© Е. С. Болдинова, текст, 2018

© А. Ю. Гантимурова, иллюстрации, 2018

© ЗАО «Издательский Дом Мещерякова», 2018

Однажды утром сонное спокойствие маленького причерноморского городка было грубейшим образом нарушено. В Геленджик приехал цирк-шапито. Настоящий цирк-шапито, какие колесили по стране ещё при наших бабушках. Сначала на ближайшей железнодорожной станции долго-долго разгружали вагоны с реквизитом, потом на пустыре возле Центрального парка аттракционов появилось с десяток вагончиков, трейлеров и фургонов, оклеенных цветастыми афишами, и, наконец, когда солнце поднялось уже высоко над морем, на пустыре закипела работа. Дюжина мужчин в синих рабочих комбинезонах бодро принялась собирать шатёр. Отовсюду слышался весёлый стук молотков и переклички работников.

– Неси сюда!

– Да не эта доска, другая!..

– Где гвозди?

– Давай-давай!..

Вокруг пустыря молниеносно собралась толпа любопытных. Мальчишки со смехом обсуждали сновавших между фургонами циркачей, но подойти ни к кому не решались. Две старушки вспоминали молодость: «А помнишь, – говорила одна другой, – в пятьдесят пятом, кажется, к нам тоже шапито приезжало…» Пустырь возле парка тем временем преображался на глазах. Его обнесли лёгким забором из невесть откуда появившейся металлической сетки, и теперь зевакам приходилось вытягивать шеи, чтобы увидеть хоть что-нибудь интересное. А в центре пустыря уже высилась непонятной формы железная конструкция, на которую циркачам предстояло натянуть шатёр, а затем – установить внутри сиденья для зрителей.

Лика сидела на пустом ящике из-под гвоздей и рассеянно теребила рукой витую цепочку на шее. Ничего нового в картине установки шапито для неё не было. Девочка путешествовала с этим цирком с раннего детства. Она уже и не помнила, когда впервые вышла на арену в качестве артистки. Кажется, очень давно. Очень-преочень. Вся её маленькая жизнь состояла из бесконечных переездов, репетиций и выступлений. Вот и сейчас перед ней расстилался очередной незнакомый город, но Лика почти не испытывала любопытства. Уж слишком много городов довелось ей увидеть за первые восемь лет жизни.

– Лика! – раздался пронзительный крик откуда-то справа. – Лика, а ну иди ко мне!

Лика вздрогнула и повернулась на зов старшей сестры. Кама, невысокая цыганка с красивыми злыми глазами, стояла возле своего фургона с пачкой ярких афиш в руках.

– Ну и где тебя носит? – накинулась она на девочку. – Пора начинать расклейку. Роза кормит животных, так что пойдёшь одна.

С этими словами Кама сунула Лике в руки ведёрко с клеем и тяжёлую пачку афиш. Лика вздохнула. Расклейку она не любила больше всего. Ещё если бы с Розой… Роза была дочкой семьи фокусников из Беларуси и единственной подружкой Лики. Правда, в последнее время отношения между девочками стали портиться. Роза тоже хотела выступать на арене, но её не пускали. А у Лики всё-таки был свой номер. Роза не замечала, сколько сил и терпения тратит её подруга на утомительные ежедневные тренировки, как часто у неё болят руки, покрытые содранными мозолями, и, наконец, как страшно каждый раз взмывать на качелях под купол цирка, чтобы там, наверху, исполнить свой танец… Роза видела только одну сторону Ликиной жизни – восхищённые глаза зрителей, аплодисменты, красивый костюм из воздушной ткани, который она надевала, когда шла выступать. Странно, что, живя среди цирковых, Роза до сих пор смотрела на успех подруги глазами обычной завистливой девчонки.

– Выступать начнём завтра. Сегодня репетируем, поняла? – продолжала Кама. Она говорила быстро и очень резко, словно разрезая паузы между словами горячим ножом. – Ну, иди. Афиши должны быть на всех столбах!

Лика кивнула и, устроив пачку разноцветных бумажек под мышкой, поплелась прочь.

Лика весь день ходила по городу, расклеивая афиши. На столбах, стенах домов, заборах и будках автобусных остановок благодаря её стараниям красовались яркие плакаты с клоунами, смешными медведями на задних лапах, лопоухими обезьянками, гимнастами в цветных трико, фокусниками… И на всех плакатах была надпись: «Знаменитый номер Танцующей под куполом цирка! Впервые без страховки!» Лика старалась не обращать внимания на эту надпись. Ей действительно предстояло выступать без страховки впервые.

Живя в цирке, она знала, что без страховки не работает практически ни один взрослый эквилибрист, то есть гимнаст, который выполняет упражнения на высоте. Страховка – это тонкий, но прочный трос, который крепится на пояс артиста и удерживает его на случай падения с высоты. Именно страховка несколько раз спасала девочку от серьёзных увечий, когда она падала с качелей во время своего выступления.

Лика танцевала под куполом цирка. Сначала она раскачивалась на серебряных качелях, делая на них несколько простых трюков, потом перепрыгивала с одной качели на другую, и, наконец, под барабанную дробь её уносило на самый верх. Там, стоя на тоненькой блестящей трапеции, Лика исполняла очень красивый танец. И это было самое страшное. Во время танца девочка не могла ни за что держаться.

Лика всегда танцевала со страховкой. Но недавно Дито, муж её сестры Камы и по совместительству директор цирка, решил, что Лика должна совершенствоваться. Он долго думал, что можно изменить в её номере. Выпустить птиц? Неоригинально. Поменять свет? Скучно. Нужно, чтобы у публики замирало сердце. Нужно пощекотать людям нервы, и при этом – собрать полный зал. А если попробовать без страховки? А что, девчонка упасть не должна. А если и упадёт, то не разобьётся, ведь в её костюм можно вшить нечто вроде парашюта. Отличная идея! Так решил Дито, и Лика начала тренироваться.

Девочка готовилась к выходу без страховки несколько месяцев. Летом, когда у детей каникулы и многие из них отдыхают с родственниками на море, – самое время видоизменить программу, чтобы народ повалил на представления. И завтра Лику ждал первый выход.

Конечно, она боялась. Её маленькое сердечко сжималось от ужаса при мысли, что придётся танцевать под куполом без спасительного троса. На репетициях она иногда падала вниз, на батут, и падать было не столько больно, сколько… неприятно и страшно. Потом батут убрали, и пару раз она сорвалась с трапеции под куполом, но не поранилась благодаря спасительному секрету своего костюма. Капюшон в полёте раскрывался и, словно маленький парашют, замедлял её падение. Для пущего эффекта Дито приказал Лике заканчивать выступление прыжком вниз с открытым капюшоном. У девочки получалось, но бояться она не перестала. И ещё ей мешал свет. Яркий свет прожекторов очень сильно слепил глаза. А не освещать маленькую фигурку под куполом – против неписаных цирковых правил.

С этими мыслями Лика шла по незнакомым улицам. Когда расклейка была закончена, она повернула назад. Обратную дорогу ей показывали оклеенные столбы и рекламные тумбы… Девочка шла не спеша. Она смотрела на заборы маленьких домиков курортного городка, заглядывала в сады и пыталась представить себе: как живут эти люди? Ведь как-то они живут. Спокойно, без переездов. И дети каждый день ходят в школу, и у них есть и мама, и папа, и даже, может быть, собственная комната с игрушками, и родители водят их в кино по выходным…

Лика не знала, как это – жить с родителями. Её растила Кама, старшая сестра. Она не любила рассказывать девочке о матери и отце. Но у Лики был медальон. Толстая витая цепочка на шее держала раскрывающийся кулон, на каждой половинке которого был изображён портрет. С одной стороны – молодая темноволосая женщина, с другой – кудрявый мужчина с очень светлыми, почти белыми волосами и голубыми глазами. Это и были родители Анжелики. Да, её звали Анжелика или Анжела. Лика – цирковое прозвище, придуманное старшей сестрой. Кама не любила, когда кто-то звал Лику её полным именем. А Лика, наоборот, любила.

Лика остановилась возле низенького забора вокруг одного из домов. Аккуратненький домик с коричневой черепичной крышей, маленький, но красивый садик. В саду стояла беседка с качелями. На качелях сидела девочка чуть постарше Лики. В руках у неё была кукла с розовыми бантиками в волосах. У Лики никогда не было такой куклы. Да, впрочем, у неё никаких игрушек не было, Дито и Кама не разрешали ей играть. Зато у Розы были и куклы, и мягкие игрушки, но она не очень любила давать их Лике… Девочка в саду качалась на качелях, заплетая кукле косички. Рядом с качелями стояло кресло с большими колёсами. В нём сидел мальчик лет двенадцати и читал вслух книгу. Ноги его были укрыты коричневым клетчатым пледом.

– «Юный мой друг, дай мне руку и помчимся с тобой далеко-далеко, в Волшебную страну, которая отделена от всего мира Великой пустыней и цепью огромных гор. Там, под вечно жарким солнцем, обитают милые и смешные человечки – Жевуны, Мигуны, Болтуны и ещё много разных других племён», – читал мальчик. Книга у него на коленях была толстой. С большими яркими картинками. Лика, заинтересовавшись, вытянула шею. Так хотелось послушать, что там дальше, в этой сказке. [1]

– Как думаешь, Тим, а бывает на самом деле Волшебная страна? – спросила девочка. Мальчик посмотрел на неё с улыбкой.

– Не знаю, Ника. Но я читал столько книжек про разные Волшебные страны, что не удивлюсь, если это окажется правдой. Ну, про Волшебную страну. Хоть про какую-нибудь, – сказал он, откинув со лба волнистые волосы.

– Я бы хотела попасть в такую страну, – серьёзно сказала девочка. – Я попросила бы у доброй волшебницы лекарство для тебя.

– Может быть, мне не понадобится лекарство, – улыбнулся мальчик. – Может, профессор завтра скажет, что сможет меня вылечить.

– Дети, пора обедать! – раздался женский голос из дома. Лика нагнулась, чтобы её не увидели из сада. Сквозь щёлочку в заборе она увидела, как девочка Ника спрыгнула с качелей и бережно повезла кресло на колёсах, в котором сидел её брат, к дому. На крыльцо вышла женщина в цветастом сарафане. Лицо женщины показалось Лике смутно знакомым. «Где я могла её видеть?» – подумала она. Но ещё больше взбудоражило Лику имя девочки из сада. Ника. Вероника, а может, Николь. Нет, Вероника. Так красивее.

«Я бы тоже хотела попасть в Волшебную страну, Ника, – думала Лика, отбегая от дома. – Там, наверное, лучше, чем с Камой…»

На следующий день было назначено два представления, дневное и вечернее. Лика выступала в каждом из них, во втором отделении. Её номер был предпоследним. Сразу после клоунов, перед тиграми.

Пока шли другие номера, она стояла за кулисами, рассматривая зрительный зал. Она делала так всегда, перед каждым представлением. Интересно было посмотреть, кто эти люди, пришедшие в цирк, как они выглядят, во что одеты. Она замечала на девочках красивые платьица и заколки и всегда выделяла из толпы счастливые лица детей, которые держали за руки своих родителей. На секунду закрывая глаза, девочка представляла себе, что это она сидит сейчас в зрительном зале, папа справа от неё, мама – слева. И вот сейчас они досмотрят представление и пойдут все вместе в кафе есть мороженое. Такое красивое, в вафельном стаканчике. С разноцветными шариками. Посыпанное шоколадом.

– А теперь перед вами сенсация! – провозгласил конферансье на арене. – Сегодня вы первые увидите наш уникальный номер. Девятилетняя девочка танцует под куполом цирка! Безо всякой страховки! Дорогие зрители, не падайте в обморок! Она точно не упадёт! Встречайте! Лика, танцующая под куполом!

«Мне всё ещё восемь!» – мысленно поправила Лика и выбежала на арену. На несколько секунд её охватил ни с чем не сравнимый восторг, ведь, несмотря ни на что, она любила выступать. Она поклонилась зрителям, сияя взволнованной улыбкой, и… выступление началось.

Сальто, подъём, прыжок, шпагат, на руки. Лика делала каждый элемент почти автоматически, про себя повторяя названия, которые учила с Дито. Снова сальто. Публика рукоплескала. Спустилась трапеция, Лика изящно прыгнула на неё, села – и взмыла вверх, под самый купол. «Как же высоко… Нет-нет, я не буду об этом думать. Я не упаду. Не упаду». Заиграла нежная мелодия, и девочка начала танец… Сердце колотилось даже не в груди, а где-то в горле. Лика танцевала на тоненькой жёрдочке, почти под куполом, без страховки. Несколько раз она прыгала с одной качели на другую, и в эти моменты весь цирк замирал. Лика знала, что цирковые сейчас толпятся в проходах и за кулисами, волнуются за неё, а тётя Наташа (дрессировщица собак и медведей) тихо-тихо, одними губами читает молитву. Лика не сорвалась. Последнее движение, барабанная дробь, и… Девочка прыгнула прямо вниз. Зал замер в испуганном «Ооооо!» Если бы они знали про секрет платья… Костюм Лики, а точнее её воздушный комбинезон, сшит так, что, если расстегнуть молнию, капюшон раскрывается, становится большим и замедляет падение, как маленький парашют. Главное – успеть раскрыть его вовремя. На репетициях это удавалось Лике не всегда. Приземляясь, Лика не очень удачно наступила на широкую штанину комбинезона. Тр-ш, ткань предательски затрещала и порвалась прямо по шву. Девочка выпрямилась и растерянно улыбнулась публике. Зал взорвался аплодисментами.

– Порвала костюм? Ну что за негодница! Неужели ты не можешь быть осторожнее? – накинулась на Лику Кама, едва девочка забежала за кулисы. – Почему ты не сделала двойной прыжок?

Вот так всегда. Никогда не похвалит, не приласкает. Цирковые опускают глаза. Тётя Наташа машет Лике из-за спины Камы и улыбается.

– Я испугалась… – ответила Лика. – Это же первый раз без страховки. Я не смогла.

Договорить девочке не удалось. Откуда-то вышел Дито. Не сказав ни слова, он отвесил Анжелике звонкую затрещину. На секунду ей даже показалось, что из глаз от удара летят искры. У Дито тяжёлая рука. На его лице никогда не бывает улыбки. Он невысокий, коренастый и, как полагается цыгану, смуглый. В левом ухе золотая серьга. За поясом плётка. Лика боится этого человека: ей не раз приходилось испытывать на себе его ярость.

– Марш в фургон! – приказал он. – И не попадайся мне на глаза до вечера. Ты, маленькая чертовка, испортила мне сегодня весь номер!

И тут в Анжелике проснулся дух бунтарства. После сложного выступления ей хотелось услышать хоть что-то хорошее. А никак не очередную грубость. И уж точно – она не рассчитывала на оплеуху. Девочка распрямила плечи и высоко подняла голову.

– И уйду, – с вызовом произнесла она. – Но выступать сегодня больше не буду! И не надо на меня кричать, Дито! Ты мне вообще никто!

Цирковые замерли. Дито не принято было перечить. А уж от Лики, тихой и скромной девочки, которая всегда слушалась сестру и её мужа, никто не ожидал такой выходки.

– Чтоооооо?! – взревел Дито. От злости и возмущения его глаза налились кровью.

– Что слышал! – крикнула Лика. – Ни ты, ни Кама не можете мной командовать! Надоело!

Кама размахнулась и отвесила Лике пощёчину. Из глаз девочки брызнули слёзы. Кама схватила её за руку и поволокла прочь.

– Сиди здесь! – рявкнула Кама, втащив Лику в один из пустых фургонов. – Давай костюм. Вот твоя одежда. До вечернего представления останешься тут. Мы с тобой разберёмся после…

Кама буквально сдёрнула с Лики костюм для выступлений и швырнула в неё старенькую футболку, джинсы и стоптанные туфли. Дверь захлопнулась. Лика замерла, слушая, как поворачивается ключ в замке. Ей было страшно. Больше всего на свете она боялась темноты.

Понемногу глаза привыкли к полумраку. Однако страх не проходил. Лике было очень жутко. «Я не боюсь!» – прошептала она, как всегда говорила себе перед выступлениями. Но получилось почему-то не очень уверенно. Девочка нащупала рукой прохладную стену фургона и прислонилась к ней спиной. Её била дрожь. Чтобы не было так страшно, девочка прижала коленки к груди, превратившись в маленький дрожащий комочек. Лике казалось, что в темноте за ней следят чьи-то страшные злые глаза…

Сколько времени девочка просидела в фургоне, она не знала. Каждая минута казалась ей вечностью. Неожиданно послышался шум. Лика насторожилась. Что бы это могло быть? Воображение рисовало десяток ужасных картин, начиная с привидений и заканчивая Дито с его кнутом. Шаги приближались. Кто-то повернул ключ в замке, и дверь фургона отворилась. Тёмная коробка без окон вмиг наполнилась светом дня. Лика зажмурилась. Когда она открыла глаза, увидела перед собой Розу. Цирковая подруга всё ещё была в своём любимом розовом платье – в нём она иногда выходила на арену ассистировать отцу.

– Выходи! – прошептала Роза, оглядываясь, не видит ли её кто-нибудь. – Только не говори никому, что я тебя выпустила. Пусть думают, что забыли закрыть дверь.

Лика кивнула. Пошатываясь, она вышла из фургона и едва не упала на землю.

– Крепко досталось? – сочувствующе спросила Роза. Лика кивнула. Подруга ободряюще похлопала её по плечу. – Бедная… Дай посмотрю! – Роза вгляделась в лицо Анжелики. – Синяков вроде нет.

Лика побрела к цирковым фургонам. Роза побежала к цирку. В лагере было тихо. Моросил дождь. Решив, что Дито и Кама в шапито, Анжела направилась к фургончику сестры. Ей хотелось упасть на свою раскладушку за ширмой в уголке, накрыться с головой одеялом и исчезнуть для всех хотя бы на несколько часов. Дверь фургона была прикрыта. Лика взялась было за дверную ручку, но тут услышала голоса.

– Что вообще себе позволяет эта девчонка! Она мне отвечает! Огрызается! Как хорошо, что она не твоя сестра! – довольно громко говорил Дито. Судя по стуку каблуков о дощатый пол, он расхаживал по фургону. – Забыл, в каком городе ты её украла?

Лика насторожилась. Разговор явно шёл о ней. Говорили по-цыгански. Но Лика прекрасно понимала каждое слово, этот язык был ей почти родным.

– Да здесь же, в Геленджике. Не помнишь? – отвечала Кама. – Когда Янко разбился во время выступления, ему нужно было искать замену. Никто не соглашался. И мы решили украсть где-нибудь ребёнка, чтобы он с детства выступал как «Танцующий под куполом». А тут мне представилась такая возможность… Кто же мог подумать, что с девчонкой будет столько проблем? Она и меня доводит до бешенства.

– А где её медальон? У неё же была какая-то побрякушка… Если дорогая, можно было бы продать. Нам как раз нужны деньги на лошадей.

– Я отдала его Лике. Как память об умершей матери, – усмехнулась Кама.

– Зря мы сказали девчонке, что ты её сестра. Вот она и не подчиняется. То ли дело – мать и отец… И имя это… Дурацкое. Надо было дать ей другое.

– Я же слышала, как её называли родители на том автовокзале, – усмехнулась Кама. – И девчонка, хоть и мелкая была, уже на него откликалась.

– Анжелика, – буркнул, словно выругавшись, Дито. – Это ж надо было придумать такое имя! После вечернего представления оставь её без ужина – пусть поймёт, кто здесь хозяин. И медальон сегодня же отбери. Скажет ещё хоть слово – отведает моей плётки. Нечего с ней нянчиться!

Лика побледнела и нащупала на груди медальон. Тёплые капли дождя смешались на её лице со слезами. Руки сами собой сжались в кулаки. С каким удовольствием девочка ударила бы сейчас Дито!

– Может, не стоит её наказывать так жёстко? Она всего лишь девчонка… – неуверенно произнесла Кама. Иногда (правда, очень-очень редко) её начинала мучить совесть.

– Что?! – воскликнул Дито. – Что ты сказала?

Он совести не имел и даже этим гордился.

– Ты прав, муж, – поспешно исправилась Кама. – Лика – наша маленькая ловкая обезьянка. Она прыгает – мы получаем деньги.

Лика стояла под дверью фургона, оглушённая тем, что услышала. Девочка никак не могла поверить в это. У неё есть родители! Её украли! Здесь, в этом самом городе! Надо найти их! Бежать из этого проклятого цирка, бежать, пока никто не видит… Сегодня, сейчас, немедленно!

– Как? Ты – здесь? – прорычал Дито, распахивая дверь перед самым носом Лики. Девочка очнулась от своих мыслей и бросилась бежать. Куда и зачем – она не знала. Ясно было одно – надо спрятаться. И чем дальше от цирка – тем лучше. Дито помчался за ней. Конечно, он бегал быстрее. Но, на счастье Анжелы, цыган споткнулся о какой-то камень и растянулся на земле. Пока Дито поднимался, девочка прошмыгнула через узкий коридор из фургонов, коробок и пустых клеток для животных и влетела в Центральный парк.

Лика пробежала через весь парк, едва не сбив малыша, жевавшего сладкую вату. Подсветка на аттракционах ещё не горела, некоторые из них вообще не работали, отдыхая до вечера, когда в парк придут посетители со всех концов городка. Девочке всё время казалось, что она слышит за спиной знакомые шаги Дито. Она бежала вперёд изо всех сил. Парк остался позади. Лика петляла по тем же улицам, где сегодня расклеивала афиши. «Надо спрятаться, надо спрятаться!» – думала она, ища глазами незапертую калитку. Дито видно не было, но Лика боялась, что рано или поздно он появится на этой улочке, огреет её своей плёткой и отведёт назад, в цирк.

В это время Ника расхаживала по саду всё с той же куклой в руках. Она то и дело поглядывала за забор, на улицу, высматривая там папину машину. Машина не показывалась. Ника изнывала от ожидания. Она брала книгу со сказкой, которую они читали вместе с Тимом, но читать не могла. Шла к игровому домику на дереве в глубине сада, чтобы сварить кукле игрушечный суп, – ей не игралось. Садилась на качели – и это не успокаивало. Охотнее всего она поболтала бы сейчас с братом. Но Тим с родителями уехал в больницу на приём к московскому профессору, который несколько месяцев назад обещал придумать, как поставить Тима на ноги. Мальчик уже несколько лет не мог ходить. Его сбила машина, когда он катался на велосипеде. Ника в сотый раз поглядела на свои наручные часики. Странно, уже почти пять, а их всё нет. А ведь папа обещал сегодня повести всю семью в цирк-шапито, на новое представление… Ника вздохнула и снова присела на качели.

Неожиданно с улицы послышался шум. Завизжали тормоза какой-то машины. Хлопнула калитка. Ника помчалась к воротам, думая, что приехал отец. И вдруг – столкнулась с бегущей по садовой дорожке девочкой. Бам-с! Обе полетели в разные стороны. Придя в себя от неожиданности, Ника села, потирая ушибленный лоб. Незнакомая девочка сидела рядом с ней, делая то же самое. С минуту они молча изучали друг друга. Наконец, тишину нарушила Ника.

– Ты кто? – удивлённо спросила она.

– Анжела. Или Анжелика. В общем, Лика.

– Смешно. А я – Ника. То есть – Вероника.

– Извини, что налетела на тебя. Очень больно? – девочка протянула руку, чтобы потрогать шишку Вероники. Та отпрянула.

– Нет. Как ты тут оказалась?

– Понимаешь, я сбежала из цирка. За мной гонится Дито, – он очень плохой человек. И он главный у нас в цирке. Пожалуйста, не выдавай меня! Помоги спрятаться!

В глазах Лики стояли слёзы. Ника улыбнулась:

– Конечно, я тебя спрячу. А ты мне расскажешь про цирк? Я была там всего один раз, и мне ужасно интересно… – С этими словами девочка встала, отряхнулась и повела свою новую знакомую в глубь сада. – Смотри, – сказала она, указывая на большое раскидистое дерево в самом центре участка. Листва почти полностью скрывала от глаз небольшой домик, построенный прямо на его ветках. К стволу приставлена лестница – чтобы залазить было удобнее.

– Вот это да… – выдохнула Лика. Она никогда не видела ничего подобного.

– Сможешь залезть?

Анжела кивнула.

– Я тебе всё там покажу, – сказала Вероника и начала подниматься первой по деревянной лестнице. Анжелика – за ней. Неожиданно что-то хрустнуло. Это сломалась одна из ступенек. Ника стала терять равновесие и схватила за руку Лику. Девочки рухнули бы на землю вместе, если бы не одно обстоятельство… Едва Ника взяла Лику за руку, её словно ударило электрическим током. Ей показалось, что она куда-то проваливается. То же почувствовала и Лика. Она много раз падала в цирке, но никогда не испытывала ничего подобного.

Если бы в этот момент в сад забрёл посторонний, его глазам представилось бы удивительное явление: две девочки, словно по мановению волшебной палочки, растворились в воздухе…

Лика спала. Или ей казалось, что она спит. Темнота, в которую она провалилась вместе с Никой, постепенно рассеялась, глаза Лики сами собой закрылись и… кто-то потряс её за плечо. Открывать глаза не хотелось.

– Где это мы? – удивлённо спросила Лика. Она села и огляделась по сторонам. Девочки оказались на ярко освещённой солнцем лесной поляне. Изумрудно-зелёная трава сверкала так, что глазам становилось больно. Вокруг поляны густо-густо росли самые разные деревья – сосны, ели, берёзы и даже кипарисы и пальмы. В траве мелькали цветы диковинных форм и расцветок. Лика никогда в жизни не видела ничего подобного. А повидала она в своей бродячей жизни немало. – Что это за место? Как мы сюда попали?

– Я не знаю, – ответила Ника. – Я думала, что падаю, и схватила тебя за руку. Потом была темнота, какие-то вспышки, звёздочки… Как в сказке. Или во сне.

– Если во сне, то кто же из нас кому снится – ты мне или я тебе? – не слишком уверенно проговорила Анжела. – Странный у нас с тобой сон: я никогда не видела, чтобы в лесу росли пальмы…

Лика ущипнула себя за руку. Ника повторила за ней и тихонько вскрикнула от боли.

– Значит, не сон, – произнесла девочка. – Так что же тогда? Сказка?

Лика недоверчиво улыбнулась. В сказки она не верила.

– Да, сказка, – раздался откуда-то мелодичный женский голос. – Только не бойтесь, ладно?

Ника вздрогнула. Лика вскочила и ещё раз огляделась по сторонам. Никого. Вдруг на глазах удивлённых девочек деревья, росшие близко друг к другу, расступились, и из-за них вышла красивая молодая женщина. На ней было длинное нежно-розовое платье из какой-то воздушной, почти прозрачной ткани. Светлые волосы разбросаны по плечам. Девочки замерли.

– Меня зовут Милана. Я главная фея Страны чудес, – сказала незнакомка.

– Страны чудес? – в один голос повторили девочки. – Мы в сказке?

Фея кивнула.

– Добро пожаловать, Анжелика и Вероника.

– Ты знаешь наши имена! – воскликнула Лика.

– Я знаю о вас много такого, чего вы сами пока ещё о себе не знаете, – улыбнулась фея. – Садитесь, я вам кое-что расскажу.

Девочки покорно уселись на траву. Милана, аккуратно сложив платье, села рядом с ними.

– Тот мир, в котором вы живёте, мы называем Большим. У каждой Большой страны есть свой двойник – страна-близнец, или Страна чудес. Если что-то плохое происходит в вашем мире, все силы волшебства стараются это исправить. Мы присылаем в ваш мир волшебников, которые учат людей добру. Но если что-то нехорошее случается здесь, у нас, в Большом мире тоже начинают твориться беды. Много лет назад, когда злая волшебница захватила власть почти на пять лет, в вашем неволшебном мире была страшная война. Помнишь, Ника, Тим читал тебе рассказы о ней из учебника истории? А сейчас зло сильно как никогда. И если Горгонде удастся осуществить свой план, оба наши мира могут погибнуть… – говорила Милана. Пока она говорила, из-за деревьев вышел маленький оленёнок, видимо, потерявшийся в лесу. Он спокойно положил голову на колени феи, и Милана рассеянно чесала его за ушком.

– Кто такая Горгонда? – спросила Лика.

– И при чём тут мы? – отозвалась Ника.

– Смотрите сюда, – сказала Милана, плавно проводя рукой в воздухе. Сотня маленьких разноцветных звёздочек закружилась вокруг феи. Блестящие искорки словно собирались вместе для какого-то волшебства. И вот – они уже растворились, а на их месте, примерно в метре от земли, появилось изображение великолепного дворца с многочисленными башенками и колоннами. Он выглядел точь-в-точь как настоящий, только совсем маленький. Позади дворца раскинулся город, по улицам которого сновали крошечные – не больше мизинца – человечки в нарядных платьях. А за ним тянулась длинная цепь гор, покрытых блестящими на солнце снежными шапками…

– Прямо как в телевизоре, только… без коробки, – восторженно прошептала Ника.

Милана улыбнулась.

– А потрогать можно? – не выдержала Лика.

Фея кивнула. Девочка неуверенно протянула руку вперёд. Изображение замка в воздухе покачнулось, и по нему поплыли круги, как по воде, когда бросаешь в неё камень. Лика отпрянула.

– Этот дворец находится в нашей столице, Городе роз, – продолжила свой рассказ Милана. – Долгое время народом нашей страны (мы называем её Чудесия) правил добрый и справедливый король Рэм. Недавно он умер, и всё королевство погрузилось в глубокий траур. У Рэма остались два сына, Див и Берт, один из которых должен стать королём. По традиции каждый правитель нашей страны оставляет своё «последнее слово» на куске пергамента. Этот пергамент волшебный: его нельзя уничтожить, сжечь или разорвать. Так старый король назначает наследника. Рэм тоже оставил такое завещание. Там сказано, что королём станет Берт – младший из двух принцев. Дело в том, что старший сын Рэма – очень плохой человек. Он вспыльчив, жесток, самолюбив. И, кроме того, он дружен с Горгондой, злой волшебницей, что живёт в Каменном лесу. Берт – другой. Вряд ли найдётся в Чудесии человек добрее, спокойнее и справедливее. Именно поэтому престол должен перейти к нему. Но Див очень коварен. Узнав, что сказано в завещании отца, он попросил Горгонду о помощи. Злая волшебница с удовольствием дала ему заговорённый особыми заклинаниями нож, и Див разрезал пергамент на клочки. Потом заклинания Горгонды разметали эти клочки по всему нашему королевству… К сожалению, закон Чудесии устроен так, что если король не оставил завещания, то трон переходит к его старшему сыну…

«Прямо как у нас», – подумала Ника. Её папа был адвокатом, и девочка не раз слышала, как он консультировал клиентов насчёт наследства.

– По нашим законам коронация должна состояться через пять дней после похорон короля. Похороны состоялись сегодня. Во время похорон призрак короля Рэма появился на главной площади Города роз и объявил, что его воля записана в завещании, а завещание должны принести во дворец два юных создания, не принадлежащие нашему миру, – продолжила Милана. – Запомните: коронация состоится ровно через пять дней, в пять часов вечера. За это время вам нужно найти все фрагменты завещания старого короля и вернуть их во Дворец Города роз.

Пока Милана говорила, изображение в воздухе менялось. Вот умирает старый король, и сыновья, понурив головы, стоят у его постели. Принц Див – невысокий рыжеволосый мужчина лет тридцати. Лике даже показалось, что, если б не огненно-рыжая шевелюра, он был бы похож на Дито. Что-то было в его глазах такое же злое… Берт оказался статным темноволосым юношей с голубыми глазами. Потом Милана показала девочкам, как Див, словно вор, прокрался в комнату отца, достал из тайника пергамент и разрезал его волшебным ножом…

Девочки молчали. Понять услышанное было не так-то просто.

– Силы добра не могут вмешиваться в дела королевства, – продолжила Милана. – Для зла нет никаких правил. Принцу Диву помогает Горгонда. Она уже вмешалась в жизнь Чудесии, когда дала Диву волшебный нож и когда раскидала кусочки завещания по стране. Теперь Горгонда сделает всё, чтобы помешать вам. Если через пять дней завещания Рэма не будет во дворце, коронация пройдёт по старинному обычаю наших предков. Тогда королём станет старший сын Рэма – Див. Он обещал Горгонде за помощь Зеркало снов. И если она получит это зеркало – наступит конец и нашему, и вашему миру… Понимаете, как всё серьёзно? Вы двое – последняя надежда наших миров.

– Что такое Зеркало снов? – спросила Лика.

– Это зеркало, в котором видны все сны и мечты всех людей вашего и нашего мира. Издавна это зеркало хранят короли Чудесии. Через это зеркало можно прислать любому человеку в Большом мире сон, который приведёт его к хорошему или плохому делу. Короли Чудесии используют его, чтобы предупреждать войны, успокаивать несчастных, внушать надежду больным.

– Так вот почему, даже если я засыпаю в слезах, всегда просыпаюсь с улыбкой? Чудесия присылает мне счастливые сны? – спросила Лика.

Милана кивнула.

– Давайте я покажу вам теперь Горгонду, – произнесла она.

Фея щёлкнула пальцами, и девочки увидели злую волшебницу. Очень красивая, стройная, изящная, она при этом выглядела… отталкивающе. Холодными были её глаза, сердито были сжаты в ниточку тонкие ярко-красные губы, чёрная коса зловещей змеёй обвивала голову… Горгонда, прищурившись, смотрела куда-то вдаль. Лике даже померещилось, что она чувствует на себе тяжёлый, пронизывающий холодом взгляд волшебницы. И от этого мурашки побежали по коже…

Посреди Каменного леса стоит мрачный замок. Высокий, с острыми башенками и шпилями, которые как будто пронзают облака. Над ним тучами кружат летучие мыши и стервятники. А из самых высоких башен иногда раздаются стоны и мольбы о помощи, – это кричат пленники Горгонды, томящиеся в её крепости. Замок и лес вокруг него находятся в глубокой впадине – прямо за Вторым Волшебным лесом. И горе тому, кто заблудится в этих краях…

Горгонда, вне себя от злости, расхаживает по своей тронной комнате. Она знает, что всего несколько минут назад две девочки из Большого мира оказались в Чудесии. Злая волшебница совсем не хочет, чтобы завещание короля Рэма было исполнено. Напротив, она сделала бы всё возможное, дабы стереть пять несчастных клочков пергамента с лица земли. Но увы – пергамент, на котором пишут завещания короли Чудесии, обладает волшебной силой. Его нельзя сжечь, превратить в прах, порвать, уничтожить. Только заговорённый специальным заклинанием нож сможет разрезать его на части. Но сила пергамента такова, что стоит лишь сложить эти кусочки вместе, как они соединятся.

Однажды к Горгонде пришёл принц Див. Он знал, что отец составил завещание, и знал, что в нём. Принц хотел только одного: уничтожить волшебный пергамент. Тогда Горгонда, еле сдерживая торжествующую улыбку, сказала Диву: «Я помогу тебе только с одним условием: став королём, ты отдашь мне Зеркало снов». И принц согласился. Какой глупец! Завладев Зеркалом снов, она очень быстро подчинила бы себе всех людей Большого мира, сделав их рабами чудовищных ночных кошмаров. Пара месяцев после коронации Дива, и – Горгонда уже предвидела свой триумф – она станет полновластной правительницей всех миров – и Больших, и Волшебных…

Всё бы ничего, только эти девчонки появились совсем некстати. Колдунья не сомневалась, что им не удастся найти все пять фрагментов пергамента. Очень уж хорошо они были разбросаны по всей стране. По крайней мере, Горгонда была уверена, что один кусочек, заброшенный её особым заклинанием в скалы Смерти, детям не найти никогда. И всё же что-то внушало ей смутное беспокойство. Она смотрела в свой волшебный шар, пытаясь разглядеть Веронику и Анжелику получше, и тревога постепенно закрадывалась в её злое сердце. Особенно ей не нравилась Лика. Упрямый подбородок, по-мальчишески короткие волосы и очень яркие, почти синие глаза… Необычная, совсем необычная девочка…

…А Милана тем временем продолжала свой рассказ:

– Когда Див разрезал завещание короля Рэма на части, ветры разбросали его клочки по всей стране. Никто не знает, где они теперь находятся… – говорила фея.

– Но как же мы их найдём? – воскликнула Ника.

– Я дам вам волшебную карту Чудесии, – сказала Милана, щёлкнув пальцами. В её руках тотчас появился бумажный свиток. Фея протянула его девочкам. Разложив карту на земле, они увидели, что изображение стало объёмным. Верхушки гор были покрыты крошечными деревьями, вода в реке колыхалась волнами…

– Сейчас мы находимся вот здесь, в Первом Волшебном лесу, – произнесла Милана, показывая на светящуюся точку в верхнем правом углу карты. – Как только вы отправитесь в путь, этот маячок сдвинется с места, и вы всегда будете знать, куда идёте. Фрагментов пергамента с завещанием ровно пять. Об этом сказал дух короля Рэма. Чтобы найти их, вам придётся побывать во всех частях Чудесии: в Орлиных горах, двух Волшебных лесах, скалах Смерти… Вы сами почувствуете, куда идти, или вас поведут за собой обстоятельства… И не забудьте: ровно через пять дней завещание должно быть во дворце. Коронация состоится в пять часов вечера. В это время большие часы Дворца Мечты будут бить так громко, что их услышат все жители Чудесии.

– Милана, а вдруг у нас ничего не получится? – спросили девочки.

– Почему-то я верю только в хорошее, – улыбнулась им фея.

Потом она подарила девочкам маленькую сумочку-рюкзачок, которая была невидима для всех, кроме Ники и Лики. Милана сказала, что в неё девочки смогут складывать найденные фрагменты. Кроме того, волшебница положила туда немного фруктов и сладостей – чтобы детям было чем поужинать хотя бы в первый день. Ведь в остальное время им придётся думать о пропитании самим.

– Ну вот и всё. Можете начинать свой путь… – произнесла Милана, обнимая девочек на прощание. – Ах да… Совсем забыла, вас надо переодеть. Вы будете слишком выделяться здесь, – улыбнулась она и щёлкнула пальцами.

В ту же секунду прежняя одежда Ники и Лики исчезла и вместо неё на девочках появились одинаковые светло-коричневые брючки, нежно-кремовые кофточки и курточки – под цвет брюк. Длинные распущенные волосы Ники украсились коричневым обручем. Кудри Лики, всегда непослушные, вдруг аккуратно легли вокруг её головки. На ногах у девочек были теперь мягкие башмачки со шнуровкой сзади.

– Ну вот, готово, – сказала Милана, придирчиво оглядывая девочек с головы до ног. – Не люблю брюки, но ползать по горам в платьях вам будет неудобно…

С этими словами она ещё раз обняла девочек, поцеловала каждую в лоб и исчезла. Так началось самое большое приключение в жизни Лики и Ники.

– Ну и куда мы пойдём? – спросила Ника, глядя на карту. – Эти фрагменты могут быть где угодно. И вообще, я не желаю ничего искать. Хочу домой! – капризно воскликнула она.

Лика только головой покачала. Она хотела успокоить Нику и положила руку ей на плечо. Та сразу расплакалась.

– Это ты во всём виновата! Зачем ты пришла в мой сад? Если бы не это, я была бы сейчас дома, с мамой, папой и Тимом. А теперь… Может, я никогда больше их не увижу… – всхлипывала она.

– Вероника, я… я не знаю, что и сказать… – тихо ответила Анжела. – Я не знаю, как это – иметь семью. Поверь, мне тоже очень плохо без мамы и папы. Только меня украли у них, когда я была совсем маленькой…

Слезы Ники мгновенно высохли. Ей стало стыдно. «Прости», – прошептала она.

Лика не ответила. Напряжённо прислушиваясь к чему-то, она прижала палец к губам. «Слышишь?» – прошептала девочка. Ника отрицательно покачала головой, но на всякий случай замолчала. Тут до её слуха донёсся чей-то негромкий зов о помощи. Тоненький голосок откуда-то издалека кричал: «Помогите!»

– Кажется, это там, – сказала Лика, повернувшись направо. – Идём!

Девочки медленно пошли через лес. Постоянно останавливаясь, они прислушивались, не раздастся ли крик снова. Лес молчал. Неожиданно где-то рядом послышались сдавленные всхлипывания. Ника огляделась и удивлённо прошептала: «Никого!»

– Я здесь! Пожалуйста, помогите мне! – запищал тоненький голосок снова.

– Где ты? – спросила Анжела. – Мы не видим тебя!

– Посмотрите вниз! Помогите! Мне тяжело! Больно!!! – плакал кто-то.

Девочки нагнулись. Большущая ветка какого-то неизвестного дерева прижала всей своей тяжестью маленького ёжика. Точнее, сам ёжик не был таким уж маленьким. В Большом мире он был бы раза в два меньше. А может, даже и в три. Но не в этом дело. Ясно было, что это детёныш, ежонок, совсем малыш. Он горько плакал, потому что ему было тяжело, больно и очень обидно…

– Как ты сюда попал? – почти в один голос спросили девочки, опускаясь на колени.

– Гулял по лесу. Тут ветка – р-раз! И всё, не могу сдвинуться с места, – всхлипывая, отвечал ежонок.

– Сейчас мы тебя вытащим, – ласково сказала Анжела. Она встала и попыталась сдвинуть ветку. Бесполезно. Ежонок запищал ещё сильнее.

– Я больше не могу! Это дерево раздавит меня! – причитал он, вытирая слёзы единственной свободной лапкой и шмыгая чёрным носиком-бусинкой.

– Ника, эта ветка – словно каменная! Я не могу даже приподнять её… – тихо сказала Анжела. – Попробуем вместе.

Вероника кивнула. Девочки вместе обхватили ветку руками. Она действительно была похожа на каменную – такая же холодная и тяжёлая. Раз-два-три – и они со стоном приподняли её на несколько сантиметров. «Ползи! Быстрее!» – закричала Лика. Ежонок с похвальной скоростью выскочил из-под ветки. Ещё секунда – и девочки, устав держать, уронили её на землю. Ветка покатилась по траве. Ежонок с визгом отскочил в сторону. Ба-бах! – это она ударилась о ствол дерева и разлетелась вдребезги.

– У-у-ффф! – облегчённо вздохнули все, устало садясь на траву.

– Ты цел? – отдышавшись, спросила Ника у спасённого ежонка.

– Ага, – ответил он, радостно ощупывая свои лапки. – Спасибо, прекрасные маленькие феи! Вы спасли мне жизнь! – запел он. – Как я счастлив! Пойдём-те со мной! Я познакомлю вас с мамой и папой. Мой папа, знаете, кто? Он князь ежиного племени!

– Подожди, ты что, разговариваешь? – медленно спросила Лика.

Ника удивлённо посмотрела на неё. Ёжик, который, надо сказать, был удивлён не меньше, замер, прервав на полуслове хвалебную песнь своим спасительницам.

– А ты не заметила? Мы же в Волшебной стране! Конечно, здесь разговаривают все звери и птицы! Об этом в каждой книжке написано! – воскликнула Ника.

– Ну, говорят, конечно, не все… – заметил ёжик. – Только разумные. Всякие там червячки и головастики ни слова не скажут. Не умеют просто. И ещё попугаи не говорят, как мы. Они только повторяют всё, что слышат. Но у нас их мало.

Анжелика смутилась. Читать она умела благодаря стараниям дрессировщицы тёти Наташи. Только вот книг в цирке было немного. А уж книжек со сказками – и подавно. Правда, Лика брала у Розы «Лучшие сказки мира», но ни слова о Волшебной стране там не было. «Надо спросить у Ники, что ещё она знает о Волшебной стране», – думала Лика, пока девочки вместе с ёжиком шли в посёлок Ежей.

Посёлок Ежей действительно был совсем близко. Обогнув маленький овражек и несколько невысоких кустов, девочки оказались на небольшой цветочной поляне. Возле каждого дерева было по два-три небольших шалаша, где и жили ежи. Когда Ника и Лика появились в посёлке, там царило необыкновенное оживление. Ежи и ёжики сгрудились вокруг безутешной рыдающей ежихи. Рядом с ней, понурив голову, стоял довольно большой ёж с красивой золотой цепочкой на шее. Ника решила, что, наверное, это и есть князь ежиного племени.

– Мама! Папа! – закричал спасённый девочками ёжик, прорываясь через толпу своих соплеменников. Все расступились, и малыш оказался в объятиях своих теперь уже счастливых родителей.

– Где же ты был, глупыш? Мы уж и не знали, что думать! – плакала, теперь уже от радости, мама ежиха. Папа ёж радостно подбрасывал малыша на руках. Ежи и ёжики вокруг кричали: «Ура!» Маленький ёжик сбивчиво рассказывал родителям о своих приключениях. «Ветка – трах, а я… а они!..» – доносилось до девочек.

Анжелика глядела на счастливое семейство с лёгкой завистью. «Может быть, где-то далеко мои родители так же скучают обо мне…» – думала она.

Постепенно волнение на поляне стихло, и воцарилась тишина. Папа ёж принял торжественную позу, подошёл к девочкам и произнёс: «Вы спасли моё единственное дитя от верной смерти! Даже если бы нам удалось найти моего пропавшего сына, вряд ли кто-то из ежей смог бы сдвинуть ветку Каменного дерева. Просите, чего хотите – я готов исполнить любое ваше желание!»

– Нам ничего не надо, – ответила за двоих Ника. – Мы просто услышали, как кто-то зовёт на помощь и…

– Не могли же мы пройти мимо! – закончила Лика.

Князь ёж явно был удивлён: он не ожидал, что его предложение так легко отвергнут.

– Ну, может быть, мы тогда угостим вас ягодами? – ласково спросила ежиха.

Отказываться девочки не стали. Впрочем, они бы и не успели отказаться: проворные ежи тут же выставили на поляну неизвестно откуда взявшиеся деревянные столы и быстро накрыли их плетёными корзинками, полными самых разных ягод. На столах появилась грубая глиняная посуда, кувшины с морсами и компотами, сушёные грибы, мочёные яблоки… Пир, да и только. Земляника пахла лесом, свежие яблоки – сахаром, а морс – мятой.

Пока взрослые ежи угощали девочек праздничным ужином, маленькие ежата играли, спрятавшись под столы. Пробуя мочёные яблоки, Ника болтала под столом ногами и случайно задела кого-то из ежат. Девочка наклонилась, чтобы посмотреть, не ударила ли кого, и извиниться. Ежата, как ни в чём не бывало, возились на траве. Вдруг в лапках у одного из них Ника заметила странный кусочек не то ткани, не то бумаги грязно-коричневого цвета… Сердце девочки забилось быстро-быстро.

– Что это у тебя? – спросила она, спускаясь под стол к ежатам.

– Да вот, нашли вчера в лесу, – ответил один из них, малыш со смешно торчащими в разные стороны усиками.

– Покажи! – попросила Ника, протягивая руку за странным предметом.

Нет, не предметом. Это был кусок пергамента! Ника не знала, как должен выглядеть фрагмент завещания, но едва взяла в руки кусок непонятного материала, сразу поняла: это он, волшебный пергамент. Коричневый, с грубо обрезанными краями. На нём виднелись обрывки слов, написанных переливающимися чернилами. Не веря своим глазам, девочка подёргала за брюки Лику. Анжелика заглянула под стол и ахнула. Ника развернула перед ней пергамент, и написанный на нём текст засиял всеми цветами радуги. Это был первый фрагмент завещания короля Рэма. Неожиданно волшебные буквы собрались в одну фразу, и девочка успела разобрать: «Орлиные горы»…

Принц Берт нервно расхаживал по тронной комнате Дворца Мечты. За его окнами раскинулся Город роз. Окна во дворце были высокие, от пола до самого потолка. Лёгкий ветер шевелил листки розовых кустов и деревьев. На улицах не было ни души. На главных башенных часах пробило семь вечера. Берт переходил от окна к окну. Наверное, никогда за всю свою жизнь принц не чувствовал себя так плохо. Ужасно ощущать собственное бессилие. Ужасно ждать, не зная, чего ждёшь… Голова горела от тяжёлых мыслей. Прислонившись лбом к холодному стеклу окна, Берт на секунду закрыл глаза. В это время скрипнула дверь. Кто-то тихонько вошёл в зал. Юноша резко обернулся. На пороге стоял Див.

– Всё грустишь, – с издёвкой заметил он. – Папочку вспоминаешь или думаешь о ненаглядной Василине?

– Я просто смотрю в окно, – ответил Берт.

– Ну-ну. Ты ждёшь. Ждёшь этих… «Юных, не из нашего мира»? – ухмыльнулся Див.

– Может быть, – произнёс Берт.

Див расхохотался.

– Неужели ты не понимаешь, что всё уже решено? – отдышавшись, сказал он. – Даже если глупые девчонки найдут все фрагменты папашиного завещания, в чём я сильно сомневаюсь, они никогда не доберутся до Города роз. Утонут в водопаде. Или сгинут в скалах Смерти… Жизнь полна случайностей, братишка…

Берт содрогнулся.

– А ты не находишь, что мы давно не воевали? – продолжал Див. Руки Берта сами собой сжались в кулаки. – Войны – вот где становятся настоящими мужчинами! Конечно, это не место для слабаков вроде тебя… Как только меня коронуют, я тут же соберу ополчение и устрою пару-тройку опустошительных войн!

Берт отвернулся. Он не мог говорить с братом, не хотел спорить, не хотел слушать его. Див внимательно смотрел на него, сощурив маленькие глазки. Он упивался своей безнаказанностью – слишком хорошо знал, что младший брат никогда не даст своему гневу вырваться наружу.

– Бертик, слушай… Я ведь не говорил тебе, что собираюсь жениться? Думаю, что Василина не откажется от моего предложения… Ни одна девушка не откажется стать женой короля Чудесии!

От ярости Берт побелел.

– Говори, что хочешь. Я не слушаю тебя. Твои слова – всего лишь докучливый шум, – тихо сказал он.

– Не уверен, – нагло продолжил Див. – Слова, как известно, могут обладать волшебной силой. Признайся, братишка, ты просто завидуешь мне. Мало того, что я старше, так мне ещё и покровительствует самая могущественная волшебница…

– Как ты можешь такое говорить? – вскричал Берт. – Див, Горгонда не покровительствует тебе – она использует тебя в своих целях. Как ты не понимаешь?

Див снова расхохотался. Его злой смех, казалось, отражался от зеркальных стен тронного зала и гулким эхом разносился по всем комнатам дворца.

– Ты дурак, Берт, – с усмешкой сказал он. – Добренький, глупенький мальчик. Твоё место – на поле, пасти овец, а уж никак не управлять страной. У тебя пока есть время, чтобы добровольно покинуть королевство. Иначе в день коронации тебе придётся нелегко. Подумай об этом.

Див круто развернулся на каблуках и вышел из зала. Берт устало опустился в одно из стоявших вдоль стен кресел. «Что же мне делать? – прошептал он. – Силы добра и волшебства, помогите мне! Отец, что мне делать? Я не могу сидеть так ещё целых четыре дня в полном бездействии! И не могу ненавидеть Дива, ведь он мой брат!»

Как ни уговаривали ежи и ёжики Нику и Лику остаться на ночлег в их посёлке, девочки отказались. Надо было идти дальше. Процессия ежей проводила их до самого выхода из леса. На прощание князь ёж показал, как лучше идти в сторону Орлиных гор и оставил девочек одних.

Лес заканчивался внезапно – раз, и нет никаких деревьев, словно кто-то провёл по линейке черту, за которой могла расти одна только трава с диковинными цветами. Цветов было много, целое поле. Ромашки соседствовали с розами, незабудками, одуванчиками и пионами.

– Как странно, – пробормотала Ника. – Нежные садовые цветы рядом с полевыми…

– Ну, мы же в Волшебной стране, – с улыбкой напомнила Лика. – А ну-ка, води! – она легонько хлопнула подругу по плечу и побежала вперёд. Ника – за ней. Они играли в салки, бегая друг за другом по цветочному полю, пока в изнеможении не упали прямо на траву.

– Как здорово, – прошептала Ника. – Я так давно не играла ни с кем в салочки…

Лика промолчала. Она сорвала ромашку и пощекотала ею под носом у Вероники.

– Нам надо идти дальше, – вздохнула та.

Девочки встали и двинулись вперёд. Цветочное поле быстро закончилось, и Ника с Ликой оказались на берегу реки. Солнце садилось, и река в его лучах казалась тёмно-синей.

– Как же мы переберёмся на другую сторону? – удивилась Ника, подходя к воде. – Ведь Орлиные горы – там!

Горы действительно виднелись далеко впереди – за рекой и рощицей необычных деревьев на противоположном берегу.

– Смотри! Тут есть брод из камней! Вполне можно пройти, – воскликнула Анжелика, показывая куда-то рукой.

Ника осмотрелась. Немного выше по течению из воды выступали верхушки огромных камней. Но река текла очень быстро, и их всё время заливало водой. К тому же в месте брода она была значительно шире, чем там, где стояли девочки. Ника наклонилась и потрогала воду. Холодная… «Наверное, река течёт с гор», – подумала девочка. В школе на уроке географии учительница как-то рассказывала о горных речках. Правда, Вероника не думала, что у них настолько сильное течение. Впрочем, быть может, так быстро текут только сказочные реки… И всё же переходить на другую сторону по камням было очень страшно. От этой мысли Ника даже вздрогнула.

Тем временем Лика ступила на первый камень. Пришлось следовать за ней. Ника встала рядом и крепко схватила Анжелику за руку. Медленно, боясь поскользнуться и постоянно помогая друг другу, девочки переходили с одного камня на другой. И вдруг… Брод закончился. Видимо, несколько камней были не слишком высокими, и вода закрыла их целиком. До берега было ещё далеко. Девочки в замешательстве остановились.

– Смотри! – закричала вдруг Анжела, обернувшись назад. Ника оглянулась. О ужас! Камни один за другим исчезали под водой. Как будто прятались. Через несколько секунд брод пропал. Остался только один каменный островок – тот, на котором стояли девочки. Но и он мог вот-вот уйти под воду. Не зная, что делать, дети прижались друг к другу.

– Ты плавать умеешь? – прокричала Ника.

Лика кивнула.

– Мы всё равно не справимся. Течение слишком сильное! – крикнула она.

Неожиданно камень под ними начал шататься. Ещё мгновение – и они оказались бы в холодной воде. Но вдруг Анжелика увидела в полуметре от себя довольно толстую ветку раскидистого дерева, росшего на противоположном берегу реки. Девочка почти не сомневалась, что сможет дотянуться до неё, если прыгнет. Но вот Ника… Получится ли у неё сделать то же самое? Лика не знала. А думать об этом было некогда. Она повернулась к подруге, указывая ей на ветку.

– Ты сможешь за неё схватиться, если я буду тебя держать? – прокричала Анжелика. – Камень вот-вот уйдёт под воду!

Ника отрицательно замотала головой.

– Попробуй! – крикнула Лика. Изловчившись, она подняла подругу довольно высоко над водой. – Хватайся скорее! У меня больше нет сил!

Ещё бы! Ведь, хоть Ника и не намного выше Лики, держать её тяжело…

Анжелика уже выбивалась из сил, когда её подруга наконец уцепилась за ветку и повисла на ней. Сделав несколько неуверенных движений, девочка с трудом подтянулась и села на ветку верхом. «Интересно, а нас двоих дерево выдержит?» – подумала она, видя, что Лика собирается прыгать. Ника отодвинулась, освобождая ей место. При этом она, правда, чуть не упала в воду. Тут ей пришло в голову, что Лика может и не допрыгнуть до ветки. Девочке стало страшно.

А камень, на котором всё ещё стояла Анжелика, уже заливала вода. Девочка чувствовала, что вот-вот упадёт в реку. Рассчитав движение, она представила себе, что прыгает с трапеции на трапецию под куполом цирка. И прыгнула. Вцепившись в ветку обеими руками, она подтянулась и оказалась рядом с Никой. Под их весом ветка угрожающе прогнулась. Переглянувшись, девочки стали медленно двигаться к стволу. Наконец Ника сползла на землю. Анжелика не успела соскочить вслед за ней, ветка предательски треснула и сломалась. Девочка свалилась прямо на камни. Цирковая привычка победила – едва упав, она тут же вскочила, потирая ушибленный локоть.

– Ты цела? – испуганно спросила Ника. Она всё ещё сидела на земле. Руки дрожали, сил не было.

Анжелика кивнула. Конечно, в цирке ей приходилось падать и с большей высоты. Это не страшно.

– Пойдём дальше? – спросила она.

– О нет! Я больше не могу… – протянула Вероника. – Давай переночуем здесь. Я так устала…

– Хорошо, – согласилась Лика. Она и сама немного устала. Этот день был таким длинным…

– Давай только посмотрим, где мы, – предложила Анжелика, снимая с плеч рюкзачок и доставая из него сложенную вчетверо карту. Красный огонёк показывал, что подруги были совсем недалеко от Орлиных гор. – Нам обязательно нужно в горы. Помнишь, так было написано на фрагменте!

Разложив на траве свои курточки, девочки достали из рюкзачка еду. Поужинав, обе спустились к воде, чтобы умыться перед сном и попить. Ника не чувствовала под собой ног от усталости. Наконец, удобно устроившись у корней старого дуба, ветка которого помогла им выбраться на берег, девочки улеглись спать.

– Спокойной ночи, – прошептала Ника, засыпая.

– Спокойной ночи, – тихо ответила Анжелика, широко раскрытыми глазами глядя на первые звёзды. Девочка лежала, положив руки под голову. Она вспоминала все невероятные события прошедшего дня. Только сегодня днём она узнала, что где-то далеко есть люди, которые её любят… Сегодня она попала в Чудесию. Сегодня познакомилась с Вероникой. И с этой новой подругой ей намного легче и веселее, чем с Розой, которую она знает всю жизнь. Как странно… Шум реки убаюкивал, мысли путались, Анжелика зевнула, глаза её сами собой закрылись, и она уснула…

Проснувшись, девочки умылись речной водой и позавтракали остатками провизии. Анжелика подумала, что надо нарвать каких-нибудь ягод или фруктов, ведь скоро им снова захочется есть. Вероника об этом не беспокоилась. Она вообще не привыкла волноваться о завтраке, обеде или ужине, ведь у неё была мама.

Наконец Ника и Лика тронулись в путь. Они прошли через небольшую рощицу и оказались на залитой солнцем поляне. Высокая изумрудно-зелёная трава перемежалась пятнами ярких цветов. А небо над ней было таким ослепительным и таким бесконечным… Впереди виднелись горы. Они казались очень близкими и одновременно – очень-очень далёкими.

– Как думаешь, далеко до них? – спросила Ника.

– Часа два пути, – подумав, ответила Лика. Ника машинально взглянула на свои часики. Они показывали десять часов утра.

– А ты была в горах раньше?

– Нет, наш цирк старался не забираться так высоко, – усмехнулась Лика. Возле гор она, конечно, бывала частенько и видела немало красивых пейзажей. Но ходить в горы ей не приходилось. Да и не с кем было.

– А мы с отцом ходили в наши горы, на Мархотский хребет. Там прямо на середине горы выложена надпись «Геленджик», ты видела? Папа фотографировал меня прямо рядом с этими буквами!

Надпись Лика не видела. Она вообще мало что успела заметить в этом городке. Так что девочка молча мотнула головой – мол, нет, не знаю. Ника замолчала. Но ненадолго.

– А расскажи мне о цирке, – попросила она через несколько минут. Идти было скучно, хотелось поболтать.

– О цирке? – удивилась Лика. Она не знала, что и рассказать. Вся её жизнь вертелась вокруг этого цирка. – Ну, мы ездим по разным городам, выступаем…

– И ты выступаешь?

– И я.

– Тебя подсаживают в зал, и ты летаешь с клоуном над ареной? – спросила Ника. – Я читала рассказ о таком розыгрыше.

– Нет. У меня свой номер. Акробатический.

Ника даже остановилась на секунду. Так вот где она видела эту девочку!

– Так это твой портрет был на афишах? Ты – «Танцующая под куполом»?!

Лика кивнула.

– Вот это да! – восхитилась Ника. – Это же так сложно! Мы собирались пойти в ваш цирк сегодня… То есть нет, уже вчера. Я бы очень хотела посмотреть, как ты танцуешь…

– Знаешь, я очень надеюсь, что никогда больше не буду там танцевать. Я сбежала и не хочу возвращаться.

– Почему?

– Потому что Дито и Кама – мне не родные. Я услышала, как они разговаривали обо мне, и узнала, что Кама украла меня чуть ли не из коляски. Раньше я думала, что Кама – моя сестра и что мама и папа умерли. А теперь я знаю, что всё-всё в этом цирке – сплошная ложь, что Кама и Дито меня обманули. Поэтому я сбежала оттуда, чтобы найти свою семью. Даже если мне придётся обойти всю землю, я их найду…

– Как ты будешь их искать? Пойдёшь в полицию?

– Ну нет! А если туда уже пошли Дито и Кама, чтобы найти меня?

– Ой… А такое может быть?

– Конечно. Мой номер – главный, моё имя – на всех наших афишах… Они меня так легко не отпустят. Я буду искать свою семью сама.

Ника не знала, что и сказать. Но тут девочки оказались у подножия Орлиных гор…

Вот они, горы. Огромные, высокие. Вершины тонули в облаках, похожих на белые комья ваты. А внизу – редкие деревца, опять самые разные – от пальм до сосен. И ни одной тропинки, ведущей наверх. Анжелика сделала несколько шагов, но вдруг в воздухе что-то засвистело, и… прямо перед ней на землю опустились два огромных орла, каждый – выше и больше любого взрослого. Ника из книг знала, что орлы не должны быть такими большими. У одного из них на шее висело что-то вроде толстой шёлковой нитки, на которой болтался необычного размера грецкий орех. Ника подумала, что он, наверное, предводитель орлов, так уверенно он держался, так царственно, чуть свысока смотрел на девочек.

– Мы дружно живём с людьми, и часто помогаем друг другу, – начал предводитель орлов очень важным голосом, – но Орлиные горы – наш дом, и мы приглашаем туда не каждого… Кто вы? Ни я, ни мой сын вас не знаем. Вы не из посёлка Собирателей – там мы знакомы со всеми.

– Мы и правда не из посёлка, – замявшись, отвечала Лика. – Мы… Нам очень нужно побывать в горах.

– Для чего? – спросил предводитель. – Ведь, наверное, не просто так. Сейчас в королевстве смутные времена, и откуда я знаю, что вы не служите Горгонде?

– Отец, это всего лишь птенцы! Они ещё не могут никому служить! – тихо произнёс второй орёл. Пока он говорил, Анжелика машинально достала из-под своей курточки цепочку, на которой висел медальон. Девочка всегда начинала теребить её, когда не знала, что делать. Вдруг оба орла замолчали и переглянулись.

– Вы – дети из Большого мира, которые должны найти пять фрагментов завещания короля! Милана предупреждала нас, что вы придёте, – сказал старший орёл.

– Как вы догадались? – в один голос спросили девочки. Они были ужасно удивлены.

– Милана говорила, что у одной из вас будет на шее медальон.

Анжелика точно помнила, что не показывала медальон Милане. О нём не знала пока даже Ника. Странно, очень странно…

– Вы поможете нам найти фрагмент?

– Конечно. Садитесь на спину моего сына – он самый сильный орёл в нашей деревне. Вы полетите с ним, – сказал предводитель. – Я уже стар и вряд ли смогу нести на спине даже таких маленьких птенцов.

Девочки влезли на спину молодого орла.

– А тебе не будет тяжело? – спросила Ника.

– Нет. Вы же лёгкие, как пушинки, – ответил он, взмывая в воздух. У Анжелы дух захватило от этого полёта. Она обхватила орла за шею. Ника вцепилась в неё, боясь упасть. Однажды, когда Тим ещё был здоров, они с папой и мамой летали на маленьком открытом самолёте над виноградниками. Но тогда ей не было так страшно.

– Как тебя зовут? – прокричала Лика орлу.

– Лáро, – ответил он.

Они кружили над горами, кажется, почти весь день. Ларо опускался на все вершины, и девочки самым внимательным образом осматривали каждый камешек. Фрагмента нигде не было. Анжелика уже начала беспокоиться, что в Орлиных горах его нет, когда из задумчивости её вывел встревоженный голос Ларо.

– Я не хотел, чтобы вы волновались… Но, кажется, нас ожидает схватка с летучими мышами!

– Мышами? – в один голос воскликнули девочки.

Вообще-то летучие мыши обычно появляются только ночью, потому что не любят свет. Но Горгонда наделила их способностью не бояться дня, а потому в Чудесии они летают, когда хотят. Правда, летучие мыши и тут не отличаются особой храбростью. И только по приказу своей хозяйки могут напасть на кого-нибудь.

– Видите серое облако впереди? – проговорил Ларо. – Это большая стая летучих мышей. Они – давние враги жителей Орлиных гор, потому что служат Горгонде и часто нападают на нашу деревню. Горгонда хочет, чтобы вольные орлы подчинились ей, и ждёт, когда мы сдадимся. Не дождётся! Мы – свободные птицы!

– А летучие мыши… Они опасные? – тихо спросила Ника.

– Скорее подлые. Всегда нападают стаей, кричат, визжат, хлопают крыльями…

– Может, нам лучше опуститься на землю?

Орёл как раз летел к очередной, ещё не исследованной вершине.

– Вольные орлы никогда не уходят от боя!!! – с гордостью произнёс Ларо. Ника хотела сказать, что это глупо, и попытаться убедить орла спрятаться пока на земле (то есть, конечно, на горе), но… было уже поздно.

Тем временем серое облачко превратилось во внушительных размеров тучу, состоящую из сотен небольших существ с перепончатыми крыльями. Ларо начал осторожно снижаться. Анжелика крепко обхватила его за шею. Ей было страшно. Ещё страшнее было Веронике. Она закрыла глаза и приготовилась к самому страшному, может быть, даже к смерти. Мыши неумолимо приближались. Они хлопали крыльями, кричали, свистели, в общем, делали всё, чтобы напугать парящего в воздухе орла. Мужество покинуло и Анжелу, девочка зажмурилась. Через несколько секунд ей показалось, что они попали в страшный живой водоворот: над самым её ухом что-то шипело и пищало, а вокруг всё неслось куда-то вперёд, крутилось и вертелось. Тогда Лика набралась храбрости и всё же открыла глаза. Ларо летел в самом центре «мышиной» тучи. Мыши больно хватали девочек за волосы, вцеплялись орлу в крылья, дёргали за хвост… Ларо дрался с ними клювом и когтями. Анжелика, держась одной рукой за шею орла, начала отгонять мерзких существ другой. Вероника, по-прежнему боясь открыть глаза, тоже размахивала свободной рукой. Не ожидавшие такого сопротивления, летучие мыши были, по всей видимости, обескуражены. И вдруг девочки услышали стон Ларо. Они почувствовали, что орёл начинает терять высоту. Он был ранен. Мыши, конечно, тоже это заметили и прекратили свой решительный натиск. Они хотели посмотреть, что будет дальше. Ведь если орёл с девочками разобьётся, приказ Горгонды будет выполнен. Злая волшебница хотела во что бы то ни стало уничтожить детей из Большого мира, так внезапно помешавших её планам…

– Ларо, милый, только не падай, не падай, – тихо шептала Анжелика. Орёл пикировал вниз, от боли закатывая глаза.

– Держитесь, – прохрипел он. – Посадка будет жёсткой.

И он не ошибся. Через несколько мгновений Лика, Ника и Ларо кубарем упали на ровную площадку вершины одной из гор.

Последним усилием Ларо удалось немного притормозить в воздухе перед самым падением. Иначе и он, и девочки неминуемо бы разбились. Мыши видели, как девочки и орёл рухнули вниз. Когда они упали без движения, верные слуги Горгонды полетели к ней с радостной вестью. Конечно, она и сама прекрасно наблюдала за ними в своём волшебном шаре. Правда, по каким-то непонятным причинам изображение в нём вот уже второй день становилось всё более и более расплывчатым. Горгонда злилась. Но даже её чары ничем не помогали.

Когда девочки оказались на земле, Лика громко прошептала Нике: «Не двигайся!» Та повиновалась. Прикрыв глаза, Лика из-под опущенных ресниц пыталась увидеть, что происходит. Летучие мыши с криками кружили над девочками и орлом. Наконец, удостоверившись, что никто не подаёт признаков жизни, пищащая злая стая развернулась в сторону Каменного леса… «Не двигайся», – шептала Лика подруге. Нужно было дождаться, когда мыши улетят. Анжелика тихонько считала до ста. «Девяносто восемь, девяносто девять, сто…» – прошептала она и открыла глаза. Серое облачко мышиной стаи едва виднелось вдали. Лика поднялась на ноги.

– Можно вставать, – сказала она Нике. Та вскочила. Ничего не болело – Ника, как и Анжела, отделалась лёгким испугом. А вот дела с Ларо обстояли куда хуже. Он не шевелился. Анжела прислушалась к его дыханию. Жив! Она несколько раз позвала его по имени, ласково гладя по голове. Орёл застонал и попытался открыть глаза. Он почти ничего не видел – перед глазами всё расплывалось, превращаясь в огромные яркие пятна…

– Ника… Лика… Мне очень плохо… – прерывающимся голосом произнёс он. – Я не… не смогу ле-теть… д… дальше… Я ударился грудью при падении, и ка… кажется, сломал крыло… Мне нужна… ягода моп. Найдите её… Она растёт в… наших горах…

Девочки огляделись. Вокруг не было никаких признаков растительности, а уж тем более ягод. Подойдя к краю площадки, на которую они упали, Анжела посмотрела вниз. На склонах росли какие-то травы, низенькие деревца… Вдалеке среди травы мелькнуло, как ей показалось, что-то жёлтое… Может, это и есть ягода моп?

– Ларо, какого она цвета? Жёлтого?

– Да… – простонал орёл.

– Оставайся с ним, а я полезу за ягодой, – тихо сказала Лика. Ника кивнула, села рядом с распростёртой на камнях птицей и осторожно погладила орла по голове.

Анжелика начала медленно спускаться по склону горы. Спускаться всегда труднее, чем подниматься. Особенно в первый раз. Несколько раз девочка теряла точку опоры, не зная, куда ступить. И всякий раз какой-нибудь камень услужливо выдвигался вперёд, чтобы ей было на что опереться. В Орлиных горах даже самые острые скалы добрые… Травки, кустики, камни… Где же это жёлтое пятно? От усталости Лика уже и сама с трудом различала цвета. Всё казалось серым и тёмно-зелёным… Но вот совсем рядом мелькнуло что-то яркое. Вот оно! На небольшом выступе притаился маленький кустик, усыпанный продолговатыми ярко-жёлтыми ягодами. Только бы это была ягода моп! Лика осторожно стащила с плеча рюкзак и стала складывать в него ягоды. Она держалась за выступ скалы левой рукой. Пальцы, казалось, приросли к нему. Но рука очень уставала, Лика боялась, что просто не сможет поднять её, чтобы зацепиться за следующий выступ и забраться наверх… Плечо ныло. Девочка сорвала добрых два десятка ягод, осторожно закрыла рюкзачок и уже собралась было идти к Ларо и Нике, как вдруг… увидела, что под кустом лежит, зацепившись нитками за камни скалы, какая-то серая тряпочка. Анжелика осторожно подтянула её к себе, развернула – и не поверила своим глазам. Второй фрагмент волшебного завещания короля Рэма! Золотые буквы переливались всеми цветами радуги… Девочка не могла налюбоваться на него. Но стон раненого орла напомнил ей, что надо торопиться. Лика начала подниматься наверх.

Неожиданная находка придала девочке сил. Правда, Лика немного оцарапала о камни руки, но боли почти не чувствовала. Когда она поднялась на вершину, Ника по-прежнему сидела, положив голову Ларо себе на колени.

– Принесла, – ответила Лика на вопрос, застывший в глазах подруги. – Ларо, милый, открой клюв.

Орёл с усилием приподнял голову. Лика положила ему в клюв несколько ягодок.

Прямо на глазах изумлённых девочек сломанное крыло выпрямилось и снова стало таким, как прежде. Ларо поднялся и, склевав ещё несколько ягод, попытался взлететь. Силы вернулись к нему, он был здоров. Девочки и орёл обнялись.

– Спасибо, вы спасли мне жизнь, – со слезами на глазах произнёс он. – Жаль только, что фрагмент мы так и не нашли…

– Нет! – воскликнула Лика. – Нашли, Ларо! Нашли! Он был под кустом ягоды моп. Если бы не твоё падение, может быть, мы никогда его не отыскали бы…

Анжела показала друзьям найденный кусок пергамента. Когда она разворачивала его, буквы на мгновение вспыхнули, и Ника успела прочесть слова: «Озеро Желаний».

Садилось солнце. Притихший от постоянной тревоги и ожидания, Дворец Мечты медленно погружался в вечерние сумерки. Василина, невеста принца Берта, стояла на балконе. Ей было грустно. До коронации оставалось так мало времени, а о детях из Большого мира до сих пор ничего не слышно. Её жених изнывал от собственного бессилия. И Василина никак не могла его утешить, потому что и сама целыми днями бродила по дворцу, не находя себе места…

Кто-то тронул девушку за плечо. Она вздрогнула и обернулась. Рядом с ней стоял принц Див.

– Добрый вечер, прекрасная Василина, – произнёс он с наглой ухмылкой. – Сегодня я ещё не имел удовольствия видеть тебя.

Девушка не ответила. Принц Див был ей неприятен.

– Молчишь, Василина? – продолжал Див. – Прекрасно. Молчание – знак согласия. Надеюсь, ты также молчаливо согласишься на одно моё предложение.

– Вы прекрасно знаете, принц, что мне ничего от вас не нужно. Я молчала только потому, что надеялась на ваше чувство такта, и на то, что, видя моё нежелание говорить, вы уйдёте и оставите меня в покое, – сказала Василина. У неё был необыкновенно приятный нежный голос.

– О, мы сегодня не в духе! А слова, слова-то какие! Да как много! – рассмеялся Див. – Своё красноречие прибереги лучше для моего братца Берта. И подумай над тем, что я хочу тебе предложить.

Василина сделала шаг вперёд, желая уйти с балкона, а потом – прочь из этой комнаты, подальше от Дива. Тот, словно прочитав её мысли, встал в дверях, преградив ей путь.

– Василина, мой брат – не пара такой умной и красивой девушке, как ты, – сказал Див. – Берт никогда не станет королём. Так что, если хочешь стать королевой, выходи за меня замуж.

Василина побледнела.

– Стань моей невестой, и я положу всё золото обоих миров к твоим ногам, – произнёс Див, грубо схватив девушку за руку. – Ты будешь со мной во главе целого света, а не маленькой деревушки – Чудесии.

– Никогда! – воскликнул Василина, вырывая свою руку из рук принца. – Никогда! Я люблю вашего брата, и мне всё равно, станет ли он королём. Я никогда, ни за что не выйду за вас замуж. И мне жаль Чудесию, если вы всё-таки станете её королём.

– Хм, посмотрим, как ты запоёшь в пещере Кошмаров… – сквозь зубы процедил Див. – Подумай над моим предложением, Василина. Пока ещё я добрый и прошу твоего согласия. Скоро я перестану просить и начну требовать. И тогда тебе будет очень плохо.

Он снова схватил её за руку и притянул к себе, пытаясь поцеловать. Василина в ужасе попыталась вырваться, а потом свободной рукой отвесила принцу Диву звонкую пощёчину. Он в изумлении уставился на неё, потом церемонно и в то же время немного издевательски поклонился девушке и отошёл от двери. Василина резко выдохнула и бросилась прочь с балкона, пробежала через весь тронный зал прямиком в свою комнату, влетела в неё и захлопнула за собой дверь. У девушки горела ушибленная рука, пылали румянцем щёки, и к тому же ей было страшно, как никогда.

Девочки ночевали в деревне Орлов. Добрые птицы предоставили им самое большое гнездо (в котором подружки чувствовали себя как в огромном бассейне) и всю ночь охраняли их покой. Наутро орлы накормили Нику и Лику свежими ягодами и орехами, а потом Ларо отнёс их прямо к опушке Второго Волшебного леса, ведь озеро Желаний находилось именно посреди него.

– Я никогда не забуду, что вы спасли мне жизнь, – сказал Ларо, по очереди обнимая Нику и Лику на прощание. – Может быть, вам удастся к тому же спасти всю нашу страну. Много чего может случиться. И если вам понадобится помощь – вы всегда можете позвать меня. Только крикните: «Ларо-Ри», – и я прилечу. Где бы вы ни были.

И вот Ника и Лика вошли в лес. Второй Волшебный лес мало чем отличался от Первого. Правда, в нём было ещё больше деревьев, которых девочки никогда раньше не видели. Может быть, лес потому и назывался Волшебным – ведь в нём рядом росли нежные берёзки и массивные платаны, хрупкие лиственницы и могучие баобабы… В Большом мире так не бывает. А жаль… С ветки на ветку перелетали пёстрые воробьи, бойко болтающие с крошечными, словно бабочки, колибри. Между деревьями расхаживали горделивые олени и царственные львы. Звери здоровались с девочками, принимая их как самых лучших друзей. Маленькие обезьянки с удовольствием прыгали к ним на руки. В лесу царили мир и спокойствие.

Ника достала из рюкзачка карту, чтобы понять, в какую сторону им двигаться.

– Что ищем? – спросил вдруг кто-то.

От неожиданности Ника выронила карту из рук. Прямо перед девочками стоял огромный тигр.

– Подвезти? – спросил он.

– Нам надо к озеру Желаний, – запинаясь, сказала Ника.

– Забирайтесь ко мне на спину. Довезу в два прыжка, – сказал тигр. Просить Нику и Лику дважды не пришлось. Ещё бы, прокатиться на живом и вполне миролюбивом тигре – такого Лике и в цирке не доводилось! Ника думала, что Тим ни за что на свете ей не поверит. Потом, когда она вернётся домой и расскажет ему о своих приключениях в Чудесии.

Только вот карта Чудесии, которую Вероника выронила из рук, увидев тигра, так и осталась лежать на траве. Никто из девочек о ней не вспомнил…

Озеро Желаний оказалось в самом центре Волшебного леса. Его вода была удивительно прозрачной, и Ника даже сначала подумала, что это и не озеро вовсе, а огромное зеркало лежит посреди лесной поляны.

– Что будем делать дальше? – спросила она.

– Давай поищем на берегу. Может, фрагмент лежит где-нибудь в траве? – предложила Анжелика.

Так и сделали. Девочки дважды обошли озеро вдоль берега, осматривая чуть ли не каждую травинку. Но тщетно. Заветного кусочка пергамента нигде не было.

– Знаешь, что? – сказала вдруг Ника. – Я догадалась, где фрагмент.

Лика вопросительно посмотрела на неё.

– И где же?

– На дне. Ты хорошо ныряешь?

Лика задумалась. Плавала она хорошо, ведь ей пришлось искупаться в доброй сотне рек и речушек. Но вот нырять…

– Я боюсь, – честно призналась она. – Там, наверное, очень глубоко…

– Вот если бы у нас была верёвка… – произнесла Ника. – Ой, придумала! Если есть пальмы и обезьяны, значит, должны быть лианы! – воскликнула она.

– Лианы? – переспросила ничего не понимающая Анжелика. Ника её не слушала. Она уже бежала куда-то в глубь леса. Лика бросилась за ней.

– Эй, обезьяны! – кричала Ника. – Нам нужна ваша помощь! Пожалуйста, нарвите побольше лиан! Мы свяжем их и сделаем верёвку!

Что тут началось! Большие и маленькие обезьянки с весёлыми возгласами начали рвать лианы. Откуда-то вылез заспанный медведь и стал связывать их вместе крепкими узлами. Не успели девочки опомниться, как верёвка была готова. Её обвязали Лике вокруг пояса. Другой конец хотела держать Ника, но всё тот же дедушка-медведь уверенно взял верёвку в свои лапы.

– Ты ведь ещё детёныш, – авторитетно произнёс он. – Силёнок не хватит. Только осторожно, там рыба большая живёт. Но вода прозрачная, так что она спит, наверное.

Лика сбросила с себя курточку и сапожки, отдала Нике рюкзак с фрагментами и вошла в воду. Короткие брючки и кофточка по-прежнему были на ней, снимать их совсем не хотелось. Было тепло, и Лика подумала, что очень быстро высохнет под лучами солнца. Девочка потрогала ладонями воду, легонько хлопнула по ней, резко вдохнула, нырнула и под водой поплыла вперёд. Ника стояла на берегу и наблюдала за подругой. Лика и правда очень хорошо плавала. Ника, напротив, плавала плохо и, хотя прожила у моря почти всю жизнь, очень боялась глубины и терпеть не могла, когда вода заливает лицо…

Вода в озере Желаний была прохладной, но не холодной. И главное, она была настолько прозрачной, что Анжелика прекрасно видела дно. Камешки, песок, немного водорослей… Ничего похожего на кусочек пергамента. Как это ни странно, рыб девочка тоже не видела. Их просто не было. И вдруг Лика почувствовала, что её тянет на дно. Словно там есть какая-то невидимая воронка. Или магнит.

Лика забилась в воде, пытаясь отплыть назад, к берегу. Невидимая сила тянула её вниз. Девочка выныривала, пыталась набрать в лёгкие побольше воздуха, кричала, но только напрасно тратила силы.

– Тяни назад, мишка, тяни! – закричала Ника, в ужасе глядя, как над водой мелькают руки и ноги Лики. Медведь потянул верёвку на себя, но тут один из его узлов, видимо, не выдержал тяги, и верёвка порвалась…

– Неееееет! – крикнула Ника, бросаясь к озеру. Медведь подхватил её и оттащил подальше от воды. Лика в последний раз взмахнула руками и скрылась под водой. Ника разрыдалась. Звери понурили головы – ведь они ничем не могли ей помочь.

И тут послышался треск раздвигаемых веток. Ника обернулась и увидела, что из-за деревьев выходит прекрасный белый единорог. Недолго думая он поскакал в воду.

– Не волнуйся, он спасёт твою подружку, – ласково сказал медведь, обнимая Веронику. – Раф умеет жить и на земле, и в воде.

– Раф? Единорог? – удивилась девочка. – Он что, ходит по дну?

Медведь кивнул.

На несколько секунд все замерли. Ника, не отрываясь, смотрела на озеро Желаний. По его поверхности шли круги. С поляны казалось, что под водой мечутся какие-то причудливые тени. И вдруг из озера показалась голова единорога, а потом он, взметая тучу брызг, выскочил на берег. На его спине лежала Анжелика.

Ника подбежала к нему. Единорог осторожно опустился на колени, чтобы Ника могла положить подругу на землю. Лика едва дышала. Оказавшись на земле, она долго кашляла. Ника обнимала её, гладила по голове, ласково стучала по спине. Раф тем временем отряхнулся и помчался прочь – туда, откуда пришёл.

– Куда ты? – закричала Ника ему вслед, но Раф даже не обернулся. Когда его белая грива исчезла за деревьями, звери начали расходиться. На поляне вместе с Никой и Ликой остался только медведь.

– Я так хотела его поблагодарить, – прошептала Анжелика. Её голос прерывался. Перед глазами всё расплывалось, руки и ноги дрожали. – Он мне жизнь спас. Там на дне была огромная рыбина… Она хотела меня съесть. А Раф испугал её, и она спряталась в песок. Мне так страшно было…

– Раф всегда такой, – сказал медведь. – У него и хозяин добрый… У меня лапа болела, а он вылечил. А рыба в озере всего одна. Её Горгонда туда бросила, чтобы никто не мог загадать желание. Ведь все сейчас хотят только одного – чтобы королём стал принц Берт. А не Див.

– Откуда ты это знаешь? – удивилась Ника.

– Знаю. Все знают, – загадочно ответил медведь. – Я вам медка сейчас принесу. А тебе отдохнуть надо, – заметил он, погладив Анжелу по щеке. И ушёл.

Несколько минут девочки молча сидели на траве. Анжелика закрыла глаза и прислонилась к стволу огромного дуба. Ника думала, как им теперь искать фрагмент. Случайно её взгляд упал на волосы подруги. В них как будто запутался комочек водорослей. Вероника села поближе и увидела, что это никакие не водоросли, а… самый настоящий маленький кусочек пергамента! Дрожащими руками девочка сняла его с волос Лики и развернула. Третий фрагмент завещания короля Рэма на секунду вспыхнул, и Ника успела прочесть слова: «Скалы Смерти».

Горгонда расхаживала по большому залу своего замка и злилась. А что ещё оставалось делать? Её Волшебный шар работал всё хуже и хуже. Поэтому волшебница не могла понять, сколько фрагментов нашли эти противные дети из Большого мира – два или три? Они не побоялись полчища летучих мышей и страшной рыбины в озере Желаний. Им помогали все – и звери, и птицы. Горгонду радовало только одно: она совершенно точно знала, что теперь у девочек нет карты. Волшебница видела в свой шар, как Ника обронила её в лесу.

«Посмотрим, как они сейчас запоют! – злорадствовала она. – Я поверну тропу в другую сторону, они заблудятся и попадут в мой Каменный лес!»

От этой мысли Горгонда расхохоталась. Её смех гулким эхом отражался от серо-зелёных стен зала. Горгонда прекрасно знала, что делать, когда Ника и Лика окажутся в её руках. Отобрать фрагменты, которые они уже нашли, и держать взаперти до самой коронации. А потом можно выпустить – всё равно девчонки уже ничего не смогут сделать. А можно и не выпускать вовсе…

Неожиданно в дверях появился один из её слуг-люверов. Люверы были особыми жителями Чудесии, которые появились на свет в Каменном лесу. Это были высокие люди с вороньими головами на широких плечах. Горгонда поморщилась. Волшебница не любила, когда её отвлекали от приятных мыслей.

– Что там ещё? – резко спросила она.

– Принц Див, ваше зловство, – кланяясь, ответил лювер-лакей. Горгонда ухмыльнулась.

– Проси, – царственным тоном промолвила она, садясь в своё любимое тронное кресло посреди залы. Лакей удалился. Вошёл принц Див. Он был очень взволнован.

– Горгонда, мы должны наказать её! Она дала мне пощёчину! – закричал он, подбегая к трону своей покровительницы.

– Кто? – ледяным голосом произнесла колдунья.

– Василина, конечно!

– Ах, Василина… Всё не соглашается стать твоей невестой? Я даже не удивлена…

От злости и досады принц побелел. На фоне его мертвенно-бледного лица рыжие волосы казались красными.

– Горгонда, ты должна мне помочь! – воскликнул он. – Пожалуйста! Я хочу, чтобы Василина вышла за меня замуж.

– Но ведь она любит Берта, – лениво заметила волшебница. Ей хотелось поскорее закончить этот разговор и отправить Дива восвояси. Что за нахальство – приходить среди бела дня и мешать заниматься важными делами?

– Если бы ты дала мне какое-нибудь зелье, – вкрадчиво начал принц.

– Зелье? – глаза Горгонды загорелись. – Ты хоть понимаешь, что говоришь?

– Ну… эээ… понимаю…

– У меня есть зелье, от которого Василина забудет всё на свете. И принца Берта тоже.

– Дай мне его!

– Тише, тише, Див, не торопись… – Горгонда сделала паузу. – Оно не приворотное.

– Как? Почему? Она не полюбит меня?

– Нет. Но свою любовь к твоему брату забудет точно. А дальше всё зависит уже от тебя.

– А ты… ты не можешь добавить в него что-нибудь, чтобы зелье стало ещё и приворотным? – осторожно спросил Див.

– Нет, – рявкнула Горгонда. – Секрет вечного приворота утрачен в Чудесии много веков назад, а колдовать над зельем, которое будет действовать несколько дней – ниже моего достоинства. У меня тоже есть принципы, Див.

Див сник. Немного подумал. Приободрился.

– Ну а это зелье, забывательное, или как там его… Ты мне дашь?

– Дам.

– И Василина забудет Берта?

– Однозначно. Только и ты за это кое-что сделаешь для меня.

– Я готов на всё! – воскликнул принц.

– Тогда отопри дверь в пещере Чудовищ, – сказала фея.

Принц в ужасе замер. Чудовища обитали раньше в низине Кошмаров. Их злодеяния настолько вымотали жителей Чудесии, что когда-то давным-давно они решили запереть всех чудовищ в пещере. Ключ от неё хранился у короля и передавался от отца к старшему сыну. Сейчас этот ключ был у Дива.

– Отпереть пещеру? Но зачем? Они же… – голос у Дива задрожал. – Они же выйдут оттуда и разбегутся по всей стране!

– Вот и пусть разбегутся, – хищно улыбнулась Горгонда. – Я хочу попугать этих глупых детей из Большого мира. Если мои пустоголовые люверы не сцапают их сегодня, чудовища настигнут девчонок завтра…

Див вспомнил, что люверы как истинные слуги Горгонды не могли выходить за пределы Каменного леса. Свет солнца был для них губителен, а в Каменный лес не пробивался ни один лучик. Предлагая выпустить чудовищ из пещеры, Горгонда, наверное, придумала способ управлять ими.

– Я дам тебе алый камень. Пока ты будешь носить его на шее как амулет, чудовища будут тебя слушаться, – сказала Горгонда, протягивая Диву кулон с красным камнем на толстой серебряной цепочке.

Див надел цепочку себе на шею и расхохотался.

– Я сейчас же иду туда. А зелье?

Горгонда щёлкнула пальцами, и в её руках оказалась маленькая стеклянная бутылочка, наполненная зеленоватой жидкостью. Див с поклоном принял зелье из рук волшебницы.

– Тебе нужно подливать это в еду и питьё Василины, и она забудет, что любит Берта. Только берегись – если склянка разобьётся, чары исчезнут, – сказала она. Див кивнул, спрятал заветную бутылочку в складках своего плаща и с довольным видом отправился прочь из замка Горгонды – открывать пещеру Чудовищ.

– Жаль, что в озере прячется эта страшная рыбина, – вздохнула Ника. – Теперь мы не сможем загадать свои желания.

Девочки сидели на берегу озера, опустив босые ноги в прозрачную воду. Добрый дедушка-медведь только что угостил их вкусным мёдом. Надо было идти дальше – искать оставшиеся фрагменты. Нужно найти всего два. Правда, четвёртый девочкам предстояло искать в скалах Смерти. Нику очень пугало это название.

– А что бы ты загадала? – неожиданно спросила Анжелика.

– Спасти Чудесию. И ещё… Мой брат очень болен. Я хочу, чтобы он поправился, – грустно сказал Ника.

– Расскажи мне о нём, – попросила Лика, двигаясь поближе к подруге. – Пожалуйста. Расскажи мне о своей семье.

– Ну… – Ника даже не знала, с чего начать. – У меня есть мама, папа, брат и котёнок. Моему брату Тиму одиннадцать, он старше меня на два года. Раньше мы часто ссорились, даже дрались, но теперь он мой самый лучший друг.

– А что с ним случилось? Ты сказала, он болен.

– Тим катался на велосипеде и… – Ника сбилась. Ей до сих пор, хотя прошло уже больше года, было трудно говорить об этом. – В общем, его сбила машина. Поэтому Тим не может ходить. Мама и папа возили его к разным врачам, но пока никто не смог его вылечить. Один профессор из Москвы обещал придумать что-нибудь, но мне кажется, тут нужно чудо…

– Ника, я тоже очень хочу, чтобы твой брат поправился! – горячо воскликнула Лика. Вероника благодарно улыбнулась. На поляне воцарилась тишина. Слышно было только мирное похрапывание медведя, задремавшего поодаль, под старой липой. Остальные звери давно разошлись.

– А что бы попросила у озера ты? – нарушила тишину Ника.

– Я хочу найти свою семью. Кама говорила, что меня украли в Геленджике. Когда мы вернёмся, я обойду все дома, но найду своих родителей. Мне никак нельзя возвращаться к Дито и Каме. Они очень плохие люди.

– Но… Ты сможешь узнать своих маму и папу?

– У меня есть медальон с их портретами. Смотри, – девочка вытащила из-под куртки цепочку, на которой висел изящный медальон в форме сердца. Ника хотела открыть его, но у неё ничего не получилось. Крошечный замочек не поддался и Анжелике. – Странно, раньше он открывался легко, – удивилась она, пожимая плечами.

– Всё равно, твой медальон очень красивый, – сказала Ника. – Я уверена, что ты найдёшь свою семью.

– Только сначала нам нужно отыскать все фрагменты завещания короля Рэма и вернуться в свой мир, – заметила Анжелика. – Мне даже страшно подумать, что будет, если у нас ничего не выйдет. Давай собираться, пора идти.

Нехотя девочки вытерли ноги о траву и обулись.

– Давай карту, – сказала Лика. – Посмотрим, как идти к скалам Смерти.

Ника сняла с плеч рюкзачок с фрагментами. Карты в нём не было. Ника переменилась в лице. «Куда она могла деться?» – прошептала она, оглядывая поляну. Девочки вывернули карманы, обошли озеро, искали карту в траве, под пальмами и лиственницами. Волшебная карта Чудесии как сквозь землю провалилась. Ника помнила, что, когда они с Ликой входили во Второй Волшебный лес, они вытаскивали карту из рюкзачка. Девочка ещё раз оббежала озеро, но тщетно.

– Что же теперь делать? – испуганно спросила Ника. Она чувствовала себя виноватой в том, что карта пропала.

– Нам надо выйти к посёлку. Я помню, что за лесом течёт Великая река, а на её берегу стоит посёлок Рыбаков. Они наверняка знают, как дойти до скал Смерти, – задумчиво произнесла Анжелика.

Так и решили. Медведь, которого девочки нечаянно разбудили, когда искали карту, показал им дорогу из леса.

– Перед рекой будет Маленькая пустыня, – сказал он. – Говорят, там мало деревьев и много песка. И ещё ползают змеи… Будьте осторожны, храбрые дети из Большого мира.

Девочки шли, шли и шли. Анжелика беспокоилась. Лес становился всё гуще и гуще, а ведь медведь говорил им, что до пустыни рукой подать. Может, он что-то напутал? Или девочки свернули не туда? Лика не знала. Она в сотый раз вспоминала, как они шли по лесной тропинке, как тропинка закончилась, как они с Никой выбирали, куда пойти. Они даже поспорили и в итоге попытались повторить движения медведя, который лапой показывал им, куда идти. И почему они не попросили кого-нибудь из зверей проводить их до опушки?

Ника тоже начинала думать, что они заблудились. Но больше всего её настораживало то, что за всю дорогу от озера Желаний им не встретился ни один зверь. И ни одна птица. В воздухе висела непонятная, пугающая тишина. Деревья стояли так близко друг к другу, что девочки с трудом продирались между стволами.

– Ника, мне кажется, мы заблудились, – тихо сказала Лика. – Я не знаю, куда нам идти.

– Может, вернёмся назад, к озеру? – проговорила Ника.

– Ты помнишь дорогу?

– Нет. А ты?

Ника покачала головой.

– Тогда пойдём вперёд. Мы всё равно должны куда-нибудь выйти. Ведь этот лес не может быть бесконечным! – воскликнула она.

– …бесконечным… нечным… нечным… – повторило её слова эхо. Ника и Лика снова двинулись в путь. Но пройти им удалось немного – неожиданно земля словно оборвалась, и девочки оказались на краю глубокого оврага.

– Спускаемся? – спросила Ника. Лика задумалась. Почему-то ей не хотелось идти вниз. Она осмотрелась. На дне оврага росли высокие серые деревья. Серой была даже листва. И ещё Лике показалось, что там, внизу, не было травы, повсюду только чёрная вытоптанная земля. И огромные камни. Лес в овраге казался ей заколдованным.

– Давай обойдём это место, – предложила Лика. Но было уже поздно. Ника начала спускаться. Зацепившись ногой за какой-то камень, она покатилась вниз. Лика бросилась ловить подругу и тоже не удержалась. Обе девочки кубарем скатились на дно оврага.

Придя в себя, Ника увидела прямо перед своим носом чьи-то ноги в мягких, почти тряпочных туфлях. Она подняла голову. Рядом с ней стояло несколько очень странных существ: туловище, руки и ноги, как у человека, а голова, как у ворона. Девочка ещё не знала, что это слуги Горгонды, люверы. Она хотела встать и поздороваться с ними, но существа грубо схватили её за руки и куда-то потащили. Вероника попыталась сопротивляться. Бесполезно. Не успела она и глазом моргнуть, как её бросили в просторную клетку на колёсах, где уже сидела Анжелика.

– Где мы? – спросила Ника, потирая ушибленные коленки.

Лика не успела ничего сказать. Один из люверов с хохотом захлопнул железную дверцу клетки и крикнул: «Добро пожаловать в Каменный лес Горгонды!»

– Поехали! – рявкнул другой лювер, легонько стукнув ладонью по прутьям клетки. И она покатилась вперёд, тяжело подскакивая на камнях. Лошадей не было, клетка двигалась сама по себе, будто её толкала какая-то невидимая сила. Двое люверов шли впереди клетки, посматривая заодно, не мелькнёт ли среди серых каменных деревьев что-то яркое. Один вышагивал сзади, приглядывая за девочками. Один вскарабкался прямо на крышу. Впрочем, эта мера предосторожности была напрасной. Прутья клетки переплетались так тесно, что вылезти наружу было невозможно. Единственная дверца – надёжно заперта.

– Нам надо спрятать фрагменты, – очень тихо, одними губами произнесла Лика. Она сидела на полу клетки, прислонившись спиной к прутьям решётки. – Горгонда захочет их у нас отобрать. Вдруг она увидит наш рюкзак?

Ника всё поняла и кивнула. Сняв с плеч волшебный рюкзачок Миланы, она протянула его подруге.

– Прикрой меня, – прошептала Лика. Ника вопросительно подняла брови. – Садись на моё место.

Ника осторожно подвинулась и села так, чтобы идущему сзади люверу не было видно, что делает её подруга. Оставалось надеяться, что слугам Горгонды, марширующим впереди, не захочется оглянуться, а лювер с крыши – не посмотрит вниз.

Лика вытащила из рюкзачка найденные фрагменты. Затем она быстро сняла с ноги башмачок и спрятала в него два небольших кусочка пергамента. Надев обувку и завязав шнурки, Лика спрятала оставшийся фрагмент в другой башмак. Последний кусочек завещания оказался чуть больше остальных, и Анжелика с трудом затолкала его в свой маленький башмачок. Рюкзак она бросила в другой конец клетки. Теперь можно было вздохнуть спокойно. Ника обернулась.

– Всё? – тихо спросила она.

– Да, – ответила Лика.

В это время клетка вздрогнула на камнях в последний раз и остановилась.

– На выход! – закричал самый высокий из люверов, распахивая дверцу.

Клетка стояла у дверей высоченного каменного замка. Массивные железные двери раскрылись, и люверы втолкнули девочек внутрь. Они попали в полутёмный холл, от серых стен которого веяло холодом. Ника крепко сжала руку подруги. Ей было страшно.

Люверы повели девочек за собой. Они шли через какие-то длинные коридоры, поднимались по лестницам, снова спускались… Анжелика подумала, что в этом замке, наверное, невозможно не заблудиться.

Наконец люверы открыли очередную дверь, и пленницы оказались в большом зале Горгонды. Увидев их, волшебница хищно улыбнулась.

– Наконец-то! Я так давно мечтала познакомиться с вами, дети из Большого мира! – воскликнула она, вставая со своего высокого трона.

– Вы нас с кем-то путаете, – почти в один голос начали девочки, но колдунья перебила их.

– Только не надо мне врать. Я прекрасно знаю, кто вы такие и зачем вы здесь. Вы храбрые дети, ничего не скажешь, – проговорила она, подходя к своим пленницам. – Мне понравилась ваша битва с летучими мышами. К несчастью, я не всё успела увидеть… Расскажите мне, как вы удрали от моей мышиной армии? Как искупались в озере Желаний? Сколько у вас фрагментов – два или три?

Говоря это, Горгонда смотрела прямо в глаза Нике. Девочка не могла отвести взгляд – волшебница словно лишила её воли. Лика увидела это, и решила, что Горгонда сейчас выпытает у Вероники всё, и тогда… прощай, Чудесия! Нет, нет, надо что-то придумать. Анжелика огляделась. Возле трона стоял небольшой круглый столик на высокой ножке. На нём на мягкой ярко-фиолетовой подушке лежал хрустальный шар, тот самый, благодаря которому Горгонда могла видеть всё, что происходит в Волшебной стране. (Впрочем, последние несколько часов он не желал показывать вообще ничего, кроме пушистых облаков над Вторым Волшебным лесом, и Горгонда с досадой думала, что он испортился окончательно.) Лика помнила, что в цирке у одной цыганки был почти такой же. Она ещё уверяла, что видит в нём будущее.

Лику никто не держал. Руки связаны не были. Двое люверов стояли сзади, ещё один – у дверей в зал. Горгонда была поглощена Никой. Оценив обстановку, Лика прыгнула к столику и повалила его на пол вместе с волшебным шаром. Раздался стук и звон. Горгонда оглянулась. Шар ударился об пол и разлетелся на тысячу мелких осколков. Над осколками медленно поплыло голубоватое сияние.

– Что ты наделала! – вне себя от ярости закричала волшебница, отрываясь от Ники. Та с благодарностью кивнула подруге.

– Извините, я не нарочно. Не думала, что он разобьётся, – спокойно ответила Анжела. Ей было страшно, но именно этот страх и придавал сил.

– Не нарочно? – переспросила Горгонда, впиваясь своими сузившимися от злости глазами в лицо девочки. Анжелика не отвела взгляд. У неё закружилась голова, она почувствовала, что ноги становятся ватными. Девочка сжала руки в кулаки. – Ну же, скажи мне, сколько у вас фрагментов? Где они?

– Я не понимаю, о чём вы говорите, – медленно, с расстановкой произнесла Анжелика. Каждое слово давалось ей с неимоверным трудом. – Мы просто заблудились.

– Ах так! – Горгонда схватила её за руку так сильно, что девочка даже поморщилась от боли. – Ну смотри, что я сейчас сделаю, – она повернулась к Нике, взмахнула свободной рукой, и в девочку полетели молнии. Вероника вскрикнула и без сознания упала на холодный каменный пол.

Лика стиснула зубы.

– Говори! – прошипела Горгонда. – Говори, или я убью её.

– Мне нечего сказать, – отчеканила Лика. Ей хотелось броситься к подруге, посмотреть, что с ней, но взгляд Горгонды не давал ей шевельнуться. Голова была как в тумане, но Лика всё ещё понимала, что говорит, и продолжала сопротивляться. Горгонда внутренне удивлялась. Она никогда ещё не встречала никого с такой сильной волей. И ладно бы взрослый, но ребёнок! Девчонка!

– Ну хорошо же, – сказала Горгонда, отходя в глубь зала. – Не хочешь поговорить со мной по-хорошему, что ж… Из моей темницы ещё никто никогда не выходил. Люверы! – крикнула она, хлопая в ладоши. – В башню их! В самую тёмную! В разные камеры! Не давать ни воды, ни еды. Они ещё будут умолять меня о пощаде!

В башне было холодно и сыро. И к тому же темно. А темноты Лика боялась больше всего на свете. Ей мерещились какие-то страшные существа, протягивающие к ней свои омерзительные руки-щупальца, большущие пауки и привидения. Девочка зажмурилась, пытаясь отогнать от себя страх. «Я не боюсь», – твердила она, как всегда делала раньше, перед выступлениями. Набравшись храбрости, Лика открыла глаза. Она сделала несколько шагов и наткнулась на холодную каменную стену. Ощупав её, девочка двинулась дальше, решив обойти свою темницу кругом.

Вдруг откуда-то послышался шум. Анжелика, держась рукой за стену, двинулась на звук и наткнулась на какой-то выступ. Дверь? Да, точно дверь. Деревянная с железными вставками.

– Что их охранять-то, всё равно не убегут. Двери вон как заперты, – сказал глухой простуженный голос. – Вздремну я, пожалуй. Ты меня разбуди, если что…

– Разбудишь тебя, как же! – недовольно проворчал кто-то другой. Послышалась возня. Несколько минут за дверью молчали. Потом Анжела явственно услышала чей-то храп. Второй стражник, судя по всему, продолжал бодрствовать. – Ну и спи себе. А я пойду, посмотрю на наших пленников…

Лязгнул железный замок, и прямо в двери открылось небольшое отверстие. Камера на секунду озарилась тусклым светом факелов, но и этот свет показался девочке обжигающе ярким. Потом снова стало темно.

– Тьфу ты, не видно ничего, – выругался стражник-лювер, который, судя по всему, тоже не мог ничего рассмотреть. – Эй, девчонка! Ты там вообще?

Лика молчала. Ей в голову неожиданно пришла спасительная мысль: вдруг лювер захочет открыть дверь и проверить, на месте ли пленница? Тогда она успеет выскользнуть наружу!

– Ты что молчишь, а? – рассердился тюремщик. – Смотри мне, сейчас я войду внутрь, и тебе достанется!

Анжелика затаила дыхание. За дверью лювер, похоже, подбирал ключ. Заскрипели несмазанные петли, и девочка едва успела отскочить в сторону, чтобы её не ударила тяжёлая дверь. От света факелов она почти ничего не видела.

Стражник решительно вытащил из-за пояса увесистую дубинку и направился к Лике. Он замахнулся, чтобы ударить девочку, но она успела увернуться. С трудом соображая, в какую сторону бежать, Анжелика выскочила из камеры и захлопнула дверь прямо перед носом разъярённого лювера. Пока она запирала тяжёлый засов, тот бился в дверь, с рёвом пытаясь её открыть. Засов дрожал, дверь едва не слетала с петель. И тут Лика увидела, что вся связка ключей (вот же удача!) осталась в замочной скважине. Девочка повернула ключ, замок щёлкнул, и она с облегчением сползла прямо на холодный пол. Сердце стучало так, что, казалось, вот-вот выскочит из груди.

Запертый лювер по-прежнему громко кричал и со всей силы лупил дубинкой по двери. Второй охранник безмятежно спал, оглашая коридор темницы раскатистым храпом.

Глаза Лики постепенно привыкли к свету. Она осмотрелась и увидела, что стоит в небольшом коридоре, освещённом висящими вдоль стен факелами. В коридор темницы Горгонды выходило пять одинаковых железных дверей. «Должно быть, Нику они заперли где-то здесь», – подумала девочка. Лика в последний раз видела подругу, когда двое люверов под руки потащили её из зала Горгонды. Анжелика шла первой и не видела, что случилось с Никой.

Ключами, оставленными запертым лювером, девочка открыла первую дверь. Пусто. За второй дверью тоже никого не оказалось. Руки слушались с трудом, Лика всё время боялась, что лювер проснётся или что в башню придёт кто-нибудь из слуг Горгонды. Она открыла третью дверь. Прямо на полу такой же тёмной и сырой камеры, как та, из которой девочке только что удалось выбраться, лежал человек. Лика подошла ближе и увидела, что руки пленника скованы цепями. Девочка встала рядом с ним на колени и стала искать ключ от кандалов. Человек вздрогнул и поднял голову. Это был юноша с тёмными волосами и добрыми, как у Миланы, голубыми глазами.

– Спасибо, – прошептал он, когда Анжелика наконец справилась с замком и тяжёлые цепи со звоном упали на каменный пол.

– Ты кто? – тихо спросила девочка, глядя, как юноша потирает затёкшие запястья.

– Рэй, – так же тихо ответил он. – У нас нет времени на разговоры. Надо бежать отсюда, и как можно быстрее.

Лика кивнула, поднялась с холодного пола и выглянула из камеры. Стражник по-прежнему спал на соломе прямо посреди коридора. Мягко потрескивали факелы.

Оставалась всего одна неоткрытая дверь. Лика вставила ключ в замочную скважину, повернула его и увидела Нику. Она сидела в углу, прислонившись спиной к каменной стене. Глаза её были закрыты. Лика подбежала к подруге, стала звать её по имени, потрясла за плечо, но та не отвечала.

В камеру неслышными шагами вошёл Рэй. Он сел рядом с Ликой и спросил:

– Горгонда смотрела ей в глаза? Кидалась молниями?

– Да, – ответила девочка.

– Она забрала у твоей подруги силы.

– Как? – удивилась Анжела. – Ведь Горгонда смотрела и на меня.

– Наверное, у тебя очень сильная воля, – произнёс Рэй, доставая из потайного кармана своей охотничьей куртки какую-то маленькую зелёную бутылочку. – Сделай глоток. Потом я напою эту девочку и выпью сам.

– Зачем? – недоверчиво спросила Анжела.

– Затем, что этот отвар сделает нас маленькими. Мы убежим так, что никто ничего не заметит.

– А одежда? – спросила Лика. Она волновалась за спрятанные в обувь фрагменты.

– Всё, что на тебе, уменьшится вместе с тобой, – улыбнулся Рэй.

Лика зажмурилась и покорно отпила мутноватой жидкости. Отвар был совершенно безвкусный, но едва девочка отдала склянку Рэю, как почувствовала, что стремительно уменьшается. Ей показалось, что стены вытянулись, а потолок поднялся. Не прошло и секунды, а рядом с ней уже стоял такой же крошечный – не больше указательного пальца – Рэй, держащий на руках уменьшенную Нику.

– Идём, – прошептал он и, не дожидаясь ответа, направился к дверям. Двери теперь казались такими огромными, что, даже запрокинув голову, Анжелика не сразу увидела, где заканчивается дверной проём.

Девочка побежала за Рэем. Они довольно быстро миновали по-прежнему спящего лювера, прошли узкий коридор темницы и оказались у длинной винтовой лестницы, выводившей из башни. Медленно, с трудом преодолевая каждую ступеньку, маленькие беглецы начали спускаться вниз. Ступеньки были чуть выше Лики. Сначала она прыгала вниз сама, потом помогала Рэю опустить вниз Веронику и спуститься самому. Лика считала ступеньки. Десять, двенадцать, тринадцать… Двадцать пять, двадцать восемь… Да сколько же их? Девочка сбилась со счёта. Неожиданно стены затряслись, и беглецы услышали громкие голоса люверов. Слуги Горгонды поднимались в башню. Рэй схватил Лику за руку и потащил под ступеньку. Он боялся, что, не глядя себе под ноги, люверы её просто раздавят. Затаив дыхание, беглецы притаились у стены, в тени каменных ступеней. Когда люверы прошли мимо, на Лику, Рэя и спящую Нику посыпалась пыль. Лика едва удержалась, чтобы не чихнуть. Наконец опасность миновала, и беглецы преодолели ещё несколько ступеней. И вот – ура! – лестница закончилась. Лика и Рэй с Никой на руках оказались в просторном коридоре, серые стены которого были увешаны огромными картинами в уродливых рамках, утыканных острыми шипами.

– Нам надо держаться поближе к стене, – тихо сказал Рэй. – Иначе нас сразу заметят. Или раздавят.

Так и сделали. И, надо сказать, вовремя. Потому что едва беглецы оказались у стены, сверху донёсся шум, и люверы с громкими криками понеслись через коридор.

– Оцепить все выходы! – на бегу орал один из них. – Обыскать замок! Доложить её зловству! А вы, – зашипел он, остановившись и указывая на люверов, в которых Анжела узнала своих тюремщиков, – вы за это поплатитесь! Её зловство Горгонда сотрёт вас в порошок! В комаров превратит! В тараканов!

Покричав так на своих собратьев, лювер громко топнул ногой и вышел из коридора. Остальные, опустив головы, последовали за ним. Беглецы двинулись дальше. Анжела побежала вперёд – посмотреть, куда выходит коридор. Выяснилось, что он заканчивается выходом ещё на одну лестницу, ведущую вниз. И снова Лика прыгала вниз, помогала спустить Нику, потом они с Рэем менялись ролями, и уже он спускался вниз и стаскивал вниз бесчувственную девочку…

Когда ненавистные ступеньки остались позади, беглецы оказались в том самом холле, куда девочки попали, когда их привезли к Горгонде. Огромная двустворчатая дверь была закрыта, а перед ней с воинственным видом расхаживали двое люверов. В очередной раз спрятавшись у стены, Лика и Рэй стали шёпотом совещаться, как выбраться из замка.

– Надо заставить их открыть двери, – сказал Рэй, опуская на пол Нику. Девочка до сих пор не пришла в себя, её глаза были плотно закрыты, ресницы не вздрагивали.

Лика задумалась.

– Если бы мы могли постучать в неё… – начала она.

– Не выйдет, – произнёс Рэй. – С нашим ростом мы будем стучать так тихо, что они нас не услышат. Хотя мысль хорошая – в дверь стучат, люверы открывают, мы выскальзываем наружу…

– А у тебя нет никакой настойки, чтобы стать невидимыми? И своего роста? – с надеждой в голосе спросила Лика.

– Есть, только она сейчас стоит на моём столе, дома, – ответил Рэй.

На минуту оба замолчали, раздумывая, как поступить. На лестнице послышались чьи-то грузные шаги. В холл вошло ещё четверо люверов.

– Её зловство приказала искать беглецов и в Каменном лесу. Если они там, то далеко не уйдут, – сказал один.

– В замке обшарили всё, что можно, – продолжил второй. – Но даже если они где-то прячутся, отсюда выйти не смогут. Её зловство приказала выставить стражу у каждой двери и у каждого окна.

– Отворяйте! – повелительным тоном произнёс первый лювер. Анжела решила, что он самый главный среди слуг Горгонды. Уж слишком властный и громкий у него был голос. К тому же девочка помнила, как яростно он кричал на своих собратьев всего несколько минут назад. – Мы возьмём клетку и отправимся в Каменный лес.

Рэй и Лика переглянулись и побежали к дверям. Пока стражник возился с замками, они успели забраться на мягкие туфли готовых к выходу слуг Горгонды. Лика крепко держалась за тесёмку, служившую люверу-командиру вместо шнурка. Рэю было тяжелее – ведь ему приходилось держать на руках Нику.

Двери распахнулись, и слуги Горгонды вышли во двор замка. Рэй не удержался и кубарем скатился на землю. Увидев это, Лика тоже спрыгнула вниз. Рэй немного ушибся, но зато, падая, смог уберечь от удара Нику.

Беглецы помчались прочь от замка Горгонды. Шёл дождь. Его крупные капли больно били маленьких путников по рукам и ногам. Над башнями замка сверкали молнии – это Горгонда в ярости наколдовала грозу. Раскаты грома оглушали. Лика уже не чувствовала под собой ног от усталости и напряжения. Впереди серели высоченные стволы мёртвых каменных деревьев. Справа виднелся склон огромного оврага, усыпанный массивными камнями.

– Нам нужно подняться наверх, – сказал Рэй. – Люверы никогда не выходят за пределы Каменного леса.

Наверх так наверх. Беглецы двинулись к склону оврага. Шли долго. Лика устала. Ноги, натёртые спрятанными в башмаки фрагментами, слушались с трудом. От дождя склоны оврага стали скользкими, и девочка несколько раз падала. Рэй с Никой на руках двигался очень медленно. Руки устали, он часто останавливался, чтобы отдохнуть.

Они уже были почти на самом верху, когда Рэй неожиданно остановился и сделал Анжелике знак не двигаться.

– Смотри! – шёпотом сказал Рэй, поворачивая голову вправо. Анжела обернулась и ахнула. Из-под большого гладкого камня выползло мерзкое существо – огромная сороконожка.

«Хоть бы, хоть бы она нас не заметила!» – шептала про себя Лика. Но не тут‐то было. Противное существо явно не было настроено миролюбиво. Осмотревшись, оно заметило затаивших дыхание беглецов и двинулось к ним. Сороконожка решила, что эти маленькие человечки могут превратиться в великолепный ужин.

Осторожно опустив на землю Нику, Рэй приготовился обороняться. Сделав Лике знак, чтобы она оттащила подругу подальше и спряталась с ней за камнями, Рэй начал бросать в сороконожку мелкие камешки. Он был безоружен, ведь кинжал отобрали люверы, когда схватили Рэя в Каменном лесу. Сороконожка тоже не осталась в долгу. Она шипела, плевалась и размахивала всеми своими сорока лапками.

Рэй медленно отходил назад. Лика тащила Нику в сторону. Было тяжело. Надёжно укрыв подругу за камнями, девочка бросилась на помощь Рэю. Она решила забраться повыше и сбросить на сороконожку большой камень. Лика поползла наверх. Оглянувшись, она увидела, что насекомых уже двое: на помощь сороконожке откуда-то выполз неимоверных размеров паук, все шестнадцать лап которого заканчивались острыми когтями.

Рэй уклонялся от когтей паука и бросал в него камни. Рукав его куртки был разодран, и Лика с ужасом увидела, что по нему струятся ручейки алой крови. Глотая слёзы ярости, девочка забралась выше, нашла массивную каменную глыбу и стала толкать её руками. Глыба не поддавалась. Лика посмотрела вниз. Паук оцарапал Рэю лицо и пытался подобраться к его ногам, чтобы запутать их паутиной. Сороконожка обходила его сзади. В отчаянии Лика собрала все оставшиеся силы и ещё раз толкнула глыбу. О чудо! – она стала раскачиваться. Девочка толкала её, толкала, толкала, и вот – ура! – камень сдвинулся с места и покатился вниз.

– Рэй! – крикнула она и в изнеможении упала на землю.

Юноша едва успел отскочить в сторону. Каменная глыба пролетела возле него, увлекая за собой и паука, и сороконожку. Лика бросилась к Рэю.

– Ты… ранен? Тебе больно? – спрашивала она. Рэй казался сейчас Лике старшим братом, которого у неё никогда не было. Смотреть на его руку было страшно.

– Ерунда, – ответил Рэй, обнимая девочку. – Царапина. Спасибо тебе, ты спасаешь меня уже второй раз. А теперь пойдём, нам пора выбираться отсюда.

Рэй со стоном подхватил Нику на руки. Девочка всё ещё лежала, закрыв глаза, бледная, безучастная, холодная.

– Она проснётся? – с тревогой спросила Лика.

– Конечно, – успокоил её Рэй. – Нужен травяной чай, немного солнца или тёплая постель.

Лика посмотрела на небо. Гроза отгремела. Смеркалось. «Какой длинный и опасный выдался день», – подумала она. Потом вспомнила, сколько им с Никой ещё предстоит сделать, и тяжело вздохнула.

Выбравшись из оврага, Рэй осторожно положил Нику на мягкую зелёную траву и тихонько свистнул.

– Рамбала-фарла-раф! – проговорил он. Лика с удивлением посмотрела на него, и только тут ей пришло в голову, что она даже не спросила Рэя, кто он такой. А может быть, злой колдун? Нет, не похож. Добрый колдун? Тоже не похож. По книгам, которые иногда читала ей Роза, Лика знала, что колдуны обычно бывают седыми старичками в остроконечных шапках. Так кто же он, этот Рэй?

Пока она размышляла, из-за деревьев выбежал белый единорог.

– Раф! – воскликнула Анжелика. – Так ты его хозяин, Рэй?!

– Не хозяин, а друг, – поправил тот.

Единорог удивлённо оглядывался по сторонам. Неужели ему послышалось, что Рэй просит о помощи? «Раф, Раф!» – услышал он тоненькие голоса где-то внизу, наклонился, пошёл на звук и… едва не наступил на своего изрядно уменьшенного друга. Опустив голову как можно ниже к земле, Раф тихо спросил:

– Что с тобой, Рэй? Ты почему такой маленький?

– Едем домой, я тебе всё расскажу, – ответил Рэй. – Только наклонись сначала ещё ниже, иначе мы на тебя не заберёмся.

Единорог послушно лёг на землю. Первой на его спину вскарабкалась Лика. Потом Рэй осторожно поднял туда Нику и наконец залез сам. Раф встал и мягкой рысью побежал в лес. Перед глазами уставшей Анжелики замелькали стволы невиданных деревьев.

И вот Раф остановился возле аккуратного деревянного домика на лесной полянке. Солнце уже село, но небо ещё не стало по-ночному чёрным, и Анжелика отчётливо увидела небольшой огород и несколько цветочных клумб, разбитых под окнами.

Раф осторожно толкнул дверь и вошёл в дом. Лика увидела, что жилище Рэя состоит из двух комнат. В первой, куда и внёс их Раф, стояла большая печь и тяжёлый деревянный стол. Вдоль стен висели полки, уставленные домашней утварью и всевозможными стеклянными колбочками и бутылочками. Под потолком была протянута верёвка, на которой сушились связки разных трав. В комнате стоял пряный запах сухих цветов. Дверь во вторую комнату была открыта. Лика увидела, что там стоит большая деревянная кровать, а на стенах висят полки, на которых в живописном беспорядке валяются толстые книги и свитки пергамента.

Раф подошёл к столу, чтобы его друзьям было удобно спускаться.

– Видишь маленький глиняный кувшин на полке возле печи, Раф? Сможешь принести его? – спросил Рэй, осторожно опуская Нику на стол.

Вместо ответа Раф прошёл к полке и, схватив зубами ручку нужной посудины, потащил её к столу.

– Теперь чуть-чуть наклони кувшин, чтобы отвар из него полился на меня, – попросил Рэй. Там было специальное зелье из крапивы, листьев земляники и ещё каких-то трав с ужасно длинными названиями, умывшись которым можно было вернуть свой обычный рост.

Раф исполнил просьбу Рэя и наклонил кувшин. Умывшись настойкой, юноша спрыгнул со стола и, ещё не долетев до пола, начал расти. Раз-два, и он уже стоит у печки во весь свой нормальный рост. Потом он полил настойкой Лику. Нику Рэй взял в ладошку, перенёс на кровать и умыл отваром. Ника стала большой, но по-прежнему была совершенно неподвижна.

– Рэй, ты сможешь вернуть ей силы? – со слезами на глазах спросила Анжела. – Вероника, Ника, проснись, пожалуйста! – звала она подругу. Но та не отвечала.

Рэй принёс очередную маленькую бутылочку и, приподняв Нику за плечи, осторожно влил ей в рот несколько капель тёмно-зелёной жидкости.

– Это чай из трав, – сказал он. – Сейчас она ненадолго придёт в себя и снова уснёт. А завтра утром её силы полностью восстановятся, и вы сможете идти дальше.

Лика слабо улыбнулась. Она хотела сказать Рэю спасибо, но не могла – в горле стоял ком, хотелось плакать. Девочка села на краешек кровати рядом с Никой и взяла её руку в свою. Словно почувствовав это, Вероника вздрогнула и открыла глаза.

– Где мы? – слабым голосом спросила она.

– У друга, – ответила Анжелика.

Ника улыбнулась. Её веки снова сомкнулись, и она заснула.

– Спасибо, – прошептала Лика.

– Тебе тоже надо поспать, – заметил Рэй. – Только сначала я принесу хлеба и молока. Ты наверняка очень голодна.

– Подожди. Просто скажи, ты знаешь, кто мы?

– Знаю. А ты знаешь, что я друг. Ты сама это сказала, – улыбнулся Рэй и отправился на кухню. Он выглянул в окно и увидел, что Раф спит, удобно устроившись под деревом во дворе. На небе зажигались первые звёзды. Рэй вышел во двор, подоил корову, перелил свежее молоко в кружку и отрезал большой ломоть хлеба. Хлеб он пёк сам на зачарованных дрожжах, и этот хлеб утолял любой голод и никогда не портился. Когда он вернулся к Лике, то увидел, что девочка спит, свернувшись калачиком рядом с подругой. Рэй покачал головой, но будить никого не стал. Он заботливо укрыл девочек тёплым шерстяным одеялом и на цыпочках вышел из комнаты.

Вероника проснулась от запаха свежеиспечённого хлеба. Девочка открыла глаза и с удивлением огляделась, пытаясь понять, где находится. Последнее, что она помнила, – длинная винтовая лестница, по которой люверы тащили Анжелу и её куда-то вверх: она несколько раз приходила в себя после допроса у Горгонды. Потом был громкий стук захлопывающейся двери. И всё. Дальше – темнота. Ника решительно не понимала, как оказалась в маленькой уютной комнате, на стенах которой висели полки, заваленные книгами в кожаных обложках и свитками пергамента. Анжела спала рядом, улыбаясь во сне. Вероника хотела разбудить её, но пожалела. Она встала с постели и подошла к окну. Солнце чуть золотило верхушки деревьев. Лёгкие хлопья тумана висели между стволов сосен, берёз и тополей. Девочка решила, что они с Ликой снова попали во Второй Волшебный лес. Интересно только, как им удалось сбежать от Горгонды. Поразмыслив над этим, Ника решила осмотреть дом. Может, найдётся кто-то, кто в состоянии ответить на все её вопросы.

Когда девочка вошла в кухню, Рэй накрывал на стол.

– Доброе утро, – с улыбкой сказал он, увидев Нику. – Как я вижу, силы вернулись.

– Доброе утро, – пробормотала Вероника. – Может, вы объясните мне, как мы с Анжелой оказались у вас в доме? Я совсем ничего не помню.

Рэй усадил девочку за стол и рассказал о вчерашних приключениях. Он ещё описывал битву с сороконожкой и пауком, когда в кухню вошла заспанная Лика. Ника бросилась обнимать подругу. В порыве чувств девочки даже стукнулись лбами.

– Как твоя рука? – спросила Лика, отметив, что на лице Рэя нет вчерашних царапин.

– Не болит. – Юноша в подтверждение своих слов помахал рукой. – Ягода моп очень быстро заживляет такие раны. А вот вам обеим не мешало бы умыться. А то не пущу завтракать!

Девочки умылись из рукомойника, который висел на крыльце домика Рэя, и вернулись в кухню. Хлеб и каша, приготовленные Рэем, были невероятно вкусными. Позавтракав, девочки начали собираться в путь.

– Рэй, ты не покажешь нам, как выйти из леса? – спросила Анжелика. – Нам нужно идти к скалам Смерти.

Рэй вздрогнул.

– Ну и местечко, – пробормотал он. – Ну что ж, есть два пути. Один – длинный, но безопасный. Вам придётся идти через лес, потом – миновать посёлки Собирателей и Мастеров, фруктовые сады и рощу. Тогда вы подойдёте к озеру Счастья, обогнёте его и окажетесь у скал. Это займёт много времени. Хотя, если попросить Рафа…

Словно услышав, что его назвали по имени, единорог осторожно постучал в окно. Все вышли во двор и увидели, что у Рафа окровавлена нога. Рэй побежал в дом за какими-то снадобьями.

– Что случилось? – спросила Ника. – Кто тебя поранил?

– Чудовища. Они вышли из пещеры и разбрелись по всей стране, – ответил единорог. – У них очень острые когти.

Рэй побледнел. «Только этого не хватало», – бормотал он, промывая и перевязывая раны Рафа.

– Теперь я не смогу вас сопровождать, – грустно сказал единорог, почти падая на траву.

– А ягода моп? – спросила Лика. – Она же хорошо заживляет раны!

– Нет, – вздохнул Рэй. – Чудовища очень злобные, и раны от их когтей ягода моп исцелить не может.

– Простите, я вас подвёл, – вздохнул Раф.

– Ну что ты! – закричали девочки. – Тебе надо поправиться.

– Но тогда вы не сможете пойти длинной дорогой, – сказал Рэй. – У вас ведь совсем мало времени. Милана говорила…

– Ты знаешь Милану? – удивилась Ника.

– Она моя сестра.

– Сестра! – воскликнула Лика. – Точно! У тебя глаза, как у Миланы!

Рэй улыбнулся.

– Наверное. Я знаю всё, и поэтому сразу понял, что вы – те самые дети, которые должны найти фрагменты завещания короля Рэма, – ответил он. – Так вот, теперь вам придётся идти короткой дорогой. Через пустыню, мостик над водопадом и посёлок Рыбаков. Так вы сразу выйдете к озеру Счастья. Но помните: это озеро очень коварно. Люди и звери, задержавшиеся на его берегах, надолго засыпают. А разбудить их потом очень сложно. Помните об этом.

– Идите прямо, никуда не сворачивая, – напутствовал девочек Рэй. – До пустыни отсюда – рукой подать.

Он дал девочкам большую фляжку с водой – ведь под палящим солнцем им наверняка захочется пить. Анжелика проверила, целы ли найденные фрагменты. Они всё ещё были надёжно спрятаны в её башмачках. Попрощавшись с Рэем, девочки двинулись в путь. А он ещё долго стоял на поляне, глядя им вслед…

В лесу было на удивление тихо. Не пели птицы, не шуршала под ногами зверей трава. Все обитатели леса попрятались в своих норках и гнёздах, боясь нападения страшных чудищ. Див выполнил обещание, данное Горгонде, и открыл пещеру. Чудовища разбежались по лесам и полям Чудесии в поисках добычи…

До Маленькой пустыни девочки добрались без приключений. Постепенно деревьев становилось всё меньше и меньше. Наконец они исчезли совсем, и Ника с Ликой оказались в пустыне. Это было огромное море песка. Ни кустика, ни травинки, ни цветочка. Солнце ещё не достигло зенита, но палило нещадно. Прогретый под его лучами песок набивался в обувь и мешал идти. Ника сняла было башмачки, но это не помогло. Песок был настолько горяч, что идти по нему было просто невозможно. Ужасно хотелось пить, и девочки попеременно глотали воду из фляжки Рэя. Казалось, что у пустыни нет ни конца, ни края. «Странно, что её называют маленькой», – думала Анжела. Говорить она не могла. Ника тоже. Девочки общались знаками.

Они шли через пустыню целую вечность. Во всяком случае, обеим казалось, что путь продолжается несколько дней или даже недель. Жара изнуряла. Ника и Лика расстегнули всё, что можно было расстегнуть, сняли куртки, повязав их на талии, но менее жарко от этого не становилось…

Внезапный порыв ветра разметал целую кучу песка, слепя девочкам глаза. Песок был везде – в носу, в ушах, в волосах… Смотреть вперёд было больно. Ника упала и потянула за собой Лику. Поднятый ветром песок кружился вокруг них, словно затягивая в огромную воронку, а потом ветер стих, и песок успокоился. Подруги встали, отряхнулись и двинулись дальше.

Вода во фляжке убывала. Девочки решили, что надо экономить драгоценную влагу, ведь они совершенно не представляли себе, сколько ещё придётся идти. Пили по глоточку и только тогда, когда терпеть жажду становилось совсем невмоготу. Но воды всё равно не хватило надолго, и скоро пустая фляжка была брошена на песок. Солнце поднималось всё выше и палило всё сильнее и сильнее. У Ники плясали перед глазами тёмные мушки. У Лики сильно пересохло в горле. «Неужели мы опять заблудились?» – думали девочки.

Пустыня закончилась так же неожиданно, как и началась. Прямо посреди песка стали появляться островки зелёной травы, и вот подруги с удивлением обнаружили, что идут по зелёной, залитой солнцем долине. Обеим до сих пор очень хотелось пить. Откуда-то слышался шум, похожий на журчание горной реки. С каждым шагом он становился громче. Не прошло и минуты, как перед глазами изумлённых девочек предстало необыкновенное зрелище.

Это был водопад. Ника и Лика стояли на возвышенности, буквально в двух шагах от водопада. Поток воды с шумом падал вниз. Ника хотела посмотреть туда, но у неё сразу же закружилась голова. Через реку, над самым водопадом, был переброшен мостик из нескольких грубо сколоченных досок. На фоне бурной реки его доски казались совсем тоненькими. Перил не было. Ника со страхом подумала, что его придётся переходить. Она поглядела на подругу. Лика расширившимися от удивления глазами смотрела на водопад. За все годы своей кочевой жизни она никогда не видела ничего подобного.

– Нам надо перейти через мост, – наконец сказала Лика.

Ника неуверенно кивнула в ответ. Ей совсем не нравилась эта идея. Вероника всегда боялась высоты, а тут было не только высоко, но и очень опасно, ведь под мостом были острые камни и бушующая вода.

– Только давай ты пойдёшь первой, – попросила девочка.

– Но ведь ты старше, – улыбнулась Анжелика. Лика, в отличие от подруги, не знала, когда у неё день рождения – в цирке его никогда не отмечали. Роза говорила, что ей будет девять осенью, но правда ли это, Анжела теперь не знала.

– Зато ты смелее, – произнесла Ника.

Лике пришлось идти первой.

Доски мостика были очень скользкими от воды. Лика сделала несколько шагов и едва не упала. Ника вскрикнула. Тогда девочка опустилась на колени и медленно, крепко держась руками за доски, поползла по мосту. Ника последовала её примеру. Водопад обдавал девочек брызгами, а потому их одежда почти сразу вымокла до нитки. Но страшнее всего было не это. Ника, не привыкшая к акробатическим трюкам, держалась за доски моста некрепко. К тому же от непривычной высоты и постоянного шума воды у неё кружилась голова. Поэтому на середине моста девочка не удержалась и, не успев даже понять, что происходит, с криком полетела вниз, в бушующие волны Великой реки. Анжелика обернулась и прыгнула за ней.

Когда Лика вынырнула из воды, Ники нигде не было видно. Девочка огляделась и нырнула снова. Увидев подругу, медленно опускавшуюся на дно, она поплыла к ней. Обхватив Нику за пояс, Лика вынырнула из воды. Теперь нужно было добраться до берега. Течение относило девочек куда-то в сторону, и Анжелика из последних сил боролась с рекой. Ника, видимо наглотавшись воды, была почти без сознания.

– Держись, держись, ещё чуть-чуть, – шептала ей Анжелика. Отяжелевшая от воды обувь тянула ко дну. Снять бы башмаки, так ведь в них спрятаны три найденных фрагмента. До берега было ещё далеко. Бурное течение постоянно отбрасывало Лику назад. Вдруг девочка увидела лодку. Она спокойно плыла по воде, как будто течение нисколько ей не мешало.

– Помогите! Помогите! – закричала Анжелика, надеясь, что люди в лодке услышат её. – Помогите, тонем!

Её услышали. Лодка развернулась и поплыла к детям. И вот на помощь девочкам потянулись крепкие руки рыбаков. На борт подняли Нику, затем Лику. Укрыли тёплым пледом, пообещали доставить на берег и напоить горячим чаем. Анжеле что-то говорили, о чём-то спрашивали, но она почти ничего не слышала. Завернувшись в плед, девочка в каком-то оцепенении наблюдала, как рыбаки приводят в чувство Нику.

Наконец дно лодки ударилось о берег. Рыбаки (это были двое рослых мужчин) помогли девочкам сойти на землю. Лика и Ника увидели маленький посёлок – десять или двенадцать стоящих близко друг к другу домов, возле каждого из которых сушились вытащенные на берег лодки.

Едва девочки оказались на берегу, к ним подбежала женщина в цветастом переднике.

– И откуда вы, крошки мои? – воскликнула она, всплеснув руками. – Холодные, голодные, промокли все, чуть не утонули!

Девочек отвели в один из рыбацких домов. Добрая женщина накормила их горячей ухой и напоила чаем с пирогами. Промокшую одежду вывесили сушиться на солнце.

Когда с трапезой было покончено, рыбаки стали расспрашивать подружек, кто они и куда идут.

– И почему вы бродите одни, без мамы с папой? – удивлялась женщина, кормившая девочек обедом.

– Мы идём в посёлок Садоводов, к родителям, – отвечала Ника, легонько толкнув под столом Анжелу. – А ходили к Рэю, за лекарством для наших деревьев.

– Ну да, ну да, – кивали рыбаки. Рэя знали все.

Ника тоже начала задавать вопросы. Вместе с силами к ней возвращалось природное любопытство.

– А ваша лодка, почему она плыла так, будто и нет никакого течения? – спрашивала она.

– Так волшебные же лодки. Чудесные, – смеялись рыбаки. – Забыла, что ли?

Лодки в Чудесии и в самом деле были необычные. Ими управляли не вёсла, не руль и не течение, а всего лишь мысль того, кто на носу. Подумаешь: «К берегу», и лодка плывёт к берегу. Подумаешь: «Направо», и лодка сама поворачивает, куда попросил. Это все жители Чудесии знают.

Когда одежда девочек подсохла, они стали собираться в путь. Старший из рыбаков вместе с женой проводил их до рощи. Ещё раз поблагодарив добрых людей, Ника и Лика попрощались с ними и скрылись за деревьями. А рыбак повернулся к жене и сказал:

– Знаешь, мне кажется, это те самые дети, что должны найти завещание короля Рэма. Уж очень непохоже на правду то, что они нам о себе рассказали.

– Да помогут им силы Добра и Справедливости, – тихо прошептала женщина.

Роща была небольшой. По крайней мере, девочкам показалось, что они миновали её очень быстро. И вот за рощицей уже сверкает озеро Счастья. Вокруг – никаких деревьев, только невысокая зелёная травка, мягкая, как персидский ковёр. Тёмное, прозрачное, спокойное, озеро сияет на солнце, словно драгоценный камень. Зачарованные этой красотой, девочки замерли на берегу.

Единственное, что портило эту потрясающую картину, – уродливые вершины голых скал Смерти, нависшие прямо над озером. «Неужели нам придётся лезть туда?» – со страхом подумала Ника. Но эту мысль совершенно неожиданно вытеснила другая: девочке ужасно захотелось посидеть на берегу. А ещё лучше – подремать на траве.

– Лика, давай отдохнём здесь немного, – предложила она.

– Мы ведь недавно совсем отдыхали у рыбаков, – напомнила Анжела. Но и ей не хотелось уходить от воды. – А вообще, давай чуть-чуть посидим. В скалах будет страшно.

Девочки расположились на берегу озера. Казалось, что даже в воздухе разлилась какая-то сладкая истома. Анжелика зевнула раз, другой, третий, положила голову на руки и… заснула. Рядом с ней задремала и Вероника. Озеро Счастья испытывало на девочках свои чары.

Рыбаки в посёлке боялись ходить к озеру, ведь все знали о коварстве его вод. Человек, решивший отдохнуть на его берегу, надолго засыпал, и разбудить несчастного могло только что-то очень необычное. И то – далеко не сразу. В Чудесии рассказывали, что одного рыбака будили всем посёлком несколько дней, да и проснулся он, лишь когда кто-то из его друзей догадался отнести его в натопленную баню, – от жара. Рыбаки знали, что чем дольше проспишь на его берегу, тем тяжелее потом проснуться.

Девочкам повезло: они спали совсем недолго, когда к озеру подошло чудовище. Оно с громким криком плескалось в воде, а увидев спящих детей, направилось к ним. Чудовища – единственные существа в Чудесии, на которых не действуют чары озера Счастья. И теперь, когда вероломный принц Див выпустил их на свободу, чудовища с удовольствием прогуливались по берегам озера.

Произнося какие-то одному ему понятные звуки, чудище склонилось над спящей Никой. Девочка сквозь сон услышала хрип и сопение прямо над своим ухом. Но глаза открыть не могла. Она уже не спала, но ещё и не проснулась. Поняв, что ему не оказывают сопротивления, чудовище решило перенести пленницу в пещеру, чтобы поделиться добычей со своими собратьями. Но едва оно дотронулось до Вероники, как девочка проснулась и с пронзительным криком помчалась прочь. Чудовище подошло к Анжеле, надеясь, что она-то спит и кричать не будет. Однако стоило ему присесть рядом с ней, как на его голову обрушился тяжёлый удар: Ника успела сбегать в рощу и, схватив первую попавшуюся палку, бросилась выручать спящую подругу. Обескураженно зарычав, чудовище вынуждено было обратиться в бегство. Лика с удивлением открыла глаза.

– Сколько же мы проспали? – тихо спросила Ника, когда девочки подошли к подножию скал Смерти.

– Недолго, – неуверенно сказала Лика. – Смотри, солнце ещё не опустилось.

Солнце и правда только-только начинало клониться к закату. Скалы Смерти блестели под его лучами, как гладкие льдины. Вблизи они казались ещё неприятнее и холоднее, чем с берега озера. Девочки стали медленно подниматься наверх. Они обе с трудом представляли, где искать четвёртый фрагмент. Осматривать каждый выступ скал? Заглядывать во все ущелья? Обойти вершины?

– Давай позовём Ларо? – предложила Лика. – Помнишь, как он помог нам в Орлиных горах?

– Орлиные горы плоские, а эти скалы – острые и гладкие, – возразила Ника. – Как Ларо будет на них садиться? Нет, надо искать самим. А когда найдём – позовём Ларо, чтобы он помог нам отсюда выбраться.

Подниматься было тяжело. В скалах гулял холодный, злой ветер: он обжигал своим дыханием и швырял прямо в лицо острые снежинки. Ника озябла и с трудом держалась за выступы скал. Лика, не менее замёрзшая, как могла пыталась подбодрить подругу.

Скалы Смерти не случайно так называют. Они готовят массу неприятных сюрпризов. Сначала на девочек посыпались камни. Лика услышала грохот, и подружки вовремя успели спрятаться в небольшой расселине. Но и там они не были в безопасности. Скалы, как живые существа, делали всё, чтобы навредить детям. Стенки расселины начали сдвигаться, грозя раздавить девочек. Им пришлось вылезти из расселины наружу, и тут камешки обрушились на них с новой силой. При всей ловкости увернуться было очень сложно. Один камень больно ударил Анжелу, задев её руку. Другой чуть не обрушился прямо на голову Ники, и неизвестно, что было бы, не успей девочка наклониться. Вокруг стоял ужасный грохот. Пожалуй, единственными существами, которых всё это приводило в полный восторг, были… уже знакомое нам чудовище со своим собратом, наблюдавшие за девочками из глубины небольшого ущелья. Они последовали за Никой и Ликой, надеясь, что смогут поймать хотя бы одну из подружек для своего ужина.

Несмотря на холодный ветер и озябшие руки, девочки упорно продолжали осматривать скалы. Фрагмент увидела Ника. Ей показалось, что в одном из ущелий виднеется что-то светлое. Когда девочки добрались до него, они обнаружили маленький кусочек пергамента, застрявший между огромными валунами. Ущелье было настолько узким, что пройти туда могла только одна из девочек. Поскольку Ника стояла ближе, лезть пришлось ей. Лика осталась на небольшом уступе возле ущелья. Под ним была зияющая бездна.

Оцарапав до крови руки, Ника вытащила фрагмент из-под тяжёлых камней. Девочка развернула пергамент. Блестящие буквы на оборотной стороне собрались вместе, и Ника прочла: «Низина Кошмаров». «Где это?» – подумала она, развязывая шнурок башмака, чтобы по примеру Лики спрятать туда фрагмент. Пальцы с трудом слушались её, и девочке не сразу удалось засунуть кусочек пергамента в свой маленький башмачок. Она выбралась из ущелья, крепко держась за скалы, и снова оказалась на крошечном уступе. Анжелики там не было.

– Лика! – крикнула девочка, не понимая, куда подевалась подруга. – Анжелика, где ты?

Ответом было только эхо и очередной порыв ветра. Ника огляделась. Следов подруги нигде не было. Смотреть в пропасть она боялась. На глаза девочки навернулись слёзы. Не зная, что делать, Вероника закричала:

– Ларо-Ри! Ларо-Ри! Ларо-Ри! Помоги мне!

Чтобы снежинки не попадали в глаза, Нике пришлось зажмуриться. Она стояла на уступе скалы, вцепившись в каменный откос замерзающими пальцами, и ждала орла. Наконец она услышала знакомый шум крыльев.

– Прыгай ко мне на спину, – крикнул орёл, подлетая к скале. Ника с трудом оторвала от каменной горы затёкшие пальцы и прыгнула. – Где Анжелика? – спросил Ларо, когда Ника покрепче обхватила его за шею. Они летели высоко над скалами. – Почему она не с тобой?

– Ларо, я не знаю, что с ней случилось! – ответила Вероника. – Я была в ущелье, искала фрагмент. Анжела ждала меня на уступе. Я вышла и увидела, что её нет. Ларо, мы должны отыскать её! Помоги мне!

Орёл кивнул и без лишних слов принялся за поиски. Они облетели скалы Смерти несколько раз, но Анжелу так и не увидели. Ника плакала.

– Я отнесу тебя в посёлок Мастеров, – сказал Ларо, когда стало понятно, что найти Лику не удастся.

Ника попыталась спорить, но орёл был непреклонен.

– Птенец, ты ничего не понимаешь. Уже сгущаются сумерки, тебе нужно отдохнуть. Я отнесу тебя в посёлок. Мастера – добрые люди, и всегда помогают другим. Тебя накормят и устроят на ночлег. А я полечу за подмогой. Соберу своих друзей, и мы вместе найдём Анжелу.

– Пожалуйста, возьми меня с собой, – со слезами попросила Ника. Ларо приземлился возле посёлка, и девочка стояла рядом с орлом, глядя ему прямо в глаза. – Я не буду мешать. Только возьми меня. Пожалуйста!

Своим крылом Ларо вытер слезинки на щеках девочки.

– Ты храбрый птенец. Храбрый и мужественный, – произнёс он. – Но ты должна отдыхать. Завтра будет сложный день. Когда Большие часы Города роз пробьют пять, это услышит всё королевство. Если к тому времени завещания не будет во дворце, к власти придёт принц Див.

– Но ведь у меня только один фрагмент! – воскликнула Ника. – Остальные – у Анжелы! Если ты не найдёшь её…

– Найду, – перебил орёл. – Непременно. Иди в посёлок, тебе надо согреться и поесть. Я постараюсь вернуться как можно скорее.

Сказав это, Ларо взмахнул крыльями и полетел прочь. А Ника, понурив голову, поплелась в Посёлок мастеров.

Принцу Диву не везло. Вчера вечером, открывая пещеру Чудовищ, он разбил волшебную склянку с зельем Горгонды. Конечно, теперь, когда чудища из низины Кошмаров на свободе, можно не сомневаться, что они поймают девчонок. Но как быть с Василиной? Горгонда, разъярённая побегом Ники, Лики и Рэя, наотрез отказалась дать Диву новую баночку зелья. Она кричала на принца так, что в её Каменном замке, казалось, тряслись стены. Див начал было спорить с волшебницей, но Горгонда посмотрела на него так злобно, что принц просто лишился дара речи. Потом, когда колдунья немного успокоилась, она сказала Диву, что в день коронации её верные люверы смогут покинуть Каменный лес. Дело в том, что раз в сто лет люверы получали свободу передвижения и целый день могли ходить где угодно. Очень удачно, что «день лювера» совпадал в этом столетии с днём коронации.

– Поэтому, даже если чудовища не поймают девчонок, их схватят мои глупые, но сильные слуги, – со злорадной усмешкой сказала Горгонда. – И потом, детям надо искать один из фрагментов в скалах Смерти. А мой отец много сотен лет назад наложил на них прекрасное заклятие… Оттуда ещё никто не возвращался живым! – И Горгонда захохотала. Принц смеяться не мог – только со злой ухмылкой кивал головой.

И сейчас, вспоминая этот разговор, принц недобро улыбался. За сутки принц Див успел привыкнуть к мысли, что после всех треволнений станет-таки королём Чудесии. Он вёл себя дерзко и вызывающе. Не стесняясь, говорил гадости брату Берту. Кричал на придворных, на свою мать королеву. А Василину – как будто не замечал. Впрочем, девушка даже была рада такому повороту событий. Она искренне любила Берта. И вышла бы за него замуж независимо от того, станет он королём Чудесии или нет.

Принц Див между тем твёрдо решил, что добьётся своего любой ценой. Для начала он решил похитить Василину и запереть её где-нибудь до коронации. Хотя бы для того, чтобы досадить Берту. Ну а потом, когда на его голове будет сиять корона Чудесии… Разве сможет Василина сказать ему нет?

Василина не догадывалась о вероломных планах Дива. Вечером накануне коронации она помогала вдовствующей королеве украшать тронный зал. Когда все колонны там были обвиты цветами, девушка вернулась в свою комнату и сразу же вышла на балкон. Вдохнув полной грудью свежего вечернего воздуха, Василина увидела на перилах балкона небольшой листок грубой бумаги, сложенный вчетверо. Это было письмо:

«Прелестная Василина, дочь князя долины Дождей, невеста принца Берта! Рэй из Второго Волшебного леса, брат феи Миланы, просит Вас о встрече сегодня вечером, как только зайдёт солнце. У меня есть новости о детях, посланных к нам из Большого мира, чтобы найти фрагменты завещания короля Рэма. Сообщить Вам то, что мне стало известно благодаря необыкновенному стечению обстоятельств, я смогу только при условии, что наша беседа останется в тайне. Жду Вас сегодня на Большом мосту, сразу же после захода солнца. Рэй».

Василина была удивлена и обрадована. Девушка много слышала о доброте брата Миланы и была уверена, что он принесёт ей добрые вести. Естественно, она никому не рассказала об этом письме. И как только стали сгущаться сумерки, Василина закуталась в плащ с большим капюшоном, чтобы её никто не узнал, и потихоньку выскользнула из Дворца Мечты. До Большого моста она не шла, а почти бежала, сгорая от нетерпения. На мосту спиной к ней стоял какой-то человек, тоже закутанный в длинный плащ с капюшоном.

– Рэй? – окликнула его Василина. С братом Миланы она никогда не встречалась. Человек обернулся, медленно сбросил с головы капюшон, и Василина увидела, что перед ней стоит принц Див.

– Не ожидали, княжна? – нагло ухмыляясь, спросил он.

Девушка не удостоила его ответом и, круто развернувшись на каблуках, собралась идти прочь, но дорогу ей преградили два отвратительнейших существа зелёного цвета, с острыми рогами и совершенно безумными глазами. Это были чудовища. Див погладил амулет на шее. Чудовища признавали принца за своего хозяина и слушались его беспрекословно.

– Ну, так что, Василина, согласны вы стать моей невестой? – спросил Див.

– Боюсь, что вы забыли, Див, – ответила девушка. – Я невеста вашего брата. И мне не нужен другой жених.

– Если ты откажешься, я прикажу им запереть тебя в пещере Чудовищ, – произнёс Див ледяным голосом. – И хотя чудища сейчас свободно гуляют по стране, там всё равно не очень уютно. Имей это в виду.

– Я невеста Берта, – повторила Василина, внутренне содрогаясь от ужаса при мысли, что чудовища на свободе. – И люблю его.

– Ну что ж, ты сама сделала этот выбор, – выкрикнул Див. – Посидишь ночь в пещере, пообщаешься с духами ночных кошмаров, с привидениями… Приятная компания! А какие замечательные зелёные провожатые!

Василина молчала. Бежать было бесполезно, и она это видела. А пещеры девушка почти не боялась. Уж лучше сидеть там взаперти, чем обещать что-то этому негодяю Диву.

Скользкие лапы чудовищ схватили запястья Василины. Она не сопротивлялась и покорно пошла за ними. Путь был неблизкий. Девушке казалось, что они шли несколько часов. Наступила ночь. На небе сияла полная луна. Василина с трудом передвигала ноги от усталости. Принц Див с подчёркнутой важностью ехал верхом чуть впереди. В низине Кошмаров было страшно. Раздавались какие-то странные звуки, шуршали ветки несуществующих деревьев, ухали совы, рычали на путников невидимые существа. Наконец Василина оказалась перед массивной деревянной дверью, обитой железом. Див спрыгнул с лошади и, вытащив из кармана ключ, стал возиться с замком. Дверь тяжело заскрипела, и чудовища втолкнули в пещеру Василину. Она услышала, как Див поворачивает ключ.

– Ну вот, посиди здесь и подумай, – сказал он громко. – Отсюда не убежишь, но я оставлю здесь этих милых существ в качестве стражников. Завтра после коронации я за тобой вернусь. И тебе не останется ничего другого, кроме как выйти за меня замуж. А пока пусть тебя сторожат чудовища.

– Ты ничуть не лучше их, – крикнула Василина из-за двери. – Чудовище здесь только одно – и это ты, Див!

Див расхохотался, хотя слова Василины задели его за живое. Потом он вскочил в седло и ускакал прочь. А Василина осталась одна в кромешной темноте пещеры.

В посёлке Мастеров Нику приняли с распростёртыми объятиями. Добрые люди накормили девочку сытным ужином, напоили молоком, приготовили для неё мягкую постель. Ника осталась ночевать в семье кузнеца. Его жена долго хлопотала над девочкой, прикладывая лекарство к её израненным рукам. Потом она уложила Веронику в постель и заботливо, по-матерински, подоткнула ей одеяло. Но, несмотря на всю эту заботу, девочка никак не могла заснуть. Она всё время думала о подруге. Где же Лика? Что с ней?

Намучавшись от бессонницы, девочка встала и подошла к окну. Сначала она почти ничего не могла разглядеть: ночная темнота казалась непроницаемой. Но потом девочке показалось, будто между домами уснувшего посёлка двигается что-то светлое. Лика? Недолго думая Вероника выбежала из комнаты и помчалась во двор.

Кузнец и его жена ещё не легли спать. Они сидели за столом в кухне, разговаривая о предстоящей коронации. Увидев, что Ника мчится на улицу, они бросились за ней.

– Лика! – закричала девочка, выскакивая за порог. Двор заливал неяркий свет луны. Стены окрестных домов отбрасывали на землю длинные мягкие тени. В этой тени и пряталась Анжела. Услышав голос подруги, Лика радостно вскрикнула и вышла на свет. Они с Никой кинулись обниматься.

– Где ты была? Что с тобой случилось? – спрашивала Ника. – Я так переживала! И Ларо тоже. Он полетел тебя искать.

– Надо сказать ему, что я нашлась, – ответила Лика, устало улыбаясь. Она с трудом держалась на ногах. Конечно, кузнец не мог этого не заметить.

– Потом поговорите, – ласково сказал он, подходя к девочкам. – А сейчас тебе надо поесть и отдохнуть, – кузнец обратился к Анжеле.

– Сначала надо обработать твои раны, – захлопотала его жена. – Ай-ай-ай, что у тебя с рукой? И одежда изорвалась. Дай-ка я всё почищу и заштопаю.

Курточка и брюки Анжелы действительно нуждались в основательной починке. В скалах девочка порвала брюки на коленках. Правая рука была сильно оцарапана, костяшки пальцев – сбиты в кровь. Она поблагодарила добрую женщину и пошла за ней в дом. Ника осталась во дворе и позвала Ларо.

– Я очень рад, что второй храбрый птенец нашёлся, – сказал орёл, когда девочка поведала ему о неожиданном появлении Анжелы. – Завтра утром я прилечу за вами и отнесу, куда скажете.

– Спасибо, Ларо, – прошептала Ника. Её пугала даже мысль о завтрашнем дне. Завтра, завтра… Коронация, последний фрагмент, успеть к пяти часам… И что за приключения приготовила им низина Кошмаров?

Когда Ника вернулась в дом, Лика уже была в постели.

– Что с фрагментом? – спросила она подругу.

– Он был в ущелье, – ответила Вероника, – застрял между камнями. А последний надо искать в низине Кошмаров. Мне кажется, там очень страшно. Одно название чего стоит! А это мерзкое чудовище, которое напало на нас у озера Счастья, – наверняка оно оттуда.

– Но ведь мы одолели скалы Смерти, – подбодрила её Анжела. Ника легла на кровать.

– Одолели… – вздохнула она. – Только я уже думала, что мы из них не выберемся. Когда я выползла из ущелья и увидела, что тебя нет, так испугалась. Ларо позвала, мы стали тебя искать – и не нашли. Где ты была?

Лика села в постели и стала рассказывать. Ника слушала, затаив дыхание.

…Едва Вероника скрылась в ущелье, чудовища, которые всё это время следили за девочками, выбрались из своего укрытия и двинулись к Анжеле. У них были удивительные пальцы с присосками, позволявшими чудищам с лёгкостью передвигаться по скалам. Лика чудовищ не видела. Они напали на неё сзади. Девочка не успела даже закричать – одно из чудищ догадалось зажать ей рот рукой. Анжела, кусаясь и царапаясь, пыталась вырваться из скользких лап, но у неё ничего не получалось. Чудовища не замечали этого и невозмутимо несли девочку куда-то вниз, со скал. Когда они оказались на земле, Лика услышала, что её зовёт Ника. Чудовища насторожились и спрятались за камнями. Перебегая от валуна к валуну, они миновали скалы Смерти и направились куда-то вперёд. Анжелу по очереди несли на руках, держа настолько крепко, что у неё не было ни малейшей возможности шевельнуться. Вдобавок ко всему от мерзких существ исходил ужасный запах, от которого девочка едва ли не задыхалась. Неожиданно чудовища остановились. Анжела увидела, что они замерли на небольшом расстоянии от широченного каменного моста через Великую реку. Ей показалось, что на нём стоят мужчина и женщина. Чудища, поймавшие Анжелу, явно заинтересовались происходившим на мосту. Они обменялись какими-то непонятными знаками, и одно из них пошло к мосту, а другое, усевшись на землю, осталось караулить пленницу. Девочка поняла, что другого шанса убежать у неё может не быть. Чудовище во все глаза (а их было ровно четыре) смотрело на мост. Хватка ослабла. Анжела осторожно выползла из его цепких рук и бросилась бежать. Чудище опомнилось и дёрнулось за добычей. Девочка мчалась вперёд, не разбирая дороги. Сгущались сумерки. Анжела оказалась в рощице и, забравшись на дерево, переждала, пока чудовище пробежит мимо. Просидев на дереве до темноты, девочка решила спуститься вниз, чтобы найти какое-нибудь жильё. Конечно, она боялась, что снова столкнётся с опасностью. Но ведь нужно было найти Нику…

– Представляешь, я забыла, что можно позвать Ларо, – закончила Анжела. – Вспомнила уже потом, когда пришла в посёлок. И почти сразу услышала твой голос.

Ника с восхищением глядела на подругу.

– Какая ты смелая! И сильная, – произнесла она.

– Нет, я не смелая, – смутилась Анжела. – И не сильная. Просто очень хочу вернуться в Большой мир, чтобы найти своих родителей. А если мы не сможем помочь Чудесии, то никогда не вернёмся домой…

Ника вздохнула. Возразить было нечего. Она забралась под одеяло и вытянулась рядом с подругой.

– Давай спать, – сказала она. – Завтра такой важный день…

– И такой сложный…

Ночью Анжеле снились кошмары. Сначала девочке казалось, что за ней гонится Дито, размахивая плёткой. Потом он внезапно превратился в Горгонду. Волшебница с жутким хохотом надевала на себя маленькую корону, усыпанную драгоценными камнями. От страха Лика вздрогнула и проснулась. Ника, одетая, стояла у окна.

– Я уже хотела тебя будить, – улыбнулась она. – Пора.

Лика спрыгнула с кровати и натянула на себя одежду, заштопанную и почищенную доброй женой кузнеца. Проверив, на месте ли все найденные фрагменты, девочки направились в кухню, где радушные хозяева накормили их завтраком.

– Вы ведь идёте в Город роз на коронацию? – спросила хозяйка. Девочки закивали. – Сейчас это опасно. Соседи говорят, что вчера видели чудовищ. Кто-то открыл их пещеру…

– Мы не боимся, – тихо ответила Анжела.

– Смелость не должна быть безрассудной, – серьёзно сказал кузнец, положив руку ей на плечо. – Я не могу отпустить вас одних в такую дорогу. Если подождёте до полудня, поедете с нами. Мы с женой тоже собираемся в город. Приглашены все жители королевства.

– Спасибо, но мы не можем ждать, – затараторили девочки. – И потом, за нами прилетит Ларо!

Кузнец и его жена переглянулись.

– Вы ведь те самые дети, которые должны найти завещание, – задумчиво сказал кузнец. – Пойдёмте со мной, я хочу вам кое-что подарить.

С этими словами он поднялся со своего места и вышел из кухни. Ника и Лика побежали за ним – в кузницу. Там пахло железом и огнём.

– Вот, – сказал кузнец, доставая откуда-то два небольших меча. – Это я сделал специально для вас. Когда дух короля Рэма возвестил жителям Чудесии о вашей миссии, я подумал, что вас будут подстерегать разные опасности, а значит, вам понадобится оружие. Это особые мечи, они разрубают даже камень. Они достаточно лёгкие, чтобы вы могли их держать. Берите.

– Я не умею драться на мечах, – прошептала Ника.

– А тебе и не нужно ничего уметь, – улыбнулся кузнец. – Просто держи меч вот так. – Он взял руку Ники в свою и показал. – Всё остальное он сделает за тебя сам.

Ника попробовала держать меч сама. Лика с мечом в руках выбежала во двор посмотреть, как будет сверкать на солнце идеально заточенное лезвие. Мечи были одинаковые – серые, с простыми рукоятками, лёгкие, как раз по руке девочкам.

– Спасибо, спасибо, – проговорили Ника и Лика. Кузнец вложил их мечи в ножны и помог пристегнуть к поясам. Ларо уже ждал позади кузницы. Вероника и Анжелика попрощались с радушными хозяевами и, сев на спину орла, полетели в низину Кошмаров.

Низина Кошмаров была самым страшным местом Чудесии. Над ней никогда не бывало солнца. Небо всегда было затянуто серыми тучами. Над выжженной землёй стелился туман. Сухие ветви деревьев скрипели на ветру. Призраки ночных кошмаров разгуливали по низине даже днём. И горе тому путнику, который случайно забредёт туда…

Быстрые крылья Ларо мигом доставили девочек в низину. И вот они уже на земле. Со всех сторон доносились странные звуки: рычали невидимые звери, шуршала давно не существующая трава. Девочки в растерянности посмотрели друг на друга. Где искать очередной фрагмент?

– Давай пойдём к пещере Чудовищ, – предложила Лика. – Почему-то мне кажется, что фрагмент где-то рядом с ней.

Ника согласилась. Ларо не мог летать над низиной – из-за тумана он почти ничего не видел. Поэтому орлу пришлось ждать девочек там, куда он сам их принёс.

Ника и Лика шли осторожно, стараясь не произносить ни звука. Девочки держались за руки. Из густого тумана время от времени выныривали вороны и с громким карканьем проносились над головами подружек. И всё-таки куда страшнее становилось от непонятных звуков, раздававшихся то справа, то слева.

И вот девочки оказались перед массивной деревянной дверью, обитой железом.

– Наверное, это и есть пещера Чудовищ, – прошептала Ника.

– Но ведь чудища на свободе, – сказала Лика. – Странно, что дверь за…

Девочка не успела договорить. Неожиданно из тумана выскочило отвратительное зелёное существо и бросилось на неё. Анжела успела выхватить меч. Вероника вытащила из ножен свой и бросилась на помощь подруге. В это время откуда-то выскочило ещё несколько чудовищ. И ещё. И ещё. Ника потеряла им счёт.

Чудовища шипели, свистели, скрипели зубами. Некоторые даже норовили укусить. Но стоило задеть их мечом, и они исчезали. Лопались, как воздушные шарики.

Сколько девочки дрались с чудовищами, они не знали. Нике показалось, что целую вечность. Она вымоталась и устала. Лике опять оцарапали руку, а ведь она не успела зажить после вчерашнего путешествия по скалам Смерти. От боли на глаза навернулись слёзы, но девочка продолжала орудовать мечом. Удар, удар, удар… Уже кружится голова. Вдруг всё исчезло, и наступила темнота.

– Лика, Лика, очнись! – Анжелика услышала голос подруги как будто откуда-то издалека. Ника звала её по имени и трясла за плечо. Девочка открыла глаза и в растерянности осмотрелась.

– Что случилось? – спросила она.

– Когда исчезло последнее чудовище, ты вдруг упала, – сказала Ника. – С тобой всё в порядке? Ты не ранена?

Анжелика показала правую руку. Рукав был разодран и весь в крови.

– Ужас какой! – воскликнула Вероника. – Тебя нужно срочно перевязать! Очень больно?

– Нет, совсем чуть-чуть, – ответила Анжела. Конечно, она сказала неправду. Девочка не хотела расстраивать подругу. Ника скинула курточку, оторвала рукав от своей рубашки, сделала из него что-то похожее на жгут и кое-как перевязала Анжеле руку своим носовым платком. Мысленно она поблагодарила свою школьную учительницу, которая рассказывала детям, как оказывать первую помощь. Теперь девочке казалось, что та безмятежная жизнь была чуть ли не миллион лет назад…

– Ну как? – спросила Ника. – Болит?

– Уже нет, – ответила Анжела. – Спасибо. Ты так здорово всё сделала.

– Когда вырасту, я буду врачом, – серьёзно сказала Ника. – Если мы отсюда выберемся…

– И найдём последний фрагмент…

Анжела встала, опираясь на меч. Но когда девочка втыкала его в землю, ей показалось, будто остриё вонзилось во что-то твёрдое. Она опустилась на колени и стала осторожно разрывать землю руками. Ника села рядом с ней. Под тонким слоем чёрной земли показалось что-то очень напоминающее кусочек старой грязной ткани… Девочки вдвоём принялись очищать его и замерли. То был последний фрагмент завещания короля Рэма. Неудивительно, что меч ударился об него – ведь волшебный пергамент, несмотря на его внешнюю мягкость, невозможно было разрезать ничем, кроме заговорённого ножа Горгонды.

– Ура! – закричала Лика и бросилась обнимать подругу. – Нашёлся, нашёлся!

Ника смеялась от счастья. Девочкам не верилось, что последний фрагмент у них в руках и теперь можно спешить на коронацию в Город роз. Очистив пергамент от земли, Ника спрятала его в свой башмачок.

– Ну что, идём к Ларо? – весело сказала она. И вдруг, услышав какой-то странный звук, остановилась и прошептала: – Ой, что это?

Откуда-то раздавались сдавленные рыдания. Анжелика указала на дверь. Девочки подошли к ней вплотную и прислушались. В пещере кто-то плакал.

– Здесь есть кто-нибудь? – закричала Лика.

– Да, да! – раздался обрадованный голос из-за двери. – Помогите мне выбраться отсюда!

– Мы сломаем дверь, и вы сможете выйти! – крикнула Ника.

Лика начала крушить замок мечом. Кузнец был прав, его оружие оказалось необыкновенным. Замок рассыпался на части, и дверь распахнулась. На пороге стояла молодая девушка. Лика подумала, что она даже красивее Миланы.

– Как мне благодарить вас, смелые дети? – произнесла она удивительно мелодичным голосом.

– Как вы там оказались? – спросила Ника.

– Меня запер принц Див, – девушка содрогнулась.

– Див? Зачем ему понадобилось оставлять вас в пещере Чудовищ? – недоумевали девочки.

Василина невесело усмехнулась.

– Он хочет, чтобы я вышла за него замуж. Но я люблю его брата.

– Так вы – невеста принца Берта? – в один голос спросили Ника и Лика.

Девушка смущённо улыбнулась и кивнула.

– Меня зовут Василина, – сказала она. – Вчера вечером я получила записку, в которой Рэй просил меня прийти на Большой мост, чтобы сообщить мне что-то важное. Я так и сделала. Но это оказалось обманом. У моста меня ждал Див вместе со своими чудовищами. Он страшный человек. Я не представляю, что будет с Чудесией, если он станет сегодня королём…

– Див королём не станет, – уверенно произнесла Ника. – Мы нашли все фрагменты. Теперь осталось только добраться до дворца.

И тут откуда-то послышался громкий хохот.

– Вот туда-то вы и не попадёте! – раздался голос Горгонды. Лика, Ника и Василина в ужасе огляделись, но ничего не увидели. Туман, казалось, стал ещё гуще. – Не утруждайте себя, я покажусь вам на глаза! Должны же вы полюбоваться на меня в последний раз!

Туман рассеялся, и из него вышла Горгонда, окружённая люверами.

– Надо признать, я восхищена, – произнесла она с лёгкой издёвкой в голосе. – Даже чудовищ смогли одолеть, а уж этого я никак не ожидала. По моим расчётам вы должны были погибнуть ещё в скалах Смерти.

– Я же разбила твой волшебный шар, – пробормотала Лика.

– И что? – снова захохотала Горгонда. – У меня много друзей повсюду. Вороны вот, например. Они увидели вас в низине Кошмаров, и сразу же послали ко мне гонца. Так что конец вашей схватки с чудовищами я наблюдала лично.

– Мы не отдадим тебе фрагменты! – крикнула Ника, сжимая руки в кулаки. – И не мечтай об этом!

– Фрагменты? – расхохоталась Горгонда. – Да кому они нужны? До коронации осталось чуть меньше часа. Нет, я придумала для вас кое-что более интересное. Вы останетесь здесь, в низине Кошмаров. Мои славные люверы составят вам прекрасную компанию. А я тороплюсь – мне ещё надо успеть переодеться перед коронацией. Такое событие!

Сказав это, Горгонда хлопнула в ладоши и исчезла. Люверы окружили девочек и Василину плотным кольцом. У Ники и Лики отобрали мечи. О том, чтобы убежать, не могло быть и речи.

– Надо позвать Ларо и орлов, – одними губами произнесла Анжела.

– Они не увидят нас в этом тумане, – еле слышно возразила Ника.

– Попробуем. Ведь Ларо может полететь на звук! Это наш единственный шанс! – ответила Лика.

Ника кивнула. Другого выхода всё равно не было. Набрав в лёгкие побольше воздуха, девочки закричали хором: «Ларо-Ри! Ларо-Ри! На помощь!» Один из люверов схватил Лику за больную руку и прошипел: «Не смей орать, девчонка!» От боли у девочки поплыло перед глазами, но она продолжала звать Ларо. «Ларо-Ри, Ларо-Ри!» – кричала с ними вместе и Василина.

– Заткнитесь! – ревели люверы, пытаясь зажать рты своим пленницам. Но было уже поздно. Воздух затрепетал под взмахами могучих крыльев, и на слуг Горгонды откуда-то сверху обрушилась целая армия орлов. Это Ларо, почуяв неладное, созвал своих соплеменников на помощь. Люверы отмахивались, ругались, выли, но орлы не отставали. Они клевали, хлопали крыльями, били противников ногами… В общей суматохе Ларо подлетел к девочкам и Василине.

– Забирайтесь! До коронации осталось меньше часа!

– Тебе не будет тяжело? – воскликнула Ника. – Нас ведь трое!

– Пустяки! – крикнул Ларо. Василина уже сидела на орле, держась за его шею, за ней влезли девочки. Все вцепились друг в дружку, Ларо расправил крылья и взмыл вверх. – Держитесь крепче!!!

На часах была половина пятого. В тронном зале Дворца Мечты толпились придворные, послы других волшебных стран, просто гости. Улицы и площади Города роз были заполнены людьми и зверями. На коронацию собрались почти все жители королевства.

Принц Берт в парадном костюме стоял на балконе. Всё утро он тщетно искал Василину, но так и не нашёл. Куда исчезла девушка, не знал никто. Берт чувствовал, что Див не может не иметь отношения к внезапному исчезновению Василины. «Ты не встречал сегодня мою невесту, брат?» – спросил Берт, столкнувшись с Дивом на одной из бесчисленных лестниц дворца. «Твою невесту я видел вчера, а свою – надеюсь увидеть сегодня», – ухмыльнулся в ответ Див. Берт чуть не накинулся на него с кулаками, но всё же сдержался. Королева-мать, наблюдавшая эту сцену, грустно качала головой. Ей невыносимо было сознавать, что её старший сын – подлец, каких ещё поискать.

Час коронации приближался. В тронный зал входили последние гости. Прилетела на белом облаке Милана, прискакал на своём ручном единороге Рэй. Появилась и Горгонда. Четыре рослых чудовища внесли волшебницу в тронный зал прямо в её любимом кресле. Оказавшись во дворце, она не встала, ни с кем не поздоровалась, а лишь с лёгкой усмешкой кивнула Диву и пальцем поманила его к себе. Принц подошёл к волшебнице и почтительно поцеловал ей руку. По залу прошёл тихий ропот.

И вот – пять. Начали бить Большие часы Дворца мечты. Королева-мать взяла с бархатной подушки золотую корону. Именно она должна была возложить её на голову нового короля Чудесии. Принцы стояли возле трона. Див улыбался во весь рот. Он был полностью уверен в победе. Берт побелевшими от волнения пальцами сжимал усыпанную драгоценными камнями рукоятку своего меча. «Они должны прийти, они должны прийти…» – тихо шептал он. В зале воцарилась тишина. Слышны были только мерные удары Больших часов. Один… Два… Три…

Ларо опустился у входа во дворец за две минуты до боя часов. Василина уверенно спрыгнула со спины орла и побежала вперёд. Девочки – за ней. Когда часы пробили три, они бежали по лестнице, ведущей к тронному залу. Василина путалась в юбках своего платья. Ступеньки, ступеньки, ступеньки… Как же их много! Часы ударили в четвёртый раз. Дверь тронного зала была совсем рядом.

– Я – король, – громко произнёс Див. Стоявшие в зале жители Чудесии плакали.

В этот момент Анжелика распахнула дверь в тронный зал.

– Королём будет тот, о ком сказано в завещании, – крикнула она, с трудом переводя дыхание. В зал одновременно вбежали Ника и Василина. Раздался пятый удар курантов. У Дива перекосилось лицо. Корона вылетела из рук королевы и замерла в воздухе между принцами.

– Протестую! – крикнул Див и схватил корону, чтобы надеть её на себя. Корона не сдвинулась с места, продолжая висеть в воздухе.

– Поздно! – произнесла Василина. – Мы успели.

– Тише, – сказала королева-мать. – Тише, прошу вас. Королём будет тот, о ком сказано в завещании короля Рэма. Именем Добра и Справедливости, коронация свершилась. Дайте сюда завещание, смелые дети.

– У них не все фрагменты, – прошептал Див, сжимая руки в кулаки. Горгонда скрипела зубами в бессильной злобе.

– Все, – не глядя на Дива, произнесла Анжелика и подала пять кусочков пергамента королеве. Королева разложила фрагменты на большом серебряном подносе. Прямо на глазах изумлённых гостей кусочки пергамента соединились друг с другом. Буквы сияли всеми цветами радуги. Ни один человек, глядя на завещание, не смог бы догадаться, что когда-то оно могло быть разрезано.

– Огласите завещание короля Рэма, дети, – попросила королева. – Я не могу читать, наверное, что-то попало в глаз… – тихо добавила она, вытирая кружевным платочком слёзы.

Девочки переглянулись.

– Читай, – подтолкнула подругу Анжела.

Но Ника не успела открыть рта. Завещание вдруг заговорило само добрым голосом короля Рэма.

– Именем Добра и Справедливости, я, король Рэм, назначаю наследником престола и новым королём Чудесии сына своего Берта, – голос на секунду прервался. – Поздравляю, сын. Правь мирно.

Корона взлетела и плавно опустилась на тёмные кудри принца Берта. Гости и придворные захлопали в ладоши. Королева-мать вытирала платочком слёзы.

– Да будет твоё царствование освящено любовью подданных и миром во всём королевстве, а Зеркало снов пускай находится отныне и впредь в твоих руках и в руках твоих сыновей, – торжественно продолжал голос, когда всеобщее ликование стихло. – Сына же своего Дива, как ни горько мне признавать это, я лишаю права наследования престола Чудесии, ибо я знаю, что он вступил в сговор с Горгондой и даже пытался меня убить. Этим завещанием я изгоняю его из своего королевства в пустыню Отшельников для исправления и исцеления его души. Да будет так. Король Рэм.

Собравшиеся снова захлопали в ладоши. Василина подбежала к новоиспечённому королю, и молодые люди обнялись.

– Кажется, сегодня мы будем праздновать не только коронацию, но и свадьбу, – улыбнулась королева.

– Свадьбы не будет! – закричал Див, бросаясь к Василине и Берту с обнажённым мечом. – Эта девушка – моя!

Берт успел выхватить из ножен свой меч и резким движением отвёл удар Дива. Придворные охнули. Василина вскрикнула. Королева-мать в ужасе закрыла рот рукой.

– Я не могу сражаться с тобой как с братом, – тихо, но отчётливо сказал Берт. – Однако смотреть на твои мерзости у меня тоже больше нет сил. И как правитель Чудесии я обязан доказать тебе, что зло не бывает безнаказанным. Я исполню волю отца, и тебя немедленно отправят в пустыню Отшельников.

К Диву подбежали стражники и отобрали у него меч. Принца вывели из зала. Лицо Горгонды перекосилось.

– Идиот! – закричала она вслед Диву. – Мы могли захватить весь мир, если бы ты больше думал о том, как убить девчонок, а не о своей ненаглядной Василине! А теперь и все мои чары не смогут изменить силы волшебного завещания! Ненавижу вас! – крикнула она девочкам. – Ненавижу тебя, Милана! Ты всегда побеждаешь! Всегда! Я тебя уничтожу!

С этими словами Горгонда протянула вперёд руки, и на Милану, которая вышла из толпы, со всех сторон полетели молнии. Вместо ответа добрая фея щёлкнула пальцами, и все молнии Горгонды превратились в прекрасные розы. Злая волшебница покраснела от ярости. Она развернулась и бросила несколько молний в девочек. В это время одна из роз Миланы угодила в неё. Горгонда издала страшный крик. Раздался грохот, и зал на секунду заполнился дымом. А когда он рассеялся, все увидели, что Горгонда исчезла, и на её месте осталась лишь маленькая кучка пепла.

– Ну, вот и всё, – сказала Милана, – благодаря Веронике и Анжелике мы победили Горгонду и Дива. Теперь ни Чудесии, ни Большому миру не угрожает опасность.

– Спасибо вам, смелые дети, – произнёс Берт, обнимая девочек. – Вы навсегда останетесь в истории нашего королевства как его маленькие спасительницы.

– Вы сделали для нас так много, – улыбнулась Василина. Берт нежно взял её руку в свою, и она, слегка смутившись, продолжила: – Если бы не вы, я до сих пор сидела бы в пещере Чудовищ.

Девочки молчали. Они просто не знали, что ответить. Лика вдруг очень остро почувствовала, что у неё болит израненная рука.

– Ура храбрым детям из Большого мира! – дружно закричали придворные. – Ура королю Берту! – скандировала толпа на улицах Города роз. Все жители королевства уже знали о том, как прошла коронация. Сороки, сидевшие под крышами замка, уже разболтали об этом не попавшим во дворец любопытным.

– Вам пора домой, – ласково сказала Милана. – Родители ждут вас.

– И меня? – с надеждой в голосе спросила Лика.

– И тебя, – улыбнулась фея. – Ты очень скоро их увидишь. А сейчас прощайтесь с друзьями.

Девочки подбежали к Рэю. Потом, выйдя на балкон, они попрощались с Ларо и Рафом, добрыми рыбаками, кузнецом и его женой, маленьким ежонком и старым медведем из Второго Волшебного леса.

– Я всегда буду рядом, – крикнул им Ларо. – Только позовите!

– Милана, а мы ещё когда-нибудь попадём в Чудесию? – спросила Ника.

– Как знать, – ответила фея. – Впрочем, и в Большом мире вас ждёт ещё много приключений. Скучать не придётся. Главное, никогда не забывайте, что добро всегда побеждает зло. Даже если кажется, что зла слишком много.

Сказав это, Милана поцеловала девочек и велела им взяться за руки и закрыть глаза. Она хлопнула в ладоши, и Ника с Ликой почувствовали, что куда-то летят. Как в тот самый день, когда они оказались в Чудесии. А Берт, Василина и все собравшиеся в тронном зале Дворца Мечты просто увидели, как две девочки, спасшие их страну, растворились в воздухе…

Лика открыла глаза и увидела, что сидит на траве посреди какого-то сада. Ника была рядом.

– Где мы? – спросила Анжела, удивлённо озираясь. – Это место кажется мне знакомым.

– В моём саду, помнишь? – рассмеялась Вероника. – Мы дома! Пойдём, я познакомлю тебя с мамой, папой и братом. Может, они помогут тебе найти твою семью!

– Давай я лучше подожду здесь, в саду, – предложила Лика. Она не была уверена, что родители подруги обрадуются её приходу. – Ты ведь не была дома столько дней! Наверное, твои мама и папа очень переживали.

– Ну… Хорошо, – поколебавшись немного, сказала Ника. – Только ты никуда не уходи, ладно?

И она побежала в дом. Дверь была приоткрыта. В коридоре было прохладно и по-домашнему уютно. Все вещи казались одновременно знакомыми и забытыми. Девочка заглянула в столовую, кухню и гостиную, но там никого не было. Зато из папиного кабинета доносились негромкие голоса родителей. Ника на цыпочках подошла к двери и прислушалась.

– Мы разослали объявления во все газеты, на телевидение, опубликовали его в социальных сетях, но это не дало никакого результата! – говорил папа.

– Не волнуйтесь, ведь прошло всего пять дней! – успокаивал его чей-то чужой, канцелярский голос.

– Всего?! – воскликнула мама. – Да вы хоть знаете, что мы пережили за это время? Вы вообще понимаете, что это – потерять ребёнка?!

Ника услышала в мамином голосе слёзы. И решила, что самое время появиться. Она приоткрыла дверь и вошла в кабинет. Родители сидели за столом. Мама, осунувшаяся, грустная; папа, как будто бы даже немного постаревший. Рядом с ними сидел человек в форме с записной книжкой в руках. Дверь скрипнула, и взрослые удивлённо подняли головы.

– Доченька! – воскликнула мама. – Ника!

Папа резко вскочил со стула и подбежал к дочке. Подхватив Нику на руки, он закружился с ней по кабинету. Мама со слезами на глазах бросилась к ним и обняла сразу обоих. Человек в форме, сидевший в кресле, с улыбкой качал головой. Мама, папа и дочь выглядели такими счастливыми!

– Ну и где же вы были, юная леди? – спросил полицейский, когда восторг воссоединившейся семьи немного успокоился. – Вас искали целых пять дней!

– В Волшебной стране, – ответила девочка. Взрослые смотрели на неё с недоумением. – В самой настоящей Волшебной стране! Вы что, мне не верите?

– Мама! Папа! – раздался вдруг мальчишеский голос из другой комнаты. – Это Вероника? Вероника дома?

На лестнице послышался шум. Все выбежали в гостиную и буквально замерли на пороге. Посреди комнаты стоял Тим. СТОЯЛ! Увидев сестру, он бросился к ней. Ника на секунду лишилась дара речи. А потом заплакала. Её брат был здоров, он мог ходить. Сам! Инвалидная коляска, с которой он только что встал, беспомощно валялась на полу.

Мама и папа опустились на колени, обнимая своих детей. Все четверо смеялись и плакали одновременно. Человек в форме, глядя на них, почувствовал, что эта семья больше не нуждается в его присутствии. Он улыбнулся, спрятал записную книжку в карман и тихонько пошёл к выходу.

Анжелика слышала радостные возгласы, доносившиеся из дома. Она радовалась за подругу и чуть-чуть завидовала – ведь у Ники есть семья, которая её любит. «Наверное, это так приятно», – подумала девочка. Лика вздохнула и достала из-под курточки цепочку с медальоном. Замок щёлкнул, и она с грустью посмотрела на портреты людей, которых так желала найти. Неожиданно девочка услышала шум шагов. Она спрятала медальон и огляделась. Немного поодаль, на садовой дорожке, стоял невысокий мужчина в синей полицейской форме.

Это был тот самый полицейский, которому поручили дело об исчезновении Вероники. Он вышел из дома Цветковых (именно такая фамилия была у семьи Ники), собираясь ехать в отделение, чтобы отчитаться о закрытом деле. Но его внимание привлекла девочка, сидевшая в саду возле дерева. Полицейский дознаватель Петров был очень добросовестным человеком. Поэтому он решил посмотреть, что за ребёнок играет в саду Цветковых. Каково же было удивление старого полицейского, когда он увидел, что девочка под деревом как две капли воды похожа на маленькую циркачку, фотографию которой ему принесли несколько дней назад. Сестра малышки – некто Кама – со слезами умоляла отыскать девочку. «Она ведь ребёнок, а вы знаете, что за глупости приходят в голову этим детям! – плакала она в кабинете Петрова. – Решила пойти искать свою маму. И мне не верит. А ведь мать её уже семь лет как умерла!» Конечно, Кама говорила неправду. Но ведь Петров этого не знал.

– Эй, малышка! – крикнул он девочке. – Тебя случайно не Анжеликой зовут?

– Да, – удивлённо ответила та.

«Ну вот, – обрадовался дознаватель. – Найти двоих пропавших детей за день – это удача! Мне точно светит премия!»

– Тебя ищут уже несколько дней, – с притворной улыбкой сказал он, подходя к Анжеле.

– Ищут? – переспросила девочка. – Кто?

– Конечно, твоя семья. Пойдём, я отвезу тебя домой.

Анжела не двигалась с места.

– Да не бойся, глупышка. Я полицейский, я знаю, о чём говорю.

Девочка встала. «Неужели у меня и правда нашлись мама с папой? – думала она, садясь в машину следователя Петрова. – Но как же они узнали? Как меня нашли?» Девочка как раз собиралась спросить об этом у дознавателя, когда автомобиль резко остановился, и Лика увидела, что её привезли прямо к цирку. Вокруг шапито расположился лагерь бродячих артистов.

– Нет, я не пойду в цирк! – закричала Анжелика, когда полицейский Петров открыл перед ней дверцу машины. – Пожалуйста, увезите меня отсюда! Я не хочу назад!

Но Петров был непреклонен. Он крепко взял девочку за руку и почти силой вытащил из машины. В это время из своего фургона выскочили Кама и Дито.

– Лика! Солнышко! – заголосила цыганка, бросаясь к девочке. Она обнимала и целовала Лику, заливаясь притворными слезами. – Как же я волновалась!

Видя столь искреннее проявление радости, Петров успокоился окончательно. Он решительно не понимал, почему девочка, у которой такая замечательная сестра, смотрит на неё такими испуганными глазами.

Дито тем временем заливался соловьём, рассыпаясь в благодарностях полицейскому. Тот даже смутился. Наконец он сел в свою машину и, посигналив всем на прощание, отправился в отделение.

Едва машина Петрова скрылась за поворотом, Кама и Дито потащили Лику в свой фургон. Остальные циркачи, глядя на это, неодобрительно качали головами. Они знали, как плохо обходятся с Анжелой эти люди, но ничего не могли сделать. Перечить Дито боялись – ведь никому не хотелось отведать его тяжёлых кулаков или быть выгнанным из цирка.

– Маленькая дрянь! Из-за тебя мы лишились таких денег! – кричала на девочку Кама. – Только на дрессированных тигров идёт больше народу, чем на твоё выступление! И ты посмела сбежать!

– Давно не пробовала моей плётки? – шипел Дито. – Напомнить тебе её вкус, а?

В подтверждение своих слов цыган вытащил из-за пояса плеть. Цыган крепко схватил Анжелу за больную руку и отвесил девочке затрещину.

– Пожалуйста, не надо, – прошептала Лика. – Я не убегу больше.

– Конечно не убежишь! Я тебя и под землёй найду, понятно? – рявкнул Дито. – Через час – на арену. Одевайся. Наказание будет потом.

– Я не смогу выступать, – тихо проговорила Анжела. – У меня очень сильно болит рука.

– Сможешь! – крикнула Кама, бросая девочке костюм для выступлений. – Одевайся быстрее!

Вероника уже второй раз объясняла маме и папе, как попала в Чудесию. Родители смотрели на неё с удивлением. Девочка видела, что они до сих пор сомневаются в правдивости её слов. Зато у Тима от восхищения горели глаза. Ника хотела рассказать о Милане и Горгонде, Ларо, Рэе и всех остальных, но вспомнила, что в саду её ждёт Лика.

– Я сейчас, – крикнула она родителям и брату. – Там Лика, мы же с ней были в Чудесии вместе!

Девочка выбежала из дома и позвала подругу. Никто не откликнулся. Ника несколько раз обошла весь сад. Тщетно. Анжелы нигде не было.

– Мама, папа! Ну поверьте же мне! Я была в Волшебной стране с Анжеликой! Она ждала меня в саду, честное слово! – воскликнула Ника. Родители и Тим вышли на улицу вслед за ней. Мама заботливо положила руку на лоб дочери. Девочка рассердилась и топнула ножкой. – Что мне сделать, чтобы вы поверили?

Мама и папа переглянулись. Они всегда доверяли своим детям. Но в этот раз Ника говорила совершенно невероятные вещи.

– Расскажи нам всё, – попросил папа. Он решил, что нужно дать дочке выговориться.

– Это долго! – в отчаянии крикнула Ника. – Там столько всего было! Но я говорю правду – Волшебная страна существует. Смотрите!

Ника подняла голову и закричала: «Ларо-Ри!» Прошла пара мучительных минут, и вот над её домом зашумели могучие крылья огромного орла. Родители в изумлении смотрели вверх. Орёл в городе, и такой огромный, да разве такое может быть? Ларо несколько раз облетел дом и скрылся. Он видел, что Нике не угрожает опасность. «Я всегда буду рядом!» – вспомнила девочка его слова. «Спасибо», – чуть слышно прошептала она.

– Ника, прости, что не поверили тебе сразу, – произнесла мама.

– Мы так отвыкли от чудес, – с грустью улыбнулся папа, гладя дочь по голове. – Но ведь и выздоровление Тима – тоже чудо. Профессор сказал нам, что вылечить его невозможно.

– Теперь нужно найти Лику, – серьёзно сказала девочка. – Она бежала из цирка, от очень нехороших людей. Я боюсь, что они поймали её. Мы должны помочь ей найти родителей!

– Найти родителей? – переспросила мама. – Как, ты говоришь, зовут эту девочку?

– Анжелика.

Мама схватила папу за руку.

– Анжелика?!

– Ну да. Понимаешь, мам, Лика узнала, что, когда была совсем маленькой, цыгане украли её у родителей. Это случилось здесь, в Геленджике! Лика уверена, что мама и папа до сих пор её ищут. У Анжелы есть медальон с их портретами, и она очень хочет найти свою семью, – сбиваясь, проговорила Ника.

– Медальон? Ты его видела? – папин голос дрожал.

– Да, – удивилась девочка. – Маленький такой. Как сердечко.

– Не может быть… – произнесла мама, бессильно опускаясь на ступеньки крыльца. Отец, не говоря ни слова, бросился в дом. Тим и Ника в растерянности смотрели друг на друга.

– Мамочка, что всё это значит? – спросил наконец мальчик. В доме зазвонил телефон.

– Вы ведь не помните этого, – тихо сказала мама. – Это случилось семь лет назад. У вас была сестра, которую звали Анжеликой. Ей было всего три месяца, когда она пропала. Мы с папой провожали друзей на автовокзале. Вас оставили с няней, а малышку взяли с собой – ведь её надо было кормить. Девочка лежала в коляске. Было много народу, вокруг нас толпились люди, и я очень переживала, что взяла с собой ребёнка. – Мамин голос срывался, дрожал, она часто останавливалась. – Не знаю, когда и как это случилось, но, заглянув в коляску, я увидела, что она пуста. Мы искали Анжелику сами, обращались в полицию, нанимали частного детектива, но тщетно. Поиски длились несколько лет, и потом нам сообщили, что найти её нет никакой надежды.

Потрясённые дети молчали.

– Значит, Анжела – наша сестра? – прошептала Ника.

Мама кивнула. На крыльце воцарилась тишина. И тут из дома выскочил отец. В руках он держал несколько фотографий.

– Такой медальон? – спросил он, показывая Нике большой портрет мамы, сделанный много лет назад. На фотографии было отчётливо видно висевшую на шее Ольги Цветковой цепочку с маленьким медальоном. У Анжелы был точно такой же. Ника кивнула.

– Помнишь, я подарил его тебе в первую годовщину нашей свадьбы? Он же сделан специально, на заказ! – взволнованно сказал папа. – А ты, Оля, ещё сказала, что отдашь медальон нашему третьему ребёнку – на счастье. Я ещё спрашивал тогда – почему именно третьему? Помнишь?

– Это она, Женя, – со слезами на глазах сказала мама.

– Только что звонил дознаватель Петров. Хотел узнать, где всё-таки была Ника. Он сказал, что нашёл у нас в саду ещё одну пропавшую девочку, – продолжил папа. – Петров отвёз её в цирк. Я еду туда!

– Я с тобой, – произнесла мама решительно, вставая с крыльца.

– Мы тоже! – в один голос закричали Ника и Тим.

И все четверо побежали к машине.

– Пожалуйста, Кама, пожалуйста, я не смогу выступать, – плакала Лика. – Я тебя не обманываю, смотри…

Девочка показала Каме израненную руку. Та покачала головой и отправилась за дрессировщицей тётей Наташей. Когда-то давно тётя Наташа закончила медицинское училище и теперь лечила в цирке всех – и людей, и зверей. Осмотрев руку девочки, дрессировщица набросилась на Каму.

– Нельзя ей выступать, понимаешь? Она же сорвётся. Ты представляешь, что тогда будет?

Кама насупилась. Она и сама понимала, что девочку лучше не выпускать на арену, но Дито был непреклонен.

– Мы отменили пять вечерних представлений! Ты знаешь, сколько это денег? – заорал он, когда Кама предложила ему дать Лике отдохнуть. – Эта девчонка почти неделю где-то пряталась, явилась не в форме, и я ещё должен дать ей отдохнуть?! Она уже достаточно отдохнула! Пусть скажет спасибо, что я не отлупил её как следует!

Он был в ярости. Кама отступила. Тётя Наташа как могла обработала и перебинтовала рану Лики.

– Где тебя так? – ласково спросила она.

– В пе… – осеклась Лика. – С горы неудачно сорвалась.

Не могла же она рассказать им о Чудесии, завещании короля Рэма и пещере Чудовищ? Хотя сейчас, в цирке, Анжелике уже казалось, что всего этого не было.

На парад-алле девочка выходила как в тумане. Дито потирал руки, зал был полон, возле касс стояли очереди. Прослышав, что цирк снова даёт представления, люди потянулись туда. А ведь впереди выходные… Дито уже подсчитывал, сколько денег соберёт цирк, если давать не два, а три представления в день.

Лика ждала своего выхода за кулисами. Перед представлением Кама заставила её немного порепетировать. Получалось с трудом: Лика старалась беречь больную руку, чтобы хватило сил выступить. Было очень больно. Голова горела. Тётя Наташа, проходя мимо, ласково пощупала у девочки лоб и буквально переменилась в лице.

– Кама! – закричала она. – Кама! У неё жар!

Цыганка лишь пожала плечами. Мол, что я могу, Дито приказал, а я с ним не спорю.

И вот – объявили выступление «Танцующей под куполом». Анжелика вышла на арену. Её оглушал барабанный бой, а яркий свет прожекторов бил по глазам. Девочка поклонилась и прыгнула на качели, которые понесли её под купол цирка. Закружилась голова, и Лика что есть силы вцепилась в перекладины. Она с трудом сделала пару несложных трюков – мешала больная рука. Зрители одобрительно хлопали. Прыжок, поворот, шпагат… Девочка под куполом цирка показывала чудеса акробатики.

Ника и Тим с родителями вбежали в зал как раз перед выступлением Лики. Отстояв очередь в кассу, они купили последние четыре билета на самые неудобные места. Ника сразу увидела подругу, которая как раз начинала своё выступление.

– Мама, папа, вот она! – показала Ника на девочку под куполом цирка. Мама громко охнула. Все четверо замерли на лестнице в проходе между секторами.

Лика никого не видела. Она сосредоточилась на выступлении и смотрела только на блестящую трапецию, с которой ей предстояло прыгать вниз. Девочка старалась не думать, что будет, если она выступит плохо. Номер подходил к концу. Она сделала последнюю стойку, сальто тоже получилось как надо, но тут Лика схватилась за канат больной рукой, и перед глазами у неё потемнело. Девочка разжала пальцы и полетела вниз. Парашют, вшитый в её костюм, раскрылся только наполовину.

Зрители повскакали со своих мест. Какой-то мужчина с первого ряда кинулся на арену и успел подхватить Лику на руки. Ника с родителями и Тимом тоже бросились на арену. С другой стороны зала из-за кулис вылетел Дито и решительным шагом направился к упавшей артистке. Он был вне себя от злости и собирался задать жару и вылезшим на арену зевакам, и девчонке, провалившей выступление.

– Разойдитесь! – орал он. – Вернитесь на свои места!

Где-то рядом с цирком завыла полицейская сирена. Затем раздался свисток – это вошли в зал полицейские, которых вызвал по дороге в цирк Никин папа. Завидев их, Дито бросился бежать, но тут из-за кулис вышла тётя Наташа со своими собаками.

– Фас, – коротко сказала она, и огромная чёрная псина в два прыжка догнала Дито и повалила его на пол. Двое полицейских помогли ему встать. Чтобы надеть на цыгана наручники и увести с арены.

– Я до тебя ещё доберусь, собачница! – кричал Дито, покидая цирк. Но его уже никто не слышал… В зале стоял невообразимый шум и гам.

Лику положили на красное сукно арены. Она с трудом понимала, что происходит. «Доченька, доченька», – приговаривала склонившаяся над ней женщина, очень похожая на портрет в Ликином медальоне. «Мама?» – прошептала Лика. Почему-то у неё слипались глаза. Хотелось спать. У Лики больше не было сил сопротивляться навалившимся на неё боли и усталости, она закрыла глаза и провалилась в тягучее, туманное забытьё…

Анжела почувствовала на своей щеке что-то тёплое и нежное. Девочка осторожно открыла глаза. Она лежала на большой кровати в совершенно незнакомой комнате. Окна были занавешены шторами. На краешке кровати сидела молодая женщина, удивительно похожая на ту, чей портрет хранился в Ликином медальоне.

– Мама? – спросила девочка. Здоровой рукой она потянулась к медальону, но открыть его так и не смогла. Женщина кивнула. На её щеках блестели слёзы. – Мама? Это не сон?

Женщина улыбнулась и снова кивнула. Лика попыталась сесть, но тут же упала в объятия своей мамы.

– Мама…

Она повторяла это слово множество раз, пробуя его на вкус. Мама. Лика никогда никого так не называла, считая, что мама бывает только одна, только один раз в жизни.

– Мамочка… Я знала, что ты у меня есть…

– Анжелика, дочка… Шшш, не надо, не плачь… Всё хорошо, ты дома, ты нашлась…

В коридоре послышались шаги. Дверь в комнату распахнулась, и на пороге появился папа. Увидев, что Анжелика очнулась, он кинулся к ней.

– Папа!

Лика не верила своим глазам.

– Папа!

Он улыбался и гладил дочку по голове, по спутанным золотистым кудряшкам.

Когда восторги немного улеглись, папа вышел из комнаты и кого-то позвал.

– Кто там? – спросила Лика, откидываясь на подушки.

– Увидишь, – с улыбкой сказала мама.

А папа между тем впустил в комнату мальчика и девочку. Мальчик немного старше Лики, девочка…

– Ника! – закричала Анжелика, не веря своим глазам.

– Сестрёнка!

…Вот так и получилось, что путешествие в Чудесию помогло воссоединить семью. Родители нашли свою давно потерянную дочку, девочка внезапно обрела не только маму и папу, но и старших брата и сестру, лучших товарищей по играм и шалостям. У семьи Цветковых началась новая жизнь. Окружённая любовью родных, Лика быстро выздоровела и стала проводить целые дни с родителями, Тимом и Вероникой. Она не любила вспоминать о цирке, но зато приключения Ники и Лики в Волшебной стране и поиски завещания короля Рэма стали в доме излюбленной темой для разговоров. Тим немного, совсем чуточку, завидовал сёстрам, ведь ему не доводилось сражаться с чудовищами, летать на спине у орла и кататься верхом на единороге. Больше всего на свете он хотел когда-нибудь попасть туда вместе с ними. А если чего-то очень хочешь, оно обязательно случится.

Но об этом – позже.

А пока —

Конец.

2013–2016

Цитата из книги А. М. Волкова «Огненный бог Марранов» (Примеч. ред.).