[Много лет тому назад…]

— Не могу поверить, что ты так выросла, — Риосс с трудом сдерживала слезы, смотря на девочку, что теперь стояла перед ней взрослой женщиной, сильной и решительной, как когда-то её отец. Аррой сидел рядом, молчал, но по глазам было видно, что и ему нелегко. — Вот уже покидаешь дом.

Айро опустила взгляд, пальцы машинально сжались в кулак. Сердце сдавило так, что говорить стало трудно.

— Мне не хочется вас бросать, но…

— Что за глупости, ты нас не бросаешь! — перебила Риосс, вскинув голову. Она поднялась из-за стола, хотя ей это давалось с трудом, так как живот уже заметно округлился.

Айро молчала, плотно сжимая губы. Её взгляд скользнул к отцу, но Аррой только кивнул, не говоря ни слова. Вина всё равно жгла изнутри. Она знала, что Риосс нужна помощь, что совсем скоро в доме появится ребенок, и уходить именно сейчас казалось предательством собственной семьи.

Но отказаться от приглашения она тоже не могла. Отправиться в Небесную Столицу и стать ученицей самого Лорда Закона — это был шанс изменить всё.

— Наоборот, мы очень за тебя рады, Айро!

Риосс подошла и обняла её. Объятие оказалось неожиданно крепким и теплым. Айро не выдержала, и слезы потекли по щекам.

— Ну, тихо-тихо, — прошептала Риосс, гладя её по волосам. — Всё хорошо, девочка. Всё хорошо.

Айро всхлипнула, едва удерживая голос.

— Я… Я правда буду писать. И вернусь, как только смогу.

Айро и сама не заметила, как Риосс заменила ей мать и стала таким же дорогим человеком, как отец, хотя прошло каких-то лет пять с того момента, как эта женщина подобно вихрю появилась в их жизни. До этого момента Аррой практически не смотрел на других женщин, неся траур с момента гибели жены, и казалось, что он больше не способен пустить кого-либо в свое сердце, хотя Айро порой говорила ему, что нужно двигаться дальше. Но, как и многие мужчины, вместо того, чтобы сделать себя счастливым, он с головой ушел в изучение боевых искусств и даже сумел заработать имя в провинции.

А затем Риосс ухитрилась растопить эту глыбу. И Айро всегда будет благодарна ей за это, особенно за то, что теперь, заглядывая в глаза отца, она видела не тоску о былом, а надежду на будущее.

И для Айро Шень это был последний семейный день. Следующие десять лет она провела в небесной столице и, погруженная в работу, все реже писала семье. Она все желала вырваться, отправиться на родину и встретиться с ними, наконец взглянуть на своего младшего брата, появившегося на свет, но понимание, что путь только в одну сторону займет несколько месяцев, мешало. Она была так погружена в исследования и изучение искусства заклинателей, что не могла выкинуть полгода своей жизни на короткий визит домой. Айро убеждала себя, что потом наверстает, что ещё будет время. Но годы шли, и работа с обучением поглощали её всё сильнее.

Это была одна из тех вещей, о которых она потом глубоко жалела.

Она должна была быть рядом с отцом, когда «это» случилось. Когда началась Война Небес и Мрака, когда Лорд Меча восстал против Небесного царя, взяв себе имя Лорда Смерти, а её отец, тоже втянутый в это противостояние, которого она считала просто посредственным мастером, превратился в мрачную легенду.

Она видела отца после этого лишь однажды, в момент, когда он погиб от рук Лорда Закона и Лорда Справедливости. В тот момент Айро была далеко и просто рыдала, стоя на коленях. Наверное, лишь твердая хватка Дирея Квона, её мужа, не позволяла женщине сорваться туда. Он не позволил ей вмешаться, и пусть какая-то часть её понимала, что он поступил так, заботясь о ней, но другая часть так его и не простила за этот поступок. Ведь пусть весь мир и считал Арроя Шеня ужасным чудовищем, он все ещё оставался её любящим и заботливым отцом.

[Сейчас]

— Отец… — прошептала Айро, смотря на приближающуюся к ним фигуру, неспособная поверить в реальность происходящего. Она же видела, как он погиб, собственными глазами. И несмотря на все истории о том, что Риосс попыталась его воскресить, реальных подтверждений этому, кроме возрождения Мингара как безумной твари и просачивания мира мертвых в их мир, не было. Да и наличие Крейна как Костяного палача полностью отвергало вероятность того, что Аррой Шень, Нечестивый костяной король, был все ещё жив.

И тем не менее, она видела его собственными глазами.

— Быть этого не может… — Рю поменялся в лице, глядя на загадочного старика, что приближался к нам. Седой, с длинными волосами, которые трепал ветер. Крепкий и высокий, с телом, покрытым множеством шрамов.

Шел он медленно, но при этом казалось, что от каждого его шага по окружающему пространству расходились волны безумной тяжелой энергии, способной потеснить даже порожденное Мингаром пространство. Этот человек был не слабее Лорда Удачи, а может, и вовсе превосходил её, но я совершенно не понимал, кто он такой. И что страннее, его сила… казалась такой знакомой, и от этого по всему телу пробегали мурашки.

Мое тело тем временем практически восстановилось. Копье Пустыни удивительным образом собирало воедино раздробленные кости, скрепляя их собой. Жидкий металл струился внутри, крайне грубо, но действенно латая основные повреждения. И пока Мингар отвлекся на нового человека, я закинул в рот парочку целебных пилюль. Мне нужно было срочно прийти в себя и продолжить драться.

— Нейт! Нейт! Этого не может быть! Слышишь⁈ ЭТОГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ! — продолжил орать Рю, и если бы он был материальным, то, скорее всего, в этот момент схватил бы меня и затряс.

— Успокойся… — прохрипел я.

— Это же Аррой Шень.

Имя показалось знакомым, но я не мог вспомнить, где именно его слышал прежде, и Рю, словно поняв это, просветил:

— Он был Костяным палачом до тебя, Нейт!

«Но это… невозможно», — мысленно ответил ему, стараясь беречь силы. — «Ведь не может жить одновременно два Костяных палача».

— Верно! И тем не менее, я клянусь тебе, это он!

А между тем старик неторопливо направлялся в нашу сторону, а Мингар, казалось, напрочь забыл о Лорде Удачи и целиком сосредоточил свое внимание на новом противнике.

— АРРОЙ ШЕНЬ? — зарычал Мингар, а затем расхохотался. — Я ПОМНЮ ТЕБЯ. ВОТ УЖ КТО-КТО, А ТЫ ТОЧНО ДОСТОИН ЗВАНИЯ ЛЕГЕНДЫ… НО ТЫ ЖЕ МЕРТВ. КАК ТЫ МОЖЕШЬ БЫТЬ ЖИВЫМ?

— Уж не тебе удивляться возвращению из мертвых, — криво ухмыльнулся старик, сделал шаг и внезапно исчез, а мгновение спустя, выставив перед собой костяной клинок, оказался прямо перед Мингаром, который от неожиданности даже отпрянул. Воздух между ними щелкнул от немыслимого количества выплеснутой энергии.

На краткий миг мне удалось увидеть оружие старика. Костяной клинок, не не такой, как мои, а большой и тяжелый. Массивный двуручник, состоящий из костей и черепов, от рукояти которого исходили костяные цепи, перетекающие на руку.

Мгновение спустя меня чуть ли не прибило к земле духовным давлением. Какая безумная мощь… Да эти двое просто монстры! По арене уже начала расходиться вторая, более сильная волна, вызванная их столкновением, и я, собравшись с силами, бросился к Лорду Удачи. Она так и лежала на земле, смотря на тех двоих и не собираясь спасаться. А зря, сила, что от них исходила, могла убить в том числе и её.

Оказавшись рядом, я влил всю возможную энергию в Шкуру громового дракона, расширив её на нас обоих. Сейчас мне был нужен не доспех, а именно пузырь, защищающий область. Вовремя. Сметающая всё ударная волна настигла нас спустя полтора удара сердца.

— Натаниэль… — тихо произнесла Лорд, смотря на меня. Её лицо было очень бледным, отчего темные прожилки, расползающиеся по телу, выглядели ещё более зловеще.

— Спокойнее, Лорд, вы ранены.

— Как ты выжил? — она опустила взгляд на мою грудь. Там, где ещё недавно зияла рана, теперь блестело серебристое пятно, будто жидкий металл застыл на коже. Фактически так оно и было.

— Прощальный подарок Сайруса. Он передал мне Копье Пустыни, а дальше я сам не знаю. Теперь оно словно часть меня. Но сейчас не время, — сказал ей, — нам надо уходить отсюда.

— Нет, я должна помочь ему. Помоги мне подняться.

— Лорд, перестаньте, вы умрете, если останетесь тут. Нам нужен лекарь, который сможет вас излечить.

— Просто помоги, Натаниэль, — попросила она. — Я должна разобраться с Мингаром. К тому же… тот человек, что сейчас сражается с ним… мой отец.

Удивляться её словам у меня уже не было никаких сил, поэтому я просто исполнил её просьбу.

Тем временем две чудовищные силы сошлись в схватке перед нашими глазами. Сами воины превратились для нас в размытые силуэты, двигаясь слишком быстро, но при этом мощь используемых техник была такова, что я опасался хоть на мгновение снимать с нас барьер.

Я видел, как в небе Аррой Шень ударил своим мечом, окутанным алой энергией, противника. Мингар смог отбить удар, но даже так волна выплеснутой силы разлетелась веером, пронзив небо и выжигая тучи. Волны энергии то и дело прокатывались по земле, стирая всё живое и превращая камень в пыль. От арены в тот момент уже практически ничего не осталось, как и от большей части Радрифа. На моих глазах чуть в стороне стали падать дворцы верхнего города, которые ещё пару минут назад держались. Я вспомнил о Мару, но был бессилен что-либо сделать. Оставалось лишь надеяться, что мои близкие сами смогут выбраться отсюда, используя Бескрайни лес.

Тем временем Мингар на краткий миг превратился в гигантского трехглазого скелета размером с гору. Он возвышался над разрушенным городом, почти касаясь черепом облаков. Возможно, сейчас он достигал размеров Вечных Стражей, и даже если нет, то не намного отставал. Исполинские руки попытались раздавить старика словно муху. Но происходило не только это: земля у нас под ногами стала покрываться множеством зеленых трещин, из которых вверх тянулись руки. Их было множество, одни напоминали людские, другие принадлежали призракам или нежити. Мир мертвых буквально рвался на свободу, и барьер то и дело выплескивал молнии, ударяя по пытающимся выбраться мертвецам поблизости.

— Видишь, что происходит? — тихо спросила Лорд, поднимая взгляд. — Мингар слишком крепко связан с миром мертвых, даже крепче, чем Говорящая с мертвыми. Само его существование разрушает ту грань, что разделяет их. Пока он был запечатан, нам удавалось сдерживать это разрушительное воздействие, но теперь… Помоги мне, Натаниэль. Поделись своей силой.

— Если это поможет.

— Поможет, — устало кивнула Лорд и перестала опираться на мое плечо.

Её рука коснулась моей груди, того самого пятна, оставшегося от Копья Пустыни, а затем от пальца потянулась серебристая нить, из которой она прямо на моих глазах стала сплетать узор в воздухе. Попутно она включала в него талисманы заклинателей, на которых были вычерчены символы, неизвестные мне.

Тем временем Аррой Шень, оказавшийся зажатый между ладонями гиганта, использовал свою силу. Сквозь пальцы полыхнуло ослепительное алое сияние, а затем те разлетелись в клочья. Мингар взвыл, и этот вопль гулом пронесся по округе, заставляя морщиться от боли в ушах. Но уже следующий удар расколол гигантский череп надвое, и оттуда хлынул фонтан некротической энергии.

Лорд Удачи продолжала пытаться что-то сотворить, а все мои силы уходили на поддержание барьера, и даже так я чувствовал, что на грани. Я уже успел закинуть несколько пилюль восстановления духовной энергии из самых сильных, что у меня были, но этого всё равно было мало. Оставалось надеяться, что этот старик, которого Рю назвал вторым Костяным палачом, и Лорд Удачи, что бы она сейчас ни творила, справятся.

Битва Аррой Шеня и Мингара только набирала обороты, сотрясая развалины Радрифа, а мир мертвых продолжал свое просачивание. Злые духи в обличии мертвецов и других жутких тварей буквально прорывались через границы миров, желая крови и плоти живых. Кажется, это была армия, с которой Мингар собирался отправиться на завоевания этого мира.

Тем временем Лорд Удачи наконец закончила с приготовлениями, и в небе вновь, как и во время её схватки с Грейсом, стала появляться гигантская сияющая колонна, но кажется, в этот раз она была даже больше, и теперь я отчетливо видел в колонне отблески энергии Копья Пустыни.

В небе вспыхнуло красное сияние, и разряд, прорезавший пространство, расколол башни на ещё сколько-нибудь уцелевшей окраине Радрифа. Лорд Удачи с трудом выпрямилась, удерживая руки, через которые проходили потоки света, а затем колонна начала свое падение. Мингар это заметил, выставил руку, пытаясь остановить её, но тут вновь вмешался Аррой Шень.

Его клинок из костей разделился на мечи поменьше. Лишь теперь я осознал, что это тяжелое орудие на самом деле было скоплением костяных клинков разной формы и размера. Один из них пронзил руку Мингара насквозь, а другой — ногу. От других порождение мира мертвых смог отбиться, но тут уже колонна оказалась прямо над ним.

Столь сильного удара город не выдержал. От падения колонны то немногое, что осталось от уцелевшего города, было стерто и утоплено в гигантском песчаном море. Кажется, под городом открылся провал не то в фантомные витки, не то в сам мир мертвых, который поглощал эту часть пустыни.

Нас бы с Лордом ждала та же участь, если бы не Аррой Шень, явившийся словно из ниоткуда. Он играючи разнес окружающий нас барьер. Я, инстинктивно чувствуя угрозу, встал между ним и Лордом, но едва ли мог что-либо противопоставить этому монстру. Он двигался слишком быстро. Оказавшись рядом, он ударил пальцем куда-то в мою шею быстрее, чем я смог бы сделать хоть что-то, и на этом и без того ватные ноги окончательно перестали меня слушать.

Я рухнул на землю, но он играючи подхватил меня, и последнее, что я услышал перед тем как потерять сознание:

— Ты так выросла, Айро…

— Держать строй! — громыхал голос Танадора, когда одна из стен Гаруда была уничтожена, несмотря на всю артефактную защиту.

Целая прорва воинов в черном, которых прежде кое-как удавалось сдерживать на стенах, теперь потоком хлынула внутрь.

— Первая линия, вперед! — рявкнул Танадор, и десятки воинов в рванули навстречу врагу.

Танадор и сам не стоял в стороне, обрушивая на врагов всю свою ярость и силу. Его стихийные способности молнии нисколько не уступали способностям Нейта, и сияющие фиолетовым оттенком молнии то и дело поражали вражеских бойцов. От каждого взмаха гиганта мертвые тела разлетались в стороны, и даже воины Альянса Тени впервые начали отступать, понимая, с кем столкнулись. Его подчиненным оставалось только прикрывать спину генерала и не пропускать недобитков.

А затем в проломе появился странный человек, одна из рук которого была сделана из железа. Он отличался от остальных и даже двигался вальяжно, будто насмехаясь над всеми потугами защитников Гаруда остановить вторжение.

— Танадор. Значит, слухи не врали, ты переметнулся на вражескую сторону! — крикнул он генералу, и тот мгновенно напрягся. Юл, наблюдающая за схваткой чуть в стороне, заметила, что его стойка изменилась.

— Кайрас… Что понадобилось самому ученику Лорда Знаний в таком месте?

Мужчина в ответ поднял руку и покачал пальцем.

— Не просто ученику, а первому ученику. В конце концов, у Лорда учеников слишком много, а вот такой как я — один, — рассмеялся он и даже отвесил поклон.

Следом за ним Юл заметила ещё несколько фигур, источающих огромную силу: высокий мужчина, облаченный в черный плащ и вооруженный длинным устрашающим копьем, и жуткий монстр с лицом-черепом, облаченный в совершенно обычную одежду путника и широкую соломенную шляпу, какие обычно используют крестьяне, работающие на рисовых полях, а также стройная высокая женщина, несущая в одной руке тяжелый лук высотой с неё саму.

При виде их Танадор шумно выдохнул.

— Смотрю, Альянс решил подойти к Гаруду основательно.

— Да, у нас больше нет времени играть в поддавки. Этот дурак Гор Вей и так слишком долго с вами возился. Предлагаю тебе сделку в память о старой «дружбе»: отведите нас к проходу в фантомные витки, и мы позволим вам ускользнуть. Мы так или иначе доберемся до темницы, вопрос лишь, чего это будет стоить ВАМ.

— Ну попробуй, — бросил ему Танадор.

— Знал, что ты это скажешь, старик, — хищно осклабился мужчина и тут же рванул вперед.

Танадор выставил перед собой клинки, блокируя удар, но от столкновения по полю боя прокатился такой звон, что Юл не выдержала и заткнула уши руками, а самого Танадора толкнуло назад. Пусть он и казался несокрушимым, словно скала, но даже так удар был чудовищен. Его исполинская фигура пролетела метров тридцать, оставляя на камне и земле глубокие борозды. Но гигант в долгу не остался, рванул вперед и с двух рук обрушил на голову Кайросу одну из своих разрушительных техник стихии молнии. Земля взорвалась ослепительным светом. Взрывной импульс прокатился по полю боя, вынуждая воинов Альянса бросаться в рассыпную.

Когда пыль рассеялась, Кайрас стоял посреди выжженного кратера. На его броне тлели следы ожогов, но он улыбался, а его металлическая рука слегка дымилась.

— Неплохо, меньшего было глупо ожидать от знаменитого Небесного Громового Тигра. Но к сожалению, твое время уже подошло к концу, старик!

После этого остальная троица тоже вступила в схватку, и тогда во внутреннем Гаруде начался настоящий хаос. Крики, вопли, кровь повсюду. Злой дух, которого Юл едва сдерживала, наконец-то получил свободу и с голодным остервенением рванул прямо в гущу боя. Говорящая с мертвыми больше и не пыталась его удерживать.

Дух врезался в строй солдат Альянса, сбросив человеческую шкуру, и устроил там настоящую резню, разрывая костяными шипами и когтями вражеских бойцов. С каждой секундой город всё больше превращался в поле брани, где невозможно было различить, кто из воинов ещё жив, а кто уже мертв.

Но к сожалению, даже этого было слишком мало, чтобы одолеть противников. Несмотря на то, что Альянс тоже нес потери, среди них были поистине невероятные воины, и пока Танадор устроил сражение с Кайросом, остальная троица сеяла смерть среди солдат. Когда злой дух почти разобрался со своей группой солдат, внезапный выстрел чудовищной силы сбил его с ног. Ему оторвало руку в плече и часть корпуса, но этого было мало, чтобы убить порождение мира мертвых. Оно использовало мертвые тела поблизости, чтобы восстановиться. Вернее, попыталось это сделать, но новый выстрел снес тому голову, опрокинув изломанное тело на землю.

Следующая стрела была выпущена точно в Юл, словно противник четко знал, кто именно подпитывает этого монстра. Если бы не Айвилк, который ухватил девушку за ханьфу и уронил на землю, та бы, скорее всего, оказалась пронзенной насквозь.

— Извините, госпожа, но думаю, нам нужно убираться отсюда, — буркнул ей обеспокоенный лис.

Юл хотела возразить, сказать, что она не собирается трусливо убегать, но поняла, что вряд ли может сделать хоть что-нибудь против столь сильных противников. Да, она тренировалась и уделяла время тренировочным битвам, но если говорить откровенно, то не так уж в этом она преуспела. Она даже до уровня Гара Мокина не дотягивает, а про Танадора или Нейта и говорить бессмысленно. То, что она не смогла отреагировать на выпущенную в неё стрелу, лишь доказывало это.

Может, ей и впрямь лучше просто спрятаться? Уйти в Бескрайний лес или ещё куда. В конце концов, Альянсу нужны вовсе не они с Нейтом, а проход к Темнице Вечной Тьмы. Но её останавливало то, что прямо сейчас её друзья и знакомые сражались и гибли с врагом, в том числе и ради неё.

Нет, она не могла просто взять и позволить Альянсу Тени хозяйничать в Гаруде, пока Нейт не вернулся. Но что же тогда ей делать?

Мысли метались одна за другой, а тем временем очередная стрела просвистела в опасной близости от её головы и в щепки разметала одну из стен Павильона Молота неподалеку.

— Госпожа, всё, мы уходим. Попробуем… — начал было говорить лис, но Юл его остановила.

— Нет, я… Я попробую кое-что сделать.

— Что именно?

Юл и сама была не уверена, что что-нибудь из этого выйдет. Истории о Риосс Танэль говорили, что та была ничуть не слабее Костяного Палача, а значит, и у самой Юл есть подобная сила. Жаль, что она понятия не имела, как правильно её использовать. Одно дело — вытащить уходящую на ту сторону душу, связанную с телом, а совершенно другое — обернуть это в оружие.

— Прикрой меня, — попросила она.

— Что?.. — опешил Айвилк, но в тот момент ему стало не до вопросов, потому что откуда-то слева выскочил воин в черном, устремившийся к ним. Он проигрывал убийце, который столько лет провел на службе Рамуила, в силе и мастерстве, так что лис без труда отсек тому руки и прикончил третьим ударом. Тот даже вскрикнуть не успел, хотя, кажется, это вообще было не характерно для воинов Альянса. Видимо, в их головах тоже находились личинки надару.

Юл прикрыла глаза, сев в позу медитации, и попыталась дотянуться до мира мертвых. Как обычно в такие моменты земля под ней словно стала прозрачным стеклом, под которым бурлило совершенно другое место. Учитывая огромное количество смертей, это напрямую отражалось в мире снизу. Она видела сотни и сотни истерзанных душ, поглощаемых тем местом.

— Восстаньте, — тихо произнесла она, и узел Истинного начала, который она так редко использовала, вспыхнул внутри неё. Юл пыталась вернуть к жизни друзей, отделяя их от врагов, но и воинов Альянса Тени без внимания она не оставила, направляя туда злых духов, которые только и жаждали вернуть себе плоть.

Лучница выстрелила снова, почти лишив их укрытия. Её стрелы обладали огромной разрушительной силой, и можно было с уверенностью сказать, это была далеко не сильнейшая её техника. Она сдерживалась, скорее всего, берегла силы перед спуском в Темницу, ведь там, скорее всего, есть свои стражи.

Когда лучница уже потянулась за новой стрелой, мертвец у её ног внезапно ожил, захрипел, а затем вонзил свои зубы в её щиколотку. Несмотря на высокое возвышение, она совершенно не ожидала такого и не успела отреагировать. Правда, больше ничего мертвец сделать не смог. Уже миг спустя она, морщась от боли, ударила его другой ногой с помощью техники, превращая тело в кровавое месиво.

— Да защитит меня Дух Спирали, — пробормотал Айлвик, видя, как возвращаются к жизни мертвецы. Но не все походили на оживший кошмар, некоторые из воинов дома Крейн выглядели совершенно обычно, удивленно оглядывались, подхватывали оружие и продолжали сражения против врагов.

— Мы ещё не проиграли, — пробормотала Юл и внезапно согнулась от боли. Из носа потекла темная кровь, а тело скрутило судорогой.

— Госпожа! — перепугался Айвилк, но Юл не могла ему ответить. Прежде для такой работы с миром мертвых она использовала какой-нибудь артефакт-усилитель, и впервые она творила что-то подобное напрямую, отчего её тело просто не выдерживало.

— Всё хорошо… — наконец прошептала она лису, и судя по выражению морды, Айвилк ей не очень-то поверил. — Мы не сдаемся…

Демоническое Копье Вечной Тьмы пробивался вперед, к главному дому, пока позади громыхала битва между Танадором и Кайросом Балом. Вмешиваться в их противостояние было бессмысленно, ведь они тут совсем не затем, чтобы разобраться с ним, а чтобы пробиться в темницу, где находится пленённый Лорд Меча.

У входа в саму пагоду ему на пути попалось несколько десятков воинов, достаточно сильных, чтобы его замедлить, но слишком слабых, чтобы остановить. Пусть потратив чуть больше времени чем планировал, но всё-таки без особого труда Демоническое Копье преодолел их строй и прорвался внутрь пагоды. Хотя перед этим он заметил нечто странное: мертвецы возвращались к жизни. Это было очень похоже на проявление силы Говорящей с мертвыми, но эта женщина была ему безразлична. Гор Вей вообще советовал избегать её по возможности, так что пусть мертвецами занимаются остальные.

Оказавшись в главном зале пагоды, он никого не увидел, ни слуг, ни воинов. Последние были снаружи, отражали атаку воинов Альянса Тени. Задерживаться тут не стал, вместо этого поспешил вниз, ведь проход в фантомные витки должен быть где-то под Гарудом. Демонический странник следовал за ним, прикрывая спину, также их сопровождало ещё несколько низкоранговых бойцов Альянса

Спустившись в подвальные помещения, они отправили подчиненных разведывать территорию. Те разбежались по удивительно обширному подземелью под крепостью. Лон Хэ Фай пусть и не был таким уж знатоком каменного дела, но мог сказать с уверенностью, что эти подземелья были совершенно новыми и вырыты не так давно. К тому же бросалось в глаза, что камень тут укрепляли с помощью артефакторики.

Не прошло и половины минуты, как его союзники что-то нашли, а само подземелье очень сильно тряхнуло. Воин привел Демоническое Копье и Демонического Странника к крупной металлической двери, от которой исходил едва ощутимый гул духовной энергии. Та была одним большим и очень прочным артефактом.

— Отойдите, — сказал он своим спутникам, отвел руку чуть назад, и тьма забурлила вокруг его копья. Резкий выпад, и подземелье утонуло в звоне, от которого Демонический странник поковырял то место, что можно было назвать ухом. — Тц…

Ничего, несмотря на то, что Лон Хэ Фай вложил достаточно силы, чтобы пронзить металл, этого все-таки оказалось мало. На серебристой поверхности двери остался лишь небольшой скол.

— Полагаю, раз Крейн так озаботился сохранностью этого места, там то, что мы ищем, — предположил Странник.

— Я попробую ещё раз, — нахмурился Демоническое Копье и подготовился к ещё одному удару, вложив в свое оружие гораздо больше энергии.

— Погоди, — остановил его Странник. — Ты так обрушишь на нас крепость. Я сам попробую.

Лон Хэ Фай мгновение колебался, но в итоге отменил заготовленную технику и отступил в сторону, позволяя Страннику попытаться самому. Тот наклонился чуть вперед, одной рукой удерживал ножны у себя на поясе, а другую занес над рукояткой меча, явно собираясь использовать технику, связанную с быстрым обнажением клинка.

И это действительно была она. Несмотря на свои силы, Лон Хэ Фай так и не смог заметить полное движение, лишь то, как Странник выпрямился и убрал оружие обратно в ножны. Дверь мгновение стояла как и прежде, но затем через неё стала протягиваться едва заметная линия разреза. Чтобы отворить проход, было достаточно лишь немного толкнуть.

Не став задерживаться, они двинули дальше по длинному коридору, уходящему куда-то вниз. И там, внизу, они столкнулись с тем, чего совершенно не ожидали увидеть в Гаруде: с группой марионеток, причем одна из них выглядела совсем странно. Крупнее обычного человека, несколько пар рук. Именно она вышла вперед и осмотрела пришедших сюда гостей.

— Это закрытая зона, у вас нет разрешения находиться тут, — сообщила им странная марионетка.

На что Лон Хэ Фай лишь фыркнул и бросил:

— Прочь с дороги!

Он атаковал, отправляя черное призрачное копье, которое должно было проткнуть марионетку насквозь, но та ухитрилась увернуться. Она прыгнула и оказалась на потолке, цепляясь за камень, словно паук, всеми конечностями.

— Статус изменен. Враги. Вражеское нападение. Запущен протокол ликвидации.

И тотчас её лицо раскрылось как у созданий Лорда Знаний и исторгло луч, который едва не разрезал Демоническое Копье пополам. Луч прошел в считанных сантиметрах, оставив на древке темный след.

— Ах ты… — зло осклабился Лон Хэ Фай, рванув вперед.

Воины Альянса тоже присоединились к сражению. И кто бы мог подумать, что сопротивление каких-то марионеток окажется столь серьезным. Они дрались с неистовством диких зверей и были заметно крепче тех, с которыми Демоническое Копье встречался раньше. И особенно больших проблем доставила их главная марионетка.

Демоническое Копье всё-таки смог ударить по ней техникой, но та сумела выдержать удар и даже вспорола Лон Хэ Фаю запястье внезапно выскочившей циркулярной пилой. Он бы мог в миг прикончить её какой-нибудь из действительно сильных техник, но опасался, что переборщит, и потолок рухнет им на головы. Быть погребенными под тысячами тонн камня — последнее, что им сейчас нужно.

Марионетка была быстрой, крепкой, а ещё могла атаковать так, как не могли простые люди: удлиняла конечности, выбирала неожиданные углы атаки. Несмотря на весь опыт, Лон Хэ Фаю было сложно драться с таким противником. Наконец он смог приложить её достаточно сильно, чтобы та влетела в стену, и тут же поморщился от посыпавшегося сверху камня, но потолок устоял. Сама марионетка оказалась сильно покорежена, искрила, одна рука вообще висела на единственном проводе, но тем не менее, она все ещё пыталась подняться.

— Долго возишься, — бросил ему Странник, который просто стоял, прислонившись к стенке, и откровенно скучал.

— Мог бы помочь.

— Я не дерусь с куклами, — махнул он рукой и направился в сторону прохода дальше.

Воины Альянса как раз добивали последнюю из уцелевших. Когда Странник проходил мимо странной марионетки, та потянула к нему свою изувеченную руку, но так и не смогла достать до человека, несмотря на все попытки. Лон Хэ Фай же сделал короткий выпад и пробил той шею, видимо, сумев попасть в уязвимое место. Внутри марионетки снова что-то заискрило, раздался неприятный скрипучий звук, и она наконец затихла, а воин высвободил копье.

Коридор продолжился, но дальше никаких враждебных марионеток они не встретили, зато увидели механизированный подъемник, ведущий куда-то вниз.

— Как мило с их стороны проложить нам путь, — эта новость порадовала Демоническое Копье.

Они предусматривали, что спускаться придется, и возможно, очень глубоко, но лишь когда начали спуск, пришло понимание, НАСКОЛЬКО глубоко. За то время, что подъемник опускал их, казалось, что ещё немного, и они окажутся прямо у врат мира демонов или даже ниже. Даже Демонический Странник, который обычно не демонстрировал каких-либо эмоций кроме скуки, внезапно занервничал.

— Что-то не так?

— Я перестал чувствовать Лес, — после некоторой паузы сообщил он. — Мы не сможем уйти, если что-то случится, придется использовать подъемник.

Новость для Демонического копья была неприятной, но ожидаемой. Если бы сюда можно было попасть через Лес, то вся эта возня с Крейном и Гарудом не имела бы никакого смысла, и они давно бы освободили Лорда Меча.

— Ты ведь знал его? — внезапно спросил Лон Хэ Фай. — Мы с Гор Веем были детьми, когда его заточили, но ты — другое дело. Ты участвовал в войне Небес и мрака.

Странник был тем ещё собеседником, но кажется, даже его давление этого места заставило заговорить и отвлечься от неприятных ощущений фантомного витка.

— Немного. Прекрасно помню день, когда он прикончил Мингара и сменил свой титул, — тот криво усмехнулся, и учитывая уродство его лица, в этом не было ничего удивительного. — Одним махом прикончил одного из сильнейших воинов Небесной столицы и заодно правую руку Небесного царя. И это произошло так быстро… Все-таки Лорды, а особенно Лорды-драконы, это что-то за гранью. Нам и за тысячу лет не приблизиться к той силе. Но тебя, скорее всего, интересует другой вопрос: что от него ожидать, когда он обретет свободу?

— Именно.

— Понятия не имею. Лорд Меча стар как сам мир, участвовал в стольких войнах, что нам и не снилось. Говорят, что когда-то давно, в древние времена, когда драконов было много и они ходили среди людей, Лорд Меча желал уничтожить нас, людей, считал нас ошибкой мироздания, и знаешь что? Даже когда он служил Небесному царю, то всё ещё считал так же, скорее всего, поэтому в конце концов его и предал.

— Не понимаю, зачем в таком случае вообще было служить?

— Затем, что Небесного царя поддерживал Рю Джай Тан. В конце концов, тот был его родным сыном. А у Рю Джай Тана и Лорда Меча были свои странные отношения. Они были соперниками, врагами и друзьями одновременно. Возможно, долгое время Лорд Меча пытался принять позицию своего брата-дракона, увидеть в людях то же, что видел Рю Джай Тан, но ничего из этого не вышло. Скорее он, получил подтверждение всех своих мыслей, увидев всю грязь и порочность, что бурлят у небесного трона.

Лон Хэ Фай хмыкнул, потерев подбородок. Он немного слышал о том, что происходило там, но именно что немного. Они с Гор Веем присоединились к Легиону Павших, уже когда Война Небес и Мрака шла полным ходом. Тогда они были детьми, талантливыми учениками одного из величайших воинов того времени, Грима Бесстрашного, чьим близким другом был Демонический Кровавый Ветер.

— И последней каплей для Лорда Меча стала смерть Рю Джай Тана.

— Убил собственного друга.

— Нет, — покачал головой Странник. — Лорд Меча не убивал Рю Джай Тана, хотя об этом очень любят говорить Лорды. Его убили именно они.

— В смысле, его убили Лорды?

— Да, Лорд Закона, Лорд Справедливости и другие, что пали в той войне.

— Но зачем?

— Затем, что им нужна была война, — уродливое лицо растянулось в жуткой гримасе. — Ты плохо помнишь те времена, но Небесный царь был ужасен. Нынешний мир, при всей грязи, что творится в нем, лучше, чем был тогда, хоть в легендах и сказках кажется, что все с точностью до наоборот. Но Лордам тогда было совершенно плевать на это. Хуже другое: он стал всех ограничивать. Раньше он был сильнее всех, человек, равный драконам, но Лорды Справедливости, Закона и Мечты приближались к его силе, он это чувствовал, и это его пугало. Лишь могущество Небесного Трона перевешивало чашу силы в его пользу. Рю Джай Тан пусть и не одобрял всех действий сына, но никогда бы не пошел против своей плоти и крови, а Лорд Меча не стал бы объявлять войну Небесному Царю, если предстоит сражаться с Рю Джай Таном. Понятия не имею, что именно сделали Лорды, но они смогли убить Рю Джай Тана, при этом, как говорят, даже без боя. Он просто позволил убить себя, а Лорду Меча сказали, что действовали по приказу Небесного Царя.

— И никто не раскусил обман?

— Даже если раскусили, всем было плевать в тот момент. Узнав, что Рю Джай Тан мертв и, что хуже, вину за его смерть свалили на самого Хэй Луна, Лорд Меча впал в ярость и первым делом прикончил Мингара, старшего сына царя, а заодно и мать Мингара, прислугу, их друзей и близких. Вырезал целый дом, который был царю ближе всех.

— Про это я слышал. Говорят, была бойня.

— Сам я не видел, но да, была. Как и всё то, что было после. Но веду я к другому. Лорд Меча после того, как потерял единственного друга, оставшись последним живым драконом, не поменял старых взглядов. Мы для него мусор, который нужно убрать, и не нужно считать, что та война, которую он вел, что-то поменяла. Он использовал нас всех как инструменты, чтобы сокрушить своего главного врага, а затем обернул бы меч против людей, которых он так презирает.

— И тем не менее, мы идем его освобождать.

— Это ошибка. Его нужно было прикончить так же, как сделали с Рю Джай Таном. Его нельзя освобождать, и уж тем более считать, он станет подчиняться.

— Но мы это и делаем.

— Делаем. И это ошибка.

— Если ты считаешь, что это ошибка, то почему помогаешь?

— Потому что этого желает мой брат. Если он уверен, что Лорд Меча нужен Альянсу, пусть так, но… это ошибка. Ошибка, которая будет стоить многим жизни. Просто хочу сказать тебе, Лон Хэ Фай, что когда Лорд Меча обретет свободу, держись от него подальше и не становись на пути. Для него ты муравей, которого он раздавит не задумываясь.

Продвижение к Темнице Вечной Тьмы шло не так хорошо, как хотелось бы воинам Альянса. Оказавшись внизу, в кромешном мраке, они столкнулись со странными существами, которых не брало обычное оружие, только стихийные техники. И ладно бы если бы этих тварей было несколько, но нет, чем дольше воины находились в подземелье, тем больше становилось этих странных существ. Они остервенело нападали, но быстро погибали, только вот меньше от этого призрачных монстров не становилось.

Это сильно замедлило наступление, и даже сами воины не могли точно сказать, сколько времени провели в этом месте, но одно точно: они шли правильно. Так что когда твари внезапно пропали, а перед ними показались величественные очертания крепости, сделанной из полированного черного камня, они выдохнули с облегчением.

Правда, теперь они столкнулись с другой проблемой: нужно было понять, где тут вход. Крепость выглядела просто как огромная стена, уходящая куда-то вверх, и разве что некоторая неестественность камня, который порой выглядел слишком резным, намекала на искусственность. Но примечательность стен была ещё и в том, что, на первый взгляд, не было видно ни единого стыка, словно каменные блоки в какой-то момент просто срослись. Ещё одна утраченная технология, которую нынче нельзя воссоздать.

— Говорят, её строили Пусторожденные, — припомнил Лон Хэ Фай, касаясь гладкого камня рукой. — Их последняя крепость, убежище, которое должно было сохранить их расу.

— Как по мне, лучшего места для тюрьмы не найти, — ответил ему Странник, идущий впереди. — Тут много запрещающих древних артефактов.

Ни телепортироваться, ни уйти через Бескрайний или Глубинный лес, даже часть техник и сторонних артефактов тут попросту не работала. Так они лишились связи с другими воинами на поверхности, артефактные амулеты связи превратились в бесполезные побрякушки.

Лон Хэ Фай, Демоническое Копье, шел первым, удерживая небольшой круглый черный диск, очень напоминающий материалом стены рядом по левую руку. Это был и компас, и ключ что должен открыть им дорогу непосредственно в темницу. Без него они могли даже не пытаться освободить Лорда Меча, ведь ни одна из техник, которые они могли бы использовать, просто напросто не сработала бы на этом камне, что превосходил по прочности даже духовный. Вершина зодчества Пусторожденных.

— Тут, — остановился Лон Хэ Фай, ощутив вибрацию в ключе. Он поднес его к монолитной стене, а уже через миг та просто сдвинулась в сторону, отворяя проход в недра темницы. Темный коридор тянулся куда-то очень глубоко, и Демоническое Копье первым пошел по этому пути, спускаясь вниз.

Это место было намного больше, чем мог себе вообразить Лон Хэ Фай. Действительно крепость или подземный город, рассчитанный на сотни тысяч, а может быть даже миллионы, Пусторожденных. В любом случае, бывших врагов человечества уже давно нет в живых, а их наследие продолжает использоваться людьми в своих нуждах.

Воины шли по просторным коридорам, потолки которых поднимались на десятки метров, а пол был гладок и холоден, словно стекло. Иногда из глубины проходов доносился глухой гул, заставляющий простых воинов оглядываться в поисках опасности, но Демоническое Копье не обращал на подобные странности внимания. В конце концов, из того, что он слышал, у этого места нет охраны. Все пленники были погружены в беспробудный сон с помощью янтаря, а проходы были закрыты особыми ключами, которых осталось всего два, и оба они были у старших Лордов. Каким образом Лорд Знаний получил один из них — большой вопрос, но это Хэ Фая и не касалось.

Коридоры постепенно расширялись, пока не превратились в огромный зал, чьё пространство невозможно было охватить взглядом. И вот там, в сердце подземелья, перед ними раскинулась настоящая Темница Вечной Ночи. И пусть это место называлось «темницей», на деле оно больше походило на величественный некрополь. Перед ними предстали тысячи янтарных глыб, они тянулись во все стороны, уходя вниз и вверх, образуя целые ярусы. И в каждом из этих блоков находился кто-то. Несчастный, обреченный вечно томиться в этом безжизненном месте. Лон Хэ Фай как-то слышал, что не все погружаются в сон, оказываясь в янтаре, некоторые сохраняют ясность сознания и продолжают осознавать, где находятся, но не способны пошевелиться, закрыть глаза или сделать вдох, а особая сила состава позволяет сохранять жизнь тысячи и тысячи лет.

Они подошли к одной из глыб янтаря, и один из воинов протянул руку и коснулся его. Там была неизвестная им женщина, на лице которой застыл вечный ужас. Не все были такими, мужчина по соседству, напротив, выглядел умиротворенным.

Янтарь, как и темницу, придумали Пусторожденные, это Лон Хэ Фай знал точно. Ещё одно наследие, что продолжает существовать по сей день. Правда, никто точно не мог сказать, для чего именно он был создан. Может, для того, чтобы заковать подобным образом противников, которых не могли одолеть, и оттого решили создать для них идеальную темницу. Другое мнение гласило, что это было их последним шансом уцелеть. Что до сих пор по миру разбросаны тайные гробницы, в которых покоятся Пусторожденные, ожидающие, когда кто-нибудь их разбудит. Что когда Война Драконьей крови канет в прошлое, когда о них забудут, тогда-то Пусторожденные и вернутся, чтобы наказать зарвавшихся людей.

От этой мысли Лон Хэ Фай усмехнулся, хотя что-то в этом было.

— И где же тут Лорд? — спросил Странник, смотря по сторонам. — Слишком много темниц, а время поджимает.

— Где-то тут, пока выискивай других старых знакомых, — усмехнулся Демоническое Копье. — Тут хватает тех, кто сражался во времена войны Небес и Мрака.

— Возрождение Легиона Павших… — слегка мечтательно произнес Странник, что было нетипично для него. — Славные были времена.

Лишь Лон Хэ Фай и его спутник знали Лорда Меча в лицо, а следовательно, от других тут было мало толку, но они всё равно участвовали в поисках, опираясь на словесное описание. По пути же старшие Альянса Тени встречали старых знакомых, на часть из которых ставили метки. Эти люди пригодятся Альянсу.

Поиски Лорда Меча затянулись, но в конце концов тот был найден на одном из нижних уровней. Лорды Справедливости и Закона по какой-то только им ведомой причине отделили его от остальных заключенных и поместили в отдельный блок. Даже янтарь там был в несколько раз толще, чем у любого другого, фактически образуя массивный куб двадцать на двадцать шагов.

— А они не мелочились, — скривился Лон Хэ Фай, хотя, учитывая силу Лорда Меча, в этом не было ничего удивительного.

Изначально они планировали поместить янтарные гробы в специальное пространственное хранилище, но темница цели была слишком большой для такого. А это значит, что им придется освобождать его прямо тут, хотя изначальные планы были совершенно другие. Лон Хэ Фай и до разговора со Странником не желал заниматься освобождением этого чудовища, предоставив это великой тройке лидеров Альянса и Лорду Знаний, но раз иного выбора у них нет…

— Мы не сможем его вытащить, придется плавить янтарь прямо тут.

Демонический Странник пожевал желваками и отступил. Его поза тут же стала напряженной, а рука легла на рукоять меча. Демоническое Копье же достал другой артефакт и установил его на поверхности янтарного блока. Вспышка, и тот начал неторопливо плавиться, уменьшаясь в размерах.

Чтобы расплавить такой массив янтаря, пришлось потратить время, и когда это случилось, мужчина, что был заключен внутри, рухнул на каменный пол, в огромную лужу, оставшуюся от янтарного блока. Первые несколько мгновений он лежал неподвижно, но затем начал неторопливо подниматься.

— Проклятые люди… — бормотал он, вставая на ноги. — Ну и мерзость…

Он смахнул с рук густую желтую массу, после чего принялся убирать её с лица, и лишь после этого обратил внимание на присутствующих людей. Лорд Меча нисколько не изменился с того момента, когда Лон Хэ Фай видел его последний раз. Всё такой же высокий, статный, с грубым носом и подбородком, лишенный айрванского изящества. Скорее, он был больше похож на сурового гарвана, и даже волосы были коричневыми с легким светлым оттенком, а не черными. А вот от взгляда даже Демоническому копью было не по себе. Взгляд вертикальных зрачков буквально пронизывал его, выворачивая на изнанку.

— Вы ещё кто? — наконец спросил он.

— Мы те, кто освободил вас от плена, о Лорд Смерти, — Хэ Фай решил использовать титул, под которым человек перед ними возглавлял Легион Павших.

Тот на эти слова дернул щекой, и кажется, его кожа частично на миг покрылась чешуей. У него и так хватало нечеловеческих черт, например, присутствовали небольшие рога, и выглядели они совершенно не так, как у демонов.

— Вы часть Легиона? Он уцелел? Сколько я провел в заточении?

— Слишком долго, господин, почти тысячу лет.

— Всего? — рассмеялся он, после чего прижал большой палец к ноздре и выдул то, что было в носу, затем повторил, но со второй. — Я думал, гораздо дольше.

Он огляделся, поиграл желваками и бросил им:

— Хорошо, слуги, показывайте, где тут выход. Давненько я не видел солнечного света…

Пробудился я рывком, дернулся и тут же скривился от боли во всем теле. И лишь спустя мгновение понял, что больше не нахожусь на арене и передо мной больше нет Мингара или того пугающего старика, которого Рю называл Арроем Шэнем. Кажется, в данный момент я находился в каком-то небольшом деревянном домике, в каком обычно живут крестьяне, с очень скудной обстановкой. Даже кровати не было, спал я на простеньком матраце, который сделали из растительности.

— Не волнуйся, юный Крейн, всё хорошо, — сказала мне Лорд Удачи, сидящая неподалеку за столом, потягивая из пиалы какой-то ароматный травяной чай. И я действительно немного успокоился при виде её.

Лорд Удачи тоже выглядела не очень: бледная, с мешками под глазами, она казалась гораздо старше, чем я привык её видеть. Да что уж говорить, наверное, я и сам в данный момент выглядел не лучше, как и чувствовал себя.

— Лорд… можно мне воды? — хрипло попросил я, на что она кивнула и довольно грациозно поднялась из-за низкого столика. Правда, дала она мне не воды, а какого-то прохладного и освежающего отвара, который я очень быстро выпил.

Легче от этого не стало, скорее, навалилась новая тяжесть. Хотелось лечь и снова уснуть, но у меня не было времени просто отлеживаться.

— Сколько я провалялся без сознания?

— Больше суток, — ответила женщина.

— Мне нужно в Гаруд. Там что-то случилось… — я попытался встать, но ноги не слушались. Тело почему-то казалось таким слабым, гораздо слабее, чем обычно я бываю при серьезных ранениях.

— Тебе нужно отдыхать, Натаниэль.

— Не сейчас… — ответил ей, а сам прислушался к внутренним ощущениям. Прошли сутки, но с Юл все в порядке, я это чувствовал, а значит, все, возможно, не так страшно. И тем не менее, я должен вернуться в Гаруд, а также выяснить, что с Мару, Мией и остальными, учитывая то, что творилось в Радрифе.

— Если ты о Радрифе, то не стоит так волноваться. Скорее всего, твои близкие сейчас с Мейли, а с ней точно всё в порядке. Я приглядываю за своими ученицами, и раз я знаю, что она жива, то, скорее всего, остальные тоже. В конце концов, все они были во дворце Роддей. Вряд ли Мейли бросила бы Мару и твою сестру с учеником.

Я кивнул, тоже будучи в этом уверенным. Но вопрос с Гарудом это не решало.

— И все же я бы хотел уйти, — ушел бы и так, но по какой-то причине браслет на руке не реагировал, не находя метки для перемещения. Лорд уже собиралась мне что-то сказать, но её прервало появление мужчины, зашедшего в дом. Тот самый старик, седой, с ног до головы покрытый шрамами.

Он лишь мельком бросил на меня взгляд.

— Очнулся? Хорошо.

Затем перевел взгляд на Лорда, и его лицо, казавшееся таким непроницаемым и грубым, смягчилось. Она тоже смотрела на него с теплотой и почти улыбкой.

— Вы, я так понимаю, знакомы, — сказал я, но старик не ответил, вместо этого прошел в соседнюю комнату и стал там что-то искать. Лорд же повернулась ко мне, постаравшись скрыть то необычное выражение лица, что я видел только что.

— Да, он… — она засомневалась, но в итоге ответила, — мой отец.

— Что?.. — это известие оказалось настолько неожиданным, что я и не знал, как на это ответить.

— Так долго я думала, что он мертв, а оказалось, все это время он прятался от мира, — Лорд невесело усмехнулась, а старик тем временем вернулся и бросил мне какие-то пилюли, сделанные очень грубо по меркам хороших алхимиков. Тут была просто какая-то кашица, завернутая в лист.

— Ешь, — сухо бросил он мне. — Тебе нужно встать на ноги. Мир мертвых и Копье Пустыни откусили от тебя здоровенный кусок, который теперь нужно будет долго восстанавливать.

Я нахмурился, не понимая, о чем он, а когда заглянул в меридианы, то выругался. А ведь старик прав, мои меридианы оказались очень сильно повреждены. Если бы не третья закалка, то, скорее всего, они бы вообще выгорели вместе с сосредоточием. Тогда неудивительно, что я так плохо себя чувствую. Духовная энергия лечит тело воина, а если сами меридианы повреждены, то и циркуляция энергии для восстановления работает неправильно.

Не знаю, что за пилюли он мне дал, но закинул их в рот. Хотели бы убить, сделали бы это, пока я был без сознания. Правда, сверху я достал из пространственного хранилища ещё склянку зелья Старшего Укрепления Духа. Давненько я их не пил, кажется, с момента, как начал изучать Громовой Меч Короля Драконов.

— Спасибо, — поблагодарил их и попробовал встать, — но я пойду…

Старик скрестил руки на груди, хмуро поглядывая на меня.

— И куда ты собрался?

— Моим друзьям в Гаруде нужна помощь, я должен вернуться.

— Нет, — сухо и безэмоционально сообщил мне он. Лорд при этом вздохнула и покачала головой, но вмешиваться не стала.

— Я вам благодарен за спасение, но это не вам решать.

— Мне, — все тем же тоном ответил старик. — И я говорю тебе, мальчишка, что ты останешься тут, в моем доме, ровно до момента, пока я не решу, что ты готов.

— Готов к чему?

— Готов защитить свою Говорящую с мертвыми. Ты Костяной палач, но я совершенно не чувствую в тебе силы. Видел я твои бои на арене, хорошие техники Рю Джай Тана, он любил эти трюки с молниями, хоть его родной стихией была вода. Но я не видел там палача, даже думал, что ошибся и зря поверил тому человеку.

В голове сразу зародился вопрос, о ком он, но Аррой Шэнь продолжил.

— И все же ты здесь, сидишь передо мной.

— Да ещё и с Копьем Пустыни вместо сердца, — добавила Лорд. — Очень любопытно, как это получилось, обычно оно после смерти владельца переносится в гробницу.

— Это все ерунда, — дернул щекой старик. — Ты слаб и никчемен. Интересно, как ты собираешься защитить Говорящую с мертвыми с такими никчемными силами?

Я ему не ответил, понимая, что это не более чем провокация. Ещё бы понять, для чего она нужна.

— Как уже сказал, я благодарен вам за спасение, — выждав немного, вновь сказал им, — но мне действительно нужно идти.

— Ты уйдешь, только если одолеешь меня, — осклабился Аррой Шэнь, скрестив руки на груди. — Или пока я не решу, что ты готов, а пока отдыхай, набирайся сил. Видит Дух Спирали, они тебе понадобятся.

Юл дернулась и подскочила на кровати, но голова тут же пошла кругом, и девушка чуть было не свалилась на пол.

— Госпожа, вам лучше отдыхать, — тут же рядом оказался обеспокоенный Айвилк, который помог ей сесть и подал отвар из воздушного корня, смешанного с подземицей. Поскольку Юл осваивала алхимическое мастерство, она без труда смогла опознать травы, хотя в аромате она приметила что-то ещё, но никак не могла, понять что именно. Даже пригубив отвар, она так и не смогла распознать загадочный ингредиент, разве что поняла, что этот самый отвар должен облегчить восстановление меридиан.

— Где я? — наконец смогла произнести Юл, оглядываясь по сторонам. Это точно был не Гаруд.

— Мы в Кванхуде. Это шестой виток, лечебница дедушки Шу.

Юл хотела спросить, как они тут оказались, но затем воспоминания стали неторопливо возвращаться. Альянс Тени напал на Гаруд, и они использовали все силы, чтобы защитить город. А дальше… Юл тяжело было вспомнить, все смешалось, но она могла сказать точно, что они проигрывали. Что Танадор вместе с другими защитниками дал бой превосходящим силам врага, а затем… погиб, как и многие другие.

Тогда-то Говорящая с мертвыми использовала все свои силы, чтобы воскресить павших, а врагов поднять в облике возрожденных, живых мертвецов. И это был поистине невероятный бой. Пусть она и помнила его обрывками.

Понемногу она вспоминала, как раз за разом умирающие воины восставали из мертвых, чтобы продолжить сражение. Как даже лидеры Альянса, считавшие, что победа у них в кармане, оказались растеряны и… испуганы. Танадор принимал на себя большую часть ударов, его тело пронзали стрелами и техниками, но он каждый раз вставал под влиянием силы Говорящей с мертвыми.

Духи мира мертвых тоже просачивались в Гаруд, нападая на живых, и все, что могла сделать с ними Юл — лишь направить, чтобы основной целью были именно враги. Айвилк, который прикрывал её, тоже оказался смертельно ранен. Лучница из Альянса выбрала Юл целью и чуть было не застрелила, но лис принял смертельный удар на себя. А затем Юл вернула и его.

Это был безумный бой, где очень быстро мертвых стало гораздо больше, чем живых, но в какой-то момент Юл перестала выдерживать. Она чуть было не спалила себя, зачерпнув слишком много силы. Последнее, что она помнила — мощный взрыв на окраине крепости, там, где находился один из перстов Длани. Кажется, мизинец был взорван у основания, а затем эта гигантская гора начала падать им на головы.

— Я увел вас через Бескрайний лес, госпожа.

— Ох… — Юл схватилась за голову, чувствуя, как стучит в висках.

Внутрь себя она опасалась заглядывать, понимая, что её меридианам очень сильно досталось. Энергию внутри себя она чувствовала, но её было мало… Скорее всего, часть меридиан была выжжена, но хотя бы сосредоточие осталось целым.

В этот момент в небольшую комнатушку вошел старый лекарь, хмыкнув при виде пробудившейся Юл Эй.

— Смотрю, госпожа пришла в себя. Как ваше самочувствие?

— Сложно сказать… Пить хочется.

Он кивнул и распорядился ученику, чтобы ей принесли ещё отвара, а сам занялся осмотром: проверил реакцию глаз, заглянул внутрь её тела духовным зрением и покачал головой.

— Серьезные ранения, госпожа. Вы выжгли почти треть своих меридиан, а то, что уцелело, сильно повреждено. Настоятельно советую соблюдать постельный режим и не использовать техник. Никаких. Сейчас любое напряжение на меридианах может привести к их выгоранию и повреждению внутренних органов.

— Хорошо, — кивнула Юл и, дождавшись, когда лекарь оставит её, спросила у Айвилка: — А где остальные?

— Понятия не имею, госпожа. Когда случился взрыв, вы упали без сил, и я понял, что нужно вас спасать. Я и спас, увел в Лес и привел сюда, а что с остальными мне, к сожалению, не известно. Пытался связаться по тому артефакту, что транслирует голос на очень дальние расстояния, но пока тишина.

— Надо вернуться, проверить, что там…

— Если этим кто и займется, то я, — настоял Айвилк, — а вам, госпожа, нужно отдыхать.

Я мчался сквозь Лес, пытаясь ориентироваться по артефакту, но тот словно с ума посходил, постоянно меняя направление. Ребра болели, кровь кипела внутри словно раскаленный металл, но я уже привык к ранам и травмам. Это не помешает мне выбраться.

Наконец впереди промелькнул просвет, я выскочил из леса и понял, что вернулся обратно к затерянному в Бескрайнем лесу дому Арроя Шэня.

— Тц…— только и оставалось мне цокнуть языком. Рю тоже повел всем телом, показывая досаду. Он при всем желании был бессилен мне помочь.

— Не вышло? — усмехнулась Лорд Удачи, сидящая на пеньке неподалеку от леса. Кажется, она меня специально дожидалась. Женщина выглядела уже гораздо лучше: кожа стала чуть здоровее, да и сама она держалась достаточно уверенно. Порой мне казалось, что я сейчас в гораздо худшем состоянии, чем она.

— Как видите, — я сел на землю неподалеку, пытаясь отдышаться. Отвык от того, что силы кончаются так быстро.

— Может, уже хватит? Сам же видишь, что не сможешь покинуть это место без его дозволения.

— Мне нужно вернуться домой, — настаивал я. — И я не могу просто прохлаждаться тут, выполняя прихоти этого старика.

— Как знаешь, — не стала спорить Лорд, поднялась, отряхнула ханьфу и направилась в сторону дома, а я ещё некоторое время просто сидел, думая о Юл. Я чувствовал её где-то там, далеко, и это вселяло надежду, что всё не так уж плохо.

Сам Аррой Шэнь тем временем занимался хозяйством: полол грядки, рубил дрова, занимался немногочисленными животными, обитающими тут. Неужели он и впрямь такой же Костяной палач, как и я? Но как это возможно? Моя единственная попытка выяснить это столкнулась с полным игнорированием вопроса, а Лорд, в свою очередь, подыгрывала ему и тоже сохраняла молчание.

— Тяф!

Я вздрогнул и резко обернулся, не веря своим глазам. Из леса прямо ко мне бежал Хель. Я его давно не видел, впрочем, это было нормально. Пес, стоило ему окрепнуть и стать сильнее, стал гораздо своевольнее и мог пропадать неизвестно где днями, а то и неделями, после чего возвращался как ни в чем не бывало. Я взял его в Радриф, но через некоторое время он в очередной раз исчез и появился только сейчас.

— Привет, малыш, — улыбнулся я, почесав его за ухом. Он вырос ещё сильнее, и теперь, сидя, я был с ним практически одной высоты. — Давно тебя не видел. Где бывал?

Неподалеку появился Аррой Шэнь. Он заметил нас с волком, мгновение постоял, хмыкнул себе под нос и отправился заниматься своими делами дальше.

— Может, хоть ты попробуешь меня вывести отсюда? — предложил я.

— Тяф!

— Будем считать, что это «да».

Поднявшись, я вместе с Хелем отправился обратно в лес, на ещё одну попытку выбраться, и судя по тому, что пес то и дело телепортировался рядом со мной, его силы по непонятной мне причине работали прекрасно, а вот от браслета не было никакого толку. То же самое можно сказать и о том способе, который я открыл для себя на арене, когда переместился, используя не артефакт, а технику пространства. По какой-то причине сейчас у меня не получалось нащупать мелодию окружения, чтобы открыть проход.

Хель скакал вокруг меня, и кажется, действительно старался вести за собой, но чем дольше мы шли, тем хаотичнее становились его скачки. А после очередного он и вовсе исчез. Я слышал лишь его лай где-то вдали, но попытки пойти на звук ни к чему не привели. Спустя больше часа плутаний я вновь оказался перед домиком старика.

— Еда почти готова, — бросила мне Лорд, высунувшись из окна. В её глазах отчетливо можно было заметить смешинки. Женщину веселили мои тщетные потуги выбраться.

Ничего не оставалось, как пойти в дом. Хеля тоже пустили, и Аррой Шэнь даже специально поставил ему отдельную порцию с небольшим куском мяса на пол рядом.

Вечерок получился полным общения, но только я чувствовал себя на нем явно лишним. Лорду хотелось поделиться со своим отцом своей жизнью, многое рассказать о том, что с ней произошло, но по большей части это никак не касалось меня, и едва ли из этих сведений я мог вычленить хоть что-то полезное. Так что просто молча сидел, похлебывая наваристую похлебку, а когда с ужином было покончено, Аррой объявил:

— Раз у тебя достаточно сил, чтобы пытаться сбежать, с завтрашнего дня мы начнем тренировки.

Я промолчал, он тоже больше никак не стал комментировать свои слова.

После ужина, ближе к вечеру, я решил попробовать другой подход. Раз у меня нет возможности сбежать, может, получится хотя бы передать весточку? Подозвав Хельграала и вооружившись пергаментом и чернилами, я набросал маленькое послание Юл, после чего попросил пса его доставить. Он, может, и зверь, но очень умный и многое понимает, хоть и порой делает вид, что не понимает, когда ему это выгодно.

— Сможешь передать записку Юл? Ты же помнишь Юл? Конечно, ты её помнишь, — улыбнулся я. — Уверен, что она даст тебе самую вкусную, сочную косточку. Ну как, сделаешь?

— Тяф! — радостно залаял он, запрыгав на месте. Я вновь потрепал его за холку, после чего привязал письмо к ошейнику. Пёс перед тем, как уйти, сделал круг, обойдя меня, после чего немного пробежался и пропал с едва слышным хлопком воздуха.

Будем надеяться, что Юл получит сообщение.

— Лорд, можно немного странный вопрос? — решил я выяснить одну вещь, которая немного не складывалась.

— М?

— Так получилось, что я смог увидеться с Лордом Закона.

— Не уверена, что это так, — покачала она головой. — Он уже много столетий не покидал Небесную столицу.

— И тем не менее, это был он. Кажется, он общался со мной через проекцию в одном… древнем храме.

Женщина прищурилась.

— Это было давно, в храме Рю Джай Тана, ещё до того, как я потерял его фрагмент, — исправился я.

— И? Что он тебе сказал?

— Сказал, что дочь Костяного Палача и Риосс Танэль должна была стать женой Небесного царя, но она погибла, и тогда те вступили в войну.

— Я не погибла, — покачала она головой. — Но убить меня действительно пытались, и не раз. В конце концов, мы с Диреем, который позднее стал моим мужем, смогли подстроить смерть Айро Шэнь, а после я вернулась как Айро Квон. Даже Лорд Закона не знал правды обо мне. Для всего мира Айро Шэнь погибла, в том числе и для моих родителей. Я хотела передать им весточку, но…

Она вздохнула и прикрыла глаза ненадолго.

— Но ничего не вышло. Последний раз я видела отца за пару мгновений до его смерти и даже не смогла попрощаться или сказать ему, что жива.

— Мне жаль.

— Мне тоже, но теперь это в прошлом.

— Ну и монстры… — осклабился Фардин Аргхо, кружа вокруг того, что осталось от Радрифа.

В отличие от многих путешественников, ему не нужен был большой корабль, чтобы перемещаться по пустыне, так что он обходился совсем крохотным одноместным парусником. Кто-то бы счел такое транспортное средство ненадежным, на что Фардин сказал бы: «Пусть попробуют догнать». Его способности идеально подходили для подобных путешествий, и он взмахом руки призывал ветер, толкающий его транспорт вперед.

Сейчас от Радрифа практически ничего не осталось. Гигантский город, окруженный неприступными каменными стенами, защищающими жителей от ураганных ветров, практически полностью ушел в песок. Кое-где можно было заметить каменные обломки зданий, воздушных судов и прочий мусор, но это мало интересовало Фардина. На самом деле он понятия не имел, что именно тут искал, что-то сильно тянуло его сюда, на место схватки воинов, чьи силы были подобны богам. Тяжело вообразить могущество того, кто был способен сравнять город с землей. А ведь ещё совсем недавно Фардин себя считал сильным, но эти схватки на арене полностью перевернули его мировоззрение. Теперь он понимал, что, даже владея техниками драконов, он все ещё недостаточно силен, и нечто подсказывало, что ключ к силе он найдет именно тут.

Он кружил на этой территорией уже несколько дней и даже пару раз сталкивался с мародерами. Тех было немного, но сам факт раздражал. Он самолично покончил с теми, кто попался ему на пути, в конце концов, если тут действительно было то, что он ищет, не стоило добавлять конкурентов.

По пути Фардин много думал, в частности о Крейне, которому проиграл, и его сестре. И если с мужчиной всё было логично, он тоже владел могучими драконьими техниками и был не слабее, а скорее даже намного сильнее, чем бывший монах, то вот с сестрой всё было совершенно иначе. Как не крутил он в голове ту битву, всё никак не мог понять, каким образом она его чуть не одолела. Она была ниже его почти на два возвышения, медленнее, но вместе с этим боролась столь яростно, а её техника была столь изящна. Гений, не иначе, а ещё очень красивая, как раз в его вкусе. В монастыре, в котором он прожил больше половины жизни, Фардин много раз слышал, что воина определяет дух, что даже слабый способен победить сильного, если его дух будет тверже.

«Неужели, мой дух столь слаб?»

И пусть формально он победил в том бою, но от этого становилось ещё тошнотворнее. Ему бы хотелось встретиться с этой женщиной однажды, но учитывая, как обернулся их бой, братец вряд ли будет рад.

«Ещё одна причина, почему мой дух слаб. Я сбежал после того боя, не желая показываться на глаза её брату», — тоскливо размышлял он. — «А ещё неприятнее, что я рад, что мне не придется сражаться с ним на арене второй раз. Тогда он сдерживался, не вкладывал в битву чувства, но после того, какие раны получила его сестра, это стало личным».

На исходе третьего дня, когда он думал закончить на сегодня поиски, Фардин что-то ощутил. Словно дуновение холодного ветра, слишком раннее для столь жаркого места, как Радриф. Он немедленно остановил свою лодку, развернул её и поспешил навстречу этому потоку, который уходил в то место, где раньше была сердцевина города. Даже песок тут был не таким, как на окраине, а двигался словно море, да ещё по спирали, образуя гигантскую песчаную воронку.

Управлять лодкой становилось всё труднее и труднее, а в какой-то момент из песка внезапно выскочили костлявые руки, начавшие хвататься за борт и утаскивать лодку под песок. Фардину пришлось защищаться, и первым желанием после столкновения со столь страшным проявлением мира мертвых было сбежать.

«Не в этот раз»,— рыкнул он на себя и продолжил плавание, следуя своему чувству.

Нет, теперь он понимал, что «чувством» это называть не правильно. Это был зов, направленный именно к нему. Нечто звало его, и Фардин шел на этот зов.

Мертвецы ещё не раз нападали на корабль, но воздушные клинки легко разбивали их кости, после чего те вновь исчезали в песке. Бывшему монаху даже начало казаться, что мертвые не нападают на него, а скорее пытаются выбраться, словно утопающие, отчаянно хватающиеся за любой плавающий предмет.

И вот когда песчаное море было столь бурным, что ему приходилось прилагать огромные силы, чтобы не опрокинуться, Фардин нашел источник этого «зова». Огромная костяная рука, торчащая из песка, именно она была самым центром этого катаклизма.

— Дух Спирали… — пробормотал он, понимая, что та в высоту по меньшей мере в десяток раз больше, чем его лодка. А уж аура, исходящая от неё, была столь ужасной, что кровь стыла в жилах, но почуяв его, рука уменьшила давление, а борта лодки коснулись новые пальцы.

Вначале Фардин думал, что это очередной мертвец, и в каком-то смысле так оно и было, но когда он уже собирался ударить техникой, осознал, что знает его, и внутренне выругался. Это был Грейс Роддей. Обезображенный, у него отсутствовала большая часть тела. Фактически была лишь голова, часть туловища и единственная рука, которой он и цеплялся за борт.

— Я тебя знаю… Ты же наследник дома Роддей.

— А Я ЗНАЮ ТЕБЯ, — ответил он, но совсем не человеческим голосом. — ФАРДИН «НАВОЗНИК» АРГХО!

От услышанного Фардина передернуло. Его уже много лет никто так не называл, по крайней мере в лицо. Когда он был только послушником монастыря, другие послушники задирали его из-за происхождения. Однажды он проснулся, весь измазанный лошадиным навозом, после чего это прозвище на долгие годы к нему прилипло.

— Не смей меня так называть!

— ИЛИ ЧТО? УБЬЕШЬ МЕНЯ? УБЬЕШЬ КАК ФАТУРА? ИЛИ САНРАЛЬДА?

— Откуда ты…

— ЭТО ЗНАЮ? Я ВСЕ О ТЕБЕ ЗНАЮ, ФАРДИН. ЗНАЮ, ЧТО ТЫ С НИМИ СДЕЛАЛ. ЗНАЮ О МАРЛИНЕ, ЭТОЙ ПРЕКРАСНОЙ ДЕВУШКЕ, И О ТОМ, ЧТО ТЫ С НЕЙ СДЕЛАЛ.

— Я не…

— НЕ ХОТЕЛ ЕЁ УБИВАТЬ? — голос звучал с жуткой потусторонней насмешкой. — КОНЕЧНО, НЕТ, НО ОНА БЫ РАССКАЗАЛА О ТВОЕМ ПРОСТУПКЕ. ТОГДА БЫ БРАТ ЛИОМ НЕ ВЗЯЛ БЫ ТЕБЯ В УЧЕНИКИ. ПОСЛЕ ТАКОГО ТЕБЯ ДАЖЕ В МОНАСТЫРЕ ДЕРЖАТЬ НЕ СТАЛИ.

— Заткнись! — не сдержался Фардин и, оказавшись рядом с мертвецом, обрушил ему на голову один из своих топоров, дополнив его техникой. Тот вошел Грейсу в висок, погрузившись на два пальца в череп, но то, что контролировало тело, словно и не обратило внимание на эту рану.

— ТЫ ЖАЖДЕШЬ СИЛЫ, И Я МОГУ ЕЁ ДАТЬ, — больше никакой насмешки, голос стал звучать серьезно. — ТЫ ВЕДЬ ЗА ЭТИМ СЮДА ПРИШЕЛ.

— О чем ты? Какую ещё силу мне может дать мертвец, — резко отступил Фардин, в то время как его оружие все ещё торчало из головы Грейса.

— БОЛЬШЕ, ЧЕМ ТЫ МОЖЕШЬ ВООБРАЗИТЬ. Я МИНГАР, СЫН НЕБЕСНОГО ЦАРЯ, ТОТ, КТО И В ПРОШЛОМ БЫЛ РАВЕН ЛОРДАМ, А СЕЙЧАС Я ЗА ГРАНЬЮ ДАЖЕ ИХ СИЛ. САМ НЕЧЕСТИВЫЙ КОСТЯНОЙ КОРОЛЬ И ЛОРД УДАЧИ ПРОТИВОСТОЯЛИ МНЕ, НО ДАЖЕ ОНИ НЕ СМОГЛИ МЕНЯ УБИТЬ.

— Мингар?.. — в голове у Фардина пронеслось много разных мыслей, но его все ещё терзали сомнения. — Допустим, если я соглашусь, то что со мной станет? Я стану таким же, как ты? Ходячим трупом?

— НЕТ. РАЗВЕ ЧТО ЕСЛИ САМ ЗАХОЧЕШЬ, — Фардину показалось, что злой дух пошутил. — Я СДЕЛАЮ ТАК, ЧТО ТЕБЯ НЕ СМОГУТ УБИТЬ. ТВОЯ СИЛА БУДЕТ СТОЛЬ ВЕЛИКА, ЧТО ТЫ ХОТЬ СЕЙЧАС ВТОПЧЕШЬ ЛИЦО БРАТА ЛИОМА В ГРЯЗЬ.

— Соблазнительно… А Крейн?

— КОСТЯНОЙ ПАЛАЧ? МЫ РАЗДАВИМ ЕГО, ФАРДИН, ПРОСТО ПОМОГИ МНЕ, И МЫ СТАНЕМ САМЫМ СИЛЬНЫМ ВОИНОМ ЭТОГО МИРА.

— Лорд, можно вопрос? — поняв, что мне не сбежать, я решил прояснить одну важную вещь. — Можете рассказать, что это за штука?

Я тронул металлическое пятно, что все ещё красовалось у меня на груди. Кажется, мое сердце сейчас было целиком сделано из металла, и я не был уверен в том, что это возможно исправить.

— Ты о Копье Пустыни?

— Да. Я слышал легенды, что Небесный Царь подарил это оружие Гондри Радрифу и что оно покоится у него в гробнице.

Рю тоже развесил уши. Он, увы, оказался скверным источником информации насчет этого оружия. Дракон лишь рассказал то же самое, что я сейчас пересказал Лорду.

— Как легендарное Копье Пустыни оказалось у Сайруса Роддей?

— Это долгая история, — задумчиво произнесла женщина.

Лорд сидела перед домом на деревянной лавке и наслаждалась безмятежным утром. Я ради этого разговора решил составить её компанию, а после меня, судя по всему, ждут тренировки с Аррой Шэнем, когда тот вернется. Он покинул дом ещё до рассвета, но Лорд сказала, что он скоро вернется. Я, разумеется, первым же делом попытался сбежать, но ничего не получилось, а раз так, то придется пока смириться и искать другую возможность уйти. Не будут же они меня вечно тут держать.

— Если коротко, то всё началось со смерти Мингара. Его убил Лорд Меча.

— Тот, кого хочет освободить Альянс Тени, — напомнил я.

— У них не получится. Для этого нужен особый ключ. Темница Вечной Тьмы — это последняя крепость Пусторожденных, но, на наше счастье, они не успели в ней укрыться. В любом случае, от неё существует только два ключа, и оба сейчас находятся у Лордов. Справедливости и Закона. И я готова поставить что угодно, что ни один из них не позволит заполучить эти ключи.

— А если это всё-таки случится? — настаивал я. — Вряд ли бы организация вроде Альянса Тени, возглавляемая самим Лордом Знаний, умнейшим человеком в мире, не имела плана.

— Возможно, — Лорд задумалась. — Может, мы что-то упускаем, но это оставим на потом. Ты же спрашивал о копье, и мы отвлеклись. Лорд Меча убил Мингара, после чего сменил титул на Лорда Смерти, и именно так началась Война Небес и Мрака, которая была самой кровопролитной и смертоносной войной со времен войны с Пусторожденными. И мой отец, к несчастью, тоже участвовал в ней, — она потупила взгляд. Мне хотелось расспросить о деталях, но пока не стал, куда важнее информация о копье. — И потерю сына Небесный царь воспринял очень болезненно, я бы даже сказала, ненормально болезненно. Мингар был не просто его единственным сыном, а единственным ребенком за все те тысячи лет, что он правил. Его смерть настолько травмировала царя, что он не смог его отпустить. Долгие годы он хранил его тело, надеясь однажды вернуть его к жизни, пока Лорды не исполнили его просьбу и не смогли привести Говорящую с мертвыми, Риосс Танэль. Она воевала на стороне врага, Легиона Павших, и мечтала уничтожить и Небесную столицу и весь мир заодно. Я помню её, безумная и смертоносная женщина, потерявшая смысл жизни — моего отца.

Эти слова породили у меня ещё больше вопросов, но я продолжал слушать.

— Даже скованная цепями она вселяла ужас. Я знала её прежде, в конце концов, она была моей мачехой, но я не знала ту женщину, которую привели к Небесному царю. Настолько горе изменило её. Пока она была в темнице, я пыталась с ней заговорить, но в её залитых безумием и жаждой крови глазах я не нашла ни крупицы прежней Риосс Танэль, — Лорд ненадолго замолчала, прикрывая глаза. Похоже, что прошлое до сих пор ранит её, несмотря на пройденные годы. Возможно, тут как у меня с Юл или Мирионом. Прошло так много времени, но шрамы прошлой жизни все ещё болят. — И тем не менее, Небесный царь не стал слушать предупреждений своих приближенных. Он захотел заручиться помощью Говорящей с мертвыми, чтобы вернуть к жизни Мингара.

— И с чего бы ей помогать ему?

— С того, что она тоже хотела вернуть своего мужа.

Кажется, я начал понимать, почему Аррой Шэнь до сих пор жив, но это было вопреки здравому смыслу.

— Но как это возможно? Как я понимаю, с момента гибели Мингара прошли годы.

— Как и с гибели моего отца, — кивнула Лорд. — Сила Говорящей с мертвыми поразительна, но и у неё есть пределы. Чем больше прошло времени со смерти, тем меньше шансов на успех. Есть, конечно, ухищрения вроде «ловушки душ», но это в любом случае нужно делать до, а не после смерти.

Про ловушку душ я отлично знал. Именно с помощью подобного артефакта и силы Юл Эй в двенадцатом витке раз за разом перерождались приговоренные. Весь город был одной большой ловушкой, и каждый день Юл с помощью артефакта возвращала их к жизни. Но рассказывать об этом Лорду не видел смысла.

— Эти два безумца, страдающие от горя, сошлись на том, что нужны друг другу. Риосс не могла вернуть своего мужа без посторонней помощи, а Небесному царю требовалась сила Говорящей с мертвыми. А итогом стала катастрофа, и на наше счастье, заниматься своими экспериментами они стали не в Небесной столице, а в третьем витке, там, где был Радриф. Я не знаю, что именно там случилось, практически все, кто участвовал в этом безумии, погибли, но факт в том, что Риосс Танэль распахнула полноценные врата в мир мертвых, чуть ли не слила его с нашим миром, и всё ради того, чтобы вернуть с того света возлюбленного.

Лорд ненадолго замолчала.

— И видимо, у неё это получилось. Я слышала истории о том, что отца видели потом, но я считала, что это все чушь и фантазии. Что же до Мингара, ему повезло меньше. Возможно, что-то пошло не так, возможно, Риосс изначально и не собиралась помогать Небесному царю и обманула его. Итог ты видел: Мингар превратился в безумного и очень могущественного злого духа. Столь сильного, что превосходил сильнейших воинов, а сам Небесный царь, поняв, что его обманули, убил Риосс в порыве гнева, что лишило нас возможности их запечатать. Все, что смогли сделать сильнейшие заклинатели, это временно сковать это чудовище, а затем возвести вокруг него сложную систему сдерживания. Она удерживала и его, и врата в мир мертвых под контролем. Гондри Радриф был назначен ответственным за эту темницу и со временем воздвиг вокруг него город. Очень быстро стало понятно, что злой дух не собирался просто так сдаваться и желал освобождения, но был найден выход. То, что в дальнейшем называли жатвой. Жертвоприношения.

— Получается, его кормили жертвами?

— Да, вначале это были просто преступники, свезенные с разных концов света, но приговоренные требовались Небесному царю для другого дела, так что их количество было ограничено. Тогда Гондри пошел иным путем: он превратил Радриф в бурлящий котел, полный противоречий, и с тех времен мало что изменилось.

— Значит, все те восстания и смертельные схватки на арене — всё это чтобы кормить Мингара?

— Да, и это работало. Он «ел», после чего погружался в сон, но в этом году всё пошло наперекосяк. Появление двух Костяных палачей и слишком обильная жатва, видимо, нарушили привычный ход вещей и окончательно пробудили его ото сна.

— А копье?

— Копье было оружием, которым Небесный царь хотел убить своего воскресшего сына. Оно было выковано лучшими оружейниками Небесной столицы из материалов, найденных в самой Бездне. Но куда важнее то, — Лорд повернулась и внезапно ткнула пальцем мне в грудь, в то самое железное пятно, — что, как я слышала, в это оружие было вложен прах самой Риосс.

Эта новость обескураживала, и я даже не знал, что на это можно сказать. Какой безумец додумался поместить прах человека в оружие?

— И крайне иронично, что оно в итоге досталось тебе. Как ты, наверное, понял, в итоге это не сработало. Копье Пустыни пусть и обладало уникальными, могущественными свойствами, но этого было мало, чтобы убить Мингара. В лучшем случае оно было крайне эффективно против злых духов, но от Мингара было невозможно избавиться, пока существуют врата с миром мертвых. Поэтому сдерживающую печать усилили с помощью силы Копья Пустыни. Любопытно, что это копье обладает своей волей, не такой, как у человека, но тем не менее. И оно выбирает себе владельца. В Радрифе ты, наверное, слышал о том, что оно затеряно под городом.

— Да, — кивнул я.

— Так это правда. Когда владелец копья умирает, оно возвращается в гробницу Гондри Радрифа, которая когда-то была под городом, в ожидании нового достойного кандидата.

— Но когда погиб Сайрус, копье не исчезло.

— Не исчезло. Более того, сделало то, что не делало ни с кем другим. Мы знали, что оно способно менять форму, но чтобы сделать такое? И почему именно тебя? Всё-таки в этом двуединстве Костяного палача и Говорящей с мертвыми есть какая-то незримая магия, связывающая вас. Возможно, именно этого нам и не хватало, чтобы одолеть Мингара окончательно.

— Меня?

Лорд в ответ пожала плечами.

— Как мне научиться им пользоваться? — спросил я. — Это ведь оружие, но пока что оно просто дремлет внутри меня, покрывая кости и некоторые органы.

— Боюсь, что на этот вопрос ты должен найти ответ сам. Возможно, Сайрус Роддей смог бы сказать, но увы, — Лорд уже через миг отвлеклась. — Кажется, отец вернулся. Пойду встречу его.

Ласково улыбнувшись, женщина встала с лавки, направившись ко входу, я проследил за ней и попытался сосредоточиться на оружии, но пока ничего. У него была собственная энергия, не похожая на мою, и оно довольно резко противилась любой попытке взаимодействовать с ней. И я действительно ощущал в этой энергии отголоски чужой воли.

Пока Лорд встречала отца, я отошел чуть в сторону и сел в позу медитации. Духовной энергии тут было не так много, как в третьем витке, но достаточно для обычной медитации. Я привычно начал прокручивать поток через меридианы, но каждый раз спотыкался о чужеродное воздействие оружия. Оно затрагивало те меридианы, что находились у сердца, отчего нарушалась циркуляция энергии.

Поняв всю бесперспективность подобной практики, я досадливо поморщился.

— И как же с тобой быть?..

— Хотел бы я помочь, Нейт, — Рю тоже был тут как тут. Он старался не показываться на глаза, опасаясь, что его, как и Юл, увидит другой Костяной палач. — Но тоже ничего не могу сказать насчет этого странного оружия. Но уверен, что со временем ты разберешься, как им управлять.

— Как будто у меня есть выбор, — усмехнулся я.

Одно мне было понятно точно: тут нужен какой-то другой подход. Может, как к артефакту?

Я задумался. Это не такая уж плохая идея. Коснулся металла, попробовал «прощупать» конструкт, и… оказался поражен тому, что кто-то способен создать такой артефакт. Помню, я гордился браслетом, который мы с Ютатосом создали, но это было что-то запредельным. Конструкт был меньше всего, что я когда-либо видел, будто я всю жизнь писал пальцем, а мне показали работу человека, что рисовал тонкой иглой. Каким инструментом возможно создать столь тонкий конструкт?..

Кое-какие линии казались мне знакомыми, но я при всем желании упускал слишком многое, чтобы понять принцип его работы. Тут лишь для анализа нужно строить сверхсложный артефакт, хотя большинство артефактов я мог «прощупать» и пальцами.

От работы изучения Копья Пустыни меня отвлекло появление Хеля. Тот выскочил из леса и устремился прямо ко мне, с письмом на ошейнике. Приласкав его, я с нетерпением развернул послание и быстро пробежался по нему глазами.

Вести были не то что хорошими, но когда прочел, что Юл в порядке и в безопасности, сразу выдохнул. Супруга рассказала про вероломное нападение на Гаруд, про ожесточенную битву и что, похоже, Альянс Тени всё-таки смог выполнить свою основную цель.

Лорд Меча свободен.

О том, сколько людей погибло, Юл ничего не писала, и вообще была скупа на подробности, но она точно в порядке, а родители вместе со многими гражданскими были спрятаны в изолированном пространственном убежище, как мы и планировали изначально, и пробудут там ещё несколько дней. За это время Юл пообещала решить все вопросы, а для связи мы станем использовать Хельграала, пока я не вернусь домой.

— Смотрю, сегодня ты больше не бегал, — бросил мне старик, хмуро смотря на меня сверху вниз. Не похоже, что я ему нравился, и это было взаимно.

— Понял, что в этом нет смысла, лишь впустую трачу силы.

— Так оно и есть. А теперь пойдем за мной, самое время заняться тобой.

Как оказалось, дом и хозяйство были не единственной территорией во владении старика. От дома через лес вела совсем незаметная тропинка, которую я прежде не замечал, а может, её и вовсе не было. Прогулявшись по тропинке, мы вышли на небольшую полянку посреди леса, где не было ничего. Аррой Шэнь остановился в центре и повернулся ко мне, скрестив руки на груди.

— Я видел тебя на арене, но хочу посмотреть на тебя в деле. Нападай.

Дважды меня просить было не нужно. В руке возник один из запасных мечей, и я напал на старика. Он, в отличие от меня, не стал вооружаться, даже стойку принимать не стал, заблокировал первый же удар тыльной стороной ладони. Даже бровью не повел. Я понимал, что он сильнее, но столь демонстративное пренебрежение немного раздражало.

Я обрушился на него градом ударов, используя стиль Танцующего дракона и комбинируя его с собственным стилем Костяного палача. Старик на мои потуги лишь хмыкал, отражая каждый из ударов, при этом не двигаясь с места. Даже когда я использовал технику Айвилка, чтобы переместиться ему за спину, он чуть отклонился, не отрывая ног от земли, и перехватил мою руку в ладони, а миг спустя я уже лежал на земле после броска.

— Значит, не показалось. Где ты обучился стилю Дракона Горного Источника? Я думал, что он был потерян вместе с ним самим.

— Оставлю это знание при себе, — криво усмехнулся ему в ответ, резво поднялся и отскочил.

Этот старик меня жутко раздражал, и причина не в его хмурости, молчаливости или даже поведении, а в том, что я испытывал сильное отторжение, находясь рядом с ним. Словно мое естество отвергало его нахождение тут, вызывая легкое бурление духовной энергии где-то в узле Истинного начала.

— Ну как знаешь, продолжай.

Аррой Шень поманил меня рукой, и я напал, по-прежнему не используя оружейных техник. И это оказалось сложнее, чем хотелось бы. Старик был слишком хорош, и сколько бы я ни пытался преодолеть его защиту, у меня ничего не получалось. А что хуже, не выходило полноценно развернуть боевую медитацию. Ситуация очень напоминала ту, что была в Радрифе, когда почти весь город оказался частью его пространства и прорыва мира мертвых одновременно.

— Погоди… — я отступил не завершив удар. — Я не могу нормально использовать боевую медитацию из-за того, что всё это место — часть твоего личного пространства?

Старик на это хмыкнул, а левый уголок рта приподнялся.

Ага, так и есть! Видимо, по этой причине я и не могу использовать браслет или выбраться из леса. Все окружающее пространство подчинено ему, и он способен устанавливать даже подобные запреты?

— Но как? — этот вопрос интересовал меня больше всего.

Одно дело — расширение личного пространства в бою, чтобы использовать медитацию или некоторые техники, как было в схватке с Мирионом, когда он мешал мне, искажая мое восприятие реальности. А это что совсем иное.

— Я ведь даже не чувствую ничего.

— Кости, — немного суховато ответил Шень. — Они тут повсюду, прямо у тебя под ногами.

Я нахмурился, опустился на одно колено и потрогал землю. Попытался заглянуть под грунт духовным зрением и действительно нашел что-то, покоящееся где-то там, на глубине в несколько метров.

— Почувствовал?

— Да.

— Хорошо, и вместе с этим плохо. Мне тошно на тебя смотреть, парень, и дело даже не в том, что мы оба с тобой Костяные палачи, а в том, что я не вижу в тебе того, кем ты должен быть. Ты просто зарыл в землю весь свой потенциал. Будь я на твоем месте, я бы уже давно почувствовал эти кости, взял бы над ними контроль и обернул их против их же хозяина. А ты их даже не почувствовал. А эти техники? Это техники дракона, а не твои! Ты разве не чувствуешь, что твое тело само сопротивляется при попытке использовать этот стиль? Он тебе совершенно не подходит. Даже у твоей сестры он более чистый.

Возможно, эти слова должны были меня оскорбить, но получилось с точностью до наоборот, ведь последние месяцы, а скорее даже годы, учитывая убежище, я только и делал, что уходил от себя.

— Хочешь знать, почему? Почему я не пользуюсь силой, понимая, что она дает? — теперь уже пришел мой черед улыбнуться, но улыбка вышла уж слишком печальной. — Потому что я не хочу закончить как ты, Аррой Шэнь, Нечестивый Костяной Король. Прятаться в Бескрайнем Лесу в полном одиночестве, потеряв себя и тех, кто дорог? Твоя дочь, и то не знала, что ты жив, а прошло-то не одно столетие с момента вашей последней встречи. И я не хочу таким быть, не хочу так кончить.

Его ноздри гневно вздымались, в глазах полыхали недобрые огоньки, но на лице не дрогнул ни один мускул.

— Юл Эй однажды сказала, что история Костяного палача и Говорящей с мертвыми — это всегда трагедия, так что я просто не буду Костяным палачом. Откажусь от этой силы и буду становиться сильнее иначе. Искать свой путь, чтобы защитить её.

— Думаешь, твой путь верен? — голос старика прозвучал удивительно спокойно.

— Не узнаю, пока не пройду его.

Мы стояли напротив друг друга, не отрывая взгляд, словно это тоже было частью битвы.

— Это твое дело, парень, — покачал он головой и пошел в сторону тропинки, ведущей к основному дому. — Ты можешь уйти или остаться, больше я удерживать тебя не стану. Но запомни одну вещь: ещё несколько дней назад на моем месте, сражаясь с Мингаром, мог быть бы ты, — он задержался ненадолго, поравнявшись со мной. — Не появись я, ты был бы мертв, Натаниэль. Помни об этом. Твой побег от силы ничем не отличается от моего.

— Ты его отпустишь? — удивилась Айро, сидя напротив и попивая травяной чай. Пусть его дочь и постарела, но Аррой Шэнь видел в ней всё ту же златовласую девочку, которой она была в детстве, такую похожую на мать, и её присутствие наполняло его сердце чувствами, которые он, казалось, давно не мог испытывать.

— Да, — кивнул он.

Возможно, если бы Нейт встретился с ним без Айро, то он бы не стал считаться с мнением юнца. Просто вбил бы в него то, что посчитал нужным. Но присутствие дочери смягчало его сердце, да и его слова нет-нет, да заставляли ныть старые раны. Бежать и бороться с судьбой — этот выбор всегда стоял перед ним и Риосс, как сейчас он стоит перед новыми Говорящей с мертвыми и Костяным палачом.

— Я ему никто и не обязан с ним нянчиться. Кто сказал, что мой путь верен? В конце концов, я действительно лишился всего, что любил. Рано или поздно он сам поймет, что его сил недостаточно, и вернется сам. Я же подожду, у меня достаточно времени. Не вижу смысла переучивать наглого упертого юнца.

— Пап, ты не прав. Ты вовсе не лишился всего, — не согласилась Айро и, подавшись вперед, взяла отца за руку. — Я все ещё тут. Знал бы ты, как мне тебя не хватало.

— Мне тоже милая, мне тоже.

Но уже через мгновение её взгляд слегка потух, и это не укрылось от глаз старика.

— Но ты тоже собираешься уйти?

— Прости. Сам же видишь, я теперь Лорд, у меня слишком много обязательств в Небесной столице и не только. Хотела бы я предложить тебе отправиться со мной, но…

— Не думаю, что старые «друзья» будут мне рады. Я понимаю, Айро, и не держу тебя. Мне было достаточно просто тебя увидеть, узнать, что всё хорошо и твоя жизнь сложилась.

— Я постараюсь тебя навещать, если расскажешь, как сюда попасть.

— Разумеется, тебе тут всегда будут рады.

— Пап, может… подыщешь другое место? — предложила Лорд. — Тут, конечно, уединенно, но я бы сказала,что слишком. Давно ты последний раз людей видел?

— Не считая тех, которые сказали мне о новом Костяном палаче? Слишком давно, чтобы считать.

— Вот о том я и говорю. Тебя не станут разыскивать, по крайней мере, я сделаю всё, чтобы никто не узнал, что ты жив, а ты, в свою очередь, сможешь вновь оказаться среди людей. Что скажешь?

Вначале он хотел довольно резко отказать, но видя искреннее беспокойство в глазах дочери, передумал.

— Я подумаю, дорогая. Слишком привык к месту.

Демоническое Копье Вечной Тьмы дожидался Гор Вея у главных ворот крепости Арам-Кур в четвертом витке. Это место стало временной базой, которую использовал Альянс Тени в качестве оперативного штаба для некоторых миссий. Большая, хорошо защищенная, с постоянным гарнизоном и удаленная от больших городов. В тоже время некоторые покои крепости соответствовали статусу высокопоставленных гостей. Отличное место, чтобы разместить кого-то вроде Лорда Смерти.

Отлипнув от стены, Лон Хэ Фай бросил взгляд на людей, что сопровождали Гор Вея, и удивленно поднял бровь, опознав в одном из них Демона Сотни Звезд, Урада Досина. Вторую он не знал, это была девушка-демон, впрочем, таким Альянс Тени было не удивить. И все же Демоническое Копье считал, что привод сюда кого-то вроде Досина — это большая ошибка, так что когда Гор Вей оказался рядом, нахмурился сильнее обычного и скосил взгляд, выказывая неодобрение.

— Не сейчас, — Гор Вей дернул щекой, не желая прямо сейчас это обсуждать. — Он тут?

— Да.

— Хорошо. Как его… настроение?

— Не очень, но он никого из нас не убил, так что можно сказать, что всё могло бы быть гораздо хуже.

Гор Вей кивнул, а Лон Хэ Фай тем временем стукнул по воротам, чтобы те отворились. Немногчисленная прислуга тут же расступилась, пропуская гостей.

— Теперь рассказывай поподробнее, — потребовал Гор Вей.

— Хотел бы я сказать, что всё прошло без сучка, но… сюрпризы были.

— Например?

— Кайрас потерял свою хваленую руку.

Услышав такую новость, Гор Вей едва не рассмеялся, настроение тут же поползло вверх. Этого самодовольного ублюдка мало кто любил, так что в этой радости не было ничего удивительного.

— Неужели среди гарудовцев был кто-то настолько сильный, чтобы его одолеть? — засомневался Гор Вей, ведь он был уверен, что знает всех сколько-нибудь сильных бойцов своего врага. — Вмешался Кровавый ветер?

— Нет, всё куда необычнее. Сам я не видел, мне рассказала Алая Стрела. Танадор встретил Кайроса, но, разумеется, проиграл. Пусть он и живая легенда, но далеко не в лучшей форме, старые раны дают о себе знать. Кайрос убил Танадора, но тот не умер. Смерть словно исчезла в Гаруде в тот момент. Их убитые вставали как ни в чем не бывало и продолжали бой, а наши оборачивались бездумными тварями, нападающими на своих же. Можно сказать, что мы бы проиграли тот бой, затянись он дольше.

— Говорящая с мертвыми постаралась, — понял Гор Вей. — Но я не думал, что её сила так велика. В двенадцатом, витке чтобы воскрешать людей, использовался колодец душ, который создал Лорд Знаний, и либо Натаниэль с Ютатосом соорудили такой же, либо мы сильно недооцениваем эту девушку. Жаль, что не видел это своими глазами…

— Не нравится мне, каким тоном ты это говоришь, — нахмурился ещё сильнее и без того хмурый Лон Хэ Фай.

— Не обращай внимания, — Гор Вей похлопал друга по плечу. — Главное, что ты жив, Лорд свободен, и цели мы добились.

— А где Юнли?

— Отправил искать Крейна. Он как сквозь землю провалился.

— Думаешь, что его мог убить Мингар?

— Если так, то нужно поскорее избавиться от Говорящей, — Гор Вей стал серьезнее. — Без своей половинки она станет неуправляемой и опасной. Представь себе, если к нам придет неумирающая армия из наших недоброжелателей?

— Не хотелось бы…

— Так что пока ищем Крейна и следим за его женой, но ничего не предпринимаем.

Пока они говорили, Лон Хэ Фай провел Гор Вея до покоев гостя, а Досина с его демоницей оставили в одной из комнат первого этажа. Когда Копье распахнул дверь и впустил Гор Вея внутрь, знаменитый Лорд Смерти сидел в купальне, а обнаженные служанки обтирали его тело полотенцами. Но на женщин тот не обращал никакого внимания, словно их и не было вовсе.

При виде Лорда Гор Вей невольно дернул щекой. Он видел его и раньше, в детстве, но лишь сейчас полноценно ощутил исходящую от него силу. Тяжелую, давящую, словно океан. Истинный дракон сидел перед ними, а взгляд его вертикальных зрачков, казалось, прожигал насквозь.

— Значит, ты и есть тот самый Гор Вей? — спросил он, и голос у дракона был немного не таким, как он ожидал: не грубый, скорее, высокий и острый, режущий слух.

— Он самый, Лорд, — Гор Вей, следуя правилам этикета, поклонился, чувствуя, что взгляд дракона становится все более пристальным, заставляя силу, что живёт внутри, бурлить и беспокоиться.

— Что ты такое? Вначале мне казалось, что ты один из Непорочных, но нет, в тебе есть хатхэй, но гораздо больше, чем в любом из встреченных мне истинных детей этого мира. Но этот хатхэй неправильный, искаженный, я чувствую в нем примесь Бездны.

— Вы… весьма наблюдательны, — тут уже Гор Вею пришлось мысленно цокнуть языком от досады. Скрыть свою новую суть от взора дракона он не смог, всё-таки эти существа отличаются от людей и обладают силами, которые не снились даже Лордам.

— Так что происходит в мире? Сколько меня не было? От этих, — он махнул на свое окружение, — толком ничего не дождешься.

— Небесный царь мертв, — сказал самое очевидное Гор Вей. — Новая власть в руках Лордов, но старый порядок уже не работает. Лорд Закона, Рай Хэм, несколько дней назад сложил с себя полномочия и отправился в Бездну. Лорд Справедливости, Арон Лай, уже объявил себя новым Небесным царем, и церемония коронации должна пройти в ближайшие недели.

Дракон на это пожевал желваками, крепко задумавшись.

— Мальчишка решил, что достаточно силен, чтобы именоваться царем? Смешно… А Небесный престол?

— Восстановлен. Мы не знаем, дает ли он такую же силу, как изначальный, но Лорд Знаний, отвечавший за постройку, считает, что даже превосходит.

— Дьявольская машина… — скривился дракон. — Так чего вы хотите? Чтобы я снова начал войну с Небесной столицей?

— Альянс Тени хочет именно этого, — не стал отрицать Гор Вей. — Лорд Знаний считает, что Лорд Справедливости слишком много на себя взял, что его давно не волнует ничего, кроме Бездны, хотя та последние столетия ведет себя поразительно смирно.

— Ничего не меняется, — фыркнул дракон, вырываясь из цепких рук женщин. — Дрязги, грызня за власть… Вы, люди, столь омерзительны мне, что моим единственным желанием было стереть вас с лица земли. И оно никуда не делось. Вы недостойны ходить по этой земле, дышать этим воздухом.

— И тем не менее, мы это делаем, — Гор Вея не впечатлила его речь, он и так прекрасно знал, что тот терпеть не может людей. И одна из причин, почему ему вообще поручили эту миссию, заключалась в том, что его самого теперь едва ли можно назвать человеком. И это действительно ощущалось, на Демоническое Копье дракон смотрел совершенно иначе, чем на самого Гор Вея.

— Если вы освободили меня только ради того, чтобы я помог вам свергнуть очередного царя, то зря потратили время. Мне нет дела до вашей политики. Может, меня раньше и называли «лордом войны», но то давно в прошлом.

— Я понимаю, — кивнул Гор Вей. — Поэтому я хочу сделать вам другое предложение. Сделайте вид, что вы решили помогать Альянсу Тени, возглавьте армию, помогите Лорду Знаний сместить Лорда Справедливости.

Дракон прищурил свои глаза и пыхнул носом раскаленный воздух. Учитывая его человеческую форму, это выглядело довольно необычно.

— А взамен, — продолжил Гор Вей, — я дам вам то, что вы хотите больше всего.

— И чего же по твоему мнению я хочу больше всего и не могу получить?

Гор Вей улыбался краешками губ, выдерживая театральную паузу, которая немного раздражала дракона, и потому он решил, что не лучшее решение — слишком затягивать с ответом. Просто не мог удержаться от такой маленькой колкости.

— Других драконов. Мы вернем их всех.

— Не могу поверить, что мы просто так смогли уйти, — Рю по-прежнему оглядывался назад, словно опасаясь, что вот-вот появится старый Аррой Шэнь и заберет нас назад.

И ведь мы действительно ушли.ю и только что вместе с драконом ступили на одну из многочисленных дорог, которые ведут в самые разнообразные точки нашего огромного мира. Я сразу же достал путеводный компас и сверился с ним. Тот поймал сигнал врат Гаруда и мгновенно проложил самый короткий маршрут к нему, а раз так, то мы точно вне зоны влияния второго Костяного палача.

На миг я задержался, смотря на лес позади. Часть меня хотела остаться, поговорить с ним нормально, в конце концов, он такой же как я. Аррой Шень прошел через многое из того, через что проходил я сам, да и та сила, которой он обладает, она же поистине огромна. Он действительно на одном уровне с Лордом Закона или Справедливости, и он хотел поделиться этой силой со мной. Если бы я остался, то, вне всякого сомнения, стал бы сильнее.

Но другая часть меня говорила, что все это одна огромная ошибка. Если я останусь, если я попытаюсь постигнуть то, чему он способен меня научить, то я рано или поздно повторю его путь. А история Костяного палача и Говорящей с мертвыми — это всегда трагедия. Что есть сила, если мне некого будет защищать?

Проклятье… Начинаю мыслить как Юл.

Тряхнув головой и сбрасив навалившееся сомнение, я вновь сосредоточил свое внимание на компасе и уже собрался отправиться в путь, как внезапно меня окликнули. Это была Лорд Удачи.

— Постой, юный Крейн.

— Я не останусь.

— Этого и не требуется. Я тоже ухожу, не позволишь ли отправиться с тобой? Меня мог бы проводить отец, но… я думаю, что лучше отправлюсь с тобой.

— Если вы того желаете, — кивнул я, и в путь мы отправились вдвоем.

Удивительно, что, несмотря на её более высокое возвышение, моя техника шагов превосходила её, и мне приходилось то и дело одергивать себя, когда замечал, что Лорд слегка отставала.

Во время одной из небольших стоянок, которые мы делали, так как путь оказался уж слишком далеким, женщина тоже прокомментировала этот момент.

— Кажется, я немного заржавела, — рассмеялась она. — Уже не помню, когда мне приходилось вот так бегать. Кажется, я и вовсе подобную технику шагов не использовала лет двести.

— Сложно в это поверить. Мне казалось, что Лорды посвящают много времени битвам.

— Не я, — призналась Лорд. — Вернее, я регулярно тренируюсь, и у меня есть Поступь семи лепестков, — женщина поднялась с поваленного дерева, на котором сидела, и продемонстрировала технику. Это была очень красивая и быстрая техника шагов, сразу видно, что боевая, направленная на уклонение от атак. — Но она не подходит для путешествий.

— И как же вы перемещаетесь по Небесной столице, раз не техниками?

Лорд хотела ответить, но затем передумала и лишь загадочно улыбнулась.

— Думаю, скоро сам узнаешь. Я подготовлю для тебя разрешение на путешествие туда.

— В этом нет необходимости, — покачал я головой.

— Перестань, Натаниэль, ты сильный воин, и если хочешь стать ещё сильнее, тебе так или иначе придется туда отправиться. Когда подберешься к третьей ступени, ты в конце концов упрешься в ограничение силы. Концентрация духовной энергии даже в третьем витке ниже, чем в Небесной столице, раз в пять.

— Настолько? — это было удивительным открытием.

Лорд в ответ кивнула.

— В таком случае мне действительно стоит там побывать.

На самом деле я действительно думал побывать там, но мне не хотелось делать это через Лорда, предпочитая более… незаметный способ. Если лично Лорд попросит за меня, то на это могут обратить внимание личности, внимания которых мне бы не хотелось. Например, Лорда Знаний.

— Но лучше бы сделать так, чтобы это случилось инкогнито, — предложил я.

— Думаю, это возможно. Можем устроить тебя одним из рабочих на судно, принадлежащее роду моего мужа. Он не позволит тебе попасть в Небесную столицу, но даже за стенами города ты сможешь получить очень много сил.

— А разве Небесная столица не занимает весь первый виток?

— Это распространенное заблуждение. Фактически весь первый виток — это один большой город, но на деле он разделен на множество районов, где каждый клочок земли кому-то, да принадлежит. Сама же Небесная столица огорожена гигантскими стенами, по сравнению с которыми даже стены Радрифа будут казаться маленькими и незначительными.

— Сложно вообразить, — я попытался представить и не смог. Меня и Радриф поражал своими невероятными размерами, но если Небесная столица больше, то моего воображения явно недостаточно для такого.

— Да, город немыслим, и там живет невероятное количество людей. По сути это отдельный мир со своими правилами и законами, порой странными и абсурдными.

Лорд ещё немного рассказала о том, что из себя представляет небесная столица, и часть из этого я уже слышал из уст Мейли, но чего-то действительно интересного там не было. Просто мелочи, которые могут мне помочь, когда я наконец там окажусь. Когда закончили, то продолжили путь. Спустя несколько часов мы наконец подошли к выходу в Гаруд, и когда я переступил порог Леса, то едва узнал город.

Лорд Удачи, которая всю дорогу пребывала в хорошем расположении духа, тоже помрачнела при виде разрушений. Внешний вид города сейчас очень напоминал тот, в котором он пребывал во время начала конфликта с сектой Несокрушимого Алмазного Солнца, но смотреть на него было больнее. Ведь тогда все, что тут было, фактически перешло наследством, но новый Гаруд был отстроен чуть ли не с нуля нашими людьми, кровью и потом.

Мы вышли на центральную улицу, и я с печалью бросил взгляд на то, что осталось от Павильона Цветов, из здания которого обычно доносилась музыка, а на входе то и дело можно было увидеть красивых девушек. Сейчас это были руины.

— Что тут произошло? — спросила Лорд, хмурясь и оглядываясь по сторонам.

— Альянс Тени. Я говорил, что они хотели освободить Лорда Смерти, и сделали это.

Уже издали я увидел то, что заставило мое сердце обливаться кровью. Один из перстов длани был разрушен, кажется, тот самый, под которым в прошлом и находился проход к месту излома и где располагалась усыпальница рода Контер.

Судя по тому, что центральная пагода тоже не возвышалась над стенами крепости, обломки перста рухнули прямо на неё. В отличие от построек нижнего города, крепостные стены уцелели, но в них хватало прорех, а главные ворота были выбиты. Мы с Лордом ещё не успели подойти к ним, как к нам навстречу выскочило несколько солдат не лучшего вида с оружием в руках.

— Кто такие⁈ Это… — но они сразу же замолкли, опознав меня, рухнули на одно колено и подняли кулак, прижатый к ладони. — Глава! Глава вернулся!

Тут же они крикнули куда-то за стены, и крики о моём возвращении уже разносились то там, то тут. Встречали меня радостно, хотя это была скорее радость сквозь слезы, учитывая произошедшее.

Когда я вошел за крепостные стены, то понял, что ситуация внутри крепости не лучше, чем в нижнем города. Почти все павильоны уничтожены, целых построек буквально по пальцам пересчитать, и все они находились далеко от центра или входа. Меньше всего пострадали те здания, что находились у самых перстов, не считая «мизинца».

— НЕЙТ! — раздался возглас.

Я обернулся и увидел Юл, мчащуюся ко мне со всех ног. Оказавшись рядом, она бросилась мне на шею, и я закрутил любимую супругу, прижимая к груди. Не сдерживая порыва чувств, она плакала, целовала меня и снова плакала, но всё же в конце концов взяла себя в руки и отступила, хоть всё ещё и держала меня за руку, искренне улыбаясь.

— Юл Эй, хочу представить тебе Лорда Удачи, — слегка ошарашил я супругу представлением женщины, которая была со мной. Юл тут же подобралась и, на мгновение смутившись, попыталась отыграть роль госпожи дома, хоть от самого дома сейчас мало что осталось.

Ну а когда с приветствиями и формальностями было покончено, Юл начала рассказывать новости, часть из которых уже сообщила в письме. Правда, её прервало появление Гарроны. Воительница выглядела помятой, уставшей, а ещё у неё отсутствовал один глаз, и теперь на лице красовалась повязка, скрывающая это. Сразу вспомнились приключения со Странниками, когда мы впервые встретили Гор Вея. Тогда Гаррона тоже лишилась одного, но тогда был правый, сейчас же левый. Увидев меня, она ухмыльнулась и заключила в объятьях.

— Глава, как мы счастливы, что вы вернулись, — крепко стиснув меня, сказала она, но потом, тоже справившись с эмоциями, выпустила из рук.

Юл проводила меня с Лордом в одно из немногих уцелевших зданий крепости, где теперь располагался временный штаб дома. По пути я пересекся с Гаром Мокина, что был мрачен и ответил мне сухим кивком.

— Он потерял двоих во время схватки, — сообщила мне Юл по пути и помрачнела сама. — Я уже ничего не могу с этим сделать…

Я приобнял супругу, понимая, что она чувствует себя виноватой из-за этого.

Когда мы оказались в зале совещаний, то произошел небольшой сюрприз. Там меня ждал Эвиан, член Союза Нищих, который в свое время нам очень помогал.

— Эвиан, рад тебя видеть. Король сообщил, что ты вернешься в Гаруд, но не сказал когда.

— Я тоже рад вернуться, — улыбнулся он, — пусть даже в столь тяжелый для вас момент. Можете положиться на мой опыт.

Не став тратить время на пустые разговоры, мы сразу перешли к сути. Вести, что принесла Юл, меня не обрадовали, хотя по состоянию города это и так было понятно. Мы потеряли по меньшей мере несколько сотен человек, среди которых были действительно сильные воины. Танадор, который оказался на рубеже обороны и дольше всех удерживал врага, уже несколько дней не приходит в себя. Даже дедушка Шу сказал, что его состояние тяжелое и нет гарантий, что он очнется.

— Он погибал несколько десятков раз, — опустив глаза, сказала Юл. — Я оживляла его больше других, и такое частое воскрешение слишком травмирует душу. Даже если он умрет, и я его верну, нет гарантии, что он очнется.

— Без сил госпожи Юл потери были бы намного больше, — сказала Гаррона. — Даже я умирала раза два… — при этом Гаррону слегка передернуло, видимо, от воспоминаний о том, что произошло. — И больше бы не хотела.

— И всё же я чувствую, что могла бы сделать больше. Простите, что мне не хватило сил вернуть всех…

— Юл… — я взял её за руку, и она с благодарностью посмотрела на меня, но в глазах всё равно читалась грусть и вина.

— Давайте лучше о хорошем, — поняв, куда скатывается наш совет, заговорила Гаррона — Да, город сильно пострадал, но мы выжили и прикончили почти всех нападавших. Да, их лидеры ушли, но мы однозначно надрали им зад. Тот тип с железной рукой в итоге её и лишился, Танадор снес её во время схватки, а там рвануло так, что перед главным домом до сих пор здоровый кратер.

— Здания можно отстроить. Что там с убежищем?

— Ещё два дня, и оно откроется, тогда сможем заняться восстановлением города и крепости, — ответила Юл. — Но раз Лорд Меча свободен, получается, что теперь Альянсу Тени больше нет смысла нападать на нас?

— Да, всё так, — подтвердил я, хотя до конца не был в этом уверен. Гаруд потерял для них интерес, так что теперь у нас есть некоторый перерыв. Но я всё равно не думаю, что стоит расслабляться. У них поменялись приоритеты, но я бы не надеялся, что они забудут обиды.

— Я лишняя на этом собрании, — осторожно вмешалась Лорд, окидывая присутствующих внимательным взглядом. Она и впрямь была тут лишней, но учитывая, что она и так знает, что я Костяной палач и что мы сражались с Альянсом из-за Лорда Меча, то от неё скрывать что-либо не было большого смысла, скорей уж наоборот. — И все же хочу добавить: если вы говорите о мужчине с железной рукой, что способен на равных драться с Танадором… то полагаю, что это Кайрос Бал, первый ученик Лорда Знаний и один из старших офицеров Альянса. Если это действительно он и лишился руки, то могу гарантировать вам, что он вернется для того, чтобы отомстить. Мальчишка слишком самолюбивый и не любит терпеть поражения.

— Думаете, что он вернется?

— Не исключаю этого. Вряд ли скоро, учитывая сломанный артефакт и возможные распоряжения троицы теневых королей и своего учителя, но когда у него будет время, он, вне всякого сомнения, ударит.

— Тогда мы ударим первыми.

Все присутствующие удивленно посмотрели на меня.

— Нейт, — нахмурилась Гаррона, — мы только что проиграли войну, оказались под ударом. Не лучше ли нам затаиться?

Логика подсказывала, что глава Павильона Врат права, мы точно не в том состоянии, чтобы продолжать войну, но сердце говорило, что нужно сделать ровно противоположное. Нужно отомстить или хотя бы помешать Альянсу в их планах.

— Я согласна с мужем, — внезапно поддержала меня Юл, что стало сюрпризом даже для меня. — Сейчас они выбросили нас со счетов, считают, что мы будем сидеть и дальше дожидаться, когда они смогут покончить с нами. Они не забудут о нас, я в это не верю. Они вернутся, когда разберутся со своими врагами.

— Не лучше ли нам воспользоваться этим временем, чтобы подготовиться? — засомневалась Гаррона.

— Мы в любом случае не наберем столько силы, чтобы сравняться с Альянсом, — не согласился я. — За ними стоят великие дома Небесной столицы, Лорд Знаний, у них несметные богатства. Даже если у нас будет несколько лет мирной жизни, мы не накопим столько силы, чтобы сравниться с ними. Единственный вариант — помешать им и помочь их врагам.

— Осталось понять, чего именно они добиваются, — задумалась Юл.

— Думаю, что этот вопрос могу прояснить я, — высказался Эвиан, сложив руки за спиной. — Их цель — Небесный престол.

— Их цель — Небесный престол, — сообщил Эвиан, пройдясь по комнате и сложив за спиной руки.

— Это невозможно, — немного устало возразила Лорд Удачи. — Небесный престол был уничтожен тысячу лет назад вместе со смертью Небесного царя.

— Верно, уничтожен, но его стали тайно восстанавливать практически сразу после разрушения. Технология его создания была слишком сложной, можно сказать, невозможно сложной, в конце концов, его возводили лучшие из умов Пусторожденных, которые оказались пленниками Небесного царя после Войны Драконьей крови. После завершения постройки Небесный царь казнил их, а все записи были уничтожены, но прошлый Лорд Знаний много времени изучал возведение престола, а его сын, нынешний Лорд, в итоге завершил эту работу.

— Мне ничего об этом неизвестно! — воскликнула Лорд Удачи, подходя к мужчине и бросая на него гневный взгляд.

Эвиан виновато улыбнулся и втянул голову в плечи, почувствовав давление, исходящее от этой могущественной женщины.

— Лорд, прошу, я лишь говорю то, что слышал лично от Короля Нищих.

Лорд Удачи и сама поняла, что отреагировала слишком бурно. Она сделала глубокий вдох и отступила.

— Продолжай.

— Как я уже сказал, работа практически завершена, а учитывая уход Лорда Закона…

— О чем ты? — вновь заговорила Лорд Удачи, недобро хмурясь.

— Вы… не слышали? — изумился Эвиан. — Несколько дней назад Лорд Закона сложил полномочия. Он умыл руки в золотой чаше и отправился на последнюю битву с Бездной.

Кажется, эта новость подкосила женщину. Она покачнулась, я уже было хотел рвануть, чтобы помочь ей, но она сама нашла в себе силы и дошла до стула, села на него и схватилась за голову.

— Это катастрофа… Почему⁈

— К сожалению, это мне неизвестно. Но это факт, Король лично присутствовал при этом, ему каким-то образом удалось повидаться с Лордом перед его уходом. Хотел переубедить, но ничего не вышло. Так что эти сведения из первых рук. Лорд Справедливости собирается объявить себя новым Небесным царем. Лорд Знаний, который создавал новый Небесный престол, не хочет этого, он хочет сам стать царем.

— В это я охотно поверю, — мрачно согласилась Лорд Удачи. — Ему не хватает силы выступить против Лорда Справедливости. Теперь я понимаю, зачем Альянсу Тени понадобился Лорд Смерти. Это гражданская война за престол.

— Да, госпожа, — подтвердил Эвиан. — Все именно так. Лорду Справедливости нужен Лорд Знаний для завершения престола, а Лорд Знаний тянет время и собирает союзников, которых так долго стягивал.

— Это будет новая великая война…

Эвиан кивнул.

— Скорее всего.

— Мне нужно срочно в Небесную столицу! — поднялась Лорд.

— Приложим все свои силы, чтобы помочь вам вернуться, — согласился я, после чего вернулся к основной теме. — Если Лорд Справедливости и Альянс Тени сцепятся, то мы тем более должны поучаствовать. Альянс должен заплатить за это нападение.

Гаррона не одобряла этого решения, но она не глава дома, так что не ей решать.

— В любом случае, — продолжил Эвиан, — какое-то время у нас ещё есть. По словам нашего информатора в кругах Лорда Знаний, который видел чертежи Небесного престола, для полного завершения не хватает одного компонента, и судя по всему, с его получением есть некоторые сложности.

— Какого компонента? — спросил я.

Если у нас получится помешать восстановить Небесный престол, то мы убьем двух зайцев одним махом. Я не симпатизировал ни Лорду Справедливости, ни Лорду Знаний, по мне, они оба стоят друг друга, и если ни один из них в итоге своей цели не добьется, тем лучше для всех.

— Нужна вещь, которая называется «Сфера Вечности».

Я ощутил, как холодок пополз по моей спине. Переглянулся с Юл и заметил, что супруга тоже заволновалась из-за услышанного. Неужели в этом все дело? Мы ведь так до конца и не знали, зачем Лорд Справедливости использует демонов и создает эту сферу. Мне казалось, это чтобы вобрать её силу и стать ещё сильнее, а оказывается, это важный компонент Небесного престола.

— Вы… что-то знаете? — Эвиан заметил нашу с Юл переглядку и вскинул бровь.

— Можно сказать и так, — кивнул ему, но озвучивать эту информацию не стал.

Эвиан, поняв, что не услышит комментариев, не стал выпытывать, но разочарования по этому поводу скрывать не стал.

— Как скажете, — подытожил он. — Что же до вашего желания отомстить, поверьте, Союз Нищих желает того же самого, поэтому все наши ресурсы, те немногие, что остались, в вашем распоряжении. Я сегодня же отправлю весточки своим людям, и они займутся изучением, чем сейчас занимается Альянс. Думаю, мы без труда найдем слабые места в их организации и сможем нанести туда удары, учитывая, что благодаря Бескрайнему лесу наше перемещение практически ничем не ограничено.

— Тогда приступай, — кивнул ему.

— Тебе не холодно? — спросила Юл, и лишь после этого я осознал, что вышел на балкон в одних подштанниках и босым. С неба валил снег, а я словно почти не ощущал холода.

— Это тоже своего рода тренировка, — улыбнулся я, повернув голову к вышедшей на балкон супруге.

Та куталась в шерстяное одеяло. Подойдя ко мне, Юл прижалась к спине обнаженным телом и уткнулась лицом мне меж лопаток.

— Тебе не стоило выходить, замерзнешь же…

— Раз ты вышел, и тебе не холодно, то и мне нормально… — пробормотала она, прижимаясь ко мне плотнее и слегка подрагивая от холода.

Понимая, что она так просто не уйдет, я разогнал внутри себя духовную энергию и стал малыми порциями выплескивать её в форме тепла, чтобы согреть Юл. Хотя она и сама могла сделать то же самое, но видимо, хотела, чтобы грелкой был именно я.

Так мы и стояли несколько минут, пока Юл не «перетекла» на противоположную сторону, чтобы теперь утыкаться мне в грудь.

— Что ты собираешься делать, Нейт? — наконец спросила она, и я без уточнений понял, о чем именно она спрашивает.

— Я должен заполучить Сферу Вечности до того, как её заберет Лорд Справедливости.

— Она ещё не завершена…

— И тем не менее, в ней прорва энергии, столь большое количество, что Лорду может хватить. По крайней мере, я очень сомневаюсь, что Лорд Справедливости станет ждать несколько столетий.

— А когда ты её получишь, то что сделаешь?

— Не знаю, — честно ответил ей. — В прошлый раз благодаря ей я смог вернуться в прошлое и изменить наш путь. Возможно, если я её поглощу, то стану достаточно сильным, чтобы защитить нас с тобой от любого.

— Не надо! — Юл отступила на полшага и взяла меня за руки, заглядывая в глаза. — Я серьезно. Не используй её для такого.

Я удивленно вскинул бровь.

— Нейт, эта вещь создавалась из боли, страданий и жизней людей. Лорд Справедливости не просто так собирается использовать её в машине, а не лично.

Мгновение смотря на её обеспокоенное лицо, я кивнул.

— Ты права, найдем ей другое применение, на благо людей и мира. В конце концов, она действительно была получена очень темным путем, но если мы просто спрячем её там, где никто не найдет, то разве эти жертвы не окажутся напрасными? Может… — я задумался, — с её помощью мы сможем закрыть прорыв мира мертвых в третьем витке? Или превратить пустыню в плодородные земли.

Юл улыбнулась, потянулась и поцеловала меня.

— Такой вариант мне больше нравится, но ты её ещё не получил, — посерьезнела она. — А ещё, насчет мира мертвых… Мне хочется там побывать.

— Зачем?

— Если то, что там произошло, дело рук Риосс, то я, как Говорящая с мертвыми, должна попытаться решить эту проблему. Не уверена, что мне хватит сил, в конце концов, где я, а где она, но я как минимум должна попытаться.

— Хорошо, — согласился я, хоть мне эта идея и не нравилась. — Попробуем что-нибудь придумать, чтобы побывать там. Радриф, как я слышал, уничтожен, от него мало что осталось, а следовательно, и через Лес туда не попасть.

— Уверена, этот вопрос мы как-нибудь решим, — улыбнулась Юл и вновь меня поцеловала.

А затем снова, и снова, и снова… В её глазах уже мерцали шаловливые огоньки. Ну а уж когда она подалась ко мне и прошептала кое-что на ухо, я понял, что пора заканчивать с морозными процедурами и нести супругу в место потеплее.

Ближе к рассвету, убедившись, что притомившаяся Юл крепко спит, я выскользнул из постели, призвал дверь и отправился в личное убежище. Там немного привел себя в порядок, ополоснулся и занялся базовыми тренировками, которые почти не делал последнее время.

— Рю, — позвал я дракона и, когда тот нехотя материализовался со слегка обиженным видом, спросил: — Мне нужна помощь с Копьем пустыни. Как им пользоваться?

— Я уже тебе говорил, что не знаю.

Не думаю, что он врал, даже если и обижается. Когда я остаюсь наедине с Юл, то запихиваю Рю в дальний уголок своей души, чтобы он нам не мешал. Некомфортно мне уделять время супруге, когда где-то под боком маячит призрачный дракон, который к тому же ещё так любит подсматривать.

— Брось, у тебя должны быть идеи, ты ведь великий Рю Джай Тан, — потешил я его тщеславие. — У мудрого дракона всегда должны быть мысли.

Рю на такое откровенное подхалимство слегка возмутился, но он тут же раздобрел и стал думать.

— По идее, это разумное оружие, так что самый эффективный способ заставить его работать — битва.

— Думаешь?

— Ага, защищайся!

Рю тут же превратился в облако белого дыма, из которого вынырнул уже человеком. Меч в его руках устремился к моему лицу, а я тут же призвал себе меч из хранилища, чтобы блокировать внезапный удар.

— Нет, Нейт! Без оружия! В этом же весь смысл!

Рю каким-то очень ловким финтом выбил меч из моей руки. Тот упал неподалеку, и дракон уже стоял между нами, улыбаясь своей дразнящей ухмылкой, намекая, что не позволит мне до него добраться.

Технически я бы легко мог вернуть его просто усилием мысли, это же мой мир, с моими правилами и законами, но тогда действительно потеряется смысл спарринга.

— Ладно, — осклабился я, бросившись на дракона.

Рубящий удар сверху, и я поднырнул под меч, ударив в корпус. Рю мягко ушел в сторону, позволив моей ладони лишь вскользь задеть его одежду. В ответ он ударил простой техникой воздушного серпа, который пусть и не разрезал бы меня пополам, но серьезно ранил однозначно.

— А я думал мы без техник!

— Кто сказал? — изобразил он удивление и скакнул вперед техникой шагов.

Укол в грудь. Я едва увернулся от удара, попытался достать дракона ударом в подбородок снизу, но тот, ухмыляясь, успел сделать шаг назад, и кулак прошел перед его лицом. Зато он мне тут же саданул ногой по ребрам.

Всё таки Рю сильный. По возвышению мы сейчас равны, я просто физически не могу воплотить его сильнее, чем я сам, но то, как ловко он способен жонглировать стилями и использовать техники, поражает. Ведь для того, чтобы увернуться, сейчас он использовал какую-то технику шагов, причем такую, что просто сдвинула его назад на полшага практически мгновенно.

— Ты хочешь заставить оружие реагировать, — говорил он, изображая наставника и даже отрастив длинные седые усы, — значит, оно должно почувствовать твое намерение. Не разумом, а телом. У вас же симбиоз, оно питается от тебя, а ты используешь его.

Рю шагнул ко мне так быстро, что воздух хлопнул, а миг спустя его меч скользнул вдоль моего плеча. Я немедленно ушел в сторону, поймал запястье Рю, попытался провернуть его руку, но тот будто был соткан из дыма. Конечность рассыпалась, чтобы собраться уже вне захвата.

Ещё один удар в живот ногой и разрыв расстояния.

— Ну ты и жулик, — покачал я головой, выпрямляясь. Бил Рю не сильно, меня скорее раздражало его показушничество. Он явно был доволен этой маленькой демонстрацией силы и навыков.

Тут я решил поменять тактику и задействовал узлы на некоторой импровизации. Возможно, это было очередное «озарение» или вроде того. Рванул Рю навстречу, и тот в своей привычной расслабленной манере ударил мечом, видимо считая, что я собираюсь увернуться. Он ошибся. Его клинок встретился с моим кулаком, вокруг которого вспыхнула Шкура Громового Дракона, превращенная в боевые перчатки. Да ещё и удар вышел таким хорошим, что меч вылетел из его рук. Не мешкая ни секунды, следующий удар я направил дракону в голову.

Увернулся, но хотя бы насмешку смог стереть с его лица.

— Медленно, — насмешливо протянул Рю, возвращая прежнее выражение лица. — Настолько медленно, что мне стыдно за твоего учителя.

— Ты и есть мой учитель, — бросил я в ответ, ведь стиль Танцующего дракона и громовые техники я выучил именно от него.

— Так ещё хуже! — фыркнул он, отправив в меня сразу несколько воздушных серпов, да с такой частотой, что тут не уворачиваться надо было, а бежать прочь. Их было по меньшей мере полсотни, а скорее всего даже больше. — Ты тратишь время, Нейт! Тебе нужно научиться использовать Копье Пустыни, а не махать кулаками.

— Как будто я этого не знаю, — огрызнулся я. Во время атаки или защиты я чувствовал странные импульсы от оружия внутри себя, но как их интерпретировать, как использовать не имел ни малейшего понятия. Я уже сотню раз и просил, и приказывал ему, и мысленно, и вслух — толку ноль.

А Рю только наращивал темп. Его удары сыпались за ударами, и громовые кулаки ни капельки не помогали, я теперь вообще не мог его достать.

— У меня такое чувство, что ты стал сильнее, Рю.

— Возможно, — согласился он. — Стал сильнее ты, стал сильнее и я.

— Нет, я про твое искусство. Раньше, когда мы спарринговались, казалось, что я вот-вот смогу тебя достать, а сейчас ты вообще недосягаем.

— Я просто поддавался, — Рю показал мне язык.

— Вот же гад.

— Нейт, а сейчас готовься, я буду бить всерьез.

— А разве ты не…

Договорить я не успел, потому что Рю превратился в настоящий ураган, обрушившийся на меня. Первый же его удар чуть было не снес мне голову, а второй разнёс Шкуру. Вновь какая-то странная незнакомая техника, направленная на разрушение духовной брони.

От третьего удара я уйти не сумел. Видел его, понимал, каким он будет, но Рю по какой-то причине был быстрее. Острие клинка устремилось точно мне в грудь, и в этот момент я что-то почувствовал. Нечто зашевелилось в груди, а когда острие ударило в меня, то вместо того, чтобы оказаться пронзенным насквозь, меня отбросило на пару метров.

Когда я бросил взгляд на свою грудь, то увидел серебристый металл, растекшийся по торсу, формируя кирасу.

— ВО-О-О-О-ОТ! — довольно скалясь, протянул дракон. — А я говорил, Нейт! Чтобы эта штука зашевелилась, нужно просто попытаться тебя убить.

Я ощупал стальной нагрудник, который сформировался из Копья пустыни и удивленно хмыкнул. Несмотря на то, что он был очень тонким и легким, его прочность, скорее всего, лучше, чем у многих доспехов. А может ли Копье стать полным доспехом?

— Может, — ответил Рю, и я удивленно посмотрел на него.

— Опять мысли читаешь?

— Немного, — подтвердил он. — Но ты сам открываешься, ага… вот теперь не могу.

— Расслабился, — ухмыльнулся ему, поднимаясь. — Продолжим?

— Разумеется! Теперь эффект нужно закреплять!

Несколько часов мы гоняли друг друга по тренировочному двору моего внутреннего мира. Пыль поднималась от каждого удара, воздух дрожал, а мои руки всё чаще ныли от блоков и парирований. Про мелкие царапины, остающиеся от проломанных техникой блоков, я вообще молчу. Но всё бестолку, Копье пустыни словно впало в спячку.

Стоило спаррингу перейти в обычный ритм, оно тихо скользнуло под кожу и больше не откликалось ни на удары, ни на реальную опасность. Может, оно чувствовало, что Рю не пытался меня убить по-настоящему? Или считало, что я и сам неплохо справляюсь?

Но в конце концов я смог активировать копье второй раз, и теперь оно стало мечом, которым я отразил очередной удар Рю. Правда, после первого же парирования оно растеклось жидкой ртутью и скрылось в моей руке. Подобное стоило выделить отдельно: ощущения от того, что живое оружие разрывает твою кожу, чтобы оказаться снаружи, крайне специфические. Да и перемещения жидкого металла внутри ощущается как змея под кожей, будто нечто прохладное поглаживает твои кости. Бр-р-р-р.

— Ну вот, уже прогресс! — Рю продолжал веселиться. — Два раза мы уже заставили его показаться, дальше будет проще. Уверен.

До конца дня мы так и не смогли вытащить Копье пустыни наружу снова. Как будто оно специально демонстрировало характер, насмехаясь над нашими попытками взять над ним контроль. После я устроил небольшой перерыв, во время которого дракон, получивший человеческое тело, как по мне, излишне налег на выпивку, что впоследствии отразилось и на его стиле ведения боя — он стал менее отточенным, но более непредсказуемым.

— Это стиль пьяного дракона, й-и-к! — объявил Рю, замахнувшись настолько расслабленно, что я едва увернулся. Сам он при этом едва не выронил меч, хотя уверен, что это было показушное.

— Ты призрак, ты не можешь опьянеть, — покачал я головой.

— Зануда, — надулся Рю, а затем рванул вперед неожиданно резким движением, точно поймав момент между качающейся походкой и резким выпадом.

Второй день тренировок в моем личном убежище прошел гораздо продуктивнее. Теперь копье активировалось гораздо чаще, правда, это все ещё было слишком хаотичным проявлением. Я никогда не мог точно сказать, когда именно это произойдет и какую именно форму оно примет. Один раз вместо меча оружие внезапно стало… подсвечником. Рю эта ситуация очень повеселила, а вот меня — не очень. Отбиваться от такого быстрого и умелого противника столь странным оружием было очень трудно.

— Смотри на это с позитивной стороны. Тебе было нужно оружие, копье на это ответило, пусть и немного не так, как ты хотел. Напомню, у этой штуки есть своя душа, не такая, как у нас с тобой, но тем не менее.

Рю вновь атаковал, заставляя меня танцевать под его градам и ударов. Он не давал и секунды отдыха. Его клинок рассекал воздух непрерывным вихрем, а сам он двигался так, будто и вовсе не касался земли. Опять какая-то незнакомая техника шагов. И каждый раз новая, даже любопытно, сколько всего он их знает. Сотни? Тысячи? Хотя учитывая, сколько ему на самом деле лет, я не удивлюсь, если он действительно владеет тысячами техник и стилей.

Я едва уклонился от очередного выпада, чувствуя, как сталь прошла рядом с кожей и оставила после себя резкий холодок. Рю не позволял даже подумать. Ему нужно было заставить меня перейти от разума к чистому инстинкту, так, по его мнению, и можно заставить копье работать правильно, и он прекрасно знал, как это делается. Рю сменил ритм, добавил внезапный удар коленом, потом перенес центр тяжести и попытался опрокинуть меня на землю мощным ударом. Я перекатился, сместив энергию удара, вскочил на ноги и едва отбил следующий удар ладонью, чувствуя, как в пальцах пронеслась вибрация от столкновения. Бросил беглый взгляд на руку и увидел, что ладонь покрыта серебряной «коркой». Опять Копье подключилось.

Я попытался перейти в контратаку, но дракон на это лишь хмыкнул и играючи сбил мой ритм. Вернее, он бы это сделал, если бы вновь не активировалось копье. В моей руке возник короткий клинок, которым я спарировал удар, а мгновение спустя он удлинился и снес дракону полчерепа, которые тут же превратились в дымку.

Рю отступил, восстанавливая утраченную часть тела, и обиженно надул щеки.

— Это было нечестно!

— Что? Даже великий Рю Джай Тан может совершать ошибки, — рассмеялся я, жутко довольный собой.

— Смейся-смейся, — обиженно буркнул он и рванул на меня.

В этот раз его атаки были очень стремительны, возможно, даже быстрее, но несмотря на это, мне удавалось блокировать каждый из его ударов. Это происходило по-разному, то Копье становилось мечом, то принимало свою истинную форму, то форму щитков, защищающих предплечья, или нагрудником.

На пятый день этих схваток у меня стало получаться призывать копье практически без усилий, оно откликалось, но всё ещё было не столь послушно, как хотелось бы. Но в сравнении с тем, что было изначально, это стало огромным прогрессом. Да, оно не всегда было нужной формы и словно чувствовало ситуацию и проявлялось в том виде, в каком хотело само, а не я, но главное, что оно откликалось. Более того, небольшая проба показала, что копье очень неплохо синергирует с моей стихией молнии. Кажется, использование этого оружия заметно усилит громовые оружейные техники.

На седьмой день, когда прогресс стал практически нулевым, Рю объявил, что с него хватит.

— Пожалуй, закончим на этом. Не похоже, что твой контроль хоть как-то поменялся за эти два дня, а следовательно, и продолжать этот марафон бессмысленно.

— Согласен, — кивнул ему и дал мысленный приказ проявиться оружию. Оно сделало это нехотя, но подчинилось. В моей руке материализовалось серебряное копье, изящное и украшенное витиеватой резьбой у наконечника. — Но у меня есть у тебе другая просьба, учитель.

Рю недовольно прищурил глаза.

— Ты научил меня громовым техникам, но они либо общие, либо рассчитаны на меч, а не копье.

— Хочешь научиться оружейным техника копья?

— Да. Раз уж у меня теперь такое странное оружие, то глупо игнорировать его потенциал.

Рю ненадолго задумался, а затем кивнул.

— Ладно, припоминаю парочку, но с тебя должок, Нейт.

Понятия не имею, сколько мы с Рю провели в личном убежище, точно больше месяца, пока он кропотливо обучал меня своим новым техникам, то и дело называя то дурнем, то ещё как, хотя на самом деле ему нравилось, что я осваивал техники не так быстро, как мне бы хотелось, ведь благодаря этому он мог совершенно спокойно пользоваться всеми благами убежища. Там у него полноценное тело, которое способно чувствовать окружение. И это был мой должок: Рю очень хотел, чтобы я периодически позволял ему там бывать.

За время освоения техник я окончательно привык к оружию, и теперь с ним не должно быть проблем в бою. Хотя что меня удивляло, так это его растяжимость. Изначально я думал, что оно может быть только мечом, только копьем или только частью доспеха, но на деле оно могло быть всем одновременно. У меня даже получилось сформировать облегающую серебристую броню, которая покрыла меня с ног до головы, открывая лишь голову, и при этом я мог использовать меч или копье. Более того, за счет проводимости стихии я мог соединять броню со Шкурой Громового Дракона, благодаря чему эффективность защитной техники повышалась в разы.

Размышляя об этом, я вспоминаю последние слова Сайруса, что он берег его для меня. В свете открывшихся событий и того, насколько это оружие мне подходит, я начинаю и впрямь верить, что наша встреча была предрешена Духом Спирали.

Спустя два дня в реальном мире, как и было задумано, проход в специальное пространственное убежище возник в случайной точке рядом с городом, и как только это произошло, оттуда хлынул поток людей. Тысячи гражданских, которые переждали нападение в безопасном месте, оказались перед полуразрушенным городом.

Но унывать народ не стал, не в первый раз город страдал, да и мой дом людей в беде не бросал, так что мы немедленно организовали строительные бригады и снабдили их всем необходимым для работы. Пока же народ ютился либо в уцелевших домах, либо в самой крепости. А ближе к вечеру того же дня случилось ещё одно радостное событие: вернулись Мия, Мейли, Руон и Мару.

При виде их у меня словно камень с души упал, теперь я был уверен, что они в порядке, хоть Лорд ранее и упоминала, что её ученица жива и здорова. Что же до самой Лорда Удачи, то она покинула нас ещё в первый день пребывания, как только узнала о том, что Лорд Меча свободен, а Лорд Закона отправился в Бездну. Она и так потеряла много времени у отца и сейчас не могла просто сидеть у нас и дожидаться того, что будет. Но она пообещала свою активную помощь в борьбе с Альянсом Тени, и не только свою. У неё хватало союзников в Небесной столице, которые тоже не останутся в стороне, когда начнется война Лорда Справедливости и Лорда Знаний.

— Возможно, мы организуем что-то вроде «Альянса Света» или «Альянса Святого Дракона», — сообщила мне Лорд перед уходом с легкой щепоткой юмора.

Я поблагодарил её, а после мы расстались. За ней прилетела одна из тех птиц, которую в свое время использовали Мирион и Мейли. Что же до ученицы, то Мейли вздохнула с облегчением, когда узнала, что наставница покинула Гаруд и вряд ли они скоро увидятся. Правда, вскоре она про это забыла, потому что мир вокруг стал вращаться вокруг Мару, которой это не то чтобы нравилось. Юл, Мия и моя мама приложили все усилия, чтобы расположить девушку с наибольшим комфортом, учитывая ситуацию, несмотря на все её вялые сопротивления и заверения, что она может спать хоть на полу. Разумеется, о личном доме сейчас речи быть не могло, так что им пришлось разместить Мару в своем личном убежище. У меня даже мелькнула мысль, что, может, использовать ускорение времени, но меня одернула Юл.

— Даже не думай! Я консультировалась с отцом по этому поводу, у подобного ускорения есть свои побочные эффекты. Мы понятия не имеем, как это скажется на ребенке.

— Как скажешь, — не стал я спорить с супругой, но закрыть Мару в личном убежище на пару месяцев было действительно отличным решением, как по мне. Но раз мне запрещают, видимо, на то есть причины. В любом случае, пусть о её здоровье думают женщины, а у меня были другие дела.

Как только убедился, что Мару нормально себя чувствует на новом месте, которое немного напоминало её родной Радриф, только с большим количеством зелени, я оставил дам шушукаться, а сам нашел Айвилка и позвал его за собой, также нашел Ютатоса. Собрав этих двоих во временном штабе, я озвучил свои дальнейшие планы.

— Эвиан сказал, что нужно Лорду Справедливости, чтобы завершить Небесный престол — Сфера Вечности. Та самая, которую создает Рамуил в Радархарте. И потому моя следующая цель — выкрасть её.

— Мне доводилось слышать о чем-то таком, — мрачно заметил Айвилк, скрестив руки на груди. — Что вся эта кутерьма с людьми, умирающими раз за разом и возвращающимися к жизни, не что иное, как какая-то древняя могучая демоническая магия, напоминающая кровавые обряды, но в гораздо-гораздо большем масштабе. Только вот до недавнего времени я думал, что все это лишь слухи, легенды. Получается, эта штука реальна?

— Сфера Вечности? — на миг я задумался и всё-таки сказал ему правду. — Я даже смог подержать её в руках.

— Да ну, брешешь, — фыркнул он.

— Чистейшая правда. Сфера реальна, и она у Рамуила, но самая большая проблема в том, что у меня нет идей, как можно её достать, не убив самого Рамуила. Она хранится в особом месте, проход в которое может открыть лишь он сам, или проход откроется, если Рамуил умрет.

— Допустим, это так, но каким образом ты думаешь туда попасть? — Лис наклонил голову и скептически хмыкнул. — Вряд ли сам демонический правитель двенадцатого витка по доброй воле откроет проход в свою святая святых.

— Не откроет, а убить его я пока не в состоянии. Поэтому нам нужно пойти на хитрость.

Может, я и сильный воин, но Дух Спирали за последние недели четко дала мне понять, что силы нужно соизмерять, и бросаться на владыку двенадцатого витка, даже с Копьем пустыни — самоубийство. Он сильнее Мириона, в этом я не сомневался.

— У тебя есть какой-то план, — хмыкнул Ютатос.

— Есть, но для этого мне нужна помощь более талантливого артефактора, чем я сам.

— Ты мне льстишь, парень. Я умел, но уверен, что очень скоро ты меня превзойдешь. Ты уже создаешь вещи, до которых я бы никогда сам не додумался, например, тот артефакт для передачи голоса.

— Он нам, к слову, понадобится, только голос мы будем не передавать, а изменять. Я собираюсь выдать себя за Лорда Справедливости, — улыбнулся им.

— Ты, за Лорда⁈ — лис расхохотался, да так, что повалился на пол, схватившись за живот. — Извини, не смог удержаться. Ты, конечно, бравый воин и всё такое, но ты себя хоть в зеркало видел? Какой из тебя Лорд.

— Хочешь создать артефакт для создания иллюзии, которая сделает тебя неотличимым от Лорда? — задумался Ютатос. — Дело это непростое, как ни погляди. Чтобы создать точную иллюзию, нужно лицо Лорда Справедливости, образец его голоса и, разумеется, аура.

— С первыми двумя проблем не будет, — заверил я его и бросил короткий взгляд на Рю.

Тот прекрасно знал Лорда Справедливости, он сам мне об этом говорил ещё утром. Да, тогда он был моложе, но тут можно спросить совета Мейли, она, как ученица Лорда, тоже не раз видела его. Благодаря способностям Рю мы создадим в убежище образ Лорда, запишем его голос, а потом перенесем это в артефакт.

— А вот с аурой всё намного сложнее.

— Нет, с аурой-то как раз все элементарно, — вставил лис, перестав смеяться и заметно посерьезнев. — Достаточно просто скрыть твою, словно перед Рамуилом окажется обычный человек. Для такой фигуры, как Лорд, это нормально.

Задумавшись, я понял, что он прав. Лорд Удачи тоже порой гасила свою ауру, отчего та могла совсем не ощущаться. Но я так не смогу, снизить — да, но не полностью скрыть. Но создать маскирующий ауру артефакт гораздо проще, чем копирующий чужую.

— Но у тебя есть гораздо более серьезная проблема. Видишь ли, Лорд уже наведывался в Радархарт сразу после того, как ты выкрал Юл Эй из-под носа Рамуила.

— Да, слышал об этом.

— А слышал ли ты, что никто из тех, кто видел его, не выжил? Лорд использует какую-то странную технику, которая в буквальном смысле кипятит кровь и поджаривает разум, стоит лишь краем глаза его увидеть. Понимаешь?

— Если я явлюсь туда в обличье Лорда, то должен иметь соответствующую силу… — а вот это оказалось очень серьезной проблемой. — Единственный выбор — явиться и перемещаться так, чтобы никто больше меня не видел.

— Либо каким-то образом сменить схему патрулей, чтобы никто посторонний не попался тебе на пути. В любом случае, чтобы такое провернуть, нужно очень хорошо подготовиться, — лис подошел к столу и постучал когтем по столешнице.

Ютатос тоже задумался, а затем предложил:

— Возможно, стоит сделать две маскировки. Одна под Лорда Справедливости, вторая под Сангранира.

— О, а это может сработать! — одобрил Айвилк. — Он практически правая рука Рамуила, если вначале заявиться туда в его облике и дать нужные распоряжения охране, то пройти к правителю незамеченным не составит труда. И все же есть с этим одна большая проблема: после того, как Говорящая с мертвыми пропала, Сангранир большую часть времени находится во дворце, и по-хорошему его вначале нужно выманить. Но как это сделать?

Все погрузились в молчание, но тут в наш разговор вмешалась Юл. Я заметил, что она вошла, только сейчас и немного удивился. Мне казалось, что она занята Мару, и никак не ожидал, что она зайдет. Супруга просто прошла в комнату и встала за моей спиной, положив руку мне на плечо.

— Думаю, я могу помочь. Рамуилу и Санграниру нужна я. Если пронесется слух о том, что Говорящая с мертвыми вернулась в двенадцатый виток, он непременно отправится проверить. Это будет отличной возможностью, чтобы вам осуществить свой план.

— Юл, я не могу тобой рисковать.

— А ей и не нужно, можно просто найти какого-нибудь демона и убедить его сыграть роль Юл Эй, — предложил Ютатос. — Думаю, больших сложностей в том, чтобы найти зарламерку со схожей комплекцией, не возникнет.

Я обдумал предложение и утвердительно кивнул. Этот план мне нравился, вопрос оставался лишь в том, кто в итоге сыграет Сангранира и фальшивую Юл. Теоретически я мог бы попробовать сыграть и Лорда, и Сангранира, если маскировка будет поддерживать несколько обликов.

— Это уже похоже на план, — осклабился Айвилк. — Может, пока Рамуил развлекает фальшивого Лорда, а Сангранир гоняется за призраком, мне попробовать вскрыть его сокровищницу? Там много всякого…

— Не в приоритете, — покачал я головой. — Если тебя обнаружат, всё может пойти прахом.

— Охрана Рамуила? Да эти недотепы слепы, глухи и тупы, обойти их такому, как я, не составит большого труда.

Но несмотря на все заверения Айвилка, я был против. Первоочередной целью является Сфера Вечности, и было ощущение, что если мы начнем распыляться на сторонние цели, то всё пойдет кувырком.

— Нуо как скажешь… — слегка приуныл лис, увидев мою реакцию.

— И если не я один буду участвовать в этом, то нам нужен артефакт на манер моего браслета, способный эвакуировать моих помощников в случае опасности.

— Хорошая мысль, — одобрил Ютатос. — Если впишем истинное имя в него, то особых проблем быть не должно, будет работать как круг призыва. А если добавим ещё и кровь, то изъятие будет проходить гораздо проще и экономнее в плане энергии.

— На худой конец, всегда можно уйти Бескрайним лесом, кажется, ты уже проложил туда путь через него.

— Да, во время последнего визита, но добираться придется долго, больше суток точно. Я планировал, что, возможно, смогу вытащить оттуда приговоренных.

— Разумно ли? — засомневался Ютатос. — Они же преступники.

— По версии тех, кто их приговорил, — не согласился я. — Среди них действительно были отпетые мерзавцы, но я встречал там и тех, кого считал друзьями, почти семьей в прошлой жизни. Не всегда среди них оказывались преступники, их имена вписывают наместники и градоначальники, а те могут вписать имена людей за старые обиды или по иным причинам. Вечные не слишком разбирались в том, кого забирали демоны, я лучшее тому доказательство.

— Я поддерживаю мужа в этом решении, — сказала им Юл. — Тоже считаю, что стоит дать им второй шанс, а если же они им пренебрегут, тогда будут отвечать по закону Гаруда.

Юл, кажется, хотела сказать что-то ещё, но дверь в зал совещаний отворилась, ик нам практически вбежала Гаррона.

— Глава! У нас беда! — сходу заявила она. — На нас напали!

У известия, что сообщила Гаррона, была как хорошая сторона, так и плохая. Хорошая — напали не совсем на нас, а, скорее, на провинцию. Никаких врагов у наших стен не было, так что тревожные трубы тоже молчали, и Гаруду ничего не угрожало, по крайней мере, в данный момент. Плохая же заключались в том, что многотысячная армия напала на Фандал, это город, расположенный на самом восточном краю провинции.

Пока сведений было слишком мало, но одно точно: неизвестное войско пришло со стороны провинции Треснувшей горы, и не похоже, что они как-либо относятся к Альянсу Тени. Пришлось бросить все свои дела и отправиться непосредственно на место событий, благо теперь практически всю провинцию Весеннего облака пронизывают пути через Бескрайний лес, которые мы заблаговременно проложили.

Я вместе с Гарроной оказался на высоком холме, с которого открывался вид на долину, где находился Фандал, вернее то, что от него осталось. Фандал был небольшим городком, с невысокими каменными стенами, и вряд ли рассчитан более чем на сотню тысяч жителей. Кое-где над городом поднимались клубы дыма, а неподалеку от самого города раскинулось огромное поле боя, и снег там пропитался кровью.

— Дом Лондин, узнав о нападении, выставил против вторженцев небольшое войско в десять тысяч солдат, но все они были разбиты неизвестным врагом, — мрачно пояснила Гаррона, заметив, куда именно я смотрю.

— А о самих ничего?

— Ничего, — она недовольно поджала губы. — Всё, что мне известно, что они напали стремительно и так же быстро исчезли.

— Тогда попробуем посмотреть поближе, — бросил ей и помчался вперед, едва касаясь снега, используя технику шагов.

Гаррона отправилась за мной, но не столь аккуратно. До поля боя мы достигли минут за пять, и сразу стало ясно, что практически все люди дома Лондин оказались повержены неизвестным врагом. Я без труда узнавал их цвета и гербы на доспехах и флагах, а вот с врагом все было гораздо сложнее. Пришлось очень потрудиться, чтобы найти хоть кого-то, и было непонятно, то ли жертв было столь мало, то ли нападающий позаботился о том, чтобы забрать тела с собой.

Беглый осмотр единственного найденного врага показал не так уж много. Классическое айрванское лицо, но не утонченное, как у многих встреченных, а более грубое, а ещё цвет кожи темнее, чем у местных, примерно на оттенок. Одет был в простой доспех с мехом для утепления, и герб тоже присутствовал… Волк в профиль с оскаленной пастью.

— Говорит тебе о чем-нибудь?

— Нет, — мотнула головой Гаррона. — Но я и не знаток местных. Думаю, надо спросить у твоего зазнайки.

— Ты про Эвиана?

— А кого ещё, — хмыкнула она. — Ходит важный, как павлин, да ещё загадочный такой.

— Звучит так, словно он тебе нравится.

Гаррона на это йокнула и чертыхнулась, поспешив закрыть тему. Неужели я попал в точку? В любом случае, мне нет до этого никакого дела.

— У нас гости, Нейт, — оповестил меня Рю, кружащий над нами.

Да я и сам заметил всадников, на полной скорости несущихся прямо к нам. Их было немного, но учитывая скорость, кони у них точно необычные.

Всадники всё приближались и, когда оказались достаточно близко, взяли нас в кольцо. Что ж, кажется, мы нашли таинственных нападавших — на этих людях была точно такая же броня, как на единственном найденном погибшем воине, валяющемся у нас под ногами. Гербы на броне тоже были с волком.

— Вы посмотрите, парочка грязных мародеров решила поживиться, — с довольным видом осклабился их лидер, облаченный в массивный доспех, наплечники которого были усеяны множеством шипов. Он оскалился, глядя на нас сверху вниз, придерживая коня. У них были не обычные лошади, а одержимые звери. Доводилось слышать о таких, но впервые видел вживую. Теперь понятно, почему армия так быстро перемещается, а я-то думал, что, возможно, дело в Бескрайнем лесе, но всё оказалось гораздо проще. Вражеская армия просто способна очень быстро перемещаться.

Всадники окружили нас и попытались задавить своей аурой, видимо, желая напугать, но я и бровью не повел, наблюдая за ними.

— А вы наглецы, — продолжил мужчина, выдав омерзительную усмешку и смотря взглядом, полным презрения. — Посчитали, что клану Степного волка нет дела до покойников? Вы глубоко заблуждаетесь.

— Значит, вы клан Степного волка, — хмыкнул я. — Теперь я хотя бы знаю, что за наглецы посмели напасть на мои земли.

— Твои земли⁈ — рассмеялся мужчина. — Вы слышали, парни⁈ Этот заморыш называет эти земли своими! Может, нам ещё и кланяться ему нужно? — и его смех дружно поддержали остальные. — А имя-то у тебя есть, «о великий»?

— Перед тем, как представиться, хотел бы услышать ваши имена. Что вы из клана Степного волка я уже понял, но с кем конкретно я говорю?

Все эти их насмешки нисколько меня не раздражали. Уже привык к подобному, и понимание, что могу убить их в любой момент, позволяло с легкостью сохранять спокойствие. Они ведь действительно не знают, с кем имеют дело. Я неплохо скрывал свои истинные способности и ощущался ими, скорее всего, как мастер восьмой ступени, Гаррона лишь немногим выше этого возвышения. Численное превосходство плюс более высокое возвышение, как им казалось, давало им ложное чувство превосходства.

— Да прикончи уже этих оборванцев, Сангро, — бросил один из всадников тому, что говорил с нами.

Мужчина же перестал улыбаться и окинул товарища взглядом, который говорил: «Вот вечно ты всё веселье портишь», — и тут же стремительным ударом метнул в меня копье. Оно должно было пронзить меня насквозь, сила броска была действительно мощной, но я в последний момент призвал Копье Пустыни в виде меча и отразил удар.

Всадники перестали насмехаться, лишь хмуро смотрели на нас.

— Вы так и не представились, но раз уж так хотите узнать мое имя, то вот оно. Я Натаниэль Крейн, глава дома Крейн и правитель Гаруда. Этот город — часть моих земель, моей провинции, и атаковав меня, вы подписали себе смертный приговор.

Теперь они смотрели на меня другими глазами, но не трусили. Вместо этого в нас с Гарроной немедленно полетело две дистанционных оружейных техники. Воздушные серпы, так любимые воинами, прошли совсем рядом, а меня уже поглощал серебристый доспех Копья пустыни, что разросся из серебряного пятна, по-прежнему остающегося на месте сердца.

Рывок вперед, и я одним быстрым движением снес голову одному из всадников, оттолкнулся от крупа лошади и пронзил второго, что был неподалеку, трансформировав меч в копье. Затем приземлился на землю и окинул их всех хмурым взглядом, поднимая оружие и проводя острием, словно указывая на всех присутствующих.

Всадники забеспокоились. Теперь я не скрывался, и они ощутили мою настоящую силу, которая была либо равной им, либо превосходила.

— Убейте его! — наконец взревел их лидер, и всадники обрушили на нас с Гарроной целый шквал техник.

Воительница бросилась к ближайшему, призывая молот, и с размаха ударила коня по ноге, ломая кости. Зверь стал заваливаться вместе с всадником, но добить она не успела. Его товарищ на полном ходу бросился к воительнице, и Гаррона едва успела выставить перед собой оружие, чтобы встретить вражескую алебарду. На ногах она устояла чудом, но её оттолкнуло на несколько метров назад. Тем временем я уже кружил между всадниками, превосходя их по скорости.

Перерубив ногу одной из лошадей, сбросил всадника и тут же добил быстрым ударом, затем рубанул Малым разрезом смерти, который впору уже переименовать в Малый громовой разрез, ведь он больше не использовал демоническую энергию, скорее уж, я наполнял его стихийной. Серп, наполненный молниями, рассек сразу двух лошадей вместе со всадниками, а затем молнии скакнули к трем соседним, слегка поджарив и их. Жаль, что не смертельно, лишь немного кожу подпалило.

Всадники гибли один за другим в неравной схватке против меня, Гарроне было сложно, но она держалась, но и только. Всё-таки сказывалась отставание от противников по возвышению. Без второй закалки, которую она прошла, скорее всего, её бы уже убили, а так она хоть немного компенсировала отставание скоростью и выносливостью.

Лидер вторженцев, Сангро, сообразив, что дело пахнет скверно, и возможно, уже следующей с плеч полетит его голова, резко развернул коня и помчался прочь. Всадников осталось всего-ничего, и они сами были на грани того чтобы сбежать. Даже Гаррона наконец смогла перехватить инициативу и перебить хребет одному из коней, а когда воин оказался на земле, опустила тому на голову свой молот.

Я мгновение смотрел вслед Сангро, затем поднял копье, добавил к нему стихии и метнул по широкой дуге. Оружие рассекло холодный воздух и само поразило нужную цель, разорвав коня пополам, а вместе с ним задев и всадника. Остальные, видя это, пустились прочь, правда, врассыпную, чтобы хоть кто-то успел спастись. Теоретически мог попробовать прикончить всех, но махнул на это рукой. Пусть знают, что тут есть воины, готовые разобраться с любым врагом.

Сам же я неторопливо направился в сторону Сангро, тому прилетевшее Копье Пустыни оторвало ноги, и теперь воин полз по снегу куда-то прочь.

— Перевяжи его раны, — приказал Гарроне, — и «упакуй», берем его с собой. Хочется выяснить, что это за Степные волки такие.

Вскоре мы вернулись в Гаруд через Бескрайний лес. Сангро, которого Гаррона несла на плече словно мешок, вырубился ещё до того, как мы попали в лес, но все ещё дышал. Хорошо, сдохнет после того, как ответит на наши вопросы.

А спустя несколько часов после возвращения в город пришли первые сведения, некоторые принесла Гаррона, выбив их у пленника, а вот другие уже сообщил Эвиан, который успел прогуляться до столицы провинции Дан-Хо.

— Если коротко, то Степные волки — это огромный клан прямиком из провинции Треснувшей горы.

— То, что они оттуда, я и так понял, — хмыкнул я. Эвиан на это усмехнулся. — Это очередные происки Альянса Тени?

— Как ни странно, но нет. Ещё пять лет назад Степные волки были незначительным кланом где-то на границе провинций Треснувшей горы и Черной горы. Но кое-что изменилось, у них появился новый вождь. Алиас Фан, невероятно талантливый воин и умный военачальник. В первые же месяцы он покорил соседние кланы Горных волков и Небесных волков. Последние считались самым сильным кланом тех земель, а это о многом говорит. На самом деле, это очень напомнило то, что произошло в Гаруде: почти мертвый дом обзаводится молодым, сильным и амбициозным лидером, который захватывает власть и новые территории. Правда, в отличие от вас, глава, Алиас Фан не стал дробить новые владения. Напротив, он стал проводить всё новую и новую экспансию, пока за эти пять лет не осталось ни одного племени или клана, которые не присягнули ему на верность. А это, скажу вам откровенно, намного сложнее. Провинции Треснувшей горы и Черной горы очень суровы, и племена, что там живут, зачастую дикие. Те же выходцы с гор — дикари, живущие закрытыми общинами, не торгующие с чужаками и готовые убивать любого, кто к ним придет. Покорить их, заставить стать частью своей империи — это невероятная сложная задача, с которой Алиас Фан справился.

Эвиан сделал короткую паузу, чтобы промочить горло из фляги, после чего продолжил.

— Последний год он воевал с племенами и кланами Черной горы. Места такие же суровые, как в Треснувшей горе, а ещё там есть гора, которая бурлит жидким огнем. Большинству до этого не было дела, подумаешь, эти горцы и кочевники воюют друг с другом. Они этим занимаются испокон веков, грабят друг друга, там даже наместников нет, потому что брать нечего. Они не совались в цивилизованные земли, если не считать беженцев, но похоже, что это изменилось. Последние сведения говорят, что незадолго до прихода зимы Алиас Фан закончил объединение племен под знаменем Степных волков, и теперь у него есть огромная армия в несколько миллионов человек. И судя по всему, эта армия собирается захватить нашу провинцию.

— Несколько миллионов? — Юл удивленно распахнула глаза и нервно сглотнула. Гаррона тоже помрачнела и ударила кулаком по столу.

— Сколько воинов у нас в провинции?

Тут уже в дело вступила Рэлата как казначей и человек, который лучше всего знаком с цифрами.

— Численно мы сильно проигрываем. Если соберем всех имеющихся, то соберем тысяч двести, может, триста, не больше. Но это если мобилизовать даже самых слабых воинов девятой-восьмой ступени, которые практически не имеют реального боевого опыта.

Услышав это, Эвиан согласно кивнул.

— Мои выводы примерно те же. Хороший воинский костяк нашей армии едва составляет сто тысяч человек. Даже если мы сможем найти наемников в ближайших провинциях, то вряд ли такое большое количество, чтобы сравняться.

— Но это не единственная проблема. Сама по себе провинция не готова к войне, мы раздроблены, — заговорила Юл. — Я последний месяц вела переписки со многими великими домами, и они пусть и признают нас «старшими», почти сюзеренами, но относятся к повинностям крайне легкомысленно. Заставить их работать сообща сейчас — почти невыполнимая задача. Скорее уж, когда придет весть о вторжении этих Волков, они укрепятся в своих крепостях, и не подумав посылать войска.

— Скорее всего, Алиас учитывает это при вторжении в провинцию. Как уже сказал, он показал себя очень умелым стратегом, или как минимум у него в подчинении есть очень талантливые стратеги. Он выигрывал множество битв, которые казались безвыходными. Это об очень многом говорит.

Я откинулся на спинку кресла и окинул взглядом присутствующих союзников. Новости выходили очень скверные, особенно учитывая, что мы не можем теперь рассчитывать на помощь дома Роддей. Миллионная армия, мне было сложно это представить, настоящая орда, пришедшая за нами. Есть ли у нас вообще шансы?

— Полагаю, что разорение Фандала и разгром маленького войска дома Лондин было лишь прощупыванием почвы, — продолжил Эвиан. — Они изучают реакцию наместника, смотрят, сколько воинов он сможет собрать. Будет наносить мелкие удары по нашим территориям, пока не поймет, что сможет её захватить с минимальными потерями. Это не проверенные сведения, но… есть мнение, что Алиас хочет захватить большую часть витка, создать тут новую империю под своим началом. И учитывая, что он правит уже двумя провинциями, в которых голод, а следовательно, и люди ожесточены и мотивированы отобрать нашу провизию, то уверен, что и с нашей провинцией у него не возникнет больших проблем.

— Очередная война, — мрачно подытожил я.

— И я бы сказал, что всё гораздо хуже, чем в вашем конфликте с Альянсом Тени. Несмотря на все свое могущество, последний действовал осторожно, не желая втягивать в противостояние дома из Небесной столицы, но Алиасу до этих интриг нет никакого дела, и в поддавки он играть не станет, обрушит на нас всё, что есть.

Следующая неделя прошла довольно спокойно, хотя до нас доходили слухи о том, что Степные волки предприняли ещё один небольшой набег далеко на севере. Новый наместник отправил из Дан-Хо группу сильных воинов, но когда те пришли на место, от вражеского войска уже и след остыл. В этот раз они даже не стали давать сражение, а сразу отступили с награбленным. Все склады провизии опустели, дома небольшого поселения, название которого я не запомнил, опустели, но что самое раздражающее — они убили там всех, даже стариков, женщин и детей.

Это была проблема, и нужно было что-то делать, так что я намеревался в ближайшие дни отправиться в Дан-Хо и поговорить с новым наместником и одновременно своим старым другом. Оставив Гаруд, я в сопровождении Юл, которая тоже решила прогуляться, засидевшись в городе, отправились в Дан-Хо. Руон тоже отправился с нами, но быстро понял, что лишний, и решил помчаться прямо во дворец наместника и сообщить, что мы идем.

Юл, оказавшись на незнакомых улицах, сразу расцвела и, не удержавшись, когда мы проходили мимо одной из лавок, купила нам двоим медовых сладостей. Видимо, правильно я решил не сразу отправляться в крепость наместника, а вначале прогуляться по городу. Столица провинции почти отошла от недавних событий со свержением прошлого наместника Кван Голана, хотя на окраинах все ещё можно было заметить следы прошлых боев, которые ещё не успели убрать. В первую очередь после битвы в городе восстанавливали именно центральную часть, а на окраинах даже спустя месяц хватало банд из бывших союзников Голана, что пытались устроить бунты или диверсии.

Видимо, я не ошибся в выборе наместника. На самом деле, когда встал вопрос о том, кто заменит Кван Голана, желающих было очень много, особенно среди богатейших домов провинции. Я навскидку мог назвать сразу пятерку имен и даже не сомневался, что они сдержат свое обещание и не станут мне мешать, но меня отговорили Юл, Мейли и Рэлата. Дамы искренне считали, что единственное, чего жаждут эти господа — деньги и влияния. Кван Голан, несмотря на все свои недостатки, всё-таки ухитрялся поддерживать некоторый баланс между желаниями народа и знати, а вот будут ли придерживаться такой же политики кто-нибудь из них, было маловероятным.

Поэтому я, несмотря на жуткое недовольство домов, сам назначил нового наместника из своих приближенных, и им стал Фумио. Бывший член секты Красного жука неплохо себя показал на лидерской позиции, несмотря на довольно молодой возраст. Он не хотел брать на себя эту ответственность, но в конце концов после долгих разговоров и рассуждений, которые мы с ним вели вечерами, согласился. И вот уже почти месяц он был официальным наместником провинции Весеннего облака. И судя по тому, что мы видели в городе, неплохо с этим справлялся.

Погода нас с Юл тоже радовала, тут было немного теплее, чем в Гаруде, а снега совсем немного. Это у нас за последние недели навалило столько, что за городом в сугробах можно было утонуть, а тут так, припорошило немного.

Юл приметила, как дети лепят снеговика, и засмеялась, указывая мне туда пальцем. И сообщила, что ждет не дождется, когда и наши будут играть вот так в Гаруде.

Сама прогулка получилась удивительно милой и романтичной. Из-за постоянных угроз, моего отсутствия и огромной работы, свалившейся на плечи супруги, у нас было слишком мало вот таких вот приятных и теплых моментов. Так что мы наслаждались ими насколько могли, но в итоге всё равно пришлось заканчивать с прогулкой и отправляться в сторону возвышающегося над городом дворца наместника.

Солдаты на входе во дворец немедленно отдали честь и пропустили нас внутрь. И встречали нас действительно впечатляюще, словно очень важных гостей. Держащая меня за руку Юл даже охнула, совершенно не ожидая такой торжественности. Тут и оркестр был, и солдаты, выстроенные шеренгами, и множество служанок с лентами. У нас тоже бывают такие моменты, но масштабом поменьше.

Фумио стоял чуть в отдалении, облаченный в роскошный зимний наряд, а рядом с ним стояла какая-то симпатичная статная айрванка. Руон тоже был тут, но чуть в стороне, довольно ухмыляясь.

— Наместник Фумио приветствует главу дома Крейн и его супругу в своих владениях! — громко объявил Фумио, когда мы оказались перед ним. Я ответил ему церемониальным приветствием, Юл поступила так же. Вежливым, но как равного, а не по вассальной форме. Для кого-то это было бы проявлением неуважения, но я считал, что все дома провинции должны понимать, кто на самом деле тут главный. Фумио мой друг и союзник, но я не его вассал. — Прошу, проходите.

Когда церемониальная часть закончилась, мы прошли в приемную для гостей, где Фумио представил нам свою спутницу.

— Это моя невеста, Суль Ари.

Девушка сделала книксен, приветствуя нас.

Мы с Юл удивленно переглянулись, а Фумио довольно улыбнулся.

На самом деле с последней встречи он довольно сильно изменился. У парня была тяжелая судьба, и даже после того, как перешел по мое начало, он часто выглядел уставшим, а сейчас же, кажется, прибавил немного веса, посвежел, и даже выражение лица стало более живым и выразительным.

— Не стоит так удивляться, какой же наместник без подходящей партии? На самом деле, — он бросил на невесту немного виноватый взгляд, — изначально это был исключительной деловой вопрос. Мне нужно было заручиться поддержкой одного из старших домов провинции, а проще всего это сделать через брак.

— Я вовсе не должна была становиться его невестой, — поняв, что её жених решил быть честным, перехватила девушка разговор. — Я была фавориткой Агриссы, моей двоюродной сестры, что принадлежит старшей ветви, но так получилось, — она с лаской и теплотой посмотрела на Фумио, — что сестра не произвела на него впечатление, а вот я — да. Так что старшие моего рода очень быстро все переиграли и приняли меня в старшую ветвь, чтобы я стала более подходящей партией.

Юл, услышав эту милую историю, заулыбалась, да и я был рад за Фумио. Кажется, он в итоге нашел свое место и свою любовь, так что я мог за него только порадоваться.

— Очень рады за вас, — сказала я им за нас с Юл. — И когда же свадьба?

— Весной, скорее всего, в конце.

— Хочется немного зелени, а не слякоти и сырости, — пояснила Суль.

Я понимающе кивнул.

— Тогда мы с Юл будем ждать приглашения и подготовим подходящий подарок.

Юл согласно закивала и взяла меня за руку.

Мы ещё немного поболтали о незначительных вещах, пока в конце концов не перешли к самой главной и важной теме: Степные волки.

— Да, это сейчас стало моей главной головной болью, — вздохнул и поморщился Фумио. — Мы действительно на пороге большой войны с этими дикарями из Треснувшей горы. И знаешь, что самое худшее?

— Что именно?

— Они не хотят нас «покорить», они хотят нас истребить. У них голод, территории небогаты на земледелие, в отличие от всего севера нашей провинции. Мои военачальники и шпионы считают, что ещё до весны Алиас Фан собирается взять Дан-Хо, вырезать все население под корень и сделать его столицей своей будущей страны. Его «гонцы» уже запугивают народ тем, что им нужно бежать прочь в страхе, что сопротивление бесполезно, их армия в разы больше и подготовленнее нашей.

— Очень странная тактика, — заметила Суль, что тоже участвовала в обсуждении на правах невесты и текущего советника Фумио. Девушка намеревалась выполнять ту же роль, что и Юл в моем доме, взяв на себя часть обязанностей правителя. — Обычно, когда собираешься кого-то покорить, то стоит убедить основную массу в том, что ты на самом деле не враг. Что твоя жизнь от прихода новых владык не станет хуже, а наоборот, улучшится, чтобы вражеское войско переходило на твою сторону.

— У него нет проблем с солдатами, — покачал я головой, вспоминая доклады Эвиана. — Ему не нужно перетягивать наших бойцов к себе. Напротив, скорее всего, этим он пытается деморализовать наши войска.

— И создать новый поток беженцев, — добавила Юл. — Только уже от нас в другие провинции.

— Хм-м-м… — Фумио погладил гладко выбритый подбородок. — Тогда это действительно имеет смысл. Все те беженцы, что прибыли в провинцию ещё осенью, создают огромные проблемы, у нас уже несколько раз пытались разграбить склады, и один раз чуть все не дошло до голодного бунта. Мы снабжаем людей едой по непроходимости, благо закупленная провизия из внешних витков это позволяет, но кто-то то и дело пытается вызвать бурление в массах.

— Не исключено, что появление беженцев тоже было частью его плана. У нас тоже было подобное, правда, мы считали, что это проделки Альянса Тени. Но теперь, смотря на эту ситуацию под новым углом, это легко могла быть подготовка ко вторжению Степных волков.

Ненадолго в комнате воцарилось молчание, которое нарушил Фумио.

— Я понемногу начинаю подготовку к войне. К счастью, все эти запугивания действуют сближающе на знатные дома. Их пугает перспектива, что столь сильный враг придет, чтобы отнять всё, но хватает и тех, кто не верят в реальность угрозы, считая это уловкой для собственного ослабления.

— Сколько солдат ты можешь выставить прямо сейчас, если враг окажется на пороге?

— Мои генералы говорят о пятидесяти, максимум шестидесяти тысячах.

Я не скрыл своего разочарования.

— Всего?.. Эвиан считал о сотне.

— Сотня — это очень оптимистичный прогноз. Пятьдесят тысяч — это то, что мы можем собрать быстро и точно, туда входят мои собственные солдаты, воины дома Ари, их вассалов и ещё несколько домов, которые оказывают мне максимальную поддержку. Остальные… Я не уверен. Да, общий враг сплачивает, но вместе с этим мной многие недовольны, ведь я веду свою политику, отталкиваясь от твоей. Знал бы ты, Нейт, как меня возненавидели за то, что я отменил рабство. Половина крупнейших домов лишились половины доходов, а кое-кто и вовсе попытался проигнорировать новый закон, заявляя, что наместник не имеет права ломать привычные устои, и на своей земле они могут делать, что захотят.

— Вот значит как… — мрачно произнес я. — Что это за дома? Полагаю, мне нужно нанести им визит.

— Я сам разобрался, — заверил меня Фумио. — Какой из меня был бы наместник, если бы я смирился с таким? Нет, эти дома были наказаны, и теперь там как и везде, но как понимаешь, любви мне это не прибавило. Фактически дом Ари сейчас — моя главная поддержка, кроме тебя.

Я посмотрел на женщину, что встала рядом с будущем мужем и положила руку тому на плечо.

— Вы ничего не потеряли от отмены такого закона?

— Мой дом — это торговый дом, крупнейший в провинции, также мы занимаемся грузоперевозками и охраной караванов. Сказать по правде, после того, как рабы получили свободу, мы лишь обогатились, потому что появилось больше покупателей. Рабам, если вы не знали, запрещается иметь при себе более пяти старших спиров, а если хозяин находил заначку, то имел право забрать все, что выше этой суммы, хотя чаще забирали вообще всё. Теперь, когда рабы стали свободными людьми, денежный оборот в провинции возрос, они покупают, заказывают, берутся за работу как свободные люди, и в итоге мы в выигрыше.

Я кивнул, удовлетворенный ответом.

— Полагаю, спрашивать, сколько людей сможет выставить Гаруд, бессмысленно? — уточнил Фумио, грустно улыбнувшись.

— Увы, сам знаешь, у нас и так численность армии и двух тысяч не превышала, а после нападения на город и тысячи не наберется. Сотен пять-шесть смогу отправить, чтобы не оставлять город совсем беззащитным.

— А артефакты? Как Павильон Молота?

— Немного пострадал, но ничего непоправимого. Рабочие в порядке, и мы готовы брать заказы для армии.

Тут Фумио уже приободрился.

— Ну хоть что-то хорошее. Говорят, у этих Степных волков совсем плохо с артефакторикой, можем попробовать сыграть на этом. Вооружим нашу армию лучшим артефактным оружием и броней. А ещё… — Фумио подвинулся чуть ближе, — что думаешь насчет бомб? Реально ли их сделать в достаточном количестве?

Я задумался.

— Пороха у меня не осталось. Есть, конечно, вариант использовать хранилища с духовной энергией, но это дорого обойдется.

— Понимаю, — кивнул Фумио. — Драгоценные камни нужного формата всегда в цене, но я попробую порыться в сокровищнице прошлого наместника, может, что-то и найдем.

— Много, кстати, там осталось?

— Не очень, — скривился Фумио. — Пока мы разбирались с подавлением восстания в Дан-Хо, часть сокровищницы успели вынести, и мы до сих пор не знаем, кто. Полагаю кто-то из «союзничков».

— Дом Ари ни причем, — тут же поспешила сообщить нам его невеста.

— Брось, Суль, я ни в чем твою семью не обвиняю, просто констатирую факт. Все бухгалтерские книги говорят, что в сокровищнице было в два-три раза больше денег, чем мы насчитали по итогу.

— Спиры — это наживное.

— Да, но не перед войной, — вздохнул друг. — Те же артефакты. Не можем же мы у тебя их просто попросить, это полноценный военный заказ, который должен быть оплачен. И ладно если ты не возьмешь за работу, ведь это на благо всех нас, но материалы тоже стоят спиров.

— Мы решим этот вопрос, — пообещал я. — Материальный вопрос лучше обсуждать с Рэлатой, она наш казначей.

— Главное, быть осторожным, — слегка шутливо добавила Юл, — а то она тебя совсем без спиров оставит.

Фумио рассмеялся, но на заметку взял. Мы же вернулись к главному обсуждению: что делать именно сейчас. Войска нет, устроить диверсию сложно, потому что мы понятия не имеем, где сейчас основные силы Алиаса Фана. За счет обширных территорий провинции и быстрой конницы они могут перемещать свои лагеря. Вряд ли он подтянул основные силы сюда, на восток, но это вопрос времени.

— Не пробовал послать гонцов к ним? — поинтересовался я.

— Пробовал, разумеется, причем как обычным маршрутом, так и через Бескрайний лес. Ни один не вернулся, и гадай, то ли это и есть их ответ, то ли что-то случилось по дороге. Ты вот и сам рассказал, что столкнулся с одним из отрядов.

— Да, такое тоже могло случиться. Похоже, что подобные мобильные отряды грабят всех, кого встречают. То ли мародеров ищут, то ли наших разведчиков, — согласился я. — Но это плохо. Возможно, я смогу отправиться туда под видом посланника. Конечно, маловероятно, но может, у нас с этим Алиасом возникло недопонимание.

Фумио скептически хмыкнул. Да я и сам понимал, что это глупость, но что, если я смогу убедить в этой глупости самого Алиаса? Что мы так боимся его, что он подпустит меня достаточно близко.

— Скажу ему, что мы испуганы и готовы сотрудничать, — заговорчески усмехнулся я.

— А-а-а-а… Хочешь подобраться к нему и прикончить?

— Либо так, либо вызвать на суд чести. Что может быть лучше старой доброй битвы один на один? Как я понял, Алиас — ключевая фигура, не будет его, и вся эта империя, состоящая из дикарей, просто развалится.

Вернувшись с Юл в Гаруд, я первым делом вызвал к себе Эвиана, и вместе мы обсудили мою идею отправиться в провинцию Треснувшей горы, чтобы найти их лидера. Тот воспринял её с некоторым скепсисом, но не отверг, найдя в ней и позитивные моменты.

— Но не гонцом, — покачал он головой. — Пока вас не было, я собрал немного информации, но увы, это оказалось не так просто. Во владениях Фана нет Союза нищих, а оттого и сбор информации оттуда становится несколько сложнее обычного.

— Нет Союза? Это как? — удивился я. Мне до этого момента казалось, что Союз есть повсюду, даже во внешних витках.

— Это связано с местными обычаями, — Эвиан виновато развел руками, чуть склонив голову набок. — Там сплошняком закрытые общества, даже нормальных городов нет. Большая часть народа живет общинами и кланами, куда нет доступа чужакам.

— Да, я слышал, но не думал, что все настолько плохо.

— Настолько, — совершенно серьезно подтвердил Эвиан. — Там просто нет нищих. Не могу сказать, что информаторов нет вообще, всё-таки спиры в цене в любой части света, но таких очень мало, и связь с ними нерегулярная.

— Плохо, значит, придется двигаться вслепую.

— Как минимум, вам стоит сменить наряд, — хмыкнул Эвин, окинув взглядом шелка, в которые я был облачен.

За последние месяцы я уже привык одеваться в довольно дорогую одежду, чтобы соответствовать статусу главы дома. Да что уж говорить, большая часть моего нынешнего гардероба подбиралась совместными усилиями Мейли и Юл Эй. Первая выступала в качестве консультанта по моде, а вторая решала, что больше подходит её мужу. Ну а мне просто было всё равно на это, и я носил то, что подобрали, главное, чтобы этот наряд сражаться не мешал. Юл даже шутила, что я бы вообще расхаживал в одеяниях ученика Школы Багрового Возмездия, будь у меня выбор, и не без оснований. До сих пор считаю, что одежда школы сочетала в себе некоторый стиль и удобство, необходимое воинам, так что прообраз одежды для своего дома я тоже делал, отталкиваясь от неё.

— Я подготовлю необходимое, дайте мне только день или два. А также попробую собрать информацию, чтобы вам было проще в путешествии.

Свое обещание Эвиан исполнил, и уже вечером следующего дня передо мной лежал классический наряд одного из народа Треснувшей горы.

— Но сразу предупреждаю, это одежда «хагуна», что на наречии горцев значит «изгой племени».

— Разве это не плохо? — удивленно вскинул бровь.

— В другой ситуации — возможно, но нет. Вы всё равно останетесь для них своим, просто не принадлежите к какому-либо клану. Скажете, что из клана Фатумай, это совсем небольшая и «дикая» даже по местным меркам община. Они совсем малочисленны, но очень хорошо укреплены, так что Фан посчитал, что их вассализация не стоит тех усилий, которые требует захват.

— Имя мне тоже нужно другое?

— Желательно.

— Арден Фатумай? — предложил я, вспомнив имя Ардена Контера, под которым я временно ходил.

— Да, годится, Арден — распространенное имя в этих краях, даже в Треснувшей горе оно встречается. Скажете, что вы из клана Фатумай, что старейшины запрещали вам вступить в войско великого Алиаса Фана, и вы ушли из деревни, чтобы вступить в ополчение. Или что-то вроде такого.

Немного подумав, я согласился. Вариант в целом не хуже, чем планировал я. Думаю, при определенной удаче я смогу попасть в лагерь Алиаса и найти его самого. Из того, что рассказывал Эвиан раньше, тот ведет довольно скрытный образ жизни и лично появляется только на поле боя, остальное время армией и владением повелевают его шесть великих генералов, которых ещё называют Нерушимыми стражами камня. Говорят, что они сильные воины, но я не слишком об этом беспокоился. Я представлял примерно уровень силы этих земель, и даже если воины там немного выше, то вряд ли они превосходили тех, с кем я сталкивался во время турнира Драконьей ярости.

— Клан Фатумай, я понял, — кивнул я Эвиану, принимая к сведению сказанное.

Я даже решил воспользоваться прототипом маски, которую сделал для будущего путешествия в нижние витки. Пока что она способна только менять лицо, причем не настолько сильно, чтобы сойти за кого-то вроде Сангранира, но Ютатос обещал поработать над схемой в мое отсутствие. А для текущих целей и прототипа достаточно.

— Когда думаете отправляться?

— Завтра, — решил я. — Не вижу смысла тянуть.

Эвиан на это хмыкнул и покачал головой.

— Есть что сказать? — заметил я его странную реакцию.

— Можно скажу личное мнение, глава?

— Говори.

— Вы слишком часто бежите из дома. У вас супруга, которая тянет на себе весь ваш дом, а госпожа Мару ждет ребенка, и ей тоже нужно внимание. Бросать их всех, когда дом в упадке, слишком эгоистично.

Я пару мгновений хмуро смотрел на него. В глубине души так и хотелось сказать ему, что это не его дело, но всё же я понимал, что он прав. Вот вроде бы глава дома, а вечно куда-то должен идти и с кем-то сражаться, совершенно забывая о близких.

— Может, ты и прав. Задержусь ещё на пару дней.

Эвиан одобрительно кивнул.

— За это время я постараюсь собрать ещё сведений, — пообещал он и удалился.

А вот я ещё какое-то время сидел, размышляя о том, что он сказал, но в конце концов решил, что действительно стоит заняться делами дома. Сначала я отправился к Мару, а то за последние дни мы и парой слов не обмолвились, а ведь она потеряла всю семью и ждет от меня ребенка. Ещё решит, что я её избегаю или вроде того, а в её положении нервничать нельзя. Конечно, хорошо, что Юл так тепло её приняла, но она моя ответственность, и нехорошо скидывать её судьбу целиком на плечи супруги.

Так что, закончив собрание, я первым делом направился проведать Мару. Последняя из дома Роддей расположилась в одной из гостевых комнат Павильона молота. Юл постаралась на славу, обустроив её жилище со всем возможным комфортом, тут даже персональная печь была, чтобы в помещении всегда было тепло. Супруга даже где-то нашла пару картин с пейзажами, напоминающими третий виток, правда, учитывая Мару, вряд ли те её радовали. Скорее уж, она просто посчитала это попыткой угодить и создать уют.

Когда я вошел, Мару сидела у окна, закутавшись в теплое одеяло и глядя на заснеженный двор. Услышав мои шаги, она обернулась, и на её лице мелькнуло удивление.

— Нейт? Что-то случилось?

— Почему сразу «случилось»? — хмыкнул я. — Может, я просто решил навестить мать моего будущего ребенка?

Мару смущенно отвела взгляд, теребя край одеяла.

— Просто ты обычно занят. Война, политика, тренировки… Я понимаю, что у тебя много дел, вот и удивилась такому внезапному визиту. Хотя я рада, — она улыбнулась, а в глазах мелькнули привычные озорные огоньки, но в них также была и печаль.

— Ты в порядке? — прямо спросил я, едва ли понимая, что она сейчас чувствует.

— Если я скажу да, ты поверишь?

— Нет.

Она кивнула, принимая мой ответ.

— Нет, я не в порядке. Может, я и не любила свою семью, но уж точно я не думала, что все закончится так. И больше всего мне жаль Сайруса.

— Он был славным, — подтвердил я и невольно коснулся груди.

— Да… — на глазах Мару проступили слезы, и я даже хотел подойти и обнять её, но она внезапно отступила и тихо сказала: Не надо… Может, он и был взбалмошным, свободолюбивым и порой жутко невыносимым, но он был лучшим в нашей семье. Тем, кого я по-настоящему любила.

— Он тебя тоже, потому и передал это оружие мне. Хотел, чтобы я тебя защитил.

Но эти слова не утешили девушку, скорее, причинили ещё одну боль.

— Мару, — тихо произнес я, протягивая руку.

Она колебалась, ей не хотелось выплескивать то, что у неё бурлит, но всё-таки не смогла удержаться. Я обнял её, прижал к груди, и она разрыдалась, а затем мы оба сели на кровать, где я дал ей возможность выплеснуть все те слезы. Так она и плакала минут десять, может и больше, а я просто гладил её по спине, положив голову на её макушку, пока она наконец не успокоилась.

А затем, подняв голову, поцеловала меня. Робко, нежно, и я ответил. И этот поцелуй длился намного дольше, чем следовало бы. Юл столько времени пыталась сделать Мейли запасной, но те чувства, что я испытывал, были напускными, я всегда это понимал. Но с Мару все было иначе. Мог ли я любить её до сих пор? Конечно, не так, как Юл, но чувства к этой темнокожей девушке тоже где-то все ещё теплились. Да, я чувствовал вину перед Юл, но Мару это сейчас было нужно.

— Спасибо… — наконец прошептала она, отстранившись и мягко коснувшись моей щеки. — И извини.

— Тебе не за что извиняться.

— Есть, — покачала она головой. — Ты ведь любишь Юл, поэтому и женился, а я словно… лишняя. Понимаешь? Мечтаю, чтобы ты был только моим, но понимаю, что этого никогда не будет, и даже ребенок этого не исправит. Но самое болезненное не это, Нейт.

— О чем ты?

— Юл. Она такая… такая замечательная. Я никогда бы не подумала, что она может быть демоном, если бы не увидела рога. Она ведь действительно приняла меня в семью и относится с такой заботой, не фальшивой и искренней. И я чувствую себя такой гадиной, что украдкой целую её мужа, что ношу этого ребенка под сердцем…

— Мару, послушай…

— Не нужно, Нейт! — остановила она меня и встала с кровати, правда, учитывая срок, ей было тяжело это сделать. — Я знаю, что Юл ничего по этому поводу не скажет, даже если узнает. И если бы я не видела, как она на тебя смотрит, какие вещи говорит, то подумала бы, что она тебя совсем не любит. Ведь ну как можно не ревновать к другой женщине, да ещё в такой ситуации? Но нет, ты весь её мир, всё, что она тут делает, делает ради тебя и любви к тебе, но при этом она относится к твоему внебрачному ребенку как к какой-то мелочи. Готова с искренней радостью и улыбкой приютить меня у вас под крышей. И ведь это действительно искренне, без капли притворства. Я бы так не смогла, Нейт… И это меня убивает.

— Юл действительно слишком добрая, — согласился я. — И благодаря ей я тот, кто я есть. Она наш путеводный маяк, который не позволяет скатиться во тьму.

Мару удивленно на меня посмотрела, сделав бровки домиком и шмыгнула носом.

— Хорошее сравнение, — согласилась она и немного потупила взгляд. А затем, решив, что очень глупо выглядит, стоя вот так, вернулась на кровать. — Нейт, слушай… — немного робко начала она, взяв меня за руку. — А ты не мог бы остаться сегодня на ночь? Как в Радрифе. Мне спокойнее засыпается, когда ты рядом. Обещаю, что не буду больше тебя целовать и всё в таком духе… Просто…

— Хорошо, — кивнул я, немного подумав.

— Спасибо, — тихо пробормотала она, и мы устроились на кровати.

Я полулежа, а она приткнулась рядом, положив голову мне на бедро и укрываясь шерстяным одеялом. Не успел я оглянуться, как Мару уснула, мило посапывая, да и я сам прикрыл глаза, решив немного вздремнуть. Правда, уже через пару часов в дверь тихо вошли. Приоткрыв глаза, я увидел Юл с подносом в руках, на котором стоял какой-то отвар. Она очень удивилась, увидев меня здесь, но не разозлилась. Беззвучно прошла к кровати и села на край рядом со мной, поставив отвар с подносом на тумбочку рядом.

— Юл, я переночую сегодня тут. Мару… — шепотом начал я.

— … сейчас тяжело, я понимаю, — кивнула супруга, взяв меня за руку. — Я принесла ей отвар для крепкого сна, но видимо, ты куда эффективнее.

— Извини, — виновато улыбнулся ей.

— Не извиняйся. Сейчас ты Мару нужен гораздо больше, чем мне. Я с тебя в другой день спрошу, — и подмигнула, а затем с ноткой шутливости добавила: — Только смотри, если будешь вот так сидеть с ней слишком часто, то я могу и заревновать. Увидимся утром, Нейт. Я занесу Мару другие снадобья и завтрак.

— Спокойно ночи, Юл. Люблю тебя.

— Спокойной, — кивнула она. — И я тебя, больше жизни.

Ночь прошла довольно спокойно. Мару, правда, просыпалась от внезапно накатившего кошмара, но я смог её успокоить, и она снова быстро уснула. Пусть она и пыталась казаться такой, как обычно, но я видел, что случившееся с Радрифом сильно её травмировало. Не физически, разумеется, а морально. Утром, как и обещала, пришла Юл, напоила беременную девушку отварами, после чего они стали шушукаться о чем-то своем, девичьем, а я понял, что тут лишний. Пожелал им хорошего дня и отправился по делам.

Первым делом поднялся на уцелевшую часть крепостной стены и взглянул на оживающий город. Люди покидали временные укрытия, чтобы приступить к работе. Павильон Цветов, некогда наполненный музыкой и смехом, всё ещё представлял собой груду обломков, но рядом уже суетились люди с тележками, вывозя битый камень. Половина домов на центральной улице либо сгорела, либо обрушилась, но кое-где уже поднимались свежие деревянные каркасы временных построек. Работа кипела.

— Глава, — раздался голос Гарроны за спиной. Она подошла и встала рядом, тоже взглянув на город. Повязка на её левом глазу все ещё присутствовала, но видимые края раны почти зажили. — Первая партия бараков готова. Уже начали переселять туда людей.

— Хорошие новости. Как глаз? Ходила к дедушке Шу?

— Пока нет времени, — покачала она головой. — Слишком много дел, займусь им, когда все немного уляжется.

— Зря, — не согласился я, но спорить не стал. — Что с расчисткой внутри крепости?

— Медленно, но идёт. Обломки перста — пока что наша главная проблема. Камни слишком тяжелые для простых людей и слабых воинов, приходится дробить на месте. Да и сам камень хороший, каменщики из него неплохие кирпичи могут сделать, жалко просто ломать.

Я кивнул. Внутри крепости дела обстояли хуже, чем в нижнем городе, так как разрушенный перст завалил центральную часть, похоронив под собой центральную пагоду. Чтобы добраться до некоторых зданий и подвала пагоды, приходилось буквально прорубать путь через гигантские каменные глыбы.

— Пойдем, — я спустился со стены, — посмотрим, как там дела.

Рэлата перехватила меня у входа в один из уцелевших складов. Выглядела она озабоченной, а в руках сжимала стопку исписанных листов, что было верным признаком того, что разговор будет о деньгах.

— Глава, нужно обсудить кое-что. Есть время?

— Для тебя всегда есть. Что случилось? — слегка устало спросил я.

Она жестом пригласила меня внутрь склада, где было относительно тихо. Разложила бумаги на ближайшем ящике и ткнула пальцем в столбцы цифр.

— Проблема с оплатой рабочих. Когда мы нанимали людей на восстановление, я рассчитывала платить им из городской казны. Но выяснилось, что часть денег была в хранилище под центральной пагодой.

— А оно завалено, — понял я. Специально ведь сделали особое помещение, в которое будет вход только у меня и у Рэлаты. — А что с твоей малой казной?

— Почти опустела. Я пополняю её при необходимости, и к сожалению, она была далека от полной, когда случилось нападение. В данный момент у нас осталось всего несколько тысяч спиров.

— Не густо…

— Огромные траты на возобновление строительства, к тому же госпожа Юл Эй поручила мне выплатить компенсации горожанам за случившееся. Скажу сразу, я была против.

— Артефакты?

— Кое-что мы уже продали. Но господин Ютатос и его мастера сейчас слишком загружены необходимыми для восстановления инструментами и деталями, а тут ещё и заказ наместника пришел.

Я потёр переносицу. Заказ от Фумио — это, конечно, хорошо в долгосрочной перспективе, но прямо сейчас он только добавляет нагрузки.

— Сколько времени нужно, чтобы добраться до хранилища?

— При текущих темпах расчистки, дней десять, может, двенадцать. Но людям нужно платить уже через три дня, иначе начнутся разговоры.

— Разговоры — это полбеды. Начнут уходить искать работу в других местах.

— Именно, — Рэлата мрачно кивнула, подтверждая мои слова. — У нас хватает преданных людей, но когда нет крыши над головой, зарплаты, а у тебя семья…

Я задумался, перебирая варианты. Взять в долг? Возможно, но не хотелось начинать с этого. Аванс от Фумио? Он тоже придет не сразу, да и как сказала Рэлата, мастерская загружена, быстро сделать заказ мы не сможем. Поразительно, как за пару дней из самого богатого дома провинции мы превратились в почти нищих.

— Я разберусь.

— Каким образом?

— Попробую добраться до сокровищницы. У меня хватает сильных техник, попробую разбить камень там, где проход.

— Только не сделайте хуже, пожалуйста, — Рэлата поджала губы, кивнула, собрала бумаги и с грацией хищницы покинула меня. — Не хотелось бы, чтобы разрушений стало больше.

К вечеру я был вымотан не хуже, чем после хорошей драки, ведь я лично помогал разбирать завалы, чтобы добраться до злосчастного склада. Люди это заметили и, кажется, оценили. Одно дело, когда глава дома раздает приказы, и совсем другое, когда таскает камни наравне со всеми, хоть им и невдомек, что дело было в зарытых под землей сокровищах. В любом случае, Рэлата с Юл постоянно мне напоминают, что нужно гораздо больше участвовать в жизни дома.

Процесс шел неплохо, я без особого труда смог добраться до самого прохода, но вот дальше начались проблемы. Подземный проход тоже завалило, и теперь его нужно было раскапывать. Так что тоже пришлось взять лопату и прокладывать путь, но я воспринял это как часть тренировки.

Юл нашла меня у колодца, где я пытался отмыть руки от каменной пыли после того, как закончил с сегодняшней работой.

— Ты ужасно выглядишь, — заметила она с легкой улыбкой.

— Спасибо, ты тоже.

Она рассмеялась. На самом деле Юл выглядела не лучше, ведь у неё тоже было куча работы. Она целый день занималась размещением людей, распределением еды и улаживанием мелких конфликтов, которые неизбежно возникают, когда сотни семей вынуждены ютиться в тесноте. Как мне кажется, Юл взвалила на себя даже больше работы и ответственности, чем лежит на мне, и я очень ей за это благодарен.

— Твоя мама передала, что ужин готов. Настаивает, чтобы мы поели нормально, а не хватали куски на бегу. Она очень мудрая женщина, советую послушать.

Мгновение подумав, я согласился. Давненько мы не собирались всей семьей, так что на пару с супругой направились к одному из уцелевших зданий, где теперь временно и располагалась наша семья.

— Знаешь, — задумчиво произнесла Юл, — иногда мне кажется, что ты специально ищешь себе работу, чтобы не думать о предстоящем.

— О чём именно?

— О Степных волках. О твоей поездке. О том, что может пойти не так.

Я помолчал. Она была права, как обычно.

— Может и так. Но у меня нет выбора. Вопрос со Степными волками нужно решить. Фумио не справится в одиночку, а если мы просто отпустим ситуацию, то…

Юл взяла меня за руку.

— Просто будь осторожен, хорошо? Я понимаю, что ты силен, но…

Она не договорила, но я понял.

— Буду.

Следующие два дня прошли в том же ритме. Расчистка, строительство и, разумеется, бесконечные совещания. Бараки уже наполнялись новыми жителями, а кузницы работали практически круглосуточно. Ютатос также получил первые заказы от наместника и досадливо морщился, понимая, что у него нет времени на полноценную работу.

Я старался уделять время и близким. Каждый вечер заходил к Мару, мы разговаривали о разном, и это напоминало мне времена, когда мы путешествовали по пятому витку или как проводили ночи в Радрифе.

С Гарроной мы обсудили расстановку патрулей на время моего отсутствия и заготовку оборонительных сооружений.

До сокровищницы мы добрались накануне моего отбытия, почти перед самым закатом. Рэлата, когда это случилось, облегченно выдохнула, ведь у неё осталось от силы пара сотен спиров. Теперь же вся казна была в её распоряжении, и мы могли развернуться на полную.

Ну а я на рассвете, переодевшись в одежду, характерную для провинции Треснувшей горы, вместе с Юл направился к ближайшему входу в Бескрайний лес. Супруга внезапно решила проводить меня. Там мы обнялись, поцеловались, и я пообещал, что буду осторожен. Напоследок она протянула руку и коснулась моей груди там, где было серебряное пятно Копья пустыни, которое никуда не исчезло.

— На тот краткий миг, Нейт, я почувствовала, что ты умираешь, — внезапно сказала она, а на глазах проступили слезы. — Это было прямо во время боя, когда Альянс атаковал Гаруд, когда я возвращала к жизни людей снова и снова… И вдруг на меня накатило отчаяние и пустота. Словно кто-то перерезал нить моей жизни. Длилось это всего пару секунд, но…

Юл внезапно бросилась на меня, обняла настолько крепко, что её ноготки больно вонзились в кожу.

— Никогда, слышишь, никогда больше так не делай… Не оставляй меня одну.

— Прости, что тебе пришлось пройти через это.

Так мы и стояли, вцепившись друг в друга.

— Я не смогу жить, если тебя не станет…

— Как и я…

Наконец Юл отстранилась, хоть для этого ей и пришлось сделать над собой очень большие усилия. Она вытерла слезы, шмыгнула носом, поправила украшение на лбу, скрывающее рога, и, послав воздушный поцелуй на прощание, развернулась и поспешила к крепости, а я ещё несколько мгновений смотрел ей вслед.

Получается, тогда, когда мое сердце было разорвано Грейсом, Юл это почувствовала?

И это же заставило меня вспомнить, что я ощущал, когда потерял её. Как стоял на коленях перед изуродованным телом любимой, ставшей частью проклятой машины, связанной с колодцем душ. Вспомнил тут ненависть и пустоту, что были в груди, боль, которая была сильнее всего, что я испытал за двести лет ада вместе взятых.

— Нейт, — Рю обеспокоенно смотрел на меня, видя, как темнеет мой взгляд.

— Идем, — бросил ему и шагнул в Бескрайний лес. — Чем быстрее мы разберемся со Степными волками, тем быстрее я вернусь домой к своей семье.

Бескрайний лес привел меня на окраину городка под названием Унгун. По крайней мере, так значилось на картах, которые дал мне Эвиан. На деле же от городка осталось немногое, и все, что я увидел, это пустые дома с распахнутыми дверями, заколоченные ставни и ни единой живой души на улицах. Следов битвы я не заметил. Похоже, что местные, узнав о налетах Степных волков, сами собрали вещи и решили уйти на запад, в более безопасные края.

Задерживаться тут смысла не было, так что город я покинул почти сразу и вначале использовал технику шагов, но очень быстро решил попробовать то, что делал раньше с Рейхором и Зиргулом. Создал меч, встал на него и полетел в полуметре метре над землей. Любопытно, что с Копьем Пустыни это выходило намного проще, чем с другими мечами. Этому оружию словно нравился полет, и он сам толкал меня вперед, отчего расход энергии был совсем крошечным. Правда, чем выше скорость, тем больше энергии он требовал.

Пейзаж менялся с каждым часом пути. Пологие холмы провинции Весеннего облака уступили место суровым скалистым грядам, тянущимся к небу. Зелени почти не было, лишь редкие чахлые деревья цеплялись корнями за расщелины в камнях, и даже они выглядели так, словно давно смирились с неизбежной гибелью. В Гаруде очень похожие пейзажи, но тут это, казалось, усилено двукратно. Горы больше и выше, климат суше. Да и зима здесь ощущалась иначе. Снега, на удивление, было немного. Видимо, горные хребты задерживали большую часть туч, и осадки выпадали где-то там, на вершинах. Зато ветер пробирал до костей. Он несся по ущельям и долинам, завывая между скал, и никакая теплая одежда не спасала от его ледяных пальцев. Я использовал технику для собственного обогрева, но она помогала лишь отчасти.

Я плотнее запахнул грубый плащ из овечьей шерсти, являющийся частью моей маскировки под «хагуна», изгоя племени. Одежда ощущалась очень непривычной: тяжелые кожаные штаны, меховая безрукавка поверх простой рубахи, высокие сапоги с металлическими набойками. Непривычная и тяжелая в сравнении с тем что носил обычно, даже доспех Копья Пустыни меньше сковывал движения.

Маска Ютатоса немного холодила лицо, изменяя мои черты. Ничего радикального, лишь чуть шире скулы, грубее подбородок, и слегка другой разрез глаз. Классическое лицо местного. Просто ещё один горец, каких тысячи в этих краях.

К вечеру первого дня я наткнулся на следы недавнего лагеря с ещё теплыми углями в костре. Отпечатков копыт было много, не меньше двух сотен лошадей. Конный отряд, и судя по направлению следов, они двигались на северо-запад, к границе провинции.

Очередной рейд Степных волков? Вполне возможно. Я запомнил направление и продолжил путь, стараясь держаться подальше от открытых мест.

На второй день горы стали ещё выше, хотя казалось бы, куда ещё, а долины, напротив, заметно сузились. Тропы, если их можно было так назвать, петляли между скалами, то взбираясь на перевалы, то ныряя в темные ущелья. Без знания местности здесь легко было заблудиться и сгинуть, но я при необходимости мог просто взлететь повыше и оглядеться, хотя старался делать это пореже, чтобы не привлекать лишнего внимания. В крайнем случае отправлял Рю осмотреться с высоты. Полеты — вообще редкое явление, для этого нужно быть адептом воздушной стихии или иметь крайне дорогие артефакты, каким были Рейхор и Зиргул. На любом попавшемся мече ты не полетишь, так что с этого момента я переключился на обычную технику шагов.

Ближе к полудню я заметил дым на горизонте, и судя по тому, насколько тот был большой, кажется, это было поселение. Что ж… Самое время проверить мою маскировку.

Увиденное вдали поселение оказалось очень большим, но сильно отличалось от классического айрванского. Никаких изящных пагод или черепичных крыш с загнутыми краями, и никаких каменных стен с резными воротами. Вместо этого передо мной раскинулось скопление приземистых строений из грубо отесанного камня и дерева, обнесенное частоколом из заостренных бревен. Крыши у местных чаще всего были либо совсем плоские, либо имели совсем небольшой скат, словно кто-то техникой срубил второй этаж, и хозяева просто сделали перекрытие.

Всё здесь было сугубо грубым и функциональным. Никаких украшений, и даже не чувствовалось никакой попытки добавить хоть намека на уют. Только необходимое для выживания в этих негостеприимных горах.

У ворот, если конечно эту щель в частоколе можно было так назвать, стояли двое стражников. Оба крепкие, широкоплечие, одетые в меховые накидки поверх кожаных доспехов, напоминающие те, что были на мне. В этот момент я отдал должное Эвиану, доспехи на мне не выглядели новыми, а то было бы странным, явись я сюда в новенькой одежде. На поясах у стражников висели короткие изогнутые клинки, а в руках — копья с листовидными наконечниками. Лица, как и подобает местным, обветренные, загорелые до красноты, с резкими чертами, совсем не похожими на утонченные айрванские. Глядя на них, убедился и в том, что маска должна работать неплохо.

— Стой! — рявкнул тот, что повыше, когда я приблизился шагов на двадцать. Голос у него был хриплый, словно он последние пару часов орал без перерыва. — Кто такой? Откудова явился⁈

Я остановился, показывая пустые руки и натягивая на лицо дружелюбную улыбку.

— Арден из клана Фатумай, — назвался я заготовленным именем. — Иду с запада.

Стражники переглянулись. Тот, что пониже, коренастый, с густой чёрной бородой, фыркнул и презрительно сплюнул на землю.

— Фатумай? Слышал я об этих трусах.

— Мои старейшины, может, и трусы, но не нужно говорить за весь клан! — я вскинул голову и выпятил подбородок, стараясь выглядеть оскорбленным, хотя на деле был, скорее, удивлен. Эвиан описывал Фатумай как незначительный клан, и что о нем вот так осведомлены первые же, кого встретил, было неожиданным. — Как минимум я пришел сюда потому, что желаю присоединиться к армии великого Фана!

Высокий прищурился, разглядывая меня с ног до головы. Взгляд у него был цепкий и недоверчивый.

— А чего так долго шел-то? Набор в ополчение был ещё осенью. Сейчас уже середина зимы.

Хороший вопрос, и к счастью, Эвиан предупредил о таком.

— Старейшины не хотели отпускать молодежь. Пришлось ждать удачной возможности, договариваться со стражниками, копить на откуп, а потом ещё плутал по горам долго. Нас четверо было, но дошел пока только я один. Может, мои друзья уже тут.

— Плутал он, — фыркнул бородатый. — Два месяца плутал? А может, ты сбежал откуда? С какого-нибудь отряда дезертировал, а теперь выдумываешь сказки?

— Не был я ни в каком отряде, — картинно ощетинился я, встав в оскорбленную позицию. Мне нужно было отыгрывать молодого и горячего воина, который всем пытается доказать, что он лучше всех. — Говорю же, из Фатумай я, и в армию хочу!

— И как ваших старейшин звать?

— Ронгал, Танху и Фаград, — тут же ответил я, вспоминая подготволенную Эвианам сводку.

— Пф-ф-ф-ф…

— Говорю же, я сражаться хочу! — воскликнул я.

— Сражаться он хочет. Тощий, один, без оружия толкового… — он кивнул на мой пояс, где висел только простой охотничий нож. — Таких, как ты, знаешь сколько приходит? Половина потом сбегает после первого же боя.

— Я не из трусов, иначе бы остался дома.

— Да-да, другие тоже так говорят, — фыркнул коротышка.

— Ладно, — наконец махнул рукой высокий. — Проходи. Постоялый двор в центре, спросишь Хагру, она хозяйка. Скажешь, что от ворот послали. И смотри, без глупостей тут. Это земли Фана, у нас порядок. Украдешь что или в драку полезешь — мигом руки отрубим и вышвырнем в горы подыхать. Усек?

— Понял, — изобразил я обиду, а стража тем временем открыла передо мной проход. Когда я уже оказался за воротами, они стали перебрасываться обидными замечаниями на мой счет, специально, чтобы я слышал, но я это проигнорировал.

Внутри было не менее непривычно, чем снаружи. Узкие улочки петляли между каменными домами без всякой системы. Скорее всего, их строили на скорую руку, явно как придется, без плана. Это в Гаруде мы подошли к строительству основательно и всё тщательно продумывали. Да что говорить, тут под ногами хлюпала грязь вперемешку с навозом и талым снегом, а в воздухе разносился запах дыма вперемешку с жареным мясом и чем-то кислым, то ли прокисшим молоком, то ли местным пойлом.

— Мда-а-а-а… — протянул Рю, оглядываясь по сторонам. — Ну и дыра… Знаешь, Нейт, пока это худшее место, где мы бывали в последнее время. Даже по меркам Радрифа… Там по крайней мере так не воняло.

Я на это лишь хмыкнул, продолжая путь.

Людей тут было много, и почти все воины при оружии. У меня тоже имелся меч, выданный Эвианом, но тот посоветовал его сразу не демонстрировать, ограничившись охотничьим ножом.

Постоялый двор, о котором говорили стражники, нашел без особого труда. Тут нужно было быть совсем слепым, ведь это было самое большое здание в поселении, не считая домов военачальников в самом центре, двухэтажное, с небольшой конюшней у входа. Хотя последнее было нормой. Я, кажется, за всю свою жизнь не видел столько лошадей, сколько увидел в этом лагере. Казалось, что на каждого человека тут приходилась одна или даже две. Над дверью постоялого двора висела грубо вырезанная деревянная вывеска с изображением кружки и чего-то похожего на кусок мяса, что тоже было нормальным. По словам Эвиана, в этой провинции очень много неграмотных.

Внутри было тепло, накурено и шумно, как и должно быть в любом подобном заведении. Десятка два мужчин сидели за длинными столами, ели, пили, переговаривались. На мое появление никто особо внимания не обратил, хотя несколько любопытных и цепких взглядов на себе я почувствовал.

Я прошел к стойке, за которой стояла массивная женщина средних лет с суровым лицом и толстыми руками. Хагра, надо полагать.

— Чего надо? — спросила она без всякого приветствия.

— Комнату на ночь. И поесть.

Она окинула меня оценивающим взглядом.

— Спиры есть?

— Есть.

— Пять за ночь, три за еду. И вперед, в долг не даем.

— Как-то слишком дорого, — заметил я, что было абсолютной правдой. За пять спиров можно было снять комнату на неделю с кормежкой. А три спира за одну только кормежку было чем-то из ряда вон выходящим. — Разве похоже, чтобы у меня были такие деньги?

Она смерила меня хмурым взглядом и кивнула.

— Ладно, четыре за ночь и два за кормежку. Ниже не скину. Если не по карману, можешь сразу идти искать себе другое место для ночлега.

Изобразив раздумье и недовольство, выдал ей шесть спиров. Для меня подобные деньги были сущей мелочью, но я-то отыгрывал молодого горца, который только-только покинул родное племя, у такого денег много быть в принципе не может.

Я занял один из свободных столиков и дождался, когда мне принесут еду. Та оказалась неожиданно сытной, хоть и грубой. Ел я медленно, прислушиваясь к разговорам вокруг. Большинство обсуждало бытовые мелочи вроде скота, погоды и растущих цены. Обычные разговоры для такого места, но кое-что интересное я всё-таки услышал.

— … говорят, Великий Фан собирает все отряды к Железной долине, — негромко говорил один из мужчин за соседним столом. — Собирается идти на восток, к соседям.

— О, давно пора, — поддержал его собеседник. — Облачники там и так жируют, не зная своего счастья. Говорят, там такие огромные и роскошные дворцы, что богачи буквально купаются в золоте.

— Да, слышал о таком. А ещё слышал об этом… как его… — мужчина задумался. — точно, Крейн. Дом Крейн. Говорят, что они сейчас самый богатый дом в провинции. Прошлого наместника свергли, нового поставили, и тот теперь им дань платит.

— Да ну, брешут.

— Дух Спирали мне свидетель, сам слышал!

Я скрыл усмешку за кружкой с кислым пойлом. Надо же, слухи о доме Крейн дошли даже сюда. Интересно, что бы они сказали, узнай, что глава этого самого дома сидит за соседним столом и слушает их болтовню?

— А ещё говорят, у них там демоны служат, — продолжил первый рассказчик, понизив голос. — Настоящие, с рогами и клыками! И глава их сам не человек вовсе, а какой-то монстр из нижних витков, способный вырывать души из тел людей.

— Да чушь!

— Говорю тебе!

— Ну это уже точно брехня, — отмахнулся его собеседник. — Откуда в пятом витке демоны? Байки для малышни.

— А ещё он самого Небесного генерала из мертвых вернул и себе служить заставил! — не унимался его собеседник, а я сидел развесив уши. Про демонов уж очень интересно прозвучало, но откуда информация? Мы с Юл так и не открыли правду о её происхождении, да и Ютатос носит артефакт, скрывающий рога и ауру, так откуда пошли слухи?.. Может, Айвилк что-то сболтнул?

Я так погрузился в размышления, что с некоторым запозданием заметил группу воинов, подошедших ко мне и наглейшим образом усевшихся за мой столик.

— Ну привет, парень, — осклабился севший напротив парень лет на пять старше меня, воин шестой ступени. Он был здоровым детиной с рябым лицом и маленькими поросячьими глазками, неприятно скользившими по моей одежде. Ещё трое сели по бокам от меня: двое справа, один слева. Они были послабее и лишь готовились перейти на шестую ступень. — Ты ведь новенький, да? Только прибыл?

— Допустим, — ответил я, выпятив подбородок.

— И откуда же?

— Я из клана Фатумай.

— О-о-о, Фатумай! — он переглянулся с дружками, и те заржали. — Слыхали, парни? Аж сами Фатумай сочли нас достойными своим визитом! — и дружно расхохотались. — Ну ничего, ничего, не обижайся. Мы тут все свои, все братья по оружию, так сказать, — и с этими словами мерзко так ухмыльнулся. Эти парни выглядели дружелюбными, но вот ауры у них говорили о другом. Воины вообще частенько недооценивают, насколько их ауры могут быть красноречивее слов.

— Меня Горхан зовут, — представился рябой. — А это мои ребята. Мы тут уже давно, знаем, что к чему. Можем помочь тебе освоиться, показать, что где, познакомить с нужными людьми…

— И сколько это будет стоить? — спросил я прямо, чувствуя, что всё сводится именно к этому.

Горхан изобразил оскорбленное удивление.

— Стоить? Да ты что, парень! Какие деньги между братьями? Мы просто хотим помочь земляку. Ну и, может, ты угостишь нас выпивкой за знакомство, это ж святое дело…

— Не понимаю, зачем мне это делать.

Улыбка Горхана чуть дрогнула, но он быстро взял себя в руки.

— Слушай, парень, ты видно не понял. Тут так заведено. Новички платят за… назовем это покровительством. Мы тебя защищаем, учим и помогаем, а ты нам немного помогаешь в ответ. Всё честно. Мы с ребятами только-только вернулись из рейда на восток, устали как собаки, столько дней в седлах. Так что будешь нас слушать, тоже, может, найдем куда пристроить.

— Очень мило с вашей стороны, но не думаю, что мне это необходимо, — ответил ему смотря прямо в глаза. Парень тут же полыхнул аурой, будто бы пытаясь меня задавить, считая, что я слабее, но я и бровью не повел. Рю рассмеялся, кружась над нами.

— Вот же самоубийцы. Они правда пытаются тебя запугать? — дракон откровенно веселился от этой сцены, а вот мне не очень хотелось влезать в драку в первый же день, да ещё с такими слабаками.

— Слушайте, — я отодвинул миску с остатками еды и хмуро посмотрел на окружающих меня парней, — мне не нужны ни друзья, ни покровители, ни наставники.

Горхан, сидевший напротив, гневно дыхнул, стиснув зубы. Видно, как он от злости заиграл желваками, а давление его ауры усилилось.

— Пойдем выйдем, парень… — сквозь зубы прошипел он.

— Мне и тут нормально, — ответил я ему.

Тот, что справа, попытался схватить меня за руку, но я был намного быстрее и без труда перехватил его руку в запястье, сжав с такой силой, что затрещали кости. Лицо воина стало пунцовым, и он едва сдерживался, чтобы не заорать во всё горло.

Тот, что слева, тоже дернулся, но я играючи второй рукой схватил его за затылок и приложил лицом о столешницу. Благо та была достаточно крепкая, чтобы выдержать удар. В заведениях для воинов без крепкой, усиленной артефакторикой мебели никуда. От удара тот отключился и сполз с лавки под стол. Воин же, чью руку я все ещё держал, уже рыдал и тихо пищал, моля отпустить. Я сжалился над ним и отпустил, отчего тот выскочил из-за стола, прижимая к груди поврежденную руку. Справа оставался ещё один, но он не дергался, смотря на меня с недоумением с края лавки.

Горхан тоже изумленно таращился на меня, после чего выскочил из-за стола и объявил:

— Ты об этом ещё пожалеешь. Кровью заплатишь, Фатумай.

— Валите уже, — раздраженно махнул я рукой, прогоняя их словно назойливых мух. Те послушались, подхватили типа с разбитым лицом и убрались с постоялого двора.

Спустя почти минуту ко мне подошла хозяйка, крайне недовольная произошедшим.

— Зря ты это. Горхан — младший брат Вархана, а тот тысячник. Лучше бы заплатил за их выпивку, а затем тихо смылся. Теперь молись, чтобы они тебя только избили, а не убили.

Я на это зловеще оскалился.

— Это не мне нужно бояться, а им.

— Значит, нам в Железную долину? — хмыкнул Рю, когда я покинул постоялый двор.

Останавливаться там на ночь, особенно учитывая конфликт, я уже не собирался. Лучше отправлюсь сразу дальше, тем более что по картам, которые мне дал Эвиан, я примерно понимал, где именно находится Железная долина. Это же место было не более чем перевалочным пунктом для сбора армии, где рекруты могли передохнуть перед тем, как пойти дальше.

— Да, — ответил дракону. — Если двигаться всю ночь, то завтра к полудню, думаю, дойду.

В самом зале постоялого двора я просидел часа три, может, четыре, слушая рассказы посетителей. Узнал много о походах Фана на восток и то, что, несмотря на слова Эвиана о полном подчинении Черной горы, там ещё хватает небольших кланов, которые не приняли его власть. Самых слабых и незначительных Фан пока оставил, как и с «моим» Фатумай, решив не тратить время и ресурсы на что-то столь незначительное. Но в Черной горе таких кланов на порядок больше, чем в этих землях.

Ещё многие говорили о небесных генералах и их подвигах, но была одна вещь, которая царапнула мой слух. Один из воинов внезапно сказал, что Великий Фан собирается сильно реформировать свою армию и называет её Армией Небесной Надежды. Это название сдавило мое сердце и именно после этого я решил, что не стану задерживаться в этом поселении.

— Может, всё-таки вернемся домой? — предложил Рю. — Продолжишь путь отсюда завтра.

— Нет, — покачал я головой, направляясь к выходу из поселения, названия которого я так и не запомнил. Всё, что меня интересовало — как можно скорее добраться до Железной Долины и самолично взглянуть на эту армию Небесной Надежды. — Не будем терять время, я не устал.

— Ты какой-то странный, Нейт, — заметил Рю, хмурясь. — Обычно ты бываешь таким из-за Юл или кого-то близкого, но сейчас другое. Ты что-то услышал там, что я пропустил?

— Ерунда, скорее всего, просто совпадение.

— Но всё же…

— Армией Небесной Надежды называлась наша группа воинов в двенадцатом витке, которую организовал Мирион. Туда входили я, Роланд, Фендриг, Гавер, Виола, Сарин, Нила и другие товарищи, с которым я тогда бился плечом к плечу. Нас было немного, чуть больше сотни, но большая часть ушла сразу после смерти Мириона, остался лишь костяк, да и то ненадолго.

— И ты думаешь, что эта армия как-то связана с твоим прошлым?

— Сомневаюсь. В конце концов, название слишком звучное, и уверен, за всю историю использовалось не раз, но…

— … думаешь, что тебя куда-то вновь ведет Дух?

— Не исключаю.

— Как по мне, это уж слишком грубо и прямолинейно, что ли.

— Напомнить тебе того странного старика?

— Какого старика?

— Того, что был с дрессированной крысой.

— Не помню такого, — равнодушно ответил Рю.

А я вдруг задумался, а Рю с ним встречался ли вообще?.. Первый раз я его встретил ещё до того, как попал в храм, а последний — уже в шестом витке. Кажется, я встречал его ещё раз, уже когда поступал в школу Багрового Возмездия, но…

Мои размышления прервал возглас неподалеку.

— Эй, Фатумай!

Я обернулся и вздохнул, видя уже знакомую рожу Горхана в заметно возросшей компании. Ко мне шло дюжины две воинов, и судя по их ухмылкам, они уже предчувствовали битву.

— Идиоты, — прокомментировал Рю.

— Полные, — согласился я, примерно оценивая их силу.

Самым сильным оказался воин, напоминающий Горхана лицом, но чуть крупнее, и бронька на нем получше. Что примечательно, вся эта орава направлялась ко мне, будучи пьяной. Тянущий от них перегар я чуял издалека.

— Стоять, Фатумай! — вновь крикнули мне. — Даже не вздумай бежать, хуже будет!

— Да я и не собирался, — тихо пробормотал я себе под нос.

Хотя убежать от них было не так уж сложно, некоторые из них на ногах едва стояли. Дай я деру, используя технику шагов, они бы никогда не поймали. Но раз этим придуркам так хочется неприятностей, что ж, они сами напросились.

Я терпеливо дождался, когда они оказались передо мной и взяли меня в полукольцо.

— Ты! — указал на меня толстым пальцем воин рядом с Горханом. — Это ты посмел оскорбить моего младшего?

Ага… Получается, передо мной старший брат, о котором меня предупреждала хозяйка постоялого двора.

— Кхм… — я поморщился от облака перегара исходящего от говорившего. — Как ты воняешь…

— Что⁈ — он удивленно моргнул и, кажется, даже на мгновение протрезвел.

— Говорю, что ты воняешь, как мешок дерьма, — раздраженно бросил ему, а затем посмотрел на Горхана. — А ты, не придумал ничего лучше, чем притащить своего пьяного братца со сворой против парня, который отказался тебя угощать выпивкой? Насколько велик ваш военачальник, настолько же ничтожны вы.

— Ч-чего⁈

Они от моей наглости впали в легкий ступор и растерянность, стали переглядываться, не понимая, как быть дальше. Но это временно, сейчас до их пьяных мозгов дойдет, что я их оскорбил, и они…

— Да как ты смеешь так говорить со старшими! — послышался рык сбоку, и справа меня атаковали древком копья.

Хотели дать по затылку, но я без труда перехватил его и хмуро посмотрел на посмевшего меня ударить. Дернул копье на себя, воина повело вперед, а я уже ударил ногой ему справа от колена. Раздался смачный хруст, и тот рухнул рядом со мной со сломанной ногой, а я крутанул в руках трофейное копье и многозначительно оглянул оставшихся.

— Что вы старшие, надо вначале показать. Пока же вы просто мешки с дерьмом, — мрачно бросил им.

Мгновение воины смотрели на меня ошалевшим взглядом, но затем, грозно рыкнув, всей толпой бросились на меня. Некоторые из моих техник и стилей были слишком выделяющимися, так что решил использовать только базовые вещи, которые не будут слишком привлекать внимание.

Горхан первый попался мне под руку, и прилетевший ему в лицо кулак расквасил лицо, да так, что парень упал на землю и не смог встать после этого. Вооружившись трофейным копьем, я стал раскидывать бойцов и порадовался тому, что мы с Рю неплохо так поработали над моими навыками копейщика. Хотя в данной ситуации мне, скорее, приходилось орудовать им как посохом, трупы пока мне не нужны.

Подсечка ещё одному, следом удар сапога в лицо, затем древко встретило очередного смельчака в живот, сложив его пополам. Старший братец Горхана наконец вышел из пьяного ступора, шагнул ко мне и внезапно продемонстрировал какую-то кулачную технику. Его руки двигались очень быстро, отчего мне для защиты даже пришлось крутануть копье перед собой. Его кулачная техника не оставила от моего хлипкого оружия ничего, просто разбила его в щепки, оставив в моих руках маленький фрагмент древка. Недолго думая, метнул его в братца Горхана, но тот ловко ушел в сторону, подставив таким образом товарища позади. Ему пробило плечо, и он завалился, крича от боли.

Меня тем временем попытались схватить, навалились сразу четверо, мертвой хваткой вцепившись мне в руки.

— Держите наглеца, щас я его…

И это могло бы сработать, не будь я настолько сильнее их физически. Я дернул плечом, и сразу двое воинов полетели вперед: один в старшего, другой чуть правее. Не сильно заботясь о своем бойце, тысячник пинком ноги отбил «живой снаряд» и рванул ко мне. Вокруг его кулака завихрилась голубоватая энергия, да и скорость удара оказалась на уровне.

Я качнулся в сторону, пропуская кулак мимо уха так близко, что почувствовал щекочущий жар от техники на щеке. Братец Горхана явно не ожидал промаха и по инерции пролетел мимо. Я помог ему, добавив локтем в затылок. Несильно, ровно настолько, чтобы он споткнулся и врезался лицом в стену ближайшего дома. Повезло ему, что я бил не так сильно, а то он бы своим рылом стену однозначно проломил, а так просто сполз по ней и так и остался сидеть.

— Кто следующий? — спросил я, оглядывая оставшихся. Их было ещё человек двенадцать на ногах. Некоторые уже не выглядели такими уверенными. Пьяный задор выветривался, уступая место осознанию, что «молодой щенок из Фатумай» только что уложил их лучшего бойца.

— Все разом! — рявкнул кто-то из задних рядов. — Навалимся!

Они бросились толпой. Без намека на какую-либо тактику, просто масса тел, надеющаяся задавить числом. Очень отчаянная попытка сделать хоть что-то с превосходящим противником, но она может сработать, если враг лишь на чуть-чуть превосходит по одному, я же превосходил их вместе взятых на несколько голов.

Первого я встретил коленом в живот. Пока тот сгибался, схватил за шиворот и швырнул во второго, отчего оба покатились по грязи. Третий попытался достать меня ножом, и я перехватил его запястье, вывернул, отчего в следующий миг клинок оказался уже меня. Коротким движением полоснул по предплечью четвертого, который замахивался дубинкой. Неглубоко, но достаточно, чтобы тот взвыл и выронил оружие.

Пятый и шестой налетели одновременно с разных сторон. Я отступил, используя технику шагов, и перехватил их одежду у плеч, добавляя дополнительного ускорения. Они на полной скорости столкнулись и встать уже не смогли.

— Нейт, сзади, — с легкой ленностью в голосе предупредил Рю, да я и так заметил, что братец Горхана оклемался и рвется в бой. Опять та же кулачная техника, только теперь он попытался подловить меня подлым ударом в спину.

Этот бой меня слегка разгорячил, так что я даже не стал пытаться уклоняться, вместо этого встретил его кулак своим, покрыв его Копьем Пустыми, что обернулось в небольшую железную перчатку. Краткий миг воину казалось, что он меня вот-вот сметет, но всё оказалось с точностью до наоборот. Он вложил слишком много силы в технику, а преграда оказалась слишком прочной, и как итог правая рука сотника превратилась в настоящее месиво, а он сам, хрипя от боли, оказался у моих ног.

Я, злорадно ухмыльнувшись, врезал ему ногой в лицо, отправляя в непродолжительный полет до той же стены, в которую он прилетел ранее.

— Продолжаем? — спросил я тех немногих, кто ещё остался на ногах.

Компания стала заметно меньше. Видимо, те, кто поумнее, решили смотаться раньше, чем я успел до них добраться.

Несколько мгновений они напряженно переглядывались, после чего дали деру, и почти уверен, что за подкреплением. Сражаться со всем лагерем мне не с руки, так что я решил убраться отсюда как можно скорее, но перед этим задержался ненадолго перед сотником. Присел перед ним и отвесил пощечину, приводя в чувство.

— Ах, ты! — зарычал он, когда его взгляд прояснился, но ничего сделать он не успел. Я схватил его за горло железной хваткой и вжал в каменную поверхность стены. Тот захрипел, попробовал высвободиться, но силы были неравны.

— Заткнись и слушай, — медленно и вкрадчиво стал говорить я ему. — Ты с дружками забудешь, что меня видел, вы по пьяни подрались. Если я узнаю, что вы разыскиваете кого-то из Фатумай, я вернусь и заставлю тебя пожалеть об этом. Ясно?

Тот промямлил что-то в ответ, тогда я сдавил пальцы так, что у него из глаз потекли слезы.

— Фа… Фа…

— Думаю, это значит «да», Нейт, — сообщил Рю, который явно веселился случившейся потасовкой.

— Хорошо, — я ослабил хватку и тут же вырубил воина быстрым ударом.

Поправил одежду и направился в сторону ворот. Теперь меня ждала Железная долина.

Не став задерживаться в поселении, я ушел через Бескрайний лес, а вышел в тех самых каменных лабиринтах, через которые шел ещё днем. Там я немного перевел дух, сверился с картой и направился в сторону, где должна находиться Железная долина.

Путь туда мало чем отличался от пути в то поселение, название которого я запомнил только сейчас, изучая карту. Вальгун, перевалочный пункт у племен кочевников. Ну а дальше были те же суровые скалы, пронизывающий ветер и чахлые деревья, цепляющиеся за расщелины. Разве что народу на дорогах стало заметно больше. Чем ближе к Железной долине, тем оживленнее становились тропы. Я то и дело обгонял или пропускал мимо себя небольшие группы воинов, идущих по двое-трое, но иногда это были целые отряды в пару десятков человек. Все они шли в одном направлении, в полном боевом облачении, и судя по обрывкам разговоров, которые доводилось слышать, готовились к «великому походу» на восток.

— Говорят, Великий Фан объявит выступление на полнолуние, — донеслось до меня от группы молодых воинов, шедших чуть впереди, которые даже и не замечали меня, тенью движущегося за ними благодаря одной из техник Айвилка.

— Брехня. Мой сотник говорил, что не раньше, чем через месяц. Припасов ещё не хватает.

— Да какие припасы, дурень? Просто заберем всё у восточных жирдяев. Отличившимся на войне Великий Фан обещал плодородные земли и рабов в награду!

Они стали радостно обсуждать, что будут делать с новыми владениями, а я просто прошел мимо.

К полудню следующего дня, как и рассчитывал, я наконец добрался до перевала, с которого открывался вид на Железную долину.

И остановился.

Внизу, насколько хватало глаз, раскинулся немыслимый военный лагерь. Целый город из шатров, палаток и временных построек. Тысячи костров дымились в холодном воздухе, покрывая долину единой сизой пеленой. Ряды коновязей тянулись вдоль дорог. Откуда-то доносился лязг металла, говоривший, что кузницы работают днем и ночью.

— Дух Спирали… — выдохнул Рю, материализовавшись рядом. — Давненько я подобного размаха не видел. Сколько их там?..

Я молча смотрел вниз, пытаясь оценить численность. Сто тысяч? Двести? Больше? Эвиан говорил о миллионной армии, но одно дело — слышать цифры, и совсем другое — видеть подобную армию своими глазами. Лагерь растянулся на, наверное, десяток километров в каждую сторону, и конца ему не было видно.

— Много, — наконец ответил я. — Очень много.

— И вся эта орда собирается прямиком в Гаруд…

Я начал спуск по извилистой тропе, ведущей в долину. По мере приближения лагерь становился всё более… осязаемым. В нос ударил запах сотен, если не тысяч лошадей, дыма, готовящейся еды, а следом пришли крики командиров, ржание коней, стук молотов и гул тысяч голосов, сливающийся в непрерывный гомон. Подходя к воротам, я невольно поковырялся в ухе, чувствуя, как от местного шума там начинает звенеть.

На входе в лагерь стояла застава, состоящая из небольшой группы воинов в добротной броне, явно из регулярных частей, а не ополченцы. Один из них, с нашивками десятника на плече, шагнул мне навстречу.

— Стой. Кто такой, откуда, к кому?

— Арден из клана Фатумай, — привычно ответил я. — Хочу вступить в армию Великого Фана.

Десятник окинул меня оценивающим взглядом, скептически хмыкнул. В отличие от тех пьяниц в Вальгуне, этот смотрел цепко и внимательно.

— Фатумай? Это те горные дикари, которые отказались вступать в наше великое войско? — и сплюнул мне под ноги.

— Старейшины отказались. Я — нет, оттого и тут, — на самом деле удивительно, насколько все вокруг осведомлены о Фатумай, хотя изначально мне казалось, что никому не будет дела до этого клана.

— Хм, — десятник замолчал, что-то обдумывая. — Оружие есть?

Я показал охотничий нож на поясе. Десятник фыркнул.

— Это не оружие, а зубочистка. Ладно, проходи. Шатры для новобранцев на восточной окраине, у ручья. Найдешь сотника Гурама и скажешь, что новобранец. Он разберется, куда тебя приткнуть.

Вот так легко и просто я попал в лагерь, хотя судя по тому, что сразу за мной стражники остановили ещё двух воинов, подобное у них поставлено на поток. Тысячи воинов стягивались со всей провинции Треснувшей горы, а также соседних к ней на севере и западе, чтобы вступить в войско Алиаса Фана.

Найти шатры для новобранцев оказалось несложно, достаточно было идти на восток и спрашивать дорогу. Люди здесь были разговорчивее, чем в Вальгуне, охотно показывали направление. Видимо, привыкли к постоянному притоку желающих вступить в армию.

По пути я внимательно осматривался, запоминая расположение лагеря. Центральная часть была занята большими шатрами: штабами, складами и жилищами офицеров. Но судя по всему, та зона закрыта для простых бойцов с помощью рва, наспех сколоченных заборов и постоянных патрулей. Причем всё было выстроено так, чтобы незамеченным на ту территорию попасть было практически невозможно. Вокруг шатров концентрическими кругами располагались палатки рядовых воинов, сгруппированные по сотням и тысячам. На флагах над шатрами я заметил разные гербы, обозначающие, видимо, отряды из разных кланов, что сохраняли свою символику даже в объединенной армии.

Но несмотря на то, что меня послали к новобранцам, я все же решил рискнуть и присмотреться к ставке командования. Мне нет нужды отыгрывать рекрута больше необходимого, в конце концов, моя цель — их лидер. Либо убедить его отступить, либо вызвать на бой и убить, обезглавив тем самым всю эту армаду. Учитывая, что вся эта армия сейчас держится на авторитете одного лишь Фана, лишившись его, местные группировки передерутся за место нового главы.

Я продолжал идти по окружности, изучая лагерь и слушая разговоры бойцов. Удивительно, насколько много можно узнать из обсуждения вояк. На меня никто не обращал внимания, слишком много человек, а я и не делал ничего подозрительного. Просто был новобранцем, выискивающим свое расположение, таких и я сам встречал по пути сразу несколько раз.

Но в одной из частей лагеря я сразу приметил некоторое оживление. Там что-то происходило, и я поспешил в том направлении, а когда дошел до места и смог пробиться через плотную толпу, вначале подумал, что зря потратил время. Тут находился местный бойцовский круг, куда воины могли выйти и повыбивать из других таких же дурь с помощью кулаков. Оружие было запрещено.

И прямо сейчас на арене дрались двое. Стоит отметить, что их техника была неплохой, но ничего действительно выдающегося. И тем страннее выглядел ажиотаж из-за творящейся схватки, да и очередь желающих подраться росла прямо на глазах. Чтобы понять, в чем дело, я спецом выцепил какого-то паренька, и когда задал вопрос, он посмотрел на меня как на умалишенного.

— Так сама Безумная Тигрица пришла посмотреть на схватку, говорят, что она выискивает лучших воинов себе в отряд.

Безумная Тигрица? Если я правильно помню, так зовут одну из шестерки Нерушимых Стражей Камня. Получается, одна из приближенных Фана набирает людей? Возможно, это мой шанс.

— А где она? — спросил я.

— Да ты совсем слепой, — фыркнул парень. — Да вон же, и не смотри на возраст, она очень искусный боец.

И ткнул пальцами в небольшую платформу, которая не очень выделялась на фоне других трибун, но если смотреть именно на людей, то заметно, что воины на ней заметно выделялись на фоне других. Я внимательно осмотрел каждого из них, и в какой-то момент просто замер, таращась и не веря своим глазам.

— Нейт? — Рю заметил мою странную реакцию. — Ты в порядке? Выглядишь так, словно призрака увидел.

Безумной Тигрицей оказалась светловолосая короткостриженая девушка, облаченная в довольно вычурную облегающую броню. От вида женщины у меня заныло сердце, и я отступил, на какое-то время скрываясь в толпе.

— Нейт, ты чего⁈ Нейт!

Мне пришлось пройти через столпотворение и найти лавку, чтобы присесть и всё обдумать.

— Нейт, проклятье, ты чего?

— Я её знаю.

— Кого?

— Безумную Тигрицу.

— В смысле… знаешь? Откуда?

— Её зовут Нила, и она была моей девушкой в прошлой жизни. До того, как я встретил Юл.

— Ого, вот так совпадение.

— Нет, это странно, — покачал я головой. — Приговоренными были лишь совсем слабые воины. Даже Мирион оказался в двенадцатом витке с уже уничтоженным сосредоточием, но эта девушка лишь немногим уступает мне по возвышению.

— Что-то не сходится… — согласился Рю. — Ты уверен, что это она? Вдруг это её мать или…

— Нет, это она. Она моложе, чем я помню, но не намного. Или ты думаешь, я не узнаю женщину, с которой провел много лет?

Нила была частью моей прошлой жизни, важной частью, а потом она погибла. Бросилась вместе с Фендригом и ещё несколькими парнями на Сангранира, пытаясь отомстить за Мириона. Я не пошел с ними, прекрасно понимая, что это самоубийство. Так оно и вышло. Я до сих пор помню, как держал на руках её, а в ушах звучали её последние слова: «Ты трус».

Едва ли кто-то мог назвать меня трусом в то время, наоборот, я был самым безбашенным из нашей компании, но в тот момент я отступил. Нечто внутри сказало, что я не должен идти, и я не пошел. И я долгие годы жалел об этом, вплоть до момента встречи с Юл.

Я посмотрел в сторону бойцовского круга, где толпа не редела, а наоборот, желающих показать себя перед Безумной Тигрицей становилось всё больше. Логично. Попасть в личный отряд одного из шести великих генералов — это быстрый путь наверх, так что неудивительно, что каждый амбициозный воин хочет попытать удачу.

— Я должен попасть в её отряд, — решил я.

— Нейт, ты ведь понимаешь, что даже если снимешь маску, сомнительно, что она тебя узнает? О твоей прошлой жизни помнишь лишь ты, и даже мне сложно в это поверить, говоря откровенно.

— Я и не собирался ей открываться, но хочу подобраться поближе и понять, что происходит. Армия Небесной Надежды, Нила… Слишком много странных совпадений.

Очередь на арену оказалась длиннее, чем я думал, и пришлось ждать почти час, наблюдая за схватками и оценивая уровень бойцов. Большинство были крепкими, выносливыми, но не более того, типичные воины шестой-седьмой ступени, привыкшие махать кулаками и использовать меч как дубинку. Техники использовали совсем простые, без изысков. Кажется, я не видел вообще техник более чем на пять-семь узлов, а это говорило о многом.

Тигрица, наблюдавшая за поединком, явно заскучала, за это время она всё реже внимательно следила за схваткой и всё чаще о чем-то лениво переговаривалась с суровым мужчиной, сидящем справа.

— Да она совсем ещё девчонка, Нейт, — хмыкнул Рю, разглядывая девушку уже гораздо ближе. — Ей лет двадцать, вряд ли больше.

— Скорее всего, — подтвердил я, оттого и такой броский макияж.

И тем не менее, судя по обрывкам того, что я слышал, Тигрицу уважали, она была сильным и умелым воином, об этом же говорило её возвышение, которое она не скрывала.

— Следующий! — рявкнул распорядитель, и я шагнул в круг.

Арена представляла собой утоптанную площадку шагов пятьдесят в диаметре, огороженную невысоким деревянным заборчиком, больше напоминающим загон для скота. Никакого оружия, только кулаки. Правила простые: кто упал и не встал до счета десять или сам сдался, тот проиграл. Убивать запрещено, калечить нежелательно. Если победил, остаешься на арене и ждешь следующего. Уйти можешь в любой момент, но чем дольше продержишься, тем больше внимания получишь от наблюдающих за дракой.

Мой противник уже ждал в центре. Здоровый детина на голову выше меня, с руками толщиной с мои бедра. Он оскалился, демонстрируя щербатую улыбку, видимо, думая, что это будет легкий бой, ведь тот одолел уже троих, если я ничего не упустил, и я буду четвертым, как он думает. Пока что рекорд за сегодня был девять побед, следовательно, мне нужно одолеть десятерых.

— Ещё один заморыш, — гоготнул он, обращаясь к толпе. — Эй, может, сразу сдашься? Целее будешь.

Я ничего не стал ему отвечать, лишь повел плечами и слегка размял шею.

— Начали, — раздался возглас распорядителя, и мой противник тут же рванул вперед.

Здоровяк рванул вперед, явно намереваясь смять меня первой же атакой. Классическая тактика среди тех, кто привык побеждать за счет массы и силы возвышения. Ему-то казалось, что я слабее, так что он ударил довольно прямолинейно, вложив в кулак какое-то количество стихийной энергии.

Я качнулся влево, пропуская удар рядом с ухом, так близко, что почувствовал, как воздух царапнул щеку. Здоровяк по инерции пролетел мимо, и я помог ему легким толчком в спину, отчего тот едва не вылетел на край круга.

Здоровяк развернулся уже не такой самоуверенный. Он принял незнакомую мне стойку, видимо, смекнув, что просто грубой силой завалить меня не сможет. Стойка была незнакомой, но довольно простой. Впрочем, сильно недооценивать противника я не стал, прекрасно понимая, что даже в кажущемся простым бое всегда могут быть сюрпризы.

Он двинулся вперед, с каждым шагом вбивая энергию в землю для лучшей опоры. Попытался схватить меня в захват, но я ушел под его рукой и ткнул пальцами, окутанными небольшим количеством стихийной энергии, в точку под мышкой, где сходились три меридиана. Противник зашипел и отдернул руку, на мгновение потеряв контроль над потоком энергии в правой стороне тела.

Следующие пару минут я просто уклонялся, изучая его технику. Когда он в очередной раз вложил всю энергию в удар, я не стал уклоняться, вместо этого шагнул навстречу и ударил ладонью в сосредоточие, вложив ровно столько силы, чтобы сбить его циркуляцию стихийной энергии, но не выжечь сосредоточие.

Давненько я не практиковал подобные техники боя, но зато они разительно отличались от того, что я использовал обычно. Вряд ли кто-то сможет опознать в Ардене Фатумайе главу дома Крейн.

Здоровяк отлетел назад, рухнул на спину и остался лежать, хватая ртом воздух. Он даже не пытался встать, слишком занятый попытками восстановить поток энергии в меридианах.

Счет до десяти и победа. С трибун послышались злые возгласы, скорее всего, тех, кто делал ставки против меня. Ни за что не поверю, что среди зрителей нет тех, кто подобным занимается.

— Следующий!

Второй противник оказался совсем другого типа. Жилистый мужчина средних лет двигался с текучей грацией. Тут я сразу распознал стихию воды, что отлично читалась в его движениях. Много уклонений и обманных движений, а также удары по суставам и уязвимым точкам вместо прямой силы. Он не бросился в атаку сразу, а начал кружить, прощупывая мою защиту короткими выпадами. Его пальцы светились бледно-зеленым. Кажется, техника Ядовитого касания, несмертельная, но крайне неприятная если достанет. Одно попадание, и конечность онемеет, пока не восстановишь циркуляцию духовной энергии, что в бою делать крайне сложно. От подобных техник легко защититься Покровом, но на этой арене защитные техники такого типа использовать было нельзя.

Я позволил мужчине провести серию атак, запоминая ритм и паттерны движения. Его техника имела очень уж видную слабость: после каждой третьей атаки шла короткая пауза для перенаправления энергии. Скорее всего, нужно было разгрузить один из узлов силы, иначе случился бы срыв техники. Очевидно, что тот её освоил не на столь хорошем уровне, как хотелось бы, отсюда и такой серьезный дефект в исполнении.

— Ого, Нейт, я и не знал, что ты так умеешь, — оценил Рю мои старания играть от совершенно иного стиля.

Кое-что в своем нынешнем импровизационном стиле я заимствовал у Мора, только добавил немного изящества в свои движения.

Противник попытался извернуться в воздухе, но я уже бил локтем в висок. Несильно, ровно настолько, чтобы оглушить.

Счет до десяти. Победа.

Третий, четвертый, пятый. Противники сменяли друг друга, каждый со своим стилем и техниками. Один использовал Кулак Разящего Грома, очень похожий на тот, что пытался демонстрировать я, но лишенный мастерства и изящества. Крайне примитивный мощный стиль, где каждый удар сопровождался выбросом стихийной энергии, только большая часть расходовалась впустую. Другой практиковал что-то похожее на Железную Рубашку, укрепляя тело до почти каменной твердости. Это напоминало технику Мора, но явно уступало ей по свойствам, да и атаковать он совершенно не умел. Третий владел неплохой техникой шагов, позволяющей умело ускользать от ударов, но руки у него были совсем никакими.

Я подстраивался под каждого, находил слабости и использовал их. Где-то хватало простого уклонения и точечного удара по меридианам, где-то приходилось работать жестче. Против мастера Железной Рубашки я использовал вибрирующий удар, пустив волну энергии сквозь его защиту прямо во внутренности. Против ловкого шестого я просто стал ломать его технику шагов своей, не давая правильно её завершить, так что в какой-то момент он и сам сдался.

Я понимал, что они слабые, но как-то это совсем разочаровывало и не вызывало никакого интереса. Хотелось побыстрее пропустить эти бои. Но я все же заметил, что Тигрица стала проявлять интерес к моей персоне.

После шестой победы толпа заметно оживилась. Я видел, как люди передают друг другу монеты, делая ставки, слышал обрывки споров о моем стиле и школе. Кто-то утверждал, что я из южных земель, кто-то клялся, что видел похожую технику у воинов с побережья. Это было даже забавно, ведь фактически никакого стиля у меня не было. Я просто вспоминал то, что умел, но редко использовал, и пытался как-то это совместить. Вот что значит опыт, зеваки всерьез считают, что это стиль какой-то школы, а не набор случайных приемов.

Седьмой противник заставил меня немного напрячься. Молодой парень почти моего возраста владел Когтями Степного Ястреба, как сказал мне Рю. Он отличился быстрым атакующим стилем с множеством ударов по глазам, горлу и паху, больше подходящем убийце, а не бойцу. Его пальцы были укреплены до состояния стальных лезвий и светились хищным алым светом, а двигался он рывками, постоянно меняя направление и угол атаки. Тут я едва не сорвался на Скользящий шаг дракона, но вовремя себя одернул, вовремя переключившись на распространенный Скользящий ветер, просто двигался чуть быстрее должного за счет двуединости.

Пришлось немного попотеть, чтобы поймать его ритм. Ястреб был непредсказуем по замыслу создателей, но у любой непредсказуемости есть свой паттерн, если наблюдать достаточно долго. Так было и тут. После череды из четырех вариативных атак шли три ложных выпада, потом настоящая атака. Всегда. Я дождался этого момента и, когда противник бросился вперед по-настоящему, просто шагнул в сторону и подставил ногу, сломав дальнейшее выполнение техники. Тот не удержался и распластался на земле, а я, оказавшись рядом, надавил ботинком на горло.

— Сдаюсь… — прошипел он, смотря на меня с уважением.

Счет пошел быстрее. Восьмой противник знал необычную технику, которая превращала руки в подобие боевых молотов. Действительно, его кулаки даже визуально становились молотами, покрываясь стихийной энергией земли, только вот он был слишком медленным. Я просто измотал его уклонениями, пока он не выдохся, а потом одним ударом в солнечное сплетение отправил на землю. После девятой победы по толпе прокатился гул.

Я сравнялся с рекордом дня.

— Желающие есть⁈ — проорал распорядитель. — Кто бросит вызов новичку⁈

Несколько мгновений никто не отзывался. Я стоял в центре арены, контролируя дыхание и восстанавливая циркуляцию энергии. Предыдущие бои почти не утомили меня, но не стоило расслабляться.

— Я выйду.

Голос был женским, и толпа мгновенно замерла. Я поднял взгляд на платформу и увидел, как Нила поднимается со своего места, небрежно отбрасывая плащ на руки помощнику.

— Госпожа Тигрица! — кто-то ахнул в толпе, и вокруг немедленно поднялся возбужденный гул.

Нила спрыгнула с платформы, легко приземлившись на утоптанную землю арены.

Вблизи я смог лучше рассмотреть её: алая полоса краски на подбородке и пухлых губах, темные тени вокруг не менее темных глаз, короткие светлые волосы. Молодая, едва ли двадцать, но двигалась она с той хищной грацией, которую я помнил слишком хорошо. Она была ниже меня и легче, но не стоило относиться к этой девчонке легкомысленно.

— Давно никто не держался так долго, — сказала она, останавливаясь напротив меня. Её голос был ровным, почти скучающим, но в темных глазах плясали искры интереса. Это же говорили и её губы. Она закусила нижнюю на секунду, как всегда делала перед тем, как выйти на арену Рамуила. — Хочу посмотреть, на что ты способен по-настоящему.

— Для меня это огромная честь, госпожа Тигрица, — я склонил голову, и это не было притворством.

— Посмотрим, — небрежно отмахнулась она.

Распорядитель выглядел растерянным, явно не зная, как реагировать на такой поворот, но Нила лишь махнула рукой, давая сигнал к началу.

Она атаковала первой.

Я узнал этот стиль мгновенно, тот самый, который она оттачивала в аду вместе со мной. Когда мы впервые встретились, она кое-что умела, но настоящее мастерство к ней пришло в процессе. Помню, как мы проводили множество спаррингов, сражаясь друг с другом и выискивая бреши в защите. Её пальцы светились красным, напоминая технику одного из прошлых бойцов, но узлов там было раза в три больше. И это при том, что в прошлом этот стиль подразумевал использование либо парных коротких клинков, либо специальных перчаток с когтями. Сейчас же Нила могла использовать технику без оружия.

Я ушел от первой атаки, заблокировал вторую, направив ту в сторону, и едва увернулся от третьей. Нила была быстра, гораздо быстрее всех предыдущих противников. И она знала, что делает, ведь каждый удар был выверен, а каждое движение имело цель.

Толпа взревела от восторга, видя, как одна из генералов лично проучивает выскочку.

Нила усилила натиск. Её атаки лились непрерывным потоком, и я отступал по арене, едва успевая реагировать, используя лишь свой ограниченный арсенал. Со стороны это выглядело так, словно я на пределе, едва справляюсь, и это именно то впечатление, которое мне нужно было создать.

На самом деле я мог бы закончить этот бой в любой момент. Я знал её стиль лучше, чем она сама, знал каждую слабость и каждый паттерн атаки, что позволяло ускользать в самый последний момент. Мы обменивались ударами несколько минут, кружась по арене под восторженный рев окружающих нас воинов. Нила была хороша, по-настоящему хороша, и часть меня гордилась тем, какой сильной она стала. В аду она была свирепой, но неотесанной, полагалась на ярость больше, чем на технику, но складывалось ощущение, что в этой жизни она даже сильнее.

Это странно.

Армия Небесной Надежды.

Нила, что сражается не хуже, а скорее даже лучше, чем в те дни, когда мы были учениками Мириона.

Одна странность за другой…

Мысли метались одна к другой, но пора было заканчивать. Я и так слишком затянул эту схватку.

Я позволил себе ошибку. Небольшую, едва заметную, и Нила мгновенно воспользовалась открывшейся брешью. Её колено врезалось мне в живот, выбивая воздух, а следом локоть обрушился на затылок. Девушка подсекла мою опорную ногу и толкнула всем телом.

Мы рухнули на утоптанную землю, и она оказалась сверху, придавив меня к арене. Её бедра сжали мои, одна рука вцепилась в горло, вторая занесена для удара. Я чувствовал жар её тела сквозь одежду, ощущал, как её грудь вздымается от тяжелого дыхания, видел капельки пота на её шее.

И в этот момент меня накрыло.

Воспоминания хлынули потоком, её смех в редкие минуты затишья между боями, её тело, прижимающееся ко мне холодными ночами в яме, её губы на моих, когда мы думали, что это наш последний час. Запах её кожи, вкус её поцелуев, то как она выгибалась подо мной… Мне казалось, что я давно похоронил эту часть своей жизни, но Нила ворвалась в неё снова, с двух ног, и я был совершенно к этому не готов.

Девушка склонилась ниже, и её лицо оказалось в нескольких дюймах от моего. Темные глаза смотрели прямо в мои, и на мгновение мне показалось, что она тоже что-то чувствует, какой-то отголосок того, что было между нами.

— Сдавайся, — её голос был хриплым от напряжения, и это тоже казалось таким знакомым. Сколько раз я слышал этот голос, шепчущим мое имя в темноте?

Её хватка на моем горле была крепкой, но она не пыталась меня задушить, просто держала так, чтобы я не мог вырваться.

— Сдаюсь, — выдавил я, и голос прозвучал более хрипло, чем хотелось бы.

Толпа взорвалась криками, но я едва слышал их. Нила несколько мгновений не двигалась, продолжая удерживать меня, и в её глазах мелькнуло что-то странное, не узнавание, а скорее… замешательство? Словно и она тоже почувствовала что-то необъяснимое.

Затем она отпустила мое горло и поднялась, протягивая руку.

Я принял её, и Нила рывком подняла меня на ноги. Её ладонь была горячей, а хватка крепкой, и она задержала мою руку в своей чуть дольше, чем требовалось. Хотя, может, мне показалось?

— Хороший бой, — сказала она, и её голос снова стал ровным, почти скучающим. — Давно так не веселилась. Как тебя зовут?

— Арден. Арден из клана Фатумай.

— Фатумай? Никогда не слышала о таком клане.

Даже удивительно, а то мне казалось, что о «трусах из Фатумай» осведомлены вообще все, кого ни встречу. Надо сказать Эвиану пару ласковых, он-то уверял, что об этом клане никто знать не знает.

— Что ж, Арден из Фатумай, добро пожаловать в мою ватагу. Теперь ты подчиняешься мне.

— Для меня это честь, госпожа Тигрица.

— Тогда идем, — она развернулась и направилась к выходу с арены. — И брось это «госпожа». Меня зовут Нила, или Генерал. У нас тут нет «господ».

Я пошел следом, всё ещё чувствуя призрак её веса на своем теле, призрак её руки на своем горле. В груди ныло что-то давно забытое, и мне пришлось напомнить себе, зачем я здесь.

Юл. Гаруд. Миссия.

Но где-то в глубине души маленький голос шептал, что всё будет не так просто.

— Нейт, всё в порядке? — спросил Рю, когда я шагал за Нилой на небольшом расстоянии. — Ты какой-то странный, я это по бурлящей внутри тебя духовной энергии ощущаю.

«Я вряд ли смогу тебе объяснить, что чувствую», — мысленно ответил ему.

— Да ты не очень-то и пытаешься, — фыркнул дракон.

«Тут что-то не так, Рю. Нила слишком сильна».

— Ну сильна, и что? — не понял он.

«Да то, что в прошлой жизни она была слабее. Когда она оказалась в двенадцатом витке, то драться практически не умела. Махала кулаками без стиля и умения. Была дикой — да, но не более. Сейчас же она воительница, с силой которой приходится считаться, и я не могу понять, как это получилось».

— Значит, её история пошла по другому пути.

«Верно, но почему? Это точно не могли быть мои действия, по крайней мере, в Гаруде. Фан начал свое завоевание, ещё когда я был ребенком, и едва ли какой-либо из моих поступков во внешних витках мог повлиять на пятый».

— И впрямь… — согласился Рю, обдумывая всё, что я сказал. — Может, попробовать её расспросить? Может, она расскажет, что именно повлияло на её жизнь в прошлом?

«Попробую», — кивнул ему, — «но не сейчас».

Нила не стала возиться с новичком самостоятельно. Как только мы дошли до расположения её воинов, она передала меня на попечение одному из своих людей, здоровенному бойцу по имени Соломон, а сама направилась в сторону штабных палаток.

Здоровяк провел меня по лагерю, коротко рассказал о порядках, что можно делать, что нельзя, после чего указал на свободную койку и оставил. Окружающим до меня не было никакого дела, разве что другой воин по имени Шастин сообщил, что я в его десятке и он мой непосредственный командир, после чего тоже ушел в неизвестном направлении.

Я оказался предоставлен сам себе и, поняв, что никому больше до меня нет вообще никакого дела, сделал вид, что гуляю по лагерю, а сам, подловив момент, ушел в Бескрайний лес, а оттуда отправился в Гаруд.

Вышел как раз неподалеку от разрушенного Павильона цветов, восстановлением которого в данный момент занималось около полусотни человек. Причем среди них были и симпатичные женщины, кажется, работницы этого самого павильона, желающие поскорее его восстановить.

Добравшись до крепости, я первым делом созвал совет и коротко обрисовал то, что увидел, включая услышанное о планах Фана.

— Полнолуние? Они собираются выдвинуться в полнолуние? — нахмурился Эвиан. — Это всего шестнадцать дней. Мало, мы надеялись, что у нас будет как минимум месяц, а то и два.

— У них не так много провизии, — напомнил им. — Я слышал от местных, что склады почти пусты, да и сам народ рвется в бой, желая отнять всё, что мы нажили.

После этого мы перешли к конкретному обсуждению обороны. Руководителем предстоящей войны был избран Фумио как наместник. Сам он считал, что это лучше поручить мне, но едва ли я что-то понимал в войнах армий, да и других дел было слишком много. Не было у меня возможности занимать должность генерала.

Во время собрания мне сообщили радостную новость: Танадор очнулся. Сразу после окончания совещания я отправился его навестить. Знаменитый Небесный Громовой Тигр выглядел неважно. Несмотря на то, что физически он практически исцелился, что-то случилось с его разумом от постоянных воскрешений. Он говорил медленно, не очень четко, и ему словно было сложно сфокусироваться на чем-то одном. Юл сказала мне, что, кажется, часть его души выгорела, и вряд ли он станет таким, как прежде. Супруга винила в этом себя, но я её за это отругал. Она делала то, что должна была, как и Танадор. Он и сам понимал, что с ним что-то не так, но не злился из-за этого.

После Танадора я отправился к Ютатосу, который продолжал работу над артефактом, позволяющим мне замаскироваться в Сангранира и Лорда Справедливости. Он работал в своей кузне, наотрез отказавшись использовать мое личное пространство даже несмотря на то, что это бы сэкономило нам время.

— Слишком сложная работа, а твоя энергия вмешивается в конструкт, — аргументировал он свое решение, и переубедить кузнеца было практически невыполнимой задачей.

Но подвижки уже были. Ютатос разработал один артефакт, позволяющий выдать очень мощный выплеск духовной энергии, такой, что по уровню будет похож на силу Лордов. Таким образом я смогу слегка приструнить демонов.

— И в чем подвох? — уточнил я.

— Это сработает лишь один раз. Если тебе вновь понадобится задавить кого-то мощной аурой, то ничего не выйдет. У нас просто нет энергохранителей необходимого на несколько применений объема, а даже если найдем, то стоить они будут дороже, чем у нас есть.

А вот с Санграниром было проще. Мы уже прямо сейчас могли скопировать его образ, я даже попробовал маскирующий артефакт и действительно без труда сумел принять его облик, и даже энергию излучал очень похожую. Посмотрелся в зеркало, увидел почти трехметровую пузатую тушу, с уродливым лицом со жвалами и четырьмя завитыми рогами. Айвилк, тоже присутствовавший на испытаниях, очень положительно оценил мой внешний вид.

— Прям похож, не отличишь.

И это была не просто голограмма, а вполне себе мощный маскирующий артефакт, который создавал полноценный облик. То есть если меня кто потрогает, рука не пройдет сквозь плоть. Да, это требовало намного больше энергии, но зато надежнее.

— Можно сделать лучше, — хмыкнул Ютатос, — но для этого придется прикончить Сангранира.

— Имеешь в виду использовать камень его души?

— Да. Тогда и энергия будет настоящей, и питания потребуется меньше.

— О, я бы прикончил этого жирного ублюдка, — поддержал идею Ютатоса Айвилк.

— В целом я не против, думаю, мне это по силам, — кивнул ему, — но тогда придется перекраивать план. Нужно выманить и прикончить его так, чтобы никто не узнал.

— На самом деле я могу попробовать поискать подходящее место, — предложил Айвилк. — Но тогда тебе придется отправить меня на двенадцатый виток.

— Туда есть проход через Лес. Идти придется долго, даже техникой шагов больше суток точно, но я нашел в свое время проход неподалеку от ямы, где держат приговоренных.

— Тогда сейчас же займусь, — приободрился он.

— А не слишком ли ты рвешься в нижние витки? Мне казалось, что одна мысль о возвращении тебе будет противна.

— Тут просто слишком скучно, Нейт, — честно ответил лис. — Я сижу и ничего не делаю. Раньше хоть твоя сестра меня к занятиям молодняка привлекала, хоть какое развлечение, а сейчас у всех другие заботы. Занятия не возобновятся ещё неделю-другую точно, так что хочу заняться чем-нибудь полезным.

— Хорошо, тогда разрешаю, — кивнул ему.

Когда очередное собрание завершилось, я отправился на поиски супруги. Юл о чем-то спорила с Рэлатой, но меня в суть спора посвящать не стали. Скорее всего, опять бюджет делят.

— Нейт! Ты закончил со своими делами?

— Вроде.

— Собираешься возвращаться обратно в Железную долину?

— Это в планах, но не сразу.

— Отлично, я как раз хотела бы тебя попросить о кое-чем.

— Внимательно слушаю.

— Мы с тобой недавно обсуждали Радриф, я бы хотела туда попасть и посмотреть на разрыв мира мертвых.

Одна лишь мысль о возвращении туда неприятно кольнула.

— Пожалуйста, это мой долг как Говорящей с мертвыми. Если я смогу закрыть ту брешь или сделать хоть что-нибудь, то…

— Ладно, — сдался я. — Но если там будет опасно, то мы сразу вернемся.

— Угум!

Юл была на удивление бодрой и решительной, хотя обычно, когда речь заходила о её силах, всё было с точностью до наоборот.

— Тогда захвати с собой что-нибудь полегче, там жарко.

Юл убежала собираться, а я решил пока проверить, смогу ли вернуться туда вообще. Как минимум у меня была одна метка во дворце дома Роддей, а вот надежды на Бескрайний лес я не питал.

— Ладно, рискнем, — решил я и активировал браслет.

Сразу ощутил некоторое сопротивление, и… ничего. Видимо, метка была уничтожена вместе с дворцом.

Проклятье. У меня сейчас нет времени на то, чтобы отправляться в ближайший оазис и искать корабль, идущий в нужном направлении. А может, попробовать силу?

Я отправился ближе к перстам длани, где народу было не так много. Нашел там уединенное место, сел прямо на снег и прикрыл глаза, сосредоточившись на месте. Мне нужно было вновь поймать то ощущение, что было во время сражения с Ороки Гудра. Поймать ту неуловимую музыку пространства…

Сколько я так сидел, не знаю, но кажется, у меня начало получаться. Я сосредоточился на нужном мне месте, где я уже был, и попытался воспроизвести его «мелодию». Получилось это не сразу, но…

Вот оно!

Понятия не имею, как это выглядело со стороны, но для меня это было подобно гигантской лютне, чьи струны я всколыхнул. Мелодия оглушила и потянула меня за собой, а в следующий миг я буквально вывалился на песок.

— О! Нейт! Ты справился! — обрадовался Рю. — Правда… мы точно в Радрифе? Тут сплошной песок, вообще ничего не вижу…

Он попытался подняться повыше и осмотреться, но не выходило, тогда попробовал сосредоточиться на ощущениях. Если мы правда на месте Радрифа, то тут должны остаться остатки ауры мира мертвых. И да, я оказался прав. Откуда-то из-за барханов неумолимо тянуло знакомым замогильным холодом.

Я запрыгнул на меч и стал двигаться в нужном направлении, и уже через пару минут нашел фрагменты разрушенного города. По большей части это были просто куски стен, крыш и просто каменные обломки, что торчали из под песка. И чем ближе к источнику мира мертвых я приближался, тем больше их становилось.

Когда я подошел достаточно близко, то ощутил, что потустороння энергия буквально захлестывает меня, но не отступил, продолжая двигаться дальше. Спустя ещё пару минут я увидел ЭТО. Гигантскую костяную руку, торчащую из самого центра воронки, песок вокруг которой бурлил будто море. Завораживающее и одновременно жуткое зрелище.

— Похоже, что Лорд Удачи и Аррой Шэнь не смогли полностью справиться, — нахмурился я. — Проход ещё открыт, и та тварь, Мингар… Кажется, я всё ещё её чувствую.

— Тогда это очень плохо.

Я сместился на мече к ближайшему статичному обломку и поставил там метку для будущего переноса, после чего воспользовался браслетом и вернулся обратно в Гаруд. Юл Эй уже подготовилась и под теплое ханьфу надела что-то легкое, чтобы после переноса можно было скинуть верхнюю одежду в пространственное кольцо.

Протянул ей руку, мы перенеслись на третий виток, и Юл ахнула, увидев то, что предстало передо мной пару минут назад.

— Да хранит меня Дух Спирали, — пробормотала она, не веря своим глазам. — Какая ужасающая мощь… Я думала, что видела сильных злых духов, но это…

Юл даже побледнела.

— Сможем закрыть эту брешь?

— Нет, Нейт, — покачала она головой. — Я понимала, что это будет сложно, но не могла представить, что настолько. Сейчас я бессильна. Даже если воспользуюсь всеми своими силами, то ничего не смогу сделать с этим местом. Что бы за монстр ни удерживал этот разрыв открытым, он намного сильнее, чем ты и я.

Внезапно Юл повернула голову и уставилась куда-то за барханы. Я тоже что-то почувствовал, тоже сосредоточил внимание на том месте, а через пару секунд из-за барханов вылетел песчаный корабль, и от него прям так и веяло миром мертвых.

Корабль выглядел старым и потрепанным, впрочем, за то время, что я был в третьем витке, я насмотрелся на подобные суда, что служили своим капитанам много десятилетий, а бывало и вообще переходили по наследству. Так что не было ничего удивительного в том, что паруса у него были драными, борт прогнивший, с парой крупных дыр, а носовая фигура и вовсе сильно потеряла в очертаниях, и пойди пойми, это обнаженная дева или какой-то забытый герой прошлого.

Единственное, что казалось странным, что корабль шел слишком плавно. Скользил по барханам без малейшего сопротивления, и это при том, что главный парус, который обычно расправляли в небе, сейчас был спущен. И лишь когда корабль приблизился, я ощутил, что энергия мертвых, которой и так было вокруг очень много, окутывала его словно саваном.

— Это злые духи, — тихо произнесла Юл, стоя рядом.

— Нам нужно уходить, дай руку.

— Нет, Нейт, — воспротивилась она. — Нам нужно их упокоить. Отправить на ту сторону.

— Не думаю, что это хорошая идея, слишком опасно.

— Нейт…

Я вздохнул. Ну вот как отказать моей очаровательной жене в такой вещи, как сражение с целым кораблем, полным тварей из мира мертвых, желающих сожрать наши души?

Присмотревшись к палубе судна, заметил, что там довольно много людей, но вот как они себя там вели, было неправильным. Большая часть просто замерла неподвижно, не сводя с нас окровавленных глаз. Похоже, что с командой случилось то же самое, что произошло с большей частью жителей Радрифа: злые духи захватили их тела, превратив в кровожадных безумцев, хотя сейчас они действовали на удивление осмысленно, раз способны управлять кораблем.

Заметив нас, они, разумеется, тут же направили судно в нашу сторону. У нас было минут пять-десять, прежде чем они окажутся достаточно близко, так что Юл не стала тратить время впустую и решила подготовиться.

— Сможешь их изгнать?

— В другое время — возможно, но я всё ещё не отошла от сражения за Гаруд. Смогу, если они будут достаточно близко от меня…

— Понял, — кивнул ей, призвав Копье Пустыни в форме меча. Судно шло прямо на нас, так что я встал в стойку и приготовился. Когда до злых духов оставалось метров триста, я ударил подготовленной техникой.

Двуединый Рассекающий Громовой Удар!

Огромный серп, пропитанный стихией молнии, устремился к судну и врезался в его борт. Раздался оглушительный треск, и добрую треть корабля просто снесло выплеснутой стихией молнии. Обломки досок, куски мачты и тела одержимых разлетелись в стороны, а само судно накренилось, зарываясь изломанным носом в песок. Но даже это не остановило его полностью, корабль продолжал неторопливо ползти к нам.

Фигуры на палубе пришли в движение. Те, что уцелели после удара, начали прыгать за борт, и я увидел, как они бегут по песку в нашу сторону. Бежали они кто как. Одни нормально, как люди, а другие больше напоминали диких зверей, скача на четырех конечностях. Некоторые из них сильно пострадали, но едва ли это как-то уменьшало их прыть. Даже изломанные, они скалились и желали вкусить нашей плоти.

Юл, стоящая позади, отвела руку в сторону и призвала черную косу, тоже намереваясь сражаться.

Я рванул вперед, не давая одержимым добраться до жены. Первый из них попытался вцепиться мне в горло, но я ушел под его руки и ударил копьем снизу вверх, пронзая грудь и плечо. Тело дернулось, а из раны вырвался сгусток тьмы. Видимо, злой дух, покидающий оболочку. Я крутанул древко, высвобождая оружие, и тут же полоснул по следующему противнику.

Юл тоже сражалась рядом. Одержимый, бросившийся на неё, внезапно замер, не в силах завершить удар. Супруга ударила его открытой ладонью в грудь, выбивая злого духа из тела. Уродливая искаженная дымчатая тварь забурлила в воздухе, но тут же развеялась. Второму девушка вонзила косу в бок, и захвативший тело злой дух тоже оказался развоплощен.

Юл двигалась плавно, почти танцуя с косой в руках, и каждое её касание отправляло очередного духа в небытие. Впрочем, я не очень-то от неё отставал. Копье Пустыни при столкновении со злыми духами тоже неплохо работало, даже без использования стихийной энергии.

Одержимых было около двух дюжин, но они падали один за другим. Те, что бежали на четвереньках, оказались быстрее, но и глупее, слепо бросаясь прямо на острие моего копья. Те, что сохранили подобие человеческой походки, пытались обходить с флангов, но Юл не давала им этого сделать, перехватывая каждого, кто пытался зайти со спины. Мы танцевали в этом танце смерти спиной друг к другу, кажется, впервые сражаясь именно так.

Спустя несколько минут всё было кончено. Вокруг нас не осталось ни одного злого духа, лишь мертвые оболочки, которые они раньше занимали.

— Ты в порядке? — спросил я, оборачиваясь.

— Да, — кивнула Юл, и от моего взгляда не укрылось, что её глаза сейчас полыхали ярче, чем обычно. И это была не фигура речи, а констатация факта. — А ты сам?

— Тоже. И кажется, я начинаю верить, что в это оружие действительно вложили прах Риосс Танэль.

— Угум, когда ты сражался, я тоже ощутила отголоски силы Говорящей с мертвыми, — кивнула Юл и, подойдя, коснулась гладкой серебристой поверхности копья. — Словно крупица её духа до сих пор в нем и реагирует на тебя как на Палача. Ай!

Юл тут же отдернула руку, прикладывая большой палец к губам.

— Что случилось?

— Оно меня стрекнуло! — изумилась она.

— В смысле?..

— Это прозвучит странно, но кажется, оно тебя ревнует ко мне, — продолжая хмуриться и дуть на палец, сказала Юл.

— Ревнует?

— Ага. Оно ощутило схожесть наших сил и таким образом дало понять, что ты его.

Теперь уже мне пришел черед хмуриться, смотря на свое оружие. Зато как хохотал Рю…

— Твое копье ревнует тебя к твоей же жене! Такого мне видеть ещё не доводилось, а повидал я много! — смеялся он. Только вот мне было не очень-то смешно.

— Всё нормально, — сказала мне Юл. — Это не дух Риосс Танэль или что-то в таком роде, и у оружия нет разума. Скорее, отголосок старой воли и любви Говорящей с мертвыми к Костяному палачу. Но лишний раз к твоему мечу мне всё-таки лучше не прикасаться, иначе придется устроить небольшую драку за тебя, — хихикнула она.

Я уже собирался протянуть ей руку и предложить вернуться в Гаруд, как мы оба почувствовали накрывшую нас волну темной ауры. Мы с Юл резко развернулись, уставившись на разбитый корабль неподалеку. Не было сомнений, что угроза исходила именно оттуда.

Судно содрогнулось. Раз, другой, словно что-то огромное пыталось вырваться изнутри. Доски затрещали, и я увидел, как по корпусу побежали трещины. Корабль менялся прямо на наших глазах, выплескивая на нас двоих угрожающую ауру.

— Кажется, весь корабль — это один злой дух… — тихо произнесла Юл, смотря на трансформацию.

— Ага…

Нос судна вытянулся, раскрываясь подобно пасти. То, что я принял за потерявшую форму носовую фигуру, развернулось, обнажая ряды зубов из обломков досок и ржавых гвоздей. Мачта изогнулась, превращаясь в подобие шеи. Борта корабля выгнулись наружу, и из них проросли конечности в виде каких-то членистых отростков из переплетенного дерева и канатов, которые впились в песок, приподнимая всю конструкцию.

Тварь заревела так, что мы с Юл поморщились. Этот звук был похож на скрежет тысячи досок, трущихся друг о друга, смешанный с чем-то, похожим на стон умирающих.

Тварь двинулась на нас, обращенная к нам пасть раскрылась, и изнутри вырвалось облако черного тумана, пропитанного энергией смерти. Там, где оно коснулось песка, тот почернел и спекся в стекловидную корку. Проверять, насколько оно опасно, я не стал. Подхватил супругу и рванул прочь, уходя из-под удара. Монстру это не очень понравилось, и он выстрелил в нас из бортовых пушек. Объятые темной энергией ядра падали рядом с нами, а мне приходилось уворачиваться.

Перехватил Копье Пустыни левой рукой и прямо во время движения рубанул малыми разрезами смерти. Стойку для большого из-за Юл на руках принять не получалось. Но несмотря на влитую стихию молнии, техника не нанесла сколько-нибудь серьезного урона монстру. Кажется, он создавал вокруг себя какой-то барьер, и малого размера определенно было недостаточно, чтобы его пробить.

— Юл, я сейчас в Гаруд. Не могу сражаться и приглядывать за тобой.

— Нет! Давай прямо к монстру, я попробую кое-что.

Мгновение я размышлял, но в итоге послушался. Поспешил, используя технику шагов, прямо к монстру. Мы оказались перед его разинутой пастью, тот подался вперед, чтобы сожрать нас, но Юл подняла руку, и чудовище остановилось.

Я видел, как злой дух рвался, но словно оказался в невидимых цепях, и сила Говорящей с мертвыми ломала его изнутри.

— Ты… не тронешь нас! — воскликнула Юл, и гигантское чудовище отпрянуло, стало пятиться, а я поставил супругу на землю.

Теперь уже она шла монстру навстречу, а я был рядом, чтобы помочь, если что-то пойдет не так.

— Ты… подчинишься!

Я видел, как её лицу тек пот, с каким трудом ей давалось подчинение этого чудовища. Когда Юл подошла совсем близко, пасть твари внезапно распахнулась ещё шире, и оттуда полезли тысячи призрачных рук. Они устремились к девушке, я шагнул вперед, но супруга внезапно остановила меня, выставив передо мной руку.

Вместо того, чтобы отступить, она шагнула к конечностям, взмахнула призванной косой, и те рассыпались тысячами сияющих искр. Монстр в этот момент жалобно застонал, не в силах ни убежать, ни сражаться.

— Отвори мне свое сердце.

Монстр сопротивлялся.

— Отвори мне свое сердце! — решительно повторила Юл.

Наконец доски стали расходиться, а внутри оказался сундук, полный монет, от которых веяло такой концентрированной проклятой силой, что даже мне стало дурно.

— Сейчас можно, Нейт, — бросила мне супруга, и я не стал размышлять о том, что именно нужно делать.

Рванул к сундуку, размахнулся мечом и использовал Громовой Меч Короля Драконов. Огромный сияющий меч, в котором была не только стихия молнии, но ещё и серебристая сила Копья Пустыни, рухнула на сундук. Золотые монеты мгновенно почернели, стали гнить и разлагаться, а затем и вовсе таять.

Проклятый корабль уже не стонал, он ревел и агонизировал. Доски стали отваливаться, а мачты — падать. За несколько мгновений он превратился в просто гору разного хлама. А узел Истинного начала в этот момент оживился и с жадностью поглощал крохи чужой энергии смерти в воздухе. Как и во время сражения с другими сильными злыми духами, я становился сильнее, и за этот короткий бой, кажется, открыл ещё два узла силы. Третий шаг взят, до преграды оставалось ещё два шага.

Юл покачнулась и стала падать, но я успел её поймать раньше.

— Ух…

— Ты невероятна, — я поцеловал её, и она мило заулыбалась.

— Ага, великая и ужасная Говорящая с мертвыми, — хихикнула она. — Правда, я, кажется, немного перестаралась. Голова кружится.

— Теперь-то мы можем возвращаться домой?

— Угу. Мы освободили целую кучу душ, Нейт. Тот золотой сундук — это его сердце, а каждая монета — это чья-то душа. Представляешь?

— То есть он копил силы за счет чужих душ?

— Да, держал их как свою подпитку. Мейли называла таких злых духов коллекционерами, и они одни из худших. Этот проклятый корабль веками странствовал бы по третьему витку, нападая на других, пополнял бы свою команду одержимыми, а души жертв становились бы монетами и делали его сильнее.

— Жуть.

— И не говори. Но знаешь, что самое жуткое?

— Что?

— Что он тут вряд ли один. Подобные твари рвутся через этот пролом и будут продолжать это делать, если мы не придумаем, как его закрыть.

Закончив свои дела в руинах Радрифа, мы с Юл вернулись обратно в Гаруд, и супруга первым делом пошла обсуждать увиденное с Мейли. Она надеялась, что вместе они смогут придумать, как использовать силу Говорящей с мертвыми и знания заклинателей, чтобы сдержать угрозу мира мертвых. Нам бы также пригодилась помощь Лорда Удачи, но учитывая освобождение Лорда Меча или, как его ещё называют, Лорда Смерти, у неё сейчас и без того слишком много дел.

Порешав ещё некоторые вопросы в Гаруде, я вернулся обратно в Железную долину, где армия Фана продолжала расти. Только за один вечер туда прибыл один огромный клан из Черной горы численностью почти в двадцать тысяч человек. Ходить по лагерю было довольно просто, на меня никто не обращал внимания, но были объекты, куда попасть нельзя. Любая попытка подойти к ним оборачивалась моим обнаружением и предупреждением, что это закрытая зона.

Фактически вся ставка командования была такой, туда пускали лишь офицеров, и я, увы, к таким не относился. Порядки в этой армии были довольно просты: прояви себя как воин на поле боя, и твоя карьера легко пойдет в гору. Только вот в мои планы не входит участвовать в сражениях против своих же, так что в момент, когда солдаты выступят, я покину ряды Армии небесной надежды.

Следующие несколько дней я жил на Гаруд и на вражеский лагерь, перемещаясь то туда, то сюда. Дома занимался делами и готовился к будущему вторжению вражеской армии, а в Железной долине искал подходы к командирским палаткам. Но с последним были большие трудности. Нилу я больше не видел. Кажется, приведя меня к своим людям, она и забыла о существовании какого-то Ардена Фатумай.

Другой генерал из Нерушимых стражей камня устроил что-то вроде показательных тренировок неподалеку от армейского лагеря, но попасть туда мне не удалось, потому что у нас случилось то же самое. Но в самом походе участвовало столько людей, что Нилу я не видел, лишь нашего сотника и ещё пару раз тысячника. В основном нас учили двигаться группами, сражаться в плотном строю и другому. Их армии не хватало опыта и слаженности, но я и не думаю, что генералы действительно делали на это ставку. Они многократно превосходили защитников Весеннего облака по численности и прекрасно это понимали.

За эти дни я также выяснил пару интересных вещей, в частности касающихся провизии. Снабжать такую армию невероятно сложно и дорого. И похоже, что Фан действует не один, кто-то снабжает его деньгами для закупки провианта, снаряжения оружием и прочего. Вопрос лишь, кто это. Альянс Тени? Не исключено, но если так, то это началось задолго до моего конфликта с сектой Несокрушимого Алмазного Солнца, и я не очень понимал, зачем Альянсу это понадобилось.

Про то, что у Фана есть крайне влиятельный покровитель, говорили многие, но никто не знал, кто именно. Зато слухов насчет этого было придумано столько, что хватит на десяток-другой легенд. Я говорил на эту тему с Эвианом, но он тоже не смог ничего сказать на этот счет. Он был согласен, что кто-то финансирует эту военную кампанию, но возможности Союза Нищих сейчас подорваны. Охота на Короля Нищих и Союз продолжается, так что шпионы старались лишний раз не высовываться.

В итоге день шел за днем. Я продолжал жить «двойной» жизнью, ожидая либо когда Ютатос завершит подготовку артефакта, позволяющего выдать себя за Лорда, либо возможности подобраться к Фану. Насчет последнего я был даже готов попробовать прорваться штурмом под видом убийцы, только вот в лагере упорно говорили, что Фана сейчас нет в лагере, тут только его Нерушимые стражи камня. Фан был тем ещё параноиком, и никто не знал, когда тот появится.

Так что оставалось только ждать. Возможно, в день начала похода Фан будет здесь. Есть неплохая возможность дождаться наступления и атаковать его в тот момент, когда он не будет этого ждать.

За двое суток до отбытия армии в лагере понемногу наступало оживление. Сотники и тысячники стали уделять больше внимания дисциплине и то и дело гоняли простых воинов. Тут уже вырваться обратно домой не выходило, десятник внимательно следил за каждым и то и дело поправлял, когда мы делали что-то не так.

А накануне случилось то, чего я ждал все это время: Фан самолично явился и сделал это очень эффектно. Он прибыл на гигантском орле, вызвав восторг у простых солдат. Птица сделала круг над лагерем, и за это время Фан произнес не очень длинную воодушевляющую речь, что разносилась над нами с помощью какого-то усиливающего артефакта. Затем птица приземлилась в офицерской части лагеря, и я понял, что нужно действовать сегодня.

Дождавшись глубокой ночи, я вынырнул из палатки-барака нашего десятка. Никто не заметил моего ухода, солдаты знали, что завтра будет тяжелый день и старались набраться сил. Охрана по периметру лагеря была усилена, но внутри патрулей стало меньше. Видимо, решили, что снаружи угрозы нет, а внутри все свои.

Я двигался осторожно, используя техники скрытности, которым научился у Айвилка за годы в аду: растворяться в тенях, двигаться в слепых зонах, контролировать дыхание и сердцебиение, чтобы не выдать себя даже культиватору с острым чутьем. Это было сложнее, чем казалось, ведь в офицерской части лагеря хватало сильных воинов, и любая ошибка могла стоить мне обнаружения и раскрытия. Так что приходилось вспоминать и использовать всё то, что я умел.

Главный шатер Фана стоял в самом центре, окруженный множеством других шатров, которые, в свою очередь, были поставлены по… спирали. Я не сразу это заметил, но когда осознал, то мысленно усмехнулся. Пойди пойми, то ли это совпадение, то ли ещё какой-то знак, который дает мне Дух Спирали. Когда я наконец подобрался к нужному месту, то увидел шестеро воинов снаружи и ещё минимум столько же внутри периметра. Все как минимум шестой-седьмой ступени, средние бойцы. Пробиться силой было бы можно, но шумно. Разобраться с ними так, чтобы никто не заметил, у меня не получится.

Я обошел шатер по широкой дуге, изучая расположение постов. Нашел место, где тень от соседней палатки падала почти до самого полога, и там же обнаружился небольшой зазор между двумя группами охранников. Несколько минут я выжидал, контролируя их ритм патрулирования, а затем проскользнул вперед.

Полог шатра был из плотной ткани, но я нашел место, где швы разошлись, совсем немного, достаточно, чтобы заглянуть внутрь и услышать голоса.

То, что я увидел, заставило меня замереть.

Вокруг стола с картой сидело семеро. Фана узнать его было несложно по богатым одеждам и месту во главе стола, хотя его лицо было мне незнакомо. Высокий, худощавый мужчина с седыми висками и пронзительным взглядом. Было в нем что-то странно неприятное и отталкивающее, но я никак не мог понять, что именно. Впрочем, совсем не он приковал мое внимание.

Нила сидела по правую руку от Фана, небрежно откинувшись на спинку кресла. То, что она была тут, не удивляло, в конце концов, она знаменитый генерал

Но рядом с ней…

Громила с бритой головой и шрамом через всё лицо был Роландом. Тем самым Роландом, который прикрывал мне спину в десятках сражений и который был чуть ли не первым моим другом в Радархарте. Мы с ним стали друзьями ещё до того, как появился Мирион. Худой мужчина с длинными черными волосами, собранными в хвост, был Фендригом. В прошлом неплохой следопыт и охотник, который перешел дорогу не тем людям и был приговорен. Коренастый воин с густой бородой и добродушным лицом, попивающий пиво — Гавер. Другой мой друг. Две женщины рядом с ними — это Виола, с короткими рыжими волосами и россыпью веснушек, и Сарин, высокая темноволосая айрванская красавица с холодными глазами.

Я смотрел на них и не верил своим глазам. Как вообще возможно, что все те, кого я считал друзьями, собрались тут?

Разум отчаянно пытался собрать пазл, но тот не складывался. Они не могли оказаться тут, не могли создать Армию небесной надежды, ведь то было в прошлой жизни. Как бы я ни повлиял на историю, то, что они все собрались тут, было вовсе не совпадением.

— … северный проход слишком узкий, — говорил Роланд, водя пальцем по карте. Его голос был таким же, каким я запомнил, чересчур низким и рокочущим. — Если они решат устроить засаду, мы потеряем людей.

— Потери неизбежны, — отозвался Фан ровным голосом. — Вопрос в том, сколько мы готовы заплатить за победу.

— Мои разведчики уже прочесали ущелье, — это Фендриг, и даже его голос был таким же, тихим, с легкой хрипотцой. — Нет там пока никакой засады. Похоже, что облачники не собираются использовать это место для обороны.

— Идиоты, — фыркнула Нила. — Только там у них и был шанс нас остановить.

— И всё равно бы не помогло, — рассмеялся Гавер. — Мы бы просто ударили им в спину, зажав с двух сторон.

Виола что-то сказала, но я уже не слушал.

Мои друзья.

Те, с кем я буквально прошел через ад. И они прямо сейчас собираются напасть на мой дом. Это не могло быть совпадением. Шестеро из нашего отряда, переродившихся в одном месте и в одно время, нашедших друг друга и объединившихся под одним знаменем? Невозможно. Кто-то или что-то свело их вместе. А ещё и название, Армия Небесной Надежды. То самое название, что дал нашему отряду Мирион…

Я должен был уйти. Вернуться в Гаруд, обдумать всё и составить новый план, исходя из новых обстоятельств.

Внезапно Фан выпрямился и улыбнулся, сложив руки за спиной. Эту перемену заметили все присутствующие, но пока не понимали причину.

— Кажется, мы тут не одни, — сказал он.

— Что⁈ — Фендриг тут же вскочил, оглядываясь, а на его лице проявился хищный оскал, но Фан, всё так же улыбаясь, жестом велел ему успокоиться.

— Прошу, входи, ведь именно тебя мы и ждем, Натаниэль.

Я не ожидал, что кто-то меня рассекретит, и первое мое желание было сбежать, но если так сделаю, то добраться до Фана больше не получится. Так что я сделал глубокий вдох и покинул свое укрытие. Вышел прямо к столу, попутно снимая маску.

— Нейт?

— Быть не может!

— Это же Натаниэль!

Первой на меня бросилась Нила, запрыгивая на шею, а следом подоспели и другие. Каждый из них искренне радовался мне, словно… каждый из них помнил прошлую жизнь.

Но это невозможно, ведь вернулся только я.

Или же нет?..

— Счастливое воссоединение старых друзей, — сказал нам Фан, похлопав в ладони. — Я рад, что ты сам пришел к нам Натаниэль. Без тебя Армия Небесной Надежды не была полна.

— Что… Что происходит? — наконец спросил я, чувствуя растерянность.

— Ох, Нейт, — Гавер хлопнул меня по плечу, — думаю, нам всем есть что рассказать друг другу.

«Рю, скажи, ты тоже все это видишь?» — мысленно обратился я к дракону.

— Ага, и это всё очень-очень-очень странно.

«Именно, я словно вижу сон, от которого не могу проснуться».

— Нет, Нейт, это точно не сон.

— Прошу, Натаниэль, проходи. Ты и сам видишь, что тут у тебя врагов нет, и прятаться было ни к чему, — сказал мне Фан, жестом приглашая к столу. Нила ухватила меня за руку и потащила вперед, как делала это в прошлом. Остальные тоже обступили меня. Фендриг молча кивнул, он никогда не был многословным. Виола смотрела с той же озорной усмешкой, что и двести лет назад. Сарин стояла чуть поодаль, но даже её холодные глаза смягчились.

— Вы… всё помните? Вы помните прошлую жизнь? — задал я самый главный вопрос в этой ситуации, на который уже знал ответ.

— Помним, — кивнул Роланд. — Каждый проклятый день.

— Каждую схватку, — добавил Гавер. — Каждую смерть и каждое воскрешение.

— Вплоть до самого конца, — Нила сжала мою руку сильнее, — до того, как Сангранир нас прикончил.

— Что последнее ты сказала мне перед тем, как мы виделись в последний раз? — спросил я у Нилы.

Та немного замешкалась и нахмурилась.

— Я назвала тебя трусом, — наконец ответила она. — Возможно, будь ты с нами, мы бы прикончили Сангранира, но ты решил остаться. Отступил, хотя обычно первым рвался в бой.

— Но, как оказалось, он был прав, — встала на мою сторону Сарин. — Сангранир был слишком силен, и мы поступили глупо, что отправились туда.

— Фан сказал, что в итоге ты за нас отомстил, Нейт. Убил и Сангранира, и самого ублюдка Рамуила, — напомнил друзьям Гавер.

— Я все ещё не понимаю, как это возможно, — сказал им. — Как вы можете быть тут.

— Но ты же тут, — сказал Роланд. — Так почему мы не можем?

— Потому что я использовал Сферу Вечности, которую создавал Рамуил. Я пожелал обратить время вспять, вернуться в прошлое, но… другие из тех, кого я встречал, не помнили об этом. В том числе и Мирион.

— Ты его встречал⁈ — оживилась Нила.

— Да ладно⁈ Где сейчас этот старик⁈ — глаза Роланда так и горели.

— Понятия не имею, в последнюю нашу встречу мы немного повздорили… Стойте. Вернемся к вам.

— Да-да, как скажешь.

— Друзья, — обратился к ним Фан, — я понимаю, что вы очень рады воссоединению, но у Натаниэля, судя по всему, есть много вопросов, ответить на которые могу только я. Не могли бы вы нас оставить? Уверяю, после небольшой беседы тет-а-тет я верну его вам, и вы сможете восполнить всё упущенное время.

— Серьезно?.. — Нила сильно расстроилась, но Гавер положил ей руку на плечо и кивнул в сторону выхода.

— Если Алиас хочет поговорить с Нейтом с глазу на глаз, то нам лучше послушаться. Пока подготовим застолье.

— Ладно…

Друзья нехотя стали уходить, Нила даже чмокнула меня на прощание. Быстро и грубо, так, чтобы я не успел ничего сделать.

— Только попробуй сбежать.

Роланд рыкнул от смеха. Виола закатила глаза. Сарин что-то тихо сказала Фендригу, и тот усмехнулся. Они ушли гурьбой, оставляя за собой шум голосов и смеха, который затих, как только полог шатра опустился за ними.

Когда мы остались наедине, я развернулся к главе этой гигантской армии. Он всё так же стоял, сложив руки за спину, и улыбался. Но улыбка была холодной. Такой же холодной, как его глаза, в которых не было ни капли того тепла, что излучали мои друзья.

— Если это какая-то уловка… — я сжал кулаки, чувствуя, как духовная энергия начинает циркулировать быстрее.

— Никакой уловки, Натаниэль. Я не опускаюсь до… уловок, — Фан криво усмехнулся. — Твои друзья не призраки или злые духи, они так же, как и ты, вернулись в прошлое.

— Но это невозможно, — повторил я. — Роланд в это время ещё не родился, я это знаю точно. Да и остальные…

— Понимаю, — кивнул Фан, — это… сбивает с толку. Для тебя поток времени вполне конкретен и течет лишь в одном направлении. Для таких же, как я, он… немного иной.

Его улыбка на краткий миг стала хищной, почти нечеловеческой, и если бы не странная аура, которую я не мог осознать, то мог бы подумать, что мне показалось.

— Кто… или что ты такое?

— Как грубо, Натаниэль, — Фан отошел от стола с картами и планами грядущего сражения, прошел к небольшой тумбе и взял оттуда бутылку с вином. Наполнил бокал и пригубил, наслаждаясь вкусом. — Но ты прав, я отличаюсь от тебя, от твоих друзей да и вообще от кого-либо. Сейчас меня знают как Алиаса Фана, но едва ли это имя отражает мою суть, то, чем я являюсь, так же, как твое не отражает твою, Костяной палач.

— И что же за имя отражает твою суть?

— Ральорр.

— Ральорр?

— Ох… Нет-нет-нет, — внезапно забеспокоился Рю. — Нейт, тебе нужно уходить. Срочно! Ты понятия не имеешь, с кем сейчас говоришь! Он…

— Можешь потише, Рю Джай Тан? Ты слишком шумный, — раздраженно махнул рукой Фан.

— Ты его видишь?..

— Разумеется. Я вижу намного больше, чем ты можешь вообразить, юный Крейн.

— Нейт, он пустой! Слышишь⁈ Настоящий Пустой!

— Пустой? Как… Алуна?

— Алуна Саргос? Необычно слышать её имя спустя столько лет, — все с той же насмешкой превосходства хмыкнул Фан. — И нет, я не пусторожденный. Хотя в какой-то мере их можно назвать моими детьми. Бездушные куклы, чей разум настолько велик, что сводит их с ума, — он рассмеялся. — Жаль, что их практически не осталось, в них что-то было.

Я все ещё не до конца понимал, кто или что сейчас стоит передо мной, но понемногу начинал догадываться.

— Значит, это из-за тебя мои друзья тоже вернулись в прошлое?

— Не совсем. Причиной этого являешься ты. Видишь ли, обычно Дух Спирали не вмешивается так грубо в течение времени. Ей вообще не свойственны подобные поступки, думаю, ты и сам это знаешь. Но ты, по её мнению, был столь важной пешкой, что она пошла на перепись временной линии, а это, в свою очередь, открыло и мне некоторые возможности. Твои друзья для неё не были важны, отработанный материал, который подлежал переписи, а я посчитал, что эти фигуры могут пригодиться, вот и забрал их души с собой в эту линию времени. Что же до некоторых… несостыковок, то в этом нет ничего удивительного. Для того, что она сделала, нужно гигантское количество эфира, столь большое, что хватило бы на сотворение целой вселенной. Формально она это и сделала, разрушила половину вашей вселенной и создала его заново. А эфир делает мир очень пластичным, твой призрачный дракончик это подтвердит, что и позволяет менять законы реальности, чем я и воспользовался в своих целях. Увы, у подобных изменений тоже есть ограничения, но воссоздать несколько «незначительных» по мнению Вечности фигур мне позволили.

— Пока что я не понимаю, зачем тебе это. И я говорю не только о моих друзьях, но и о войне. Если ты действительно такая могущественная сущность, как говоришь, что чуть ли не близка по силам к самому Духу Спирали, то зачем тебе такая мелочь, как захват нескольких провинций?

— А вот это отличный вопрос, Натаниэль, — Фан хищно осклабился, а его глаза на пару секунд заволокло непроглядной тьмой, а радужка стала серебристой. — Но едва ли ты сможешь понять. Зачастую то, что я делаю, не рассчитано на немедленный результат, это может быть кирпичик в фундамент того, что случится через сто, двести или даже пятьсот лет. То же самое делает и Дух Спирали обычно. Впрочем, в этой игре она неспособна видеть всю картину. Я вижу дальше, оттого у меня и есть преимущество, по крайней мере в этот раз.

— Игре? Для вас это игра?

— А что же ещё? — развел он руками.

— И какая цель у этой игры? Что будет, если ты победишь?

— Этот мир будет уничтожен, — даже и бровью не повел мужчина. — Понимаю, что это может прозвучать пугающе, но миры вроде этого рано или поздно погибают. Таков великий цикл. Разница лишь в его длине. Вечность продлевает его, я сокращаю, так и соревнуемся, кто кого, но итог всегда будет один. При этом нас нельзя назвать врагами, скорее уж старыми приятелями за партией в настольной игре. И я хочу, чтобы ты помог мне, Натаниэль.

— Уничтожить мир?

— Не при твоей жизни, не беспокойся. Как бы я ни старался, мир не рухнет ни завтра, ни через сто лет. Твои внуки и их внуки, скорее всего, проживут свои счастливые или не очень жизни, но исход будет один. Этого мира не станет. Хотя… — Фан криво ухмыльнулся, — это ведь не совсем мир, не совсем полноценная вселенная. Тут должны были появиться тысячи миров, но из-за того, что Вечность в этот раз не способна заглядывать дальше, чем на десятилетие, она проиграла мне. Древо миров было уничтожено, и остался лишь этот небольшой росток. И тем не менее, она смогла сохранить в нем жизнь. Но как обычно бывает с больными побегами, ему не суждено разрастись и окрепнуть. Он так и останется в нынешней изломанной, уродливой форме. Ты этого не понимаешь, Натаниэль, но ваш мир — это вселенский выродок, не понимающий своего собственного уродства. Он гниет, ломается, но Вечность продолжает поддерживать в нем жизнь, надеясь на… что-то. Что ж, это её блаж, и мне нет до этого дела.

— Пока что я не вижу ни единой причины помогать тебе. Ты либо безумец, либо монстр, от которого лучше избавиться.

— Избавиться? — рассмеялся Фан. — Можешь попытаться. Более того, у тебя даже может получиться, но видишь ли в чем проблема… Это тело лишь оболочка. К примеру, волосы на твоей голове — часть тебя, но они не ты. Так и в моем случае. Я нечто большее, чем может осмыслить твой разум, я существую вне времени и пространства. Само понятие времени существует только в парадигме этой недо-вселенной, но я настоящий существую за её пределами. Тут только мой «волос». И если ты его стряхнешь, а это будет не так уж сложно, ведь мои возможности тут очень ограничены, я просто брошу ещё один. А за ним другой. Ты не сможешь остановить эту «игру» как бы ни старался, но ты можешь выбрать сторону.

Фан жестом указал куда-то за палатку, полагаю, там сейчас сидят мои друзья и дожидаются, когда я закончу разговор с этим… существом.

— Ты хочешь уничтожить мир. Едва ли кто-то в здравом уме решит тебе помочь.

— Как я уже сказал, мои планы тебя не коснутся. Вы со своей прекрасной женой проживете свои полные любви жизни, наплодите детишек, которые, в свою очередь, наплодят своих. А дальше кто знает… — мужчина пожал плечами. — Может, я и достигну своей цели. А может нет. Вечность уж очень упорствует в защите этого мира. Но в любом случае сейчас ты одна из ключевых её фигур в текущем противостоянии, и если ты перейдешь на мою сторону, то я подарю тебе то, чего не даст она.

— И чего же?

— Счастливый финал. Разве не этого ты всегда хотел? Хороший конец для вас с Юл Эй вместо неизбежной трагедии.

— Ценой мира? — это звучало как издевка.

— Ценой очень далекого мира, который ты не увидишь. Люди вообще не склонны заглядывать сильно в будущее, и ты не исключение. Так какая разница? Уверенность, что у вас все будет хорошо завтра, или война за войной, исход которой будет неизбежен. Решай, Натаниэль. Но я не прошу тебя ответить прямо сейчас, можешь отправиться к друзьям, можешь вернуться в Гаруд. Я не ограничен во времени, но имей в виду, скоро тебе придется выбирать сторону.

Я вышел из шатра Фана и остановился, вдыхая ночной воздух. Голова гудела от услышанного. Существо вне времени и пространства, игра с Вечностью, гибель мира через поколения… И предложение. Проклятое предложение, которое звучало так заманчиво, что я ненавидел себя за то, что вообще его обдумываю.

— Нейт, — голос Рю был серьезным как никогда. — Не вздумай ему верить или соглашаться на его предложение. Пустые — это… Я даже не знаю, как объяснить словами.

— Хочешь сказать, что он солгал?

— Пустые не врут. Каждое сказанное им слово — чистейшая правда, но он может не договаривать или использовать правду против тебя. Я просто хочу, чтобы ты понял: пустые — это не демоны, Лорды или даже пусторожденные. Как он и сказал, само его существование лежит за пределами времени и пространства, а всё, что случилось в нашем мире, для него не более чем мгновение, удар сердца или вроде того. Просто знай, сама цель Пустоты — уничтожить наш мир. Пожрать его. Так было, есть и будет. Каждое его решение, каждое его слово направлены лишь на это.

— Рю, скажи честно, он правда может это сделать? Для нас с Юл.

— Если он тебе это пообещал, то да. Говорю же, пустые не лгут, но если он такое обещает, значит, ты действительно важен для того, чтобы мир протянул подольше.

И это напрягало ещё сильнее. Если бы он лгал, было бы намного проще.

Я уже думал по-тихому покинуть лагерь и вернуться в Гаруд, но из соседней палатки вывалилась шумная компания. Роланд первым заметил меня и замахал рукой.

— О! Нейт! Хватит там стоять, иди сюда!

Мои друзья расположились в просторном шатре, явно офицерском. На коврах были расставлены подносы с едой и кувшины с вином, и я с какой-то щемящей тоской узнал эту картину. Как-то так мы обычно и проводили время в Радархарте: сидели небольшой компанией, пили пойло, которое нам отдал один из демонов-стражников за сыгравшую ставку, ели отбросы, которые добыли кто где. Тут, конечно, все было на высшем уровне, но сама атмосфера не изменилась.

— Садись, — Гавер похлопал по месту рядом с собой. — Выглядишь так, будто увидел призрака. Хотя учитывая, кто сейчас с тобой разговаривал…

— Вы знаете, — это был не вопрос.

— Что Фан не человек? — Роланд пожал плечами, отхлебнув вина. — Да. Он нам рассказал. Не сразу, но рассказал.

— И вас это не беспокоит?

Они переглянулись. Нила села рядом со мной, ближе, чем следовало бы, но я не стал отодвигаться. Не сейчас.

— Беспокоит, — признала Сарин. Она сидела напротив, всё такая же холодная и собранная, — но что мы можем сделать? Он вернул нас, дал вторую жизнь, и его цели… Они где-то там, в далеком будущем, а мы здесь и сейчас.

— Он хочет уничтожить мир, — напомнил им.

— Через сотни лет, — Фендриг впервые подал голос. — Может, через тысячи. Наши правнуки состарятся и умрут до того, как это случится. Если вообще случится.

— И это делает всё нормальным?

— Нет, — Гавер покачал головой. — Но это делает всё… терпимым. Слушай, Нейт, мы провели хренову тучу лет в аду, лет, полных бесконечных смертей, боли и безнадеги. И сдохли на гребаной арене Рамуила. Но вот мы тут, обрели новую жизнь, хорошую, надо сказать, жизнь! Вот ты бы от такого шанса оказался?

Я промолчал. Потому что не знал, что ответить.

— Фан обещал нам, что мы проживем эту жизнь так, как захотим, — продолжил Роланд, — без бесконечных воскрешений, без арены, без Рамуила над головой. Просто… жизнь. С войнами, да, но это честные войны, в которых мы сами выбираем, за что сражаться.

— За захват чужих земель? — не удержался я.

— За объединение. Вот уж понятия не имею, зачем ему это нужно, но он хочет отгрохать страну, сравнимую с империями прошлого. Представляешь? Может, поднакопив сил, он начнет войну с Небесной столицей или вроде того, но это всё будет не на нашем веку. Так зачем париться? Будем наслаждаться жизнью здесь и сейчас.

— Я, конечно, за вас рад, но ваша армия угрожает моему дому. В Гаруде мои владения.

— Да, мы слышали, но не беспокойся, наша армия пройдется только по северу провинции. К тебе на юг мы не полезем. Считай это небольшой уступкой со стороны Фана, — сказала мне Нила, а её рука легла мне на бедро. В её взгляде и том, как она закусывала губу, отлично читалось, что она хочет меня утащить куда-нибудь, чтобы наверстать всё то время, что мы упустили, но нет. Этого не будет.

— Слушайте, может, мы сможем решить этот вопрос. Я не последний человек в провинции, думаю, смогу договориться с наместником о сдаче без боя. Мы станем частью этой его империи…

— Извини, но ничего не выйдет. Одно дело — Гаруд, небольшой городок со скверными землями, — вздохнул Фендриг. — а другое — земли Дан-Хо. Мы собрали беспрецедентно огромную армию, и чтобы её обеспечивать, нам нужны ресурсы. Весь север провинции уже давно поделен между сильнейшими кланами армии, и прошлые хозяева там не нужны.

— Угу, — подтвердила Виола.

— Если у тебя есть друзья, зови их в Гаруд, а остальным не повезло. Провинция должна быть зачищена почти под корень, без вариантов.

— И вас не переубедить?

Друзья лишь качали головами и разводили руками. Решение уже было принято, и менять его никто не собирался, а раз так, то я не стал ничего говорить по этому поводу. Вместо этого налил себе выпивки и сказал тост за наше воссоединение.

До рассвета мы говорили о прошлом. О боях на арене, о Мирионе и его историях, о тех, кого потеряли. Иногда смеялись, иногда замолкали, погружаясь в воспоминания, которые лучше бы забыть. Это было странно — вот так сидеть с людьми, которых считал мертвыми, и обсуждать жизнь, которой фактически никогда не было.

В какой-то момент, когда народ стал немного уставать, Нила настойчиво взяла меня за руку и повела за собой. Я не сопротивлялся, и она привела меня в свою палатку. Полог за нами ещё не успел закрыться, а она уже скинула одежду, бросая на меня призывные взгляды.

— Извини, я не могу.

— Стой, ты серьезно? Мы с тобой столько лет не виделись, и ты вот так меня отшиваешь?

— Я теперь женат, и у меня будет ребенок. Моя личная жизнь и так слишком сложная в последнее время, чтобы добавлять в неё ещё и бывшую из другой жизни.

— Да насрать мне, кто у тебя и где. Тут же её нет.

— Я правда не могу, — покачал я головой.

Нила ещё какое-то время так и стояла в чем мать родила, сердито уперев руки в бока, а потом по-звериному рыкнула и принялась собирать разбросанную одежду.

— Ну ты и придурок.

Девушка ещё пару мгновений злилась, но затем смягчилась.

— Жена, значит?

— Да, и я её очень люблю.

— Тц… Повезло ей.

— Я бы рад ответить тебе, но это будет неправильно. Тем более для меня с момента нашей последней встречи прошло… лет сто, наверное.

— Сто лет, — она фыркнула, натягивая рубашку. — А для меня будто вчера. Помню, как жестко трахались перед тем, как мы пошли на Сангранира.

— Да…

— Как я назвала тебя трусом.

— И это тоже.

Нила села на край походной кровати и посмотрела на меня уже без злости. Скорее, с какой-то усталой грустью.

— Расскажи мне о ней. О своей жене.

— Зачем тебе?

— Хочу знать, кто меня заменил.

Я немного замешкался, в конце концов, с Юл есть некоторая проблема.

— Её зовут Юл. Юл Эй.

— Странно… Имя звучит знакомо. Она тоже была одной из нас? Приговоренных.

— Она демон.

— Стой, что⁈ Ты женился на демонице⁈ Ты совсем спятил⁈ Ты ведь прекрасно знаешь, что они такое…

— Юл не такая, да и вообще, как я выяснил, мы не так уж сильно отличаемся. Первые демоны прежде были людьми, это энергия нижних витков и демонические меридианы со временем исказили тела. Но Юл правда не такая, как ты думаешь.

— Демоны всегда демоны, — Нила зло сплюнула.

Я вздохнул.

— Как будто люди лучше. Среди нас тоже хватает отпетых мерзавцев, способных на такое, что тяжело поверить.

И тем не менее, я её не переубедил, Нила была зла и раздосадована.

— Плевать… — сделала она над собой огромное усилие. — Всё это не имеет значения. Но я разочарована, Нейт. Вот уж от кого, а от тебя я точно не ожидала такого.

— Многое изменилось за сто лет, — вздохнул я и понял, что разговор пошел совершенно не туда. Глядишь, ещё чуть-чуть, и мы поругаемся как прежде, а значит, лучше уйти. — Думаю, мне пора…

— Погоди! — спохватилась Нила, загнав прорвавшуюся злость подальше. — Ты ведь ещё вернешься? Не бросишь старых друзей?

— Не знаю, если честно. Вы собираетесь сделать то, чего я принять не могу, и мне нужно хорошо всё обдумать.

Не такого ответа она ждала, но мне не хотелось лгать.

— Как бы в итоге всё ни вышло, Нейт, я рада, что мы встретились.

— Я тоже.

Я вышел из палатки Нилы и огляделся. Лагерь ещё спал, лишь редкие часовые маячили у костров. Из офицерского шатра доносился храп– видимо, остальные так и вырубились там, где сидели.

Можно было зайти попрощаться, сказать что-то напоследок, но я не стал. Слишком много слов уже было сказано этой ночью и ещё больше остались невысказанными. Пусть так и будет.

Я двинулся к границе лагеря, стараясь не привлекать внимания. Стража меня не остановила. То ли Фан отдал распоряжение, то ли им просто было плевать на одинокого воина, покидающего расположение. В любом случае, вскоре огни Железной долины остались позади, а я продолжил свой путь уже через Бескрайний лес.

— Долгая ночь, — вздохнул Рю, когда я запрыгнул на меч и заскользил по одной из многочисленных дорожек леса.

— Слишком долгая…

Лес как обычно был безмолвен, лишь шелест листьев нарушал покой этого места. Но мысли в голове шумели громче любой бури.

Счастливый финал. Жизнь с Юл без проклятия, без неизбежной трагедии. Наши дети и внуки, которые проживут свои жизни в мире. А цена… Какая разница, что будет через сотни лет? Я ведь этого не увижу. Никто из тех, кого я люблю, этого не увидит.

Соблазнительно. Слишком соблазнительно.

— Ты ведь думаешь о его словах, — сказал Рю. Не спросил.

— Да.

— И?

— Я не знаю, Рю. Может, это наш шанс выбраться из всего этого. Ты ведь сам сказал, что этот пустой никогда не врет.

— Не врет. Не договаривает, но не врет, — признал он.

Я закрыл глаза.

Вспомнил лицо Юл, когда она смотрела на меня.

Вспомнил, как она плакала, прижавшись к моей груди после того, как почувствовала мою смерть от копья Грейса.

Вспомнил её слова: «Не оставляй меня одну».

Вспомнил её смерть в прошлой жизни. Тот ужасный механизм, частью которого она стала, и кинжал в руках. Боль от её потери и бурлящую словно лава ярость внутри.

Вспомнил Мириона и его уроки.

Вспомнил двести лет ада, каждую смерть и каждое воскрешение.

Вспомнил тот момент, когда костяной клинок пронзил сердце Рамуила.

Я не для того прошел через всё это, чтобы теперь склониться перед очередным чудовищем. Пусть даже это чудовище обещает мне рай.

— Он говорит, что может дать нам счастливый финал, — сказал я наконец, делая глубокий вдох, — но какой ценой? Предать всё, во что верю? Стать пешкой в игре существа, которое хочет сожрать мой мир?

Что-то во мне отказывалось принимать это предложение. Каждая клеточка тела, всё мое естество говорило, что это не тот путь, которым я хочу идти.

— Мой ответ «нет», Рю. Я напишу свой счастливый финал, на своих условиях. Даже если придется сражаться с этим пустым или с самой Духом Спирали.

Я сжал кулаки так, что побелели костяшки пальцев.

— Таково мое решение.

В Гаруд я вернулся перед самым рассветом. Почти никто не заметил моего возвращения, кроме супруги. Юл Эй ждала меня у входа в дом, кутаясь в зимнее ханьфу и тепло улыбаясь.

— Ты что, не ложилась?

— Да, было много дел, — виновато сказала она мне. — Уже думала прилечь хотя бы на пару часов, но почувствовала, что ты вернулся, вот и вышла встретить. Как все прошло?

— У меня много новостей, так что нужно собирать народ.

Супруга кивнула и воспользовалась артефактом связи, который работал на всей территории города и частично за его пределами, так что уже через полчаса я собрал глав павильонов и других советников, чтобы сообщить им новую информацию о грядущей угрозе.

В зале собрались Гаррона, Ютатос, Эвиан, Рэлата, Гар и несколько генералов, которых назначила Юл в мое отсутствие для лучшего контроля за разросшейся армией.

— Армия Фана, скорее всего, либо выступила, либо выступит в ближайшие часы, — сказал я им.

— Скверно…

— Они собираются пойти несколькими путями, — сообщил я, — тут и вот тут, — указал на то самое ущелье, о котором говорил Фан и его генералы, когда я подслушивал.

— Хорошее место, чтобы их сдержать, — хмыкнула Гаррона, указывая на ущелье. — Там их численный перевес не будет играть роли.

— Они это тоже знают, поэтому часть армии отделится и зайдет нашим в спину, — я начертил на карте движение второй армии. Хотя на мгновение засомневался. Фан знал, что я там, и могло ли это быть постановкой специально для меня? Такой вариант исключать было нельзя.

— Плохо. Кажется, это вообще единственное место, где мы могли организовать хорошую оборону, — покачал головой Гар.

— Что планирует Фумио?

— Планирует отдать им Сан-Хун, — тут уже ответил Эвиан, ткнув пальцем в один из городов. — Там будет довольно большая группа воинов, которая должна задержать и измотать отправленные войска, а когда те его возьмут, ударить свежими силами им в спину.

— Наместник хочет отщипывать от армии Фана по чуть-чуть, — прояснил Гар. — У нас слишком мало людей, чтобы встречать эту армию в лоб, но само качество этих людей лучше. Так что диверсии и постепенное изматывание вражеского войска.

— А если они пойдут сразу на Дан-Хо?

— Все наши усилия направлены на то, чтобы этого не произошло. В первую очередь, наместник планирует сделать так, чтобы взятие каждого города давалось вражеской армии со сложностями, но при этом там они ничего находить не будут. Все припасы и ресурсы будут заранее перевезены в другие места.

— Их армия больше, — кивнул Эвиан, — и оттого и обеспечивать её снабжение сложнее. Летучие отряды будут выцеливать небольшие отряды противника, которые будут направлены за припасами обратно в Треснувшую гору. А ещё с позволения госпожи, — он кивнул на Юл, — и вашего казначея мы потратили внушительную часть сбережений, чтобы выкупить все достаточно большие пространственные хранилища в ближайших провинциях.

— И это очень сильно ударило по нашим карманам, — скривилась Рэлата. — Но по крайней мере мы уверены, что у них дефицит крупных хранилищ, а в малых много еды не перетаскаешь.

— То есть у них сейчас нет больших хранилищ? — удивился я.

— Почему? Есть, но их недостаточно для снабжения такой крупной армии. Они как раз заказали крупную партию у дома Дунлан из провинции Скрытой в облаках, но я смог убедить их продать её нам. Фан делает слишком большую ставку на количество солдат и то, что сможет восполнить нехватку провизии на месте. На этом мы и сыграем.

Я задумался. Как-то слишком просто. Фан славился тем, что всегда был на несколько шагов впереди своих противников, а тут столько недосмотров. Бросок неподготовленной армии, надежда на восполнение ресурсов на месте.

— Ничего не выйдет.

— Прошу прощения? — Эвиан удивленно вскинул брови.

— Фан не дурак, более того… я не уверен, что вы поверите в то, что я расскажу, скорее, подумаете, что ваш глава тронулся умом. Фан не человек. Под личиной Алиаса Фана скрывается жуткий монстр, что способен видеть будущее.

— О чем вы? — нахмурилась Гаррона.

Пришлось поведать им о том, что случилось в лагере Фана, но товарищи восприняли эту историю со скепсисом. Слишком сложно было поверить во вселенскую сущность, которая обладает силой, сравнимой с самим Духом Спирали.

— Но если это действительно так, — осторожно начал Гар, — то ему известен каждый наш шаг наперед.

— Не думаю, что каждый, но однозначно больше, чем кому-либо другому. Почти уверен, что наш план он разгадает без особых проблем и придумает, как его разбить.

— И что тогда делать? — Спросила Гаррона.

— Варианта два. Первый: отойти в сторону и не вмешиваться. Фан сказал, что не станет атаковать Гаруд, ему нужен лишь север провинции с плодородными землями. Мы же… — я не удержался и скривился, — … добровольно станем частью его «империи».

— А второй? — спросила Юл.— Ты ведь даже не рассматриваешь первый.

— Второй… Найти того, кто понимает, как мыслит Фан, и способен хотя бы что-то противопоставить его знаниям и опыту.

— Если вы о Танадоре, то он не в той форме, чтобы брать на себя командование, — сказал Эвиан.

— Нет. Я о… Алуне Саргос.

Присутствующие непонимающе переглянулись, не понимая, о ком я вообще говорю. Это понял лишь Рю.

— Нейт! Да ты спятил! Она враг! — воскликнул дракон, заметавшись по комнате. — Ты всерьез думаешь, что пусторожденная решит тебе помочь? С чего бы ей это делать?

«С того, что я её освободил», — мысленно ответил ему.

— Да плевать ей на это!

«И тем не менее, я думаю, что стоит попробовать. Кто как не пусторожденная способна понять разум пустого? Или, может, ты примешь командование?»

— Я? Лестно, но нет, я слишком неполноценен в нынешней форме, чтобы распоряжаться тысячами жизней. Я и в лучшие годы был посредственным генералом, а уж сейчас ты способен найти и более талантливых полководцев. Что до Алуны… Теоретически это прекрасный вариант. Она лучший генерал из ныне живущих, пусть в итоге и проиграла, но даже если она согласится помочь, то для этого её вначале нужно найти. У тебя есть хотя бы одна зацепка?

«Пока нет, но есть идея. Вдруг сработает?».

— В общем, — сказал я уже присутствующим, — есть один генерал, который мог бы возглавить нашу армию, но у меня пока нет уверенности, что я смогу её найти и уговорить. Пока действуем по плану Фумио, а там посмотрим.

— Хельграал! — громко крикнул я, выходя на задний двор.

Пёс давно решил, что никакой присмотр ему не нужен и он может делать что хочет и где хочет, лишь изредка возвращается домой проведать, как мы тут.

— ХЕЛЬГРААЛ!

Я, наверное, пару минут драл глотку и уже стал думать, что дело это бесполезное и нужно просто ждать, но внезапно пёс материализовался неподалеку, держа в пасти кость с обрывками мяса какого-то зверя. Он заскулил и бросил ту к моим ногам, мол: «На, это тебе, раз уж позвал».

Говорить, как его отец, он пока не научился, но вот команды очень неплохо понимал. Да даже когда я звал его, он мог находиться вообще в другом витке, но прийти. При этом он сильно возмужал и окреп, теперь это был практически взрослый молодой волк с бело-голубой шерстью.

— Ну привет, приятель. Спасибо за косточку, но я не голоден, — сказал ему и потрепал за ухом.

Тот уркнул что-то в ответ.

— Слушай, мне нужна твоя помощь. Помнишь, мы с тобой не так давно были в храме, в пустыне, и встречали Рай Хэма, Лорда Закона?

— Тяф.

— Там ещё была девушка, Алуна. Можешь помочь её найти?

Но пёс в ответ не стал лаять, лишь чуть повернул голову на бок, как, бывает, делают это собаки.

— Что? — спросил я и с удивлением услышал его голос в голове. Отрывистый, очень искаженный, но четкий и ясный.

— Запах. Запах. Забыть. Запах. Запах.

Я моргнул, удивленно смотря на него, и задумался, может, у меня есть какая-нибудь вещица, оставшаяся от Алуны?

А ведь есть такая!

Я открыл пространственный карман и стал рыться в нем, выискивая платок Алуны, который она дала мне как-то. Она тогда сказала, что сплела его сама. Тот нашелся довольно быстро, и я протянул его Хелю. Тот принюхался и гавкнул.

— Так что, сможешь найти?

— Запутано. Сложно. Найти, — прозвучал его голос в моей голове.

— Так ты…

— Следовать.

Хель рванул прочь, я поспешил за ним, а тот буквально разорвал ткань пространства перед нами. Не так, как делал это обычно, а более грубо, чтобы я успел пройти за ним. Прорыв за нашими спинами стал тут же зарастать, но мы уже следовали дальше. Хель мчался через десятки мест, останавливаясь там лишь на пару секунд, чтобы взять новый след. То это были заснеженные горы, а вдали маячил какой-то храм, то густые непроходимые леса, то пустыня третьего витка, то другие леса. Один раз мы вывалились посреди какого-то крупного города, и люди ошалело уставились на нас и зарастающий позади прорыв, но и там мы не задержались.

Ещё десяток таких прыжков, и мы оказались на окраине какой-то захудалой бедной деревушки. Судя по смеси айрванской и гарванской архитектуры, это был шестой виток. Кажется, если очень хорошо присмотреться, можно заметить хребты гор где-то далеко на востоке. Но Хэль повел меня вовсе не к деревушке, а по тропинке, ведущей в лес от неё, и минут через пять мы с ним оказались перед небольшим бедным домиком, откуда доносился плач младенца.

— Хель, ты уверен, что мы пришли куда нужно? — спросил я волка, на что тот протяжно завыл.

Я скептически хмыкнул, но после этого дверь отворилась, и на пороге появилась Алуна. Сейчас она не пыталась изображать неунывающую аристократку, какой была во время нашей жизни в храме. Сейчас она была холодной, и даже её взгляд казался острым и высокомерным.

— Как ты меня нашел?

— Твой платок. И он помог, — я кивнул на волка.

Алуна задержала взгляд на Хельграале, а после, ничего не говоря, вернулась в дом, но дверь не закрыла. Буду считать это приглашением.

Внутри всё оказалось так же, как и снаружи: крайне бедно. Алуна же тем временем взяла младенца из колыбели на руки, прошла к стулу и, сев на него, откинула левую часть ханьфу, начав кормить малыша грудью прямо при мне.

— Что тебе нужно, Натаниэль? — спросила она. — В прошлую нашу встречу ты не стал принимать мое предложение, и я сомневаюсь, что ты внезапно передумал.

— Мне нужна твоя помощь. Но вначале… что за ребенок? Он ведь не может быть твоим…

— Нашла его, — равнодушно ответила Алуна, не поднимая на меня взгляд. Сейчас её интересовал только ребенок на руках. — Его родителей убили разбойники, младенца бросили, я его спасла и теперь рощу. Так что за помощь тебе нужна?

— Я знаю, кто ты на самом деле, Алуна Саргос.

Она не вздрогнула, но подняла взгляд. Мне раньше казалось, что он холодный, но сейчас в нем ощущалась ещё какая-то чужеродность и опасность.

— Пришел убить последнюю пусторожденную? Что ж, ты в своем праве, — в её голосе и взгляде не было страха. Они вообще не способны испытывать привычные нам эмоции. — Но надеюсь, что ты пощадишь младенца, я вложила в него слишком много силы, чтобы потерять.

— Я не собираюсь тебя убивать, но, как уже сказал, мне нужна твоя помощь.

— И с чем же?

— Я столкнулся с настоящим пустым. Не таким, как ты, а настоящим. Он называет себя Ральорр и управляет огромной армией. Мне нужен генерал, чтобы победить его.

— Ральорр. Давно я не слышала этого имени.

— Вы встречались?

— Разумеется. Сотрудничали и враждовали в зависимости от того, в какой период истории это было, — подтвердила Алуна, закончив с кормлением.

Я всё это время отводил взгляд, но не похоже, что её саму это сколько-нибудь волновало. Хотя меня самого немного одолевал вопрос, если ребенок не её, то откуда молоко? Но спрашивать о таком посчитал неуместным, тем более тема разговора была намного серьезнее.

Алуна уложила ребенка в кроватку и дала соску, а сама обернулась ко мне, продолжая смотреть изучающим холодным взглядом.

— У него много лиц, много имен, — продолжила она, — но суть одна.

— Он сказал, что мне его не убить. Это так?

— Так. Оболочка смертна, но ему тоже не так просто возвращаться, как может показаться. Говоришь, что он теперь возглавляет армию?

— Да. Я рассказывал тебе о Гаруде, так вот, он объединил разрозненные племена нескольких соседних провинций и теперь направляется в мою, провинцию Весеннего облака.

— Численность?

— По беглым подсчетам больше миллиона воинов.

— А ваша?

— Тысяч сто, в идеальном варианте, может, наберем двести, но вряд ли.

— Практически без шансов. Ральорр умен и не начинает войну, если не сможет её выиграть. И даже при равных условиях он ухитрялся переигрывать нас. Вы же в изначально более слабой позиции, а следовательно, и шансы на победу незначительны.

— Потому мне и нужна ты. Я слышал, ты была генералом, одной из лучших в свое время. Если кто и способен потягаться с пустым на поле боя, это ты.

— Ты мне льстишь.Его возможности намного превосходят мои. Пустые существуют вне времени, как и Вечность. Обычно. Мои же способности ограничены анализом вещей, которые люди обычно не замечают, и прогнозированием вероятностей. Не более того.

— Значит, ты считаешь, что нам не победить?

— Я считаю, что шансы этого маловероятны.

— Но с тобой они больше?

— Существенно, — не стала отрицать Алуна.

— Так ты мне поможешь?

— Да.

На самом деле я слегка удивился её согласию. Казалось, что придется «выкручивать руки» и искать способ убедить эту женщину помочь, а она просто взяла и согласилась. Рю, который неодобрительно хмурился, сверля меня взглядом где-то рядом, аж поперхнулся.

— Это… было неожиданно.

— У меня просто нет выбора. Ты нашел меня один раз, значит, найдешь и другой, даже если попытаюсь сбежать. Следовательно, этот вариант отпадает. Убить тебя? К сожалению, у меня нет оружия, способного убить воина твоего возвышения на данный момент. Остается кооперация и возможность получить свою выгоду.

— И что ты хочешь?

— Список будет очень длинным, — предупредила девушка. — И мне все из него будет нужно. Также ты пообещаешь, что после того, как мы закончим, ты не станешь больше меня искать. Мне неинтересно становиться частью свиты Костяного палача. Это разовая работа, не более.

— Ты получишь всё, что будет возможность достать.

— Хорошо, в таком случае идем, — Алуна вернулась к кроватке и взяла дитя на руки. — Также ребенку понадобится нянька на время моего отсутствия. Я не смогу одновременно командовать армией и заботиться о нем.

Спустя несколько часов мы вернулись в Гаруд. Алуну разместили в одном из кабинетов рядом с залом совета. Я распорядился принести туда все имеющиеся карты провинции, сводки о численности войск, доклады разведчиков. К тому моменту, как всё было готово, ребенка уже забрала одна из служанок.

Алуна даже не взглянула ей вслед. Просто села за стол и начала изучать принесенные документы.

Я наблюдал за ней какое-то время. Она читала быстро, откладывая одни бумаги и возвращаясь к другим, иногда что-то отмечала на карте пером с алыми чернилами. Её лицо при этом оставалось абсолютно бесстрастным.

— Можешь идти, — сказала она, не поднимая глаз. — Позову, когда закончу.

Я хотел было возразить, но передумал. Пусть работает, у меня и своих дел в городе достаточно. Да и не только в городе. Ютатос подготовил несколько десятков духовных бомб, усиленных порохом, который мы смогли достать через каналы Эвиана. Кто бы мог подумать, что у него будет выход на черных торговцев, потому как изготовление пороха считается незаконным. Узнав об этом, я отправил десяток мастеров в свое пространственное убежище и поручил им заняться отливом пушек.

Бомбы же мы решили заложить в ущелье, зная, что часть армии Фана вне всякого сомнения пойдет по нему. Я лично взял пару человек, и под покровом ночи мы там побывали и установили заряды.

Наместник Фумио прибыл на следующее утро. Он выглядел измотанным, на это указывали темные круги под глазами и осунувшееся лицо. Война ещё толком не началась, а он уже был на пределе.

— Натаниэль, — он коротко поклонился мне при встрече. Формально он был главой провинции, но между нами давно установилась другая иерархия ещё со времен, когда он служил под моим началом. — Вы хотели меня видеть?

— Да. Есть кое-кто, с кем тебе нужно познакомиться.

Я провел его в зал совета. Там уже собрались остальные: Гаррона, Эвиан, Рэлата, несколько генералов. И Алуна, стоявшая у большой карты провинции, испещренной её пометками. Вид у пусторожденной был боевым. Черное строгое платье с высоким воротом и длинными перчатками очень напоминало мне по стилю то, что я видел во фрагменте памяти Рю, но тот наряд был словно живым, а этот — просто ткань, но сам фасон был идентичным. А ещё она накрасилась, причем подведенные глаза и алые губы добавляли её холодному лику хищности.

Фумио замер на пороге, уставившись на незнакомую женщину.

— Это Алуна Саргос, — сказал я. — Она будет командовать нашими войсками.

Та лишь мазнула по нему глазами, не выказывая никакой заинтересованности.

— Погодите, что? Но мы уже выработали планы, и я не уверен, что хорошая идея — менять сейчас генералов. К тому же… я никогда не слышал о вас.

— И не мог слышать, — ровно ответила Алуна. — Мое время было задолго до твоего рождения. Но это неважно. Важно то, что ваш план не сработает.

— Какой из? — Фумио перевел взгляд на меня, потом обратно на нее.

— Любой из тех, что вы разработали. Садитесь, наместник. Объясню подробнее.

Фумио колебался, но я кивнул ему, и он занял свое место за столом. Остальные уже сидели, с любопытством глядя на эту странную женщину.

— Итак, — Алуна указала на карту, — ваш основной план — это измотать армию Фана серией мелких ударов с помощью летучих отрядов. Устроить им диверсии и заставить их растянуть линии снабжения, и бить по ним.

— Верно, — кивнул Эвиан. — У нас нет сил для прямого столкновения, поэтому…

— Поэтому вы решили действовать так, как действовал бы любой разумный командир в вашем положении, — перебила его Алуна. — В этом и проблема. Фан знает, как думает разумный командир. Он предвидит каждый ваш ход ещё до того, как вы его сделаете.

— Откуда такая уверенность? — нахмурилась Гаррона.

— Потому что я знаю, кто он такой, — Алуна обвела взглядом присутствующих. — Натаниэль вам уже говорил, Фан не человек, и все ваши планы для него как открытая книга.

— Но если он правда видит будущее, то ни один из наших планов не сработает.

— Даже если он видит будущее, то это видение ограничено. Его побеждали в прошлом, это возможно. Но вместе с этим стоит помнить, что помимо этого он очень талантливый тактик.

Повисла тишина. Фумио переглянулся с Эвианом, оба выглядели настроенными скептически.

— Допустим, — медленно произнёс наместник. — Тогда что вы предлагаете?

— Для начала разберем, почему именно ваш план провалится, — Алуна взяла указку и ткнула в карту. — Ущелье Серого ветра. Вы планируете устроить там засаду, верно? Взорвать проход, когда основные силы врага войдут внутрь.

— Да, — подтвердил я. — Накануне я лично отправился туда и заложил заряды.

— Хорошая идея, — кивнула Алуна, — но знайте, что Фан пошлет туда не основные силы, а слабейшие части. Тех, кого не жалко потерять. Он знает об этой засаде и смело пожертвует малой частью армии, чтобы вселить в вас ложную надежду.

Она провела линию по карте.

— Его основные силы пойдут здесь. Через горы.

— Там нет дорог, — возразил Фумио. — Только козьи тропы. Армия не пройдёт.

— Не пройдет, если не подготовить путь заранее. Но Фан готовился к этой войне пять лет. Вы думаете, он не позаботился о запасных маршрутах?

Наместник побледнел.

— Дальше, — продолжила Алуна, — Сан-Хун. Вы хотите сдать город, отравить еду и воду, а потом ударить в спину занявшим его войскам. Классическая ловушка.

— И что с ней не так?

— Всё. Фан не станет занимать город, ведь ему известно, что там либо не будет еды, либо она будет отравлена. Он его окружит и будет ждать. Когда ваши силы выйдут из укрытий для удара, в этот момент подойдет другая часть войска. Ваше войско, отправившееся в Сан-Хун для быстрого удара, окажется зажатой между двух его армий.

Девушка начертила на карте стрелки, показывая движение вражеских войск. Картина складывалась пугающая, ведь куда бы ни двинулись защитники, их уже будут ждать.

— Летучие отряды, — Алуна ткнула в несколько точек, — будут уничтожены в первые же дни. Фан знает, где вы их разместите, знает маршруты патрулирования. Засады на засады, и что самое ироничное в этой ситуации, для этого ему даже не нужно предвидеть будущее. Даже не имея всей картины, я сразу могу указать, где они будут. В итоге за первую неделю вы потеряете треть армии. Оставшиеся будут деморализованы. Через две недели провинция падет.

— Не может все быть настолько плохо, — изумилась Гаррона. — А как же провизия? Нам просто нужно выиграть время, сделать так, чтобы у них кончилась провизия.

— В этом ваша главная оплошность. Провизия у них не кончится, даже если ваш план с летучими отрядами работал бы.

— В смысле? — нахмурился я.

— Провизия уже была спрятана на территории провинции. Я думаю, что Фан заставил вас поверить, что у его армии есть проблема с едой. Может, даже сама армия верит в это, но на деле всё, скорее всего, обстоит с точностью до наоборот. Если бы проблема с провизией действительно была, то армия была бы меньше.

Фумио сидел белый как мел, сжимая подлокотники кресла.

— Тогда что делать? — тихо спросил он. — Сдаться?

— Нет, — Алуна впервые позволила себе что-то похожее на усмешку. — Первое, что мы сделаем, это отдадим ему западные города без боя. Вы ведь и так их эвакуировали?

— Да.

— А дальше?

— Второе — собрать все оставшиеся войска в одном месте. Не там, где он ждет.

Алуна указала на точку южнее Дан-Хо.

— Здесь. Холмы Туманной канарейки. Хорошая оборонительная позиция, но не очевидная. Фан будет ждать, что вы укрепитесь в столице.

— А столица?

— Эвакуировать. Полностью. Когда он её возьмет, то там не будет ничего ценного.

Фумио медленно качал головой.

— Это… Это безумие. Отдать столицу провинции без боя?

— Это лучшее решение из возможных.

— Но это равносильно проигрышу! В чем тогда вообще смысл?

— В том, чтобы сохранить армию. Города — это лишь строения, хотя люди любят делать из них некоторый символ. Мы же воспользуемся этим и сделаем из этого одну огромную ловушку.

— Неплохой тут вид, — высказал свое мнение Руон, напросившийся участвовать в предстоящей атаке.

Мы стояли на небольшом предгорье и высматривали вдали, на равнине, небольшой отколовшийся кусок армии Алиаса Фана. На вскидку там было около четырех-пяти тысяч человек, что почти в десять раз больше, чем наша армия, но мы превосходили вражеский отряд по возвышению, так что я особо из-за уступающей численности не переживал. Тем более что я был одним из тех, кто собирался идти в первых рядах и расчистить путь остальным.

— Да, — согласился я с учеником. — Ты уверен, что хочешь участвовать? Там будет мясорубка.

— Без сомнения, — решительно кивнул Руон.

Что ж, я не стал возражать. В конце концов, сражения — это часть бытности воином, и если он действительно хочет идти по моим стопам, то должен понять, как выглядит настоящая война.

— Хорошо, но держись поближе ко мне. Будешь прикрывать мне спину, — я усмехнулся, после чего повернулся к своим людям. — Вперед! Отправим их к праотцам!

Я поднял Копье Пустыни над головой, и весь наш небольшой отряд рванул вперед, прямо на позиции вражеского войска. Лагерь был разбит небрежно. Палатки стояли как попало, костры догорали, часовых было мало. Они не ждали атаки, видимо, считая, что находятся слишком далеко от линии фронта, да и разведчики ничего не замечали. Это была их ошибка. В нашем распоряжении Бескрайний лес, и мы могли свободно перемещаться по всей территории провинции.

Первая же моя атака была Двуединым Рассекающим Громовым Ударом, рассекая весь лагерь надвое. Волна стихийной энергии молнии прошла через палатки, разрывая на куски всё, что оказалось на пути.

Копье Пустыни «пело» в моих руках, выписывая смертоносные дуги. Первый враг даже не успел поднять меч, как острие вошло ему в горло и вышло из затылка. Второй попытался ударить сбоку, но я сместился, пропуская клинок мимо, и обратным движением древка сломал ему шею. Я шел в авангарде, пробиваясь в самые недра лагеря. За мной уже шли остальные, заходя во вражеские позиции как раскаленный нож в масло.

— Держать строй! — заорал кто-то из вражеских офицеров. — Это всего лишь…

Техника Рю Джай Тана: Дорога громовых клинков!

Десятки электрических клинков вырвались из земли под его ногами. Офицер и пятеро солдат рядом с ним рухнули, пронзенные насквозь и прожаренные до хрустящей корочки. Остальные шарахнулись в стороны, ломая собственный строй, но это помогло не всем. Кое-кого достали срикошетившие молнии.

— Руон, слева!

Ученик среагировал мгновенно. Его меч описал широкую дугу, отбрасывая троих солдат, попытавшихся зайти мне со спины. Неплохо. Движения ещё немного скованные, но инстинкты уже работают.

Идущие следом воины тоже врубились в позиции врага, но у меня была другая цель — устроить самый большой хаос в сердце вражеского лагеря, насколько это возможно. Там впереди группа копейщиков выстроилась в оборонительном построении. Я метнул туда Малый Громовой Разрез, как предчувствовал, что они что-то используют, потому как техника столкнулась с выставленным барьером.

Техника Рю Джай Тана: Пронзающий громовой вихрь.

Энергия спирально закрутилась вокруг древка, превращая оружие в сверло из чистой стихийной энергии, которое я незамедлительно метнул во вражеский строй. Барьер столкнулся с моей техникой, сопротивлялся несколько мгновений, но затем был разорван в клочья.

Строй копейщиков разлетелся как соломенные куклы. Кого-то отбросило, кого-то разорвало. Командир с обожженным лицом попытался увернуться, но слишком медленно. Острие разорвало ему в грудь, пробив доспех как бумагу, и прошло дальше, а затем я вернул свое оружие силой мысли. Оно телепортировалось мне обратно в руку. Ему, в отличие от Рейхора, не нужно было летать, чтобы вернуться, это оружие привязано к моей душе и по моему зову оно способно разрывать даже пространство.

Я остановился, выискивая новую цель. Битва шла даже слишком хорошо, за считанные минуты мы смогли разбить почти половину вражеского войска. Но кажется, Фан предвидел эту атаку, потому что в стороне я заметил приближающуюся крупную группу всадников. И эта группа воинов выглядела гораздо более опасной, чем тот сброд, с которым мы сражались сейчас. Их было не меньше тысячи. Тяжелая конница в полном облачении, с длинными копьями наперевес, причем, судя по внутреннему ощущению, они по возвышению около шестой ступени. Их лидер так и вовсе, кажется, был мастером пятой.

Всадник во главе отряда выделялся даже среди своих. Огромный, закованный в темную броню с золотыми узорами, он держал в руках массивную алебарду, древко, которой было толщиной с мою ногу.

Теперь в том, что это ловушка, не оставалось сомнений. В лагере, который мы атаковали, самые сильные воины были в лучшем случае первых шагов седьмой ступени, а тут сразу шестая-пятая. По местным меркам это очень сильные воины.

Мои воины хороши, но их пятьсот против тысячи тяжелой конницы. И эта конница уже набрала скорость. Земля дрожала от тысяч копыт. Глава отряда что-то проревел, вскинув алебарду, и я увидел, как вокруг всадников вспухла бурая энергия.

Они на полной скорости вошли в лагерь, и кажется, им не было дела до того, кто союзник, а кто враг. Их оружие разило любого, кто оказался на пути.

Я рванулся вперед, прямо навстречу предводителю.

Электрические пластины окутали мое тело в тот самый момент, когда алебарда обрушилась на меня сверху. Удар был чудовищным, земля под моими ногами треснула, но я устоял, а мой противник отступил. Он сделал маленький круг на своем скакуне и уставился на меня.

— Что⁈ — Ругам явно не ожидал, что кто-то примет его удар. — Я Ругам, Яростный Камень! Назовись, воин!

— Не вижу в этом смысла, — ответил ему.

Ругам развернул коня и снова атаковал. Его алебарда описала широкую дугу, целя мне в голову. Я пригнулся, пропуская лезвие над собой, и ударил копьем в бок лошади. Вокруг животного вспыхнул барьер, но Копье Пустыни рассекло его без особого труда.

Животное заржало и рухнуло, но воин спрыгнул прежде, чем его придавило, приземлился тяжело, но устойчиво.

— Ты за это заплатишь, — зло бросил он мне и ударил древком алебарды в землю.

Земля вокруг меня взорвалась. Десятки каменных шипов вырвались из-под ног, целя в меня со всех сторон. Я словно оказался в середине огромного каменного капкана, но технике не хватало скорости, так что я успел выскочить до того, как меня раздавило, и незамедлительно ответил Рассекающим Громовым Ударом.

Волна энергии устремилась к воину, но Ругам вскинул алебарду, и… перед ним вырос щит из спрессованной земли толщиной в два человеческих роста. Моя техника врезалась в него, расколола, но не пробила до конца. Видимо, сыграло то, что стихия земли сильнее молнии.

— Ха! — Ругам шагнул сквозь обломки собственной стены и обрушил на меня град молниеносных ударов.

Он был быстр для своих размеров. Алебарда мелькала как молния, не давая мне ни секунды передышки.

А что ты скажешь на это?

В те секунды, когда он переводил дух между очередной связкой ударов, я активировал Меч Короля Драконов, и когда воин атаковал меня снова, вместо обычного оружия его встретил исполинский, длиной метров десять, сияющий клинок. Ругам округлил глаза, попытался заблокировать оружие, но ничего не получилось. Кажется, благодаря Копью Пустыни эта техника стала ещё сильнее.

Ругама просто смело, отбросило от меня словно тряпичную куклу, хорошенько так прожаривая. Вражеский предводитель был ещё жив, пытался подняться, опираясь на алебарду. Из щелей шлема сочилась кровь.

Он попытался ударить, но я легко отбил ослабевший выпад и вогнал острие копья ему в горло, прямо в щель между шлемом и нагрудником.

Ругам захрипел и рухнул, а я перед тем, как он окончательно погиб, призвал один из костяных клинков и вогнал его ему в другое сочленение брони. Тотчас жизненная энергия потекла от него ко мне.

Я обернулся к полю боя. Конница без командира уже дрогнула. Кто-то пытался организовать отступление, кто-то просто бежал. Мои воины добивали отставших, так что не оставалось сомнений в том, что эту битву мы выиграли.

А я внезапно осознал, что открыл ещё четыре узла за эту битву. Узел Истинного Начала с жадностью поглощал жизненные силы погибших из окружающего мира, и пусть это были крохи в сравнении с тем, что я мог бы получить, сражаясь костяными клинками, но я все ещё считал, что это не тот путь, которым я должен идти. Но соблазн был высок, и я в итоге воспользовался костяным клинком только что. Три узла, ровно столько я открыл с жизненной силы Ругама. Ещё узел с жизненной силы остальных воинов.

Руон подбежал ко мне, весь в крови и тяжело дыша.

— Учитель, вы в порядке?

Я моргнул, отвлекаясь от тела поверженного противника, и кивнул ученику.

— Да, просто задумался. Ты сам-то в порядке?

— Ага, — он хищно оскалился. — Это не моя кровь.

— Хорошо, тогда возвращаемся.

Я спешно собрал оставшихся людей, и мы поспешили покинуть поле боя, укрываясь в Бескрайнем Лесу. Уже через полчаса мы входили в Гаруд, где раненым оказали первую помощь, я же отправился на поиски Алуны. В военном зале её не было, а значит, она могла быть только в одном месте. Я спустился в подземелья под Гарудом и прошел в одно из помещений, в которых располагалась одна из «тайных» мастерских, в которые нельзя так просто попасть.

Внутри располагались разнообразные артефактные установки и станки, причем некоторые из них были совершенно новые. Тут работал новенький артефакт хроносмещения, доработать который помогли мне Ютатос и Алуна несколько дней назад. Время внутри этого помещения текло в три раза быстрее, чем снаружи. Не такой сильный эффект, как с моим браслетом, и энергии это место жрало очень много, но позволяло нам выигрывать время. Вот и сейчас Алуна ковырялась в том, что осталось от марионеток. Увы, я так и не смог починить Сева после нападения Альянса, и до недавнего времени то, что осталось от этих машин, лежало на складе. Несколько дней назад я решил попросить помощи Алуны, и та согласилась.

— Как всё прошло? — спросила она, не отрываясь от работы.

— Это была ловушка, правда, особых проблем у нас не возникло.

— Ожидаемо, — кивнула она, продолжая ковыряться во внутренностях одной из марионеток. На её глазу сейчас была повязка с линзой, а в руках — странный инструмент, кончик которого сиял голубоватым. Кажется, этим инструментом она без труда разрезала металл.

— Ты знала, что это будет ловушка?

— Догадывалась, но в то же время не сомневалась, что проблем не возникнет. Впрочем, то же самое можно сказать и о Ральорре. Полагаю, что он уже стал догадываться о том, кто именно стоит за вашими тактиками, а значит, у нас мало времени. Нужно продумать наш следующий шаг.

— И каким же он будет? — спросил я. Хотелось бы сказать, что за время, проведенное вместе, стал понимать эту женщину, но, скорее, верно обратное. Я даже не представляю, что действительно творится у неё в голове.

— Нам не выиграть теми силами, что у нас есть. Ты без сомнения выдающийся воин, но что толку, если от твои земель останется пепелище, да и не сомневаюсь, что Ральорр найдет что тебе противопоставить, а потому нам нужно сломать привычный расклад сил.

— И каким образом?

— Мы воспользуемся кое-чем из арсенала моего народа.

— Оружие пусторожденных? Такое ещё осталось?

— Да. Нам просто нужно расконсервировать одно из древних хранилищ, что находятся в четвертом витке.

— Четвертый виток… Путь туда не близкий. Пока что моим разведчикам не удалось добраться туда через Бескрайний лес, так что…

— С этим я помогу. Я изучила принцип работы твоего артефакта-маяка и немного его модернизировала.

— И что же это за оружие такое?

— Не буду портить сюрприз.

Четвертый виток встретил нас обжигающим морозом. Если в пятом зима обычно мягкая, а в третьем вместо неё бесконечный зной, то вот четвертый виток добрую половину года подобен одной огромной морозилке. Хорошо, что мы с Алуной подготовились и взяли утепляющие артефакты, но ледяные порывы ветра временами пробивались даже через тепловые заслоны.

— Недружелюбное местечко, — бросил я Алуне, поплотнее закутываясь в шарф.

— Так и должно быть. Здесь даже летом большую часть года бушуют бураны, и даже сильным практикам сложно выживать.

— То есть это нетипичное место даже для четвертого витка?

— Именно так.

Нам пришлось немного пройтись через буран, в котором было очень тяжело что-либо рассмотреть, мир вокруг превратился в сплошную белую пелену, ревущую и кусающую. А ещё, судя по тому, что здесь было тяжело дышать, мы находились где-то высоко в горах, но не похоже, что мою спутницу это сколько-нибудь волновало.

Чтобы ускориться, я воспользовался Копьем Пустыни и создал под ногами широкий двуручный меч, чтобы на него было проще встать нам двоим. Так что в дальнейшем мы прорезали пургу словно ножом, мчась по указанию пусторожденной.

Сам путь занял не так уж много времени, но к моменту, когда мы прибыли на место, я успел хорошенько так промерзнуть, и в полной мере не помогали ни согревающие техники, ни заготовленные артефакты.

Алуна привела меня к неприметной скале, подошла к торчащему неподалеку камню и что-то на нем повернула. Тут же внутри каменного массива что-то задрожало. Поначалу я решил, что мне почудилось, буран по-прежнему выл вокруг, заглушая многие звуки, но нет, камень уже через несколько секунд пришел в движение. Две каменные половины разошлись в стороны с протяжным гулом, обнажая проход.

Алуна первой шагнула во мрак, и я поспешил за ней. Проход уходил вглубь горы широким коридором с идеально гладкими черными стенами.

— Это духовный камень? — спросил я, ощущая странные вибрации от него.

— Нет, это катрадид, одно из наших последних, но самых великих открытий. Этот материал неразрушим, его не пробить даже самыми сильными техниками, а ещё в замкнутое пространство из него невозможно попасть с помощью пространственного перемещения. Из него мы возводили несокрушимые крепости или хранилища, которые до сих пор остаются запечатанными.

— Знаешь, Нейт, возможно, это было о-о-о-о-очень плохой идеей — приводить сюда Алуну. Она ведь не шутит, тут может храниться что угодно, — забеспокоился Рю.

Коридор кончился внезапно, и вовсе не дверью, а тупиком, но судя по реакции женщины, она прекрасно знала, что так и будет. Она открыла пространственную сумку и извлекла оттуда маленький черный диск, кажется, сделанный из того же камня, что и окружающие нас стены. Тот встал в нужный паз, и в стене просто появился проход. Черный камень словно осыпался, оставляя просторный треугольный проем.

Мы вошли в очередной черный коридор, но разница была в том, что этот был хорошо освещен, в отличие от начального пути. Коридор закончился внезапно, открывшись в огромный зал. Я замер на пороге, пытаясь прикинуть его размеры, и выходило, что он ничуть не меньше Гаруда. Впрочем, за свою жизнь я насмотрелся на невероятные вещи, так что он производил не такое большое впечатление, как мог бы.

Потолок терялся где-то в вышине, поддерживаемый колоннами такой толщины, что понадобилось бы человек двадцать, чтобы обхватить одну, а вдоль стен, в специальных нишах, стояло множество разнообразных машин и установок. Некоторые из них были по-настоящему огромными, и даже поезд, который я обнаружил в Глубинном лесу, на их фоне казался детской игрушкой.

В центре зала возвышалась платформа, а на ней…

— Это что, корабль? — вырвалось у меня.

Конструкция была огромной. Вытянутая, обтекаемая форма, множество выступов, которые могли быть орудиями или двигателями. Поверхность отливала тем же голубоватым светом, что и сферы в коридоре.

— Не совсем, — Алуна подошла к платформе и положила руку на один из выступов. — Это «Несущий рассвет». Боевая крепость класса «Каратель». Одна из последних, что мы успели создать.

— Но это… воздушный корабль?

— Если говорить просто, то да, — не стала спорить девушка, хотя очевидно, что для неё эта крепость далеко не просто какой-то «корабль»

— Боевая крепость, значит… — я медленно обошел конструкцию, пытаясь оценить её размеры. — Она работает?

— Чтобы это понять, нужно провести техническое обслуживание, но полагаю, что да. Нуль-реактор, если он не поврежден, может хранить энергию в течение сотен тысяч лет.

— Да хранит нас Дух Спирали, — пробормотал Рю, разглядывая эту огромную боевую машину. — Ты понятия не имеешь, на что смотришь, Нейт. Крепости класса «Каратель» были самой большой проблемой последних лет войны. Они способны сравнять с землей целые города. От одних воспоминаний о ковровых бомбардировках целых провинций становится дурно. Даже сейчас воздушных кораблей такой силы практически не существует, а уж в то время, чтобы уничтожить или захватить такую, требовались невероятные усилия.

— И сколько человек нужно для её обслуживания?

— Нисколько. Экипаж полностью механизирован и выполняет любые распоряжения, — говоря это, Алуна стала спускаться по длинной лестнице. — Когда их строили, нас осталось не так уж и много, приходилось использовать марионеток, но так даже эффективнее. Но если бы его обслуживали люди, то полагаю, что потребовалась бы команда в сотен пять человек, может, шесть.

Я присвистнул.

— Значит, с его помощью ты и думаешь одолеть Ральорра?

— Нет, — Алуна на мгновение обернулась, и в её лице я смог уловить едва заметную насмешку, — мы здесь вовсе не за Несущим рассвет.

— Нет? — Удивился я.

— Демонстрация этого оружия — это почти объявление войны Небесной столице. Оно без сомнения оставит от армии Фана лишь пепел, но привлечет ненужное внимание как к тебе, так и ко мне. Не забывай, весь мир считает, что я мертва, и я бы предпочла, чтобы так оно и оставалось.

— Тут она права, — поддержал Рю. — Если мы его используем, то Вечная Божественная Гвардия не станет стоять в стороне. Сейчас у них и без нас хватает своих дел, учитывая возвращение Лорда Меча, но если мы воспользуемся крепостью «Каратель», о-хо-хо-хо-хо… Они такое игнорировать не станут.

— Нам нужно что-то менее радикальное.

На самом деле я даже немного расстроился из-за такого ответа. Это гигантское судно столько лет простояло тут, дожидаясь своего часа, но в итоге мы не можем его использовать, несмотря на всю его боевую мощь.

Мы прошли мимо рядов законсервированных машин, мимо стеллажей с артефактами, о назначении которых я мог только догадываться, мимо чего-то, похожего на оружейные стойки. У меня буквально чесались руки похватать всё это и закинуть в пространственную сумку, но Алуна, словно прочитав мои мысли, предостерегла:

— Не стоит тут ничего трогать. Большая часть вещей тут была сконструирована специально для моего народа, а не твоего.

— Она имеет в виду, что их технологии, оказываясь в чужих руках, становятся смертельно опасными, — пояснил Рю. — Они. бывало, специально разбрасывали свое оружие.

— И как же они определяют кто свой, а кто чужой?

— Духовная энергия. Даже у простых людей есть заготовки под будущие меридианы, закладываемые при рождении. У пусторожденных такого нет, у нас нет ни меридиан, ни сосредоточия.

В дальней стене обнаружилась неприметная дверь, такая маленькая на фоне всего остального, что я бы её и не заметил.

Алуна приложила ладонь к панели рядом, и дверь отъехала в сторону с тихим шипением.

За ней открылся коридор, совсем не похожий на предыдущий. Стены здесь были не каменными, а металлическими, покрытыми какими-то трубками и проводами.

— Что это за место?

— Лаборатория биологических исследований, — Алуна шла вперед не оглядываясь. — Здесь мой народ изучал ваш.

Коридор вывел нас в помещение поменьше, но не менее жуткое. Вдоль стен стояли прозрачные цилиндры, заполненные мутной жидкостью. В некоторых плавало что-то… Я предпочел не присматриваться.

— Ты уверена, что это место заброшено? Такое чувство, что работа тут велась совсем недавно.

— Уверена, просто уход за этим место автоматизирован.

Мы прошли ещё немного, и я впервые заметил тут марионетку, стоящую в специальной ячейке в стене. Алуна прошла мимо цилиндров, не удостоив их взглядом. Она явно знала, куда идет.

В дальнем конце помещения располагался массивный механизированный сейф, встроенный прямо в стену, и к нему стекались сразу несколько десятков трубок. Именно он и был нужен женщине. Алуна подошла к панели управления и что-то туда ввела. Внутри механизма что-то загудело, а затем тот стал открываться. Причем дверцы раскрывались не как обычно, а расходились в стороны, и стоило этому произойти, как изнутри пахнуло холодом и белоснежным туманом.

Внутри сейфа, в специальных ячейках, покоились стеклянные колбы, каждая из которых была не больше моего кулака и содержала жидкости разного цвета, но видимо, Алуне была нужна конкретная. Она пробежалась по каждой из них пальцами, пока не остановилась на алой, словно кровь. Ловким движением она вытащила из креплений склянку и покрутила в руках, затем закрыла хранилище.

— Что это? — спросил я, подходя ближе.

— То, зачем мы сюда пришли. Мы называли это патоген-семь-семь-четыре.

Я вопросительно вскинул бровь, не понимая, как нечто подобное может поменять ход войны.

— Это… яд?

— Не совсем. Это биологическое оружие массового поражения, но контролируемое. Его цель — выкосить наибольшее количество солдат противника за короткий промежуток времени. Паточен токсичен в течение трёх суток, лишь те, кто вступят с ним в контакт в течение этого времени, умрут. Если нам повезет, он убьет больше половины войска Фана.

Дан-Хо пал без боя, хотя на военных советах все считали, что самая тяжелая битва за провинцию будет именно тут. Что наместник соберет все свои основные силы в столице, за каменными стенами, где конница Фана не сможет стать главной ударной силой наступления. Но нет, всё оказалось совершенно иначе. Вялая стычка у ворот, и вот уже войско беспрепятственно проходит за городские стены столицы провинции Весеннего Облака.

Нила въехала в город через северные ворота, створки которых были распахнуты настежь словно издевательское приглашение. Никаких баррикад, отчаянных защитников на стенах или горящих стрел, летящих навстречу. Только тишина и пустые улицы.

Это все ещё могла быть засада, но чем дальше продвигались солдаты, тем яснее становилось, что горожане просто ушли, бросив город. Это была обычная тактика для «весенних», но проделать такое на столице, да в которой проживало несколько сотен тысяч человек? Это было слишком странно и неожиданно.

— Что-то не так, — пробормотал ехавший рядом Гавер, настороженно оглядываясь по сторонам. Он кривился и выглядел обеспокоенным, а вот Нила, наоборот, ухмылялась.

— Всё так, — возразила она. — Они просто не идиоты. Наместник Дан-Хо, кем бы он ни был, сделал единственный разумный выбор — сбежал, поджав хвост, захватив всё самое ценное.

Несмотря на пустынное впечатление, люди тут всё-таки были. Солдаты то и дело вытаскивали из домов немногих оставшихся горожан.

Старики, которым было всё равно, торговцы, понадеявшиеся на милость победителей, и просто упрямцы, решившие, что их дом — это их дом, и никакая армия этого не изменит.

Дураки.

Нила знала, что случится дальше. Знала, что приказы уже отданы, что отряды зачистки уже формируются, и что к вечеру в городе не останется никого, кроме солдат армии Фана.

И её это не волновало.

Когда-то давно, в той, другой жизни, она бы ужаснулась из-за этого, закричала о несправедливости, о невинных жертвах, о том, что так нельзя, но сто лет в Радархарте выжгли из неё всё лишнее. Сострадание, жалость, сомнения — всё это осталось там, на окровавленном песке арены вместе с первой сотней смертей.

Они с Гавером в окружении своих людей без каких-либо проблем прошли ко дворцу наместника, который так же пустовал, как и всё остальное тут. Внутри уже разбивали временный штаб. Фан стоял в центре главного зала, отдавая распоряжения, и выглядел так же невозмутимо, как всегда, словно захват целого города был для него чем-то вроде утренней прогулки. Впрочем, для него это наверняка так и было.

— Великий Фан, — Нила подошла и приветственно склонила голову. Гавер, поравнявшийся рядом с ней, сделал то же самое. — Город полностью взят, но…

— … но нам кажется странным, что наместник взял и просто отступил, — закончил вместо неё Гавер. Нила бросила на него хмурый взгляд. Она не была согласна с тем, что это странно, но промолчала. — Одно дело — уходить, бросая мелкие города, а совсем другое — просто увести людей из столицы.

— Возможно, это Натаниэль, — предположила Нила. — Говорят, что люди уходили на юг, в земли Гаруда. Вы сами дали ему возможность эвакуировать туда близких, но…

— Это чересчур? — закончил за ней Фан.

— Немного… — нехотя признала она.

Она вовсе не хотела становиться врагом Нейта, но его отказ ранил девушку сильнее, чем она могла подумать. Сейчас, спустя недели войны, она это понимала, и какая-то часть её хотела заставить его пожалеть о том, что он не присоединился к старым товарищам.

— Натаниэль выступил против нас, — подытожил Фан. — Несколько дней назад он участвовал в нападении и лично убил Ругама.

— То есть мы собираемся двинуться на юг? В Гаруд? — напрягся Гавер, да и Нила невольно сжала кулаки.

Фан молчал, смотря на них своим привычно безразличным, бездушным взглядом, от которого Нила поежилась, и никто из присутствующих понятия не имел, о чем именно тот сейчас думал.

— Пока нет, но не исключаю эту вероятность, — подытожил Фан. — Крейн нарушил нашу договоренность, он не должен был вмешиваться, а в обмен мы не трогаем Гаруд. Теперь же у нас нет причин игнорировать южную часть провинции.

— Тогда почему мы не выступаем прямо сейчас?

— Потому что на стороне Костяного палача стала действовать новая фигура, которую я давно сбросил с доски.

Нила и Гавер переглянулись.

— Я пока не до конца уверен, но полагаю, что именно эта фигура руководит войском наместника.

— Но разве для вас это проблема? — осторожно уточнил Гавер. — Вы ведь видите будущее.

— Лишь малую его часть и не всегда. Когда Духу Спирали выгодно, она делает меня слепым, но видеть будущее можно и иным способом — просто просчитыванием вероятностей. Этим и занимается тот, кто руководит армией этой провинции.

— И чего нам ждать от их генерала? — спросила Нила.

— Об этом мне и нужно поразмыслить. Пока разбейте лагерь в Дан-Хо и разошлите разведчиков.

Следующие несколько дней были удивительно умиротворенными, и для Нилы это было необычно. Она привыкла спать на земле, есть отбросы и землю, и последние годы слабо выбили из неё эту привычку. Впрочем, кочевые лагеря и не располагали к большому комфорту, всё равно частенько приходилось спать, где придется, и есть, что окажется в скудных запасах армии. В Дан-Хо же всё было немного иначе. Она и другие генералы оказались во дворце наместника, заняли лучшие гостевые апартаменты и могли насладиться роскошью, которой прежде были лишены.

В первый же день Нила отправилась в местные купальни, и туда даже смогли притащить несколько слуг, которых чудесным образом удалось обнаружить на территории дворца. То ли их забыли, то ли они надеялись, что смогут найти других господ, в любом случае Нила пока решила пощадить их и воспользоваться их услугами. Она всегда мечтала почувствовать себя госпожой, окруженной слугами, и теперь могла это осуществить.

Служанки натирали её тело маслами и благовониями, пока в купальню не пришел Гавер. Он сально ухмыльнулся, видя обнаженное женское тело, и тоже стал сбрасывать с себя одежду. Неторопливо, чтобы та могла рассмотреть его мускулистое, покрытое шрамами тело. Нила сама его позвала, зная, что он к ней неравнодушен. Теперь, когда Нейт её столь демонстративно кинул, променяв на демоницу, та не видела причин отказывать Гаверу. Тот овладел ей прямо там, в купальнях, под взорами слуг, что заставляло Нилу трепетать ещё сильнее. Она цеплялась за край бассейна, запрокинув голову, и думала о том, что вот она, власть. Настоящая власть, когда можешь делать что хочешь, когда хочешь, с кем хочешь. А продолжили они уже в одной из роскошных спален, заливаясь вином.

И следующие дни они провели в одном бесконечном марафоне выпивки и похоти, но закончилось всё внезапно. Нила потеряла счет времени. День, ночь, снова день. Да и вообще, какая разница? Они просыпались, когда хотели, ели, когда хотели, а покорные служанки исправно таскали им еду с кухни. Они пили, пока не заканчивалось вино, а когда заканчивалось, то требовали ещё. Им было хорошо. Впервые за очень, очень долгое время им было просто хорошо.

Девушка выбралась из постели, чувствуя сильную головную боль. Солнце било в глаза сквозь незашторенные окна, и каждый луч отдавался в висках тупой пульсацией. Во рту было сухо и мерзко. Тело приятно ломило, но всё же ломило. Нила собиралась налить себе ещё вина, после чего растолкать Гавера, чтобы он готовился продолжать их парную культивацию, но внезапно обнаружила, что все кувшины пусты. Третий, четвертый, пятый — все кувшины, что громоздились на столике и на полу вокруг кровати, были выпиты до последней капли. Учитывая сильную головную боль, это разозлило тигрицу.

— Твою мать, — прошипела Нила.

— Чего ты? — Гавер поднял голову и сфокусировал на девушке сонный взгляд.

— Выпивка кончилась.

— Так пусть слуги ещё принесут.

— Они должны были это сделать заранее, — фыркнула она и побрела к выходу, где находился артефактный колокольчик для вызова прислуги. Нила дернула за веревку. Прошла минута, вторая, третья… Никто так и не явился на зов.

Не сдержав раздражения, Нила пнула дверь, распахивая её, и выскочила в коридор, нисколько не заботясь о своем внешнем виде и отсутствии одежды.

— Эй! — рыкнула она, и её голос эхом разнесся по пустым коридорам дворца. — Где все, чтоб вас демоны драли⁈

Гавер, заметивший, что что-то не так, сел, свесив ноги с кровати.

— В чем дело? Слуги пропали?

— Да, — Нила вернулась в покои, а лицо девушки стало напряженным. — Что-то не так.

Странности продолжились, как только Гавер и Нила выбрались из спальни. Дворец был полон солдат, но сейчас обезлюдел и, казалось, совершенно брошен. Нила даже на мгновение подумала, что войско ушло и просто бросило своих генералов, что казалось абсолютно безумным. Но когда парочка спустилась на первый этаж и заглянула в зал совещаний, то обнаружила Фана, который склонился над картами и о чем-то размышлял.

— Великий Фан, — поприветствовали они его.

Тот поднял руку с поднятым указательным пальцем, призывая его не отвлекать. Нила и Гавер послушно замерли, недовольно переглядываясь, но присутствие Ральорра говорило о том, что всё идет согласно его плану несмотря на то, что дворец пуст,

Наконец он выпрямился и посмотрел на них.

— Рад, что вы наконец выбрались из своих покоев, — он добавил в голос небольшую насмешку.

— Что происходит, Великий Фан? — спросила Нила, подходя ближе. — Почему дворец опустел?

— Потому что я не хотел, чтобы хворь разошлась, — ответил он.

— Хворь? — не поняли генералы.

— Да, съешьте, — Фан извлек из пространственного кольца несколько бобов и бросил их на стол перед собой. — А затем пройдитесь по городу, сами все поймете.

— И что это?

— То, что сохранит вам жизнь. Повезло вам, что я предусмотрительный. Не думал, что это когда-нибудь ещё понадобится.

Приняв выданные пилюли. генералы покинули зал совещаний и отправились в город. Двери были заперты изнутри, а когда они прошлись по мраморной лестнице и ступили на улицы города, то замерли, столкнувшись с немыслимым количеством трупов, валяющимся по улицам. Тела были повсюду: на улицах, в переулках, на порогах домов. Солдаты из самых разных кланов, которые стали частью армии Фана.

Они двинулись дальше, к главной улице, и с каждым шагом картина становилась всё страшнее. Да и сами трупы выглядели очень странно, все какие-то изломанные, в неестественных позах, словно перед самой смертью они агонизировали в жутких муках, а их кожа неестественно потемнела, стала почти черной.

— Знаешь, я думала, что всякое в жизни повидала, — побледнела Нила, переступая через очередное тело, — но это что-то совсем запредельное. Ты когда-нибудь видел что-то подобное?

— Такие болезни? Нет… — помотал головой Гавер.

Они прошлись ещё немного, после чего решили, что лучше вернуться во дворец. И когда они вернулись, Фан встретил их с едва уловимой полуулыбкой. Казалось, что ситуация немного забавляла его, хотя сами генералы были в ужасе от увиденного.

— Что там произошло, Великий Фан? Что за болезнь могла вот так выкосить наших людей…

— Не болезнь, а оружие. Патоген-семь-семь-четыре, если не ошибаюсь. Биологическое оружие, которое пусторожденные использовали в своей последней войне. Оно поражает тех, у кого есть меридианы. Смертность почти стопроцентная, после заражения нет шансов уцелеть. Удивительная вещица, скажу я вам.

— Значит, то, что мы съели, это противоядие?

— Да. Как уже сказал, повезло, что оно у меня сохранилось несколько пилюль.

— И что нам теперь делать?

— Ничего. В тот момент, когда патоген был выпущен, участь всех, кто оказался в Дан-Хо, была предрешена. К счастью, период заразности у патогена примерно семьдесят три часа, заражены оказываются лишь те, кто вдохнул его в этот период времени, после чего он стремительно теряет эффективность и растворяется в окружающей среде.

— И сколько человек мы потеряли?

— Четверть армии. Примерно, — ответил им Фан. — Но я предполагал, что тут нас может ждать ловушка, так что учел и такой вариант, что мы можем потерять тут всех людей, которых приведем.

— Погодите, но если весь город заражен, то почему мы не отравились? Противоядие мы приняли только сейчас.

— Потому что вы изолировались ото всех, а как только появились первые признаки болезни вне дворца, я приказал всем его покинуть. По воздуху патоген распространяется лишь первые десять часов, в воде он держится дольше, уже оговоренные семьдесят три часа. Полагаю, что наш враг выпустил его как в воздух, так добавил и в воду. Вы вряд ли заразились бы, даже не приняв противоядие сейчас, но я решил перестраховаться, возможно, это более новый вариант патогена.

— А есть ещё такие пилюли? На тот случай, если они вновь его используют.

— Они его не используют, и да, есть, но немного. Я передам их другим своим генералам и некоторым старшим офицерам, но и только. Но я не думаю.ю что они вновь его применят, если Алуна Саргос действительно руководит вражеским войском, она придумает что-то ещё.

— Ты уверена.ю что это безопасно? — спросил я у Алуны, когда мы вошли через главные ворота в Дан-Хо.

Там повсюду валялись почерневшие из-за выпущенной дряни тела. Рю при виде этого выпустил в сторону женщины парочку крайне неприятных ругательств, но та не могла его видеть и слышать. Видимо, дракон уже сталкивался с этой заразой и теперь понимал, что именно мы выпустили в город несколько дней назад.

— Абсолютно. Даже воду уже можно пить, хотя у неё и будет довольно специфический привкус какое-то время.

— Проверять это я, пожалуй, не стану, — сказал ей, перешагивая через тела, что чуть ли не кучей лежали у дороги.

— Какой кошмар, — мрачно заметила Мия, тоже отправившаяся с нами. Сестрице хотелось своими глазами взглянуть на то, что случилось в столице. — Вы уверены, что нам нужно было это делать?

— Ральорр потерял почти треть армии, так что да, уверена.

— Просто это как-то… бесчестно, что ли, — сестра поджала губы, смотря на тела у своих ног.

— Вы просили меня выиграть войну, а не вести её честно. Вы же не думаете, что пустой тоже будет играть по правилам? Но судя по тому, что всё идет достаточно гладко, Вечность на нашей стороне, и Ральорр практически слеп. Он может лишь просчитывать вероятности, а с моим появлением этих самых вероятностей становится слишком много, чтобы он сумел предусмотреть всё. Но это также значит, что у него остается два пути. Учитывая, что мы почти лишили провизии его армию, а та, что оставалась, подходит к концу, у него остается всего два возможных решения. Первое — пойти на север, в провинцию Необъятного неба, но я ставлю на второй вариант.

— Что он пойдет на юг, за нами, — догадался я.

Алуна кивнула.

— Уверена, что мы выстоим? У него все ещё очень много людей.

— А потому мы переходим к следующему этапу нашего плана, — девушка развернулась и пошла прочь, доставая из пространственного кольца артефакт-маяк, который указывает направление в Бескрайнем лесу.

— Куда теперь?

— Нам нужно в третий виток. Я попросила Ютатоса кое-что подготовить несколько дней назад, он как раз закончил.

Об этом я слышал, правда, был так занят другими делами, что так и не узнал подробностей. Теперь же мы трое шагнули в Бескрайний лес, чтобы через несколько часов оказаться среди бескрайних песков и дюн третьего витка. Ещё бы понять, в какой его части, ведь нас сюда вела Алуна с помощью своего модифицированного компаса.

Когда мы вышли из леса, вокруг не было ничего, кроме песка и палящего солнца. Просто бескрайняя пустыня во все стороны. Никаких намеков на постройки или города, но для подобного места это было нормально. Когда мы путешествовали на корабле Арашина, то могли днями не видеть ничего, кроме барханов.

— И что же мы тут ищем?

Алуна не ответила. Вместо этого она достала из пространственного кольца небольшую свирель, сделанную из чего-то похожего на кость или хитин. Поднесла её к губам и заиграла. Звук оказался странным и вибрирующим, сильно режущим по ушам. И почти сразу после этого я ощутил, как у нас под ногами задрожал песок.

— ЧТО ПРОИСХОДИТ⁈ — закричала Мия, когда что-то глубоко под землей нам ответило похожим, но усиленным тысячекратно звуком.

Прямо перед нами песок вздыбился огромным холмом, а потом из него начало подниматься нечто гигантское. Я видел подобное существо лишь дважды. Первый раз, когда оно протаранило корабль Мейли, а второй, когда Рю показал мне фрагмент из прошлого. Гигантский таррид-матка. Тварь размером с небольшую гору, с мощным хитиновым панцирем песочного цвета и множеством конечностей. Она возвышалась над нами, заслоняя собой солнце.

И она была не одна. Из песка вокруг нас начали выбираться другие тарриды поменьше, и их было, наверное, сотни. Те самые бронированные жуки размером с человека, с которыми мне доводилось драться и против которых плохо работают мои техники.

Мия вскинула клинок, я тоже приготовился к бою, но Алуна подняла руку, останавливая нас.

— Не нужно, — спокойно сказала она, — они не причинят вам вреда.

И действительно, тарриды вокруг нас не проявляли агрессии, а просто стояли и словно чего-то ожидали.

— Ты хотел армию, Крейн? Вот она, твоя армия, — развернувшись, сообщила она.

Военный лагерь раскинулся прямо посреди холмов чуть севернее Гаруда. Если подняться повыше, даже можно заметить едва заметные очертания перстов Длани. Но сейчас мой взгляд был устремлен в совершенно ином направлении.

Я стоял на вершине командного холма и смотрел на раскинувшийся внизу лагерь. Сто пятьдесят тысяч — столько удалось собрать воинов из всех подчиненных наместнику домов. Это число могло быть и больше, но увы, несколько крупных домов посчитали, что угроза не столь серьезна, и сами попытались противостоять Фану на своих землях, а так наскребли бы ещё около десятка тысяч.

Мало, слишком мало… У Фана по нашим самым оптимистичным подсчетам ещё осталось около полумилиона воинов. Соотношение сил выходит примерно один к трем с половиной. Не самое худшее, с чем мне доводилось сталкиваться, но и далеко не лучшее.

— Разведчики докладывают, что авангард Фана будет тут через два дня, — сообщила мне Гаррона. — Может, три, если они решат не торопиться. Эх, а я-то надеялась, что они всё-таки пойдут на север.

— Алуна уверена, что Фан понял, что она нам помогает, и вряд ли собирается оставлять пусторожденную за своей спиной. Так что то, что он двинет на юг, нисколько не удивляет. К счастью, в этом случае именно мы можем выбрать поле боя и навязать ему схватку на своих правилах.

— У нас вообще есть шансы? — прямо спросила она. — Нисколько не сомневаюсь в талантах той девицы, но пока что всё это выглядит крайне сомнительно. Мы тут, конечно, готовились, но… Фан, похоже, решил взяться за нас всерьез, и что хуже, отступать нам тоже толком не куда.

— План есть, но он потребует некоторого времени. Нам главное — задержать войско на сколько возможно, а дальше мы его разгромим.

— Оптимистичный план, — вздохнула Гаррона и тут же воскликнула: — Да быть не может!

Я вначале не понял, о чем она, но потом проследил за взглядом и увидел, что между палаток вышагивает Танадор в полном латном облачении. Это было неожиданно, учитывая, что он все ещё не до конца оправился от ран души после многократного воскрешения, и тем не менее, похоже, он намеревался принять участие в сражении.

Я спустился вниз и перехватил его.

— Генерал, мне казалось, что вы все ещё отдыхаете, — сказал я ему.

— Глава, — воин ударил кулаком в грудь и склонил голову. — Я не мог пропустить столь славную битву. Хватит уже такому старику, как я, валяться на койке и ждать смерти. Если уж мне суждено скоро оставить этот мир, то пусть это случится на войне.

— В таком случае, принимай командование. Наш генерал Алуна пока отсутствует. К сожалению, только она может выполнить важную часть нашего плана, так что пока приходится обходиться своими силами.

— Почту за честь.

Появление генерала Громового Небесного Тигра сильно приободрило войско.

К вечеру я обошел весь лагерь. Западный фланг держали воины дома Сайгон, около тридцати тысяч копейщиков и мечников под командованием их молодого главы. Парень выглядел нервным, но старался этого не показывать. В центре расположились основные силы наместника, самые опытные и лучше всего вооруженные части. Восточный фланг достался сборному отряду из мелких кланов, и там дела обстояли хуже всего.

— Они даже строй нормально держать не умеют, — мрачно заметила Гаррона, когда мы проходили мимо их позиций.

Воины сидели у костров небольшими группками, кто-то чистил оружие, кто-то просто смотрел в огонь. Ну и разумеется, часть войска просто нажиралась, хоть технически это было запрещено. Мы как раз с воительницей были вынуждены перешагнуть через одно такое упившееся тело, разлегшееся прямо на дороге. Правда, после этого кто-то из старших заметил это и быстро оттащил пьяницу в другое место.

Единой формы не было, доспехи у кого какие нашлись, от добротных кольчуг до кожаных нагрудников. Мы, конечно, выдали им некоторое количество артефактного оружия и снаряжения, но оно по большей части пошло их командованию. Как раз кто-то из старших дома Фаррит, судя по гербу на повязке на плече, расхаживал в одном из зачарованных нагрудников, созданных в мастерских Павильона молота.

Ночь прошла беспокойно. Я почти не спал, раз за разом прокручивая в голове возможные сценарии. План Алуны был хорош, но слишком многое зависело от того, успеет ли она вернуться вовремя. А если нет? Что тогда? Оборона на истощение? Измором он нас взять не сможет, у нас есть Бескрайний лес, но учитывая, кто руководит, этого и не будет. Фан точно что-нибудь придумает, чтобы разобраться с нами быстро. Но как минимум мы лишим Фана его главного козыря — конницы. Поле боя было выстроено так, что кони переломают ноги в попытке атаковать наши позиции. Плюс мы сделали достаточно укреплений, чтобы сдерживать напирающие армии. Пусть крепостью это язык не поворачивается назвать, но так просто преодолеть поставленные стены врагу не получится.

И все мои мысли сводились к одному: я должен прикончить Фана. Пока будет кипеть битва, мне нужно сделать то, что я должен был сделать ещё в первый раз, когда оказался рядом с ним, но не сделал из-за своих друзей.

— Рю.

— М? — дракон тут же откликнулся на зов, зависнув надо мной.

— У меня есть шансы в победе над этим пустым?

Дракон задумался.

— Убить — нет, в конце концов, он существо совершенно иного порядка. Но развоплотить его, я думаю, тебе вполне по силам. Ты сильнее его в плане возвышения.

— Радует… Но?..

— Но он древнее и очень могучее существо. Кто знает, какие трюки припасены у него в рукаве. Даже мы, драконы, во времена, когда расхаживали по миру, не рисковали напрямую связываться с пустыми, хотя там были и другие причины.

— Например?

— Ну… Драконы по своей сути «крепители», мы фиксируем мироздание, поглощая эфир, который, напротив, его разжижает и позволяет менять законы реальности. Эфир — это энергия Вечности, а Пустота всегда идет с ней рука об руку. И как бы сказать… При определенных обстоятельствах их близость может сыграть против нас, и дракон может превратиться в дракона пустоты.

— То есть переходит под контроль пустого?

— Немного не так. Но теоретически пустой действительно может получить контроль над таким драконом, и сила дракона пустоты намного превосходит силу обычных драконов. Я бы даже сказал, что в этом мире нет существа сильнее, чем дракон пустоты.

— Как хорошо, что вас почти не осталось.

— Действительно, — без особой радости согласился Рю, но почти сразу вернулся к изначальной теме. — Я к тому Нейт, что будь осторожен. Мы понятия не имеем, какой силой по-настоящему владеет Фан.

— Хорошо, я тебя понял.

Утром в лагерь прибыли новые разведчики. Авангард врага заметили в дне пути, основные силы идут следом, растянувшись длинной колонной по тракту. Фан не стал дробить армию, ведёт её единым кулаком, и это говорит о том, что он настроен на решающее сражение.

— Завтра к полудню будут тут, — доложил командир разведчиков, молодой парень с обветренным лицом. — Идут быстро, почти без остановок.

— Что по коннице? — спросил я.

— Конных войск почти нет. Всадники в основном выступают в качестве разведчиков.

— Похоже, права была твоя Алуна, — хмыкнул Танадор. — Предвидел он, что не сможет использовать тут всадников, вот и ограничился пехотой. Умный малый, хотя я всё равно считаю, что глупости это, что он может видеть будущее. Не лишился бы он стольких людей в Дан-Хо, будь это так.

— Танадор, когда начнется сражение, я собираюсь пробиться к Фану и прикончить его, — прямо озвучил ему я свои планы.

— Рискованно, — мужчина покачал головой. — Я нисколько не сомневаюсь в ваших силах, глава, вы действительно сильнейший воин здесь, но не бессмертный. Да и у врага есть множество талантов, включая Несокрушимых Стражей Камня. Я бы предложил организовать летучий отряд из сильнейших воинов…

— И повести их на верную смерть? Нет. Я справлюсь.

Танадор нахмурился, явно считая иначе, но я уже все решил.

К полудню следующего дня горизонт потемнел. Вначале это можно было принять за грозовые тучи, но тучи не поднимают столько пыли. И мы ошиблись, конницу они тоже привели, только та держалась не в авангарде, а в тылу войска.

Что ж… Армия Фана наконец добралась до нас.

— А вот и они, — сказал Танадор, встав рядом со мной.

— Да, — согласился я. — И их очень много…

Мы с генералом стояли на смотровой башне, наскоро сколоченной из бревен, и наблюдали, как вражеское войско растекается по равнине. Их было так много, что казалось, будто сама земля пришла в движение. Полмиллиона человек, и все они пришли сюда, чтобы нас уничтожить.

Наши укрепления выглядели не слишком внушительно. Каменные стены в два человеческих роста занимали лишь небольшую часть укреплений, там, где прорыв был нежелательнее всего, но и так качество кладки оставляло желать лучшего. Остальную же часть наших укреплений составлял простой деревянный частокол, усиленный артефактным конструктами, разумеется. Но дерево не камень или металл, и многого от него ждать не приходилось. Всё это было нужно, чтобы лишить вражескую армию столь ощутимого численного превосходства.

Лучники заняли позиции на помостах, копейщики выстроились у ворот, готовые встретить тех, кто прорвется. Были ещё пушки, которые мы сделали, но к сожалению, меньше, чем хотелось бы. Я отлично помнил штурм места излома, который охранял Орден Божественной Кары, и сколько учеников школы Багрового Возмездия и Странников гор там полегло из-за огня с башен. Тут я намеревался повторить этот прием, но прекрасно понимал, что эффект будет заметно хуже. Это не внешние витки, а пятый виток, тут хватает сильных воинов, способных остановить ядро техниками или создать защиту, которая способна выдержать выстрел.

Войско Фана остановилось вне досягаемости наших лучников и пушек, примерно в паре километров от крепости.

— Кажется, они отправляют переговорщика.

— Ага, — согласился я, видя, как от вражеского войска отделился всадник с белым флагом.

Я приказал не стрелять, позволив гонцу дойти до наших позиций и передать сообщение. Развернув свиток и пробежавшись глазами, я хмыкнул.

— Что там? — сразу заинтересовалась сестрица, что тоже присутствовала в армии.

— Как и думал, он предлагает переговоры лицом к лицу.

— Если вы, глава, всё ещё не отказались от своего плана, то это может быть лучшим шансом, — предложил Танадор. — Если Фан будет там, даже с небольшим сопровождением…

— … то я смогу его убить. Вызвать на поединок или напасть прямо так.

— Это бесчестно, — укорила меня Мия.

— На войне нет чести, — мрачно отметил генерал. — Есть победитель, и есть поигравший. Для нас это будет лучшая возможность, чтобы перевернуть ход битвы.

Мия была с ним не согласна, но не стала спорить. В конце концов, боевого опыта у неё действительно было не так много. Она талантливый воин, но, не считая пары стычек недавно, не участвовала в полномасштабной войне прежде, в отличие от нашего генерала.

— Обычно по этикету на такие встречи идут трое. Полагаю, что пойдете вы, глава. Вторым я предлагаю свою кандидатуру.

— Хороший вариант.

— Тогда я пойду третьей, — высказалась сестра, но я покачал головой.

— Нет, ты останешься за стеной.

— Нейт…

— Не обсуждается.

— Я поддержу Натаниэля, — вмешался Фумио. — Я пойду третьим. В конце концов, я наместник, и это мне нужно выступать как главе.

— Рискованно, — хмыкнул генерал. — Может, они этого и добиваются.

— Мы не можем знать, чего именно добивается Фан, это может предположить только Алуна, так что не станем строить догадки. Это бессмысленно. Будем отталкиваться от позиции силы, — решил я. — Пойду я, Танадор и Фумио. Причем, Танадор, если что, прикрывай наместника, а я буду заниматься Фаном.

Тот кивнул.

— В таком случае, не станем заставлять его ждать.

Как и следовало в такой ситуации, мы выехали втроем, оставив нашу крепость за спиной. Танадор держался слева, Фумио справа, я посередине. Лошадей решили не использовать, двинулись техникой шагов. Для воинов нашего возвышения так перемещаться гораздо быстрее, чем на лошади, которых у нас и так не то чтобы много.

Место встречи было обозначено заранее: небольшой холм примерно посередине между нашими позициями и армией Фана. Там уже трое всадников под белым флагом дожидались нас.

Когда я увидел, кто именно нас встречает, невольно напрягся. Нила и Гавер, двое генералов Фана, с которыми я был неплохо знаком по прошлой жизни. Между ними стоял человек в простой темной одежде, лицо которого скрывала белая маска, совершенно гладкая, без каких-либо черт.

Нила при виде меня скривилась, в её глазах промелькнула смесь злости и чего-то ещё, кажется, презрения. Почти так она смотрела на меня, когда я сказал, что не пойду с ними сражаться с Санграниром. Гавер же просто смотрел с холодным равнодушием, положив руку на рукоять меча.

— Где Фан? — прямо спросил я.

Человек в маске не ответил. Вместо этого маска на его лице начала меняться. Гладкая белая поверхность пошла рябью, на ней проступили черты лица, и через несколько мгновений на меня смотрел Ральорр. Или точнее, его копия, воспроизведенная артефактом.

— Натаниэль, — поприветствовал он меня.

Проклятье, весь наш план только что пошел по одному месту. Я намеревался вызвать Фана на битву или просто прикончить его, но тот в очередной раз нас переиграл, не явившись сюда лично.

— Кажется, ты ожидал немного другого, — в его голосе звучала неприкрытая насмешка.

— Ожидал, учитывая, что принято встречаться лицом к лицу.

— Очень хотелось бы порадовать тебя, Натаниэль, но я понимаю, что ты планируешь убить меня, плюнув на перемирие. Скажешь, что это не так?

Я промолчал. Да, он был совершенно прав.

— О том и речь. К твоему сожалению, я не собираюсь с тобой сражаться или принимать вызов на суд чести, как ты планируешь.

Танадор едва слышно зарычал, ему тоже не пришлись по душе эти слова, тем более сказанные столь открыто.

— Мне казалось, что мы с тобой заключили сделку, но видимо, я зря надеялся на твою благоразумность. Причем это касается и выбора союзников. Полагаю, что твоим генералом является Алуна Саргос?

Я не ответил, но Фану это было и не нужно.

— Знал бы ты, что она творила в прошлом. Жуткие, кошмарные вещи. Даже по меркам вашего жестокого мира она настоящее чудовище, и тем любопытнее выбор её в качестве союзника. Ты ведь знал, что пусторожденные, по сути, враги всей вашей расы? Их единственное желание — уничтожить вас. Как и моё, собственно, просто мое желание чуть более глобальное. Как ты убедил её помочь?

Но я продолжал молчать. Не хотел подтверждать его догадки. Алуна говорила, что чем больше вероятностей ему придется обработать, тем больше вариантов ошибки. С ней то же самое.

— Ну как хочешь, можешь не отвечать, — развел он руками. — Но вот что я скажу тебе, Крейн: сегодня я намереваюсь взять штурмом эти ваши укрепления, а затем пойду дальше, в Гаруд, и сожгу там всё без остатка, — на этом моменте Ральорр добавил драматичную паузу, видимо, чтобы я в красках мог представить себе представить, что он описывает. — Либо ты можешь отдать мне Алуну Саргос и примкнуть к моей армии. Ты как раз лишил меня трети воинов, и твои люди станут неплохой заменой. Что скажешь?

— Мой ответ нет.

Мы предполагали, что он это предложит, и долго обсуждали со своими, что делать в таком случае, но в итоге пришли к мнению, что мы должны остановить Фана любым способом. Он не друг нам, он враг всего живого, и лучше сделать это сейчас, пока он не набрал критическую массу силы, когда его будет уже не остановить.

— Встретимся на поле боя. Надеюсь, в этот раз ты не станешь трусить и прятаться за чужими спинами.

— Ты пожалеешь об этом решении, Крейн. Ты жив только потому, что для Вечности ты важная пешка, и я надеялся переманить тебя к себе, но если ты ставишь вопрос именно так, то я сокрушу тебя и сломаю её игру.

— Попробуй, — я развернулся и решительным шагом направился прочь. Весь этот разговор был абсолютно бессмысленным. Кто из нас прав, решит поле боя.

Штурм начался через час после нашего возвращения. Фан не стал тянуть время, видимо, рассчитывая задавить нас до наступления темноты.

Первой пошла пехота. Тысячи воинов двинулись на наши позиции плотным строем, прикрываясь щитами от стрел. Но стрелы были наименьшей из их проблем.

Первый взрыв разорвал тишину, когда передние ряды оказались в зоне поражения. Столб земли и огня взметнулся в воздух, разбросав тела в стороны. За ним последовал второй, третий, и вот уже всё поле перед нашими стенами превратилось в сплошную полосу разрывов. Мы поставили несколько сотен артефактных мин на подступах, примерно как делали во время минирования ущелья. Но подозреваю, что Фан догадывался и о таком исходе и послал вперед самые слабые и необученные части, просто мясо, которое должно было принять удар. Впрочем, люди, в отличие от этого существа, чувствовали эмоции, и вид сотен и сотен разорванных на мелкие кусочки бойцов не очень хорошо сказывался на боевом духе вражеского войска.

И ведь они прошли ещё не всё минное поле. Враг не собирался останавливаться. Те, кто шел позади, просто перешагивали через тела павших и продолжали движение. Командиры гнали их вперед, не давая замедлиться. За первой волной шла вторая, третья. Фан буквально заваливал минное поле трупами своих солдат.

Когда они подошли достаточно близко к стенам, я отдал приказ об использовании пушек. Орудия грохнули, посылая ядра в гущу наступающих. Но тут нас ждало разочарование. Над вражескими рядами вспыхнули полупрозрачные купола защитных техник, и большая часть снарядов просто отскочила от них, не причинив вреда. Кто-то из сильных заклинателей Фана прикрывал армию.

То же самое произошло и со стрелами. Наши лучники дали залп, тысячи стрел взмыли в воздух и обрушились на врага, но защитные барьеры приняли удар на себя. Лишь единицы сумели прорваться сквозь щиты, и потери оказались ничтожными.

— Проклятье, — выругался стоявший рядом Фумио. — Так мы их не остановим. Когда там подойдет эта женщина?

— Скоро, — кивнул я.

Артефакт, который нас связывал, я активировал, ещё когда армия Фана только начала наступление, но что-то пусторожденная задерживается. По нашим изначальным планам тарриды должны были ударить до того, как армия подойдет к стенам, но те уже почти начали их штурмовать, а подмоги всё нет.

Вражеская армия докатилась до наших стен. Полезли штурмовые лестницы, в ворота ударили тараном. Наши воины встретили их копьями, мечами и вспышками оружейных техник, завязалась ожесточенная рубка. Но врагов было слишком много, они напирали со всех сторон, и я видел, как в нескольких местах оборона начала прогибаться. Танадор уже готовился дать бой, стоя перед главными воротами.

— Дальше ты сам, — сказал я Фумио, похлопав его по плечу.

— Натаниэль, это самоубийство даже для тебя.

— Я должен добраться до Фана. Что-то мне подсказывает, что он неподалеку, но даже если план сработает, и мы начнем выигрывать, то он просто сбежит. Я должен его прикончить во что бы то ни стало.

Оставив наместника позади, я перемахнул через собственных солдат и спрыгнул со стены, прямо в гущу врагов. Приземление превратилось в технику, волна, сотканная из стихии молнии, отшвырнула ближайших противников, расчищая пространство вокруг меня. И тут же я рванул вперед.

Техника Рю Джай Тана: Дорога громовых клинков!

Молниевые клинки рванули из земли и хлестнули по вражеским рядам, прожигая броню и плоть. Но этого было мало. Слишком много врагов, они напирали со всех сторон, и даже драконьи техники не могли проредить их достаточно быстро.

В меня тут же полетели ответные техники, но большую их часть поглотила Шкура Громового Дракона и доспех Копья Пустыни, который сейчас полностью покрывал мое тело облегающей серебристой броней.

Мне нужно больше силы.

Я вытянул руку и призвал то, от чего так долго отказывался. Костяные клинки материализовались в воздухе вокруг меня, шесть прямых лезвий из белой кости. Узел Истинного Начала Костяного Палача откликнулся на зов, и я почувствовал его голод.

Первый клинок пронзил горло ближайшего врага, и я тотчас ощутил, как жизненная сила перетекает из умирающего тела в мое, наполняя меня энергией. Второй клинок вспорол живот другому, третий отсек руку, четвертый прошил грудь насквозь. С каждым убийством я становился чуточку сильнее.

— Зря ты опять ступил на этот путь, Нейт, — мрачно заметил Рю.

Но оправдываться у меня не было времени. Я знал, что совершаю ошибку, обращаясь к силе, от которой в последнее время, наоборот, старался держаться подальше. Но я противостою твари намного большей, чем человек, а впереди ещё кража сферы вечности и война Лордов за Небесный престол. Мне нужно стать сильнее в кратчайшие сроки, и к сожалению, это самый быстрый и простой путь. Будь у меня ещё время, я бы не пошел им.

Прав был Аррой Шэнь… Я все равно ступаю на этот путь, и что-то мне подсказывает, что я правда вернусь к нему, чтобы стать сильнее…

Но пока…

Я двигался сквозь вражеские ряды как кровавый вихрь. Меч, созданный из Копья Пустыни, в правой руке, а костяные клинки кружат вокруг, находя цели самостоятельно. Враги падали десятками, и с каждой смертью узел внутри меня разгорался всё ярче, разливаясь по всем меридианам жаром и голодом. Несмотря на приток жизненных сил, он жаждал ещё.

Техника Рю Джай Тана: Шкура громового дракона!

Электрические разряды вновь окутали мое тело, вновь активируя только что разрушенную и заново воссозданную технику и отбрасывая тех, кто пытался подобраться слишком близко. Я не останавливался ни на секунду, продолжая рубить и крошить, продвигаясь в тыл вражеской армии.

Кровь заливала лицо, чужая и своя вперемешку. Кто-то из врагов попытался достать меня какой-то техникой копья, но костяной клинок перехватил удар, отводя его в сторону, и тут же вонзился ему в глаз.

Десятки, если не сотни техник сыпались на меня почти беспрерывно. Шкура держала, но её постоянно приходилось обновлять. И несмотря на столь сильную оборону, новые раны нет-нет, да появлялись. Моя защита была далеко не абсолютна, но костяные клинки поглощали столько жизни, которую я тут же мог использовать для исцеления, что практически не обращал на них внимания. Кажется, в этот момент я был практически бессмертен и способен был пережить даже смертельный удар. Но у всего этого была и обратная сторона: если бы не третья закалка меридиан, столь стремительный поток энергии, то поступающий, то выплескивающийся, сжег бы мне сосредоточие или меридианы, а может, и то, и другое.

И тут я заметил знакомое лицо.

Бритая голова, шрам, пересекающий лицо от виска до подбородка. Роланд. Он пробивался ко мне сквозь собственных солдат, и те бегло расступались перед ним, спеша оказаться как можно дальше от одного из Несокрушимых Стражей Камня. А ещё уж очень привлекло внимание то, во что он был облачен.

Доспех Роланда выглядел как нечто из кошмаров артефактора. Массивный, угловатый, с толстыми пластинами брони, покрывающими всё тело. Он делал и без того крупного мужчину настоящим великаном, на голову выше любого из окружающих воинов. Но больше всего внимание привлекали перчатки. Огромные, непропорционально тяжелые даже для такой брони, с несколькими рядами вращающихся колец, встроенных в конструкцию. Кольца гудели, создавая низкий вибрирующий звук, от которого даже на приличном расстоянии ныли зубы.

— Нейт! — его голос прогремел над полем боя, усиленный какой-то техникой. — Дальше ты не пройдешь!

Наконец он оказался прямо передо мной, и солдаты расступились, открывая нам небольшое поле боя.

— Отступись, Роланд, мне нужен только Фан.

— Извини, друг, — покачал он головой, — этого не будет. Фан дал нам шанс на новое начало, новую жизнь, но взамен потребовал абсолютной преданности. Даже если бы я хотел тебя пропустить, то не смог бы. Но шанс ещё есть, сдайся, согласись на условия, что он предлагает, и мы снова станем семьей как прежде. Армией Небесной Надежды.

Я вздохнул и мотнул головой.

— Извини, друг. Я должен его остановить.

— Даже если это значит, что мы тоже исчезнем? Наши души плотно привязаны к его аватару. Не будет Фана, не будет и нас. Слышишь⁈

Тут мне оставалось лишь крепко сжать зубы.

— И даже так ты не отступишь, да? — мрачно заметил Роланд. — Что ж… Хорошо.

Роланд развел руки в стороны, а затем ударил кулак об кулак. Тотчас от него во все стороны ударила мощная звуковая волна, от которой у меня едва кровь из ушей не пошла.

— В таком случае, я сокрушу тебя и сам приведу к Фану!

Роланд рванул ко мне, и каждый его шаг сотрясал землю. Воин занес кулак и обрушил его вниз, туда, где ещё мгновение назад находился я. Впрочем, я уже успел уйти Скользящим шагом дракона. Удар пришелся в землю, и от точки удара во все стороны разошлась дрожь, переросшая в полноценное землетрясение. Воины вокруг нас попадали, не удержавшись на ногах, а земля пошла трещинами.

— Я не хочу с тобой драться, Роланд! — бросил ему. — Мне нужен только Фан!

— Вот поэтому нам и нужно драться!— рыкнул он в ответ.

Досадливо цокнув языком, я метнул в Роланда два костяных клинка, надеясь попасть в сочленение брони. Я не собирался его убивать ими, лишь ослабить, чтобы тот не мог продолжать сражаться, но мой старый друг нашел чем удивить. Он выставил перед собой кулак, кольца на перчатке завращались быстрее, и от его руки пошла волна, разметавшая в стороны оба клинка, так и не сумевших достигнуть цели.

Техника Рю Джай Тана: Рассекающий громовой удар.

Я отправил в Роланда мощный наполненный стихией молнии серп, от которого он прикрылся тяжелой перчаткой. Но атака всё-таки прошла защиту, и я заметил на поверхности перчатки едва заметное почернение. Впрочем, не похоже, что техника смогла повредить артефакт.

Роланд практически сразу ударил в ответ, и на этот раз горизонтально. Звуковая волна пронеслась надо мной, когда я пригнулся, и где-то позади меня кого-то из вражеских солдат буквально разорвало на части от этого удара.

Костяные клинки продолжали атаковать его со всех сторон, отвлекая внимание, пока я готовил что-то посерьезнее. Роланд отмахивался от них звуковыми волнами, но это заставляло его постоянно двигаться, не давая сосредоточиться на мне.

Техника Рю Джай Тана: Пронзающая громовая стрела.

Копье Пустыни стало копьем, но чуть более тонким, чем должно быть, и я, наполнив оружие стихией, метнул его во врага на огромной скорости. Концентрированный разряд ударил Роланда в грудь. В глаза ударила яркая вспышка, воин отступил на шаг и даже на какие-то мгновения припал на одно колено, но броня выдержала, правда, на нагруднике теперь виднелся крупный скол. Возможно, если я ещё несколько раз туда ударю, то смогу её пробить.

— Что это за доспех, Роланд⁈ — бросил я ему, ускользая от очередной атаки. Попутно на меня попытался наброситься какой-то глупый солдат, видимо, посчитавший разумным влезать в схватку двух сильных воинов. Зря, я перерубил его пополам прямо на ходу.

— Впечатляет, правда⁈ Это подарок Фана. Вот ещё одна причина примкнуть к столь жуткой сущности, у него есть очень занятные игрушки.

Роланд ударил обоими кулаками в землю, и на этот раз я не успел отскочить достаточно далеко. Волна прошла прямо подо мной, швырнув меня в воздух. Ещё в полете я получил удар звуковой волной в бок, Шкура приняла часть урона, но меня всё равно закрутило и отбросило метров на десять.

— Нейт, думаю, что это что-то из технологий пусторожденных, — сказал мне Рю. — Будь осторожнее…

— Ага… — ответил ему, сплевывая кровь.

Будь осторожнее — легко сказать. Прямо передо мной старый друг, которого я не хочу убивать, да ещё использующий оружие, против которого не очень-то эффективна моя защита. И вот как быть в такой ситуации?

Роланд шел ко мне не торопясь, уверенный в своем превосходстве. И у него были на то основания. Его броня выдерживает мои атаки, а эти звуковые удары заметно снижают эффективность моих техник. Такое ощущение, что Фан специально подобрал Роланду снаряжение из того, что может эффективно противостоять мне. Ха! Да, скорее всего, так оно и было. Фан четко знал, кому и что давать.

— Скажи, Роланд, Фан тебе специально поручил встретить меня?

— Угадал. На самом деле тебя рвалась встретить Нила, но даже мне очевидно, что она слишком тебя любит, чтобы убить. Вот Гавер мог бы, ему меньше всех хочется, чтобы ты вернулся, в конце концов, он всегда тайно любил Нилу.

Да, это было так, но мы все предпочитали делать вид, что этого не замечаем, тем более что сам он старался держать эти чувства под контролем. Но они нет-нет, да прорывались во взгляде, в улыбке ей. Впрочем, самой Ниле было всё равно в те времена.

— Она ведь ему ответила, Нейт. В этот раз. Но это из-за злости на тебя, чтобы заставить тебя ревновать.

— Мне плевать, — честно ответил я ему. — Это в прошлом, и Нила с Гавером вольны делать что угодно, меня это не касается.

— Действительно, — кивнул Роланд, обрушивая на меня целый град ударов, которые «вспахивали» поле боя вокруг нас и разрывали на куски солдат, которые оказывались неподалеку. Даже снега вокруг нас почти не осталось, весь был развеян техниками.

Техника Рю Джай Тана: Дорога громовых клинков!

Молниевые клинки рванули из земли прямо у мужчины под ногами. Роланд среагировал, подпрыгнул, пропуская их под собой, но я уже был рядом. Копье Пустыни вытянулось в тонкое длинное острие, и я ударил в щель между нагрудником и наплечником, используя Пронзающий громовой вихрь почти в упор.

Острие вошло на пару сантиметров и застряло. Роланд взревел, развернулся и отшвырнул меня ударом локтя. Я отлетел назад, приняв удар на блок, но звуковая часть прошла сквозь тело, причинив сильные повреждения. Пришлось сразу же закидывать в рот целебные пилюли, чтобы остановить внутреннее кровотечение.

Кровь потекла по его броне, а дыхание стало тяжелым, но Роланд даже не замедлился. Напротив, вместо этого кольца на обеих перчатках завращались с удвоенной скоростью, гул стал почти невыносимым.

— Думал, это меня остановит? — прорычал он и ударил в землю с такой силой, что меня подбросило даже на расстоянии. Трещины разбежались во все стороны, несколько воинов провалились в разломы, раскинувшиеся на десятки метров в стороны.

Я приземлился и тут же ушел в сторону от очередной звуковой волны.

Так мы ничего не добьемся. Он слишком крепкий, а времени у меня нет. Я трачу силы и время на Роланда, а ведь мне ещё с Фаном биться, и неизвестно, какие козыри у него припрятаны. Этот костюм — лучшее тому доказательство.

Что ж, видимо, чтобы быстро разобраться с Роландом, мне тоже придется демонстрировать свои козыри. Я сделал глубокий вдох и попробовал очистить свой разум, после чего встал в стойку.

— Нет, Нейт, не надо. Ты ещё слишком плохо освоил эту технику, да и меридианы у тебя уже слишком перегреты, ты так рискуешь сжечь их!

— Порой приходится рисковать… — ответил я дракону кривой усмешкой.

Техника Рю Джай Тана: Форма громового дракона.

Внешне казалось, что я просто использовал Шкуру — та же покрывшая тело энергетическая чешуя, формирующая доспех — но на деле эта техника давала защиту гораздо худшую, чем Шкура с минимальным количеством узлов, и перенаправляла энергию не в создание барьера, а в мое тело.

Тело тут же стало невероятно легким, словно вообще ничего не весило, а мышцы налились такой силой, будто я мог сдвигать горы взмахом руки.

Техника Рю Джай Тана: Громовой Меч Принца Драконов.

В отличие от меча Короля драконов, этот был гораздо меньше и лишь немногим превышал размеры Копья Пустыни в форме меча.

Роланд словно что-то почувствовал, когда я пришел в движение, даже успел размахнуться, но на этом и закончилось всё, что он мог в данный момент, ведь я был слишком быстр. Казалось, что время замедлило свой ход, движения старого друга, казавшиеся ещё мгновение назад достаточно быстрыми, теперь были медленнее улитки.

Я пронесся мимо него, а когда время вернуло свой привычный ход, то рядом с Роландом с грохотом упала его отсеченная выше локтя рука. Кажется, он и сам не сразу осознал, что именно только что произошло.

Я развеял технику, чувствуя, как горят меридианы. Даже с третьей закалкой предел её использования — всего-лишь пара секунд, но даже так это повышало меня по силе минимум на пару ступеней.

Роланд смотрел на обрубок своей руки с каким-то отстраненным удивлением. Кровь толчками била из раны, заливая искореженную броню. Воин пошатнулся, но устоял на ногах.

— Ха… — выдохнул он. — А ты и правда стал сильнее, Нейт.

— Хватит, Роланд. Ты проиграл.

— Проиграл? — он хрипло рассмеялся и поднял оставшуюся руку. Кольца на перчатке завращались, хоть и медленнее, чем раньше. — Я ещё стою, так что бой не окончен.

— Тебе нужен целитель, а мне нужно разобраться с Фаном.

— Прости, друг, но так не пойдет.

О мотнул головой и ударил в меня направленной звуковой волной, только вот сделал это так небрежно, что мне достаточно было просто отступить на шаг в сторону, чтобы уйти от неё мне. Роланд и сам поморщился, видя, насколько скверной получилась эта атака.

— Помнишь, как мы познакомились, Нейт?

— Да, ты на меня наехал.

— В ямах по-другому и не знакомятся, — рассмеялся он.

— Ты решил забрать мою еду, я разбил тебе голову камнем. А когда ты воскрес на следующий день, ситуация повторилась.

— И затем снова. Сколько мы так друг друга убивали?

— Не знаю, не считал, раз десять точно, но скорее всего значительно больше, и только после этого задались вопросом, с чего мы вообще таким занимаемся.

— Ага… — он печально рассмеялся. — Мы решили, а чего это мы друг у друга еду отнимаем, когда можем объединить силы и отнять у кого-то ещё? Я ведь до ямы был главой небольшой разбойничьей ватаги, Нейт. Быстро сообразил, что группой там сподручнее, и разглядел твой талант. Хотя я не очень-то помню, как к нам присоединилась Нила…

— Она… Кхм… Мне тогда перепала бутылка вина. Неслыханная удача в ямах.

— О, да, помню, ты тогда помог выиграть ставку какому-то демону, показав хороший бой на арене. И?

— Она тогда подошла ко мне и сказала, что отдастся за бокальчик.

— Да, она всегда неравнодушна была к выпивке. И видимо, бартер ей так понравился, что даже после бокальчика она осталась с тобой.

— Вроде того, — подтвердил я, печально усмехнувшись.

Сейчас подобные истории казались дикостью, но приличную часть жизни я провел именно в них. Впрочем, Мирион и Армия Небесной Надежды, которую он организовал в яме, сильно поменяли порядки. Защита слабых, кооперация, товарищество. После его смерти всё рухнуло, разумеется, но некоторые порядки остались и после.

— Это странно, что я скучаю по тем временам?

— Нет.

— Мы пережили столько разного дерьма и ужасов, но я почему-то вспоминаю только хорошее оттуда.

— Да, я тоже.

Роланд опустил взгляд и сделал глубокий вдох. Он, как и я, стоял на перепутье, продолжить бой или отступить, и у каждого из нас были свои причины выбрать первый вариант.

Он бросился на меня, желая продолжить схватку. Я поступил так же, но когда до столкновения оставался какой-то десяток шагов, Роланд внезапно замедлился и ударил перед собой звуковой волной в землю. В воздух тут же поднялась смесь мелкой каменной пыли, ударившей в лицо, и я на миг потерял зрение. Мой друг тут же этим воспользовался, рванул прямо на меня и, размахнувшись, собирался ударить в лицо, но я когда открыл глаза, то увидел его массивный железный кулак перед собой. Он так и не завершил удар, остановившись на расстоянии ладони.

— Проклятье… Я думал, что смогу… но нет, Нейт…

Он отступил, и тут я увидел, что из его глаз, рта, ушей и носа стала сочиться густая черная жидкость. Он несколько ударов сердца просто стоял, запрокинув голову к небу, а затем внезапно зашелся кашлем и схватился целой рукой за горло.

— Роланд!..

Он посмотрел мне в глаза, и там я увидел агонию, а затем он внезапно зарычал и бросился на меня словно дикий зверь. Он даже техники полноценно перестал использовать, осыпая меня градом ударов и выплесков звуковых волн, но те были столь хаотичными и неполными, что всерьез опасаться их не было смысла.

Он снова ударил, на этот раз звуковой волной, но та вышла кривой и ушла в сторону, задев нескольких вражеских солдат вместо меня.

— Роланд, чтоб тебя! Очнись!

Но он словно и не слышал меня, только бил и рвал всё вокруг, оставляя за собой след из черной жидкости, которая теперь заменяла ему кровь. Та продолжала сочиться из практически всех отверстий и ран на его теле, но самого воина это нисколько не волновало.

Плотно сжав зубы, я рванул прямо ему навстречу и выставил клинок Копья Пустыми прямо перед собой. Роланд даже не попытался уйти, казалось, что, напротив, сам насадился на меч. Лезвие вошло ему точно в горло по самую рукоять.

Он рухнул на колени, и я оказался с ним лицом к лицу.

— Роланд…

В этот момент его глаза прояснились и он вымученно улыбнулся.

— Прикончи эту тварь, Нейт. То… То что он с нами сделал… это не жизнь… — прохрипел он, а затем стал заваливаться. В последний момент я подхватил его, не давая упасть в грязь, после чего медленно опустил на землю.

— Покойся с миром, старый друг… — скрепя сердце сказал я, понимая, что это конец.

Что-то подсказывало мне, что Юл не сможет вернуть его к жизни, даже если я заберу с собой тело. Я не чувствовал душу внутри этой пустой оболочки.

Я выпрямился и посмотрел в сторону вражеского лагеря. Где-то там прячется Фан, тот, кто превратил моего друга в марионетку и заставил меня его убить.

Алиас Фан, Рольорр — неважно, какое у тебя имя, но я заставлю тебя за это ответить.

До лагеря Фана я не успел дойти совсем чуть-чуть, потому что небо треснуло, и из провала стало показываться гигантское существо. При виде его я криво усмехнулся, подумав: «Ну лучше поздно, чем никогда». Гигантская матка тарридов подобно парящему острову зависла в небе, и с неё вниз посыпался целый рой жуков поменьше. Некоторые умели летать, некоторые падали вниз подобно каменным глыбам, но оказавшись на земле, поднимались как ни в чем не бывало, нападая на всех, кто оказался рядом.

Тарриды не разбирали, кто перед ними, союзник или враг, они просто убивали всё, что двигалось. Алуна предупреждала меня об этом, поэтому и решено было, что играть мы будем от обороны. Пусторожденная могла отдать им приказ не заходить за стены, но вот вычленять среди воинов, кто кому принадлежит, жуки не могли при всем желании.

И увы, я не был исключением. Несколько тварей бросилось и на меня, но я не стал тратить на них время. Копье Пустыни рассекло первого пополам, второго отшвырнула молния, а третьего я просто обошел, используя технику Айвилка, и продолжил двигаться к лагерю. Воевать с жуками смысла не было, как только армия Фана будет разбита, Алуна просто отдаст им приказ отступить.

Вокруг творился хаос. Армия Фана рассыпалась, воины бежали кто куда, пытаясь спастись от жуков. Некоторые пытались сражаться, но тарриды были слишком быстрыми и слишком многочисленными, а их хитиновые панцири можно было пробить только очень мощными техниками, ну либо зная слабые места, только вот вряд ли кто-то из местных вообще прежде слышал о тарридах. Фактически войско Степных Волков толком ничего не могло противопоставить жукам. Защитные купола, которые раньше прикрывали войско от наших стрел и пушек, теперь были бесполезны, ведь враг оказался внутри них.

Иначе, чем бойней, это назвать язык не поворачивался. Но до фановских воинов мне не было никакого дела, меня волновал он сам. Ставка командования, которую разбили в самом тылу армии, была все ближе. Её соорудили как раз незадолго до начала штурма.

Наконец я пробился сквозь остатки вражеских рядов и ворвался в лагерь. Шатры стояли пустые, костры ещё горели, но вот люди на глаза не попадались. Все разбежались при появлении тарридов, или же их тут изначально было немного. И это было очень странно, я думал, что все будет с точностью до наоборот, что Фан соберет тут всех самых преданных и сильных людей, и что придется хорошенько постараться, чтобы добраться до него, но нет.

Главный шатер, который принадлежал Фану, я узнал сразу. Самый большой, с черными знаменами по бокам. Я рванул туда, откинул полог и шагнул внутрь, уже догадываясь, что именно увижу.

Вернее кого НЕ увижу.

Ральорра там не было, вместо него меня встретили двое старых друзей. Гавер стоял справа, скрестив руки на груди, а Нила сидела на командирском стуле, закинув ногу на ногу. Оба были облачены в доспехи, которых я раньше не видел, такие же странные и явно нечеловеческие, как тот, что носил Роланд. Броня Гавера была угловатой и массивной, с какими-то трубками, идущими вдоль рук, а доспех Нилы выглядел легче, почти как вторая кожа, подчеркивая всё изящество её фигуры, но что-то подсказывало, что он не менее опасен.

Ещё один подарок Фана своим верным псам, не иначе.

— Где он? — спросил я, опуская оружие, но не расслабляясь.

— Кто знает, — пожал плечами Гавер. — Он нам не докладывает о том, куда отправляется и что делает. Но если тебя это утешит, то его здесь не было изначально.

— Где Роланд, Нейт? — спросила Нила.

— Мертв.

Девушка смерила меня полным злости взглядом, и кажется, на её глазах проступили слезы. Гавер тоже не остался равнодушным к смерти старого друга и стиснул рукоять меча на поясе до побелевших костяшек пальцев.

— А ведь он считал тебя другом, — наконец выдала она.

— Он не оставил мне выбора. Когда я победил, то хотел оставить его, но Фан что-то с ним сделал. Он потерял себя, превратившись в…

— ЗАТКНИСЬ! — воскликнула Нила, вскакивая со стула, и с размаху ударила кулаком по столу, отчего тот не выдержал и переломился, а немногочисленные карты и донесения повалились на землю. — Заткнись, Нейт! Ты предал нас. Предал своих друзей. Предал тех, кто был твоей семьей. Ты ведь мог отсидеться, не лезть в это, но нет, ты именно что пошел против нас! И ради чего?

— Ради своей семьи и её будущего, — ответил им. — Будущего, которого Фан хочет лишить не только меня, но и всех остальных.

— Да брось, Нейт, какое тебе вообще дело до всех этих людишек? Ты же не такой! Уж я-то точно знаю! Ты злой и циничный сукин сын!

— Я уже давно не такой, Нила, — покачал я головой. — Я стараюсь смотреть в будущее, а не жить только сегодняшним днем, как было в ямах. И то будущее, в которое смотрит Фан, мне не подходит.

Нила зарычала и бросилась на меня, превратившись в размытый силуэт. Тело среагировало быстрее разума, и я заблокировал её выпад мечом, не позволив длинным серебреным когтям-кликам достигнуть моего горла. Так мы и застыли на пару мгновений друг напротив друга, высекая искры нашими орудиями, но затем девушка отступила и всем своим видом показывала, что не желает продолжать бой.

Длинные когти втянулись в облегающую металлическую перчатку. Похоже, что её доспех действовал по тому же принципу, что и мое Копье Пустыни: скользил по телу и перестраивался под желания хозяйки.

— В этот раз мы тебя не тронем, — бросила она.

— Похоже, что войну мы проиграли, так что в дальнейшем кровопролитии нет ни малейшего смысла, — добавил Гавер, подходя к девушке, и та, словно делая это мне назло, прижалась к его плечу. Она что, правда пытается заставить меня ревновать? Но от этого ничего внутри меня не ёкнуло, как она на то надеялась. Мне действительно было плевать.

— Фан это предвидел?

— Проигрыш? Возможно, кто ж знает, что творится у пустого в голове. Видимо, поэтому он и не стал присутствовать в этой схватке. Он, к слову, сказал с тобой не сражаться, если ты сам не нападешь, но Роланд решил поступить по своему.

— Я не собирался его убивать, лишь ранить, но с ним что-то случилось. Из его глаз и рта потекла какая-то черная дрянь…

Гавер с Нилой переглянулись, но озвучивать свои мысли мне не стали. Видимо, им было что-то об этом известно.

— Нам пора, — словно прислушавшись к чему-то, сказал Ниле Гавер.

— Пока, Нейт. Хотела бы я сказать, что мы больше не увидимся, но зная твое упрямство, это вряд ли.

Парочка прошла к выходу из палатки, обогнув меня.

— Ну или можешь попробовать нас задержать, — усмехнулась Нила, но я не стал поднимать оружие и вестись на эту провокацию. Похоже, им правда приказали не сражаться со мной, но Нила очень этого хотела, видел по взгляду.

Гавер вышел, а Нила немного задержалась.

— Фан… хотя нет, теперь уже Ральорр, просил передать тебе кое-что.

— И что?

— Что в следующий раз вы, скорее всего, встретитесь в центре мира.

— И что это значит?

— Понятия не имею.

— Скорее всего, он говорит о Небесной столице. — предположил Рю, и пока что это было действительно дельное предположение. Хотя вопросы были, зачем ему устраивать войнушку тут, а проиграв, потом отправляться в первый виток?

Нила скрылась из вида, а я, тряхнув головой, поспешил за ними. О том, чтобы убедить их перейти на мою сторону, я даже не мыслил. Схватка с Роландом показала мне кое-что: они как-то связаны с Фаном.

Когда я выскочил на улицу, от них и след простыл. Странно, я даже остатков духовного следа не чувствовал, чтобы понять, в каком направлении они пошли. Но тут мне стало совсем не до поиска старых друзей, потому что высоко над землей, там, где, махая исполинскими крыльями, летела матка тарридов, случился мощнейший взрыв.

[Несколькими минутами ранее]

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15% на Premium, но также есть Free.