Иллюстрация на переплете и внутренние иллюстрации Маши Шебеко

© Трауб М., текст, 2026

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

– На лето мы переезжаем на дачу! – объявила во время завтрака бабушка Нонна.

– У нас есть дача? – удивился Сашка.

– Домик в деревне. Старый, конечно, но ничего. Можно всё починить, забор новый поставить, участок травой и цветами засадить. Надоело в четырёх стенах сидеть! Дышать нечем. Да и Бублику будет лучше во дворе бегать.

– Не хочу на дачу, – буркнул внук. – Там хоть вайфай есть?

– Пока нет, но можно провести. Это же не какая-то заброшенная деревня. Но, надеюсь, там ты отвлечёшься от своего телефона хоть ненадолго.

– Не хочу. Я там никого не знаю, – всё ещё бурчал Сашка.

– Вот и познакомишься. Наверняка там найдутся такие же страдающие мальчишки твоего возраста. Будете вместе шалаши строить, в лес ходить, хворост собирать, дрова колоть.

– Шалаши – это что? И хворост? Это как у Некрасова: «Однажды в студёную зимнюю пору…»?

– Молодец, что хотя бы стихотворение выучил. Вот поедем в деревню, там и объясню тебе на примере, что такое хворост. А шалаш тебе дед поможет построить. Да, дед?

– А у меня будет сарай? – уточнил дедушка Сашки, Фёдор Николаевич.

– Будет, большой и комфортный. Что хочешь там храни. Например, перевези с балкона свои удочки. Ты же помнишь, что там река? Печку в доме придётся переложить, что-то подкрасить, но, главное, там природа и свежий воздух. Всё, решено, переезжаем, иначе я тут задохнусь.

С бабушкой Нонной в семье никто не спорил. Но к предложению все отнеслись настороженно.

– А вы хоть знаете, как называется деревня? – заговорщически спросила бабушка Нонна, будто речь шла о деревне на Марсе или на Венере. – Котёнки!

– Там что, кошки живут? – Сашка всё ещё не собирался радоваться отъезду.

– Возможно. Кстати, рядом есть деревня Поросёнки, а ещё Коровки!

– Обманываешь, – мальчик хмыкнул.

– А вот и нет. Сам съездишь на велосипеде и посмотришь, – объявила бабушка Нонна.

Правда, оставшиеся до отъезда дни все путали, как именно называется деревня. То ли Котёнки, то ли Свинёнки, то ли Поросёнки, то ли Говядинки. И все, включая бабушку Нонну, придумывали, как ещё могла бы называться деревня.

Дача, пусть и заброшенная, оказалась очень даже приличной. Двухэтажный дом, участок, казавшийся огроменным. С одной стороны он зарос крапивой, с другой – кустами малины. На одной части росли три больших яблоневых дерева, на другой – целое поле ромашек. Забор зарос вьюнами, лопухами и репейником. А на противоположной стороне цвели кусты роз, не пойми как сохранившиеся.

Фёдор Николаевич зашёл в старый сарай и решил там остаться навсегда – перетащил раскладушку, подушку и старый плед. Туда же сложил спальные мешки, палатку, удочки. Тут же начал всё красить, прибивать, восстанавливать.

Бабушка Нонна наводила уют, развешивая занавески. Мама Сашки, тётя Вера, отмывала полы и вытирала пыль. Пёс Бублик, ополоумев от счастья, носился по двору, врезался носом в крапиву, нюхал лопухи и чертополох. Громко чихал, лаял на колючки репейника, рычал на крапиву и снова бежал узнать, куда бы ещё можно врезаться носом. В общем, знакомился с деревенской жизнью. Сашка слонялся без дела.

Он пошёл вдоль забора. Пинал ногой лопухи и сражался с чертополохом. Прямо посередине, случайно стукнув по забору, застыл – одна из перекладин послушно открылась. Будто Сашка произнёс заклинание или нажал на нужную выемку. Как в приключенческих фильмах о поисках сокровищ.

Сашка заглянул в открывшийся проход. На террасе дома на соседнем участке сидел мальчик и что-то увлечённо читал. Мальчик был худющий, бледный, с растрёпанными волосами, давно нуждавшимися в стрижке. Он отчаянно дёргал себя за чёлку, будто собираясь её оторвать.

– Пссс, эй! – окликнул его Сашка, но мальчик не услышал. – Эээээй! – шепнул погромче Сашка.

Мальчик оторвался от книги, покрутил головой, но никого, конечно же, не увидел.

– Я здесь! У забора! – прошептал Сашка. Почему он не мог крикнуть, сам не знал. Но шептать казалось правильным. Иначе какое это приключение?

Мальчик опять покрутил головой и вернулся к чтению.

– Да ну тебя, глухня садовая! – возмутился Сашка и залез в прорезь забора. После чего сделал вид, будто случайно оказался на чужом участке. Всё-таки он был воспитанным мальчиком и прекрасно знал, что пробираться на чужие участки через проём в заборе – не самый вежливый способ знакомства. А «глухня садовая» – это у Сашки вырвалось случайно. Так бабушка Нонна иногда называла Фёдора Николаевича, когда тот не слышал её вопроса с первого раза и переспрашивал. Сашка не очень понимал, почему глухня именно садовая, но дедушка не обижался. А ещё Сашка не понимал, какую такую интересную книгу можно читать не отрываясь. Наверное, про приключения. Он решил подойти тихо, чтобы не пугать увлечённого чтением мальчика, но тихо не получилось. Сашка сделал шаг и провалился в небольшую канаву, которую не заметил. Неудачно наступил – и тут же свалился в куст крапивы, как назло росший совсем рядом.

– Аааааа! – закричал Сашка и стал расчёсывать ногу и руки.

Мальчик наконец бросил книгу и побежал узнать, что случилось.

– Здрасьте, – поздоровался мальчик.

– Забор покрасьте! – неожиданно для себя выпалил Сашка. Вообще-то он прекрасно знал, что так говорить крайне невежливо, и, если бы его слышала бабушка Нонна, она бы сделала такое лицо, что стало бы страшно всем. – Вы чего тут крапиву рассадили? – продолжал причитать Сашка, почёсывая, кажется, уже всё тело. – Это не просто крапива, а целое крапивное дерево какое-то! Болючее, между прочим! Вон, смотри, какие волдыри!

Сашка продемонстрировал появлявшиеся буквально на глазах волдыри. Мальчик посмотрел с уважением.

– Скоро пройдёт, – сказал он.

– Когда скоро? – всё ещё кричал Сашка. Он сначала дул на волдыри, потом стал дрыгать ногами, надеясь, что от дрыганья станет меньше чесаться.

– Жечь перестанет минут через пятнадцать. А краснота пройдёт через пару часов. Это потому, что в листьях крапивы муравьиная кислота есть. Подожди, не чешись, я сейчас.

Мальчик убежал, но скоро вернулся с клейкой лентой.

– Ты меня приклеить решил? – удивился Сашка.

– Нет, сниму волоски крапивы, так быстрее пройдёт. Дай руку.

Сашка послушно протянул руку. Мальчик приклеил кусочек скотча на обожжённое место, а потом отлепил вместе с волосками.

– Всё, надо водой промыть, – заявил он. – Подожди, у тебя ещё репейник в волосах застрял.

– У меня всё время в волосах что-нибудь застревает. Даже комары, – с гордостью сообщил Сашка, пытаясь пятернёй разодрать курчавую шевелюру. – Дед говорит, что меня надо под машинку побрить, но бабушка не разрешает. Это я в неё такой кудрявый. Извини, что я тут орал. И про забор тоже извини.

– Ничего. Я же знаю, что это больно. Меня, кстати, Илья зовут.

– А я Сашка. Мы теперь ваши соседи. А я дырку нашёл в заборе, шёл и вдруг половинка забора отошла, как в фильмах. Вот я и полез узнать, кто тут живёт. А ты что читал? Можно мне тоже? А откуда ты столько про крапиву знаешь? Круто со скотчем получилось. Давай дружить, а? Будем друг другу на участок через этот лаз бегать. Только родителям, чур, ни слова. А что тут вообще у вас интересного происходит? У меня собака, кстати, есть. Зовут Бублик. Он французский бульдог. Мы его из приюта забрали ещё щенком. Очень добрый и дурной. Вообще не умеет охранять. То спит, то ест, то облизывается. Сейчас вон бегает, хотя вообще-то он даже гулять не любит. Только на руках. То есть нести его надо. А он уже здоровенный, больше десяти килограммов весит. Поноси такого! Ещё он всего боится – и других собак, и темноты, и грозы. Сразу на ручки просится. А он уже диван на ножках, а не собака, – Сашка тараторил не переставая. Илья молчал и улыбался. Когда Сашка наконец выдохся и замолк, Илюша сообщил:

– У меня есть младшая сестра Васька.

– В смысле – Васька? – удивился Сашка.

– Василиса, но мама с папой зовут её Васькой, – объяснил Илья. – Может, они второго мальчика хотели? Эти взрослые очень странные. Сами не знают, чего хотят. Завели бы кота и назвали Васькой, а ребёнка Мусей, Марусей. У моих родителей всё не как у людей. Так бабушка говорит. Да, у нас есть кошка Муська. Я решаю шахматные задачки, в шахматном клубе занимаюсь. Ты играешь в шахматы? Могу научить, будем играть. Про крапиву знаю, потому что сам в этот куст падал. Ещё я много читаю, мама говорит, что у меня очень обширные, но поверхностные знания. Я очень рад знакомству.

Мальчишки пожали друг другу руки. Сашка показал, какую перекладину забора нужно отогнуть, чтобы попасть на соседний участок. Они ещё раз пожали друг другу руки в знак того, что будут хранить тайну секретного лаза.

Сашка с Илюшей стали лучшими друзьями, хотя дружили только летом в деревне. Зато они весь год планировали, как проведут каникулы: что будут делать, куда пойдут.

Например, если Сашка получал в подарок на Новый год удочку, то просил у папы вторую – для Ильи. Чтобы вместе бегать на реку рыбачить. А если Илюше дарили набор путешественника, то он оставлял себе компас с биноклем, а фляжку и фонарик приберегал для Сашки.

В начале первого летнего месяца в деревню Котёнки въехали сразу две машины и остановились по соседству. Из первой сразу выскочил Сашка и принялся вытаскивать пса, который упирался всеми лапами и вылезать не хотел.

– Бубличек, ну ты чего? Ты же здесь уже был! Забыл, что ли? Вылезай, пожалуйста. Это наша дача. Тебя здесь никто не обидит.

Из второй машины вылез уставший Илюша, который держал в руках куклу, детскую бутылочку, одеяло и погремушку.

– Ой, не могу, – увидел друга Сашка, – ты чего, в куклы играешь? Привет!

– Привет, – буркнул Илюша, – вот, сестрёнку первый раз в деревню привезли.

– А, понятно. Помоги Бублика вытащить. Он опять испугался. Не любит новые места. Всю дорогу на мне ехал, я уже ног не чувствую. Всё-таки пора его на диету сажать. А ведь он ещё даже не взрослый пёс, а подросток.

– Надо было его в специальную сумку-переноску посадить, – заметил Илюша, – мы нашу Муську так возим.

В этот момент мама Илюши, тётя Наташа, вытащила из машины переноску с кошкой.

– Ваша Муська – кошка, а Бублик – собака. Ещё и пугливая. Я бы сначала час его в переноску запихивал, а потом бы ещё час уговаривал вылезти, – тяжело вздохнул Сашка и попытался взять Бублика на руки, чтобы вытащить из машины. Но пёс заскулил и забился под сиденье.

– Какая разница? Все маленькие – собаки, кошки и дети – должны быть куда-нибудь упакованы и пристёгнуты. Безопасность – самое главное! – твёрдо заявил Илюша.

– Ну ты скажешь! – развеселился Сашка. – А сестрёнку вы тоже упаковали?

– Конечно! Её к специальному автомобильному сиденью пристегнули. Мама из-за неё очень нервничает. Боится, что Васька куда-нибудь исчезнет, если хоть на секундочку отвернуться. Хотя куда она исчезнет, если ещё ползать толком не научилась?

– Ладно, скажу родителям, чтобы купили переноску, а то нам Бублика ещё назад везти. Что будем завтра делать? – спросил Сашка.

– Давай в поход, – предложил Илюша. – У меня новый компас, заодно и опробуем.

– Давай! – радостно поддержал друга Сашка.

На следующий день Илюша проснулся рано и, умывшись, побежал к забору на их с Сашкой место, где пара досок держались на одном гвозде и их можно было легко отогнуть и пролезть в образовавшуюся дыру.

– Сашка! – позвал друга Илья.

– Бублик! Бублик! Ко мне! Бубличек! Ты где?

Сашка бегал по двору и звал пса.

– Сашка, что случилось? – крикнул Илюша.

– Бублик пропал. Убежал, наверное, – подбежал к забору Сашка. – Мама дверь на минутку оставила открытой, вот он и выскочил. Может, испугался птицы? Бабушка говорит, что побегает, проголодается и вернётся. А дедушка говорит, что он не найдёт дорогу домой – в трёх соснах заблудится. Мама боится, как бы он под машину не попал.

– И что делать? – спросил обеспокоенно Илюша.

– Я знаю! Мы пойдём его искать! – решительно заявил Сашка.

– А откуда мы знаем, куда именно он побежал? – уточнил Илюша.

– Я бегал в деревню. Там его нет. Значит, он побежал в лес. Больше ему некуда деваться, – объяснил Сашка.

– Логично, – согласился Илюша.

– Значит, собираемся, берём самое необходимое.

– Не забудь его любимые игрушки и еду, чтобы подманить, – посоветовал Илюша.

– Да, ты мозг! – воскликнул Сашка.

– А родителям скажем? – уточнил Илюша.

– Нет, конечно, – удивился вопросу Сашка, – они нас ни за что не отпустят одних в лес!

– Это точно, – кивнул Илюша.

– А Бубличек там совсем один. Вдруг его дикие животные съедят? Через десять минут встречаемся у ворот, – объявил Сашка.

Илья взял новенький набор юного путешественника, набрал во фляжку воды, бросил в рюкзак печенье и два яблока. Потом подумал и положил спички, которыми папа разжигал камин, хотя Илюше строго-настрого запретили их трогать.

– Ты куда? – крикнула Илюше мама, когда он выскакивал за ворота.

– Я с Сашкой, – ответил он и убежал, пока мама не пристала с расспросами.

Сашка прибежал к воротам запыхавшийся.

– Еле удрал, – сказал он. – Мама просила воды принести из колодца. Я ничего собрать не успел, только любимый мячик Бублика взял и немного вкусняшек.

– Ничего, я всё собрал.

Друзья отправились в сторону леса. Добрались быстро. Прошли по знакомой протоптанной тропинке – они часто здесь ходили с родителями. Вдоль тропы росла земляника.

– Бублик! Бублик! – кричали мальчики.

Пёс не отзывался.

– Надо идти вглубь, – предложил Сашка. – Бублик не будет по тропе бежать. Он же любопытный. Мог увидеть бабочку и за ней кинуться.

– Мог, – согласился Илюша, – только родители с тропы не разрешают уходить. Сам знаешь.

– А мы недалеко. Или давай вернёмся, если боишься.

– Нет, я не боюсь. Просто…

– А представляешь, как Бублику страшно!

Мальчики свернули с тропы и пошли в чащу.

– Пойдём на север, – предложил Илья, доставая компас, – так проще будет возвращаться.

– Давай, – согласился Сашка, – а как мы определим, где север?

– По компасу, как же ещё, – Илюша посмотрел на стрелку компаса.

«Бублик! Бублик!» – кричали мальчишки, уходя всё дальше в лес…

– Слушай, уже три часа прошло, я устал, давай посидим, – предложил Сашка, глядя на часы на мобильном телефоне.

– Ладно, давай, – согласился Илюша. – Печенье будешь?

– Угу, как раз есть захотел! Надо родителям позвонить, – сказал Сашка, прожёвывая печенье. – Меня мама убьёт. Она так сердится, когда я ей не звоню, если задерживаюсь.

Сашка набрал номер, ещё раз, послушал, потряс телефон, даже об коленку им постучал.

– Сеть не ловит, – констатировал он.

– Слушай, пойдём домой. Вдруг Бублик уже вернулся? – предложил Илюша. – Мои тоже уже наверняка волноваться начали.

– Так, а в какую сторону идти? – Сашка согласился вернуться домой.

Илья сверился с компасом, посмотрел на небо, опять на компас.

– Назад, – пожал плечами он.

Ещё через час мальчишки поняли, что заблудились. А в это время в деревне сходили с ума их родные. Они уже вызвали и полицию, и спасателей, и даже догадались, что мальчики пропали не просто так, а пошли искать Бублика. Сам виновник происшествия, который через дыру в заборе убежал не в лес, а на соседний участок, сидел под кустом чёрной смородины, поджав хвост и прижав уши, – чувствовал себя виноватым. Мама Сашки плакала, мама Илюши её успокаивала. Даже Васька хныкала. Папы разговаривали со спасателями.

– Я опять хочу есть, – сказал Сашка, – смотри, тут ягоды растут и грибы!

– Не ешь! – крикнул Илья. – Ты же не знаешь, как они называются!

– Знаю, ягоды и грибы. Вот, между прочим, сыроежки, их вообще можно сырыми есть, – Сашка злился, потому что был голоден.

– Это не сыроежки, – сказал Илюша, – не трогай их.

– А ты откуда знаешь? – рассердился Сашка. – Что ты раскомандовался? Да если бы не ты, мы бы не заблудились! Всё ты со своим компасом! «Мы идём на север, мы идём на север!» А сам даже определить не можешь, где север, а где юг! Так что нечего мне указывать, что съедобное, а что нет!

– На, доешь печенье, – предложил Илюша.

Он сначала очень обиделся на друга, а потом решил не обижаться: ведь Сашка просто устал, испугался и расстроился – Бублика они не нашли, да ещё и сами заблудились.

– А вода ещё есть? – спросил Сашка, дожевав последнее печенье.

– На дне, – протянул другу фляжку Илюша.

– Ладно, пойдём, чего без толку сидеть? – сказал Сашка.

– Пойдём, только давай оставим метку. Как пираты. Что мы здесь были. Если заблудимся, то будем знать, что ходим кругами, – предложил Илюша.

Он оставил на еловой ветке обертку от печенья.

– Ха-ха, очень умно.

– Зато мы будем знать, что мы здесь уже были. И спасатели, если увидят, нас найдут.

– Спасатели? – ахнул Сашка.

– Родители наверняка их уже вызвали, – кивнул Илюша, понимая, что дома ему влетит за такие походы.

– Знаешь что? Давай сидеть на месте, – предложил Сашка. – Если спасатели будут ходить за нами, а мы за ними, то мы друг друга никогда не найдём.

– Хорошо, – согласился Илюша.

Мальчик чувствовал свою вину перед другом. Ведь это он понадеялся на набор путешественника, который оказался непригодным: бинокль лишь ненамного увеличивал расстояние, а компас Илюша понял неправильно – они заблудились тогда, когда он перепутал север и юг. Вот фляжка – отличная вещь. Только воду они уже всю выпили. Илюша порылся в своём рюкзаке и выудил спичечный коробок.

– Слушай, надо костёр разжечь! Как же я сразу не вспомнил про спички! – воскликнул он. – Сейчас согреемся. Хотя нет, не получится. В лесу же нельзя костры жечь. – Илюша уже зажёг спичку, но затушил её.

– Очень даже можно. Мы его потом погасим. Может, нас спасатели по огню найдут! – Сашка выхватил у него коробок. Затем собрал щепки, листья, сложил кучкой и поднёс спичку. Спичка потухла. Попробовал ещё раз – безрезультатно.

– Вот бы бумаги хоть клочочек, – сказал он, – всего три спички осталось.

– Всё равно ничего не получится, – заметил Илюша.

– Это ещё почему? – обиделся Сашка.

– Потому что дождь начинается. На меня уже три капли упали.

– Слушай, а дождевую воду можно пить? – уточнил Сашка.

– Можно. Я даже помню, как её собирать.

– И как? Вот так? – Сашка задрал голову к небу и раскрыл рот, пытаясь поймать дождевые капли, но почему-то ни одна не падала, куда нужно.

– Всё очень просто, – сказал Илюша, снимая с себя бандану, которую завязал вместо бейсболки.

Он подошёл к сосне и обвязал банданой ствол дерева. А под бандану поставил фляжку и стал ждать. Через некоторое время вода скопилась на ткани и весело закапала прямо во фляжку.

– Ура! – закричал Сашка.

– Ура! – закричал Илюша, очень гордый собой. – Ну вообще-то я много способов знаю, – начал хвастаться он, – можно ещё в листья собирать…

– Дай уже попить, – отмахнулся Сашка.

Дождь быстро закончился, как это часто случается с летними слепыми ливнями. Ребята, повеселевшие оттого, что наконец напились, опять погрустнели. Уже смеркалось. Сашка боялся признаться другу, что ему страшно ночевать в лесу. А Илюша боялся признаться Сашке, что ему ещё страшнее. К тому же у обоих мальчиков в животе уже урчало от голода.

– Есть ещё яблоки, – сказал, порывшись в рюкзаке, Илюша.

– Давай пока не будем их есть, – ответил Сашка, – мало ли что…

Друзья сидели на поваленном дереве и молчали. Сашка тряс уже разрядившийся мобильный телефон, надеясь, что он заработает хоть на секундочку. Холодало. Илюша встал и принялся ходить туда-сюда, чтобы согреться.

– Смотри, здесь муравейник, – сказал он другу.

– Ну и что? – спросил Сашка.

– По муравейнику можно определить стороны света…

– Это не по муравейнику, а по лишайнику, – заметил Сашка, – нет, по мху! Там, где больше мха, там север. Я вообще-то тоже в школе кое-что прохожу! Или юг? Не помню. Знал, но забыл!

– Главное – сохранять спокойствие. Выход есть всегда, – Илюша хотел успокоить друга, а на самом деле убеждал себя.

– Я так не могу, просто сидеть. Надо что-то делать. Хотя бы кричать. Эй! Эге-гей! Ау! Аа-а-а! – заорал Сашка.

Сашка кричал так минут пять, пока не охрип и не закашлялся.

– Теперь ты кричи, – велел он Илюше, – я больше не могу. Ты чего застыл?

Илюша действительно застыл и прислушивался.

– Тихо, – прошептал он Сашке.

– Что тихо? – удивился тот.

– Я слушаю. Вдруг где-то собака залает? Или машина проедет? Или электричка? Мы пойдём на звук и выйдем к людям.

– Тебя не поймёшь – то мы сидим, то пойдём! Я лично никуда больше не пойду. Не могу. У меня ноги уже не ходят.

– Ладно. Всё равно ничего не слышно, – согласился Илья и сильно ударил палкой по поваленному дереву, на котором они сидели. Дерево отозвалось гулким протяжным стоном. – Ух ты! Слышал?

– Слышал! Ударь ещё раз! – закричал Саша.

Илюша ударил. Дерево опять задрожало. Даже не оно, а воздух вокруг. Как будто дерево передало другим деревьям этот звук.

– Вот, давай бить по очереди! – предложил Илюша. – Ты азбуку Морзе знаешь? Как SOS будет?

– Не знаю. Читал про неё, но не выучил. Откуда я знал, что мне она пригодится? Давай так, ты будешь бить палкой, а я петь песни! А потом поменяемся, – сказал Сашка.

– Почему песни? – удивился Илюша.

– Потому что петь веселее, чем кричать «Спасите! Помогите!». Сначала я спою все песни, которые знаю, а потом ты – которые знаешь.

– Договорились! Запевай!

– «Солдатушки, бравы ребятушки, где же ваши деды? Наши деды – славные победы! Вот где наши деды!» – заголосил Сашка любимую песню дедушки.

– Отличная песня. Главное – не грустная, – улыбнулся Илюша и принялся изо всех сил дубасить палкой по стволу дерева.

А в это время папы мальчиков вместе с дедушкой Фёдором Николаевичем и спасателями прочёсывали лес.

– Он не пропадёт, я ему про лес много рассказывал, – твердил Фёдор Николаевич. Он очень нервничал и так себя успокаивал.

– Найдём – голову оторву, – говорил папа Сашки.

– Вот, вот, смотрите! – закричал папа Илюши; он показывал на дерево, на котором висела гирлянда из обертки печенья. – Они где-то здесь!

– Тихо, тихо, – поднял руку главный спасатель.

И вдруг все услышали громкий детский голос и стук. Как будто весь лес сотрясался…

– Ты всё-таки мой внук, – плакал дедушка Сашки, обнимая его. – Ты не испугался. Ты – молодец.

Папа Илюши молча поднял сына высоко над землёй и прижал к себе. Илюша видел, что папа обнимает его так крепко, чтобы скрыть слёзы.

– Мы не нашли Бублика, – признался Сашка дедушке.

– Твой Бублик уже давно сам нашёлся. Он убежал к Илюше на участок.

– Я за него так волновался… – сказал Сашка.

– А я за тебя волновался! Ты представляешь, что творится с бабушкой и мамой?! – дедушка тоже заграбастал Сашку в объятия и не отпускал.

– Знаешь, я понял, что иногда нужно учить не только уроки, – признался Сашка Илюше. – Как это называется, когда много всего знаешь?

– Эрудиция, – ответил Илюша.

– Вот, я так хочу. Чтобы знать, как вести себя в лесу, как спасать лес от пожара, как помогать людям, как их из воды вытаскивать.

– Спасателем будет… – хмыкнул главный спасатель.

– Без головы, – заметил дедушка Фёдор Николаевич. – Спасатель без головы!

Сашка посмотрел на деда с недоумением.

– Это из литературы. «Всадник без головы» Майн Рида. Обожал эту книгу в детстве, – пояснил главный спасатель. – Так что придётся ещё и книжки читать, чтобы стать спасателем.

Утром Илюша вышел во двор и услышал, как на соседнем участке кто-то что-то строит. В столь ранний час это мог быть только Сашка. Илюша пролез через половинку забора, хотя между участками установили калитку, которая никогда не запиралась. Но мальчишки всё ещё предпочитали лазать через заборную щель, как и Муська с Бубликом. Бублик подружился с Муськой, а та за ним приглядывала, чтобы пёс больше никуда не убегал.

– Ты чего шумишь с утра? – спросил у друга Илюша.

– Не знаю. Бабушка говорит, что мне не хватает активных действий, а мама считает, что я мало читаю и вообще забросил английский. Вот я и решил уйти из дома.

– Куда? – уточнил Илюша, настроение которого было тоже так себе. У младшей сестрёнки Василисы резались зубки, она почти всю ночь не спала. Да и весь дом не спал, кроме Муськи, которая могла спать при любом шуме, в любом месте. Об этом Илюша сообщил Сашке.

– Тогда давай вместе обустраиваться, – предложил Сашка, показав на нечто сложенное около забора.

– Это что? – не понял Илюша.

– Как что? Палатка! Настоящая! Дедушка выдал! Он с ней ещё в молодости в походы ходил. Надо только установить. Тут колышки есть, надо вбить в землю, а потом натянуть на них палатку.

Сашка продолжал рассказывать, показывая на спальные мешки, в которых даже ночью не холодно, котелок, перочинный нож – настоящий, между прочим. А также набор походной посуды, термос, алюминиевые тарелки. Илюша был в полном восторге.

– Надо вбить колышки, – Сашка замахнулся молотком, но промазал. Попал с третьего раза.

– А на каком расстоянии, – уточнил Илюша. – Ты знаешь размер палатки? Надо же рассчитать размеры.

– Ой, ну ты как всегда со своим научным подходом! Давай вобьём, натянем и сразу всё поймём, – отмахнулся от предложения Сашка.

– А потом эти колышки придётся вытаскивать и вбивать по новой. Ты хотя бы знаешь приблизительно размер палатки? Я могу рассчитать расстояние между колышками. Их ведь четыре, правильно? Значит, нужно учитывать и длину, и ширину. Ты можешь у дедушки спросить?

– О-о-о, зачем я только тебя позвал! – застонал Сашка, который предпочитал не тщательную подготовку, а сразу же активные действия.

Илюша не стал спорить, но всё же решил сделать расчёты хотя бы на глаз. Он знал, что его друг тяжело переживает неудачи, веря в быстрый и непременно успешный результат. Илюша бродил вокруг палатки, поднимая то один край, то другой, когда услышал за забором какие-то всхлипы. Он замер, прислушался. Всхлипы вроде бы прекратились. Но едва двинулся дальше, как опять услышал странные звуки. Это точно была не Муська, которая умела мяукать так, будто плачет. И точно не Бублик, который даже лаять разучился, – бабушка Нонна ему строго-настрого велела не гавкать, чтобы не будить лаем малышку Василису. Да Бублик и сам боялся лишний раз подать голос. Он Ваську полюбил всем сердцем, и, как только её выносили в соседний двор погулять, Бублик уже оказывался там – сторожить и защищать. Васька ему радовалась и обнимала. Илюша с Сашкой даже спорили, кто кого быстрее задушит в объятиях. Оба сходились во мнении, что Васька. Она умела обниматься так крепко, что дух захватывало. Никто так не умел: ни мамы, ни бабушки. Только эта малявка. Так утверждал с восторгом в голосе Сашка. Мол, Ваську можно в книгу рекордов заносить по самым крепким объятиям.

– Ты слышишь? – Сашка отвлёкся от колышка, который вбил так криво, что ни одна верёвка за него бы не зацепилась.

– Слышу, – признался Илюша. – Это точно за забором.

– Пойдём посмотрим. – Сашка бросил колышек, пнул палатку и побежал за ворота. Илюша пошёл следом. Вот как всегда – нет чтобы сначала подумать, обсудить предположения и варианты, а потом уже бежать за ворота, не зная, что там увидишь.

За воротами оказалась девочка. На вид – ровесница Сашки и Илюши.

Илюша, когда её увидел, замер, будто к земле прирос. Точнее, он увидел огромные голубые глаза и две косички. Больше ничего. Сашка же немедленно развил бурную деятельность.

– Ты чего? Ты откуда? Почему плачешь? Тебя как зовут? Меня Сашка, а это Илюша – мой друг, мы соседи. А ты где живёшь? В нашей деревне? Мы тебя ни разу не видели! Ты откуда приехала?

Сашка тараторил, как заводной, не давая девочке ответить ни на один вопрос. Илюша же молчал, будто язык проглотил. Девочка тоже молчала, поглядывая то на Сашку, то на Илюшу.

– Ты чего плачешь-то? Случилось что? – всё ещё спрашивал Сашка.

Илья молча показал на велосипед девочки со спущенным колесом и на её разбитую коленку. Наверное, она упала, когда спустило колесо.

– О, я понял, пойдём, мы тебе поможем! У меня есть отличный насос! Сейчас быстро твоё колесо накачаем! – сообщил радостно Сашка. Про палатку он, кажется, уже и забыл, найдя себе новое важное дело.

– Надо коленку перекисью з-залить, а то инфекция будет. И пластырем з-залепить, – тихо, заикаясь, сказал Илюша.

– Ой, ну там просто царапина! Какая инфекция? Вечно ты всё преувеличиваешь! – отмахнулся Сашка.

– Мне больно, – тихо сказала девочка.

– Конечно, больно. Но я подую, и больно не будет, – тихо заметил Илюша. – Пойдём, у нас есть аптечка.

Он протянул девочке руку и она, опёршись, встала. Илюша повёл её на свой участок, придерживая под руку.

– Тогда я забираю велик! Быстро его починю! Глазом не успеете моргнуть! – воскликнул Сашка немного обиженно. Но подхватил велосипед и потащил в сарай. Конечно, он знал, что если шина проткнута, то качай не качай – толку не будет. Поэтому понёсся в дом, вызывая на экстренную помощь дедушку. Фёдор Николаевич мог и старую шину так заклеить, что лучше новой держалась.

Илюша в это время вёл девочку в дом. Он надеялся на маму, которой было всё равно, кого лечить, спасать, кормить, холить и лелеять, – лишь бы все дети на планете были здоровы. Мама Илюши, тётя Наташа, только с виду была мягкой, покладистой и нерешительной, в отличие от мамы Сашки, которая всегда знала ответы на все вопросы. Но когда речь шла о важном, тётя Наташа превращалась в мозговой центр, искусственный интеллект, мегамозг и детскую больницу в одном лице. Она становилась собранной и решительной. И лучше было не оказываться на её пути, если речь шла о здоровье и благополучии ребёнка.

– Мааам, – позвал Илюша.

– О господи, кто это у нас? – тётя Наташа только для виду ахнула, а сама уже была вооружена аптечкой, бинтами и пластырями разных размеров.

– Она плакала за забором, – объяснил Илюша.

– Очень невежливо говорить в присутствии человека в третьем лице, – одёрнула его мама, – как тебя зовут, детка?

– Даша, – ответила девчушка.

– Ты где живёшь? – спросила мама, явно заговаривая зубы. Она уже обрабатывала раны перекисью и дула на коленку. Илюша тоже стал дуть.

– У речки. Мы сняли на лето дом с зелёной крышей, – объяснила Даша.

– О, там замечательный вид на реку! – восторженно подтвердила мама Илюши. – А меня зовут тётя Наташа. Вон та малышка в колыбельке – Василиса, мы зовём её Васькой. С Илюшей ты уже познакомилась. С Сашкой, думаю, тоже. А это наша кошка.

Муська в тот момент проснулась и соизволила подойти посмотреть, что происходит.

– Очень приятно, – вежливо ответила девочка.

– Она, то есть Даша, упала с велосипеда, – объяснил Илюша.

– Это я уже и так поняла, – улыбнулась тётя Наташа, приклеивая на коленку Даши пластырь. – Если хочешь, можешь подойти познакомиться с Васькой.

Даша встала и подошла к колыбельке. Муська уже туда запрыгнула и устроилась рядом с подушкой. Васька улыбалась.

– Всю ночь не давала мне спать, а теперь улыбается, – ахнула тётя Наташа. – У неё зубки режутся.

– Она очень милая. И кошка тоже. Как её зовут? – спросила Даша.

– Муська, – ответила тётя Наташа. – Да, знаю, Муська и Васька. Смешно. Я иногда забываю, как меня зовут. Так, есть хочешь? Ты завтракала? Или уже обед? Прости, у Васьки пять завтраков и четыре обеда, вот я и путаюсь. Муська тоже скоро в шарик превратится, ест вместе с Васькой. Пойдёмте на кухню, накормлю вас.

Илюша кивнул, давая понять, что возражения не принимаются. Едва они сели за стол, как на пороге появился радостный и взбудораженный Сашка.

– Всё, починил! Там дыра была в шине! Вот такая огроменная! Пришлось заклеивать! Но менять не надо! Будешь ездить, как на новеньком! Ух! Там ещё руль был кривой, мы его поправили!

– Мы? – уточнила Даша.

– Ага, дед помог! – радостно отрапортовал Сашка.

– Передавай мои благодарности своему дедушке, – сказала Даша. Тётя Наташа чуть у плиты в обморок не грохнулась и едва сдержалась, чтобы не расхохотаться. Сашка хотел все заслуги по починке велосипеда себе приписать, но проболтался, а эта девчушка сразу всё поняла. Умная девочка.

– Я тоже, между прочим, кучу всего сделал. Знаешь, сколько я привинтил! У меня рука уже отваливается! – обиделся Сашка.

– Спасибо вам большое. Обоим. Я очень рада знакомству. Надеюсь, ещё увидимся, – ответила Даша.

– Какая вежливая девочка. И очень мудрая. Сразу поняла, кто за что отвечает. Прекрасное делегирование полномочий, – восхищённо заметила тётя Наташа.

– Мам, я вообще не понял, о чём ты сейчас говоришь, – признался Илюша.

– Вырастешь – поймёшь, – заметила тётя Наташа.

– Мам, придумай какое-нибудь другое объяснение. Это устарело ещё в прошлом веке. Даже бабушка Нонна уже так не говорит, – обиделся Илюша.

На следующий день мальчишки опять пытались поставить палатку, но дело не спорилось. Они почти не разговаривали. Илюша всё время вспоминал Дашу и надеялся, что она снова к ним заглянет. Кажется, Сашка, уже дважды переставлявший палатку и дважды вырвавший колышки, тоже думал о Даше, а не о палатке.

– Нам надо поговорить, – наконец заявил он.

Илюша кивнул. Ему нравилось это качество в друге. Сашка не умел молчать о проблеме, сразу выкладывал всё как на духу. А Илюше не хватало на это смелости, поэтому он предпочитал отмалчиваться.

– Мне нравится Даша, – заявил Сашка.

– Мне она тоже нравится, – ответил Илюша.

– Мне больше.

– Как ты можешь измерить «нравится» – в граммах, килограммах, метрах, сантиметрах? – пожал плечами Илюша.

– Опять ты со своей наукой! – возмутился Сашка. – Нравится, и всё тут! Я вообще уснуть не мог, о ней думал.

– Я тоже, – признался Илюша. Он и вправду всю ночь вспоминал разбитую коленку Даши и как она старалась не ойкать, когда тётя Наташа мазала её зелёнкой. И как смотрела на него, Илью, когда он дул на её коленку.

– В общем, мы друзья и не должны друг другу мешать. Мы должны решить, чья она… в общем… – заявил Сашка.

– Дама сердца, – продолжил Илюша.

– Что? – не понял Сашка.

– Чья она дама сердца. Так было у рыцарей. У них были дамы сердца, о которых они беспокоились и которых защищали.

– Дама сердца, Даша сердца, мне нравится. Давай бороться! – объявил Сашка, ничуть не сомневаясь в своей победе. – На чём там рыцари сражались? На шпагах? Или на мечах? – Сашка подхватил палку и начал ею размахивать.

– Иногда они сражались и интеллектом, – заметил Илья.

– Ой, не выдумывай! Что, они таблицу умножения на девять рассказывали или задачки решали? – рассмеялся Сашка, продолжая орудовать палкой, как шпагой.

– Они загадки разгадывали. На логику, как правило, – заметил Илюша.

– Так, я выбираю шпагу! Защищайся, рыцарь! – воскликнул Сашка и бросил Илюше ещё одну палку. Некоторое время они бились на «шпагах», без особого успеха с обеих сторон.

И тут вдруг хлынул дождь.

– Надо убрать палатку, помогай! Иначе потом не просушим! – закричал Сашка.

Они кое-как собрали палатку, спальные мешки и отволокли в сарай. Дождь продолжал лить как из ведра. И не прекращался всю ночь. Связь не работала. Даже Бублик, выходя во двор, быстро забегал назад, сделав свои дела. На участке воды было уже по щиколотку. Когда связь появилась, родители объяснили, что в районе началось настоящее наводнение, река вышла из берегов и затопила все прибрежные участки и даже некоторые дома. Дождь обещал лить ещё несколько дней. Жителям домов, стоявших в опасной близости к реке, рекомендовали эвакуироваться.

– Мам, там Даша живёт, – воскликнул Илюша, услышав новости. – Она ведь говорила, что они сняли дом с зелёной крышей. А он как раз на самом берегу стоит. Их затопило, да? Может, им нужна помощь?

– Мы должны организовать спасательную операцию, – сказал в это самое время дедушка Сашки, Фёдор Николаевич. – Надо обойти все дома, которые стоят на берегу, и убедиться, что там нет пострадавших.

Бабушка Нонна закатила глаза. Считалось, что Сашка пошёл в деда, – ему бы активные действия, спасательные операции, лишь бы не сидеть спокойно на месте. Сашка уже паковал вещмешок, как велел ему дед.

– Кто хотел уехать, уже уехал, – заметила рассудительно бабушка Нонна. – Хотите приключений на одно место, тогда в путь.

– Там может быть Даша! – воскликнул Сашка.

– Даша? Это кто? – подняла одну бровь бабушка Нонна. Она блестяще владела этим навыком – поднимать одну бровь в тех случаях, когда ей было любопытно, тревожно, беспокойно и так далее. Когда она была возмущена, разочарована, бровь жила своей жизнью без контроля бабушки Нонны. Все домашние специально следили за правой бровью, чтобы узнать настроение бабушки.

– Девочка с велосипедом, соседка. Они сняли дом с зелёной крышей на берегу реки, – объяснил Сашка.

– Ох ты ж боже мой! Надо их проверить. Только сапоги резиновые наденьте. Без них не выйдете. И вот, еду возьмите, воду, чай в термосе. Вдруг они там давно сидят? Аптечку прихватите!

– Бабуля, мы же опытные походники! – гордо заявил Сашка.

– Можно я с вами пойду? – на пороге появился Илюша в дождевике и с рюкзаком за спиной.

– И я, – за спиной мальчика, отряхиваясь от дождя, стоял его папа, дядя Андрей.

– Зонтики, зонтики не взяли! – кричала с соседнего участка тётя Наташа.

– Мы же в дождевиках! – крикнул в ответ дядя Андрей.

– Мама всё время всем зонты выдаёт, – объяснил Илюша. – Будто без них мы точно пропадём, заболеем и промокнем. Это у неё нервное. Васька опять не спит, грозы боится и хнычет.

– Некоторые защитники тоже под диван залезли и вылезать не собираются, – громко объявил Сашка, обращаясь к дивану.

– Все собаки грозы боятся и громких звуков, – Илюша встал на защиту Бублика, который забился под диван и не собирался участвовать в спасательной операции.

– Надо было сенбернара заводить, они людей из воды спасают! – с укоризной в голосе заметил Сашка. Он явно пытался достучаться до совести пса и воззвать к его благородному собачьему сердцу.

– Вообще-то в Альпах и из-под снега, – заметил Илюша.

– Что? – не понял Сашка.

– Сенбернары. Они в горах людей из-под снега спасают, – объяснил Илюша.

– А есть что-то, чего ты не знаешь?! – возмутился Сашка.

– Так, нам пора, двигаемся вместе, не разделяемся, – с террасы раздался голос Фёдора Николаевича. – Обходим дома, осматриваем, слушаем внимательно. Вот, два свистка нашёл. Если что-то увидите, в случае опасности свистите, – дедушка выдал свисток дяде Андрею, второй оставил себе.

– Так нечестно, – обиделся Сашка, но с дедушкой спорить не стал.

Спустя два часа мужчины вернулись домой. Расстроенные. Экстренная помощь никому не понадобилась. Да и вода не так уж и близко подошла к домам, как сообщали в новостях.

Когда они мокрые с головы до ног появились на пороге, бабушка Нонна замахала на них руками:

– В прихожей всё снимайте! Нечего сюда грязь тащить! И, кстати, у нас гости!

Первым Дашу увидел Илюша и забыл, что собирался снять второй сапог. Так и стоял, застыв, в одном сапоге. Рядом прыгал Сашка – он, как всегда, пытался снять сразу два сапога, чтобы не мучиться сначала с одним, потом с другим. Уже два раза грохнулся, но не оставлял попыток стянуть оба сапога сразу. В очередной раз он упал на Илюшу, свалив и его.

– Чего ты под ногами крутишься! – возмутился Сашка, наконец сбивая с ног сапоги.

Илюша показал головой в полуоткрытую дверь.

– Ой, – ахнул Сашка и начал судорожно приглаживать волосы.

Илюша же продолжал лежать на полу в одном сапоге.

На кухне сидела Даша, держа на руках Муську. Кошка, обычно не терпящая нежностей от посторонних, спокойно сидела на коленях девочки и мурчала, как трактор. На кухне сидела тётя Вера и ещё одна женщина, видимо мама Даши.

– Добрый день, – галантно первым зашёл в дом Фёдор Николаевич.

Следом засеменили мальчишки. Папа Илюши, очень трепетно относившийся к порядку, задержался в прихожей, развешивая мокрые дождевики и аккуратно расставляя сапоги.

Мальчишки молча ели, слушая, как мама Даши, тётя Надя, рассказывала. Они решили временно вернуться в город, раз уж такой ливень, собрали вещи, сели в машину, проехали почти до конца деревни и вдруг Даша закричала. Она увидела, как на улице под навесом старой автобусной остановки сидит бедная мокрая кошка. И эту кошку она точно знает. Муська, она живёт у соседей. Как она только оказалась на улице в такой ливень?

– Я едва успела затормозить! – рассказывала тётя Надя. – А Даша уже выскочила из машины и схватила кошку. Я спрашивала, точно ли это та самая кошка, но Даша была уверена – таких красивых больше ни у кого нет. Она помнила, где вы живёте, вот мы и решили к вам заехать. Только у вас дома никого не было.

– Да, мы давно на два дома живём, – улыбнулась тётя Наташа. – Дашенька, спасибо тебе за нашу Муську. Она почти никогда не убегает, но случается. Не знаю, с чего её вдруг понесло на улицу в дождь. Даже Бублик из дома не выходит, под диваном сидит.

– Собаки боятся грозы, не надо его винить, – заметила Даша.

И Бублик, будто почувствовав поддержку, вылез из-под дивана, подошёл к Даше и улёгся ей в ноги.

– Животные всё чувствуют. У тебя очень доброе сердце, – чуть не расплакалась от умиления бабушка Нонна.

Мальчишки, впрочем, как и дядя Андрей, и Фёдор Николаевич, предпочитали молчать о своих подвигах.

Когда женщины договорились дружить, ходить друг к другу в гости и наконец настало время расходиться по домам, Сашка первым подошёл к Илюше. За что тот опять был благодарен другу. Сашка всегда делал первый шаг к примирению, не умел таить обиду или скрывать недовольство. Возникающие проблемы он тоже предпочитал решать немедленно.

– Она будет нашей общей Дашей, то есть Дамой сердца. Уговор? Мы оба будем её оберегать и защищать. – Сашка протянул руку.

– Идёт, – радостно согласился Илюша.

– Надо поплевать или руку порезать, чтобы кровью скрепить уговор? Как там твои рыцари делали? – уточнил серьёзно Сашка.

– Рукопожатия и честного слова рыцаря достаточно, – ответил Илюша.

– Лежать, нет, не сидеть! Я сказал – лежать! Нет, нельзя! Лежать! – услышал Илюша, когда утром вышел во двор.

– Ты что там делаешь? – крикнул он Сашке.

– Бублика дрессирую. Чтобы он больше никуда не убегал и слушался.

– И как?

– Никак. Вообще ничего не понимает! – признался Сашка.

Илюша пролез через доску забора.

– А ты ему даёшь вкусности за выполнение команды? – уточнил он.

– Да он уже весь пакет слопал, но всё равно не слушается. Вот, смотри. Сидеть, Бублик, сидеть! Нет, не лежать! Сидеть!

Бублик ложился, норовил уснуть, тыкался мордой в ладонь Сашки, в которой тот держал лакомство, но на команды вообще не реагировал.

– Дай лапу! – упорствовал Сашка. – Лапу!

Бублик не собирался давать лапу, он хотел валяться на земле и немного подремать.

– Кажется, ты перекормил его лакомством, – заметил Илюша. – Конечно, он сейчас уснет. Я бы тоже уснул, если бы столько слопал.

– А как мне его дрессировать? Он же пёс! Должен выполнять команды! – Сашка был расстроен.

Илюша не знал, чем помочь другу. Он ведь не был хозяином Бублика, да и с собаками дела не имел. Только с кошкой. Муська же не поддавалась никакой дрессировке – делала, что хотела, ходила, куда хотела, и спала, где хотела. Кстати, она уже лежала рядом, глядя на пса с жалостью и сожалением. Потом начала вылизывать заднюю лапу. Бублик, увидев Муську, гавкнул, Муська оторвалась на секунду, посмотрела на Бублика, как на назойливо жужжащую муху, и снова сосредоточилась на лапе.

– Вот какой он пёс, если даже кошка его не боится?! – расстроенно воскликнул Сашка.

– Муська вообще никого не боится, – попытался успокоить друга Илюша.

В этот момент к кормушке прилетели птицы. Папа Сашки установил на участке большую кормушку в форме домика. Туда часто слетались синицы и трясогузки. Бублик гавкнул на них, но те даже не отвлеклись от семечек.

– Вот! И птицы его не боятся! – Сашка от отчаяния чуть не плакал. – Мама говорит, что, если к нам заберутся воры, Бублик им дверь откроет.

Илья не знал, как успокоить друга. Но в принципе мама Сашки была права – Бублик был рад всем. Вилял хвостом и совершенно не собирался становиться защитником дома.

– Бублик не сторожевой пёс. Он очень добрый и нежный. Он как ребёнок, – Илюша пытался подобрать слова, чтобы Сашка не разрыдался от отчаяния. – О, точно! Я придумал! – закричал он.

– Что? Новый вид дрессировки? – Сашка всё ещё сомневался – начинать плакать или нет. Бублик в этот момент подошёл к Муське и свалился на неё всей тушей, весом килограммов пятнадцать, а потом облизал. Муська обалдела, конечно, попыталась выбраться, но смирилась. Кошка и пёс лежали, можно сказать обнявшись. Бублик громко храпел, уснув. Муська тоже уснула, терпя вывалившийся язык Бублика на своём ухе. Кошки, конечно, могут выскользнуть отовсюду, когда им захочется, но не когда на них лежит диван на ножках и храпит.

– Я придумал! – скакал от радости Илюша.

– Говори уже, – попросил Сашка.

– Мы будем дрессировать Бублика и Ваську вместе! – объявил Илюша.

– Зачем Ваське уметь давать лапу? – не понял Сашка.

– Ей надо научиться ползать! А то она, как в деревню приехала, разучилась. Мама переживает. Говорит, что должна ползать, а не хочет. Лежит на коврике и норовит уснуть. А дома уже ползала. Её все врачи хвалили, – начал объяснять Илюша.

– Не понимаю. Как Бублик поможет Ваське? – уточнил Сашка.

– Бублик отлично ползает. Ну, или ходит, у него такие лапы, что непонятно. А Васька даёт лапу, тьфу, руку, если показать ей погремушку. Если они будут дрессироваться вместе, Васька начнёт ползать, как Бублик, а Бублик научится давать лапу, чтобы взять погремушку, – объяснил свой план Илюша.

– Ну не знаю, – скептически заметил Сашка.

– Васюшенька, ну давай смотри, здесь твой зайчик, переворачивайся. Давай. Посмотри, тебя зайчик ждёт, – раздался из-за забора голос мамы Илюши. – Андрюша, может, всё-таки врача вызвать? Она даже переворачиваться не хочет!

– Вот, слышишь? Сейчас мама заведёт папу, они вызовут врача и будут мучить Ваську всякими анализами. Мама стала такая тревожная и рассеянная, что иногда забывает о моём существовании. Я тут пришёл к ней вечером, не мог уснуть, а она мне колыбельную начала петь. И в одеяло завернула, как будто я Васька. Забыла, что я уже взрослый.

– Ладно, давай попробуем, терять нам нечего, – согласился Сашка.

На следующее утро мама Илюши, как обычно, вынесла здоровенное одеяло и положила под старую яблоню. Потом вынесла Ваську «гулять».

– Мам, иди, я присмотрю, – бодро заявил Илюша.

– Спасибо тебе, – мама поцеловала Илюшу, – мне ещё суп надо сварить и Ваське пюре перекрутить. Я быстро.

Илюша, дождавшись, когда мама скроется в доме, свистнул условным свистом – они прошлым летом учились с Сашкой свистеть так, чтобы никто не догадался. У Сашки получалось лучше. У Илюши не очень. Как и сейчас. Наконец устав плеваться слюнями, вместо свиста он просто подошёл к забору и прошептал как можно громче: «Сааашкааа, всё гоотоооовооо».

Сашка не откликнулся, зато в ту калитку, которую соорудили Фёдор Николаевич для мальчишек и животных, просунулась голова Бублика. И уже через секунду он лежал на одеяле рядом с Васькой. Девочка обняла собаку. Бублик положил на Ваську попу. Илюша еле успел вытащить сестрёнку из-под попы Бублика, иначе бы он её раздавил. Они обнялись и уснули. Бублик храпел, но Ваське это совершенно не мешало. Из дома вышла Муська, делая вид, что ей совершенно всё равно и у неё свои неотложные дела. Но она дошла до одеяла под яблоней, пристроилась к Ваське с другого бока и тоже уснула.

Илюша смотрел на этот детский зоопарк и не знал, как всех собрать на дрессировку-тренировку. Вдруг рядом появился запыхавшийся Сашка.

– Ну что? Как тут? – спросил он.

– Вот как-то так, – Илюша показал на троицу, сладко спавшую в тени дерева.

– Может, их разбудить? – предложил Сашка.

– Я бы не рискнул. Васька не любит, когда её будят. Очень неприятная девочка становится. Куксится и плачет, – ответил Илюша.

– Тогда давай разбудим Бублика и Муську, – предложил Сашка.

– Давай. Ты буди Бублика, а я Муську.

Бублик просто перевернулся на другой бок, снова едва не задавив попой Ваську. А Муська даже не сочла нужным пошевелиться.

– Ну, смотри, он же охраняет Ваську, – Илюша пытался найти что-то хорошее в ситуации.

– Ага, как и Муська. Этот развалился, чуть Ваську не раздавил своей защитой, а Муська рядом легла и лапу на спине Васьки держит. Вот это настоящий защитник, я понимаю, – ответил Сашка.

– Значит, они умеют защищать Ваську. Очень полезный навык, – объявил Илюша.

– Ладно, время ещё есть. Пусть поспят, устроим им тренировку перед обедом, – предложил Сашка.

Мальчишки крутили морские узлы. Сашка сбегал домой и принёс верёвки, а заодно справочник с фотографиями, как скручивать разные виды узлов. Попутно учили названия, которые просто завораживали. Сашка пытался выучить питонов узел – верёвка обвивалась, как змея. А Илье понравился устричный.

– Устал, всё, – Сашка, не сумев сделать питонов, скрутил простой узел и справился с «восьмёркой». Илюша так и бился над устричным.

Наконец Васька заворочалась. Бублик тоже проснулся. Муська недовольно потянулась.

– Давай сейчас их потренируем, пока они есть не захотели, – предложил Сашка.

Мальчишки кинулись к питомцам. Но тренировку сломала мама, прибежавшая из дома.

– Васюшенька, пора есть, – она стала кормить дочь пюре. Бублик смотрел так, будто голодал два года. Пришлось и ему скормить лакомство. Муська тоже сделала такой вид, будто не ела лет десять. Мама разрешила кошке доесть пюре, а Бублик согласился поделиться вкусняшками.

– Теперь они опять уснут, – предположил Илюша. – Какая тренировка на полный желудок?

Но Бублик спать не собирался, а побежал за бабочкой. Пытался её поймать, но не мог подпрыгнуть на своих коротких лапках. Муська смотрела на него с жалостью, вылизывая бок. Зато Васька вдруг перевернулась на живот и поползла за Бубликом. Или за бабочкой. Что было совершенно не важно. Бублик устал прыгать и бегать и тоже начал ползать по-пластунски. Васька очень проворно доползла до пса и плюхнулась на него всем телом. Бублик был только рад прилечь и передохнуть.

– Да, плохие из нас тренировщики, – заметил Сашка.

– Тренеры, – поправил Илюша.

– Какая разница, всё равно плохие.

Но тут из дома снова выбежала мама и побежала к лежащим на земле Бублику и Ваське.

– Вы ж мои золотые, вы ж мои хорошие! Бубличек, что хочешь? Косточку? Мясо? Хочешь арбузик? Васенька, ты моя умница! Сейчас тебе клубничку дам! И печенье! Держи, моя золотая! Бублик, и ты хочешь печенье? На, ешь!

Бублик с Васькой наперегонки лопали детское печенье. Муська оторвалась от вылизывания лапы и смотрела с завистью.

– Мусенька, и ты помогала! Вот, творожок будешь? Конечно, будешь! – мама ткнула морду опешившей Муськи в баночку с детским творожком. Муська если и была против тыканья, сразу об этом забыла и принялась есть творожок, который очень любила. Именно детский.

– И что сейчас происходит? – спросил Сашка.

– Понятия не имею, – ответил Илюша. – Но мы вроде как не заслужили лакомства.

– Но нас хотя бы не отругали, – заметил Сашка.

– Да, точно, уже плюс, – согласился Илюша.

Во дворе собрались все домочадцы с обоих участков, которым тётя Наташа рассказывала, какая умная у неё растёт дочь и какие замечательные Бублик и Муська. Научили ребёнка ползать. А она уже собиралась вызывать врача. Васька дома переворачивалась на животик, пыталась ползти, а тут будто всё забыла. А Бублик её снова научил ползать. И Муська помогала, оберегала.

– Вообще-то это была наша идея, – тихо заметил Илюша.

– Ага, а все лавры достаются другим, – ответил Сашка. – Интересно, так всегда в жизни бывает?

– Думаю, да. Несправедливо, – сказал Илюша.

– Подожди, сейчас Бублик накакает под розы твоей мамы или под куст пионов и снова станет несносным псом, – хмыкнул Сашка.

– А Муська съест мамину траву на грядке или уронит вазу, – поддержал тему Илюша.

– А если они этого не сделают? – уточнил Сашка.

– Не переживай. Сделают, – заверил Илюша.

Так и вышло. Бублик, не сдержавшись, оставил сюрприз под любимым кустом пионов тёти Наташи, в который та умудрилась наступить, а Муська всё же свалила со стола вазу. Бублик был отправлен на свой участок, Муське запретили заходить в гостиную.

Васька на следующий день опять лежала на спине, разглядывая яблоню, и не собиралась ни переворачиваться, ни ползать. Мама пыталась переставлять ей ножки, вроде как учить. Но Васька ползать не хотела. Ей без Бублика было неинтересно. Муська тоже не выходила во двор, потому что ей без Бублика тоже там делать было нечего.

Илья пролез через дыру в заборе и пришёл к Сашке. Тот сидел в сарае дедушки и крутил морские узлы.

– Родители – очень глупые люди, – сказал Илюша.

Сашка кивнул, выдавая другу верёвки и выкладывая схемы на середину стола.

Вот тут вообще никто не был виноват. Просто так сложились обстоятельства. Всё началось с Бублика. Он забыл, что для него построен специальный лаз на участок, вроде как ход для собаки. И что можно ткнуть мордой калитку, едва не сорвав её с петель, тоже забыл. Бублик решил пролезть между досками забора. Деревянного. Где щели, конечно, были, но не такие, чтобы вместить попу Бублика.

Илюша говорил, что во всём виновата Муська – она подала плохой пример псу. Кошка могла протиснуться между любыми досками, а Бублик так не умел и, конечно же, застрял. Но не скулил, не жаловался, а страдал молча.

Сашка обнаружил его в заборе, когда не смог дозваться. Думал, что Бублик опять сбежал в лес. Но пёс застрял в заборе плотно, прямо посередине между желудком и попой.

Сашка перелез через забор и попытался вытащить пса с другой стороны. Но ничего не получалось. Илюша увидел его из окна дома и тут же кинулся на помощь.

– Вот, застрял, – сообщил ему Сашка.

– Давай ты будешь его толкать сзади, а я тянуть за передние лапы.

Мальчишки действовали на «раз-два-три», но Бублик так и остался между досками забора.

– Может, он, как Винни-Пух, полежит и похудеет? – Илюша не знал, что ещё предложить.

– Нет, он не жирный, а мышечный, – обиделся за пса Сашка. – Я тоже мышечный, а бабушка говорит, что мне надо перестать на хлеб налегать, иначе я превращусь в Бублика. А дедушка говорит, что я в его породу – крепко сбитый. Зато у меня вон какие бицепсы, – Сашка согнул руку.

Илюша кивнул. Да, бицепсы что надо.

– Думаю, надо Бублика маслом полить. Когда мама не могла снять с пальца кольцо, она полила палец растительным маслом, – поделился соображением Илюша.

– Давай. Тащи масло. А я принесу средство для мытья посуды. Мама говорит, что если не знаешь, как исправить то, что испортил, бери средство для посуды, – заявил Сашка.

Через десять минут Бублик был полит средством для посуды, а сверху подсолнечным маслом, потом снова средством и снова маслом. Он стал липким и противным, но через деревянный забор так пролезть и не смог. Бублик устал от поливания и тягания за разные лапы, так что уснул прямо там – в заборе. Мальчишки тоже устали. Сидели, не зная, что ещё можно предпринять.

– Смотри, Бублик не пролезает лапой, он не может её поджать. Надо протянуть руку и сложить ему лапу. – Илюша смотрел на пса, как экспериментатор на приборы.

– Я видел в фильмах, что руку ломают специально, чтобы вырваться из наручников, – ужасным шёпотом признался Сашка.

– Нет, мы не будем ломать Бублику лапу, – заявил Илюша. – Давай ты польёшь свою руку, залезешь в забор и попробуешь повернуть Бублику лапу, – Илюша потянулся к бутылке с маслом.

– Может, ты? Бублик уже на твоём участке телом, а на моём только попой. Тебе будет проще его вытащить, – испуганно заявил Сашка.

– Но Бублик твой пёс, ты его хозяин, тебе его и спасать, – твёрдо сказал Илюша.

– Хорошо, лей, только побольше, – согласился Сашка и закрыл глаза.

Илюша полил на руку друга масло и средство для мытья посуды. Сашка засунул руку между досками забора. Спящий Бублик слегка повернулся и захрапел. Сашке даже стало обидно.

– Давай, тяни его! – велел Илюша.

Сашка потянул лапу Бублика к забору, но понял, что застрял сам.

– Всё, больше не могу. У меня сейчас рука оторвётся! – крикнул он Илюше.

– Ладно, давай я со своей стороны попробую. Вдвоём мы его вытолкаем.

Илюша полил свою руку маслом и жидкостью и вставил руку между доской и Бубликом. Подвинуть Бублика не получилось. Илюша тоже застрял.

Они сидели и не знали, что делать. Припекало.

– Я пить хочу, – признался Илюша.

– Я тоже, – ответил Сашка.

– Может, позовём на помощь? – предложил Илюша.

– Ага, давно нас не наказывали? – хмыкнул Сашка.

– Нам точно прилетит, – согласился Илюша.

Бублик вдруг проснулся и бодро выскочил из забора. Побежал и наделал дел прямо под кустом пионов.

– Давай, если он смог выбраться, у нас тоже получится! – закричал Илюша.

Но они так и остались сидеть, зажатые досками забора. Мимо гордо прошла Муська, умеющая пролезать в любые щели.

– Ну что, зовём родителей? У меня уже пальцы на руке посинели! – заявил Сашка.

– Давай. У меня тоже, – согласился Илюша.

Мальчишки закричали, зовя на помощь.

Помощь пришла быстро в лице обеих мам. Мама Илюши, тётя Наташа, удивлялась, куда подевалась бутылка с растительным маслом – была ещё почти полной, а теперь ей обед не на чем готовить. А мама Сашки, тётя Вера, говорила, что испарилась почти полная бутылка с моющим средством и теперь она не знает, чем мыть посуду.

Мамы тоже пользовались и официальной калиткой, и забором, через который можно было быстрее передать то, что нужно, – от яиц до зелёнки. Поскольку и масло, и средство для мытья требовались срочно, мамы столкнулись около забора, где и увидели своих сыновей. Обе думали, что один сидит в сарае и крутит морские узлы, а другой приглядывает за младшей сестрой.

– Вы как здесь? – ахнула тётя Наташа.

– Вы почему здесь? – охнула тётя Вера.

– Мы застряли, – ответили хором мальчишки. – Но это Бублик виноват. Точнее, Муська. Она первая пролезла, а потом Бублик решил. Но он застрял. Мы его сначала маслом полили, а потом жидкостью для мытья посуды. Но он всё равно не пролезал. А потом уснул, проснулся и вылез.

– Так, давайте сюда масло и жидкость, – тётя Наташа решила действовать.

– Может, просто снять эти доски? – тётя Вера показала на забор. – Какая разница? Всё равно все туда-сюда бегают.

– Забор сломать мы всегда успеем. Фёдор Николаевич расстроится, он ведь каждую половинку к половинке подгонял, – напомнила тётя Наташа.

– Да, он точно расстроится. Давайте постараемся вас вытащить, – согласилась тётя Вера.

Через десять минут в заборе застряли обе мамы. Сидели и не знали, что делать.

– Надо позвонить, – сказала тётя Наташа. – Но у меня телефон в кармане, я не дотянусь.

– А я вообще без телефона, – заметила тётя Вера.

– Так, Илюша, ты можешь дотянуться до моего кармана и вытащить телефон? – спросила тётя Наташа.

– Не-а.

– И я не могу, если что. У меня рука вообще ничего не чувствует, кажется, отсохла, – признался Сашка.

– Кажется, у меня тоже начинает отсыхать, – заметила тётя Вера.

– Нам нужен план. Если я сейчас повернусь, вот так, Илюш, ты сможешь дотянуться, если тоже повернёшься. Потом подтолкнёшь телефон к Саше, и он позвонит.

– А кому звонить? – уточнил Сашка.

– Лучше дедушке. Точно не папе. Он нам не поможет. Только начнёт кричать и нервничать. Пока объяснишь, как мы здесь все оказались, у нас у всех руки отсохнут, – заявила тётя Наташа.

– Лучше бабушке, – предложил Сашка.

– Да, точно, звоним бабушке. Она может молча весь забор сломать. А потом уже выяснять, как и что приключилось, – согласилась радостно тётя Наташа.

– Нет, не надо звонить моей маме! – воскликнула тётя Вера. – Я её боюсь. Она меня потом так ругать будет, что лучше я ещё в заборе посижу.

– Да, мама боится бабушки, это правда, – подтвердил Сашка.

– Хорошо, нашему папе звонить нельзя, потому что он слишком нервный, дедушке звонить нельзя, потому что ему этот забор, как родной, а бабушку мы боимся. Какие ещё варианты? – уточнила тётя Наташа.

– Помогите!!! Спасите!!! Мы здесь!!! – закричала тётя Вера.

Мальчишки сначала онемели, но тоже заорали. Бублик начал лаять, будто он великий защитник. Только Муська на секунду оторвалась от вылизывания лапы и вновь вернулась к гигиеническим процедурам, будто она вообще ни при чём.

На крик, конечно, сбежались все. И каждый спрашивал: «Как вы здесь вообще оказались?»

Тёте Вере, тёте Наташе и мальчишкам уже надоело рассказывать всю историю с самого начала, хотя они и пытались.

– Так, вытащите нас немедленно! – прикрикнула тётя Наташа.

Фёдор Николаевич, которому забор был как родной, тяжело вздохнув, ушёл за инструментами в сарай. Он собирался аккуратно отцепить доски. Папа Илюши, дядя Андрей, предлагал ещё раз полить жидкостью для мытья посуды или маслом. Он ходил кругами и сам с собой обсуждал, кого лучше вытаскивать сначала – детей или жён.

Тётя Наташа пообещала что-нибудь сделать с мужем при первой возможности, если он немедленно не предпримет хоть какие-то действия. Дядя Андрей с появившимся из сарая Фёдором Николаевичем отошли на безопасное расстояние и продолжили обсуждение, кого нужно спасать первыми – детей или женщин.

Всё закончилось, как и предполагали мальчишки. Бабушка Нонна вышла из дома, оценила обстановку, молча куда-то ушла, потом вернулась с топором и хрястнула по забору. Тот тут же рассыпался в нужных местах, решив не спорить с бабушкой.

– Спасибо большое! Вы нас спасли! – воскликнула тётя Наташа.

– Не за что, – ответила бабушка Нонна и снова замахнулась топором.

От удара весь забор, который, как все помнили, был дедушке как родной, посыпался, словно костяшки домино. Сложился виртуозно, одна на одну досочку.

После этого бабушка, всё ещё крепко держа топор на плече, пошла домой. Остальные благоразумно молчали, включая дедушку, который смотрел на свой набор инструментов для правильного демонтажа забора. Но разбирать уже оказалось нечего.

– У тебя крутая бабушка, – заметил Илюша.

– Ага, – ответил Сашка. – Я всё уберу.

– А я помогу, – тут же подключилась Сашкина мама.

– Да мы просто боимся возвращаться домой. Там бабушка с топором, – хмыкнул Сашка.

– Крууууть, – заметил восторженно Илюша.

– Вечером нужно полить огород, – объявила бабушка Нонна.

– Я могу сейчас, – тут же подскочил Сашка.

– Нет, сейчас жарко, нельзя, – ответила бабушка. – Вот солнце сядет, тогда и польёшь.

Сашке было скучно. Родители решили, что мальчишки должны хотя бы немного времени посвящать не только играм, но и учёбе. Поэтому оба были приговорены к заданному на лето чтению. Илья уж точно не страдал, он любил читать, думал Сашка, а его самого тут же клонило в сон. И кто вообще придумал этот список для чтения? Он же огроменный! Невозможно столько книг прочитать за три месяца, если ты не робот какой-то. Сашка хотел взять на дачу колонку Алису, которая умела пересказывать краткое содержание произведений, но мама категорически запретила. Сказала, что с этим искусственным интеллектом Сашка вообще буквы забудет. А тут бабушка предлагает что-то стоящее, но только вечером. Сашка позвонил Илье. Хорошо хоть мама телефон не забрала.

– Привет, читаешь? – спросил Сашка.

– Угу, – ответил Илюша.

– Слушай, бабушка сказала, что нужно полить огород, но сейчас нельзя, а только вечером. Это чтобы я книжку читал, да?

– Это физика, – ответил Илюша.

– Вот ты объяснил, ага, всё сразу стало понятно! – возмутился Сашка.

– Прости. Если поливать днём в жару, то капли на листьях становятся как линзы, то есть…

– Ааа! – закричал Сашка.

– Ладно, ладно. Листья просто сгорят, – объяснил Илюша.

– Приходи вечером поливать, – предложил Сашка.

Илюша пришёл, когда Сашка стоял над длинным шлангом и не понимал, почему не льётся вода.

– Что-то с водой. Закончилась, – объявил он.

– Нет, тут дело в…

– Ой, только не говори, что это опять физика! – закричал Сашка.

Илюша улыбнулся и размотал шланг в тех местах, где он оказался перекручен. Сашка, видимо, открыл кран на полную мощность, и из шланга вдруг пальнула, по-другому и не скажешь, вода.

– Ух ты! – закричал радостно Сашка, едва удерживая в руках шланг. – Смотри, тут есть разные режимы!

Он стал крутить наконечник и показывать, что можно сделать моросящий дождь, можно пустить сильную струю, а можно как фонтан. На звуки прибежал Бублик и пытался поймать струю воды.

– Он всё-таки не очень умный пёс, но очень добрый, – заметил Сашка, с нежностью глядя на Бублика, который уже не понимал, что ловит – шланг, воду или собственный хвост. Сашка решил, что всё уже достаточно полито и, бросив шланг на землю, пошёл закрывать кран. Но потом его окликнула бабушка Нонна, заметив, что полив только начался и нужно ещё два раза по столько же. Сашка не заметил, что в это время стоял на самом шланге. А когда сошёл, началось настоящее водное шоу. Шланг взбрыкнул от неожиданного напора воды, поскакал по участку, зацепил Бублика, замотал его в узел, следом зацепил Сашкину ногу и тоже крепко её обмотал. Сашка с Бубликом оказались на земле рядом. Оба обалдевшие, не ожидавшие такого коварства от шланга. Сашка не знал, что делать, – то ли вытаскивать свою ногу, то ли спасать Бублика.

В этот самый момент на участок зашла Даша. Поскольку Сашка решил, что Бублик дороже его ноги, он пытался вытащить из узла шланга пса. Со стороны казалось, что Бублика захватили невидимые силы и куда-то тащат, а Сашка тащит его в обратную сторону. Илюша в этот момент пытался справиться с краном, который не закрывался.

– Кажется, сорвало резьбу, – крикнул он Сашке, – ты слишком сильно его выкрутил!

– Он не открывался по-другому! – крикнул в ответ Сашка. Ему удалось ухватить Бублика за передние лапы и выдернуть из коварного узла шланга. Бублик повалился на Сашку. Шланг поскакал по тропинке между кустами и доскакал до Даши. Даша попятилась к воротам, но было поздно – шланг напал на неё и закрутил обе ноги сразу. Даша упала, успев тихонько крикнуть «ой». Сашка, отпустив Бублика, по-пластунски пополз спасать Дашу. Пока полз, шланг обмотал его вторую ногу, так что Сашка передвигался медленно. Илюша в это время всё ещё безуспешно пытался закрутить сорванный вентиль на кране. Он понимал, что нужны инструменты и что сам не справится. Поэтому тяжело вдохнул, выдохнул и побежал к бабушке Нонне.

– Ты куда? – ахнул от возмущения Сашка. – Ты сбежал?

Илюша решил потом объяснить, что это побег ради его, Сашиного, спасения. Тогда Сашка, возмущённый поступком лучшего друга, набрался сил и пополз к Даше, которая ухватилась за молодую яблоню, только посаженную бабушкой Нонной.

– Яблоню отпусти, отпусти яблоню! – кричал Сашка, зная, что за яблоню им попадёт от бабушки Нонны так, что даже страшно представить.

Даша же от испуга, наоборот, обняла тонкий ствол яблоньки и не отпускала. Шланг пытался оттащить её в огород и, видимо, там скрутить покрепче.

Бабушка Нонна выскочила на участок и ахнула. А бабушка Нонна очень редко ахала или охала. Ей вообще это было несвойственно. Но зрелище оказалось то ещё – Даша из последних сил обнимала яблоньку, коварный шланг тащил девочку в огород. Сашка, обмотанный двумя мёртвыми узлами, ползти уже не мог. Бублик снова угодил в петлю шланга и пытался его перегрызть.

– Нееет! – крикнула бабушка Нонна Бублику, потому что шланг уже был заклеен в двух местах изолентой и давно было пора купить новый. Но этот был дорог дедушке, и он говорил, что такие шланги больше не делают и не продают. Уже десять лет, а всё как новенький.

Бабушка Нонна одним движением руки освободила Дашу, вырвала из узлов Сашку и Бублика. Потом грозно нависла над краном, и он будто сам собой встал в нужную резьбу. Бабушка его закрыла потуже. Тот не сопротивлялся. Шланг выплюнул ещё несколько струй и угомонился.

– Ну, что, хорошо огород полили. Даже лучше, чем я ожидала, – подвела итог бабушка Нонна.

– Всё, я больше не поливатель, – заявил Сашка, всё ещё лежа на спине и любуясь облаками.

– Я хотела предложить поиграть в настольные игры, – сказала Даша, показывая на мокрые коробки, которые так и лежали у забора.

Уставший от битвы со шлангом Бублик скрылся в доме и залез к бабушке под одеяло, что ему делать, конечно же, не разрешалось. Но на этот раз бабушка Нонна его простила. И даже накрыла сверху пледом. Кажется, Бублик решил во двор больше не выходить. Во всяком случае, пока там живёт страшный шланг.

Так, кстати, и вышло. Пока бабушка Нонна не скрутила шланг и не убрала в кладовку, Бублика во двор было не вытолкать. Он скулил и чуть не плакал.

– Плюс ещё одна фобия, – заметил Сашка.

Следующие дни прошли спокойно. Илюше с Сашкой надоело вязать морские узлы, и они, на радость Фёдору Николаевичу – заядлому рыбаку, заинтересовались удочками, прикормом и видами поплавков. Дедушка Сашки планировал взять мальчишек на следующую рыбалку на озеро. Он любил туда ездить. Всегда возвращался с несколькими рыбинами.

– Ну, какой смысл платить за рыбалку, если эти три рыбины в магазине стоят в три раза дешевле? – возмущалась бабушка Нонна.

Фёдор Николаевич предпочитал озеро, где рыбачить можно было за деньги. Поэтому и клёв был гарантирован.

Дедушка заявил бабушке, что едет на озеро не ради собственного удовольствия, а ради мальчишек – чтобы они точно что-нибудь поймали и радовались. Полюбили рыбалку. А какое удовольствие от рыбалки, если ничего не поймаешь?

Бабушке Нонне пришлось согласиться.

За несколько дней до запланированной рыбалки бабушка Нонна закричала так, что услышали все:

– Опять ты здесь! Я же тебе сказала, чтобы ты у меня под носом больше не крутился! Мы же договорились!

Фёдор Николаевич присел в сарае на корточки и решил не покупать новый спиннинг, как собирался. Бублик передумал какать под кустом пионов. Сашка, в тот момент решивший пролезть через дыру в заборе к Илюше, впластался в землю и прикинулся лопухом и репейником в одном лице.

Оказалось, что крик относился не к людям, а к коту, который повадился ходить на участок. Кот сидел под любимой яблоней бабушки и смотрел так, будто это его территория. Бублик делал вид, что кота вообще в упор не видит. Даже для приличия не гавкнул.

Бабушка Нонна, не выдерживая взгляда кота, который мастерски умел играть в гляделки, выносила ему куриное бедро, на котором варила бульон. Потом приносила под яблоню воду и молоко. Кот ел и уходил, чтобы вернуться на следующий день. Видимо, бабушка с ним о чём-то договорилась, но кот нарушал все соглашения. Бабушка опять выносила под яблоню еду. Бублик делал вид, что спит, причём очень крепко.

Когда Фёдор Николаевич уже упаковал снаряжение для рыбалки, к соседям ворвалась мама Илюши, тётя Наташа. На боку у неё висела Васька, а в руках она держала Муську, которая не подавала признаков жизни.

– Вера, Нонна! – закричала тётя Наташа. – Муська не дышит. То есть дышит, но ей плохо!

Из дома выбежали тётя Вера и бабушка Нонна.

– Ха, я так и знала! – воскликнула бабушка.

– Может, в город к ветеринару? – обеспокоилась тётя Вера.

– Сами справимся, – хмыкнула бабушка Нонна, забирая Муську. – Ничего, потерпи, всё будет хорошо. Бабушка Нонна о тебе позаботится, – лепетала она кошке.

– Что с ней? – не понимала тётя Наташа.

– Поздравляю, скоро ты станешь бабушкой! – объявила бабушка Нонна.

– Я вроде бы пока не планировала, – ахнула тётя Наташа, глядя на Ваську.

– У Муськи будут котята, – рассмеялась тётя Вера. – А ты котяткина бабушка, получается.

– И я даже догадываюсь, кто отец! – воскликнула бабушка Нонна, устраивая Муську в лежанке Бублика, которую успела завалить одеялами и пелёнками. – Оказывается, этот кот не за едой ко мне приходил, а к Муське. Конспиратор!

Бублик зашёл в дом, покрутился и вышел. Молча. Даже не гавкнул.

– Всё-таки этот пёс начинает мне нравиться. Правильно поступил. Надо ему потом что-нибудь вкусное купить, – заметила бабушка Нонна, наливая в миску молоко, подмешивая корм и давая Муське поесть. Та не могла есть из тарелки, бабушка кормила её с рук.

Сашка с Ильёй крутились на веранде, как и Бублик. Фёдор Николаевич скрылся в сарае, не зная, то ли продолжать сборы на рыбалку, то ли начинать разбирать уложенные вещи.

– Сюда, быстро! – На веранду выскочила бабушка Нонна.

Первым рванул Илюша, всё-таки Муська была его родной кошкой, следом побежал Сашка – он не мог оставить друга в сложной ситуации.

Бабушка Нонна показывала, как растирать новорождённых котят, как их укутывать. Она принимала очередного котёнка и передавала их мальчишкам – они тёрли, укутывали, снова тёрли. Все четыре котёнка выжили.

Мальчишки, обессиленные, выползли на террасу обедать. Бабушка Нонна вышла следом.

– Вы молодцы, – сказала она мальчикам. Те просияли и съели по три котлеты – мамы не успевали подкладывать добавку.

– А что с ними будет дальше? – спросил Илюша. Он играл в шахматы и всегда смотрел на несколько ходов вперёд.

– Надо будет пристроить в добрые руки, – ответила бабушка Нонна.

– Они смешные, трёхцветные, – заметил Сашка.

– Трёхцветные кошки приносят в дом счастье, – вспомнила примету тётя Наташа.

– Вот так их и надо будет пристраивать. Говорить, что принесут счастье, – кивнула бабушка Нонна.

Котят готовы были взять все соседи. Надо было только дождаться, когда они немного подрастут и им сделают все прививки. Но тут возникла ещё одна проблема – Муська была в плохом настроении. Она кормила котят, заботилась о них, но бабушка Нонна говорила, что Муська переживает. Сама не своя.

– Почему? – спросила тётя Наташа.

– Любовь у неё потому что, – пожала плечами бабушка Нонна.

– Что нам делать? – спросил Сашка. – Найти этого кота?

– Хорошо бы, но не получится. Коты не собаки. Они приходят тогда, когда захотят, – заметила бабушка Нонна.

– Мама всегда говорила, что дети – это счастье, почему тогда Муська не радуется? – не понимал Илюша. – Я тоже поначалу думал, что сестра – это ужас, а теперь без неё жить не могу.

– Ой, смотрите, смотрите! Кажется, Бублик решил стать отцом! Крёстным уж точно! – воскликнула тётя Наташа.

Пёс действительно обнюхал малышей и устроился рядом с лежанкой. Если кто-то из котят пищал и отползал в угол лежанки, Бублик поднимал голову и подталкивал котёнка Муське под живот.

– Мне кажется, он ждёт, когда ему вернут лежанку, – хмыкнула бабушка Нонна.

– Нет, он правда не за лежанку! Он от всего сердца! Муська же ему тоже родная! Как и мне! – заступился за питомца Сашка. – Если я за Муську переживал, значит, и он тоже!

Убедившись, что с Муськой и котятами всё хорошо, все стали расходиться.

– Давай всё-таки найдём этого кота, – тихо шепнул Сашка Илюше.

– Давай. А как мы его будем искать? – уточнил Илюша.

– Утром на великах проедем по деревне. Вдруг увидим?

– Подожди, завтра вроде бы рыбалка! Дедушка расстроится, – напомнил Илюша.

– Тебе что важнее – настроение дедушки или здоровье Муськи? – возмутился Сашка.

– Ой, ты сейчас, как бабушка Нонна, сказал, – улыбнулся Илюша. – Что-нибудь придумаем для дедушки.

Придумывать не пришлось. Поскольку мальчишки легли позже обычного, да и мамы были измотаны переживаниями, все решили спать, сколько захочется. Так что проснулись около девяти. Даже Васька спала и не требовала еды.

Илюша, кое-как умывшись и почистив зубы, побежал на соседний участок.

– А завтрак? – крикнула вслед тётя Наташа, но Илья её уже не слышал.

Сашка уже тоже успел одеться и подпрыгивал на месте в ожидании друга.

Илюша бросился к лежанке, в которой сладко сопели котята. Бублик слегка похрапывал. Тише обычного. Видимо, берёг сон котят. Муська не спала. Она всё ещё выглядела расстроенной.

– Вот, покорми её, давай понемножку на пальце, чтобы она слизала, – бабушка Нонна выдала Илюше тарелку. – Может, из твоих рук поест. Я уже час её уговариваю.

Илюша сел на пол и стал уговаривать Муську поесть. Ради котят. Им же нужно молоко. А если она не будет есть, то и молока не будет. Но тут проснулся Бублик и быстро слизал с пальцев Ильи еду.

– Вот, бери пример с Бублика. Смотри, он сейчас всю тарелку слопает и добавки попросит! – заметил Илюша.

Муська слизала с пальцев немного творога и совсем чуть-чуть консервов. Бабушка Нонна положила на тарелку все виды вкусностей, чтобы кошка съела хоть что-нибудь.

– Мусечка, надо есть. Я тоже иногда не хочу, но сейчас очень хочу. У меня даже в животе урчит, как хочу. Но я же не могу пойти завтракать, когда ты голодная. Поешь, пожалуйста, – Илюша разговаривал с кошкой. И та его будто бы понимала. Съела ещё немножко творога.

– Ну что? Получилось? Ура! – прибежал Сашка. – Я смазал цепи на велосипедах, сумку собрал, – прошептал он.

– Пока не позавтракаете, из дома не выпущу, – заявила бабушка Нонна. Мальчишки бросились к столу и слопали яичницу, кажется, из десяти яиц. Ещё и колбасой заели.

– От таких нервов я слона могу съесть, – заметил Илюша.

– Слон будет на обед. И чтобы в два сидели тут за столом. Подогревать не стану! – объявила бабушка Нонна.

– Да, бабуль, спасибо! – весело ответил Сашка, зная, что бабушка сейчас сделает страшное лицо за то, что он назвал её бабулей, чего она терпеть не могла. Что и произошло. Мальчишки захихикали и убежали.

Они объехали всю деревню три раза, но следов кота не обнаружилось. Ни на общей деревенской мусорке, ни в заброшенном сарае на краю деревни, куда часто забегали лисы из леса, а один раз, по слухам, там видели кабана. Ёжики жили в этом сарае целыми семействами. Вроде бы несколько раз залетала сова. Местные жители всегда оставляли в сарае немного еды для таких вот заблудших животных.

Дополнительная сложность заключалась в том, что мальчишки не знали, как кота зовут. Мальчишки кричали «кис-кис», но Илюша вдруг вспомнил, что не на всех языках кошки откликаются на «кис-кис». Например, в Сербии их подзывают «мац-мац-мац», а в Италии – «мичу-мичу».

– Ты думаешь, наш кот – серб или итальянец? Вряд ли, – заметил Сашка. – Как он здесь оказался? И как тогда с Муськой по-русски разговаривал? Вряд ли бабушка Нонна подзывала его «мичу-мичу». И вообще, откуда ты столько знаешь?

– Мама говорит, что у меня каша в голове. Где-то прочёл и забыл. А потом вдруг всплывает, – пожал плечами Илюша.

– У тебя в голове не каша, а мозг! Ты гений! – искренне восхитился Сашка. – Я вообще ничего не могу запомнить. Даже стихи плохо учу.

– Я тебя потом научу. Есть верный способ. Поехали домой. Уже почти два часа. Бабушка Нонна нас убьёт.

Вечер прошёл без особых перемен. Илюше удалось немного накормить Муську, но она по-прежнему была грустной. Тётя Вера принесла Ваську, чтобы поднять Муське настроение, но даже Ваське это не удалось. Бублик всё ещё нёс вахту рядом с лежанкой.

Утром все проснулись рано от крика бабушки Нонны:

– Явился не запылился! И где тебя носило столько времени? Я уже все глаза высмотрела! Разве можно так поступать? Что я должна была думать? У меня чуть сердце не остановилось!

Первым перепугался дедушка Фёдор Николаевич. Он любил рано утром ходить в лес за грибами. Но бабушка Нонна не любила грибы, не разбиралась в них и очень боялась перепутать съедобные с несъедобными. К тому же она считала, что грибы вообще не полезны для желудка, а детям они и вовсе противопоказаны. Дедушка же очень любил и жареные лисички, и суп с опятами. А от белых грибов вообще сходил с ума. Бабушка заявляла, что пусть сам их готовит, и отправляла в сарай. Её даже от запаха мутило. А всё потому, что в детстве она очень сильно отравилась грибами и еле выжила.

Дедушка в сарае уже промыл грибы и зажёг плитку, чтобы пожарить лисички, когда раздался бабушкин крик. Дедушка присел и на всякий случай выключил плитку. Вообще-то бабушка знала, что дедушка уходит в лес, и никогда не беспокоилась. Наоборот, советовала не возвращаться. Наверняка какого-нибудь клеща энцефалитного притащит. Клещей бабушка боялась до ужаса. Так что после похода в лес дедушка снимал всю одежду, тщательно мылся в летнем душе и только после этого бабушка разрешала ему переступить порог дома.

Вторым испугался отец Илюши, дядя Андрей. Ему не спалось, и он спустился вниз, взял книгу, начал читать и не заметил, как уснул на диванчике. Так что за него вполне могла переживать только проснувшаяся тётя Наташа, не понимая, куда он запропастился.

Третьим не на шутку перепугался Илюша, которому снился кошмарный сон. Будто он ушёл искать Ваську и заблудился. А потом нашёлся и вернулся домой, но без Васьки. И на него кричит мама. В общем, проще было проснуться, чем досматривать, чем во сне дело кончится.

Но кричала точно бабушка Нонна. Её голос ни с чьим не перепутаешь. Так что все бросились на соседний участок. Даже дедушка вышел из сарая – узнать, с чего вдруг его жена так раскричалась.

Под яблоней сидел кот, тот самый. Кажется, у него был очень виноватый вид, или всем хотелось, чтобы кот немедленно его изобразил.

– Иди уже, отец года! – гаркнула на кота бабушка Нонна. – Пока Муську не успокоишь, еды не дождёшься. Ну как так можно было? Совесть у тебя вообще есть? Ты же теперь отец семейства, на тебе ответственность, а не просто ушёл, когда захотел, пришёл, когда захотел!

Кот забежал в раскрытую дверь и будто знал, куда идти. Бублик поднял голову, собрался рыкнуть. Кот застыл, гадая, что эта псина делает рядом с его возлюбленной и их детьми. Но парни быстро друг друга поняли. Бублик деликатно вышел, а кот деликатно вошёл. Кажется, он боялся, что Муська выцарапает ему глаза. Она детей родила, а он не пойми куда пропал.

Муська не стала выцарапывать глаза, а просто отвернулась. Кот подошёл и прилёг рядом. Лизнул Муську в голову, потом ещё раз и ещё. Потом посмотрел на котят и их тоже облизал. Только после этого Муська сменила гнев на милость и повернулась. Так они и лежали – Муська, котята и кот, который облизывал то Муську, то котят.

Бабушка Нонна принесла еды и поставила рядом с лежанкой. Муська впервые за всё время поела с удовольствием. Кот хотел тоже присоединиться к трапезе, но бабушка Нонна так на него посмотрела, что он решил дождаться, когда насытится молодая мать.

– Ещё раз куда-нибудь уйдёшь без предупреждения, будешь иметь дело со мной! – объявила коту бабушка Нонна.

Тот не ответил, но всё понял.

– То-то же, – кивнула бабушка Нонна. – И дай Муське поспать, последи за детьми. Я ещё сделаю из тебя Новосельцева.

– Это кто? – спросил Сашка у Илюши.

– Понятия не имею. Но он явно был хорошей матерью, – пожал плечами Илюша.

Тётя Наташа забежала к тёте Вере с таким лицом, будто случилось что-то очень-очень страшное.

– Может, кофе? – тётя Вера как раз сварила себе.

Тётя Наташа помотала головой и плюхнулась на стул. Сидевшая на руках Васька была явно недовольна остановкой и начала ёрзать на коленях матери, требуя продолжения беготни. Тётя Наташа спустила её на пол. Бублик деликатно мялся у порога, но, когда малышка оказалась на полу, подошёл и подставил спину. Васька пыталась встать на ножки и в качестве опоры выбрала спину пса. Бублик был очень горд своей новой функцией. Опора!

– Так что случилось-то? – уточнила тётя Вера, ставя перед соседкой стакан с водой.

Тётя Наташа выпила залпом.

– У меня всё не как у людей. Почему? Ну что со мной не так? Я ведь хочу как лучше, а получается опять как всегда… – она чуть не плакала.

– Что на этот раз? – тётя Вера приготовилась слушать.

Оказалось, тётя Наташа хотела заказать детский бассейн для Васьки. Надувной, чтобы сидеть и плескаться. Но случайно ткнула не туда, потому что отвлеклась как раз на Ваську, и теперь боялась признаться мужу, что сегодня приедет бассейн. Немного больше детского надувного.

– Насколько больше? – уточнила тётя Вера.

– Сильно больше. Взрослый. Больше трёх метров в длину. Или в ширину, я уже не помню, – призналась тётя Наташа.

– А цена тебя не смутила? – тётя Вера начала улыбаться.

– Смутила, конечно! – воскликнула тётя Наташа. – Но сейчас подгузники для Васьки стоят, как моё нижнее бельё. А про одежду я вообще молчу. Наверное, я решила, что детские бассейны тоже теперь такие дорогие.

– Так, хорошо. Ты уже заплатила. Бассейн всё равно привезут. Васька будет сразу плавать в большом! Ничего ужасного я не вижу, – тётя Вера, конечно, видела ужасное, но хотела поддержать соседку и подругу.

– И куда я его поставлю? У нас ведь на участке качели, батут, горка и песочница… – тётя Наташа снова была готова заплакать.

– Ой, тоже мне проблема! – на кухню вошла бабушка Нонна. – Поставим вместо забора. Он ведь так и лежит сломанный. Уберём доски и будет бассейн между участками. Всё равно там все дружно начнут плескаться. Так будет даже проще за этой оравой присматривать. А мы заплатим за половину бассейна. Так что всем хорошо и выгодно.

– А как же забор? Фёдор Николаевич ведь собирался восстановить, – всхлипнула тётя Наташа.

– Пока он соберётся, лето закончится, – хмыкнула бабушка Нонна. – А бассейн, как я услышала, привезут сегодня. Поэтому надо срочно убрать остатки забора.

– Хорошая идея, между прочим, – признала тётя Вера.

– Это ещё не всё! – чуть ли не прокричала тётя Наташа.

Тётя Вера и бабушка Нонна замерли на пороге.

– Есть что-то пострашнее бассейна? – уточнила тётя Вера.

– Есть! Я на улицу больше не выйду. И в магазин не пойду! Никогда! – тётя Наташа всё же разразилась горькими слезами.

– Это ещё почему? – не поняла тётя Вера.

– Из-за бабушки Зины и её Мурки, – всхлипнула тётя Наташа.

– А что с ними не так? – удивилась тётя Вера.

– Я виновата в смерти! Моя вина! Но я не хотела! – опять закричала тётя Наташа.

– Ты убила бабушку Зину? – удивилась бабушка Нонна.

– Нет, конечно! Но теперь она умрет от горя! Так мне и сказала! И её смерть будет на моей совести! – тётя Наташа расплакалась уже по-настоящему, не сдерживая слёз.

– Я хочу услышать всю историю сначала, – бабушка Нонна присела к столу.

– Мы с Васькой пошли в магазин. Я повезла её в открытой коляске. Ей нравится осматривать окрестности. Бублик увязался с нами. Как всегда, вы же знаете. Он вроде как считает себя обязанным сопровождать и охранять Ваську.

Тётя Наташа рассказала, что они шли мимо дома бабушки Зины, которой было уже под восемьдесят. Тётя Наташа спросила, не нужно ли что-то купить для неё в магазине, – она ведь пожилая, ей тяжело носить муку или сахар. Бабушка Зина пошла в дом написать список продуктов. Тётя Наташа присела на лавочку. Васька потянулась к лежащей на лавочке Мурке – любимой кошке бабушки Зины. Она просто хотела её погладить, а Мурка вдруг подскочила, выгнула спину и хлопнула лапой Ваську по руке. Не поцарапала, но Васька испугалась и громко заплакала. Бублик был тут как тут и начал рычать на Мурку и гавкать, будто на Ваську напали страшные звери. Он ведь её защищал! Когда бабушка Зина вышла из дома со списком продуктов, застала страшную картину – Васька рыдает, Бублик лает, из мягкой вечно сонной подушки превратившись в грозного пса, а её любимая кошка Мурка лежит на лавочке бездыханно.

– В смысле бездыханно? – уточнила бабушка Нонна.

– В смысле она умерла! – тётя Наташа уже обливалась слезами. – На моих глазах! Из-за меня!

– Хватит рыдать. По моим воспоминаниям, Мурке должно быть уже лет двадцать, – заметила бабушка Нонна.

– Дааа! Двадцааать! – тётя Наташа не успокаивалась.

– Значит, по человеческим меркам ей было почти сто лет, да, девяносто пять, – посчитала бабушка Нонна. – И Мурка имела полное право умереть от старости.

– Она умерла из-за того, что Васька расплакалась, а Бублик зарычал. У неё наверняка инфаркт случился. А теперь инфаркт случится у бабушки Зины от горя! Она так любила свою Мурку! И зачем я только к ней подошла? Я ведь помочь хотела! Лучше бы не помогала, а прошла мимо!

– Не делай добра, не получишь зла, – заметила бабушка Нонна.

– Как я теперь ей в глаза буду смотреть? – всё ещё плакала тётя Наташа.

– Ну, технически ты тут совсем ни при чём. А виноват, скорее всего, Бублик, напугавший своим лаем Мурку. Мурку жалко, но ей и вправду было много лет. Так что… – тётя Вера всегда мыслила здраво, немного цинично и очень логично. – Пойдём лучше забор разбирать. Доставка когда?

– Через чааас! – тётя Наташа не знала, то ли снова заплакать, то ли взять себя в руки ради бассейна и счастья детей.

– Ну вот и хорошо. Забор через час, а Мурке уже не поможешь, – решила тётя Вера.

– Очень даже поможешь! – на пороге появились Сашка с Илюшей. Оказалось, они опять подслушивали разговоры взрослых, хотя им сто раз повторили, что это делать неприлично.

– Как? – ахнула тётя Наташа.

– Отдадим бабушке Зине котёнка, она будет счастлива, и у неё сердце не остановится, – ответил Илюша.

– А если она не возьмёт? – тётя Наташа не верила в такое простое решение проблемы.

– Ну кто откажется от такого? – поддержал друга Сашка и взял на руки котёнка, девочку, которую они успели назвать Карамелькой, как в мультике про трёх котят, который так любила смотреть Васька.

– Так, парни, – вы пристраиваете Карамельку бабушке Зине, а мы идём разбирать забор, – подвела итог семейному собранию бабушка Нонна.

Всё закончилось хорошо, даже лучше, чем ожидалось.

Бабушка Зина с первого взгляда влюбилась в Карамельку и вообще её с груди не снимала. Карамелька тоже не собиралась сползать. Ей было хорошо и тепло на большой груди бабушки Зины.

Бассейн установили между участками вместо забора. Дедушка Сашки Фёдор Николаевич был слегка в шоке, но спорить не стал. Папа Илюши, дядя Андрей, тоже был в шоке, узнав, во сколько обошёлся бассейн, но успокоился, когда в бассейн решила забраться Васька. А следом, конечно же, мальчишки. Они плескались, Васька хохотала. Страдал только Бублик – он никак не мог подняться по специальной лесенке и бегал вокруг. Сашка хотел его поднять, но тётя Наташа переживала, что совместное купание детей и животных не очень полезно для здоровья первых. Поэтому сначала решила вымыть Бублика с шампунем, чтобы избавиться от лишних бактерий, а уж потом запускать в бассейн. Бублик был совсем не против – он любил водные процедуры. И особенно когда его чешут под мышкой. А тётя Наташа уделяла этому месту особое внимание. Она ведь не знала, что Бублик трясёт лапой от удовольствия, думала, что именно под мышкой у него завелись блохи, и чесала особенно тщательно. После душа Бублик был запущен в бассейн на радость мальчишкам и особенно Ваське. Вылавливали всех почти так же, как рыбу. С первого раза не получалось. Все просили ещё пять минуточек, которые превратились уже в полчаса. Наконец бабушка Нонна, увидев, что у Васьки посинели губы, заставила всех вылезти. Все сидели счастливые, укутанные в полотенца и ждали, когда позовут обедать.

После обеда мальчишки доползли до дома, рухнули на диван и тут же уснули. Васька уснула ещё в полотенце. Её решили не будить и переложили во вторую лежанку Бублика, купленную совсем недавно. Но Бублик не хотел спать в новой лежанке, а спал рядом с Муськой и котятами, так что новая лежанка прекрасно подошла в качестве колыбельки для Васьки. Бублик же свалился и громко захрапел, не дойдя до крыльца. То есть он дошёл только головой. Так и уснул – голова на ступеньке, а тело на земле.

– Надо им регулярно такие заплывы устраивать, – заметила тётя Вера, – два часа свободного времени нам гарантировано.

– Да, я бы тоже так хотела, – согласилась тётя Наташа. – Забыла, когда нормально спала.

– Так иди поплавай, – предложила бабушка Нонна.

Тётя Наташа не стала отказываться, а пошла нырять в бассейн. После этого тоже уснула в садовом гамаке.

– О, бассейн, – воскликнул дядя Андрей, вышедший во двор узнать, куда все подевались.

– Тихо! – шикнула на него бабушка Нонна. – Скажи спасибо своей жене, что она не туда тыкнула. И, кстати, в смерти Мурки она не виновата. Мы уже всё решили.

Дядя Андрей кивнул. Он ничего не понял ни про «тыкнула», ни про смерть загадочной Мурки, но на всякий случай решил не уточнять. «Очень мудрый человек», – так всегда говорила про него бабушка Нонна.

Утром на кухне бабушки Нонны разразился жаркий спор.

– Я в его возрасте! Да я такое делал! Дрова рубил, хворост из леса носил, на базаре картошкой торговал! – кричал дедушка Фёдор Николаевич.

– И что? Можно подумать, ты сделал состояние на древесине или стал картофельным магнатом! – возмущалась бабушка Нонна.

– Он вполне может доехать до соседней деревни. Всего два километра! Дорогу знает! – продолжал спорить дедушка. – Долго ты его пристёгнутым к юбке будешь держать?

– Сколько надо, столько и буду, – заявила категорично бабушка Нонна.

Почти точно такой же диалог шёл и у соседей.

– Ты считаешь это разумным? – интересовалась тётя Наташа у мужа.

– Да, вполне, – ответил дядя Андрей. – Почему бы не попробовать? Тут всего два километра. Дорогу они знают. Не думаю, что стоит переживать.

Илья с Сашкой давно хотели съездить в магазин в соседнюю деревню. В их деревушку заезжала только автолавка – машина, из которой торговали самым необходимым. За всем остальным приходилось ездить в деревушку, где стоял магазинчик. За памперсами, собачьим кормом и всем, что не считалось предметами первой необходимости, приходилось ездить уже в ближайший город, в супермаркет. Мальчишки давно хотели доехать на велосипедах до сельского магазинчика. У обоих скопились карманные деньги, и они мечтали потратить их на бечёвку, клей, фонарик и ещё что-нибудь страшно нужное. А ещё на вкусности. Мама Сашки разрешала мороженое, но скептически относилась к сладкому в целом. Мама Илюши беспокоилась, что малышка Васька что-нибудь случайно стащит и съест, поэтому в доме был тоже полный запрет на всякие вредности, они же вкусности.

Мальчишки давно разработали план, чтобы уговорить родителей разрешить им поездку в магазин. Даже прикрутили на велосипеды подобие корзин для продуктов, чтобы уж точно довезти. И в один и тот же вечер предложили родителям помощь – съездить в магазин всё купить. Поэтому утром шли жаркие споры – разрешать или нет. Как ни странно, главной противницей инициативы оказалась бабушка Нонна, хотя мальчишки голову готовы были дать на отсечение, что она-то их точно поддержит. И вдруг уперлась. А слово бабушки Нонны имело о-го-го какой вес.

– Почему ты против, бабуль? – спросил Сашка.

– Не знаю, сердцем чувствую, и всё, – отмахнулась бабушка Нонна.

– Бабуль, ты же никогда не верила в предчувствия! – удивился внук.

– Значит, я от твоей мамы заразилась, – хмыкнула бабушка Нонна. Да, тётя Вера верила в высшие силы, высший разум, знаки судьбы и интуицию. Правда, только в тех случаях, когда хотела видеть знаки и верить в интуицию. В остальных, точнее практически во всех случаях, тётя Вера была на редкость разумной женщиной.

Коллективный семейный разум проголосовал за разрешение. Составили список продуктов из тех, что попроще и точно можно довезти на велосипеде, – молоко, хлеб. Хотели было вписать яйца, но решили не рисковать. У Илюши тоже полным ходом шло обсуждение списка, который включал соль, детское мыло и пучок морковки.

Наконец Илья с Сашкой гордо выкатили велосипеды за ворота. Оба семейства вышли торжественно проводить мальчиков в первую такую далёкую самостоятельную поездку. Васька заплакала и просилась поехать вместе с братом. Бублик, увидев велосипеды, предпочёл исчезнуть. Он не любил долгие прогулки, да и вообще предпочитал гулять только до соседнего участка, где можно было перекусить и немного вздремнуть, прежде чем отправляться в обратный путь. Да, Бублик мог гулять в течение двух минут, не больше. Потом он желал прилечь.

– Не задерживайтесь, – велела тётя Вера.

– Не будем! – пообещали мальчишки и поехали.

До магазина они добрались достаточно быстро. Слегка запыхались, поднимаясь в гору. Ну, скорее на небольшой пригорок. Мальчишки поставили велосипеды под дерево и сели на лавочку передохнуть и попить воды.

– У тебя что в списке? – спросил Сашка.

– Не помню. – Илюша полез за листочком.

– И я не помню. – Сашка достал свой. – Давай составим один список и сразу всё купим.

– Давай. – Илюша положил листок на скамейку, как и Сашка.

И тут бутылка с водой будто сама собой упала и залила оба списка.

– Ох, – воскликнул Сашка, почти с той же интонацией, что и бабушка Нонна.

– Что теперь делать? – ахнул Илюша.

– Сушить, что же ещё! – решил Сашка.

Мальчишки выложили листочки на солнце и принялись махать руками, чтобы листки высохли побыстрее. Но побыстрее не получалось. Листочки улетали, к ним прилипала дорожная пыль и вскоре разобрать написанное вообще не представлялось возможным.

– Давай вспоминать. – Сашка выбросил листочки в мусорку.

– Кажется, в моём было что-то странное – то ли морковка, то ли редиска, – нахмурился Илюша.

– Ты что-то путаешь. Морковка и редиска есть у бабушки Нонны на грядке. Она бы точно поделилась с тётей Наташей.

– Это да, – согласился Илюша. – Вспомнил, там точно была соль. Или сахар?

– Так соль или сахар? – уточнил Сашка.

– Не знаю, но вроде всегда и то, и другое нужно, – опять расстроился Илюша. – А в твоём что было?

– Хлеб и молоко. Это я точно помню! – гордо сообщил Сашка.

– Нормальный список, не то что мой, – позавидовал Илюша.

– Пойдём посмотрим, что есть в магазине, может, ты увидишь и вспомнишь, что было в списке, – предложил Сашка.

Мальчишки зашли в магазин и купили хлеб и молоко. Илюша рассматривал полки, но так ничего и не вспомнил. Они вернулись на лавочку. Задумались. Съели батон, который был ещё тёплым. Выпили молоко. Сами не заметили, как это произошло. Зашли ещё раз, купили снова хлеб и молоко.

– Соль! Точно была соль! – воскликнул Илюша.

– Уверен? – скептически уточнил Сашка.

– Да! – радостно подтвердил Илюша.

Мальчишки купили соль. Пересчитали оставшиеся деньги, которых оставалось подозрительно много.

– Значит, было ещё что-то, – сокрушённо заметил Илюша.

– Может, туалетная бумага? Она всегда нужна, – предположил Сашка.

Купили туалетную бумагу. Но она не впихивалась в корзинку, и, как её везти, было непонятно.

– Надо купить верёвку и сделать гирлянду. Её можно повесить на плечо и так везти, – предложил Сашка.

Мальчишки купили верёвку и ещё добрых минут пятнадцать делали из туалетной бумаги ожерелье. Наконец Илюша гордо повесил её через одно плечо.

– Очень удобно, – констатировал он.

В этот момент продавщица вынесла на прилавок ватрушки и булочки с корицей, свежеиспечённые. Они пахли так, что с ума можно сойти.

– Я есть хочу, – признался Илюша.

– И я, – согласился Сашка.

Они купили ватрушку и булочку каждому. Потом ещё газировку. Но за это заплатили из своих карманных денег, не трогая семейный бюджет. Снова сели на лавочку и принялись за ватрушки.

– Ладно, поехали домой. У нас есть молоко, хлеб, соль и туалетная бумага. Не знаю, что ещё нужно нашим родителям, чтобы хотя бы день без магазина прожить, – заметил Сашка.

Мальчишки поехали назад. Ехали медленно, потому что кто же едет быстро, когда в животе плещутся ватрушки с газировкой. Когда они проехали уже приличное расстояние, Илюша резко затормозил.

– Морковка! Точно была морковка! Мама хотела для Васьки сок сделать свежевыжатый! Надо вернуться! – закричал он.

– А что с нашей морковкой не так? – удивился Сашка.

– Так она ещё не выросла! – объяснил Илюша. – Я вспомнил, как мама с бабушкой Нонной разговаривали. Бабушка Нонна говорила, что ещё хотя бы пару недель надо потерпеть, а то там не морковка, а одно название пока. А мама во что бы то ни стало решила накормить Ваську морковкой. Говорит, это очень-очень полезно. Давай вернёмся? Ради Васьки.

– Ради Васьки, конечно, не вопрос, – кивнул серьёзно Сашка, и они поехали назад.

В магазине купили пучок морковки и ещё воды, поскольку после газировки пить хотелось зверски. Потом мальчишкам очень захотелось в туалет. Общественного туалета поблизости не оказалось, и они завернули в лес. После чего снова двинулись в обратный путь. Когда проехали уже приличное расстояние, Илюша опять затормозил, будто его в попу пчела ужалила.

– Мыло, детское. Как я мог забыть? – ахнул он от ужаса.

– Зачем вам детское мыло? Может, обычное? – снова удивился Сашка.

– Нет, мама забыла купить детский стиральный порошок, поэтому собиралась натереть мыло на тёрке, чтобы постирать Васькины вещи. Детям ведь нельзя обычное, им только детское подавай. И порошок взрослый нельзя, иначе Васька вся сыпью покроется и чесаться будет. А это ужас.

– Возвращаемся за мылом! – объявил Сашка. – Когда у Бублика завелись блохи, он так чесался, что чуть лапу себе не отгрыз. И пузо расцарапал. Не хочу, чтобы Васька чесалась, как Бублик.

Мальчишки вернулись в магазин за детским мылом, которого не оказалось. Закончилось. Женщина буквально пять минут назад последнее купила, а новую партию завезут только в понедельник. Илюша чуть не плакал. Сашка деловито выспрашивал у продавщицы, где можно купить детское мыло для маленькой сестрёнки. Продавщица чуть не расплакалась от умиления и рассказала, как проехать в ближайшую аптеку, куда и направились мальчишки. К счастью, там детского мыла было в избытке, так что Илюша купил с запахом клубники и которое не вызывает слёзы. Там же стоял холодильник с мороженым. Мальчишки решили, что заслужили награду и купили по здоровенному рожку. Сели на лавочку есть. Илюша радовался, что удалось всё купить и благодарил друга за помощь. Сашка кивал и был доволен. Они молодцы. Сейчас привезут продукты и докажут, что их можно отправлять за продуктами.

Дорога назад была одна и вела через магазин. Когда мальчишки приблизились к магазину, оба затормозили очень резко, едва не перекатившись через рули. На небольшом пятачке перед магазинчиком стояли две машины и толпа народу. Продавщица показывала в сторону аптеки.

– Это за нами, – тихо шепнул Сашка и пригнулся, видимо думая, что его будет не видно за рулём велосипеда.

– Точно, – кивнул Илюша и тоже пригнулся.

– Вон они! – их заметила продавщица и показывала рукой.

Сашке с Илюшей, конечно, влетело по полной. Оказалось, они забыли взять хотя бы один мобильный телефон на двоих. И прошло уже больше трёх часов, а они всё не возвращались. Тогда родные обоих мальчишек уселись в машины и поехали их искать.

– Я же говорила, что это плохо кончится, – твердила бабушка Нонна, – у меня было предчувствие.

Васька плакала уже от счастья и просилась на ручки к старшему брату. Бублик, которого засунули в переноску и взяли с собой, не желал выходить из машины и страдал. Боялся, что его вытащат и заставят побегать и пописать. Писать он хотел, а бегать нет. Да и к новым местам относился с большим подозрением и опаской. Ещё и других собак боялся. Даже самых маленьких. Сашка говорил, что это такая фобия. У людей есть, так почему у собак не может быть? Как боязнь высоты или темноты. Ничего не поделаешь.

– Мы с ума сошли от волнения, – кричала тётя Вера. – Ну куда вы запропастились? Ну как можно было на столько времени уезжать? Голова у вас на плечах есть?

– Добытчики, – ласково заметила тётя Наташа и расплакалась, глядя на Илюшу с ожерельем из туалетной бумаги. – Даже морковку не забыли.

Она кинулась обнимать мальчишек, а следом за ней и все остальные. На пятачке перед магазином случилось дружное обнимательное собрание.

Назад Сашка с Илюшей ехали с машинами сопровождения. Впереди машина с родителями Сашки, замыкала колонну машина родителей Илюши. Мальчишки на велосипедах ехали посередине. Зрелище они представляли странное, но чего только не увидишь в деревенской жизни.

Потом все опять обнимались и целовались, разъезжаясь после летних каникул по городским домам. Сашка пытался запихнуть Бублика в переноску. Пёс упирался всеми лапами и хотел назад, в деревенский дом. Муська тоже отказывалась лезть в переноску и всё время убегала на участок. Даша прижимала к груди котёнка Картошечку.

Сашка с Илюшей договорились дать котятам имена всяких вкусностей. Карамельку воспитывала бабушка Зина. Барбариску и Пончика взяли соседки. Оставался один котёнок. Девочка.

– Ты какое пирожное любишь? – спросил Илюша у Даши.

– «Картошку», – призналась девочка.

– Тогда будет Картошечкой, – объявил Сашка.

– Странное имя для девочки, – удивилась Даша.

– Ничего даже не странное. Смотри, у неё такие же белые пятнышки на спинке сверху, как у пирожного! – объявил Илюша.

Из ворот наконец торжественно вышел кот и тут же стало понятно, что Муська без него жить не может и с места не сдвинется. Так что кота, названного Лёликом, тоже пришлось забирать в город. На самом деле ему дали торжественное имя Леонид, которое быстро сократилось до Лёлика. Под приглядом Муськи Леонид из грозного хулиганистого дворового кота превратился в нежного домашнего котика. Он приглядывал за Васькой и помогал Илюше решать шахматные задачки. Особенно любил двигать фигуры по шахматной доске. Ни разу ни одну не уронил. Васька обожала Лёлика, а он покорно терпел, когда малышка пыталась сделать ему причёску.

– Скоро увидимся! – кричали все и махали руками.