POV Дима

Мы с другом сидели в японском ресторане и лениво поедали роллы, как вдруг мне позвонили.

— Я слушаю, — сказал я, ответив на вызов с незнакомого номера.

— Дмитрий Валерьевич Громов?

Я нахмурился, не понимая, кто мог меня беспокоить в столь ранний час. Времени было всего двенадцать, и удивительно, что я вообще уже не спал. Первой мыслью было то, что это из полиции, куда я не раз попадал за мелкие правонарушения. Например, вождение в нетрезвом виде. Однако я ошибся.

— Вас беспокоит ректор университета, в котором вы обучаетесь, — сказал все тот же недовольный голос. — Я звоню поинтересоваться, удостоите ли вы нас в этом семестре своим присутствием. А то до сессии мы вас с горем пополам допустили, а вы на нее так и не приходите.

Черт, я совсем забыл. Не зная, что ответить, я просто что-то промычал в трубку.

— Если вы так и не соизволите явиться, мы все же будем вынуждены вас отчислить. Жду вас завтра в одиннадцать в своем кабинете. Всего хорошего.

И не успел я с ним попрощаться, как он бросил трубку. Настроение было слегка подпорчено произошедшим, но я попытался отвлечься от этого.

Вечером мы пошли в клуб, и я уже подзабил на все, что меня не особо интересовало. Это отцу нужен был мой диплом. Я же в нем никакой необходимости не видел. Никогда не находил ничего интересного в юриспруденции, поэтому на пары я не ходил. Конечно, иногда отец все же заставлял меня, угрожая лишить всех кредиток, но долго это обычно не длилось. Мама же, наоборот, хотела, чтобы я занимался тем, что мне нравится. Вот я и занимался. Общался с друзьями, ходил по клубам, ездил отдыхать за границу. Она считала, что я находился в поиске, поэтому не особо доставала меня.

Будильник прозвенел в десять утра. И кто придумал вставать в такую рань? Голова немного болела после прошедшей ночи. К тому же, я сначала не понял, где проснулся. Позже рядом с собой я увидел полуголую девушку, которая лежала на другой половине кровати. Похоже, это была ее квартира.

Я поднялся на ноги, от чего голова слегка закружилась, и принялся собирать свою одежду, разбросанную по всей комнате.

Когда я наконец выбрался из этой квартиры, то был несказанно рад, увидев под подъездом свою машину. Лишь в ней мне стало достаточно комфортно, и я даже отчасти перестал чувствовать похмелье.

POV Алиса

Я догадывалась, почему меня вызвали к ректору, но до последнего надеялась, что мои предположения неверны. Не то что бы я дико нервничала или боялась чего-то, но с самого утра я была сама не своя, и моя сестра это заметила, когда я в полседьмого утра везла ее в школу.

— Что-то случилось? — еще таким детским, но понимающим голосом спросила она.

— Нет, Настюш. С чего ты взяла?

Она не ответила на мой вопрос, продолжая молча смотреть в пыльное окно маршрутки.

— Ты опять сегодня придешь поздно?

Я коротко кивнула, испытывая какую-то вину за то, что не могла проводить с ней больше времени. Ей было всего десять лет, а она уже была обделена моим вниманием, потому что я слишком много работала. Все, на что меня хватало, так это уделять пару часов на то, чтобы помогать ей с домашкой.

Сидя в приемной ректората, я спокойно ждала, когда меня наконец вызовут, переписываясь с подругой. И вот прозвучало мое имя, и секретарша позволила мне зайти в кабинет.

— Ну здравствуйте, Лебедева, — с укором сказал ректор. — Что могу вам сказать... пишите заявление на отчисление. Мы не можем больше закрывать глаза на ваши прогулы.

Черт, так я и знала. Я очень много пропустила в этом году, потому что работала на двух работах.

— Но...

— Никаких "но", Лебедева! Пишите! — Он буквально бросил на стол листок и ручку.

Я не стала грузить этого пожилого мужчину своими проблемами. Никому нет до них дела. Все равно отчислят. Если не по заявлению, то приказом. Пришлось написать все то, что он хотел, после чего мне вернули мои документы.

Когда я взяла в руки аттестат красного цвета, мне почему-то стало до жути обидно. Я закончила школу с золотой медалью, да и студенткой я была не самой плохой. По крайней мере на протяжении предыдущих двух лет обучения. Почему все должно было сложиться именно так?

Закрыв глаза, я попыталась успокоить свои нервы, после чего попрощалась с ректором и покинула его кабинет, держа в руке файл с документами.

Выходя из ректората, я наткнулась на какого-то парня, от которого изрядно несло перегаром. Похоже, тоже претендент на отчисление. Мысленно пожелав хотя бы ему удачи, я отправилась домой.

— Ну что, бахнем? — спросила моя подруга Оля, демонстрируя мне бутылку вина и проходя в квартиру.

Я лишь тяжело вздохнула. Ну а что мне еще оставалось? Заливать печаль вином давняя наша традиция. Когда у одной из нас в жизни происходила фигня, вторая просто обязана была прийти с вином.

Она подошла к зеркалу и поправила свои черные кудрявые волосы. У нее была неплохая внешность с правильными чертами лица, но она выглядела немного старше своих лет. Сняв пальто, она прошла в комнату.

— Твой сестреныш скоро вернется? — спросила Оля, расставляя бокалы на журнальном столике.

Я любила свою подругу. Она всегда беспокоилась о воспитании моей сестры, всегда переживала, что подаст ей плохой пример.

— Нет, где-то около трех. У нее после школы репетитор, — пробормотала я, присаживаясь на диван.

Я глотнула немного вина и закусила темным шоколадом. На душе было скверно.

— Ты должна понять, что на универе жизнь не заканчивается, — сказала Оля. — Тем более ты сможешь восстановиться, когда будет побольше времени на учебу.

— А будет ли? Со временем мне все труднее обеспечивать сестру. Ты же знаешь, что у меня уже две работы. — Я задымила сигарету.

Да, у меня было немало плохих привычек, одной из которых было курение. Работая в общепите, очень трудно прожить без сигарет, а денег хватало только на дешевые. Меня порой мучила совесть за то, что я трачу деньги на то, без чего вполне можно прожить, вместо того, чтобы потратить их на сестру. К слову, от нее сигареты приходилось прятать. А курила я в основном на улице, чтобы не отравлять ее мерзким запахом табачного дыма, который остается, если дымить в помещении. Я искренне надеялась, что она не догадывается о моей привычке, ведь я была для нее примером. Она всегда гордилась мной. Гордилась, потому что не знала в полной мере, из чего состоит моя жизнь.

— Ты не хочешь взять отпуск на какое-то время? — спросила Оля.

Я лишь отрицательно покачала головой, потому что у меня не было такой возможности. Долг за квартиру уж точно не давал мне этого сделать.

— Я не понимаю, откуда у тебя столько сил... — пробормотала Оля, глядя в пустоту своими карими глазами.

— Знаешь, я порой и сама этого не понимаю.

POV Дима

Ректор долго и нудно нес какую-то ересь про то, какие хвосты мне надо закрыть. Я знал, на что он намекает, поэтому не видел смысла в своем дальнейшем пребывании в его кабинете. Ненавидел, когда меня вызывали на ковер. Как только я покинул кабинет, то нашел в телефоне контакт помощника моего отца, который обычно и решал подобные проблемы. Я не сомневался, что и в этот раз он подъедет, и в сейфе ректора немного прибавится денежных купюр.

Вернувшись домой, я завалился спать. Хотя прислуга и пыталась накормить меня чем-то, в горло ничего не лезло. Я проспал практически весь день, а вечером принял душ и снова поехал по клубам.

Почему я вел такой образ жизни? Да потому что мне так нравилось. Я любил это состояние: танцевать с девушкой, когда ты изрядно пьян и музыка захватывает вас обоих. Я любил ощущение скорости ночью, когда вел машину под градусом. Да, я знал, что это опасно, но мне было все равно. К тому же, это нравилось моим друзьям. К тому же, девушки буквально прыгали ко мне в постель, как только узнавали, сколько у меня денег.

В клубе этой ночью было тухловато. К слову, я встречал в основном тех дам, с которыми у меня уже что-то было. Хотелось чего-то новенького.

— Слушай, тут недавно новый клуб открыли, — сказал мне мой друг Игорь, перестав наконец залипать в телефон.

— И как он называется?

— "Вегас".

Я про такой еще не слышал.

— Поедем? — спросил он.

— Ясен пень, тут-то ловить уже нечего.

Сначала я пожалел, что мы решили поменять место отдыха, потому что новый клуб показался мне дырой. Все выглядело куда более дешевым, нежели там, где мы привыкли обитать. Но оказалось, что в "Вегасе" все же гораздо веселее, нежели там, поэтому мы решили остаться.

Мы прошли к барной стойке, где почему-то никого не оказалось. Пришлось подождать несколько минут, но я не пожалел, потому что девушка, которая была барменом, своим появлением вскружила мне голову. Либо на меня уже сильно подействовал алкоголь, который мы употребили по пути, либо она действительно была красивой. Я вспомнил, что видел ее по пути в ректорат этим утром. У нее были русые волосы, собранные в небрежный пучок, белая обтягивающая майка. Что на ней было надето ниже я, к сожалению, не видел. Еще я не видел, что написано у нее на бейдже, потому что она стояла достаточно далеко от нас, обслуживая другого гостя.

— Девушка, а можно нам два Лонг Айленда? — спросил я, когда она наконец подошла к нам.

Мне все-таки удалось разглядеть имя на бейдже. Ее звали Алиса, и я не сводил с нее глаз, пока она делала коктейли. Она же даже взгляда на меня не подняла, что начинало меня раздражать. Ее лифчик с кружевом немного просвечивал через майку, что не могло не привлекать мое внимание.

Когда она отдала нам коктейли, то назвала сумму. Я достал самую крупную купюру, на которую смог наткнуться и протянул ей. Это была сотня долларов.

— Сдачи не надо.

Но она нахмурилась и не стала брать у меня деньги со словами:

— А можно в рублях? Мы не принимаем доллары.

Я приподнял бровь и достал пятитысячную купюру и протянул ей. На этот раз она взяла деньги.

— Девушка, а во сколько вы заканчиваете? — спросил я.

Она кинула купюру в кассу, но все же отсчитала мне сдачу и положила чекбук с ней на барную стойку.

— Я же сказал, что это вам. — Я пододвинул чекбук в ее сторону.

Она беспристрастно взяла его и положила куда-то в бар, буркнув лишь жалкое "спасибо". Мы с Игорем поднялись на второй этаж, откуда было гораздо интереснее наблюдать за барменшей. Сверху я заметил, что на ней была короткая клетчатая юбка. За все время она сделала огромное количество коктейлей. В какой-то момент у нее было полно заказов, и она даже вспотела от напряженной работы. Было видно, как поблескивают ее плечи, передавленные лямками от лифчика и этой белой майкой.

Я дождался, пока в клубе останется мало людей, и так получилось, что я пробыл там до пяти утра. Игорь снял какую-то девушку, немного потанцевал и повез ее к себе, оставив меня в гордом одиночестве.

POV Алиса

Я так устала на работе. Оставались силы только на то, чтобы завалиться спать. В раздевалке я сняла свою майку, почувствовав, насколько она пропахла потом, потому что этой ночью была запара, с которой я еле справилась. Я надела огромную рубашку, которая не стесняла меня в движениях, как эта майка. Вместо ненавистной юбки я натянула джинсы. Как это прекрасно, когда смена заканчивается. Попрощавшись с девочками-танцовщицами и официантками, я пошла домой.

— Девушка, не подскажете, сколько времени? — послышался какой-то знакомый голос на выходе из клуба.

Я уже испугалась, что меня затащат в какой-нибудь темный переулок и изнасилуют, но мои опасения оказались напрасными, потому что, обернувшись, я увидела парня, который заказывал у меня коктейли. Он достаточно быстро догнал меня.

— Двадцать минут шестого, — остановившись, ответила я и снова направилась в сторону дома.

— Так вот, во сколько вы заканчиваете. — Зачем-то он продолжал идти за мной, что слегка меня настораживало. — Не хотите выпить со мной?

— Нет, спасибо, — сухо ответила я, надеясь, что он от меня отстанет.

— Я не имею в виду сегодня. Я понимаю, что вы устали. Быть может, завтра?

— Нет. — Я была непреклонна.

У меня не было времени на все эти глупости, поэтому я отказывала многим парням, которое пытались добиться моего расположения. К тому же, я понимала, что в моей ситуации отношения в любом случае закончатся фиаско, потому что вряд ли кто-то хотел бы нянчиться с моей маленькой сестрой. Это все равно, что жениться на женщине с ребенком. Конечно, это не значит, что у меня никогда не было серьезных отношений. Но те, что были, однажды разрушили меня до основания.

— Вас подвезти? — спросил вдруг он, подойдя к своей желтой спортивной машине, которая, оказалось, была припаркована неподалеку.

Кажется, это была феррари. Ну да, конечно. Этому человеку просто был нужен секс, и он хотел произвести на меня впечатление своей машиной. Ну что ж... я прошла мимо, бросив на него презрительный взгляд.

Когда он сел в машину, я вздохнула с облегчением, потому что подумала, что преследование подошло к концу, но я ошиблась, потому что на медленной скорости он все же продолжал ехать за мной.

Жила я неподалеку от места, в котором работала, буквально в десяти минутах ходьбы, но мне не хотелось, чтобы этот придурок ехал прямо до моего дома.

Я обернулась, на что он побибикал мне. Да что ему нужно? Неужели так трудно было снять какую-нибудь девчонку в клубе, а не докапываться до уставшей меня.

Когда я прошла половину дороги, он все еще ехал за мной, и я решила, что надо все-таки что-то делать, потому что эти преследования наталкивали на странные мысли. Я уже успела подумать о том, что будет с моей сестрой, если меня вдруг не станет.

Сорвавшись с места, я бросилась бежать, но машина оказалась достаточно маневренной, чтобы успевать за моими резкими поворотами. Черт, да почему я?

Все-таки он доехал до самого моего подъезда, в котором я наконец и спряталась. Было дико жарко от бега, хотя на улице и стояла зима. Кстати, это снова была зима без снега, поэтому я даже ни разу не упала по пути домой.

Я тихо повернула ключ и зашла в квартиру. Зайдя в комнату Насти, я убедилась, что она тихо мирно спит. Подойдя к ней, я присела на корточки прямо перед ее лицом. Я почувствовала облегчение от того, что с ней было все хорошо. Мне было спокойно от мысли о том, что в данный момент ей ничего не угрожает. Этот человек — самое дорогое что у меня осталось, и я не хотела разочаровывать ее. Я даже не сказала ей, что меня отчислили из университета. Она всегда должна думать, что у меня все хорошо, чтобы не беспокоиться обо мне.

— Моя девочка... — прошептала я. — Я всегда буду жить только ради тебя. — Я села на пол и еще долго смотрела за тем, как она спит.

В декабре в той стране Снег до дьявола чист,

И метели заводят Веселые прялки.

Был человек тот авантюрист,

Но самой высокой

И лучшей марки.

С. Есенин

POV Алиса.

С каждым утром мне было все труднее открывать глаза. Когда будильник прозвенел в десять, я слегка приподнялась и отключила его. Сидя на постели, я никак не могла сфокусировать взгляд на чем-нибудь определенном. Так дико хотелось спать. А от мысли, что придется одеваться и куда-то идти хотелось еще и умереть. Я надеялась, что хотя бы в гробу смогу выспаться. С этими мыслями я чистила зубы, варила кофе, завтракала... буквально каждое утро.

Настя в этот день сама поехала в школу. Я провожала ее только тогда, когда у меня было на это время.

Собравшись, я взяла сумку и отправилась на свою вторую работу. Я подрабатывала еще и официанткой в кафе. Платили там, конечно, меньше, чем за смены бармена в клубе, но у меня не было выбора.

Идя по улице, я снова пожалела, что решила сэкономить на новом зимнем пальто, потому что та куртка, которая была на мне, не прикрывала буквально ничего, и в ней было холодновато.

К тому же, меня все еще беспокоила мысль об отчислении из университета. Что сказали бы родители, если бы были живы?

Хотя если бы они были живы, все сложилось бы по-другому. Мне бы не приходилось столько работать, и меня бы вряд ли отчислили с третьего курса экономического.

Но, к сожалению, все сложилось так, как сложилось, и я не могла ничего изменить. Они разбились в автокатастрофе полтора года назад, оставив мою сестру мне на попечение. Огромных трудов мне стоило убедить службу опеки в том, что я могу о ней заботиться и обеспечивать ее. Быть может, моментами я и лгала им, но не могла же я отдать Настю в детский дом или каким-то левым людям. Она бы расценила это как предательство. Да и я бы просто не смогла жить без нее.

Я купила по дороге энергетик, без которого не обходился ни один мой день, потому что спала я от силы часа по четыре в сутки. Иногда мне везло, и удавалось поспать шесть часов, но такое случалось не часто.

Я вполне могла быть уверена в том, что с таким образом жизни до пенсии вряд ли доживу. Порой я чувствовала себя лет на сорок в свои двадцать.

Да, меня убивало все то, что происходило со мной, но я старалась никому не жаловаться, потому что это были только мои проблемы. Я сама терпеть не могла нытиков, потому что знала, насколько омерзительно они выглядят в глазах окружающих. Изо дня в день я просто заставляла себя подниматься с постели и что-то делать ради того, чтобы мы с сестрой могли более-менее нормально жить.

— Здарова! — Я подскочила от внезапности, потому что меня резко схватили за плечи.

Это был мой друг и коллега Женя. Он тоже работал официантом со мной в одной смене.

Это был симпатичный парень со светлыми волосами и голубыми глазами. Он учился на переводчика.

— Ну что, покурим? — весело спросил он, и мы остановились у входа в кафе. — Как твои дела?

Я усмехнулась.

Он зачем-то всегда интересовался моими делами. Порой мне казалось, что этот человек слишком вежлив.

— Ну-у, как тебе сказать?.. Вчера меня отчислили из универа, — улыбнувшись, сказала я, но тут же пожалела об этом.

— Хм... не ожидал, извини.

Я отрицательно покачала головой.

— Не извиняйся, сама виновата. Не стоило этого говорить.

— Почему?

— Зачем грузить тебя?

Он пожал плечами.

— Не знаю... Быть может, потому что мы друзья?

Я улыбнулась в ответ. Вскоре мы докурили и зашли в кафешку.

Мне нравился этот парень. С ним всегда было легко и весело. Он мог рассмешить меня даже тогда, когда у меня было отвратительнейшее настроение. На работе мы всегда смеялись надо всякой ерундой, играли в догонялки, пока администратор не видел, и пили коктейли, порой даже и алкогольные.

Я проснулась в девять вечера, потому что надо было идти в клуб. Выйдя из комнаты, я оказалась в гостиной, которая была совмещена с кухней, и начала варить себе кофе.

Настя сидела на диване и смотрела мультфильмы на на ноутбуке.

— Малыш, ты все уроки сделала? — спросила я, засыпая львиную долю молотого кофе в турку.

Голова немного побаливала, поэтому я достала аптечку и взяла таблетки.

— Да-а, — недовольно бросила она.

— Покажи, — попросила я.

Настя послушно встала с дивана, поставив мультфильм на паузу, и пошла в свою комнату. Тем временем я запила таблетку Цитрамона кофе и подперла рукой голову, которая показалась тяжелой, как наковальня.

Настя пришла ко мне с тетрадями. К счастью, программу четвертого класса я все еще могла проверять. Быстро просмотрев оценки за предыдущую домашку и проверив новую, я разрешила Насте смотреть мультики до одиннадцати. Она была послушной, поэтому проблем с ней практически не возникало. Иногда мне казалось, что она уже выросла, потому что порой слишком ответственно относилась к некоторым вещам и задавала слишком серьезные вопросы, на которые я не знала ответов. Но иногда я замирала в страхе, думая о том, что рано или поздно у нее наступит переходный возраст, и она начнет пробовать алкоголь, сигареты и прочую дрянь, затем ссориться со мной и красить волосы в яркие цвета.

Этой ночью в клубе было не так много народу, потому что это был будний день. Я спокойно готовила коктейли, даже не напрягаясь. Мне нравилась эта ночь, но лишь до определенного момента. Пока не пришел тот парень, который преследовал меня тогда.

— Налей-ка мне виски, — сказал он, уставившись на мою грудь.

— Какого именно? У нас есть...

— Самого дорогого, — перебил он меня.

Я коротко кивнула и сделала, как он хотел. Через пару минут он попросил повторить, что я и сделала. На этот раз он протянул мне две пятитысячные купюры и снова сказал, что сдачи не надо. На протяжении всей моей смены он то подходил и заказывал виски, то отходил танцевать. По моим подсчетам он выпил около полулитра.

Закончив работу, я переоделась и вышла из клуба. Пройдя метров десять я остановилась, разыскивая сигареты в сумке.

Вдруг кто-то схватил меня за руку и прижал к каменной стене здания клуба. Причем это была та часть стены, которая была за углом и не просматривалась даже камерами видеонаблюдения. От страха я взвизгнула. Только через пару минут я поняла, что это был тот парень.

— Да че тебе надо от меня?! — вскрикнула я, пытаясь вырваться.

Его лицо было слишком близко, и я чувствовала запах дорогого виски у него изо рта.

— Поехали ко мне? — вполголоса пробормотал он, пытаясь разглядеть мои глаза в темноте.

— А-а, так вот что ты хотел, — саркастически заметила я. — Так бы сразу и сказал! — Я сделала паузу, после чего ответила: — Нет.

Но он будто услышал совершенно противоположный ответ, поэтому принялся целовать меня в шею, отчего я немного опешила.

— Да отстань ты! — Я оттолкнула его, вложив всю свою силу. — Извращенец чертов! — Пришлось влепить ему смачную пощечину.

Господи, да почему это происходит именно со мной?

Я побежала домой, надеясь, что в таком состоянии он не догонит меня. Пробежав метров пятьсот, я остановилась и оглянулась. К счастью, никого не было. Я долго не могла отдышаться. Так как на улице было морозно, у меня изо рта шли облака пара.

Почему-то захотелось упасть в снег и лежать там, пока не замерзну. Но снега все еще не было, поэтому я просто забила на свое желание и пошла домой.

Придя, я обнаружила включенный телевизор и Настю на диване. Похоже, она снова допоздна смотрела мультики. Я взяла с кресла плед и накрыла сестру. Выключив телевизор, я направилась в свою комнату.

POV Дима.

— Ты че такой кислый? — спросил меня Игорь, сидя в подвесном кресле в моей комнате. — Проблема с универом решена, тебе больше не о чем париться.

Я лежал на кровати и рисовал. У меня с детства было это увлечение. Рисование меня успокаивало. Я вполне хорошо мог написать портрет по памяти, что — как я был уверен — не каждому дано.

— Да класть я хотел на этот универ. Эта бумажка о высшем образовании все равно ничего не стоит.

— Она стоит денег твоего отца. Она нужна тебе, чтобы ты смог унаследовать его бизнес.

— Плевать мне на этот бизнес, — спокойно сказал я.

Порой мне казалось, что без этого семейного дела мы были бы нормальной семьей. Мать бы не ездила постоянно по модным показам, отец не пропадал бы на фуршетах и переговорах. Что тут говорить? Своего дядю я и то видел раз в полгода, потому что он был членом правительства и у себя дома-то редко появлялся, не то что у нас.

Всю жизнь я провел в роскоши, но внимания родителей мне, если честно, не хватало, поэтому я старался компенсировать его вниманием девушек, которых у меня было навалом. Даже в школе, в которой я учился, практически каждая признавалась мне в любви. В универе такого не было, но лишь потому, что я его не посещал.

— Да что ты там рисуешь так увлеченно? — Игорь подошел и буквально вырвал у меня из рук скетчбук.

Карандаш выпал и укатился куда-то под кровать.

— Что это за девушка? — поинтересовался Игорь.

Там был портрет красивой девушки в коротенькой зимней куртке и с сигаретой в зубах.

— Просто девушка, — сухо ответил я.

Игорь мне не поверил и начал листать скетчбук. По его лицу я понял, что он наткнулся на тот рисунок, где эта же девушка стоит за баром и переливает коктейль из шейкера в бокал.

— Это та барменша что ли? — с едкой усмешкой спросил он. — Ты запал на нее?

Немного поразмыслив, я кивнул. Не было причины скрывать от него этот факт.

— Ну так в чем проблема? Пригласи ее куда-нибудь, а потом сделай то, что ты обычно с ними делаешь.

— Серьезно? Это откуда ты такой умный взялся? — саркастически спросил я. — Я уже пробовал. Не помогло. Она даже на тачку мою не повелась.

Игорь слегка приподнял бровь, из-за чего проступили небольшие морщины на его покатом лбу. К слову, внешность у него была не совсем обычная. Его массивный подбородок и ярко выраженные скулы всегда привлекали внимание. Волосы у него были русого цвета, а глаза карие. Что отличало его, так это его рост. Игорь был под два метра. Можно было сказать, что он выделялся из толпы.

— Ну предложи ей денег. Если она работает в этой забегаловке, они ей по-любому нужны.

— Ну а потом?

— А что потом? Я уверен, как только ты переспишь с ней, интерес сразу же пропадет. Разве не так с тобой всегда и бывало?

Я слегка задумался.

— Ну это какой-то бред. Она же не проститутка, — сухо сказал я и забрал обратно свой скетчбук.

POV Алиса.

Прошло пару дней. Мое утро начиналось как обычно. Я быстренько собралась и отправилась в кафе, на работу. Но дойдя до остановки, я встала, как вкопанная. Там сидел, дыханием грея руки, тот парень, который так взбудоражил мое сознание накануне. Я сделала вид, что не заметила его, и зажала в зубах сигарету. Не успела я поднести зажигалку к ней, как он вырвал сигарету у меня изо рта и сломал ее со словами:

— Завязывай! Это вредно.

Я откровенно не понимала, что все это значит. Больше всего курящего человека бесит, когда ломают его сигареты, но я на этот раз тактично промолчала.

Кстати, парень показался мне достаточно красивым. Он был выше меня ростом, со светлыми волосами и глазами, которые так нахально блестели.

Меня почему-то всегда раздражало, когда люди смотрели мне в глаза, особенно посторонние. А он как раз этим и занимался. Я расценивала это как какое-то вмешательство в личное пространство.

— Что, второй акт того ночного спектакля пришел разыгрывать? — холодно и сухо произнесла я.

Услышав свой же голос, я подумала, что, если б кто-то со мной так разговаривал, мое тело бы наверняка бы покрылось мурашками.

— Послушай. — Он схватил меня за плечо рукой. — Я слишком много выпил, и ничего не помню...

— Завидую, — перебила я. — Я вот помню всё. — Выдернув свое плечо из его клешни, я встала в ожидании автобуса.

Мне было абсолютно наплевать, что он так хотел мне сказать. Я вообще не видела никакого смысла в общении с ним. Это отнимало мое время и нервы.

— Ну извини меня, — пробормотал он.

Я проигнорировала.

— Ты вообще слышала, что я сказал? — уже более требовательным тоном произнес он.

Я снова не посчитала нужным отвечать. На какое-то время повисла неловкая пауза. Точнее она была неловкой только для него, потому что для меня это было всего лишь мгновение тишины.

— Что, повыебываться любишь, да?

Вот такой вопрос меня заставил даже повернуться к нему лицом. Я, честно говоря, не знала, что на это ответить. Он каким-то требовательным тоном пытался от меня чего-то добиться.

— Ну, допустим, — процедила я.

— Чего ты хочешь? Машину? Денег? Сколько ты хочешь?

Я нахмурилась, не до конца понимая, что он имеет в виду.

— Это ты мне сейчас секс за деньги предлагаешь?

На этот раз молчал он.

Серьезно? Серьезно, блять? Пускай, я находилась не в лучшем финансовом положении, но соглашаться на такое я не собиралась. Меня не так воспитывали, чтоб спать с первым встречным за деньги. Пиздец. У меня просто не было слов.

Я влепила ему смачную пощечину, от которой его щека покраснела. Очень кстати подъехал мой автобус, в который я, не раздумывая, запрыгнула.

Это был до жути странный разговор. Я абсолютно не понимала, что заставляет человека так вести себя.

К счастью, в этот день в клубе я не работала. У меня был выходной. Хоть один вечер я могла побыть с сестрой: приготовить ей нормальный ужин, посмотреть телевизор, уложить спать вовремя. Она была рада тому, что я находилась дома, потому что порой ей было страшно засыпать одной в пустой квартире.

— Что будем смотреть? Выбирай, — сказала я ей, насыпая в чашку чипсы.

— "Гравити Фоллз" хочу.

— Ну давай.

Мы сели на диван, укрылись пледом. Я спросила, как у нее дела в школе, на что она ответила, что все в порядке. Через некоторое время Настю начало клонить в сон, и пришлось отнести ее в комнату. Уложив ее спать, я отправилась мыть посуду. В квартире было так спокойно. Теплым светом горел торшер, которому было уже много лет. Работал телевизор. Окна были занавешены плотными шторами, через которые не пробивалась эта пугающая ночная темнота.

Вдруг я услышала крик сестры из комнаты. Бросив свое занятие, я сорвалась с места и побежала к ней.

— Что случилось?

Она плакала.

— Мне приснилось... Мне опять... приснился тот день, — всхлипывая, сказала она.

Я села на ее постель и, обняв ее, начала поглаживать по голове, чтобы успокоить. Ей порой снились кошмары. Кошмары, повторяющие тот день, когда они погибли. Настя была в школе, когда за ней пришел директор и снял с уроков. Я забрала ее. Именно мне пришлось все ей рассказать. Я видела тот ужас в ее глазах, когда маленький детский мозг не мог осознать то, что люди, которых она знает всю свою жизнь, с которым проводит больше всего времени, больше не придут... больше никогда не заберут ее из школы... больше не поцелуют на ночь. Даже мой мозг не справлялся я этим осознанием...

На похороны я Настю не пустила по советам психолога, к которому я водила ее еще год. Мне казалось, что рано или поздно этот кошмар закончится, но он только начинался. Она не перестала чувствовать боль от потери близких людей. Она научилась жить с болью.

А я... Я практически разучилась плакать. Что бы ни происходило с моей жизнью, я не могла плакать. Сначала было очень больно... будто даже воздух, которым я дышала, колол тысячами игл одновременно. Затем наступило какое-то пограничное состояние между болью и равнодушием. И вскоре после этого равнодушие охватило меня полностью. Безразличие к страданиям поселилось во мне, и я не могла от него избавиться. А может, даже и не хотела... Так стало проще.

— Полежать с тобой? — спросила я, на что уже почти успокоившаяся сестра кивнула.

Так мы и проспали вместе всю ночь.

POV Дима

Я на время забил на все и улетел на Сейшелы. Там я только купался в теплом Индийском океане, пил коктейли, постоянно ел, рисовал... и немного писал. Я решил завести дневник, в котором, в основном, рефлексировал и размышлял о своей жизни. Такие поездки всегда заставляли меня задуматься о том, кем я являюсь на самом деле. Мне очень хотелось найти себя, но пока не удавалось уловить эту паутинку, которая привела бы меня к ответу на вопрос: кто я такой. Я понятия не имел, ради чего я живу. У меня не было никакой цели в жизни, в отличие от моих друзей. Я не горел желанием чего-то добиваться.

Если честно, мне всегда нравилось просто создавать что-то красивое. Рисовать, например, но я не считал это своим призванием, а относился к этому только как к увлечению.

Алиса никак не выходила из моей головы. Я пытался бороться с этим, но все равно предо мной стоял ее образ в белой майке и короткой клетчатой юбке. Мне казалось, что она интересует меня только потому, что кажется слишком недоступной.

С детства родители воспитывали меня так, что нужно добиваться своих целей, вот мне и было неприятно думать, что я отступаю.

Так я научился кататься на серфе. Падая в океан, я каждый раз взбирался на него снова и пытался поймать волну. На самом деле человек то и дело пытается поймать какую-то "волну", но порой не может этого сделать. Его кидает из стороны в сторону это безумное течение жизни. Он можем только бороться с ним. Но есть ли смысл бороться с тем, что намного сильнее?

POV Алиса

Я вернулась с работы домой и заглянула в почтовый ящик. Лучше бы я этого не делала. Мне снова пришло уведомление о том, что нужно погасить долг, иначе они отключат нам свет. Я понятия не имела, где можно взять лишние семьдесят тысяч. Таких денег у меня не было. Да и моя зарплата с обеих работ вряд ли могла покрыть все это. В голове промелькнула мысль о том, что, быть может, стоило согласиться на секс с тем парнем за деньги, но мне тут же стало стыдно за эту идею, поэтому я отогнала ее прочь.

По пути домой я набрала Олю, которая могла дать мне лишь четвертую часть этой суммы. Я согласилась и на это. Мы сошлись на том, что она переведет мне деньги, как только я пойму, где взять остальные.

Больше настолько близких друзей у меня не было, да и если бы и были, то не хотелось бы портить отношения со всеми, ведь я вряд ли могла бы вернуть деньги быстро.

Позвонил Женя и предложил выпить с ним. У меня был выходной в клубе, поэтому я решила не отказываться, учитывая ситуацию. Мне нужно было отвлечься. Как только я помогла сестре с домашкой и уложила ее спать, то вызвала такси и поехала к нему, надеясь, что Настю этой ночью не побеспокоят кошмары.

У него дома всегда было уютно. Квартирку он снимал небольшую, но в ней было все, что необходимо, включая балкон с панорамными окнами, на котором я любила сидеть и курить. В этот раз я так же устроилась на диванчике, который он разместил на этом балконе, и затянулась сигаретой.

На дворе была ночь. Из этих окон восьмого этажа открывался прекрасный вид на светящийся город. Где-то внизу то и дело сновали людишки, спешащие по своим насущным делам.

Женя принес два стакана под виски и шоколад. Я открыла этот божественный напиток. Мне он всегда очень нравился. По сравнению с другими видами крепкого алкоголя он действовал как-то более мягко. А по утрам я не так сильно страдала от похмелья, как, например, от того же коньяка. Мы разбавили виски колой и принялись обсуждать рабочие сплетни.

Мне нравилось проводить с ним время, потому что мы никогда не переступали ту дружескую черту, которую обычно трудно провести в нашем возрасте. Мне казалось, что никто из нас не был влюблен друг в друга. Мне это утраивало.

— А как на личном? — поинтересовался вдруг он, и я не увидела в этом вопросе ничего подозрительного.

Он часто интересовался моей жизнью, правда, порой я не понимала, с какой целью.

— Да никак. У меня нет на это времени.

— Ну у тебя же есть время сидеть сейчас со мной и пить виски?

Я кивнула со словами:

— Ну это крайняя необходимость скорее.

— Ну так что там?

Я не знала, есть ли смысл рассказывать ему про парня, который так и рвется затащить меня в постель. Но алкоголь все же развязал мне язык.

— Послушай, если бы ты был богатым парнем, то захотел бы переспать с барменшей из ночного клуба?

Он усмехнулся.

— Ну, смотря, в каком бы я был состоянии, — с улыбкой сказал он, докуривая очередную сигарету.

— А что значит, если человек и пьяный и трезвый хочет затащить тебя в постель настолько, что даже предлагает деньги? — спросила я, посмотрев ему прямо в глаза.

Он ненадолго задумался.

— Это значит, что у человека что-то не так с головой, — заключил он. — Постой. Кто-то предлагал тебе деньги за секс?

Я неосторожно кивнула, ожидая, как он на это отреагирует.

— Круто. А че отказалась? — насмешливо поинтересовался Женя.

Вместо ответа я пихнула его под ребро. Этот человек всегда стебался надо мной, что, если честно, меня никогда не бесило. Я чувствовала, что он издевается по-доброму, не желая меня оскорбить или унизить.

Когда мы допили бутылку виски, я собралась домой. Женя, по-моему, был не очень этому рад, но я не могла остаться с ночевкой, потому что сестра бы переживала, проснувшись и увидев, что меня нет.

Было часов двенадцать ночи, и я шла по освещенной улице мимо супермаркетов. Женя хотел меня проводить, но я отказалась, потому что хотелось пройтись в одиночестве. Наконец пошел снег хлопьями. Пошел в середине февраля, как это обычно бывает. Это было прекрасно. Учитывая, что по всему моему телу разливалось тепло от выпитого алкоголя, я чувствовала себя вполне спокойно. На душе было хорошо.

Позвонила Оля, которая вдруг захотела со мной поболтать. Я смеялась над очередным случаем, произошедшим с ней, пока не увидела, что навстречу идет один из тех людей, с которыми лучше бы и никогда не пересекаться. Я потеряла дар речи.

— Чего молчишь? — послышался голос подруги в телефонной трубке.

— Я перезвоню, — сказала я, сбросив звонок.

Он заметил меня через несколько секунд после того, как увидела его я. На этой улице никого не было, кроме нас. Я очень боялась, что он подойдет ко мне. К сожалению, так и случилось.

Это был один из тех разговоров, что причиняют боль, но не несут в себе никакого смысла. Один из тех разговоров, после которого ты не сможешь уснуть от переизбытка эмоций.

— Привет, — зачем-то улыбаясь, сказал он. — Ну как твои дела?

Я натянуто улыбнулась в ответ. Наверное, он понял, что моя улыбка была фальшивой. Он всегда мог читать мои эмоции.

— Нормально. Ты как? — Я не понимала, какой смысл был в этом вопросе, ведь все равно, отвечая, оба из нас солгали.

— Тоже ничего. Учишься еще?

Я отрицательно покачала головой и ответила:

— Работаю.

Повисла небольшая неловкая пауза. Такие паузы бывают, когда очень много хотел бы сказать человеку, но никогда этого не сделаешь, потому что этот человек уже не близок тебе... потому что однажды он от тебя отвернулся.

— А я вот учусь. — Он тяжело вздохнул, и я поняла, что этот разговор с трудом давался и ему.

Зачем надо было подходить? Просто прошел бы мимо.

Я почувствовала, как сердце мое сильно колотится, и испугалась, что даже он может услышать этот стук. Я старалась не смотреть в его глаза, потому что боялась в них смотреть. В последний раз я увидела там бездну равнодушия, которая до ужаса напугала меня.

— Ладно, удачи тебе! А то я спешу, меня дома сестра ждет, — сказала я, пытаясь сделать наиболее веселый тон.

Я была рада, что именно мне хватило смелости прервать этот разговор с человеком, даже видеть которого мне было неприятно.

Мы были вместе еще со школы. И это он отвернулся от меня полтора года назад, когда мне больше всего нужна была помощь. Так зачем же сейчас подходить и спрашивать, как мои дела? Потешить свое самолюбие? Я отчасти могла понять его поступок, потому что слишком многим приходилось жертвовать ради меня, и в конце концов ему это надоело.

После смерти родителей я возилась со многими вещами, в том числе похороны, документы, свидетельства. Также мне нужно было ходить в универ, поэтому порой я просила его посидеть с сестрой, которой на тот момент было восемь лет. Я каждый раз приходила домой настолько уставшая, что валилась с ног, а он рассчитывал на что-то большее, чем жалкое "спасибо" за свою помощь. В итоге он ушел. Ушел, посмотрев на меня таким холодным взглядом, который я запомнила на всю свою оставшуюся жизнь.

Потом от общих знакомых я узнавала, что он нашел себе кого-то. Затем появились до боли колющие в сердце фотографии в соцсетях. И вот, когда мне стало на него абсолютно фиолетово, мне рассказали, что он расстался с девушкой, сильно изменился, начал много пить. Мне сказали, что он сильно страдает. Это было до жути смешно, потому что причин страдать в его жизни было не так много. Мне не было жаль его. Наоборот, я хотела, чтобы он заплатил за всю ту боль, что причинил мне.

Ненавижу встречать на улице призраков прошлого. Такие встречи не приносят ничего хорошего. Они только заставляют задуматься, что ты сделал не так... И ты начинаешь задавать себе вопрос: почему ваши пути разошлись. Клянешь судьбу за то, что снова встретил этого человека. Не понимаешь, почему так произошло, ведь вы оба живете в огромном городе, в котором вероятность встретиться крайне мала...

Февраль подходил к концу, а я так и не придумала, где достать деньги на оплату долга. Вернувшись домой в один из вечеров, я попыталась включить свет, но ничего не вышло. Сначала я подумала, что просто лампочка перегорела, но поняла, что сильно ошиблась.

Из комнаты ко мне вышла Настя со свечкой в руках.

— Нам отключили свет? — спросила я у сестры.

— Да. Не знаешь, почему? — задала она вопрос, который поставил меня в тупик. — Я не могу даже зарядить телефон, — жалобно сказала она.

Я тяжело вздохнула, после чего сняла куртку и обувь. Пришлось залезть в кладовку, чтобы достать оттуда еще свечей.

— Не переживай. Зато смотри, какая романтика. — Я прошла на кухню и зажгла эти свечи.

Это было, и правда, красиво. Давно наша квартира не казалась такой уютной.

— Придется тебе делать домашку до того, как темнеет, — вздохнув, сказала я сестре.

Я начала варить макароны, искренне радуясь, что плита у нас была газовая.

На следующий день произошло то, что окончательно выбило меня из колеи. Вернувшись домой из кафе, я увидела Настю, сидящую на диване, всю в слезах.

— Что случилось? — даже не раздеваясь, я подлетела к ней, осматривая сестру с ног до головы, чтобы убедиться, что с ней ничего не произошло.

Она всхлипнула, но промолчала. Я не понимала, почему она не хочет мне говорить.

— Скажи мне. Быть может, я смогу тебе чем-то помочь... — Я сидела на полу перед ней и безуспешно упрашивала ее рассказать, в чем дело.

После получасовых уговоров, она все-таки решилась рассказать мне.

— Надо мной в школе издеваются...

Ее лицо опухло и покраснело от слез и напряжения.

— Почему?

— Они... они говорят, что я нищебродка. Говорят, что у меня немодные и старые вещи и древний телефон. Девчонки... постоянно шепчутся за спиной...

Я нахмурилась.

— И давно это началось? — взволнованно спросила я.

Она не ответила, потому что мешал ком в горле, а только кивнула в ответ.

Да, некоторые вещи она, конечно, донашивала за мной или за кем-то еще, но я была всегда уверена, что выглядит она вполне прилично. Чтобы купить ей айфон, у меня, конечно, денег не было, но ей всего хватало и без этого. Я порой поражалась, насколько дети могут быть жестокими...

Я накапала ей немного валерианы в воду, потому что ее плач уже перерастал в истерику. Я даже разрешила ей не идти в школу на следующий день. Вскоре она успокоилась и уснула на моем колене.

Черт возьми, вот и что мне остается делать?

POV Дима

Наконец я вернулся домой. Меня не было где-то неделю, но я нихрена не отдохнул. Привез я с собой только кучу рисунков и почти законченный дневник.

— Дмитрий Валерьевич, — раздался голос дворецкого, практически бесшумно появившегося в моей комнате. — К вам помощник вашего отца, Даниил Петрович.

Я повернулся на кресле лицом к нему и попросил дворецкого пригласить помощника.

— Я узнал всё то, что вы просили, — зайдя, сказал Даниил Петрович.

За что мне нравился этот человек, так это за то, что сразу переходил к делу, не отнимая времени на пустые формальности.

— Ну и что же там? Выкладывай.

— Лебедева Алиса Викторовна. Сейчас ей двадцать лет. Полтора года назад в автокатастрофе погибли оба ее родителя. Причины катастрофы мне неизвестны. В общем, у нее осталась сестра возрастом десять лет, Лебедева Анастасия Викторовна. Итак, Алиса Викторовна недавно была отчислена из университета за прогулы. Вероятно, это из-за нехватки времени. Она состоит на двух работах. Одна из них в ночном клубе, вторая в кафе. Вот адреса. — Он подал мне лист, на котором был указан даже домашний адрес. — В прошлом одна из лучших студенток экономического факультета. Вырезка из ее курсовой работы даже была опубликована. Получала лучшие рекомендации на обучение по обмену, но после смерти родителей решила никуда не ехать и отказалась от стажировки в США.

Я слегка был в шоке ото всего услышанного. Всегда поражался, как много человек может скрывать. Хотя она и не должна была мне все это рассказывать, ведь я, по сути, был для нее никем.

Даниил Петрович оставил все бумаги на моем столе, после чего покинул мою комнату.

Стоит ли мне вообще пытаться сблизиться с ней? Я буквально чувствовал, сколько проблем это может доставить. Я думал, что это просто девушка с обычной жизнью, с которой можно весело провести время.

Мне написал Игорь, который решил отметить мое возвращение походом в "Вегас". Ему почему-то понравился этот клуб. Он говорил, что там гораздо проще снимать девушек. Я долго не отвечал на его предложение. В итоге я все-таки решил отказаться и остаться дома этой ночью. Мне не хотелось видеть ее, но не думать о ней я почему-то не мог. Чтобы хоть как-то отвлечься, я положил папку с информацией в ящик стола, сдерживая свое желание полностью ее проштудировать.

Я провалялся на кровати до двенадцати, но так и не смог уснуть. Попытки порисовать или почитать книгу тоже не увенчались успехом. Меня одолевало чувство, что я нахожусь не там, где должен быть.

— Вот черт. — Я все-таки решил пойти в этот дурацкий клуб.

Там я встретил Игоря, который успел заказать нам коктейли. Также он познакомил меня с двумя девушками. Одна из них показалась мне симпатичной, и я не стал упускать момент.

Но меня все же кое-что беспокоило. Сегодня была ее смена, и, сидя за столиком на втором этаже, я видел, как она готовит и отдает коктейли. Периодически взгляд все же падал на нее, и, чем больше я пил, тем меньше мог это контролировать. Выпив достаточно, я решил, что пора пойти потанцевать и захватил с собой девушку, которая мне приглянулась. Мы спустились на танцпол.

POV Алиса

Огромных трудов мне стоило оставить сестру дома. Я очень переживала за нее. Я боялась, что ей снова будут сниться кошмары.

От дурных мыслей немного отвлекала работа, а точнее запара, которую мне в очередной раз обеспечили официанты. Я еле-еле справлялась с этим. От метаний от одного края барной стойки к другому мне стало жарко, и я на какой-то момент даже испугалась, что в один прекрасный миг могу просто упасть. Как же я была рада, когда запара наконец закончилась. Появилась возможность оглядеться вокруг и понять, много ли народу еще осталось в клубе.

Вдруг я увидела того парня. Он отжигал на танцполе с какой-то дамой. Видимо, все-таки решил последовать моему совету. Это были очень "грязные" танцы, ибо он облапал ее везде, где только мог. Мне показалось это омерзительным, но я уже все для себя решила. Нужно было действовать.

Я вышла из-за барной стойки и направилась в его сторону. К слову, несколько парней успели ударить меня по заднице, хотя идти мне было не так уж и далеко. Он не мог видеть меня, потому что я кралась сзади. Господи, как же мне было неловко это делать. Надо было что ли выпить для храбрости. Я пару секунд тупила, стоя у него за спиной, после чего все-таки решилась и аккуратно взяла его за плечо. Он повернулся и перестал танцевать. Видимо, не ожидал, что я подойду.

— Чего тебе? — с явной долей нахальства в голосе крикнул он.

Я с трудом его расслышала из-за громкой музыки.

— Я согласна! — крикнула я в ответ.

Он лишь недоуменно нахмурился.

— Ну помнишь, что ты предлагал мне тогда на остановке? — Я старалась говорить громче, чтобы он ни упустил ни слова. — Я согласна переспать с тобой! Цена — двести тысяч рублей.

Я посчитала эту сумму наиболее оптимальной, чтобы погасить долги и прикупить новых вещей для Насти.

Казалось, он опешил от этого, поэтому долго молчал.

— Я заканчиваю в пять. Если все еще хочешь этого, дождись, пожалуйста! — крикнула я напоследок и поспешила вернуться за барную стойку, где уже официанты сами готовили себе заказы.

POV Дима

Я не ожидал такого поворота событий.

— Кто это? — спросила меня девушка, с которой я танцевал еще пару минут назад.

— Да так, знакомая, — ответил я и направился к барной стойке, оставив ее на танцполе.

Посмотрев на часы, я убедился, что до пяти еще далеко.

— Налей мне виски, — попросил я Алису.

Она нахмурилась, но сделала то, о чем я просил. Пока я пил, она бросала на меня какие-то косые взгляды. Если честно, я сомневался, стоит ли идти у нее на поводу.

Ко мне подошла девушка с просьбой угостить ее коктейлем. Я отказался.

Время тянулось, словно резиновое, хотя в клубах обычно бывает наоборот. Игорь уже поехал домой, а в клубе становилось все меньше и меньше народу. Официанты уже собирали последнюю посуду со столов. И вот, когда осталось около пяти человек, которые все еще продолжали танцевать под какой-то медляк, я уже засыпал, все еще сидя за барной стойкой.

— Эй, вставай, моя смена закончилась, — послышался голос из-за моей спины.

Я поднял голову. Она стояла в этой майке и короткой клетчатой юбке, с растрепавшимся пучком на голове.

Я встал на ноги и почувствовал, как они затекли.

— Сейчас только переоденусь и поедем, — сказала она, направившись к служебной двери.

Я схватил ее за руку, останавливая. Она повернулась, вопрошающе глядя на меня. У нее было довольно выразительное лицо: большие глаза и пухлые губы. Правда, синяки под этими глазами смотрелись на ее лице не очень хорошо.

— К черту переодеваться. — Я не выдержал и прямо так потащил ее за собой.

— Ты че творишь?! — воскликнула она, что привлекло внимание оставшихся в клубе людей.

Мне было плевать. Я дотащил ее до гардероба. Она смотрела на меня глазами загнанного олененка. Читался какой-то страх в ее взгляде. Я накинул на нее свою куртку.

— Сама пойдешь или тебя донести?

Она как-то косо посмотрела на меня, после чего направилась к выходу. Из обуви на ней были балетки, а колготок не было вовсе, поэтому, чтобы она не мерзла, на выходе я подхватил ее и закинул на плечо.

— Ты че творишь? А ну поставь меня обратно! — Есественно, она сопротивлялась.

Я донес ее до своей машины, где включил печку, чтобы она согрелась.

— Ты еб*нутый, — сидя на переднем сидении и дрожа от холода заявила она.

— А кто спорит?

— Подожди, ты собрался вести машину в таком состоянии? — насторожилась Алиса.

— Я не настолько пьян, как ты думаешь.

Пришлось тронуться, чтоб доказать ей это. Она, к счастью, больше ничего не сказала. Просто молча смотрела в окно.

POV Алиса

Я не могла поверить, что согласилась на это. Быть может, не стоило? Я даже налила себе водки в баре, чтобы быть смелее, но эффекта от нее что-то не было.

Я понятия не имела, куда он везет меня, где мы вообще будем этим заниматься и как он собирается платить. Я понятия не имела, как потом пойду домой в таком виде, ведь у меня даже не было куртки. Единственное, чему я была рада, так это тому, что в машине было тепло. Надо было выпить больше или вообще захватить бутылку из бара.

Вдруг мы выехали за город. В голове промелькнула мысль о том, что он скорее всего изнасилует меня в лесу и бросит умирать на морозе. Боже, и о чем я думала, соглашаясь на все это? Я даже работала, надеясь, что моя смена никогда не закончится. Чего мне стоило только подойти к нему и сказать, что пора…

Но мы заехали в какой-то дорогой поселок. Там были огромные дома с гигантскими заборами. Причем расстояние между этими домами, тоже было немаленькое. Он подъехал к воротам одного из этих «замков». Через какое-то время эти ворота открылись, и мы заехали внутрь. Во дворе я увидела небольшой фонтанчик, который, похоже, они включали летом. Дом показался мне просто огромным. В нем было этажа три, как минимум.

К счастью, по улице мне идти не пришлось, потому что мы заехали в гараж, который больше походил на подземную парковку по своей площади. В этом гараже также были и другие машины. Боже мой, да сколько же у него денег?

— Выходи, — сказал он.

Молча я открыла дверь машины и с трудом выбралась из нее, ибо не привыкла к настолько низким тачкам.

Мы шли через какие-то коридоры, которые казались мне лабиринтами. По пути нам встречалась прислуга, которая здоровалась с ним и косо смотрела на меня. Неужели он заставляет людей убирать дом по ночам? Хотя потом до меня дошло, что на дворе-то было раннее утро, и они, скорее всего, уже вставали в это время, чтобы приготовить завтрак хозяевам.

— Это моя комната. — Он указал на белую резную дверь, которую вскоре открыл.

Мне представилось огромное пространство. Наверное, вся моя квартира была раза в три меньше его комнаты. Первым, что я увидела, было гигантское окно, перед которым висело подвесное прозрачное кресло. Потолок был отделан лепниной, и на нем висела люстра немаленьких размеров. Когда я зашла, то смогла увидеть огромную кровать слева, а справа — отдельную комнатку, где стоял письменный стол. Везде были какие-то дорогущие элементы декора, картины. Мне было до жути неуютно там.

— Душ там. — Он указал мне на дверь, которую я сразу и не заметила.

Я зашла и включила воду. Душевая кабинка была достаточно большой, но я никак не решалась… Я чувствовала себя просто омерзительно. Мне было противно от самой себя. Когда я успела из прилежной студентки превратиться в девушку легкого поведения?

Вдруг дверь распахнулась, и он зашел в ванную. Видимо, я забыла закрыться. Прервав мои размышления, он снова схватил меня и занес в душевую кабинку, включив воду. Прямо в одежде. Мы оба намокли. Моя майка стала абсолютно прозрачной, а его черная рубашка облепила все его тело. Он целовал меня в шею, что даже показалось мне приятным. Я стала отвечать на поцелуи и даже обняла его, на какое-то время забыв о том, что делаю это за деньги. Он захотел снять с меня майку, и я подчинилась. В душевой стало жарко настолько, что дверцы запотели изнутри. Он сжимал кожу на моей спине, что было довольно приятно.

Я уже даже, забыла, насколько может быть прекрасно все это. Около полутора лет я не занималась этим.

— Постой. — Я слегка оттолкнула его, смотря прямо в глаза. — А как тебя зовут?

Он нахмурился. Похоже, мы и не замечали того, что не знаем имен друг друга.

— Дима.

— А я Алиса.

Он улыбнулся и продолжил свое занятие.

Спустя минут десять, когда на нем уже не было рубашки и штанов, мы все еще продолжали целоваться. Вдруг он прижал меня к дверце душевой и постепенно начал стягивать мою юбку.

Черт…

Че-ерт…

— Остановись, — вдруг сказала я, аккуратно отталкивая его.

Если бы мы были подольше знакомы… если бы он мне нравился, и мы бы встречались… если бы… какой же это все идиотизм!

POV Дима

Вдруг она вырвалась из моих рук. Чуть не поскользнувшись на кафеле, Алиса выскочила из ванной. Я побежал за ней, прихватив полотенце.

В комнате она снова чуть не упала, потому что с ног ее стекала вода, что мешало нормально передвигаться.

— В таком виде на улицу собралась? — спросил я, преградив ей путь.

Даже у меня был мороз по коже после теплого душа. Я видел мурашки на ее руках. Она была мокрая насквозь.

— Что не так? — Я подошел накинул на нее полотенце, после чего вернулся на исходную позицию, боясь напугать ее.

— Прости меня… я так не могу. — Она посмотрела мне прямо в глаза, в которых я прочитал что-то, похожее на отчаяние. — Отвези меня домой, пожалуйста.

Я вернулся в душ и высушил себе волосы, что заставил сделать и ее. Затем я дал ей свою рубашку, ибо ее одежда не могла бы высохнуть за такое короткое время. Я также одолжил ей свои треники, в которых она, конечно, смотрелась нелепо, но мило.

Всю дорогу мы ехали молча. Нет, я, конечно, был расстроен, но не обижался на нее. Ее поступок можно было понять.

Я вернулся домой и плюхнулся на кресло. Черт, это была самая бессмысленная ночь в моей жизни. Зачем я вообще пошел в этот клуб? Можно было и сразу понять, что все так закончится. С ее характером она вряд ли могла так поступить…

Я вдруг вспомнил про папку, которую мне оставил помощник отца. Достав ее из ящика, я долго думал, стоит ли смотреть, что там. Есть ли в этом смысл? И все-таки я открыл ее. Помимо бумаг, которые я уже видел, я нашел там очень странное уведомление. Это было уведомление о задолженности в размере семидесяти тысяч рублей.

Черт возьми, так вот зачем ей нужны были деньги…

Было семь утра, но это не помешало мне набрать номер помощника отца, Даниила Петровича. Заспанным голосом он спросил, что мне нужно. Сначала я извинился за столь ранний звонок.

— Просто скажите, чего вы хотите, и все, — настоял Даниил Петрович.

— Долг Лебедевой. Я хочу, чтобы он был погашен. Средства возьмёте с моего счета.

POV Алиса

Утром я чувствовала себя не то что бы отвратительно, но было слегка неприятно после случившегося ночью. Точнее я чувствовала себя полной дурой из-за того, что мне вообще пришла в голову вся эта затея.

— А почему ты вернулась так поздно? — спросила Настя, заливая хлопья молоком.

Я пила кофе и чуть не поперхнулась им.

— Я задержалась на работе.

Хорошо, что она не видела, в чем я пришла, иначе точно задавала бы куда больше вопросов.

И как мне теперь отдавать ему одежду, если и в глаза-то посмотреть ему стыдно?

Вдруг включился свет, чего мы обе не ожидали.

— Спасибо, что разобралась с этим, — сказала сестренка. — А то зимой слишком рано темнеет, и мне два дня приходилось делать домашку при свечах.

И почему нам вдруг вернули свет, ведь я так и не оплатила долг?

Я улыбнулась уголком губ.

— Я же говорила, что все будет хорошо.

А будет ли?.. Кто оплатил мой долг?

Собравшись, я снова поехала на работу. Безумно хотелось спать… Как мне надоела эта дорога. Каждый день… каждый день одно и то же. Ради чего? У меня был ответ на этот вопрос, но я все равно каждый день снова и снова задавала его себе. Ради сестры. Только ради нее.

После смерти родителей я со временем потеряла практически всех… всех людей, которые были рядом раньше, кроме сестры. Нельзя передать словами, какую пустоту я чувствовала постоянно. Сколько бы ни проводила я времени с людьми, никто и никогда не мог ее заполнить. Друзья, парни… А что парни? Любовь умерла во мне давным-давно, но я боялась кому-либо об этом говорить. Я боялась, что меня могут не так понять… посчитать равнодушной… попытаться меня изменить. Я терпеть не могла, когда кто-то копался в моей голове и пытался понять, что со мной не так. Я знала, что пустота в моем сердце — результат всего того, что происходило со мной.

Я закрыла глаза и показалось, что весь мир остановился. Это было нечто вроде перезагрузки. Это помогало мне жить дальше. В любой момент я могла остановиться посреди улицы и заставить себя куда-то пойти или что-то сделать, потому что так было нужно. Настолько часто я могла заставлять себя, что мне самой становилось от этого страшно. Вот я и попыталась заработать денег, заставив себя переспать с малознакомым парнем… Но, как оказалось, есть вещи, сделать которые намного труднее, чем я думала. Есть то, что не получится заставить себя сделать.

POV Дима

Я спал часов до двух дня, после чего ко мне в комнату ворвалась одна хамоватая особа, которая меня и разбудила.

— Хватит дрыхнуть, — послышался знакомый голос. — Даже встретить меня не удосужился.

Я приподнялся в кровати.

— Нифига себе! Ты вернулась?

— Представь себе. — Она присела в кресло.

С Юлей мы дружили еще с детского сада. Она всегда была бесцеремонна. И очень красива. За ней всегда бегали парни. Я бы мог назвать ее собой, только в женском обличии.

У нее были длинные волосы до поясницы, четкие и правильные черты лица, высокий рост и тонкая талия. Она вполне могла быть моделью, но занималась музыкой. Она играла на фортепиано. В этот день она вернулась с какого-то заграничного конкурса, где взяла первый приз. Я слышал ее игру много раз и мог сказать, что она действительно была очень талантлива.

— Ну как ты тут без меня? — поинтересовалась она.

— Помнил. Любил. Скучал. — Я поднялся с кровати и начал надевать штаны. — Может, там посидишь, пока я оденусь? — Я указал рукой на противоположный край комнаты, туда, где стоял письменный стол.

— Боже мой, да что я там не видела? — Она все же поднялась и покинула спальную зону.

Я успел натянуть только одну штанину джинсов, когда она крикнула:

— Ты тут за какой-то бабой шпионишь?

Черт возьми, я же забыл убрать папку с информацией об Алисе!

Сорвавшись с места, я побежал к Юле, чтобы забрать у нее папку, пока она не узнала слишком много, но споткнулся о джинсы и упал на ковер. Юля засмеялась в голос.

— Ну ты и придурок, — съязвила она.

В итоге мне пришлось снять джинсы полностью и подойти к ней в одних трусах.

— О Господи, зачем ты щеголяешь передо мной в таком виде? — Она показательно прикрыла глаза. — Извращенец.

Я вырвал папку у нее из рук и убрал в ящик стола. Она вечно лезла в мою жизнь, что порой раздражало меня.

— Так зачем ты накопал столько инфы на эту мадемуазель? — поинтересовалась она, но после того, как я не ответил, продолжила: — У меня два варианта: либо она тебе нравится, либо ты хочешь сделать с ней нечто плохое.

Я нахмурился. Опять ее логические цепочки.

— Ну так ты расскажешь мне, в чем дело?

Я тяжело вздохнул.

— Только джинсы надену.

Я оделся и вернулся к этому разговору. Пришлось рассказать ей про все, что произошло, включая прошедшую ночь. Ее выражение лица менялось от интереса до дикого недоумения.

— Мда-а. А ты действительно идиот, — заключила она. — Если Игорь что-то советует мне, я затыкаю уши и жду, пока он не скажет «до свидания» и не свалит.

Она смотрела на меня таким укоризненным взглядом, что у меня мурашки побежали по коже. У нее был довольно тяжелый взгляд. Не знакомые с ней люди всегда опасались смотреть ей в глаза.

— Ты не пробовал просто извиниться перед ней? — спросила она, приподняв бровь.

— Пробовал…

— Я имела в виду просто извиниться… и не предлагать ей после этого переспать. — Она пододвинула стул и положила на него ноги. — И будь добр, сделай это так, чтобы она думала, что это искренне.

POV Алиса

Я позвонила узнать, с чего нам ни с того ни с сего дали свет и выяснила, что долг погашен. Я искренне не могла понять, как такое могло произойти, ведь я не оплачивала этот огромный счет. Спросив у Оли, я поняла, что она к этому тоже не причастна. Тогда кто мог это сделать?

Пару дней я ходила в полном замешательстве. Но потом мне дали зарплату, и я так обрадовалась, что купила Насте телефон получше, чтобы над ней наконец прекратили издеваться в школе. Я знала, что это продолжало происходить, хотя она и старалась скрыть это.

Она так обрадовалась. Я так давно не видела, чтобы она чему-то действительно радовалась. В основном, она была либо грустной, либо просто спокойной, но эмоция счастья на ее лице была редкостью.

Мне нужно было купить себе зимнее пальто, но я потратила на этот телефон почти все деньги, и это того стоило. Я ни капли не пожалела о содеянном.

Эта неделя выдалась тяжелой, и в воскресение, когда я решила взять себе выходной и побыть с сестрой, произошло то, чего я не ожидала. Мне пришло сообщение от человека, который вообще никогда не должен был мне писать. Я потянулась к телефону и сразу же напряглась, увидев имя.

Роман

Привет. Вот встретил тебя, и теперь ты не выходишь из головы. Может, нам стоит встретиться и поговорить обо всем?

Я нахмурилась. Если я встретила его на улице, это не значит, что я могу просто так взять и принять его в свои объятия, как только он изъявит такое желание. Более того, я знала, что никогда не смогу простить ему то, что он оставил меня в самый тяжелый момент моей жизни. Будь то любой другой момент, я, быть может, еще бы и подумала…

Алиса

Плохая идея.

Роман

Почему?

Почему? Почему, блять? И тебе еще хватает наглости это спрашивать? Да потому что ты самый большой мудак из всех, которых я только встречала.

Алиса

Не вижу в этом смысла.

Он не ответил на это сообщение, и я начала потихоньку успокаиваться. Всегда чувствуешь напряжение, когда тебе пишут такие люди.

Кстати, Дима не появлялся все это время. Мне нужно было вернуть ему одежду, которую я постирала и каждую ночь брала с собой в клуб, чтобы при случае отдать ему. Я высматривала его постоянно среди танцующих людей, но все было тщетно. Хотя ему, наверное, она и не нужна была, ведь он в любой момент мог купить себе новую.

Я относилась к этому человеку не очень хорошо, но в то же время мне было стыдно перед ним, так что одновременно хотелось и извиниться перед ним, и снова влепить ему пощечину.

POV Дима

Вдруг в комнату зашел еще и Игорь. Да кто их сюда так свободно пускает сегодня?

— Поедем сегодня куда-нибудь? — крикнул он, проходя в спальню зону.

Он сразу нас не увидел.

Юля же заметила его, вскочила и спряталась за занавеску. Я так и не понял, зачем.

— О, вот ты где, — сказал Игорь, наконец заметив меня.

Когда он подошел ко мне, я стоял с недоумевающим лицом, вызванным поступком Юли.

— Что с тобой? — задал он вопрос.

— Да ничего, — ответил я.

— Послушай, я слышал, что Юля вернулась. Она не звонила тебе? Я просто хотел встретить ее в аэропорту, но она сказала, что не нужно. Сегодня утром я заехал к ней, а мне сказали, что ее нет дома.

Их отношения — это нечто. С самого детства между ними все время что-то не так. Я не совсем понимал, кто они друг для друга. Она постоянно бесилась с его историй в соцсетях, на которых было полно девушек (хотя на мои такие истории ей было глубоко наплевать), а он заботился о ней как-то не так, как об остальных.

— Да скорее всего опять с подружками по магазинам пошла. Это же Юля, — соврал я, присаживаясь на кресло, на котором еще минуту назад сидела она.

— Ну на звонки-то можно отвечать.

Я насторожился.

— А что ты так волнуешься за нее? — задал я вопрос.

Он посмотрел на меня какими-то недовольными глазами.

— Нет. Ну, не так что бы… Она же наша подруга, мы должны о ней беспокоиться.

Я согласно кивнул, глядя при этом на него исподлобья.

— Ладно, черт с тобой. Поеду встречусь кое с кем, — заявил он. — Вечером тебе напишу.

И вот он ушел.

— Выходи давай уже.

Юля вылезла из-за шторы и села на кресло, стоявшее возле окна.

— Ну и что это было? — спросил я. — Теперь ты не можешь избегать ответа, иначе я сейчас же позвоню и верну его обратно. Он пока недалеко ушел.

Она тяжело вздохнула и закатила глаза. Сжав губы в тонкую линию, она еще где-то минуту смотрела на меня с укором.

— Перед тем, как я уехала, он признался мне в любви.

Я усмехнулся. Я так и знал, что рано или поздно все этим закончится. Беспокоил только тот факт, что никто из них мне ничего не рассказал сразу. Ладно она, девчонка, которая вообще не особо любит делиться своими секретами, но Игорь… Как он мог скрыть от меня такое?

— А ты что?

— А что я?.. Ничего.

Черт возьми, почему из нее надо высасывать информацию просто по капле.

— Ты сказала ему, что ничего не чувствуешь?

Она отрицательно покачала головой.

— Я просто стояла и молчала. А он решил дать мне время подумать и попросил дать ответ, когда я вернусь с конкурса.

Я нахмурился.

— И ты теперь постоянно собираешься от него прятаться?

Она снова вздохнула.

— Ну, не постоянно. До той поры, пока не решу что-нибудь…

— И сколько это будет длиться? У тебя даже решение, какое платье надеть в клуб, отнимает часа два.

Она усмехнулась.

— Ну тут-то совсем другое дело.

Я саркастически закивал. В общем-то, это меня не особо касалось. Я решил, что им лучше самим разобраться. Только вот друга обманывать было не очень приятно.

Неделю спустя, как и посоветовала Юля, я приехал к дому Алисы. Я точно не знал, во сколько она возвращается с работы, поэтому ждал у подъезда. Было довольно холодно, но в машину садиться не хотелось, потому что она была припаркована далековато, ибо свободных мест прямо у подъезда не было. Руки мои сначала покраснели, а потом покрылись пятнами от этого мороза. И почему я не додумался взять с собой перчатки?

Так я проходил из стороны в сторону около часа. Жители дома входили и выходили, искоса поглядывая на меня, но я старался не обращать на это внимание. Вдруг я увидел маленькую девочку, которая возвращалась домой, видимо, из школы.

Она была довольно прилично одета: на ней было нежно-розовое пальто и белые сапожки, а на голове белая шапка с помпоном, через которую пробивались светлые волосы. Ее плечи тянул тяжелый рюкзак с учебниками. Она была очень похожа на Алису, поэтому я сразу догадался, что это ее сестра, Настя. К тому же, в папке Даниила Петровича, которую он мне любезно предоставил, была ее фотография.

Я присел на заснеженную лавочку и принялся дыханием греть руки.

Она прошла, то ли с жалостью, то ли с негодованием посмотрев на меня, и остановилась у домофона.

— Привет. — Я первый заговорил с ней, на что она отреагировала косым взглядом. — Тебя же Настя зовут, верно?

На этот раз она даже повернулась ко мне и задала вопрос:

— А откуда ты знаешь?

— Я друг твоей сестры.

— И как же ее зовут? — Девочка вела себя настороженно.

— Алиса Лебедева, — с улыбкой ответил я. — Кстати, не знаешь, когда она вернется?

— Не знаю, вроде скоро уже. А тебя как зовут?

— Дима.

— Очень приятно. — Она протянула мне руку в толстой белой варежке, которую я с улыбкой пожал.

Это был до ужаса милейший ребенок. Раньше я со скептицизмом относился к детям, они мне никогда не нравились, но, познакомившись с ней, я увидел, что некоторые из них вполне сносны.

POV Алиса

Я возвращалась домой с работы и очень спешила, потому что Настя уже должна была быть дома. К тому же, мне хотелось побыстрее оказаться в квартире, отойти от этого жуткого мороза и выпить чаю.

И вот я уже подходила к своему подъезду, как вдруг заметила Настю, стоявшую на улице напротив Димы, который сидел на лавочке.

Я напряглась, увидев такое, и шла уже каким-то спортивным шагом. Они меня сразу даже не заметили.

— Ты что тут делаешь? — чуть ли не подбежав к ним, спросила я Диму.

Он встал со скамейки.

— Просто пришел… сказать тебе кое-что.

— А к сестре моей чего пристал?

— Я к ней не приставал. Я же не извращенец. — Он на этот раз был каким-то серьезным.

— Малыш, иди домой, а то простудишься, — сказала я Насте.

Она послушалась. Я дождалась, пока дверь за ней захлопнулась, после чего сказала:

— Не смей подходить к моей сестре в мое отсутствие.

Он усмехнулся.

— Ладно-ладно, как скажешь…

Некоторое время мы постояли в молчании, потому что я ждала, что он скажет мне то, что так хотел сказать.

— Может, хоть на чай пригласишь? — вдруг спросил он.

— Зачем? На сестру мою не насмотрелся еще?

Он тяжело вздохнул.

— Да не приставал я к твоей сестре. Я ждал тебя! — Он начинал раздражаться. — У меня просто руки тут замерзли немного.

— Ну так сядь в свою машину и грейся, сколько угодно. — Я повернулась и пошла в сторону входной двери, но он снова дернул меня за руку и заставил повернуться обратно.

— Я просто пришел извиниться. — Его голос как-то смягчился. — Прости меня. За всё…

Кажется, он говорил искренне, но это не очень растрогало меня, потому что неприязнь к этому человеку все еще оставалась.

— Хорошо, — пробормотала я уже еле слушающимися от холода губами. — Извинения приняты. Теперь я могу быть свободна?

Я снова направилась к двери, чтобы наконец оказаться в тепле. Все, чего мне хотелось, так это положить руки на горячую батарею.

— Какая ты вредная! Даже не можешь пригласить меня к себе после всего, что я для тебя сделал.

И тут меня словно обухом по голове ударило. На подходе к домофону я резко остановилась и еще секунды две с моего лица не сходило выражение шока.

— Так это ты? — Я снова повернулась к нему лицом.

Все мои желания на тот момент ушли на второй план.

— Это ты оплатил весь долг?

В моей голове выстраивался только такой пазл, потому что больше никто из моих старых знакомых не мог этого сделать. Только у него было достаточно денег, а, быть может, и желания, чтобы пойти на такое. Я была просто в бешенстве.

POV Алиса

Да какое право он имел лезть в мою жизнь? Черт возьми, быть ему обязанной — это последнее, чего мне хотелось.

— Какая же я дура! И почему я сразу не догадалась?! — Внутри начал разгораться огонек ярости.

— Да-а, не такой реакции я ожидал. — Он недоуменно почесал бровь.

— А чего ты хотел?! Чтобы я сразу упала в твою кровать?.. — Я тяжело вздохнула, не понимая мотивов его поступка. — Зачем ты это сделал?! И как ты вообще узнал об этом долге?

Он вел себя абсолютно спокойно, в отличие от меня.

— Ну узнать я могу все, что угодно. А поступил я так просто потому, что мне так захотелось. Что в этом такого? Ты ведешь себя, как… — Он замялся, но я догадывалась, что он хотел сказать.

— Как кто? Ну давай, договаривай уже!

Он стиснул зубы.

— Как неблагодарная сучка. Вместо того, чтобы просто сказать мне «спасибо», ты тут стоишь и орешь на весь двор о том, какая ты сильная и независимая и что тебе ничего ни от кого не надо. — Его голос звучал как-то холодно и грубо. — Ты будто не можешь понять, что существует банальная помощь другим в сложной ситуации. Боже мой, да я ведь ничего не требую взамен, а ты ведешь себя так, будто я прошу тебя встать на колени отсосать у меня за это!

Я не ожидала, что он станет так со мной разговаривать. Вся моя уверенность куда-то испарилась, а аргументы закончились. Быть может, он был прав… Неужели он просто так решил помочь мне? У меня это просто в голове не укладывалось.

— Извини, — выпалила я слово, которое посчитала наиболее уместным.

Повисло молчание, во время которого мы оба погрузились в осмысление этой ситуации.

— Ладно. Ничего, — сказал наконец он. — Ну так может позовешь на чай в качестве благодарности?

Я коротко кивнула. Почему бы и нет? Это же просто чай.

POV Дима

Я думал, она откажет в очередной раз, но как бы не так. В лифте мы ехали молча, но, доставая ключи у двери, она вдруг сказала:

— Слушай, ты же понимаешь, что моя квартира немного отличается от твоего дома?

Я кивнул, и только тогда она открыла дверь.

В квартире было довольно мило, но очень скромно. Старые обои, кухня была совмещена с гостиной, тусклая лампочка, дешевая мебель, но мне почему-то там понравилось. Была там какая-то своя атмосфера.

Бывают такие дома, пустоту в которых заполняет сам человек. И неважно, какая в доме обстановка, какая мебель, важно лишь то, какая личность там живет. Не все дома отличаются таким уютом, но ее квартира была одной из таких.

Я прошел, разулся и сел на диван.

— Алис, у меня опять не получается нарисовать эту хреновину, — послышался голос за моей спиной, на который я обернулся.

Алиса поставила старый чайник на газовую плиту и подошла к сестре, у которой в руке был изрисованный лист бумаги.

— Хва-атит так выражаться. И что вам задали на этот раз? — вздохнув, спросила Алиса.

— Нарисовать какое-нибудь животное.

Алиса тяжело вздохнула.

— Как же я ненавижу эти твои задания, — спокойно сказала она.

Я решил вмешаться.

— Может, я могу помочь?

Алиса бросила на меня взгляд, а Настя сразу же подлетела ко мне со своим листом.

— Ты умеешь рисовать? — заинтересованно спросила она.

— Ого, ты интересуешься чем-то, помимо походов в клуб? — съязвила Алиса.

Я бросил на нее недовольный взгляд, но промолчал.

— Понимаешь, у меня просто совсем не получается, — продолжила Настя. — Другие предметы мне даются легко, но рисование…

— Не переживай, — сказал я. — Что ты хотела нарисовать?

Я взглянул на ее неудавшееся творение. Ее рисунок скорее был похож на какую-то абстракцию, ибо там совершенно ничего не было понятно.

— Вообще-то дельфина, но если ты нарисуешь что-нибудь другое, я не расстроюсь. — Настя заулыбалась.

— Хорошо, я нарисую тебе дельфина, — приподняв бровь, заявил я. — Тащи бумагу и все остальное.

— Ура! — Она так обрадовалась, что поцеловала меня в щеку и убежала в комнату.

Я был немного удивлен такой благодарности.

— А твоя сестра намного дружелюбнее тебя.

— Даже не знаю, в кого она такая, — ответила мне Алиса, все это время наблюдавшая за происходящим, стоя у плиты.

Когда она приготовила чай, я уже дорисовывал набросок дельфина простым карандашом. Она принесла две кружки, из которых шел пар, чтобы поставить их на журнальный столик, но, заметив, что там разложены художественные принадлежности ее сестры, остановилась, попросив меня подвинуть все это.

— Воу, полегче, ведь это рисунок четвероклассницы, а не картина Микеланджело для выставки, — сказала она, заметив мой рисунок. — Ты же не хочешь, чтобы ей поставили плохую оценку? — Она поставила чашки на стол.

— Думаешь, стоит сделать похуже?

Она кивнула.

— Тогда я лучше нарисую снова. — Я отложил почти готовый рисунок и взял чашку чая.

— Нам надо поговорить, — сказала вдруг она, и я понял, что дальнейшее времяпрепровождение будет не очень приятным. — Я должна вернуть тебе деньги.

Я тяжело вздохнул.

— Я тебя об этом просил?

— А мне плевать, просил ты или нет. — Она посмотрела на меня каким-то слегка презрительным взглядом. — Если я так решила, я это сделаю.

Мы сидели довольно близко, поэтому я в деталях мог разглядеть ее глаза. Они были такими усталыми.

— Мне от твоих денег ни горячо ни холодно. Для меня это вообще не деньги. — Я пытался отстоять свою точку зрения.

Она начинала злиться.

— Да дело не в деньгах! Неужели ты не понимаешь?

Я нахмурился. Похоже, у этой девчонки мания все усложнять.

— А в чем тогда?

— Да в том, что я не хочу чувствовать себя обязанной.

Я не мог этого понять. Почему просто нельзя поблагодарить меня и все? Я бы на ее месте успокоился и, если надо, даже еще бы попросил.

— Какая же ты вредная. — С этими словами я снова взялся за рисование.

POV Алиса

— Продиктуй мне номер своего счета. Я буду переводить деньги туда… по частям, конечно, — попросила я.

Он лишь недоуменно нахмурился.

— Раз тебя уже не переубедить, то лучше я буду забирать у тебя деньги наличкой. — Дима улыбнулся. — Сам буду приходить и забирать.

Я тяжело вздохнула. Да что с ним не так? Я надеялась, что вижу его в последний раз, что отдам ему его вещи, и наши дороги разойдутся навсегда, но он решил иначе.

Я поднялась с дивана и взяла тот пакет, который лежал на тумбочке возле входной двери. Там были его вещи.

— Вот. Это твое. — Я подошла к нему и протянула пакет.

Он взял его одной рукой, заглянул туда и продолжил рисовать.

— Могла бы и себе оставить.

— Не могла бы.

Я не могла уснуть практически всю ночь. Мне снился какой-то дикий бред. Снилось, что меня заживо закапывают в землю какие-то неизвестные люди, снилось, как закапываю кого-то я. Все эти обрывки никак не складывались между собой, но заставляли меня чувствовать себя настолько подавленной… К счастью, я знала, что мне нужно делать, когда наступают такие моменты.

Пришлось посетить психиатра, к которому я когда-то ходила, чтобы он выписал мне снотворное. Это был достаточно сильный препарат, чтобы я могла проспать хотя бы часов шесть, что мне давалось с трудом в последнее время.

Я знала, что мой образ жизни все-таки действует на подсознание, но всеми силами старалась побороть это.

Я порой задавалась вопросом, зачем я вообще живу. Мое существование — череда непрекращающихся потерь. Быть может, меня сглазили? Разве может с человеком постоянно происходить что-то плохое? Эти мысли полностью оккупировали мой разум, и я не могла от них избавиться.

Вернувшись домой однажды к вечеру, я не застала в гостиной сестру. Она в это время обычно смотрела что-то по телевизору, но, видимо, не в этот раз. Я прошла в ее комнату и увидела ее там. Настя просто лежала на своей постели спиной ко мне и смотрела куда-то в пустоту.

— У тебя что-то случилось? — спросила я, заходя к ней.

— Нет. — Она отвернулась лицом к стене.

Я ей не поверила, потому что голос ее мне показался каким-то замученным. Присев на край кровати, я дотронулась до ее светлых волос.

Она была очень красива. Все говорили, что она похожа на меня, но я надеялась, что это не так, потому что мое лицо изменилось за последнее время. Раньше оно не было таким осунувшимся и серым. Иногда после долгой работы оно становилось мертвенно-бледным, что поначалу раздражало меня, но вскоре я к этому привыкла. Но самое главное — я надеялась на то, что она никогда не повторит мою судьбу. Надеялась, что ей никогда не будет так же тяжело.

— Ну что случилось, малыш? — снова спросила я, надеясь, что она мне все-таки расскажет.

— Ничего… — Она всхлипнула.

Я не выдержала, просто схватила ее и повернула к себе лицом. Она плакала, но это было не самое страшное. Губа ее была разбита, а над бровью красовалась ссадина на половину лба. Я даже приоткрыла рот от шока. Первые несколько минут я даже не знала, что сказать.

— Кто это сделал? — нахмурившись, спросила я, рассматривая ее лицо. — Это опять твои одноклассники?

Она не хотела мне отвечать, но заплакала еще сильнее, и я поняла, что оказалась права в своем предположении. Я притянула ее к себе и крепко обняла.

— Когда все закончится?.. — спросила вдруг она.

— Я не знаю, малыш… я не знаю…

Через час она уснула на моих руках. Я не могла понять, за что она страдает. Я была готова всё отдать, лишь бы ей было хорошо. Пускай взамен даже мне было бы плохо. Я чувствовала себя настолько опустошенной. Хотелось плакать. На моем лице отпечаталась гримаса боли, но я не могла выдавить из себя ни слезинки. Как же меня задолбала эта пустота внутри! Наверное, это самое худшее, что может быть с человеком, крайняя степень… Когда ты даже боль чувствовать не можешь — это ужасно. Мне порой казалось, что до безумия осталось сделать ровно шаг. Я бы многое отдала, чтобы снова почувствовать… хоть что-то. Я была согласна уже даже на боль.

Я догадывалась, что нужно сходить к психологу с такой проблемой, но я терпеть не могла, когда кто-то рылся в моей голове.

Взглянув на разбитую губу Насти, я поняла, что надо было с этим что-то делать.

На следующее утро я отпросилась с работы и отправилась к ней в школу, потому что терпеть это все я смысла не видела. Школа у нее была достаточно хорошая. Ее устроили туда родители, а я просто не стала переводить ее в другую, дабы не тратить ее нервы еще и на адаптацию в новом классе.

— Здравствуйте, можно? — поинтересовалась я, приоткрыв дверь класса Насти.

Детей там не было, потому что первым уроком у них была физкультура.

Учительница нахмурилась. Видимо, не узнала меня, но кивнула.

Это была женщина лет тридцати, какие обычно и преподают в младших классах. Раньше она казалась мне довольно милой, ибо видела ее я только на родительских собраниях. Для своего возраста она выглядела неплохо: довольно худая, со светлыми волосами и строгим взглядом. Ходила она в строгом брючном костюме. И звали ее Анна Григорьевна.

Я прошла в класс.

— Я сестра Насти Лебедевой.

Она как-то опустила взгляд и поджала губы. Мне показалось, что она что-то скрывает, но я спихнула эти домыслы на паранойю.

— Вы можете объяснить мне, почему мою сестру бьют?

Она сделала какое-то удивленное лицо.

— А ее кто-то бьет?

Я усмехнулась. Она так настойчиво делала вид, что не понимает, о чем я говорю.

— То есть вы отпускаете детей и даже не видите, что они уходят от вас со ссадинами и разбитыми губами?

Она тяжело вздохнула. Было видно, что ей не особо приятно иметь со мной дело.

— Ну откуда мне знать? Быть может, ваша сестра неудачно поиграла с ребятами во дворе школы? Сейчас же зима. Они носятся, как угорелые, играют в снежки…

Я поражалась ее равнодушию.

— Да вы серьезно что ли?! А ничего, что она мне сама сказала, что над ней тут издеваются? Я не понимаю, куда вы вообще смотрите?!

— Девушка! Вы что, пришли, чтобы учить меня, как нужно работать с детьми?

И как это она так все ловко вывернула, оставив меня виноватой? Теперь я понимала, что нет смысла доверять ребенка такому вот учителю.

— Сколько вам самой лет? У вас свои дети есть?

— Анна Григорьевна, — обратилась к ней я недовольным голосом. — Настя — это мой ребенок, моя сестренка. Я воспитываю ее одна.

— Теперь понятно. — Она закатила глаза.

— Что вам понятно?!

Мы говорили уже на повышенных тонах.

— Ну… Вы просто еще так молоды, — сказала она с легкой ухмылочкой. — Я понимаю, что времени на ребенка особо нет… Погулять хочется… А потом вы удивляетесь, почему она возвращается домой со ссадинами.

Я даже приоткрыла рот от шока. Не ожидала такого непонимания, особенно со стороны учителя.

— То есть вы хотите сказать, что это я виновата в том, что вы не справляетесь со своими обязанностями?

Она хмыкнула.

— Я не вижу смысла больше продолжать этот диалог. Вы все равно не слышите меня.

Что? Это кто тут еще кого не слышал?

Она села за свой стол и начала что-то писать.

— Извините, мне надо заниматься делами, — сообщила она. — Если у вас еще остались какие-то вопросы, зададите их на родительском собрании.

У меня была херова туча вопросов. Но, сжав зубы, я направилась к выходу из класса, потому что мне пора было ехать домой. Я боялась, что училка потом начнет предвзято относиться к Насте, поэтому не хотела устраивать скандал. На самом деле я подумывала о том, что стоило перевести сестру в более простую школу, где к ней не будут относиться, как к мусору.

— И кстати, не забудьте еще сдать деньги на ремонт, — заявила она мне вслед.

Я оглядела класс, который в ремонте уж точно не нуждался, и ушла, громко хлопнув дверью.

POV Дима

Юля последнее время вела себя до жути странно. Она то и дело бегала от Игоря, как провинившаяся девчонка от директора школы. Мне все-таки казалось, что тут что-то нечисто, но я старался не лезть, пока однажды не наткнулся на нее возле какой-то кафешки. Я был на черном мерседесе, на котором выезжал редко, так что она вряд ли могла узнать мою машину.

Юля стояла и ждала кого-то, слегка пританцовывая от мороза. Я наблюдал, пока к ней не подошла какая-то девушка. Я сразу подумал, что впустую потратил время. Мне показалось, что она просто встретилась с какой-то своей подружкой. Но я ошибся. Юля улыбнулась этой девушке во все тридцать два зуба, после чего они начали целоваться. И целоваться не просто, как целуются подружки. Они целовались взасос.

Сказать, что я был в шоке, — это не сказать ничего. Я знал ее с детства, но никогда не замечал за ней таких наклонностей. Это стало полной неожиданностью для меня, и первым делом я взял в руки телефон, чтобы набрать Игоря и рассказать ему обо всем, но осекся, потому что знал, что, раз она это скрывала, у нее была какая-то причина. Я просто не имел права вот так вот просто выдавать чужой секрет.

Трудно было как-то адекватно на это реагировать. Я то улыбался, думая об этой ситуации, то хмурился и не мог понять, как так могло получиться.

К слову, направлялся я к Алисе домой. В это время она обычно делала уроки с сестрой. Я знал, что она не обрадуется моему визиту, но все-таки решил нагрянуть без предупреждения.

Позвонив в квартиру, я долго ждал, пока мне откроют дверь. Даже звонить пришлось несколько раз.

— Кто там? — вдруг послышался детский голос.

— Насть, это я, Дима, помнишь меня?

Вместо ответа она просто открыла дверь и с улыбкой посмотрела на меня. Я заметил на лбу девочки какую-то ссадину. Губа у нее тоже была разбита.

— Конечно, помню, заходи!

Я вошел и осмотрелся, надеясь увидеть Алису, но мои глаза так и не нашли ее миниатюрную фигуру в ее же миниатюрной квартире.

— А где твоя сестра? — поинтересовался я.

— Да ты проходи, разувайся! — Она посмотрела на меня снизу вверх своими глазами цвета неба.

Я ее послушался, снял обувь и пальто.

— Она на работе. Сегодня утром она не пошла туда, поэтому пришлось выйти в дневную смену.

Я, если честно, расстроился и уже собирался уйти, но Настя, видимо, этого не хотела. Потянув меня за рукав пальто, она заставила меня остаться.

— А почему не пошла? — спросил я, присаживаясь на диван.

— Она ходила в мою школу, — как-то расстроенно сказала Настя.

— А это как-то связано с повреждениями на твоем лице? Подралась с кем-то, да? — с улыбкой спросил я.

Она опустила глаза.

— Нет. Девчонки в моем классе... Мне кажется, они меня ненавидят...

Я нахмурился.

— Это они с тобой сделали?

Она коротко кивнула.

— А за что?

Она долго не хотела отвечать, но потом посмотрела мне в глаза и, похоже, увидела в них какую-то заинтересованность.

— Они говорят, что я слишком бедно живу. Увидели у меня новый телефон и сказали, что, чтобы купить мне его, мы, наверное, месяц не ели.

Я не ожидал такого поворота. Похоже, в этом доме не только у старшей сестры было полно проблем.

— Теперь Алиса хочет перевести меня в другую школу.

— Даже так...

Я не знал, что на это ответить, но потом мне пришла в голову одна интересная мысль.

POV Алиса

Я вернулась домой ближе к вечеру. Не сразу заметив присутствие постороннего, я начала звать Настю.

— Малыш, ты поела? — крикнула я.

— О, ты вернулась, — послышался мужской голос с дивана.

Я вздрогнула от неожиданности, ведь там все это время сидел Дима. Я не понимала, что он снова забыл в моей квартире, особенно в мое отсутствие.

— Ты че здесь делаешь?

Он приподнял бровь, сделав такое выражение лица, словно я спросила, какого цвета небо. На мой голос вышла Настя, которая принесла ему целый набор простых карандашей и листы.

— Насть, сколько раз я тебе говорила никому не открывать в мое отсутствие? — Я не на шутку рассердилась на сестру.

— Ну он же твой друг, — слегка обиженным голосом заявила она, близко подойдя ко мне и смотря на меня снизу вверх.

— Кто? Он? — спросила я, недоуменно глядя на нашего гостя, который просто продолжал откровенно пялиться на меня.

— Хочешь сказать, что это неправда? — задала вопрос Настя.

Я замялась, чувствуя какую-то неловкость от этого разговора.

— Да, это она и хочет сказать, — вмешался в разговор Дима, который посмотрел на меня с некоторым разочарованием. — Мы с ней больше, чем друзья.

— Да что ты? — усмехнулась я, разуваясь и проходя к плите.

Настя положила все, что притащила из своей комнаты, на журнальный столик. Видимо, это предназначалось Диме.

— Тебе опять задали что-то нарисовать? — спросила я, доставая кастрюлю с борщом из холодильника.

Она отрицательно покачала головой.

— Дима сказал, что может нарисовать мой портрет.

Я поставила на плиту всю кастрюлю, осознав, что придется накормить и гостя. Я даже не стала интересоваться, будет ли он есть, потому что не хотела показаться слишком вежливой.

Настя тем временем сидела на диване, высоко приподняв голову. Она позировала для него. Дима тем временем уселся в пол-оборота и, как мне казалось, иногда косился на меня. Со стороны это смотрелось вполне неплохо. Правда, я никак не могла понять, почему он так хорошо начал общаться с Настей. Что его могло привлекать в десятилетнем ребенке? Я поняла, что залипла на них обоих, когда борщ в кастрюле начал кипеть.

Достав три тарелки, я разлила его по ним. Моя порция оказалась самой маленькой, и я, тяжело вздохнув, отнесла все это за стол возле окна.

— Эй, есть будете? — спросила я, осознав, что они не обращают на меня внимание.

— Дай нам пару минут, — сказал Дима, дорисовывая портрет моей сестры.

И через две минуты они и правда встали с дивана и подошли к столу, за которым я уже сидела. Дима сел напротив, а рядом с ним примостилась Настя. Обычно она сидела на его месте и не позволяла даже мне его занимать. А ему позволила...

— А мы почти как семья, — с улыбкой заявил парень, взяв ложку.

Я лишь бросила на него презрительный взгляд и продолжила есть. Он попробовал борщ, и на его лице отразилось какое-то странное выражение.

— А ты неплохо готовишь, — заметил он, приподняв бровь. — Не ожидал.

Я промолчала. Не особо хотелось вступать с ним в диалог, потому что сближаться с ним у меня не было никакого желания. Я прекрасно знала, что он через какое-то время забьет на нас и продолжит жить своей жизнью, которая, как я думала, была вполне интересной.

— Так зачем ты пришел? — спросила я, не удержавшись. — Денег у меня пока нет. Когда появятся, я позвоню.

Он тяжело вздохнул.

— А я не возьму трубку.

Я закатила глаза. Никогда не видела, чтобы люди вели себя так нахально, особенно в чужом доме. Мне уже начинало казаться, что хозяйкой квартиры была не я, а он.

— Тогда что тебе нужно? — никак не могла отстать я.

— А почему я не могу прийти просто так?

Повисла пауза. Все ответы на этот вопрос, которые всплывали в моей голове, были слишком грубыми, а я не хотела показывать плохой пример сестре.

— А почему я не могу проводить время со своим новым другом? — спросила вдруг Настя, подняв глаза от тарелки.

Я перевела взгляд на этого "нового друга", который с едкой усмешкой пялился на меня.

— Потому что этот новый друг, малыш, старше тебя на пятнадцать лет.

— На четырнадцать, — поправил меня он.

Настя нахмурилась, смотря мне в глаза.

— Не существует разницы в возрасте, — сказала она. — Есть только разница в уме.

Боже, да откуда она понабралась этого?

— Это ты ее научил?

Он отрицательно покачал головой все с той же усмешкой.

— Она и сама неплохо учится, чтобы знать такое.

Я доела свой борщ и встала, чтобы забрать грязную посуду.

— Спасибо за обед, — сказал он.

Я ничего не ответила, надеясь, что хотя бы после этого он уйдет.

POV Дима

Я закончил портрет в то время, как Алиса пошла в свою комнату спать. Видимо, ей нужно было снова ночью идти на работу.

— Красиво, — сказала Настя, взяв в свои руки портрет. — Только это не я.

Я нахмурился.

— Неужели не похоже?

— Похоже, — сказала она. — Только не на меня.

Она поднялась с дивана и пошла в комнату, а я продолжил разглядывать портрет и никак не мог понять, что в нем было не так.

Через какое-то время она вернулась. В руке у нее был старый кожаный альбом. Она открыла его, пролистала несколько страниц с фотографиями, на которых была запечатлена Алиса в раннем детстве. Достав нужную фотографию, она дала ее мне. На ней Алисе было примерно десять-одиннадцать лет. На фото и на рисунке действительно были практически одинаковые лица.

— Ты нарисовал мою сестру в детстве. Наверное, это потому, что ты постоянно смотрел на нее, когда рисовал мой портрет.

Я усмехнулся. Мне захотелось забрать этот портрет с собой, чтобы Алиса не подумала так же, но Настя мне не позволила этого сделать.

— Я отдам тебе его, если ты нарисуешь меня, — сказала она.

Я кивнул.

— Только давай в следующий раз, а то у меня кое-какие дела на вечер запланированы.

Она вздохнула, но согласилась.

Через несколько часов я уже был в клубе, но не в Вегасе, а там, где мы с друзьями обычно собирались. Мы отмечали приезд Юли. Были приглашены ее подруги и некоторые наши общие друзья, но той девушки, с которой она встречалась утром, я так и не заметил. Юля всеми силами старалась избегать единения с Игорем, поэтому сразу же, как пришла, села подальше от него. В компании мой друг все равно не мог спросить то, что его так интересовало, поэтому он терпеливо ждал, когда сможет остаться с ней наедине. Однако она избегала даже такой возможности: не шла танцевать, потому что в танце он мог подойти к ней, а, сидя за столиком, всегда оставляла возле себя хотя бы одну из подруг, пока остальные танцевали.

— И чего она пытается этим добиться? — разозленно спросил Игорь, затягиваясь кальяном.

— Ты про что? — поинтересовался я, делая вид, что не понимаю, в чем дело.

— Да так.

Игорь так и не хотел рассказывать мне обо всем, поэтому я решил встать на сторону Юли. Я позвал ее покурить, потому что прекрасно знал, что она не прочь была сделать пару затяжек после нескольких стопок алкоголя. Впрочем, как и я. Игорь бросил на меня косой взгляд, но с нами не пошел. Видимо, он затаил обиду на Юлю, ибо она старалась не замечать его весь вечер. Большинство ее подруг танцевали где-то в толпе, а за столиком осталась только одна, но она отрицательно относилась к курению, поэтому, к счастью, не пошла с нами.

Юля накинула шубку. Она была в красивом атласном платье красного цвета, которое ей очень шло. Я замечал, что при выходе из клуба, ей в след часто оборачивались многие парни. Мы запалили сигареты и вдохнули морозный воздух.

— Как же классно, — сказала она. — Я так давно не была в клубах.

Я согласился с ней, но, немного помолчав, добавил:

— Но я вытащил тебя, чтобы поговорить.

— Если про Игоря, то замолчи сразу, — сказала она, с укором посмотрев на меня. — Я пока не хочу ему ничего отвечать.

— Я видел тебя сегодня, — сделав затяжку, сообщил ей я. — С какой-то девушкой возле кафе в центре.

Она вдруг повернулась в мою сторону и еще долго переводила взгляд от одного моего глаза на другой. Похоже, она не могла поверить в это и надеялась, что я не увидел лишнего.

— То есть ты?..

— Да. Я видел, как вы с ней целовались, — слегка улыбнувшись этой пикантной подробности, пояснил я.

Она взялась двумя пальцами за переносицу. Юля всегда так делала, когда смущалась.

— Надеюсь, ты не сказал ему?

Я отрицательно покачал головой, усмехаясь ее поведению. На самом деле я не видел в этой ситуации ничего компрометирующего. Мне просто было смешно.

— Слушай, — интригующим шепотом начал я. — А как вы с ней... ну это... сексом занимаетесь? Пальчиками или ножницы? Просто всегда задавался этим вопросом.

Она пихнула меня в плечо, но при этом мы вместе рассмеялись.

— И как ты вообще смеешь обсуждать со мной такие вещи? — с улыбкой спросила она.

— Ты же мой друг. Такой же друг, как и Игорь. — Я сделал затяжку. — А теперь я узнал, что тебе, так же как и мне, нравятся девочки.

Мне определенно доставляло удовольствие подстебывать ее.

— Это теперь мы и с тобой сможем телочек снимать, — добавил я.

Она лишь закатила глаза, все же слегка посмеиваясь над моей шуткой.

— Ну да, — со вздохом сказала Юля после некоторого молчания. — Мы с тобой всегда и были ближе, чем ты с Игорем. Вон, к примеру, вспомни, когда ты в аварию попал? Кто в твоей палате часами сидел и ждал, пока ты очнешься?

Я слегка приобнял ее за талию.

— К чему ты это припомнила?

Она выкинула окурок в урну.

— Да к тому, чтобы ты ему ничего не рассказывал, пока я сама этого не сделаю.

— Хорошо-хорошо. Как скажешь.

POV Алиса

Ночью я снова трудилась в клубе. Было более-менее спокойно, поэтому я еще и успевала поболтать с официантами. Настроение было весьма и весьма хорошее, пока мои глаза не зацепились за лицо одного знакомого мне человека. Черт, и что он здесь забыл?

— Привет! — крикнул он мне, присаживаясь на барный стул.

Это был мужчина лет двадцати девяти, с темными волосами и подкачанным телом. Я знала его довольно давно.

— Ну, здравствуй. Что-нибудь будешь?

Он кивнул.

— Пина Коладу сделай мне.

Я кивнула и принялась за исполнение его желания.

— Как дела? — спросил он. — Как с финансами?

Я знала, что его интересовало именно это.

— Ну, так. На хлеб хватает, — с легкой ухмылкой сказала я, надеясь, что он интересуется просто так.

— А хочешь, чтобы на хлеб с красной икрой хватало?

— Даже не думай. В боях я больше не участвую. — Я встряхнула взбитые сливки, выдавила их в коктейль и, вставив туда соломинку, подала ему. — Так ты за этим пришел?

— Нет, но у меня к тебе интересное предложение. — Он протянул мне визитку. — Позвони, как понадобятся деньги.

Я взяла визитку, на которой был написан номер телефона и имя. Андрей Гончаров.

Этот человек был организатором боев без правил, на которые я подписалась в свое время.

Давно, еще в школе, я занималась боксом. А после смерти родителей мое материальное положение становилось все хуже и хуже буквально с каждым днем. И однажды мне подвернулся он и помог выбраться из этой задницы. Несколько боев, и я смогла оплатить все счета, школу Насти, и даже осталось еще. Я бы и дальше продолжила этим заниматься, а не работать в общепите, если бы не мой последний бой. Проигранный. Я не знаю, что пошло не так, но у меня словно сил не осталось. Я пыталась победить, но это был чистый нокаут. Нокаут, который обернулся мне переломом носа и небольшим сотрясением. Именно тогда я поняла, что не могу так рисковать своей жизнью ради денег. Моя сестра бы мне этого никогда не простила, если бы узнала правду. Я сказала ей, что на меня напали на улице. Слава Богу, хоть в больнице меня продержали недолго.

Это была еще одна грустная история из моей жизни, которая благополучно осталась в прошлом.

POV Дима

Я проснулся в двенадцать. В голове было слегка туманно после прошедшей ночи. Однако, когда я принял душ, легкое похмелье окончательно рассеялось. Вытирая полотенцем мокрые волосы, я вспомнил, что обещал кое-что одной маленькой девочке. Пришлось ускориться, и уже через полчаса я на полной скорости несся на своей спортивной тачке в сторону города.

Школа у Насти была весьма неплохой, что вызвало у меня удивление. И как это Алиса со своими финансовыми возможностями смогла устроить сестру туда? Я зашел внутрь и, записав свои данные (об этом попросил меня охранник), направился к кабинету, номер которого Настя мне сообщила днем ранее.

— Здравствуйте, — сказал я, проходя в класс, в котором еще было полно детей.

В это время у них как раз закончились уроки, и они собирались домой.

Учительница заулыбалась и мигом подлетела ко мне.

— Вы по какому вопросу? — с улыбкой спросила она.

Эта женщина показалась мне довольно милой, но староватой для меня.

— Я пришел Лебедеву забрать, — сообщил я, пытаясь выглядеть как можно дружелюбнее.

Настя тем временем собрала портфель и подошла ко мне. Я погладил ребенка по голове и продолжил разговор с учительницей.

— Простите за бестактность, — пробормотала учительница не очень уверенно. — А вы кем ей приходитесь?

— Я? А я жених ее сестры. Алиса попросила сегодня меня забрать малышку и заодно поинтересоваться, как у нее успеваемость.

Женщина приподняла бровь с какой-то долей разочарования от услышанного. Видимо, она и подумать не могла, что у Алисы может быть такой парень. К слову, оделся я с иголочки, чтобы произвести впечатление. На мне был дорогущий черный костюм, на который этой училке пришлось бы, наверное, всю жизнь работать. Нет, я ничего не имел против учителей, и мне было жаль, что они в нашей стране получают так мало. Но конкретно об этой особе я был наслышан от самой же Насти.

— Настюша учится вполне хорошо. Сегодня за контрольную по математике вот пять получила. — У дамочки как-то блестели глаза в моем присутствии, и мне это определенно льстило.

— Хорошо. — Я кивнул и взял девочку за плечо, чтобы уже покинуть этот класс, но училка не дала мне этого сделать.

— Вы помните, что нужно сдать еще деньги на ремонт? — спросила она, когда я уже повернулся к выходу. — Я, конечно, напоминала об этом вашей невесте, но она всегда сдает одной из последних…

Ну еще бы… Откуда у нее деньги? Я достал свой бумажник из внутреннего кармана. Когда она сообщила мне, какая сумма необходима, я вытащил несколько купюр и, улыбнувшись, протянул ей.

Когда мы наконец вышли из здания, я заметил, что многие дети столпились возле моей машины. Да, похоже, в их школьном дворе редко такие появляются. Я держал Настю за руку, чтоб ее одноклассники точно видели, кто поедет на этой тачке. Я по-джентельменски открыл для Лебедевой-младшей дверь.

— Ну как тебе? — не скрывая самодовольства, спросил я, когда мы уже сидели в машине.

— Круто! — воскликнула она. — У Авериной ваще челюсть отпала, когда ты пришел! Вон она! До сих пор на нас пялится! — Настя не скрывала своего восторга.

— А кто такая эта Аверина? — поинтересовался я, трогаясь с места и оглядывая боковые зеркала, чтобы точно не зацепить ни одного ребенка.

— Да так… одноклассница.

Похоже, она говорила про девочку, которая больше всех ее задевала.

— Только у меня к тебе просьба, — серьезно сказал я. — Ты можешь не говорить сестре, что это я сдал деньги на ремонт?

Она призадумалась, а потом спросила:

— Почему? Ты не хочешь, чтобы она поблагодарила тебя за это?

Поблагодарит она, как же! А потом догонит и еще раз поблагодарит! Я знал, что вместо нормального «спасибо», я услышу несколько нотаций в свой адрес, после чего она возьмет себе еще одну смену в кафешке, чтобы вернуть мне долг. Мне не очень хотелось, чтобы она вообще потеряла сон.

— Понимаешь, твоей сестре это не понравится, — сказал я. — Она привыкла делать все сама. И платить за все сама.

Настя нахмурилась.

— Ну раз ты так просишь… Я согласна. Мы же с тобой друзья.

— Вот и отлично.

Мне, определенно, нравился этот ребенок. Она еще не была такой вредной, как ее сестра, и я надеялся, что никогда такой не станет.

POV Алиса

Я вернулась домой и положила часть чаевых к остальным деньгам, которые я собирала для Димы. И все-таки я никак не могла понять, зачем он оплатил мой долг. Что он хотел этим доказать? Какой смысл избалованному мальчишке, который по сути ничем по жизни не занимается, кроме тусовок с друзьями, это делать?

Я заметила, что Насти дома нет, и позвонила ей. Она сказала, что гуляет. Я лишь попросила ее не задерживаться, после чего легла спать.

Проснулась я, когда уже стемнело. Дико болел живот. Конечно, боль присутствовала еще утром, но к вечеру она усилилась раз во сто. Выругавшись, я вышла из комнаты. Там я снова застала Настю с Димой. Как-то подозрительно много времени они проводили вместе, и меня это настораживало. На этот раз они смотрели вместе мультфильмы.

— Опять ты здесь? — стиснув зубы скорее от боли, чем от недовольства, спросила я.

— А ты что-то имеешь против?

Я не ответила в поисках обезболивающей таблетки.

Вдруг у сестренки зазвонил телефон. Она взяла трубку и принялась громко разговаривать.

Достав аптечку, я долго рылась в ней. Меня словно разрывало от этой пронзающей боли, однако таблетку я так и не смогла найти. Черт, неужели придется идти в аптеку в таком состоянии?

— Алис! Алис! — Настя, подпрыгивая от радости, подбежала ко мне, и я тут же убрала руку от изнывающего живота, дабы преждевременно не объяснять ей, что такое половое созревание. — Можно я сегодня у Машки переночую?

Это была ее единственная подруга.

— Она же уехала.

— Ну я же говорила, что она была на отдыхе, и вот вернулась. Мы с ней так давно не виделись. Ну пожа-алуйста, — упрашивала Настя.

— А ее родители против не будут?

— Нет, она у них уже спросила!

Черт, как же больно…

— А уроки ты сделала?

— Завтра же суббота.

Уже суббота. Мне казалось, что время куда-то неумолимо летит, не давая мне шанса на передышки.

— Ла-адно, — сдалась я.

Сестра вернулась на диван досматривать мультик, а вот Дима зачем-то встал. Он подошел к фильтру, чтобы налить себе воды, и заметил, чем я занимаюсь. Я как раз собирала таблетки в аптечку, чтобы поставить ее на место.

— Тебе плохо? — тихо поинтересовался он, блеснув на меня глазами.

Я отрицательно покачала головой.

Черт возьми, мне не то что было плохо. Мне казалось, что из меня вылезет Чужой.

Он хотел продолжить диалог и даже приоткрыл рот, чтобы что-то сказать мне, но я повернулась и пошла в комнату, дабы найти свой телефон. На это ушло минут пятнадцать, пока я не обнаружила его в дебрях пододеяльника. Входная дверь хлопнула, и я поняла, что Настя вместе со своим новоиспеченным другом покинули квартиру.

— Оль… Оль, привези, пожалуйста, обезболивающее, — взмолилась я, набрав ее номер. — Мне так хреново, Оль.

— Месячные? — спросила она, чтобы убедиться в очевидном. — Черт, Лебедева! Ты опять половину зимы в короткой куртёнке прошлялась?! — начала она причитать.

Я еле-еле вышла из комнаты, слушая нотации от нее.

— Ну прости, не могу я сейчас. Я же на работе. — Она извинялась еще довольно долго.

— Ладно. Ничего. — Я положила трубку.

В квартире было темно, поэтому пришлось включить свет. Щелкнув выключателем, я чуть не закричала от неожиданности.

— Ты еще здесь что ли?!

— Обманщица. — Дима проигнорировал мой вопрос. — Тебе ведь плохо.

— Нормально мне. Настя уже ушла?

Он кивнул, а я подошла к плитке, чтобы поставить чайник. Нужно было собираться на работу, правда я не знала, как буду работать в таком состоянии. Боль словно распространилась по всему телу. Она будто ела меня изнутри. Хотелось просто лечь под одеяло и не шевелиться вообще. Как я ни пыталась подавлять ее, мне это не удавалось. В один момент я пошатнулась и чуть не упала. Дима, стоявший неподалеку, подлетел ко мне и поддержал за талию, чтобы я не продолжила свое падение.

— Чё-ёрт, — заныла я, садясь прямо на пол возле плиты и держась за живот.

— Да что с тобой? — Он присел на корточки передо мной.

На его лице отразилось недоумение и обеспокоенность. Он переводил взгляд от одного моего глаза к другому.

— Может, скорую?

— Может, я сама разберусь, что мне делать? — сказала я, и тут же мое лицо исказила гримаса боли.

— Какая же ты упрямая, — недовольно сказал он, поднимаясь на ноги. — Все, я вызываю скорую. Вдруг у тебя аппендицит.

— Нет… — Я продолжала сидеть на полу. — У меня такое бывает. Это просто месячные… — Я потупила взгляд от неловкости.

Не особо приятно было обсуждать это с малознакомым человеком.

— И ты в таком состоянии куда-то собираешься? — Дима нахмурился, смотря на меня сверху вниз.

— У меня сегодня смена в клубе. Я не могу не прийти.

Он взял телефон, брошенный на столешницу мною еще пару минут назад, и протянул его мне.

— Звони и говори, что не можешь.

Я взяла телефон и с огромным трудом поднялась на ноги.

— Да не буду я звонить!

— Ты реально упрямая, как баран! — Он отобрал у меня телефон. — Тогда я сам позвоню.

— Да ты даже понятия не имеешь, кому. — Я усмехнулась, но тут же почувствовала новую волну боли.

— Слушай, ты мазохистка?

— Почему?

— Да потому что только они могут работать в таком состоянии. — Он был непреклонен.

В тот момент я увидела в нем то, чего раньше не замечала. Какую-то силу что ли… Казалось, у человека действительно есть стержень.

— Да позвоню я. — Пришлось вырвать телефон у него из рук.

Чайник закипел, и, пока я искала нужный контакт, Дима достал пакетик чая и заварил мне его. Капец, он уже знал, где у нас чай лежит. Сложилось ощущение, что это я у него в гостях, а не он у меня.

— Звони уже. — Он бросил на меня недовольный взгляд.

Я тяжело вздохнула и приложила телефон к уху.

— Алло, — послышался знакомый мужской голос.

— Жень, можешь сегодня за меня смену в клубе отработать? Очень тебя прошу. — Я надеялась, что он согласится.

— Да я же уже год за бармена не выходил, ты че?

— Мне так плохо, Жень. Пожалуйста, — попросила я жалобным голосом.

— Э-эх, ну что ж с тобой делать, Лебедева? Должна будешь.

— Проси все, что угодно. — Мой голос все равно звучал как-то болезненно, хотя я и была безмерно рада.

— Тогда позвони админу и кидай адрес. Жертвую прекрасной ночью из-за тебя, Лебедева.

— Спасибо большое, Жень.

Я сделала еще один звонок, чтобы предупредить администратора, а Дима просто стоял и наблюдал за всем этим.

Чертова боль не отступала и я, глотнув чаю, бросила взгляд на парня.

— Ну все. Видишь, я остаюсь дома. Можешь идти, — сказала я сухо.

— У меня такое чувство, что ты боишься оставаться со мной наедине.

Я приподняла бровь.

— Неужели?

И тут боль охватила меня целиком, да так, что я чуть кружку из рук не выронила.

— Сука. Да за что мне это? — Я снова сползла на пол, схватившись за живот. — Как будто репетиция родов.

— Эй-эй, успокойся, — сказал он, наклоняясь ко мне.

Затем он сделал то, чего я никак не ожидала. Он подхватил меня на руки и понес в комнату.

— Да поставь меня. Мне нормально. — Я могла сопротивляться только словесно, ибо шевелиться боялась.

— Ага, я вижу.

Он уложил меня на кровать и накрыл одеялом.

— Чем тебе помочь?

— Вон там, на столе, бутылочка воды. Набери в нее горячую и принеси мне, пожалуйста. — Я уже смирилась с тем, что придется принимать помощь именно от него.

Когда он сделал это, я положила бутылку на живот в надежде, что это поможет.

— Лежи и не вставай. Пойду в аптеку схожу.

Он принес мне телефон с кухни, чтоб не было скучно, и покинул квартиру.

Я долго лежала, пока боль немного не отступила. Мне хотелось думать, что обо мне действительно хочет кто-то заботиться, но я понимала, что так вряд ли будет всегда. Если честно, хотелось всегда сидеть дома по вечерам, а не собираться на эту работу.

POV Дима

Я позвонил Юле и спросил, какие таблетки лучше. Она проконсультировала меня по этому поводу, после чего немного постебала и положила трубку.

Юля в это время как раз собиралась на репетицию. Захватив с собой ноты, она надела пальто, попрощалась с прислугой и, миновав пост охраны, покинула свой дом. За воротами ее уже ждал водитель. К слову, не только он. И только она сделала пару шагов по влажному асфальту, как заметила человека, от которого она бегала последние несколько дней.

— Может, хватит меня игнорировать?

Она опешила, остановившись на середине дороги и понимая, что пути к отступлению на этот раз отрезаны.

— Полушай, я опаздываю, — соврала она. — Давай позже поговорим…

— Нет, мы поговорим сейчас. — Игорь злился на девушку, откровенно не понимая, почему она так себя ведет.

Она закатила глаза и направилась к машине, а он лишь перегородил ей путь. Ей ничего не оставалось, кроме как остановиться прямо перед его массивной грудью. Она была на голову ниже его и при желании он всегда мог просто взять ее одной рукой и утащить куда-нибудь, поэтому она редко сопротивлялась его напору.

— Юль, ты ведешь себя, как ребенок. — Он смотрел на нее сверху вниз, а она не знала, куда прятать взгляд.

Я не мог понять, почему она не хотела говорить ему правду. Мне казалось, он все поймет, и они просто продолжат дружить. Мне казалось, что все было бы так же, как раньше.

— Что ты хочешь от меня услышать? — спросила она с едким недоумением.

Он приподнял бровь, потому что ответ на ее вопрос был очевиден.

— Я просто хочу знать, как ты ко мне относишься.

Она решила уйти от разговора и попыталась обойти Игоря, но он схватил ее за руку.

— Да хватит уже! Ответь мне и все. Неужели это так сложно?

— Если ты хочешь услышать, что я люблю тебя, то ты не дождешься этого! — Она злилась.

Ее раздражали бесконечные преследования, и она частенько жаловалась мне на них. Однако она боялась ранить его чувства, поэтому не знала, что делать. Он стоял и с такой надеждой смотрел на нее.

— Я признался тебе в любви не для того, чтобы потерять тебя… — разочарованно сказал он. — Ты изменилась после этого. И я уже сомневаюсь, что правильно поступил.

Он отпустил ее руку. Игорь все понял. Он осознал, что человек, стоявший напротив, никогда не любил его и не хотел любить. Он считал, что Юля стала к нему по-другому относиться после того, как он сказал ей правду. Но тогда Игорь еще не знал, насколько ошибался. Он не знал, что дело было далеко не в нем.

POV Дима

Я открыл дверь и вошел в квартиру.

— Ты вернулся? — крикнула она из комнаты.

— Да. — Я снял куртку и достал из кармана купленные таблетки.

Когда я принес ей воду и обезболивающее, она по-настоящему обрадовалась.

— Не полегчало? — спросил я, пока Алиса приподнималась на кровати, чтобы принять лекарство.

В ответ она лишь отрицательно покачала головой, принимая от меня стакан воды. После этого она вернулась в прежнее положение и снова поместила на живот бутылку теплой воды.

— Спасибо большое.

Я присел на компьютерное кресло напротив ее постели.

— Да брось. Я сделал то, что должен был.

Я заметил, что она избегала возможности смотреть мне в глаза. Похоже, Алиса стеснялась меня.

— Может, поспишь? — обратился я к ней.

— А-а, да. Если хочешь, можешь идти, я тут и сама справлюсь, — слегка хриплым голосом сказала она.

Я приподнял бровь.

— Тебе так мешает мое присутствие?

О да, я был навязчив, как никогда, но мне нравилось быть у нее дома. Слишком нравилось, чтобы просто так взять и уйти.

— Да нет, — из вежливости сказала она.

Потом она попросила положить ее телефон на стол, чтобы он ей не мешал, и повернулась на другой бок. Через некоторое время я услышал посапывание. Похоже, таблетка наконец подействовала, и Алиса уснула. Я не знал, чем себя занять, поэтому принялся рассматривать комнату. На компьютерном столе стоял лишь ноутбук и рамка с семейным фото. Ее мать и отец выглядели довольно моложаво. Похоже, им было от сорока до пятидесяти. На рамке не было пыли, но было множество отпечатков: похоже, она частенько рассматривала ее. Мне было жаль этих людей. Возможно, если бы они не разбились, она бы не стала такой странной и закрытой.

Вдруг ее телефон завибрировал, уведомляя о сообщении, но я не обратил на это внимание. Так случилось и во второй раз, и в третий. Но когда он завибрировал в четвертый, я уже не выдержал и взял его, чтобы отключить звук. Конечно, я не удержался и прочитал уведомление с содержимым сообщения. Какой-то Роман писал, что очень хочет встретиться с ней и поговорить. Интересненько. А мне даже и в голову не пришло, что у нее может быть парень. Хотя зачем бы она тогда соглашалась на секс со мной? Но она все-таки не смогла. Что на самом деле остановило ее? Принципы или этот Роман?

Я долго смотрел на ее умиротворенное лицо, на руки сложенные у щеки, и не мог понять, что же она все-таки за человек. И мне безумно хотелось узнать это.

Ее ресницы подрагивали во сне, а волосы то и дело мешали ей поворачиваться с одного бока на другой. Я видел морщинки на ее лице, которые в ее возрасте все-таки были лишними. Руки и плечи у нее были слегка больше, чем у среднестатистической девушки. Я даже подумал о том, что, быть может, в детстве она занималась спортом.

Я поднялся с кресла и прошел к окну. На стене я заметил диплом за победу в какой-то научной конференции. Похоже, она была умна и достигала определенных успехов.

Насколько жизнь все-таки бывает несправедлива. У меня был переизбыток времени и деньги на образование, но мне это было совершенно не нужно, а она не имела буквально ничего, но при этом очень хотела учиться. Я бы с удовольствием обеспечил жизнь ей и ее сестре, лишь бы она смогла учиться, но она наверняка бы отказалась от этого предложения.

Вдруг у меня зазвонил телефон и я поспешил взять трубку, чтобы мелодия ненароком не разбудила Алису. Это был отец.

— Ну здравствуй, сынок, — радостно сказал он. — Я вернулся.

Отец долго был в командировке, и я не видел его последние три недели. К счастью, за его делами следить всегда оставался его помощник, Даниил Петрович.

— Привет, пап.

— А почему ты не дома? Я хотел поужинать с тобой.

— Да я тут отъехал по делам.

— Ну тогда возвращайся. Надеюсь, к ужину, ты будешь дома.

Он положил трубку, а я тяжело вздохнул. Не думал, что он так рано вернется. Хоть бы предупредил. Я знал, что придется оставить Алису, поэтому сразу принес ей в комнату кувшин с водой и положил рядом таблетки, чтобы она их не искала в случае необходимости. Убедившись, что она спокойно спит, я покинул комнату, а потом и квартиру.

Когда я вернулся домой, в столовой уже было накрыто, и я сел на свое место и уставился в телефон в ожидании отца.

Через некоторое время он появился. И хотя у него был усталый вид, выглядел он все равно солидно, как и всегда. На нем был свитер и брюки. Ходил он в очках с золотистой оправой, потому что возрастные проблемы со зрением давали о себе знать. От стресса он уже практически облысел, и я надеялся, что меня это не настигнет в его возрасте. Телосложением он отличался немного тучным, но я бы не сказал, что он имел серьезные проблемы с лишним весом.

— Ну как у тебя дела, сын? — спросил он с легкой ухмылкой и присел на свое место напротив меня.

Отец принялся есть, после чего поглощением пищи занялся и я.

— У меня все хорошо, — ответил я.

— В универе хоть раз был за последнее время?

Я так и знал, что он задаст этот вопрос, но ответа у меня на него не нашлось, поэтому он просто перевел тему.

— Твоя мать тоже должна вернуться со дня на день. Она звонила мне вчера.

— А мне вот она не звонит, — сообщил я отцу с легким недовольством в голосе.

Он сделал глоток вина.

— Как там Юля? — спросил вдруг он, и я не посчитал этот вопрос лишним, потому что папе всегда было интересно, как поживают мои друзья. — Я слышал, она выиграла конкурс, на который ездила. А еще я слышал, что она чуть ли не лучшая ученица на курсе.

— Она лучшая, — подтвердил я его домыслы. — И у нее все хорошо.

Отец просто обожал Юлю. Он всегда ставил мне ее в пример, и меня это порой раздражало.

— Вот видишь. Девочка учится, радует родителей. — Он тяжело вздохнул. — Не то, что ты, балбес!

Я усмехнулся, но не стал ничего отвечать. Юля была тем самым «сыном маминой подруги», если можно так выразиться. Однако, у меня никогда не возникало желания перестать общаться с ней лишь из-за того, что она чуть ли не во всем была лучше меня.

— Я в твоем возрасте уже деньги зарабатывал, — сообщил он, пережевывая телятину.

Да, отец любил кичиться тем, что добился всего сам. Порой я гордился им, но временами это так надоедало. Из его уст эта фраза звучала так, будто он изобрел лекарство от рака, а не имел простую нефтяную вышку.

Мне не очень хотелось есть. Я постоянно думал, как там Алиса. Никогда я так быстро не привязывался к человеку. И что я в ней нашел? Она ведь была совершенно обычной.

POV Алиса

Я проснулась посреди ночи и поняла, что совершенно одна в пустой квартире. Ну, а чего я, собственно, ожидала? Что он будет сидеть со мной всю ночь? Больно нужна я ему… Хоть бы записку оставил…

Оказалось, что мне снова написал Рома. Я не понимала, что ему от меня нужно, поэтому сообщение даже читать не стала.

На следующий день мне значительно полегчало, и я даже смогла пойти на работу, где и увиделась с Женей, который изрядно устал за прошедшую ночь, благодаря моей просьбе.

— Ну как ты? — спросил он, хотя это я должна была задавать этот вопрос.

— Лучше, спасибо, — сказала я, надевая фартук в раздевалке. — А ты?

— Жить можно, — с легкой ухмылкой сказал он, хотя я и заметила синяки у него под глазами. — Зато теперь знаю, где ты работаешь.

Я усмехнулась.

— Может, выпьем сегодня? — предложил вдруг он. — Ты же у меня в долгу.

Я призадумалась, вспоминая свой график в клубе. Да, в эту ночь в «Вегасе» была другая смена, так что мне не нужно было никуда идти.

— А ты не умрешь две ночи без сна? — спросила я, выходя в зал, где практически никого не было, только Женя шел за мной.

Он лишь с улыбкой отрицательно покачал головой.

— Тогда выпьем, — согласилась я.

Конечно, досадно было оставлять сестру снова, но должок Жене надо было вернуть, поэтому, уложив ее ночью спать, я собралась и поехала к своему другу, который уже ждал меня.

Когда я пришла, он помог мне снять куртку. Затем мы, как обычно, прошли на балкон, где уже стояли бокалы и вино.

— А почему сегодня вино? — Я нахмурилась.

Складывалось впечатление, будто он пригласил меня на какой-то романтический ужин. Только свечек рядом не хватало.

— Просто я посчитал, что виски я действительно не потяну после суток без сна.

Это для меня сошло за оправдание, поэтому я отмела все подозрения и просто села на диван, устремив взгляд на город. Достав сигарету, я запалила ее, пока Женя наливал вино. Я чувствовала себя вполне хорошо.

— Помнишь, как мы с тобой познакомились? — спросил вдруг он.

— Да, в твой первый рабочий день ты пролил на меня борщ. — Я рассмеялась.

Это был настолько нелепый случай, что мы частенько вспоминали его.

— А потом еще и облапал, пытаясь вытереть его с моей футболки.

Он ухмыльнулся, протягивая мне бокал.

— А вот это могла бы и не вспоминать.

Мы выпили по бокалу, затем еще по одному, и еще по одному. Меня уже изрядно разморило, хотя это было и просто вино. С ним я чувствовала себя уютно, как со старшим братом, которого у меня никогда не было. Я не заметила, как начала засыпать и моя голова совершенно непроизвольно упала ему на плечо. Он поставил на журнальный столик свой бокал. Какое-то время он, похоже, не хотел меня беспокоить, но это продолжалось относительно недолго.

— Алис.

Я дернулась и сразу же подняла голову.

— Извини, — замялась я. — Я слегка залипла.

— Алис, я хотел бы тебе кое-что сказать…

Я разглядывала его лицо, освещенное лишь фонарями ночного города.

Я догадывалась, чего он хочет, и просто молилась, чтобы это было не так.

— Ты уверен, что стоит мне это говорить? — спросила я, как бы намекая ему, что делать этого не следует.

— Да, я уверен. Я не могу больше молчать… Ты мне очень нравишься. — Он облегченно вздохнул, будто у него с души камень упал.

Правда, упал он теперь на мою душу.

Не-ет... Вот за что?

Я прекрасно знаю, что бывает после таких признаний. Если они не взаимны, дружба между людьми просто разбивается, как морская волна о скалы.

Он вдруг подвинулся ближе, а я продолжала в исступлении просто смотреть на него и молчать. Он взял меня за руку.

— Это началось с первой же нашей встречи. Я всегда восхищался тобой, твоим характером, манерой поведения… И я просто не заметил, как начал влюбляться в тебя. — Он смотрел мне в глаза, которые на тот момент не выражали ничего, разве что крайнюю степень недоумения. — Поверь мне, я этого не хотел… Я пытался бороться с собой. Уже год пытаюсь. Но я даже спать ни с кем не могу. Мне противно. Правда…

Зачем? Зачем он говорил мне все это? От его слов мне становилось только больнее. Я не хотела, чтобы человек страдал из-за меня. Я не хотела разбивать никому сердце.

— Я пытался… Приводил девушек. Но у меня не получалось. Я постоянно думаю о тебе и не знаю, как с этим бороться. — Он опустил глаза, продолжая держать мою руку. — Вчера, когда ты позвонила, я так обрадовался, что хоть чем-то смогу тебе помочь. Я боялся, что уже никогда не скажу тебе этого…

Он смотрел на меня с такой надеждой. Я знала, что Женя прекрасный человек и что за ним девчонки в очередь становятся. В нем практически все было идеально: лицо, тело, интеллект. Однако я ничего к нему не испытывала.

Женя наконец остановил свою пламенную речь и залип на моем лице. В какой-то момент он потянулся к моим губам, чтобы поцеловать меня, а я его не остановила. Но на поцелуй я тоже не отвечала. Через пару секунд я просто взяла и отвернулась со словами:

— Прости меня… — Я поднялась с дивана и схватила свои вещи. — Но я тебя не люблю.

Я покинула балкон, а он так и остался сидеть там. Он не вышел проводить меня, даже не стал закрывать за мною дверь. Похоже, он серьезно обиделся. Я чувствовала свою вину, но ничего не могла с этим сделать. У меня не было привычки встречаться с человеком из жалости. Я прекрасно знала, какую боль это причиняет обоим.

Вернувшись домой, я убедилась, что Настя спит, и прошла в свою комнату. В телефоне было одно новое сообщение. От Ромы. Но его я снова проигнорировала.

Дима же не соизволил написать мне за эти сутки ни разу, но я не стала особо зацикливаться на этом. Ему, похоже, было все равно. Так же, как и мне.

Я уже не была той шестнадцатилетней девчонкой, которой было приятно получить признания в любви от многочисленных поклонников. На данный период жизни мне это было совершенно не нужно. Это раньше мне нравилось, что за мной бегали парни. В школе я была довольно популярной, однако это не дало мне ровным счетом ничего.

Порой хотелось, чтобы мне снова было шестнадцать. Тогда меня не беспокоили многочисленные счета, долги и нехватка денег, не нужно было постоянно готовить еду для сестры. Все проблемы, в основном, решали родители. Меня волновали лишь плохие оценки, внешний вид и мальчики…

POV Дима

Мы с Юлей сидели в ресторанчике в ожидании Игоря, который где-то задерживался. Раньше мы частенько проводили время втроем, так что на этот раз я решил проявить инициативу и собрать всех нас вместе.

— Ну как там твоя барменша? — спросила Юля, допивая свой аперитив. — Не звонил ей?

Я отрицательно покачал головой.

— Пусть отдохнет от меня, а то мне кажется, я ей уже порядком надоел.

— Вот бы Игорь так же мыслил, — вздохнув, сказала она.

Не успела она договорить, как в ресторане появился и сам Игорь вместе с какой-то дамой. Юля сидела спиной к ним, поэтому не сразу его заметила.

Девушка выглядела весьма презентабельно. Она была похожа на модель: идеальная фигура, черты лица, загар и макияж. Эта блондинка определенно производила впечатление своим видом. Одета она была в обтягивающее голубое платье, которое подчеркивало все достоинства ее тела.

— Привет, — весело сказал Игорь, подойдя вместе с этой девушкой к нашему столику.

Юля не сразу поняла, что дама пришла с ним, потому что никогда еще он не приводил никого на наши посиделки втроем.

— Это Аня, познакомьтесь.

Я улыбнулся ей. Игорь представил своей даме и нас с Юлей, на лице которой отразилось только негодование. Однако я заметил, что Аня бросила на Юлю какой-то странный взгляд и, не колеблясь, села рядом с ней, что показалось мне странным.

— Вы встречаетесь? — спросила Юля, когда Игорь уселся на свое место и взял меню.

— Да, — ответил он, не отрывая взгляда от страницы с горячими блюдами.

Она усмехнулась, чего Игорь даже и не заметил, и бросила взгляд на Аню, которая улыбнулась ей уголком губ.

— И как давно вы вместе? — поинтересовался я.

— Достаточно, чтобы она ужинала сегодня с нами. — Игорь отвечал довольно сухо, что мне, что Юле.

— Ань, — обратилась Юля к девушке. — А чем ты занимаешься?

— Учусь на экономическом, — достаточно вежливо ответила та. — Потом буду работать в компании матери.

Юля удовлетворилась этим ответом и дальше сидела молча.

Нам принесли еду достаточно быстро, и я принялся поглощать свой салат с креветками.

— Кстати, я собиралась вам сказать, — начала Юля. — Я скоро еду на очередной конкурс.

— И когда? — спросил я.

— Через неделю. — Она проглотила очередную порцию овощей, которыми, в основном, и питалась. — Как меня задолбали эти конкурсы. Но моя преподша меня убьет, если я откажусь.

— И как долго ты там будешь? — задал вопрос Игорь.

— Недели две. — Она потянулась за коктейлем. — И не надо провожать меня в аэропорт, — с легкой улыбкой съязвила она, бросив на него взгляд.

— Я и не собирался.

Я немного опешил от их манеры общения и даже выронил вилку из рук. Она упала прямо под стол. Попросив официанта принести новую, я все-таки решил поднять ту. И, наклонившись, под столом я увидел, как Аня резко убирает руку со внутренней стороны бедра Юли. Подняв вилку, я сделал вид, что ничего не произошло. Сначала я подумал, что мне все это показалось, однако, заметив бегающий взгляд обеих девушек, я понял, что мои глаза меня не обманули.

Разговор пошел своим чередом. Аня в нем редко принимала участие, но все остальные относились к этому снисходительно, особенно Юля.

Через какое-то время Игорь решил отлучиться в туалет. Как только он покинул нас, Юля ухмыльнулась во все зубы.

— Ну здравствуй, Аня! — воскликнула она, посмотрев на девушку, сидящую рядом с ней. — Дима все знает, кстати. Так что при нем можно не стесняться, — добавила она.

— Да-а уж, — проронила Аня, ухмыльнувшись. — Странная ситуация.

— Может, мне уже кто-нибудь что-нибудь объяснит? — приподняв бровь, сказал я.

— Да тут объяснять нечего, — все с той же улыбкой ответила Юля. — Просто с Аней у нас когда-то было… — Она замялась и долго не могла подобрать слово.

— Мы общались, — сказала Аня вместо нее.

— Да и сейчас мы порой видимся. — Она посмотрела на девушку, которая ей улыбнулась. — Когда у обеих нет отношений, конечно.

Я усмехнулся. Да, такого я точно не ожидал.

— Как ты здесь оказалась тогда? — поинтересовался я у новой знакомой.

— А что тут непонятного? — Юля никак не могла перестать смеяться.

— Просто Игорь предложил мне исполнить роль его девушки. — Аня держалась раскованно в отсутствие своего «парня». — А я просто не стала отказываться. Я же не думала, что Юлька здесь будет.

Я порой поражался, какие судьба преподносит сюрпризы.

— Давайте сделаем вид, что никто ничего не знает, — предложила Юля. — Все, хватит ржать. Он идет.

И все мы резко сделали каменное лицо, что Юле давалось особенно непросто. Мне тоже приходилось прилагать к этому некоторые усилия.

— Ну как вы тут? — присаживаясь на свое место, спросил Игорь.

— Нормально, — ответила Юля, допивая свой коктейль. — А ты как? Удачно сходил? — Она посмотрела на него с некоторым презрением.

— Вполне, — сухо заявил он. — Можешь не беспокоиться.

Меня напрягало то, как они разговаривали друг с другом. Между ними стала чувствоваться какая-то неприязнь, которой раньше никогда не было.

— Можно вот этот букетик? — спросил я у продавщицы в цветочном ларьке.

— Отличный выбор, — сказала она. — Девушке?

Я лишь с улыбкой кивнул и протянул ей деньги. Это был букет шикарнейших красных роз. Удивительно, но раньше я дарил цветы только маме.

Когда я добрался до места, то снова припарковал машину довольно далеко от подъезда. На дворе был вечер, и Алиса как раз должна была быть дома. Рассматривая букет, я не сразу заметил, что она стояла возле подъезда с каким-то парнем. Я остановился, чтобы не подойти настолько близко, чтобы меня заметили. Он что-то ей упорно объяснял, а она молчала, смотря ему в глаза. Я понятия не имел, что это за парень, но мне очень хотелось узнать.

POV Алиса

Я не знала, зачем он пришел. Он просто караулил меня возле подъезда, когда я возвращалась из магазина. Около пятнадцати минут он изливал мне душу, и мне было искренне жаль его, несмотря на все ту боль, которую он мне причинил когда-то.

— Ром, я правда не понимаю, что тебе нужно, — спокойно сказала я, опустив глаза. — Нам не о чем с тобой разговаривать.

— Я очень виноват перед тобой… Я уже не знаю, что мне сделать, чтобы ты меня простила.

Я шаркала ногой по асфальту, который уже потихоньку начал проглядываться из-под снега.

— Я давно простила тебя, но я не хочу больше наступать на эти грабли. Ты хороший человек, но я так не могу… — Я посмотрела ему в глаза.

Мне даже Хатико не было так жалко, как его в тот момент. Когда-то я очень сильно его любила, но в данном случае я руководствовалась мозгом, и, даже если бы мне очень хотелось броситься ему на шею, этого делать не стоило бы ни при каких обстоятельствах.

— Я ведь знаю, что проблема во мне, — пробормотала я, хотя мне тяжело было это признавать. — Я не могла уделять тебе столько внимания, сколько ты заслуживал, и в этом нет твоей вины. У нас с тобой было прекрасное прошлое… когда-то… И если ничего не получилось, то, видимо, такова судьба. Ты ведь мне правда нравился. Очень. Прости меня… — Я сделала глоток воздуха, чтобы прогнать ком в горле. — И я верю, что ты найдешь достойную девушку.

Он отрицательно качал головой на протяжении моей не очень-то пламенной речи.

— Просто не надо больше… преследовать меня. У нас никогда ничего не получится. — Эта фраза прозвучала так тоскливо, что я не могла не продолжить говорить, хотя он и не хотел слушать меня. — Я знаю, что ты сможешь заставить кого-то любить тебя так же сильно, как я тебя когда-то.

Рома опустил голову и больше не стал ничего говорить. Я видела его отрешенность. Приподнявшись на цыпочки, я поцеловала его в лоб, вымолвив лишь жалкое:

— Прощай.

Повернувшись, я зашла в подъезд.

Считала ли я себя виноватой в том, что он меня бросил? Нет. Но мне нужно было что-то сказать ему, чтобы он еще сильнее не загонял себя в угол. Просто так вышло… Мне не составляло труда признать свою вину, если другому от этого станет легче. Даже если ради этого приходится врать о своих чувствах.

POV Дима

Я видел, как она поцеловала его в лоб, и больше у меня не оставалось желания смотреть на весь этот процесс. Похоже, это и был тот самый Рома, который так усердно строчил ей сообщения. Неужели так трудно было мне сказать, что уже есть парень? Зачем надо было морозиться и разыгрывать весь этот спектакль?

Меня охватило негодование настолько, что, пройдя еще несколько метров от ее подъезда, я со всей силы бросил букет прямо в грязь. У меня совершенно отпало желание видеться с ней. Я был настолько зол, что в тот момент не хотел иметь с ней ничего общего.

В ту же ночь я отправился в клуб и познакомился там с девушкой, с которой и провел эту ночь, а затем и еще несколько. Я напивался в стельку, лишь бы только ни о чем не думать. Я нюхал запрещенные вещества, которые порой доводили меня до беспамятства. Вечерами я приезжал к этой девушке и мы с ней употребляли вместе, а потом мне с трудом удавалось вспомнить, что мы делали на протяжении всей ночи. Однажды я даже словил бэд трип, после чего перестал маяться дурью в прямом смысле этого слова.

Это был самый странный месяц в моей жизни. Он был насыщен какими-то не очень важными, но запоминающимися событиями. Он был насыщен моими ошибками… Я переночевал дома от силы раза четыре за весь месяц. Мне казалось, что моя жизнь наполнилась бесконечной чередой прекрасных впечатлений, но потом я понял, что эти впечатления проходят так же быстро, как и появляются.

Алиса за этот месяц позвонила мне несколько раз, но ни разу я не взял трубку. Гордость не позволяла мне этого сделать. К тому же, я прекрасно знал, что она просто хотела бы вернуть мне деньги и не нуждалась в общении со мной, и от этого мне становилось еще тоскливее.

Я пытался заполнить пустоту внутри всем, чем угодно. Но шло время, а чувства не уходили. Наоборот, мне становилось только хуже. Сначала я вовсе не думал о ней, затем начал думать пару раз в неделю. А потом я понял, что мысли о ней посещают меня постоянно: когда я пытаюсь уснуть или когда иду по городу в надежде встретить это знакомое лицо.

Юля говорила, что так нельзя, когда в третий раз за неделю забирала меня, пьяного в стельку, из бара в центре города, но я ее не слушал. Я матерился на нее и посылал к черту, за что мне приходилось потом долго извиняться. Ее не было несколько недель, поэтому она какое-то время не могла нянчиться со мной, зато, когда она вернулась, то практически не отходила от меня ни на шаг.

Когда в очередной раз произошло все то же самое, она уложила меня спать, а сама уселась за мой рабочий стол. Ей не стоило труда просто открыть ящик стола и достать оттуда папку с информацией на Алису, о чем она мне рассказала много позже. Далеко я эту папку не убирал почему-то, но и открывать ее у меня желания не возникало.

Юля нашла адрес кафешки, в которой Алиса работала и который я благополучно забыл, и решила на следующий день туда меня и позвать.

POV Алиса

Месяц прошел с того момента, как Дима просто исчез однажды ночью прямо из моей квартиры. Больше он в ней не появлялся. Я наскребла немного денег и пыталась до него дозвониться, но он сбрасывал, а то и вовсе не брал трубку. Но я не чувствовала, что навязываюсь, потому что звонила по делу.

Но в какой-то момент я разочаровалась в этом занятии и просто бросила все попытки. Однако деньги я эти не тратила в надежде, что он рано или поздно объявится.

Я спрашивала у сестры, не знает ли она, где может находиться ее друг, но получала отрицательные ответы.

Порой я смотрела на этот чертов портрет, который валялся на столе моей комнаты, и не понимала, зачем он так внезапно появился в моей жизни и так же внезапно исчез. Какие уроки я должна была вынести из его временного присутствия? Мне все это было решительно неизвестно.

С Женей мы продолжили общаться так, будто ничего и не произошло. Он не стал дуться на меня так, как я это предсказывала, а просто делал вид, что ничего не было. Однако между нами все-таки сохранялось какое-то напряжение. Чувствовалось, что есть темы, которых нам нельзя было касаться. Он больше не звал меня к себе выпить, да и я бы, наверное, не согласилась на это. Было слегка тоскливо от того, что все уже не будет так, как раньше.

— Возьми стол, пожалуйста, — сказала мне новенькая официантка, прервав мои размышления.

Я достала блокнот и направилась к гостям. Подойдя, я сначала увидела девушку весьма приятной наружности. Она дружелюбно улыбалась мне.

— Вам подсказать что-то? — спросила я и только после этого обратила внимание на парня, который сидел напротив нее.

Он, как оказалось, уже с минуту сидел и смотрел на меня вместо того, чтобы читать меню.

— Ты что здесь делаешь? — удивленно задала я вопрос.

Он не ответил мне, а просто ошарашенно посмотрел на свою компаньонку.

— Ой, а вы знакомы что ли? — спросила эта девушка.

Я бросила взгляд на Диму, который не спешил с ответом. Похоже, он не ожидал увидеть меня в этом кафе, хотя изначально мне показалось, что он пришел специально, да еще и симпатичную девушку с собой прихватил.

— Да, — ответил Дима.

— Нет, — ответила я одновременно с ним.

Девушка переводила взгляд с него на меня, слегка улыбаясь и не понимая, что происходит.

Дима слегка замялся.

— В общем, это моя знакомая, — вымолвил наконец он. — Ее зовут Алиса.

Затем он представил мне свою подругу, которую, как оказалось, зовут Юля. Это была довольно приветливая и веселая девушка. Она умела производить впечатление, как внешностью, так и манерами. Заказав у меня легкий салат без мяса и сок, она помогла определиться Диме.

Мне показалось, что они оба чувствуют себя не очень уютно в таком месте, ведь, судя по всему, Юля тоже была из довольно богатой семьи, поэтому они, должно быть, каждый день обедали в дорогущих ресторанах.

— Я отойду, — сказала она, когда я принесла им заказ.

Поставив на стол пару мясных блюд и ее салат, я убрала поднос за спину.

— А я звонила тебе, — с неким упреком сказала я, на что он ничего не ответил. — Так трудно было взять трубку? Я же не какая-нибудь твоя бывшая, чтобы вот так вот меня игнорить. Мне же просто нужно вернуть тебе деньги.

Он, до этого не смотревший на меня, поднял глаза.

— Я был занят, — сказал он с каким-то раздражением.

— Тогда просто скажи мне номер счета, чтобы я перевела деньги и не беспокоила тебя. — Я пыталась быть максимально вежливой, но он противился диалогу со мной.

Дима не отвечал мне, и меня начинало это бесить.

— Слушай, я с тобой, а не со стенкой, разговариваю, — сказала я после того, как он молчал минуты две, тупо смотря себе в тарелку.

Он усмехнулся.

— Девушка, а принесите мне книгу жалоб.

Я приподняла бровь, подумав, что он шутит.

— И что тебя не устраивает в нашем заведении, позволь поинтересоваться? — Я чувствовала неприязнь, которая нарастала во мне с каждой секундой.

Он бросил в тарелку ножик, который до этих пор держал в правой руке, так, что раздался звон. Юли, которая вполне могла бы уладить этот конфликт, довольно долго не было. Похоже, мы оба ждали ее возвращения.

— Ну, например, то, что вы разговариваете со мной на «ты» и хамите.

Я не понимала причину его холодности. Что я могла сделать не так? Чувствовалось, что он был обижен на меня за что-то, но я понятия не имела, за что.

— Дим, что происходит? — требовательно задала я вопрос, однако он никак не хотел идти со мной на контакт.

— Да ничего. Девушка, просто принесите мне жалобную книгу! — Он повысил на меня голос.

К счастью, никто из администраторов этого не услышал, и у меня еще был шанс, что все разрешится.

— Быть может, я все-таки могу еще что-то сделать для вас, чтобы вы не писали жалобу?

Он посмотрел на меня с таким презрением, что меня аж передернуло. Я поняла, что разговаривать с ним бесполезно и пошла за жалобной книгой.

Юля не успела вернуться до того, как я принесла то, что он так требовал. Но когда она все-таки вновь села за стол, я видела, что она начала спорить с ним и попыталась как-то ему помешать. Но я видела еще и то, что она так и не смогла с этим ничего сделать, и он все-таки оставил жалобу. Потом ушла на кухню за заказом для другого столика.

Мне было обидно, что на меня жалуются буквально ни за что, а потом мне за это еще и влетит. В тот момент я ненавидела этого человека больше всего на свете. Моя неприязнь почти прошла, когда он заботился обо мне в ту ночь, но после этого случая она нахлынула с еще большей силой.

Когда я принесла им счет, Юля с сочувствующим выражением лица отдала мне жалобную книгу. Мне не особо хотелось открывать ее и читать эти гадости, поэтому я отдала ее Жене, чтобы он убрал ее на место.

Гостей было мало, поэтому мы стояли практически без дела. Он посчитал нужным прочитать мне вслух все написанное:

— Когда я присел за столик в вашем кафе, ко мне подошла официант Алиса и приняла заказ. Черт, ну и почерк у него, — заметил Женя, после чего продолжил читать. — Обслуживая меня, она вела себя по-хамски, неоднократно называя меня на «ты» и оскорбляя, когда я слегка медлил с ответом по поводу заказа. Она делала это с таким выражением лица, будто ей вообще противна эта работа, а в частности, гость, которого ей приходилось обслуживать. Блюда она выносила невовремя, из-за чего нам пришлось есть их чуть теплыми. К сожалению, разочарован этим местом. Очень жаль, что потратил свое время в вашем кафе. Хочу, чтобы вы приняли меры по отношению к официанту Алисе. Надеюсь, что больше никогда сюда не вернусь. Дмитрий. Вот придурок. Ты все вовремя выносила, я же видел. — Женя недоумевал вместе со мной.

— Да пошел он, — с нескрываемой ненавистью сказала я.

— Подожди, тут что-то еще на следующей странице.

— Неужели он еще три тома жалобы навоял? — без особого интереса спросила я.

— Нет, тут другое… Слушай. Посетила ваше кафе. Могу сказать, что все было на уровне. Меня обслуживала официантка Алиса, которая оказалась весьма приветливой и любезной. Заказ принесла вовремя и обходилась со мной очень заботливо. Приятно, когда тебя обслуживают опытные и вежливые люди. Блюдо мне очень понравилось, как и интерьер. Хотелось бы сказать большое спасибо Алисе. Юлия.

Я ухмыльнулась и бросила взгляд на Юлю, которая сидела и беседовала с Димой. Мне, определенно, понравилась эта девушка.

В какой-то момент Дима поднялся со своего места и ушел в туалет. Юля знаком подозвала меня к себе.

— Ты извини за жалобу, — сказала она, когда я подошла к столику. — Я пыталась его отговорить, но он упрямый, как осел. Прости.

— Да ладно, ты-то тут причем… — Я тяжело вздохнула. — Только я одного понять не могу. Почему он так себя ведет? Понимаешь, в какой-то момент он просто исчез, и я месяц его не видела, пока вы сюда не пришли.

Она слегка потупила взгляд.

— Он увидел тебя и твоего парня. Раньше он думал, что у тебя никого нет. В общем, Дима очень расстроился.

Я нахмурилась.

— Какого парня?

— Ну… твоего. Вы стояли возле подъезда… А потом ты еще его поцеловала в лоб. Он сказал, что вы так мило беседовали.

— Стоп. Стоп. — Пришлось остановить ее, потому что мне уже надо было выносить блюда другим гостям. — Это был парень, с которым мы встречались аж полтора года назад. Он меня преследовал какое-то время, и я решила с ним поговорить.

— То есть он тебе никто?

Я не понимала, почему это вообще для нее было так важно, ведь я не собиралась строить никаких отношений с ее другом. Это странно, что я вот так вот стояла и оправдывалась перед ней.

— Никто, — подтвердила я, после чего Юля поблагодарила меня за все и взяла свои вещи.

К этому времени как раз подошел Дима и, не сказав мне ни слова, пока я убирала со стола, взял куртку и покинул заведение вместе со своей подругой. Раскрыв чекбук, я увидела, что Юля оставила мне на чай три тысячи, что для нашего кафе было достаточно много.

POV Дима

— Ты специально привела меня сюда? — спросил наконец я.

До этого момента я скрывал свою злобу, но, как только увидел, что Юля разговаривает с этой дурой, я уже не мог сдерживаться.

— Возможно, — ответила она.

На ее лице застыла какая-то едкая ухмылка, которая бесила меня еще сильнее.

— И о чем вы с ней сейчас говорили?

Она усмехнулась.

— Да так, о своем, о женском.

Я остановился и схватил ее за рукав шубы.

— Ты издеваешься?!

— Эй, полегче. Ты какой-то агрессивный в последнее время, — заявила она, выдернув руку.

— Может, все-таки ответишь на вопрос?

Она вздохнула и долго вглядывалась мне в глаза.

— Она сказала мне, что у нее нет парня. А тот, которого ты видел, ничего для нее не значит.

POV Дима

Черт, какой же я идиот. Мне почему-то и в голову такое не пришло.

— А кто он ей?

— Это парень, с которым она встречалась больше года назад… но сейчас он для нее никто.

— Зачем тогда она его поцеловала?

Юля закатила глаза, будто я не понимал очевидного.

— Ну она же его не в губы поцеловала. Это был просто поцелуй на прощание. — Она направилась к машине, а я пошел за ней. — И если бы ты не ушел тогда, быть может, узнал бы гораздо больше. Думаю, она бы тебе рассказала…

Я не знал, что ей ответить, чувствуя себя полнейшим мудаком. Сейчас мне эта ситуация казалась настолько глупой, что я не знал, как себя вести дальше.

— В любом случае, ты придурок. Не думаю, что она простит тебя после всего того, что ты написал в жалобной книге, — сказала Юля уже сидя в машине.

— Может, стоит сходить и извиниться перед ней?

Она отрицательно покачала головой.

— Вряд ли сейчас она захочет тебя слушать. Мы что-нибудь придумаем. — С этими словами она завела машину, после чего мы уехали.

Я чувствовал себя таким виноватым, что даже разговаривать не особо хотелось, хотя Юля ни раз пыталась отвлечь меня диалогом.

POV Алиса

— Что-то случилось? — спросил Женя, когда я вернулась за барную стойку, чтобы положить чекбук на место.

Я лишь отрицательно покачала головой в ответ, ибо ничего не могла ему сказать, потому что сама не понимала, что произошло всего пару минут назад. Это была до жути странная встреча, которую мне предстояло анализировать еще очень долго.

Через какое-то время пришла администратор и долго отчитывала меня за эту жалобу от Димы. Я злилась на него безумно. Я хотела, чтобы он когда-нибудь оказался на моем месте и попробовал поработать с людьми. Посмотрела бы я на него тогда.

Это ж насколько надо меня ненавидеть, чтобы вот так вот со мной поступать?! Хотелось просто врезать ему по лицу и не видеть его больше никогда.

Утром он, конечно же, караулил меня на остановке. Однако я не стала просто уходить, потому что уже опаздывала.

Заметив меня, Дима сразу же подошел со словами:

— Прости меня! Я дурак!

— А я-то тут причём? — сухо спросила я, высматривая вдалеке движущийся транспорт.

— Ну ты ведь злишься.

Я перевела взгляд на него.

— Серьезно?! Ты так считаешь?! — Я была сильно раздражена, но, сделав глубокий вдох, попыталась успокоиться.

— Ну я не специально.

— Что не специально?! Херовый отзыв на меня в кафе писал не специально?! Или подкарауливаешь меня везде тоже не специально?! И кто же это делает за тебя, интересно знать? — Я буквально сверлила его взглядом, а он держался… даже глаза не опускал.

— Ну просто я психанул в тот вечер без повода… извини.

— Вот я тебя знаю всего-ничего, но иногда у меня складывается впечатление, что особь женского пола из нас двоих точно не я.

— Отлично. Оскорбляй меня. Злись. Наконец я начал вызывать у тебя хоть какие-то эмоции. А то это равнодушие задолбало уже! — Он начинал злиться в ответ.

В этот момент на остановку подошел тучный мужчина лет сорока и тоже встал в ожидании автобуса, которого все не было.

— А тебя кто-то просил терпеть это равнодушие?! Я вообще не понимаю мотивов твоего поведения.

Из-за того, что мы говорили на повышенных тонах, этот мужчина то и дело косился на нас.

— А еще я не понимаю, какого хрена мне пришлось объяснять твоей подруге, с кем я там разговаривала месяц назад у своего подъезда. Я что, кому-то что-то должна?! Кому-то что-то обещала?!

— Я же уже извинился.

Наконец подъехал мой автобус.

— Да пошел ты со своими извинениями.

— Куда? — ехидно спросил он, когда я уже подходила к транспорту.

— В кафе. Жалобу писать, — ответила я. — А то я сейчас слишком грубо с тобой обошлась.

Как же он меня выбесил. Сколько бы раз он ни извинялся, от одного его вида меня начинало колотить. Злоба нарастала в мне с каждым его ядовитым словом.

На этот раз мне казалось, что былую недодружбу уже никогда не вернуть, потому что для меня простить его — значило переступить через себя.

POV Дима

Юля была права. Не стоило идти к ней этим утром.

Я слегка злился на нее за ее слова, но все еще чувствовал свою вину. Любая другая девушка уже простила бы меня, если бы я сделал какой-нибудь подарок. Я знал, что в отношении Алисы это не сработает. Более того, после этого она могла бы еще сильнее разозлиться…

Вечером я решил встретить Юлю с репетиции. Пришлось долго ждать ее на улице, так как я не знал точно, во сколько она заканчивает. Вскоре показалась ее фигура в темном пальто.

— Ты что здесь делаешь? — бросила она уже издалека, а я не отвечал. — Ты что, виделся с ней? — спросила она, подойдя ко мне и заметив мой мрачный вид.

Я кивнул, а она только закатила глаза. Я знал, что она будет упрекать меня за то, что я в очередной раз ее не послушал и сделал по-своему. Выслушав все это, я предложил ей посидеть где-нибудь. Она не захотела идти в кафе, и мы поехали ко мне.

— Я у тебя уже, как дома, — заметила она.

Если учесть, сколько раз она привозила меня пьяного в этот особняк, то спорить с ней было сложно.

— Ну а что же в этом плохого? — послышался голос из столовой, и мы тут же напряглись.

Вскоре к нам вышел мой отец и лучезарно улыбнулся Юле. Она улыбнулась в ответ.

— Здравствуйте, Валерий Михайлович.

— Привет-привет, Юленька.

Он почему-то очень ее любил, и я порой даже ревновал его к ней. Казалось, к ней он относится намного лучше, чем к нам с мамой.

— Пап, а чё ты дома так рано? — поинтересовался я, ибо знал, что отец раньше восьми вечера дома обычно не появлялся.

— Вот, сын! Отец пораньше пришел, можно с ним побольше времени провести, а он недоволен! — восклицал папа, обращаясь к Юле, а она лишь смеялась в ответ.

Я знал, что она весьма неловко чувствовала себя рядом с ним. Наверное, это был единственный человек, при котором уверенная в себе Юля так себя ощущала.

— Может, поужинаете? — спросил отец, обращаясь скорее к ней, нежели ко мне.

— Да нет, пап. Мы собирались в комнату. Нам поговорить надо.

Он приподнял бровь.

— А-а, ну раз в комнату... — Он с какой-то странной ухмылочкой удалился в столовую, где продолжил поглощать пищу.

Мы же поднялись наверх, где Юля заняла свое привычное положение в подвесном кресле.

— Я просто не понимаю, что сделать для нее такого, чтобы она меня простила?..

Юля о чем-то задумалась и долго не отвечала мне, а просто смотрела в одну точку. Повисло молчание, которое она осмелилась нарушить только через несколько минут.

— Ты должен сделать для нее что-то, что не будет стоить огромных денег. — Она поднялась с кресла и принялась расхаживать по комнате.

— Мне ничего не приходит в голову, — сказал я.

Она молчала еще минуты три, а потом ее взгляд упал на письменный стол, к которому она и подошла. Юля взяла мой скетчбук и посмотрела на меня так, будто на нее нашло озарение. Она открыла его и немного полистала. Он был практически закончен, потому что я рисовал почти каждый день. И да, там были только рисунки с Алисой и почти каждый из них был с подписью и датой. На первом же рисунке было написано: "День, когда я встретил тебя..."

— Подари ей это, — сказала вдруг Юля, отдавая мне скетчбук. — Пока что... это лучшее, что ты можешь сделать для нее.

Она вернулась обратно на подвесное кресло. Вид у нее был какой-то грустный.

— О чем ты думаешь? — спросил я.

— Да так... просто вспомнила кое-что.

Я понял, что ее воспоминания были не из лучших, но вытягивать из нее эту информацию не стал. Мы еще какое-то время разговаривали ни о чем, после чего она захотела домой.

Когда я спустился вниз, чтобы проводить ее, мы снова увидели моего отца. Он был не один, а с человеком, которого я никак не мог ожидать в нашем доме.

— Пап, а ты тут что забыл? — спросила Юля удивленно.

Ее отец стоял и о чем-то беседовал с моим. Это был человек бальзаковского возраста с довольно упитанным телосложением. Он тоже занимался нефтью и очень любил свою дочь. Однако, у меня всегда вставал вопрос: что из этого он любит больше. Чаще всего весы склонялись в сторону нефти. Мне казалось, что Юля была для него чем-то вроде повода для гордости, не больше, хотя он и делал для нее все.

— О, привет, дочь. — Он приобнял ее и поцеловал в макушку. — Да мы тут просто ужинали и обсуждали бизнес, — заявил он, покосившись на моего отца.

Это показалось мне странным, потому что я ни разу не видел, чтобы наши отцы собирались вместе и что-то обсуждали. Они не были друзьями, чтобы ужинать вместе. Однако я не стал вмешиваться и что-то выяснять. Возможно, у них появились какие-то общие дела, лезть в которые я не особо хотел. Юля, судя по ее лицу, была солидарна с моим мнением, поэтому больше ничего не сказала. Они собрались и ушли домой вместе. К слову, идти им было не очень-то далеко, ибо их дом находился буквально через один от нашего.

POV Алиса

Я заглянула в почтовый ящик, чтобы достать квитанции за коммуналку, и наткнулась там на нечто странное. Это была какая-то кожаная книжка, похожая на ежедневник. Сначала я подумала, что это какие-то сектанты подкладывают всякую ерунду, дабы заманить к себе людей. Потом мне пришло в голову, что это положили в мой ящик по ошибке. Но убеждение в этом рассеялось, когда я открыла эту книжку. Там было полно рисунков, и я не сразу поняла, что это скетчбук. На развороте было написаны мои имя и фамилия. Я решила забрать книжку домой, потому что она меня заинтересовала.

Зайдя в квартиру, я села на диван. Настя в это время делала уроки, поэтому я не боялась, что она может мне помешать.

Перелистнув страницу, я увидела первый же рисунок, на котором было изображение девушки за барной стойкой и надпись: "День, когда я встретил тебя..." Этой девушкой была я. На следующей странице была девушка, стоявшая возле клуба и надпись "День, когда ты в очередной раз мне отказала". Дальше был мой портрет с сигаретой во рту и надпись: "Я не хочу, чтобы ты курила". Нарисовано все это было весьма неплохо, и я сразу узнала стиль этих штрихов.

У каждого художника есть какие-то особенности написания картин или набросков. Этого художника я знала...

Захлопнув скетчбук, я бросила его на диван и отошла подальше. Немного постояв у окна, я принялась варить себе кофе в надежде отвлечься, однако то и дело мой взгляд падал на этот злополучную книжку. И зачем она только оказалась в моих руках? Допив кофе, я заглянула в холодильник. К дивану я вообще старалась не приближаться, чтобы лишний раз не соблазнять себя видом этого кожаного переплета.

Придурок. Думал, что это растрогает меня, и я тут же брошусь ему в объятия? Какой смысл было тратить время на эти глупые рисунки? Зачем нужно было делать подписи к каждому из них? Растрата сил впустую. Лучше бы занялся чем-то полезным.

Но мой взгляд то и дело падал на эту вещицу, которая так соблазнительно валялась на краю дивана. Что же там на четвертой и последующих страницах могло скрываться?

Я тяжело вздохнула и ушла в свою комнату, дабы не видеть это.

Был вечер, и надо было собираться на работу. Зайдя в комнату сестры, я поинтересовалась ее домашкой. Она снова не могла нарисовать очередной рисунок, поэтому спросила, придет ли в ближайшее время Дима. Мне не очень хотелось видеть этого любителя порисовать, поэтому я сказала, что он вряд ли уже придет. Настя расстроилась и продолжила рисовать, а я пошла собирать рюкзак.

И вот я выходила из квартиры будучи совершенно спокойной. Совершенно спокойно закрывала дверь на ключ. Спокойно прошла несколько этажей вниз, но вдруг резко остановилась. Пару секунд я колебалась, стоя на ступеньках и обдумывая все это. Затем любопытство все-таки пересилило меня, и я, сорвавшись с места, побежала наверх. Ворвавшись в квартиру, я схватила чертов скетчбук, соврала сестре, что забыла кошелек, и вышла вон.

По пути я листала страницы снова, хотя руки и мерзли от сильного ветра. На четвертой была моя обнаженная фигура, по которой стекала вода, с надписью: "Я очень тебя хотел..."

Я была рада тому, что забрала это из квартиры, ибо моя сестра слишком любопытна, чтобы не исследовать столь интересную вещицу.

Там было еще несколько страниц с обнаженной мной, затем он нарисовал меня в его одежде и написал: "Хочу, чтоб ты чаще в ней ходила".

Да что это за книга эротических фантазий?

К этому времени я уже дошла до клуба, не успев посмотреть скетчбук полностью.

Однако я уже не чувствовала той обиды, что сидела во мне до этого. Казалось, что это чувство начинало потихоньку угасать, сменяясь чем-то другим. Смирением каким-то что ли...

Я спрятала скетчбук в сумку, и зашла в клуб.

Я не знала, почему эта чертова книжка произвела на меня такое впечатление, но я думала о ней всю смену. Мне так хотелось рассмотреть ее повнимательнее, однако возможности у меня не было до пяти утра.

Только тогда, когда я вышла на улицу, получилось достать ее и продолжить смотреть. На следующих страницах был нарисован мой дом и моя сестра. Там была надпись: "День, когда я понял, что не все дети противные..." Я усмехнулась, когда прочитала эту надпись.

В итоге всю дорогу я подолгу рассматривала каждый рисунок. Я даже забыла, что нужно было периодически поглядывать под ноги, поэтому пару раз чуть не упала.

Закрыла я скетчбук только тогда, когда подходила к подъезду, ибо глаза уже болели от перенапряжения.

Вдруг я напряглась, осознав, что у подъезда кто-то стоит. Этот человек, увидев меня, направился в мою сторону. Было довольно темно, поэтому я далеко не сразу смогла понять, кто это.

— Я тебя ждал, — сказал он, подойдя ко мне.

Это был Дима, который, похоже, слегка продрог, ожидая моего возвращения. Он бросил взгляд на свое творение, которое я сжимала в руке. Похоже, мы оба не знали, что сказать друг другу, поэтому просто молча смотрели друг на друга.

Он выглядел каким-то уставшим, а может, это свет фонаря так падал на его лицо. Вокруг не было ни души, поэтому тишина стояла практически гробовая. Он всматривался в мои глаза и пытался что-то прочесть в них, а я просто стояла и не знала, что делать. Мне совершенно не хотелось спать, хотя было раннее утро.

— И как тебе мои рисунки? — спросил вдруг он совершенно серьезно.

— Н-неплохо, — как-то замявшись, ответила я.

Это все, на что меня хватило. Я больше не смогла выдавить из себя ни слова. И куда делся мой длинный язвительный язык?

Тем временем Дима сделал шаг навстречу. Он все так же смотрел на меня сверху вниз, от чего мне становилось слегка неловко. Хотя на улице была минусовая температура, мне почему-то стало жарко, и даже ноги слегка подкосились. Я подумала, что это скорее всего от усталости.

Он дотронулся ладонью до моей щеки, от чего я дернулась, потому что никак не ожидала этого. Но руку он не убрал.

— Ты вся красная, — с нескрываемым волнением заявил он. — Ты заболела?

Я лишь отрицательно покачала головой в ответ.

Он вдруг потянулся ко мне. Я не понимала, что он делает. Было такое чувство, что в это время у меня просто не работало девяносто девять процентов мозга, потому что я могла только стоять и охреневать от происходящего. Я почувствовала его теплые губы на своих. Как ни странно, у меня даже дыхание участилось, но я не понимала, почему. Я не стала отворачиваться или отталкивать его, поэтому он притянул меня к себе и крепко обхватил руками. Было тепло. Было просто очень тепло. Везде. По всему моему телу разливалось это тепло, которое, если честно, мне очень нравилось.

POV Дима

Я был в шоке от того, что она не послала меня куда подальше. Я ожидал очередной напряженный разговор, где она обвинит меня во всех смертных грехах и влепит пощечину за некоторые рисунки, которые были в скетчбуке, но я ошибся.

Она отвечала на поцелуй, но я все равно боялся спугнуть ее любым своим резким движением. Это были уже не те поцелуи, которыми я довольствовался тогда в моей ванной комнате. В этих чувствовалась какая-то нежность. Ее губы были слегка сухими и потрескавшимися, но мне это отчасти даже нравилось. А я не побрился накануне вечером, потому что сам не ожидал такого поворота событий. Это были как раз те мелочи, которые сделали этот поцелуй запоминающимися. Запах от нее был приятный. Я не знал, как это рабоатет, но тебе всегда нравится запах человека, в которого ты влюблен.

Когда мы отстранились друг от друга, она сказала:

— Не думала, что ты будешь ждать меня в такое время.

Я усмехнулся.

— Я тоже не думал.

— Поднимешься?

В ответ я кивнул, и мы зашли в подъезд. В лифте мы ехали молча, а в квартире она попросила меня говорить потише, потому что ее сестра еще спала.

— Чай будешь? — почти шепотом спросила она, положив на столешницу мой скетчбук.

— Да.

Она поставила чайник и принялась листать скетчбук дальше.

— Не-ет, ты же не собираешься смотреть его при мне? — Я вопросительно, но с улыбкой, посмотрел на нее.

Уголки ее губ дернулись.

— Почему это?

— Мне неловко.

Она тихо засмеялась.

— То есть рисовать тебе подобное было ловко?

Я не ответил на этот вопрос. Мне действительно хотелось, чтобы она смотрела это только тогда, когда меня нет рядом. Я испытывал стыд, когда Алиса начинала делать это при мне.

Чайник начинал медленно посвистывать. Занавески на окне колыхались. Горел только торшер. Я подошел немного ближе к ней. В тот момент я чувствовал себя так уютно, как не чувствовал даже у себя дома. Вскоре Алиса протянула мне кружку и зевнула, прикрыв рот рукой.

— Спать хочешь? — спросил я.

— Пока не очень. Пойдем в комнату, не хочу тут сидеть.

Зайдя в комнату с чашкой чая, она закрыла дверь и села на кровать. Я же примостился в компьютерном кресле. Алиса подула на горячий чай и, хлюпая, начала потихоньку поглощать его. Раньше я не замечал, что она хлюпает, поэтому слегка улыбнулся, но ничего не сказал. Повернувшись на кресле к столу, я вновь заметил это фото в рамке. Фото ее семьи.

— Я давно хотел спросить... — обратился я к ней. — А как они погибли?

Алиса подняла глаза от чашки чая и пристально посмотрела на меня.

— Они разбились в аварии. Это произошло за городом, так что свидетелей не было. У них отказали тормоза.

Когда она говорила о них, то смотрела куда-то в пустоту. Взгляд ее становился таким печальным...

— Мне жаль...

— Мне тоже, — вздохнула она. — Но жизнь продолжается, не так ли? — саркастически сказала она.

— А куда они ехали?

— Они возвращались домой от друзей... Их друзья жили в другом городе, а мама и папа ездили их навестить. Под утро они должны были вернуться домой... — Она крепче сжала кружку с чаем. — Я в подробностях помню то утро. Каждую деталь. Каждое слово... Я проснулась в семь, потому что мне нужно было к первой паре. Мне еще показалось странным, что родители так и не вернулись, но я подумала, что они просто задерживаются и не обратила на это внимание. К тому же, заехал Рома, и мы с ним отвезли сестру в школу, а потом поехали в универ. У него тогда еще была машина. — Алиса печально уставилась в пустоту. — Куда уж там матери звонить... времени все не было. Но не успела я и пару отсидеть, как мне позвонили с номера мамы. Я сбросила, потому что не хотела выходить из аудитории, боясь пропустить важную информацию, ведь это была пара матанализа. Мама позвонила еще раз, и я сбросила снова. Когда она позвонила в третий раз, я все-таки решила выйти и ответить на звонок. В трубке был вовсе не ее голос... Это был голос какого-то мужчины, который сообщил мне о том, что они попали в аварию. До меня долго не могли дойти эти слова. Я переспросила, а он повторил то же самое. — У нее руки тряслись от этих воспоминаний, и я уже хотел остановить этот рассказ, но Алиса решила закончить его. — Я даже не стала возвращаться за вещами в аудиторию... Просто сорвалась с места и побежала. Их тела были в морге больницы. Той, что у нас в центре города. Я так надеялась, что это будут не они. Я молилась. У меня дрожали руки всю дорогу, и я ничего не могла говорить по пути, кроме слова "пожалуйста". Я прибежала вся в слезах. Я в деталях помню лица полицейских и патологоанатомов. Приблизительно помню даже лицо человека, на которого я натолкнулась по пути в морг. И когда они показали мне тела... я закричала. Видел бы ты, во что они превратились... — У нее начинал дрожать голос, но я так и не рискнул ее прервать. — Их практически невозможно было узнать, потому что все было в крови, а лиц практически не было. Вместо них было какое-то кровавое месиво. Я смогла узнать их только по лоскутам одежды, которые на них остались, и часам. Ничего ужаснее я в жизни не видела. Меня долго не могли привести в чувство, а, когда им это удалось, я поняла, что нужно поехать к Насте.

— Хватит, я больше не могу это слушать... — честно сказал я. — Не понимаю, как ты это выдержала.

Она молчала. Я не мог понять, каково ей было, да и не хотел понимать. Мне никогда не приходилось терять людей вот так. В один миг. Более того, мне никогда и не доводилось терять близких людей. И даже думать об этом было страшно.

— Понимаешь... в тот момент что-то оборвалось во мне. Я поняла, что мама больше не придет и не успокоит, когда мне плохо... И хотя мне было не десять лет, я в этом нуждалась часто. Она больше не походит со мной по магазинам, чтобы выбрать новые зимние сапоги... А папа больше не расскажет ни одной истории из армии в сотый раз... Знаешь, я бы еще хоть миллион раз слушала одни и те же истории от него, если б только видеть его живым... Он больше никогда не позовет меня на рыбалку весной, где будет сам насаживать нам с Настей червяков на крючок, потому что мы обе их боимся до жути.

Я слушал ее внимательно и думал о том, что слишком мало времени провожу со своими родителями, причем, в основном, по их вине. Если честно, я немного завидовал Алисе, потому что у нее была настоящая семья. Моя же семья мне казалась фальшивой.

— Я продала квартиру, в которой мы жили, чтобы больше никогда не видеть этих стен. Сдала в социальные службы всю их одежду. Не оставила практически ничего... кроме фотографий и маминых украшений. А еще мне отдали ее часы. Как ни странно, они не остановились в момент аварии. Я до сих пор их храню, и они до сих пор ходят.

Она даже не плакала, хотя я на ее месте рыдал бы просто в три ручья. Наверное, она уже выплакала все слезы за эти полтора года, поэтому рассказывала про их смерть как о свершившемся факте, плакать из-за которого уже нет смысла.

— Ты извини, что я так жестоко с тобой обращаюсь иногда, — сказала вдруг Алиса.

— Почему ты извиняешься?

— Потому что раньше я была совершенно другим человеком. В моей жизни всё было идеально: успехи в учебе, полная семья, парень. А сейчас ничего не осталось. — Она посмотрела в пол. — Подумать только... я только сейчас это поняла.

— Что?

— Что вокруг нас нет ничего вечного. Вещи, люди, чувства... все это превращается в пыль.

— Ну, пыль — это тоже материя. Быть может, когда-то и из нее что-то получится, — пробормотал я и заметил, что Алиса находится уже в полусонном состоянии. — Я лягу на диване? — спросил я чисто из вежливости, заранее зная, что она разрешит.

Алиса кивнула, и я, пожелав ей спокойной ночи, покинул комнату.

Я лег на диван и накрылся пледом. Мне нравилось у нее. Было приятно засыпать, зная, что она в соседней комнате.

— Алиса!

Я проснулся от крика Насти, которая своими возгласами пыталась разбудить свою сестру, стоя у плиты.

— Че ты кричишь? — поднявшись на локти, спросил я.

Она вздрогнула, потому что не заметила моего присутствия в квартире.

— А Алиса говорила, что ты больше не придешь, — осмыслив все, сказала Настя довольно громко.

Я поднялся с дивана.

— Ой! — воскликнула Настя, увидев, что я в одних трусах.

— Отвернись, — сказал я и быстро начал одеваться. — Так что у тебя случилось?

— Да ничего. Я проснулась, а мой завтрак еще не готов. Алису пушкой не разбудишь!

— Говори потише, пусть она поспит, — попросил я, натягивая на себя толстовку. — Давай я тебе завтрак приготовлю. Чем она тебя обычно кормит по утрам?

— Ну-у, она обычно оладьи готовит.

Я приподнял бровь, не понимая, когда она успевает.

— Значит, сегодня поешь яичницу.

Я сделал ей глазунью. Просто это было единственное, что я умел делать. Если честно, плиту в своем доме я даже не видел ни разу, потому что готовила мне обычно прислуга.

— Ну как? — спросил я, поставив перед Настей это "великолепное" блюдо.

Она попробовала.

— Пересолил немного, но есть можно.

Я выдохнул, радуясь, что переделывать не придется.

Настя доела, сама собралась в школу и ушла. Я предлагал ей подвезти ее на машине, но она отказалась, потому что заметила, что мне дико хотелось спать, ибо лег я в шесть с лишним утра и проспал всего полчаса.

Я снова разделся, завалился обратно на диван и моментально отключился.

Проснулся я от того, что что-то упало со стола.

— Черт! — послышался голос Алисы.

Я встал и увидел, что она разгуливает по кухне в одном нижнем белье.

— Да хватит орать уже.

Она остолбенела от неожиданности.

— Не думала, что ты еще здесь. Как тут не орать? Я опаздываю! — заявила она и принялась собирать осколки от разбитой тарелки.

— Куда?

— На работу. Я забыла вчера поставить будильник и проспала. А Настя без меня умудрилась собраться? — Алиса говорила быстро, будто боялась что-то упустить.

— Да. Я приготовил ей яичницу.

Она приподняла бровь и взяла ножик, чтобы порезать колбасу.

— И зачем ты так запарился? Я ей обычно бутеры готовлю.

Я усмехнулся.

Пока она прыгала по кухне, я успел надеть штаны. Вдруг она вскрикнула и резко опустилась на пол. Я подбежал к ней и заметил, что у нее вся ступня в крови. Похоже, она порезала ее об один из осколков. Порез был не глубоким, но обработать его стоило.

— Где у тебя аптечка?

Она показала мне нужный шкафчик.

— Я сама, — заявила Алиса, когда я положил на пол аптечку.

— Ага, конечно, — саркастически сказал я и первым взял перекись.

Она слегка морщилась, когда я обрабатывал порез. Пришлось обмотать ступню бинтом, чтобы туда точно не попала зараза.

— Спасибо, — сказала Алиса, когда я закончил.

Я поднял на нее глаза. Они действительно выражали благодарность на этот раз. Однако я не мог не бросить взгляд на лифчик телесного цвета.

— Красивое белье, — с ухмылкой сказал я и поднялся на ноги.

— Спасибо, я знаю, — ответила она, взглянув на меня снизу вверх.

Алиса была не из стеснительных, ибо показать ей было что, и она это прекрасно понимала. Мне нравились ее плечи. Они были такими округлыми, но при этом казались очень мощными, а ключицы сильно выпирали, что подчеркивало ее худобу.

Она ушла в комнату, затем вернулась, но уже в одежде и с собранными в пучок волосами. Съела свои бутерброды, после чего мы вместе покинули квартиру. Она согласилась на мое предложение подвезти ее, и уже через полчаса выходила из моей машины возле своей кафешки.

POV Алиса

Это была какая-то странная ночь. Я вообще не могла понять, что творится в моей голове.

Я довольно сухо попрощалась с Димой и вышла из машины. У входа мне довелось столкнуться с Женей, который как раз заходил в кафе. Он, похоже, заметил, из какой машины я вышла, поэтому как-то странно посмотрел на меня. Почему-то стало неловко...

Я представила, как это выглядело со стороны. Отказала одному парню, а другой подвозит меня на дорогущей тачке.

— Неплохо выглядишь, — сказал он и придержал мне входную дверь.

— Спасибо.

Мне все равно казалось, что он смотрит на меня с каким-то укором. Да и я сама задавалась вопросом, правильно ли поступаю. Я знала, что связалась с одним из тех людей, которые могут бросить буквально в любой момент. Я надеялась, что ошибаюсь... Потому что во второй раз такое я, наверное, не выдержала бы. Во мне и так умерли практически все чувства. Если бы от меня отвернулись снова...

Меня терзали сомнения насчет Димы. Я то хотела начать общаться с ним поближе, то хотела послать куда подальше. Но периодически в моей голове так и всплывали эти наброски из скетчбука, и мне казалось, что его чувство настоящее... что он меня не обманывает... что он хотя бы себя не обманывает, иначе бы он вряд ли стал тратить столько времени на рисунки одного и того же человека.

Мне не нужны были его деньги, поэтому я продолжала складывать свои чаевые в коробочку, чтобы вернуть ему долг. Я не стала покупать себе новые сапоги, чтобы вернуть долг побыстрее. Правда, вскоре я от этого слегка простудилась, ибо старая обувь постоянно протекала.

Похоже, это неотъемлемая часть взросления. Когда ты начинаешь отказывать себе в том, чего тебе действительно хочется, то понимаешь, что ты несешь за что-то ответственность. И тебе становится страшно. Раньше я ненавидела ответственность. Я делала все, чтобы избежать ситуаций, в которых пришлось бы ее нести.

POV Дима

Когда я вернулся домой, то застал там отца. Он собирался сообщить мне какую-то важную новость, поэтому мигом спустился по лестнице и улыбнулся во все зубы.

— Ну что, сынок, на следующей неделе у нас прием у твоего дяди. Ты рад?

— Д-да, — слегка опешив, ответил я.

Вообще я радовался встречам с дядей, но отец как-то слишком внезапно сообщил мне эту новость.

Я знал, что на такие приемы принято приходить с кем-то. Раньше я никого не звал, а просто брал с собой Юлю, которая, к слову, тоже обычно была приглашена туда, как и Игорь. Так случалось потому, что их родители тоже получали приглашения. К тому же, еще с детства мой дядя считал, что, если собрать всех детей вместе, им будет интереснее на подобных мероприятиях. И мы прекрасно проводили время там.

На этот раз мне хотелось позвать Алису, но я не знал, как она отреагирует на подобное приглашение. Для нее это была бы стрессовая ситуация, ибо она не привыкла находиться в таком обществе. К тому же, со временем у нее тоже были проблемы... однако я все-таки решился попробовать пригласить ее.

POV Дима

Я позвонил в дверь и ожидал, пока мне откроют. Находясь в легком волнении, я похрустывал пальцами левой руки. В правой я держал коробку, которая была предназначена Алисе.

Каждый раз я понятия не имел, чем закончится очередная встреча. Алиса для меня была одним из самых непредсказуемых людей из моего окружения. Если с другими девушками я вел себя уверенно, то перед ней я порой чувствовал себя мальчишкой.

Наконец дверь передо мной открылась, и я вошел. Она выглядела неопрятно. Видимо, опять пыталась выспаться днем перед ночной сменой в клубе.

— Привет, — коротко бросил я.

Меня радовало, что она перестала спрашивать, зачем я пришел, а просто впустила меня без проблем.

Волосы у нее были растрепаны, а растянутая футболка свисала практически до колен.

— Чаю? — спросила она, присаживаясь на диван.

— Да.

— Тогда сам приготовь. — Она обняла одно колено и принялась наблюдать за мной.

Я усмехнулся и, положив на край дивана коробку с платьем, пошел к плите. Алиса бросила взгляд на подарок, смекнув, что это для нее, но сделала вид, что ее он совершенно не интересует. Я заварил себе и ей чай и поставил обе чашки на журнальный столик.

— У меня к тебе дело, — серьезно сказал я.

Она приподняла бровь, потянувшись за кружкой.

— Пойдешь со мной на прием к моему дяде?

Она нахмурилась и отхлебнула чаю.

— Сомневаюсь, что у меня найдется время...

— Отмазки, значит?

Она вздохнула и слегка закатила глаза.

— Ла-адно. Когда?

— На следующей неделе, во вторник.

— Хорошо, я возьму выходной.

Я думал, будет сложнее. Рассчитывал, что она будет отпираться до последнего и даже подготовил несколько аргументов в свою пользу.

— Я купил тебе платье, — сказал я, указав на подарочную коробку.

— Это, пожалуй, лишнее, — заявила она с таким выражением лица, будто я пытался снова ее купить.

— Почему?

— Потому что я не хочу подчиняться правилу взаимного обмена. Ты мне платье покупаешь, а я тебе что должна? — Она вопросительно посмотрела на меня. — Психологи говорят, что правило взаимного обмена — отличное средство манипуляции. Ты даже не осознаёшь, что пытаешься мной манипулировать. Не выйдет.

Алиса поднялась с дивана и ушла в комнату. Впервые я столкнулся с ее образованностью в совокупности с предрассудками. С последними стоило бороться.

Через пару минут она вернулась с каким-то платьем. Оно было из атласа нежно-розового цвета, со стразами, длиной в пол и со шнуровкой на спине.

— Это мое платье с выпускного.

— А ты уверена, что влезешь в него? — поинтересовался я.

Она с укором посмотрела на меня и цыкнула.

— Не переживай. Если не влезу, то не пойду.

— А отказы больге не принимаются.

POV Алиса

Вторник наступил довольно быстро, и я изрядно переживала перед этим чертовым приемом, который мне, если честно, нафиг не сдался. Не знаю, зачем я согласилась на него пойти. Не понимая, что происходит с моими чувствами, я решила просто плыть по течению, поэтому и не отказалась от его предложения.

В этот день у меня как раз была Оля, которая и помогала мне собираться на мероприятие. Она сделала мне весьма неплохую прическу. Локоны обрамляли лицо и красиво спадали на плечи, а большая часть волос была аккуратно собрана сзади. Давно я не видела себя такой. Последнее время на моей голове не было прически сложнее растрепанного пучка.

— И что, там будет его семья? — спросила Оля, когда я обо всем ей рассказала.

Настя, к счастью, пропадала у своей подружки и не докучала кучей ненужных вопросов, поэтому мы с Олей могли откровенно поговорить.

— Не знаю. Он сказал, что будет дядя и отец. Где его мать — я понятия не имею.

— Да-а, не завидую тебе. Понравиться такому кругу людей довольно проблематично.

— Спасибо, а то я и так мало нервничаю, — саркастически пробормотала я.

Оля никак не могла затянуть мое платье. Видимо, все-таки стоило его померить заранее. Мне казалось, что я выгляжу довольно полной, поэтому я попросила ее затянуть посильнее, надеясь при этом, что не буду со спины смотреться, как колбаса-вязанка.

— Когда ты успела согласиться? Еще неделю назад тебя бесили его визиты. — Оля недоумевающе смотрела на меня через зеркало, стоя сзади.

Я пожала плечами и уставилась в отражение.

— Просто мне надоело ничего не чувствовать... Что бы в жизни ни происходило, шоу должно продолжаться. — Я повернула голову и посмотрела на подругу. — Не так ли?

Она кивнула с каким-то серьезным видом.

— Я просто боюсь, что ты снова наступишь на те же грабли.

Я посмотрела в пол.

— Да ладно... Все будет хорошо, я думаю.

Она резко дернула за шнуровку и затянула ее на максимум. Я даже опешила от того, что мне вдруг стало трудно дышать. Но пришлось адаптироваться к этому.

Я оглядела себя и поняла, что выгляжу вполне приемлемо. Конечно, я уже была не той семнадцатилетней девчонкой с выпускного... Мое лицо стало слишком взрослым, осанка ухудшилась, взгляд стал менее наивным и более отталкивающим. А мне хотелось снова быть прежней... той, которой я была.

Вдруг в дверь позвонили, и я пошла открывать. Это был Дима. Он еще никогда не видел меня такой, поэтому достаточно долго стоял и не мог произнести ни слова.

— Познакомься, это Оля, — сказала я, указав рукой на подругу.

— Дима, — представился он ей.

— Рада познакомиться, — добродушно сказала Оля.

Я накинула куртку, которая ну никак не сочеталась с тем, что было под ней, и схватила клатч.

— Мы пойдем уже, наверное. — сказала я подруге. — Дождись, пожалуйста, Настю, хорошо?

Она кивнула в ответ, а я вытолкала все еще шокированного Диму в дверь, и мы отправились на место назначения.

Дима заставил меня оставить куртку в машине и накинул мне на плечи свой пиджак.

Прием проходил в специально арендованном банкетном зале, который был просто огромен. Снаружи я его особо не рассматривала, но внутри все было какое-то слишком пафосное. По краям этого зала были колонны, возле которых, в основном, и толпились люди. Лестница в глубине зала тоже была роскошной, ибо привлекала внимание своими резными перилами и отделкой из белого мрамора.

Мне становилось все неуютнее и неуютнее, хотя Дима и старался поддерживать меня, как мог.

Когда он снимал свой пиджак с меня, то сказал:

— Успокойся, это всего лишь прием.

— Это для тебя всего лишь прием. А для меня это проверка на прочность.

Подошел официант с подносом и предложил мне шампанского. Я взяла бокал в надежде, что алкоголь поможет мне расслабиться.

Вскоре я заметила ту девушку, которая была с Димой в кафе. Она направлялась к нам с другого конца зала. На ней было красное платье, которое так обволакивало ее фигуру, что подчеркивало буквально все достоинства.

— Я забыла, как ее зовут, — пробормотала я Диме, пока девушка приближалась к нам.

— Юля.

— Ничего себе, какие люди! — Юля подошла к нам и лучезарно мне улыбнулась. — Рада, что ты все-таки осмелился пригласить ее, — сказала она Диме.

Ее шею обрамляло великолепное дорогое ожерелье, которое, наверное, стоило бешеных денег. Я готова была поспорить, что смогла бы прожить года три на ту сумму, за которую она приобрела его.

— Как тебе здесь? — спросила она меня, схватив под руку.

— Да вроде ничего. Правда, я впервые на таком мероприятии.

— Давай я тебе все расскажу, — предложила она, посмотрев на меня сверху вниз.

Юля была почти на голову выше меня. К тому же, она носила высокие каблуки. Я казалась ребенком по сравнению с ней.

— Тогда я пойду поищу Игоря, — сказал Дима, озираясь по сторонам.

Я понятия не имела, кто такой Игорь, но просто позволила Диме удалиться в неизвестном направлении, оставшись наедине с его подругой.

— Это прием Андрея Михайловича. Тебе, наверное, Дима говорил, что это его дядя?

Я кивнула.

— Мужик он солидный, кокетничать с ним опасно. С женой недавно развелся, отсудил у нее все, что можно, даже сына. Тут будет еще и отец Димы, но он более-менее адекватный. Думаю, ты ему понравишься. Остальных тебе знать не обязательно, они все равно сейчас с тобой контактировать не будут, потому что слишком заняты обсуждением тебя.

Я вопросительно посмотрела на нее, и тогда она сказала:

— Ну просто Дима раньше на официальные приемы никого не приводил.

— Я хотела спросить... А где его мама?

— Да она все никак из Парижа не вернется. Снова то ли модой занялась, то ли в загул ушла. Я точно не знаю.

Я понятливо кивнула, осознавая, что для меня этот вечер будет тяжелым.

— Кстати, отличное платье, — сказала Юля.

— Да, только дышать в нем тяжеловато.

Она усмехнулась.

— А вот и мы, — послышался голос Димы за спиной.

Я повернулась и увидела того самого Игоря. Это был достаточно высокий парень с крепким телосложением.

— Это Алиса, — с нескрываемой гордостью представил меня Дима.

— Очень приятно, я Игорь.

Я улыбнулась ему. Парень показался мне достаточно вежливым.

— А где же твоя девушка? — поинтересовалась у него Юля с легкой ухмылкой.

Он перевел на нее взгляд, который резко стал недовольным.

— Она не смогла прийти сегодня, у нее дела.

— М-м.

Как я поняла, у Юли была какая-то неприязнь к Игорю.

— Ребят, ну сколько можно сраться? — вмешался Дима. — Вы задолбали уже, честно.

Юля закатила глаза, но ничего не сказала.

— Пойдем поднимемся на балкон, — предложил Дима и взял меня под руку.

Я смогла поближе разглядеть эту резную лестницу, когда мы шли по ней. Также я заметила, что по пути на меня то и дело бросали какие-то странные взгляды. Позади нас шли Юля и Игорь, которые за все это время не проронили ни слова.

Это был огромный балкон, на котором было не так уж много народу.

Холодный воздух ударил по коже, и мое тело тут же покрылось мурашками. Дима заметил это и снова отдал мне свой пиджак.

С этого балкона было видно многое. Например, машины, которые все прибывали и прибывали. Юле тоже стало холодно, однако она не стала никому об этом говорить.

— Может, возьмешь мой пиджак? — задал ей вопрос Игорь, но она отрицательно покачала головой и сказала:

— Не стоит.

— А здесь красиво, — сказала я, подходя к каменным перилам.

Юля тоже направилась к ним. Игорь, закатив глаза, снял с себя пиджак и накинул его на ее голые плечи. Она резко остановилась, покосившись на него. Дима слегка улыбнулся и отвел взгляд, что показалось мне странным. Он упорно делал вид, что не замечает того, что происходит между ними. Только вот я никак не могла понять, в чем причина.

Юля сняла пиджак и протянула его обратно Игорю. Он же, в свою очередь, просто отвернулся от нее. Тогда она просто повесила его себе на руку.

— И чего ты этим добиваешься? — спросил Дима у нее, когда Игорь отошел подальше, чтобы поговорить с кем-то из своих знакомых.

— Просто хочу, чтобы он перестал вести себя, как придурок.

— А сама ты как себя ведешь?

Она бросила на него колючий взгляд и принялась наблюдать за приезжающими машинами.

— Волнуешься? — спросил меня Дима.

Я лишь кивнула, потому что разговаривать мне не особо хотелось.

— Все будет нормально.

— Спасибо, мне прямо полегчало, — съязвила я.

Игорь вернулся к нам.

— Что, упрямая, да? — спросил он у Юли.

— С тобой мне все равно не сравниться.

Они были, словно дети. Постоянно пытались друг друга уколоть, сделать больнее.

— Тогда отдай пиджак, а то помнешь еще, — попросил Игорь.

Мы с Димой просто наблюдали за тем, что происходит.

Юля подняла глаза на Игоря и с презрением посмотрела на него. Затем она отвела руку назад и выставила пиджак за перила. Похоже, она собиралась бросить его вниз, на грязный асфальт, на котором еще лежал черного цвета снег.

— Не смей. — Игорь приблизился к ней, а Юля только гордо подняла подбородок, продолжая смотреть на него.

— Ой! — наигранно воскликнула она, сделав вид, что роняет пиджак. — А у тебя там еще и телефон что ли? А то тяжеловато как-то.

Он подлетел к ней так, что бедрами вжал в перила. Чтобы не упереться ему лицом в грудь, ей пришлось так выгнуть спину, что она сама чуть не упала с этого балкона. Но Юля была упрямой и даже в таком положении продолжала держать его пиджак на весу.

— А еще ближе можно встать? — нахально спросила она у Игоря, который буквально вжался в нее, пытаясь дотянуться до своего элемента одежды. — А то ты еще не всеми частями тела меня касаешься. — Она просто издевалась над ним.

Я усмехнулась. Было весело наблюдать за этим. Дима, однако, мою позицию не разделил. Он смотрел на них с довольно серьезным лицом. Так же на них косились и другие люди, находившиеся там. К счастью, никого из личностей бальзаковского возраста там не было(они избегали возможности выходить на холод), а то они бы точно не оценили такого поведения.

— Не думал, что ты такая сучка, — сказал он Юле абсолютно серьезно.

Юля была на шпильках, и стоять ей было не очень-то удобно. И вот, когда она слишком сильно перенесла вес назад, произошло то, чего и требовалось ожидать. Шпилька заскользила по мраморному полу, и Юля не смогла удержаться на ногах. К счастью, это вовремя понял Игорь и резко схватил ее за талию. Нет, она бы не упала, но спину вполне могла бы повредить, если бы он вовремя не поймал ее. Перепугавшись, Юля схватилась одной рукой за воротник рубашки Игоря. Парень тоже слегка опешил от того, что произошло. Она уставилась на него глазами, полными шока, а он продолжал держать ее за талию. Пиджак его Юля, к счастью, не уронила.

Мы с Димой просто уставились на них и ждали того, что произойдет дальше.

— Твой отец приехал, — сказал Игорь, увидев внизу очередную машину, резко отпустив Юлю и повернувшись к Диме, который в ответ лишь коротко кивнул, схватил меня за руку и потянул внутрь.

Мы оставили их там, хотя мне было интересно, что они скажут друг другу. Через минуту до меня дошло, что предстоит знакомство с отцом Димы, и адреналин выплеснулся в кровь.

— Как его зовут? — спросила я, пока мы спускались по лестнице вниз.

— Валерий Михайлович.

Когда мы спустились, я поняла, что немного задыхаюсь в этом платье, даже в глазах в какой-то момент потемнело. К счастью, никто этого не заметил.

Вскоре его отец появился в помещении, и официант тут же подал ему бокал шампанского на подносе. Мужчина отказался, но поблагодарил прислугу, направившись к Диме. Что-то странное было в этом человеке... только вот я никак не могла понять, что именно. Мне казалось, что я уже где-то встречалась с ним.

Внешность у него была совершенно обычная для мужчины такого статуса. Только взгляд был какой-то бегающий. И ходил этот человек очень широкими шагами.

— Ну здравствуй, сын! — Он моментально оказался возле нас, и я тут же почувствовала себя неловко, поэтому опустила взгляд.

— Привет, пап.

Они обнялись, после чего Дима взял меня за талию и сказал:

— Познакомься, это Алиса, моя девушка.

Валерий Михайлович улыбнулся какой-то приторной улыбкой и поцеловал мне руку.

— Не знал, что у моего сына такой хороший вкус.

М-да, его сын прекрасно сумел выбрать бабу с кучей проблем.

— Спасибо. — Я слегка улыбнулась и почувствовала, как меня обдало жаром.

Да, я чувствовала смущение рядом с таким солидным мужчиной, однако что-то меня все равно пугало в нем.

Его отец бросил еще пару каких-то ненужных фраз и направился к кругу людей своего возраста.

— Ты чего такая красная? — спросил Дима, посмотрев на мое лицо.

Я, и правда, чувствовала себя не очень хорошо. Меня бросало то в жар, то в холод, и я никак не могла понять, с чем это связано. К тому же, дышать с каждым часом мне было все тяжелее.

— Все нормально, — сказала я. — Просто переволновалась.

Он еще пару секунд посомневался в моем оправдании, но в конце концов поверил.

Вдруг входная дверь снова открылась, и из фойе в зал резко выбежал какой-то мальчик лет одиннадцати. Дима не видел его, так как стоял спиной, а я весьма удивилась тому, что мальчик сделал дальше. Он подлетел к Диме и резко обнял его.

— А-а, это ты, проказник! — воскликнул Дима, потрепав парнишку по голове, когда тот наконец от него отцепился.

— А это кто? — удивленно спросил пацан, посмотрев на меня.

— Это девушка моя, Алиса.

Он посмотрел на меня оценивающим взглядом, а потом лучезарно улыбнулся и протянул руку со словами:

— Привет, я Коля.

— Ну привет. — Я улыбнулась в ответ, пожав его руку.

— А ты красивая, — заявил парнишка. — И как ты связалась с таким, как он? Он же тебя не достоин.

Выгнув бровь, я повернулась к Диме и слегка ухмыльнулась.

— Может, лучше со мной будешь встречаться? — Мальчик был довольно настойчив и обнял меня за бедра.

Я слегка опешила от подобного поведения.

— Так, мелкий, не отбивай у меня девушку, — наигранно сказал Дима, убирая его руки уже с моей задницы, за что я была ему безмерно благодарна. — Иди давай, со своими поиграй.

И Коля убежал, подмигнув мне напоследок.

— Че это за пацан? — вполголоса спросила я.

— Двоюродный брат мой, то бишь сын моего дяди.

Хорошо, что я не стала объяснять ему, что нельзя класть руки на бедра взрослых теть, иначе бы мне это дорого обошлось. Мне не очень понравился этот мальчишка, ибо было видно, что он изрядно избалован. Я надеялась, что дядя его будет более воспитан.

POV Алиса

Вскоре приехал и его дядя. И тогда все просто переполошились. Разговоры вокруг тут же стали громче. Я слышала вокруг какие-то возгласы. Люди стали сновать туда-сюда, особенно официанты.

Очень скоро этот человек появился в зале. Он выглядел солидно и был немного похож на отца Димы, только с гораздо более плотным телосложением. У него были темные волосы, такие же брови. Он был еще не слишком стар, однако возраст я так и не смогла определить. Маленькие глаза его издалека смотрелись, как бусины. Под глазами практически не было мешков, второй подбородок выделялся не сильно. В общем, для меня он выглядел несколько устрашающе, ибо я боялась с ним знакомиться.

Сначала к нему подошел отец Димы, и они крепко обнялись.

Я огляделась и заметила, что большинство взглядов устремлены именно на этого человека, Андрея Михайловича. Даже Юля стояла на лестнице и наблюдала за происходящим. Игоря же поблизости видно не было.

После того, как Андрей Михайлович сделал комплименты всем дамам, что попадались ему на пути, он добрался и до нас.

— Давненько я тебя не видел, племяш, — сказал он Диме, пожимая ему руку. — А это что за мадемуазель? — спросил он, посмотрев на меня каким-то хищным взглядом.

— Это Алиса.

— Девушка твоя?

Дима кивнул. Было видно, что даже он чувствует себя неловко в присутствии своего дяди.

— Рада с вами познакомиться, Андрей Михайлович, — процедила я с натянутой ухмылкой.

— А я-то как рад, Алисочка. Не каждый день к нам Дима таких дам приводит. — Он опустил взгляд на мою грудь, и мне стало так неловко, что казалось, будто я там стою совершенно без одежды, как Маргарита на балу Сатаны. — Вы модель, да? — спросил он.

Я отрицательно покачала головой.

— В наше время, к сожалению, не берут в модели с ростом сто шестьдесят пять сантиметров.

— Ну это упущение, конечно, — рассмеялся Андрей Михайлович. — Что ж, как говорится… маленькие девушки созданы для любви.

Дима бросил на меня взгляд, который выразил не понятную мне отрицательную эмоцию. Я постаралась не обращать на это внимание.

К нам подошел и Валерий Михайлович, отец Димы.

— Валер, как тебе девушка твоего сына? — спросил у него Андрей Михайлович. — Красотка, не правда ли?

— Да-а. С этим не поспоришь.

— Да хватит засыпать ее комплиментами, — усмехнулся Дима. — Вон и так уже щеки покраснели. Тебе не жарко? — спросил он у меня.

— Ну, есть немного…

Он взял меня за талию и сказал.

— Пойдем на балкон что ли сходим тогда?

Я коротко кивнула, и он увел меня оттуда.

В очередной раз он накинул на меня свой пиджак, и мы вышли на балкон, где совершенно не было народу, ибо все были внизу. Я попыталась глубоко вздохнуть, но не смогла, ибо чертова шнуровка на спине не позволяла мне этого сделать.

— Почему мы так внезапно ушли? — спросила я.

Дима оперся руками о перила и посмотрел вниз.

— Мне не понравилось, как он с тобой обращался.

— Кто?

— Дядя мой.

Я нахмурилась. Мне, конечно, тоже не очень понравилось все то, что он говорил, но я не понимала, почему Диму это так зацепило.

— А что не так? — поинтересовалась я.

Дима отрицательно покачал головой:

— Ничего. Просто я заметил, что тебе доставляет дискомфорт нахождение там, вот и увел тебя.

Я снова попыталась вздохнуть. Воздуха будто катастрофически не хватало. Но, естественно, у меня опять ничего не вышло, и закружилась голова.

POV Дима

Она вдруг свалилась на мраморный пол без сознания. Я никак не мог этого ожидать, поэтому был шокирован. Склонившись над ней, я пытался привести ее в чувства. Я звал ее, но она совершенно не проявляла никаких признаков того, что слышит меня.

— Черт! — выругался я и принялся похлопывать ее по щекам.

Похоже, нужно было звать на помощь, поэтому я влетел с балкона как угорелый. Сразу же мне на пути встретилась Юля.

— Что случилось? — испуганно спросила она, увидев ошарашенное лицо.

— Алиса… сознание потеряла, — задыхаясь, сказал я.

Юля побежала на балкон, не задав ни единого вопроса. Я побежал за ней.

Она сразу же упала на колени, схватив Алису за плечи, затем проверила у нее пульс, прислонив палец к шее. Затем ее голову она положила на пол, после чего перевернула Алису на бок. Я не понимал, зачем она все это делает, но надеялся, что Юля все же сможет помочь. Через несколько секунд Юля бросила в сторону пиджак, после чего развязала и ослабила корсет на платье Алисы, затем вернула ее в исходное положение. Алиса в себя не приходила, поэтому Юля решила сделать ей искусственное дыхание. Она сделала глубокий вдох, приподняла ей подбородок, зажала ее нос и обхватила губами ее рот, затем сделала два резких выдоха. К счастью, это подействовало, и Алиса наконец-то очнулась.

— Фух, слава Богу, — сказала Юля и села прямо на пол. — Ну и напугала ты нас, подруга.

Я подлетел к Алисе и приподнял ее, облокотив спиной о перила.

— Я что, в обморок упала? — спросила она, сидя на холодном полу.

Я кивнул.

— Ты как себя чувствуешь? — спросила Юля, поднимаясь на ноги.

— Нормально, только головой ударилась.

— Встать сможешь? — задал я вопрос.

Она кивнула, и тогда я поднялся первым и протянул ей руку. Ее рука дрожала. Она глубоко дышала, будто ей все еще не хватало воздуха.

— Ты случайно энергетиками не увлекаешься? — поинтересовалась Юля, отряхивая платье.

— Есть такое.

Она нахмурилась, глядя Алису.

— Тогда завязывай. Если еще как-нибудь так грохнешься, у тебя и сердце может остановиться.

POV Алиса

Я глубоко сомневалась в ее словах, потому что всегда думала, что меня это не коснется. У меня никогда не было проблем с сердцем, да и в обморок я упала впервые, поэтому была слегка шокирована этим. Юля, по сути, все говорила верно, но я не стала прислушиваться к ее словам, спихнув плохое самочувствие на то, что мне просто было тяжело дышать в этом платье.

Через несколько минут мы вернулись в зал, где люди все так же продолжали общаться и веселиться. К нам тут же подошел Андрей Михайлович, Димин дядя, который сразу же обратил на меня свой взгляд. Юля, к слову, уже успела затеряться где-то среди людей.

— Ну как вам здесь, Алиса?

Я слегка улыбнулась.

— Спасибо, все очень нравится.

Вообще мне очень хотелось домой, потому что находиться на ногах после такого было тяжеловато. Было желание просто грохнуться посреди зала и поспать, но такого себе я уж точно не могла позволить.

— Кстати, тебя твой отец искал, — сказал он Диме, который как-то беспокойно поглядывал на меня.

Он держал меня под руку, но при этом все равно боялся, что я упаду.

— Тогда мы сейчас найдем его, — ответил Дима.

— Ну зачем ты будешь Алису таскать по всему залу? Я составлю ей прекрасную компанию, пока ты будешь разговаривать с отцом.

Дима нахмурился, а я не понимала, почему он так распереживался.

— Иди, — сказала я ему. — Вдруг там что-то срочное.

— Ты уверена? — Он продолжал держать мою руку.

В ответ я лишь настойчиво закивала. Дима посмотрел на меня еще несколько раз, после чего перевел беспокойный взгляд на своего дядю и удалился куда-то в сторону лестницы.

— Вы прекрасно выглядите, — сказал в очередной раз Андрей Михайлович, беря меня под руку.

В тот момент мне это ничуть не показалось странным, поэтому я просто начала прогуливаться с ним по залу.

— Вы занимаетесь каким-то спортом?

Я усмехнулась.

— Нет.

На тот момент слабость уже практически отпустила меня, и я могла вести себя вполне нормально.

— Ну раз вы не модель и не занимаетесь спортом… — Он улыбнулся как-то неестественно белоснежной улыбкой. — То кто же вы?

А вот что отвечать на подобный вопрос, я понятия не имела. Я же не могла сказать такому высокопоставленному человеку, что я простая официантка и что я даже нигде не учусь. Тут сердце мое забилось чаще, и, похоже, я как-то испуганно посмотрела на Андрея Михайловича, и он поймал этот взгляд.

— Послушай… — Он нахмурился и отпустил мою руку, повернувшись ко мне лицом. — А ты случайно не эскорт?

Я стояла и молчала. До меня долго не мог дойти смысл слов, сказанных им. Затем мои глаза округлились. Да как он вообще мог обо мне такое подумать? Мне даже и в голову не могло прийти, что я похожа на подобную девицу.

— Нет, — сказала я как-то грубовато.

— Да брось. Я абсолютно уверен в своей правоте. В таких, как ты, я редко ошибаюсь. — Он стал разговаривать менее громко, нежели несколькими минутами ранее. — Я никому не скажу, — вдруг прошептал он, наклонившись к моему уху.

Вот и что он хотел от меня услышать?

— Почему вы обо мне такого мнения? — поинтересовалась я, хмуро смотря ему в глаза.

В них я прочитала какой-то озорной блеск, что мне вообще не нравилось. Более того, меня это даже пугало.

— Потому что, мне кажется, что ты слишком умна, чтобы встречаться с таким, как он, за просто так. — Андрей Михайлович просто сверлил меня глазами, пытаясь уловить даже каждое подрагивание мышц моего лица.

Видимо, я слишком глупа, если судить по его критериям.

— Это неправда. Ваш племянник не такой плохой, как вы думаете.

Он усмехнулся.

— Дорогая моя, я знаю его с рождения. И поверь, этот человек не изменится никогда. И вряд ли какая-нибудь адекватная девушка согласилась бы с ним встречаться. Она либо должна быть полной дурой, либо просто вестись на бабки. Логично?

Да, это было вполне логично, но мне не хотелось этого признавать.

— Но я вижу, что первый критерий тебе не подходит. А что это значит?

Я молчала. Мне опротивел этот разговор.

Черт возьми, насколько первое впечатление может быть обманчиво! Этот человек казался мне вполне адекватным, но на самом деле… передо мной стояла мразь, у которой в голове были только деньги.

— Верно, дорогая моя. Это значит, что тебе нужны только бабки.

С ним спорить было бесполезно, и поэтому я просто стояла и охреневала от происходящего с такими глазами, будто моему взору предстал ядерный взрыв. Порой я лишь оглядывалась по сторонам в поисках Димы, который вытащил бы меня из этой отвратной ситуации. И вот, когда я в очередной раз обернулась назад, то почувствовала руку Андрея Михайловича на своей талии. Повернувшись к нему, я узрела какую-то ядовитую улыбку. Или она просто казалась мне такой…

— Что вам нужно? — Я не стала убирать его руку, потому что на нас смотрело огромное количество глаз, и начинать конфликт было бы контрпродуктивно.

— Ничего. Просто я хочу, чтобы ты знала, что сколько бы он тебе ни платил, я дам в три раза больше, — прошипел он мне на ухо и резко отпустил мою талию.

Через пару секунд я испугалась, потому что на мое плечо легла чья-то рука. К счастью, это оказался Дима.

— Ну как вы тут? — спросил он, глядя на меня все тем же беспокойным взглядом.

— Нормально, — ответил Андрей Михайлович. — Алисочка очень хороший собеседник, — сказал он, глядя на меня с улыбкой.

У меня мурашки побежали по коже от всего происходящего, в том числе и от его улыбки. Ей можно было людей пытать.

— Ладно, я пойду к твоему отцу, а то я что-то застоялся уже тут с вами, — заключил Андрей Михайлович.

Он ушел, но один раз все же оглянулся на меня, отчего я побледнела еще сильнее. Я смотрела ему вслед, потому что он для меня представлял некоторую опасность. А опасность стоило держать в поле зрения.

— Ты как себя чувствуешь? — поинтересовался Дима.

— Нормально. — Я перевела на него взгляд, пытаясь сделать его как можно менее испуганным. — Отвези меня домой, пожалуйста, — попросила я с какой-то ноткой мольбы в голосе.

Он без вопросов согласился, посчитав, наверное, что я все еще плохо себя чувствую.

Да я чувствовала себя не то что плохо, а просто отвратительно. Но не физически, а морально. Мне не хотелось рассказывать обо всем Диме, потому что я знала, что он вспылит и поссорится со своим дядей. Я не желала, чтобы он портил отношения с кем-то из-за меня, особенно, если этот «кто-то» — член его семьи.

По пути домой он задавал мне какие-то вопросы, но я отвечала на них неохотно, ибо мозг мой был занят лишь тем, что произошло, поэтому вскоре он бросил эту затею. Дима иногда поглядывал на меня, но мне смотреть на него совершенно не хотелось, поэтому я уставилась в окно.

Я думала о том, насколько все это глупо. Мне казалось, что буквально все было против наших с ним отношений. Когда я вернулась домой, эта мысль все никак не отпускала меня.

Настя давно спала в своей постели, а Оли дома не было, как и горы посуды, которую моя подруга, видимо, помыла. Я отправила ей сообщение с благодарностью.

Я изначально не хотела ни с кем встречаться. Отказывала ему, как только могла. Относилась к нему, как к последней твари. И зачем я только это начала?

Такие мысли роились в моей голове, когда снимала с себя это дурацкое платье. Аккуратно сложив его на диване, я зареклась, что больше никогда его не надену.

И почему он только выбрал меня? У меня же нет ровным счетом ни-че-го. Я даже ничего не добилась за свои двадцать лет. Я даже сестру нормально не могла обеспечить. Зачем ему такая, как я? Что сказали бы его родственники, если бы узнали о моем социальном статусе?

Я легла в постель и уставилась в потолок. Пришло сообщение с пожеланием спокойной ночи от Димы, но я его проигнорировала. Почему? Да потому что я не понимала, что мне вообще нужно в этой жизни.

Раньше я думала, что меня не будет беспокоить тема нашего социального неравенства, потому что Дима вообще не переживал по этому поводу, а меня его деньги никогда не волновали. Однако в такой ситуации волновать могут не только деньги, но и сам статус.

Его дядя был из тех, кто обращает на это внимание. Похоже, он считал меня каким-то отбросом общества, которым можно просто воспользоваться за несколько купюр. Было омерзительно думать об этом. Я никогда и представить не могла, что окажусь в подобной ситуации…

POV Дима

Когда мы уехали, Юля и Игорь еще оставались там. Юля весело проводила время и довольно много пила. Она могла себе это позволить, ибо давно не выезжала в свет. Но на приеме для нее было два человека, с которыми ей не хотелось пересекаться. Это Игорь и мой отец. Они оба докучали ей настолько, что она старалась избегать малейшей возможности встретиться с ними. С Игорем пришлось бы в очередной раз спорить ни о чем, а перед моим моим отцом хвастаться достижениями, чего она категорически не любила. Ей постоянно казалось, что ее хвалят незаслуженно, поэтому, когда такое происходило, она просто абстрагировалась, стараясь не слушать то, что ей говорят.

Когда Юля наконец решила поехать домой, то забрала свою шубу из гардероба и выбежала из здания. Игорь в это время очень кстати стоял у входа с другими парнями, которые вышли покурить. Юля ждала своего водителя, который вот-вот должен был подъехать, и парней даже не замечала. Игорь же прекрасно видел ее, но поначалу не решался подойти. Он уже не слушал разговор парней, а просто смотрел на девушку, которая ему нравится. Он, наверное, считал ее самой красивой. Я не раз замечал и раньше, как его взгляд замирает на ней.

Ее водитель подъехал, и она начала спускаться вниз по ступенькам. Только тогда Игорь не выдержал и крикнул:

— Что, даже не попрощаешься?

Она резко остановилась прямо на ступени, осознав, что вопрос адресован именно ей, и обернулась.

— А я обязана с тобой прощаться? — В ее голосе была нескрываемая надменность.

Игорь отошел от парней и спустился к ней.

— А почему нет? Мне казалось, что мы друзья. Или мне просто казалось?

Юля опустила глаза.

— Нет, ты абсолютно прав. Тогда пока. — Она уже повернулась, чтобы уйти, но ее остановила очередная фраза Игоря:

— Раньше ты всегда целовала меня в щеку на прощание.

Да, такое было, но до того, как он осмелился признаться ей в своей симпатии.

Юле пришлось повернуться и подняться на ступень выше, чтобы она могла дотянуться до его щеки. Это был сухой, ничего не значащий поцелуй, во время которого Игорь грубо схватил ее за руку, чтобы она не ушла снова.

— Что во мне не так? — Он сверлил ее своими темными глазами.

— В каком смысле? — Юля порой обожала строить из себя дурочку.

Он тяжело вздохнул и закатил глаза.

— Ты прекрасно понимаешь, о чем я. Почему ты не хочешь быть со мной? Что, черт возьми, со мной не так?

— А зачем ты меня об этом спрашиваешь? У тебя же девушка есть, — сказала Юля, усмехаясь и выдергивая свою руку.

Она побежала вниз по лестнице, но он догнал ее и снова схватил за запястье, но на этот раз уже железной хваткой.

— Да че ты привязался ко мне?!

— Ты, б**ть, можешь просто ответить на вопрос? Почему ты ведешь себя, как мразь последняя?!

После этих слов она дернула руку так, что почувствовала в ней боль, однако ей все же удалось освободиться.

— Да лесбиянка я! — воскликнула она достаточно громко, но не так, чтобы услышали парни, курившие неподалеку. — Мне девочки нравятся. — Юля устремила взгляд ему в глаза и прочитала в них какое-то непонимание.

Он сначала улыбнулся, а потом засмеялся в голос, и Юля одарила его презрительным взглядом.

— Что за бред? У тебя же были парни.

Она кивнула и начала копаться в сумочке в поисках телефона.

— Были. Но я поняла, что с девушками мне лучше. — Юля нашла телефон и показала ему фото, на котором она целует полуголую девушку прямо в постели. — Это моя девушка.

Он наморщил лоб в недоумении.

— Ты сейчас серьезно что ли?

Юля долго всматривалась в его лицо, после чего сказала:

— Да.

Игорь снова начал смеяться, и тогда девушка поняла, что совершила ошибку, сказав ему правду. Она не стала ждать, пока он прекратит свою истерику и спустилась по лестнице вниз. Сев в автомобиль, она чуть не заплакала. Ей было до жути обидно, что ее же друг так отнесся к ее ориентации.

— Опять он вас преследует? — спросил водитель. — Может, стоит нанять охрану?

Юля вздохнула и проглотила ком в горле.

— Нет, Лёш. Все нормально, не беспокойся.

POV Алиса

На следующий день Дима приехал, когда я уже вернулась с работы и собиралась поспать. Глаза просто слипались, а сознание отказывалось нормально работать.

— Ну как ты? — поинтересовался он, присаживаясь на диван.

— Нормально.

Я решила воспользоваться случаем и отдать ему те деньги, что накопила за все это время, поэтому пришлось пройти в комнату и достать конверт с ними из коробочки. Вернувшись в гостиную, я заметила, что Дима уже ставит себе чайник.

— Держи, — сказала я, протянув ему конверт. — Тут двадцать тысяч. Это не все, но остальное я отдам чуть позже.

Он посмотрел на меня с таким презрением, которого я еще ни разу не видела на его лице.

— Ты долбанутая?

Я нахмурилась, не понимая, что он имеет в виду.

— А что не так?

— Ты думаешь, я возьму у тебя деньги?

Он меня раздражал.

— Меня заколебал этот вечный срач. Ты можешь просто взять и не е**ть мои мозги?! — Я говорила достаточно грубо.

— Нет, не могу. Ты представляешь, что будет с моей самооценкой, если я осознанно буду принимать деньги от девушки, с которой встречаюсь. Даже если она мне их и должна.

Я тяжело вздохнула. Да, он был настолько упертым, что переспорить его было практически невозможно. Однако я решила попытаться. Я подошла к нему и засунула конверт в задний карман его джинсов.

— Мне плевать, — сухо сказала я. — Я не хочу быть твоей содержанкой.

Он поймал меня за руку и, достав конверт, вложил его в мою ладонь. Я выворачивала руку, как могла, но Дима был сильнее. Я даже подумала, что после его цепких пальцев на моем запястье останется несколько синяков. Конверт я так и не взяла, поэтому он упал на пол.

— Да забери ты их уже, черт тебя побери!.. — воскликнула я, наклоняясь за конвертом, чтобы снова всучить его Диме.

— Я сказал: нет.

Подняв конверт, я попыталась снова засунуть его ему в карман, однако он тут же вывернулся и, ухмыльнувшись, продолжил наблюдать за мной.

Я психанула и бросила деньги на пол.

— Да делай ты с этими деньгами, что хочешь! Заколебал! Я все равно больше не притронусь к ним.

Тогда он улыбнулся еще шире и потянулся за конвертом. И только я успела обрадоваться, как он отодвинул с горящей конфорки закипающий чайник и поднес к пламени конверт с деньгами, который тут же воспламенился. Затем Дима молниеносным движением нашел первую попавшуюся кастрюлю и кинул туда горящий конверт.

Какое-то время я не могла осознать происходящее, но, когда до меня дошло, я ринулась к кастрюле, чтобы успеть спасти хоть что-то, но Дима, видимо, этого не хотел. Он ловко поймал меня за талию и упал вместе со мной.

— Чё ты творишь, придурок?! — кричала я.

И как я ни пыталась вырваться, он не давал мне это сделать. Дима небольшим усилием уложил меня на спину и держал мне обе руки. Раньше я не думала, что он настолько сильный.

По помещению быстро распространился дым. Этот запах делал мне больно, но ему, похоже, доставлял удовольствие.

Столько мата из моих уст еще не лилось до того момента. Как можно было просто взять и сжечь деньги, которые я копила для него несколько месяцев?

— Да успокойся ты уже! — воскликнул он. — Они все равно уже сгорели.

Я перестала вырываться. Из моих глаз просто сыпались искры ярости. Меня охватывал такой гнев, что трудно было себя контролировать. А Дима просто нависал надо мной и ехидно улыбался. Я уже подумывала применить на нем пару боксерских приемчиков, а заодно проверить свою форму. На тот момент мне казалось, что он этого заслуживал, как никто другой.

— Дебил, б**ть, — уже более спокойно произнесла я, продолжая смотреть на него с презрением.

Он просто засмеялся. Его вообще не напрягала моя реакция на такой тупой поступок. Конечно, это не он свои чаевые в коробочку складывал пару месяцев!

Когда Дима поднялся на ноги, то протянул мне руку, которую я благополучно проигнорировала, встав сама. Просто не хотелось с ним разговаривать. Он не деньги сжег, он сжег все мои усилия и принципы. Похоже, он просто ни во что их не ставил.

— И так будет с любой купюрой, которую ты мне дашь, — строго сказал он.

— Да пошел ты.

Я ушла в комнату, потому что даже видеть его не хотелось.

POV Дима

Она, конечно, обиделась, но меня тоже можно было понять. Мне не жаль было денег для нее, а она упорно не хотела этого понимать. Любая на ее месте была бы просто счастлива.

Я вернулся домой как раз к ужину. Удивительно, но отец был уже дома. Последнее время он как-то подозрительно часто возвращался с работы так рано.

— Ну что, сынок, поужинаешь со мной? — спросил он зачем-то, хотя я и так уже собирался садиться за стол.

— Конечно, пап.

Я до жути проголодался, ибо Алиса отказалась меня кормить вследствие своего озлобленного состояния.

— Ну как там девушка твоя? — спросил он.

— Нормально.

— Вы как-то рано ушли с приема. Я думал, подольше задержитесь. — Он сделал паузу, пережевывая кусок мяса. — Она из хорошей семьи? Мне уже хочется познакомиться с ее родителями.

Я напрягся, не понимая, как он отреагирует на правду. Однако врать ему смысла не было, ибо он в любом случае проверил бы информацию.

— У нее нет родителей, — сказал я, внимательно наблюдая за его реакцией.

Отец нахмурился и посмотрел на меня с нескрываемым недоумением.

— Детдомовская что ли?

Я тяжело вздохнул.

— Нет. Ее родители погибли, когда ей уже было восемнадцать.

Он опустил глаза в тарелку и пару секунд не знал, что сказать.

— Боже, ужас какой-то… Такая миля девочка. И за что ей все это?

— Да, не очень везет ей по жизни, — согласился я.

— А еще кто-то из родных у нее имеется?

Я все больше напрягался от этого допроса. Я знал своего отца и прекрасно понимал, что он вообще не обрадуется такой партии для своего единственного сына.

— Сестра. Ей десять лет. — Я попытался замолчать, заткнув рот вкуснейшим кусочком ягненка.

На лице отца все сильнее отражалось недовольство.

— И всё?

Я коротко кивнул.

— А работа у нее хорошая?

Я усмехнулся, сомневаясь в том, что ее работу можно было назвать хорошей.

— Она официантка.

Отец даже перестал поглощать пищу. Он смотрел на меня так, будто я связался с какой-то наркоманкой, а не с обычной бедной девушкой.

Хотя раньше я и сам предположить не мог, что так долго буду за кем-то бегать, тем более за девчонкой такого социального статуса. По сути, мне на него было плевать. Я никогда не считал себя жадным человеком, поэтому вполне мог обеспечить ее, хоть и за деньги отца. Я не считал деньги самой важным ресурсом в жизни. Быть может, потому что мне никогда не приходилось жить в бедности… Но я всегда понимал, что без бабла вполне можно прожить.

— И… надолго ты с ней?

Я пожал плечами. Мне не хотелось уходить от нее. Даже если она сильно обижалась, я знал, что рано или поздно она простит, и все будет нормально.

— У нее хотя бы образование есть? — уже как-то более жестко спросил отец.

Отрицательно покачав головой, я сказал.

— Она хорошо училась, но времени не хватало. Пришлось чем-то пожертвовать.

— М-да.

По лицу отца было понятно, что он не был доволен моим выбором. Ему, конечно же, всегда хотелось кого-то наподобие Юли для меня. Но как бы ни была красива моя подруга, меня никогда не тянуло к ней.

— Сынок, — вновь обратился он ко мне после некоторого молчания. — Ну ты задумайся, нужно ли тебе такое? Девчонка без образования, так еще и с маленьким ребенком. Денег нет, ничего нет. И почему ты с ней?

Я задумался, не воспринимая его слова всерьез.

— Наверное, потому что она мне нравится.

Отец тяжело вздохнул. Его, естественно, не устраивал мой ответ. Он налил себе почти полный бокал вина и осушил его одним махом.

— Никогда бы не подумал, что ты можешь быть настолько неразборчив при выборе девушки, — заявил он, и эти слова как-то ранили меня. — Вот брал бы пример с меня, такого бы не произошло. У твоей матери был прекрасный социальный статус, когда я брал ее в жены.

Я посмотрел ему в глаза с нескрываемым недовольством.

— Ну и где она? М? Где моя мать?

Похоже, назревала ссора. Я очень редко ссорился с отцом, потому что это никогда ничем хорошим не заканчивалось. На данном этапе жизни я был зависим от него, поэтому старался сохранять с ним хорошие отношения.

— Я же говорил тебе, что она скоро вернется.

— Ты говорил мне это около месяца назад. Объясни мне, пожалуйста, что такое «скоро» в твоей интерпретации? — Я не кричал на него, но разговаривал довольно сухо.

Он молчал, сверля меня укоряющим родительским взглядом. Так смотрят, когда пытаются убедить тебя в том, что ты не прав, хотя ты прекрасно понимаешь, что это не так. Возраст не делает человека хозяином ситуации. Возможно, только в его представлении…

— Ну раз так, — сказал я, наслушавшись его молчания сполна. — Тогда не говори мне что-то про мою девушку, хорошо?

Я встал из-за стола и покинул отца. Мне не хотелось оставаться с ним наедине. Порой я все-таки замечал в нем те отвратительные черты, которые присутствовали в моем дяде. Да, я недолюбливал дядю по определенным причинам. Он далеко не был ангелом, и за свою жизнь столько плохого людям сделал, что десяти кругов ада бы не хватило на искупление всех его грехов. Я бы никогда в жизни не желал бы оказаться его врагом, поэтому старался не переходить ему дорогу. Один раз я все-таки накосячил перед ним, но, к счастью, он об этом так и не узнал, так что я чувствовал себя спокойно.

POV Алиса

— Алис, тебе звонят, — сказал Женя, заглянув в раздевалку с моим телефоном в руках.

Я уже успела переодеться, поэтому была рада, что он не узрел ничего лишнего. Взяв телефон, я увидела, что номер не определился, но решила взять трубку. Мало ли кто это мог быть… Женя тем временем покинул раздевалку.

— Алло, — неуверенно проговорила я в трубку.

— Ну здравствуй, Алисочка, — прозвучал голос, от которого у меня мурашки побежали по коже.

POV Алиса

— Простите, а с кем я разговариваю? — Я сделала вид, что не узнала его.

— Это Андрей Михайлович, — сказал он каким-то ядовито-слащавым голосом. — Димкин дядя, помнишь?

Мое сердце заколотилось, как бешеное.

— Простите, вы, наверное, ошиблись номером. Здесь нет никакой Алисы. — Я бросила трубку.

К счастью, в раздевалке я была одна, и никто не видел моих трясущихся рук. У меня было какое-то странное предчувствие. Я боялась этого человека, как огня. Мне почему-то казалось, что он может навредить.

Быстро собрав свои вещи, я схватила рюкзак и покинула кафе, сухо попрощавшись с Женей. Как только я оказалась на улице, то вытащила из смартфона симку. Сломать ее не получилось, поэтому я просто выкинула ее в ближайший мусорный контейнер.

Быть может, стоило сначала позвонить Диме и рассказать ему про это? Но мне не хотелось делать шаг навстречу, ибо в этой ссоре был виноват он. Да и что бы он сделал? Он сам, судя по его поведению на приеме, побаивался дядю.

Что же это за человек такой, который на всех наводит страх?

У метро я купила левую симку, которая никак не была связана с моими данными. Это на какое-то время успокоило меня.

Вернувшись домой, я застала там Настю. На самом деле я думала, что вновь застану и Диму у себя, но этого не произошло.

— Как дела в школе? — спросила я Настю, разогревая суп.

— Хорошо. — Она принесла мне дневник, в котором я расписалась, похвалив ее за хорошие оценки.

— Кстати, а учительница ничего не говорила про деньги на ремонт? — вспомнила вдруг я.

Глаза Насти как-то забегали, что показалось мне странным.

— Да нет. Мне кажется, она просто забыла.

Я хмыкнула, сомневаясь в этом. Ее учительница редко что-то забывала, особенно если это касалось денег.

— А собрание когда?

Настя тяжело вздохнула. Ей не нравилось, когда я ходила на родительские собрания, потому что после них мне обычно приходилось брать несколько лишних смен в кафе, чтобы заплатить в фонд школы или за учебники, или еще куда-нибудь.

— В конце месяца.

POV Дима

Я провел целый день, шатаясь по магазинам с Игорем. Я не любил этим заниматься, но делать было все равно нечего. И вот мы сидели в какой-то дорогой кафешке, и он решил затронуть запретную до этого дня тему.

— А ты знал, что Юля по девочкам? — Он спросил это настолько резко, что я подавился капучино.

Была у него какая-то такая привычка говорить что-то предельно серьезное как бы невзначай. Меня это жутко раздражало в нем.

— А она по девочкам? — переспросил я, сомневаясь, стоит ли ему знать про то, что я был оповещен заранее.

— Только не надо делать вид, что ты не при делах. Вы с ней всегда были довольно близки.

— Ладно-ладно. Да, я знал, — со вздохом сказал я. — И что это меняет?

— Да ничего. Просто какого хрена ты ничего не сказал мне? Ты видел, как я мучился, бегая за ней.

Я нахмурился.

— Ну это же ее секрет. Какое право я имел говорить о нем всем подряд?

Он усмехнулся и посмотрел себе в чашку.

— Да это не секрет. Это очередной ее заскок.

Странную формулировку мой друг выбрал для сексуальной ориентации человека. Я серьезно относился ко всем «заскокам» Юли, в отличие от него.

— Ну я бы так не сказал, — пробормотал я в недоумении. — Ты думаешь, она вот так возьмет и изменит свою ориентацию?

Игорь кивнул.

— Или я ее заставлю изменить ее.

Я засмеялся. Игорь, похоже, был слишком уверен в себе. Разве можно вот так взять и заставить человека измениться только лишь по собственному желанию?

— Ты долбанутый… — со вздохом сказал я.

Ночью я отправился в «Вегас», клуб в котором работала Алиса. Нет, я не собирался извиняться перед ней, но я собирался сделать первый шаг. Я разграничивал эти понятия. На этот раз я был один, потому что у Игоря были какие-то дела в тот вечер.

В клубе было полно народу, однако я все же успел протиснуться к бару. Алиса делала коктейль на другом конце стойки, а я просто сидел и наблюдал за ней. Ко мне подошла какая-то блондинка со словами:

— Привет! Чего скучаешь один?

Она была довольно симпатичная, поэтому мне захотелось немного пофлиртовать с ней. Это ничего не значило.

— Да вот выпить хочу, а девушка-бармен занята. — Я ей улыбнулся. — А ты почему одна?

— А я не одна. Просто поспорила с подружками, что смогу с тобой заговорить первой. Вон они сидят, кстати. — Она указала на столик на втором этаже, откуда за нами наблюдали еще две пары глаз.

Тем временем Алиса доделала коктейль и направилась в нашу сторону. Сначала она меня не заметила, но потом обратила внимание и на меня, и на блондинку, с которой я разговаривал. О-о, какой же у нее был взгляд в тот момент. Мне показалось, что она собиралась запустить в меня шейкером, который держала в руках.

— Слушай, у меня вообще-то девушка есть, — с улыбкой сказал я блондинке, смотря при этом на Алису.

— Тогда чего ты меня сразу не послал? — Она задала вопрос, который я благополучно проигнорировал. — Ладно. Удачи тогда.

И блондинка окончательно исчезла из моего поля зрения. Если честно, было обидно упускать такую девушку. В такие моменты я чувствовал себя, как рыбак, от которого в последний момент ускользнул огромный карп. Однако в отношениях приходится идти и не на такие жертвы.

Я подмигнул Алисе, но она даже не удосужилась подойти ко мне. Порой мне казалось, что она ведет себя не лучше любого ребенка, но мне это даже нравилось. Я послал ей воздушный поцелуй, а она в ответ показала мне средний палец. Меня это слегка возмутило, поэтому я пробрался ближе к тому краю, возле которого она стояла.

— Ну как дела? Не скучала без меня? — язвительно спросил я.

— Нет. — Она дунула на прядь выбившихся волос в надежде, что те не будут лезть в глаза.

Алиса наливала кому-то водки, поэтому не особо обращала на меня внимание.

— А я вот скучал! — крикнул я, когда она ненадолго отошла к кассе.

— Так устройся на работу! — воскликнула она в ответ. — И скучать не будешь, и поймешь, каково зарабатывать деньги!

— Лучше ты уйди со своей!

Она подошла ближе и с укором посмотрела на меня, но ничего не сказала.

Я долго ждал, пока ее смена закончится, потом ждал ее на выходе из клуба. И вот, в полшестого утра она наконец соизволила покинуть это прекрасное заведение.

POV Алиса

Он встретил меня возле клуба, чего я почему-то не ожидала. Просто посреди смены он куда-то исчез, и я вообще забыла о его присутствии.

— Ты еще здесь? — Я первая начала диалог.

— Ну я же сказал, что соскучился. А ты еще и трубку не берешь.

Точно, я же номер сменила и не сказала ему об этом.

— У меня теперь другой номер. — Я неспешным шагом направилась домой, а он просто пошел рядом.

— Это из-за меня?

— Ну конечно. Все всегда в этом мире происходит из-за тебя. — В моем голосе был сарказм, который, наверное, не стоило использовать.

— Тогда почему?

Я тяжело вздохнула.

— Просто захотелось. Тебе же захотелось мои деньги поджечь. У каждого из нас свои желания, просто у кого-то более адекватные, у кого-то менее.

Он взял меня за плечо, что заставило меня остановиться.

— Ну ты ведь тоже была не права, — спокойно заявил он. — Давать мне деньги — все равно, что кормить ребенка с ожирением бургерами. В этом просто нет смысла.

Я опустила глаза. Быть может, Дима все-таки был прав?

— Ладно, если ты такая вредная, — начал он, взяв меня за подбородок. — Тогда я первый попрошу прощения. Прости меня за то, что сжег деньги, которые ты столько времени копила.

Ну что с ним еще оставалось делать? Конечно, я его простила.

— Ты, конечно, мудак, — пробормотала я. — Но ты теперь мой мудак.

Он улыбнулся и прижал меня к себе. Так как Дима был выше, я не могла положить подбородок ему на плечо, и пришлось повернуть голову влево, где я заметила какую-то странную машину. Из нее за нами наблюдал мужчина с татуировкой на руке, которую я не смогла рассмотреть.

Мы еще не так далеко отошли от клуба, поэтому я не стала придавать этому значения, подумав, что это приехали кого-то забрать.

Он взял меня за руку, и мы направились домой. Мне было так кайфово. Хотелось, чтобы так было всегда. Я чувствовала какую-то защищенность ото всего плохого, что происходило в мире.

Я не понимала, что я чувствую к нему, но это, определенно, было что-то очень хорошее. Пустота внутри с каждым днем куда-то пропадала, и это было довольно приятно. Но также я чувствовала и страх. Я боялась потерять все это…

— Послушай, — сказала я. — У меня есть две просьбы.

— Какие?

— Если ты решишь меня бросить, просто скажи мне это в лицо. Не надо обманывать или игнорировать меня…

— Ты нормальная?

— Не перебивай, пожалуйста. И еще одно… Никогда не признавайся мне в любви.

— Почему? — Он даже приподнял бровь от удивления.

— Потому что, мне кажется, что нет смысла произносить вслух такое.

Он кивнул, приобнял меня за талию, и мы пошли дальше.

POV Дима

Когда мы пришли к ней, она тут же пошла спать. Меня раздражала ее работа, из-за которой я практически ее не видел, но я пока не знал, что с этим делать.

И к сожалению, мне снова пришлось спать на диване, хотя в ее кровати было полно места. Я не знал, почему Алиса не звала меня к себе, но и навязываться тоже не особо хотелось.

Утром я проснулся от запаха блинчиков. Когда я поднялся с дивана, то снова увидел ее в одном нижнем белье. Это была странная привычка.

— Ты же обычно не готовишь по утрам, — сказал я, натягивая джинсы.

Алиса тем временем складывала грязную посуду в мойку.

— Ну, мне захотелось. — Она улыбнулась.

За окном было солнце, которое освещало половину помещения. От этого комната наполнялась каким-то теплом.

Алиса поставила две тарелки на стол. Видимо, Настю она уже накормила и отправила в школу, поэтому нам предстояло завтракать вдвоем. Достав из шкафчика мед, а из холодильника варенье, Алиса отнесла обе банки к столу вместе с блинчиками. Я всегда поражался тому, сколько предметов помещается в ее руках одновременно.

Так как стол стоял возле окна, на ее волосы падал солнечный свет, от чего они казались золотистыми.

— Почему ты так смотришь? — прищурившись, спросила она, наливая мед себе в тарелку.

— Ты красивая.

Она усмехнулась. Я знал, что она слышала это не в первый раз.

— Ты тоже ничего, — ответила Алиса.

— Правда? — саркастически спросил я. — Да я ох**нен.

Она приподняла бровь. Я думал, меня ждет какое-нибудь язвительное замечание, но вместо этого она сказала:

— Возможно, ты прав. Но кое-что в тебе не так.

— Что именно? — Я откусил блинчик, который оказался очень вкусным.

— У тебя ветер в голове. — Она сказала это совершенно добродушно, поэтому я не стал обижаться.

Я не был согласен с ней. Алиса плохо меня знала, поэтому делала такие выводы.

— А ты совершенно не умеешь радоваться жизни, — сказал я.

— Ну так научи меня.

Алиса уже успела доесть свою порцию блинчиков и поднялась со стула, чтобы помыть посуду. Конечно же, я осмотрел ее с ног до головы. На ней был черный спортивный топ и кружевные трусики такого же цвета.

Она включила воду и начала мыть посуду, а я подошел к ней сзади.

POV Алиса

Я почувствовала дыхание на своей шее. Затем эти руки немаленьких размеров обхватили меня за талию. Я такого не ожидала, поэтому поначалу не знала, как реагировать. Дима положил подбородок на мое плечо, и я почувствовала, как колется его легкая щетина. Его тяжелое дыхание возбуждало меня. Я выключила воду, понимая, что домывать посуду я уже не буду. Когда я повернула голову в его сторону, то сразу же ощутила, как его губы накрыли мои. Мне хотелось повернуться к Диме всем телом, но он не позволил мне этого сделать. Я чувствовала, как его правая рука медленно скользит по моему животу вниз.

Это было так волнующе, потому что я до конца не понимала, что происходит. Продолжит ли он или решит остановиться?

Быть может, он вообще решит меня бросить после всего этого? А мне уже как-то и не хотелось его терять. Я, кажется, уже доверилась ему…

Дима оставил в покое мои губы и переключился на шею и плечи. Я засмеялась, потому что было щекотно. Его рука тем временем уже пересекла черту. Она находилась под резинкой моих трусов и продолжала спускаться все ниже. Когда я почувствовала его указательный палец в себе, то слегка застонала.

Это было намного нежнее, чем тогда в душе. На этот раз казалось, будто каждое движение наполнено чувственностью, но при этом невыносимым желанием.

Я знала, как его возбуждали мои стоны. Да и самой уже с трудом удавалось сдержать желание, потому что он издевался надо мной, постоянно вытаскивая пальцы и проводя ими по клитору. Я почувствовала, как его левая рука заползает под мой спортивный топ и охватывает полностью правую грудь. В его руках я была, словно в оковах, потому что было ощущение, что они опутывают меня полностью. Он будто хотел подчинить мое тело себе, и мне это почему-то нравилось.

Я стянула с себя этот топ, который Диму изрядно напрягал, мешая передвижению его кисти, и тут же почувствовала, как его рука накрыла обе мои груди. Он наконец позволил мне повернуться, и я смогла обхватить его торс. Прижавшись грудью к его телу, я принялась расстегивать ширинку джинсов, которые он совсем недавно надел. При этом я смотрела ему прямо в глаза. Его рука легла на мой зад и крепко сжала ягодицу. Я наконец управилась с джинсами и стянула их вниз. Дима остался в одних боксерах, и я увидела, что его член уже изрядно напрягся.

POV Алиса

Я позволяла ему делать со мной все то, что он хотел делать. Позволяла прикасаться к тем местам, которые особи мужского пола не трогали уже довольно долго. Я могла доверять ему, и он был со мной нежен. Наши поцелуи становились все глубже, все увереннее, а мое белье все более и более влажным от этого.

Мы переместились на диван, где было гораздо удобнее. Дима нависал надо мной, и я уже чувствовала, сколько усилий ему стоит сдерживаться. Мышцы его рук и торса были напряжены, а по его шее стекала капелька пота. Я то и дело запускала свои пальцы в его волосы, пока он покрывал влажными поцелуями мою грудь.

Я помогла ему надеть презерватив. Он вошел в меня медленно, будто боялся сделать больно, однако вскоре понял, что все в порядке, и начал двигаться уже более уверенно. Мои стоны были довольно громкими, поэтому периодически я старалась не кричать, чтобы не услышали соседи, но контролировать себя было трудно. Отсутствие секса на протяжении стольких месяцев давало о себе знать.

Через какое-то время я оказалась сверху, и мы начали наращивать темп. Он вдруг взял меня за руку, и наши пальцы переплелись. Я наклонилась к нему и укусила его за мочку уха, после чего начала целовать в шею, вкладывая в эти поцелуи всю свою страсть, которая в то утро захлестнула меня изо всех сил.

Через полчаса я вскочила с дивана и побежала в душ, ибо уже пора было на работу. Дима не хотел, чтобы я уходила.

Когда я запалила сигарету прямо в доме, натягивая на себя джинсы, он снова вырвал ее прямо у меня изо рта со словами:

— Счастливые люди не курят.

На этот раз я не стала злиться на него и выливать всю желчь, что скопилась во мне за долгое время, а просто с улыбкой посмотрела ему в глаза.

Я разрешила ему остаться в квартире, а сама собрала рюкзак и покинула ее.

У меня было просто отличное настроение, которое нельзя было сравнить ни с чем. Я чувствовала себя девочкой, которая влюбилась в первый раз в своей жизни и еще не знает, сколько боли может принести эта любовь. Однако я старалась об этом не задумываться, ибо в данный промежуток времени чувствовала себя абсолютно счастливой.

Мне не хотелось ничем заниматься: не хотелось работать, не хотелось разбираться с проблемами. Хотелось лишь лежать на диване с ним в обнимку целыми днями.

На самом деле... хотелось поделиться счастьем с мамой. Она всегда говорила, что у меня глаза блестят в такие моменты. Как жаль, что она не могла этого видеть...

POV Дима

— Да ладно?! — Игорь определенно был в замешательстве от этой новости. — Наконец-то ты покорил и эту крепость. — Он усмехнулся. — Уже выбрал новую жертву?

— Да не знаю. Я в какой-то прострации сегодня, — сказал я с легкой ухмылкой. — Посмотрим, что будет завтра.

— То есть ты реально рассматриваешь возможность отношений с ней? — поинтересовался он.

Я ненадолго задумался и бросил взгляд на проходившую мимо официантку.

— Да не знаю я. Отстань. Задолбал со своими вопросами. — Какое-то легкомыслие поселилось во мне, и я решил на время забить на этот вопрос.

К слову, я расплывался в улыбке практически весь день, будучи уверенным, что мне больше не нужны эти отношения и что я добился своей цели и потерял интерес. Я думал уже сходить в клуб и снять там себе кого-то еще, но поймал себя на мысли о том, что чуть ли не каждую минуту вспоминаю подробности нашего с Алисой утреннего времяпрепровождения. Раньше я не был склонен к этому.

Я покинул ее квартиру, хотя она и предлагала мне остаться, сколько захочу. Алиса не позвонила мне за день ни разу, да и я поначалу не собирался ей звонить. Однако к вечеру я уже поглядывал на телефон в надежде, что там будет пропущенный.

Да что со мной не так? Меня бесило, что я вел себя, как какой-то влюбленный мальчишка. Мне не была знакома такая модель поведения, потому что я сталкивался с таким впервые. В школе, конечно, мне нравились девочки, но я никогда не испытывал настолько сильного влечения, от которого мне бы просто крышу сносило.

Тем временем на улице уже стоял апрель, становилось все теплее. Быть может, это весна влияла на меня подобным образом?

Я вернулся домой, где меня ждал сюрприз. Мама наконец соизволила приехать спустя столько времени.

Она быстро спустилась вниз по лестнице и сразу же подлетела ко мне обниматься.

Я соскучился по ней, поэтому настолько обрадовался, что не мог сказать ни слова.

Моя мать была довольно доброй женщиной, но со своими тараканами в голове. Она слишком любила моду. Она могла заниматься ей просто сутками: чертить эскизы, снимать мерки, шить. У нее была своя линия одежды, и она практически целыми днями занималась ей.

Сама она тоже выглядела намного моложе своих лет. Ей было сорок пять, но казалось, будто ей не больше тридцати. У нее были темные крашеные волосы, дорогие серьги с бриллиантами, которые она почти никогда не снимала, ибо они достались ей от матери моего отца, то бишь моей бабушки. Эти серьги вроде как были реликвией в нашей семье. Из одежды мама любила носить обтягивающие платья, которые отлично подчеркивали фигуру.

— Я так соскучилась по тебе, сынок! — воскликнула она, наконец отпустив меня. — Ну как ты тут без меня?

Я даже забыл о том, что был немного зол на нее из-за такого долгого отсутствия.

— Я слышала, что ты тут себе девушку нашел, — с улыбкой сказала мама.

Я приподнял бровь. Было интересно, что же конкретно сказал ей отец про Алису.

В это время горничная как раз позвала нас обедать, поэтому мы прошли в столовую, где уже я начал свои расспросы. Она рассказала мне про Париж, который безумно любила, про то, как она начала учить французкий и то, как познакомилась с каким-то известным модельером. Мне нравилось то, насколько вдохновленно она это говорила. Она поистине любила свое занятие. Хотел бы я, чтобы у меня было такое дело, про которое я мог бы рассказывать столь вдохновленно...

Я просидел с ней практически до вечера, рассказав про Алису почти все, что я сам о ней знал. Мама захотела с ней познакомиться и очень долго убеждала меня в том, что нужно пригласить ее на ужин, но я сомневался, что стоило это делать.

Вернувшись в свою комнату, я улегся на кровать и пролежал еще несколько часов, просматривая соцсети. К ночи я все-таки решил написать Алисе о том, что мама хочет познакомиться с ней, однако ответа так и не получил.

POV Алиса

Я ждала от него сообщения весь день, ибо была расстроена тем, что, вернувшись с работы, не застала его в своей квартире. Писать ему первой не хотелось, поэтому я просто забила на это дело.

Когда я пришла в клуб, сообщение от него все-таки пришло, но отвечать на него сразу мне не хотелось. Я боялась знакомиться с его матерью, потому что не знала, что она может представлять из себя. Он ни разу мне не говорил, что она за человек. Она вполне могла бы иметь такой же мерзкий характер, как и его дядя.

В конце смены в клубе я все-таки решила написать ответ. Я согласилась. Раз он этого хотел, значит, так было нужно. В итоге на следующий день я уже собиралась к нему домой. Оделась я достаточно официально, в черную юбку и синюю блузку в горошек. Пришлось сказать Насте о том, куда я собираюсь, и она очень заинтересовалась этим фактом, пожелав пойти со мной. Полчаса я потратила на то, чтобы переубедить ее, сказав, что в следующий раз она обязательно поедет с нами.

Дима заехал за мной и довольно быстро привез к себе. И снова я увидела этот дом, который ненавидела еще пару месяцев назад. Интересно, его прислуга помнила меня? Что они вообще обо мне думали?..

Я волновалась перед встречей с его матерью практически целый день. Мне хотелось просто отказаться, но пришлось собрать всю волю в кулак и все-таки сделать это.

В доме все было так же, как и при моем первом и единственном визите.

Только я успела снять куртку, как появилась его мать. На вид это была очень молодая женщина, которая не брезговала затратами на различные пластические операции. Нет, она не выглядела как всякие "силиконовые долины", но губы у нее все-таки были слишком большими. Наверное, это бич многих богатых дам. Ее звали Вероника Владимировна.

— Здравствуйте. — Я обратилась к ней первой. — Я Алиса.

Она тоже представилась мне и сказала, что ей очень приятно познакомиться со мной.

Откровенно говоря, мне не хотелось, чтобы на ужине присутствовал его отец, так как я не особо близко была знакома с ним, а следовательно, чувствовала себя не в своей тарелке и в его присутствии тоже.

Мы прошли в столовую, где я еще ни разу не была. Там стоял огромный резной деревянный стол. Стулья там были довольно мягкими, у них также были резные ножки. В конце помещения висела огромная картина. Это был натюрморт с какими-то мясными изделиями. Я не очень разбиралась в живописи, так что, возможно, это была работа какого-то известного художника. По левую сторону от этой картины располагалась дверь, ведущая, похоже, на саму кухню, где обитала лишь прислуга. А по правую находился столик, на котором стояла ваза с огромным букетом красных роз.

— Присаживайся, тут все уже готово, — сказала Вероника Владимировна и села в изголовье стола.

Накрыто было по правую и по левую сторону от нее, и получилось так, что Диме пришлось сесть напротив меня. Это было довольно неудобно, ибо его мать сидела ко мне гораздо ближе, чем он.

Вскоре две горничных принесли нам еду. От стресса мне не особо хотелось есть, но Вероника Владимировна настояла на том, чтобы я попробовала салат с бужениной и жаркое.

— Ну рассказывай, чем увлекаешься, — Она посмотрела мне прямо в глаза.

— Да работой увлекаюсь.

— Точно. Дима же мне говорил... Ну а до того... что произошло, чем ты занималась? — слегка замявшись, спросила она.

— Училась на экономическом. Хорошо училась. Статейки писала в университетский научный журнал. — Я старалась держаться раскрепощенно, однако напряжение между нами все еще чувствовалось.

Вероника Владимировна налила себе вина и предложила его мне, но я отказалась, потому что меня еще ждала смена в клубе.

— Сколько лет твоей сестренке? — Офигеть, она и об этом знала.

Дима что, все про меня рассказал?

— Скоро одиннадцать будет, — ответила я, запивая жаркое соком.

Да, бокальчик вина мне бы в тот момент очень пригодился.

— Наверное, тяжело растить ее одной?

Я кивнула.

— Да-а, порой бывает непросто.

— Помню, когда Димка был в таком возрасте, я никак не могла с ним управиться. Вообще меня не слушался.

— Мам. — Дима с укором посмотрел на свою мать, после чего продолжил поглощать пищу.

— Ну что? Помнишь, как ты из дома сбежал, когда отец отказался покупать тебе барабанную установку?

Я усмехнулась.

— Да, Алис, представляешь? Он очень хотел стать знаменитым барабанщиком.

Я посмотрела на Диму, который сидел с выражением недовольства.

— А спортом каким-нибудь занимаешься? — спросила она. — Я смотрю, у тебя неплохая фигура.

— Нет. Но раньше занималась боксом.

Ее глаза округлились, а Дима нахмурил брови. Я ему еще не говорила об этом.

— Никогда бы не подумала, — удивленно пробормотала его мать. — Ты же такая миниатюрная... аккуратная, я бы сказала. И чтобы боксом...

Все почему-то так удивлялись этому факту, как будто я говорила, что со своим ростом занималась баскетболом. Неужели девушкам моей комплекции нельзя заниматься боевыми видами спорта? Что в этом такого?

Когда-то бокс был моей жизнью, моим смыслом существования, ибо я часто выигрывала бои, а мне очень нравилось побеждать. Тренер безумно меня любил, пророчил мне хорошее будущее, но в пятнадцать лет родители решили, что мне стоит заняться учебой, чтобы поступить на экономический. В общем-то я была не против, потому что любила пробовать себя в чем-то новом. Затем мне начала нравиться и экономическая наука, и я окончательно завязала со спортивной карьерой.

— Вообще мой сын впервые меня знакомит с девушкой. До этого, конечно, он знакомил меня с Юлей, но они же просто друзья.

Я не знала, что на это ответить, поэтому сказала первое, что пришло в голову:

— Да, Юля хороший человек.

— Именно. У нее ярко выражена эмпатия. Этим она мне и нравится.

Затем она рассказывала мне про свою линию одежды, про свою командировку во Францию, про то, чем она там занималась. Мне нравилось ее слушать. Она была не такой, какой я ее себе представляла. За этим молодым неестественным лицом скрывалась довольно добрая душа. Вероника Владимировна не смотрела на меня свысока, а общалась на равных.

В какой-то момент Диме позвонили, и он вышел, чтобы поговорить. Я осталась с его матерью наедине.

— Скучаешь, наверное, по родителям? — Она задала вопрос и отодвинула от себя тарелку, на которой уже ничего не осталось.

Я не ожидала такого вопроса.

— Да, очень.

— Я тебя понимаю. Я потеряла маму, когда мне было семнадцать. И дальше меня воспитывал отец. — Она смотрела на меня с таким сожалением. — На самом деле времени у него на меня не было, поэтому он просто хотел побыстрее выдать меня замуж, что, собственно, и сделал.

— То есть вы вышли замуж не по любви?

Она тяжело вздохнула.

— Ну почему же? У меня тогда никого не было. Мой папа познакомил меня с Димкиным отцом, и я начала испытывать к нему какую-то симпатию. После свадьбы уже пришла любовь.

В этот момент вернулся Дима, и мы не успели договорить.

— О чем болтаете? — спросил он, усаживаясь на свое место.

— Да так, о женском, — с легкой улыбкой ответила ему мать.

Мне уже нужно было ехать на работу, поэтому я попросила Диму отвезти меня. Его мать была немного расстроена из-за того, что мы покидаем ее, однако отнеслась к этому с пониманием и стрясла с меня обещание, что я обязательно скоро приду к ним на ужин.

Когда я надевала куртку, в дверях появился и его отец, который так удачно в этот день задержался на работе. Он поздоровался со мной, но его взгляд отличался какой-то неприязнью. Он не был настроен разговаривать и сразу же пошел в столовую к своей жене. Мы же в спешке покинули дом, потому что я уже опаздывала.

POV Дима

Я вернулся домой около двенадцати, но мама еще не спала. Она позвала меня к себе в мастерскую, чтобы поговорить со мной. Я догадывался, что речь пойдет об Алисе, и был почти уверен, что она скажет мне то же самое, что и отец несколькими днями ранее.

В ее мастерской, как и всегда, царил беспорядок. Она же сидела в своем кресле и рисовала очередной эскиз. Подняв на меня взгляд, мама улыбнулась и предложила присесть, однако я отказался и просто оперся об тумбу возле стены.

— Ты хочешь поговорить о ней? — спросил я.

— Да, сынок. Я просто хотела сказать тебе, что ты нашел хорошую девочку.

Я приподнял бровь в недоумении. Казалось странным, что она так говорила.

— То есть она тебе понравилась?

— Да, вполне. Ее, наверное, много раз предавали, поэтому она слегка замкнутая. Но одно я могу сказать точно: тебя она вряд ли предаст, потому что на своей шкуре уже испытала, каково это. — Мама поднялась со своего кресла и подошла ко мне.

— Только вот как объяснить это папе?

— Вот этого я не знаю. Ты понимаешь, что твоего отца очень трудно в чем-то переубедить. — Она приобняла меня за плечо. — Возможно, у него вообще на тебя другие планы. Он даже мне не рассказывает многого.

Она около минуты постояла молча.

— Береги эту девочку. Мне ее очень жалко...

Хорошо, что Алиса этого не слышала. Ей не нравилось, когда ее жалели.

POV Алиса

На этот раз на выходе из клуба меня уже никто не встречал. Пришлось идти домой в одиночку.

Я так устала. Дико хотелось спать.

Еще дико хотелось лета. Казалось, что летом даже время по-другому идет.

Мои размышления прервались, когда неподалеку я увидела машину все с тем де лысым мужчиной за рулем. От клуба я не так далеко отошла, поэтому снова подумала, что он находился там не по мою душу. Но сомнения все-таки закрадывались в мой мозг...

POV Алиса

Дошла до дома я спокойно. Вроде никто за мной не следил. Наверное, это просто была очередная паранойя. От переутомления мне частенько мерещилась всякая ерунда.

На следующий день я помогала делать Насте домашку, хотя после утренней смены в кафе дико хотелось спать.

— А когда Дима придет? — спросила вдруг она.

— Так, это не относится к математике.

— Ну и что? Я хочу, чтоб он пришел.

Я тяжело вздохнула. Я понятия не имела, когда он придет и придет ли вообще в ближайшее время. На самом деле я сама постоянно его ждала.

— Я тоже много чего хочу, Настюш. Давай сначала решим задачу.

Когда я объясняла ей, что нужно сделать, чтобы посчитать количество яблок в двух ящиках, раздался звонок в дверь. И да, это был именно тот, кого мы с сестрой так ждали.

Настя вскочила с дивана и подбежала к Диме, кидаясь ему на шею.

— Ну привет, мелкая. Чем я заслужил такую благосклонность? — спросил он, когда я закрывала за ним дверь.

— Ты спас меня от домашки!

Он усмехнулся.

— Тебе все равно придется ее делать, — заявила я.

— Ну ты и зануда, — сказал Дима и плюхнулся на диван.

— Есть будешь? — спросила я.

— Да, если можно.

Я разогревала ему суп, пока он разговаривал с Настей. Он наткнулся на лист бумаги на столе и спросил:

— Хочешь, я научу тебя делать журавликов?

— Да! — Она так обрадовалась этому предложению.

К тому времени, как я поставила тарелку с супом на стол, он уже закончил, и на журнальном столике уже лежало два бумажных журавлика, один из которых, правда, был более аккуратным, нежели другой.

Он поел мой суп и улегся на диван. Настя к тому времени ушла к себе в комнату, чтобы продолжить делать уроки. Я собиралась лечь спать.

— Ладно, я пойду посплю, а то мне в клуб ночью.

— Ага. — Это все, что он сказал, залипая в своем телефоне.

Неужели он пришел, чтобы просто поесть? Это как-то странно…

— Если хочешь, можешь со мной полежать. — Ох, чего же мне стоила эта фраза.

— Да мне и тут нормально. — Он просто повернулся на другой бок, чтобы было удобнее.

Что это был за тотальный игнор? Я вообще не понимала, что происходит. Быть может, он обиделся на что-то? Тогда зачем он вообще пришел?

Я постояла еще пару секунд, а потом подошла ближе к дивану. Он не обращал на меня никакого внимания. Вообще. Тогда я просто перелезла через спинку дивана и завалилась в тот узенький промежуток между подушками и самим Димой.

— Ты же спать собиралась. — Он наконец соизволил обратить на меня свое внимание.

— А это моя квартира. Сплю, где хочу. Если не устраивает, можешь идти в другое место. — Я начинала злиться.

— Слушай, а я думал, что ты меньше, — заявил он, посмеиваясь. — Столько места занимаешь, оказывается.

Последнее меня окончательно выбесило. Да, мое левое плечо лежало на его груди. Ему это мешало что ли?

— Ну ты и падла! — Я не придумала ничего лучше, чем просто начать его щекотать.

К моему счастью, он боялся щекотки. Как, в общем-то, и я. Вскоре он это понял и уже я корчилась, будто в конвульсиях.

— Ну что ты творишь? — Я с трудом могла говорить. — Перестань.

— Ты первая начала.

Я извернулась так, что смогла столкнуть его тушу с дивана, после чего залилась смехом. Мы вели себя, как дети, и мне это нравилось.

На наш смех прибежала Настя с вопросом:

— А что вы тут делаете?

Я повернулась к ней, а Дима в это время воспользовался тем, что мне пришлось отвлечься, и стянул меня с дивана. Спиной я упала прямо на него и засмеялась снова.

Настя подошла к нам и смотрела на нас с каким-то недоумением. В последнее время она видела меня только серьезной, ибо у меня не было поводов вести себя, как ребенок.

Дима спихнул меня с себя и поднялся на ноги.

— А ты что такая хмурая? — Он подошел к Насте и начал щекотать ее.

Квартира наполнилась звонким, еще таким детским смехом. Настя пыталась убежать от него, но он какое-то время не давал ей этого сделать. Когда от смеха на ее лице начали появляться слезы, он соизволил ее отпустить, и она тут же скрылась в своей комнате, дабы избежать очередного нападения.

— Ну ладненько, я спать пошла, — со вздохом сказала я и направилась к себе.

— Сладких снов, солнце! — Дима рухнул обратно на диван, крикнув это мне вслед.

— Не называй меня так!

Зачем он вообще пришел, я так и не поняла.

POV Дима

Я уснул на ее диване. Я не слышал, как она проснулась и собралась на работу. Похоже, она ходила на цыпочках, чтобы не разбудить меня.

Проснулся я поздно вечером. Свет горел только в комнате Насти, которая, похоже, смотрела какой-то сериал. Я чувствовал себя уставшим, поэтому решил сварить себе кофе. Настя услышала шаги на кухне и вышла ко мне.

— О, ты проснулся.

Я кивнул в ответ.

— А ты что, теперь тут жить будешь? — с нескрываемым интересом спросила она.

Я усмехнулся.

— Нет, просто иногда буду оставаться.

— А сегодня зачем остался? А то Алиса весь вечер не могла понять, почему ты пришел…

Я перелил кофе из турки в чашку и сделал глоток.

— Неужели ты не помнишь, какой завтра день? — задал я вопрос, приподняв бровь.

Настя на какое-то время задумалась, вспоминая.

— Завтра День рождения твоей сестры.

Она нахмурилась. Похоже, она даже не знала, когда у Алисы День рождения.

— Ну, она его обычно не отмечает.

— А ты не хочешь устроить праздник? — спросил я с легкой ухмылкой.

Она подумала еще какое-то время, затем улыбнулась.

— Через часок приедут люди, которые принесут нам кучу цветов и торт.

Настя настолько обрадовалась, что подбежала ко мне и очень крепко обняла. Это был прекрасный ребенок. Хотел бы я, чтобы она выросла достойным человеком.

POV Алиса

Я делала гостям Космополитен, когда официантка подошла к бару с огромным букетом красных роз. Я подумала, что кому-то в очередной раз просто нужна ваза и уже начала вспоминать, куда я убрала ее.

— Это тебе! — воскликнула она, передавая мне букет через бар.

— Что? — переспросила я, потому что с первого раза не расслышала.

— Тебе передал гость.

Пришлось отложить букет на какое-то время, чтобы доделать коктейли, но как только у меня появилась свободная минутка, я сразу же взяла его в руки. Он был тяжелее, чем я думала. Я была почти уверена, что это от Димы, поэтому уже высматривала его в толпе. Как же я ошибалась…

Я заметила записку среди бутонов и достала ее. Это была открытка. Поначалу я улыбалась, но потом улыбка сошла с моих уст надолго.

Думала, я тебя не найду? С Днем рождения, красавица! Могу исполнить любое твое желание, если только ты сама этого захочешь. А. Громов

У меня даже руки затряслись от ощущения его присутствия в клубе. Хорошо, что мне не нужно было выходить за пределы бара…

Чего он б**ть от меня хотел? Зачем он пугал меня своим поведением? Неужели ему это доставляло удовольствие? Сука, мне мало несчастий в жизни что ли?

Да, он не написал ничего ужасного, но читать стоило между строк. И от смысла, который я там улавливала, у меня бежали мурашки по коже.

С горем пополам я доработала смену и пошла домой, решив оставить букет на работе. Записку же я просто выбросила, чтобы ее случайно не нашел Дима.

На улице было дико некомфортно. Мало того, что до этой ситуации мне казалось, что за мной следят, а после нее — и подавно.

Нет, я не увидела возле клуба ту машину с лысым мужиком, но сердце мое от этого не стало биться медленнее. Кое-как я дотопала до дома. Я даже не стала включать свет в гостиной, а сразу сняла обувь и завалилась спать. Дима, похоже, уехал к себе.

Утром я проснулась от какого-то звука на кухне. Так неохота было вставать, но пришлось. Дойдя до кухни, я остановилась как вкопанная. Вокруг было огромное количество красных роз, которые были расставлены по вазам (причем, даже не по моим, ибо моих точно не хватило бы), а на столешнице стоял огромный шоколадный торт. Дима стоял возле плиты и что-то готовил, а Настя помогала ему.

— А почему ты не в школе? — спросила я, от чего она вздрогнула.

Видимо, они не заметили, как я вошла.

— Ну… сегодня твой День рождения, и мы подумали, что по такому случаю можно прогулять.

Дима посмотрел на меня. У него было настолько ехидное выражение лица, что спорить с ним было бесполезно. Я вздохнула, смирившись с этим фактом, и подошла к ним. Он приобнял меня за талию и чмокнул в щеку.

— А что вы делаете? — спросила я.

— Готовим тебе завтрак, — сказал он.

— Яичницу?

Он коротко кивнул. Я знала, что он больше ничего не умел готовить, да и к плите вообще редко подходил, так что это показалось мне довольно милым.

Было какое-то странное чувство. После смерти родителей я не отмечала свои Дни рождения, потому что в эти дни у меня было просто отвратительное настроение. Я просто весь день вспоминала, как мы проводили их с родителями в детстве. Раньше мне вообще хотелось забыть, какого числа я родилась. Хотелось, чтобы это был обычный день. Такой же, как и все остальные.

Настя убежала к себе в комнату и долго не выходила оттуда.

— А зачем столько цветов? — спросила я, усаживаясь за стол.

— Раньше я никому не дарил цветы. Кроме мамы. Надеюсь, сама додумаешься, зачем.

Неужели я первая девушка, которой он действительно захотел подарить цветы? Тем более в таком количестве. Это показалось мне странным. Он, и правда, считал меня настолько важным человеком?

Настя вернулась с каким-то листом бумаги в руках.

— Я, конечно, не мастер рисовать, — смущаясь, сказала она. — Но это тебе. — Протянув мне лист, она принялась внимательно наблюдать за моей реакцией.

Да, она подарила мне рисунок нашей семьи, не очень красивый, но очень яркий. И естественно, на нем был и Дима. Куда ж без него? Я отнеслась к этому со скепсисом, но все равно разрешила повесить этот рисунок на холодильник.

POV Дима

Она пошла на работу, а я поехал ей за подарком. Я мог купить ей самое дорогое колье, но она бы не приняла его от меня; мог бы купить ей машину, но она бы послала меня к черту с таким подарком. Поэтому я просто купил ей бутылку дорогого виски, зная, что это она точно оценит. Настя все это время была со мной. Да, не стоило показывать ребенку такой пример, но я смотрел на вещи реалистично и прекрасно понимал, что рано или поздно она вырастет, попробует алкоголь. Возможно, даже начнет курить… я бы этого не хотел, если честно.

Когда Алиса вернулась, мы поехали в парк аттракционов, чтобы порадовать Настю. Алиса, конечно, периодически уходила в себя, но я старался вытаскивать ее из этого состояния. Я купил ей и ее сестре сахарную вату, и мы шли по аллее, выбирая аттракцион, на котором Настя хотела бы покататься.

— А почему ты себе не взял? — спросила она, отрывая настолько большой кусок, что он не поместился у нее во рту.

Вместо ответа я резко приблизился к ее лицу и схватился зубами за этот лоскуток сахарной ваты, который сжимали ее губы. Она, видимо, не ожидала этого, поэтому ее глаза округлились. Затем сахар у меня во рту растаял, ровно так же, как и у нее, и наши губы встретились. Было сладко. Это все, что я мог сказать.

— А что это вы делаете?! — воскликнула Настя, и мне пришлось оторваться от этих сахарных губ.

Настя смотрела на нас с каким-то веселым недоумением. У нее было такое выражение лица, будто она спалила какой-то очень важный секрет.

— Это называется «поцелуй», — сказал я и взял Алису за руку.

— А разве друзья так целуются? — Настя нахмурила свои маленькие светлые брови.

— Ну я уже говорил, что мы с твоей сестрой больше, чем просто друзья.

Алиса все это время просто шла молча, будто не понимая, что происходит.

— Алис, это правда? — Настя обратилась к сестре, которая оторвала глаза от земли и перевела на нее свой взор.

— Правда, малыш… правда.

POV Алиса

Я отпросилась со смены в клубе, а в кафе на следующий день у меня был выходной. На улице была прекрасная погода, дома у меня пахло цветами и стоял огромный торт. Я была с людьми, которые мне дороги. О чем еще можно было мечтать?

К вечеру мы пошли домой, где посидели втроем. Настя съела так много сладкого. Можно было сказать, что Дима сделал ее день.

Вскоре она отправилась спать, а мы остались сидеть на кухне. Дима достал бутылку виски.

— Это тебе.

Я усмехнулась.

— Это подарок на День рождения? — поинтересовалась я.

— Можно и так сказать. Ничего дороже ты бы все равно у меня не приняла.

Что ж, он был прав.

— Кажется, недавно кто-то говорил, что я не умею радоваться жизни… — Я подошла к нему и посмотрела снизу вверх, а затем взяла за руку. — Пойдем погуляем?

— Мы же весь день гуляли.

— Это же был день. Я хочу прогуляться ночью.

Когда мы вышли, в нос ударил запах лета. Я чувствовала, что оно все ближе с каждым днем. Конечно же, я взяла с собой и бутылку виски.

Мы долго шли по дворам, заливая в себя все больше и больше алкоголя. Это было прекрасное чувство. Как будто все проблемы куда-то отступили, стали бэкграундом моей жизни. Я давно такого не испытывала. И причиной этому был не алкоголь, а присутствие человека.

Вскоре я поняла, что мы ушли от дома настолько далеко, что оказались на набережной водохранилища. Это было красивое место. Все на противоположном берегу освещалось маленькими огоньками, которые казались такими далекими… Где-то неподалеку находился огромный мост, и мы могли слышать стук рельс, по которым периодически проходили поезда.

Дима постелил на траву свою толстовку, чтобы я не запачкала светлые джинсы.

— Знаешь, — сказала я, делая очередной глоток из полупустой бутылки. — Раньше мне так хотелось все бросить… взять Настю и свалить куда-нибудь из этого города навсегда. Туда, где никто бы нас не нашел, и мы могли бы начать новую жизнь. Хотя я понимаю, что ничего бы не изменилось… Все равно это было моей мечтой.

Он молчал, смотря куда-то вдаль и улыбаясь.

— А потом появился ты, — вдруг добавила я.

— И что, я как-то отдалил тебя от твоей мечты? — спросил он.

Я кивнула и отдала ему бутылку.

— Наверное, да… Ты так внезапно вторгся в мою жизнь… в мое пространство, и даже в мою квартиру.

Он усмехнулся.

— Прости, я не умею по-другому.

— Я пока не знаю, что из этого получится, но мне хватает того, что у нас есть сейчас. Сначала я думала, что ты придурок, который не заботится ни о ком, кроме себя.

— Так и есть, — заметил он без всякого сарказма.

— Мне так не кажется…

Мы выпили еще четверть бутылки, и я поняла, что мы опьянели достаточно сильно, чтобы творить всякую ерунду. Я спросила у него, делал ли он в своей жизни что-нибудь безумное. Дима глубоко задумался над этим и после долгого молчания ответил:

— Да. Встреча с тобой — самое безумное в моей жизни.

Я поставила бутылку в сторону, понимая, что нам уже хватит. Мы выпили почти литр на двоих, а для меня это было слишком много. Дима тоже не казался трезвым.

— А я не делала. Но очень хочу.

Он повернул голову в мою сторону и долго всматривался в мои глаза, которые еле блестели в таком полумраке.

— Тогда у меня есть идея.

— Какая?

И вместо ответа он с такой силой впился в мои губы, что у меня перехватило дыхание. Мы легли на траву, и я не заметила, как Дима уже навис надо мной. Трава была влажная и холодная, но меня это не останавливало. В моей крови всё же было немного адреналина, потому что я понимала, что в любой момент мимо могут пройти люди и заметить нас. От этого факта возник лишь какой-то азарт, поэтому я начала стягивать с него джинсы. Он же уже успел забраться холодными руками ко мне под футболку и расстегнуть лифчик. Алкоголь давал о себе знать диким возбуждением. Через пару минут мой лифчик уже валялся на траве, а Дима благополучно грел свою холодную ладонь о мою грудь. Только он начал расстегивать мне ширинку, как откуда-то издалека послышался голос:

— Эй, вы чем там занимаетесь?

Мы оба опешили. Резко повернув головы в ту сторону, откуда доносился звук шагов, мы увидели полицейского. Дима резко встал на ноги, дернул меня за руку, заставляя подняться, после чего моментально схватил свою толстовку. Я же успела взять лишь недопитый виски, после чего он крепко схватил меня за руку, и мы побежали. Ближайшее место, где бы можно было укрыться, находилось в метрах пятисот. И это был тот самый мост. Возле него редко кто-то ходил, а полиция туда бы просто не проехала, ибо там рядом не было дороги.

К счастью, никто за нами не погнался, либо погнался, но быстро отстал. Я даже не оборачивалась, чтобы посмотреть… Я понимала, что нужно бежать во всю силу, чтобы нас не задержали и не посадили на пятнадцать суток. Быть может, отец Димы нас бы и отмазал, но вмешивать его в столь деликатное дело не очень-то и хотелось. Странно было бы ему объяснять, что мы просто хотели заняться сексом прямо на набережной.

Когда мы добежали до места назначения, я уже выдохлась. Дима быстро пришел в себя, а я еще долго не могла отдышаться.

Мы находились прямо под этим мостом, и мне пришлось прислониться к его опоре, чтобы не упасть.

— Ты как? — спросил он.

— Жить можно. — Я улыбнулась.

— Ну что, это было достаточно безумно? — усмехнувшись, спросил он.

Я рассмеялась.

— Да, пожалуй.

Однако я чувствовала какое-то неудобство… Будто я что-то забыла там, на траве. Я проверила ключи и телефон, они были в толстовке Димы. Только после этого до меня дошло…

— Я забыла там лифчик.

Он прыснул, потому что уже не смог сдержать смех.

— Ну значит, твой лифчик теперь будет уликой для ментов.

— Дурак. — Мне захотелось сделать еще глоток виски, чтобы хоть немного успокоиться.

— И найдут тебя теперь по трусам.

Я нахмурилась.

— Почему по трусам?

— Ну, я так понимаю, что на тебе было белье из одного комплекта.

Вот идиот. Я хотела как-то оскорбить его, но долго не могла подобрать слово и забила на эту идею.

— Может, перестанем обсуждать мое нижнее белье?

Он с наигранным недоумением посмотрел на меня и сказал:

— Ты первая начала. И вообще, я могу обсуждать твое белье хоть часами. — Он подходил ко мне все ближе. — Тебе не кажется, что у нас есть одно незавершенное дело? — Дима положил свою толстовку прямо на землю.

Нормальная девушка бы на моем месте послала бы своего парня с такими предложениями куда подальше после такого кросса. Но я была не из таких, поэтому притянула его к себе и снова начала покрывать поцелуями его шею.

Дима прижал меня к опоре этого моста и схватил за руки. Я поняла, что он хочет все сделать сам, и не стала сопротивляться. Он снял с меня футболку, и я почувствовала ледяной ветер на своей груди, отчего соски моментально затвердели. Опора тоже была довольно холодной, и оставалось надеяться, что я себе ничего не застужу после всего этого. Затем, сведя мои руки над головой, он связал их моей же футболкой и придерживал, пока стягивал с меня джинсы.

Через пару минут он снял мои джинсы уже полностью и поднял меня, чтобы я могла держаться ногами за его бедра. Мне было страшно. Я боялась, что нас снова кто-то заметит. На этот раз я уже не смогла бы просто бежать, куда глаза глядят, ибо он поставил меня в максимально некомфортное положение, связав мне руки и оставив совершенно без одежды.

— А если кто-то придет? — испуганно спросила я.

Мой голос еще и дрожал от этого холода.

Он наклонился к моему уху и прошептал:

— Успокойся. Все будет в порядке. Здесь никого нет. — С этими словами он вошел в меня настолько резко, что я чуть не закричала.

Ничего себе. Я никогда не думала, что он может быть таким… жестким что ли, но при этом заботливым и нежным. Он поправлял мне волосы, которые то и дело падали на лицо и попадали в рот.

Дима двигался во мне быстро. Когда я адаптировалась к этому, то начала получать удовольствие… Чтобы я не стонала слишком громко, он закрыл мне рот одной левой рукой. Правой же он продолжал держать мои руки над головой.

Он был практически полностью одет, в то время как я находилась перед ним абсолютно голая. Это почему-то возбуждало меня еще сильнее. Хотелось прикасаться к нему, хотелось расцарапать ему все плечи, но я просто не могла…

Это продолжалось дольше, чем я думала. Хотя, быть может, у меня изменилось восприятие времени от постоянно поступающего адреналина. Я уже успела получить оргазм, после чего он опустил меня на землю. Почему-то он никак не мог кончить, и мне захотелось ему помочь. Я опустилась перед ним на колени и посмотрела снизу вверх.

— Ты серьезно сделаешь это? — удивленно спросил он, видимо, не ожидая от меня такого.

Вместо ответа я начала делать то, о чем он так мечтал. Нужно было отблагодарить его за то, что он доставил мне такое удовольствие. Если честно, я и сама бы никогда не подумала, что так быстро встану перед ним на колени. Спустя какое-то время я поняла: он готов, и позволила ему кончить мне прямо на грудь.

Затем я принялась одеваться, стирая со своего тела все то, что осталось на нем после столь бурного действа. Когда на мне была уже вся моя одежда, за исключением, конечно же, лифчика, Дима дал мне толстовку, чтобы я смогла согреться.

Мы уселись на траву и решили допить виски.

— Это был лучший секс в моей жизни. — Мне не составило труда сказать это, потому что я была под градусом.

Он улыбнулся уголком губ.

— И в моей.

POV Алиса

Я проснулась в своей постели вместе с Димой. Было одиннадцать утра. Давненько я не вставала так поздно.

Пройдя на кухню, я налила себе воды. Голова гудела так, что пришлось выпить таблетку. В принципе, я могла сказать, что День рождения удался. Только лифчик, оставленный на набережной, было немного жаль.

Когда я наконец смогла оторваться от воды, то вновь заметила, что все заставлено розами. Я даже понятия не имела, сколько их. Но это было прекрасно… Мне так не хотелось, чтобы они завяли. Но я понимала, что рано или поздно это произойдет.

Я подошла к окну и поняла, что там вновь стояла прекрасная погода.

— Ты уже встала? — послышался голос за моей спиной.

Я повернула голову и увидела Диму, сонного и завернутого в одеяло. Я к тому времени уже успела одеться, в отличие от него. Он подошел, встал за моей спиной и положил голову на мое плечо.

— Наверное… так должно быть всегда, — пробормотала я. — Ничего не должно больше меняться…

— Ничего больше не изменится. — Он сказал это с такой уверенностью, что я поверила.

Дима ушел от меня в час дня, потому что у него еще были какие-то дела. Я ждала Настю, которая вот-вот должна была вернуться со школы.

И вот, когда я мыла посуду, раздался звонок в дверь. Я почему-то подумала, что это Дима что-то забыл, поэтому и пошла открывать дверь. Естественно, я даже не посмотрела в глазок.

— Ну здравствуй, красавица!

Мои глаза округлились, и я даже попятилась назад, что он принял за приглашение войти. У меня был ступор, который длился около минуты. В течение этого времени я не могла вымолвить ни слова, пока он не спросил:

— Как дела у тебя?

Было нормально, пока он не пришел.

Андрей Михайлович с интересом рассматривал мою квартиру, продвигаясь по ней все дальше и дальше.

— Н-нормально, — растерянно ответила я.

Он оглядел цветы.

— Как у тебя тут красиво. А среди этих букетов есть мой?

— Э-э… — Я не знала, что на это ответить, потому что лгать не очень хотелось.

И зачем я ему только дверь открыла? Нужно было сначала посмотреть в глазок, а потом сделать вид, что никого нет дома.

— Ладно, я пришел не за этим.

Я догадывалась, почему он пришел, но очень надеялась, что ошибаюсь.

— Детка, ты подумала над моим предложением? — спросил он, устремив на меня свой ехидный взгляд.

Я дошла уже до кухонного стола и прислонилась к нему поясницей. Он же остановился посреди помещения и, скрестив руки, ожидал от меня ответа.

— Над каким?

Он усмехнулся.

— Ну ты же не глупая… Не надо строить из себя дурочку, тебе это не идет.

У меня от его замечания пошли мурашки по коже. Было что-то душераздирающе-неприятное в тембре его голоса. Я чувствовала, как его речь, словно кислота, разъедала мою голову, наполняя меня каким-то диким страхом.

— Ну так что? — С этим вопросом он начал подходить ближе.

У меня даже во рту пересохло от происходящего.

Насколько же омерзительным был этот человек. И по мере его приближения я замечала все больше недостатков в его внешности: немалое количество морщин, что лишний раз напоминало мне о его возрасте; жирная кожа; рот, растянутый в мерзкой улыбке. Он был метрах в двух, но так не хотелось, чтобы он подходил еще ближе.

— Это вы следили за мной? — Я ответила вопросом на вопрос, чтобы хоть как-то перевести тему.

Он, казалось, слегка удивился, но оставался абсолютно спокойным.

— А ты внимательная, раз смогла это заметить.

Б**ть, так это из-за него я боялась не вернуться домой! Как же хотелось бросить в него чем-нибудь.

— Позвольте поинтересоваться, зачем?

Он приблизился довольно близко и встал прямо напротив меня, что изрядно напрягало. Мое сердце буквально в пятки уходило от напряжения.

— А понравилась ты мне, — заявил он. — Извини, если напугал. — Он сказал это так, будто это были вовсе не извинения.

Лучше бы не нравилась… Лучше б он меня ненавидел, чем вот так симпатизировал.

— И это повод следить за человеком?

Уголок его губ взлетел вверх.

— Ну, для меня — да.

Не было смысла заставлять его что-то объяснять, потому что он мог выйти сухим из воды, какой бы вопрос я ему ни задала. Не зря же он столько лет проработал в правительстве.

Он протянул руку к моему лицу, от чего я дернулась, испугавшись.

— Ну ты чего? Не бойся меня. Я же не убивать тебя пришел.

Именно убивать меня он и пришел. Морально убивать.

Андрей Михайлович все-таки дотронулся до моей щеки своими мерзкими пальцами. Я не знала, как на это реагировать, поэтому просто наблюдала за его действиями.

Хотелось врезать ему с плеча, но у меня после такого могли бы быть проблемы. Опасно так вести себя с человеком, у которого столько связей и власти.

— Не очень хорошо бегать от меня, — сказал вдруг он, убирая прядь моих волос за ухо. — Я же столько внимания тебе уделил, а ты меня игнорируешь. Даже не поблагодарила за букет. Почему?

— Потому что я не совсем понимаю, чего вы от меня хотите.

— Все ты понимаешь. — Он улыбнулся и резко схватил меня за затылок, притянув к себе.

Такого я точно не ожидала, поэтому начала сопротивляться. Этот придурок пытался меня поцеловать! Своими мерзкими губами ему удалось добраться до моих, однако я настолько плотно сжала их, что туда и молекула воздуха не смогла бы попасть. Насколько же это было отвратительно… Я отталкивала его, но ничего не получалось. Он был настойчив, а я, определенно, была слабее. Через пару секунд он начал целовать меня в шею и заваливать на стол, и тогда мне стало еще и тяжело, потому что этот мудак наваливался на меня всем своим весом, сжимая при этом мои руки.

— Перестаньте! Перестаньте, я прошу вас! — чуть не плача, умоляла я, но все было без толку.

Почему он так со мной поступал?

— Я буду кричать!

Он усмехнулся, оторвав наконец свои губы от моей шеи.

— Кричи. Сомневаюсь, что тебе кто-нибудь поможет.

Андрей Михайлович снова захотел поцеловать меня в губы, а я во избежание этого изворачивалась так, что боялась свернуть себе шею. Я чувствовала его слюни на своих щеках и шее. Я чувствовала мерзкий запах от этого человека. Видимо, от такой активности он начал потеть.

Закусив губу, я почувствовала соленый вкус с примесью чего-то мясного. Похоже, он еще и хорошо поел перед осуществлением своих планов.

— Помогите! — отрывисто кричала я, как только мне выпадала возможность.

Вдруг он начал расстегивать мои джинсы, и от этого я перепугалась еще сильнее.

Какого х*я? Б**ть. Почему я? Неужели никто не мог мне помочь? Почему Дима не приходит? Почему он не может просто внезапно вернуться? Боже… Неужели со мной все это действительно произойдет? Сердце взрывалось от этих мыслей.

На мои глаза навернулись слезы. Лучше смерть, чем это. Лучше бы он напоил меня чем-нибудь, чтобы я хотя бы была без сознания и ничего этого не видела.

П***ец…

— Я расскажу обо всем Диме, — высказала я единственный аргумент, который еще хоть как-то мог мне помочь.

— Не расскажешь, детка. Не расскажешь.

Почему он был в этом так уверен? Не убьет же он меня после этого? А ели да… что же тогда будет с Настей?

И только он успел расстегнуть мою ширинку, как послышался скрежет по ту сторону входной двери. Это, похоже, Настя открывала ее своим ключом.

— Кто это? — Андрей Михайлович резко отпрянул от меня, и я смогла встать со стола. — Дима же уехал пару часов назад.

Я застегнула свою ширинку трясущимися руками и попыталась сделать максимально спокойный вид. В моей душе теплилась надежда, что Настя ничего не заподозрит, несмотря на мой растрепанный вид.

Вдруг входная дверь распахнулась, и моя сестренка вошла в квартиру. Она была в школьной форме и с большим рюкзаком за спиной.

— А это моя сестра, Настя, — сказала я Андрею Михайловичу, который выглядел более, чем растерянно.

— Здравствуйте, — вежливо сказала Настя.

— Малыш, иди в свою комнату, — слегка строго сказала я.

Она разулась и, бросив на меня косой взгляд, удалилась к себе.

— Черт. Я совсем забыл, что у тебя есть сестра.

Да-а, старость она такая. Я бы не удивилась, если бы через пару часов он уже не помнил, что пытался сотворить со мной.

— Я все равно расскажу все Диме.

Он улыбнулся и попытался дотронуться до моего плеча, но я отпрянула так резко, будто его рука была ядовитой змеей.

— Ты, кажется, работаешь в «Вегасе»?

Хоть это он не забыл. Хотя было бы лучше, если б это случилось.

Я коротко кивнула в ответ.

— Ты же понимаешь, что при любом твоем косяке, я могу сделать все, что угодно? У меня же полно связей. — Он смотрел мне прямо в глаза. — Так вот, ты же не хочешь потерять свою работу? Подумай о сестре.

Он повернулся ко мне спиной и направился к выходу. По пути он зачем-то вытащил одну красную розу из вазы и понюхал ее. Назад он ее не поставил, а забрал с собой.

Андрей Михайлович не проронил больше ни слова. Он просто покинул квартиру, и только тогда я смогла вздохнуть с облегчением.

Я достала еще одну розу и, переломив ее пополам, выбросила, чтобы их вновь было нечетное количество.

Настя вернулась в гостиную, осознав, что Андрей Михайлович ушел. Как только она появилась, я подошла к ней и положила руки ей на плечи.

— Послушай меня внимательно, малыш, — обратилась я к ней, стараясь сделать голос менее дрожащим. — Никогда. Ни при каких обстоятельствах. Не смей открывать дверь этому человеку.

Она нахмурилась, слегка испугавшись.

— А кто это?

— Это очень плохой человек.

Я обняла ее и чуть не заплакала. Ком стоял в горле.

Боже, какое счастье, что у меня есть сестра. Она буквально спасла меня. Я не знаю, что бы со мной было, если бы не она.

POV Дима

Я уехал от нее в час дня. Дома я привел себя в порядок и проспал еще несколько часов. На ночь у нас с Игорем и Юлей был запланирован поход в клуб. Юля долго не соглашалась, но я ее все-таки уломал, чему Игорь был очень рад. Кстати, мы решили пойти в «Вегас».

Около двенадцати часов я стоял возле клуба и ждал друзей. Первой приехала Юля. Ее привез водитель. Она выскочила из машины и, помахав ему, подбежала ко мне. Мы обнялись.

Мы разговаривали довольно долго, но Игорь все никак не появлялся.

— Может, без него пойдем? — спросила она, когда ей надоело ждать.

Я предложил постоять еще пару минут. Игорь приехал на своей машине и, припарковав ее возле клуба, подошел к нам.

— Всем привет, — весело сказал он.

Юля на такое приветствие лишь коротко кивнула, и мы прошли в клуб. Пустили нас без проблем, как и всегда.

Сели мы, как обычно, на балкон, чтобы я мог видеть Алису, которая снова трудилась над коктейлями. Я не стал спускаться и отвлекать ее, потому что заказов, видимо, у нее было немало. Юля первой заняла диванчик, а я Игорь подсел к ней. Я знал, что ей это не особо понравилось, но ничего не сказал.

Через несколько минут нам принесли коктейли, которые заказал Игорь. А заказал он их в огромном количестве.

— Куда столько? — спросила Юля, приподняв бровь.

— Нормально. Расслабляемся! — воскликнул Игорь и придвинул несколько коктейлей к Юле.

Юля заказала себе еще и перекусить, ибо целый день ничего не ела, и принялась за коктейль, потому что безумно хотела пить. Сначала она не хотела пить все, но после первого ей показалось, что остальные тоже будут не лишними. Когда в течение пяти минут она опустошила два бокала, я сказал ей:

— Может, притормозишь?

Игорь искоса посмотрел на меня, но я никак не мог понять, в чем дело.

— Да ладно, пусть пьет. Она устала, — заявил Игорь.

— Вот именно, — подтвердила Юля.

— Алкоголь вряд ли добавит ей бодрости, — возразил я, но вмешиваться пока не стал.

Что ей могло сделаться от парочки коктейлей? Она взрослый человек и способна сама себя контролировать.

Через какое-то время я все-таки решил спуститься к Алисе. На этот раз она заметила меня практически сразу, но почему-то даже не улыбнулась мне. Доделав коктейль, Алиса подошла.

— У тебя все в порядке? — нахмурившись, спросил я.

Она была какой-то странной этой ночью. А быть может, мне показалось…

— Да, все хорошо, — Алиса ответила довольно быстро.

Лицо ее было настолько серьезным, что я напрягся.

— Ты с друзьями пришел?

— Да, мы наверху. Там Игорь и Юля.

Она приподняла бровь, после чего ее позвал какой-то парень и ей пришлось вернуться к работе. А я отправился к друзьям.

Когда я поднялся к ним, то увидел уже пять пустых бокалов возле локтя Юли. Видимо, времени она зря не теряла. И с чего она вдруг решила так напиться? Игорь сидел рядом и что-то бормотал ей, а она внимательно его слушала, либо делала вид…

Я подошел и взял Игоря за локоть. Он поднял на меня глаза, а я попросил его пройти со мной, на что он неохотно согласился. Когда мы отошли недалеко от столика, я спросил:

— Ты что, пытаешься напоить ее?!

Он усмехнулся.

— Я что, ей насильно алкоголь вливаю? Она сама пьет. — Игорь упорно делал вид, что не виноват.

— Да что ты? Я, по-твоему, не вижу что ли? — Я начинал раздражаться.

— Послушай, чего ты боишься? Я же ее друг. Что плохого я ей сделаю? Тем более ты рядом сидишь и все видишь.

— Ладно, черт с тобой. — Я направился к нашему столику.

Юли на месте почему-то уже не было. Телефон ее лежал на столе.

— Ну и куда она делась? — спросил я, с укором смотря на Игоря.

— Да я-то откуда знаю? Может, в туалет пошла. — Он оставался абсолютно спокойным.

Мы ждали Юлю на протяжении пятнадцати минут, однако она так и не появлялась. Я пытался рассмотреть ее внизу, но в этой толпе было трудно вообще кого-то идентифицировать, поэтому мы решили поискать ее. Спустившись, я спросил у Алисы, не видела ли она ее, но получил отрицательный ответ.

POV Алиса

Только парни успели отойти от меня, чтобы продолжить искать Юлю, она сама подошла к барной стойке.

— Привет! — Она была такой веселой, что мне показалось, будто она перебрала алкоголем.

— Ты где пропадаешь? Парни тебя обыскались уже, — сказала я, доделывая Б-52.

— Да ну их. Они мне надоели. — Юля пританцовывала в темп музыке. — Пойдем покурим? — вдруг предложила она.

— Ты чего? Я же на работе.

— Ну пожа-а-алуйста. — Она сделала жалостливый вид.

Раньше я ее такой не видела. Похоже, она действительно была не очень трезва. Я тяжело вздохнула и подозвала себе парня-официанта, который как раз шел в сторону кухни. К счастью, у него оказалось не так много столов и достаточно опыта, и он согласился заменить меня на десять минут.

Юля тем временем протянула руку к коктейлю, который я доделала, и выпила его залпом, от чего я была, мягко говоря, в шоке. Б-52 был довольно крепким.

— Повезло тебе, что я его на «позже» готовила.

Я взяла сигареты, и мы вышли на улицу через вход для персонала. С той стороны клуба не было людей вообще. Я стрельнула Юле сигарету, а она с таким наслаждением сделала первую затяжку.

— Блин, давно я не была такой пьяной, — с улыбкой сказала она.

Я проигнорировала эту фразу, но не специально. Просто я засмотрелась куда-то… в пустоту.

— Что с тобой? — уже более серьезно спросила Юля.

Я затянулась сигаретой по максимуму. Может, стоит рассказать ей?

— Ничего. Все нормально, — сказала я, покачав головой.

— Что-то я в этом сомневаюсь. Рассказывай давай! — Юля смотрела мне прямо в глаза. — В таком состоянии я могу быть очень настойчивой, — заявила она.

— Хорошо, хрен с тобой. — Я посмотрела ей в глаза. — Сегодня ко мне приходил Андрей Михайлович.

До этих слов на ее лице играла легкая улыбка, которая после их произнесения моментально погасла.

— Что он хотел?

Повисла пауза. Я не знала, как ей это сказать, поэтому зависла на какое-то время.

— Чего он хотел? — уже более настойчиво спросила она.

— Меня.

Ее брови взлетели вверх. Мне даже показалось, что она моментально протрезвела, но лишь показалось.

У меня снова начинали трястись руки от волнения. Вдруг она расскажет Диме, если я ей признаюсь?

— То есть… — начала она, но я ее перебила:

— Он пытался меня трахнуть. — Я смогла это выговорить без запинок и дрожания в голосе, потому что сказать четко один раз проще, чем потом повторять десять.

POV Алиса

Она какое-то время стояла и пыталась осмыслить сказанные мною слова.

— Ты должна рассказать все Диме, — сказала вдруг Юля.

Эти слова как-то больно пронзили сердце. Я думала, она отреагирует как-то по-другому…

Рассказать? А что это даст? Я не хотела, чтобы он ссорился с дядей. Я прекрасно понимала, что из-за этой ситуации могут быть проблемы не только у меня, но и у него.

— Он сказал, что в таком случае я потеряю работу, — пробормотала я.

Юля подошла ко мне вплотную и посмотрела в мои глаза, в которых к тому моменту уже стояли слезы.

— Тебя реально беспокоит именно это? — Она приподняла бровь, вглядываясь в мое лицо. — Я давно знаю этого человека. И то, как он себя ведет, неприемлемо. — Юля рассуждала абсолютно трезво, несмотря на свое состояние.

— Я не хочу ему говорить…

Мне правда казалось, что эта информация была, словно ядерная бомба. В ней могла быть такая разрушительная сила, что я и представлять не хотела, докуда долетят осколки.

Юля осуждающе посмотрела на меня.

— Это дело, конечно, твое. Но если ты беспокоишься по поводу потери работы, то я могла бы помочь тебе с деньгами. — Она выбросила окурок, даже не отводя от меня взгляд.

Я тяжело вздохнула. Ну не могла я брать у кого-то деньги. Я прекрасно понимала, что для них деньги сравнимы с семечками, которыми можно сорить направо и налево, но… я просто не могла. Я привыкла делать все сама.

— Нет.

Юля закатила глаза, получив от меня тот самый ответ, который и ожидала.

— Тогда я сама ему все расскажу.

Черт! Именно этого я и боялась. И почему я только не умею держать язык за зубами?!

— Не надо, — испуганно сказала я. — Я очень тебя прошу.

Она отрицательно покачала головой.

— Дима должен знать, что в его семье завелась такая гниль.

— И зачем я только тебе сказала?..

— Не знаю. Ладно, нам пора возвращаться, — бодро сказала Юля, и открыла дверь в клуб.

POV Дима

Мы обошли буквально весь клуб, но Юли нигде не было. Я начал изрядно переживать по этому поводу. Игорю сначала было все равно, но после того, как мы обыскали клуб в третий раз, он тоже начал нервничать.

Я всегда чувствовал какую-то ответственность относительно Юли. Еще с детства. Она была не намного младше меня, но я относился к ней, как к младшей сестре, за которой порой все-таки нужен был надзор. В детстве она частенько попадала в различные истории, из-за которых доставалось и мне. В начальной школе она была довольно толстой, и с ней практически никто не общался. Девчонки издевались над ней, а мне просто стало ее жаль, и я вступился за свою подругу. Все, конечно, были в шоке. Парни пытались как-то возразить мне, но им пришлось смириться. Классе в пятом Юля похудела, и от пухлой закомплексованной девчонки не осталось ничего. Потом она обрела какую-то сверхпопулярность в школе, отчасти и благодаря мне, и некоторые парни мне даже завидовали, думая, что у нас с ней что-то есть.

— Может, еще раз в туалет зайдем? — взволнованно спросил Игорь.

Я согласился, и нам снова пришлось протискиваться сквозь толпу, чтобы добраться до места назначения. Перед мужским и женским туалетами была общая комната, в которой висело огромное зеркало. Именно там мы и застали Юлю, которая фоткалась с каким-то парнем на его телефон. Я бросил взгляд на Игоря, у которого аж вена на лбу выступила от напряжения. Он подлетел к ней, схватил за запястье и оттащил от того парня.

— Да че ты творишь?! — закричала она.

— Э-эй! — Парень, который рассчитывал еще на пару десятков фото, тоже был не очень доволен.

— Спокойно, я ее парень! — рявкнул Игорь.

Молодому человеку ничего не оставалось, как сделать раздосадованное лицо и просто уйти.

— Чей ты парень?! — возмущалась Юля, пытаясь вырвать свою руку из цепких лап Игоря.

— Ты ох**ла? Мы тебя уже почти час ищем! Ты где была?! И что это за мужик?

Она перестала вырываться, осознав, что это бесполезно, и тогда он сам ее отпустил.

— Я просто захотела спуститься к Алисе, поболтать с ней. А этот парень просто захотел со мной сфоткаться. Ничего особенного.

— Ну, а почему ты нам не сказала, что отойдешь? — спокойно поинтересовался я. — Телефон бы хотя бы взяла.

Она надула губы.

— Ну простите, — сказала Юля жалобным голосом.

Не было смысла кричать на пьяного человека, поэтому Игорь просто тяжело вздохнул и предложил вернуться за столик.

Между нами еще какое-то время висела некоторая напряженность, которая рассеялась, когда Юля решила заказать себе еще пару коктейлей.

— Кста-а-ати, я тебе сейчас такое расскажу! — заявила Юля, но вдруг официантка принесла еще коктейли, и она тут же потеряла нить повествования.

— Похоже, кто-то сегодня будет в слюни, — сказал я, на что Игорь лишь посмеялся.

Да, она действительно напилась довольно сильно. К двум часам ночи ей захотелось танцевать, и они с Игорем спустились на танцпол. Я же захотел остаться за столиком, потому что слегка устал за эту ночь. Они не отошли далеко от балкона, поэтому я мог наблюдать за ними сверху. Правда, порой я приходил в шок от этих танцев. Юля вела себе как-то очень раскованно, что не могло не нравиться Игорю. В танце они не раз прикасались друг к другу, обнимались и тому подобное.

Когда они поднялись обратно, я понял, что Юля в ноль. Видимо, она внизу еще что-то употребила. И я не мог сказать точно, алкоголь это было или нечто другое.

— Она еще пила? — спросил я у Игоря.

— Ну… она выпила стопку водки.

— И нахрена ты ей разрешил?

Он лишь пожал плечами. Порой я глубоко сомневался, что Игорь вообще питает к Юле какие-то нежные чувства. Иногда ему на нее было настолько похер… Хотя, быть может, я ошибался. Я же не мог залезть к нему в голову и посмотреть, что там происходит.

— Пошли отправим ее домой.

— Не хочу домой! Хочу танцевать! — заплетающимся языком воскликнула Юля. — Ой, я же забыла кое-что рассказать тебе!

Игорь придерживал ее, потому что она уже не могла стоять.

— Ты уже натанцевалась, — сказал я. — Завтра расскажешь. — И мы повели ее вниз.

По пути я подошел к Алисе и рассчитался за наш столик. Она с какой-то досадой посмотрела на меня, видимо, подумав, что я уже ухожу, однако я собирался находиться в клубе до конца ее смены, а потом проводить ее до дома.

Когда мы вышли на улицу, я спросил у Юли, где ее водитель. Она заявила, что отпустила его домой, потому что не хотела, чтобы он ждал ее до утра.

— Тогда я вызываю такси, — сказал я, уже отыскивая приложение в телефоне.

— Да давай я сам отвезу ее, — предложил Игорь.

— Ты же бухой.

— Тебя это никогда не останавливало.

Я ненадолго призадумался.

— Может, все-таки такси вызвать? — напряженно спросил я, не зная, что делать.

— Ну я не хочу свою машину здесь бросать. А если отправить ее одну на такси, фиг знает, чем это закончится.

Тяжело вздохнув, я кивнул.

— Да, ты прав.

И мы направились к машине Игоря. Это был синий Бентли, одна из его самых любимых авто.

— Да не хочу я домой! — воскликнула Юля, когда мы запихивали ее на переднее сиденье.

— Хочешь, — сказал Игорь, пристегивая ее.

— Мне надо кое-что сказать тебе! — в очередной раз воскликнула она, обращаясь ко мне, но Игорь в это время уже закрывал дверь автомобиля.

— Послушай… будь аккуратнее, — сказал я ему.

— Да я трезвее тебя вообще-то.

— Да на тебя-то мне и похер, — усмехнулся я. — И не смей приставать к ней! А то лично морду набью.

Он лишь рассмеялся в ответ на эти слова. Да, это звучало абсурдно, ведь Игорь был, наверное, в полтора раза больше меня по своей комплекции.

Мой друг сел за руль, и они уехали. Стоило ли отпускать ее с ним? Быть может, я совершил ошибку, сделав это?

POV Алиса

Зачем я ей рассказала? Как я могла довериться ей? Я же даже не так близко с ней знакома, чтобы доверять такие вещи. Надо было просто поговорить с Олей, и этого было бы достаточно. Черт… В очередной раз мне довелось убедиться, что я дура.

Смена заканчивалась, и мне становилось все страшнее и страшнее. Я не хотела идти домой одна, потому что мне теперь постоянно казалось, что за мной наблюдают. Вдруг он снова появится из ниоткуда, затащит меня в какой-нибудь Роллс Ройс и попытается доделать то, что не завершил днем? Сердце уходило в пятки даже при одной этой мысли.

Я с такой неохотой закрывала смену, переодевалась, прощалась с коллегами. Трясущейся рукой я открыла дверь клуба, чтобы выйти на улицу.

— Привет! — вдруг раздался голос откуда-то справа.

Я испугалась и вздрогнула, а это оказался всего лишь Дима.

Черт, всего лишь… А вдруг Юля ему уже все рассказала? Хотя он был в подозрительно хорошем расположении духа, поэтому я отмела это предположение. Наверное, она не успела и решила отложить это дело на следующий день.

— Ну как отработала? — спросил Дима, беря меня за руку.

— Нормально.

Я обернулась в поисках машины с тем лысым мужчиной, однако не заметила ее. Видимо, Андрей Михайлович решил наконец завязать с этим делом. По крайней мере я надеялась на это…

Как же я была рада, что мы шли с Димой вместе. Мне становилось спокойнее от его присутствия. Почему-то казалось, что он может защитить меня. Казалось, что в его присутствии мне не страшен даже конец света.

— Юля так напилась, — сказал он, пока мы шли домой. — Два слова еле связывала.

— Ты вызвал ей такси? — поинтересовалась я.

Странно, что он вдруг заговорил о ней. Может, он намекает на то, что дает мне шанс рассказать все самой?

— Нет, Игорь захотел отвезти ее. Правда, я сказал ему написать мне, как отвезет, но до сих пор не получил сообщения.

Я тяжело вздохнула, надеясь, что с его друзьями все в порядке. Хотя я даже не знала, насколько мне было это выгодно…

Черт, в кого я превратилась? Как я могла подумать о том, что мне было бы на руку, если бы с ними что-то случилось…

Мы дошли до моего подъезда и остановились.

— Домой поедешь или зайдешь? — спросила я в надежде на последнее.

— Сегодня мне нужно быть дома, извини, — сказал он, и я чуть не обиделась.

Так не хотелось, чтобы он уходил. Так не хотелось снова чувствовать этот страх, бояться каждого шороха… темных углов. Прямо как детстве.

Он обнял меня крепко-крепко, и я уже поверила, что в ближайшее время ничего не произойдет. Зажмурившись, я простояла в его объятиях несколько минут. После я почувствовала, как его объятия ослабевают и открыла глаза. Медленно-медленно из-за угла показалась та самая машина, которую я уже видела несколько раз возле клуба. Из-за того, что меня ослеплял свет фар, я не могла разглядеть, кто сидел за рулем, но я прекрасно помнила номера. И это были именно они.

«Боже мой, что же делать? Может, сказать ему? Попросить, чтобы остался?» — промелькнуло у меня в голове.

Стало так страшно. Сердце заколотилось будто в миллион раз быстрее.

— Может, все-таки останешься? — с надеждой спросила я.

Дима отрицательно покачал головой, сказав, что ему нужно домой. Почему именно в эту ночь он так рвался к себе? Что там такого особенного?

В подъезде я внимательно осматривала все, что попадалось мне на глаза. Раньше я и представить себе не могла, что мне может быть так страшно просто ехать в лифте. Стоя в нем, я так боялась, что, когда двери откроются, передо мной окажется нахальная рожа этого человека. К счастью, этого не произошло. Так быстро, как только могла, я открыла дверь квартиры и зашла в нее. Только тогда мне удалось вздохнуть спокойно.

POV Дима

Я пытался дозвониться до Юли, но она не брала трубку. У Игоря, наверняка, телефон, как обычно, был в режиме «без звука». Что за дурацкая привычка? Как будто он каждый день ходил на важные переговоры, а звонки ему мешали их вести.

Черт, наверное, стоило поехать с ними. У меня было не очень хорошее предчувствие. Вдруг с ними что-то случилось? Какого хрена так трудно ответить на звонок, если все в порядке?

Подобные мысли крутились у меня в голове ровно до того момента, пока я не узнал, что с ними произошло на самом деле.

Игорь ехал по трассе, иногда поглядывая на Юлю, которая дергалась в ритм музыки, которую он ей включил, чтобы она не ныла, что хочет вернуться обратно. Периодически она начинала икать, и Игорь боялся, что ей станет плохо и она испортит ему кожаный салон.

— Ну как ты? — задал вопрос Игорь.

— Отлично!

Они ехали на довольно большой скорости по ночной трассе, получая удовольствие и от музыки, и от скорости.

POV Дима

Игорь вдруг сбавил скорость и повернул туда, куда им вообще не надо было. Юля этого не замечала, продолжая двигаться под биты. Она обратила внимание на это только тогда, когда машина остановилась, и Игорь выключил музыку.

— Ты чего? — улыбаясь, спросила она, после чего взглянула в окно. — А куда это мы приехали?

Они стояли в лесу, неподалеку от трассы. Что они там забыли, Юля понятия не имела.

— Может, поболтаем? — спросил вдруг Игорь.

Юля усмехнулась.

— О чем это?

— О нас.

Она закатила глаза и отвернулась, бросив взгляд на темноту за окном авто.

— После того, как ты сегодня танцевала со мной, продолжишь утверждать, что ты лесбиянка? — приподняв бровь, спросил он.

Юля вновь обратила на него свой взгляд, буквально выжигая дыру в его лице.

— Продолжу, — с легкой ухмылкой заявила она.

— Хорошо, давай так. — Лицо Игоря стало настолько серьезным, что Юля напряглась. — Один поцелуй, и, если тебе будет противно, то я тебе сегодня больше слова не скажу.

— То есть мы поедем домой молча?

— Да.

— Отлично. Я согласна.

Они посмотрели друг другу в глаза, и Игорь начал наклоняться к ней. Через какое-то время и Юля способствовала сокращению расстояния между ними. Она надеялась, что он остановится, но Игорь был настроен решительно.

Вдруг на нее нахлынула волна тошноты. Коктейли, выпитые за ночь, поднимались по пищеводу все выше и выше. Юля, конечно, попробовала подавить желание освободить свой желудок, но у нее не получилось, поэтому она резко расстегнула ремень безопасности, открыла дверь и, зажав рот правой рукой, побежала в лес.

Игорь же в это время пребывал в шоке. Такого он точно не мог ожидать. Неужели из-за возможного поцелуя с парнем у Юли просыпается желание блевать? Через пару минут тупого просиживания в кресле и высматривания вдали подруги, он все-таки решил выйти из машины и пойти поискать ее, ибо она убежала слишком далеко.

— Юль! — воскликнул он.

Игорь не видел ее, да и звуков никаких не слышал.

— Не приближайся! — вдруг донеслось откуда-то издалека.

Он пошел на голос, но услышал треск веток вдалеке, что свидетельствовало о том, что Юля решила уйти еще дальше.

— Да остановись ты! — крикнул он, но в ответ услышал лишь громкий возглас.

Похоже, Юля упала.

Как же темно было в этом лесу. Игорь под ногами у себя практически ничего не видел. Что уж говорить о том, что находилось в тридцати метрах от него?

Она наконец остановилась, и Игорь смог рассмотреть ее силуэт. Юля стояла, склонившись у сосны.

— И зачем надо было уходить так далеко? — Игорь моментально подлетел к ней и собрал волосы, чтобы она их не запачкала.

— Уйди! — попросила Юля, как только смогла это сделать.

— Почему? Не хочешь, чтобы я видел тебя такой?

— Да! — Она снова начала давиться рвотными массами.

— Ну я же твой друг. Какая разница, какой я тебя вижу? — язвительно заметил он.

Она не ответила на этот вопрос, продолжив то, чем занималась. Через несколько минут все закончилось. Юлю отпустило, а Игорь наконец оставил в покое ее волосы. Она отошла от этого злополучного дерева и уселась прямо на сырую землю, испачкав свое дорогое платье грязью. Игорь присел на корточки прямо перед ней.

— Может, вернемся в машину? Я отвезу тебя домой.

— Дай мне еще пять минут.

В итоге они просидели там еще минут пятнадцать, после чего он помог Юле подняться на ноги. И что же дальше? Дальше они просто не смогли найти дорогу обратно в темноте. Отойдя слишком далеко, они не могли разглядеть даже свет фар от трассы, по которой в это время практически никто не ездил, следовательно, не было и звуков, на которые они могли бы ориентироваться. Изредка, конечно, по трассе проносились какие-то машины, но двум пьяным людям с трудом удавалось распознать, с какой вообще стороны все это происходило.

— Ну а ты можешь посмотреть по карте или позвонить кому-нибудь? — спросила Юля, снова усаживаясь на землю.

Игорь попытался найти у себя телефон, но так и не смог.

— Черт, я телефон в машине забыл, — со вздохом сказал он.

Юлин телефон тоже лежал в машине, в ее клатче, который она, естественно, взять не успела.

Игорь понял, что они, похоже, застряли в лесу надолго, и снял свой пиджак.

— Надеюсь, на этот раз ты не захочешь его куда-нибудь выкинуть, — пробормотал он, вспомнив ситуацию на приеме моего дяди, и накинул пиджак Юле на плечи.

Она не стала возражать. Быть может, потому что ей дико хотелось спать, а может, потому что она уже сильно замерзла.

Игорю, конечно, в рубашке было холодновато, но он терпел. Терпел ради того, чтобы Юля не заболела. Он, конечно, мог посидеть с ней в обнимку, чтобы стало теплее, но даже предлагать этого не стал, чтобы не доставлять ей дискомфорта.

Я все пытался дозвониться им, но мне не удавалось, поэтому я вернулся к клубу, где оставил свою машину. Похоже, нужно было ехать искать их. Онлайн они тоже не появлялись, а это значило, что дома никто из них не был. Игорь бы обязательно появился в сети перед тем, как лечь спать.

Я ехал по трассе не очень быстро, чтобы заметить машину где-нибудь с краю, где они чисто теоретически могли оставить ее. Больше всего я боялся, что они попали в аварию... что они разбились...

Как ни странно, ни одной машины на обочине я не заметил на всем пути, поэтому пришлось развернуться и проехать там еще раз. Я остановился у первого поворота и задумался ненадолго. На всем пути до нашего поселка по правую сторону от дороги был лес. Вряд ли они могли бы туда поехать... А вдруг? Я повернул, проехал метров пятьсот, но так никого и не нашел. Пришлось повернуть обратно и снова выехать на трассу. Так я проверял буквально каждый поворот, пока все-таки не наткнулся на машину Игоря. Выдохнув с облегчением, я вышел из автомобиля, оставив ключ зажигания в нем. Однако, дойдя до его машины, я никого там не обнаружил. Вновь набрав Игоря, я увидел, что его телефон засветился в машине.

Черт, похоже, они куда-то ушли. Только я понятия не имел, с какой стороны они могли бы находиться. Что они вообще могли забыть в этом лесу? Это по крайней мере было лучше, чем если бы они попали в аварию.

Игорь стоял неподалеку от Юли, которая уже вся дрожала от холода. Наступало утро, поэтому температура воздуха только понижалась. Они решили не двигаться с места, чтобы не заблудиться еще сильнее, а просто дождаться утра. Игорь пытался понять, с какой стороны от них находится трасса, но у него это не очень-то получалось.

— Мне холодно, — сказала Юля, и это заставило Игоря повернуться в ее сторону.

— И что ты предлагаешь? — спросил он. — Чтобы я погрел тебя? — Он сказал это с таким сарказмом, что могло сложиться впечатление, будто он даже общаться с ней брезгует.

Она подняла на него глаза, и он понял, что в данной ситуации она была бы и не против, однако ничего делать не стал, пока она сама не попросила.

— Д-давай. — У нее язык заплетался то ли от холода, то ли от алкоголя.

Игорь даже приподнял бровь от удивления. Он подсел к ней на влажную землю, крепко обнял обеими руками и прижал к своему плечу. Ему нравилось сидеть с ней вот так. Нравилось ли это ей — оставалось большим вопросом.

— Знаешь, мы были бы хорошей парой, — сказала вдруг она то, чего Игорь услышать точно не ожидал. — Жаль, что все так вышло.

Игорь до конца не понимал, радуют его эти слова или раздражают, поэтому ничего ей не говорил.

— Мой отец был бы рад, если бы я вышла за тебя. Мы соответствуем друг другу по статусу.

Игорь, конечно, все это знал и не понимал, зачем она говорит то, что всем и так понятно. К тому же, он жутко замерз, поэтому говорить ему вообще не хотелось.

Юля вдруг убрала от себя руку Игоря и поднялась на ноги, сказав, что ей холодно.

— Можно я к тебе на колени сяду, а то я совсем продрогла? — жалостливо простонала она, и, конечно же, он разрешил.

Когда она села, то положила голову ему на плечо и продолжила разговор:

— Нам с тобой было бы проще, чем, например, Диме с Алисой. Я слышала, его отец категорически против их отношений.

— Зачем ты мне это говоришь? — не выдержав, спросил он. — Это все равно, что голодному коту о колбасе рассказывать.

— Я просто размышляю. — Она вздохнула. — Знаешь, иногда мне хотелось бы расти в обычной семье... А то от меня постоянно чего-то ждут. Причем того, что я порой совершенно не хочу делать.

— Мне бы тоже. Быть может, тогда бы я влюбился в нормальную девчонку. — Он сказал это с такой досадой, что Юле даже слегка обидно стало.

— Юля! — Уогда я позвал их, она вскочила в надежде, что ей не показалось.

— Ты слышал? — спросила она у Игоря.

Не успел он ответить, как услышал и свое имя.

— Это Дима! — воскликнула Юля. — Мы здесь! — Она схватила Игоря за руку, и они рванули на мой голос.

Она появилась будто из ниоткуда и бросилась мне на шею.

К слову, на их поиски я потратил около получаса. Изначально я просто пошел не в ту сторону и никого там не обнаружил.

— Наконец-то я вас нашел, — коротко бросил я, посветив фонарем на телефоне еще и на Игоря. — Вы как здесь оказались вообще?

— Я так замерзла, — сказала Юля. — Мы потом тебе все расскажем. Пошли в машину.

На этот раз она села в мою, а Игорь поехал отдельно. Она всю дорогу не могла согреться, хотя я и включил печку.

— Похоже, кто-то словил простуду, — сказал я, пока мы ехали.

— Да нормально все будет. Меня Игорь грел. Если кто-то и заболеет, то только он.

Мои брови взлетели вверх, и я бросил на нее взгляд.

— Я порой очень сомневаюсь в том, что ты лесби. Просто ты так это сказала, будто тебе понравилось.

Она усмехнулась.

— А хочешь секрет? — интригующе спросила она. — Сейчас я могу это рассказать, потому что я до сих пор пьяная. Пускай мне завтра и будет стыдно.

— Удиви меня. — Обычно после этих слов, произнесенных мною, люди рассказывали мне такое, что я потом жалел, что узнал это.

— На самом деле я би.

После этой фразы повисла какая-то странная пауза. Юля ждала от меня какой-то реакции, но я понятия не имел, как себя повести.

— Почему ты тогда не хочешь встречаться с Игорем? Он тебе просто не нравится, и ты решила сказать, что ты лесби, чтобы ему не так обидно было? — Я высказал предположение, которое, на мой взгляд, было наиболее логичным.

— Нет. — Ее голос был еще более интригующим, чем раньше. — Это просто месть.

У меня порой складывалось впечатление, что я разговариваю с ребенком. Когда Юля пьянела, она так странно себя вела, и это поведение настолько контрастировало с ее трезвым состоянием, что мне порой казалось, что передо мной совершенно другой человек.

— То есть ты просто издеваешься над ним? — напряженно спросил я.

— У всего есть причины. Причина моего отказа ему в том, что он подставил меня.

— Когда?

— Ты помнишь моего преподавателя по сольфеджио?

Забудешь такого преподавателя, как же! Лет пять назад она влюбилась в препода из музыкальной школы. Отшивала всех ради него. Бегала за ним, как сумасшедшая. И вот, когда она уже практически добилась своего, когда ей оставалось сделать последний шаг, чтобы заполучить его окончательно, кто-то слил информацию о них ее родителям. Как же она бесилась, как только узнала об этом. Казалось, она разорвет в клочья человека, который с ней так поступил. Препода, конечно, уволили, после чего он обвинил в всем ее. Он очень жалел, что вообще связался с ней. А она? Она надолго ушла в депрессию и смогла из нее выбраться только благодаря психологу.

— Знаешь, кто обо всем рассказал моему отцу? — Юля ехидно ухмыльнулась.

— Только не говори мне, что это был Игорь.

Она с улыбкой кивнула и, довольная собой, уставилась в окно.

И как я должен был на это отреагировать? С одной стороны, Игорь был прав, что все рассказал, иначе это могло плохо закончиться. А вот с другой... не он же возился с ней, когда она ревела целыми днями и не выходила из дома. И как он мог так долго скрывать это?

— И как тебя хватило на то, чтобы молчать целых пять лет? — спросил я.

— А я не так уж и давно об этом узнала. Когда я поссорилась с папой, то припомнила ему ту ситуацию, а он на эмоциях сказал мне это. Сказал, что если бы не Игорь, фиг знает, что бы со мной сейчас было.

— И вместо того, чтобы высказать все Игорю, ты издеваешься над ним? — Я находился в полном замешательстве. — Мне кажется, это не очень честно.

— Э-эй, ты на чьей стороне вообще? Кто пять лет назад говорил, что морду набьет человеку, который это сделал? — Она тяжело вздохнула. — По-моему, все честно. Он не признался мне, что это он, а я не признаюсь ему, в чем причина моего отказа. Никогда. Пусть мучается.

Логика этой девчонки порой просто разрывала мне мозг, однако переубедить ее было делом нереальным, так что я решил просто смириться.

Когда на следующий день я пришел к Алисе, дверь мне открыла Настя. Причем сначала она долго и упорно спрашивала у меня мое имя, ибо до глазка она не дотягивалась.

— Тут что, вход теперь по пропускам будет? — с усмешкой спросил я, заходя наконец в квартиру.

— Просто я боялась, что это не ты, а другой человек. У вас с ним голоса похожи.

И тут я насторожился.

— Какой такой человек? — Я уселся на диван, пристально смотря на Настю.

— Да приходил тут один недавно. Алиса сказала ни в коем случае не открывать ему дверь.

Я насторожился.

— А ты знаешь, кто это был? — поинтересовался я.

Настя отрицательно покачала головой.

— С ним Алиса разговаривала. Когда я пришла со школы, он уже был здесь. Алиса отправила меня к себе, и этот человек быстро ушел. А потом она сказала, что нельзя открывать ему дверь.

— Ты можешь описать его?

— Ну... — Она замялась, вспоминая, как выглядит этот таинственный персонаж. — Он довольно старый. Толстый. Был в черном костюме и с черными волосами. Страшный, в общем.

Я отвел глаза. Да ну, не могло быть такого...

— А ты не помнишь случаем, как его зовут?

— Там погода какая-то не очень, да? — Алиса напугала нас.

Оказалось, что она все это время была в своей комнате. Видимо, занималась там чем-то очень важным, раз не вышла открывать мне сама.

POV Алиса

Я слышала, как он пришел, но долго не могла решить, что надеть, потому что мне уже нужно было выходить на работу. И вот, когда я уже переоделась, то, выходя из комнаты, услышала интереснейший и наименее желаемый разговор.

—... Толстый. Был в черном костюме и с черными волосами. Страшный, в общем.

— А ты не помнишь случаем, как его зовут?

Черт, неужели она рассказала ему? Какая же я дура! Я же не предупредила ее, что нельзя говорить об этом Диме.

Нужно было срочно вмешаться... Нужно было как-то перевести тему.

— Там погода какая-то не очень, да? — Это все, на что хватило моего скудного ума.

— Ага, — настороженно бросил он. — И кто это тут к тебе приходил недавно? — Дима ко мне блмже.

Он был предельно серьезен. Мне было страшно. Сердце готово было выпрыгнуть из грудной клетки и спрятаться где-нибудь за плинтусом. Я не знала, как оправдать себя... я пыталась сделать менее подозрительное лицо и надеялась, что у меня получается.

— Да так, один мой старый знакомый, — с усмешкой сказала я.

— И почему же ты тогда просила больше не открывать ему? — Он приподнял бровь.

Он понял. Понял, что я солгала. Он прекрасно знал, о ком идет речь. Что ж, не пойман — не вор. Дима не мог утверждать, что я вру, ведь его в тот момент с нами не было.

— Потому что это не очень хороший знакомый.

Ему захотелось подойти еще ближе. Он буквально сверлил меня глазами, и от этого становилось еще более неловко и стыдно за глупое вранье. А я все продолжала надеяться, что это вранье спасет меня...

— Тогда расскажи же мне, кто это был, и что у тебя с ним за дела такие секретные?

Опять. Опять это лицо. Какое-то каменное, но при этом требовательное. Было такое чувство, что меня вызвали к директору, и он отчитывает меня за плохой поступок.

— Да какая разница? Как будто у тебя от меня секретов нет?

Я воспользовалась низким, но таким женским приемом. Просто перевела стрелки. При этом я видела, как он закипает. В его глазах уже загорелись огоньки ярости.

— Ты че, издеваешься надо мной? — Он даже повысил тон.

— Малыш, иди к себе, — сказала я, бросив взгляд на Настю, которая тут же встала с дивана и убежала в свою комнату.

— К тебе ходит какой-то абстрактный мужик, а ты мне даже не хочешь про него рассказывать! Таких секретов у меня от тебя нет точно! — Дима раздражался все сильнее и сильнее.

— Послушай, — спокойно сказала я. — Это мои личные дела. Тебя они не касаются.

Я знала, что эта фраза была лишней, но по-другому он бы не понял.

— Вот так, да?

— Да!

— Я тебя понял. — Он сорвался с места, молча обулся и покинул квартиру.

Я тяжело вздохнула, в полной мере осознавая, что не права.

Вдруг из-за угла показалось лицо Насти.

— Это я все испортила, да? — виновато спросила она.

Я протянула руку, и она подбежала ко мне. Обняв сестру, я еще раз посмотрела на дверь в надежде, что он передумает и вернется.

— Нет, малыш, ты не виновата. — Я похлопала ее по плечу. — Виноват тот человек, который ко мне приходил. И больше никто.

POV Дима

Я не мог передать, как она меня выбесила своим поведением. Хотелось кричать на нее до потери сознания.

Неужели она считала меня настолько тупым? Да, я же идиот. Я же не понял, что это был мой дядя.

Когда я сел в машину, то со злостью ударил рукой руль.

Какого черта она меня обманывала? И только я начал задаваться этим вопросом, как позвонила Юля и попросила приехать, так что где-то через час я уже был у нее.

Зайдя в ее комнату, я заметил, что выглядит Юля не очень: растрепанные волосы, бледное опухшее лицо и мешки под глазами. Складывалось впечатление, что она не спала около недели. Она даже не соизволила одеться к моему приходу, а осталась в своей шелковой черной пижаме.

— Ну как ты? — с легкой ухмылкой спросил я, заранее зная ответ на вопрос.

— Я ниче не помню, — выпалила она, сделав недовольное выражение лица и упав на диван.

Я рассмеялся.

— Да хватит ржать! — Она бросила в меня подушку, до этого лежавшую рядом.

Я развалился на кресле неподалеку, взял яблоко с журнального столика и принялся есть его.

На душе еще оставался неприятный осадок после встречи с Алисой, но я старался не показывать этого.

— Что вчера было? — спросила она, взяв бутылку холодной воды со столика и приложив ее к голове.

— Ну-у… с чего бы начать?

— С того момента, когда я нажралась, наверное? — Она выражала явное недовольство моим поведением.

Я тяжело вздохнул.

— Сначала ты потерялась.

Она приподняла свою тоненькую бровь.

— В каком смысле?

— Ну ты просто свалила куда-то, и мы долго не могли тебя найти. — Я откусил кусочек от яблока, и оно показалось мне каким-то кислым.

— И где я была?

Пожав плечами, я ответил:

— Понятия не имею, но нашли мы тебя возле зеркала в туалете с каким-то парнем. Ты с ним фоткалась.

Она почесала голову, пытаясь вспомнить.

— Потом ты выпила еще и пошла танцевать с Игорем. И это больше было похоже на какой-то стриптиз.

Ее взгляд застыл на одной точке.

— Че-ерт, — выпалила она. — Я помню это. Че-ерт.

Юля наверняка забыла и то, что рассказала мне по пути домой. И мне было до жути интересно, как она отреагирует, если я расскажу ей.

— А потом Игорь повез тебя домой, и вы заехали кое-куда. Я остался в клубе. Рассказывать, что было дальше? — Я смотрел на нее так же интригующе, как и она на меня этой ночью.

— Ты откуда знаешь? Тебя же с нами не было. — Она насторожилась.

Я усмехнулся.

— Игорь уже успел поведать мне эту занимательную историю.

— Тогда не надо. Я кое-что помню, а большего мне знать не стоит.

— В общем, вы потерялись, и я чуть с ума не сошел, пока вас искал.

Она прикрыла рукой глаза и тяжело вздохнула.

— А вот когда я вас нашел и повез тебя домой, ты рассказала мне кое-что интересное.

Юля подняла свои испуганные глаза на меня.

— Мне уже страшно.

— Теперь я знаю, что ты би и кто слил тебя и твоего препода пять лет назад. — Мне почему-то было так смешно, когда я говорил обо всем этом.

Ее глаза округлились, и она долго молчала. Когда Юля подносила руку к волосам, я заметил, что эта рука тряслась. Видимо, похмелье у нее было довольно серьезное.

— Бля-я… — Это все, на что ее хватило.

— Да ладно, не расскажу я ему. — Я не смог доесть яблоко, поэтому положил его на салфетку на столик; оно было кислым настолько, что у меня зубы сводило.

Пока Юля сидела молча, я ушел в себя. Похоже, по моему лицу она поняла, что что-то не так и спросила:

— Что с тобой?

— Да я не могу понять кое-чего, — сказал я, немного помявшись. — Я сегодня был у Алисы, и ее сестра рассказала мне про кое-какого мужчину, который приходил недавно к ним домой.

Юля отвела взгляд и нахмурилась. Такое же лицо у нее было несколькими минутами ранее, когда она вспомнила, как танцевала с Игорем.

— И ее сестра говорила, что это был полный мужик в костюме и с темными волосами.

Она старалась не пересекаться со мной глазами на протяжении всего моего рассказа.

— Догадываешься, кто это мог быть? — Я буквально сверлил ее взглядом, а Юля продолжала смотреть куда-то в другую сторону.

Так прошла минута, и я не понимал ее реакции.

— Посмотри на меня, — попросил я.

Она наконец перевела на меня взгляд, полный какой-то напряженности и серьезности.

— Ты что-то знаешь об этом? — спросил я, будучи уверенным в противоположном ответе.

Откуда Юля могла знать? Она с Алисой практически не пересекалась. Они не были подругами. С чего бы Алиса рассказывала ей то, чего даже мне не могла рассказать.

— Да.

Мое удивление на тот момент нельзя было передать словами. Я видел по ее лицу, что она сомневалась, стоит ли мне рассказывать.

— Ну так я тебя слушаю, — более, чем серьезно, сказал я.

— Ты же сам понимаешь, кто это был…

Значит, я был прав, но решил спросить, дабы убедиться:

— Мой дядя?

Она кивнула, поднялась с дивана и принялась расхаживать по комнате. Юля всегда так делала, когда сильно нервничала.

— Андрей Михайлович пришел к ней, когда она была дома одна… Алиса сказала, что он пытался ее изнасиловать… — Юля бросила на меня настороженный взгляд. — Подробностей я не знаю, но она попросила не говорить тебе об этом.

— Он угрожал ей? — Со стороны я услышал свой же слегка дрожащий голос.

Юля остановилась и посмотрела на меня.

— Да. Она сказала, что он грозился уволить ее с работы.

Я чуть не сорвался. Приходилось говорить сквозь зубы, чтобы не напугать Юлю еще сильнее:

— Боже мой, это такая мелочь. Она долбанутая что ли? Б**ть, мне кажется, что она смерти меньше боится, чем потерять работу.

Ярость внутри меня разгоралась постепенно. Я поднялся с кресла и долго смотрел на вазу с цветами, стоявшую на столике. Как же хотелось разбить ее. Хотелось, чтобы она разлетелась на мельчайшие осколки.

— Наверное, я пойду, — процедил я, стиснув зубы.

Юля лишь бросила на меня испуганный взгляд и кивнула.

Я даже не попрощался нормально, а просто вылетел из ее комнаты, спустился на первый этаж, переобулся в свою обувь и направился к выходу.

— Всего доброго, Дмитрий Валерьевич, — крикнула мне пожилая горничная, которую я благополучно проигнорировал.

Усевшись в машину, я выехал со двора дома Юли.

Меня просто разрывало. Хотелось уничтожить все на своем пути, но я сдерживался как мог.

К моему счастью, до дома дяди было не очень далеко. Я проехал несколько кварталов, прежде чем оказался у огромного забора. Дом оттуда даже не виднелся, ибо стоял довольно далеко, вблизи искусственно созданного пруда. Я позвонил в звонок, и ворота тут же открылись передо мной. Заехав внутрь, я тут же вылетел из машины и забежал в дом. Там меня встретил дворецкий, который сообщил, что дяди нет дома.

Как я мог забыть, что дома этот придурок практически не появляется?!

Дворецкий сообщил, что дядя отправился на рыбалку. На рыбалку, б**ть! Прекрасно! Сначала он пытается изнасиловать мою девушку, а потом отправляется на рыбалку! Молодец.

Какое счастье, что я знал, где он рыбачит. В детстве я почти каждые выходные проводил время на этом пруду с отцом и дядей.

До него было километров пятнадцать, так что очень долго ехать опять же не пришлось. Я оставил машину на парковке и прошел в сторону пруда. Если честно, то место я нашел с трудом, потому что почти не помнил, где конкретно оно находится.

Дядя преспокойненько сидел на раскладном стульчике, который стоял на зеленой траве метрах в трех водоема. Перед ними находилась пара удочек, к которым они наверняка даже и не прикасались. Рядом дядей был какой-то мужчина примерно такого же возраста, и они о чем-то серьезно разговаривали. Оба они были в рубашках и обычных брюках. Видимо, это была скорее деловая встреча, а не рыбалка. Что ж, мне было все равно.

Я подходил сбоку, чтобы дядя точно мог меня увидеть. Он встал и с улыбкой протянул мне руку со словами:

— О-о, кто пришел!

Вместо рукопожатия я ударил его по лицу кулаком так, что он рухнул на землю. Тут же я ощутил ноющую боль в руке.

— Что вы творите?! — спросил мужик, который все это время сидел с ним рядом.

Дядя прикрыл лицо рукой, но я увидел, как по его щеке стекает кровь. Его компаньон помог ему подняться на ноги, после чего дядя сообщил ему, что все нормально и попросил прогуляться где-нибудь неподалеку под предлогом, что ему надо поговорить со мной. Мне же разговаривать с ним не особо хотелось. Хотелось лишь вмазать ему еще разок.

Похоже, я разбил ему нос. Дядя пытался стереть с лица кровь, которая отвратительными разводами оставалась на щеках и верхней губе.

— Ну и за что мне такой подарок, позволь спросить? — Он оставался спокойным, хотя я рассчитывал на обратное.

— А ты правда не понимаешь?! — Я бросил на него недоумевающе-брезгливый взгляд. — Зачем ты приходил к Алисе?

Он улыбнулся, наконец убрав свою руку от носа.

— Просто захотелось проведать твою очаровательную девушку, — сказал он без единого намека на сарказм.

Если б я не знал правды, я бы, скорее всего, ему поверил. Врать он умел, как никто другой.

— И как, понравилось? — От злости я скрипел зубами.

— Ты знаешь, не очень. Не вежливая она у тебя какая-то.

После этой фразы я занес руку, чтобы ударить его еще раз, но он, видимо, ожидал этого, поэтому ему удалось вовремя перехватить ее, после чего я сразу же ее отдернул.

— Я все расскажу отцу, — заявил я.

Дядя лишь усмехнулся.

— Пожалуйста. Не думаю, что ему будет интересно слушать твои бредни. Его и так достало, что ты с этой девчонкой носишься, как курица с яйцом.

Пытаясь утихомирить свою ярость, я понимал, насколько я, получается, бессилен в этой ситуации.

— Я не могу понять одного, — сказал я, смотря в его черные маленькие глаза. — Зачем ты так со мной поступаешь? Мы же родные люди.

Он ненадолго задумался. С его лица ни на секунду не сходила эта мерзкая улыбочка.

— Я могу задать тебе тот же вопрос.

— В каком смысле?

— А в том, что ты поступил со мной ровно так же.

Что?! Мое сердце застучало еще громче. Я боялся дальнейшего развития диалога.

— Я, конечно, понимал, что ты половой гигант и что всех девок в нашем городе тебе мало… Но, что ты положишь глаз на мою жену, — я и представить себе ее мог.

У меня от удивления даже рот приоткрылся. Откуда он это знал?

— Что? Думал, я не в курсе? Ты думаешь, почему я развелся с ней и отсудил у нее все, что мог? — Он подошел ко мне достаточно близко и посмотрел как-то сверху вниз, хотя мы с ним и были одного роста. — Из-за тебя, маленький ублюдок! И что ты мне на это скажешь, м?

Я не собирался перед ним оправдываться, хотя и чувствовал себя виноватым.

— А может, я тоже ее любил? Ты не думал об этом?! — рявкнул он.

Любил он ее, как же! Если еженедельные измены считать любовью, тогда конечно! Очень любил.

— Ты знаешь, как она теперь живет? — спросил он. — Знаешь, что она теперь на рынке тряпками торгует? Из-за тебя. Я лишил ее даже родительских прав. Она уже около года не видела сына.

— В любом случае, Алиса во всем этом точно не виновата. — Я поднял на него глаза. — Не надо трогать ее.

— Все честно, дорогой племянничек. Ты посягнул на мое — я посягаю на твое. Ты меня оскорбил, а теперь оскорбляю тебя я. И мне плевать, что там будет чувствовать эта девочка. Я хотел с ней по-хорошему, а она упиралась. Пришлось по-плохому.

Я понимал, что разговаривать с ним нет смысла. У него, похоже, не были сформированы элементарные моральные принципы, которые могли бы хоть как-то контролировать его поведение.

— Я пойду, пожалуй. Мне омерзительно с тобой разговаривать. И не смей способствовать ее увольнению с работы. — уже более спокойно сказал я, после чего повернулся и пошел в противоположном направлении.

— Сколько тебе ни беситься, эта девчонка все равно не для тебя, — бросил он вслед. — У твоего отца на тебя совсем другие планы!

Я проигнорировал это его замечание и отправился в сторону парковки. По пути я встретил мужика, с которым дядя рыбачил, и тот как-то искоса посмотрел на меня. Но как же мне было на это пофиг.

Усевшись в машину, я скрестил руки на руле и уткнулся в них лбом. Неужели это я был во всем виноват? Почему Алиса должна была страдать из-за меня?

Бывшая моего дяди вышла за него, когда ей было двадцать лет. Он, конечно же, был намного старше. Затем она родила от него сына, и у них вроде все было хорошо, пока она не узнала, что он все это время ей изменял, в основном, с дорогими проститутками. Естественно, никто об этом не знал. Поначалу она долго плакала, а потом решила отомстить мужу. Так мы и встретились в одном клубе. Чисто случайно. По стечению обстоятельств. Мы выпили, затем еще и еще. Игорь уже покинул нас к тому времени, как мы решили поехать в отель.

Это была красивая женщина с прекрасным телом, которое не обошлось и без хирургического вмешательства. На тот период мне вообще было все равно, с кем спать. Я был пьян. Я думал, что никто ни о чем не узнает.

Я сомневался в том, что она сама рассказала обо всем мужу. Похоже, не только я любил тайно собирать информацию на людей. Возможно даже, на тот момент за нами кто-то следил.

Нужно было извиниться перед Алисой, да и вообще поговорить с ней. Черт, почему всегда жизнь поворачивалась так, что я оказывался перед ней виноватым?

POV Алиса

Во мне с каждым часом нарастала тревога. Было такое чувство, что должно что-то произойти, но я сваливала эти эмоции на ситуацию, возникшую утром. Доходило до того, что у мена прямо на работе начинали трястись руки. В этот день у меня была дневная смена в кафе, и народу было довольно много. Носить кофе для меня в этот день было самоубийством, особенно американо, который через раз у меня переливался через край.

Когда я пришла домой, то начала проверять домашку у Насти. Она несколько раз спросила, что со мной не так, но я не знала, что ей ответить. Затем я пошла спать, но мне снилась какая-то дичайшая ересь. Один раз я даже проснулась в холодном поту, потому что мне снилось, что ко мне снова пришел Андрей Михайлович и приставал уже не ко мне, а к моей сестре, а я ничего не могла сделать… Боже, какое счастье, что это был всего лишь сон.

Я проснулась вечером и собралась на работу в клуб. Взяв телефон, я заметила пару пропущенных от Димы, но перезванивать не стала. Не хотелось вновь выслушивать все это. Я рада была, что хотя бы на работе смогу ото всего этого отвлечься.

Но меня ожидал сюрприз. Когда я пришла в еще пустой клуб, то увидела там своего сменщика, который по идее вообще не должен был выходить в этот день. Он что-то делал в баре.

— А ты че тут?

Он подошел к той стороне бара, возле которой стояла я.

— Да не знаю. Вот позвонили, сказали выйти на работу.

Я не понимала, что происходит. Мне пришло в голову, что, быть может, планируется какое-то мероприятие, поэтому нужны были два бармена. Однако я ошиблась.

Вдруг в зале появилась администратор и подошла ко мне. У нее было какое-то обеспокоенно-сожалеющее лицо.

— Алис, надо поговорить, — сказала она.

Мой сменщик тем временем удалился на кухню.

Я вопросительно посмотрела на начальницу, уже догадываясь, о чем пойдет разговор.

— Скажу честно, мне позвонили сверху и попросили тебя уволить.

На моем лице отразилось удивление, и ком встал в горле. Я надеялась все-таки, что она этого не скажет.

— Я точно не могу сказать, в чем дело… — Начальница мялась. — Но вроде как хозяин заведения против того, чтобы ты тут работала.

Я не могла ей ничего возразить, ибо была слишком расстроена.

— Меня попросили придраться к чему-то и уволить тебя по статье, но, мне кажется, что лучше тебе написать заявление. — Она достала из своей папки бумажку, в которую мне надо было лишь вписать свое имя и поставить подпись. — Я оформлю его задним числом, чтобы не было хреновой записи в трудовой.

У меня слезы стояли в глазах. Мне так нравилась эта работа. Какого хера этот старый придурок вообще вмешивается в мою жизнь? Какого хера все снова получается через одно место?

Трясущейся рукой я вписала свое имя в нужную строку и поставила подпись. Администратор сама обещала поставить дату, и я с этим согласилась. Это была хорошая женщина, поэтому я доверяла ей.

— Через неделю либо придешь за зарплатой, либо я за тебя получу и на карту тебе скину, — мягким голосом сказала она.

Я лишь кивнула в ответ. Мне так и не хватило сил произнести хоть слово.

Когда я вышла из клуба, то остановилась возле него, достала сигареты, зажала одну из них в зубах, после чего повернулась и посмотрела на вывеску «Vegas». Простояв так пару минут, я запалила сигарету и пошла домой.

Пройдя несколько метров я просто остановилась и рассмеялась. Это был какой-то ужасный истерический смех, в котором не было ни толики адекватности. К счастью, на улице в это время никого не было, иначе бы за мной точно приехали санитары.

Снова позвонил Дима. После случившегося у меня вообще отпало желание с ним разговаривать. Чертов эгоист. Он всегда думал только о себе. А на то, что мне просто нечем будет платить за квартиру, ему было плевать.

И как я должна была вот это все объяснять Насте? Не особо хотелось ей врать. Хотя мне даже говорить обо всем этом было неприятно…

Я скурила практически половину пачки, пока шла домой, и мне хотелось еще.

Когда я зашла в квартиру, ко мне тут же прибежала Настя, чтобы спросить, почему я вернулась. Я сказала ей, что ушла с работы и теперь буду искать новую, на что она отреагировала печальным взглядом в мой адрес и многозначительным молчанием.

Я не могла посидеть с ней в тот вечер, потому что очень хотелось побыть одной. Она не должна была видеть меня такой. Разбитой и не понимающей, что делать. Она должна знать, что я могу решить любую ее проблему, защитить ото всего. Рано еще ей понимать, что это далеко не так.

Я попыталась лечь спать пораньше, потому что на следующий день у меня была утренняя смена в кафе, но мысли о будущем никак не покидали меня. Я думала о том, что нужно взять еще несколько смен в кафе. Да, пришлось бы работать гораздо больше, но тогда я точно смогла бы оплатить счета. Только Настя бы не видела меня с утра до вечера… Хотя она меня и так редко видела в сознательном состоянии, ибо я практически всегда спала днем. В итоге я решила, что так и сделаю. Даже смена в четырнадцать часов для меня не была проблемой, лишь бы платили.

Утром я проснулась довольно рано. Я не помнила, во сколько уснула, но спала я не очень долго.

Собралась я быстро. К счастью, этим утром мне никто не докучал внезапным появлением или звонками. Неужели он наконец решил оставить меня в покое?.. Хотя я прекрасно понимала, что он занят чем-то другим. Он пытается разобраться.

Когда я пришла на работу, то застала там Женю. Он радостно поприветствовал меня. Я была в относительно хорошем настроении, пока не появилась администратор…

Да. Да, б**ть! Случилось ровно то же самое, что и накануне вечером. Только на этот раз мне не предложили оформить заявление об уходе задним числом. Она просто выпроводила меня, сообщив дату выдачи зарплаты. К счастью, в кафе я была устроена неофициально, так что записи в трудовой можно было не бояться.

Женя, конечно, был в шоке. Он догнал меня у выхода, попытался хоть как-то утешить, но я сказала, что мне нужно идти. На самом деле я уже с трудом могла сдержать слезы, и, как только я вышла из кафе, они полились просто неиссякаемым градом.

За что? Ладно. Я смирилась с тем, что потеряла одну работу. Но, черт возьми, какого хрена меня лишили другой? О кафе ведь даже наш с Андреем Михайловичем разговор не заходил.

Андрей Михайлович, б**ть! Да эта мразь вообще не достойна называться по имени. Более того, он вообще носить имени не достоин… Он не человек.

Я плакала просто навзрыд по пути на остановку. Люди бросали сожалеющие взгляды, но они уж точно не могли ничем помочь. Не милостыню же мне у них просить! Хотя, быть может, скоро придется.

Пока я ехала домой, солнце безжалостно слепило глаза, которыми я уже ничего не видела, за исключением плотной пелены слез.

Дома я очень долго думала. До самого вечера. И вот, когда Настя уже легла спать, я сидела на кухне, возле окна, и все еще думала, что мне делать дальше.

— Ну и нахрен все это!

Я не видела другого выхода. Я прекрасно понимала, что вряд ли смогу найти работу в сфере обслуживания, потому что эта тварь, скорее всего, уже обрубила мне все концы.

Я взяла свой рюкзак, подошла к дивану и вытряхнула оттуда все, что там было. Среди всякого мусора я нашла то, что мне действительно было нужно. Оно должно было помочь.

— У меня нет выбора. — Этой фразой я убедила себя окончательно.

POV Алиса

Передо мной лежала визитка, номер с которой я быстро набрала. Послышались гудки. Сердце билось довольно быстро. Было некомфортно.

— Алло? — послышался мужской голос.

— Ну здравствуй, Андрей Гончаров, это Алиса.

— О-о, какие люди, — радостно сказал он. — Так и знал, что ты рано или поздно позвонишь.

Это скорее прозвучало, как оскорбление, но я все равно старалась говорить с ним бодро. Будто звоню не из крайней необходимости, ведь это был тот номер, который мне меньше всего хотелось бы набирать…

— Короче, слушай, — сказал он. — Через пару дней у нас отборочные, но я попробую пропихнуть тебя без них. Ты же не кинешь. А через неделю уже первый бой, так что готовься. Я еще позвоню.

— Я тебя поняла. Спасибо.

Я снова не спала почти всю ночь, понимая, на какой риск я иду. Если со мной что-нибудь случится, то кто позаботится о Насте?

Я поднялась с постели в одиннадцать часов утра. Насти уже не было. По пути на кухню я посмотрела на себя в зеркало. М-да, делать этого не стоило. Для завершения образа мне не хватало только пустой бутылки в руках.

Когда я зашла на кухню, то, мягко говоря, охренела. Практически все розы осыпались. Весь пол был застлан этим красным ковром из лепестков. Какого черта?

Я, конечно, за ними совсем не ухаживала, но мне и в голову не могло прийти, что розы умирают так быстро. Было до слез обидно…

Я взяла веник и принялась подметать лепестки. Затем я выбросила осыпавшиеся стебли. Для этого понадобился огромный мусорный пакет, ибо роз, как оказалось, было больше тысячи штук. К сожалению, нормальных из них осталось около десятка. Одну я выбросила, а остальные переставила в другую вазу. В помещении стояло зловоние от застоявшейся воды. Я так устала, пока выливала ее всю в унитаз.

Когда я наконец навела порядок, то стало так пусто. Остались только эти огромные пластиковые вазы, из-за которых появлялось ощущение, будто я в цветочном ларьке.

POV Дима

Я проснулся, и на меня снова навалилось осознание того, что в жизни настал какой-то п***ец, поэтому я снова решил убежать от реальности, погрузившись в сон. Так я делал где-то до трех часов дня, пока у меня не разболелась голова от этого.

Даже из комнаты выходить не хотелось. Что там делать? Я знал, что снова застану дома маму, которая начнет спрашивать, когда к нам в гости придет Алиса. А я сам не знал, придет ли она еще когда-нибудь…

Ну, а что я мог сделать? В шахматах это называется «Пат». Какой бы путь ты ни выбрал, он приведет к поражению.

Я же не мог, зная такое, просто сидеть на месте и молчать. Тогда бы я просто перестал считать себя мужчиной, и в глубине души Алиса все равно бы держала на меня обиду. А теперь она обиделась на то, что я вмешался. И я понятия не имел, как выпутаться из этого клубка.

Юля написала, что Игорь простудился, и предложила мне навестить его, но я отказался. Мне настолько не хотелось покидать комнату, что я даже друга навестить не хотел.

Она поехала к нему одна, чувствуя свою вину за то, что ему было плохо.

Когда она приехала, то дворецкий проводил к комнате Игоря. Юля долго не решалась зайти, сама не зная, почему.

Когда раздался стук в дверь, Игорь даже отложил айпад в сторону. Он понятия не имел, кто к нему мог прийти, так что для него стало сюрпризом то, что в дверях его комнаты вдруг появилась Юля.

— Ты что здесь делаешь? — хриплым голосом спросил он.

— Ну ты же болеешь. Вот я и пришла. — Она прошла в комнату и села на кожаное кресло, стоявшее по правую сторону от кровати. — Я принесла тебе манго.

— Понятно, — как-то сухо сказал он.

На самом деле у Игоря не было никакого желания с ней разговаривать. Он много думал и решил, что общение с ней не приносит ему ничего, кроме разочарований, поэтому решил свети его на «нет».

Юля же, наоборот, хотела стать ему чуть ближе, чем раньше. Только вот в каком смысле, я так и не понял.

— Ты после вчерашней ночи заболел, да? — мягко спросила она.

— Угу.

Удивительно, как он вообще не отвернулся от нее в другую сторону.

— А откуда ты узнала?

Она ответила, что ей рассказал один из их общих друзей, с которым она переписывалась утром. Юля чувствовала какую-то напряженность, повисшую в воздухе, но не знала даже, как прервать эту затянувшуюся неловкую паузу.

Вдруг в комнату постучалась и зашла горничная, которая принесла манго, отданный Юлей на кухню, чтобы его помыли и почистили.

— Пожалуйста, возьмите, — сказала горничная, отдавая поднос с манго Юле, которая поблагодарила ее коротким кивком.

— Спасибо, можешь идти, — прохрипел Игорь горничной, которая тут же удалилась.

— Ты же любишь манго, — сказала Юля, протягивая ему половинку фрукта.

Он неохотно приподнялся и взял у нее весь поднос.

— Может, тебе потом еще принести? — спросила она.

Игорь прокашлялся и отрицательно покачал головой. Юля уже не знала, о чем с ним говорить. Он будто закрывался и уходил в себя, а она не понимала, в чем причина.

После долгого неловкого молчания Игорь решил спросить:

— Зачем ты пришла?

Она нахмурилась, потому что не ожидала подобного вопроса.

— В каком смысле? Ты же мой друг. Почему я не могу навестить тебя, пока ты болеешь?

Он перевел на нее взгляд и долго всматривался в ее лицо.

— А я больше не хочу быть твоим другом. — Он был честен с ней. — Мне неприятно. Я все понял, и, как ты и хотела, я оставлю тебя в покое.

Юля нахмурилась. До нее очень долго доходил смысл этих слов.

— То есть ты не хочешь со мной больше общаться?

Игорь отвел взгляд.

— Можно и так сказать.

Она поднялась с кресла.

— Ты понимаешь, как это выглядит? — поинтересовалась она с нескрываемым недоумением. — Тебе будто противна моя ориентация.

— Да не в этом причина! — воскликнул он и снова закашлялся.

— А в чем тогда? — Ей было обидно, но она старалась не показывать этого.

— Мне неприятно с тобой общаться, ты не понимаешь, что ли?! Столько боли, сколько я почувствовал из-за тебя, я не из-за кого еще никогда не чувствовал.

Она бы приняла это за комплимент, если бы ей сказал об этом кто-то другой. На ее месте я бы рассказал ему, в чем причина ее поведения, однако Юля решила просто уйти.

Когда она покинула его дом и решила прогуляться пешком до своего, будучи слишком расстроенной.

Юля никогда не думала, что ее поведение когда-нибудь доведет ее до такого. Вот к чему порой приводит молчание…

POV Алиса

Я позвала к себе свою подругу Олю, потому что мне нужно было поговорить с ней.

Она пришла с бутылочкой вина, как обычно, чему я, конечно, обрадовалась.

Сначала я рассказала ей про все то, что произошло со мной за последнее время, в том числе и про Диму. Оля долго оправдывала его поведение, считая, что он правильно поступил. Мы долго спорили по этому поводу, но она так и осталась при своем мнении.

— Ну и что ты с работой-то собираешься делать? — спросила она, допивая очередной бокал вина.

— Вот об этом как раз я с тобой и хотела поговорить.

Оля внимательно посмотрела на меня.

Мы сидели на полу, и я чувствовала себя вполне расслабленно, пока не начался разговор на эту тему.

— Ты не могла бы забрать Настю на следующей неделе?

Ее брови моментально взлетели вверх, и даже рот слегка приоткрылся от шока.

— Опять?! Ты обещала! — воскликнула она. — Ты обещала, что больше никогда не будешь заниматься этой х**ней! — Оля редко ругалась матом, но в данном случае этого требовала ситуация.

Я тяжело вздохнула, думая, что она заведет долгую и мучительную тираду.

— Тебе прошлого раза мало было? — Она устремила на меня взгляд своих огромных карих глаз, и от этого взгляда мне становилось еще хуже. — Ты самоубийца что ли?!

Да, в прошлый раз я знатно облажалась, но я не думала, что такое может произойти снова.

— Ты бы хоть о Насте подумала! Что с ней будет, если с тобой, не дай Бог, что-нибудь случится?!

— Послушай, — спокойно сказала я. — У меня нет выхода. Он по-любому сделал так, что меня сейчас ни в одну забегаловку даже уборщицей не возьмут, не то что официанткой. А тут несколько боев, и можно будет месяц не работать!

— Я, конечно, все понимаю, но зачем так рисковать?! Давай я помогу тебе устроиться на работу? Вон в банк, например, в котором я работаю.

Я отрицательно покачала головой, понимая, что никто меня туда не возьмет с незаконченным высшим образованием.

— Так ты поможешь мне? Просто посиди с ней денечек. Она самостоятельная. С ней очень просто.

— Да знаю я! Я просто за тебя переживаю! — воскликнула Оля и налила себе еще вина. — Я просто не хочу ей снова объяснять, что тебя положили в больницу. В прошлый раз мне пришлось столько врать, и она закатила мне такую истерику, что я чуть с ума не сошла. У нее же больше никого нет, поэтому она и переживает.

Я тяжело вздохнула, понимая, что она права. Но мнения своего я менять не собиралась.

Да, было бы намного проще, если бы у нас были бабушки и дедушки. Но у отца родителей вообще не было. Он вырос в приюте, а родители мамы умерли, когда я была еще совсем маленькой. Насти тогда еще даже в планах не было.

Оля тяжело вздохнула.

— Хорошо, я заберу ее. Но давай договоримся. — Оля посмотрела на меня так, будто больше всего на свете хотела убить меня. — Если ты проигрываешь первый бой, то больше не участвуешь.

Я усмехнулась. По правилам я бы и так вылетела с турнира, и смогла бы принять участие только в следующем. Оле я, конечно, об этом говорить не стала, и просто кивнула.

На следующий день мне позвонил Гончаров и сообщил о том, что ему все-таки удалось договориться, чтобы я попала в турнир без отборочных. Хотя для меня это не было проблемой. Я была уверена, что с легкостью прошла бы такой «кастинг». Также он предложил мне встретиться, чтобы показать мне тренировочную базу. Это был обычный спорт-клуб, с которым они сотрудничали, так что за пребывание в нем мне платить не нужно было. Это место находилось довольно далеко от моего дома, что меня слегка пугало, потому что так меня и не отпускало параноидальное ощущение, что за мной кто-то следит.

— Тренируйся, сколько нужно, — сказал он. — Клуб закрывается в десять.

К нам подошел подкачанный светленький парень.

— Это Саня, — представил его Гончаров. — Он тебе поможет, если что. Там… лапы подержит и все такое.

Саня протянул мне руку, которую я пожала с некоторой долей неловкости. Не было привычки пожимать руку парням.

Вскоре Гончаров ушел, а я отправилась в раздевалку, чтобы переодеться. После этого я размялась, сделала растяжку. К счастью, я еще помнила, как все это делается. После я немного отработала удары на груше, и Саня пригласил меня на ринг.

— Ну что, я надеваю лапы, а для тебя вон там бинты лежат, — сообщил он.

Да, в боях без правил, к сожалению, боксерскими перчатками я никогда не пользовалась, максимум перчатками для смешанных единоборств, так что минут десять у меня ушло на бинтовку. Наиболее важным при этом было обмотать самые уязвимые места, особенно запястья.

Когда я поднялась на ринг, то почувствовала легкое волнение. Будто это уже был бой, а не обычная тренировка.

— Ну давай, — с улыбкой сказал Саня. — Я готов.

И я начала наносить удары.

— Неплохо! Ты долго занималась чем-то, да?

— Да, боксом, — отвечала я между нанесением ударов.

— Оно и видно. А на эти бои тебя как занесло? Ты же впервые, да?

— Нет. Я уже участвовала около года назад.

— Деньги нужны?

— Именно.

Саня оказался приятным человеком. Он, вопреки моим ожиданиям, не пытался подкатить и даже не отпускал пошлые шуточки в мою сторону. Мне это нравилось.

Я ходила тренироваться каждый день, и поначалу у меня дико болели мышцы. Насте я ничего не говорила по этому поводу.

Дима писал пару раз, но мне не хотелось ему отвечать. Не то что бы я ничего не чувствовала… Во мне просто затаилась дикая обида на него. Я понимала, что от отношений с ним у меня одни проблемы. Нужно было хотя бы какое-то время остыть, ибо у меня просто не хватало нервных клеток на такие потрясения. Но что-то во мне все же свербило, особенно когда я приходила домой после тренировок и находила в рюкзаке тот самый скетчбук. Иногда хотелось просто разорвать его в клочья, но что-то не давало это сделать, поэтому я просто клала его обратно.

Как-то так и прошла неделя. Утром я проснулась очень рано, чтобы проводить Настю в школу.

— Малыш, переночуешь сегодня у тети Оли? — спросила я, накладывая ей омлет.

Она с неким подозрением посмотрела на меня.

— Да, — сказала она. — А почему?

— Ну тебе же нравится тетя Оля. Поиграете там с ней, посмотрите сериал какой-нибудь.

Настя нахмурилась и уставилась в тарелку. Я приблизительно догадывалась, что было в ее голове. В прошлый раз когда она ночевала у Оли, я оказалась в больнице. Видимо, именно этого Настя и боялась. Что уж скрывать? Я и сама переживала по этому поводу.

Оля забрала Настю, как только она вернулась со школы. С каждым часом мне становилось все страшнее. И куда делась моя стрессоустойчивость, выработанная за все то время, что я проработала в общепите?

Уже в четыре часа дня я села делать себе макияж. Нужно было, чтобы публика меня запомнила, тогда вероятность того, что будут ставить на меня, повысится. Процент со ставок мне бы тоже не помешал. Я выбрала бордовый цвет. Он хорошо смотрелся на моем немного бледном лице.

До места пришлось ехать на такси, потому что оно находилось слишком далеко от моего дома и я даже не знала, как туда добраться. Еще одной причиной как раз и стал мой вызывающий макияж. Не хотелось, чтобы в автобусе пялились на меня.

Местом проведения боев на этот раз было какое-то ПТУ, в спортивном зале которого и был установлен ринг. Хотя чему я удивлялась? В прошлый раз бои проводились в какой-то школе.

На входе было полно народу, и даже дежурила скорая. Да, в случае чего она доставит в больницу, но в документах ни слова не будет о том, где ты пострадал.

Я подошла к амбалу-охраннику и сообщила о том, что я участник, и он, окинув меня оценивающим взглядом, пропустил. Дальше я набрала Гончарова, который впоследствии и отвел меня в раздевалку, в которой помимо меня больше никого не было. Там он как раз и дал мне перчатки для смешанных единоборств. От боксерских они отличались тем, что были намного меньше, и у них было разделение на пальцы. Это и делало удары более болезненными.

Я переоделась в черный спортивный топ и шорты такого же цвета, а волосы собрала в пучок. Выглядела я вполне сексуально, чтобы на меня обратили внимание. Осталось хорошо показать себя в качестве бойца.

— Ну что, под какой кличкой выступать будешь? Под старой или новую придумала? — спросил Гончаров, заглянув ко мне.

А вот об этом я и не задумывалась.

— Давай под старой.

— А не боишься такого же исхода?

— Засунь свои приметы себе в задницу, — сказала я, разминая руки.

— Как скажешь. — И он ушел, оставив меня наедине с моим волнением.

Я разогрелась как раз к тому моменту, когда меня позвали. В помещении было темно и полно народу, поэтому меня буквально за ручку вели к рингу. Сердце колотилось, как сумасшедшее.

— Итак, давайте начнем наш бой! Поприветствуйте Кобру! — прозвучал громкий мужской голос в колонках, стоящих где-то в темноте.

И я сняла кроссовки и пролезла сквозь канаты, а точнее, меня просто пропихнули сквозь них, и в этот момент включился свет, который падал только на ринг, то есть людей вокруг я даже увидеть не могла. Я помахала этой орущей темноте рукой и улыбнулась. Когда я услышала их приветствие, то почувствовала себя более уверенно.

Когда объявляли выход моей соперницы, ее кличку я не услышала, потому что оценивала ее физические возможности. Это была довольно плотная девушка, однако мышечной массы у нее было не так много, в чем и был ее недостаток. При хорошей скорости и силе удара я могла бы ее нокаутировать.

На ринге также присутствовал и судья, который моментально объявил о начале боя. Моя соперница не медлила. Ехидно улыбаясь, она приближалась ко мне. Да, на ее фоне я выглядела просто как щенок, но я знала, что моя сила в скорости и маневренности, так что особо страшно мне не было. Все, что я чувствовала, — это легкое волнение и холод.

— Ну что, сучка, готова к нокауту? — сказала мне соперница.

Да, в таких боях часто применялись и психологические приемы деморализации соперника, но на меня это обычно не действовало. Наоборот, даже немного раззадоривало.

— К нокауту, быть может, и готова, — сказала я. — А вот к тому, что ты меня своим жиром задавишь, — не очень.

Я вполне нормально относилась к полным людям, но эта дама сама выбрала такую тактику, так что молча стоять я точно не могла.

Ее, как и ожидалось, очень разозлило мое замечание, поэтому она начала бой, попытавшись нанести мне удар по лицу, от которого я ловко увернулась. Воспользовавшись этим, я с разворота врезала ей ногой в бок. Это был не очень хороший удар, ибо я все же была боксером, а не каратистом, однако ей все же было немного больно. В ней проснулась ярость, и она принялась загонять меня в угол ринга, то и дело пытаясь попасть мне кулаками по лицу. От некоторых ударов мне удавалось увернуться, некоторые приходились мне в плечи и ключицы. Было больно, особенно когда она била костяшками пальцев. Я не сомневалась, что останутся синяки. Но сдаваться я точно не собиралась. Мой бой закончится только накаутом.

Да, в прошлый раз такой принцип довел меня до больницы, но я все равно продолжала считать его правильным, потому что в боях, как в жизни. Нужно либо бить самому, либо стоять до конца. Сдаваться — удел слабых.

Вдруг я замешкалась, и, воспользовавшись этим, она нанесла мне удар по лицу. Я почувствовала резкую боль в губе. Капы, защищающей зубы, к сожалению, у меня не было, поэтому я боялась, что эта сука просто выбьет мне их.

Во мне тоже загорелся огонек ярости, и я выждала момент, когда соперница в очередной раз будет замахиваться, и просто выскользнула из-под ее руки, ибо перспектива стоять в углу меня не прельщала.

На большом пространстве мне удалось встать в стойку, и, когда она повернулась, ей прилетел сильный удар по лицу, от которого она и опешила. На этом я не остановилась и решила ударить ее еще. От второго удара она чуть не упала, но ей почему-то удалось устоять на ногах. И она бросилась на меня со всей своей яростью.

— Ну что, тварь, придавить тебя своим весом?! — рявкнула она, и сильный удар пришелся мне в живот.

Резкая боль пронзила меня, словно молния. Изнывало буквально все тело и от боли, и от усталости. Я надеялась, что моя соперница чувствовала себя так же. Она повалила меня на ринг и ударила головой о настил.

Сука! Как же б**ть было больно. К счастью, от меня ее отогнал судья. К счастью, я не потеряла сознание, затратив на это огромные усилия. И к счастью, я смогла подняться на ноги и продолжить бой.

Не видимая нами публика просто ревела. Похоже, они хотели, чтобы она добила меня, однако это было запрещено.

Голова немного кружилась, и мне пришлось столько усилий приложить, чтобы встать в стойку и найти в себе еще силы.

Она снова набросилась на меня первой, но мне удалось увернуться и врезать ей с локтя. У нее пошла кровь из носа, и меня это обрадовало.

— Ну что, худеть надо? — весело сказала я и, собрав все оставшиеся силы, принялась бить ее кулаками.

Я была предельно сосредоточена, чтобы поймать момент, когда она уже с трудом будет стоять на ногах, и увеличить силу удара.

И да! Она рухнула на ринг, словно раненое животное!

Я буквально взревела от радости, и публика отозвалась ответными возгласами. Это была какая-то дикая, нечеловеческая эйфория, которая наполнила мое нутро.

Моя соперница уже не могла подняться на ноги, и это был чистый нокаут.

Я улыбалась, когда объявляли мою победу. А что было с ней? Ее с трудом подняли пару мужиков и увели с ринга. Что было с ней дальше — я не знала, но была уверена, что ничего критичного.

Наконец я спустилась с ринга, забрала кроссовки, и Гончаров отвел меня обратно в раздевалку. Только там я ощутила, как вымотал меня этот бой. Я просто почувствовала себя убитой. Это была та усталость, которую я обычно чувствовала после смены в двенадцать часов, только гиперболизированная в сотню раз. К ней примешивалась еще и боль.

В раздевалке, к слову, расположились еще девушки, которые, видимо, пришли, пока меня не было. Их было трое. Все правильно. Значит, в другой раздевалке еще три девушки ждут своей очереди. Хорошо, что я выступала одной из первых, потому что так увеличивалась вероятность, что меня запомнят.

— Ну что, молодчик, Кобра! — воскликнул Гончаров, когда я подошла к тускло освещенному зеркалу.

Губа была разбита довольно сильно. Я не знала, как я буду объяснять это Насте.

Мы с Гончаровым отошли куда-то в угол, и он, достав пять сотен долларов, отдал их мне. Я вздохнула с облегчением, подумав, что ради этого стоило терпеть боль…

Он попрощался со мной, а я вернулась к зеркалу.

Девчонки в раздевалке разминались, но когда он ушел, одна из них подошла ко мне.

— Ну как?

Я тяжело вздохнула и повернулась к ней.

— Надеюсь, тебе будет полегче.

Она была практически такой же комплекции, что и я, и, наверное, того же возраста.

— Я Лолита, кстати, — представилась она, протянув мне руку.

Я сняла перчатку и пожала ее руку, почувствовав ноющую боль в кулаках.

— Алиса.

— А кличка?

— Кобра.

Она оценила мою кличку. Это была дружелюбная девушка с русыми волосами, которые еле доставали до плеч, тоненькими губами и большими голубыми глазами. Я не могла назвать ее красивой, но она была довольно симпатичной.

Мы с ней не успели договорить, потому что Гончаров пришел уже за ней. Я пожелала ей удачи. Больше я уже ни с кем не говорила, а просто переоделась, вызвала себе такси и вышла из этого здания.

Была глубокая ночь, и на улице шел дождь. Я накинула капюшон, чтобы лица не так было видно. Приехал таксист, который всю поездку с подозрением смотрел на меня, и через полчаса я уже была у дома.

Поднимаясь в лифте на свой этаж, я рассматривала свою губу в зеркале. Хоть зубы не выбили… и на том спасибо.

Когда двери лифта открылись, я вышла и увидела Диму, который, похоже, ждал меня. Он сидел на полу возле моей двери, но, когда поднял голову, то резко вскочил и устремил свой взгляд мне в глаза.

POV Алиса

Я понятия не имела, зачем он пришел после недельного отсутствия. Но его взгляд в тот момент говорил о многом. Он был настолько глубоким, что я едва могла уловить все то, что он хотел сказать мне. Однако между нами повисла гробовая тишина. Только механизм лифта шумел где-то наверху.

Я закусила нижнюю губу и почувствовала, как это отдалось мне резкой болью.

— Я думал, ты часов в пять придешь. — Его голос разрезал тишину. — Что у тебя с лицом? — уже более строго спросил он.

Я сняла капюшон, чтобы он видел все, до чего довел меня своими действиями.

Он подошел ко мне и слегка прикоснулся пальцем к разбитой губе, а я отвернулась. Не было особого желания, чтоб в эту ночь ко мне вообще кто-то прикасался.

— Это мой дядя сделал? — обеспокоенно спросил Дима.

Он смотрел на меня с каким-то страхом.

— Косвенно — да, — ответила я, стараясь сохранять спокойствие.

В тот момент я нихрена не была спокойной. Мне одновременно хотелось и разрыдаться, убежав в квартиру, и просто броситься ему на шею. Претворить в жизнь последнее мне не позволяла моя гордость.

— Да ты расскажешь мне уже, что произошло?! — воскликнул он.

Складывалось такое впечатление, что не одна я находилась на грани нервного срыва. Похоже, у нас обоих психика была не в порядке.

Мне в очередной раз пришлось намотать свои сопли на кулак и поднять глаза на человека, который портил мою жизнь.

— Меня уволили, — отчеканила я. — С обеих работ.

Его лицо с каждой фразой становилось все более мрачным.

— И мне пришлось принять участие в подпольных боях без правил.

Он молчал.

— Ты доволен?! Ты сделал все, что хотел?! — с улыбкой, которая разрывала мне больную губу, спросила я. — Тебе Юля сказала обо всем, да?

Дима молчал еще несколько секунд, после чего удосужился ответить:

— А что она должна была еще сделать? Я ее друг. Я бы просто перестал с ней общаться, если бы она, зная обо всем, промолчала.

— Ну, молодец она, — саркастически бросила я, после чего достала из кармана ключи от квартиры.

Пришлось обойти его, чтобы добраться до своей двери. Я сдерживала эмоции, как могла, хотя пелена слез уже застилала глаза.

Дима подошел сзади и взял меня за руку, которая лежала на ключе, вставленном в замочную скважину.

— Зачем ты так со мной?.. — Это был какой-то убийственно-разочарованный голос, звучащий в моем правом ухе. — Я же… люблю тебя все-таки…

Когда он это сказал… я чуть не закричала от боли, которая разрывала мне сердце.

Я не знаю, с чем это можно сравнить. Это все равно, что видеть умирающую собаку, сбитую машиной, и не знать, как поступить в этой ситуации. Быть может, это было странное сравнение, но я чувствовала себя примерно так же.

Мне пришлось проглотить ком в горле, чтобы сказать:

— Знаешь, я думала, что, когда любят, делают что-то для другого человека. — Я повернула голову вправо и чуть не уперлась носом в его подбородок. — А что сделал ты? Ни-че-го. Если ты не можешь защитить меня от своего собственного дяди, то от кого ты вообще сможешь меня защитить?

Я говорила то, что никогда не нужно говорить человеку, которого любишь. Я говорила то, что уничтожает мужское достоинство… но я была на эмоциях. Я не могла сказать ничего другого.

Переступив порог своей квартиры, я захлопнула дверь прямо перед его растерянным лицом. Мне самой было настолько больно, что я не могла находиться рядом с ним. Я не выдержала, и их моих глаз просто потоком хлынули слезы. Я старалась не всхлипывать, чтобы через дверь он не услышал, что я плачу. Трясущимися руками сняла и бросила на пол свой рюкзак, после чего уже прошла к столешнице на кухне. Над ней находился шкафчик, в котором стояла недопитая бутылка вина. Я не стала размениваться на бокал, а просто сделала пару глотков из горла.

— Ну что, Алиса? — спросила я себя. — Хотела что-то почувствовать? Вот и чувствуй теперь.

После того как я осушила всю бутылку моя душевная боль слегка утихла, и я подошла к зеркалу, чтобы осмотреть себя. Плечи и ключицы были сплошь усеяны огромными синяками. Даже легкое прикосновение к этим местам вызывало сильное болезненное ощущение. Я надеялась, что у меня хотя бы не сломаны ребра, потому что в районе грудной клетки тоже было пару синяков, как впрочем и на руках. На макушке я чувствовала большую шишку. Видимо, она осталась от того удара о настил ринга. В итоге я нанесла чуть ли не на половину своего тела мазь от синяков и только тогда успокоилась.

«Черт, если мне еще раз попадется такая соперница, я этого уже вряд ли переживу», — подумала я.

Ее ошибка была в том, что она слишком много сил расходовала на удары, от которых я довольно часто уворачивалась. Из-за этого она вымоталась очень быстро, и мне удалось ее нокаутировать. Тут мне помог только верный, можно сказать, стратегический, расчет. Да, чтобы доказывать что-то силой, порой тоже необходимо применить мозг.

Спать не очень хотелось, поэтому я немного посидела в социальных сетях под фоновый шум телевизора.

POV Дима

Я сел напротив ее двери прямо на пол. Настроение было ниже плинтуса. К тому же, я чувствовал вину, которая просто пламенем выжигала дыру во мне. Мне казалось, что она никогда меня не простит. Я ведь действительно был виноват во всем том, что с ней происходило, хотя и косвенно.

Естественно, я был против того, чтобы она участвовала в каких-то боях. Мне вообще не нравилось видеть ссадины на ее лице, а я не сомневался, что это не единственное повреждение, которое она получила за эту ночь.

Я очень… очень хотел помочь ей, но она бы просто не согласилась на это. Ее несносный характер порой невозможно было терпеть.

Позвонила Юля. Она рассказала о том, как «удачно» она навестила Игоря.

— Ну, а ты не думала рассказать ему правду? — спросил я, удивившись, насколько мой собственный голос звучал печально.

У нее не нашлось ответа на этот вопрос. Вместо этого она спросила:

— Что с тобой? Ты дома?

— Нет… я… я жду Алису, — пробормотал я. — Она обижена и не хочет пускать меня в квартиру.

Она полминуты помолчала, подбирая слова.

— И что, ты до утра собираешься там сидеть?

Я тяжело вздохнул.

— Я не знаю… Столько, сколько потребуется.

В ее голосе чувствовалось какое-то напряжение.

— Все равно мне кажется, что ты поступил правильно, разобравшись со своим дядей.

Ей так казалось, потому что она не знала всех подробностей. Да и не было желания нагружать ее всем этим. У Юли и так хватало проблем.

Я сказал, что у меня нет особого желания обсуждать все это по телефону, и мы распрощались.

Продолжая сидеть в подъезде, напротив ее двери, я не заметил, как уснул.

POV Алиса

Я не смогла уснуть и глубокой ночью, продолжая сидеть в телефоне. Захотелось пить, поэтому я пошла на кухню, чтобы налить себе воды. Когда я проходила мимо входной двери, во мне что-то переклинило, и захотелось посмотреть в глазок.

Я, конечно, очень сомневалась, что такой человек, как Дима, может чувствовать себя настолько виноватым, чтобы всю ночь сидеть возле двери девушки, перед которой накосячил. Однако я ошиблась: он действительно был там. Сначала во мне из-за этого что-то екнуло, но потом… потом я просто решила не обращать внимание на этот факт и пошла наливать себе воду.

Моей вины уж точно не было в том, что он не хотел ночевать дома.

Когда я выпила воды и уже пошла в свою комнату, что-то все-таки остановило меня, и я снова посмотрела в глазок. Он спал. Спал сидя на холодном полу. На нем была дорогая рубашка и джинсы, которые не очень-то защищали от сквозняков в подъезде.

— Черт, — выругалась я и вернулась обратно, к дивану, на котором лежал плед.

Я аккуратно открыла входную дверь, стараясь не разбудить его. Затем я сделала пару шагов по лестничной клетке и накрыла его пледом. К счастью, он не проснулся, поэтому я быстро прошмыгнула обратно в квартиру, закрыла дверь и уставилась в глазок. Он даже не шелохнулся. Облегченно вздохнув, я вернулась в свою кровать и продолжила сидеть в Интернете.

Утром Оля привезла Настю. Я обрадовалась этому факту, забыв о том, что у меня даже на губе была ссадина. Синяков Настя не должна была заметить, потому что я специально надела черную водолазку, которая буквально душила меня. Распахнув дверь, я обняла сестренку, а затем и подругу. Когда они прошли в квартиру, я осмотрела лестничную клетку, и ни Димы, ни пледа там не было.

— А что у тебя с лицом? — спросила Настя.

Оля с укором посмотрела на меня.

— Да, Алис. Расскажи нам, что у тебя с лицом.

Я усмехнулась.

— Да ничего страшного. Я просто неудачно сходила в магазин, — весело сказала я. — Мне дверью по губе заехали.

— Ну ни на секунду тебя одну оставить нельзя! — саркастически воскликнула Оля и плюхнулась на диван.

Настя бросила на меня какой-то скептический взгляд, но лишних вопросов задавать не стала. Они рассказали, чем они занимались весь вечер, а я внимательно их выслушала. После этого Настя пошла к себе в комнату, а мы с Олей остались наедине.

— Ну что, как прошел бой? — спросила она, приподняв бровь.

— Нормально. Победа далась мне нелегко, но беспокоиться не о чем.

— И зачем ты только занимаешься всей этой ерундой с таким парнем?.. Я просто не могу этого понять.

Я нахмурилась.

— Ну я же не могу жить за его счет.

— Сильная и независимая, да?

Я промолчала.

Да. Да, сильная и независимая. Быть может, я жила бы за счет Димы, если бы он хотя бы зарабатывал эти деньги сам, да и то вряд ли. Оплачивать квартиру и продукты деньгами его отца казалось мне унизительным.

Мне нравилось проводить время дома, с Настей. Работа больше не отнимала у меня кучу времени. Сестре это не всегда нравилось, потому что я ограничивала ее в просмотре сериалов и мультфильмов, но я наконец смогла заняться ее воспитанием, а не просто пытаться ее прокормить. Порой я все-таки уходила на тренировки и оставляла ее одну.

Возвращаясь вечерами, я в подъезде натыкалась на Диму, с которым и словом не обменивалась. Он тоже не рвался мне что-то говорить поначалу, а просто хотел добить меня фактом, что он ночует возле моей двери. Он пытался вызвать у меня жалость что ли? Что ж, ему это удавалось, и порой я не могла уснуть по ночам, зная, что ему там холодно, однако я изо всех сил старалась держаться.

Перед своим вторым боем я ушла на тренировочную базу, когда Настя была еще в школе, а вернулась довольно поздно, часов в шесть вечера. Димы возле своей квартиры я не застала, но, зайдя в квартиру поняла, почему.

— Ты что здесь забыл? — строгим тоном спросила я.

Он сидел на диване вместе с Настей, и они вместе что-то рисовали.

— Это ты его пустила? — обратилась я к сестре.

— Я же говорил, что тебе влетит, — сказал вполголоса Дима Насте.

— А что такого? — Она поднялась с дивана и подошла ко мне. — Зачем ему там сидеть?

— А это ты у него спроси. — Я была раздражена. — Зачем он там сидит по ночам… будто ему жить негде.

— Ну так дело же не в этом, — вмешался Дима.

Я тяжело вздохнула.

— Малыш, иди к себе в комнату. Нам с Димой надо поговорить.

Настя закатила глаза, потому что в очередной раз я прогоняла ее к себе, но послушалась и ушла.

Я понятия не имела, что нам с ним еще нужно было обсуждать. Мне и так было все ясно. Но зачем-то же он все-таки приходил каждый день.

— Ну? И чего ты хочешь? — Я подошла и села на диван рядом с ним.

— Всего лишь рассказать тебе правду.

Я хмыкнула.

— Всего лишь. Ну валяй.

Он долго всматривался в мое лицо, прежде чем сказать:

— Это действительно моя вина.

Удивил, б**ть.

— Я виноват в том, что мой дядя вообще стал приставать к тебе.

Я приподняла бровь. А вот это было уже интересно.

— Понимаешь, некоторое время назад… я переспал с его женой.

Я рассмеялась. Почему-то меня совершенно не удивил этот факт. Я долго не могла успокоиться, а он нервно смотрел на меня, не зная, что делать дальше.

— Тоже деньги ей за секс предлагал? — язвительно спросила я.

Боже, я вполне понимала, насколько неловким и стрессовым был для него этот разговор, но мне было настолько смешно, что слезы текли из глаз.

— Нет. — Дима оставался максимально серьезным.

Он рассказал мне занимательную историю про то, как Андрей Михайлович изменял своей жене, про то, как она решила отомстить ему, и все такое. Это, конечно, было интересно, однако я одного не могла понять.

— А я-то тут причем?

— Просто он решил отомстить мне. Через тебя.

Я усмехнулась. Ну еще бы… Через кого же еще? У них вся семья что ли е***утая? Насчет его матери и отца я, конечно, не знала, но, судя по нему самому и его дяде…

— Ты можешь уйти? — У меня упало настроение, и я захотела побыть одна.

Дима опустил глаза, немного подумал, после чего коротко кивнул.

И он ушел, оставив меня наедине с этими странными мыслями.

Обида на него стала меньше, и я понимала, почему. Вместо того, чтобы врать мне до последнего, он рассказал мне правду. И это было достойно уважения.

POV Дима

Я вернулся домой после столь волнительного разговора с Алисой. На что я надеялся, рассказав ей все это? Она, должно быть, стала еще хуже ко мне относиться, а я этого не хотел.

Юля за все эти несколько дней так ни разу и не написала. Я беспокоился за нее, поэтому решил позвонить ей сам. Во время разговора она показалась мне какой-то грустной, поэтому я решил съездить и навестить ее.

Приехал я на ночь глядя, но она никогда не спала в такое время.

Как ни странно, в ее комнате был какой-то бардак. На прикроватной тумбочке было полно кружек с недопитым кофе, а на журнальном столике валялись салфетки и пустые коробки из-под пиццы. Обычно она ела пиццу, когда ей было грустно.

— Ты че тут развела-то, а? — спросил я, осмотрев комнату.

Юля сидела за столом, поджав ноги, в обнимку с ноутбуком.

— А что тут? — монотонно спросила она, повернув голову в мою сторону. — Нормально все.

— Опять горничных к себе не пускаешь?

Она коротко кивнула. Когда у нее было подобное настроение, она не хотела никого видеть. И как бы горничные ни пытались пройти в ее комнату, чтобы убраться, она выгоняла их чуть ли не с криками.

— И какой день ты из дома не выходишь? — поинтересовался я.

— Пятый… или шестой. Какая разница?

— Неужели даже на занятия по музыке забила?

Юля не ответила на этот вопрос, но ответ был очевиден.

Она была типичной представительницей женского пола, которая запутала все настолько, что сама не могла понять, кто прав, а кто виноват. Если она так расстроилась из-за того, что Игорь послал ее куда подальше, то почему просто не сказала ему правду. Я не очень хорошо разбирался в женской психологии, но мне казалось, что она сама все усложнила.

У нее зазвонил телефон, и она, посмотрев на экран, просто проигнорировала.

— Может, возьмешь? Кто это?

— Это всего лишь мой музыкальный руководитель. Наверное, она в очередной раз хочет послать меня куда-то к черту на куличики.

— И долго ты так ее игноришь?

Она лишь кивнула в ответ.

— Чего ты добиваешься? — спросил я, подойдя к ней и скрестив руки на груди.

Юля подняла на меня глаза.

— Ни-че-го. — Она захлопнула ноутбук и уставилась куда-то в пустоту.

POV Алиса

Ко второму бою у меня не успели зажить синяки с первого. Все прошло даже легче, чем в прошлый раз. Соперница, откровенно говоря, была очень слабой. Она не пыталась вывести меня на агрессию, чем и раздражала меня. Похоже, это вообще был ее второй бой, и она толком не знала, что делать. Было видно, что она никогда не занималась никакими боевыми искусствами. Я поражалась тому, как она первый вообще умудрилась выиграть. Важную роль сыграло и то, что на ее месте я представляла Диму, так что, когда бой закончился, злости на него у меня уже не осталось.

Когда я уже выходила из этого ПТУ, довольная победой, но еще более довольная деньгами, то меня догнал один странный человек. Он выглядел довольно серьезно, поэтому поначалу я испугалась. Это был мужчина лет сорока в костюме, с темными волосами и очень пытливым взглядом.

— Что вам от меня надо? — спросила я, когда он нахально схватил меня за локоть.

— Я не причиню тебе вреда. — Он убрал руку. — Ты же Кобра, да?

Я кивнула.

— У меня к тебе есть одно интересное предложение. Обсудим?

Я нахмурилась. Андрей Михайлович тоже называл свое предложение интересным. Уж не того же самого от меня хотел и этот странный мужчина?

— Я… Я не думаю, что стоит…

— Да я не маньяк, успокойся, — уверенно сказал он. — Тут есть круглосуточное кафе неподалеку. Давай поговорим там.

Ладно, в кафе хотя бы должны были быть люди. А то в темном дворе этого учебного заведения я чувствовала себя не очень комфортно.

Кафешка, действительно, оказалась буквально за углом. Хотя скорее это была просто забегаловка на окраине города. Там сидело полтора человека, включая баристу, который уже клевал носом. Я пару минут подождала своего странного спутника, который вызвался принести нам кофе.

И что меня только сподвигло вообще пойти с незнакомым человеком куда-то? Я что, совсем с ума сошла? Ладно, он хотя бы выглядел прилично. И раз он знал мою боевую кличку, то он скорее всего присутствовал в зале во время боя. Значит, он вряд ли был как-то связан с Андреем Михайловичем.

— А вот и я. — Он поставил передо мной большой бумажный стакан с капучино.

Этот человек старался держаться вежливо и благосклонно улыбался мне. Я же, наверное, смотрела на него как-то по-волчьи, потому что все же опасалась за свою жизнь.

— Так что вам от меня надо? — спросила я, делая первый глоток кофе.

«А вдруг он что-то туда подсыпал?» — пришло мне в голову, и я решила, что больше из этого стакана пить не буду.

— Я всего лишь хотел предложить тебе поучаствовать в бое.

Приподняв бровь, я внимательно следила за его действиями.

— За этот бой ты получишь гораздо больше, хотя он не будет сложнее того, в котором ты одержала победу сегодня.

— Серьезно? И в чем тогда подвох?

Он усмехнулся.

— А ни в чем. Просто бой, в котором я тебе предлагаю поучаствовать, будет смотреть элита. Высший свет. — Мужчина прищурил глаза. — Ты наверняка слышала, что такие бои проводятся в нашем городе. Туда непросто попасть. Только если тебя заметят. Так вот, я тебя заметил.

Да, я знала, что существуют и такие подпольные бои. Мне когда-то давно говорил об этом Гончаров. Речь там шла о сумме денег в несколько раз больше. Я никогда и не мечтала пробиться туда. Мне это было не нужно. Однако над этим предложением я задумалась.

Не то что бы те бои, в которых я уже участвовала, смотрели бедные люди. Но там… кто мог сидеть там, а точнее, кто назывался элитой, я вообще не очень ясно представляла.

— Денег получишь в четыре раза больше, чем здесь, не считая процентов со ставок.

И почему это именно мне так повезло? Я с пытливым прищуром смотрела на своего собеседника.

— А почему ваш выбор пал именно на меня?

Он опустил глаза.

— Знаешь, ты просто одна из самых красивых участниц, которых я видел на протяжении этого турнира. Такие, как твоя соперница с прошлого боя, например, туда не попадают. Богатым людям приятно смотреть на таких, как ты.

Так вот в чем была причина. Я не удивилась такому ответу.

— Ну так что, ты согласна?

— Я… я не знаю.

Он тяжело вздохнул.

— Тогда оставлю тебе свой номер. — Он достал ручку из кармана пиджака и написал свой телефон на салфетке. — Если что, у тебя есть два дня на раздумья.

Этот человек поднялся со своего места и, попрощавшись, покинул кафе. Я взяла салфетку, оставленную им. На ней был только номер. Он даже имени своего не написал.

Бой для элиты… Стоило ли вообще в такое ввязываться? Там крутились огромные деньги. Нужно ли было мне это все?

POV Дима

Я слишком много анализировал на протяжении тех дней, что мы не виделись с Алисой. В голове постоянно крутилась мысль, что я плохой человек. Мне всегда было плевать на других… Я жил в свое удовольствие и думал, что так и нужно делать.

Быть может, ей без меня действительно было бы лучше? Наверное, она сама это прекрасно понимала.

Мне хотелось, чтобы она сама приняла решение, поэтому я решил пока не лезть в ее жизнь, а просто ждать…

Я начал много читать. Мне не хотелось выходить из дома, совсем как Юле. Я проглатывал книгу за книгой. Начав с зарубежной классики, я закончил книгами по психологии.

Тогда мне впервые пришла мысль, что нужно было поступать на психолога. Быть может, хоть это бы меня заинтересовало по жизни. Мне надоело ничем не заниматься, ничего из себя не представлять… быть просто папенькиным сынком, который ни на что не способен.

Да, родители безгранично меня любили, но родители не вечны… должно быть что-то, что после их — не побоюсь этого слова — кончины могло бы удержать меня в этой жизни. Что-то, что мне бы нравилось. Нельзя же до старости ходить по клубам.

POV Алиса

Переговорив с Гончаровым, я сделала некоторые выводы касательно предложения того мужчины. Во-первых, девушки в этих боях по силе не превосходят тех, с которыми я уже сталкивалась; во-вторых, тот человек, который мне это предлагал, вовсе не был обманщиком, как мне показалось изначально. Гончаров подтвердил, что на обоих боях с моим участием тот мужчина присутствовал: он выбирал себе новеньких. Значит, угрозы от него никакой не исходило. Благодаря всему этому я решила согласиться. Деньги никогда лишними не бывают.

Я так нервничала перед тем, как позвонить этому странному человеку. Он, похоже, сразу меня узнал, поэтому не стал церемониться, а сразу сказал, где и во сколько будет проходить бой.

Это был один из кинотеатров в центре города. Там, в подвале, все было оборудовано как раз под эти бои. Везде стояли столики, за которыми сидели мужчины в дорогих костюмах и женщины в красивых платьях. Я почувствовала себя, как на приеме у Андрея Михайловича, и мне вообще не понравилось это ощущение. Его можно было сравнить с тем чувством, когда ты случайно забегаешь в дорогой бутик, где продавцы-консультанты одеты лучше тебя. Да и ассоциации у меня с тем приемом были не очень-то и хорошие.

По залу ходили официанты с подносами. Напитки и еда там были бесплатными, потому что все эти люди и так уже отвалили огромную, по моим меркам, сумму только за вход.

Меня провели через весь этот зал в раздевалку, где я провела около получаса, разминаясь и переодеваясь. Я не слышала всего того, что происходило за пределами раздевалки, что меня не могло не радовать. Со временем подтянулись еще девочки, которые были удивлены, увидев меня. Похоже, новые лица у них появлялись редко. Я не особо распылялась на разговоры с ними, да и они не горели желанием со мной что-то обсуждать.

Меня забрали второй. Девушку, что ушла до меня, я встретила в зале. Она о чем-то разговаривала с одним из этих богатых мужчин. Кстати, ссадин на ней было не так много. Зато ее соперницу с ринга уносили.

Когда меня объявили, я сразу же увидела свою соперницу. Она смотрела на меня каким-то ненавистным взглядом. Это была рыженькая девушка с довольно милой внешностью. Телосложение у нее было не плотнее моего.

Начался бой. И для меня начался он удачно. Я наносила ей довольно серьезные удары, но очень часто она просто блокировала их. Тогда я врезала ей с ноги по ребрам и услышала слабый хруст. Девушка упала на колени, обхватив живот. Я не стала ее добивать, подумав, что с нее хватит. И только я начала мечтать о победе, как она резко вскочила и ударила меня кулаком с плеча по лицу. Это было так больно… Похоже, она разбила мне нос. Когда я дотронулась до него запястьем, то по руке начала стекать кровь. Затем я почувствовала, как она начала течь и по мои губам, а затем по подбородку. Навалилась такая слабость, что я с трудом смогла устоять на ногах. К счастью, через несколько секунд это прошло. Я знала, куда бить. Конечно же, я снова ударила ее по ребрам, и на этот раз она не выдержала и упала, скрючившись прямо посреди ринга. Встать самостоятельно она уже не смогла. К ней подошла пара рослых мужчин, подняли ее на ноги и утащили куда-то.

Я не думала, что этот бой завершится так быстро.

— А вот и наша победительница! Кобра!

Зал зааплодировал мне, но на этот раз я была не так уж рада. Победа досталась мне довольно легко, но не очень честно. Я просто надеялась, что та девушка будет в порядке.

— И, ввиду того, что у нас сегодня не просто бои, а бои за особую награду, именно она идет на свидание с нашим очередным миллионером!

— Что? — пробормотала я, продолжая стирать кровь с лица.

— Итак, тот, кто сделал на нее самую большую ставку, — ведущий сделал паузу на этом моменте.

В голове было пусто. Я просто не понимала, что происходит. Мы не оговаривали такие условия. Так бои вообще проводятся?

— И это-о Андре-ей!

Какой Андрей? Какой нахрен Андрей?

Я внимательно озиралась по сторонам, ожидая, пока этот человек встанет со своего места. Наверное, я никогда еще не выглядела более потерянной. Мне навязали ситуацию, которую я вообще не ожидала.

Мне казалось, что прошла вечность. И я уже собиралась облегченно вздохнуть, подумав, что этот человек просто не пришел или удалился раньше времени. Но вдруг… вдруг прямо посреди поля моего зрения со стула поднялся человек, которого я раньше даже не видела.

Мои глаза округлились, а сердце застучало. Какая же я дура… И как я сразу не поняла?

Люди зааплодировали уже Андрею Михайловичу.

Я была настолько ошарашена, что не знала, как себя повести… Я не могла вымолвить ни слова, а Андрей Михайлович просто стоял и смотрел мне прямо в мои разрисованные красным глаза. На этот раз он не улыбался. Он был предельно серьезен.

Мне хоть когда-нибудь удастся уже от избавиться от преследований этого человека? Какого черта он постоянно норовил вторгнуться в мою жизнь? Он, похоже, не понимал, что нет смысла мстить невиновным. Иначе за них тоже кто-то будет мстить…

Я чувствовала, как в моих глазах рождается ярость. Я чувствовала, как она охватывает все мое нутро. Надо же… продать участницу боя какому-то олигарху, словно эскортницу или даже проститутку. Смотря какие у Андрея Михайловича были намерения на этот раз. Хотя вряд ли они как-то изменились… Быть может, другие девушки и обрадовались бы такому шансу, но я была не из них.

Сорвавшись с места, я пролезла между канатами и спрыгнула вниз, к этой «достопочтимой» публике, которая бросала на меня удивленные взгляды. Они считали меня животным. Наверное, для них эти бои были чем-то вроде корриды. Можно посмотреть, как кого-то увечат или даже убивают. Это же весело, правда?

Я медленно подходила к Андрею Михайловичу, а на моем лице расползалась неестественная ядовитая улыбка. Это наверняка выглядело устрашающе, потому что вся нижняя половина моего лица была выпачкана кровью. Повисла чуть ли не звенящая тишина. Все с таким интересом ждали. Только я не могла понять, чего. Мне казалось, что даже Андрей Михайлович напрягся.

Когда я наконец подошла к нему, то он взглянул на меня сверху вниз, ибо просто был выше.

— Вы довольны? — улыбаясь, спросила я.

Я чувствовала себя как-то странно. Будто даже не совсем осознавала, что делаю.

Он молчал.

— Я у вас спрашиваю. — Я казалась спокойной.

Он продолжал молчать, и это начало бесить меня. Я сняла перчатку с правой руки и стерла все никак не останавливающуюся кровь со своего лица. Затем я резко схватила за подбородок Андрея Михайловича этой окровавленной рукой. Он дернулся от неожиданности и сразу же отступил назад. Но на лице у него остался кровавый отпечаток от моей пятерни.

— Эта кровь на ваших руках, Андрей Михайлович. — Я не могла перестать улыбаться. — Вы не должны бояться ее. Разве вы не этого хотели? Нужно уметь отвечать за свои поступки. — Я уже больше не могла себя сдерживать. — Вы думали, я слабая маленькая девочка, да?! Думали подстроите всю эту хрень, что сейчас здесь творится, и сможете завершить начатое?! — крикнула я так, что голос отдался эхом. — Я просила вас не трогать меня!!! Я вас умоляла! Тогда, когда вы пытались меня изнасиловать! Не забыли еще?!

По залу разнесся какой-то шепот, а люди, которые сидели за одним столом с этим человеком, ошарашенно посмотрели на него.

— Пускай теперь все знают! — воскликнула я. — У меня и так практически ничего от семьи не осталось, — прошипела я так, чтобы слышал только он. — И если что-нибудь случится с моей сестрой, ты никогда меня не забудешь. Я тебе это обещаю.

Я повернулась и ушла вон из этого зала, затем быстро забрала свой рюкзак и, даже не переодеваясь, убежала из этого места.

Я не знала, что с ним было дальше. Мне просто было страшно, что меня поймают его люди, либо кто-то другой. Не каждый может без последствий просто взять и опорочить репутацию такого высокопоставленного человека.

Надев серую толстовку с капюшоном, я зашла в ближайший круглосуточный фаст-фуд и быстро прошмыгнула в туалет, где отмыла лицо и руки от крови. Я и подумать не могла, что этот бой закончится вот так. Конечно, ни о каких деньгах и речи быть не могло.

Домой я добиралась на автобусе, потому что ждать такси не хотелось. Всю дорогу я анализировала то, что произошло. Я не знаю в каком состоянии я была, что сделала такое. Раньше со мной подобного не случалось. Чем больше херни стало происходит в моей жизни, тем чаще я впадала в этот аффект. Я испугалась… я реально испугалась, что начинаю сходить с ума.

По дороге от остановки до дома я все время оглядывалась. Казалось, что за мной снова начал кто-то следить. Страшнее всего было заходить в подъезд, который казался таким пустым. Но что могло прятаться за каждым поворотом — один только Бог знал. Меня отпустило, только когда я захлопнула за собой дверь своей квартиры. Но новая волна страха нахлынула, когда я поняла, что Насти дома нет. Она была у Оли, но без нее я чувствовала себя максимально некомфортно, словно какая-то часть меня осталась там, снаружи, за дверью.

Я разулась и прошла в ее комнату. Это была милая комната с розовыми обоями. Я разрешила ей обставить все так, как она хотела. В углу стояла односпальная кровать, а возле окна — письменный стол. На стенах висели ее рисунки. Кстати, парочка рисунков были из-под руки Димы. Подойдя к письменному столу, я обнаружила там бумажного журавлика, сделанного Димой. Я взяла его в руки, и сразу же представила, как он сидел и старался максимально аккуратно сворачивать бумагу. Ведь это был не просто журавлик. Это был журавлик для моей сестры. Для моего самого любимого человечка.

Он всегда старался ей помочь. Он и мне всегда старался помочь. Вопрос был в том, принимала ли я эту помощь. Дима не стал скрывать от меня причину того, почему Андрей Михайлович «открыл на меня охоту». Он рассказал правду. А так поступил бы не каждый. В любом случае, Дима пытался разобраться и остановить своего дядю. А последствия зависели уже не от него. Да, он поступил, как мужчина. Он так и должен был поступить…

Я достала из кармана телефон. Было два часа ночи. Я надеялась, что он еще не спал. Когда я набрала его номер, послышались гудки. Я терпеть не могла гудки. Они были для меня символом ожидания. А никто не любит ждать.

— Да? — Его голос казался заспанным, и я сомневалась в том, что он вообще понял, кто ему звонит.

Я долго не могла ничего сказать, но, собрав все силы в кулак, жалко процедила:

— Я была не права. Прости.

Наступила пауза.

— Я рад, что ты поняла это.

— Приедешь? — чуть ли не перебила я его.

Он не ожидал этого предложения.

— Прямо сейчас? — удивленно задал он вопрос.

— Да…

Дима тяжело вздохнул и поразмышлял еще несколько секунд.

— Жди.

И в трубке послышались короткие гудки…

POV Алиса

Я так обрадовалась, когда он наконец приехал, что сразу же бросилась ему на шею. Дима не ожидал этого, поэтому даже бросил на меня удивленный взгляд.

— С тобой все хорошо? — спросил он, снимая ботинки.

Я молча уставилась на него.

— Что случилось?

И мне пришлось рассказать эту «прекрасную» историю от начала и до конца. Я видела, как с каждым предложением, исходящим из моих уст, его брови поднимались все выше и выше.

— Как думаешь, что со мной теперь будет? — спросила я, садясь на диван рядом с ним.

Он напряженно пожал плечами.

— Ну, либо ничего, либо ничего хорошего, — сказал он. — Я попытаюсь поговорить ним, не паникуй раньше времени. — Дима приобнял меня за плечо, после чего я легла ему на колени.

— И после очередного разговора меня что, из квартиры выселят? — с усмешкой спросила я.

Дима закатил глаза.

Несколько минут я просто лежала и смотрела на его лицо, а он вертел прядь моих волос в руке.

У меня слегка побаливал нос после того, как его разбили этой ночью. Наверное из-за старой травмы. В прошлый раз же мне его сломали и странно, что в этот раз я обошлась всего лишь небольшой кровопотерей.

— Когда я сейчас собирался к тебе посреди ночи, то наткнулся на маму. Она пригласила нас на ужин.

Я приподняла бровь.

— Надеюсь, ваша семья будет не в полном составе? — поинтересовалась я.

— Не парься, дяди там точно не будет. А отец в командировку уехал.

Я тяжело вздохнула.

— Да-а, ну и парня я себе выбрала… осталось только твою маму против меня настроить и все. Дело сделано.

— Это кто это еще кого выбирал.

Он стряхнул мои волосы с шеи.

— А что это? — Дима уставился на шею. — Это кровь?

Я поднесла руку и потерла то место, про которое он говорил. Похоже, там действительно была запекшаяся кровь, которую я так и не смыла.

— Послушай, — сказал он. — Я против того, чтобы ты дальше участвовала в боях.

Я встала с дивана и недоумевающе посмотрела на него.

— И чем ты предлагаешь мне заниматься? На панель пойти?

Он вздохнул и снова закатил глаза.

— Ну… я мог бы оплачивать твое проживание и еду… да и вообще все, что ты захочешь.

Я усмехнулась и села обратно на диван.

— Солнце, хватит. Я не хочу больше это обсуждать.

Он напрягся.

— А я не хочу, чтобы тебя с ринга вперед ногами вынесли.

— Не будет этого.

POV Дима

Вернувшись от Алисы, я завтракал уже у себя дома, как вдруг в столовую зашел дядя. У него был какой-то серьезный вид. Он сел за стол прямо напротив меня, и ему тут же принесли кофе. Удивительно, что он решил вдруг посетить наш дом. Раньше он редко заглядывал.

— Ты что-то хотел мне сказать? — спросил я, когда он около двух минут просто сидел и пялился на меня.

— О да, племянничек, я бы многое хотел тебе сказать. — Он сделал глоток кофе. — Почему твоя девка вчера опозорила меня перед всеми моими друзьями?

Я не сдержался и ухмыльнулся уголком губ.

— Ну, ты сам виноват. Не надо было все это подстраивать.

Он чуть не подавился кофе.

— Да я понятия не имел, что она там будет! — заявил он. — Я просто сделал ставку на новую девочку. Мне сказали, что она сильная. Я же не думал, что это она!

Я даже не смог проглотить кусочек тоста, который был у меня во рту. Неужели их встреча правда была странным стечением обстоятельств?

— Ты понимаешь, что обо мне теперь в газетах напишут, если кто-то начнет распускать сплетни?!

Я отложил свой тост.

— Ну так не стоит обращать внимание на желтую прессу, — спокойно сказал я.

— Я политик. Я не могу не обращать на это внимание. Желтая пресса — отражение того, что обо мне думают люди! Неужели ты не понимаешь?!

Я поднялся со своего места, так как у меня совершенно пропал аппетит от этого разговора.

— А почему я должен тебя понимать? — со вздохом и некоторым раздражением в голосе спросил я. — Ты не захотел меня понимать, когда я просил тебя ее не трогать.

Я задвинул стул, сделал еще глоток кофе и направился к выходу. Дяде к тому времени уже принесли завтрак. Я слышал, как он бросил вилку об стол и обозвал меня щенком, но, благополучно это проигнорировав, покинул столовую.

Удивительно, какие порой происходят совпадения в жизни. Вероятность пересечения на подпольных боях Алисы и моего дяди была минимальной, но это все-таки произошло. Если честно, я вообще не знал, что дядя посещает такие мероприятия. Хотя наверное, я еще много чего не знал…

Алиса и ее сестра приехали на ужин около пяти вечера. Алиса была в черной водолазке, которая закрывала все горло, и даже все повреждения на лице старательно замазала тональным кремом. Я искренне надеялся, что мама этого не заметит, хотя глубоко в этом сомневался.

— Дима! — воскликнула Настя, подбежав и обняв меня.

Я поднял ее на руки. Весила она уже немало.

— Ну как я выгляжу? — спросила Алиса, пока мы шли в столовую.

Я оглядел ее черный наряд.

— Как аристократка.

— В смысле? — Она нахмурилась.

— В смысле болезненно. Ты бы вписалась в наше общество.

Она усмехнулась.

В столовой Алиса посадила Настю на стул, который стоял рядом с местом моей матери, а сама села чуть дальше.

Когда пришла мама, Алиса встала, и они обнялись. Мама даже поцеловала ее в щеку. Настя же тем временем спряталась за свою сестру.

Когда мама наконец перестала душить Алису и отпустила ее, то принялась за Настю.

— А кто это у нас тут такой мелкий? — с улыбкой спросила она. — Меня зовут тетя Ника.

— Я Настя, — немного стесняясь, сказала Лебедева-младшая.

Мы все сели за стол и стали ждать, пока нам принесут еду. Настя косилась на конфеты, которые стояли посреди стола.

POV Алиса

— Ну как у тебя дела? — спросила Вероника Владимировна.

Я слегка улыбнулась.

— Спасибо, все хорошо.

Она какое-то время оценивала мой внешний вид. Я знала, что выглядела так, будто у меня кто-то умер. Только черной повязки на голове не хватало. К счастью, его мать ничего не сказала по этому поводу.

— Сколько тебе лет? — спросила Вероника Владимировна у Насти.

— Десять.

— В четвертом классе?

— Да.

Затем она поинтересовалась у нее насчет учебы.

— Ма, да отстань ты от ребенка. Она, наверное, и так устала, еще ты тут. — Попросил Дима, подняв глаза от телефона.

— Ну мне же интересно. — Женщина приподняла бровь.

Нам принесли еду. Это были стейки.

Я так любила мясо и была так голодна, что хотелось просто наброситься на него и проглотить полностью, но в таком обществе нужно было соблюдать этикет.

— В общем, нормально, только с рисованием проблемы, — ответила наконец Настя. — Но мне Дима помогает.

Хорошо, что я научила свою сестру правильно пользоваться столовыми приборами. Можно сказать, что я начала гордиться ей, когда она взяла в правую руку нож, а в левую вилку и начала отрезать маленькие кусочки от своего стейка.

— Ничего себе. — Димина мать перевела взгляд с Насти на него. — Раньше ты кроме своего двоюродного братца вообще детей не воспринимал.

Дима ничего не ответил, а лишь пожал плечами и посмотрел на меня. На какой-то момент мы с ним зацепились взглядами. Раньше я не замечала, что у него очень теплый взгляд. Он улыбнулся мне уголком своих тонких губ, и я ответила тем же.

Как же хотелось сидеть так всегда. Просто не отводить глаза друг от друга и наслаждаться тем, что происходит.

— Алис? — вдруг обратилась ко мне Вероника Владимировна, и я неохотно повернула голову в ее сторону. — А что у тебя с рукой? — спросила она.

Я посмотрела на левую руку, которая была повернута костяшками к ней и в которой я держала вилку. Костяшки слегка опухли, потому что были немного сбиты при тренировках, да и при самих боях.

— Да так… у меня появилось немного свободного времени, и я снова решила заняться боксом.

Его мать приподняла бровь. Я знала, что ей не понравился этот факт, но правда ей бы не понравилась еще больше.

Бросив взгляд на Диму, я заметила, что он мне коротко кивнул, что говорило о том, что я поступила правильно.

Я вспомнила свою мать. Ей никогда не нравилось мое увлечение боксом, и она была безумно рада, что я в свое время отказалась от этого занятия. Это отец поддерживал меня. Мама же постоянно боялась, что я себе разобью что-нибудь. Знала бы она, во что я превратилась, пока училась жить без них. Вряд ли бы она гордилась мной…

Поэтому родителям не всегда надо знать правду о нас. Надо беречь их слабые сердца от лишних волнений, как когда-то берегли они наши. Перед нами они выступали в качестве богов. Людей, которые могут решить буквально все проблемы, даже если на самом деле это было не так. Я бы обязательно берегла психику своих родителей от тяжелых переживаний… если бы они только были живы.

Мы засиделись допоздна за какими-то разговорами ни о чем. Когда ужин закончился, его мать предложила пройти в гостиную и посмотреть их семейные фото, и я с интересом согласилась. Диме было все равно, чем мы занимаемся, но он не оставлял нас ни на минуту. Настю уже клонило в сон, но она продолжала сидеть в телефоне.

— А это он в ванночке. — Она показывала мне маленького голого Диму.

Это выглядело смешно.

— Его невозможно было купать. Он так орал, что уши в трубочку сворачивались, — с улыбкой заявила Вероника Владимировна.

Мне кажется, все фотоальбомы одинаковые. В них обязательно есть фото из роддома, фото голого ребенка где-нибудь в ванной или на отдыхе, фото на заснеженной детской площадке, новогодние детские фото и фото с юга. Только лица в фотоальбомах разных семей чем-то отличаются, а в остальном… в остальном разницы никакой.

Я не открывала свой фотоальбом уже больше полутора лет. Последний раз это было, когда мне пришлось выбирать фотографии для памятника родителей. Мне было просто больно его смотреть, поэтому, когда она показывала мне определенные фото из альбома их семьи, я вспоминала что-то похожее из своего, и у меня ком подходил к горлу.

— Ой, что-то мы засиделись, — сказала вдруг Вероника Владимировна, когда заметила, что Настя уснула в кресле. — А ты не хочешь остаться у нас? — спросила она, резко посмотрев на меня.

— Да… я… — Я просто не ожидала от нее такого вопроса.

Дима, сидевший за ноутбуком до этого момента, заинтересованно поднял взгляд.

— Ну правда. Куда ты поедешь так поздно? — настаивала его мать.

Дима посмотрел на часы, стоявшие на белом камине.

— Она права, — согласился он. — Оставайся.

— У нас есть гостевая комната на первом этаже. Там для вас обеих места хватит.

Я задумалась и неуверенно бросила взгляд на спящую сестру. А ей еще на следующий день в школу идти…

— Ну ладно…

Вероника Владимировна так искренне улыбнулась мне.

— Дим, — обратилась она к сыну. — Отнеси Настюшку спать, а то она совсем вон неудобно лежит. Еще сколиоз заработает.

Он послушно поднялся с кресла и подошел к моей сестре. Взяв ее на руки, он покинул комнату.

И мы с его матерью остались наедине…

— Послушай, — вдруг сказала она, повернувшись ко мне. — Я тут с подругой недавно разговаривала, и она мне такую интересную историю рассказала. Представляешь, Андрей Михайлович… Ну, дядя Димы… был на каких-то боях без правил. Там был и муж моей подруги.

Вот черт…

Я, кажется, догадывалась, к чему она.

— Так вот, муж моей подруги рассказал ей, как какая-то девчонка обвинила Андрея Михайловича в попытке изнасилования.

Я устремила на нее свои удивленные глаза. И все-таки ничто не распространяется лучше сплетен. Они, словно инфекционное заболевание, проникают в организм каждого человека и передаются дальше воздушно-капельным путем.

Мое сердце стучало чаще, чем обычно. Я до конца не могла понять, чего она хочет.

— А потом… я подслушала разговор своего сына с Андреем. И знаешь, что я узнала? — Она смотрела на меня вопрошающе.

На самом деле хотелось просто сквозь землю провалиться.

— Догадываюсь, — напряженно ответила я.

— Так это была ты?

Я застыла. Меня хватило лишь на короткий кивок после долгой паузы.

После моего ответа на интересующий вопрос она наклонилась ко мне ближе, хотя скрываться нам было не от кого, ибо комната пустовала.

— На самом деле я терпеть его не могу, — шепотом заявила Вероника Владимировна. — Это самый омерзительный человек, которого я встречала. Он просто ужасно поступил с моей подругой, его бывшей женой. Ей приходится работать на рынке, а я ничего не могу с этим сделать, кроме как изредка передавать ей деньги. Он даже сейчас продолжает следить за ней. И это не единственный его грешок.

Я была наслышана про эту женщину сполна. Удивительно, как один мимолетный секс может запустить цепочку событий, которую всем так трудно прервать, из-за которой столько людей пострадали.

— Я рада, что хоть кто-то смог хоть как-то ему навредить. — Вероника Владимировна смотрела мне в глаза с такой благодарностью, а я просто сидела не могла в это поверить.

Я вообще не думала, что она отреагирует именно так. Они же как-никак родственники. Пускай не кровные, но все же…

— Конечно, мне не нравится, что девушка моего сына занимается таким агрессивным видом спорта, но даже от этого есть какие-то плюсы. — Вероника Владимировна усмехнулась.

Вернулся Дима, и ей пришлось отодвинуться от меня подальше, чтобы он ничего не заподозрил. Но он все же посмотрел на нас с долей недоверия и сел обратно в кресло.

Наступила ночь, и я легла спать в гостевой комнате, мебель в которой стоила дороже, чем вся моя квартира. Настя тихо посапывала под боком, а я все никак не могла забыть разговор с его матерью… Интересно, сколько народу уже знало о происходящем? Если честно, с каждым днем на меня все сильнее наваливался страх, что он со мной все-таки что-то сделает. Такой человек и убить может… наверное.

Пролежав так до двух часов ночи, я встала, накинула мягкий махровый халат, который мне выдала Вероника Владимировна, и вышла из комнаты.

В доме было тихо. Только лампочки слегка гудели. Пройдя по коридору первого этажа я добралась до зала, в котором была эта огромная каменная лестница наверх. Я постоянно оборачивалась, чтобы ненароком ни на кого не наткнуться. Сердце беспокойно стучало. Поднявшись наверх, я снова шла по коридору, в котором находилась дверь в комнату Димы. Громкости моих шагов, наверное, позавидовала бы любая шпионка. Когда я добралась до нужной двери, то тихо-тихо открыла ее и зашла в комнату. Там было темно. Сквозь занавески пробивался только голубоватый свет с улицы. Он спал с открытым окном, поэтому занавески волнующе колыхались от ветра. Я повернула в левую сторону, зная, что его кровать находилась именно в той части.

Зачем я пришла? Я сама не могла дать себе ответ на этот вопрос.

Приподняв нижний край одеяла, я разглядела его ноги в темноте. Он начал подтягивать их выше, почувствовав холод. Пришлось снять халат. Я пролезла под одеяло и начала медленно ползти по направлению от ног к голове.

— Ага, попалась, — весело, но тихо сказал Дима, перехватив одеялом мою голову.

Я этого не ожидала, поэтому чуть не закричала от испуга.

Когда он отпустил меня, я вылезла прямо к его голове, поставив свои руки по бокам от его плеч.

— Черт, я думала, что не разбужу.

— Думаешь я смог уснуть, зная, что ты здесь, в этом доме?

Я заметила его улыбку в темноте.

— А почему тогда не спустился?

Он положил руки на мою спину.

— Ну… у тебя там другой сосед по кровати.

Его постель была полностью пропитана его запахом. Даже голова от этого начинала кружиться. Когда я в первый раз пришла в эту комнату, то и подумать не могла, что все будет так.

Я прилегла Диме на грудь и услышала, насколько часто бьется его сердце.

— Знаешь, мне кажется, ты бы понравился моим родителям, — пробормотала я.

— Почему ты так думаешь?

Это был странный вопрос, и я долго не могла найти ответ на него. Ведь в человека влюбляются не за что-то… Когда мы испытываем это чувство, нам в человеке нравятся абсолютно все черты, даже отрицательные.

— Потому что ты очень добрый.

И это была правда. Мне действительно казалось, что, каким бы он ни был мудаком, у него было большое сердце.

POV Алиса

Будильник зазвенел в шесть утра, и я распахнула глаза. На моем колене лежало что-то тяжелое, и я приподняла голову, чтобы посмотреть. Оказалось, что Дима просто закинул на меня ногу. Сам же он крепко спал слева от меня, а будильник все продолжал звонить. Да-а, его, похоже, пушкой не разбудишь. Я потрясла его за плечо. Он приоткрыл один глаз и положил на меня еще и руку.

— Нам пора вставать, — сказала я. — Выключи будильник.

Дима дотянулся рукой до будильника, но голову к нему так и не повернул, поэтому получилось так, что он смахнул его с тумбочки. Послышался звон разбивающегося стекла.

— Ну что ты творишь? — с недоумением в голосе спросила я.

— Зато он больше не звенит.

Когда мне наконец удалось поднять его с кровати, мы оделись, позавтракали и отвезли Настю в школу. Дима зачем-то привез меня обратно, к себе. Я была не против.

Он сказал, что нам по пути нужно куда-то заехать. Я не особо была заинтересована в этом, пока мы не припарковались возле большого особняка. Я не знала, кому он принадлежал.

Мне хотелось посидеть в машине, но Дима заставил меня пойти с ним.

Когда мы зашли во двор, то передо мной предстал очередной огромный дом. Он был построен из красивого коричневого кирпича. Со стороны фасада на втором этаже находился маленький декоративный балкончик. Всего этажей было два.

Дима почему-то повел меня куда-то на задний двор, но по пути нас перехватил какой-то пожилой мужчина. Похоже, это был дворецкий. Он что-то прошептал Диме на ухо, после чего ушел.

— Что случилось? — поинтересовалась я, рассматривая отделку дома.

— Мне надо поговорить кое с кем. Иди на задний двор пока. Обещаю, что я ненадолго. — Он отпустил мою руку и скрылся за углом.

Когда я прошла еще десять метров, то передо мной предстала огромная лужайка с газоном и бассейном. Дом находился на склоне, поэтому открывался прекрасный вид на редкие сосенки и речку внизу.

У бассейна сидела девушка с черными волосами, и я сразу поняла, кто это. Не думала, что Дима привезет меня именно к ней.

Я не стала разворачиваться и уходить, не стала обращать на себя ее внимание. Он сидела спиной ко мне, свесив ноги в бассейн, и что-то делала с листом бумаги.

Я тихо подошла к ней, и только тогда Юля меня заметила. Она посмотрела на меня снизу вверх, щурясь от солнца, и снова опустила взгляд. У нее были какие-то опухшие глаза и бледный цвет лица. Это, определенно, была не та прекрасная леди, которую я видела раньше.

Сняв обувь и носки, я села рядом с ней и тоже опустила ноги в прохладную воду.

— Я думала, ты меня ненавидишь, — пробормотала она, делая очередной загиб на листе бумаги.

— Нет… нет. Я совершенно не держу на тебя зла.

Она повернулась ко мне лицом, из-за чего я посмотрела на нее снова и почему-то только тогда заметила, что она была в пижаме.

— Почему? — спросила она, выгнув бровь.

— Потому что ты поступила правильно. — Я тяжело вздохнула, опустив глаза на голубую толщу воды. — Это я была не права.

Юля наконец расправилась с листом бумаги. У нее получился кораблик, который она запустила в бассейн.

— Что с тобой? — Я заметила, что настроение у нее было ниже плинтуса.

Она не отводила взгляд от своего кораблика, который под влиянием легкого ветерка уплыл уже на середину бассейна. Юля долго молчала, прежде чем сказать:

— Игорь больше не хочет со мной общаться.

Я приподняла бровь, удивившись, что ее это так расстроило.

— Ну, вы же не особо ладили, насколько я помню.

Она перевела на меня глаза.

— Да… не особо.

— Тогда в чем проблема? — поинтересовалась я.

Юля молчала. Я раньше не видела ее такой. Хотя я не так близко была с ней знакома, мне казалось, что такое депрессивное настроение для нее было редкостью.

— Подожди-ка… — До меня начало доходить, в чем проблема. — Он тебе нравится?

И только она приоткрыла рот, чтобы что-то сказать, сзади послышался голос:

— Девчонки!

Мы обе резко обернулись. Это был Дима, который стремительной походкой направлялся к нам. Он принес нам мороженое в стаканчиках. Юля неохотно приняла его и откусила маленький кусочек.

— Я разговаривал с твоим отцом, — сказал Дима, садясь рядом с ней на газон. — Он сказал, что ты уже вторую неделю никуда не ходишь.

— Так ты лечить меня приехал? — мрачно спросила Юля. — Не надо. У меня уже был психолог, и мне становится легче.

— Тогда, может, уже начнешь ходить на свои занятия?

Она тяжело вздохнула, после чего поднялась на ноги и сказала:

— Да начну я! Начну. Только отстаньте от меня.

И Юля быстрым шагом направилась в дом.

— Ты этого добивался? — спросила я, повернувшись к Диме лицом.

— Да. — Он щурился от этого яркого, почти летнего солнца.

— А что с ней вообще? — продолжала недоумевать я.

— Это из-за Игоря. Долгая история.

— Ну мы вроде не спешим. — Я поднялась на ноги, обулась, и мы оба направились к выходу, чтобы поехать к нему в дом.

— Так Юля лесбиянка? — ошарашенно спросила я, когда мы заходили в Димин дом.

Он всю дорогу рассказывал мне довольно интересную историю о взаимоотношениях его друзей.

— Нет. Скорее би. Тебя это удивляет?

Я не знала, как к этому относиться. Я ничего не имела против людей с нетрадиционной ориентацией, но я и подумать не могла, что столкнусь с этим.

— Нет… — замялась я. — Скорее меня удивляет, что она делала мне искусственное дыхание.

Он усмехнулся.

— Да, я бы посмотрел на продолжение этого.

— Извращенец. — В этот момент ему прилетел легкий удар по плечу от меня.

— О-о, девушка, так вы ещё и БДСМ любите. — Дима продолжал издеваться, а я продолжала закатывать глаза, хотя мне и самой было смешно.

POV Дима

Когда Алиса уехала домой, то я решил встретиться с Игорем. Мы договорились пересечься в небольшом ресторанчике, который находился прямо в нашем поселке. Мне просто необходимо было обсудить с ним кое-что.

— Зачем позвал? — со вздохом спросил он, присаживаясь напротив.

— Хоть бы поздоровался для начала, — недовольно заметил я.

Он хмыкнул.

— Больно надо мне здороваться с человеком, который меня даже ни разу не навестил, пока я болел.

Черт, а я ведь действительно ни разу даже не заехал к нему. Стало неловко.

— Б**ть, извини, я совсем забыл. И так проблем хватает. Ты наверняка слышал, какой хайп вокруг моего дяди поднялся…

Игорь усмехнулся.

— О да-а, твой дядя просто на первой полосе всех желтых газет. Даже моя мама только о нем и говорит. Должно быть, у той девчонки просто железные яйца, чтобы делать такие заявления. — Игорь говорил все это с восхищением.

— Да-а уж, у нее действительно железные яйца, — пробормотал я.

Игорь посмотрел мне в глаза и нахмурился. В его взгляде читалась заинтересованность.

— Ты ее знаешь? — спросил он.

Я ответил легким кивком и фразой:

— И ты ее знаешь.

Он ненадолго задумался, перебирая, видимо, всех наших общих знакомых женского пола.

— Неужели Алиса? То-то Андрей Михайлович так на нее смотрел на том приеме, — уже намного тише говорил Игорь.

— Да, но я не об этом хотел поговорить. — Мне принесли лимонад, и я сделал пару глотков. — Я о Юле.

Игорь тут же закатил глаза.

— Если о ней, то я лучше пойду. Не хочу все это выслушивать. — Он собирался встать и покинуть кафе, но я попросил его остаться.

— Она уже вторую неделю не выходит из дома. Я был у нее сегодня, и видок у нее не из лучших.

— Ну, а я-то тут причем? — не скрывая своего недовольства, спросил он.

— Мне кажется, это из-за тебя.

Мне так хотелось рассказать ему правду, но Юля бы просто убила меня за это.

— Когда кажется, ты знаешь, что делать.

— Еще я думаю, что она практически ничего не ест. Я говорил с ее отцом, и он понятия не имеет, что с ней делать.

— Послушай, она не очень беспокоилась, когда я страдал из-за нее. Почему я должен беспокоиться? Юля сама довела себя до такого состояния. Она всего лишь потеряла друга. Поверь мне, это пройдет.

— То есть ты вообще не паришься по этому поводу?

Игорь отрицательно покачал головой.

— Последнее время наши с ней отношения держались только на мне. Я будто стучался в закрытую дверь. Наверное, не было ни дня, когда она не послала меня куда подальше.

— И тебе абсолютно все равно? — недоумевая, переспросил я.

— Да. Да, мне плевать.

Я так и не смог понять, обманывал он меня или нет. Игорь никогда не заводил серьезных отношений с девушками, поэтому у меня складывалось впечатление, что он никого не любил. Только вот что он на самом деле чувствовал к Юле?

— А сейчас прости великодушно, но мне пора, — сказал он, взглянув на часы. — У меня свидание.

POV Алиса

Когда я вернулась домой, то сразу же собралась на тренировку. В зале с Саней мы были практически до самого закрытия. Я очень устала, и он предложил выпить с ним кофе. Я не была против. Когда мы сидели в каком-то фастфуде, я наблюдала за тем, как за окном начинался дождь.

— Держи. — Он принес нам капучино.

— Послушай, — резко сказала я, повернув голову в сторону своего собеседника. — Ты ведь знаешь, с кем у меня будет последний бой?

Он ухмыльнулся уголком губ.

— Ну вообще-то я не должен говорить тебе о ней.

Я с прищуром посмотрела на него.

— Ну пожа-а-луйста. — Мой умоляющий голос должен был звучать довольно мило. — Неужели ты не хочешь, чтобы я победила?

— Я все равно не смогу ничем тебе помочь. Не я же ее тренерую. Я знаю только, как она выглядит и сколько ей лет.

— Неужели ты даже не удосужился понаблюдать за ее техникой? Может быть, слабости какие-то есть… «дыры в обороне»?

Саня лишь отрицательно покачал головой, и я поняла, что толку от него мало.

— Ну и черт с тобой. — Тяжело вздохнула я и глотнула еще кофе.

— Неужели тебе не интересно, сколько ей лет? — поинтересовался он.

Что в этой информации могло быть такого? Вряд ли ей шестьдесят…

— Ну и сколько?

— Семнадцать.

Я вопросительно приподняла бровь. Такое вообще возможно? Что могло заставить семнадцатилетнюю девчонку пойти на подпольные бои и рисковать своей жизнью?

— Это мне мой коллега сказал.

— И почему тогда она этим занимается? — с недоумением спросила я.

Саня в ответ пожал плечами.

— Увы, подробностей он мне не раскрыл. Но думаю, что не от хорошей жизни она подалась в это дело.

Я призадумалась, снова отвернувшись к окну. Дождь усиливался, и надо было идти домой, чтобы не попасть уже под ливень.

Вдруг эта странная девушка просто хотела побольше заработать? Либо в ее жизни и правда все не так гладко, раз она в таком возрасте решила пойти на бои без правил. И зачем я только спросила у него про это? Быть может, лучше было не знать?

— Малыш, переночуешь через пару дней у Оли, окей? — спросила я, накладывая сестре геркулесовую кашу на завтрак.

— А почему ты меня так часто к ней отправляешь? — Она с интересом посмотрела на меня.

Я растерялась, потому что не знала, что ей ответить.

— Просто у меня очень важные дела, и я не знаю, вернусь ли к утру. Не хочу оставлять тебя одну так надолго.

Настя тяжело вздохнула. Да, мне было омерзительно, что приходилось врать ей. Я не знала, что Настя думала по этому поводу. А она наверняка что-то подозревала… Моя сестра была довольно умной, чтобы не догадаться, что я вру.

— То есть ты надолго уйдешь на работу? — уточнила она.

Я лишь коротко кивнула и отвернулась к плите.

Вдруг раздался телефонный звонок. Это был Дима.

— Привет, солнце!

— А почему ты не спишь? — спросила я, удивившись, что он соизволил встать так рано.

— Я еще не ложился.

— Опять тусил всю ночь? — со вздохом поинтересовалась я.

По голосу я поняла, что он был не очень трезв.

— Я соскучился.

— Сначала выспись, а потом мы поговорим об этом.

— Ладно, на самом деле я по делу звоню, — начал он. — У меня есть пару билетов в театр. Пойдешь со мной?

— Ого. — Я удивилась, что он позвал меня не на какую-нибудь вечеринку, а на культурное мероприятие. — Когда?

И по закону подлости спектакль должен был состояться через три дня. Вот почему так всегда в жизни?

Я ушла в свою комнату, чтобы сообщить ему причину, по которой не смогу пойти.

— Блин, прости. У меня бой.

— Бой? Я думал, ты больше не будешь этим заниматься после того, что произошло.

— Да ладно тебе. Это последний. Я заработала достаточно, чтобы пару месяцев просто ничего не делать, но в финале мне обязательно надо участвовать.

Я услышала лишь тяжелый вздох, после чего фразу:

— Может, не пойдешь все-таки?

— Я не могу не пойти. Извини.

Он положил трубку. Я не знала, обиделся ли он, но догадывалась, что это пройдет, как только Дима протрезвеет.

POV Алиса

Я как-то подозрительно сильно волновалась перед последним боем. Конечно, мне очень хотелось выиграть, но меня беспокоил тот факт, который сообщил мне Саня. Неужели ей и правда было семнадцать лет?

На этот раз я была в раздевалке одна. Я очень тщательно разогревалась, чтобы точно себе ничего не повредить, но все равно беспокоилась сильнее обычного.

В дверь постучали, и сразу же появился Гончаров.

— Тебе пора, — сообщил он.

— Постой. — У меня даже руки тряслись.

— Что? — Он остановился и вопросительно посмотрел на меня.

Я подошла к нему поближе и посмотрела в глаза.

— Ей правда семнадцать?

Его брови моментально взлетели вверх.

— О ком ты?

— О моей сопернице. Это же ты курируешь бои. Ты приглашаешь участников. Ты должен знать, сколько ей лет. — Мой голос почему-то подрагивал.

— Но она прошла на общих основаниях. Через отборочные бои. В анкете она указала, что ей восемнадцать. И, как ты знаешь, паспорт у нас не проверяют. — По голосу стало ясно, что ему надоели эти разговоры. — Ты собираешься идти?

Я как-то нервно закивала и покинула раздевалку.

Как только я зашла в зал, меня сразу ослепил свет прожектора.

— А во-о-от и Кобра-а!

Зал буквально взревел. Я знала, что нравилась им, потому что большинство ставок в этот раз было сделано на меня. Я залезла на ринг и поприветствовала толпу, помахав ей. Натянув на себя фальшивую улыбку, я старалась настроить себя на бой.

— А теперь поприветствуйте Лолиту! — воскликнул ведущий.

Лолита? Мне казалось, что я уже слышала эту боевую кличку. Но тогда я подумала, что это реальное имя. Кстати, это была та девушка, с которой я познакомилась после своего первого боя в рамках этого турнира. В тот раз мне показалось, что она старше. Но, взглянув на нее, я поняла, что ей вполне могло бы быть семнадцать лет…

Ее русые волосы были собраны в хвост, и она улыбалась публике своими тонкими губами. Но когда она взглянула на меня, ее улыбка погасла. Похоже, Лолита тоже не ожидала, что ее последний бой будет со мной. Она как-то нервно закусила губу, а потом приняла боевую стойку.

Это был тот человек, с которым мне как раз никогда не хотелось бы биться. Я терпеть не могла выходить на ринг с теми, с кем была хоть немного знакома.

Мне пришлось принять боевую стойку и ждать, пока она первой нанесет удар. Но она, похоже, тоже не хотела этого делать. Поэтому мы стояли, как два барана, и тупо смотрели друг на друга, пока публика не начала просто выть от недовольства.

Я поняла, что дальше так стоять нельзя. Нужно было что-то сделать. Приблизившись к ней, я стиснула зубы и попыталась нанести первый удар, который был не особо сильным. Она блокировала его, и уже более неприязненно посмотрела на меня. Я попыталась нанести еще удар, но Лолита опередила меня и ударила ногой по ребрам, а затем по челюсти. Я взвизгнула от боли, но не упала. Моя соперница не стала добивать меня, но если бы она этого хотела, то я уже была бы в нокауте. Я посмотрела в ее глаза. Там читался какой-то испуг. Воспользовавшись этим, я с разворота ударила ее по лицу. Лолита упала.

В этот момент мое восприятие времени изменилось. Мне показалось, что прошла вечность, прежде чем она, собрав остаток сил, поднялась сначала на колени, а потом на ноги. У нее из губы пошла кровь. Я очень надеялась, что хотя бы не выбила ей зубы. Это была крепкая девчонка. Я была удивлена, что она смогла подняться после того, как я нанесла довольно сильный удар.

Она стояла, пошатываясь, и я не решалась ее трогать. Лолита попыталась ударить меня по лицу несколько раз, но я успешно увернулась.

— Что, так хочешь выиграть? — спросила она, тяжело дыша.

Я встала в стойку, ожидая очередного удара.

— Видимо, не так, как ты. — Я не хотела оскорблять ее, поэтому была довольно лояльна. — Я в свои семнадцать не была такой агрессивной.

Она удивилась, но старалась не показывать этого, однако я заметила, как дернулись ее брови.

— Зачем ты здесь? — поинтересовалась я, попытавшись ударить ее, но не сильно, чтобы люди не думали, что мы пришли на переговоры, а не на бой.

Она успешно блокировала мой недоудар.

— Тебе какое дело? — Лолита почему-то отвечала мне с агрессией.

— Ну если не хочешь, чтобы я размазала тебя по рингу, то скажешь. — Да, я говорила уверенно.

Она усмехнулась. Меня это выбесило, и я снова с разворота ударила ее, но уже по ребрам. Она скрючилась и упала на колени.

Почему я была так уверена в себе? А нихрена я не была уверена. Мне просто нужна была правда.

— Ладно, — со вздохом сказала она, с трудом поднимаясь на ноги. — Мне просто очень нужны деньги… Для семьи…

Я не стала выяснять подробности, чтобы совсем не принижать ее достоинство. По ее глазам было ясно, что она говорит правду. Я испытывала к этой девушке какое-то двоякое чувство: с одной стороны мне было жаль ее, а с другой хотелось довести ее до нокаута, пока была возможность.

Она тем временем врезала мне по лицу и снова разбила нос. Какая-то невыносимо-глухая боль отдалась в мозг, и слабость, словно яд, разлилась по всему телу. На этот раз, похоже, нос был сломан. Я испугалась, что после третьего такого повреждения уже не смогу дышать им. Слезы самопроизвольно брызнули из глаз от этой жуткой боли.

Я посмотрела на свою соперницу, зажимая нос рукой. Лолита выглядела все так же испуганно. Я была уверена, что она уже была готова отказаться от победы.

— Бей, — сказала я.

К счастью, зрители не могли нас слышать. А судье, похоже, было все равно на наши разговоры.

Она стояла и ничего не предпринимала.

— Бей! — уже громче воскликнула я.

Лолита подошла ближе и еле-еле ударила мне по голове.

Меня просто вымораживало то, что она даже удар нормально не могла нанести.

— Да как ты вообще в финал попала с такими способностями?! — рявкнула я и попыталась нанести ей серию ударов, но моя соперница закрыла голову руками.

Моей целью было не повалить ее на ринг, а выбесить. И мне это удалось. Как только я перестала бить ее и немного отступила, Лолита бросилась на меня, как хищник на добычу, и нанесла удар ногой в живот. Что ж, это было больно… Но она на этом не остановилась, и мне прилетело по лицу. Я даже не могла понять, в какой части моего тела боль была сильнее. Упав на колени, я зажмурилась, пытаясь не потерять сознание. В этот момент мне прилетел удар ногой по виску, и наступила темнота…

POV Дима

Я встал, как обычно, часов в двенадцать утра. Голова просто раскалывалась, потому что мы с Игорем опять всю ночь протусили в клубе. Первым делом я набрал Алису, чтобы спросить, как прошел бой, но она почему-то не ответила на мой звонок. Я подумал, что она еще спит, поэтому спустился в столовую, чтобы позавтракать.

Удивительно, как все в жизни может поменяться буквально за несколько минут. Сегодня ты наслаждаешься жизнью, а завтра тебя может уже не быть в этом мире. Все, что ты так любил, рушится буквально за десять секунд, и ты не в состоянии ничего с этим сделать. Судьба? Случайность? А может, и закономерность.

Не бывает такого, чтобы все в жизни вечно шло идеально. Не бывает такого, чтобы с тобой не случилась очередная хрень, с которой ты должен будешь справляться.

Раздался телефонный звонок. Номер был неизвестен.

— Алло?

После того, что мне сообщили по телефону, я сорвался с места, добежал до своей комнаты, оделся в то, что первым попалось под руку. Затем я вылетел из дома, поймав на себе взгляды удивленной прислуги, и сел в машину.

Через полчаса я уже летел по коридору больницы. К счастью, по пути мне встретился человек, которого я знал.

— Оля! — воскликнул я, подбегая к ней.

Она выходила из палаты. Это она позвонила мне. Ее лицо было каким-то измученным, но я особо не обращал на это внимание. Меня волновало другое.

— Что с ней? — Я сам был удивлен тому, насколько нервно звучал мой голос.

Оля нахмурилась.

— Ты только не переживай так. У нее сотрясение, перелом двух ребер и носа. — Ее голос подрагивал. — Говорила я ей, чтобы не ввязывалась в это. — Оля закатила глаза, пытаясь не расплакаться.

Я слегка оттолкнул ее, открыл дверь и зашел… То, что я чувствовал в тот момент, нельзя было описать словами.

Это была не Алиса. Это будто была какая-то девушка, которую избили по меньшей мере пять взрослых мужиков. У нее было столько ссадин на лице, что я ее сначала даже узнать не смог.

Это была одиночная палата, так что я точно не мог ошибиться.

Оля стояла позади меня и тоже смотрела на обезображенное лицо подруги.

— Она до сих пор не пришла в себя? — тихо спросил я.

— Как видишь…

Я медленно подошел ближе. Ноги меня почему-то еле держали в этот момент. Усевшись на стул, я уставился на кислородную маску на ее лице.

— Позови, пожалуйста, врача, — попросил я Олю, и она, коротко кивнув, удалилась.

Я не мог понять… я ничего не мог понять. Мысли путались в моей голове так, будто я употребил все психотропные вещества из существующих. Я отодвинул одеяло и увидел ее руку, костяшки на которой были синими и опухшими.

Зачем я вообще позволил ей идти на этот бой?

Вдруг дверь открылась, и в палате появился мужчина тридцати с лишним лет в белом халате.

— Почему она до сих пор не очнулась? — сходу спросил я.

Он подошел и посмотрел на показатели сердцебиения.

— Для начала скажите мне, кем вы ей приходитесь? — приподняв бровь, задал он вопрос.

Он был как-то слишком расслаблен, даже руки из кармана не удосужился вынуть.

— Я ее парень.

Мужчина хмыкнул.

— Хорошо же вы заботитесь о своей девушке, раз с ней такое происходит. — Он пытался пристыдить меня, и это очень раздражало.

— Позаботишься о ней, как же… — съязвил я. — Может, все-таки скажете, что с ней?

Врач тяжело вздохнул.

— Она спит. Мы вкололи ей обезболивающее и снотворное. Можно сказать, что она родилась в рубашке. Ей очень повезло, что после такого удара по голове она не умерла, а всего лишь заработала сотрясение. — Доктор продолжал осуждающе смотреть на меня. — С носом проблемы. Она им еле дышит. Боюсь, придется делать операцию, но это уже ей самой решать, когда придет в себя.

— Может, что-то нужно? Какие-то препараты?

Он закатил глаза.

— Нет, у нас все есть. Но надо было следить за ней получше, чтобы такого не произошло. — Он посмотрел на часы. — Всего хорошего. У меня обход. — Через несколько секунд в палате его уже не было.

Доктор произвел на меня крайне неприятное впечатление.

— И это ее лечащий врач? — спросил я у Оли.

Она лишь коротко кивнула и села на стул рядом с подругой.

Через полчаса Оле пора было идти на работу.

— Послушай, а где Настя? — взволнованно поинтересовался я.

— Она в школе. Она может пожить у меня, пока Алисе не станет лучше.

Я отрицательно покачал головой.

— Нет. Я заберу ее.

Оля нахмурилась.

— Ты вообще когда-нибудь присматривал за детьми?

— Нет.

Она опустила глаза, но все равно сказала:

— Ладно.

Я сел возле постели Алисы и погрузился в свои мысли. С ее появлением в моей жизни, что-то стало идти не так. Раньше у меня не было таких сильных эмоциональных потрясений. Не раз появлялись мысли о том, что, быть может, зря я вообще связался с ней. Однако было поздно. Раньше надо было думать.

Теперь бы я вряд ли смог научиться жить без нее. А если и смог бы, то это было бы крайне сложно…

POV Дима

Я решил зайти за Настей прямо в класс, где снова встретился с ее учительницей.

— О-о, какие люди, — с улыбкой сказала она. — Что-то вы редко к нам заглядываете, особенно ваша невеста. Вот на собрание даже не пришла.

Я приподнял бровь и посмотрел на Настю, которая в это время стояла рядом со мной. Похоже, кое-кто даже не предупредил Алису о собрании. Настя не ожидала меня увидеть, и ей стало интересно, зачем я приехал.

— Простите, как вас?

— Анна Григорьевна.

— Анна Григорьевна, а в чем собственно проблема? — поинтересовался я.

Настя взволнованно опустила глаза.

К слову, все дети уже разошлись. Остались только мы втроем и напряжение между нами.

— Понимаете, она подралась с мальчиком, разбила ему губу. Не понимаю, откуда в такой маленькой девочке столько агрессии… — Учительница с недоумением смотрела на меня.

Я опустил взгляд на Настю. Она лишь взглянула на меня своими милыми глазками, после чего продолжила смотреть в пол.

— Мы с Алисой обязательно проведем с ней воспитательную беседу. — Я старался казаться серьезным настолько, насколько мог.

— Извольте.

И мы вместе покинули кабинет Анны Григорьевны. Почему-то было ощущение, что провинился в чем-то я, хотя в этом была замешана Настя.

— Ну и зачем ты подралась с мальчиком? — спросил я, пока мы шли к машине.

— Заслужил.

Я открыл ей дверь, после чего и сам сел в свой авто.

— И чем же?

— Ну-у, он все время понтуется своими деньгами и задирает меня. Меня выбесили его глупые шуточки, вот я ему и врезала.

Я тяжело вздохнул и посмотрел на нее. Да-а, это была просто маленькая копия сестры. Я не был удивлен.

— Но конфликты надо решать словами, а не кулаками, — сказал я, сам не понимая, когда успел стать настолько правильным.

— Да знаю я.

Какое-то время мы ехали молча, пока она не задала вопрос:

— А тебя Алиса попросила прийти?

— Д-да. — Я слегка замялся.

— Она все-таки задержалась на работе?

Я долго не мог понять, о чем она говорит, но потом до меня дошло, что Алиса снова наврала своей сестре.

— Да. Возможно, еще несколько дней тебе придется пожить у меня.

По Насте было видно, что она расстроена. Алиса когда-то говорила, что в таком возрасте дети очень скучают по своим родным, поэтому мне было искренне жаль Лебедеву-младшую.

К счастью, отец все еще был в командировке, поэтому объяснять ему ничего не нужно было. Мама была даже рада тому, что Настя оставалась у нас. Была ли рада этому Настя? Не знаю. Как только я отвез ее к себе, то тут же отправился к Алисе.

— Как скоро она придет в себя? — спросил я у лечащего врача, когда он снова решил посетить палату моей девушки.

Он только пожал плечами и продолжил стоять и смотреть на нее, запустив руки в карманы. Мы находились в абсолютной тишине. Порой мне даже становилось неловко в его присутствии, и я снова погружался в свои мысли. И вот, когда я уже просто уставился в окно, за которым начинало темнеть, раздался голос врача:

— Вы меня слышите?

Я перевел взгляд на Алису и увидел, что она открыла глаза. В знак согласия она лишь осторожно кивнула.

Врач сел на ее постель и аккуратно снял с нее кислородную маску.

Я поднялся со стула, на котором сидел, и встал поближе. Алиса наконец заметила меня и перевела взгляд на мое лицо. Не нужно было слов, чтобы ее понять, однако она приоткрыла рот и прохрипела:

— Я… я проиграла…

Я кивнул.

— Да…

После этого она еще какое-то время посмотрела на меня и снова закрыла глаза.

Я тяжело вздохнул и подошел к окну. Доктор в это время, нахмурившись, продолжал стоять и сверлить меня взглядом. Я всеми порами кожи это чувствовал. К счастью, он не стал задавать лишних вопросов.

POV Алиса

Голова была будто чугунная. Когда я открыла глаза, все пространство расплывалось. Немного подташнивало.

В палате никого не было, кроме пожилой санитарки, которая мыла пол. Как только она увидела, что я пришла в себя, то сразу положила швабру и вышла из палаты.

Я тем временем оглядывала помещение. В нем не было ничего интересного: голубые стены, пара стульев возле кровати, какой-то аппарат, показывающий мой пульс. Из довольно большого окна было видно лишь темное небо.

Вдруг в палату буквально ввалился мужчина в халате лет тридцати пяти. У него была очень короткая стрижка, волосы русого цвета, довольно плотное телосложение и пронзительный взгляд зеленых глаз.

Он подлетел ко мне и снял кислородную маску, которую я до этого момента даже не замечала. Дышать стало определенно тяжелее. Я заметила, что дышать я могла только ртом. Нос почти не справлялся со своими обязанностями.

Впоследствии мне сказали, что я уже приходила в себя до этого, но я совершенно не помнила тот момент.

— Слышите меня? — спросил он.

— Да…

— Я Александр Викторович, дежурный врач, а, по совместительству, и ваш лечащий. Жалобы какие-нибудь есть?

— Да… у меня нос не дышит… и… и голова болит.

— У вас сотрясение. А на нос придется делать операцию.

Я с трудом могла переварить эту информацию. Голова еле работала. Последнее, что я помнила, — лицо Лолиты.

— Кто-нибудь приходил ко мне? Где Настя?

Он нахмурился.

— Я не знаю, кто такая Настя, но к вам приходила ваша подруга. Ей кто-то позвонил. Затем и ваш парень.

Точно, я же говорила Гончарову, чтобы он позвонил Оле в крайнем случае.

— Как долго я была в отключке? — хриплым, но при этом писклявым голосом спросила я.

— Около суток.

Болело почти все тело. Это было невыносимо. Особенно грудная клетка.

Врача срочно куда-то вызвали, и он ушел, даже не попрощавшись. Я осталась лежать в полном одиночестве и почти не могла пошевелиться, потому что каждое движение отдавалось болью. Похоже, у меня снова были сломаны ребра. Черт, почему это происходило каждый раз. Я удивлялась тому, что у меня еще со внутренними органами все было нормально… хотя я не была уверена в этом до конца.

Я почувствовала, что кто-то снова дотронулся до моей руки, и открыла глаза. Это был Дима.

— Ну как ты? — шепотом спросил он.

Я улыбнулась уголком губ.

— Это что, слезы?

Он шмыгнул носом, и провел свободной рукой по лицу.

— Тебе показалось, — усмехнулся он.

— Где Настя?

Он осторожно провел по моей руке.

— С ней все хорошо. Она у меня. — Дима понял, что я напряглась, поэтому добавил: — Не переживай, отец до сих пор в командировке, а дядя к нам вряд ли заявится в ближайшее время.

У меня будто камень с плеч свалился. Но все же мне было бы спокойнее, если бы Настя осталась с Олей.

Я никогда не думала, что со мной снова это произойдет… Мне казалось, что во второй раз такого точно не случится, но как же я ошибалась. Быть может, был какой-то другой выход? Быть может, надо было сделать все по-другому… Ради Насти. Да, я жалела о своем поступке, но все равно не находила других решений. Наверное, такова была моя судьба. Я слишком часто принимала не те решения.

— Надеюсь, ты больше не полезешь в эти бои, — сказал Дима.

Я крепко сжала его руку.

— Больше не полезу.

Дни в больнице тянулись бесконечно. Ночи немного быстрее. Дима много времени проводил у меня. Это радовало. Оля приходила не так часто, а вот Настю я не видела вообще. Я прекрасно понимала, что не стоит ее травмировать моим внешним видом, но я так по ней скучала… Дима говорил, что и она по мне тоже. Я в этом ни секунды не сомневалась. Я никогда не оставляла сестру так надолго.

На очередной утренний обход ко мне заглянул мой лечащий врач. Димы не было. Я в это время читала книгу.

— Ну как у нас дела? — Он был весел, что редко за ним замечалось.

Я улыбнулась.

— Нормально, Александр Викторович.

Мне действительно становилось лучше. Я уже могла вставать и самостоятельно ходить в туалет, хотя прошла всего неделя. Можно было сказать, что на мне все заживало, как на собаке. За исключением, конечно, носа. Он так и не начал дышать. От этого усиливались головные боли, но я научилась их терпеть.

Доктор присел на мою постель и уставился на меня.

— А теперь, может, расскажете все-таки, как умудрились получить такие травмы?

Я не ждала от него такого коварного вопроса. Естественно, я не готова была дать ответ, ибо это могло мне аукнуться чуть ли ни полицией. То, чем я занималась, было незаконно, и рассказывать об этом всем подряд я считала рискованным.

Улыбнувшись, я просто отрицательно покачала головой.

— Ладно, Лебедева. — Он вздохнул, поджав губы. — А где же ваш парень?

— А вы с какой целью интересуетесь?

— Да так. Спросить, собирается ли он искать вам клинику для операции на нос.

Я нахмурилась.

— А причем тут он? Я сама себе все найду и даже оплачу.

Доктор тем временем откинул мне одеяло, чтобы провести осмотр. Я слегка приподняла пижаму. Мы молчали, пока он слушал меня с помощью своего фонендоскопа.

— А он об этом знает? — спросил Александр Викторович, делая строгий тон, однако у него это не очень получалось.

Я ненадолго зависла.

— Он? Он, наверное, об этом не думал даже.

POV Дима

Я приехал домой после того, как в очередной раз посетил Алису. Погода была прекрасная, поэтому дома я никого не застал. Но стоило мне только выйти на задний двор, и я обнаружил там и маму, и Настю, и даже Юлю. Мама плавала в бассейне, а Настя в купальнике сидела возле него и разговаривала с моей подругой.

— Ты знаешь, я как-то не любила играть в куклы в детстве. Мне больше нравилось с мальчиками побегать, в футбол погонять, — говорила Юля.

— А еще подраться, — добавил я, и только тогда она меня заметила, ибо я подкрался со спины. — Привет.

— Привет. — Юля улыбнулась. — А я тут заехала к тебе, а тебя нет.

Судя по ее лицу, ей было значительно лучше. Юля больше не выглядела, как подросток с суицидальными наклонностями.

— Настюш, не хочешь искупаться? — крикнула мама с другого конца бассейна, и Настя тут же, даже не вставая, сползла в воду.

— Ну как ты?

— Прекрасно, — с улыбкой заявила она. — А как Алиса? Мне твоя мама все рассказала.

— Хорошо. Я думаю, что скоро выпишут.

Повисло молчание. Я знал, что она хотела спросить, но боялся сам начинать разговор об этом.

Как назло позвонил Игорь, и мне пришлось отойти, чтобы поговорить с ним. Юля, конечно, это поняла, поэтому на протяжении всего разговора смотрела на меня, не отводя глаз.

Когда я вернулся и вновь сел рядом с ней, Юля сначала поджала губы, а потом все-таки решилась:

— А как там Игорь?

Я перевел взгляд на Настю, которая в это время плескалась водой.

— Нормально.

— Я видела его новое фото в Инстаграме. У него появилась девушка? — Юля щурилась от яркого солнца, но все равно продолжала сверлить меня взглядом.

Я нерешительно кивнул, внимательно наблюдая за ее реакцией. Юля опустила глаза, после чего упорно старалась делать вид, что ей все равно, с улыбкой наблюдая за Настей. Моя мама играла с малышкой в надувной мяч. У них была просто идиллия.

— Наверное, я пойду. — Юля поднялась с газона, а я последовал ее примеру.

На ней была белая майка и черная летящая юбка, которая развевалась на ветру. Ее черные волосы блестели и переливались на солнце. Юля была прекрасна, и я не понимал, почему Игорь предпочел ей какую-то блондинку.

— Ну пока. — Она попрощалась со мной, затем с мамой и Настей, и пошла к выходу.

Ну Игорь и дурак… Хотя они оба не особо умные.

Вдруг я услышал, как во двор заехала машина. Из-за этого я изрядно напрягся и переглянулся с мамой. Она тоже выглядела настороженно. Через несколько минут на заднем дворе появился отец. Похоже, дворецкий сообщил ему, где мы. Конечно, отец понятия не имел о том, что с нами живет сестра Алисы.

— Ну здравствуй, сын, — сказал он, как только увидел меня.

Я подошел к нему, и мы обнялись.

Затем он ожидал, что к нему подойдет и мама, но она в это время только выходила из бассейна вместе с Настей, которая испуганно косилась на не знакомого ей человека.

— Это кто? — спросил отец, с подозрением глядя на меня.

— Это сестра моей девушки. — Я старался сделать тон наиболее спокойным.

Мама тем временем оставила Настю на месте, а сама подошла к нам.

— А что она делает у нас? — Отцу явно не нравился данный факт.

— Она живет у нас, пока Алиса лежит в больнице.

Отец скрестил руки на груди и перевел взгляд на маму.

— И ты на это согласилась?

— А почему нет? — Мама вопросительно взирала на него. — Это прекрасная девочка. Она хорошо воспитана и не доставляет хлопот.

Папа хмыкнул и приподнял одну бровь.

— А потом что?! И твоя девушка сюда переедет и будет жить здесь за наш счет?

Я тяжело вздохнул, искренне не понимая, почему он так на это отреагировал.

— Я наслышан о том, какой ущерб она нанесла твоему дяде. Да ты после этого вообще должен был перестать с ней общаться! — Отец начинал кричать, поэтому я попросил маму забрать Настю и уйти с ней в дом, чтобы она этого не видела.

— Почему это? — Я не кричал только потому, что мама с Настей проходила мимо нас.

— Да потому что она его оклеветала!

— С чего ты это взял?! Ты что, был там?! — Я выходил из себя.

Похоже, дядя хорошо промыл отцу мозги.

— Какой смысл ей клеветать на него?

Папа закатил глаза.

— Неужели ты не понимаешь, что ей за это хорошо заплатили? Скоро выборы! А у твоего дяди конкурентов очень много.

Это был какой-то идиотизм.

— Какой бред ты несешь. — У меня уже не хватало сил ссориться с моим же семейством, поэтому я решил пойти домой и успокоить разволновавшуюся Настю.

Однако отец остановил меня, схватив за рукав рубашки.

— Послушай меня, — вполголоса сказал он, стиснув при этом зубы. — Я не потерплю такого бардака в своем доме. И если тебе мать многое позволяет, от меня такого можешь не ждать.

Я выдернул свою руку.

— И что ты сделаешь?

Он посмотрел мне в глаза с какой-то злобой.

— Если так хочешь, то обязательно увидишь.

Я усмехнулся и пошел в дом.

POV Дима

— А когда Алиса за мной приедет? — спросила вдруг Настя за завтраком.

— Скоро, малыш. Очень скоро. Хочешь, мы ей позвоним?

Настя немного успокоилась, когда мы в очередной раз поговорили с ее сестрой.

Я уже и сам не мог дождаться, когда ее выпишут, чтобы провести с ней время. Угрозы отца меня совершенно не пугали. Он частенько говорил мне подобное, но самое серьезное, что он когда-либо делал, — это лишь блокировал счета банковских карт. Однако его хватало всего на пару дней, после чего ему становилось меня жалко, и все снова было нормально.

POV Алиса

Я положила трубку после того, как поговорила с сестрой. И только я собралась в очередной раз обследовать социальные сети на предмет новых публикаций от знакомых, как в мою палату постучали, и через пару секунд на пороге появилась знакомая девушка. Как ни странно, я была рада ее видеть. Каждый день в больнице давался мне тяжко, так что мне приходилось радоваться даже тем, из-за кого я в этой больнице оказалась.

— Привет, — виновато сказала Лолита.

Я приподнялась в постели и улыбнулась ей уголком губ.

— Ну здравствуй, агрессор.

Она опустила глаза и присела на край стула.

— Я принесла тебе апельсинов. — Лолита положила мне на тумбочку довольно большой пакет. — А еще я хотела извиниться.

— Я не держу на тебя зла.

Лолита нахмурилась.

— Но это же я сделала с тобой все это.

— Ну я же сама тебя об этом попросила. Знаешь, рассчитывать силу удара довольно сложно. Это приходит с опытом. А тебе всего только семнадцать...

— Шестнадцать.

Мои брови взлетели вверх, и она, заметив мое удивление, сказала:

— Я соврала своему тренеру, что мне семнадцать. Соврала организаторам боев, что восемнадцать. Я много кому вру. — Она посмотрела на меня каким-то холодным взглядом.

— Зачем тебе все это надо, а? — Мне была интересна ее история.

Она вновь опустила взгляд. Казалось, эта девочка вообще не любила смотреть кому-то в глаза.

— Просто деньги нужны. Я живу с бабушкой, а пенсия у нее очень маленькая. Родителей у меня нет. Отец давно ушел, а мать умерла от рака. — Лолита рассказывала все это с таким хладнокровием, что я могла ей позавидовать. — И у меня был выбор: либо жить и копить деньги на оплату квартиры и лекарств для бабушки, либо пойти на бои. Я выбрала второе, как видишь.

На этот раз она сверлила меня взглядом.

— Неужели не было других вариантов? — задала я глупейший вопрос.

Лолита усмехнулась.

— Был. Догадываешься, какой?

Я тяжело вздохнула. У меня тоже был такой вариант, но я бы лучше умерла, чем согласилась быть проституткой.

— У меня к тебе одна просьба, — обратилась к ней я.

— Все, что угодно, — прошептала она, положив свою руку на мою.

— Сможешь достать мне пачку сигарет? А то я даже понятия не имею, где все мои вещи. Мне принесли только мобильный телефон.

Она улыбнулась и дотянулась до своего рюкзака. Лолита достала из него практически полную пачку и отдала мне.

— Оперативненько, — усмехнулась я. — Спасибо.

Я дождалась позднего вечера, ибо медсестра на вахте засыпала только в это время. Как же дико хотелось курить. Даже не смотря на то, что мой нос не дышал, и это далось бы тяжело...

Я прокралась мимо дежурной медсестры, пожилой женщины, которая ни одной ночи не смогла продежурить без того, чтобы не уснуть, и покинула отделение, которое находилось на втором этаже. На первом я пряталась за колоннами и углами. Оставалось только проскочить мимо охранника, что тоже с легкостью получилось. Он был настолько увлечен разгадыванием своих сканвордов, что даже не заметил меня. Я старалась прикрывать лицо от камер видеонаблюдения, чтобы потом мне этот поход не аукнулся нотацией от лечащего врача.

Я так давно не выходила на улицу. Я не могла чувствовать этот прекрасный запах ночи, но могла ощущать его всеми фибрами тела. Отойдя от входа на несколько метров, я сделала первую затяжку. Именно в тот момент я почувствовала, насколько может быть прекрасной эта жизнь. И хотя я не могла нормально дышать и голова моя кружилась от каждой затяжки, я все равно чувствовала себя самой счастливой в мире. Просто потому что я жива. Просто потому что меня хоть кто-то в этом мире любил. И я кого-то любила... Мне просто было ради чего жить, вот и все.

— А что это вы делаете? — вдруг послышался голос, который не на шутку напугал меня.

Я обернулась и увидела своего лечащего врача, который тоже стоял с сигаретой в зубах.

— Кхм... Александр Викторович...

Он вопросительно приподнял бровь, пока я стояла и мялась, словно школьница, не зная, что ему ответить.

— Я вас слушаю, Лебедева, — сказал он, забирая сигарету прямо из моих рук. — Подышать вышли? — Он выбросил мою сигарету в урну, продолжая при этом курить свою. — Не слышали, что курить вредно?

Я слегка усмехнулась.

— Ну вы же сами курите.

— А я врач. Я знаю последствия в отличие от вас, Лебедева. А вы даже дышать нормально не можете, но за сигареты беретесь.

Я опустила взгляд. Было одновременно и смешно, и неловко, и стыдно.

— А что вы вообще здесь делаете так поздно? — Мне пришлось попробовать перевести тему.

— У меня ночное дежурство. Позвольте проводить вас до отделения? А то вы снова заблудитесь, — ехидно сказал он.

Я лишь коротко кивнула, и он, затушив свой окурок, открыл мне дверь. Когда мы проходили мимо охранника, Александр Викторович еще и сделал ему замечание по поводу того, что он плохо выполняет свои обязанности. Стыдно за это было мне...

— Александр Викторович, ну он же тут ни при чем, — сказала я, когда мы уже поднимались на второй этаж.

— Ничего, я сейчас еще и с дежурной медсестрой разберусь, — на полном серьезе сказал он.

Я тяжело вздохнула.

— Скажите, у вас в хирургии все такие?

Он покосился на меня.

— Нет, я такой один. — Уголок его губ дернулся, но улыбка так и не появилась на его лице. — А вот где воспитывают таких, как вы, Лебедева, я до сих пор не знаю.

Я закатила глаза. Мне надоело то, что он постоянно пытался выяснить, чем я живу.

— Почему вы этим так интересуетесь?

Он ненадолго задумался. Похоже, его увлек этот разговор. Он даже забыл про то, что хотел разобраться с медсестрой, и мы прошли мимо нее.

— Просто вы меня так заинтриговали, что я уже подозреваю, что вы какая-нибудь шпионка.

Мы остановились возле моей палаты.

— Ну раз так. — Я с улыбкой посмотрела ему в глаза. — То мне придется убить вас.

POV Дима

— Когда вы ее выпишете? — спросил я у лечащего врача Алисы, которого застал в коридоре.

— Когда она будет к этому готова. Мы еще не закончили курс уколов, — ответил он, смотря на меня с долей укора. — Мне самому не нравится, что она занимает лучшую палату. Кстати, а вы случайно не знаете, почему именно она лежит в палате, куда мы обычно переводим после тяжелых операций?

Он надеялся, что я отведу взгляд, но я этого не сделал. Да, я проплатил ее пребывание в этой больнице вдоль и поперек: от главврача до санитарки, которая за ней ухаживает. Деньги получили все, кроме него, ибо меня предупредили, что взяток он не берет.

— Потому что я забочусь о своей девушке, — с ухмылкой заявил я и, попрощавшись, пошел к палате Алисы.

Когда наконец настал день ее выписки, я купил ей белое летящее платье в пол. Удивительно, но она не послала меня к черту с таким подарком, хотя платье было не из дешевых. Перед тем, как покинуть отделение, она в три слоя намазалась тональным кремом, чтобы ее сестра не задавала лишних вопросов.

— Где Настя? — спросила Алиса, пока мы шли по больничному скверику до машины.

— Я отвез ее к тебе домой.

Она вырвалась вперед и слегка покружилась в своем новом платье. Хотя у Алисы и был не совсем здоровый цвет лица, свою красоту она не потеряла.

— Знаешь, я еще не чувствовала себя более счастливой, — с улыбкой сказала она, смотря мне прямо в глаза.

— Это последствия сотрясения, — усмехнулся я.

— Даже если и так, то пусть они не проходят никогда.

POV Алиса

Мой лечащий врач помог мне найти клинику для операции на нос и даже договорился с доктором. Денег, к счастью, у меня было достаточно, чтобы оплатить это все. К тому же Гончаров перевел мне на карту еще полторы тысячи долларов за ставки на меня в первых двух боях и за сам третий бой. Конечно, если бы я победила, то получила бы в разы больше, но шанс был упущен, и я ни капли об этом не жалела.

Мы приехали ко мне. Я так соскучилась по дому. В больнице пребывать слишком утомительно.

— Солнышко мое, — воскликнула я, как только увидела Настю.

Она с улыбкой до ушей прибежала ко мне, и мы долго обнимались. Я чуть не расплакалась, на секунду представив, что могло бы быть, если бы последний бой закончился совсем плачевно.

— Дима хорошо за тобой присматривал? — спросила я у сестры.

— Да. И тетя Ника тоже.

Я с улыбкой покосилась на своего парня, а он почему-то отвел глаза. Настя отошла от нас, чтобы разобрать свои вещи, с которыми она ездила в их дом.

— Я вижу, ты хорошо справился, — заметила я, подходя к плите.

— Удивительно, не правда ли? — Он плюхнулся на диван и принялся наблюдать за мной.

— Ну тогда ты заслужил благодарность.

— М-м, и когда же я ее получу? — с ехидной ухмылкой поинтересовался он.

— Да хоть сегодня ночью.

Наконец все было в порядке. Рядом были близкие люди, важнее которых у меня не было.

Еще через пару дней мне сделали операцию на нос. Дима, конечно, настаивал на том, чтобы все оплатить, но я была более убедительной. Ночь мне пришлось провести в больнице, но потом я вернулась домой с повязкой на носу. Настя переживала, но не так сильно, как могла бы, если бы узнала всю правду. Все шло хорошо, и денег нам хватало. Моментами я даже не знала, чем себя занять и маялась от безделья. Наверное, я была абсолютно счастлива и боялась лишь того, что все закончится.

POV Дима

Была уже середина июня. Отец попросил меня сходить в универ и забрать свой диплом о высшем образовании. Я даже забыл о том, что это был последний год моего обучения. В двадцать два года я стал дипломированным юристом, при этом ничего не смысля в юриспруденции. Отчасти мне даже было за это стыдно, но эта специальность меня ни капельки не привлекала. Наверное, я бы лучше отучился на художника... Но отцу бы точно такое не понравилось. Приходилось просто подчиняться его воле. За столько лет мне это ужасно надоело, однако я не знал, как выбраться из этого замкнутого круга, потому что продолжал жить за его счет.

Все было спокойно и хорошо, пока отец не решил собрать нас всей семьей, чтобы отметить окончание мной ВУЗа. Он запретил приглашать на этот ужин Алису, что меня, конечно, расстроило. Мама пыталась переубедить его, но все было тщетно. Отец слишком хорошо умел настаивать на своем.

И вот, когда я пришел в столовую, то увидел, что ужин был накрыт на пять персон. Следом за мной зашла мама.

— А для кого еще два прибора? — поинтересовался я, но она лишь пожала плечами.

Вдруг в дверь позвонили, и мама поспешила покинуть столовую. Через минуту она вернулась вместе с Юлей и ее отцом. Я нахмурился. Не ожидал, что они придут. Следом за ними зашел и отец.

— Ну присаживайтесь, — с улыбкой сказал он, пожимая руку отцу Юли.

Я поздоровался с ним и обнял Юлю. Моя подруга тоже выглядела растерянно. Казалось, что ее резко сорвали с места и заставили приехать. За столом мы сели друг напротив друга.

Она была в черном платье и выглядела в нем вполне презентабельно. Юля стала больше улыбаться. Я знал, что практически все время она стала посвящать музыке. Вскоре она должна была поехать на очередной конкурс.

Сначала отец поднял тост за то, что я закончил универ, потом мы выпили за Юлю и ее достижения. Я все это время залипал в телефоне, как и сама Юля, ибо мы с ней даже поговорить нормально не могли, потому что сидели слишком далеко друг от друга.

— Но на самом деле я собрал вас для другого, — вдруг прозвучала фраза, благодаря которой мы оба подняли глаза.

Я тяжело вздохнул, понимая, что отец будет затирать какую-то важную для него ересь, которая была мне совершенно не интересна. Я прекрасно понимал, что это был скорее "дипломатический" обед, чем празднество по поводу получения мною диплома.

— Мы собираемся объединить наш бизнес, — сказал отец. — Благодаря этому мы получим взаимную выгоду и, надеемся, что заработаем в разы больше. — Он ухмыльнулся уголком губ, покосившись на отца Юли, а затем и на меня. — Но мы тут все обсудили и поняли, что контрактного договора нам мало, поэтому мы посоветовались... и решили... — Он как-то подозрительно долго мялся. — Вы с Юлей давно знаете друг друга и, насколько мы знаем, вы очень близки. И мы тут подумали... Не пора ли вам пожениться?

Я приоткрыл рот, но не смог вымолвить ни единого слова. Юля поднялась со своего места и округлившимися глазами посмотрела на своего отца. Мама потянулась за бокалом вина и полностью осушила его. И только мой отец с ехидной улыбкой пялился на меня, стоя с бокалом в руке.

— Пап, ты че? — Юля первой нарушила молчание.

— А что такое? Мы думали, вы поддержите эту идею, — недоумевал ее отец. — Разве у вас не близкие отношения.

— Не настолько. — У меня в голове была просто каша.

Я не понимал, откуда взялось такое спонтанное решение. Неужели отец именно это имел в виду, когда в разгар нашей с ним ссоры угрожал устроить мне "сладкую жизнь"? У меня в голове пронеслось воспоминание о том, как мы с Юлей впервые увидели наших отцов вместе и не поняли, с чем это связано.

— Мы в каком веке живем? Я думала, у нас уже не актуальны династические браки. — У Юли на глаза наворачивались слезы.

— Да вы представьте, насколько это выгодно, — парировал мой отец. — Юленька, ты же не будешь ни в чем нуждаться. Вообще. Мы сможем обеспечить вас и ваших детей на всю жизнь. Тебе даже работать не придется, можешь всю жизнь посвятить музыке вместо того, чтобы сидеть в офисе и тратить нервы.

Юля нахмурилась и посмотрела на моего отца так, будто он держал ее над пропастью и говорил о том, что вот-вот отпустит.

— Вы что несете? — У нее по щеке скатилась слеза. — Я люблю другого человека. Ты что, хочешь испортить мне жизнь? — Она по-щенячьи посмотрела на своего папу.

— Де-етка, ну не переживай ты так. — Ее отец дотронулся до ее руки. — Любовь не стоит того, чтобы так убиваться. Она по сути вообще ничего не стоит. Самые крепкие браки основываются на дружбе.

Я почувствовал себя так, будто из меня высосали все соки. Я так устал ото всего этого. Мало того, что за последнее время из-за Алисы я потратил слишком много нервов, еще и отец обеспечивал меня проблемами сполна.

Юля всхлипнула, отодвинула стул и побежала к выходу.

— Юля! — крикнула моя мать ей вслед.

— Хватит. — Я встал со стула. — То, что вы делаете... просто ужасно. Посмотрите, до чего вы ее довели. — Я указал на открытую дверь, через которую Юля ушла. — Вообще-то и у меня есть девушка, если вы забыли.

— Ой, только не начинай сейчас про эту вредительницу. — Отец со мной не церемонился.

Я бросил на него взгляд, полный презрения, после чего встал из-за стола и пошел вслед за Юлей.

Я догнал ее у калитки. Она уже собиралась уходить.

— Подожди меня. — Она остановилась и поспешила вытереть слезы. — Ну че ты разрыдалась-то? — Я ее обнял и понял, что поток слез возобновился. — Все нормально будет.

В тот момент я понял, что ее отцу было абсолютно наплевать на нее. Да, он гордился ее достижениями, но ни один нормальный родитель не будет заставлять свою дочь выходить замуж за нелюбимого человека, особенно после того, как она пережила депрессию.

Вдруг Юля резко отстранилась и посмотрела мне в глаза. Тушь влажными линиями размазалась по ее бледному лицу.

— Надо рассказать обо всем Игорю.

Я кивнул. На этот раз я был с ней согласен. Мы пошли в гараж и взяли машину. Пока мы ехали до дома Игоря, Юля молчала, а я пытался до него дозвониться, но он почему-то не брал трубку.

Когда мы подъехали к его дому, она выбежала из машины и бросилась к калитке. Позвонив в дверь, Юля в ожидании заламывала свои тонкие бледные пальцы от волнения. Я вышел из машины и оперся на нее в ожидании. Дверь открыл его дворецкий, и только тогда я подошел поближе, чтобы лучше слышать их разговор.

— Я знаю, что он дома и не хочет меня видеть. Позовите его, я вас очень прошу.

— Его нет. Он уехал. — Дворецкий был непреклонен.

— Я вас умоляю. Это очень важно.

Меня достало, что она унижалась перед прислугой, поэтому я решил вмешаться:

— Скажите, что я тоже здесь. И передайте, что если он не выйдет, то он мне больше не друг.

Дворецкий нахмурился и снова закрыл дверь. Нам с Юлей оставалось только ждать. Я только не мог понять, чего она хотела от Игоря. Он вряд мог чем-то помочь в этой ситуации.

Игорь не выходил довольно долго, однако мы продолжали ждать. Вдруг дверь калитки открылась, и Игорь все-таки появился перед нами. Юля резко повернулась и посмотрела ему в глаза. Он же, наоборот, старался этого не делать.

— Ну и чего вы хотели? — Игорь пожал мне руку и вопросительно уставился на Юлю.

Он выглядел так, будто бы только вылез из постели. Даже волосы на голове стояли дыбом.

Она взяла его за руку и сказала:

— Мой отец хочет выдать меня замуж. — Юле на глаза снова наворачивались слезы.

Игорь нахмурился и уставился на нее с недоумением.

— Подожди... За кого?

— За меня.

Он перевел на меня взгляд.

— Вы что, шутите?

Юля еще крепче вцепилась ему в руку и отрицательно покачала головой.

POV Дима

— Наши родители хотят объединить бизнес. Они сказали, что им мало простого договора. Они хотят, чтобы мы поженились. — Она всхлипнула и наконец отпустила его руку, после чего отошла в сторону и попыталась сглотнуть ком в горле.

Юле, наверное, было тяжелее всех. Ее неокрепшая психика не была готова к такому удару.

Игорь растерянно водил глазами по асфальту, периодически поднимая их на Юлю.

— На самом деле... — начал я. — Мне кажется, здесь замешан не только бизнес. — Я заметил, что они оба перевели на меня взгляды. — Моему отцу не нравится Алиса. И он пытается от нее избавиться любыми путями. Не сомневаюсь, что это он подбил твоего папу на эту дурацкую свадьбу, — обратился я к Юле.

Наступила пауза. Никто из нас, похоже, не знал, что делать, поэтому и не мог ничего предложить.

— Не лучше ли нам обсудить все это в доме? — спросил я, и Игорь метнул на меня какой-то раздраженный взгляд.

— Максимум, где мы сможем это обсудить, так это на веранде.

Мы зашли во двор и Игорь отвел нас к небольшой круглой бревенчатой веранде. Мы с Юлей сели на скамейки, а Игорь оперся руками о стол и начал задавать вопросы.

— Ну а чем Алиса так не угодила твоему отцу? — спросил он.

— А то ты не знаешь? Отец всегда будет на стороне дяди, какую бы подлость тот ни совершил.

Игорь покосился на Юлю, которая просто сидела молча.

— Ну а если сказать твоему отцу, что вы с Алисой расстались? Извиниться перед ним? Может, тогда он передумает?

Я отрицательно покачал головой.

— Он мне не поверит. А дядя установит за мой наблюдение, и все станет еще хуже.

— Зайка! — послышался откуда-то женский голос.

Я повернул голову градусов на тридцать и увидел, что к нам направляется новая девушка Игоря. Похоже, он сбежал к нам прямо из ее постели.

— Зай, ну ты долго еще? — с улыбкой спросила она, оперевшись на его плечо локтем.

К слову, одета она была лишь в короткий шелковый халатик, который еле прикрывал задницу. Лицо Юли в тот момент было трудно описать словами. Оно выражало какую-то смесь смятения, боли и разочарования.

— Я тебя там уже заждалась. — Она покосилась на Юлю, но поняла, что откровенно пялиться было не очень прилично, поэтому отвела взгляд.

— Пойдем поговорим, — спокойно сказал блондинке Игорь, после чего взял ее за руку и увел буквально метров на десять.

Я видел, как он что-то упорно ей объяснял. Что-то такое, от чего ее лицо становилось все более несчастным.

— Наверное, я ошиблась, — сказала вдруг Юля. — Нам не стоило приходить к нему. Он нам точно не поможет.

Я молча продолжал наблюдать за Игорем и его дамой, которая, похоже, на моих глазах превращалась в его бывшую даму.

— А мне кажется, ты не права, — ответил я Юле.

Блондинка долго что-то говорила Игорю. Концом их диалога стала смачная пощечина от нее, после которой она развернулась и пошла в сторону дома. Похоже, за своими вещами. А Игорь вернулся к нам.

— Что случилось? — спросил я.

Он пожал плечами.

— Я ее бросил.

Юля с удивлением подняла на него глаза. Я тоже не думал, что он вот так вот просто расстанется с человеком, которого еще день назад называл любимой девушкой.

— Ну и что, есть какие-нибудь идеи? — поинтересовался я у Игоря, так как обращаться к Юле в данный момент было бесполезно.

— Ну, есть одна, но я сомневаюсь, что она на это согласится. — Игорь указал рукой на нашу подругу.

— А у нее нет выбора. — Я, кажется, понял, что он имел в виду.

Юля подняла взгляд на него.

— Ты выйдешь за меня? — Он настороженно посмотрел ей в глаза и напрягся в ожидании ответа.

Ожидание тянулось неумолимо долго. Юля продолжала молчать. Этот вариант для нас был единственным, поэтому все зависело только от нее.

Вдруг наконец она поднялась на ноги.

— Да... — рассеянно бросила она, после чего обняла Игоря настолько резко, что он пошатнулся и удивленно посмотрел на меня.

Я тоже не мог понять, что происходило и почему Юля согласилась. Ее мозг казался такими дебрями, что лучший следопыт бы там не разобрался. Я задумался над тем, будет этот брак фиктивным или настоящим.

Мы сразу же поехали к Юле за ее паспортом в надежде не застать у нее дома ее отца. К счастью, его там и не оказалось. Она даже переодеваться не стала, просто схватила документ и прыгнула в мою машину, где мы с Игорем ее дожидались.

Когда мы остановились у ЗАГСа, Игорь взял ее паспорт и отправился туда, чтобы договориться обо всем, оставив нас с Юлей наедине.

— Никогда бы не подумал, что ты на это согласишься, — сказал я, смотря в зеркало заднего вида, туда, где отражались опухшие глаза моей подруги.

Она усмехнулась.

— Я бы и сама не подумала. Мне кажется, что я все еще не до конца понимаю, что происходит.

— Да-а. Чего только не сделаешь, чтобы за меня замуж не выходить.

Юля улыбнулась. Она не выглядела несчастной, даже наоборот, мне казалось, что она радовалась такому исходу событий.

Через минут пятнадцать вернулся Игорь.

— Я договорился, — как-то очень серьезно сказал он. — Деньги в нашей стране решают все. Завтра нас распишут. Если, конечно, ты не передумаешь. — Он бросил взгляд на девушку и, не дожидаясь ответа, сказал: — Ну что, куда теперь?

Я предложил поехать к Алисе. Она все равно последнее время не знала, чем себя занять, и постоянно жаловалась мне на это. Ребята вроде были не против.

POV Алиса.

Когда я практически уснула, лежа на диване и читая книгу, раздался звонок в дверь. Я догадывалась, кто ко мне мог прийти, поэтому со вздохом встала и пошла открывать. Пора бы ему уже сделать дубликаты ключей от квартиры.

Насти дома не было. Она отправилась гулять со своей подругой, поэтому я почти весь день изнывала от скуки.

— Ну привет, — сказал Дима, проходя в квартиру.

Он был не один.

— Прикинь, я замуж выхожу. — Юля выглянула из-за его спины.

Кажется, она была довольна этим фактом.

— Ну проходите, — удивленно ответила я.

Позади них стоял еще и Игорь. Я никак не ожидала, что Дима приведет ко мне кого-то, поэтому данная ситуация поставила меня в тупик. Стало немного стыдно за свою тусклую простенькую квартиру, в которой, к счастью, хотя бы был порядок.

— А за кого? — поинтересовалась я, пока все разувались.

— За меня, — коротко ответил Игорь.

Я усмехнулась.

— Чего ты улыбаешься? — спросила Юля, подходя к дивану.

— Да ничего, просто... Всегда знала, что между вами что-то есть.

Они переглянулись и вмиг стали серьезными.

— Тогда я думаю, — начала я, — что это надо отметить. — Я перевела взгляд на Диму. — Разулся? — спросила я.

Он в ответ лишь коротко кивнул.

— Обувайся, мы идем в магазин.

Я взяла свои ключи и деньги.

— Надеюсь, найдете, чем заняться, — сказала я. — Только знайте, что может прийти моя младшая сестренка.

Мы с Димой отправились в ближайший супермаркет, оставив их наедине.

— А почему они так внезапно решили пожениться? — спросила я, когда мы выходили из подъезда.

— Просто мой отец перешёл грань и сам довел до этого.

Я нахмурилась и даже повернулась к нему.

— Что?

Настроение, на мой взгляд, у него было не из лучших. Похоже, меня ждала "веселая" история.

— Представляешь, мой отец и отец Юли захотели, чтобы мы поженились. — Он тяжело вздохнул. — Нам эта идея что-то не очень понравилась, и Игорь предложил такое решение проблемы.

Как-то меня задела эта новость, и я опустила глаза. Неужели Валерий Михайлович настолько меня ненавидел?.. Таким способом он, видимо, хотел избавиться от меня. Мне вдруг пришло осознание того, что он никогда меня не примет.

— А мы с тобой будем свидетелями, — заключил Дима и после нескольких секунд молчания добавил: — Кстати, ты не против, если Юля у тебя переночует сегодня? Завтра с утра как раз все вместе поедем.

Я в ответ коротко кивнула и попыталась забыть о том, что он мне рассказал. Хотелось просто весело провести время, а не думать обо всей этой ерунде.

Дима же, в конце концов, не пошел на поводу у этого старого ублюдка.

Мы взяли две бутылки шампанского и бутылку виски. Похоже, вечер должен был быть веселым.

Когда мы проходили мимо прилавка с газетами, мне в глаза бросилось знакомое лицо. Я резко остановилась, из-за чего Диме пришлось тоже притормозить.

— Это же твой дядя, — сказала я, читая заголовок статьи, висевшей на первой полосе. — Насильник в Государственной Думе?

Я впервые увидела такое, и это повергло меня в шок. Неужели пресса действительно так зацепилась за то, что я сказала?

— Это что? — Мой голос звучал испуганно.

— Да не переживай ты так. По-моему, даже правильно, что об этом все написали. Быть может, это послужит ему уроком. — Дима был так уверен в том, что говорил.

— Скорее это послужит мне уроком... — Я чувствовала себя растерянно.

— Почему?

— Чтобы поменьше языком трепала.

— Но ты же сказала правду, — возразил Дима.

— Особенно если это правда, — добавила я.

POV Дима.

Пока мы довольно долго прогуливались по магазину и набирали алкоголь и еду, Юля с Игорем там проводили время в атмосфере максимальной неловкости.

— Не жалеешь? — спросила она.

Похоже, к ней только в этот момент пришло осознание того, на какой шаг он решился ради нее.

— Спроси об этом завтра. — Он сказал это настолько серьезно, что Юля засомневалась в том, что правильно поступает.

— Я тебя обманула. — Она села рядом с ним на диван, и посмотрела в пол.

Игорь убрал телефон в сторону и заинтересованно уставился на Юлю.

— Мальчики мне тоже нравятся.

Брови Игоря взлетели вверх, но он не проронил ни слова.

— Просто я была обижена на тебя за то, что ты рассказал моим родителям про ту историю с преподом по сольфеджио. — Она так и не решалась посмотреть на него. — Я злопамятная, да?

Он не ответил на ее вопрос. Сложно сказать, о чем думал Игорь в тот момент. Он много чего не мог понять и испытывал совершенно разнообразный спектр эмоций: от сожаления и облегчения до злобы, которую с трудом сдерживал.

— Просто я очень злилась на тебя... и даже не за то, что ты рассказал, а за то, что после этого ты бросил меня практически одну. Ты знал, что я очень эмоциональный человек, и не могу хорошо себя чувствовать после такого, но тебе было все равно. Если бы не Дима, я не знаю, чем бы все это закончилось.

— Я не мог смотреть тебе в глаза. — Он поднялся с дивана и начал ходить из стороны в сторону позади него. — Подожди. — Он резко остановился и посмотрел на нее. — То есть ты мне только поэтому отказывала постоянно?

Она замялась, после чего ответила:

— Да.

Игорь сел с ней рядом.

— А больше ты ничего не хочешь мне сказать? — Он улыбнулся уголком губ.

Юля прищурилась.

— Хочешь, чтобы я признавалась тебе в любви? Не дождешься.

— Ты ненормальная, — сказал он, тяжело вздохнув.

В этот момент они услышали, как щелкнул замок, и на пороге появились мы с большими пакетами.

— Ну как вы тут? — спросила Алиса, разуваясь.

— Отлично, — с улыбкой ответил Игорь.

Буквально через пять минут пришла и Настя. Она обрадовалась, увидев Юлю, после чего познакомилась с Игорем.

Я был рад, что все мы собрались в этой маленькой уютной квартирке. Был рад, что мы все были вместе. А самое главное — теперь каждому из нас было ради чего жить, а точнее, ради кого. Хотел бы я, чтобы всегда было так.

Вечером Игорь уехал на такси, а Юля легла спать на диване. Мы с Алисой посидели еще какое-то время и тоже отправились в постель.

POV Алиса

— Ты что, в этом идти собралась? — спросила я Юлю, пока мы с ней переодевались.

Дима с Настей тем временем готовили завтрак на кухне.

— А что? — недоумевала Юля.

— Сегодня же твоя свадьба. — Я достала из шкафа то самое белое платье, которое мне подарил Дима. — Надень это.

В моем гардеробе это, наверное, было самое нормальное платье, не считая того, что осталось с выпускного. До появления в моей жизни Димы я редко выходила в свет, особенно после смерти родителей.

Юля не сопротивлялась, чему я была искренне рада. Оставив ее наедине с собой, я пошла к Диме.

— Я дала ей свое платье, ты не против? — спросила я, а он лишь отрицательно покачал головой переворачивая омлет.

Вдруг в дверь позвонили.

— Мы кого-то ждем? — поинтересовалась я.

— Это, наверное, букет привезли. Если что, я за него уже рассчитался.

Я открыла дверь. На пороге и правда стоял курьер с маленьким свадебным букетиком, который я забрала и понесла Юле. Когда я зашла в свою комнату и увидела ее, у меня просто челюсть отвисла. Ей так шло это платье.

— Смотри, что тебе Дима заказал.

Она повернулась и, увидев букетик, улыбнулась во все тридцать два, после чего протянула к нему руки.

— Класс.

POV Дима

Мы завтракали втроем. Юля никак не могла закончить свой макияж. Настроение было на высоте, несмотря на то, что вчера мы все сильно выпили. Почему-то я слегка волновался, будто сам готовился жениться. Наверное, у всех парней свадьба вызывает именно такие чувства, даже если она у другого человека. Я бы и сам был не против жениться, но через года два-три. Надо было дать окрепнуть нашим с Алисой отношениям. Надо было помирить их хотя бы с отцом, про дядю и речи даже не шло.

— Ну как вам? — послышался голос за моей спиной.

Я повернул голову, и все, кто сидел со мной за столом, сделали то же самое. Юля была великолепна. Она сама себе сделала неплохую прическу в виде двух ажурных косичек. Я не особо разбирался в этом, но, кажется, они назывались французкими. Макияж тоже был довольно ярким, но смотрелся неплохо. Она держала в руках этот прекрасный букет, который я, как оказалось, выбрал весьма удачно. Он состоял из красных и белых розочек и был обернут в белую красивую бумагу.

— Офигенно, — ответила Настя и подбежала к Юле, чтобы рассмотреть ее поближе. — И почему вы никак не поженитесь? — Она перевела взгляд на нас с Алисой.

Мы переглянулись, но тут же отвели глаза. Оба из нас считали, что это слишком ответственный шаг, чтобы совершать его так внезапно.

— Черт, мы же опаздываем! — Алиса вскочила со своего места и побежала к выходу.

К счастью, все из нас уже были собраны, поэтому мы довольно оперативно обулись и покинули квартиру. Доехали мы быстро, ибо несколько раз я все же нарушил правила дорожного движения.

Игоря в ЗАГСе почему-то еще не было, да и трубку он не брал. Я не списывался с ним с самого утра, но надеялся, что он приедет раньше нас. Когда мои надежды не оправдались, стало немного страшно.

— А вдруг он передумал? — взволнованно спросила Юля, нервно оглядываясь по сторонам. — До регистрации десять минут. Черт...

Алиса приобняла ее за плечо и пыталась успокоить.

— Я выйду на улицу, покараулю его там, — пробормотал я Алисе, на что она коротко кивнула.

Я боялся лишь того, что вчера он поехал не домой, а в какой-нибудь клуб. Это значило, что он не проснулся бы раньше часа дня. В очередной раз набирая его номер, я нервничал все больше. Я пытался разглядеть его машину или какое-нибудь такси. Но подъезжали лишь молодые со своими свидетелями и гостями. Возле ЗАГСа собиралось все больше и больше народу. Прошло минут пять, а его я все еще не видел. Позвонила Алиса и сказала, что мы следующие, и тогда у меня просто сердце в пятки ушло. Я понятия не имел, что делать. До ужаса было жалко Юлю. Такое она бы ему точно не простила. Тяжело вздохнув, я зашел обратно в здание и нашел там девочек. Алиса продолжала обнимать Юлю, а Настя стояла и нервно поглядывала на проходящих мимо людей.

— Он не пришел? — спросила Юля, чуть ли не до крови закусив губу от волнения.

Я только отрицательно покачал головой.

— Так вон же он! — воскликнула Настя, и мы все повернули головы.

Он шел довольно быстро, уже заметив нас. Игорь был в красивом черном смокинге и выглядел вполне опрятно. Я направился ему навстречу, чтобы не материться при ребенке.

— Ты где, б**ть, был?! — стиснув зубы, спросил я.

— Я за кольцами ездил. До меня только утром дошло, что их нет.

— А на звонки почему не отвечал?

— Телефон дома забыл.

Я наконец смог вздохнуть с облегчением. И не успели мы сделать и пары шагов, как нас позвали в зал регистрации.

Зазвучал всем известный Мендельсон. Наверное, я осознал, что происходит, только когда они оба сказали "да". Все случилось так быстро, что я толком ничего и не понял. А когда регистраторша разрешила им поцеловаться, они сделали это. В тот момент у меня отпали все сомнения насчет их свадьбы. Я убедился в том, что она была более, чем настоящей. Как говорится, лучшие решения принимаются спонтанно. Я был уверен, что именно это решение является лучшим в их жизни.

Игорь вызвал водителя, и все мы поехали кататься по городу. Погода была просто прекрасная, и мы решили остановиться возле набережной, прихватив по пути четыре бутылки шампанского.

POV Алиса

Да, я подавала сестре не очень хороший пример, но я прекрасно знала, что и она когда-нибудь дорастет до этого. Кто-нибудь из ее друзей женится или выйдет замуж...

На самом деле это так странно, когда люди, одного с тобой возраста, берут на себя столь серьезную ответственность, а тебе до сих пор кажется, что ты ребенок и вряд ли к такому готов. Потом у них появляются дети... А ты просто не понимаешь, как такое произошло. Когда мы из семнадцатилетних подростков превращаемся во взрослых людей? Женимся... рожаем детей... Почему это так быстро происходит? Еще недавно казалось, что нам всем будет вечно семнадцать.

Но как только исполняется восемнадцать, ты ощущаешь не взросление, а старение. Чувствуешь, насколько быстро время утекает сквозь пальцы, а ты за ним даже не успеваешь.

— Горько! — воскликнул Дима, который уже в машине успел изрядно выпить.

Молодожены с улыбками посмотрели друг на друга и начали целоваться. И если бы я не знала подробностей, я бы подумала, что эти люди очень долго шли к свадьбе. Я бы подумала, что они в отношениях не меньше года.

Вдруг я почувствовала руку Димы на своей талии.

— Мы же с тобой свидетели, — прошептал он мне на ухо.

— Ну да, а что? — улыбкой спросила я.

— А ты знаешь, что нам нужно сделать, чтобы брак был удачным?

Я усмехнулась.

— Ты так предсказуем.

Мы просидели в кафе до вечера, и часов в двенадцать водитель Игоря привез нас к моему дому. Я вышла из машины, а новоиспеченный муж Юли помог мне вытащить Диму. Настя стояла рядом со мной, пока мы прощались.

— Ну а вы куда? — поинтересовалась я у молодоженов.

— Ко мне. — Игорь обнял Юлю за талию. — Надо еще сообщить моим родителям.

Я нахмурилась.

— А с этим не будет проблем? — взволнованно спросила я.

Игорь усмехнулся и отрицательно покачал головой.

— Они только обрадуются такой партии. — Он посмотрел на свою жену с улыбкой. — Мама только и мечтала, чтобы я остепенился. Да и Юлю она знает очень долго и прекрасно к ней относится.

— Ну хорошо. — Я встряхнула Диму, который, немного покачиваясь, практически висел на моем плече.

— Тебе помочь дотащить его? — спросил Игорь.

— Нет. Думаю, я справлюсь.

Я обняла Юлю и попрощалась с ее мужем, затем слегка похлопала Диму по щекам. Он немного пришел в себя и пошел практически сам. Когда мы зашли в квартиру, я сразу положила его на диван и накрыла пледом, а Настю отправила умываться и ложиться спать.

Я подошла к окну. Город сверкал тысячами огней. Это был неплохой день. У кого-то должна была быть и неплохая брачная ночь. Я почему-то надолго запомнила этот момент. Вода в ванной шумела. Дима слегка посапывал и иногда ворочался. Штора колыхалась. Было так спокойно. То ли от атмосферы, то ли от алкоголя, выпитого мною за день. Мысли слегка путались в голове от усталости, но было ощущение какой-то всепоглощающей радости за друзей. Я считала, что они оба были достойны счастья. Это можно было сравнить с просмотром сериала. Когда главные герои долго-долго шли к принятию своих чувств, но в итоге все закончилось хорошо. Когда ты вместе с этими героями переживал каждый момент, и конец тебя не огорчил. Я пошла в свою комнату с мыслями об этом. Вот бы в жизни всегда все заканчивалось хэппи-эндами. Я бросила взгляд на фотографию родителей. Но жизнь — это не сериал. Возможно, это прозвучало бы слишком пессимистично, но в жизни всегда все заканчивается смертью.

Какую смерть можно назвать счастливой? Как по мне, никакую. Потому что кому-то все же от этого будет грустно...

— Я умылась, — сказала вдруг Настя, из-за чего я вздрогнула, ибо она подкралась слишком незаметно. — Твоя очередь.

Я кивнула, поцеловала ее в лоб и отправила спать, а сама пошла в душ.

POV Дима

Я проснулся утром раньше всех, и чувствовал себя при этом вполне нормально. Только слегка сушило во рту. Я почистил зубы и зашел к Алисе в комнату. Она сладко спала, почти полностью закутавшись в одеяло.

Мне всегда так нравилось просыпаться в ее квартире. Я присел на корточки перед ней и дотронулся до пряди светлых волос, упавших на лицо.

Так приятно становится на душе, когда знаешь, что человек, которого ты любишь, сейчас в безопасности, у тебя на виду. Ты можешь прикоснуться к нему... И если это длится долго, ты уже не можешь представить свою жизнь без человека, которым настолько дорожишь.

Алиса вдруг открыла заспанные глаза и осторожно взяла меня за руку.

— Ты уже проснулся...

Я коротко кивнул в ответ и плюхнулся в кресло.

Алиса потянулась и села.

— Игорь не звонил еще? Интересно, как прошел разговор с его родителями. — Ее интересовали совсем не те вещи, которые интересовали меня в тот момент.

— Не звонил.

— Ладно. Пойду завтрак приготовлю. — Она поднялась на ноги и уже собралась покинуть комнату, но я схватил ее за руку.

— Да забей ты на этот завтрак, — сказал я, смотря ей в глаза.

Я посадил ее к себе на колени. Алиса нежно улыбнулась мне.

— Но скоро Настя проснется. Ее надо покормить.

Поцеловав ее в обнаженное плечо, я осторожно спустил лямку ее шелковой майки.

— Еду можно и из ресторана заказать.

Алиса сжала губы, выражая наигранное недовольство.

— Ну какой ты вредный. — Она попыталась встать с моих колен, но я не позволил ей этого сделать, крепко обняв за талию.

Проигнорировав ее замечание, я принялся целовать Алису в шею.

— Ну пожалуйста, — говорил я между поцелуями. — Ну не уходи.

И только наши губы успели найти друг друга, как раздалось чье-то напряженное покашливание. Алиса тут же отстранилась и посмотрела в проход. Там, скрестив руки на груди, стояла ее младшая сестра и с улыбкой смотрела на нас. Алиса напряженно встала с моих колен.

— Ну я же говорила, — с улыбкой сказала она. — Теперь сам ей готовь.

Я тяжело вздохнул и пошел к Насте.

— Ну что, шпионишь? — Я взял девочку за плечо и повел в гостиную. — Что на завтрак хочешь? Может, пиццу?

— Ура, пицца! — воскликнула Настя.

POV Дима

Когда я вернулся домой, ко мне сразу же спустилась мама. Она была чем-то сильно обеспокоена.

— Что-то случилось? — поинтересовался я, снимая обувь.

— Отец тебя ждет. — Ее голос слегка дрожал.

— Это касается Юли? — Я тоже начал слегка нервничать.

Мама лишь коротко кивнула, а я, стиснув зубы, отправился в кабинет отца, который находился на втором этаже.

Конечно, это касалось Юли. Ведь теперь она жила у Игоря и даже не пыталась поговорить со своим отцом. Да и сам Игорь не считал это хорошей идеей. Они собирались в путешествие и совсем не хотели портить себе настроение перед поездкой.

Я постучал в дверь и, услышав приглашение, вошел в кабинет.

— О-о, возвращение блудного сына, — строго сказал отец, вставая из-за стола. — Нагулялся?

— Ты что-то хотел? — спросил я, внимательно разглядывая его лицо, чтобы понять, в каком он расположении духа.

— Да, я хотел. — Отец скрестил руки на груди и присел на свой дубовый резной стол. — Я хотел узнать, почему Юля третий день не возвращается домой.

Я был уверен в том, что он более, чем осведомлен, но все равно ответил на этот вопрос:

— Она не хочет.

Отец тяжело вздохнул. Меня всегда напрягали такие ситуации. Перед ним я чувствовал себя маленьким провинившимся мальчиком в такие моменты.

— И ты думаешь, мы не в курсе, что они с Игорем поженились? — спросил он.

— Тогда зачем ты спрашиваешь о ней?

— Какие же вы идиоты, — спокойно сказал он. — Ты хоть понимаешь, какой шанс ты просрал?

— Главное, что мы с Юлей не просрали свою жизнь, — ответил я.

— Ты правда так считаешь? — Отец оставался спокойным, и от этого мне становилось немного страшнее. — Ты действительно думаешь, что найдешь более достойную девушку?

Я посмотрел в его глаза. Они были абсолютно равнодушными по отношению ко мне.

— Я уже нашел ее.

Отец усмехнулся.

— Алиса не та, кто тебе нужен. И никогда не станет той. Ты никогда не женишься на ней.

Последняя фраза прозвучала как вызов.

— Почему ты так считаешь?

— Это не мое мнение. Это факт. — Отец подошел ко мне и взял за плечо. — Я тебя очень прошу... пока не поздно. Расстанься с ней.

Я приподнял бровь.

— А что такого может случиться? — Мне в тот момент показалось, что отец что-то скрывает от меня.

Он еще секунд десять сверлил меня глазами, после чего сказал:

— Ничего. Можешь идти...

Когда я вышел из его кабинета, то был еще более загруженным, чем когда заходил туда. Этот короткий, но весьма странный разговор выбил меня из колеи. Почему отца настолько сильно беспокоили наши отношения с Алисой? То, что она немного подпортила репутацию дяди, было слишком слабой причиной... Хотя, быть может, я ошибался...

POV Алиса

Прекрасным летним утром я наконец решилась съездить на могилу родителей. Я настолько давно там не была, что мне становилось стыдно... Я собрала Настю, взяла перчатки и небольшую металлическую лопатку, чтобы немного очистить могилу от сорняков. И только мы с сестрой собрались покинуть квартиру, как в очередной раз раздался звонок в дверь.

— Привет. Куда-то собираешься?

Я вздохнула. И как я забыла предупредить человека, который приходил практически каждый день?

— Да, мы едем на кладбище.

— О-о, вот как. — Дима приподнял бровь. — Тогда давай я отвезу вас.

Я не стала отказываться, ибо кладбище находилось за городом и добираться до него на автобусе по жаре не очень-то и хотелось. Да и Настя была рада тому, что мы поехали на машине.

Доехали мы быстро, хотя и попали не в одну пробку. Когда я вышла из машины, то всем телом ощутила на себе тепло палящего солнца.

На могиле моих родителей стоял один памятник на двоих, он был из гранита, и на нем были изображены их лица. Ограда за столько времени слегка облезла, да и могила довольно сильно заросла. Наверное, можно было назвать меня плохой дочерью уже из-за этого.

По пути мы купили цветы, которые Настя сразу же положила возле памятника. Ее лицо всегда становилось очень мрачным, когда мы приезжали в это место. Я же, наоборот, старалась не показывать свои эмоции.

Я сразу принялась дергать траву и сорняки. Дима стоял рядом с Настей и просто смотрел.

— Если ты хочешь... — начал он. — Мы можем заказать другой памятник. И ограду получше, из камня. Тогда ее не придется красить так часто. — Он уставился на меня, щуря глаза от солнца.

Я отрицательно покачала головой.

— И так нормально.

Я не хотела, чтобы он вмешивался хотя бы в это со своими деньгами.

Довольно быстро я собрала сорняки в черный мусорный пакет, который тоже привезла с собой, и попросила Диму и Настю отнести его на мусорку, которая находилась неподалеку. Когда они ушли, я присела на оградку и посмотрела на портреты родителей. Скоро должна была быть годовщина их смерти. Вторая.

— В голове не укладывается, что вас нет уже почти два года, — пробормотала я.

На самом деле было такое чувство, что я разговаривала с ними еще только вчера. Как будто ничего и не случалось...

POV Дима

Перед своим отъездом Игорь и Юля позвали нас к себе. Алиса с удовольствием на это согласилась. Хотя прошло не так много времени, она успела привязаться к моим друзьям, особенно к Юле. Настю мы решили взять с собой, ибо Алиса не хотела оставлять ее одну. Последнее время она слишком сильно опекала свою младшую сестру, как будто боялась, что с ней что-то случится.

Мы приехали к Игорю около шести часов вечера. Калитку нам открыла Юля.

— Ну привет молодоженам, — сказал я и обнял свою подругу.

Мы зашли во двор. На веранде уже стояло достаточное количество алкоголя и еды, а Игорь высыпал в мангал уголь. Похоже, они готовились к нашему приезду.

Алиса прошла к веранде и достала еду и алкоголь, которые мы купили по пути. Я подошел к ней вместе с Юлей.

— Ну как жизнь молодая? — поинтересовалась у нее Алиса.

Юля улыбнулась и сказала:

— Отлично. Родители Игоря так обрадовались, когда он привел меня. Я сама не ожидала. Сначала, конечно, у них был шок, зато потом...

— А твой отец?.. — Алису это интересовало на протяжении двух дней.

Юля выдохнула и опустила глаза, разбирая очередной пакет с продуктами.

— Он приходил несколько раз, но мы ему не открыли. Не знаю, в курсе ли он вообще.

— В курсе, — вдруг сказал я, и Юля слегка испуганно подняла на меня взгляд. — Я разговаривал со своим отцом.

— И что он сказал? — взволнованно спросила Юля.

Я усмехнулся.

— Сказал, что мы с тобой все п***бали.

Обе девушки улыбнулись, услышав это.

— Если бы вы все-таки поженились, — сказал вдруг Игорь, подходя к веранде. — Вы п***бали бы меня. — Он поцеловал Юлю в макушку и взял контейнер с замаринованными мясом.

Игорь так смотрел на Юлю, как не смотрел никогда раньше ни на одну девушку. Похоже, ей даже стыдно становилось от этого взгляда, поэтому она опускала глаза с лёгкой улыбкой.

Настя довольно рано уснула в комнате, которую ей выделил Игорь. К слову, его родителей в тот вечер дома не было, они уже успели улететь куда-то на отдых. На улице уже было темно, и свет исходил только от пары фонарей и подсветки бассейна.

Игорь с Юлей сидели на веранде, метрах в десяти от бассейна. Оба они находились спиной к нему. Алиса же успела переодеться в купальник и звездочкой лежала на воде. Она смотрела в небо. Я долго разглядывал её. Буквально каждую часть тела по отдельности. Особенно моё внимание привлекли соски, которые двумя маленькими горошинами выпирали через купальник.

Я решил нарушить ее покой и, практически беззвучно спустившись в бассейн, подплыл к ней под водой и развязал верхнюю часть купальника. Алиса вскрикнула, и ей пришлось встать на ноги. Я схватил ее за талию и, прижав к себе, закопался носом в мокрые светлые волосы. Её упругий зад упирался прямо в мой член, что дико возбуждало.

— Ну ты и извращенец, — выдохнув, сказала она. — Дай я хоть купальник завяжу.

Однако я не позволял ей этого сделать, подтягивая ее к тому бортику, который был наиболее близким к веранде. Зачем? Чтобы обзору наших друзей не открылось, чем мы занимаемся в бассейне. Я поставил её спиной к себе, чтобы она могла видеть Игоря и Юлю. Чтобы уровень адреналина в её крови возрос так же, как и в моей.

— Что ты делаешь? — шепотом спросила Алиса, пока я продолжал через плечо пялиться на её грудь, прикрытую лишь незавязанным купальником.

— Ловлю момент, — коротко ответил я.

Моя рука ползла по ее животу все ниже и вскоре спустилась в самый низ. Я почувствовал, как Алиса вздрогнула от этого. А ещё я почувствовал, что там уже было горячо. Настолько, будто она как минимум час смотрела порно. Медленно я начал водить пальцем по клитору. Уже спустя минуту Алиса тяжело дышала и шепотом умоляла меня прекратить это. Однако мне нравилась такая игра, и я не собирался останавливаться. Мы оба следили за Игорем и Юлей, которые были так увлечены своим разговором, что не спешили поворачиваться к нам.

Через какое-то время мой средний палец уже был у нее внутри, от чего она извивалась и старалась схватиться за бортики бассейна. Но эти попытки я пресек, прижав её руки к ее же телу.

На самом деле я сам уже еле сдержался, но не рисковал заходить дальше, ибо друзья сидели все-таки слишком близко. Казалось, на мой член уже можно было повесить несколько гирь немалой тяжести. Так хотелось войти в её тело. Резко. Без предупреждения. Так, чтоб она закричала. Хотелось, чтобы она не просто стонала от удовольствия, а визжала так, чтоб слышала вся улица. Хотелось, чтобы она сходила с ума от оргазмов.

Я достал из неё свой средний палец и поднёс к её кубам. Слегка поводив по ним, я грубо сказал ей на ухо:

— Открой рот.

Она покорно разомкнула губы, и через минуту уже с удовольствием принялась сосать мой палец, который помещался в её рот практически полностью.

Тем временем я проник в неё тремя пальцами уже другой руки и почувствовал, как она начала ритмично двигаться в такт.

Она уже закатывала глаза и не совсем понимала, что происходит, поэтому мне приходилось еще следить за обстановкой. И делал это я не зря. В какой-то момент Игорь все же решил повернуться, и я тут же схватил Алису за плечи и вместе с ней нырнул под воду. Она этого не ожидала, поэтому, когда мы вынырнули, слегка закашлялась. А Игорь уже смотрел на свою ненаглядную жену и продолжал с ней беседовать.

— Авантюрист хренов, — сказала Алиса, тяжело дыша.

Я не стал отвечать на её колкость, а просто запрыгнул на бортик бассейна, протянув ей руку, за которую она, конечно, схватилась.

Игорь обратил внимание на то, что мы вылезли, и я коротко показал ему на дом и на нас с Алисой. К счастью, мне удалось прикрыть свой выпирающий член своей девушкой. Он все понял и ответил лёгким кивком головы.

Уже в следующее мгновение мы с Алисой зашли в ванную комнату на первом этаже. Однако там не было ванной. Был только душ, в который я быстро затолкал её. Буквально сорвав с неё верх от купальника, я поставил Алису спиной к себе и буквально вжал в стенки душевой кабины так, что её грудь расплющилась. Пришлось включить воду, чтобы нас никто не слышал.

Мой стояк никуда не пропадал, но я не стал спешить с этим, смачно ударив её по заднице, на которой вскоре поступил красный след от моей ладони.

— За что? — наигранно возмутилась она, повернув ко мне голову.

Я схватил её за волосы и слегка притянул к себе.

— За то, что постоянно обижаешься на меня. — Я шлепнул ей по пятой точке ещё сильнее. — А это за то, что постоянно мне перечишь. — Затем я все-таки вошёл в неё так резко, как и хотел. — А это за то, что не слушаешься меня.

Она застонала, а я начал быстро набирать темп. Наши тела буквально бились друг о друга от этой бешеной скорости. Наверное, только тогда она поняла лексическое значение слова "трахать". От нашего темпа душевая очень сильно запотела. Я схватил её за руки и скрутил их у неё за спиной. Алиса была так беспомощна в тот момент, и это возбуждало и меня, и её ещё сильнее. Я замедлился, потянулся рукой к её клитору и начал нежно массировать его.

— Ты... просто... изверг... А-а… — простонала она, выбившись из сил. — Я не могу больше. — И я почувствовал, как она кончила раньше меня.

— Ну за это тебя надо наказать, — сказал я, вытащив все ещё напряжённый член и заставляя её повернуться ко мне и встать на колени.

В наказание она облизала член, который ещё пару секунд назад был в ней, от головки до основания и, когда я наконец кончил ей в рот, проглотила всё.

— Хорошая девочка, — сказал я, посмотрев на неё сверху вниз.

POV Алиса

Мы хорошо провели время все вместе у бассейна, и на следующий день Игорь и Юля улетели отдыхать. Юля очень переживала, что ее отец не позволит им вылететь из страны, но все сложилось иначе. Ее никто не поджидал возле аэропорта, она без проблем прошла регистрацию и так же без проблем села в самолет.

Мы с Димой в течение долгого времени оставались одни и занимались всякой ерундой. К нему домой мы практически не ездили, ибо я не хотела открытого столкновения с его отцом. Он не раз предлагал поехать на отдых, но я отказывалась, и мы обходились только речкой, которая находилась за городом. Можно было сказать, что мы были счастливы. И Насте нравилось то, как мы втроем проводили время, однако всему этому рано или поздно должен был прийти конец. И то, чего я так боялась, наступило...

Одним августовским днем, когда Дима поехал домой ненадолго, в мою дверь позвонили. Я подумала, что он уже вернулся, поэтому даже не стала смотреть в глазок, а просто открыла дверь и сразу же начала отходить от нее, будучи уверенной в том, что это близкий мне человек. Но я ошиблась. Очень сильно.

Внезапно в квартире появился Андрей Михайлович, и у него было лицо какого-то нездорового багрового цвета. Он закрыл дверь, после чего подлетел к столешнице, на которой лежал немаленький кухонный нож, и, схватив его, двинулся на меня.

— Вы что делаете?! — испуганно закричала я.

У меня ноги подкашивались от страха, а сердце будто хотело убежать и никогда не возвращаться. Я понятия не имела, что мне делать. Мне было страшно только за Настю, которая в это время сидела в своей комнате. Я просто надеялась, что ей хватит ума оставаться там или даже куда-нибудь спрятаться. Я просто молилась, чтобы она не выходила.

Я пятилась назад. Все было как и в прошлый раз, только тогда он не угрожал мне ножом.

— Вы в своем уме?.. — не скрывая страха, спросила я.

Господи, и почему я только не посмотрела в глазок?.. Почему я снова оказалась такой дурой?..

Андрей Михайлович сорвался с места и повалил меня все на тот же стол. Он приставил нож к моей шее, и я почувствовала тонкую холодную полосу на своей коже. Его крысиные темные глазки блестели огоньками ярости. Он, определенно, жаждал убить меня, только я не понимала, почему. Почему он полтора месяца буквально никак не проявлял себя и вдруг решил заявиться ко мне домой?

— Алиса... — послышался вдруг тоненький взволнованный голосок, и у меня мурашки побежали по спине.

Почему? Ну какого хрена она вышла? У меня на глазах наворачивались слезы...

Андрей Михайлович повернулся и увидел, как из-за угла высунулась моя сестра.

— Скажи ей, чтоб сидела молча у себя! — скомандовал он, переведя на меня глаза.

Я затупила на какое-то время, умоляюще глядя на него и надеясь, что это подействует.

— Давай! — рявкнул он снова.

Я приподняла голову и почувствовала, как лезвие еще сильнее впечаталось в мою шею.

— Солнышко... — с дрожью в голосе обратилась я к ней. — И... Иди к себе...

Я видела, что Настя была вся в слезах. Она еще меньше понимала, что происходит. Однако она послушалась, и мне стало чуть-чуть легче.

— Ну что, тварь, — обратился он ко мне. — Поехали?

— Куда? — Я еле сдерживалась, чтобы не начать истерику прямо там, на кухне, но это могло напугать Настю еще сильнее.

— Могилу себе копать будешь.

— Что?..

POV Алиса.

Оказалось, что возле моей квартиры стоял какой-то лысый амбал. Я увидела татуировку на его руке и поняла, что это был тот же самый человек, который следил за мой раньше. В деталях наколку я не запомнила, но в память мне крепко въелась надпись "МИР"*, расположенная ближе к запястью, и перстень с кинжалом, обвитым змеей**. Я не знала, что все это значит, но была уверена в том, что этот человек точно был в местах не столь отдаленных.

— Сейчас мы с тобой идем в машину, а мой человек останется здесь ненадолго, — прошипел Андрей Михайлович, продолжая держать нож возле моей шеи. — И если ты, сука, попытаешься сбежать, то сестренку твою отсюда вынесут вперед ногами.

У меня зубы сводило от его голоса. Я была готова на все, лишь бы они не трогали Настю, поэтому коротко кивнула.

С ножом у горла он довел меня до лифта, но, когда его двери закрылись, и мы остались вдвоем, он убрал нож. Если бы не за кого было бояться, я бы, возможно, справилась с ним парой боксерских приемов. Но судьба была не на моей стороне.

— Можно один вопрос? — дрожащим голосом пробормотала я.

— Заткнись. Ты не в том положении, чтобы задавать мне вопросы.

И я замолчала, ибо мне больше ничего не оставалось. Я могла только слушать его тяжелое дыхание, скрип тросов лифта и свое оглушительно громкое сердцебиение.

Вывел меня из подъезда он тоже без ножа. Однако я видела, что он прятал его в рукаве своего пиджака, чтобы воспользоваться в любой момент.

Он посадил меня в черный джип, на заднее сидение. Там сидел еще один парень довольно крупного телосложения, который грубо схватил меня за руки и связал их сзади. Все, что я смогла, — это только всхлипнуть. Я не верила, что несколькими минутами ранее в квартире Андрей Михайлович сказал мне правду. Он же не мог просто взять и убить меня? Неужели я этого заслуживала?

Я и представить не могла, что он собирался со мной делать. И от этой неизвестности мне казалось, что грудь разорвется на части. Настолько было сильно напряжение. Такого страха я не испытывала очень давно. Слезы катились из глаз, но я старалась не привлекать внимания, чтобы меня хотя бы не били.

Мы тронулись и вскоре выехали за черту города. Я видела лишь трассу и редкие лесополосы, от которых мне становилось жутко. С каждой минутой мы все сильнее удалялись от дома. Так продолжалось около часа, что показалось мне вечностью. На протяжении всего этого времени никто ничего не говорил. Андрей Михайлович даже ни разу не повернулся в мою сторону. Он просто сидел в телефоне. Сидел в телефоне, пока мое сердце разрывалось на части. Пока моя сестра там плакала от страха.

Однажды двое близких ей людей тоже уехали и не вернулись. Теперь она боялась, что такое случится и со мной.

Вскоре мы доехали до какого-то леса.

— Выходи! — рявкнул мне человек, с которым я сидела на заднем сидении.

Я с покорностью провинившейся собаки опустила голову и вышла через дверь, которую мне заблаговременно открыли.

Мне снова ничего не сказали, а просто повели куда-то в чащу леса. Андрей Михайлович шел впереди меня. В какой-то момент он резко остановился и спросил:

— Ну что, готова?

Когда он отступил в сторону, я увидела еще двух мужчин и гору земли, которая лежала рядом с ямой, в которой они стояли.

— Хватит, мужики, сменщица ваша пришла, — бросил парням Андрей Михайлович. — Вы свободны.

Я стояла с приоткрытым от шока ртом. Неужели он не шутил?.. Неужели проделанный нами путь — последнее, что я видела в своей жизни?

Вдруг я почувствовала, как мне развязали руки. Затем один из мужчин подошел и дал мне лопату, на которую я посмотрела и ощутила, как мурашки пробежали по коже. Стало холодно, будто прямо из этой могилы веяло какой-то промозглой сыростью.

— Ну и что ты стоишь? — Андрей Михайлович толкнул меня в сторону пока еще не очень глубокой ямы так, что я чуть не упала.

— Вы сбрендили?! — Мой собственный голос, казалось, доносился откуда-то издалека. — Мы же не в девяностых! Вас посадят!

— Да что ты, солнышко? Хочешь сказать, у тебя есть родственники? И кто-то, кроме твоей мелкой сестры, будет по тебе скучать?

— Да! — как-то истерически усмехнулась я. — Дима, например. Хватит показательных выступлений... Отвезите меня домой. — На моих глазах уже выступали слезы.

— Давай-давай, — сказал он, посмотрев на меня взглядом, полным презрения, но я все равно в исступлении стояла и просто пялилась на него.

Я крепко схватилась за лопату, будто бы она могла спасти меня ото всего того, что происходило. Осмотрев яму, я поняла, что она была где-то метровой глубины. Я повернулась в сторону человека, которого ненавидела больше всего на свете.

После минуты моего напряженного молчания он рявкнул:

— Ждешь, пока сестренка твоя в этой яме окажется?! Ей она как раз придется впору!

Тогда я поняла, что раздражать его не стоит. Мне ничего больше не оставалось, кроме как начать копать. В земле было полно корней и червей. Я старалась отвлекаться на это, а не думать об уготованной смерти. Копать мне предстояло долго, ибо девушке в одиночку все же проблематично вырыть такую яму.

Страх не отпускал ни на минуту, и я сравнила себя с людьми, которых приговаривают к смертной казни. Наверное, они чувствуют себя примерно так же. Да, поначалу я не верила, что он действительно способен на такое, но я до конца не знала его возможностей. Когда он достал пистолет и отдал его одному из мужчин, стоявших неподалеку, я в очередной раз задушила в себе надежду на дальнейшее пребывание на этом свете.

Он уехал, оставив меня с тремя амбалами. Бежать от них не было смысла, ибо в атлетике я не так сильна, да и заложника они взяли самого дорогого из всех возможных. Ради сестры я готова была пойти и на смерть. Отчасти я чувствовала свою вину в том, что со мной творилось. Наверное, не стоило связываться с этим проклятым семейством.

Подобные мысли занимали меня ненадолго. Я рано или поздно все равно возвращалась к тому, что буду лежать в этой сырой безымянной могиле и разлагаться. Даже черви под моими ногами стали мне омерзительны, как только я представила, что они будут питаться моим мясом, хотя я никогда не боялась червей... Копать было не так-то просто. Через какое-то время на моих руках уже стали появляться мозоли, плечи начинали болеть, потому что лопату приходилось поднимать все выше и выше. Это был буквально адский труд, но он отвлекал меня от всепоглощающего страха перед смертью.

От стадии отрицания я перешла к разгорающейся надежде, что Дима каким-то образом узнает о том, что происходит, и приедет. Если все должно было случиться именно так, то он был моим последним шансом на спасение. Иногда я даже поглядывала по сторонам с мыслью, не появится ли он откуда-нибудь...

POV Дима.

Я шел в сторону выхода, когда услышал какие-то восклицания, доносящиеся из кабинета отца. Что удивительно, в этот день он никуда не собирался, а такое бывало редко. Видимо, он устроил себе выходной, чтобы отслеживать результаты выборов в Думу, ведь дядя принимал в них участие. Мой отец всегда слишком сильно переживал за своего брата. Хотя, даже не зная результатов, я с уверенностью мог сказать, что дядя уже проиграл. Если раньше он был практически вне конкуренции, то сейчас из-за этого скандала его репутация упала ниже плинтуса, что избирателям пришлось не по вкусу.

Я остановился возле двери в кабинет отца и принялся подслушивать. Стало до жути интересно, кто там так яростно кричал.

— Я расскажу твоему выблядку правду! — послышался голос дяди.

Я и не заметил, как дядя оказался в нашем доме. Я не слышал, как он пришел.

— Ты что, с ума сошел?! — воскликнул отец. — Это убьет его, — сказал он уже более спокойно.

— А чего ты ждешь? — Дядя, похоже, был не в себе. — Пока он женится на этой суке, которая разрушила всю мою карьеру?! Она должна заплатить за то, что сделала!

С каждой минутой мое сердце стучало все сильнее от волнения. Я давно догадался, о ком они говорили, но не совсем понимал, о какой "правде" шла речь?

— Ну а причем тут мой сын?! — Отец тоже уже перестал сдерживаться. — Он ведь ни в чем не виноват!

— Он привел в нашу семью эту тварь!!! Из миллиона других баб он выбрал именно ее!

Я нахмурился, не понимая, что в Алисе такого, что так их настораживало. Любая другая могла поступить с дядей ровно так же. То, что произошло, — удивительное и досадное стечение обстоятельств, в которых и его вина тоже присутствовала.

— Неужели тебе не жаль его?! — слегка растерянно воскликнул отец. — Он же с ума сойдет, если узнает, что виноват в смерти родителей девушки, к которой так привязан!

Что?.. До меня очень долго доходила эта фраза, и я искал в ней какое-то другое значение. Но, к сожалению, смысл в ней был только один. Тот, который у меня в голове не укладывался.

Вдруг дверь распахнулась, и дядя пулей вылетел из кабинета отца. Я быстро спрятался за этой дверью. Даже не заметив меня, дядя слетел вниз по лестнице и покинул дом.

— А ты? — обратился папа к кому-то еще. — Почему ты мне сразу не сказал, что он с ней?

— Я... — послышался голос Даниила Петровича, помощника отца. — Я подумал, что это очередное мимолетное увлечение. Я решил, что он скоро бросит ее.

— А кто позволял тебе думать?! — рявкнул отец. — Подумал он! Тебя убить за такое мало! Ты уволен! Придурок...

Даниил Петрович вышел из кабинета отца, и на этот раз я не стал прятаться. Когда он увидел меня, то его глаза округлились. Но, не сказав мне ни слова, он последовал примеру дяди.

Я ничего не понимал, поэтому решил спуститься вниз и как раз заметил, что дядя покидает наш двор на своей машине. И что-то мне подсказало, что надо последовать за ним. Я просто хотел поговорить с ним. Если и была какая-то "правда", которую мне стоило знать, то отец вряд ли рассказал бы мне ее. А дядя как раз был в том состоянии, чтобы поведать мне все в подробностях.

Только я даже не понимал тогда, что лучше бы мне и не стоило знать эту правду...

Я поехал за ним и надеялся, что он не заметит этого. Из своих машин я взял самую дешевую и неприметную. Это был старенький Лэнд Ровер черного цвета.

Поначалу я думал, что он отправится в свой офис, однако он приближался к развязке, ведущей на трассу. Когда мы уже выехали на нее, то несколько раз я даже хотел бросить свое занятие, ибо черта города от меня все отдалялась и отдалялась. Но меня подогревал интерес. Зачем ему ехать в такую глушь?

К счастью, помимо нас на трассе было еще полно машин, что позволяло мне оставаться незамеченным. Однако все равно казалось, что он просто позволял мне за собой следить.

Когда он съехал с трассы, то я отдалился от него еще на сто пятьдесят метров ради своей же безопасности. Спустя какое-то время он свернул к лесу и остановился, после чего вышел из машины. Я сразу же притормозил возле лесополосы, за которой, как я думал, меня было не видно. Дальше он решил двигаться пешком, как, в общем-то, и я. В лесу следить за ним было куда сложнее. Я боялся запутаться в этих тропах, но при этом мне еще и надо было оставаться тише воды.

И что он забыл в этом лесу? Та тропинка, по которой мы шли, была настолько слабо протоптана, что я сомневался, были ли там вообще люди когда-нибудь, помимо него.

Вдруг я почувствовал резкую боль в затылке, и мое сознание ушло на прогулку по чертогам разума.

POV Алиса.

Что такое, по сути, жизнь? Цепь хороших и плохих событий, переплетающихся между собой, связанных с ними эмоций и переживаний, цепь взлетов и падений, горя и радости. Так скажет циник. Так я сказала бы раньше. Тогда, когда жила в постоянной рутине...

Жизнь это не только то, что с тобой происходит. Это еще и люди, которые тебя окружают... которые любят тебя... Сколько бы их ни было, им все равно будет больно, если тебя не станет.

Жизнь — это дышать, питаться вкусной едой, спать в теплой постели, обнимать близких, улыбаться... Жизнь в мелочах. В мелочах, которые большинство людей не ценит, потому что не понимает, насколько они важны.

А что такое смерть? Остановка сердца, прекращение дыхания, прекращение работы мозга. И никто не знает, что там, по ту сторону занавеса.

Родители часто водили меня в церковь в детстве. В детстве Верить было как-то проще. После того, что происходило со мной, моя Вера становилась все слабее и слабее, как свет от тлеющих углей. Я часто просила Бога о том, чтобы Он помог мне, чтобы облегчил страдания... Но мне казалось, Он не слышал.

На философии нам когда-то рассказывали, что Бог выполняет просьбы человека по-своему, что Он ведет нас к тому, чего мы действительно достойны. Но порой Он выбирает слишком сложные пути...

— Ну что, закончила? — послышался вдруг голос, от которого я дернулась.

Андрей Михайлович вернулся. Он был не один. С ним был один из тех мужиков, которых он поставил караулить меня. Видимо, я не заметила, как он отошел. На плече у этого мужика был Дима... которого просто положили на землю...

— Что вы собираетесь с ним делать?.. — взволнованно спросила я. — Вы же не могли убить собственного племянника?..

— Ничего. Полежит здесь, пока мы с тобой закончим, — ответил Андрей Михайлович, с ненавистью вперив в меня взгляд. — Жаль, ты не увидишь, как он будет страдать по тебе.

На глазах вновь выступили слезы.

— Я вовсе не хотела, чтобы кто-то из-за меня страдал, — всхлипнула я, уже потеряв самообладание. — И вы тоже. — Я посмотрела на Андрея Михайловича. — Простите меня... Пожалуйста... не убивайте меня...

Он подошел ко мне и посмотрел сверху вниз. Он нависал надо мной, как грозовая туча перед ливнем.

— Из-за тебя я проиграл выборы, — холодно сообщил он. — Ты разрушила всю мою репутацию всего лишь парой слов. Избиратели тебе поверили, поздравляю. Как жаль, что они не помогут тебе выбраться из этой ямы...

Я умоляюще смотрела на него.

— Я прошу вас... Подумайте о моей сестре! — У меня начиналась истерика. — Ей же всего десять лет! У нее больше никого нет...

— Это тебе надо было о ней думать. А теперь уже поздно.

— Ну пожалуйста! Я умоляю вас! — Жалость к сестре и страх смерти разрывали меня на части, а он оставался неприступным, как булыжник.

— Копай, — бросил он напоследок и отошел к своим амбалам.

Слезы застилали мне глаза так, что я уже ничего не могла видеть. Они капали на эту сырую землю, которую я продолжала рыть. Плечи жутко болели от этих тяжелых монотонных движений. Хотелось просто упасть, забиться куда-нибудь в угол, да и сидеть так, пока они не уйдут...

— Хватит ныть, — сухо бросил мне Андрей Михайлович. — Хотя бы сдохни достойно.

Я всхлипнула. Он был прав. В моих слезах не было никакого смысла, но я уже не могла остановиться. Он все равно убил бы меня. Я шмыгнула носом, и, стирая слезы с глаз, продолжала копать.

— Ну все, достаточно, — сказал Андрей Михайлович, подойдя ко мне. — Вылезай.

Я бросила на него очередной взгляд надежды. Он даже не помог мне вылезти, пришлось карабкаться самой. С трудом после двух минут тщетных попыток, мне это удалось.

Из-за ударов сердца я практически не слышала ни единого звука из окружающей среды. Однако мой мозг запечатлевал практически все, что я видела.

— Становись на край, — скомандовал Андрей Михайлович. — Лицом ко мне.

Мужики стояли и с каменными рожами смотрели на меня. Им было абсолютно все равно. Я сжала зубы и подошла к краю могилы, после чего повернулась к ней спиной. Видимо, они рассчитывали на то, что, когда в меня прилетит пуля, я сразу свалюсь в эту яму. Что ж, это удобно... чтоб лишний раз руки об меня не марать.

— Завяжите ей глаза что ли... — приказал Андрей Михайлович.

Я бросила последний взгляд на Диму, который даже и не собирался приходить в сознание. А ведь это было моей самой последней надеждой. Камнем навалилось осознание того, что он уже не сможет мне помочь.

Один из мужиков оторвал от грязной тряпки, которой они вытирали руки, небольшой лоскут, подошел ко мне и с совершенно невозмутимым лицом завязал мне глаза, причем так, что я действительно ничего не могла видеть.

— Можешь сказать свое последнее слово, — послышался голос Андрея Михайловича.

Ну что ж, похоже, это всё. Мне уже ничего не оставалось, кроме как высказать ему все то, что я о нем думала.

— Ты самый ужасный человек, которого я когда-либо встречала. — Я снова решила перейти на "ты". — Надеюсь, ты когда-нибудь так же сильно будешь любить кого-то. — Со слезами и дрожащим голосом я все равно старалась не выглядеть жалкой. — И желаю тебе, чтобы у тебя отняли этого человека. Желаю, чтобы ты страдал. Чтобы ты понял, каково это...

Я услышала короткий смешок.

— Какая жалость, что ты не знаешь, кто на самом деле самый ужасный человек в твоей жизни.

После этой фразы все оборвалось. Выстрел, моментальная боль в голове и темнота...

*наколка "МИР"("Меня Исправит Расстрел") — татуировка воров в законе.

**Кинжал, обвитый змеей — символ агрессии и тайной угрозы. Владелец перстня отбывал наказание за умышленное убийство.

POV Дима

Я открыл глаза и попытался подняться. Голова сильно болела. Вокруг меня был какой-то луг, и я понятия не имел, в какую сторону мне идти. С трудом я вспомнил, как вообще там оказался. Похоже, мне нормально так приложили по голове. Однако мне казалось, что отключился я в лесу. Почему теперь я проснулся посреди луга?

Зачем я вообще, черт возьми, за ним поехал? Стоило ли оно того?

Солнце еле пробивалось сквозь нависшие над этой местностью тучи. Вокруг не было ни единой души.

Очень хотелось пить. Очень хотелось домой. Надо было просто поехать к Алисе и не заниматься всякой фигней.

Голова еле соображала. Я даже паниковать толком не мог, потому что не совсем понимал, что происходит. Видимо, дядя хорошенько обо мне позаботился.

Ещё через несколько минут я вспомнил про то, что у меня есть мобильный телефон. Достав его, я понял, что смысла в этом не было, ибо связь в такой глуши не ловила.

POV Алиса

Я слышала какой-то посторонний шум. Это был шум ветра. Он мешал мне спать. Пришлось открыть глаза…

«Какое небо красивое», — первым делом подумала я.

Сквозь грозовые облака виднелись ломтики голубого неба, и солнце аккуратными лучами тянулось к земле. Тучи медленно-медленно проплывали надо мной. Они никуда не спешили…

Внезапно пришло осознание, что я в могиле. На мне было немного земли, которую я чувствовала даже порами лица. Я резко перешла в сидячее положение, и в глазах потемнело. Через минуту в голове всплыло и последнее воспоминание. Я точно помнила, что слышала выстрел. Однако отключилась я, похоже, не из-за него. На мне лежала тряпка, которой мне завязывали глаза. Похоже, она сползла во время моего падения в могилу.

Я ощупала голову. На руках не осталось крови после этого. Значит, никаких ранений на мне не было. Только спина болела от того, что я довольно жёстко приземлилась. И на голове была просто шишка. Странно… Неужели все это был спектакль?

Я точно не могла сказать, сколько я находилась в этой яме. Однако погода за это время успела смениться с солнечной на пасмурную.

Нужно было срочно выбираться из этой чёртовой могилы. Когда я поднялась на ноги, в глазах снова потемнело. Была жуткая слабость, как если бы меня ударили по голове. Видимо, такой удар мне и прилетел. Так вот зачем нужна была повязка на глаза… Этот мудак просто хотел преподать мне урок. Что ж, у него это прекрасно получилось.

Стал накрапывать дождь. Я предприняла первую попытку выбраться из собственной могилы, но потерпела фиаско. У меня практически не оставалось никаких сил, чтобы сделать это. Я тщетно хваталась за тонкие корни, которые не выдерживали и рвались прямо в моих руках. В первый раз было как-то попроще… Да и сил у меня было побольше…

После девятой попытки влил дождь. Сначала он был не очень сильным, зато потом начался ливень, и я поняла, что самостоятельно мне точно не выбраться. Земля стала мокрой и склизкой, и все, что я ни пыталась сделать, приводило к появлению ещё большего количества грязи как на руках, так и под ногами. Разбитая и разочарованная я просто села в эту яму и опустила голову.

Я понятия не имела, как мне выбраться… Так хотелось домой, в тёплую чистую постель, к сестре. Она, наверное, с ума сходила ото всего, что происходит.

Я долго смотрела в пустоту. Блять, меня чуть не застрелили… Что я делала в этой жизни не так?

Мне просто было интересно, со всеми ли так происходит, или только мне так не везет…

В голову пришла мысль, что стоит позвать на помощь. Я была уверена в том, что вряд ли кто-то придет. Наверное, кроме лосей и кабанов в этом лесу редко кто-то был. Но все-таки я решила попытаться, и снова поднялась на ноги.

— Помогите! — без особого воодушевления крикнула я.

Да, быть может, если бы я была хоть немножечко повыше, мне бы удалось вылезти. Но, к сожалению, ростом природа меня обделила.

— Помоги-ите!!!

Дождь, похоже, и не собирался прекращаться. Я все больше становилась похожа на бомжа. Даже если бы и удалось выбраться самостоятельно, то на ближайшей дороге меня вряд ли бы кто-то подобрал в таком виде.

POV Дима

Я слышал какие-то крики, доносившиеся из леса. Я пытался идти на голос, однако шум дождя сильно препятствовал этому. Когда я забрел в лес, то понял, что голос либо женский, либо детский. Крики периодически прекращались, поэтому я «терял след». Видимо, человек не очень-то и хотел, чтобы ему помогали. Пока я пробирался сквозь деревья, практически полностью промок.

Вообще я любил летние ливни. Они были теплыми, и после них так приятно пахло. Однако в таком месте ливень с грозой меня, мягко говоря, напрягал.

На самом деле, было не особо интересно, кто там так истошно орал, но другого пути узнать, где я и в каком направлении мне вообще нужно было двигаться, у меня не было. Когда я прошел еще метров двадцать, то понял, что голос мне знаком… Я задумался о том, что, быть может, стена из воды так исказила его, либо я слишком сильно ударился головой, и меня начали преследовать галлюцинации… Но, когда до меня дошло, кому принадлежал этот голос, я сорвался с места и буквально пулей полетел на крики.

Эти мгновения показались мне вечностью. Одновременно я и очень хотел увидеть ее, и надеялся, что ошибаюсь.

Когда я наконец дошёл до цели, то обомлел. Я никогда не забуду эти глаза… Сложилось впечатление, что из могилы было видно только их. Огромные чистые голубые напуганные глаза, опухшие веки… Она сразу увидела меня. Я не смог бы передать то, что почувствовал в этот момент.

Алиса вся была вымазана в грязи. Я испугался, что она может быть ранена.

Моментально подбежав к ней, я опустился на колено, и она протянула мне руки. Вытащить её не составило особого труда, и уже через минуту она стояла передо мной. Слезы катились у неё из глаз, смешиваясь с каплями дождя, из-за чего и казались ещё больше. Она обняла меня и долго-долго не могла отпустить.

— Всё хорошо, ты уже в безопасности… — Я старался успокоить Алису, но выходило не очень.

Я не хотел вот так сразу спрашивать её о том, что произошло. Наверняка ей было неприятно воскрешать в памяти эти события. Я решил спросить позже.

— Пойдём в машину, — сказал я, крепко взяв её за руку, после чего обозленно добавил: — Если, конечно, он соизволил её нам оставить.

На протяжении всего пути она не вымолвила ни слова. Когда нам удалось найти машину, она села в неё и половину дороги ехала молча, тупо уставившись в окно. Я знал, что она даже не видит того, на что смотрит.

Мне тоже не очень хотелось говорить обо всем этом. Я даже в какой-то момент почувствовал себя ущербным из-за того, что был со своим дядей одной крови.

— Прости, — сказал вдруг я. — Я не думал, что он на такое способен.

Она повернулась ко мне. По щекам её продолжали течь слезы.

— Ты не виноват… Ты же не знал… — Алиса всхлипнула, после чего продолжила диалог: — Он пришёл ко мне после того, как ты уехал. Совсем как в тот раз. Он угрожал мне ножом прямо при Насте. — Её губы дрожали от волнения, а руки все еще немного тряслись. — Затем он оставил с ней одного из своих, а меня забрал с собой… Когда он сказал, что мне придётся рыть себе могилу, я подумала, что это такая злая шутка…

Похоже, Алиса любила рассказывать о том, что причиняло ей боль. Она всегда была немного странной.

— Он привёз меня в этот чёртов лес и реально заставил рыть себе могилу. — Поток слез из её глаз усиливался. — Я готова была попрощаться с жизнью…

Дождь за окном авто все не прекращался. Казалось, небо плакало вместе с ней.

— Затем он завязал мне глаза… И я услышала выстрел, но похоже… Похоже, выстрел был в воздух, а по голове мне просто чем-то заехали. — Она издала какой-то беспомощный стон, который заставил меня невольно повернуться, чтобы убедиться, что с ней все в порядке. — Он пошутил, ты представляешь?.. Он просто так пошутил…

Мне захотелось превратить его морду в кровавое месиво за такие шуточки, но Алисе я об этом говорить не стал.

Если раньше я просто недолюбливал своего дядю, то сейчас я просто дико ненавидел его.

— Из-за каких-то чёртовых выборов он решил так со мной поступить…

— Да, он был очень зол сегодня, — подтвердил я. — Он приезжал к моему отцу, и они серьёзно поссорились.

Я не стал называть ей причину, тем более я и сам её толком не знал.

— Боже, я так хочу, чтобы это все было просто кошмарным сном, — сказала она и снова уставилась в окно. — Сны быстрее забываются, чем реальность.

Когда мы подъехали к ее дому, Алиса моментально выскочила из машины, и рванула к подъезду. Не успел я закрыть машину, как она уже летела вверх по лестнице. Я с трудом смог догнать ее, а остановить было еще сложнее.

— Давай я пойду вперед? — сказал я.

Она посмотрела на меня слегка неадекватным взглядом, после чего все-таки коротко кивнула и пропустила меня вперед.

Возле квартиры никого не было. Но я не был уверен, был ли кто посторонний в самой квартире. Мы остановились возле двери. Она была не заперта.

Меня учили не входить в незакрытые квартиры, но на этот раз правилом я пренебрег.

Как только мы переступили порог, Алиса заметалась в поисках своей сестры. Она осмотрела гостиную, заглянула в свою комнату, но сестры там не было. Я видел, как с каждым шагом и с каждым вздохом она становилась все более нервной.

К счастью, Алиса нашла Настю в детской.

— Малыш! Вот ты где…

Я тоже направился в сторону комнаты и увидел, как Алиса с громким ударом упала на колени и обняла сестру. Та, вся в слезах, забилась в угол и сидела там, обняв коленки.

— Малыш, прости меня, — умоляла Алиса, нервно поглаживая ее по голове своими грязными руками. — Все хорошо. Теперь все будет хорошо. Тебе ничего не сделали? — тараторила Алиса.

Настя смогла лишь отрицательно покачать головой.

Алиса боялась оставаться одна и не хотела, чтобы я куда-то уезжал, поэтому мне пришлось провести у нее пару дней. Мы отвезли Настю к психологу, который сообщил о том, что психика девочки сильно не пострадала. Только тогда Алиса смогла вздохнуть с облегчением.

Пару дней спустя я все же уговорил ее остаться дома без меня. Я сказал, что есть важное дело, с которым мне надо разобраться. Она с трудом, но согласилась.

В шесть часов вечера у меня была встреча с Даниилом Петровичем, бывшим помощником отца. Мне не давал покоя тот разговор у отца в кабинете. Мне казалось, что я должен знать все то, что они от меня скрывали.

За сутки до этого я созвонился с Даниилом Петровичем. Как же долго пришлось уговаривать его на встречу. Мне думалось, что до последнего он сомневался в том, что стоило приходить, поэтому опоздал.

Встреча была в парке. Он не хотел, чтобы она продлилась долго, поэтому я не стал приглашать его в кафе или ресторан.

— Здравствуйте, Дмитрий Валерьевич. — Он пожал мне руку.

Было видно, что ему не очень приятно видеть меня. Он знал меня практически с пеленок, потому что проработал у отца довольно долго. Теперь он сильно переживал увольнение, и по нему это было заметно. Выглядел он так, будто за день до нашей встречи сильно напился.

— Как у вас дела? — спросил я и только потом осознал, насколько бестактен этот вопрос.

— Как у человека, которого три дня назад уволили с работы. — Он укоризненно посмотрел на меня. — А чего вы, собственно, от меня хотите? Вас же не отец прислал?

Мы направились вдоль парковой аллеи.

— Нет… Конечно, нет. Я не ночевал дома уже пару дней.

Он только вскинул бровь. Ему, казалось, было совершенно не интересно то, о чем я говорил. Даниил Петрович, как ему было свойственно, стремился сразу перейти к делу.

— И что же вам нужно?

Я тяжело вздохнул и покосился на него.

— Я хочу знать, о чем вы говорили тогда в кабинете.

Он поднял на меня взгляд.

— Сомневаюсь, что я должен вам об этом рассказывать. — Даниил Петрович не стал лгать и уворачиваться от ответа. — Не хотелось бы причинять неудобства вашему батюшке.

— Вы боитесь? — практически перебил его я.

— А как вы думаете? — Он нервно усмехнулся. — Ваша девушка уже как-то перешла дорогу вашей семье. Не думаю, что она осталась безнаказанной.

— Хорошо. Я поставлю вопрос по-другому, — сказал я. — Сколько вы хотите?

Он отрицательно покачал головой.

— Вы так и не научились понимать, что не все вопросы в этой жизни можно решить деньгами. — Даниил Петрович решил присесть на скамейку, и я последовал его примеру.

— Тогда что вам нужно? — Я понятия не имел, что еще ему предложить.

— Ничего… Пришлите мне бутылку виски. Этого будет достаточно.

Я нахмурился.

— Почему?

— Потому что то, что я вам расскажу, вы должны были знать еще два года назад. Тогда бы ни у кого не возникло проблем, с которыми вы сейчас пытаетесь разобраться. — Он тяжело вздохнул. — У меня и семьи-то нет. А за себя беспокоиться нет смысла. Руки вашего отца вряд ли до меня доберутся. Я, возможно, знаю о нем больше, чем он сам. И если со мной что-то произойдет, взорвется информационная бомба, и он очень сильно об этом пожалеет. — Даниил Петрович сделал паузу и повернулся ко мне. — Однако вам лезть на рожон я бы не советовал.

Я все это время внимательно наблюдал за ним и ждал. Тогда еще было не поздно встать и уйти… И почему я этого не сделал?

— Два года назад вы попали в аварию, помните? — Это был скорее риторический вопрос.

Когда я отлеживался в больнице, не получив особо серьезных повреждений, со мной сидела Юля. К счастью, мучилась она недолго, ибо у меня было только сотрясение и перелом ребер.

— Вы помните саму аварию? — поинтересовался Даниил Петрович.

Я отрицательно покачал головой. Все вокруг прекрасно знали, что я не помнил ничерта с той ночи.

— Вы были так пьяны… И сели за руль. — Даниил Петрович уставился на брусчатку и не отводил от нее взгляда, ибо на меня смотреть ему не особо хотелось. — Вы отправились домой. По трассе, по которой как раз ехал Виктор Анатольевич Лебедев со своей женой.

Когда он назвал эту фамилию, у меня сердце екнуло. Если честно, сначала я не поверил.

— Вы выехали на встречку. Никто так до конца и не разобрался, зачем вы на повороте свернули на нее. Они этого не ожидали… Вот поэтому и ехали со скоростью под сто двадцать. Ваша скорость была не меньше, и… — Ему было так же тяжело это рассказывать, как и мне слушать. — С такой скоростью вы должны были столкнуться, потому что вы, Дмитрий Валерьевич, ехали именно по их полосе… Но Лебедев не так плохо водил… Он успел вывернуть руль, из-за чего их машина улетела в кювет и несколько раз перевернулась. А вы просто врезались в столб.

Я встал и ненадолго отошел от Даниила Птеровича, потому что больше не мог это слушать. Воздуха не хватало, как если бы я был заядлым курильщиком и бежал кросс. Неужели все действительно случилось так? Быть может, он обижен на отца, поэтому говорит мне весь этот бред?

Но в моей голове всплыло то, как отец сам упоминал о том, что это я во всем виноват.

— Когда приехала полиция, они увидели ваши номера и поняли, что вы не обычный человек. — Даниил Петрович подошел сзади, решив добить меня своей историей: — Они доложили полковнику, который в очень хороших отношениях с вашим дядей, и все удалось замять. — Он тяжело вздохнул. — Ваш отец даже в морг сходил, чтобы точно не возникло никаких проблем. Он договорился с патологоанатомом, чтобы тот написал заключение, которое показывало, что у Лебедева в крови был алкоголь. Девочкам сказали, что их отец уснул за рулем…

Я не мог произнести ни слова. Да и не особо-то и хотелось. И зачем мне только нужна была эта правда? Иногда действительно лучше чего-то не знать…

POV Дима.

Мне всегда говорили, что нужно говорить правду, какой бы она ни была. Мама учила меня с детства, что лгать это плохо. Я старался придерживаться ее воспитания…

А что такое правда? Это несколько слов, которые могут как разрушить жизни, так и построить все заново. Но зачем нужна правда, если можно солгать? Так думал мой отец. Во время нашего разговора с Даниилом Петровичем я тоже начал так думать.

— А почему я должен верить вам?.. — вдруг вырвалось у меня.

Этот вопрос был моим последним шансом на спасение.

Даниил Петрович усмехнулся.

— Верить или нет — дело ваше. Но если вам нужны доказательства, вы можете поискать их у отца в сейфе. — Он бросил на меня последний взгляд, после чего сказал: — А сейчас мне пора. Всего доброго.

Мы даже толком не попрощались, ибо мое состояние не позволяло мне этого.

Я не знал, что мне делать. Хватило сил только сесть на скамейку. Мне было все равно, как я выглядел со стороны… Люди пялились на меня. Кто-то даже подошёл уточнить, все ли со мной в порядке.

Неужели все это было правдой? Я не мог так поступить… Я не мог быть причиной смерти её родителей. Это слишком странное стечение обстоятельств. Бывают ли вообще такие совпадения?

Почему отец не сказал мне сразу? Он не хотел меня ранить. Но почему он не сказал, когда я привёл в наш дом Алису? Тогда бы все не зашло так далеко…

В кармане зазвонил телефон. Это была она. Я долго смотрел на экран, но так и не осмелился взять трубку. Что я мог ей сказать?

А она ждала… Ждала, когда я вернусь, чтобы мы вместе приготовили с ней ужин. Чтобы мы вместе посмотрели с Настей мультики. Чтоб вместе сходили в магазин.

Я ведь так хотел, чтобы она влюбилась в меня. Похоже, я так хотел причинить ей боль…

Стоп. А что если он все-таки лгал мне? Для начала нужно было все-таки проверить информацию. У меня внутри засиял крохотный лучик надежды.

POV Алиса.

Он ведь обещал вернуться к восьми, но ни в девять, ни в десять его дома не было. Он обещал не оставлять меня одну…

С каждым часом мне становилось все тяжелее находиться в этом томительном ожидании. Я подумала, что с ним могло что-то случиться, поэтому позвонила ещё несколько раз. Он не взял трубку.

Вдруг с ним тоже решил что-нибудь сделать Андрей Михайлович? Или произошёл несчастный случай?

Я старалась сразу же гнать эти мысли из головы, но они возвращались с каждым шагом, с каждым вздохом, с каждым лучом солнца, который исчезал на закате дня. Дошло до того, что я несколько часов тупо ходила по гостиной, то и дело поглядывая в окно на случай, если там появится его машина. Но место, на котором он парковался, было пустым…

Неужели он солгал мне? Куда он мог поехать? У него вроде не было никаких важных дел.

POV Дима.

Мне просто необходимо было то, что лежало в отцовском сейфе, однако я изо всех сил надеялся, что ничего подозрительного там не найду. Хотя какой смысл Даниилу Петровичу врать?..

Я вернулся домой. Был уже поздний вечер. Отца, к моему счастью, дома не было. Зато была мама, с которой я для начала и решил поговорить, потому что имелась одна проблема: я не знал код от сейфа.

— Ну наконец ты вернулся! — воскликнула мама, спускаясь по лестнице. — А то сижу тут одна: ни тебя нет, ни отца твоего. — Она обняла меня.

— А где он? — поинтересовался я.

— На работе. Где же ему еще быть? — Мама с улыбкой взглянула на меня. — Ну что, пойдем чаю попьем?

— Нет… Нет, мам, я по-другому поводу. — Я не знал, как начать этот разговор.

Я понятия не имел, знала ли мать код, да и знала ли обо всем том, что произошло… Не хотелось волновать ее, но это было необходимо.

— Что с тобой? — спросила она, заметив мое замешательство.

Я опустил взгляд.

— Что-то случилось? — Мама была напугана моим поведением.

— Ты помнишь, как я попал в аварию два года назад? — Я посмотрел в ее глаза.

Она отвела взгляд.

— Ну-у, ты же знаешь… Я была тогда в командировке.

Да. Она в очередной раз ездила в Париж на свои эти показы. Именно поэтому со мной сидела Юля.

— Ты знала, что в этой аварии погибли родители Алисы?

Мамины брови взлетели вверх, а рот слегка приоткрылся.

— Что ты говоришь?..

— Ее родители… — Мне было трудно это произносить. — Погибли из-за того, что я пьяным сел в машину и ехал по встречке.

Мама нахмурилась и еще около минуты взирала на меня с каким-то диким непониманием. Похоже, она не знала… Отец не посвятил даже ее.

— С чего ты это взял?.. — спросила она. — Кто тебе сказал такое?

— Так ты знала?..

Она отрицательно покачала головой. Я ей верил.

— Тебе отец это сказал? — поинтересовалась она.

— Нет.

— Тогда, может быть, это ложь? — В ее голосе звучало недоверие.

— У нас только один шанс проверить это. Ты знаешь пароль от сейфа в кабинете отца?

Мама испуганно посмотрела на меня.

— Если все, что ты говоришь… — Она замялась. — Я не скажу тебе код.

Я тяжело вздохнул.

— И ты думаешь, что мне это поможет? Я хочу знать правду. — Я пытался говорить с ней спокойно, однако мне это уже удавалось с превеликим трудом. — Неужели ты считаешь, что мне будет лучше, если я начну изводить себя этими догадками? — с надеждой посмотрев на нее, спросил я.

На этот раз уже она заглянула мне в глаза.

— Всё лучше, чем считать себя убийцей. — Она сделала паузу. — И вообще, это было бы удивительное стечение обстоятельств. Такого просто не может быть. Не знаю, кто наплел тебе всю эту чепуху, но ты зря повелся.

— Мама! — воскликнул я, не имея уже нервов на этот диалог. — Я хочу знать правду.

Она лишь нервно покачала головой в знак отрицания. Тогда я решил действовать хитрее, ибо сил на уговоры у меня уже не было.

— Что ж, ладно. — Я пошел по лестнице вверх, после чего скрылся за поворотом, выжидая.

Мне из-за угла открывался прекрасный вид на кабинет отца. Как я и ожидал, через несколько минут послышались тихие шаги. Мне даже выглядывать не пришлось, ибо я был уверен, что это мать. Я прекрасно понимал, что она захочет самостоятельно убедиться в моих словах, поэтому решил застать ее врасплох. Она шла, крадучись, как если бы боялась с кем-нибудь столкнуться. Я услышал, как аккуратно закрылась дверь в его кабинет. Тогда я решился выйти из-за угла и подойти ближе. Нужно было подождать еще несколько минут, чтобы она успела открыть сейф.

POV Алиса.

Почему же его так долго не было? Я пыталась отвлечь себя чем угодно, но мне никак это не удавалось.

— Что с тобой? — спросила Настя, когда я нервно переключала каналы по телевизору. — А где Дима?

Я нервно сжала пульт от телевизора в руках.

— Все хорошо, малыш. Дима скоро приедет, — сказала я, убеждая скорее себя, нежели ее. — Скоро приедет. А что ты хотела?

— Я хотела, чтобы он научил меня делать бумажные кораблики.

Я улыбнулась уголком губ.

— Это же проще, чем журавлики. — Я посмотрела на нее. — Неужели ты не умеешь?

Настя отрицательно покачала головой.

— Неси бумагу, — сказала я. — Я тебя научу. А то Дима сильно задерживается.

POV Дима.

Я тихо-тихо открыл дверь в кабинет и заглянул в щель. Матери не было видно, поэтому я решился войти, стараясь опять же не издавать ни звука. Она, к моему облегчению, стояла ко мне спиной и что-то читала. Сейф, который находился за картиной, естественно, был открыт. Я решил подкрасться к ней ближе, чтобы она в случае чего не смогла быстро закинуть бумагу обратно и захлопнуть сейф. Однако пол меня подвёл. Когда я был буквально уже в трех шагах от своей матери, он скрипнул, заставив её резко повернуться.

Ее глаза были наполнены слезами. Руки тряслись… Я изо всех сил старался сохранять невозмутимое выражение лица, но чего мне это стоило… Мне пришлось вырвать бумагу у неё из рук. Она не противилась мне. Все, что она смогла, это только сесть на отцовское кожаное кресло и устремить свой взор в пустоту.

Это был протокол с места ДТП. Настоящий протокол. Я не хотел смотреть его при ней, поэтому буквально выбежал из кабинета и направился в свою комнату. Хотя все и так уже было ясно… Как только я захлопнул за собой дверь, то на меня тяжким грузом навалился страх. Руки мои тоже поддались неконтролируемому тремору, который очень мешал читать. В протоколе было многое написано. Но ничего такого, чего бы я не знал. Но вспомнить ничего из этого мне так и не удалось. Я помнил только то, что мне очень жаль было мою Феррари. Дурак.

Впервые за долгое время по моей щеке скатилась слеза. Я никогда бы не подумал, что могу послужить причиной смерти кого-то. Я не был злым человеком и не хотел причинять никому зла… Она ведь любила меня, а я так с ней поступил… Сам того не желая, я стал убийцей сразу двух человек, которые не сделали мне ничего плохого… которые были самыми близкими для нее.

И какого черта я только пьяным сел за руль?!

Я сильно ударил себя костяшками по голове. Я плакал, сползая по стене на пол. Я плакал, наверное, единственный раз за столько лет…

В комнату вдруг вошла мама. Она бросилась ко мне и обняла.

— Я убийца, мама… Я убийца. — Я больше не мог сдерживаться и просто рыдал, уткнувшись в мамино плечо.

Так больно мне не было никогда.

— Не-ет, ты не убийца, милый. — Она пыталась меня успокоить, хотя у самой по щекам стекали слезы. — Ты не виноват. Ты не специально… — повторяла она раз за разом.

В моей голове всплыло то, как Алиса рассказывала мне про гибель своих родителей.

Я даже не стала возвращаться за вещами в аудиторию… Просто сорвалась с места и побежала. Их тела были в морге больницы.

Она ведь полностью доверяла мне. Она не боялась оставить со мной свою сестру… Недавно она предложила мне сделать дубликат ключей от своей квартиры.

Я так надеялась, что это будут не они. Я молилась. У меня дрожали руки всю дорогу, и я ничего не могла говорить по пути, кроме слова «пожалуйста».

Алиса говорила, что я бы понравился её родителям. А Настя души во мне не чаяла. Я обещал, что научу её делать кораблики…

— Мама, я ненавижу себя… — Я просто давился слезами.

Я действительно презирал себя всеми фибрами души. Это была вина, которую невозможно искупить.

Я так не хотел, чтобы Алиса знала…

POV Алиса.

Я так беспокойно спала. Просыпалась буквально каждые полчаса и проверяла телефон. Никому не было до меня дела. Никто не звонил…

Отключилась я, к слову, прямо на диване, под пледом. Просто я надеялась, что он придёт хотя бы ночью.

Проснулась я рано. Это было волшебное утро. Я подошла к окну, из которого во всю светило солнце. Однако первым делом я обратила внимание на парковочное место, которое по-прежнему оставалось пустым.

Снова навалилось эта чертова тревога. Я подумала о том, что, если с этим придурком все окажется в порядке, месяц не позволю до себя и пальцем дотронуться.

Может, это он меня так бросил? А что, некоторые столь отсталые парни так делают.

Я написала ему сорок восьмое сообщение с просьбой перезвонить и принялась готовить завтрак Насте. Саму же меня воротило от запаха еды. При сильном стрессе мне никогда кусок в горло не лез.

POV Дима.

Я проснулся и сразу же пожалел об этом. Засыпая вечером в объятиях матери, я так надеялся, что умру во сне. Если бы мамы не было дома, меня бы, наверное, уже не было на этом свете. Она не отходила от меня буквально ни на минуту. Но я считал, что мне это не нужно. А нужно мне было отмотать время назад и не делать того, что я сделал.

— Что мне сказать Алисе? — первым делом спросил я маму, которая сидела на кресле рядом с моей постелью.

— Не говори ей ничего, — ответила мать. — Она никогда тебе этого не простит.

— Но я не смогу смотреть ей в глаза…

— А ты думаешь, твой отец меня никогда не обманывал? — Мама говорила очень уставшим голосом. — Если ты её действительно так любишь, то она никогда не должна узнать правду.

Затем я ещё очень долго сидел, смотря в одну точку. В голове была одна и та же мысль. Как я мог продолжать с ней встречаться и скрывать это? На самом деле в своей жизни я много лгал, но не о таких вещах…

Я видел, что она звонила и продолжала отправлять мне сообщения буквально каждый час, но у меня рука не поднималась ответить ей ни на то, ни на другое.

Быть может, стоило просто оборвать с ней все связи, ничего не объясняя? Лучше пусть ненавидит за то, что я мудак, чем за то, что я убийца.

Убийца.

Раньше это слово не казалось мне таким страшным, нежели теперь. Я думал о том, смогу ли я когда-нибудь принять это… Смириться…

Казалось, что не смогу.

Так прошло два дня, и я решил, что хочу видеть Алису. Я не знал, что я ей скажу, но был уверен в том, что должен к ней пойти.

На лестнице я встретил отца, который уже обо всем знал, но после происшествия видел меня впервые, ибо не решался заходить в мою комнату, а я за два дня её ни разу не покинул.

— Ну и чего ты добивался? — со вздохом спросил он после долгого молчания.

— Правды, — коротко ответил я, продолжая спускаться по лестнице.

— И как? Легче жить с правдой?

Я не стал отвечать на этот вопрос, а просто вышел из дома и сел в машину.

Когда я ехал по трассе, то и дело всплывала идея вывернуть руль со всей силы куда-нибудь на обочину. Я хотел умереть. Очень. Пару раз я даже специально перестраивался на крайнюю полосу, но все никак не решался, из-за чего считал себя трусом.

Вот бы я погиб вместе с ними. Тогда бы чувство вины не грызло моё сердце.

С каждым километром приближения к её дому становилось все беспокойнее. Когда я припарковался у неё во дворе, то просто сидел там около получаса так, будто меня парализовало.

Пришлось все-таки выйти из машины и зайти в подъезд. С замиранием сердца я поднимался на лифте наверх, с таким же замиранием позвонил в дверь… Она открыла не сразу, но все-таки открыла. Во взгляде её читалась доля презрения, но в нем было и беспокойство.

Она пропустила меня в квартиру молча. Молча подождала, пока я сниму обувь, и только потом спросила:

— Где ты был?

Я посмотрел в её голубые глаза. Веки были опухшими: она снова плакала. Мне трудно было произнести слово.

— Где ты был?! — воскликнула она, подойдя ко мне ближе, на расстояние вытянутой руки.

Я смотрел на неё и не знал, что делать. Мама говорила, что ей лучше не говорить… Может, мама была права?

— Где ты был?! — Алиса со слезами на глазах ударила меня кулаком в грудь.

Мне повезло, что это был не боксёрский удар.

— Я так волновалась! Я места себе не могла найти! А ты… Ты просто приходишь как ни в чем не бывало. И молчишь! — Она схватила меня за воротник рубашки и устремила взор в мои глаза. — Почему ты молчишь?..

Я обнял её. Молча. Алиса уткнулась в моё плечо, и я почувствовал, как сквозь тонкую ткань рубашки пробирается влага от её слез.

Мне не удавалось найти себе оправданий, поэтому я никак не мог подобрать слова.

— Я очень тебя люблю, — пробормотал я.

Наверное, это выглядело жалко. Быть может, поэтому она просила никогда не признаваться ей в любви.

— Я тоже тебя люблю. — Она перестала плакать, но не хотела меня отпускать. — Но ты такой придурок.

Если бы все было нормально, я бы просто усмехнулся и продолжил разговор. Если бы только все было нормально…

POV Алиса.

За последние два дня я чуть с ума не сошла. Я даже Настю отправила к Оле, чтобы она не видела моих нервных терзаний.

Насколько же сильные муки может причинить человек, которого любишь. Наверное, средневековые пытки перенеслись бы мной лучше, чем это тревожное ожидание.

Я за все это время съела одно лишь только яблоко. Больше в меня ничего не лезло.

Когда он пришёл, то был каким-то странным. Я не понимала, что могло произойти. Он старался не смотреть мне в глаза, как будто в чем-то провинился.

— Так где ты был? — спросила я, разорвав наши с ним объятия.

— Я ездил домой. Мне нездоровилось.

Я нахмурилась.

— Настолько сильно нездоровилось, что не мог взять трубку? — Я вопросительно смотрела на Диму, но он продолжал молчать. — Что-то случилось? — взволнованно спросила я.

Он коротко кивнул и прошёл к дивану.

— Мне нужно с тобой поговорить.

Я видела, что у него внутри идёт какая-то нешуточная борьба с самим собой. И один внутренний демон то и дело берет верх над другим.

Мне пришлось сесть на диван. Я в ожидании посмотрела на него. Он сел рядом, но достаточно далеко, что дало мне понять, что разговор будет нелёгким. Похоже, он хотел бросить меня.

Дима взял меня за руку.

— Я никогда раньше ни в кого так не влюблялся, — сказал он. — Конечно, были увлечения… но ничего серьёзного...

Я не понимала, зачем он тянет.

— Может, ближе к делу? — перебила я его.

— Да… — Тяжело вздохнув, он продолжил: — Мне пришлось столько всего пережить за эти полгода… Ты показала мне жизнь. И… — Он сделал паузу. — Я чувствую, что стал другим человеком. И я хочу, чтобы ты помнила об этом после того, что услышишь.

Он разбивал мне сердце тем, что так долго не мог сформулировать свою мысль. Я не знала, что он хочет мне сказать, но предчувствие моё было не из лучших.

— Знаешь, эти отношения — лучшее, что случилось со мной, — сказал он. — Но не стоило нам их начинать.

— Что ты имеешь в виду? — не выдержав, спросила я, нервно заламывая пальцы.

— Сейчас ты будешь меня ненавидеть.

— Да что ты такого сделал? — Я дотянулась до его руки и сжала ее.

— Твои родители погибли из-за меня, — выпалил он на одном дыхании.

Сначала до меня никак не мог дойти смысл этих слов. Это было то, что я меньше всего ожидала услышать.

— Что? — с улыбкой спросила я.

Мне становилось смешно только от одной этой бредовой мысли.

— Какой идиот тебе такое сказал? — Я рассмеялась в голос и поднялась с дивана.

У Димы на лице не дрогнул ни один мускул. Он продолжал смотреть на меня все с тем же убийственным выражением виноватого человека.

— Мой отец уснул за рулём. Если кто-то и виноват, то это алкоголь в его крови, — уже более серьёзно заявила я.

— Два года назад я попал в аварию, — перебил он меня. — Я несся по встречке и был пьян. Сильно пьян. Я ехал по той же трассе, что и они.

— Что ты несёшь?! — уже более серьёзно спросила я. — Ты будешь оспаривать протокол с места ДТП и заключение патологоанатома?

— Да! — воскликнул он, вскочив на ноги.

— Хорошо. Тогда расскажи мне, что произошло! Как они погибли?! — Я перешла на повышенный тон, чтобы хоть как-то пресечь поток той лабуды, которую он говорил.

В ответ я не услышала ничего.

— Ты сошёл с ума, — сказала я. — Видимо, на фоне стресса тебе приснился какой-то дурацкий сон или что-то вроде того… У меня есть знакомый психиатр. Давай поедем к нему прямо сейчас. — Я уже готова была собираться.

Меня не на шутку беспокоило то, что он действительно верил во все то, что говорил.

— Я был настолько пьян, что не могу вспомнить ни секунды.

Я снова усмехнулась его уверенности и решила говорить с ним более спокойно, так как Дима, очевидно, был не в себе.

— Ты хоть понимаешь, что вероятность того, что я встречусь с виновником в гибели моего отца (если чисто гипотетически предположить, что это и правда ты), и заведу с ним отношения, стремится к нулю? — Я подошла к нему и взяла за небритый подбородок. — Давай поедем к доктору? — ласково спросила я.

— Да я не сумасшедший! — Он отскочил от меня, как от раскаленной лавы. — На, читай! — Он достал из заднего кармана какой-то лист бумаги, свернутый вчетверо, и протянул мне. — Это настоящий протокол с места ДТП.

Я взяла его и принялась за чтение.

— Его я нашёл в отцовском сейфе, — заявил Дима. — А про то, что произошло, мне рассказал помощник отца… То есть уже бывший помощник. — Он сделал паузу. — Отец все замял. Ничего не осталось, кроме этой бумажки. Отец, видимо, хранил её, чтобы воспользоваться в совсем крайнем случае… Правда, я понятия не имею, в каком. Я бы на его месте сжег этот листок... Патологоанатом, кстати, тоже был в курсе.

Я закончила читать. Там было написано, что мой отец, чтобы избежать столкновения, направил машину в кювет. Виновником аварии действительно был указан водитель Феррари. И то, что добило меня окончательно: там стояли фамилия и подпись именно того гаишника, который выезжал на место ДТП. Человека, который показывал мне совершенно другой протокол.

— Вероятность, как ты говоришь, минимальна, — сказал Дима, устремив взгляд в пол. — Но она есть, и она сыграла с нами злую шутку.

Наступила моя очередь молчать. Я пыталась осознать все услышанное и прочитанное, но мозг отказывался воспринимать это за правду, пока я не вспомнила кое-что.

Я очень хорошо запоминаю плохие дни. Я помнила тот день в мельчайших подробностях. Самой важной мельчайшей подробностью оказалось лицо человека, которого я встретила по пути в морг. Оно отпечаталось в моей памяти и я поражалась тому, что не поняла раньше… Это был Валерий Михайлович. Ещё тогда, на приёме, мне показалось, что я где-то его уже видела. И почему я сразу не смогла вспомнить?

Неужели такие совпадения существуют?..

Я еще какое-то время пялилась в пустоту. Дима продолжал мне что-то говорить и утверждать, что это истина, хотя необходимости в этом уже не было никакой. Он был прав.

Если бы не моя память, я бы просто повезла его к психиатру, однако себя я обмануть не могла.

На улице стояли сумерки. В комнате горел лишь торшер. Штора колыхалась от сквозняка. Я знала, что этот день тоже во всех подробностях навсегда останется в моей памяти.

Я повернулась к нему лицом и долго смотрела в глаза. Наступил ступор. Недоверие сменилось шоком. Любовь сменилась равнодушием. Равнодушие обернулось презрением.

POV Дима.

Это было одно из самых страшных выражений лица, которые я когда-либо видел в жизни. Ее глаза буквально превратились в две бездны с разливающейся в них субстанцией из сожаления, ненависти и осознания совершенной ошибки. Ей не надо было ничего говорить, чтобы я все понял.

Наверное, стоило просто повернуться и уйти, пока она молчала. Я боялся ее слов. В тот момент ее я боялся больше, чем собственного дядю.

— Ты… — начала вдруг она, и я вздрогнул от этого слова. — Самый ужасный человек в моей жизни. — Ее голос звучал спокойно, что пугало меня еще больше. — Так вот что твой дядя имел в виду.

Я опустил взгляд и увидел, как на ковер падает моя собственная слеза. Я подумал, что это уже слишком. Мне не хотелось показывать себя слабым, тем более при ней. Наверное, я выглядел просто омерзительно в тот момент.

Алиса молча продолжала смотреть на меня. Ее взгляд был сравним со взглядом палача, который собирался отрубить голову человеку.

— Прости… — В этом слове не было смысла, но не сказать его я не мог.

Ее бровь медленно приподнялась вверх.

— Простить?..

Да, я должен был встать на колени. Должен был просто молить ее о прощении, но я не стал… Я не видел себе оправданий и считал, что заслуживаю все то, что она хотела мне сказать.

— Ты убил их. И ты хочешь, чтобы я тебя простила? — Ее голос был скорее истерически спокойным.

Она была не в себе. Это было какое-то сильное аффективное состояние, на которое я не мог повлиять.

— И что нам теперь делать? — задал я не вполне уместный вопрос.

— Нам?! — возбужденно переспросила она. — А нет больше никаких нас. — Алиса смотрела на меня леденящим душу взглядом. — Уходи.

— Ты не против, если я каждый месяц буду переводить тебе деньги? — предложил я. — Хотя бы до совершеннолетия Насти.

Я не знал, как еще ей помочь. Может, она и хотела бы, чтобы меня посадили, но отец бы никогда этого не допустил. Она бы ничего не смогла доказать. То, что я ей предложил, — было единственным, чем я мог ей помочь.

— Пошел вон, — все так же спокойно сказала она.

Я понял, что продолжать диалог не было смысла. Пока я обувался, Алиса не сдвинулась с места, а только повернулась ко мне спиной.

Я ушел, вполне осознавая, что это наша с ней последняя встреча. По пути в машину я не видел ничего вокруг себя…

Я не помнил, как сел в автомобиль и сколько там просидел в абсолютно подавленном состоянии. Я никогда не подозревал, что человеку может быть так больно...

POV Алиса.

Я ждала, пока он вернется, не затем, чтобы узнать такое. Хорошо, что Настя этого не слышала.

Поначалу я не совсем понимала, как чувствую себя. Было какое-то пограничное состояние между убийственным спокойствием и истерикой, поэтому я еще долгое время стояла и смотрела в пустоту.

Затем я подошла к столешнице и налила себе стакан воды. Сделав из него пару глотков, я в очередной раз прокручивала в голове все эти факты, пытаясь найти хоть одну несостыковку. Пытаясь внушить себе, что это ошибка… Я не заметила, как сжала стакан с такой силой, что он лопнул в моей руке, сильно порезав палец. Я моментально ринулась за аптечкой, после чего подставила палец под кран. Вода сразу же становилась багровой, после чего исчезала в сливе раковины.

По щекам моим начали стекать слезы. Я не стала обрабатывать рану. Взяв аптечку, я со всей силы бросила ее во входную дверь. Все, что в ней было, мгновенно разлетелось по всему помещению. Я закричала. Так сильно, насколько могла. Было чувство, будто мое сердце разрубили тупым ножом на мелкие кусочки. Это настолько больно, что нельзя передать словами… Я рухнула на пол и, притянув колени к подбородку, просидела так еще несколько часов.

Когда мне уже не хватало слез, я услышала скрежет в замке входной двери. Пришли Оля и Настя. Они застали меня в бардаке, крови и таком положении.

— Что произошло? — взволнованно спросила Оля, прижимая Настю к себе.

Моя сестра испуганными глазами смотрела на меня, а я не могла вымолвить ни слова.

Оля не стала долго стоять на месте, а подошла, чтобы осмотреть меня. После этого она сообщила Насте, что со мной все хорошо и что не надо переживать. Сестренка бросила на меня очередной испуганный взгляд и пошла к себе в комнату, потому что так приказала Оля.

— Может, расскажешь уже, что случилось? — Оля сидела передо мной на корточках и пытливо пялилась мне в глаза.

Я попыталась откинуть на задний план все свои эмоции, сделала тяжелый вдох, поднялась на ноги. Мне пришлось отыскать в этом беспорядке протокол, который Дима все же оставил у меня. Я отдала его Оле. Она долго всматривалась в буквы. Я долго оттирала свои руки от запекшейся крови, после чего долго капала себе валериану в стакан.

Время как будто растянулось и превратилось в клейкую текучую субстанцию. Восприятие изменилось. Казалось, что эта мука не закончится никогда.

— Что все это значит? Твои родители умерли по чьей-то вине?.. — Она снова уставилась на меня своими огромными глазами.

— Знаешь, чья была Феррари? — В моем голосе присутствовали металлические нотки.

— Чья?

— Димы.

Оля еще какое-то время простояла в ступоре.

— Это как так?

— А вот так! — истерично рявкнула я.

Это был очень долгий и тяжелый разговор, после которого Оля ушла, а я отправилась к своей маленькой сестренке, чтобы объяснить, что со мной и правда все хорошо. Было почти два часа ночи. Как только я вошла в комнату, она подлетела ко мне и обняла. Я погладила ее по голове.

— Малыш… — обратилась я к ней.

Она подняла на меня два своих голубых глаза.

— Не хочешь переехать в другой город? — поинтересовалась я, попытавшись натянуть на себя улыбку. — Мы начнем все сначала. Без твоей ненавистной школы и моих ненавистных работ.

— А Дима? — спросила Настя. — Он поедет с нами?

Я улыбнулась уголком губ.

— Нет, малыш. Димы больше с нами не будет.

Уснуть в ту ночь мне так и не удалось.

Неделю спустя

Мы не так долго были вместе, поэтому я не могла понять, почему же мне было настолько хуево.

Я поливала слезами эти несчастные кораблики из листов скетчбука. Мне нужно было избавиться от него. Я не могла оставить себе на память вещь, которую мне подарил убийца моих родителей. Никогда себе не прощу то, что повстречалась с ним целых полгода… С человеком, из-за которого они погибли. Еще и любила его… лучше бы он оказался очередным мудаком, чем убийцей.

Я сделала кораблик из странички, где я была нарисована за барной стойкой, из той, где была надпись: «День, когда я встретил тебя». Лучше бы этого дня не было. Я сделала кораблик из странички, где была изображена стоявшей на морозе с сигаретой в зубах, сделала кораблик из странички, где мы нарисованы с ним в душе. Вот бы можно было так же сделать кораблики из своих воспоминаний. Чтоб они больше не прокручивались в твоей голове раз за разом… чтобы не беспокоили по ночам… А просто уплыли или утонули, как эти бумажные кораблики, которые больше не стоили ровным счетом ни-че-го.

Я забрала Настины документы из школы и уже подыскивала квартиру в городке поменьше. Там, где меня никто не знал. Мне так хотелось начать все сначала, что я совсем забыла о том, что мои воспоминания в новую жизнь отправятся вместе со мной.

Я порвала весь скетчбук. Не оставила ни единой страницы. Зато передо мной было огромное количество бумажных корабликов, у каждого из которых теперь была своя дорога. Совсем как у нас с Димой.

Последним я сделала кораблик из протокола с места ДТП. Хотелось уничтожить эту вещь. Спустя двадцать лет можно было бы внушить себе, что все это был ужасный кошмарный сон, который показался слишком реалистичным… Я пустила протокол по воде, и очень скоро он пошел ко дну. Что ж, там ему и место.

Смахнув слезы, я встала с деревянного пирса и отправилась домой, где меня ждал мой самый близкий человечек.

POV Дима.

Каждый раз, когда теряешь человека, ощущаешь маленькую смерть внутри себя. Это трудно описать словами… Но ты будто чувствуешь, как сжимается твое сердце. Как в голове всплывают сожаления о былом. Как счастливые моменты разъедают тебя изнутри. Но ты не можешь ничего сделать, потому что между вами будто разломилась литосферная плита… или будто твой любимый человек улетел в пропасть по твоей вине. И ты понимаешь, что ей гораздо больнее, но ты не способен ей помочь. Ставя себя на ее место, ты осознаешь, что не заслуживаешь прощения… Нет, не так. Ты не имеешь на него права. Ты совершил поступок, который невозможно простить.

Я никогда себя не прощу. Наверное, лучше бы я поплатился жизнью за то, что я сделал… Я так виноват перед ней…

Юлин отец был прав. Любовь вообще ничего не стоит.

И мне остается лишь тянуться за ней, как Гэтсби* тянулся за зеленым огоньком. Так же бессмысленно и безнадежно. Потому что она никогда меня не простит.

Я несколько недель не мог выйти из комнаты. Что уж там, я даже не вставал с постели. А когда пытался забыться во сне, мне раз за разом снился день, когда я все рассказал ей... Мама сильно переживала и даже вызвала мне психолога, с которым мне пришлось довольно долго беседовать. Мне это помогало… Но я не переставал чувствовать себя менее виноватым.

Игорь и Юля вскоре вернулись, и я рассказал им обо всем том, что произошло. Юля долго не могла прийти в себя от этой новости, а Игорь просто расхаживал по комнате. Они пытались поддержать меня, но толку от этого не было. Они не могли меня понять. Никто не мог меня понять.

Год спустя

Я слегка волновался перед началом нового учебного года. Я решил получить второе высшее образование. Образование психолога. Сам. Я даже не планировал прогуливать пары.

С тех пор, как мы разошлись с Алисой, я понял, что хочу помогать людям, которые попали в подобную ситуацию. Помогать людям, оставшимся без никого. Если бы мне не помогли в свое время, я бы разлагался уже где-нибудь под землёй. Без отпевания.

Я был горд тем, что не опустил руки. Я понял, что это было злосчастное стечение обстоятельств и что так было уготовано судьбой. Только одного я не мог понять. Почему судьба тогда свела нас с ней вместе? Наверное, чтобы я изменился…

Каждый месяц я переводил ей по сто тысяч рублей. Это не могло заменить ей родителей, но я старался хоть как-то помочь… Она не отправляла деньги назад, что поначалу даже удивляло меня. Видимо, на этот раз она посчитала, что эта компенсация не унижает её достоинство. На самом деле… я был очень рад, что она принимала деньги.

Мне было прекрасно известно, что она переехала и где она живёт, однако я не преследовал её. Просто иногда убеждался в том, что с ней все в порядке, наблюдая откуда-нибудь издалека.

Довольно часто по ночам меня все так же преследовали кошмары. Я помнил нашу с ней последнюю встречу во всех подробностях, и мне казалось, что все случилось только вчера. Я не знал, потускнеют ли когда-нибудь эти воспоминания, но очень этого хотел.

С тех пор у меня не было девушки. Вообще. Я очень редко ходил куда-то с друзьями. Алкоголь наводил на меня ужасные воспоминания, которые пробирали до слез. Было очень трудно объяснить людям, что со мной.

В общем, я понимал, что уже вряд ли когда-то смогу стать счастливым человеком. Но я очень на это надеялся.

POV Алиса.

Я восстановилась, но уже в другом университете. Обучение на этот раз было платным, но мне вполне хватило десятой части тех денег, что Дима перевёл мне за год. Остальные я откладывала Насте на учёбу. Я подрабатывала официанткой. Однако больше с гостями я не знакомились никогда.

Насте нравилось в новой школе. Там было гораздо больше адекватных детей, с которыми она быстро нашла общий язык.

Я старалась жить счастливо. Но иногда на кухонном столе я натыкалась на бумажного журавлика, сделанного Настей, и не могла сдержать слез.

Как я относилась к Диме? А никак. Это было похоже на весы, на одной чаше которых была безграничная любовь к нему, а на другой — всепоглощающая ненависть. Они уравновесили друг друга, и получилось равнодушие. Худшее из чувств.

Когда-то давно я говорила Оле, что в любом случае шоу должно продолжаться. После всего, что произошло, мне приходилось напоминать себе об этом каждый день.

Как-то раз, прогуливаясь в парке с Настей, я присела на лавочку, на которой уже сидел какой-то мужчина и читал газету. Просто все остальные лавочки были заняты двумя-тремя людьми. Настя бегала вокруг небольшого фонтанчика с другими детьми.

— Алиса? — услышала я знакомый голос.

Повернув голову в сторону этого мужчины, я невольно улыбнулась.

— А что вы здесь делаете? — даже не поздоровавшись, спросила я.

Он отложил газету в сторону, чтобы поговорить со мной.

— Да вот, переехал в более тихое место. Надеялся, что здесь работать спокойнее.

Я хмыкнула.

— Не думала, что оперирующему хирургу может быть где-то спокойнее.

— В этом вы правы, — заметил он. — Не хотите кофе? Здесь есть кофейня неподалёку.

Я подозвала Настю к себе и сказала, что отойду ненадолго со своим старым знакомым. Она была не против. В этом городке я не боялась оставлять её одну, ибо здесь не было никаких Андреев Михайловичей.

— Ну так что насчёт кофе? — спросил он, заметив, что я засмотрелась на убегающую сестрёнку.

— Я только за, Александр Викторович, — с улыбкой сказала я, и мы неторопливо зашагали по аллее.

* "Великий Гэтсби" Фрэнсис Скотт Фицджеральд