себя ждать. Резким движением он оттянул верх платья, высвобождая мою грудь и припадая к ней губами с такой жадностью, что у меня перехватило дыхание. Это оказалось настолько приятно, что кружилась голова.
Яркая вспышка наслаждения пронзила всё тело, словно электрический разряд. Из моих уст вырвался невольный, постыдный стон, эхом разлетевшийся по ночной поляне.
Дрожа от накатившего блаженства, я чувствовала, как рука Дамиана дерзко задирает мою юбку, касаясь внешней стороны бедра. Мои ноги неосознанно раздвинулись шире, приглашая его устроиться между ними.
Принц прижимался ко мне так откровенно, так настойчиво, что желание ощутить его в себе стало настоящей пыткой — сладкой и мучительной одновременно.
Его язык ласкал мой сосок, а рука скользнула под ягодицу, приподнимая и притягивая к его твёрдому паху… Мурашки табунами бегали с головы до ног, вызывая лёгкую дрожь.
Дамиан был настолько напористым, настолько властным, что мне уже не хватало простых прикосновений. Я хотела его… Всего целиком. Сходила с ума от желания почувствовать этого мужчину внутри себя.
И принц не заставил себя долго ждать. Едва уловимое движение, лёгкое шевеление… А затем я ощутила то самое долгожданное давление.
Внезапно мне стало стыдно. Стыдно за то, что моя девственность уже потеряна, что я встретилась с ним, уже познав близость с другим мужчиной. Но в следующую секунду все мысли вылетели из головы.
Дамиан резко подался вперёд, проникая в меня…
С моих губ сорвался сладкий, протяжный стон наслаждения, который, казалось, растворился в ночном воздухе.
Принц набросился на мои губы, замирая во мне. Внутри всё пульсировало, требовало продолжения. И я дёрнула бёдрами, тут же вонзая ногти в его спину, когда он начал двигаться.
Сначала медленно, в раскачку… А затем всё быстрее и быстрее, проникая на всю длину. Мужские губы терзали мои, пальцы ласкали грудь — я была сама не своя.
Внизу живота закрутилась спираль удовольствия, становясь всё туже и туже. По поляне разносились мои безудержные стоны. Я не стеснялась, не до этого было. Не получалось молчать — настолько сильным было наслаждение.
Ритмичные толчки, скольжение внутри меня, горячие губы, требовательные прикосновения… Всё смешалось в одно безумное, сладостное целое.
В какой-то момент пружина внутри меня подпрыгнула и разлетелась во все стороны, принося волны наивысшего наслаждения. Моё тело содрогалось в конвульсиях удовольствия, а разум уносился куда-то далеко.
Дамиан приглушённо застонал, а затем, так и продолжая нависать надо мной, уткнулся лицом в изгиб моей шеи.
— Моя… — прошептал мужчина хриплым голосом, опаляя горячим дыханием мою кожу. — Теперь ты только моя…
Пытаясь восстановить дыхание и сердцебиение, я устроился рядом с притихшей Аланой, предварительно поправив на ней юбку и застегнув свои штаны.
Так хорошо…
Под кожей текла приятная усталость, смешанная с блаженством. Да, я был счастлив — несказанно счастлив. А про Шайна даже говорить не стоило: тот лежал на спине и, пребывая в экстазе, дёргал задней лапой.
Сейчас, когда голод тела был утолён, а та, кто завладела моим сердцем, лежала рядом, такая податливая и родная, я услышал пение цикад. Мой взгляд невольно обратился к светлячкам, которые летали над нами, добавляя этой потрясающей ночи особое волшебство.
Отыскав ладонь притихшей Аланы, переплёл наши пальцы и поднёс их к своим губам.
— Давай разделим одну жизнь на двоих, — сорвалось с моих губ.
Я чувствовал, как Алана напряглась.
— Понимаю, — мой вздох. — Со мной опасно иметь хоть что-то общее, не говоря уже о том, чтобы вступать в отношения…
— Дамиан… — донеслось тихое со стороны девушки.
Если честно, почему-то я побаивался на неё смотреть. В голове кружилась навязчивая мысль: а вдруг она откажет?
— Клянусь, что буду защищать тебя ценой своей жизни! — выпалил я, принимая сидячую позу и с волнением заглядывая в девичьи глаза. — Никому не позволю тебя обидеть и тем более причинить вред!
— Я не сомневаюсь, — улыбнулась огненноволосая девушка.
Её улыбка была настолько нежной, что моё сердце пропустило удар.
Не поднимаясь, продолжая лежать в окружении васильков и светлячков, она вскинула руку и осторожно коснулась пальцами моей скулы.
— Позволь рассказать тебе о себе, — Алана вздохнула и отвела взгляд, будто чего-то стыдясь. — Ты ведь уже понял, что я не девственна.
Я действительно понял, но это меня совершенно не смущало.
— Погоди… — внезапно по моей спине побежали ледяные мурашки ужаса. — Ты… тебя…
— Что? Нет, — мотнула головой огненноволосая. — Участь тех несчастных девушек, которых воровали и продавали, меня, слава небесам, обошла стороной. Я была замужем, Дамиан… Год.
Она начала рассказывать, а я слушал, не перебивая. Во мне бушевал целый спектр сильных эмоций, которые призывали к кровопролитию.
Её семья… Да разве это семья? Язык не поворачивался так их назвать. Они продали родную дочь в лапы чудовища, которое поило её противозачаточной настойкой. Всё ради одной цели — заполучить магию, покупка и продажа которой запрещены и строго наказуемы.
Мне хотелось сказать так много слов!
И тут в памяти всплыл момент, когда я впервые увидел Алану. Это было возле таверны. Она стояла и слушала дикие крики своей неадекватной матери, которая позже послала сыновей, чтобы они притащили «непутёвую» дочь домой. Видимо, она решила довести задуманное до конца. И у неё обязательно получилось бы, если бы не моё вмешательство.
Алана замолчала, а я, ощущая, как Шайн в приступе ярости носится под кожей, прикрыл глаза, стараясь его успокоить.
И ведь наказать их никак не получится. По факту самого преступления не случилось: энергия Аланы осталась при ней. Да и противозачаточный настой уже покинул её тело. Но и то, что они сделали, оставлять безнаказанным тоже нельзя.
— Мне неважно, — мотнул я головой, стискивая зубы до ломоты в дёснах, — с кем ты была до меня. Главное, что сейчас ты со мной. Я хочу разделить с тобой жизнь. Хочу, чтобы ты стала моей семьёй.
Я видел, как на глаза огненноволосой девушки навернулись слёзы, они поблёскивали в свете луны. Её нижняя губа задрожала.
— Не плачь, — прошептал я тихо, подавшись вперёд. Бережно обнял Алану, прижимая её к своей груди. — Я прошу тебя, не плачь.
— Боюсь поверить, что всё это правда, — всхлипнула она, утыкаясь носом в мою рубашку.
Я даже не хотел представлять, сколько ей пришлось пережить за всю свою жизнь. Судя по всему, плохого там было куда больше, чем хорошего.
Шайн издавал странное урчание, успокаивая Алану. А я, склонившись к её рассыпавшимся огненным волосам, тихо втянул их аромат — запах, который мне безумно нравился. Её запах…
— Давай доберёмся до западных земель и сыграем свадьбу? — спросил я, чувствуя, как Алана замерла в моих руках. На губах растянулась довольная улыбка. — Ты согласна?
Старался говорить непринуждённо, не выказывая своего волнения, хотя оно было настолько велико, что едва мог усидеть на месте.
— Согласна, — услышал я тихое, но такое желанное слово.
Сердце запело в груди, а Шайн принялся пританцовывать. Никогда мой дракон не был так счастлив. Он готов был отправиться на небо и собрать все звёзды, принося их в дар своей единственной.
Ночь мы провели на васильковом поле. Окружённые природой, впитывали близость друг друга. Я так хотел, чтобы время остановилось, чтобы позволило этому волшебству продлиться подольше. Но оно неумолимо бежало вперёд. И вот на небосводе забрезжили первые краски рассвета — нам пора было возвращаться.
И вновь я не смог поспать. Но это ерунда. Слабости не чувствовалось от слова «совсем».
Шайн расправил крылья и склонил голову перед Аланой, приглашая её забраться на него. Нужно было видеть удивлённый взгляд девушки — огненноволосая явно не ожидала такого!
Но теперь она будет летать только так. Никаких лап. Алана — моя пара. Моя будущая супруга, и я сделаю всё, чтобы видеть счастье в её глазах!
Я был счастлив… Как же сильно я был счастлив! Но вместе с этим тёплым, радостным чувством во мне жили ещё мощных два — решимость и, что вполне ожидаемо, тревога.
Я сильно волновался за Алану. Она открылась мне, рассказала о том ужасе, который ей пришлось пережить. А вот я не смог… Не смог сказать, что рядом со мной ей грозит опасность. Дарьяна придёт в бешенство, когда узнает о том, что я нашёл себе пару.
Шайн, словно вторя моим переживаниям, выпустил струйку дыма из ноздрей, направляясь в сторону дома командующего.
Рассвет почти окрасил всё небо. Время было ещё раннее, но некоторые люди выходили на улицы. При виде меня они уже не испуганно шарахались в стороны, а приветливо склоняли головы. Кто-то даже махал рукой, выкрикивая пожелания доброго утра.
А утро действительно было добрым. На шее моего чёрного, непобедимого дракона сидела хрупкая девушка, которой этот мощный ящер покорился и был готов защищать её до конца. Алана… Она стала центром моего мира, моей вселенной. Ради неё я готов был на такие вещи, о которых ранее даже не задумывался.
Зависнув над двором командующего, я увидел, как там расхаживает из стороны в сторону Киарс, а рядом с ним — заспанные Сай и Лираэль.
— Явились! — выкрикнул недовольно Кир, сложив руки за спиной, когда я принял облик человека и, подхватив Алану в воздухе, плавно приземлился вместе с ней. — Ты погляди, не запылились! Совсем уже, да?! — гаркнул он на меня, стремительно подходя ближе.
— Чего это он? — спросил я у Сайдера, который скучающе скривился при виде метаний алого дракона.
— Вас потерял, — бросил сонно блондин, разворачиваясь и направляясь в дом. — Развёл здесь истерику. Всех переполошил в такую рань, — зевнул Сай, беря за руку смущённо улыбающуюся Лиру и утягивая её за собой.
— Нет, я всё понимаю, — кивнул Кир, возмущённо дыша. — У вас любовь и всё такое, но нельзя же пропадать на всю ночь, никого не предупредив! — повысил он голос. — Я переживал вообще-то! А вдруг с вами что-то случилось бы?! А?!
— Ну что ты паникуешь, в самом деле, — поморщился я, так и продолжая держать на руках притихшую Алану. — Разбудил всех.
— Ты такой эгоист! — мотнул головой Кир. — Я тоже в следующий раз так сделаю! Посмотрим, как ты забьёшь тревогу! Нет, вы пара эгоистов!
— Ты прав, — хохотнул я.
— Конечно, я прав!
— Мы теперь пара.
От услышанного Кир замер, моргая. Мои слова мгновенно отбили у этого дракона желание орать на всю округу и отчитывать меня, словно я не принц, а какой-то нашкодивший юнец.
— Ну наконец-то! — фыркнул Киарс спустя пару секунд тишины. — Теперь хоть ночами смогу спать спокойно, а то твои вздохи уже порядком надоели.
— Вот же ты… — расхохотался я, видя, как Алана смущённо улыбается.
Спать никто из нас больше не лёг — не до сна уже было.
Хозяйка дома и девушки занялись готовкой завтрака и сборкой провизии, на которой настоял командующий, а мы с парнями ушли обсуждать дальнейший путь.
Впереди была долгая дорога. И пусть время, которое изначально планировалось потратить до западных земель, значительно увеличилось, ни я, ни парни не сожалели об этом. Мы смогли помочь стольким людям, искореняя зло и проводя зачистку, которая, в моём понимании, должна быть более обширной. Я бы даже сказал, глобальной.
Не давала покоя мысль: почему никто из столицы не ответил на жалобу? То, что её перехватили — это бесспорно. Но кто? Кто-то уже во дворце? Если так, то дела обстояли куда хуже, чем я мог предположить.
Позавтракав, мы поблагодарили за гостеприимство, собрались и отправились в дорогу, проезжая по улочкам города, полным народа.
Столько людей пришли нас проводить! Их лица светились самыми тёплыми эмоциями, а в глазах читалась благодарность. Ради таких моментов я готов был рисковать собственной жизнью, защищая народ, который нуждался во мне и в тех, кто сражается со мной плечом к плечу.
— Хорошей дороги!
— Берегите себя!
— Лёгкого вам пути!
Мы неспешно продвигались к воротам, а люди всё кричали напутствия и пожелания. Под копыта наших коней кидали цветы — издревле это считалось хорошим знаком и проявлением искренней преданности.
Дети махали руками, а старики и женщины украдкой смахивали слёзы.
И тут из толпы вышла девушка. Я сразу её узнал, собственно, как и все мы. Кир без всяких раздумий направил коня к ней, останавливаясь в метре.
Киара посмотрела на него лишь раз, смущённо опуская глаза, а потом протянула ему какой-то свёрток, который Киарс принял.
Благодарно поклонившись, девушка шагнула обратно в толпу, пропадая из виду.
— Да хранят вас небеса и боги! — кричал новый градоначальник вместе с командующим и горожанами, выйдя за ворота города, провожая нас.
Я обернулся, махнул им всем рукой, мысленно желая спокойной и мирной жизни.
— Ну что? — посмотрел я на друзей и любимую, что улыбнулась мне в ответ. — Вперёд! Как и сказал глава, да хранят нас небеса и боги!
До ближайшего города было три дня пути. За ним — ещё город, и ещё. Дорога дальняя. Прекрасно понимал, что если зачищать каждый населённый пункт, то до западных земель мы доберёмся очень нескоро, а я не мог себе этого позволить.
На самом деле, много мыслей крутилось в голове. Вся эта вседозволенность знати… Я не хотел думать плохо о брате. Знал его как никто другой и верил, что он ни в коем случае не стал бы закрывать глаза на такие ужасы. Брат всегда был справедлив: в меру милосерден и безжалостен с теми, кто переходил черту. Но то, что творилось в двух городах, в которых мы успели побывать… Здесь было что-то не то. И это «что-то» мне очень не нравилось.
Судя по задумчивым физиономиям парней, они тоже склонялись к моему мнению.
Полдня пути мы проехали без передышки. Я вновь и вновь обращал внимание на Алану, ведь знал, что она тяжело переносит путешествие верхом. Но любимая каждый раз отвечала мне улыбкой, будто говоря: «Всё хорошо, не волнуйся за меня». Шайн недовольно рычал, требуя немедленного привала, и я был с ним солидарен.
— Подарок от спасённой? — хмыкнул Сайдер, лукаво улыбаясь и бросая взгляды в сторону седельной сумки Кира, из которой торчал тот самый свёрток, что вручила ему Киара.
Алана с Лираэль понимающе улыбнулись, а Кир сделал невозмутимое лицо, продолжая помогать расставлять еду.
— Не покажешь, что там? — не унимался Сай.
— Ешь давай, — отмахнулся от него алый дракон. — Ты слишком много болтаешь!
— Пф! — донеслось со стороны блондина, который тут же благодарно улыбнулся Лираэль за то, что она подала ему кусок вяленого мяса поверх хлеба.
— Чай, — кивнула девушка, протягивая металлическую кружку.
— Спасибо.
— Ты смотри, с каких это пор стал таким вежливым? — с губ Киарса сорвался смешок, заставив Лиру покраснеть. — Или ты благодаришь только кого-то особенного? Наверное, — кивнул своим словам алый дракон, делая вид, что не замечает предупреждающего взгляда Сайдера, — так и есть. Я прав…
— Ешь уже! — блондин резко подался вперёд, запихнув в рот Киру кусок мяса и вызвав у нас у всех смех, который прокатился по цветочной поляне.
Мы отдохнули минут двадцать, а потом, собрав всё, пустились дальше.
— Ты долго будешь делать вид, что не замечаешь? — Сайдер поравнялся с Киарсом, наблюдая, как он поджал губы, прекрасно понимая, о чём именно идёт речь.
— Она едет за нами уже половину дня, — добавил я. — Ничего не сделаешь?
Девушки двигались следом, но нашего разговора не слышали, болтая о чём-то между собой.
— Кто знает, — пожал плечами Кир, — вдруг ей просто в другой город нужно. Не хочет оставаться в…
— В безопасности? — усмехнулся я. — Мы зачистили его. Поставили у власти достойных. Снизили налог — теперь народ не будет голодать. Смысл ей ехать в другой город, в котором неизвестно, какая обстановка?
Я сразу заметил, что за нами, сохраняя дистанцию, едет Киара. Девушка не хотела показываться нам на глаза. Скрывалась в тени деревьев. Вот только для меня и парней оставаться незамеченным для кого-то попросту невозможно.
С какой целью она следовала за нами и почему не желала показываться на глаза?
На самом деле у меня имелись мыслишки на этот счёт. Либо Киара действительно едет в другой город, что, как по мне, самый настоящий бред, либо просто решила отправиться за Киром, что звучало как-то более логично, что ли. Но почему она тогда сразу не сказала о своём желании ехать с ним? Стеснялась? Боялась, что мы не согласимся? Девушки… Мужчинам понять их очень сложно.
— Ну? — спросил Сай, двигаясь вперёд и глядя на дорогу.
— Что «ну»? — буркнул Киарс.
— Иди и узнай, что ей нужно! — не выдержал блондин, который, сколько я его знал, никогда не отличался терпением.
Обречённо вздохнув, Киарс встал ногами на седло, а затем, оттолкнувшись, взмыл в небеса, стремительно увеличиваясь в габаритах и отбрасывая огромную тень на землю.
Алый дракон величественно рассекал поднебесное пространство, почти мгновенно отыскивая ту, кто ехала за ними от самых городских стен.
Киарс завис в воздухе, глядя на сильно разволновавшуюся девушку с высоты. Она пыталась удержать коня, который испугался присутствия опасного существа в разы больше и сильнее, чем он сам.
Животное нервно било передними копытами о землю и пыталось скинуть с себя наездницу, которая изо всех сил старалась удержаться в седле.
Один взмах мощных, застилающих небо крыльев — и Киарс начал падать камнем вниз, неотрывно наблюдая за ужасом, который разливался в глазах Киары.
Удар её бешено колотящегося сердца… И алый дракон сменил облик на человеческий, грациозно касаясь подошвами сапог земли, протоптанной копытами и колёсами повозок.
— Господин… — взволнованно пролепетала девушка. — Господин Киарс…
Она часто дышала, пытаясь успокоить животное, которое сильно разнервничалось.
— Я тебя слушаю, — кивнул Киарс. Подойдя ближе, он забрал у неё поводья коня, который при присутствии сильного мужчины тут же затих.
Девушка смотрела на своего спасителя с диким волнением и смущением, которые причудливо переплетались на её лице.
— Киара? — позвал алый дракон.
— Д-да, господин? — вскинула она взгляд, нервно кусая нижнюю губу, которая была слегка припухшей.
— Я тебя слушаю, — более мягко произнёс Киарс. — Говори, зачем ты едешь за нами?..
Стоило увидеть, как Киарс устремляется в небеса и становится мощным ящером, алая чешуя которого при столкновении с солнечными лучами словно полыхала пламенем, как в груди тут же зародилось что-то недоброе.
«Опасность!» — пронеслось в мыслях. Иначе зачем он тогда куда-то полетел? Это было против нашего плана, который мы обсуждали, сидя на поляне во время привала.
Но Дамиан, заметив мою тревогу во взгляде, тут же поспешил успокоить, говоря то, что сильно удивило.
Киара.
Эта девушка, которую Кир спас два раза, ехала следом за нами. Зачем? Никто из нас не знал точного ответа, поэтому мы решили развернуться и послушать, что она скажет.
Торопились со всех ног, заворачивая по тропинке и выезжая на открытую местность.
Увиденное повергло меня в шок, собственно, как и всех остальных.
— Умоляю вас! — голос Киары был негромким, но ветер, что дул от неё в нашу сторону, донёс её слова.
Она стояла на коленях перед алым драконом, низко склонив голову.
— Ты… — Киарс явно был в шоке. Растерялся, бедолага, не зная, как быть.
Я уже успела понять, что с мужчинами у него разговор короткий, а вот с женщинами, которые плакали или же молили о чём-то, этот здоровяк не знал, как себя вести.
— Ты, это… прекращай давай, — кашлянул он, наклоняясь и пытаясь поднять её.
Но Киара упрямо мотнула головой, так и продолжая стоять перед ним на коленях с низко склонённой головой.
— Я не рассчитываю, что стану для вас особенным человеком. Просто хочу быть рядом, — произнесла она, нервно стискивая в пальцах ткань своей туники. — В городе меня ничего не держит. Я хочу отплатить вам за доброту. Позвольте прислуживать вам…
Киарс от услышанного закашлялся. Набрав полную грудь воздуха, он обернулся, чувствуя наши взгляды. В его глазах читался немой вопрос, на который Дамиан пожал плечами, говоря: «Делай, что хочешь».
— Я буду стирать ваши вещи, готовить, убираться в доме. Я могу делать для вас всё, что пожелаете! Только разрешите быть рядом.
— Да что же это… — алый дракон нервно взлохматил волосы пятернёй.
Киарс пребывал в замешательстве, но оно и не удивительно.
— И чего сразу не попросилась с нами? — прочистил он горло, глядя на неё сверху вниз. — Да встань ты уже!
— Хорошо, господин! — девушка тут же поднялась.
— И давай без «господинов». Киарс моё имя. Запомни! — явно смущённый происходящим (это было видно по лицу рыжика), он неспешно направился к нам, оставив притихшую Киару за спиной.
— Ну? — обернулся алый дракон. — Что стоишь? Едешь с нами или нет?
— Еду! — тут же закивала девушка, радостно улыбнувшись. — Еду, господин Киарс!
— Опять двадцать пять! — фыркнул рыжик. — Просто Киарс! Поняла?
— Да! — кивнула Киара, поспешно запрыгнув в седло и направив коня за алым драконом.
— Только попробуй заржать! — рыкнул Кир на Сайдера, в глазах которого плясали смешинки. — Голову оторву!
— Не оторвёшь, — важно заявил блондин.
— Думаешь, сил не хватит? — Киарс вопросительно выгнул бровь, сощурив глаза.
— Дело не в этом, — было ему ответом. — Я твой брат. И ты скорее оторвёшь голову себе, чем мне, — выдал Сай, спустя секунду не выдерживая и хохоча на всю округу.
— Вот же… поганец! — недовольно буркнул рыжик. — Скажи ему! — возмущённо обратился он к Дамиану, который и сам не скрывал улыбки.
— И что именно я должен ему сказать?
Киарс в своём смущении был таким милахой, что даже мы с Лирой рассмеялись.
— И вы туда же?! — воскликнул рыжик. — Предательницы! Я вам ещё припомню! Киара! — крикнул он, не оборачиваясь. — Не отставай!
В наших рядах произошло неожиданное пополнение, и я была этому только рада. Киара так смотрела на Киарса… Сразу стало понятно, что девушка влюбилась в него, но на отношения с ним не надеялась, ведь их статусное положение было слишком велико.
Мне это так знакомо. Дамиан и я…
Меня мучило и терзало то же самое, но, как оказалось, чёрный дракон плевать хотел на это. И я знала, что Сайдер с Киром — точно такие же. Им неважно, какое происхождение у девушки, какая у неё родословная и какой пост занимают родители. Неважно, какое у неё приданое и какие у её семьи связи. Этим трём мужчинам важен только сам человек: душа, взгляды на жизнь, поведение и поступки. Они выбирали не глазами и ушами, а сердцем.
Я была уверена: когда Киаре станет об этом известно, она сделает всё, чтобы завоевать Кира.
— Простите, — послышалось с её стороны, когда она ехала между мной и Лирой.
— За что? — удивлённо вскинула я бровь.
— За то, что напросилась с вами, — ответила девушка, на лице которой читались искренние эмоции.
— Я присоединилась к принцу и главнокомандующим из предыдущего города, — улыбнулась Лираэль.
— И то кое-кто был против этого, — хмыкнула я.
— Опять она на меня наговаривает! — фыркнул Сайдер, развесивший уши. — Скажи ей! — обратился он к Дамиану.
— Так Алана права, — хохотнул принц.
— Вот-вот, — поддакнул Киарс.
— Пф! — блондинистый главнокомандующий закатил глаза.
— А я еду с ними от столицы, — улыбнулась я Киаре.
— Ты никому не помешаешь, — взял слово мой принц. — Не думай об этом. В западных землях всем желающим найдётся место.
— Давай я…
— Нет-нет! Я сама! — Киара порхала вокруг Киарса, поднося ему то тарелку с разогретой едой, то дымящийся, ароматный чай. — Не горячо? Давайте подую.
Мы с Сайдером прятали улыбки, ведь так интересно было наблюдать за Киром, который явно испытывал неловкость от того, что девушка за ним ухаживала. Причём делала это не ради золотых, как обычно бывает, а потому что ей этого действительно хотелось.
Рыжик пребывал в растерянности и пытался хоть как-то разрядить напряжение, что сковало его по рукам и ногам. Вот только черноволосая девушка не оставляла ему ни шанса, предотвращая все попытки сделать что-то самостоятельно.
— Ох! У вас рубаха порвалась!
— Да пустяки, — отмахнулся главнокомандующий. — Нечаянно зацепил, когда хворост собирал.
— Я зашью! Снимайте!
— Погоди, — попятился от неё Кир. — Но…
— Никаких «но»! Мой господин… спаситель, — поспешно исправилась Киара, заметив недовольный взгляд рыжика, — не будет ходить в такой одежде! Снимайте немедленно!
— Но я…
— Вам помочь? — подошла она к нему ближе, нависая над ним.
Сай уже не скрывал своей улыбки, расхохотавшись в голос. Я — следом за ним.
— Да что вы ржёте в самом деле?! — возмутился Киарс. — Она меня раздеть хочет!
— Что? — ахнула Киара, видимо, только сейчас понимая, что именно требовала от Кира. — Нет, я… То есть… — щёки девушки залились алым румянцем стыда, и она, закрыв их ладонями, повернулась ко всем спиной, пытаясь взять эмоции под контроль. — Не раздеть. Помочь. Тем более что я вам рубаху новую дарила. Сама сшила. Можно в неё переодеться.
— В самом деле, — послышался недовольный голос Аланы, которая, что вполне ожидаемо, решила заступиться за Киару. — Вот ты же непобедимый главнокомандующий, а ведёшь себя словно ребёнок!
— И ты туда же?! — возмутился рыжик, поднимаясь на ноги. — Да что я не так сделал?! Наоборот, не стал раздеваться перед ней, чтобы не смущать!
Алана покачала головой, пристыжая Кира, а потом подошла к Киаре, которая так и продолжала стоять к нам спиной, и, взяв её за локоток, потянула в сторону места для ночлега, где расположились девушки.
К слову, о месте для ночлега…
Я искренне полагал, что она ляжет рядом со мной. Мне так этого хотелось. Но моя огненноволосая богиня решила поступить иначе.
Конечно же, я понимал её. Да, между нами была близость, но мы не супруги, чтобы спать вместе, да ещё и прилюдно. Так что пришлось лишь бросать на неё печальные взгляды, которые парни сразу же заметили.
Девушки сидели кружком под огромным дубом, неподалёку от костра, о чём-то хихикая, а мы с Киром и Сайдером специально отсели подальше, чтобы не смущать их.
— Не хочу портить твоё настроение, — вздохнул Киарс, — но ты же понимаешь, что скоро о тебе и Алане узнает вся империя.
— Не тот ты человек, чтобы прятаться с ней по углам, — добавил Сай, кивая и тем самым соглашаясь со словами рыжика.
Всё я прекрасно понимал. Эта тема с первых дней возникшей к Алане симпатии не давала мне покоя.
Не отвечая, я перевёл взгляд на огненные волосы любимой, что играли в бликах пламени. Рядом со мной она в опасности, но, как бы эгоистично это ни прозвучало, отпустить её я уже не смогу.
Шайн, словно в подтверждение моих мыслей, довольно рыкнул.
— Кстати, — кашлянул Киарс, как-то странно пожевав нижнюю губу, будто он что-то натворил.
— Говори, — насторожился я, раскусив его мгновенно.
— Да там ничего такого, собственно, — снова кашлянул алый дракон.
— Кир, — я неотрывно смотрел на физиономию друга, которая выглядела такой невинной, словно он ангел во плоти, а не воин, забравший тысячи жизней.
— На самом деле я не так уж и виноват, — начал оправдываться он. — Просто сначала в одном городе эти кражи девушек, потом в другом…
— Да говори ты уже! — не выдержал Сайдер. — Куда вляпался?!
— Никуда я не вляпался! Просто… Ну-у… Как бы сказать… В общем, я переживал, что с Дамианом что-то случится, когда он войдёт в ворота столичного города.
— И? — я подталкивал его к продолжению.
— И отправил послание в гарнизон. Одному из командиров, чтобы он с небольшим отрядом двинулся нам навстречу.
— Сколько? — прикрыл я глаза, пытаясь успокоиться и взять себя в руки.
— Сколько дней назад отправил? — осторожно спросил Кир, замечая моё состояние. — Так это… Когда мы были на полпути к столице. Я так понимаю, — кашлянул он, — через пару дней должны будем встретиться с ними.
Я молчал, не зная, что на это сказать. Кир ослушался, чего быть не должно, но, с другой стороны… Он волновался за меня.
— Злишься, да? — буркнул рыжик. — Не злись. Я же всё предусмотрел. Наши не вызовут подозрений. Они едут небольшими группами, их энергия скрыта. Двадцать семь человек. Немного, конечно, но чтобы устроить погром в столице и вырвать тебя из лап Дарьяны вполне хватит. Стража городов хилая, не сравнится с нашими воинами.
— А не сказал мне не потому что забыл, а потому что решил тянуть до последнего, да? Чтобы я не развернул их обратно?
— Ну-у, — замялся Кир. — Да! Именно поэтому и не сказал! — выпалил он едва слышно, чтобы не потревожить хихиканье девушек. — Я волнуюсь за тебя, ясно?! Ты — наша опора! Наш генерал! И я не хочу, чтобы какая-то чокнутая баба, возомнившая себя невесть кем, причинила тебе вред! Пусть мы и сильны, но нас всего трое! И не забывай, что ты теперь не один! Неужели думаешь, что до Дарьяны не дошла весть, как ты летал с Аланой?! Ни в жизнь не поверю! Эта сумасшедшая спит и видит, как бы затащить тебя в свою постель! Можешь злиться на меня сколько влезет, но я поступил правильно! Парни не станут к нам подходить! Будут держаться на расстоянии, не привлекая внимания, чтобы в нужный момент, если такой настанет, чего не хотелось бы, мы смогли дать достойный отпор, защищая тебя и твою пару!
Пусть я и появился на свет в величественном замке, где каждая деталь кричала о роскоши, а любая прихоть исполнялась мгновенно, но мою жизнь никак нельзя было назвать безоблачной. За долгие годы я пережил немало испытаний, пролил немало слёз и вытерпел множество невзгод. Но всё это оказалось не напрасно — судьба щедро вознаградила меня, послав на мой путь двух невероятных парней, ради которых я без колебаний пожертвую собственной жизнью.
Киарс и Сайдер… Такие разные, словно пламя и лёд, но в них есть одна черта, которая навсегда объединила нас троих — непоколебимая верность. Мы были верны нашей крепкой дружбе, дав клятву защищать друг друга до последнего вздоха. Верны нашим общим взглядам на жизнь, которые, к счастью небес, оказались едиными.
Я мог безоговорочно положиться на них в любой, даже самой отчаянной ситуации. И пусть судьба подкидывала нам всё новые и новые испытания, я никогда не усомнюсь в их преданности. Мы прошли через столько битв и опасностей вместе, что теперь знали друг друга как самих себя. По лёгкому шевелению головы или едва заметному движению пальцев я мог предугадать, что сделает Сайдер или скажет Киарс. Мы выучили друг друга наизусть.
Перед ними я был абсолютно искренен, раскрывал все свои тайные уголки души. Мои самые глубокие эмоции, самые потаённые переживания, самые мучительные терзания — всё это они видели и понимали без слов. И всегда поддерживали, как могли.
Сайдер и Киарс были не просто моими верными главнокомандующими — я считал их своими назваными братьями, своей настоящей семьёй. И теперь эта семья стала ещё больше, потому что в неё вошла одна особенная девушка с огненно-рыжими волосами, перевернув мою жизнь с ног на голову.
Алана…
Моя судьба, моя путеводная звезда, за которой я готов последовать даже в самую мрачную бездну. Она — моя сила и одновременно слабость. С ней я становился невероятно уязвимым, но в то же время по-настоящему живым и безумно счастливым.
— Мне пора, — бросил я парням, поднимаясь и направляясь к девушкам, которые весело щебетали и беззаботно о чём-то хихикали.
— Ты на меня не злишься? — донеслось тихое вслед за мной.
От этих слов я замедлил шаг, а затем обернулся, встретившись взглядом с Киарсом.
— Ты поступил правильно, — произнёс я твёрдо.
Нужно было видеть выражение лица алого дракона в этот момент. Его физиономия вытянулась от изумления, а через секунду губы растянулись в широкой улыбке.
— Слышал? — пихнул он Сайдера в бок. — Слышал, да? Я молодец!
Блондин лишь фыркнул в ответ, закатив глаза.
— Алана, — позвал я свою возлюбленную, и она поспешно повернулась ко мне.
— Да? — в её взгляде танцевало пламя костра, завораживая настолько, что на мгновение я забыл все слова, которые собирался сказать.
— Твоя медитация. Ещё не передумала заниматься?
— Не передумала, — прозвучал её решительный ответ. — И не передумаю. Хочу, чтобы моя Наяра увидела свет!
Шайн под кожей взволнованно заворочался, словно дикий зверь, жаждущий свободы. Он отчаянно стремился увидеть нашу дракайну, взлететь с ней к небесам, коснуться её прекрасных крыльев своими…
— Идём, — я протянул руку, чувствуя, как в груди разливается тепло.
Кивнув, огненноволосая коснулась своими нежными пальцами моей распахнутой ладони и поднялась на ноги.
Мы не стали отходить далеко, точнее, я очень этого хотел, но чётко осознавал: стоит нам скрыться с глаз парней и девушек, как ни о какой медитации и речи быть не может.
— Давай сядем там, — прошептал я, указывая взглядом на пушистый куст форзиции, который ярким золотистым пятном выделялся на фоне тёмной зелени, погружённой в сумерки. Солнце уже опустилось за горизонт, окрасив небо в пурпурные тона.
Киарс и Сайдер подсели к девушкам, чтобы не мешать нам, а мы устроились поодаль друг от друга. Как и в прошлый раз, я взял Алану за руки, а она смущённо отвела взгляд.
«Какая же ты красивая…» — эта мысль пульсировала в моём сознании, словно набат. Сердце билось в бешеном ритме, а кровь шумела в ушах.
Мысли настойчиво уводили меня в сторону, но я решительно подавил их. Рыкнув на Шайна, который буквально пускал влюблённые слюни от близости Аланы, я сделал глубокий, прерывистый вдох.
— Сосредоточься, — прошептал я, и любимая едва заметно кивнула в ответ.
— Делай всё то же самое, что и в прошлый раз, когда медитировала одна. Я буду тебя подстраховывать.
Алана взволнованно вздохнула и прикрыла глаза, её ресницы затрепетали, словно крылья бабочки.
Я не сводил с неё пристального взгляда, чувствуя, как энергия девушки ожила, заклубилась и задрожала, яростно сопротивляясь расширению магических потоков.
Мой уровень магии, считающийся самым высоким среди известных, открывал передо мной бескрайние возможности. Сейчас я с лёгкостью мог определить, насколько ей тяжело и больно. Но она терпела. Терпела молча, не подавая и малейшего вида. Это вызывало во мне искреннее восхищение.
Концентрируясь изо всех сил, я попытался расслабиться. Медленно выпуская свою энергию, начал осторожно направлять её в тело любимой.
Алана почувствовала моё присутствие внутри себя и дёрнулась, словно от внезапного электрического разряда. Но я не позволил ей отстраниться — лишь сильнее сжал её тонкие, нежные руки.
— Не бойся, — шепнул я тише, не открывая глаз. — Продолжай.
Я ощущал, как Алана пребывает в замешательстве. Боль, которая ранее терзала её, теперь поглощалась моей силой, отражаясь на мне.
На самом деле уровень магической энергии Аланы был ещё невысок, и те мучения, которые она испытывала, для меня казались не такими уж страшными. Да, это было больно, но не так, как на этапах развития уровней, приближённых к наивысшим.
— Я помогу, — снова прошептал ей, чувствуя поддержку и согласие со стороны Шайна. Его энергия пульсировала во мне, готовая к действию. — Давай пробудим Наяру вместе. Мы справимся. Я рядом.
Все знали, что дракон, достигший наивысшего уровня, может обладать удивительными способностями. Причём у каждого они были свои. Вот только никто о них никогда не рассказывал, ведь это являлось оружием, которое потом применялось в бою или же в защите.
И вот сейчас, когда моя боль ушла, растворилась, словно дымка поутру, я удивлённо распахнула глаза, пребывая в полном изумлении. Дамиан… Он забирал мои мучения. Защищал и оберегал, крепко удерживая за руки.
Внутри меня шла борьба энергетических потоков с ментальным давлением. Я мысленно приказывала им расширяться и увеличиваться в размерах. Они противились, сопротивлялись, дрожали от напряжения, пульсируя болью, которая должна была выворачивать наизнанку. Но я не чувствовала ровным счётом ничего.
И это было неправильно.
Неправильно, что Дамиан проходил этот ад за меня. Что возложил все трудности на себя, позволяя мне за счёт своих страданий стать сильнее.
— Сама… — шептали мои губы.
Я видела, как на лбу принца западных земель пролегла небольшая морщинка. Ему было больно, но он терпел.
— Прошу тебя… я хочу пройти этот путь сама…
Глаза Дамиана распахнулись, и в них возникло непонимание. Он хотел что-то сказать, но я не позволила.
— Не хочу становиться сильнее таким путём, понимаешь? — прошептала я, поглаживая большим пальцем внутреннюю сторону его ладони. — Это нечестно.
— Но тебе больно, — попытался воспротивиться Дамиан, вызвав на моём лице нежную улыбку и теплоту в сердце.
— И эту боль я смогу вынести. Поверь, я не настолько слабая, как ты думаешь.
— Да я и не думал, просто…
— Мне известно, что чем выше поднятие уровня, тем сильнее боль. Но я не стремлюсь к этому. Как только пробудится Наяра, больше не буду медитировать. Для девушки это уже победа — высвободить свою дракайну. Прошу, позволь мне самой это сделать.
— Так эгоистично с твоей стороны, — Дамиан отвёл взгляд, недовольно мотнув головой.
Я видела — он расстроен.
— Предлагаешь мне наблюдать, как ты страдаешь? Думаешь, я смогу?
— Думаешь, я смогу? — ответила вопросом на вопрос, пытаясь достучаться до него. — Меня потом до конца своих дней будет мучить совесть за то, что ты принял на себя моё испытание. Я не хочу заполучить награду в виде пробуждения Наяры таким способом. Это обман! Считаешь, я такой человек? Воспользуюсь кем-то ради своей выгоды?
— Нет, я не это хотел сказать, — Дамиан тут же вскинул взгляд.
— Вот и не говори тогда, — прервала я его, отрицательно мотнув головой. — Я готова принять твою помощь и благодарна тебе за неё, но, повторюсь, позволь мне самой пройти этот путь, — посмотрела ему прямо в глаза и твёрдо добавила: — Я хочу гордиться собой, понимаешь? Хочу доказать себе и всем вокруг, что способна преодолеть любые испытания самостоятельно. Что моя сила — это не просто дар, а результат упорной работы над собой. Пожалуйста, пойми меня.
Глядя в карие глаза любимого, видела в них настоящую борьбу. Он прекрасно понимал и уважал мой выбор, но никак не мог смириться с тем, что я буду испытывать боль.
— Хорошо, — выдохнул Дамиан спустя несколько секунд напряжённой тишины, которая лишь изредка нарушалась отдалёнными голосами главнокомандующих и Лиры с Киарой. — Я принимаю твой выбор.
Дальнейшая медитация оказалась недолгой — всего лишь пара минут. Но за этот ничтожно короткий промежуток времени моё тело познало настоящую адскую боль. Мышцы будто скручивались в тугой узел, а кости, казалось, ломались, протыкая внутренние органы. Но я терпела.
С силой прикусив язык, боролась с собственными энергетическими потоками, чувствуя солоноватый привкус крови во рту. Каждая клеточка тела кричала от боли, но я упрямо сжимала зубы, не позволяя себе сдаться.
Дамиан внимательно контролировал медитационный процесс. Он сидел напротив и крепко держал мои руки, словно пытаясь передать мне свою силу и уверенность. А когда всё наконец закончилось, он, совершенно наплевав на присутствующих, притянул меня к себе.
Ласково поглаживая по волосам и спине, он шептал слова утешения. Казалось, за эти две минуты он натерпелся больше, чем я. Осознавая это, чувствовала себя самой счастливой на всём белом свете. Рядом со мной был мужчина, которому я действительно нужна. Который искренне дорожит мной и всегда готов встать на мою защиту. До конца своих дней буду благодарить небеса за это бесценное сокровище.
Ночь пролетела незаметно. На удивление, я спала очень хорошо, уютно устроившись между Лирой и Киарой. Мужчины расположились немного поодаль, сменяя друг друга, чтобы следя за обстановкой.
После завтрака, всё так же весело хихикая и наблюдая забавную картину, как Киара заботливо ухаживает за Киром, мы собрали свои вещи и отправились в путь.
До ближайшего города предстояло добираться ещё примерно двое суток, но меня это совершенно не смущало. Ночи были тёплыми, погода радовала, а окружающая природа казалась поистине прекрасной. Рядом находились те, с кем я была готова путешествовать хоть всю свою жизнь.
Тело ещё отзывалось ноющей болью от долгой езды верхом, но эта боль становилась всё тише. Я постепенно привыкала к нагрузкам, чувствуя, как с каждым днём становлюсь всё сильнее.
— Там озеро! — радостно замахал рукой Кир, который ехал впереди всех.
— Мы торопимся! — твёрдо высказал свою позицию Сайдер.
— А можно искупаться пару минуточек? — осторожно спросила у него Лираэль.
Мы с Дамианом хитро переглянулись, ведь уже подозревали, чем всё это закончится.
— Хотя искупаться, — с важным видом кивнул блондин, — это отличная идея!
— Так мы же торопимся? — на губах Киарса заиграла явная издевательская улыбка.
— Заткнись и поехали уже! — бросил ему Сайдер, проезжая мимо и отвешивая смачную затрещину. — Кто последний, тот тухлая водоросль!
— Э-эй! — возмутился Дамиан. — Вот же паршивец! Кир, лови его!
С громким хохотом мы все рванули вперёд, стремительно приближаясь к искрящемуся на солнце озеру. Его лазурные воды так и манили окунуться в них, обещая долгожданное облегчение и отдых.
Желание Аланы, самостоятельно добиться поставленной цели, вызывало во мне противоречивые чувства. С одной стороны, она поступала правильно, проявляя стойкость духа. Но с другой…
Я ведь переживал за неё! Не мог спокойно смотреть, как она сидит и мучается, терпит разрывающую на части боль.
За всю ночь так и не удалось успокоиться. Сначала находился в дозоре, выслушивая рычание Шайна, который, что вполне ожидаемо, был на стороне Аланы. А потом ворочался с бока на бок, пытаясь внушить себе, что она поступает правильно. И я был согласен — огненноволосая действительно поступала правильно. Но то, что ей придётся терпеть мучения, не давало мне покоя.
К утру стало немного легче. Внешне я выглядел спокойным, смирившимся с её просьбой. Хотя внутри всё обстояло далеко не так.
Она — моя избранная. Пара, с которой я проведу всю свою оставшуюся жизнь. Я должен защищать её, оберегать, а не сидеть и наблюдать, как Алана корчится от боли!
Парни поглядывали на меня с вопросом во взглядах. Они видели, что я чем-то озадачен. Я был уверен: когда расскажу им, они, как и Шайн, встанут на сторону огненноволосой.
Когда я таким стал? Впечатлительным и не находящим места от бушующих эмоций? Когда впустил в своё сердце чувства, которых избегал всю свою жизнь? Не мог ответить на эти вопросы. Но очевидно одно: во мне наблюдались разительные изменения. Теперь меня сложно было назвать хладнокровным. Может, конечно, это и к лучшему.
Сайдер домчался до берега озера первым. Он устремился к коню Лираэль, схватил девушку на руки и рванул вместе с ней в воду.
— Пусть кто-то из них будет тухлой водорослиной! — хохотал он.
Я смотрел на него и понимал: блондинистый главнокомандующий стал другим. И виновата в этом никто иная, как Лираэль, что сидела на его руках и заливисто смеялась.
Сай — сложный человек. Его доверие заслужить не так-то легко. Он осторожен, придирчив, вечно чем-то недоволен. Этот алый дракон любит женский пол, но только в стенах специальных заведений. После битвы он может пропадать там сутками, сменяя одну девушку на другую. И сейчас, наблюдая за ним, я пришёл к выводу, что сердце блондина постепенно постигает та же участь, что и моё.
Не спорю, возможно, он просто так проявляет заботу из-за жалости к Лираэль. Но на него это было так непохоже.
Повсюду слышались наши с парнями крики и женские визги, общий звонкий смех. Я уже и забыл, когда в последний раз так веселился, беззаботно, снимая с плеч свою тяжкую ношу.
Мы, словно маленькие дети, плавали друг за другом прямо в одежде, промокнув до нитки. Брызгались и ныряли. Девушки забавно фыркали, отплёвываясь от воды.
Эти мгновения навсегда останутся в моей памяти, как и тот момент, когда мы с Аланой оказались у водопада вдвоём. Её обнажённое тело, которое я с таким трепетом прижимал к себе…
Чувствовал, что впереди нас ждёт немало трудностей. Главная из них — Дарьяна, супруга моего почившего брата. Она хитра. Кто знает, насколько далеко может императрица зайти, сидя на троне?
Подумав об этом, в груди появилась уверенность, которая принесла пусть и небольшое, но всё же успокоение.
«Если она посмеет причинить вред Алане, то недолго ей занимать место, на котором она сейчас находится!»
Да, я противился идее встать во главе всей империи. Протирать портки, сидя на одном месте — это точно не моё. Но если потребуется…
Судя по тому, что мне довелось увидеть в двух близлежащих к столице городах, дальше будет только хуже. Когда в последний раз проводили проверки градоначальников и их сановников? Я не мог припомнить такого. А если они и были, то лишь на бумаге. Так, для галочки.
Я понимал, что это никуда не годится. Закрывать глаза на происходящее мне не позволяла совесть, поэтому следовало предпринять какие-то меры.
Отправлять прошение в столицу даже не приходило в голову. Как показала практика, там сидит кто-то очень хитрый, тот, кто прикрывает распространяющуюся по всей империи плесень. Сам. Я должен был сделать всё это сам, либо послать людей, которым доверял, как себе, наделив их определёнными полномочиями. Хорошо, что такие люди у меня были.
Тихое, но ускоряющее моего сердца бег карканье прервало наше веселье.
Киарс и Сайдер устремили взгляды на небо, где стремительно приближалась чёрная точка.
Посыльный ворон. И он направлялся ко мне.
Волнение пробежало под кожей — я знал, кто именно отправил послание. Это были воины, которые по моему приказу проникли в столицу и сам дворец, чтобы разузнать о смерти брата.
Все притихли, наблюдая, как птица подлетела ко мне и зависла на одном месте.
Я протянул руку и позволил ворону вцепиться в меня своими когтями, усаживаясь.
Пальцы отцепили с его лапы свёрнутое послание.
Лёгкое движение, и птица устремилась в небо, оставив на моей руке кровавые точки от когтей, на которые я не обратил внимания.
С напряжением, которое усиливалось от дурного предчувствия, развернул узкую бумагу и забегал взглядом по тайному шифру.
С каждой прочитанной строчкой моя ярость переходила на новый уровень.
— Дамиан… — донеслось осторожное со стороны Киарса, который подошёл ко мне ближе, встав за спиной. — Что там?
Мне было сложно говорить. Руки задрожали, но не от страха. Ярость… Всепоглощающая ярость обрушилась на меня, заставляя Шайна превратиться в беснующегося зверя, мечущегося под кожей.
— Дарьяна… — сорвалось убийственное с моих губ. — Эта тварь…
Кир затих, как и все остальные, дожидаясь продолжения с моей стороны.
— Она ступила на опасный путь, — я медленно прикрыл глаза, пытаясь взять себя в руки. — Путь, с которого ей не уйти живой…
Стоило только взглянуть на то, как черты лица Дамиана ожесточаются, сразу стало понятно: новости, которые он держал в руках, были плохими.
Киарс и Сайдер подошли ближе к принцу, а мы с девушками оставались стоять каждая на своём месте.
Я видела, Дамиан был сильно зол и одновременно обеспокоен. Видела, как он борется с собой, пытаясь взять эмоции под контроль. Пусть мы были знакомы совсем недавно, но этого времени мне вполне хватило, чтобы понять: принц западных земель умел держать себя в руках в любой ситуации. Но сейчас… Сейчас всё было иначе, и это могло означать только одно — то, что принёс ворон, было поистине ужасным.
Если честно, мне стало страшно. Не за себя — нет. За него. За то, что ожидало его впереди.
Дамиан был опытным, непобедимым воином, он многое повидал за свои годы и забрал жизни у несчётного количества врагов. Этот мужчина мог за себя постоять. Но, несмотря на все его умения и заслуги, я так сильно боялась за него. Боялась, что кто-то причинит ему боль, заставит мучиться и страдать.
Любовь придаёт сил, но так же заставляет испытывать неописуемый страх за того, кто дорог твоему сердцу.
Мы не стали больше задерживаться в воде и поспешили выйти на берег.
Дамиан молчал, не произнося ни слова. Он был собран, неотрывно глядя вдаль, в сторону столицы, откуда и пришло послание.
С каждой секундой я волновалась всё больше. Киарс и Сайдер отбросили своё привычное шутовство в сторону. Они встали по разным сторонам от своего генерала, не мешая ему собраться с мыслями.
Мы с девушками тоже не отвлекали его, бесшумно отжимая юбки от воды.
И тут Дамиан резко повернулся, отыскав меня взглядом. В его глазах я отчётливо увидела вину.
Интуитивно почувствовала, что должна сказать хоть что-то, и направилась к нему.
— Что бы там ни было, — начала я уверенно, встав напротив него, — я поддержу тебя во всём и буду рядом до самого конца!
— Эти слова должен говорить тебе я, — ответил Дамиан, прикрыв глаза и делая тяжкий, глубокий вдох.
Я чувствовала на себе взволнованные взгляды Киарса и Сайдера, которые стояли за спиной своего генерала.
— Из-за меня ты попала в беду, — мотнул он головой. — Императрица… Она отправила за тобой войско, обвиняя в нарушении закона.
— Войско? — я изо всех сил старалась не допустить проявления паники на лице, хотя она уже клубилась в груди. — Нарушение закона? Но… я же ничего не нарушала…
— Это мы и так знаем! — рыкнул Киарс, гневно поджав губы. — Чёртова Дарьяна…
— Она хочет заполучить Дамиана, — тихо ответил Сай.
Его слова поразили меня до глубины души.
— Гадине кто-то рассказал про то, что он летал с тобой! — воскликнул Киарс. — Я уверен, её попытки обвинить тебя в несуществующем преступлении связаны именно с этим! Дарьяна поняла, что генерал в тебе заинтересован и не собирается уступать его!
С трудом контролируя дыхание, я крепко сжала руки в кулаки. В голове промелькнула твёрдая мысль:
«Не покажу своего страха! Дамиану и так плохо!»
— И в чём же она меня обвиняет? — мой голос не выдавал внутренней дрожи, что не могло не радовать.
— Что ты забрала энергию у своих братьев… — принц виновато мотнул головой.
— Энергию?! — возмущённо ахнула я. — Я?! Да это они хотели забрать её у меня!
— Я знаю! — тут же произнёс Дамиан уверенно. — Скажи, ты мне веришь?
— Верю! — ответила ему без промедления, даже не думая размышлять на эту тему, ведь действительно верила этому мужчине.
Взгляд Дамиана, полный благодарности и тепла, встретился с моим. Он коснулся моей руки и притянул к себе, заключая в объятия.
— Никто, слышишь? — шептал чёрный дракон, уткнувшись носом в мою макушку. — Никто не посмеет тронуть тебя! Я этого не допущу!
— Наши парни уже на подходе, — раздался голос Киарса за спиной. — Я прям как чувствовал.
Назревало что-то невероятно серьёзное и страшное. Что-то такое, что изменит не только судьбы всех присутствующих, но и коснётся всей империи — именно таким было моё внутреннее чутьё.
Спустя некоторое время мы сидели на поляне под тёплыми солнечными лучами, высушивая волосы и одежду.
— Прятать где-то Алану — не вариант, — отрицательно мотнул головой Сайдер.
— Как и скрываться — тоже не самая лучшая идея, — добавил Киарс. — После всего того, что сделала Дарьяна… Хочешь ты того или нет, но придётся тебе занять место, которое по праву твоё.
Дамиан не спешил что-то говорить. Я видела, как его терзают сомнения.
У меня появилось подозрение, что императрица замешана в чём-то ещё, а не только в том, что пытается обвинить меня в несуществующем нарушении закона.
— Она сама не поняла, как толкнула себя в пропасть, — произнёс Дамиан. — Власти ей захотелось.
Сказанные им слова только подтвердили мои догадки.
— Мы двинемся дальше, — Дамиан посмотрел на своих главнокомандующих. — Навстречу нашим воинам. Судя по письму, стража императрицы нагонит нас к закату.
— У тебя есть план? — кивнул Сайдер.
— Есть! — принц перевёл на меня взгляд.
— Скажи, что нужно. Я сделаю это! — мой ответ был незамедлительным и полным уверенности.
— Будет страшно, — произнёс он. — Но я обещаю: никто не коснётся тебя даже пальцем! Даю слово!
Воины, что были верны принцу западных земель до мозга костей, стояли у каменной кладки стены императорского дворца. Один из них держал в руках послание от своего генерала, читая его и позволяя увидеть написанное своим братьям по духу.
Сказано в послании было немного. Всё ясно, понятно и по существу.
— Отправимся к закату, — кивнул один из них.
Никто не стал спорить, принимая решение командира, которому удалось узнать такое, после чего императрица вскоре распрощается со своей прекрасной жизнью, полной роскоши.
Эта женщина… Она совершила ужасную вещь. И не одну. Воинам Дамиана пришлось хорошо потрудиться, чтобы раскопать правду, следы которой уже почти исчезли к их прибытию. Появись они во дворце хотя бы днём позже — доказательства испарились бы, оставив Дарьяну Эдельрон безнаказанной.
Они знали, как сильно их генерал любил своего родного брата. Знали, что в его душе присутствуют сомнения по поводу смерти почившего императора, и чувствовали некое облегчение от того, что справились с возложенной на них столь нелёгкой задачей.
Ртуть… Именно ей мерзавка, сидящая у власти, отравила своего супруга, добавляя её в купель во время купания. Не сама, конечно, при помощи своих псов.
Нагреваясь от горячей воды, ртуть активно выделяла ядовитые пары, которые пагубно влияли на работу сердца. В итоге это привело к сердечному приступу, не вызвавшему никаких подозрений, ведь яда в организме обнаружено не было. Лекарь проверил кровь — она оказалась чистой. Вот только никто не догадался исследовать купель, в которой и обнаружились остатки серебристого и очень опасного для здоровья вещества.
На протяжении какого времени Дарьяна Эдельрон травила императора — никто не мог дать ответа. Но точно не один день.
Воины Дамиана, словно тени, блуждали по дворцу, с лёгкостью избегая ненужного внимания стражников и его жителей. Их слуха касалось многое: сплетни, обсуждение заговоров и измен, разговоры о превышении полномочий и нарушении не одного закона.
Так в один из вечеров воины принца обнаружили, что у покоев императрицы не видно стражи. Это их насторожило. Подойдя ближе, они услышали тихие стоны Дарьяны Эдельрон — императрица развлекалась в своё удовольствие.
Мужчины остались ждать, желая увидеть лицо её любовника. Им оказался сын одного из советников, который тайно пробрался во дворец, чтобы нырнуть под юбку Дарьяны Эдельрон.
Воины принца не позволили ему уйти. Вырубив его, они утащили в укромное место, жёстко зажимая челюсть и вливая в рот чудодейственный эликсир, использование которого без разрешения властей было категорически запрещено. Однако, к несчастью сына советника, такое разрешение у воинов имелось. Дамиан развязал им руки, позволяя не просто многое, а всё.
То, что они узнали, вызвало целый вихрь эмоций. Оказалось, что сын советника уже не первый год захаживает к императрице. А началось его «внимание» ещё при жизни императора.
Все знали, что Дарьяна несколько лет не могла родить наследника своему супругу. Но потом ей всё же удалось забеременеть. Подозрения о том, что ребёнок, занимающий пост главы всей империи, может вообще не иметь никакого отношения к почившему императору, стали крепнуть. Это необходимо было проверить, а для этого стоило дождаться Дамиана, чтобы разобраться раз и навсегда.
Дарьяна Эдельрон будет казнена — не было никаких сомнений. Воины нашли остатки ртути в её покоях в прозрачном пузырьке, тщательно закупоренном. Эта женщина боялась, что повредит своё здоровье. Что ж, теперь ей придётся умереть, причём гораздо раньше отведённого небесами срока.
Дождавшись нужного времени, воины двинулись в нужном направлении, беспрепятственно покидая стены императорского дворца. Их путь лежал к поместью семьи Аланы, которые имели прямое отношение к планам, задуманным Дарьяной Эдельрон. Воины знали: эти люди сговорились с императрицей и были готовы плясать под её дудку, подставляя под удар родную дочь ради собственной выгоды.
Неспешно шагая по улицам, они дошли до ничем не примечательных ворот, состояние которых оставляло желать лучшего. Краска местами была ободрана, а дверные молотки покрылись ржавчиной. Было видно невооружённым глазом, что семья Аланы переживает не лучшие времена.
Стучать и ждать, когда их впустят внутрь, никто не стал. Воины воспользовались рядом стоящим деревом, перемахнули через ограждение и устремились к дому.
Охраны, как и ожидалось, нигде не наблюдалось. Поэтому они с лёгкостью проникли внутрь, сразу же начав поиски хозяев.
Найти их оказалось несложно.
— Что?! — испуганно взвизгнула мать Аланы при неожиданном появлении незнакомых мужчин с лицами, прикрытыми чёрными платками.
Она подскочила с потрёпанного кресла, хватаясь за сердце. Её взгляд был таким, словно вот-вот хватит сердечный приступ.
— Как смеете врываться в наш дом?! — повысил голос отец Аланы.
Он поднялся следом за своей побледневшей супругой и пытался выглядеть смелым и стойким. Однако по его лицу было ясно, что он перепуган до чёртиков.
— Найдите их и приведите сюда, — произнёс командующий, обращаясь к своим людям. Он не отводил взгляда от супружеской пары, чьё дыхание было частым и взволнованным, близким к панике.
— Кого? — спросила хозяйка дома дрогнувшим голосом. — Найдите кого?!
— Ваших сыновей, конечно же, — хмыкнул командующий, не торопясь снимать повязку с лица. — И только когда они будут здесь, мы поговорим!..
Время тянулось мучительно медленно. Я так сильно переживала, что никак не могла расслабиться, напряжение сковывало меня по рукам и ногам.
Знала: впереди ждёт непростое испытание, и нужно собрать всю свою стойкость. Ради него. Ради нас и нашего совместного будущего.
Глядя на Дамиана, я невольно замирала от восхищения. В нём чувствовалась непоколебимая уверенность, холодная сосредоточенность и непобедимая решимость. Именно таким был мой принц западных земель — величественный, непокорный, словно сама стихия.
Мы продвигались вперёд, навстречу небольшому отряду, появление которого было заслугой Киарса. Я понимала: совсем скоро за мной придут. Придётся вернуться назад, в столицу. Мысль об этом вызывала в душе настоящую бурю отчаяния.
Всю свою жизнь я только и делала, что уступала. Мирилась с несправедливостью, терпела бесконечное давление со стороны семьи, которая без колебаний отказалась от меня, продав словно простой скот. Но встреча с Дамианом изменила всё. Впервые за долгие годы я начала дышать свободно, полной грудью. Он подарил мне силы и надежду на счастливое будущее, о котором я раньше даже мечтать не смела. И вот теперь, чтобы защитить это будущее, мне предстояло пройти через тяжелейшие испытания.
Бросив взгляд на принца западных земель, уверенно держащегося в седле, я почувствовала, как на душе становится теплее. Он уже рассказал мне о том, что ждёт впереди, и сейчас я молча ехала рядом с ним, мысленно готовясь к предстоящему.
Согласно плану Дарьяны, который успели подслушать воины Дамиана, меня схватят и поместят в камеру. Затем явятся мои братья, чтобы против моей воли влить в моё тело немного своей энергии. Этого будет достаточно, чтобы камень жизни во время проверки доказал мою вину и подтвердил нарушение закона.
Не знаю, как мне удавалось сохранять внешнее спокойствие и самообладание. Возможно, причиной тому были слова любимого: он заверил меня, что рядом будут его люди, которые не позволят планам Дарьяны осуществиться. Я безоговорочно верила: Дамиан не подведёт. Всё сложится именно так, как он сказал.
— Дарьяна решила подставить тебя при помощи твоей семьи, — шептал он мне, сидя рядом под многовековым деревом. Листва танцевала от лёгкого дуновения ветра, окутывая нас нежным шелестом. — А мы сделаем так, что они же её и погубят.
У меня даже не возникало сомнений, чью сторону выберут мои родные. Пусть я простая девушка, но каждый в империи прекрасно понимает, кто здесь сильнее — императрица или принц западных земель.
Каждый осознаёт: она занимает трон не по собственной воле, а лишь потому, что Дамиан позволил ей это. И пусть моя семья лицемерна, жадна до денег и власти, но они далеко не глупцы. Сумеют правильно расставить приоритеты и выбрать сторону сильнейшего, чтобы спасти собственные жизни.
Перекус, который мы в себя буквально запихивали силой, прошёл в полной тишине. Весёлый настрой окончательно испарился, сейчас было совсем не до шуток.
Киара заботливо ухаживала за Киарсом, который уже не сопротивлялся. Время от времени они с Сайдером и Дамианом обменивались многозначительными взглядами, понимая друг друга без слов.
Снова в путь — неторопливый, но, к моему глубокому сожалению, слишком короткий. По подсчётам Дамиана, совсем скоро нас должна была нагнать стража Дарьяны Эдельрон. Мне предстояло вернуться туда, откуда я с таким трудом сумела сбежать.
Поглощённая тревожными мыслями, даже не замечала, как гудят уставшие мышцы. Чувство беспокойства давно перешло все допустимые границы, заполняя меня до краёв.
И вот вдали показался всадник, стремительно скачущий во весь опор.
— А вот и Лиар! — с явным облегчением воскликнул Кир, вскидывая руку и энергично махая ему. — Наши прибыли! Отлично!
Отряд, который Сайдер ранее назвал небольшим, для меня выглядел огромным и даже немного пугающим. Все воины были высокими и крепкими, а их взгляды казались холодными и колючими.
— А это — будущая супруга нашего генерала! — с весёлым хохотом объявил Кир, приветливо похлопывая воинов по плечам.
Его слова заставили меня залиться румянцем смущения.
— О-о-о! — раздались весёлые возгласы из толпы.
— Генерал, смотрю, время даром не теряешь! — подшутил один из воинов.
— А это что за красавицы с вами? — добавил другой с улыбкой.
— Так! — резко осадил их Сайдер, заслоняя собой смущённую Лираэль. — Вы слишком много болтаете!
— Смотрю, — прокашлялся один из воинов, безуспешно пытаясь скрыть улыбку, — не только наш генерал вскоре обзаведётся супругой.
— Совсем распустились без меня! — грозно рявкнул Сай.
— Да хватит тебе орать, — с усмешкой произнёс Дамиан, шутливо толкая друга локтем в бок. — Давайте лучше обсудим насущные дела. Времени осталось совсем мало, скоро закат.
«Закат…» — мысленно повторила я.
В моей голове промелькнула мысль: этот закат принесёт с собой серьёзное испытание для моей стойкости, и, возможно, станет поворотным моментом для всей империи.
Как и предсказал Дамиан, стража императрицы Дарьяны Эдельрон появилась на закате. В небесной выси показались чёрные точки, которые стремительно приближались, увеличиваясь в размерах с каждой секундой. Драконы — верные слуги императрицы, летевшие по мою душу.
Превращение в ящерный облик вблизи населённых пунктов было строжайше запрещено. Если же такое случалось, это означало лишь одно — произошло нечто из ряда вон выходящее.
Все замерли, наблюдая за их приближением. Я невольно задержала дыхание, сжимая пальцы в кулаки до побеления костяшек. Дамиан, мгновенно уловив моё волнение, придвинулся ближе, словно защищая своим присутствием.
— Лисица, — уверенно произнёс Киарс, глядя мне прямо в глаза, — всё будет хорошо!
— Никто тебя не тронет, — добавил Сайдер, и в его глазах впервые я увидела не привычную холодность и равнодушие, а искреннюю поддержку. — Верь нам!
Не передать словами ту безмерную благодарность, которую я испытывала к этим мужчинам.
Отряд, пришедший нам на помощь, незаметно отошёл в сторону, искусно сливаясь с местностью, чтобы остаться незамеченным. Пока никому не следовало знать о том, что у принца западных земель есть подкрепление.
Сердце колотилось в груди как безумное, грозя вырваться наружу. Вдох… Выдох… Я не могла отвести взгляда, чувствуя, как ужас подкрадывается всё ближе, но изо всех сил старалась его отогнать. Паника была недопустима.
Стражники императрицы зависли в воздухе, заметив нас, а затем камнем устремились вниз. В нескольких метрах от земли они приняли человеческий облик, коснувшись почвы уже не лапами ящера, а подошвами начищенных сапог.
— Ваше высочество, приветствуем! — произнёс один из них, очевидно, командир отряда.
Я стояла рядом с Дамианом, не сводя настороженного взгляда со стража.
— По приказу её величества мы должны забрать эту девушку и доставить её во дворец! — продолжил он с лёгким волнением, которое тщетно пытался скрыть. Бросив взгляд на Кира и Сайдера, вставших по обе стороны от нас, он добавил: — Она нарушила закон!
— И что же она натворила? — вскинул брови принц, изображая удивление.
— Мне запрещено разглашать подробности, прошу прощения! — склонил голову мужчина. — Суд и вынесение приговора будут проходить во дворце.
— Ого! — присвистнул Сайдер. — В самом дворце? Какая честь! Видимо, Алана действительно совершила нечто серьёзное.
Стражник императрицы, сохранявший непроницаемое выражение лица, кивнул.
— Мне приказано доставить её как можно скорее!
Оттолкнувшись от земли, он взмыл в небо, принимая облик ящера. Сделав круг, дракон направился ко мне, намереваясь схватить своей когтистой лапой.
— Бессмертным себя возомнил, — раздражённо вздохнул Кир, переведя взгляд на Дамиана, который отреагировал мгновенно.
Прыжок. Доля секунды — и Шайн вырвался на свободу, не щадя противника, сшибая его мощным шипастым хвостом.
Мои руки дрожали, пока я наблюдала, как пёс императрицы отлетел в сторону, с грохотом падая на землю и вызывая вибрацию почвы.
— Вы чего это удумали, а? — хохотнул Киарс, сложив руки на груди.
— Нам был отдан приказ, — осторожно ответил другой страж, с опаской поглядывая на своего командира, который, шатаясь, поднимался в клубах пыли, уже в человеческом облике. — Вы не можете нарушить императорский указ.
Сай резко шагнул вперёд, ещё больше запугивая стражников, которые поспешили отступить, вызывая на лице принца саркастическую улыбку.
— А разве мы нарушаем? — вопросительно поднял брови Киарс.
— Но… но ведь вы… — проблеял другой стражник.
— Что «мы»? — голос Дамиана прозвучал над моей головой, и через секунду он приземлился прямо передо мной, закрывая от взглядов мужчин.
— Вы препятствуете исполнению приказа…
— Когда такое было? Вот девушка, которую нужно доставить во дворец, — Кир указал на меня. — И она там окажется. Только доставит её не ваша стража, а мы!
— Но приказ был дан именно нам… — не унимался стражник.
— Хочешь сам нести мою невесту? — леденящий душу тон Дамиана заставил кровь застыть в жилах. Его слова произвели ожидаемый эффект. Стражники Дарьяны Эдельрон были явно потрясены. — Кто-то из вас готов рискнуть?
Оглушительная тишина повисла в воздухе, ясно давая понять — желающих расстаться с жизнью не нашлось. Стражники переглядывались между собой, но никто не решался возразить.
— Тогда отлично! — кивнул Дамиан. — Не будем заставлять её величество ждать. Раз она так жаждет восстановления справедливости, кто я такой, чтобы отказывать ей в этом?
Сидя на шее Шайна, чувствовала его тепло, которое окутывало меня словно мягкий плед. Внизу проплывал пейзаж, сливаясь в размытое полотно из лесов, полей и рек. Мы направлялись в столицу — стремительно, пугающе быстро. Сердце колотилось о рёбра, будто пытаясь вырваться наружу.
Дамиан и его дракон молчаливо поддерживали меня. Их присутствие дарило уверенность и силу.
«Он не позволит планам императрицы осуществиться!» — твердила я себе, цепляясь за эту мысль как за спасательный круг.
В памяти всплыл момент, когда Шайн склонил передо мной голову и подставил крыло, помогая забраться на него. Лица стражников отражали целую гамму эмоций: неверие, волнение, сомнения. Все знали, что принц западных земель предан военному делу и никогда не думал о семье. Но сейчас они видели, как непобедимый ящер склонился перед незнакомкой, позволяя ей отправиться на нём в полёт.
Киарс и Сайдер следовали за нами, неся в лапах Лиру и Киару. Этого было достаточно, чтобы стражники сделали свои выводы.
Незамеченный отряд Дамиана остался в лесу и должен был присоединиться к нам позже, не привлекая внимания сопровождающей нас стражи. Они будут начеку, готовые вступить в бой при первой необходимости.
Скорость драконов впечатляющей. Мы быстро миновали город, где познакомились с Киарой, а через четыре часа достигли места, где спасли Лираэль. Путь, который на лошадях занял бы пять суток, мы преодолели за двенадцать часов с небольшими остановками на отдых.
Измученная физически и морально, я жаждала, чтобы всё скорее закончилось. «Решающий бой, — размышляла я, крепко держась за шипы Шайна. — Я переживу его и наконец-то вздохну свободно!»
Рука невольно погладила шершавую поверхность смертоносного шипа, а взгляд был прикован к городским стенам столицы, которые с каждым взмахом крыльев становились всё ближе.
Волнение и тревога давно пропитали каждую клеточку моего существа, пытаясь сломить меня. Но я держалась, не позволяя панике взять верх. Было тяжело, но я сохраняла спокойствие, хотя это давалось с огромным трудом.
Преодолев ворота и встретившись со взглядами стражи на смотровых башнях, Дамиан не замедлил полёта, направляясь прямо ко дворцу.
«Я справлюсь! Обязательно справлюсь!» — повторяла про себя, закрывая глаза.
Потоки ветра развевали мои волосы и одежду, а внутренняя нервозность стягивала все внутренности в тугой узел. Величественный дворец с поблёскивающей крышей уже маячил впереди, искрясь в лучах солнца.
В висках пульсировало, во рту пересохло. Я видела, как стража императрицы суетится во дворе. Шайн приземлился грациозно, его лапы мягко коснулись мостовой, а устрашающий рык эхом разнёсся по площади, говоря о многом.
Одно крыло Шайна было изящно сложено, а второе он величественно вытянул, позволяя мне плавно скатиться по его чешуйчатой поверхности.
Стража, объятая нервозностью и паникой, застыла в немом изумлении. Они узнали его — мощь принца западных земель, которую он намеренно не скрывал, невозможно было спутать ни с кем другим. Их лица выражали явное недоумение: почему именно Дамиан принёс меня, да ещё и позволил сидеть верхом на своём драконе?
За спиной раздался оглушительный шум взмахов крыльев, и две исполинские фигуры ящеров (Киарса и Сайдера) закрыли небосвод, бросив густую тень на весь императорский двор. Их присутствие только усилило напряжение, повисшее в воздухе.
Стражников Дарьяны Эдельрон, отправленных за мной по её приказу, нигде не было видно. Они отстали от нас почти сразу же — их сила и подготовка значительно уступали мощи принца западных земель и его главнокомандующих, что было неудивительно.
Дамиан, под сотнями устремлённых на него взглядов, принял человеческий облик. Его равнодушный взор скользнул по склонившимся в почтении придворным, а затем, словно уловив что-то, он резко обернулся.
Я проследила за ним и увидела её — молодую, богато одетую женщину в окружении стражи и прислужниц. Красивая, хищная, опасная. Она старалась сохранять невозмутимость, но я чувствовала волны ярости, исходящие от неё, словно раскаты грома. Она видела всё: и как Дамиан прилетел со мной, и как подставил крыло, чтобы я могла спуститься. Это зрелище едва не разрывало её изнутри от бешенства.
— Ваше величество! — склонил голову мой принц. — Я доставил Алану, как вы того желали!
— Дамиан! — холодная улыбка тронула её кроваво-алые губы, а взгляд стал убийственно острым. — Рада видеть тебя! Но никак не могу понять, почему эту преступницу доставил именно ты? Я посылала за ней стражу…
— Вы о тех, кто выдохся в небе уже на первом часе полёта? — Дамиан вопросительно вскинул брови, и императрица едва заметно поджала губы. — Слабовата у вас стража, — хмыкнул любимый. — Если такие немощные охраняют дворец, могу сказать — ваша жизнь в опасности!
Ненависть клокотала внутри, заполняя каждую клеточку моего существа. Никогда прежде я не испытывал столь всепоглощающей ярости по отношению к женщине. Дарьяна Эдельрон — лицемерная, бездушная тварь! Она погубила моего брата и теперь вознамерилась добраться до Аланы.
«Тебе это не удастся!» — мысленно бросал ей вызов, не отводя взгляда.
Я прекрасно видел, как она злится, как клокочет гнев в её душе. Именно этого и добивался — вывести её из равновесия, заставить совершить ошибку.
Среди стражников дворца я заметил своих людей. Лёгкий кивок, и они всё поняли, понимая, кого нужно защищать.
Дарьяна даже не подозревала, что её судьба уже предрешена. Она находилась на волоске от смерти, которая не заставит себя долго ждать. Пришло время изменить ход истории и возглавить империю, хотя я никогда не стремился к власти.
Да, будет непросто влиться в новую роль, но я был уверен в своих силах. У меня есть верные друзья, которые не оставят в трудную минуту. Пока они прикрывают мою спину, я разберусь во всём. Легкообучаемый — справлюсь!
Первым делом необходимо восстановить справедливость и очистить дворец от той грязи и плесени, что, как я подозревал, уже проникла во все его уголки. Затем последует глобальная зачистка. Соберу своих людей и отправлю под видом простых путников в каждый город. Наделив их необходимыми полномочиями, они быстро вычистят все «нарывы».
Дарьяна испепеляла меня взглядом, стараясь держать себя в руках. Должен признать, она неплохо контролировала эмоции, но глаза выдавали её с головой.
— Стража! — величественно махнула она рукой, бросив на Алану высокомерный взгляд. — Отведите обвиняемую в камеру. Там она проведёт время до суда!
Несколько стражников шагнули вперёд, но, встретившись с моим предупреждающим взглядом, замерли в нерешительности. Это не укрылось от внимания Дарьяны.
— В чём дело?! — прорычала она. — Я сказала запереть её в камере! Или, ваше высочество, вы против? — вопросительно вскинув бровь, Дарьяна глядела на меня. — Насколько мне известно, вы рьяно отстаиваете закон и не выносите безнаказанности! Неужто решили нарушить правила, которых придерживались с самого рождения?
— А вы хорошо меня знаете, императрица, — усмехнулся я. — Вот только в чём же обвиняется эта девушка?
Как же тяжело было сохранять спокойствие и улыбаться, глядя ей в лицо. Ненавидел я всё это притворство, предпочитал действовать открыто. Терпеть не мог интриги и заговоры!
— А тебе разве не сказали? — в глазах Дарьяны плескалась издёвка.
«Конечно, не сказали, но я сам всё выяснил и подготовился к дальнейшему», — подумал я, сохраняя внешнее спокойствие.
Заметив, как мой предостерегающий взгляд становится всё более напряжённым, ведь Шайн едва сдерживал свой гнев, императрица с притворным вздохом продолжила свою речь:
— Всё на самом деле предельно просто. Эта девушка совершила непростительное преступление, нарушив один из важнейших законов нашей империи.
Даже не нужно было смотреть на Алану, чтобы понять, как она взволнована. Огненноволосая держалась, но ей было несказанно сложно.
— Ночью, пока её братья спали, она высасывала из них магическую энергию, стремясь стать сильнее за чужой счёт, — с ядовитой усмешкой произнесла Дарьяна.
Алана судорожно вздохнула. Она мастерски сделала вид, что слышит эти обвинения впервые, и была шокирована до глубины души.
Я бросил взгляд в её сторону, чувствуя, как тяжело ей приходится.
«Значит, забирала магию, — пронеслось в мыслях. — А разве не наоборот всё было? Это её братья пытались лишить её магической силы!»
— Доказательства? — вопросительно поднял я бровь, ощущая, как Шайн яростно рвётся наружу. Он категорически не принимал ложь, которую несла эта безумная женщина, готовый защищать нашу пару любой ценой.
«Дарьяна действительно думает, что я поверю в эту чушь? Насколько мне известно, Алана не ночевала дома после того, как получила развод!»
— Эта бесчестная особа, словно паразит, питалась магической энергией собственной семьи! — повысила голос супруга моего покойного брата, явно играя на публику. Вокруг уже начали собираться чиновники, придворные, стражники и слуги. — Она совершила непростительный поступок! А когда её поймали с поличным, решила сбежать, обманув тебя, чтобы получить твоё доверие! Ты же сам защитил её в таверне, когда за ней пришли братья! Как ловко она тебя обвела вокруг пальца! — усмехнулась Дарьяна. — Хорошо, что мне удалось раскрыть правду. Такое преступление карается смертью!
— Это серьёзное обвинение, — в моей груди клокотало недовольство, хотелось как можно скорее прекратить этот фарс.
— Которое будет доказано! — Дарьяна надменно вскинула подбородок. — Камень жизни, — усмехнулась она. — Хотя я и не сомневаюсь в словах семьи этой бесчестной особы, но слова — это всего лишь слова. Пока артефакт готовят к проверке, девушка будет находиться в камере! Этого требуют наши порядки! Я поступлю по справедливости, Дамиан! Ты сам всё увидишь! Увести! — рявкнула Дарьяна страже.
Сердце колотилось как безумное. Всё шло именно так, как я и предполагал.
Чувствуя безудержное волнение Аланы, я, не глядя в её сторону, перевёл взгляд на своих людей, которые послушно последовали за стражниками Дарьяны. Эта глупая женщина даже не подозревала, что у меня всё просчитано на несколько шагов вперёд. Что ж, пусть это станет для неё уроком!
Весь двор словно застыл в ожидании, наблюдая за мной. Сотни глаз: осуждающих, насмешливых, обвиняющих… Они были прикованы к моей персоне. Каждый взгляд прожигал насквозь, обвиняя в преступлении, которого я не совершала.
Дарьяна Эдельрон оказалась куда страшнее, чем я могла себе представить. За её внешней красотой и грацией скрывалась ядовитая сущность, подобная смертоносному пауку, натянувшему на себя маску совершенства. Она стояла в отдалении, но я физически ощущала волны ненависти, исходящие от неё. Императрица жаждала моей мучительной смерти только за то, что я осмелилась взглянуть на Дамиана.
Страх сковывал тело, но я старалась держаться. С каждым шагом приближающейся стражи желание схватить любимого за руку становилось почти невыносимым. Они пришли за мной, чтобы утащить в темницу, где, как предполагал Дамиан, мне попытаются влить чужую энергию.
«Не бойся, — звучали в голове его слова. — Мои люди будут рядом. Никто не посмеет тебя тронуть. Твоя семья уже знает, как нужно себя вести».
Я верила ему, но страх всё равно накатывал волнами. Два стражника приблизились, ещё двое встали за их спинами. Лица мужчин были непроницаемы, словно восковые маски, и от этого становилось ещё страшнее.
— Смотрите-ка, — хохотнула Дарьяна, наслаждаясь моментом, — даже не сопротивляется. Удивительно!
— К чему сопротивление? — не выдержала я. — Камень жизни докажет мою невиновность! Я никогда не забирала чужую энергию!
— Избавь меня от своих оправданий, — голос императрицы стал ледяным. — Пусть камень жизни рассудит. Уведите её!
Шаг за шагом я двигалась вперёд, борясь с желанием обернуться. Знала: Дамиан на грани, готов броситься в бой, поэтому я должна была быть сильной. Должна была идти вперёд, держа себя в руках, несмотря на то, что сердце готово выпрыгнуть из груди.
Каждый шаг давался с трудом, но я шла, сохраняя достоинство.
Шёпотки и гул голосов со всех сторон окружали меня, словно ядовитый туман. Обсуждение моей персоны, обвинений, которых я не совершала, активно велось на радость Дарьяне Эдельрон.
«Радуйся, пока можешь!» — мысленно усмехнулась я, хотя внутри всё дрожало от страха. Дыхание участилось, руки предательски тряслись, а ноги едва держали. Казалось, ещё немного и я рухну на мостовую.
Толпа расступалась, кто-то тыкал в меня пальцем, а я продолжала идти, моля богов о скорейшем завершении этого кошмара. Путь занял около двадцати минут. Мы двигались по внутреннему двору, проходя под арками, огибая величественный фонтан. Его мокрая пыль касалась лица, даря призрачное ощущение свежести и придавая немного сил.
Никто не произносил ни слова, но я знала: среди стражей, уводящих меня всё дальше, есть люди Дамиана. Иначе он ни за что не отпустил бы меня с ними.
Шагая вдоль каменной стены, я заметила вдали чёрно-красный флаг — знак входа в ведомство наказаний. Крыльцо, широкий двор, мужчины в форме с пронзительными взглядами…
— Сюда! — холодно указал страж на едва заметную дверь.
Я не сопротивлялась. Какой смысл? Против них мне не выстоять. Деревянно полотно со скрипом отворилось, выпуская затхлый воздух, пропитанный запахом сырости. Передо мной открылась лестница, уводящая вниз — туда, откуда, казалось, нет выхода.
— Шагай! — рыкнул страж за спиной, заставляя вздрогнуть от неожиданности.
Благо он не толкнул меня, иначе я кубарем покатилась бы вниз.
Глубоко вздохнув, сделала первый шаг. Факелы дрожали при моём приближении, их пламя танцевало, отбрасывая на стены причудливые узоры теней, усиливая и без того гнетущую атмосферу.
За мной кто-то шёл — судя по шагам, не один человек. Когда открылся плохо освещённый коридор, я увидела по обеим сторонам камеры с металлическими прутьями и соломой на полу.
«В какую же из них меня посадят?» — промелькнула мысль.
— Прошу сюда, — прозвучал неожиданно вежливый голос.
Я обернулась и встретилась взглядом с двумя мужчинами.
— Леди Алана! — они почтительно склонили головы, заставляя моё сердце забиться чаще. — Генерал приказал защищать вас ценой собственной жизни! Не беспокойтесь, с нами вы в полной безопасности!
Осознание того, что всё произойдёт именно так, как предсказал Дамиан, словно сняло тяжкий груз с моих плеч. Эмоциональный откат накатил волной, и на глазах выступили слёзы. Я прикусила нижнюю губу, отчаянно пытаясь сдержать рвущиеся наружу рыдания.
— Леди Алана? — два высоких широкоплечих воина встревоженно переглянулись.
— Всё хорошо, — я взмахнула руками, шмыгнув носом. — Не беспокойтесь, правда.
Мне не хотелось выглядеть в их глазах слабой и истеричной. Они наверняка уже знали о моей связи с Дамианом — он сам предупредил их, приказав защищать меня. Эти воины чтили и уважали принца западных земель, и я не имела права своим поведением бросать тень на его репутацию.
«Страшно? Да. Тревожно? Безусловно. Но я справлюсь!» — твердила себе, глубоко вдыхая и натягивая на лицо маску невозмутимости.
— Наверное, — прокашлялась я, стараясь держаться стойко, — меня следует запереть в камере?
Воины снова обменялись взглядами, будто ведя безмолвный диалог.
— В этом нет необходимости, — ответил один из них. — Но когда приведут ваших братьев, придётся пройти туда, чтобы не вызывать лишних подозрений.
Я молча кивнула, принимая их слова.
Время тянулось мучительно медленно. Сидя на стуле, я боролась с нахлынувшими эмоциями, безмолвно моля богов о защите моего принца и о том, чтобы наш план осуществился без потерь, чтобы никто из дорогих мне людей не пострадал.
Воины Дамиана стояли у лестницы, тихо переговариваясь между собой. Сколько длилось моё условное заточение, я не знала, казалось, прошёл час. Внезапно сверху донёсся знакомый скрип открывающейся двери.
Я мгновенно поднялась со стула, наблюдая за воином, который бесшумно скользнул за спину товарища, исчезая из поля зрения спускающихся.
— Леди Алана, — прошептал он, приближаясь, — сюда.
Не раздумывая, я последовала за ним, не желая подводить тех, кто рисковал ради меня.
Через несколько мгновений моя нога коснулась соломенного пола, и клетка бесшумно закрылась.
В полумраке, куда едва проникал свет факелов, я стояла у металлических прутьев, не отрывая взгляда от узкого участка лестницы. Вскоре там появились сапоги, а затем и чьи-то туфли.
Секунда, и мне удалось разглядеть стражника в возрасте, а за ним…
«Рейгар и Рихард!»
Стиснула зубы до ломоты в дёснах.
Теперь, глядя на братьев, я не испытывала ни страха, ни желания бежать, как в ту ночь в таверне, когда они пришли за мной. Сейчас я видела их измождёнными, с потухшими, затравленными взглядами.
Под кожей прокатилась ледяная волна презрения. Мысли вихрем проносились в голове:
«Если бы не Дамиан, вы бы уже давно кинули меня в руки Эстара и его хитроумной мамаши! Вы были готовы предать меня, причём дважды! Вместе с матерью и отцом! Хорошо, что я от вас отказалась!»
От этой гневной внутренней тирады стало немного легче.
— Свободны, — махнул страж воинам Дамиана, заставив меня замереть от неожиданности. — Ну?! — прикрикнул он. — Оглохли, что ли?!
Я затаила дыхание и только успела моргнуть, как воин моего принца молниеносным движением вскинул руку, ударяя его по шее.
Братья испуганно вздрогнули, придвигаясь друг к другу и вжимая головы в плечи.
— Стойте смирно и не дёргайтесь! — воин Дамиана бросил на них предупреждающий взгляд.
— Хо-хорошо, — поспешно кивнул Рейгар.
— Как скажете, — пролепетал Рихард, испуганно скользя взглядом по ряду камер и застывая, заметив меня. — Алана…
Его голос перешёл на противный тонкий писк.
Я не стала отвечать. Лишь презрительно фыркнула и отвернула голову. Не хотела их видеть — ни их, ни родителей. Они предали меня! Чуть не погубили ради собственной выгоды!
— Леди Алана, — обратился ко мне воин моего чёрного дракона, — вы можете выйти.
Но мне не хотелось покидать клетку. Не хотелось приближаться к этой эгоистичной парочке. Братья не сводили с меня глаз, в которых плескалось раскаяние, вызванное не голосом совести, а страхом за собственную жизнь.
— Сестра… — позвал меня Рихард.
— Сестра?! — возмущённо перебила его я, не давая продолжить. — А она у тебя разве есть?!
Брат замолчал, опустив взгляд в пол.
— Вы отказались от меня, предав! Так что не нужно этого лицемерия!
Повисла напряжённая тишина.
Воин Дамиана оттащил стража в камеру, забросав его соломой и заперев решётку. Пока всё не закончится, он останется там и не факт, что выберется. Его совесть нечиста, ведь он прекрасно знал, зачем пришли мои братья, иначе не стал бы выгонять ненужных свидетелей.
Снова ожидание, которое тянулось бесконечно. Рихард и Рейгар пробыли здесь около пятнадцати минут, а потом, следуя плану Дарьяны Эдельрон, ушли во дворец, где должен был состояться мой суд.
Было видно, как сильно они взволнованы и напряжены.
«Сколько помню, они всегда были трусами!»
Снова скрип двери. Звук шагов.
Я затаила дыхание, наблюдая за мужчиной с тонкими усами и мясистым носом.
— Командира не видели? — спросил он у парней Дамиана.
— Ушёл через другой выход, — махнул один из них в другую от вход сторону.
— Где его черти носят? — хмыкнул стражник, озадаченно нахмурив лоб. — Ладно, нет времени его искать. Всё готово! Пора ей предстать перед судом и понести наказание за свои поступки!
С каждым шагом Алана удалялась всё дальше, и мне стоило огромных усилий, чтобы оставаться на месте, позволяя стражникам уводить её.
— На тебе лица нет, — раздался ехидный голос Дарьяны.
В любой другой момент я бы с лёгкостью мог расправиться с ней, но моё правило, не поднимать руку на женщин и детей, оставалось незыблемым.
— Смотрю, крепко привязался к этой девчонке? — императрица, плавно покачивая бёдрами, приблизилась ко мне, не отрывая взгляда. — Чем же она тебя так очаровала, что ты позволил ей подняться в небо вместе с тобой?
Дарьяна улыбалась, но в её глазах я видел бушующую ярость, смешанную с ревностью. Столько всего хотелось ей сказать, но всё было бессмысленно. То, что она натворила, невозможно простить. Её поступки можно искупить только собственной смертью.
— Голоден? — как ни в чём не бывало спросила Дарьяна, словно мы не стояли посреди дворцовой площади, заполненной любопытствующими придворными, ожидающими начала суда, а просто прогуливались. — Пойдём в тронный зал. Может, ты хочешь лично проконтролировать подготовку камня жизни?
— Зачем? — хмыкнул я, замечая, как количество стражников вокруг заметно увеличилось. Они явно к чему-то готовились. — Уверен, всё будет сделано должным образом.
Мне было тяжело, невероятно тяжело, но я понимал — нужно довести эту проклятую игру до конца.
— Я была так удивлена, — продолжала щебетать Дарьяна, направляясь к тронному залу, — когда ко мне пришла мать этой девушки.
За моей спиной раздался кашель Киарса, который явно имел своё мнение на этот счёт — мнение, совпадающее с моим.
Дарьяна осеклась на полуслове, но не обернулась, лишь недовольно поджала губы, прекрасно всё понимая.
— Искренне надеюсь, что её пытаются оговорить, — быстро взяв себя в руки, продолжила она. — Не в моих правилах карать невиновных!
Я продолжал идти вперёд, сохраняя маску равнодушия. Лицемерная и бездушная — именно такой была Дарьяна Эдельрон. Тварь, погубившая моего родного брата!
— Проверка камнем жизни всё расставит по своим местам! — не умолкала императрица, продолжая лить ложь мне в уши.
— Ты права, — кивнул я. — Камень жизни всё покажет.
— Вот именно! — на её кроваво-алых губах расцвела самодовольная улыбка.
Почти весь двор был заполнен стражниками, коридоры дворца тоже кишели воинами. Я понимал — Дарьяна подготовилась основательно. Вот только она даже не подозревала, что и я пришёл сюда не без подготовки.
Кир и Сайдер вместе с девушками следовали за мной. Мои главнокомандующие были готовы ко всему.
Переступив порог тронного зала, я замер на мгновение. Хранитель камня жизни уже суетился в окружении помощников. Медленно, под пристальными взглядами собравшихся, я поднялся на возвышение и занял трон моего брата.
Тишина разлилась тяжёлым одеялом, в котором чувствовались напряжение и нервозность. Всеобщее внимание было приковано ко мне.
— Что-то не так? — вопросительно приподнял я бровь, глядя на собравшихся с нескрываемым предупреждением. — Или ты против того, что я здесь сижу? — обратился я к Дарьяне. — Могу занять твой трон, но, поскольку ты сейчас регент и формально выше меня, у меня нет на это права, — с лёгкой усмешкой добавил я.
— Если хочешь, — пожала плечами Дарьяна, в чьих глазах бушевали эмоции, — трон может стать твоим по праву.
Я видел, как ей нравилось наблюдать меня на этом месте. Она мечтала занять соседний трон по правую от меня руку.
«Обязательно станет! Даже не сомневайся!»
— Я уже говорил тебе, моё место…
— На поле боя! Помню! — раздражённо отмахнулась Дарьяна. Величественно подхватив юбку, она двинулась ко мне, усаживаясь рядом с грацией хищницы. — А ещё ты говорил, — произнесла она тише, чтобы никто не слышал, — что не создан для семьи.
— Каждому свойственно меняться, — невозмутимо пожал я плечами.
— Мне не нравятся твои перемены!
— Это я уже понял, — усмехнулся, делая вид, что рассеянно наблюдаю за суетой хранителя камня жизни, хлопочущего вокруг священного артефакта. — Именно поэтому ты решила устроить этот спектакль?
— Что? — императрица изобразила искреннее удивление, в которое я не поверил ни на мгновение. — О чём ты? Я не понимаю! Ко мне обратилась мать этой…
— Да-да! — отмахнулся я. — Уверен на все сто процентов, что Алана не виновата. Она никогда бы этого не сделала.
Губы Дарьяны недовольно поджались, мои слова пришлись ей не по вкусу.
— Камень жизни покажет, кто прав, а кто виноват! — холодно процедила императрица. — Хранитель, сколько ещё ждать?!
— Ваше величество, — склонил голову седобородый старик, — осталось совсем немного.
— Слышишь, — я удобнее устроился в кресле, — совсем немного. Но этого времени достаточно, чтобы ты рассказала мне правду.
— Правду? — Дарьяна резко обернулась ко мне, вперив ядовитый, полный гнева взгляд. — Какую правду ты хочешь услышать?!
Она занервничала. Это было очевидно.
— А какую ты готова рассказать? — я не собирался давать ей шанса. Она ответит. За всё ответит. Просто намеренно играл с ней, выводя из равновесия.
— Не понимаю, о чём ты! — фыркнула Дарьяна. — Ведёшь себя странно! Уж не собираешься ли наделать глупостей, когда вина этой девчонки подтвердится?
— А ты, смотрю, уверена, что она подтвердится, — я медленно повернул голову, встречаясь взглядом с той, кого хотелось раздавить, как назойливую муху.
Дарьяна замолчала, глядя на меня исподлобья. Моё поведение сбивало её с толку. Секунды тянулись, а она так и не находила ответа, в итоге делая вид, что мои слова оскорбили её до глубины души.
— Ваше величество! Камень жизни готов! — донёсся голос хранителя.
— Отлично! Стража, приведите девчонку! Пришла пора расставить всё по своим местам!
Двери тронного зала с грохотом распахнулись, впуская советников и чиновников — всех тех, кто пришёл стать свидетелями подстроенного Дарьяной суда.
Замечая меня на троне своего брата, они на мгновение замирали, но быстро брали себя в руки, занимая отведённые им места.
Я знал: скоро всё начнётся, и был морально готов к этому.
По моим расчётам, отряд, вызванный Киарсом, уже должен был достичь стен столицы и направляться к воротам внешнего двора имперского дворца.
Дарьяна величественно восседала на троне, глядя на всех свысока. Она даже не подозревала, какая судьба ждёт её впереди.
Минуты текли медленно, а по тронному залу разносился гул голосов — все обсуждали предстоящую проверку, которая не сулила ничего хорошего, но только не для Аланы.
К слову о ней… Я волновался за неё как никогда прежде. Шайн тоже не давал мне покоя, рвался наружу, желая разнести всё в пух и прах, не оставив камня на камне. Ради огненноволосой красавицы он был готов на то, о чём я раньше даже не задумывался. Моему дракону вдруг стало плевать на все законы и принципы, которых мы с ним придерживались. Единственное, что его волновало, — безопасность той, что поселилась в нашем сердце.
Не хотелось думать о том, как бы я поступил, окажись обвинения матери Аланы правдивыми, но мысли невольно крутились вокруг этого вопроса. Умом я понимал, что огненноволосая никогда бы так не поступила — её отказ от моей помощи в пробуждении Наяры живое тому подтверждение. И всё же не мог не думать об этом.
Позволив мыслям унестись в неприятном направлении, замер, осознавая, как бы поступил. Ответ прост — я бы всё равно спас Алану. Защитил и не позволил причинить ей вред. Потом, возможно, мучился бы, винил себя за слабость, но не смог бы иначе.
Мужчины и женщины выстроились в ровные ряды вдоль широкой красной ковровой дорожки, убегающей к стойке с камнем жизни, за которой начиналось возвышение, ведущее к тронам. Они без стеснения высказывали свои предположения о том, чем закончится это разбирательство, и ни одно из них не сулило Алане ничего хорошего. Советники и придворные не верили ей, что радовало Дарьяну, на лице которой играла лёгкая улыбка.
И вот двери тронного зала вновь распахнулись, являя мне… её…
Едва смог сдержать порыв кинуться к Алане, которая шагала в окружении стражей, среди которых были и те, кто служил мне верой и правдой. Один из них едва заметно кивнул, давая понять, что всё в порядке. Стало немного спокойнее, стоило увидеть их рядом с ней.
Дарьяна дождалась, когда Алана приблизится, и махнула рукой, позволяя старшему советнику начать суд.
— Мы все собрались здесь, чтобы стать свидетелями правосудия, — с важным видом пробасил обрюзгший мужчина с жидкой бородой и плешью на голове. — Эта девушка обвиняется в серьёзном преступлении!
Присутствующие, наблюдающие за процессом, зашептались друг с другом. Каждый из них видел камень жизни, прекрасно понимая, в чём именно обвиняется Алана.
— Поступила жалоба, что Алана Дэрэй забрала энергию у своих братьев против их воли! — нагонял жути советник, активно жестикулируя руками.
— Какой кошмар!
— Просто немыслимо!
— Нужно немедленно наказать бессовестную! — доносились комментарии со всех сторон.
Я не отводил взгляда от Аланы, выражение лица которой было нечитаемым. Она держалась. Не плакала, не кричала, пытаясь доказать свою правоту. Просто стояла и смотрела на камень жизни.
«Прости меня… — обращался к ней мысленно. — Прости, что из-за меня тебе приходится проходить через всё это…»
— Ты признаёшь свою вину? — голос советника заставил перевести на него внимание.
— Не признаю, — ответила спокойно Алана, тем самым вызвав гул голосов свидетелей, бессовестно поливающих её грязью.
Вина огненноволосой ещё не была доказана, а они уже осуждали её.
«Как же прогнила столица… Неудивительно, что в империи творятся такие ужасы!»
— Да что её спрашивать! — выкрикнул кто-то из толпы. — К камню пусть подходит и дело с концом!
— Хранитель Роун! — голос Дарьяны прокатился по тронному залу, заставляя всех замолчать. — Прошу, начинайте!
— Пошла! — один из стражей занёс руку, намереваясь пихнуть любимую в спину, и только я хотел дёрнуться вперёд, чтобы эту самую руку вырвать с корнем, как Лиар, тот, кто притворялся одним из имперских стражников, отпихнул его, делая вид, что намерен сопроводить Алану до камня.
Посмотрев на него, любимая кивнула, занося ногу для шага.
Я знал, что артефакт не покажет вину моей огненноволосой, но всё равно нервничал.
— Вам нужно положить руку на поверхность и подождать, — произнёс хранитель. — Если в вашем теле есть чужая энергия, артефакт покажет это.
Моё сердце грохотало в груди, словно сумасшедшее.
Кир с Сайдером, что стояли возле возвышения вместе с Киарой и Лираэль, не сводили глаз с Аланы.
«Всё будет хорошо, — шептал ей мысленно. — Ничего не бойся! Я рядом!»
Промедление со стороны любимой было секундным, и она вскинула руку, касаясь артефакта, как того и велел хранитель.
Все присутствующие затихли, дожидаясь результата.
Удар моего сердца…
И вот камень жизни завибрировал, пугая своим поведением Алану, которая тут же отшатнулась от него.
Я не отводил взгляда, замечая, как над артефактом начинает появляться нежно-голубая дымка. Такая чистая, ничем не запятнанная.
Мгновение за мгновением…
Дымка становилась ярче, без посторонних цветовых примесей…
— Что?! — возмутилась Дарьяна, резко подаваясь на троне вперёд. — Но…
— Как видишь, — хмыкнул я, лениво вздыхая, — она чиста.
— Не может быть! — взревела императрица, вскакивая на ноги. — Хранитель?!
— Ваше величество! — склонил голову мужчина. — Энергия этой девушки никем не затронута! Она чиста!
Ярость. Всепоглощающая ярость исказила лицо Дарьяны. Она пребывала в неописуемом бешенстве.
— Стража! — рявкнула дракайна. — Немедленно приведите мать этой девки и её сыновей! Они ответят за то, что обманули меня!
Страх сковывал моё сердце. Как же сильно мне было страшно, но я держалась, потому что верила. Верила Дамиану, как никому и никогда.
«Он защитит меня. Не даст в обиду!»
С трудом контролируя себя, я не позволяла дрожи прокатиться по телу. Императрица пребывала в ярости. Её буквально трясло, ведь она так надеялась на другой исход проверки.
И вот двери тронного зала вновь распахнулись, являя мне ту, кого я не хотела видеть — мать. Нервно переставляя ноги, она семенила за стражниками, вжав голову в плечи. Следом за ней в полуобморочном состоянии плелись братья, спотыкаясь чуть ли не на каждом шагу. Им было страшно, и они готовы были грохнуться в обморок в любой момент.
Охваченная противоречивыми эмоциями, я повернулась в сторону Дамиана, встречаясь с ним взглядом. Зная весь его план наизусть, как и то, что будет дальше, я невероятно сильно хотела, чтобы весь этот ужас закончился как можно скорее.
— Как посмели?! — взревела на весь тронный зал императрица.
От её громкого рёва несколько мужчин и женщин вздрогнули.
— Как посмели ввести меня в заблуждение?! Думаете, — её голос стал тише, вызывая ледяные мурашки по спине, — я спущу эту ложь вам с рук?!
— Ваше величество… — начала было мать.
— Убейте их троих! — рявкнула Дарьяна Эдельрон, метнув разъярённый взгляд в сторону стражника, что стоял к моей матери и братьям ближе всех. — Немедленно!
Страж за долю секунды послушно вынул меч из ножен и занёс остриё над головой моей матери…
— Принц, прошу… — зарыдала она, падая на колени, — защитите!
Братья не выдержали напряжения. Их глаза закатились, и они почти одновременно повалились на пол, прямо к ногам захлёбывающейся ужасом матери.
Заострённая сталь стремительно начала опускаться, приближаясь к шее родительницы… Из моего рта вырвался немой крик.
Удар бешено колотящегося сердца, и меч остановился, так и не коснувшись кожи, замирая.
— Чего ты медлишь?! — взревела Дарьяна. — Убей её!
— Не сможет, — хмыкнул Дамиан, поднимаясь с трона и спускаясь ко мне.
— Что?! — ахнула гадина, дыша так, словно пробежала чёрт знает сколько.
— Убить, говорю, её не сможет, — повторил мой чёрный дракон, подходя ближе и беря меня за руку. — Потому что тебе он не служит.
Императрица от услышанного онемела, теряя дар речи.
— Будьте любезны, — обратился Дамиан к моей матери, тело которой сотрясалось от происходящего, — поведайте нам всем, кто надоумил вас обвинить свою дочь в столь непростительном поступке — краже магической энергии?
— Что ты несёшь?! — взбесилась Дарьяна. — Стража, убейте её! Это приказ!
— Не советую! — предупреждающий взгляд принца метнулся к двинувшейся страже, намеревающейся выполнить приказ императрицы.
Словно из ниоткуда появился огромный меч, который парил в воздухе рядом со мной и Дамианом, пульсируя энергией.
— Ты… — возмущённо ахнула Дарьяна. — Как смеешь идти против моего слова?!
— Говорите, — произнёс любимый, обращаясь к моей матери. — Кто?
— Стража! Немедленно прекратите весь этот балаган! — заверещала Дарьяна, беснуясь возле своего трона.
Двери зала распахнулись, и внутрь забежало ещё больше воинов, которые при виде принца западных земель, его легендарного оружия и непобедимых главнокомандующих, что были готовы отразить атаку, остановились.
— Говорите! — прикрикнул Дамиан на мою мать, заставляя её вздрогнуть.
— Это императрица! — испуганно выпалила она. — Императрица заставила меня обвинить Алану!
— Что?! — послышался визг Дарьяны, переплетаясь с шёпотками всех, кто услышал сказанное. — Да как ты… Как смеешь обвинять меня в подобном, тварь?! Взять её! — орала она, обращаясь к новоприбывшим воинам. — Немедленно взять!
— Они тебя тоже не послушают, — усмехнулся мой чёрный дракон. — Потому что, повторюсь, находятся у меня в подчинении.
Я скосила взгляд на стоявших у входа мужчин в броне имперской стражи, лица которых мне были уже знакомы — именно их вызвал Киарс на подмогу с западных земель.
«Успели вовремя», — отметила я.
Любимый сделал едва заметный взмах рукой, и его воины мгновенно рассредоточились по залу, приставляя мечи к горлам стражников Дарьяны и ловко вырубая самых буйных.
— Ты погубила моего брата, — произнёс Дамиан, вскидывая взгляд на императрицу.
Гул голосов стал громче, на некоторых лицах появилась нервозность, смешанная с подступающей паникой, а вот сама Дарьяна стремительно побледнела, явно не ожидая такого поворота событий.
— Травила его ртутью! Мои люди нашли доказательства!
— Я… — жадно хватала ртом воздух гадюка, делая вид, что задыхается. — Я… нет… Неправда! Никогда бы так не поступила! Я ему сына родила! — заорала она.
— К слову, о нём! — кивнул Дамиан. — Принесите ребёнка!
— Ребёнка?! — Дарьяну затрясло ещё сильнее. — Зачем?!
— Ты изменяла моему брату! У меня есть подозрения, что этот мальчик не приходится мне племянником.
— Побойся гнева небес! — играла на публику Дарьяна. — Я никогда не изменяла Эркелю!
— Ой, да брось, — отмахнулся любимый, качнув головой, после чего в зал затащили дёргающегося сына министра.
— Марон! — ахнул министр, двинувшись вперёд, но один из воинов принца не позволил ему сделать ни шага.
— С ним изменяла, — кивнул Дамиан. — Он признался.
— Ты… — зашипела Дарьяна, которая сейчас была похожа не на величественную императрицу, а на побитую псину, дрожащую от страха за свою жизнь. С неё мигом слетела вуаль самоуверенности и вседозволенности.
Слуха коснулся детский плач, и все обернулись, наблюдая, как одна из служанок несёт ребёнка.
— Не трогайте его! Не смейте! — заорала Дарьяна, срываясь с места, но Сайдер быстро преградил ей путь.
Почему-то я была уверена, что эта гадюка переживает не из-за ребёнка, а из-за того, что именно он может стать доказательством её одного из самых страшных нарушений закона — выдать чужака за сына императора.
Под крики и вой Дарьяны, которая напугала младенца своим ором ещё больше, мальчонку поднесли к камню жизни, прикладывая его ручку к поверхности.
Все замерли в ожидании, и только императрица продолжала верещать, пытаясь оттолкнуть Сайдера, что с невозмутимой физиономией стоял, словно скала.
— Всем известно, — громко заговорил Дамиан, — что император перед тем, как занять престол, проходит обряд. Его энергия смешивается с энергией всего сущего, отражаясь красной нитью, пульсирующей в магических потоках. Так же всем известно, — продолжил любимый, в то время как над камнем жизни начала проявляться нежно-голубая дымка, — что небольшая часть этой самой нити передаётся и его наследникам.
Дымка становилась всё ярче, вызывая у присутствующих министров, советников и всех остальных шок, ведь энергия ребёнка была чистой. Абсолютно чистой.
— Как видите, — усмехнулся Дамиан, — этой обозначающей нити в магических потоках мальчика нет.
Дарьяна больше не кричала, она нервно кусала губы, медленно отступая от Сайдера, в надежде спасти свою шкуру.
— А это значит, — взгляд любимого сместился в сторону намеревающейся улизнуть императрицы, — что младенец, занявший место моего брата, чужак. Дарьяна, куда же ты?
Услышав своё имя, императрица взвизгнула и, подхватив юбки, рванула в сторону гобелена.
— Наивная, — покачал головой любимый, наблюдая, как Кир устремился за ней, хватая за пояс платья и дёргая её назад.
— Отпусти! — завизжала она, пытаясь вцепиться алому дракону в лицо, но тот умело увернулся. — Отпусти меня!
— Я могу отпустить тебя, — с губ принца сорвался тяжкий вздох, — но только на тот свет. На другое освобождение можешь даже не надеяться.
— Ну, пожалуйста, — я лукаво улыбнулась, глядя на любимого с лёгким прищуром. — Совсем чуть-чуть. Я буду очень осторожна, честное слово.
— Ты смерти моей хочешь, да? — в голосе Дамиана слышалась мольба. — Я же с ума сойду от переживаний за вас! — чёрный дракон подошёл ближе и коснулся горячей ладонью моего пока ещё плоского живота, где рос наш малыш.
Неделю назад я узнала о своей беременности. Эта новость окатила меня с ног до головы волной непередаваемой радости. Наша с Дамианом кроха — продолжение нас обоих.
Когда любимому стало известно, что он скоро станет отцом, то чуть с ума не сошёл от счастья. Тут же велел раздать горожанам монеты и угостить детей сладостями. Во дворце и так было оживлённо, а после известия о скором рождении наследника все и вовсе забегали с удвоенной силой, пытаясь быть полезными.
Я чувствовала себя абсолютно счастливой, хотя и не до конца, ведь теперь мне какое-то время запрещено подниматься в небо.
Моя Наяра проснулась месяц назад. Никогда не забуду момент её пробуждения. Не те лёгкие шевеления, к которым я привыкла. В одну из последних медитаций во мне будто что-то лопнуло, обдав изнутри теплом и чем-то очень сильным, наполняющим мощью до краёв. Я замерла, улавливая на себе взволнованный взгляд Дамиана, а потом…
Он сразу понял, что произошло. Точнее, не он, а Шайн, проявляясь в зрачках своего хозяина. Чёрный дракон был вне себя от счастья.
Наш первый совместный полёт наблюдали все, кто только мог. Люди были поражены до глубины души, ведь парящая в облаках дракайна — огромная редкость. Горожане толпились, задрав головы к небу. Кто-то улыбался, кто-то махал руками, а кто-то, что вполне естественно, смотрел с завистью.
Я тренировалась не покладая сил. Мне так нравилось чувствовать потоки ветра под крыльями, смотреть с высоты на столицу и людей, которые казались маленькими чёрными точками.
«Ничего, — утешала я себя и заодно Наяру, — вот родится малыш, и мы с тобой налетаемся!»
После того дня в тронном зале наши с Дамианом жизни изменились навсегда. То, от чего он раньше отказывался, пришлось принять и взвалить на свои плечи. Мой чёрный дракон встал во главе всей империи, незамедлительно принимаясь за глобальную чистку и избавляясь от грязи и плесени, что расползлась по всем городам.
Дарьяна была схвачена и казнена вместе со всеми, кто помогал ей в убийстве брата Дамиана, через повешение на центральной площади.
Мой чёрный дракон никого не пощадил, и дело вовсе не в его жестокости или жажде мести. Здесь было другое. Несколько советников, помогавших Дарьяне, оказались замешаны во многих ужасающих делах: самовольное повышение налогов в других городах, укрывательство преступлений, с которых они имели материальную выгоду, игнорирование и укрывательство жалоб народа, пытающегося достучаться до власти, чтобы они помогли хоть как-то облегчить их тяжёлые жизни.
Денег советникам и министрам очень не хватало, как земель и влияния. Они так жаждали всего этого, что помогали Дарьяне творить грязные делишки, а она в ответ закрывала глаза на их злодеяния, позволяя им губить народ и издеваться над ним как только можно.
Возможно, кто-то скажет, что лишить маленького ребёнка матери — это не по-человечески. Но такая мать, как Дарьяна, не принесла бы этому мальчонке счастья. Как рассказывали служанки, ухаживающие за малышом, она игнорировала его, смотрела как на мерзкое насекомое и приходила в ярость, когда слышала плач родного сына. Она родила его не потому что хотела этого, а потому что так надо было. И пусть он её кровь и плоть, но материнский инстинкт в Дарьяне Эдельрон отсутствовал напрочь.
Ребёнок остался во дворце под присмотром одной семьи, так как родственники Дарьяны отказались его брать, а родной отец, которым оказался сын предателя-министра, вместе со всеми был отправлен на виселицу, так как имел прямое отношение к смерти брата Дамиана.
Мой чёрный дракон не отвернулся от ребёнка, дал ему шанс, ведь он ни в чём не виноват. Если в будущем проявит себя, то, возможно, займёт какой-нибудь руководящий пост. Всё будет зависеть от него самого.
Мои мать и братья… Я разорвала с ними все возможные и невозможные связи. Для меня эти люди перестали существовать. Дамиан не тронул их, и они были только рады, поспешно унося ноги как можно дальше. Позже до нас дошли вести, что они собрали все свои пожитки, продали дом и покинули столицу. Что ж, мне от этого было только лучше.
Что касается семьи моего бывшего мужа… Любимый не пощадил их. И пусть доказательств вины этих ничтожных людишек не было, они и не требовались. Стоило только Эстара, дрожащего от ужаса, притащить в камеру пыток, как он тут же во всём сознался, сдавая свою мать с потрохами.
Они не успели совершить нечто ужасное, но всё равно были наказаны. Дамиан забрал у них всё, что только мог, буквально вышвыривая на улицу с голыми задницами. Титул испарился, а деньги и земли отошли в казну и народу. Люди были несказанно рады получить доступ к плодородным землям, ведь раньше они могли о таком только мечтать.
Короновали Дамиана почти сразу же. Первым делом он зачистил всю стражу, поставив во главе каждого отряда тех, кому доверял. Затем пришла очередь столичной стражи, а после — проверка министров и советников. Никто не ушёл от ответа. Несколько знатных семей были лишены своего влияния и статуса, отправляясь за свои злодеяния на рудники, рубить лес или гнить в камерах. Они потеряли своё состояние, земли и дома, становясь простым людом, которого раньше сравнивали с насекомыми. Им придётся работать и самим зарабатывать на хлеб. Жить в простой хижине и вести хозяйство, как и все остальные. Но только тем, кто не сильно провинился. Других ждала виселица или гильотина.
Столица гудела от новостей. Да что там столица — вся империя стояла на ушах. Ведь за казнью и зачисткой дворца последовала наша с Дамианом свадьба. Вино лилось рекой, запах жареного мяса витал повсюду. Люди смеялись, танцевали, выкрикивая поздравления в небеса. Они верили, что новый император принесёт им мир и покой, ведь он справедлив, благороден и великодушен. Люди знали, были уверены, что теперь смогут вздохнуть спокойно. Что теперь не будет безнаказанности и голода.
Кто-то должен был остаться во главе западных земель, оберегая и защищая границы, и Дамиан предложил своё место Киарсу и Сайдеру. Они сами должны были решить, кто возглавит могущественное войско.
Парни думали недолго. Быстро определились. Генералом стал Сайдер, а Кир взял на себя другую миссию. Он решил лично отобрать воинов и нагрянуть в каждый из городов с проверкой. Дамиан одобрил.
Три верных друга разделили обязанности, возложив на себя ответственность перед народом. Киарс стал чистильщиком, Сай — защитником, а Дамиан нёс справедливость, поддерживая мир и благополучие.
Народ быстро принял новые правила, распоясавшейся верхушке тоже не оставалось ничего другого. Никто не осмелился выступить против или как-то воспротивиться действиям нового императора и его людей, которые, к слову, были повсюду. Дамиан умело управлял ими, получая отчёты на постоянной основе и без промедления принимая меры.
После зачистки городов многие были казнены, часть наказана. На посты управленцев встали достойные люди, позволяя народу вздохнуть спокойно и есть досыта.
Что же до Лираэль и Киары… Девушки не бросили своих мужчин, везде следуя за ними, держась рядом и помогая всем, чем только можно. Совсем недавно Лираэль и Сайдер прошли брачный ритуал. Вдвоём, без свидетелей и приглашённых. После чего Дамиан больше недели ворчал, называя Сая эгоистом. Я смеялась, успокаивая любимого, ведь понимала, что в империи происходят огромные перемены. Сайдер очень далеко от нас, свой пост оставлять опасно, как и звать нас к себе тоже неразумно. Кир тоже на тот момент двигался от одного города к другому, под разнообразным прикрытием выуживая правду.
Держась за руки, мы прошли мимо вышколенной стражи, которая при виде нас даже не шелохнулась. Я чувствовала тепло своего мужчины и млела от его близости. За ним готова была отправиться куда угодно. Ради него готова с лёгкостью распрощаться с жизнью. И за него перегрызть глотку любому. Такова моя любовь к этому чёрному дракону: искренняя, преданная, неиссякаемая и всепоглощающая. И так будет всегда!
Конец