Боль. Она кислотой разливалась по венам. Жгла душу. Мучительно убивала с каждым судорожным вздохом.

Безоблачное небо надо мной соблазняло своей безмятежностью, и я беспомощно поднимала к нему окровавленные руки. Тянулась, хотела улететь, спастись. Освободиться от боли. Но силы кончались, мои руки опускались, а веки тяжелели.

Похоже, это конец. Дальше только тьма, тишина и смерть.

— Быстрее… — донёсся словно сквозь сон незнакомый мужской голос. — Как ты? Эй, не закрывай глаза! Смотри на меня! Слышишь⁈

Надо мной появился незнакомец. Такой прекрасный в лучах солнца, распространяющий аромат необузданной силы… И боль на миг забылась, пока я впитывала в себя нереальный образ. Короткие белоснежные волосы влажными прядями торчали в разные стороны, пронзительные серебристые глаза смотрели властно, требовательно, бескомпромиссно. Как можно ему не ответить?

— Слы-шу… — прошелестела я.

Только на это хватило дыхания.

— Молодец, — кивнул он, водя ладонями над моей головой и телом. — Не сдавайся. Держись.

— Что с ней? — спросил другой мужчина.

— Только не поднимайте её и не трогайте, — потребовал третий. — Могут быть скрытые переломы.

— У неё пробита голова, — выдохнул прекрасный незнакомец надо мной.

Да, голова болит больше всего…

— Ей нужен лекарь, иначе она истечёт кровью, — заявил четвёртый голос, тоже принадлежащий мужчине.

— Попробую ослабить кровотечение, — пробормотал мой спаситель, поиграв желваками на щеках. — Держись. Только не закрывай глаза, — приказал он.

Ответить не было сил. Как и держать веки открытыми, несмотря на все его приказы.

— Нет, не закрывай глаза! — раздалось словно издалека его требование.

Но как послушаться, если там ждёт освобождение? Боль отступала. Яркий свет слепил, приглашая в свою расслабляющую негу. Я знала, там нет боли, только тишина и покой.

Толчок, и меня стремительно вернуло обратно. Боль снова объяла сознание. В груди разлилось обжигающее тепло. Лёгкие сдавило, телом овладела невесомость. С трудом разлепив веки, я увидела над собой алмазного дракона на фоне чистого радужного неба.

— Красиво… — выдохнула я.

Ящер перевёл ко мне взгляд нереальных серебристых глаз, и каким-то шестым чувством я поняла, что это мой спаситель.

— Только не умирай… — его магия лилась в меня, его голос в моей голове требовал не сдаваться.

И я боролась, держалась за боль, хваталась за неё с отчаянной решимостью. Стремилась к ней, сливалась, становилась единым целым, пока она вдруг не ушла. Просто испарилась, оставляя за собой невесомость освобождения. Только тогда я позволила себе расслабиться и забыться сном.

Мне ничего не снилось, временами в бессвязное течение дрёмы вплетались голоса и шелест шагов. Кто-то начал дёргать меня за руку. Приоткрыв глаза, я увидела над собой незнакомого мужчину. Его лицо тонуло во мраке. В руках он держал кожаный браслет, проверял отделения, в которых поблёскивали драгоценные камни: чёрные, белые, зелёные, золотые, красные.

— Как много, — рассмеялся он довольно, глянул на меня и чертыхнулся. — Надо же… самородок… — пробормотал ошеломлённо.

Незнакомец слился с тенью, а меня снова объяла дрёма.

Сны не тревожили. Разбудили меня осторожные прикосновения к виску и лбу. На этот раз я смогла полноценно открыть глаза и увидела возле себя женщину в сероватой мантии. Мы находились в лаконично обставленной небольшой комнате. Я лежала на койке, незнакомка сидела рядом. Кажется, проводила осмотр.

— Очнулась, милая, — мягко улыбнулась она. — Я лекарь Боссель, ухаживаю за тобой. Как ты себя чувствуешь?

— Боли нет, — я тоже улыбнулась, ощущая, как на глаза наворачиваются слёзы.

Это не конец, меня спасли. Я не умру.

— Как хорошо, — она сложила ладони вместе в радостном жесте. — Твои раны быстро затянулись. В тебе было много магии, только это и помогло.

— Это… наверное, хорошо…

Магия казалась чем-то естественным, но на попытку вспомнить о ней хоть что-то в мыслях разверзлась пустота.

— Если назовёшь версо-номер родных или хотя бы их имена и фамилии, мы сможем с ними связаться, — предложила она. — Как, кстати, тебя зовут, милая?

— Я… не помню…

На место пустоты пришла паника. Имя — столь естественное знание о себе не пробуждалось, его будто не было. Как можно не помнить настолько важное?

— Тихо-тихо, милая, — лекарь успокаивающе погладила меня по плечу. — При ударах головой такое бывает. Поэтому нельзя нервничать, чтобы не усугублять состояние. Память вернётся. Сама. Но ей нужно время.

— Сколько нужно времени? — сипло уточнила я.

Паника нарастала, но луч надежды отгонял её, заставлял держаться, не впадать в истерику.

— По-разному. Иногда несколько минут, иногда часов, а иногда… больше. Но ты должна понять главное… — она вновь погладила меня по плечу и пронзительно заглянула в мои глаза. — А главное состоит в том, что ты выжила после смертельного удара головой, сохранила способность мыслить, двигаться, продолжать полноценно жить. С остальным можно справиться, а вот со смертью не поспорить. Правильно ведь, милая?

— Спасибо, — выдохнула я, заставляя себя дышать ровно. — Вы… правы.

— Давай попробуем с малого, — она взмахнула руками, создавая надо мной овальное полупрозрачное зеркало.

Из отражения на меня смотрела худощавая девушка с серыми длинными волосами и белыми глазами в графитовом окаймлении. Странная внешность, немного пугающая. Кто же я?

— Узнаёшь? — спросила осторожно женщина.

— Нет…

Как ни смешно, о лекаре я знала больше, чем о девушке в отражении.

Кто я? Что со мной случилось? И что со мной будет теперь? Вопросы, одни вопросы, и некому дать на них ответы…

— Представь, что волосы и глаза чёрные, — предложила лекарь. — С такими ты поступила.

— И поседела от ужаса? — предположила ошеломлённо.

— Нет… Понимаешь, ты — редкость. Твоя внешность подстраивалась под камни. У тебя были обсидианы, но они разбились. Ты… самородок, милая.

— Самородок, — повторила я.

Знать бы, хорошо это или плохо.

/Скай Стеллар/

Немного ранее.

— Эмбер, хватит красоваться! — прокричал я, возмущённо раскинув руки в стороны.

Девушка рассмеялась, красиво приподняв подбородок, и развернулась боком, поднося мяч к лицу. Алые глаза блеснули лукавством. Розовые губы вытянулись трубочкой, и из них вырвалось пламя, напитывая мяч силой. С трибун послышался ободряющий мужской свист. Позёрка…

— Давай уже! — Габриэль взмахнул битой. — Я устал ждать!

— Лови! — рассмеялась она, замахиваясь, и запустила мяч.

Огненный снаряд понёсся над полем к Габриэлю. Наш опаловый друг легко принял подачу на биту и сорвался с места. Огонь потух, мяч наполнился разрушительной силой воды, но я без усилий закрутил его в потоках воздуха и перенаправил Тристану. Которого тут же снесла с ног Эмбер, отбежавшая круг по полю.

— Очко! — прокричал Леонард, рассерженно притопнув ногой.

Порыв ветра сорвал с его головы шляпу, демонстрируя вихры чёрных волос. Похоже, поиграть инкогнито не получилось. Наверное, завтра появятся статьи об устроенной принцами и принцессой игре вместо общественно полезной работы. И ведь ни одна газета не напишет, что сегодня наш законный и долгожданный выходной.

— Моя очередь! — объявил я, подбегая к друзьям.

Эмбер помогала Тристану подняться, периодически ероша его зелёные волосы. Рядом над другом хохотал Закари, но при моём приближении он отвлёкся.

— Подавай, Скай, я всё отобью, — подмигнув мне янтарным глазом, он махнул рукой и побежал к базе.

Я поднял мяч и направился к точке подачи. Решил проучить янтарного друга, наполнил снаряд большей силой, чем разрешено правилами игры, и отправил в полёт. Пышущий магией воздуха, он пронёсся на неимоверной скорости, отбросил возмутившегося Закари на задницу и налетел на силовое поле. По полю разнёсся наш смех. Но радость и задор игры рассеялись, когда защиту разметало, а мяч продолжил опасное движение. Сотые доли секунды ураганного перемещения, и он налетел на бегущую по дорожке девушку. Взметнулся водопад чёрных волос, тонкие руки раскинулись в стороны. Незнакомка со вскриком повалилась назад и налетела затылком на подлокотник металлической скамейки.

— Нет! — отмерев от шока, я сорвался с места.

Друзья пришли в себя с минутным опозданием и понеслись следом за мной.

— Быстрее, — поторопил их, падая на колени возле девушки.

Потянулся к ней и на миг растерялся, наблюдая, как из пробитой головы льются потоки чёрной крови, постепенно кристаллизуясь в самоцветы.

Незнакомка поднимала руки к небу и что-то беззвучно шептала бледнеющими губами.

— Соберись, Скай! — Леонард хлопнул меня по плечу, заставляя отмереть, и сел по другую сторону от девушки, принявшись колдовать.

Обсидиановые драконы связаны с землёй и лучше всего чувствуют смерть.

— Как ты? Эй, не закрывай глаза! Смотри на меня! Слышишь⁈ — обратился я к девушке, направляя одно заклинание за другим.

— Слы-шу… — дрожащим голосом ответила она, и это принесло некоторое облегчение.

Она ещё со мной, она не уходит.

— Молодец. Не сдавайся. Держись.

Друзья что-то советовали, спрашивали, но я ничего не замечал, пытаясь оценить собранные заклинаниями показатели. Надеялся помочь, но время работало против нас, глаза незнакомки закрылись.

— Очнись! — прокричал я и задохнулся, глядя на расслабившееся лицо девушки.

Совсем молодая, хрупкая, нежная. Она умирала на моих руках. По моей вине.

— Очнись! — повторил, на рефлексах отправляя в её тщедушное тело поддерживающие заклинания.

— Она не может умереть, не может… — ошеломлённо зашептал рядом Закари, ероша золотые волосы. — Мы ведь просто играли в мяч…

Так и было. Просто перебрасывались мячом, просто увлеклись, я просто вложил в бросок слишком много силы, а Закари не сумел отбить. Я этого и добивался, чтобы он проиграл. Но возведённая вокруг поля защита не была рассчитана на удары такой мощи…

— Душа отходит, — сообщил Леонард, самый серьёзный среди нас. — Похоже, это конец…

— Не говори так! — рявкнул я на него и вздрогнул, напоровшись на скорбь в чёрных глазах друга.

Он следил за состоянием девушки и знал, что её не спасти.

— Она не умрёт! — заявил твёрдо и подскочил на ноги.

Не знал, что делать, я мог лишь поддерживать жизнь в хрупком теле девушки и нести её к квалифицированному лекарю.

— Скай… не надо, — Габриэль попытался меня остановить, но я отмахнулся от него.

Камни браслета отозвались на призыв моей силы. Никогда прежде оборот не проходил так быстро. Миг, и тело оплели потоки магии, обращая его огромной тушей. Я схватил девушку в лапу, толчком влил в её тело магию и взмыл в небо.

Нужно лишь добраться до госпиталя. Мы в центральном парке, он рядом, особенно на крыльях.

— Красиво… — прошелестела девушка.

Она приоткрыла глаза, глядя на меня с улыбкой на окровавленном лице. В животной форме её аромат ощущался ярче и острее. От неё пахло свежестью летней грозы и сладостью полевых цветов. Тёмные капли соскальзывали с кончиков волос и уносились вниз. Силы покидали её вместе с кровью, и я вливал в неё свои. Не жалел, щедро наполнял резерв девушки, вот только он постоянно опустошался.

У порога госпиталя просто обессиленно рухнул, аккуратно положил свою ношу на камни брусчатки и обратился. В глазах потемнело от слабости, но, мотнув головой, я подскочил на ноги, поднял незнакомку и, шатаясь, рванул в приёмную.

Мне навстречу выбежали лекари, повели за собой. Я лишь кивал, почти не понимая их слов. Всё лил силы в девушку, заставлял её душу оставаться в разбитом теле, и мысленно уговаривал её не сдаваться, оставаться со мной. Жить!

И вот девушка оказалась в палате госпиталя, её окружили лекари, а меня оттеснили. Я на негнущихся ногах отступил к стене, сполз по ней на пол, но не ушёл. Чувствовал, что моя магия ещё вливается в девушку по внезапно сформировавшемуся каналу, потому находился при ней, ждал, надеялся, молился, пока слабость не победила, и мир не поглотила тьма.

На следующий день.

Я очнулся от прикосновения к ладони. Нюх защекотал родной запах матери. Приоткрыв веки, убедился в своих выводах. Рядом сидела мама и держала меня за руку. Величественная, в дорогом одеянии и с алмазной диадемой в белоснежных волосах, словно только сорвалась с какого-то важного мероприятия. Мы находились в спальне моих покоев во дворце алмазной сферы.

Но почему она так печальна? Неужели та девушка погибла? Я не успел?

— Мама… Она… Та незнакомка выжила? — слабым голосом уточнил я.

Резерв ощущался полным наполовину, но мышцы тянуло от слабости. Похоже, последствия серьёзного слива магии. Видимо, по этой причине меня увезли из Элизиума домой.

— Выжила, — подтвердила она, тускло улыбнувшись. — Ты молодец, сын, — и сильнее сжала мою руку.

Я по-прежнему ощущал её нервозность. Что-то было не так.

— В чём дело, мама? — спросил прямо.

Она отвела взгляд серебряных глаз, будто раздумывая о том, стоит ли отвечать.

— Мама? Что? Не пугай меня.

— Мы пока не знаем, что происходит, — на выдохе призналась она. — Твой резерв не восстанавливается. Проводят проверки.

— Что это значит? — настороженно уточнил я.

— Пока не знаем, говорю же, сынок. Но мы выясним. Обещаю.

Это что же получается, я больше не маг? Вот и поиграли в мяч!

— Не расстраивайся, Скай.

Да как здесь не расстраиваться? Магия — это наша жизнь. Размер резерва определяет дальнейшую судьбу. А теперь у меня, выходит, и нет будущего?

Ужас сковал лёгкие, мешая вздохнуть. Я сжался, стиснул одеяло на груди. Сердце тянуло, его будто разрывало на части.

— Скай? Что? — встревожилась мама, направляя в меня заклинание проверки. — О нет…

— Что⁈ — прохрипел я.

Похоже, это вовсе не приступ паники, а нечто большее и даже опасное. Иначе почему мне так паршиво?

— Резерв опустошается… — просипела она напряжённо и прижала дрожащие пальцы к губам.

— Галатея, мы поняли… — в комнату ворвался алмазный король Каэлан собственной персоной, только для меня он был просто папой. — Что происходит⁈

Поняв, насколько ситуация далека от нормальной, он в мгновение ока оказался возле кровати.

— Его резерв опустошается, — пояснила мама. — Что вы поняли? Как ему помочь?

— Расскажу по пути. Вставай, сынок, нужно лететь!

Отец отбросил с моего тела одеяло, потянул меня за руку, помогая сползти с кровати. Ругая себя за слабость, я повис на его плече. И только сила воли заставляла передвигать ноги, чтобы отцу и нашему королю не пришлось нести меня на руках.

— Судя по всему, ты установил связь с той девушкой, потому вдали от неё ты теряешь магию, — пояснил он.

— Связь? — сипло уточнил я. И мысли прострелило осознанием. — Я не знал заклинаний, потому пытался силой удержать её душу. Перед тем как потерять сознание, я действительно увидел связь. Моя магия лилась в неё.

— Ты удержал её, но, похоже, связал ваши души. Нужно спешить. Без тебя и девушка может погибнуть. Тебя спасает только большая ёмкость резерва.

— Проклятье… — прорычал я, пытаясь ускориться, и поморщился от досады, когда мама скользнула мне под мышку, чтобы поддержать.

Я давно не ребёнок, и это мне следует защищать её и оберегать, но выходит наоборот. Ещё и та девчонка снова рискует умереть. И опять из-за меня. Лучше бы взял дополнительный день отработки, но решил расслабиться с друзьями, побросать мяч. Теперь бы выжить и выбраться из этой истории с минимальными потерями.

В коридоре к нам подлетела стража, но отец не позволил им меня нести, лишь приказал освободить площадку для взлётов, находящуюся в закрытой зоне сада. Добрались не очень быстро, но я передвигался, насколько позволяли силы. А на площадке отец обратился, схватил меня в лапы и полетел к центральной сфере под названием Элизиум. Следом в небо взмыла мама и два десятка воинов. В стеклянном куполе открылся один из сегментов, позволяя покинуть сферу алмазных драконов или Адамантию.

Безопаснее перемещаться наземными путями, территория вокруг городов полностью не изучена, можно встретить хищников, но отец спешил. Небо, что кажется радужным за стеклянными куполами, обрело голубовато-сиреневый цвет. Я залюбовался видом, ведь мне редко разрешалось покидать пределы городов. Но полёт был недолгим. Впереди показалась центральная сфера. Один из сегментов стеклянной защиты отъехал, впуская нас внутрь. Мы вновь оказались под переливающимся сотней оттенков драгоценных камней куполом, и небо окрасилось в радужный.

Слабость уходила, пока отец пикировал у зелёного центрального парка. Он легко приземлился перед госпиталем и выпустил меня из лап. Обратился быстро, видимо, в желании меня поймать, но я больше не падал. Похоже, девушка рядом, и в меня возвращаются силы.

Движение в госпитале остановилось, когда в двери ворвалась делегация алмазных драконов с королём Каэланом и королевой Галатеей во главе. Скорее всего, из-за пижамы во мне не признали принца.

— Вчера мой сын принёс сюда девушку, — властным голосом сообщил отец, подходя к приёмной стойке. — Где эта девушка?

К нам подлетел алмазный дракон, поклонился.

— Девушка в палате, — сообщил он.

Похоже, его оставили наблюдать за случайной жертвой глупости принца.

— Да, в палате… — пролепетала лекарь за стойкой и, опомнившись, подскочила на ноги.

Она понеслась вперёд, услужливо показывая дорогу, а мы последовали за ней.

Вот только на меня снова начинала накатывать слабость, будто мы не приближались, а отдалялись от цели наших поисков.

— Она не здесь, — хрипло сообщил я матери.

— В каком смысле? — она посмотрела на меня в недоумении.

— Девушка не здесь. Я это чувствую.

А делегация тем временем добралась до палаты. Лекарь ворвалась внутрь, да так и застыла в недоумении. Мужчина в служебной форме менял постель.

— А где пациентка? — спросила женщина строго.

— Не знаю… Велено прибраться, — ответил он, начиная резко бледнеть.

— Девушка ушла, — раздался более уверенный голос, и к нам приблизился незнакомый янтарный дракон.

Судя по количеству вышитых на мантии ветвей, он занимал в госпитале не последнее место.

— Что значит, ушла? — требовательно спросил я, скрипнув зубами от злости.

Куда она унеслась с дырой в голове? И главное, зачем⁈

/Эмма Марс/

Немного ранее этим же днём.

— Эмма Марс, значит… — в палату вошёл мужчина с золотистыми волосами в бледно-зелёной мантии, расшитой ветвями. В руках он держал чёрный свёрток и потрёпанную тонкую книжицу в тёмном переплёте. — Ну как?

— Добрый день, — я отступила от окна и развернулась к незнакомцу. — Что как?

— Лекарь Боссель сообщила, что у вас потеря памяти. Я надеялся, это имя вам поможет, но, видимо, повреждения серьёзнее.

— Эмма… эм…

— Марс, — он недовольно поджал тонкие губы и приблизился, протягивая мне книжицу.

Это оказалось удостоверение личности. Раскрыв его, я обнаружила внутри данные о происхождении некой Эммы Марс.

— В ваших вещах было только это и кошель с несколькими самоцветами. Их я забрал в уплату своей работы, но их далеко не достаточно. Однако проверка документов разочаровала меня. Судя по всему, вы сирота и вряд ли способны оплатить услуги ведущего лекаря центрального госпиталя Элизиума.

— Оплатить… — пролепетала я растерянно.

Только мелькнувшая надежда на получение информации о себе истаяла, обращаясь напряжением и ужасом.

— Да, — поморщился он. — Но да ладно. И так видно, что вам нечем заплатить.

— Я… не знаю, есть ли у меня средства на оплату. Ничего не помню о себе. Даже имя не отзывается. Оно точно моё?

— Не знаю. Мои возможности ограничены. Из госпиталя я могу лишь просмотреть основное. В базе нет даже изображения.

— И что мне делать?

После успокаивающих слов поддержки лекаря Боссель мне было сложно общаться с надменным и враждебно настроенным мужчиной. Он смотрел на меня почти с презрением, будто заставлял себя отвечать на мои вопросы. Мне казалось, избравшие путь помощи больным и умирающим должны обладать сопереживанием, стремлением спасать и помогать, но я не помню даже собственного имени, так что могу ошибаться и в мироощущении.

— Вы полностью невредимы физически, в госпитале вам не место, — сообщил он безэмоционально.

— Но я не помню ничего. Даже не знаю, куда идти! — выдохнула в отчаянии.

Как он себе это представляет? Просто выйти из здания и пойти в любом направлении в надежде на возвращение памяти? А если не поможет, если мне не суждено вспомнить, то сколько я протяну без средств к существованию и крыши над головой⁈

— Вам следует обратиться в центральное отделение стражи города. С удостоверением личности вы сможете установить свой адрес.

— Хорошо, — кивнула я, ощутив новую надежду. — Как мне найти отделение?

— Я отметил его на карте, прочертил путь, — лекарь бросил на койку потёртую брошюру, сверху положил свёрток. — Это ваши одежда и обувь. Их отстирали от крови.

Я кивнула, просто не смогла выдавить слова благодарности. Постиранная одежда не отменяет того факта, что меня выгоняют в неизвестность.

— И больше у меня не было вещей? — нахмурилась я, рассматривая свёрток. — Ни сумки? Ни… браслета? Мне снилось, что с меня сняли браслет с разноцветными камнями.

— Браслет был, — поджал он губы. — Камни в нём тоже были, но чёрные, и они разбились во время удара. Браслет повредился. Всё выбросили.

— Но я уверена, что видела их целыми.

— Во сне после удара головой? — насмешливо фыркнул он, отворачиваясь от меня. — Вам следует поторопиться, мисс Марс. Палата в любой момент может потребоваться по-настоящему больным драконам.

— А я, значит, не больна? Мне плохо. Слабость не покидает.

— Последствия ударов головой могут развеяться сразу, а могут сохраниться навсегда, но в госпитале не лечат душевные недуги. Сюда привозят истекающих кровью девушек при смерти, которым нужна свободная койка, — он приостановился в дверях, глядя на меня из-за плеча. Золотой взгляд наполняло раздражение. — Лекари спасают жизни, а не занимаются устройством пациентов после выздоровления. Физически вы здоровы. Мы сделали всё возможное, чтобы поставить вас на ноги. И принимая во внимание ситуацию, позволяем вам выписаться без оплаты счёта.

— Понимаю, — выдохнула я, хоть на самом деле не испытывала понимания, ведь сейчас мне было слишком страшно.

Я должна одеться, покинуть палату и выйти в этот огромный мир, не зная ничего о нём. И из подсказок только удостоверение и карта.

— А тот мужчина… что спас меня, — припомнила я, подбежав к лекарю, и схватилась за его руку.

И произошло что-то странное. Горячая волна объяла тело, и пряди серых волос вдруг окрасились в золотой. Испугавшись, я отпрянула от мужчины. Как только отпустила его руку, волосы вернулись к изначальному цвету.

— Что это было? — прошелестела я растерянно.

Лекарь больше не хмурился в раздражении, а смотрел с каким-то хищным интересом.

— Ты самородок. Видимо, вступила в резонанс с моими камнями, — он приподнял рукав мантии, демонстрируя кожаный браслет, в отделениях которого поблёскивал янтарь.

— Резонанс?

— Я не школьный учитель, — поморщился он, возвращая себе прежний надменный вид. — Собирайтесь, мисс Марс. А по поводу вашего спасителя… Он не представился. Оставил вас на наше попечение и ушёл.

Скривившись в недовольстве, лекарь покинул палату. Я расстроенно кивнула и поплелась к своим вещам. Нужно переодеться и скорее уйти, пока он не передумал брать на себя счёт за моё лечение.

Платье пахло каким-то чистящим средством, но село по телу мягко, нежно обхватывая грудь и талию и опускаясь кружевным подолом к самым щиколоткам. Я обняла плечи руками и присмотрелась к отражению в стекле окна. Не узнавала себя и в одежде, потому из глаз всё же брызнули слёзы и солёными дорожками побежали по щекам.

Лекарь Боссель прав, мне удалось выжить, я не только редкий самородок, что бы это ни значило, но и редкий везунчик. Мне удалось вырваться из лап смерти, надо радоваться возможности жить дальше, сохранению физического здоровья. Но логика не помогала высушить слёзы, я чувствовала ужас перед неизвестностью. Меня колотило от мысли покинуть безопасную палату госпиталя, но и выбора не было. Потому, продолжая всхлипывать, я натянула чёрные тряпичные сандалии и прошла к раковине в углу, чтобы умыться. А там долго поливала лицо ледяной водой, пока истерика не отступила.

Больше меня ничего здесь не держало, я взяла удостоверение, сунула его в карман и покинула палату. Проходящий мимо мужчина посмотрел на меня с любопытством. Опустив голову, я спряталась за пеленой серых волос и поспешила дальше, хотя многие останавливались и поглядывали на меня. Похоже, самородки действительно редкие.

«Может, это поможет быстрее найти мой дом?», — мелькнула спасительная мысль, но тут же вспомнилось, что я прятала свою внешность, используя браслет с обсидианами. Надеюсь, просто из нелюбви к лишнему вниманию, а не потому, что мне нужно скрываться…

В фойе госпиталя оказалось оживлённее, потому здесь пришлось поднять голову и сталкиваться с любопытством в глазах каждого встречного. На миг я сбилась с шага, заметив алмазный блеск светлых волос. Сидящий на скамейке в углу мужчина будто почувствовал мой интерес, оторвался от чтения и поднял ко мне взгляд, в котором тут же вспыхнуло любопытство. Мотнув головой, я отвернулась. Показалось, что это мой спаситель, но мы вряд ли встретимся. Да и глупо ждать от него помощи, он уже сделал невероятно много, спас мне жизнь.

Покинув здание, я ещё раз заглянула в карту и двинулась по мощённой камнем дорожке, временами с опаской поглядывая на проносящийся мимо транспорт разного вида и назначения. Но все телеги и кареты объединяло одно: они двигались сами, без помощи тягловых животных.

Вдоль правой стороны дороги тянулась линия зелёных деревьев и квадратных кустов, а по левой поднимались выстроенные в едином оформлении белокаменные дома, на первых этажах которых размещались различные лавки и рестораны. Похоже, госпиталь находился в центре города под названием Элизиум, судя по словам лекаря и карте в моих руках.

Прохожие снова поглядывали на меня с любопытством и удивлением. Я решила больше не отворачиваться и тоже рассматривала их в ответ, тем более здесь было чем полюбоваться. Разнообразие цветов волос и глаз поражало воображение. Белый, золотой, красный, чёрный, синий, лиловый, когда я просто серая… Неудивительно, что на меня так странно смотрят.

А подняв взгляд к небу, я сбилась с шага и приоткрыла рот от удивления. Город будто окружал полупрозрачный купол, тоже переливающийся разнообразными оттенками. Значит, радужное небо мне не привиделось. Как и сам дракон… Ведь все вокруг меня драконы, способные обращаться огромными летающими животными. Это… невероятно.

— Смотри по сторонам, раззява, — меня толкнул какой-то грубый черноволосый мужчина.

Помассировав плечо, я продолжила свой путь, но теперь старалась не замирать по центру улицы. Вскоре парк остался позади. Прочерченный лекарем маршрут вёл меня прочь от центра. Перейдя дорогу по разметке, я свернула в длинный проулок между двумя пятиэтажными зданиями. Вот только чем дальше отходила от госпиталя, тем хуже мне становилось. Вскоре ноги начали подгибаться, мне пришлось отойти к стене и присесть на валяющуюся у мусорных баков коробку. Голова кружилась, слабость накатывала волнами.

— Что, стало нехорошо, красотка? — меня подхватили под локоть и вынудили подняться.

— Кто вы? — мне с трудом удалось сфокусировать взгляд на лице красноволосого мужчины.

— Я помогу тебе, — он с ухмылкой поддел прядь моих волос. — Самородок… И красивая… — хохотнул, настойчиво потянув меня за собой.

А слабость вдруг начала уходить. Взгляд сфокусировался. Я смогла выпрямиться и остановиться.

— Мне уже лучше, — сообщила встревоженно.

В голове прояснилось, и слова незнакомца теперь казались пугающими.

— Идём, быстрее, — произнёс он с угрозой, подтаскивая меня к себе ближе. — Не хотелось бы тебе вредить.

Придушенно охнув, я сжалась, когда его палец скользнул по моей щеке. Становилось ясным, что это вовсе не помощь, а неприятности.

/Эмма Марс/

— Отпустите, пожалуйста, — попросила сипло.

— Идём, — повторил он, потащив меня дальше по проулку.

В его конце ждала крытая карета и ещё один красноволосый мужчина. Неужели, меня хотят увезти? Но куда и зачем?

Впрочем, лучше не проверять…

— Отпустите! — с размаху ударив ногой по щиколотке мужчины, я толкнула его.

Он оступился, потеряв равновесие, выкрикнул что-то злое. Хватка на руке ослабла. Я рванула в сторону и на пределе сил побежала прочь. Впереди маячил выход к улице, по которой проносились телеги и проходили драконы.

— Помо… — крик оборвался, когда передо мной вдруг поднялась стена алого огня.

Я испуганно отпрянула, защищая лицо от брызнувшего в стороны жара.

— Возвращайся ко мне, — приказал мужчина, двинувшись в моём направлении. — Не хотелось бы портить такую мордашку ожогами.

— Что вам нужно? — голос срывался, от беспомощности на глаза наворачивались слёзы.

— Ты нужна. Не стоит бояться, я устрою твою жизнь. Ты будешь жить в комфорте и удобстве, — заговорил он заискивающе.

Только даже при отсутствии знаний о мире я понимала, что в комфорт и удобства не тащат силой и угрозами. Но не могла предположить, чего от меня хотят. Да и глупо пытаться выяснить. Стоило спасать свою жизнь. В этот момент я верила, что на кону именно она.

Стиснув челюсть, я разогналась и прыгнула сквозь пламя. Лишь прикрыла лицо руками, когда жар охватил тело и побежал по коже жалящей волной. Ругань за спиной слилась с моим криком. Приземлившись по другую сторону рассеявшейся стены огня, я продолжила бег, на ходу сбивая пламя с волос и платья. Глаза слезились, я ничего не видела перед собой, потому не сумела даже приостановиться, когда передо мной вдруг появился кто-то. Лицо натолкнулось на твёрдую грудь, дыхание сбилось. Сильные руки обхватили плечи, не позволяя отпрянуть. Я закричала от ужаса, дёрнулась в жёсткой хватке и затихла, вдруг ощутив запах мужчины: необузданный, яркий, обволакивающий. Он был мне знаком.

— Ты… — выдохнула я, вскидывая голову, и столкнулась взглядом с серебряными глазами своего спасителя.

Именно он уговаривал меня не сдаваться и поддерживал своей магией. Он принёс меня в госпиталь. А теперь появился вновь, чтобы спасти от другой опасности.

Мимо пронеслись мужчины в доспехах, но злоумышленник успел запрыгнуть в карету, и та понеслась прочь.

— Скай, куда ты влез⁈ — моего спасителя дёрнул за руку незнакомец.

Высокий, статный, величественный, что только подчёркивало белое одеяние с мантией. Как и мой спаситель, он был пепельным блондином, но с волосами средней длины. Недовольство в серых глазах мужчины сменилось удивлением, когда он рассмотрел меня.

— Скай… — повторила я. — Это твоё имя? — обратилась к своему спасителю.

А тот вдруг скривился, отпустил меня и отступил, словно стремясь скорее увеличить расстояние между нами.

— Это она, отец, — сообщила он. — Только она была обсидиановой.

— Ты уверен? — засомневался тот.

Я в непонимании нахмурилась и обняла себя руками. Без объятий спасителя и его запаха почувствовала себя невероятно несчастной.

— Уверен. Да и я чувствую связь с ней, — по идеальному лицу Ская скользнула тень неприязни. И я сделала шаг назад, невольно вновь ощущая себя загнанной в угол. — Видимо, она предпочитала обсидианы.

— Они разбились, — прошелестела я. — Мна так сказали.

— Зачем ты ушла из госпиталя? Встряла в неприятности. Ладно, мы успели, — обвинил меня Скай.

— Но я…

— Хватит, — между мужчин вклинилась беловолосая женщина. — Разве не видите, что девушка напугана и ранена⁈ — рыкнула сердито, и Скай с отцом опустили головы, принимая её правоту.

— Ранена? — я взглянула на свои руки, и, кажется, только тогда ощутила боль.

Кожа покраснела. Прыжок через огонь не прошёл без последствий.

— Бедная, — прицокнула языком женщина, рассматривая меня с сочувствием. — Идём, мы тебе поможем.

Она потянулась ко мне, чтобы взять под локоть, но я отступила.

— Тот мужчина тоже говорил, что поможет, — пояснила я, в ответ на её недоумение. — Прошу вас, отпустите. Я шла в отделение стражи.

— Уверен, мы сможем уладить проблемы без привлечения стражей Элизиума, — прочистив горло, заговорил мужчина.

Предложение избежать обращения к представителям власти пронеслось волной ужаса по телу. Я глянула за спину, раздумывая о новом рывке к спасению, но с разочарованием обнаружила вокруг себя вооружённых беловолосых мужчин в лёгких доспехах.

— Успокойся, — Скай закатил глаза. — Как можно не доверять королю и королеве?

— Что? Кому? — я помотала головой в непонимании.

— Не узнаёшь монархов алмазных? — с подозрением уточнил мужчина.

— Я даже не помню своего имени! — вскричала в защиту, чем сумела ввести всех в ступор.

— Хватит! — приказала женщина и, отмахнувшись от руки мужчины, приблизилась ко мне.

Я не собиралась ей вредить, потому лишь замерла, когда она осторожно меня обняла. От неё пахло молоком и теплом. Наверное, так бы могла пахнуть мама, если бы она у меня была.

— Не бойся, — прошептала она. — Мы не причиним тебе вреда.

— Хорошо, — ответила я так же шёпотом и сморгнула с глаз слёзы.

Может, они действительно помогут?

— Почему ты говоришь, что не помнишь даже имени и не узнаёшь нас? — отстранившись, незнакомка взяла меня под локоть и мягко потянула за собой.

— Я не помню ничего. Прошлое будто исчезло, — пояснила дрожащим от расстройства голосом.

— Как я тебе сочувствую, бедная, — вздохнула она. — Меня зовут Галатея, Галатея Стеллар. Я королева алмазной сферы, Адамантии. Мой супруг — Каэлан Стеллар. И младший сын — Скай. Его ты, похоже, помнишь?

— Он спас меня. Помню, как он говорил со мной, потом мы летели в радужном небе.

— Так и было, — хмыкнул Скай, поравнявшись со мной в шаге.

— Ты зря покинула госпиталь, — присоединился к разговору король. — За тобой должен был приглядеть наблюдатель. Видимо, он не признал тебя из-за… изменений во внешности.

— Я видела беловолосого мужчину в фойе.

— Алмазного дракона, — раздражённо поправил меня Скай, и я сжалась от неприкрытого упрёка в его голосе.

— Алмазного дракона, — повторила я. — Видимо, все здесь драконы?

— Да, драконы, — подтвердила терпеливо королева. — И ты тоже драконица.

— Мне сказали, я самородок.

— Ты драконица, родилась в семье драконов, но без самоцветного определения. Потому таких, как ты, и называют самородками, вы можете вступить в резонанс с любым камнем. По крайней мере, сильнейшие из вас. Но самородки рождаются редко, да и недолго живут без определения, вскоре они сливаются с другими драконами.

— Кажется, понимаю, — улыбнулась с облегчением. — Думала, я нечто неправильное. Но значит, можно стать обычной. Обсидиановой, как была? А… камни? Как их получать?

— С этим сложнее, но давай сосредоточимся пока на тебе. Ты ранена. И наверняка голодна.

— Да, но… — я огляделась, вновь присматриваясь к Скаю и его отцу.

Они представители королевского рода. Пусть я не узнаю их, и мало что понимаю о мире, но внутренне осознаю, насколько они выше меня по статусу.

— Почему вы помогаете мне? Я ведь никто, просто девушка без памяти, но Скай дважды спасал меня.

Пусть был груб, но я тянулась к нему, хотела оказаться ближе и вновь ощутить его аромат. Когда он сам хоть и находится рядом, но будто пытается держаться на расстоянии.

— Мы связаны, — словно нехотя ответил он, но избегал смотреть в мои глаза.

— Мой сын магией удерживал твою душу в теле, вложил много сил в твоё спасение, и это имело неожиданный эффект, — умиротворяющим тоном начала объяснять Галатея. — Между вами сформировалась связь. Вдали от тебя Скай начал слабеть и терять силы.

— Мне тоже стало плохо, когда я отдалилась от госпиталя, — припомнила я, стоило отойти от первого шока. — Тогда тот красноволосый…

— Рубиновый, — вновь поправил меня Скай, и на этот раз Галатея на него шикнула.

— Рубиновый, — послушно повторила я. — Рубиновый дракон подошёл ко мне, сказал, что поможет. Но слабость прошла, я испугалась, попыталась вырваться, но он не отпускал. А когда попыталась сбежать, создал стену огня. Я прыгнула через неё, пытаясь спастись.

Тело прошило дрожью. Я ничего не знаю о себе и этом мире, но мне уже пришлось бороться за свою жизнь.

— Ты смелая девушка, — Галатея аккуратно потрепала меня по макушке, и я отметила про себя, что волосы заметно укоротились, а их концы обгорели. — Теперь тебе ничего не грозит. Мы позаботимся о твоей безопасности.

— Потому что между мной и Скаем связь, — подытожила я. — Но что это значит?

— Мы и сами не знаем, — суровым тоном ответил король Каэлан. И почему-то смотрел подозрительно, даже пугающе. — Никогда не сталкивался с подобным.

— Не сталкивались? Я теперь не могу отдалиться от Ская?

— Мы обязательно что-нибудь придумаем, — подбодрила меня Галатея, нежно улыбнувшись. — Но потом. Для начала нужно добраться до Адамантии. Там тебя осмотрит лекарь, возможно, сумеет помочь с потерей памяти. Ты поешь, переоденешься в чистое. Отдохнёшь. Быть может, ощущение безопасности — именно то, чего тебе не хватает на пути возвращения прошлого, как считаешь?

— Может быть, — пролепетала я.

Пусть мне обещали кров и помощь, я ощущала общее напряжение короля, королевы и принца. Они будто что-то недоговаривали. Но опять же я могла ошибаться, ведь на данный момент моя память белее чистого листа.

— Вот и транспорт, — впервые на губах короля появилась улыбка.

К обочине подъехало пять крытых карет, снова без тягловых животных. Вот только стоило к ним подступить, как раздались звуки сирены. Рядом остановилась ещё одна карета, из неё вылетели трое мужчин: обсидиановый, рубиновый и, наверное, янтарный дракон, судя по золотистому цвету волос. Двое из них были в одинаковой одежде, видимо, форме стражи города. И только рубиновый предстал в строгом бордовом костюме в тонкую белую полоску.

— Это нехорошо… — пробормотала Галатея.

— Король Каэлан, — холодно улыбнулся рубиновый, выходя вперёд. От него волнами исходила сила. Мне стало дурно. — Прошу вас задержаться. Особенно вас, — и вперил взгляд в меня: пронзительный, острый, словно тысяча кинжалов.

— Девушке нужна помощь, Валериус, — возразила воинственно Галатея.

— Девушке нужна защита, — парировал мужчина, растянув тонкие губы в хищном оскале. — Вполне возможно, от вас. Ваш же сынок чуть её не убил.

— Что⁈ — выдохнула я ошеломлённо и сосредоточила взор на закаменевшем лице Ская.

Из-за него я ничего не помню?

— Это несчастный случай, — произнёс Скай ожесточённо и прямо встретил мой взгляд. — Мы играли на поле. Наполненный моей силой мяч пробил защиту и сбил тебя с ног. Ты ударилась головой при падении. Я сделал всё возможное, чтобы ты выжила.

— Чтобы избежать обвинения в непреднамеренном убийстве, — насмешливо поддел его Валериус.

— Девушка умирала у меня на руках, об этом я думал в последнюю очередь, — едко ответил ему Скай.

— Так, прекратите, — попросила Галатея. — На девушку только что напали, пытались увести, видимо, из-за… хм… внешности. Мы спугнули злоумышленника. Если бы хотели ей навредить, избавиться от свидетеля и прочее, в чём ты наверняка пожелаешь нас обвинить, то просто бы не стали вмешиваться. Но мы желаем помочь пострадавшей по вине сына девушке. Сейчас намерены отвезти её в Адамантию и отдать заботам лучшего лекаря алмазного дома. Девушка лишена памяти, она вряд ли сумеет выступить свидетелем, если даже не признала в нас правящую семью.

— Это правда? Вы лишены памяти? — красные глаза мужчины впились в моё лицо взглядом, словно намеренные вобрать в себя любой оттенок лжи.

— Да. Не помню даже имени.

— И никаких зацепок? Предположений?

— В моих вещах было удостоверение. Оно наверняка моё. И тогда меня зовут Эмма Марс, — я сунула руку в карман и поморщилась, когда обожжённая кожа коснулась ткани, но сумела вытянуть потрёпанное удостоверение.

— Что ж, проверим, — ухмыльнулся рубиновый. — Предлагаю отправиться в участок. Возможно, удастся выйти на родных мисс Марс. Что скажете?

— Я согласна, — выдохнула радостно, ведь мысль о встрече с теми, кто меня знает, наполнила душу надеждой.

— Если это так необходимо, — процедил недовольно король Каэлан.

— Рад, что вы не спорите, — приблизившись, Валериус подал мне руку. — По пути и пообщаемся, чтобы ускорить процесс.

— Хорошо, — я потянулась к нему в ответ, но так и не коснулась его, вспомнив об ожогах.

— Всё в порядке, мисс Марс, — он подступил ко мне и предложил положить руку на изгиб его локтя.

Я подчинилась. И до слуха сразу донёсся глухой рык. Глянув на Ская, я задрожала, напоровшись на его негодующий взгляд.

— Валериус Ригор, глава службы безопасности Элизиума, — представился рубиновый, чуть склонившись ко мне, как показалось, чтобы принюхаться.

И я сама невольно оценила его запах. Валериус пах дымом и опасностью.

— Рада знакомству, — пролепетала я, растерявшись от его слов, ведь он отвечал за весь город. — Но почему столь… высокопоставленный дракон занимается… мной?

— Чтобы избежать проблем в дальнейшем, — расплывчато ответил он, подводя меня к карете.

Внутри оказалось три мягких скамьи со спинками, только одна располагалась напротив табло со множеством камней, видимо, предназначенная для управления транспортом, когда две другие находились друг напротив друга. Стражи сели впереди, ещё и опустили ширму между нами, словно позволяя нам с Валериусом остаться наедине.

Сам глава предпочёл место напротив меня, наверное, чтобы смотреть в глаза. Но и я впервые уделила внимание его внешности. Лет тридцать на вид. Подтянутый, широкоплечий. Красные, глубоко посаженные глаза, длинные красные волосы, собранные в хвост, лёгкая щетина на подбородке и будто приклеившаяся к тонким губам кривая усмешка.

— Мне начинать? — предположила, но он протянул мне стеклянную бутылочку.

— Обезболивающее. В участке вас осмотрит штатный лекарь.

— Спасибо, — я забрала бутылочку, принюхалась к содержимому, но странный запах ничего мне не сказал.

Качнув головой, рубиновый выхватил сосуд из моих рук и сделал из него глоток.

— Не отрава и не эликсир правды, не переживайте, мисс Марс.

Больше я не сомневалась и опустошила бутылочку.

— Что ж, можно начинать, — холодно ухмыльнулся он и приступил к расспросам.

Больше всего его интересовала история общения со Скаем и столкновение со злоумышленником.

— Кому могло понадобиться меня похищать? — поинтересовалась я, надеясь на честный ответ.

— Мир новый, но и здесь есть преступники.

— Мир новый? — удивилась я.

— И этого не помнишь, — хмыкнул он. — Сочувствую.

— Пояснения лучше сочувствия, — осторожно отметила я.

— Соглашусь, — он вздохнул, словно раздумывая над чем-то, но всё же решил снизойти до объяснений. — Наша родина не здесь, мы из мира под названием Аррилия. Но из-за мощнейшего извержения вулкана он начал погибать. Чтобы спастись, оставшиеся в живых объединились и с помощью порталов нашли новый, подходящий для проживания мир. Время было не на нашей стороне, потому первые ковчеги с выжившими комплектовались по регламенту, включали только чистокровных, где каждый член команды и пассажир присутствовал на борту в соответствии со списком. Но под конец порядок нарушился, вместо сбора списков старались переселить всех без разбора. Кто-то не регистрировался, кто-то даже тащил из погибающего мира фальшивые документы на будущее. Спасали всех без разбора: и стариков, и больных, и преступников. Да и после переселения не все стали получать новые удостоверения личности, вставать на учёт. И чаще всего, чтобы продолжать здесь нелегальную деятельность. Например, продажу драконов.

— Но… для чего? — сипло уточнила я.

Как оказалось, этот мир нов не только для меня, но и для всех драконов.

— Ты самородок, можешь вступать в резонанс с разными камнями, менять внешность. Если сильный маг, то открываются перспективы для тайных перемещений, если слабый… ты девушка, что способна подстроиться под любой вкус.

— Вкус?

— В качестве любовницы, — пояснил он со вздохом, и я испуганно отпрянула.

— Поэтому тот мужчина хвалил мою внешность, — догадалась я, но решила обдумать это позже. — Тогда почему вы сказали, что меня нужно защищать от алмазного короля? Тоже из-за того, кто я?

— С логикой тоже беда, — заключил он и вдруг щёлкнул пальцами, создавая над рукой иллюзию. Здесь от центрального стеклянного круга расходились лучи, переходящие ещё в шесть кругов. — При переселении мы торопились, не было времени оценивать опасности вокруг, изучать местность, потому мы просто создали огромный защитный купол и под ним принялись строить город, даже страну, учитывая размеры. Это и есть Элизиум. Мы сейчас в нём. В первом городе драконов. Со временем высокие дома приступили к строительству сфер для себя. Адамантия — страна алмазных, там драконы живут под покровительством короля Каэлана. Он там закон, понимаешь?

— Кажется, да.

— И та же история с другими городами-странами, которые мы просто называем сферами. Внутри свой король, свои особенности и традиции. Но общим решением принято подчиняться основному своду законов Элизиума, здесь проходит совет сфер, распределение бюджета, выбор направления развития, — перечислил он, лениво загибая длинные пальцы в алых перчатках. — Чистая политика, в которой правители сфер далеко не друзья, а часто враги. И внезапно случается трагедия: младший сын алмазного короля во время игры чуть не убивает драконицу. Скандал, способы спасти или засадить провинившегося. Склоки, интриги, новые подставы. А камень преткновения — ты. Девчонка без памяти, которую легко подкупить, начать ею манипулировать или банально шантажировать, чтобы добиться своего. Понимаешь?

— Теперь понимаю, — голос завибрировал от обуревающих меня эмоций.

Я ничего не знала о политике, но осознавала, что каким-то образом стала возможным средством нанесения вреда Скаю и его семье.

— Но какой интерес у вас?

— Всё это закрутится на моей территории, — пояснил он, кажется, с трудом удержавшись от закатывания глаз. — В мои обязанности входит, в том числе предотвращение войн между высокими домами драконов.

— А высокие дома…

— Я пояснил основное, — он прервал меня взмахом руки. — Если уж заново изучать очевидное, то лучше идти сначала, проштудировать историю Аррилии, переселения, строительства Элизиума.

— Да, вы правы. Но что делать мне? Как избежать интриг высоких домов?

— Для начала проверим тебя. Быть может, у красивого самородка есть сильный покровитель, — пожал он плечами. Почему-то его слова вызывали неприятие, но я решила не протестовать. — К тому же и твоя семья может оказаться не из простых. Правда, заявлений о пропаже не подавалось.

— А если у меня никого нет? Лекарь сказал, я сирота.

— Как интересно, — хмыкнул Валериус, сузив алые глаза. — Тогда лучший вариант — уйти под покровительство алмазного короля. Подписать документы о неразглашении, отказ от судебных разбирательств и, само собой, получить камни оплаты за доставленные неудобства.

— Камни?

— Да, такие блестящие камушки, которые помогут оплатить визиты к лекарю и приобрести квартирку в Элизиуме, — он распахнул дверь кареты и выбрался наружу. Даже не заметила, что мы остановились. — Идёшь?

— Иду, — подтвердила я, выбираясь следом за ним.

И только подойдя к белокаменному зданию с колоннами по фасаду, отметила, что безопасник перешёл на «ты». Надеюсь, это ничего не значит.

В здании было шумно из-за количества драконов. По словам Валериуса, здесь принимались заявления, проходили разбирательства и сюда же приводили преступников. Глава проводил меня в лечебный кабинет, где меня тщательно осмотрел лекарь. Он обработал ожоги, выдал мне мазь для дальнейшего самостоятельного нанесения и дал консультацию по поводу потери памяти. Оказался добрее и профессиональнее янтарного из центрального госпиталя.

Следом меня пригласили в личный кабинет Валериуса. Тот оказался обширным помещением с преобладанием алого в оформлении. Комната делилас перегородками на несколько зон: деловую с письменным столом и стеллажами в тёмном дереве, уголок отдыха с креслами и лежанкой и место встреч с мягкой мебелью. Алмазные монархи с сыном находились здесь, общались с хозяином кабинета за чашками чая на внешне уютных диванах в строгом бордовом цвете.

Мне тоже предложили присаживаться и угощаться выставленными яствами.

— Я бы хотела узнать хоть что-то о себе, — призналась, даже не взглянув на закуски.

— К сожалению, твоё удостоверение старого образца, прямиком из Аррилии. Это не запрещено, но так как оно не зарегистрировано по новым правилам, я не смогу тебя ничем порадовать. Судя по записям, ты действительно сирота от рождения, но это внесено в само удостоверение. В базе тебя нет. В базе академии тоже, — Валериус качнул головой и заправил за ухо выбившуюся алую прядь. — Я взял на себя смелость направить от твоего лица заявление об установлении личности. Попытаемся выяснить, где ты жила и с кем общалась. А пока заботы о тебе готовы взять на себя король Каэлан и королева Галатея. Если ты, конечно, согласишься на сотрудничества.

— Разве есть другие варианты? — слегка удивилась я.

Я бездомная сирота, ещё и лакомый кусочек для преступников. Глупо отказываться от помощи.

— Могу направить тебя в приют на время разбирательства. И ты можешь поступить в академию. Ректор заинтересовался, когда я упомянул, что ты самородок.

— Академия?

— Да, Академия Сфер, центральное и основное учебное заведение.

— Оказать содействие в поступлении можем и мы, — Галатея мне улыбнулась. — Не придётся бороться за тёплое место с сиротами в приюте, голодать.

— Что… лучше? — обратилась я к Валериусу.

— Я уже озвучил лучший вариант и не изменил своего мнения, — ответил он, и король Каэлан нахмурился.

— Хорошо, тогда я согласна, — постаралась улыбнуться королеве в ответ и, кажется, все алмазные вздохнули с облегчением.

— Естественно, я намерен наблюдать за Эммой, — Валериус поднялся и протянул мне белый прямоугольник с его контактами. — Свяжись со мной, если будут проблемы.

— Не будет проблем, — король Каэлан тоже поднялся.

Я подскочила с места и забрала предложенное, решив не отказываться от возможной помощи.

— Нам пора, Эмма наверняка устала, — королева изящно поднялась с кресла и приблизилась, чтобы аккуратно взять меня за руку.

На этом обсуждения завершились, мы двинулись к выходу.

— Эмма, — вдруг позвал меня Валериус и подошёл ко мне. — Часть ответов здесь, — и передал мне книгу.

Я присмотрелась к обложке. «Новейшая история».

— Хоть помнишь, как читать?

— Надо будет проверить, спасибо, — искренне поблагодарила я.

— Это не подарок, — скупо ухмыльнулся он. — Вернёшь, когда дочитаешь.

— Хорошо, — пролепетала я растерянно.

С другой стороны меня подхватил за руку король и поспешил вывести из кабинета.

— Будь осторожна, девочка, — произнёс он холодно. — Безопасник только что обязал тебя к новой встрече.

Ох…

/Эмма Марс/

— Попробуй поспать в дороге, Эмма, — предложила королева Галатея. — Скай будет охранять твой сон, возчик отгородится. Ты сможешь расслабиться.

— Хорошо, — прошелестела я еле слышно, ведь от меня не укрылось, как чертыхнулся мой спаситель при её словах.

Прижав книгу к груди, я раздвинула занавески на входе и залезла в карету. Ширма была опущена, мягкие широкие сиденья, обитые тканью стены и шторки на окнах создавали ощущение уюта. Высота и размеры кареты позволяли выпрямиться в полный рост и вытянуть ноги на скамье. Здесь действительно можно было расслабиться и даже поспать. Если бы, конечно, меня оставили одну…

— Мама, что это значит? — раздалось недовольное рычание Ская.

— Большее непонимание вызывает твоё поведение. Вместо того чтобы наладить с Эммой контакт, ты грубишь ей. Иди и поговори с ней, обеспечь ей комфорт, ответь на её вопросы. У неё их наверняка масса.

— Мать права, Скай, — вмешался в разговор король. — Иди. Девушке страшно. Успокой её, пока она не решила убежать под крыло Валериуса.

Я вздрогнула при упоминании пугающего главы. Защиты он не предлагал, но хоть не проявлял агрессии и пренебрежения, многое мне объяснил, попытался помочь. Валериус же и отправил меня… под крыло алмазных, как выразился король, но, похоже, сам он иного мнения. Я не помню ничего о себе и о мире, но должна в экстренном порядке вникать в политические разборки.

— Уши греешь? — раздался за спиной упрёк Ская.

Охнув, я прошла к скамье и плюхнулась на неё, положив книгу на колени, словно примерная ученица.

— Случайно, — призналась, ведь подслушивание было очевидным.

Мужчина хмыкнул, но решил сменить тему:

— Мы можем остановиться возле таверны, взять еду для тебя.

— Я не голодна, — прошептала, опуская взгляд к сцепленным на книге рукам.

— Ехать долго. Если просто скромничаешь, то не стоит, — ответил он вполне спокойно.

— Если это не займёт много времени…

— Тогда заедем за выпечкой, — он занял скамью напротив меня и передал возчику пожелания.

Карета тронулась. В салоне разлилась напряжённая тишина, прерываемая лишь скрипом колёс и звуками с улицы. Я так и сидела, опустив голову. Дышала глубоко, почти жадно, впитывая в себя заряженный силой аромат Ская. Меня тянуло к нему, когда от него волнами веяло раздражением и злостью. И я не понимала причин. Наверное, стоило спросить, только раньше, чем я что-то решила, карета остановилась. Скай порывисто поднялся и спешно покинул салон. Будто желал от меня сбежать. Только тогда я судорожно выдохнула, переводя взгляд к окну, и увидела, как алмазный входит в пекарскую лавку.

Через десять минут он появился с двумя пакетами и букетом. Я опешила от странного выбора покупок и вовсе растерялась, когда дракон вернулся и протянул мне цветы.

— Спасибо… Но… зачем?

— От тебя пахнет гарью, чтобы перебить запах, — пояснил он, чуть поморщившись, и я сжалась от смущения, принюхиваясь к своим волосам.

Действительно пахло, я и не замечала.

— Я не знал, что ты любишь, взял мясное, — вновь поморщившись, Скай положил на сиденье возле меня пакет.

— Я… тоже не знаю, что люблю, — украдкой принюхалась к белым бутонам и разочарованно вздохнула.

Не узнавала ни аромат, ни название цветов. Но пахло приятно.

— Мне жаль, — Скай помрачнел лицом и присел на своё сиденье, когда карета поехала.

Впервые я внимательно присмотрелась к его облику. Затуманенное болью сознание не преувеличивало: Скай был красив и излучал силу. Светлые волосы, как и тогда короткими белыми прядями торчали в разные стороны, чёрные густые брови хмуро нависали над серебряными глазами, твёрдые губы были недовольно поджаты. Атлетичное тело обхватывали простая серая туника и тонкие штаны, будто пижамные.

— И не слушай Валериуса, я не пытался тебя убить. Это несчастный случай.

Он вытащил из второго пакета пирожок, откусил от него огромный кусок и принялся яростно жевать. От запаха сдобы и мяса, наконец, ожил и мой желудок. Я заглянула в свой пакет и мысленно обрадовалась, увидев внутри такой же пирожок, как у Ская.

— Мы… были знакомы до… всего? — уточнила я осторожно и попробовала лакомство.

— Нет, ни разу не пересекались. Мы с друзьями играли в парке на общем поле. Во время игры насыщаешь мяч энергией, а я перестарался. Он разбил защиту вокруг поля и снёс тебя. Ты упала, ударилась головой. Я сделал всё возможное, чтобы тебя спасти. Даже установил эту непонятную связь.

— Хочешь сказать, я лишилась памяти из-за игры в мяч?

— Глупо, да? — усмехнулся он.

— Это ужасно, — покачала я головой. — Ты развлекался, а досталось мне.

— Мне правда жаль, — нахмурился он. — Никто не мог такого предсказать. Если, конечно… — и многозначительно замолчал.

— Если… что? — поторопила его я.

— Если это не подстроено, — его голос понизился, а взгляд наполнился подозрением. — Ты буквально выбежала под мой мяч.

— Что⁈ Зачем мне это?

— Не знаю… — протянул он. — Но разберусь.

— Да как ты можешь⁈ — вспылила я и закашлялась, подавившись пирожком.

Глухо выругавшись под нос, Скай вытянул из своего пакета бутылочку с соком, спешно открыл её и протянул мне. Я приняла её, сделала несколько глотков, почти не ощущая вкуса напитка, и вновь вперила злой взгляд в лицо дракона.

— Я чуть не погибла…

— Я помню лучше тебя, — глухо отозвался он. — Это я оказывал тебе помощь и нёсся на пределе в госпиталь, пока ты бредила и болтала глупости о моей красоте.

Я снова закашлялась, на этот раз подавившись воздухом.

— Я ударилась головой, — напомнила ему почти обиженно.

— И только потому, что за твоей спиной находилась скамейка. В ином случае тебя бы просто бросило на траву. Никто не мог предсказать такого. И я уже сказал, мне жаль. Если, конечно, всё не подстроено.

— Кем? Для чего⁈ — я сделала ещё несколько глотков сока, пытаясь успокоиться.

Злость смешивалась с обидой на несправедливость обвинений. Я пострадала, лишилась памяти, а он смеет меня обвинять.

— Может, и тобой. Ты же не помнишь себя. Вдруг ты была прожжённой тварью на пути обогащения, — криво ухмыльнулся он.

— Не была.

— А ты уверена? Ты же вроде всё забыла? — тёмные брови приподнялись в ироничном выражении. — Или проблемы с памятью надуманные?

— Как ты можешь? — выдохнула я расстроенно, и на глаза навернулись слёзы. — Я даже не уверена, что меня действительно зовут Эмма Марс. Ничего внутри не отзывается. Вдруг это удостоверение подруги или я нашла его по дороге.

Алмазный растерянно вздрогнул. Злость покинула приятные черты лица.

— Мне жаль. Правда, — пробормотал он, отводя взгляд к окну. — Твоё утверждение о потере памяти проверят в Адамантии. Лекарь попробует тебе помочь. Тебя всем обеспечат.

— В обмен на отказ от претензий? — уточнила я сухо, вновь возвращая внимание пирожку.

— Валериус тебя проконсультировал? — в голосе Ская вновь проявились злые нотки. — Я видел, как он к тебе принюхивался, а ты — к нему.

— Это… не так, — смутилась я.

Моя реакция на незнакомца казалась чем-то естественным, ещё одним этапом оценки.

— Да, за отказ от претензий тебя всем обеспечат. Это очевидно.

— Ты потому меня спас? Чтобы избежать обвинений в убийстве? — спросила я с вызовом.

Но хотелось внести ясность, чтобы прекратить возносить его в мыслях.

— Конечно, — он вновь отвернулся, не позволяя мне в полной мере оценить выражение его лица. — Какое мне дело до никому не нужного самородка? — бросил пренебрежительно, а я вздрогнула, как от удара.

И мысленно даже пожалела о своём решении уехать с алмазными, но сразу обругала себя. Естественно, хочется верить в героизм и доброту первого, кого увидела в своей новой жизни, только реальность не соответствует фантазиям. Скай не спаситель, он причина моих бед. И не только с памятью, из-за него я могу угодить в эпицентр интриг. Стоит помнить об этом, чтобы не питать пустых надежд. Я одна, никто не будет заботиться обо мне из доброты. Нужно проявлять осторожность, обдумывать каждое слово и… избегать подарков. Взгляд скользнул к книге, и на душе стало совсем паршиво.

— Действительно… — отозвалась я, пододвинувшись с пакетом к окну. — Значит, меня проверят, мы подпишем документы о моём отказе, я получу деньги и мне можно будет уйти?

Быстрее бы… Как только появятся средства к существованию, можно сосредоточиться на здоровье и поиске нитей прошлой жизни.

— Про связь ты тоже забыла? — скривился он.

Я резко выпрямила спину. Только начавшие формироваться мысли о следующих шагах развеялись. Ведь на самом деле забыла. Уйти не получится, я слабею вдали от Ская.

— Что это за связь? Её можно разорвать?

— Не знаю. Будем выяснять.

Ещё одна проблема: я привязана к надменному дракону.

Аппетит от этих мыслей пропал, но пришлось заставить себя поесть. Силы понадобятся, ведь день наверняка наполнят новые события и впечатления. Я уже с жадностью вглядывалась в окно, ведь высотные белые здания Элизиума остались позади, и карета покатила по широкому стеклянному тоннелю, позволяя полюбоваться радужным сиянием центральной сферы, пока мы приближались к другой — Адамантии.

— А там что? — не выдержала я, указывая на ещё один город вдали, к которому тоже вёл стеклянный тоннель.

Внутри него неслись кареты и телеги, а между ними простиралось зелёное поле и островки деревьев.

— Сабрия, нефритовая сфера, — спокойным тоном пояснил Скай.

— Красиво.

— Это пока ты не была за пределами сфер, — вздохнул он. — Небо снаружи голубое с сиреневым отливом, воздух как нигде свеж, а зелени там много, что рябит в глазах от счастья.

— Снаружи, за пределами сфер?

— Да. Но изучение территорий вокруг сфер только на начальной стадии, драконы лишний раз не покидают города. Хищники, ядовитые растения, хищные растения, — усмехнулся невесело, а я внутренне поёжилась, представляя зубастый цветок, — провалы в земле. Много всего опасного.

— Но ты там бывал. Снаружи.

— Участвовал в исследовательских экспедициях, — сухо пояснил он.

— Но ты же принц.

— И что?

— Не знаю… — ответила я, растерявшись. — Мне кажется, принцы получают, что хотят, и не рискуют жизнями в экспедициях.

— Это не так, — он тяжело вздохнул, стремительно потемнев лицом. — Ешь, пока не остыло. И поспи. Ехать ещё два часа.

/Скай Стеллар/

Эмма заснула. Повернулась ко мне спиной, натянула подол чёрного кружевного платья до самых щиколоток и почти сразу засопела. Я подхватил букет с её скамьи, уткнулся в него носом и часто задышал. Пытался выбить аромат Эммы из мыслей, потому купил цветы и выбрал для себя самую пряную сдобу, но помогло слабо и ненадолго. Цветочная свежесть грозы путала мысли.

Запахи несут важную роль в жизни каждого дракона. Аромат сообщает о силе, о направленности магии, о совместимости. Я встречал разных девушек, кто-то пах отталкивающе, кто-то будил желание лишь одним своим присутствием, кто-то не вызывал никаких эмоций, и только запаху Эммы не получалось дать однозначной оценки. Нет, меня не било вожделением, не отворачивало отвращением, не тянуло в защитники или во враги, я просто не мог оставаться равнодушным. Чувства метались, перескакивая с ярости и недоверия, до стремления спрятать ото всех бед мира.

Наверное, дело даже не в запахе, а в нашей связи. Приглядевшись к невидимой обычному взгляду нити, я убедился в своих выводах. Та то почти исчезала, истончаясь, то напитывалась силой и натягивалась, звеня от напряжения. Казалось, можно протянуть руку и по неосторожности порезать пальцы, настолько острой и опасной она выглядела. Видимо, потому и так сложно успокоиться рядом с Эммой, потому напряжение не покидает тело, потому не удаётся общаться ровно, не грубить, не обвинять, не упрекать, не требовать ответов. Да, возможно, произошла подстава, но совершенно очевидно, что девушка ничего не помнит. Поэтому глупо и по-детски бросать ей в лицо свои подозрения. Но мне не удаётся себя сдержать. Всё из-за этой связи…

Эмма тихо простонала и обняла плечи руками. Тяжело вздохнув, я вытянул из-под сиденья плед и приблизился к девушке. Обгоревшие на концах серые волосы растрепались. Кожа казалась белее снега. Губы посинели. Серые реснички подрагивали. Похоже, Эмме снился сон. Снова тяжко вздохнув, я укутал её, отметив про себя подтянутость фигуры. Платье не позволяло оценить строение тела Эммы в полной мере, она казалась хрупкой, даже худощавой, но, видимо, физические нагрузки ей не чужды.

Как только убедился, что девушка больше не мёрзнет, я вернулся на своё сиденье и уткнулся взглядом в окно. Карета неслась по алмазной трассе, названной так из-за того, что ведёт в Адамантию. Предстоял ещё час пути и сложных дум. Меня настораживало участие Валериуса. Конечно, жёсткий безопасник суёт нос везде, но он лично принёсся за Эммой, утащил её к себе, что-то шептал, пока мы добирались до участка. По крайней мере, после общения с ним она вышла подобравшейся, словно у загнанного в угол зверька вдруг проклюнулись клыки. Отец даже начал рассуждать о последствиях отказа Эммы от нашего покровительства, но их удалось избежать. Девушка согласилась уехать с нами. Легко, без расспросов, просто получив подтверждение Валериуса. Надеюсь, это не подковёрные игры, и рубиновый проявил несвойственное ему сочувствие. Правда, раньше он им не страдал…

Эмма ещё спала, когда карета остановилась. Я попытался её растормошить, но потом плюнул на это дело, да и банально решил избежать упрекающих взглядов этих странных глаз, так что направил в девушку простейшее заклинание сна, укутал её сильнее и поднял на руки.

Отец хмыкнул, мама улыбнулась и убрала с лица Эммы волосы.

— Бедная, совсем извелась из-за этого Ригора, — посетовала она.

Мягкая и добрая, она явно гордилась мной за мой поступок и сочувствовала девушке. Когда отец относился к ситуации жёстче, с точки зрения политики, потому тоже гордился, но за то, что я сумел избежать серьёзных проблем. А я замер между ними, проявляя недоверие к Эмме и испытывая чувство вины перед пострадавшей из-за меня драконицы.

— Она ничего не говорила по поводу общения с Валериусом? — обратился ко мне отец.

— Нет, — мотнул я головой, мельком посмотрев на расслабленное лицо девушки.

Выглядела донельзя молодой и несчастной. Интересно, сколько ей на самом деле лет? Возраст драконов сложно даётся определению, половое взросление проходит быстро, а потом замедляется в зависимости от силы резерва. Отец и мать выглядят на тридцать, когда им обоим больше ста лет. Учитывая мощь магии, они долго будут оставаться такими, пока сила сама не пойдёт на убыль, сообщая о начале увядания.

— Пошли, сын, Эмме нужен отдых.

Я последовал за матерью. Расторопные слуги выслушали пожелания и ринулись подготавливать покои для гостей. Успели вовремя. Я аккуратно положил девушку в расстеленную кровать и передал заботам лекаря.

Оставалось ждать его оценку. Он сможет точно сказать, на самом ли деле Эмма лишена памяти или так искусно играет.

Естественно, я не собирался дожидаться завершения осмотра у двери покоев, потому отправился к себе в королевское крыло. Впрочем, моя жизнь давно проходит за пределами Адамантии, начиная с момента поступления в академию. Я своего рода заложник Элизиума, гарант мира между высокими домами, я и ещё пятеро младших отпрысков правящих семей. Но мы не жалуемся, живём в гармонии, дружим, стараемся поддерживать друг друга, несмотря на возникающие между родителями столкновения.

— Скай, ты где пропадаешь⁈ — стоило войти в покои, как на меня набросилась Эмбер.

Буквально! Рубиновая повисла на мне, беря мою шею в захват, и начала нещадно трепать мои волосы.

— Прекрати! — рыкнул я, одновременно пытаясь удержаться от смеха и спастись от хваткой драконицы.

В итоге мне удалось выпрямиться, подхватить Эмбер под колени и перевернуть. Она со вскриком упёрлась руками в пол.

— Отпусти! А! — завопила и благополучно улетела на софу.

Но сразу же подскочила, отбросила с лица длинные алые волосы и упёрла руки в бока.

— Я принеслась проведать тебя, еле выпросила разрешение на выходной, а от тебя и след хвоста простыл! Хоть бы черкнул на версо, что очнулся, — обвинила она. — Мы же все волнуемся!

— Я даже не в курсе, где мой версо, — поморщился, приглаживая волосы.

— Ты в пижаме? — удивилась она.

— Это долгая история. Даже опасная.

— Ты же знаешь, мне можно доверять, — нахмурилась она.

Наши отцы всегда поддерживали взаимовыгодное сотрудничество, потому мы с Эмбер дружны с самого детства. И с самых пелёнок помолвлены в умах родителей. Впрочем, стоит отдать им должное, о своих планах они сообщили, когда мы были достаточно взрослыми, чтобы понять и принять. Я даже радовался. Мне бы в любом случае подобрали подходящую статусу невесту, а Эмбер — лучший вариант. Мы друзья, нам не нужно налаживать отношения и искать точки соприкосновения. Она — мечта любого мужчины: умная, смелая, красивая, верная и добрая. Шебутная, конечно, взрывная, как многие рубиновые, но за время общения я привык. И пусть не представлял её в роли жены и тем более в постели, но намеревался прийти ко всему последовательно, когда назначат даты официальной помолвки и свадьбы.

— Знаю, — согласился я. — Идём. Расскажу.

Эмбер внимательно выслушала мой рассказ, посочувствовала, следом подняла настроение шутливыми уколами. В окружении её огненного аромата стало легче. Я почти забыл о странном возбуждении от присутствия Эммы. За время общения пришло и подтверждение от лекаря. Потеря памяти не выдуманная, а значит, девчонка реально в ужасном положении по моей вине. Но вопрос случайности произошедшего так и висел.

Эмбер была согласна со мной, потому решила отправиться налаживать общение с Эммой.

— Зачем? — поморщился я. — Думаешь, она хочет после такого дня контактировать с незнакомцами? Вдруг её насторожит твой запах. Ты ведь вчера тоже находилась рядом.

— Вот именно. Я виновата в её состоянии не меньше тебя. Должна была подстраховать, попытаться перехватить мяч. А мы все стояли и глазели на него, будто первокурсники, — всплеснула она руками. — Не смей винить себя, Скай. Это несчастный случай, но там находились все мы. Значит, и разбираться будем все вместе. И сглаживать ситуацию тоже.

— Всё равно это лишнее, — её слова принесли успокоение.

Я был не один перед лицом жизненных сложностей.

— К тому же она подгорела, как ты сказал. Значит, что нужно в такой ситуации любой девушке?

— Не знаю. Платочек для слёз?

— Новая причёска! — Эмбер закатила глаза и направилась прочь из гостиной.

Хлопнула дверь, я остался один. Потому пришлось проглотить все возражения. Как по мне, когда ты лишился себя, меньше всего волнует внешность. Но, может, девчонки другие?

А раз Эмбер ушла, стоило заняться своим внешним видом. Я привёл себя в порядок, вернул свой версо, артефакт для связи на расстоянии, и засел за просмотр сообщений и писем. Друзья интересовались моим здоровьем, в академии мне дали официальные два дня выходных без необходимости отработки. Никаких катастроф и взрывов, уже хорошо.

Я успел отписаться всем и даже собрать небольшую стопочку книг для Эммы, когда в мои покои вновь ворвался огненный вихрь в лице Эмбер. Только на этот раз она пришла не одна. Обоняние защекотало грозовым ароматом с примесью сладости цветов, и в помещение скромно вошла Эмма.

Девушка невероятно преобразилась. Ушли ожоги, кожа сияла нежностью, исчезли и обугленные кончики волос. Высокий лоб прикрывала завивающаяся на кончиках чёлка, острые пряди укоротившейся причёски мягко ласкали длинную шею и точёные плечи. Кажется, смутившись моего внимания к её изменившемуся облику, Эмма потупила взгляд и сжала пальцами подол сливового платья, украшенного жёлтой и голубой вышивкой. Ей шло, даже слишком.

— Ведь теперь другой вид? — обратилась ко мне Эмбер, явно требуя похвалы.

— Да, теперь она не выглядит жертвой пожара, — хмыкнул я. — Тебе идёт, Эмма, — сухо сообщил ей я.

— Да, мне тоже нравится. Эмбер постаралась сохранить длину, — девушка сконфуженно пригладила волосы у корней. — И Эмбер хотела устроить совместный ужин. Я сомневалась, что тебе понравится эта идея, но…

— Отказывать Эмбер сложно, — закатил я глаза, мысленно четвертуя невесту, потому что запах Эммы снова будоражил и выводил из равновесия. Меня пугали эти ощущения. — Можно поужинать. Я… слишком устал, чтобы спорить с Эмбер.

Эмма уныло кивнула. Надо заказать что-нибудь особо пряное, чтобы перекрыть запах грозы и цветов. Иначе этот ужин я не выдержу.

/Эмма Марс/

Новая жизнь не уставала удивлять. Только утром я покидала госпиталь в полной растерянности и ужасе, а теперь находилась в роскошных покоях дворца. Передо мной на столе испускали приятные запахи почти десять видов горячих блюд, закуски и напитки, а напротив сидели настоящие принц и принцесса высоких домов драконов. И всё потому, что в меня попал их мяч.

— Возможно, запахи еды что-то навевают? — предположила Эмбер с сочувствием в голосе.

Когда ко мне в комнату принеслась эта красноволосая красотка, я опешила и испугалась. Она излучала силу, энергию и настораживающий энтузиазм. Но мои страхи оказались беспочвенными. Она сразу сообщила, что тоже участвовала в той злополучной игре и намерена мне помочь. И действительно ведь сразу ринулась помогать! Утащила меня на нижний уровень в термальную зону с горячими ваннами, где с помощью кремов и рук расторопных девушек избавила меня от красноты после ожогов и привела в порядок подпорченные волосы. После чего мне выдали бельё и платье, уложили волосы в причёску и потащили… к Скаю.

Я не хотела вновь сталкиваться с неприязнью алмазного принца и вдыхать его волнующий аромат, но и не могла отказаться. Эмбер вообще казалась необузданной словно стихия. Такой же яркой, опаляющей силой, огненной. Думаю, она и не услышала моих вялых объяснений.

И вот мы засели за стол втроём. Принц и принцесса чувствовали себя свободно, разве что Скай старался на меня не смотреть. А я не знала, как себя вести. Возможно, и в прошлой жизни не знала. Вряд ли сироты ужинают с членами королевских семей.

— Нет, ничего, — покачала я головой, рассматривая три вида столовых приборов.

— Ешь как удобно, — Эмбер подхватила пальцами кусочек мяса и отправила его в рот.

Стало чуть легче. Я выбрала вилку побольше и тоже приступила к трапезе.

— Как вы считаете, разрыв связи — это больно? — задала волнующий вопрос.

— Пока мы даже не знаем, как её разорвать, — голос Ская зазвенел от напряжения. — Отец и мать не сразу поняли, что со мной, почему резерв не восстанавливается. Они никогда не сталкивались ни с чем подобным.

— Значит…

— Они могут не знать, как разорвать связь. Будь готова к тому, что понадобится время, — безэмоционально сообщил он.

— Поняла, — выдохнула расстроенно.

Кажется, получить компенсацию и отправиться на поиски нитей старой жизни выйдет не так быстро, как хотелось бы.

— Но ты не волнуйся, король с королевой разберутся. Речь ведь идёт об их сыне, — поддержала меня Эмбер, глянув на Ская с неодобрением.

— Да, они наверняка разберутся, — приободрилась я.

Ужин пронёсся за неловкими разговорами, потому вкус еды прошёл мимо меня. Но, несмотря на проявляемую неприязнь, Скай вручил мне книги по истории и теории магии. В дар, без необходимости возврата. Вернувшись в выделенные мне покои, я некоторое время листала томики, но усталость давала о себе знать. Меня сморил сон прямо на софе.

Сновидение моё было беспокойным: в нём я безустанно работала крыльями, пытаясь сбежать от охватывающего небо чёрного дыма. Летящие передо мной разноцветные птицы исчезали в нём одна за другой, пока и меня не окружила ядовитая тьма. Сон развеялся так же легко, как наступил. Я открыла глаза и сморгнула слёзы с ресниц. Руки подрагивали. В душе поселилось давящее одиночество. Видимо, тьма — потеря памяти, а птицы — мои воспоминания. И даже во сне не видно никакого просвета…

На следующее утро ко мне пришёл лекарь Адам. В отличие от янтарного, он был любезен, доброжелателен и, казалось, искренне мне сочувствует.

— Давай попробуем расшевелить воспоминания, — предложил он, присаживаясь на софу возле меня. — Возможно… ощущение покалывания.

Он коснулся указательными пальцами моих висков и прикрыл глаза. В меня полилась его магия. Вот только покалывания быстро сменились неприятными электрическими разрядами. Я невольно схватилась за запястье мужчины, и снова случилось нечто необъяснимое. Тело будто на миг окружило потоками ветра, и я отметила, что пряди волос побелели. Внезапные метаморфозы испугали не только меня. Лекарь отпрянул, прерывая прикосновение. И мои волосы вновь стали серыми.

— Прости, — он сразу взял меня за руку и похлопал по ладони, пытаясь успокоить. — Я никогда не работал с самородками, не привык к… такому.

— Но что это было? Сейчас… И тогда, в госпитале, с тем лекарем.

— Лекарем? — нахмурился он.

— Янтарный. Он принёс мне вещи. Я пыталась его остановить, расспросить. Схватилась за его руку… и мои волосы окрасились в золотой цвет.

— Не пугайся, Эмма, в произошедшем нет ничего опасного и страшного, лишь… удивительное и немного неожиданное для тех, кто не сталкивался с самородками, — он вновь похлопал меня по руке, с улыбкой заглядывая в глаза.

— Что же это было? — спросила я, значительно успокоившись.

— Драконы — ожившие самоцветы. Наша кровь обращается камнями. Ты наверняка заметила, что драгоценные камни составляют всю нашу жизнь. Мы используем их в артефактах, как накопители, средства оплаты.

— Да, — кивнула я. — Заметила.

Табло управления телегой было усеяно камнями, они же активировали освещение в покоях, запускали воду в купальне, даже создавали музыку. Больше в окружении только стекла и металла.

— Каждый дракон — маг. Его сила зависит от ёмкости резерва, но этого мало. Чтобы направлять и усиливать внутреннюю магию тоже нужны самоцветы. Но подойдёт не каждый, — лекарь приподнял широкий рукав салатовой мантии и продемонстрировал мне массивный кожаный браслет с круглыми отделениями. Он открыл одно, и внутри оказался плоский алмаз. — Дракон должен вступить с камнем в резонанс. Это и произошло с тобой. Какой-то из моих самоцветов отозвался на твою магию. Он наполнил тебя своим существом, потому твоя внешность и изменилась. Твой резерв… как бы это сказать… приобрёл особенности камня. То есть магию ветра. Что отразилось во внешности. Ты же заметила, что все алмазные драконы — пепельные блондины? Чем белее волосы, тем чистокровнее и сильнее он.

— Вот, значит, как. Я носила обсидианы. Была брюнеткой, пока они не разбились, — расстроенно поведала ему.

А он удивился, но быстро взял себя в руки.

— Поменьше говори о… вступлении в резонанс с другими камнями, — посоветовал он серьёзным тоном.

— Хорошо, — голос дрогнул от волнения.

Похоже, это нечто важное.

— А что камней лишилась — плохо, — посетовал он. — Камни добываются постоянно, но подходящие в качестве усилителя для дракона попадаются намного реже, чем обычные самоцветы. И они не универсальны…

— Надо вступить в резонанс, — догадалась я.

— Да, — подтвердил он.

— Но где выбирать камни для резонанса?

— Подходящие камни прибывают в высокие дома, и здесь начинается распределение: по заслугам, по полезности для общества, по… доходам, — признал он нехотя. — Далее они временно передаются в госпитали лекарям, немного хранятся в академии и потом поступают в свободную продажу. Самоцветы постоянно обновляются, чтобы любой дракон мог найти тот, с которым вступит в резонанс.

— Но ведь в продажу поступят единицы, если камни найдут себе владельцев? — уточнила я.

— Да, ценнейшие камни распределяются ещё во дворце, — он поджал губы будто в сочувствии ко мне.

Стало ясным, что потеря камней весьма существенна.

— Ты во дворце, — лекарь склонился к моему плечу, чтобы говорить тише. — И твои камни разбились по вине принца. Стоит упомянуть и об этом, когда поднимется вопрос компенсации.

— Да, вы правы, нужно упомянуть, — согласно кивнула я, стараясь подавить расстройство.

Потеря камней — не такая уж большая проблема на фоне возможной смерти. Я выжила, с остальным придётся справиться, если хочу вспомнить прошлое и продолжить полноценную жизнь.

— Не забудь. Это важно, — лекарь отстранился и вновь потянулся к моим вискам. — Давай попробуем ещё раз.

Только приступить он не успел, в дверь постучались, и после разрешения в гостиную вошли король, королева и незнакомый мужчина с косой необычных волос, перламутровых с лиловым отливом, когда в радужке глаз смешивались голубой и желтоватый цвета. Сразу стало интересно, к какому дому драконов он принадлежит.

— Как успехи, Адам? — властно обратился к лекарю король Каэлан.

— Физически девушка здорова, к памяти пока не пробились. Я и не рискую, — мужчина поднялся, почтительно склонил голову и пожал руку незнакомцу.

Опомнившись, я тоже подскочила и попыталась изобразить поклон.

— Девушки не кланяются в юбке, — мягко улыбнулась королева. — Вечером выделю тебе время, поговорим о хороших манерах.

— Спасибо, королева Галатея, — прошелестела я, невольно кося взглядом на незнакомца.

Может, ничего не помню, но прекрасно понимаю, что его привели во время сеанса с лекарем не просто так.

— Эмма, с тобой согласился встретиться Эндимион Люмирекс, ректор Академии Сфер, — официальным тоном сообщил король. — Просветлённый первого ранга, один из старейших драконов и…

— Что ж ты сразу представляешь меня стариком? — пожурил его ректор, сделав несколько шагов ко мне. — Рад знакомству, мисс Марс. Приятно познакомиться с такой необычной девушкой, — и протянул мне руку.

Вблизи особенно бросалась в глаза разница в комплекциях. Ректор оказался на две головы выше меня и шире в плечах. Приходилось задирать голову, чтобы смотреть ему в глаза. На сухощавом, продолговатом лице играла располагающая улыбка, взгляд наполнял искренний интерес к моей персоне. Особенности фигуры скрадывала синяя мантия, но я почему-то не сомневалась, что он в хорошей форме.

— И мне очень приятно, мистер Люмирекс, — ответила я, стараясь не запнуться на сложной фамилии. — Вы поможете разорвать связь? — предположила с надеждой.

— Сожалею, мисс Марс, я тоже никогда не сталкивался ни с чем подобным. Но могу предположить, мы наблюдаем влияние магии нового для нас мира. Здесь свои законы природы. Меня попросили помочь, как менталиста. Возможно, мне удастся пробиться к вашим воспоминаниям. Не обещаю, но попытаюсь помочь, — он взмахнул рукой, призывая меня присесть на софу.

— Спасибо, — выдохнула я. — Спасибо, — повторила, взглянув теперь на короля и королеву.

Галатея улыбнулась в ответ, Каэлан остался невозмутим.

Я торопливо села и сложила руки на коленях, стараясь не ёрзать от воодушевления. Тихо усмехнувшись, ректор занял место рядом со мной.

— Расслабьтесь, мисс Марс, впустите меня, — он коснулся указательным пальцем моего лба, и голова моментально закружилась.

Меня вновь бросило в водоворот мучительной боли. Перед мысленным взором замельтешили картинки прошлого: резонанс с алмазом лекаря, ужин с принцессой и принцем, поездка во дворец, разговор с Валериусом, попытка похищения, резонанс с янтарём, пугающее пробуждение, самоцветное небо, морда белого дракона, Скай, падение, бег по дорожке и… тишина. Виски сдавило, стало трудно дышать. Я попыталась отпрянуть, но ректор удержал меня за плечо.

— Терпите, — попросил он мягко.

Воспоминания вновь понеслись перед глазами, полёт, падение, бег среди парка. Но дальше была пустота. И сколь бы стремительно я в неё не врывалась, она не спешила расступаться. Боль же нарастала, в голове будто что-то попеременно взрывалось, мысли путались. Не выдержав, я вцепилась в запястье ректора, в стремлении получить свободу. И меня словно окунуло в ледяную воду.

— Щиты! — ворвался в темноту сознания крик ректора, и всё закончилось.

Я распахнула глаза и задохнулась от ужаса. Меня окружала россыпь ледяных шипов. Они парили в воздухе, словно готовые ринуться на поиски жертв. Стало так страшно. Вскрик сорвался с уст, и пугающие снаряды просто упали. Несколько десятков повалилось на обивку софы, остальные разбились ледяными осколками об пол. Тяжело дыша от шока, я подскочила на ноги.

— Что это было? — прошептала, теперь заметив, что всех присутствующих окружают защитные щиты.

— Вы, видимо, вступили в резонанс с моими самоцветами, — прочистив горло, пояснил ректор, первым избавляясь от защиты. — Вам было больно, вы на подсознательном уровне желали защититься, и всплеск магии вылился в создание атакующих конструкций. Не нужно волноваться и корить себя, мисс Марс, это рефлекторная реакция.

— Как же не волноваться? — я опустошённо всплеснула руками. — Ведь могла вам навредить.

— Мы подготовленные маги, — неожиданно спокойным тоном возразил король. Будто ничего особенного не произошло. — Поэтому успели среагировать. Подобное бывает с магами моложе.

— Всё в порядке, — улыбнулась королева.

— Ты что-нибудь увидел? — теперь Каэлан обращался к ректору.

— Нарвался на ментальную стену. Непроницаемую даже для меня, — покачал он головой, приглядываясь ко мне внимательно, с интересом. — Возможно, девушка имеет предрасположенность к ментальной магии. И перед ударом желала что-то скрыть.

— Что, например? — насторожился король.

— Что угодно. Это просто установка. Например, скрыть от матери, что потратила все карманные деньги. И это желание вылилось в ментальную команду.

— Хочешь сказать, потеря памяти связана с ментальным блоком?

— Судя по всему, — кивнул ректор.

— То есть я сама не даю себе вспомнить? — нахмурилась в недоумении. — Разве моего желания вернуть память недостаточно?

— Магия сложна, особенно ментальная. Желания мало, ты мысленно сформировала плетение блока и активировала его. Значит, теперь тебе предстоит его распутать.

— И как это сделать? — за расстройством от неудачи пришла надежда.

Теперь хотя бы понятно, что со мной происходит.

— Развиваться в ментальной сфере, — улыбнулся он как-то предвкушающе. — Самородок, способный вступить в резонанс с разными видами самоцветов, сильный менталист. Не понимаю, по какой причине ты до сих пор не поступила в академию. Возможно, дело в молодом возрасте. Но можно исправить это упущение. Я согласен, заберу её, — сообщил королю.

— Что вы имеете в виду? — напряглась я.

— Похоже, придётся идти по этому пути, — пробормотал Каэлан.

Ни король, ни королева не выглядели удивлёнными, будто знали, к чему может привести этот разговор, и заранее всё обсудили. За моей спиной…

— Ты поступишь в Академию Сфер. Там ты сможешь начать работу над снятием блока. Но что особенно важно, будешь находиться на безопасном расстоянии от Ская, — пояснил успокаивающим тоном Люмирекс.

— Что ж, мы подготовим Эмму к поступлению. Если ты согласен взять её после начала учебного года, мы с благодарностью воспользуемся возможностью, — вежливо ответила Галатея.

— А без академии никак не получится? Учиться долго, а мне неизвестно ничего о себе и мире. Очевидно же, мне не дотянуть до уровня других адептов, — возразила я. — Вы же маг и менталист. Неужели вы сами не можете распутать наложенный блок?

— Могу попытаться, да только не вижу смысла рисковать твоей жизнью. Ментальная магия опасна. Но тебе в любом случае нужно поступить учиться, и ты должна находиться рядом со Скаем, — ответил ректор сдержанно.

И почему-то показалось, что возвращение памяти стоит последним в списке его приоритетов.

— Не переживай, Эмма, — королева подошла ко мне и бережно обняла за плечи. — Скай поможет тебе влиться в жизнь академии.

«Это вряд ли. Он меня ненавидит», — подумала я про себя уныло, но заставила себя кивнуть и улыбнуться.

Они всё решили, а у меня и нет выбора. Мне тоже нужно находиться возле Ская, иначе погибну.

— Не расстраивайтесь, мисс Марс. Академия — ваш путь в будущее. Вы получите образование, практику, доступ к самоцветам, с которыми сможете вступить в резонанс. Перед вами открываются огромные перспективы, — воодушевлённо перечислил Люмирекс.

— Да, наверное, — согласилась я, пытаясь подавить уныние.

Мне нужно с чего-то начинать. Не сидеть же целыми днями во дворце. И не раз упоминалась необходимость находиться рядом со Скаем. Он тоже учится в академии? Почему-то казалось, он намного старше. Впрочем, постепенно всё выяснится.

Ректор вновь усадил меня на софу, но больше не пытался пролезть в мои воспоминания, а принялся рассказывать об академии. Как оказалось, там действует распределение по стихийной направленности. Первые два года потоки обучаются вместе, потому проходит распределение на специальности в зависимости от предпочтений учащихся и способностей. Учебный год начался полтора месяца назад, но мне из особого расположения к алмазным правителям разрешалось поступить вне конкурса, о чём ректор не забывал повторять. Последнее явно больше для королевских ушей, чем для моих. Ректор попытался ещё расспросить о внутренних предпочтениях в стихиях, но ничего не добился. Так что вскоре он засобирался обратно в академию.

А я осталась один на один с королём и королевой. Началось новое обсуждение, на этот раз условий моего отъезда. Каэлан приступил к общению издалека, рассказал про политические сложности и возможные удары по Скаю.

— Валериус объяснил мне вкратце, что может произойти, — мягко вклинилась я в его монолог. — Мне бы не хотелось становиться… пешкой… в ваших… хм… сложных отношениях с другими высокими домами. Как можно меня обезопасить от интереса… ваших конкурентов?

— Как легко с умными собеседниками, — жёстко улыбнулся король. — Мы подпишем договор о неразглашении. Он будет подкреплён магической клятвой. Пока договор действует, твои показания не смогут использоваться в суде или уж тем более в прессе. Это и обезопасит тебя от большинства неприятностей.

— Не от всех?

— Академия полна драконов, к произошедшему будут проявлять интерес, не всегда корректный. К этому нужно быть готовой, Эмма.

— Но ты можешь сообщать правду, за исключением некоторых моментов, — Галатея умела лишь одной улыбкой сгладить ситуацию. — Можешь рассказать, что упала и ударилась головой, Скай спас тебя и решил помочь с поступлением, раз ты лишилась памяти.

— Да, так будет проще, — мне стало чуточку легче.

Не придётся врать и изворачиваться. Пару раз расскажу про спасение, и меня оставят в покое.

— К тебе приставят охрану. Лучше не покидать без повода территорию академии. Тем более, из-за… твоей особенности случилась одна попытка похищения. Мы сделаем всё, чтобы такого больше не повторилось. Но невозможно охранять того, кто беспечен, ты же понимаешь, Эмма? — уточнил король.

— Конечно, — кивнула я.

Может, и хотела бы пройтись по городу в поисках нитей прошлой жизни, но это наверняка можно организовать безопасно, без риска для моей свободы.

— Раз ты всё понимаешь, перейдём к вопросам компенсации, — продолжил король. — Тебе будет выдана достаточная для безбедной жизни сумма самоцветов. Кроме того, академия не станет требовать отработки полученных знаний, после года общественно-полезных работ ты сможешь работать по специальности свободно.

— Общественно-полезные работы?

— Мир нов для нас, а раса драконов малочисленна. Во многих важных сферах банально не хватает рук и специалистов, потому адепты привлекаются к различным работам. Естественно, не бесплатно, но в обязательном порядке. Получение образования, конечно, растягивается во времени, но обустройство на новом месте и изучение местности важнее, — терпеливо объяснил он.

— Понятно. Спасибо за пояснения, король Каэлан.

— Вот, ты быстро схватываешь. Уверен, в академии не возникнет проблем, — на губах мужчины появилась сухая улыбка.

— Если и возникнет, Скай поможет тебе справиться, — Галатея взяла меня за руку и успокаивающе погладила моё плечо.

Дверь в комнату открылась, и в помещение ворвался Скай. Судя по учащённому дыханию, он спешил. В серебряных глазах пылало бешенство. И пусть меня пугал возможный взрыв, но я жадно потянула носом воздух, пытаясь ощутить его волнующий аромат.

— Отец, мама, — на удивление сдержанно для демонстрируемой злости произнёс он, — мне встретился по пути ректор Люмирекс. Он сообщил о поступлении Эммы в академию. Это правда?

— Правда, — закивала королева. — Учебный год начался, но ректор согласился устроить поступление Эммы.

— Я против, — прямо сообщил он, а я вздрогнула и сжалась, когда негодующий взгляд сосредоточился на мне.

— Почему? — удивилась я.

— Почему? Ты неспособна произнести и предложения, чтобы не начать мямлить или краснеть. Ничего не помнишь, магией пользоваться не умеешь, камней в резонансе не имеешь. Тебя там сожрут и не подавятся. Откажись, Эмма, — почти потребовал он.

Он говорил о том, что вызывало во мне опасения, но из его уст это звучало словно обвинение. В моих чувствах к Скаю не было логики, но стало так грустно и больно. Он мне никто, он спасал меня, чтобы исправить свою же ошибку, без утайки демонстрирует неприязнь, по его вине я лишена прошлого, но после всех его поступков и слов мне не удаётся возненавидеть в ответ.

— Скай, зачем ты пугаешь Эмму? — возмутилась Галатея. — В академии прекрасные преподаватели, серьёзные конфликты между адептами исключены, а если и возникнут, ты сможешь сгладить ситуацию.

— Мама, ты проходила обучение в академии среди таких же аристократов, как и ты, и совершенно незнакома с академией Элизиума. Моё покровительство, наоборот, создаст для Эммы большие проблемы. Я не…

— Других вариантов нет, сын, — бескомпромиссным тоном оборвал его король. — Тебе нужно вернуться в академию, вас нельзя разъединять.

— Снимите ей квартиру, пусть живёт возле академии, — раздражённо потребовал Скай.

— И как ты собираешься посещать отработку, не привлекая лишнее внимание к вашей проблеме? Рано или поздно станет ясно, что вы находитесь рядом неспроста, — сурово произнёс король.

— Да и она не собачка носиться за тобой следом, — недовольно отметила королева.

— За такие деньги можно и побегать. Да и связь очевидна. Её видно без особых усилий, — ответил он, взмахнув рукой, и даже будто попытался поддеть протянувшуюся между нами нить.

На миг и я увидела её размытый силуэт, но тот сразу скрылся.

— Ты видишь вашу связь? — изумлённо переспросила королева.

— Конечно. При обычном магическом зрении, — ответил хмуро Скай. — Но вы… не видите?

— Нет, — качнул головой король. — И хватит споров, Скай. Академия — самое безопасное место для Эммы. Ты сможешь опекать её. Ректор поставит вам обоим одинаковое расписание работ. На этом всё. Мы позже поговорим и о других причинах, — и многозначительно посмотрел в глаза сына.

Скай сердито выдохнул и дёрнул подбородком.

— Очевидно, что моё мнение не учитывается, — ответил он как-то отчаянно и зло.

Взгляд серебряных глаз снова сосредоточился на мне. На этот раз хмуро и недовольно.

— С поступлением в академию, Эмма. Искренне сочувствую.

— Выйди вон! — рыкнул король, и я резко выпрямила спину.

Даже захотелось рвануть прочь вперёд принца, потому что сила мужчины сдавила виски и буквально потребовала подчинения.

— Как скажет король, — а вот Скай даже не поморщился, поклонился и направился прочь, больше не глядя на меня.

Я опустила голову и судорожно выдохнула, пытаясь подавить наворачивающиеся на глаза слёзы. Моя память потеряна, меня лишили всего. Это я должна ненавидеть, но почему-то выходит наоборот…

/Скай Стеллар/

— Ты обязан наладить с ней ровное общение, — в очередной раз напомнил отец, пытаясь вбить в меня эту мысль. — Не понимаю, что с тобой происходит. Ведёшь себя, словно ребёнок.

— Она пострадала по моей вине, чуть не погибла, а вы бросаете её в пекло академии. Естественно, я недоволен, — ответил, стараясь, чтобы голос звучал ровно, и глянул на хмурое небо.

За куполом царило ненастье. Дождевые капли бились о сияющее стекло, но не могли просочиться сквозь него. Там снаружи клубились тучи, бушевал ветер, ярилась стихия, а здесь растекалась привычная и такая надоевшая тишь. Я мечтал о моменте, когда надобность в куполах отпадёт, и драконы смогут свободно взмывать в небо, наслаждаться дуновениями ветра, нежностью солнечных лучей и буйством бурь, но в моих силах лишь помогать с изучением местности, расширять знания о мире вокруг. Только принцу редко выпадает распределение в исследовательские группы. А теперь я и вовсе лишён своей ограниченной свободы, ведь привязан к Эмме.

— Ты преувеличиваешь проблемы. Лучше бы переживал о том, как уберечь её от бед за пределами академии. Внутри мало кто посмеет действовать, но снаружи возможно всякое. Её уже раз пытались похитить. Судя по всему, её выпроводили из госпиталя специально.

— Да, она растерялась, когда я её обвинил, — припомнил хмуро. — Думаешь, отправили в лапы похитителей?

— Возможно. Но лучше не заявлять о своих выводах. Я предпочитаю следить и выжидать, чем вступать в конфликт с орденом милосердия. А от тебя требуется оберегать девушку, от которой зависят твоя жизнь и… свобода. Если она откажется от сотрудничества, может добиться и… приговора о тюремном сроке за причинение вреда.

— Я помню.

— Пока не похоже, что ты помнишь. Эмма боится тебя. Сжимается от твоих взглядов.

— Позволь мне самому разобраться, — огрызнулся я. — Не маленький.

— Я волнуюсь, сын, — он похлопал меня по плечу. — Да и девушка… не выглядит злодейкой. Я не желаю ей зла. Иначе бы задумался о том, освободит ли тебя её смерть.

Слова отца звучали жёстко, вызывая бурю тревоги в душе.

— Но если всё подстроено… — продолжил он.

— Даже если так, это не повод для убийства, — сипло возразил я.

— Конечно, — он вновь хлопнул меня по плечу. — Оберегай её. Следи. Безопаснее всего было бы добиться академического отпуска для тебя и запереть вас во дворце, но нам не позволят.

— Понимаю.

После не самой красивой сцены в покоях Эммы мы с отцом поговорили. И стало ясным, что и он пленник обстоятельств. Валериус практически требует поступления девушки в академии, потому ректор и пошёл на столько уступок для неё и для нас. Впрочем, не последнюю роль явно играют способности самой Эммы. Она не только самородок, но и универсал, способный вступить в резонанс с как минимум двумя стихиями камней.

Нюх защекотал грозовой аромат, и я ощутил присутствие Эммы до того, как мама заявила о себе:

— Мы готовы, можно отправляться, — обнимая девушку за плечи, она подвела её к нам.

Эмма изобразила внезапно изящный реверанс, приветствуя короля. Похоже, урок с королевой не прошёл для неё даром. Как и общение с модисткой. Форма академии сидела как влитая, строго и одновременно соблазнительно. Жакет подчёркивал тонкую талию, плиссированная юбка демонстрировала стройные ноги. Зелёный цвет одеяния приятно гармонировал с серыми волосами и серовато-белыми глазами, придавая им аквамариновое сияние. Белый бант на шее сообщал о её распределении на факультет воздуха, но я бы хотел увидеть её в чёрном. Раз при первой встрече предстала обсидиановой, значит, земля ей ближе. Но отец мог без проблем снабдить её только алмазами.

— Нельзя было заказать юбку длиннее? Мне отбивать её и от заинтересованных самцов? — проворчал я, решив дышать только ртом.

Аромат Эммы снова лишал равновесия. Хотелось бежать от неё как можно дальше, чтобы восстановить контроль, и в то же время дышать ею бесконечно. Странное чувство, пугающее. Я не привык терять самообладание из-за запахов.

— Мне сказали, это длина подходящая. Я тоже просила длиннее, — Эмма расстроенно подёргала юбку, пытаясь скрыть колени.

— У тебя красивые ноги, не нужно их прятать, — успокоила её мама. — Когда ты стал чопорным стариком, Скай? — поддела она меня.

— С тех пор как мне на шею повесили подопечную, — ответил я сдержанно. — Мы поедем. Эмма, в карету.

Девушка вновь присела в реверансе и поспешно засеменила к транспорту.

— Не приказывай ей, — прошипела мама, когда приблизилась, чтобы поцеловать меня в щёку.

— Пусть слушается, — поморщился я, пожимая руку отца. — Гораздо хуже, если начнёт бунтовать.

— Ты невыносим после… — мама замолкла, недовольно поджав губы.

— Может, ты недостаточно хорошо меня знаешь, — отозвался я, и она вздрогнула, серебряные глаза потускнели.

Соглашение сфер требует от меня бо́льшую часть времени проводить в Элизиуме. Мы все заложники обстоятельств.

— Прости, — выдохнул.

— Ты мой сын. Я хорошо тебя знаю, — она вновь приблизилась и обняла меня. — Поэтому надеюсь, скоро ты расскажешь, что тебя тревожит на самом деле.

Сердце сжалось в тревоге. Я ведь действительно всегда веду себя сдержаннее, но запах Эммы, одно её присутствие в жизни выводит из равновесия.

Обменявшись прощальными словами с родителями, я запрыгнул в карету. Эмма скромно сидела у окна и читала. К сожалению, книгу Валериуса, а не мою. Это моментально взбесило, хоть для подобных эмоций и не было причин, ведь безопасник действительно передал ей весьма полезную вещь.

— Что бы родители не говорили, я не собираюсь вешать тебя на шею и выполнять твои капризы. Будешь делать, что я скажу, подчиняться во всём, и тогда выживешь. Не доставляй мне проблем.

Эмма вздрогнула, подняла ко мне растерянный взгляд.

— А если… меня не устроят твои условия? — спросила она бесцветным голосом, и её ладони порывисто сжались в кулаки, словно она готовилась защищаться.

Смешная и глупая.

— Тогда я превращу твою жизнь в академии в кошмар, — припечатал я, сурово глядя в её наполнившиеся опасениями глаза. — Будь послушной, Эмма.

Она коротко выдохнула, но не ответила. Вместо этого вновь опустила взгляд к книге.

Пальцы её подрагивали, запах будто усиливался, выдавая внутренний раздрай.

— Поспрашивай в академии, кто я и кто мои друзья. Это поможет сделать правильные выводы, — посоветовал ей.

— Скай? — позвала она, продолжая смотреть в книгу.

— Что?

— Давай помолчим. Мне нужно читать.

— Как скажешь, — выдохнул я раздражённо, откидываясь на спинку сиденья.

Возникло малодушное желание распахнуть окна, чтобы выветрить запах Эммы, но я отбросил эту идею. Если не получается совладать со странной реакцией, буду учиться с ней жить.

/Эмма Марс/

Мы возвращались в Элизиум. Теперь я знала, что соединяющий Адамантию и центральную сферу тоннель назывался алмазным. Скай снизошёл до объяснения, когда я перестала внутренне кипеть и решилась задать ему вопрос.

Его присутствие волновало, лишало самообладания, его слова ранили, словно кинжалы. Меня потряхивало от невозможности определиться с отношением к нему. Вот и сейчас я дала себе слово больше не разговаривать с ним в пути, но меня хватило только на полчаса.

— Как ты поняла, каждый тоннель назван по тому же принципу, — продолжил он меланхоличным тоном, задумчиво глядя в окно. И я могла без утайки любоваться им. Сегодня он отвёл волосы назад, что придавало остроты ярким чертам. — Алмазная трасса ведёт к сфере алмазного дома Адамантии, обсидиановая трасса к сфере обсидианового дома Ашфелду, нефритовая к Сабрии, опаловая к Миражии, янтарная в Бернстел Марш, рубиновая в сферу Сангвара.

— Всего шесть высоких домов, но в книге… их больше.

— Шесть самых многочисленных по составу домов построили себе сферы, — терпеливо ответил он. — Остальных намного меньше. Вулкан погружал на морское дно целые материки. Многие погибли.

— А чем ордена отличаются от домов? Упоминается орден знаний и…

— Это чаще всего религиозные объединения со своим сводом правил. Может, заметила, лекари облачаются в салатовые одежды. Они входят в орден милосердия. Поклоняются и возносят молитвы богине Алайе. Ректор носит синюю мантию, как и все представители ордена просветлённых. Они молятся Элидиусу, богу знаний и истины.

— Мне слышится скепсис в твоих словах… — отметила я осторожно.

— Мы теперь в другом мире. В том мире боги нас не спасли, чем помогут в этом? Да и ордена… там теперь чистая политика. Подставы, карабканье по ступеням с целью возвышения. Это сложная тема, о которой лучше читать, а не спрашивать, Эмма, чтобы не нарваться на неприятности.

— Снова политика, — вздохнула я.

— Да, — поджал он губы, но решил не продолжать разговор.

А я вновь опустила взгляд к книге и очень постаралась сосредоточиться на чтении. У меня даже выходило, пока карета не въехала в Элизиум. И тогда я предпочла присмотреться к окну.

И на окраине города дома строились в едином стиле из светлого камня, все ровные, новые, красивые. Как и огороженные невысокими оградами дороги, лавки и многочисленные скверы. Вдали виднелся белокаменный дворец с четырьмя башнями и острыми золотыми шпилями. Но больше всего меня поразила академия. Она оказалась сферой под сферой. Выстроенные кру́гом здания окружал стеклянный купол. По крайней мере, по словам Ская.

— Основных выходов два. Пропуска универсальны и индивидуальны, позволяют вход и на территорию, и в личную комнату, и в некоторые помещения по запросу. Их наносят на кожу в виде знака из самоцветной краски, — объяснял он, пока я с приоткрытым ртом любовалась разноцветным сиянием окружающих академические здания стёкол. — Нанесением обычно занимается куратор курса, но тебе знак нанесёт ректор лично. Только об этом лучше молчать. Чтобы уж слишком не выделяться, Эмма, — последние слова он произнёс с нажимом, заставляя меня оторваться от лицезрения красоты.

— Вряд ли выйдет не выделяться, — я дёрнула прядь серых волос.

— Я думал, отец выделил тебе пару алмазов.

— К сожалению, те, что находились во дворце, мне не подошли, — вздохнула я. — Король Каэлан говорил, следующая партия поступит через…

— Две недели, — раздражённо продолжил за меня Скай. Думала, он снова злится на меня, но оказалось, дело в другом. — Без камней будет сложнее.

Он с сомнением присмотрелся к своему браслету, но как-то сердито опустил манжету зелёного форменного пиджака.

Слуга выставил два чемодана с моими вещами, Скай их поднял и понёс к входу. Я лишь успела схватить сумку и повесить её на плечо. Королева постаралась обеспечить меня всем необходимым для учёбы и даже не совсем важным, например, косметикой и духами.

— Не отставай, — бросил Скай, продвигаясь к главным воротам.

Они были сооружены из стекла и металла, которым придали кристаллическую форму камней. Сеть зданий окружал непроницаемый, высотой в пять метров белокаменный забор. От него поднимался тонкий металлический каркас в виде шестигранников, с листами стекла между ними и вкраплениями разноцветных камней.

— Здесь красиво. И так много всего.

— Привыкнешь. Сориентируешься. Скоро даже заскучаешь, — ответил он сухо.

Внутри нас ждало фойе со скамьями и пропускным пунктом. И здесь тоже в оформлении преобладали стекло и металл. Пока я восхищённо осматривалась, Скай пообщался с охраной и двинулся дальше. Пропускной пункт остался позади, и мы ступили на ровную мощённую камнем дорожку, вдоль которой тянулись аккуратные цветочные кусты, перемежающиеся невысокими деревьями. Всё свободное от зданий и дорог место устилал зелёный ковёр. Вот только не слышалось шелеста ветра, не жужжали насекомые, из-за купола здесь наверняка не шли дожди, не случались снегопады.

— Фальшиво, да? — усмехнулся Скай.

— Пусто, — выдохнула я. — Но красиво.

Дорожка пробегала между двумя зданиями и вела к окружённому деревьями полю. Оттуда доносились крики, слышались вспышки и хлопки.

— Что там? — уточнила, останавливаясь на развилке.

— Там парк, зона отдыха, спортивное поле с щитом, — Скай тоже остановил быстрый шаг и развернулся ко мне.

— На таком вы играли в мяч?

— Рунебол. Только в центральном парке, — скривился он. — Щиты в академии надёжнее. Правда, сомневаюсь, что дело было в силе удара…

— Ты по-прежнему подозреваешь меня? — напряглась я.

— Нет, — качнул он головой и серьёзно посмотрел мне в глаза. — Только ту, кем ты была…

Серебряные глаза Ская вспыхнули опасным огнём, и по моему телу пробежал холодок.

— Ты… тоже адепт? — совершенно невпопад спросила я.

То, как он говорил, как вёл себя, казалось, он далеко не ученик академии, а взрослый мужчина.

— Да, по местным меркам, — поджав губы, ответил он и отвернулся. — Идём, Эмма, я не намерен возиться с тобой весь день.

Он двинулся дальше по дорожке к зданию администрации академии. Я засеменила за ним. В голове роились сотни вопросов, но, казалось, если задам их все, Скай взорвётся. Потому мне оставалось только молча следовать за ним и жадно осматриваться.

— Вся администрация заседает здесь, — сообщил он, входя в двухэтажное компактное здание, расположившееся между двумя пятиэтажными исполинами. — Ректор, в том числе. Все важные вопросы в плане учёбы, отработки, выходных и переводов решаются здесь. Жилищные вопросы решаются с комендантами жилых зданий на месте.

— Королева говорила, меня определят к тебе, — произнесла тихо. Спина Ская заметно напряглась, но он только кивнул. — Что это значит? — уточнила, иначе вряд ли бы дождалась пояснений.

— Как и я, ты на факультете воздуха. Мы будем проживать в одном здании. Только ты в женской половине.

— А я смогу… ну… с воздухом… эм… колдовать?

— Не уверен. Но этот вопрос будет решаться с куратором курса, а не со мной. Хотя по мне очевидно, что тебе нужно на факультет земли.

— У меня были обсидианы, — закивала я расстроенно, и перед мысленным взором вновь предстал тот странный сон.

Незнакомец надо мной и браслет с россыпью камней в его руках.

— Скай! — раздались женские голоса, и к нам подлетели две незнакомки.

Красивые, подтянутые, в зелёной форме академии.

— Где ты пропадал⁈ — нефритовая тонкая драконица с длинными вьющимися волосами повисла на руке алмазного, призывно заглядывая в его глаза.

— Да, мы соскучились, — пропела миниатюрная брюнетка с короткой миловидной стрижкой, цепляясь за его вторую руку.

— Виола, Гвинет, рад встрече. У меня были дела в Адамантии, — сдержанно ответил он, реагируя недовольством на внезапную задержку.

Может, дело не во мне, и он всегда такой раздражительный и грубый?

— А чем ты занимаешься? Чьи это чемоданы? — нефритовая, видимо, Виола, внимательно присмотрелась ко мне.

Зелёные глаза приоткрылись от удивления, но в них тут же зажглось любопытство.

— Это же самородок. Кто она? — обсидиановая тоже принялась рассматривать меня с живейшим интересом.

Стало не по себе. Девушки явно не страдали излишним чувством такта.

— Новенькая. Я вызвался проводить её до ректора, — равнодушно ответил он. — И вы нас задерживаете.

— Да, прости, — Гвинет первая отпустила Ская и подмигнула мне.

— До встречи, — а вот Виола мазнула пальцем по его подбородку, прежде чем выпустить из наглой хватки.

В душе поднялась настоящая буря негодования, потому я сумела лишь кивнуть девушкам, после чего поспешила за двинувшимся прочь Скаем. Показалось, он не придал значения встрече, когда во мне она оставила недоумение.

— Виола… вы… к-хм… близки? — предположила я.

— Виола и Гвинет главные стервы академии. Наглые, беспринципные. Дружи с ними, не спорь. Как только полезут с расспросами, удовлетвори их любопытство, и тогда они отстанут.

— Поэтому они так себя ведут?

— В моём случае это знак особого расположения. Виола хочет влиться в нашу узкую компанию.

— Какую?

— Поспрашивай, узнаешь, — поморщился он, останавливаясь возле двойных резных дверей из непроницаемого матового стекла, и коснулся кристалла на ручке.

Тот сразу мигнул, видимо, позволяя вход. Двери распахнулись сами собой. За ними нас встретил обширный светлый кабинет с преобладанием в оформлении белого, серебряного и синего. Ректор восседал за столом с белоснежной столешницей и серебряными металлическими ножками, просматривая какие-то документы.

— Я вас ждал, — он махнул рукой, предлагая нам занять кресла напротив его стола.

Как и в первую встречу предстал в синей мантии. Разве что перламутровые с лиловым отливом волосы сегодня свободно спадали за его спину.

— Добрый день, ректор Люмирекс. Вряд ли я нужен здесь. Если вы назовёте номер комнаты Эммы, я отнесу её вещи, — заявил Скай, и в моей груди моментально поднялась паника.

Как же мне сориентироваться здесь без него и умудриться найти жилое здание?

— Пятый этаж, пятьсот двенадцатая, — ответил ректор. — Отрадно, что ты заботишься об Эмме.

— Стараюсь, — ровно ответил Скай и просто ушёл, больше не взглянув на меня.

Дверь за ним закрылись, я осталась один на один с ректором.

— Не бойся, Эмма, — сознания коснулись успокаивающие волны, но вмешательство в мысли лишь усилило мои тревоги, потому я отпрянула от чужого влияния.

Ректор рассмеялся, помотав головой.

— Не вижу на тебе камней.

— Их нет.

— Хм… — отозвался он задумчиво. — Присаживайся, Эмма. Я не кусаюсь.

Я заставила себя собраться и заняла место напротив письменного стола. В конце концов, ничего особенного не происходит, только общение перед поступлением в академию.

— Страшно? — предположил он с располагающей улыбкой на губах.

— Да, я боюсь заблудиться без Ская, — призналась честно.

— Я дам тебе путеводитель. Он укажет путь.

— Спасибо.

— Но начнём мы с тобой с определения стихии.

— Меня же распределили на факультет воздуха, — возразила я.

— Только чтобы быть ближе к Скаю, — он придвинул ко мне по столешнице полупрозрачный шар на золотой подставке. — Стихийная направленность является основополагающей в магическом искусстве драконов. Бывают драконы чистой стихии, бывают смешанной. Скай и все чистокровные алмазные как раз драконы чистой стихии, им подчиняется воздух. Но ты самородок, тебе предстоит определить, какая стихия ближе тебе по духу, чтобы начать развивать свои силы и в дальнейшем определиться, в какую из сфер ты желаешь углубиться.

— Да, я поняла. По дороге читала.

Книгу Валериуса. Быстрее бы дочитать, сделать заметки и вернуть её пугающему безопаснику.

— Тогда начнём. Положи обе руки на артефакт.

Кивнув, я придвинула к себе шар за золотые ножки и выполнила инструкцию ректора. Думала, дальше понадобится сосредоточиться, но больше мужчина ничего не сказал, лишь вгляделся в помутневшее стекло. А там начали вспыхивать искры, клубиться ветер, сиять свет, плавиться металл. И так по кругу, словно стихии взъярились в нежелании определить, что мне больше подходит.

— Достаточно, — заключил ректор. — Ты действительно редкость.

— Что это значит? — осторожно спросила я.

— Ты универсал, Эмма. Можешь взаимодействовать с любой стихией. Надеюсь, ты понимаешь, что о таком лучше не рассказывать, — предупредил он, став предельно серьёзным.

— Понимаю.

Может, сон в госпитале был вовсе не сном, и тот браслет с разными камнями мне не привиделся?

— Хорошо, что понимаешь. Но пойдём дальше… — ректор отставил в сторону артефакт. — Тебе наверняка рассказали, что мы недавно в этом мире, всего двадцать лет. Месторождения разрабатываются, но добытчики расширяют зону поиска осторожно. Камни поступают в города раз в две-три недели.

— Алмазы во дворце мне не подошли, — посетовала я.

На самом деле в распоряжении короля их было не так уж и много, поэтому не стоило и ждать чего-то особенного от академии. Так и вышло. Выставленные ректором камни не реагировали на мою силу. Точнее, алмазы и обсидианы не спешили вступать со мной в резонанс. Мне отозвался только небольшой плоский нефрит.

— Невероятно, — улыбнулся ректор, разглядывая меня во все глаза.

Видимо, он понял моё желание тоже оценить изменения, потому создал передо мной магическое полупрозрачное зеркало. Волосы и глаза окрасились в зелёный. Я вновь не узнавала себя в отражении.

— Надеюсь, ты понимаешь, что нефрит придётся оставить? — мягко спросил он.

— Мне нельзя демонстрировать взаимодействие с другими камнями, — произнесла я ровно, укладывая камень обратно на мягкую бархатную перину металлической коробки.

Умом понимала причины, а принимать душой не желала. Я бы предпочла слиться с представителями любого дома драконов, чтобы больше никто не останавливался возле меня в изумлении и не пытался похитить. Но, к сожалению, нужных камней не нашлось. Поэтому волосы вновь стали серыми, а глаза почти белыми. Такой мне и предстоит показаться адептам академии, места, которое на долгие годы станет для меня домом, ведь другого у меня нет.

— Не расстраивайся. Уверен, в следующей партии найдутся подходящие камни, — подбодрил меня ректор. — А теперь самое скучное. Надо подписать документы и заполнить несколько анкет. Анкеты, кстати, можешь забрать с собой и отдать куратору курса.

Ректор передал мне папку для ознакомления и подписания. Я погрузилась в чтение, а он вернулся к прерванной работе. Вот только и здесь произошла заминка.

— Хм… — пробормотал ректор, рассматривая подписанные мной документы и заполненные анкеты.

Последние касались мерок одежды и предпочтений, потому я решила сразу их заполнить, ведь только позавчера общалась с модисткой. Но, видимо, что-то сделала не так.

— В чём проблема?

— Возможно, ты из… малочисленного дома. Язык письма… хм… Надо обновить твоё языковое заклинание.

— Но я понимаю вас, и алмазных, и рубиновую. И читаю.

Естественно, от меня не укрылось, что представители разных домов и общаются на разных языках, но я легко их понимала, как и они меня. Королева объяснила это всеобщим языковым заклинанием.

— Видимо, при ударе изменилось и его содержание. Не переживай, это быстро. Сделаю вместе с пропуском.

— Спасибо, — постаралась улыбнуться.

Как оказалось, я не умею писать. По крайней мере, так, чтобы меня понимали.

Дальше ректор попросил протянуть ему руку. Он аккуратно нанёс белой краской герб академии на тыльную сторону ладони. Тихое заклинание, несколько пассов пальцев, и знак наполнился силой, полностью впитываясь в кожу.

— И последнее. Мне нужно несколько капель твоей крови для… внесения в сеть академии.

Прежде чем я ответила, он развернул мою ладонь и уколол указательный палец неизвестно откуда взявшейся иголкой.

— Это точно необходимо? — почему-то забор крови вызывал неприятие.

— Безусловно, — ответил он, сцеживая несколько сероватых капель в бутылочку.

Через миг те кристаллизовались, обращаясь прозрачными камушками.

— На этом организационная часть завершена. Теперь тебе нужно разместиться в комнате и завтра начать посещение занятий. Расписание, как и важную информацию, можно смотреть через версо. Ты же его не забыла?

— С собой, — с трудом подавив желание сунуть раненый палец в рот, я вытянула из кармана жакета тонкую овальную пластинку, больше похожую на зеркало.

Мне сказали, что это артефакт для связи и общения на расстоянии и одновременно накопитель информации.

— Отлично. Тебе придут данные для входа в поток академии. Версо-дух сможет выдавать по запросу всю необходимую информацию. Конечно, можно ознакомиться и с бумажным аналогом расписания в основном здании и на первом этаже административного здания. Ты наверняка заметила стенд.

На самом деле мысли занимала встреча с главными стервами академии и их отношение к Скаю, потому оглядывалась я мало, но признаваться было стыдно, потому мне оставалось только кивнуть.

— А это путеводитель, — он придвинул мне по столешнице круглый камушек. — Активируешь его, и он укажет путь.

— Спасибо, ректор Люмирекс.

— Удачи, Эмма. Думаю, нам с тобой предстоит интересный год, — мужчина как-то предвкушающе улыбнулся и поднялся вместе со мной. — Удачи, — вновь повторил.

Оформление прошло быстро и весьма увлекло, но стоило выйти в коридор, как на меня накатила тревога. Как тогда, перед уходом из госпиталя. Мне снова предстояло самостоятельно выйти в этот огромный новый мир и постараться не попасть в неприятности. Скай достиг цели, я не чувствовала себя в безопасности под куполом академии. Но придётся двигаться дальше, идти вперёд и не позволять себе сдаваться, если хочу вернуть свою жизнь или… построить новую.

Я медленно выдохнула, смиряя эмоции, и двинулась прочь от кабинета ректора. В фойе действительно заметила стенд с расписанием, но поняла, что не знаю, в какую группу меня определили. Наверняка вся информация есть в версо, но и с ним пока не удалось до конца разобраться. Похоже, придётся искать Ская и просить его о помощи. И он снова будет злиться, прожигать меня раздражённым взглядом, а я вновь и вновь буду вдыхать его волнующий запах и сходить с ума от непонимания чувств к нему.

— Лучше сама, — вынесла вердикт я, глянув на версо в руке, но предпочла убрать артефакт в карман.

Если разобью его о дорожку, тогда точно придётся идти плакаться Скаю.

Здание я покинула благополучно, а на улице попыталась активировать шарик. Да только у меня не получилось. К счастью, вышедшая из здания женщина любезно активировала путеводитель. Как оказалось, его надо наполнять магией, что мне на данный момент недоступно. Она тоже смотрела на меня с любопытством, но удержалась от вопросов и бестактного рассматривания.

Шарик подлетел вверх, ровным голосом уточнил, куда нам нужно добраться, и неспешно полетел над дорожкой, указывая путь. Некоторое время всё шло нормально. На пути встречались адепты, поглядывали на меня с изумлением, но подходить не решались. Вскоре шарик повернул на развилке к центральной зелёной зоне отдыха. Здесь адептов было больше: они отдыхали на траве, сидели на скамейках, в беседках, общались, читали, играли и веселились.

Двое парней, обсидиановый и янтарный драконы, перекидывались летающим диском. Я проходила рядом с ними с опаской. Казалось, и этот снаряд решит сбить меня с ног. Но произошло нечто другое. Янтарный отбежал назад, пытаясь поймать диск. У него вышло, но только в прыжке. Так что он повалился на дорожку. Благо, только передо мной. И мне пришлось резко остановиться, чтобы об него не споткнуться. А он улыбнулся задорно, глядя на меня снизу вверх, подмигнул золотым глазом и вдруг поддел подол моей юбки, на миг приподнимая его с явным намерением рассмотреть бельё.

— Эй! — я отскочила от него и скрестила колени. — Ч-что… ты… себе позволяешь⁈

Ошеломление за миг сменилось злостью.

— Ты бельё у бабушки одолжила? — рассмеявшись, он рывоком подскочил на ноги.

Я подлетела к нему раньше, чем подумала, и толкнула в грудь. Он не успел поймать равновесие и вновь рухнул на дорожку. Собственные действия испугали, да только парень явно не расстроился.

— Ладно, посмотрю ещё, — расхохотался он, вновь потянувшись к моей юбке.

— Прекрати! — вскричала я сердито, отпрыгивая от него почти на метр.

Он приподнялся на локте, явно хотел что-то сказать, но улыбка его увяла, когда он лучше меня рассмотрел.

— Ты же…

— Закари! — раздался гневный мужской рык.

К нам подбежал обсидиановый друг этого невоспитанного типа. Он выглядел старше, возможно, из-за тёмных волос средней длины, чёрных глаз и суровых черт лица.

— Прости его, Эмма. У Закари своеобразное чувство юмора, — произнёс он, подступая ко мне, и протянул руку.

Я пожала её и только тогда опомнилась.

— Ты знаешь, как меня зовут?

— Мы друзья Ская. Присутствовали на той игре. Я следил за твоим состоянием, пока Скай пытался оказать тебе помощь, — обсидиановый мимолётно поджал жёсткие губы. — Мне жаль, что так произошло.

— Да, это я виноват, — Закари подскочил с земли и вцепился в мою вторую руку. — Скай бросил мяч мне, а я не смог отбить. Не вини его.

— Я никого и не винила, — пробормотала, удивлённая странным знакомством.

Действительно, в тот день слышала чужие голоса, вот только видела лишь Ская. И не думала, что ко мне ринутся с извинениями. В конце концов, про себя хоть и пыталась обвинять Ская, но не чувствовала к нему злости из-за случившегося. И уж тем более к его друзьям.

— Я понимаю, что это несчастный случай.

— Я рад, — лицо обсидианового просветлело. — А… да… моё имя Леонард. Леонард Тенебрис.

— Закари Люмис, — представился янтарный.

В отличие от друга, выглядел жизнерадостным весельчаком. Золотая чёлка была приподнята ото лба, кожа будто сияла, и, чудилось, в уголках губ таится вечная улыбка. Разве что сейчас яркие глаза дракона смотрели в мои виновато, с желанием помочь. И моя злость на него совершенно исчезла. Он повёл себя грубо, но не плохой.

— Эмма Марс, — отозвалась и я. — Но вы… наверное, знаете, раз… узнали меня.

— Скай рассказал, — кивнул Закари. — Точнее, чиркнул в версо, что ты будешь учиться в академии.

— В нашу первую встречу ты была темноволосой, — Леонард мимолётно провёл рукой по голове. — Но ты единственный самородок в академии, тебя сложно не узнать.

Он казался старше и взрослее Ская, потому его присутствие в роли адепта вызывало ещё большее недоумение.

— Где, кстати, Скай? Почему ты одна? — внезапно ворчливо уточнил Закари.

— Он понёс мои вещи в комнату. Я осталась у ректора на оформление. Как раз думала… — я замолкла, когда в голове мелькнуло озарение. Они же могут мне помочь с версо, тогда не придётся дёргать Ская. — Я думала обустроиться в комнате и изучить расписание. Но пока не разобралась в версо, — пожаловалась, выхватывая артефакт из кармана, и протянула его обсидиановому.

— О, сейчас помогу! — раньше версо забрал Закари. — Идём, Эмма. Я тебя провожу.

Возразить не удалось, янтарный подхватил меня под локоть и потащил за собой. Путеводитель полетел перед нами, возвращаясь к своей работе.

— До встречи, Эмма, — донёсся смешок Леонарда, я успела лишь махнуть ему рукой на прощание и благодарно улыбнуться через плечо.

— Смотри, тебе уже отправили информацию по поступлению от администрации, — Закари продемонстрировал мне экран со списком переписок. — Отсюда переходим в общий поток академии. Заключённый в версо дух ответит на вопросы. Просто напечатай или продиктуй. Вот, давай, — он нажал маленький алмазик в нижнем углу экрана и протянул мне версо.

— Эм… здравствуйте… в какой я группе?

— Добрый день, Эмма Марс, — ответил мне вежливый мужской голос. Бархатный, с лёгкой хрипотцой и будто с акцентом, из-за которого он растягивал гласные. — И я рад вас приветствовать. Вы в группе В-21. Вам нужно расписание?

— Да, нужно, — закивала я, стараясь не краснеть в ответ на усмешку в золотых глазах Закари.

— Он тебя не видит, — всё же шепнул он мне, ещё и склонился к самому ушку.

По коже побежали мурашки, а обоняние защекотал солнечный аромат дракона. Пахло приятно, и запах Закари не выводил из равновесия.

— Ты смешная, Эмма, такая несчастная и вкусно пахнешь, — пробормотал задумчиво янтарный. — Пожалуй… стану твоим лучшим другом.

— Спасибо, — только и смогла пролепетать я.

Друзья, конечно, это хорошо. Только, мне кажется, лучшими становятся особенные друг для друга, самые близкие. Впрочем, я могу ошибаться во многих вещах.

Пока добрались до жилого здания факультета воздуха, Закари успел рассказать мне об особенностях версо, настроить артефакт для большего удобства, вбить свой контакт и приняться к расспросам. К сожалению, я была плохим собеседником, ведь могла поведать только о двух последних днях. Впрочем, он с интересом послушал о явлении Валериуса. Судя по его реакции, рубинового безопасника опасались и недолюбливали многие.

Жилое здание воздушного факультета представляло собой пятиэтажное прямоугольное строение, будто созданное из куска алмаза. Балконные перегородки и стены сверкали полупрозрачными гранями, переходя в стеклянные полотна окон. Пройдя через двойные прозрачные двери, мы попали в просторное фойе. Пол устилали белоснежные плиты, они же поднимались по стенам, перемежаясь светлыми прямоугольными картинами в чёрных рамках с изображениями неба и облаков. А потолок выполнили в виде застывшей стеклянной реки со спускающимися кристаллами светильников.

— Тебе показать, где комната Ская? — жизнерадостно уточнил Закари, когда мы вошли в кабину лифта.

Тоже светлую, из матовых белых металлических панелей.

— Думаю, это лишнее, — замотала головой я.

Скай и так еле меня терпит, а если начну заявляться к нему в комнату, и вовсе решит воплотить свою угрозу в жизнь. Меня взбесили его слова, но и напугали. Я и так живу в ожившем кошмаре, не хочу, чтобы он стал ещё ужаснее.

— Значит, потом, — он нажал кнопку пятого этажа, и кабина устремилась наверх.

Голова немного закружилась, и на тело нахлынуло ощущение полёта. Только не из воспоминаний о спасении. Я вновь махала крыльями, следуя за разноцветными птицами, а сзади подступала темнота.

— Приехали, — Закари потянул меня в светлый коридор с расположенными на равном расстоянии белыми дверями.

Наваждение рассеялось. Мотнув головой, я последовала за янтарным.

— Скай, кстати, тоже на пятом. Можно перейти к нему через лестничную площадку. Вторая половина здания — мужская.

— Вряд ли я буду ходить на мужскую сторону к Скаю, — ответила сдержанно.

— Стесняешься? — хохотнул он. — Хотя с таким бельём немудрено.

— Закари… — пробурчала я, прищурившись с неодобрением.

— Значит, Скай будет к тебе ходить, — заключил янтарный, которому явно было чуждо чувство такта. — Но вообще зря стесняешься, вы на этаже одни. Привилегированные места. Ректор постарался.

И как в таких условиях не выделяться⁈

/Эмма Марс/

Утро выдалось суетным. Я попросила у версо-духа разбудить меня за два часа до начала занятий, но утром поняла, что нужно было ориентироваться на время общего завтрака.

— Мне стоило это предусмотреть, Эмма. Я сожалею, — как ни странно, в голосе духа действительно слышались грустные нотки.

Это заставило меня прервать судорожные попытки выбраться из ловушки одеяла и присмотреться к овалу артефакта. Вчера весь вечер его расспрашивала, но он отвечал механически, будто по заложенному алгоритму.

— А ты… живой?

— В пределах места своего существования, — ответил он.

— И ты… у тебя есть имя?

— Если вы пожелаете его дать, — ответил он вежливо.

— Если бы ты захотел имя, какое бы оно было?

— Это… сложный вопрос, мисс Марс.

— Можно просто Эмма, — опомнившись, я, наконец, выпрыгнула из кровати. Судя по всему, снова металась в кошмарах, учитывая, как одеяло обмотало ноги. — Подумай над именем.

— Хорошо, Эмма, — ответил он в некоторой растерянности.

Интересно, это нормально или мне достался неисправный артефакт?

Снова пришлось себя одёрнуть. Я оглядела свой новый дом и прикусила губу в нахлынувшем ощущении беспомощности. Комната была уютной и небольшой, чтобы позволить размещать адептов по одному, без соседей. Так что здесь помещались только кровать у стены, узкий шкаф и письменный стол с полками над ним. В соседней комнате расположилась узкая душевая с небольшой раковиной. Стены выполнили в светлых панелях с желтоватым отливом, что в сочетании с солнечным светом наполняло помещение уютом. Но главным достоинством комнаты был балкон. С него открывался потрясающий вид на другие здания академии и радужный купол.

Вот только я пока не успела привыкнуть, потому и не знала, за что браться. Из-за собственной растерянности сборы прошли дольше, чем могли бы. Я вылетела из комнаты, пробежала к лифту и рванула обратно, вспомнив о забытом версо.

— Септимус, — заговорил он, когда я вновь понеслась к лифту.

— Что?

— Мне нравится имя Септимус, — ответил он.

— Отличное имя, — улыбнулась я и сразу чертыхнулась, вспомнив, как Закари вчера надо мной смеялся из-за странного на его взгляд общения с версо-духом. Но сейчас же никто не видит. — Древнее и сильное.

— Спасибо, Эмма. Мне тоже нравится, — отозвался он, и мне показалось, голос духа потеплел.

Спустилась я благополучно, а там вылетела на улицу. Солнце припекало сквозь купол, стояла утренняя влага из-за поливающих газон фонтанчиков. На меня поглядывали с любопытством, но с моим цветом волос мне удалось относительно затеряться среди алмазных, потому до главного здания академии получилось добраться без происшествий. Правда, идти пришлось на основе наблюдений с балкона и выданной мне Септимусом схемы, я по-прежнему не знала, как наполнять магией путеводитель.

Главное здание находилось в центре академической территории, прямо напротив зелёной зоны отдыха. Перед выстроенным буквой «Н» строением тянулись прямоугольные фонтаны, в тени деревьев расположились милые металлические скамейки. Широкие белокаменные ступени поднимались к стеклянным колоннам, приглашая войти в одну из десятка двустворчатых дверей. Обширное светлое фойе кипело жизнью. Через купол в полотке в помещение проникали солнечные лучи и сверкали в созданном из самоцветной крошки полу.

Как только оказалась в разноцветной толпе, начала особо бросаться в глаза моя особенность. Драконы приостанавливались, прекращали разговоры и даже показывали на меня пальцами. Потому до столовой я добралась с горящими щеками и колотящимся от волнения сердцем. Но все чувства развеялись, когда впереди появился знакомый силуэт. Скай сегодня вновь гладко уложил волосы назад. Лишь одна короткая прядь светлым росчерком спадала на его лоб и стремилась к тёмным бровям. В серебряных глазах застыла меланхоличная задумчивость. Алмазный рассматривал выставленные в стеклянных шкафах салаты, видимо, размышлял, какой лучше выбрать. Зелёная форма академии подчёркивала высокий рост и широкий разворот плеч.

Всё в Скае притягивало взгляд и заставляло сердце останавливать бешеный бег. И не только у меня. Несколько девчонок замерли чуть поодаль от алмазного и шушукались, временами бросая на него заинтересованные взгляды и краснея. Мне это не понравилось, но пришлось напомнить себе, что моя реакция глупа и неприемлема. Это заставило опомниться, мир с его шумом и чрезмерным любопытством вновь нахлынул на меня гомоном ощущений. Мысленно отругав себя, я прошла к раздаточной. На примере Ская взяла поднос и подступила к шкафу с салатами. Вчера Септимус сообщил, что еда бесплатная и доступна к выбору на своё усмотрение. А вот если захочется перекусить вне установленного времени, на территории академии действуют платные кафе.

Скай гулко потянул воздух носом и резко повернул голову ко мне, стоило приблизиться.

— Эмма… — произнёс почти неслышно. — Доброе утро.

— Доброе, — отозвалась, с упоением втягивая его волнующий аромат.

Но это тоже было глупо, потому я оторвала взгляд от лица Ская, схватила первый попавшийся салат и чересчур нервно поставила тарелку на поднос.

— Он острый, — отметил алмазный, двинувшись дальше по ленте раздаточной.

Я пожала плечами. Вдруг острое мне по нраву, надо проверить. На данный момент о своих вкусах могла сказать только одно: мне нравится Скай. А надо бы научиться равнодушию к нему, ведь он сам еле меня терпит. Вон сразу сбежал, забыв о выборе салата.

— Подруга, не лезь к нашему Королю Алмазу, — возле меня появилась нефритовая красотка Виола. — Если он разок помог тебе, это не значит, что опустится до твоего уровня.

— Король Алмаз? — удивилась я, разворачиваясь к девушке, и кивнула в приветствии её обсидиановой подруге.

Та лениво мне улыбнулась.

— Да, наш Король Алмаз. Алмазный король академии. И он мой, — Виола коснулась розовыми губами своих пальцев и подула на них, словно отправляя поцелуй в полёт за Скаем. — Сядешь с нами. Как там тебя зовут?

— Эмма. Эмма Марс.

— Эмма, — она обменялась взглядами с Гвинет. — Мы объясним, где проходят границы. Надо же обезопасить новенькую от неприятностей.

— Мы о тебе позаботимся, — кивнула обсидиановая, растягивая губы в притворно-нежной улыбке.

Мне стало не по себе. И я бы предпочла держаться от них подальше, но помнила совет Ская, потому тоже улыбнулась.

— Спасибо, что помогаете разобраться. Может, подскажете, что из меню самое вкусное?

Девушки оценили переход и действительно принялись рассказывать об особенностях еды из столовой. В таком простом разговоре выглядели вполне обычными и приятными, даже добрыми. По крайней мере, когда собрали еду и сели, я убедилась в их честности. Выбранная под их руководством запеканка оказалась весьма вкусной.

— Почему вы назвали Ская…

— Он Король Алмаз, — перебила меня Виола, с придыханием рассмеявшись, и изящным взмахом тонкой руки указала куда-то в сторону.

Я проследила её жест, и тогда вновь увидела Ская. Он сидел у окна за дальним столом, расположенным в окружении растущих из горшков пальм. Алмазный был задумчив, смотрел вдаль и почти не уделял внимания еде на подносе. А я снова видела только его, потому что заметила сидящую рядом с ним Эмбер, только когда она вдруг повисла на его плече. Девушка ткнула пальцем в его щёку и указала на еду. Он нежно ей улыбнулся и взялся за вилку.

Грудь кольнуло иррациональной тревогой. Насколько они близки?

— Видишь, там стол королей академии. Они принцы, сильнейшие маги и просто нереальные красавцы, — продолжила Виола, вырывая меня из омута странных мыслей.

— Короли академии, — задумчиво повторила я и, наконец, заметила других собеседников Ская.

С ним за столом сидели Закари, Леонард и ещё двое незнакомых драконов: нефритовый и опаловый, судя по внешности.

— Король Алмаз, Король Обсидиан, Король Нефрит, Король Опал, Король Янтарь и Принцесса Рубин.

— Не королева? — опомнившись, я вернулась к прерванной трапезе.

Запеканка действительно была чудесна. Во дворце сложные думы не позволяли оценить вкус блюд, а здесь за любопытным разговором на равных мне стало легче.

— Была бы королевой, если бы не Брайс, — Гвинет так мечтательно зажмурилась, что интерес к рассказу во мне возрос на десяток пунктов.

— Брайс — королева?

— Нет же, — рассмеялась Гвинет. — Это он. И он горяч.

Девушка осмотрелась в столовой, но судя по разлившемуся на её лице выражению разочарования, сегодня мне не удастся оценить внешность горячего Короля Рубина.

— Они выглядят старше большинства, — я решила коснуться волнующей меня темы.

— Да, по меркам обычных академий они завершили основную учёбу. Сейчас у них магистратура, хотя обычно к званиям магистров идут на практике. Они, как бы это правильно сказать, гаранты мира, — Виола пожевала розовую губу в задумчивости. — Если коротко, они обязаны жить в Элизиуме, чтобы избежать столкновений между высокими домами.

— Заложники, — щёлкнула пальцами Гвинет. — Но мне бы такой плен, — промурлыкала, вновь жмурясь словно от удовольствия.

— Да-да, живут на всём готовом, развивают навыки с лучшими преподавателями, посещают самые безопасные общественно-полезные работы, — перечислила Виола, загибая изящные пальцы. — Курорт, а не плен.

— Да, наверное, — с сомнением отозвалась я, подхватывая овощи из салата.

На языке разлилось приятное покалывание. Острое пришлось мне по душе.

— Но ведь они друзья? Я к тому… ведь глядя на них, и не подумаешь, что они заложники, и высокие дома в конфликте.

— Они принцы, — пожала плечами Виола. — Дружба им выгодна.

— Тоже этого не понимаю, — поморщилась Гвинет. — Но тебе виднее, Ви.

— Кстати, об этом, — зелёные глаза Виолы потемнели. — Я намерена пробиться к ним. Хочу стать королевой Изумруд. Не лезь к Скаю, подруга, договорились?

— Королева Изумруд? — кашлянула я.

Считала, она принадлежит дому нефритовых, но явно ошиблась. Хорошо, что не произнесла этого вслух.

— Виола — дочь правителя изумрудного дома, — пояснила Гвинет, заметив мою растерянность.

— А, кажется, понимаю, — пробормотала я.

На самом деле не особо, но какие-то мысли-связки образовались. Позже расспрошу Септимуса или Закари, он самый расположенный ко мне… из королей…

— Скай будет моим, ты же меня поняла? — А Виола решила вернуться к прежней теме.

— Но он… — я вновь взглянула на объект нашего обсуждения.

Алмазный оттаял и теперь с улыбкой и теплом в глазах общался с Эмбер.

— Да, он верен невесте, но я это исправлю, — заверила меня Виола.

— Невесте?

— Скай и Эмбер не помолвлены официально, но к этому идёт, — вновь внесла ясность Гвинет.

— Не придёт, — отрезала Виола. — Отец договорится.

— О чём договорится? — насторожилась я.

— О браке, глупышка, — рассмеялась изумрудная. — Откуда ты такая недогадливая? Да, Эмма, мы всё обо мне. Не хочешь рассказать о себе?

— Обо мне… — вздохнула я грустно. Вот и настал момент тяжёлых расспросов. — Я ничего не знаю о себе после несчастного случая.

— В каком смысле? — нахмурилась Виола.

— Я упала в парке, ударилась головой, чуть не погибла, но лишилась памяти. С собой было только удостоверение личности.

— Это так ужасно, Эмма, — показалось, Гвинет искренне сочувствует мне. — Не представляю, каково это.

— И не надо представлять, — кисло улыбнулась, вновь ковырнув салат. — До этого момента я даже не знала, нравится ли мне острое. Про себя ничего не помню. И я самородок, что тоже не очень хорошо.

— И в самом деле ужасно, — хмыкнула Виола, но явно не испытывала ко мне сострадания. — Но раз мы тебя поддержали, утоли и ты наше любопытство. Как тебе разрешили поступить после начала года? Ещё и без знаний, судя по всему.

— Видимо… из-за жалости, — пожала я плечами, с трудом подавляя желание вновь взглянуть на Ская.

— Понятно, не хочешь говорить, — протянула изумрудная, что мгновенно вызвало во мне напряжение.

— Я боюсь слухов, — выдохнула встревоженно. — Что меня не так свяжут со Скаем.

— А он тут при чём? — прищурилась она.

Королева Галатея рекомендовала сразу выдать легенду, чтобы пресечь опасные слухи, да и Закари подтвердил, что лучше скормить правильную сказку главным сплетницам, но меня всё равно настораживал этот разговор. Я не знаю ничего о себе, но уже вынуждена учиться врать.

— Скай спас меня в тот день, поддерживал магией. Но он появился с истекающей кровью девушкой в госпитале. И это может вылиться в неприятности для него. Я ничего не понимаю в политике, но мне объяснили именно так. Поэтому мне помогли устроиться в академию. Здесь можно безопасно восстановить память.

— А, теперь понимаю, — мгновенно расслабилась Виола. — Слышала, что вокруг Ская клубится опасность судебного разбирательства. Но никаких подтверждений и деталей, и теперь ясно, в чём дело, алмазные правители пресекли скандал в зачатке. Но как по мне, Скай временами чрезмерно благороден, — поморщилась почти в омерзении.

— Разве это плохо? Он спас мне жизнь.

— Нет, конечно. Для тебя это и вовсе хорошо, — с придыханием рассмеялась она, а Гвинет незаметно закатила глаза.

— Да, хорошо, — подтвердила я осторожно. — Но как мне избежать слухов и связи со Скаем?

— Я просто распространю правильные слухи, — Виола мне подмигнула. — Главное, и ты веди себя правильно. Держись подальше от Ская, не отсвечивай и слушайся меня.

— Поняла, — отозвалась я, испытывая полнейшее неприятие, правда, больше из-за запрета на общение с алмазным королём академии.

Но в целом радовалась, что за меня решат проблемы со слухами. Если, конечно, Виола не наговорит нечто неприятное. Впрочем, выбор у меня был небольшой, либо сразу всё выдать ей, либо кому-то другому, но нарваться на неприятие главной стервы академии.

Не понимаю, почему просто нельзя ходить на учёбу? За куполом академии политические интриги и преступники, здесь внутренние разборки. Интересно, всем так сложно или мне настолько не везёт? Дёрнув серую прядь волос, я со вздохом поняла, что дело именно во мне.

Завтрак подходил к концу. Девушки дали мне ещё с десяток советов, а Гвинет даже рассказала, где искать аудитории по моему расписанию, после чего я освободилась от тяжёлого разговора. Надеюсь, девушки удовлетворили любопытство и потеряли ко мне интерес.

Я же отправилась на свою первую лекцию по истории магического искусства. Аудитория оказалась обширной, созданной в виде амфитеатра вокруг трибуны преподавателя. На меня снова поглядывали с любопытством и даже иногда показывали пальцами. Я постаралась сесть в самом дальнем углу у окна и слиться со столом, впрочем, при моём цвете волос это было проблематично, ведь аудиторию наполняла мебель из тёмного дерева. А дальше случилось самое неприятное, места с обеих сторон от меня заняли двое парней. Судя по внешности, опаловый и янтарный драконы. Они одновременно развернулись ко мне и с улыбками переглянулись.

— Самородок, — протянул один.

— Настоящий, — второй попытался поддеть прядь моих волос, но я оттолкнула его руку.

— Не трогай, — произнесла чётко. — Если хотите познакомиться, можно просто представиться. Меня зовут Эмма. А вас?

— Смелая, — широко улыбнулся янтарный и как-то по-мальчишески мне отсалютовал. Острые пряди золотых волос скользнули по худощавому лицу. — Рори.

— Джет, — представился опаловый, весело растрепав ёжик перламутровых волос, и подмигнул мне.

Я невольно усмехнулась, уж слишком хулиганский у него был вид.

— Теперь рассказывай о себе, Эмма, — задорно потребовал Рори.

— Я упала, ударилась головой, чуть не умерла и лишилась памяти. Теперь отправлена в академию из благотворительности и надеюсь хоть что-то вспомнить. Как видите, я плохой собеседник, — развела руками в стороны, словно извиняясь.

— Не знал, что такое бывает, — лицо Джета вытянулось от удивления.

— А я даже не знаю, знала ли про такое, — вздохнула хмуро.

— И как это вообще? — заинтересовался Рори. — Ты помнишь, что это стол? — он постучал кулаком по столешнице.

— Я помню основное, название известных вещей. Небо, купол, трава. Видимо, имею какой-то моральный маятник, ведь знаю, что плохо врать и красть. Но вот о себе, своём прошлом, вкусах и предпочтениях не помню ничего.

— Ну-у, наверное, и хуже могло быть, — заключил Джет, почесав макушку. — Ты могла не помнить, вообще всё.

— Этим себя и успокаиваю, — пожала я плечами.

Прозвенел сигнал начала занятия. Преподаватель поднялся на трибуну, по центру зала вспыхнула его увеличенная проекция. Мужчина принялся за лекцию, а я серьёзно приуныла, потому что ничего не понимала. Теперь чувствовала себя не только несчастной, но и тупой. Даже пожаловалась соседям.

— Не переживай, здесь половина аудитории ничего не понимает, — подбодрил меня Джет, рисуя на полях тетради полуобнажённую девушку.

Вот же извращенец!

— А другая половина — скучные зубрилы, — поддержал его Рори.

— Лучше быть скучной зубрилой, чем тупой, — не согласилась я.

— Ты уже тупая, прими себя такой, — философски изрёк Джет, приглядываясь к моему лицу.

— Не смей пририсовывать к этому мою голову, — прошипела я ему, но попыталась сосредоточиться на лекции.

Постараюсь быть не тупой, а принять себя всегда успею.

Лекция прошла нудно и тяжело. Мозг просто кипел, я старательно конспектировала, но всё равно понимала мало. Потому и аудиторию покидала в унынии.

— Не грусти, Эмма, — подбодрил меня Рори. — Не всем быть зазнайками.

— Но я бы хотела хоть что-то понимать, — пояснила с грустным вздохом. — Септимус, ты можешь давать мне уроки истории магии? — уточнила я у версо.

— Конечно, Эмма, — ответил он после кратких раздумий.

— Ты дала имя версо-духу? — удивился Джет. — И он у тебя чудной, к тебе тоже по имени обращается.

— Посмотри на модель. Эта штука стоит дороже половины наших камней, — отметил Джет внезапно враждебно. — Ты из богатеньких?

— Нет, я сирота. Наверное. Так указано в документах. Не знаю, был ли у меня кто-то близкий до несчастного случая. Мне неизвестно, сколько стоит версо, его купили вместе с одеждой и остальными вещами для поступления.

— Это кто твой покровитель? — в голосе Джета слышалась всё та же враждебность.

— Кто спас меня. Я умирала. И здесь помог, — пояснила я расстроенно.

Парни хоть и бесцеремонные, но казались добрыми, потому и их внезапная злоба резала по сердцу. Как сложно формировать общение. День только начался, а я озадачена и измучена.

— Я лучше поменьше буду демонстрировать свой версо, — вздохнула тоскливо. — Спасибо за поддержку, Джет, Рори.

— Ты куда? — янтарный положил руку мне на макушку, не давая ускориться. — Мы в одной группе. Вместе же идём.

— Ну да, я, наверное, потеряюсь, — пробормотала с тяжёлым вздохом.

— А с учёбой можем и подсобить, — вдруг подмигнул мне Джет.

Он ускорился, схватил за шкирку идущего впереди невысокого обсидианового дракона в очках и приобнял его за плечи.

— Эй, Лик, не хочешь нам помочь? — пропел он, подводя его к нам.

Незнакомец был бледен и смотрел настороженно то на Джета, то на ухмыляющегося Рори, то на растерянную меня. Из-за очков и длинной чёлки я с трудом различала чёрные глаза, но в них будто плескался страх.

— Что вам нужно? — проблеял он

— Не нам, а ей нужен репетитор. Возьмёшься.

— У меня мало времени.

— И много проблем, — хохотнул Джет, вытягивая из его кармана квадратный потрёпанный версо. — Эмма, оставь свой номер. Лик пригласит тебя к себе и поможет с уроками. Правда, Лик?

— Я не умею оставлять номер, — ответила всё так же растерянно.

Испытывала неприятие, ведь, несмотря на потерю памяти, понимала, что парня заставляют помогать мне. Но плохо ли это или в норме, не знала.

— Давай я, — Рори забрал оба версо, провёл быстрые манипуляции и вернул артефакт посмурневшему Лику.

Джет его отпустил. Ещё больше насупившись, парень двинулся прочь.

— Вот, может, перестанешь быть тупицей, — хохотнул Джет, подтолкнув меня кулаком в плечо.

Я хмыкнула и повторила его жест.

— Ай! Сильная, — пожаловался он, со смехом растирая ушибленное место.

— Идёмте. Одну проблему решили, но можем опоздать на пару, — напомнил Рори.

Мы ускорились и успели на предстоящее занятие. Здесь преподавалась обычная математика. Про себя я вздохнула с облегчением. Формулы не были знакомы, но мне удавалось легко вникать в то, что нам рассказывает преподаватель. Да и на химии я чувствовала себя вполне комфортно. Похоже, была не такой уж тупицей. Хоть что-то.

Обед прошёл с Джетом и Рори, с ними же я села на литературе и физике, но следующие две пары предполагали разделение по факультетам, потому на практическое занятие для магов стихии воздуха я пошла в одиночестве. А здесь почувствовала себя неумёхой! Пока остальные наполняли накопители магией, я сидела на задней парте и тыкала пальцем в кристалл для практической работы. Было даже вдвойне обидно, потому что магистр Элвин Фелгард старался разжевать каждый сложный момент. Вот только я стопорилась на главном — не чувствовала в себе магию и не умела её направлять.

— Мисс Марс, как ваши успехи? — поинтересовался магистр, когда добрался до моего стола.

Зелёные глаза изумрудного дракона смотрели без эмоций.

— Я не умею направлять магию. Точнее, не помню, как.

— Мне известна ваша история, — кивнул он. — Давайте начнём с простого. Примите мою магию и попробуйте отследить её путь в своём теле. Это известная практика, она часто помогает практикующим магам восстановить резерв при повреждениях.

— Спасибо, — обрадовалась я, протягивая ему руку.

Его сухая и горячая ладонь обхватила мою. И в меня полилась сила, живительная, мягкая, с привкусом травы и ароматом цветов. Я ощутила, как она прошла по руке и осела где-то в груди.

— Вижу, вы почувствовали, как концентрируется ваша магия. Теперь попробуйте от средоточия своей силы направить магию обратно, — он вложил в мою руку кристалл.

Я рассеянно кивнула, просто боялась потерять приятное ощущение даже лишним взглядом. Тепло в груди продолжало ощущаться и поддалось мысленной команде, побежало по руке, влилось в круглый кристалл… Следом преподаватель выбил его из моей руки! Я ахнула от неожиданности. Но потом вскричали многие, ведь кристалл вдруг взорвался. К счастью, магистр успел заключить его в круговой щит.

— Простите, мисс Марс, я вас не задел? — всё с тем же спокойствием на лице уточнил он.

Будто ничего не произошло. Хотя возможно маги постоянно что-то взрывают.

— Не задели. Всё в порядке. Но что случилось?

— Вы влили слишком много силы. Этот накопитель не рассчитан на такую ёмкость. Не волнуйтесь, иногда такое случается. Наоборот, это хороший знак. Вы сильный маг.

— Да, наверняка это хорошо, — кивнула я, коснувшись груди, где громко билось сердце.

Странное ощущение тепла моей магии прошло. Надеюсь, мне удастся повторить.

— Продолжаем урок, — громко произнёс магистр. — Мисс Марс, будьте добры собрать осколки вашего накопителя.

Он взмахнул рукой, и к нам из преподавательской прилетели метёлка с совком.

— Конечно, магистр Фелгард.

— Молодец, — похвалил он и двинулся дальше по рядам проверять чужие работы.

Я вышла из-за стола и принялась собирать осколки метлой. Сзади послышался смешок и странный свист.

— Юбка короткая, — прошипела рядом девушка. — А ты не смотри, извращенец!

— А, поняла. Спасибо, — пришлось присесть на колено, чтобы никого не смущать.

Даже одежда добавляет сложностей. Но хоть потом ужин. Можно будет расслабиться и попробовать новые блюда. И вдруг удастся хоть краем глаза увидеть Ская.

Осколки отправились в урну, я вернулась на место, но мне больше не стали выдавать накопители. Так что оставшиеся полторы пары прошли за перелистыванием учебника. Магистр Фелгард вывел на доску домашнее задание и отпустил нас.

Я более или менее начала ориентироваться в здании и двинулась к столовой. Но на лестничной площадке кто-то схватил меня за руку. Предполагая новую встречу с кем-то из знакомых, я спокойно развернулась, да так и застыла перед незнакомцем. Он был выше меня, пришлось задрать голову, чтобы заглянуть в кипящие жидким пламенем любопытства красные глаза.

— Здравствуй, Самородок, — на твёрдых губах мужчины появилась самоуверенная усмешка.

Статный, привлекательный, в хорошей форме. Волосы были длиннее впереди, скользя острыми прядями по волевому подбородку, и короче на затылке. Почему-то я сразу подумала, что встретилась с Королём Рубином. Если это не он, то не представляю, насколько прекраснее настоящий.

— У меня есть имя, — я потянула на себя руку, но он не отпустил, ещё и поднёс вторую свою руку к моему запястью.

Огонь в его глазах усилился, опаляя своей силой. И тогда я ощутила, как жар побежал по руке. Одна прядь моих волос окрасилась в красный. Это испугало, и я резко рванула назад. К счастью, вовремя вспомнила, что где-то сзади лестница, потому развернулась и вместо полёта вниз натолкнулась на грудь подоспевшего Ская.

— Обижаешь новеньких, Брайс? — холодно уточнил он, сжимая руками мои плечи.

А я просто уткнулась носом в его грудь и часто задышала. Как же от него пахнет… Постоять бы так подольше.

/Скай Стеллар/

Я знал, что Эмма вляпается в неприятности. Это было ожидаемо. Мало кто пройдёт мимо самородка, поступившего в академию после завершения набора. Но Эмма решила побить рекорд по проблемам на свою серую голову. Во-первых, привела в полнейший восторг Виолу и Гвинет, следом сдружилась с хулиганами Джетом и Рори, после чего налетела на Брайса. Хотя последний мог и сам её найти.

— Обижаешь новеньких, Брайс? — обратился я к рубиновому.

Снова аромат грозы бил по моему самообладанию, но, будто этого мало, присутствие другого сильного самца вызывало гнев и настороженность. Хотелось схватить Эмму, утащить прочь, а с её проблемами разобраться потом. Но я и так проявил к ней чрезмерный интерес, что тоже может аукнуться нам обоим.

— Хотел познакомиться с самородком, — пожал плечами Брайс. — Она как раз собиралась представиться.

Эмма никак не отреагировала на его слова, тогда я и понял, что почти обнимаю её за плечи, а она стоит, уткнувшись в мою грудь носом. Ещё и так часто дышит, будто пытается насытиться моим ароматом.

А ведь эта странная связь может воздействовать и на неё. Я так зациклился на себе, что даже не подумал о такой возможности.

— Её зовут Эмма. Эмма Марс, — холодно сообщил я, отстраняя от себя девушку. — И из-за тебя она чуть не слетела с лестницы, — напомнил с упрёком.

— Да, не рассчитал. Прости, Эмма, — Брайс рассмеялся, вскинув распахнутые ладони, и посмотрел в мои глаза с вопросом. — Но я бы успел её поймать.

— Думаю, ей было бы легче просто не падать? — я вопросительно вскинул бровь и чуть улыбнулся, предлагая обратить всё шуткой и разойтись.

Наше общение начало привлекать внимание. Слухи вокруг нас ходят постоянно, но по Эмме они ударят особенно неприятно.

— Летать весело, — рассмеялся он. — А ты почему такой злой, Скай? Может, потому, что давно не махал мечом? Давай завтра?

— Буду только рад потренироваться, — с облегчением кивнул я.

— Тогда до завтра на полигоне, Скай. Я сброшу время на версо. Эмма, был рад знакомству, — он махнул нам рукой и двинулся к лестнице.

Я отступил, пропуская его. Но стоит признать, Брайс не был бы собой, если бы просто ушёл.

— Эй, Эмма, он же пришёлся тебе по душе. Можешь поносить, — ухмыльнувшись из-за плеча, он вдруг подался к девушке и бросил ей один из своих рубинов.

Эмма поймала камень на рефлексах. Я почти ощутил, как магия самоцвета начала наполнять её тело. Волосы принялись розоветь, в алеющих глазах появилась настоящая паника. Выругавшись под нос, я выхватил у неё камень и подкинул вверх над головой Брайса. Рубиновый на реакцию не жаловался, легко развернулся и поймал его, замерев у ступеней.

— Иди уже, — я подтолкнул его в плечо. — Эмма предпочитает алмазы.

— Ну да, я понял, — рассмеялся он, сбегая вниз по ступеням, и вскоре исчез из вида.

— Это Король Рубин? — спросила Эмма, но смотрела не на Брайса, а приглядывалась к моему лицу.

Алый цвет ушёл из её облика, вновь лишив её красок.

— Виола тебя просветила? — я взял девушку за локоть и потянул за собой прочь от лестницы.

— Но столовая…

— Мы туда не пойдём, нужно поговорить, — как только оказались в коридоре, я отпустил её, но махнул рукой, предлагая следовать за мной.

Лучше бы нам меньше пересекаться, потому столовая не вариант. Пообщаемся в кафе.

Эмма не возражала, послушно засеменила за мной. Здание академии мы покинули в молчании. Девушка не выдержала, когда мы ступили под тень крон деревьев в зелёной зоне.

— Куда мы идём?

— Поужинаем в кафе.

— Но там нужны деньги. У меня нет с собой.

— У меня есть, — с тяжёлым вздохом ответил я.

На свежем воздухе в окружении запахов трав стало легче. Но связь всё равно давила на сознание, тянула обернуться, вновь заглянуть в необычные глаза Эммы.

— Хорошо, — отозвалась она задумчиво. — О чём ты хотел поговорить, Скай?

— Поговорим в кафе.

— Ладно, — ответила она грустно.

До кафе мы добрались без происшествий и лишних встреч. Основной поток адептов сейчас находился в столовой. Большинство не могли позволить себе пропускать приёмы пищи. Да и готовили там вкусно. Так что в небольшом кафе на берегу пруда оказалось пусто. Я провёл Эмму к дальнему столику, нам принесли меню, и мы оба уткнулись в список блюд.

Аромат грозы и цветов кружил голову. Сейчас я не понимал, почему вдруг увёл Эмму из академии. Достаточно было пары приказов, даже не просьб, чтобы обозначить мою позицию. Но столкновение с Брайсом так встревожило, что я утащил её сюда. Мы остались наедине на весь ужин. И потом можно вместе дойти до жилого здания. Безумие какое-то…

— Что лучше выбрать, Скай? — Эмма с любопытством заглянула в мои глаза.

Она казалась радостной и расслабленной, что заставило несколько примириться с реальностью. Нас всё равно однажды свяжут в любовных слухах, без разницы, сейчас или через несколько дней.

— Что ты ела утром? Тебе понравилось?

— Мне понравился тот острый салат, — она вскинула голову и уткнула указательный палец в подбородок. Это выглядело мило. — И запеканка с мясом.

— Если нравится острое, есть суп с улитками. Звучит странно, но вкусно. А мясных блюд на выбор много.

— Я попробую суп. Это настоящие улитки? — она опустила голову. — Или…

— Настоящие, — вздохнул я и махнул рукой, подзывая официанта.

Мы сделали заказ и вскоре вновь остались одни. Настал момент для обсуждения её поведения.

— Эмма, тебе нужно найти компанию попроще. Виола и Гвинет не лучший выбор для дружбы, они пережуют тебя и выплюнут. Виола уж точно, а Гвинет себе на уме, может приласкать, а потом столкнуть с лестницы.

— В это я охотно верю, — Эмма передёрнула плечами. — Но я старалась быть дружелюбной, чтобы они разнесли слухи обо мне. Ты же сам сказал так сделать. Закари поддержал.

— От Закари тоже держись подальше, — поморщился я. — Он игрок и без тормозов, а ещё часто забывает, что маги слабее не так неуязвимы, как он. Втянет в неприятности и поймёт это, когда тебя снова придётся тащить в госпиталь.

— Он дружелюбный, — смутилась Эмма. — И зачем мне втягиваться в неприятности? Я же не совсем дура, Скай.

— Да? А почему тогда спелась с Джетом и Рори? Они с улицы, Эмма. Уже случилось несколько крупных разборок с их участием, а учёба только началась.

— Они…

— Дружелюбные? — оскалился я.

— Они заставляют одного парня, Лика, помогать мне с учёбой. Я видела, что ему неприятно, но не знала… вдруг так принято.

— Нет, не принято, — помрачнел я.

Она ещё и вляпалась в разборки между адептами. Надо теперь выяснять, кто такой Лик, и может ли он навредить Эмме.

Лучше бы родители просто сняли ей квартиру рядом и выделили средства на преподавателей!

— Я предполагала это, но… не знаю, как объяснить. Мне и неприятно и в то же время выгодно его принуждение. Должна ли я пересилить свои интересы?

— Достаточно знать, что это неправильно.

— Я не знаю, что неправильно, Скай, — она развела руками в стороны и пронзительно посмотрела в мои глаза. — Как разобраться, что правильно, а что нет? Где добро и где зло?

— Если бы на этот вопрос было так легко ответить, не создавалось бы столько философских трактатов, — проворчал я.

Но Эмма ждала однозначного ответа, и во многом от меня зависели её первые шаги в новом для неё мире.

Никогда не думал, что придётся наставлять малолетку до появления у меня детей!

— Есть добро, а есть зло, Эмма. Зло — заставлять кого-то заниматься с тобой.

— Но это зло только для него, а для меня добро, — нахмурилась она. — Если он будет со мной заниматься, я перестану чувствовать себя тупой.

— Как сложно… — буркнул я под нос. — Неужели ты не понимаешь, что заставлять плохо?

— Но он же не отказался, а мне это выгодно, — она почти обиженно надула губы. — Как понять, что я не поступлю ненормально, если откажусь?

— Просто… О! Не поступай с драконами так, как ты бы не хотела, чтобы поступали с тобой, — нашёлся я.

И в серо-белых глазах девушки вспыхнуло озарение.

— Поняла. Мне бы не хотелось, чтобы меня силой заставляли проводить с кем-то время.

— Вот на личные ощущения и ориентируйся, — щёлкнул я пальцами и даже улыбнулся в ответ на улыбку Эммы. — И, пожалуй, тебе надо почитать что-то про отношения и философию.

А вдруг не потянет? Это же большинству покажется нудным. Но какая мне разница, с другой стороны? Даже если она кого-то заставит с ней заниматься, почему это должно меня волновать? Хотя здесь ответить легче: это неправильно. Да и чем меньше проблем у неё, тем проще мне.

— Я пока читаю историю, — она продолжала с любопытством смотреть в мои глаза. — Мне даются точные науки. Похоже, в них я разбиралась. А на истории чувствую себя тупицей, как и на литературе.

— Это проблема многих, — усмехнулся я. — Коснись моего браслета. Ощущаешь резонанс хоть с одним из камней?

Я приподнял манжету и протянул к ней руку. Тонкие пальцы скользнули по браслету.

— Нет, — посмурнела она. — И даже если бы что-то подошло, ты бы отдал мне? Они же наверняка очень дорогие.

— Дорогие, — не стал спорить я, поймав её руку, на всякий случай приложил ладонь девушки к браслету с разных сторон. Пальцы Эммы задрожали, а сама она смутилась. — Несколько камней есть в моей комнате. Надо попробовать с ними.

— А если мне просто не подходят алмазы? Правда… ректор сказал, что я универсал.

— Так и сказал? — напряжённо уточнил я, отпуская её руку.

И испытал иррациональное разочарование, когда прикосновение к её коже прервалось. Показалось, и Эмма расстроилась. Похоже, странная реакция — не только моя беда.

— Да. Он не смог определить стихию. А из камней мне подошёл только нефрит. Но ректор советовал не демонстрировать свои способности.

— Он прав. Больше никому не рассказывай. Даже моим друзьям.

— Но они же друзья.

— Есть тайны, которые стоит доверять самым близким. Тем, в ком ты уверена. У тебя такие есть?

— Нет, — нахмурилась она. — У меня вообще никого нет. Только ты, — призналась, продолжая присматриваться к моему лицу.

Её заявление и внимательный взгляд сбили на миг дыхание.

— Однажды появятся, — ответил я, прочистив горло. — Надеюсь, кто-то лучше этих хулиганов.

— Но они…

— Дружелюбные? — предположил я, перебивая её, и Эмма чуть смутилась.

— Да, — буркнула она.

К счастью, подошёл официант с нашим заказом и прервал этот странный разговор.

— Что-нибудь ещё? — уточнил он, выкладывая перед нами тарелки.

— Эмма будет ваш клубничный торт, — решил я. — Она ещё не пробовала.

— Спасибо, — прошептала Эмма, когда официант ушёл.

— Я ничего особенного не сделал. И не болтай, что мы были здесь с тобой наедине.

— Поняла, — она опустила взгляд к тарелке с супом. — Мне и некому рассказывать.

— Эмма… — я тяжело сглотнул, прежде чем задать следующий вопрос, — ты тоже чувствуешь… это?

Захотелось рассмеяться над собственным косноязычием. Но я сам не мог понять, что чувствую и как суметь облечь свои ощущения в слова.

— Что? — она вскинулась, серо-белые глаза наполнила… надежда.

И я понял, что зря поднял этот вопрос.

— Тягу ко мне. Тебе нравится мой запах?

— Да, — она кивнула так резко, что серые волосы всколыхнулись и несколько прядей скользнули ей на лицо. — Это нормально?

— Думаю, да, — соврал я. — Это эффект нашей связи. Не поддавайся этим ощущениям, они не имеют ничего общего с реальностью.

— Но ведь ты сказал, что тоже это чувствуешь.

— И что?

— Зачем тогда не поддаваться? — уточнила она, в очередной раз вводя меня своей прямолинейностью и наивностью в ступор.

Это для меня связь, что удавка, выводит из себя, заставляет чувствовать так, как не стоит. А она явно принимает её, либо воспринимает по-другому.

— Потому что я чувствую иначе, — ответил жёстко. — Я чувствую, что это эффект связи, и испытываю неприятие из-за… принуждения.

— Тогда… — она нахмурилась в задумчивости. — Но я не чувствую неприятия. Наверное, оттого, что позволила, отпустила себя. Для меня это не принуждение. Ты тоже прими, Скай.

Проклятье… Кажется, вот новая проблема, Эмма может в меня влюбиться. Со связью, тягой и наивностью это произойдёт легко и без неприятия. И потом она будет страдать, либо что хуже, устраивать мне проблемы. Я ведь не знаю её, она согласилась принуждать незнакомца, мне сто́ит насторожиться. И даже если она не злодейка или психопатка, нужно обезопасить её от навеянных чувств, будущего разочарования и разбитого сердца. Я обязан вызвать в ней неприятие.

— Эмма, что принять? — усмехнулся я зло. — А ты… вообще знаешь про связь мужчины и женщины? — озадачился вдруг.

— Ты про любовь и семью? Думаю, знаю, — кивнула она. — Мы так можем? — спросила и лишила меня дара речи почти на минуту.

Ведь и вправду, как с ребёнком.

— Нет, не можем, Эмма. Сама подумай, кто ты и кто я. Я принц. Ты безродный самородок, без связей, без средств, не очень умная, по твоим словам, сирота, ещё и наивная до жути. А я почти помолвлен и влюблён в принцессу, красавицу и потрясающую во всех смыслах драконицу.

Снова врал ей, но сам виноват — поднял опасную тему. И так будет правильно. Не хотелось бы, чтобы она тянулась ко мне и испытывала навеянную влюблённость. В отличие от меня, она не осознаёт, что это лишь особенность связи.

— Понимаю, — она снова уткнула взгляд в тарелку.

Показалось, расстроилась.

— И ты не о том думаешь.

Да и я тоже…

— Давай просто есть. Еда здесь вкусная, — предложил ей, тоже испытывая неожиданное расстройство из-за итогов разговора. — Уверен, и торт тебе понравится.

— Я тоже, — украдкой улыбнулась она.

Некоторое время мы ели в молчании. Эмма смешно хмурилась, пока вылавливала улиток из супа и потом принялась махать на лицо руками, когда осознала остроту блюда. Я искренне пытался не смеяться, но это давалось непросто.

— По-прежнему любишь острое? — поинтересовался я.

— Да, — хихикнула она, часто моргая из-за навернувшихся на глаза слёз. — Я не ожидала. А ты любишь острое, Скай?

— Не особо, — я уткнулся взглядом в тарелку, давая понять, что разговоры лишние.

Но Эмма не понимала намёков, потому принялась временами расспрашивать меня о разных блюдах. Приходилось отвечать. Но так хоть трапеза прошла довольно быстро. Вскоре моя собеседница перешла к дегустации торта, и потом почти десять минут мычала от восторга. Выглядело мило.

На этом ужин завершился, я расплатился, и мы покинули кафе. В воздухе стояла сушь из-за особенностей купола. Когда включат поливалки, станет легче. Кажется, и Эмме не нравилась погода на территории академии, но здесь только так. Правда, раньше было хуже, это сейчас драгинженеры доработали систему вентиляции и увлажнения воздуха.

— Я сегодня взорвала накопитель. Вложила слишком много силы, — поделилась со мной Эмма.

Она явно не собиралась молчать.

— Такое бывает. Не пострадала? — уточнил я, присматриваясь к её рукам.

— Учитель успел выбить накопитель. Я рада, что это нормально.

— Очевидно, ты сильный маг. По крайней мере, я лил в тебя магию, лил, а ты так и не лопнула, — хмыкнул я, с дрожью в теле вспоминая тот день. Но тогда её резерв действительно казался бездонным. — Есть упражнения для развития контроля. Посмотри в книге «Магические практики». Ты же взяла книги, которые я тебе подобрал?

— Да, конечно, — закивала она, снова слишком внимательно и любопытно присматриваясь к моему лицу.

Как сложно просто находиться с ней рядом. Смогу ли я привыкнуть к этой связи? И что почувствую, когда её разорвут? Почему-то эти мысли вызывали неприятие.

— Привет, Скай! — помахали мне мимо проходящие девчонки.

Я рассеянно кивнул и мысленно закатил глаза на чрезмерное любопытство к Эмме.

— Если тебе будут угрожать из-за меня и прочее, скажи мне, я разберусь, — сообщил ей.

— Угрожать? Ты про похитителей?

— Про местных девчонок, — поморщился я. — Как бы объяснить… Понимаешь, когда происходило переселение, фактически исчезло классовое неравенство. В ковчегах сквозь пространство летели вчерашние бездомные с бывшими миллиардерами. При распределении каждый получил жильё в Элизиуме, как и право обучаться в одной из основных академий новой страны. Но классовое неравенство выражается не только в доходе и количестве самоцветов на счёте, но и в уровне образования, социальной осознанности. И… я усложняю, да?

— Я понимаю, — заверила меня Эмма. — Здесь все начали с чистого листа.

— Практически, — выдохнул я с облегчением. — Но у нас всех разные изначальные данные. Отсутствие денег в погибшем мире означало и плохое образование, жизнь в лишениях, необходимость выживать, иногда грабить, врать. Аристократам наука о добре и зле преподаётся с пелёнок, как и другие предметы, бедняки часто не могли или не хотели получать образование. Потому временами они хуже тебя знают, что правильно, а где проходят границы, когда богачи игнорируют нормы, считая себя выше других. Поэтому я не хотел, чтобы ты поступала. Мама слишком идеализирует Элизиум. Верит в равные возможности для всех.

— Ты не веришь?

— Выловишь пару раз стекло из ботинка или слетаешь с лестницы, тоже засомневаешься.

И отрастишь клыки, как в моём случае. Больше никто не рискует так делать.

— Кстати, про полёты с лестницы, — поморщился я. — От Брайса в первую очередь держись подальше.

— Мне показалось, вы друзья.

— Мы не сталкиваемся, — ответил я расплывчато. Особенно после поломки купола из-за одной из стычек. — Он как раз из богатых, кто поднялся нечестным путём. Брайс, может, и неплохой, но его отца подозревают во многом, только не могут доказать, да и не рискуют трогать. Он на высшей ступени в ордене добытчиков.

— Он преступник?

— Скажем так, об этом тоже лучше читать в сводках версо и в газетах, а не говорить. И держаться подальше от Брайса, даже если он кажется дружелюбным. За ним очередь из разбитых сердец, он меняет подружек чаще, чем я грифели. И к тебе может приглядываться из-за отца, поэтому с ним будь особенно внимательной, Эмма, поняла?

— Поняла, — кивнула она и снова мило уткнула указательный палец в подбородок. — Но с кем же мне общаться, если ты всех… отбраковал?

— Найди самую тихую девчонку и подружись с ней, — закатил я глаза.

— Хорошо, — озадаченно отозвалась она. — Я попробую.

Стоит ли просить сначала посоветоваться со мной? Так, а вот это уже глупости!

— И не устраивай мне неприятности, Эмма.

— Хорошо, — поникла она.

К счастью, мы добрались до жилого здания. Здесь стало встречаться больше знакомых, потому я попытался идти подальше от Эммы и не разговаривать с ней. В лифте мы находились не одни, потому тоже молчали, я лишь перекинулся парой фраз со знакомым. И так в напряжении добрались до пятого этажа.

— Идём. Попробуем мои алмазы, — я махнул рукой, побуждая девушку следовать за мной.

А в комнате нас ждал сюрприз в лице Эмбер. Рубиновая лежала на моей кровати на животе, что-то строчила в версо и весело дрыгала ногами. По помещению разливалась тихая музыка, приятно журчал увлажнитель воздуха в виде спускающегося с миниатюрной горы водопада. Я одновременно обрадовался и расстроился от присутствия подруги. При ней станет проще общаться с Эммой и в то же время иррационально хотелось продлить мгновения наедине с ней.

— Не пришёл в столовую и опять игнорируешь мои сообщения, Стеллар, — возмутилась Эмбер, подскакивая с кровати. — О, ты не один? — и весело поиграла бровями, ведь не видела в моей подопечной соперницы или какой-то проблемы.

Надеюсь, не зря.

— Скай спас меня от падения с лестницы, — мило потупилась Эмма. — И объяснял, как обстоят дела в академии.

— Какой молодец, — Эмбер расплылась в улыбке.

— Я хотел предложить ей свои незадействованные алмазы. А то родители не смогли помочь, — пояснил, направившись к шкафу.

— Как щедро с твоей стороны, — промурлыкала он, подскакивая ко мне, и повисла на моём плече. — Обожаю твои приступы благородства, — и зажмурившись, потёрлась щекой о моё предплечье.

— Я точно не помешаю? — спросила Эмма.

— Проверим камни, и ты свободна, — сухо ответил я, доставая коробку из шкафа, а потом демонстративно потрепал Эмбер по макушке.

Поцелуй бы и вовсе развеял все надежды Эммы и глупые стремления на фоне связи, но мы с рубиновой не в таких отношениях, по крайней мере, пока.

К сожалению, подошёл лишь один самоцвет и довольно слабый, повреждённый во время вылазки за пределы Элизиума. Потому он хоть и отзывался Эмме, усиливал её, но во внешности разве что наполнил серебром глаза. Зато это дарило надежду на скорый резонанс с другими алмазами. Пусть это глупо и неправильно, я хотел видеть её в цветах своего дома.

Эмма ушла как будто довольной, да и Эмбер разве что не мурлыкала, потому я удивился, когда она обратилась ко мне внезапно серьёзным тоном:

— Леонард говорил с тобой о ней?

— Из-за резонанса с обсидианами? Это не так уж и важно.

— Пока да, но скоро её увидят с алмазом. И она сегодня взорвала накопитель, все гадают о её силе. Леонард не посмеет скрывать от отца.

— Эмма под покровительством алмазного дома, — отрезал я.

— Знаю. Просто не хочу, чтобы отцы снова лезли в нашу дружбу, — насупилась она.

— И я, — ответил честно, обнимая подругу.

Сильный самородок заинтересует обсидиановый дом. Но меня больше страшили неприятности со стороны Брайса и его отца.

/Эмма Марс/

— Самую тихую… — буркнула я, оглядывая помещение столовой.

Сегодня пришла пораньше, чтобы подыскать подругу по совету Ская, но пока на глаза не попадался никто подходящий.

— Что ты там бормочешь? — над головой раздался весёлый голос Закари.

Я огляделась, но обнаружила возле него лишь одного из королей академии, незнакомого мне лично опалового. Выше янтарного друга и шире в плечах, он смотрел на меня почти скучающе и с какой-то надменностью в лилово-голубых глазах. Длинные перламутрово-фиолетовые волосы привлекали взгляд своей насыщенностью, но я старалась сильно не косить на них взглядом.

— Габриэль Иридус, — сообщил он сухо. — Рад знакомству, Эмма.

— И мне приятно, Габриэль, — вежливо ответила я, мельком оглядевшись.

На нас поглядывали с любопытством. Надеюсь, никто не подбросит мне стекло в обувь из-за простого разговора с королями. Но ещё больше надеюсь на то, что Скай серьёзно преувеличивает.

— Так что ты ворчала? — весело поинтересовался янтарный, подхватывая мой поднос. И пока я хлопала глазами, поставил его на ленту раздачи. — Ты какой салат будешь? Фруктовый или с овощами?

— Острый, — отозвалась я, мысленно воя от досады. Успела забыть, какой Закари энергичный, вездесущий и бесцеремонный. — Ничего не бормотала. Скай посоветовал мне завести тихую подругу.

— Из-за того, что ты связалась с хулиганами? — скучающе предположил Габриэль. — Он прав, Джет и Рори плохая компания для любой девушки.

Опаловый взял из шкафа два острых салата, один поставил на мой поднос, второй — на свой.

— И как вы это едите? — поморщился Закари, хватая вазочку с нарезанными фруктами.

Я скептически заломила бровь, переглянулась с закатившим глаза опаловым и рассмеялась.

В итоге короли подсказали мне с выбором новых блюд и отпустили. Не пришлось придумывать оправдания и плести объяснения. С Рори и Джетом было сложнее. Стоило мне приняться за трапезу, как они присели за стол по обе стороны от меня.

— Осторожнее ты с королями, — проворчал Рори, отбрасывая от лица пряди золотых волос. — Наверняка приглядываются к самородку, чтобы утащить в свой дом.

— Они тебе не угрожали? — уточнил Джет.

А я, кажется, слишком устала удивляться, потому просто устало вздохнула.

— Знаете, все мне говорят про опасности, возможные угрозы, полёты с лестницы, стекло в сапогах.

— Кто-то посмел подбросить тебе стекло? — прищурился Джет.

— Нет! В том и дело! Все ко мне дружелюбны. Вы, хотя вас называют хулиганами, короли, якобы себе на уме и со своими интересами. Даже Виола и Гвинет милые и добрые, но они вроде должны быть злобными стервами.

— У нас иногда выходной, — раздался с соседнего столика ехидный голос Гвинет, и я почти мгновенно вспыхнула.

— Просто я пытаюсь разобраться. Почему все так запугивают меня, предупреждают об опасностях, а опасностей и нет.

— Пусть и не будет, — примирительно улыбнулся Рори. — Веди себя внимательнее, Эмма.

— И не хулиганы мы, — поморщился Джет. — Если не даём себя в обиду, это не значит, что мы плохие.

— Но вы заставляете Лика со мной заниматься. Это неправильно.

— Он слабый, — пожал плечами Рори.

— Я тоже, — возразила ему.

— Но ты красивая, — отбил весело Джет, отчего я вновь смутилась.

— Но Лик тоже красивый. Ему тоже нужна защита. Разве не правильно тогда защищать всех, кто слаб?

— Я не знаю, что ответить, — почесал макушку Джет. — Ты странная.

— Наивная, — поправил его Рори. — Пропадёт она в академии.

— Пропадёт, — согласился Джет.

Я мысленно провыла, но решила не отвечать. Может, опасности есть, просто мне их не видно за чередой событий?

Джет и Рори заботились обо мне, потому я не сумела отказаться от их дружбы, даже несмотря на предостережения Ская. Так что на следующую пару мы отправились вместе и снова заняли дальний стол. Разве что я сначала подошла к Лику, извинилась и пояснила причины своего вчерашнего молчания и незнания некоторых жизненных аспектов. А он удивил.

— Мне несложно позаниматься с тобой, Эмма, — смущённо ответил он, снимая очки, и отбросил с лица чёлку. А ведь и вправду красивый. Видимо, недостаточно, чтобы Джет и Рори его защищали. — Буду рад помочь тебе влиться в учёбу.

— Это чудесно. Спасибо огромное, — расплылась я в улыбке и счастливая побежала к друзьям, чтобы поделиться своими достижениями.

Они похмыкали, посмеялись, но будто одобрили и моё отношение, и поступок Лика.

А после обеда я впервые нарушила правила. Просто услышала разговор идущих впереди девчонок.

— Скай и Брайс договорились о поединке! Как здорово! — пропищала одна, указывая на свой версо.

— Идём смотреть, — счастливо ответила её подруга.

Меня же их слова напугали. Я решила, что Скай и Брайс столкнулись из-за меня, но быстро вспомнилось, как они договаривались о тренировке.

— Септимус, что за планируемый поединок между Скаем и Брайсом? — обратилась к своему версо-духу.

— Возможно, имеется в виду запланированная тренировка на полигоне между адептами с курса магистратуры, Эмма, — сообщил он, мило растягивая моё имя.

— А где пройдёт эта тренировка? — закусив губу в задумчивости, уточнила я.

Мне стоило проигнорировать эту информацию, но любопытство пересиливало.

— Я могу указать на схеме, Эмма. Но ты ведь помнишь, что у тебя занятие?

— Конечно, — надулась я. — Не будь занудой.

— Боюсь, такая функция не заложена в моё сознание, — ответил он, но мне почудилась улыбка в его словах.

Но как бы он ни предостерегал, получив схему, я побежала на полигон. Предстоящий поединок интересовал больше, чем две бессмысленные для меня пары.

Кажется, я училась ориентироваться, потому что быстро миновала главное здание и добралась до соседнего спортивного поля с многоуровневыми трибунами. Здесь собралось достаточно адептов, многие разместились на скамейках, перекусывали, общались либо читали. Мне же не стоило попадаться на глаза Скаю, потому я шмыгнула под трибуны и двинулась под рядами скамеек, приглядываясь к полю.

Вскоре моему взору предстал Скай, и я почти мгновенно оправдала свой прогул. Белый костюм, состоящий из туники и штанов, подчёркивал подтянутую фигуру и гармонировал с яркой внешностью. Волосы растрепались, на светлой коже блестел пот. Серебряные глаза сосредоточенно наблюдали за оружием противника по спаррингу, пока руки парировали удары деревянного меча. Я задержала дыхание и мысленно взвизгнула от восторга, когда соперник Ская упал на траву. Бой был завершён.

— Стеллар, ты готов⁈ — спросил насмешливо Брайс, направляясь к Скаю.

Рубиновый облачился в красный костюм, что придавало его образу дерзость. Сидящие на трибуне девчонки восторженно загалдели. Я же только фыркнула. Ничего они не понимают.

А Брайс достиг Ская. Они обменялись парой фраз и отступили. Воздух заклубился вокруг ладони алмазного и обратился полупрозрачным мечом. А Брайс материализовал огненный кнут. Подоспевшая Эмбер окружила их алым защитным куполом. И рубиновый сразу рванул в бой. Дыхание оборвалось, когда пламенная удавка обвязалась вокруг лезвия воздушного меча. Но Скай играючи развернул своё оружие, избегая захвата.

Это было потрясающе! Мужчины сближались и отдалялись. Ветер гудел, о барьер ударяли огненные искры. Оружие сталкивалось, развеивалось и вновь создавалось. А маги будто и вовсе не знали усталости, бросались друг на друга, пытались ужалить стихией или колкой фразой. Я не слышала, о чём они говорят, но мужчины явно не забывали друг друга поддевать. Зрелище так увлекло, что прозвучавший за спиной скрип заставил вздрогнуть и резко выпрямиться. Но обернуться я не успела. Висок взорвался болью, мир подёрнулся рябью и вспыхнул призрачным образом.

Меня подхватили знакомые руки, обняли, не давая упасть.

«Ты не должна бояться. Они недостойны. Веришь мне?», — раздался у уха мужской голос.

Я знала, кому он принадлежит, но забыла.

«Верю. И всегда верила только тебе», — ответила без раздумий, и в следующее мгновение виде́ние развеялось.

Сверху слышались крики зрителей. Вдали раздавались удары магических атак. Я лежала на траве. По лицу текло что-то горячее. От виска разносилась боль. Тело не слушалось.

— Скай, помоги, — я зажмурилась, смаргивая слёзы с глаз.

/Скай Стеллар/

Существуют официальные правила поединков. Запрещены определённые виды заклинаний, использование настоящего оружия, удары в лицо, пах и, само собой, применение ядов и дурманов. А есть правила моих поединков с Брайсом. Их ввели после того, как мы на полном ходу влетели в купол, пытаясь перегрызть друг другу глотки. Признаться, почти не помню, из-за чего конкретно мы тогда сцепились, то ли из-за бросившей его по моей вине девчонки, то ли после случившейся с его подачи перетасовки распределения из-за которого мне не удалось попасть в следующую исследовательскую группу. Но итог один: теперь нам запрещены обороты и бой вне поля дополнительной защиты.

— Скай, разогреваешься перед встречей со мной? — широко улыбнулся Брайс.

Как и я, облачился в боевую форму. В алых глазах плескалось жидкое пламя. Настолько мощное, что резерв в груди раздувался, готовый обратиться бурей.

— Просто ты, как всегда, опаздываешь, — закатил я глаза, формируя меч в руке. — Сам назначил время, сам же не пришёл.

— Кое-что выяснял про нашу общую знакомую, — оскалился он, обращая пламя кнутом, и сразу же пустил его в ход.

Мельком оценив взглядом созданный Эмбер щит, я отбил атаку и отправил свою.

— Ты об Эмме? — уточнил у него. — У нас полно общих знакомых.

— О ней, — рассмеялся он. Поднявшийся от его руки жар рассеял пущенные мной потоки ветра. — Ты правда её чуть не убил?

— Это несчастный случай, — ответил я ровно, хотя внутренне взбесился.

Не хватало, чтобы он при каждом удобном случае подёргивал за нити моего чувства вины.

— Это официальная версия? — создавая вокруг себя огненный щит, он отступил, чтобы не быть снесённым с ног.

Купол Эмбер усилился, теряя прозрачность. Похоже, она опасалась взрыва.

— На данный момент — да, — сообщил я твёрдо, направляя в него одну атаку за другой. — Не лезь в это, Брайс.

— Мне же просто любопытно.

Придав ускорение вспышкой пламени, он подскочил почти на два метра. В его руке соткался огненный меч и нацелился на мою голову. Я окружил себя ураганным ветром, готовясь отбить атаку. Но внезапно меня будто выбило из реальности.

«Помоги», — донёсся тихий голос Эммы, и по виску разлилась боль.

Я пошатнулся и нагнулся вперёд. Концентрация потерялась, ветер рассеялся вместе с моим оружием.

Брайс сердито выдохнул, извернулся в воздухе и неловко приземлился передо мной, взмахами рук рассеивая пламя.

— В чём дело, Скай? — нахмурился он.

— Не знаю… — я мотнул головой, прислушиваясь к себе.

Нить связи натянулась словно струна. Я почти слышал её тревожные стоны. И, ориентируясь на этот звук, сорвался с места. Брайс рванул за мной, да и Эмбер тоже. Но сейчас для меня имела значение только связь. Грудь сжимало тревогой. Я подлетел к проходу между трибун и нырнул под их каркас. А там на траве среди мусора лежала Эмма. На её виске кристаллизовалась кровь. Затуманенный взгляд серебряных глаз разыскивал меня. И вспыхнул радостью, когда нашёл.

— Эмма… — выдохнул я, бросаясь к ней.

Сзади послышался испуганный вздох Эмбер и ругательства Брайса. Я же подбежал к девушке, аккуратно перевернул на спину и отправил заклинания проверки состояния.

— Что с ней? — спросила Эмбер.

— Кажется, её ударили по голове, — пояснил я, поднимая Эмму на руки. — Эй, как ты? — обратился тихо к девушке.

— Спасибо, что пришёл, — она положила голову мне на плечо и прикрыла глаза.

Я снова ощущал аромат грозы и цветов, но теперь он нёс в себе не только тягу и стремление защитить, но ещё и желание наказать тех, кто ей навредил.

— А она не должна быть на парах? — задала резонный вопрос Эмбер, и Эмма в моих руках сжалась.

Вряд ли её принесли сюда. Либо выманили, либо нашли здесь. Но неужели она решила прогулять занятия?

— Выясним, — отозвался я со вздохом, спешно следуя прочь из-за трибун.

Нужно отнести её в госпиталь, и следом столкнуться с последствиями появления с окровавленным самородком на руках. Но это потом. Сейчас нужно позаботиться об Эмме и выяснить, кто рискнул по ней ударить.

Эмбер и Брайс не стали отставать, хотя последнему я предложил вернуться на тренировку. Он отказался. Так что до госпиталя мы добрались вместе, а здесь передали Эмму заботам лекаря. Я и так знал, что она отделалась ушибом, но тревожило меня другое: возможные последствия на фоне прошлого удара. К счастью, нас сразу успокоили. Эмма должна была прийти в себя в ближайшее время, а пока ей рекомендовали оставаться в госпитале.

Как только разрешили, мы прошли к ней в палату.

— Можешь разговаривать? — уточнил, присаживаясь к ней на кровать.

Эмбер и Брайс замерли у изножья.

— Да, — Эмма коснулась повязки на виске. — Спасибо за заботу, Скай.

— Перестань благодарить. Так бы поступил каждый, — отрезал я. — Лучше расскажи, что произошло. Кто напал на тебя? Как ты там оказалась?

— Я пришла посмотреть на ваш бой. Мне стало любопытно. Я увлеклась и не заметила, как ко мне кто-то подошёл со спины. Кажется, когда падала, взгляд зацепился за юбку и чулок, но я не уверена.

— Девушка, значит, — хмыкнул я, поднимаясь с кровати.

А Эмма резко вздохнула и вцепилась в мою руку. Конечно, сразу опомнилась, отпустила меня. Бледные щёки чуть посерели от смущения.

— Прости… мне страшно оставаться одной после… — пояснила она, опуская взгляд.

И серые волосы скрыли от меня её лицо.

— Здесь тебя не тронут, — заверил я девушку. Хотел и остаться, и успокоить, но это было бы лишним и опасным для её сердца. — Ты слишком многого хочешь. Я уже притащил тебя.

— Я с тобой останусь, Эмма, — вызвался Брайс и задорно ей подмигнул.

Она вскинулась, будто только что отметила его присутствие.

— Нет, с ней побудет Эмбер, — фыркнул я. — Ты идёшь со мной.

Схватив ухмыляющегося рубинового за тунику на плече, я выволок его в коридор.

— Ну ты и мерзавец, Скай, — хохотнул он. — Оставить будущую невесту с девушкой, которая к тебе неровно дышит…

— Не выдумывай. Эмма потеряла память, вот и тянется к единственному, кого запомнила. Ей тяжело. Не смей развлекаться за её счёт, понял?

— Пока развлекаться выходит и за твой счёт, — отбил он, но алый взгляд хлестнул огненным предупреждением.

Я переходил черту. И всё из-за странной связи, она выводила меня из равновесия.

— Идём выяснять, кто на неё напал. Раз так хочешь развлечься, разрешу их избить, — предложил ему.

— Девчонок избить?

— Можешь попинать, — иронично разрешил, пытаясь перевести разговор в шуточное русло.

— Ладно, идём, — пожал он плечами. — Ты так скрипишь зубами, что я просто обязан находиться рядом. Пожар выйдет знатным.

— Это по твоей части, — я медленно выдохнул, пытаясь успокоиться.

Укол оправдан. Если позволю эмоции, то действительно могу создать неприятности и себе.

— Устроишь ураган, — ответил он ровным тоном.

Кажется, тоже взял себя в руки.

Это хорошо. Может, разборки пройдут спокойно, без лишнего шума и воспитательных бесед с ректором.

/Эмма Марс/

Показалось, сегодня снова первый день в академии. Хотя нет, было даже хуже: все на меня оглядывались, шептались о чём-то и чуть ли не шарахались. Неужели из-за того, что произошло вчера? К счастью, долго гадать не пришлось.

— Эмма, утра, — меня под руку подхватила Виола. Девушка натянуто улыбнулась. — Как твоя голова?

— Болит немного, — растерянно призналась я. — То есть, доброе утро, Виола. Какая красивая заколка, — отметила, отвлёкшись на блеск изумрудов в изящном украшении в виде букета.

— Спасибо. Мама подарила. — Теперь улыбка девушки стала мягче.

— Те дуры сильно злорадствовали? Только по голове ударили? — под вторую руку меня подхватила Гвинет. Короткие чёрные волосы девушки сегодня задорно топорщились. — Оскорбляли? — уточнила в злом веселье.

— Нет, в том и дело. Пока падала, заметила только юбку. Но откуда вы знаете? Девчонки? Их было несколько?

— Вся академия в курсе, — снисходительно фыркнула Виола. — Одна ты, видимо, не знаешь, что случилось потом.

— Зато мы первыми расскажем, — широко улыбнулась Гвинет.

И тогда мне стало известно, что Скай с Брайсом выяснили, кто на меня напал. Злоумышленницами оказались две подружки, но не простые адептки, а сёстры довольно опасных на улице фигур. Что за улица и кто они я так и не поняла, зато узнала, что чуть не дошло до магических разборок. Но теперь стало понятным, почему вчера Эмбер срочно вызвала Леонарда. Обсидиановый Король вмешался в спор, напомнил о моей травме, поэтому обошлось без боёв. Все признали, что такой удар мог закончиться для меня и смертью. Но слухи понеслись по академии, и теперь адепты гадали, почему Скай и Брайс за меня заступились.

— Наверное, из-за срыва тренировки, — пожала я плечами, отвечая на вопрос Виолы. — Скаю пришлось нести меня в госпиталь.

— Кому важна тренировка? — рассмеялась она. — Над ним до сих пор висит риск судебного разбирательства. Если ты вдруг умрёшь, это может сказаться на нём.

— Да, точно. Ты лучше меня разбираешься. А я пока не понимаю, что за улица. И, кстати, зачем они вообще так поступили? Зачем ударили со спины? Я же ничего им не сделала.

— Дуры просто, — поморщилась Гвинет. — Балдеют от своей безнаказанности. Но им жёстко прилетело. От ректора тоже. Правда, и Ская с Брайсом задело, — вздохнула грустно.

— Ну вот. Надо извиниться перед Скаем и Брайсом? — уныло отозвалась я.

— И вот новый вопрос, Эмма. Что ты там делала? — щёлкнула пальцами Гвинет.

— Мне стало любопытно… посмотреть на бой королей академии, — призналась тихо. — Вы их так описывали.

— Ты была там не одна любопытная, — рассмеялась Виола.

В итоге завтрак прошёл с главными стервами академии и весьма мило. Я попробовала новые блюда, поинтересовалась модой на украшения и бельё, памятуя об уколах Закари, и вполне довольная отправилась на пары. Здесь на меня с расспросами накинулись Джет и Рори. Виола подсказала мне объяснение причин поведения Ская и Брайса, и парни удовлетворились моими ответами.

А после завершения пары меня остановил в коридоре куратор курса, магистр Элвин Виридиус. Молодой на вид и активный алмазный дракон. Он в скоростном режиме отчитал меня за прогул, извинился за поведение напавших на меня адепток, пообещал уладить вопросы наказания для них, но и мне назначил штрафную отработку за пропуск занятия. И ещё сообщил о начале общественно-полезных работ. Вскоре мне должно было прийти расписание. Но это не пугало, ведь все адепты работали.

Кажется, и Лик хотел узнать подробности, потому что перехватил меня после разговора с куратором и напомнил о нашем занятии. Мы договорились о встрече в его комнате. Он показал мне на схеме расположение жилого здания факультета земли, выслушал мой рассказ, посочувствовал и попрощался до вечера.

Глядя вслед уходящему парню, я вдруг вспомнила о совете Ская. Получив повод для новой встречи, захотелось сразу ринуться на поиски Короля Алмаза, заодно поблагодарить за помощь, снова вдохнуть дурманящий аромат, но пришлось заставить себя отказаться от этой идеи. Академия и так кипела. Я в полной мере осознала, какое это узкое и сложное сообщество. Но пообщаться со Скаем уж очень хотелось. И тогда я вспомнила о версо.

— Септимус, а можно как-то написать Скаю? — спросила шёпотом.

— Конечно, Эмма, его контакт есть в списке. Что ты хочешь спросить у Ская? — так же шёпотом ответил он и вывел мне окошко переписки в виде развёрнутого конверта.

Как оказалось, печатаю я плохо, но дух перевёл в текст мою надиктовку.

«Привет, Скай! Это Эмма. Я пишу по поводу твоего совета. Мне можно дружить с парнем? Я не нашла самую тихую девушку в академии, но, кажется, нашла самого тихого парня».

Не была уверена, что Скай ответит, но сигнал версо прозвучал через минуту, я даже не успела дойти до следующей аудитории.

«Надеюсь, он не просто дружелюбный?», — прочитала про себя и мгновенно вспыхнула, припомнив, как алмазный надо мной подтрунивал.

«Он тихий, и согласился заниматься со мной, когда я объяснила, что не буду его заставлять. Думаю, он хороший».

«Либо заинтересован тобой, как девушкой. Дружба между мужчиной и женщиной часто заканчивается именно так. Поэтому я предлагал найти подругу».

«Ты против?».

«Не знаю. Присмотрюсь к этому Лику, потом скажу».

На губах сама собой расцвела улыбка. Скай запомнил имя парня из нашего разговора. Это ведь забота? Скай заботится обо мне? Защитил от Брайса, объяснил мне непонятное, подарил алмаз, вчера спас, разобрался с моими обидчиками, а сегодня сразу ответил на сообщение и намерен присмотреться к моему другу. А ведь говорил, что не будет вешать меня на шею, вёл себя грубо. Только его слова и поведение не соотносятся с поступками.

— Да, обычно, если тебе всё равно, тебе просто всё равно, — ответил на мой завуалированный вопрос на тему отношений Лик.

В домашней обстановке он выглядел иначе, более расслабленным и милым. Он избавился от очков, волосы отвёл назад, открывая приятное лицо с добрыми чёрными глазами.

— Значит, ему не всё равно, — заключила я.

— Либо ты придаёшь слишком большое значение его поступкам, — пожал плечами Лик.

И я отметила про себя, что в академии в свободной форме он казался мне тщедушным, но облегающая туника демонстрировала подтянутость мышц. Может, он занимается спортом?

— В школе мне нравилась одна девочка. Она как-то помогла мне. Я решился предложить ей свои чувства. Она посмеялась надо мной. Мне казалось, если она добра ко мне, то я ей нравлюсь, но ошибся. Чувства создают ошибки. Когда кто-то нравится, ты цепляешься за каждую мелочь. Этот парень мог просто помочь тебе из жалости. А жалость — это не симпатия, даже не доброта.

— Ты тоже помогаешь мне из жалости? — предположила я.

— Мне действительно тебя жаль. Не представляю, каково это — оказаться без памяти и знаний в академии. Но ты не злая, поэтому я решил помочь. Эмма, разве ты пришла не заниматься? — напомнил он, указав на книгу в своих руках.

— Прости, — опомнилась я. — У меня нет друзей, не с кем посоветоваться.

— Я не против, буду рад помочь. Спрашивай, конечно, если возникнут вопросы, — смутился он. — Пойми, мне через сорок минут на тренировку, поэтому я тебя тороплю.

— Ты занимаешься спортом?

— Гравитоном. Хочу в команду академии, — Лик совсем смутился, и тёмная кровь прилила к его щекам. — Это глупо, да?

— Почему?

— На первом курсе много сильных самцов. Я не потяну.

— Если будешь стараться, если тебе принесёт счастье игра в команде академии, то потянешь, — уверенно кивнула я. — Все достойны счастья.

И комната будто отдалилась, бросая меня в кромешную мглу.

«Все достойны спокойной смерти», — всплыли собственные слова будто издалека, из прошлой жизни.

«Снисходительно просто для них. Ты не должна дарить им смерть. Подари им мучения», — жёстко ответил мне смутно знакомый мужской голос, и я ощутила крепкую хватку на плечах.

«Но это неправильно».

«Правильно после всего, что они сделали с нами. Что сделали с тобой… Ты же мне веришь?».

«Верю… Только тебе и верю. Ты прав. Смерть обойдёт их стороной».

— Начнём с азов, — заговорил Лик, вырывая меня из странного виде́ния.

— Да, давай, — закивала я, пытаясь успокоить бешеный стук сердца в груди.

Не знаю, ко мне пришли воспоминания из прошлой жизни или лишь кошмары, но в этот момент я боялась возвращения памяти.

Несмотря на странное видение, занятие с Ликом прошло плодотворно. Он помог мне понять, как нужно проводить изучение истории, наметил план дальнейшей работы, что позволило мне поверить в себя. По крайней мере, теперь я знала, что при должном старании смогу нагнать программу академии.

— Эмма, тебе пришло сообщение от Леонарда Тенебриса, — сообщил Септимус, когда я вышла на улицу.

Успело стемнеть. Возле дорожек жужжали разбрызгиватели воды, капли окропляли ноги. Дышалось намного свежее, чем днём.

— Леонард мне что-то написал? — удивилась я, но извлекла из кармана версо.

Обсидиановый Король Академии был ко мне дружелюбен, но мы общались лишь раз в мой первый день в академии. Правда, он же, по сути, участвовал в тех ужасных разборках и спас положение.

«Добрый день, Эмма! Я подумал, ты захочешь познакомиться с другим самородком и пригласил её в академию. Приходи завтра в семь вечера в жилое здание факультета земли».

Надо же, другой самородок! Я так обрадовалась, что не сразу уловила смысл возникшего на экране сообщения от Ская.

«Эмма, уже поздно. Почему ты до сих пор не в комнате?», — гласило сдержанное послание.

«Я была у Лика, мы занимались, бегу к себе», — продиктовала я Септимусу ответ.

«Чем вы занимались?», — моментально пришло от Ская.

«Историей», — растерянно отозвалась я и улыбнулась.

И улыбалась весь путь до своей комнаты. Забота Ская так приятна!

Естественно, как только вернулась к себе, сразу сообщила ему, но он больше не отвечал. Наверное, был занят, либо посчитал нашу переписку чрезмерно насыщенной. Но я не расстроилась, мысли занимала предстоящая встреча с другим самородком и немного работа. Интересно, куда меня направят? Ответ пришёл через час, мне предстояло проводить ревизию в центральном отделении стражи города.

Сборы наутро прошли спокойнее, я относительно привыкла к новому месту, не суетилась, потому и в столовую прибыла вовремя и без спешки. На меня по-прежнему поглядывали с любопытством, но не подходили и ничего не спрашивали. А вот мне не у кого было спросить, что делать после завтрака. Но это не так уж и плохо, был повод снова написать Скаю! Вот только раньше на мои плечи навалился Закари.

— Как сегодня твоя голова, бабушка? — поинтересовался он, взъерошив мои волосы.

Но хоть перестал придавливать меня к полу, иначе бы я не выдержала.

— Хорошо, спасибо, — я обиженно поправила то, что осталось от причёски.

После разговора с Виолой и Гвинет по-новому взглянула на собранные для меня королевой средства, потому сегодня постаралась выглядеть лучше, а он взял и всё испортил.

— И я не бабушка, на мне модное и красивое бельё.

— Я тебе не верю, а ты вряд ли покажешь… Бабушка же! — хохотнул он, подхватывая меня под руку, и потащил к раздаточной.

Значит, придётся расспрашивать Закари, а не Ская. Но, может, и хорошо, алмазный не будет злиться, что я его постоянно дёргаю.

— Как с учёбой дела? Что-то нужно объяснить?

— Разве что ты захочешь позаниматься со мной литературой, — пожала я плечами, не особо веря в успех.

— Давай, мне несложно, — хмыкнул он. — Так, ты на первом курсе. Прочитай к завтрашнему дню повесть «И они ушли вместе», перескажешь, и мы обсудим основные идеи произведения.

Лучше бы мы рассматривали моё бельё!

— Хорошо, — выдохнула я, старательно играя благодарность.

Надо подтягивать учёбу, даже если это не особо интересная мне литература.

Закари набрал для меня еды по своему вкусу и утащил за столик, где постоянно заседают короли академии. Отказаться не вышло в обоих случаях, так что я принялась оценивать новые блюда. Вскоре за столик подсели обсидиановый Леонард, опаловый Габриэль и незнакомый мне нефритовый.

— Рад знакомству, Эмма, — сдержанно поздоровался Король Нефрит, присаживаясь напротив. У него оказались очень короткие зелёные волосы и глубокие тёмно-зелёные глаза, взгляд которых выражал вселенскую скуку. — Тристан Вердис.

— Очень приятно, Тристан, — приветливо улыбнулась я.

— О, Эмма, здравствуй, — рядом со мной плюхнулась Эмбер.

— Доброе утро, всем, — ровно произнёс Скай, занимая место рядом с ней. И я сразу ощутила его дурманящий аромат. — Кто притащил сюда Эмму? На неё уже напали, или вы забыли?

— Мы с Эммой теперь лучшие друзья, — рассмеялся Закари. — Не волнуйся, я смогу её защитить.

— Под трибунами не смог, — отбил холодно Скай.

— Не будь таким серьёзным. Мы понимаем, ты волнуешься за Эмму, но не преувеличивай масштабы ситуации, — Эмбер положила голову на плечо Скаю и нежно заглянула ему в глаза.

— Как скажешь, — улыбнулся он, моментально оттаивая.

А я ощутила болезненный укол в грудь и целый океан расстройства. И ведь понимаю, что они пара, Эмбер принцесса, и у Ская нет причин видеть во мне больше, чем просто подопечную, но не могу сдержать себя от подобных реакций.

Завтрак прошёл на удивление душевно. После общения с Виолой я считала, между королями и принцессой академии лишь расчёт и необходимость находиться вместе, но они приятно общались, интересовались делами друг друга, шутили, смеялись. Выглядели настоящими друзьями, по крайней мере, в моём понимании.

— Эмма, мы идём на отработку вместе, — сообщил мне Скай, когда завтрак завершился.

— Ты меня проводишь? — предположила я.

— Нет, у нас общее распределение.

Я очень постаралась скрыть свою радость, но вряд ли получилось.

К выходу из академии шло много адептов, потому нам вполне удалось затеряться среди толпы и миновать пропускной пункт без лишних расспросов. А дальше я просто шла по улице и старалась не отставать от Ская.

— Ты дочитала книгу Валериуса? — спросил он, когда мы отдалились от академии.

— Почти, — подтвердила я.

— Дочитай быстрее. Мы несколько дней будем посещать участок, я смогу вернуть ему книгу от твоего лица.

— Постараюсь, но Закари задал мне читать повесть «И они ушли вместе».

— Ты зря попросила его о помощи по литературе. Он обожает читать философские труды и может замучить выстрелами цитат за пять минут.

— Об этом я не знала.

— Но он может стать хорошим учителем, если тебе действительно интересно, — пока говорил, Скай старательно не смотрел на меня.

Вспомнилось, как Эмбер положила голову ему на плечо. Если бы так сделала я, он бы разозлился.

— Мне интереснее точные науки.

— Тогда Закари тебя съест, — зловеще улыбнулся Скай, и я рассмеялась, искренне надеясь, что это шутка.

Центральный участок находился довольно близко, потому мы добрались до места за пятнадцать минут. Здесь мы отметились у столика дежурного, получили пропуска и отправились на поиски хранителя накопителей.

— Это сложная работа? — уточнила я, пока мы брели по коридору с деревянными панелями на стенах.

— Нет. Монотонная, непыльная, многие удавить готовы за такое распределение.

Ну вот, меня снова выделяют.

— Но тебе не нравится? — задала я следующий вопрос.

— Эмма, я дипломированный маг на магистратуре, боевой специалист, а меня отправили перебирать накопители вместо направления за купол. Да я в бешенстве.

— На меня?

— На обстоятельства, — выдохнул он, глянув на меня хмуро. — А ещё распределение под крыло Валериуса выглядит странным. Поэтому не ходи здесь одна. Хоть что, сразу проси версо-духа вызывать меня. И никакого личного общения с Валериусом.

— Поняла. Спасибо за заботу, Скай, — улыбнулась я.

— И не улыбайся так лучезарно. Если, конечно, не ставишь целью всем сообщить, как ко мне относишься, — отвернувшись от меня, он толкнул одну из дверей.

Похлопав вспыхнувшие от смущения щёки, я шмыгнула за ним.

Мы попали в обширное помещение настоящего склада накопителей информации. Металлические стеллажи со стеклянными ящиками в них тянулись до самого потолка, каждый ряд был пронумерован и выделялся буквами алфавита. Справа от входа располагался небольшой кабинет, где и находился хранитель, точнее, хранительница. Миниатюрная и смурная обсидиановая драконица по имени Веспер Холл провела нам краткую экскурсию и сжато пояснила, что от нас требуется.

Как оказалось, мы находимся на общем складе, куда поступают все обращения граждан и материалы дел. Для штатной работы используют дешёвые накопители, срок хранения данных в которых ограничен. Потому необходимо переливать информацию в общую сеть и освобождать хранилища информации для новой работы. Кроме того, нужно освобождать накопители по закрытым делам. В общем, от нас требовалось наводить порядок в картотеке.

Для работы нам выдали считыватель информации и список контейнеров. Скай предложил его разделить, и мы распределились по складу. Правда, мне всё же пришлось отвлечь алмазного, чтобы научиться перевозить лестницу. Так и работали, ходили между контейнерами, открывали их пропусками, сливали информацию, где уже версо-дух занимался обработкой. Само собой, доступа к данным мы не имели, как и прав на иное воздействие на накопители. Видимо, на случай попыток порчи и удаления информации.

Мне нравилась эта работа, действительно несложная, непыльная, монотонная. С ней бы справился и ребёнок. Может, потому многие бы хотели сюда попасть.

— Скай, а куда ещё отправляют адептов? — поинтересовалась я, когда мы с алмазным пересеклись в одном из рядов.

Он был рядом, и хотелось дышать им вечно. Судя по всему, я не умела скрывать свою реакцию.

— Куда только не отправляют. И собирать мусор по улицам, и на конвейеры на заводах, и на различные склады, даже иногда в зону добычи самоцветов. Как-то мы заменяли повреждённые кристаллы купола. Проводятся и исследовательские миссии.

— Ты говорил, что выбирался за купол.

— Да. Но получить распределение для принца-заложника — сложная задача, — хмыкнул он. — Вдруг погибну, и в этом обвинят один из высоких домов, — усмехнулся иронично, и я вздрогнула, про себя решив, что это вовсе не шутка.

— И ничего нельзя сделать?

— Вопрос внесения изменений в мирный договор поднимался на совете, но пока всех всё устраивает.

— А замена?

— Я младший ребёнок в роду. Меня некому заменить и мной можно пожертвовать. Но когда женюсь на Эмбер, совету придётся менять решение. Мы перестанем представлять интересы только одного дома, — протянул он задумчиво, открывая очередной контейнер.

Грудь кольнуло в тревоге. Показалось, и Скай на миг пошатнулся.

— Эмма, это только связь, ненастоящие чувства, — произнёс он твёрдо.

— Я помню.

Принять и попытаться изменить свои ощущения намного сложнее.

— Давай на этом закончим, — Скай чересчур сильно захлопнул крышку.

— Что ты…

— Почти обед. Пора в академию на занятия. Завтра продолжим, — пояснил он, разворачиваясь ко мне. Серебряные глаза смотрели без эмоций. — И я поговорю с Закари, попрошу больше не тащить тебя за наш столик. Тебе в целом лучше держаться от меня подальше, и из-за возможных проблем, но в первую очередь из-за связи. Ты явно не осознаёшь последствий. Однажды связь между нами исчезнет. И лучше бы нам к тому моменту остаться чужими друг для друга. Чувства ко мне — не то, что тебе нужно.

— Не понимаю… — пролепетала я.

— Ты поддаёшься связи и не понимаешь, что она создаёт искусственную тягу. Когда она уйдёт, станет проще. Но если ты успеешь убедить себя в чувствах ко мне, то тебе будет больно. Потому что нам при любом раскладе не быть вместе. Даже если бы вдруг мир перевернулся, и я бы тоже влюбился в тебя, нам не стать парой.

— Теперь поняла, — тяжело сглотнув, подтвердила я.

— Молодец. Идём в академию.

— Идём.

Этот разговор оставил тяжёлый осадок в груди. Умом я понимала, Скай говорит здравые мысли, но чувствовала совершенно иначе. Видимо, потому, что всегда принимала нашу связь.

Но этот день не собирался давать мне отдых. На выходе из здания нас внезапно перехватил Валериус Ригор. Сегодня он предстал в сером костюме в тонкую чёрную полоску с синей рубашкой под ним. Алые волосы были собраны в высокий тугой хвост.

— Рад новой встрече, Скай, мисс Марс, — вежливо кивнул он.

— Добрый день, Валериус, — сдержанно отозвался алмазный.

— Здравствуйте, мистер Ригор, — не зная, чего ждать от безопасника, я невольно подступила ближе к Скаю.

— Я хотел с вами пройтись до парка, — сообщил безопасник.

— Мы боимся опоздать на занятия, — попытался отказаться Скай.

— Поэтому лучше поспешить. Карета подана, — он махнул рукой, указываю на ожидающий у обочины дороги транспорт.

— Что делать? — шепнула я Скаю.

— Послушаем, что он хочет обсудить, — ответил он, подхватывая меня под руку, и потянул за собой.

Мы забрались в карету, и здесь я вновь почувствовала дымный и навевающий опасность аромат Валериуса. Не знаю, внутренние это ощущения или итог прослушанных мнений о своенравном безопаснике, но мне стало не по себе. И только аромат Ская успокаивал.

К сожалению, Валериус не спешил рассказывать, для чего и куда на самом деле мы едем, он предпочёл завести праздную беседу. Интересовался моими делами, успехами в учёбе. Я отвечала, Скай будто скучал, в общении не участвовал. Но вот мы добрались до центрального парка. Место мне было не знакомо, но я знала, что именно здесь произошёл несчастный случай, разделивший мою жизнь на неизвестное «до» и неопределённое «после».

Мы покинули карету и вошли под тень высоких деревьев. Скай теперь выглядел мрачным, а Валериус предвкушающим. Через некоторое время мы вышли к относительно свободной площадке с окружённым магическим куполом спортивным полем, вокруг которого неслись мощённые камнем дорожки и размещались металлические скамейки.

— Предлагаю провести следственный эксперимент, — улыбнулся рубиновый, передавая Скаю два мяча. — Вас попрошу занять прежнее место на поле и повторить ту подачу. Постарайтесь вложить столько же магии, сколько в первый раз.

— А второй мяч? — сурово уточнил алмазный.

— На всякий случай, — Валериус подхватил меня под руку, оттесняя от Ская. — Цельтесь в нас с мисс Марс. Я смогу защититься, но повторение ситуации может стать толчком для возвращения воспоминаний.

— Сделаю, — хмыкнул Скай, бросив нечитаемый взгляд на его руку, удерживающую мой локоть.

— А мы с вами займём ту скамейку, о которую вы ударились при падении, — заговорщицки шепнул мне рубиновый, потянув за собой по дорожке.

— Что должен доказать этот эксперимент? — сипло уточнила я.

— Увидим.

Валериус подвёл меня к скамейке и заставил сесть. Я нервно глянула на металлический подлокотник и сосредоточила внимание на вошедшем на поле Скае. Игравшие там подростки прекратили игру, удивлённые внезапным вторжением, но согласились ненадолго уступить место.

Алмазный сжал мяч в руке. Сила вспыхнула в серебряных глазах и закружилась вокруг него неистовым ветром. Замах, и мяч понёсся по полю, снося со своего пути мусор и вынуждая отступить наблюдающих мальчишек.

Я задержала дыхание. Перед мысленным взором ясно вспыхнул момент удара. Показалось, следующий миг вернёт меня в прошлое, позволит заглянуть в туманное «до». Но мяч налетел на магический барьер и упал на траву. Он не сумел пробить защиту поля.

/Эмма Марс/

— Почему? — пролепетала я в совершеннейшем замешательстве.

Валериус не ответил, он поднялся со скамейки, сложил руки рупором и прокричал:

— Вложите во второй бросок в два раза больше магии!

И уже когда Скай судорожно стиснул мяч в руке, мне стало страшно. Теперь вокруг него поднялся настоящий ураган. Мальчишки сбежали к защитному полю, защищаясь от летящего в стороны песка и мусора. Скай замахнулся и бросил мяч. Пугающий снаряд разметал газон и с хлопком ударился о барьер. Но снова не смог его преодолеть. Сила схлынула. Мяч упал на землю.

В ушах шумело. Я так и сидела на скамье, мяла пальцами ткань юбки и пыталась понять, что происходит. Потому даже не сразу заметила, что к нам приблизился Скай.

— Защиту поля улучшили? — предположил алмазный.

И на миг мне стало легче. Прошлые догадки рассеялись.

— Нет, защита поля в том же состоянии, в котором была в день вашей игры, — с улыбкой ответил Валериус, вновь толкая меня в водоворот ошеломления. — Статистика напряжения поля не ведётся, но, судя по показаниям других драконов, что играли на поле после вас, аномалия произошла лишь в момент вашего броска, Скай.

— Значит, это подстава, — хмыкнул он, будто даже не удивившись.

Сейчас его лицо напоминало маску: идеальную, без единого изъяна, но совершенно неспособную изображать чувства.

— Неизвестно, — Валериус продолжал довольно улыбаться. — Но расследование проводится. В том числе рассматривается иск ваших родителей в отношении качества установленных барьеров в общественном месте. Я решил поделиться с вами результатом. Качество отменное.

— Да, — Скай не смотрел на меня. — Если на этом всё, нам нужно в академию.

— Вас подбросить? — уточнил весело Валериус.

— Если вам не сложно, — безэмоционально ответил Скай, так и не глядя на меня.

По пути в академию мы не разговаривали. Валериус переписывался по версо. Скай смотрел в окно. Я продолжала мять свою многострадальную юбку и пытаться осмыслить новости. Выходило, не Скай разрушил защитный барьер, произошёл сбой. Это не несчастный случай, а возможная подстава. И как это скажется на мне?

— Раз вы теперь работаете в управлении, мы ещё увидимся, — доброжелательно сообщил Ригор, когда карета остановилась у ворот академии. — Мисс Марс, у меня есть ещё несколько книг для вас.

— Это лишнее, — отрезал Скай. — Алмазный дом способен обеспечить Эмму всем необходимым.

— Как знаете, — усмехнулся рубиновый.

После стандартных слов прощания мы покинули карету. Скай сразу направился к воротам. Я засеменила за ним.

— Что теперь со мной будет? — спросила я, ведь больше не могла молчать.

— Скорее всего, ничего не изменится, — ответил он всё тем же ровным тоном. — Но мне стало легче. Больше никакого чувства вины.

Произнеся эти слова, он ускорился. А как только мы преодолели пропускной пункт, и вовсе отправился не в столовую, а в кафе. Я же поплелась в главное здание. Была так растеряна, что успела под конец обеда, потому лишь перекусила пирожком и чуть не опоздала на пару. Но и там ощущала себя слишком разбитой, чтобы вникнуть в суть лекции. Тем более, шёл очередной урок истории.

До конца дня я так и не увидела Ская, он не пришёл и на ужин. Мне было грустно и непонятно. Я не знала, как дальше сложится наше общение. Не знала, что решат алмазные правители. Зато выяснила, что завтрак за столом королей не прошёл без внимания. Виола напомнила о прошлых предупреждениях по поводу «Её Короля Алмаза», а потом меня ещё и толкнули на газон по пути в жилое здание факультета воздуха. Рядом работала поливалка и меня облило водой.

— Держись подальше от Брайса, выскочка, — заявила совершенно незнакомая мне опаловая драконица, фыркнула и двинулась дальше.

— Эмма, пришло сообщение от Леонарда Тенебриса, — сообщил Септимус.

Я только поднялась на ноги и отряхнула грязь с юбки.

— Что он пишет? — уточнила я.

— Он отменил встречу. Сказал, его знакомая не сможет приехать.

— Ну вот.

Моё расстройство достигло невообразимых высот. К себе в комнату я поднялась мокрой, грязной и абсолютно разбитой. В пустом помещении стало особенно одиноко. Из глаз полились слёзы.

— Не переживай, Эмма, — попросил внезапно Септимус. — Хочешь, я покажу тебе несколько приёмов самозащиты? Или подберу простое плетение для сушки одежды?

— А я смогу? — спросила, часто всхлипывая.

— При должном старании.

— Давай попробуем.

И итогом вечера стала сожжённая юбка вместе с выговором за чуть не устроенный пожар. Но ситуация внезапно подняла настроение. Я вдруг поняла, что благодаря алмазу Ская могу колдовать.

На следующий день был выходной в плане учёбы, но предстояло отправиться в управление. Завтрак проходил с Джетом и Рори.

— Замечательное платье, — похвалил янтарный.

— Спасибо. Септимус сказал, сегодня можно одеться не по форме.

А ещё сообщил, что красивый внешний вид помогает в налаживании отношений, поэтому я уложила волосы, покрасила губы блеском и облачилась в воздушное розовое платье с белым кардиганом поверх. Правда, Скай не увидел, он снова не пришёл в столовую.

— Поражает меня твой версо-дух, — пробормотал Джет. — Сегодня не с королями?

— Вчера случайно получилось. Я пожаловалась Закари на сложности с литературой, а он решил мне помочь. Только потом мне пояснили, что я выбрала слишком въедливого репетитора. Он задал мне чтение повести и ждёт отчёта.

Парни переглянулись и рассмеялись.

— Закари вроде неплохой, — заключил Рори. — По крайней мере, в жёстких скандалах не замечен.

— Кроме участия янтарного дома в похищении принца Леонарда, — уколол Джет.

— Что? Похищение? — удивилась я.

— Участие короля Хроноса не доказали, — воинственно возразил Рори.

— Ага, а слухи о компенсации обсидиановому дому — просто слухи, — оскалился в ответ Джет.

— Король янтарного дома похищал Леонарда? Но зачем? — удивилась я.

— Всё это слухи. Не верь им. Король Хронос замечательный, — нахмурился Рори.

— При переселении в одном из первых ковчегов обсидианового дома произошло похищение принца Леонарда, — начал мне пояснять Джет. — Говорят, в попытке сбежать он угодил на спасательную шлюпку с драгинжером и двумя телохранителями. Они сумели дотянуть на шлюпке до Мира Сфер, выжить в джунглях и добраться до Элизиума. Детали разбирательств скрывают, но говорят, принца пытались похитить по заказу короля янтарного дома Хроноса.

— Но это неправда, — рыкнул Рори.

— Я тоже думаю, что неправда, — примирительно улыбнулась своему янтарному другу. — Я плохо знаю Закари и Леонарда, но видно, что они хорошие друзья. Мы с Закари и столкнулись впервые, когда он упал на дорожку передо мной во время игры в диск с Леонардом.

— Да они там все вроде как друзья. Но не забывай, что находятся здесь, чтобы высокие дома не столкнулись. Их дружба относительна, а между правителями нет и её. Не будь настолько наивной, Эмма, — поморщился Джет.

— Прости, — вспыхнула я.

— Она без памяти, дурак. Не может она не быть наивной, — Рори подтолкнул его в плечо.

— Эмма, тебе сообщение от Ская, — сообщил Септимус.

Парни напряглись, да и я мысленно взвыла. Мой круг общения складывался из весьма непростых во взаимоотношениях личностей.

— Что он пишет? — спросила, пытаясь изобразить удивление.

— Пишет: «Если не хочешь идти в управление одна, тебе лучше поторопиться. Я закончил с завтраком и через десять минут отправлюсь к воротам».

Похоже, сегодня он снова предпочёл кафе.

— Напиши, что…

— Мы проводим Эмму, — подсказал ворчливо Джет. — Тоже мне Король. Обойдёмся и без его одолжений.

— Да, напиши, что меня проводят, — вздохнула я.

Но хоть в управлении мы останемся со Скаем одни и сможем поговорить. Я надеюсь…

Остаток завтрака прошёл приятно, как и путь до управления. Парни тоже отправлялись на отработку, но им предстояло мыть скамейки в парке. Я боялась, что посыпятся уколы из-за моего направления, но они только порадовались за меня. Впрочем, и не переживали по поводу предстоящей работы, наоборот, будто предвкушали спокойный день в общении. Я даже позавидовала, ведь Скай не стремился разговаривать больше необходимого. Думаю, если не буду к нему обращаться, он и вовсе предпочтёт молчать весь день. Не знаю, кем я была в прошлой жизни, но в этой болтушка.

На складе за неполные сутки ничего не поменялось, царила всё та же затхлая тишина. Скай меня не дождался, успел приступить к работе. Правда, и не стал упрекать, лишь поздоровался со мной, когда мы пересеклись в одном из коридоров, но очень холодно и официально. Мороз пробежал по коже.

— Ты винишь меня? — предположила я, не сдержавшись.

— Я говорил, — отозвался он, не глядя на меня, — я подозреваю ту, кем ты была. Конкретно к тебе у меня нет претензий. Естественно, пока ты не достаёшь меня. А делаешь ты это постоянно.

— Я не специально, — пролепетала, мгновенно вспыхнув.

Скай не ответил, предпочёл сосредоточиться на работе.

— Теперь ты всегда будешь меня игнорировать?

— Ты бы предпочла иначе? — сердито выдохнув, он вдруг отбросил считыватель на полку и двинулся ко мне.

Безумно привлекательный, выводящий из равновесия умопомрачительным ароматом и нереально злой. Я ощущала магию его ярости, чувствовала, как на неё отзывается резерв. Кажется, в прошлом не ощущала резерв так ярко, как в эти мгновения.

— Чего бы ты хотела, Эмма? — он вдруг подтолкнул меня к стеллажу и упёр руки в полку, заключая меня в капкан.

Вокруг клубился волнующий аромат, меня завораживало бурей серебряных глаз.

— Хотела бы, чтобы ты был добрее ко мне.

— Ты хочешь меня, Эмма, — он приблизился ко мне, я почти почувствовала жар его тела и ощутила головокружение просто от его присутствия рядом.

— Хочу, — не стала спорить я и задохнулась, когда горячие пальцы Ская сжались на моём подбородке и заставили меня приподнять голову, глядя в его бушующие глаза.

— Связь навязывает тебе чувства, Эмма. В отличие от тебя, я понимаю и осознаю эту истину. Осознаю настолько, что могу воспользоваться ситуацией, — произнёс зловеще.

— Не понимаю… — пролепетала я, тяжело дыша.

— Не понимаешь? — усмехнулся он яростно, склоняясь к моему лицу, и я поймала его дыхание своими губами. — Я могу пользоваться навеянным связью притяжением. Сделать тебя на всё готовой марионеткой. Любовницей, если захочу снизойти. Привязать редкого универсала к алмазному дому так сильно, что убегать от нас придётся ползком по осколкам, Эмма, оставив позади всё хоть немного дорогое. Хочешь так? Ради моего расположения? Ради моих улыбок? Ради моментов экстаза со мной?

Его близость пьянила, а слова пугали настолько, что из глаз полились слёзы.

— Нет, — выдохнула я через силу.

— Правильное решение, — он отпустил и сделал шаг от меня. Разочарование в душе слилось с облегчением. — Держись его. Я не ручаюсь за границы своего благородства. Связь однажды исчезнет, и пока, несмотря на демонстрацию Валериуса, мне не за что тебе вредить. Прояви, наконец, благоразумие и научись себя контролировать. Следование связи, стремление ко мне уничтожит тебя, Эмма. Надеюсь, хоть сейчас ты это осознала, — припечатал настолько гневно, что я задрожала и обняла себя руками.

Цыкнув под нос, Скай двинулся обратно, подхватил считыватель и вернулся к работе. Я отвернулась и ушла прочь, сушить свои слёзы и наскребать остатки самообладания.

Он прав, ему удалось указать на опасные моменты нашей связи. Меня тянет к нему настолько, что я готова ослепнуть и оглохнуть в ответ на все доводы разума. И пока, видимо, лишь благородство сдерживает Ская от опасных для моего душевного равновесия шагов. Но его терпение не вечно.

Только несмотря на отрезвляющую демонстрацию, я всё равно размышляла про себя, дело в благородстве или в отсутствии интереса? И не могла не воспроизводить в мыслях моменты близости Ская, ощущение его дыхания на губах. Он прав, эта связь невероятно опасна, раз даже после прозвучавших угроз во мне нет ни грана злости или ненависти, лишь здравые опасения и немного разочарования в себе.

Остаток времени до обеда прошёл в тяжёлых думах. Работа не клеилась, потому, когда Скай сообщил о завершении смены, я вздохнула с облегчением. Хотелось запереться в своей комнате и хорошенько подумать, может, поплакать без опасений, что кто-то увидит, попытаться отвлечься. Отвлекаться при Скае не удавалось, в помещении витал его запах.

Мы покинули склад, потом и здание управления. Скай общался по версо, похоже, планировал вечер с Эмбер, потому я ускорилась, чтобы снова невольно не подслушать. Но краем глаза наблюдала за ним, потому не сразу заметила Брайса.

— Привет, Эмма, — белозубо улыбнулся Король Рубин.

Как и я, предстал не по форме, а был облачён в чёрную рубашку, алую куртку поверх неё и свободные тёмные брюки. Красные волосы отвёл от лица, потому напоминал настоящего хищника перед атакой.

— Привет, — ответила я, удивлённая встречей.

— Ты сегодня прекрасна, — улыбнулся он, скользнув взглядом по моему телу.

А я испытала одновременное удовольствие и расстройство. Старалась для Ская, но пока изменения отмечали только посторонние, но не он.

— Тебя подбросить до академии?

— Со Скаем? — предположила я, глянув на подошедшего алмазного.

Мужчины обменялись рукопожатиями. Скай выглядел спокойным.

— Мы с Эммой планировали пройтись, — сообщил он.

— Да ладно, гуляй с невестой, а нам не мешай, — Брайс подхватил меня под руку и потянул за собой.

Я опешила, но не стала противиться. Думала, мы пойдём по тому же маршруту, только вместе. Однако Брайс удивил, он подвёл меня к карете.

— Эмма, останься со мной, — сухо потребовал Скай.

— Послушаешься? — шепнул мне на ухо Брайс.

«…на всё готовой марионеткой», — всплыли в памяти слова Ская, и мне стало страшно, что будет именно так, ведь я готова слушаться его во всём.

И именно из чувства противоречия решила поступить вопреки. Брайс втянул меня в карету. Дверь закрылась, отсекая нас от мира за её пределами. Я впервые принюхалась к рубиновому и в полной мере ощутила его огненно-пряный аромат. Пахло приятно, но не сравнить со Скаем.

— Стеллар в бешенстве, — заключил он, когда карета тронулась.

— Думаешь? — встревожилась я, глянув в окно.

Скай провожал нас сердитым взглядом. А карета вдруг свернула на первом же перекрёстке.

— Академия в другой стороне, — отметила я

— Мы не сразу в академию, — предвкушающе улыбнулся Брайс.

А я мысленно обругала себя. Стоило подумать о причинах запрета Ская, но теперь уже поздно.

— Куда мы, Брайс? — тревожно уточнила я. — Мне…

«Нельзя отдаляться от Ская», — подумала про себя, но пришлось промолчать.

— Чего ты испугалась, Эмма? — пренебрежительно усмехнулся он. — Я забрал тебя перед зданием стражи города при алмазном принце, мы учимся в одной академии. Думаешь, решусь обидеть?

— Нет, — я перестала вглядываться в окно и села ровно.

И вправду, причин бояться нет. Разве что страшно отдалиться от Ская. Но если станет плохо, просто попрошу вернуть меня в академию.

— Вот и хорошо, — Брайс пересел ко мне и внезапно взял меня за руку.

Огненная сила полилась по телу. Один из рубинов Брайса вступил в резонанс с моим резервом. Я попыталась выдернуть руку из захвата, но не удалось. И через несколько секунд мои волосы окрасились в алый, как и наверняка радужки глаз.

— Красиво, — заключил Брайс, мазнув пальцем по моему подбородку под губами, и только тогда отпустил мою руку.

Резонанс схлынул, стало легче. Но меня весьма разозлила бесцеремонность рубинового.

— Больше не делай так, — потребовала в негодовании. — Я не давала согласия.

— Хорошо, в следующий раз спрошу, — легко согласился он, чем заставил чуть растеряться.

Думала, он будет спорить, издеваться, даже угрожать. Видимо, после разговора со Скаем ждала большего подвоха, чем стоит.

— Мы приехали, — сообщил Брайс, когда карета остановилась, и распахнул дверь.

Я выбралась следом за ним и огляделась. Мы находились у начала обширной улицы с высотными домами, первые этажи которых украшали различные вывески и фонари. Играла музыка. Множество драконов перемещались между зданиями, гуляли либо просто сидели на скамейках и у фонтанов.

— Это начало знаменитой «Улицы». Самое опасное по соседству, но лучше держись меня, Эмма, — Брайс протянул мне руку.

— Если здесь опасно, лучше вернуться, — насупилась я.

— Тогда без меня. Я забронировал столик, — махнул он рукой и двинулся прочь по улице.

Мысленно провыв про себя на собственную глупость, я засеменила за ним и вцепилась в его рукав. Брайс довольно улыбался, мне оставалось уныло пыхтеть.

Кажется, рубиновый лишь насмехался над моей полнейшей неосведомлённостью, потому что улица не выглядела опасной. Драконы гуляли, смеялись, развлекались. Правда, ощущение безопасности схлынуло, когда Брайс утянул меня в одно из зданий и начал спуск в подвал. Мне действительно захотелось бежать прочь и добираться до академии самостоятельно. Рубиновый постучался в закрытую дверь. Окошко в ней опустилось, после обмена парой фраз и платёжными камнями, нам открыли и пропустили внутрь.

Мы на самом деле попали в ресторан. Освещение было притушено, алые лампы добавляли напряжения и таинства в атмосферу. Между закрытыми ширмами столиками перемещались официанты в чёрной униформе.

— Почему вход не для всех? — теперь я буквально висла на руке Брайса, но мне было слишком не по себе, чтобы переживать на этот счёт.

— Очевидно же, чтобы могли попасть не все, а только избранные, — рубиновый подвёл меня к столику.

Я села на край диванчика, но была вынуждена подвинуться к стене, ведь Брайс решил занять место рядом со мной.

— Расслабься, Эмма, — его рука легла на спинку диванчика за мной, если опустится, то ляжет на мои плечи.

И вспомнилось, как Скай зажал меня сегодня у стеллажа. Тогда я испытывала волнение, сейчас — только страх.

Официант положил перед нами меню и закрыл нас ширмой. И та создала непроницаемый барьер, отсекая нас от пространства ресторана.

— Не понимаю, зачем ты привёл меня сюда? — спросила в недоумении.

— Хочу, чтобы ты стала моей девушкой, — пожал он широкими плечами и присмотрелся к моему лицу.

— Твоей девушкой? Это как? Ты про любовь и брак?

— Нет, — хохотнул он, подаваясь ко мне. — Мы будем в отношениях. Проводить время вместе. Встречаться. Обычно встречаются, чтобы прийти к любви и браку, но мы насладимся… хм… беззаботностью этого времени для общего удовольствия. Понимаешь?

— Не совсем, — качнула я головой, а он снова рассмеялся.

— Когда мужчина и женщина встречаются, они наслаждаются близостью друг друга, дарят и получают подарки, целуются, занимаются любовью. Это приятно. А любовь и брак создают сложности. Смысл в том, чтобы насладиться встречами и остановиться до того, как мы успеем усложнить друг другу жизнь.

— Теперь, кажется, поняла. Скай говорил, что ты постоянно меняешь девушек. Ой…

— Это всем известно. — Брайс нисколько не расстроился. — И как, ты согласна встречаться со мной? — и поддел пальцем мой подбородок.

— Я…

— Хотя нет, молчи. У меня ощущение, что я рискую получить отказ. Лучше пообщаемся подольше, хорошо поедим, и ты подумаешь потом. Ты же должна убедиться в том, что со мной тебе будет приятно, верно?

Конечно, это логично, но вызывает неприятие. Я прекрасно понимала, почему мужчина и женщина влюбляются и создают семьи, это было в нашей природе формировать союз для получения потомства. А подход Брайса казался лишённым смысла, легкомысленным и в то же время приятным, если думать не о рубиновом, а о Скае. Мне ведь нравилось общаться с ним, сидя в кафе, гулять, слушать его, ощущать его присутствие и вдыхать потрясающий аромат. Когда мужчина приятен, с ним хочется проводить как можно больше времени. Встречаться!

Вот только я не желала ничего подобного с Брайсом. Для него в норме общаться то с одной девушкой, то с другой. Не хочу быть одной из многих. Видимо, потому, что желаю стать единственной для Ская. Вот только это невозможно по многим причинам. Наверное, потому я не сказала Брайсу категоричное «нет», а лишь кивнула на его предложение повременить.

Мы заказали еду. Я выбрала острый овощной салат и суп. Брайс предпочёл стейк с кровью. Общение, как ни удивительно, шло ровно. Рубиновый не отказывался удовлетворять моё любопытство, как Скай, потому я без зазрения совести расспрашивала его обо всём на свете.

Но наше уединение внезапно прервали. К нам прошёл обсидиановый дракон в чёрном костюме и поклонился.

— Мои извинения за беспокойство. Но я подумал, возможно, вы захотите порадовать даму подарком. У нас новое поступление камней, мистер Крауден, — и он театрально указал себе за спину, отступая.

Официант подкатил столик, на котором в стеклянных коробочках расположились самоцветы.

— Не знал, что в город поступили камни, — хмыкнул Брайс.

— Частная коллекция. Редкая, сложная для установления резонанса. Подойдёт не каждому, но любой из представленных камней заменит пять послабее, — пояснил мужчина, старательно не глядя на меня, словно стремился продемонстрировать отсутствие интереса.

Мне стало тревожно.

— Не надо, — я коснулась локтя Брайса.

— Рубины есть? — спросил он, махнув рукой.

— И весьма сильные, — мужчина снял поднос с камнями и поставил его на оперативно освобождённый официантом стол.

Я отодвинулась, вжалась в спинку дивана. Резерв закипел, тело наполнила сила. Волосы принялись стремительно менять цвет, словно не в состоянии определить более интересный камень.

— Проклятье… — прошипел Брайс, резко отодвигая поднос с камнями.

Несколько коробок упало, самоцветы со звоном ударились о стекло.

Я вжалась в угол между стеной и спинкой дивана, с облегчением ощущая, как прерывается резонанс.

— Убери, — приказал сердито Брайс. — Ты ничего не видел.

— Конечно, мистер Крауден, — мужчина низко склонил голову и попятился назад.

Официант поспешил убрать поднос. Меньше чем через минуту мы с Брайсом вновь остались в уединении нашего столика.

— Это плохо, да? — расстроенно уточнила я, приглядываясь к закаменевшему лицу Брайса.

— Знаешь, ощущение, что он сделал это специально, — хмыкнул рубиновый, разворачиваясь ко мне. — Значит, универсал?

Мысли спутались от ужаса. Захотелось соврать, изобразить недоумение, но я поняла, что это бессмысленно. Лучше попробую выяснить, какие будут последствия.

— Ты же никому не расскажешь?

— Не знаю, — ухмыльнулся он. — Что мне за это будет?

— У меня нет ничего, что бы я могла предложить, — развела руками в стороны.

— Думаешь, нет? — он придвинулся ко мне.

И меня окружило его огненным ароматом. Стало трудно дышать. Снова вспоминалась близость Ская, и образ из недавнего прошлого усилился в своей яркости, когда пальцы Брайса сжали мой подбородок.

— Что ты делаешь? — пролепетала растерянно.

— Собираюсь тебя поцеловать, — сообщил он прямо.

— Что сделать? Зачем? — удивилась я.

— Ты мне нравишься, — пожал он плечами, склоняясь к моему лицу. И я ощутила горячее дыхание Брайса на губах. Замешательство во мне смешалось с недоумением. — Кстати, ты когда-нибудь целовалась?

— Не помню, — слегка качнула головой. — Что это такое?

— Эмма… — рассмеялся он. — Сейчас покажу.

— Хорошо. Хотя… это же не опасно?

— Нет, это приятно.

Большой палец Брайса скользнул по моей нижней губе, оттягивая её вниз.

— Эмма, тебе пишет Скай, — раздался из моего кармана голос Септимуса.

— Скай? — я вздрогнула и опустила голову, чтобы вытянуть версо. — Что он пишет?

— Спрашивает, где ты.

— Надо ответить.

Брайс выхватил у меня версо, стоило вытащить его из кармана.

— Знаешь, это обидно, Эмма. Ты со мной, а пытаешься написать другому мужчине.

— Но это же Скай.

— Ну да… — вздохнул он, закатывая глаза, но отодвинулся. Впрочем, версо мне не отдал, отправил в свой карман. — Давай тогда обсудим, что произошло. Сколько там было камней? И вроде как сложных в резонировании? А с тобой они установили контакт почти с метровой дистанции, будто помнили твою магию.

— Да, точно, обычно же нужно прикосновение к коже, — кивнула я. — Но почему так произошло?

— Вот и мне интересно.

— Говоришь, будто помнят мою магию? — я прикусила губу, ощутив внезапную вспышку озарения. — В госпитале мне снился сон. Будто кто-то снимает с моей руки браслет, и в нём разные камни. Когда проснулась, лекарь только посмеялся надо мной. Сказал, в браслете были обсидианы и они разрушились от удара.

— Как интересно… — жёстко усмехнулся рубиновый. — Кто-то снял с тебя камни, и привыкшие к резонансу с тобой самоцветы появляются на чёрном рынке якобы из частной коллекции. Похоже, из твоей.

— Думаешь, меня правда обокрали?

— Я поспрашиваю. Как звали того лекаря?

— Он янтарный, но не стал представляться. Сказал, что он ведущий лекарь. А так как у меня нет денег на оплату лечения, попросил меня покинуть госпиталь.

— Госпиталь в Элизиуме?

— Да, центральный.

— Значит, в центральном госпитале обворовывают бедных девчонок с потерей памяти, — хмыкнул он иронично, но в алых глазах всколыхнулось пламя бешенства.

— Я… не уверена, что он украл. Он говорил, взял в уплату камни. Может, имел в виду эти камни? Я была так растеряна и совсем не понимала разницы.

— Эмма, ты хоть представляешь, сколько может стоить этот набор? Хватило бы на лечение десятка таких, как ты. Но да ладно, об этом потом. Поговорим о нас, — Брайс предвкушающе улыбнулся.

— О нас?

— Ты согласилась со мной встречаться за молчание. Успела забыть?

— Но я не соглашалась… и… ты не можешь промолчать просто так? Из доброты? — попросила я, испытывая внутреннее неприятие и даже злость.

Может не знала, как целоваться, зато понимала, что такое шантаж.

— Ты не к тому обратилась. За благородством к Скаю.

Брайс махнул рукой, указывая в сторону. Я невольно проследила его взгляд и тихо ахнула от неожиданности, потому что к столику действительно подошёл Скай.

— Куда ты её затащил, Брайс? — поморщился алмазный, своим вторжением разрушая установленный полог.

— А ты здесь откуда? — скривился рубиновый.

— Эмма прислала мне координаты.

— Да? — удивилась я.

— Ты просила ответить Скаю, — послышался приглушённый голос Септимуса из кармана брюк Брайса.

— Эмма, мы уходим, — твёрдо заявил Скай.

— Хорошо, — я с готовностью подскочила с места.

Брайс что-то проворчал под нос, но выпустил меня и даже вручил мне мой версо.

— До завтра, Эмма, — улыбнулся он, внезапно подаваясь ко мне.

Я не успела отпрянуть, и его губы мазнули по моей щеке. В мыслях разлилось озарение.

— О, кажется, я вспомнила, что значит «целоваться»! — улыбнулась счастливо. — Но разве целуют не родители детей? — вновь озадачилась.

— Нет, — хохотнул Брайс. — Потом покажу, — и подмигнул.

— Не покажешь, — Скай схватил меня за руку и потащил за собой.

Мы миновали зал ресторана, добрались до двери с окошком и вскоре покинули подвал, оказавшись на улице. Успело стемнеть, вывески засияли ярче, зажурчали фонтаны.

— Ты злишься? — спросила я осторожно, приглядываясь к лицу Ская.

— Я в бешенстве, это очевидно, Эмма, — прошипел он, поддев пальцами волосы на моей макушке. Я скосила взгляд и осознала, что несколько прядей остались алыми. Ещё одна проблема! — Что я тебе говорил про Брайса?

— Прости. Я сглупила. Ты напугал меня днём, я побоялась тебя слушаться. Думала, так и вправду стану твоей марионеткой.

— Как с тобой сложно, — он прикрыл лицо ладонью. — Идём в академию.

— Идём, — уныло согласилась я. — Но мне надо тебе кое-что рассказать. Кажется, я угодила в неприятности.

— Кажется? — саркастично уточнил Скай.

— Нет, я уверена.

И дальше пришлось рассказать о произошедшем, готовясь к крикам и обвинениям. Алмазный действительно взбесился, но это проявлялось только в свечении глаз и поджатых губах. На меня он не рычал, даже не смотрел, будто очень сосредоточенно думал.

— С Брайсом я поговорю, — наконец, произнёс он. — Не удивлюсь, если эта проверка прошла с его подачи.

— Думаешь, он это специально?

— От него можно ожидать чего угодно, — сдержанно ответил Скай. — Поэтому я просил держаться от него подальше.

— Я ошиблась.

— Мне следовало жёстче обозначить свою позицию и удержать тебя силой, — выдохнул он недовольно. — Опасался скандала, и в итоге не знаю, как выплыть.

— Брайс предложил решение. Он хочет, чтобы я стала его девушкой за молчание.

— Что он хочет⁈ — на этот раз Скай рыкнул, и я сжалась, опасаясь криков. — У него достаточно девушек, а ты… А ты… хоть знаешь, что значит согласие на отношения? — внезапно озадачился он.

— Брайс объяснил мне, что драконы встречаются для общего удовольствия, проводят вместе время, но не доходят до любви и брака, чтобы не усложнять друг другу жизни.

— Я ему точно что-нибудь оторву, — пробормотал Скай, закатывая глаза. — Эмма, драконы встречаются, когда испытывают симпатию, чтобы узнать друг друга, влюбиться и понять, смогут ли пойти дальше отношений к браку и семье. Подход Брайса… легкомысленный. Но он свободный мужчина при деньгах и может себе такое позволить, а порядочным девушкам следует заботиться о репутации. Тебе и вовсе лучше сосредоточиться на учёбе.

— Я так и подумала, что это легкомысленно. Хотела ему сразу отказать, но он особо и не спрашивал, сказал, я согласна за молчание. Вот я и думаю, раз у тебя проблемы из-за меня, и я сама их создала, не легче ли согласиться?

— Эмма, ты действительно готова с ним спать за молчание? — напряжённо уточнил Скай.

— Спать?

— Вселенная, награди меня терпением, — пробурчал он, вновь закатывая глаза.

— Скай, что ты имеешь в виду? Это как-то связано с поцелуями?

— За что мне это⁈

/Скай Стеллар/

— Скай, хватит издеваться, — сердито насупилась Эмма. — Я, правда, не понимаю. Если отношения, встречи и поцелуи — часть прихода к любви и семье, то почему я их не помню, хотя знаю, что такое семья и любовь? И «спать» — тоже про любовь и семью… Нет-нет, ты же думаешь, если я буду «спать» с Брайсом, значит, это про легкомысленные встречи?

— Да… — я прочистил горло, начиная осознавать, в чём причина её затруднения.

Это уже не наивность, а реальные провалы в отношении вполне обычных вещей. Как ей объяснить такое простое? И надо ли? Вдруг рванёт изучать. Или попросит показать…

Мой взгляд сосредоточился на губах Эммы, и я отвернулся от девушки, обругав себя. О чём только думаю?

— Вернёмся к причинам нашего разговора. Ты проигнорировала все мои предупреждения и уехала с Брайсом. И теперь минимум трое драконов знают о твоей особенности.

— Я ошиблась, — выдохнула она грустно. — Мне сложно вести себя правильно, потому что я не всегда уверена, как это «правильно». У меня не выходит оправдывать ожидания. Ты хочешь, чтобы я опасалась тебя, но из-за связи у меня не получается думать о тебе плохо, по-настоящему бояться. Брайс хочет отношений, и по какой-то причине уверен, что не получит отказа. Джет и Рори ждут, что я буду недолюбливать всех богатых драконов, но я не понимаю, за что не любить незнакомцев. И так со всеми. Я забыла слишком многое, чтобы быть правильной.

— Никто не может быть правильным, Эмма, даже с воспоминаниями, — я взял её за руку и потянул за собой.

Надо бы добраться до академии, желательно без происшествий. Вечер и так выдался нервным. Вместо приятного времяпровождения с друзьями пришлось заниматься поисками девчонки, которая, как оказалось, угодила в неприятности из страха передо мной. Признаться, я думал, она уехала с Брайсом назло мне, хотела поддеть, даже заставить ревновать, но Эмма бесхитростная. По крайней мере, на данный момент, пока не помнит себя прежнюю.

— Знай главное. Мы можем не ладить, но мы связаны, поэтому я твой единственный союзник.

— Но ты… отталкиваешь меня, угрожаешь.

— Для твоего же блага, — отозвался, зло стиснув челюсть. — Лучше ты будешь бояться меня, чем влюбишься. Однажды связь исчезнет, не хочу, чтобы расставание со мной разбило тебе сердце.

Эмма резко остановилась, вынуждая остановиться и меня. Широко распахнутые серебряные глаза смотрели в выражении ошеломлённого неверия.

— Ты заботишься о моём сердце? — еле шевеля губами, уточнила она.

— Да. Идём, — я вновь потянул её за собой.

Пальцы Эммы сильнее обхватили мою ладонь. По телу пробежала дрожь. И даже в какофонии множества ароматов я ощутил один-единственный — грозы и цветов.

— Брайс хоть тебя накормил?

— Да. Я поела салат и суп. Мне понравилось.

— Хочешь десерт? — уточнил я, приостановившись у уютной на вид кофейни.

Вдруг понял, что не хочу слишком спешить в академию.

— Да. Мне понравился торт, — на лице Эммы расплылась такая радостная улыбка, что меня отпустили тревоги.

— Идём.

Мы зашли в кофейню, заняли дальний столик и принялись изучать меню. Разговор потёк на спокойные темы, не касаясь нынешних проблем и наших отношений. А потом мне всё же пришлось провести лекцию об отношениях полов.

— А, я, оказывается, знаю, что такое «спать», — обрадовалась Эмма. — Это спариваться.

— Больше не говори это вслух, — взмолился я, пытаясь сдержать смех, но у меня не вышло.

Не припомню, когда так хохотал. Эмма не обижалась, наоборот, улыбалась, будто радовалась моему смеху.

— Похоже, тебе знакома биологическая сторона процесса, — заключил я, когда успокоился. — От этого и будем исходить.

Как только начал соотносить обычные для меня вещи с природной тягой и инстинктами, объяснение потекло легче. Эмма уловила логику и до остального дошла сама. И, к счастью, по итогу решила, что ни за что и никогда не стала бы спать с Брайсом или ещё с кем-то за услуги и молчание.

Объяснять ей, что такое шантаж, не пришлось, об этом она почему-то знала. Это немного пугало. Сама Эмма пугала. Из-за связи или в банальном стремлении её уберечь я проникался к ней расположением и сочувствием, но не мог быть уверен в её истинной природе. Очевидно, что несчастный случай произошёл в результате подставы. Но оставалось неясным, случайная она жертва или подосланная актриса, не рассчитавшая угол падения.

Завершив со сладким, мы покинули кофейню и двинулись к академии. По пути снова общались на отвлечённые темы. Эмма выстреливала в меня вопросами со скоростью ударов боевого мага. Мне оставалось только отвечать, но я радовался этому затишью и, признаться, ощущал спокойствие рядом с ней. Наша связь пугала больше всего. Мне следовало проводить время с Эмбер, начинать перестраивать наши отношения на любовный лад, вместо этого я проводил вечер с незнакомкой, угощал её сладким, любовался блеском серебряных глаз. И бесили лишь алые пряди в россыпи серых волос. Хотелось их уничтожить, наполнить алмазным цветом.

До жилого здания факультета воздуха удалось добраться без происшествий и опасных встреч. Но мне пришлось провести её по знакомым, чтобы найти подходящий для резонанса алмаз и избавиться от алых прядей. Оставалось надеяться, что обойдётся без слухов. Но я решил, их будет больше, если она завтра появится в академии с новой причёской.

И вот после хождения по этажам мы с Эммой замерли у двери её комнаты. Предстояло прощание, я испытывал некоторое расстройство, а моя спутница и не пыталась его скрыть.

— Скай, можно ещё поговорить? Ты так интересно и подробно рассказываешь, — Эмма умильно заглянула в мои глаза, и я почти моментально растаял.

Вот как ей противостоять? Пожалуй, стоит признать, я опасаюсь и за своё сердце.

— Эмма, уже поздно. Неправильно приглашать к себе постороннего мужчину, особенно если он почти помолвлен.

— Ты не посторонний. Сам же сказал: ты моей единственный союзник. И почему важно, что ты почти помолвлен? Мы ведь просто будем разговаривать.

— Потому что, если увидят, могут не так понять, решить, что я изменяю Эмбер, а тебя записать в коварные разлучницы, — усмехнулся, чтобы смягчить эффект слов.

— Но здесь никого нет, — она указала на пустой коридор.

— Вдруг кто появится, когда я буду выходить.

— Мы одни на этаже, — Эмма надавила на ручку и бедром подтолкнула дверь.

— Тебе надо вписать мою ауру в защиту, чтобы я мог войти.

Она права, это всего лишь разговор, нас никто не увидит. Никто не узнает… И это тоже пугает, я преодолел рубеж уместности. Как скоро захочу перешагнуть через следующую черту?

Эмма быстро выполнила мои инструкции и утянула меня в свою комнату. Как только за моей спиной закрылась дверь, я осознал, какую совершил ошибку. Помещение пропитал выводящий из себя грозовой аромат с нотками цветов. А на кровати расположилось разнообразное бельё и платья, напоминая, что связанная со мной драконица при своей внешней невинности привлекательная девушка и не пытается это скрыть. По крайней мере, сегодня в лёгком розовом платье она притягивала взгляды многих, мой в том числе. Может, поэтому Брайс пошёл в атаку.

— Виола и Гвинет, а потом и Септимус объяснили, как важен презентабельный внешний вид, — пояснила Эмма, принявшись собирать вещи с покрывала. — Но я пока плоха в выборе одежды, потому здесь такой беспорядок. Я сейчас уберу. Пожалуйста, подожди немного.

— Кто такой Септимус и почему ты обсуждаешь с ним выбор… одежды? — напряжённо уточнил я, наблюдая, как всё бельё отправляется в ящик шкафа.

Внутри на вешалках расположились различные платья, юбки и блузы. Похоже, мама постаралась обеспечить Эмму самыми модными нарядами. Ох, знала бы она, как это опасно для моего самообладания…

— Это мой версо-дух, — пояснила Эмма.

— Ты дала ему имя?

— Да, мне так удобно. Я понимаю, что так не принято, Джет и Рори не устают этому удивляться. Но Септимус такой умный и дружелюбный, что я бы не смогла общаться с ним без имени.

— Спасибо, Эмма, — раздался мужской голос из её кармана, и она вытянула версо.

— Это тебе спасибо, ты во всём мне помогаешь, — ответила она с улыбкой, откладывая артефакт на прикроватную тумбу.

— Всегда рад тебе помочь.

Хмурясь всё больше, я подхватил версо и оценил номер модели. Не из дешёвых, но и не ограниченной серии. Похоже, ей просто повезло с духом. Моя, например, отвечает механически и только, когда к ней обращаешься. Ещё и иногда зависает. Но я с ней давно и не стремлюсь менять на что-то более современное.

— Что-то не так? — удивилась Эмма, с любопытством приглядываясь к моему лицу.

Она всегда так внимательно рассматривает меня, заглядывает в глаза. Совершенно не умеет прятать свой интерес.

— Твой версо-дух действительно умный и самостоятельный. Это необычно, — пояснил я, возвращая артефакт на место. — Но это хорошо, есть кому подсказать даже в плане одежды.

— Он хорошо подсказал? — Эмма пригладила подол платья. — Я нормально оделась?

— Да. Тебе идёт, — подтвердил я, прочистив горло.

— Я так оделась для тебя. Чтобы ты заметил, — призналась она.

— Эмма… — я беспомощно развёл руками в стороны. — Что я тебе говорил про сохранение душевного равновесия и нашу связь?

— Что ты её не принимаешь, а я приняла, — пожала она плечами, принявшись стягивать с себя кардиган.

Я опешил от неожиданности, мысли понеслись вскачь в совершенно неприемлемом направлении, взгляд заскользил по изящным плечам и ключицам девушки, но она просто сбросила лишний предмет одежды на стул и присела на кровать.

— Давай ещё погорим, Скай. У меня много вопросов.

— Не сомневаюсь, — мотнув головой, чтобы собраться, я прошёл к окну и открыл его, впуская в пропитанное запахом грозы помещение хоть немного свежего воздуха.

К счастью, общение больше не касалось личных тем и не выводило меня из равновесия. Я снова отвечал на вопросы и с интересом слушал умозаключения Эммы. Временами они смешили своей наивностью, а местами страшили глубиной выводов. Но день подошёл к концу, стоило прощаться. И расставание оставило после себя горечь в мыслях.

Мои опасения оказались напрасными, на этаже никто не встретился. Я благополучно добрался до своей комнаты, принял душ и залёг спать. Но сегодня Эмма пришла и в мой сон. Вокруг нас кружил туман, в его глубине сверкали молнии, под ногами излучали свет цветы. Смесь запахов окружения создавала неповторимый аромат Эммы.

— Скай? — позвала она, и я ощутил её хватку на руке.

Обернулся и столкнулся с растерянным взглядом серых глаз. Каре светлых волос трепал ветер. Изящную фигуру обхватывала тонкая белоснежная сорочка.

— Где мы? — спросила она. — Ты настоящий?

— Это сон, — ответила я, удивлённый её вопросом.

Она должна быть лишь образом из моих мыслей, тогда почему кажется такой реальной? Почему растеряна, словно попала в это место вместе со мной?

— Сон? — нахмурилась она. — Это всё не настоящее? Ты уверен?

— Да.

Я коснулся её щеки, погладил нежную скулу и закопался пальцами в густых волосах. Позволил себе то, о чём запрещал даже думать. Но ведь это сон. Здесь можно себя отпустить.

Эмма вздрогнула от неожиданности, подняла ко мне загоревшийся надеждой взгляд и подалась ко мне. Её руки легли на мою грудь, губы вспыхнули улыбкой. И я сам не заметил, как припал к ним в поцелуе. Эмма ответила, но вдруг закаменела в моих руках и отпрянула. Радость её взгляда обратилась ужасом, по щекам побежали слёзы. Бледность её кожи сменилась смуглостью, волосы почернели и скользнули за спину непокорной волной, глаза стали темнее самой непроглядной мглы.

— Я не хочу… не хочу вспоминать! — взмолилась она, обнимая себя рукой и водя пальцами по губам. — Не трогайте… Прошу! Я не хочу!

— Эмма, что с тобой? — я попытался приблизиться, схватить её за плечи.

— Не трогай! — вскричала она.

И её полный ужаса вопль пронзил пространство. Я резко распахнул глаза, обнаруживая себя в кровати своей комнаты. Связь звенела и натягивалась. Кажется, это был не сон.

— Эмма… — выдохнул встревоженно и подскочил с кровати.

Не думал, что выбегаю из комнаты в одном белье, как и не посчитал нужным взять хотя бы версо, просто вылетел наружу и в рекордные сроки добрался до двери покоев Эммы. Она не открыла на стук, тогда я вошёл сам и вздрогнул, услышав её вскрик.

Эмма сидела на кровати, вжавшись в угол между стеной и спинкой, прижимала к груди одеяло и часто всхлипывала. На щеках блестели слёзы. Прямо как во сне…

— Это я. Не бойся, — попросил, закрывая за собой дверь, и неспешно двинулся к кровати.

— Скай? — она чуть расслабилась, отпустила одеяло, на четвереньках подобралась к краю кровати, спрыгнула на пол и рванула ко мне.

Налетела на мою грудь с такой мощью, что я пошатнулся и с трудом удержал равновесие.

— Я вспомнила, почему не знаю, что такое поцелуи и близость. Потому что это больно. Очень больно, Скай, — судорожно всхлипывая, она уткнулась заплаканным лицом в мою обнажённую грудь. — Я не хочу вспоминать… Не хочу… Там страшно и больно…

— Тихо-тихо, успокойся, — я аккуратно погладил её по плечам.

Шок проходил, и в голову приходили здравые мысли. Например, о том, что на мне только бельё, а на ней — сорочка. В этом образе Эмма пришла в мой сон. Выходит, тот поцелуй не назвать ненастоящим. И он явно спровоцировал воспоминания из прошлого. Что же с ней случилось? Неужели её насиловали? Или били?

— Эмма, что ты видела?

— Не хочу…

— Нет, ты видела сон? Со мной? Из-за чего ты вспомнила?

Она вскинулась, приглядываясь к моему лицу. В глубине серебряных глаз вспыхивал магический свет.

— Там было мокро и дул сильный ветер, сверху лилась вода, тёплая, приятная, сверкали молнии. Пахло… тобой. Ты так пахнешь.

— Ты что попала в эпицентр урагана?

— Да, ураган. Ты пахнешь ураганом, Скай, — призналась она, принося очередную бурю в мои мысли.

— А я видел туман, молнии и цветы. Ты пахнешь грозой и цветами, Эмма.

— И в этом виде́нии мы были одни. Ты коснулся меня, — она провела кончиком пальца по своей скуле, следом по губам. — И поцеловал…

Тело Эммы задрожало. Сияние серебряных глаз усилилось.

Это точно не сон. И что теперь делать? Как ей объяснить свои действия? Впрочем, важнее успокоить её, настроить на нужный лад. Если она будет бояться вспомнить, то не сможет двигаться вперёд, полюбить, построить семью. Страхи её уничтожат.

— И ты увидела прошлое?

— Да. Там тоже были прикосновения и поцелуи, но они причиняли боль.

— А со мной тебе больно? — я коснулся её щеки, осторожно, нежно, плавно, чтобы не напугать, и потом погладил линию её нижней губы.

— Нет, — прошелестела она. — С тобой хорошо.

— Поцелуи и прикосновения со мной не пугают?

— Я… я не знаю, — всхлипнула она.

— Но ты и не уверена, — я подвёл Эмму к кровати, усадил на край и набросил не её плечи одеяло, чтобы скрыть от взгляда всё лишнее. — Что бы ни случилось в прошлом, оно там и осталось, Эмма. В настоящем у тебя новая жизнь. Ты больше не боишься. Да?

— Да, — она ещё хмурилась, но согласно кивнула.

— У тебя есть шанс начать всё с нуля, оставить прошлую боль позади, принять её и забыть осознанно, а не через блок.

— Мне страшно, Скай, — она вцепилась в мою руку, словно боялась, что я исчезну.

— Это нормально. У всех в прошлом есть не самые лучшие эпизоды. Меня, например, терзает чувство вины перед тобой, из-за того, что ты лишилась памяти, — я осторожно присел возле неё на кровать.

— А говорил, его нет.

— Я пытался казаться сильным. Мужчинам следует скрывать свои слабости. Особенно принцам, — улыбнулся я, поддев пальцами её подбородок. — И ты можешь научиться быть сильной, невзирая на прошлое. Если захочешь.

Она мотнула головой в сомнении.

— Послушай, Брайс прав в одном: поцелуи и близость приятны, если происходят по взаимности. В страхе перед прошлым ты можешь закрыть для себя столько важного и замечательного. Лишить себя шанса на любовь, семью, детей. Однажды связь исчезнет, и ты захочешь…

— Не говори мне про разрыв связи, — внезапно жёстко потребовала она, сильнее сжимая мою руку. — Ты прав, я хочу тебя, Скай. Из-за связи или нет, но думать о другом не желаю. Поэтому…

— Хорошо, я больше не буду поднимать эту тему, — примирительно согласился я, и она кивнула, ослабляя хватку.

— Мне тяжело. Почему жизнь связала меня с мужчиной, с которым мне не быть вместе?

— Это лишь магическая связь, не добровольная. Куда ярче, когда ты сама выбираешь и когда выбирают тебя. Не насильно, Эмма.

Она гулко выдохнула и задрожала, обнимая себя руками.

— Я видела, — тяжело сглотнув, просипела она. — Только… — и замолчала в сомнении.

— Что? — мягко уточнил я.

— Ты меня поцеловал, Скай.

Проклятье…

— Я думал, это сон.

— И во сне ты захотел поцеловать меня.

— Для тебя… этот сон был более контролируемый. Ты на него и влияла, — нашёлся я.

— Но… ты сообщил мне, что это сон, Скай, — она прищурилась, приглядываясь к моему лицу.

И куда делась её наивность?

— Эмма, ты будто другая. Даже тембр голоса стал жёстче.

— Да? — она коснулась своего горла.

Тонкие пальцы растерянно скользнули ниже, поддели кружево сорочки. Мысленно обругав себя, я отвёл взгляд. Эмма точно подметила: связь это или просто эффект привлекательной девушки в беде, но я хочу её. А когда дело касается эмоций и инстинктов, сложно прислушиваться к голосу разума. Сколько бы мужчин на моём месте устояло? Она тянется ко мне, готова на всё, и можно даже оправдать себя желанием показать приятную сторону физической близости. Но нельзя, ради самой Эммы, ради Эмбер и своего душевного равновесия. Я себе не прощу, если предам лучшую подругу и невесту. Правда, мысли о другой — тоже предательство.

Как же сложно!

— Да, Эмма, между нами связь, и она не позволяет мне думать о тебе плохо. Поэтому я желаю тебе счастья, ухода от боли прошлого и настоящей любви. Не навязанной, не насильной, а выбранной только тобой. Понимаю, проще всего поддаться, но что мы будем делать потом? Вдруг осознаем искусственность этого притяжения, будем жалеть, наделаем множество ошибок.

— Ты прав. Такое возможно, — нахмурив лоб, кивнула она. И казалась мне в этот момент старше, мудрее и опаснее. — Но так хочется пережить счастливые моменты сейчас, а подумать о плохом позже.

— Пообщайся с Закари. Мне кажется, вы сойдётесь на почве философии. У тебя отлично получается.

— Правда? — усмехнулась она, и голос её смягчился.

Я пробыл у Эммы почти три часа, пока она не успокоилась за разговорами ни о чём и не заснула. К тому моменту меня настолько морило в сон, что мысль о том, чтобы прилечь рядом, не казалась неуместной. Но я пересилил себя, шепнул Септимусу время утренней побудки и побрёл к себе. По привычке попросил своего версо-духа разбудить меня, но задумался.

— Скажи, ты хотела бы имя? — спросил, удивляясь самому себе.

— Имя? — в некоторой растерянности уточнила она.

— Да, чтобы у тебя было имя, и я обращался к тебе по нему.

— Если вам так будет удобно, — отозвалась она, возвращаясь к прежнему механическому тону.

— А ты подумай.

Отложив версо, я рухнул в кровать и почти мгновенно заснул. Эмма мне больше не снилась. Вообще ничего не снилось, да и сон продлился будто несколько минут.

— Скай, пора вставать, — позвали меня внезапно нежно.

Я опешил, резко отнял голову от подушки, огляделся, но никого не заметил.

— Кто здесь?

— Это я, твой дух, — раздалось из версо. — Я подумала и поняла, что хочу имя. Хочу быть как Эмбер. Когда она обращается к тебе, это звучит приятно для тебя. Но Эмбер мне не подойдёт. Думаю, мне подойдёт Сера.

— Значит… — я кашлянул, пытаясь прийти в себя со сна, — буду звать тебя Сера.

Сборы прошли как в тумане, я умылся ледяной водой, нырнул в форму и пошёл биться в дверь Эммы. Но она не спала.

— Скай? — она выглянула из-за двери. — Я проснулась, не переживай.

Выглядела усталой, глаза опухли после слёз, но она улыбалась мне.

— Нам лучше идти в столовую по отдельности. Сама доберёшься?

— Если скажу, нет, ты меня проводишь? — чуть помрачнела она.

— Эмма, — зло усмехнулся я, — не надо пользоваться моим расположением.

— Но иначе ты и вовсе перестанешь со мной общаться, — она расстроенно поморщилась. — Скоро увидимся, — и закрыла передо мной дверь, оставляя меня в полнейшем недоумении.

Но день не собирался идти легко, в столовой меня ждал неприятный разговор с друзьями.

— Я считаю, пора отменить покровительство над самородком, — заявил Тристан, скользя скучающим взглядом зелёных глаз по помещению столовой. — Ясно как день, она участница подставы. И угодить в скандал мог любой из нас.

— Ничего не доказано, — возразил я. — Она может быть случайной жертвой.

— В тебе говорит чувство вины, Скай, — скривился он. — А девушка не выглядит наивной. Сдружилась с Виолой, Гвинет, Джетом и Рори, заигрывает с Брайсом. Правда веришь, что она нравится им случайно? Так однажды начнёт играть против нас.

— Ты её не знаешь, — фыркнул Закари, взъерошив золотые волосы. — Она действительно наивная и много не понимает из-за потери памяти.

— Так и есть, я общаюсь с ней постоянно, — подтвердил я.

— Мне пришлось объяснять, как правильно носить лиф и зачем он нужен, — шёпотом сообщила Эмбер. — Такое не сыграть.

— Думаю, нам не за что мстить Эмме, но не будет лишним проявить осторожность, — присоединился к разговору как всегда серьёзный Леонард.

— А ты что думаешь, Габриэль? — обратился я к нашему опаловому другу.

— Ещё я об девчонок не марался, — ответил он высокомерно. — Это без меня.

— Он прав, она девушка, — напомнил я Тристану.

— Она угроза. А ты, видимо, собрался дожидаться, когда она ударит в спину, — Тристан поднялся из-за стола, подхватил свой поднос и двинулся прочь.

Я подумал было, что он решил так завершить разговор, но оказалось, он заметил Эмму, что тоже несла поднос с пустыми тарелками. Естественно, среагировать с такого расстояния было невозможно. Тристан толкнул Эмму плечом и опрокинул ей на жакет тарелку с супом.

— Осторожнее, — хмыкнул он, продолжая свой путь.

А она так и осталась стоять, расстроенно рассматривая пятно на одежде.

— Эмбер… — выдохнул я, глянув на подругу.

Если пойду сам, станет только хуже.

— Бегу, — Эмбер подскочила со стула и рванула помогать Эмме.

— Ты уделяешь ей слишком много внимания, — отметил Леонард, тоже поднимаясь из-за стола.

— Ну вот, мы ссоримся из-за какого-то самородка, — протянул Габриэль.

— Потому что Тристан ведёт себя как скотина, — прорычал Закари.

— Говорю же, ссоримся на пустом месте, — опаловый тоже поднялся, взял поднос и пошёл прочь.

— Эмма не пустое место, — выдохнул я сердито.

Он наверняка услышал, но отвечать не стал.

— Я чем-то не нравлюсь Тристану? — спросила у меня позже Эмма, когда мы покинули территорию академии и отправились на отработку.

Естественно, сняла испачканный жакет. Под ним на ней была полуоблегающая белая блуза, из-за чего девушка выглядела особенно хрупко.

— Тристану бывает скучно. Не позволяй ему веселиться за твой счёт.

— Джет и Рори сказали, это плохо. По их словам, если короли ополчатся против меня, в академии станет невыносимо. Это правда?

— Правда. Я не врал, когда сказал, что могу превратить твою жизнь в кошмар.

— Значит, пока не кошмар, — заключила она, глядя перед собой.

— Если что-то случится, сразу сообщай мне.

— Скай, ты то говоришь держаться от тебя подальше, то защищаешь. Как тебя понять?

— Мы связаны, всё довольно просто.

— Да. В целом, да, — кивнула она.

— Ты сегодня другая. Что-то в тебе изменилось.

— Мне тоже так кажется.

Я остановил её, взяв за руку, развернул к себе лицом.

— Мне нравилась добрая и наивная Эмма. Её хотелось защитить просто так.

Серебряные глаза расширились, на губах появилась улыбка, но та увяла, когда Эмма заметила что-то за моей спиной.

— Скай! Осторожно! — воскликнула она, дёргая меня на себя.

Я потерял равновесие, споткнулся от неожиданности. Возле моего плеча пролетел чёрный пик и ударил в забор академии. Следом вокруг талии Эммы обвязалась удавка, и девушку буквально вырвало из моих рук. Она закричала от неожиданности. Я развернулся следом за ней, но не успел создать ни одного заклинания. Связь с камнями прервалась. Сверху навалилась монолитная тяжесть. Боль пронеслась по телу, когда меня припечатало к тротуару.

— Скай! — выкрикнула Эмма, прежде чем её затолкали в карету мужчины в масках.

— Уходим! — крикнул один из них. — Принца не трогать.

Незнакомцы запрыгнули в карету, и та моментально рванула с места. Стало ясным, что меня удерживают артефактом, полем блокировки, а не заклинанием.

— Эмма… — прохрипел я, силясь приподняться.

Нужно выйти из поля блокировки, тогда у меня появится шанс её спасти.

Каждое движение давалось ценой титанических усилий, но я упрямо полз вперёд. И внезапно в сиянии чёрных спиралей энергии передо мной словно из ниоткуда сформировалась рукоять меча. Концентрация потерялась от неожиданности, и меня вновь впечатало в тротуар.

«Скай! Спаси!», — разнеслось в мыслях.

Ярость разгорелась в мыслях. Сомнения ушли. Я сжал рукоять неизвестного оружия, и тело наполнила невероятная мощь.

/Эмма Марс/

Всё произошло за считаные секунды. Я заметила, как из кареты у обочины выскочили мужчины в масках и попытались атаковать Ская со спины. Мне удалось его предупредить, но следом меня вдруг рвануло прочь и бросило к одному из злоумышленников. А Ская впечатало в камень тротуара сероватым полем.

— Скай! — я рванула из крепкой хватки, попыталась освободиться, но ничего не вышло.

Меня втолкнули в карету, грубо посадили на скамью и проверили запястья. Видимо, искали браслет с камнями, но у меня его не было, единственный алмаз лежал в сумке. Впрочем, я умела только сушить одежду.

— Уходим! — послышалось снаружи. — Принца не трогать.

Остальные злоумышленники запрыгнули в салон, и карета с ускорением тронулась с места. Если бы меня не удержали, я бы просто соскользнула на пол.

— Веди себя послушно, и не пострадаешь, — пригрозил один из мужчин, встряхнув меня за плечо.

Ошеломление покинуло мысли, сменяясь ужасом осознания. Я поняла, что меня похитили. На глаза навернулись слёзы. Дыхание сбилось.

«Скай! Спаси!», — взмолилась я про себя, и передо мной в чёрной дымке появилась рукоять меча.

Это напугало и ввело в совершенный ступор. Но что-то предпринять я не успела. Один из мужчин сдвинул шторку, позволяя мне увидеть, что происходит снаружи.

— Какого… — он выговорил поток ругательств, но я ничего не услышала.

Всё моё внимание захватило внезапное перевоплощение. Сероватое поле рассеялось. Скай с огромным мечом в руках поднялся с колен. Его тело оплели чёрные доспехи, лицо скрыл непроницаемый шлем. Миг, и Скай исчез из вида. Карета покачнулась от удара. В крышу вошло металлическое лезвие и вонзилось в пол. Уши заложило от грохота. Меня впечатало в спинку скамьи, но поднявшийся вокруг барьер помог избежать травм и столкновения с сидевшим напротив злоумышленником. Он болезненно налетел на магическую преграду. А его соседу повезло меньше, он напоролся на лезвие меча. В стороны брызнула алая кровь.

И реальность в этот миг отдалилась. В ушах зазвучал лязг металла. Меч в моей руке столкнулся с оружием противника.

«Ты становишься искуснее меня, сестра», — прозвучало в мыслях, и я снова вернулась в реальность, когда меня подхватили сильные руки.

Взгляд прояснился, сосредотачиваясь на встревоженном лице Ская.

— Не ранена? — спросил он. — Стоять сможешь?

— Смогу, — онемевшими от шока губами, пролепетала я.

Он аккуратно поставил меня на тротуар и поддержал за талию. А мне предстало то, что осталось от кареты. Её будто пришпилило сверху к дороге и разрезало на несколько частей. Мужчины в масках лежали среди обломков то ли без сознания, то ли мёртвые.

— Спасибо, Скай. Ты меня спас.

— Так бы поступил каждый, — ответил он, продолжая мрачно смотреть перед собой.

— Сомневаюсь, — качнула я головой. — Ты такой сильный и смелый. Теперь понимаю, почему тебя злит работа с документами.

— Нашла о чём вспомнить, — усмехнувшись под нос, он взял меня за руку и потянул в сторону. — Свяжусь с родителями. Возможно, мне понадобится адвокат.

— Зачем? Ты же спасал меня.

— Эмма… — вздохнул он. — Всё не так просто. Один из напавших погиб.

— Он упал на меч. Это случайность. И он сам виноват. Ведь так?

— Любая жизнь важна, Эмма, даже преступника, — Скай порывисто стиснул мою ладонь и отвернулся от разгромленной кареты.

— Мне жаль, что тебе пришлось забрать жизнь из-за меня.

— Ты не виновата в поступках других, — вздохнул он мрачно.

Послышался звук сирены. Рядом остановились кареты, из них вылетели стражи города. Начались разбирательства. К нам обратились враждебно, попытались арестовать, но стоило Скаю представить и иронично предложить хоть кому-то рискнуть, как все стали очень любезными, предупредительными и попросили нас проехать с ними. Так мы добрались до участка, но не в качестве работников, а в роли участников чрезвычайного происшествия. И здесь состоялась новая встреча с Валериусом Ригором.

— Как мы часто видимся, Скай, мисс Марс, — улыбнулся рубиновый, приглашая нас в мягкую зону своего кабинета.

— Настолько хорошо организована безопасность города, — отозвался алмазный ровным тоном, и мужчины схлестнулись взглядами.

Мне стало не по себе. Я приготовилась к затяжному обмену колкостями, но обошлось. Мы дали показания, правда, большей частью говорил Скай. Я только поглощала закуски, пила чай и поддакивала.

— Не вижу причин для вашего задержания, — заключил Ригор в конце разговора. — К тому же появилась запись, подтверждающая ваши показания.

Он развернул версо, там довольно размыто демонстрировался момент нападения и освобождение Ская. Я в очередной раз поразилась его боевой мощью.

— Интересные секреты хранит алмазный дом, — прищурился рубиновый. — Вы разбили поле блокировки магии, продемонстрировали моментальную материализацию брони и оружия и развили невероятную скорость. Такой уникальный боевой маг и пропадает в стенах академии…

Я опешила от оценки безопасника. Выходило, Скай удивил не только меня.

— Вынесите предложение о моём освобождении на совете, — махнул рукой алмазный. — Если претензий к нам нет, мы пойдём.

— Дальнейшие обсуждения пройдут с вашими родителями и адвокатом, — подтвердил Ригор. — Во избежание проблем с прессой и новых нападений, вас отвезут в академию. Из моего расположения.

На этом нас отпустили. Естественно, разбирательства заняли несколько часов, поэтому время отработки завершилось. Нам выделили и сопровождение. Стража помогла отбиться от журналистов и довела нас до кареты.

— Здесь не разговариваем, — шепнул мне Скай, поэтому до академии мы добрались в молчании.

И только позже, когда он повёл меня в кафе, я решилась рассказать о той странности.

— Скай, там я не говорила. Случилось нечто непонятное. Во время похищения в карете передо мной появилась рукоять меча. И его будто видела только я одна.

— Вот как… — хмыкнул он, будто не удивившись. — Мне тоже явился меч. Я не мог вырваться и схватился за него.

— Я думала, мне привиделось.

— Нет. Никогда прежде я не проводил такую материализацию и не перемещался так быстро, — сообщил он, внезапно растерянно взглянув на свои руки. — Думаю, в меня влилась твоя магия по связи, что помогло вырваться. Но тот меч, оружие и броня… кажется, это эффект нового мира.

— Эффект нового мира?

— Мы не в родном мире. Здесь свои особенности, магические законы. Мы нашли следы погибшей цивилизации. Возможно, местные боги даже наблюдают за нами, если, конечно, существовали и ещё живы. Драконы чувствуют незначительные проявления атмосферы нового мира, например, полёты и трансформации здесь даются проще, но я никогда не слышал о возникающих из ниоткуда мечах. Возможно, прошла активация какого-то скрытого заклинания, артефакта. Но для окружающих мои способности — секрет и мощь алмазного дома. Никому не говори про меч.

— Хорошо, Скай. Не буду. Я… снова угодила в беду?

— Мы. Мы снова угодили в беду, — проворчал он и внезапно весело подмигнул.

Скай накормил меня в кафе, где мы общались на отвлечённые темы. Я снова задавала ему вопросы обо всём на свете. Кажется, мы оба пытались отрешиться от событий утра. Потом он купил мне еду с собой, отвёл в комнату и велел не выходить до завтрашнего дня, чтобы избежать расспросов и неприятных сцен. Я не протестовала, была только рада посидеть за чтением и поесть вкусное. Но поздно вечером грянули новые неприятности. В дверь настойчиво постучались.

Я открыла, и в комнату сразу что-то брызнули. Кажется, кипяток. Но я имела привычку держаться стены, потому атака меня не задела.

— Идиотка, ты что творишь⁈ — раздался женский крик. — Я в этом не участвую!

— Она заплатит! — завизжал второй женский голос, и я выглянула наружу.

Возле входа замерла смутно знакомая красноволосая драконица. Она тяжело дышала, глаза опухли словно от слёз. Вроде именно она толкнула меня и потребовала держаться подальше от Брайса.

— Эмма, я ни при чём! — прокричала вторая девушка, видимо, её подруга, убегая на лестничную площадку.

— Ты… Выскочка! — прокричала рубиновая, не обращая на подругу никакого внимания. — Брайс меня бросил из-за тебя!

— Из-за меня? — удивилась я.

— Выйди ко мне! Или трусишь⁈

Признаться, страха перед ней я не испытывала, наверное, на фоне столкновения с реальной опасностью сегодня утром, потому вышла за пределы комнаты.

— Брайс предлагал мне встречаться, но я отказалась. Он бросил тебя не из-за меня, — сообщила я прямо.

— Я тебе не верю! — прокричала она истерично и вскинула руку.

На кончиках её пальцев вспыхнуло пламя. В ушах снова зазвенел лязг металла и весёлый смех… моего брата, с которым мы тренировались. Я поймала руку девушки за запястье, отвела её в сторону и ударила сама. Она со вскриком повалилась на пол. Из рассечения на её скуле полилась алая кровь. Девушка прижала дрожащие пальцы к ране.

— Ненормальная!

— Знаешь, так оно есть. И оказывается, я умею драться, — заключила, оценивая несколько ссадин на костяшках пальцев, из которых выступила сероватая кровь. — И я не боюсь смерти как своей, так и чужой. Мысли о твоей возможной смерти тоже не пугают. Это ведь не нормально? — и взглянула на девушку.

Она задохнулась всхлипом, подскочила на ноги и, спотыкаясь, унеслась прочь.

Я собрала кристаллизовавшиеся капельки крови с царапин, растёрла их между пальцами и вернулась в комнату, а там развалилась в кровати, подхватила книгу и возобновила чтение. Писалось о войнах, предшествовавших извержению вулкана. Похоже, жестокость в природе драконов, как и борьба за территорию. Видимо, та девушка считает Брайса своей территорией, но не понимает, что я на неё не покушаюсь.

На следующий день на меня действительно накинулись с вопросами. Я рассказывала то же, что слышала вчера в кабинете Ригора. На этот раз даже Рори и Джет не рычали на Ская из-за его происхождения, наоборот, хвалили за моё спасение и восхищались силой. Виола с Гвинет больше интересовались, что это вообще за сила, но здесь я не могла помочь. Ко мне даже подошёл справиться о самочувствии и ненавязчиво расспросить куратор курса. Но все эти вопросы не трогали, чего не скажешь о новом появлении Брайса. Он просто подошёл ко мне, стоило мне выйти из аудитории после первой пары, взял меня за руку и потянул за собой по коридору.

— Что тебе надо? — прошипела я, пытаясь осторожно высвободиться из хватки. На нас все оглядывались. Это очень плохо. — Думаешь, устроил мне недостаточно неприятностей?

— Надо поговорить, — бросил он мрачно.

— Мог бы написать по версо, — пробурчала я, с силой вырывая руку.

Снова ощущала касания огненной силы, словно в преддверии резонанса. Надеюсь, волосы сохранили свой цвет.

— Не капризничай, идём поболтаем. Обещаю, тебе будет интересно, — он усмехнулся и подмигнул мне из-за плеча.

— Что-то сомневаюсь, — проворчала я, но ему удалось вызвать во мне любопытство.

Он повёл меня на этаж выше, а здесь толкнул дверь в один из кабинетов. Это оказалась небольшая аудитория на десять столов.

— Мне известно о вчерашнем. Ты не пострадала? — спросил он, снова становясь хмурым. — Они ничего не говорили? Зачем пытались похитить?

— Нет, не успели. Возможно… из-за того, что узнали о моей универсальности? — догадалась я, приглядываясь к его лицу. — Ты к этому причастен?

— Что? — усмехнулся он. — Хочешь меня в чём-то обвинить?

— Ты привёл меня в тот ресторан, где несколько драконов узнали мою тайну. Ты виноват, Брайс, — сообщила прямо.

Он гулко вздохнул и прищурился.

— Я разузнал по поводу тех камней. Ниточки действительно ведут к твоему лекарю. Но это чёрный рынок, никому ничего не докажешь, так что считай, они потеряны. Но я купил один, — Брайс вытянул из кармана рубин и бросил его мне.

Я задохнулась от неожиданности, поймала камень и мгновенно ощутила, как по телу разливается огненная сила. Значит, касания резонанса в коридоре мне не чудились.

— Тебе идёт рубиновый цвет, — улыбнулся Брайс, откровенно любуясь.

— Это подарок?

— Он слишком дорогой для просто подарка, — рубиновый сделал шаг ко мне.

Его пальцы коснулись моего подбородка. По телу пробежала дрожь. В мысли попытались пробиться пугающие воспоминания, кожа вспыхнула болезненными прикосновениями, губы резануло жаром насильного проникновения.

— Ты же хотела узнать, что такое поцелуи, Эмма. Можно начать с них. Или Скай тебя уже…

Его речь прервалась, когда я схватила его за руку и резко вложила в его ладонь рубин. Красные глаза мужчины опасно сузились.

— Я предпочитаю алмазы. Держись от меня подальше, Брайс. И свою девушку тоже держи от меня подальше. Я вчера поранила об неё руку, — продемонстрировав ему серый синяк на костяшках пальцев, я оценила удивление в его взгляде и чеканным шагом покинула аудиторию.

Как только резонанс с рубином прервался, накатила слабость и ощущение внутренней пустоты. Это же мой камень, украденный. А забрать его можно через поцелуи и прочее. Так несправедливо!

Но будто этого неприятного разговора мало, на меня снова оглядывались, что-то шептали, как-то странно смотрели. И стало ясным, что резонанс не прошёл без последствий. Забежав в дамскую комнату, я убедилась в предположениях. Среди серых волос снова появились алые пряди.

— Эмма, — подал голос Септимус. — Тебя вызывают к ректору.

— Зачем? — удивилась я. — Из-за драки? Или нападения?

— Неизвестно.

Да что же такое⁈

Вызов был срочным, потому, вместо того чтобы идти на следующее занятие, мне пришлось бежать в здание администрации. К моему удивлению, в кабинете ректора находился и Скай. Сам Эндимион Люмирекс заседал за своим столом. Жемчужные, с лиловым отливом, волосы свободно спадали за его плечи.

— Мисс Марс, проходите, — он указал на соседний со Скаем стул.

Я поздоровалась, послушно заняла свободное место и тихонечко потянула исходящий от алмазного аромат урагана. Успела соскучиться. Скай на меня даже не взглянул, я на него тоже. Мы оба смотрели на ректора.

— Как вы знаете, я наблюдаю за раскопками в древнем городе, — заговорил Люмирекс.

— Древнем городе? — переспросила я.

— Да, ушедший под землю древний город некогда жившей на этой территории цивилизации. Мы изучаем их культуру, магию и артефакты, — пояснил он терпеливо. — Так вот, мы предполагали, что ваша связь — один из эффектов магических законов этого мира, и вчера мы получили косвенное тому подтверждение. В момент нападения и использования Скаем магии в древнем городе зафиксировали сильнейшие магические эманации. Мы предполагаем пробуждение артефакта или активацию заклинания. Возможно, ваше присутствие ускорит поиски.

— Мы сможем понять, из-за чего возникла связь? — спросила я встревоженно.

Меня пугало, что Скай перестанет быть для меня особенным, но умом я принимала все его доводы и осознавала, что для счастья каждого из нас мы должны освободиться друг от друга.

— Не обещаю, но такое возможно.

— Древний город в двух сотнях километров от Элизиума. — Скай пребывал в мрачном расположении духа. — Это путешествие опасно для Эммы. А мы с ней не можем разъединиться.

— Король Каэлан поддержал мою идею. Вам выделят охрану. И вы зря волнуетесь, Скай, путь до города проложен, он достаточно безопасен, как и само место раскопок.

— Если отец одобрил, очевидно, у нас не спрашивают, а ставят в известность, — хмыкнул он, поднимаясь. — Когда выезжаем?

— Воины алмазного дома на пути, вам можно приняться за сборы. Сумеете подсказать мисс Марс, что лучше взять с собой в дорогу?

— Конечно, — Скай махнул рукой, побуждая и меня подняться с места.

Мы попрощались и покинули кабинет ректора. От алмазного волнами исходило негодование, я даже не рисковала с ним заговорить.

— Брайс снова к тебе лез? — сердито спросил он, как только мы покинули здание.

Похоже, злился из-за внезапного покраснения моих волос, а не в связи с опасной поездкой.

— Он подтвердил, что те камни попали на чёрный рынок через лекаря из центрального госпиталя. Но по его словам, доказать ничего не выйдет.

— Так и есть, в такое лучше не лезть. Камнями тебя обеспечит алмазный дом.

— Брайс купил мне рубин, бросил мне. Я случайно его поймала, не смогла избежать резонанса. Но я вернула ему камень.

— Хорошо. И я с ним поговорю. Во всей этой веренице не успел, — Скай прикрыл глаза, и я отметила, что он выглядит усталым.

— Но мы поедем за купол. Ты же так хотел. По-моему, это чудесная новость, — я пыталась хотя бы изображать радость, чтобы его поддержать

Разрыв связи меня пугал, как и предстоящее путешествие, но это необходимость.

— Хотел, — он мельком взглянул на меня и натянуто улыбнулся. — Алмазные воины в первую очередь будут защищать принца, помни об этом, когда решишь совершить глупость.

— Я не буду совершать глупости, — надулась расстроенно, но усмехнулась, поняв, что он просто меня поддевает.

Мы добрались до жилого здания. Там я переоделась в приобретённую мне королевой академическую полевую форму, состоящую из зелёных брюк, куртки с накладными карманами, плаща и высоких сапог. Скай продиктовал Септимусу, что стоит с собой взять, потому дальше мне оставалось лишь закидать вещи в рюкзак по списку и покинуть комнату.

— Ты быстро, — заключил Скай, когда я постучалась к нему в комнату. Он тоже успел собрать рюкзак и облачиться в полевую форму. И выглядел невероятно притягательно. — Это всегда носи с собой, даже ночью держи под рукой.

Он протянул мне нож в поясных ножнах и сумочку, внутри которой оказались мотки бинтов, какие-то снадобья и несколько небольших артефактов.

— Вот теперь мне немного страшно, — признала, оценивая лезвие ножа.

В мыслях снова зазвенела сталь, перед глазами замелькали мечи, и я встряхнула головой, развеивая виде́ние.

— Держись меня. Я смогу защитить в случае опасности. Но не сумею помочь, если ты забредёшь неизвестно куда из любопытства и угодишь в яму, Эмма, или в пасть плотоядного цветка.

— Буду держаться тебя, — заверила я его и принялась прилаживать сумочку с ножками к поясу.

Он закатил глаза, забрал у меня вещи и прикрепил их сам. И я вряд ли скрыла дрожь, когда наши пальцы соприкоснулись.

Через полчаса мы уже ехали в вездеходной карете к выезду из Элизиума. Путешествие так же страшило, как и будоражило. Скай настолько мечтательно рассказывал о мире за пределами купола, что мне тоже хотелось ощутить его вкус, запах и цвет. Но успел он поведать и об опасностях, потому я не собиралась пренебрегать правилами.

— В зоне раскопок идёт постоянная работа, установлены барьеры, там действительно относительно безопасно. — Скай решил, что десятка раз требований держаться его недостаточно, потому принялся читать мне лекции о возможных угрозах. — Но возможны провалы породы, активация скрытых систем безопасности…

— Мы выехали! Мы выехали, Скай! — воскликнула я, когда вездеход миновал пропускной пункт и покатил по дороге прочь от Элизиума и окружающего его купола.

— Да, — он качнул головой с улыбкой и опустил стекло окна.

В салон ворвался насыщенный запахами цветов и трав ветер. Голова закружилась от яркости момента. Воздух здесь не казался сухим и безжизненным, он будто был напитан энергией. Видимо, в преддверии грозы. В небе клубились тучи, вдали мелькали молнии. И вскоре сверху упали первые капли дождя.

— Скай! — не выдержав, я высунулась в окно и зажмурилась, когда прохладная влага окропила щёки.

И новое воспоминание закружило в своём водовороте. Кинжал в моей руке проносится лезвием по горлу стоя́щего передо мной мужчины. Серая кровь брызгает мне в лицо.

«Ты…» — он в неверии скребёт пальцами по ране и оседает на пол.

Я ощущаю освобождение отмщения.

— Эмма, что я тебе говорил про глупости и безопасность? — Скай усадил меня обратно на скамью.

А меня ещё трясло после воспоминания, перед глазами стояло лицо незнакомца.

— Что с тобой, Эмма? — нахмурился алмазный.

— Я видела… я отомстила… отомстила тому, кто меня обидел… — прошептала, пытаясь осмыслить свои ощущения.

— Отомстила обидчику? Ты про воспоминания о поцелуе?

— Да… Кажется… — просипела я. — Не уверена.

Опустив взгляд к ножу, я выхватила его из ножен и взмахнула перед собой, повторяя движение из виде́ния. А потом снова и снова, ощущая, как фантом горячей крови обжигает щёки, и так много раз, пока взгляд не застлали слёзы.

— Эмма, хватит, — Скай осторожно перехватил моё запястье и забрал у меня нож. — Ты убила обидчика?

— Да. Кажется, да, — прошелестела онемевшими губами. — Каждый раз убеждаюсь в том, что лучше не вспоминать.

— Может, так оно и есть, — он вернул нож в ножны на моём поясе.

В салоне стало внезапно темнее. За окном замелькали деревья. Мы въехали в пределы джунглей. Дождь усилился, ударяя по листьям. Вдали раздались раскаты грома. В листве мелькнул силуэт хищника. Но мне не было страшно, присутствие Ская дарило спокойствие. Только надолго ли?

Я не размышляла об этом раньше, но теперь задумалась, почему алмазный король так легко одобрил эту поездку, учитывая мою неспособность себя защитить? Были ли на самом деле эманации в древнем городе? Мы вообще до него доберёмся? Очевидно же, алмазный король сделает всё, чтобы освободить сына от возможных проблем.

— Скай, меня не убьют в этом путешествии?

— Что ты такое говоришь? — он усмехнулся от неожиданности. — Сказал же, держись меня, я смогу защитить.

— Да, — я кивнула, отворачиваясь от него.

Если что-то и случится, Ская вряд ли предупредили.

Спуск в город действительно закрывался барьерами от возможных опасностей. Но нам не угрожали и по дороге, видимо, потому, что кареты неслись быстро и не останавливались. Дождь продолжал идти, солнце скрылось, небо заволокли тучи, и стало совсем темно, когда мы въехали в тоннель, принявшись спускаться к месту раскопок.

— Скай, думаешь, мы что-нибудь найдём? — я на ощупь отыскала руку алмазного.

— Не знаю, Эмма, — он стиснул мои пальцы и сразу отпустил.

Тьма сменилась светом прожекторов, когда долгий спуск закончился. Здесь нам разрешили покинуть карету. Мне хотелось выпрыгнуть первой, но приходилось помнить о предупреждениях Ская и выходить последней.

Мы очутились в огромной пещере. Прожектора были расположены по периметру обширной площадки с различным транспортом. Потолок терялся во тьме. А впереди, тоже подсвеченный магическими огнями, расположился настоящий город, заключённый в разноцветные кристаллы. Всё и массивные крепостные стены, и разномастные каменные дома, и величественный замок на возвышении — сковывали полупрозрачные наросты, словно древний город истёк кровью, прежде чем погибнуть. Окружающее казалось мёртвым, пугающим, отталкивающим и одновременно притягательным.

— Как же здесь ведутся раскопки? — удивилась я. — И город всегда был под землёй?

— Нет. Он погрузился под землю единой плитой, — к нам приблизилась статная женщина. Длинные синие волосы были собраны в высокий хвост. На приятном лице с большими сапфировыми глазами обозначилась мина недовольства. — Добро пожаловать. Я руководитель исследовательской группы, просветлённая десятого ранга, Кора Стиллуотер.

— Очень приятно. Эмма Марс, — приветливо улыбнулась я. — Но как целый город ушёл под землю?

— Это мы и пытаемся выяснить для безопасности Элизиума, — скупо улыбнулась она, мельком оценивая взглядом мою внешность. — Но я предполагаю проклятие огромной мощи.

— Тогда это великая магия, — заключил Скай, протягивая ей руку. — Рад новой встрече, просветлённая Кора.

— И я рада тебе, Скай. Остальным не очень, — скривилась она, глянув на опешивших воинов алмазного дома.

Стиллуотер повела нас в палаточный лагерь, где проживали учёные. Я не уставала задавать вопросы по пути, и моя любознательность явно пришлась по душе женщине, потому она не скупилась на ответы.

Как выяснилось, при выборе мира для переселения предполагали отсутствие цивилизаций на материке, но оказалось, что рассказанная мне Джетом и Рори история про похищение Леонарда правдива. Спасательная капсула с ним и его телохранителями упала неподалёку, во время пути к Элизиуму они провалились в сформированную подземной рекой шахту, так и отыскали этот город.

С тех пор цивилизация древних изучается, но с переменным успехом, ограниченные ресурсы драконов сосредоточены на строительстве городов. И всё равно благодаря упорству ордена просветлённых многое стало известно. Как выяснилось, мы с древними жителями этого мира оказались близки по природе, они тоже были живым воплощением камней. Как и драконы, поклонялись своему пантеону богов.

— По крайней мере, в первое время, судя по записям, — хмыкнула Кора.

Она была так любезна, что согласилась провести экскурсию. Меня радовала возможность коснуться древнего. Скай явно уважал Кору, потому тоже не протестовал против прогулки.

Несколько улиц смогли очистить от кристаллов, пробурив в них настоящие тоннели, и мы двинулись по ним, рассматривая древние здания через призму спаянных между собой множество столетий назад самоцветов.

— Но более свежие записи говорят об обожествлении короля. Возможно, древние ступили на путь отказа от прошлой веры, появились несогласные, и в итоге эти столкновения завершились падением города под землю.

— А у него есть название? — уточнила я.

— Да, Конкордиум. Точнее, по моим переводам он называется именно так.

— Мне кажется, ему подходит. Здесь тоже жили драконы?

— Да, местные жители походили на драконов, — кивнула она. — Цивилизация Конкордиума во многом схожа с нами, шла по тому же пути развития, но, как видим, в какой-то момент свернула не туда.

— Но вы же не уверены, что это проклятие. Может быть стихийным бедствием? — спросила я, приблизившись к одной из полупрозрачных стен, и вздрогнула, заметив застывшую внутри скрюченную фигуру мужчины.

Черты лица были неразличимы за слоями разноцветных кристаллов, но по строению тела он действительно был похож на дракона.

— Да, жители находились в городе, когда это случилось, — Кора ободряюще похлопала меня по плечу. — Если пугают трупы, можно вернуться.

— Я не ожидала, — пояснила, облизав вмиг пересохшие губы. — Но теперь я понимаю, почему вы предполагаете проклятие. Всё произошло так быстро, он лишь успел испугаться.

— Именно. Поэтому это основная версия.

— А как древние себя называли?

— Саламандрами, — отозвалась она.

— Кора, древние проводили ритуалы по созданию магических связей? — обратился к ней Скай.

Всю дорогу он задумчиво молчал, но, видимо, решился коснуться волнующей его темы.

— Странный вопрос. Но, да, в храме богини любви Эликсии упоминается, что супруги устанавливали связь. Также есть записи о магических клятвах верности королю. Древние любили соединять энергии. Для чего интересуешься, Скай? — она остро заглянула в его глаза, а он лишь передёрнул плечами.

— Я спас Эмму от смерти, поддерживал своей магией, и это нас как-то связало на уровне аур. И по словам ректора, в ответ на всплеск моей магии в городе случились эманации.

— Да, так и есть. Но далеко под землёй, под самим городом. Туда мы ещё не добрались. Думаю, если так, то можно проверить отклик на вашу магию. Но завтра. Скоро объявим отбой. За ужином можно обсудить.

— Хорошо, — кивнул он.

Экскурсия продолжилась, но теперь я больше размышляла о природе нашей связи. И думала об этом весь ужин. Поздно вечером учёные, как и бо́льшая часть нашей охраны, разошлись по палаткам. В лагере стало тихо, свет притушили. Мне тоже выделили небольшую одноместную палатку, расположив её рядом с палаткой Ская. Но спать я пока не хотела, потому поползла к соседу. Он не успел раздеться, лежал поверх спального мешка и читал книгу.

— Эмма, не спится? — бросил он недовольно, когда я отодвинула полог и забралась к нему в палатку.

— Да, я всё думаю о словах Коры, — пояснила, присаживаясь на колени.

В палатке витал ураганный аромат Ская, и здравые мысли начинали стопориться.

— Она много всего говорила, ты о чём? — скучающе уточнил он, откладывая книгу, и присел на спальнике.

— Про храм богини любви. Нам ведь подходит. Мы тянемся друг к другу.

— Возможно, — не стал спорить он.

— Если она знает про храм, значит, до него тоже смогли добраться? Он доступен для изучения?

— Он в дальней зоне, открыт недавно, я там не был.

— Объявлен отбой, в городе никого нет. Мы можем сходить, взглянуть.

— Эмма, что ты там думаешь найти? — усмехнулся он напряжённо, но от меня не укрылся его интерес.

— Не знаю, подсказки. В часовне, куда она нас водила, они выбиты прямо на стенах.

— С каких пор ты читаешь на древнем?

— А ты не читаешь? — удивилась я.

— Нет, конечно. Язык частично изучен, но внесение основ в языковое заклинание доступно только избранным из ордена.

— Ректор обновлял мне языковое заклинание. Может, внёс и древний язык, предполагая, что наша связь исходит из истории этого мира?

— Может быть, — нахмурился он, подтягивая к себе рюкзак. — Ладно, идём. Если честно, я весь вечер думал о словах Коры и этом храме.

— А зачем ворчишь?

— Должен же хоть кто-то из нас быть взрослым, — закатил он глаза. — Нож с сумкой бери.

— Хорошо, — просияла я и поползла прочь из спальника.

Возможно, сегодня мы узнаем, в чём заключается природа нашей связи.

/Эмма Марс/

Несколько воинов алмазного дома отправились с нами, что прибавляло как уверенности, так и нервозности. Поэтому по пути мы со Скаем говорили на отвлечённые темы. Он рассказывал мне о городе. Оказалось, проходил здесь несколько раз отработку под руководством Стиллуотер.

— Она увлечена этим местом и историей древних, — поведал он. — Лучше не высказывать пренебрежение, можно получить в глаз.

— Думаю, ты прав, — согласилась я, воспроизводя в мыслях образ уверенной в себе сапфировой драконицы.

Кора явно счастлива здесь и чувствует себя на своём месте.

А наш путь продолжался. При минимальном освещении кристальные коридоры с застывшими в них жителями древней цивилизации казались жуткими. Царило мёртвое безмолвие, прерываемое только нашими голосами и звуками шагов. Было не по себе. Один из алмазных временами ворчал и предлагал вернуться сюда при освещении, но Скай лишь отмахивался.

И вот вскоре мы подобрались к храму богини любви. Выполненное из алого камня, оно оказалось небольшим одноэтажным прямоугольным строением с купольной крышей и арочными окнами из витража. Стены сковывали те же кристальные наросты, дверь была частично выломана, но внутри оказалось свободно от самоцветных образований. Скай приказал охране остаться снаружи, а мы вдвоём протиснулись в созданную учёными щель и очутились в узком помещении, ведущем в основной зал храма. У входа замерло кристальное изваяние женщины, и я задохнулась от неожиданности.

— Не бойся, — Скай взял меня за руку и потянул вглубь здания, пустив над нашими головами магический огонёк.

Свет развеял тьму, и стало чуть спокойнее. Мы миновали разветвляющийся коридор и вошли в прямоугольное помещение с испещрёнными записями стенами. Напротив двери расположился каменный алтарь, больше всего напоминающий ложе из-за подобия подушки. На нём тоже были выбиты рисунки и письмена. Именно они заинтересовали больше всего. На них двое, мужчина и женщина, держались за руки, стоя напротив друг друга. А на втором рисунке их пронзала странная линия. Видимо, брачная связь. Как между нами?

— Это брачный ритуал, Скай, — прошептала я, пробежав к алтарю. — Смотри, вот, словно мы с тобой, — и коснулась одного из рисунков.

— Похоже, здесь супруги и подтверждали брак. Не очень удобно, — приблизившись, он похлопал рукой по подушке на алтарном ложе.

И стоило ему коснуться камня, как письмена наполнились алым светом. Я попыталась отдёрнуть руку от рисунка, но не получилось, пальцы словно приросли к месту.

— Скай… — я вцепилась в его запястья от испуга.

— Что такое? — просипел он, с силой отрывая свою ладонь от каменной подушки.

Но и мои пальцы отпустило. Правда, странная реакция больше не пугала. Вообще, любые мысли покинули голову, и я провела рукой по предплечью Ская, с радостью ловя дрожь его тела. Алмазный тоже смотрел на меня. Алый свет алтаря тенями подчёркивали точёные черты его лица, линию сильной шеи и подтянутость фигуры. Он был так притягателен. Словно создан для меня одной.

Мы сделали шаги навстречу друг другу одновременно. Миг, и сильные руки обвили талию, ещё один — и твёрдые губы впились в мои губы в жадном поцелуе. И всё в мире померкло, остался только Скай и неистовое желание отдаться в его власть.

— Эмма… — простонал он в мои губы, подхватывая меня под бёдра, и посадил на камень алтаря.

Показалось, алое свечение усилилось, но это было неважно. Я хотела Ская, а он хотел меня. Лишь наше общее желание имело значение. И мы жались друг к другу в отчаянном стремлении стать единым целым. Поцелуи не заканчивались, прикосновения не прерывались. Жар блуждал по телу и вспыхивал огненными цветами, где горячие губы касались кожи. Скай целовал моё лицо, ласкал шею, спускался к груди, спеша избавить меня от одежды. Я дрожала от каждой ласки, тихо стонала и сама пыталась скорее снять с него куртку и рубашку. И мысленно возликовала, когда мои пальцы скользнули по его обнажённой груди.

Но алый свет письмён вдруг потух. И я впервые ощутила давление на разум. Голова по-прежнему кружилось от распалённого желания, мы со Скаем продолжали жаться друг к другу, но безумие рассеивалось, сменяясь осознанностью.

— Надо остановиться, — прохрипел он в мои губы.

Я не знала, что ответить. Он наверняка был прав. Но как же хорошо в окружении его объятий, как приятно чувствовать его руки на обнажённой коже и вкус поцелуев на губах. И никакие, даже самые страшные воспоминания из прошлого не могли развеять негу присутствия Ская. Я желала только его, мечтала только о нём, только с ним я могла быть счастлива.

— Похоже на ментальное воздействие, — он всё же прервал поцелуй и даже отстранился.

Серебряный взгляд опустился к моей груди, скрытой лишь лифом и немного тканью раздвинутой рубашки. А вот куртка исчезла, кажется, Скай снял её и отбросил прочь.

— Сумасшествие какое-то, — зажмурился он.

— Блаженное безумие, — согласилась я, скользя пальцами по линии его подбородка.

— Эмма… — Скай тяжело сглотнул и вновь открыл глаза.

Теперь его взгляд наполняла настороженность.

— Чувствуешь? Нет связи с камнями. Это не ритуал прервался, а поднялся блокирующий барьер.

— Что? — я попыталась ощутить резерв, но не вышло.

— Ну надо же, как необычно развлекаются принцы, — послышался незнакомый злорадный голос от двери, и в помещение вошёл нефритовый дракон в маске с какой-то палкой в руке, которую держал направленной на нас.

— По гробницам девчонок таскают, — загоготал второй незнакомец в маске, янтарный дракон, тоже входя в комнату.

— Эмма, беги при первой же возможности, — шепнул мне Скай и развернулся к ним, закрывая меня своей спиной. — Кто вы такие? — потребовал он ответа.

— А это не важно, принц, — ухмыльнулся нефритовый. — Поделишься девчонкой?

— Ни за что! — рыкнул Скай.

— Я бы тоже не отдал, но придётся, — рассмеялся второй. — Она стоит много денег.

Он направил на Ская свою странную палку, и от её кончика отделилась силовая волна. Алмазный, метнулся в сторону, дёргая меня с собой за руку. Я слетела с алтаря, рухнула на пол. Скай успел достигнуть одного из мужчин, оттолкнул его ударом по лицу к стене, увернулся от нового выстрела. Пригибаясь, я бросилась в ноги ко второму мужчине, обвила руками его колени. Скай удачно воспользовался заминкой, приблизился, ударил его. Тот повалился на пол, опрокидывая и меня. Я болезненно ударилась о камень пола, упала на бок.

— Я тебе что сказал? Надо было бежать! — Скай в рывок поднял меня на ноги, взял за руку и потащил за собой.

В следующий миг его толкнуло назад ударом силовой волны в грудь. Руку его вырвало из моей. Я развернулась, наблюдая, как он налетает спиной на алтарь и оседает на пол.

— Скай! — воскликнула испуганно и попыталась метнуться к нему.

Кто-то схватил меня сзади, крепко сжал шею, перекрывая поток воздуха.

— Скай! — прокричала в безысходности.

Бессилие сковывало мышцы, голова кружилась, но я всё равно рвалась и кричала, уговаривая Ская очнуться. Из глаз лились слёзы, сердце сжимало тисками отчаяния, но я продолжала звать его, пока силы не покинули тело и почти не исчезла связь с реальностью. Только тогда неизвестный перестал сжимать моё горло, и мне удалось вобрать в лёгкие воздух.

— Вот гад… — раздался сбоку голос нефритового. — Убить его мало…

Он схватил своё оружие, направил на бессознательного алмазного. Я сразу рванула к нему, вцепилась в его плечо.

— Не смей убивать принца, — прорычал незнакомый мужчина, снова дёргая меня на себя. — Уходим. Охрана скоро спохватится, но будут заниматься им. Мы успеем отдать девчонку, забрать деньги и свалить.

— Неслабо меня приложило, — проворчал янтарный, поднимаясь с пола.

— Уходим, — повторил незнакомец. — А ты веди себя тихо, иначе мы вернёмся и убьём твоего любовничка. Поняла? — и встряхнул меня, вновь сжимая моё горло пальцами.

— Поняла, — просипела я, смаргивая с глаз слёзы.

Его не тронут, это замечательно. Но… что будет со мной? Кому они хотят меня продать? И зачем?

— Пожалуйста, дайте хоть его проверить, — взмолилась я, когда меня потащили прочь из зала храма. — Он сильно ударился, ему нужна помощь…

Я не отрывала взгляд от Ская, пока мы не оказались в коридоре. А здесь меня толкнули вперёд к застывшей фигуре женщины. Плечо вспыхнуло болью от удара о камень, следом и колени, когда я повалилась на пол.

— Хватит ныть! — прокричал мужчина. — Молчи и слушайся!

Я глянула на него из-за плеча. Он тоже скрывал лицо под маской, но из-под неё выглядывали чёрные пряди волос.

— Отдавай камни.

— У меня нет… — попыталась соврать я, но меня всё равно обыскали.

Нож забрали, как и сумочку, выданную Скаем, в которой находился мой единственный алмаз.

— Идём, — обсидиановый схватил меня под мышку и грубо вздёрнул с пола.

Хотелось задать следующий вопрос, но пришлось сдержаться и молча выйти из храма.

Сопровождавшие нас алмазные лежали на дороге. Кажется, дышали, но я не была уверена. Обсидиановый потянул меня прочь от храма в противоположную от палаточного лагеря и раскопок сторону.

— Заказчик не говорил, что она самородок. Девка красивая, — заговорил нефритовый, глядя на меня уж очень плотоядно.

Только тогда я вспомнила, что Скай успел расстегнуть на мне рубашку, и поспешила прикрыться.

— Да, умолчал, — согласился обсидиановый. — Мы ему об этом напомним. Но на девку не зарься. Сдать её и бежать, пока принц не очнулся.

— Его так приложило, — расхохотался янтарный.

— Записи не видел? — насмешливо фыркнул обсидиановый. — Он в два удара карету разрезал. Не обманывайся. Он сильнейший маг во всех сферах. Нам повезло, что на него подействовала блокировка. Заказчику стоило сказать, что придётся иметь дело с алмазным принцем. Он умолчал о слишком многом.

— Так давай его кинем и заберём девчонку себе. За неё много дадут, — нефритовый погладил меня по бедру, и я невольно дёрнулась, чуть не налетев на обсидианового.

— Нет. Мы избавляемся от неё и валим. Зря вообще влезли в это мутное дельце, — пробормотал тот, вновь встряхнув меня за плечо.

И стало так противно. Они обсуждали мою продажу, словно я не живая, словно просто вещь. Но хуже всех — заказчик. Он был причиной моих бед. Возможно, с его подачи меня пытались похитить после госпиталя и напали на нас со Скаем возле академии.

— Кто меня заказал? — спросила я тихо.

— Я сказал молчать, — напомнил обсидиановый, поднимая руку для удара.

— Решается моя судьба, — возразила я сердито.

Шок из-за воздействия ритуала в храме и нападения проходил, как и тревога за Ская после разговора похитителей, теперь меня волновало собственное будущее и встреча с главным врагом.

— Ректор, — загоготал янтарный. — Кто бы мог подумать, что ректор центральной академии промышляет продажей драконов, да?

— Ректор? — удивилась я.

Ведь именно он отправил нас сюда. Возможно, сам связался с королём Каэланом, рассказал ему про важность этой поездки и нанял похитителей. Как цинично.

— Всем молчать! — рыкнул обсидиановый. — Следите за дорогой. К нам могут сесть на хвост.

Его слушались, потому дальнейший путь прошёл без разговоров. А все мои попытки что-то спросить или вырваться теперь заканчивались болезненными ударами. Мы добрались до окраины города, и здесь начался спуск на верёвке в один из провалов. Внизу оказался освещённый расчищенный тоннель, ведущий обратно под город. Потом снова был подъём по верёвкам, перемещения по узким коридорам, пока мы внезапно не выскользнули из тайного хода в обширный зал. Было темно, свет проникал в помещение через витражные окна, но разноцветные огни выхватывали расположенные по стенам статуи и висящие на стенах гобелены.

— Это дворец, — догадалась я.

— Ничего не трогать, — приказал обсидиановый. — Говорят, древних убило проклятие. Возможно, оно до сих пор блуждает по этим помещениям.

По телу пробежала дрожь, только меня больше пугала встреча с ректором. Я не понимала, зачем ему это похищение.

Но вот длинный путь завершился, мы попали в хорошо освещённый магическими огнями зал. В помещении практически не было мебели, кроме нескольких каменных столов со свитками у стены и пары шкафов. Каменный пол испещряли сложные магические знаки. И лишь вокруг одного из них были выложены чаши с элементами стихий, словно в ожидании начала ритуала.

— Наконец-то, — раздражённо пробормотал ректор, выходя к нам.

Он предстал в дорожной чёрной одежде, жемчужные волосы собрал в тугой хвост, и больше не казался расположенным ко мне мужчиной.

— Свяжите ей ноги, руки и положите в центр круга, — приказал он.

— Что вы задумали⁈ Зачем я вам⁈ — потребовала я ответа, рванув из хватки обсидианового.

Но меня почти мгновенно повалили на пол. Руки заломили за спину. И через миг запястья обхватили верёвки. Те болезненно впились в кожу. Я закричала, забилась, пытаясь вырваться, но всё было тщетно. Преступники сковали путами мои лодыжки и положили меня на пол в центре магического круга.

— Ваши деньги, — сообщил ректор. — И сверху за трудности и молчание.

— Даже требовать не пришлось, — рассмеялся обсидиановый. — Дальше вы сами.

— Вы свободны, — хмыкнул он.

Я перевернулась на бок и увидела, как наёмники спешно покинули зал. Ректор взмахнул руками, и двери захлопнулись за их спинами.

— Зачем вам это⁈ Что вы задумали⁈ — воскликнула я, тяжело перекатываясь на колени.

— Знаешь, цивилизация древних саламандр жила в лучших магических условиях, чем мы. Сам мир пел им об увеличении своего могущества. И здесь они преуспели, наделив короля силой бога. Представляешь? Силой, равной богу! — расхохотался он. — Я долгие годы изучал их записи, постигал магическое искусство, но мне было не достичь и части их силы, потому что все саламандры были универсалами. Они превосходили нас во всём. Я почти отчаялся, но встретил тебя. А ведь самородки обычно осторожны, скрываются, поэтому найти подобных тебе среди драконов почти невозможно.

— Значит, это вы пытались меня похитить после выписки из госпиталя и у академии?

— Нет, — рассмеялся он, приближаясь ко мне. — Я узнал о тебе случайно. Валериус потребовал принять тебя в академию вне правил. Ментальные блоки на памяти, универсальность, древний язык. Я думал, это ловушка, наживка, созданная специально для меня, но даже если так, ты действительно универсал, а, значит, нужна мне.

— И что это значит? — встревоженно спросила я.

— Для начала проверку. Я должен убедиться, что ты поможешь мне в изучении искусства древних. Не бойся, если выживешь, будешь и дальше жить в комфорте.

— Но в клетке, — ожесточённо возразила я.

— Ты не заметишь её прутьев, — он приблизился к установленному перед знаком пьедесталу и положил на него руки.

Магические знаки подо мной вспыхнули светом. Огонь разгорелся в чаше, вода забурлила, земля задрожала, растение засветилось, воздух закрутился в воронке. Меня с невероятной мощью впечатало в пол.

«Эмма, держись», — раздалось в мыслях.

— Скай, — выдохнула я и прикрыла глаза, стараясь отрешиться от происходящего.

Он рядом, он спасёт меня.

/Скай Стеллар/

— Эмма!

Я очнулся как от толчка. Резко сел, обнаружил себя в темноте храма и скривился от прошедшей по спине боли. События прошлого нахлынули лавиной. Вылазка в храм, активация странного ритуала, страстные поцелуи, чуть не закончившиеся близостью на алтаре, и нападение.

Кривясь от боли, я поднялся с пола и спешно бросился прочь из помещения. На улице обнаружились бессознательные воины клана. Параллельно связываясь с драконами в лагере, я проверил их. Они были живы, но не приходили в себя из-за воздействия неизвестного то ли яда, то ли дурмана. Воины из лагеря просили меня дождаться помощи, но это казалось нереальным: нить связи вибрировала, тянула меня за собой. Эмма была в опасности, потому я сообщил, куда направляюсь, и двинулся на поиски.

Запыхавшиеся воины настигли меня, когда я начал спуск по верёвкам в провал. Попытались уговорить остаться, обещали найти девушку, но напоролись лишь на грубость. После удара о каменный алтарь я был не самым лучшим собеседником.

Мы спустились, пробрались по выкопанным учёными коридорам и, к нашему изумлению, поднялись во дворец. Помещения внутри оказались свободны от кристаллизации и застывших в кристаллах жителей древнего города. Огромные залы, длинные коридоры, переходы в новые комнаты — здесь можно было блуждать вечность, если бы не тянущая меня вперёд нить связи.

«Эмма, держись», — взмолился я про себя, взмахом руки требуя у воинов следовать за мной.

И вскоре правильность выбранного пути подтвердилась, нам встретились наёмники. Мужчины обсуждали удачную сделку, потому не сразу среагировали на встречу. Мою магию больше не сдерживали, я бросился в атаку ещё до того, как в бой вступило моё сопровождение.

— Где Эмма? — рыкнул я, встряхнув обсидианового дракона.

— В зале, мы оставили её в зале с ректором! — он пытался прикрыть лицо от возможных ударов, но меня больше интересовала судьба связанной со мной девушки.

Я оттолкнул его на пол, приказал связать, а сам побежал дальше. Участие ректора Люмирекса встревожило, ведь именно он санкционировал эту поездку. Выходит, просто выманил Эмму. Не понимаю зачем. Но мы близко, скоро узнаем причины.

Внезапно впереди раздался грохот. По коридору пронеслась взрывная волна, от которой я на чистых рефлексах прикрылся щитом. Предметы мебели, вещи ударило о созданную вокруг меня защиту. Та прогнулась, но выдержала. Взрывная волна рассеялась.

— Эмма… — выдохнул я в тревоге и сорвался с места.

Не глядя перепрыгивал через разбросанный на полу мусор, отмахивался от требований сопровождения и бежал вперёд, пока не достиг распахнутых дверей обширного зала. Изнутри пахло озоном, веяло дымом. Я замер у прохода, оценивая обстановку. Магические знаки с незнакомыми письменами местами покрылись копотью и разрушились. И лишь один испускал свет. Именно на нём лежала связанная Эмма. Я рванул к ней и чуть не налетел на созданный вокруг неё стихийный круг. Видимо, он и защитил её от взрыва. Я толкнул ногой чашу с элементом воды, разрушая круг, и пробежал к девушке. Не глядя обратил в прах путы и перевернул её. Кожа её была бледна, губы приоткрыты, но, склонившись к ним, я ощутил её дыхание. Жива…

— Позвольте я осмотрю девушку, — возле меня на пол присел лекарь отряда.

Вопреки логике захотелось прижать Эмму к груди, схватить, унести, спрятать и больше никому не отдавать. Но я заставил себя положить девушку обратно на пол и подпустить к ней специалиста.

А остальные члены отряда рассредоточились по залу, выискивая опасности.

— Принц Скай, ректор Люмирекс жив! — прокричал мне один из алмазных.

Я поднялся и прошёл к дальней стене. Опаловый глава академии лежал сломанной куклой. Одежда на нём обуглилась, кожа местами будто оплавилась до самых мышц и костей, в чертах обезображенного лица с трудом угадывался он прежний.

— Оказать ему помощь, — неприязненно приказал я. — Пусть не рассчитывает на лёгкую смерть.

К счастью, хоть Эмма была цела. Она получила лишь пару десятков синяков и магическое истощение. Мы подняли её к городу и доставили в палаточный лагерь, а утром выехали обратно в Элизиум. Всё это время она не приходила в себя. Я не отходил от неё и ехал с ней в одной карете, потому застал момент её пробуждения.

— Скай, — слабо произнесла она, часто моргая. — Это ты, — и счастливо улыбнулась.

— Да, я, — подтвердил, глянув на лекаря.

Но он — доверенное лицо дома, не будет болтать, даже если предположит любовную связь между мной и Эммой.

— Ты как? Помнишь хоть что-то? — мягким тоном обратился я к девушке.

— Помню, как волновалась за тебя, — прошелестела она, касаясь лба. — Ректор хотел провести древний ритуал. И потом… потом… меня вжало в пол. Дальше не помню… — нахмурилась она.

— Скорее всего, дальше вы потеряли сознание из-за истощения, — предположил лекарь. — Но вашей жизни больше ничего не угрожает. Как вы себя чувствуете?

— Чувствую себя спокойно, — ответила она, прикрывая глаза.

Нас должны были отвезти в Адамантию, но снова вмешался Валериус Ригор: потребовал нашего присутствия при разбирательствах. Потому вместо комфортного восстановления нас ждали долгие допросы, общение с адвокатами, обследование в центральном госпитале и новые допросы на следующий день. Я внутренне бесился, но старался относиться ко всему, как к необходимости. Эмма вообще будто пребывала в своём мире, отвечала невпопад, не реагировала практически ни на что и умудрилась вывести из себя даже Ригора. Впрочем, отрешённой она была даже со мной и ожила, только когда мы добрались до академии.

Здесь на нас оглядывались, знакомые пытались меня расспросить, но я отмахивался, стремился скорее добраться до комнаты и доставить в более привычную обстановку Эмму.

— Спасибо, Скай, — шепнула она, скрываясь от меня за дверью.

И мы впервые за последние два дня расстались.

Я испытал странную растерянность, но заставил себя собраться и прошёл к себе. Там, наконец, нормально принял душ, переоделся в привычную одежду, отписался друзьям и успел развалиться в кровати, когда раздался стук в дверь. Какое-то шестое чувство подсказывало, там ждёт Эмма.

Предчувствие меня не подвело: в коридоре действительно оказалась она. Тоже успела освежиться, уложила волосы лёгкими волнами, переоделась во внезапно мрачное чёрное платье. И выглядела странно решительной, что напугало.

— Ты в порядке? — я пропустил её в комнату, сразу закрыл дверь, проверив коридор на наличие лишних глаз.

Запах грозы и цветов приносил одновременное облегчение в мысли и будил почти нестерпимое влечение. Я помнил, как целовал и раздевал Эмму, помнил, как она откликалась на каждую мою ласку, и не представлял, каким образом смогу забыть. А забыть придётся, в моей жизни лишь прибавилось трудностей, но фактически ничего не изменилось.

— Я врала на допросах, — вдруг заявила она. — Я забыла не всё.

— Что ты помнишь? — напряжённо уточнил я.

— Ректор желал наделить себя силой бога. И у него вышло. Частично.

— Получить силу бога?

— Нет. Вызвать бога, — произнесла она жёстко.

— Что там произошло, Эмма? — я приблизился, сжал её плечи руками, заглядывая в полные сомнений серебряные глаза.

— Если меня так зовут… — отозвалась она мрачно.

Да, были такие подозрения. Она может оказаться кем угодно, даже подосланной ко мне убийцей. А теперь мы знали, что ритуалы древних можно воспроизвести. Возможно, нас связало не моё желание её спасти, а чей-то злой умысел.

— Эмма, — я мягко встряхнул её. — Что ты помнишь?

— Ректор сказал, все саламандры были универсалами, поэтому ему нужна я для ритуала. И он говорил, король прошлого наделил себя силой бога. Ректор хотел так же.

— И он вызвал бога?

— Я не уверена, что это был бог, — нахмурилась она. — Но от него веяло огромной силой. Как… как от тебя в тот день, Скай, когда ты разрубил карету.

— Но я не бог, — возразил, поджав губы.

— Возможно, бог для этого мира, — качнула она головой.

Её слова напугали, но я решил обдумать эту мысль потом.

— Кого он вызвал? Как выглядел этот… бог? Он что-то говорил? Он дракон?

— Он притянул меня к себе, заглянул в глаза, — Эмма задрожала, будто уходя сознанием в воспоминания. — Заметил ментальные блоки на моей памяти, попытался их сломать. Я не позволила, оттолкнула его руку. И тогда он… ушёл, — пробормотала, словно вновь закрываясь, как на допросах.

— Ушёл?

— Исчез, ударив перед этим ректора таким же мечом, какой был у тебя.

— Меч? Может, это древний артефакт? Ты сможешь описать внешность того мужчины? Или нарисовать?

— У него были чёрные длинные волосы и чёрные глаза. Молодой на вид. Измождённый.

— Обсидиановый, — хмыкнул я.

— Мы должны вернуться в город, Скай, — вдруг заявила Эмма.

— Что? — опешил я.

— Мы должны вернуться в город, узнать, что произошло. Эманации же были, Кора их подтвердила. И мы теперь знаем, что нас связывает брачный ритуал. Мы должны его завершить, — заявила она убеждённо, хватаясь за мою руку.

— Ты серьёзно? — придушенно усмехнулся я, отступая от неё. — Наоборот, мы должны сделать всё, чтобы прервать эту связь.

— Ты поцеловал меня, Скай. Много целовал и собирался сделать большее. Нас тянет друг к другу, тянет до сих пор, — она нахмурилась в непонимании. — Неужели для тебя это ничего не значит?

— Да, поцеловал, но не по своей воле, а под властью ритуала, Эмма. Тяга к тебе, расположение — лишь эффект древнего ритуала. Если бы не он…

— Ты бы на меня даже не взглянул? — усмехнулась она горько, и в серебряных глазах зажглись слёзы.

— Да, скорее всего, я бы тебя никогда не заметил, — подтвердил и мысленно выругался, заметив, как Эмма задрожала.

Хотелось приблизиться, вновь сжать её плечи руками, растереть нежную кожу, заглянуть в серебряные глаза, успокоить, но я заставил себя стоять на месте. Там, в храме, мы перешли черту, но от этого правда моей жизни не изменилась, я по-прежнему скован обязанностями принца и договорённостями сфер, поэтому не имею права давать Эмме даже тень надежды. Возможно, мне стоило быть жёстче, держаться от неё подальше, но у меня не вышло, и вот результат: я фактически изменил невесте и лучшей подруге.

Словно в подтверждение моих выводов дверь приоткрылась, впуская Эмбер.

— Мне плевать, если ты не одет, — заявила она воинственно, влетая в комнату, да так и застыла на месте.

Рубиновый взгляд сосредоточился на руке Эммы, крепко удерживающей моё запястье. Я сразу отступил, высвободился из хватки.

— Простите, не хотела мешать, — холодно произнесла Эмбер. — Зайду позже, — и чеканным шагом двинулась прочь.

— Проклятие, — пробормотал я, бросившись за ней. — Эмбер, подожди.

Но Эмма вновь удержала меня за запястье, на этот раз обеими руками. Я ожидал увидеть слёзы, даже предполагал истерику, но она смотрела внезапно зло и мрачно.

— Так будет всегда? Ты всегда будешь выбирать её, а не меня, Скай? — спросила она ожесточённо и одновременно отчаянно.

— Конечно, — без раздумий отозвался я. — Эмбер моя невеста и лучшая подруга. Я знаю её всю жизнь.

— А мне что делать? Послушно жить при тебе и издали наблюдать за вашим счастьем? Что делать мне, Скай⁈ — воскликнула она зло и растерянно.

— Эмма, не обвиняй меня в своих проблемах. Я в таком же положении, что и ты. Связь мучит и меня! — рассерженно напомнил, грубо выдёргивая руку из её хватки. — Но в отличие от тебя, я осознаю, что она не навсегда. Осознавал всегда и каждый раз пытался донести эту правду до тебя. Твоя вина, что ты не слышала мои предупреждения. Ты сознательно их игнорировала, поэтому не смей обвинять меня! Однажды мы освободимся. И я надеюсь к тому моменту сохранить свою жизнь и отношения с друзьями, — прорычал недовольно, указав ей на выход.

— Теперь я услышала, — неожиданно жёстко отозвалась она.

Она пронеслась мимо, толкнув меня в плечо, вылетела в коридор и вмиг унеслась прочь. Раздался грохот двери её комнаты. Может, хоть на этот раз Эмма поймёт?

Я нагнал Эмбер внизу, она казалась расстроенной.

— Подожди, — попросил, подхватывая её под локоть, и потянул по дорожке в сторону фонтанов. — Зачем ты ушла?

— Скай, что между вами происходит? — хмуро спросила она, не глядя на меня. — Я же вижу, она влюблена в тебя, вижу, как она на тебя смотрит. Это и понятно, ты спас её. Но мне страшно от того… — и замолчала, напряжённо поджав губы.

— Почему тебе страшно? — поторопил я её.

— От того, как ты смотришь на неё. Ты спас её, чувствуешь ответственность, я понимаю. Но ты проводишь время с ней, пускаешь в свою комнату, несмотря на опасность. И я не могу не думать о том, что она красивая девушка, которая постоянно мелькает перед твоими глазами.

— Но ты ведь красивее, — возразил я, пытаясь хотя бы выглядеть беспечным. — У меня лучшая в мире невеста.

— Но ты меня не любишь, — она развернулась ко мне, глядя на меня сумрачно и неуверенно. — Даже не хочешь, как женщину.

— Ты так намекаешь, что пора двигаться дальше? — уточнил я притворно лукаво, склоняясь к её лицу.

Хотел доказать ей, но в первую очередь себе, что ситуация наладится, потому преодолел остатки расстояния между нами и поцеловал приоткрывшиеся в удивлении губы. Да только не почувствовал ничего. Не было даже приятно. Просто касание кожи к коже.

— Видишь, мы можем всё изменить, — сообщил сипло, отрываясь от Эмбер.

Её щёки порозовели, но в глазах ещё блуждали сомнения.

— Да, — кивнула она.

— Вот и отлично. Идём перекусим, — я вновь подхватил её под руку и повёл в сторону кафе, радуясь про себя, что конфликт исчерпан.

Остаток дня прошёл в комнате Эмбер. Но проблемы не собирались меня отпускать. Мне позвонила мама.

— Скай, в чём дело? Эмма связалась с нами, сообщила о завершении договорённостей и намерении отчислиться из академии. Мы еле уговорили её остаться, — поделилась она встревоженно.

— Отчислиться? Зачем? — удивился я.

Конечно, предполагал, что после ссоры она обидится на меня, надеялся, теперь начнёт вести себя сдержанней и благоразумней, но отчисление — это слишком.

— Сказала, собирается в древний город в ученики к Коре. И та согласилась её взять.

— Но вы уговорили Кору отказаться?

— Кора… к нам не прислушалась, — поморщилась она. — Просветлённые делают что пожелают, ты же знаешь. Вспомнить хотя бы ректора. Но это половина беды. Эмма согласилась остаться в академии за отчисление ей средств по прежним договорённостям, но отказалась от покровительства алмазного дома.

— Что⁈

— Не знаю, что между вами произошло, Скай, но ты обязан уговорить её вернуться.

— Ты не понимаешь, мама, — я медленно выдохнул, прикрывая глаза. — Связь между нами — древний брачный ритуал. Нас тянет друг к другу. Эмма влюблена в меня. Я смогу её уговорить, только если вы позволите нам пожениться, — и распахнул веки, приглядываясь к её ошеломлённому лицу.

— Но договорённости с рубиновым домом и… — она мотнула головой, — это невозможно. Один самородок, даже универсал, не стоит таких потерь.

— Тогда она свободна, — хмыкнул я, стараясь скрыть своё разочарование.

Что бы ни говорил Эмме, но желал того же, чего и она: завершить ритуал, позволить этой связи обрести целостность.

— Скай, вы не можете друг без друга. Мы пока не нашли способ разорвать… — начала уговаривать она.

— Если будет возможность, поговорю, — отозвался я безэмоционально. — Жаль, мать чаще всего звонит мне по делам, — отметил, прерывая вызов.

Само собой, после этого разговора отправился к Эмме, но она мне не открыла. Не ответила она и по версо. Мне не удалось перехватить её и утром. Я вновь увидел Эмму во время завтрака, когда мы с друзьями успели занять свои места. Разве что Тристан с Закари возились у раздаточной.

— Неожиданно, — пробормотал Леонард, глядя на вход.

Я проследил его взгляд и обомлел от шока. Эмма вошла в столовую, о чём-то серьёзно общаясь с Брайсом. Серость покинула её облик, волосы и глаза окрасились в алый цвет. В коротком каре мелькало лишь несколько белых прядей.

— Это нехорошо, — заключила Эмбер, но мне послышалось облегчение в её голосе.

Я же не мог дать однозначной оценки своему состоянию, пока что просто пребывал в ошеломлении от происходящего. Эмма ушла под крыло Брайса? Согласилась с ним встречаться? Или это громкое заявление о выборе покровителя? Она перешла в орден добытчиков?

А рубиновая парочка тем временем достигла раздаточной. Эмма словно невзначай поддела своим подносом поднос Тристана. И по пиджаку нефритового короля академии разлилось безобразное пятно от супа.

— Осторожнее, Тристан, — лучезарно улыбнулась Эмма и отвернулась.

А за её спиной сразу же возник Брайс, закрывая её от возможного гнева нефритового. Но тот не гневался, хмыкнул и прошёл к нам. На пятно даже не смотрел, на его губах то вспыхивала, то снова пропадала предвкушающая улыбка. Наш скучающий друг напал на след чего-то интересного.

— Это война, — заключил он, опускаясь на свой стул.

— Скай, пояснишь, что происходит? — полюбопытствовал Габриэль.

— Сам не знаю, — признался я.

И в этот миг наши с Эммой взгляды пересеклись. Красные глаза похолодели, и она отвернулась. Похоже, решила прислушаться к моим предупреждениям. Мне бы радоваться, но на душе паршиво и хочется убивать. Для начала Брайса.