«Вернисаж нересурсных мужчин»

Вы ведь знаете, как это бывает на модных вернисажах - стоите себе, тихо нюхаете приторный «шардоне», учитесь отличать «концептуальный нойз» от плохо проветренного подвала… и тут судьба подсылает вам Ольгу.

Ольга материализовалась где-то между абстрактной синей кляксой и стойкой с канапе, вцепилась в мой локоть так, будто я последний шенгенский штамп на планете, и звонко пропела:

- Ух ты, земляк! Ты ж, наверное, при деньгах, раз такое искусство любишь?

С этого момента я, как честный человек, перестал замечать картины. Потому что всё, что происходило дальше, заслуживало не рам, а клетки Фарадея.

Ольга вообще говорила строго заголовками. Каждый тезис подавался так, словно за ним стоял целый отдел маркетинга:

«Я не собираюсь работать»

«Мужчина обязан меня содержать»

«Все мои знакомые украинцы во Франкфурте тоже так считают»

И, главное, каждую пунктирную фразу она сопровождала тонким, затягивающимся визгом, будто в уголке зала кто-то бесконечно надувал резиновую уточку.

Меня же парализовало ровно на том месте мозга, где обычно живёт логика. Это был тот самый эффект, когда «глупый человек говорит глупости, а ваш мозг, бедняга, пытается найти смысл в бессмыслице и зависает, словно старый ноутбук» .

«Счастливо разведена - муж в Киеве всё равно под обстрелами»

- Ты не поверишь, я недавно развелась! - радостно сообщила Ольга, прихлёбывая белое. - Он там, в Киеве, понимаешь? А я - здесь. Так зачем мне “нересурсный” муж, если я могу найти “ресурсного”?

- Под «ресурсным» ты, наверное, имеешь в виду любителя искусства? - спросил я, ловя себя на том, что пытаюсь упорядочить хаос.

- Какое там искусство! - отмахнулась она. - Главное, чтоб квартира минимум трёшка, машина немецкая и чтоб не жалел на лазерную эпиляцию. А-га-га-га!

Тот самый утко-визг. Я почувствовал, как мой лоб покрывается мелкой испариной, а нейроны пытаются составить логическую цепочку вроде: «Киев → развод → лазерная эпиляция». Но в цепочке не хватало деталей, как в задаче по физике без данных.

«У меня двое взрослых детей… и это их проблема!»

- Представь, у меня же ещё двое детей! - вдруг бодро добавила она, будто это недавно всплыло в памяти. - Дочери двадцать семь, сыну двадцать четыре.

- О, здорово, бабушка-арт-любительница, - попытался я ободрить разговор.

- Да? Ха! Старшая не хочет, чтобы я у них жила. Говорит: «Мама, нам места мало, да и внучкам рано видеть такой…» - она театрально обмахнулась ладонью, - «…образ жизни». Представляешь?

- То есть бабушке с внучками тоже… нельзя?

- Категорически! Говорит: «Ты хочешь приучить их к визгам и шопинг-мантрам». А я-то всего лишь предлагала показать девочкам Франкфурт без мужчин-паразитов!

Она фыркнула, будто вся ситуация с детьми - это досадный сбой в идеальном плане по поиску контента-мужчины.

- Сын тоже не рад, - продолжила Ольга. - У него хипстерская квартира, йога-коврики, свечи… Ему мама нарушает фэншуй. Можешь представить?

Честно сказать, я мог: фэншуй таял бы, как воск, под её визгом.

Трюк уличного гипнотёра

Ольга перешла к приёмам мгновенного гипноза. Сцепив руки, она уверенно бросала в меня фразы-пули:

- «Понимаешь, курицы рассветом владеют!»

- «Если мужчина платит только за кофе, он энергетически пуст!»

Каждый раз мозг подвисал, пытаясь перевести бессмыслицу в синтаксис человека, и получал легкую «контузию» - прямо по методичке того самого «уличного гипнотизёра» .

Через десять минут разговор с Ольгой ощущался как марафон по беговой дорожке, поставленной на наклон вверх. Картины вокруг поплыли; казалось, что даже Малевич бы, услышав её, попросил вернуть украденные цвета.

План побега имени школы Импровиза

По рецепту великого Жванецкого, надо было срочно «гордо развернуться и уйти, сохранив лицо». Но развернуться мешала Ольга, а лицо я уже давно не чувствовал.

Тогда сработал план, которому на учили на занятиях импровизации: иронически согласись, добавь деталей и смойся.

- Оль, - говорю, - а зачем ограничиваться одним мужчиной? Давай сделаем стартап: «Поддержи Ольгу»! Распил бюджета культурной столицы прямо в фойе! Каждому инвестору - по селфи с тобой на фоне кляксы!

Она задумалась - в глазах блеснул интерес к слову «бюджет». Я аккуратно вытащил локоть, словно иглу из винила, и попятился к выходу, оставив её строить финмодель.

Эпилог: как восстановиться после «утко-визга»

На воздухе я обнаружил два факта:

Картины были неплохи - особенно те, которые не слышали Ольгу.

Мой организм требовал «детокса от глупости»: горячий кофе, тишина и минут пятнадцать смотреть на реку, не вспоминая ни слово «ресурсный», ни лазерную эпиляцию.

Потому что в споре с человеком, который считает бессмыслицу мировоззрением, «вы не победите и потратите столько же сил, как будто таскали мешки» . А мешки, скажем прямо, хоть иногда платят зарплату.

С тех пор я посещаю вернисажи только со шлемом виртуальной реальности - надеваешь, наушники включаешь, и никакая Ольга тебя не гипнотизирует. А картины при желании можно дорисовать самому. Главное - оставить в кадре побольше смысла и поменьше визга.

Борис Абрамов