Часовщик. Книга 2.

Глава 1

– Поздравляю, вы успешно прошли аттестацию. Уровень весьма высок, и я бы порекомендовала вас на получение печати мастера, но вы пока даже не закончили магическую школу. – Пожилая дама, представитель гильдии, занесла данные в журнал и сделала отметку в планшете. В голосе у неё звучал укор, а во взгляде сквозило неодобрение.

Она всё время следила за мной, пытаясь выискать хоть малейшую ошибку или неточность. Даме, похоже, претила сама мысль, что шестнадцатилетний парень без обучения в школе магии может работать самостоятельно.

– Мария Ильинишна, – устало произнёс второй проверяющий – слегка полноватый мужчина в годах. – Мы наконец-то закончили? У вас больше вопросов нет?

– Можем ехать, – она убрала журнал и планшет в сумку. – Матвей Фёдорович, – обратилась дама к моему учителю, – должна вас поздравить. Найти самородка в наше время очень непросто.

– Благодарю вас, Мария Ильинишна, – Колычев очень вежливо, с каким-то даже пиететом, поклонился женщине, – мне приятно, что вы лично решили провести аттестацию.

– Как глава центрального офиса гильдии прикладной магии, я не могла допустить, чтобы наше имя было запятнано! – высокомерно ответила дама.

Мне хотелось резко высказаться – уж слишком она меня утомила своими придирками за последний час. А теперь ещё и говорит о честном имени гильдии. Особенно хотелось припомнить Альберта Денисовича, что пытался снять мою руну и отделался лишь штрафом. Но под суровым взглядом учителя я промолчал, более того, натянул на своё лицо радостную улыбку идиота.

– Рад был знакомству, – попрощался я наконец-то с проверяющими, которые не стали задерживаться. Сели в машину и уехали, отказавшись даже от чаепития.

– Всё прошло хорошо! – Колычев расслабленно устроился в кресле в кабинете Михаила. – Не ожидал, что эта старая грымза лично приедет.

– У вас с ней проблемы?

– Не то чтобы... – Он покачал головой. – Лет пять назад я метил на место главного в гильдии, но Мария меня обошла.

– Так, и в чём теперь претензия? Наоборот, она должна гордиться и радоваться, – конечно, я понимал, что поводов может быть великое множество. Наверняка во время предвыборной гонки они друг другу не раз отдавили мозоли.

– Она изначально была очень недовольна, что я выдвинул свою кандидатуру. По сути, я был единственным достойным конкурентом и мог выиграть эту гонку.

– Тогда почему проиграли?

– Я снял свою кандидатуру. Прикинул, сколько у главы гильдии бумажной работы, и понял, что для тщеславия, конечно, было бы приятно занять это кресло, но вот для кошелька получалось совсем не выгодно. К тому же, я не перестаю развиваться, как ты уже заметил, а в подобной должности застрял бы на месте, – учитель развёл руками и улыбнулся, – вот Мария до сих пор и не может мне этого простить. Она рассчитывала выиграть в честной борьбе, а я просто уклонился от схватки. Так она считает.

– И вы, конечно, с ней не говорили на эту тему? – Я бы предпочёл в подобной ситуации расставить все точки над «и», но это я, а вот Колычев, похоже, даже не задумывался над этим.

– Ну да, – он пожал плечами, – о чём тут говорить?

– Это ваша жизнь. Надеюсь только, что на мне это не скажется.

– Уже сказалось, – маг снова улыбнулся, – думаешь, простого ученика приехал бы проверять целый директор гильдии? Но это тебе на руку. Никто не усомнится в её вердикте!

Об этом я уже успел подумать. Сегодня же решение опубликуют на сайте гильдии, и подпись под ним будет Марии Ильинишны. Это точно заткнёт рот всяким скептикам.

Мы некоторое время пили молча чай в кабинете Михаила, который он нам любезно предоставил. Сам хозяин сервиса работал, засучив рукава. У меня же заказов по-прежнему не было.

– Ты самый проблемный ученик в моей жизни, – отставив чашку, Матвей Фёдорович с укором посмотрел на меня.

– Зато практически с первого дня начал приносить прибыль! – огрызнулся я в ответ.

– Прибыль? – рассмеялся учитель. – Что для меня эти пятьсот рублей?

Я пожал плечами. Чтобы он ни говорил, но деньги хорошие, особенно, учитывая, что ему не пришлось практически ничего делать. А разве я виноват, что возникли проблемы?

– Ты знаешь, сколько стоит моя работа по установке руны? Сколько вообще стоит моё время? Мне выгодно иметь ученика, но такого, что сидит ровно на попе и впитывает знания. Помогает мне в работе, а не мешается под ногами.

– Я не мешаюсь под ногами, – во мне начало подниматься раздражение.

– Н-да... – протянул учитель, – мне не нравится, как ты относишься к делу. Ты – ученик, практически член гильдии, но даже не счёл нужным собрать информацию об учителе. Не прочитал свод гильдии и её правила. Такой подход к делу никуда не годится! Ты считаешь себя самым умным, а всех остальных – недостойными? – Он с прищуром посмотрел на меня. – Откуда в тебе это? Ты даже на Марию Ильинишну поглядывал свысока, ничего не зная о ней! Стыдно!

Матвей Фёдорович меня отчитывал, как маленького ребёнка, и... ему удалось достучаться до моей совести. Ведь по многим пунктам учитель был прав. Я действительно даже не удосужился ознакомиться с информацией о гильдии. Только сегодня узнал, что она называется «гильдия прикладной магии». Да и к большинству рунологов относился свысока, считая, что мои знания и умения на порядок их превосходят. Включая и экзаменовавшую меня, Марию Ильинишну. Она конечна была грамотным специалистом, но...

– Кичишься своей силой воли и глубоким пониманием. Да, ты талантлив, но это не отменяет уважительного отношения к другим.

– Я с уважением отношусь ко всем! – не выдержал я, хотя внутренне и был согласен с учителем. Но вслух это признать, было не так уж и просто.

– Да, да, – усмехнулся Матвей Фёдорович, – я заметил. С какой неохотой ты отвечал на вопросы Марии Ильинишны! Возможно, ты и был аристократом до того, что с тобой случилось. Но сейчас ты – обычный парнишка, да, с хорошими знаниями, каких в шестнадцать лет от тебя никто не ожидает. Но это лишь возраст. Среди рунологов немало талантов, и пусть им за двадцать или тридцать, но это не делает их менее талантливыми. Так что всё твоё преимущество скоро растает! А вот длинный язык и высокомерный взгляд не доведут до добра.

– Возможно, вы правы, – признал я очевидное. – Постараюсь следить за собой и своей речью.

Сразу вспомнил руну, которую учитель устанавливал в доме княжны Медведевой. Что тут сказать – это запредельный уровень, с которым я точно не справлюсь. Если мой учитель умеет подобное, то, возможно, и другие мастера способны меня удивить.

– Буду на это надеяться, – Матвей Фёдорович задумчиво потёр переносицу, разглядывая меня, – скорее всего, проблема в твоей силе воле. Она излишне высока и сказывается на характере. Такое часто случается. Ты внутри твёрдый, как кремень, и не воспринимаешь чужие слабости. Такие люди просто прут вперёд, как локомотив, не видя преград, и твёрдо уверены в своей правоте и непогрешимости.

– Нет, вот это точно мимо, – я задумался над его словами, – не про меня. Сила воли есть, но вот твёрдой уверенности в своей правоте нет. Наоборот, в последнее время меня часто одолевают сомнения и переживания.

– У меня тут есть мысли, откуда это у тебя, – Матвей Фёдорович устроился на стуле. Было видно, что он расслабился, и период разноса окончен.

– Любопытно было бы услышать!

– Ты провёл детство в ужасной семье. Голод, холод. Подвергался побоям, постоянно страдал. Это закалило тебя, ты сумел вырваться и бежать. Правда, эта версия не объясняет, почему ты такой сытый и образованный. Тогда вот более близкая к истине: ты из высших аристократов. В этой среде принято отдавать своих детей в другие семьи, чтобы примириться и остановить войну родов. Вот ты как раз из таких детей! Условия бывают разные. Скорее всего, твой род был слаб, и тебя забрали в качестве заложника. Твоя жизнь была трудна. Над тобой насмехались, издевались. Всё свободное время ты проводил в библиотеке, где набрал немало информации. Не исключено, что похитил родовые секреты по рунологии. Возможно, благодаря им тебе удалось сбежать, или, скорее всего, род погиб, а тебя не стали убивать. Просто стёрли память и выбросили на улице подальше от места событий.

– Потрясающе! – Я картинно похлопал в ладоши. – Не ожидал, что у вас так хорошо развито воображение!

– Хороший рунолог обязан развивать свои мышление и воображение. Без этого в нашем ремесле никуда! – Матвей Фёдорович гордо приосанился. – Но, если серьёзно, эта версия имеет право на жизнь. Тебе стоит обратиться в геральдическую палату, сдать кровь и отпечаток ауры. Они могут найти твоих родственников. Это хороший вариант, чтобы получить дворянство, о котором ты мечтаешь!

– Оставлю его на потом, – я-то знал, что родственников в этом мире у меня нет, так что не видел смысла тратить деньги и время на бесполезную процедуру, – есть ещё варианты, как мне получить дворянство? – Этот вопрос сильно меня беспокоил последние дни. Немало часов провёл я в интернете, но там, к моему удивлению, информация была слишком расплывчатой.

– Мой совет: обратись к юристам. Контакт я тебе пришлю, – Матвей Фёдорович несколько безразлично пожал плечами. Оно и понятно: его эта проблема не заботила. – Думаю, ты и без меня знаешь самые простые варианты. Первый – жениться на дворянке. Но для этого надо получить одобрение её родителей, что, как правило, непросто. Не любят у нас подобные мезальянсы. Можно, конечно, найти вдову или сироту из дворянского рода, но тут всё ещё сложнее. Подобный союз должен одобрить князь или герцог. Второй вариант – пойти служить империи. Совершить подвиг на военной стезе. Многие выбирают этот путь, но, думаю, для тебя он тоже не слишком подходит.

– А что-нибудь, связанное с рунологией? – Я по-прежнему считал, что это мой путь развития, который должен принести не только деньги и славу, но и соответствующий статус.

– Кто выдаёт дворянство, – задал мне вопрос Матвей Фёдорович, – кроме императора?

– Князь, – твёрдо ответил я. Всё-таки учёба в школе добавила немало знаний в мою голову, – или лично, или удовлетворив прошение, которое может отправить граф.

– Вот, мы снова возвращаемся к тому, что сильный маг всегда имеет хозяина!

– А как же вы? – Несмотря на то, что я прекрасно понимал: в мире не бывает полностью независимых людей, мне претила мысль служить кому-то. Хотя даже в прошлом мире я никогда не был свободен.

За моим плечом всегда стоял отец. Даже когда мне исполнилось тридцать лет, он никуда не делся, и ослушаться его я не мог. Кроме отца, был ещё король, который напрямую со мной практически не общался, но его указания я всё равно исполнял. Правда, признаться честно, служить кому-то не было зазорным, если ты признавал превосходство этого человека. В знаниях, уме, опыте. Если ты понимал, что он не пошлёт тебя на бессмысленную гибель по одной лишь своей прихоти.

– И даже я. Несмотря на то, что мой род является баронским, он приписан к графству, а тот, в свою очередь, к княжеству. И граф, и князь могут попросить меня об услуге, и я не смогу им отказать. К счастью, это двухсторонний договор. Я тоже могу обратиться к ним в случае серьёзных проблем. Так что, меня вполне устраивает мой статус.

– И перегибать палку никто из них не будет, так как в случае чего вы просто можете поменять юрисдикцию, переехав в другое княжество, – понятливо кивнул я.

– Всё так, – он с уважением глянул на меня, – ещё раз повторю: стань сильным и незаменимым, тогда перед тобой будут открыты многие двери. А статус придёт. Ты слишком спешишь! Да, и вспомни, о чём вчера сам мне говорил: к цели надо идти постепенно, обрастая связями и знаниями.

– Спасибо за науку, учитель! – вежливо поблагодарил его я.

Что тут ещё сказать? Прав во всём Матвей Фёдорович. Я со своей горячностью выгляжу мальчишкой. Второй раз за вечер мне стало стыдно. Да, я опытнее и умнее своих шестнадцатилетних сверстников. Умнее тридцатилетнего Михаила и его младшего брата, но до уровня Колычева пока не дорос. И это... хорошо! А вдвойне хорошо, что именно он стал моим учителем.

Вернулся я в интернат весьма заряженным, по-другому и не скажешь. Немного злым, но в положительном ключе. Я увидел направление. Надо учиться, разбираться в этом мире, получать знания и становиться своим. Иначе никак!

Посмотрел на Савву, который опять сидел за учебниками и готовился к последнему экзамену. Вот кому хорошо. Мало того, что он житель этого мира, и все тонкости впитал, просто живя здесь, в этом обществе и времени. Так ещё и цели ставит перед собой посильные, не пытаясь прыгать выше головы.

С новыми знаниями о реалиях я задумался: стоит ли мне тащить за собой Савву и Лену? Зачем тратить на них время и деньги, привязывая к себе, занимаясь их обучением? Да, с практической точки зрения это глупость. Мои знания бесценны, и делиться секретами, не взяв с человека клятву на крови, не стал бы ни один аристократический род. Но я вырос в мире, где считалось, что знания о магии принадлежат всем. Ведь чем больше людей станет магами, тем сильнее будет королевство, тем быстрее разовьётся магическая наука и лучше и качественнее будет жизнь всего населения.

Мне вспомнились слова Матвея Фёдоровича: целитель для рунолога – залог выживания. С этой точки зрения ценность Саввы сильно повышалась. Уверен, мне придётся не раз использовать сильную магию, так что без своего целителя, который поддержит в нужный момент и устранит повреждения, точно не обойтись. И Савва с этим отлично справится. Тем более, если я помогу ему с развитием, а уж целеустремлённости у него – хоть отбавляй!

Да и Лена с её талантом разбираться в травах и зельях – очень ценный человек. С помощью зелий мы все можем усилиться и быстрее достигнуть нормальных уровней.

Решено: буду по-прежнему помогать им, но давить не стану. Пусть Савва взрослеет самостоятельно и принимает свои решения. Савва из тех людей, кому не чуждо чувство благодарности. Так что, если захочет остаться в Подольске, я не буду против. Подожду год-другой. Он повзрослеет, закончит школу магии, а там снова сделаю ему предложение. За пару лет я точно улучшу своё положение в этом мире.

Что касается выбора князя или герцога в качестве покровителя – надо подумать и присмотреться к кандидатурам. Пока моё общение с местными аристократами ограничивалось, в основном, молодёжью. Я уже несколько раз побывал на гонках, и те представители данного слоя общества, которых я там видел, вызывали в большинстве своём у меня отвращение.

При этом стоит признать, что по такому срезу не стоит судить обо всей аристократии. Ведь на гонках обычно присутствует определённый круг людей, большинство из которых составляют «золотые мальчики», а вот с настоящими главами родов я не общался. Не дорос пока.

Утром, сразу после завтрака, мы отправились сдавать последний экзамен – математику. Для меня, как для рунолога, он не был слишком сложен. Я из тех немногих людей, кому действительно в жизни и работе требовались знания, полученные на уроках алгебры и геометрии. Правда, стоит сказать спасибо астральному полю, что загрузило в мою голову знания школьной программы, включая математику. В этом мире точные науки оказались куда сложнее и глубже. Мне даже пришлось провести чуть ли не неделю за учебниками, чтобы понять и осознать все формулы и нюансы.

С каждым днём становилось всё понятнее, почему этот мир имеет такой сильный перекос в сторону технологии. Если даже шестнадцатилетние ребята знают точные науки, такие как алгебра, физика и даже химия, на таком уровне, какой в моём родном королевстве был не у каждого профессора, неудивительно, что вслед за наукой шагнули вперёд и технологии. Тем более, девяносто пять процентов населения не владеет магией. Поэтому они занимаются изобретением разных интересных технических штук, таких как телефон, самолёт, интернет.

Вечером, за ужином, пришло оповещение, что оценки выставлены.

– Ну вот! – Савва расстроенно сдвинул брови, готовый расплакаться. – Я завалил математику! «Четвёрка»!

– Пролетаешь мимо красного диплома и скидки на обучение, – с сочувствием кивнула Лена. Ей в следующем году тоже предстояли выпускные экзамены, но, по её словам, девушка даже и не рассчитывала на красный диплом.

– Да, – Савва поднял на меня взгляд, – что теперь делать?

– Неважно, – я махнул рукой, – я и не рассчитывал на скидку, планируя оплату твоего обучения. Это был бы приятный бонус, но нет так нет!

Произнёс я эту фразу с безразличным выражением, но на самом деле мне было о чём беспокоиться. На данный момент денег катастрофически не хватало. У меня на счету лежало девятьсот рублей. Этого не хватит на оплату обучения Саввы и лечения его отца. А заказов в сервисе по-прежнему не было. Слишком уж сильно подорвал нашу репутацию Андрей Зарубин. И даже вывешенная на сайте гильдии аттестация моей работы пока никак не повлияла на ситуацию. Ну кому из клиентов есть дело до сайта гильдии, если все смотрят отзывы, которые горят красным цветом?

– В понедельник вам выдадут дипломы. У меня учёба тоже закончилась, так что начинаются каникулы! – радостно сообщила Лена. – Мы же пойдём за травами? Уверена, деньги здесь никому не помешают!

– Пойдём, – кивнул я. Пока нет работы в сервисе, почему бы не постараться заработать, собирая травы? Пусть там прибыль и не такая большая, но это лучше, чем ничего. – Завтра едем на медитацию, воскресенье и понедельник отдыхаем, а во вторник идём в лес. До этого дня надо решить, куда именно!

Утром устроив ребят в беседке на медитацию, я запрыгнул в телегу, запряжённую понурой лошадкой. Со мной ехал ещё один одарённый. Мужчина возрастом около тридцати пяти лет. Он взглянул на меня с некоторым недоверием, не понимая, зачем шестнадцатилетний парень едет в деревенский форт, расположенный в глубине и предназначенный для магов с источником выше ста единиц, но промолчал.

– Ну что, тронулись? – взяв поводья в руки, произнёс деревенский мужик и положил рядом с собой ружьё.

– Дорога опасная? – поинтересовался маг, кивнув на ружье.

– Да не, – улыбнулся мужик щербатым ртом, – это на всякий пожарный. Бывает, надо пугнуть зверя. Так-то мы по пробитой дороге едем, на неё дикие звери редко суются!

Телега медленно двинулась, шатаясь и скрипя на ухабах. Мы с магом сидели на большом стоге сена.

Повеяло чем-то родным и знакомым. Где-то там, за лесом, остался современный мир технологий, а я как будто перенёсся обратно в своё королевство. Здесь это бы назвали «средними веками», но для меня такой мир был миром гармонии между человеком и природой.

Глава 2

Форт тоже, казалось, был родом из средневековья. Большая изба, несколько пристроек, – и всё это огорожено забором из высоких заострённых кольев вкопанных в землю. Посреди двора торчала вышка, на которой дежурил дозорный. По словам сопровождающего, по ночам здесь бывает опасно. Особенно зимой, когда звери оголодают. Случаются нападения. Зачастую в эти периоды форт закрывают, и всех жителей перевозят в деревню.

– Приехали, господа! – сообщил очевидное мужик.

Дорога заняла минут сорок, правда, меня неплохо так растрясло. Не привыкло моё тело к подобному обращению. Это было досадно. Ведь даже когда я был наполовину парализован, мог часами находиться в седле безо всяких последствий, а сейчас всего полчаса дороги по просёлку, и беда – мой живот крутило, а голова кружилась.

– Выпей, – мужик подал мне кружку воды, – вода колодезная, местная. Помогает! – В его голосе звучали сочувствие и плохо скрываемая насмешка над городским, который с трудом перенёс простую дорогу.

Маг, что ехал рядом и молчал, стиснув зубы, всю дорогу, взял вторую кружку и в пару глотков выпил её содержимое. Ему тоже непросто дался этот путь. Я последовал его примеру и допил до дна.

Внимательно прислушался к своим ощущениям. Колодезная вода творила чудеса. Желудок успокоился, голова прояснилась.

– А воду вы продаёте? – удивлённый эффектом, выдавил из себя маг.

– А то ж! – радостно улыбнулся наш сопровождающий. – В деревне можно взять. Пользуется спросом. Улучшает состояние, да и, говорят, источник быстрее заряжается! Она же не простая, насыщена магией!

– Ладно, в сторону разговоры, куда идти? – Маг поставил кружку и огляделся.

– У нас три беседки для медитации, выбирайте любую!

– Тогда эта, – он ткнут пальцем в ближайшую и направился к ней быстрыми шагами.

– А вы, господин? Обе беседки сегодня свободны!

Я прищурился и включил «ясный взор». Магические потоки я увидеть не мог, слишком они слабы, но вокруг одной из трёх беседок было слегка видимое мне марево, говорящее о том, что уровень энергии в этом месте лучше.

– Туда, – кивнул я.

– Хороший выбор, – цокнул языком мужик, – это беседка из сибирского кедра. Многие говорят, что он притягивает энергию, и в таком месте лучше всего медитировать. Правда, это, скорее, из области слухов, – он простовато улыбнулся, – как тут проверить-то? Сами мы бездарные.

– Возможно, слухи слегка преувеличивают, но, думаю, они возникли не на пустом месте, – поделился я своим мнением.

Усевшись на коврик посреди беседки, я очень быстро вошёл в состояние медитации. Первым делом осмотрел свои источник и каналы. Всё было в полном порядке. Даже более того – в этом мире мне удалось заложить куда лучший фундамент, чем в прошлой раз. Каналы получились мощными и крепкими, как и основа источника. Я не спешил его увеличивать, понимая, что из-за резкого роста размера крепость его по-прежнему недостаточна.

В итоге почти шесть часов впитывал энергию, укрепляя своё тело, каналы и источник. Под конец медитации постарался наполнить сам источник. Пока он у меня ни разу не был наполнен даже на сто единиц. В этот раз тоже не удалось, но в следующую свою поездку я планирую целенаправленно заниматься его наполнением. Ведь я обещал себе, что вызову Серкха. А для этого надо потратить минимум сто единиц. При этом лучше иметь запас. Так что источник должен быть максимально полон, что из-за наличия астральных рун пока никак не получается.

Вот такая дилемма. С одной стороны, надо набирать энергию, чтобы хватило на вызов Серкха, но для этого следует увеличить сам источник и укрепить его. По-хорошему, не стоит спешить, Серкх может подождать несколько месяцев, но мне не хотелось затягивать это дело. Так что, скорее всего, я снова пережму каналы, что ведут к рунам, и проведу ритуал призыва. Надо уже познакомиться с Серкхом лично.

Забрав Савву и Лену, вернулся с ними в интернат. За травами мы не пошли: прошлый поход показал, что поиск трав в районе деревни – зря потраченное время.

Савва ушёл прогуляться, а я засел за металлические пластинки, пытаясь снова совершить то чудо, которое один раз у меня получилось: превратить обычный металл в адамантий. Но, сколько я ни пытался повторить прошлый успех, ничего не получалось.

Достав из нагрудного кармана пластинку адамантия, я снова залюбовался этим диковинным металлом. Он был полностью нейтрален к магии и очень прочен. Мечом из адамантия можно отбить в сторону или разрезать любое заклинание. Именно благодаря этому качеству он так ценился в королевстве. Другой вопрос – что с ним делать в этом мире, даже если я сумею снова повторить превращение? Мечи тут не в чести. Шпаги у аристократов и огнестрельное оружие у простолюдинов. Хотя и дворяне тоже не брезговали им.

В это время в дверь постучали, и ко мне заглянул Ким.

– Идёшь на гонки? – обратился он ко мне. – А то ты совсем оторвался от коллектива. Ребята недовольны. Считают, что ты зазнался. Даже футбол сегодня пропустил. И на свалку с нами не ходишь!

Убрав пластинку в карман, я посмотрел на Кима строгим взглядом.

– Ты знаешь – меня мало волнует мнение коллектива. Это моя жизнь, в которой у меня есть свои дела. И недовольство ребят меня не беспокоит. И тебе советую задуматься над этими словами. Не стоит жить чужими интересами и подстраиваться постоянно под других людей. У тебя должны быть своё мнение, свои предпочтения и увлечения. Только тогда ты будешь самостоятельным и самодостаточным.

Ким явно оторопел от моего выговора. Он моргнул пару раз, переваривая мои слова.

– Так… это... так-то ты прав, но у меня особо и интересов-то нет. В футбик погонять, по свалке пройтись, денег заработать. Мои интересы совпадают с интересами ребят.

– Рад за тебя, – я поднялся из-за стола. Неудача с пластинкой разбудила во мне старого ворчуна, которого я постарался загнать поглубже. Ким, в общем-то, прав. Его жизнь – здесь, с ребятами. Это у меня есть рунология и другие возможности благодаря моему дару, у них же этого нет. Так и чего я на него накинулся? – Извини, ты тоже прав. Идём на гонки!

На гонках я уже был в четвертый раз. Честно говоря, они мне наскучили. Слушать рёв машин и следить за ними интересно в первый раз, ну, может, во второй. А сейчас это уже, скорее, раздражало. Похоже, мне так и не удалось вернуться в настроение подростка.

Я стоял в группе интернатских ребят за пределами кафе. С нами были и девушки. Они с завистью обсуждали наряды аристократов и посетителей кафе, делясь последними сплетнями, я же смотрел на всё это, как на ярмарку тщеславия. Люди, сидящие в кафе, всячески подчёркивали свой статус: золотом, дорогими часами, колье и браслетами с бриллиантами.

– Я, как заработаю нормальные деньги, подарю тебе такое же красивое платье! – заявил Савва, обращаясь к Лене. Они сегодня тоже присоединились к нашей компании.

– Ты такой милый! – улыбнулась Лена, но я видел, как внимательно она поглядывает на молодых ребят в кафе. Как хищник, выискивающий свою жертву.

– Посмотри внимательно, – не выдержал я, – вот, за столиком сидит парень лет двадцати пяти. Одет дорого, держится уверенно, к нему явно относятся с уважением. Но на нём ни золотой цепи, ни дорогих часов.

– У него перстень на пальце. Явно дворянин из непростого рода, – Савва присмотрелся к парню.

– У многих этих попугаев тоже есть перстни, – качнул я головой, – главное – достоинство!

Но, мне кажется, Савва не понял моего посыла.

Попрощавшись со своими, я решил вернуться в интернат. Незаконченное дело подтачивало меня изнутри и мешало насладиться зрелищем. Эти чёртовы пластины никак не желали превращаться в адамантий! С таким настроением лучше сидеть одному, чтобы не портить остальным праздник жизни.

Сделав несколько шагов, я услышал резкий визг тормозов. Обернувшись, увидел, как в замедленной съёмке: одна из гоночных машин, потеряв управление, на огромной скорости летит в кафе.

Колёса врезались в бордюр. Автомобиль подбросило в воздух. Он снёс несколько бетонных тумб, в которых росли небольшие деревца. По идее, они должны были защищать посетителей кафе от подобных происшествий, но произошло обратное: тумбы смяли ближайшие столы, за которыми сидели люди. Правда, свою задачу они всё-таки выполнили: скорость машины существенно упала. Однако вес автомобиля никуда не делся. Перевалившись через тумбы, он с грохотом разбитых стёкол и скрипом железа свалился на столики и, немного проскользив вперёд на крыше, замер.

Наступила тишина. Я слышал, как вращаются колёса на перевёрнутом автомобиле. Из-под капота лилась жидкость, струился дым.

В этот момент началась настоящая какофония. Испуганные крики людей, стоны раненых.

– Савва! – крикнул я на ходу, забегая в кафе. – Леший! Помогайте!

Я ринулся вытаскивать раненых, пытаясь первым делом рассортировать их по степени повреждения. Крови я не боялся – и не такое доводилось видеть.

К моему удивлению, мне никто не бросился на помощь. Только аристократ, на которого я указывал раньше Савве, оказался рядом со мной.

– Что делать? – коротко обратился он ко мне.

– Сначала сортируем, – я оттаскивал стонущую девушку. – Савва! – Мой крик наконец-то вывел из ступора Савву.

– По какому принципу? – Аристократ аккуратно вытащил из-под завала стульев и столов мужчину, который был без сознания.

– Открытые раны перевязываем, останавливаем кровь. Потом будем разбираться. Медпомощь должна скоро появиться. Самых тяжёлых в сторону, пусть доктора с них начнут.

– Командуй! – Леший встал рядом со мной. Его мутило от вида крови, но он держался. Рядом с бледным лицом встал Савелий.

– Раздобудь тряпки и ремни, надо перетягивать раны и артерии! Быстро!

Леший скинул свой пиджак, который был ему мал, и начал рвать его на части.

– Пойдёт? – Протянул мне рукав.

– Отлично! – Я перетянул мужчине раненую руку.

– Савва, ты как целитель осматривай их. Но не лечи, твой запас сил слишком мал. С сильными повреждениями в одну сторону – их медикам в первую очередь надо будет забрать. С более лёгкими ранами – в другую.

Мне удалось организовать небольшой конвейер. Мы с аристократом доставали людей и аккуратно волокли их к Савве. Тот проводил беглый осмотр, а Леший со своим другом перевязывали и складывали немного в стороне.

Замигали проблесковые маячки, и с визгом шин рядом притормозило две машины медицинской помощи. Этого было явно мало. Число раненых превышало десяток.

– Леший, встречай докторов, – крикнул я, вытаскивая молодую девушку, придавленную бетонным вазоном. К моему сожалению, она, скорее всего, была уже мертва. Но времени прошло очень мало, и ещё был шанс на реабилитацию.

– Савва, займись ею. Срочно! – Я начал делать массаж сердца и искусственное дыхание. Савва в это время вливал в неё целительскую магию.

– Она дышит! – Савва распахнул глаза от удивления. – Получилось!

– Не стоим, – поторопил его я, – Леший, тащи докторов!

Возникла небольшая передышка. Всех пострадавших мы вытащили и распределили. Оглядевшись, я с удивлением увидел, что вокруг нас собралась толпа людей. Нам никто не помогал. Мы, по сути, впятером проделали всю работу, а люди стояли и смотрели, при этом большая часть достала телефоны и снимала происходящее.

Внутри меня вскипела злость. Я резко вскочил на ноги, но в этот момент на моё плечо упала рука аристократа, что работал вместе с нами.

– Не стоит, – произнёс он тихим и спокойным голосом, – оставь их!

Прибежали доктора, а следом за ними – жандармы, которые начали теснить толпу.

Наша работа была окончена.

– Пойдём в кафе, умоемся, – потянул меня за собой аристократ.

Я последовал за ним. В моей голове по-прежнему не укладывалось, что, кроме нас, никто не кинулся людям на помощь. Ведь дорога была каждая секунда. Надо было спасать людей, а они просто стояли и смотрели, да ещё и снимали весь этот ужас на телефон.

Умывшись и оттерев руки от крови, я уставился в зеркало, глядя сквозь своё отражение. Нужно было прийти в себя.

– Они не виноваты, – ко мне подошёл аристократ, – многие из них никогда не видели смерти. У них тоже шок. Они не знают, что делать в таких случаях и как помочь. Пусть лучше стоят в стороне, от них могло быть больше вреда.

– Ты прав, – согласился я, – спасибо, я чуть не сорвался.

– Павел, – представился он, протянув мне руку.

– Просто Павел? – Я удивлённо приподнял бровь и кивнул головой на его перстень. Как правило, аристократы любят представляться полностью.

– Ну раз ты настаиваешь, – широко улыбнулся тот, – Павел Афанасьевич Матвеев, виконт. Старший сын графа Афанасия Николаевича Матвеева.

– Максим Андер, – в ответ представился я и развёл руками, как бы говоря, что к этому добавить нечего.

Мы с Павлом дружно рассмеялись, давая выход стрессу.

– Ты молодец, – первым остановился Павел, – вывел меня из ступора, грамотно распределил роли. Не ожидал такого от гражданского!

– Вояка, – в ответ усмехнулся я, – теперь понятно, почему ты так хладнокровно действовал.

– Опыт имеется, – Павел резко помрачнел, – ладно, не будем ворошить прошлое.

Мы немного помолчали, повисла неловкая пауза. Совершенно не о чем было говорить, но при этом мы ощущали некоторую общность. Совместные действия по спасению людей сделали нас не чужими друг другу людьми.

В уборную зашёл Савва. На удивление бодрый и, я бы даже сказал, возбуждённый.

– Я вытащил девушку с того света! Ты представляешь? – Он бросился ко мне, но, увидев аристократа, смутился. – Прошу прощения…

– Давай, приводи себя в порядок и пойдём, там Лена ждёт своего героя, – я хлопнул его по плечу, и мы с Павлом вышли.

– Увидимся, – сын графа кивнул мне на прощание и отправился к своей компании, что стояла за оцеплением.

Я дождался Лешего с его приятелем, к нам присоединились Ким и Савва с Леной.

Выйдя за оцепление, мы не спеша направились в интернат. Все молчали. Сказывался стресс от пережитого. У самого порога нашей комнаты Леший остановился и протянул мне руку:

– Спасибо! – Он крепко пожал мою ладонь. – Благодаря тебе мы спасли людей. Видеть всё это и стоять рядом, не зная, что делать, ужасно. А ведь, не будь тебя, мы бы так и стояли.

– Да, – согласно кивнул молчаливый Савелий.

Пожав им обоим руки, я наконец-то зашёл в комнату.

– А ведь они правы, – задумчиво произнёс Савва, стоя у окна, – я бы тоже не решился действовать. Стоял бы и ждал, пока приедут службы. А потом всю жизнь бы мучился, что мог помочь, но не помог. Спасибо тебе!

Утром в столовой Лена поделилась последними новостями. Погибло всего два человека, но, как сообщили журналисты, жертв могло бы быть гораздо больше, если бы не оказавшийся на месте виконт Павел Матвеев. Он организовал спасение и помощь, благодаря чего многие дожили до момента приезда медиков. А еще все видео с место происшествия быстро удалили из интернета.

– Как так? – Савва растерянно посмотрел на меня. – Ведь это же ты всё организовал!

– Он – виконт, – в ответ улыбнулся я, – кто же признается, что простолюдин хоть в чём-то лучше аристократов!

– Но ведь это обидно! – не унимался Савва.

– Нисколько. Мы же спасали жизни. Каждая спасённая жизнь – наша истинная награда. Ты же делал это не для славы?

– Нет, – он посмотрел на Лену. Девушка в ответ положила свою руку на его.

– Ты настоящий герой! – заявила она.

– Вот видишь? Что бы изменилось, если бы о тебе в газете написали?

– Всё равно! Это неправильно.

– Не ищи справедливости, устал уже повторять. Делай своё дело – и делай хорошо. Получай от этого удовольствие. Ты – целитель. Вспомни то чувство, когда тебе удалось вернуть девушку к жизни. Ты готов отказаться от него ради того, чтобы твоё имя мелькнуло в газете и забылось через пару дней? – Я внимательно посмотрел на Савву. От его ответа сейчас зависело многое. Что он выберет? Путь славы или служения?

– Ты прав. Спасение жизней и помощь людям важнее сиюминутной славы и даже денег, – он сделал правильный выбор.

Воскресенье у нас – родительский день, так что многие ученики разъехались по семьям. Всё-таки полных сирот у нас было около половины, и большинство тех, у кого не было в живых родителей, имело каких-нибудь родственников. Тётей, дядей, бабушек-дедушек. Родных или двоюродных. Неважно. У них не было денег, времени или жилплощади, чтобы вырастить ребёнка, но провести с ним половину воскресенья эти люди вполне могли себе позволить. Так что в воскресенье здание пустело.

Было непривычно идти по коридору в нашу комнату практически в полной тишине. В интернате шум присутствовал всегда. У кого-то играла музыка, на улице раздавались голоса детей. В коридоре бегали мелкие, но сегодня было тихо.

Это было именно то, что нужно. После вчерашнего происшествия я ощущал какую-то внутреннюю опустошённость. Мне хотелось тишины. И никого не видеть.

Раньше я был, говоря современным языком, социофобом. Мой идеал – сидеть в одиночестве в мастерской и корпеть над артефактами, не пересекаясь с людьми. Необходимость становиться сильнее заставляла общаться и принимать участие в различных вылазках. Однако даже в коллективе наёмников я больше был в стороне, не принимая участия в общей беседе. Только Ильдару удавалось меня растормошить.

Устроившись за столом, я стал искать материалы о гильдии и о своём учителе. Нашёл много интересной информации. Начать, пожалуй, стоит с того, что мне теперь было понятно, отчего мои слова о пятистах рублях так рассмешили Матвея Фёдоровича. Цена на установку руны лично учителем начиналась от десяти тысяч рублей и, по слухам на форумах, могла достигать пятидесяти. При этом на тех же форумах рунологов и артефакторов уровня Колычева сравнивали со звёздами музыки или кино. Мало было заплатить деньги – следовало ещё обеспечить мастера достойными гостиницей, автомобилем и едой.

По гильдии тоже попалась интересная информация, подтверждающая слова Матвея Фёдоровича, что для него идеальный ученик – тот, кто не мешается под ногами. Так вот, гильдия собирает налог с мастеров. Он составляет целых тридцать процентов. Но... мастер имеет право или обязанность взять себе ученика. Не больше двух. За каждого ученика ставка налога снижается на три процента. Выгоду посчитать не трудно. При его заработках благодаря наличии учеников за год можно сэкономить колоссальную сумму!

Сам Колычев не просто дворянин. Он глава баронского рода Колычевых, в который входит достаточно большое количество его родственников: братья, сёстры, мужья, жёны, их дети… У самого Матвея Фёдоровича есть жена и дочка двадцати трёх лет. Теперь понятно, зачем ему столько денег, только вот гробит он своё здоровье, но что тут поделать. Это его выбор.

Чтобы отвлечься от всех этих мыслей, я позвонил Михаилу, но он меня не порадовал. Клиентов на установку рун не было. Похоже, придётся искать другие пути заработать.

На следующий день, после обеда, в актовом зале собрали выпускников.

На сцене стоял длинный стол. За ним сидело несколько человек, включая директора и уже знакомого мне Льва Давыдовича – главу попечительского совета.

– Дорогие ученики, – начал свою речь Соломон Данилович, – у вас позади учёба в нашем интернате. Мы постарались дать вам лучшие здания и создать домашнюю обстановку!

Зал захлопал, но я видел, что многие искренне радуются и с благодарностью смотрят на директора интерната.

Он выступал ещё минут пять, расхваливая интернат и учеников. Речь вышла приятной и нескучной. Затем встал Лев Давыдович и достаточно занудно начал вещать, что попечительский совет приложил много усилий и потратил немало денег на поддержку учеников. И теперь задача выпускников – оправдать возложенные на них надежды.

После этого встала строгая женщина. Она была представителем министерства образования. Поблагодарила всех за хорошую учёбу. Нас начали вызывать по одному, называя фамилии, и вручать дипломы.

По алфавиту я был одним из первых. Поднявшись на сцену, принял из рук женщины небольшую книжицу с гербом на обложке – свой диплом. После чего мне пожали руку все находившиеся на сцене.

Сама корочка, как мне сообщила Лена, – пережиток прошлого. Сейчас вся информация обо мне есть в компьютере, но, тем не менее, приятно иметь вещественное доказательство окончания школы.

– А сейчас, – с гордостью в голосе произнёс Соломон Данилович, – я приглашаю на сцену представителя жандармерии. Он вручит награду одному из наших учеников! Прошу!

На сцену не спеша поднялся мужчина с пышными усами и бородкой. Окинув зал суровым взглядом, взял протянутый ему микрофон:

– Многие из вас слышали об аварии, что произошла на гонках в эту субботу, – он сделал небольшую паузу, чтобы зал успокоился, – за спасение жизни и оказание неотложной помощи я хотел бы вручить этот диплом ученику выпускного класса Савве Ивановичу Смирнову. Прошу на сцену!

Савва удивлённо посмотрел на меня, как бы спрашивая разрешения.

– Иди! – Я слегка подтолкнул его. Он не негнущихся ногах поднялся на сцену.

– Поздравляю, – пожал руку парня жандарм, – это диплом, – он протянул ему рамку со вставленным дипломом, – и награда – именные часы! – Протянул коробочку. Все собравшиеся захлопали.

Савва покинул сцену и сел рядом со мной. Достав часы, он показал мне гравировку на тыльной стороне: «За спасение жизни!»

– Молодец, – я улыбнулся, – носи с удовольствием. Это хорошая награда. Куда как лучше всяких дорогих прибамбасов.

– Спасибо!

В это время слово снова взял Лев Давыдович:

– Напоминаю, что все, кто окончил обучение, могут проживать в интернате до первого сентября. Потом вы должны освободить свои комнаты для новых учеников. До этого времени вы обязаны найти работу и снять жилье. У многих предприятий предусмотрены общежития. С первого сентября начинается ваша настоящая взрослая жизнь!

Раздались вялые аплодисменты, и официальные лица покинули сцену. Но мы не расходились. В честь выпуска многие ученики приготовили развлекательную программу – от выступления танцоров до фокусов и песен.

– Ну вот и всё! – Савва небрежно кинул свой диплом на стол. – Детство закончилось.

– Ты должен этому радоваться, – я аккуратно убрал свой диплом в шкаф, – всё самое интересное только начинается!

Глава 3

На следующее утро я проснулся с радостным чувством свободы. Как ни крути, несмотря на все знания и уверенность в своих силах, необходимость готовиться и сдавать экзамены на меня давила. И только получив диплом, я смог наконец-то радостно выдохнуть.

Вчера после концерта ко мне подошёл Леший и позвал на празднование окончания обучения. Обычно его устраивали в столовой, и директор закрывал глаза на наличие спиртного. Вот Леший ко мне и обратился с просьбой скинуться на это дело. Собирали с миру по нитке. Кто сколько сможет. Не у всех была возможность выделить даже рубль.

– Давай так: я выделю пятнадцать рублей, но не на спиртное, а на сладости! – Несмотря на то, что большинству выпускников исполнилось шестнадцать лет, сладости по-прежнему для них были пределом мечтания. Вкусный торт мало кто пробовал. Ведь если появлялись лишние деньги, практичные ученики интерната предпочитали купить еду посытнее или что-нибудь из одежды.

– На сладости? Это хорошая мысль! Но и выпить надо. У нас начинается новая жизнь, – пробасил Леший, явно несогласный с моим предложением. Хотя я уверен, что он один из первых ринется к пирожным.

– Начинать новую жизнь со спиртного – не лучшая идея, – я недовольно поджал губы. Ну что за бред? Почему у подростков всегда бытует мнение: напиться – значит, повзрослеть?

– Давай сделаем проще: я попрошу Лену, и она закажет торты на праздник. Сколько человек будет?

– Выпускной класс и предвыпускной. Около пятидесяти человек.

– Тогда решено. Держи пять рублей на вино и шампанское для девушек, и за мной заказ сладкого.

Так что утро у меня началось с приятных хлопот. Вместе с Леной и Саввой мы отправились в кондитерские, расположенные неподалёку от интерната. Лена заранее составила список.

О сладостях мы договорились в первой же кондитерской. А когда они услышали, куда доставить и в честь какого праздника, владелец лавки даже сделал нам небольшую скидку.

Когда мы шли обратно в интернат, позвонил Матвей Фёдорович и сообщил, что скинул на почту несколько рун с пояснениями. Мол, я всё равно теперь свободен, как ветер, заказов у Михаила нет, так что как ученик знаменитого мастера должен старательно повышать свой уровень и учить новые руны.

Руны были любопытными. Первая – активатор, завязанный на магию. Именно такую Колычев использовал в имении княжны Медведевой. Вторая руна была руной гармонии. Её я тоже видел, но теперь у меня была точная схема с объяснениями, как она работает.

Вообще, изображение рун не являлось таким уж большим секретом. Тем более, каждый мастер обязан был новую руну сдавать в гильдию прикладной магии, при этом продемонстрировав её работу и объяснив принцип. Таким образом руну оценивали и выдавали разрешение на её использование. Гильдия подтверждала, что руна безопасна. Без регистрации руну, по идее, нельзя было использовать в коммерческих целях. Весьма разумно, на мой взгляд. Тем более, мало уметь нарисовать руну, – с этим большинство магов в состоянии справиться, а вот заставить её работать… Тут-то и начинались сложности. В итоге, уверен, в гильдии магов хранится великое множество рун, но большая часть из них лежит мёртвым грузом, так как по схемам и записям заставить работать руну очень сложно. Достигнуть глубокого понимания по картинкам очень не просто.

Но сейчас у меня была другая задача. Савва и Лена сидели в комнате, терпеливо ожидая, когда я просмотрю информацию от Матвея Фёдоровича и перейду уже к их обучению. Я не стал долго томить ребят.

– Савва, – обратился я к своему ученику, – ты целитель, но тратишь свои время и силы на руны огня и щита. Спорить не буду, руны полезные, но ты же понимаешь, что твоя задача – развиваться в первую очередь в области целительства?

– Понимаю, – глаза паренька загорелись надеждой получить что-то нужное и полезное. Не было у него никакой предрасположенности к магии огня, и тренировка с руной из этой области была для Саввы настоящим мучением. – Я уже даже учебники раздобыл. Занимаюсь понемногу.

– Хорошо! – Я нарисовал на листе бумаги руну лечения. Точнее, оздоровления. Я не раз использовал эту руну в своих артефактах и был хорошо знаком с ней. Её можно было использовать в артефакте для оздоровления, нося его постоянно. Но, сам рисунок так же подходил и для точечного воздействия. Сформированное заклинание направлялось на нужную область и занималась её лечением.

– Это руна оздоровления. Действует гораздо мощнее, чем простое вливание целительской энергии. Объясняю суть. Когда ты просто вливаешь энергию, она запускает усиленную регенерацию организма и лечит всё подряд. Вот представь – у человека рана. Ты заливаешь в него прорву энергии. Но при этом у твоего пациента куча других проблем, которые не видны простым взглядом. Всё, что угодно, от болезни почек до плохих зубов. Магия не разумна. Она просто начнёт лечить то, что подвернётся. В итоге, у тебя хватит сил только на то, чтобы слегка улучшить состояние больного. Да, кровь остановится, но ты его не вылечишь полностью. Что будешь делать?

– Я начну заливать энергию в саму рану, – предложил Савва, – как было с твоими руками.

– Именно так и действует большинство целителей. Подаёт энергию в саму рану. Но даже в этом случае только часть действует на рану, а остальное расходится по всему телу. А если у нас не рана, а больной орган? Та же печень? – Я специально вспомнил именно про печень, ведь он уже не один раз подлечивал своего отца.

– Я кладу руки напротив печени... Это что получается: до печени доходит только часть энергии? Вот почему мне никак не удаётся вылечить отца? – Савва встрепенулся, и в его глазах заблестела надежда.

– Да, всё именно так. Организм твоего отца слишком изношен. Ты вливаешь энергию, надеясь, что она дойдёт до печени, но большинство её расходится по всему телу. Которое, сам понимаешь, не в лучшем состоянии. Возрастные болезни, застарелые травмы, проблемы с желудком… Да то же самое похмелье забирает энергию, которую ты надеялся потратить на лечение печени. Конечно опытные маги в состоянии управлять своей энергией в теле человека. Но даже в этом случае много энергии рассеивается и к нужный орган достигает лишь малая часть.

– И чем поможет эта руна? – Савва взял в руки лист с моим рисунком и начал внимательно вглядываться в него.

– Для тебя это не руна, а заклинание. Оно позволяет создать концентрированный шар из целительской энергии, действие которого будет ограничено определённой областью. Благодаря твоей силе воле, ты будешь контролировать её, и она начнёт действовать в том месте, где ты пожелаешь, при этом не расходясь в стороны, а влияя на одно место, пока не закончится влитая тобой энергия.

– Это как с магией огня! – Лена внимательно слушала мою лекцию. – Можно просто выпустить огонь, а можно сделать огненный шар! Он маленький, но горячий...

– Именно так, – согласился я с ней, – неплохая аналогия, – я снова повернулся к Савве:

– Это немного упрощённый рисунок заклинания, которым пользуются сильные целители, – я повернул экран ноутбука к Савве и указал на страницу медицинского справочника, который откопал в недрах интернета. – Это отсканированный учебник, которому больше ста лет. Не знаю, как он попал в сеть, но я его сохранил себе и тебе уже отправил на почту. Там достаточно подробное описание. Изучи обязательно!

– Она точно будет работать? – Савва сравнивал руну с экрана с моим рисунком.

Уверен, он заметил, что она немного отличается. Я изобразил более упрощённую версию, но руна из учебника имела много прописанных ограничений, в первую очередь, связанных с тем, что она предназначалась для очень сильных магов с источником минимум в триста единиц. Энергия целителей так устроена, что просто льётся потоком и с подобной руной, без ограничителей, может причинить больше вреда, чем пользы. Савве на этот счёт не стоит беспокоиться, пока он не увеличит объём своего источника хотя бы до ста пятидесяти единиц.

– Будет работать. Это несложное заклинание, просто переработанная версия руны, предназначенной сильным магам. Но я всё же рунолог и что-то да понимаю в этой области! – Я горделиво выпятил грудь.

– Спасибо, учитель! – Савва вдруг поклонился мне. – Я буду учить!

Следующий час я потратил объясняя, как работает заклинание. В любом случае мне требовалось вложить минимальное понимание в голову Саввы, прежде чем переходить к практическим занятиям. Информация из учебника слишком сложна для восприятия и специфична, так что я максимально всё упростил.

– А когда будем пробовать? Как увидим, что она работает? – Лене наскучило сидеть. Пока я учил Савву, она тренировала защитное заклинание, при этом прислушиваясь к нашему разговору. – Может быть, порезать руку, а Савва залечит?

– Не надо! – Савва испуганно вскинулся. Он не готов был брать на себя такую ответственность. Я в этом деле был полностью солидарен с ним.

– Не спеши. На изучение заклинания могут уйти годы, – остановил я её порыв.

– Годы? – Савва обиженно засопел. – Но как же так?!

– Да ладно, я пошутил, – развеселился я, – ты уже можешь пробовать его создавать. Думаю, за неделю освоишь. Но частично в моих словах истина имеется. Уровень понимания и силы воли. Помни об этом. С этим заклинанием можно работать годами, и с каждым днём, месяцем, годом его действие будет становиться только сильнее!

– А мне что делать? – обратилась ко мне Лена. – Я тоже хочу чему-нибудь полезному научиться!

– С зельеварением никогда не сталкивался, – расстроил я девушку, – возможно, нам стоит поискать какую-нибудь лавку, куда ты попробуешь устроиться помощником или учеником. В этой области у меня совсем нет знаний!

– Но и в целительстве же не было! – настойчиво возразила Лена.

– Там я хоть что-то смыслю, да и заклинания строятся на рунах, а правила их создания достаточно унифицированы. Просто целительство это такая область, минимальные знания который нужны любому магу. Я сам пользовался подобным заклинанием. Но у меня для его активации уходит очень много сил и эффект получается совсем не значительным. Всё таки целительская энергия слегка отличается от остальной.

В ответ Лена печально вздохнула, но быстро вернула себе хорошее настроение.

– Я, кстати, нашла небольшую лавку зельевара, куда нам будет выгоднее сдавать травы. На окраине Москвы! – Она протянула мне свой телефон с открытой страницей. – Я всё посчитала. Здесь даже цены на приём трав указаны. Если бы мы сразу туда сдали, получили бы на двенадцать рублей больше! И отзывы очень хорошие. Я долго выбирала, куда сдать травы.

– Хорошо, отвезём туда, – я пожал плечами. Почему бы и нет? Лишние деньги не помешают.

Полистав страницу лавки алхимика, я остановился на продуктах, которые он предлагал. Меня заинтересовали зелья для увеличения источника. Медитации – это хорошо, но и зельями пренебрегать не стоит. Тем более, Савве и Лене надо повышать свои уровни. Да и мне не помешает.

– Думаю, заодно купим зелья для укрепления и увеличения источников, – я протянул телефон обратно, – тебе задание – почитать про эти зелья и подобрать идеальные для нас варианты.

Девушка быстро пробежалась взглядом по списку и мгновенно посмурнела:

– Дорого! Цены начинаются от двадцати рублей за флакон!

– Неважно, – я махнул рукой, – твоё дело – подобрать оптимальный вариант. Занимайся, а меня не трогать. Тоже буду учиться!

Забрав ноутбук и карандаши с бумагой, я отправился во двор, где устроился в беседке. Сегодня планировался праздник, и футбол отменился. Так что во дворе было тихо и безлюдно. Редкое явление. Ребята готовились к вечеру, я же занялся новыми рунами, что выслал мне Матвей Фёдорович.

Засиделся я надолго. К счастью, Савва догадался поискать меня в беседке.

– Пора на ужин! – оторвал он меня от дела.

– Уже? – Я удивлённо поднял на него глаза. – Идём!

С наскока с рунами я не справился. Это было неприятно. Если с активатором у меня хоть что-то начало получаться, то с руной гармонии дела обстояли совсем плохо. Не изучал я эту область в своей прошлой жизни. Не до того было. Гармония, спокойствие, тишина... С последней кое-как я, наверно, справлюсь, – мне доводилось ставить «область тишины». Незаменимая вещь при переговорах и в засадах. А вот с гармонией было хуже.

Судя по всему, мне мешало не только отсутствие понимания, но и излишне молодое тело. Не думал, что когда-нибудь дойду до упрёков по этому поводу. Внутри меня бурлила кровь, смешанная с гормонами. Даже часами сидеть на месте было трудно. Хотелось движения, действия, адреналина. А для понимания этой руны требовалось самому уловить гармонию. Интересно, как подростки со всем этим справляются? Себя в этом возрасте я уже толком не помнил. Но почему-то был уверен, что был спокойнее.

Поужинав, все разошлись по своим комнатам. Столовую должны были прибрать и украсить. Через час мы с Саввой, одетые в свои самые приличные вещи, спустились обратно.

Ученики уже собрались. К моему удивлению, даже директор подошёл. Он, перекрикивая шум, начал свою речь:

– Ученики, тихо! Надолго вас не займу, – Соломон Данилович обвёл нас взглядом и грустно улыбнулся, – многие из вас поступили ко мне в возрасте десяти лет. Я помню этих испуганных детей. Мальчики, девочки. Вы росли на моих глазах. Каждый год я выпускаю вас в мир. И каждый раз мне грустно. Надеюсь, вы не будете забывать меня и ваш родной интернат. Навещайте нас, помогайте другим детям. Не рвите отношения друг с другом. Вы все – одна семья. Помните об этом!

– Спасибо! – крикнул кто-то из толпы, и мы, поднявшись из-за столов, начали аплодировать директору.

Я увидел, как увлажнились его глаза.

– Мы не прощаемся, – Соломон Данилович махнул рукой, – хорошо вам отпраздновать. И не налегайте на спиртное! – Он погрозил пальцем, поглядывая на Лешего, и покинул столовую.

Праздник прошёл хорошо. Как я и предполагал, торты и пирожные произвели настоящий фурор. Но всё хорошее имеет свойство быстро заканчиваться, и через два часа работники столовой попросили нас покинуть помещение.

Часть ребят отправилась гулять в город, я же вернулся в комнату. На завтра у нас был запланирован поход за травами, так что следовало выспаться.

На этот раз мы хорошо подготовились. У меня и у Саввы было множество специальных пакетов, в которые мы планировали раскладывать травы. Ещё мы купили себе по ножу в ближайшем магазине. Лена настаивала на приобретении специальных ножей для травников, но мы решили обойтись простыми, для грибников. Слишком уж большая разница была в цене, и непонятно, за что.

Все эти дни Лена с Саввой искали подходящие места, и мы остановились на трёх точках, одну из которых сегодня планировали обследовать. Все места, что мы подобрали, считались безопасными. Звери там встречались редко, а люди – ещё реже.

Выйдя из автобуса, мы больше часа шли в сторону леса.

– Подходим к лесу! – Кончики пальцев начало покалывать. Явное свидетельство того, что фон повысился.

– До него ещё километра два, – Савва сегодня быстро устал. Не хватает ему физической нагрузки. Вроде и есть не так уж и много, но лишний вес налицо.

– Неважно. Фон повысился, – я повернулся к Лене, – можешь уже высматривать траву! Тем более, место тут тихое и безопасное.

– Ещё бы травы были! – проворчал в ответ Савва.

– Скидываем рюкзаки и обследуем этот луг! – сжалился я над ним.

Бродили мы здесь почти час и набрали немного трав, но Лена была недовольна:

– Это всё стоит копейки! Надо идти глубже!

Пришлось надевать рюкзаки и топать в сам лес, который сразу после большого луга оказался не слишком подходящим для наших целей. Высокие сосны не оставляли света, и трава практически отсутствовала.

– Да что же это такое! – Лена раздражённо топнула ногой. – Где здесь собирать?

– Уверен, будут встречаться поляны, но надо заходить глубже, – я тоже слегка устал, но больше меня раздражала потеря времени. Бродить по лесу целыми днями в поисках трав... лучше уж изучать новые руны и искать способ поднять своё благосостояние с помощью моих умений.

Мы ещё полчаса шли вглубь, но поляны не появлялись, зато возникло неприятное чувство: лес начал давить. Лена и Савва упорно двигались вперёд, натужно дыша.

– Стоп! – заявил я, видя, что силы покидают моих спутников. – Похоже, это и есть то самое влияние леса, из-за которого неодарённые не ходят глубоко.

– Я больше не могу! – Савва свалился на землю и устало прикрыл глаза. – Я останусь здесь. Здесь так хорошо! – Он свернулся в клубок и замолчал.

– Поднимайся, – скомандовал я и резко вздёрнул его на ноги, – надо уходить. Ты же читал об этой опасности. Магия давит, здесь слишком высокий фон.

Лена шла обратно, механически переставляя ноги, а Савву я чуть ли ни волоком тащил. Наконец-то мы вывалились из леса на луг.

– Приходим в себя, перекусим и домой! – твёрдо произнёс я, пытаясь растормошить ребят.

– Что это было? – Савва наконец пришёл в себя.

– Мы испытали на себе главную опасность магического леса. И это не звери, а именно повышенный магический фон. Он дезориентирует. Его мощная энергия перегружает твои каналы. Появляется апатия, мозг перестаёт соображать.

– Я читала, – вяло кивнула Лена, которая ещё не оправилась до конца, – а потом человек засыпает. Организм радуется избытку энергии. Двигаться не хочется, есть не хочется. В итоге человек умирает за несколько дней от обезвоживания и отсутствия еды.

– Ты забываешь о зверях, – напомнил я, – ослабевшие люди становятся их добычей. У некоторых даже пропадает желание сопротивляться.

– Спасибо, что вытащил нас, – Лена передёрнула плечами, – и ведь мы даже не заметили, как попали под влияние леса! Это опасней, чем я думала.

– Да, – Савва отпил крепкого чая из термоса, – это пугает. Когда просто так идёшь – и бах... ты уже ничего не хочешь. Только лечь и лежать.

Мы вернулись в интернат, и я сразу сел рисовать руны. Появилась идея создать артефакт для похода в лес. Если магический фон превышает определённые нормы, следует небольшой разряд током. По идее, задача не слишком сложная, но вещь эта будет для нас очень полезной. С таким артефактом я смогу отпускать Лену и Савву вдвоём в лес. Да и другим травникам он точно пригодится. Я на себе испытал влияние леса, и мне очень не понравилось, что нет чёткой границы, которую нельзя переступать. Это и вправду оказалось очень опасно. Гораздо опасней появления зверей. Их ты хотя бы видишь и можешь отбиться магией или оружием, а вот влияние леса приходит исподволь, и ты сам не замечаешь, как оказываешься в ловушке, из которой нет выхода.

К дороге мы выбрались очень уставшими. Глядя на Савву и Лену, я заказал нам такси, которое приехало достаточно быстро. Да, обошлось оно нам недёшево, но мне было приятно воспользоваться подобными благами цивилизации.

Глава 4.

Пока Савва мирно сопел видя свои сны, я корпел над амулетом. Под заготовку использовал металлические пластины, которых у меня было около десятка. Они оказались очень удобными и подходили для моих задач. Точнее, для опытов. Сам амулет в виде металлической пластины не лучшее решение. На шею не повесишь, в кармане тоже не слишком здорово держать. Но сейчас это и не важно. Главное, чтобы он работал.

После долгих расчётов и опытов к утру всё-таки сделал один артефакт. Теперь требовались практическое испытание и уточнение некоторых параметров. В первую очередь – установить границы повышенного поля, когда артефакт должен срабатывать. Это удастся установить только опытным путём.

Поспать мне удалось только пару часов, так что я был уставшим и совершенно разбитым, но это меня мало заботило. Когда есть цель испробовать артефакт, созданный своими руками, подобные проблемы отходят на второй план.

Место, что заранее выбрали Лена и Савва оказалось неподалёку от реки. Лес нависал над высоким обрывистым берегом, давя и пугая своими размерами.

– Нам бы поглубже зайти – проверить артефакт, – заявил я.

Савва и Лена поёжились. В их глазах читалось желание держаться от леса подальше. Вчерашние воспоминания были еще свежи.

– Может быть, ты один? – предложила Лена, глядя на пластинку артефакта, которую я сжимал в ладонях. – А мы на окраине подождём.

– Это неправильно, – укорил её Савва. – Макс будет пробовать артефакт, который предназначен, в первую очередь, для нас. Сам-то он выберется, ему такой артефакт не нужен. Да и бросать своих...

– Идём, – вздохнула Лена.

Мы вошли в лес. Я внимательно следил за поведением своих спутников. Но сегодня это было сложно. Они изначально были подавлены. Если вчера Савва и Лена шли, весело болтая, и перемену можно было заметить, то вот сегодня...

Через двадцать минут неспешного шага мы набрели на большую поляну, заросшую травой и мелким кустарником.

– Это мы хорошо пришли! – радостно блеснули глаза Лены. – Приступаем!

Савва обречённо вздохнул, скинул рюкзак, достал пакеты для травы и, взяв нож в руки, посмотрел на Лену, глаза которой бегали по поляне.

– Что резать-то? – не выдержал он.

– Да тут... тут столько всего!

Экипировавшись для сбора трав, я присоединился к Савве.

– Ну так командуй! – велел я.

Два часа мы убили на эту поляну, но результат того стоил. Трав набрали много и, по словам Лены, отличных!

Попив чаю и упаковав наши результаты наших трудов в рюкзак, я достал пластинку-артефакт и задумчиво покрутил её в руке.

– Надо бы всё-таки испытать. Предлагаю оставить здесь рюкзаки, спрятать их в кусты и прогуляться поглубже в лес.

– Ладно, – Савва передёрнул плечами, но резво поднялся на ноги.

Мы шли по бурелому. На этот раз Савва и Лена беседовали, явно пребывая в хорошем настроении после удачного похода за травами.

– Думаю, близость реки сказывается. Повышенная влажность, травы хорошо растут. И лес хороший – давит мягко, не как вчера! – Савва умел думать головой и искал логические объяснения.

– Ой, смотрите, кролик! – радостно крикнула Лена, увидев в траве животное, когда мы вышли на небольшую полянку.

– Это заяц, и он может быть опасен, – остановил её Савва.

Я присмотрелся к зайцу, который был размером со среднюю собаку, примерно мне по колено. Животное нас не испугалось. Заяц следил за нами красными глазами, скрываясь в густых зарослях травы и оскалив нешуточные клыки.

– Обходим его, – скомандовал я, – посмотрите на его клыки. Он одним махом может вырвать кусок мяса. Не стоит с ним связываться.

– Зато если есть заяц, значит, нет волков, – задумчиво предположил Савва, – интересно, он только травой питается?

– Ага, магической, вот и нажрал такую будку! – улыбнулась Лена и сразу замолкла. – Лес начинает давить!

– Молодец, – похвалил её я, – держи, – и протянул девушке пластинку-артефакт. Хороший признак: она может ощутить, когда магический фон переходит определённые границы и начинает давить. Ещё немного, и артефакт активируется. Фон достаточно резко с каждым нашим шагом повышался.

Савва слегка покачнулся, но продолжил идти вперёд.

– Похоже, этот заяц питается не только травами, – глядя, как стекленеют глаза моих спутников, тихо заявил я, – боюсь, в его рацион входят и травники.

– Ай! – вскинула Лена, в руке которой сработал артефакт. Небольшой удар током привёл её в чувство. Девушка удивлённо посмотрела на Савву, который даже не обратил внимание, что она остановилась, а так и шёл вперёд с остекленевшим взглядом, механически переставляя ноги. – Я вчера такая же была?

– Да, и хорошо, что ты пришла в себя. Запомни это чувство. Когда артефакт сработает, надо срочно возвращаться. А ещё лучше – разворачиваться раньше, не заходя так глубоко.

– Надо Савву остановить! – Лена испуганно закусила нижнюю губу, боясь уходить глубже в лес вслед за парнем.

– Иди обратно, я его заберу, – сказав это, я ускорил шаг и настиг Савву. Положив руку ему на плечо, мне пришлось приложить усилие, чтобы остановить парня.

– Савва! – Я потряс его за плечо. – Приходи в себя, очнись! – Это не сработало. Тогда я просто развернул приятеля и резкими толчками в спину погнал обратно.

Вскоре мы нагнали Лену. Выйдя на поляну к рюкзакам, Савва наконец-то пришёл в себя.

– Опять мой мозг отключился? Помню, встретили зайца, а дальше – как в тумане, – он озадаченно почесал затылок, – я в лес больше ни ногой!

– Артефакт сработал! – гордо заявила Лена. – Не бойся, с такой штукой мы не пропадём!

Я удивлённо вскинул брови и хмыкнул про себя. Назвать мой артефакт «штукой»? Такого я ещё не слышал.

– Пьём чай, едим бутерброды – и в интернат. Трав набрали, артефакт испытали. План выполнен! – заявил я, доставая из рюкзака продукты.

– А он многоразовый? – Лена протянула мне пластинку.

– К сожалению, нет. Я напитал его энергией, но у других магов не получится её восполнить. Нужно понимание. А накручивать возможность подзарядки, – я покачал головой, убирая пластинку в карман, – слишком сложный получится артефакт. Мне проще таких двадцать штук наклепать, чем сделать один, но многоразовый.

Выйдя из леса, и дойдя до дороги я решил шикануть и заказал нам такси. Благодаря этому, мы успели на ужин. После еды Лена и Савва засели за разбор нашего улова. Лена всё тщательно записывала и упаковывала. Я же сидел за компьютером и пытался зарисовать руну в специальной программе.

– Ничего не получается! – Я в сердцах хлопнул ладонью по столу. У меня, мастера рунологии, не получается нарисовать руну в компьютере. Да я с закрытыми глазами её изображу на бумаге. Только вот с этой техникой все никак! Вроде уже освоился, но мышка казалось живет своей жизнью.

– Что случилось? – Ко мне подскочил Савва.

Пришлось объяснять, чем я занимаюсь.

– Тебе руна нужна, чтобы отправить её изображение учителю? – недоверчиво переспросил Савва и засмеялся.

– Что ты смеёшься?! – раздражённо воскликнул я. Ситуация начинала злить.

– Да нарисуй ты её на бумаге и просто сфоткай! – успокаиваясь, посоветовал Савва. – Извини, что смеялся. Ты бы видел своё лицо. Столько пафоса и непонимания...

– Ладно, – мне самому стало смешно. И как я сам не додумался до такого простого решения? – Спасибо!

Сфотографировав руну, я отправил её Матвею Фёдоровичу с описанием – что это и зачем. Главный вопрос был: могу ли я делать на продажу такие артефакты? В принципе, руна несложная. Контролирует уровень магического фона, а при превышении генерирует удар током. Всё давно известно. Главная сложность – всё тщательно рассчитать. Но проверка показала, что я справился на «отлично».

Когда Савва с Леной закончили разбирать травы, на почту пришёл ответ от Колычева. Он ворчливо советовал повнимательнее почитать устав гильдии прикладной магии и их правила. Я пожал плечами и полез в интернет – искать эти самые правила. Тут раздался звонок моего учителя.

– Я смотрю, ты так и не ознакомился с уставом? – начал он с претензий вместо приветствия.

– Вы неправы, я всё внимательно прочитал и изучил. Но вот правила мне не попались!

– Там самое важное. В двух словах: в программе, которая у тебя стоит, где ты отмечаешь свои работы, создаёшь новый раздел «Артефакты», и в нём создаёшь артефакт. Указываешь название, описание, список используемых рун – и можешь сразу продавать. Каждую продажу отмечаешь. В конце месяца платишь налог. Разбирайся! – Похоже, я оторвал Матвея Фёдоровича от каких-то важных дел. Меня весьма порадовало, что учитель не стал откладывать на потом проблему ученика, а сразу её решил.

– Спасибо! – поблагодарил его я.

– На следующей неделе я уезжаю на Дальний Восток. Дней десять буду недоступен. Постарайся ничего не натворить за это время! – проворчал Колычев в трубку и отключился.

Пришлось засесть за изучение программы учёта от гильдии прикладной магии. К моему удивлению, всё оказалось понятно и очень удобно. Создал новую продукцию. Указал, какие руны используются и какое предназначение. Название сделал простым «Артефакт предупреждения о повышении магической энергии». Да, на этом пункте фантазия дала сбой, но не хотелось тратить свой ресурс на эти придумки.

Замер над пунктом о соавторстве. Можно было указать любого человека и размер процента от прибыли, который будет ему перечисляться. Стоит ли указывать моего учителя? Если да, то какой процент ставить?

У меня снова зазвонил телефон. Колычев как будто почувствовал, что я думаю о нём.

– Ученик! – В трубке прогремел громкий голос Матвея Фёдоровича. – Ты что, в лес ходил? Не смей, слышишь, ходить в лес. Ты знаешь, сколько магов там сгинуло? Я не хочу потерять перспективного ученика из-за глупости. Слышишь меня? Я запрещаю тебе посещать лес! – гневно выкрикнул он. – Ты меня понял?!

– Высказались? – спокойным тоном ответил я. Но внутри меня всё бушевало. Мне, смеют что-то запрещать, да ещё подобным образом! Я не какой-то там мальчик на побегушках. Я – взрослый опытный маг!

– Я хочу, чтобы твоя тупая башка чётко запомнила: в лес нельзя соваться! – продолжил учитель немного сбавив тон. – Нельзя!

Судя по всему, Колычев освободился и более внимательно изучил изображение руны для артефакта, которую я прислал ему на одобрение. И... сделал правильные выводы. Этот артефакт предназначен для похода в магический лес. Тем более, в описании я указал, что он проверен опытным путём и работает.

– А теперь послушайте меня, Матвей Фёдорович, – как только тот взял паузу, как можно жёстче произнёс я, – во-первых, то, что вы мой учитель, не даёт вам право меня оскорблять. Во-вторых, вы – мой учитель, а не мамочка или отец, и я сам разберусь, что и как мне делать. Будьте уверены: сохранность моей жизни меня заботит гораздо больше, чем кого бы то ни было! И в-третьих, – я сделал небольшую паузу, – не смейте на меня кричать. Если есть вопросы или претензии, я готов их обсудить, но только в спокойном тоне! – Я замолчал, довольный собой. Не сорвался в ответ, не закричал, не нагрубил. Это действительно было для меня достижением, ведь первым порывом был закричать в ответ. Но это очень глупо и неконструктивно. Вообще, любопытно, что часто люди агрессией отвечают на агрессию, просто теряя разум, и вместо решения вопроса общение превращается в безобразную свару.

– Максим! Ты здесь? – Похоже, я задумался и пропустил слова Матвея Фёдоровича мимо ушей.

– Да, задумался, – признался я в ответ.

– Приношу свои извинения, – пробурчал в трубку с явной неохотой учитель, – ты не представляешь, как тяжело найти адекватного ученика. Не хотелось бы его сразу же лишиться. Но посещение леса действительно очень опасно и я не знаю, как иначе донести это до тебя!

– Принимается, – ответил я.

– Лес посещают обычно группой, в которой должен быть более сильный маг. Именно он следит за состоянием участников похода. Сильный маг должен успеть вытащить остальных участников группы. При этом бывают зоны с резко повышенным фоном. Вот идешь ты себе спокойно, вроде бы безопасно и недалеко от входа, но вдруг раз! Фон резко повысился. Происходит перегрузка организма. Мозг от этого работает в фоновом режиме. Ты вроде бы все осознаешь, но, как во сне! – очень подробно начал объяснять Матвей Федорович. Уверен, он сам не раз посещал магический лес. Так может рассказывать только человек с опытом.

– Я примерно так и хожу. Всё совершенно безопасно, а с моим артефактом, опасность ещё снижается, – я удовлетворённо прикрыл глаза. У нас получилась именно такая классическая группа. Два мага примерно на одном уровне – это Савва и Лена, и более сильный маг – это я.

– Ладно, надеюсь на твоё благоразумие. Ты пока им отличаешься от большинства учеников, что у меня были, – совсем успокоившись, признался Колычев, – заполнил форму на артефакт?

– Практически, – я кинул взгляд на открытую страницу в ноутбуке.

– Заканчивай, мне надо будет ещё его одобрить, только после этого ты сможешь ставить на ней печать ученика и продавать свой артефакт. Надеюсь, он будет хорошо работать. По описанию, получается очень полезная вещь!

– Пять минут! Кстати, не подскажете, какую цену лучше установить?

В этой теме я ещё не разбирался. Но понимал, что ставить сто рублей просто глупо. Артефакт предназначен для сборщиков трав, к тому же, он одноразовый. Расходы посчитать было несложно. Пластинка стоила один рубль, краска – копеек десять. Вот и все расходы, не включая работу уникального специалиста-рунолога. Это я о себе, конечно. По итогу выходило, что даже за три рубля их можно продавать, но я был избалован прибылью от установки рун на автомобилях, и подобная цена мне казалось смешной.

– Ты, небось, думаешь о двадцати рублях? – В голосе учителя послышалась улыбка.

– Да, – согласился я, – минимум – пятнадцать. Но, конечно, хотелось бы пятьдесят! – улыбнулся я.

– Ставь пять, – уверенно произнёс он, – артефакт неизвестный, не ис пробованный, одноразовый. Создан учеником. Доверия к нему пока нет. Если он окажется полезным и нужным, можно будет постепенно поднимать цену. Но сейчас не выше пяти! Тебе надо постепенно делать своё имя узнаваемым. Все когда-то начинали с малого. И подумай о более удобной форме. Пластинка это не то, за что можно брать даже десять рублей!

Слова учителя звучали разумно. Что в прошлом мире, что в этом я в ценах особо не разбирался. Ориентировался на средние. Но здесь ориентироваться было непонятно на что. Возможно, стоило сначала изучить рынок. Пока всё, с чем я столкнулся, это специальные пакеты для трав ценой в пятьдесят копеек штука, что раз в двадцать выше стоимости обычных пакетов, и те же ножи для травников, которые стоят раз в десять дороже ножей для грибников. Получается, эта сфера развита. Наверняка для травников много чего придумали, и стоит это немало.

– Не слишком низкая цена? – прокрутив всё в голове, попытался возразить я.

– Послушай опытного человека, – отрезал мастер.

– Хорошо, – просто ответил я, не видя смысла спорить. Начну с низа рынка. Мастер прав: пусть денег особо много не заработаю, но хотя бы имя начну раскручивать.

– Тогда у тебя пять минут на завершение оформления, чтобы я одобрил твой артефакт, – заявил Матвей Фёдорович и попрощался.

Я вернулся к компьютеру и посмотрел на строку о соавторстве, после чего, злорадно улыбнувшись, выбрал значение «отсутствует». Закончив с оформлением, нажал на кнопку «сохранить», и артефакт повис в статусе «на проверке».

С этим делом закончил. Теперь нужно подготовить хотя бы несколько артефактов. Я выгреб из стола все металлические пластинки, что у меня оставались. Набралось шесть штук. Посмотрел на часы: время уже одиннадцать вечера, и понятно, почему меня так клонит в сон. Прошедшей ночью я проспал только пару часов. Да и день выдался нелёгким.

Откинувшись на стул, я прикрыл глаза, погрузившись в воспоминания и давая организму небольшую передышку. В прошлой жизни я мог не спать несколько суток, работая над проектом. Но мне помогали быть бодрым специальные настойки. Мысленно поморщившись, я вспомнил жуткую горечь, которая долго не уходила изо рта после их приёма. Бодрость настойки давали хорошую, но слишком вредны были они для организма.

Вообще, я не щадил своего тела. Несмотря на постоянный уход за мной лучших целителей, выглядел значительно старше своего возраста, да и ощущал себя старой развалюхой. Поставил свою жизнь и здоровье на карту. Потратил практически пятнадцать лет на создание артефакта – и мне это удалось. Я выиграл в лотерею у судьбы. Все эти страдания и лишения, вся эта боль и бессонные ночи были не зря!

Немного перезагрузившись приступил к созданию артефактов. Шесть штук, не так уж и много. Часам к двум ночи закончу и у меня еще останется почти пять часов на сон.

Утром после завтрака мы отправились в лавку зельевара. Дорога оказалась муторной и утомительной. Сначала минут пятнадцать на автобусе по Подольску, после чего мы сели на электричку и провели в пути ещё минут сорок, сойдя с поезда на окраине Москвы. Здесь снова сели на автобус и через двадцать минут вышли на нужной остановке. Если учесть время в пути и время ожидания транспорта, на дорогу ушло практически два часа!

Окраина Москвы меня не впечатлила. Она мало чем отличалась от виденного мной Подольска. Разве что дома были повыше да дороги пошире. Много машин и очень много магазинов. Все люди куда-то спешат с мрачными, серьёзными лицами.

Мы остановились у дверей лавки. Над входом висела вывеска «Зелья от Лунёва». Я открыл дверь, звякнул колокольчик, и мы вошли в достаточно большой торговый зал. Вдоль стенок были установлены закрытые стеллажи, на которых расположились бутыльки и баночки – от мазей до микстур.

– Добрый день! – Из-за прилавка нам улыбнулась женщина. – Что вас интересует? Могу чем-нибудь помочь?

– Мы хотели бы сдать травы! – выступила вперёд Лена.

– Сейчас позову мастера, – женщина одарила нас улыбкой и скрылась за дверью. Вскоре вернулась с пожилым мужчиной. Он придирчиво осмотрел нас.

– Предупреждаю сразу: травы первой категории не принимаю! – Мужчина снова прошёлся по нам взглядом и слегка поморщился.

Его реакция была понятна. Кто перед ним стоял? Девушка, по которой сразу было видно, что она ещё не окончила школу, и два молодых человека чуть старше. Откуда у них могут быть нормальные травы? Скорее всего, нарвали где-то на окраине не пойми что и теперь надеются выручить хоть какие-то деньги.

– С первой категорией мы бы и сами не стали связываться! – уверенно заявила Лена. – У нас меньшая часть второй категории, основные позиции – третья категория, но есть и немного четвёртой!

Вчера она меня просветила по травам. Чем больше насыщенность и редкость, тем выше категория и, соответственно, цены. Самая высокая – десятая категория, но такие травы растут глубоко в лесу, в местах, где магический фон настолько высок, что туда могут добраться только маги с запредельным уровнем.

– Вторая и третья? – Владелец лавки недоверчиво посмотрел на Лену, потом перевёл взгляд на меня и, вздохнув, махнул рукой, приглашая проследовать за ним.

Зайдя в дверь, мы оказались в полутёмной комнате, где стояло несколько столов. На стенах и под потолком висели связки трав. В нос сразу шибанул концентрированный запах, от которого появилось желание чихнуть. Савва тоже поморщился, прикрыв рукой нос, а Лена радостно вдохнула полной грудью.

Рядом с окном располагалась местная лаборатория: большой длинный стол, на котором стояли различные колбы, печь и всякое не знакомое мне оборудование. Выглядело всё это дорого и красиво. Видно, что мастер любит свое дело. На столе не было ни пылинки. Все инструменты аккуратно разложены, все колбочки и пучки трав тщательно подписаны.

– Меня зовут Аркадий Михайлович, – представился мужчина, – травник, зельевар, владелец этой лавки.

Мы представились в ответ. Аркадий Михайлович с Леной сели за стол, на которых были установлены специальные весы, и занялись оценкой и приёмкой трав. Савва тут же уткнулся в телефон. Я некоторое время наблюдал за работой мастера, но это дело мне быстро наскучило. Так что я отправился в общий зал магазина. Любопытно было посмотреть, что из товаров предлагает зельевар Лунёв своим покупателям.

Глава 5.

Женщина в торговом зале увидев, что я со скучающим лицом рассматриваю полки заполненные разными флаконами с удивительным энтузиазмом принялась меня консультировать:

– У нас часто покупают разные микстуры от кашля и простуды. Их берут слабые одарённые, на них зелья лучше всего действуют. А вот для обычных людей современная фармацевтика сейчас на первом месте по соотношению цена-качество. Тот же аспирин стоит копейки. Много и других специфических лекарств выпускается. Если делать зелье, оно будет в разы дороже, – в её голосе не было сожаления или горечи, женщина говорила об этом совершенно спокойно.

– Но ведь зелье гораздо эффективнее? – удивился я. С трудом верилось, что таблетки, произведённые на заводе, могут выигрывать у магии.

– Мы делаем зелья не для аристократии, а для простых людей. Для них важную роль играет цена, – поучительно произнесла она, – кроме того, наши косметические средства всё равно на первом месте. Здесь магия играет важную роль, и в этой нише фармацевты никогда не опередят зельеваров.

– Значит, ваша основная продукция – это крема? – разочарованно произнёс я. Моя цель была купить хорошие зелья для увеличения источника, а если мастер специализируется на кремах, то, скорее всего, мы пришли не по адресу.

– Крема и мази пользуются большим спросом, – пожала плечами женщина, – у нас очень хорошие мази для заживления ран. В каждой аптечке должна быть подобная. И стоимость невысока. Полтора рубля за тюбик!

– И всё это вы делаете здесь? – Я обвёл взглядом заставленные полки.

– Ну что вы, – добродушно рассмеялась женщина, – у нас небольшое собственно производство, где и делают эту продукцию. Мы часть даже поставляем в другие аптеки, а мастер в своей лаборатории делает только дорогие вещи. Типа тех же зелий для увеличения источника!

Вот что значит хороший продавец. Она уже поняла, что меня интересует, и набивает цену на свою продукцию. Женщине хватило того, что я иногда бросал заинтересованные взгляды на отдельную витрину с флаконами зелий для увеличения источника. Остановив меня у этой витрины она начала подробно рассказывать о продукции. Для кого и когда лучше использовать эти зелья. Из каких трав

– Спасибо за лекцию, – поблагодарил я её, – пойду посмотрю, как дела у моих друзей!

Я вернулся в лабораторию, где Лена с Аркадием Михайловичем спорили по поводу очередного пучка трав.

– Вторая категория! – веско заявлял зельевар.

– Третья! – упрямо стояла на своём Лена.

– Но весы показывают, что насыщенность всего двенадцать процентов, это вторая категория!

– Так вы же только стебли будете использовать, оборвите листья! – Она уверенно схватила травы и начала обрывать листья, после чего положила несколько стеблей обратно на весы. – Ну вот!

– Что-то я совсем заработался, извиняюсь, действительно третья. Это очень хорошо. Вам бы следовало ещё корни взять, они наверняка достигли четвёртой категории!

Лена повернулась и с укором посмотрела на Савву. Тот виновато развёл руками. Я вспомнил, что, когда мы срезали травы, Лена иногда просила выкопать корни, но мы с Саввой отказались с этим возиться. Да и ножом копать – не лучшая идея. Тут нужен специальный инструмент

– Общая сумма – девяносто восемь рублей, – закончив подсчёт, сообщил Аркадий Михайлович.

– Предлагаю округлить до ста, – Лена улыбнулась зельевару, – все эти деньги мы у вас и потратим!

– Договорились! – без спора согласился тот и, поднявшись из-за стола, начал бережно перевязывать травы. – Вы можете выйти в зал и выбрать, что вас интересует. Я дам распоряжение Лидии Андреевне.

– Секундочку, – обратился я к Аркадию Михайловичу, – мне хотелось бы обсудить с вами ещё несколько вопросов!

– Слушаю, – он бросил на меня заинтересованный взгляд и продолжил перевязывать травы. Наш улов и общение с Леной явно изменило мнение зельевара о нашей компании в лучшую сторону.

– Первое: не хотели бы вы взять себе в ученики или, для начала, в помощники Лену?

Мои слова для Лены и Саввы были совершенно неожиданными. Они оба уставились на меня. Это предложение я с ними заранее не обсуждал, но посмотрев на лавку, как здесь все устроено и лично познакомившись с Луневым, я решил попробовать. Как человек он мне понравился, думаю из него получится хороший наставник. Конечно, брать Лену в ученики рано, но даже должность помощника может дать ей очень многое.

– То, что девушка разбирается в травах, это хорошо, – начал говорить Аркадий Михайлович, явно стараясь не обидеть нас отказом, – но область зельеварения требует больших знаний, умений и наличия магии.

– Она одарённая, а знания и умения придут, – я пожал плечами, всем видом показывая, что этого недостаточно для отказа. Самое вкусную информацию я пока придержал.

– На моей фабрике всегда требуются люди, – задумчиво произнёс он.

– Не интересует, – я сразу отсёк это предложение. Там Лена ничему толком не научится. А вот работа именно с Аркадием Михайловичем может дать ей очень много. Уж опытного мастера я своим намётанным взглядом видел издалека.

– Мне бы, конечно, пригодился помощник в моей лаборатории, но для этого требуется опыт. Так что через пару лет буду рад, – мастер развёл руками.

– Я так понимаю – вы работаете по стандартным рецептам? Но ведь травы все разные, как же вы чувствуете нужное количество? – Как бы я ни был далёк от этой области, но минимальное понимание имел. Зельевары используют рецепты, в которых указано процентное соотношение трав и их категории. Но при этом травы всё равно имеют разное насыщение, возраст, концентрацию нужных веществ. В итоге каждый раз получается немного иной вариант зелья, как правило, далёкий от идеала. Но у Лены талант в этой области, а это очень редкое явление.

– Да. Но, благодаря моему многолетнему опыту, я очень чётко чувствую необходимое количество, – заявил Лунёв с гордостью, немного свысока поглядывая на нас.

– Значит, таланта зельевара у вас нет? – уточнил я и так очевидное.

– Об этом не принято спрашивать! – Мастер недовольно поджал губы.

– Проверьте Лену, – сказал я, глядя зельевару в глаза, – вряд ли вы откажетесь от помощника с настоящим талантом в этой области.

Было любопытно видеть, как после моих слов глаза мастера округлились от удивления. Затем последовала стадия недоверия, которую сменила стадия надежды. Глаза мастера азартно блестнули и Аркадий Михайлович резко сорвался с места. Схватил несколько флаконов, после чего, сняв тщательно притёртую крышку, протянул один из них Лене.

– Что ты чувствуешь? Какое качество?

Девушка осторожно взяла бутылёк в руки и принюхалась, закрыв глаза.

– Остролиста надо было больше добавить, не хватает, а вот корень одуванчика был слишком насыщенным. Его переизбыток плохо действует на состав! В качестве я пока не очень разбираюсь, – она извиняясь развела руками, – мне кажется, это третья категория. Но ближе к четвертой!

– Держи, – мастер протянул ей второй флакон.

– М... – Девушка вздохнула запах, – очень хорошо! Всё сбалансировано, я бы добавила крошку люпина. Для лучшего объединения! И магией насыщенно. Удивительно. Я такого в руках никогда не держала. Наверное пятая категория? Не знаю. Мне не с чем сравнивать.

– Потрясающе! – выдохнул Аркадий Михайлович. – Удивительно! – отобрав последний флакон он бережно его закрыл крышкой, – это была шестая категория!

Лена с довольным лицом пожала плечами, пытаясь делать вид, что ничего не произошло, и это так, мелочи. Похоже, на меня насмотрелась.

– Она прошла проверку? – решил уточнить я, хотя и так было всё понятно. Но требовалось вернуть мастера с небес на землю и обговорить условия.

– Конечно! – Лунёв не стал отрицать очевидные вещи, и следующие пятнадцать минут мы обговаривали Ленину летнюю стажировку. Договорились, что до начала занятий в интернате она будет работать в лаборатории по четыре часа в день и за первый месяц получит пятьдесят рублей, после чего они ещё раз обсудят оплату её труда.

Условия неплохие. Понятно, что выход в лес приносит больше денег, но здесь Лена будет не только работать, но и учиться, при этом не рискуя жизнью. Всё-таки, поход в магический лес, в котором встречаются дикие звери, не лучший вариант заработать деньги для пятнадцатилетней девушки.

– Этот вопрос мы утрясли, – я достал из кармана артефакты, – у меня тут есть ещё кое-что. Артефакты для травников, возможно, вас заинтересует!

Объяснил действие артефактов. При этом Лена подтвердила, что сама лично их испробовала. Договорились на цену в пять рублей. При этом один образец мастер просил оставить бесплатно, чтобы кто-нибудь из травников сначала проверил его действие на практике. Я не стал возражать, посчитав доводы зельевара вполне обоснованными.

По совету Аркадия Михайловича мы купили зелья для увеличения источника, при этом он разрешил Лене подобрать лучшие. Она пересмотрела почти тридцать бутылочек и выбрала каждому из нас по флакону.

Тепло простившись с мастером, мы отправились в обратный путь.

В электричке я смотрел в окно и рассуждал об этом удивительном мире, где технологии достигли невиданных высот. По словам Саввы, в Европе во многих городах даже есть метро. Это те же поезда, но движутся они под землёй. По его словам, и в Москве собирались такое строить, но прикинули расходы – и отказались. Ведь метро, в первую очередь, нужно для простых людей. Аристократы и те, кто побогаче, передвигаются на личных автомобилях, так что проект зарубили. Зато по городу ездят в большом количестве автобусы, причём по специальным выделенным полосам, что, безусловно, тоже удобно.

Лену всю обратную дорогу кидало из крайности в крайность. То она восхищалась Аркадием Михайловичем и полученной возможностью поработать в его лаборатории, за что начинала горячо благодарить меня. То ныла, что пятьдесят рублей в месяц – это просто смешно. На одну дорогу туда и обратно будет уходить, минимум, пятнадцать. Да и вообще – дорога дальняя, столько времени придётся на неё тратить.

Савва же сидел молча, мрачнея с каждой минутой. Похоже, переживал, что в ближайшее время мир его девушки изменится, и для него у неё останется совсем мало времени.

Мы успели как раз на обед. Я сидел расслабленно, поедая не очень вкусную, но питательную пищу. И тут меня пронзила догадка. Как я мог забыть об этом!

Всё вставало на свои места. Теперь мне стало понятно, почему, сколько я ни мучаюсь, у меня не получается снова превратить металлическую пластинку в адамантий. А ведь ответ лежал на поверхности!

Сила воли. Вот и всё. Вот так всё просто.

Когда я только появился в этом мире, я был постоянно собран и сосредоточен. Незнакомый мир, новая обстановка, новые люди. Мне требовалось постоянно всё держать под контролем. Всё продумывать и принимать решения. Так прошёл месяц. А потом... я просто расслабился. Заработал деньги, стал получать удовольствие от жизни и технологий. Развлекаюсь, не занимаюсь спортом, ем сладкое и вкусное. Позволяю себе спать до восьми часов утра, сижу в интернете, как Савва, и смотрю видосы. Я не то чтобы замер в своём развитии, а, судя по всему, даже откатился. Тот же поход в лес для меня – лёгкая прогулка, а не испытание на прочность.

Сразу вспомнился Колычев, который с маниакальным упорством насыщал руну в особняке Медведевой. Несмотря на огромный риск и боль, он продолжал это делать, перебарывая себя. И это в пятьдесят лет! С его деньгами и возможностями.

Да, сила воли – параметр, который падает. Медленно и неуклонно катится вниз. В моём мире многие маги останавливались в развитии, достигнув определённых высот и начиная вести праздный образ жизни. Конечно, сила воли у них не скатывалась до нуля, внутри такого человека всегда оставалась какая-то дисциплина, и минимальный параметр они удерживали. При этом даже их минимум зачастую превосходил максимум других магов. Но развитие замирало. Многих это устраивало. Они уже достигли силы, власти, денег. Зачем развиваться дальше?

Когда отец отправил меня в наёмники, я очень противился этому решению. Но, по итогу, оно оказалось единственным верным. Мне удалось вернуть веру в себя. Поднять свою волю и почувствовать вкус к жизни. В наёмном отряде я был не жалким калекой, который только и может, что возиться с артефактами, а сильным и уважаемым магом, на поддержку которого рассчитывал весь отряд.

– Доели? – Я мрачно посмотрел на Савву и Лену. Они пили чай и о чём-то весело переговаривались.

– Да, – кивнула Лена.

– Идёмте в комнату, надо поговорить!

Я поднялся и, не дожидаясь ребят, направился в нашу комнату.

– Сядьте поудобнее, – я по-прежнему пребывал в мрачном настроении. Ничто так не злит, как осознание собственных ошибок и просчётов, – разговор будет важным.

– Хорошо, – Лена сразу стала серьёзной. Савва же, скорее, испуганно поглядывал на меня.

– Ты всю дорогу ныла, – начал я с Лены, – мол, ездить далеко, денег мало. И прочее.

– Ну да, – Лена пожала плечами, с вызовом глядя на меня, – но ведь это правда!

– Тебе представился уникальный шанс – поучиться у настоящего мастера. Он готов потратить на тебя своё время. В нормальном мире тебе самой пришлось бы ему заплатить, чтобы он передавал свои знания и умения, здесь же ещё и доплачивать будут! – жёстко произнёс я.

– Я ещё не решила, нужно мне это или нет!

– Каким ты видишь своё будущее? – Я присел напротив девушки и решил сменить тактику. Давить на неё не стоит. Всё-таки, Лена – всего лишь подросток. Тут нужен особый подход.

– Стать сильным магом! – гордо заявила девушка.

– То есть никак не видишь... – сделал вывод я.

– Почему?

– Ну, что значит «стать сильным магом»? Когда так говорят, обычно представляют тупых боевиков, которые только и умеют, что кидаться огненными шарами. Ты себя такой видишь?

– Нет, наверное, – смущённо произнесла Лена, – не хочу быть тупым боевиком!

– А умных боевиков не бывает? – влез в разговор Савва, пытаясь неуклюже встать на защиту своей девушки.

– Не с тобой говорю, – резко ответил я, – к тебе ещё вернёмся!

Моя агрессия сработала. Савва поник и замолчал, испуганно хлопая глазами. Подействовало это и на Лену – она вся подобралась. Я уже заметил, что в случае стресса девушка включает голову, в отличие от Саввы.

– Так всё же? – Я продолжил мягко давить на Лену. Мне надо было, чтобы она сама пришла к какому-нибудь решению.

– Стать зельеваром? – начала рассуждать вслух девушка. – Это выглядит очень скучным.

– Тебе было скучно в лаборатории Аркадия Михайловича? – При воспоминании о лаборатории у девушки загорелись глаза.

– Нет, там было интересно. Всё это оборудование! Работа с травами, настойки, мази. Столько возможностей. Уверена, и денег он зарабатывает немало, и известность имеет. И работа очень интересная, там столько разных тонкостей, нюансов... – Лена вдруг оборвала фразу и удивлённо посмотрела на меня.

Некоторое время она молчала, уйдя в себя.

– Получается, – неуверенно произнесла девушка наконец в полной тишине, – я хочу стать зельеваром?!

– Это твоё призвание, – тепло произнёс я, боясь спугнуть её озарение, – большое счастье – найти своё призвание, да ещё и иметь к этому талант.

– Круто! – выдохнула Лена. – Мне надо с этой мыслью переспать. Но ты прав – это очень интересно. И спасибо тебе за этот шанс!

– С этим вопросом мы разобрались, – кивнул я, – теперь самое важное – небольшая лекция от меня. Можете расслабиться, но слушать внимательно.

– Хорошо, – Лена устроилась рядом с Саввой, пересев к нему на кровать и положив голову на плечо парня.

– У Саввы есть цель – стать сильным целителем, у тебя, надеюсь, появится цель стать известным зельеваром.

Савва исподлобья посмотрел на меня и кивнул, соглашаясь.

– Каждый человек – и маг, в особенности, – должен ставить перед собой цели. Но постановки мало. Нужно начинать путь к ней. Вы встали на этот путь. Савва учит целительское заклинание и читает учебники. Ты, – я посмотрел на Лену. Она внимательно слушала каждое моё слово, – тоже займись делом. Читай о травах, о составах зелий. Развивайся.

– Хорошо, – кивнула она, старательно изображая прилежную ученицу.

– Это всё на поверхности. Но я хотел бы вам напомнить о важной грани каждого мага – о силе воли. Вы имеете преимущество над простыми одарёнными и даже над частью аристократии. Ваша жизнь была нелёгкой, но вы не сломались, не сдались. Вы трудились, тем самым закаляя силу воли. Однако одного этого мало, чтобы вырваться вперёд. Нужны дисциплина и чёткие моральные устои.

– Это как? – Савва поднял на меня взгляд, полный удивления. – При чём тут моральные устои?

– Поступать по совести, невзирая на трудности, – это шаг к укреплению силы воли. Именно поэтому в аристократических домах есть кодекс чести. Следовать ему непросто, но правильно. Жить в мире с собой, чувствовать уверенность и правду за своими плечами. Это путь на вершину!

– Вступаться, когда бьют слабых? Но я же девочка и не умею драться! – быстро сориентировалась Лена.

– А если их много, и они сильней? Это же заведомый проигрыш! – Савва сжал руку Лены и недовольно качнул головой.

– Если вы не вступились и отвернулись, сделали вид, что ничего не видели... Это всё начнёт вас подтачивать и сильно ограничит ваше развитие. Я не говорю, что надо лезть в драки. Но постарайтесь сделать всё возможное, чтобы ваша совесть была чиста.

– Это трудно. Я слабый, – признал очевидное Савва.

– Ну так займись собой! – рявкнул я. Что-то меня штормит, не удержался. – Пойди заниматься, учись постоять за себя. Ты всю жизнь хочешь быть слабым, не способным защитить себя и свою девушку?

– Нет! – Савва резко выпрямился и расправил плечи. Кажется, мне удалось до него достучаться. – Но ведь не обязательно драться? С магами опасается связываться даже шпана. Я могу разучить огненный шар.

– Теперь можешь, – согласился я. Мотивация – наше всё. Уверен: попробуй он запустить огненный шар в подобном настроении, у него получилась бы не жалкая подделка, а нормальный и весьма опасный фаербол, которого хватит, чтобы отогнать шпану.

– Спасибо, учитель, – Савва поднялся и поклонился мне. Всё-таки, соображает он быстро, – после твоих слов я почувствовал, как что-то внутри меня изменилось.

Глава 6.

Савва замолчал переваривая мои слова. Вид у него был скорее мечтательный. Похоже представлял, как огненными шарами разгоняет шпану, защищая свою девушку.

– Что ещё надо делать, чтобы стать сильнее? – задал вопрос Савва заметив направленный на него ироничный взгляд.

– Принимать самостоятельные решения, не накапливать долгов. Быть уверенным в себе. Это, думаю, и так понятно. Тебе пока только шестнадцать, и да, многие твои решения будут неверны из-за отсутствия опыта. Но даже неправильные решения нас закаляют, – я сделал небольшую паузу и решил дополнить:

– Это не значит, что ты не должен прислушиваться к советам других людей. Просто учись думать своей головой и оценивать обстановку и ситуацию. Не забывай о своих интересах.

– О, интернат этому отлично учит! – улыбнулась Лена. – Тут каждый второй готов загрузить тебя своими делами и отобрать последний кусок хлеба.

Здесь она была права. Несмотря на то, что со стороны могло показаться, будто в интернате течёт мирная и спокойная жизнь, на деле это совсем не так. Здесь процветала дедовщина, и сильный всегда мог отобрать у слабого кусок хлеба или карманные деньги. Это у старшаков такое было особо не принято, а у младших процветало. Лена рассказывала, что не раз дралась с другими девушками за понравившиеся шмотки, а некоторые ребята пытались заставить её стирать им вещи. Так что кулаки она часто пускала в дело.

Ребята к пятнадцати годам, пройдя через всё это, объединялись. Начинали ходить на свалку или искать другие пути заработка, где становились важными факторами взаимовыручка и доверие друг другу. Правда, по словам того же Лешего, даже в моём, выпускном классе были «крысы», да и подлецов и воришек тоже хватало, но с ними старались не иметь никаких дел.

– Так что дисциплина, учёба и старание. Преодоление себя и цель на ближайшее время, – закончил я свою лекцию.

Какое-то время мы сидели молча. Савва сам себе кивал, о чём-то размышляя, Лена тоже задумалась.

– А у тебя какая цель? – обратился ко мне Савва.

– Первое – заработать денег, – начал я, – частично это у меня получилось. С автомобилями пока на паузе, но я придумал новый артефакт, вы его видели. Вторая – окончить школу магии и к концу обучения получить «мастера», чтобы я мог работать самостоятельно. Ещё у меня была глобальная цель – стать дворянином. Но оказалось, что это не так-то просто.

Савва удивлённо вскинул голову. Я говорил ему об этом желании, но он отнёсся к данной теме с большим недоверием. Похоже, мне стоило прислушаться к его мнению и расспросить его поподробнее. Всё-таки Савва лучше ориентировался в местных реалиях.

– Нет, от этой цели я не отказался. Просто немного сдвинул её по срокам. Думаю, пять лет – вполне реально.

– Не знаю. Всё равно, это – очень маленький срок. Многие маги и за пятнадцать лет службы не получают дворянства, а ты говоришь о пяти годах! – Савва посмотрел на Лену, та в ответ кивнула, соглашаясь с ним.

– Я вычитал, что тем, кто достиг источника в размере пятисот единиц, автоматически дают дворянство, – пока для меня это был самый реальный путь. Тем более, один раз я его уже проходил и знаю все подводные камни.

– И сколько таких? – скептически произнёс Савва. – Даже твой учитель не преодолел этого порога. А ему, наверное, лет шестьдесят!

Понятное дело – он интересовался личностью моего учителя и посмотрел насколько видео с ним, да и информацию почитал. Все таки Матвей Федорович человек публичный и заметный. Информации о нем в интернете не мало.

– Многих одарённых ты знаешь, у кого в шестнадцать лет источник больше ста пятидесяти единиц? – Тут мне захотелось горделиво расправить плечи, но я удержался.

– Нет, – Савва задумчиво почесал переносицу. Ему ничего другого не оставалось, как признать мою правоту, – н-да… Я о таком даже не слышал. Хотя кто знает, что творится за закрытыми дверями аристократических домов. Говорят, там попадаются и не такие монстры.

– То было раньше, – мотнула головой Лена. Её настоящий отец был дворянином, и она изредка с ним виделась. Так что некоторый доступ к информации имелся, – сейчас с магами всё плохо, – после чего посмотрела на меня и согласно кивнула, – я верю, что Максим сможет достичь подобного уровня.

– Всё, заканчиваем разговоры, – я резко поднялся на ноги, – составляем план на ближайшее время по вашему развитию!

– А когда микстуры принимать? – Лена кивнула на три флакона, что стояли на столе, дожидаясь своего часа.

– В день медитации, – твёрдо ответил я. Понимаю, ребятам не терпится, но перед приёмом лучше насытить свой организм энергией, – вернёмся и примем!

Следующие полчаса у нас ушли на обсуждение. Лене я из закрытого отдела гильдии мастеров скачал учебник первого курса по зельеварению с рецептами простейших зелий. Ей через несколько дней предстояло отправиться к Аркадию Михайловичу и приступить к работе. Будет отлично, если она прибудет туда хотя бы с какими-то знаниями. В школе магии этот учебник выдавался бесплатно и на время. Здесь же я заплатил за него ровно четыре рубля.

Савве купил учебник по целительской магии, но там было до смешного мало практической информации. Заклинания почти отсутствовали. Были только простейшие, да и те, скорее, косметические. Типа, убрать шрам или бородавку.

Оставив ребят заниматься, я отправился в магазин к Зотову. Надо было пополнить запас пластин для тренировок новых рун, которые мне прислал Колычев. К тому же, есть шансы, что на мои артефакты, которые я оставил зельевару, появится спрос, и тогда я смогу быстренько сделать новые. Хорошо бы поискать более приличное основание, но это можно отложить и на потом. Сначала мне нужно подверждение от Лунева, что артефакты будут покупать. Он в ближайшие дни обещал передать несколько группе травников, так что оставалось дождаться их вердикта.

В магазине за прилавком с недовольным лицом стояла Агата. Чем-то я её ужасно раздражал. Возможно, причина была в том, что в первую нашу встречу её при мне отчитал владелец магазина, и она не могла мне простить, что я был этому свидетелем. Или всё ещё проще: я посмел с ней спорить и усомнился в её квалификации. Но сути это не меняло – разговаривала девушка со мной сквозь зубы периодически бросая на меня испепеляющие взгляды. Я же не спешил уходить, а задумчиво ходил вдоль полок, задавая разные вопросы.

Насколько же разительное отличие! Утром я был в магазине зельевара, где, несмотря на мой возраст и внешний вид, мне всё подробно объяснили, показали и рассказали. И вот теперь Агата с каменным лицом выбивает мне пластины. Вид у неё такой, будто в лавку зашёл последний отброс общества! А мои вопросы по товарам, она просто игнорировала.

Меня её отношение не злило, а, скорее, бодрило и веселило. Оплатив товар, я ослепительно улыбнулся девушке и поблагодарил её за хорошее обслуживание, чем вызвал подёргивание левого глаза. Агата прошипела мне в спину что-то типа: «всегда рады!», и я покинул магазин.

По дороге в интернат мне позвонил Михаил. Он был в прекрасном настроении:

– Представляешь! Вышло видео, где другой блогер, который, по сути, такой же, как Зарубин, типа, тоже борется с мошенниками, в общем, конкурент, – начал, сбиваясь на скороговорку, объяснять он, – и он с Зарубиным в контрах. Топят друг друга. Давно воюют. Выпускают друг против друга всякие расследования... его смотрит куча людей. Они даже в суд друг на друга периодически подают...

– Так что в итоге? – не выдержал я этого радостного сумбура.

– Ну, он доказал, что мы отличные ребята, а Зарубин хотел денег и известности.

– И...

– Ты можешь завтра начать работать? У нас много клиентов!

– Хорошо. Буду к одиннадцати, – согласился я.

– Ссылку на видео я тебе скинул! – У меня пиликнул телефон, сообщая о входящем сообщении. – Жду к одиннадцати. Будет, минимум, три машины. Так что готовься на целый день.

– Договорились, – ответил я, отключаясь. До интерната оставалось пятьдесят метров, а там меня ждал ужин.

Взвесив в руке пакет с металлическими пластинами, я довольно улыбнулся. Артефакты – это хорошо, но очень скучно. К тому же, я ещё ни одного не продал. А вот сервис – другое дело. Да и уровень оплаты там весьма радует! Лучше уж поставить одну руну и получить свои сто рублей, чем делать на ту же сумму артефакты, коих придется сделать аж двадцать штук!

***

Виконт Павел Афанасьевич Матвеев вернулся в свой особняк после официального приёма, где его наградили медалью за отвагу. На званый вечер он решил не оставаться: слишком уж выделялся в военной форме с наградами на груди в толпе аристократов. Лучше переодеться и отправиться в ночной клуб с приятелями – праздновать в своей компании.

Мероприятие было официальным, и Павел как действующий военный обязан был присутствовать в парадной форме, которую не любил за излишнюю вычурность и не практичность.

Срок службы подошёл к концу, и Павел уже больше месяца находился в Москве, заново привыкая к мирной жизни аристократии. После пяти лет службы было трудно влиться в мир, где царят развлечения и излишества. Азартные игры, разврат, пьянки. Этот список можно дополнять и дополнять. Сплетни, интриги, измены, предательства...

После службы в армии в славном городе Мурманске, оторванном, казалось, ото всего мира, никак не получалось ощутить себя своим в столице. Всё время преследовало чувство, будто вляпался во что-то мерзкое. Как бывает, когда незаметно для себя наступил в навоз, и тебя повсюду начинает преследовать этот запах, даже после того, как ты тщательно отмыл испачканный сапог. «Хотя откуда местным аристократам знать, что такое навоз? Они и корову-то живьём, небось, никогда не видели!» – усмехнулся про себя Павел.

Служба в армии его многому научила и многое дала. А теперь было три месяца отпуска. Почти половину он уже отгулял. Следовало принимать решение – продлевать контракт или увольняться со службы. Павел склонялся к последнему. Уйти со службы, начать не спеша вникать в дела рода и помогать отцу. Возможно, закончить какой-нибудь курс высшей школы управления. Если в будущем ему предстоит заменить отца на посту главы рода, требуется повышать свою квалификацию уже сейчас. К тому же учеба позволит продолжить вести праздный образ жизни, от чего он пока не готов был отказаться.

Есть другой вариант: остаться на службе, но перевестись в Москву. Это несложно было устроить. Но пополнять штат кабинетных вояк никакого желания не было. Хотя отец настаивал именно на этом варианте. Его вариант это уйти в отставку и перейти на работу в военное министерство. Но зная отца, Павел понимал, что работать ему придется на начальных должностях. Отец терпеть не мог протекции и не допускал мысли устроить сына на теплое место. «Это твоя жизнь и ты в ней должен что-то достичь без чужой помощи!» – любил говорить он.

Павел начал переодеваться с помощью денщика. Мысль куда-то вырваться и отпраздновать награду всё больше и больше ему нравилась. Однако сначала требовалось сделать одно важное дело.

– Позови мне Дениса Олеговича, – велел он пожилому денщику, – пусть подойдёт в мой кабинет!

Переодевшись, Павел прошёл в свой кабинет, который был расположен рядом со спальней.

– Вызывали? – Без стука вошёл глава безопасности рода Матвеевых, Денис Олегович. Крепкий мужчина возрастом около пятидесяти лет. Он внимательным взглядом окинул Павла и недовольно покачал головой. Денису Олеговичу не нравилось, что молодой господин, вернувшись из армии, забросил свою физическую форму и все занятия и с головой окунулся в ночную жизнь, от которой ничего хорошего начальник безопасности рода не ждал.

– Да, – коротко бросил Павел, садясь за стол и включая планшет.

– Поздравляю вас с наградой «За отвагу». Получить её в мирное время – большая редкость, – в голосе Дениса Олеговича проскользнула плохо скрываемая ирония.

– Ты же знаешь, что я на неё не рассчитывал, – поморщился Павел, почувствовав этот укол, – во время аварии пострадало пять аристократов. Один из них скончался. Дело приняло широкий резонанс, и срочно понадобился герой, которым решили сделать меня.

– Знаю, – коротко кивнул начальник службы безопасности, – но это не отменяет того факта, что вы не растерялись и помогли раненым. Как бы я ни относился к военным наградам, которые вручают в мирное время, считаю, что награда заслуженная. Ваши действия спасли людские жизни.

– Вот насчёт этого я и хотело поговорить, – Павел тяжко вздохнул, – я-то как раз, к стыду своему, растерялся. Стоял, хлопая глазами. Над моим же охранником, которого ты мне выделил. Как там, кстати, у него дела?

– Открытый перелом ноги, сами знаете. Лечим. Будет месяц в гипсе, но, боюсь, останется хромым. Так что переведу куда-нибудь, – произнес Денис Олегович с безразличием в голосе, как будто говорил не о живом человеке, собственном подчиненным, а об игрушке, которая сломалась, да и ладно. Только вот Павел прекрасно знал, что всё это напускное и начальник службы безопасности ценит каждого своего человека. Но считает, что подчиненный не должны об этом даже догадываться.

– А почему целителя не позвали?

– В страховку не входит! – Денис Олегович поморщился, как от зубной боли.

– Обратись к отцу! – предложил Павел. Целитель нужного уровня в Москве стоит недёшево. Он за свои услуги, скорее всего, запросит не меньше тысячи рублей. У Павла были, конечно, такие деньги. Отец выделял ему на месяц десять тысяч, но можно же сэкономить... охрана все таки отцовская и расходы несет он. Правда человек пострадал сопровождая Павла, но тысяча рублей...

– Афанасий Николаевич отказал. Сказал, что это риск, на который идёт охрана. К тому же в момент происшествия охранник сидел за столом, что является нарушением, – сурово произнес Денис Олегович.

– Это я уговорил его сесть, – слегка смутился виконт, – утомил он меня, всё маячил за плечом!

– У нас есть небольшой фонд, – задумчиво протянул Денис Олегович, – Когда парень выздоровеет, посмотрим, может быть, скинемся ему на целителя в кредит. Но ты же не об этом хотел поговорить? – проницательно заметил глава службы безопасности.

Павел помолчал, удивляясь самому себе. Только что он начал признаваться в своей слабости и сразу же перевёл разговор на другую тему.

– Вернёмся к нашему разговору, – собрав волю в кулак, продолжил он, – я в момент аварии растерялся, но там был один паренёк. Он и организовал спасение раненых. Благодаря ему я не ударил лицом в грязь и... получил эту награду. Теперь же она меня жжёт. Считаю своим долгом отплатить ему добром за добро, – по-военному чётко закончил Павел.

– Дело правильное, – пробасил Денис Олегович, – жить по чести важно. Особенно для магов. Что от меня требуется?

– Я тебе сейчас скину видео, где его хорошо видно. Собери о нём информацию и подумай, чем я могу ему помочь?

– Думаю, рублей триста его порадуют! – вынес свой вердикт Денис Олегович, просматривая один из роликов, что снимали зеваки. – Одет со вкусом, но просто, видно, что небогат. Нет дорогих аксессуаров. Явно простолюдин. Такие ценят деньги, а не дорогие подарки. Так что, даже не думай подарить ему к примеру дорогой парфюм или галстук.

– Даже в голову такое не приходило! А насчет денег, вот в этом я не уверен, – покачал головой Павел. Он вспомнил свою короткую беседу с Максимом и то, как тот уверенно держался, даже узнав, что Павел – виконт, – боюсь, от денег он откажется. Что-то в нем такое есть... порода чувствуется. Трудно объяснить. Ты собери информацию о нём, а там уже придумаем что-нибудь.

– Будет сделано! – чётко ответил Денис Олегович, записывая имя паренька и улыбаясь про себя.

После случившейся аварии он пересмотрел все видео, что попались на эту тему, и обратил внимание, что главным действующим лицом при спасении людей был отнюдь не Павел. Но все благодарности и почести, включая медаль, достались ему. Оно конечно и понятно, Виконт отец которого не последний человек, отличный кандидат на должность героя. Не скажешь же, что простолюдин не служивший даже в армии сориентировался быстрей и кинулся спасать людей пока остальные просто хлопали глазами. Где же это видано?

Теперь же начальник безопасности рода был доволен, что Павел не пустил это дело на самотёк и решил, что имеет долг чести перед Максимом. Достойный наследник у Афанасия Николаевича растёт.

Глава 7

После ужина я позвал Савву и Лену в комнату на просмотр видео, что мне скинул Михаил. Оно было приличным по времени – почти сорок минут. Мы смотрели его под едкие комментарии Лены.

– Теперь у тебя отбоя от клиентов не будет! – воскликнул Савва, когда мы закончили. Я пришёл к тому же выводу. Этот блогер исполнил настоящую хвалебную оду сервису Михаила, и мне в том числе. Не упустил даже того момента, что руна охлаждения ставилась с датчиком на температуру, а при этом цену мы за неё просили, как за простую руну. Блогер долго насмехался над артефактором, который пытался её снять и с важным видом доказывал, что руна не работает, ведь нет ни изморози, ни конденсата.

– Конечно, нет! – весело заявлял блогер. – Ведь в руну вшит температурный датчик! Читайте внимательно бумаги, которые вы подписываете. Вообще, стоит ознакомиться с тем, что вы заказываете, если не хотите выглядеть так же глупо!

Противостояние двух блогеров было любопытным. Мы нашли видео, где Зарубин тоже разоблачал этого правдоруба, обвиняя в мошенничестве.

– Думаю, им выгодно поливать помоями друг друга. Оба получают дополнительную известность, – задумчиво произнёс Савва, – они могли заранее договориться, а потом просто увлеклись, видя, какие доходы это приносит.

– Они могли сговориться? – мне было отчего удивляться. Я рос при королевском дворе, но от интриг был далёк. С трудом верилось, что два человека могли договориться и настолько серьёзно начать осложнять жизнь друг другу и всё это ради повышения популярности.

– Вполне возможно, – Савва продолжал листать видео, – это же скандал! А где скандал – там известность, а где известность – там деньги.

– Это грязно, – сурово заметила Лена.

– Да я и не спорю, – согласился с ней Савва, – просто версия, но вполне реальная!

Закончив с этой темой, я выдал Лене пятьдесят рублей.

– Сходишь завтра с Саввой и купишь всё, что тебе необходимо для работы. Нормальную сумку, одежду, хорошую обувь. И на дорогу тебе останется, и на обеды, а то всё, что мы заработали, потратили на зелья, – мне не жалко было денег. Тем более, с завтрашнего дня у меня снова будет работа, да и доходы, наверняка, ещё увеличатся. Очень уж шикарную рекламу нам сделал этот блогер.

– Спасибо, – девушка задумчиво приняла деньги, – мне они, правда, очень нужны, особенно сейчас. Только вот ты говорил… – Она слегка помялась, – ты же правильно говорил: не стоит копить долги. Как материальные, так и не материальные. А теперь сам заставляешь нарушать это правило!

– Это вложение в развитие, – улыбнулся я. Мне было приятно, что мои слова не прошли мимо её сознания, – для меня эта сумма не так уж и велика. Когда станешь сильным специалистом, дашь мне скидку. К тому же, ты отобрала самые качественные зелья в лавке. Без твоего таланта я бы мог купить какую-нибудь бурду. Ты помогла мне – я помог тебе. Тебе это ничего не стоило, мне, в принципе, тоже.

– Полегчало, – рассмеялась в ответ Лена и повернулась к Савве, – пойдёшь со мной завтра по магазинам?

– Конечно, – парень расплылся в радостной улыбке.

Он один пока оставался не у дел. Завтра я приступаю к работе, послезавтра работать начинает Лена, а вот Савва, похоже, будет скучать. Но, надеюсь, он с пользой проведёт свободное время, осваивая заклинание целителя и изучая мастерство по книге, которую я ему скачал.

У входа в сервис меня дожидался Михаил. С его лица не сходила радостная улыбка.

– Ты не представляешь, столько клиентов! И из окрестных городов, и из Москвы. Даже из Тулы звонят и записываются.

– Пока такой ажиотаж, надо пользоваться, – согласился я, переодеваясь. Думаю, в течение пары недель всё опять затихнет, и клиентов будет не так много, а сейчас, пока сервис на слуху, буду работать с утра до ночи. Уж кому-кому, а мне деньги точно пригодятся.

Михаил выдал мне фронт работ, а сам убежал в свой офис.

Пройдя в зал для покраски, где меня уже ожидал автомобиль, я с удовольствием вдохнул полной грудью. Воздух пах краской и машинным маслом вперемешку с бензином. Запах был не таким уж ярким – вытяжка отлично справлялась. Под потолком с небольшим гудением светили лампы. К своему удивлению, я понял, что за это время успел соскучиться по сервису и работе. Всё-таки делать артефакты в комнате в интернате – совсем не то.

До вечера я сделал четыре автомобиля и, полностью довольный собой, отправился в интернат.

Утром я наконец-то остался один в комнате. Савва поехал провожать Лену на её первую работу. При этом он планировал проводить её прямо до дверей лавки. Что взять с влюблённого подростка? Хотя… я одобрял этот поступок.

Самое главное – у меня есть свободные пара часов, когда можно, наконец, поработать, и никто не будет беспокоить.

Достал из-под кровати несколько булыжников. Последнее время я внимательно смотрел под ноги и искал материал для создания накопителя. В итоге у меня уже скопилось порядка десятка подходящих камней.

Поставив небольшой гранитный камень весом около килограмма на стол, я снова посмотрел на схему руны, которую чертил по вечерам, вспоминая всё, что знал о создании накопителей.

Накопители бывают разные. Самый сложный сам собирает энергию из окружающего мира и имеет возможность принимать энергию от человека, для чего создаётся специальный двухсторонний канал. Вся энергия скапливается в ядре, которое ограничивается специальными рунами. Излишек энергии стравливается автоматически.

У Медведевой был более простой накопитель, не имеющий каналов связи с человеком. Его тоже можно зарядить. подавая энергию напрямую, но без специального канала внутрь попадёт не больше пятидесяти процентов. К тому же, в том накопителе не было жёсткого ограничителя. Само ядро было худым. Так что опасаться переполнения не стоило. Но и держать энергию он долго не сможет. Для насыщения комнаты медитации хорошо подходит, а вот для моих целей – нет.

Я же собирался сделать совсем простой вариант. Внутри камня разместить ядро, в котором будет накапливаться энергия, и к нему подвести двусторонний канал, через который я смогу напитывать ядро и забирать энергию обратно.

Звучит достаточно легко, но вот получится ли в итоге, я не знаю. Раньше мне доводилось делать накопители небольшого размера для использования в артефактах. В этом деле я поднаторел. Но тогда я использовал знакомые материалы и никогда не работал с гранитом. К тому же, очень меня смущали местные руны. Почему они такие сложные? Может быть, для этого есть причина?

Уже больше месяца я их изучаю, и в моей голове поселились сомнения. Но сейчас все мысли в сторону – пора приступать к созданию накопителя!

Первым делом я тонкой кисточкой написал на камне руну ядра. Надеюсь, с объёмом не ошибся. В такой камень должно поместиться порядка двухсот единиц энергии.

Я прекрасно понимал, как работает эта руна и зачем она нужна. Вливая своё понимание вместе с энергией и добавляя силу воли, я смотрел, как руна погружается в камень.

– Что же, – тихо произнёс я, – первая часть прошла успешно. Теперь создаём канал!

На руне был сделан вывод. Мне оставалось нарисовать специальный узор и подсоединить его к ядру. Ещё раз проверив узор, я влил в него магию и... всё получилось! Канал отлично соединился с ядром. Теперь они – одно целое. Всё-таки опыт очень много значит в рунологии. А также твёрдая рука и ясный взор. Не зря я столько сил и времени убил когда-то на установку астральных рун.

Теперь проводим тест. Проверяем работоспособность накопителя. Я приложил руку к камню и пустил в канал пять единиц энергии. Ядро засветилось.

– Отлично! – На моём лице расплылась радостная улыбка.

Но я чувствовал, что что-то не так. Как опытный мастер кончиками пальца может ощутить невидимою глазу трещину, так и я улавливал какое-то несоответствие.

Ядро слегка подрагивало. Этого не должно было быть. Присутствовал некий резонанс.

– Не понимаю! – сказал я, обращаясь к камню. – Что с тобой не так?

Закрыв глаза, я обхватил накопитель ладонями и полностью расслабился. В воздухе витала едва уловимая нота. Какое-то напряжение на уровне ультразвука, которое человеческое ухо просто не в состоянии уловить. Оно создавалось мелкой вибрацией камня. Это было следствием нестабильной работы ядра.

– Шшшш... – Именно такой звук я услышал, приложив камень к уху. Его структура разрушалась. В руках ещё была горная порода, но внутри она начинала превращаться в песок. Очень медленно. Крупинка за крупинкой.

Добавить внутрь энергию и ускорить разрушение? Это опасно. Напряжение внутри камня растёт, и он может взорваться, разметав с огромной скоростью во все стороны острые осколки. Ждать и наблюдать? На это у меня уже нет времени. Выходить в сервис через десять минут.

«Стоит рискнуть!» – решил я и влил в камень ещё пять единиц энергии.

Поставил его на середину стола, а сам отошёл в дальний конец комнаты и создал перед собой небольшой щит, чтобы уберечь лицо от осколков. Всё тело прикрыть у меня не хватит энергии. К тому же, мне ещё работать сегодня, так что тратиться не стоит.

В ожидании прошло ещё около трёх минут. Мой щит практически иссяк. Я сделал шаг к столу, и в этот момент камень с тихим шелестом рассыпался, превратившись в кучу песка.

– Да какого лешего! – в сердцах выругался я и посмотрел на часы.

Пора было выдвигаться на работу, а с накопителем буду разбираться вечером.

Всю дорогу я ломал голову, пытаясь понять: что же произошло с накопителем? Ведь в этом мире они существуют. Так что же я делаю не так?

Работа позволила выкинуть проблему накопителя из головы. Задачи в сервисе передо мной стояли лёгкие, но каждая руна требовала сосредоточения. Следовало не только аккуратно её нанести, но и с пониманием влить энергию. Работа рунолога требует уважения. Пусть это звучит смешно, но, если делать руну, опираясь только на мастерство, аккуратно, но при этом механически и безразлично, это обязательно скажется на качестве.

Закончив с последней на сегодня машиной, я взглянул на часы. Было не так уж поздно – около шести часов вечера. Я успеваю зайти в магазин Зотова и вернуться в интернат до конца ужина. Решено – иду в магазин магических товаров. Надо посмотреть на накопители, имеющиеся в продаже.

Через двадцать минут неспешного шага я заходил внутрь магазина. К моей радости, за прилавком стоял собственной персоной Всеволод Дмитриевич Зотов. Точнее, не стоял, а сидел, уткнувшись в книгу.

– Добрый вечер, – сказал я, подходя ближе.

– А, ученик Матвея Фёдоровича, напомни, как тебя зовут?

– Максим, – представился я.

– Что тебя привело сюда, Максим? – Зотов отложил книгу, и я мельком глянул на обложку. Это был труд по артефакторике и, судя по состоянию книги, весьма старый.

– Мне хотелось бы узнать цены на накопители и посмотреть на них... – признался я.

– Накопители? – В глазах Всеволода Дмитриевича мелькнуло любопытство. – Странно, что ты не знаешь. Большие накопители продаются только в фирменных магазинах Старицких. У них что-то типа монополии. А малые почти не изготавливаются. В них нет смысла.

– Что значит «нет смысла»?

– А зачем они нужны? – Зотов пожал плечами. – Малый накопитель держит в себе энергию максимум пару недель.

– Там такая же дырявая руна, как и в большом накопителе? – Я сразу понял, о чём говорит Всеволод Дмитриевич. Если дело действительно обстоит именно так, то смысла в накопителе особо нет.

– Я слышал, что делают накопители с более качественной руной, но это слишком сложная и дорогая работа. К тому же, применения им особо нет. Вся техника работает на электричестве, машины – на бензине. По сути, накопитель – это баловство. Их ставят в специальные залы в магических школах, а некоторые богачи устанавливают в личных комнатах. Насыщенный магией фон позволяет быстрее развиваться, – он рассказывал очевидные вещи, -- большие накопители очень востребованы на фабриках, где производят бытовые артефакты. Рунологи с их помощью пополняют свой источник.

– Благодарю вас за консультацию, – задумчиво произнёс я, заканчивая разговор. Похоже придется самому разбираться с этой проблемой. А так хотелось пойти по простому пути, просто изучив руну действующего накопителя.

– Ты хотел на руну посмотреть? В накопителе? – Зотов задумчиво разглядывал меня, потом резко поднялся. – Сейчас!

Он скрылся за дверью, но вскоре вернулся и поставил на стол запылённый камень, внутри которого тускло светилась руна.

– Вот! – Зотов с гордостью провёл пальцем по боку накопителя. – У меня в хранилище периодически оказываются старые артефакты. Чтобы у них руна не умерла, я поддерживаю повышенный магический фон. Но хороших лотов давно нет, так что накопитель пылится без дела. Можешь посмотреть. Всё-таки, ты – ученик Колычева. Это о многом говорит. Дать тебе очки артефактора?

– Не надо, – я качнул головой, заворожённо разглядывая тускло светящуюся руну, – лучше карандаш и бумагу. Вы не будете против, если я её зарисую?

– Держи, – он подвинул мне блокнот и дал карандаш, после чего подошёл к входной двери и запер её. Затем приглушил свет в торговом зале и закрыл жалюзи, погрузив комнату в полумрак.

Всё это я фиксировал краем глаза, зарисовывая руну и одновременно пытаясь не то чтобы понять, а хотя бы разобраться в хитросплетении линий, выискивая знакомые буквы и узоры.

– Интересно, – комментировал я, – она сложнее, чем в большом накопителе!

– Ему около двух сотен лет. Я раньше тоже пытался поработать с этой руной и повторить её, но не сложилось, – в его голосе слышалась горечь и разочарования мастера, который понял, что есть то, с чем он не в состоянии справиться.

– Это ядро, – показал я пальцем на знак в виде буквы «фи», – если присмотреться – вот оно. Именно этот знак отвечает за удержание энергии. Тут главное – вычленить сердце. Вокруг ограничительные знаки. Любопытно, что часть из них развёрнута наружу, от несанкционированного прилива энергии. Как вы его заряжали?

– Отвозил в школьный форт в магическом лесу и оставлял там на неделю, – Зотов с любопытством разглядывал мой рисунок. Он достал очки артефактора и, надев их, стал изучать руну, – я её наизусть знаю! Понимаю, что ничего нового не увижу, но меня этот узор просто завораживает!

– Ага! Вот в чём дело! – воскликнул я. – Тут в основании канал, который тяжело заметить. Именно он впитывает магию, причём из земли, а не как принято – из воздуха. Этот накопитель надо непременно ставить на землю. Знак «кси» в основании – земной, – я зарисовал его на бумаге и указал на него мастеру.

– Потрясающе! – выдохнул Зотов, перевернув накопитель и уставившись на знак. – А я-то думал: почему он иногда не заряжался? Я обычно его ставил на пол в беседке, и заряд почти не шёл. Но когда я приезжал, он часто был заряжен. Видимо, местные убирали его из беседки и ставили на землю. Я-то думал, что проблема в старости накопителя и его не стабильности. Как я не сообразил!

– Я должен увидеть, как он работает! – заявил я прямо, глядя на Зотова. Конечно, моё заявление граничило с наглостью. Приходит какой-то молодой парень и чего-то требует, но во Всеволоде Дмитриевиче в данный момент я видел коллегу по ремеслу.

– Да-да! Что для этого надо? Его бы зарядить. Понимаю. Что ещё вы видите в этом узоре? – Он перешёл в разговоре со мной на «вы».

– Меня беспокоят знаки, развёрнутые наружу. Получается что-то вроде защиты ядра от высокого магического фона! Примерно, как в моём артефакте для травников.

– Накопителю лет двести. Его приобрёл ещё мой дед. А саму руну могли разработать и тысячу лет назад. Говорят, раньше на планете был более высокий магический фон. Вполне возможно, что именно от него и стоит защита. Ядро же работает на своей частоте, и чтобы её не сбивать...

– Гениально! – воскликнул я. Вот ответ на вопрос, почему руна накопителя из моего мира не работала. Ядро я рисовал без защиты от окружающего фона. В моём мире слишком низкая насыщенность магией, и обычный фон не мог нарушить работу ядра, но в этом мире, точнее, в Подольске, который расположен совсем близко от магического леса, достаточно высокий фон энергии, которая сбивает настройки ядра. Ведь энергия тянется к энергии.

– Что? – всполошился Зотов на мой выкрик.

– Защита нужна, всё правильно. Я понял, почему она стоит в обе стороны. Ядро получается полностью изолированным. Надо его заполнить. И теперь понятно, почему и накопители не нужны в принципе. Ведь насыщение магией достаточно велико и позволяет рунам не растворяться от магического голода.

– Ты понимаешь эту руну? – шёпотом поинтересовался артефактор.

– Не до конца, но очень близко, – в ответ признался я. Правильнее сказать, воссоздать ядро я и сейчас могу, тем более оно не сильно отличается от тех рун, что я знаю. А вот остальные узоры, которые отвечают за изоляцию руны от энергии и защищают её, с этим мне еще предстоит разобраться. И боюсь времени на это уйдет не мало. В данной области магии практически не было нужды в моем мире. Можно конечно понимать их по обратным свойствам. Что-то похожее мы использовали, что бы энергия из руны не вытекала наружу. Надо изучать.

– А вручную зарядить не получится? – Зотов ласково погладил камень.

– Нет, тут настроено на землю. Уверен, вы не раз пытались!

– Да, – согласно кивнул он, – но безуспешно.

– Ядро изолировано! – напомнил я и ткнул пальцем в картинку. – Зато он должен держать энергию лучше и дольше стандартных накопителей.

– На сколько его надо зарядить, чтобы разобраться?

– Половины дня хватит, мне главное, чтобы ядро проснулось, – прикинул я в уме, – этого будет достаточно.

– Я раньше на неделю оставлял. Заряд был практически полный. Мне всё время казалось, что ещё немного – и я пойму эту руну, но по итогу… – Зотов развёл руками.

– Будет легче, когда увидишь и почувствуешь, как ядро просыпается, – думаю, Зотов в состоянии понять эту руну, и при должном усилии даже сможет воссоздать её.

– Тогда в выходной поеду на школьный форт! – заявил он, снимая очки.

– Я с вами!

– Там насыщенность большая, надо иметь источник выше ста пятидесяти единиц! – Зотов с сожалением посмотрел на меня. Типа, жаль, но тебе туда нельзя. – А так бы я взял...

– Нормально, – я слегка покровительственно улыбнулся, – как раз мой вариант.

– У тебя такой большой источник? – В его голосе звучало недоверие, перемешанное с уважением.

– Что тут такого? В школьный форт же ездят школьники?

– Там, в основном, учителя или ученики второго года обучения. Им по восемнадцать лет, и они выпили немало зелий. Вообще, его только называют «школьный». Ученики там бывают редко. В основном – маги Закревского. Его и строили на его деньги.

– Зелья и я пью, – улыбнулся в ответ. Надо же как-то объяснять мой нестандартно большой источник.

– А что за артефакт для травников? – зацепился за сказанные мной ранее слова мастер.

– Вот, – я достал из кармана пластинку, – пока делаю на ваших пластинках, но если появится устойчивый спрос, придумаю что-нибудь получше!

Зотов натянул обратно очки, и мне пришлось объяснить ему действие артефакта. Он мгновенно ухватил суть.

Всеволод Дмитриевич пришёл в полный восторг от простоты идеи. Вообще, было любопытно наблюдать за ним. Ему было около сорока лет. Владелец собственной лавки, имеющий печать мастера. Делает артефакты, ведёт успешный бизнес. При этом выглядит достаточно рассеянным. Волосы всклокочены, рубашка не заправлена. Рукава запачканы. Но главное, что мне в нём нравилось, – в глазах Зотова по-прежнему горел азарт исследователя.

Оставил ему два артефакта. Он обещал передать их знакомым травникам. Всё-таки, в Подольске немало обосновалось людей, которые зарабатывают походами в магический лес. Так глядишь и еще один канал для распространения артефактов добавится.

Насчёт посещения школьного форта мы с Всеволодом Дмитриевичем договорились на воскресенье. При этом он заедет за мной на машине, и по пути мы закинем ребят в деревню. Там же оставим и машину, пересядем на лошадей. Машины до форта не добираются. При сильном магическом поле выходит из строя вся электроника. Да и просто электричество начинает сбоить. Так что только по старинке – на лошадях!

Глава 8

По дороге в интернат я размышлял, как мне повезло, что этим вечером в магазине не оказалось Агаты, и Зотов снизошёл до общения со мной. Похоже, статус ученика Колычева для артефакторов – не пустой звук.

Вообще, получается, в этом мире, из-за его насыщенности магической энергией, развитие самой магии немного сместилось. Здесь не было смысла экономить энергию, поэтому все руны, которые я встречал, были достаточно большого размера. Накопители не пользовались спросом. Хотя, на мой взгляд, они были очень полезны в первую очередь для развития мага. В моём королевстве у каждого мага было по несколько накопителей. Энергия в источнике восполнялась достаточно медленно, а из накопителя всегда можно было зачерпнуть недостающее. Но здесь простая руна накопления не работала, обрастая сложной вязью ограничений, которые разместить в маленьком накопителе не получалось, а таскаться с булыжником в кармане – то ещё развлечение!

К тому же, всегда можно взять с собой целителя, которых здесь немало, и использовать его как накопитель, да ещё и с функцией лечения. Очень удобно!

Стоило ещё поругать себя за несообразительность! Я же достаточно давно заметил, что мой источник заполняется быстрее, чем я привык. Думал – причина в том, что мои астральные руны стали менее прожорливыми, но, скорее всего, дело просто в повышенном энергетическом фоне.

В связи со всеми этими открывшимися обстоятельствами, похоже, мне придётся многие руны, что я помню из своего мира, пересмотреть под новые реалии. Хорошо, что в автомастерской я пользуюсь общепринятыми в этом мире.

Мне бы год-другой потратить на научные исследования. Всё проверить, пересчитать... но где взять столько свободного времени на научную работу?

Единственное, что меня не беспокоило, – это боевые заклинания. Уверен, они будут работать так же надёжно и без ограничителей. Срок их службы зачастую составляет не больше десяти секунд. И даже если сильное заклинание пойдёт вразнос, это случится на расстоянии от меня, когда я отпущу контроль. И хуже будет не мне, а врагу! Я злорадно ухмыльнулся.

В интернат подошёл под самый конец ужина. И, вместо того чтобы заняться расчётами, был вынужден выслушивать радостные рассказы Лены, как она провела свой первый день на работе. Сплошные восторги. Как там интересно, и её не один раз похвалили, и у неё сразу стало получаться, и какие открываются перспективы. А мастер сказал, что зельевар может и тысячу рублей в месяц зарабатывать. Тысячу! Ты представляешь, какие деньги?!

От всего этого у меня разболелась голова. Последние дни никак не получалось нормально выспаться. То одно, то другое...

– Савва, – устало обратился я к молчавшему приятелю, – пойдём, попробуешь на мне своё заклинание!

– Я с вами! – тут же радостно подскочила Лена. – Мне тоже хочется увидеть!

– А ты иди и читай учебник по зельям! – резко ответил я. – У меня голова болит, мне надо отдохнуть.

Лена не обиделась, а понимающе кивнула.

– Хорошо, ты выглядишь очень усталым, как будто несколько дней не спал, – заботливо произнесла она.

– Я и ощущаю себя примерно так же, – натянуто улыбнулся я ей в ответ.

Заклинание лечения у Саввы пока не очень хорошо получалось, но прогресс был виден. В итоге он слегка подлечил меня, и я просто завалился спать, оставив все заботы на потом.

Сегодня была пятница. Стояла отличная погода. Солнце припекало немилосердно, хотелось оказаться где-нибудь на море, а не работать в пыльном городе, но мысль о том, сколько я зарабатываю за один рабочий день, меня по-прежнему радовала и заставляла смириться с необходимостью работать в такую погоду. Думаю, стоит перед переездом в Нижний Новгород съездить на море. Ещё пара недель такой работы – и я смогу себе позволить устроить хороший отпуск.

Машин сегодня было много. В очереди стояло семь человек. И на завтра пять машин.

Засучив рукава, я принялся за работу. Заказы были скучными и стандартными. Руна охлаждения с датчиком, руна укрепления – и снова руна охлаждения. Но меня это мало беспокоило. Даже от такой работы можно получать удовольствие. С каждой руной я проводил небольшие эксперименты. Высчитывал, на что и в каком количестве и качестве влияют изоляционные узоры, вплетённые в руны. Испортить руну я не боялся. Основа же не нарушалась, и моё понимание основы было основополагающим при создании руны. К концу экспериментов понял, почему они работают так стабильно. Те узоры, что я принял за внутреннюю защиту руны работали по сути в обе стороны, не давая и внешней энергии проникнуть к сути руны и нарушить её работу. Вот только это работало с простыми рунами, не мощными. Но стоило увеличить размер или заряд, как внутренняя защита переставала справляться. По всему выходило, что и руну тишины, и конечно накопителя, без понимания защиты мне пока создать не получится.

Раньше, в своем мире, большие руны мы делали вдвоем, а то и втроем. Каждый из мастеров отвечал за свою часть работы. А на городские стены мы вообще впятером устанавливали защиту!

Начал я сегодня работу примерно в десять утра. На часах было почти шесть часов вечера, когда я доделывал последнюю машину.

– Я поеду по делам, – ко мне зашёл Михаил, – Стас остаётся за главного, он всё закроет.

– Хорошо, мне полчасика – и тоже закончу, – сообщил я. Работники сервиса уже потихоньку расходились. В выходные их рабочий день заканчивался рано.

Доделав последнюю машину, я отправился в кабинет Михаила, в котором стоял мой ноутбук. Надо было заполнить данные по двум последним заказам.

Прошёл мимо сидевшего в клиентском кресле Стаса. Он залипал в телефоне, попивая из бутылочки алкогольный коктейль. Отношения у нас с ним так и не наладились. Стас предпочитал делать вид, что меня не существует, особенно после того, как получил выволочку от Михаила, попытавшись на меня в очередной раз наехать. Свидетелем я не был, но краем уха слышал их разговор на повышенных тонах. Было это буквально несколько дней назад, когда клиенты начали валить толпами. Стас был очень не доволен прикинув, что за день я получаю чуть ли не пятьсот рублей!

К счастью, похоже Михаил не готов отказаться от дохода, что я приношу в мастерскую, из-за капризов своего брата.

Усевшись за компьютер, я начал аккуратно заполнять данные по машинам: какие руны и куда ставил. В этот момент услышал какой-то шум из клиентской комнаты. Не то чтобы меня это касалось, но любопытство взыграло, и я выглянул в общий зал.

Посреди комнаты стоял Стас, а напротив него – трое мужчин. Они что-то достаточно громко и уверенно объясняли Стасу.

– О! – Один из мужчин заметил меня. – Глянь, это же тот самый мастер из видео Антоши!

– Точняк, – ко мне повернулся здоровяк и радостно улыбнулся, – иди к нам, базар есть!

– Что вам надо? – Я спокойно приблизился к ним и остановился, не доходя нескольких шагов. Первым делом осмотрел мужчин с помощью «ясного взора». Никто из них не обладал даром. Но, как показала практика, не стоит себя переоценивать, – даже бездарные люди могут доставить неприятности.

– Короче, – обратился одновременно ко мне и к Стасу самый взрослый мужчина. Видать, главный в этой компании. Сухощавый, одетый в дешёвый, слегка помятый костюм без галстука, – ещё раз повторяю: вы влезли не в свой бизнес. За это должны бабки. Тысяча рублей с вас за беспокойство важных людей, и этого, – он ткнул в меня пальцем, – мы заберём! Будет работать на нас!

– Да вы охренели в конец? – выкрикнул в ответ Стас. – Какие деньги? Да вы знаете, с кем я общаюсь? – Он гордо задрал голову. – У меня в друзьях и бароны, и даже виконт есть. Куда вы лезете? А этого, – он презрительно глянул на меня, – этого забирайте! Но денег не получите.

– Ты нас тут не пугай, мальчишка! – Третий мужчина, самый молодой, подошёл вплотную к Стасу. – Мы сами ходим под Ромой Тульским. Если будут вопросы, к нему пусть обращаются. Он ваших баронов быстро в рог скрутит! – Он покрутил пальцами перед лицом Стаса, отчего тот резко отшатнулся.

– Я такие вопросы не решаю, – пошёл на попятный Стас.

– Это я понял, – рассмеялся молодой и резко, практически без замаха, ударил Стаса в живот, – так что ты тут тогда лясы точишь? Где главный?

– Я могу ему позвонить, – прохрипел согнувшийся Стас, – он приедет!

– Некогда нам ждать, – спокойно произнёс главный и сплюнул на пол, – своё слово мы сказали. Завтра подъедем. К двенадцати часам. Готовьте деньги и этого, – он кивнул на меня, – упакуйте!

Они развернулись и не спеша пошли на выход.

– Любопытно, – громко произнёс я, – а меня спросить?

– А ты кто такой, чтобы с тобой разговаривать? – обернулся главный.

– Смотря о чём разговаривать, – я приблизился к этой троице, – если речь идёт обо мне, то моё мнение стоит спросить? – слегка улыбнулся я.

– Так чё?! – На меня двинулся здоровяк. – Кого интересует твоё мнение?

Он попытался меня ударить, но двигался очень медленно. Спокойно поймав кулак, я продолжал стоять на месте, удерживая его руку стальной хваткой.

– Ты чё? – растерянно произнёс мужик и попытался вырвать руку. В этот момент я его отпустил, но здоровяк, к моей досаде, не рухнул на пол, а просто отшатнулся.

– Так кто вы? Представьтесь. И с чего вы решили, что я буду работать на вас? – Я перевёл взгляд на главного.

Тот задумчиво разглядывал меня. Будь он дураком, вряд ли бы дожил до своего возраста.

– Мы от Ромы Тульского, – сквозь зубы с явной неохотой процедил главный, – из-за тебя наши мастера теряют деньги. Тула и Серпухов – наши районы, а теперь клиенты едут к вам. Так дела не делаются!

– Получается, Подольск – не ваш район? – Я продолжал улыбаться, краем глаза посматривая за здоровяком, который стоял, озадаченно пытаясь решить, как ему быть дальше. По глазам было видно, что он хочет совершить ещё одну попытку и набить мне морду, но их старший разговаривает со мной, так что стоит немного подождать.

– Деньги мы теряем? Теряем. Причина в вас. Точнее, в тебе. Ставишь руны, да ещё и по цене ниже рынка!

– Я работаю по цене, установленной гильдией. Так что с этим вопросом обратитесь к ним!

– Гильдия устанавливает нижнюю планку! А верхнюю не ограничивает.

– Да забирайте вы его и валите! – неожиданно подал голос осмелевший Стас. Вот уж не ожидал от него. Никакого благоразумия. – Нам он тут самим не нужен! И деньги пусть он вам платит!

– Пасть закрой! – рявкнул худощавый и, метнувшись к Стасу, снова пробил ему кулаком в живот. Тот свалился на пол, тихо поскуливая. – Шваль! – Худощавый плюнул на него и отошёл обратно.

– У меня есть учитель, – мне было интересно разобраться в этой ситуации. Неужели мага можно вот так просто забрать? Ведь тот же Колычев говорил, что у большинства магов имеются покровители из аристократии, а тут какая-то шпана приходит и предъявляет свои права.

– Учитель у тебя где? – мягко произнёс мужчина. – В Новгороде. Это значит что? Что ты ему не нужен. Таких, как ты, немало. Покупают ученичество и крутятся сами. Ты не боись, – дядька подошёл ко мне и похлопал по плечу, – условия мы предложим хорошие. Комнатку для проживания, девочек, выпивку. Скучно не будет. Ты только работай!

– Это да, – вдруг заржал здоровяк, – девки у нас отличные! Ты не ерепенься. И маги есть, не один будешь! Да и в обиду не дадим! – Он покачал перед моим носом своим могучим кулаком.

– Мой ответ – нет, – твёрдо произнёс я, – меня и здесь всё устраивает. Спасибо, господа, за предложение!

– Молодой, глупый, – сделал вывод главарь, – завтра в двенадцать приготовьте деньги. И вещи собирай. Иначе будет по-плохому, – он обвёл взглядом сервис и участливо вздохнул, – всегда одно и то же. Уговариваешь, приводишь разумные доводы, а люди отказываются. Потом вдруг пожар, переломы рук и ног, и снова переговоры, но условия-то уже другие!

– Как тебя зовут, философ? – поинтересовался я.

– Сева меня величать, но можешь привыкать звать меня господином! – Он повернулся и вышел из автосервиса.

Достав телефон, я набрал Михаилу и попросил его срочно приехать, кратко обрисовав ситуацию.

Стас тем временем поднялся на ноги и доковылял до кресла, в которое рухнул, после чего присосался к бутылке с коктейлем, допив её в мгновение ока.

Михаил примчался буквально через пятнадцать минут и тут же бросился к Стасу, который всем своим видом изображал смертельно раненого человека пострадавшего за правое дело.

Михаил кудахтал, как наседка, при этом Стас начал что-то рассказывать своему брату, так что Михаил периодически бросал на меня яростные взгляды.

Я же сидел у выхода из сервиса в кресле на колёсиках и с улыбкой смотрел на эту сцену. Какой кошмар. Надо же так было избаловать Стасика. И самое ужасное, что Михаил так и продолжает к нему относиться, словно это не мужчина, а дитё неразумное, требующее постоянного ухода. Не дай Бог, упадёт и ножку ушибёт. Нет! Так он никогда не станет ни мужчиной, ни опорой.

– Объяснись! – Ко мне подошёл Михаил и встал напротив, гневно сверкая глазами.

– Как интересно! – Я внезапно развеселился. Похоже, мне тут что-то хотят предъявить? А ведь я считал, что Михаил – взрослый и самостоятельный парень, умеющий думать своей головой. – На какую тему и в честь чего я должен держать перед тобой ответ?

– Что ты такого наговорил, что моего брата избили? – Михаил стоял, сжимая кулаки.

– В таком тоне я разговаривать с тобой не намерен, – закончилось время шуток и веселья. Если мне хамят, спускать не собираюсь, – у тебя есть камеры, можешь посмотреть их.

– Они звук практически не пишут! Ты не мог этого не знать!

– Продолжаешь упорствовать и меня в чём-то обвинять? Что же такого твой дорогой Стасик тебе напел? – произнёс я негромко. – Значит так: оправдываться и объяснять мне нечего. Если ты готов выслушать меня, расскажу. Если решил всё на меня свалить – до свиданья.

Я резко поднялся на ноги и встал напротив Михаила, глядя ему в глаза. Я уже достаточно вытянулся и в росте не уступал.

– Расскажи, что случилось, – пытаясь взять себя в руки, сказал он, – хочу услышать твою версию!

– Незачёт! – Я покачал головой. Последние слова явно были лишними. – У меня нет для тебя версии. До свидания.

Я развернулся и спокойно пошёл вглубь мастерской. Надо было забрать свой ноутбук. Михаил так и стоял на месте, глядя на меня.

– Ну что ты стоишь? – проныл Стас, обращаясь к брату.

Я аккуратно упаковал свой ноутбук в сумку и, повесив её через плечо, пошёл на выход.

– Ты его так просто отпустишь? – продолжил верещать Стас. – Это всё из-за него! Как только он у нас появился, сразу начались проблемы! Не отпускай его, он должен за всё заплатить. Лично мне! Из-за него меня избили! Я знаю, у него есть деньги.

– Заткнись! – рявкнул Михаил и вышел вслед за мной на улицу. – Расскажи, что случилось, – остановил он меня.

Произнёс мастер эту фразу максимально вежливо.

– Доделывал машину. Услышал шум. Вышел, а там тройка бандитов каких-то. Представились тульскими. Я так понял, им не нравится, что у тебя много клиентов на руны, и денег ты с них не дерёшь, а работаешь по минимальным расценкам. Их клиенты к нам уходят. Говорят, делиться надо. Завтра в двенадцать приедут. Хотят с тебя стрясти тысячу рублей, – максимально коротко передал я суть происшедшего.

– А почему Стаса избили?

Именно этот вопрос его интересовал в первую очередь?

– За длинный язык. Он попытался бычить. Вроде так это говорится. Начал бахвалиться своими знакомыми. Говорит, пожалуется баронам да виконтам. Вот те и посмеялись над ним, заодно врезали. Да и вообще – не следит он за языком. Лезет в разговор, когда не просят. Так что отхватил аж два раза, – я задумался, не упустил ли что-то важное, – да, угрожали, что сожгут всё и ноги переломают. И меня забрать собираются. Но это мои проблемы.

– Плохо, – Михаил как-то разом поник, – я деньги на оплату кредита отложил. Рассчитывал на них.

– Ты что, платить собрался? – Я удивлённо рассматривал Михаила. Вроде взрослый человек, владелец бизнеса. Имеет связи, небедного отца. Сам Колычев у него дядей, а он собрался платить каким-то бандитам!

– Ну а что делать? Если мне тут всё порушат, беда будет. Отец мне дал денег, но самый минимум. На один подъёмник хватило и на помещение. Я его купил, а не в аренду взял, ну и дом купил себе в кредит. Жить-то нам где-то надо? А на второй подъёмник, на оборудование и на покрасочный цех пришлось тоже кредит оформлять. Так что я весь в долгах.

– Не моё дело тебе советовать, но, раз заплатив, ты покажешь собственную слабость. Поверь мне, они после этого с тебя не слезут. Так и будешь отдавать дань всю свою жизнь!

У нас в королевстве тоже существовало крышевание. Мне кажется, бандиты – одна из самых древних профессий. Когда-то они стояли у дороги и грабили проезжих и караваны, потом те, кто поумнее, обосновались в городах. Общение с наёмниками мне на многое открыло глаза. Некоторые наёмники не гнушались работать с бандитами. Кто-то подрабатывал, вышибая долги из неплательщиков, другие оказывали услуги по поимке беглецов. А третьи сами были должны бандитам, проиграв деньги в карты и скрываясь в других городах или в нашем королевстве.

– И что ты предлагаешь? – Михаил с надеждой посмотрел на меня. Только проблема была в том, что я не горел желанием ему помогать. Уж очень свежи были воспоминания, какие он кидал взгляды, когда Стасик жаловался на меня.

С другой стороны – мне бы ещё месяц поработать. Вряд ли удастся найти другой способ заработать столько денег в сжатые сроки. Ну и не стоит забывать, что эти тульские и на меня нацелились...

Похоже, придётся помогать.

– Есть варианты. Если даёшь «добро», попробую решить ситуацию. Но будь готов отдать рублей двести-триста за беспокойство.

– Лучше потерять малое, – неожиданно мудро заметил он.

Глава 9

Что же, согласие от Михаила было получено. Значит, можно действовать. Не то чтобы я чувствовал за собой вину и поэтому решил попытаться решить эту проблему. Просто я прекрасно понимал, что пока в автомастерской Михаила не было рунолога, его бизнес никого не интересовал. Это первое.

Вторая причина очень банальна: мне было скучно. Последние недели я никуда не влезал, ничем толком не занимался. Учился, развивался, работал. Но этого для меня было мало. Да и не привык я уходить в сторону от трудностей. Только так можно получить дополнительный опыт и повысить свою силу. Ну и заработок не хотелось терять.

Достав телефон, начал искать номер Адика. У меня, конечно, был вбит ещё и номер Руслана, который как раз предлагал обращаться к нему с вопросами, но у меня душа не лежала с такой мелкой проблемой звонить Руслану напрямую. Лучше начать с Адика, тем более, он ко мне хорошо относится и наверняка посоветует, как лучше действовать.

После нашего знакомства я навёл справки о Руслане у Лешего. Тот с большим уважением рассказывал о нём. Оказалось, Руслан Баматов – барон, и держит Подольск и округу. У него свой ночной клуб. Человек весьма заметный и известный в определённых кругах.

Думаю, решать проблему с залётными – как раз по его части. Вопрос только один: чего он попросит за свою помощь?

Адик практически мгновенно ответил на вызов. Выслушав мой короткий рассказ, попросил оставаться на месте, пообещав скоро прибыть.

– Кому ты звонил? – Михаил с подозрением уставился на меня.

– Решаю нашу проблему, – я сел в кресло у входа в сервис. Думаю, Адика долго ждать не придётся, – ждём.

– Миша! – К нам приковылял Стас. – Почему ты ему доверяешь? Надо звонить отцу или дяде. Мы можем обратиться в жандармерию! А этот, – он злобно посмотрел на меня, – может быть, он с ними в сговоре? Сейчас приедут другие бандюки и разденут нас до трусов!

Михаил задумчиво уставился на меня. С одной стороны, мы с ним практически не знакомы, и его подозрения понять можно, но от этого мне не легче. Мало приятного, когда тебя подозревают во всех проблемах, при этом моя работа принесла Михаилу немалые деньги!

– Может, ты и прав, – он достал телефон и набрал номер. Стоял Михаил рядом со мной, и я слышал из динамика трубки сообщение, что абонент не в сети. – Дядя недоступен, – он с мрачным видом убрал телефон в карман.

– Михаил... – обратил я на себя его внимание, – ты маленький ребёнок или владелец бизнеса? Ты не в состоянии решать вопросы без папочки или дяди? Я не пойму: у тебя что, за два года работы не было никаких проблем? Или ты каждый раз звонил дяде?

– Да, не было проблем! – Михаил в сердцах сплюнул. – Не было, пока не появился ты! У меня всё отлажено. Стоят камеры. Если мастера накосячат, всегда есть виновный. Пару раз клиенты уезжали, не расплатившись, но я составлял акт и обращался в жандармерию...

Похоже, он не врёт. Удивительно – за два года никаких проблем. Хотя... тут, скорее всего, я не прав. Даже в моём мире, практически в «средневековье», те же лавочники или мастеровые, ведущие свои дела честно, вряд ли сталкивались с бандитами или с большими проблемами. Правда, многие могли за себя постоять, но в подобной ситуации тоже бы растерялись.

– А в жандармерию обращаться бессмысленно. Вот сожгут сервис, переломают ноги – тогда приходите! – выдал я всем известную фразу, немного переиначив её под ситуацию. Очередное обвинение в свой адрес пропустил мимо ушей. Сейчас Михаил взвинчен, весь на адреналине и не следит за своими словами. По-хорошему, такое спускать нельзя, но он не боец по жизни, а простой человек. Какой с него может быть спрос?

– Я же говорил – мне нужно дворянство! Тогда бы жандармы зашевелились! – Стасу явно неприятно было соглашаться со мной, но возможность вставить очередной упрёк пересилила.

– Дворянство... – протянул я, с усмешкой глядя на Стаса. Что бы изменилось, будь он боярином? Жандармы более внимательно бы выслушали? Всё равно бы послали, просто не в лицо, а стоило бы ему выйти за порог. – Ты там грозился своими друзьями, помнится. Тоже дворянами. Уже позвонил?

Меня Стас проигнорировал, но Михаил был готов цепляться за любую, даже самую призрачную надежду:

– Ты позвонил?

– Набрал одному, кого считал своим другом, – насупившись, ответил Стас.

– И что? – Михаил требовательно посмотрел на брата, но тот молча рассматривал свои ботинки.

– Могу и я ответить. Никто не будет решать чужие проблемы. Особенно за просто так! – хмыкнул я.

– А твои знакомые будут решать? – Михаил кивнул, соглашаясь со мной.

– Тут есть нюансы. Это их территория, и задеты, соответственно, их интересы!

– Но ведь у меня нет никакой крыши, и ни с кем я не договаривался. И не собираюсь! – набычившись, добавил он.

– Неважно. Территория их, думаю им не придется по нраву, что кто-то здесь хозяйничает без их ведома, – твёрдо ответил я. Но, похоже, Михаил всё равно до конца не понимал, что я имею в виду. – Ты не смотрел сериалов? Ну, там, криминальные и прочие?

Честно признаться, и я их не смотрел, но знал, что в интернете имеется огромный культурный пласт подобных сериалов. Тот же Леший увлекался ими. Да и Ким, когда мы с ним были на свалке, пытался пересказать одну из серий.

– Да какие сериалы?! – в сердцах воскликнул Михаил. – Там всё выдумки, а здесь – реальная жизнь.

В этот момент на пятачке перед сервисом затормозила полностью тонированная машина. Из водительской двери выскочил Адик. Найдя меня взглядом, радостно улыбнулся.

– Максим, Брат! Как я рад тебя видеть! – Я поднялся навстречу, и мы сердечно обнялись.

– Знакомься, – я подвёл Адика к Михаилу и представил его.

– Так что, будем проблему решать? – обратился Адик к насупившемуся Михаилу которому, похоже, Адик не пришёлся по вкусу. – Или сами всё разрулите?

– Будем, – немного помолчав, всё-таки согласился Михаил.

– Правильное решение! – Адик продолжал радостно улыбаться, только для не знакомых с ним людей это выглядело, скорее, угрожающе. – Тогда, Михаил, едем к Руслану.

– Что он затребует за помощь нам? – оставаясь на месте, спросил Михаил. Он сейчас напоминал маленького упрямого бычка.

– Да что с вас взять? – махнул рукой Адик. – Вы же «белые» совершенно. С такими мы не работаем, но чисто по доброте душевной готовы вам помочь.

– Красиво говоришь, – улыбнулся я Адику. Тот довольно кивнул в ответ. Как ни странно, в его компании я ощущал себя просто прекрасно. Как будто общаюсь со старым другом, с которым давно не виделся. Было в Адике что-то, что мне импонировало. Возможно, то, что мы оба – бойцы по складу характера. Ведь, несмотря на моё увлечение рунами, я немало времени провёл с наёмниками и не раз смотрел в лицо смерти. А может, причина в том, что чем-то он напоминал Ильдара. Такой же шебутной и лёгкий на подъем, честный и прямой парень. И неважно, какими делами занимается.

– У меня хорошее образование! – оскалился Адик. – Мама очень настаивала.

– Так всё-таки? – продолжил упрямиться Михаил. Похоже, моё тёплое общение с Адиком разбудило в нём подозрения, зёрна которых посеял Стасик.

– Едем к Руслану, он решит! – резко сказал Адик, мгновенно превращаясь из добродушного человека в бойцовского пса. – Не бзди. Лишнего не возьмём. К тому же, за вас вписался мой кореш! – Он хлопнул меня по плечу. – Едем!

– Одних бандитов на других сменили! – процедил Михаил, продолжая упрямиться.

И я, и Адик отлично услышали его слова. Адик – парень горячий, ещё чуть-чуть – и кинется учить уму-разуму Михаила. Похоже, эта несдержанность в словах у них семейная.

– Ты не прав, – поспешил возразить я. – Руслан – дворянин, уважаемый человек, который держит своё слово. Честь для него – не пустой звук! Не стоит барона называть бандитом.

Конечно, я не был полностью уверен в своих словах. Виделся я с Русланом всего один раз, да и недолго. Но, думаю, во всех мирах одно и то же. В теневом бизнесе ты должен отвечать за свои слова, иначе долго не продержишься.

– Да какая честь у бандитов! – не выдержал Стасик. – Они все одинаковы! Лишь бы ограбить! Вы – просто мусор!

– Это что за малахольный? – неожиданно спокойно спросил у меня Адик.

– Не обращай внимания, младший брат Михаила, – я устало махнул рукой. Мне всё меньше и меньше хотелось вытаскивать Михаила и его брата.

– Эй! Я, вообще-то, здесь! – Стасику явно не понравилось, что его проигнорировали.

– Ты же понимаешь, что в нормальном обществе за свои слова надо отвечать? Ты назвал меня и Руслана мусором и бандитами?

– Не тебя, – сразу сдал назад Стасик, – просто бандитов. Когда я стану дворянином, вы будете ходить ко мне на поклон!

– У него совсем крыша протекла, не обращай внимания, – я покачал головой.

– Сочувствую, – бросил Адик Михаилу, – так едем или что?

– Поехали, – наконец-то решился Михаил. Думаю, ключевым моментом было желание убрать Адика подальше от Стаса, который внезапно осмелел и явно нарывался на неприятности.

Я сел на переднее сиденье рядом с Адиком, Михаил разместился на заднем. Перед этим он проинструктировал Стаса. Тот должен был закрыть сервис и отправиться к целителю – подлечиться.

Адик уверенно рулил, резко входя в повороты.

– Учти, – обратился он ко мне, – за Михаила ты поручился, и к Руслану я обращаюсь именно по твоей просьбе. Так что спрос будет с тебя!

– Понимаю, – согласился я.

Логично, не поспоришь. Если бы Михаил сам вышел на Руслана, с ним, скорее всего, и разговаривать бы никто не стал. Я же воспользовался личным знакомством и обратился с просьбой, значит, и плату будут брать с меня. Ну ничего, думаю, это я переживу. Руслан – человек разумный, лишнего брать не станет.

Подольск – город небольшой, а учитывая манеру езды Адика, дорога на другой берег заняла совсем немного времени.

Машина резко затормозила у большого двухэтажного здания. Над дверью ярко светилась вывеска: «Клуб «Мастер».

Зайдя внутрь, мы оказались в большом зале. Вдоль стен стояли столики, посередине зала буквой О расположилась барная стойка.

– Возьмите себе что-нибудь за счёт заведения, – Адик указал одному из барменов на нас и сделал какой-то знак пальцами, – я за вами выйду, – после чего скрылся за одной из дверей, рядом с которой стояли два охранника.

Михаил, молчавший всю дорогу, так и не проронив ни слова, сел на ближайший стул и безучастно уставился взглядом в стену.

Я подошёл к барной стойке и приветливо кивнул бармену – здоровому детине с лысой головой в рубашке, на которой отсутствовали рукава. Его огромные руки бугрились мышцами.

– Что будешь? – спросил он.

– Кофе есть?

– Эспрессо, капучино...

– Капучино, – выбрал я.

– Сделаю, – кивнул бармен.

Пока готовился кофе, я осматривался. Интерьер был интересный, напоминающий таверны из моего мира. Никакого пафоса. Стены, обитые деревом, на которых в рамках висели фотографии. Актёры, актрисы, боксёры, известные дворяне. Многие фотографии были с подписями. Негромко играла музыка, освещение было достаточно тусклым. Большая часть столиков оказались заняты. Гул голосов таял в звуках спокойной музыке. Очень приятное заведение, которое совершенно не вяжется с образами Адика и Руслана.

– Держи, – бармен поставил передо мной чашку.

Сделав первый глоток, я удивлённо посмотрел на бармена:

– Очень хороший кофе! – В моём голосе было столько удивления, что бармен рассмеялся.

– Что, глядя на меня, решил, что я только текилу могу разливать, а кофе мне не по плечу?

– Ну, типа того. В баре не ожидаешь получить нормальный кофе. Да ещё и приготовленный таким здоровяком. Я бы поставил ему пять баллов из пяти! – признался я.

– Уважил, – кивнул бармен, широко улыбаясь, – теперь будешь знать, где лучший кофе в Подольске.

– О! – вдруг раздался за моей спиной женский голос. – Что этот оборванец здесь делает?

Обернувшись, я увидел Агату, которая подошла к стойке в компании с другой девушкой. Если бы она не открыла рот, не уверен, что я бы её узнал. На Агате было очень короткое чёрное платье с блёстками. На ногах – туфли на шпильках. Лицо замазано большим количеством косметики. Волосы распущены. Только взгляд всё тот же – злобный и презрительный.

– Ты чего не на работе? – грубо ответил я. – Неужели выгнали наконец-то?

– Не дождёшься! – Агата повернулась к бармену. – Сделай нам два фирменных коктейля.

– Одну минуту, – кивнул тот.

– У меня завтра выходной, так что гуляю! – зачем-то сообщила она мне. – Так как такого оборванца впустили внутрь? Что ты здесь вообще забыл? Ты же малолетка! – Похоже, любопытство сильнее любой неприязни.

На «оборванца» обижаться не стоило. Я действительно одет был неподобающим образом. Всё-таки приехал прямо с работы. Хоть в сервисе я и надевал на себя спецовку, но предпочитал ходит туда в обычной, недорогой одежде.

– Зашёл по делам, – уверенно произнёс я, разглядывая подружку Агаты. Девушка была достаточно миловидной, но на фоне Агаты проигрывала. Ростом была слегка ниже, размер груди капельку меньше, а талия немного шире.

– Ты что на неё уставился? – перехватила мой взгляд Агата. – Знай своё место!

– И какое оно, моё место?

– Быть мальчиком на побегушках, пусть даже и у мага, – припечатала она бросив на меня взгляд полный презрения.

– И это говорит мне продавец в магазине!

Бармен выставил коктейли и с большим любопытством грел уши.

– Да будь моя воля, давно бы ушла с этой идиотской работы! Этот Зотов такой душный! Всё ему не так. То не улыбнулась, то юбка слишком короткая, то про здоровье у клиента не спросила, то пыль плохо вытерла! Вечно чем-то недоволен. Это отец меня туда устроил! – Агата стукнула кулачком по стойке и залпом выпила половину коктейля.

– Сама работу найти не смогла? Никто не берёт? – решил я немного потроллить девушку. – Оно и понятно, с таким-то характером!

– Да будь моя воля – вообще бы не работала! – Она не обратила внимания на мои последние слова.

– И на что бы ты жила? – Её ответ меня удивил.

– А это не твоё дело! Нашла бы, на что жить! Я умна и хороша собой...

– Рассуждаешь, как шлюха, – раздался за моей спиной радостный голос Адика.

– Да как ты смеешь! – взвилась Агата, но, увидев Адика, поперхнулась и натянула на лицо очаровательную улыбку, мгновенно переменившись. – Ой, Адик, привет, дорогой!

Я с удивлением покачал головой: ей бы в актрисы, с такими-то талантами!

– Идём, – Адик хлопнул меня по плечу, полностью игнорируя Агату, – Руслан ждёт!

Под удивлёнными взглядами Агаты и её молчаливой подружки мы пошли к боковой двери. Михаил при виде нас дёрнулся, нервно поднялся на ноги.

– Посиди ещё, – остановил его Адик, – я выйду за тобой.

Тот понуро опустился обратно на стул. Ведёт себя, как ученик, которого вызвали к директору. Неправильно это, но, боюсь, его уже не переделать.

Мы прошли по небольшому коридору и оказались в огромном зале, посреди которого расположился настоящий боксёрский ринг.

– Ого! – удивился я. – Не ожидал, что в ночном клубе будет ринг.

– А то! – гордо выпятил грудь Адик. – Ты думал, почему у нас такое название – «Мастер»? Здесь бои проходят. И сегодня в одиннадцать вечера будут. Многие приезжают гонки посмотреть, а потом к нам идут. Наш клуб очень популярное место, – с гордостью в голосе добавил он.

В зале царил полумрак. Только ринг был яркое освещён. Рядом с рингом стоял стол, за которым сидел Руслан. К нему то и дело подходили разные люди, похоже, служащие клуба. У стены разминались бойцы.

– Привет! – Руслан поднялся и пошёл мне навстречу.

– Здравствуйте! – уважительно ответил я. Мы остановились рядом с рингом.

– Что, – заметив мою заинтересованность, он кивнул на ринг, – хочется попробовать?

В моем прошлом мире таких конструкций не было. Если предстоял кулачный бой, то очерчивался круг, в котором решали свои разногласия дракой. Аристократия же решала всё с помощью шпаг или магии. Кулачный бой был развлечением «мужичья». Да и чисто спортсменов у нас не было. Королевство небольшое. А вот в соседней с нами империи, поговаривали, были профессиональные бойцы, которые сражались на потеху публике.

Мне и вправду было бы интересно пройтись по рингу и... может быть, сразиться.

– Нет, – я качнул головой. Сейчас точно не время и не место.

– Давай с тобой махнёмся раз на раз? – задорно предложил Руслан. – А то Адик так расхваливал...

Я окинул его взглядом. Крепкий, подтянутый. Лет тридцать пять. Светлая рубашка с закатанными рукавами. Смотрит уверенно, чуть свысока. Видно, что и боец неплохой, тренировки не пропускает. Все это читалось по движениям, по повороту головы. Насмотрелся я на подобных людей.

– Боюсь зашибить, – улыбнулся я в ответ на вызов, – плохо контролирую силу удара.

Моя дерзость принесла свои плоды. Руслан весело расхохотался, его поддержали стоявшие рядом ребята.

– К тому же, мне это невыгодно. Проиграть не боюсь, поддаваться не умею. А вот если выиграю, это плохо скажется на наших отношениях, – мой честный ответ явно удивил Руслана.

– Тут ты не прав. Не стоит меня недооценивать. Да и поражение я, как настоящий мужчина, приму достойно. Вот Адик – он же проиграл тебе, но ваши отношения от этого, мне кажется, только улучшились!

– Хороший довод, но, боюсь, случай не тот, – согласился я и кивнул на висевшую неподалёку грушу. Она выглядела громадной и тяжёлой, – могу продемонстрировать!

– Валерьяныч! – резко крикнул Руслан. К нам быстро подошёл худощавый и очень крепкий старик, который окинул меня внимательным взглядом.

– Чего орёшь? – хрипло обратился он к Руслану.

– Перебинтуй руки парню, пусть по груше постучит, а мы посмотрим, так ли он хорош на самом деле.

– Сделаю!

Дед быстро и очень профессионально перебинтовал мне руки. Вместе с ним и с Русланом мы подошли к груше. Руслан встал сбоку от неё, придерживая снаряд руками.

– Разогрейся! – хмуро глядя на меня, произнёс дед.

Сделав несколько вращательных движений руками и размяв кисти, я сообщил о своей готовности.

– Вечно вы куда-то спешите, – недовольно пожевав губы, осудил меня Валерьяныч, – сначала попробуй, тихонько. Груша тяжёлая, – начал наставлять он.

Я не сильно ударил по груше. Она даже не шелохнулась. Встав в стойку, сделал ещё несколько ударов, вкладываясь в каждый всё сильнее и сильнее. Наконец груша поддалась. Она начала раскачиваться, но Руслан крепко удерживал её.

– Давай «двоечками», – подсказал дед. Стыдно было признаваться, но техники у меня не было никакой. Да, я видел, как бьются воины. Все эти «двоечки», уклонения. Но видеть – это одно, а уметь – другое. Я ещё некоторое время постучал, но быстро запыхался. Тело совершенно не тренированное.

– Что скажешь? – обратился Руслан к Валерьянычу.

– Мощь! – заявил тот. Я с гордостью расплылся в улыбке.

– Тот случай, – продолжил Валерьяныч, – когда гора родила мышь. Техники никакой. Просто ноль. Единственное – хорошо, хоть руки правильно держит, без травм обходится. Ноги вообще живут своей жизнью. Просто никуда не годится.

– Понятно! – Руслан неожиданно весело рассмеялся и хлопнул по плечу Адика. – Похоже, ты нашёл соперника по себе. Тоже дури немерено. Представляю ваш бой! Просто стояли на месте и молотили друг друга по лицу, пока кто-то первым не упадёт?

Я почувствовал, как от стыда краснеют мои уши. Ведь всё примерно так и было. Наш бой был на выносливость и выдержку. Выдержку ударов соперника. Конечно, мы оба пытались уклоняться, но это не было целью.

– Ага! – весело расхохотался Адик и хлопнул меня по плечу. – Он держался, как настоящий мужчина. А его удары! М... – Адик мечтательно закатил глаза. – Ты же знаешь, по пальцам руки можно пересчитать тех, кто может меня вырубить. Максим – третий человек! Не удар, а пушка! – Адик гордо поднял руку, выставив три пальца.

– Я заметил, – Руслан потирал отбитые руки, которыми удерживал грушу.

Мы вернулись обратно к столику.

– Алихан! – обратился Руслан к одному из здоровяков, что тренировались, когда я пришёл, а потом с любопытством наблюдали за моим боем с грушей. – Максим смог вырубить Адика. А ты выстоишь?

– Я бы попробовал! – улыбнулся тот в ответ и повёл плечами.

Алихан выглядел серьёзно. Рост под метр восемьдесят пять, с покатыми плечами. Фигура немного заплыла жирком, уши кривые и распухшие, нос слегка свернут набок. Сразу видно – крепкий и опасный боец.

Отказываться было некрасиво. Тем более, учитывая, что я пришёл с просьбой о помощи. Похоже, придётся принять бой. Нехорошо со стороны Руслана ставить меня в подобную ситуацию. Главное – непонятно, зачем ему это нужно. Я ясно дал понять ещё в первую нашу встречу, что работать на него не буду, у меня другие планы на жизнь.

Была ещё одна веская для меня причина принять этот бой. Мои принципы – не уклоняться от трудностей. Жизнь дарит шанс схлестнуться с сильным воином. Проверить себя, пусть и в тепличных условиях, когда жизни не угрожает прямая опасность. Наверняка и целитель где-то здесь имеется.

Глядя, как на моём лице расплывается довольная улыбка, Адик рассмеялся:

– Я же говорил – он боец!

– Иди, переоденься, форму дадут, – Руслан явно подобрел, видя мою реакцию.

Валерьяныч отвёл меня в раздевалку, выдал из формы лишь плотные шорты и помог в них влезть. Руки по-прежнему были забинтованы, так что он лично зашнуровал мне мягкие ботинки. В шортах и с голым торсом я вышел обратно в зал.

– Алихан – хороший боец, бывший дзюдоист, так что если подпустишь его близко, считай, пропал. В партере он очень хорош! – пояснял мне старик.

– Понял – держать на расстоянии, – сделал я вывод.

Спустя пару минут мы стояли на ринге. Яркий свет слепил глаза, пол под ногами удивительно приятно пружинил. Кровь наполнилась адреналином, да так, что зашумело в ушах!

К нам поднялся Руслан:

– Бой без правил. Один раунд. Пять минут. Можно использовать всё. Руки, ноги, локти, голову. Глаза не выдавливать, зубами не кусать, в пах не бить. Когда сказали «стоп» – остановиться! – объявил он. – Готовы?

– Да, – ответил я.

– Всегда, – пробасил Алихан, снисходительно глядя на меня. Рядом с ним я был просто мальчишкой. У нас очень разные весовые категории. Он тяжелее, наверное, раза в полтора. Оставалось надеяться, что Алихан меня недооценивает. Правда, не уверен, что силы моего удара хватит, чтоб свалить этого дядьку.

– Максим, – ко мне подошёл Руслан, – целитель наготове. Если хочешь, могу отменить бой. Ты и так проявил мужество, поднявшись на ринг.

– Нет, – улыбнулся я ему. Похоже, глядя на меня, стоящего напротив Алихана, Руслан сообразил, насколько не равны наши силы. Выставлять, по сути, пацана против взрослого опытного мужчины – тут нет особой чести. – Я в порядке!

Мне и правда хотелось попробовать. Я не ставил себе цели победить, но продержаться как можно дольше хотелось. Мне и самому это было нужно.

– Бой, – произнёс Валерьяныч, который остался с нами на ринге – следить за соблюдением правил.

Глава 10

Надежда на то, что Алихан ринется вперёд без разведки, пошла прахом. Он был опытным бойцом и явно успел оценить мою силу удара, когда я бил по груше.

Начал Алихан с разведки, проверяя мою скорость реакции. Пока я успевал уклоняться. Пришлось полностью сосредоточиться. Следить за его ногами и руками, контролируя даже малейшие движения мышц. Это позволяло мне предугадать начало удара и отклониться. Двигался я экономно, лишь слегка смещаясь.

Несколько раз в ответ на атаки я махнул кулаками, но Алихан был очень быстр. Несмотря на свои габариты, он мгновенно уклонялся, даже стоя на месте. Амплитуда наклонов была великолепна.

Бой уже длился больше минуты. Для кого-то минута – лишь миг, но во время боя это время тянется удивительно медленно.

Алихану этого времени хватило чтобы меня оценить и он первым решился на сближение. Несколько раз его кулаки пролетели в опасной близости от моего лица, после чего последовала совершенно неожиданная для меня серия ударов ногами. Они оказались очень чувствительными и болезненными. Не привык я, что в любой момент может прилететь хлёсткий удар ногой. Потерял на мгновение концентрацию и словил боковой удар в голову. В последний момент постарался отклониться, и удар меня не вырубил, но я поплыл. В следующим миг оказался на полу, а моя шея – в захвате. Но сдаваться так просто я не собирался. Извиваясь на скользком от пота покрытии, мне удалось извернуться и схватить руки Алихана.

От недостатка кислорода темнело в глазах, но мои пальцы сжимали руки Алихана, пытаясь ослабить захват. Мне удалось вдохнуть, захват слабел, а на руке Алихана под моими пальцами начинала выступать кровь.

Алихан резко отпустил меня и вскочил на ноги, с удивлением рассматривая руку, на которой отпечатались мои пальцы. Перекатившись в сторону, я тоже смог подняться на ноги.

Но бой ещё не был окончен. У меня не так много было шансов выстоять оставшееся время. Стоило рискнуть. Пару ударов я переживу, мне бы самому ответить.

Прикрывая голову руками, я начал сближение, не обращая внимания на болезненные удары ногами по бедрам и голени. Я подошёл уже достаточно близко, надеясь, что ногами теперь будет не размахнуться, и пустил в дело кулаки. Перед глазами всё плыло от усталости, но я видел, что Алихан, хоть и опытный боец, не привык защищаться от ударов на близком расстоянии. Удар, ещё удар. Мои кулаки метили в лицо Алихана. От его ударов я уворачивался и не позволял увеличить расстояние. Некоторые удары прилетали мне в ответ, пробивая мои руки, но я уже не обращал на это никакого внимания. Один из моих ударов вышел на загляденье – я попал очень мощно боковым в ухо Алихана. Его повело в сторону. Я же ринулся на добивание, но не учёл, что передо мной опытный боец, который даже в состоянии грогги продолжает действовать на инстинктах, вбитых в тело годами тренировок.

Он каким-то образом продолжал уклонялся от моих ударов, вяло огрызаясь в ответ. Расстояние между нами было минимальным, нормально размахнуться Алихан не мог, а схватить себя я не позволял, постоянно нанося удары кулаками. Пусть размах был и невелик, но моей силы хватало, чтобы Алихан думал в первую очередь о защите.

Прилетело оттуда, откуда я не ждал. Резкий удар коленом в челюсть – и я валюсь на пол. Даже не подозревал, что так можно! На миг я потерялся, но воля к победе по-прежнему была со мной. Правда, момент был упущен. Алихан не стал допускать прошлой ошибки и брать меня на удушающий приём. Он удивительным образом извернулся, перекрутив меня так, что моя нога оказалась в захвате на излом. Как бы я не хотел продолжить бой, но дальнешее сопротивление было бессмысленно.

Мне ничего не оставалось, кроме как постучать по полу ладонью.

– Ну ты даёшь! – Алихан легко вскочил на ноги, потирая свою челюсть. От предложенной руки я отказался, продолжая лежать на полу. Мне необходимо было сначала прийти в себя, а потом уже вставать. – Как будто кувалдой лупишь!

На моём лице расплылась довольная улыбка. Пусть пять минут я и не продержался, но выступил достойно.

Валерьяныч сел рядом со мной на корточки и покрутил руками мою голову, заглянул в зрачки.

– Поднимешься? – участливо поинтересовался он.

– Да. Я сам!

Аккуратно встав на четвереньки, я помотал головой из стороны в сторону. Вроде не кружится. Краем глаза заметил на полу ринга достаточно большую руну. Разбираться сил не было, но любопытство хотелось утолить.

Встав на ноги, я выпрямился. Вроде стою устойчиво и быстро прихожу в себя. Левая часть лица сильно опухла, глаз заплыл. Всё-таки мне не один удар прилетел, пусть больше и по касательной, но этого хватило. Ещё сильно болели ноги – этот Алихан их здорово отбил.

– А что за руна у вас на ринге? – обратился я к Руслану.

– А ты попробуй подать энергию! Помогает прийти в себя! – выкрикнул кто-то из бойцов, которые сгрудились вокруг и наблюдали за боем.

Пожав плечами, я призвал магию, и тут же меня прошила молния, вырвавшаяся из пола. Я плюхнулся обратно на покрытие ринга. Скорее, не от боли, а от неожиданности. Зал наполнился хохотом бойцов.

Валерьяныч с осуждением глянул на ребят и помог мне подняться.

– Это чтобы магию во время боя не использовали. Ты на них не обижайся, ребята любят пошутить над новичками, – пояснил дед.

– Спасибо! – крикнул я в зал. – Голова точно прояснилась!

В ответ снова раздался взрыв хохота.

Такие невинные розыгрыши – в порядке вещей. Не стоит на них сердиться. Да и метод оказался действенным. Я сразу пришёл в себя. Кинув ещё раз взгляд на руну, недовольно поморщился. По сути, это именно то сочетание, которое я использую в своём артефакте для травников. Только я настроил активацию разряда на повышенный фон, а здесь она срабатывает от любого использования магии.

– Приводи себя в порядок, потом выходи и поговорим о деле, – Руслан крепко пожал мне руку, когда я спустился с ринга, – молодец, отлично держался!

Пока я шёл в раздевалку, ребята мне пожимали руки, хлопали по плечам и уважительно кивали. Мне удалось доказать, что я не просто мальчик, а боец.

В раздевалке сидели Алихан и Адик. Валерьяныч выдал мне полотенце и тапки, после чего я первым делом отправился в душ. Когда вернулся, оказалось, что к нам заглянул местный целитель.

– Подлатал немного, – сообщил он, закончив работу, за которую я мог ему сказать только огромное спасибо. Опухоль на лице практически спала, – синяк на лице будет виден некоторое время. День два и пройдет. Ноги тоже к завтрашнему дню придут в норму, поболят конечно, но ходить сможешь.

– Ничего! Синяки украшают мужчину! – рассмеялся Адик.

– А ты, Алихан, – обратился целитель к бойцу, – сегодня не выступаешь. Отдохни. Этот украшенный тобой мужчина тебе серьёзно руку повредил. Похоже, у него стальные пальцы! Связку порвал. Прямо пальцами продавил! Так быстро не зарастёт.

– Эх! – грустно вздохнул Алихан, глядя вслед целителю, который поспешил нас покинуть. – Мне за каждый бой платят по десять рублей.

– Да брось ты, – хлопнул его по плечу Адик, – деньги – не самое важное в жизни.

– Слушай, Адик, а почему ты на свалке трёшься? – спросил я.

Услышав мой вопрос, Алихан весело рассмеялся, моментально забыв о своих проблемах:

– Адик у нас лудоман! Азартен до безумия. Все деньги проиграл. Вот Руслан и поставил ему запрет на азартные игры! – сообщил Алихан, поглядывая на смутившегося Адика.

– Ну и при чём здесь свалка? – не понял я.

– А он там чувствует себя кладоискателем!

– Да я чего только не находил! – Глаза Адика загорелись азартным блеском. – И артефакты, и золотые цепи, и украшения!

– Вот, я же говорю, больной на всю голову, – Алихан указал на Адика, – ты же видишь?

– Да уж... – Я покачал головой, но без осуждения. Похоже, Адик пусть и не сумел побороть свой недостаток, но хотя бы направил его в безопасное русло, с чем его, скорее, можно поздравить. – Но соглашусь с Алиханом и Русланом: азарт до добра не доводит.

– Да знаю я! – Адик махнул рукой. – Пойдём уже, не стоит заставлять Руслана долго ждать!

Я закончил одеваться. Кинул взгляд на часы. Время уже приближалось к десяти часам вечера. Сам бой не занял много времени, но в раздевалке я провёл больше тридцати минут. Пока сходил в душ, пока меня подлечил целитель, – время пролетело незаметно.

Когда вышел из раздевалки, удивился произошедшим в зале переменам. Ринг так и стоял в центре, грушу сняли, а всё свободное пространство заставили столами. Вокруг сновали официанты, накрывая столы белыми скатертями и расставляя приборы.

– Идём, – из-за моей спины вышел Адик, – наверное, и есть уже хочешь?

– Не отказался бы, – признался я. Энергии потратил немало.

Мы прошли в конец зала, где стояли диваны, и за одним широким столом сидел Руслан. Стол уже был заставлен едой.

– Садись, герой, – ухмыльнулся Руслан, – ты впечатлил наших ребят!

Рядом с ним сидел незнакомый мне крупный, грузный мужчина. Напротив пристроился Валерьяныч.

Я сел на указанное мне место, рядом приземлился Адик, который сразу накинулся на еду.

Некоторое время мы утоляли голод, пока Руслан не отложил приборы в сторону.

– Рассказывай, что у вас там произошло.

Коротко рассказал ему о ситуации в сервисе. О бандитах, которые на нас наехали.

– Главный среди них такой пожилой, худощавый? – слегка прищурившись, уточнил Руслан.

– Да.

– Сева. Мы с ним сталкивались в Серпухове. Умный мужик. Правая рука Ромы. Даже странно, что лично отправился, а не торпед своих послал. Видать, заинтересовал ты их чем-то. На тебя посмотреть хотел.

– Так поможешь?

– Надо с Михаилом твоим поговорить. Мы с такими людьми обычно не связываемся. Работают в белую, пусть и работают. Но ты прав: это наша территория, и у меня тульские разрешения не спрашивали. А это неправильно.

– Что я должен буду? – Такие вопросы лучше сразу прояснять.

– Правильные вопросы задаёшь, – Руслан с одобрением кивнул головой, – ты наш парень. Я это вижу.

– Нет, – я покачал головой, – против закона я не пойду, так что тут ты не прав.

– Ты, – он указал на меня пальцем, – ты – боец! Значит, наш, – видя, что я несколько растерялся, он улыбнулся:

– Ты думаешь, я только и делаю, что занимаюсь незаконными делами? Совсем нет. Возьми этот клуб, к примеру. Он приносит весьма ощутимый доход, при этом работает совершено в белую. У всех договора, все налоги оплачиваются в должной мере и в срок. Это моя работа. А то, что я иногда помогаю решать разные проблемы, – он широко улыбнулся, – так нравится мне это дело. Хобби у меня такое.

– Руслан у нас – настоящий специалист по решению проблем, – поддержал его Адик. Только Валерьяныч, сидевший через одного человека от меня, поморщился, но ничего не возразил.

– Ты не ответил на мой вопрос, – я не дал себя увести в сторону, – какую плату назначишь за свою помощь?

– Ну зачем так прямо? Должен будешь!

– Нет, – твёрдо произнёс я, вставая, – по таким правилам я не играю. Плата за твою помощь должна быть чётко оговорена сразу.

– Или что? – прищурился вмиг ставший серьёзным Руслан.

– Буду искать другие варианты, – я безразлично пожал плечами.

– Хорошо, – кивнул мне Руслан, – ты же рунолог? И, говорят, очень талантливый?

Адик потянул меня за руку, усаживая обратно за стол. Я не стал противиться.

– Да. Есть такое.

– Тогда получишь одно задание по твоему профилю. Есть у меня шкатулка, надо открыть. Справишься?

– Попробую, но сначала надо посмотреть на неё.

– Хорошо. Это будет твоя плата. Тебя устраивает?

– Вполне.

– Кстати, – он подцепил вилочкой дольку ананаса, – ты же в Нижний перебираешься? – показал Руслан свою осведомлённость, чему я совершенно не удивился. – Я маякну там знакомым ребятам. Будут обращаться к тебе иногда за помощью. Это в качестве жеста доброй воли. Оплачивать будут по высшему разряду, не беспокойся.

– Можно, – не стал отказываться я, – только мне нужна будет информация о каждом заказе. Против совести не пойду.

– Ты что, из этих, – он качнул головой, – кто считает, что честь и совесть влияют на жизнь мага?

– Можно и так сказать.

– Ну, прям, как ты! – внезапно рассмеялся Руслан и посмотрел на Адика, потом перевёл взгляд на Валерьяныча. – И ты в моих бойцов вбиваешь эту же дурь!

– Кодекс и честь не могут быть пустым звуком для бойца, – жёстко произнёс Валерьяныч.

– Но только Максим у нас в первую очередь рунолог, а не боец! – возразил ему Руслан.

– Путь к мастерству, – философски заметил Валерьяныч.

– Да чего ты! – не выдержал Адик. – Можно подумать, сам не такой!

– Я аристократ, – гордо расправил плечи Руслан, – у нас это в крови.

– Я бы возразил, – глухо произнёс я на это, – когда на гонках случилась авария, большинство аристократов сбежали или просто стояли в сторонке, снимая всё на телефон.

– Мусор, – отрезал Руслан, – не достойны уважения. Так мы договорились?

– Да, – твёрдо ответил я.

На этом первая часть разговора закончилась. Адик отправился за Михаилом, а я сидел за общим столом, попивая свежевыжатый апельсиновый сок.

– Бился ты стойко, – снова обратил на меня внимание Руслан, – техника никакая, но удар мощный. Походи, позанимайся у Валерьяныча, – видя, что я собираюсь возразить, он поднял перед собой руки, – ничего не должен будешь должен! Понял я уже, что ты болезненно независимый. Просто позанимайся. И моим бойцам будет полезно с тобой поспарринговать, и технику подтянешь.

Валерьяныч согласно кивнул и протянул мне руку для рукопожатия.

– Давай, приходи! – подтвердил он.

– Спасибо, – я пожал крепкую ладонь старика, – со временем свободным плохо, но постараюсь найти.

Михаил остановился перед столом, не решаясь сесть без приглашения. Руслан полуразвернулся и окинул его взглядом.

– Присаживайся, – указал ему на стул рядом со мной, где до этого сидел Адик.

Михаил сел на самый краешек, явно ощущая себя не в своей тарелке. И искоса кидая на меня взгляд. Похоже сумел разглядеть синяки на моем лице.

– Смотри, Михаил, – начал Руслан, – я берусь тебе помочь. Но только из-за того, что ко мне обратился достойный человек, – он кивнул на меня. – Тульские влезли на мою территорию. Так что я в своём праве. К тому же, они принялись за тебя ещё раньше, чем ты думаешь. Все эти отрицательные отзывы в интернете – их рук дело. Да и Антошенька Зарецкий работает под их крышей. И не думай, что их цель только Максим. Будь уверен – тебе бы по-любому досталось!

– Я понимаю, – тихо произнёс Михаил.

– Это хорошо, что понимаешь. Надеюсь, ты также понимаешь, что это разовая акция с моей стороны, за которую расплачивается Максим. Не очень красиво прятаться за его спиной!

– Да я и сам могу, – сглотнул Михаил. – Ну, не знаю… Чего вы хотите? Денег?

– Да кому нужны твои деньги. Просто имей в виду, что ты будешь должен Максиму. Это понятно?

– Понятно, – кивнул тот.

– Ну и если мои ребята будут заезжать, обслужи их качественно.

– Но... я и так работаю качественно!

– Это хорошо, это ты молодец, – покивал Руслан, – да не нервничай ты так. Ребята за работу всегда платят. А проблему твою мы завтра решим. Договорились?

– Договорились! – Михаил что-то совсем потерялся.

– Можешь идти, – властно кивнул ему Руслан, и Михаил на полусогнутых ногах покинул зал.

– Не боец, – глядя ему вслед, философски заметил Руслан.

Мне из чувства противоречия хотелось встать на защиту Михаила, но я не сумел найти никаких доводов в его пользу.

– Так ему и не надо, – а вот Адик смог, – зато, говорят, руки у него золотые. Хороший мастер. Было бы жалко потерять такой сервис в Подольске.

– Тут ты прав, Адик, ой как прав, – Руслан развернулся ко мне, – что у тебя такой взгляд? Думаешь, я презираю подобных людей?

– Сложилось такое впечатление, – честно ответил я, глядя ему в глаза.

– Зря. Я как хороший аристократ считаю, что мы держимся на подобных людях и должны давать им возможность развиваться, расти и ощущать себя в безопасности.

– Достойные речи, которые не вяжутся в моей голове с твоим видом деятельности, – смело ответил я.

– Ты плохо меня знаешь, – махнул рукой Руслан, – доел? Пойдём, задание выдам. – Он поднялся из-за стола.

Мы отправились втроём. Я, Руслан и Адик. Прошли по коридорам, после чего поднялись на второй этаж. Руслан остановился перед одной из дверей и, приложив к ней руку, подал на магический замок энергию. После чего достал из кармана хитрый металлический ключ и открыл механический замок.

– Серьёзно! – усмехнулся я.

– Надёжно, – мрачно парировал Руслан.

По кабинету сразу можно было сказать, что его владелец – аристократ старой гвардии. Полутёмный, книжные шкафы, заставленные старыми книгами с потрёпанными корешками, массивный стол. На одной стене висят шпаги. На другой – большая картина, на которой изображены воины на лошадях, летящие в бой.

Руслан подошёл к картине и слегка сдвинул её в сторону. За ней оказался сейф, из которого он извлёк свёрток, завёрнутый в тёмную ткань. Поставив его на стол, развернул ткань. Внутри оказалась шкатулка.

– Как ты хотел, никакого криминала, – он улыбнулся кончиками губ, – внутри важные для меня документы. Шкатулка завязана на магию одного из моих бывших помощников. Этот глупец проворовался и попытался сбежать. Ты не смотри, что шкатулка выглядит старой. Обычная подделка, но вот руны защиты на ней установлены мощные. Сможешь открыть?

Я подошёл и осмотрел шкатулку со всех сторон. Что можно сказать? Хитро сделанная защита. Огненное заклинание, направленное внутрь, в мгновение могло сжечь всё содержимое, если попытаться её открыть, не сняв магическую защиту. Так же оно реагировало на нарушение целостности. Эту шкатулку лучше не ронять на пол.

– Мне нужна комната, полная тишина и минут тридцать времени. Ещё ручка или карандаш и пара листов бумаги, – выдвинул я свои требования. Работа предстояла сложная, но не невыполнимая. Активатор завязан на слепок ауры. Именно его я изучаю вот уже неделю. Да, моего понимания может не хватить, но, судя по тому, как неглубоко размещался активатор, сила воли и понимание у рунолога, делавшего эту вещь, не так уж и велики. Или, что скорее всего, он не виде смысла особо вкладываться.

– И тебе больше ничего не нужно? – удивлённо поднял брови Руслан. – Идём!

Руслан порылся в столе, достал десяток листов бумаги, пару ручек и карандашей. Всё это он вручил Адику. Затем аккуратно завернул шкатулку обратно в ткань и, сунув её под мышку, открыл перед нами дверь. Мы покинули кабинет, и Руслан снова запер её на два замка – магический и механический.

Пройдя немного по коридору, он распахнул дверь, за которой оказалась маленькая комната. Похоже, она использовалась для переговоров или для чаепития. У стены небольшой буфет. Стол и четыре стула. После роскоши кабинета эту обстановку можно было назвать «спартанской».

– Подойдёт?

– Да.

– Отлично. Адик останется с тобой, – Руслан поставил шкатулку на стол и вышел.

Я сел за стол и взял шкатулку в руки, положив перед собой бумагу. Первым делом надо было зарисовать всю руну и постараться ничего не пропустить.

– Ну ты, брат, даёшь! – Адик не мог долго молчать. – Неужели сможешь открыть? – Мой ответ ему не требовался. – Несколько месяцев я промучился этой шкатулкой. Ездил к трём мастерам, пока мне последний не сказал, что возить её надо очень аккуратно, а то может рвануть!

– Может, – согласился я с ним.

– Ага, – он неприязненно взглянул на шкатулку, – вот тогда я и бросил это дело. Ну её к лешему!

– Правильно, – согласился я, – в Подольске же Зотов есть, к нему можно было занести.

– Кончено, знаю его. Причём хорошо. Я ему иногда артефакты со свалки сдаю, – Адик почесал переносицу, – заносил я ему шкатулку. Но он же такой же, как я! Я сразу вижу подобных мне. Вот и тебя разглядел. Фанатик, настоящий. Говорит – оставь на месяц. Я изучу, попробую разные варианты, дело, говорит, не быстрое, но весьма интересное.

– И что не оставил? – улыбнулся я, заранее предвидя ответ.

– Дак я ему говорю, что внутри бумаги важные. Нужны целые. С меня Руслан голову снимет, если что. А он твердит, что руна интересная, и нет никакой гарантии, что не рванёт. Эдак я и сам могу её открыть. Об пол приложить, и тут либо рванёт, либо нет!

– Помолчи, Адик, отвлекаешь! – попросил его я.

За это время я полностью зарисовал руну. Теперь мне предстояло с ней разобраться и попытаться понять. В принципе, ломать – не строить. Чтобы снять руну, глубокое понимание не обязательно. Обычно мастера ставят руну тяп-ляп, не вкладывая в неё ни понимания, ни силы воли. Считают, что надо просто побольше влить магии, и этого достаточно. Вот и по глубине расположения этой руны я сделал вывод, что мастер хорошо знал своё дело, но поленился. Возможно, он в день делает по десятку таких шкатулок, и ему уже давно наскучила эта рутина. Это мне только на руку.

Итак, что я вижу на рисунке? Руну огня, которая охватывает всю шкатулку со всех сторон. Направлена она внутрь. Магии в неё влито прилично. Тут даже не содержимое сгорит, а вся шкатулка превратится в пепел.

Активатор стандартный и знакомый мне. Завязан на магический след. С его пониманием у меня пока наблюдаются некоторые проблемы. Слишком мало я им занимался. Но он пристроен как бы сверху. Я могу дотянуться до руны огня в обход него. И это облегчает мою работу.

Сама руна огня вплетена в защитные контуры от внешней и внутренней энергии. Но мастер оставил снизу небольшой канал для подзарядки. Используя его, можно обойти контуры и снять саму руну огня.

– Сколько мастеров отказались её открывать?

– Трое. Один в Туле и два в Москве. Потом уже я обратился к Зотову.

– Знаешь, в чём основная проблема рунологов? – Адик отрицательно помотал головой. – Они научились ставить руны и понимают, как работает ядро. Этого достаточно для установки руны. Знают, как дополнить её блоками. Но для блоков особо понимание не требуется. Поэтому их просто заучивают. Я ещё думал: почему рассчитать руну на конкретную площадь или эффект стоит так дорого? Оказывается, дело в неумении и нежелании браться. Точнее, они что-то умеют, но чтобы рассчитать, надо открывать учебники, поднимать лекции... Проще штамповать по стандарту. Ядро, защита в обе стороны и активатор.

– Ты это к чему? – Адик внимательно слушал меня, но, похоже, мало что понял.

– К тому, что снять эту руну – дело пяти минут, если ты понимаешь больше, чем стандартный ремесленник. А иначе их назвать язык не поворачивается. Это не мастера, а роботы.

Всё это время я внимательно вглядывался в такую знакомую мне руну огня. И наконец-то она отозвалась. Благодаря пониманию я настроился с ней на одну волну, мог говорить на одном языке. И, я позвал её. Сначала вежливо и аккуратно, но руна не хотела покидать шкатулку. Тогда я придавил её своей силой воли. Столкнувшись с моим жёстким приказом, у неё просто не было возможности отказаться. Я показал руне путь на свободу и провёл энергию к своей руке, которой держал шкатулку.

– Всё! – Я поставил шкатулку обратно на стол.

– Так быстро! – Адик вскочил и смело взял шкатулку в руки. Он попытался поднять крышку. – Не получается!

– Конечно. Она заперта. Но руну огня я снял. А как вы откроете крышку – меня не волнует. Хоть топором.

– А не рванёт? – Адик по-прежнему с некоторой опаской относился к шкатулке.

– Уже нет, – я откинулся на стуле и расслабленно прикрыл глаза. Организм за этот вечер ужасно устал, и меня клонило в сон. Но осталось совсем немного: сдать свою работу Руслану и получить подтверждение, что я свою часть сделки выполнил.

Глава 11

Пока я сидел в полудрёме, в голове роились мысли. Снять руну огня оказалось очень просто, но другие рунологи с этим не справились. Мне была понятна причина. Я отлично владел огненными заклинаниями, годами оттачивая их в боях. Местные же мастера вряд ли имели подобный опыт, работая только с рунами. Подобным образом глубокого понимания не достичь. В нашем королевстве считалось нормой, что рунологи, артефакторы, да и те же целители участвуют в боях. Это давало неоценимый опыт, повышало волю и мастерство. Как любил говаривать знакомый кузнец: «Пока твой меч лично не попьёт крови врага, ты не сможешь создать достойное оружие». В чём-то он был прав. И это касалось всех магов-мастеров. Даже тех, кто делал зачарованную одежду. Пока ты её не испытаешь в реальных условиях, не сможешь понять, что по-настоящему важно для воина.

При этом в самом королевстве до последнего времени жизнь была достаточно мирной, но стоило перейти границу, как всё менялось. Баронства постоянно воевали с баронствами. На дорогах свирепствовали бандиты, и караванам постоянно требовалось сопровождение. При этом бандитские отряды иногда были весьма организованны и сильны. Некоторые состояли из военных дезертиров, бежавших из империи со всем оружием и умениями вести настоящие битвы. Такие отряды мы старались выбить в первую очередь. Они были сильны и зачастую не имели никаких моральных принципов, грабя и сжигая целые деревни.

Всё это происходило неподалёку от наших границ. Отряды наёмников из нашего королевства пользовались спросом по всему миру и иногда, выполняя заказы, забредали за тысячи километров от родного королевства.

При этом, благодаря наличию в королевстве сильнейшей магической академии, куда приезжали обучаться маги со всех уголков мира, мы получали сведения о самых дальних странах, возвращаясь в которые после окончания академии, маги всегда были рады принять и помочь нашим отрядам или посланникам.

Ильдар немало рассказывал о дальних странах – ему удалось попутешествовать. Я же из-за своей травмы не удалялся слишком далеко от королевства.

Именно Ильдар научил меня большей части огненных заклинаний. Его коронным приёмом была стена огня. У меня же лучше всего получалось заклинание «огненный дождь». Это когда в небо запускается крупный огненный шар, который внезапно взрывается, превращаясь в тридцать-пятьдесят небольших огненных шаров. Затем шары эти роем несутся к земле. Отличное заклинание, чтобы выбивать противников из засад. Позволяет атаковать их с необычных ракурсов.

Я довольно улыбнулся. В моей голове чётко всплыла схема этого заклинания. Для его воплощения требовалось всего сто двадцать единиц энергии. Вполне посильно. Но главное, что меня радовало: я смог вспомнить эту схему.

Моя память по-прежнему по большей части была мне недоступна. Воспоминания появлялись обрывками, но те же точные схемы заклинаний мне не давались. Но вот так, потянув за одну ниточку, подробно вспомнив, как Ильдар меня учил, мне удалось вытянуть схему заклинания, которое я уже сейчас в состоянии применить.

Распахнув глаза, я резко выпрямился. Потом поднялся и начал ходить по комнате. Руки так и чесались попробовать заклинание. Проверить его на практике. В этом мире немного отличается магия. Точнее, фон более насыщен, что накладывает свой отпечаток на рунологию. Но вряд ли это касается боевой магии.

– Ты уже справился? – В комнату быстрым уверенным шагом вошёл Руслан в сопровождении Адика.

– Да, – я кивнул на шкатулку, так и стоявшую на столе, – убрал руну огня. Остальное не важно.

– И я могу её открыть? – Он с осторожностью взял шкатулку со стола и покрутил в руках. – И она не вспыхнет?

– Можешь.

– Давай лучше я, – вызвался Адик и достал из кармана сложенный нож.

Руслан отошёл немного в сторону. Я же был полностью уверен в безопасности процесса. Да, на шкатулке ещё светились руны, отвечающие за проверку доступа и целостность шкатулки. Но без огненного ядра они были бесполезны.

Адик аккуратно вставил нож между крышкой шкатулки и стенкой и, слегка расшатав, надавил. Шкатулка с треском открылась. Откинув крышку, Адик показал содержимое Руслану. Там лежали какие-то письма и бумаги. Всё, как и предполагалось.

– Я свою часть сделки выполнил, – сказал я.

– Удивил, – кивнул мне Руслан. – Как ты это сделал так быстро? Ты уже работал с подобным?

– Нет, – меня покоробило его недоверие, которое сквозило в словах и взгляде.

– Работу принимаю, – Руслан, прищурившись, посмотрел на меня, как бы в очередной раз переоценивая, – ты можешь подобную руну установить на мой сейф?

– Да. Но надо подготовиться. Осмотреть сейф, померить, знать его материал. Всё рассчитать, подготовить...

– Сколько денег возьмёшь за работу?

– Не знаю, – я пожал плечами, прикидывая в голове. В ценах я не слишком разбирался. На простые артефакты в этом мире были удивительно низкие цены, что объяснялось их массовостью и фабричным изготовлением. Руны, которые я ставил на машины, стоили значительно дороже. А вот сколько, к примеру, может стоить подобная шкатулка, мне было совершенно не известно. – Рублей пятьсот-тысячу?

– Смотрю, ты совсем не ценишь свою работу, – рассмеялся Руслан, – такая шкатулка стоит тысячу рублей, а работа мастера на установку мощной руны с выездом на место – от двух тысяч! – Вновь в его глазах мелькнули подозрение и осторожность.

– Руслан, – я устало покачал головой, – ты, конечно, человек уважаемый, но меня утомили твои постоянные проверки и подозрения. Именно так это сейчас и выглядит. Мы либо работаем вместе и доверяем друг другу, либо не имеем вообще никаких общих дел! – Говорил я достаточно резко, но по делу. Весь вечер Руслан проверял меня. На прочность, на знания и умения. Даже сейчас он продолжал этим заниматься, не воспринимая меня всерьёз.

– Мне не нравится отношение ко мне, как к диковинному зверю, – пояснил я свою мысль, – или ты считаешь, что я нарочно втираюсь к тебе в доверие? Зачем мне это надо? Через месяц я покину Подольск, и, возможно, мы больше не увидимся. Мне от тебя ничего не надо. За решение проблем с автосервисом я вроде как расплатился... Так зачем ты продолжаешь меня проверять? Давай на этом закончим наше знакомство.

Руслан задумчиво посмотрел на меня. С него моментально слетела вся весёлость. Передо мной предстал расчётливый делец с опасным блеском в глазах. Похоже, он не привык, когда ему прямо в лицо высказывают своё неудовольствие.

– Ты прав, – ответил Руслан, глядя мне в глаза, – возможно, я перегнул палку с проверками и подозрениями. Но ты как-то слишком легко втёрся в доверие к Адику и потом вдруг появился на моем горизонте. Сделал за полчаса работу, с которой не могли справиться достаточно опытные мастера...

– Я! Не втирался! В доверие! К Адику! – чеканя каждое слово, ответил я.

– Руслан! – Адик недоуменно переводил взгляд с меня на него. – Ты чего? Максим – свой парень. Просто... мы с ним оба бойцы. Мы на одной волне, так это вроде говорится? Да, брат? – обратился он ко мне.

– Думай, – я оставил фразу Адика без ответа и развернулся, показывая, что разговор окончен, – на дружбу с тобой я не напрашиваюсь. Да и какая дружба? Мне шестнадцать лет, я пацан для тебя. Между нами не будет равных или партнёрских отношений. Ты слишком высоко. И с позиции силы и положения в обществе, и с позиции возраста. А быть необычной зверушкой мне не интересно, – высказался я на прощание.

Выйдя из комнаты, я направился на выход. Дорогу помнил. Тут не сложно. Прямо по коридору до лестницы, там на первый этаж – и на выход.

Руслан меня не окликнул. Я не оборачивался. Похоже, он для себя всё решил. Не знаю, что у него за дела по жизни, и знать не хочу. Если подумать, с точки зрения параноика меня действительно можно заподозрить в том, что я втираюсь в доверие. Это очень неприятно. А главное – я так и не увидел в глазах Руслана должного уважения. Даже когда я сходил с ринга, он был, скорее, удивлён, но так и не принял меня всерьёз. А после того, как я решил вопрос со шкатулкой, не восхитился моим мастерством, а начал искать подвох. Руслан не поверил, что шестнадцатилетний парень может сделать то, с чем не справились более старшие и опытные мастера.

У двери на лестницу стоял охранник, который отпер дверь ключом. Внизу дверь тоже оказалась закрыта, пришлось в неё постучать. С той стороны стоял боец, который без вопросов выпустил меня.

Я вышел в зал с рингом, в котором сейчас было много гостей. Все столики оказались заняты. Между ними сновали официантки в достаточно фривольной одежде: короткие юбки, полурасстёгнутые блузки.

Быстро сориентировавшись, я направился на выход.

Выйдя на улицу, вдохнул полной грудью. Нервное напряжение потихоньку спадало. По-хорошему, стоило вызвать такси, но я решил пройтись.

– Брат, подожди! – раздался крик Адика, стоило мне выйти за ограду. – Давай подвезу.

– Не надо, – я покачал головой, – пройдусь лучше.

– Да ты еле идёшь! У тебя же ноги отбиты!

– Вот и полезно, пусть кровь разгонится, – ноги действительно болели, и каждый шаг доставлял неудобство. Но я, стиснув зубы, двигался дальше. Боль прочищала мозги.

– Тогда я с тобой, – Адик пошёл рядом, – ты не сердись на Руслана. У него жизнь была непростая. Его и предавали, и не раз покушались...

– Никаких разговоров о Руслане! – жёстко припечатал я. – Понял?

– Ладно, – согласился Адик, – а ты здорово держался против Алихана! Он у нас один из сильнейших бойцов. Тебе бы потренироваться – и цены не будет! Тем более, с твоим убойным ударом.

– Адик, ты думаешь, я мечтаю о карьере бойца на ринге? Зачем мне это?

– Ну ты же вышел! И почти три минуты простоял, – не понял меня Адик.

– Да. Я не бегу от драки. Я не бегу от трудностей. Но это не значит, что я их специально ищу.

– Это кодекс, я знаю, – важно кивнул Адик, – многие бойцы его придерживаются. Нельзя давать слабину, нельзя трусить. Нельзя не отдавать долги. Я считаю, что это правильно.

– Твоё мнение очень важно, – иронично заметил я с ноткой горечи. Зачем я так говорю? Адик – простой, нормальный парень, который видит во мне не шестнадцатилетнего пацана, а что-то большее, – извини, – повинился я, – просто устал очень.

– Это нормально, – он даже не заметил моей иронии, – после этого боя вообще удивительно, как ты до сих пор на ногах держишься!

– Сила воли, – усмехнулся я в ответ.

Адику удалось вернуть мне нормальное настроение. Мы всю дорогу о чём-то разговаривали. Адик рассказывал разные истории из своей жизни. Как он на свалке, схватив какой-то дрын, отбивался от стаи волков. Как находил разные ценные предметы. Я же размышлял о том, что Адик мне не ровня, но при этом есть в нём что-то родное и достойное.

Простой парень, пусть и с хорошим образованием, но недалёкий. Пусть так. Только на что это влияет? Это не делает его хуже. Зато он честный и не предаст. Понимаю теперь, почему Руслан его приблизил к себе и доверяет. Это гораздо важнее, чем высокий интеллект и умение интриговать.

– Спасибо! – Я крепко пожал Адику руку. – Мне, правда, полегчало. Извини, если я тебя чем-то обидел.

– Да не за что, мне самому понравилась прогулка. Но обратно я на такси! – добродушно улыбнулся парень в ответ. – Завтра приеду к двенадцати в сервис. Уверен, проблем не будет. Но ты лучше не высовывайся. Просто делай свою работу. Лады?

– Договорились!

***

Сидя в такси, Адик недовольно морщился. При первом знакомстве с Максимом он в нём увидел своё отражение. Только лучшую копию себя. Таким он хотел стать, но не смог. Несгибаемым, уверенным в себя и обладающим широкими знаниями и умениями. Адик закончил хорошую школу и по настоянию матери поступил в университет, что находился в другом городе. Там-то его жизнь и пошла по наклонной. Он пристрастился к азартным играм. Сначала карты, потом ставки на спорт. Тратя все свои деньги и закладывая имущество, Адик не думал о последствиях. Разум застлала пелена.

Наделав долгов и кое-как закончив учёбу, он уехал в Москву. Вот где деньги и интересная жизнь, не то что в провинции! И какое-то время дела действительно шли хорошо. Адику удалось устроиться вышибалой в бар, появились пусть небольшие, но деньги. А это значит, что можно снова делать ставки. Когда ему перестали давать кредиты, он влез в долги к ростовщикам. Но не смог вовремя расплатиться. Чтобы отработать долги, пошёл в группу, которая ходила в магический лес и охотилась на зверей. За тушу одного волка давали до тридцати рублей, что при зарплате Адика в сто рублей в месяц открывало большие перспективы. За месяц он расплатился с долгами. Группа распалась. Из семи человек двое погибли, а остальные решили, что риск того не стоит.

Тогда Адик начал прибиваться к разным группам. В интернете хватало объявлений от желающих пощекотать свои нервы и заработать. Его с радостью принимали, ведь он уже обладал немалым опытом.

Однажды Адик в составе группы из пяти человек отправился в магический лес. Они вышли на поляну, где стадо кабанов напало на людей. Никто из его группы не решился прийти на помощь. Четверо просто ушли, оставив людей на убой. Кабанов был десяток, и все мощные, накаченные магией по самые клыки.

Совесть и честь не позволили Адику развернуться и бросить погибающих людей в беде. Он ринулся в бой. Его обрез стрелял, не переставая, нанося неглубокие раны и заставляя кабанов отвлечься от жертв. Это дало передышку сражающимся. Они перезарядили ружья, заняли лучшую позицию. Снова завязался бой. У Адика давно закончились патроны, и он использовал нож, который всегда брал с собой в лес.

Окончания боя он не помнил. Очнулся в больнице Подольска. Рядом сидел Руслан. Тогда они и познакомились. По словам Руслана, благодаря Адику им удалось спастись. Из семи человек погибло трое. Но четверо выжили, среди них был Руслан. Он оплатил целителя Адику, который быстро поставил того на ноги.

Так Адик и остался в Подольске. Несколько раз Руслан выставлял его на ринг, но Адик дрался просто и бесхитростно. Молотил кулаками, не думая о защите. Хотя зрителям это нравилось. Каждый бой получался очень зрелищным. Брызги крови летели во все стороны.

В итоге Руслан запретил Адику участвовать в боях. Слишком дорого обходились услуги целителя после такой драки. На то, чтобы привести в порядок обоих участников, тратились прорва энергии и времени. Стоило это недёшево.

Адику тогда было чуть больше двадцати, а Руслану уже исполнилось тридцать. Разница в возрасте большая, ещё больше разница в жизненном опыте. Руслан – умный и хитрый хищник, чем-то напоминающий волка. Адик же больше походил на мощного кабана. Зато он был верным и исполнительным, проявляя в нужные моменты вполне разумную инициативу.

Так Адик со временем из «принеси-подай» стал чуть ли не правой руки Руслана. Он не лез в тонкости бизнеса, не обрастал полезными связями. Просто жил своей жизнью, пытаясь хорошо выполнять порученную ему работу. Утром делал вылазки на свалку, во второй половине дня поддерживал Руслана, который до сих пор был благодарен Адику за спасение жизни.

В общем зале шли бои, но за привычным столиком Руслана не было. «Значит, он в своём кабинете», – решил Адик и отправился на вверх.

– Руслан, – постучав в дверь, Адик зашёл в кабинет. Руслан сидел за столом. Перед ним стояла открытая шкатулка, а в руках он держал бумаги из неё, – мне не нравится, как ты обошёлся с Максимом.

Руслан отложил бумаги и посмотрел на Адика долгим взглядом. Как только он попытался ответить, Адик перебил:

– Дай мне сказать, – он сел на стул напротив, – ты весь вечер его испытывал. Максим прав. Сначала предложил ему сразиться с тобой, потом постучать по груше, потом бой с Алиханом. Зачем это надо было? Что было бы, если бы он отказался? А в итоге ты дал ему задание, с которым не справились мастера. Ты надеялся, что и он не справится? Почему ты так поступил? Мне это не нравится!

– А мне не нравится, когда ты суёшь нос не в своё дело! – жёстко ответил Руслан. – Это было моё решение. Оно не оспаривается. Я не потерплю никаких возражений!

– Вот как ты заговорил? – Адик растерянно посмотрел на Руслана. Они вместе уже пять лет. Да, всё это время Адик безропотно выполнял задания и не спрашивал, зачем делает то-то и то-то. Но он считал, что имеет право задать вопрос и получить на него ответ, тем более, когда дело касается непосредственно его. – «Не в своё дело»? Максим – моё дело. Я его привёл. Он мне доверился. Мы шли просто на разговор. В итоге это превратилось не пойми во что!

– Ладно, – Руслан отложил бумаги в сторону и устало потёр переносицу, – давай по пунктам. Я предложил ему бой. Ты мне все уши прожужжал, какой он стойкий боец. Почему бы не посмотреть? Может, его место на ринге!

– Ему шестнадцать лет! Какой ринг? – вскинулся Адик.

– Помолчи, я не закончил! – резко осадил его Руслан. – Удар у парня мощный, не буду спорить. Но мне не понравилось, как уверенно и нагло он держится. Я не его приятель! Я – барон Руслан Баматов! Откуда в нём эта спесь? Да, я думал, что он откажется от боя с Алиханом. Это и вправду выглядело дико: Алихан тяжелей его в два раза и в десятки раз опытней. Но гордыня твоего Макса застилала его глаза. Он решил, что сможет продержаться? Вот и получил в итоге по заслугам!

– Своим боем и тем, как Максим держался, он вызвал уважение. Настоящий боец не бежит от боя! – Адик с непониманием смотрел на Руслана. Тот поморщился, как от зубной боли. – Когда тебе не удалось его сломать, ты дал ему невыполнимое задание. Правильно? Ты же здесь царь и бог? И все должны гнуть перед тобой спину? Нет, Руслан. Не все.

Адик поднялся из-за стола и направился на выход.

– Подожди! – остановил его Руслан. – Ты что, уходишь? Из-за какого-то мальчишки?

– Нет, – обернулся Адик, – из-за того, что ты забронзовел. Из-за того, что тебе стало наплевать на других людей. Максим – мой друг. Да, мы с ним мало знакомы, но это не важно. Я привёл парня к тебе, как своего друга, а ты попытался его унизить и сломать! Только за то, что он не гнул перед тобой спину и говорил как с равным? Это неуважение ко мне. Я сам был когда-то таким же мальчишкой. Совсем недавно, – с горечью в голосе произнёс он и вышел за дверь.

Глава 12

Утром я проснулся полностью разбитым. Болело всё. Каждая мышца тела! С трудом встал с кровати и сквозь боль сделал небольшую разминку. Потом уселся на пол посреди комнаты и прогнал по телу магическую энергию. Это помогло немного прийти в себя.

– Что с тобой случилось? – Савва, широко распахнув глаза, смотрел на меня. Я был в одних трусах, и на моём теле красовалось множество кровоподтёков. На ногах выделялись крупные пятна сине-чёрного цвета – следы от ударов ногами Алихана. Целитель в клубе лишь слегка по ним прошёлся, больше сосредоточившись на лице. Но и оно отливало жёлто-зелёным цветом. – Ты под поезд попал?

– Участвовал в боях, – сознался я.

– С десятком бойцов разом? – Савва поднялся и подошёл ко мне, рассматривая повреждения. – Даже не понимаю, как это подлечить?

Вот, сразу видно, целитель растёт. Первым делом начал оценивать всё с точки зрения, как это вылечить. Прямо гордость за него берёт.

– Пропустить просто энергию, – задумчиво продолжил он, – синяки-то всё равно не уйдут. Или надо сотню единиц вливать, чтобы ускорить максимально регенерацию всего тела? Тоже, скорее всего, не поможет: слишком много отмерших клеток и кровяных сгустков. Надо как-то выводить, рассосаться должно. Гематому так просто не сведёшь. Можно на ноге попробовать заклинание, которое ты мне показал. У тебя там самые большие повреждения. Думаю, точечное воздействие принесёт свои плоды...

– Давай попробуем, – кивнул я. С ногой точно надо было что-то делать. Я наступать на неё мог, только стиснув зубы. А мне ещё до автосервиса топать и работать там целый день.

Савва усадил меня на кровать и начал формировать заклинание. Получалось у него медленно. Но получалось.

– Целительская магия очень чувствительна к мыслям целителя, – я не упустил момента прочитать лекцию, – твоё желание помочь имеет большое значение в момент формирования заклинания. Именно поэтому для целителя важно не черстветь сердцем, иначе его эффективность падает в разы!

– Угу, – согласился Савва, продолжая работать.

– У тебя есть якорь, – не унимался я, – твой отец. Это неприятно, даже болезненно, но полезно. Просто представь, как ему плохо, и всем сердцем пожелай помочь. Не думай сейчас обо мне и о моих синяках!

Мои слова дошли до разума Саввы. Я увидел, как ярко засияло заклинание в его руках, которые он тут же приложил к моей ноге.

По телу прошла сладкая судорога. Казалось, весь организм моментально радостно выдохнул, избавившись от мучившей его боли.

– Молодец! – похвалил его я. – Видишь, что получилось? Вроде и затраты энергии те же, но эффект!

– Обалдеть! – согласился со мной Савва. – Только это неправильно: лечить кого-то, а думать в это время об отце, – немного смутился он.

– Это просто якорь, чтобы вызвать в тебе нужные чувства. Думаю, ты быстро научишься пробуждать это ощущение и без мыслей об отце. Что ты почувствовал?

– Желание помочь. Всем сердцем. Очень сильное. И магия откликнулась!

– Так и должно быть. Но! – Я поймал его взгляд и максимально жёстко продолжил:

– Когда ты пользуешься такой сильной магией, очень внимательно следи за состоянием источника. Если он покажет дно, есть большая опасность, что ты начнёшь расходовать свои жизненные силы. Ты меня понял?

– Да, – сглотнул он. Уверен, Савва внимательно читал учебники и знает, что целитель, увлёкшись, может начать тратить собственную жизненную силу. Как минимум, это повлияет на качество и срок его жизни, а так-то можно и умереть.

Встав, я попрыгал, сделал несколько наклонов.

– Очень здорово! – не удержавшись, похвалил Савву. – Отлично себя чувствую!

– Спасибо! – Он всё ещё с недоверием смотрел на свои руки, как бы не понимая, как удалось совершить такое чудо. – Твои слова мне очень помогли. Что-то в голове щёлкнуло, и заклинание само сложилось и наполнилось энергией!

После завтрака я отправился в сервис.

По дороге было время подумать о своём отношении к Михаилу. Вчера я испытывал крайне негативные эмоции, но сегодня это чувство пропало. Нельзя людей оценивать по принципам «боец-не боец». Это у меня просто деформация сознания, от которой лучше избавиться. Тем более, я нахожусь в мирном, цивилизованном обществе. На меня просто наложила отпечаток последняя пара лет в моем прошлом мире, когда я практически не вылезал из походов. Но сейчас-то я не в походе!

Люди движутся каждый по своей дороге, и каждый путь уважаем. Чем хуже человек, который пишет стихи или книги, или художник? Да тот же рабочий на заводе? Каждый из них идёт своим путём, и, если эти люди не останавливаются и развиваются, они достигнут высот и найдут своё место.

– Смешно! – произнёс я себе под нос. Я ведь сам не собираюсь идти путём воина. Хватит этого с меня. Не моя это дорога. В прошлой жизни мне её навязали отец и общая обстановка. Но душа всегда лежала к рунологии. В ней по-прежнему огромное множество загадок и неизведанных областей. Так что я продолжу развиваться, в первую очередь, именно в этом направлении.

– Доброе утро! – Михаил встретил меня у дверей сервиса. Было видно, что он нервничает, но, как ни удивительно, ко мне отнёсся достаточно тепло. Посмотрев на синяки на моём лице, которые в ярком солнце были особо заметны, с сочувствием покачал головой:

– Это из-за меня?

– Да нет, – я махнул рукой. Вчера при Руслане и Адике Михаил не стал интересоваться, почему я сижу за столом с опухшим лицом, но сейчас, наедине, решил спросить. – Скорее, причина в моей собственной дурости, – я тепло улыбнулся, показывая, что не имею к нему никаких претензий.

– Я вчера с отцом созвонился, – в его голосе ощущалась вина и смущение.

– И? – поторопил я замолчавшего Михаила.

– Я себя некрасиво повёл. Обвинял тебя, высказывал недоверие. Приношу свои извинения! – Он слегка поклонился.

– Забыли, – я махнул рукой, – пойдём лучше работать. Деньги сами себя не заработают!

Не знаю, что ему сказал отец, но главное – мозги вправил, и Михаил не смотрит на меня волком и не винит во всех свалившихся на него бедах.

Я приступил к работе. Сегодня в очереди было шесть машин, но Михаил предупредил что поток клиентов стал немного спадать, так что на следующей недели в среднем ожидается две-три машины в день. Что тоже неплохо, а то у меня совсем нет свободного времени.

Работа меня увлекла. Когда наступило двенадцать часов, я осторожно выглянул в окно и с улыбкой понаблюдал, как Адик в сопровождении четвёрки бойцов общается с тульскими. После чего вновь вернулся к работе. Думал, Адик зайдёт после беседы с бандитами, но он не появился.

Когда с работой было закончено, я оформил все бумаги и у выхода наткнулся на Адика, который сидел в кресле.

– Привет, брат! – радостно улыбнулся он. – Хорошее у вас место. И кресло тут удобное. Мне понравилось сидеть, смотреть на людей. Как-то оно очень умиротворяет. Понимаю стариков в своем городе сидящих целыми днями на скамейке, – он пружинно вскочил на ноги, – Пойдём поедим, угощаю!

– Да я и сам в состоянии заплатить за себя, – ухмыльнулся я в ответ. Его хорошее настроение мгновенно передалось мне, – да и за тебя, думаю, смогу!

– Э, нет, брат! Я тебя приглашаю, значит, я плачу! – Адик, слегка понизив голос, добавил:

– Поговорить надо.

– Ну идём!

Мы сели в небольшом кафе, выбрав столик на улице. Заказали несколько бургеров и картошку фри. Адик взял бокал пива, я же обошёлся чайником чая.

– Так что там с тульскими? – Я первый начал разговор. – Вопрос решили?

– Да. Сева, как увидел меня, сразу поник и дал заднюю. Особо и говорить не пришлось, так, слегка пожурил их, что влезли на нашу территорию, и отпустил с миром.

– Хорошо. Устраивать конфликт не хотелось бы, – я налил себе ещё чаю, – я так понял, схема у них отработанная? Как только Михаил стал предлагать услуги по установке рун, они об этом узнали и первым делом обрушили репутацию сервиса. Это ведь они стояли за негативными комментариями?

– Ага, – Адик вгрызался в огромный бургер, – но вы же не сдались. Тогда на вас натравили Антошу.

– Это я уже понял. Но мы отбились.

– Угу. Только вот за вас никто не вступился, и тульские решили, что вам просто повезло, значит, можно надавить. Так что отправили Севу.

– Но ведь Колычев вступился! Приезжала комиссия – проверить мою подготовку, – возразил я.

– Это нормально. Задели магическую гильдию, она отреагировала. Приезжали защитить не вас, а своё имя. Это разные вещи, согласись.

– Соглашусь, – кивнул я в ответ.

Некоторое время мы ели молча. Вкусные и большие бургеры не очень-то способствовали разговору. Наконец-то расправившись с едой, я, сытый и довольный, откинулся на стуле. Настроение было отличное. Тёплый солнечный вечер, вкусная еда и положительно решённая проблема.

– Я хотел поговорить с тобой насчёт Руслана, – сбил мой мирный настрой Адик.

– Не имею такого желания, – отрезал я, – ты – его человек. Я сам по себе и не желаю иметь с ним никаких дел. Даже не уговаривай.

– Ты неправильно понял, – Адик активно замотал головой, – просто послушай. Для меня это важно.

– Если для тебя важно, говори, – согласился я.

– Пять лет назад я присоединился к Руслану. Тогда он был совсем другим человеком. Честным, прямым, целеустремлённым.

– Как честность вяжется с его деятельностью? – ехидно заметил я.

– Подожди, дай мне сказать, – остановил меня Адик, – ты вообще знаешь, чем занимается Руслан?

– Нет, – признался я, – и знать не желаю! – Зачем мне подробности его бизнеса? И так ясно, что это, скорее всего, криминал. А с этой областью я не желаю иметь никаких дел.

– Начну с рассказа о себе, – тихо произнёс Адик с задумчивым лицом, – я маг, но достаточно слабый. Источник – всего сто двадцать единиц. Я не развиваю это направление.

– Почему? – вырвался у меня вопрос.

– Я целитель, но с необычным даром. Это у меня от матери. Я очень хорошо чувствую ложь.

– Полезное свойство, – заметил я.

– Но есть и побочный эффект. Ты же знаешь, что маги испускают ауру. И она действует на окружающих. Если ты находишься рядом с огневиком, то становишься более агрессивным, рядом с целителем ощущаешь себя лучше, рядом с земляным магом становишься очень спокойным.

– Знаю, – согласился я. Правда об этом свойстве магов я совсем недавно узнал, но это можно и опустить. В моём мире с самого детства магов учили следить за собой. У нас мало магической энергии, и мы экономили каждую каплю. Попав в этот мир, я по привычке внимательно следил за своими каналами, не позволяя энергии выйти наружу. Но здесь более высокий магический фон, и некоторые маги светились, как фонари, рассыпая свою энергию, которая действовала на окружающих людей.

– И от общения со мной имеется побочный эффект. Тот, кто находится рядом продолжительное время... ему тяжело солгать и, главное, пойти против совести. Против чести.

– Любопытно, – кивнул я, заинтересованный рассказом, – и Руслан знает об этом?

– Конечно! – Адик с обидой посмотрел на меня. Как я мог заподозрить, что он скрыл от Руслана подобное воздействие?

– И что дальше?

– Руслан занимается поставкой магических зверей и компонентов, организовывая группы в лес. Свалка тоже под его контролем. Ещё у него есть клуб и несколько баров. Это совершенно белый бизнес. Также парочка домов отдыха для состоятельных горожан и аристократов. Это уже серая зона, но девочки, что работают там, все трудятся добровольно и на хороших условиях. Никакого принуждения!

– Бордели, – я поморщился.

– Можно сказать и так, но это всё равно бизнес, пусть и в серой зоне. Ничего плохого я в этом не вижу.

– Предположим, – согласился я с его доводами. Хорошие бордели и в моём мире ценились. Просто владеть ими аристократам считалось зазорным.

– За пять лет, что я работаю с Русланом, он широко развернулся. Взял под свою руку мелкие города и даже Щербинку. В последнее время Руслан начал устанавливать связи с московскими. Боюсь, речь пошла о больших деньгах, и ему приходится поступаться честью. Зная о моём влиянии, он стал избегать меня, мы практически перестали общаться.

– Логично, – кивнул я, – часто приходится выбирать. Заработать большие деньги и поступиться честью, или оставаться на прежнем уровне и смотреть, как другие делают деньги. Мне не нравится то, о чём ты умалчиваешь. Я не хочу иметь ничего общего с человеком, который лезет в криминал. Наркотики, похищение людей. Я всего этого не одобряю и, более того, готов бороться против.

– Да, – твёрдо произнёс довольный Адик, – честь для тебя – не пустой звук!

– Так к чему все эти речи? – решил я подытожить. Адик и так немало наговорил.

– Я работаю у Руслана последние две недели. Потом съезжу домой. Навещу родителей. Но там долго не удержусь. Мама у меня слишком властная женщина.

– Сочувствую, – его признание вызвало у меня улыбку.

– А потом я хочу к тебе.

– В плане? – опешил я от такого поворота.

– Поеду в Нижний Новгород. Пойду в магическую школу, на второй курс.

– Тебя возьмут? – удивился я. Вроде в школу берут только тех, у кого только пробудился источник.

– Конечно. Первый год – обязательный. Поступают в шестнадцать или семнадцать лет. Ты и сам знаешь. Одарённые должны научиться контролировать свой дар. А вот на второй остаются либо аристократы, либо те, кто решил связать свою жизнь с магией. Мой источник подрос, и я готов пойти на второй курс. Тем более, там есть специальные группы для тех, кому от двадцати пяти до тридцати лет.

– А тебе сколько?

– Двадцать семь будет на днях.

– Я... я думал, тебе за тридцать, – признался я в ответ.

– А это обратная сторона моего таланта. Любовь к азартным играм, отсутствие меры в еде и выпивке. Результат ты видишь, – он похлопал себя по животику, – зато так я буду выглядеть очень долго. И даже в пятьдесят лет! Если судить по моему отцу, – добавил Адик.

– Так, а от меня ты чего хочешь?

– Мне нужен лидер, – просто улыбнулся он, – я вижу, ты многого добьёшься. И ты правильный. Я готов тебе служить.

– Мне всего шестнадцать лет, и я рунолог! – Конечно, отказываться от Адика мне не хотелось, но было интересно понять, как он пришёл к таким выводам и чего вообще от меня хочет. Возможно, всему виной королевская кровь, текущая по моим венам. Считается, что она, как и аура, может оказывать воздействие на окружающих. Но я в это особо не верил.

– Неважно. Ты тот, кому можно служить, – упрямо заявил он, – и твой ответ меня не интересует. Просто знай, что в сентябре или ближе к октябрю я к тебе приеду. А чем заниматься, уже на месте разберёмся. В крайнем случае, снова начну ходить в лес.

– Там имеется магический лес?

– Да, причём один из крупнейших в центральной части Российской империи.

– Да уж, – я озадачено почесал затылок, – ладно, отказываться не стану. Буду рад тебя видеть, а чем заниматься, тут ты прав, на месте разберёмся!

Адик, явно довольный состоявшимся разговором, уехал. Я посидел немного в кафе, но размышлять было лень. Да и смысл? Приеду в Нижний Новгород и на месте буду разбираться. Пока слишком мало данных. Цели я перед собой поставил, и они не изменились.

Утром мы позавтракали и вместе с Леной и Саввой вышли на улицу – ждать Всеволода Дмитриевича. Буквально через пять минут рядом с нами остановилась небольшая, ничем не примечательная машина.

Я сел на переднее сиденье рядом с Зотовым, ребята устроились на заднем, и мы не спеша поехали.

– Я тут посмотрел твой артефакт для травников, – начал Зотов, – и у меня для тебя две новости.

– Одна хорошая, а вторая плохая? – улыбнулся я.

– Можно сказать и так.

– Тогда с плохой!

– На подобных артефактах магу заработать не получится. Если появляется спрос, подобные артефакты моментально начинают штамповать фабрики. И себестоимость у них будет небольшой. За такую пластинку – пятьдесят копеек. Будут продавать по три рубля. Это шестьсот процентов прибыли. Тебе места в этом бизнесе не останется. Тем более, руны простые и общеизвестные. Просто слегка перенастроить оборудование – и вот рынок завален!

– Понятно, – новость неприятная. Не учёл я эти фабрики и местных предприимчивых дельцов, – а хорошая тогда какая?

– Хорошая... – Он задумчиво глянул на меня, – хорошая – что этого не случится. Потому что артефакт твой имеет один очень большой недостаток.

– Какой?

– Ты его делал как сигнализатор повышенного магического фона. Но в лес идут одарённые и маги. Встреча с дикими зверями – не редкость, и без применения магии в этом случае никак не обойтись. Как ты думаешь, что произойдёт, если маг начнёт применять магию?

– Да что же это! – Я хлопнул себя ладонью по лбу. – Как же я не сообразил? Конечно, артефакт ударит током и разрядится. А ведь я Колычеву его на одобрение скидывал, и зельевару несколько экземпляров оставил. И никто не заметил этой проблемы!

– Они в лес не ходят. Да и я сразу не догадался. Ко мне просто зашёл постоянный клиент, вот он мгновенно сообразил. Я прикинул другие схемы. Идея-то, в принципе, хорошая, а главное, очень нужная! Но все варианты, что я накидал, получаются слишком сложными и нецелесообразными.

– Соглашусь, – кивнул я. Усложнять этот артефакт не было никакого смысла. Проще уж сделать многоразовый с возможностью выставлять уровень энергии, на который он будет реагировать, и сделать так, чтобы артефакт игнорировал магию владельца. Но это будет явно недешёвая вещь.

Дальнейший путь мы проделали в тишине. Зотов сосредоточился на дороге, я же просто прикрыл глаза и попытался расслабиться.

***

Серкх устало потёр глазки. После поглощения огромного количества энергии его тело подросло и усвоило практически всё без остатка. Теперь же необходимо было на время впасть в спячку для перехода на следующий ранг. Тело всё сильнее и сильнее сигнализировало, что не стоит откладывать это дело на потом. Мысли текли вяло, лапки с трудом перебирали различные линии, глаза сами по себе пытались закрыться. Но его питомец требовал внимания.

Серкх снова распахнул глаза, которые так и норовили закрыться без его на то согласия. Так, питомец! Этот оболтус умудрился поссориться с одним из самых важных людей в своём городе. Вместо того чтобы просто начать с ним работать, он завёл речь о чести и достоинстве. Серкх точно знал, что это, по сути, ограничения, которые люди сами накладывают на себя по непонятной ему причине. И эти ограничения очень мешают движению к власти и настоящим деньгам.

«Глупец!» – билась в голове сущности мысль. Как такого оставлять без надзора? Но надо уходить в спячку. Когда он проснётся, то станет сильнее! Вот только поможет питомцу в одном деле. Только бы хватило энергии, а то эволюция, что предстояла Серкху, может пройти не так гладко, да и затянуться на бо́льший срок, чем он рассчитывал. И в этом деле будет важна каждая капля энергии.

Серкх с огромным трудом перебирал лапками линии вероятности перебарывая сонливость из последних сил. Его сон может затянуться на две-четыре недели. Надо сделать так, чтобы питомца в это время не беспокоили. Он сдвигал в сторону, убирая подальше, все воспоминания и упоминания о Максиме. Совсем затереть их был не в силах, но мог сделать так, чтобы тот, кто хотел бы испортить питомцу жизнь, на время отложил эти планы, найдя дела поважнее. К его удивлению, таких людей оказалось немало. Питомец в этом мире всего несколько месяцев, а уже нажил приличное количество недоброжелателей: от блогера до главы гильдии департамента прикладной магии!

«Это даже хорошо», – решил Серкх. Чем больше неприятелей, тем сильнее стимул расти и развиваться. Этого он и добивался от своего питомца. И самое удивительное, что питомец нашёл эти проблемы сам, практически без помощи Серкха! Но сейчас, когда Серкху настало время уходить в спячку, придётся поработать и отвести от Максима пристальные взгляды. Не хотелось бы, выйдя из спячки, обнаружить, что питомец попал в чьи-то сети или, того хуже, окончил свою жизнь на каком-нибудь жертвенном камне!

Глава 13

Полчаса неспешной езды по просёлочной дороге – и вот мы уже прибыли в деревню.

– Сегодня заполняете максимально свой источник, – давал я инструкции Савве и Лене, пока Зотов ушёл договариваться насчёт нашей доставки в дальний форт, – на укрепление не тратьте время. Вечером, перед сном, выпьете зелье!

– А ты? – поинтересовался Савва.

– Я тоже, – улыбнулся я в ответ, – всё поняли? – Ребята согласно кивнули.

Предупредив, что заберу их днём, я отправился на поиски Всеволода Дмитриевича который куда-то пропал. Деревня была достаточно большой, но, к счастью, мне посоветовали искать его у гаража.

Гаражом оказался огромный ангар, в котором находилось шесть машин. Всеволод Дмитриевич стоял внутри у входа с большим холщовым мешком.

– Ну что? – спросил я, подходя.

– Договорился, – сообщил он, – машину загнал. Ждём лошадей!

Я тем временем рассматривал конструкцию, которую местные назвали «гаражом». Внутри, кроме машин, было очень много разного хлама. Какие-то холодильники, газонокосилки, стиральные машинки…

– Это у них склад такой? – не выдержав, поинтересовался я. – Большинство предметов давно пора отправить на свалку, а они тут занимают пространство.

– Это всё рабочее, – он удивлённо глянул на меня, – а как ты думал? Деревня на окраине магического леса. Тут уже высокий магический фон, и электрические приборы выходят из строя достаточно быстро. Этот ангар имеет защиту. Специальный металл и руны. Приглядись внимательно! – Всеволод Дмитриевич повёл рукой по сторонам. – Поэтому здесь парковка для пришлых, за небольшую денежку. А местные держат технику.

– Прикольно, – я прошёлся вдоль рядов холодильников, которые все были включены в сеть. В другом ряду выстроились стиральные машинки, – а почему у них электрические холодильники? Ведь есть же на рунах!

– Электрические гораздо дешевле к тому же при повышенном фоне бытовые руны работают не стабильно. То нормально морозят, то слишком сильно или наоборот, – пожал плечами Зотов объясняя очевидные для него вещи, – там, дальше, у них комната для молодёжи. Это они так её называют. Помещение, где можно посмотреть телевизор, поработать на компьютере. Только молодёжи я там ни разу и не видел. А вот стариков хватает!

– А телефоны?

– Телефоны так быстро из строя не выходят. На них специальные чехлы имеются, – просветил меня Зотов, – но ты лучше пройдись до машины и оставь в ней свой телефон. Все таки мы едем вглубь леса. Там точно телефоны выйдут из строя. Никакие чехлы не помогут.

Мысль разумная. Чехла специального у меня нет, так что я прогулялся до автомобиля и, отключив телефон, убрал его в бардачок где уже лежал телефон Зотова.

Вернулся обратно как раз вовремя. У забора остановились три пофыркивающих лошади. На одной сидел пожилой мужчина в высоких грязных сапогах. Он легко спрыгнул с лошади и, похлопав её по крупу, обратился к Всеволоду Дмитриевичу:

– Готовы? – Мужчина окинул взглядом мастера, потом посмотрел на меня:

– С лошадьми-то справитесь? Они, конечно, спокойные, но умение требуется.

– Справлюсь, – Зотов протянул руку к морде лошади. Та с фырканьем понюхала протянутую ладонь, на которой оказался кусочек яблока. Лошадь мгновенно его уничтожила и потянулась снова, облизывая пустую ладонь. Пришлось Зотову доставать ещё яблоко и кормить лошадь.

– Не вижу проблем, опыт имеется, – кивнул я на вопросительный взгляд сопровождающего.

– Ну ладно, вещи какие-нибудь берёте?

– Да, – Всеволод Дмитриевич поднял мешок с накопителем. Он был не очень большим, но весил прилично.

– Это что? – удивился мужчина, забирая мешок и взвешивая его в руке.

– Накопитель, – просто ответил Зотов.

– Э... чего-то он у тебя маленький. Нельзя с накопителем. Мы едем в форт Закревского, а у князя договор со Старицкими. Никаких чужих накопителей!

– Афанасий! – с укором в голосе произнёс Зотов. – Я же не первый раз, правила знаю, – и протянул свёрнутую в трубочку бумажку достоинством в десять рублей.

– Хм... – Бумажка мгновенно исчезла в широкой ладони мужика. – Что-то я тебя не припомню! Да и имя моё знаешь! – Он насупил брови, сверля подозрительным взглядом Всеволода Дмитриевича.

– Так я в последнее время и не ездил в форт. А вот лет пять назад был у вас частым гостем.

– Сева? Ты, что ли? Я смотрю, вроде, знакомое что-то. Но ты изменился. Постарел, пузень себе отрастил! – Афанасий совершенно по-простому хлопнул Зотова по выпирающему животу. Тот слегка оторопел от подобного обращения. – Если в форт не надо, приезжал бы на лошадях кататься, – не обращая внимания на впавшего в ступор Всеволода, продолжил он, – у нас сейчас это модно. Молодёжь любит. Ну, а что? И для фигуры полезно, и местность у нас с повышенным фоном. И здоровье поправится, а то ты бледный какой-то!

– Нам ехать надо! – взял себя в руки Зотов. – Не стоит тратить наше время, – немного свысока произнёс он, но мужик был непробиваем.

– Так чего же вы тут лясы точите? – Афанасий смачно сплюнул на землю и запрыгнул на лошадь, после чего требовательно протянул руку Зотову. – Давай сюда свой мешок, привяжу к седлу. И прыгайте, мне тоже недосуг тут время на вас тратить! – скомандовал он.

Лошадь, доставшаяся мне, действительно оказалась очень смирной. Я бы сказал, меланхоличной. Я легко запрыгнул на неё. На лице непроизвольно возникла улыбка. Как же хорошо снова оказаться в седле! Да ещё и в здоровом теле! Легко сжав бока, я направил лошадь вперёд.

Ехали мы не спеша. Я быстро приноровился, и мне не терпелось пуститься в галоп, но Афанасий внимательно смотрел за мной и периодически одергивал мои порывы, советуя не отрываться от группы.

– Это хорошо, что вы в воскресенье выбрались, – пригладив окладистую бороду, сообщил он, – форт практически пустой. Так, десяток охранников. Даже магов толком нет. Выходной!

– На то и был расчёт, – согласился с ним Зотов. Он сидел в седле не так уверенно, как я, но было видно, что опыт имеет.

– А ты, – обратился ко мне Афанасий, – выдержишь ли нагрузку магическую? Уж больно молод, – он бросил на меня взгляд, полный сомнения.

– Выдержу, – коротко ответил я.

– Ну, как знаешь, – тот безразлично пожал плечами, – если что, оттащу до первого форта, – было видно, что ему охота поболтать, но попутчики попались неразговорчивые.

Зотов пытался управиться с конём. Он то сжимал бока лошади коленями, то привставал на стременах. Давно не ездил, вот и не мог никак приноровиться. Я же просто наслаждался поездкой.

– Мой род уже четыре поколения служит Закревским, – закинул удочку Афанасий, но не дождался никакой реакции от нас. Однако это его не остановило, – я и сам маг не слабый. Чуть больше двухсот единиц! Знаю земляные заклинания. Хорошее подспорье для в жизни в деревне.

Я пропускал его слова мимо ушей. Афанасий всю дорогу рассказывал о значимости себя, любимого, и своего рода. По его словам, сам князь Закревский советуется с ним, и всех он знает, и всё умеет. Ох уж эти мужицкие байки!

Наконец мы проехали малый форт, и через пятнадцать минут неспешного движения я ощутил, как быстро начал повышаться магический фон. Кончики пальцев защипало, дышать с каждым шагом становилось всё труднее. Похоже, я не совсем готов к такому уровню. Но это поправимо. Закрыв глаза, я максимально перекрыл свои магические каналы, тем самым сильно сократив приток магии к ядру. Магия всё равно поступала – через кожу. Но это был небольшой поток, и ядро так быстро не насыщалось. Голова слегка прояснилась.

Послушная лошадка смирно шла вперёд даже без моего участия в процессе. Открыв глаза, я увидел впереди высокую каменную стену. Не так я себе представлял форт. Думал, это будет деревянное сооружение в лесу, а на деле он больше походил на замок. Точнее, на монастырь.

Вокруг каменных стен весь лес был тщательно вырублен широкой полосой метров в пятьдесят примерно шириной.

Мы подъехали к деревянным воротам. Афанасий как раз заканчивал очередной свой рассказ. На этот раз я даже прислушался.

«Этот форт построили лет двести назад. Род Закревских сделал из него небольшую крепость. Времена были смутные, и это было отличным местом, чтобы отсидеться. Мало кто мог сунуться так глубоко в магический лес. Но Закревский так ни разу и не воспользовался фортом. Когда его дом осаждали, он не смог бросить жену и детей, чтобы спасти свою жизнь. Они бы не перенесли повышенный магический фон». Так что бился он до конца и победил в какой-то там кровавой родовой войне. Форт долгие годы находился в запустении. Но лет пятьдесят назад его восстановили. Все делалось вручную, без использования техники. Только маги и воины. Ту же артель сюда не пригонишь – не выживут.

С той поры, здесь кипит жизнь. Повышают свой уровень маги рода, учителя магической школы и лучшие ученики. Заряжают накопители. Одно время тут даже трудился травник. Созданные в подобном месте зелья имеют гораздо более высокий уровень.

Нас заметили со стены и, признав Афанасия, распахнули ворота.

Мы заехали внутрь под вялыми взглядами двух мужчин в военной форме. Было видно, что службу они несут спустя рукава. Хотя чего другого ожидать? Я так понимаю, этот форт грабить или захватывать нет никакого смысла.

– Только двое сегодня? – поинтересовался один из военных у Афанасия.

– Воскресенье, – тот пожал плечами.

– Лады, – маг окинул меня задумчивым взглядом, – ученик?

– Нет, – я отрицательно махнул головой.

– Езжайте вглубь, – махнул он рукой Афанасию, – сегодня никого нет, так что устраивайтесь где угодно, – после чего отправился закрывать ворота, потеряв к нам интерес.

Мы объехали каменный двухэтажный дом с узкими окнами. За ним располагался яблочный сад. Ветки деревьев были усыпаны яблоками.

Под одним из деревьев мы спешились.

– Там, впереди, беседка, устраивайтесь, – Афанасий махнул рукой, – как закончите, подходите на конюшню, я там пока покемарю.

Забрав у нас лошадей и передав мешок с накопителем Всеволоду Дмитриевичу, он степенно удалился.

Зотов первым делом поднял с травы сочное яблоко и кинул его мне, сам тоже взял.

– Съешь, отличные яблоки, весьма полезные. В деревне из них делают сок и продают за неплохие деньги!

Я откусил яблоко. На вкус – совершенно обычное. Слегка кисловатое.

– Тут и так магический фон перенасыщен, и я с трудом с ним справляюсь. Думаю, мне не стоит усугублять, – заявил я, отбросив надкушенное яблоко.

Зотов согласно кивнул и повёл меня вглубь. Он неплохо ориентировался здесь. Мы подошли к небольшой беседке, заросшей кустарником. Похоже, местный садовник до неё не добирался.

Внутри беседки было влажно, хотя трава перед ней уже успела высохнуть на солнце.

Всеволод Дмитриевич достал из своего рюкзака покрывало и расстелил его на траве.

– Устраивайся, – следующим делом он достал большой термос и пару пакетов с бутербродами. Сняв обувь, сел на плед. Рядом с собой положил очки артефактора, показывая, что полностью готов приступить к нашему делу.

Я последовал его примеру: разувшись, устроился на пледе. Рядом со мной стоял мешок с накопителем. Прежде чем приступать, надо было успокоиться, настроиться на нужный лад.

– Медитация, минут двадцать, – заявил я, – придём в норму после поездки на лошадях, настроимся.

– Хорошо, – артефактор не стал спорить, а просто прикрыл глаза и расслабился.

Я краем глаза следил за Зотовым. Вот что значит опыт. Он практически мгновенно выровнял дыхание и нырнул в медитативное состояние.

Мне потребовалось несколько больше времени, чтобы настроиться.

Магическая нагрузка была большой. Я частично приоткрыл каналы и занялся укреплением своего тела. Всю энергию я прогонял через внутренние органы и мышцы, насыщая их магией. Старался, чтобы до источника доходил самый минимум. Настроив свой организм на самостоятельную работу, открыл глаза и, развязав мешок, достал накопитель, который поставил в центр пледа. Для его работы не обязательно, чтобы он стоял прямо на земле. Плед не создаёт преграды.

– Смотрите внимательно, – обратился я к Зотову, который уже успел нацепить очки артефактора, – это руна в виде буквы «Кси». Она начала светиться. Контакт с землёй установлен. Она собирает энергию, которая попадает в руну «Фи». Сейчас эта руна пока не работает в полную мощность. Это будущее ядро накопителя. Её сначала надо запустить. Энергия накапливается в ней и уплотняется. Как только плотность достигнет определённого предела, сердце накопителя ярко запылает и превратится в магнит. Оно само станет тянуть энергию. Уплотнять её, собирать внутри себя.

– Вижу, – раздался голос Зотова, – это завораживающее зрелище. Мне только пару раз удавалось его наблюдать.

– Надо не только наблюдать, но и понимать происходящие процессы. Вот сейчас цвет руны «фи» меняется с жёлтого на оранжевый. Это значит, что количество энергии в ней достаточно. Потянитесь к руне, ощутите её желание.

Зотов двумя руками обхватил накопитель, и из его ладоней протянулись нити энергии. Они достигли ядра, но оно его не приняло. Понимания не хватало.

– Смотрите, – я положил свои руки на накопитель и потянулся к знаку «фи». Я ощущал его сердцебиение. Немного добавил энергии от себя. Накопителю совсем чуток не хватало магии, чтобы запустить своё сердце, я же его подтолкнул и получил в ответ тепло и благодарность. Сердце накопителя забилось и стало активно втягивать энергию через руну «Кси», которая соединяла его с энергией земли.

– Потрясающе! – не выдержал Зотов. В его голосе звучал азарт. – Я тоже хочу попробовать!

– Только спокойно, аккуратно! – Уж слишком он возбудился. Нельзя работать с магией в подобном состоянии.

Зотов послушался. Пару раз вдохнув, он погрузился в полумедитативное состояние и снова потянулся магией к ядру. В этот раз он был ближе. Но этого было недостаточно, чтобы ядро ему подчинилось. Не хватало понимания, но я видел, что Всеволод Дмитриевич на верном пути. Неделя, в крайнем случае – месяц тренировки, и у него всё получится.

Последние свои мысли я озвучил вслух.

– Да хоть два месяца! Я с ним десять лет не мог разобраться. Но теперь сам ощущаю, что мне осталось сделать буквально один шаг!

– Смотрите, – я потянулся к сердцу накопителя со всем своим пониманием. Мне хотелось слегка сдвинуть его в сторону. Руна сопротивлялась. Но мы уже были настроены на одну волну, она меня воспринимала, только не была готова признавать главным. Тогда я придавил её своей силой воли. Не просил, а указывал. Перешёл на язык силы – и руна сдалась. Мне удалось подвинуть её немного вбок. Слишком сильно сдвигать я не хотел, боясь нарушить равновесие. Этого было достаточно, чтобы в моей голове исчезли всякие сомнения. Теперь я твёрдо знал, что имею над ней власть. Я смогу создать новое ядро с полной уверенностью в своих силах и с достаточным пониманием, чтобы оно вышло крепким и надёжным.

– Если бы мне сказали, что шестнадцатилетний парень сможет обуздать ядро накопителя, который создали двести лет назад, я бы ни за что не поверил! – Зотов снял очки и с недоверием, смешанным с почтением, смотрел на меня. У меня сложилось впечатление, что он размышляет: начать мне кланяться и признать меня гением, или, может быть, всё произошедшие ему просто привиделось?

– За эти годы руна ослабла, – я решил сбросить с себя венец, – да и ставил её умелец, но не гениальный мастер. Так что справиться не составило большого труда.

– Но ты теперь сможешь её повторить?

– Я смогу повторить только ядро. Но без защитных механизмов, которые его окружают, оно долго не проработает. Да и завязку на ауру я пока не умею делать достаточно хорошо.

– С этим я справлюсь с закрытыми глазами! – Всеволод Дмитриевич вскочил и, запустив руку в волосы, растрепал свою причёску. – Я же теперь лучше понимаю ядро и смогу вокруг него создать защитный узор. Ты делаешь ядро, я – узор. Уверен, моего понимания достаточно, чтобы их соединить!

– Да, – я не стал отрицать очевидного. Именно для этого я сюда и приехал: чтобы Зотов получил понимание. Теперь мы вдвоём можем сделать накопитель.

– Ух! У меня в крови бурлит адреналин! – заявил мастер и начал приседать. – Надо дать ему выйти. Физическая нагрузка – лучший вариант.

– Вы бы поосторожней, – ухмыльнулся я. По лицу Зотова катились градинки пота, – в последнее время вы, похоже, совсем не уделяли времени физическим нагрузкам.

– Ты не понимаешь! Мне хочется кричать и бегать. Очень тяжело сдерживаться. Я столько лет убил на этот накопитель. Ты исполнил мою детскую мечту!

– Попейте чаю, – я подвинул термос, когда Зотов устало лёг на плед, пытаясь отдышаться. Хватило его всего на двадцать приседаний. Представляю, как он завтра себя будет чувствовать. Ещё и поездка на лошадях...

– Спасибо! – Всеволод Дмитриевич устало сел и налил себе чаю. – Надо ехать обратно! Будем делать свой накопитель.

– Нет, – твёрдо остановил его я, – два часа ещё медитируем. Придёте в себя. Заодно прогоните энергию по мышцам, а то завтра пошевелиться не сможете. Тогда и поедем!

Я посмотрел на часы. Мы в этом форте провели чуть больше часа. Не так уж и много. Ехать обратно не было смысла. Накопитель может и подождать, а вот моим ребятам и мне лично нужно подзарядиться. У нас лежат зелья для увеличения магического источника. К приёму нужно подготовить и тело, и источник, иначе эффективность будет ниже.

Зотов согласился с моими доводами, и мы ещё два часа провели в медитации.

Забрав ребят, отправились в обратный путь. Всю дорогу Зотов выспрашивал, для чего мне нужен накопитель. Пришлось объяснять:

– Для развития источника нет лучшего варианта. Сливаем магию в накопитель один-два раза в день, а вечером забираем её обратно, при этом стараемся впихнуть в источник больше, чем туда влезает. Это будет растягивать его и увеличивать в размерах.

– Ха-ха-ха! – внезапно рассмеялся Всеволод Дмитриевич. – Мне это напомнило аналогию с желудком и едой, – он хлопнул себя рукой по выпирающему животу, – мы так же в него запихиваем с каждым разом всё больше и больше, и он растёт.

– Да, – согласился с ним я, – но, в отличие от живота, рост источника только на пользу.

– А нам можно будет? – Лена, сидящая на заднем сиденье, внимательно слушала мои объяснения.

– Конечно, – кивнул я, – только просьба ко всем держать это в секрете. Я имею в виду наличие накопителя. Не знаю, как поведёт себя род Старицких, узнав, что мы можем составить им конкуренцию.

– За это не беспокойся, – махнул рукой Зотов, – они не единственные. Тут дело, скорее, в удобстве и маркетинге. Они предоставляют, в первую очередь, сервис. Так что сражаться с мастером, который в год может сделать пятьдесят-сто накопителе нет никакого смысла. Особенно учитывая тот факт, что без сервиса по обслуживанию и зарядке они будут только пылиться… – Он демонстративно развёл руками.

– Но всё равно, – я упрямо помотал головой, – болтать лишний раз не стоит. Вот встану крепко на ноги, тогда да. А так меня тут уже пытались бандиты похитить, чтобы я на них в Туле работал. Нет, к этому я точно не готов!

Это была не трусость или слабость. Просто позиция. Зачем мне сейчас проблемы? Я, безусловно, их решу и не буду от них бежать, но у меня есть дела поинтереснее и поважнее, чем отстаивать свою независимость. Мне надо учиться, развиваться, расти в магическом плане. Не хотелось отвлекаться на второстепенные дела.

Некоторое время мы ехали в тишине. Зотов раздумывал над полученной от меня информацией.

– Получается, я смогу увеличить свой источник? И до каких пределов? – недоверчиво спросил он.

Я же в ответ закатил глаза. Вот почти полчаса распинался перед ним, объяснял всё досконально, а теперь встречаю такое недоверие.

– Опыт – сын ошибок трудных! – выдал на это Савва с задумчивым видом. – Я буду заниматься, как советует Максим.

– Так почему же так никто не делает? – не унимался Зотов.

– С чего вы взяли, что не делает? – Я удивлённо посмотрел на мастера. – Полагаю, кто знает, занимается. Но не у всех имеются накопители. Слишком они дороги. Те же зелья стоят не так уж и дорого для начальных уровней. А выше трёх сотен единиц обычно и нет желающих запрыгнуть. Что для меня совершенно непонятно!

– Это-то как раз хорошо объяснимо. Взять даже меня. Я активно развивался и достиг двухсот пятидесяти единиц, после этого особо не усердствовал. За последние десять лет, увеличил объем почти до трехсот пятидесяти единиц. Но я занимаюсь рунами и артефактами. Я не боевой маг. Для меня, в первую очередь, важны знания и умения, а объём источника вторичен, – Зотов пожал плечами. Было видно, что такое положение дел он считает совершенно понятным и обыденным. В чём-то он, конечно, прав. Учитывая, что современный мир является более-менее мирным и спокойным.

– А боевики? – влезала в разговор Лена.

– Боевики постоянно растут. Для них это жизненно важно. Чем ты сильнее, тем ценнее, – ухмыльнулся Зотов своему каламбуру, – да и зачастую от уровня может зависеть твоя жизнь.

– А целители? – Савва заинтересованно придвинулся к нам.

– Они тоже развиваются. От этого зависит их оплата!

Так, за разговорами, я сам не заметил, как мы добрались до интерната.

Когда машину покинули Савва и Лена, Зотов повернулся ко мне и совершенно серьёзно произнёс:

– Командуй. Я хочу сделать накопитель! Сам. Свой. Пусть и с твоей помощью. Что надо делать? Денег не жалей! Как говорится, куй железо, пока горячо. А сейчас очень горячо. Я ещё помню, как загоралось ядро в моем накопителе, я ещё ощущаю ладонями его жар. Давай зажжём свой костёр!

Озадачил он меня. Я думал заняться этим делом без спешки и самостоятельно, обратившись к Всеволоду Дмитриевичу лишь под конец. Но раз уж он так загорелся...

Глава 14

Первым делом мы отправились на поиски нормальных камней под накопители. Зотов, казалось, знал всех в этом городе. Он отвёз меня в гранитную мастерскую, где нам выпилили пяток брусков из гранита. По форме и размеру они напоминали обычные кирпичи, только вот по весу получились весьма тяжёлыми. Но их хотя бы можно было переносить, не то что старый накопитель Зотова или кубы, что производили Старицкие.

Затем Всеволод Дмитриевич вызвонил знакомого целителя и договорился с ним, что тот через два часа приедет в магазин. После этого мы поели в хорошем ресторане, при этом за всё платил Всеволод Дмитриевич.

Сытые и довольные, мы подкатили к магазину магических изделий. Открыв дверь, зашли внутрь. Нас встретила Агата.

– Опять ты? – Она устало закатила глаза. – Что ты здесь забыл?

– Агата! – строго произнёс Всеволод Дмитриевич.

– Что «Агата»? – Она непонимающе уставилась на него. – Этот придурок мне постоянно попадается. Бесит! Зачем он здесь?

– Иди домой, – устало произнёс Зотов, похоже, сил читать нотацию девушке у него уже не было, – давай, давай, в темпе! – прикрикнул он.

– Вот и пойду! – гордо задрав нос, заявила она. – Прямо сейчас и уйду! Сами закрывайтесь и убирайтесь здесь! – Агата выскочила из-за прилавка. – Счастливо оставаться!

Девушка покинула магазин. Зотов лишь молча покачал головой. Подойдя к двери, повесил табличку «Закрыто» и закрыл дверь на замок.

– У нас ещё полчаса до прихода целителя, – сказал он, потирая руки, – давай чертить схему и всё обсудим!

На схему у нас ушёл почти час, целитель задерживался. Но мы это время провели с пользой, кирпичи были не очень большими, и пришлось немного переработать узор руны.

– Значит, у нас ядро получится где-то на двести единиц? – глядя на окончательную схему, Зотов почесал затылок. – Маловато, конечно!

– Во-первых, в этот размер больше разместить не получится, максимум двести пятьдесят. Или надо брать камни большего размера. Но тогда их возить с собой будет сложно. Во-вторых, ядро буду делать я, а мой источник сейчас – сто восемьдесят единиц. Сделать ядро больше, чем мой действующий источник, практически не реально. Точнее можно и тысячу сделать, если я одновременно буду накладывать все руны. И защиты и включения. Но пока я их не знаю на должном уровне. Так что сначала я делаю ядро и наполняю его до предела, чтобы оно было стабильным, затем приступаете к работе вы. Ну и в-третьих, это не так и плохо. Свою функцию он будет исполнять.

– Как? Ты же говорил, что надо заливать в источник больше магии, чем туда помещается. У меня же источник триста сорок единиц! – с гордостью задрав голову, заявил он.

Эта фраза вызвала улыбку на моём лице. Нашёл чем гордиться. Даже до полутысячи не дошёл. Как вообще может считаться серьёзным магом человек, который не преодолел рубеж магистра?

– Что ты улыбаешься? – раздражённо воскликнул Зотов. Сейчас его настроение скакало от радости до раздражения. Он радовался тому, что появилась возможность провести эксперимент всей его жизни, и злился от того, что главная заслуга в этом шестнадцатилетнего парня. А ещё боялся, что у нас ничего не получится. Все это читалось на его лице, которое для меня было, как открытая книга.

– В течение дня мы сливаем энергию в накопитель. Я его наполню без особого для себя ущерба за пару дней. Денёк ещё подожду и буду принимать энергию обратно. Мой источник не обязательно должен быть пуст в этот момент. Главное – вливать как можно резче и плотнее, – я снова объяснял элементарные вещи, которые в моем мире знал любой ученик магической академии, – всё равно каждый день так делать нельзя. Источнику надо давать время, чтобы он окреп и восстановился. Да и подрос, – закончил я.

В этот момент раздался требовательный стук в дверь.

– Сева, открывай! – пробасил кто-то за дверью.

– Вот и наш целитель! – обрадованно вскочил Всеволод Дмитриевич.

Открыв дверь, он впустил в магазин крупного мужчину, практически своего ровесника. Лет тому было слегка за тридцать. Невысокий, полноватый. На лбу поблёскивают бисеринки пота. Дыхание сбито, лицо раскраснелось от быстрой ходьбы. Похоже он действительно спешил к нам.

– Борис Борисович, – представил Зотов мне его, – целитель!

– «Целитель», – пробасил тот недовольно, с облегчением усаживаясь на стул, – я, между прочим, главный целитель городской больницы! А ты говоришь – «целитель»!

– Ой, Боря, прошу прошения! – Зотов шутовски поклонился. – Главный целитель городской больницы, Борис Борисович Назаренко!

– Вот так-то лучше, – по лицу Бориса Борисовича расплылась улыбка. Было видно, что они давно знакомы друг с другом, – давай рассказывай, что за очередной безумный эксперимент ты задумал!

– Почему «безумный»? – недовольно поморщился Всеволод Дмитриевич.

– Да потому что для простого я бы не понадобился. Значит, планируется большой расход энергии. А ты в теории не силён. Что-то новое вряд ли придумаешь. Значит или какой-то старый артефакт хочешь оживить, или... даже не знаю. Но наверняка это будет опасно!

– Чего это я в теории не силён? – обиделся Зотов. – Зато я в экспериментах мастер!

– Ага. Сколько раз я тебя лечил после твоих экспериментов!

Наблюдать за их пикировкой было интересно. Главное, Борис Борисович был прав. Я уже понял, что Зотов имеет достаточно слабую теоретическую базу. Непонятно только было: это общая проблема этого мира или именно Зотова. Тем не менее, именно такие люди, как Всеволод Дмитриевич, зачастую двигают науку вперёд. Именно они могут осуществлять колоссальные прорывы, когда создают то, что до этого считалось невозможным. Просто они не знали об этом.

Правда с подобными экспериментаторами имеется одна глобальная проблема: бо́льшая часть этих людей не доживает до действительно важных открытий вследствие того, что безопасность при проведении экспериментов – не их сильная сторона.

И, похоже, главный целитель города уже не раз сталкивался с этой особенностью характера Зотова.

Пока я размышлял на эту тему, Зотов с жаром объяснял, что он собирается делать и для чего ему нужен накопитель.

Первым моим порывом было остановить разговорчивость Зотова. Ведь я просил соблюдать хоть какую-то видимость секретности, а он сразу раскрыл все карты. Потом решил: будь как будет. Тем более, накопитель мы ещё не сделали, а Назаренко – друг Зотова, и вряд ли будет на каждом углу рассказывать о наших экспериментах. Особенно, если его попросить не распространяться о них.

– Очень любопытно! – Было видно, что идея увеличить свой источник с помощью накопителя весьма заинтересовала Бориса Борисовича. – У меня брат в боевиках. Их тренируют похожим образом: заставляют потратить всю энергию и сажают в комнату с накопителем медитировать. Ваш способ выглядит вполне рабочим и, возможно, более действенным. Но больше всего меня интересует возможность восполнять потраченную энергию из накопителя напрямую.

– Это возможно, – не стал отрицать я.

– Да, только вот считается, что напрямую забирать из накопителя энергию очень опасно. Иначе бы все так и делали! – заявил Назаренко с видом профессора, который указывает ученику на очевидную ошибку. на его лице расплылась снисходительная улыбка.

– Если вы имеете в виду накопители Старицких, то да, – согласился я с ним не обращая особого внимания на его отношение ко мне и моей теории. Уже успел привыкнуть, что меня с первого знакомства не воспринимают всерьез.

Вообще, в стандартных накопителях, была одна большая проблема, которая не давала их использовать для наполнения источника. В них не было каналов, по которым можно забирать магию. В принципе, именно с этим я столкнулся в развалинах, когда накопитель меня чуть не убил. Если брать из него энергию, она просто бурным потоком всё сметёт. Понятно, что после пары подобных экспериментов от этого способа отказались, оставив только медитацию при повышенном фоне. Но даже в том же накопителе, который меня зарядил по самую макушку, имелась одна руна, явно не так давно пристроенная. По ней и можно было забирать энергию, по очень тонкому каналу. Если бы не она, смысла в жертвах не было бы. Правда, её эффективность была очень мала. Но даже так руной активно пользовались.

Получается, кто-то подобные руны умел ставить. Странно, что остальным это не было знакомо. Возможно причина в том, что с её помощью не забирали энергию из самого ядра. Она аккумулировала и передавала излишки, которые появлялись после смерти жертв. У мастера просто не хватило понимания устройства самого ядра и он приделал в итоге этакий "костыль", который работал по верхам.

– И... – поторопил меня Назаренко, прерывая мои размышления.

– Я поставлю специальную руну для вывода энергии. Она ограничивает поток. Точнее его размер.

– Ха! – усмехнулся тот. – Какую же силу воли надо иметь и понимание, чтобы эта руна не разрушалась, когда через неё хлынет энергия!

Похоже, главный целитель городской больницы неплохо разбирался в данном вопросе.

– Даже если ты её поставишь, я не дам Севе первым пробовать работоспособность этого накопителя. Мне он дорог, как старый приятель и редкий человек, с которым можно поговорить, – заявил Борис Борисович, сурово глядя на меня.

– Хорошо, – я слегка пожал плечами, – первый опыт будет мой. Я продемонстрирую работу накопителя.

– Ты понимаешь, – слегка прищурившись и понизив голос, продолжил Назаренко, – что я тебя не спасу, если что-то пойдёт не так? Сева у нас человек увлекающийся и не думает о последствиях, но я видел, как изнутри разрывает людей от шквала магической энергии. И... скажу прямо, зрелище очень неприятное! – Он передёрнул плечами – воспоминания явно были не самыми лучшими, – несколько раз присутствовал при попытке перейти на ступень магистра, – он печально покачал головой.

– Понимаю. Но давайте всё-таки приступим к делу! – Я опытный мастер, но перед началом любого эксперимента у меня возникает зуд первооткрывателя. Создание накопителя сейчас для меня являлось важным делом. Мои попытки не увенчались успехом, лишь раззадорив мой аппетит. Мне нужен был накопитель – но ещё в большей степени мне хотелось победить систему. Создать по-настоящему мощный артефакт в этом мире, где всё работает не так!

Поставив на стол брусок гранита, я тщательно ощупал его пальцами и признал годным. Все руны были уже нарисованы специальным маркером. Всё размечено и подготовлено.

Я взял в руки тонкую кисть и, макнув её в краску, начал выводить руну, сразу вкладывая понимание. Руна, отвечающая за ядро, была несколько сложнее той, что стояла в накопителе у Зотова. В неё добавился канал для вывода энергии. Как только я закончил, передал кисть Всеволоду Дмитриевичу. Теперь он обводил свою часть узора. Это были узоры ограничения, которые одновременно отвечали и за стабилизацию. Дополнительно Зотов поставил хитрую руну завязки на ауру, которую можно было отключить в любой момент.

– Кому нужна энергия? – раздался голос Бориса Борисовича из-за моей спины. Он стоял всё это время рядом, заворожённо наблюдая за движением кисти и готовый в любой момент прийти на помощь.

– Я волью пятьдесят единиц, а вот Максиму придётся потратиться полностью, – Зотов кивнул на меня, и Назаренко положил на мои плечи свои руки.

– Сначала надо наполнить источник, – я повернул голову к Борису Борисовичу. Тот понятливо кивнул и направил в меня энергию. Чётко и дозированно. Мелкими импульсами ровно по десять единиц. Один за одним, – хватит, – остановил его я.

– Шестьдесят единиц, – отстранённо заметил Назаренко, но рук с моих плеч не убрал.

– Ну что, – голос Зотова дрогнул от волнения, – начнём?

– Да.

Я положил свои руки на узор и начал вливать магию в будущее сердце накопителя. Узор извивался и сопротивлялся. Но я придавил его пониманием, силой воли заставляя принять нужную мне форму и проникнуть вглубь камня. Как только узор застыл, я начал накачивать его магией.

– Сердце просыпается! – раздался восторженный шёпот Зотова. Он с очками на носу тщательно следил за процессом.

– Ещё энергии, – попросил я и сразу ощутил, как от рук Назаренко потекла энергия.

– Всё! – остановил я целителя и повернул голову к Зотову. – Давайте быстрее! – Обратился я к Зотову.

Руна встала, ядро наполнилось, но оно было очень неустойчивым. Даже магический фон, что исходил от каждого из трёх магов, собравшихся вокруг будущего накопителя, корёжил его. Требовалась срочная изоляция. Я уже ощущал мелкую вибрацию.

Зотов не заставил себя долго ждать. Аккуратно, но достаточно быстро и точно он начал возводить стены вокруг новорожденного ядра активируя написанные им руны.

– Готово! – выдохнул мастер. – Теперь привяжи к своей ауре!

Как это делается, я уже видел, да и процесс понимал. Руна небольшого размера, хватило пяти единиц магии.

Борис Борисович забрал артефакторные очки у Зотова и, наклонившись к бруску, с большим любопытством рассматривал странный узор, что вышел из-под наших рук.

– Я мало что понимаю в этом деле, – заявил он, – но получилось красиво. Я ощущаю, что внутри заперто много энергии! – Понятное дело, он как целитель был в состоянии ощутить подобное. – Ну что, – Назаренко повернулся ко мне, – ты готов рискнуть?

После этой фразы сильно занервничал Зотов. Он начал метаться по комнате.

– Может быть, не стоит спешить? Метод не проверен... – начал мастер, но я его прервал.

– Проблем не будет, – жёстко сказал я. – Борис Борисович, сколько сейчас во мне энергии?

Я полностью раскрыл каналы, чтобы он мог проверить. Целитель запустил в меня небольшой поток и получил отклик.

– Пятнадцать единиц, – заключил он.

Положив одну руку на накопитель, скорее, в качестве бравады, я приоткрыл кран, обратившись к специальной руне. Собранная энергия полилась ко мне. Напор был несильным, я даже недовольно поморщился.

– Что? – увидев моё неудовольствие, перепугался Зотов.

– Переборщил я с перестраховкой. Очень слабый поток идёт. Этак я долго буду вливать в себя энергию. Всё вы со своими разговорами: «Ничего не получится, слишком опасно!» Вот и сделал слишком маленький канал!

– Работает? – Борис Борисович крутил головой, глядя то на меня, то на накопитель, то на Зотова. Единственные очки были на Всеволоде Дмитриевиче, и целитель не мог видеть, как в меня втекает магическая энергия.

– Проверяйте! – Я отпустил накопитель, и Назаренко тут же кинулся проверять мой магический источник.

– Удивительно, – он на шаг отступил назад, восторженно глядя на меня, как на драгоценный камень. – У вас в источнике шестьдесят единиц!

– Вот я и говорю, – я махнул рукой, – слишком медленно. Мне надо мощнее!

– Можно попробовать? – не выдержал Зотов.

– Я тоже хочу! – Борис Борисович не мог сдержать своего азарта.

– Пробуйте! – Я лёгким движением руки снял ограничение на ауру и подвинул брусок в их сторону, сам же взял маркер и начал исправлять руну на втором накопителе. Канал мне нужен больше.

– Ух! Как давит! – восторженно воскликнул Зотов и, подвинув камень в сторону Назаренко, подошёл ко мне. – Я не знаю, что ты за монстр, – тихо проговорил он, – но мне канала шире не надо. И так с трудом удержал!

– Обалдеть! – раздался комментарий от целителя. – Оно и вправду работает! Повезло тебе, Сева, дураку! – Он весело рассмеялся.

– Чего это «дураку»?

– Ну а чего нет? Скажешь, не повезло?

– Повезло, – кивнул Зотов с радостной улыбкой идиота.

Пока они пикировались и снова пробовали накопитель, я продолжал рисовать новую руну. Скорее всего, всё дело в том, что мои каналы гораздо шире, чем у обычных магов. Это легко объясняется тем, что я пережил буквально лавину энергии, что вливалась в меня через алтарь. После подобного каналы не могли не вырасти. Они стали мощнее, плотнее. То, что для Зотова и Назарова «УХ!», для меня – просто детский лепет.

Мне нужен накопитель, и накопитель мощный. Но проблема в том, что с таким накопителем Савва и Лена не справятся. Делать им отдельно ещё один? Я-то думал этот оставить Зотову, а следующий сделать под себя, но, похоже, придётся делать три штуки вместо двух запланированных. Однако такое количество за один вечер я просто не потяну.

Решил, что сделаю сейчас для себя. А потом на неделе подъеду к Зотову и поработаем над накопителем для ребят.

Заливая ядро второго накопителя с поддержкой магии Назаренко я понял, что всё идет не так гладко. Магию я заливал, через широкий канал и ядро голодало и тряслось. Целитель вливал в меня магию гораздо медленнее, чем её пожирал накопитель. У ядра не было ограничительных рун. Я мгновенно вспотел, понимая, что еще немного и ядро просто пойдет в разнос. Уже больше ста единиц магии. Запертые в гранитном бруске. Мне никак не удавалось наполнить его и стабилизировать! В этот момент помощь пришла оттуда, откуда я не ожидал. По моим каналам прямо из астрала потекла энергия. Мощным и устойчивым потоком. Ядро стабилизировалось и ярко засияло. Оно было крепким и плотным.

Подвинув камень Зотову я устало откинулся на стуле и с облегчением выдохнул вытирая пот со лба. Похоже, в последний момент мне помог Серкх. И его помощь оказалась как никогда кстати.

Наконец работа была закончена. Перед нами на столе лежали два накопителя. Один, первый, останется Зотову, а вот второй я заберу с собой.

– Надо будет ещё один сделать на неделе, – я устало прикрыл глаза. Всё-таки эта работа потребовала очень большого количества сил и энергии, а так же стоила не малого количества нервов. Я ощущал себя полностью выжатым.

– Сделаем. Обязательно. Мне не помешает закрепить полученные знания, – согласился Зотов, – поправь меня если я не прав, но это ядро получилось значительно мощнее? – он внимательно разглядывал новый накопитель.

– Именно так, – не стал я отрицать очевидное, – скорее всего мое понимание подросло. Но не уверен, что смогу в следующий раз повторить подобное. Слишком опасно.

– Сева, – напомнил о себе молчаливо сидящий Борис Борисович, – мне тоже, – негромко добавил он.

– Что – тоже?

– Накопитель. Очень нужен. Бывает, всю энергию на работе потрачу, а привозят срочного. Нужна помощь, а энергии нет, – он развёл руками, – понимаю, что это тайное дело. Никому не проговорюсь!

Зотов посмотрел на меня, ожидая моего одобрения. Без меня у него пока не получится создать накопитель.

– Только будет одна просьба, Борис Борисович, – я посмотрел в глаза целителю, – у моего друга отец болен, надо его осмотреть. Не обязательно вы, но посоветуйте хорошего врача или целителя. И... присмотритесь к моему другу. Он уже сильный целитель. Может быть, возьмёте его на стажировку? Тем более, он будет со своим накопителем.

– Ничего не обещаю, – Назаренко недовольно поморщился, похоже, он не любил, когда к нему обращаются с личными вопросами по поводу работы. Все эти протекции... – Посмотрю на твоего паренька, но если он полный ноль, уж извини, так ему и скажу!

– Большего и не требуется, – я довольно улыбнулся, – большего и не требуется!

Мы договорились в среду или четверг сделать ещё два накопителя. Один для моих ребят, а второй для Назаренко. Зотов оставил себе первый экземпляр, заявив, что он самый ценный и почётный.

– Буду вдохновляться им. Теперь у меня есть хороший стимул, создать себе накопитель хотя бы такого уровня, как сделал ты! – в этом он прав. Любому мастеру требуется конкуренция, чтобы расти. А накопитель, который создал шестнадцатилетний парень, заставит Зотова сидеть над руной днем и ночью, чтобы в один прекрасный день, повторить, а то и превзойти моё изделие.

С камнем, сунутым в холщовый мешок, который мне предоставил Всеволод Дмитриевич, я потащился в интернат.

Под вечер ноги совсем разболелись. Мне требовался хороший и качественный сон, чтобы прийти в себя. Добравшись до кровати, я разделся. Стоило моей голове коснуться подушки, как я мгновенно отрубился.

Глава 15

Утром меня разбудил Савва. Он возбуждённо метался по комнате, собираясь на завтрак. Увидев, что я открыл глаза, чуть ли не вприпрыжку подбежал ко мне:

– Сколько у тебя?

Я удивлённо хлопал глазами, пытаясь понять, о чём идёт речь еще не до конца проснувшись.

– На сколько у тебя вырос источник? – настойчиво уточнил Савва.

– Совсем забыл! – Я сел на кровати и покачал головой. – Вчера так устал, что не выпил зелье.

– Как же так?! У меня теперь источник почти восемьдесят единиц. Ты представляешь? Месяц назад был тридцать пять, а теперь восемьдесят! – Он продолжал носиться по комнате, забыв, что начал одеваться. Ходил в одном носке, без штанов и в полурасстёгнутой рубашке. – Да мне до сотни осталась пара шагов, тогда я уже буду не просто одарённым, а настоящим магом. Это просто... обалдеть, как круто!

– Ага, – я поднялся с кровати и потряс головой, проверяя своё состояние. Вроде всё хорошо. – Только учти, что после сотни единиц рост замедлится. И на следующую сотню может уйти, как минимум, год!

– Ерунда! В шестнадцать лет сотня – огромная редкость, – Савва остановился, и его лицо омрачилось, – только, говорят, преодоление этого этапа сложное и опасное! – В глазах парня появился испуг. – Ты же мне поможешь?

– Не уеду из города, пока ты не пройдёшь этот рубеж, – кивнул я, – а теперь одевайся и пойдём завтракать.

Умывшись, я быстро оделся, и мы спустились в столовую, где нас с нетерпением ожидала Лена. Она уже отправила сообщение Савве, и я знал, что её источник достиг семидесяти единиц, но девушке не терпелось лично похвастаться. Она не спеша догоняла Савву.

– Вы молодцы, – заявил я после завтрака, – а сейчас идём к нам в комнату, кое-что покажу!

Ребята с нетерпением поднялись в комнату, и я выложил на стол накопитель.

– Что это? – Лена с любопытством осмотрела камень. – Зачем он нужен?

Я провёл рукой по накопителю и осмотрел его с помощью «ясного взора». Работал он великолепно. Не сочился магией, руны были стабильны, и вся энергия, которую я в него вчера закачал, по-прежнему оставалась внутри в том же объёме: почти двести пятьдесят единиц!

– Это накопитель, – сообщил я под вздохи ребят.

Лена с Саввой его внимательно осмотрели, удивлённо цокая языками.

– А почему он не выдаёт энергию? Может, сломался? Я слышала, что рядом с ним должен быть повышенный фон! – проявила свою осведомлённость девушка. – У зельевара на фабрике стоит накопитель. Он водил меня на экскурсию. Там прям как в форте, где мы медитируем. Фон повышен. Я уже научилась это чувствовать.

– Зачем он нужен? – Савва задал более практический вопрос.

Пришлось им объяснять, зачем мне накопитель, как с ним работать, и почему он не фонит.

– Именно с помощью накопителя я планирую поднять ваш уровень до сотни единиц. Так что готовьтесь! – заявил я под конец речи.

– Так ты не шутил, что не уедешь, пока я не получу свой первый ранг? – округлил глаза Савва. Похоже, он не поверил, что за оставшиеся пару недель станет настоящим магом.

– Не шутил! – Я посмотрел на Лену и Савву серьёзным взглядом. – У вас есть две недели, чтобы подтянуть свой уровень. Вечером буду наполнять комнату магией, чтобы вы могли помедитировать. А к концу недели постараюсь сделать для вас накопитель. Так что готовьтесь – на сон у вас будет мало времени.

– Отлично! – с энтузиазмом в голосе заявил Савва.

– Жаль, что мне надо ехать на работу, – расстроилась Лена, – так бы прямо сейчас занялась медитацией!

Лена, попрощавшись, убежала переодеваться, – ей уже пора было выезжать. Мы остались вдвоём с Саввой.

– Есть ещё одно важное для тебя дело, – остановил я парня. Тот, судя по всему, собирался снова засесть за учебники, которыми был завален весь стол. – Мне удалось договориться с одним целителем. Номер я тебе в сообщении сейчас скину. Скажи, что от меня. Он примет вас с твоим отцом, заодно продемонстрируй ему свои умения.

Я переслал Савве номер телефона Бориса Борисовича. Он глянул в телефон и замер.

Медленно повернув голову, окинул меня недоверчивым взглядом.

– Что ещё? – не выдержал я.

– Ты договорился с Назаренко? Борисом Борисовичем? – В контакте он был указан просто как «целитель Назаренко». – Серьёзно? Он примет нас с отцом? Ты не шутишь?

– Ну да. Что тут такого? Позвони, скажи, что ты от Максима Андера, – пожал я плечами.

– Ну ты даёшь! – выдохнул Савва и, вскочив, кинулся меня обнимать. – Спасибо! Спасибо!

– Да отстань ты! – Я вырвался из его объятий. – Как я понимаю, ты знаешь такого?

– Конечно! Да кто его в Подольске не знает!

Мне хотелось ответить, что я этого имени до вчерашнего дня даже и не слышал. Однако решил промолчать. Всё-таки, Назаренко – главный целитель центральной больницы или как-то так. Похоже, он тут типа иконы для местных целителей. Так что нет ничего удивительного, что Савва о нем знает.

– Ну вот и хорошо, – я кинул взгляд на часы. Пора было уже выходить.

– К нему на приём обычно надо записываться за полгода. Даже не представляю, как тебе это удалось! Я очень благодарен!

Как удалось... да я просто не знал об этом. Похоже, сработал старый афоризм: «Смелость города берет, а глупость – государства». Правда, я ещё не решил: это была смелость или глупость с моей стороны – ставить подобные условия Борису Борисовичу? Однако теперь всё в руках Саввы.

– Ты уж постарайся там, не опозорь меня! – на всякий случай сказал я банальную вещь и сам же поморщился. Не люблю подобных фраз. – Хотя нет, просто будь самим собой. Я уверен, твои знания и умения оценят. Мне Борис Борисович показался умным мужиком.

– Умным мужиком... – всё так же находясь в некоторой прострации, кивнул мне Савва.

В сервисе всё прошло очень скучно. Четыре машины, знакомые руны. Да, скучно, но при этом я получал удовлетворение от качественно выполненной работы. Пока это дело еще не приелось и не превратилось в надоедливую рутину.

Закончил сегодня рано, часа в четыре вечера, и, сев в автобус, выехал за город. У меня ещё оставалась магическая энергия, и мне не терпелось опробовать заклинание «огненного дождя». Для этого требовалось безлюдное место, которое найти в Подольске было малореально, а вот за городом – без проблем. Тем более, сегодня погода была паршивая. Небо заволокли тучи, периодически начинал моросить дождик, так что встретить у реки праздношатающихся людей я не опасался.

Найдя укромную полянку на берегу реки, я сосредоточился и сформировал заклинание. Сначала медленно, проверяя, не забыл ли чего, влив минимум энергии. В небо взлетел небольшой огненный шар, который, поднявшись метров на двадцать, распался на пару десятков шаров. Они со свистом полетели обратно. Я ощущал в них свою магию и мог задавать им направление. Этот огненный рой врезался в реку и с тихим шипением закончил там свою жизнь.

– Неплохо! – обрадовался я, радостно потирая руки. На моем лице расплылась кровожадная улыбка. Я весь замер в предвкушении. – А сейчас – второй акт!

Я влил в заклинание последние пятьдесят единиц магии. Шар получился плотным и очень горячим. Он взлетел на пятнадцать метров и распался роем крупных огненных шариков – каждый размером с мячик для настольного тенниса. По мере приближения к земле их скорость увеличивалась. Увернуться от подобного роя было практически не реально. Я накрыл им площадь примерно в двадцать пять квадратных метров. Этакий квадрат со сторонами пять на пять. Будь внутри него несколько магов, им бы не поздоровилось.

Закончив тренировку, я, полностью довольный собой, вернулся в интернат. Меня мало волновало, что я весь промок и слегка замёрз. Ботинки испачкал в земле, брюки тоже надо было стирать. Это всё мелочи. Главное – у меня теперь есть грозное оружие. Пусть я вряд ли смогу его использовать на улицах города, всё-таки, «огненный дождь» бьёт по площадям, но мысль, что я – настоящий боевой маг и не растерял своих навыков, меня грела.

После ужина я позволил энергии из накопителя наполнить комнату и вместе с Саввой и Леной пару часов помедитировал. После чего отправил их спать, сам же наполнил свой источник до предела, расширяя и увеличивая его.

Савва крепко спал, а я, устроившись на полу, чертил пентаграмму. Сегодня решил тоже не пить зелье, хотя мой источник и заполнен до краёв. Настало время вызвать Серкха.

Ритуал я закончил достаточно быстро. Сама пентаграмма была не сложной. Капнув в центр рисунка каплю крови из пальца, я влил в него сто пятьдесят единиц магии, практически опустошив свой источник.

Над порталом замерцало тёмное марево. Открылся переход в астральный план. Его размер был невелик, но и Серкх пока не отличается большими размерами, к тому же, он – астральное существо, которому достаточно окна размером с монетку, чтобы перейти в наш мир. Даже на такое окно уходит пятьдесят единиц магии, и сотня по-прежнему держится в пентаграмме. Когда появится Серкх, эта энергия позволит ему удержаться в моём мире.

Я сидел у пентаграммы уже больше пяти минут, но Серкх всё не появлялся. Тем не менее, я ощущал его по ту сторону портала. Он или сильно занят, что вряд ли, или находится в состоянии спячки. Старый Серкх рассказывал мне, что периодически впадает в подобное состояние для перехода на новый уровень.

Подождав ещё пять минут, я принял решение закрыть портал. Вызову Серкха в другой раз. Энергию из пентаграммы можно было забрать обратно себе, но я решил отправить её в астрал по тонкой нити, что связывала меня с моим питомцем. Если он сейчас в спячке, сто единиц энергии из моего мира лишними точно не будут.

Усилием воли выпустил энергию по нашей связи, и портал в тот же миг схлопнулся. Мгновение спустя блеклая татуировка в виде паучка на моем запястье стала более чёткой. Похоже, энергия нашла получателя.

С довольной улыбкой на лице я лёг в кровать. Долго не мог уснуть. Последние дни выдались суматошными, но, главное, результативными. У меня теперь был свой накопитель. К сожалению, использовать его могу только я. А ведь у меня была такая хорошая задумка, что Лена и Савва будут помогать его наполнять. Однако канал в накопителе слишком широкий. Если что-то пойдёт не так, он просто их выжмет их досуха. Так рисковать своими друзьями я не мог.

Утром я проснулся полностью отдохнувшим, несмотря на то, что уснул поздно. Долго рылся в шкафу, выискивая нормальную одежду. Вчерашняя после похода по дождливому пригороду была грязной и влажной. К моему сожалению, с чистой одеждой оказалась беда. Почти из всего я вырос. За пару месяцев мне во второй раз придётся обновлять свой гардероб. Надеюсь, дальше я не так резко буду расти.

На улице по-прежнему было хмуро и прохладно. На дворе практически середина августа, но погода осенняя.

В сервисе снова четыре автомобиля. Не так всё плохо, как ожидал Михаил. Поток клиентов хоть и спал, но не так значительно, как он опасался. Это безусловно мне было на руку. Совсем скоро я покину Подольск и перееду в другой город. Кто знает, удастся ли мне там быстро найти подобный источник дохода?

Под конец рабочего дня мне позвонил Матвей Фёдорович. Сообщил, что вернулся в Нижний Новгород, и поторопил меня со сборами.

– Так ведь документы принимают только с первого сентября, а занятия начинаются вообще первого октября? – Я не спешил покидать Подольск. Работа здесь есть, деньги капают немаленькие. Быт налажен. Конечно, не слишком приятно жить в интернате в одной комнате с соседом, но некоторое время я ещё готов был с этим мириться.

– Ты – мой ученик, – напомнил мне Колычев, – неплохо было бы тебе и поучиться у меня! Когда начнутся занятия в школе, времени на это будет мало! Как там с рунами, которые я тебе выслал?

Довод был разумный. Поучиться мне точно не помешает. А вот с рунами, к моему стыду, дело обстояло плохо.

– Учу, – мрачно ответил я. Было немного стыдно. Я, сильный и уверенный в себе маг, оправдываюсь перед учителем. И ведь по делу. Руна тишины и гармонии мне всё ещё не давалась. И причина, скорее всего, в том, что я просто забил на неё. Так, иногда поглядывал, но серьёзно не занимался. Создание накопителя для меня стояло на первом месте.

– Учит он, – ворчливо произнёс Матвей Фёдорович, уловив в моем голосе неуверенность, – как у тебя с рунами защиты?

– Кое-что знаю, – улыбнулся я. Защита – это хорошо. Этот раздел боевой магии – мой конёк. Эти руны и заклинания на их основе я выучил в первую очередь, пока был совсем молодым. Потом уже появился Ильдар и начал учить меня боевым заклинаниям. Правда, и он старался не пренебрегать защитой, вполне разумно считая, что иногда лучше переждать атаку за хорошим заклинанием, а не переть с голой шашкой на врага.

– «Кое-что», – продолжал проявлять своё недовольство Колычев, – скину тебе руны. Посмотри, поизучай. Приедешь в Нижний – будешь делать артефакты на их основе. Очень востребованы!

– Договорились!

Я попрощался с Колычевым.

Вечером, пока Савва и Лена медитировали, я изучал присланные учителем руны. По сути, это была одна руна. В трёх вариантах. От простого к сложному. К моей радости, она хоть и отличалась от привычных мне, но основа была той же. Знак «Тета» являлся ядром, вокруг которого выстраивались узоры стабильности и активации. С этим я справлюсь!

Следующий день прошёл спокойно, а вечером в комнату пришла очень грустная Лена.

– Что случилось? – кинулся к ней Савва. – Тебя кто-то обидел?

– Да, – она махнула рукой, делая вид, что не желает об этом говорить, но спустя мгновение начала рассказывать:

– Это всё Аркадий Михайлович. Я запорола одно зелье, и он на меня ругался. Там использовались достаточно дорогие ингредиенты.

– Да как он посмел! – взвился Савва. Я с улыбкой смотрел на него.

– Вот и я о том же! Криворукой называл! – Лена обиженно насупилась и посмотрела на меня в поисках поддержки.

– Ну так-то он прав, хорошо еще, что штраф за порчу трав не выставил, – я сделал серьёзное лицо, – что ещё говорил?

– Что людей с талантом зельевара не так уж и мало. У него учитель с таким талантом, и вообще, почти каждый десятый обладает похожим. Пусть и не всегда таким ярко выраженным как у меня.

– А как ты запорола зелья? – поинтересовался я. Лунёв мне показался нормальным мастером. Вряд ли он просто так будет кричать на Лену.

– Да... – Девушка слегка растерялась от моего серьёзного тона, – ну, плохо взвесила травы. Но у меня же талант! Я и так понимаю, сколько надо сыпать.

– Но, в итоге, запорола? – продолжил давить я в поисках истины.

– Да, – девушка опустила голову, признавая свою вину.

– Аркадий Михайлович просто поставил тебя на место. И правильно сделал. Ты слишком надеешься на свой талант. Но, кроме него, есть рецепты, которым надо следовать, и много других мелочей, которые ты тоже обязана учитывать. Ведь эти зелья пьют люди, – Лена молча выслушивала мою нотацию, а вот Савву распирало от гнева. Похоже, он считал, что никто не смеет повышать голос на его девушку.

– А насчёт того, что зельеваров с талантом не так уж и мало, Лунёв, скорее всего, тоже прав. В эту область просто так не идут. В любом случае, тут должны быть определённый склад характера, усидчивость, внимательность. Большинство магов предпочтёт заниматься чем-то другим, а не зельеварением. Да и талант... Он, конечно, даёт огромные преимущества, но, несмотря на это, Аркадий Михайлович весьма успешен и без него. Так что, пожалуйста, не зазнавайся и будь внимательна. Ты пока в самом начале своего пути. Рано тебе задирать нос.

– Ты прав, – она шмыгнула носом, – но всё равно неприятно!

– В первую очередь ты недовольна собой, просто признаться в этом не так-то просто. Легче обвинить Лунёва. Но ты же понимаешь, что это твоя вина?

– Понимаю. Я постараюсь! – Лена подняла на меня взгляд и уверенно кивнула. – Спасибо! А вообще, я им всем ещё покажу!

– Правильный настрой! – рассмеялся я в ответ.

Мы отправились на ужин. Когда закончили есть, к нам подсел Леший.

– Привет! – начал он разговор. – В воскресенье приглашаю вас всех на наш «Отвал».

– Это ещё что такое? – Я удивлённо приподнял брови.

– Ты весь в работе и, похоже, ничего вокруг не замечаешь? – улыбнулся Леший, глядя на меня. – Посмотри: сколько старшаков сейчас на ужине?

Я окинул столовую взглядом. Человек пятнадцать. Не так уж и мало. О чём и сообщил Лешему.

– А как ты думаешь: сколько из них всё ещё живёт в интернате?

– Все? – Хотя понятно было, что вопрос с подвохом.

– Пятеро из здесь присутствующих. А всего из нашего класса одиннадцать человек ещё не съехали. Включая тебя с Саввой и меня с Савелием.

– Да, – кивнул Савва, – ребята просто ходят ужинать. До первого сентября нас всех кормят бесплатно. Осталось не так много времени.

– Мы с Савелием нашли себе квартиру и уже почти месяц работаем на заводе. В понедельник переедем, – сообщил Леший, – так что в воскресенье у нас всеобщий сбор. Днём поиграем в футбол, наверное, последний раз таким составом, а потом в столовой нам накроют праздничный стол. Мы скинулись на это. Многие получили уже первую зарплату, – он помолчал, оглядывая зал, потом посмотрел на меня, – так ты придёшь?

– Конечно! – не стал я отказываться. Воскресенье у меня – выходной день. И на этот раз особых планов на него не было. Ехать в лес теперь не имело смысла – у нас был накопитель. А учёбу можно и отложить.

К моему стыду, стоило признать, что жизнь в интернате проходила совершенно мимо меня. Я был слишком увлечён работой и своей учёбой, не интересуясь тем, что происходит вокруг. Возможно, это не слишком красиво с моей стороны, но по-другому я пока не умел.

Савва мне объяснил, что к первому сентября мы обязаны освободить свои комнаты. В них переедут младшие ребята, которые переходят в выпускной класс. Так-то они живут вчетвером в одной комнате, но последний год у них будут лучшие условия – по два человека в комнате. Все таки класс выпускной и им надо готовиться к экзаменам.

Как-то я потерялся во времени, а ведь на дворе уже практически середина августа. На моем счету денег хватает. Свой финансовый план я не только выполнил, но и перевыполнил. Осталось решить вопрос с Саввой и начать собираться в Нижний Новгород.

Решено: следующая неделя в этом городе будет для меня последней. Завтра же сообщу об этом Михаилу.

Глава 16

Новость, что я работаю до двадцатого августа, Михаил воспринял странно. Он вдохнул с печальным видом и с облегчением выдохнул.

– Рад за тебя, – кивнул хозяин автомастерской и, не сказав больше ни слова, скрылся в своей комнате.

Думаю, он был недоволен тем, что заработок упадёт, но после всего произошедшего всё же рад от меня избавиться. Я видел, что Михаил постоянно напряжён. Пока я работаю в сервисе, он каждый день ожидает новых неприятностей. То ли Стасик ему налил в уши, что все проблемы из-за меня, то ли сам так решил. Именно поэтому мой уход был воспринят спокойно и без видимых эмоций. Похоже, Михаил сам до конца ещё не определился, как ко мне относиться. Больше пользы от меня или вреда.

Закончив с работой, я отправился бродить по городу. Но не бесцельно, а в поиске подарка ребятам на "отвал". Тем более, идея, что подарить, у меня имелась. Леший и его друг Савелий помогали спасать людей во время аварии. Савва за свою помощь получил часы, а вот ребят незаслуженно обошли. Так что я решил сам им подарить часы, тем более, финансово для меня эта покупка не представляла никакой сложности.

После нескольких часов прогулок по магазинам я набрёл на антикварную лавку. Точнее, на лавку барахольщика, только с громким названием «Антиквариат». Действительно приличных вещей здесь было мало. Свалка старой одежды и куча различных предметов быта. Зато имелась целая россыпь часов, бо́льшая часть которых не работала. Купил сразу трое наручных часов, одни из которых не работали, а другие, по словам продавца, «безбожно врали». Но это не было проблемой. Наверняка там просто ослабла пружина или, может, слегка перекосилась. Починить часы для меня не составит особого труда.

– А это что? – указал я на странные, довольно крупные часы.

– Часы из старого автомобиля. Полностью механические. Встраивались в панель машины, – поделился скучающий продавец, – статусная вещь! – добавил он, видя заинтересованность на моём лице. – Сразу говорю – не работают. Но для украшения интерьера вполне сгодятся. Им уже за пятьдесят лет, раритет!

Часы были круглые, с большим обилием хрома, который за эти годы практически не пострадал. Правда, задняя часть выглядела не слишком презентабельно. Но меня они интересовали, в первую очередь, своим механизмом. Любопытно было бы там поковыряться, да и цену продавец просил небольшую.

– Ладно, – тяжело вздохнув, я взвесил их в руке. Часы были тяжёлыми и выглядели надёжными, – заверните!

Здесь же я купил необходимый часовой инструмент. Мелкие отвёртки, пинцеты, магнитик. Все эти вещи были уже в употреблении, но этим они мне и импонировали. В них были история и душа. Слегка потёртые ручки говорили о том, что инструменты не пылились без дела и только нужда или смерть хозяина привела их в магазин старьёвщика.

Следующие несколько дней я работал в сервисе, а по вечерам учил руны и ковырялся в механизмах наручных часов. В пятницу вечером подозвал к себе Савву.

– Мне нужна твоя помощь, – я кивнул на два часовых механизма на столе. Это были часы, которые я купил в подарок Лешему и Савелию. Я их разобрал, смазал, поправил, и теперь они работали не хуже новых.

– Что нужно? – Савва с интересом разглядывал нутро часов. То, что для меня было привычным и обыденным, для него выглядело сказочным миром. Он завороженно наблюдал, как чётко движутся шестерёнки. – Красиво. Ты прям часовщик! – заявил он, а на моём лице расплылась улыбка. Похоже, и в этом мире моё прозвище возвращается ко мне.

– Савва, – отвлёк я его от разглядывания механизма и взял в руки заднюю крышку часов, – смотри: я здесь нарисовал руну оздоровления. Могу и сам сделать из этих часов лечилку, но если целитель активирует и напитает руну, она будет работать значительно лучше! Тем более, руна сделана на основе заклинания, с которым ты уже работаешь.

– Ух ты! Часы-артефакт? Обалдеть. Классная задумка. А как они будут активироваться? Ты же их для Лешего делал, а он не одарённый, – он быстро ухватил суть.

– Кровью, – пожал плечами я. В моем мире для лечилок активация кровью было обычным делом. В случае получения раны просто прижимаешь к этому месту артефакт, и попавшая на него кровь активирует руну излечения. Очень удобно.

– Я такого активатора не знаю, – с сомнением в голосе произнёс Савва, – да и узор здесь сложнее. Практически такой, как в учебнике. Твою-то версию я выучил, а эта мне даётся с трудом.

– Ничего, ты просто постарайся. Главное – активируй ядро и наполни его своим пониманием и энергией. Активатор я сверху пристрою. И защитные круги настрою. Заклинание слабенькое. Моего понимания лечилки достаточно, чтобы их совместить.

– Твоего понимания, – хмыкнул в ответ Савва, явно намекая, что именно я его обучал этому заклинанию, и моё понимание гораздо глубже, чем ему удалось достичь за это время. Так оно и было. Я бы мог и сам справиться, но мне хотелось, чтобы Савва принял участие в этом проекте. Ему это будет весьма полезно.

– А пока работаешь, рассказывай, как сегодня сходил с отцом к Назаренко, – поторопил его я.

Но Савва не мог одновременно работать и рассказывать. Для работы с рунами и заклинаниями ему по-прежнему требовалась максимальная концентрация. При этом парень так и не избавился от вредной привычки пыжиться, когда что-то делает.

– Хорошо, теперь напитывай. У тебя уже отлично получается! – похвалил я Савву, глядя на его работу, после чего подвинул крышку вторых часов. – Давай, повтори здесь, а я пока закончу работу с первыми.

Через полчаса работа была закончена, часы собраны и убраны в красивые коробочки.

– А можешь такие же сделать Лене? – обратился ко мне Савва, наблюдая, как я убираю коробки в пакет. – Хороший артефакт получился и, главное, очень полезный!

– Нет, – отрезал я, с улыбкой глядя, как лицо Саввы меняется. Уголки губ опускаются. Взгляд потухает. – Ты уже в состоянии сам такое сделать. Это же элементарно. Схему я тебе дам. Черти и делай!

– Точно! – Он мгновенно переменился, воодушевившись новым вызовом.

– Так что с Назаренко? – напомнил я. – Договорился с ним? Как себя показал?

– Вроде… всё хорошо, – неуверенно протянул Савва, – отца посмотрели, положили на лечение. Деньги брать отказались. Две недели пролежит.

– С отцом ясно, с тобой что?

– Со мной... – Савва замялся, – я хотел обсудить эту тему позже. Я не знаю, что мне делать. Борис Борисович готов принять меня в больницу на стажировку и обещает выбить из фондов оплату моего обучения в школе магии. Но... я вроде как обещал, что отправлюсь с тобой. Я не дал ему ответ, сказав что подумаю и посоветуюсь с тобой.

– Оставайся, – твёрдо произнёс я, хлопнув Савву по плечу, – я прекрасно понимаю, что это твой шанс.

– У меня будет договор на три года, – понурив голову, добавил он.

– Очень мягкий договор, – ухмыльнулся я в ответ. Я уже был наслышан, какие тут договора предлагали начинающим магам. Три года – это просто подарок!

– Я понимаю, как мне повезло получить такое предложение. Но... ты, правда, не сердишься?

– Нет, конечно! Учись, развивайся. Расти. Только будет одно условие, – я, прищурившись, внимательно посмотрел на испугавшегося моих слов Савву.

– К-какое? – слегка заикаясь, спросил он.

– Пусть твой отец уволится. Не дадут ему там нормально работать. Не продержится он долго с такими приятелями, и все твои усилия пойдут прахом. Или переругается со всеми, или запьёт в компании. Характер у него слабый. Не удержится долго, особенно после того, как здоровье поправит и избавится от страха смерти.

– Уф... – выдохнул Савва, и на лице его расплылась широкая улыбка, – да я и сам думал об этом. Уже договорился с ним. Как выпишется из больницы, сразу уволится. Найдём ему место где-нибудь. Тем более, и у меня будет зарплата. Борис Борисович обещает платить от пятидесяти рублей в месяц. И ещё подработки какие-то бывают, и премии.

– Хорошо, очень рад за тебя! – Я протянул Савве руку и пожал его ладонь. – Назаренко вроде бы надёжный. Держись его.

– Строгий он очень, – слегка поморщился парень, – и кричит много. Чуть что не так – сразу в крик.

– Зато, наверное, все бегают, как ошпаренные. Это больница, там нет времени миндальничать, – припомнил я свой неприятный опыт посещения лазаретов при войсках. Тут, конечно, больница, но всё равно от скорости и расторопности персонала очень многое зависит.

– Наверное, – согласился со мной Савва, – скорее всего, ты прав. Просто непривычно подобное обращение.

– Что поделать. Ты, Савва, уже взрослый парень. У тебя начинается самостоятельная жизнь. Вступай в неё с высоко поднятой головой и уверенностью в своих силах. Это очень важный пункт. На следующей неделе ты преодолеешь отметку в сто единиц и станешь настоящим магом. Помни об этом. Ты сумел достигнуть многого в возрасте шестнадцати лет, и все ограничения сейчас лишь в твоей голове. Твоя неуверенность в себе не даёт тебе развиваться в полной мере. У тебя же есть цель – вылечить отца и стать сильным целителем!

– Да, – Савва собрался после моей короткой речи, – ты прав.

– Вот и держи этот настрой. А то, что другие люди кричат, тебя не касается. Пусть даже и на тебя кричат. Если ты прав, промолчи или возрази, но не скукоживайся и не реви. Ты – мужчина. Не будь таким слабохарактерным, как твой отец.

– Спасибо, – Савва задумчиво прошёлся по комнате, – я запомню твои слова, – твёрдо произнёс он.

На следующий день у меня были грандиозные планы. Точнее, на вечер. Наконец-то Зотов сообщил, что мы можем заняться накопителями. Я несколько раз звонил ему на неделе, но оказалось, что Назаренко слишком занят, а другого целителя Всеволод Дмитриевич приглашать не хотел.

С трудом дождавшись, когда закончится мой трудовой день в автосервисе, я, даже не поужинав, отправился в лавку к Зотову. Он меня уже ждал. Агаты, к моему счастью, не было, видимо, мастер отпустил её пораньше.

– Не ужинал? – встретил меня довольной улыбкой Всеволод Дмитриевич. Он, как и я, был весь в предвкушении.

– Нет, – признался я в ответ.

– Идём тогда, Боря немного задерживается. Так что успеем поесть и поговорить.

Он отвёл меня в небольшой ресторанчик, который располагался буквально в соседнем доме.

Когда мы утолили первый голод, Зотов налил себе чаю и откинулся в удобном кресле:

– Твой накопитель работает! – заявил он с удивлением и восторгом одновременно.

– Кто бы сомневался, – проворчал я в ответ. Раздражало, что ко всем моим словам по-прежнему относятся с недоверием. Хотя причина была на поверхности. Мне шестнадцать лет, и я даже не закончил школу магии. Что я могу знать? Правда, от этого понимания мне было не легче. Каждый раз доказывать окружающим, что я разбираюсь в предмете, мягко говоря, бесило.

– Мой источник вырос уже на пятнадцать единиц! – похвастался Зотов. Я спокойно воспринял эту информацию, не проявив никаких чувств. Не такая уж и большая цифра, на мой взгляд.

– Ты, похоже, не понимаешь? – покачал он головой. – За прошлый год мой источник ни на единицу не увеличился. При этом я несколько раз медитировал и выпил даже парочку зелий.

– Скорее всего, всё это ушло на укрепление каналов, – предположил я.

– Возможно, но сейчас прошла только неделя!

– Этот способ, с накопителем, тоже имеет свои пределы. Источник постепенно привыкнет и перестанет увеличиваться. По-хорошему, его надо раскачивать комплексно. Перемежая различные способы. Работа с накопителем, медитации в энергонасыщенном месте, зелья – и снова работа с накопителем, – поделился я информацией.

– Да, я тоже об этом думал, – согласно закивал артефактор, – но у меня очень мало свободного времени. Так что пока буду работать только с накопителем и иногда пить зелья. На мой уровень они, правда, уже весьма недёшево стоят. К тому же, – он задумался, – не знаю, зачем мне сильно увеличивать его. Переходить на ранг магистра я не собираюсь. Вообще, эта отметка слишком опасна. Не уверен, что сумею её преодолеть. Там выживаемость всего двадцать пять процентов. Так что разумная цель – чуть выше четырёх сотен единиц! – заявил он и посмотрел на меня, явно ища одобрения.

– Как скажете, – я вяло пожал плечами.

Мне лично непонятен был такой подход. Если ты маг – развивайся. Не стой на месте. Как можно довольствоваться тем, что есть, если можно получить большее? Но переубеждать Зотова не было смысла, да и вряд ли у меня это получится. Зотов прав в одном: рубеж в пятьсот единиц преодолеть непросто и слишком опасно для жизни. Если... Если рядом нет опытного проводника, помощника. Того, кто уже прошёл эту ступень.

– Ты считаешь, что я не прав, – констатировал внимательно наблюдавший за мной Всеволод Дмитриевич, – и ведь это не юношеский максимализм, да?

– Да, – он удивил меня своей проницательностью.

– Ты очень необычный. Слишком много знаешь и умеешь. Особенно для своего возраста.

– Какой есть, – легко пожав плечами, я налил себе в чашку чая, – решение остановиться на достигнутом целиком ваше. Вряд ли у меня получится его изменить. Но, если вы всё-таки решитесь и приблизитесь к рангу магистра, обратитесь ко мне – и я помогу вам перейти на эту ступень.

Это предложение я тщательно обдумал, прежде чем его выдать. Зотов мне понравился. Были в нём целеустремлённость и вера в собственные силы. Если тот же Михаил был прямым и честным, то Зотов был с хитринкой, но при этом он из тех людей, кто не готов останавливаться на достигнутом. Артефактор ставил перед собой цель и шёл к ней любыми путями. Даже не слишком законным. Понятно, что в грязные игры он играть не будет. У Зотова имелся собственный кодекс чести, но пройти по грани закона он мог.

Главное – мастер очень любил своё дело. И это не магазин и не артефакторика, а исследования и поиск чего-то нового. Достаточно было просто побывать в лаборатории Зотова и посмотреть на его поделки. Уверен: если доработать некоторые изобретения, что там накопились, и запустить их в продажу, они бы пользовались спросом и давали ощутимый доход, но его это не интересовало. Мастеру интересней было заниматься именно исследованиями, поиском нового и экспериментами.

– Ты даруешь мне надежду, – он расплылся в радостной улыбке. Так и знал, что Зотов не остановится на четырёх сотнях энергии. Будет двигаться вперёд, невзирая на риск.

Мы ещё немного посидели и поговорили о жизни. Беседа шла расслабленная, целитель был на связи и по-прежнему задерживался. Без него накопители делать не имело смысла. Нашей энергии хватит максимум на один. И мы будем выжаты, как лимоны. Если уж делать, так оба сразу.

Зотов рассказал мне, зачем Борис Борисович считал каждую единицу магии, которую вливал в меня и в него при изготовлении накопителей. Это делалось, чтобы потом выставить счёт. Первые сто пятьдесят единиц оценивались в рубль за единицу. Обычное дело. Такого уровня предложений было немало. Потом каждые пятьдесят единиц цена увеличивалась. Сначала два рубля, потом три. Максимальная цена была четыре рубля за единицу магической энергии – при превышении порога в двести пятьдесят единиц. Тут уже конкуренция практически отсутствовала, и подобные услуги целителей были расписаны на недели вперёд.

Всего Назаренко залил в нас порядка двухсот пятидесяти единиц и, по его расценкам, которые были близки к рынку, получалось почти четыреста рублей!

Правда, с нас он не взял ни копейки, надеясь в качестве платы получить накопитель.

– Ничего себе! – поразился я. – Не ожидал, что целители могут так хорошо зарабатывать.

– Ну, обычная ставка – рубль за единицу. Это не много. Нормальный заработок начинается с двухсот единиц. Такие целители очень ценятся. Но их количество не так уж и велико. Так что накопитель – это не только полезный для развития мага артефакт, но и возможность заработать дополнительно очень неплохие деньги.

– Полезная информация, – поблагодарил я Зотова, – теперь я хотя бы не переживаю, что хожу у Бориса Борисовича в должниках. Он взял отца моего друга в больницу на излечение и не запросил оплаты, проведя его по каким-то там программам.

Наконец-то пришло сообщение от Назаренко, что он будет минут через десять, и мы с Всеволодом Дмитриевичем отправились в мастерскую.

Этого времени нам хватило, чтобы начать подготовку. Бруски лежали на столе, и я уверенно чертил маркером будущие руны.

– Добры вечер! – ворвался в мастерскую Борис Борисович.

– Сева, – он подошёл к Зотову и пожал его руку. После чего повернулся ко мне:

– Максим, рад вас видеть! – Назаренко крепко пожал мою протянутую ладонь. – Как всё закончим, вы не убегайте. Мне хотелось бы с вами поговорить.

– Договорились, – кивнул я и вернулся к прерванному делу. Что-то изменилось в его отношении ко мне. Если в прошлый раз Борис Борисович относится ко мне, как к младшему помощнику Зотова, который пусть что-то и знает, но вряд ли представляет из себя самостоятельную единицу, то теперь в его взгляде, в голосе и даже в рукопожатии сквозило уважение.

Сейчас не время было размышлять на эту тему. Я закончил наносить черновые рисунки рун.

– Готово, – констатировал Всеволод Дмитриевич, глядя на камни сквозь очки артефактора. – Боря, – он кивнул на меня, и Назаренко, встав за моей спиной, положил мне на плечи свои тёплые руки.

– Начинаю, – сказал я, и руна под моими руками ярко засветилась.

С двумя накопителями мы управились всего за час. Гораздо быстрее и спокойнее, чем в прошлый раз. Под конец Назаренко заправил меня своей энергией под завязку. Это было честно с его стороны: он уйдёт отсюда с полным накопителем, с помощью которого без проблем возместит потери.

Под такое дело Всеволод Дмитриевич достал бутылку хорошего вина. Устроившись прямо в мастерской, среди всеобщего беспорядка, они накрыли небольшую поляну. Нарезка сыров, колбас, немного фруктов и пакет сока лично для меня.

– Когда мы заканчивали, я ощутил, что уже и сам могу повторить ядро, – поделился со мной Зотов, – пусть не настолько хорошо, но со временем у меня точно получится! – Он в возбуждении выскочил из-за импровизированного стола, заново переживая воспоминания. – Это великолепно – ощущать, как в твоих руках бьётся маленькое сердце накопителя. Каждый раз, когда я делаю большую руну и напитываю её энергией, для меня дорог. Это просто чудо! Каждый артефакт – это волшебство.

– Поздравляю, – кивнул я, отправляя в рот виноградинки. Они были вкусными, сочными и без косточек. Чудесный фрукт, который мне напоминал родной дом.

– Уймись, Сева! – хмыкнул Борис Борисович и, повернувшись ко мне заговорщическим тоном добавил:

– Совершенно не умеет пить. Ведь только полбутылки вина ушло. И так постоянно. Теперь начнёт строить планы, придумывать гениальные артефакты, а на утро всё забудет и будет маяться головной болью.

Я посмотрел на часы. Время уже близилось к десяти вечера.

– Пойду, пожалуй, – поднялся я из-за стола.

– Подожди! – остановил меня Назаренко. По нему тоже ударило вино. Щёки раскраснелись, взгляд слегка поплыл. – Ты мне отдай Савву, а? Очень талантливый паренёк. Я сделаю из него настоящего целителя! – Он с гордостью задрал вверх голову, всем своим видом показывая, что является просто непревзойдённым мастером огранки, в руках которого из Саввы получится настоящий алмаз.

– Да нет проблем, – я как-то даже растерялся от подобной просьбы, – он не моя собственность.

– Понимаю, но твой Савва мне отказал!

Повернувшись к Всеволоду Дмитриевичу, Назаренко ещё раз повторил:

– Мне отказал молодой парнишка, которого я пригласил на работу!

– А ты как хотел? – рассмеялся Зотов. – Ты же видишь: Макс не так прост, как кажется, и люди вокруг него… – Он развёл руками.

– Да забирайте Савву! Я с ним вчера говорил. Вы только не обижайте парня, он весьма чувствительный, – я не стал упоминать, что его детская кличка – «Плакса».

– Это я уже заметил. Но ничего, работа в больнице существенно понизит эту его «чувствительность».

– Что-то ещё? – Я стоял, собираясь покинуть это собрание алкоголиков. Они уже допивали вторую бутылку.

– Самое важное! – На меня взглянули трезвые глаза целителя. Похоже, он применил магию и пришёл в норму. – Савва сказал, что это ты научил его заклинанию исцеления.

– Что-то не так? – осторожно поинтересовался я.

– Всё не так! – резко вскрикнул Борис Борисович.

– Не стоит повышать на меня голос, – мгновенно среагировал я. Хотя и не понимал причину, по которой Назаренко кричит, – я не ваш сотрудник.

– Извини. Просто оно не должно работать. Тем более, в руках молодого парня, источник которого не достиг даже сотни единиц! Я! – Он ткнул себе в грудь пальцем-колбаской. – Я не смог его повторить. У меня оно не работает. Почему?

– Рисуй! – неожиданно встрял в разговор Всеволод Дмитриевич, протягивая другу несколько листов бумаги и карандаш. – Ты успокойся. Нарисуй, разберись.

Борис Борисович начал чертить, приговаривая себе под нос:

– Не может рунолог, артефактор, по сути, мальчишка, не окончивший магическую школу, научить целителя такому заклинанию. Такое просто невозможно. И не должно вообще работать.

– Так оно работает? – пытался вникнуть в вопрос захмелевший Зотов.

– Работает, и ещё как! – с неохотой ответил Борис. – Не понимаю...

– Вот и я не понимаю, – Зотов кинул взгляд на накопитель, – но это же не важно. Главное – что работает!

– Я всегда говорил, что теория – это не твоё. Для тебя главное – чтобы работало, – продолжал ворчать Назаренко. Закончив, он подвинул мне рисунок с заклинанием. Тем самым, сложным, которое я и нашёл в учебнике.

Для Саввы я его немного переделал, упростил. Сделал более привычным лично мне, похожим на то, которое я знал ещё в прошлом мире. Я убрал большинство ограничителей, посчитав их лишними. Ведь заклинание должно быстро срабатывать, это не руна, которой нужна стабильность. И, как показала практика, я был прав. У Саввы оно отлично получалось.

– Это заклинание из учебника, – я вопросительно посмотрел на Бориса Борисовича, – но Савве оно пока не по плечу. Тут нужен источник под двести единиц.

– Именно! – воздел палец вверх главный целитель. – Одно из лучших заклинаний для настоящих магов-целителей.

– В чём же вопрос? – Я начал раздражаться.

– Что ты с ним сделал? Нарисуй мне то, что пытается изобразить этот твой Савва! – Назаренко чуть ли не швырнул в меня чистые листы и резким движением долил остатки вина в свой бокал.

Быстро набросав свою версию заклинания, я подвинул лист обратно.

– Вот. Подойдёт даже для того, у кого слабый источник.

– Не может оно работать! Тут по-прежнему сильный якорь! – Борис Борисович ткнул пальцем в центральную руну.

В принципе, он был прав. Только вот забыл об одной вещи.

– Сила воли и понимание бьют мощность, – просто сказал я.

– В шестнадцать лет? – Он удивлённо поднял на меня взгляд, а Зотов задорно рассмеялся. Кажется, артефактор понял, в чём дело. Ему хватило пары взглядов на исходную руну и на переработанную мной версию.

– Что ты ржёшь! – повернулся к нему раздражённый целитель.

– Они, – Зотов ткнул в меня пальцем, – не твои ученики из школы и приличных семей. Максим прав. Сила воли и понимание дают достаточный заряд, чтобы заклинание заработало. Тем более, даже моего знания теории достаточно, чтобы понять: Максим убрал несколько сдерживающих колец, на которые приходился большой расход энергии. Так что для запуска должно хватать чуть меньше сотни единиц. А если их нет, можно и тридцать потратить, придавить желанием! И... оно заработает.

– Откуда такая сила? – В голосе Назеренко по-прежнему сквозили недоверие и подозрительность.

– Видел я Савву. Да, он производит впечатление слабохарактерного, домашнего мальчика. Но это впечатление обманчиво. Они! Все! Интернатские! Они не родились с золотой ложкой во рту. Уверен, Савве через многое пришлось пройти, и его упрямства достаточно, чтобы запустить это тупое заклинание, – Зотов снова усмехнулся и потрепал Бориса по плечу, – а ты говоришь – я в теории слаб. Моего упрямства хватает запустить даже те артефакты, которые я до конца не понимаю!

Борис Борисович и Зотов ещё полчаса обсуждали эту тему. Я даже расхотел уходить. Всё происходящее мне очень нравилось. Я получал истинное удовольствие. Этакий мозговой штурм двух профессионалов в тёплой доверительной обстановке, где и ко мне иногда обращаются, и с моим мнением считаются.

Сошлись на том, что Савва талантлив, а упрощённое заклинание работает лучше исходника по причине того, что у него нет мощных ограничительных контуров. Поэтому мало того, что работает оно не так узко, так и ещё практически вся энергия идёт в дело.

Когда Назаренко стал ворчать, что у него не получается, Всеволод Дмитриевич привёл убойный довод:

– Ты просто привык к хорошему и надёжному. Твоё сознание не принимает это заклинание. Представь человека, который пять лет ездил на своей первой машине. Старой, дешёвой, но она едет вперёд, даже поворачивает, пусть и плохо слушается руля. Резина наполовину стёртая, тормоза вообще никуда не годятся. Когда машина разгоняется, она вся трясётся и вибрирует, грозясь вот-вот развалиться. Но он привык и справляется. Я сам примерно на такой отъездил года три, – Всеволод Дмитриевич мечтательно закатил глаза и тут же продолжил:

– Купил нормальную машину только в двадцать четыре. Но по-прежнему могу справиться со своей таратайкой. А ты, Боря, вышел из хорошей семьи, и в моей первой машине за рулём и получаса не проведёшь! Слишком тебе страшно будет за свою жизнь! Да даже с пассажирского сиденья сбежишь.

– Да понял я, понял твою аналогию, – по-доброму улыбнулся Борис Борисович, – значит, учебники переписывать не будем? – сделал он неожиданный вывод, но Зотов, похоже, был с ним на одной волне.

– Не будем, – как можно более твёрдо произнёс он заплетающимся языком, – но ты принеси. Посмотрю я ваши заклинания с точки зрения рунолога. Любопытно...

Попрощавшись, я покинул их собрание, которое грозилось затянуться если не до утра, то точно до глубокой ночи.

Вернувшись в интернат, первым делом выпил зелье, увеличивающее источник. Только сейчас дошли до него руки. Источник был полон, благодаря стараниям Назаренко. Я надеялся, что энергия, полученная от мощного целителя, сделает зелье ещё более эффективным. Но утро покажет.

Глава 17

Проснувшись, я первым делом стал изучать свой источник. То, что я видел, меня радовало. Объём вырос до двухсот пятнадцати единиц. Получается, зелье дало прибавку чуть ли не в десять процентов. Очень хорошо.

Затем обследовал магические каналы и тоже остался доволен. Они соответствовали магу с источником не менее трёх сотен единиц. Получается, у меня имеется неплохой запас, и в ближайшие месяцы я могу не думать о каналах, а продолжать заниматься только источником. Хотя... приглядевшись к нему внимательнее, я увидел, что хоть фундамент и крепок, но толщина стен оставляет желать лучшего. Но это ничего, не страшно. Пяток медитаций, работа с накопителем – и проблема решится.

Савва уже не спал. Сидел с утра за книгами.

– Ты чего это? Воскресенье же. Даже позавтракать не успел, а уже обложился учебниками.

– Мне завтра на первую стажировку в главную больницу города, – он устало потёр глаза, – надо соответствовать.

– Пойдём, – подойдя к нему, я взял из рук целителя учебник и захлопнул его, – знания – это хорошо, но и отдыхать иногда надо. Тем более, ты в ближайший год будешь только помощником. До серьёзных случаев тебя вряд ли допустят, а знания лучше усваиваются на практике. Их у тебя и так полна головушка!

После завтрака мы с Саввой и Леной начали осваивать новый накопитель, который я изготовил специально для них. Так как накопитель был полностью наполнен, ребята под моим присмотром начали забирать из него энергию.

– Тяни сильнее, всасывай, как мощный пылесос! – поторопил я Савву, который подошёл к этому делу с большой осторожностью.

– Больно, – скривился он в ответ, – как будто я втягиваю раскалённый метал. А вдруг каналы порвутся?

– Не трусь! – продолжал настаивать я. – Каналам это полезно.

Увидев, что он забрал достаточно энергии, и новая в него практически не влезает, я дал парню подзатыльник, чтобы не филонил.

– Поднажми! Представь, что ты надуваешь воздушный шарик. Ты сейчас ощущаешь сопротивление, но места в твоём источнике ещё достаточно. Он гибкий и прочный. Вдавливай в него! Со всей злостью, с пониманием того, что делаешь. Каждая новая единица, что проникнет внутрь источника, ведёт тебя к силе. Ты сможешь спасать людей от смерти и болезней, – Савва продолжал тужиться, напрягая силу воли и магические каналы, с усилием загоняя внутрь себя энергию. Его лицо раскраснелось, волосы слиплись. Из глаз начали капать слёзы, но он не останавливался, целиком доверяя мне.

– Жжётся внутри, огнём горит! – сквозь сжатые зубы процедил Савва.

– Ещё немного! – Я положил на солнечное сплетение парня свои руки. Источник видеть я не мог, но мои пальцы отлично ощущали энергию внутри. – Достаточно!

Савва выдохнул и выронил камень из побелевших пальцев. Он откинулся на стуле и прикрыл глаза, часто дыша.

«Молодец, – подумал я про себя. – Очень упорный и упрямый. Немногие бы рискнули раздувать свой источник, доверяя лишь моим словам. Но он рискнул – и будет вознаграждён. Похоже, ещё один-два раза – и Савва достигнет заветных ста единиц».

– Теперь моя очередь? – Лена испуганно смотрела на обессиленного приятеля.

– Да, – кивнул я и подвинул в её сторону камень.

Если с Саввой всё было просто, поскольку его цели мне ясны и понятны, так же, как проблемы и больные места, то вот у Лены с мотивацией дела обстояли гораздо хуже.

– Чего ты хочешь сильнее всего? – обратился я к ней.

– Стать сильной и независимой, – она вскинула подбородок и с вызовом посмотрела на меня, – чтобы никто не смел мной командовать.

– Как было в младших классах, – я нарочно напомнил Лене об этом, чтобы ещё сильнее завести.

– Да! И чтобы мой папаша, аристократ чёртов, пожалел, что не женился на моей маме и упустил меня, – девушка сжала кулаки и стиснула зубы.

– Так стань сильнее, – кивнул я ей на накопитель, – через силу, через боль. Только желание и упрямство, несгибаемый дух и контроль помогут тебе достигнуть своих целей.

У меня не сводило скулы от высокопарности этих слов, хотя я и считал себя весьма циничным человеком. Неважно, насколько пафосно звучит моя речь, главное – чтобы она работала. Я видел, что мои слова разжигают внутри Лены огонь. Да и Савва внимательно прислушивался и не остался равнодушным.

Лена положила свои ладони на камень и начала впитывать энергию. Резко, максимально грубо, но очень эффективно. Она не страдала излишним страхом за своё здоровье и мягкостью характера, как Савва. Он, конечно, мог в ответственные моменты собраться, но в целом, как и большинство целителей, был мягок.

Лицо девушки скривилось, но она стоически переносила боль. Думаю, одна из причин была в присутствии рядом Саввы. Лена не хотела выглядеть слабой в его глазах. Да и соревновательность играла свою роль. Девушке по-прежнему хотелось обойти его, показать, что она ничем не хуже, а может быть – и лучше.

Ребята вдвоём практически опустошили накопитель. Пусть полдня походят с энергией в источнике, а потом начнут сливать её обратно. Этот процесс тоже закаляет каналы.

– Сделаем, – кивнул Савва, когда я озвучил им задание на ближайшие дни, – нам каждый раз будет так больно? – после некоторого молчания всё же решил уточнить он.

– Не должно быть. Сейчас у вас каналы слабые и незакалённые. Прокачивание такого количества энергии весьма болезненно. Но они быстро привыкнут к этому. И не забывайте разогревать свои каналы, перед тем как соберётесь наполнять источник, – простейшие упражнения я ребятам сегодня показал, и они без особых проблем с ними справились.

Савва и Лена отправились прогуляться. Я же засел за разобранные часы из автомобиля. Механизм я уже протёр, смазал и настроил. Ничего сложного и непоправимого. Пришлось заменить одну пружинку, но я сумел подобрать подходящую. Сейчас же сидел и размышлял, какой артефакт изготовить из этих часов.

Мне очень хотелось сделать сложносоставной артефакт, типа тех, которыми я славился в своём прошлом мире. Запихнуть в один артефакт несколько заклинаний, которые, по идее, не могут работать друг с другом. Эта область рунологии мне всегда нравилась, так как несла в себе «вызов». Требовала ума и находчивости.

К примеру, руна излечения не может одновременно работать с другой магией. Именно поэтому целители, прежде чем приступить к лечению больного, снимают с него все артефакты. Но я знаю, как совместить её в одном изделии, скажем, с воздушным щитом. Все дело в нейтральной прокладке из водной магии. Целительская магия не конфликтует с водной. Так же, как и защитный воздушный щит. При этом заклинания надо будет делать разнонаправленными. То есть наружу от часов включается щит, а внутрь, для тех, кто находится перед часами, включается лечилка.

На самом деле, прокладка из водной магии – не идеальное решение, но если делать мерцающее заклинание, она отлично работает. Мерцание будет минимальное – миллисекунды для защитного поля и секундное для лечилки.

Я перебирал пальцами шестерёнки часов. Значит, на большое колёсико устанавливаю щит. Оно делает оборот примерно за секунду. Его колёсики двигают шестерёнку с водным заклинанием. Оно крутится очень быстро и, в свою очередь, двигает шестерёнку с лечилкой.

Вроде всё неплохо получалось, только вот энергии, которую заливают в руну, было явно недостаточно для нормального щита. Точнее, его хватало на одно применение. Но мне хотелось большего. Что это за щит, который способен отразить только одну пулю и проработать под нагрузкой максимум три секунды? Время его действия составляло от трёх до пяти секунд, после этого руна исчезала, истратив всю энергию. Понятно, что это можно было решить с помощью накопителя. И теперь, после работы с Зотовым, я гораздо лучше понимал смысл защитных узоров. Не только он у меня учился, но и я старательно впитывал знания и повышал понимание.

Под накопитель подойдёт обрезок гранитного камня. В мастерской, куда мы заезжали с Всеволодом Дмитриевичем, они были свалены у стены, как мусор. На эту пластину в автомастерской можно прикрутить часы. При этом её можно даже не полировать.

Один только вопрос: зачем нужны подобные артефактные часы? В кабинете поставить? Но какой в них будет смысл? Да и кабинета у меня пока не имеется. Нет! Всё переделывать!

А вот мысль с накопителем в основании мне понравилась. Обычно рунолог заливал энергию в саму руну. Бытовые руны использовали совсем мало энергии, а вот боевые, типа того же щита, жрали её как не в себя. В моём мире это решалось с помощью накопителей, в этом же мире в воздухе было немало энергии, которая с помощью специальных узоров передавалась в ядро руны и поддерживало его. Но всё равно при большом расходе руна сгорала.

Если взять, как пример, те же сигналки, что выпускались тысячами на фабриках, там повышенный энергетический фон позволял им работать не менее пяти лет. Но при первом же использовании они приходили в негодность.

Покрутив тяжёлые часы в руках, я продолжил размышлять. Если смотреть с практической точки зрения – их место на полке или на столе. Соответственно, нужно заклинание, которое принесёт пользу в помещении. Отличный вариант – купол тишины и руна гармонии. Мне по-прежнему хотелось запихнуть в них две руны.

Купол тишины для меня – не проблема, а вот с руной гармонии я до конца ещё не разобрался. Но теперь, когда есть конкретная цель, дело должно было стронуться с места. Тем более, в моей голове уже начала выстраиваться схема этих рун. Купол тишины мы направляем вверх, а руну гармонии – вперёд. Получится разнонаправленно. Руны не будут пересекаться и конфликтовать. Сам артефакт будет создавать идеальную точку для медитации. В тишине и гармонии гораздо легче будет происходить усвоение магической энергии.

Я уже представил, как сажусь в центр комнаты на ковёр, ставлю перед собой накопитель в режиме выделения энергии и запускаю артефакторные часы.

В этот момент в комнату вломился Ким. Он посмотрел на меня, погруженного в думы. Я сидел за заваленным бумагами столом, на котором перемешались шестерёнки, стрелки от часов и прочие мелочи. На краю стола стояла тарелка с недоеденной булкой, о которой я уже забыл, и не допитый стакан чая. Спасибо Савве: на обед я отказался идти, и он принёс мне небольшой перекус.

– Чего хотел? – недовольно поинтересовался я. Не люблю, когда меня отвлекают от дел.

– Так ведь это... – Он испуганно вжал голову в плечи, – ребята уже собрались. Минут через десять игра начнётся, а тебя всё нет!

– Ладно, – я поднялся из-за стола, кряхтя, как старый дед. От долгого сидения всё тело затекло, и мне точно не помешает размяться, – иду.

Два часа игры в футбол пролетели незаметно. Уставшие, но довольные, мы, переодевшись, отправились на ужин в столовую.

В зале собралось множество учеников интерната. Повара устроили нам праздничный ужин. Честно признаться, здорово посидели! Под конец вечера мы с Саввой вручили наш подарок Лешему и Савелию, объяснив, что это не простые часы, а артефакты.

– Спасибо тебе большое, – расчувствовался Леший, – мы собираемся, как исполнится восемнадцать, в армию пойти. Такой артефакт может пригодиться.

– Да не за что, – махнул я рукой, – но ты же говорил, что у тебя младшая сестра, а сам собираешься служить.

– Ей уже одиннадцать лет будет. Не такая уж и маленькая, – в глазах Лешего было столько тепла, что я невольно улыбнулся, – к тому же, в армии пусть и платят немного, но и тратить некуда. Кормят, поят, одевают. За жильё платить не надо, так что почти всю зарплату буду переводить бабушке. Даже думаю помощницу нанять, а то она старенькая уже.

– Молодец, – я пожал его крепкую мозолистую ладонь.

– В армии можно подняться, – вставил своё слово молчавший до этого Савелий, – на заводе перспектив не очень много.

С этим я не стал спорить. Хорошо, что ребята решили изменить свою жизнь. Главное, чтобы не переменили своё решение, а то засосёт их рутина, и решат, что и так жить неплохо. Но... тут только время покажет.

Утром в сервисе оказалось, что меня ждут всего два автомобиля. Почему-то думал, что, как только Михаил сообщит клиентам, что руны устанавливают последние дни, те, кто откладывал запись на потом, зашевелятся, и машин будет больше, но нет значит нет. Всегда найду, чем занять свободное время.

Тем более, мне написал Адик. Поинтересовался, во сколько я освобождаюсь. Я ответил, что к обеду буду свободен.

Закончив со вторым автомобилем и уже привычно и быстро заполнив бумаги, я отправился на выход. У дверей в кресле с довольным видом сидел Адик. Михаил общался рядом с одним из клиентов, периодически бросая на Адика недовольные взгляды.

– Привет! – сказал я, подходя к нему.

– Брат! – вскочил с кресла Адик и полез обниматься. – Очень рад тебя видеть!

Мы сели в машину, и Адик уверенно куда-то меня повёз.

– Куда едем? – поинтересовался я. Сегодня наконец-то распогодилось. Ярко светило солнце, которое через тонированные окна машины нагревало салон так, что не справлялся даже кондиционер.

– Отдыхать! – уверенно заявил Адик. – У тебя же нет никаких дел на сегодня?

– Вроде нет… Заехать бы по пути в гранитную мастерскую, – вспомнил я о часах, что ждали своего часа у меня в комнате.

– Заедем, брат!

Набрав обрезков в мастерской, мы загрузились обратно в машину, и Адик привёз меня в дом отдыха, который располагался на реке Пахра неподалёку от Подольска.

– Тебе нужно отдохнуть! – безапелляционно заявил он, выходя из автомобиля.

– Да я и не против, – улыбнулся я в ответ.

Мы купались в реке на собственном песчаном пляже дома отдыха, затем к нам присоединились девушки из местного обслуживающего персонала. Мне досталась молодая красавица лет двадцати пяти по имени Лика. Девушка оказалась хохотушкой, и время пролетело незаметно. После ужина она отвела меня в номер.

Я первый раз занимался любовью в этом молодом теле, и надолго меня не хватило. Но целительская магия, на которую я не пожалел энергии, исправила ситуацию, и я не ударил лицом в грязь.

Лика устало уснула на моём плече, я же лежал с довольной улыбкой кота, объевшегося сметаной.

Как же было приятно почувствовать эту жизнь по-настоящему. Быть не калекой, к которому испытывают жалость, а крепким молодым парнем, способным доставить девушке удовольствие. Да, в прошлой жизни у меня были девушки. Мои ноги не работали, но только ноги. Так что любовью я занимался. Но... в основном, за деньги, и каждый раз чувствовал свою никчёмность. Забраться самостоятельно на кровать было той ещё задачей. Но я научился обращаться с девушками так, чтобы они не жалели о проведённом со мной времени, а не только удовлетворять свои потребности.

Меня разбудил Адик, бесцеремонно вломившись в мой номер. Лики уже не было. Я даже не заметил, как она покинула меня.

– Как тебе отдых? – с широкой улыбкой поинтересовался Адик.

– Отлично! – Я довольно потянулся и вылез из кровати.

Приняв душ и одевшись, я вместе с Адиком спустился в столовую на завтрак.

– Сегодня уезжаю. С Русланом мирно разошёлся, – сообщил мне Адик. Вчера мы решили не обсуждать никаких дел, а просто наслаждались отдыхом и обществом девушек.

– Рад за тебя, – я сделал глоток кофе, который, к моей досаде, оказался плохим. Хотя чего ожидать от ресторана при доме отдыха? – Планы не изменились?

– Нет! – Он помотал головой. – Через две недели, может, через три буду в Нижнем. Так что, если будешь искать жильё, рассчитывай и на меня!

– Буду иметь в виду, – согласился я, – хотя ещё не очень представляю, что я тебе могу дать, – я не против того, чтобы он был рядом. Но пока не знаю, что меня ждёт в новом городе. Как я там устроюсь, будет ли свободное время. Всё-таки занятия в школе магии должны быть весьма интенсивными, раз они за один год делают из одарённых магов. Да и с заработком пока ничего не известно. Тот же Колычев уже имеет на меня какие-то планы. А где здесь место Адику – мне совершенно непонятно.

– Не переживай за меня, – он правильно понял мои сомнения, – я уже взрослый дядька, и в состоянии о себе позаботиться. Просто чувствую, что моё место рядом с тобой.

Адик выгрузил меня перед сервисом вместе с тяжёлым пакетом, в котором лежали обрезки гранитных камней – будущие накопители для моих ещё не созданных и даже не придуманных артефактов.

В дверях меня встретил Михаил, который по-прежнему достаточно нервно реагировал на присутствие Адика. Убедившись, что тот уехал, он позвал меня к себе в кабинет.

– Максим, – начал Михаил, отводя взгляд, – надо было тебе сразу сказать…

– Что? – Я поймал его взгляд.

– Ну... в общем, я нашёл нам мастера-рунолога. В мастерскую. Он завтра уже выйдет на работу. Ты можешь глянуть, как он справляется? Я твоему мнению доверяю.

– У тебя же есть дядя – великий мастер. Почему к нему не обратишься? – усмехнулся я в ответ. Теперь было понятно, почему количество заказов так снизилось. Михаил нашёл рунолога, и все мои заказы просто передал ему. Наверняка поставил его на зарплату, что будет гораздо выгоднее, чем работа со мной. Нельзя его за это упрекать. Бизнес есть бизнес. Правда, мог бы и раньше мне об этом сообщить.

Глядя на Михаила, у меня мелькнула мысль, что он, наверное, вообще предпочёл бы не рассказывать мне о новом мастере. Просто приехавший ко мне в гости Адик навёл его на мысль, что лучше быть со мной честным. Я разочарованно покачал головой. Как-то был лучшего мнения о Михаиле.

– Дядя – занятой человек. Он из-за такой мелочи даже не приедет. Тем более, рунолог сам мастер, и явно будет недоволен подобной проверкой.

– А моя проверка его прям порадует? – иронично произнёс я.

– Ты просто посмотри... это не проверка. Так, выскажешь своё мнение.

– Нет, Михаил. Это твой мастер, и я не буду обсуждать качество его работы. Он ставит личную печать на каждую руну и сам отвечает за свой труд.

– Хорошо, – кивнул тот, даже не пытаясь меня уговаривать.

– Я сегодня последний день? – уточнил на всякий случай я.

– Да. У тебя три машины.

С мыслями о том, что вот и заканчивается небольшой этап моей жизни, я отправился устанавливать последние пару рун на автомобили.

Глава 18

Закончив работу с автомобилями, я попрощался с Михаилом. Простились мы достаточно холодно. Он лишь кивнул головой на мои слова и ушёл к себе. Ну что же, после общения с этой семьёй, с Михаилом и Стасом, я выкинул из головы все мысли о том, чтобы предложить свои услуги сервису, принадлежащему их отцу. Не стоит больше с ними связываться.

Когда я не спеша шёл к интернату, радуясь, что успею на обед, у меня зазвонил телефон. На экране высветился номер Павла, того самого виконта, с которым мы спасали людей во время аварии. Вот уж от кого я не ждал звонка.

– Слушаю, – произнёс я, прижав трубку к уху.

– Здорово! Ты сейчас где? Я в Подольске, давай пересечёмся, дело есть! – радостно и одновременно дружелюбно произнёс он.

Оглядевшись по сторонам, я нашёл название улицы. Услышав название улицы и номер дома, Павел настоятельно попросил ждать его на месте. Почему бы и нет? Планов особых у меня не было.

Через десять минут рядом со мной притормозил здоровенный джип. Открылось пассажирское окно, и Павел, махнув рукой, предложил мне сесть в машину.

– Здорово! – Он крепко пожал мне руку. – Поехали пообедаем, – кинув на меня взгляд, виконт, видать, оценил мой внешний вид, как не особо платёжеспособный, – угощаю.

– Поехали, – согласился я. Хочет платить – не буду отказываться. Спасибо жизненному опыту за моими плечами – спорить я не стал и придавил мальчишескую горячность и гонор. Ведь первое, что хотелось сделать в ответ на подобное предложение, – это гордо вздёрнуть подбородок и заявить, что мне подачки не нужны, и обед я в состоянии оплатить самостоятельно.

– Тут есть отличное место – клуб «Мастер». Там по вечерам бои проходят, но днём работает ресторан, и можно поесть, – услышав это предложение, я поморщился.

– Только не туда, – твёрдо произнёс я, чем вызвал удивлённый взгляд Павла.

– Ну... как скажешь. Тогда ресторан «Изба». Русская народная кухня. Был там пару раз.

Через пятнадцать минут мы уже подъезжали к «Избе», которая на избу была совершенно не похожа. Обычное офисное здание с рестораном на первом этаже. Однако, войдя внутрь, я удивился. Интерьер всё-таки соответствовал своему названию. Стены обиты деревом, создающим имитацию старых брёвен. Уютные небольшие комнатки, большинство из которых сейчас было свободно. Одну из них мы и заняли. Посередине стоял стол на шестерых человек, который расторопные официанты достаточно быстро заставили разнообразными блюдами, включая большой горшок с супом.

Ели мы долго, разговаривая ни о чём. Павел делился разными московскими сплетнями. Когда с едой было покончено, он наконец перешёл к цели своего визита.

– Так получилось, что меня завалили почестями за спасение людей, – начал он, – но я не считаю себя героем. Как по мне, твоей заслуги в произошедшем больше, и... – Он развёл руками.

– Тут ты не прав, – покачал я головой, – все остальные аристократы не среагировали на мой призыв о помощи, только ты принял участие, – я действительно считал, что он преуменьшает свои заслуги. Когда случилась авария, я бросился спасать людей, и только Павел решился помочь мне. К тому же, думаю часть этих наград досталась ему з-за фамилии его отца, который занимал не малый пост. Кто же решится обделить сына графа?

– Это неважно, – отмахнулся он от моих слов, – важно то, что я думаю и знаю. А я знаю точно, что, если бы не ты, я так бы и стоял в стороне, дожидаясь специальных служб. Расследование показало, что наше своевременное вмешательство спасло, как минимум, три жизни, – он помолчал пару секунд и добавил:

– Если не больше. Мне кажется, службы явно преуменьшили время своего прибытия. Они говорят, что через семь минут были на месте, но мне с трудом верится в это. Там было не до того, чтобы смотреть на часы.

– Соглашусь, – улыбнулся я. Вот уж точно: мы носились, как угорелые, вытаскивая людей, останавливая кровь. Время в такие моменты тянется совсем иначе, и точно оценить даже я не в состоянии. Иногда кажется, что прошло пять минут, а может, и все двадцать. – Так чего ты от меня хочешь? И что там с этим гонщиком что устроил все это, почему вообще подобное произошло? – Информация в интернете практически отсутствовала. Да я особо и не интересовался, было и было, надо жить дальше. Вот Савва, тот да, изучал. Показывал мне даже фотки Павла с медалью за спасение людей.

– Следствие признало, что в аварии нет вины водителя. Он, кстати, выжил и практически не пострадал, – я вспомнил покорёженный автомобиль. Мы водителя не доставали из машины: слишком он был смят, и без специального инструмента выковырять оттуда человека было невозможно. Или пришлось бы потратить слишком много времени, чего мы себе не могли на тот момент позволить. От нашей скорости зависели жизни.

– Рад за него. Только насчёт отсутствия вины… – Я недоверчиво покачал головой. – Откупили?

– Точно нет. Он не аристократ. Из богатой купеческой семьи. Его отец обратился к судьям императора. Они абсолютно неподкупны. На дороге имелась большая выбоина на стыке старого и нового участка асфальта. Колесо взорвалось, и удержать машину вряд ли у кого-то получилось бы. Но купец, тем не менее, выплатил деньги всем погибшим и пострадавшим.

– Много погибло?

– Трое. Среди них один аристократ. Кстати, купец заплатил неплохие деньги. Во время аварии пострадал мой охранник – и выплаты хватило на хорошего целителя, так что он снова в строю, – улыбнулся довольно Павел.

– Рад за него. Так от меня ты чего хотел?

– Мне перепала тоже неплохая сумма. За то, что я спасал людей. Да и медаль вручили, – заявил он без особой гордости в голосе.

– Могу только поздравить и порадоваться за тебя.

– Ты же не возьмёшь от меня деньги? – задал Павел внезапный вопрос, пристально глядя на меня.

– Ты прав, – согласился я, – не возьму.

– Так я и подумал! – Он победно улыбнулся. – Но... есть же ещё ребята, что были с тобой. Они не откажутся?

– Всё равно это некрасиво выглядит, – произнёс я недовольно. Одно дело – их поздравили б хотя бы, как Савву, поблагодарили за помощь. Вручили ту же грамоту. А так получается, будто они не принимали никакого участия, – да и деньги эти – твои. Ребята, конечно, нуждаются, я могу у них спросить, но и гордость у парней имеется, – говорил я за Лешего и Савелия, но при этом понимал, что вряд-ли они откажутся. Когда речь идет о подобный деньгах, гордость для простых ребят отступает на второй план. При этом, мне не хотелось сразу соглашаться и передавать им деньги. Это лишний раз утвердит Павла в мысли, что все простолюдины продаются, вопрос только суммы.

– У меня есть другое предложение, – уверенно заявил Павел, – я готов оплатить твои услуги как рунолога. Сделай мне машину, – он кивнул в сторону окна, – ту, на которой мы сегодня ездили. Нанеси руны, какие хочешь. Я заплачу за это пять тысяч – именно такую сумму мне выплатили. Медалью, сам понимаешь, поделиться не могу, – он с улыбкой развёл руками.

Я задумался. Мысль была неплохая. Денег брать с него я не буду, а вот получить оплату за работу – вполне достойно. Тем более, Павел меня не ограничивает, а мне интересно было бы поэкспериментировать с рунами на автомобиле. Да и пять тысяч – это пять тысяч! А ребятам не обязательно говорить, что это личные деньги Павла. Раздать по пятьсот рублей и сказать, что награда нашла своих героев. Уверен – они будут очень довольны.

Полную сумму делить на всех я посчитал неправильным. Во-первых, работать всё-таки придётся мне, и делать это за бесплатно не позволяют принципы. Во-вторых, слишком большая сумма может принести больше проблем, чем радости. Проболтаются кому-нибудь – и их ограбят. Или напьются и всё спустят. Конечно, Леший и Савелий выглядят взрослыми, но тысяча рублей для каждого из них – это слишком много. А вот пятьсот – самое то.

– Хорошо, – вынес я своё решение, – на таких условиях я согласен. Только есть проблема: я сегодня последний день работал в сервисе.

– Это не проблема, – улыбнулся Павел, – у моего приятеля под Подольском имеется что-то типа дачи. Там и дом, и гараж. Ключи у меня есть. До выходных можно спокойно работать. Никто тебя не потревожит и не помешает.

Это действительно был неплохой выход. Подъёмник мне особо не нужен. Один раз, думаю, смогу залезть под автомобиль.

– Отлично! – Я радостно потёр руки. Настроение сразу поднялось. Очень уж мне хотелось поработать с машиной и попробовать на ней всё, что я умею. – Осталось обсудить, какие руны тебе поставить.

– Ой нет! – Павел рассмеялся. – Ты – мастер, я тебе доверяю. Тем более, прошёл проверку у самой Марии Ильинишны Бурцевой, главы гильдии магов, – Павел показал, что его служба безопасности не зря ест хлеб, и информацию обо мне они собрали, – да и не разбираюсь я в рунах.

Так мы и договорились. Я задал несколько вопросов по автомобилю и его предназначении. Хотя и так, глядя на джип, понимал, что он не предназначен для гонок. Безопасность и комфорт – вот что тут было на первом месте.

Павел сразу передал мне деньги. Все пять тысяч, купюрами по сто рублей. Получилась весьма увесистая пачка. Руны мы не будем регистрировать, как и оплату. Меня это вопрос интересовал не с точки зрения ухода от налогов, а в первую очередь тем, что мне не хотелось светить свои секреты. Тем более, я уже придумал, как их можно замаскировать, чтобы любой другой рунолог не смог разобраться в том, чего я понакручу.

Вернувшись в интернат, посмотрел на полуразобранные часы, что сиротливо стояли на столе дожидаясь своего часа. Кажется, теперь я знаю, как их использовать. Всё-таки сделаю артефакт, который и планировал изначально. Совмещу руну щита с целительской руной. Поставлю их на накопитель и прикреплю в салоне автомобиля виконта. Будет и красиво, и полезно!

Полночи корпел над артефактом, но в итоге всё получилось изумительно. Только вот источник почти весь просадил, заполняя руны и небольшой накопитель, а ведь впереди день работы. Пришлось одалживать энергию из накопителя Саввы. Удобно, когда в комнате целых два накопителя, один из которых заполняю не я.

Передал заодно Савве денег. Для Лешего с Савелием и для него. Каждому по пятьсот рублей. Надо было видеть в этот момент его лицо! Парень весь просто светился и всё никак не желал выпускать из рук пять бумажек по сто рублей.

Выйдя из интерната, я сел в джип, на котором за мной заехал один из охранников Павла. Тот меня должен был меня отвезти на дачу. По словам Павла, он выделил мне самого рукастого парня, так что я мог задействовать его в качестве помощника.

По пути заехали в магазин Зотова и закупили всё необходимое для моей работы. За прилавком стояла Агата. Она с диким изумлением смотрела, как я командую охранником, который расплатился за товары и всё отнёс в багажник дорогого автомобиля. Кажется, девушка словила сильнейший диссонанс и за всё время, что я выбирал товары, так и не вставила ни одного язвительного замечания. Послав ей на прощание воздушный поцелуй, я запрыгнул в автомобиль. Пока Агата не успела опомниться, мы уехали.

Дача меня удивила своими размерами. Неплохо живут аристократы, раз дом в два этажа площадью метров в триста называют дачей. Да и гараж тоже внушал уважение. Тёплое помещение, пристроенное к дому, было рассчитано сразу на два автомобиля. Внутри обнаружилось множество инструментов явно высокого качества. Думаю, Михаил истёк бы слюнями, разглядывая оборудование этого дачного гаража.

Охранника звали Никита, и он, засучив рукава, предложил мне свою помощь. Но я его расстроил, заявив, что в ближайшие пару часов мне предстоит бумажная работа. Надо было основательно подготовиться, всё рассчитать и уже только после этого приступать к делу.

Внимательно излазил весь автомобиль. В моей голове сформировался план. Первое – на лобовое стекло и на передние окна ставлю руну «Ясного взора». Такую, что не только улучшает видимость, но и позволяет заметить магию. Обычно Павел ездит на заднем сиденье, а спереди сидят водитель и охранник. Эти руны позволят заметить заранее магическую атаку, так что будет время попробовать её избежать.

Следующая руна – руна тишины внутри салона. С активацией магией без распознавания ауры. Просто активировать – и на заднем сиденье образуется купол тишины. Можно будет переговариваться так, что сидящие спереди не будут ничего слышать.

Далее руна крепости на передних и задних бамперах. Руна охлаждения на двигатель с датчиком температуры на сто градусов. Если машине придётся ехать на большой скорости, двигатель не перегреется. Теперь автомобиль не будет зависеть от радиатора охлаждения, который является слабым местом в случае нападения. Прострелить его очень просто, это вам не чугунный блок двигателя.

Ну и последний штрих – установка часов-артефакта в салон. Активация магией без привязки в ауре. Щит, что возникнет вокруг автомобиля, способен будет продержаться не менее двадцати секунд под активным обстрелом. В накопитель мне удалось залить почти семьдесят единиц магии, плюс сама руна получилась достаточно мощной. Правда, одновременно этот накопитель будет расходовать и целебная руна. Но если в салоне автомобиля не будет раненого, руна отключится.

Пока я корпел над бумагами, нам привезли еду из ресторана, которую заказал Никита: два огромных пакета – сразу и обед, и ужин.

Перекусив, я достал из своей сумки часы, которые делал этой ночью, и протянул их Никите.

– Надо установить часы в салон, – пояснил я парню, который с любопытством крутил их в руках, – перед этим закрепив их на этой пластине, – я достал пластинку накопителя. В комнате в интернате у меня не имелось никаких инструментов, и соединить часы и накопитель в единый артефакт я не смог.

– Красивые, – выдал свой вердикт Никита, – можно просверлить пластину и вкрутить туда штырь. Сделать ответное отверстие в часах, нарезать резьбу и соединить.

– Хороший вариант, – согласился я, – только сверлить будешь по моим меткам.

Я забрал обратно часы с накопителем и нашёл подходящие места, где, не нарушая рун, можно было просверлить отверстия.

Мы закончили поздней ночью. На часах было около двух, когда я выбрался из-под автомобиля, установив последнюю руну. На дно я решил поставить руну, облегчающую вес. Но не сильно мощную. Всё-таки этому автомобилю большой вес был важен. Это и уверенное поведение на дороге, и преимущество в случае аварии или при таране.

Никита часы-артефакт очень аккуратно прикрутил на «торпеду» автомобиля. Они смотрелись там весьма стильно. Парень действительно оказался очень рукастым, и сильно мне помог. При этом, когда я предложил ему денег, он отказался, а я настаивать не стал.

Мы переночевали в доме. Утром нам привезли вкусный завтрак. После еды я устроился в зале составлять краткое описание того, что установлено в автомобиле.

Никита был основным водителем и одним из охранников Павла, так что именно он чаще всего будет находиться за рулём этой машины. Я выдал ему все инструкции и объяснил, как и что работает. По моим ощущениям, больше всего сил я потратил именно на писанин, пытаясь максимально подробно расписать, где что установлено, как это использовать и активировать. Не люблю бумажную работу!

Павел приехать принять работу не мог: у него внезапно образовались какие-то дела. Но, если судить по голосу, когда я ему позвонил, похоже, он всю ночь гулял и выпивал, и я его разбудил, хотя на часах было почти обеденное время. Было похоже, что виконт в этот момент мечтал только об одном – как бы добраться до кровати и продолжить прерванный сон

По дороге в интернат Никита крутил головой и постоянно прислушивался к поведению автомобиля.

– Поразительно, – заявил он, останавливаясь у ограды интерната, – эти стёкла с вашими рунами, – уважительно произнёс, проведя рукой по боковому стеклу, – через них удивительно хорошо видно. И управление машиной стало легче – не так заносит на поворотах, не так сильно раскачивает. Да и на кочках ведёт себя по-другому.

– Это руна облегчения веса, – кивнул я, – но советую ещё на большой скорости испробовать. Её желательно подзаряжать раз в полгода. И, боюсь, кроме меня, с ней мало кто справится. А вот руны «Ясного взора» на стёклах будут работать долго. Они завязаны на температуру двигателя. Так что, когда двигатель выключен, не работают, и энергия в них не тратится, – всё это я объяснял сегодня утром, но решил на всякий случай повторить. Да и краткая инструкция у Никиты имелась.

– Спасибо! – Никита сильно сжал мою руку. – Ни у кого такой машины нет, – с гордостью заявил он, как будто это машина – его собственность, – вы настоящий мастер!

– Ладно тебе, – махнул я рукой, – и хватит выкать.

На этой ноте мы с ним расстались. Я поднялся к себе в комнату. Насытил её энергией из своего накопителя и уселся медитировать.

Из медитации меня вывел Савва, который вернулся с работы в клинике.

– Третий день отработал? – спросил я, поднимаясь и разминаясь. – И как тебе?

– Очень интересно! – Его глаза светились энтузиазмом. – Ты оказался прав: практика очень сильно отличается от теории!

– А как Борис Борисович? Всё кричит?

– Да, – Савва с улыбкой прошёл к столу и сел на стул, – но, знаешь, я как-то уже привык и даже не вздрагиваю. Да и кричит он по делу. Там такие криворукие стажёры, что я сам иногда с трудом сдерживаюсь. Ты представляешь, некоторые перед осмотром пациента или после забывают даже руки помыть! – Он закатил глаза, мол, кругом одни неучи, один я в белом. Было смешно наблюдать за Саввой и одновременно грустно. Через пару дней мы расстанемся, и каждый пойдёт дальше своей дорогой. Но я отчего-то не сомневался, что судьба нас ещё сведёт.

– Успокаивайся и садись, – я указал на центр комнаты, – твой источник уже практически на сотне единиц. Нужен маленький толчок. И сейчас мы его сделаем.

Я ожидал испуга. Думал, Савва, как обычно, скуксится, но будущий звезда целительства меня порадовал. Он мгновенно собрался и сел на расстеленный мной коврик.

– Я готов, – решительно произнёс Савва. Похоже, работа с Назаренко ему пошла на пользу. А ведь всего три дня прошло! Однако за эти дни в парне появилась вера в себя и в свои силы. Думаю, Савва до этого просто не был знаком с другими специалистами в своей области. Считал, что они просто боги рядом с ним, а действительность оказалась иной. Этих дней Савве хватило, чтобы осознать: он не посредственность и слабак, а вполне способный ученик, подающий надежды, которого оценил сам Назаренко.

– Закрывай глаза и начинай медитацию, но неглубоко, слушай меня, – я устроился на кровати рядом с Саввой. Комната по-прежнему была наполнена магической энергии из моего накопителя. – Главная проблема первого этапа в том, что твои каналы начинают вмещать примерно столько же магии, что и источник, и, если ты не укротишь энергию внутри себя, организм может решить, что источник не нужен. Ты сам – вместилище магии. Посмотри внимательно на источник, почувствуй его. Он сейчас просто висит внутри тебя, соединяясь совсем тонкими нитями с каналами. Расскажи, что видишь?

Вообще, целителями этот рубеж преодолевать достаточно просто. Их магия позволяет лучше видеть энергию внутри чужого и своего тела. Так что источник он увидит без проблем. Да и работать с ним уже умеет.

Чаще всего проблема возникает у боевиков, которые с магией работают грубо и неумело. Их задача – выдать максимальный импульс. Для этого развивают каналы, а не источник. Ведь от импульса зависит сила заклинания. И когда источник достигает сотни единиц, возникает этакое равновесие, когда сумма каналов, в которых магия содержится, и размер источника уравниваются, а у некоторых боевиков каналы даже превосходят источник. И в этот момент организм почему-то принимает решение, что источник – лишний. Зачем на него тратить силы и поддерживать? Особенно, когда маг впитывает энергию, лишь малая часть которой доходит до источника, расходясь по пути в мышцы и кости и укрепляя каналы. Вот так и получается, что источник отмирает.

Какое-то время после этого маг сохраняет свои силы. Но как растение может жить без корневой системы? Так и маг без источника вскоре превращается в обычного человека, и возродить его обратно практически невозможно.

– Да, источник. К нему идёт всего два тонких канала, – подтвердил Савва.

– Молодец, – похвалил я, – теперь твоя задача – обвить его нитями энергии. Не внутрь запихивать её, как ты привык, а как бы обвязать. Взять в кокон. Сделать его частью своего организма. Впитывай энергию, но следи, чтобы почти вся шла к источнику. Не давай ей усиливать каналы и тело, пусть собирается вокруг источника, окутывай его.

Медитация Саввы заняла почти час. За это время к нам заглянула Лена, которая только вернулась, но я отправил её к себе, попросив не мешать.

Наконец Савва открыл глаза.

– Получилось! – с достоинством и уверенностью в голосе произнёс он. – Я теперь маг!

Глава 19

На вокзале в Нижнем Новгороде меня встретила секретарь Матвея Фёдоровича – женщина лет пятидесяти в деловой одежде. Серая юбка ниже колен, светлая блузка, пиджак. На руке – браслет, явно артефакт. На шее – цепочка с медальоном.

– Максим? – Она окинула меня критическим взглядом и осталась явно недовольна увиденным. А что она хотела? Я собрался в дорогу, а не на показ мод. Спортивный костюм, с которым я познакомился в этом мире мне пришелся по вкусу.

– Добрый день, – кивнул я с улыбкой на лице, – вы – Татьяна Никодимовна?

– Да, – она слегка поморщилась, глядя на спортивную сумку, в которой разместился весь мой багаж. Чемодана я так и не купил. Да и багажа у меня особо не было. Практически из всей одежды я вырос и просто сдал её в гардероб интерната. Пригодится ребятам на вырост.

Думаю, в глазах Татьяны Николаевны я выглядел босяком, и она никак не могла понять, за какие такие заслуги я оказался в учениках у Матвея Фёдоровича. Меня такое отношение, скорее, веселило.

– У вас ещё будут чемоданы? – нарушила секретарь затянувшееся молчание, взглядом выискивая возможных грузчиков с моим багажом.

– Я налегке, – помотал я в ответ головой, на что женщина лишь поджала губы.

– Пройдёмте. Нас ожидает автомобиль, – она уверенной походкой направилась вдоль вокзала к стоянке, разрезая, как ледокол, спешащую по своим делам толпу людей.

Мы сели в автомобиль. Он был обычным и ничем не примечательным. Вряд ли его использовали для встречи важных гостей. Да и Колычев, уверен, ездит на чём-то более приличном. На этом автомобиле, наверно, доставляют покупки из магазинов, заодно и меня подобрали.

Дорога вела по проспекту, затем мы проехали по мосту через широкую реку. Я знал, что она называется Волга, но живьём увидел впервые. Река впечатляла. Особенно человека, выросшего в горной местности. Реки у нас весной и осенью были бурными, но узкими. Летом зачастую от них оставались лишь не слишком широкие ручьи. Здесь же Волга неспешно и величественно катила свои воды. По ней сновали мелкие катера, плыли корабли.

Переехав на другой берег, автомобиль свернул направо и мы пересекли ещё одну реку или приток Волги, после чего оказались в квартале шикарных поместий, расположившихся на берегу реки. Вдоль широкой извилистой дороги с обоих сторон высились изысканные ограды. Казалось, владельцы поместий соревновались друг с другом – у кого богаче фантазия. Где-то в прутьях ограды прятались мифические существа из металла, где-то забор был украшен гербами, отливавшими золотом, а где-то сами прутья были изогнуты так, что создавали удивительный узор.

Сразу за оградами росли деревья, бросая тень на дорогу. Вдали угадывались особняки. Площади поместий, конечно, не поражали размерами. Наверное, за забором скрывалось несколько гектар, но я понимал, что подобные участки стоят немало. Особенно, если учесть их близость к центру достаточного крупного города.

Мы проехали примерно пять участков и остановились у широких кованых ворот, которые медленно и величественно открылись. Миновав их, почти сразу подъехали к зданию с колоннами. Сам дом был небольшим, но смотрелся монументально.

– Идёмте, – произнесла женщина, когда я покинул автомобиль, – сумку оставьте, её отнесут в вашу комнату, – добавила она, недовольно поджав губы, когда я накинул ремень сумки на плечо.

Мы поднялись по ступенькам особняка. Прежде чем войти внутрь услужливо распахнутых дверей, я обернулся. От крыльца до самой реки тянулся коротко стриженный газон. У причала покачивался красивый катер. С нашего берега можно было видеть, как кипит жизнь в Нижнем Новгороде. По каменной набережной гуляют люди. По дороге ездят автомобили. Звеня колокольчиком, проехал трамвай. «Наверняка, вечером отсюда очень красивый вид», – решил я и зашёл в дом.

Пол в холле был выложен полированной мраморной плиткой. Передо мной оказалась широкая лестница, которая на середине проёма раздваивалась.

– Максим! – Голос Матвея Фёдоровича эхом разнёсся в тишине особняка, и я услышал перестук каблуков, после чего увидел своего учителя, который быстро и уверенно спускался по лестнице.

– Добрый день, – я вежливо поклонился.

– Идём сразу в столовую. Ты наверняка голоден. Потом я тебе всё покажу, – Колычев удивил меня своим радушием, скажу честно, было приятно. Мы не виделись с ним месяц.

Пока шли в столовую, он, не переставая, говорил. Удивлялся, как я подрос и повзрослел. Жаловался, что, возвращаясь с последнего заказа, который был где-то на Дальнем Востоке, убил на дорогу массу времени и сил. До сих пор до конца не отошел от долгого перелета со сменой часовых поясов. В его возрасте все трудней и трудней дается дальняя дорога.

После обеда меня проводили в небольшой домик у самого забора. Здесь имелись две спальных комнаты и одна небольшая гостиная. В принципе, жить можно. Но как-то неуютно. Комнаты напоминали гостиничный номер, где на первом месте функциональность, а вот уюта нет. Большая скучная кровать. Такой же письменный стол с лампой. Несколько пустых полок, гардероб и тумбочка рядом с кроватью. Свободного места мало. С другой стороны – это спальня. Место для сна, а не для работы или медитации.

Гостиная тоже ничем не выделялась. На стене картина с фруктами, лежащими на блюде, два совершенно пустых книжных шкафа. Диван, два кресла и небольшой столик. Полная чистота и отсутствие пыли говорили о том, что в помещении постоянно убираются.

Я лёг на диван в гостиной прямо в одежде. После обеда хотелось подремать, тем более, у меня было свободное время. Матвей Фёдорович попросил быть готовым к пяти часам вечера – ему не терпелось показать мне свою мастерскую и магазин.

Прикрыв глаза, вспомнил последние два дня в Подольске. Прошли они спокойно, хоть и в суете. Все дела, которые мною были запланированы, я завершил. Вещи собрал. Бумаги мне выдали, из интерната выписали. Лене уровень до мага поднял. Со всеми попрощался. С одной стороны, было грустно расставаться с этим городом, интернатом и друзьями, которыми я умудрился обрасти за три с лишним месяца. С другой – у меня начинался новый этап жизни, и сама мысль о грядущем возбуждала.

Как бы то ни было, жизнь в интернате не слишком способствовала развитию и ощущению самостоятельности. Я понимал, что в Нижнем мне всё равно придётся ходить в школу и помогать Колычеву. Но я же буду не просто ходить в школу, а получать так интересующие меня знания по магии. Да и с Колычевым, уверен, не придётся скучать. Давать мне задание изготавливать дешёвые артефакты – это как смартфоном забивать гвозди.

К тому же, я решил изменить свой имидж. Пустой гардероб и солидный счёт в банке. Что может быть лучше? Здесь меня никто не знает, и у меня есть возможность сразу предстать в выгодном свете. Да, кто-то скажет, что встречают по одёжке, а провожают по уму. Глупость! Если ты одет неряшливо или неподобающе, никто тебя не будет воспринимать всерьёз. Даже не пустят на порог солидного заведения – и будут правы. Если ты умён – одевайся нормально, и не будет проблем. Не крикливо и вызывающе, а просто достойно и соответственно твоему статусу.

Я достал из сумки свой лучший костюм, который взял в поездку. К нему – хорошую рубашку из дорогой ткани и лёгкий пиджак. Вечер обещал быть тёплым. Сходив в душ, переоделся и, подойдя к зеркалу, полюбовался собой.

Итак: мой рост – сто восемьдесят четыре сантиметра. Я худой. Плечи узкие, лицо слегка вытянутое. Взгляд внимательный. Длинные волосы закрывают широкий лоб. Пальцы длинные, тонкие, обманчиво хрупкие. Без колец и украшений. Не красавчик, но симпатичный. Ещё бы спортом позаниматься, чтобы плечи прибавили в ширине, да и тощие руки мне не слишком нравились, но, к моему счастью, этот недостаток скрывали рубашка и пиджак.

Кстати, насчёт спорта… Я скорчил недовольную гримасу, глядя в зеркало. Надо начать заниматься и следить за собой. Режим, спорт, правильное питание. Не аскеза, конечно, но дисциплина нужна. Нельзя себя распускать, тем более, когда перед тобой стоит цель стать сильным магом.

Тут как никогда кстати переезд в другой город. Всегда легче менять свой распорядок с нуля, а не тогда, когда он уже устоялся.

Значит, завтра пройдусь по магазинам. Куплю новый спортивный костюм и хорошие кроссовки. Была мысль поискать в городе секцию фехтования. Этот спорт мне нравился, тем более, нагрузку он давал практически на все мышцы. Но пока отложу это дело.

Для начала стоит утрясти своё расписание. Понять, где находится школа, как туда добираться, сколько времени будет занимать учёба. Узнать о планах Колычева на меня.

Около пяти за мной зашёл слуга – пожилой мужчина в ливрее. У Колычева все слуги были одеты в форменную одежду, как и полагается в доме настоящего аристократа.

– Господин, – вежливо обратился ко мне слуга, – мастер вас будет ждать у центрального входа через пятнадцать минут! – После этой фразы он с каменным лицом покинул комнату.

Время хватало, чтобы спокойно собраться. Хотя, что там собирать? Положил в сумку свой верный ноутбук, разгладил слегка помявшийся пиджак и не спеша отправился к дому по извилистой дорожке.

Успел я вовремя, подойдя к крыльцу ровно в семнадцать часов. Матвей Фёдорович уже стоял на верхних ступеньках, с наслаждением вдыхая воздух полной грудью.

– Максим, идём, – кивнул он мне и направился по дороге в сторону причала. Я последовал за ним. Вскоре мы поднялись на палубу личного катера и отправились на другой берег.

Тёплый воздух трепал мои волосы. Матвей Фёдорович сидел на мягком кожаном диванчике с прямой спиной и довольным лицом, наблюдая за мной.

У меня же захватило дух. Это путешествие по реке было чем-то необыкновенным. Сам не ожидал от себя подобной реакции. Меня охватил какой-то детский восторг. Но насладиться толком мне не дали. Буквально пять минут и нос катера мягко ткнулся в причал на другом берегу реки, и мы, поднявшись по лестнице, вышли на набережную.

– Здесь у нас магазины, – прокомментировал Колычев.

Вдоль набережной расположился неширокий сквер – небольшая прогулочная зона. Затем шли трамвайные рельсы и дорога для автомобилей, вдоль которой стояли двухэтажные особняки с магазинами на первых этажах.

Мы прошли буквально пару домов и остановились рядом с особняком. Внешне он был ничем не примечателен. Такое же здание, как и многие другие на этой улице. Кирпичные стены приличной толщины. Окна небольшие, глубоко утопленные в стены. По центру здания – двустворчатая высокая дверь из потемневшего от времени дерева. Над ней расположилась скромная вывеска: «Артефактная мастерская Колычева».

Лёгким привычным движением Матвей Фёдорович открыл дверь. Переступив порог, мы оказались в магазине. Комната была совсем небольшой, максимум – метров двадцать. Однако в ней оказалось тепло и уютно. Пахло лавандой, тихо играла музыка. Начищенные мраморные полы блестели. Вдоль одной из стен стояли витрины, внутри которых лежали артефакты – от браслетов и колец до письменных наборов. У второй расположился столик с парой кресел.

– Матвей Фёдорович, – вежливо поклонился нам просто идеальный продавец: мужчина лет сорока в строгом костюме с зачёсанными назад волосами и гладко выбритым лицом.

– Знакомься, – снисходительно произнёс Колычев, – мой второй ученик, Максим Андер, – представил он меня.

– Рад познакомиться, Роман Михайлов, – продавец слегка склонил голову, намекая на поклон, но показывая, что его статус точно не ниже моего.

– В магазине два продавца. Работают посменно. Роман и Анастасия, – прокомментировал Колычев и двинулся к одной из двух дверей, находившихся в стене торгового зала. Табличка на ней гласила: «Приём заказов на индивидуальные артефакты».

– Заходи, – поторопил он меня. Пришлось оторваться от созерцания товаров в витринах, хотя было любопытно изучить и узнать, что продаётся в магазине учителя.

Мы вошли в комнату, где за столом восседала секретарь Матвея Фёдоровича, Татьяна Никодимовна. Она бросила на меня безразличный взгляд и снова уткнулась в компьютер.

– Здесь Татьяна принимает заказы на индивидуальные артефакты. А теперь, – Колычев загадочно улыбнулся, – мы поднимемся в святая святых – в мою личную зону!

Открыв ещё одну дверь, мы оказались у лестницы на второй этаж. Не спеша поднялись наверх. Здесь был небольшой коридорчик с дверями. На стенах висели картины в резных золочёных рамах. На полу лежал ковёр с высоким ворсом, заглушающим наши шаги.

Приложив к одной из дверей руку, учитель подождал пару секунд. Я видел защитную руну на двери, которая не позволяла проникнуть внутрь постороннему. Она была завязана на аурный отпечаток мастера. Тихо щёлкнул замок, и мы вошли внутрь.

– Как тебе? – Матвей Фёдорович с гордостью обвёл рукой свой кабинет. – Здесь я не только работаю, но и принимаю особо важных гостей и клиентов. В этих стенах бывают и герцоги, и князья, и даже члены императорской семьи, – с гордостью произнёс он.

– Можешь осмотреться, – добавил учитель, внимательно наблюдая за мной.

Кабинет внушал почтение. Иначе и не скажешь. Обстановка, безусловно, была подобрана со вкусом и стоила немалых денег. Кожаные широкие кресла, такой же диван, обитый темно-зелёной кожей. Внушительный стол с массивной столешницей. Однако всё это было ерундой по сравнению с руно-артефактным наполнением.

Посреди комнаты под пушистым ковром расположилась руна тишины. Это было ожидаемо: Колычев, всё-таки, мастер именно в этом направлении. Само помещение было заполнено энергией, а в углу на небольшом столике стоял малый накопитель ёмкостью около полутора тысяч. Он фонил энергией, наполняя не только кабинет, но и весь второй этаж. Фон был таким, чтобы даже люди без источника чувствовали себя в этом кабинете достаточно комфортно.

Особо интерес у меня вызвал стол. Потемневшая столешница выдавала его возраст – столу точно было не менее пары сотен лет. Кроме основных своих функций, стол являлся сильнейшим защитным артефактом. Я видел, как внутри него светится руна щита, которая при активации создаёт очень крепкую и надёжную стену из воздушной магии. Энергии в руне было немало. Скорее всего, стена продержится не один час, если в неё не будут непрерывно палить из ружей, что достаточно сложно представить.

На столе стояла бронзовая статуя льва. Его глаза были выполнены из драгоценных камней, а внутри скрывалась руна «правда».

Ещё на входной двери я увидел руну барьера. Злоумышленнику, попади он сюда, просто некуда было бы скрыться. С одной стороны – защитный барьер, который активируется в столе. Он отсекает часть комнаты вместе со столом и окном, с другой стороны – такой вот щит у двери. Не знаю, какой идиот решится напасть на Колычева, но это будет полная глупость. Пробить подобный барьер не по силам и магистру.

На одной из стен я заметил руну тепла с датчиком температуры. Даже в холода в кабинете будет комфортно, и не надо топить камин, который горделиво возвышался в углу. Имелись и другие руны, но рассматривать их в подробностях я не стал.

– Насмотрелся? – довольно ухмыльнулся Матвей Фёдорович, усаживаясь в кресло у стола.

– Внушает уважение, – кивнул я в ответ, – это сколько же энергии они жрут?

– Не так много, – он покачал головой, – хватает накопителя. Ну, может, раз в полгода подзаряжаю, а так им достаточно повышенного магического фона. Тем более, практически все руны пребывают в пассивном режиме.

Произнёс он эту фразу достаточно приветливо, добродушным тоном, но вдруг резко переменился в лице и хлопнул рукой по столу, активизируя руны щита. После чего поднялся и гневно посмотрел на меня.

– Достаточно пустых разговоров! – жёстко произнёс Колычев. Я увидел, что статуя льва на его столе активизировалась. Его глаза начали светиться голубоватым светом. – Кто ты такой, мальчишка? Отвечай! – резко рявкнул маг и начал давить своей аурой.

Стоя в центре комнаты, я с трудом сдерживал улыбку. Похоже, подобным резким переходом от образа доброго дядюшки к лику грозного судьи мастер пытался выбить меня из колеи или даже напугать. Другой бы на моём месте вжал голову в плечи. Колычев действительно выглядел грозно и активно давил аурой. Но на меня это не действовало. Аурой можно придавить практически любого мага этого мира. Ведь они не следят за своей энергией. Светятся, как фонарики, выпуская её наружу, оставляя каналы открытыми. Именно на них и действует чужая аура. Но я из другого мира, где ценилась каждая драгоценная унция магии. У нас обучение магии начиналось именно с контроля каналов, поэтому, попав в этот мир, я первым делом установил его.

– Отвечать? – Я всё-таки улыбнулся, совсем чуть-чуть. – На что? Вы бы задали вопрос по существу!

В принципе, этот разговор назревал давно. Я особо не скрывал от Колычева свои способности и знания. Так что пусть он пройдёт на условиях учителя. Внесёт ясность, да и по вопросам я смогу понять, что именно беспокоит Матвея Фёдоровича.

– Как тебя зовут? – рявкнул он.

– Максим Андер, – мой ответ был правдив. Ведь это действительно было моим именем, я не соврал. Да, раньше оно было иным, но и я уже не тот человек.

– Ты вспомнил своё прошлое?

– Очень малую часть, – я печально вздохнул. Мне действительно было горько, что я мало что помнил из своей прошлой жизни. Да, кое-какие заклинания всплывали. Руны я узнавал. Но мои мысли, переживания, поступки – всё это отсутствовало. Я как будто смотрел фильм, не ощущая себя главным героем, а лишь поверхностно наблюдая за некоторыми сценами, при этом постоянно отвлекаясь на перекус и другие дела.

– Кто за тобой стоит? – произнёс Колычев с нажимом. Беспокоится, что я отпрыск великого рода, и что... Зачем кому-то может понадобиться подсылать Колычеву ученика?

– Да вроде никто, – я пожал плечами.

– Какое отношение ты имеешь к бандитам? Мне Стас рассказал, как ты со своими приятелями пытался отобрать бизнес у Михаила. Если бы не заступничество его друзей... – На этот раз он решил пояснить свой вопрос.

Тут уж я не выдержал и рассмеялся в голос. Я пытался отобрать бизнес у Михаила? Очень интересно было бы услышать версию Стаса. Наверняка он рассказывал, как героически спас автосервис. Ночами не спал, дежурил с битой у входа! Собрал всех своих друзей включая аристократов. Теперь-то уж точно парень получит своё дворянство. Как же не наградить такого достойного сына?!

– Ты почему смеёшься? – Лицо Колычева побагровело. Ему нелегко было держать в напряжении свои каналы и продолжать давить. Неужели учитель не видит, что зря напрягается?

– Смешно, вот и смеюсь, – я прошёл по ковру и опустился в кресло, всем своим видом демонстрируя, что не ощущаю никакого давления, – к бандитам я отношения не имею. Вы бы поспрашивали Стаса о подробностях, используя своего льва, – я кивнул головой на статуэтку, глаза которой продолжали светиться голубым светом, подтверждая, что я до сих пор ни словом не солгал.

– Из какого ты рода? Что ты задумал? Выведать мои секреты? – Колычев был непробиваем. Либо он переоценивает свою важность, либо действительно имеет какие-то секреты, которые стоят того, чтобы подсылать к нему шпионов.

– Насколько я знаю, за мной не стоит никакой род. Вы же знакомы с моей историей. Если бы в этом мире у меня имелись родители, наверняка бы уже объявились, – и снова ни слова лжи, – я бы посоветовал вам убрать ауру. Вы перенапрягаете свои каналы. Это опасно для вашего же здоровья, – добавил я, видя, как по лбу мастера скатываются бисеринки пота.

– Ты знаешь слишком много рун. И, что удивительно, понимаешь их! Не может человек в твоём возрасти уметь так много, – Колычев держался из последних сил.

На мгновение у меня в голове прорезались воспоминания из прошлой жизни. Как я посещал магическую академию. Днями и ночами напролёт разучивал разные руны, разбирал их язык, пытаясь найти способ вернуть себе здоровье. Сколько сил и времени потратил, корпя над учебниками и старыми трактатами!

В моей душе всколыхнулось что-то чёрное. Злое и опасное. Меня затопило раздражение, а вслед за тем пришла ярость.

«Да кто он такой, этот Колычев, чтобы допрашивать меня? Давить магией, запирать в клетке?»

Резко поднявшись, я шагнул в сторону стола, за которым сидел мастер. Его лицо переменилось: он явно заметил произошедшие во мне изменения.

Щит, разделяющий нас, задрожал. Но я прекрасно видел руну. Она была нанесена поверх старых узоров, и, похоже, сделал это человек не слишком понимающий. Потянувшись магией к ядру, я придавил его волей. Оно затрепетало в моих руках, как пойманная птица, пытаясь вырваться, но одновременно понимая, что ей не справиться со мной. Разрушать ядро я не стал. Просто сделал шаг вперёд, проходя сквозь щит, который был под моим полным контролем, и опёрся руками о край стола.

Работа с ядром помогла мне прийти в себя. Гнев начал угасать.

– Я не враг вам, – тщательно выговаривая слова, произнёс я, глядя в испуганные глаза Колычева, – и ни словом не соврал. Думаю, вы доверяете своему льву? – Я перевёл взгляд на статуэтку. – Надеюсь, мы прояснили все вопросы? Но даже если и нет, больше я подобного допроса терпеть не намерен.

Я сделал шаг назад и, уже практически полностью успокоившись, рухнул в кресло, которое тепло приняло меня в свои объятия.

Глава 20

Колычев молча барабанил пальцами по столу, задумчиво рассматривая меня и тяжело дыша. Защиту в кабинете он уже отключил, ауру убрал. Его убедили то ли мои слова, то ли демонстрация силы. Это было не так уж и важно. Мне не хотелось окончательно портить отношения с мастером. Признаюсь честно, я уважал Матвея Фёдоровича – и как человека, и как хорошего специалиста. Его мнение мне было не безразлично, и я по-прежнему считал, что у него есть чему поучиться.

При всём при этом первым начинать разговор я не собирался. Это должно быть его решение: оставить меня в учениках и попытаться вернуть взаимное доверие и уважение или продолжать лелеять свои гордость с подозрительностью, и наши отношения на этом закончатся.

Когда лицо мастера приобрело привычный оттенок, он, проведя рукой по столу, начал разговор:

– Этот стол мой отец купил на аукционе примерно шестьдесят лет назад. Ещё три года у него ушло на то, чтобы восстановить руну, которой на тот момент было не меньше ста лет, – Колычев повернулся к окну, взял с подоконника графин и стакан. Наполнив его, осушил почти до дна парой глотков. – Ты сумел обойти её за пару минут, – он по-прежнему сверлил меня взглядом, но без прежней ярости и подозрения. Скорее, с любопытством и уважением.

– Мне хорошо знакома подобная руна, – пожал я плечами.

Я не стал ему говорить, что для понимания рун мне требуется не так много времени, как местным магам. Хотя я и знаком всего лишь с несколькими, но у меня уже сложилось понимание, что это проблема глобальная. В магической школе не обучают самому важному – языку, на котором рисуют ядра рун.

– Знакома, – хмыкнул он недоверчиво, – даже если ты выучишь сотню рун, а в библиотеке гильдии магии их не одна тысяча, подчинить её себе за пять минут… – Матвей Фёдорович покачал головой и стёр с подбородка остатки воды. – Не представляю, как это может работать! – закончил он.

– Пусть это останется моим секретом. Или считайте, что у меня имеется суперспособность на понимание рун, – улыбнулся я в ответ.

Мне действительно было достаточно максимум пары часов, чтобы справиться с особо сложной руной. Это не значит, что за это время я смогу понять её на достаточном уровне, чтобы воспроизвести. Однако с помощью высокой силы воли и немаленького магического источника, а так же очень большого опыта, мне достаточно и небольшого понимания, чтобы укротить руну. Конечно, если речь не идёт об изделии, вышедшем из рук магистра или архимагистра.

– Ты весь состоишь из секретов. Это напрягает, – честно признался Колычев. Было видно, что он так и не решил, как ко мне относиться.

– Вы же убедились, что я не враг вам. С руной правды я ничего не делал. Она и сейчас работает, – я кивнул на статуэтку льва, – зла я вам не желаю. А насчёт рун... у меня складывается впечатление, что рунологи не до конца понимают свой предмет. Это всё равно, что дать дикарям пистолет. Если они его ни разу не видели, максимум, что смогут придумать, – колоть им орехи. Если показать дикарям, куда нажимать и как направлять дуло, они смогут выстрелить и даже, при должном везении, попасть в цель. На мой взгляд, многие мастера примерно на этом уровне и застряли. Они знают, что это пистолет, знают, что есть спусковой крючок, что если нажать на него, – из дула вылетит пуля, и всё.

– А ты на каком уровне? – Колычев, заинтересованный моей аналогией, подался вперёд.

– Следующий уровень – это умение разобрать пистолет, почистить его и собрать обратно. Суметь перезарядить обойму. Понимать механику происходящего. Что такое порох, капсюль, пуля... Это примерно мой уровень. Можно пойти дальше, и я к этому стремлюсь. Самому делать патроны и научиться стрелять метко, навскидку, в любой ситуации. Согласитесь, даже такое простое дело требует долгой тренировки.

– То есть ты хочешь сказать, что и сам пока не достиг максимума? – с лёгкой полуулыбкой уточнил мастер. В его голосе слышалась ирония.

– Конечно, – кивнул я в ответ, – я освоил пистолет на хорошем уровне, но есть ещё автомат, снайперская винтовка, да тот же ножевой бой. Хотя он и не так технологичен, но требует большого мастерства, – теперь уже я добавил ирони. в интонацию.

– И что я могу тебе дать? – Задумчиво разглядывая меня произнес Колычев. На мой взгляд, мыслил он в правильном направлении.

– Похоже, больше, чем я считал изначально. Ваше мастерство меня впечатлило. Да и ту же руну «гармонии» выучить без наставника оказалось весьма проблематично, – ему явно пришлись по душе мои слова, – думаю, вы немало знаете рун, которые мне были бы интересны.

В ответ Матвей Фёдорович самодовольно улыбнулся, явно приходя в себя и ощущая под ногами твёрдую почву.

– Как минимум, пару десятков рун на должном уровне я знаю и готов с тобой поделиться этими знаниями, – гордо заявил он.

– Но... – прервал я затянувшуюся паузу: мастер явно не договорил.

– Мне хотелось бы, чтобы и ты со мной поделился знаниями. Как-то не верится, что твоё понимание – лишь талант, – его глаза хитро блеснули.

Должен отдать должное, Колычев сразу почувствовал свою выгоду и решил пересмотреть условия нашего сотрудничества. Его слова заставили меня задуматься. Имеет ли смысл делиться с ним алфавитом? Создавать конкурента своими руками?

Правда, не уверен, что алфавит поможет. Слишком уже закостенелое сознание у местных магов. У нас совершенно разный принцип работы с рунами. В целом, я рад был бы поделиться своими знаниями. В моем прошлом мире это считалось правильным. Конечно, многие роды хранили свои секреты, но этим занимались, как правило, боевики, а не рунологи. Понятно, у большей части старых родов имелись родовые тайны, которые позволяли им достигать глубокого понимания. Но при общедоступной информации находились таланты, которые могли заткнуть за пояс даже их. И это правильно. Каждый талант работал на процветание королевства, не давая аристократам излишне возвеличиваться. Всегда нужна свежая кровь, чтобы королевство не превратилось в болото.

– Я так понимаю – подобные кабинеты есть у большинства аристократов? – поинтересовался я, ещё раз обведя помещение, наполненное рунами, взглядом. Моя попытка уйти от прямого ответа увенчалась успехом. Было видно с какой гордостью относится к своему кабинету Матвей Федорович, так что мой вопрос заставил его расправить плечи.

– Ты правильно понимаешь, – важно кивнул Колычев, – такие кабинеты создаются десятилетиями. Я сам принимал участие во многих подобных проектах. Конфигурации подобных мест являются одним из важнейших секретов каждого рода. Взломать защиту практически невозможно. Чтобы пройти внутрь, потребуется десяток мастеров-рунологов с совершенно разной специализацией. Кроме кабинетов, есть ещё хранилища, которые тоже имеют сильную защиту. Безопасность главы и ценностей рода… – Он развёл руками.

– Как всё серьёзно, – согласился я.

– Я слышал, что есть мастера, которые могут видеть руны без специальных очков. Но им всем далеко за шестьдесят лет. Как тебе это удаётся? – Колычев сменил тему, но в его тоне слышалось скорее любопытство, чем подозрение.

– Просто вижу, и всё, – ответил я нейтрально, но не учёл, что лев на столе Матвея Фёдоровича продолжал активно сканировать пространство. Его глаза приобрели жёлто-красный оттенок – реакция на полуправду. Колычев тоже заметил это и ухмыльнулся:

– Не хочешь раскрывать все свои тайны? Ты явно знаешь, в чём секрет! – продолжил он допытываться.

– Знаю, но для меня это умение пока недоступно, – признался я. Работа с астральными рунами требовала не только умения, но и очень мощного источника, близкого по уровню к архимагистру. Даже с моими темпами роста, боюсь, я не скоро достигну подобного уровня, – и вы пока не справитесь. Это астральное заклинание, – пояснил я и мастер согласно кивнул признавая мою правоту. Правда, от моего ответа у него наверняка появилось куча дополнительных вопросов. В этом мире были маги работающие с астралом, но их число исчислялось единицами и как у простолюдина, без рода без племени могло быть установлена подобная руна? Но он сдержался боясь нарушить тонкое равновесие наших отношений.

Мы ещё некоторое время помолчали, Матвей Фёдорович чувствовал неловкость, которая повисла между нами, и в этом была целиком и полностью его вина. Мог бы и нормально пообщаться, а не устраивать этакую театральную постановку с угрозами и наигранным гневом.

– Меня мучает один вопрос, – я посмотрел на Колычева. Раз уж он спросил все что хотел, теперь настала моя очередь, – вот объясните мне, зачем кому-то засылать к вам шпионов? В чём вы меня подозреваете? Просто не понимаю.

– Я один из сильнейших рунологов, – гордо выпрямившись, произнёс мастер, свысока поглядывая на меня, – мои руны стоят в кабинетах и переговорных комнатах влиятельных родов. Я принимал участие и в работе с сокровищницами. Понятное дело, я видел немало рун и представляю, как устроены некоторые из них. При желании даже смогу найти слабые места. Эти сведения могут стоить очень больших денег. Да просто взломать руну тишины и подключить подслушивание в один их кабинетов... Тоже дорогого стоит! Такие версии тебя устроят? – он улыбнулся, а потом решил добавить, – или возможно, ты просто талантливый проходимец, и решил стать главой рода Колычевых? Ведь достаточно жениться на моей дочери и устранить меня. Но учти – это сделать ой как не просто! – Он погрозил мне пальцем.

– Богатая фантазия, – кивнул я, вспомнив один из наших с ним разговоров, – но весьма далёкая от реальности и не подтверждённая ни одним фактом. Ничем не обоснованная. Скажу прямо: мне подобные подозрения в свой адрес неприятны. Я честно работаю и не давал никаких оснований так к себе относиться. Ваше наследство, как и ваша дочь меня не интересуют. Подслушивать в кабинетах, тоже, – я ответил максимально серьезным тоном, показывая свое отношение к подобному.

– Ты слишком талантлив и очень много знаешь, – попытался возразить мастер, но вызвал лишь улыбку.

– Теперь талант считается основанием для подозрений? У меня вот девушка знакомая – талантливый зельевар. В чём бы мне её теперь заподозрить? – Я напоказ задумался, потирая подбородок. Не то, что я пытался обратить все в шутку, но разговор начал утомлять. Я ответил на все вопросы и получил ответы на свои. Пора заканчивать этот фарс.

– Хватит, – устало махнул рукой Матвей Фёдорович и поднялся из-за стола, – приношу свои официальный извинения. Я был неправ, – он слегка наклонил голову, – надеюсь, на этом наши разногласия исчерпаны?

– Принимаю! – Я поднялся из кресла и кивнул в ответ. – Тогда, учитель, перейдём к делу! Чем мне предстоит заниматься?

Колычев сразу принял вид строгого учителя:

– Ты освоил руну защиты? – спросил он и тут же улыбнулся: видимо, вспомнил, как я прошёл сквозь защиту его стола. – Н-да… в общем, идём, спустимся в мастерскую. Покажу, над чем мы работаем.

– И обсудим условия... – добавил я, напоминая, что мы обговаривали наши отношения. Я не просто ученик, который будет бесплатно пахать на него, а полноценный партнёр, и должен получать за свою работу нормальную оплату.

Спустившись по лестнице, мы прошли в одну из дверей и оказались в мастерской – большой комнате, заставленной столами. Яркое освещение заставило меня на миг зажмуриться – уж слишком резким получился переход.

За одним из столов сидел парень лет двадцати пяти. При виде Матвея Фёдоровича он моментально вскочил на ноги и поклонился.

– Здравствуйте, учитель! – произнёс парень почтительно и уставился на меня.

– Знакомьтесь, – тон Колычева был снисходительным, – мой ученик, Пронин Виктор, а это, – он повернулся ко мне, – мой второй ученик, Максим Андер.

Мы пожали друг другу руки, при этом лицо Виктора явно не выражало удовольствия. Похоже, во мне он видел, скорее, конкурента, чем коллегу. Да и мой возраст наверняка наводил на вопросу, за какие такие заслуги меня приняли в ученики. На пальце Виктора было кольцо дворянина, и поглядывал он на меня несколько свысока, хоть и с опаской.

Матвей Фёдорович провёл для меня небольшую экскурсию. Показал оборудование и готовые артефакты.

В мастерской, в основном, изготавливали браслеты защиты. Именно на них сконцентрировался Виктор. На столе лежали различные заготовки: от простых, из красивого полированного металла, до очень дорогих – с замысловатой резьбой по золоту и серебру.

Руны защиты были трёх уровней. Самый сложный ставился на наиболее дорогие браслеты.

– Это мой стол, – подошёл Колычев к столу, заставленному заготовками из резных камней, – а это будущие артефакты с куполом тишины.

Он взял один из камней в руки. Надел очки артефактора. Сосредоточился и, проведя рукой по камню, внёс в него руну тишины.

– Вы – настоящий мастер! – раздался голос Виктора, который стоял за моим плечом и через очки наблюдал за действиями Матвея Фёдоровича. Парень снял очки и повернулся ко мне:

– Учитель настолько глубоко знает руну, что сразу создал её внутри артефакта! – пояснил он мне свысока. Я был без очков и, по его мнению, не мог осознать всё величие и мастерство нашего учителя.

– Неплохо, – кивнул я, глядя на гордо взиравшего на нас Колычева. – Радиус три метра? – Я взял артефакт и покрутил его в руках. В принципе, повторить подобный фокус особо труда не составит. Я, наверное, десяток рун могу сплести, не рисуя их заранее. Достаточно держать весь узор в голове.

– «Неплохо»? – фыркнул Виктор. – Да это высший пилотаж!

Я решил с ним не спорить: не стоит ронять престиж мастера перед его учеником. Руна-то простая. Без особых защитных узоров. Одноразовая. Активация просто подачей энергии. Работает минут десять-пятнадцать. Те же руны защиты, что ставились в мастерской на браслеты, были на порядок сложнее. Я уж молу о стационарной руне, на которой специализировался мастер.

– Можно? – Я взял в руки один из недорогих браслетов-заготовок. Увидев, что Колычев одобрительно кивнул, сосредоточился на нём.

Защитная руна. Ничего сложного. В любом мире она очень часто используется. Не только в качестве защиты от атаки. Её предназначение гораздо шире. Например, можно использовать на одежде и не опасаться дождя и сильного ветра. Слабая руна защитит механизм часов от повреждения...

В случае атаки я с закрытыми глазами мог создать заклинание защиты. Для боевых магов руны были сильно упрощёнными, и работа с заклинаниями доводилась до автоматизма.

Прикрыв глаза, я нарисовал в голове одну из рун, что присылал мне Колычев. Со всеми узорами, что обрамляли её. Это было непросто, но я справился. Направив магическую энергию в артефакт, я практически моментально выжег её внутри браслета.

– Готово, – я протянул своё изделие Колычеву, с лица которого моментально слетела довольная улыбка. Мастер, забрав браслет, внимательно осмотрел его через свои очки.

– Что же, – с достоинством заявил он, – вижу, моё обучение не прошло даром, и ты хорошо справился с домашним заданием.

– Благодарю, – теперь уже я снисходительно кивнул, с достоинством принимая скупую похвалу.

На этом первый осмотр мастерской закончился. Под недовольным и озадаченным взглядом Виктора мы покинули здание.

Пару дней Колычев мне дал на «обжиться», пообещав не загружать пока работой. Этих дней мне хватило, чтобы понять, что жить в доме на территории учителя совершенно неудобно.

Начну с того, что, чтобы поесть, мне надо было идти в главное здание, на кухню, к точно назначенному времени. Там была небольшая столовая для слуг. Так как я по статусу вроде как выше прислуги, мне выделялось отдельное время, когда меня ждали к столу. Есть в обеденном зале дома мне не полагалось, а Колычев постоянно мотался по своим делам или обедал и ужинал с гостями, так что за три дня я всего один раз разделил с ним завтрак.

Вторая проблема оказалось в сложности выхода в город. Это Матвею Фёдоровичу было хорошо. Сел на катер, три минуты – и ты уже в центре. В случае непогоды или холодов из гаража выезжала машина. Путь через посёлок и мосты занимал минут двадцать.

Была возможность вызвать такси. Но в посёлок, где жили аристократы, дешёвые машины не запускали, а вызывать вип-такси, чтобы просто выбраться в город, было накладно и не по статусу.

Когда я пожаловался Колычеву, он лишь удивлённо посмотрел на меня:

– У нас часто прислуга ездит на машине в город. То продукты закупить, то еще что-то по мелочи. Можешь с ними ездить, – после моих слов, что это не слишком удобно, он предложил другой вариант, – В гараже десяток велосипедов. Выбери любой – и всё!

Его решение, наверное, было гениальным. Но не для меня. На лошадях я мог ездить, не испытывая никаких проблем, но освоить велосипед оказалось той ещё задачей. Так что в один из свободных дней я веселил прислугу, пытаясь приручить это двухколёсное средство передвижения. В итоге вышел победителем из нашего сражения, заработав пару синяков и царапин.

Путь в город на велосипеде занимал чуть больше тридцати минут. Моё тело было напряжено до крайней степени. Я с завистью смотрел вслед велосипедистам, которые с лёгкой улыбкой обгоняли меня.

И третья причина, по которой я не желал оставаться в особняке Колычева, – это назойливость местной прислуги. В первый же день ко мне заявилась уборщица. Несмотря на то, что я был в одних трусах, она без стука зашла в дом и начала сноровисто работать шваброй, что-то бурча под нос про разных растяп, которые только и делают, что мусорят!

Все мои просьбы выйти и не убираться словно разбивались о каменную стену. У женщины есть обязанности, регламент, расписание... В общем, много чего, и мои слова и желания не в состоянии ничего изменить.

Кроме того, мне было тесно и неуютно в этом домике, так что желание найти нормальное жильё, в котором я был бы единоличным хозяином, созрело во мне достаточно быстро.

Всю следующую неделю я днём работал в мастерской Колычева, а по вечерам гулял по городу и смотрел предлагаемые варианты съёмных квартир.

Распорядок у меня сложился следующий. Подъем в семь утра. Затем зарядка, медитация в комнате, наполненной энергией из моего накопителя. В девять утра завтрак. К одиннадцати я приезжал в мастерскую.

Официальные рабочие часы магазина были с двенадцати до двадцати. Виктор приходил к десяти и больше занимался не рунами, а административными задачами. Заказать недостающие материалы, разобраться с заказами и упаковать их. Защитные браслеты расходились по всей империи. Многие магазины закупали у Колычева их десятками. По его словам, после окончания ученичества, он собирался продолжить работу у мастера уже не только, как артефактор, но и как помощник владельца магазина. Только вот глядя на его суетливые движения и желание во всем угодить Колычеву я недовольно качал головой. Матвей Федорович весьма умен и наверняка всё видит и понимает. А кроме этого, в нем присутствует хитрость и деловая хватка и, похоже он просто использует Виктора по полной, даря ему ложные надежды. Но, это не мое дело и в их отношения я встревать не собирался.

Придя с утра в мастерскую, я первым делом садился пить чай приходя в себя после дороги на велосипеде. Ну а затем принимался штамповать артефакты. На самом деле, это не такое скучное занятие, как может показаться со стороны. С каждым изделием я повышал свой контроль над магией и улучшал воображение вместе с пространственным мышлением, пытаясь держать в уме сразу два заклинания и одновременно делать два артефакта.

За пять дней я перешёл с более простой версии первого уровня щита на второй. Третий уровень мне пока не давался. Конечно, я мог использовать, как и Виктор, специальный маркер и чертить им нужную руну, но это было бы слишком просто и не несло в себе никакого вызова.

Виктор со мной практически не общался, решив, что пусть я и талантлив, но всё равно не ровня ему. Он-то уже двадцатипятилетний парень, родовой боярин. Большой мастер в будущем. До собственной печати Виктору осталось всего полгода. Так что тратить своё время на общение с шестнадцатилетним неучем было выше его достоинства. Поэтому обычно парень делал вид, что меня просто не существует. Вначале пару раз пытался покомандовать мной, но тут уже я его проигнорировал, и он быстро успокоился. В принципе, Виктор – парень неплохой, и даже иногда что-то мне подсказывал. Но общих тем у нас особо не было.

Сам Колычев обычно приезжал в магазин к пяти часам вечера и сидел до восьми-девяти часов, иногда общаясь с клиентами в своём кабинете, но чаще за столом с нами, в мастерской, делая наиболее сложные артефакты.

Его метод обучения был прост. Когда в руках мастера была заготовка, а на бумаге – схема будущего артефакта, он звал к себе нас с Виктором и начинал объяснять, что делает и для чего. Никакой глубокой теории – только голая практика. На вопросы отвечал охотно, помогая разобраться, если что-то было непонятно.

Пока ничего нового я не узнал, да и руна «гармонии» мне по-прежнему не давалась. Но, с другой стороны, я и не спешил собирая знания по крупинкам и с каждым днем все лучше понимая работу рунолога в этом мире.

Глава 21

Первого сентября я не пошёл в школу сдавать документы, решив, что там будет многолюдно. Отправился туда четвёртого числа. Надел свой лучший костюм, тщательно причесался. Сунул ноутбук в сумку и... сел на велосипед. Хотя ради такого дела можно было бы заказать такси, но управление велосипедом мне с каждым днём давалось всё легче, и я не хотел останавливаться на достигнутом, считая, что регулярные каждодневные поездки повысят мой уровень.

Здание школы находилось на улице Петра Первого. Многие десятилетия эта улица была основным трактом, частью дороги, соединяющей Москву с Санкт-Петербургом. Она была четырех полосной, с интенсивным движением автотранспорта. Для своей безопасности я ехал по тротуару. Он был достаточно широким, а в одиннадцать часов утра пешеходов практически не было.

Остановившись у школы, я окинул её взглядом. В здании было четыре этажа и два крыла. Вообще, оно не впечатляло. В моём мире магический университет занимал целый замок со своей большой территорией, на которой находились и парк, и площадки для тренировок магов, и несколько общежитий. Здесь же... просто дом с высоким крыльцом и скучным официальным фасадом безо всяких излишеств.

Поднявшись по ступеням, я зашёл в полутёмный холл. Под высоким потолком расположились старые запылённые люстры, света от которых явно не хватало.

Людей было не так много, как я опасался. Некоторые поступающие были даже с родителями.

Я быстро нашёл стрелку с указателем «Приёмная комиссия».

«Мне туда», – решил я и отправился по коридору в левое крыло здания.

У дверей кабинета на банкетках сидели пять человек. Поинтересовавшись, кто последний, я тоже сел и стал ждать своей очереди.

Минут через тридцать зашёл в кабинет. Здесь стояли столы, заваленные папками с бумагами. Молодая девушка сразу протянула руку и попросила мой диплом.

– На какой факультет? – спросила пожилая женщина с волосами завязанными в плотный пучок, оторвавшись от бумаг, пока более молодая выписывала данные из моего диплома.

– Артефакторики, отделение рунологии, – ответил я.

– Запиши, – кивнула та молодой и снова повернулась ко мне, – подойди, положи руку на этот артефакт, он измерит размер твоего источника.

Я с любопытством изучал руну артефакта, пока он изучал в ответ мой источник.

– Кхм... – кашлянула женщина, – двести тридцать единиц? – Она удивлённо посмотрела на меня, будто не верила своим глазам. – Вам шестнадцать?

– Да, – кивнул я, – двести тридцать. Шестнадцать лет. Максим Андер!

– Очень хорошие данные, – женщина отключила прибор, – вы уверены, что рунология – то, что вам нужно? У нас очень хороший боевой факультет. Там ваш уровень магии оценят. Можете не сомневаться!

– Нет, благодарю, – я с улыбкой покачал головой, – меня интересует именно рунология.

– Что же, это ваш выбор, но вы подумайте. На боевом факультете у вас будет гораздо больше перспектив. В течении полугода у вас будет время перевестись. Если решитесь на это позже, то некоторые предметы придётся досдать.

– Я подумаю, – не стал возражать ей.

– Вы зачислены, – вынесла она свой вердикт, – сейчас пройдите в бухгалтерию и заберите бумаги на оплату, мы пока внесём вас в компьютер. У вас три дня, чтобы оплатить счёт. Если не уложитесь, оплату на себя возьмёт империя, – она многозначительно посмотрела на меня. Самое интересное – женщина умолчала об очень важном моменте: если оплату моего обучения возьмёт на себя империя, то я автоматически заключаю с ней контракт и обязан буду в течении пяти лет после окончания школы отрабатывать вложенные в моё обучение средства.

Условия, говорят, не такие уж и плохие. Империя платит достойную зарплату, но ты не волен ничего решать самостоятельно. Могут отправить работать в любой город, даже в самый отдаленный или вообще в деревню. При этом должность и обязанности тоже выберут за тебя согласно твоим знаниям и умениям. Ну или государственным потребностям.

Выйдя из комнаты, я дошёл до бухгалтерии. Здесь тоже была небольшая очередь. По договорённости с Колычевым я сам оплачиваю обучение, а он потом компенсирует мне пятьдесят процентов. Так что по бумагам я прохожу как вольный маг. Правда, мне пришлось с Матвеем Фёдоровичем серьёзно поспорить. Он собирался полностью оплатить моё обучение, но я уже начитался разных законов и решил подстраховаться. Если за меня оплачивают обучение, на меня накладываются определённые обязательства. После этого покинуть Колычева будет не так-то просто, даже если вернуть ему всю сумму.

Вроде отношения у нас наладились, но рисковать не стоило.

Забрав счёт, я отправился на велосипеде в отделение своего банка. Сумма была большая, слегка за пятьсот рублей, и оплату списать могли только в моём личном присутствии.

Немного удивляло, что при столь активной компьютеризации бюрократия продолжает править балом. Но что поделать, похоже, старшему поколению не так просто перестроиться. И я их понимал. Сам до конца не привык, что можно не носить деньги в кармане – достаточно пластиковой карточки.

Оплатив обучение, я вернулся обратно и отнёс квиток в кассу. После чего с отметкой об оплате посетил еще один кабинет, где мне выдали ученический билет и напутствие зайти в течении недели в школу – получить учебники и форму.

Форма меня мало интересовала, а вот учебники было бы интересно полистать. Узнать основы, которым учат на первом курсе. Сравнить их со своими знаниями.

Довольный, но слегка утомлённый всей этой беготнёй, я снова взгромоздился на велосипед и отправился в мастерскую. День был в самом разгаре, а работа у Колычева никогда не заканчивалась.

В мастерской Виктор кряхтел над очередным амулетом. Матвей Фёдорович уехал на неделю в другой город устанавливать руну и оставил нас одних.

– Зачислили в школу? – отрываясь от работы, поинтересовался Виктор.

– Да, даже выдали билет ученика.

– Поздравляю, – скривившись, произнёс он, – значит, скоро будешь приходить только по вечерам?

– Ну да, – не стал спорить я с очевидным. Виктор немного ревновал к моему мастерству. Точнее, к скорости, с которым я делал артефакты. Особенно его раздражало, что такими темпами я буду зарабатывать больше, чем он.

Колычев в этом плане оказался достаточно правильным учителем. У него уже давно были устоявшиеся цены за работу, и оплачивал он её, не взирая на то, ученик делал артефакт или нет. Я даже торговаться не стал. Меня всё устроило. Особенно радовала оплата за амулеты второго и третьего уровня. Мое понимание позволяло делать в день несколько десятков подобных артефактов. А за каждый начислялось от пяти до двадцати рублей. Что с одной стороны не много, учитывая, что цена в продаже начиналась от ста рублей, но с другой... я в день зарабатывал от ста до двухсот рублей. Леший на заводе за месяц столько же получал. Правда, когда я пойду учиться, наверняка мой заработок сильно просядет, но это меня беспокоило меньше всего. Я здесь не за деньгами, а за знаниями.

– Ты хоть и талантливый парень, – Виктор откинулся на стуле и с вызовом уставился на меня, – но тебе ещё учиться и учиться. Я закончил два класса магической школы. И год проработал на фабрике. В артефактах главное не скорость, а мастерство и понимание! – Он гордо задрал нос, считая, что в этих параметрах меня превосходит.

Настроения спорить и ругаться у меня не было, так что в ответ я просто кивнул, но это его ещё сильнее раззадорило.

– Думаешь, ты лучше меня? – Виктор прищурил глаза. – Без меня учителю будет очень трудно. А ты что есть, что нет!

– Как скажешь! – Я закатил глаза. Не люблю эти детские разговоры, мол, кто тут круче и нужней.

– На мне держится всё, – продолжал заводиться парень, – я и с поставщиками договариваюсь, и с заказами разбираюсь, и артефакты делать успеваю! Мне мастер обещает даже процент с продаж установить, как я стану мастером. Считай, буду совладельцем лавки и даже ты будешь работать на меня! – с гордость. закончил он.

– Молодец, – кивнул я, а на лицо вылезла улыбка, которую я не смог сдержать. Уж очень потешная ситуация. Виктор, по сути, спорит сам с собой.

– Ты так и останешься никем! А я ещё ухаживаю за дочкой Колычева. У меня хороший род. Боярский. Женюсь на дочери учителя и докажу, что достоин быть его преемником. Понял?!

– Понял. Счастья тебе и любви. У меня свой путь.

– Бесишь! – выдал он.

– Ага, – кивнул я и грозно посмотрел на парня, стерев с лица улыбку. – Виктор, мне дела нет до этой мастерской и до семьи Колычева. Я тебе не конкурент. У меня свои интересы. Получить знания, отучиться в школе. Заниматься наукой. Так что, – я поймал его взгляд, – успокойся и не смей ставить мне палки в колёса. Иначе пожалеешь!

Он молчал, ошарашенный моей отповедью и тоном. Я в конце речи ещё и выпустил слегка ауру, придавив ею оппонента.

– Ты понял меня?

– П-понял, – кивнул он и протянул мне руку, – мир?

– Молодец, – кивнул я, пожимая протянутую ладонь, – а теперь лучше помоги мне. Никак не могу справиться с руной «гармонии».

Как ни странно, эта беседа пошла на пользу нашим отношениям. Виктор решил взять меня под своё крыло и начал объяснять мне руны признав меня равным. Самое удивительное, не смотря на его характер и склонность скорее к административной работе, чем к рунологии, у него оказался настоящий талант учителя.

Кроме этого – он дал мне адрес сайта, где лучше всего искать жильё. До этого я пользовался сайтами агентств недвижимости, но там было мало интересных предложений, а вот на местном форуме обнаружились интересные варианты.

Спустя несколько дней я отправился смотреть один дом. Улица шла перпендикулярно улице Петра Первого, на которой находилась школа. При этом она была длинной и сильно извилистой. Чем дальше от центра, тем сильнее менялся окружающий пейзаж. Первые дома, рядом с улицей Петра Первого, были дорогими особняками, за ними расположились небольшой сквер и несколько гостиниц, а затем качество домов резко снизилось. Как и качество дороги. Появились ямы, выбоины. Раскрошенный тротуар и колонки у дороги. А ведь я проехал меньше километра. Расстояние, которое можно пройти пешком за десять минут. А на велосипеде вообще за три.

Дома здесь были разные. И пятиэтажки, стоящие буквой «П», с дворами колодцами, и отдельные сильно потрёпанные особняки. Вот к одному из таких домов меня и привела карта.

Это был оштукатуренный особняк серо-грязного цвета. Часть штукатурки осыпалась, оставшаяся пошла трещинами. Но дверь выглядела солидно, с кнопкой видеодомофона.

Хозяин открыл достаточно быстро. По взгляду, брошенному на меня, стало ясно – он явно ожидал более солидного и взрослого квартиросъёмщика.

– Проходите! – Хозяин махнул рукой. – И велосипед занесите, – добавил он, – район у нас спокойный, но не стоит соблазнять людей дорогой игрушкой без присмотра!

За дверьми сразу оказалась большая комната. Это было похоже на помещение бывшего магазина или какой-то мастерской.

– Здесь долгое время работало ателье, – подтвердил мою догадку хозяин здания, – но лет пять назад наш район пришёл в упадок, и ателье переехало поближе к центру. С той поры никак не могу сдать этот дом, – мужчина грустно вздохнул и уселся на стул.

Помещение бывшего ателье мне сразу понравилось. Большой стол для раскроек, над которым висели выключенные сейчас лампы, отлично подойдёт для работы с артефактами. Вдоль стены расположились ещё один письменный стол и шкафы с ящиками.

Вторая комната тоже немаленькая – кухня, в которой, кроме зоны для готовки, есть стол и даже диван, на котором можно отдохнуть.

– Второй этаж смотреть будете? – спросил хозяин, следуя за мной.

– Да, – кивнул я. Цену он просил не такую уж и большую. Пятьдесят рублей в месяц. Что, конечно, недёшево. Квартиру с одной комнатой и кухней можно было снять за десять, а трёхкомнатная обошлась бы в двадцать. Правда, чем ближе к центру, тем дороже получалось, но тут я бы не сказал, что далеко. До школы минут пятнадцать пешком и полчаса до мастерской Колычева.

На втором этаже были две спальни, гостиная и небольшой кабинет. В комнатах чисто и как-то уютно. Мне понравилось.

– Территория у меня своя, – хозяин кивнул в окно, выходившее во двор, – там ещё гараж и небольшой флигель. Правда, надо убраться. Во дворе ещё беседка, но она заросла.

Мы спустились обратно на первый этаж.

– Мне за этот дом с территорией предлагали двенадцать тысяч рублей. Я, дурак, не продал. Тогда был бум строительства. Старый князь решил сделать из Нижнего Новгорода современный город. Вон, – он кивнул в сторону окна, где вдалеке виднелись высокие стеклянные башни, – построил домищи! Но умер невовремя. А сын его, больше времени проводит в Москве и за границей. Не до княжества ему. Так что… – Мужчина сокрушённо покачал головой. – А налоги платить надо. Сдаю недорого. Можете даже магазин открыть. Цену не буду поднимать.

Он с надеждой посмотрел на меня: вдруг случится чудо, и я сниму этот дом.

– Пятьдесят рублей, говорите? – раздумывая, уточнил я, понимая его проблемы. Дворянин сюда не заедет. Тут требуется серьёзный ремонт, да и район не престижный. Школьникам и студентам, дорого. Остаются только семьи с детьми, но Нижний в упадке, и новых людей приезжает мало.

– Могу даже скидку дать. Сорок пять! Вода холодная, горячая, электричество. Центральное отопление, канализация. Всё есть. Даже печь и дрова в сарае! – зачастил хозяин, боясь упустить возможность. – Только дом на продаже висит. Если вдруг покупатель найдётся, придётся съезжать. Или с новым хозяином договариваться.

– И давно висит? – Для меня это был неприемлемый вариант, – въезжать в квартиру, которую в любой момент могут продать. И снова искать, переезжать, обживаться...

– Да года три. Выставлял за девять тысяч. Тут всё-таки земли немало. Можно снести и большой дом построить. Сейчас уже до семи снизил. Но всё равно, желающих нет. Но я не теряю надежды. Да и, глядишь, молодой князь за голову возьмётся, и город снова будет развивать. Место-то у нас тут хорошее, – протянул он.

Цена небольшая. Я могу себе позволить даже купить этот дом, но покупка недвижимости в моих планах не значится. Да и кто знает, куда меня занесёт судьба через год по окончанию школы.

В задумчивости я прошёлся по комнате. Дом мне понравился, особенно эта комната. Она идеальна для мастерской. Перед домом большая парковка. Можно в будущем принимать клиентов. Правда, для этого сначала надо получить печать мастера. Да и оседать в Нижнем я не планировал.

Я вспомнил тот десяток квартир, что осмотрел до этого. Даже один дом смотрел, но тот вообще был ужасен. Маленькие комнаты. Подтекающая крыша. Отсутствие горячей воды. Хорошо хоть туалет в доме имелся. И за него просили тридцать рублей.

Хороший вариант. Надо брать, но возможность внезапной продажи сильно напрягала.

– Ладно, – решился я. Пусть и придётся съезжать в случае продажи, но жить у Колычева просто невыносимо. К тому же, мне требовалось своё место, чтобы нормально заниматься, да и дом немаленький и в придачу с практически готовым помещением под мастерскую. – Сорок пять меня устроит!

Через три дня я уже заезжал в новый дом. До начала учёбы оставалось чуть меньше двух недель. Как раз освоюсь и обживусь. Да и Адик звонил, сказал, что через неделю приедет.

Переночевав первую ночь в новом доме, я понял, что мне здесь нравится. Дорога за окном была тихой, лишь изредка по ней проезжали автомобили, практически не издавая шума. Но эту проблему я, как рунолог, мог решить установив на окна руны тишины. Сам дом казался живым. Каждый мой шаг сопровождался скрипом и стоном, но чем больше я проводил в нём времени, тем тише становилось, будто дом привыкал и смирялся с новым жильцом. Ну или я просто уже начал запоминать, куда наступать, а куда не стоит.

На следующий день я отпросился у Колычева пораньше и, сев на велосипед, отправился из мастерской по новой для меня дороге в школу. Надо было забрать учебники и форму. Заодно разведаю путь.

***

Серкх открыл глаза и потянулся, отходя от спячки. Он с удовольствием прислушался к себе. Теперь у него было шесть лап и четыре глаза. Мозг работал гораздо лучше, перейдя на новый виток видения. Окружающие линии приобрели небывалую чёткость.

– Как же хорошо! – простонал Серкх, быстро перебирая линии лапками. – Какая скорость! Ещё немного – и я догоню отца. Стану настоящим властителем! – Он самодовольно улыбнулся.

«Как там мой питомец?» Серкх потянул одну из линий и покачал головой. Какой же скучный у него выдался месяц. Правда, он явно не прошёл даром. Источник питомца прилично подрос. Он обзавёлся работой и жильём. Отличные новости. Ещё бы найти ему самочку... Серкх с удивлением посмотрел на одну из нитей.

– Хм.. княжна Медведева? Так близко от него? – Он задумчиво начал перебирать нити вероятностей. Интерес питомца к этой девушке не прошёл мимо взгляда Серкха. Максим даже иногда посматривал фотографии Анны в интернете. Девушка периодически мелькала в светской хронике. Но свести их вместе было очень сложно, а тут, казалось, сама судьба преподнесла такой подарок. Они в одном городе и в данной момент практически на одной улице.

– Как интересно! – Серкх задумчиво держал в лапках одну из нитей. – Ведь не может же не сработать во второй раз вариант со спасением? Иначе я совсем разочаруюсь в местной культуре. Она вся построена на этом!

Он помотал головой и начал быстро перебирать лапками, сплетая узоры из нитей вероятности. Не стоит упускать такой шанс!

Конец 2-й книги

Третья книга https://author.today/work/566777

Что вас ждёт в третьей книге.

Начнётся учёба в школе магии. Появится романтическая линия, а может, и не одна. А ещё на Максима обратят внимание весьма влиятельные люди. Но это всё впереди.

Сейчас же хочу сказать СПАСИБО! Всем читателям на сайте Автор Тудей. За ваши комментарии, покупки книг, награды и лайки!

Благодаря вам, я продолжаю работать над книгой.