Я вдохнула полной грудью — и тут же закашлялась, захлёбываясь влажным липким воздухом, наполненным терпкими, незнакомыми запахами. С трудом открыла глаза, но зрение отказывалось сфокусироваться: всё вокруг расплывалось в мерцающем полумраке, пронизанным странным, пульсирующими огнём. Где я? Последнее, что помнила — укус змеи в зоопарке. Кажется, рептилия даже что-то сказала мне перед тем, как я потеряла сознание. Хотя, наверное, это были галлюцинации, вызванные ядом, не иначе, — ведь говорящих змей не существует.

Тело пронзила противная неконтролируемая дрожь. Холод вокруг был странный, не такой, к какому я привыкла, — не сухой, морозный, а влажный, проникающий под самую кожу и устремляющийся в кости. Ощущение, будто меня заживо похоронили в ледяном киселе.

Кожа покрылась россыпью колючих мурашек, и я вдруг поняла, что полностью обнажена. Это открытие сразу разбудило в мозгу череду картин, одна другой краше: возможно, я умерла и оказалась в морге, или сейчас нахожусь на алтаре сатанистов, одурманенная какими-то веществами.

В любом случае надо уносить ноги! Ноги... Их не было. Точнее, я их не чувствовала. Вместо них... какое-то длинное, гибкое, покрытое чем-то скользким и холодным. Инстинктивно схватилась за это...нечто. Господи, чешуя?!

Паника накрыла сознание, как волна. Наверное, это последствия укуса, и я брежу. Или со мной случилось то же самое, что с Питером Паркером в Человеке-пауке после укуса арахнида? Кем же я оказалась...чем? Змеёй? Русалкой из кошмарного сна?

В панике я попыталась встать, но равновесие никак не желало ловиться. Странное змеиное тело извивалось и норовило выскользнуть из-под меня. Неуклюже, как будто новорождённый жеребёнок, я барахталась в этой густой темноте, пытаясь хоть что-то понять.

— Не надо нервничать… — раздался странный шелестящий голос. — Всё хорош-ш-ш-шо, Ш-ш-шаи! Твои ноги на мес-с-сте, просто наш мир учится принимать тебя. Скоро они появятся там, где и должны быть.

Только вот нервничать я начала ещё сильнее, ибо голос прозвучал прямо в моей голове. В моменты паники во мне срабатывает условный рефлекс, выработанный поколениями: беги, обдумаешь всё потом. Так я и поступила. С трудом оторвавшись от гладкой каменной поверхности, предприняла рывок всем телом вперёд, не слишком задумываясь, куда вообще собираюсь бежать.

Но тут на моём пути словно из-под земли вырос высокий мужчина с седой шевелюрой, внушительным обнажённым торсом и странными золотистыми глазами с вертикальными зрачками. Не в моём положении было выбирать, поэтому я слабо прошептала: «Помогите! Со мной что-то происходит! Наверное, меня похитили и накачали каким-то ядом!». С этими сумбурными словами я схватилась за его мощное предплечье.

Мужчина с испуганным шипением, переходящим в крик боли, отдёрнул руку и начал отползать от меня. Отползать…? Я не верила своим глазам: мощный торс незнакомца заканчивался чёрным змеиным хвостом с серебристым отливом.

Глупо хихикнув, я потёрла глаза, словно это могло помочь, и, наконец, потеряла сознание.

Ну кто назначает свидание в зоопарке… Только нищеброд, у которого нет денег на кафе. Ещё и за билет пришлось само́й заплатить, ибо мой спутник задерживался. Несмотря на приход весны, дубак стоял такой, что зубами отбивала чечётку, — а вот нечего было наряжаться в платье и тонкие колготки! Нашла на кого производить впечатление, Лёшеньке бы и в джинсах с начёсом я понравилась. Да и шапку тоже стоило надеть, а то уже уши отваливаются.

От злости захотелось расплакаться… Ну что за мужчины пошли? А может, со мной что-то не так, и я сама выбираю «никчемушников», мямлей и маменькиных сынков, которым только сопли подтирать да котлетки на пару готовить. Хотя к моим двадцати пяти опыт общения с мужчинами был не очень велик, но разочарование уже начинало заползать в мою душу.

«Хочу настоящего мужика!» — прошептала я, загадывая желание, и даже зажмурилась.

— Девушка, вы чего на входе застыли? Людям пройти не даёте! — раздался сзади недовольный женский голос.

Глаза пришлось открыть, ибо в спину меня подталкивала неопрятная тётка, держащая за руки двух девочек-близняшек.

Странно, как я вообще оказалась у павильона с названием «серпентарий»… По идее, он должен был остаться в стороне. Но чтобы не создавать пробку, я послушно шагнула внутрь помещения. Ну, по крайней мере, здесь было хотя бы теплее.

— Дорогие гости! Подходите ближе, не бойтесь! — приветливо подзывала работница зоопарка. — Вы как раз вовремя. Сейчас у нас будет кормление змей. Те, кто боятся, лучше встаньте в задние ряды.

«Я боюсь!» — захотелось закричать мне, но суровая тётка с двойняшками уже выпихнула меня вперёд, отрезая путь к отступлению. Ладно, посмотрю одним глазком, а если будет совсем жутко, то отвернусь. Тем более, между мной и змеями высокое стеклянное заграждение, да и вряд ли я буду им интересна в качестве обеда, разве что у рептилий слабость к заледеневшим расстроенным девушкам в капроновых колготках.

Работница зоопарка что-то увлечённо рассказывала про своих подопечных, но я не слушала, с интересом и каким-то странным волнением рассматривая огромную чёрную змеюку, свернувшуюся в самом углу вольера и не обращавшую ни на кого внимания. Было что-то загадочное, мощное и пугающее в этой рептилии.

Неожиданно змея открыла янтарные глаза, глядя прямо на меня. Мои ноги будто приросли к полу. Я хотела отступить, но не могла даже пошевелиться, загипнотизированная этим созданием. Грациозные волнообразные движения только усиливали моё состояние, вводя в своеобразный транс. Вот змея уже достигла стеклянного барьера, собралась в тугую спираль и словно взлетела в воздух.

Мне хотелось кричать, но с губ сорвался лишь хриплый стон, а сердце забилось, словно у кролика при виде хищника. Кажется, я сейчас тоже стану добычей. Люди разбегались в разные стороны, и лишь я не могла пошевелиться, глядя на змею, поднявшуюся на хвост и покачивающуюся напротив моего лица.

— Хочешь-ш-ш-шь настоящего мужика? — прошипела она, а мне стало совсем дурно, ведь змеи не умеют разговаривать. — Я отправлю тебя туда, где ты его встретиш-ш-шь! Даже сразу двух!

Короткая вспышка боли от укуса в шею пронзила меня разрядом тока, а по венам потёк обжигающий яд, похожий на жидкую кипящую лаву, унося меня в темноту.

__________________________________

Дорогие читатели, эта история пишется в рамках литмоба " Нагая страсть"

— Ради Морской Матери и богов Бездны, успокойся, Ш-ш-шаи! — произнёс седовласый, держась от меня на почтительном расстоянии.

Я слабо пошевелилась, приходя в себя, и вновь взглянула на хвостатого незнакомца. Складывалось впечатление, что он меня просто боится. Незнакомец потёр то место, до которого я дотронулась, — оно было покрыто волдырями, словно моё прикосновение обожгло кожу.

— Где я? И почему вы называете меня Шаи? — слабо произнесла я, устриаваясь поудобнее на камне, ибо ноги, а точнее — хвост отказывались меня держать, а перед глазами всё плыло. — И какого хрена вообще происходит?

Последнюю фразу я произнесла уже достаточно громко и весьма зло, ибо нервы мои были на пределе… Сперва неудачное свидание, затем укус змеи, а теперь вот это странное мракобесие. Если это посмертные галлюцинации, то надо отметить, крайне неприятные, можно было бы и повеселее картинку подобрать.

— Успокойся и просто попробуй увидеть это место! — вновь прозвучал в моей голове голос незнакомца.

Хотелось ответить какую-нибудь колкость, но сейчас было не до пикировки с хвостатым. Я сделала глубокий вдох, отметив, что уже привыкла к здешнему воздуху, казавшегося мне сперва липким и тяжёлым. Надо увидеть это место… Закрыв глаза, я попыталась расслабиться, а когда подняла веки, невольно вскрикнула, — давящая темнота, прорезаемая пульсирующими огнями, сменилась целым миром, непохожим ни на что из виденного раньше.

Сейчас я, наконец, увидела огромную пещеру, наполненная светящимися то ли грибами, то ли кристаллами, свисающими с потолка. Стены из тёмного, словно обожжённого камня, были украшены причудливыми перламутровыми и коралловыми узорами, отражающими биолюминесцентное свечение и умножая его. Где-то внизу неспешно катила светящиеся лазурные воды полноводная река.

Я ожидала, что сейчас меня накроет приступ клаустрофобии, но этого не произошло, вместо него меня наполняло любопытство и какая-то детская радость от того, что оказалась в столь необычном, невероятном месте. Всё здесь дышало какой-то уникальной гармоничной красотой, ведь пещера была не просто полостью в земле, она служила чьим-то домом. Грациозные мосты; уступы, на которых размещались строения, испещрённые символами; высокие шпили-сталагмиты, казавшиеся острее иглы…

Но это было не самое странное. Ещё более удивительными были существа, скользившие между постройками, люди со змеиными хвостами вместо ног. Они! Это же... наги! Существа древних легенд, чудовища из восточных мифов! И судя по всему, теперь я один из них. Или нет?

Седовласый же обещал, что моё тело примет нормальный вид. Я опустила и выдохнула с облегчением: ноги и впрямь вернулись на место. Только это самое место было сейчас обнажено. Тонко вскрикнув, я, наконец, попыталась прикрыть руками свою наготу.

— Я хочу домой! — произнесла я, стараясь говорить спокойно, но голос сорвался на истеричный визг.

— Ты уже дома, Ш-ш-шаи!

— Что значит я уже дома? И перестаньте называть меня Шаи! Меня зовут Рита! А лучше Маргарита Викторовна! — недовольно произнесла я. — Мой дом явно не здесь!

Я обвела рукой пещеру и скривилась, пытаясь наглядно продемонстрировать своё недовольство происходящим. Но седовласого хвостатого собеседника было не пронять.

— Ты слаба и нуждаешься в отдыхе после перехода! — прозвучал его голос в моей голове. — Мы поговорим позже.

Он кивнул куда-то в сторону, и вдруг рядом с ним появились ещё два нага, словно из-под земли вынырнули. Я ойкнула и уставилась на этих красавцев, не в силах отвести взгляда. Рослые, широкоплечие, с идеальными прессами, на которых только бельё стирать. Они были чем-то похожи, возможно, дело в янтарно-жёлтых глазах с узкими вертикальными зрачками, но при этом различались.

Тот, что стоял ближе и разглядывал меня с лукавой улыбкой, был обладателем длинной густой шевелюры синего цвета, которая удивительно шла его аристократичному лицу и бледной коже. Хвост у красавца переливался всеми оттенками морской глади в погожий день.

Второй наг был крупнее и мускулистее. Его огромные плечи, сильные руки и мощную грудь украшала вязь татуированных символов. Мужественное волевое лицо с упрямым подбородком и строгими бровями, меж которых залегла суровая складка, одновременно внушало страх и восхищение, — это было лицо настоящего воина.

— А она симпатичная! — произнёс синеволосый, буквально ощупывая меня взглядом. — Но я не чувствую в ней силы Шаи! Ты уверен, что призвал ту, что нам нужна, старик. Мне кажется, это обычная человечка, хоть и неплохо сложенная!

Я попыталась прикрыть руками обнажённое тело, но нахальный красавчик послал мне воздушный поцелуй, а затем порочно облизал губы языком, который был чуть раздвоенным на конце. От этого недвусмысленного жеста тут же залилась краской смущения, но при этом испытала странное возбуждение. Интересно, какие штуки может выделывать загадочный змей этим языком.

«Рита, прекрати! Ты что, мечтаешь о сексе с мужчиной, у которого есть хвост? Да ещё и в такой ситуации!» — одёрнула я себя.

— Она та самая! — спокойно произнёс седовласый и продемонстрировал ожог на предплечье, оставшийся после моего прикосновения.

— Ты посмотри на неё! Она же слаба! Как такая девка сумеет закрыть врата Бездны? Да она сейчас в обморок упадёт от страха! — низким голосом произнёс воин, практически впечатывая слова в окружающее пространство.

Меня вдруг обуяла такая злость, что пальцы закололо, а подбородок затрясся. Мало того что я сижу в какой-то пещере на камне абсолютно голая в компании трёх хвостатых мужчин, так они ещё и обсуждают меня так, словно я какая-то вещь.

— Я не собираюсь терять сознание! — раздражённо произнесла я. — И хватит разговаривать так, будто меня здесь нет! Я требую немедленно объяснить, каким образом я оказалась в этом месте и какого хрена вообще происходит!

Мужчины переглянулись и одобрительно хмыкнули. Кажется, моё эмоциональное выступление их рассмешило, но при этом вызвало уважение.

— Надо же, а человечка с характером! — промурлыкал синеволосый, подползая ближе ко мне, нависая сверху и пронзая меня горячим взглядом удивительных глаз.

Я вдохнула его запах, и голова закружилась: смесь аромата свежескошенной травы, специй и раскалённых камней, на которых плеснули воду. Удивительно приятно, гармонично и одурманивающе. Пришлось даже потрясти головой, чтобы стряхнуть гипнотическое оцепенение и жгучее желание, которое вызывал во мне этот странный мужчина.

— Не надо у меня над душой стоять! Не люблю этого! — сообщила я строго.

— Глядите-ка, а на неё даже не действует моя магия! — с удивлением прошептал он.

— Вам, Лазурным, лишь бы баб совращать! Только членом думать умеете. Наш мир, Затопленный шёпот, вот-вот погибнет, а ты мечтаешь, как трахнуть человечку! — грубо произнёс воин.

Всего мгновение, и он возник рядом, с силой хватая меня за плечо. Я не успела даже испугаться, но вдруг мужчина сдавленно зарычал и отдёрнул огромную тяжёлую ладонь, глядя на неё с недоумением.

— Это и впрямь Шаи… — прохрипел он, демонстрируя остальным ожог.

Синеволосый и воин вновь переглянулись, словно обмениваясь мыслями, а затем разом слегка склонили головы передо мной.

— Приветствуем тебя, спасительница! — выдохнули они хором, словно репетировали.

Спасительница? Я? О чём идёт речь? Эй, хвостатые ребята, кажется, вы ошиблись! Не хочу я никого спасать, мне бы домой вернуться!

От происходящего кружилась голова. Казалось, что я просто попала в кошмарный сон.

— Отпустите меня! Я хочу домой! Я не спасительница, не Шаи или кто-то ещё! Вы ошиблись! Я — обычная девушка! Учтите, меня будут искать! У меня в полиции знакомые работают! — громко закричала я, тут же понимая абсурдность своих угроз этим хвостатым земными органами внутренних дел.

— По-ли-ция? — повторил по слогам синеволосый. — Что это?

Сил на то, чтобы объяснять что-либо у меня уже не было. Слабость и апатия накрыли с такой силой, что просто хотелось лежать на прохладной поверхности камня в позе эмбриона и смотреть в стену. Кажется, моя батарейка разрядилась.

— Принесите носилки и одежду для Ш-ш-ш-шаи! — сурово прошипел седовласый. — Она потеряла слишком много сил при переходе. Нужно быстрее доставить её к лекарю, иначе она впадёт в анабиоз.

— Я уже там! — сказала я с грустной усмешкой и отвернулась от надоевших хвостатых.

Хотелось тишины и покоя. На какое-то время я получила желаемое, но вдруг услышала шуршание совсем рядом.

— Тебе нужно одеться, Ш-ш-шаи! — вновь заговорил седовласый, обращаясь ко мне, будто к капризному ребёнку.

Я решила игнорировать надоедливого типа. Мне и так неплохо, даже уже успела привыкнуть к своей наготе. Собственный пофигизм показался бы мне удивительным, если бы, конечно, у меня были силы на удивление. Поэтому просто продолжала валяться, прикидываясь мёртвым опоссумом, надеясь что, вдруг у меня получится, и от меня отстанут.

— Хватит с ней нянчиться! — раздался низкий рокочущий голос здоровяка в татуировках. — Я притащил рукавицы из кузницы, так что теперь могу к ней прикоснуться.

Вот ведь хитрый жук, точнее — змей! И впрямь кто-то легко схватил меня и поднял в воздух, словно я была Дюймовочкой. Парни, с которыми я встречалась, подобных трюков проделать не могли. Поэтому испытала нечто похожее на удовольствие, не часто на руках тебя носят красавцы, пусть и хвостатые. А затем меня не слишком почтительно сбросили на широкие носилки, а сверху ещё и укрыли каким-то подобием плаща. Воин и синеволосый ловко схватились за ручки носилок и поползли вперёд. Убаюкивающее движение и тепло от согревающей накидки навевали дремоту, которой я с трудом противостояла. Всё же хотелось рассмотреть место, в котором оказалась волею судьбы.

Мне удалось немного приподняться, чтобы лучше рассмотреть окружающее. Коридоры были освещены не только грибами-кристаллами, но и факелами, прикреплёнными к стенам. Их тусклый свет отбрасывал длинные, танцующие тени, искажая и без того причудливые формы пещеры. На стенах виднелись барельефы — изображения змееподобных божеств, сцен охоты и ритуалов. Я чувствовала, что каждая из этих картин рассказывает свою историю, но пока было не в состоянии их понять.

Мужчины, несшие меня, не обращали на меня никакого внимания, как будто я была неодушевлённым предметом. Их лица казались непроницаемыми, а движения — отточенными и механическими. Они были как будто запрограммированные машины, выполняющие свою задачу.

Мы вышли на развилку. Один коридор вёл вглубь тьмы, другой — в сторону, где, казалось, виднелось больше света. Наги повернулись к свету, и через некоторое время мы оказались в просторной комнате.

Это было что-то вроде лазарета. Моё безразличие тут же исчезло, когда окинула взором представшую картину. Вдоль одной из стен пещеры были вырублены грубые неровные платформы, а, может, они были и естественного, нерукотворного происхождения, на которых располагались наги — раненые, больные, искалеченные. Одни лежали на чёрных, глянцево поблескивающих каменных плитах, другие сидели, прислонившись к стенам. Воздух здесь был пропитан запахом трав, лекарств и... гноя. А ещё тут везде была боль, которую я вдруг ощутила на себе, будто была каждым из этих существ в отдельности.

— Что здесь произошло? — спросила взволнованно, посильнее закутываясь в плащ, так как меня начало знобить.

Синеволосый и воин коротко переглянулись и как-то виновато опустили взгляды.

Я ожидала, что ответит более разговорчивый красавчик с лазурным хвостом, но вместо него заговорил второй мужчина.

— Это война кланов! Здесь те из раненых, кого удалось спасти! — произнёс он с болью в голосе.

Только сейчас я обратила внимание, что все раненые чем-то напоминают моих спутников, условно их можно было разделить на синехвостых и чернохвостых. Первые были бледнее, элегантнее и обладали удивительно правильными чертами лица. Вторые — отличались крепким телосложением, а большинство из них имели на теле татуировки с непонятными символами. Так, значит, это противоборствующие стороны? Непременно узнаю об этом потом, сейчас не было сил даже на то, чтобы думать.

Наги, ухаживающие за больными, были одеты в белые наряды, на их лицах виднелись маски, закрывающие большую часть лица. Они двигались спокойно и уверенно, но вместе с тем слегка сгорбившись, как будто тяжело переживая боль и страдания пациентов.

Мои спутники переложили на одну из каменных платформ в самом углу зала, вдалеке от остальных пациентов. Камень был холодным и влажным, и я невольно поёжилась, кутаясь в плащ. Кажется, здесь в порядке вещей лежать на голых камнях. Только вот для человеческого, а тем более, женского организма такое точно противопоказано.

Один из лекарей с уставшими, но решительными глазами подполз к нам.

— Возможно, что эта человечка — наша Шаи! — с некоторой гордостью произнёс синеволосый. — Мелихор приказал позаботиться о ней!

Медик неопределённо хмыкнул, но в усталых глазах вспыхнул настоящий интерес. Он резко откинул плащ, которым я укрывалась, и начал деловито и бесстрастно осматривать моё тело, проверять пульс и заглядывать в глаза.

«Она слаба», — произнёс он, обращаясь к моим спутникам. — «И обессилена. Её тело не приспособлено к этой среде. Но ранений нет. Просто истощение. Можете возвращаться к жрецу и сказать, что я позабочусь о Шаи».

— Ты отлично знаешь, что мы с этим Лазурным чешуйчатым не можем оставить Шаи, хоть я бы с удовольствием оказался подальше и от вас всех! Моё место вместе с воинами моего клана, а не с врагом и земной девкой! — раздражённо произнёс татуированный здоровяк. — Но теперь я неотлучно должны быть рядом, если она та, что обещана пророчеством, и отдам за неё последнюю каплю крови!

Снова какие-то загадки...

Лекарь достал из сумки, висевшей на поясе, небольшой глиняный сосуд. Аккуратно обмакнув пальцы в его содержимое, он положил руки на мои виски и аккуратно нажал. Я дёрнулась от неожиданности, но сил на то, чтобы сопротивляться, всё равно не было. Мазь пахла травами и чем-то пряным, похожим на перец. Кожа буквально начала гореть, но через некоторое время я почувствовал облегчение, ощущая, как уходит боль и тревога. Спать захотелось ещё сильнее. Я зевнула так, что даже челюсть чуть хрустнула.

— Это поможет восстановить силы! — сообщил лекарь. — Теперь нужно отдохнуть, чтобы быстрее справиться с последствиями перехода.

С этими словами он направился к другим пациентам, которые точно нуждались в его помощи сильнее, чем я. Синеволосый и татуированный застыли с двух сторон ложа, словно каменные истуканы, то ли собираясь охранять мой сон, то ли контролируя, чтобы я никуда не сбежала. Только вот сил на побег у меня точно не было, поэтому просто лежала на каменной платформе, наблюдая за жизнью лазарета. Вокруг стонали, кашляли и бормотали раненые. Некоторые наги смотрели на меня с любопытством, другие — с безразличием. Я чувствовала себя чужой, инородным человеком в этом странном и жестоком мире.

«Ну и чёрт с вами! Я здесь оказалась не по собственной воле, и вы мне тоже не особо нравитесь, вообще недолюбливаю змей!» — подумалось мне сквозь накатывающую дрёму.

Наконец, странное притирание оказало своё действие, и я провалилась в сон, который был беспокойным и полным кошмаров. Я видела себя то человеком, то змеей, то чудовищем из глубины. Но страшнее всего был холод, который пронизывал всё моё тело, казалось, что внутри меня поселилась вечная мерзлота, которой не страшно никакое глобальное потепление.

Даже сквозь сон услышала, как клацают мои зубы от холода. Казалось, что никогда не смогу согреться и сама превращусь в ледяной, безучастный ко всему камень, на котором лежала. Но вдруг произошло что-то странное… Я почувствовала себя так, словно меня засунули в раскалённую вафельницу: спереди и сзади стало горячо и твёрдо. Попробовала стряхнуть сонную муть, но вместо этого лишь глубже провалилась в забытье, радуясь тому, что наконец-то согрелась.

Не знаю, сколько времени длилось моё небытие, но когда проснулась, то почувствовала себя немного лучше. Только вот пробуждение подарило мне новый сюрприз: я обнаружила себя зажатой между двух мощных тел моих спутников, обнимавших меня с обеих сторон сквозь тонкую ткань накидки. Боже, ни разу ещё не просыпалась в объятиях двух мужчин, да не просто мужчин, а самых настоящих нагов. Сквозь шелковистую ткань я ощущала каждую мышцу их рельефных, мощных тел, от которых шёл жар, вызывающий внутри меня ответную реакцию. В районе пупка и ниже начал разгораться настоящий пожар, грозя заполнить всё моё тело и выжечь дотла последние мысли, которые и так вяло трепыхались в голове. Что-то безумно порочное и волнительное было в происходящем, поэтому я просто взвизгнула, испугавшись не самих красавцев, а моей странной реакции на их близость.

— Отпустите меня, нахалы! — запищала с видом барышни-курсистки, увидевшей пьяного лифтёра.

— Кажется, ей лучше! — с усмешкой произнёс синеволосый, неспешно и грациозно сползая с камня.

— Неблагодарная человечка! — в тон ему ответил татуированный.

Оставшись без тепла нагов, вдруг ощутила себя одинокой и слабой! На меня совсем не похоже: я же привыкла не полагаться на мужиков! Но тело больше не дрожало, и я смогла немного приподняться и попробовать понять, что делать дальше.

— Я хочу одеться… — произнесла, обращаясь к своим то ли охранникам, то ли тюремщикам.

— Наряд для Шаи готов! — с поклоном, после которого последовала лукавая усмешка, произнёс синеглазый, кивнув на свёрток, лежавший в изголовье.

— Что значит Шаи? Почему вы называете меня так? — не выдержала я.

— Шаи — это спасительница на языке шериус! Та, что предсказана легендой!

— С чего вы решили, что я — Шаи?

— Лучше тебе ей оказаться, человечка! — резко бросил татуированный, обжигая тяжёлым испытующим взглядом. — А теперь одевайся, хотя мне нравилось смотреть на твоё обнажённое тело. Тебя ждут в храме! Там мы и проверим, действительно ли ты там, кто нам нужен!

Храм... Это звучало как-то зловеще. Что меня ожидает в храме? Суд? Жертвоприношение? Или, может быть, ответы на мои вопросы?

Непослушным подрагивающими руками я всё же, наконец, облачилась в одежду, принесённую моими спутниками. Пока я одевалась, они прикрывали меня от взоров остальных, заслонив своими широкими спинами.

С чувством стиля и умеренности у нагов явно имелись проблемы, а, может, я просто слишком привыкла к удобным джинсам и неприметным свитерам. Сейчас, облачённая в длинное золотое платье из струящейся ткани с глубоким декольте и более чем игривыми разрезами по бокам, чувствовала себя нелепо и несколько сковано. Любое неосторожное движение грозило оголить слишком много плоти. Хотя недавно я ощущала свою наготу почти естественной, но обретя одежду, вдруг стала стесняться оголённого тела.

Спутники обернулись ко мне, и в их янтарных глазах мелькнул странный огонь, а узкие зрачки-чёрточки расширились, заполняя почти всю радужку. Это было одновременно пугающе и маняще, словно я всматривалась в тёмные, бездонные омуты, так и зовущие погрузиться на глубину.

— Нас ждут! — напомнил татуированный с обычной резкостью.

Я встала на ноги и с удивлением поняла, что они меня уверенно держат, а после пары шагов к ним вернулась сила. Только вот идти по каменной пещере в полутьме, которую рассеивал лишь лишь свет странных грибов и кристаллов, оказалось тем ещё испытанием. Но я решила, что больше не покажу змеям своей слабости. Они ещё узнают, что я не просто человечка, а сильная женщина, которая заслуживает уважения.

С этой мыслью я и спешила за татуированным, слыша, как позади с мелодичным тихим шуршанием следует синеволосый, завершая нашу странную процессию. Мы шли по узким коридорам, поднимаясь все выше и выше. Стены становились все более ровными и украшенными, а свет — все ярче.

Наконец, мы вошли в огромный зал, потолок которого терялся где-то в высоте. Кажется, это и был храм. Пещера была освещена тысячами огней, испещряющих стены, и образующих странные знаки. В центре зала стоял огромный недобро поблескивающий алтарь из чёрного обсидиана.

А вот то, что на алтаре лежали кости, черепа и какие-то блестящие предметы, мне сильно не понравилось. Вдоль лопаток метнулась россыпь мурашек, а колени предательски задрожали. Вокруг алтаря стояли наги в белых одеяниях, а на их лицах виднелись закрытые чёрные маски с прорезями для глаз.

У меня появилось желание оказаться где угодно, лишь бы не здесь. Свидание с неприятным жмотоватым Лёшей казалось мне сейчас прекрасным и желанным, — лучше бы я сама его в кафе пригласила тогда, может, и не оказалась в этом жутком месте… Но история не знает сослагательных наклонений

— Приветствую тебя в храме, Ш-ш-ш-шаи! — раздался вдруг знакомый голос седовласого, который мне первым встретился здесь. Сейчас он стоял перед алтарём в золотых одеяниях, а на его голове был убор, украшенный крупными драгоценными камнями. Судя по всему, это был Верховный жрец.

— Не бойся! — произнес он. — Здесь тебя никто не обидит! Слово Мелихора, Верховного жреца. Мы лишь хотим помочь тебе узнать, кто ты!

В его голосе не было ни угроз, ни зла. Только любопытство и... надежда?

«Я и так отлично знаю, кто я!» — захотелось крикнуть мне, но слова будто застряли в горле

Верховный жрец, заметив моё замешательство, мягко улыбнулся, обнажив ряд ровных белых зубов, среди которых выделялись заострённые узкие клыки.

— Не бойся, землянка, — повторил он. — Мы чувствуем твою растерянность. Путь к знанию долог и труден, но мы поможем тебе.

— А если я не хочу никаких знаний? — выдохнула я.

Верховный жрец лишь взмахнул рукой, и один из служителей, стоявших у алтаря, подполз ближе, неся золотую чашу, наполненную дымящейся жидкостью.

— Магия Бездны говорит нам многое, землянка. Мы видим нити, связывающие тебя с нашим миром, чувствуем силу, бурлящую в твоём теле. Но не волнуйся, мы не враги, а лишь те, кому нужна твоя помощь!

Отличный, конечно, способ попросить о помощи… Так сказать, добровольно принудительно! Но, кажется, у меня просто не было выбора.

— Если я помогу, вы вернёте меня домой? — спросила я, глядя прямо в лицо Мелихора.

Почему-то я была уверена, что это ему под силу.

— Даю слово! — пообещал он, поднимая правую руку. — А теперь сделай глоток, чтобы узнать, кто ты есть. Это эликсир Бездны, он открывает двери в самые глубины сознания и даёт ответы на вопросы. Но будь осторожна, Ш-ш-шаи. Ты можешь узнать вещи, которые предпочла бы не знать никогда.

Страх снова захлестнул меня… Так себе напутствие, но на что не пойдёшь ради возвращения домой! Служитель протянул мне чашу. Жидкость внутри пузырилась и переливалась всеми цветами радуги, как будто миниатюрная вселенная. Запах был странным, — этакая смесь благовоний и озона.

Я взволнованно взяла чашу. Руки дрожали, но сделала глубокий вдох и поднесла ее к губам. Жидкость была холодной и обжигающей одновременно. Я выпила всё одним глотком…

Мир взорвался миллиардами цветов и звуков. Голова раскалывалась, в глазах мелькали образы: вспышки, змеиная чешуя, лица нагов, чудовища, появляющиеся в самых тёмных уголках пещер, планета Земля, пожары, голод, войны… Все смешалось в хаотичном вихре.

Я стояла на коленях, хватаясь за голову, пытаясь удержаться на грани безумия. Видения нахлынули, словно цунами… Видения будущего. Войны между кланами нагов, вторжение из Бездны, уничтожение Затопленного Шепота. И лишь один шанс предотвратить катастрофу.

Этот шанс — я. Не знаю, каким образом, но должна помочь нагам, ведь твари, приходящие через врата в самом низу царства змеев, сожрали уже не один мир. И следующим на очереди был мой! Да, Верховный жрец был прав, я и есть Шаи, та, что предсказана легендами, та что может спасти мир нагов и Землю, только вот эти чёртовы легенды и роящиеся в голове образы не давали даже намёка на то, как это сделать.

Бессильная злость сковала всё тело, мышцы сводило от напряжения, внутри по венам текла не кровь, а обжигающая лава, сердце колотилось с такой скоростью, что едва справлялось, казалось, что кожа горит и покрывается волдырями.

— Ш-ш-ш-шаи! — сквозь вереницу образов и непроницаемую пелену боли глухо прозвучал взволнованный голос Мелихора. — Возвращайся!

Знать бы ещё, как это это сделать, казалось, что я проваливаюсь в кроличью нору, словно Алиса Льюиса Кэролла. Видения становились всё ярче и реалистичнее, словно желали заменить собой реальность.

— Её нужно вытаскивать! — вскрикнул седовласый.

В его обычно спокойном голосе голосе явно чувствовались растерянность и страх. Судя по всему, я весьма хреновая спасительницей мира, которая не справилась с задачей ещё на стадии подготовки к спасению.

Внезапно ощутила, как мою левую ладонь сжимает чья-то мощная рука, а затем тоже самое произошло и с правой. Эти сильные, но вместе с тем нежные прикосновения стали словно спасательных кругом в шторм для неумеющего плавать. Я сцепила пальцы, стараясь удержаться, замедлить падение и поймать шаткое равновесие.

С обеих сторон одновременно раздались мужские стоны боли, но меня продолжали поддерживать. Мне не нужно было видеть, чтобы понять, кто эти двое, пытающиеся спасти меня. Мои спутники… Синеволосый Адриан и татуированный Кассис. Их имена явились мне с новой чередой образов. Казалось, что между мной и этими нагами появилась какая-то незримая связь, я буквально видела и чувствовала всё, происходящее с ними. Их боль, их надежду, их отвагу, их пылкое желание с которым они смотрели на меня, но не желали признаться в этом даже себе.

И без того горящее тело вспыхнуло новой волной, которая оказалась мучительнее, чем предыдущие. Это было острое болзненное желание близости, контролировать которое было просто невозможно. Никогда раньше не испытывала ничего подобного. Меня выгнуло дугой на алтаре и я застонала, а затем закусила губу так, что по подбородку потекла горячая струйка крови.

Мне нужны были Адриан и Кассис. Оба! Прямо сейчас, в эту секунду! Моё желание плыло по залу тяжёлой волной, которую невозможно было не почувствовать.

— Ш-ш-шаи выбрала вас! — вдруг воскликнул Мелихор.

Дальше всё происходило, будто в горячечном бреду. Я уже не понимала, кто я такая, где нахожусь и что происходит вокруг. Остались лишь ощущения.

— Прими мою клятву верности! — раздался над ухом вкрадчивый голос Адриана, а затем меня озарила вспышка болезненного удовольствия, когда он поцеловал мою шею, а затем с удивительной нежностью впился в неё острыми клыками.

— Моя кровь до капли принадлежит тебе! — решительно произнёс Кассис с другой стороны.

Его укус был более болезненным, но при этом таким властным и трепетным, что внутри всё сжалось от сладкой истомы.

Медленно, но неотвратимо я выныривала из странного забытья, которое только что чуть не поглотило меня навечно, если бы не спутники. Сейчас я чувствовала, что наши сердца бьются в книсон, словно у нас один пульс на троих. Их сильные но нежные руки ласкали мою кожу, гладили, сжимали, даря наслаждение, вытеснявшее боль и ужас пережитого.

Я невольно подалась навстречу этим ласкам желая продолжения и плавясь, будто воск зажжённой свечи.

Но как это возможно? Ведь мои прикосновения обжигают нагов, причиняя невыносимую боль! С трудом открыв глаза я увидела лица спутников, склонённые надо мной. На обожжёных губах запеклась то ли моя, то ли их кровь. Но я продолжала чувствовать их прикосновения, жаркие и волнующие.

— Не бойся, Шаи! — прошептал Адриан. — Теперь можно…

— Теперь можно всё! — подхватил Кассис.

Их слова звучали как обещание небывалого наслаждения.

— Лапы убрали, нахалы! — заявила я, хотя, конечно, хотела я как раз продолжения ласк.

Поправив золотистое платье, которое сейчас скорее оголяло, нежели прикрывало тело, я обвела взглядом нагов. Адриан, ехидно выгнув бровь, облизывал опалённые губы. Кассис сложил руки на груди и превратился в каменное изваяние. Верховный жрец и служители обменивались взволнованными недоумёнными взглядами.

— Ш-ш-шаи… — протянул Мелихор, но я прервала его.

— Она самая! — пробурчала недовольно. — И, кстати, весьма голодная и уставшая Шаи. Вы бы меня, прежде чем зельями поить и на алтаре видениями мучить, лучше накормили и помыться дали. Да и одежду хочется более соответствующую обстановке. У нас в таких платьях только женщины облегчённого поведения и пониженной социальной ответственности ходят. А мне, спасительнице, по статусу не положено.

Уж не знаю, откуда во мне взялся такой гонор и самоуверенность, но меня было уже не остановить. Может, избранность ударила в голову или это были последствия напитка, который я так бесстрашно отведала. Здоровенные сильные мужчины даже отступили от такого напора. Ну, кроме моих спутников, конечно. Те к моим претензиям отнеслись с каким-то удивительным спокойствием и теперь флегматично изучали стены пещеры, делая вид, что они вообще мимо проходили. На самом деле Адриан и Кассис ждали решения верховного жреца, — с иерархией и субординацией в этом мире явно всё в порядке.

— Отведите Шаи к заводи Омшар для омовения! — властно произнёс Мелихор. — А мы пока приготовим всё необходимое.

Мои спутники коротко кивнули, не произнеся ни звука, а затем я вдруг словно взмыла в воздух, едва успев пискнуть. Что за магия такая? Оказалось, что колдовство было ни при чём, — меня прижимал к себе Адриан, лукаво усмехаясь.

— А мне нравится, что я теперь могу к тебе прикасаться, человечка! — сладко промурлыкал он и прижал меня ещё крепче. — А теперь лучше обними меня и держись. Домчу тебя до заводи мигом. А то своими прелестными ножками ты будешь до часа приливов топать.

С этими словами он буквально сорвался с места, будто пущенная умелой рукой стрела. Я вновь взвизгнула, испытывая смесь страха и восторга, и даже зажмурилась. Но глупо отказываться от возможности осмотреть мир нагов, поэтому испуганно приоткрыла глаза и через плечо синеволосого увидела Кассиса, который следовал за нами не отставая. На секунду мне показалось, что его янтарные яркие глаза вспыхнули ревностью. Но я пока была не особо сильна в проявлениях эмоций змеев. Если у татуированного вообще были эти самые эмоции.

Коридоры, испещрённые сталактитами и сталагмитами, освещённые кристаллами и мерцающими растениями, проносились мимо. Чем дальше мы удалялись от храма, тем более необитаемыми и суровыми становились места. Больше не было никаких строений, утопающих в стенах пещер, исчезли мостки, шпили, переходы и балконы, украшенные специально выращенными флуоресцентными грибами. Я увидела мир нагов таким, каким он был изначально. Суровая естественная красота поражала и впечатляла.

Внезапно воздух стал влажным и тёплым, и в нём появились новые, незнакомые мне ещё запахи: нечто среднее между морским бризом, предгрозовым ароматом и запахом после кварцевания. Окружающий мир наполнился мягким зеленоватым свечением, которое лилось буквально отовсюду. Где-то вдалеке послышался шёпот волн, накатывающих на берег лениво и беззаботно.

Я завозилась на руках Адриана, желая поскорее увидеть, где же мы оказались.

— Аккуратнее, Шаи, паховая пластина, конечно, пока справляется с моим возбуждением, но твои телодвижения вызывают прилив крови! — сообщил он хрипло.

— Прилив крови куда? — поинтересовалась непонимающе.

— К члену, к чему же ещё. Мне с трудом удаётся его сдерживать, слишком уж сладкий у тебя аромат и нежная кожа…

— У тебя есть это самое...ну вот то? — ошарашенно спросила я.

Адриан коротко рассмеялся, а я почувствовала себя полной дурой.

— Вот мы и на месте! — произнёс он, ставя меня на землю и указывая куда-то за мою спину.

Обернувшись, просто не смогла скрыть крика восторга: передо мной расстилалась светящаяся водная гладь, игравшая невероятным количеством оттенков от глубокого изумрудного до бледно-голубого.

Кассис догнал нас и теперь хмуро взирал на водоём.

— Заводь Омшар достаточно тёплая из-за горячих источников, бьющих неподалёку. Состав воды подходит для твоего купания, но… — начал татуированный обстоятельно.

Но я даже не стала его дослушивать, — достаточно, что мне можно, наконец, нырнуть в эту манящую водную гладь без перспективы покрыться волдырями или отрастить себе хвост. На полном ходу сбросила платье размаху и нырнула в тёплую, нежную воду, которая обволакивала и ласкала кожу, словно поглаживая. Как же хорошо!

Вынырнув на поверхность, я подбросила в воздух руками веер переливающихся капель, напоминающих блестящие драгоценные камни. Это было настолько красиво, что забыла обо всём, наслаждаясь зрелищем. Возможно, именно залюбовавшись, и не услышала громких тревожных криков спутников.

— На берег, Шаи! Скорее! — закричали они хором, с ужасом глядя на что-то у меня за спиной.

Мне бы, наверное, надо было не оглядываться да грести к берегу, но разве же я из тех, кто слушает доводы разума? Именно поэтому и потеряла несколько драгоценных секунд, пока неловко разворачивалась в воде.

От зрелища, представшего моему взгляду, я и вовсе утратила возможность двигаться. Хотя, наверное, любой, увидевший огромную рыбину, напоминающую нашего глубинного удильщика, только размером в КАМАЗ, превратился бы в каменную статую. Частокол кривых, но острых клыков, светящаяся капля, свисающая перед оскаленной пастью, мутные маленькие глазки и мощные плавники выдавали в этой твари настоящего хищника. Вряд ли она вынырнула сюда, чтобы просто меня поприветствовать.

Странно, но вместо страха я испытала сожаление, что не смогла помочь хвостатым спасти их мир, а ведь они так верили в свою Шаи, которая сейчас в прямом смысле слова пойдёт на корм рыбе. Ох, не ту они выбрали на роль спасительницы!

Я не смогла ничего понять, когда огромная рыбина стремительно бросилась на меня, даже зажмуриться не успела, так что сполна оценила размер её монструозной пасти, но вдруг между мной и хищницей встала высокая волна, будто кто-то построил стену из воды до самого свода пещеры. Судя по тому, что я ещё была не в желудке огромного удильщика, преграда была непроницаемой.

Удивлением я покосилась на берег и заметила, как Адриан замер в напряжённой позе, на его атлетичном стройном теле чётко проступила каждая мышца, а вены налились кровью, набухая. Золотистые глаза синеволосого закатились, словно он ушёл в транс, а обожжённые губы шептали какие-то слова, неслышные отсюда.

Вдруг водная гладь возле меня вскипела и совсем рядом вынырнул Кассис, появляясь буквально из ниоткуда.

— Задержи дыхание! — коротко приказал он.

Мне не нужно было повторять дважды, я сделала глубокий вдох и в тот же момент погрузилась под воду, влекомая мощным телом татуированного нага. Наверное, так же ощущают себя дайверы с подводным буксировщиком, только вот в моём средстве передвижения лошадей, точнее — змей было точно побольше. Прошло не более тридцати секунд, как меня выкинуло на сушу.

— В заводи Омшар порой встречаются глубинные рыбы! — произнёс, задыхаясь Ассис, лёжа рядом на чёрном песке и с тяжело дыша.

Кажется, он заканчивал лекцию, которую я недослушала, убежав купаться. «В следующий раз обязательно буду слушать всё, что говорит немногословный змей!» — пообещала сама себе.

В этот момент Адриан опустил побледневшие, чуть дрожащие руки, и водяная стена обвалилась с громким всплеском и мириадами брызг.

— Человечка, как ты? — взволнованно произнёс он, молниеносно подползая ко мне.

На секунду на месте самодовольного ехидного красавца оказался заботливый испуганный мужчина… ну разве что с хвостом.

— Я жива! Причём благодаря вам. Спасибо! — выдохнула я, отплёвывая сладковато-горькую воду, которой успела наглотаться во время моей буксировки.

— Ш-ш-шаи… — недовольно прошипели мои спутники хором, глядя на меня с осуждением, будто отрабатывали эту сцену часами.

Но мы все втроём лишились дара речи, когда на берег с разгона выскочила глубинная рыбина, более несдерживаемая стеной, образованной магией Адриана.

— Ой, мамочки! — только и успела вскрикнуть я, оказавшись за широкими спинами спутников, которые уже приняли боевую стойку.

Несчастное чудовище жалобно хрипело, клацало острющими зубами и било хвостом, доверчиво глядя только на меня. Кажется, рыбина просто желала со мной пообщаться, а не рассматривала меня в качестве ужина.

С трудом растолкав нагов, стоявших плечом к плечу, я сделала пару шагов по направлению к удильщику, трепыхающемуся на песке и жалобно вздыхающему.

— Человечка, ты с ума сошла? Это Шириш, один из самых безжалостных хищников тёплых вод? — произнёс Адриан, хватая меня за плечо.

Кассис и вовсе решил обойтись без слов и просто вцепился в мою щиколотку, даже не поднимаясь с песка.

— Это же девочка! — произнесла я, стараясь выпутаться из их стальных хватов. — А ещё у неё чешется лоб между глаз, поэтому она такая раздражённая.

Не знаю, откуда у меня появилась эта уверенность, но сейчас будто оказалась в теле несчастной рыбины, распластавшейся по поверхности и жалобно хватающей ртом воздух. Кажется, я и впрямь становилась частью этого мира, который проникал в меня всё глубже, наполняя знаниями и силой.

Обратный путь я уже от водоёма проделывала на руках Кассиса. Кажется, спутники решили делить меня поровну, надеюсь, что обойдётся без расчленёнки… Наги обиженно молчали и даже не смотрели на меня. Ну, подумаешь, попросила стащить рыбину обратно в воду. Ну не оставлять же было бедняжку умирать на берегу. Никто ведь не пострадал, даже царапин нет. Хотя это, честно говоря, было чудом, — пару раз зубы Шириш клацнули в опасной близости от нагов.

В полном молчании мы домчали в храмовую пещеру, где нас уже поджидал Верховный жрец вместе со служителями. Меня передали буквально из рук в руки: татуированный просто поставил меня на землю, вновь застывая неподвижным изваянием, а Мелихор, избавившийся от своего богатого головного убора и нарядных одежд, необходимых, наверное, только для ритуалов, гостеприимно махнул рукой в сторону широкого хода, за которым оказалась небольшая, но очень уютная каверна.

Стены пещерки украсили живыми кораллами, биолюминесцентными водорослями и гирляндами из светящихся жемчужин, а на дне расстелили ковёр из мягкого морского мха, на который было так приятно ступить босыми ногами.

Самым впечатляющим было освещение. Помимо естественного света, исходившего от биолюминесцентных организмов, в каверне установили множество светильников, сделанных из прозрачных кристаллов. Они излучали мягкое, рассеянное мерцание, создавая атмосферу волшебства и таинственности.

За время купания наги явно постарались, подготавливая всё к моему возвращению: на широкой столешнице, выполненной из подобия земного малахита, были расставлены разнообразные блюда, которые выглядели весьма необычно. В мисках из створок раковин плескалась полупрозрачная переливающаяся жидкость, на плоских тарелках из листьев возвышались горки салатов, чем-то похожих на нашу морскую капусту.

— Извини, Ш-ш-ш-шаи, мы не знали твоих вкусов, да и времени не был подготовиться. Отведай наши блюда. Это суп из жемчужных моллюсков, приготовленный из мяса редких жемчужных мидий, с добавлением молока речной коровы и специй. А вот здесь салаты из светящихся водорослей. В нём самые нежные водоросли разных цветов, смешанные с кусочками крабового мяса и заправленные соусом из морских трав! — пояснял верховный жрец, кивая на каждое блюдо.

Мне сейчас было не до изучения ингредиентов, ибо несмотря на странный вид и специфический набор продуктов, пахла еда умопомрачительно. С ловкостью я нырнула за стол, устроившись на возвышении, которое к счастью, было покрыто подобием грубой ткани, вплетённой из водорослей. Предприимчивый и мудрый жрец, кажется, понял, что строение тела человеческой женщины не подходит для сидения на голых камнях.

— А вы так и будете стоять? — поинтересовалась я, с недоумением обводя взглядом мужчин, собравшихся в нескольких метрах от стола. А мои насупленные спутники и вовсе застыли возле двери, глядя прямо перед собой.

— Шаи должна вкушать трапезу одна… — произнёс Мелихор, наморщившись, словно вспоминая устав патрульно-постовой службы.

— Так дело не пойдёт! Я не могу есть, когда над душой стоит столько народа и наблюдает, как я вкушаю! Мне ни моллюски, ни водоросли ваши в горло не полезут. Здесь еды и места хватит на всех!

Я щедро и хлебосольно махнула рукой, чуть не произнеся крылатую фразу: «Гуляют все!» Мелихор коротко кивнул и занял место напротив меня, а остальные служители пристроились подальше, явно опасаясь моих случайных прикосновений. Адриан и Кассис вовсе оказались на дальнем конце стола, что меня внезапно расстроило, кажется, я даже привыкла к их присутствию ощущению силы, исходящему от их мускулистых тел.

— Расскажите мне больше о вашем мире! — попросила Верховного жреца. — Мне нужно понимать, куда я попала, чтобы помочь вам.

— Сперва ужин, а затем знания! Мозг и желудок не могут усваивать свою пищу одновременно! Застолье хорошо для неспешной дружеской беседы, а если она не клеится, то лучшим выбором будет молчание!

— Ага, я вас поняла. Когда я ем, я глух и нем! — пробурчала, беря ложку, вырезанную из чьей-то кости.

Сейчас мне было не до брезгливости и страха, — ну кость и кость, не голыми же руками есть. Тем более, я теперь спасительница и почти Мессия, так что нужно поддерживать образ.

Уже через пару минут поняла, насколько мудр был Верховный жрец: слушать я бы сейчас точно не смогла, хрустя вкуснейшим салатом из морских водорослей с добавлением тающих во рту кусочков какого-то мяса. Вкус у блюда был необычным, но очень гармоничным и сбалансированным. По впечатлениям похоже на то, как впервые попробовала суши: сначала странно и непонятно, потом — за уши не оттащить.

После обильной пищи меня вдруг разморило так, что с трудом держала глаза в открытом состоянии, и вновь слушатель из меня был никудышный.

— Отдохни Ш-ш-шаи, мы побеседуем в часы большой волны, когда проснёшься. Ты нуждаешься во сне, чтобы восстановить силы. Поверь, зачастую сновиденные грёзы могут рассказать и показать гораздо больше, чем язык старого нага! — с этими словами Мелихор надавил на камень в стене, и огромный булыжник, который, казалось, ничего не могло сдвинуть, откатился в сторону, открывая проход в ещё одну небольшую каверну. Посреди неё я увидела бесстыдно манящее ложе, застеленное высоким слоем спрессованных водорослей. Даже пара подушек вполне земного вида и тяжёлое одеяло прилагались к моему идеальному койко-месту.

— Здесь ты будешь в полной безопасности! Никто тебя не потревожит! — продолжил седовласый наг.

— Угу, и сбежать я не смогу! — пробубнила я чуть слышно.

— Именно! — как ни в чём не бывало ответил жрец. — А Кассис и Адриан будут рядом с тобой, чтобы охранять твой сон и согревать на ложе.

Ох, что-то сомневаюсь, что у меня получится заснуть с такими красавцами под боком!

Неспешно войдя в помещение, которое станет моим то ли убежищем, то ли тюрьмой, я с интересом осмотрелась. Ну и плевать, что тюрьма, зато весьма комфортабельная: широкое мягкое ложе, плетёная лёгкая мебель, зеркало, выполненное из начищенного и покрытого каким-то раствором среза обсидиана, небольшая ванная комната в отдельной пещере. В принципе, всё это походило на дорогой гостиничный номер, только с поправкой на колорит подземного мира нагов.

Надо отдать должное Мелихору, — в шкафу я обнаружила несколько платьев, чуть более закрытых, чем золотой наряд, в который была облачена, а ещё множество приятных мелочей, без которых женщине не обойтись. Даже крема в маленьких перламутровых баночках, пахнущие водорослями и неведомыми цветами, имелись. Вот это предусмотрительность и прозорливость! Надо быть со жрецом поосторожней, — мужик, который не забывает даже про предметы женской интимной гигиены, точно педантичный гений-псих.

Я взглянула на своих то ли охранников, то ли слуг, то ли тюремщиков, замерших возле входа с отсутствующим видом. Ясно, ещё злятся за рыбину. Вот ведь какие обидчивые змеи! Ну ничего, я вас расшевелю! Я понимала, что сейчас планирую подёргать тигра за усы, а точнее, — змею за хвост, но мной овладело какое-то удивительное легкомысленное бесстрашие. Кажется, действие напитка ещё не окончательно прошло.

Грациозно и неспешно я заползла на высокое ложе и развязала тесёмки платья, которое тут же заскользило вниз с нежным шелестом. Ловко перевернувшись, я выпуталась из золотистой ткани и теперь лежала на боку абсолютно обнажённая и внимательно следила за реакцией мужчин.

Со мстительным удовольствием заметила, как расширились их зрачки, превращая золотые глаза в чёрные бездонные водовороты. Это было одновременно пугающе и прекрасно. На лбу Кассиса выступили бисеринки пота, а Адриан облизал пересохшие растрескавшиеся губы. Но с места спутники не сдвинулись ни на миллиметр, да и свои паховые пластины, судя по всему, контролировали в совершенстве, ибо ничего природно-мужского не показалось. Вот это сила воли!

Ехидно улыбнувшись, я накрылась одеялом и, кажется, услышала вздох облегчения.

— А Мелихор говорил, что вы будете согревать моё ложе, пока я сплю! — произнесла игриво, чувствуя, что мужчины уже на грани.

«Ох, играешь с огнём, Ритка! Кто знает, что у этих хвостатых на уме и каким образом они вообще спариваются, а то засунут тебе свои хвосты куда-нибудь!» — подумала я и тут же залилась краской от смеси смущения и возбуждения. Ужас, я что, извращенка? С чего меня так бросило в жар от этих образов? Надо срочно перевести тему.

— Ну хотя бы сказку перед сном можно? — капризно протянула, невинно хлопая глазками и улыбаясь.

Кажется, сердца змеев чуть оттаяли, по крайней мере, теперь спутники позволили себе шевелиться и подползли ближе.

— Я расскажу тебе легенду, Шаи! Говорят, чтобы узнать незнакомые народы, надо послушать их придания, ведь в них кроется всё, — неспешно и мелодично начал более разговорчивый Андиан, а Кассис кивнул, словно одобряя его выбор.

— А она с хорошим концом? — поинтересовалась я живо.

— Нет! У наших сказаний нечасто он встречается. А будешь перебивать, вообще ничего рассказывать не будем! — вступил татуированный, глядя на меня строго.

Пришлось сделать вид, что застёгиваю рот на молнию.

— Я расскажу тебе о Проклятии Морской Матери… — продолжил Адриан распевно. — Оно легло тяжким грузом, чёрной тенью на судьбе нагов, — это не просто суеверие, а мрачная реальность, эхом звучащая в глубинах нашей истории. Оно — напоминание о былом величии и падении, о временах, когда наги были сильны, когда наш мир простирался не только в пучине и пещерах, но и на поверхности, и древние сами могли принять облик смертных.

В незапамятные времена, когда наш мир был полон света и свободы, наги жили на поверхности, владели островами. Они были мудрыми правителями, искусными мореплавателями и хранителями тайных знаний, уважали природу, особенно океан, который подарил жизнь всему на свете. Тогда наги мало чем отличались от людей: также перемещались на двух ногах и меняли ипостась лишь для ритуалов.

Древние как один поклонялись Морской Матери — богине океана, олицетворению самой природы. Она была прекрасна, мудра, справедлива и заботилась о нас, своих детях. Наги почитали её, возводили небывалой красоты храмы в её честь и приносили щедрые дары.

Но со временем гордыня и жадность затмили сердца нагов. Они стали использовать свои знания и магию для завоевания и подчинения других народов. Они брали ресурсы, грабили и уничтожали, забывая о законах природы и о заветах Морской Матери. Их мир, некогда полный процветания, постепенно превратился в мир жестокости и угнетения, где больше не осталось места добру и свету.

Морская Мать наблюдала за этим с печалью и гневом. Она пыталась остановить своих детей, увещевала их, посылала знамения. Но наги уже не слушали её, всё глубже погрязая в разврате, жестокости и тщеславии.

Тогда богиня, разгневанная до глубины души, наложила на них проклятие. Она изгнала нагов с поверхности, заточив в бескрайних пещерах в глубинах океана. Мать забрала у них возможность оборачиваться в людей и наложила запрет на использование магии для причинения вреда другим существам.

Проклятие Морской Матери было ужасным. Древниеи были сосланы в пучину, в мир, полный тьмы и холода. Их тела изменились: они приобрели плотную чешуйчатую шкуру и длинные змеиные хвосты, став более приспособленными к жизни под водой. Они стали скрытными и недоверчивыми, избегая контактов с другими народами, и погрязли во внутренних войнах.

Тем временем проклятие стало частью жизни, их судьбой. Но они никогда не забывали о своём прошлом, о временах, когда жили на поверхности и могли принимать облик людей. С тех пор наги старались снять проклятие, но все их попытки безуспешны. Они приносили жертвы, совершали ритуалы, обращались к древним богам, но Морская Мать оставалась непреклонной.

Адриан на секунду замолчал, словно вынырнув из странного транса, но затем перевёл дыхание и продолжил уже своим обычным слегка насмешливым тоном.

— Возможно, так всё и было. Но даже в этом сказании мы ищем надежду. В легендах сказано, что проклятие может быть снято, если наги изменятся, прекратят войны и вновь вернутся к свету. Но судя по всему, получается у нас это не очень!

Мужчины отвернулись, думая каждый о своём, а я медленно погружалась в сон, чувствуя, что стала ближе этому миру и понимаю его теперь чуть лучше.

Яркие образы кружились в странном дёрганном танце. Я словно оказалась внутри стремительного хоровода, несущегося вокруг меня и увеличивающего скорость. Наги, с длинными хвостами и на двух человеческих ногах, странные чудовища с прозрачной кожей, высокая женщина с длинными синими волосами и глазами цвета океана. Вдруг среди незнакомых нечеловечьих лиц мелькнула постная физиономия Лёшеньки, который пригласил меня на свидание в зоопарк.

«Что ты здесь делаешь?» — попробовала прошептать, но парень ловко схватил меня за руку, затягивая в хоровод. Я пыталась закричать, что не хочу, но язык будто присох к нёбу. Теперь я стала частью бешено несущегося потока, движущегося по кругу с лихим присвистом и довольными криками. Мне показалось, что меня вот-вот стошнит.

Я открыла глаза и попыталась понять, что со мной происходит, и где вообще нахожусь. Где-то под крутящимся потолком пещеры свисали длинные светящиеся нити флюоресцентных растений; чёрные стены с мерцающими кристаллами в нишах словно неслись вскачь, а я на своём высоком ложе кружилась вместе с ними. Блин, да у меня же «вертолёт», который случался во времена студенческой беззаботной юности, если перебрать дешёвого полусладкого.

— Воды… — слабо протянула, мучаясь от жесточайшего похмелья.

Да что со мной такое? Я же не пью алкоголь, а в этом мире и вовсе не стала бы пробовать креплёные напитки. А, может, дело в том зелье, которым меня напоил жрец? Как это пойло называлось?

— Шаи, что с тобой? — взволнованно поинтересовался Адриан, протягивая мне перламутровую пиалу. — Ты больна?

Кассис без слов стёр испарину, выступившую на моём лбу, и проложил к нему ладонь.

— Температура нормальная для человечки! — коротко заявил он. — Может, это побочное действие зелья Бездны и от наших укусов?

Точно, зелье Бездны! Значит, я не ошиблась и мне так плохо из-за него! Стоило вспомнить отвратительную жидкость, как к горлу вновь подступила тошнота, а виски сдавило раскалёнными тисками. Так ещё меня и цапнули в беспамятстве, а я и забыла. Интересно, а наги вообще ядовиты?

— Я сейчас умру… — простонала, ничуть не преувеличивая. Никогда раньше мне ещё не было так плохо. — У вас есть что-нибудь от похмелья? Какой-нибудь антидот, чтоб убрать последствия чёртова зелья и яда?

Мужчины переглянулись задумчиво. Казалось, что они ведут безмолвную беседу, обмениваясь напрямую мыслями и не нуждаясь в словах.

— Есть способ, который облегчит твои муки и сделает тело более адаптированным к нашим условиям! — задумчиво сообщил синеволосый, глядя на меня как-то странно, но сейчас мне было не до считывания невербальных сигналов.

— Так какого чёрта вы мне не предложили его в первую же минуту, как я попала в ваш мир? Давайте немедленно, пока я не откинулась, а то останетесь без Спасительницы! — раздражённо вскрикнула я, но тут же пожалела об эмоциональном всплеске, ощутив, что от головной боли сейчас искры полетят из глаз.

— Ну что же, Шаи, твоё слово для нас закон! — недобро усмехнулся мощный Кассис и в считаные секунды оказался на ложе возле меня.

Одеяло, под которым так уютно устроилась, отлетело в сторону, и я осталась полностью обнажённой.

— Что ты творишь? — пролепетала ошарашенно и попробовала прикрыться, но мощный хвост татуированного вдруг оплёл мои запястья крепче любых пут.

Теперь лежала на спине с заведёнными над головой руками и пыталась понять, что задумал этот наглый хвостатый самец. Я даже забыла о том, что где-то рядом ещё и Адриан, и, кажется, зря. Синеволосый навис надо мной, сверкая безумно-голодными янтарными ногами, и вдруг ощутила, как мои колени расходятся в стороны, открывая доступ к самому сокровенному. Вот ведь хитрые змеи! Им даже руки не нужны, чтобы делать со мной, что пожелают, — одних хвостов оказалось достаточно.

— Слюна нагов обладает целебными свойствами! Когда-то нас отлавливали, чтобы приготовить эликсиры, порошки и снадобья из всех частей тел… — поделился Адриан.

— Не надо на меня плевать! — недовольно пробурчала я, пытаясь вырваться.

— Нет, Шаи, слюну нагов нужно втирать в слизистые и желательно получать от этого удовольствие! — хитро и сладко прошептал синеволосый.

«Это что он имел в виду?!» — подумалось мне, но мыслительный процесс тут же дал сбой, потому что я застонала от удовольствия.

Раздвоенный язык Адриана, скользнул между моих распахнутых ножек, слегка пройдясь по внутренней стороне бедра, легонько прикоснувшись к лобку. Это было так неожиданно, что невольно развела колени чуть шире, испытывая странное томление и жар внизу живота. Будто почувствовав моё настроение, синеволосый нестерпимо медленно и нежно провёл языком по моим складочкам, которые тут же намокли от смазки и его слюны, а затем начертил круг вокруг клитора, ставшего безумно чувствительным.

Как же хорошо… Ещё ни один мужчина не ласкал меня подобным образом, поэтому сперва испытала неловкость, но опытные властные движения этого невозможного нага заставляли меня просто пылать от жара удовольствия, разливающегося внутри. А когда к его раздвоенному языку, ласкающему клитор, присоединились ещё пальцы, ворвавшиеся внутрь меня и сразу нашедшие, какие-то нужные точки, я не смогла сдержать стона.

— М-м-м-м, как вкусно ты звучишь! — вдруг хрипло произнёс Кассис, который продолжал удерживать хвостом мои руки и с интересом наблюдал за происходящим. — Мне кажется, твои стоны должны быть сладкими. Хочу попробовать.

Суровый воин наклонился ко мне и неожиданно нежно прикоснулся к моих распахнутым губам своими. Что происходит? Неужели собираюсь принимать ласки сразу двух мужчин? Я и с одним-то смущалась и робела, а тут аж два отборных шикарных самца, пусть и хвостатых.

Язык Кассиса скользнул в мой рот, и я забыла обо всём. Да, целоваться он точно умел. Мне оставалось лишь послушно отвечать и следовать за его действиями. Казалось, эти двое знали моё тело лучше, чем я сама, находя эрогенные точки там, где и не ожидала. Теперь сама подавалась навстречу, подстраивалась под ритм, изгибалась и развратно подмахивала бёдрами. И плевать на все нормы приличия, сейчас я хотела испытать то, о чём лишь читала и слышала от подруг.

На секунду тело одеревенело, а затем оно изогнулось, словно древко лука. Обжигающая волна прокатилась от низа живота во все стороны, а меня сотрясала такая дрожь, что зубы стучали, а кончики пальцев ног свело судорогой. Весь мир пульсировал, взрывался и сокращался вместе со мной, окрашиваясь цветными всполохами. Жар между ног стал настолько нестерпимым, что застонала громче в губы Кассиса, который не переставал меня ласкать.

Абсолютно обессиленная я будто растеклась по ложу, ощущая, что мои руки и ноги больше никто не удерживает, но пошевелить конечностями просто была не в состоянии после такого оргазма, который ещё отдалённо пульсировал внутри. Но надо отметить, что моё «похмелье» прошло удивительным образом. Кажется, слюна нагов в совокупности с удовольствием и впрямь творит чудеса. Надо запомнить волшебный рецепт!

— Здравствуй, Ш-ш-ш-шаи! — произнёс Мелихор, едва я вышла из своей «комнаты» в храмовую пещеру.

Кажется, он меня поджидал. Остальные служители держались поодаль, уважительно чуть поклонившись мне. Всё-таки, походу, я весьма важная шишка и было бы неплохо вообще выяснить границы своих полномочий, зону ответственности и совокупность прав!

— Надеюсь, ты отдохнула и хорошо себя чувствуешь? — с лукавой усмешкой заметил он. — По крайней мере, выглядишь отлично!

В этот раз действительно подготовилась, пора бы уже показать хвостатым мужчинам, что я не просто растерянная девчонка, упавшая в их мир случайно, а их Шаи, спасительница, сильная, уверенная и привлекательная.

Вместо золотого развратного платья, в котором боялась лишний раз пошевелиться, выбрала более скромный наряд тёмно-синего цвета с лазурными вставками, сидящий по фигуре. Нанесла на лицо немного мерцающей косметики, явно изготовленной из перламутра, а непослушные волосы заколола черепаховым гребнем. Судя по тому, как заинтересованно меня рассматривали служители, да и сам седовласый, впечатление произвести удалось. Адриан и Кассис чуть подались вперёд, прикрывая меня от излишне пристальных взглядов сородичей.

— Пройдём со мной, Ш-ш-ш-шаи! Я должен кое-что тебе показать и рассказать! — махнул мне жрец, призывая следовать за ним. — Остальные останьтесь здесь!

Я почувствовала, как напряглись тела моих спутников, каждая мышца сейчас бугрилась под кожей, а лица приняли упрямое выражение. Аккуратно прикоснувшись к их мощным телам, прошептала: «Не волнуйтесь, я скоро вернусь!» Хотя вот откуда мне знать, вдруг Мелихор решил принести меня в жертву, а я добровольно следую за ним, словно овца на заклание.

Нет, такого не может быть! Пусть ритуалы и магия нагов и завязана на крови, но в видениях точно почувствовала, что нужна им живой, чтобы спасти Затопленный шёпот. Хоть я была и чужой этому миру, но чем дольше находилась в нём, тем острее чувствовала странную связь. Это походило на своеобразную пуповину, через которую я наполнялась знаниями и силой.

— Твои служители рассказали тебе что-либо о том, где ты оказалась? — поинтересовался Мелихор, пока я следовала за ним, медленно поднимаясь по широким порожкам, ведущим куда-то настолько высоко, что последние ступени будто упирались в свод огромной пещеры.

— Мои кто? — переспросила, не понимая.

— Адриан и Кассис! Те, кто могут прикоснуться к Ш-ш-шаи и обязаны её оберегать до последней капли крови, служить верно и безотказно!

— То есть я могу приказать им, и они исполнят это беспрекословно?

— Лишь в том случае, если это не нанесёт вреда тебе само́й! Но они могут убить или умереть, если будет твоя воля.

Надо же, у меня появились рабы. Крайне сексуальные и весьма необычные рабы! М-м-м-м, это же мечта многих женщин. Да ещё и на самообеспечении, не надо их кормить, содержать, они сами с этим отлично справляются.

— Они рассказали мне лишь о проклятии Морской Матери… — начала я, но седовласый меня раздражённо перебил.

— Мальчишки, глупые юнцы! Верят в эти сказки о поверхности, мечтают о ней! И это вместо того, чтобы волноваться о Затопленном шёпоте, который в нескольких шагах от неминуемой гибели!

— Расскажи мне о вашем мире! — попросила, задыхаясь.

Поддерживать беседу я сейчас была не в состоянии, а вот послушать была только рада. Может, интересный рассказ отвлечёт меня от тяжёлого подъёма и страха высоты, из-за которого старалась смотреть только перед собой, боясь даже повернуть голову.

Мелихор не торопился начинать, будто обдумывая, что именно стоит мне поведать.

— Наш мир сложен, многогранен и суров. Не знаю, сможешь ли ты его понять, ведь в Затопленном шёпоте всё подчинено одному: выживанию, для нас почти нет добра и зла, а цель может оправдывать любые средства! — задумчиво произнёс мужчина.

— Что такое хорошо, что такое плохо, кроха тут явно не спрашивает… — тихо пробурчала себе под нос, чтобы собеседник не услышал.

— Место, в котором ты сейчас находишься, называется Забытые Храмы, здесь руины древних цивилизаций, среди которых существует мой клан Глубинных змей. Остальные кланы опасаются сюда приближаться, слишком много ловушек и непредсказуемых артефактов оставили наши предшественники, покинувшие пещеры ещё до появления нагов, когда подземные воды стали поднимать, вытесняя их. Думаю, это произошло быстро, ведь они бежали, оставив слишком многое. Мой клан изучает наследие предшественников, хранит знания и старается поддерживать баланс в Затопленном шёпоте. Но, возможно, мы слишком долго были отвлечены чужими знаниями и жили замкнуто, не вмешиваясь в дела других и требуя того же от сородичей… Я чувствую свою вину, что мы допустили братоубийственную войну, разгоревшуюся между кланом Обсидиановой короны и кланом Лазурных чешуй.

— Кого? — переспросила, стараясь разобраться в ситуации.

— Твои служители Кассис и Адриан являются врагами. Окажись они на поле боя, уничтожили бы друг друга без раздумья. Кассис — один из военачальников Обсидиановой короны, самого многочисленного и свирепого клана, желающего подчинить себе весь Затопленный шёпот. Адриан — принц Лазурных чешуй, самый умелый маг синехвостых из тех, что встречал на своём веку. И только один из них должен был стать служителем, а второй погибнуть во время ритуального укуса, когда ты лежала на алтаре. Ведь Шаи должна выйти замуж за достойнейшего нага, поэтому кланы и прислали своих лучших мужчин, но, кажется, у тебя будет гарем…

Я замерла на месте, забыв об усталости и страхе высоты.

— Что я должна сделать? Выйти замуж? — прошипела, чувствуя, что сама вот-вот стану змеёй и вцеплюсь в горло жрецу со всей яростью, что бушевала сейчас во мне. — Вы офигели?!

Как бы объяснить этому седому жрецу, что пока не планирую замуж, особенно за хвостатых мужчин, тем более — за двух, как мне намекнул Мелихор. Я, вообще-то, девушка приличная, мне вот эти гаремы совершенно не подходят. Как в песне пелось «если б я был султан, был бы холостой!»

Не готова я ещё сочетаться узами брака, да и с детства представляла себе, как будет выглядеть моя свадьба: я в нарядном белоснежном пышном платье, любимый красавец-жених, подрагивающими пальцами, надевающий кольцо и целующий меня под одобрительное «горько» родных и друзей. Да, может, банально, но я за оригинальностью не гонюсь, а хочу простого человеческого счастья, а не какого-нибудь кровавого ритуала в подземелье в окружении змееподобных.

— Друг на друге женитесь! — зло заявила я, чувствуя, что готова сорваться. — Я у вас что-то ни одной женской особи не увидела, так что вам, наверное, не привыкать!

Смех жреца наполнил пространство храмовой пещеры, отражаясь от стен. Казалось, даже свечение розовато-сиреневых грибов стало ярче, а странные символы, высеченные в скалах, пришли в движение.

— Ш-ш-ш-шаи, ты явно недооцениваешь наш мир! Дело в том, что женщины Глубинных змеев не выходят из своих жилищ, лишённых света. Они отказались видеть окружающий мир ради того, чтобы иметь возможность заглянуть в будущее или прошлое. Все провидицы нагов сейчас находятся под храмовой пещерой в каверне Зорких. Они скованы единой цепью образов, которые стараются разглядеть и описать. И лишь я, как глава клана, имею право спускаться в их обитель. Кстати, именно они и рассчитали твоё появление. Когда кто-то из провидиц достигает фертильного возраста, я прошу добровольца отправиться вниз, чтобы оплодотворить её. Но обратно он уже не возвращается, становясь своеобразным жертвоприношением будущему клана. Черепа этих мужчин я забираю затем на алтарь храма, когда они уже послужили для ритуалов, усиливающих возможности провидиц.

Меня вдруг затрясло от этих слов. Мелихор был прав: мне не понять мир нагов и его жестокие правила. Но кто я такая, чтобы лезть со своим уставом в чужой монастырь?

— А если женщина не хочет стать провидицей? — лишь спросила я дрожащим голосом.

— Ты забыла, что я поведал тебе в самом начале. Всё в нашем мире подчинено лишь выживанию, поэтому каждый наг и нагиня готовы отринуть свои желания для того, чтобы наша раса продолжила существование. Несогласных ждёт лишь одно — изгнание, означающее верную и мучительную смерть. Пещеры вне границ Затопленного шёпота опасны даже для нас, оказаться там страшнее, чем что бы то ни было! Ушедшие вовне, надеявшиеся найти новые земли, более щедрые и не столь суровые к своим обитателям, пропали навечно. Даже пограничные отряды, оберегающие спокойствие нашей обители, не рискуют отходить от великих стен дальше, чем на полёт стрелы, помня, сколько мужественных и сильных воинов исчезло в ужасном Вовне.

— Мне плевать на то, что творится за границами вашего мирка, я хочу лишь вернуться в свой! — отрезала я, понимая, что всё глубже погружаюсь внутрь устройства места, которое, по сути являлось для меня чужим.

То, что увидела в своих видениях, было ужасно и смертоносно, некая неведанная сила, поднимающаяся из глубин пещер, неизвестных и самим нагам. Я могла лишь подсказать, как отразить угрозу и не дать ей проникнуть слишком быстро. Но, возможно, этот мир уже обречён, и чем дольше он продержится, тем дальше нападение тварей на мою родную Землю! Значит, хватит беседовать, нужно понять, есть ли у меня настоящие силы, чтобы противостоять неведомому злу. Я чувствовала, что где-то внутри дремлет удивительная и непонятная мне само́й мощь, но как её разбудить и тем более заставить служить мне?

— Мы пришли, Ш-ш-ш-шаи! — заявил Мелихор, кивая на узкую щель у самого потолка.

— Мы не договорили о моём замужестве! — холодно напомнила я, демонстративно замирая на месте и обозначая, что не сделаю больше ни шага.

— Загляни в своё истинное предназначение и, возможно, ты передумаешь! — церемонно изрёк жрец, делая приглашающий жест.

— Ты не пойдёшь со мной?

Недоброе предчувствие проскользнуло россыпью мурашек вдоль позвоночника.

— Это священное место может посетить лишь истинная Ш-ш-шаи, и тем более, вернуться оттуда! Пока это никому не удавалось.

Мурашки увеличились в размерах, а инстинкт самосохранения потребовал свалить как можно дальше от дыры, за которой поджидал неведомый, и от этого особенно жуткий, звездец.

— Хм... значит, я уже не первая! А если просто не пойду туда? — поинтересовалась, стараясь не выдать страха.

— А разве у тебя есть выход? — насмешливо ответил вопросом на вопрос седовласый с недоброй улыбкой.

Кажется, выбора у меня и впрямь не было: по обе стороны лестницы была пустота, а сам жрец преграждал мне возможность к отступлению, застыв на несколько ступеней ниже меня. Оставалось лишь войти внутрь и встретиться лицом к лицу с неизвестностью. И пусть эта неизвестность пожалеет!

Сделав глубокий вдох, я нырнула в узкую щель, замирая от страха. Что ждёт меня в этой тёмной расщелине, из которой ещё никто не возвращался? Судя по словам Мелихора я была не первой Шаи, которую призвали в этот мир. Даже страшно представить, что случилось с моими предшественницами.

А ведь уже поверила, что наги признали меня своей спасительницей и теперь мы заодно. Сколько ещё испытаний мне нужно пройти? Если выберусь отсюда живой, то весьма серьёзно побеседую со жрецом, прям серьёзнее не придумать! Возможно придётся применить негуманные пытки в виде обжигающего рукоприкладства.

А между тем со мной ничего не происходило, я просто торчала посреди абсолютно обычной небольшой пещеры, в которой не было чего-то из ряда вон выходящего: те же сияющие кристаллы, те же тёмные чуть глянцевые стены, в которых слабо улавливалось моё собственное отражение. Интересно, сколько ещё, а, главное, чего именно мне ждать? Может, можно теперь вылезать? Вопросов у меня было явно больше, чем ответов.

Уже собралась было сделать шаг к выходу, как вдруг моё отражение к каменной стене пошевелилось, махнув мне рукой, хотя я и не двигалась. На всякий случай я потёрла глаза, надеясь, что это мне показалось, но увы… Изображение теперь словно приблизилось и будто готовилось выбраться из стены, ощупывая невидимую мне преграду. От страха ноги будто приросли к полу, я просто не могла пошевелиться и лишь с ужасом наблюдала за действиями той, другой меня. Интересно, а что будет, если она всё же сможет выбраться из своего зазеркалья?

Внезапно отражение подняло на меня взгляд, будто увидев сквозь толщу камня. Мерцающие в полутьме глаза другой меня казались наполненными тяжёлым жидким золотом. Раскалённый металл зрачков будто проникал мне под кожу, наполняя нестерпимым жаром и болью знаний. Сейчас я видела всё то, что транслировало прямо в голову моё отражение, пришедшее ко мне на встречу из будущего.

За её спиной я видела открывающиеся порталы, из которых выныривали ужасающие существа, место которым было в самых жутких кошмарах; где-то там горели элегантные дворцы, высеченные в стенах пещеры, а воины Обсидиановой короны и Лазурных чешуй вели кровопролитный бой насмерть, уничтожая друг друга. И лишь Кассис и Адриан, держащие за руки моё отражение, не давали мне сойти с ума, ведь я чувствовала их прикосновения здесь и сейчас, и они дарили мне спокойствие и наполняли силой, словно с ними становилась не просто испуганной девчонкой, не понимающей, что происходит, а настоящей мудрой и бесстрашной спасительницей Шаи, готовой на всё, ради защиты этого мира.

Но вдруг над головой моего отражения взорвался огромный огненный шар, заливая нестерпимо ярким светом всё вокруг и опаляя смертоносным жаром, пережить которое был не в силах никто из смертных. Та, другая я и спутники на секунду показались чёрными силуэтами на фоне бушующего хищного пламени, а затем меня отбросило к выходу с такой силой, что пролетела по воздуху несколько метров.

Я слабо застонала, приложившись спиной и головой о каменный уступ, пещера плыла перед глазами, ослеплёнными вспышкой, а кожа горела и пузырилась волдырями. Наверное, я вся превратилась в сплошной ожог. Мне почему-то вспомнился урок ОБЖ, на котором рассказывали о том, какой процент обожжённой кожи является смертельным. Кажется, на мне не осталось ни сантиметра живого места, так почему ещё не потеряла сознание?

Зажмурившись, я ожидала конца, который всё не приходил. Когда валяться на полу в ожидании кончины, стало уже глупо, наконец, открыла глаза и взглянула на руки, надеясь, что, возможно, всё не так плохо, как показалось. Странно, но всё было в порядке, ну единого ожога или волдыря. Судорожно ощупывая тело и волосы, наконец убедилась, что я абсолютно цела и невредима, если не считать шишки на голове.

Но что же тогда это было? Почему я ощутила, что вспыхнула и сгорела заживо в смертоносном огненном шаре? Было ли это моё будущее или просто предупреждение? Но в любом случае теперь я точно знала, что делать!

С трудом поднявшись на ноги, доковыляла до узкого выхода и вылезла наружу. Обеспокоенный Мелихор уже ждал меня, нетерпеливо раскачиваясь из стороны в сторону на мощном хвосте.

— Истинная Ш-ш-шаи! — вскрикнул седовласый, склоняясь передо мной почти до земли.

Но мне сейчас было не до церемоний.

— Собирай совет кланов, жрец! — приказала я коротко. — Пришло время!

Когда мы с Мелихором вернулись в храмовую пещеру, я вдруг ощутила, что воздух там сгустился от напряжения и эмоций, которые внешне уравновешенные и сдержанные наги тщательно скрывали, но я то чувствовала, что пространство просто искрит от напряжения, вот-вот гром развратится или молнией шандарахнет.

— Здравствуйте, мальчики… — неловко произнесла я, когда все разом повернулись в мою сторону.

Ну никак я не привыкну к тому, что стала некой избранной спасительницей в этом мире. А после возвращения с последнего испытания, судя по всему, мой уровень значимости и вовсе вырос до небес. Ко крайней мере, все хвостатые, как один, застыли в низком поклоне, и лишь Кассис и Адриан незатено очутились рядом, зажимая между своими крепкими телами.

— Я рад, что ты оказалась настоящей Шаи, человечка! — насмешливо прошептал синеволосый, но в его голосе чувствовалось волнение.

— Наконец, мы обрели спасительницу. Хорошо, что ей стала именно ты! — дополнил немногословный татуированный и вдруг сжал мою ладонь.

Только сейчас осознала, насколько рада видеть этих двоих и ощущать их присутствие, которое придавало сил и уверенности в чужом незнакомом мире. Я до конца не понимала, что же тогда произошло на камне алтаря и почему теперь мои прикосновения не обжигали двоих верных спутников. Но больше всего меня сейчас интересовал вопрос, а точно ли мне необходимо выходить замуж за этих красавцев ради спасения мира?

Я окинула взглядом мужчин, стоящих по обе стороны от меня, готовых перегрызть глотку любому, кто даже косо посмотрит на меня. Они совсем не походили на тех парней, с которыми я встречалась раньше. Если бы не хвосты, то любая бы девушка захотела себе в спутники такого сильного надёжного красавчика, так чего я тогда выпендриваюсь? Возможно, дело в моём упрямстве и неуживчивом характере, ведь с самого детства меня было невозможно заставить делать что-либо помимо моей воли. Ладно, с вопросами замужества разберусь потом, сейчас надо мир спасать!

— Я знаю, что нужно делать! — произнесла решительно, ощущая какую-то странную бурлящую силу, которая разливалась по моим венам после встречи со своим отражением.

На лицах жрецов промелькнуло смятение, но седоволосый казался невозмутимым.

— Говори, Ш-а-ш-шаи, носительница мудрости миров. Мы слушаем! — произнёс он, церемонно склонив голову, словно признавая моё право отдавать приказы.

Глубоко вздохнув, попыталась проанализировать те хаотичные видения, обрывки ощущений и чужие воспоминания, роившиеся в моём сознании.

— Ближайшая угроза — вторжение из Бездны! — задумчиво произнесла я, вспоминая жуткие образы тварей, появлявшихся через порталы на глубинных уровнях Затопленного Шёпота. — Оно уже началось, но пока это лишь разведка, а не боевые отряды. Врата открываются в самых слабых точках Затопленного Шёпота, и в пространство проникают твари, пожирающие всё на своем пути. Их нужно остановить, прежде чем они наберут силу.

— Мы знали об этих вторжениях! — ответил Верховный жрец. — Но ведь это лишь случайные аномалии? Неужели речь идёт о чём-то большем?

— Боюсь, что это только первые тревожные звоночки! Нужно усилить барьеры вокруг уязвимых мест, — объяснила я. — Можно использовать магию крови и энергию магических кристаллов. Создать сеть защитных средств, чтобы вовремя обнаружить прорыв и уничтожить тварей.

В моей голове сами собой всплывали заклинания, магические арканы и знания об устройстве сигнальных артефактов. Древние рунические символы выстраивались в ряды, а светящиеся узоры образовывали охранные барьеры.

— Но это лишь начало! — перешла я к главному, понимая, что мои слова сейчас точно не понравятся присутствующим. — Пришло время объединения лидеров всех кланов!

Как я и ожидала, служители взорвались злобным шипением, криками несогласия и укорами в мой адрес. А ведь это, наверное, самые спокойные и разумные из нагов, которые к тому же верят в то, что я истинная спасительница мира. Что тогда говорить об остальных?

Даже Кассис и Адриан отшатнулись от меня, глядя с недоверием.

— Я не представляю, как это возможно! — сказал с сомнением Верховный жрец. — Обсидиановая Корона, Лазурные Чешуи… они погрязли в распрях!

— Мы не станем договариваться с синехвостыми! — раздражённо бросил Кассис, сжимая мощные кулаки так, что костяшки побелели.

— А о чём договариваться с теми, кто хочет подчинить себе весь Затопленный шёпот, утопив его в крови? — взорвался Адриан.

Казалось, ещё секунда и спутники вцепятся друг в друга. Лишь сейчас я поняла, сколь значимо для них было моё появление, раз ещё не поубивали друг друга.

— Именно поэтому я здесь! — ответил, чувствуя небывалый груз ответственности, о которой не просила. — Я должна убедить глав кланов. Я смогу показать им видение будущего, чтобы они поняли, что на кону стоит их выживание. У меня есть сила, чтобы доказать свою правоту.

Верховный жрец задумался, глядя на меня оценивающе и настороженно.

— Это рискованно, но выбора у нас нет. Учти, что среди моих собратьев найдутся те, кто не захотят тебя слушать. А некоторые и вовсе решат уничтожить! — изрёк он.

Ну вот именно то, что сейчас хотела услышать, спасибо, поклон земной. Я и так с трудом представляла, что делать со своими новыми силами, знаниями и обрушившейся ответственностью. А тут ещё выясняется, что те, кого явилась спасти, не шибко то хотят быть спасёнными. Может, стоило провести сперва разъяснительные работы среди населения, а затем уже Шаи призывать?

— Приготовьтесь к ритуалу. Свяжитесь с лидерами кланов и сообщите им о приходе истинной Посланницы! — приказал Мелихор, глядя на меня внимательно. — Надеюсь, ты знаешь, что хочешь сделать, Ш-ш-шаи!

Только вот я вообще ничего не знала!

Ритуал проходил в самом сердце храма, на алтаре, где я впервые испил эликсир Бездны. Мелихор вновь облачился в свой ритуальный наряд, а я невольно попыталась прикинуть, сколько мог стоить его головной убор, если бы мне удалось тиснуть эту «шапку Мономаха» и продать в своём мире. Наверное, можно было бы ни дня в жизни не работать, жаль, меня родители воспитали хорошей девочкой…

Жрецы принялись читать заклинания на древнем языке, в воздухе медленно стали сгущаться клубы дыма, исходящие от жаровней, на которых тлели ароматные травы и водоросли. Казалось, что даже узоры на стенах засветились ярче.

Всё, не время предаваться сторонним размышлениям! Сейчас я должна сосредоточиться на своей цели — донести до лидеров кланов видение будущего.

Внезапно в центре алтаря появились два размытых силуэта, постепенно формирующие очертания. Ну здравствуйте, лидеры кланов… Всё, надо успокоиться! Верховный жрец представил меня, назвав Посланницей и Шаи, но в глазах явившихся я увидел лишь подозрение и враждебность.

Лидер Клана Обсидиановой Короны, огромный, покрытый татуировками и шрамами, внушал настоящий ужас. Мне вдруг вспомнилось, что наги этого клана наносят на своё тело ритуальные узоры, пролив кровь врага или совершив обрядовое жертвоприношение. Судя по всему, этот здоровяк уничтожил немало врагов. Его глаза казались мёртвыми, но внутри них бушевало такое пламя, которое могло сжечь дотла целые города.

Я невольно поёжилась, когда он прорычал: «Зачем ты призвал меня, старик? Неужели, думаешь, что я стану тратить время на землянку, которую ты притащил в наш мир?"

Лидером Клана Лазурных Чешуй, к моему удивлению, оказалась женщина. Я впервые видела нагиню и сейчас рассматривала её с интересом и некой завистью. Изящная красотка с идеальными чертами лица и длинными синими волосами, смотрела на меня насмешливо и пренебрежительно. Изящная рука, увешанная звенящими браслетами, откинула прядь отточенным аристократичным движением.

— Впервые я согласна со своим врагом. — мелодично произнесла нагиня, бросив ледяной взгляд на татуированного здоровяка. — Кажется, клан Глубинных змей завёл себе новую игрушку? Мелихор, ты уже научил человечку говорить, лишь то, что ты хочешь? Учти, что я не позволю ей манипулировать нами! Мы выполнили то, что было предначертано в предсказании, и представили своих самых достойных мужчин, но ведь после инициации должен был остаться один, что стало бы знаком об избранности клана. Так почему Кассис и Адриан оба живы?

— Да, жрец, что ты скажешь? — рыкнул татуированный. — Наш генерал должен был стать мужем и хозяином этой человечки, которую ты считаешь Шаи!

— Нет, Адриан должен быть истинным Спасительницы! — зло бросила красавица.

Хорошо, что эти двое всего лишь проекции, иначе бы уже точно вцепились друг другу в горло и даже не знаю, на чью победу бы поставила.

— Замолчите! — вдруг крикнула я, сама удивляясь собственной дерзости. — Затопленному шёпоту угрожает опасность, а вы только и знаете, что собачиться!

Интересно, применимо ли это слово в змеям...

Мой голос пролетел по храмовой пещере, набирая мощь и отражаясь от стен.

Закрыв глаза, мысленно призвала силу, которую чувствовала каждой клеточкой. Странный холод, наполненный солью и горечью, заполнил меня. Сейчас я стала неким ретранслятором и напрямую передавала увиденное внутрь собравшихся. В их разум хлынули образы: твари из бездны, пожирающие города, кланы, сражающиеся друг с другом, падение Затопленного Шёпота в бездну хаоса. Я не старалась приукрасить или исказить картинку, показывая всё, что переживала сама.

Когда видение закончилось, воцарилась тишина. Я с трудом стояла на ногах, но Кассис и Адриан уже возникли рядом, обнимая и поддерживая. Лидеры кланов были потрясены.

— Это… возможно? — прохрипел глава Обсидиановой Короны.

— Это лишь один из возможных исходов! — ответила я сдавленно. — Но он неизбежен, если вы сохраните воевать друг с другом! У нас есть шанс изменить будущее, общими усилиями. Вместе мы сможем остановить вторжение и, возможно, найти способ закрыть врата Бездны навсегда.

— С чего мы должны верить этой человечке? Все вторжения тварей Бездны проходили в секторе влияния Обсидиановой короны. Так что нас это касается! — надменно произнесла нагиня, а затем перевела взгляд на моего синеволосого спутника. — Возвращайся домой, Адриан, твои силы нужны здесь. Мы будем сражать с настоящим врагом, а не выдуманными чудовищами!

— Кассис, твой клан ждёт тебя! Завтра же ты должен быть у меня на военном совете! — приказал глава Обсидиановой Короны. — Хватит этих пророчеств и сказок о Спасительнице. Мы сами дадим отпор любым тварям.

Главы кланов обменялись ненавидящими взглядами, а затем растворились в воздухе, одновременно покинув храмовую пещеру.

Стиснув кулаки, ощутила небывалую злость. Самонадеянные гордецы, ослеплённые жаждой власти и не желающие видеть ничего, что идёт вразрез с их планами. Они своими руками уничтожат Затопленный шёпот! Этот мир уже в шаге от гибели! Значит, придётся спасать его в одиночку!

Я взглянула на своих спутников, которые ещё сжимали мои ладони, но невидящими взглядами устремились туда, где только что были главы их кланов. У меня был лишь один вопрос, который сейчас казался единственным важным.

— Вы со мной? — спросила я тихо, но знала, что Кассис и Адриан меня услышали.

Теперь от их ответа зависело всё!

— До последней капли крови! — первым произнёс Кассис, сжимая мои пальцы.

— До последнего вздоха! — подхватил Адриан.

Несмотря на то что лидеры кланов приказали им вернуться, мои спутники решили остаться со мной. Странное тепло и уверенность разливались под кожей, когда чувствовала их присутствие и поддержку. Сейчас я знала, что всё ещё не кончено.

— Ш-ш-ш-шаи, тебе придётся отправиться лично к этим упрямцам! — вдруг вступил Мелихор, кивая на место, где только недавно были главы кланов. — Но, ты не сможешь ступить в Азур-Грань или Глубинный Шпиль, не будучи членом клана. У тебя есть возможность стать одной из Лазурных Чешуй или подданных Короны. Но для этого ты должна пройти свадебный обряд истинности. Пришло время выбрать того, с кем ты пойдёшь дальше в роли жены.

Я дёрнулась, будто от удара. Выбрать? Но как это возможно? То, что испытывала к обоим нагам, застывшим сейчас возле меня, и, кажется, переставшим дышать, невозможно было разделить.

— Я — Шаи, Спасительница, выбранная этим миром. И я не буду выбирать! Кассис и Адриан оба в моём сердце, их яд, проникший в моё тело на алтаре отныне часть меня! — произнесла решительно и безапелляционно.

Седоволосый жрец лишь усмехнулся и кивнул с уважением.

— Да, сейчас ты говоришь как настоящая Ш-ш-шаи, чувствующая и понимающая наш мир даже лучше, чем мы, наги. Тогда готовься к церемонии, а пока ты должна уединиться со своими истинными, чтобы ощутить настоящую связь!

— Настоящую связь? — переспросила непонимающе.

— Акт совокупления, который свяжет ваши тела! — пояснил Мелихор.

— А как же секс только после свадьбы? — вспомнила я правило своего мира.

— Хм… это очень странно. Как можно сочетать себя узами с тем, кто может не подойти тебе в чувственном плане. Ты должна испытать радость единения и понять, что вы с мужчиной, в твоём случае с мужчинами, — единое целое.

Краска стыда залила моё лицо, а уши вспыхнули так, что могли освещать пещеру не хуже, чем магические кристаллы. Но вместе с тем я испытала небывалое возбуждение, вспомнив ласки, которые мне дарили эти нереальные мужчины ещё недавно. Бесспорно, я хотела продолжения, но боялась признаться в этом даже себе.

— Не бойся, Шаи! — прошептал Адриан нежно, и по коже тут же пробежали мурашки от его обволакивающего ласкающего голоса.

— Мы подарим тебе наслаждение! — пообещал Кассис, обжигая горячим дыханием моё ухо и шею.

Я даже не сомневалась в этом, поэтому покорно двинулась за своими мужчинами в нашу спальню, испытывая противоречивые, но удивительно приятные чувства и разрастающийся жар желания. Мы должны стать единым целым!

— Шаи… — голос Адриана проник внутрь моего сознания, когда я откинулась на спину и зажмурилась, ожидая, что же сейчас произойдёт. — Не надо закрываться, ведь мы хотим чувствовать тебя всю. Не только тело, но и душу. Не закрывай глаза!

— Наконец-то можно не сдерживать больше себя! — грубовато, но страстно произнёс Кассис, оказываясь рядом на ложе и принимаясь расстёгивать пуговицы на моём платье. — У меня уже паховая пластина скоро погнётся.

Невольно усмехнулась этому заявлению, но вместе с тем испытала волнение и страх. Как там эти наги устроены, вдруг у них не привычный пенис, а отросток штопором, как у селезня. Но страх прошёл, когда я опустила взгляд и увидела член татуированного. Ох, да с такого только игрушки для секс-шопа делать, их бы смели с полок в момент.

— Ой, а я боялась, что… — начала восхищённо, но тут же залилась краской смущения.

— Не надо бояться! — продолжил синеволосый, устраиваясь рядом со мной по другую сторону от своего соплеменника. — Можешь даже потрогать. Там мы не ядовиты.

Теперь оба мужских достоинства предстали передо мной во всей красе, и я почувствовала, что вот-вот потеряю сознание от смеси желания страха. Столь внушительные размеры встречала лишь в фильмах для взрослых и была отнюдь не уверена, что справлюсь с подобным богатством.

Лёгкая ткань платья соскользнула с кожи, когда Кассис расстегнул последнюю пуговку и я предстала перед мужчинами обнажённой.

— Твоё тело — произведение искусства! — прошептал возбуждённо Адриан и накрыл горячими губами мой сосок, который тут же затвердел.

Татуированный не стал отставать и проделал то же самое со вторым. Я тихо застонала, испытывая непривычное удовольствие от таких ласк. Раздвоенные языки нагов вытворяли что-то небывалое, и невольно выгнулась навстречу, чувствуя, что все страхи и сомнения отступили под напором этих необыкновенных мужчин.

Я потянула ладонями по чешуйчатым бёдрам и нащупала то, что так хотела потрогать. Твёрдые горячие члены едва помещались в мою руку, даже пальцами охватить толстые стволы было невозможно. Наги тихо застонали, когда аккуратно и почти невесомо принялась совершать движения обеими кистями. Их синхронный стон словно разбудил что-то внутри меня. Ощущение, что могу подарить наслаждение этим сильным, властным, обольстительным мужчинам окончательно лишило возможности связно мыслить.

Теперь остались лишь чувства, оттенки ярчайших эмоций, штрихи небывалого наслаждения, которыми мы с любовниками рисовали картину настоящей страсти. Я уже с трудом понимала, где чьи пальцы, губы, языки, члены… мужчины словно окружили меня своими прикосновениями, доводящими до той почти болезненной грани оргазма, когда хочется скорее испытать разрядку.

— Я хочу вас… — прошептала, задыхаясь.

Кажется, эти слова прозвучали как стартовый выстрел. Мои влажные складочки разошлись под напором горячей головки Кассиса, когда он принялся водить по ним, собирая смазку. На секунду я вздрогнула, боясь боли, но мужчина толкнулся внутрь меня удивительно нежно и аккуратно, хоть и не ожила подобного от свирепого воина. Низ живота наполнился жаркой тяжестью.

Я взглянула в глаза татуированного, которые сейчас светились страстью и желанием. Этот магнетический обжигающий взгляд заставлял меня пылать ещё жарче.

Палец Адриана, устроившегося рядом, прошёлся по моим распахнутым губам, и я невольно коснулась языком подушечки, а затем обхватила фалангу, лаская и посасывая.

— Шаи… — хрипло прошептал наг. — Ты меня с ума сведёшь.

Теперь перевела взгляд на синеволосого, повернув голову и оказавшись всего в десятке сантиметров от возбуждённого члена, увитого проступившими набухшими венами. Я потянулась навстречу шикарному достоинству, желая слизать выступившую блестящую капельку смазки. Синеволосый сжал простынь в кулаке, когда провела языком по его головке. Это просто сумасшествие какое-то, ведь раньше относилась к минету, мягко говоря, прохладно, но теперь застонала, когда мощный член проник в мой ротик, доставая сразу до горла.

Не ожидала от себя такой страсти и искушённости, — мой интимный опыт был весьма скуден и не слишком интересен — но сейчас отдавалась мужчинам, подстраиваясь под их движения, чувствуя ритм, ловя каждый вздох, рык или стон. Казалось, что мы и впрямь стали единым целым. Я чувствовала то, что испытывал каждый из партнёров, и это усиливало и без того небывалое наслаждение.

Каждое новое движение несло меня всё ближе и быстрее к желанному пику, я едва могла дышать, чувствуя, что вот-вот взорвусь сверхновой. Тело выгнуло дугой, а мир перестал существовать, когда внутри всё вспыхнуло от огненной волны оргазма. И в этот момент мои мужчины кончили вместе со мной, наполняя горячим густым семенем.

Кажется, я отключилась, ибо когда открыла глаза, оба нага уже вернулись в изначальное «неэрегированное состояние», а Адриан галантно держал возле моего лица перламутровый бокал с жидкостью.

— Это поможет восстановить тебе силы. Секс с нагами, тем более с двумя, может быть слишком изматывающим для человечки! — произнёс он с привычной кривой усмешкой, но вдруг довольная улыбка озарила его лицо. — Но, кажется, это ты нас загоняла. Ты — настоящее пламя и воплощение страсти.

— Да, ты была прекрасна, Шаи! — немногословно добавил Кассис.

Странно, но именно в этот момент я вдруг ощутила себя по-настоящему счастливой.

Мы со спутниками вышли Храмовую пещеру, которая за время нашего отсутствия успела измениться: повсюду свисали гирлянды живых цветов с полупрозрачными светящимися бледно-розовыми, распространяющие дурманяще-сладкий аромат, а дорога к алтарю была выложена осколками перламутровых раковин, которые искрились и переливались всеми оттенками. На самом алтаре была установлена ёмкость с искрящейся тёмной жидкостью, которая словно гипнотизировала игрой мельчайших огоньков, плавно покачивающихся и кружащихся в замысловатом танце.

— Что это? — спросила удивлённо, оглядываясь по сторонам.

— Это цветы дурманника, даже не думал, что он ещё существует. Наверное, жрецы выращивали его специально для этого момента. Когда-то это растение украшало пещеры, где образовывалась морская роса, наша главная драгоценность, но затем наги стали вырубать дурманник, чтобы расширить места для неё. — сообщил синеволосый.

— Морская роса? — переспросила я.

— Источник силы нагов и причина войн! — коротко и зло пояснил Кассис.

Я почувствовала, что эта тема болезненна для моих спутников, и решила перевести разговор.

— А для чего нужны колотые раковины?

— Мы должны пройти по ним к алтарю, очищаясь через боль и оставляя всё плохое позади.

От такой перспективы стало как-то не по себе.

— А без этого никак не обойтись? Я же потом не смогу ходить!

— Не волнуйся, вода священного источника Орз, смешанная с Морской росой, залечит раны и уймёт боль моментально. Эта жидкость обладает чудодейственным лечебных эффектом.

Ох, что-то сложно всё в этом мире, нет чтобы обменяться кольцами, поставить закорючку в документах и поцеловаться, а потом отправиться в ресторан.

— Приветствуем вас, готовые сплести судьбы! — торжественно произнёс Мелихор, когда мы приблизились.

Служители, расположившиеся вокруг алтаря и вооружённые странными музыкальными инструментами в виде спиральных раковин. После слов Верховного жреца они приложили раковины к губам, извлекая низкий гудящий, но весьма приятный звук, резонировавший во мне в районе диафрагмы.

— Чтобы доказать силу и решительность своих намерений и оставить всю боль в прошлой жизни, вы должны пройти по Дороге боли. Это очистит души и укрепит вашу связь! — продолжил Мелихор распевно, будто впав в транс.

Да я и сама испытывала какое-то странное гипнотическое состояние, растворяясь в низких монотонных звуках, издаваемых раковинами. Странно, но страх куда-то ушёл, осталась лишь спокойная решимость и вера в то, что всё будет хорошо. Мы ступили на острые осколки ракушек, и резкая боль пронзила ступни, но не издала ни звука, лишь крепче сжала ладони возлюбленных. Надо отметить, это были самые длинные и мучительные пять метров, что когда-либо доводилось пройти.

— Ты такая смелая, Шая! — восхищённо прошептал Адриан.

— И сильная! — добавил Кассис и улыбнулся.

Нечасто на его суровом лице появлялась улыбка, но тем ценнее и значимее было проявление.

— Ш-ш-ш-шаи, ты избрала этих мужчин в мужья! Ваша связь закреплена кровью и страстью, теперь осталось связать её водой священного источника и великой силой Морской росы! Взойди на алтарь! — приказал жрец.

С трудом, но всё же смогла забраться на гладкую каменную поверхность, опасаясь упасть из-за крови, стекающей по ступням. Ноги буквально разъезжались в разные стороны. Но теперь я чувствовала, что нужно делать. Сбросив одежду и не стесняясь наготы, прошла к прозрачной ёмкости, чем-то похожей на огромную ванну, и аккуратно опустилась в тёмную жидкость, оказавшуюся гутой и горячей. «Будто кровь!» — подумалось некстати.

Боль, терзавшая мои многострадальные ноги, и впрямь утихла, а по телу расползлось бодрящее тепло, наполняя меня силой и желанием прямо сейчас свернуть горы.

Адриан и Кассис опустились в «ванну» рядом со мной. Судя по тому, как расслабились их крепко сжатые челюсти, боль отпустила и их тела.

— Именем Морской матери связываю вас священными нерушимыми узами. Отныне вы одно целое! — закончил Мелихор и слегка покачнулся.

Что, и всё? Теперь я официально замужем? Не удержавшись, я чмокнула в щёку сперва Адриана, затем Кассиса и лукаво усмехнулась.

— Ну что, пришла пора первой брачной ночи, мужья?

Ох, кажется, этот мир на меня как-то странно влияет!

Но вот уединиться с мужьями мне уже не позволили, хотя, не скрою, я бы не отказалась продолжить то, чем мы занимались до церемонии. После принятия странной ванны с чёрной водой тело наполнилось силой и каким-то жарким томлением, которое можно было унять лишь несколько часовым секс-марафоном с моими спутниками.

— Нам надо поговорить! — усталый голос Мелихора вырвал меня из весьма фривольных и развратных мыслей, которых сама от себя не ожидала.

— Да, конечно! — произнесла, выгоняя из головы горячие картинки.

Теперь, когда служители ушли, а лепестки цветов медленно и торжественно-грустно облетали, я почувствовала, что всё ближе подходит время, чтобы покинуть Храмовую пещеру, к которой успела привыкнуть, и отправиться в путь. Кассис и Адриан уже были рядом и взирали на жреца с таким видом, будто готовы с любой момент броситься на него, если скажет мне что-то не то. Это меня удивило, ведь иерархия и подчинение у нагов в крови, неужели наша связь значит для них больше, чем законы их мира?

— Знаешь, Ш-ш-ш-шаи, я в тебе не ошибся… — тяжело дыша, произнёс седовласый и привалился к стене пещеры.

— Вам плохо? — спросила взволнованно.

— Нет, просто я уже стар и отдал слишком много сил на все ритуалы, которые пришлось провести для призвания и инициации тебя, Спасительница. Но оно точно того стоило. Этот мир принял тебя, словно ты его плоть и кровь, поделился с тобой своей силой и возможностью видеть будущее яснее, чем наши прорицательницы. Но учти, это вызовет ненависть и страх у многих нагов, боюсь, что тебя ждёт впереди множество опасностей. Я хотел предостеречь тебя и попросить быть осторожной.

— Мы сможем её защитить! — хором произнесли мужья, прикрывая меня своими широкими плечами.

— Я не сомневаюсь, — продолжил Верховный жрец, — но пойми, что, выбрав себе сразу двоих спутников, ты лишилась поддержки обоих кланов. И Обсидиановая корона, и Лазурные чешуи надеялись, что с тобой рядом окажется их посланник. Это бы упрочило позицию клана и перетянуло бы чашу весов на их сторону, но ты сломала их планы, поэтому теперь не жди, что Королева Ш-ш-шиирш или вождь Ареус будут к тебе благосклонны. Эти двое слишком погрязли в своих дрязгах, борьбе за ресурсы и власть, им важнее уничтожить друг друга, чем сплотиться перед лицом настоящего врага, который ужа на подходе. Но я верю, что ты сможешь донести до них своё слово.

— Но разве ты не отправишься со мной? Ты ведь верховный жрец и глава клана, а я всего лишь человечка, хоть и Шаи!

— Ты права, я — глава клана! И должен быть рядом со своим народом, особенно сейчас! — голос седовласого дрогнул.

Что-то внутри ёкнуло от тревожного предчувствия, будто натянутая страна порвалась, издав грустный последний звук.

— Мелихор, в чём дело? — спросила, глядя в полуприкрытые глаза нага.

— Ты сама всё понимаешь, Шаи! Вторжение начнётся уже скоро, и владения Глубинных змей станут первым рубежом. Мы задержим тварей, насколько сможем, но наших сил не хватит надолго! — с грустной улыбкой произнёс он.

— Но почему вам всем не уйти? — вскрикнула я так, что мой голос отразился от стен и взлетел к самому потолку.

— Забытые Храмы — наш дом, мы не оставим его. К тому же кто-то должен задержать тварей Бездны, чтобы у вас был шанс спасти наш мир, хоть и придётся пожертвовать его частью.

На мои глаза сами собой накатили слёзы! Я потянулась к старому нагу, чтобы его обнять, но вовремя вспомнила, что мои касания причинят ему боль, и разрыдалась горько.

— Ты справишься, Ш-ш-шаи, в тебе столько силы и смелости, о которых ты и сама не знаешь! Для меня было честью познакомиться с тобой, спасительница!

Внезапно Мелихор притянул меня к себе и крепко обнял, я постаралась высвободиться, но он лишь рассмеялся.

— Знаешь, эти объятия стоят каждого ожога и волдыря! — тихо произнёс седовласый, отпуская меня. — А теперь вам пора отправляться в путь! Медлить нельзя!

Сборы не заняли много времени, возможно, дело в том, что я не успела обзавестись большим количеством вещей в этом мире. Да и предусмотрительный Мелихор быстро подготовил всё необходимое для нашего путешествия. Небольшая сумка, в которой оказалось несколько платьев, тёплый плащ и нужные женские мелочи достался Адриану, а Кассису вручили походный рюкзак с разнообразным провиантом и набором «юного путешественника», в который входило всё, начиная от ниток с иголками и заканчивая лекарственными порошками, завёрнутыми в эластичные листья водорослей.

Мне никакой ноши не выдали, решив, наверное, что я маленькая и слабая. А может, так проявлялось уважение к Шаи. В любом случае движение по пещерам не будет для меня простым. При мысли, что придётся плестись по бесконечным коридорам, на меня напала глухая тоска. Да я даже десять тысяч шагов, которые нужно выхаживать в течение дня, преодолеваю с трудом, а тут придётся топать явно больше.

— Пройдём к вашему транспорту! — с улыбкой произнёс Мелихор, будто прочитав мои мысли. Хотя у меня, наверное, на лице всё было написано.

Аллилуйя, транспорт! Сейчас я была готова хоть в телеге, хоть на гигантской улитке передвигаться, лишь бы чапать пешком. Только вот моё мнение изменилось, когда увидела то, на чём нам придётся проделать путь…

На светящихся волнах подземной реки покачивался широкий плот, посреди которого была установлена небольшая палатка. Выглядела конструкция весьма основательно, но всё равно не вызывала у меня доверия.

— Эм… А, может, мы ножками? Ну, то есть, хвостами? Короче, пешком? — поинтересовалась с надеждой.

— Ш-ш-шаи, водные артерии, пронзающие Затопленный шёпот — самый быстрый и просто способ добраться из одного места в другое.

Мне некстати вспомнилась огромная рыбина с клыками, для которой этот плот как раз на один зуб. Моё последнее купание в местном водоёме накрепко врезалось в память и не вызывало желания повторить его вновь.

— Не переживай, Адриан — один из самых сильных водных магов, рядом с ним тебе ничего не угрожает! — продолжил жрец.

Я заметила краем глаза, как гордо приосанился синеволосый и нахмурился Кассис. Эти сильные, решительные и безумно соблазнительные мужчины порой вели себя как мальчишки.

— И кое-что ещё. Кажется, это ваше! — усмехнулся Мелихор, глядя на моих спутников, и щёлкнул пальцами.

Два служителя в ритуальных одеждах появились будто из-под земли. Один опасливо держал в руках огромный чёрный меч, лезвие которого было испещрено магическими символами, а второй — что-то похожее на бич или кнут, только металлический и усеянный острыми шипами. Кажется, помощники жреца желали как можно быстрее избавиться от оружия.

— Моя Разящая тьма! — радостно воскликнул Кассис, хватая огромный клинок и улыбаясь ему словно родному.

— Свист боли… — ласково проворковал Адриан, и хлыст буквально впрыгнул в его протянутую ладонь, обвивая мощное предплечье хозяина шипастой плетью, звеня от удовольствия.

— Они живые? — заинтересованно спросила я, глядя оружие в руках нагов.

— Надо же, ты почувствовала это! — произнёс Мелихор с почтением. — Тебе и впрямь дано чувствовать и понимать наш мир. Можно сказать, что этот кнут и этот меч — своеобразные фамильяры твоих спутников. Они верно служат своим хозяевам и наделены звериной привязанностью и даже интеллектом. Лишь сильнейшие войны, виртуозно владеющие магией, могут наделить своё оружие такой мощью и сознанием.

Ещё раз взглянула на спутников теперь уже другими глазами. Кажется, мне достались лучшие мужья в этом мире.

— А какое у вас оружие? — поинтересовалась у жреца.

— Моё оружие — слово. В Храмовой пещере запрещено ношение и применение подобных игрушек.

— Но как вы собираетесь защищаться от порождений Бездны, когда начнётся прорыв?

— Не волнуйся за меня и мой клан! — решительно и гордо заявил седовласый, а его янтарные глаза вспыхнули ярче.

Да, тварям Бездны явно можно только посочувствовать, когда они столкнутся с этим нагом.

— Я обещаю, что постараюсь успеть, Мелихор… — прошептала я, чувствуя, как слёзы вновь подступают к глазам.

Нельзя портить этот момент прощания, поэтому лишь коротко взмахнула рукой и отправилась к плоту не оглядываясь. Адриан и Кассис тут же оказались рядом, касаясь меня своими крепкими, надёжными плечами, словно готовясь разделить ту ношу, что свалилась на меня, хрупкую человечку, в руках которой спасение мира.

Адриан

Вода меня успокаивала с детских лет. Сколько себя помню, меня завораживала её переменчивость и постоянство, легчайшая пена прибоя и бездонные глубины. Пока все сверстники с трудом учились перемещать по столу небольшую каплю, я случайно смыл волной половину аудитории, не рассчитав силы. С тех пор моя жизнь круто изменилась.

Магией воды в нашем клане владели в основном женщины, что и стало причиной матриархата у Лазурных чешуй, возможно, именно в связи с этим, меня, ещё юного нага призвали ко двору королевы Шиирш. По крайней мере, тогда я так думал, когда вошёл в главный зал роскошного дворца и склонился перед правительницей, замирая от смеси страха и восторга.

Но уже поздним вечером, когда верные служительницы королевы приготовили для меня особое зелье и нанесли на мою чешую драгоценные масла, я понял, что сладострастную правительницу интересует не только моя уникальная магия, но и кое-что ещё. В ту ночь по тайному переходу меж стен замка я пришёл в спальню Шиирш, чтобы стать её наложником.

Сладко-постыдные воспоминания пронеслись в моей голове целым вихрем извращённых и развратных картинок. Смесь наслаждения и боли, которые умела дарить королева, въелась в мою память. Но рядом с человечкой Шаи они померкли и воспринимались как нечто далёкое и почти нереальное, словно это было не со мной.

Я скользнул виноватым взглядом по плоту, будто Спасительница могла подслушать мои мысли о другой. Но, к счастью, девчонка спала в палатке, явно вымотанная событиями последних дней. А вот Кассис зыркнул на меня недобро. Да, у богини Маруш, сплетающей нити судеб в единое полотно жизни, явно своеобразное чувство юмора, рас связала нас с кровным врагом любовью и служением нашей Шаи. Крамольная мысль столкнуть здоровяка за борт заставила меня ухмыльнуться.

— Даже не думай, синехвостый! — хрипло, но тихо произнёс он, окидывая меня злым взглядом.

Да, он бы тоже с удовольствием уничтожил меня, если бы не Шаи, с которой оказались связаны оба. Думаю, такого исхода не ожидал никто из наших кланов, ведь согласно пророчеству, лишь достойный сможет стать избранником Спасительницы. Именно поэтому правители отправили своих лучших воинов, надеясь, что их посланец станет тем самым. Возможно, это положило бы конец затянувшейся кровопролитной войне, которую пора уже было завершить. Но вышло всё иначе…

Глядя в глаза Кассису, я опустил руку в воду, которая тут же побежала струйками вверх по моей коже, ластясь и ласкаясь, словно домашняя зверушка или влюблённая женщина. Злость в глазах здоровяка сменилась яростью и завистью. Обсидиановая корона была лишена дара управления водной стихией. Да и куда этим дуболомам, умеющим лишь махать мечом и устраивать жертвоприношения.

— Перишис… — прошипел обсидиановый презрительно.

Я вспомнил, что на диалекте татуированных варваров это значит что-то типа «любитель лизать женские прелести». Ну да, для них это жуткое ругательство, ведь их способы сношения крайне примитивны, а удовольствие партнёрши не играет роли.

Не буду же уподобляться этому недалёкому типу и обмениваться с ним оскорблениями. Поэтому я просто сформировал упругий водяной бич и хлестнул им обидчика по плечу. Как и следовало ожидать, Кассис метнулся в мою сторону, сжав кулаки и сверкая горящими от ярости глазами, но я уже был готов и ловко уклонился от его прямолинейной атаки. Плот чуть качнуло в сторону, поэтому пришлось вновь переместиться, чтобы мы не перевернулись. Хоть ограниченное пространство и было на руку противнику, но я не боялся, ведь куда неповоротливому здоровяку до меня.

Возможно, я был слишком легкомыслен и самонадеян и поэтому пропустил следующий выпад, получив ощутимый удар в область солнечного сплетения. Но и Кассис хрипло застонал, когда водяной бич стеганул его вдоль спины. Один-один!

— Вы с ума сошли?! — раздался вдруг рассерженный окрик Шаи.

Мы разом повернулись к палатке и увидели нашу женщину, прекрасную, сонную и разъярённую.

— О каком сплочении кланов и спасении мира может идти речь, если даже вы пытаетесь друг друга убить? — спросила она так горько, что тут же ощутили себя последними мерзавцами.

— Прости, Шаи! Это больше не повторится! — произнесли мы с татуированным хором.

— Ну ладно, сделаю вид, что поверила! — глаза девчонки лукаво сверкнули, и я поразился смене её настроений. Да ведь моя Шая — олицетворение водной стихии: плавная, тягучая, переменчивая и опасная.

— Кстати… — продолжила она, невинно хлопая ресницами. — У нас же так и не было ещё первой брачной ночи.

О, Морская мать, дай мне сил и самообладания рядом с этой женщиной, которая вызывает во мне такое буйное неконтролируемое желание, что паховая пластина не справляется. Судя по виду Кассиса, он сейчас думал примерно о том же самом. Ну хоть в чём-то с ним мы были солидарны.

Кассис

Я с завистью смотрел, как синехвостый ловко и грациозно выскакивает из воды, совершая какие-то невероятные кульбиты, подкидывает вверх мириады брызг, заставляя их принимать формы цветков, рыб или глубинных крабов. А маленькая хрупкая Шаи счастливо и заливисто смеётся, хлопая в ладоши. Женщины нагов никогда не вели себя так открыто и искренне, считая проявление эмоций чем-то предосудительным.

Глядя сейчас на Спасительницу, ощутил, что и на моих губах расцветает улыбка. От непривычной мимики даже мышцы лица свело, но рядом с этой человечкой что-то во мне менялось.

Словно почувствовав мой взгляд, девчонка поднялась с места и направилась ко мне, продолжая поглядывать краем глаза на представление Адриана.

— Всё в порядке? — поинтересовалась она тихо и участливо.

Так со мной разговаривала лишь матушка, пока я ребёнком жил в семье. Стыдно вспомнить, но когда меня забирали в военную общину, я плакал и не хотел уходить из дома, просил оставить меня с родными. Да, это было поведение не воина, а слабака.

— Всё нормально! — отрезал я, избегая смотреть в глаза Спасительницы.

Они у неё удивительные: яркие, светящиеся и переменчивые, как водная гладь. Лучше в них не нырять, если не умеешь плавать!

Девчонка подсела ко мне, прижимаясь своим плечиком, а стройные ножки опустила в воду и чуть водила носком из стороны в сторону. Не задумываясь, что делаю, аккуратно, но решительно, вытащил её такие уязвимые нижние конечности из опасной жидкости и закинул себе на хвост, а плечики обнял рукой, словно защищая от окружающего мира. Это вышло так естественно и легко, что сам удивился. Шаи устроилась в моих объятиях маленьким уютным клубочком.

Какая же она хрупкая! Взгляд скользил по стройному, но весьма сексуальному тельцу, словно впервые увидел жену. Жена… Как странно звучит. Незнакомая иномирка, которая при первой встрече даже не показалась мне симпатичной, вдруг сейчас уютно ластилась в моих руках, а я испытывал какое-то странное, незнакомое ранее чувство, которое невозможно даже выразить словами.

Я нежно провёл пальцем по выступающим позвонкам на спине Шаи, и та болезненно поморщилась.

— Что случилось? — спросил, глядя на девчонку с тревогой.

— Всё в порядке! — усмехнулась она, очаровательно краснея. — Просто первая брачная ночь выдалась слишком бурной.

Присмотревшись внимательнее, заметил, что на нежной светлой кожи избранницы расцветают синяки и засосы, оставленные мной и Адрианом. Да что мы за существа такие? Эта маленькая человечка, наверное, испытывала жуткие мучения и боль и именно поэтому так громко кричала.

— Мне было хорошо! — Призналась Шаи, будто влезла в мою голову и подслушала мысли. — Ты даже не представляешь насколько. Я и сама не до конца представляю. У меня же такого никогда не было…

Тут её щёки и вовсе залились столь насыщенным красным цветом, что окончательно испугался. Вдруг и человеков так проявляется плохое самочувствие?

— Такого это какого? — неловко поинтересовался я, ощущая, что в районе паховой пластины опять происходит рост напряжения, а ведь раньше легко мог контролировать свои инстинкты.

— Ну, у меня совсем мало опыта… — прошептала она. — А тем более, с двумя и вовсе нет, а ещё у вас хвосты… И языки.

Последнюю фразу она произнесла с особым придыханием и даже губу прикусила. Я уже успел заметить, что жене нравятся извращения синехвостого, когда он целует и ласкает ртом её сокровенные места. Но я не перишис, в клане Обсидиановой короны это считается извращением, ведь мужчина занимается сексом лишь для того, чтобы сбросить напряжение и быть готовым к битве. Это Лазурные прислуживают своим правительницам магичкам, выполняя каждый их приказ.

— А ещё я хотела сказать, что рада найти таких мужей, как ты и Адриан! Спасибо, что не пытаетесь убить друг друга. Ну, точнее, — делаете это не слишком часто, я ведь знаю, что вы враги!

Притянув Спасительницу ближе к груди, вдохнул запах её волос. Что-то совершенно неизвестное, но удивительно приятное. Наверное, так пахнут травы поверхности, согретые тёплыми лучами солнца.

— Да, Шаи, мы враги. И я даже не представляю, как нас встретят в Азур-Грань, столице синехвостых. Думаю, эти сумасшедшие магички попытаются меня убить ещё на подходе к их городу!

Девчонка дёрнулась и отстранилась от меня, внимательно вглядываясь в моё лицо.

— Тебе угрожает опасность? — спросила она строго. — Почему ты не сказал?!

Я лишь улыбнулся и вновь притянул к себе, нежно проводя по мягким струящимся волосам. Она должна понять, что теперь моё место рядом с ней, пусть даже если это смертельно опасно.

Постепенно окружающий пейзаж начал меняться: в тёмных стенах, тут и там поблёскивали прожилки синих кристаллов, воздух стал теплее, появились необычные светящиеся растения, похожие то ли на губку, то ли на лишайник, только высотой не ниже колена. Я была очень этому рада, ведь созерцание чёрных голых стен уже порядком надоело и наводило тоску.

— Мы входим в воды тёплого источника индиго, значит, совсем скоро будем в Азур-Грань! — радостно произнёс Адриан, втягивая воздух с блаженной улыбкой. — Это самое красивое место в Затопленном шёпоте, уверен, что тебе понравится, Шаи.

Но улыбка тут же померкла и наг стал сосредоточен и замкнут. Чем ближе мы подплывали к столице Лазурных чешуй, тем напряжённей становились мои спутники. И если Кассиса я понимала и переживала за его безопасность, но поведение обычно словоохотливого и лёгкого в общении синеволосого стало для меня загадкой. Адриан почти перестал разговаривать, лишь задумчиво смотрел на воду и шевелил губами. Казалось, он спорит сам с собой. Мне хотелось поддержать своего супруга, но сердце подсказывало, что сейчас его лучше оставить в покое.

— Мы уже близко! — сообщил синехвостый срывающимся голосом, в котором радость смешивалась с напряжённостью.

Хорош, что он предупредил… Когда наш плот вышел из очередного крутого изгиба реки, я невольно охнула. Казалось, что кто-то резко выкрутил в картинке насыщенность и яркость, мне даже пришлось зажмуриться на пару секунд, — глаза, привыкшие к полутьме, чуть не лопнули от такой красоты. Прямо перед нами возвышался величественный город, словно сошедший со страниц сказок.

Река, по которой мы передвигались, втекала в главные решётчатые ворота, из неизвестного мне отливающего синевой металла, которые были сейчас закрыты. Да, столица Лазурных чешуй была не только прекрасна, но и неприступна: подобраться к ней можно было лишь по воде, а высокие массивные стены с узкими бойницами, окружающие город, превращали его в настоящую крепость.

— А нас точно пустят внутрь? — поинтересовалась я, когда наш плот практически подплыл к массивным стенам. — Что-то я не вижу стражников, которые бы открыли ворота.

— Они и не нужны! — гордо произнёс Адриан и загадочно улыбнулся.

Наше средство передвижение замерло, словно схваченное рукой подводного великана, в метре от кованой решётки, которая тут же ощерилась множеством шипов. На всякий случай я отползла вглубь, а Кассис моментально оказался рядом, прикрывая меня широкой грудью от возможной опасности.

— Мерш-шарс-шиир… — прошептал Адриан и приложил палец к одному из шипов.

Мне показалось, или алая капля, выступившая на коже спутника, тут же впиталась в металл? Ворота тихо и мелодично зазвенели, будто приветствуя синеволосого, и медленно начали подниматься.

— Показушник! — недовольно хмыкнул татуированный, но в его глазах прочла что-то похожее на восхищение.

Я же не смогла сдержать аплодисментов, настолько меня впечатлило произошедшее. Теперь мне оставалось только крутить головой и с интересом разглядывать место, в котором оказалась. Кажется, я влюбилась в этот город с первого взгляда.

Азур-Грань… это не город, это сон, ведь в реальности сложно представить такую красоту. После угрюмых базальтовых ущелий, через которые мы добирались, он словно оазис в пустыне, но вместо песка — бесконечная синева окружающих вод.

Здесь не было привычных улиц — только сплетение каналов, словно в Венеции, и огромное количество мостов. Вместо гондол туда-сюда сновали изящные лодочки из переливающихся раковин, а вместо фонарей свисали гроздья биолюминесцентных цветов, заливающих всё вокруг мягким, колдовским светом и отражающихся в воде. Казалось, что мы плыли по звёздному небу, только эти звёзды — были живые, мерцающие и пульсирующие.

Архитектура Азур-Грань поражала. Создавалось ощущение, что сама природа выступила в качестве скульптора, а Лазурные чешуи лишь довели это произведение до совершенства магией. Здесь не было никаких углов, прямых линий. Все здания словно росли из морского дна, переплетаясь с кораллами, губками, сталактитами. Из материалов, украшавших практически каждое здание, даже самое бедное, преобладал перламутр, сияющий тысячами оттенков, и неизвестные мне насыщенно-синие кристаллы поблескивающие сотнями граней.

Но самым завораживающим и неожиданным оказались иллюзии. Сперва я даже не поняла, что происходит. Вот ты плывёшь по каналу, а вокруг вдруг возникают сады, полные диковинных, светящихся цветов. А вот ты смотришь вверх — и видишь небо, настоящее звёздное небо, по которому так соскучилась. Это, конечно, был обман, но такой прекрасный, что хотелось в него поверить.

— Ну как тебе? — с улыбкой спросил Адриан, нежно касаясь руки.

Думаю, по моему виду было понятно и без слов, насколько я поражена.

— В этом все синехвостые… — недовольно буркнул Кассис кривясь, будто от зубной боли. — Красивые картиночки, иллюзии, украшения, а на самом деле ничего стоящего.

Я почувствовала, что сейчас мои мужья вновь могут сцепиться, поэтому по очереди поцеловала каждого в щёку. Как и ожидала, это остановило конфликт в зародыше. Всё же эти огромные наги такие же мужчины, к которым просто нужно подобрать ключик.

— Ой, кажется, нас встречают… — произнесла я, почувствовав, что плот сам собой замедляет движение и швартуется к ступеням высокого величественного здания.

На лестнице нас уже поджидала внушительная делегация, выглядевшая не слишком приветливо. Я тут же узнала красавицу-королеву Шиирш, облачённую в длинное небесно-голубое платье, подчёркивающее её аристократично-бледную кожу и выдающиеся достоинства размера этак четвёртого. В очередной раз я позавидовала красоте нагини. У неё даже хвост был грациозным и переливался всеми оттенками синего, словно сделанный из драгоценных камней.

— Я рада, что ты вернулся, милый Адриан! В моей постели тебя очень не хватало. И молодец, что доставил в родной клан столь интересных и ценных пленников! — проворковала венценосная стерва, обращаясь к моему синеволосому мужу.

Всегда была уверена, что абсолютно неревнива. Скорее всего, просто некого ревновать было. Я была магнитом для этаких маменькиных сынков, нуждающихся в нежности, поддержке и домашних котлетках, а не взрывной страсти. Но сейчас я поняла, что готова вцепиться в синие лохмы этой змеиной сучки и выдрать до единого. А ещё когда-то читала, что из змей делают шашлык, вот пора попробовать, вдруг вкусно!

Адриан побледнел так, что казалось ещё немного и потеряет на сознание. На его высоком лбу выступили бисеринки пота, челюсти стиснулись до зубовного скрежета, а кончик хвоста бился из стороны в сторону. Впервые я видела своего мужа таким. Пусть мы не были долго знакомы и только узнавали друг друга, но почувствовала, что он сейчас не просто напряжён, а на самой грани.

Красотка-королева чуть повела плечами и пристальнее посмотрела на синеволосого, словно желая прожечь его взглядом. Все вокруг молчали, лишь мелодичный плеск волн о камень ступеней нарушал мёртвую тишину. Мне казалось, что сам воздух сгустился и запах озоном, словно вот-вот разразится гроза.

Я приосанилась, вскинула гордо подбородок и подошла к синехвостому мужу. Адриан вздрогнул, когда положила руку ему на плечо. Кожа мужчины просто пылала, словно у него был сильнейший жар. Да какого лешего здесь происходит?

— Мы не пленники! — обратилась громко и спокойно к королеве, хотя внутри всё подрагивало. — Я жена Адриана! И я Шаи, Спасительница, которую вы призвали.

Нагиня тихо зашипела, покачиваясь на своём переливающемся хвосте, а её глаза вспыхнули злостью. Только меня этим было не пронять. Она моему преподавателю по уголовному процессу на экзамене просто не отвечала, вот там — настоящий ужас.

Разряженные в шелка и бархат придворные зашептали что-то разом, обращаясь к своей повелительнице, но та щёлкнула пальцами, и все замолчали, как по команде. Да, субординация нагов не переставала меня поражать. Есть чему у них поучиться.

— Я никого не призывала, но мы готовы принять тебя, Шаи! — холодно произнесла красавица, но в глазах её мелькали недобрые огоньки. — И спасибо за пленного генерала Обсидиановой короны. Я вижу, ты подготовилась и решила выкупить того, кто принадлежит мне, предложив равнозначную замену. Думаю, этот татуированный красавец будет нам полезен. Для начала он поведает мне все военные секреты своего вождя, а затем займёт место в моей постели, если, конечно, выживет после допроса.

Не люблю чувствовать себя дурой, но сейчас было именно такое ощущение. Кого я должна выкупить? И с чего эта наглая змеиная самка решила, что отдам ей второго мужа? И какого художника его будут пытать, а потом ещё и в постель тащить? Я не позволю!

— Кассис тоже мой супруг! Я связана с этими мужчинами церемонией и вечной клятвой! — продолжила я, но шумные возмущённые возгласы перекрыли мои последние слова.

— Значит, ты жена врага! — с победной улыбкой прошипела королева и мелодично рассмеялась. Ну что же, с врагами и их парами у нас разговор короткий. Взять этих двоих и поместить в темницу. Не церемониться, если будут сопротивляться. Адриана намазать ароматными маслами, — а то от него разит человечкой — и доставить в мои покои.

Шиирш резко развернулась на хвосте и покачивая тем местом, где у неё могли бы быть бёдра, принялась подниматься по лестнице. На верхней ступеньке она обернулась и взглянула на меня сверху вниз, насмешливо ухмыльнувшись.

«Ах ты, змеиная самка, ну я доберусь до тебя!» — шёпотом пообещала я.

И в этот момент на нас бросилась многочисленная охрана, закованная в латы из мерцающего синего металла и вооружённая до зубов. Кажется, в этом мире у меня не будет ни одного спокойного дня…

*****

Адриан Шиирш, моя повелительница, безжалостная королева, распутная и порочная женщина, решившая, что я её личная игрушка. Я посмотрел на неё сейчас другим взглядом. Когда-то она сводила меня с ума, дурачила неожиданными выходками, обучала горько-сладкому искусству любви, умело мешая наслаждение и боль. Лицо с идеальными чертами, длинная шея, по которой обожал медленно проводить языком от ключицы до маленького ушка, тёмно-синие соски, украшенные колечками, просвечивающиеся сейчас через полупрозрачную ткань облегающего платья. Да, она была удивительно красива, но при этом казалась ненастоящей: один из тех прекрасных миражей, которые сама так любила создавать. Взглянув на свою жену, невольно улыбнулся, — настолько разными, практически диаметрально противоположными они были с королевой. Моя человечка светилась жизненной силой, открытостью, добротой. Каждая эмоция отражалась на её милом и уже таком родном личике. Раньше не задумывался, что же испытываю к Шаи. Когда пришёл в Храмовую пещеру, направленный королевой, чтобы укрепить позиции клана, я лишь исполнял приказ. По велению Шиирш, женился бы и на медузе. И вот теперь плечом к плечу с заклятым татуированным врагом прикрываю грудью человечку, готовясь сразиться с воинами Лазурных чешуй, бросить вызов повелительнице, которой поклялся служить. Что это, если не любовь? Невольно ухмыльнулся своим мыслям. О чём только не подумаешь перед лицом скорой смерти. А то, что буду защищать Шаи до последней капли крови, даже не обсуждалось. Привычным движением вскинул руку, и верный хлыст с тихим шипением сам вполз в мою ладонь, устраиваясь в ней. Кассис с нехорошей усмешкой выхватил свой здоровенный меч и подмигнул мне так, словно мы были приятелями. Со всех сторон к нам опасливо, но неотвратимо двинулись воины королевы, а она сама застыла на верхней ступеньке, глядя на происходящее с кровожадным любопытством. Да, крови прольётся немало! Внезапно воздух вокруг стал жарче, словно мы перенеслись в термальные бани. Плот чуть покачнулся, когда рядом с ним поднялся пузырь воздуха, затем ещё один. Поверхность воды подёрнулась паром, а дышать стало тяжело. Что происходит? Первый же воин, вошедший в воду, заорал от боли и тут же выскочил на каменные ступени. — Госпожа, там кипяток! — завопил он, валясь на бок, а остальные стражники замерли, потом и вовсе чуть отступили. — Что происходит? — рёв королевы сотряс стены и гулом покатился по улицам. — Шашлык из змей я ещё не пробовала, а вот сварить суп смогу! Кстати, под этим зданием дремлет гейзер. Может, мне стоит его разбудить? — вдруг удивительно спокойно произнесла Шаи, выступая вперёд. — Как ты это сделала? — шёпотом спросил я, ощущая, смесь восторга и ужаса. — Самой бы хотелось знать, милый! — нежно проворковала она, поблёскивая удивлёнными глазами цвета пузырящейся водной глади. — А мы не сваримся сами? — Хм... Об этом я не подумала!

«Я не специально!» — это было первое, что я прошептала, когда увидела, что происходило с водой канала. Ну честно, я даже не думала, что на такое способна, просто очень разозлилась…

А как иначе, когда сучка-королева подкатывает свой хвост к обоим моим мужьям? То Кассиса пытать собирается, а затем укрощать в постели, то требует на кровать ей Адриана доставить! Какая-то нимфоманка, а не глава клана, всё у неё через койку. Внутри меня закипела такая ярость, которой от себя не ожидала, а затем уже закипело всё вокруг.

От удивления, едва понимала, что вообще делать, по лицу стекал пот, в районе солнечного сплетения бушевало пламя, а в голове не осталось ни единой мысли. Но страшнее всего, — даже не представляла, как это всё остановить. Да ещё и резонное замечание синеволосого мужа о том, не сваримся ли мы заживо, подлило масла в огонь и лишь усилило кипение водоёма.

Но, кажется, на Шиирш всё же произвело впечатление моё случайное представление. Она-то была уверена, что я показала ей лишь часть силы и была явно впечатлена, хоть и старалась этого не демонстрировать.

— Адриан, уйми свою человечку, пока она не изуродовала твой родной город! — властно приказала королева, но в её глубоком голосе проскочила паническая нотка.

— Чтобы ты бросила её и Кассиса в темницу? — резонно поинтересовался мой муж в ответ.

Красивое лицо женщины исказила гримаса гнева, а волосы задвигались, словно ожившие змеи. Прям Медуза Горгона, а не баба!

— Я всего лишь пошутила! — вдруг улыбнулась хитрая нагиня, буквально «переобуваясь в полёте». — Разве я могу быть негостеприимна к столь важным и необычным посетителям Азур-Грань. Ну и, конечно, безумно рада видеть моего лучшего водного мага, который наконец-то вернулся в объятия своего клана.

Королева даже грациозно раскинула руки в стороны, словно приглашая нас скорее в «обнимашки». Только вот у меня желания прикасаться к этой стерве не было никакого. Хотя, если вспомнить, как моё прикосновение влияет на нагов… Хм, пожалуй, стоит приобнять королеву, да подержать так её немного, чтобы прочувствовала всю силу моей любви!

Но как сойти с шаткого плота, который ну никак не припарковать? Вдруг нечаянно упаду в кипяток? Не хотелось бы свариться заживо!

— Шаи, успокойся, обещаю тебе, что всё будет хорошо! Мы с Кассисом рядом, и ничто не разлучит нас! — прошептал Адриан ласково, а татуированный лишь коротко кивнул, подтверждая.

Злость, бурлившая во мне, стала угасать, да так стремительно, что вскоре и вовсе исчезла, растаяла без следа. Осталась лишь благодарность мужьям за их поддержку, веру в меня и готовность положить жизнь на мою защиту. Дышать сразу стало легче, воздух вокруг посвежел, а канал больше не бурлил крутым кипятком.

Адриан первым покинул плот, взлетев вперёд, словно выстрелив своим телом в сторону ступеней. Вот он уже был на берегу и улыбался мне ласково и одобрительно. Только вот я подобный прыжок точно не повторю, да и самый титулованный олимпийским спортсмен вряд ли бы сумел исполнить подобное. Пожалуй, впервые я задумалась о том, насколько наги сильнее и быстрее людей. Кажется, человечеству моего мира повезло, что на Земле нет хвостатых.

Но додумать эту мысль я не успела, так как вдруг оказалась в крепких объятиях Кассиса. На секунду он улыбнулся и поцеловал меня страстно прямо на глазах у изумлённой публики. Да и я не ожидала подобной ласки от сурового воина.

— Ну что, полетели? — тихо произнёс он, и я действительно взлетела, пущенная его мощными руками, словно метательный снаряд.

Зажмурившись, даже успела и поорать, и высказать всё, что думаю о происходящем, причём весьма красочно, с должными эпитетами и определениями. «Тудыть твою дивизию!» — ещё провозглашала я, как вновь очутилась в надёжных объятиях, но на этот раз Адриана.

— Я вам не мячик, чтобы кидать меня друг другу! — прошипела я, едва переводя дыхание.

— Что такое мячик? — тут же поинтересовался любознательный синехвостый.

Я лишь досадливо отмахнулась и посмотрела, как Кассис ловко и решительно перескакивает к нам, словно чёрная молния.

— Добро пожаловать в мой дворец, дорогие гости! — тоном радушной хозяйки проворковала королева.

Стражники, которые недавно были готовы нас растерзать, выстроились почётным караулом, а ушлые придворные уже усыпали белоснежными лепестками широкие ступени, ведущие к массивным дверям входа.

— Это точно безопасно? — с сомнением поинтересовалась у Адриана, пытаясь слезть на землю, но муж лишь сильнее прижал меня к себе.

— Не безопаснее, чем совать голову в клешню краба-идиго! — усмехнулся он. — Но пока мы все вместе, нам ничего не угрожает.

Кассис

Не доверяю я проклятым синехвостым! Мне не по себе в этом городе, где всё не то, чем кажется. Иллюзии, хитрость, показная роскошь… Тьфу! Хотя чего ещё ждать от клана, где верховодят женщины? Одна эта королева чего стоит! Эта змея точно не упустит возможности отомстить. Но если синеволосая сучка даже косо посмотрит на мою Шаи, то своими руками её придушу.

То, что человечка может и сама за себя постоять стало понятно после того, как чуть не вскипятила целый город. Но я всё равно не отходил от неё ни на шаг. Да и Адриан двигался так, чтобы максимально прикрыть нашу жену. Пожалуй, этому синехвостому всё же можно доверять, ведь он бросил вызов самой королеве.

Мы двигались по дворцу неспешно и торжественно. Кажется, Шиирш хотела, чтобы оценили всю роскошь и великолепие каждого помещения. Человечка и впрямь крутила головой, удивлённо хлопая глазами, и даже прицокивала языком. Но мне было не до созерцаний интерьеров и любования всеми этими роскошествами. Я оценивал в первую очередь количество охраны и их вооружение.

Не уверен, что этих намазанных маслом, разряженных самцов, которые явно здесь служили для удовлетворения сексуальных потребностей королевы и придворных дам, можно вообще назвать охранниками. Так, куски мяса без инстинктов воина и убийцы.

Наконец, мы оказались в главном зале, стены которого были выполнены из натурального перламутра и переливались всеми цветами радуги, умножая свет огромного количества мерцающих кристаллов. Королева, зазывно помахивая всеми изгибами, прошла к трону, выполненному в виде раковины, и опустилась на него с царственным видом.

— Ну что же, я рада приветствовать гостей в своём доме, в самом сердце Лазур-Грань! Мне приятно видеть моего лучшего мага, вернувшегося в лоно родного клана. Но куда отраднее явление Шаи, Спасительницу, предсказанной пророчеством. Также хочу показать всё радушие представителю Обсидиановой короны! — голос королевы торжественно наполнил зал.

— Мы рады стать гостями столь радушной хозяйки! — в тон произнесла Шаи, но в голосе мелькнули нотки сарказма. — Мы пришли, чтобы поговорить с тобой Шиирш. Тогда в Храмовой пещере ты так стремительно покинула собрание глав клана, не дослушав то, что я хотела донести.

Королева лишь нетерпеливо и чуть раздражённо взмахнула рукой, кривя безукоризненный носик.

— Мы успеем поговорить, но сперва вам следует отдохнуть после долгой дороги, а вечером будет грандиозный бал в вашу честь! Для вас подготовят лучшие апартаменты! — безапелляционно произнесла Шиирш и поднялась с места, показывая, что аудиенция окончена.

— Но… — начала человечка, но хитрая королева уже выскользнула из зала через неприметную дверь в дальней стене.

От злости я сжал кулаки, но тёплая ладошка жены легла на моё предплечье, предостерегая от вспышки гнева.

— Синехвостые… — вырвалось у меня, но я решил не продолжать.

С моими манерами и привычками не понять местных укладов. Мне хотелось разнести по кирпичикам этот дворец, а затем притащить сюда за волосы проклятую королеву, которая играла с нами.

— Прошу следовать за мной! — вдруг раздался голос одного из охранников, подползшего к нам ближе.

Этот смазливый красавчик улыбнулся моей жене, и я бросил на него такой взгляд, что он тут же отшатнулся.

Мы отправились следом за стражем, который нестерпимо пах розовым маслом, словно женщина из борделя, а не мужик.

— Кстати, Адриан, королева просила передать, чтобы ты зашёл к ней в спальню, уверен, ты помнишь, где находятся её личные покои, ведь провёл там много ночей! — ядовито произнёс пахучий.

А вот тут пришла моя очередь приобнять Шаи, которая зашипела, будто змея.

— Я никуда не отправлюсь без своей супруги! — холодно отрезал синехвостый и я мысленно поаплодировал ему. Кажется, этот Адриан не так и плох. Ну по крайней мере, для одного из Лазурных чешуй.

Человечка нащупала наши ладони и сжала их с удивительной силой, словно боясь, что мы оставим её одну. Маленькая глупенькая Шаи, которая пока даже не понимает, что значит для нас. Она не просто Спасительница, которую мы будем защищать до последней капли крови, она наша истинная, наш дар!

Пара нагинь с идеальными лицами и грациозными телами, которые словно пребывали постоянном танце, отвели меня в комнату для создания красоты. Мужья недобро глянули на служительниц, но, обыскав помещение, похожее на смесь хаммама, массажного кабинета и салона красоты, всё же чуть успокоились и позволили увести меня, но сами застыли под дверью, словно каменные изваяния.

— Ой, я впервые вижу человечку! Какая нежная кожа и странное строение тела, даже половая полость не прикрыта пластиной! — прошипела одна из них, облачённая в длинные перчатки, разминая мои ноги.

— И у неё муж-варвар из Обсидиановой короны! — подхватила вторая, заплетая мои волосы, одетая чуть ли не в костюм химзащиты.

— Вообще-то, я здесь! — напомнила расшипевшимся змеям.

Девчонки тут же замолчали, но я чувствовала их изучающие взгляды на моём теле и вместо того, чтобы расслабиться, задумалась, достаточно ли хорошо я выгляжу на фоне этих лощёных красоток.

— Шаи, наша королева передала для вас бутылку вина из редких плодов огнедрева, чтобы извиниться за то, что её приём мог показаться недостаточно гостеприимным. Данный дар является знаком особого расположения! — произнесла одна из девушек, наливая в высокий бокал искрящуюся жидкость, переливавшуюся всеми оттенками настоявшего пламени.

— Я не пью алкоголь! — постаралась отмазаться от предложенного.

— Шаи, это то подношение, отказ от которого является оскорблением! — напомнили хором девушки.

Сейчас мне приходилось маневрировать между желанием не нарушить нормы поведения во дворце Лазурных чешуй и потребностью сохранить собственную жизнь. Мне разом вспомнились истории о том, как помирали неугодные женщины во дворцах коварных монархов в Средние века. Каких только там ни было способов, чтобы отправить соперниц на тот свет.

— Ну тогда испейте и вы им моего кубка! — вспомнилась мне крылатая фраза.

Кто я такая, чтобы не верить Ивану Васильевичу?

Нагини переглянулись взволнованно, но я угрожающе подняла бровь и принялась шептать слова песни группы Раммштайн, надеясь, что это сойдёт за заклинание. Клянусь, девчонки друг другу чуть в синие волосы не вцепились, вырывая бокал. Кажется, они уже наслушались рассказов о том, что я учудила, вскипятив водоём вокруг дворца.

Вино из бокала исчезло, словно его и не бывало, но обе хвостатые не корчились в муках от действия яда, поэтому позволила налить и мне. Возможно, не будет лишним чуть расслабиться… Первые капли ароматного сладкого напитка будто растворились у меня во рту, оставляя удивительное послевкусие.

— Вкусно… — благодарно прошептала, чувствуя, как в голову ударяют винные пары.

— Вот и хорошо! — голоса нагинь сплелись в один, а сами они будто начали уплывать из поля моего зрения. — А теперь взгляни, какая ты красавица.

Передо мной появилось зеркало в полный рост, отражавшее удивительно сексуальную яркую девушку в полупрозрачном платье, облегавшем каждый изгиб тела, и с броским макияжем, превращающем симпатичную мордашку в лицо, как у идеальных синехвостых барышень. Сейчас могла показаться, что я и сама принадлежу к клану Лазурных чешуй, даже волосы приобрели небесный оттенок.

— Ты идеальна, Спасительница!

— Следуй за нами, Шаи!

Удивительно, но девушки скользнули не в ту дверь, за которой меня ожидали мужья, а поманили к тёмному прогалу, открывшемуся за откинутым гобеленом. Всё внутри протестовало этому приглашению, но ноги сами сделали шаг в ту сторону.

Покорно я шествовала по узкому тёмному коридору, удаляясь от верных, надёжных супругов, каря себя за то, что выпила зелье, приготовленное королевой. А то, что это было не просто вино, стало понятно по тому, что не могла произнести ни слова, превратившись в послушную марионетку. И чего мне теперь ожидать? Возможно, хитрая Шиирш заманила меня в ловушку, где меня ждёт верная смерть.

Только я сильно ошиблась… Нагини фактически выпихнули меня в комнату, где всё буквально орало и сигнализировало, что здесь обитают любители БДСМ: плётки, разнокалиберные дилдо, кляпы, разномастные цепочки с зажимами и наручники, развешанные вдоль тёмных стен.

Но хуже всего было то, что меня поджидала королева, одетая, словно актриса из фильма для взрослых, а вокруг её импровизированного трона покорно замер десяток синеволосых нагов, затянутых в кожаные одежды и с эрегированными половыми органами, на которых красовались резиновые изделия наподобие наших презервативов.

— Вижу, что ты угостилась моим прекрасным напитком, будящим жар тела, Шаи! Так теперь отведай этих мужчин, которые смогут его унять! — с победной улыбкой бросила королева.

Я, конечно, порой фантазировала о групповом сексе. Но рота хвостатых красавцев, похожих в своих латексных одеждах и масках, словно капли воды, меня откровенно пугала. С моими мужьями всё было иначе… Я хотела их до дрожи в конечностях, до скрежета зубов, до сладких судорог низу живота от самого лёгкого прикосновения.

— Что такое, Шаи? — прошипела королева, грациозно сползая со своего трона. — Тебе не нравится мой подарок? Хозяйка должна быть гостеприимной. Посмотри, какие аппетитные блюда сегодня могут оказаться в твоём меню.

Нагиня двинулась вдоль шеренги мужчин, проводя ладонью по и без того внушительным стоякам мужчин. Да это просто сказка для взрослых девочек, а не комната во дворце. Наверное, многие бы не отказались поменяться со мной местами, ведь где ещё увидишь столько первосортных самцов, единственной целью которых является доставление удовольствия.

Синеволосые красавцы глядели на меня так, что невесомое платье, в которое была облачена, могло вот-вот вспыхнуть. Под их горячими голодными взглядами напиток, который так неосмотрительно выпила, начинал играть в теле с неожиданной силой, туманя разум.

Шиирш вдруг глухо застонала и изогнулась так, что впору было вызвать экзорциста. Всего секунда и хвостатая, сделав замысловатый кульбит, вдруг обернулась в человека. Передо мной стояла обнажённая синеволосая женщина с удивительно гармоничным телом, с такими сексуальными изгибами, что модные актрисы и певицы моего мира захлебнулись бы от зависти.

— Ты умеешь обращаться? — ошарашенно спросила я, глядя на это существо с недоверием.

Девушка повела плечами и подмигнула мне заговорщицки.

— Так можно получить больше удовольствия! — проворковала она, прижимаясь к ближайшему из стражей. — Мне дано многое. Если ты захочешь, я смогу тебя обучить такому, что тебе и не снилось. Ты сможешь стать всемогущей в нашем мире и получить всё, что захочешь. Зачем тебе два постоянных супруга, которые рано или поздно приедятся? Женщина нашего клана может позволить себе больше!

— Но я же человечка и не принадлежу к клану Лазурных чешуй! — парировала я.

— Ты — Шаи! Тебе позволено выбрать любой путь, просто пока ты этого не понимаешь. Стань моей подругой! Моей сестрой! Вместе мы сможем всё! Весь Затопленный шёпот станет нашим!

— Но как же вторжение тварей из Бездны?

— Оно так далеко и зыбко. Пока твари доберутся до Азур-Грань, пройдут многие годы. Зачем беспокоиться о том, до чего можно не дожить? А вот воины Обсидиановой короны могут вот-вот вторгнуться в мой город. Помоги мне… И забирай хоть всех этих мужиков!

Во властном и самодовольном голосе синеволосой скользнули истерические нотки. Только сейчас я поняла, что королева просто напугана.

— А как же Адриан? — спросила спокойно, стараясь не выдать усмешки.

— Тебе так интересен мой бывший любовник? Нравится подбирать объедки? Можешь его забрать, я его неплохо обучила искусству любви, как и остальных этих мужчин!

Я почувствовала, что внутри меня начинает разгораться злость, которую едва могла контролировать.

— Ты — испорченная эгоистичная сука… — прошипела я, словно сама стала змеёй. — Твоему миру угрожает опасность, но ты думаешь лишь о своих развратных желаниях и мечтаешь о власти, которая ускользает из твоих рук. Ты боишься, что останешься одна, что никто тебя не полюбит, ведь даже Адриан, который был фаворитом многие годы, бросил тебе вызов и отказался от тебя. Теперь он только мой!

Шиирш бросилась на меня, обращаясь змеёй прямо в полёте. Это было так молниеносно и пугающе, что едва успела выставить руку, на которую и наткнулась королева. Пронзительный крик и запах палёной плоти наполнили БДСМ комнату.

— Отпусти-и-и-и-и! — закричала королева, изгибаясь в моих объятиях.

— Ты должна мне помочь! Иначе та боль, что испытываешь сейчас, покажется слабой тенью по сравнению с той, что принесут твари Бездны!

— Я сделаю то, что скажешь, человечка! Только отпусти! — верещала она, круша хвостом каменные стены.

Синехвостые мужчины испуганно метались вокруг нас, боясь подползти ближе. Я не хотела ломать устои этого общества таким образом, но королева сама напросилась.

Внезапно задняя дверь зала распахнулась и в неё буквально влетели мои мужья.

— Шаи, мы тебя обыскались! А затем нас пригласили в комнату для наблюдений, пообещав незабываемое зрелище! — взволнованно произнёс немногословный обычно Кассис.

— А зрелище и впрямь незабываемое! — зло ухмыльнулся Адриан, глядя, как я сдавливаю шею его королевы.

— Порождение бездны, да отпусти ты меня! — взмолилась Шиирш, сквозь слёзы.

Я разжала руки, отпуская королеву, которая тут же отползла от меня и злобно зашипела, но мои мужья уже стояли рядом. Но и латексные рабы-любовники-охранники пришли в движение. Женщина раздражённо била хвостом по полу с такой силой, что от него откалывались кусочки перламутра.

— Да сколько же можно! — закричала я. — Если вы со мной не желаете договориться, хотя я пришла помочь, то неудивительно, что не можете закончить войну между кланами.

Мне стало обидно до слёз. Я смахнула горячие солёные капли, которые невольно скатилась по щекам.

— Что с тобой, Шаи? — все удивлённо уставились на меня.

Адриан подполз ближе и с некоторой тревогой провёл пальцем по моему лицу.

— Это слёзы… — пояснила я, с трудом сдерживаясь прошептала чуть слышно. — Я не понимаю, как вам донести всё то, что видела… У меня опускаются руки. Такое ощущение, что мне больше всех это нужно!

Кажется, моя печаль и опустошённость подействовала на королеву похлеще угроз и попыток вскипятить город. Вот ведь истинная женщина: сперва нужно все нервы вымотать, а уже затем выслушать.

— Послушай, Шаи, я помогу тебе. Но лишь при условии, что вождь Ареус согласится. Я не хочу ослабить свои позиции, отправляя магов и воинов на борьбу с тварями Бездны, зная, что противник может этим воспользоваться. Добейся того, чтобы Обсидиановый поклялся на крови, что выступит в поддержку и не нанесёт удар мне в спину. Этим выродкам я не доверяю!

Кассис, стоявший рядом со мной, издал низкое угрожающее рычание, переходящее в шипение. Мне пришлось крепко сжать его горячую жёсткую ладонь настоящего воина, покрытую мозолями. Уж если кому и можно было доверять, так в первую очередь этому прямому и честному нагу, далёкому от хитрости и притворства.

— Не забывайся, Шиирш! — недобро произнесла я, глядя на королеву тут же высохшими глазами. — Мой муж — член клана Обсидиановой короны.

Кажется, наш недолгий компромисс был готов прерваться, толком не начавшись, но в дело вступил Адриан.

— Перед тем как отбыть в Забытые Храмы, я изучал влияние Бездны и тех тварей, что доставляли наши храбрые охотники. Думаю, что нам удастся найти средства, чтобы сдержать их. Хуже всего то, что эти создания не ведают боли и страха, ими движет какая-то необъяснимая сила, заставляющая бросать на врагов, даже находясь на грани смерти. Мне кажется, что они лишь марионетки, которыми руководит опытный и опасный кукловод, которого можно найти по связующим нитям.

— И ты молчал? — одновременно вскинулись мы с королевой.

— А меня никто не спрашивал. Вы, женщины, пытались доказать своё главенство, а я успел за это время наведаться в лабораторию, чтобы узнать, как продвигаются опыты. За это время произошёл настоящий прорыв. Мне нужно всего пару дней, чтобы разобраться, как установить магические ловушки, обрезающие нити к «кукловоду».

— Но нам надо спешить… — напомнила я синеволосому мужу.

— Я знаю, но сейчас моё присутствие просто необходимо здесь. В конце концов, не зря я считаюсь одним из сильнейших и искуснейших магов! — со смесью горечи и гордости изрёк он.

Глаза королевы плотоядно вспыхнули, а полные губы расплылись в мечтательной улыбке. По лицу было видно, что она явно не заинтересована в магических и научных изысканиях, а хочет вновь получить в постель моего Адриана.

— Хорошо, мы останемся! Но лишь на два дня! И никаких пиров, банкетов и отвлекающих манёвров! — произнесла, недобро косясь на Шиирш. — Мы здесь не для развлечений, а ради спасения Затопленного шёпота, если некая чересчур темпераментная особа об этом забыла!

Кассис

Проклятые синехвостые, Бездна их побери! Я не верю ни единому их слову! Ещё и придётся проторчать в непонятном замке неизвестно сколько. Кто вообще стоил этот блестящий переливающийся лабиринт, где приходится бродить кругами, чтобы попасть куда-либо.

Возможно, я слишком строг? А что, если попробовать взглянуть на окружающий мир непредвзято, так, как советовала маленькая мудрая Шаи? Я ведь видел, с каким восхищением и интересом она исследует здесь буквальный каждый закоулок. Закрыв глаза, попробовал очистить сознание, а когда взглянул на мир вновь, то он заиграл новыми красками, впечатлениями и ароматами.

Внутренние стены помещений, выложенные из сотен тысяч переливающихся перламутровых отполированных раковин, плотно прилегающих друг к другу, создавали эффект непрерывности, мерцающей поверхности, меняющей цвет в зависимости от угла зрения и освещения.

Хоть внутри дворец представлял собой лабиринт из залов, коридоров и переходов, украшенных с невероятной роскошью, но в расположении его помещений угадывалась какая-то логика, пока непонятная мне, привыкшему к прямым линиям родного Глубинного шпиля.

Пол был покрыт коврами из мягкого морского мха, что было приятно и неожиданно. Вдоль стен стояли вазы с экзотическими морскими растениями, наполняющими воздух пьянящим ароматом. Внимание к деталям и мелочам действительно удивляло. Но всё равно моё сердце отказывалось принимать напускную, слишком слащавую красоту этого места.

Надеюсь, что когда окажемся в Глубинном шпиле, Шаи оценит его по достоинству, ведь это город настоящих воинов, где нет места иллюзиям, обману и цветочкам. Пусть он кажется суровым, но зато всё в нём сделано добротно, честно и правильно.

Пока Адриан торчал в лабораториях, мы с Шаи получили возможность узнать друг друга получше, ведь я так мало понимал в её природе и происхождении. Всё утро она рассказывала мне о жизни в родном мире, удивляя порой абсурдными, порой невероятными фактами о Земле. Особенно меня покорили рассказы про космос. Мне и поверхность-то сложно представить, а человеки сумели подняться над родной планетой.

К концу разговора жена вдруг погрустнела, а на её глазах блестнули слёзы. Я хотел обнять её, но гордая человечка попросила оставить её одну. Это заставило меня уважать её ещё больше. Нужно быть очень сильной, чтобы не бояться слабости, но при этом позволять её кому-то увидеть. И пусть сердце гулко стучало и словно плавилось от боли за Шаи, выполнил её просьбу и ушёл.

Почему-то никогда раньше я не тянулся к знаниям, считая, что воину нужна лишь сила, ловкость и смелость, но сейчас, рядом с маленькой хрупкой Шаи впитывал информацию, словно губка. Только вот когда она начинала расспрашивать о нашем мире, я мало что мог ей поведать. Пожалуй, впервые мне было настолько стыдно.

Именно поэтому сейчас я держал путь в библиотеку, стараясь не заблудиться в хитросплетениях коридоров. Наконец, передо мной оказалась тяжёлая массивная дверь, покрытая замысловатыми письменами и… слоем пыли. «Кажется, при дворе тоже не слишком распространено чтение!» — подумал с неким злорадством.

Внутри поистине огромного помещения пахло запустением и чем-то незнакомым, но удивительно приятным. Шаи говорила, что обожает запах книг. Возможно, это он и был. Неплохо бы привести сюда супругу, может, хотя бы здесь мы сможем с ней уединиться, ведь этот дворец — просто проходной двор, где у меня даже нет возможности предаться страсти с моей человечкой!

При мысли о жене напряжение в паховой пластине вновь стало нестерпимым, а в голове пронеслись развратные картинки, в которых я овладеваю моей красавицей во всевозможных позах. Так, надо отвлечься и наконец-то включить голову, ведь по равнению с синеволосым Адрианом я глуп, как морской ёж. А вот и какая-то особо пыльная книга, не иначе — самая умная, раз её никто не читает.

С трудом вытащив толстый фолиант с полки, аккуратно положил его на стол, ощущая, сколь хрупкой и древней была бумага, — не хватало ещё испортить такую диковину. Смахнув пыль, взглянул на название и обомлел… всего шесть букв… Бездна

Бездна непознаваема. Это больше, чем существо, чем пространство. Это изнанка мира, изнанка реальности, где законы, которые мы знаем, бессильны. Она — хаос, первозданная тьма, где зарождаются кошмары и откуда приходят самые страшные угрозы в миры, которые решает пожрать Бездна.

Она не имеет границ или дна в привычном виде. Это бесконечная, бескрайняя пучина, где тьма вездесуща и всеобъемлюща. Температура в Бездне меняется от ледяной, сковывающей конечности, до кипящей, способной испепелить за секунду, всё зависит от конкретной области.

Бездна прогрызает межмировые пространства. Место, где тонкая Ткань между мирами разрывается, приводит к тому, что существа из Бездны получают возможность проникнуть в Затопленный Шёпот. Врата могут быть как стабильными, так и нестабильными, меняющими своё положение и форму.

Обитатели Бездны:

Твари Бездны: Бесформенные, чудовищные создания, порожденные хаосом. Они могут иметь разные воплощения, размеры и способности, но все обладают невероятной силой и агрессивностью. Некоторые из них способны контролировать сознание, другие — управлять материей.

Демоны: Разумные существа, обладающие огромной магической силой, стремящиеся к власти и разрушению, и используют тварей Бездны в качестве своих слуг. Демоны могут принимать разные формы, но все они обладают уродливым внешним видом.

Тени: призрачные существа, состоящие из чистой тьмы, способные проникать сквозь стены и другие объекты.

Голоса: Нематериальные порождения, которые внедряются в сознание, нашёптывают безумные идеи и внушают страх. Они могут влиять на разум и чувства других существ.

Заблудшие души: Души тех, кто потерялся в Бездне. Они обречены вечно бродить по ее просторам, испытывая постоянные муки и страдания.

Свойства Бездны:

Искажение реальности: Время, пространство и материя меняют свои свойства. Здесь возможны невероятные вещи, такие как телепортация, манипулирование гравитацией и создание иллюзий.

Влияние на сознание: Длительное безумие пребывания возле порталов Бездны приводит к изменениям психики и сознания. Потеря магии, страх, ужас, галлюцинации, паранойя, одержимость — вот лишь некоторые из последствий пребывания на грани Бездны.

Разрушение: Бездна обладает разрушительной силой, способной уничтожить всё, к чему она прикоснётся. Она сжирает материю, энергию и даже саму реальность.

Непредсказуемость: В Бездне ничего нельзя предсказать. Каждое мгновение может принести новые сюрпризы, опасности и изменения.

Бездна постоянно пытается проникнуть в Затопленный шёпот через врата, которые прорывает в пространстве между мирами. Она сама по себе является настоящей чистой магией, которую можно использовать. Однако обращение к этой магии может быть опасным, так как способно привести к безумию или другим непредсказуемым последствиям.

Борьба с тварями Бездны — это не просто применение силы, это искусство выживания, основанное на познании их природы и использовании слабостей. Уничтожить их навсегда практически невозможно, ведь они — порождение хаоса

Вот несколько способов борьбы с тварями Бездны, учитывая природу и особенности:

Порядок против Хаоса: Твари Бездны — порождения хаоса, поэтому они чувствительны к любым проявлениям порядка и стабильности. Магические барьеры, ритуалы, геометрические фигуры, символы, созданные с чистыми намерениями, могут отпугивать или ослаблять их.

Свет против Тьмы: Бездна и тьма связаны, поэтому свет, особенно созданный магией или с использованием кристаллов, может обжигать и дезориентировать тварей

Эмоции против Бездушия: Твари Бездны питаются негативными эмоциями — страхом, ненавистью, отчаянием. Поэтому сохранение спокойствия, надежд и единства — мощное оружие против них. Позитивные эмоции, такие как любовь, сострадание и прощение, ослабляют их влияние.

Магия Крови: Наги, использующие магию крови, могут создавать руны, усиливая свои физические способности, и заговаривать оружие, способное наносить урон тварям. Однако, использование магии крови связано с риском выхода заклинаний из-под контроля.

Древние артефакты: Артефакты, созданные древними цивилизациями, могут иметь силу, способную уничтожить или поддержать тварей Бездны. Однако найти и использовать такие инструменты — непростая задача, требующая знаний и мужества.

Кристаллы: Магические кристаллы обладают функцией концентрировать и направлять энергию, в том числе силы света и порядка. Их можно использовать для создания барьеров, ловушек и оружия.

Тварей Бездны питают страх и отчаяние, поэтому важно поддерживать мораль на высоком уровне. Вражда и раздоры ослабляют защиту от Бездны. Наличие сильного лидера, способного вдохновлять и направлять — крайне важно для успеха борьбы. Лидер должен быть мудрым, справедливым и храбрым, способным принимать трудные решения.

Кассис

Бездна побери, как синехвостые могли проморгать эту книгу? Готовая инструкция была у них под носом. Хотя да, пыльные фолианты — это по части клана Глубинных змеев. Думаю, старый жрец Мелихор испытал бы настоящий оргазм в этом хранилище знаний. Но Лазурные были обязаны знать, но у них же на уме только иллюзии и похоть. Вот окажись такой ценный экземпляр у клана Обсидиановой короны…

Но тут я понял, что и у нас эта книга осталась незамеченной, ведь настоящему воину некогда просиживать хвост в пыльных библиотеках, его место на поле брани с оружием в руках! А что, если Шаи права, и сила нагов в их единстве? Наши три клана, отвечавшие за мудрость, ловкость и силу вместе были бы непобедимы.

Эта мысль взволновала меня настолько, что с силой захлопнул книгу, желая скорей отправиться к супруге. Сухой печальный то ли шорох, то ли вздох, который издал фолиант после моего не слишком бережного закрытия, мне не понравился. Я ещё надеялся, что мне послышалось, но пыльный прах, посыпавшийся из-под обложки, свидетельствовал, что я своими руками уничтожил ценнейшую инструкцию.

«Сила есть, ума не надо!» — однажды насмешливо сказала Шаи о ком-то из своих знакомых. Тогда я удивился, почему она произнесла это в таком тоне, ведь фактически сила — главное, что нужно настоящему мужчине. Но теперь до меня дошёл смысл её слов, жаль, что поздно и на собственном опыте, причём горьком.

Нужно срочно рассказать жене о произошедшем, передать ей то, что пока осталось в голове. Да, я мог голыми руками сокрушить скалу, в бою стоил десятерых, но моя память, которую тоже нужно было бы тренировать, была не столь сильна.

Я сорвался с места и летел по коридорам не разбирая дороги. Глубинный краб побери, эти проклятые лабиринты. Наконец, достиг нашей комнаты и ввалился в неё, с трудом переводя дыхание. Сладкий запах человечки ещё наполнял помещение, но самой Шаи не было на месте. Наверное, она опять отправилась в лабораторию к синехвостому. В последнее время они часто оставались там наедине, что сводило меня с ума, заставляя рычать от ревности.

Путь до лаборатории был ещё более извилист и сложен, порой я упирался в тупики или зеркальные коридоры, кляня на чём свет стоит Лазурных. Это не дворец, а настоящая ловушка, хотя надо отдать должное, в случае нападения, врагу придётся здесь непросто. Пожалуй, стоило нарисовать карту коридоров, хотя порой мне казалось, что они меняют свои направления и повороты изо дня в день. Вот и сейчас был уверен, что предстоит преодолеть ещё несколько переходов, террас и залов, но выскочил точно к лаборатории. Хвала Морской матери!

Распахнув дверь, ожидал увидеть Шаи в объятиях синехвостого, но они склонились над каким-то устройством, которая жена назвала смешным словом «микроскоп», и что-то возбуждённо обсуждали. Моя ревность вышла на новый уровень. Я знал, что в постели ничуть не хуже Адриана, хоть и не дарил человечке оральных ласк, в отличие от него, но сейчас между ними был какой-то процесс, в котором ощутил себя лишним.

— Кассис! — радостно улыбнулась Шаи, бросаясь ко мне и крепко обнимая, словно почувствовав моё настроение. — Где ты был?

Слова никак не хотели срываться с моего языка, ведь, пожалуй, впервые я ощутил, что такое стыд. Как рассказать, что собственными руками уничтожил книгу, в которой было написано, как побороть тварей Бездны.

— В библиотеке… — произнёс я тихо.

— Где-е-е-е? — едва сдерживаясь от смеха, поинтересовался Адриан, подползая ближе. — Не знал, что ты умеешь читать.

Я зашипел, чувствуя, что готов прибить это самодовольного умника.

— Но почему ты такой встревоженный и расстроенный? — продолжила человечка, становясь между нами.

— Не нашёл знакомые буквы? — ехидно спросил синехвостый.

Если бы не маленькие, но удивительно сильные ладошки жены, лёгшие мне на грудь, то подправил симпатичную мордаху Адриана так, что потом ни один врачеватель не помог.

— Перестань! — сердито вскрикнула Шаи, обращаясь к нему, и даже ножкой топнула от негодования.

— Рассказывай, что случилось, Кассис, я же чувствую, что ты расстроен! — проворковала она тут же, нежно поглаживая мою руку.

— Я нашёл книгу про Бездну, в которой указано, как бороться с её тварями!

Лица собеседников чуть вытянулись от удивления, и на них вспыхнуло недоверие вперемежку с надеждой.

— И нечаянно уничтожил её… — закончил я горько.

Глава

Мы стояли в пыльной библиотеке, с печалью глядя на то, что некогда было книгой. Сейчас от фолианта осталась лишь толстая обложка и горстка пыли.

— Как можно было уничтожить это? — уже раз в десятый вскрикивал Адриан, заламывая руки.

— А как можно было не знать, что у вас хранится такая книга? — в тон ему отвечал Кассис.

Меня этот бессмысленный спор начинал порядком напрягать.

— Прекратите! Оба! — рявкнула я так, что мужчины переглянулись, а потом уставились на меня удивлённо.

Кажется, на них впервые повысила голос женщина. А никто не говорил, что со мной будет легко, да и я замуж их силком не тащила. В общем, пусть привыкают, возможно, я ещё не раз буду кричать или плакать, или закатывать истерику, или сердиться. Всё же это семейная жизнь, хотя и весьма своеобразная. Мы поженились, не успев узнать друг друга, поэтому моменты притирки возникнут ещё не раз.

— Сейчас уже нет толка в том, чтобы упрекать друг друга! — продолжила спокойней. — Надо записать хотя бы то, что прочитал и запомнил Кассис.

Мужья кивнули.

— Итак, что ты помнишь? — произнесла тихо, беря татуированного за руку и нежно поглаживая ладонь.

Я чувствовала, что он слишком напряжён и корит себя за произошедшее, нужно было помочь хоть немного расслабиться.

— К сожалению, не многое… В книге было сказано, что нагам нужен лидер, за которым они пойдут. А ещё что сильные положительные эмоции могут ослабить тварей. И что-то про магию. Что порядок сумеет победить хаос. И магия крови может помочь, но использовать её опасно.

— А про магию воды ничего не было? — перебил Адриан, но я бросила на него такой взгляд, что он тут же замолчал.

— Ничего… — пробурчал Кассис. — Это всё, что я помню.

— Негусто… — произнесла я задумчиво, и чернохвостый муж печально вздохнул. — Но гораздо лучше, чем ничего.

— Я могу разработать заклятия и мандалы, которые можно нанести возле порталов. Я, конечно, предпочитаю магию воды, но и магия порядка мне знакома! — гордо сообщил синеволосый, поглядывая на Кассиса снизу вверх.

— Думаю, вам нужно поработать вместе. Если магия крови может воздействовать на тварей, то без его помощи тебе не обойтись! — сказала я, взяв мужей за руки.

Те обменялись не слишком восторженными взглядами, не желая работать в паре, но им пора уже забыть о разногласиях, ведь мы делали одно дело.

— А я пока побуду здесь и изучу другие книги, вдруг найдётся что-то ещё интересное.

К счастью, став Шаи, я каким-то волшебным образом получила и возможность читать на нагском языке, что не могло не радовать. Затейливые закорючки, похожие на ползущих змей, сами собой сплетались в целые слова и предложения.

Мужчины взглянули на меня с долей грусти и покинули библиотеку. Да и мне не хотелось расставаться с мужьями, рядом с ними я чувствовала себя спокойно и уверенно, а сейчас зябко повела плечами, оставшись одна. Всё же мне повезло с Адрианом и Кассисом. Хоть порой мне хотелось прибить этих хвостатых, когда они начинали спорить, но я незаметно для себя самой привязалась к ним всей душой… и телом! При воспоминании о том, что творила в постели сегодня ночью, сердце забилось чаще, а низ живота наполнился жаром. Всё, стоп! У меня есть дело, нельзя отвлекаться!

Осмотрев бесконечные пыльные ряды полок, уставленных книгами от пола до потолка, печально вздохнула. Нет, здесь мне одной не справиться. Придётся обратиться к Шиирш, пусть она окажет посильную помощь и выдаст мне под начало несколько нагов, а лучше десяточек. Я представила, как отреагируют мужья, если застанут меня в библиотеке с десятком мускулистых синехвостых стражников. Может пролиться кровь. Попробую выпросить у королевы в помощники женщин, да и хотелось посекретничать с кем-нибудь по-девичьи.

С этой мыслью я и отправилась в покои королевы. Пусть и не была записана на аудиенцию, но здесь уже не правил придворного этикета. Судьба Затопленного шёпота на кону, а правительница только и знает, что устраивать балы и оргии.

Возле массивных дверей, выложенных перламутром и светящимися кристаллами, замерли неподвижно двое охранников. Стоило мне подойти ближе, как они молча скрестили передо мной мечи, отрезая путь.

— Вы чего? — произнесла я недовольно.

— Великая Шиирш сейчас занята! — произнёс один из стражей, словно робот.

— И чем же таким она занята?

Но звуки, долетавшие из-за двери, красноречивее любых слов свидетельствовали, что королева предаётся разврату. Ну я сейчас разгоню эту змеиную свадьбу! Внутри меня начала подниматься волна гнева. Я протянула руки к нагам, и они шарахнулись в разные стороны. Вот так-то лучше.

Открыв дверь с ноги, ворвалась в покои Шиирш и замерла, пытаясь отыскать в этом клубке тел королеву. Пришлось даже голову наклонить, чтобы понять, что за хитрая камасутра тут происходит, а заодно, взять кое-то на вооружение.

— Прошу простить, что отвлекаю, но вы так свой мир протрахаете! — произнесла я.

Вот уже много часов мы с Шиирш и ещё несколькими нагинями рылись в библиотеке, не переставая чихать. В носу свербило от пыли, перед глазами змеилась вязь текстов, а попа стала квадратной от сидения на неудобных стульях, подходящих для строения нага, но не человека. Да и взгляды, которые кидала на меня королева, были не слишком дружелюбными. Судя по всему, она до сих пор обижалась за то, как бесцеремонно прервала её весёлый досуг.

Я отложила очередной фолиант в сторону и устало потёрла глаза. Сколько книг уже просмотрела? Честно говоря, даже сбилась со счёта. Может, отправиться к мужьям и узнать, как их успехи? Возможно, что им повезло больше, чем мне. Уверена, что вдвоём они смогли придумать заклинания, обереги и ритуалы, позволяющие ослабить тварей Бездны! Ладно, ещё пара книг, и хватит на сегодня!

Схватив наугад пару ближайших фолиантов, понадеялась, что разберусь с ними быстро. Первый и впрямь оказался каким-то любовным романом, приторным и весьма примитивным. Такого я не читала и в прошлой жизни, считая это сказками для наивных девочек. Сейчас уж точно было не до подобных произведений. Я отшвырнула его в сторону без сожаления. А вот вторая книга была чем-то наподобие сборника легенд, сказок и предсказаний.

Говорят, чтобы понять народ, необходимо изучить его предания. Сейчас у меня появился шанс узнать нагов лучше. Я погрузилась в чтение, стараясь впитать информацию, словно губка. Многое мне было уже известно от мужей, а некоторые мифы были удивительно похожи на те, что изучала в школе. Ох уж это коллективное бессознательное.

Вскоре была уже готова закрыть книгу, как вдруг увидела рисунок девушки, удивительно похожей на меня. Может, я уже заработалась и теперь от усталости вижу то, чего нет? Вновь потёрла глаза, но изображение никуда не делось.

Я буквально набросилась на текст, словно человек, вышедший из пустыни и увидевший воду. Некоторые предложения приходилось перечитывать по два раза. Мне пришлось заставлять себя не торопиться, ведь это сказание было посвящено мне, Шаи, спасительнице, которая придёт из другого мира и избавит нагов от зла и неминуемого уничтожения. Пока всё то, что прочитала, совпадало с происходящим, оставалось надеяться, что у сказки будет хороший конец.

Когда дочитала последние строки, внутри всё заледенело, руки, листавшие страницы неприятно подрагивали, а виски пульсировали так, что хотелось их сжать. Этого просто не может быть! Я перевернула последний лист, надеясь найти продолжение предсказания, но его не было. Это был конец! Причём весьма трагичный.

Вскочив с места, со злостью швырнула фолиант в стену, чувствуя, что вот-вот разревусь или закричу. Внутри меня всё кипело от едких обжигающих эмоций, требовавших выхода. Нагини повернулись ко мне с удивлением и настороженностью.

— Что-то случилось? — внешне спокойно и отстранённо спросила королева, но в её взгляде читался лёгкий испуг, она ещё помнила, на что я способна и какова сила моей магии.

— Что-то? — переспросила я вкрадчиво и почти ласково. — Да так, сущая безделица. Только что я узнала, что мне придётся пожертвовать жизнью ради спасения Затопленного шёпота. Вы знали об этом?

Нагини предпочитали смотреть куда угодно, только не на меня, сосредоточенно изучали потолок, стены, пол, словно там происходило что-то интересное. Их поведение было красноречивее любых слов.

— А Адриан и Кассис? — спросила чуть слышно, чувствуя, как наполняет меня тупая гулкая боль, пожирая изнутри. — Они тоже знают?

Я молила, чтобы королева уверила меня в том, что мужья оставались в неведении, что мне суждено погибнуть ради спасения их мира.

— Знают… — печально ответила Шиирш, впервые глядя на меня с теплотой и сочувствием.

Адриан

— Куда ты тянешь свои лапы? Это хрупкий прибор! — зло прошипел на Кассиса, который сжал в ладони измеритель выброса магической силы.

Тот бросил на меня раздражённый взгляд, но продолжил вычисления действенности своего заклинания. Сперва я был уверен, что у нас с этим мужланом, способным лишь махать мечом, ничего не выйдет. Да и куда татуированному до меня, лучшему магу водной стихии, но оказалось, что Кас вполне неплохо владеет магией крови, которая нам, Лазурным, недоступна. Как можно прибегать к этим грязным заклятьям, которые работают лишь через боль или смерть? Я был выше этого!

Но мне так и хотелось уколоть этого здоровяка, который в моей лаборатории выглядел словно слон в посудной лавке. Да и вёл себя соответственно. Но в первую очередь дело было в том, что мне хотелось быть лучшим мужем для Шаи, хотелось видеть в её сияющих глазах восхищение, чувствовать её тепло, купаться в очаровательной, чуть смущённой улыбке. Магические таланты помогали мне в этом, но теперь понял, что мой дар не уникален.

— Дашь каплю крови? — сосредоточенно спросил Кас, помешивая что-то в колбе.

Ещё чего! Ни один представитель Лазурных чешуй не даст своей крови Обсидиановым, кто знает, как и для чего они могут её использовать. Эта чуждая, непонятная магия вызывала у меня недоверие, переходящее в суеверный страх, ведь в детстве нас всех пугали, что чернохвостые могут превратить тебя в марионетку своими заклятиями.

— Ещё чего! — ответил недовольно.

Татуированный поднял на меня взгляд и усмехнулся.

— Неужели ты боишься?

Мне хотелось запустить в него чем-нибудь тяжёлым, но все предметы в моей лаборатории были слишком ценными и уникальными. Поэтому предпочёл вернуться к начертанию пентаграммы-ловушки, способных ослабить или вовсе уничтожить тварей Бездны, уязвимых для заклинаний магии Порядка. Но раздражение, поднимающееся внутри, отвлекало от процесса, требующего полной сосредоточенности и предельной концентрации, если не хотел разнести половину замка.

— Готово! — вдруг радостно заорал Кассис так, что моя рука невольно дрогнула при начертании очередного символа.

— Ты чего кричишь, словно ундину увидел?

Но здоровяк ничего не ответил, лишь метнул мне кристалл, заляпанный его кровью, который интуитивно поймал на лету, удивляясь, как мы научились понимать друг друга. Артефакт тихонько дрожал и вибрировал в моей руке, наполненный силой до предела. И в этот момент головоломка сложилась, а узор пентаграммы сам собой родился в голове. Вот чего не хватало моим вычислениям!

— Иди сюда! Поможешь! — коротко произнёс, бросая Касу склянку со светящимся зельем, разработанным мной, которое будем использовать вместо краски.

Дальше мы обменивались лишь короткими междометиями, да магическими терминами, действуя слаженно и быстро. Я нанёс последние руны и знаки на пол, где собирались опробовать ловушку, а чернохвостый проверил расположение магических артефактов. Кажется, у нас всё было готово. Вот и настал момент истины. Стараясь не дышать, установил заряженный кристалл на пересечении линий, и меня тут же отбросило в сторону.

Мерцающий кокон силовых линий разгорался перед нашими глазами, мерцая и тихонько потрескивая!

— Получилось! — прокричали мы в один голос и с чувством пожали друг другу руки.

Надо отдать должное это Обсидиановому, без него у меня бы не получилось такого результата.

— Насколько хватит заряда твоего кристалла? — поинтересовался, не отрывая взгляда от впечатляющего итога наших усилий.

— Надо проверять опытным путём, но по моим расчётам на пару-тройку дней смело! И это в активированном режиме. А если в спящем, — гораздо дольше.

Наконец-то хоть какая-то хорошая новость. Нужно скорее рассказать об этом жене, уверен, она будет в восторге!

Словно в ответ на мои мысли дверь в лабораторию распахнулась с такой силой, что едва не слетела с петель. На пороге застыла Шаи, но взбешённое выражение её лица мне не понравилось… Но было ещё кое-что похуже — язычки пламени, гулявшие по её коже и явно не доставлявшие дискомфорта. Я принялся вспоминать, где порошок для тушения возгорания, который обязан быть в любой магической лаборатории.

— Что случилось? — осторожно поинтересовался Кас, глядя на человечку настороженно.

Она окинула нас таким взглядом, словно хотела испепелить на месте.

— Вы знали, что согласно легенде о Шаи, спасительнице необходимо отдать свою жизнь, чтобы спасти Затопленный шёпот? — спросила она, надвигаясь на нас.

Судя по выражениям лиц мужчин, они всё знали… Внутри стало вдруг нестерпимо тяжело, горько и больно, словно по венам вместо густой алой крови потекла кислота. Я отступила на шаг, впиваясь ногтями в ладони стараясь не закричать.

— Подожди, Шаи! — произнёс Кассис подноползая ко мне, но отступила ещё, оказываясь уже в коридоре.

Сейчас мне хотелось оказаться как можно дальше от этих нагов, которых начала считать своей семьёй. Уже было рванула с места, как вдруг мощный чёрный хвост ловко меня опутал и втащил в комнату. Я попыталась пнуть ногой татуированного наглецв, удерживавшего меня аккуратно, но крепко, но в этот момент Адриан зафиксировал мои колени своим хвостом. Сейчас я напоминала саму себе бабочку в паутине, — сколько не трепыхайся, вырваться не получится.

— Пустите меня немедленно! — прошипела зло, будто и сама стала змеёй.

— Выслушай нас, Шаи! — строго произнёс синеволосый. — Мы имеем право рассказать тебе нашу историю, а затем, обещаю, мы тебя отпустим.

Спорить с упёртыми мужьями было равноценно тому, чтобы плевать против ветра. И хотя внутри меня всё клокотало от ярости, холодно кивнула, понимая, что мне действительно придётся их послушать.

Наги переглянулись, словно советуясь, кто же будет рассказчиком. Как и следовало ожидать, эту функцию взял на себя словоохотливый Адриан.

— Да, мы знали о том, что есть легенда о спасительнице, которая явится в наш мир и отдаст свою жизнь ради того, чтобы Затопленный шёпот не погиб от вторжения зла. Эту сказку рассказывают на ночь всем детям. И, скажу честно, когда Мелихор смог вытащить тебя в Храмовую пещеру, меня не интересовала судьба человечки, я лишь радовался, что старый жрец сумел призвать Шаи. Но потом была та церемония… Когда коснулся тебя на алтаре и ощутил, как на место обжигающей боли приходит настоящее счастье, осознал, что ты моя истинная и ради тебя отдам последнюю каплю крови. То же самое увидел и в глазах Кассиса.

Татуированный коротко кивнул, но вдруг подхватил рассказ, излагая путанно и рвано, но очень искренне.

— Мы просили Мелихора вернуть тебя в твой мир! Но он отказался и сказал, что пророчества, составленные тысячи лет назад не более чем основополагающие нити, из которых мы сами можем сплести узор реальности. И лишь от нас зависит, останешься ли ты вживых. Поэтому мы с Адрианом и поклялись в верности тебе. Ради тебя я готов пожертвовать своей жизнью, но никогда не позволю кому-либо причинить тебе боль, наша несносная человечка.

Я невольно улыбнулась, услышав такое признание. Ярость и обида, ещё недавно сводившие с ума растаяли бесследно, словно туман в лучах утреннего солнца, а участки кожи, обвитые хвостами мужей стали наполнятся теплом и лёгким покалыванием. Почему моё тело так реагирует на присутсвие этих мужчин? Рядом с ними моё желание распалялось с такой силой, что не могла держать себя в руках.

— Твой пульс и дыхание участились, Шаи. В чём дело? — с обольстительной улыбкой прошептал Адриан.

— Отпустите меня! Вы обещали! — пискнула я.

— Чуть позже, милая… — произнёс Кассис привлекая меня к себе и поворачивая так, что фактически оказалась в горизонтально положении.

В это время синеволосый на миг отпустил мои колени и перехватил ноги так, что они оказались широко разведёнными в стороны.

— Вы чего? — прошептала, чувствуя, как сбивается дыхание.

Татуированные руки скользнули по моему телу, ловко освобождая его от одежды. Невесомое кружевное бельё затрещало и упало на пол разорванными клочками. От обжигающих взглядом мужчин, ласкающих каждый изгиб, стало нестерпимо жарко. Я попробовала свести ноги, но это было невозможно.

— Ш-ш-ш-шаи! — прошипел Кассис чуть высовывая раздвоенный язык и пульсируя зрачками, которые то сжимались до тонкой вертикальной черточки, то заполняли всю радужку.

Его возбуждение, пахнущее специями и железом, передалось мне. Я тихо застонала, когда губы чернохвостого опалили поцелуем внутреннюю поверхность бедра, а затем стали перемещаться выше, направляясь к самому сокровенному месту. Но ведь мужчины Обсидиановой короны не делают…

— А-а-а-а-ах… вскрикнула я, когда раздвоенный язык скользнул по моим влажным складочкам, а потом обвёл по кругу возбуждённый чувствительный клитор, лишая меня способности мыслить.

Ласки Кассиса были неспешными и вдумчивыми, он изучал каждый миллиметр моих половых губ, узких дырочек, бугорка клитора. Это было иначе, чем когда меня ласкал умелый Адриан, умеющий вознести меня на пик удовольствия за несколько секунд. Но то, что делал впервые татуированный было настолько интимно, чувственно и остро, что едва сдерживала себя, чтобы не кричать во весь голос.

В этот момент синеволосый опустил ладони на мою грудь, сжимая её с силой, защипывая соски между пальцев. Мои крик наполнил лабораторию, отражаясь от стен. Плевать, что подумают окружающие. Сейчас я мечтала лишь испытать настоящую эйфорию, которая подступала жаркими упругими волнами вместе с движениями мужей.

Наконец-то пришла пора покидать Азур-Грань, что не могло меня не радовать. Несмотря на то что этот город, похожий на мираж, был по-своему прекрасен, мне уже не терпелось покинуть его.

Пусть и провели здесь больше времени, чем планировали, это было не зря. Покидали мы столицу Лазурных чешуй, заручившись клятвой помочь от самой Шиирш, унося с собой новые практически применимые знания о том, как бороться с тварями Бездны. А ещё мы с мужьями стали ближе, то ощущение недосказанности, которое царапало подобно крохотному камушку в кроссовках, наконец-то исчезло.

Наш плот чуть просел от щедрых подношений, которые сгрузили одинаковые сладкие, натёртые ароматными маслами, удовлетворители королевы. У меня даже закралось подозрение, что Шиирш решила избавиться от нас подобным методом, который был весьма в стиле хитрой змеюки.

— Всё ненужное за борт! — скомандовала я, глядя на бесконечные ящики с абсолютно бесполезными предметами, которые королева считала вещами первой необходимости.

В воду отправились подводка для глаз из чернил глубинного кальмара, белила для лица из перемолотого перламутра, всевозможные масла и притирания для кожи. Неужели не найдётся ничего, что необходимо путникам? Среди бессмысленного хлама я всё же обнаружила несколько фляг воды, высушенное мясо глубинных мидий и питательный порошок из морских водорослей.

Мужья с видимым удовольствием спихнули с плота ненужные коробки, и наше плавательное сооружение вновь вернулось к изначальной ватерлинии.

— Теперь ты узнаешь, что такое настоящее логово змеев, Шаи! — гордо произнёс Кассис, когда отчалили от берега. — Уверен, что Глубинный Шпиль впечатлит тебя после этого царства иллюзий.

Кажется, назревала очередная словесная перепалка, но лишь сонно потянулась и отправилась к шатру посреди плота. Уж не знаю, как мои мужья, а я была намерена как следует выспаться, пока плывём к столице клана Обсидиановой короны.

Если там меня ждут такие же пляски с бубнами, то следует попросить успокоительного, ибо переговоры с Шиирш дались мне ой как непросто. Свернувшись на матрасе из мелко нарубленных водорослей, я попыталась расслабиться и отдохнуть, но вдруг ощутила рядом с собой тело татуированного. Запах чернохвостого мужа, похожий на смесь специй, железа и ледяного кофе, я могла узнать среди миллионов.

— Ты волнуешься? — тихонько поинтересовалась, даже не оборачиваясь.

Кассису будет легче говорить без установления зрительного контакта, я узнала это за время нашего общения.

— Я не хочу, чтобы мои сородичи навредили тебе… или этому невыносимому синехвостому! — тихо произнёс он, зарываясь носом в мои волосы.

Мне стало удивительно тепло рядом с ним, но какая-то тревога в его голосе передалась мне, приходясь вдоль позвоночника.

— Ты переживал, что в Азур-Грань будет всё ужасно, но сам видишь, сколько полезного мы вынесли! — убеждала я то ли себя, то ли татуированного.

— Шаи, мой мир — мир мужчин, воинов! — как-то обречённо произнёс чернохвостый муж. — Там тебе не будет просто… Но помни, что убью любого, кто посмотрит на тебя косо.

На сердце стало удивительно тепло, но на место спокойствию пришёл настоящий страх.

— А если ваш вождь будет со мной груб? — поинтересовалась я, понимая, что именно так и будет. — Только сумей удержать свои порывы!

— Мне придётся бросить вызов ему, хоть и поклялся Ареусу в верности… — боль, звучащая в этих словах, захлестнула и меня, разливаясь внутри едкой кислотой. — Меня всю жизнь воспитывали в жёсткой дисциплине и уважению к вождю. Меня забрали от матери ещё маленьким змеёнышем, и как и каждому самцу, вдалбливали в голову постулаты, которые нельзя нарушать. Но с твоим появлением эта зомбирующая чужая воля стала слабее. Кажется, я учусь видеть мир твоими глазами.

Услышать подобное из уст сурового и немногословного Кассиса было удивительно.

— Я не хочу покушаться на те принципы, по которым живёт ваш клан, мы должны лишь знать, что Обсидиановая корона будет с нами в борьбе с тварями Бездны. Не думаю, что убедить Ареуса будет сложнее, чем достучаться до Шиирш, ты же сам видел, с чем нам пришлось иметь дело! — попыталась я перевести в шутку.

— Моя спасительница… — прошептал татуированный. — Молю тебя об одном: будь осторожна и сдержанна, в Обсидиановом клане царит патриархат, где женщинам не даётся слова. Позволь мне говорить за нас всех.

Мне стало не по себе, я понимала, что Обсидиановые вряд ли обрадуются моему появлению, да ещё и в сопровождении синехвостого.

— А что ждёт Адриана? Ведь Шиирш хотела затащить тебя в свой гарем!

— Думаю, что Лазурного ожидает более милостивая кончина: его всего лишь принесут в жертву…

Кассис

Сердце билось учащённо, хотя и старался держать себя в руках. Нам чудом удалось выбраться из Азур-Грань, но что ждёт в Глубинном шпиле? Сомневаюсь, что там можно будет рассчитывать на везение. Это мир поступков и решений настоящих мужчин, где не помогут ни иллюзии, ни льстивые речи, ни даже плохо контролируемая магия Шаи.

Я не мог не беспокоиться о безопасности моей человечки, ведь правила Обсидиановой короны запрещают входить в столицу всем, кроме членов клана. Может, уговорить её и синехвостого подождать меня, ведь фактически ступив на территорию Глубинного шпиля, Лазурный подпишет себе смертный приговор, так как он наш враг.

Но взглянув на упрямый профиль Адриана, на сведённые брови и стиснутые кулачки жены, понял, что проще обернуть течение реки вспять, чем убедить этих двоих отступить перед задуманным.

Шаи напряжённо смотрела перед собой невидящим взглядом, явно погружённая в свои мысли. Её тревога и растерянность были почти ощутимы физически. Я вообще убеждался в том, что чем дольше мы втроём находимся вместе, тем лучше понимаем и чувствуем друг друга, обходясь без слов. Я не верил в истинность, считая это сказками для наивных девочек, мечтающих о большой и светлой любви на всю жизнь, но появление маленькой человечки изменило моё представление о мире, перевернув его с ног на голову.

Сердце застучало ещё чаще, чувствуя приближение к родным местам, и словно в ответ вдалеке раздались тяжёлые гулкие раскаты, похожие на удары огромного молота, звучащие в унисон с моим пульсом.

— Что это? — испуганно спросила Шаи, прижимаясь к Адриану.

— Сердце короны… водяное колесо, которое обеспечивает водой всю территорию Обсидиановых. Если бы его уничтожить, то моему клану стало бы гораздо проще победить. Не ожидал, что окажусь от него так близко! — задумчиво произнёс лазурный.

Его слова резанули слух и вызвали глухую тревогу, смешанную с раздражением.

— Ни один синехвостый не посмеет прикоснуться к Сердцу короны! Не надейся! — отрезал я зло.

— Мы уже почти приплыли? — в голосе человечки тревоги становилось всё больше.

— Нет, нам предстоит проплыть ещё много, поэтому попробуй отдохнуть, тебе нужно набраться сил!

— Чувствую, они мне понадобятся… — печально вздохнула жена.

— Шаи, я не позволю никому тебя обидеть! Иначе ему придётся иметь дело со мной! — сказал я, глядя во встревоженные глаза возлюбленной.

— И со мной! — подхватил Адриан.

Человечка наконец-то улыбнулась, становясь ещё привлекательнее.

— Мои сильные смелые мужья! — проворковала она. — Пожалуй, мне и впрямь лучше вздремнуть. Неизвестно, когда представится шанс отдохнуть спокойно. Хотя мне кажется, что уснуть под этот грохот просто невозможно.

Шаи отправилась в палатку, установленную посреди.

— Будь с ней, пока я управляю плотом! — обратился к синехвостому, взглянувшему на меня с подозрением.

— Кассис, я вижу, ты что-то задумал. Не наделай глупостей! В нашем трио ты точно не отвечаешь за интеллект и аналитические способности. Так что лучше расскажи мне, что крутится в твоей голове, ведь отсюда слышу, как извилины скрипят!

Мне захотелось врезать по смазливой морде Адриана, но взял себя в руки, стараясь не реагировать на его колкости.

— Если бы ты умел пользоваться чем-нибудь, кроме своего языка, от тебя было бы больше проку. Только и можешь, что болтать без умолку и удовлетворять им Шаи. Хотя с последним я справляюсь теперь не хуже твоего! — парировал спокойным голосом, пусть внутри всё кипело от злости.

От удивления синехвостый захлопал глазами и даже не нашёлся что ответить.

— Кажется, общение с нашей женой идёт тебе на пользу! — наконец выдавил он. — А теперь и впрямь рассказывай, что придумал, ведь мы все в одной лодке. Может, смогу тебе чем-нибудь помочь.

Я задумался, чувствуя неуверенность, несвойственную мне. Все эти колебания и душевные метания были мне чужды, так что же случилось сейчас? То, что собирался сделать, полностью противоречило всем моим жизненным принципам, но другого варианта, кажется, просто не существовало.

— Мне придётся бросить вызов Ареусу и победить его в бою, чтобы занять место вожака! — произнёс чуть слышно.

Адриан взглянул на меня со смесью уважения, удивления и сочувствия. Этот взгляд был важнее любых слов поддержки.

В объятиях Адриана я забылась тревожным сном, балансируя на грани между явью и миром видений. Но пульс Сердца короны чувствовала даже там. Казалось, что эти удары подстраиваются под мой ритм, наполняя неизвестными до этого знаниями, образами, историями.

Сейчас словно вживую видела перед огромное чёрное колесо с лопастями, приводимое в движение силой сотни рабов, которая работала без сна и отдыха; чувствовала, как прохладная вода, течёт по трубам, будто кровь по венам, достигая самого дальнего уголка земель клана чернохвостых. А рядом с этим колесом осуществлялись кровавые жертвоприношения, составляющие основу магии Обсидиановой короны.

Я буквально вскочила на месте, успев перекрутиться в воздухе, разевая рот в беззвучном крике. Синеволосый наг словно готовился к этому всю жизнь и ловко поймал меня при помощи хвоста и сильных рук, прижимая к себе.

— В чём дело, Шаи? — взволнованно спросил он, укачивая меня, будто ребёнка.

— Тебе нельзя туда, Адриан! — ответила, едва двигая пересохшим языком, царапавшим и щекочущим воспалённое нёбо. — Глубинный шпиль опасен и пропитан смертью!

Кажется, стресс, в котором находилась постоянно, с тех пор, как попала в Затопленный шёпот, всё же добил мой и без того не шибко здоровый организм.

— Да ты горишь! — теперь в мягком, шелестящем голосе мужа скользнул испуг.

Он прижался прохладными губами к моему лбу, а затем прошипел что-то на змеином, а я не поняла ни слова, хотя знание языка нагов вшилось мне в подкорочку с первых же секунд попадания сюда.

— Что ты сказал? — переспросила я, но синеволосый мужчина уже аккуратно уложил меня обратно в кровать и принялся осматривать каждый сантиметр моего тела, которое сейчас буквально пронизывало сотней раскалённых игл.

Пожалуй, так плохо в последний раз себя чувствовала, когда болела гриппом в третьем классе и намерила у себя температуру выше сорока.

— Змеиная лихорадка… — прошептал Адриан так, словно у меня была как минимум чума. Хотя кто знает, может, эта лихорадка ещё пострашнее наших земных болезней.

— Это опасно? Я ведь не умру? — прохрипела, почти потеряв голос.

Адриан нежно улыбнулся, но его янтарно-золотистые глаза смотрели взволнованно, а чёрные узкие зрачки пульсировали.

— Мы не дадим тебе погибнуть, милая, а теперь поспи, тебе нужны силы, а когда проснёшься, будешь вновь здорова!

Только вот я не поверила ни единому слову.

Синехвостый выполз из палатки, стараясь не шуметь, и тут же закрыл полог, будто чувствуя, что любой звук и яркий свет причиняют мучительную боль.

Я знала, что сейчас мужья будут обсуждать моё состояние, поэтому вся обратилась в слух, хоть слышала лишь пульсацию крови и гул Сердца короны.

— Ты что, не понимаешь, Шаи не дотянет до Глубинного шпиля! Она ведь маленькая слабая человечка, у неё даже нет иммунитета к нашим болезням! — раздражённо и несчастно поворотят Адриан, обращаясь к татуированному.

К сожалению, разобрать низкий рокочущий голос второго мужа не получалось, его словно поглощал звук вращающегося водяного колеса.

— Я отдам кровь, хоть всю, только проведи ритуал! Спаси нашу жену! — раздался вновь крик синехвостого, в котором была мольба и ярость.

— Ладно… — услышала наконец-то голос Кассиса, причём так чётко, словно он был совсем рядом. — Магия крови не так проста, как ты думаешь, а за каждую пролитую каплю может последовать расплата. Я готов к этому, а ты, Лазурный?

— Не задавай глупых вопросов! — отрезал Адриан.

Полог шатра откинулся, и мои мужья застыли у входа с такими лицами, будто собирались меня убить… Или спасти?

— Не бойся, Шаи! — произнёс татуированный глядя на меня виновато. — Тебе не будет больно! Почти...

Кассис

Змеиная лихорадка… Как мы не подумали о том, что Шаи тоже может её подхватить. Но наши организмы привыкли сражаться с этой заразой и побеждать, а маленькая человечка вряд ли сможет её пережить. Глядя на её бледное лицо, покрытое бисеринками пота, на страдальчески закушенную губу, сердце обливалось кровью.

Кровь — единственное средство, которое сможет её спасти. Я знал, что сумею провести нужный ритуал, но всё равно боялся, ведь мог навредить.

— Хватит сомневаться! Ты сам знаешь, что нам не довезти её до Глубинного шпиля! — наседал Адриан, беспокойно ударяя хвостом по доскам.

— Но наша кровь может её убить!

— А может спасти!

Мы смотрели друг на друга, пытаясь продавить взглядами, но новый слабый стон человечки сам собой решил наш спор, на который просто не было времени. Я достал свою сумку из прочной кожи глубинного ската, в которой хранил всё необходимое для ритуалов и заботливо расставил перед собой.

Зелья, ингридиенты, травы, мерные сосуды... Всё такое привычное.

— Теперь не испугаешься дать свою кровь? — поинтересовался насмешливо, но синеволосый полыхнул глазами яростно и отчаянно.

— Ради Шаи — до последней капли!

Я протянул изогнутый ритуальный нож, покрытый рунами, помогавшими творить заклинания и проводить ритуалы. Лазурный взглянул на лезвие с опаской, а затем сжал его ладонью, обхватывая с силой. Густые алые струи потекли по клинку, устремляясь в чёрную чашу. Нож вибрировал и пел, давая понять, что ему вкусна кровь врага.

Теперь пришла моя очередь. Кивнул Адриану, чтобы он отпустил лезвие, и тут же резанул себя по ладони. Нож раскатился докрасна, теперь удержать его в руке было почти невозможно. Наверное, так ощущались прикосновения Шаи, не окажись её истинным.

Наша с синехвостым кровь смешивалась в чаше, издавая тихое шипение. Закрыв глаза, я читал слова заклинания, стараясь не сбиться и не потерять ритм, который отсчитывал пульсацией сердца.

— Готово… — наконец прошептал, глядя на густую жидкость, поверхность которой переливалась всеми цветами радуги.

— Ты уверен? — настороженно спросил Адриан, косясь на чашу.

Я не стал отвечать, не желая продолжать бессмысленный спор. У нас просто не было выхода.

Мы откинули полог палатки и взглянули на Шаи, находившуюся уже в полубреду.

— Не бойся, Шаи! — произнёс я успокоительно. — Тебе не будет больно! Почти... Выпей это средство, и тебе станет легче.

Стараясь унять дрожь в руках, поднёс чашу к бледным губам, приподняв голову человечки. Жена доверчиво хлебнула и тут же сжала рот, не желая пить.

— Я знаю, что это невкусно, но это же лекарство! — уговаривал девчонку, укачивая, словно маленького ребёнка.

С трудом мне удалось влить в неё почти всё содержимое, хотя часть попала на её одежду, волосы, тело. Но и сквозь кожу организм всосал эликсир, не оставив ни капли на поверхности. Мы с Адрианом взволнованно смотрели на жену, боясь даже дышать.

Вдруг её тело изогнулось дугой, а с губ сорвался такой испуганный крик боли, что разом бросились к человечке. Её трясло, глаза закатились, а на тех участках кожи, куда попало зелье, появилась змеиная чешуя.

Не знаю, что происходило с моим телом и душой, казалось, — они распадались на части, на миллиарды молекул, атомов, мельчайших составляющих. Я переставала понимать, где та тонкая грань, что разделяет мой лихорадочный бред и реальность. Казалось, я была сразу во всех ипостасях, становясь всем и ничем.

Внутри меня разливалась неведомая сила, пугающая и зачаровывающая одновременно. Я превращалась в нечто большее, нежели обычная земная среднестатистическая девушка. Чужая, холодная и ядовитая мудрость проникала внутрь, становясь частью меня; неизвестные ранее знания наполняли мозг, заставляя голову разрываться от обилия информации.

Но при этом меня не оставляло ощущения чьего-то заботливого присутствия, — даже в бреду не переставала ощущать надёжность и защиту тех, кто стал мне дороже всех на свете, во всех существующих мирах.

— Адриан… Кассис… — попыталась произнести я, но губы не слушались, а язык отказывался повиноваться, оставаясь бесполезным неподвижным отростком.

Но крепкие мужские руки, стиснувшие мои ладони, свидетельствовали, что любимые ещё рядом, и поддерживают меня. Странный железистый привкус, солонивший губы, будто напитывал мой организм, наполняя его чем-то новым и неизведанным.

Я медленно ползла по берегу священного подземного источника, ощущая, как мелкий песок слегка щекочет чешую. Это было одновременно непривычно, но при этом удивительно правильно. В сиреневатой воде мерцали зловещие отсветы, но знала, что их не следует опасаться, ведь мы были одной крови.

Моё естество ликовало оттого, что мне больше не были нужны такие глупые, бесполезные, ограниченные ноги, проигрывавшие во всём юркому и мощному хвосту, переливавшемуся всеми оттенками, словно драгоценная жемчужина.

Чем дальше я отползала от этих вод, тем сильнее ощущала чьё-то безмолвное, но физически ощутимое присутствие. Казалось, что некто непознаваемый, и от этого ещё более опасный навис надо мной, стараясь поработить и подчинить неуловимым взглядом.

Но сейчас я была сильней, поэтому упрямо продвигалась вперёд, хоть каждое движение давалось мне всё с большим трудом. Чем глубже оказывалась в глубинном тоннеле, тем явственнее становилось это давление.

— Зачем тебе это нужно, человечка? — раздался низкий бесполый голос, лишённый эмоций.

Мне сразу стало понятно, кому он мог принадлежать…

— А что нужно тебе, Бездна? — ответила в тон вопросом на вопрос.

— Я просто голодна! Этот голод не знает границ и сожалений. Мне необходимо есть, чтобы жить. И я не виновата, что для удовлетворения моего аппетита нужны целые миры.

— Но ты ведь убиваешь всё, что, оказывается, на твоём пути!

— Не надо рассказывать мне о гуманности. Разве не люди уничтожили мамонтов? А кто разводит животных на убой? Так что ты такая же хищница, как и я.

Это слова обожгли душу и зародили в неё зерно сомнения.

— Следуй за мной, стань моей служительницей. Нет, не служительницей, — подругой. Вместе мы получим всё, о чём мечтаем. Ты станешь всемогущей! Ты оказалась в этом мире лишь благодаря мне. Ведь это я выгрызла дыру в межмировом пространстве, через которую тебя вытащил сюда жрец. Но наги хотят использовать тебя словно оружие, клинок, которым можно меня поразить. Но если меч сломается, его выкинут без сожаления! Я же предлагаю тебе вечную жизнь и власть!

Эти слова искушали, дарили надежду на возможное всесилие, когда никто не сможет мне приказывать, что делать. Но…

— Я буду должна предать Адриана и Кассиса? — спросила с ужасом.

На момент незнакомый голос прервался, словно существо обдумывало, что мне ответить.

— Они всё равно погибнут в борьбе… — прозвучало в голове. — Так какая разница, когда? Вам меня не одолеть!

— Для меня есть разница. Эти мужчины поклялись защищать меня, и я сделаю для них то же самое! Ты не получишь моих мужей, даже не надейся! Я их люблю и не отдам никому!

— А ты смешная, маленькая человечка! Смешная и глупая… Придётся мне убить и тебя!

Темнота обрушилась на меня, вбирая в себя, высасывая душу и силы. Воздух перестал поступать в лёгкие, сделавшись густым и липким, словно мазу. Я попыталась закричать, но тьма тут же вползла в открытый в беззвучном крике рот.

— Шаи, не уходи, ты наша жена! Ты — наша возлюбленная! — раздались голоса Кассиса и Адриана, а затем крепкие сильные руки сжали мои ладони и потянули куда-то вверх, не давая погрузиться во тьму.

— А-а-а-а-а… — простонала, делая глоток воздуха, и, наконец, открыла глаза.

Кто я? И где нахожусь? В голове всё кружилось, тело пылало и казалось чужим и непривычным. Я попробовала пошевелить своим великолепным хвостом, но вместо него откликнулись слабые человеческие ноги. Так значит, это было лишь горячечным бредом? Но слишком уж реально было всё, что происходило со мной там.

С трудом пошевелившись, потянулась затёкшим телом и вскрикнула от неожиданности, ощутив что-то непривычное на коже. Это что, чешуя?

— Не бойся, Шаи! — раздался успокаивающий голос Кассиса. — Она сойдёт со временем! Это просто побочный эффект зелья из нашей крови, которое ты выпила. Чешуинок совсем немного.

— И они тебе даже идут! — насмешливо дополнил Адриан.

Мои мужья… Такие разные, но любимые! Не отдам их Бездне, чтобы не предлагала взамен! У меня нет никого ближе и роднее этих порой невыносимых хвостатых нагов, ставших моей настоящей семьёй.

— Я люблю вас… — прошептала, не открывая глаз, чтобы не расплакаться, но слёзы всё равно сами собой катились из-под закрытых век.

— Кажется, она ещё бредит! — хором протянули мужчины.

Вот ведь бесчувственные мужланы: я им от всего сердца признаюсь в чувствах, а они…

Распахнув глаза, увидела, что они улыбаются.

— Мы тоже любим тебя, Шаи!

Значит, специально меня спровоцировали, чтобы я поскорее очнулась, — хитро!

— Как ты себя чувствуешь, милая? — взволнованно спросил Кассис, прикладывая горячую ладонь к моему лбу.

— Хм… удивительно, но очень хорошо. А ещё чертовски голодна. Что за чудодейственное средство вы мне дали, можно ещё?

Мужчины виновато переглянулись.

— Нет, Шаи! — категорично отрезал татуированный. — Это была наша кровь, она излечила от змеиной лихорадки, но зелье на её основе слишком непредсказуемое! В больших количествах оно может превратить тебя в нагиню или и вовсе погубить!

Так значит, вот откуда этот железистый привкус и какие-то глубинные знания, которые странным образом активировались в моей памяти. Отсюда и способность говорить с Бездной, ведь теперь я окончательно стала частью этого мира. Удивительно, но это меня уже не волновало, как раньше, ведь почти не вспоминала о земной жизни, ощутив себя по-настоящему дома среди нагов.

— Нам необходимо спешить! — сообщила, поднимаясь на ноги и ощущая, что болезнь отступила окончательно. — Бездна связана со мной каким-то образом и смогла проникнуть в мой разум. Она живая, способна мыслить и планировать, поэтому понимает, что мы задумали. Боюсь, что времени у нас ещё меньше, чем было.

Мужчины замерли с открытыми ртами — будь у меня с собой фотоаппарат — непременно бы запечатлела такую несвойственную для них реакцию.

— Как это было? На что было похоже? Сейчас Бездна ушла? — принялся сыпать вопросами Адриан.

— Это было странно… — попыталась сформулировать свои ощущения. — Просто чьё-то тяжёлое, давящее присутствие, а затем голос в голове. Разговаривать с ней было даже интересно.

— Вы ещё и говорили? — синеволосый даже принялся приплясывать на хвосте, то поднимаясь, то опускаясь. — И о чём?

— Она предложила мне союз, обещала даровать вечную жизнь и могущество.

Мощные фигуры мужей словно окаменели, превращаясь в неподвижные статуи, на которых читалась каждая напряжённая мышца. Их янтарные глаза светились страхом, которого никогда не видела раньше у этих могучих воинов, незнакомых с этим чувством.

— И что ты выбрала? — шёпотом спросили они.

Теперь пришла моя пора искренне удивиться...

— Конечно, вас!

Кассис

Сердце чувствовало приближение к Глубинному шпилю, начиная биться чаще от смеси нетерпения и страха. Тёмные стены становились всё более резкими, рубленными, — больше никаких плавных линий, лишь острые углы, пики и глубокие расщелины.

Наконец, как бы ни старался оттянуть этот момент, пришла пора причалить. Я с тоской взглянул ещё раз на наш плот, где было так спокойно, безопасно и уже привычно. Адриан и Шаи напряжённо застыли рядом. Теперь нам всем не нужны были слова, мы чувствовали и понимали друг друга, не обмениваясь даже взглядами, — в наших венах текла общая кровь, наша истинная связь крепла с каждым днём.

— Дальше мы пойдём пешком! — произнёс я. — Придётся углубиться в вулканические туннели. Но вы должны следовать за мной и не сходить с тропы. Слишком много ловушек расставлено в этих катакомбах.

Я взглянул на Адриана, вновь ловя себя на приступе недоверия, хотя считал, что это в прошлом. Но сейчас я собирался провести врага в самое сердце Обсидиановой короны. Что, если синехвостый потом использует эти знания, чтобы навредить моему народу.

Борьба между верностью кланом и преданностью своей странной семье разрывала меня на части, не давая сосредоточиться и собраться с мыслями. Как бы я себя не повёл, всё равно предавал кого-то, и это сводило меня с ума. Никогда раньше передо мной не вставало мук выбора, ведь всегда следовал строгим приказам, не думая над их правильностью. Но сейчас что-то во мне изменилось, словно Шаи разбудила во мне нечто странное, — теперь я всё чаще задавался вопросами о том, что такое хорошо, что такое плохо.

— Я никогда не оберну то, что узнаю против тебя, Кассис! Клянусь! — вдруг проникновенно произнёс Адриан, подползая ближе и кладя руку на плечо.

Сперва я хотел её сбросить и послать наглеца в бездну, но вдруг ощутил, что благодарен за такие слова и поддержку. Этот лазурный стал мне по-настоящему дорог, хоть порой мне и хотелось придушить его собственными руками.

— Нам долго идти? — взволнованный вопрос Шаи вывел меня из задумчивости.

После болезни жена была ещё слаба, хоть старалась и не показывать это. А её общение с Бездной явно оставила шрам в душе, хоть человечка старалась и не говорить об этом, но мы-то с Адрианом чувствовали.

— Я знаю короткий путь! Но сразу предупреждаю, что он будет опасным, его строили ещё родоначальники клана, даже мне неизвестны все ловушки, установленные там. Думаю, лучше отправиться обычной тропой, которая знакома. Это займёт больше времени — задумчиво начал я, пытаясь решить, что же выбрать.

— У нас нет времени! — безапелляционно заявила бесстрашная Шаи и доверчиво прижалась к моему боку. — Я же знаю, что ты со всем справишься, Кассис, недаром тебя избрали лучшим представителем клана и отправили в Забытые храмы на встречу со мной.

Кажется, маленькая хитрюга сейчас пыталась мной манипулировать, но мне было плевать, ведь внутри словно разгорелось пламя, согревающее своим теплом. Эти слова возвратили мне уверенность и словно подарили крылья за спиной, как и светящихся мотыльков, живущих в пещерах, где собиралась морская роса.

Мы с Адрианом вытащили плот на берег и помогли сойти Шаи на чёрный вулканический песок, скрипящий под её очаровательными ножками.

— Здесь всё другое… — задумчиво проговорила она, с интересом оглядываясь по сторонам.

Сейчас невольно замер, боясь, что жена скажет, что ей здесь не нравится, ведь мои земли были куда суровее, чем территории клана Лазурных чешуй. Сердце замерло в ожидании её вердикта, — даже не думал, что для меня это окажется столь важно.

— А здесь удивительно красиво! — произнесла она восхищённо. — Даже не думала, что у чёрного может быть столько оттенков. И такая строгость линий вокруг!

Всё, вот теперь я, бравый воин, заслуженный генерал армии Обсидиановой короны, не ведавший иных радостей, кроме боя, вдруг заулыбался так, что непривычное к этому лицо заболело.

— Ты ещё не видела сам Глубинный шпиль! — пробормотал смущённо. — Это лучшее место Затопленного шёпота.

— Пора в путь! — недовольно напомнил Адриан, явно задетый тем, что наша жена восхитилась моими родными землями.

Но синехвостый был прав, — если Бездна знает о том, что мы готовимся дать ей отпор, но стоит поторопиться!

— Я пойду первым и заберу большую часть вещей! Адриан, — ты несёшь Шаи и ценные предметы, держишься за мной по следу. Если попаду в ловушку — не смей помогать, это может быть хитрой задумкой, — погибнем все! Твоя задача сохранить человечку и те записи, что мы с тобой составили в лаборатории!

Глаза Шаи испуганно сверкнули, она хотела что-то произнести, но Адриан прижал её к себе и тихо произнёс: «Ты прав, Кассис! Будь осторожен, храбрый чернохвостый! Ну и не хотелось бы стирать твою кровь и внутренности с себя и платья нашей жены!»

Я вновь улыбнулся. Всё же хороший он наг, этот Лазурный, хоть и редкостный стервец, любовь к Шаи сделала нас частью единого целого.

Мы двигались медленно и крайне осторожно, но мне всё равно было страшно, в первую очередь за Кассиса, ползшего впереди. Коридор, по которому мы продвигались, был узким, извилистым и словно сделанным наспех в вулканической породе.

Здесь не было ярких красок, которые окружали меня в пещерах клана Лазурных чешуй, — лишь однотонная темнота, рассеиваемая слабым свечением люминесцентного мха, покрывавшего неровные стены.

Мне было не по себе, — будь у нас возможность, непременно выбрала другой путь, но было необходимо поторопиться, ведь вторжение Бездны было всё ближе и неотвратимее.

— Не волнуйся, Шаи, всё будет хорошо! — прошептал Адриан, нёсший меня на руках, прижимая ближе к себе.

Я была благодарна синеволосому за его нежность и поддержку, которые были сейчас так необходимы, но волнение за Кассиса не давало покоя.

Словно прочитав мои мысли, чернохвостый обернулся и улыбнулся мне ободряюще. От этого мне стало теплее, словно внутри зажглось маленькое солнышко. Даже неуютные мрачные стены пещер стали не такими пугающими.

Но стоило мне успокоиться, как вдруг раздался низкий рокочущий гул, который отозвался где-то внутри меня, сбивая пульс. Паника накатила удушливой волной, заставляя сжаться от тревожного предчувствия.

— Не-е-е-е-ет! — еле слышно прохрипела я, хотя хотела закричать во весь голос.

В этот момент улыбка на лице Кассиса сменилась напряжением, а затем наг просто исчез. Казалось, что это какой-то цирковой фокус, и вот-вот он появится вновь и скажет, что трюк удался. Но я знала, что это не так...

Наконец, голос вернулся ко мне, и я заорала так, что эхо понеслось во все стороны, наполняя пространство и отражаясь от стен. Рука Адриана накрыла мой рот, гася крик, не давая выплеснуть свой страх за чернохвостого мужа.

— Тише… — прошептал синеволосый. — Здесь могут быть ловушки, реагирующие на звук. Сейчас я уберу ладонь, постарайся не шуметь!

Я кивнула, давая понять, что буду вести себя тихо. Ради нашей общей безопасности было необходимо взять себя в руки, — лишь будучи рассудительной, смогу помочь.

— Что с Кассисом? — прошептала чуть слышно, когда Адриан поставил меня на землю, а сам тревожно озирался по сторонам, словно сканируя помещение.

— Стой на месте и не шевелись! — коротко приказал наг и медленно двинулся вперёд, продолжая осматривать каждый сантиметр, заглядывать за каждый камень.

Тревожный гул раздался вновь, и я зажала рот ладонью, чтобы не закричать опять. Адриан буквально взмыл в воздух, оттолкнувшись хвостом и совершая головокружительный кульбит. Это и спасло его в тот момент, когда пол под ним вдруг разъехался в разные стороны, открывая зияющий провал. Так вот куда делся Кассис.

Я бросилась вперёд, теряя контроль, но Адриан успел подхватить меня, прижимая к себе крепко. Мне хотелось вырваться, мчаться туда, где пропал чернохвостый, поэтому принялась кричать, царапаться, умолять отпустить, но лазурный был непреклонен. Наверное, проще сдвинуть гору, чем заставить его разжать объятия.

— Шаи, мне нужно, чтобы ты успокоилась, только так сможем помочь Кассису. Но я должен быть уверен, что ты не сделаешь глупостей! — размеренно произнёс он, словно общаясь с раскапризничавшимся ребёнком.

Истерика отступила, — теперь мне стало стыдно за своё поведение, ведь всегда считала себя уравновешенной и даже стрессоустойчивой. Но та улыбка чернохвостого, с которой он обернулся… она не давала покоя.

— Это я виновата. Из-за меня мы отправились коротким путём, хотя Кассис говорил, что это опасно… — всхлипнула горько.

— Не вздумай себя винить! А теперь ты останешься на этом месте и не будешь шевелиться до тех пор, пока не разрешу!

Голос мужчины звучал так уверенно и безапелляционно, что даже не стала спорить. Адриан отпустил меня, окинув внимательным взглядом, словно ожидал от меня очередного фортеля.

— Обещаю, что не двинусь с места! Только спаси его, умоляю!

В янтарных глазах нага мелькнула такая глубокая острая боль, что сердце тревожно сжалось. Неужели он уверен, что Кассис погиб?

Кассис

Даже не знаю, каким чудом мне удалось извернуться в последний момент и не упасть на острые колья, воткнутые на дне ловушки. А ведь я был уверен, что почувствую любую опасность и западню в родных землях. Возможно, я был излишне самонадеян, и именно это привело к такому итогу.

Мне пришлось напрячь тело, чтобы избежать падения на колья, и, кажется, повредил руку, когда старался упереться в стены и остановиться. Но даже без травм мне не удалось бы подняться, ведь стены ловушки были абсолютно гладкими, без малейших уступов.

Хорошо, что я провалился один, и не увлёк за собой спутников. Оставалось надеяться, что Адриан и Шаи продолжат путь и не станут принимать попытки к моему спасению, ведь это может быть смертельно опасно.

Я попробовал вспомнить, что именно произошло, перед тем, как оказался в ловушке. Кажется, надавил на один из камней, которыми был усеян пол. Это и активизировало какой-то хитрый механизм, оправив меня в эту проклятую яму.

Приподнявшись на хвосте, попробовал вцепиться в небольшую трещину, но тут же сорвался, сдирая ногти до крови. Но это меня не остановило. Необходимо пытаться до последнего, ведь я нужен маленькой человечке. Я поклялся ей всегда быть рядом и никогда не отступлю. Ещё один отчаянный прыжок — и вновь неудача. И снова, срываясь раз за разом.

Внезапно уже знакомый гул раздался опять, стены ловушки задрожали, и я увидел, как камни наверху раздвигаются с трудом, будто нехотя. Что происходит? Я же сказал Адриану не пытаться спасать меня, ведь важнее всего безопасность Шаи. Кто-то должен остаться с ней и продолжать поддерживать и помогать в её нелёгком начинании.

— Не лезьте сюда! — заорал изо всех сил, вздрагивая от раскатистого эха.

Лаз вновь закрылся, отрезая меня от окружающего мира. Может, и зря я сказал Адриану, чтобы не приходил ко мне на помощь. Перспектива умереть медленно и мучительно в этой яме в полном одиночестве казалась ужасающей. Мне всегда был неведом страх, но мысль, что больше никогда не увижу свою любимую жену, не вдохну сладкий аромат её кожи, не прикоснусь к её пленительным изгибам, убивала.

Изо всех сил бросил своё тело вверх, цепляясь за еле заметную трещину и рыча сквозь стиснутые зубы. Боль в руке стала невыносимой, но я продолжал подтягивать себя. Камни, закрывавшие вход в мою темницу, с тихим гулом разъехались вновь, и в образовавшемся отверстии появилась синеволосая голова.

— И долго ты здесь планируешь прохлаждаться? — раздался насмешливый голос Лазурного, а затем его рука обхватила мою и потянула вверх.

Наконец, я оказался на поверхности, и первое, что меня там встретило, — радостный крик Шаи, наполненный таким чувством, что сердце забилось быстрее.

— Милый! — всхлипнула она, сжимая меня в удивительно крепких объятиях, от которых невольно поморщился и зашипел, ощущая резкую боль в руке.

— В чём дело? Что с тобой? — испуганно спросила она.

— Всё нормально! — улыбнулся, чувствуя, как прохладные пальчики девушки быстро исследуют моё тело, проверяя на наличие травм.

Только вот эти прикосновения будили во мне жгучее желание. Наверное, я никогда не смогу насытиться моей невероятной человечкой, которую хотел постоянно.

— Так, мы, вообще-то, спешили! — с усмешкой произнёс невыносимый Адриан.

Мне хотелось придушить его в этот момент, но синехвостый был прав, — нам действительно стоило скорее продолжить путь, но быть более бдительными и осторожными.

— Кстати, я же наказывал, что меня не следует спасать и подвергать себя опасности! — проговорил недовольно.

— А ты попробуй отказать нашей супруге. Порой она бывает очень настойчивой! Так что постарайся больше не попадать в ловушки! — парировал лазурный.

Да, Шаи может быть очень убедительной! Лучше не спорить с маленькой хрупкой человечкой, когда она чего-то хочет. Я вдруг рассмеялся, ощущая себя по-настоящему счастливым. Рядом с этой женщиной моя жизнь обрела истинный смысл.

Адриан

Ещё недавно я был уверен, что, с радостью бы избавился от Кассиса, ведь этот чернохвостый был моим врагом, да и нам с Шаи было бы лучше вдвоём. Во мне всякий раз вспыхивал инстинкт собственника, когда татуированный ласкал нашу жену. Но когда обсидиановый оказался в ловушке, неожиданно для себя осознал, что искренне волнуюсь за него и хочу помочь.

Удивительно, но рядом с маленькой человечкой я начал меняться, становясь лучше. Куда делся тот пресыщенный, самоуверенный любовник королевы, баловень судьбы и надменный практик водной магии, недоступной больше никому из мужчин клана? Теперь я ощущал себя совсем другим нагом.

Шаи завозилась на моих руках, горько вздыхая во сне. Девчонка очень устала — даже мы, привычные к переходам и физическим нагрузкам начали выдыхаться. Кассис продолжал осторожно следовать впереди, прокладывая нам путь.

Я предлагал ему поменяться, так как не в моих правилах плестись в хвосте, переложив ответственность на другого, но чернохвостый надменно заявил, что лучше чувствует земли своих предков. Наверное, стоило напомнить, как он провалился в ловушку, но неожиданно для себя самого я промолчал, не желая обижать обсидианового, который и так переживал из-за произошедшего.

Наконец, мы оказались в широкой просторной пещере, — ведь даже меня утомили узкие извилистые тёмные коридоры, похожие друг на друга, словно близнецы. Где-то невдалеке журчала вода, напоминая о том, что во рту давно пересохло и язык словно покрылся песком.

— Надо остановиться на привал! — произнёс Кассис, оглядываясь по сторонам. — Самая сложная и опасная часть пути позади, теперь до Глубинного шпиля один переход, но надо восстановить силы, — не знаю, как нас там встретят.

— Думаешь, сородичи не слишком обрадуются? — поинтересовался я ехидно.

— Ну твои тоже в ладоши не хлопали и цветами не закидывали, когда появились перед дворцом. Если бы не Шаи… — парировал чернохвостый и принялся обустраивать лагерь со свойственной ему обстоятельностью и усердием.

Я же баюкал Шаи, не желая спускать её с рук — она так доверчиво прижималась к моей груди, иногда печально и устало вздыхая во сне. Такая нежная, хрупкая, почти невесомая, но при этом удивительно сильная и смелая. Длинные ресницы жены чуть дёрнулись, и она открыла глаза, словно почувствовав мой взгляд. Её тёплая улыбка разом смыла усталость и тревогу, озаряя всё вокруг.

— Мы добрались? — спросила она сонно.

— Почти! — радостно ответил вместо меня Кассис, подползая к нам. — Остался один короткий переход, а сейчас нам всем просто необходимо восстановить силы.

Я видел, что человечка хочет возразить, но внимательно взглянула на нас, и в её глазах мелькнуло сочувствие. Неужели мы выглядим слабыми и немощными. Да я готов ещё хоть сотню раз по столько же пройти, неся её на руках!

— Я и впрямь устала… — прошептала она.

— Палатка готова, моя супруга! А ещё я набрал воды на источнике неподалёку и принёс тебе ещё кое-что! — удивительно нежно проговорил Кассис и вдруг достал из-за спины небольшой мерцающий цветок.

Шаи радостно взвизгнула и выскочила из моих объятий, кидаясь к чернохвостому. А, может, лучше бы его было и впрямь оставить в той ловушке? Хотя даже этот солдафон и грубиян понял, как порадовать нашу возлюбленную, а вот я ничего не сделал для этого.

Со злостью на самого смотрел, как лапищи обсидианового обхватывают тонкую талию девушки, а затем нагло ползут ниже, оказываясь на круглой попке. Очередной укол ревности кольнул подло и предательски, когда не ожидал этого.

Человечка вдруг так же ловко вывернулась из объятий Кассиса и застыла между нами, поглядывая лукаво.

— Боюсь, что у нас нескоро появится свободное время, когда окажемся в Глубинном шпиле, так давайте проведём эти несколько часов с пользой! — прошептала она, а затем элегантно, призывно-маняще повела плечами, и лёгкое платье скользнуло вниз, словно его стянула невидимая рука.

Шаи грациозно прошествовала в палатку, а мы отправились за ней, словно зачарованные. Когда-то она рассказывала про заклинателей змей из своего мира, — так вот она точно была одной из них.

Здесь, в этой небольшой походной палатке, рядом со своими мужьями, чувствую себя по-настоящему счастливой. Наш маленький мир, в котором нет опасности вторжения Бездны, бесконечной войны между кланами, страха не справится с тем, что легло на наши плечи. Мы просто вместе, наполняем друг друга силой, уверенностью и теплом.

То, что происходит здесь и сейчас, это не просто секс, это настоящие единение тел и душ. Мне кажется, что превращаемся в единое целое в такие моменты, становясь сильнее.

Руки Адриана скользнули в мои волосы, когда нежно провела языком по его мускулистому торсу, состоящему из очерченных кубиков, остановившись у того места, где начиналась чешуя. Его член, уже не удерживаемый паховой пластиной, вздыбился возле моих губ. Я подняла взгляд, замечая, как расширились зрачки возлюбленного, вытесняя янтарную радужку.

Нежно и едва ощутимо лизнула гладкую глянцевую головку, наслаждаясь тем, как сбилось дыхание синеволосого. Мне нравилось играть в эту долгую манящую игру, оттягивая кульминацию и наслаждаясь всеми гранями удовольствия.

Ближайшие несколько часов принадлежали нам, и я не хотела торопиться. Адриан накрутил мои волосы, зажимая их в кулаке, и подался вперёд, ныряя внутрь моего ротика. Никогда раньше не думала, что ласкать мужчину орально, может быть так приятно и возбуждающе.

В этот момент Кассис оказался сзади меня и слегка надавил на мою поясницу, заставляя прогнуться. Сопротивляться его властным и сильным рукам было просто невозможно, — и я послушно сделала то, что хотел мужчина.

Его горячее дыхание обожгло кожу ягодицы, а затем я ощутила лёгкую боль от укуса, но она лишь усилила возбуждение, которое и так накрыло меня горячей волной. Пальцы Кассиса чуть раздвинули мои влажные складочки и принялись очерчивать клитор, то увеличивая, то ослабляя силу нажатия, — кажется, не одна я была намерена поиграть.

Я понимала, что кто-то из нас троих сдастся первым. И судя по всему, это буду я. Острая грань между полноценным оргазмом и его преддверием длилась нескончаемо долго. Стоило мне начать двигать бёдрами навстречу опытным ласкам Кассиса, как невыносимый чернохвостый тут же убирал руку.

Мне не удавалось ещё ни разу победить в этой игре, поэтому ловко перевернулась на спину и развела ножки в стороны, наслаждаясь тем, как мужья пожирают голодным жадным взглядом моё тело. Я купалась в их желании, восхищении, страсти, ощущая себя красивой. Никогда раньше я не думала, что полюблю своё тело, но моё отражение в расширенных зрачках нагов мне действительно нравилось.

— Я больше не могу… — призналась хрипло. — Хочу вас прямо сейчас, иначе с ума сойду.

Моё тело взмыло над поверхностью, когда мужчины подняли меня своими ловкими хвостами, удерживая так, что оказалась на Кассисе, спиной к нему, а сверху навис Адриан. Я знала, что сейчас последует, и сладко застонала от предвкушения. Этот стон словно стал командой для мужчин, — они ворвались внутрь меня одновременно. Их движения были властным и нежными, напористыми и аккуратными.

Наслаждение в чистом виде, без примесей. В моей голове не осталось мыслей, — полностью отдалась невероятным ощущениям, которые наполняли меня. Горячие губы мужчин покрывали поцелуями пылающую кожу, заставляя вспыхивать ещё сильнее. Слова любви, страсти и разврата мешались в один сладкий крепкий коктейль, пьянящий и дарящий лёгкость.

Я изогнулась, меняя угол и позволяя мужьям входить глубже, на всю длину. Это чуть болезненное, но безумное удовольствие готовилось обернуться яркой вспышкой сверхновой. На секунду мужчины замерли, и я едва не всхлипнула.

— Пожалуйста, ещё! — закричала во весь голос, забыв об опасностях окружающего мира.

Нестерпимо горячая тяжёлая волна прокатилась по всему телу, беря начало где-то внизу живота. Это была не просто волна, — настоящий девятый вал, накрывший с головой. Мои хриплые крики словно выпивал Адриан, прижавшись своими губами к моим, а Кассис сжимал руками затвердевшие вишенки сосков, даря дополнительное удовольствие, — хотя, казалось, куда уж больше.

Какое-то время мы лежали, не шевелясь, вернувшись каждый в своё тело, но продолжая чувствовать нерушимую связь, что была между нами. Я знала, что ради этих мужчин я пойду на всё, так же, как и она для меня. Сила нашей любви сумеет побороть любое зло!

Кассис

Глубинный шпиль словно выскочил из-за поворота очередного коридора. Хоть я и привык к тому, как наша столица словно выходит навстречу, останавливая путника и повергая его в трепет, но всё равно задышал чаще, а сердце зажглось гордостью и восхищением.

Чёрные, идеально гладкие стены устремлялись ввысь грозно и неприступно, теряясь у высокого свода самой большой пещеры Затопленного шёпота. Множество бойниц и внутренних ходов, созданных для обороны крепости, делали город неприступным.

— Очешуеть… — выдохнул Адриан, и ощущение гордости стало ещё сильнее.

Пусть этот синехвостый знает, что его Лазурным никогда не победить, ведь перед ним город настоящих воинов. Сейчас я был даже рад, что член враждующего клана сможет увидеть всю мощь Обсидиановой короны.

— А как же мы войдём? — взволнованно спросила Шаи, разглядывая высокие неприступные стены.

Я лишь усмехнулся, глядя на то, как мои спутники удивлённо хлопают глазами. Стены крепости, окружающие столицу, казались и впрямь цельными, без входов и выходов, но лишь для взглядов чужаков. Каждый обсидиановый мог почувствовать, увидеть ворота внутренним зрением. Мне не нужно было даже напрягаться, чтобы заметить, как часть чёрного монолита пульсирует густым алым цветом, похожим на капли крови.

— Следуйте за мной! И не высовывайтесь вперёд. Адриан, держи рот на замке, — мои собратья могут оказаться не столь терпеливы к твоим шуткам, как я. Шаи, — во имя глубинных богов, никакой неконтролируемой магии. Знайте, я не дам вас в обиду! — произнёс я решительно и двинулся вперёд, стараясь унять тревожное волнение.

Воин Обсидиановой короны должен быть силён, уверен в себе и не знает сомнений! Раньше я жил с этим постулатом, вдолбленным в мою голову с раннего детства. Лишь дисциплина, подчинение, смелость и умение сражаться до последней капли крови ценились у моего народа, лучшим представителем которого я являлся. Но маленькая человечка изменила всё каким-то невероятным образом. И свою последнюю каплю крови отдам лишь за неё.

Стены крепости тревожно загудели, оповещая о том, что рядом находятся чужаки. В этом звуке пока не было угрозы, словно камни присматривались и оценивали ситуацию. Так рычит безглазый чёрный лев, живущий в самых тёмных пещерах. Этим рыком он даёт понять, что вступили на его территорию. Но если путник продолжит дорогу, то самый страшный убийца Затопленного шёпота разорвёт его на части без жалости.

— Всё в порядке? — прошептала Шаи хрипло.

— Да! — ответил ей резко, убеждая то ли человечку, то ли самого себя. — А теперь стойте здесь, дальше я пойду один.

На секунду мне показалось, что спутники начнут со мной спорить, но они покорно замерли. Адриан обнял жену, словно пряча хрупкую девушку у себя подмышкой. Как бы я ни относился к синехвостому, но точно был уверен, — он не позволит никому обидеть нашу возлюбленную.

Я знал, что за мной наблюдают, чувствовал это каждой чешуйкой, ощущал, как бурлит кровь, ускоряя ток и становясь ещё горячее. Если вождь Ареус решит, что я предал клан, то его силы хватит, чтобы заставить моё сердце перестать биться даже на расстоянии. Его магия крови, подпитанная бесчисленными жертвоприношениями и обрядами, была велика.

— Я пришёл, чтобы поговорить… — произнёс тихо, касаясь пальцами поверхности стены.

Вот только что я трогал безжизненный холодный камень, но вдруг ощутил прикосновение к чему-то тёплому, одушевлённому и родному. Мой клан ещё помнит меня и не желает убивать… По крайней мере, пока.

— Почему ты привёл с собой врага и человечку? — раздался из ниоткуда и одновременно отовсюду низкий тяжёлый голос вождя.

— Они — моя семья! — в моём голосе больше не было сомнений. Сейчас я говорил уверенно и от всего сердца.

— Твоя семья — Обсидиановая корона!

Я склонил голову, признавая правоту Ареуса.

— Я рад, что ты об этом помнишь, генерал, и не потерял верность своему клану. А теперь докажи это делом! Убей синехвостого врага, вторгшегося на нашу территорию!

Я не слышала, что говорит Кассис, стоящий от нас в отдалении. Со стороны вообще могло показаться, что он общается со стеной, но чувствовала на себе чей-то пристальный оценивающий взгляд, забиравшийся под платье. Кажется, Адриан тоже ощущал нечто подобное, поэтому обнял меня ещё сильнее и повернулся так, чтобы загородить.

— Ты понимаешь, что происходит? — тихонько спросила, высовываясь из-за его мощного торса.

— Не крутись! — коротко приказал он мне и вновь устремил взгляд туда, где застыл чернохвостый, приложив руки к стене.

Недовольно засопев, спряталась обратно, но продолжала подглядывать одним глазком. Пора уже смириться, ведь лучшее, что могу сделать в этой ситуации — не мешать. К тому же Кассис запретил мне использовать магию. Только вот знать бы самой, как это сделать, ведь она сама решала, когда проявляться, не спрашивая моего желания.

Татуированный вдруг дёрнулся всем телом, и я испытала всю ту боль и страдания, которые на него обрушились разом. Но что произошло? Внешне всё казалось столь же спокойным, словно никто не заметил нашего присутствия, только вот воздух начинал густеть от непонятной угрозы, исходящей от тёмного камня стен.

Глянцевая чёрная поверхность словно покрылась странной рябью, от которой у меня закружилась голова. Внезапно всё пространство наполнилось низким давящим голосом, звучавшим властно и безапелляционно.

— Убей врага! Принеси мне синеволосую голову! — ревел невидимый кто-то.

— Адриан… — прошептала я испуганно, с силой вцепившись в его локоть.

Лазурный лишь улыбнулся мне, но я почувствовала, как напряглась каждая мышца под его кожей.

Кассис обернулся к нам, — на его волевом лице, мелькнула гримаса боли, а на лбу выступила испарина.

— Простите… — произнёс он одними губами.

Сердце сжалось от дурного предчувствия. Неужели он исполнит волю этого неведомого голоса, который, судя по всему, принадлежал вождю Ареусу? Я увидела, как рука чернохвостого совершает ритуальный пасс, которым он призывал своё верное оружие.

Я попробовала выскочить навстречу татуированному, остановить его, умолять, чтобы не вступал в бой с Адрианом, но синехвостый, оттёр меня плечом, не давая сделать это. Кассис подползал медленно, но неотвратимо, и впервые он не смотрел в глаза.

Слабый то ли стон, то ли крик сорвался с моих губ, но он словно рос и креп, отражаясь от каждого уступа скалы. Татуированный замер на месте и поднял на меня взгляд, в котором было столько муки, что захотелось обнять своего такого сильного мужа, привыкшего жить по правилам, которые ему вколачивали с детства.

— Простите… — вновь пошептал он вновь, обращаясь то ли к нам, то ли к самому себе, то ли к окружающим его скалам.

Внезапно его широкие плечи выпрямились, словно он сбросил с себя какую-то давящую ношу. В янтарных глазах вспыхнуло знакомое упрямое пламя, а затем Кассис вдруг подмигнул мне.

— Да слышит меня родной клан Обсидиановой короны! Этот Лазурный и маленькая человечка — моя семья! Мы связаны с ними кровью! Тому, кто решит причинить им вред, придётся сперва убить меня! Ареус, я отказываюсь исполнять твой приказ и бросаю тебе вызов! Выйди и прими его! — громогласного и торжественно произнёс чернохвостый, а затем охватил лезвие своего клинка, по которому покатились алые капли. — Вызываю тебя этой жертвой, этой кровью!

— Что он делает? — прошептала, чувствуя, как слабеют ноги, и почти повисая на Адриане.

— Защищает нас с тобой... Если он победит в бою, на который вызвал вождя, то займёт его место.

— А если... А если проиграет?

— Тогда нам всем не позавидовать!

Сейчас я была бы рада лишиться чувств, потому что находиться в сознании и содрогаться от страха за своих мужей, да и себя, было невыносимо.

— Я принимаю твой вызов, Кассис! — прокатился по пещере голос вождя. — И когда я срублю твою непокорную голову, лично вырву сердце синехвостого, а затем заберу себе хрупкую маленькую человечку. Надеюсь, она сможет выдержать жар и силу моего желания!

Адриан

Этот выскочка Кассис и здесь меня решил уделать — это же надо, бросить вызов самому вождю Ареусу. Я услышал, как простонала Шаи, когда чернохвостый произнёс свою вдохновенную речь. Кажется, он даже научился складывать слова в предложения.

Конечно, я испытал некую ревность, когда увидел, как вспыхнули глаза человечки и как она смотрела на татуированного. Но надо отдать должное, этот наг и впрямь вызывал у меня уважение, хоть и принадлежал к Обсидиановой короне.

Когда проклятый Ареус принял вызов и сказал, что хочет забрать себе нашу жену, я пожалел, что это не я сейчас сойдусь в поединке с мерзавцем. И плевать, что этот вождь чернохвостых силён и огромен, как демон из Бездны, я бы вырвал ему сердце голыми руками.

— Держись за мной! — приказал Шаи, которая так и норовила броситься вперёд.

Сейчас всё, то я мог — обеспечить её безопасность. Если Кассис падёт в бою, то я буду защищать мою возлюбленную до последней капли крови.

Вдруг пещера наполнилась ритмичным гулом, словно невидимые музыканты разом ударили в сотни барабанов. Этот странный звук, становящийся всё чаще и громче, ускорял пульс, заставляя приплясывать на месте в такт.

Какое-то время ничего не происходило, но я чувствовал, как огромное количество глаз сейчас изучает каждое наше движение, вглядывается в лица. Эти чернохвостые не увидят и тени моего страха. Словно почувствовав моё настроение, человечка стала со мной плечом к плечу и крепко взяла за руку. Я взглянул на неё и с невольно улыбнулся: моя храбрая жена стояла, гордо расправив плечи и вскинув подбородок.

Внезапно дикий рёв прокатился по пещере и словно из самой стены крепости появился Ареус — огромный, как пещерный лев, состоящий из бугров мощных мышц, покрытый вязью татуировок почти полностью. Невольно вспомнились рассказы Кассиса о том, что священные знаки могут наносить лишь маги крови, проводившие жертвоприношение и принявшие в себя силы жертв. Вождь буквально излучал украденную мощь, его магический фон ощущался даже на отдалении.

Шаи задрожала и вцепилась в мою руку ещё сильней. Да, тут и впрямь было чего испугаться. Ареус быстро прополз вдоль стены под оглушительные крики своих воинов, собравшихся наверху и готовых увидеть кровопролитный бой. Судя по поведению зрителей, в победу Кассиса они не верили — хотя их можно было понять. Рядом с вождём тот выглядел не столь внушительно.

Огромный наг взревел, ударяя себя в грудь, и его клич подхватили остальные. Глядя прямо в глаза противнику, вождь медленно провёл лезвием огромной секиры по своей руке, и на песок упали тягучие капли крови, чёрной, как вечный мрак глубинных пещер.

Ареус взмахнул хвостом по тому месту, куда скатилась кровь, поднимая песчаное облако, которое попало в лицо моему друго-врагу.

— Ты предал родную кровь, свой клан, своего вождя! — проревел он и молниеносно бросился в атаку.

Я привык думать, что чернохвостые уступают нам, Лазурным чешуям, в скорости и ловкости, но этот здоровяк изменил моё мнение: он двигался быстро даже для меня. Огромная секира просвистела в воздухе, пройдя прямо возле груди Кассиса. Шаи вздрогнула и прижалась ко мне, закрывая глаза. Пожалуй, ей действительно лучше не видеть происходящего.

Теперь противники кружили напротив друг друга, примеряясь и просчитывая следующее движение, что опять же меня удивило, ведь думал, что эти примитивные обсидиановые могут лишь махать оружием, несясь в лобовую атаку.

Мерцающий меч Кассиса описал широкую дугу, оставляя светящийся росчерк в воздухе, но нарвался на секиру. Удары стали следовать один за другим, сливаясь в бесконечное движение, прекрасный танец силы и смерти. Противники словно оказались в другом мире, где время текло иначе, — с такой скоростью они двигались.

Звон, хриплое дыхание, шелест песка, дробь пульса, крики зрителей, — всё смешалось воедино, становясь музыкальным сопровождением завораживающего танца.

Ареус совершил очередной выпад, мощный и внезапный, казалось — ничего уже не сможет спасти Кассиса, но в последний момент он буквально взмыл в воздух и обрушился на вождя, прижимая его к земле и упираясь кончиком лезвия в его горло.

— Я победил… — прохрипел мой друго-враг, стараясь отдышаться.

— Тогда убей меня, как и требуют правила поединка крови! — с ненавистью выплюнул поверженный.

Кассис

Мне до сих пор не верилось, что мне удалось победить Ареуса. Только сейчас я начал понимать, что значительная часть его силы была заимствованной, забранной у жертв его ритуалов, но против представителя своего клана он не мог применить магию крови в бою, ведь это было запрещено.

На секунду, когда острие моего клинка упёрлось в горло поверженного вождя, мне показалось, что сейчас он стеганёт меня магическим заклятьем или вскипятит мою кровь — столько ненависти полыхнуло в его взгляде. Но для него это стало было настоящим позором, который для Обсидиановой короны страшнее, чем смерть.

— Ареус, ты сильнейший воин Затопленного шёпота, мудрый правитель и мой вождь! Я никогда не предавал свой род и не желаю занять твоё место во главе клана. Но те, кто стоят у меня за спиной — отныне моя семья. Можешь почувствовать, что моя кровь теперь смешана с их. Так позволь им войти в Глубинный шпиль, чтобы они могли восхититься его несокрушимой мощью.

Кажется, общение со сладкоречивым Адрианом и удивительно мудрой Шаи дало свои результаты, и я понял, что слово порой может быть сильнее оружия, главное — уметь им пользоваться. И вот сейчас мне приходилось вовсю опробовать приобретённые навыки, — пусть, возможно, слегка топорно, но и это выступление произвело впечатление на Ареуса.

Я положил меч на песок рядом с противником и протянул ему руку, чтобы помочь встать. Он буквально взмыл в воздух, игнорируя этот мирный жест, и схватился за рукоять моего меча. Я точно знал, что верный клинок не сможет причинить мне вреда, но всё равно на секунду напрягся.

Оскаленное лицо Ареуса, покрытое шрамами и татуировками, было похоже на пугающую маску, которую надевал жрец на праздник кровавой тьмы, но я продолжал стоять, не шелохнувшись. Глаза вождя полыхнули ярко, словно в них вспыхнуло пламя, но затем он ухмыльнулся и протянул мой меч.

— Кажется, я тебя недооценивал, Кассис! Женитьба пошла тебе на пользу. Я буду рад пообщаться поближе с твоей человечкой, может, она научит и меня чему-нибудь! — произнёс он внешне радушно, но я почувствовал яд в его словах.

Не дождётся! Мы с Адрианом глаз не спустим с жены и тут же заметим любой двусмысленный намёк. Никто не посмеет даже слишком откровенно посмотреть на Шаи. Сейчас мне вспомнился рассказ человечки о народах в её мире, у которых женщина была обязана носить закрытые одежды, оставляющие лишь небольшое пространство для глаз. В этот момент мне захотелось обрядить её в нечто подобное.

— Шаи как раз хотела побеседовать с тобой, вождь! — произнёс я холодно, но мой голос стал словно рёв пламени, когда увидел похотливую улыбку Ареуса. — Но, конечно, только в присутствии своих мужей — меня и Адриана.

— Уж не боишься ли ты, храбрый воин, что человечка может захотеть испытать крепость и жар моих объятий? — прошипел глава клана.

Я уже начал жалеть, что не прикончил вождя. Но вдруг нежная рука жены легла на моё плечо, и легонько его сжала. Это простое, еле ощутимое касание, словно сбило водой пламя клокочущей ярости.

— Бесстрашный Ареус… — певуче и игриво начала жена, не переставая поглаживать моё плечо. — А отважишься ли ты испытать крепость и жар моих объятий. Если да — то подползи же ко мне!

Человечка легко шагнула вперёд, широко улыбаясь, но в её бездонных глазах вспыхивали искры безумной решимости. Сейчас моя возлюбленная была особенно прекрасна и соблазнительна, но при этом опасна. Опасна для тех, кто встанет на её пути.

Пожалуй, впервые я увидел, как на лице вождя на мгновение мелькнул страх, но затем он расправил плечи и бросил на нас надменный взгляд, стараясь смотреть сверху вниз, что, в принципе, было легко при его росте.

— Добро пожаловать в Глубинный шпиль, самый неприступный город Затопленного шёпота. Но гостям придётся на время завязать глаза… Либо они должны быть готовы, что больше не смогут покинуть столицу Обсидиановой короны.

Я заметил, как напряглись мышцы синехвостого, и тут же ответил за всех: «Да, мой вождь, они наденут повязки! Я сам поведу их!» Я и раньше нёс ответственность за Шаи, но сейчас ей было необходимо всё моё внимание. Да и за Адрианом стоило приглядывать, чтобы тот не влип в какую-нибудь историю.

Кажется, даже в Азур-Грань я чувствовал себя спокойнее, чем в родных землях.

Я с трудом понимала, что происходит вокруг… Слишком много эмоций, сконцентрированных в одном месте: страх, восхищение, недоверие, желание защитить. Мои мужья просто фонили чувствами, захлестнувшими меня с головой. Возможно, это было сейчас к лучшему, — ибо так хотя бы забывала про свой страх.

Перед глазами всё плыло и сливалось в единую картинку. Мне хотелось рассмотреть во всех подробностях Глубинный шпиль, но замечала лишь идеально прямые линии тёмных строений, широкие ровные улицы и полное отсутствие каких-либо декоративных элементов. Пожалуй, на первый взгляд столица Обсидиановой короны могла показаться мрачной, но я чувствовала, что эта лаконичность мне нравится.

— Куда мы идём? — тихонько спросила у Кассиса, который держался рядом. Мужья словно прикрывали меня от сторонних взглядов своими мощными телами, что тоже не способствовало возможности изучить город и его обитателей.

— Мы остановимся в моём доме! — пробурчал чернохвостый недовольно, словно злясь на что-то. — Я отверг предложение Ареуса о том, чтобы расположиться в доме воинской доблести. Тебе не место в казарме! Да и чем дальше твоя спальня от нашего вождя, который положил на тебя глаз, тем мне спокойнее.

Я даже с шага сбилась от неожиданности. Кажется, суровый татуированный муж меня ревнует… Меня, Шаи, которая может обжечь любого своим прикосновением. Неужели он всерьёз думает, что даже такой здоровяк, как Ареус, может причинить мне вред? Невольно усмехнулась, чувствуя себя чуть не всемогущей.

— Не надо так самодовольно улыбаться, человечка! — недовольно подхватил Адриан, утративший в землях Обсидиановой короны свою привычную весёлость и насмешливость. — Легенды о появлении спасительницы слишком размыты и неоднозначны. Кто знает, вдруг твои прикосновения опасны не для всех или есть магические ритуалы, позволяющие избежать ожогов и боли. А вдруг Ареус надеется занять место Кассиса и стать твоим истинным?

Вот тут я действительно замерла, словно ноги приросли к чёрным зеркальным камням мостовой. Почему-то подобные мысли даже не приходили мне в голову. Мне казалось, что эти двое нагов предопределены мне самой судьбой и никто больше не может покушаться на моё сердце и тело.

— А это возможно? — испуганно спросила я, сразу переставая ощущать себя супер-женщиной и превращаясь в испуганную девушку, случайно оказавшуюся в плацкарте с пьяными дембелями.

Мужья переглянулись, обмениваясь взглядами, словно вели недоступный мне диалог. Эта их привычка порядком напрягала, но я точно чувствовала, что они взволнованы.

— Только не врите мне. Вы ведь знаете, что я это точно почувствую!

— Как я и сказал, легенды и пророчества слишком расплывчаты. Их можно трактовать по-всякому! И нигде не сказано, что у Шаи может быть лишь один или два истинных! — очень дипломатично произнёс Адриан, подбирая слова.

— Но мне ведь не нравится Ареус, он даже пугает меня! — чуть ли не закричала я, но вовремя перешла на шёпот: кто знает, вдруг за нами сейчас следят.

— К сожалению, для образования истинной связи не нужна любовь или даже симпатия, Шаи! Она появляется по каким-то неведомым нам принципам, поэтому постарайся быть осторожнее и не привлекай к себе внимания! По крайней мере, здесь! — сурово закончил синехвостый.

Кассис же молча сжал кулаки и скрипнул зубами так, словно уже мысленно отбивал атаки своих соклановцев, решивших проверить, не являются ли они моими истинными.

Желание осмотреть Глубинный шпиль таяло на глазах. Хоть мне было и очень интересно, но сейчас я решила, что собственная безопасность важнее. К тому же меня начинал напрягать один непонятный мне факт...

— Кассис, а почему на улицах только мужчины? Где ваши женщины? — спросила я, плотнее кутаясь в лёгкий плащ под пристальными изучающими взглядами чернохвостых мощных жителей столицы.

— Женщины не живут в Глубинном шпиле! У них есть своя колония прямо за восточной стеной! — ответил татуированный. — Мы считаем, что вид женского тела может отвлечь от главного назначения мужчины, — от того, чтобы быть воином.

Хм… оригинальные здесь нравы царят. Интересно, и каким образом я, человеческая девушка, не должна привлекать к себе внимания, находясь в центре города, заполненного тестостероновыми бомбами замедленного действия?

Меня словно что-то разъедало изнутри. Стоило прилечь и закрыть глаза, как на меня накатывала волна липкой тягучей дурноты. Казалось, что внутрь меня проникает что-то тёмное и злое; тяжёлое и неотвратимое. Сквозь зыбкую дремоту на меня обрушился целый поток видений и образов, ужасающих до онемения и оцепенения.

— А-а-а-а-а! — вскрикнула я, вскакивая на твёрдом узком ложе в доме Кассиса, чувствуя, как сердце готово вырваться из груди, а по лбу стекает капля пота.

— Шаи! — одновременно произнесли мужья, врываясь в узкую комнату с истинно спартанскими условиями, так похожую на её хозяина. — Что случилось?

Кажется, наги стояли возле моей двери этаким почётным караулом, пока я отдыхала на ложе, словно Ленин в мавзолее. Они явно боялись оставлять меня одну в этом городе, наполненном чернохвостыми суровыми мужчинами. И, честно говоря, я была рада ощущать присутствие своих истинных, которые стали для меня такими родными, что без них я чувствовала себя уязвимой.

Рядом с моими мужчинами я становилась другой — сильной, решительной, немного сумасбродной и счастливой. Совсем не той затюканной одиночкой, боящейся принимать решения и нести ответственность, которой была на земле.

— Тебе плохо? — взволнованно произнёс Кассис, подползая ближе, беря за запястье и щупая пульс.

— Неужели опять змеиная лихорадка? — таким же тоном спросил Адриан, притрагиваясь к моему лбу.

— Что-то происходит… — прошептала я хрипло, чувствуя, что горло словно перехвачено тёмным туманом. — Мне кажется, что вторжение Бездны всё ближе. Больше нельзя медлить! Необходимо как можно быстрее вернуться к Мелихору в заброшенные храмы.

Слабость и озноб не давали мне сделать и шага, — состояние было даже хуже, чем во время змеиной лихорадки. Казалось, что я нахожусь на какой-то нестерпимо острой грани, балансирую между этим миром и непроницаемой тьмой.

— Шаи, в чём дело?

Тело колотило крупной дрожью, а во рту чувствовался железный привкус крови.

— Отнесите меня к Ареусу, быстрее! — прошептала я, с трудом сдерживая рвотные позывы. — Я должна с ним поговорить, пока в себе!

— Ты уверена, может, лучше…? — начал Кассис.

— Срочно! У меня нет времени и сил на споры! — рявкнула так, что где-то за пределами дома рухнул камень.

Мои упрямые властные мужчины обменялись обречёнными взглядами, и я взмыла с ложа, оказываясь на руках чернохвостого, который прижал меня к груди, словно настоящую драгоценность. Адриан уже вырос рядом, прикрывая меня.

Возможно, я всё же потеряла сознание, ведь даже не запомнила, как мы добрались до дома вождя, который мало чем отличался от остальных. Да, тяги к роскоши и украшательству у Обсидиановой короны явно не было, но мне нравилась гармоничность и строгость линий.

— Вождь никого не принимает! — рявкнул здоровенный чернохвостый с ужасающим шрамом на лице.

— Кажется, ты не понимаешь, с кем разговариваешь, солдат? — тихо и льдисто-спокойно ответил Кассис, но в его голосе лязгнул металл. Об эти слова можно было не просто порезаться, — лишиться головы.

— Простите, генерал, но Ареус запретил кого-либо пускать к нему! — заявил охранник, бледнея и отступая в сторону.

Этим и воспользовался мой татуированный муж, продвигаясь вперёд с превосходством и неудержимостью атомного ледокола.

Мы втроём проникли в здание, не встретив больше сопротивления. Кассис уверенно двигался вперёд, а Адрианом следовал рядом, кидая по сторонам такие взгляды, словно всегда работал телохранителем.

— И что вам здесь нужно? — раздался вдруг недовольный рёв, похожий на рык льва, охранявшего территорию.

Ареус собственной персоной появился прямо перед нами, будто из-под земли — в этом доме явно существовали какие-то потаённые ходы. Кажется, он наслаждался нашим замешательством, но мне было не до его торжества.

— Великий вождь, не хочешь ли проверить, являешься ли для меня истинным? — спросила чуть слышно, а затем схватила его за руку, надеясь, что мне удастся передать ему свои видения и ощущение неминуемости скорого приближения Бездны.

Надо отдать должное вождю, — он не отшатнулся и не издал ни звука, когда вцепилась в его руку мёртвой хваткой. Наверное, проще было разжать пасть бульдога, чем оторвать меня от Ареуса.

Я почувствовала, что кожа мужчины покрывается волдырями под моими пальцами, но он открыто и испытующе смотрел мне прямо в глаза всё то время, что транслировала в его сознание свои хаотичные образы и пугающие картины прорыва Бездны.

Когда всё закончилось, я едва могла дышать, чувствуя, как меня погребает под собой волна слабости. Если бы у меня был внутренний аккумулятор, то сейчас он показывал опасно низкий уровень заряда.

— Мы должны спешить… — прошептала, чувствуя, как на потрескавшихся губах запекается кровь. — Глубинные змеи, они в опасности. Вторжение начнётся в Забытых храмах. Мелихор и остальные нуждаются в нашей помощи.

Ареус не зря носил титул главы самого сурового и немногословного клана, поэтому лишь коротко кивнул, потирая то место, где я его коснулась. К счастью, его не пришлось уговаривать так долго и витиевато, как королеву Лазурных чешуй, — всё же порой иметь дело с мужчинами гораздо проще.

Слабо улыбнувшись, почувствовала облегчение и, наконец, позволила сознанию покинуть меня.

Мир вокруг иногда напоминал о своём существовании, пробиваясь сквозь плотную тёмную пелену беспамятства то вспышками света, то звуками чьих-то спорящих голосов, то ароматами лекарственных трав. Но я всегда ощущала теплоту и близость своих мужей, для этого мне не были необходимы органы чувств.

Проснулась я резко — как будто кто-то вылил на меня ведро ледяной воды. Хотя, на самом деле, всё было наоборот: ощущала горячее, обволакивающее тепло. И… чужое дыхание у уха. — Адриан, убери хвост, он у меня между ног… — пробормотала я сквозь сон, не открывая глаз. — Это не хвост, — ответил лениво-задумчивый голос, в котором слышалась откровенная насмешка. Я подскочила так резко, что едва не стукнулась о потолок. Вернее, о висящий над ложем светильник из жемчужных нитей. Одеяло с шорохом сползло, приоткрыв часть моего тела. Адриан не сводил с меня взгляда, но, судя по тому, как он сцепил пальцы и спрятал руки под себя, даже не пытался ко мне притронуться. Хотя его глаза, полные неприкрытого желания, говорили совсем другое. Кассис дремал у входа, опершись спиной о стену, и напоминал статую древнего воина, внушительного и опасного. Но стоило мне пошевелиться, как он распахнул глаза. Кажется, чернохвостый спит с открытым третьим глазом — и на затылке. — Проснулась. И слава богам, — облегчённо произнёс он. — Как ты себя чувствуешь, Шаи? — Сколько я проспала? — произнесла я с трудом, стараясь оглядеться по сторонам, но перед глазами всё плыло. — Два оборота прилива, — сказал Адриан. — Считай, трое суток. Мелихор запретил тебя будить! Но это было сложно, ты так соблазнительно стонала во сне… Мы соскучились, жена.

Мелихор? Причём тут Верховный жрец?

— Что случилось? Где я? Рассказывайте, что я пропустила, пока была без сознания? Мне что, клещами из вас вытаскивать? — закричала я и тут же закашлялась.

Адриан аккуратно протянул мне створку раковины, наполненную светящейся жидкостью, отражавшуюся в перламутровой поверхности и казавшейся от этого ещё волшебнее.

— Это зелье приготовил Мелихор, оно поможет восстановить силы и вернуть ясность ума! — ласково произнёс синехвостый и заправил мне за ухо выбившуюся прядь. — Мы в Храмовых пещерах, Шаи. За то время, что была без сознания, мы проделали путь сюда через каверны нижнего уровня. Ты права, разломов Бездны становятся всё больше, но пока через них не хлынуло её войско. Мелихор и его жрецы установили печати, которые ещё сдерживают тварей. А те арканы, что мы разработали с Кассисом, должны отложить прорыв ещё на несколько оборотов прилива. Но это всё, что мы можем, — лишь выиграть время.

Я покорно отхлебнула предложенное зелье, зная, что Верховных жрец — настоящий спец в их приготовлении. Адриан улыбнулся и вдруг облизнул губы, пробежавшись языком по клыкам. У меня даже мурашки пошли по спине, а внизу живота начала закручиваться горячая тугая спираль. Как же давно не оставалась наедине со своими мужьями, не ощущала их ласк, — ведь постоянно неслись вперёд, стараясь опередить вторжение зла. А я соскучилась по моим избранникам...

— Пора вставать, Шаи, — произнёс Кассис строго. — Верховный жрец ждёт тебя в зале Созерцания. Он сказал, что «знаки начали говорить», это значит, что медлить нельзя!

Чернохвостый подполз и галантно подал руку, помогая встать. Но едва оказалась на ногах, как он притянул меня к себе, крепко сжимая. Рядом тут же возник Адриан, нежно кладя руку на талию.

— Мы рядом, наша Шаи! — произнесли мужья одновременно, а у меня на глазах выступили слёзы.

— Мелихор! — радостно взвизгнула я и чуть не бросилась на шею старому жрецу, но вовремя вспомнила, что могу причинить боль своими объятиями, поэтому застыла на месте.

За время нашего отсутствия жрец словно постарел. Если я помнила его сильным седовласым мужчиной, то сейчас передо мной стоял измученный старик. Но его яркие янтарные глаза всё так же горели огнём решимости и отваги. — Шаи, кажется, пророчество начинает сбываться, — произнёс он тихо, но твёрдо. — По всей территории Затопленного Шепота начали появляться разломы. Силы Бездны активизировались. Внезапно почувствовала, как что-то холодное скользнуло по позвоночнику. Разломы, Бездна. Пока я была в беспамятстве, тьма медленно, но неумолимо надвигалась. Оставалось лишь надеяться, что мы с мужьями недаром проделали наш путь, и Обсидиановая Корона сможет объединиться с Лазурными чешуями перед лицом общего врага. Сейчас их помощь точно бы не помешала. Я с интересом огляделась по сторонам. Зал Созерцания был местом, которое в иных обстоятельствах я бы назвала райским. Огромный купол из переплетённых кристаллов и коралловых арок, отражающих свет так, что казалось, будто ты стоишь в сердце драгоценного ожерелья. На стенах — тысячи резных табличек, на каждой — символы, узоры, сцены, похожие на фрески, только живые. Они светились, двигались, сменяли друг друга. Странно, но до этого я не бывала в этом удивительном месте. — Что это? — прошептала я. — Песнь памяти, — ответил Мелихор, стоявший в центре зала. — Все пророчества, предания, даже грёзы, которые наши провидцы когда-либо записывали, — живут здесь. В зале Созерцания отражается воля мира. — А сейчас она что говорит? Мелихор указал на одну из фресок. Я увидела себя — точнее, девушку с моим лицом — стоящую на краю огромной расселины. Внизу, в чёрной бездне, клубилось что-то, похожее на вихрь из когтей, щупалец и льда. Справа от меня — Адриан, слева — Кассис. Мы трое держались за руки. А за нами — народ нагов, и... Земля. Мой дом. Миг — и изображение рассыпалось на осколки. Я чувствовала, как волны магии поднимаются вокруг меня — густые, влажные, словно вода, в которой плавится свет. Комната, в которой я находилась, будто дышала. Стены пульсировали в такт моему сердцу, а свет, льющийся сверху, становился то золотым, то лиловым. Мои мужья стояли напротив, молча, статуи из плоти и силы. Кассис — суровый, сосредоточенный, будто готовящийся к битве. Адриан — расслабленный, но в каждом движении чувствовалась сдерживаемая жажда. Их глаза горели одинаково. — Ты готова… — донёсся издалека голос Мелихора, будто через толщу воды. Но я уже не слышала… Я стояла на краю мира. Пустота тянулась передо мной — не тьма, а именно пустота. Она не была чёрной, она была ничем. Без цвета. Без формы. Она звала. «Шаи…» Голос был внутри меня. Он не принадлежал ни одному из нагов. Ни Адриану, ни Кассису. Ни даже Мелихору. Это был голос самой Бездны. Женский, холодный, бесстрастный. «Ты открылась. Ты связалась. Теперь мы видим тебя». — Кто ты? «Мы — то, что было до нагов. До мира. Мы были забыты. Но вы открыли врата. И ты, Шаи, теперь часть нас». — Я никогда не стану частью вас! «Станешь. Или умрёшь. Или уничтожишь всё, что любишь». Из пустоты поднялась фигура. Я не могла разглядеть её лица, только силуэт — высокий, изломанный, будто сотканный из дыма и льда. Он протянул руку ко мне. Внутри меня вспыхнул страх, такой мощный, что тело — даже в этом бесплотном состоянии — задрожало. Но в тот же миг — два огня с обеих сторон. Тёплые. Яркие. Адриан. Кассис. Я чувствовала их. Они были рядом, даже здесь, в этом кошмаре. — Не сегодня, мразь! — прошептала я и шагнула назад. Пустота взревела. Я очнулась с криком. Всё тело вспотело, дышать было трудно. Рядом — Адриан, прижимает к себе. Кассис сжимает мою руку и гладит по волосам. Их глаза — тревожные, страстные. За нами, у входа в зал, застыл Мелихор, бледный и взволнованный. — Она… она была там, не так ли? — произнёс жрец с ужасом. — Была, — выдохнула я. — И она… ждёт. Бездна живёт. Она меня узнала. И она хочет меня. — Значит, время истекло, — сказал Кассис. — Нам больше нельзя ждать. Завтра — мы идём к вратам. Мы будем рядом с тобой, Шаи и не позволим даже волосу упасть с твоей головы! — Да, — произнесла я, с трудом выравнивая дыхание. — Потому что, если я снова окажусь одна перед ней… я не уверена, что вытащу себя обратно. Бездна становится всё сильнее.

Мелихор сказал, что путь к вратам займёт два прилива. Я уже понимала местную систему измерения времени, так что знала, идти недалеко. Но за ночь я так и не сомкнула глаз, словно боясь, что если засну — Бездна вновь проникнет меня.

Если бы не верные мужья, обнимавшие меня и шептавшие слова ободрения, наверное, сошла с ума. Только сейчас я начала понимать, насколько всё же сильна Бездна… и как притягательна, ведь она обещает так много. Но зря она надеется подкупить меня властью, граничащей со всесилием. Для меня есть то, что гораздо важнее — любовь.

Мелихор пришёл утром — с бледным лицом, на котором было столько усталости и тревоги, что даже мне стало не по себе. — Ты должна быть готова, Шаи. Бездна чувствует тебя, но пока ещё не знает твоей силы. Это наш шанс. Мы отправим вас к Вратам в сопровождении лучших бойцов кланов. Пройдёте Туннель Пробуждения, минуете Кровавую скалу, затем — в Сердце Угасших. За это время основные войска Обсидиановой короны и Лазурных чешуй придут сюда, в Заброшенные храмы. Не знаю, как тебе удалось уговорить королеву и вождя, — я был уверен, что у вас ничего не получится! — Хм, звучит оптимистично… — пробормотала я, натягивая новый наряд, который оказался удобнее предыдущих: облегающий тёмно-зелёный комбинезон, усиленный полосами ткани на запястьях и груди — почти доспех, но гибкий.

Наконец-то никаких соблазнительных платьев, в которых боишься лишний раз пошевелиться. Но именно благодаря новому наряду стало вдруг чётко ощутимо, что впереди нас ждёт настоящая битва, которую придётся возглавить мне, Шаи, Спасительнице, призванной в Затопленный шёпот. — Мы оставим тебя одну перед Вратами, — продолжил Мелихор. — Никто, кроме тебя, не может войти туда. Даже твои мужья. — Почему? — Потому что Бездна впускает только избранного. А всех остальных — убивает. Кассис встал между мной и жрецом, молча, — на его лице не дрогнул ни один мускул, но я видела, как он сжал кулаки. Адриан же нахмурился и откинул назад густую синюю шевелюру. — Если она войдёт туда одна, то может не выйти. И ты это знаешь. Мы с чернохвостым поклялись быть с Шаи до конца! Кассис лишь кивнул, так и не проронив ни звука, но я чувствовала его решимость и силу, которые не нуждались в словах. Мои избранники были рядом, прикрывали своими широкими плечами, словно желали спрятать меня от опасного жестокого мира. Но я знала, что этот путь мне нужно пройти самой, сдирая ноги в кровь, крича от боли, выкладывая все силы, — лишь только так возможно победить Бездну.

Глупо звучит, да? Но внутри родился странный стержень. Не уверенность — а решимость. Как будто что-то сломалось… и освободило место для новой силы. До этого мне казалось, что я стала частью мира нагов, но, это было лишь начало, первый шаг пути, который предстоит пройти. Мы покинули Затопленный Шёпот почти в молчании. С нами — отряд из шести воинов, наполовину Лазурных, наполовину Татуированных. Мне было странно видеть, как две враждующие стороны идут рядом, будто давно забыли про кровь, пролившуюся между их кланами. Хотя, скорее всего, это было временное перемирие — ради одной меня. Идти пришлось по тоннелям, которые, чем дальше — тем больше казались живыми. Стены пульсировали, шептали, словно пропускали через себя чужие сны. Мелкие светящиеся твари вспархивали из трещин, ныряя обратно в темноту. Я чувствовала магию повсюду — не ласковую, как в храме, а дикую, хищную. — Это земли Бездны, — объяснил Кассис, когда я в который раз вздрогнула, почувствовав, как стена… дышит. — Здесь всё уже под её влиянием. На втором приливе мы достигли Кровавой скалы. Если честно, я ожидала чего-то вроде гигантского валуна. А оказалось — это был уступ, заваленный телами. Старые, мумифицированные, обугленные останки нагов и… людей? Землян? — Кто это? — прошептала я. — Те, кто пытался войти без избранности, — ответил Адриан. — И те, кого Бездна призвала… и обманула. — Зачем оставлять это здесь? — Чтобы мы помнили. Чтобы не забывали цену. Проклятье, у них всегда есть такие ответы, от которых хочется свернуться калачиком и заплакать. Но я лишь выпрямила спину и шагнула первой. Пусть они увидят, что я — не просто трепещущая человечка. Что я — их Шаи. Или, по крайней мере, стараюсь быть ею. Сердце Угасших оказалось самым страшным местом, в котором я когда-либо была. Не потому, что было темно или потому, что звуки там напоминали стоны. А потому, что оно… говорило. Словами. Обрывками мыслей. Внутренним голосом, который вдруг начинал казаться чужим. «Ты не достойна». «Ты предашь их». «Ты слаба». Я обхватила себя руками, дыша прерывисто. Вокруг царила звенящая упругая тишина. Но я чувствовала, как она сгущается, обволакивает меня. — Это Бездна, — произнёс Кассис, резко повернувшись ко мне. — Она пытается сломать тебя заранее. — Не слушай её, — добавил Адриан. — Ты сильнее. Помни, кто ты, милая, и помни, что ты с нами. Я кивнула. И… шагнула в финальный тоннель. Врата Бездны не были вратами в привычном смысле. Это был огромный разлом в самом теле мира. Из него исходило… ничто. Не тьма. Не свет. Просто пустота, обволакивающая, вызывающая дрожь на уровне инстинктов.

Готова ли я шагнуть туда?

— Ты уверена, что действительно хочешь научиться пользоваться силами Бездны? — задумчиво спросил Адриан, нежно беря меня за руку.

— Шаи, это слишком опасно! Ты же знаешь, она только и ждёт возможности забрать тебя, сделать своей частью, своей марионеткой! Ты нужна Бездне! — подхватил Кассис.

В последнее время у меня фактически не было времени поговорить с мужьями, которые тренировали воинов и магов, присланых кланами. Каждую минуту мы все посвящали подготовке к битве, существуя, словно на пороховой бочке.

Я знала, что мои мужчины хотят меня защитить, но понимала, — спасение Затопленного шёпота во многом в моих руках. Я была обязана сделать всё для спасения этого мира.

— Мелихор ждёт... — произнесла вместо того, чтобы признаться в том, как мне страшно. — Он сказал, что если мне удастся пройти испытания в Обители слияния, то смогу понять себя и научусь контролировать свои силы.

— Мы будем рядом! — коротко ответили наги, и я невольно улыбнулась, радуясь тому, как мне с ними повезло.

Обитель Слияния встретила нас тишиной. Не той глухой, тяжёлой — как у Бездны. А тишиной священного ожидания. Она была похожа на сердце подземного мира: огромный зал с высокими куполами, проросшими кристаллами, как корнями светящихся деревьев. По стенам струились потоки воды, и казалось, что они поют, нашёптывая древние слова.

Я чувствовала, как воздух вибрирует от силы, как будто само пространство здесь замерло, чтобы… наблюдать.

— Здесь мы обучаем тех, кто должен не просто владеть магией, а стать её частью, — произнёс Мелихор, замерший в середине зала, когда мы подошли к нему. — Но таких, как ты, не было со времён Первого Переплетения.

— Очень обнадёживающе, — пробормотала я. — А что там с испытаниями? Они обязательны?

— Ты можешь отказаться, — усмехнулся жрец. — Но тогда ты останешься слабее. А слабая Шаи — мёртвая Шаи. Я вижу, как путешествие в Азур-грань и Глубинный шпиль изменило тебя, сделало мудрее и сильнее. Но этого ещё недостаточно.

— Вдохновляюще, — фыркнула я. — Давай уже, показывайте свои змеиные ловушки.

— Три испытания, Шаи... Каждое из них поможет раскрыть тебе свою силу.

Первое испытание называлось Тело.

Я должна была пройти по мосту — тонкому, как волос, натянутому над провалом, в котором бурлила… магия. Живая, текучая, мятущаяся. Адриан назвал её «остаточной болью древних», глядя в провал с каким-то священным ужасом. Нечасто доводилось мне видеть обычно насмешливого и бесстрашного синеволосого в таком состоянии.

Сделав глубокий вдох, двинулась вперёд. Каждый шаг отзывался вибрацией в позвоночнике. Казалось, весь мир покачивается. Я шла, сосредоточенно, но всё время чувствовала, как Бездна пытается сбить меня с равновесия.

«Слабая… шаткая… ты не выдержишь…» — шептал её голос в моей голове.

Но я дошла. Не упала. Не сдалась. И когда ступила на камень, магия под моими ногами затихла, словно признала меня. Или, может, притворилась, что признала.

Второе испытание называлось Дух.

Спустившись с моста, вошла в комнату, стены которой были зеркальными. Но отражения не повторяли меня. Они издевались, искривляли. Показывали меня плачущей, униженной, преданной, мёртвой.

А одно — главное — показало меня с глазами, полными тьмы. Я стояла над Адрианом и Кассисом, чья кожа покрыта ожогами. Я… убила их.

Я вскрикнула, ударив кулаком по стеклу. Оно треснуло. Тьма в отражении посмотрела на меня и улыбнулась. Моей улыбкой.

«Ты уже наполовину я», — прошептало зеркало.

— Может быть. Но половины недостаточно, чтобы поглотить меня, — процедила я, сжав зубы. И ушла, не дожидаясь финала видения.

Третье испытание было Тенью.

Я оказалась в следующем зале, где в центре стоял камень, похожий на алтарь. Но в нём мерцало нечто чёрное. Похожее на каплю застывшей Бездны.

— Прикоснись. Позволь ей поговорить, — прозвучал голос Мелихора откуда-то со стороны.

Когда с опаской коснулась камня, меня словно ударило током. Я отлетела назад, но вместо боли почувствовала странный жар. А в голове раздались голоса. Сотни. Нет, тысячи. Кричащие, рыдающие, молящие. Это были души, поглощённые Бездной? Слов было не разобрать... Мне самой хотелось кричать, чтобы заглушить нестерпимый шум, разрывавший голову.

Но вот всё вытеснил один голос — чёткий, холодный, узнаваемый.

«Ты всё ближе. Ты начинаешь хотеть не просто силы. А власти.»

— Я не такая, — прошептала я, стоя на коленях перед алтарём, чувствуя невыносимую слабость.

«Но ты уже можешь быть ею.»

Силуэт из моей встречи в Бездне возник снова. Только теперь он был неотличим от меня: та же фигура, та же поза, та же энергия. Только тёмная...

— Уходи! — заорала я.

Но отражение не исчезло, а протянуло ко мне руку. Ласково. Почти по-сестрински.

«Если ты примешь меня — ты станешь всем. Боги падут. Бездна покорится. Любовь станет вечной. И никто… никто… больше не посмеет тебя унизить.»

Как заманчиво!

Но в это мгновение почувствовала, как за стенами этого зала двое моих мужей потянулись ко мне. Я слышала их зов, негромкий, но настойчивый, проникающий и защищающий.

— Нет… — выдохнула я. — У меня уже есть сила. Она — в моих истинных.

Я стиснула кулаки, и пульсирующий жар вырвался из груди. Он пронёсся по залу, ударил по алтарю. Тень завизжала, испарившись, как дым на ветру, а камень треснул.

Когда я вышла из Обители, сам воздух был другим, — чище, ярче. Как и я.

Кассис подошёл первым. Он не говорил ни слова, просто протянул мне руку и сжал мои пальцы. Адриан тут же оказался рядом, беря мою вторую ладонь.

— Ты прошла! — с гордостью произнёс синеволосый.

— Почти сломалась, — прошептала я.

— Но не сломалась, — сказал Кассис. — Это и делает тебя Шаи.

Я улыбнулась. Наверное, впервые по-настоящему за последнее время. Но потом снова почувствовала её...

Далеко внизу Бездна открылась шире. И теперь она знала, что я становлюсь сильнее.

Мы с мужьями решили подняться на самый верх пещер, чтобы оценить поле боя. Это было неким аналогом картам полководцев, которые помогают понять распределение своих войск.

Ветер в пещерах не должен был существовать — но сегодня он был. Пронизывающий, влажный, с привкусом соли и пепла. В нём чувствовалась угроза.

Я стояла на высоком уступе, смотрела вниз, где мерцали Забытые храмы. Пещеры казались величественным и хрупким одновременно, как замок из стекла перед землетрясением.

— Что-то не так, — произнесла я, сжимая край парапета. — Я это чувствую.

— Бездна не сидит на месте, — ответил Адриан, встав за моей спиной. — Её шёпот стал громче. Воины стали жаловаться на кошмары.

— Мелихор сказал, что мы вновь должны собрать Совет, чтобы объединить кланы. Иначе Бездна прорвётся. Нам нужны не только те немногочисленные отряды, которые пришли в Забытые храмы. Здесь, в месте прорыва, должны быть все.

— Совет — да, — пробормотал Кассис, подошедший с другой стороны. — Только не все хотят слушать жреца. Некоторые считают, что ты — ошибка. Ареус и синехвостая королева-блудница словно забыли о своих обещаниях.

— Я же говорила, что не хочу быть спасительницей, — усмехнулась я. — Может, они правы.

— Но ты уже стала ею, — сказал Адриан. — Даже если не хотела. Теперь ты не только наша Шаи, но и спасительница мира. Ты не можешь отказаться от этой роли.

— Я и не собираюсь.

Мы стояли втроём. Молча. Сильные, связанные чем-то большим, чем магия, чем истинность. Сейчас, как никогда мы понимали, что от нас троих зависит будущее Затопленного шёпота.

Крик разнёсся по пещере, как звонкий удар в колокол. Визг, в котором было слишком много ужаса. За ним — другой. И ещё. Волна звуков прокатилась по городу, и в одно мгновение стало ясно: нас атакуют.

— Бездна прорвалась, — сказал Кассис, уже в боевом режиме. Его хвост обвился вокруг талии, руки — сжались в кулаки, покрытые татуировками.

— Кто? Где? — я метнулась к краю балкона.

И увидела их. Твари из Бездны.

Они были… неправильными. Слишком тонкие. Слишком длинные. Шея как у змеи, но в трижды изогнутом виде. Рты — будто разорваны по щекам. Глаза — десятки, ползающие по лицу. Они выныривали из трещин, клубились на улицах, рыскали, скользя по стенам. Их было десятки. Нет, — сотни!

— К вратам! — скомандовал Адриан. — Мы не дадим им добраться до Храма!

Я побежала рядом. Но внутри уже знала: это отвлекающий удар. Что-то не складывалось.

Мы прорвались в центральную каверну. Здесь уже шёл бой. Воины кланов — и Лазурные, и Татуированные — плечом к плечу сражались против тварей. Их магия сталкивалась с чёрной жижей, которую изрыгали монстры. Крики, магические вспышки, грохот.

Я хотела вмешаться, но в тот же момент почувствовала резкий толчок в груди.

Сердце внезапно остановилось на миг, пропуская удар. И я поняла, что случилось.

— Мелихор… — выдохнула я. — Он… он предал нас.

— Что?! — Адриан замер.

— Это ловушка. Это он открыл проход. Бездна уже внутри. Я чувствую его там, в центре, рядом с источником магии.

Кассис не стал задавать вопросов. Он просто развернулся, взглянув на меня с такой решимостью и верой, что страхи ушли.

— Быстро в Храм! Сейчас!

Мы ворвались в Зал Сердца, то место, где сходились все потоки силы. В центре мерцала гигантская чаша, из которой исходили струи энергии, питавшие весь подземный город.

Мелихор стоял рядом с ней. Только… это уже не был тот Мелихор. Его лицо исказилось, тело обвилось чёрными нитями, а в глазах пульсировала тьма.

— Я знал, что ты придёшь, Шаи, — прошипел он. — Ты — дверь. Я — ключ.

— Ты впустил её… — я еле сдерживала дрожь.

— Она была всегда. Я лишь перестал сопротивляться.

— Ты убил своих.

— Нет. Я освободил их.

В этот момент из чаши магии поднялась тень. Слишком высокая. Слишком гладкая. Без лица. Без формы. Но я чувствовала — это она. Бездна. Частично проявленная.

Адриан и Кассис бросились вперёд, но их отшвырнуло волной энергии. Я осталась одна.

— Иди ко мне, дитя, — прошептала тень. — Оставь этих слабых нагов. Стань собой. Ты ведь знаешь, что я часть тебя.

И вот тогда, впервые, я вспомнила. Вспомнила… другое время, другую жизнь.

Где я уже была здесь. Много лет назад, но в ином теле и эпохе. Я была той, кто однажды открыла Бездну.

— Нет… — прошептала я в ужасе. — Я… уже была её.

— И теперь снова можешь стать.

Внутри меня всё дрожало. Рвало на части. Я — спасительница, которая когда-то уже была предательницей?

Кассис шептал моё имя. Адриан, обжигая взглядом, пытался дотянуться.

Моя магия пульсировала. Бездна вызывала её на поединок. И я выбрала.

Я шагнула вперёд — и впитала часть тьмы в себя.

Чаша вспыхнула. Сила ударила в меня, как поток лавы. Я кричала — от боли, от страха, от восторга. Но при этом удержала её, приняла, подчинила.

— Ты ошиблась, — прошептала я в лицо тени. — Я не дверь. Я — замок.

Бездна завизжала, когда вытолкнула её обратно. Сквозь крик, сквозь себя. Мелихор сгорел заживо — и в последний миг его лицо стало человеческим. Он улыбался. Как будто этого и хотел.

Я не чувствовала ничего… просто потеряла сознание, полностью отдав все силы. Словно вот только что была, сражалась, любила, ненавидела, а потом просто исчезла.

А проснулась я уже в тишине.

На этот раз — настоящей. Без голосов. Без чужих мыслей. Без ощущения, будто кто-то дышит в затылок. Только шелест воды за стенами, да тепло, пробирающееся сквозь шелковое покрывало.

— Ты здесь, — прошептал голос.

Я повернула голову и увидела Адриана. Его родное лицо, такое усталое и встревоженное. Между бровей появилась глубокая морщина, которой не замечала раньше, а вокруг янтарных глаз залегли тени.

— Как долго я спала? — произнесла, с трудом подчиняя непослушный язык.

— Почти двое суток. Ты выжгла себя, Шаи. После того, что произошло в зале Сердца, все думали…

— Что я не проснусь?

Он лишь кивнул, но обычно насмешливое лицо исказила гримаса боли, словно одна эта мысль была невыносима моему синехвостому мужу.

— Но ты снова удивила всех. Но умоляю, больше так не делай! — страстно проговорил наг, сжимая мою ладонь отчаянно.

— Что с городом? Вам удалось отбить прорыв?

— Мы победили, по крайней мере, в этой битве! Город потрёпан, но стоит. Кланы снова грызутся. Одни считают, что ты спасение. Другие — что ты пророчество конца.

— А Мелихор?

При воспоминании о жреце сердце сжалось. Что за игру вёл этот мудрый наг, призвавший меня? Какие цели преследовал? Вспомнилась его благодарная улыбка, обращённая ко мне, перед тем, он сгорел заживо.

— Прах. Даже магические кости испарились. Бездна взяла его полностью.

Я вдохнула и прислушалась к ощущениям. Внутри было странно, словно глубоко под кожей, что-то… дышало. Как будто осталась искра той Тьмы, которую я впитала. Не злая. Просто… иная.

— А где Кассис? — спросила, осматриваясь по сторонам с тревогой. Он не ранен?

Адриан улыбнулся и протянул мне бокал с переливающимся всеми цветами радуги эликсиром из особого вида перловиц, который заменяла в Затопленном шёпоте большинство лекарств.

— Не волнуйся Шаи, разве этот здоровяк даст себя в обиду. Он дрался, как одержимый. Но поверь, я ему не уступал. Сейчас чернохвостый в зале Совета. Кто-то из нас должен там находиться постоянно, чтобы не допустить грызни. Сейчас его очередь сдерживать кланы… Но с его дипломатичностью не удивлюсь, если вновь начнётся война! — хохотнул Адриан, а я улыбнулась, довольная тем, что он наконец-то снова шутит.

Спустя несколько часов я встала, испытывая лёгкое головокружение, но разлёживаться времени не было. Надела простую тунику, зафиксировала волосы жемчужной нитью — и отправилась в зал Совета.

Уже на подходе услышала шумную многоголосицу, напоминающую звук растревоженного улья.

— Мы должны отвести силы вглубь! — кричал один из старших Татуированных.

— Нет! Шаи показала силу. Мы обязаны наступать, пока Бездна ослаблена, — вторил ему Лазурный в боевых метках.

— А если она сама станет угрозой? Кто будет держать её в узде? Жрецы? Сами посмотрите, что стало с Мелихором!

Когда я вошла, шум оборвался.

Тишина. Все головы повернулись ко мне. И впервые я увидела страх в глазах.

— Рада видеть, что вам есть что обсудить, — произнесла я спокойно. — Особенно без меня.

— Ты… — начал кто-то, но я подняла ладонь.

— Я не прошу веры. Я не богиня, не чудо. Я была в Бездне. Я впустила её, чтобы спасти город. И теперь чувствую, как она дышит через меня.

Голоса стали громче и злее.

Кассис поднялся со своего места и направился ко мне, следом в зал вполз Адриан и застыл рядом, словно прикрывая меня от сородичей. В окружении мужей я вновь почувствовала себя по-настоящему сильной.

— Мы всегда будем с ней, — сказал Адриан. — И если кто-то решит, что лучше бороться с нашей Шаи, чем с Бездной, пусть попробует.

— Пусть рискнёт! — с недоброй ухмылкой подхватил Кассис, сжимая кулаки.

Никто не шевельнулся.

— Отлично, — произнесла удовлетворённо. — Значит, слушайте.

И я рассказала всё: что видела. Что почувствовала. Что Бездна — не просто тьма. Это разум. Древний, как сам мир. И что она не хочет хаоса — она хочет слияния. Поглощения. Уничтожения различий.

— Она не злая. Она — чужая. И потому особенно опасна, — закончила я.

— Что ты предлагаешь? — спросил глава совета. — Ты же носительница её искры. Можешь ли ты направить её?

— Не уверена. Но знаю, что в нас есть нечто, что Бездна не понимает: эмоции, вера, дружба, привязанность.

Я коснулась пальцами руки Кассиса, а затем сжала ладонь Адриана.

— Именно это делает нас сильнее её! — закончила свою речь, зная, что меня услышали.

Все последующие дни походили один на другой. Тренировки, собрания Совета, составление планов обороны, установка ловушек, начертание охранных знаков.

Я даже не успела понять, откуда вдруг среди нас появились нагини, — настолько привыкла находиться в окружении мужчин, что сейчас взирала на хвостатых красавиц с недоумением и удивлением.

Нагини всё же покинули свою глубинную обитель и присоединились к нам, понимая, что сейчас все должны быть вместе. Их магический дар провидиц стал серьёзным подспорьем, теперь мы знали, где наиболее вероятны прорывы Бездны.

Даже место Мелихора заняла женщина — немногословная седовласая красавица, отличавшаяся каким-то небывалым спокойствием и мудростью во взгляде. Я несколько раз предпринимала попытку поговорить с ней, но жрица словно избегала нашего общения. Создавалось впечатление, что она мне не доверяет.

Ладно, и без неё разберусь!

Теперь я ежедневно тренировалась с Адрианом. Его меч — против моей силы. Вот и сегодня мы отрабатывали приёмы в отдалённой пещере, где никто не мог нам помешать. Мы столкнулись, и я почувствовала, как во мне что-то сорвалось с цепи. Магия вырвалась — не светлая, не тёмная — и оттолкнула синеволосого мужчину так, что он врезался в стену.

— Ты видела это? — прошептал изумлённо он.

— Да… — я смотрела на ладони. Кожа пульсировала светом и тенью одновременно.

— Ты начинаешь менять саму ткань магии.

— Это хорошо? — мне стало не по себе под пристальным взглядом Адриана.

— Я не знаю… — наконец произнёс он. — Раньше я о подобном не слышал. Думаю, на сегодня достаточно тренировок.

Этой же ночью мне приснился Мелихор.

Он стоял в храме, обнажённый, изуродованный, но с ясными глазами, устремлёнными на меня. Удивительно, но он вновь улыбнулся, как в последнее мгновение перед смертью.

— Я знал, что ты справишься, — сказал он. — Но путь ещё не окончен. Ты должна быть готова. Бездна будет пытаться говорить с тобой не словами.

— А чем? — спросила непонимающе.

— Через желания. Она предложит тебе всё, лишь бы забрать себе.

Утром я проснулась одна, — мужчины встали раньше, но не стали будить, давая отдохнуть. Я поднялась с кровати и вдруг увидела, что зеркало в комнате потемнело.

А из него — мне улыбалась я. Та… другая. С глазами, полными тьмы.

«Пора перестать бояться!» — с ухмылкой произнесла она

Я смотрела в зеркало.

Тень — моя тень — смотрела в ответ. Её зрачки были вытянутыми, змееподобными. Улыбка — слишком спокойной. И в этой неподвижной, настойчивой «я» было нечто… опасное.

«Ты всё ближе. Осталось немного. И ты поймёшь, что страх — слабость!» — её голос заполнял мою голову, путал мысли.

— Уйди, — прошептала я.

— Я не снаружи, а уже внутри, так куда мне идти?

Резко взмахнув рукой, я направила всю силу в сторону своего отражения, и зеркало треснуло. Линии поползли по стеклу, разбив лицо на сотни отражений. Каждое — с моими глазами, но другими, наполненными тьмой.

— Что случилось? — одновременно вскричали мужья, влетая в комнату.

— Бездна говорит со мной через зеркала, — призналась я, сползая на пол, прямо в россыпь осколков. — Даже не говорит. Шепчет. Как будто знает, когда я сомневаюсь.

Кассис стоял у стены, его глаза были тёмными и застывшими. Он молчал, но это тяжёлое молчание было красноречивее любых слов. Адриан аккуратно поднял меня и перенёс на кровать, чтобы я не поранилась.

— Может, нам стоит… изолировать тебя на время? — осторожно произнёс он.

— Что?

— Только чтобы защитить. Чтобы понять, насколько Бездна проникла в твоё сознание.

Я смотрела на синехвостого, как на чужого. Изолировать? Меня?

— Я не заразная. Я борюсь. Я держусь, чёрт побери.

— Мы просто…

— Мы? — Я резко встала. — Я — не пленница, Адриан. И уж точно не жертва. Я — та, кто вас всех спасёт. Или ты уже забыл?

— Никто ничего не забыл, — вмешался Кассис, в его низком голосе звучала сталь. — Но лазурный прав. Ты меняешься, Шаи, и мы не знаем, когда ты перестанешь быть собой.

— А знаешь, что я вижу? — прошептала едко, чувствуя, как меня наполняет пьянящая злоба. — Страх! Но не за меня, а за себя. Что, если я стану сильнее вас обоих?

В комнате повисла гнетущая тишина. Я понимала, что после этого разговора мы уже никогда не будем прежними.

Гул. Он вскипает вокруг, прекращая наш спор с мужьями.

Он идёт из самой земли, словно сердце мира пропустило удар. Я чувствую, как под ногами дрожат камни, и сжимаю зубы. В отдалении прямо в воздухе появляется светящаяся трещина — будто кто-то прорезал ткань реальности. Из неё вырывается смрад, густой и липкий.

— БЕЗДНА… — слышится крик со стен города.

Я вижу, как над раскалёнными песками извиваются тени. Они падают на землю, принимают формы — уродливые, искривлённые пародии на зверей и людей. Их глаза горят чёрным пламенем. Они рычат и несутся к стенам.

— Защитить город! — голос главнокомандующего нагов гремит, но в нём есть страх.

— Идите, вы должны сейчас собрать свои отряды и встать во главе, иначе нас захлестнёт паника!

Кассис и Адриан медлят, смотрят на меня так, словно не хотят уходить, боятся оставить меня одну. Но они знают, что сейчас без них не обойтись.

— Обещаю, что буду осторожна! — произношу с улыбкой, хотя внутри меня всё дрожит от страха.

Понимаю, что ещё секунда, и попрошу мужчин остаться, ведь рядом с ними мне спокойно и легко, будто они напитывают меня своей силой и отвагой.

— Я вас люблю, а теперь идите! И берегите себя! — почти выкрикиваю, чувствуя, что голос срывается.

Касание любимых, их пальцы, переплетающиеся с моими — важнее и понятней любых слов. Тем холоднее и страшнее становится, когда мужья покидают наш дом.

Мне нельзя позволить себе слабость, поэтому выхожу следом и с ужасом оглядываюсь. Вокруг творится хаос.

Я поднимаю руки, впуская силу. Свет внутри меня взрывается потоком, отталкивая ближайшие тени. Меч, сотканный из энергии, рождается в моих ладонях.

И начинается бой.

Твари взбираются по стенам, разрывают когтями камень. Я прыгаю в гущу, разя их светом, от каждого удара тела рассыпаются пеплом. Но их слишком много. Каждую секунду новые тени выползают из разлома.

Я слышу, как кричат раненые. Чувствую запах крови, гари, смрад тьмы. Каждый миг, словно как вечность. Но больше во мне нет страха, поэтому бросаюсь вперёд, туда, где твари прорвали оборону.

Вдруг воздух сжимается. Шум утихает, а тени останавливаются.

И я вижу её…

Из самого разлома выходит фигура. Высокая, стройная, в одеянии из живой тьмы. Она движется плавно, как хищница. На её лице — моя улыбка. В её глазах — мой свет, но искажённый, перевёрнутый в чёрное пламя.

Моя тьма. Моя сущность. Но теперь — не призрак в зеркале. Армия Бездны склоняется перед ней, как перед королевой.

— Наконец-то, — её голос разносится над полем битвы, и у меня по спине бегут мурашки. — Ты подарила мне силу, Шаи. А я подарю миру конец.

Сердце сжимается, дыхание перехватывает. Передо мной — я сама. Но та, что выбрала тьму. И мне предстоит сразиться с ней.

Крики и рёв тварей сливаются в один гул. С каждой секундой я чувствую, как Бездна давит сильнее. Тьма сгущается в воздухе, обволакивает лёгкие, заставляет сердце биться вдвое быстрее.

Но хуже всего не чудовища. Хуже — она.

Моя Тень шагает вперёд. Каждое её движение идеально знакомо, слишком близко к моему собственному телу. Будто я смотрю в зеркало, которое издевается надо мной.

— Посмотри на них, — она взмахивает рукой, и армия порождений поднимает вой. — Они — мои. Они — твои. Ты породила меня своим страхом. Теперь я заберу всё.

Изо всех сил сжимаю меч. Свет внутри меня дрожит, словно его хотят задушить.

— Нет, — шепчу я, и голос хриплый от пыли и криков. — Они не мои. Ты — не я.

Она улыбается. Моя улыбка. Только в ней нет тепла.

— Не обманывайся, Шаи. Мы — одно. Разница лишь в том, что я сильнее.

Тень делает шаг, и земля под её ногами трескается. Я еле успеваю поднять меч, когда на меня обрушивается удар. Тьма и свет сталкиваются. Взрыв выбрасывает нас обеих в стороны, стены города дрожат, а воины падают на колени, прикрывая лица от ослепительной вспышки.

Я поднимаюсь первой. В груди жжёт, в ушах звенит. Но я жива.

Тень медленно выпрямляется. В её руках появляется копьё из черноты, с остриём, переливающимся красным. Она кружит его, как будто насмехаясь.

— Смотри, как легко я убью тебя, — её голос ласков, почти нежный, но от него стынет кровь. — А потом займу твоё место.

Отчаянно бросаюсь вперёд. Удар, ещё удар. Искры света и огня летят во все стороны. Мы двигаемся одинаково — как отражения. Каждый мой выпад встречает её оружие. Каждое моё заклинание копируется и возвращается вдвойне сильнее.

Тень знает меня. Все мои приёмы, все слабости. Но и я знаю её.

Мы сходимся снова, и на миг наши взгляды встречаются. В её глазах я вижу… себя. Ту, что я могла бы стать, если бы сдалась. Если бы позволила боли и отчаянию сломать меня.

— Ты слабая, — шипит отражение, вбивая копьё в землю. Вокруг нас вздымаются волны тьмы, сбивая воинов с ног. — Ты всегда прячешься за словами о свете. Но твой свет лишь иллюзия.

Едва держусь на ногах, ощущая, как волны боли пронзают меня. В голове стучит одно: не сдаться.

— Свет — это я, — выдыаю я с хрипом. — Даже если весь мир утонет во тьме, он останется во мне.

Я собираю последние силы, концентрирую их в груди. Свет вспыхивает, вырывается наружу. Вспышка настолько яркая, что даже тьма отступает.

Тень закрывает глаза, но её крик рвёт пространство. Я вижу, как её силуэт дрожит, как будто расслаивается. Но она ещё жива.

Она бросается снова — и я понимаю: это конец. Только одна из нас выйдет из этой битвы.

Решительно делаю шаг навстречу.

Свет и тьма сталкиваются вновь.

Мир рушится. Свет и тьма сталкиваются вновь и вновь, и каждый удар отдаётся в теле болью. Я чувствую, как силы покидают меня, но Тень всё так же безжалостна. Она движется так, будто танцует, её копьё оставляет в воздухе следы черноты. Падаю на одно колено, в глазах двоится. Неужели я проиграю?.. — ШАИ! Слышу знакомые голоса любимых даже сквозь рев битвы. Словно вихрь проносится по пещере и рядом оказывается Кассис. Его глаза горят золотым огнём, в руках пылает клинок, выкованный из самой магии крови и огня. С другой стороны вспыхивает свет — мягкий, холодный, как сияние луны. Из портала появляется Адриан. Его руки сотканы из потоков чистейшей энергии, в каждом движении — спокойная мощь, как у моря перед бурей. — Мы рядом, — говорит он ласково, и его голос врывается прямо в сердце. — Ты не одна. Я поднимаю взгляд и вижу их. Моих мужей, тех ради которых готова на всё. Тень усмехается. — Как трогательно. Но даже втроём вы не сможете победить меня. Она бросается вперёд, и порождения Бездны с ревом окружают нас. Но мы теперь вместе. Кассис взмахивает клинком, и огонь сметает целые ряды тварей. Его ярость подобна буре, он защищает меня, словно готов разорвать саму тьму. Адриан возносит руки — и сотни ледяных стрел устремляются в противников, пронзая их насквозь. Я чувствую их силу рядом. Она вливается в меня, переплетается с моей. Свет, огонь и магия сплетаются в единое. Мы уже не трое, мы — одно целое. Тень отшатывается, впервые в её взгляде мелькает сомнение. — Нет… это невозможно… — Возможно, ты малая частичка меня, — говорю я, поднимаясь. Мой голос твёрдый, и сердце больше не дрожит. — Но они, эти мужчины — моё сердце, моя душа, мой мир. А это сила, которой ты никогда не овладеешь. Делаю шаг вперёд, и Кассис кладёт руку на моё плечо, вливая в меня жар своей крови. Адриан касается моей ладони, и его холодный свет успокаивает мой хаос. Внутри рождается нечто новое — не просто свет. Целая звезда. Мы поднимаем руки вместе. Я, Кассис, Адриан. Потоки наших сил переплетаются, образуя сияющий вихрь. — Умри! — кричит Тень, бросаясь в последний раз. Свет взрывается. Он прожигает всё. Порождения Бездны ревут и рассыпаются в пепел. Трещина в небе смыкается, тьма исчезает, как сон на рассвете. А там, где стояла моя Тень, остаётся лишь зеркальный отблеск — и он исчезает, словно вода в ладонях. Покачиваюсь и почти падаю на колени, но Кассис и Адриан тут же оказываются рядом. Чернохвостый подхватывает меня, его руки горячие, крепкие, дрожащие от усталости и облегчения. Адриан касается моего лица, и его взгляд полон той безмолвной нежности, которая сильнее любых слов. — Всё кончено, — шепчу я, и впервые за всё это время верю в это. — Только я так устала.

Слабость накрывает волной, но я не позволяю ей взять верх.

— Ты нас всех спасла, Шаи! — произносит синеволосый, нежно проводя пальцем по моей щеке.

— Нет, это мы спасли друг друга! — отвечаю с улыбкой.

Шесть циклов спустя

Наш дом стоит у воды. Здесь так тихо и спокойно, что даже не верится. Мы специально забрались в отдалённые пещеры, на территории, которые не принадлежат ни одному из кланов. Пусть сейчас между Обсидиановой короной и Лазурными чешуями воцарился мир, но больше не хочу участвовать в их политических играх.

После решающей битвы каждый из кланов попытался приписать себе главную заслугу в победе над Бездной, забыв, что она была достигнута благодаря Кассису, Адриану и мне. В целом, нас с мужьями устроило то, что о нас словно забыли. Зато теперь мы наконец-то смогли быть вместе по-настоящему...

Вечером в каналах возле нашего дома мерцают огни, и от их отражения комната будто дышит золотым светом. Здесь всё наполнено умиротворением и красотой. Никогда не думала, что найду своё место в подземном мире нагов, рядом с такими разными, но любимыми мужчинами.

Я сижу на подушках, босая, волосы распущены — впервые за долгое время без оружия, без доспехов, просто я. Кассис ходит по комнате, нервно, как всегда, когда пытается скрыть собственное волнение. Его плечи ещё хранят следы недавних боёв, украшенные шрамами, но взгляд — живой, горящий. Он смотрит на меня так, что внутри вспыхивает жар. Адриан сидит рядом, его ладонь на моей, тёплая, спокойная. Его глаза — тёплый свет, мягкий и глубокий, и он не отводит их от моего лица. — Мы дома, — шепчу я. И в тот миг Кассис останавливается. Его рука касается моей щеки — резкая, горячая, нетерпеливая. Он тянет меня ближе и целует так, будто снова и снова клянётся, что я его. Адриан склоняется с другой стороны, его поцелуй — противоположность: медленный, тягучий, нежный, будто он растворяет меня в себе. Я между ними, дыхание сбивается, сердце рвётся из груди. Огонь и лёд. Жар и прохлада. Две стихии, которые борются и соединяются во мне. И я не хочу выбирать. Они оба — часть меня, мои истинные, любимые, хотя и порой невыносимые наги. Кассис срывает с меня лёгкую ткань, его руки жадные, властные, они жгут кожу. Адриан накрывает мои пальцы своими, ведёт их по линии груди, по изгибу талии, даря дрожь, от которой буквально задыхаюсь. Я тону в их страсти, позволяю себе быть слабой, желанной, их женщиной. Ночь накрывает нас — и в её глубине нет больше ни войны, ни Бездны. Есть только мы. Три сердца, бьющиеся в унисон. Три души, переплетённые в одно. И в этой близости я впервые чувствую — это и есть победа. Мужские крепкие, но нежные руки не дают мне отдышаться. Каждое движение — искра, каждая ласка — пламя. Кассис наваливается с силой, его прикосновения жадные, почти яростные. Он целует шею, плечи, оставляет на коже огненные следы и укусы. Его сильные пальцы скользят по моему телу, будто он хочет убедиться, что я жива, что принадлежу только ему. Эта безудержная страсть обжигает. Адриан — другой. Он обнимает меня со спины, его губы едва касаются мочки уха, шеи, затылка. От его прикосновений внутри рождаются дрожь и томление. Он медленно проводит рукой по моим бёдрам, по животу, останавливается там, где я уже вся горю, и от этого контраста с Кассисом я теряю рассудок. — Моя… — рычит татуированный, целуя меня глубже, отнимая дыхание. — Наша, — поправляет его синеволосый, и его голос — шёпот, но такой властный, что я задыхаюсь сильнее, чем от крика. Таю между ними, когда их тела прижимают меня с двух сторон. Каждое движение, каждое проникновение их рук и губ, их тел — будто они пишут на моей коже свои имена. Я выгибаюсь, теряясь между их страстью, и мир рушится снова. Но это не битва. Это — слияние. Мы трое сливаемся в единое целое, и нет ни боли, ни страха. Только сладость, что разливается волнами, накрывает всё моё существо. Они оба движутся внутри меня, овладевая мной одновременно, наполняя до краёв, до болезненной сладости. Кассис — жёстко, властно, срывая стоны с моих губ. Адриан — медленно, чувственно, заставляя меня дрожать каждой жилкой. Растворяюсь в их руках, в их телах, в их жажде. И когда мы достигаем вершины — вместе, в один миг, — я слышу, как они оба произносят моё имя. Не как крик в бою, не как мольбу. Как признание. Шаи... Я падаю между ними, словно в кокон из их поцелуев, их рук, их дыхания. Чернохвостый прижимает меня к себе, его сердце бьётся как у зверя. Адриан укрывает нас троих тканью, его рука всё ещё держит мою, переплетая пальцы. — Мы победили, — шепчет Кассис. — И теперь у нас есть вечность, — добавляет лазурный. Я улыбаюсь сквозь усталость и внутренний жар. — У нас есть мы!