Я вспомнила свою прошлую жизнь в тот день, когда упала в пруд. Знаю, звучит странно, но… Так уж получилось.

Всего один всплеск и одна лихорадка отделяли меня от драгоценных воспоминаний. До этого… Были только сны. Мне снились высокие города, которые упираются в небо; светящиеся коробки с живыми картинами и железные звери, перевозящие людей в своём брюхе. Моя фантазия была безграничной, и даже книги не могли унять её.

… Потому что сны были куда ярче. В них мир казался совсем иным: красочным, пёстрым и (иногда) пугающим. А потом я открывала глаза и видела спокойные пейзажи поместья Шен. Да, реальность была тусклой и (местами) унылой…

Мне приходилось держать в узде своё воображение. Если хоть кому-то расскажу, они мигом созовут лекарей, да дряхлых старцев с талисманами и благовониями… Последние не нравились мне особенно сильно. Я считала их шарлатанами.

Ну серьёзно, как можно поверить в то, что жалкий клочок бумаги прогонит злых духов? Даже звучит смешно… Но старая госпожа Шен в это верила, а потому в поместье то и дело приглашали подозрительных мастеров из горных храмов.

Вот и сейчас я скривила губы, ощутив терпкий аромат благовоний. Гадость… Откуда они только берутся?

— Сишу… Принеси мне саше. Те, что с лепестками роз и мятой. — взмолилась я, массируя виски.

Сишу прислуживала мне с малых лет, а потом стала личной горничной. Она была очень исполнительной и верной, но (к сожалению) ещё и очень упрямой…

— Принесу, госпожа. Сразу после того, как вы допьёте лекарственный отвар! — с этими словами Сишу скрестила руки на груди, буравя меня решительным взглядом.

— Он горький. — пожаловалась я. — Не могу пить… Язык вяжет.

— Всё вы можете! Ну же, допивайте… А не то я пожалуюсь вашей матери!

Я молча закатила глаза, разглядывая деревянный потолок, а затем уточнила:

— К слову… Мама заходила меня проведать?

Но служанка смущённо опустила взгляд в пол.

— Ну… Не совсем.

— Это как? Зашла за порог носочком и сразу вышла?

— Не издевайтесь надо мной! — возмутилась Сишу. — Госпожа занята и прислала вместо себя матушку Лю…

Я не удержалась от ехидной улыбки. Ладно, на самом деле, всё довольно просто: Джи Фан, главная госпожа, не особо меня любит. Её материнская привязанность иссякла вскоре после моего рождения… И с тех пор всё было до крайности предсказуемо.

Наверное, я должна испытывать какую-то обиду на мать, но… Воспоминания о прошлой жизни размыли границы моего восприятия. Потому и обиды не находилось.

Я всегда чувствовала себя немного лишней в этом мире. Будто сторонний наблюдатель, которому отведена маленькая роль второго плана… И теперь ясно, отчего это произошло. Всё из-за прошлой жизни!

Я смутно помню другой мир… То, каким технологичным и совершенным он был. Но мне досталось слабое тело, которое вечно чахло в больнице. Белые стены, монотонный писк медицинских приборов и кровать с заправленной простыней — вот моя реальность. Крайне однообразная и пустая. Но всё же… Обо мне заботились.

Мама. Папа. Старший брат… Все они оберегали меня. Дарили подарки, обнимали и баловали. Я до сих пор помню их улыбки, их взгляды… Эта любовь греет моё сердце.

Они верили, что я обязательно поправлюсь, но… Кажется, та жизнь оборвалась слишком рано. Мне даже двадцати лет не исполнилось. И теперь я пробудилась здесь.

Странно, но меня почти не затронуло такое перерождение. Немного грустно, но жить можно! По крайней мере, на этот раз здоровье не подводит… Я толком не простудилась, хотя кое-кто намеренно столкнул меня в пруд.

— Матушка Лю… Задавала вопросы о том, как именно я оказалась в воде?

— Да! И я ничего не скрывала. — Сишу гневно топнула ногой. — Третья леди должна понести наказание! Как она посмела навредить вам? Мерзавка…

Я мрачно усмехнулась. Ох уж эта Ксуа Шен… Она была дочерью наложницы Лу и, конечно, от души ненавидела детей законной жены. Просто раньше мы с ней почти не сталкивались, и я (наивно) полагала, что нам нечего делить, но… Не всё так очевидно.

Кажется, сестрица Ксуа посчитала меня «слабым звеном»? Напрасно, очень напрасно…

— Её уже наказали? — медленно спросила я, одним глотком допивая лекарство.

Б-боже, так отвратительно на вкус! Кто бы дал мне конфет, чтобы закусить эту горькую гадость…

— Да! — с триумфом кивнула Сишу. — Ваша бабушка была вне себя от гнева… Я слышала, что наложница Лу плакала, даже пошла умолять лорда Шена, но её дочь всё равно наказали! Заперли в Зале Предков на три дня… Пусть отмаливает свои грехи.

Я негромко зевнула. Что и следовало доказать: Ксуа Шен серьёзно просчиталась. Конечно, мама не любит меня так сильно, как старшую сестру, но и что с того? Джи Фан не позволит кому-либо пошатнуть её статус главной жены. В таких случаях мама действует быстро и крайне безжалостно… А я могу и дальше отдыхать.

— Вы же не собираетесь сейчас спать? — насторожилась Сишу.

— Возможно… Собираюсь. Ты же не принесла мне новых книг.

— Я бегала за лекарством и обратно! Потом собирала для вас сплетни! — возмутилась служанка.

— Да-да… А теперь сбегай за книгами. И саше не забудь. — вяло отмахнулась я, поудобнее устраиваясь на подушке.

Из окна дул тёплый ветер, яблоневые цветы кружились в саду, оседая на подоконнике… Это был удивительно жаркий месяц, когда мой спокойный мир вдруг заиграл новыми красками. Но тогда я не знала, что перерождение — самое малое потрясение из тех, что ждут меня впереди…

Ксуа Шен было семнадцать лет. Совсем юная, но уже подошла к заветному рубежу девичьего расцвета: вот-вот выпорхнет из отцовского дома в счастливое (или нет) замужество.

Я бы не назвала её писаной красавицей, но Ксуа была симпатичной. Чуть курносая, с тонкими губами и припухлыми щёчками… Ей, конечно, недоставало изящества наложницы Лу, однако всё приходит с возрастом.

Единственное, что портило третью сестрицу — это слишком колючий взгляд. Она постоянно щурилась с таким требовательным видом, будто все вокруг ей априори должны.

— Ты… Пришла поиздеваться?! — прошипела она, едва заметила меня в дверях.

Да, наказание третьей сестры продлили на неделю. Исключительно из-за её глупости… Заточение в Зале Предков подразумевало сон на тонкой циновке, постную еду и ежедневные (изнуряющие) молитвы. Выдержать такое довольно сложно, но Ксуа не вытерпела и дня. Сразу попросила служанку принести с кухни жирную и сладкую пищу… Конечно, бабушка об этом узнала.

Старая вдова имела подавляющее влияние в семье Шен и (как бонус) не жаловала детей от наложниц. Поэтому Ксуа отругали с новой силой и заперли на продлённый срок. Кроме того, служанки бабушки то и дело проверяли «праведность» третьей сестры. Полагаю, она уже одичала от постных блюд… Но своё сочувствие приберегу для других.

— О каких издевательствах идёт речь? — мягко улыбнулась я. — Просто хотела тебя увидеть… И порадовать.

— Чем? — нахмурилась Ксуа.

— Я выздоровела. Разве это не радостная новость?

Ладно, простите. Злорадствовать нехорошо, но она ведь столкнула меня с моста в пруд! Да ещё и так подло ударила в спину… Ксуа, конечно, отрицала свою вину. Сбросила всё на случайность и мою «природную неуклюжесть». Но от наказания её это не спасло.

— Ты… Такая лицемерка! Кто бы мог подумать… Я тебя недооценила, Юнли. — яростно прошипела сестричка.

А сейчас она похожа на драчливого воробья… Такая же растрёпанная и недовольная. Я вздохнула. Ну и зачем она лезет в борьбу внутреннего двора? Вроде милая девочка, а на деле такая…

— Юнли.

Я едва не вздрогнула от неожиданности, но быстро взяла себя в руки. Этот спокойный голос мог принадлежать только старшей дочери семьи Шен… Первой леди Хуалинг.

«Почему Сишу меня не предупредила?» — я мысленно вздохнула и склонила голову перед девушкой.

— … Старшая сестра.

Несмотря на вежливое обращение, в воздухе повисло напряжение. Ну, этого следовало ожидать… Ведь мы не родные сёстры.

Хуалинг была дочерью первой жены лорда Шена. Той самой, которая скончалась от лихорадки вскоре после родов… Позднее место главной госпожи заняла моя мать и (само собой) это предопределило дальнейшую вражду с первой леди.

Но ссориться с ней — себе дороже. Хуалинг обладала жёстким, почти нордическим характером, и за это её особо любила старая вдова Шен.

«Как всё сложно…»

— Что ты здесь делаешь? — прямо спросила Хуалинг, скрестив руки на груди.

Я невольно залюбовалась её статной осанкой, но быстро ответила:

— Ничего особенного! Просто пришла навестить сестрицу Ксу… Ей же так одиноко в Зале Предков.

… Кажется, дочь наложницы только что заскрипела зубами.

— Одиноко? Она окружена табличками с именами наших великих праотцов. Если Ксуа молится достаточно усердно, её душа должна быть в полной гармонии.

Боже, она всегда говорит такими высокопарными фразами… Сразу видно: бабушкина гордость.

— Мне вовсе не одиноко, младшая сестра! — тут же воскликнула Ксуа. — Ты… Ты меня отвлекаешь.

И она вновь уселась на циновку перед табличками, сложив ладони в молитвенном жесте. Я чуть не фыркнула. Ну да, если старая госпожа узнает о том, что дочь наложницы отлынивает… Наказание может растянуться на месяц.

— Я была неправа. Прости, сестрёнка. — я искренне (или не очень) извинилась, сделав шаг назад.

Хуалинг, впрочем, не стала усложнять мне жизнь, хотя её глубокие чёрные глаза скрывали много невнятных эмоций.

Я отошла от Зала Предков и, улучив минутку, шикнула на служанку:

— Почему ты не предупредила?

— Я не успела! — обиженно вздохнула Сишу. — Вы же знаете, как тихо ходит леди Хуалинг…

Я поджала губы. Что верно, то верно: эта девушка безупречно знает дворцовый этикет и оттого её поступь особенно грациозная и аккуратная. Даже немножко завидно, у меня никогда так не получалось…

«А ты старалась повторить её успехи?» — насмешливо хмыкнул внутренний голос. Ладно… Если быть честной, я не особо усердствовала. Просто моя жизнь была очень спокойной и тихой.

Четвёртая леди Юнли Шен — та, на кого не возлагают больших надежд. Я не отличалась красотой старших сестёр, не стремилась к великим свершениям, и меня вполне устраивала эта комфортная жизнь. Чтение, вышивание, вкусная еда, прогулки по саду и сбор сплетен… Кто-то посчитает это слишком скучным, но точно не я.

— И почему вы так быстро ушли? Первая леди может что-то заподозрить! — пробурчала Сишу.

— Что? — удивилась я.

Служанка запнулась, а потом неуверенно предположила:

— Дурные… Намерения?

Я не удержалась от смеха.

— Правда? Хуалинг в любом случае заподозрит самое худшее. Ведь я дочь «той самой Джи Фан»…

В тот момент мы обе замолчали. Ворота моего Яблоневого двора были распахнуты, а на входе стояли крепкие служанки.

— Ох, бесы… Госпожа, всё же, пришла навестить вас.

Сишу побледнела и быстро опустила взгляд в пол. Её страх вполне понятен: законная жена лорда Шена отличалась властным и жестоким характером. Она с лёгкостью наказывала слуг (по поводу и без), контролируя всё наше поместье. Но для меня эта женщина просто была…

— Мама. — я зашла в главную комнату (где уже хозяйничали её люди) и низко поклонилась, прикусив нижнюю губу.

— Где ты пропадала, Юнли? Мы с твоей сестрой очень волновались.

У неё был нежный, на редкость чарующий голос. Джи Фан обладала превосходным талантом в четырёх искусствах (игра на гуцине, го, каллиграфия и живопись), а также прекрасно пела. Её внешность поражала воображение: золотые локоны феникса ниспадали на плечи яркими волнами, а тёмные глаза напоминали морские глубины. Неудивительно, что она до сих пор сохраняла любовь лорда Шена…

— Я просто вышла погулять. Врачи сказали, что свежий воздух полезен после болезни…

— Поэтому ты пошла к Залу Предков? — Джи Фан нахмурилась, жестом приглашая меня сесть рядом. — Иногда ты такая… Глупая.

— Прости, мама. Я не должна была говорить с сестрой Ксу.

Мне хотелось закатить глаза. Властный тон этой женщины и раньше действовал на нервы, а сейчас, после перерождения… Я не могла нормально воспринимать её. Да, мы с ней связаны кровным родством в этом мире, но… Она совсем не похожа на заботливую маму.

— Верно. — поморщилась Джи Фан. — Ксу Шен наказана, так что уйми своё злорадство. Иначе ты навредишь сестре и брату!

Я послушно кивала, выслушивая её нотации. В такие моменты она просто не могла остановиться, поэтому придётся терпеть до конца…

— Я серьёзно, Юнли. — неожиданно, она понизила голос. — В этом году твоя сестра должна выйти замуж за принца. А ты… Обязана вести себя тихо.

Будто бы раньше я была громкой, матушка.

— Бабушка, как ты себя чувствуешь? Хочешь, я сыграю «Благую весть» на гуцине?

Я негромко вздохнула, наблюдая за уловками старшей сестры. Знаете, если представить, что вокруг разворачивается сюжет романа… Циань Шен, определённо, стала бы главной злодейкой.

Вторая леди Шен — моя единокровная сестра. Любимица нашей властной матери… Циань унаследовала столь же яркую, броскую внешность. Её золотые локоны свободно струились по плечам, а синева глаз напоминала морские глубины. Когда она с кем-то заигрывала, больше всего походила на божественную лису из легенд.

Сейчас, впрочем, все её уловки до боли очевидны (и бесполезны). Суровая бабушка Шен не любила эту внучку, отдавая предпочтение первой леди…

— Не стоит, Циань. Пусть лучше сыграет Хуалинг.

Ну, да. Что и требовалось доказать! Сестрица прикусила нижнюю губу, а затем отступила, кипя от досады. Её аккуратные пальчики на секунду сжали край стола, выдавая напряжение.

По сравнению с моей очаровательной второй сестрой, старшая Хуалинг была эталонной леди: длинные чёрные волосы уложены в аккуратную причёску, в тёмных глазах застыла ледяная сдержанность. Её мать, Юань Шен (в девичестве Пин), некогда была дочерью знатного герцогского клана. Жаль, что она не смогла закрепиться в поместье Шен и слишком рано умерла, оставив после себя лишь одну дочь.

Хуалинг всего на полгода старше Циань, что привело к неминуемому соперничеству двух девушек. А ведь они были очень разными, почти противоположными!

Элегантная Хуалинг сохраняла удивительную гордость первой дочери, отличалась умом и начитанностью. Её этикет был безупречным, она талантливо играла на музыкальных инструментах и прекрасно рисовала.

Циань же, с другой стороны, обладала игривым нравом, была невероятно красивой, а её вышивка заслужила похвалу императорской наложницы. Ещё сестрица прекрасно танцевала, чем пленила многих дворян…

Просто представьте, каково мне с такими родственницами! Их таланты ослепительны, в то время как я… Ну, меня устраивает позиция наблюдателя. Так, по крайней мере, не придётся участвовать в бесконечных скандалах.

… А прямо сейчас обстановка накалилась, стоит это признать. Хуалинг начала играть на гуцинь, радуя старушку Шен, и моя сестра нахмурилась, скрутив платок в тугой узел. Ох, боги, только бы Циань не ляпнула лишнего!

Она немного избалована нашей матерью. Хотя, кого я обманываю… Очень сильно избалована. Джи Фан постоянно учила вторую леди, объясняя ей тонкости «женских дел» во внутреннем дворе. Как вести домашнее хозяйство, как интриговать и наказывать наложниц, как заботиться о муже…

Для сравнения, лично я от матери получила всего два совета. Первый: «во всём полагайся на маму». А второй… Никогда ей не перечить.

Да, звучит неприятно. Раньше я завидовала сестре Циань, но со временем эта ревность превратилась в банальный интерес. Мне любопытно следить за бесконечной (и бессмысленной) войной старших леди. Одна благородна и использует поддержку бабушки, другая богата и окружена любовью матери…

«В моём прежнем мире сестрицы могли бы стать кинозвёздами с кучей поклонников, но… Здесь всё иначе. Красивые девушки — всего лишь инструменты в руках властных семей» — я негромко вздохнула, пробуя закуски.

Конечно, наш клан не так плох. Уж лучше родиться в богатой и прославленной семье, чем в крохотной деревушке, где девочек продают ещё до совершеннолетия. Тогда как лорд Шен, всё же, настоящий министр юстиций! У его дочерей по определению должна быть хорошая жизнь. К слову, об этом…

Я вспомнила предупреждение Джи Фан. Она и впрямь хочет отдать вторую сестру какому-то принцу? Боюсь представить, чем всё это закончится.

— Твоё мастерство безупречно, Хуалинг. — улыбнулась старушка Шен, прерывая мои мысли.

Ах, точно, всё это время старшая леди наигрывала на гуцине дивные мелодии. У неё прекрасно получалось, просто я немного подустала от такой музыки… Мои сёстры слишком рано начали состязаться друг с другом. Иногда мне приходилось выслушивать многочасовые тренировки Циань, так что… В какой-то момент выработалась удобная отрешённость, которая спасала меня от скуки.

— Вы можете идти, девочки. — вдовствующая госпожа слабо махнула рукой, призывая нас с Циань удалиться.

Хуалинг, однако, осталась рядом с бабушкой. Я заметила, как насмешливо она скривила губы, провоцируя ещё больший гнев Циань… А в следующую секунду сестра потянула меня на выход.

— Ай! — с непривычки пискнула я.

Острые коготки Циань впивались в кожу, оставляя царапины. И мне удалось отдёрнуть руку только тогда, когда мы покинули павильон бабушки Шен.

— Больно же! — воскликнула я, потирая запястье.

— Ах, не будь неженкой. — фыркнула Циань, скрестив руки на груди. — Я и без того слишком зла. Ты видела эту стерву? Как высокомерно она на меня посмотрела… Бесит!

Я благоразумно промолчала, думая о том, что Хуалинг смотрит так всегда… И почти на всех. Хотя дети Джи Фан, безусловно, в отдельном списке её ненависти.

— Она и вправду считает себя особенной? — Циань нервно усмехнулась. — Очень зря! Если бы не протекция бабушки Шен, мама давно бы от неё избавилась.

И это тоже правда. Джи Фан не любила падчерицу… Хуалинг слишком похожа на первую жену лорда, такая же властная и чопорная. Кроме того, она пользовалась поддержкой герцогской семьи Пин, тогда как сама госпожа Фан не могла похвастаться родовитым кланом.

«Моя мать родилась в семье богатых торговцев. Изначально она стала наложницей лорда Шена, но быстро родила Циань, а потом и вовсе заняла место почившей главной жены…»

Таким образом, Хуалинг для неё — как кость в горле.

— Бабушка всегда её любила. С этим ничего не поделаешь, просто смирись. — мягко посоветовала я.

— Ты такая безучастная! — закатила глаза Циань. — Посмотрим, что она скажет, когда я стану супругой принца. Величие всей семьи Шен будет в моих руках!

— Жду не дождусь… — тяжело вздохнула я.

По правде говоря, мне сложно предсказать, кто из сестриц преуспеет в браке. Да, некоторые принцы до сих пор свободны, но получится ли у них…?

— Скоро наступит праздник Драконьих Лодок. — усмехнулась сестра, склонив голову набок. — И я покажу Хуалинг, чего стоят мои таланты!

— Юная госпожа… — вздохнула Сишу, разглаживая ткань дорогого платья. — Может, хотя бы в этом году вы не будете отсиживаться на конкурсе талантов?

— А ты хочешь, чтобы я вышла и, наконец, опозорилась?

Я незаметно усмехнулась, пробуя кусочек засахаренного яблока. Вкусно, как ни крути… На празднике будет много закусок, но полноценно поесть не получится. Кроме того, мои сёстры явно задержатся там надолго.

— Ну почему же… — нахмурилась Сишу. — Вы ведь умеете играть на гуцине! Да и стихи прекрасно сочиняете.

Но я лишь покачала головой:

— Ты явно не понимаешь, для чего нужен этот конкурс.

Прекрасные девы, которые взбираются на борт бело-голубой драконьей лодки, их звонкие голоса и шелестящие одеяния… Всё это призвано привлечь внимание молодых лордов с соседней рубиновой лодки.

Оттого девушки и устраивают настоящее «шоу талантов», стремясь выделиться на фоне соперниц. И, уж поверьте на слово: конкуренция там лютая. Мелкие подлянки, завуалированные издёвки и ревностные взгляды — только часть списка. Каждая красавица сражается за своё счастливое будущее, потому ставки чертовски высоки…

А я? Что ж, я бы тоже могла выступить. Но всё познаётся в сравнении, и мой скромный талант станет посмешищем на фоне старших сестёр. Люди обязательно будут сравнивать нас, и я неизбежно проиграю. Стоит ли идти на такие жертвы? Мне так не кажется. Кроме того, у сестричек есть серьёзная цель: привлечь внимание принцев… Моё вмешательство здесь излишне.

— Все эти леди демонстрируют таланты ради того, чтобы найти достойного жениха. На кону стоит их счастливый брак, так что… Я не должна выделяться хотя бы из уважения к этим девушкам.

Сишу негромко фыркнула:

— Госпожа, это же просто отговорки, не так ли? Вы такая ленивая!

— А ещё скучная и неповоротливая. — вяло зевнула я. — Всё так, Сишу. Но тебе придётся меня терпеть.

— Если бы не я, вы бы давно располнели… — пробормотала горничная, решительно забирая мои яблочки.

Вот неправда! Я не так уж и много вешу… Даже несмотря на привычку есть сладкое. Видимо, повезло с генами? Я не унаследовала природную красоту Джи Фан, но фигура у меня отличная.

— Ладно уж. — примирительно хмыкнула, поправляя рукава своего лилового платья.

Цвет неброский, зато с чудесной вышивкой! На нём серебристыми нитями распускались персиковые деревья. Когда я шла, они красиво переливались…

— Не забудьте украшения. — строго проговорила Сишу. — Старая госпожа прислала новый комплект!

Ах, да… Бабушка всегда одаривала внучек перед такими праздниками. Мне, как правило, доставались украшения попроще, тогда как старшие сёстры могли похвастаться настоящими драгоценными камнями. Но эти серёжки из сердолика и впрямь очень милые… К платью подходят, а большего мне и не надо.

Я подмигнула Сишу, а затем неторопливо вышла из павильона, приближаясь к главным воротам поместья Шен. Именно там должны собраться юные леди, которым посчастливилось отправиться на праздник Драконьих Лодок. К слову, об этом…

— Как дела у Ксуа? — негромко спросила я, прищурившись.

Дочь наложницы до сих пор должна молиться в Зале Предков, но всякое может произойти… Не стоит недооценивать мадам Лу.

— Её не отпустили. — язвительно фыркнула Сишу. — Хотя я слышала, что наложница слёзно умоляла лорда Шена… Ах, как же так, её дочка вот-вот справит совершеннолетие, а на праздник не попадёт!

Я мягко улыбнулась. У сестёр в поместье была небольшая разница в возрасте. Так, Хуалинг недавно исполнилось девятнадцать лет, Циань была на полгода её младше, а Ксуа через пару месяцев станет взрослой… К слову, мой день рождения наступит ровно через четыре месяца.

«Восемнадцать лет — прекрасный возраст… Для замужества. По крайней мере, так считает семья Шен»

— Ну же! Мы скоро уедем? — с этими слова Циань подошла ко мне в своём восхитительном наряде.

Нежно-розовое платье с золотой вышивкой сотворило из сестрицы образ цветочной феи. Казалось, будто она порхает над землёй!

Но следом появилась Хуалинг в бело-голубом наряде, и я тяжело вздохнула. Опять. Опять эти красотки соревнуются! Пусть даже так, неявно и двусмысленно… Но напряжение покалывает на коже.

— Ты прекрасно выглядишь, вторая сестра. — сдержанно проронила Хуалинг. — Розовый цвет тебе к лицу.

Оу-у, какой подлый удар! Стоит сказать, что наложницы носят розовый цвет во время брачной церемонии… Потому как красный принадлежит главной жене.

— Спасибо, старшая сестра. Твой наряд тоже прекрасен, правда… Очень похож на прошлогодний.

Словесная контратака не заставила себя долго ждать! Циань явно намекает на ослабленное финансовое положение семьи Пин… Счёт 1:1.

— Тебе показалось. — поморщилась Хуалинг и молча направилась к карете.

— Следи за ней! — яростно прошипела Циань, склонившись к моему уху. — Пусть только попробует подставить меня на празднике… Я устрою ей весёлую жизнь.

Мне пришлось быстренько кивнуть, подавив усталый вздох. Иногда их ожесточённая борьба утомляет. Не понимаю, как женщины могут враждовать десятилетиями? С другой же стороны… Мужчины вместо этого устраивают настоящие войны.

Я негромко хмыкнула, занимая своё место в карете. И вот так мы отправились на праздник Драконьих Лодок. Тканевые шторы колыхались от прохладного ветра, с улицы доносились голоса многочисленных торговцев. Они прибыли из дальних регионов империи Лун в столицу Лунцзи только ради великого лодочного шествия.

Оно проводилось раз в год, и каждый такой праздник был уникальным. Фейерверки, труппы бродячих артистов, маскарадные выступления, или разноцветные огни… Редкий шанс поразвлечься для жителей Лунцзи.

И не менее редкий шанс проявить себя. Я призадумалась, вспоминая прошлогодние выступления… Ах, да, именно тогда Хуалинг серьёзно повздорила с сестрой Циань.

Старшая леди умудрилась тайком изучить сложнейшую песню, которую исполняли на гуцине великие королевы древности. Она не только сыграла мелодию без ошибок, но и дополнила её стихами собственного сочинения… И тем самым полностью испортила выступление Циань. После такого никто не обратил внимание на таланты второй сестры, так что… Мне пришлось оттаскивать её от Хуалинг.

«— Ты же специально это сделала!

— Разве?»

Но, честно говоря… Я думаю, что Хуалинг сглупила. Потому что именно в этом году на соседней лодке будут плыть благородные принцы Цзинь.

«Праздник обещает быть интересным».

Иерархия поместья Шен:

Старая вдова Шен — воспитывала первую леди Хуалинг

Лорд Шен — министр юстиций. Отец Юнли и остальных девочек.

Юань Шен (Пин) — первая жена лорда, мертва.

Дети: первая леди Хуалинг.

Джи Фан — вторая жена лорда, ныне госпожа поместья.

Дети: первый мастер Лэй, вторая леди Циань, четвёртая леди Юнли.

Наложница Лу

Дети: третья леди Ксуа, второй мастер.

Бело-голубая лодка медленно отплыла от берега, преследуя рубиновые паруса имперской ладьи. Там, за алыми ширмами, отдыхали и благородные принцы Луна… Разумеется, лишь те, кто (пока) не обзавелись жёнами.

Я на секунду призадумалась, пытаясь вспомнить сложную иерархию Небесного города династии Цзинь. Кажется, в данный момент только третий принц был свободен? Хотя, постойте! Четвёртый также достиг совершеннолетия. Ну, значит, у моих сестёр есть хоть какой-то выбор…

По традиции, у императора была одна законная жена (императрица Лиян Цзинь) и четыре супруги с высочайшими титулами. Остальные — лишь скромные наложницы, у которых даже нет права воспитывать рождённых принцев и принцесс. Его Величество был (относительно) сдержанным монархом, а потому детей у него не так уж и много… Всего около десяти. О, поверьте, это действительно мало!

Позапрошлый император Луна, как я помню, имел более ста наложниц и (по разным подсчётам) не менее сорока детей… Конечно, почти все сгинули в дворцовых интригах, но не суть.

У нынешнего правителя пять сыновей и (если уж сказать честно) никто из принцев на данный момент не выделяется. Наследник империи также не определён, а потому в ближайшие десятилетия столицу ожидают весьма бурные стычки… Ведь, как гласит древняя мудрость:

«Пока принц бездействует — его советник точит нож».

Проще говоря: даже если дети императора лишены амбиций, их окружение всегда будет стремиться к власти. Знаю, звучит печально… И я бы никогда не пожелала сёстрам Шен такого «счастья». Но кто бы меня послушал?

Влиятельные кланы Луна прекрасно осознают всю опасность Небесного города, однако раз за разом толкают своих дочерей в объятия принцев… Никто не хочет довольствоваться малым, так уж заведено в этом мире.

Я негромко вздохнула, слушая отвлечённую болтовню девушек по соседству. Богатые леди пили сахарную воду, ели кусочки личи и манго, а некоторые из них готовились к выступлениям… Хуалинг, например, уже настраивала свой гуцинь. Она нежно водила пальцами по струнам, игнорируя колкие взгляды второй сестры. В конце концов, как только лодки поравняются друг с другом — начнётся настоящая битва!

И действительно: вскоре мы подплыли ближе, а прекрасные девы начали демонстрировать свои таланты. Мастерство Хуалинг (как и всегда) было на высоте! Она исполняла очень необычную мелодию, которая называлась «Дотянуться до Луны». Нежные, немного меланхоличные отзвуки, наполненные желанием познать неизведанное… В тот момент даже я заслушалась, невольно вздыхая. Эта музыка несколько отличалась от общепринятых песен, и Хуалинг явно хотела привлечь внимание принцев. А после неё… На деревянный помост поднялась Циань.

Сестра накинула на плечи полупрозрачный платок с небольшими звонкими вкрапленьями. Она жизнерадостно улыбнулась и только тогда достала маленькую многоствольную флейту. Честно говоря, это был очень рискованный ход! Танцевать и одновременно наигрывать мелодию — уже довольно сложно, но и сам инструмент не считался таким «возвышенным», как гуцинь. Правда (как по мне) музыка флейты ничуть не хуже…

Циань начала танцевать, легко и беззаботно кружась перед всеми. Её накидка будто превратилась в крылья бабочки, едва поспевая за быстрыми движениями сестрицы. Тонкий перезвон сливался с нежной мелодией флейты, создавая особую атмосферу… Закат медленно опускался на воду, вдалеке загорались фонари, а Циань продолжала танцевать, замерев на особенной, почти пронзительной ноте.

Когда она закончила — кто-то начал аплодировать… Кажется, это с соседней лодки? Ну точно, один молодой мужчина поднялся, не сводя глаз с Циань! Уже потом к нему присоединились остальные…

«Итак, это был принц. Ожидаемый результат» — я улыбнулась, пару раз хлопнув в ладоши вместе со всеми.

А потом Циань вдруг сделала несколько шагов к Хуалинг и…

— Ах! — она вскрикнула достаточно громко, чтобы все обратили внимание.

Оказывается, край её шёлкового платка зацепился за гуцинь и порвался с отчаянным звоном.

— Сестра… Прости за это недоразумение. — сдержанно извинилась старшая леди Шен.

— Да, конечно, ты не виновата. — обиженно проронила Циань, баюкая повреждённый шёлк. — Это моя оплошность…

Но со стороны всё выглядело так, будто над ней издевались. Хуалинг чуть нахмурилась, выдавив (несколько натянутую) улыбку. В душе она явно проклинала притворство младшей сестры, но ничего не могла поделать.

Я скосила взгляд на алую лодку и покачала головой. Да уж, Циань очень хитрая… Её выступление затмило бесспорное мастерство Хуалинг, а маленький трюк в конце и вовсе создал недопонимание. Очевидно, что благородные юноши слышали её голос, а значит, многие сделают неправильные выводы…

«Хуалинг не повезло» — тяжело вздохнула я, переводя взгляд на далёкие огни. Итак, сегодняшняя победа торжественно присуждается Циань! Но пойдёт ли ей это на пользу? Скоро узнаем…

Старая госпожа Шен выпустила из рук чашку. Дорогой фарфор раскололся на наших глазах, осколками разлетаясь по полу.

— На колени. — холодно приказала вдова, скрестив руки на груди.

Я с трудом подавила волнение, опускаясь вниз вместе с сёстрами. Да уж, праздник Драконьих Лодок завершился на неприятной ноте… Новости, к сожалению, разлетелись очень быстро, и к моменту нашего возвращения госпожа Шен уже знала подробности.

— Прости, бабушка. Мы провинились. — Хуалинг заговорила первой (как и положено старшей сестре).

«Очевидно, что вдова Шен не собирается усложнять ей жизнь, но даже любимая внучка обязана встать на колени… Так и выглядит коллективная ответственность» — мысленно фыркнула я.

— В чём ваша ошибка? — холодно спросила старая дама, прокручивая чётки в руках.

— Я плохо дисциплинировала младших. — проговорила Хуалинг.

— Я небрежно обращалась со своими вещами. — неискренне улыбнулась Циань.

И вот, когда очередь дошла до меня… Боже, как сложно искать несуществующие причины!

— Я не помогла сёстрам разрешить конфликт. — пробормотала, опустив взгляд. Что ж, надеюсь, такой вариант всех устроит…

Старая мадам ещё раз нас оглядела и постановила:

— Хуалинг, ты можешь встать.

«Серьёзно?» — я едва не закатила глаза. Похоже, теперь мы делим коллективную ответственность на двоих.

— Бабушка, ты несправедлива! — воскликнула Циань.

— Вот как? — вдова язвительно усмехнулась. — Несправедлива, говоришь… Ты пыталась очернить старшую сестру, Циань. Не думай, что я не знаю.

— Это случайность! Я всего лишь порвала платок!

Она стиснула край своего платья так сильно, что аж костяшки побелели. Скажу честно: в тот момент даже мне хотелось поверить в её честность. Ясные глаза Циань покраснели от слёз. Казалось, будто её по-настоящему обидела реакция вдовы Шен…

— Странно, что сестра подошла ко мне сразу после выступления. — холодно проронила Хуалинг, поднимаясь с колен. — И, кроме того… Твой возглас был очень громким. Сестра всегда столь эмоционально переживает потери?

Я едва не заныла от накалившейся атмосферы. Девочки, ну разве вы не устали? Почему бы не поссориться завтра, так сказать на свежую голову… Но в этот момент на сцене появилось ещё одно действующее лицо.

— Госпожа Шен? — вежливый голос моей матери заставил всех обернуться.

Джи Фан ласково улыбнулась, грациозно войдя в помещение.

— Что происходит? Почему девочки губят свои нежные колени?

— Это вопрос семейного воспитания, мадам Фан. — холодно процедила вдова. — Зачем вы пришли?

— Просто хотела увидеть девочек после праздника. — Джи Фан кротко улыбнулась, ничуть не смутившись. — Кроме того, теперь вся столица говорит о талантливых леди из нашего клана… Лорд Шен очень доволен.

Я едва не присвистнула, мысленно поставив матери «пять с плюсом». Она заранее знала о том, что Циань попробуют наказать, и первым делом заручилась поддержкой лорда… Очень умно! Старая госпожа безмерно любит своего единственного сына и ради него готова отложить «семейное воспитание». И действительно: вдова нехотя отступила.

— Праздник был долгим. Девочки, должно быть, устали. — она натянуто улыбнулась, махнув рукой. — Можете идти.

Несмотря на её дозволение, Хуалинг (как и всегда) осталась. От начала и до конца она не удостоила нашу мать ни единым взглядом. А я… Незаметно потёрла колени, очень быстро возвращаясь в свой двор. К счастью, Джи Фан меня не остановила!

— Моя леди! Пожалуйста, подождите! — Сишу запыхалась, едва поспевая следом. — И как вы умудряетесь так резво передвигаться в платье? Оно же сковывает движения!

— Но не мой боевой дух.

Я нервно улыбнулась, опустив взгляд. Так уж получилось, что разговор мы продолжили позже, когда вернулись в безопасный Яблоневый двор.

— Я понять не могу… — вздохнула Сишу, разминая мои затёкшие плечи. — Отчего госпожа вдова так сердится? Случай с платком нельзя назвать серьёзным, ведь так? То есть, хочу сказать… Никто ведь не пострадал!

— Ты судишь слишком поверхностно. — лениво протянула я, закидывая под язык ягоды годжи. — Всё не так просто… Судя по всему, Джи Фан заранее спланировала этот фокус со второй сестрой.

— Заговор порванного шёлка? Даже звучит глупо! — фыркнула Сишу.

— Думаешь? — я хитро прищурилась. — Тогда ответь на вопрос: чего добивается моя мама?

— Она… — служанка запнулась, а потом понизила голос. — Она хочет, чтобы вторая леди вышла замуж за принца?

— Верно! И сестрица Хуалинг также является кандидаткой для брака. — я радостно кивнула. — Так в чём же проблема?

— Ну… — Сишу поколебалась. — На данный момент двое принцев достигли совершеннолетия, разве нет?

И, дождавшись моего согласия, девушка окончательно растерялась:

— Но ведь тогда они обе могут…

— Связать свою жизнь с Небесным городом? Да, это вполне возможно. — я пожала плечами, задумчиво перебирая ягоды пальцами. — Вот только, есть один нюанс… Кто из моих сестёр станет законной женой принца и разделит с ним власть над дворцом?

Во всех этих брачных играх нет ничего важнее власти… Поэтому мои сёстры из кожи вон лезут, дабы превзойти друг друга.

— Обе? — тихо предположила Сишу и запнулась.

— Было бы хорошо. — честно ответила я. — Проблема заключается в том, что это… Невозможно. Император никогда не позволит девушкам из одного клана занять столь высокую позицию. Иначе все подумают, что семья Шен хочет контролировать Небесный город…

«И тогда нашему клану несдобровать» — я нервно поёжилась, вспоминая не самые приятные факты из истории империи Лун.

— Да, теперь я понимаю… — Сишу негромко вздохнула. — Значит, лишь одна сможет быть законной женой. А если вдруг обе понравятся принцам?

— Кому-то придётся довольствоваться ролью супруги.

В нашей стране положение жён и наложниц было строго регламентировано. У императора может быть только одна императрица и четыре «столпа власти» (благословенные супруги). У принцев ситуация немного другая…

Главная жена станет принцессой и получит титул. Но также возможно взять «младшую супругу», чей статус ниже жены, но выше обычной наложницы.

— Это ведь не так уж и плохо… — пробормотала Сишу.

— С нашей точки зрения — да. — улыбнулась я. — Но титул принцессы будет принадлежать лишь одной… Очевидно, что бабушка Шен готовила сестру Хуалинг для брачного союза с принцем. Но Джи Фан вмешалась в её планы, пытаясь пошатнуть репутацию старшей леди… И моя сестрёнка амбициозно рвётся во дворец.

Я негромко вздохнула, мысленно сочувствуя Циань. Она была слишком эмоциональной и импульсивной… Получится ли у неё выжить в Небесном городе? Кажется, любая ошибка во дворце может привести к ужасающим последствиям.

Но в тот момент я уже знала: мои сёстры непременно добьются своего.

— Госпожа, постойте, я затяну вам талию потуже!

Прежде чем я успела возмутиться, Сишу действительно потянула широкий пояс платья. У меня аж воздух вышибло из лёгких от такой «поддержки»!

— Си…шу… За что? — чуть слышно прохрипела, борясь за жизнь.

— Не жалуйтесь! — буркнула служанка. — Банкет Хризантем вот-вот начнётся, вы прекрасно выглядите, и наследник Вэнь точно будет в восторге!

Я (с трудом) вздохнула, поправляя браслет с янтарём. Честно говоря, этот банкет и впрямь очень важен, ведь его устраивает Достойная супруга Цао, мать четвёртого принца Фэн Цзиня. Официальная причина торжества — любование хризантемами в Пурпурном саду. Неофициальная же… На этой встрече супруги выберут жён и наложниц для своих сыновей.

Само собой, я на подобное не претендую, но меня пригласили вместе с сёстрами. Что ж, по крайней мере, там будет не так скучно… Вскоре Сишу помогла мне забраться в карету, и мы отправились на банкет.

Циань и Хуалинг были в других экипажах, а рядом сидела только Ксуа. Третья сестра демонстративно игнорировала меня до конца поездки, что, если честно, было довольно забавно. Бабушка Шен не хотела отпускать её на банкет, но бесконечный плач наложницы Лу всё же возымел эффект…

«Третья сестра приближается к возрасту совершеннолетия, однако её брак до сих пор не определён. Она точно попробует найти кого-нибудь на торжестве» — я едва заметно усмехнулась.

Не хочу злорадствовать, тем более… У неё просто нет выбора. В империи Лун благородные леди обязаны выйти замуж. В противном случае, даже семья может от них отказаться.

Я ещё раз вздохнула (игнорируя туго завязанный пояс) и, как только карета остановилась, выскочила на свежий воздух. Пурпурный сад встречал нас благоуханием цветов, шелестом дорогих одеяний и нежной музыкой… Но, несмотря на улыбки и смех окружающих, здесь развернулась нешуточная борьба. За власть, за жизнь, за любовь — и за Небесный город.

Золотой чай с хризантемами плескался в фарфоровой чашке, наполненной до краёв. Нежные лепестки плавали на поверхности, смешиваясь с цветочным мёдом… Удивительный напиток, если не брать в расчёт тот факт, что Ксуа вознамерилась пролить его на меня. Третья сестра кружила неподалёку обозлённым коршуном, а я делала вид, будто любуюсь цветами, прудом и вообще ничего рядом с собой не замечаю… Пока Сишу не прошептала:

— … Она близко, госпожа!

— Действуем по плану.

Я специально подошла ближе к снежным хризантемам и затаила дыхание. Испачканные на банкетах платья — банальная ситуация, такое случается довольно часто. Но совсем другое дело: быть облитой на глазах у всех. Как минимум — моя репутация будет подпорчена (подмочена?), а как максимум… Дурные слухи беспощадны к девушкам. Никто не пожалеет несчастную жертву, зато все с удовольствием её осудят.

И вот, Ксуа подошла совсем близко, намереваясь «внезапно» пролить чай, а я вдруг воскликнула:

— О, бабочка!

И Сишу тотчас поставила Ксуа подножку:

— Где, госпожа…?

Сестра выронила чай и с криком упала в куст хризантем. Хорошая новость: она не промокла, всё впитала земля. Плохая новость: Ксуа сломала любимые цветы Достойной супруги. Упс.

— Ты…! — озлобленно зашипела она. — Как ты посмела!

— Сестрёнка… — я удивлённо нахмурилась, оглянувшись на любопытствующих гостей. — Ты бы лучше не повышала голос… Эти хризантемы выращены хозяйкой сада. Сама понимаешь: она будет в ярости, когда узнает правду.

Ксуа побледнела, медленно осознавая, кто является настоящей «хозяйкой» этого места. Она испуганно ссутулилась и убежала с банкета, сославшись на внезапное головокружение.

— Третья леди такая несносная! — тихо фыркнула Сишу.

— О, да… Но теперь сестрёнке придётся посидеть в комнате отдыха до конца праздника. — игриво заметила я. — Так что мы отлично справились.

Скажу честно: мне не нравится воевать с Ксуа. Но она никак не угомонится… Было бы глупо просто стоять и принимать унижения, не так ли?

«Но всё же любопытно: отчего она вдруг взбесилась?»

Мы с Ксуа почти не общались, это правда. Она всегда держалась в тени наложницы Лу и только недавно начала мутить воду во внутреннем дворе поместья… Полагаю, что это как-то связано с её замужеством.

— Госпожа… — Сишу резко оживилась, склонившись ко мне. — Там принцы!

И действительно: гордые сыновья императора почтили нас своим присутствием. За ними шли красавицы-супруги: Достойная Цао, и Утончённая Хуэй. Я склонила голову, приветствуя жемчужин Небесного города, и мысленно вздохнула.

Ладно, это немного… Разочаровывает? Обычно, когда речь идёт о принцах, сразу представляешь кого-то красивого и безумно элегантного! Но сыновья императора были не такими уж и грандиозными.

Третий принц Чжень Цзинь во многом унаследовал внешность Утончённой Хуэй, но из-за этого он казался слишком высокомерным и капризным. Черноглазый, темноволосый, порывистый и неспокойный… Все его движения были пропитаны неприятной резкостью.

Четвёртый принц Фэн Цзинь — напротив, казался откровенно скучающим и безынтересным. У него были светлые волосы с пепельным отливом (не такие длинные, как у брата). Болезненно-бледное лицо, слишком пустые глаза… Да он будто вот-вот уснёт!

И за этих парней мои прекрасные сёстры так отчаянно соревнуются? О, боже… Это действительно грустно.

«Ну, возможно, мои стандарты немного завышены?» — подумала я, когда услышала восхищённый вздох Сишу.

Тем временем, супруги подошли к сёстрам Шен. Циань и Хуалинг уже снискали славу талантливых леди Лунцзи, поэтому повышенный интерес к ним был вполне объясним. А через некоторое время имперские слуги принесли дары!

Я с тоской посмотрела на золотые заколки с приметными фениксами. До чего очевидный намёк… Такие безделушки могут носить только принцессы Небесного города.

Циань тотчас покраснела, а вот Хуалинг отреагировала более сдержанно. Тем не менее, она была крайне учтива с Достойной супругой… Кажется, они обсуждали цветущие хризантемы.

Я приложила платок к губам, кое-как подавив некрасивый зевок. Все эти пространные разговоры навевают смертельную скуку… Я почти завидую Ксуа, которая коротает время в комнате отдыха. Может, и мне стоит туда пойти?

Но в тот момент Сишу вдруг оживилась, демонстративно кашляя. И тогда я заметила причину её «недомогания».

— Светлого вам дня, молодой господин Вэнь.

Знакомьтесь: Лин Вэнь, мой жених! К слову, очень милый юноша. Мне нравилось его безмятежное лицо, и вдвойне нравился спокойный характер наследника Вэнь. У него были длинные светло-каштановые волосы, ясные голубые глаза и эта непревзойдённая аура молодого учёного!

Если честно, его семья не слишком богатая и родовитая… Господин Вэнь — чиновник из министерства юстиций. Но он (насколько я знаю) учился с моим отцом и всегда поддерживал фракцию лорда Шена. Их дружба была настолько крепкой, что они решили устроить брачный союз детей.

Однако, была проблема… Единственный сын господина Вэня родился от наложницы. Это считалось неблагоприятным, а потому Лин много учился, чтобы сдать экзамены и заслужить статус наследника семьи. В конце концов, ему это удалось!

И лорд Шен решил, что я лучше всех подойду для брака. Не особо талантливая, не самая красивая, но всё же дочь законной жены — идеальный вариант для папочки… Да, он выбрал меня по одной причине: Хуалинг и Циань слишком хороши, а Ксуа не дотягивает до уровня наследника Вэнь.

Но, (если честно) я не против. Мы знакомы с детства, вполне хорошо ладим… К тому же, Лин Вэнь не хочет заводить наложниц. Чем не идеальный кандидат для брака?

— Юнли. — он чуть улыбнулся, склонив голову набок. — Всё это время я искал тебя рядом с сёстрами Шен.

— О, ты же знаешь, сегодня мне лучше держаться в стороне… — я скосила взгляд в сторону Циань.

И когда сестрёнка успела познакомиться с третьим принцем…? Ах, впрочем, неважно.

— У них большое будущее. — негромко проронил Лин Вэнь.

— У тебя тоже.

И это чистая правда! Наследник Вэнь уже сдал сложнейшие экзамены, впереди последняя проверка, которая определит его ранг чиновника. В двадцать один год он уже достиг таких впечатляющих результатов… Поистине талантливый!

Лин Вэнь улыбнулся и смущённо отвёл взгляд:

— Когда я сдам финальный экзамен… Мы, наконец, поженимся.

Я на секунду растерялась, а затем кивнула. Всё же, взрослая жизнь в этом мире наступает так рано… Мне не очень хочется замуж, но выбора особо и нет. Как я уже сказала: женщины здесь несвободны. Сначала они принадлежат отцам, затем — мужьям. И порой брак становится местом бесконечных страданий. Если учесть, что развод в империи Лун практически невозможен…

Я прикусила внутреннюю сторону щеки и вздохнула. Лин Вэнь действительно является лучшим кандидатом для этого. Да, мы не любим друг друга, ну и что с того? Он, по крайней мере, относится ко мне с уважением!

«Возможно, со временем мы разовьём те самые чувства» — мысленно улыбнулась я. А пока он мне просто нравится и этого вполне хватит.

— Не бойся. — проронил Лин Вэнь, склонив голову набок. — Я никогда тебя не обижу, Юнли.

— Ну, разумеется… Иначе я тебе отомщу. — несмотря на шутливый тон, в глубине души скопилось волнение.

Я ему доверяю, просто… Не могу избавиться от напряжения. С тех пор, как моя душа пробудилась, привычные традиции воспринимаются иначе.

«Прошлая жизнь так некстати вмешалась в настоящее» — я разочарованно вздохнула, продолжая болтать с наследником Вэнем.

К сожалению, мы не можем видеться слишком часто. Империя Лун не сильно ограничивает общение мужчин и женщин, однако до замужества девушке позволено встречаться с женихом только на подобных праздниках. При этом, влюблённые должны держаться на расстояния… Ведь репутация (увы) превыше всего.

«Её легко потерять и практически невозможно восстановить» — мысленно фыркнула я, вспоминая Ксуа.

Служанки Бамбукового двора молча убирались, игнорируя приглушённые рыдания третьей леди. Банкет Хризантем завершился и принёс много радостных вестей. Все понимали: поместье Шен скоро возвысится! И только двор наложницы Лу хранил мрачную тишину.

Ксуа Шен снова была наказана. Старая госпожа узнала о сломанных цветах и долго ругала «бесполезную» внучку.

— Ты знала, что банкет Достойной супруги чрезвычайно важен для всего поместья Шен! Знала, но всё равно посмела создать неприятности.

— Бабушка, это не я! Меня подставили!

— Вот как? Что за нелепость… — холодно усмехнулась вдова Шен. — Жаба позарилась на лебедя.

Ксуа резко побледнела, в изумлении взирая на бабушку. Её глаза покраснели от такого очевидного (и беспощадного) оскорбления.

— Уходи. — приказала госпожа. — И передай наложнице Лу: пусть впредь побережёт свои слёзы и мольбы о снисхождении.

А теперь Бамбуковый двор затих, прерываемый лишь плачем третьей леди.

— Ксуа, ты разбудишь брата. — наложница Лу со вздохом передала пухлого мальчика самой крепкой служанке и жестом велела унести его подальше.

— И что? Ты только о нём и переживаешь! — горестно воскликнула девушка. — А как же я? Кто обо мне позаботится?

Наложница невольно поджала губы. В словах её дочери есть доля правды… Матери частенько предпочитали сыновей, ибо только мальчики могут обеспечить стабильное положение в семье.

Мей Лу прекрасно понимала такие аспекты. Маленький второй мастер Шен был её пропуском в счастливую старость… Но это не значит, что она совсем не любила свою старшую дочь. Ксуа была немного незрелой, чрезвычайно эмоциональной и не особо понимала тонкости клановых интриг. Сколько бы наложница ни говорила с ней об этом — третья леди отказывалась слушать и понимать. Но всё же…

— Родная, я люблю тебя больше кого-либо. — мягко проговорила Мей Лу, осматривая повреждённые руки дочери.

Наказание старой госпожи Шен было суровым — пять ударов хлыстом по ладоням. Кровоточащие царапины будут долго заживать… И Ксуа явно не выпустят из Бамбукового двора в ближайшее время.

— Я хочу, чтобы ты была счастлива. — протянула наложница, самолично обрабатывая раны прохладной мазью. — Но сегодня Ксуа очень расстроила бабушку.

— Ты знаешь, что она сказала?! — резко выдохнула девушка. — «Жаба позарилась на лебедя»! Как так можно… Я ведь её внучка!

Наложница Лу нахмурилась, а потом уточнила:

— Речь идёт о Лин Вэне?

Ксуа резко замолчала, но Мей Лу и без того поняла смысл сказанного.

— Почему ты вдруг им заинтересовалась? — устало спросила наложница. — Его брак с четвёртой леди был предрешён ещё три года назад.

Ксуа прикусила нижнюю губу, не зная, что ответить… Раньше она совсем не думала о замужестве, но чем ближе совершеннолетие — тем страшнее становилось. Ксуа знала, что скоро наступит день, когда ей придётся покинуть материнский дом, и тогда… Нужен хороший муж. Добрый, понимающий, достаточно обеспеченный. Тот, кто не будет злоупотреблять любовницами! Но, к большому сожалению, сама Ксуа была дочерью наложницы.

Её перспективы на брак меркнут в сравнении со старшими сёстрами. Третья леди завидовала всем: Хуалинг, Циань и даже Юнли! Почему им повезло родиться в законном браке, а ей — нет? Их приданое будет богатым, их мужья лично выбраны лордом Шеном…

Правда, в какой-то момент Ксуа узнала, что Юнли выйдет замуж за сына наложницы. Тогда зависть впервые отпустила её сердце, превращаясь в злорадство. Подобный брак для законной дочери — сплошное унижение! Но затем Ксуа подслушала разговор двух служанок…

— Так что же, брак четвёртой леди определён? Как-то это неправильно… Она же самая младшая!

— Но не самая любимая. — усмехнулась другая горничная. — Первая леди нравится старой госпоже, а вторая — любимица Джи Фан.

Тогда Ксуа гордо заулыбалась. И пусть её мать всего лишь наложница, зато о ней заботятся!

— Хотя… Быть может, ей повезло. — вздохнула всё та же служанка. — Говорят, Лин Вэнь уже сдал государственный экзамен. Даже будучи сыном наложницы — он единственный достойный наследник этой семьи. Да и его отец дружит с нашим лордом… Возможно, этот брак — настоящее благословение для четвёртой леди.

— Ну, да… Юный Вэнь не посмеет обидеть жену из влиятельного клана, не так ли?

— Он же учёный и будущий чиновник. А значит, будет вести себя уважительно… Лучший вариант для скучной четвёртой леди.

— Я слышала, что учёные редко заводят наложниц! Им это не по статусу. Значит, вдвойне повезло…

Ксуа до крови прикусила нижнюю губу, пытаясь не выдать себя. И как так получилось, что из «крайнего невезения» Юнли перешла на сторону редкой удачи?

— Хах, знаешь, о чём я подумала? Лин Вэнь мог бы стать настоящим благословением для третьей леди!

— А при чём тут она?

— Ну, как же… Если бы у Джи Фан была только одна дочь, этот брак достался бы третьей леди Ксуа.

…Кажется, именно в тот момент она потеряла покой? Ксуа толкнула ненавистную сестру в пруд, отчаянно желая саботировать её брак. Но Юнли даже не заболела!

— Мама, я просто хочу… Хочу быть счастливой. — прошептала Ксуа, сглотнув комок горечи.

Она боялась, что отец отправит её к какому-нибудь уродливому чиновнику, сделает очередной наложницей на благо семьи Шен!

— Ох, родная… — Мей Лу с сожалением покачала головой. — Не волнуйся так сильно. Мама для тебя постарается.

— Правда?

— Да… Только умерь свой пыл и почаще меня слушай. — наложница Лу улыбнулась, потрепав дочь по волосам. — Этот Лин Вэнь, безусловно, хорош, но он не единственный мужчина в мире. Кроме того… Мы не знаем, как сложится судьба твоих старших сестёр.

Мей Лу задумчиво прикрыла глаза и проронила:

— Все они законные дочери, ну и что с того? Порой высокий статус может обернуться не радостью — а настоящей бедой.

Красный дворец Астры.

Утончённая супруга Хуэй негромко вздохнула, смерив принца пристальным взглядом. Когда-то она прошла через огонь, воду и ядовитые интриги гарема, чтобы выносить своего первенца… Но всё это привело к тому, что он вырос крайне избалованным!

Да, Хуэй и впрямь потакала его капризам, но она надеялась на благоразумие юного Чженя… Напрасно, как оказалось. Ведь теперь его сердце похитила вторая леди Шен.

— Почему я должен жениться на Сюэ Янь? — прошипел он, толкнув драгоценную вазу на пол. — Она мне даже не нравится!

Утончённая супруга закрыла глаза, услышав характерный треск. Чжень Цзинь всегда был слишком активным ребёнком… Она считала его характер проявлением силы, но, если сказать откровенно — он был крайне несдержанным.

— Чжень, отчего ты так злишься? — мягко спросила Хуэй, глядя ему в глаза. — Мы ведь не отказываемся от Циань Шен. Она станет твоей младшей супругой.

— Почему не женой?!

Юноша опрокинул на пол следующий предмет — драгоценную статуэтку. Утончённая Хуэй неприязненно поджала губы, но всё же ответила:

— Её статус… Недостаточно хорош. Она дочь второй жены и едва ли может сравниться с первой леди Шен.

— Но она мне нравится! Мама, как же ты не понимаешь… — Чжень застыл, сжав пальцы в кулаки. — Когда я увидел её на той лодке — моё дыхание словно остановилось. Циань похожа на богиню, спустившуюся с небес.

— Ах, дорогой… — супруга едва не закатила глаза. — Пойми меня правильно: положение законной принцессы официальное и крайне трудоёмкое. Оно требует долгих, кропотливых стараний… Циань Шен, очевидно, не создана для подобных тягот. Она красивая, талантливая и всегда будет радовать твой взор во дворце. Зачем же усложнять ей жизнь?

Утончённая Хуэй лукавила, но лишь отчасти. Это правда, что у принцессы куда больше обязанностей… Просто эти обязанности тесно сплетены с властью.

— Я не… — Чжень остановился, с сомнением покосившись на супругу. — Но Циань расстроится, если я не сделаю её женой!

Пальцы Хуэй сжались на тонком платке. Он и вправду так заботится о чувствах второй леди Шен? Что за неразумный ребёнок! К счастью, супруга смогла усмирить свой гнев. Чжень признавал только мягкий подход, в противном случае он точно совершит какую-нибудь глупость.

— Я не хотела говорить об этом, но… Ты же понимаешь, дорогой Чжень: мы не можем сделать предложение второй леди Шен из-за её старшей сестры. — Хуэй печально улыбнулась, сильнее скрутив платок пальцами. — Достойная супруга Цао уже попросила императора даровать брак Фэн Цзиню с Хуалинг Шен.

— Уже? — эхом повторил принц.

— Что поделать… — с притворной грустью вздохнула женщина. — Твоя мать виновата, Чжень. Я не успела вовремя прийти к Его Величеству…

— Это не твоя вина. — смягчился юноша. — Четвёртый брат слишком… Торопится.

— Да, именно так… Но я искренне надеюсь, что вторая леди Шен войдёт в наш дворец. Она, конечно, будет расстроена. Ты можешь облегчить её печали драгоценными дарами. — ласково предложила супруга Хуэй.

— Ты права, матушка. — вздохнул Чжень Цзинь. — В таком случае, я прямо сейчас пойду и выберу подарки для Циань!

Утончённая супруга проводила его долгим взглядом и, наконец, выдохнула. Она легла на расшитые подушки, позволяя служанкам сделать массаж.

— Вам нельзя гневаться. — тихо напомнила верная горничная.

— Но как я могу сохранять спокойствие? Эта девица из семьи Шен околдовала моего сына! — неприязненно поморщилась Хуэй. — Я бы не позволила ей стать законной женой Чженя… Впрочем, в этот раз Достойная Цао избавила меня от лишних проблем.

Супруга вновь вздохнула, потихоньку расслабляя мышцы лица. От Циань Шен одни неприятности, но Сюэ Янь вполне благоразумная девушка… Её отец способен укрепить позицию третьего принца.

— Вы сделали лучший выбор, госпожа. — мягко польстила ей горничная.

— Да. — усмехнулась Хуэй. — Я сделала выбор… Посмотрим, к чему он всех нас приведёт.

И вот, в первую декаду месяца император Яней Цзинь издал указ о браке. Все этого ждали, но (если сказать честно) напряжение было колоссальным! Я помню, как членов клана призвали в главный зал… Мы склонились перед дворцовыми евнухами, которые в торжественной тишине объявили сразу два указа.

Первый гласил о том, что Хуалинг Шен станет женой четвёртого императорского принца Фэн Цзиня. А второй… Относился к моей родной сестре. Когда евнух назвал её будущей супругой третьего принца, Циань побледнела, прикусив нижнюю губу почти до крови. Но (к счастью) она достаточно быстро вернула самообладание.

Я мысленно покачала головой. Немного жаль, но это предсказуемый исход… На самом деле, только у Хуалинг достаточно родовитые корни, чтобы стать полноценной принцессой Небесного города. Циань, увы, не дотягивает из-за семьи нашей матери… Но что поделать? Теперь ничего нельзя изменить. Слово императора — закон.

Старая мадам удовлетворённо кивнула, поблагодарив евнухов. Джи Фан тоже улыбалась, но я кожей чувствовала её раздражение. Ух, ещё немного и полетят молнии!

К счастью, тот день закончился без скандалов… А затем хрупкий мир поместья Шен раскололся надвое. С одной стороны была вполне спокойная Хуалинг, которая (под надзором бабушки) начала готовить свадебную одежду. А с другой…

— Юнли, почему ты такая… Смиренная! — возмущалась госпожа Фан, меряя шагами мои покои, как генерал перед боем. — Никакой инициативы, ни капли поддержки! Мы с твоей сестрой в таком ужасном положении, а ты совсем не переживаешь…

Я послушно кивала, делая вид, что слушаю (и очень стыжусь). Мне ли не знать истинного смысла этого представления? Мама просто хочет выплеснуть своё разочарование. Циань слишком любима для таких излияний, поэтому… Именно мне приходится играть роль деревянного болванчика, выслушивая поток претензий.

— Мама, а когда брат Лэй вернётся? — спросила я, с трудом вклиниваясь в поток её слов.

Джи Фан на секунду замолчала и, наконец, улыбнулась. Первый сын Лэй Шен был её гордостью. Слишком уж долго в семье рождались одни девочки… Госпожа Фан боялась, что наложницы смогут обойти её в этом деле, но всё сложилось наилучшим образом. Юному Лэю в этом году исполнилось пятнадцать лет, и он был бесспорным любимцем лорда Шена.

Разумный, статный, ответственный и прилежный — практически идеальный наследник семьи! Прямо сейчас брат с нами не живёт, потому что отец отправил его поближе к Величайшей академии Лунцзи. Но он точно вернётся, чтобы поздравить сестёр… Да, я воспользовалась этим фактом для отвлечения внимания Джи Фан. И мне не стыдно.

— Скоро. — выдохнула госпожа, меланхолично подперев подбородок ладонью. — Твой брат такой способный ребёнок… Ах, нужно подготовить дом к его возвращению!

Только тогда Джи Фан ушла, и я смогла расслабиться, массируя виски.

— Госпожа, это ужасно… В поместье царит хаос! — пожаловалась Сишу, протягивая мне мазь из эвкалипта.

— Думаешь? Дальше будет только хуже. — мрачно усмехнулась я. — Самое время убрать подальше хрупкие предметы…

Циань уже расколотила дорогой фарфор в своём дворе, так что в ближайшее время стоит ожидать её в гостях. И моё предсказание оказалось чертовски верным!

— Юнли! — воскликнула она, ворвавшись в Яблоневый двор.

Служанки поспешно разбежались по «очень срочным» делам. Даже Сишу меня покинула, выскользнув за дверь… Предательство чистой воды!

— Да, Циань? — я мило улыбнулась, пододвигая ближе тарелку с финиками.

Сестра их очень любит, может, хоть это остудит её гнев…

— Ненавижу. Просто ненавижу! — воскликнула девушка, раздражённо наворачивая круги по комнате. — Хуалинг такая… Мерзкая! Добилась своего и теперь смотрит на меня свысока!

Я благоразумно промолчала, думая о том, что старшая сестра всегда была такой… Но некоторые мысли лучше оставить при себе.

— Да как она смеет? Четвёртый принц станет её мужем, ну и что? — Циань вдруг прикусила нижнюю губу и бессильно опустилась на софу.

Её плечи задрожали, а потом она закрыла лицо руками:

— Почему же всё так сложилось…? Я не хочу быть наложницей, пусть и знатной! Мама с таким трудом стала госпожой поместья Шен, а мне всё равно… Придётся быть частью его гарема.

Я застыла, ощутив укол непрошеной горечи. Кажется, Циань никогда не была такой печальной… Моя смелая и уверенная в себе сестра вдруг надломилась изнутри, приоткрывая искреннюю боль.

Я опустилась рядом с ней, и (коротко вздохнув) обняла, мягко увещевая:

— Послушай, не всё так однозначно. Да, со стороны кажется, что твоё положение ниже, чем у Хуалинг… Но лично я думаю, что удача на твоей стороне.

— Ты просто меня утешаешь! — воскликнула Циань. — Сюэ Янь будет управлять гаремом, а я… Заведомо проиграла эту войну.

— Сдаёшься без боя, сестрёнка? — я покачала головой, продолжая убеждать её. — Но подумай хорошенько: наша мать стала наложницей лорда Шена, когда у того была жена из знатного клана… При этом, она смогла защитить своё положение и, в итоге, заняла место госпожи.

— Это другое! Та женщина рано умерла!

— Даже при жизни она не была любимой женой лорда. — тихо прошептала я. — Если уж сказать откровенно: не так важно, кто возглавит гарем… Главное — сохранить любовь принца.

История знает много таких примеров. Отверженные императрицы, забытые жёны и супруги, брошенные в Холодный дворец… Их всех объединяет одно: отсутствие любви со стороны мужа. Кто владеет сердцем господина — тот владеет гаремом, таковы реалии нашего мира.

— Третий принц… — Циань на секунду задумалась, стиснув зубы. — Я ему нравлюсь. Но этого недостаточно! Сюэ Янь точно…

— Просто доведи дело до конца. — мягко посоветовала я. — Ты ведь прекрасна, сестрёнка… Третий принц, кажется, совершенно очарован. Продолжай в том же духе, и леди Янь будет вынуждена отступить.

… Поверить не могу, что даю ей советы в духе госпожи Фан!

— Я знаю. — Циань резко качнула головой, сгребая финики в кучу. — Вечная борьба… Разве можно считать это везением?

— Ну… — я призадумалась, скосив взгляд в сторону. — Полагаю, тебе повезло больше, чем Хуалинг.

— Издеваешься?!

— Ничуть. — я вздохнула, очищая грецкий орех. — Третий принц сам тебя выбрал, ведь так? Это подчёркивает его глубокую привязанность. Но сестра Хуалинг… Её выбрала Достойная супруга. Четвёртый принц, как мне кажется, не особо в восторге.

Циань нахмурилась, а затем фыркнула:

— Пока супруга её поддерживает…

— Рано или поздно ей придётся уйти на покой. — уверенно заявила я. — И тогда именно Хуалинг столкнётся с последствиями… Принцесса без привязанности принца — всё равно что дерево без корней.

Мне грустно говорить об этом… Но такова жизнь в империи Лун. Женщины Небесного города — заложницы власти и чужих амбиций. Их красочные интриги и ядовитые слова — всего лишь способ выживания. Поэты любят сравнивать молодых леди с розами, лотосами, или пионами, но такие цветы очень легко растоптать. Поэтому…

«Уж лучше быть сорняком. Упрямой, невыразительной колючкой, которая прорастёт сквозь любую преграду»

Белый дворец Орхидеи.

Достойная супруга Цао склонилась над вышивкой. Стежок за стежком на белой ткани проступали лотосы и журавли. Она была так сосредоточена, что не обращала внимания на собственного сына, который застыл в дверях.

Четвёртый принц Фэн Цзинь нахмурился, опустив взгляд. Именно в такие моменты его мать казалась самой нежной и грациозной супругой… Но он знал, что за хрупким фасадом скрывается жёсткий характер. Порой это его почти пугало.

— Фэн Цзинь. — она, наконец, оторвалась от вышивки, подняв взгляд на сына. — Что случилось?

— Мама, я… — он на мгновение замолк, собираясь с силами. — Почему я должен жениться именно на Хуалинг Шен?

Достойная супруга медленно поджала губы. Когда имперские врачи предрекли рождение двойни — она была по-настоящему счастлива. В назначенный день на свет появились близнецы: девочка Фань и мальчик Фэн. Супруга любила их одинаково, но однажды чаша весов начала склоняться в пользу дочери.

Фань была энергичной, яркой и умной. А Фэн… Что ж, её сын казался откровенно слабым и ведомым. Он вёл себя так, будто у него совсем нет собственного мнения, и Достойную Цао это расстраивало.

— В чём дело? — равнодушно спросила женщина. — Она тебе не нравится?

— Нет, она…

Фэн Цзинь призадумался. Хуалинг Шен была красивой, но слишком уж «идеальной» во всех отношениях. Он нервничал, когда оставался с ней наедине. Чопорная леди с холодным лицом, она до безумия напоминала его собственную мать… И это сходство не нравилось четвёртому принцу.

— Я знаю, что она любимая дочь министра, но всё же… Вторая леди Шен понравилась моему старшему брату. Он даже хотел сделать её законной женой. Тот факт, что мы ему помешали…

— А ты хочешь уступить Чжень Цзиню? Снова? — супруга нахмурилась, резко откладывая вышивку. — Фэн, ты принц! Твой отец — император. Невозможно вечно всем уступать!

Юноша поспешно опустил взгляд. Казалось, будто слова матери его задели…

— Хуалинг Шен — наилучший выбор. — спокойно проговорила Цао. — Она красива, умна, талантлива… Её отец — министр. Кроме того, её поддерживает клан Пин. Она станет идеальной принцессой.

— Я в этом не сомневаюсь, мама. — Фэн Цзинь вновь нахмурился и, наконец, сдался.

Он уже понял, что мать не позволит ему изменить брак… Значит, так тому и быть.

В тот момент за ширмой колыхнулась ткань, напоминающая край девичьего платья. Хуалинг прижала ладонь к губам, в немой попытке сдержать эмоции.

Достойная супруга легкомысленно улыбнулась. Она специально пригласила юную леди, чтобы та услышала истинные мысли её сына…

«Без поддержки мужа Хуалинг может опираться только на моё влияние. И это наилучший вариант для нас всех… Я научу её быть достойной принцессой. Именно она будет контролировать Фэна в будущем. А там, где власть… Любви быть не может»

Это просто невыносимо… С тех пор, как император даровал указ, поместье Шен превратилось в муравейник! Все куда-то спешат, мельтешат и жутко меня раздражают. Главное желание на сегодня: залезть в тёмный угол и рычать на проходящих мимо. К несчастью, приличные леди так не поступают. Хотя… Кое-кому сейчас даже хуже, чем мне.

Так уж вышло, что женщины Небесного города должны пройти особое обучение. Для этого из дворца присылают наставниц, которые муштруют юных леди, прививая тонкости этикета вплоть до мелочей… Даже звучит страшно!

«Я слышала, что дворцовые правила регулируют абсолютно всё: поворот головы, ровную осанку и даже позу во сне… Боже, им правда заняться нечем?»

Ну, по крайней мере, в знатных кланах нет столь серьёзных требований… Так что Циань придётся несладко. Одна радость: сестрёнка немного успокоилась после нашего разговора.

В тот день она ничего не сказала (только съела все финики и оставила меня ни с чем). Но уже на следующее утро Циань вернула боевой настрой и с новыми силами принялась за дело. Уж не знаю, о чём они шептались с госпожой Фан, но подозреваю… Что гарему третьего принца несдобровать.

— Хотите немного персиков, госпожа? — предложила Сишу, заметив моё взвинченное состояние.

И действительно: я уже полчаса пытаюсь прочесть страницу книги, но не могу осознать сюжет из-за отвлечённых мыслей…

— Откуда взялись персики? — удивилась я.

— Кто-то прислал их старой госпоже… — поколебалась Сишу. — Другие дворы уже получили немного плодов. Значит, и мы можем!

— Тогда сходи к бабушке. А я пока прогуляюсь в саду…

Служанка на мгновение нахмурилась, но кивнула:

— Я быстро, госпожа!

— О, это совсем необязательно.

В таких больших поместьях всегда слишком много людей и поразительно мало личного пространства. Пожалуй, это донимает сильнее всего… Я люблю побродить в одиночестве, но подобное у нас не поощрялось.

По крайней мере, «нелюбимая дочь» может быть (относительно) свободной. А вот дворы Хуалинг и Циань всегда переполнены! Там практически невозможно скрыться от бдительных глаз.

«И некоторые служанки докладывают обо всём бабушке и маме» — я негромко фыркнула. Всё же, иногда полезно быть бесполезной…

Яблоневая ветка едва не хлестнула по волосам, и мне пришлось пригнуться, обходя низкий заборчик на своём пути. Вот и граница сада — дальше начинается тропинка к пруду… Раньше я любила гулять там, но (спасибо, Ксуа) сейчас такого желания нет. С другой же стороны, рядом с водой находилась уединённая беседка, скрытая ивовой листвой.

Я прикинула, что Сишу вернётся нескоро, и решила заглянуть туда. Вот только…

«Что это за звуки? Как будто кто-то плачет…» — я застыла у моста, нерешительно оглядываясь. В голове тотчас возникли жуткие образы озёрных плакальщиц, которые затягивают людей на дно, а затем душат, медленно вытягивая жизнь.

«Спокойно, Юнли… В реальности их не существует» — по моей спине пробежали мурашки, но любопытство пересилило. И я осторожно заглянула в беседку… После чего остолбенела. Ведь там была Хуалинг Шен!

Холодная красавица тихо плакала, закрыв лицо руками. Казалось, будто она отчаянно пыталась сдержать рыдания, но все попытки провалились, перетекая в настоящую истерику.

А я не знала, что делать. Подойти, утешить, или тихонько сбежать…? Но уже через пару секунд под ногой хрустнула предательская ветка. Хуалинг тотчас подняла взгляд, ошеломлённо глядя прямо на меня.

— Ты… — в её хриплом голосе сквозила откровенная неприязнь. — Что, пришла позлорадствовать?

— Нет, я просто…

— Хватит! Я знаю, о чём вы шепчетесь за закрытыми дверьми. — горькая улыбка исказила её губы. — «Ах, эта Хуалинг получит по заслугам»… Принцесса, нелюбимая собственным мужем, которая вынуждена чахнуть среди прекрасных наложниц. Таким ты видишь моё будущее?

Я чуть не поперхнулась, невольно сделав шаг назад. Стыдно признаться, но она попала в точку… Именно об этом мы говорили с Циань.

— Всё не обязательно будет… Так ужасно. — с трудом пробормотала я, опустив взгляд.

— Правда? — Хуалинг усмехнулась, резко качнув головой. — Я так не думаю. Принц действительно меня недолюбливает, а Достойная супруга… Думает только о своём благополучии. Она хочет сделать из меня идеальную жену… Чтобы я проложила Фэн Цзиню путь к власти.

Старшая леди Шен вытерла слёзы и шумно вздохнула:

— А значит, меня ждут бесконечные преодоления в Небесном городе. Без капли любви и понимания… Никто не спросил, хочу ли я этого. Никто. Даже бабушка.

Она казалась такой одинокой и потерянной, будто бы осталась одна в целом мире… И тогда неприятное чувство вины ошпарило мой рассудок. Я ведь никогда не задумывалась о её жизни. Хуалинг была идеальной старшей дочерью, вечно противостояла Циань, и со стороны казалось, будто так и должно быть. Но, на самом деле… Эта бесконечная борьба истощила её сердце и душу.

— Хуалинг…

— Мне не нужна твоя жалость. — хрипло проронила она. — Не нужна… Твоя мать жестокая мегера, а Циань очень на неё похожа. Иронично, что именно они почти выжили меня из семьи Шен.

Я знала, что Хуалинг мне не поверит. Если сказать честно — мы находимся на разных сторонах конфликта, но… Она ведь тоже моя сестра. Мы редко общались, это правда. Но я не желаю ей зла. И не хочу отворачиваться в момент чужой боли.

— Сестра, будущее не стоит на месте. — тихо проговорила, сжав пальцы в кулаки. — Оно постоянно меняется… Кругами по воде расходится, изменяя общую картину. Так и твоя судьба может сложиться иначе. Четвёртый принц… Не испытывает к тебе ненависти. А значит, не всё потеряно.

— Да что ты знаешь! — резко выпалила Хуалинг, стиснув зубы. — Я так похожа на Достойную супругу… Из-за этого она меня и выбрала. Как Фэн Цзинь может полюбить такую жену?

— Но ты не Достойная супруга Цао. Ты другая. — прямо сказала я.

На самом деле, с Хуалинг сложно поспорить. Все мы в глубине души понимали, что это правда… И четвёртый принц (судя по всему) прилично задушен гнётом собственной матери. Если он увидит в леди Шен её черты — между ними никогда не будет мира.

Но прямо сейчас мне хотелось… Вмешаться. Хоть немного направить Хуалинг, если это возможно. Даже если она мне в итоге не поверит.

— Послушай… Его мать не всегда будет вмешиваться в ваш брак. Да, в первое время тебе придётся подчиниться её воле, но надолго ли это продлится? Кроме того… Она не сможет постоянно контролировать ваше общение.

— И что? — Хуалинг устало улыбнулась. — Предлагаешь мне интриговать и лицемерить?

Она поджала губы и в сердцах выдохнула:

— Почему я вообще говорю с дочерью Джи Фан? Это так глупо…

— Ну… — я улыбнулась, осторожно присаживаясь рядом с ней. — Ты знаешь, что я не похожа на мать и сестру. Нам с тобой не за что конкурировать, мой брак давным-давно определён, так что… Обещаю не давать дурных советов.

Хуалинг тихонько фыркнула и отвернулась. Она не говорила этого вслух, но подтекст вполне ясен: ей не нужны мои советы.

— Четвёртый принц подавлен, но упрям. — тихо проронила я, анализируя все слухи о Фэн Цзине. — Он воспитан в строгости супругой Цао и не может сравниться с энергичной принцессой Фань Цзинь. Но… Я думаю, что в глубине души он ранимый человек. Если ты будешь искренне проявлять эмоции рядом с ним — Его Высочество рано или поздно почувствует близость.

— Это не соответствует учениям о женской добродетели. — нахмурилась Хуалинг. — Только наложницы используют эмоции для манипуляций…

— Женская добродетель не сделает тебя счастливой. — прямо сказала я. — Кроме того: тебе не нужны искусственные манипуляции! Просто… Не держи в себе чувства. Если расстроена — покажи ему это! Если счастлива — улыбнись.

Хуалинг воспитана под надзором старой вдовы, и, конечно, ей с юных лет твердили одно и то же: настоящая леди должна быть сдержанной, осторожной, максимально «удобной» для мужа… Но такое поведение загонит её в ловушку, из которой нет выхода. Если я правильно поняла характер четвёртого принца, то он давно пресытился отстранённостью супруги-матери. Так что, пока не поздно… У Хуалинг есть шанс всё исправить.

— Я не верю тебе. — упрямо пробормотала девушка.

— Ну, как знаешь… Это всего лишь мои домыслы. Прислушиваться к ним, или же нет — твой выбор.

Я поднялась, отряхивая платье от пыли, и прошла к выходу из беседки. Сишу, должно быть, уже вернулась…

— Я желаю тебе счастья, старшая сестра. Тебе и остальным девушкам из поместья Шен. Мелкие ссоры не должны повлиять на наши судьбы… По крайней мере, мне хотелось бы в это верить.

Но тогда я ещё не знала, что ждёт нас впереди. Помню только… Как в пруд вдруг упала белая птица, словно дурное знамение о грядущем.

Дворец Звёздного Света.

— … Это все новости Лунцзи, которые мне удалось выяснить, Ваше Величество.

Евнух Гао стоял на коленях, пытаясь сдержать дрожь. Императрица Лиян Цзинь казалась такой хрупкой и неискушённой… В этом году ей исполнилось сорок пять лет, но она всё ещё выглядела удивительно юной. Говорят, император в особенности любил её жизнерадостную улыбку и однажды вручил тридцать редких жемчужин, просто чтобы она улыбалась каждый день.

Несмотря на супруг и наложниц, Его Величество обожал свою жену. Евнух Гао слышал, что двадцать лет назад именно вмешательство Лиян Цзинь вознесло старшего принца к трону. С тех пор все в империи говорили о великодушии и доброте императрицы… Но в Небесном городе считали иначе.

Дворец Звёздного Света был жутким местом. Здесь всегда царила угнетающая атмосфера. Императрица контролировала каждого человека в своих владениях, и любое случайное слово могло оказаться фатальным. Эта женщина с нежной улыбкой… Удивительно легко приговаривала других к смерти.

— О, понимаю… Значит, драгоценные супруги сделали свой выбор. — елейный голос императрицы заставил евнуха содрогнуться.

Гао почувствовал, как капельки пота стекли по вискам… Когда-то он не считал Её Величество Лиян Цзинь такой страшной. А потом она приказала забить до смерти его наставника. От начала и до конца мучительной казни императрица не сводила глаз с окровавленного человека. Кажется, в тот день молодой евнух Гао поседел. И теперь каждый день во дворце Звёздного Света был для него настоящей пыткой…

— Награди этого евнуха. — приказала императрица и равнодушно махнула рукой.

Казалось, будто полученные новости нисколько её не затронули, но, как только Гао отдалился…

— Зажгите благовония. Здесь пахнет страхом… Ненавижу этот запах. — поморщилась Лиян Цзинь.

Служанки быстро исполнили её приказ и покинули зал, подчиняясь нетерпеливому жесту императрицы. Рядом с ней осталась только старая служительница дворца.

— Эта семья Шен… Тяготеет к власти? — плавно усмехнулась Лиян Цзинь, сгребая пальцами гранатовые зёрна.

— Министр Шен амбициозен, но в пределах разумного. — осторожно кивнула мадам Лю.

— Пределы… У каждого свои. — императрица царапнула ногтями зёрна и поморщилась от липкого сока. — Сколько девушек в семье Шен?

— Четыре, Ваше Величество. Первая и вторая леди помолвлены с принцами. Третья дочь пока остаётся без брака, а четвёртая… Тоже помолвлена.

— Хм? — Лиян задумчиво улыбнулась. — С каких пор младшая обгоняет старшую?

— Это… — мадам Лю запнулась и откашлялась. — Третья леди — дочь наложницы. Таким образом, её брак пока что не определён.

— Ах, наложницы… — императрица нахмурилась, постукивая длинными пальцами по подлокотнику. — Досадно. Я бы хотела взять её в Цветник, но там и без того есть незаконные дочери.

Её Величество покачала головой, а затем протянула:

— Четвёртая леди Шен… Дочь второй жены, не так ли?

— Да, госпожа.

— Как она выглядит? И кто её жених?

— Она… — мадам Лю призадумалась.

На недавнем банкете присутствовали все сёстры Шен и она, конечно, смогла разглядеть их. Но интерес императрицы явно не к добру…

— Жениха зовут Лин Вэнь. Наследник небольшой семьи, будущий чиновник. А сама девушка выглядит довольно… Обычной. Она уступает старшим сёстрам. — честно ответила мадам.

— Совсем не красавица? — хмыкнула Лиян Цзинь.

— Миловидная, но отстранённая. Ей будто не хватает очарования. — Лю нахмурилась, вспоминая Юнли Шен. — У неё хорошая фигура, этим она пошла в мать…

— Быть может, стоит добавить младшую Шен к нашему Цветнику? — проронила императрица. — Было бы неплохо… Предупредить всех этих принцев и властных супруг.

— Но она же… Уже помолвлена? — неуверенно уточнила мадам Лю.

— В моей власти разорвать любое соглашение, покуда оно не одобрено Его Величеством. — усмехнулась Лиян. — Таким образом… Младшая леди Шен станет частью Цветника.

Императрица нежно улыбнулась, смахнув гранат на пол. Рубиновые зёрна разметались по мрамору, оставляя алые пятна.

— Юнли Шен может винить только свою честолюбивую семью. Её сёстры войдут в Небесный город, такое счастье для влиятельного клана… Но там, где слишком много радости, должно быть хоть одно горе.

Я оцепенела под пристальным взглядом императорского евнуха. Он прибыл в поместье Шен совсем недавно, чтобы объявить новый указ, но это… Не поддаётся логике и здравому смыслу! Евнух зачем-то хвалил меня, повторял бессмысленные комплименты, и с каждым его словом удавка всё сильнее затягивалась на горле.

— … учитывая все добродетели четвёртой леди Шен, Её Императорское Величество Лиян Цзинь повелевает: драгоценная дочь клана должна прибыть во дворец для участия в цветочном отборе.

«Зачем?! Почему? Здесь какая-то ошибка!» — мне хотелось кричать до хрипоты, но голос затих в гортани, сталкиваясь с неизбежным бессилием. Я не могу оскорбить императрицу… Даже в такой отчаянный момент.

— Мы благодарны Её Величеству за дарованный шанс, однако… Четвёртая дочь уже помолвлена с семьёй Вэнь. — вмешался лорд Шен.

Я не ожидала, что отец попытается возразить евнуху, но, увы… Это бесполезно. С того самого момента, как указ был объявлен во всеуслышание — ловушка захлопнулась, отрезая пути к отступлению.

— Все предыдущие договорённости о браке будут расторгнуты, глубокоуважаемый лорд. — почтительно пояснил евнух. — Таково желание Её Величества… Вашей дочери оказана великая честь.

Я едва не рассмеялась, опустив взгляд в пол. Великая честь? Он и вправду произнёс такие бесстыдные слова!

«Они толкают меня в змеиную яму, прикрываясь высокопарными фразами… Обычное дело для Небесного города»

Лорд Шен натянуто улыбнулся, наградив евнуха за «хорошие» новости. Я слышала их неискренние любезности и утопала в подавляющем отвращении. Этот указ за секунду разрушил мою жизнь, но мне всё равно нужно демонстрировать благодарность. Ради клана, сестёр… Но не ради себя.

Я закрыла глаза, чувствуя усиливающееся головокружение. И, как только евнух покинул главный зал… Моё сознание померкло, проваливаясь в глубокую черноту.

Успокаивающий аромат сандала разливался по комнате, дразня обоняние сладковатыми, древесными нотками. Сишу зажгла палочку благовоний и вздохнула, опустив влажное полотенце мне на лоб.

— Вам лучше, госпожа? — робко спросила она, прикусив нижнюю губу до крови.

Я молчала. Мне не хотелось говорить… Вообще ничего не хотелось. В сознании вязкие мысли перекликались с пугающей неизбежностью.

«Что мне теперь делать? Как быть? Что я… Могу сделать?» — вопросы таяли в дымке благовоний, так и не найдя ответа.

— Госпожа Фан навещала вас несколько раз… И старшие леди тоже приходили. — пробормотала Сишу. — Старая мадам и лорд Шен прислали подарки…

На последних словах она тяжело вздохнула и не удержалась от возгласа:

— Я просто не понимаю, что это за цветочный отбор?! И п-почему все так напуганы?

Я приоткрыла глаза, выдавив горькую усмешку. Такие отборы часто практиковали в Луне до воцарения династии Цзинь. А теперь этот пережиток прошлого вернулся в самый неподходящий момент.

— Раньше… — прошептала я, собираясь с силами. — Благородных девушек забирали из семей, чтобы задобрить вражеских принцев и военачальников. Иногда императоры Луна дарили Цветник другой стороне, чтобы скрепить мирное соглашение… Это считалось знаком высочайшей милости.

— Те девушки… Становились наложницами? — побледнела Сишу.

— В лучшем случае. — вздохнула я. — Если повезёт, то да. А если нет… Они будут прекрасными, но бесправными служанками. Их тела осквернены, их жизни — в руках хозяев…

Я стиснула зубы, пытаясь не разрыдаться. Дыши, Юнли… Просто дыши!

— Но как же… Они же благородные леди! — воскликнула Сишу.

— В этом и заключается вся суть Цветника. Любой может подарить покорных красавиц, но отдать девушек из знатных кланов — серьёзный шаг… Когда они отправляются на отбор, их связи с семьями рвутся навеки. Просто… Благородные трофеи, которые обязаны влачить жалкое существование.

И теперь я — одна из них. Весело? Не очень…

— Но как вы… У вас ведь был жених! Это незаконно! — запричитала Сишу.

— Был. — я грустно улыбнулась. — Но никто не может поспорить с императрицей. Семья Шен получит щедрые откупные за моё присоединение к отбору.

Именно поэтому они смотрят на меня, как на неизлечимо больную. Кому-то, возможно, грустно, но что с того? Никто не может изменить произошедшего… Если я не отправлюсь на отбор — пострадает весь клан. Так что меня непременно принесут в жертву.

— Бессмыслица! — прошептала Сишу, без сил опускаясь на пол. — Всё это так неправильно… Почему Её Величество так поступает?

— Полагаю… Чтобы предупредить моих сестёр? — я грустно усмехнулась.

Хуалинг и Циань отныне повязаны с супругами Небесного города… А императрица воспитывает пятого принца, который слишком юн, чтобы конкурировать с братьями. Но эта властная женщина заранее готовит для него путь к трону.

«Поэтому она решила подавить моих сестёр»

Её намёк более чем очевиден: взбираясь на пьедестал, нужно чем-то (кем-то) пожертвовать… И я стала той самой жертвой поместья Шен. Мило, не правда ли?

Сишу хотела что-то добавить, да не успела. В Яблоневый двор уже пришла Джи Фан.

— Юнли! — воскликнула она, жестом приказывая всем уйти.

Я подняла взгляд и (на мгновение) удивилась. Её глаза были опухшими от слёз, а лицо казалось пепельно-белым… Честно говоря, я давно привыкла к эмоциональным вспышкам матери, но никогда не видела её такой расстроенной. Не думала… Что она будет всерьёз грустить из-за меня.

— Юнли, не всё ещё потеряно. — выдохнула Джи Фан, бессильно опустившись на кровать. — Быть может, есть какой-то способ… Какое-то лекарство! Если ты серьёзно заболеешь, она не посмеет забрать тебя в этот поганый Цветник!

— Мама… — тихо проронила я, затаив дыхание. — Почему ты плачешь?

— Ты моя дочь, глупая! — резко выдохнула Джи Фан. — Хотя я бываю предвзятой, но… Вы обе мои дочери. И то, что произошло с тобой — просто недопустимо!

Я улыбнулась, ощутив непрошенное тепло на сердце. Надо же, а это, оказывается, так приятно…

— Болезнь не поможет, мама. — честно призналась, поджав губы. — Императрица поймёт, что мы пытаемся избежать указа… И отец с бабушкой не позволят нам так поступить.

— Я знаю! Знаю, но… — Джи Фан стиснула зубы. — Это просто несправедливо!

Да, это чертовски несправедливо. Жаль, но у нас нет выхода… И как бы сильно я ни противилась отбору — люди императрицы всё равно заберут меня в ненавистный Цветник.

… В те дни Яблоневый двор обрёл необычайную популярность. Госпожа Фан посещала меня каждый день, но всякий раз расстраивалась. Дары от бабушки и отца стали более практичными: драгоценности и деньги… То немногое, что я могу забрать с собой на отбор.

А ещё ко мне приходили сёстры. В первую очередь, конечно, Циань. Она безудержно разрыдалась, стоило служанкам выйти за дверь… Яркая красавица Шен в тот момент до боли напоминала нашу опечаленную мать.

— Прости, Юнли! Прости… Это всё из-за меня!

Я с трудом подавила волнение и пробормотала:

— Нет, ты не виновата.

Но она лишь заплакала громче. Циань, должно быть, винила себя за чрезмерные амбиции, но…

— Даже если бы ты не станцевала в тот день перед третьим принцем… Императрица всё равно хотела наказать семью Шен.

Немного лжи, немного утешений… Я просто не могу смотреть на её слёзы. Но, по крайней мере: когда утешаешь других, нет времени на жалость к себе.

Так я думала… Пока Яблоневый двор не посетила Хуалинг Шен. Она демонстрировала привычное спокойствие, но в глубине её тёмных глаз застыла густая печаль. Хуалинг присела на софу, сложила ладони вместе и выдохнула:

— Младшая сестра… Не сдавайся! Будь сильной и, возможно, мы сможем тебя спасти. Этот отбор… — она на секунду запнулась, но продолжила. — Они отправят тебя в вольное княжество Шуаньи, прямиком к Кровавому князю Вейяну.

У меня в голове зашумело от странных, смутных воспоминаний… Будто однажды я уже слышала нечто подобное.

— Знаю, сейчас тебе очень страшно. — проронила Хуалинг. — Но прошу: не делай глупостей! Леди на отборах часто становятся брошенными и бесправными, однако мы… Я тебя не брошу. И Циань тоже.

Её слова были непривычно тёплыми и ободряющими. От них моё сердце дрогнуло, едва не пропустив новый поток слёз. Я никогда не думала, что вечно враждующие сёстры в коем-то веке помирятся, но, видимо… Горе и вправду объединяет.

А потом Хуалинг сказала:

— Не сдерживайся, Юнли. Если хочешь заплакать, просто… Сделай это.

Я невольно улыбнулась, но губы мои сразу же задрожали в преддверии истерики.

— В последний раз… Хорошо? — хрипло прошептала, закрыв лицо руками.

И я разрыдалась, больше не сдерживая эмоции. Резко выплеснула все накопленные чувства, чтобы затем собраться с духом. Я знаю — ещё ничего не кончено. И раз уж судьба подготовила для меня такой неприятный сюрприз… Придётся найти способ выкарабкаться, выпутаться и воспарить из пепла. В конце концов, один момент не даёт мне покоя: кем является этот Кровавый князь Вейян?

До отъезда во дворец императрицы осталось не так уж много времени, поэтому (выплакавшись) я попросила сестёр о помощи. Сейчас любая информация будет к месту, а у меня немного возможностей… К счастью, Хуалинг и Циань действительно хороши в этом.

У старшей леди Шен предостаточно слуг и помощников, а вторая сестра постоянно собирает сплетни Лунцзи. Таким образом, через несколько дней мне удалось собрать более-менее полную картину происходящего…

Итак, цветочный отбор. На сей раз императрица выбрала тринадцать девушек из разных семей. Похоже, Её Величество решила подавить кланы учёных и чиновников… Девушек из военных семей там практически не было. Но состав Цветника по-настоящему разнообразный: брали как дочерей наложниц, так и законных леди… Последних, конечно, куда меньше.

«Мне везёт, как утопленнице» — мрачно усмехнулась я.

В целом, почти все избранные девушки не выделялись особыми талантами… Кроме одной.

— Сюнин Тао, я её знаю. — сказала Хуалинг, пролистывая список. — Она довольно красивая… В прошлом году её вышивку похвалила сама императрица. Но Сюнин Тао — дочь наложницы, потому не могла выйти замуж раньше старшей сестры… А теперь уже слишком поздно.

Я задумчиво кивнула, вновь ощутив приступ дежавю. Сюнин Тао… Мы же с ней не знакомы, верно? Тогда откуда взялось это странное чувство?

Цветочный отбор, княжество Шуаньи, дочь наложницы… Когда-то я читала такую историю! В ней было всё: благородный главный герой, злобная императрица, захват власти и долгий путь к трону.

— Сестра! — неожиданно выдохнула я, оглянувшись на Хуалинг. — А как зовут того князя… Кровавого князя?

— Хао Вейян. — чуть слышно отозвалась она.

И вот тогда я осознала самое неприятное: весь этот мир (кажется) повторяет сюжет одной известной книги.

Я смутно помню свою прошлую жизнь. Больничная палата, врачи в белых халатах и планшет в руках — вот и весь мой мир. Кажется, в то время я очень любила читать романы с дворцовыми интригами и приключениями… А ещё мне нравилось смотреть дорамы, сравнивая актёров с оригинальными героями.

Но одна книга запомнилась сильнее всего. Она называлась «Чистый лотос, грязная вода» и чуть позже получила долгожданную экранизацию! Эта история была полностью в моём вкусе: смелая и умная героиня, обаятельный мужчина и харизматичные персонажи на заднем плане… Сюжет пестрел интригами, ссорами и недомолвками, но было в нём и много преодолений. Главной героине пришлось несладко… А звали её Сюнин Тао.

Знаю, это похоже на бред! Но разве бывают в мире такие совпадения? Ведь Сюнин точно так же отправилась на цветочный отбор, а затем и в княжество Шуаньи, где повстречала главного героя! Но, простите, это что же получается? Я — всего лишь персонаж чужой истории?

«Поздравляю, Юнли! Ты окончательно и бесповоротно свихнулась» — промелькнула в голове горькая догадка.

Я шумно вздохнула, пытаясь вспомнить подробности той книги. Ну же! По ней даже дораму сняли, я помню заставку с расцветающим лотосом… Но в голове царила предательская пустота. Лишь отдельные фрагменты всплывают в памяти, но их до обидного мало (не хватит даже на краткое содержание). А ведь от этого, возможно, зависит моё выживание! Я стиснула зубы и в сердцах метнула расшитую подушку на пол.

«Прекрасно, Юнли! Ты на грани помешательства, а ситуация всё хуже и хуже…» — но стоило мне поднять вторую подушку для броска, как в Яблоневый двор ворвалась Циань.

Она едва не сшибла Сишу, быстро ринувшись ко мне:

— Юнли!

И, не успела я толком собраться, а сестра уже затараторила:

— Это возмутительно, просто недопустимо… Наложница Лу — мерзкая лисица! Ну ничего, ей это не сойдёт с рук! Но как папа мог согласиться?

— С чем? — тихо спросила я.

— Ты… Твой брак с Лин Вэнем отдали этой стерве Ксуа! — выпалила Циань.

Я опустила взгляд и невольно усмехнулась. Наложница Лу быстро сориентировалась… Что ж, этого следовало ожидать. Ксуа, должно быть, на седьмом небе от счастья. Лин Вэнь — идеальный жених, и чертовски хороший выбор для третей сестры. Мой отъезд решил все её проблемы в одночасье.

— Не расстраивайся, Юнли. — прошипела Циань. — Я разберусь с этими интриганками! Три шкуры с них спущу.

— Не надо. — мягко попросила я. — Этим ты усложнишь жизнь Лин Вэню, а он и без того… Получил достаточно много плохих новостей.

Я прикусила нижнюю губу, вспоминая последнее письмо от него. Он был очень расстроен, много раз писал, что хочет дождаться моего возвращения, но… Это пустые обещания. Семья Вэнь не позволит ему избежать брака, как ни крути.

— Ты такая мягкосердечная! — надулась Циань.

— Да. — хмыкнула я. — К слову, об этом… Ты можешь присмотреть за моей служанкой? На цветочный отбор нельзя брать даже личных горничных, так что… Прошу, позаботься о Сишу.

Циань дрогнула, обхватив мою ладонь:

— Не беспокойся, сестра! Пока я рядом, никто её не обидит.

Сишу беззвучно плакала. Она стояла у окна, пока из Яблоневого двора (с похоронной неотвратимостью) выносили мои вещи. Я негромко вздохнула, опустив взгляд на безвкусное платье с вышитыми хризантемами. Красивое, но сделано в спешке и совсем мне не идёт. Впрочем, какая разница? Дворец императрицы примет меня в любом случае… Даже если я появлюсь в одном нижнем белье.

— Но почему, госпожа?! Почему вы не сказали мне, что отправляетесь туда в одиночку? — всхлипнула Сишу, гневно утирая слёзы. — Это несправедливо! Я заботилась о вас с детства, так почему же сейчас…

— Таковы правила. — печально проговорила я.

Что мне ещё ответить? Девушки из Цветника больше не являются благородными леди Луна. Их судьбы печальны, их будущее — туманно… Они смогут вернуться только в том случае, если станут наложницами своих господ. Но даже так им вряд ли позволят увидеть семью. Как правило, личная горничная сопровождает леди даже после замужества, но эта ситуация в разы сложнее… И Сишу должна остаться здесь. Возможно, оно и к лучшему — там слишком легко умереть.

— Не плачь. — пробормотала я, со вздохом обнимая Сишу. — Всё будет хорошо, вот увидишь… Я ещё вернусь, и мы вместе посмеёмся над этим.

— Вы врёте! — горестно воскликнула девушка. — Опять меня обманываете…

Я с сожалением улыбнулась, а потом служанка матери жестом попросила меня выйти. У ворот поместья Шен уже стоял экипаж, куда погрузили сундуки с одеждой, шкатулки с драгоценностями и деньгами… Со стороны кажется, будто у меня солидный багаж.

«Но на самом деле все эти вещи будут поддерживать мою жизнь долгие годы. Драгоценности и деньги быстро пойдут в расход… Боже, как страшно!»

Я стиснула зубы и постаралась сохранить достойное выражение лица. Хотя бы на время прощания с родственниками… Лорд Шен сухо пожелал мне удачи (старательно отводя взгляд). Бабушка глубоко вздохнула и проговорила:

— Будь сильной, верь в себя и не сдавайся.

Пожалуй, это самое искреннее её пожелание за долгие годы. Джи Фан стиснула платок в ладонях и (с трудом сдерживая слёзы) выпалила:

— Если у тебя будет возможность отправить нам весточку… Пожалуйста, сделай это! Я люблю тебя, Юнли.

Ну вот, сейчас я и сама расплачусь! Мне тяжело смотреть на неё и вдвойне сложно прощаться с сёстрами… Их напутствия почти не отличались от пожеланий бабушки, но крепкие объятия под конец почти разорвали моё сердце.

Жаль, что брат Лэй не вернулся… Мы с ним немного разминулись и теперь не сможем попрощаться. Зато на проводы явилась наложница Лу с дочерью. Она молчала, пряча улыбку под расшитым платком. Ксуа цеплялась за её платье, очень ненатурально пытаясь изобразить печаль. Боже-боже, кто-то злорадствует? Очень зря. Я, конечно, отомстить не смогу, но вот матушка и сёстры… Ледяной взгляд Джи Фан предвещает огромные проблемы для наложницы Лу в будущем. Но это уже не моё дело.

— Пусть духи предков оберегают тебя на тропах судьбы, ибо она неумолима и непредсказуема, как река, впадающая в море. — проговорила вдова Шен, склонив голову.

Она приложила чётки из агарового древа к губам и прошептала:

— В добрый путь, Юнли.

И я забралась в карету, больше не глядя на семью. Мои плечи дрожали от неконтролируемых чувств, и эта дрожь захватила рассудок… Нужно как-то успокоиться! Пожалуй, сейчас самое время подумать над сюжетом той странной книги.

Сюнин Тао… Как сложилась её судьба в дораме? Я помню расшитые костюмы, привлекательных актёров и красивую природу на фоне. Но вот сам сюжет…

«Всё началось во дворце императрицы. Сюнин отправили на цветочный отбор из-за козней главной жены Тао. Классическая история: госпожа ненавидит дочь наложницы и пытается её извести. Сюнин красива и умна, ни в чём не уступает законной леди семьи, но происхождение тянет её на дно… И вот, она оказывается в числе избранных девушек, которых отправляют в княжество Шуаньи»

Для любой другой красавицы это конец всего, но Сюнин главная героиня… Поэтому её участие в Цветнике приведёт к тому, что однажды она станет новой императрицей Луна.

Значит, у меня тоже есть шанс вернуться? Пока рано радоваться, но если будет хоть малейшая возможность… Я её не упущу.

Дворец Звёздного Света — самое высокое здание в восточной части Небесного Города. Мой экипаж тщательно досмотрели стражи, проверили жетон на въезд и только тогда пропустили за мощные стены запретной территории Лунцзи.

Но сразу после этого мне пришлось выйти наружу. В Небесном городе нельзя разъезжать в каретах, таковы правила… Конечно, здесь есть паланкины, но они предназначены только для императора, императрицы и некоторых принцев. Остальные вынуждены ходить пешком.

Конечно, мне не придётся тащить свои вещи — крепкие слуги уже начали разгрузку экипажа, а рядом с ними стоял дворцовый евнух.

— Леди Шен.

— Господин Гао.

Мы обменялись церемониальными поклонами, и он вежливо повёл меня в обитель императрицы. Её дворец был (если не кривить душой) удивительно прекрасным. Само здание построено из сложного сочетания белого нефрита, лазурно-синего лака и дерева феникса. Крыша, покрытая глазурованной тёмной плиткой, мерцала, будто её усыпали звёздами. Изогнутые карнизы, украшенные драконами и журавлями; колонны с изысканной резьбой… Всё здесь подчёркивало высочайший статус императрицы, её утончённость и благородство.

Но я ощущала могильный холод, исходящий от каждого закоулка дворца. В таком прекрасном месте царила удушающая тишина, даже слуги не издавали ни единого звука… Это действительно пугает.

— Леди Шен. — чуть слышно произнёс евнух, замедлив шаг. — Я очень прошу вас быть осмотрительной и послушной.

Он сказал лишь это и ускорился, не дожидаясь ответа. Но я прекрасно поняла смысл его слов… Евнух предупредил о том, что с императрицей шутки плохи. Что ж, учтём.

Я поспешно проследовала за ним в зал, где уже сидели красавицы в дорогих платьях. И тогда Гао провозгласил:

— Госпожа Юнли Шен прибыла! Пожалуйста, соблюдайте тишину.

После этих слов он удалился, оставив меня под прицелом колких взглядов. Тринадцать девушек Цветника… Теперь мы собрались вместе и готовы служить императрице. Я встала в тени колонны и призадумалась, пытаясь разглядеть ту самую Сюнин Тао. Хм, как же она выглядит?

Автор «Чистого лотоса» описывал её как девушку несравненной красоты, чьи локоны «белее снега и ярче луны». Стоит сказать, что это большая редкость для нашей страны. И… Похоже, здесь нет такой леди.

«Я ошиблась и это вовсе не сюжет книги?» — приятное чувство облегчения вспыхнуло в сознании и тотчас погасло. Всё потому, что я вспомнила ещё один факт… Сюнин Тао скрывала свои жемчужные волосы, перекрашивая их в тёмный цвет. Она не хотела привлекать излишнее внимание и боялась, что её заберут в гарем влиятельного человека из-за столь редкого оттенка. Клан Тао знал об этом секрете, но хранил молчание. В конце концов, главная жена не хотела, чтобы Сюнин демонстрировала свою красоту…

Но я не смогла ещё раз присмотреться к девушкам. В тот момент резные двери распахнулись, впуская служанку второго ранга.

— Для нас большая честь приветствовать достопочтенных леди на цветочном отборе! Её Императорское Величество ожидает вас в зале Удачи. — проговорила она, одарив нас кроткой улыбкой. — Прошу, проходите по очереди.

Что? Её последние слова прозвучали несколько… Странно. Как правило, девушки должны соблюдать традиции старшинства и знатности рода, но прямо сейчас служанка будто дала нам право зайти в произвольном порядке.

«Это проверка!» — осенило меня. Те, кто не знают своего места — лакомый кусочек для императрицы. Их куда проще использовать, ведь так?

И действительно: некоторые девушки убыстрили шаг, явно желая поскорее встретиться с хозяйкой дворца. Я же потупила взор, кое-как пристроившись ближе к концу очереди. Не хочу рисковать понапрасну…

Между тем, зал Удачи оказался удивительным местом. Светлый, проветриваемый со стороны широкой террасы и с очаровательным прудом по центру. Там плескались драгоценные рыбки кои, подчёркивая общую «атмосферу удачи». Императрица сидела на изысканном троне, а прислужники размахивали опахалами, подавая ей спелые ягоды. На улице цвели плодовые деревья и расхаживали белые павлины.

Я невольно сглотнула, поражённая увиденным. Это и есть самая благородная женщина Небесного города, мать нации и правительница Луна. Первая мысль: императрица выглядит такой хрупкой и красивой! А вторая…

«Именно эта женщина разрушила мою жизнь, устроив цветочный отбор»

Но не только я была поражена увиденным. Другие девушки также замерли, склонившись перед нею.

— Сегодня столь очаровательные цветы украсили мой дворец. — улыбнулась Лиян Цзинь, подперев подбородок ладонью. — Все такие красивые и достойные… Мне приятно смотреть на вас.

Слова императрицы были тёплыми и журчащими, но смысл, скрытый за ними, лёг могильной плитой на мои плечи. Она нас даже за людей не считает… До чего милая стерва.

— Кто из вас первой переступила порог зала Удачи? — нежно спросила императрица.

— Ваше Величество, это… Это была я.

Красавица с ярким макияжем выступила вперёд, склонив голову. Но, даже несмотря на показное смирение, она вела себя крайне вызывающе… Впрочем, императрица не заострила на этом внимание:

— Как тебя зовут?

— Бай Джу…

— Вторая дочь хозяина Драгоценного павильона. — быстро пояснила ближайшая служанка.

— О, я помню. — императрица рассмеялась, склонив голову набок. — Ты очень смелая, Бай Джу… Мне это нравится.

Скажу честно: в тот момент по моей спине пробежали мурашки. Симпатия этой женщины — сомнительный подарок… Но глупенькая Бай Джу сама залезла в ловушку.

Конечно, я знаю Драгоценный павильон. Его также называют «домом золота»… Родители этой девушки — богатые торговцы, которые лишь недавно (номинально) присоединились к аристократии Лунцзи. В их случае: денег много, родовитости почти нет. Возможно, по этой причине девушка Бай так плохо чувствует атмосферу.

Вот и сейчас она радостно просияла и гордо вскинула подбородок. После неё остальных также заставили представиться. Я мысленно отмечала наиболее интересных девушек, пока очередь не дошла до меня…

— Юнли Шен. — шаг вперёд, поклон.

— Четвёртая дочь министра юстиций.

Кто-то за спиной вздохнул. Да, если так подумать… Моя семья одна из самых родовитых в Цветнике. Рада ли я этому? Вовсе нет!

— Твои сёстры скоро войдут в Небесный город… — протянула императрица, прикрыв глаза. — Большая удача, не так ли?

И вновь жгучий страх прострелил лопатки. Я опустила подбородок и несмело кивнула, лишь бы не смотреть ей в глаза. Ласковый голос императрицы растекался по телу змеиным ядом, местами прожигая кровь. Эта женщина совершенно беспощадна, и провоцировать её не стоит… Даже если внутренности кипят от гнева. Я сделала шаг назад и как раз в тот момент услышала новое приветствие.

— Сюнин Тао.

— Вторая дочь главы цензората.

Я затаила дыхание, внимательно слушая бесстрастный голос леди Тао. Так значит, она — дочь главного цензора? Любопытно… С точки зрения иерархии её отца нельзя назвать высокопоставленным чиновником, но цензоры всегда занимали особое место в придворном суде. Именно они объявляли импичмент лордам и яростно поддерживали императора.

«И теперь дочь главного цензора оказалась здесь… Это похоже на заговор. Госпожа поместья Тао очень постаралась»

— Чудесно. — одними губами проронила Лиян Цзинь, равнодушно махнув рукой. — Отныне вы гостьи в моём дворце… Надеюсь, ваше пребывание здесь будет приятным и мирным.

Императрица посмотрела на служанку, и та тотчас заулыбалась:

— Прошу вас, леди! Я покажу ваши комнаты…

Мы по очереди направились за ней, напоследок поклонившись прекрасной Лиян Цзинь. Но за закрытыми дверьми зала Удачи ещё долго не смолкали беседы…

Мадам Лю невольно сжалась, когда фарфоровая миска раскололась у её ног. Острый осколок попал в воду, порезав чешую кои.

— Как раздражает. — холодно процедила Лиян Цзинь. — Эти маленькие лисицы из Цветника… Такие жалкие и бесполезные.

Мадам Лю промолчала. Она служила при дворце вот уже сорок лет и многое повидала. Даже разочек была замужем — но муж и дети интересовали её куда меньше, чем почёт в Небесном городе. Лю с самого начала заметила острый ум кронпринцессы и активно её поддерживала. В итоге всё сложилось наилучшим образом: Лиян Цзинь стала императрицей и отплатила своей благодетельнице. Но иногда мадам замечала в её глазах оттенок густого безумия… То, что невозможно скрыть, как бы не хотелось.

— Думаешь, они бы понравились императору? — усмехнулась Лиян Цзинь, сузив глаза.

— Нет, императрица. — мадам Лю быстро опустилась на колени. — Его Величество верен лишь вам!

— Да, верен… Но он всё равно заводит этих распутных тварей и дарит им дворцы. — она скривила губы, постукивая пальцами по подлокотнику кресла.

Мадам промолчала. Что она могла сказать? У императрицы было всё: лучший дворец, власть и бесконечная любовь императора. Ей недоставало только…

— Эти девушки… Такие разные. Как считаешь, кто из них подойдёт? — проронила Лиян Цзинь. — Например, Бай Джу.

— Глупа. Надменна. Вспыльчива. — быстро перечислила мадам Лю. — Неплохой вариант, но она неустойчивая.

— Юнли… Шен?

— Почти нет очарования. Слишком тихая и скромная. Не думаю, что она долго проживёт там…

— Соглашусь. А эта… Сюнин Тао?

Мадам Лю на секунду призадумалась, а затем призналась:

— Сложно сказать. Она такая скрытная… Но не лишена амбиций.

— С амбициозными людьми всегда проще договориться. — улыбнулась императрица. — Что ж, в таком случае… Начнём с Бай Джу, а дальше время покажет.

Она положила ладонь на свою тонкую талию и улыбнулась ещё мягче:

— Отправь им тарелку с фруктами.

— Вы о тех самых…? — мадам Лю сглотнула.

— Конечно. Поторопись.

Светало. За окном пели птицы, а я накрыла голову подушкой, едва не шипя от раздражения. Этот Звёздный дворец был интересным местом… Комнаты роскошные, но маленькие. Служанки старательные, но отчуждённые. Их холодные глаза пристально следили за Цветником… Уверена, что они обо всём докладывают императрице.

Но сейчас меня волнуют тонкие стены! Чёрт, в Яблоневом дворе поутру тоже слышно пение птиц, однако это уже перебор. Я с сожалением откинула подушку, искренне скучая по Сишу. У неё есть специальная трещотка для отпугивания животных… Она всегда заботилась о моём благополучии.

«И я бы не хотела тащить её на дно» — тяжёлый вздох сорвался с губ. Княжество Шуаньи… Довольно жуткое место. Скоро мы отправимся на его территорию, и тогда начнётся основной сюжет книги.

Я призадумалась, вспоминая некоторые детали. Сюнин Тао точно вернётся в Лун, но вот что случится с остальными девушками? Кажется… Некоторые сговорились с императрицей и попытались убить князя. Все они впоследствии погибли (что неудивительно).

Одни соперничали с героиней (и проиграли), другие стали дарованными наложницами… Нет, серьёзно, хоть кто-то ещё вернулся? И тут меня осенило.

Леди Шен… Господи, там же была такая героиня! Я её почти не помню, потому что она появлялась на заднем фоне, почти без реплик. Очень тихая, испуганная девушка из знатного клана… Кажется, она единственная вернулась в Лун вместе с Сюнин Тао.

«Та Юнли была робкой. Она никому не желала зла и оттого выжила» — впервые за долгое время я вздохнула с облегчением. Боже, прямо-таки свет в конце тоннеля! Значит, мне всего лишь нужно пережить это непростое время, а затем вернуться в Лун.

И тут моя улыбка застыла. Если так подумать… Я смутно припоминаю мятеж и борьбу за власть. Сюнин не просто вернулась — она приехала в Лунцзи вместе с войсками Кровавого Вейяна. И даже если представить, что лично мне опасность не грозит…

«Что насчёт Хуалинг и Циань? Они ведь связаны с принцами! Значит ли это, что при государственном перевороте мою семью просто… Убьют?» — холодные мурашки ошпарили спину, оседая дурным предчувствием.

Так, ладно… Пока рано об этом думать. Мне нужно вспомнить все подробности и только потом делать выводы! Надеюсь, ничего плохого не случится…

В коридоре послышались шаги. Дворцовая служанка пришла проверить, не сплю ли я? Ну, думаю, нет смысла скрывать очевидное. Начался новый день в этом роскошном Аду.

Бай Джу задела меня плечом, прежде чем войти в трапезную. Её неприязнь была нацелена примерно на… всех? Гордая леди отчаянно демонстрировала своё превосходство. Кто-то ей подыгрывал, а кто-то (как Сюнин) предпочитал держаться в стороне. Мне же просто хотелось фыркнуть от этих детских ужимок… Серьёзно, нам же не по десять лет!

Но я сдержалась, надеясь на вкусный завтрак. Служанки очень быстро подали лёгкие закуски, а затем поставили на стол тарелку с экзотическими фруктами. В тот момент даже у меня едва слюнки не потекли — такие плоды большая редкость для Луна, но…

— Это особый дар от Её Императорского Величества.

И тут я потеряла аппетит. Кажется, в оригинальной книге что-то такое было… В эти фрукты добавили растительный порошок, который вызывает серьёзные боли в желудке. Императрица не хочет травить нас по-настоящему, это всего лишь ловушка, чтобы спровоцировать некоторых девушек. Что ж… Я неожиданно вспомнила, что у меня аллергия на фрукты. Какая жалость.

Бай Джу ревностно оглядела подарок и вдруг подвинула тарелку ближе.

— Что ты делаешь? Это для всех! — тихо возмутилась другая девушка.

— Разве? Мне казалось, что особый дар предназначен лишь тем, кто отмечены милостью Её Величества. — гордо заявила Бай Джу. — Но не волнуйтесь, я поделюсь с вами… Когда наемся.

В тот момент даже Сюнин Тао закатила глаза, молча приступив к завтраку. Я последовала её примеру и мысленно хмыкнула:

«Бай Джу — настоящий талант! Выбесила героиню менее чем за сутки…»

Некоторые девушки всё ещё пытались с ней спорить, но ругань прервало многозначительное покашливание служанки. После этого Бай Джу начала демонстративно есть фрукты. Она отставила тарелку только тогда, когда осталось меньше половины.

Честно говоря, это очень унизительно. В богатых семьях объедки отдают слугам, так что… Бай Джу, по сути, приравняла нас к ним. Но, с другой стороны — дар императрицы нужно было доесть. Поэтому наиболее смелые девушки быстро разобрали оставшиеся фрукты, прожигая соперницу недобрыми взглядами. Боюсь представить, сколько ссор и интриг ждут нас впереди…

После завтрака служанки вновь развели всех по комнатам, не позволяя общаться. А спустя пару часов я услышала крики Бай Джу. Звукоизоляция здесь и впрямь неважная… Я обняла колени, прислонившись спиной к стене. По коридору бегали служанки, кто-то звал лекаря… Чувствую, сегодня у всех будет бессонная ночь.

Так или иначе, последующие часы были крайне тревожными. Симптомы отравления проявились и у других девушек, потому к обеду ряды Цветника значительно поредели. Мы ели в молчании, боясь проронить хоть слово.

«Приятная атмосфера, ничего не скажешь…» — я мрачно усмехнулась и впервые за долгое время пожелала скорее отправиться в княжество Шуаньи.

Спустя несколько дней.

Горьковатый аромат лекарств пропитал комнату, смешавшись с тонким дымом благовоний. Бай Джу лежала на кровати, беспомощно раскинув руки. Её желудок сжимался от резких спазмов, а с пересохших губ то и дело срывались болезненные стоны.

Приглашённый доктор заставил её выпить целую миску лекарства, и теперь Бай Джу тошнило. К счастью, за ней присматривала дворцовая горничная, которая исправно заботилась о несчастной леди Джу.

— Почему мне так плохо? — хрипло спросила девушка, приподнимаясь на локтях.

— Мне не положено говорить об этом. — смущённо ответила служанка.

Бай Джу стиснула зубы, а затем достала серебряный слиток, опустив его на стол:

— Ну же, скажи мне! Почему другие не отравились?

— Я… — служанка нервно огляделась и понизила голос. — Некоторым леди также стало плохо, но не всем. Я слышала — проблема во фруктах. Кто-то подсыпал в них нехорошее лекарство.

— Но они же…

— Разумеется, Её Величество провела расследование… — благостно улыбнулась прислужница. — Ведь она очень ценит леди Джу.

— И что в итоге…?

— Это вина избранниц Цветника. Одна из них решилась на подлость. — вздохнула служанка. — Но это всего лишь небольшое отравление… По такой причине нельзя отменить отбор.

Бай Джу нахмурилась, стиснув пальцы в кулаки:

— Кто посмел?!

— Я не знаю. И никто не знает. — горничная чуть поколебалась и добавила. — Думаю, их беспокоит красота леди Джу… Они боятся, что вы покорите князя Вейяна с первого взгляда. Потому и устроили это подлое отравление.

Бай Джу едва не зашипела от гнева, мысленно перебирая лица всех соперниц. Кто хотел ей навредить? Та, которая возмущалась из-за фруктов? Высокомерная Тао? Или, быть может, серая мышь Шен?

Служанка скривила губы в мимолётной улыбке и протянула:

— Поправляйтесь, леди Джу. Доброй вам ночи.

После этого она выскользнула за дверь, быстро преодолевая лабиринт дворцовых переходов. Но улыбка растаяла на её губах, когда служанка опустилась на колени посреди роскошного зала. Там, где отдыхала великая императрица Цзинь.

— Ваше Величество, я постаралась убедить её. — быстро заговорила прислужница, опустив взгляд в пол. — Леди Джу, судя по всему, поверила…

— А остальные? — плавно уточнила Лиян Цзинь.

— Те, кто отравились фруктами — обижены и злы. Я думаю… Они согласятся на любое сотрудничество.

Мадам Лю негромко вздохнула, потупив взор. Императрица хотела заранее расколоть Цветник, посеять в них недоверие и вражду… Эти девушки красивы и умны, но они не привыкли к опасностям. Протекция Её Величества кажется нерушимой защитой от интриг соперниц, а значит… Они с большей охотой согласятся на условия Звёздного дворца. И заплатят за это великую цену.

— Хорошо. — беспечно улыбнулась императрица. — Кого угодно можно принудить силой, но добровольный выбор куда ценнее…

Она задумчиво взмахнула рукой, велев всем слугам покинуть зал. В тот же миг евнух Гао протянул ей письмо, присланное с далёких земель княжества Шуаньи.

Лиян Цзинь быстро раскрыла свиток, пробежавшись глазами по написанным строкам.

— … Сукин сын! — прошипела императрица, на секунду сжав в ладони тонкую бумагу. — Он смеет быть таким пренебрежительным и наглым?!

— Ваше Величество! — мадам Лю поспешно упала на колени рядом с евнухом. — Прошу вас, не гневайтесь!

— Отчего же? Этот ненавистный мальчишка… Я должна была удавить его раньше! Моя ошибка привела к возвышению княжества… — она бессильно качнула головой, массируя виски. — Сучёныш… Я думала, что он погибнет на передовой, как и его бесполезные братья. Но в итоге он жив и смеет глумиться надо мной!

— Это пустые провокации… — пробормотала мадам Лю. — Он столь же высокомерен, как и его предки.

Лиян Цзинь надменно поджала губы. Те люди давным-давно мертвы, родословная мятежного клана почти прервалась. Остались лишь они — отщепенцы Шуаньи, коих давно пора уничтожить.

— Да, разумеется… — чуть слышно проронила императрица, восстановив самообладание. — Что ж, по крайней мере, он ответил.

Она хищно улыбнулась, бросив письмо на пол.

— Князь готов принять в дар женщин Цветника.

Мадам Лу вздрогнула, подняв взгляд на императрицу:

— Он правда согласился? Это… Неожиданно.

— Хао Вейян достаточно умён для того, чтобы просчитать последствия. — скривилась Лиян Цзинь. — Он знает, что по столице уже поползли дурные слухи… Благородные кланы на поверхности спокойны, но в глубине кипят от раздражения. Если бы князь отказался — мы бы просто убили этих девушек, вызвав ещё больше ненависти.

— Но… — мадам поколебалась. — Разве они не возненавидят… И вас тоже?

— О, я всего лишь несчастная женщина, которая бессильна перед варварской силой Шуаньи. — усмехнулась императрица. — Я отчаянно пытаюсь задобрить злодея ради процветания Луна… Как можно меня ненавидеть?

Лю медленно склонила голову, признавая правоту великой Цзинь. Кто бы заподозрил эту женщину в ядовитом сердце? Даже император безоговорочно доверял ей… Благородные кланы, возможно, будут роптать, но они просто не могут направить свою злость в сторону Небесного города. Зато княжество — удобная мишень для всех и каждого.

Хао Вейян забрал их дочерей. Хао Вейян их погубит. Вот и вся правда для тех, кто жаждут отмщения.

— Когда мы отправим Цветник? — чуть слышно спросила мадам Лю.

— Через два дня. Нельзя медлить… Чем быстрее эти ядовитые цветы оплетут сердце Кровавого князя — тем лучше.

Наша процессия напоминала похоронное шествие. Только вместо катафалка — крепкие тёмные экипажи, которые так сильно отличались от изящных карет Лунцзи. Ранним утром слуги начали выносить сундуки, и грузить их в специальные отсеки… Уже тогда я поняла: нас ждёт весёлая поездочка.

Если судить по картам, путь до западной границы долог… Наше путешествие продлится месяц, а то и дольше. Я тоскливо вздохнула, предвкушая все «прелести», ждущие нас впереди.

Девушек Цветника распределили по четырём каретам, и мне (по крайней мере) повезло оказаться в той, где всего три человека. Не хотелось бы делить место с Бай Джу… Она до сих пор не оправилась от отравления, и (что ещё хуже) прилично озлобилась. Полагаю, что императрица уже промыла ей мозги, или вроде того… Впрочем, многие девушки подверглись её влиянию. И только моя персона по-прежнему никого не интересует. Даже немного обидно… Я кажусь такой слабой? Ну, ладно, пусть будет так.

— Давай поменяемся местами. — проговорила Сюнин Тао, обращаясь к моей соседке по карете.

— Зачем? — нахмурилась та.

— Просто так. — героиня чуть улыбнулась, протянув ей свёрток с выпечкой. — Пойдёт?

И, когда девушка (нехотя) уступила, пришла моя очередь спрашивать:

— Почему ты вдруг…?

— В этой карете спокойные соседки. — утомлённо вздохнула Сюнин Тао. — Я не выдержу целый месяц с теми девушками…

Оу, в этом есть логика. Похоже, героиня заботится о своём комфорте… Не могу её осуждать.

— Ты против? — прямо спросила она, и я быстро покачала головой.

Вполне возможно, что сейчас рядом с ней — самое безопасное место. И вот, когда наши вещи полностью загрузили, начался утомительный путь в Шуаньи.

Нас сопровождали наёмники из специального охранного агентства Лунцзи. Императрица не поскупилась на дорогостоящих телохранителей, вот только (как я поняла) они проводят нас лишь до западной границы… А дальше Цветник перейдёт в руки Хао Вейяна.

Я тяжело вздохнула, прикрыв глаза. Карету не назовёшь слишком комфортной, но то, что ждёт нас впереди — в разы хуже. Это вольное княжество было крайне… Неспокойным местом.

Западные границы Луна находились в самом опасном положении. Именно там протянулась чёрная пустыня с острозубыми скалами, где скрывались бандиты и разбойники. Ещё дальше расположились воинственные степняки, которые то и дело осаждали границы.

Таким образом, те земли всегда считались горячей точкой империи. Туда отправляли осуждённые кланы, дабы они «искупили» свою вину. Конечно, под искуплением подразумевалась смерть на поле боя. Но шесть лет назад всё изменилось.

Хао Вейян, который (по слухам) провёл много лет на передовой, вдруг подчинил огромные нейтральные территории, простирающиеся от границы. Он очистил чёрную пустыню и перебил почти все степные племена, обитающие в том регионе.

Как выяснилось, император Цзинь даже не представлял, насколько большую армию смог собрать этот человек… После официальных требований присвоить землям статус вольного княжества, Лун (с большой неохотой) согласился. В тот момент империя не могла справиться с неожиданной силой Вейяна, и Яней Цзинь пошёл на уступки, даровав захватчику официальный титул и нарекая княжество гордым именем «Шуаньи».

И сейчас его положение было крайне… Неопределённым. С одной стороны, князь Вейян платил (весьма скромную) дань Луну. С другой же — те земли не были официально включены в империю и имели более чем свободный статус. За всё это время Хао Вейян ни разу не приехал в Лунцзи, продолжая укреплять и расширять границы своей территории…

И теперь мы должны отправиться в столь недружелюбное место.

Я засунула сахарный леденец под язык и (безрадостно) вздохнула. Впервые за долгое время мне хочется пожаловаться на этот несовершенный мир. Как жаль, что здесь нет машин, самолётов и прочих удобств, которые спасают от дорожных мучений!

Откровенно говоря: эти кареты жутко неудобные. В пути нас сопровождала тряска, а ещё дребезжание колёс и невыносимая духота. Если учесть тот факт, что мы проводили в экипажах десять часов каждый день… Удовольствие было очень сомнительным.

Конечно, больше всех не повезло Бай Джу. Её симптомы отравления до конца не прошли и, в общем-то… Через три дня девушка напоминала восставшего мертвеца: бледная, несчастная, с синяками под глазами. Впрочем, ещё через неделю все мы выглядели точно так же.

Но, по крайней мере, командир Дзин (глава отряда наёмников) позволил нам ночевать на постоялых дворах и не экономил на пропитании. Хотя (если сказать честно) я немного побаивалась тех мест. Вшей и клопов никто не отменял, верно? Но (пока что) неприятных инцидентов не было… И слава богам.

Изредка мы останавливались в небольших деревушках, где местные жители любезно освобождали свои дома для ночлега (разумеется, не бесплатно). Такие моменты нравились мне куда больше, потому что пахло там приятней, чем на постоялых дворах. Да и еда вкуснее…

Если же говорить о «сёстрах по несчастью», то мне и впрямь повезло с соседками. Сюнин Тао была спокойной и редко разговаривала, вторая девушка также не доставляла проблем. Это резко контрастировало с другими каретами, где то и дело вспыхивали ссоры.

Иногда я почти сочувствовала командиру, который вынужден вмешиваться в эти скандалы. У него на лице застыла прямо-таки вселенская скорбь… Видимо, иногда проще сражаться на войне, чем разбираться с проблемами капризных леди.

Единственная хорошая новость заключалась в том, что нам (относительно) повезло с погодой. Холода в этом году задерживались, проливные дожди и промозглые ветра почти не донимали во время путешествия, и как выразился командир Дзин:

— Боги нас оберегают.

Сначала я думала, что он говорит только о погоде, но чуть позже выяснилось, что не всё так просто…

— Разбойники, ядовитые змеи, нашествие паразитов и многое другое. — проговорил командир, раздражённо качнув головой. — Подобные поездки редко обходятся без проблем, так что нам повезло.

В тот момент я нервно икнула, и (на всякий случай) тоже помолилась местным богам. Надеюсь, нас хранит всемогущий сюжет… Очень на то надеюсь!

Но, в любом случае, под конец невероятно тяжёлого месяца мы приблизились к границам княжества Шуаньи. На пути встречалось всё меньше населённых пунктов (пару раз пришлось ночевать прямо в каретах, разбив лагерь в безопасном месте). Я вся чесалась от укусов комаров и, увы — даже местные благовония не спасали от кровососущих тварей. К счастью, вскоре похолодало и насекомых стало в разы меньше…

— Мы приехали? Наконец-то!

Первое, что я услышала после остановки — сварливый голос Бай Джу. Она быстро высунулась из кареты, ещё до того, как командир Дзин договорился о ночлеге. Впрочем, в этот раз всем хотелось поскорее выйти из душных экипажей. На улице пахло дождём, влажный туман опускался с гор. Мы остановились в небольшой деревушке, где есть всего одна маленькая гостиница, но (в качестве бонуса) местные обустроили горячие источники. И, поверьте, это взволновало всех и каждого…

— Я пойду на источники! Но не вздумайте идти со мной. Не хочу никого из вас видеть. — хмыкнула Бай Джу, высокомерно вздёрнув подбородок. — Эй, слуги, ведите меня к купальням!

В тот момент даже я вознаградила Бай Джу раздражённым взглядом. Боже, она будто специально нарывается! Несносная…

Дело в том, что среди девушек Цветника именно Бай Джу чаще всех принимала ванны. Она сорила деньгами, требуя принести ей горячую воду и ароматные масла… Конечно, никто не мешал нам последовать её примеру, но есть одна загвоздка. Эти деньги могут очень пригодиться в княжестве Шуаньи. На самом деле, только они и у нас и остались. Ничто другое не обеспечит хоть какую-то стабильность среди чужаков…

По этой причине многие (здравомыслящие) леди предпочли экономить, и принимали ванны не так уж и часто… Конечно, все мы обтирались перед сном влажными тряпками и таким образом поддерживали чистоту. Но источники, это совсем другое дело!

Честно говоря, я хотела посоперничать с Бай Джу за «право первой ванны», но быстро отказалась от этой мысли. Она же снова начнёт голосить и придираться… А это вдвойне утомляет в дороге. Её соседки по экипажу выглядят особенно измождёнными.

Я тяжело вздохнула и направилась в гостиницу. Нас разместили на третьем этаже, в крохотных комнатушках. Постели влажные, слабый запах плесени витает в воздухе… Не лучший вариант, но для одной ночи сойдёт.

— Ладно, как-нибудь продержимся… — пробормотала я, прихлопнув жужелицу.

К таким условиям нелегко привыкнуть и (держу пари) через десять минут девушки начнут возмущаться. Знаете, я вовсе не виню их. Стоит учесть тот факт, что все мы были изнеженными леди в богатых домах… Нас обслуживали, нам угождали. Лучшие украшения, наряды и деликатесы — это ли не прекрасная жизнь? Раньше у нас была одна забота: как бы поудачней выйти замуж, а сейчас… Сейчас правила кардинально поменялись. Любой бы отчаялся.

Мне, наверное, повезло — воспоминания о прошлой жизни снизили градус напряжения. В прежнем мире такую гостиницу можно было назвать «ретро экзотикой», и некоторые люди сознательно отказывались от удобств ради чего-то подобного…

«Странные» — невольно улыбнулась я, поймав дуновение холодного ветра из окна. За дверью послышались первые споры. Может, кто-то нашёл в постели жука? Я чуть нахмурилась и осторожно выглянула в коридор, чтобы разведать обстановку.

— Эта Бай Джу действительно велела закрыть двери в купальне! Вот же мерзкая, мстительная…!

— Мы… Мы искупаемся позже. После неё, хорошо?

— Да, но как она смеет?! Ведёт себя так, будто все мы вшивые нищенки!

Я сразу узнала голос Чжо Яо — извечной соперницы Бай Джу. Изначально эти девушки не враждовали, но всё изменилось, когда они стали соседками по карете… В общем-то, скандалы были настолько громкими, что командир расселил их по разным экипажам. В тот момент все вздохнули свободно.

Я покачала головой и столкнулась взглядом с Сюнин Тао.

— О… Мы снова соседи?

Она величественно кивнула. В обычное время длинная чёлка почти полностью скрывала её черты, но изредка Сюнин закалывала волосы, обнажая на редкость очаровательное личико. Её тёмно-зелёные глаза напоминали изумительно чистый нефрит. Да уж, такая девушка достойна звания главной героини… Но мне до сих пор неловко от этой мысли. Знаете, не очень весело быть второстепенным персонажем! Сразу возникает чувство, будто ты ни на что не способна повлиять…

— Юнли? — судя по всему, Сюнин задала вопрос, но я его благополучно пропустила.

— А? Прости, я задумалась…

— Ты пойдёшь в купальни? — повторила она.

— Бай Джу уже закончила? — вырвался у меня самый очевидный вопрос.

Зная характер этой девушки, она специально задержится как можно дольше… Чтобы к концу вечера её возненавидели вообще все.

— Нет. — леди Тао улыбнулась. — Но я спросила у местных, и это не единственный горячий источник в округе. Ещё один находится у горного храма Линцюань… Он очень близко. Если идти по горной тропинке — доберёмся за пятнадцать минут.

Я чуть нахмурилась и уточнила (понизив голос):

— А командир… Командир Дзин не против?

— Не думаю, что он нам откажет… Княжество Шуаньи совсем близко, его работа вот-вот подойдёт к концу. И в этой местности никто не слышал о разбойниках.

«Это звучит немного… Ненадёжно?»

Даже если нас не ограбят, выходить за пределы гостиницы попросту опасно!

— Если не хочешь — так и скажи. Я позвала тебя только по одной причине: не хочу идти в одиночку.

Я нервно улыбнулась и, наконец, кивнула:

— Ладно… Тогда пойдём к командиру.

Скорее всего, это плохая идея. Но она — главная героиня! Мне в любом случае не стоит портить с ней отношения… И, возможно, командир Дзин не захочет отпустить нас (очень на то надеюсь).

— Источник у храма? Да, вы можете туда пойти. — кивнул мужчина, разбив все мои хрупкие надежды. — Но с сопровождающими.

— Как будет угодно. Однако мужчины не должны приближаться к источнику, пока мы купаемся. — хладнокровно заявила Сюнин Тао.

Я нервно улыбнулась. Если честно, защита нам не повредит. Горы — место опасное… Здесь водятся змеи, шакалы и дикие кабаны. Последние, к слову, представляют серьёзную угрозу! Клыки вепря с лёгкостью могут убить человека. Даже бывалые охотники осторожничают с ними, что уж говорить о нас.

Конечно, я не думаю, что вся живность соберётся у храма, чтобы встретить двух богатых леди… Но волнение всё равно присутствует. К счастью, командир Дзин отправил обученных охранников, которые были столь любезны, что помогли донести вещи до источника.

Прогулка была недолгой, и в какой-то момент я даже начала получать удовольствие. Несмотря на грязь под ногами, вокруг всё цвело и зеленело. Растения были такими сочными и яркими, что казались почти искусственными. Вот она — истинная красота природы! А уж какой запах… Мир пах влажной землёй, цветочной свежестью и дождём.

Я почти пропустила тот момент, когда мы подошли к храму Линцюань. Он выглядел скромно и аскетично, со стороны даже мог показаться заброшенным… Но дорожки на территории храма были аккуратными и чистыми. Очевидно, что монахи не живут в роскоши и исправно приглядывают за этим местом.

Мы уточнили дорогу у молодого послушника, и он благостно улыбнулся, показывая путь.

— Никто не нарушит ваш покой. — проговорил юноша, остановившись у плетёной изгороди. — Братья принимают омовение ранним утром, так что здесь никого нет.

Я с сомнением покосилась на заборчик, сложенный из крепких бамбуковых палок. Да уж, в нём есть щели, и особо защищённым это место не назовёшь… Но, по крайней мере, рядом есть охранники. Если что-то случится, они точно услышат.

Сюнин решительно направилась в низкий глиняный домик, где можно было переодеться. Я пошла за ней не сразу, но вскоре также переоделась в тонкий шёлковый халат, подходящий для купания. Всё же, нагота неприемлема даже сейчас…

— Я пойду в дальнюю купальню. — решительно заявила героиня, и, прежде чем я успела ответить, она ушла.

Ну и ладно, ну и пожалуйста… Не очень-то и хотелось! Я деловито поправила пояс тонкого халата и вздохнула. Ладно, надеюсь, он не развяжется. И всё же жаль, что рядом нет Сишу… Она куда лучше обращалась с одеждой.

«Хотя дело не в этом… Я просто по ней скучаю»

Мне пришлось мотнуть головой, чтобы отогнать грустные мысли. Я подошла к источнику и аккуратно скинула деревянные сандалии, опустив ноги в воду. Щёки мгновенно раскраснелись от высокой температуры. Нет, правда, здесь почти горячо!

Я пару раз вздохнула и смело опустилась ниже, чувствуя, как ткань невесомо парит над телом. Стоит взмахнуть руками — и шёлк развевается, будто зачарованная вуаль.

Горячий пар оседал на волосах (у меня тотчас появились кудряшки), но это даже приятно. Впервые за долгое время я ощутила себя такой довольной и отдохнувшей. Даже тяготы последнего месяца показались незначительными… Тёплая вода расслабляла, позволив сонно опереться на камень. М-м-м, интересно, ходила ли сюда Сюнин в оригинальной книге?

И тут меня как кипятком ошпарило. Минутку-минутку… А ведь была такая сцена! Точно, я вспомнила… Очень живописная серия. Красивая девушка в тонком халате, очертания её фигуры видны под влажной тканью. Вокруг зелень, благодать, и… Мужчина.

Да, именно так. Никто не знал, что единственный сын князя решил проследить за Цветником. По странному стечению обстоятельств, он нашёл их здесь, подле горного храма. И тогда этот парень случайно увидел божественную красоту Сюнин Тао…

М-да. Я тут третий лишний, или, мне кажется? Пожалуй, пора на выход! Но стоило подняться из воды, как неподалёку послышался шелест листьев. Я застыла, с недоверием поглядывая на бамбуковую ограду. Над ней нависали пышные кроны деревьев… Отсюда ничего не видно, и (возможно) это просто ветер, но я всё равно пробормотала:

— … Если кто-то подсматривает — побойтесь бога!

А в ответ — тишина. Я немного успокоилась и смущённо заторопилась на выход. Ох уж эти главные герои… Уже и помыться нельзя без очередного вмешательства сюжета.

— Юнли.

Я едва не поскользнулась на камне, когда услышала строгий голос леди Тао. Девушка уже вышла из воды и коротко бросила:

— Пойдём. Мне здесь не нравится.

Что ж, надеюсь, эпохальная встреча главных героев прошла без проблем. А иначе проблемы будут у меня…

— Леди Тао на самом деле посетила источник у нищего храма? Очаровательно. — язвительно осклабилась Бай Джу за ужином.

Как же сильно хочется щёлкнуть её по лбу! Всего один крепкий подзатыльник для профилактики. А, впрочем… Едва ли это что-то изменит.

— Так и есть. Я не хотела мыться в той воде, где была ты. — усмехнулась Сюнин.

Ох, ничего себе… Началась прямая конфронтация? Кто бы мог подумать!

— На что это ты намекаешь? — мгновенно нахмурилась Бай Джу. — Дерзишь мне?

— Ты здесь не госпожа, а мы не твои слуги. — холодно отрезала Сюнин Тао, опустив палочки для еды.

— Да! — воскликнула Чжо Яо. — Знай своё место, леди Джу.

Другие девушки также вмешались, осуждая крайне неприятное поведение скандалистки. В тот момент мы были на удивление единодушны в своём негодовании. Возможно, это из-за близости Шуаньи… Путешествие заканчивалось, и вместе с тем истончалось наше терпение. Бай Джу хлопнула ладонью по столу и (поморщившись от боли) высокомерно заявила:

— Я вас услышала! Не хотите со мной разговаривать? Пусть так. Вы первые пожалеете об этом.

Похоже, она более чем уверена в протекции императрицы… И очень зря. Лиян Цзинь коварна, а значит, среди Цветника предостаточно её «избранниц». Просто остальные ведут себя куда тише. Я покачала головой, думая о том, какой хаос воцарится совсем скоро, когда мы пересечём границы княжества Шуаньи.

«Но этого никак не избежать. Основной сюжет дорамы начнётся прямо сейчас»

Следующие пять дней пути были самыми трудными. Кареты петляли по узким горным тропам, где каждое дребезжание колёс привносило острое чувство угрозы. Ночью ледяной ветер проникал в экипажи, и мы едва могли согреться, укутавшись в несколько слоёв одежды. Но холодный и влажный воздух вдруг стал до странности сухим. В горле першило от такой резкой смены погоды, и в какой-то момент я действительно испугалась, решив, что подхватила особенно редкое (и вряд ли излечимое) заболевание… А потом мы увидели чёрную пустыню.

Она казалась почти бескрайней — кругом только камни, да редкий ковыль. Под ногами расстилался удивительно жёсткий песок, который внешне напоминал пепел. Все мы притихли в ожидании худшего, и (как оказалось) не зря. Потому что командир Дзин решил нас покинуть!

— Да хранят вас боги. — проговорил мужчина, дополнив сказанное церемониальным поклоном.

А затем он махнул рукой в сторону, указывая на целый отряд воинов. Они… Мягко говоря, выглядели жутко. Оружие, полноценное обмундирование и крайне суровое выражение лиц в комплекте.

— А где князь? — тихонько пискнула одна из девушек.

— Вы же не думаете, что Его Величество будет лично вас встречать? — холодно процедил новый командир, отдав приказ.

Наши вещи быстро перенесли в подготовленные экипажи. Те выглядели крепче предыдущих, но казались более… Устрашающими? Боже, поездка по княжеству Шуаньи обещает быть интересной. Даже гордая Бай Джу в тот момент скромно промолчала. Видимо, инстинкт самосохранения восстал из мёртвых…

Наше путешествие продолжилось в пугающей тишине. Девушки больше не осмеливались разговаривать в экипажах, и я тоже притихла, подавив тяжёлый вздох. Да, разница очевидна… Командир Дзин был вежлив, предупредителен и спокоен. Он часто вмешивался в конфликты и принимал лучшие решения для всех. Но эти ребята… Они ведут себя подчёркнуто холодно и отстранённо, демонстрируя очевидный посыл: нам тут не рады.

Княжество Шуаньи не нуждалось в дарах императрицы, но было вынуждено подчиниться. И мало кому нравятся такие навязанные подарки… Я украдкой взглянула на Сюнин Тао, но героиня хранила сосредоточенное молчание.

«Ладно… Посмотрим, что будет дальше»

Мы обогнули чёрную пустыню, проехали мимо острозубых скал, и дальше — к протяжённой равнине. Со временем вокруг стало больше зелени, кое-где появились ручейки и пригорки… В тот момент я не удержалась, то и дело выглядывая из окна кареты.

Странное дело: чёрная пустыня казалась пугающим пепелищем, но, в то же время — она будто отвлекала внимание от реального княжества Шуаньи. А оно было куда более живописным. Я залюбовалась рисовыми полями и улыбнулась, когда заметила густой лес. Но экипаж опять свернул в сторону, и тогда командир приказал:

— Не высовывайтесь, леди.

И вот так мы въехали на территорию Кровавого князя Вейяна.

Поместье Вейяна. Княжество Шуаньи.

Мне хотелось поблагодарить небеса, богов и каждого человека в округе, когда мы (наконец-то) добрались до поместья князя. Со стороны оно напоминало укреплённый форт и внушало странный, почти пугающий трепет.

Хотя само Шуаньи (если сказать честно) было удивительно красивым. Оно расположилось в живописной долине, где было много животных, птиц и растений… Жаль, что к поместью эта благодатная сказка не относится. Мало того, что нас провели через задний вход, так ещё и багаж обыскали (игнорируя все возмущения).

Через полчаса крепкие слуги расступились, пропуская влиятельных персон: управляющего Фана и матушку Гуань. Первый напрямую занимался делами князя, а вторая контролировала служанок.

Я быстро опустила взгляд в пол, чувствуя смутное беспокойство. Насколько помню, они были важными второстепенными персонажами в дораме! Именно эти люди управляли Цветником… И от них зависит наша дальнейшая жизнь. Жаль, не все это поняли.

— Каждая получит по одной служанке?! — возмущённо выпалила Бай Джу. — Но мы благородные дочери Луна, как вы можете так с нами…

— Вы не в Луне. Вы в Шуаньи. — вежливо (но твёрдо) отрезал управляющий Фан.

Он пристально осмотрел девушек и, наконец, кивнул своей спутнице, отступив назад. Матушка Гуань тотчас улыбнулась:

— Достопочтимые леди, мы очень рады приветствовать вас на территории княжеского поместья. Однако, на данный момент вы только лишь гости Шуаньи. Вам не полагается большее количество слуг.

Матушка говорила мягче, но смысл её слов был куда хуже. Управляющий просто сказал, что мы здесь чужие, однако Гуань (по сути) назвала нас бесправными. И это, к сожалению, правда. Наши жизни зависят только от милости великого князя… И если он пожелает вышвырнуть «дары» вон — никто ему не запретит.

«Конечно, он так не сделает. По крайней мере, не сейчас… Сейчас ему придётся сдерживаться из-за императрицы. Страшно представить, что ждёт нас впереди»

— Вы можете самостоятельно выбрать себе служанок. — проговорила Гуань. — А затем мы отведём вас внутрь.

Выбор, конечно, невелик… Нам показали юных служанок, которые явно принадлежат к низшему рангу в поместье. Бай Джу рассматривала их так придирчиво, что в какой-то момент остальные потеряли терпение. Но лично я сразу заприметила сдержанную девушку, которая держалась чуть позади. У неё были аккуратные руки и приятные черты лица… Думаю, мы поладим.

— Ты хочешь служить мне? — прямо спросила я, склонив голову набок.

— Да, госпожа.

— Хорошо… Как тебя зовут?

— Шия.

И в тот момент я едва не зашипела. Приехали! Это же личная служанка Сюнин и её верная помощница… Я, что, украла чужой сюжет? В свою защиту хочу сказать очевидное: мне очень сложно вспомнить лица тех людей из дорамы! Да и (кажется) там они выглядели иначе.

«Вопрос на засыпку: что мне теперь делать?» — я неловко застыла, обдумывая ситуацию. Может, ещё не поздно отойти и оставить эту служанку Сюнин?

— Что-то не так, госпожа? — Шия чуть нахмурилась.

— Нет, я просто…

И тут рядом прошла героиня. Она выбрала другую служанку и, кажется, ничего не заметила. Ладно, теперь будет странно, если я откажусь от Шии…

— Ничего. Пойдём. — тихо вздохнула я.

Что ж, остаётся надеяться на то, что это не сильно изменит сюжет. К тому же, мне повезло: Шия была отличной горничной! Исполнительная, умная, не склонная к зависти и воровству… В общем-то, идеальная спутница героини.

«Только бы это везение не ухудшило ситуацию» — я негромко вздохнула, следуя за служанкой.

— Для благородных леди Цветника подготовили три смежных двора. — проговорила Шия. — На востоке двор Ириса, на западе двор Крокуса. По центру Гиацинт.

Я медленно кивнула и усмехнулась. Несмотря на красивые названия, выглядели эти дома… более чем скромно. Но все они были достаточно широкими, чтобы вместить девушек. Очевидно, что в одном дворе будут обитать четыре (а где-то пять) красавицы. По сути, это напоминает многоквартирный дом — внутри точно такое же разделение и довольно тонкие стены.

Шия плавно кивнула в сторону Ириса, и я направилась туда, занимая северную часть двора. В целом, всё аккуратно и чисто, но места очень мало. Сравнимо с комнатами в гостиницах…

— Если вам не нравится, можете попросить матушку Гуань сменить двор. — бесстрастно предложила Шия.

Но я лишь покачала головой. Это, можно сказать, проверка. Скандалисток никто не любит, и те, кто осмелятся пойти к матушке — столкнутся с дурными последствиями. Так что… Лучше сменить тему.

— Нет, всё хорошо. А где мои вещи?

— Их скоро принесут. — вежливо кивнула Шия. — Возможно, вы что-то хотите узнать о поместье?

Дин-дон — ещё одна проверка! Это и не секрет вовсе, но служанки «присматривают» за нами, и (в случае чего) доносят управляющему. Шия, конечно, не исключение. Для того, чтобы заслужить её доверие, нужно постараться…

— Да. — медленно кивнула я. — Можешь сказать, в какое время нас будут кормить? О, и ещё! Если есть список блюд, я бы хотела его увидеть.

Шия на мгновение замерла, а потом чуть улыбнулась:

— Завтрак в час дракона. Как правило, это миска рисовой каши, маринованные овощи, паровые булочки, горячий чай для бодрого начала дня. Обед проходит в час лошади. Вам предоставляется рис, одно мясное блюдо на выбор, суп и блюдо из овощей. Ужин будет в час петуха. В основном это лапша, пельмени, тушёные грибы. Возможно, фрукты.

…Так и знала. В доме Шен я могла есть в любое время, не особо заботясь о приличиях, но такие поместья всегда имеют крайне строгие правила. Расписание чёткое, выверенное, пропустил час — остался ни с чем.

— А сладкое? — тихо пробубнила я.

— Если захотите. — обнадёжила Шия.

Прошло три дня и сюжет (наконец-то) сдвинулся с мёртвой точки. Ранним утром Шия передала главную новость: сегодня Цветник встретится с великим князем. Я вяло осмотрела немногочисленные платья и, наконец, выбрала одно. Не самое красивое, но и не слишком скромное.

— Вы не хотите одеться поярче? — прямо спросила Шия, но я покачала головой.

— Зачем? Мы просто познакомимся с князем, нет нужды привлекать внимание.

Тем более… Этим займутся другие. Красавицы Цветника очень хотят изменить свою жизнь и, конечно, постараются завоевать князя. Или (хотя бы) его сына.

Я примерила серёжки из яшмы и чуть нахмурилась

— Его Величество… Какой он человек?

Мне не очень интересно, но нужно проявить базовое любопытство. Иначе это выглядит слишком странно…

— Смелый. Сильный. Благородный. — лаконично отозвалась Шия, опустив подбородок. — Он поднял княжество Шуаньи с колен. Все мы безмерно им восхищаемся.

Я задумчиво кивнула, остановившись на простом наборе украшений. Служанка помогла мне переодеться и расчесала длинные волосы, укладывая их в аккуратную причёску. Нервничаю ли я? Ещё как! Это же легендарная встреча главных героев, после которой начнётся всё самое интересное… Для них, но не для меня. Я просто хочу выжить и (по возможности) спасти свою семью.

И вот, через три часа Цветник собрался во всём своём великолепии. Девушки умылись, переоделись и полностью преобразились, ослепляя своей красотой. Именно тогда к нам вышел юноша, который является главным героем этой истории.

Цзенлан Вейян… Он был единственным сыном князя, но многие шептались о его «необычном» происхождении. Одни поговаривали, что Цзенлан — приёмный ребёнок, а другие утверждали, что он сын боевого товарища князя. Одно, впрочем, оставалось неизменным: именно этот юноша является наследником Шуаньи.

И, да — он был очень красивым. Высокий, статный, мужественный и белокожий. Его тёмные волосы были не слишком длинными (чуть ниже плеч), а бездонные синие глаза мгновенно пленяли наивных девушек. Стоило Цзенлану улыбнуться — как все вокруг, кажется, прониклись удивительным очарованием.

— Светлого вам дня, юные леди. Добро пожаловать в княжеское поместье Вейян.

Я заметила игривую родинку у его правого века и едва заметно улыбнулась. Помнится, именно эта черта так сильно зацепила Сюнин Тао… Да, ей понравились глаза Цзенлана и его родинка.

Но в тот момент, когда все девушки расслабились, двери вдруг распахнулись, впуская куда более властную фигуру. Я затаила дыхание, боясь проронить хоть один лишний звук.

Этот человек, без сомнений, прошёл через тысячи битв и сражений. Его аура была давящей, свинцовой (почти ядовитой). Он отличался высоким ростом (куда выше Цзенлана). Крепкие плечи, сильные руки и решительные жесты выдавали в нём настоящего бойца.

Густые чёрные волосы забраны в высокий хвост. Несколько прядей падают на глаза, будто искривлённые мрачные тени. Его лицо было прекрасным, но холодным и каким-то отрешённым. Я заметила тонкий шрам, что пролёг у левого виска, опускаясь ниже (почти по линии подбородка). И эти глаза… Стального цвета, пронзительно-острые, с лёгким сиреневым отливом. Я не знаю, как это описать, но его взгляд был совершенно мистическим.

— Отец. — проговорил Цзенлан и поклонился.

Кто, простите…? В тот момент я едва не поперхнулась, пытаясь осознать сказанное. Этот мужчина — великий князь Хао Вейян? Да как такое возможно?!

Он выглядит слишком молодо… В дораме ему было больше сорока, верно? Я смутно помню, что его играл зрелый актёр, но этот человек в самом расцвете сил! С другой же стороны, точность экранизации под вопросом… И, кажется, настоящий князь Вейян лишь немногим старше тридцати. Так, секунду! В оригинале его приёмному сыну девятнадцать… Да между ними совсем небольшая разница!

«Ошибаешься, Юнли, разница огромная. По сравнению с князем, главный герой (мягко говоря) меркнет»

— Вы прекрасно выглядите, леди Джу. — мягко проронил Цзенлан.

Я старательно отворачивалась, делая вид, будто цветы занимают меня куда больше, чем наигранный смех Бай Джу… А впрочем, ничего удивительного. С того самого дня, как Цветник представили князю, наше расписание изменилось. Теперь мы могли гулять в центральном саду поместья и захаживать в местную библиотеку. Разумеется, такие прогулки несли дополнительную цель: они позволяли «случайно» столкнуться с князем… Вернее, с его сыном.

Он, если честно, привлекал всех куда сильнее. И дело не во внешности: просто Цзенлан казался более общительным и галантным. Вероятно, многие девушки сочли его «лёгкой добычей»: молод, хорош собой, не женат, так ещё и наследник княжества. Хотя на данный момент князь держит всю власть Шуаньи, долго ли это продлится? Некоторые леди из Цветника захотели рискнуть.

И первой (вот так неожиданность) в наступление пошла Бай Джу. Она очень театрально обронила заколку прямо перед ним, а затем трогательно поблагодарила наследника за помощь, разыграв целую драму.

— Эта заколка принадлежит моей покойной матушке… Не знаю, чтобы я делала, если бы её потеряла. — говорила Бай Джу, бросая на Цзенлана жгучие взгляды из-под длинных ресниц.

— … Бесстыдная! — негромко фыркнула Чжо Яо, гневно отвернувшись от этой сцены.

Я чуть не кивнула, но вовремя сдержалась. На самом деле, какой бы соблазнительной ни была Бай Джу — это бессмысленно… Потому что наследник Вейян не так наивен, как кажется. И я прикрыла глаза, вспоминая сюжет дорамы.

… Тринадцать красавиц, тринадцать цветков из столицы, избранные самой императрицей. Под свинцовым небом Шуаньи они могли быстро увянуть и многие осознавали своё бедственное положение. «Гостьи» — так их называли в этом поместье, скрывая неприятную истину: от таких гостей принято избавляться.

Единственный способ найти своё место в жизни — очаровать «правильного» мужчину. Ведь именно за этим их и послала императрица. По счастью, ни князь, ни его сын не были женаты. А значит, любая из красавиц могла претендовать на роль законной супруги… Но не всё так просто.

Начнём с того, что Хао Вейян осведомлён об их планах. Более того — он знает и о том, что некоторые девушки давным-давно завербованы императрицей. Так что… Цзенлан только притворяется галантным джентльменом. На самом деле, его задача проста — изучить красавиц Цветника и постепенно обезвредить самых ретивых. Он привлекает девушек, очаровывает их — а затем безжалостно устраняет. Разумеется, речь идёт не об убийстве… Цзенлан просто находит «достойные» причины отослать всех прочь.

С одной стороны, это жестоко, но с другой… Не стоит забывать о вражде Луна и Шуаньи. Кровавый князь умнее многих самодовольных мужчин, которые нетерпеливо окунаются в женские чары, не веря в грядущую катастрофу. Однако прекрасные леди могут быть очень ядовитыми. В прямом и переносном смыслах…

— Ну что вы, наследник, я ничем не отличаюсь от сестёр Цветника… Во мне нет ничего особенного, верно? — откровенное кокетство Бай Джу перешло на новый уровень.

Она даже не пыталась скрыть своего ликования, бросая горделивые взгляды на соперниц. Я молча покачала головой и отступила в тень. Да уж… План Цзенлана хорош, но он не способен выбросить из Цветника всех девушек. Впрочем… уже к концу месяца многие нас покинут. Это слегка пугает.

Я прошла чуть дальше и забрела в бамбуковую рощу, только бы скрыться от назойливых взглядов и подумать в тишине. Шия, к счастью, отошла за напитками (но скоро вернётся). Она в целом неплохая, просто… Мне сложно привыкнуть к постоянной слежке.

Да и дельных мыслей (как назло) пока не было. Если бы я стала главной героиней — сюжет бы сам понёс меня дальше. Если злодейкой — перво-наперво бы стоял вопрос выживания… Но я не то, и не другое. Моя жизнь (скорее всего) вне опасности, но что насчёт семьи Шен? Знаю, их нельзя назвать слишком любящими и заботливыми, однако… Сёстры этого не заслужили. Да и остальные тоже. Но как мне их спасти?

«Сложный вопрос… Едва ли Кровавый князь так легко согласится на амнистию»

Проблема в том, что у меня совсем нет ценной информации. Что я знаю? Ну, Хао Вейян рано или поздно вернётся в Лунцзи, а затем свергнет нынешнюю власть. Даже если я попробую сыграть на стороне императрицы… Это бесполезно. Она продолжит посылать убийц и шпионов, а князь точно так же потеряет терпение.

Вся история крутилась вокруг Сюнин Тао и её непростой любви к Цзенлану… Стоп. А что, если зайти с этой стороны? Предположим, я помогу им поскорее полюбить друг друга! Достаточно предупредить о некоторых заговорах, уберечь от проблем, и… Сюнин сойдётся с Цзенланом без всех этих несчастий. А когда я стану их личным Купидоном, будет не так сложно упросить героев пощадить семью Шен.

Ну… По крайней мере, я на это надеюсь. В оригинальной истории они были достаточно благородными и добрыми персонажами. Так что… Это может сработать?

Я чуть улыбнулась, скользнув пальцами по гладкому бамбуковому стеблю. Значит, дело за малым! Нужно вспомнить (и, желательно, записать) все беды, с которыми столкнутся главные герои.

Я кивнула в такт своим мыслям и уверенно пошла вперёд… Но, видимо, перепутала тропинку. Эта уединённая часть поместья казалась непривычно тихой. Яркая зелень обрывалась у дорожки, а дальше начинался сад камней с ухоженным прудом и необыкновенно живописным зданием. Оно было выполнено из красного дерева и немного напоминало изысканные постройки Небесного города.

А затем я вздрогнула, услышав чьи-то шаги. Управляющий Фан семенил по дорожке, заискивающе улыбаясь самому Кровавому князю. У меня сердце ушло в пятки! Попасться ему сейчас — неудача в квадрате… Он же и впрямь может обвинить меня в преступном сговоре!

«… Или даже в покушении. С него станется! Князь не трус, но он воспользуется любой возможностью, чтобы избавиться от Цветника» — я сглотнула вязкую слюну и медленно попятилась назад, стараясь не проронить ни звука. К счастью, рядом журчит вода, так что… Есть шанс, что он меня не заметил.

Я скрылась за ровными стеблями бамбука и тихонько вздрогнула, зажав себе рот рукой. Спокойней, Юнли… Вдох-выдох. Нужно вернуться в тот сад. Только бы Шия ничего не заметила!

Белые лепестки магнолии покачивались на ветру, источая приятный аромат. Хрупкие бабочки порхали над водой, беспокоя золотых карпов. Но даже безмятежная красота природы не могла избавить управляющего Фана от леденящего чувства тревоги. И всё по одной причине: рядом с ним шёл (печально) известный Кровавый князь.

Его Величество Хао Вейян был непростым человеком. Он ревностно защищал своих людей, обладал справедливым характером и несокрушимой волей. Княжий клинок был обагрён бесчисленными смертями врагов и предателей, коих он всегда карал с особой жестокостью.

«— Ложь. Неверность. Взяточничество. Цена за это — смерть моих товарищей. Но продавая чью-то жизнь, вы должны быть готовы отдать и свою»

Запах крови въелся в его алебастровую кожу, запах гари навечно пропитал смоляные пряди. Хао Вейян держал в руках великую силу, а на плечах — всю тяжесть бремени Шуаньи. Этого человека называли воинственным божеством, и, откровенно говоря, он действительно казался бессмертным небожителем.

«Потомок драконьей крови…» — мысленно вздохнул управляющий, склонив голову.

Неожиданно князь остановился. Он медленно втянул воздух, разглядывая бамбуковые заросли.

— Господин, что-то случилось? — настороженно спросил управляющий.

— Мышь. — одними губами проронил Вейян. — Я слышу, как она копошится в роще.

Фан невольно восхитился. У военных невероятно острый слух и зрение, а князь и вовсе изучал особые техники боевых искусств!

— Наверное, это бамбуковая крыса… — пробормотал управляющий. — Я распоряжусь, чтобы слуги прочесали рощу и избавились от вредителей.

Кровавый князь задумчиво усмехнулся и кивнул:

— Верно. От вредителей пора избавиться.

Он отвернулся от бамбуковой рощи и прошёл в самый центр Пламенного павильона. Именно в этом месте Хао Вейян отдыхал после долгих сражений. Как правило, сюда не допускали обычных слуг — только преданные помощники князя могли нарушить священную тишину. Даже сам управляющий бывал здесь нечасто.

— Докладывайте. — лаконично произнёс князь, опускаясь в деревянное кресло.

— Как вы и приказали, мы следили за женщинами Цветника. — быстро заговорил Фан. — Некоторые из них кажутся смирными и покорными, но есть и те, чьи эмоции совершенно нестабильны. Именно к ним и приблизился наследник…

— Я слышал об этом. Что собирается предпринять Цзенлан?

— Он… Он ждёт, когда они оступятся. Каждую такую ошибку можно использовать для устранения. — улыбнулся управляющий.

Кровавый князь склонил голову набок и протянул:

— Стоит усилить неравенство. Те девушки, которых избрал мой сын — будут получать больше еды, тканей и вольностей. Так, чтобы другие видели их благополучие.

— Понимаю! — тотчас кивнул Фан. — Прикажете переселить девушек в просторные дома?

— Нет. — Хао Вейян чуть усмехнулся. — Маленькое пространство умножает их неудобства и культивирует желание добиться лучшего любой ценой.

— Да, господин… Я всё понял. — управляющий вновь поклонился и попятился к выходу, но его остановил зычный голос князя:

— Напомни моему сыну о том, что не стоит увлекаться красотами Луна.

Фан замер, а затем быстро кивнул, покидая Пламенный павильон. Но как только его шаги стихли — Хао Вейян откинулся на спинку кресла и щёлкнул пальцами. В тот же миг перед ним вырос силуэт теневого защитника. Эти бойцы были мастерами скрытности под личным командованием князя.

— Кто? — одними губами спросил он, прикрыв глаза.

— Юнли Шен. Младшая дочь министра юстиций. Её старшие сёстры в этом году войдут в Небесный город. — отрапортовал страж. — Прикажете устранить?

— Нет… Пока нет. — Хао Вейян нахмурился, постукивая пальцами по подлокотнику. — Дочь министра, значит… Интересно, какими судьбами эта птица залетела в наши края.

Чистосердечное признание: я ненавижу вышивать. Знаю, это считают проявлением женской добродетели… Но никто не считается с моими проколотыми пальцами. Я тихо зашипела и покосилась на Шию. Эй, это ведь она уговорила меня «развеяться» таким образом!

Цзенлан решил развлечь Цветник и пригласил опытную вышивальщицу, чтобы та научила нас некоторым «приёмам». Своеобразный кружок по интересам во главе со строгой учительницей… Не все девушки хотят этим заниматься, но мало кто решился пренебречь милостью наследника. Хотя я честно попыталась прикинуться больной и несчастной. Но что в итоге? Сижу тут со всеми, усиленно страдаю…

Надо сказать, что лучшая вышивка получалась у Сюнин Тао. Вот уж кто легко и быстро творит красоту стежок за стежком. Бай Джу, однако, страдала не меньше моего, а под конец и вовсе отбросила иглу, поджав пухлые губы.

— Вам не нравится? — тепло улыбнулся Цзенлан.

Пока девушки корпели над тканями, он сидел в отдалении, выводя заученные строки из философских трактатов кистью по бумаге. Тем не менее, наследник наблюдал за нами. Казалось, будто он подмечает всё: каждое движение и каждый неосторожный взгляд.

— Я всегда считала, что вышивка — удел слуг и наложниц. — проворковала Бай Джу, игриво склонив голову набок. — И мне это совсем не подходит.

Мастерица тотчас прервала урок, прожигая непокорную леди ядовитым взглядом. Но не только она оскорбилась: Сюнин Тао опасно прищурилась, поджав губы. Да уж… Бай Джу каким-то образом умудрилась испортить отношения буквально со всеми. Это почти восхищает.

— Вот как? — Цзенлан улыбнулся, будто она не сказала ничего оскорбительного. — Что ж, в следующий раз вы можете выбрать другое занятие.

— Мне нравится общаться с умными людьми… Например, с вами.

Я едва не поперхнулась от такого откровенного «флирта». По меркам нашего общества Бай Джу была слишком смелой… Любой бы счёл её неуважительной, но Цзенлан сохранил прежнее миролюбие. Если бы я не знала его настоящий план, решила бы, что он святой.

Но, в любом случае… Время шло, и Бай Джу наглела день ото дня. Слуги в поместье ей угождали, а наследник проявлял внимание к вздорной красавице. И я молча затаила дыхание, ожидая неминуемого взрыва.

Бай Джу считала, что может стать если не супругой, так по крайней мере наложницей Цзенлана. Не самый желанный статус, но если она забеременеет раньше законной жены — то сможет, по крайней мере, укрепиться в Шуаньи. Однако… Не всё так просто.

Девушки из Цветника ревностно наблюдали за успехами Бай Джу и вскоре заметили очевидное: наследник не пытается с ней сблизиться. Цзенлан поддерживал поверхностную симпатию, ласково улыбался, но неизменно пропускал все намёки девушки. И первой это отметила Чжо Яо:

— Она и вправду считает, что он её любит? Не думаю, что наследник Вейян всерьёз хочет сделать её наложницей!

Чжо сказала это достаточно громко, чтобы спровоцировать ярость Бай Джу, но едва ли та могла хоть что-то возразить. Другая проблема заключалась в матушке Гуань… Она контролировала слуг в поместье и (мягко говоря) невзлюбила «вздорную леди Джу». И, в конце концов… Все эти события привели к ожидаемой развязке.

В тот день Цветник собрался в саду, дабы попробовать новый чай, привезённый из дальних областей княжества. Мероприятие не слишком роскошное, но его посетят многие… В том числе управляющий и матушка Гуань.

И, прежде чем мы успели испить ароматный напиток — раздался резкий звон и отчаянный крик. Бай Джу упала на траву, с беспомощным драматизмом указывая на разбитую заколку.

— Вы… Вы! Матушка Гуань, как вы могли! Это украшение подарено мне покойной матерью…

Клянусь, в тот момент я едва не закатила глаза. Во-первых, насколько помню, её родная мать вполне себе жива. А во-вторых… Серьёзно, использовать дважды один и тот же предмет? Трюки Бай Джу настолько прозрачны, что мне немного стыдно.

— Что случилось? — Цзенлан нахмурился, подходя ближе.

— Она…! Я просто хотела поговорить с уважаемой Гуань, но она меня оттолкнула! Из-за этого украшение разбилось… Прошу, наследник, восстановите для меня справедливость!

Её глаза трогательно покраснели. Отказать такой красавице чрезвычайно трудно, но… Я мысленно вздохнула. Представление начинается.

Матушка Гуань молча опустилась на колени и посмотрела в глаза Цзенлану:

— Прошу рассудить нас, молодой господин. Леди Джу требовала переселить её в другой двор и, получив отказ, начала угрожать мне. Леди сказала, что я не задержусь в поместье, если посмею ей перечить. В конце концов — она сама бросила заколку на землю.

Я задумчиво улыбнулась. Прямо сейчас слова матушки похожи на неумелые оправдания… Но довольно легко вычислить настоящего лжеца. Уверена: Цзенлан всё предусмотрел. Когда Бай Джу зайдёт достаточно далеко в своих обвинениях, он позовёт (заранее подготовленных) свидетелей, которые опровергнут каждое её слово.

— По-вашему, я сама разбила реликвию матери? — выпалила Бай Джу. — Вы хоть знаете, насколько ценен луниамский сапфир?

В тот момент некоторые красавицы Цветника ахнули. Да, говоря об этом… Камень, упомянутый Бай Джу, является гордостью нашей империи. Один такой сапфир стоит целое состояние! Но, признаться честно, я не могу понять: почему Бай Джу рискнула подобным сокровищем? Увы, не все детали сюжета легко всплывают в голове…

— Чего вы хотите, леди Джу? — прямо спросил Цзенлан, глядя ей в глаза.

Уже на этом моменте стоит насторожиться, ведь наследник (очевидно) раздражён. Думаю, ему неприятно, что матушка Гуань опустилась на колени. Даже если они разыгрывают спектакль — эта пожилая женщина воспитывала его с юных лет. Можно сказать, что она няня Цзенлана и тут такое унижение…

— Я хочу, чтобы она мне всё компенсировала. — бесстыдно усмехнулась Бай Джу. — Если не сможет — пускай отдаст всё, чем владеет, а потом её продадут в низшие слуги.

«Боже…» — я закрыла глаза, мысленно проклиная чужую глупость. Серьёзно, она не проявила ни капельки милосердия! Очевидно, что Гуань не сможет оплатить стоимость драгоценного камня. Таким образом, Бай Джу хочет обобрать её до нитки и продать в настоящее рабство, выход из которого лишь один — на тот свет.

От этих слов даже Цзенлан потерял дар речи, пристально глядя на Бай Джу. Да уж, мистер главный герой… Такие у нас «цветочки».

Я понимаю, отчего Бай Джу взъелась на Гуань. Прежде всего, она хочет управлять поместьем Вейян. Подмять под себя слуг, получить больше возможностей и перехватить все полномочия старой служанки… Но кто же действует так грубо и необдуманно?

— Компенсировать эту потерю не так сложно. — неожиданно, раздался уверенный голос.

Сюнин Тао подошла ближе, игнорируя жгучие взгляды Бай Джу.

— О чём вы? — медленно спросил Цзенлан, слегка оправившись от шока.

— Леди Джу, вероятно, обманули. Луниамский сапфир не может так легко разбиться. — пожала плечами Сюнин. — Этот камень очень крепкий. От подобного удара на нём можем появиться небольшая трещина, но не более того.

А ведь и правда… Я была так увлечена происходящим спектаклем, что не особо смотрела на заколку. Но Сюнин (как истинная героиня) сразу заметила обман!

— Так значит… Это фальшивка? — Чжо Яо хищно осклабилась, выходя вперёд. — Леди Тао не стала бы клеветать, верно? Почему бы нам не пригласить ювелира, который проверит подлинность этой ценной «реликвии».

Яд в её голосе был настолько ощутимым, что я неловко кашлянула, скрывая улыбку.

— Да как ты смеешь?! — мгновенно ощерилась Бай Джу. — Ставить под сомнение вещь моей…

— Мне казалось, мадам Джу в добром здравии. — невинно добавила Чжо. — Или все мы здесь ошибаемся?

Бай Джу запнулась и, поймав пристальный взгляд Цзенлана, густо покраснела:

— Я говорила о наречённой матери-монахине…

Я тихонько фыркнула, сдерживая смех. Нет, такая традиция на самом деле существует. Иногда слабого ребёнка приносят в храм, и тогда у него появляется «вторая мать», которая будет молиться за его здравие… Но, в самом деле, откуда у монахини деньги на такую заколку?

Цзенлан, очевидно, тоже обо всём догадался. Его лицо помрачнело, а губы скривились в язвительной усмешке:

— В таком случае, я проведу тщательное расследование. Приглашу ювелира, соберу свидетелей. И, леди Джу… Если вы соврали хотя бы в одном слове — наказание будет крайне суровым.

Бай Джу, наконец, осознала, в какой трудной ситуации находится. Девушка мгновенно побледнела и ринулась к Цзенлану:

— Наследник, я не хотела! Пожалуйста, пощадите…

— Охрана, сопроводите леди в комнату. Ей не разрешается выходить без дозволения. — холодно приказал младший Вейян.

Да уж, атмосфера резко переменилась… Полагаю, сейчас никто не захочет попробовать тот злополучный чай. Я отвернулась и вдруг застыла, не в силах пошевелиться. Хао Вейян, оказывается, всё это время стоял за нашими спинами! Его стальные глаза пронзили меня насквозь, оставив солоноватый привкус крови на прокушенной губе. Я вдруг почувствовала себя кроликом, которого вот-вот зарежут на обед…

«Неужели, он всё-таки заметил меня в тот день? Боже, это очень плохая новость!»

Я натянуто улыбнулась и опустила взгляд, старательно делая вид, будто зелёная трава интересует меня намного сильнее происходящего… В любом случае, весь этот утомительный спектакль подошёл к концу. И для Бай Джу он однозначно не будет счастливым.

— Украшение и впрямь поддельное! — с наслаждением протянула Чжо Яо за ужином.

Девушки из Цветника то и дело собирались для совместных трапез, чтобы посплетничать и развлечься… А прямо сейчас нам было что обсудить.

— Думаешь, её выгонят?

— Уверена! Наследник был в ярости, едва ли он оставит её здесь.

Увы, это правда. Тем же вечером мы слышали плач и крики со стороны Бай Джу… Её вещи спешно собрали, намереваясь выслать из поместья «неугодную» гостью. Но проблема в том, что возвращаться ей некуда. Императрица предпочтёт избавиться от бесполезной игрушки, а родители и вовсе не могут принять родную дочь.

Честно говоря, в тот момент я даже посочувствовала Бай Джу. Её дни сочтены, и это крайне печально… Перед отъездом она разбила почти все вещи в своей комнате. К слову: попрощаться нам не дали. Бай Джу просто исчезла, увозимая тёмным экипажем вдаль.

Но жизнь быстро вернулась в прежнее русло: матушка Гуань залечила повреждённые колени, а девушки из Цветника продолжали посещать сад. И тогда я задумалась о важном… Как дела у главных героев?

Дело в том, что Сюнин Тао даже не смотрела на Цзенлана. Вначале я не поняла причины её равнодушия, а потом вспомнила один отрывок из дорамы…

«— Он красив, не спорю. Но этот наследник такой ветреный… Со всеми мил, с каждой галантен. Нужен ли мне такой ненадёжный мужчина? Ответ очевиден»

Да, Сюнин была очень гордой леди… В конце концов, она совсем не любила распутников. Но Цзенлан таким и не был! С другой стороны, его интерес к Бай Джу можно истолковать неверно… Ах, вот в чём дело.

Из-за этого происшествия Сюнин ещё долго игнорировала наследника Вейяна. Как же мне изменить её мнение? Я долго думала, а потом решила начать с малого. Иногда достаточно одного разговора, чтобы посеять зерно сомнений.

— Эм, извини… Я правильно вышиваю?

— Нет. — леди Тао скучающе посмотрела на мои потуги. — Ты всё перепутала.

… И не поспоришь. Всё же, вышивка не моё!

— Без Бай Джу стало как-то тихо, да? — проронила я, искоса поглядывая на Сюнин.

Та молча кивнула, и как раз в этот момент по садовой дорожке прошёл Цзенлан. Он был слишком далеко, чтобы услышать наши разговоры, поэтому я воодушевилась:

— К слову… Как тебе наследник Вейян? Он так быстро отослал леди Джу…

— Легкомысленный! — Сюнин раздражённо фыркнула, провожая его долгим взглядом. — Я не думаю, что он хоть чем-то отличается от дворян Луна.

— Правда? — задумчиво протянула я. — А мне показалось, что он очень хитрый.

— С чего бы?

Сюнин скривила губы, резко откладывая вышивку в сторону. Ого, какая она воинственная…

— Ну, посуди сама: разве всё произошедшее не кажется… Спланированным? Наследник будто специально выбрал самую скандальную из нас, отделил её от группы, вскружил голову… И в решительный момент изгнал.

Я делала вид, что просто рассуждаю вслух. Сюнин неглупая девушка, и мои размышления точно выведут её на правильный путь… А затем она сможет влюбиться в Цзенлана без всяких предубеждений.

— Думаешь, он выбрал её намеренно? — нахмурилась Сюнин.

— Да! Ведь это так логично: первым делом изгнать самых назойливых.

В тот момент я ещё не знала, как скоро ко мне вернутся эти слова… Ведь уже на следующий день наследник обратил внимание на новую жертву.

— Будьте осторожны, леди Шен. — мягко проронил юноша, когда я едва не столкнулась с ним на узкой дорожке.

Скажу честно: от его взгляда мороз по коже! Такой ласковый, бр-р… В тот момент я улыбнулась и быстро ушла, но Цзенлан и не думал сдаваться. Теперь, куда бы я ни направилась, он «случайно» оказывался рядом. Такое внимание было не просто странным, оно по-настоящему пугало!

Но хуже всего то, что другие девушки меня практически возненавидели. Раньше я была «незаметной леди Шен», а теперь обрела сомнительную популярность…

— И чем она его привлекла?

— Мышь безликая… Ни красоты, ни талантов!

— А может, она притворяется? В тихом омуте демоны обитают…

Девочки, вы же в курсе, что я вас слышу? Боже, это переходит все границы! В конце концов, я настолько измучилась, что практически перестала выходить за пределы комнаты. Только бы Цзенлан нашёл себе другую жертву…

— Леди, вы плохо себя чувствуете? — прямо спросила Шия на третий день моего затворничества.

— Да. Всё хуже и хуже. — понуро призналась я.

В итоге, служанка позвала врача, который прописал мне главное лекарство от тоски: ежедневные прогулки! В тот самом саду, где поджидает наследник… Честно говоря, в какой-то момент мне хотелось устроить истерику. Такую громкую, эмоциональную, с яростным шипением под конец. Но, вместо этого… Пришлось взять себя в руки и всё же выйти в сад.

Цзенлан (как и всегда) прогуливался в том месте. Он встретил меня неизменной улыбкой и шагнул ближе, поинтересовавшись:

— Как ваше самочувствие, леди Шен?

— Благодарю, всё в порядке. — пробормотала я, старательно держа дистанцию.

— Это не может не радовать. Откровенно говоря, я за вас волновался.

— В каком смысле?

Мой голос, наверное, был слишком напряжённым, потому что наследник сделал паузу, а затем продолжил:

— Можете считать это знаком моей симпатии.

После такого признания мало кто останется равнодушной, и я тоже ощутила бурю (совсем не положительных) эмоций. А потому нахмурилась, опустила взгляд в землю и (как репетировала) незаметно ущипнула себя. От боли на глазах выступили слёзы, и я резко вздохнула, наигрывая самый жалкий вид из всех возможных.

— Что случилось? — Цзенлан растерялся.

— Я не могу… Просто не могу ответить взаимностью! — надрывно прошептала, скрутив платок в ладонях. — В Луне у меня остался жених… И даже здесь, будучи частью Цветника, я не могу забыть его! Простите меня.

Как вам такое, а? Благородный наследник довёл девушку до слёз… И пусть ему станет стыдно, малая цена за мои потраченные нервы.

Цзенлан окончательно растерялся. Он даже отступил, с плохо скрываемым сочувствием глядя мне в глаза:

— Хорошо, я понимаю… Прошу, не плачьте. Я больше не стану усложнять вам жизнь.

Вот! Вот идеальное признание в симпатии. Тем не менее, я продолжала плакать, прикрывая платком покрасневшие глаза. Всё для того, чтобы другие девы Цветника увидели моё «бедственное» положение и, наконец, отстали. Я хочу спокойной жизни, не такие уж и серьёзные запросы, верно?

Цзенлан, наконец, ушёл в окружении слуг. Только тогда поток моих слёз естественным образом прекратился… Победа? Думаю да! За такое можно и десерт выпросить. Шию мне точно его задолжала.

Пламенный павильон.

— Отец, я не думаю, что нам стоит продолжать всё это. — младший Вейян почтительно склонил голову, не отрывая глаз от пола.

В глубине души он боялся узреть гнев и разочарование Кровавого князя. Отец всегда был строгим, и порой Цзенлану казалось, что он никогда не сможет добиться его одобрения.

— Ты увидел слёзы той девушки и решил прекратить? — бесстрастно спросил Хао Вейян, не отрываясь от документа.

— Я…

Цзенлан запнулся, понимая, как наивно и глупо это может прозвучать. Но всё же он сказал:

— Я знаю, что многие из них связаны с императрицей, однако… Этих девушек насильно призвали в Шуаньи.

— Ты думаешь, что они не виноваты… Жертвы обстоятельств. — протянул князь, подперев подбородок ладонью. — И что же тебе сказала Юнли Шен?

— Она… У неё был жених. — признался Цзенлан. — Полагаю, она до сих пор его любит. За то время, пока я пытался с ней сблизиться, она ни разу не ответила мне взаимностью.

— Это может быть доказательством её хитрости. Не стоит недооценивать женщин.

Хао Вейян встал, сжав ладони за спиной. Но даже так он подавлял сына одним лишь взглядом.

— Известно ли тебе, из какой семьи леди Шен?

— Она… Дочь министра.

— А её сёстры скоро войдут в Небесный город. Такая девушка едва ли может быть «простой и наивной». — Кровавый князь чуть усмехнулся, резко мотнув головой.

Цзенлан упрямо поджал губы, с видимым беспокойством взирая на отца.

— Хорошо. — наконец, кивнул Хао Вейян. — Ты можешь оставить её в покое. Со временем все они покажут свои истинные лица.

Но настоящий смысл, скрытый за словами князя, был куда хуже: он решил самолично проверить Юнли Шен.

Хорошая новость: Цзенлан действительно перестал меня донимать! Наследник вернулся к отстранённой вежливости, но… К сожалению, было слишком поздно. Я правда старалась оставаться тихой и незаметной. Никаких чаепитий, никаких совместных трапез… Однако некоторые уже сделали выводы. Сюнин Тао, например, больше не хочет со мной общаться.

Её пренебрежение было неявным, но достаточно ощутимым… И она сразу же сблизилась с Чжо Яо (что стало полной неожиданностью). В остальном же наша жизнь почти не изменилась. Ну, разве что ещё одна девушка покинула Цветник из-за Цзенлана.

Ситуация, в целом, практически идентична той, что произошла с Бай Джу… Но было одно различие. Та девушка решила выплеснуть свои чувства к наследнику и пробралась в его покои ночью. Скандал, само собой, был очень громким — и наутро её выслали из Шуаньи в «заботливые» руки императрицы.

А я ещё раз порадовалась, что смогла избежать катастрофы. Мне бы не хотелось стать жертвой книжного сюжета! И вот, когда очередная красавица покинула поместье — в княжество пришли долгожданные холода. Погода быстро испортилась, и привычные прогулки в саду пришлось отложить на неопределённое время. Впрочем, вскоре управляющий придумал для нас новое занятие…

— Всё это время вы были нашими уважаемыми гостями. Мы с благодарностью приняли Цветник Луна, однако, наше гостеприимство не безгранично. — мужчина сделал паузу, окинув девушек пристальным взглядом. — Разумеется, мы не заставляем юных леди работать, для этих целей в поместье есть слуги. Но ваши знания и умения могут помочь Его Величеству. Таким образом, мы выберем наиболее образованных девушек. Одни будут сопровождать наследника в учёбе. Другие начнут прислуживать самому князю Вейяну, помогая с классификацией старинных писем и книг. Остальные смогут помогать в архиве.

Вот оно! Наконец-то свершилось… Этот момент в дораме я запомнила очень хорошо, ведь именно здесь началось активное сближение Сюнин и Цзенлана. Леди Тао была сдержанной и крайне образованной девушкой, потому она стала постоянной сопровождающей наследника.

Обязанности там не слишком сложные: нужно переписывать длинные трактаты, искать цитаты из древних текстов, готовить для него чернила, и… Ладно, звучит довольно сложно. Честно говоря, я бы сто раз задумалась: а нужен ли мне этот мужчина?

Впрочем, Сюнин главная героиня, так что (надеюсь) со всем справится. Настоящая проблема заключается в том, что второй сопровождающей выбрали Чжо Яо. И если вначале их дружба с героиней кажется вполне милой, то дальше… Яо влюбится в Цзенлана. Будучи довольно хитрой леди, она не станет сразу же проявлять свои чувства и, когда обнаружит соперницу в лице Сюнин — начнёт плести сети заговора.

Так что… Главная злодейка у нас вовсе не Бай Джу. Впрочем, подобный титул не относится и к самой леди Яо.

«Императрица, вот кто финальный босс…» — я нервно поёжилась и призадумалась. Может, стоит побороться за место сопровождающей? Тогда Яо точно не успеет влюбиться в Цзенлана… Хотя нет, плохая идея. Мой багаж знаний недостаточно хорош для такого статуса.

Конечно, у меня были отличные учителя, но этого недостаточно. Цзенлан преимущественно изучает военные трактаты (тактика, стратегия, хроники великих полководцев и всё в этом духе). Само собой, я даже близко с такими книгами не стояла.

Сюнин Тао — дочь цензора, так что (по логике вещей) тоже не должна об этом знать, но… Её брат глубоко увлечён военным делом, а она (как истинная героиня) с удовольствием изучала его заметки и книги. С Чжо Яо дела обстоят ещё проще — её мать из семьи военных. Не очень высокопоставленных, но всё же.

Соперничать с такими девушками едва ли возможно… Цзенлан всё равно выберет именно их. Я тяжело вздохнула, раздумывая над планом действий. Тогда, может, напроситься в архив? Там не так уж много работы, а в свободное время я могу следить за героями и (по возможности) корректировать их отношения.

Но стоило мне принять блестящее решение, как управляющий произнёс:

— Леди Шен, вы будете помогать Его Величеству Вейяну. Прошу вас приходить в Пламенный павильон через каждые три дня после рассвета.

Моё сердце тотчас рухнуло в пропасть, а с губ сорвалось печальное:

— Но…почему?

Управляющий смерил меня бесстрастным взглядом и пояснил:

— Ваша семья крайне влиятельна в империи Лунцзи. Его Величество полагает, что вы справитесь с сортировкой документов.

У меня очень, очень дурное предчувствие! Разве это не значит, что Вейян просто нашёл секретаршу в моём лице? И работы там много, слишком много… А в следующий миг я поймала завистливые взгляды девушек. Уж не знаю, о чём шепчутся леди из Цветника, но ничего хорошего они мне явно не пожелают.

Засада… Со всех сторон засада!

Пламенный павильон.

Я подошла к алым вратам и чуть слышно вздохнула. Знакомое место рядом с бамбуковой рощей… Выходит, Кровавый князь обитает именно здесь. В каком-то смысле это логично — ведь Пламенный павильон действительно прекрасен. Настоящая жемчужина поместья Вейян. Всё здесь сделано так изысканно и изящно, аж дух захватывает!

Но я не могла в полной мере насладиться происходящим. Потому что (как несложно догадаться) это задание — очередная проверка от князя. Доверить девушкам Цветника старые письма (где потенциально можно найти важные сведения), спровоцировать на кражу документов… Хао Вейян не дурак, а потому не доверит нам ничего по-настоящему ценного. Но одно неверное движение — и я вылечу из поместья быстрее стрелы.

Так что… Ситуация крайне непростая. Сейчас расклад таков: Сюнин и Чжо прислуживают Цзенлану, меня и ещё двух девушек отправили к князю, а остальные заняты в архиве. Конечно, «занятость» тут относительная, никто не станет всерьёз мучить благородных девиц… Ну, кроме самого Хао Вейяна. Этот более чем способен устроить тотальную нервотрёпку.

К счастью, на данный момент всё предельно просто: у ворот меня встретил молчаливый прислужник (больше похожий на телохранителя), который показал путь в западную часть павильона. Там, в крохотной тесной комнатушке, уже подготовили стол, чернила и кисти. А также… Гигантскую кипу писем и документов.

Клянусь, в тот момент я чуть не впала в депрессию. Он правда хочет, чтобы я разобрала всё это в одиночку? За что вы так со мной, князь?! Хао Вейян «любезно» оставил письмо, в котором расписал все мои обязанности. Если коротко: я должна рассортировать эту кучу и составить подробные списки с перечислением что и где лежит… Ужасно, просто ужасно! За один день тут явно не управиться. Даже за неделю… Чёрт, ну что за пытки?

«Мужчины иногда бывают такими коварными» — за работу я принялась без всякого энтузиазма. Бумаги пахли пылью и старостью, некоторые давным-давно пожелтели (благо, не осыпались). По большей части передо мной лежали отчёты, в которых совсем нет полезной информации…

«Пустышки для глупышки» — недовольно фыркнула я. Ладно, что уж тут скажешь… У меня просто нет выбора. Пришлось сесть и начать крайне нудную работу.

По счастью, в комнате было небольшое окно, из которого открывался прекрасный вид на двор наследника Цзенлана… Иногда я тайком подходила, чтобы подышать свежим воздухом и проследить за героями. Впрочем, пока ничего нового не происходило: Чжо и Сюнин сдержанно помогали молодому человеку по мере сил, а вокруг сновали деятельные слуги.

«Ну, по крайней мере, герой начал учиться… До этого мне казалось, что он прописался в саду на правах овоща» — возможно, я к нему несправедлива, но это небольшая месть за тот случай.

— Интересно? — вкрадчивый голос над ухом заставил меня машинально кивнуть, а в следующую секунду…

— Князь!

Я тоненько пискнула и отскочила к столу, разлив чернила. Тёмная жидкость запачкала мои записи… К счастью, сами документы не пострадали, но и без них проблем достаточно!

— Вы… Вы! — испуганно выдохнула, застыв под пристальным взглядом мужчины.

Он не просто вошёл в комнату без единого шороха — Хао Вейян буквально стоял за моей спиной! А значит, он всё видел…

— Вы не помогаете, леди Шен. — насмешливо проронил князь, бросив взгляд на заляпанный стол.

— Я… У меня был перерыв! Всего пару минут… И теперь всё испорчено.

Я не собиралась плакать, но от осознания потерянной работы и впрямь чуть не захныкала перед князем. Ещё и ощущение такое странное: словно меня вот-вот отчитает суровый наставник.

— Вы занимались делом меньше часа. — заметил Хао Вейян и ещё раз посмотрел в окно. — Видимо, что-то вас заинтересовало.

Давление в его голосе было таким страшным, что я занервничала ещё сильнее. И (в шаге от срыва) спросила:

— У вас есть… Есть тряпка?

Повисла пауза. Казалось, будто Вейян молчал целую вечность, прежде чем разлепить губы:

— Что?

— Ну… Тряпка. — пробормотала я. — Чтобы вытереть чернила… И не испортить стол.

Пожалуйста, господин, прекратите так на меня смотреть. Я знаю, что вопрос глупый, но это всё от нервов!

— Не нужно. Слуги приберут. — отозвался он и, наконец, оставил меня в покое.

Я с облегчением вздохнула и (воспользовавшись случаем) сбежала из Пламенного павильона. Полагаю, на сегодня мой рабочий день окончен, и… Возможно, мне не придётся приходить сюда снова?

«Это было очень наивное предположение»

Прошло два дня, и территория князя вновь распахнула свои недружелюбные объятия. Судя по тому, что стол заменили, моя неуклюжесть оставила весомый след в этой комнате… Простите, мне очень жаль. С другой же стороны: во всём виноват князь. Кто просил его так незаметно подкрадываться?

И вот, я опять засела за неприятную работу. Ирония заключалась в том, что многие девушки из Цветника и вправду мне завидовали! Это чувство изоляции крепло день ото дня… Очень действует на нервы. Я бы с удовольствием уступила им своё место под солнцем, да только князь не отпустит.

Он казался совершенно непробиваемым… Иногда я видела его тень в Пламенном павильоне. Мужчина передвигался раздражающе бесшумно, чем вызвал у меня стойкое чувство паранойи. Из-за него я вела себя крайне прилежно, и почти не подходила к злосчастному окну… Но это не могло продолжаться вечно.

Дело в том, что впереди нас ждало одно трагичное событие. Я вспомнила о нём (почти) случайно, когда увидела служанок, прибирающих пожухлую траву.

«Змея… Змея, которая появится здесь до первых серьёзных заморозков»

Откровенно говоря, сейчас неподходящее время для ползучих гадов. Этот «подарок», лично выращенный императрицей Цзинь, — всего лишь очередное напоминание. Не только князю, но и нам всем… Её Величество никогда не оставит Шуаньи. И смертоносные дары продолжат терроризировать это место. Хао Вейян, безусловно, готов к подобным сюрпризам, но не он пострадает от змеиного укуса. Совсем не он…

«Бедняжка Сюнин» — мысленно вздохнула я.

В тот день героиня едва не умерла. К счастью, распространение яда вовремя остановили и противоядие быстро нашли… Но даже так — с тех пор она часто болела и имела некоторые проблемы с фертильностью. Этот случай серьёзно подкосил её здоровье.

Я нахмурилась, вновь подкравшись к заветному окну. Боже, надеюсь, это событие случится в мою «смену»… Я, конечно, стараюсь прогуливаться рядом в свободные дни, но слуги не теряют бдительности и с другой стороны ничего не видно. Зато отсюда…

И тут я запнулась, узрев кое-что интересное. Цзенлан отложил свои книги и направился к пруду, но недолго пробыл в одиночестве. Вскоре к нему присоединилась Сюнин. Они о чём-то беседовали и, судя по обоюдным улыбкам, прекрасно ладили. Но уже в тот момент я нахмурилась. Это оно, или…?

Движение. Движение в кустах, едва уловимое, почти незаметное. Оно похоже на колыхание травы от буйного ветра, но нет… Вовсе нет. Я мигом схватила со стола тушечницу и, затаив дыхание, выбросила её наружу.

Каменный предмет упал на дорожку и раскололся с приметным звоном. Цзенлан, к счастью, обладал острым слухом, а потому резко обернулся… И вовремя заметил змею, мелькнувшую в кустах. Молодой человек выхватил тонкий кинжал, пригвоздив тварь к земле. Сюнин же, в свою очередь, испуганно отступила, едва не падая в пруд.

Но это уже не так важно. Я с облегчением улыбнулась, а потом… Поймала пристальный взгляд князя. Вот чёрт! Опять?!

— Ваше Величество… — мой голос прозвучал почти обиженно.

Ну серьёзно, почему он просто не может пройти мимо? Обязательно было заглядывать сюда? Я, вообще-то, благородным делом занимаюсь! Спасаю вашу будущую невестку…

— И чем вам не угодила тушечница? — неспешно протянул Хао Вейян, сделав шаг вперёд.

— Она… не вписывалась в интерьер. Иногда это так раздражает. — меланхолично отозвалась я.

А что ещё сказать? Князь поймал меня на месте преступления. Опять.

— Леди Шен… Прошу вас пройти в мой кабинет.

Испугалась ли я? Ещё как! Надеюсь, он не начнёт разговор с пыток, а хотя бы даст мне шанс объясниться… Пожалуйста, я же не сделала ничего плохого! Но, в любом случае — сейчас никто не спасёт меня от Кровавого князя.

Его кабинет, к слову, был просторным, но крайне аскетичным. Впрочем, это неплохо сочеталось с немногословностью самого Вейяна (и его гнетущей аурой). Мужчина опустился в кресло и жестом приказал мне присесть. Я вновь подумала о пытках и едва не заскулила, тихонько устроившись на самом краешке сидения.

— Ваше Величество, я могу всё объяснить…

— Не сомневаюсь, леди Шен. Но я позвал вас не за этим.

Я нервно улыбнулась, чувствуя, как по венам расползается липкая тревога. Мысли отчаянно метались в голове, и неизбежно меркли от осознания катастрофы… Передо мной сидел самый влиятельный человек на континенте. Тот, кого боится император Луна. Хао Вейян, Кровавый князь, покровитель Шуаньи… Его светлые глаза пронзали меня насквозь, будто стремясь проникнуть глубоко под кожу, выворачивая нутро наизнанку. От этого взгляда моё сердце забилось гулким барабанным ритмом (чуть отвернёшься — выскочит из груди).

— Ваша семья, леди Шен… — наконец, протянул он своим низким голосом, многозначительно прищурившись — Что вы можете рассказать о жизни в Лунцзи?

«Это вопрос с подвохом?» — клянусь, я едва не спросила вслух, но вовремя прикусила кончик языка! Здесь что ни день — то очередная княжеская проверка… Беда в том, что мне сложно сосредоточиться посреди такой давящей атмосферы, но выбора нет. Придётся ему ответить.

— Я… Мало что могу сказать о столичной жизни. — робко улыбнулась, опустив взгляд. — Но мои сёстры всегда были очень талантливыми.

— И почему же они демонстрировали свои таланты, а вы — нет?

Я чуть не поперхнулась. Вопрос князя был на грани откровенной грубости… В приличном обществе такое посчитали бы оскорблением, но прямо сейчас нет смысла играть в обиженную девочку.

— Не у всех есть амбиции, Ваше Величество. Мне не нравится конкурировать с другими… К тому же, в этом просто нет смысла. Отец довольно быстро договорился о моей помолвке.

Полагаю, князь и без того знает всю подноготную, так что… Немного искренности здесь не помешает.

— Вот как? — Хао Вейян безразлично усмехнулся, но не прекратил допрос. — Полагаю, вы были разочарованы, когда императрица добавила ваше имя в Цветник.

Я чуть не фыркнула. Он пытается играть на моих чувствах? Что за коварный мужчина!

— Это было… Неожиданно. — чуть слышно призналась, поджав губы. — И слишком поспешно. Помолвку аннулировали, меня выслали из поместья… Я даже не смогу посетить свадебные церемонии сестёр.

— Ваши старшие сёстры скоро войдут в Небесный город. — Хао Вейян осклабился, будто эта новость искренне его повеселила. — В то время как дочь наложницы забрала брак леди Шен.

Ксуа всё-таки выйдет замуж за Лин Вэня? Не самая приятная новость… Но, полагаю, что князь не врёт. Он так сильно давит на мои эмоции, будто и впрямь пытается довести до слёз!

«Что сынок, что папаша — одинаковые засранцы…»

— Такова судьба. — хрипло проронила, прикусив нижнюю губу. — И я искренне желаю им счастья, пусть даже без меня. Это прозвучит очень грустно, но… Жизнь продолжается. И если уж боги уготовили мне судьбу девушки из Цветника: так тому и быть.

В тот момент капля крови сорвалась с подбородка на угол платья. Я сама не заметила, как сильно прикусила губу, и только сейчас ощутила неприятное жжение…

«Как глупо… Я обещала, что не буду плакать по пустякам, но всё равно проявила нежелательные эмоции»

Кровавый князь вскинул брови, а затем молча протянул мне платок из легчайшей ткани. Он больше не задавал вопросов о семье и спокойно сменил тему:

— Полагаю, сегодня вы разглядели змею в траве и пытались предупредить моего сына. Благодарю вас, леди Шен.

— Не стоит, Ваше Величество…

Я покраснела и быстро поднялась с места, закрывая платком не только губы, но и часть лица. Мне, отчего-то, хотелось сбежать от выразительных глаз Кровавого князя… Сбежать, скрыться, стереть из памяти любое проявление сочувствия, пусть даже такое формальное и мимолётное.

Теневой защитник застыл у окна, выпрямившись по струнке. Его глаза неотрывно следили за князем, который двигал фигуры по шахматной доске. Хао Вейян мог часами пребывать в медитативных размышлениях, переставляя пешки из белого нефрита. Но в этот раз шахматная партия завершилась досрочно…

— Ты всё проверил? — плавно спросил князь, прикрывая глаза.

Защитник кивнул:

— Да, Ваше Величество. Змею подкинули люди императрицы, однако… Они не контактировали с девушками Цветника. Пока что.

Он сделал паузу, после чего заметил:

— Леди Шен часто наблюдала за наследником из окна, поэтому… Есть шанс того, что мы столкнулись с обычной случайностью.

— Мне не нравятся такие совпадения. — протянул Хао Вейян, качнув головой. — Они бесконтрольные и, зачастую, лживые.

Шахматная доска задрожала. Кровавый князь слишком резко опустил фигуру на клетку.

— Мы… проверили биографию леди Шен. — признался защитник. — В Лунцзи она была самой непримечательной из всех дочерей клана. Но её брак был запланирован раньше других леди.

— И насколько влиятелен жених? — уточнил князь.

— Ничего особенного. Его отец — чиновник из министерства юстиций.

— Понимаю. — Хао Вейян перевёл взгляд на окно и насмешливо скривил губы. — Бесталанная и непримечательная дочь родовитого клана… Лиян Цзинь всегда презирала таких девушек. Полагаю, она бы не стала использовать её даже в качестве инструмента.

Пешка упала набок и едва не скатилась со стола на пол. Князь поймал её в последний момент, едва заметно нахмурившись. На краткий миг ему показалось, будто белый нефрит окрашен маленькой каплей крови из прокушенной губы.

— В таком случае… Нам продолжить расследование семьи Шен? — осторожно уточнил защитник.

Хао Вейян промолчал, возвращая фигуру на шахматную доску. Он поставил её в произвольном месте, больше не следуя правилам игры.

— Докладывайте обо всех новостях из столицы. Не стоит упускать клан Шен… Если что-то произойдёт, я хочу знать все подробности.

Хорошие новости: я до сих пор жива! Князь меня не выгнал и даже не наказал… Плохая новость: всё это кажется чертовски подозрительным. Почему он ничего не сделал? Наблюдает? Уже сделал выводы?

Я думала, что сложнее всего справиться с главным героем, но его отец… Настоящая тёмная лошадка всей истории. И это вовсе не комплимент! Его ледяные глаза преследуют меня даже во сне, навевая острое чувство тревоги. Впрочем (как выяснилось) не только я столкнулась с подобным давлением.

Те девушки, которых отправили служить князю, поначалу были очень довольны, но минула неделя — и их энтузиазм угас. Они начали жаловаться на плохое самочувствие и, кажется, искали любой повод, чтобы держаться подальше от Пламенного павильона… А ещё через неделю одну из них поймали на краже. Я узнала об этом почти случайно, когда застала разборки во дворе Ириса.

— Я ничего не крала! Они на меня клевещут! — бушевала субтильная леди, прожигая слуг разъярённым взглядом. — Всего лишь заглянула в одно письмо…

Впрочем, через пару минут её злость схлынула, превратившись в отчаянные мольбы:

— Пожалуйста, князь, не отправляйте меня в Лунцзи!

Она даже попыталась ворваться в Пламенный павильон, но безуспешно… И через пару часов её тихо вывезли из поместья. Если честно, я почти восторгаюсь тем, насколько быстро подчинённые Вейяна справлялись с проблемами. Они действовали слаженно, без промедлений, на корню пресекая лишние слухи. К примеру: новость о том, что змея чуть не ужалила наследника, так и не просочилась вовне.

Чжо и Сюнин хранили молчание, но между ними возникло ощутимое напряжение. В какой-то момент леди Яо начала чаще встречаться с другими девушками, а затем… Они объявили бойкот главной героине. Неофициально, в пределах тошнотворной вежливости, но всё же.

«Полагаю, в этом косвенно виноват наследник. Он сблизился с Сюнин, начал по-настоящему выделять её среди прочих… И Чжо постепенно отошла на второй план. Могла ли она смириться с этим? Ну, разумеется, нет»

В дораме, впрочем, ситуация развивалась более плавно… Укушенная леди Тао не смогла прислуживать наследнику, а потому её место заняла другая девушка. Именно в тот период мимолётная симпатия Чжо Яо переросла в полноценную любовь. А сейчас… Мне кажется, в ней больше говорит задетая гордость. Поэтому и интриги она плетёт совсем иначе: неприязненно и напоказ. Возможно, оно и к лучшему? Не думаю, что бойкот сильно навредит героине… Сюнин ведь мало с кем дружила. А я решила воспользоваться случаем и восстановить наше общение. Но, как оказалось, не всё так просто…

— Зачем ты пришла? — холодно спросила леди Тао, когда я заглянула к ней в гости.

Личная служанка Сюнин неприязненно скривила губы, но всё же поклонилась, отходя в сторону.

— Я… просто хотела поговорить. Раньше мы неплохо ладили, и… — мой голос дрогнул, неловко оборвавшись под саркастичным взглядом героини.

— Ты подумала, что я достаточно глупа для новой лицемерной дружбы? — усмехнулась Сюнин. — Напрасно, леди Шен. Вам тут не рады.

Я слегка опешила от таких презрительных слов. Какая муха укусила нашу разумную героиню?

— Почему ты упрекаешь меня в лицемерии? — прямо спросила, вскинув брови.

— Хватит притворяться! — Сюнин аж глаза закатила. — Я знаю, что ты наблюдаешь за ним.

— За кем?

— За Цзенланом.

Она… заметила? Ничего себе у неё зрение!

— Прослушай, он мне вовсе не нравится! — поспешно заявила я. — Ты же помнишь, раньше мы с наследником не поладили, так что…

— Я помню. — хмыкнула леди Тао. — И думаю, что ты умнее многих. Отвергла его фальшивые ухаживания, чтобы постепенно завоевать сердце… Хороший ход, леди Шен. Я тебя недооценила.

Ну, спасибо, конечно… Но это уже какая-то паранойя.

— Да зачем мне всё это?! — резко выпалила, качнув головой. — Кроме того, с каких пор ты так зациклена на наследнике? Он же тебе не нравился.

В тот момент Сюнин замерла и резко опустила подбородок. Но я успела заметить её покрасневшие уши. Ого, неужели она отрицает вспыхнувшие чувства?

«И всё же ревность упорно прорывается…» — мысленно вздохнула я.

— Мои чувства неважны. — отрезала Сюнин, возвращая боевой настрой. — Важнее то, как тоскливо ты смотришь на него из окна Пламенного павильона. Я тебя раскусила, Юнли, не пытайся отрицать.

И, прежде чем я успела хоть что-то возразить, её служанка вышла вперёд:

— Вам пора, леди Шен.

Её насмешливый голос неприятно резанул по сознанию, заставив меня стиснуть пальцы в кулаки. Шия тотчас нахмурилась, но я жестом велела ей молчать и покинула столь недружелюбный двор, более не пытаясь уговорить Сюнин. В груди всё клокотало от неприятного, едва сдерживаемого гнева. Ну что за несносная героиня!

— Простите, леди. — тихо проговорила Шия, следуя за мной. — Её служанка, Мина… С виду покладистая, но, по сути, очень гордая. Иногда она ведёт себя крайне грубо.

— Я не… Подожди, её зовут Мина?

— Да.

Я остановилась, неловко поджав губы. Мина… Знакомое имя. Она была в оригинальной дораме? Какие-то странные ассоциации вертятся на кончике языка. Горделивая служанка, которая вечно смотрела на наследника Вейяна с восхищением, а затем… Я чуть не ахнула. Точно!

Та девушка испытывала особенное, поистине ядовитое презрение к девам Лунцзи. Её неприязнь обострилась, когда Цзенлан начал всерьёз ухаживать за красавицей Тао. В конце концов, Мина решилась на ужасный поступок. Она отравила благовония Сюнин и вызвала у той выкидыш…

Но в оригинальной истории было одно существенное различие: та антагонистка прислуживала Чжо Яо и (вероятно) нашёптывала ей самые подлые способы мести героине. А теперь эта Мина и вовсе стала доверенным лицом леди Тао… Кажется, мы в беде.

— Госпожа, что-то случилось? — нахмурилась Шия, не сводя с меня пристального взгляда.

— Ничего… Я просто расстроилась.

Очень и очень сильно. Я пыталась избавить героиню от проблем и пропустила огромный смертельный флаг!

«Ладно, вдох-выдох… Не паникуем, даже если очень хочется. По крайней мере, теперь я знаю врага в лицо. Осталось только вовремя разоблачить Мину… Или, по крайней мере, намекнуть на её причастность. Думаю, она не станет сразу вредить Сюнин, так что… Нужно как-то понаблюдать за ней исподтишка»

— Знаешь, Шия… Однажды родители отвезли меня в далёкий горный храм. Местный монах сказал, что я одарена особым благословением — редким предчувствием беды. Но… До сих пор моя жизнь была спокойной и безоблачной. — я грустно улыбнулась, опустив взгляд. — И всё же, некоторые люди пробуждают это предчувствие с первого взгляда. Сегодня… Я ощутила его, когда посмотрела на Мину.

Шия вскинула брови, явно не ожидая такого «признания». Возможно, она сочтёт меня странной, однако… В этом мире люди достаточно суеверны. А я просто хочу пробудить в ней ростки подозрений.

— Вы считаете, что Мина… Несёт угрозу? — скепсис в её голосе слишком очевиден.

— Может, и нет. — я пожала плечами, вновь оглянувшись на двор Тао. — Однако… Не стоит полностью игнорировать это предчувствие.

Шия, конечно же, не поверила. В тот день она просто сменила тему, но я не расстроилась. Эта служанка большая умница, так что (рано или поздно) догадается об истинной натуре Мины… По крайней мере, в дораме именно Шия ответственна за её разоблачение.

На следующий день меня ждала работа в Пламенном павильоне и опостылевшая партия «чертовски важных» писем и бумаг. Порой мне казалось, что остальные леди просто бездельничают, потому что стопка не уменьшается! Или в неё подкладывают новую макулатуру…? Вполне возможно.

Мой «оконный ритуал» пришлось отменить после ссоры с Сюнин. Временно не буду её провоцировать, что ж поделать… Да и погода сейчас совсем не радужная, едва ли наследник будет гулять в том месте.

Мелкий дождь барабанил по ставням, покрывая стекло влажными разводами. Я поёжилась, посильнее укутавшись в тонкую накидку. Немного дует сыростью, как неприятно… И в тот момент тяжёлые шаги послышались в коридоре.

Я безошибочно узнала князя и, тяжело вздохнув, поднялась со своего места. Когда Хао Вейян не хочет быть замеченным — он передвигается совершенно бесшумно. Но если Его Величеству что-то надо, его поступь вызовет дрожь у всего павильона…

Меня удивляло не только это. Кровавый князь постоянно проводил время в одиночестве. Слуги оставались за пределами двора, лишь изредка нарушая его границы.

«Он любит уединение? Или просто привык к такому образу жизни?» — подумала я, прижавшись плечом к стене. Именно в тот момент глубокий голос князя раздался в непосредственной близости:

— Вы снова скучаете, леди Шен.

— Вы снова скучаете, леди Шен.

Опять. Опять он застал меня врасплох! И ведь на этот раз я знала, что Вейян ходит поблизости… Но всё равно испугалась.

«Его должны назвать внезапным князем, а не Кровавым!» — мысленно фыркнула я, изобразив натянутую улыбку.

— Мне вовсе не скучно, Ваше Величество. Просто… Здесь дует холодный ветер. — первая попавшаяся отговорка слишком похожа на жалобу… Но, с другой стороны, поместье принадлежит Хао Вейяну, а хозяин должен знать обо всех недостатках. В этой комнате, например, строители явно схалтурили.

Мужчина окинул меня бесстрастным взглядом. Я вытянулась по струнке, стараясь сдержать эмоции, но мурашки слишком быстро покрыли кожу. И тогда князь едва заметно улыбнулся:

— Вот как?

Прежде чем я успела среагировать, он направился в свой кабинет. Всё тем же размашистым, чеканным шагом, сцепив пальцы за спиной в замок. А я… Зачем-то пошла за ним. Это трудно объяснить, но в тот момент Хао Вейян будто отдал незримый приказ. Ему просто невозможно не подчиниться. И я проследовала за ним до дверей кабинета, настороженно застыв на пороге.

Князь приблизился к старинному шкафчику из дорогого дерева и распахнул его, неспешно доставая содержимое.

— Леди Шен умеет заваривать чай? — спросил Вейян, вскинув брови.

А я чуть не ахнула, оценив изумительный сервиз из тончайшего фарфора. Это же настоящий раритет! Уверена, он стоит очень дорого…

— Умею. — тихо кивнула, склонив голову.

Все благородные леди учатся мастерству чайной церемонии. Это древняя традиция нашей страны, в которой процесс едва ли не важнее результата. Но… Не сказала бы, что мои навыки достойны внимания. Среди всех сестёр Шен именно Хуалинг умела заваривать чай с неизменным изяществом.

«А у меня… просто нет выбора»

Князь едва заметно кивнул, и мне пришлось вспомнить все азы чайной церемонии. Правильная осанка, отточенные движения, лёгкий наклон головы… Всё должно быть идеальным. Отборные чайные листья приятно пахли, между ними перекатывались кусочки сушёного персика и манго. Я на секунду затаила дыхание, вспоминая то время, когда мы с Сишу (шутки ради) придумывали разные странные напитки. Чего только не смешивали… Но некоторые варианты оказались очень вкусными и остались со мной навсегда.

«Жаль, князю такое не предложишь» — я негромко вздохнула и, наконец, поставила перед ним чашку, склонившись в поклоне. Надеюсь, не напортачила со временем… Иначе выйдет совсем плохо.

Хао Вейян опустил взгляд на предложенный напиток и без колебания сделал глоток. Я невольно нахмурилась, думая о том, насколько же горячим вышел чай… Но князь даже не поморщился. Он бесстрастно продолжил читать книгу, которая с виду напоминала военный трактат.

А я… Тайком разглядывала отца главного героя, подмечая новые детали. Его длинные ресницы чуть трепетали, когда мужчина хмурился. Чёрные брови казались очень выразительными (будто тушью подведены). Когда Хао опускал подбородок, боковые пряди подчёркивали шрам, что спускался ниже по левой стороне виска. До крайности лишняя деталь на таком красивом лице…

Да, вынуждена признать очевидное: этот мужчина чертовски хорош. И он куда лучше Цзенлана (уж прости, героиня). Именно в тот момент (словно отвечая на мои мысли), князь опустил чашку на стол и поднял взгляд.

«Эти глаза острее клинка» — ошеломлённо подумала я, резко отвернувшись.

— Вам… понравился чай?

Собственный голос прозвучал слишком тихо и неразборчиво, но Вейян услышал.

— Неплохо. — он отозвался крайне вежливо, а я поняла: у нас очередной провал на горизонте! Ему явно не понравилось.

— Скажите честно. — потребовала, нахмурив брови. — Быть может, для вас это мелочи, но для меня важно!

Кровавый князь иронично склонил голову набок и, наконец, улыбнулся:

— Вы сделали всё правильно. Стандартно, соблюдая традиции… Просто без души. Порой лучше ошибиться, но вложить в свою ошибку чуть больше подлинного.

Скажу честно: в тот момент я опешила! Он будто поймал меня на детской уловке, и от этого нежданное смущение опалило лицо.

— В следующий раз… Всё будет иначе. — тихо пообещала, прикрыв покрасневшие щёки.

Вейян задумчиво кивнул, а затем произнёс:

— Леди Шен, говоря откровенно… Вы заинтересованы в моём сыне?

А вот и второй шок за последние пять минут. Я чуть не закашлялась, резко мотнув головой:

— Нет! Он меня не интересует… В этом смысле.

Сдался мне ваш Цзенлан! Почему все вокруг думают, что в него так легко влюбиться? Впрочем… Думаю, мне нужна отговорка получше.

— Дело в том, что наследник очень похож на моего брата. — чуть слышно проронила я. — Не внешне, но по характеру… Мне не довелось попрощаться с ним перед отъездом, поэтому… Я очень тоскую.

Это не совсем правда, но опустим детали. На самом деле брат Лэй… Довольно редко общался с сёстрами. Кажется, мы с ним всегда обсуждали банальные вещи: погоду, новые книги и… Всё? Тяжело соскучиться по такому общению.

— Понимаю. — Хао Вейян кивнул, сосредоточенно сцепив пальцы в замок. — Мой сын… В любом случае не женится на леди из Цветника. Надеюсь, вы понимаете, леди Шен.

— Конечно! — слишком быстро выпалила я, а потом запнулась под насмешливым взглядом мужчины. В этот раз он (кажется) намекал на кого-то другого… Возможно, на Сюнин?

— Теперь я могу идти? — мне хотелось поскорей сбежать в родной двор и запереться на семь замков… После того как выпрошу у Шии тарелку с выпечкой.

— Сегодня ваша старшая сестра вышла замуж. — с неожиданной прямотой сказал Кровавый князь.

Я растерялась, невольно выдохнув:

— Хуалинг…?

Да, конечно, это она… Даже не верится, что строгая сестрица отныне станет женой принца. Но я могу лишь искренне пожелать ей удачи. В Небесном городе смертельное множество интриг и подлостей, потому нам остаётся одно: верить в лучшее.

«Держись, Хуалинг. Надеюсь, твоя жизнь сложится иначе, нежели в оригинальной истории…»

Холода пришли в Шуаньи с ледяным градом, мокрым снегом и неожиданно сильными заморозками, которые за ночь сковали пресные водоёмы. Дни стали короткими и пасмурными, чуть отвлечёшься — уже темень. И только фонари горели круглые сутки, освещая нам путь.

Я постоянно грелась на кровати, которая (по сути своей) напоминала обогреватель. Под каменной кладкой притаилась встроенная печь, и её исправно топили, поддерживая тепло на протяжении всего дня… И это очень кстати, потому что выходить на улицу совсем не хотелось.

По счастью, никто не гнал избалованных леди Цветника на работу. Матушка Гуань сжалилась над нами (или, возможно, не хотела слушать бесконечные жалобы), а потому «вынужденная помощь» сократилась до минимума. Я с радостью приняла отпущенные часы безделья и вполне неплохо проводила время. Тёплая кровать, плотное одеяло, горячий напиток с имбирём, и (как вишенка на торте) — новое хобби!

Как выяснилось, Шия — настоящая мастерица. Она очень талантлива в узелковом плетении, когда из толстых гладких шнурков создают удивительные узоры, добавляя бусины и другие украшения… Я смутно припомнила, что в моей прошлой жизни подобное называли «техникой макраме».

Но, в любом случае, долгими зимними вечерами так приятно сесть поближе к лампе, методично сплетая плотные нити. Это очень расслабляющее, почти медитативное занятие… С каждым новым узелком ослабевают тугие путы натянутых нервов. А сюжет дорамы (к счастью) притих, и ничего важного в ближайшие дни не случится.

Сюнин хандрила, Цзенлан медленно осознавал свои чувства, но их привязанность застопорилась из-за плохой погоды и ужесточившейся дисциплины наследника. Кровавый князь отправил сына в близлежащий город, дабы тот помог решить некоторые проблемы, связанные со снегопадом. Обычно сам Хао Вейян отправлялся на подмогу, но на сей раз именно Цзенлан должен проявить себя… Логично? Вполне!

И всё же, раз в неделю я оставляла сплетённые узоры и возвращалась в Пламенный павильон. Князь, к слову, приказал отремонтировать комнату, и теперь в ней нет ни единой щели! Но я всё равно мёрзла, почти не расставаясь с ручной грелкой. Из-за этого работа протекала медленно и лениво… Но всё менялось, когда Хао Вейян возвращался в кабинет.

Тогда я без спросу шла за ним, доставала из шкафчика знакомый сервиз и практиковалась в чайном мастерстве. Князь, впрочем, не возражал, лишь изредка бросая задумчивые взгляды в мою сторону.

Теперь (помимо чайных листьев) слуги приносили кусочки фруктов и сладостей, а я с радостью комбинировала вкусы. Эти напитки, если честно, больше не походили на традиционный чай… Но мне нравилось создавать что-то новое, а потом пробовать это вместе с Вейяном. Он, к слову, был главным критиком моего творчества.

Я обнаружила, что Кровавый князь не переносит слишком кислые и горькие напитки. Но ему нравится приятная остринка и (на удивление) он не против дозированной сладости… На этот раз я учла все его пожелания! Добавила в имбирный чай нарезанные кусочки личи и капельку цветочного мёда.

Хао Вейян задумчиво опустил взгляд на ароматный напиток и, наконец, сделал глоток. Его стальные глаза потеплели, а затем князь глубоко вздохнул:

— Хорошо. Очень вкусно.

Он был скуп на похвалу, но блуждающая улыбка на губах мужчины вызвала настоящую эйфорию в моей душе. Да, получилось! Идеальный чай для воинственного князя создан, можно запатентовать рецепт.

Я расслабилась и сделала глоток из своей чашки, зажмурившись от обилия вкусов. Острота перекликалась со сладостью, а терпкий вкус чая странным образом остывал на языке желеобразным личи… Вкусно. На самом деле очень вкусно!

— Благодарю вас, леди Шен. — протянул Вейян, прикрыв глаза. — Хоть вы и сбегаете от работы — результат того стоит.

— Я не сбегаю. Просто, знаете… Как бы долго мы ни сортировали письма, их количество не уменьшается. А раз работа бесконечная, можно и задержаться с её выполнением… — честно призналась, обхватив чашку ладонями.

Странно, но я довольно быстро привыкла к пугающей ауре князя. Он до сих пор казался властным правителем Шуаньи, однако сейчас мне проще говорить с ним, словно… Границы отчуждения стёрлись, подпуская меня чуть ближе.

— Леди Шен не самая трудолюбивая, верно? — беззлобно поддел Вейян, качнув головой.

Я лишь пожала плечами, опустив взгляд на книгу, которую он читал. Заметки о путешествиях? Выглядит интересно.

— А можно мне…

— Отец?

Зычный голос Цзенлана остудил некогда тёплую атмосферу. Я быстро подскочила с места, убирая свою чашку в сторону. Но наследник всё равно наградил меня удивлённым взглядом.

— Что-то случилось? — прямо спросил Хао Вейян, дёрнув подбородком.

Я правильно истолковала его намёк и прокралась к двери, чтобы не подслушивать разговор героев… Был соблазн притормозить, но это слишком опасно. Как бы сильно ни смягчился Кровавый князь, ему не составит труда выкинуть меня из поместья в случае угрозы.

На улице завывал холодный ветер, бросая пригоршни снега на очищенную территорию павильона. Я поплотнее укуталась в меховую мантию и быстро-быстро пошла вперёд, надеясь добраться до тёплого двора в кратчайшие сроки. Но на полпути меня окликнул знакомый голос:

— Леди Шен!

Я мысленно выругалась, но всё же притормозила, мрачно наблюдая за младшим Вейяном. Он был одет в белоснежный плащ, который по-особенному красиво сочетался со снежным пейзажем вокруг.

— Наследник. — я склонила голову, приветствуя его.

— Мы давно не виделись. — Цзенлан улыбнулся, окинув меня задумчивым взглядом. — Я слышал, что в последнее время вы часто задерживаетесь в Пламенном павильоне… Кажется, леди Шен смогла поладить с моим отцом.

Он знает, что его слова звучат почти оскорбительно? Будто я специально остаюсь там, чтобы «поладить» с князем!

— Управляющий Фан хотел, чтобы я здесь помогала.

Нет смысла притворяться заинтересованной, мне и правда не хочется говорить с ним…

— Да, я помню. — Цзенлан едва заметно кивнул. — И всё же, леди Шен…

Он вдруг замолчал, резко качнув головой. Снег припорошил его чёрные волосы, оседая на светлом воротнике плаща. Впервые за долгое время я присмотрелась к красивому лицу наследника и отметила очевидную деталь: этот юноша совсем не похож на Кровавого князя. И (в подтверждении своих слов) громко чихнула, едва успев прикрыть рот ладонью.

— Вы замёрзли? — Цзенлан слабо улыбнулся, качнув головой. — С моей стороны крайне непорядочно задержать леди… Увидимся на празднике Пяти Благ.

Я машинально кивнула, устремившись к своему двору и только переступив порог, задумалась о важном… Что это ещё за праздник такой?

— За двадцать дней до наступления Нового года мы собираем Пять Благ. — проговорила Шия, аккуратно разглаживая подол моего платья. — Долголетие, богатство, гармония, здоровье и спокойствие… Мы проходим через внешнее и внутреннее очищение, завершаем ритуалы поклонения богам, дабы войти в новое время без лишних тягот.

— Впервые об этом слышу… — растерянно призналась, опустив взгляд в пол.

— Неудивительно. Это традиция свойственна Шуаньи, а не Луну.

Шия мягко улыбнулась, доставая ткань с вышивкой:

— Перед началом праздника слуги вычистят поместье до блеска. Мы должны выбросить старые неблагоприятные вещи, повреждённые за год. Затем сюда пригласят монахов, которые обойдут каждое здание, вознося молитвы. В этот день принято медитировать, читая древние тексты для очищения рассудка. Также мы придерживаемся строгой диеты.

— Диеты? — тоскливо повторила я, опустив ладони на живот. Так и знала, что есть подвох!

— Увы, госпожа, таковы правила. Рацион будет ограничен до пяти вегетарианских блюд. Они символизируют все перечисленные блага… Не волнуйтесь, это очень вкусно.

Я молча вздохнула, стащив с тарелки засахаренный цукат.

— В любом случае, под конец нас ждёт праздничный стол. — улыбнулась Шия. — По всем домам развесят амулеты, свет фонарей озарит улицы, а в главном зале поместья будут выступать приглашённые артисты.

Её ласковый голос сплетался с загадочным мерцанием лампы. Казалось, будто Шия рассказывает мне сказку на ночь, и в какой-то момент я настолько расслабилась, что едва не пропустила самое главное…

Артисты. Праздник. Театральное представление. Всё это было в дораме и закончилось… крайне неблагоприятно.

Я понуро оглядела принесённые блюда и фыркнула, мысленно проклиная вегетарианские традиции. Праздник Пяти Благ вступал в свои права — и сразу же меня утомил! В последние дни поместье охвачено суматошной паникой: все куда-то бегут, что-то делают и постоянно друг друга торопят… Даже девушки Цветника невольно присоединились к этой суете: они готовили лучшие платья, подбирали украшения и наперебой знакомились с традициями Шуаньи, лишь бы не оплошать.

Впрочем, меня (по привычке) все игнорировали, а потому ситуация не столь ужасна… Главная проблема заключается в этих блюдах.

— Ну же, госпожа. Вам понравится. — увещевала Шия, пододвигая ароматные тарелки.

Да ладно, я уже всё попробовала! Это и впрямь вкусно, не спорю, но… Очень сложно есть одно и то же пять дней подряд. Суп из бамбуковых побегов и грибов шиитаке олицетворял долголетие, жареный рис с каштанами и лотосом символизировал богатство, тушёные овощи с имбирём и чесноком ели для здоровья (пробирает от них знатно), а обжаренные грибы с тофу и капустой (каким-то образом) передавали вселенскую гармонию. Что самое обидное: меня полностью лишили сладкого! Зато для успокоения давали чай с хризантемами, мёдом и лепестками лотоса…

— Не хочу. — раздражённо буркнула я, с тоской глядя на приевшиеся блюда.

Однообразное питание, молитвы и медитации… Верный путь к скорейшей депрессии. По крайней мере, в моём случае так точно.

— Но это последний день такой еды. — уверила Шия. — Вечером вас ждёт роскошный банкет.

Я тихонько фыркнула. Представляю, чем нас будут кормить на празднике… Сплошной вегетарианский символизм!

«Впрочем, у меня всё равно нет выбора… Буду надеяться на разнообразие блюд. И на вкусный десерт!»

Скажу честно, в тот момент я почти жалела, что в дни праздника нельзя посещать Пламенный павильон. Уверена: князь не обязан соблюдать эту надоедливую диету! С другой стороны… Он же военный. Такие мужчины могут постоянно придерживаться аскетичного образа жизни.

Пока я размышляла над этим, Шия бережно достала новое платье, пошитое специально для праздника Пяти Благ. Оно было пурпурно-розовым, серебряные нити искусно вырисовывали сливовые деревья с распускающимися цветами… Удивительно искусная работа. Даже в Лунцзи я не видела ничего подобного!

— Восхитительно. — чуть слышно призналась, склонив голову набок. — Шия, это ты сделала?

Она едва заметно улыбнулась:

— Я лишь немного поработала с вышивкой, госпожа.

Тем не менее, в её голосе звенела неприкрытая гордость, и я без лишних слов поняла, чьи ловкие пальцы сплели каждый стежок цветущей сливы. Так, пора достать заветную шкатулку с драгоценностями… Я перебирала серёжки, бусы и разноцветные заколки, пока не нашла достойное украшение — золотую шпильку с жадеитом. Шия сразу же попыталась отказаться от подарка, однако…

— Послушай, это просто обмен дарами! Ты создала нечто прекрасное, а я могу отблагодарить тебя лишь этим. Пожалуйста, возьми заколку… Хотя бы в честь праздника Пяти Благ.

Шия растерянно опустила взгляд, а я подошла ближе и аккуратно вдела шпильку в её волосы.

— Разве не прекрасно? Тебе очень идёт!

У меня не так много способов отблагодарить Шию, а ведь она и вправду была прекрасной служанкой… Нет, даже больше! За всё время, проведённое в Шуаньи, только она поддерживала меня во всех начинаниях. Шия была строгой, но справедливой и никогда не опускалась до мелких пакостей. Кроме того, эта девушка дисциплинировала остальных слуг, так что (благодаря её вмешательству) я неплохо жила в своём уединённом дворике.

Мне бы очень хотелось отблагодарить Шию чем-то стоящим, но деньги и более дорогие украшения она просто не примет… По крайней мере, эта заколка является праздничным даром. От такого сложно отказаться. И, чуть поколебавшись, девушка всё же приняла шпильку, спрятав её в карман униформы.

— Благодарю вас, госпожа. А теперь… Пора собираться на праздник.

Торжество Пяти Благ началось на закате и продлится до поздней ночи. Шия сказала, что в момент, когда погаснут длинные алые свечи — праздник официально завершится и всё Шуаньи «очистится» перед наступлением Нового года. А до той поры мы собрались в главном зале поместья.

Впервые за долгое время избранницы Цветника примерили яркие наряды и дорогие украшения. Они напоминали фей Небесного Царства: грациозная походка, летящие платья и лёгкий звон драгоценностей, который сопровождал изысканных красавиц Лунцзи. Но даже так Цветник был отделён от остальных гостей князя.

Слуги ненавязчиво сновали рядом, не давая прекрасным леди пересечь невидимую границу и приблизиться к знати Шуаньи… Кажется, кое-кого это расстроило. Я внимательно следила за всеми, а потому успела заметить разочарование на лицах девушек. Даже Сюнин слегка опечалилась… Полагаю, по той причине, что она не смогла приблизиться к Цзенлану.

Наследник пил с другими мужчинами, шутил и заразительно смеялся, привлекая застенчивые взгляды дев Цветника. Но он ни разу не посмотрел в нашу сторону… Видимо, Кровавый князь его проинструктировал? Что ж, это логично.

Я вздохнула, заправив за ухо выбившуюся каштановую прядь. Наряд, созданный Шией, совершенно прекрасен, но на таком празднике он оставался незамеченным. Быть может, дело во мне? Подобное платье должна носить по-настоящему красивая девушка… Вроде леди Тао.

«Ладно, это не так важно» — я невольно мотнула головой, — «сейчас есть проблемы посерьёзней… Интересно, в какой момент начнётся то событие?»

Я не уверена, что оно произойдёт именно сегодня, но многие факты указывают на это. Больше всего меня смущает театральное представление… Потому что в дораме был такой эпизод. Он расплывался в моей памяти водянистыми акварельными мазками, оставляя лишь нечёткие образы…

Игра теней, алые наряды танцовщиц, немой театр с масками и кинжал… Да, отравленный клинок, который был брошен в князя. В тот день Вейяна ранили. Его тело, закалённое сотней ядов, выдержало этот удар, но нападение не прошло бесследно. С тех пор правитель Шуаньи страдал от скопления токсинов в организме. Каждый месяц к нему приходил старый целитель с серебряными иглами, который проводил технику акупунктуры, дабы вывести грязную кровь… Но даже это не восстановило здоровье князя. С виду Хао Вейян оставался сильным и грозным воином, однако жилы его уже были надорваны.

«Возможно, по этой причине финал дорамы был… таким?» — я нервно сглотнула, сжимая тонкий платок пальцами.

Что мне теперь делать? Как изменить это событие? И… нужно ли его менять? Боюсь, моё вмешательство всё испортит. Если сюжет начнёт развиваться непредсказуемо, последствия могут быть слишком серьёзными. И всё же…

«Князь не заслуживает такой участи. Я не могу просто закрыть глаза в тот момент, когда на него нападут»

И тогда вновь возникает вопрос: что делать? У меня нет особых способностей, нет боевых навыков… Я мало что умею.

«А если устрою панику без доказательств — меня мигом отправят в когти императрицы»

Да уж, непростая ситуация… С какой стороны ни посмотри, везде засада. Я тяжело вздохнула, поднимая с блюда очищенный личи. Но именно в тот момент слуги расступились, вежливо приглашая нас на представление в честь праздника Пяти Благ.

Моё сердце тревожно забилось, когда впереди показались прекрасные танцовщицы в ярких нарядах. Все оттенки пламени переливались на их расшитых юбках, создавая притягательный (но и зловещий) образ… Свет в зале почти полностью погас. Заиграла музыка, и театр теней на сцене ожил. Вначале это была притча о глупом принце, который растратил свою жизнь попусту. Затем на сцену вышли живые актёры в смеющихся и плачущих масках…

Их голоса странным образом резонировали с резкой мелодией, порой сливаясь воедино. Они двигались стремительно, дёргано, будто каждый шаг причинял им боль. Маски менялись практически незаметно, и оттого становилось более жутко. Танцовщицы вышли в центр зала внезапно — они обступили актёров, как огонь обступает зелёные деревья, прежде чем поглотить полностью. Их длинные юбки взметнулись выше, а за ними… Что было за ними?

Не знаю. Не уверена… Но на секунду мне показалось, будто блестящая заколка у одной девушки смахивает на аккуратный наточенный клинок. И тогда я поступила крайне импульсивно.

Танцовщицы двигались по кругу, медленно приближаясь к князю… Когда расстояние меж ними сократилось, я выронила очищенный личи и целенаправленно побежала за ним. Фрукт укатился под ноги, а кончик моей туфельки прижал алую юбку прелестницы. Звук рвущейся ткани вызвал суматоху и растерянность у всех, но, что более важно… Та девушка вдруг ринулась к князю быстрее яростной гадюки. Моё вмешательство остановило её лишь на долю секунды и вызвало этот отчаянный рывок!

Заколка в нежных пальцах трансформировалась в клинок, но Вейян среагировал почти мгновенно. Я даже не успела понять, что именно он сделал, однако… Танцовщица пронзительно закричала, падая на пол. Её платье осыпалось алыми брызгами крови, оставляя отметины на всех, кто был рядом.

Я резко выдохнула, выхватывая отдельные фрагменты реальности: раздавленный фрукт, капли на рукавах платья и маски… Искажённые маски артистов в зловещем полумраке. Музыка оборвалась на отчаянно резкой ноте, и всё стихло на долю мгновения. А затем слуги зажгли свечи, позволяя всем разглядеть побоище.

Из горла танцовщицы хлестала кровь. Она пыталась зажать гортань, но менее чем через секунду её потащили в сторону молчаливые стражи князя. Острая заколка-кинжал покоилась в кулаке Хао Вейяна. Он успел перехватить её до того, как наконечник оставил борозду на раскрытой ладони.

Я испуганно сжалась и незаметно вернулась к девушкам Цветника. По счастью, никто не обратил внимания на мои уловки… Вокруг царил форменный хаос, и люди были слишком поражены нападением на князя. Но один человек точно заметил всё происходящее. Хао Вейян пронзил меня ледяным взглядом, и по спине медленно поползли липкие мурашки.

«Он видел, он точно всё видел! Молодец, Юнли, смогла «незаметно» изменить сюжет…» — я едва не захныкала, мысленно отвесив себе затрещину. Ну что, пора паковать вещи? Или мне, всё же, зачтётся эта неловкая попытка вмешательства?

— Леди, прошу вас разойтись по дворам. Праздник окончен. — заявил управляющий Фан.

Девушки по очереди выходили из зала, накидывая на плечи меховые накидки. Никто не осмелился возразить, потому как невыносимый запах крови до сих пор витал в воздухе, напоминая о недавней расправе. Честно говоря, я бы тоже хотела сбежать (и поскорее). Но стоило мне подойти к желанному выходу, как рядом возник теневой страж…

— Его Величество ожидает вас в Пламенном павильоне.

«Этого следовало ожидать…» — я огорчённо вздохнула и склонила голову, послушно следуя за ним. Холодный ветер с улицы обдал моё лицо мелкими снежинками, которые растаяли на волосах, стоило переступить порог княжеского павильона. Хао Вейян сидел за широким столом, выложив по центру ту самую заколку. А теневой страж почти сразу испарился, оставив меня наедине с господином всея Шуаньи.

Кровавый князь молчал. Его бесстрастное лицо (если сказать честно) пугало куда сильнее, чем откровенные обвинения… В такие моменты казалось, будто судьба моя давно решена, осталось отдать последний (предсмертный) приказ.

— Ваше Величество! — прошептала я, когда тишина начала ощутимо давить на плечи. — Я, правда, не…

— Вы знаете, что я более всего ценю искренность, леди Шен. Ответьте лишь на один вопрос: как вы узнали о том, что одна из танцовщиц — убийца?

Я нервно сглотнула, сжав пальцы в кулаки. Допрос перешёл на новый уровень давления, верно? И теперь совладать с эмоциями невыносимо сложно…

— У меня было нехорошее предчувствие от… праздника. — хрипло призналась, подняв взгляд. — Само это представление казалось пугающим и жестоким. Я думала, что во мне проснулась паранойя. Но та танцовщица была… Странной. Словно хищная птица, выпущенная из клетки, чтобы выклевать глаза врагам.

Хао Вейян чуть усмехнулся, склонил голову набок, но ничего не сказал. И тогда я продолжила:

— Посреди спектакля мне почудилось, будто она замышляет недоброе. А дальше вы и сами видели… Я очень неуклюже вмешалась.

— Леди Шен, всё это время мы знали о том, что среди труппы прячется убийца. То, что произошло на празднике — не более чем двойной спектакль, созданный с одной целью: обнаружить ядовитую гадюку, которую подбросили к нам в дом. В противном случае она бы затаилась на долгие годы.

Хао Вейян медленно поднялся из-за стола, не сводя с меня пристального взгляда:

— Ваше вмешательство едва не испортило всё представление.

Скажу честно: в тот момент я по-настоящему устыдилась. Он так натурально меня отчитывал! Но затем… Я вспомнила сюжет дорамы и едва не фыркнула. Уж простите, мистер князь, однако ваше «всё под контролем» ощутимо барахлит.

— И всё же, я должен поблагодарить леди Шен. — чуть мягче протянул он, прикрыв светлые глаза. — Мы выяснили, каким ядом был отравлен кинжал убийцы… Даже малейшая царапина может вызвать серьёзные осложнения.

В тот момент я слегка опешила. Он… На самом деле поблагодарил меня? Вот так просто? Обычно мужчины слишком горды, чтобы признать подобное. А тут и вовсе великий князь-завоеватель… Но Вейян оказался более благородным и справедливым, нежели я могла представить.

— Значит, вы не выгоните меня из Шуаньи? — взволнованно уточнила, сцепив пальцы в замок.

Мужчина чуть улыбнулся и ответил:

— Не выгоню, пока вы соблюдаете мои условия. Во-первых, никому не рассказывайте о яде и своей роли в сегодняшнем нападении. А во-вторых…

Хао Вейян выждал паузу, закатив глаза к потолку:

— Я был бы благодарен, если бы леди Шен вновь сделала тот имбирный напиток.

Пламенный павильон.

Золотистый мёд оседал на дне, а кусочки имбиря всплыли на поверхность горячего чая. Хао Вейян прикрыл глаза, одним глотком допивая содержимое чашки. Остро-сладкий привкус обжёг нёбо, прокатившись по горлу приятным жаром.

Князь опустил ладонь на доклад, который в подробностях описывал все пытки, перенесённые ещё живой танцовщицей. Несмотря на ранение, лекарь смог сохранить ей жизнь… После чего теневые стражи приступили к допросу. Расколоть наёмницу — непростая задача. Такие убийцы приучены держать язык за зубами, а в случае опасности — используют пилюлю с быстродействующим ядом, дабы ничего не выдать.

Но стражи Шуаньи умели обращаться с подобными ей. Рот танцовщицы держали открытым, её тело было сковано стальными кандалами, и рядом находились обученные целители. Она не могла умереть, пока Кровавый князь не позволит.

— Отец, ты в порядке? — Цзенлан зашёл в кабинет, смахнув снег с плеч. — Её оружие точно тебя не задело?

Хао Вейян едва заметно кивнул, опустив пустую чашку на стол. В воздухе до сих пор витал лёгкий цветочный аромат — след присутствия Юнли Шен. Раньше этот запах раздражал Кровавого князя, но со временем он привык, находя в нём приятные нотки.

— Яд был очень опасным. — со вздохом сообщил Цзенлан, опускаясь в кресло. — Я видел донесение лекаря… После такого не выживают! Даже если удастся остановить его распространение — токсины навсегда останутся в организме.

Цзенлан тяжело вздохнул, проведя ладонью по тёмным волосам:

— Мы рисковали слишком сильно. Чудо, что оружие никого не задело…

— Это моя вина. — хладнокровно признал Хао Вейян, склонив голову набок. — Именно я недооценил императрицу. В этот раз она постаралась на славу.

— И что нам теперь делать? — взволнованно спросил Цзенлан. — Эта ядовитая женщина не остановится… За одной убийцей непременно последует другая.

— Не в ближайшее время. — Кровавый князь покачал головой, коротко усмехнувшись. — Мои руки не такие длинные, как у неё, и всё же… Я способен дотянуться до Небесного города даже отсюда. Раз уж она так великодушно оставила нам столь редкий яд… Было бы расточительно его не использовать.

— Но отец… что будет с Цветником?

Наследник слегка смутился под пристальным взглядом князя, однако продолжил:

— Мы собирались избавиться от них до наступления Нового года, но праздник вот-вот начнётся, и… У нас нет причин для того, чтобы отправить девушек в Лун.

Хао Вейян понимающе усмехнулся, подперев подбородок ладонью. Он неотрывно смотрел на своего единственного сына, подмечая каждую деталь: нервозность, смятение и надежду во взгляде.

— Ты привязался к дарам Цветника. — укоризненно произнёс князь, вновь постукивая пальцами по столу.

— Отец, мы уже всех проверили. Те, кто были в сговоре с императрицей — давно устранены, а остальные… Я не призываю доверять им. Но и не хочу отсылать обратно в Лун.

Хао Вейян задумчиво нахмурился. Аромат цветов дразнил обоняние, вырисовывая нечёткий портрет девушки с золотистым взглядом, что казался слаще мёда и бодрее имбиря…

— Хорошо. — он чуть слышно вздохнул, сжимая пальцы в кулак. — Пускай останутся, покуда это возможно. Но взамен ты сдержишь своё обещание, сын.

Цзенлан склонил голову и ответил:

— Слушаюсь, отец.

Я сплетала плотные нити под дрожащим светом лампы, то и дело поглядывая в окно. Снега было так много, что всё вокруг покрылось серебристым инеем, а крупные сугробы просто не успевали чистить. Признаться честно, я впервые вижу такую снежную зиму… В Лунцзи ничего подобного не было! Там холода казались едва заметными: чуть подморозят пруды и растения, а затем растают без следа, будто их никогда и не было. А вот Шуаньи удивлял своим непредсказуемым климатом…

— Шия, и как ты ходишь без накидки? — удивилась я, поплотнее укутавшись в шаль.

Мне даже смотреть на неё холодно!

— Госпожа, я привыкла к такой погоде. — улыбнулась Шия. — В Шуаньи всегда были суровые зимы… Сейчас, в самом деле, не так уж плохо.

Я едва не фыркнула, качнув головой. Что ж, с позитивным мышлением у них всё в порядке… Прямо сейчас поместье готовилось к празднованию Нового года, игнорируя лютый снегопад и недавнее покушение на князя. Я честно думала, что люди будут поражены и испуганы, но… нет?

Они отнеслись к этому на удивление спокойно. Никто не обсуждал произошедшее, никто не упоминал смертоносный танец прекрасной бабочки… Казалось, будто все позабыли о ней ещё в тот день, когда это случилось. И только девы Цветника испуганно перешёптывались по тёмным углам. Не думаю, что они осознают всю серьёзность недавнего покушения, но страх был вполне ощутимым…

Если честно, мне тоже неспокойно. Пару дней назад я была на волосок от полного провала, так что… Сейчас хочется скрыться от беспощадных сюжетных поворотов, дожидаясь извечного «жили они долго и счастливо».

«Звучит прекрасно, но несбыточно, Юнли» — я тяжело вздохнула, любуясь изящным узором макраме. Именно Шия предложила покрыть алыми нитями маленькую лампу, сплетая узоры на её поверхности. Получился своеобразный чехол — очень аккуратный и милый. Я не удержалась и добавила к плетению ещё больше бусин, чтобы свет лампы отбрасывал радужные отблески на стены. И вот так мы коротали время до наступления Нового года…

В какой-то момент снегопад прекратился, и слуги принялись усердно чистить поместье. Примерно в то время я снова посетила Пламенный павильон. Честно говоря, князь не заставлял меня работать… Вместо этого он передал крайне вежливую просьбу о том, чтобы я зашла и продолжила «эксперименты» с напитками. Хао Вейян дал мне возможность отказаться, но… Ладно, на самом деле меня утомили бесконечные посиделки в маленьком дворе!

Раньше мы с Сишу всегда находили способы, как развлечься (пусть даже в зимнее время). Играли в снежки, лепили крохотных снеговиков и вовсю пользовались тем, что госпожа Джи Фан была занята старшей сестрицей… А теперь я вынуждена сидеть в четырёх стенах. С Шией (увы и ах) в снежки не поиграешь, она слишком занята своими обязанностями. Вот и получается, что мой единственный способ развеяться — Пламенный павильон… Звучит странно, да?

Это место внушало страх всему поместью, но я уже привыкла и по-своему полюбила его красоты. Дорогая мебель, приятная обстановка и удивительное тепло посреди холодной зимы… Казалось, будто павильон сияет ярче солнца. И я тянулась к этому свету (почти) не боясь властного князя Шуаньи.

— А что за книгу вы читаете?

Этот вопрос сорвался с губ на удивление легко, хотя до сих пор я не решалась заговорить с ним. Хао Вейян по обыкновению хранил сосредоточенное молчание, и мешать ему не хотелось… До поры до времени.

— Путевые заметки о путешествии через семь морей. — отозвался мужчина, вскинув брови.

— Правда? Звучит интересно.

Как хорошо быть могучим князем — любые книги у твоих ног… Нет, я пытаюсь не завидовать. Просто такие заметки чрезвычайно ценны и их сложно получить даже в империи Лун!

— Хотите прочесть о морских путешествиях? — слабо улыбнулся Вейян, склонив голову набок. — В них мало приятного. Вши, клопы, цинга, холера и крысы… А также шторм и загнивающие на жаре раны.

Его голос был глубоким и обволакивающим, но ещё и на удивление выразительным. Глядя в глаза Кровавому князю, я будто наяву ощутила палящий жар солнца и оседающую на губах морскую соль.

— Это не слишком привлекательно, но… Именно в таких путешествиях закаляются сердца. — чуть слышно проронила, опустив взгляд. — Люди, которые прокладывают путь через моря и океаны в поисках открытий… Даже зная, что за каждым поворотом их ожидает смерть.

Я едва заметно улыбнулась:

— Разве они не удивительны?

Хао Вейян ответил не сразу. Он закрыл путевые заметки, задумчиво погладив корешок книги указательным пальцем.

— Вы бы хотели отправиться в подобное приключение, леди Шен? — неспешно спросил князь.

— Нет! — я улыбнулась чуть шире и пояснила. — У меня смелости не хватит, Ваше Величество. И оттого я вдвойне восхищаюсь теми, кто способны на геройства. Вот вы…

Слова застряли в моём горле, утопая в сиреневых глазах Кровавого князя. Боже… Такое чувство, будто невыносимый жар охватил шею, пробираясь под одежду.

— Когда-то я мечтал о таком, леди Шен. — спокойно признал Вейян, качнув головой. — Отправиться далеко за моря, отыскать край света… Реальность, впрочем, жестока и неприглядна. Мы не всегда вольны выбирать свою судьбу.

В его тоне прорезались стальные, давящие нотки, и я ощутила знакомую дрожь в районе позвоночника. Но за диким холодом скрывалась непроходимая тоска. В тот момент суровый князь едва заметно тосковал по несбыточному, а я не знала, что сказать… Слова беспомощно застывали в горле, перекрывали дыхание, а затем вдруг прорвались бурным потоком:

— Я не согласна. Выбор есть всегда, но… Зачастую он такой маленький, будто его и нет вовсе. Выбор двух развилок: жить, или умереть… Сдаться, или продолжать борьбу.

Но даже если он скудный и едва уловимый — это имеет значение. По крайней мере, я в это верю.

Хао Вейян поджал губы и медленно поднялся из-за стола. Его впечатляющий рост и ровная осанка едва не заставили меня забиться в угол. Порой князь напоминал хищного коршуна, тогда как я — всего лишь прыткая белка, млеющая от острых когтей. И всё же… Невозможно отвести глаз.

Он подошёл почти вплотную. Широкие плечи, блестящие чёрные волосы, извилистый шрам… Вейян смотрел на меня так пристально, будто пытался заглянуть в сердце. И в тот момент я готова признаться: ему это удалось.

— Цветник — тоже ваш выбор, леди Шен? — бархатистый баритон князя обволакивал моё сознание, размягчая мысли. Но даже так, ответ остался неизменным…

— Да. — я пожала плечами, сдув каштановую прядь со лба. — Иные варианты тоже были. Можно попробовать сбежать, или, на худой конец — удавиться, лишь бы не ехать сюда… Но я выбрала жизнь.

— Занятно. — одними губами проронил он. — Ваш жених тоже выбрал иную жизнь?

Не скрою, это звучит по-настоящему обидно! Я укоризненно поджала губы, и тогда Кровавый князь опустил подбородок:

— Прошу меня простить. Я не привык общаться с юными леди и порой слишком груб.

Я надулась, рассеянно отвела взгляд и, наконец, ответила:

— … Да, Лин Вэнь принял решение. Он мог пойти против воли императрицы, но это было бы слишком безрассудно. В конце концов, он выбрал семью.

Довольно неприятно осознавать, что Лин всё же принял новую невесту в лице Ксуа. Да, нас нельзя назвать возлюбленными, но мы же с ним дружили!

«Ну вот, теперь настроение окончательно испорчено…» — мимолётный вздох сорвался с губ. От тоски меня удерживал лишь изучающий взгляд Хао Вейяна.

— Я вас ещё не простила.

Не знаю, откуда во мне столько смелости, но прямо сейчас возникло странное ощущение… Будто князь не станет злиться, даже если я выйду за рамки приличий. И действительно: Вейян вскинул брови, однако на губах его возникла мягкая полуулыбка:

— Вот как… Я могу узнать: в какой год родилась леди Шен?

— Год Кролика. А кролики, как известно, кусачие. — я вздёрнула подбородок и вдруг замерла.

Стоп, секундочку… Только не говорите, что мой день рождения прошёл неделю назад? Кажется, я настолько увлеклась происходящим в Шуаньи, что позабыла о такой важной дате!

Хао Вейян покачал головой и положил на стол небольшой свёрток:

— Это вам, леди Шен. Запоздалый подарок и благодарность за помощь.

— Благо…дарность?

Клянусь, в тот момент я потеряла дар речи. Кровавый князь стоял у окна, обратив бесстрастный взгляд на заснеженные пейзажи. Но его светлые глаза впервые были наполнены незнакомым (и таким чарующим) теплом.

Я забрала свёрток почти инстинктивно, а затем прижала его к груди, быстро покидая кабинет. Казалось, немного задержусь — и светлая иллюзия растает порывом ледяного ветра. А мне так хотелось сохранить её вместе со странным (немного зудящим) чувством глубоко в сердце.

Почти не помню, как добралась до своего двора — мысли были спутаны внутренним штормом. На ресницах застыли белёсые снежинки, которые растаяли, стоило мне ступить за порог. Шия удивлённо вскинула брови и уточнила:

— С вами всё хорошо?

— Да… Нет. Кажется, я заболеваю. — и, будто в доказательство моих слов, голос прозвучал хрипло и глухо. — Прошу, принеси с кухни лечебный отвар.

Это всего лишь предлог, чтобы отослать бдительную служанку подальше. Я знаю, что Шия не предаст меня, но всё равно хочу открыть свёрток в одиночестве. И, стоило ей покинуть двор, как пальцы сами потянулись к цветной ленте…

Там, за мягкой тканью, скрывалось письмо. Если сказать точнее: секретное донесение. В нём довольно скудно описывалось нынешнее положение семьи Шен… Так я узнала, что матушка сцепилась с наложницей Лу, старая госпожа Шен серьёзно заболела, а Ксуа теперь находится под домашним арестом. Её «обучают» и готовят к семейной жизни, но это больше похоже на тюремное заключение.

Карьера отца должна была взлететь в гору, но лорд Шен неожиданно умерил свои аппетиты и даже заговорил об отставке… Полагаю, сейчас он опасается действий со стороны императрицы. Брат Лэй вернулся в поместье, и теперь его обучение стало более строгим.

Хуалинг вышла замуж. В докладе упоминалось, что в Небесном городе ходят противоречивые слухи о её отношениях с принцем… С другой же стороны, Циань получила драгоценные дары от жениха и совсем скоро станет младшей супругой.

Я коротко выдохнула, поднося доклад к пламени. Как бы ни хотелось его сохранить — всё это нужно сжечь… Правда в том, что Кровавый князь оказал мне услугу. И лучше стереть любые упоминания о том, что творится с семьёй Шен. А ещё…

К ленточке доклада был прикреплён маленький талисман — нефритовый кролик. Я согрела его тёплым дыханием в ладонях и зажмурилась, едва слышно проронив:

— С днём рождения, Юнли… Это твой первый и единственный подарок на совершеннолетие.

Праздничный зал утопал в алом цвете. Красным здесь было практически всё — от потолка и до пола: пышные шторы, ткани и ковры под ногами пылали ярче солнца. Новогодние фонари неспешно покачивались на балках, согревая своим приятным светом.

Длинные столы ломились от разнообразных кушаний: соленья пяти видов, маринованная курица, древесные грибы, супы, рыба и утка, а также целый запечённый поросёнок! В качестве напитков предлагали традиционные чаи, рисовые и фруктовые вина.

Вопреки всем моим подозрениям, люди Вейяна не поскупились на вкусную еду, а значит, с диетой покончено! Впрочем, не думаю, что смогу вдоволь наесться в таком платье… Шия, увы, затянула пояс потуже. Видите ли, «приличные леди должны питаться маковой росой и рисовым зерном, как рассветные птички». Мне так и хочется спросить: а вы сами этих птиц видели? Чайки, например, способны заглотить рыбу размером с себя! Но, в любом случае… Даже если проигнорировать тугой пояс, довольно сложно расслабиться в такой обстановке.

Весь Цветник собрался в главном зале, чтобы отпраздновать наступление Нового года с князем и его людьми. Казалось бы, чего печалиться? Но настроение у всех крайне подавленное…

Новый год всегда был особенным праздником, который традиционно справляли в кругу семьи. Даже в самых конфликтных кланах это условие соблюдалось, и торжество могло на время примирить извечных врагов.

Я помню, как матушка (скрепя сердце) дарила наложницам украшения, а потом они вместе вышивали талисманы, будто и не было у них тех долгих ссор. Циань и Хуалинг также заключали шаткое перемирие до рассвета: старшая сестра играла благодатные песни, а вторая леди поддерживала её выступление танцами.

Я… никогда не думала, что буду скучать по ним так сильно, но реальность подкидывает неожиданные сюрпризы. И сейчас мне вправду хочется оказаться в шумном поместье Шен, где всё кажется таким родным и привычным.

Люди князя хоть и были гостеприимными, но (как всегда) соблюдали дистанцию. В этот раз стол Цветника отгородили алыми ширмами, будто намекая на наш непростой статус.

«Миленько…» — подумала я, со вздохом пробуя фруктовое вино. О, а это довольно вкусно! Ладно, надо (хоть как-то) насладиться праздником.

Я старалась не обращать внимания на избранниц Цветника, которые сидели в гробовом молчании. И всё же… Довольно сложно не заметить очевидного напряжения между Сюнин и Чжо. Эти красавицы вели себя смирно, но их взгляды резали острее кинжалов. Ну что опять произошло?

— После торжественной трапезы мы можем понаблюдать за фейерверками… Наследник Цзенлан пригласил всех нас на смотровую площадку. — веско заметила Чжо Яо, прерывая молчание.

Как ни странно, после этого девушки и впрямь оживились… Эй, я думала, вы по семьям скучаете! Но кажется, многие просто раздумывали над своей несчастной судьбой в Шуаньи. Потому и воодушевились от заманчивого предложения леди Яо.

Сюнин презрительно поджала губы, осушив бокал с вином. Так-так-так… Поправьте меня, но, кажется, очередной конфликт завязан на ней?

«Думаю, Цзенлан пригласил на смотровую площадку именно леди Тао… Однако соперница как-то прознала об этом и смогла уговорить наследника взять весь Цветник. Зачем? Ну, как минимум, для того чтобы испортить столь романтический момент»

Я негромко вздохнула. Героине приходится нелегко… Возможно, в оригинале подобные конфликты решала Шия, а теперь…? Как бы помягче намекнуть Сюнин на то, что её служанка может быть опасной?

«Говорить в лоб — не вариант. Леди Тао весьма упряма и (совершенно незаслуженно) мне не доверяет»

Я опустила подбородок, положив себе ещё один кусочек маринованной курочки. М-м-м, какие приятные специи… Суп из ласточкиного гнезда тоже очень хорош! Нужно съесть побольше, такой деликатес редко подают к столу.

Скажу честно: в какой-то момент я увлеклась. Возможно, вся беда в персиковом вине… Оно было очень нежным, сладким, почти как пунш! Мне казалось, что оно похоже на приятный сок, но в какой-то момент голова не на шутку закружилась. У других девушек тоже покраснели щёки, и разговоры за столом стали более оживлёнными.

Леди ностальгировали по жизни в Лунцзи и делились общими воспоминаниями… Даже я вставила пару слов, с гордостью рассказывая о конкурсе талантов, где так блистали мои сёстры.

— О, я их помню… — вздохнула Чжо Яо. — Девушки из семьи Шен — редкие красавицы. Им повезло выйти замуж за принцев. С другой же стороны… Леди Тао, кажется, тоже демонстрировала таланты в столице?

Столь едкий вопрос не мог пройти мимо гордой Сюнин. Чжо намекала на то, что не все талантливые люди одинаковы… И, в сравнении с моими сёстрами, леди Тао меркнет.

— Да. Мою вышивку похвалила сама императрица. — процедила Сюнин, пристально глядя в глаза сопернице. — Считаешь это недостаточным признанием?

Ой-ой-ой, запахло жареным! Девочки, только не ссорьтесь. На Новый год это совсем не к добру, а если учесть дальнейший сюжет, который нас ожидает…Стоит помолиться за благополучие прямо сейчас. Но их уже было не остановить.

— Чем ещё ты можешь похвастаться? — насмешливо скривилась Чжо Яо. — Мы не в Луне, мы в Шуаньи. Здесь прошлые заслуги не важны!

— О, значит, тебе повезло. Ты и в прошлом была бездарностью.

Я слегка опешила, покосившись на Сюнин. Да, у героини всегда был острый язычок, но раньше она как-то сдерживалась… А сейчас, видимо, пошла в атаку. Кто же её спровоцировал?

«В оригинальной истории леди Тао была более спокойной… Всё для того, чтобы преодолеть многочисленные сюжетные испытания. Но теперь препятствий на пути стало меньше, а её реакция более нервная!»

Может быть… Вся проблема в Мине? Я помню, в дораме её часто показывали этакой тенью за спиной Чжо Яо. Она шептала ядовитые фразы, питала чужое сознание откровенной враждебностью. Конечно, леди Тао нельзя назвать ведомой, но…

«Мина давит на слабые места. Разжигает ненависть, обостряет чувства… Она вовсе не глупа, а Сюнин могла пропустить угрозу в её лице. Ведь изначально Мина и вправду была на её стороне… Пока наследник Цзенлан не вызвал жгучую ревность служанки»

Как всё сложно! У меня голова кипит от всех этих сюжетных поворотов (и от выпитого вина). Ясно одно: нужно срочно что-то предпринять, иначе Мина навредит главной героине.

Тем временем, Чжо Яо нахмурилась, резко поднимаясь из-за стола. Бокал задрожал под её руками, а жидкость частично пролилась на стол. Но в тот момент их спор прервала матушка Гуань. Женщина демонстративно покашляла, одним лишь жестом призвав слуг убрать разлитый напиток. Её бесстрастный взгляд пронзил девушек Цветника немым укором:

— Глубокоуважаемые леди, прошу вас остановиться. В эту благоприятную ночь лучше унять низменные чувства. Никаких ссор, криков и обвинений. В противном случае вас просто выгонят на мороз. Я понятно объясняю?

Мы (почти) синхронно кивнули, подчиняясь строгой матушке. В тот момент я вздохнула с облегчением… Гуань вмешалась очень вовремя, и (вероятно) спасла Сюнин от серьёзного позора.

А праздник продолжался. Звенели бокалы, опустошались блюда, и громкий смех всё чаще доносился до нас с другой стороны зала. В какой-то момент я ощутила острое желание осторожно заглянуть туда… Просто чтобы посмотреть на пирующего князя Вейяна. Эй, это чисто научный интерес! Я никогда не видела, чтобы он веселился, вот мне и интересно… Но увы, теперь Гуань пристально следила за Цветником. Её прыткие служанки ходили из стороны в сторону, изредка унося блюда.

Я съела всё, до чего смогла дотянуться, и откинулась на спинку стула, едва заметно поглаживая талию. Уф-ф, какой коварный пояс! Не позволяет мне окончательно объесться… А так хочется.

Перед глазами всё плыло, мерцало, наливалось яркими красками. Сознание казалось немного вязким, и хмель давно ударил в голову, игриво прокручивая в мыслях эпизоды из той дорамы. Так… Странно проживать этот сюжет в реальности. Странно и совсем нелогично.

Я ведь не ожившая иллюстрация из книги. У меня есть мысли, чувства, самосознание… Даже память о прошлой жизни! Тогда почему мой мир так сильно похож на ту историю?

«Не знаю. Правда, не знаю… Но, возможно, оно и к лучшему. Ведь прямо сейчас у меня есть шанс выжить, если опираться на великий и ужасный сюжет»

Я рассеянно улыбнулась, поправив нефритового кролика, который отныне стал подвеской на поясе. Своеобразный талисман на удачу… Он загадочно блестел в свете новогодних фонарей, которые потихоньку гасли. Когда последний из них потухнет — настанет торжественный миг праздника.

Стоит сказать, что нас неплохо развлекали. Музыка, песни, пляски танцоров… Всё так легко и воздушно (будто не было кровавой убийцы с отравленным клинком). Затем артисты исполнили традиционные танцы льва и дракона, переодеваясь в маскарадные костюмы животных. Ритмичные звуки барабанов, гонгов и цимбал сплелись воедино, заставляя едва заметно двигаться в такт.

Я мотнула головой и негромко рассмеялась, когда представление закончилось. А затем… Фонари и вправду погасли. Воцарилась таинственная тишина, и зычный голос князя возвестил:

— Скоро небеса озарятся огнями. Пришло время выйти наружу.

Мы поднялись, толкаясь в полумраке, и проследовали за слугами, которые несли небольшие лампы. На улице было (привычно) холодно. Снега не так много, но ветер лютый… И всё же, нам пришлось подняться по каменным ступеням выше, на смотровую площадку.

Цзенлан находился неподалёку. Он одним из первых занял место у перил и жизнерадостно улыбнулся, приглашая красавиц Цветника подойти ближе. Вернее… Это приглашение предназначалось только Сюнин.

Я видела, как несмело она двинулась вперёд, остановившись рядом с ним. Леди Тао куталась в меховую накидку, делая вид, будто ночное небо интересует её куда больше, чем мужчина по соседству. Цзенлан же мягко улыбался, поддерживая эту незатейливую игру. Они стояли рядом, не перемолвившись и словечком, но крепкая связь между ними протянулась алой нитью судьбы.

Я… Даже немного завидую. Дело не в Цзенлане, он мне совсем не нравится! Но, наверное, в глубине души мне бы тоже хотелось испытать нечто подобное. Бессмертную любовь, которая согревает даже в самый лютый мороз.

Затем к наследнику подошла Чжо Яо. Она смело встала с другой стороны, создавая тошнотворный любовный треугольник. А я отступила, не желая мешать этим людям. До фейерверков осталось пару минут, но смотровая площадка делилась на несколько уровней. При желании можно было подняться чуть выше… И я направилась к ненавистным ступеням.

Хотя слуги добросовестно чистили их, кое-где появились островки тонкого льда. Поскользнуться на них — значит кубарем покатиться вниз. И всё: прощай голова, прощай шея, прощайте кости… Я семенила очень медленно и осторожно, а потом кто-то крикнул:

— … Начинается!

В тот момент (каюсь) я поторопилась. И нога мгновенно поскользнулась на коварном островке… Испуганный крик застыл в горле, но затем кто-то быстро втянул меня в объятия.

Я сжалась, будто ошеломлённый кролик, вдыхая изумительный аромат чёрного чая, благородного кедра и (едва уловимых) ноток имбиря. Его плащ был подбит мехом чёрнобурой лисы, который удивительно мягко прилегал к коже. Снежинки оседали на вороте и на изгибе шрама Кровавого князя Вейяна.

— Осторожней. — шепнул он одними губами, пока я пыталась осознать произошедшее.

Князь… вот так просто поймал меня? Вроде мелочь, а на сердце поднялась буря! Хао Вейян стоял так близко, что я могла разглядеть каждую черту его мужественного лица: едва заметную морщинку у бровей, следы недосыпа и изогнутые в мягкой полуулыбке губы. Но больше всего на свете мне хотелось заглянуть ему в глаза. Сейчас, в полумраке, мало что можно увидеть, однако…

Первый залп цветного огня разрезал небо снопом искр. Фейерверки окрасили ночь в радужные оттенки, и все люди вокруг закричали, радостно празднуя наступление Нового (более счастливого) Года.

Алые отблески огней отразились в сиреневых глазах князя. Он запрокинул голову, чтобы лицезреть каждый мир этого праздника, и я последовала его примеру. На небе расцветал бешеный калейдоскоп, который с каждым залпом пестрел всё сильнее. И в какой-то момент я основательно сорвала голос, а потом замерла, прижав ладони к покрасневшим щекам.

— Леди Шен использовала кролика, как талисман. — негромко проронил Хао Вейян. — Приятно знать, что он вам понравился.

— Это… очень ценный подарок. — хрипло прошептала я, опустив взгляд.

— С Новым годом, Юнли Шен.

Он впервые назвал меня по имени. Так легко, просто и удивительно естественно… Румянец на щеках загустел. Кажется, сейчас я провалюсь под землю от смущения!

— С Новым годом, Ваше Величество Хао Вейян… Желаю вам счастья.

Как только слова сорвались с губ, на сердце поселилась незнакомая горечь. Грядущий год должен стать поворотным в сюжете дорамы… Все самые важные события произойдут именно тогда. Интриги Цветника, козни императрицы и другие «прелести» жизни… Довольно сложно сохранить то самое счастье. Но я надеюсь на лучшее.

Кровавый князь слабо улыбнулся и произнёс:

— Благодарю.

— А… — в тот момент смущение вместе с выпитым вином ударило в голову, и я выпалила. — В какой год родились вы?

Он ответил не сразу. Но через пару (неимоверно долгих) мгновений Хао Вейян усмехнулся:

— Я родился в год Собаки, на излёте уходящего года. День моего рождения окончился пару минут назад.

Фейерверки остыли на горизонте, оседая тлеющими искрами на дне его спокойных глаз. Князь отстранился (унося крупицы живого тепла), а затем решительно покинул меня, растворяясь тёмным силуэтом в ночи. Основная часть праздника завершилась, и девушки Цветника покорно побрели в свои дома… Я тоже пошла по заснеженной тропинке ко двору Ириса, но всё не могла прийти в себя. Мысли спутались в неровный клубок, сознание казалось лихорадочно-воспалённым, а на сердце поселился странный зуд. Будто мерцающие небесные огни подожгли кое-что важное в моей душе. То, что так просто не потухнет.

Я распахнула двери, стряхнула с воротника снег и хрипло попросила у Шии чашку чая. Хотя, на самом деле, здесь бы не помешал отрезвляющий суп…

— Госпожа, что с вами? — она изумлённо вскинула брови, когда заметила мои покрасневшие щёки. — Так понимаю, праздник удался…

— Да, всё прошло отлично. — смущённо выпалила я, измождённо падая на кушетку.

Голова немного кружилась, но все мои мысли были связаны лишь с одним человеком. Хао Вейян, Кровавый князь Шуаньи… Почему в тот миг он казался таким одиноким? Будто весь мир покинул его, оставив на периферии жизни. Мне… Знакомо это чувство.

В прошлом мать точно так же оставляла меня где-то позади (чтобы не мешать Циань). И хотя я давно уже всех простила, небольшой осадок затвердел в глубине сердца. Но сейчас речь вовсе не обо мне.

— Скажи, Шия… Почему вы не празднуете день рождения Его Величества Вейяна?

Такие даты, как правило, были очень важными для всех слуг. Конечно, сейчас немного мешает наступление Нового года, но… Всё равно это странно. Почему никто в поместье не вспомнил о нём?

Шия на мгновение застыла, а потом чуть слышно вздохнула:

— И вправду… Последний день уходящего года.

Она рассеянно качнула головой, прежде чем обратиться ко мне:

— Дело не в том, что мы не хотим праздновать. Его Величество просто… Не любит лишний шум. Давным-давно он сказал, что родился в неблагоприятный день, а значит, не стоит упоминать об этом в новогодний период. С тех пор мы чтим его приказ.

«Неблагоприятный»? Очень в этом сомневаюсь… Хао Вейян сильный воин, который смог совершить невозможное. Именно он повёл за собой армию и воздвиг Шуаньи. Так что… Дело вовсе не в этом.

Думаю, его что-то гложет. Призраки прошлого? Вполне возможно. Мой взгляд упал на лампу, покрытую изящными нитями макраме, и руки сами потянулись к ней, наводя на нежданную мысль. Это… Немного странно и очень сумбурно, но всё же!

— Шия, я хочу ещё погулять.

— Что? — она нахмурилась. — Нельзя, госпожа! На улице темно, да и день был длинным. Вы, должно быть, очень устали…

— Вовсе нет!

Я схватила лампу и упрямо подошла к двери:

— Я ненадолго, ладно? Хочу забежать к другой леди из Цветника…

— Тогда я пойду с вами. — Шия с подозрением проследила за моими неловкими движениями.

— Не надо! Сама справлюсь.

Не дожидаясь её ответа, я выскочила за дверь, прижимая поделку к груди. Сейчас в ней не горит огонь… А жаль, дополнительное освещение бы не помешало. Дорожки близлежащих дворов были припорошены снегом, но на этот раз пройти совсем несложно.

Я укуталась в плащ и затаила дыхание, пытаясь отыскать путь к бамбуковой роще. Через неё намного проще попасть в Пламенный павильон… К счастью, улицу всё ещё освещали отдалённые огни. А там, где их не было — мерцание луны серебрило снег, помогая ориентироваться в пространстве.

Я бежала вперёд, дрожа от холодного ветра, что нещадно бил по щекам (будто упрекая меня за глупость). Но в висках стучала болезненная решимость, подгоняемая хмельным напитком. Я знала, что (скорее всего) пожалею об этом уже на следующее утро… Но прямо сейчас, когда начался новый (безумно сложный) год, мне хотелось совершить задуманное.

В каком-то смысле это даже… Логично? Кровавый князь был единственным, кто вручил мне подарок на день рождения. Он назвал это «благодарностью за помощь», но мой поступок не был таким уж выдающимся… Ладно, на самом деле был, просто никто об этом не знает.

Хао Вейян мог проигнорировать отчаянный рывок леди из Цветника (я бы даже не обиделась), но вместо этого вручил ценный дар. И теперь мне хочется… Ответить ему взаимностью? Да, наверное, так и есть.

Заснеженные стебли бамбука мелькали перед глазами, пока я быстро шла к огням Пламенного павильона. В какой-то момент тени вокруг сгустились, выдавая след чужого присутствия, и неприятный озноб пробежал по лопаткам.

Я остановилась в пределах бамбуковой рощи, нервно озираясь. А затем… Рядом послышался вздох. Тёмный силуэт князя промелькнул в свете луны и (клянусь) в чужих руках блеснула сталь.

— Зачем вы пришли, леди Шен? — его глубокий голос как-то по-особенному успокаивал, будто сильная ладонь взяла мой страх за шкирку, выжав досуха.

— Я…

И в тот момент мне снова захотелось провалиться сквозь землю. Собственный порыв показался донельзя глупым и бесполезным! Я опустила взгляд на снег под ногами и тихонько вздохнула:

— Хотела… вручить вам подарок.

— Что? — удивление, вспыхнувшее в его голосе, на сей раз было неподдельным.

Я прикусила внутреннюю сторону щеки и гордо протянула лампу.

— Я оплела её плотными нитями и добавила небольшие украшения… Получился своеобразный талисман. И… Мне хочется подарить его вам.

Воцарившееся затем молчание было неловким, до безумия смущающим. Уже тогда я трижды прокляла своё детское решение, но всё же… Князь спросил:

— Зачем?

Так требовательно и серьёзно, будто мой ответ и впрямь что-то решает. Я на секунду нахмурилась, а затем проронила:

— Потому что… Мне кажется, что грядущий год будет сложным. Возможно, даже судьбоносным. И… Когда в жизни человека происходят суровые перемены, очень легко впасть в отчаяние. Но порой свет обычной лампы может подарить огонёк надежды. Я… Надеюсь, она разгонит тьму в вашей жизни.

Одно из ярких воспоминаний моего прошлого — светильник на тумбочке в больничной палате. Лавовая лампа, так её называли… Она загадочно переливалась яркими пятнами и никогда не угасала — даже глубокой ночью. Когда мне становилось невыносимо грустно, я просто смотрела на её свет и мечтала о скором выздоровлении. О том, как встану на ноги, радуя семью… Реальность, увы, жестока. Но в ней всегда найдётся нечто прекрасное. Это я уяснила, побывав в двух (таких разных) мирах.

Хао Вейян посмотрел на меня так, будто видел впервые. Его непроницаемые глаза серебрились под лунным светом, создавая почти мистическое ощущение. Молчание отчаянно действовало мне на нервы, и, в конце концов, я не выдержала:

— Н-ну, если не хотите…

— Хочу.

Кровавый князь протянул ладонь, с лёгкостью принимая маленькую лампу. Она казалась почти игрушечной в его руках…

— Леди Шен сама это сделала? — мягко уточнил он, подняв взгляд.

— Да. Я подумала, это хороший подарок…

Изначально у меня и в мыслях не было дарить его кому-либо! Просто милая безделушка, сделанная под чутким руководством Шии. Но теперь она стала (почти смехотворным) даром для Вейяна.

— Благодарю. Мне нравится. — задумчивая улыбка тронула его губы, и сердце моё окончательно растаяло.

Знаете, я же и до этого видела красивых мужчин, но то, как улыбался Кровавый князь…! Это просто невыносимо. Голова сразу пустеет, а лицо становится таким (глупо) мечтательным.

— Вы умеете удивлять, леди Шен. — протянул Хао Вейян, склонив голову набок. — Проводить вас до дома?

— Нет, не стоит… Там Шия наверняка меня ищет. — я смущённо кашлянула и на прощание махнула рукой. — Счастливого Нового года, Ваше Величество.

Он остался там, на лунной поляне среди снегов. Кровавый князь провожал меня взглядом, пока смущение яростно обжигало щёки… И стоило мне выйти из рощи — как рядом появилась Шия.

— Госпожа, вот вы где! — она скрестила руки на груди, окинув меня подозрительным взглядом. — Это называется «ненадолго»? И где вы потеряли лампу?

— Потом расскажу… — я мягко улыбнулась, потянув её за руку. — Давай вернёмся во двор.

Той ночью я смогла кое-как уболтать Шию. Мы сидели чуть ли не до рассвета, пробуя сладкие закуски и наблюдая за гаснущими фонарями за окном. А следующий день выдался особенно морозным: снег опять покрыл ровные дорожки, и отлучившаяся за порог служанка вскоре вернулась с новостями:

— Князь велел перенести празднование… Но завтра мы сможем поехать в город на большой фестиваль.

Я приободрилась, мечтательно сплетая новый узор макраме. Шия бросила взгляд на мои старания и нахмурилась:

— Госпожа, вчера вы так и не сказали… Куда делась лампа?

— Я её подарила.

— Но кому? — Шия вскинула брови, не скрывая своего удивления.

Эй, это слегка обидно! Я, что, кажусь такой нелюдимой? Конечно, девушки из Цветника меня не жалуют, но всё равно неприятно…

— Да так, неважно. Одному человеку. — уклончиво пробормотала я.

— Надеюсь, речь идёт не о мужчине? — Шия сильнее нахмурилась и пояснила. — Вы ведь не знаете всех традиций Шуаньи, госпожа. Подарок, отданный в новогоднюю ночь, имеет сакральный смысл. В каком-то смысле… Это можно считать признанием в любви.

И тут я застыла, осознавая сказанное. В Луне, насколько помню, обмен дарами также считался привилегией брачных партнёров… Просто вчера я об этом совсем не подумала. А теперь выходит, что безобидная лампа может быть истолкована неверно!

«Спокойно, Юнли… Дыши глубже. Едва ли князь воспринял это всерьёз. Он же взрослый, уверенный мужчина, который точно не обратит внимание на такую, как ты» — но последняя мысль прозвучала так гадко, что я едва не фыркнула от досады.

— Не волнуйся, Шия… От мужчин одни проблемы.

В любом случае: уж лучше забыть о постыдном инциденте и посвятить время грядущему фестивалю! Я не очень люблю подбирать наряды, но именно сейчас хочется выглядеть… Особенной. Более красивой, чем обычно. Возможно, только это поможет отвлечься от истинного значения того дара.

К счастью, день фестиваля наступил довольно быстро. На улице слегка потеплело, снег больше не падал крупными хлопьями, а прелестниц Цветника уже рассадили по крепким экипажам.

Я радостно вертелась на месте, то и дело дёргая Шию за рукав… А потом увидела Сюнин и её служанку. Мина, Мина… Вот уж кто настоящий серый кардинал, притаившийся среди ярких цветов. Она послушно следовала за леди Тао, и со стороны напоминала образцовую служанку из богатой семьи: тихая, скромная, исполнительная. Но в её тёмных глазах скрывались противоречивые, вязкие чувства… Что-то на грани насмешки и ледяного презрения.

Я чуть нахмурилась, опустив взгляд в пол. Не нужно привлекать её внимание… А то всякое произойти может. Шия, впрочем, заметила резкую перемену настроения.

— Госпожа, насчёт Мины… — она понизила голос и заговорила лишь в тот момент, когда карета двинулась с места. — В последнее время я стараюсь за ней присматривать и заметила кое-что странное.

— Что? — уточнила я полушёпотом.

— Она… По всей вероятности, интересуется княжеским наследником. — Шия неприязненно поморщилась и пояснила. — Мина пыталась вызнать его расписание, порой забирала блюда с кухни, чтобы преподнести ему… И несколько раз спрашивала матушку Гуань о том, не собирается ли наследник завести «служанку для утех».

Я чуть не присвистнула. Вот это, конечно, уровень… Нет, на самом деле, подобное часто практиковали в богатых домах Луна. Как правило, подрастающие сыновья клана могли получить сексуальное воспитание от служанок, которые заботились о них с детства. А потом (в качестве благодарности) эти девушки становились полноправными наложницами. Многие стремились к такой жизни и всё же… Не думаю, что Кровавый князь позволит Цзенлану распоясаться.

Но амбиции Мины и впрямь поражают. Кажется, в дораме не упоминались её бесплотные попытки подобраться к наследнику…

— Прошу, присматривай за ней и дальше. — тихо попросила я. — Мне кажется, Мина на многое способна.

В тот момент я даже не предполагала, насколько близка к истине… А наши кареты неспешно катились по дороге, ведущей к крупному городу Уцзену. Именно в нём устраивали традиционную праздничную ярмарку, после которой начнётся фестиваль.

Новый год наступил, и все спешили поделиться радостью: торговая площадь заполнилась маленькими лавками, ярко украшенными магазинами и чарующим ароматом еды. Люди приоделись в красочные наряды, зазывая гостей в чайные, рестораны, а ещё к ярмарочным играм, коих здесь было очень много!

Вскоре кареты притормозили, выпуская нас наружу. Как оказалось, мы остановились у небольшой гостиницы, которую князь полностью арендовал для своих гостей…

— Леди, прошу, подойдите ближе. — матушка Гуань нахмурилась, оглядывая Цветник цепким взором. — Пожалуйста, будьте осторожны. Вам разрешается гулять только в центре города, под бдительным надзором служанок и телохранителей. Но даже так: будьте осмотрительными. В таких местах нередки случаи похищений.

Я невольно поёжилась. Это проблема любого большого города… Торговцы людьми не дремлют и порой способны быть особенно неуловимыми. Хорошенькую леди легко продать в бордель и выручить за неё много монет. Ребёнка можно отдать в далёкую горную деревню, где его заберёт чужая семья… Ну а мужчинам, как правило, ломали ноги, чтобы те не могли сбежать. Затем их продавали на самую чёрную и тяжёлую работу.

Я надеялась, что в Шуаньи такой опасности не будет, но, судя по всему, и здесь водятся мерзавцы! Нужно держаться поближе к Шие и остальным…

Матушка Гуань задумчиво кивнула, когда поняла, что её предостережение подействовало. После этого она расслабленно махнула рукой:

— … В таком случае, можете прогуляться. Князь приедет ближе к началу фестиваля.

Храм Вечных Облаков.

Зажжённые палочки благовоний источали едва уловимый аромат сандала и можжевельника. Прохладный ветер дул из открытого окна, оставляя снежинки на полу храма.

Цзенлан молча поднял взгляд, с беспокойством взирая на Кровавого князя. Не так давно они прибыли в Уцзен, но направились не на главную улицу города, а сюда. Хао Вейян не был религиозным человеком, однако стабильно (раз в год) посещал этот загадочный храм.

Цзенлан не ведал, что за прошлое связывает отца с местным отшельником и всё же… Кровавый князь на удивление серьёзно выслушивал туманные предсказания дряхлого старца.

— Прошу вас, господа. — юный монах поклонился, распахнув двери. — Удалившийся от мира мастер Мо Юй ждёт вас.

Хао Вейян кивнул, решительно идя вперёд. Цзенлан же направился за ним, чувствуя привычную нервозность. Отшельник Мо Юй круглый год жил на горе, в отдалении от людских страстей. Лишь один раз, в самом начале года, спускался он к храму Вечных Облаков, где его ждали с нетерпением. Отшельник говорил только с князем Вейяном и под покровом ночи поднимался обратно на гору. Цзенлан слышал, что в этом году старцу исполнилось сто восемь лет… Очень солидный возраст. Удивительно, но он вовсе не казался немощным.

Вот и сейчас отшельник чистил мандарин, сидя на тонкой циновке. Он лукаво посматривал в сторону Хао Вейяна и, когда князь подошёл ближе — Мо Юй пригласил его сесть рядом. Цзенлан остался стоять у боковой стены храма, прислушиваясь к их неспешной беседе.

— Ты всё ещё жив, старик.

— А ты всё так же груб, мальчишка.

Мо Юй пожевал губами, с некоторым раздражением передавая князю другой мандарин:

— Ешь. Вечно они приносят мне слишком много!

Вейян едва заметно улыбнулся, неспешно очищая оранжевую шкурку. Кисло-сладкий запах цитруса быстро распространился по залу, перебивая приевшийся аромат сандала.

— Как поживаешь вдали от людей? Кости ещё не болят? — проронил князь, пряча мимолётную улыбку.

— Я крепче всех ныне живущих! Ещё и тебя переживу, помяни моё слово. — фыркнул отшельник, закидывая дольку в рот. Несколько минут он сосредоточенно жевал её, а затем проглотил. — Ну что, пришло время узнать твою судьбу?

— Быть может, хоть раз обойдёмся без гаданий? — Хао Вейян лениво прищурился. — Ты постоянно говоришь, что судьба моя туманна и неясна… Есть ли в этом смысл?

— Ты сомневаешься в моих способностях? — возмутился Мо Юй. — Да будет тебе известно, мальчик, что я умею гадать по всему! По звёздам, по именам, по руке и по лицу… Но на сей раз благоприятно познать истину по Книге Перемен.

Цзенлан едва заметно нахмурился, обратив взгляд на отца. Книга Перемен считалась самым уважаемым способом гаданий… Шесть бросков трёх монет определяли необходимую гексаграмму (коих было шестьдесят четыре), а затем мастер истолковывал ответ по книге И-Цзин.

— Ты уверен, старик? — едва заметно улыбнулся князь.

— Более чем! Бросай монеты.

Цзенлан мысленно считал в уме, наблюдая за падением золотых граней. Мо Юй, впрочем, следил за ними ещё пристальней и вскоре посерьёзнел, бормоча себе под нос. Но, казалось — что-то его не устраивало.

— Протяни ладонь. — неожиданно фыркнул старец, цепко разглядывая линии судьбы Хао Вейяна. — Вот значит, как… Необычно.

— Старик, чего ты там не видел? — устало улыбнулся князь, но его прервали.

— Да будет тебе известно: всё меняется! Даже твои руки не те, что были прежде… Каждое ранение и каждая мозоль меняет общий узор. А уж с таким предсказанием и вовсе… — отшельник замолчал, загадочно поправляя рукава.

— Ну же, поведай мне истину. — более вежливо попросил Вейян.

Мо Юй заговорил не сразу. Он рассеянно взял в руки второй мандарин и чуть слышно вздохнул:

— Туман рассеялся в твоей судьбе, но это не всегда добрый знак. И-Цзин предсказывает князю участь дракона, первого среди равных, чьё пламя озарит даже небо.

Цзенлан едва не ахнул, опустив взгляд в пол. Это предсказание было не просто сильным — от него мурашки обожгли хребет, перебираясь по позвоночнику порывами ледяного ветра.

— Но там, где величие, есть и обратная сторона. — проговорил отшельник, глядя в глаза Вейяну. — Дракону пронзят крылья, как только он воспарит достаточно высоко. Ему суждено упасть на острые камни и истечь кровью. Его смерть станет началом новой эры, но всё же…

— Как это возможно? — впервые за долгое время Цзенлан вмешался в их разговор, шагнув вперёд. — Мастер Мо Юй, мой отец не…

— Цзенлан.

Хриплый голос князя давил на плечи, заставляя вновь замолчать. Отшельник покачал головой и неспешно продолжил:

— Дракон силён, но заблудился во мраке. Блуждает там долгие годы без единого проблеска света. Однако… Есть шанс, что всё сложится иначе. Если рядом возникнет феникс, что опалит тьму огнём — дракон воспарит выше прежнего, и сам войдёт в новую эру.

Шелест ветра за приоткрытым окном прервал их беседу. Отшельник нахмурился, а после хмыкнул, продолжая бесстрастно чистить мандарин:

— Такова судьба, князь. И ради всех богов: лучше тебе прислушаться.

Цзенлан едва слышно выдохнул. Но вот что странно: на миг ему показалось, будто за окном мелькнула чья-то тень.

Юнли Шен.

Храм Вечных Облаков… Довольно значимое место в оригинальной истории. По крайней мере, я могу вспомнить несколько эпизодов, связанных с ним. Именно здесь Сюнин молилась за благополучие Цзенлана, и (чуть позже) просила предсказать судьбу их ребёнка.

Но несмотря на важность храма, я не знала, что он расположен в Уцзене… Да и выяснила это почти случайно: уличные торговцы проболтались. Мол «юные леди так любят посещать храм в праздничные дни». И тут меня осенило! Точно, это священное место… С ним связана одна неприятная история. Кое-кто воспользовался храмом, чтобы навредить главной героине. Именно поэтому сейчас я так спешу.

— Госпожа! Почему вы вдруг решили посетить святыню? — Шия перегородила мне дорогу, когда впереди уже показались ступени облачного храма.

Я слегка притормозила и кашлянула, поймав настороженный взгляд телохранителя:

— Просто… Раньше мы с семьёй вместе молились богам о процветании в Новом году. И сейчас я об этой традиции вспомнила.

— Вот как? — Шия вскинула брови и чуть слышно вздохнула. — Многие жители Луна не любят храмы Шуаньи. Будто сама наша земля непригодна для искренней молитвы.

— Глупости. — я поджала губы, указывая на врата святыни. — Пойдём же! А то не успеем до приезда князя…

К началу фестиваля все девушки Цветника должны собраться у главного моста, таков был уговор. Но Сюнин… Если сюжет будет развиваться также, как в оригинале, она попадёт в беду. Кто виноват в этом? Ну, разумеется, Мина.

В оригинальной дораме эта невзрачная служанка связалась с опасными людьми и предложила им ценный «товар»: белокожую леди редкой красоты. Такую можно продать в элитный бордель за очень большие деньги. Для своего жуткого плана Мина не постеснялась использовать Чжо Яо… Но сейчас всё иначе.

«У леди Яо другая служанка, так что Мина не станет прибегать к её помощи. И всё же… Сюнин по-прежнему в опасности. Ведь в оригинальной истории именно Шия позвала на помощь тех, кто спасли героиню. А сейчас она со мной, что усугубляет ситуацию…»

По счастью, храм принимал всех гостей без исключения. Здесь было несколько молитвенных залов, а потенциальных богачей (которые способны сделать щедрые пожертвования) и вовсе провожали в отдельные комнаты. Там монахи готовили чай и вегетарианские закуски, позволяя расслабиться в аскетичной атмосфере храма.

«Со стороны кажется, будто такие места оторваны от мира… Но, на самом деле, эти монахи очень хорошо умеют зарабатывать деньги» — едва заметно улыбнулась я.

Нас встретил молодой послушник. По правилам храма мужчины и женщины молились в разных местах, а потому телохранителю пришлось остаться… Затем нас с Шией провели в зал покаяния. Я зажгла две палочки благовоний, вознеся безмолвную молитву за родных.

Не знаю, чем закончится эта история, но… Надеюсь, под конец они будут живы. А для этого мне стоит постараться.

— Если вы хотите подождать духовного наставника, я сопровожу вас в комнату покоя. — проговорил послушник, мягко улыбаясь.

Я задумчиво кивнула и, чуть погодя, уточнила:

— Скажите, храм не посещала леди Тао? Мы подруги, и я слышала, что она также хотела помолиться.

— О, разумеется. Она сейчас отдыхает… Сопроводить вас к ней?

Я едва заметно кивнула, мысленно празднуя победу. Ладно, теперь достаточно проследить за героиней… Если Тао попадёт в беду, я всегда успею позвать на помощь.

Комнаты покоя располагались в отдельных маленьких дворах и напоминали кельи своим скромным убранством. Однако, когда я вошла, Сюнин там не было…

— Странно, мы ведь точно привели леди сюда… — пробормотал послушник. — Возможно, она вышла прогуляться?

— Возможно. — эхом отозвалась я, пытаясь не паниковать.

Главная проблема заключается в том, что… Я очень плохо помню события того эпизода. Да, Сюнин пытались похитить, и это как-то связано с храмом, но… Что именно произошло? Думай, Юнли, думай!

Я со вздохом опустилась за стол, задумчиво перебирая пальцами. Стоит ли мне паниковать прямо сейчас? Кто бы знал!

«Кажется… Мина сказала Чжо Яо, что наследник гуляет где-то на территории храма. Та решила пойти к нему, а Сюнин «случайно» стала свидетельницей их разговора. На тот момент соперничество девушек дошло до откровенной вражды, и потому Тао направилась за ней… Прямиком в ловушку»

— Госпожа, вы ведёте себя странно. — чуть слышно проронила Шия, поджав губы.

— Я просто… У меня дурное предчувствие.

Очень и очень дурное, Шия! Но, прежде чем я успела сорваться с места, в комнату вошла Сюнин. Живая, здоровая и слегка запыхавшаяся. На несколько секунд повисло неловкое молчание, которое прервала сама леди Тао:

— Юнли Шен… Что ты здесь делаешь?

— Пришла помолиться. — я мгновенно расслабилась, откинувшись на спинку стула. — Не ожидала тебя здесь встретить.

Шия вскинула брови, но не стала разоблачать мою ложь. А Сюнин неопределённо хмыкнула, присаживаясь на свободное место напротив. И всё же, кое-что меня смущало…

— Почему ты одна? Где твоя служанка?

— Она пошла за напитками. — леди Тао скривила тонкие губы и демонстративно повернулась к окну, явно не желая продолжать разговор.

Ох уж эта упрямая героиня… Мне бы просто удостовериться в том, что она без проблем доберётся до фестиваля. А через пару минут в комнату и вправду зашла Мина с чашками и чаем.

— Госпожа, вы… — она замерла на пороге, с некоторым удивлением разглядывая новых гостей. Сюрприз!

Впервые за долгое время я была искренне рада видеть эту антагонистку. Пока она маячит перед глазами, намного проще уберечь Сюнин от неприятных последствий…

— Будете чай, леди Шен? — равнодушно спросила Тао, подзывая Мину поближе.

Я кивнула, настороженно наблюдая за происходящим. Сюнин, кажется, задумалась о чём-то своём, тогда как её служанка казалась непривычно тихой. Тем не менее, Мина послушно разлила чай по маленьким пиалам и поставила перед нами.

Приятный аромат дразнил обоняние. Я протянула пальцы и ощутила жар, исходящий от напитка. Самое время немного согреться, ведь в комнате покоя довольно холодно. Но, прежде чем я успела отпить, Шия вдруг смахнула пиалу в сторону.

Резкий звон застал врасплох абсолютно всех! Сюнин нахмурилась, с возмущением глядя на нас, а Шия тотчас опустилась на колени:

— Простите, госпожа! Это всё моя неловкость… Голова закружилась, и я допустила оплошность.

— Ах, вот как… — я нервно улыбнулась, поднимаясь со своего места. — Может, позвать лекаря? С тобой раньше такого не случалось…

Я и без того поняла, что с чаем какие-то проблемы. Уж не знаю, что заметила Шия, но её чутьё не раз спасало героиню.

— Твоя служанка такая… — Сюнин нахмурилась и вдруг замолкла, неловко приложив ладонь ко лбу.

— Тебе тоже плохо? — быстро затараторила я. — Давай мы отведём тебя к целителю!

Но было уже слишком поздно. Мина змеёй метнулась к двери и выскочила из комнаты, щёлкнув замком. Погодите-ка! Откуда у неё ключ от этого места? Неужели преступники…

Мои глаза расширились от шока. В оригинальной дораме Мина заманила девушек в безлюдное место, откуда легко совершить похищение… Тогда ей удалось прикинуться жертвой, и в первое время люди князя даже не заподозрили служанку. Но сейчас у Мины нет поддержки в виде Чжо Яо, значит, план будет совсем другим…

Видимо, те преступники как-то проникли в храм. Может, изначально были в сговоре с некоторыми монахами? Отравленный чай, ключи от комнаты… Боже, она же специально заперла нас здесь!

— Сюнин! — не своим голосом воскликнула я. — Сюнин, мы в опасности…

Но героиня уже обмякла, тяжело завалившись на стол. Её чёрные волосы разметались по поверхности, а яркие заколки со звоном посыпались на пол. Шия метнулась к ней и через несколько секунд прошептала:

— Её не отравили. Это лекарство, которое сильно расслабляет организм. Что-то вроде снотворного… Видимо, вас хотят похитить без сопротивлений.

Я схватила чайник со стола, нервно оглядываясь. Чем ещё можно защититься в случае нападения? Разве что стул бросить, но едва ли это их остановит… Думай, Юнли, думай! В оригинальной дораме девушек не травили. Да и зачем, когда их буквально загнали в угол? Осталось только поймать и перекинуть в специальный экипаж… Тогда Сюнин и Чжо прыгнули в ближайший пруд, чтобы спастись от преследователей. А Шия, оставшаяся позади, успела позвать князя…

Ах, точно. Князь! Он где-то здесь, в храме! У него отличный слух, а его охранники должны быть неподалёку… Что ж, пришло время забыть о чувстве собственного достоинства.

— Шия… Приготовься, сейчас нам придётся кричать изо всех сил! — воскликнула я и разбила чайником единственное окно в комнате.

Окно было маленьким. Протиснуться в него — та ещё задачка (особенно когда в раме торчат острые осколки). Но я поняла: Мина оставила нас, потому что её сообщники где-то рядом. Она осознавала, что ситуация выходит из-под контроля и сработала на опережение… Теперь её главная цель: заставить нас замолчать.

«Умная злодейка предпочла бы отступить и затаиться… Но, видимо, Мина испугалась. Я заговорила о лекаре, в то время как Сюнин уже сделала глоток злополучного чая. Если бы приглашённый врач выявил истинные причины её недомоганий — вся эта преступная схема вскрылась бы по щелчку пальцев» — я стиснула зубы, вытаскивая осколки стекла из рамы. Руки пришлось обернуть в собственную накидку, несмотря на пронизывающий ветер, что дул с улицы… Но я понимала: нужно торопиться!

Сейчас мы должны поскорее выбраться из комнаты, а затем кричать, звать на помощь… Хоть как-то привлечь внимание князя. Шия помогала мне изо всех сил, нервно оглядываясь на спящую Тао. Но времени у нас было совсем мало, поэтому, когда осколков стало меньше…

— Иди. — выдохнула я, подтолкнув Шию к окну. — Выбирайся отсюда.

— Я не могу, госпожа! Я хочу помочь вам…

— Послушай, ты бегаешь быстрее меня. И одежда у тебя куда более удобная… Прошу, поторопись! Князь должен быть где-то здесь, в храме. Кричи, зови на помощь, но приведи его скорее, поняла?

Шия стиснула зубы и, наконец, кивнула, с трудом пролезая в окно. Небольшие осколки оставили царапины на её руках, но служанка даже не поморщилась. В первые секунды она хотела помочь мне выбраться, а затем… Резко переменилась в лице и бросилась бежать.

Я нервно усмехнулась, поднимая стул вперёд ножками. Да, как и ожидалось, преследователи во главе с Миной уже на месте!

— …Там служанка! Поймай её. Заткни ей рот, чего бы это ни стоило!

— Ты же говорила, что сделала всё тихо!

— Я пыталась. Но она всё испортила…

Речь ведь идёт обо мне? Спасибо! Я правда очень старалась помешать вам… И теперь заперта в четырёх стенах рядом с бессознательной героиней. По ту сторону двери — бандиты и похитители, которых не остановит даже святая земля. У них при себе злоба, ключ и одна предательница. У меня — стол (наспех придвинутый к двери) и шпильки, вставленные в замочную скважину… Не очень надёжный способ защиты.

Ах, да — ещё есть стул. Это на тот случай, если мерзавцы попробуют пролезть в окно. Я знаю, что не продержусь долго… Мне бы только растянуть время.

— Дверь не открывается!

— Эта сучка…

— На что ты надеешься, маленькая леди? — хриплый голос послышался совсем рядом, у окна. — Думаешь, твоя служанка сможет сбежать? Напрасно, леди… От нас ещё никто не убегал.

— Значит, будет новый опыт. — пробормотала я, сдув каштановую прядь со лба.

Шия… О ней не стоит беспокоиться. В отличие от меня, она много раз посещала храм Вечных Облаков. Эта девушка точно отыщет князя, так что… Всё будет хорошо.

«Почаще повторяй это, глупышка Юнли»

Их было четверо. Трое мужчин и одна женщина (Мина не в счёт). Все рослые, крепкие, обозлённые… Первым делом они налетели на дверь. Тонкие доски натужно затрещали, вызвав у меня нервный вздох. Стол, к счастью, пока держится… Чьё-то лицо показалось в оконной раме, и я с чистой совестью толкнула его ножками стула.

— Ай! Она мне по носу попала!

— Говори тише, дурная…

— Убирайтесь! — решительно закричала я, потрясая стулом. — Его Величество всех вас поймает и казнит!

Но, на самом деле, мне было очень страшно. Я боялась, что эти люди прорвутся сквозь баррикады… Они не знают пощады, не ведают сострадания. И если предположить, что главную героиню защищает сюжет… Защитит ли он и меня тоже?

Будто в ответ на встревоженные мысли стол резко двинулся с места. Бандиты торопились и оставили попытки пролезть через окно лишь по одной причине: оно и впрямь было слишком маленьким. Даже худенькая Шия проскочила через него с трудом, что уж говорить о тех амбалах…

Я метнулась к столу, пытаясь хоть как-то задержать их, но безуспешно: дверь уже трещала под натиском мерзавцев. Сюнин, свернувшаяся калачиком на полу (простите, другого выхода не было) беспокойно завозилась, но так и не проснулась. Я испуганно отступила к героине, когда стол отъехал в сторону и те люди ворвались в комнату… Смешно, они примерили одежду послушников, будто это скроет их вороватые лица.

— Ну что, маленькая леди… — протянул один из них, неприятно ухмыльнувшись. — И где твой князь?

Я стиснула в кулаке острую заколку, приготовившись вопить и сражаться до последнего вздоха. Но стоило ему сделать один шаг вперёд, как сзади кто-то закричал. Свистящий звук пронзил воздух и обернулся спущенной с тетивы стрелой. Среди «послушников» возникла секундная заминка, а потом… Они запаниковали.

Главарь тотчас бросился ко мне, распахнув медвежьи объятия, но не на ту напал! Я воткнула острую заколку ему в ладонь, ловко вильнула в сторону и закричала громче прежнего:

— …Ваше Величество, спасите!

Вторая стрела пролетела в нескольких сантиметрах от моего лица, с поразительной точностью пронзив горло нападавшего. Он издал сдавленный хрип, катаясь по земле… А остальные мерзавцы тотчас бросились врассыпную. Настала их очередь спасаться бегством. Но к тому времени люди князя уже подоспели. Всех похитителей повалили на землю, связали по рукам и ногам… Всех, кроме Мины.

— Ваше Величество, смилуйтесь! Я не виновата, мне угрожали… Меня заставили. — служанка горестно рыдала под ледяным взором князя.

Хао Вейян молча перевёл взгляд на растрёпанную (но счастливую) меня и одними губами спросил:

— …всё хорошо?

Я кивнула, смущённо шаркнув ножкой. А Мина уже слёзно обратилась к подоспевшему Цзенлану:

— Наследник, прошу вас… Вы же знаете, я с детства прислуживала в поместье. Моя верность вам безгранична! Я бы не посмела совершить столь ужасный грех…

Цзенлан нахмурился и, наконец, произнёс:

— …Шия, повтори то, что сказала нам раньше.

— Да, молодой господин. — моя служанка вышла вперёд и твёрдо сказала. — Мина принесла нам чай с сонными таблетками. Она усыпила леди Тао и заперла нас в комнате, позвав этих людей.

Шия остановилась, переводя дыхание, и с болью прошептала:

— В светлый праздник осквернить столь древний храм… Настоящее святотатство!

— Леди Шен, вы подтверждаете её слова? — неспешно уточнил Хао Вейян.

— Да. — тихо проронила я, вздыхая. — Всё так и было…

Усталость со всей тяжестью давила на плечи. Я чувствовала, как под кожей рассасывается тревога, а на смену ей приходит опустошение. Хотелось просто… Лечь, закрыть глаза, заснуть и забыться. И только подрагивающие пальцы напоминали о пережитом страхе.

— В таком случае, преступницу будут судить по всей строгости законов Шуаньи. — решительно постановил князь.

— Нет… — Мина побледнела, в изумлении глядя на господина. — Нет, прошу вас, не надо! Я не виновата!

Она хотела броситься ему в ноги, но охранники вовремя успели перехватить служанку, оттаскивая к остальным похитителям.

— Наследник, смилуйтесь! Я же служила вам верой и правдой… — Мина умоляла до последнего, не сводя глаз с Цзенлана. А потом ей заткнули рот и молча уволокли в сторону, ломая всяческие сопротивления. Воцарилась гробовая тишина, от которой даже мне стало неуютно. Все продолжали смотреть на князя, будто ожидая последнего приговора. Сейчас, вот сейчас заточенное лезвие гильотины упадёт вниз, отразившись в ледяных глазах правителя Шуаньи…

Хао Вейян долго хранил молчание. А затем со свистом втянул воздух губами и глухо уточнил:

— Сколько времени осталось до фестиваля?

— Пару часов, господин.

— Прекрасно. Этого вполне хватит для того, чтобы перетряхнуть весь храм и вырвать гнилые корни.

Монахи (стоявшие в отдалении) затряслись, как листья на осеннем ветру. Все понимали истинное значение княжеских слов… Его яростная решимость способна стереть храм с лица земли.

— Отец… Быть может, мы потом с этим разберёмся? — неуверенно вмешался Цзенлан.

Но Его Величество отрезал:

— Исключено. Любую падаль нужно травить по свежим следам. Иначе они разбегутся, как сточные крысы… Затаятся в гнилых норах, дожидаясь своего часа. Нет, сын, мы должны вырезать всё подчистую. Они посмели подобраться столь близко и нагло… Спустишь такое с рук один раз — и преступлениям не будет конца.

Я нервно облизнула губы, невольно поддаваясь властной энергии в словах князя. Раньше мне казалось, что его спокойствие было давящим, а в молчании притаилась угроза… Но теперь я видела, как умело Вейян вдохновлял людей. Сами его слова были пропитаны невозможной силой, которая заряжала окружающих безрассудной решимостью.

Клянусь: ещё немного и я сама бы ринулась в бой! Вот только… Ноги по-прежнему подгибаются от стресса, да и вид у меня совсем не боевой. К счастью, Вейян довольно быстро отослал охранников прочь. Они забрали с собой наших (несостоявшихся) похитителей.

— Госпожа, вы в порядке? — Шия метнулась ко мне, разом растеряв всю свою решимость. Она чуть ли не плакала, прикрывая царапины на локтях и ладонях:

— Я так испугалась… Думала, не успею, и вас точно заберут!

— Но ты успела. Всё хорошо, правда ведь? — я устало улыбнулась, опершись на злополучный стол.

В тот момент лекари уже осматривали бессознательную Сюнин, а мне… У меня просто не осталось сил. Перед глазами всё плыло, мерцало, закручивалось в пугающий водоворот, и лишь взгляд Кровавого князя оставался прежним: бездонное ледяное озеро с фиолетовым отблеском на дне. Но в тот момент я так и не осмелилась сказать самое главное:

«Спасибо, Ваше Величество. За то, что спасли её. За то, что помогли мне…»

Фестиваль должен был начаться вечером. Когда небо потемнеет и на улицах зажгутся красные фонари — люди соберутся у реки, чтобы понаблюдать за быстроходными лодками. Песни уличных музыкантов, бой барабанов, смех и танцы заполнят ночной Уцзен, а под конец чужие желания опустятся на воду бумажными журавлями.

Но я, увы, не могла прочувствовать эту радостную атмосферу. Последние часы выдались… Тяжёлыми. Нас с Шией сопроводили в гостиницу, где доктор внимательно осмотрел мою служанку и обработал все её раны. Мне же заварили успокаивающий чай, а затем предоставили удобную кровать… Вот только поспать в ней не удалось.

Пятнадцать минут отдыха — и нужно заново готовиться к вечернему фестивалю. Быстро помыться, переодеться в новое платье (и откуда его только достали?), сменить украшения, макияж и причёску… Под конец мне просто хотелось просить пощады. Шия тоже выглядела несчастной, хотя в этот раз ей позволили отдохнуть. Князь прислал своих людей, так что они сделали всё быстро. И вот… В назначенное время я была (относительно) свежа и прекрасна. Будто не было нападения, тревоги и страха. Будто моё горло не болит от недавнего крика…

Сюнин, впрочем, также привели в чувство. Мертвенную бледность её лица кое-как замаскировали румянами, но даже так она выглядела до крайности утомлённой. Мы с героиней молча кивнули друг другу, как гвардейцы, сменившие караул. А затем просто… Присоединились к остальным девушкам Цветника.

Те казались довольными и счастливыми, громко делились впечатлениями о ярмарке. О том, сколько рыбок поймали, какие маски примерили и чем так вкусно кормили на прилавках…

Я молча комкала в пальцах бумажную птичку (олицетворение новогодних желаний). Чего же мне хочется? Пройти сюжет. Сберечь семью. А ещё… Чувство недосказанности осело ядовитым привкусом на языке.

Я никогда ничего не желала для себя, будто в моей тихой жизни всего предостаточно. Но в действительности… Это неправда. Мне чего-то не хватает. Или… Кого-то?

Неосознанные чувства дурманят голову, мутной патокой размывают сознание. Я коротко вздохнула и незаметно отдалилась от остальных. В тень, подальше от ярких огней… И только потом ощутила Его присутствие.

Он стоял во мраке. Не рядом с сыном (Цзенлан давно присоединился к остальным), а здесь, в тишине и спокойствии. Там, где мост скрывал наши силуэты от света алых фонарей.

— Вам здесь не нравится. — проговорила я, повинуясь внутреннему чутью.

— Вам тоже. — задумчиво ответил князь.

Я подошла поближе, вслушиваясь в радостные крики, которые то и дело раздавались с моста. Где-то в небе вспыхнули первые фейерверки…

— Тогда ответьте: что мы здесь забыли?

Что я делаю на этом празднике жизни? Вокруг всё такое красивое, яркое, весёлое, а у меня гадкая тоска на сердце лежит. И это так странно… Кругом солнце, а я будто под свинцовой тучей.

— Забыли… — протянул Вейян, и голос его смягчился. — Видимо, что-то важное? Люди постоянно забывают ценное. Воспоминания, ощущения… Чувства. А в подобные моменты мы просто пытаемся воссоздать это в памяти. По крупицам, по осколкам, по чужим взглядам.

Я посмотрела ему в глаза. Во мраке различим только силуэт, но обволакивающий голос князя творит чудеса, будто наяву рисуя знакомые черты. И это чувство… Глубокое чувство защищённости. Рядом с ним всё казалось каменным, непотопляемым. Даже если привычный мир рухнет под штормом — Хао Вейян непременно выстоит. Один вопрос: какова цена такой решимости?

— Тогда… Давайте загадаем желания. — тихо предложила я, протянув руку.

Хотелось показать своего смятого журавлика, но, вместо этого — пальцы обожгло случайным прикосновением. Я ощутила, как легко и быстро он провёл ребром ладони по линии моей жизни, а затем…

— Что… это? — непонимающе спросила я.

— Желание, которое я отправлю в плавание по реке.

Он прошёл мимо неслышной тенью и склонился к воде, опуская бумажный фонарик. Маленький одинокий символ, который вскоре пойдёт ко дну. Но теперь я понимала истинное значение его слов.

Подобные фонари… Дань миру мёртвых, беззвучная молитва за усопших. В этот самый день, среди всеобщего веселья, Кровавый князь думал лишь о тех, кто оставили его давным-давно.

— …Госпожа, вы не можете прятаться вечно.

— Я и не прячусь.

Шия окинула меня укоризненным взором и покачала головой, будто бы сетуя на мой характер. Но я (почти) не соврала ей! Девушкам из Цветника сложно скрыться от чужих глаз, а мне просто… Не хочется выходить на улицу. И, да, это затворничество началось сразу после фестиваля.

Уж не знаю, что именно князь обнаружил в храме, но всё поместье бурлило изнутри. Нам строго-настрого запретили ходить куда-либо без разрешения, и тогда я поняла: те похитители, вероятно, связаны с Луном. Возможно, они прибыли с нашей родины, крепко обосновались в Шуаньи и творят свои чёрные дела у всех на виду… Так или иначе, князь был в ярости! Одно радует: Мина обезврежена раз и навсегда.

— Как думаешь… Её казнят? — тихо спросила я, пробуя засахаренные орехи.

— Её уже казнили. — тихо, но твёрдо ответила Шия. — Мина связалась с очень дурными людьми… В её комнате нашли яды и запретные лекарства. Она явно планировала что-то грандиозное.

Я задумчиво поджала губы. Неужели, Мина заранее припасла ту гадость для соперниц? Или же приобрела на крайний случай? Не знаю (и не очень хочу знать).

В оригинальной дораме нападение на Чжо и Сюнин поначалу казалось досадной случайностью. Девушки сами пошли не в то место и наткнулись на отпетых негодяев… К счастью, их не смогли похитить. Прекрасные леди прыгнули в воду, спасая свою честь, а затем подоспели и люди князя…

«Но похитители смогли сбежать. Их поймали намного позже, а Мину и вовсе не заподозрили. Она плакала, говорила, что её тоже пытались украсть… И отчаянно «сожалела», что не уберегла свою леди»

Чжо и Сюнин заболели сразу после купания в ледяной воде. Героиня, которая ранее пострадала от змеи, и вовсе оказалась на грани жизни и смерти! Но даже так: Мина не проявила ни капли сочувствия. Через некоторое время, когда леди Тао стала наложницей Цзенлана — коварная служанка подмешала яд в благовония…

Я негромко вздохнула, вспоминая эти горестные главы в книге. Но, по крайней мере: сейчас всё иначе. Сюнин в порядке, Чжо не у дел, а истинная виновница получила по заслугам. Чем не счастливый финал?

«Но, к сожалению, до финала нам ещё далеко…» — я нервно улыбнулась, перебирая украшения в шкатулке.

Выходить за пределы двора решительно не хотелось. Почему? Ну… Герои сейчас находятся в фазе активного сближения. Я боюсь что-либо испортить, да и не очень хочу лезть в самое пекло. Потому мои прогулки доходят лишь до Пламенного павильона в те редкие дни, когда князь его посещает. К слову, об этом…

Хао Вейян был очень занят в последнее время. Он рано покидал поместье, мог не возвращаться ночами, а затем и вовсе начал вызывать Цзенлана «на подмогу». Иногда мне искренне хотелось узнать, чем они там занимаются, но, боюсь — дело малоприятное… И вот так незаметно прошли три недели.

Снега растаяли под моим окном, обнажая грязь и пожухлую траву. Весна вступала в свои права медленно, неспешно, но с каждым днём всё больше отвоёвывала место под солнцем. Девам из Цветника подарили яркие ткани, чтобы сшить более лёгкие платья, и тогда я поняла: вот оно! Скоро начнётся новый виток сюжета. И называется он…

— Наследник скоро женится. — Шия сказала это во время чаепития. Так внезапно, что я едва не поперхнулась горячим напитком!

— На ком?

Первый же вопрос, сорвавшийся с губ, отрезвил мою память. Лихорадочные образы заплясали на кромке сознания, воссоздавая фрагменты из дорамы…

— Пока неизвестно. — Шия устало улыбнулась, склонив голову набок. — Вероятно, на леди из богатого клана Шуаньи.

Нет, это неправда. На самом деле, Хао Вейян нашёл для сына более достойную спутницу… Младшую принцессу Нефритовой долины Руй. Насколько помню, королевство Руй граничит с Шуаньи. Местный правитель поддержал князя, когда тот очищал чёрную пустыню. Помимо этого, жители долины контролируют пролив, и многие торговые пути проходят через их земли.

А ещё (просто как факт) Руй не ладит с Луном. Ну, тут уж, как говорится: «враг моего врага — мой друг»…

— Думаю, свадьбу сыграют очень скоро. — задумчиво пробормотала Шия.

— И к чему такая спешка? — я чуть слышно вздохнула, пытаясь скрыть собственные чувства.

— Его Величество не терпит промедлений.

Слова Шии звучат разумно, но я знаю, какая правда скрывается за ними. Во-первых, негласный договор с королём Руя был заключён уже очень давно… А сейчас принцесса достигла брачного возраста. Вторая причина более ощутимая: угроза со стороны Луна растёт день ото дня. Думаю, уже сейчас князь планирует восстание.

«Нити сплетаются, судьбы меняются… А Сюнин суждено стать наложницей юного Вейяна. Как бы мне ни хотелось изменить этот сюжет — кое-что остаётся прежним»

Кровавый князь вернулся в поместье, когда сливы распустились бледно-розовыми лепестками, неспешно подрагивая на ветру. В ту пору девушек Цветника снова начали пускать в сад, и даже я этим пользовалась.

Капризные красавицы Луна совсем притихли и вели себя так смиренно, что их почти можно спутать с монахинями… Но я знала: это лишь затишье перед бурей. Чжо Яо и Сюнин перестали открыто враждовать, однако коалиции никуда не делись. И совсем скоро этот раскол в коллективе сыграет свою роль.

Но меня куда сильнее интересовал Пламенный павильон. Ночью в нём горели яркие огни, а утром слуги вновь обходили владения князя стороной. Я очень хотела забежать туда, но управляющий Фан строго-настрого запретил беспокоить князя.

— Ваше желание помочь, безусловно, похвально, леди Шен. Но не в этот раз. — вежливо проговорил он, качнув головой.

В итоге мне приходилось коротать время вместе с другими девушками, которые (временно) забыли прежние распри.

— Так ты говоришь…?

— Это точно. Я подслушала разговоры слуг! — Чжо Яо гордо выпрямилась, скрестив руки на груди. — Его Величество устроил настоящую зачистку в Шуаньи. Оказалось, что в городах уже много лет промышляют торговцы людьми… Князь уничтожил все их базы и перекрыл пути к отступлению!

Юные леди восторженно закивали, в то время как Сюнин слегка побледнела. Да уж, её эти воспоминания до сих пор тревожат…

— Должна признать: Его Величество необыкновенный человек. Такой благородный… — вздохнула одна из девушек.

— Храбрый, красивый и умный. — согласилась другая. — Хотелось бы узнать его получше.

Я неосознанно нахмурилась, барабаня пальцами по столу. Их разговоры казались до странности раздражающими… Конечно, князь и раньше был популярным, но они не обсуждали его достоинства вслух! Все, отчего-то, зациклились на Цзенлане, и меня это не задевало. А сейчас… Раздражает. Не сильно, но ощутимо.

— Я тоже кое-что заметила… Слуги поместья начали перестраивать тот красивый павильон в центре. Обновляют мебель, заносят новые украшения.

— И что, по-твоему, это значит?

— Думаю… Скоро в поместье появится хозяйка.

Я внимательно посмотрела на девушку, которая это сказала. До сих пор она не особо выделялась в Цветнике… Хорошенькая, юная, с лисьими (чуть раскосыми) глазами. Моин Джан, верно? Кажется, она дружила со всеми и ни с кем одновременно. А реакция на её слова последовала незамедлительно…

— Что?

— Глупости!

— Князь до сих пор не выбрал себе жену, с чего бы ему делать это сейчас?

Но, несмотря на подобные насмешки, многие девушки напряглись. И я их вполне понимаю! Если в поместье на самом деле появится «законная хозяйка», жизнь Цветника станет в разы сложнее. Мужчины зачастую более сострадательны к женщинам… Но всё меняется, когда рядом появляется жена. Тогда в ход идут любые методы: от изощрённых интриг до излюбленных ядов.

«К счастью, Хао Вейян не собирается жениться… Но хозяйка у поместья и впрямь будет»

Не самый худший вариант для нас, но катастрофичный для леди Тао. Сюнин ведь даже не подозревает, что совсем скоро столкнётся с главной (и крайне грозной) соперницей. Ведь, в отличие от прочих красавиц Цветника, принцесса Лиюань Руйши обладает реальной властью и статусом.

Если честно, я немного побаиваюсь грядущих событий. Справиться со служанкой — одно дело, но вот помочь в столкновениях с принцессой… Непростая задачка.

Пока я думала об этом, красавицы Цветника разошлись. Они как-то постепенно отдалялись и, в итоге, оставили меня в гордом одиночестве. Но ненадолго…

— Юнли Шен? — звонкий голос леди Джан заставил меня встрепенуться.

— …да?

Я не ожидала, что эта девушка вернётся, присаживаясь рядом. Кажется, раньше мы с ней не общались…? Ну, разве что приветствиями обменивались. А сейчас Моин опустилась на соседний стул, подперев подбородок ладонью. Она внимательно разглядывала меня, будто пыталась найти ключик к механизму.

— Леди Джан? — моё терпение кончилось примерно на второй минуте этого неуютного созерцания.

— О? Прости, я задумалась! — Моин улыбнулась, мягко качнув головой. — Честно говоря, раньше мне казалось, что ты покинешь Цветник одной из первых. Уж прости за откровенность, но твой характер такой… слабый?

Мы сразу начали с оскорблений? Это что-то новенькое!

— Как видишь, я всё ещё здесь. — раздражение скопилось на кончике языка, так и норовя выплеснуться.

Не то чтобы меня это всерьёз задело, просто… Почему все вокруг принимают спокойствие за слабость? Да, я не люблю конфликтовать, но это не делает меня забитой овечкой!

— Да, я вижу. — Моин склонила голову набок и добавила. — На самом деле, зря тебя недооценивают. Со временем я поняла: у тебя куда больше шансов задержаться в Шуаньи.

— Что?

В тот момент я окончательно растерялась. Нежданный комплимент, а потом и вовсе странное замечание… Что не так с леди Джан?

— Ах, ладно, дело не в этом. — она махнула рукой и понизила голос. — Ты ведь тоже считаешь, что скоро в поместье появится главная госпожа? Не отпирайся, по глазам вижу.

— Не знаю. — я отвела взгляд и пробормотала. — Едва ли князь захочет…

— Ох, да брось! Наследник до сих пор не женат, и, если уж сказать откровенно, на месте князя я бы поскорее нашла ему невесту. Юный Вейян, при всём уважении, падок на красоту…

Я по-новому взглянула на эту черноглазую лисичку. Вот уж кто видит всех насквозь, верно?

— Возможно. — чуть слышно протянула, не желая подтверждать её слова.

— Да… — леди Джан вновь задумалась, постукивая пальчиками по столу. — Интересно, как долго Его Величество будет терпеть нас? Кажется, совсем скоро всё изменится, и мы останемся не у дел.

Я молча опустила взгляд в пол. Она права: нас ждут серьёзные перемены. И одному богу известно, чем всё закончится…

Принцесса Нефритовой долины прибыла в княжество Шуаньи через шесть дней. К тому времени всё поместье было охвачено лихорадочной суматохой (хуже, чем перед Новым годом!). Управляющий Фан и матушка Гуань были очень заняты, но это не помешало им гонять зазевавшихся слуг. В те дни красавицы Цветника вели себя особенно тихо… Но напряжение росло день ото дня.

Я тоже не могла расслабиться, хоть и пыталась заниматься привычными делами. В грудной клетке скопился тугой клубок нервов, какая-то невыразимая тревога, тесно сплетённая с сюжетом проклятой дорамы… Порой я чувствовала настолько сильное беспокойство, что не могла усидеть на месте. Единственное спасение — прогулки по саду среди сливовых деревьев. Холодный ветер забирался под одежду, утренняя роса оставляла влажные следы на подоле платья, но… Мне нравилось бродить там на рассвете. У Шии по утрам много дел, потому она не могла сопровождать меня повсеместно.

И одна такая прогулка привела к неожиданной встрече… Я увидела саму принцессу Руйши. Уважаемая гостья только-только приехала в поместье, потому её сопровождала целая толпа слуг. Управляющий Фан и матушка Гуань любезно показывали окрестности, провожая девушку до павильона Лотоса.

Я очень вовремя нырнула в (излюбленную) бамбуковую рощу, наблюдая за торжественным шествием. Принцесса казалась такой юной… Милая, энергичная, с круглым очаровательным личиком. Похоже, она была очень воодушевлена всем происходящим, потому как глаза её сияли от интереса.

Они обогнули сад и, неожиданно, свернули в сторону… Прямиком к Пламенному павильону князя. Только тогда я смогла увидеть его силуэт издали. Хао Вейян вышел, чтобы поприветствовать невесту сына… А вот Цзенлана нигде не было.

«Кажется, в дораме он не хотел жениться на незнакомой принцессе. Лиюань ему не нравилась, да и сам факт брака вовсе не радовал, а наоборот — тяготил…» — я невольно вздохнула, качнув головой.

Князь, конечно, хотел как лучше, но своими действиями он не раз задевал гордость сына. Цзенлан всю свою жизнь был вынужден находиться в тени великого отца. Там, где Хао Вейян с детства проявлял талант — Цзенлан прикладывал огромные усилия, чтобы хоть отчасти ему соответствовать. Но, в конце концов, это бесконечная гонка в никуда.

Возможно… По этой причине он и выбрал Сюнин? Девушка из Цветника — неповиновения отцовскому приказу, маленький бунт повзрослевшего парня.

Я покачала головой и быстро вернулась домой. Вскоре все узнали о том, что двор Лотоса заняла незнакомая (очень знатная) леди. А потом, как гром среди ясного неба, пришла и долгожданная весть: поместье Вейян готовится к свадьбе. Наследник женится на юной принцессе.

Тогда весь Цветник застыл в гробовом молчании. И только Сюнин уронила чашку, окропив кипятком свои нежные руки.

— Так это и есть знаменитый Цветник первых красавиц Луна? — принцесса с лёгким интересом осмотрела молчаливых девушек.

Да, прошло два дня, и нас вызывали к ней «для знакомства». Неприятное чувство унижения вгрызалось под лопатки, но что мы могли поделать? Лиюань Руйши, как ни крути, благородная невеста Цзенлана, которая (скорее всего) не очень хочет делить мужа с девами Лунцзи… Поэтому её недовольство вполне очевидно.

— Почему вы молчите? — нахмурилась Лиюань, не получив ответа.

Матушка Гуань смущённо кашлянула и пояснила:

— Ваше Высочество, они не имеют права говорить с вами без дозволения.

— Вот как? В таком случае: я дозволяю.

Она требовательно щёлкнула складным веером и только тогда Чжо Яо осмелилась ответить:

— Ваше Высочество, нас нельзя назвать первыми красавицами Луна… Мы лишь смиренные дары, посланные ради мира.

Должна сказать, что её ответ был крайне дипломатичным! То, что надо для успокоения капризной принцессы.

— Вы не слишком-то стараетесь этот мир обеспечить. — насмешливо заметила Лиюань. — Но я хочу понять: кто из вас помогал моему жениху в обучении?

Ой-ёй, ситуация накаляется! Её вопрос прозвучал остро, почти опасно… Но девушки Цветника не могли промолчать. Чжо и Сюнин синхронно сделали шаг вперёд и (на удивление слаженно) склонили головы. Принцесса окинула их цепким взглядом, явно оценив внешнюю привлекательность «помощниц», а затем хмыкнула:

— Видимо, вы очень умны.

В её пренебрежительном тоне отчётливо сквозило недовольство… Принцесса ревнует, не так ли? Но, по справедливости, Цзенлана и без того окружали многочисленные женщины. Служанки поместья постоянно снуют рядом, и даже если бы девушки Цветника остались в стороне, их место бы заняли другие.

— Вы не устали, Ваше Высочество? — вежливо вмешалась матушка Гуань, когда молчание затянулось.

— Вовсе нет! — принцесса резко мотнула головой и добавила. — Я хочу время от времени приглашать этих девушек в гости. Это возможно?

— Как пожелаете, принцесса.

Я едва не улыбнулась, опустив подбородок ещё ниже. Итак, у нас были проверки от князя, от Цзенлана, а теперь будут проверки и от неё… Бедный Цветник. Все хотят нас вывести на чистую воду. Как и ожидалось, первыми «жертвами» стали Сюнин и Чжо. Видимо, Лиюань сочла их самыми подозрительными (и не без причины). Об этом мне рассказала вездесущая Моин Джан…

— Встреча прошла просто ужасно! — деловито заметила она, пробуя принесённый Шией чай. — Принцесса заставила их продемонстрировать свои таланты, а потом достала книги по военной стратегии и начала допрашивать Сюнин… Полагаю, леди Тао не особо понравилась невесте наследника.

… Ну, да. У принцессы хорошая интуиция. Я неловко кашлянула и, наконец, уточнила:

— Зачем ты мне всё это рассказываешь?

Я правда не понимаю внезапной привязанности леди Джан. Как-то всё это подозрительно…

— А почему нет? Мне наскучило общаться с теми девушками. — хмыкнула Моин. — Ты, в некотором роде, куда интереснее.

Звучит ещё подозрительней! Я пыталась вспомнить хоть что-то о Моин из оригинальной истории, но тщетно… Кажется, она была ещё более невзрачным персонажем, чем та леди Шен. В скандалах не замечена, за наследником не бегала, но и в Лун не вернулась. Интересно: почему?

— И что теперь? — уточнила я, возвращаясь к личности принцессы. — Она продолжит их испытывать?

— Возможно… Кто бы знал. — Моин расслабленно пожала плечами и усмехнулась. — Но я думаю, что она пригласит и других дев Цветника. Кое-кто уже готовится льстить будущей госпоже.

Я недоверчиво нахмурилась, но (как выяснилось) леди Джан говорила правду. И вскоре меня тоже пригласили в прекрасный двор Лотоса для «знакомства»…

Личные покои принцессы напоминали маленький дворец. Всё вокруг казалось таким изысканным и роскошным, аж дух захватывает! Однако… Пламенный павильон нравился мне куда больше. Впрочем, здесь тоже был красивый пруд, в котором плавали цветы лотоса. Помимо них, по водной глади неспешно скользили белоснежные лебеди, за которыми очень хотелось понаблюдать. Но увы…

— Юнли Шен, верно? — принцесса Лиюань оторвалась от созерцания, окинув меня внимательным взглядом. — Слуги говорят, что именно вы прислуживаете Его Величеству.

Звучит немного… Очень двусмысленно! Я чуть слышно вздохнула, игнорируя ехидные взгляды некоторых людей.

— Только лишь перебираю старые бумаги, Ваше Высочество.

Лучше всего понизить свою значимость… Мне не очень-то хочется (без надобности) враждовать с принцессой.

— Вот как? — Лиюань вскинула брови, постукивая длинными пальчиками по столу. — Некоторые леди Цветника упоминали, что наследник проявлял интерес к леди Шен.

О, нет. Нет-нет-нет! Они опять вспоминают ту проверку Цзенлана!

— Дело вовсе не в интересе… — проронила я, опустив взгляд в пол. — Юный господин общался со многими девушками Цветника, но никогда не переходил черту. Мы с ним говорили лишь о моём женихе, который остался в Луне.

Я так часто упоминаю Лин Вэня, что ему, должно быть, уже икается… Небольшая месть за брак с Ксуа?

— Жених? — принцесса, кажется, растерялась, склонив голову набок. — И как же получилось, что леди Шен отправили сюда при живом женихе?

— Приказ императрицы аннулировал все договорённости о браке. — тихо проговорила я, всем своим видом выражая скорбь.

— Надо же… — Лиюань призадумалась, а потом более дружелюбно предложила мне присесть. Она даже фрукты пододвинула чуть ближе, будто пытаясь меня… утешить?

— Должно быть, вы тоскуете по прошлой жизни. — протянула принцесса, подперев подбородок ладонью.

Только сейчас я повнимательнее присмотрелась к Руйши. Волнистые иссиня-чёрные волосы, глубокие карие глаза, чуть вздёрнутый носик и очаровательная улыбка… Лиюань казалась подвижной и игривой даже в те моменты, когда пыталась проявить высокомерие. Изначально я думала, что эта принцесса будет грозной соперницей, но, на самом деле… Она довольно милая?

— Разумеется. — ответила я, едва заметно улыбаясь. — Я очень скучаю по семье. Если же говорить о женихе… Он уже заключил брачный союз с моей сестрой.

— Правда? Как возмутительно! — выдохнула Лиюань, скомандовав служанкам принести нам ещё фруктов. — Но как ваша семья позволила…?

Как я и предполагала — принцесса любит сплетни… Ну, не могу её осуждать.

— Хорошие женихи — большая редкость. — проронила я, не вдаваясь в подробности. — Видимо, отец подумал также.

— И вправду… — принцесса на секунду призадумалась, а затем понизила голос. — Юнли Шен, тебе можно верить?

Я непонимающе на неё покосилась и пожала плечами. Не задавайте таких сложных вопросов, леди!

— А я всё же спрошу. — нахмурилась Лиюань, нервно облизнув пересохшие губы. — Наследник Цзенлан правда… ни в кого не влюблён? Его Величество заверяет, что всё в порядке, но так ли это?

В тот момент я слегка опешила. И как ответить на заковыристый вопрос Руйши… Цзенлан влюблён? Ну, наверное, пока нет… Но он точно на пути к этой самой влюблённости. И если я скажу правду, Сюнин несдобровать.

— Не знаю. — честно призналась, прикусив внутреннюю сторону щеки. — Я нечасто вижу наследника, так что…

Принцесса закатила глаза, всем своим видом выражая неудовольствие. На некоторое время повисла тишина, после чего она проронила:

— Мне не нравится леди Тао.

Это признание было до того неожиданным, что я едва не поперхнулась, выдохнув:

— Почему?

— Она молчаливая, но высокомерная. — поморщилась Лиюань. — С виду вежлива, а всё же смотрит свысока.

Я внимательно посмотрела на принцессу и, внезапно, ощутила укол сочувствия. В оригинальной дораме этой девушке пришлось нелегко… На самом деле, её не назовёшь типичной злодейкой. В отличие от многих, она сражалась с Сюнин честно и открыто.

Лиюань стала законной женой, но не получила ни капли любви Цзенлана. Она старалась быть идеальной во всём, отчаянно ревновала мужа к наложницам и, в каком-то смысле, стала главной жертвой этой истории. Когда Мина вызвала выкидыш у Сюнин, первым делом все заподозрили именно жену… И, хотя правда в итоге вскрылась, Цзенлан так перед ней и не извинился. Он редко посещал её двор, а потом и вовсе возвеличил леди Тао.

Принцессе пришлось отправиться в ненавистный Лун, где она жила на правах «нелюбимой жены». Без детей, без семьи, без смысла… В конце концов, Руйши заболела от горя и тихо скончалась, освободив героине законное место императрицы.

Но это и вправду… Очень печально, даже несправедливо! Она, безусловно, ненавидела Сюнин. Но заслужила ли Лиюань все эти горести? Нет. Конечно, нет.

— Думаю, сейчас молодой господин не влюблён, но… Сердца мужчин непредсказуемы. — тихо проронила я. — Там, где есть жена, часто появляются и наложницы.

— Я знаю! — принцесса фыркнула, поджав пухлые губы. Она постучала костяшками по столу и заговорила чуть тише. — Матушка часто говорила об этом… Любовь скоротечна, а затем он обязательно приведёт разукрашенных лисиц в дом. И что же мне делать? Быть покорной женой?

Лиюань горько усмехнулась, а я растерянно замолчала, не зная, что сказать. Во время просмотра дорамы твоё сердце всегда на стороне главной героини… И мало кто задумывается о страданиях таких вот «незначительных» персонажей.

«Но Юнли Шен тоже такой была… Девочка на фоне, девочка без роли. Вот только я не смирилась с её судьбой»

— Забудьте мои слова, леди Шен. — вздохнула принцесса, покачав головой. — Давайте насладимся чаем.

— Я… слышала от сестёр одну хитрость.

Мой голос прозвучал хрипло и почти незнакомо, но я продолжила:

— Порой мужчин привлекает таинственность. Та загадка, что сокрыта в глубине чужих глаз и которую хочется изучить. Если женщина неприступна и непроста, это… Увлекает многих.

— И что же… Мне играть с ним в шарады? — хмыкнула Лиюань.

Я лишь пожала плечами и заметила:

— Наша жизнь — та ещё головоломка.

Ошибка принцессы Руйши в том, что она отчаянно жаждала его любви. Лиюань стремилась быть покорной и «удобной», но на деле такой не была. Ей пришлось душить свою ревность, обуздать свои обиды… Да только Цзенлан не поверил. Он чувствовал неискренность молодой жены, ему претило её откровенное обожание. То, чему Лиюань обучали с детства — не подходило наследнику. Зато его отчаянно влекла женщина-загадка, неприступная красавица Сюнин…

— Не ревнуйте его к другим, принцесса. Но постарайтесь стать той единственной, кого он не забудет никогда. В этом и заключается главная хитрость.

Винила ли я себя за столь смелые слова? Ещё как! Если честно, Лиюань вполне могла наказать за такие советы… Но она промолчала, позволив мне вернуться восвояси. Принцесса и дальше приглашала к себе дев Цветника, вот только с ними у неё общение не сложилось.

Леди в один голос жаловались на невыносимый характер невесты, но все жалобы стихали в присутствии матушки Гуань. А затем… Началась подготовка к свадьбе.

Боюсь представить, сколько денег князь потратил на данное мероприятие, однако со стороны всё выглядит… Крайне масштабно. Поместье полностью преобразилось, расцвело яркими красками: новая мебель, ткани, и ещё больше разнообразных блюд. Управляющий Фан нанял новых слуг, а охрана многократно ужесточилась.

В те неспокойные дни девушки Цветника частенько бегали друг к другу в гости, чтобы хоть как-то развлечься. Ведь прогулки по саду (опять!) запретили…

— Это временно, госпожа. — вздохнула Шия, провожая меня до двора леди Джан.

У неё тоже было много дел. Хотя (официально) Шия прислуживала именно мне, она занимала не последнее место в иерархии слуг, а потому часто отлучалась по поручениям.

— Да, понимаю… Астрологи уже выбрали благоприятную дату свадьбы? — уточнила я, негромко вздыхая.

Традиции наших стран предполагают особую совместимость супругов. Считалось, что в этом деле имеет значение всё, в том числе год, месяц, день и даже час рождения брачующихся. Именно так астрологи определяли идеальную дату свадьбы, когда невеста войдёт в дом жениха.

«Впрочем, их прогнозы не спасут от неудачного брака»

— Давно уже. — тем временем, улыбнулась Шия. — Теперь нам нужно поторопиться, чтобы уложиться в срок…

Я задумчиво кивнула и проронила:

— Что ж, удачи.

И всё же… Странное беспокойство трещало на периферии, как раздражающая цикада. Что-то не так с этой свадьбой. Вернее… С самим сюжетом.

Я знаю, что впереди нас ждёт неприятное событие, но, как назло, не могу его вспомнить! Такое чувство, будто в отрыве от главных героев мне ещё труднее собраться с мыслями…

«Возможно, так оно и есть»

— Леди Ше-ен… — пропела Моин, щёлкнув пальцами у меня под носом.

Она звонко рассмеялась, когда я вздрогнула и пояснила:

— О, прости! Ты совсем не обращаешь на меня внимания, а это невежливо.

— Извини. — выдохнула я, массируя виски. — Ты о чём-то говорила?

— О свадьбе, разумеется! Разве у нас есть другие темы для разговоров?

Моин хмыкнула, разглаживая пальчиками шёлковый платок, и притворно вздохнула:

— Все вокруг так напряжены, аж жутко… Особенно леди Тао.

— Думаешь? — я нахмурилась, поджав губы. — Сюнин, вроде… Спокойная, как обычно.

— О, она такая врушка. Вечно пытается скрыть свои настоящие чувства, но я-то вижу… Наша Сюнин с трудом переносит принцессу Руйши. Если это не ненависть, то, по крайней мере — откровенная ревность.

Я мысленно согласилась. В дораме Сюнин была именно такой… Отчаянно-гордая, стойкая, не желающая признавать поражение. Леди Тао не хотела любить и не стремилась замуж, но проиграла эту войну, отдав сердце Цзенлану. Её гордость также пострадала. Особенно в тот момент, когда Сюнин стала наложницей…

Стоп, минутку! А как это произошло?

— Свадьба явно не обойдётся без инцидентов. — хихикнула Моин, прищурившись от довольства.

— Вряд ли. — нахмурилась я. — Люди Вейяна за всем следят.

— Невозможно уследить за толпой гостей во время праздника, уж поверь мне… Мои старшие сёстры выходили замуж — это всегда жуткая суматоха. — отмахнулась Моин. — И кто-то может ею воспользоваться.

— Кто, например?

— Чжо Яо, а может, сама леди Тао… Никогда не угадаешь, верно? Но я точно уверена: эта свадьба всех нас удивит.

Её слова (в очередной раз) оказались пророческими.

— Жених везёт невесту! Скорей, невеста уже здесь…!

Суматоха охватила поместье с раннего утра. Ещё до рассветного часа все оживились — и с тех пор не замолкали ни на секунду. Цзенлан, облачённый в алые одеяния, на белом коне отправился за невестой. Он должен посадить её в свадебный паланкин и сопроводить до ворот поместья… Там и начнётся важнейшая часть церемонии.

Все ближайшие города с нетерпением ждали бракосочетания наследника. В честь праздника поместье подготовило роскошный банкет, и мы, конечно, получили свои приглашения. С одной оговоркой: леди Цветника могут занять только дальний стол, дабы не смущать влиятельных гостей.

«Что ж… это весьма унизительно» — я невольно поджала губы, поправляя выбившийся локон. Сложная причёска, драгоценности, новое платье… И зачем всё это? На свадебной церемонии мы будем лишними чужачками, чьё присутствие напоминает о властной императрице Луна. Не самое приятное положение…

— Госпожа, вы готовы? — Шия нервозно посмотрела в окно, разгладив складки на рукавах.

— Да… — устало проронила я. — Ты уже в третий раз спрашиваешь. Настолько сильно волнуешься?

— Разумеется. — Шия чуть улыбнулась, качнув головой. — Этот день очень важен для всех нас. Мы желаем наследнику счастья и надеемся, что отныне Шуаньи ждёт бесконечное процветание.

Я задумчиво кивнула. Да, если так подумать… Неудивительно, что Шия взволнована. Это и впрямь очень важный день, от которого зависит будущее целого княжества. Союз Цзенлана и принцессы Лиюань — поворотный момент в сюжете дорамы. Даже с точки зрения главной героини…

Я на секунду нахмурилась, вспомнив печальное лицо Сюнин. Боже, надеюсь, мы обойдёмся без лишней драмы… Хотя вряд ли это возможно.

— Жених прибыл! Невеста входит в зал Предков!

— Пойдёмте. — проговорила Шия, кивнув в сторону двери. — Сейчас самое время присоединиться к церемонии.

Ну, «присоединиться» — это громко сказано… Нам позволят лишь понаблюдать издалека. Вокруг зала собралась внушительная толпа, так что я не рискнула подойти ближе, застыв подле сливового дерева. Где-то вдалеке виднелся тонкий силуэт принцессы. Ветер раздувал алые рукава её платья, едва не приподняв вуаль.

Жених и невеста вместе помолились у алтаря предков, после чего склонились перед Кровавым князем. Именно Хао Вейян должен благословить их, принимая принцессу в семью. Я не слышала, что он сказал им, однако увидела, как осторожно князь помог Лиюань подняться.

Его Величество протянул две чаши пряного напитка, связанные красной нитью. Цзенлан и Лиюань сделали по глотку — и обменялись ими, а нить сплелась на пальцах брачующихся. С этого момента принцесса стала полноправной женой наследника.

Я едва слышно вздохнула, переводя взгляд на Сюнин. В дораме этот яркий момент был пропитан горестными чувствами девушки, которая лишь сейчас осознала всю глубину своей любви. Леди Тао думала, что сможет от него отказаться, что свадьба поставит точку в их отношениях, но… Нет.

Сюнин смотрела на Цзенлана с болью и решимостью, сжав пальцы в кулаки. Её лицо было бледным, почти бескровным, а в глубине глаз клубилось мрачное осознание.

Я… Даже представить себе не могу, насколько сложные эмоции одолевают героиню. Она вынуждена наблюдать за свадьбой любимого мужчины, а ночью он разделит брачное ложе с другой. Должно быть, это невыносимая мука.

Но, в любом случае… Мы, девы Цветника, можем лишь покорно пройти дальше, на свадебный пир, где нас не ждут.

— Светлого вам дня, леди. — насмешливый голос Бай Джу настиг нас аккурат перед банкетом и (не скрою) в тот момент все были поражены.

Включая меня! Как так получилось, что эта мегера вернулась из ссылки?

— Ты… — Чжо Яо ошеломлённо дёрнула подбородком. — Что вы здесь делаете, леди Джу?

Да, отличный вопрос! Очень своевременный…

— Я? — Бай Джу насмешливо скривила губы, демонстрируя кольца на пальчиках. — Я приглашена на свадьбу, как же иначе?

Стоит сказать, что Бай Джу выглядела куда лучше прежнего. Аккуратная причёска, новые украшения, красивое платье розового цвета…

— Госпожа Джу, банкет скоро начнётся. — уважительно проговорила служанка рядом с ней.

Но Бай Джу лишь отмахнулась, наслаждаясь нашим удивлением. А затем в разговор вмешалась Сюнин:

— Ты стала наложницей, не так ли?

Леди Тао скрестила руки на груди, смерив Бай Джу пристальным взглядом:

— Эти тяжёлые украшения и пояс, расшитый белыми бабочками… По традициям Шуаньи такие носят только наложницы.

Точно, а она права! Как же я сразу не догадалась… Наложницы не могут носить платья красного и жёлтого цвета, а ведь раньше Бай Джу так их любила.

— От вас ничего не скроется, леди Тао. — насмешливо скривилась девушка, вздёрнув подбородок. — Да, это правда, и что с того?

— Как ты… Тебя ведь выслали в Лун. — прошипела Чжо Яо, понизив голос.

— Верно. Но я не захотела возвращаться. — осклабилась Бай Джу. — Выскользнула из кареты в ближайшем городе… И нашла себе покровителя. Он, к счастью, падок на женские чары, так что теперь я живу счастливо и ни в чём не нуждаюсь.

— Будучи наложницей? Сомнительная радость… — мрачно усмехнулась Сюнин.

— Напрасно ты смеёшься, Тао! Мой господин щедр и добр. У него до сих пор нет жены, так что я припеваючи живу в большом доме. А вы… Всё ещё служанки при дворе Кровавого Вейяна.

Бай Джу язвительно фыркнула, окинула нас победоносным взглядом и удалилась в окружении верных служанок. Что ж, это было неожиданно… Даже слишком! И как я не вспомнила о таком важном событии? Впрочем, свадьба упорно расплывалась в моей памяти осколками разбитого калейдоскопа.

Банкет, тем временем, начинался, и слуги созывали всех гостей к столу. Девушки Цветника молча прошли в роскошный зал, где вот-вот начнутся представления в честь бракосочетания.

Как и обговаривалось ранее — нас посадили дальше всех. Отсюда невозможно разглядеть Цзенлана и Лиюань, зато Бай Джу была совсем близко… Её колкие взгляды то и дело пронзали леди Тао, но героиня проявляла стойкое равнодушие. Ох и не к добру всё это!

Я неторопливо ела закуски и всеми силами пыталась вспомнить оригинальную дораму. Что же там было? Какая-то суматоха, разборки, скандал… Если предположить, что Бай Джу также появилась в сюжете, то она точно припасла нечто коварное для Сюнин. В конце концов, именно героиня (косвенно) виновата в её разоблачении.

«Думай, Юнли! Какая месть будет логичной для характера Бай Джу? Опозорить, унизить… Опорочить»

Да, верно… Будь я на месте Бай Джу, припасла бы нечто злобное и возмутительное. Если бы, скажем, Сюнин нырнула в объятия порока прямо на чужой свадьбе… Да ещё и на такой важной для Шуаньи. Этот скандал никогда не забудется, и жизнь леди Тао будет раз и навсегда окончена.

Разумеется, Бай Джу не станет толкать Сюнин к Цзенлану. Она не позволит сопернице получить хоть малейшую выгоду. Тогда, вероятно… Это будет какой-нибудь похотливый старый мерзавец. Достаточно жалкий для того, чтобы удовлетворить жажду мести красавицы Джу.

Я негромко вздохнула, исподтишка разглядывая новоиспечённую наложницу. Та, кажется, пребывала в отличном расположении духа, лишь изредка подзывая служанок. Хм, ладно, вечер только начался… Пока рано ожидать от неё подлянок.

Тем не менее, я не ослабляла бдительности. Праздник шёл свои чередом, блюда постоянно менялись, а напитки лились рекой… Девы Цветника быстро расслабились, получая удовольствие от торжества. Все, кроме Сюнин.

Её мрачное бледное лицо резко контрастировало с ярким праздником. Она сидела, молча опустив взгляд, и, кажется, её терзали не самые светлые мысли. Чжо, к слову, вела себя куда более расслабленно. Как я и предполагала раньше: ею двигало чувство соперничества, но глубокой любовью к Цзенлану она так и не прониклась. Наверное, это и к лучшему… В оригинальной истории любовь сгубила леди Яо.

После продолжительного застолья первый звон колокольчиков объявил о перерыве. Гости могли подняться с мест и немного расслабиться, прогуливаясь по владениям князя. И Бай Джу… Тотчас засуетилась. Она нервно подозвала служанку и одной из первых направилась к выходу из зала.

Я промокнула губы платком, а затем тоже встала, неторопливо выходя наружу. Вокруг было много людей: прекрасные дамы в изящных платьях, торопливые служанки и совсем юные дочери богатых кланов… Мужчины, к счастью, прогуливались в другом месте. Хоть это немного облегчило слежку за Бай Джу.

Но в какой-то момент я действительно её потеряла. Ещё недавно она любовалась розарием, а в следующий миг просто испарилась!

Я напряжённо огляделась, пытаясь разыскать интриганку. Большинство гостей гуляли у всех на виду, но Бай Джу ведь жила на территории поместья… Так что, скорее всего, знает особые места, где слуги не докучают.

«По счастью, я такие места тоже знаю…» — и самое очевидное — прямо за розарием. Там, в тени роскошного павильона, есть укромный уголок, где мало кто бывает.

И действительно: за густым кустарником и высокими деревьями скрывалась тропинка, которая привела меня прямиком к Бай Джу. Та о чём-то шепталась со своей служанкой, а затем и вовсе передала флакон… Вот тогда я не выдержала.

— Наложница Джу? Не ожидала увидеть вас в таком месте.

Девушка вздрогнула, агрессивно взмахнув руками. Она посмотрела на меня с плохо скрываемой неприязнью и изогнула губы в усмешке:

— Леди Шен? Вот так встреча… Вы, так понимаю, ищете новую мышиную норку, чтобы спрятаться?

— Возможно. Но пока нашла только сварливую землеройку.

Честно говоря, мне надоело глотать подобные оскорбления. Бай Джу здесь в любом случае не задержится, так ради чего их терпеть?

— Что ты сказала? — она вспыхнула от злости, резко шагнув вперёд. — Повтори!

— Ты всё слышала. — я едва заметно усмехнулась и, улучив момент, выхватила флакон из рук удивлённой служанки. — Скажи-ка на милость: что это, Бай Джу?

— Ты…! — она резко замолчала и сузила глаза. — Не смей злить меня, Юнли Шен. Ты не знаешь, на что я способна…

— О, поверь, мне это известно. — я поморщилась, разглядывая кристаллики, которые поблёскивали на дне флакона. — Но знаешь, кого точно злить не следует? Кровавого князя Вейяна.

— Я не… Отдай! — Бай Джу попыталась вырвать вещь, но я отпрыгнула к стене, коротко усмехнувшись.

— Я отдам это господину Вейяну. Он будет очень рад узнать о твоих интригах.

— Никто бы не пострадал! — обозлённо зашипела Бай Джу. — Никто, кроме этой стервы Тао…

— Вот оно что?

Ледяной голос Сюнин настиг нас внезапно и порядком меня ошарашил. Я успела заметить искренний гнев в тёмных глазах героини, а затем она подошла ближе и отвесила Бай Джу звонкую пощёчину. Служанка тихонько ахнула, пытаясь собрать рассыпавшиеся заколки наложницы.

Я застыла, опасаясь смотреть на Сюнин, но та уже забрала флакончик, разглядывая содержимое.

— Вздумала опоить меня? — прошипела героиня. — Как низко!

— Ты… Что ты здесь делаешь?! — ещё сильнее разозлилась Бай Джу. — Ты должна была остаться в том зале!

— Я заметила, как вы обе ушли в одном направлении, и решила присоединиться. — недобро усмехнулась Сюнин. — Как оказалось, не зря.

— Постойте… — вздохнула я, напряжённо глядя на Бай Джу. — Почему ты вообще вспомнила про зал? Неужели, препарат уже…

Я запнулась, поймав насмешку в чужом взгляде. О, боже! Она добавила его в напиток, верно? Только вот…

— Я ничего не пила. — нахмурилась Сюнин. — Только воду, а в ней заметить такие кристаллы слишком просто.

Бай Джу недоверчиво на неё покосилась, а затем… Неожиданно быстро сорвалась с места. Она пробежала мимо Сюнин обратно к розарию, а от него — к праздничному павильону. И я тоже ускорила шаг, пытаясь не упустить беглянку. Но, как оказалось, наша суета уже привлекла внимание…

Раз, два, три — и всех сцапали люди князя.

Я сама не заметила, как оказалась в небольшой тёмной комнате, где не было окон — только молчаливые стражи и сам Хао Вейян. С моих губ едва не сорвался опасный вопрос: ту танцовщицу также держали здесь? О, нет, Юнли, мы об этом не думаем! А то совсем худо будет…

Кровавый князь опустил подбородок, молча оглядев собравшихся. Его взгляд на долю секунды остановился на мне, вызвав странное чувство вины… Нет, Ваше Величество, на сей раз я ни при чём!

— Госпожа Джу стала наложницей младшего сына семьи Сиу. — неспешно протянул Хао Вейян. — Мы не стали преследовать вас, хотя осведомлены об этом. И всё же вы посмели обрядить свою горничную в наряд служанок нашего поместья.

Я едва не ахнула, зажав рот ладонью. Точно! Изначально рядом с ней были две служанки, но потом осталась лишь одна… Видимо, вторая переоделась и затерялась в толпе.

Бай Джу побледнела, сложив ладони в молебном жесте:

— В-ваше Величество, я просто хотела… Я не собиралась вредить вам, поверьте!

— Я знаю. — Хао Вейян щёлкнул пальцами, и стражники ввели пойманную служанку.

Она быстро упала на колени и затараторила:

— Пощадите, прошу, пощадите! Я должна была подбросить леди Тао одно лекарство…

— Лекарство?

— Афродизиак… Всё для того, чтобы она впала в любовную лихорадку.

— Понимаю. Вы успели добавить его в напиток?

— Я… Да. Но не успела принести! Леди Тао так быстро ушла, что я просто… Оставила его на столе.

На пару секунд повисла зловещая тишина. Я побледнела, осознав сказанное: кто угодно мог выпить эту гадость и испытать последствия!

— Напиток изъять. Опросите всех слуг, и если кто-то успел его попробовать — доложите мне. — холодно приказал Кровавый князь.

Его взгляд пронзил Бай Джу, и давящая атмосфера вновь навалилась на плечи… Даже я едва не заскулила, прижавшись к стенке.

— Мы проявили к вам снисхождение, госпожа Джу. Больше такого не повторится.

Свадебный пир.

Он смотрел на неё. Искал взглядом в толпе и даже на собственной свадьбе не мог позабыть дар ненавистного Луна. Принцесса Лиюань всё это видела, но (отчаянно) сохраняла спокойствие. Она улыбалась под полупрозрачной красной вуалью, хотя щёки порой сводило от боли. Макияж застыл на её лице гротескной маской, а в уголках губ запеклась кровь, тщетно замаскированная помадой.

Лиюань страдала. Тихо, безмолвно, почти смиренно. Она понимала, что вступает в заведомо проигрышную партию — ведь её молодой муж любит другую. Но принцесса не могла отступить. Этот брак был не только её выбором — того хотел отец, и она вынуждена подчиниться.

«— Твоя судьба — ничто, по сравнению с судьбой долины Руй» — говорила матушка, прежде чем отправить дочь на чужбину. Принцесса всё поняла.

Родители благословили её, но они не поехали в княжество, потому как это слишком опасно. Великий Вейян должен сокрушить Лун, ядовитого монстра по соседству с долиной… Но если он проиграет, принцесса Руйши сгорит в огне Шуаньи. Отныне её судьба неразрывно связана с этими землями.

— Вам нечего бояться. Я всегда поддержу вас, принцесса. — единственное ободрение прозвучало из уст Кровавого князя.

В тот миг Лиюань едва не расплакалась. Она думала о том, что родной отец так и не сказал ей этих слов… Но Хао Вейян, грозный правитель Шуаньи, оказался достаточно чутким. А его сын… Тоскливо смотрел в сторону Цветника.

Принцесса почувствовала, как сильно впиваются ногти в кожу ладони. Она сама себя поцарапала, оставила глубокие борозды… Но легче от этого не стало. Свадьба продолжалась, люди пели и смеялись, а Лиюань не знала: почтит ли супруг её спальню своим присутствием?

Первая брачная ночь очень важна для юной жены. Если муж не придёт или удалится слишком рано — слуги в поместье совсем не будут её уважать. Принцесса знала все тонкости внутренних правил, а потому невыносимо нервничала. Ранее Цзенлан говорил, что соблюдёт все традиции, но… Лиюань ему не верила. Не сейчас. Не после пламенных взглядов в сторону Сюнин Тао!

Дивные красавицы Луна напоминали птиц с драгоценным оперением. Прекрасные, умные, такие изящные… Лиюань смотрела на них и в глубине души понимала, отчего Цзенлан так увлечён. Но принять не могла.

В голове невольно зазвучали смелые слова той девушки Шен…

«— Не ревнуйте его к другим, принцесса. Но постарайтесь стать той единственной, кого он не забудет никогда. В этом и заключается главная хитрость»

Лиюань едва не рассмеялась, опустив подбородок. Быть таинственной, стать единственной… Разве она так сможет? Эти девушки играют нечестно, и они появились в Шуаньи раньше законной невесты. Так есть ли у неё хоть один шанс?

Принцесса вдруг захотела поговорить с ним. Хоть немного открыться, понять его чувства, но… Прежде чем она успела заговорить, Цзенлан поднялся с места. Он явно преследовал леди Тао, которая вышла из зала во время перерыва.

Лиюань сглотнула вязкую слюну. В голове звенела обида, заглушая иные мысли… Юная жена подошла к дальнему (опустевшему) столу, где раньше сидел Цветник. Ей хотелось разбить все стаканы и тарелки, разлив алый напиток по скатерти, но…

— Ваше Величество? Вы тоже хотите погулять? — осторожно спросила служанка.

— Нет, не хочу. — хрипло ответила Лиюань.

Её взгляд упал на нетронутый бокал. Чуть поколебавшись, принцесса подняла его, сделав несколько быстрых глотков… Будто лишь это могло успокоить её взвинченные нервы. Но долгожданное облегчение не наступило. Вместо этого — голова закружилась сильнее.

— Я… всё же выйду на улицу. — выдохнула она одними губами.

Мир вокруг становился слепяще-ярким, смазанным… К щекам прикипал жар. Она не понимала, что происходит, но растворялась в совершенно новом, неизведанном ощущении, которое поглотило всю горечь.

Лиюань вышла на свежий воздух, но и это не помогло — странный жар продолжал гореть под кожей. Девушка устало склонила голову набок. Ей ужасно хотелось прилечь, но не в одиночестве… А с кем-то. Опуститься на брачное ложе, овивая ладонями чью-то крепкую шею.

— Цзенлан. — одними губами позвала она, покачнувшись.

Служанки тотчас бросились к госпоже, но затем… Раздался до боли знакомый голос.

— Принцесса?

Он вернулся. Её наречённый муж вернулся, с удивлением разглядывая Лиюань.

— Что случилось? На тебе лица нет… — выдохнул он, потянув её за руку.

Лиюань послушно вернулась в зал, но уже там вдруг вырвалась. Место, где он прикоснулся, отозвалось невыносимым зудом.

— Лиюань. — его голос стал строже. — Ты… Вся горишь!

— Верно, муж мой. — её шелестящий голос прозвучал с хриплым придыханием. — Я вся горю, а ты до сих не отвёл меня на брачное ложе.

Наследник нахмурился, подойдя ближе:

— … Ещё не время.

— Я знаю. — она вдруг улыбнулась, отшатнувшись от него. — Благое время… никогда не наступит, верно?

— Лиюань, ты не в себе. Я отведу тебя в покои для отдыха.

— Не надо… Я сама. Я всё сделаю сама, Цзенлан. — принцесса горестно вздохнула, качнув головой. — Ты ведь этого не хочешь.

— О чём ты? — нахмурился наследник. — Я же на тебе женился.

— Но твои глаза смотрят на другую. Не думай, что я не знаю. — Лиюань склонила голову набок и прошептала. — Оставь меня одну на брачном ложе, если сердце твоё бесконечно тянется к ней. Потому как… Если мы разделим таинство этой ночи — я не смогу отказаться от своего мужа.

В тот момент силы её покинули. Принцесса ощутила сильную пульсацию в висках и ослабла, едва не падая в руки Цзенлана. Наследник на краткий миг замер и проронил:

— Я… отведу тебя в покои. Пойдём, жена моя.

Юнли Шен.

Всё наладилось. Ну… По крайней мере, мне хочется в это верить. Злосчастный напиток никому не навредил (если судить по реакции князя). А в остальном кое у кого намечаются серьёзные проблемы. Речь идёт, конечно, о Бай Джу.

Она опустилась на колени рядом со своей служанкой, отчаянно умоляя Вейяна о снисхождении. Но он остался глух к её просьбам… А через десяток минут в комнату привели немолодого мужчину с плотным животиком и заплывшим лицом.

— Ваше Величество! — он подобострастно улыбнулся, а в следующую секунду буквально пнул Бай Джу. — Что натворила эта мерзавка?

Да уж… Добрый и щедрый, так она говорила? Скорее лысеющий и льстивый!

— Ваша наложница сплела заговор на свадьбе моего сына. — неспешно протянул князь.

Тем не менее, режущий холод в его голосе навевал животный ужас.

— Я… Я разберусь с ней, Ваше Величество! Эта женщина света белого не увидит, я вышлю её из поместья Сиу!

— Не сомневаюсь. — усмехнулся князь. — Если вы не сдержите своё слово, последствия будут суровыми.

— Разумеется, я… Я понимаю.

Толстяк ещё раз пнул испуганную Бай Джу. Князь нахмурился, и только тогда наш «добряк» отошёл от девушки.

— Почему вы решили сделать её наложницей? — уточнил Хао Вейян.

— Она просто… Солгала мне! — мужичок едва не захныкал. — Сказала, что хорошо вас знает… Я подумал, что леди честна со мной. Даже на свадьбу её привёз!

… Другими словами, он надеялся заручиться поддержкой князя через Бай Джу? Какая глупость!

«Если бы Хао Вейян «хорошо её знал», стал бы он отпускать дар из Цветника? Ответ очевиден»

— Вот как. — без всякого интереса протянул Кровавый князь. — Я буду ждать, когда старейшины клана извинятся за ваш проступок.

Я едва не присвистнула. Это значит, что Хао Вейян не станет скрывать инцидент и огласит все подробности перед нынешним патриархом Сиу… А провинившегося ждёт суровое наказание.

— Ваше Величество! — полузадушено прохрипел младший сын семьи.

— Увести. — коротко приказал князь, махнув рукой.

Бай Джу и служанку тоже вытащили из комнаты… Последнее, что я услышала — сдавленные рыдания от некогда гордой красавицы. Немного жаль, но она сама навлекла на себя беды. Если бы не её отчаянное желание уничтожить репутацию Сюнин, всё могло сложиться иначе…

— Леди Тао. — охранник подошёл ближе и протянул ладонь.

Героиня чуть поколебалась, но всё же отдала ненавистный флакончик, после чего спросила:

— Я могу идти?

— Да. Возвращайтесь на праздник.

На сей раз князь обращался к нам обеим. Я тихонько юркнула на выход, невольно радуясь тому, что избежала очередного (утомительного) допроса. Впрочем… После нашего возвращения банкет сильно изменился.

Во-первых: Цзенлан и Лиюань исчезли. Они незаметно покинули праздник и (на удивление) так и не вернулись. Хао Вейян невозмутимо прикрыл их отсутствие, восседая во главе стола. Через некоторое время гости зашептались о том, что «счастливый час» брачующихся вот-вот наступит, а значит, Цзенлан не вернётся.

Во-вторых… Сюнин казалась ещё более напряжённой. Она так и не поблагодарила меня за вмешательство, но впала в мрачную задумчивость. До самого конца вечера героиня не притронулась к напиткам. Видимо, действия Бай Джу сильно её напугали.

А вот я достаточно неплохо отдохнула. После того, как сюжетные перипетии разрешились — с плеч свалился невидимый груз. В конце концов, когда ночь укрыла горизонт, а гости совсем захмелели, я осторожно вышла из-за стола.

Сейчас сад поместья совсем опустел. Скоро банкет полностью завершится, люди разойдутся по домам, и мне тоже придётся уйти во двор. Но до тех пор… Луна сегодня такая дивная. Она пронизывала цветущее персиковое древо, что росло в отдалении. Я разглядела подле него знакомую фигуру и едва заметно улыбнулась, подходя ближе.

— Ваше Величество… Поздравляю со свадьбой сына.

Кровавый князь мягко усмехнулся, смахнув с плеча персиковый цветок. Лепестки путались в его смоляных прядях, а сиреневые очи напитались лунным светом.

— Благодарю, леди Шен. Всё прошло хорошо, хоть и не без нареканий.

— Вы говорите о Бай Джу? — осторожно спросила я. — Она… появилась так внезапно.

— А вы, как всегда, в самой гуще событий.

Он то ли дразнил, то ли укорял меня… На щеках против воли вспыхнул гневный румянец, когда я пробормотала:

— … Скажите честно: вы мне не доверяете?

Глупый вопрос, знаю. Ему незачем доверять глупой девушке из Цветника, которая прислана императрицей… И всё же, подсознательно я надеялась на иной ответ.

— Нет. — ответил Хао Вейян спустя вечность. — Я не доверяю даже себе, леди Шен.

Он на мгновение опустил взгляд, а затем улыбнулся:

— Но есть… Один занятный феномен. Вы всегда рядом, всегда в непосредственной близости. Вы соприкасаетесь с тёмными делами, Юнли Шен. Но, по иронии судьбы… пытаетесь помочь.

Князь качнул головой и посмотрел мне прямо в глаза:

— Будто вас ведёт само провидение.

Я смутилась ещё сильнее, не зная, что ответить. Провидение? Возможно, так и есть… Ведь я для чего-то рождена в этом странном мире.

— А вы верите в судьбу? — спросила чуть слышно, робея под чужим взглядом. — Верите, что кто-то свыше может помогать вам?

Хао Вейян ответил не сразу. Но когда его губы приоткрылись, я почувствовала холодок по коже.

— Боги жестоки, леди Шен. Я сам построю свою судьбу.

Нет смысла переубеждать его, верно? Хао Вейян — исключительный человек. Он пережил многие испытания на своём пути, так что… Таким людям, как правило, боги не нужны. Равно как и вера в чудо.

«И всё же… Он весь изранен, искалечен. Вечно напряжён — как натянутая до предела тетива. Так нельзя жить, это похоже на бесконечную пытку»

— Тот напиток… Его никто не выпил, да? — моя неумелая попытка сменить тему быстро увенчалась успехом.

Князь едва заметно покачал головой:

— Он достался принцессе Лиюань.

— Что… Что?!

Я ошеломлённо вздрогнула. Простите, а почему он так спокоен? Это же скандал, провал, всё очень плохо! Или… Не очень?

— Цзенлан отвёл её в брачные покои. — лаконично пояснил князь.

Я застыла, а потом густо покраснела. В-верно, афродизиак… Это что же получается, сюжет снова изменился? Ох, боги!

Волнение всколыхнулось в груди и тотчас осыпалось под насмешливым взглядом Вейяна. Некоторое время мы стояли в тишине, глядя на то, как в ночи зажигаются тусклые огни. Персиковые лепестки продолжали осыпаться под ноги, кружиться на ветру и было в этом моменте нечто… Вечное. И до безумия хрупкое.

— Что станет с нами… потом? — одними губами спросила я.

Путь героини (по большей части) предрешён, но какая судьба ожидает дев Цветника? Я, увы, не помню.

— Замужество. — ответил князь. — Мой сын женился, а следом за ним многие соратники также настаивают на браке. Вам будет дан выбор: те, кто вели себя праведно и честно, найдут своё пристанище в Шуаньи.

— А если я не хочу замуж? — мой голос, должно быть, дрогнул.

Я знаю, что предложение князя можно считать великодушным… Другой бы раздарил ненавистный Цветник против воли, или и вовсе убил втихомолку. Но Кровавый князь собирался отпустить оставшихся девушек… Вот только мне это не нужно.

— Надеетесь вернуться в Лун? — проницательно спросил он.

— Да… Но дело вовсе не в бывшем женихе. — я невольно улыбнулась, склонив голову набок. — Просто не хочу замуж.

— И чем же вы тогда займётесь?

— Может… — я невольно затаила дыхание. — Может, мне хочется по-прежнему готовить Его Величеству чай и разбирать те бесконечные письма?

Смех князя смешался с шелестящим ветром, оседая приятной прохладной на щеках.

— Да будет так, Юнли Шен. Приходите в Пламенный павильон, если это ваше искреннее желание.

Он принял это за шутку, а ведь я вполне серьёзна… Но под этой ароматной ночью, под таинственной луной и цветочным листопадом, мне оставалось лишь рассмеяться в унисон. Тогда Хао Вейян подался вперёд, непривычно ласково вынимая из моих волос запутавшийся лепесток. Клянусь, в тот момент он был так близко, что мог уловить ритм моего неспокойного сердца…

А оно было быстрым. Слишком быстрым.

Дворец Звёздного Света.

— Ваше Величество. — мадам Лю застыла на пороге роскошного зала, невольно затаив дыхание. В те часы, когда императрицу мучили головные боли — никто не осмеливался нарушить её покой.

Лиян Цзинь становилась злобной, непредсказуемой, почти неуправляемой… Её раздражали громкие звуки и резкие жесты, а за любое недовольство императрицы придётся платить кровью.

Однажды она приказала вырвать язык служанке, которая случайно задела колокольчик. И с тех пор во дворце царила могильная тишина.

Капелька пота скатилась по седым волосам госпожи Лю. Она не была трусливой, но войти в покои императрицы — всё равно что открыть клетку с голодной тигрицей. Исход (в большинстве случаев) был смертельным.

— Зачем ты пришла ко мне? — усталый голос Лиян звучал обманчиво-нежно.

Императрица лежала на роскошной кушетке перед небольшим декоративным прудом. Полная луна отражалась в спокойной воде, создавая на редкость дивную, почти мистическую атмосферу. Но глуп тот, кто хоть на секунду расслабится в присутствии жестокой Цзинь.

— Они нашли… Нашли мастера Дзигуня.

Глаза императрицы вспыхнули. Её цепкие пальцы сжались на краю кушетки, а ногти едва не вспороли ткань.

— Что с ним?

Мадам Лю поколебалась. Дзигунь был мастером ядов… Именно он вырастил ту редкую змею, что отправили в Шуаньи, а затем разработал особый (крайне мучительный) состав для князя. Одна царапина — и того ждут бесконечные муки. Хао Вейян избежал смерти на празднике Пяти Благ, но императрица не отказалась от своих планов. Однажды наступит день, когда яд сожжёт жилы ненавистного князя… А затем мастер Дзигунь исчез.

Его пропажа была настоящей проблемой, потому как старый лис никому не доверял свои драгоценные рецепты. Он знал, что жестокая императрица может избавиться от «помехи», если получит верный состав яда… И потому тщательно скрывал его ото всех.

Лиян Цзинь была в бешенстве, когда мастер сбежал из-под надзора. Она приказала доставить его в пыточную Звёздного дворца, но никто не смог обнаружить беглеца… До недавнего времени.

— Он мёртв. — сдавленно проронила мадам Лю, опустив взгляд в пол. — Он и все его ученики.

Звонкая пощёчина заставила женщину покачнуться, падая на колени. Императрица била резко, быстро, наотмашь — и крайне безжалостно. Она продолжала бить до тех пор, пока лицо служительницы не распухло, кровоточа от многочисленных царапин.

— Как?! — прошипела Лиян Цзинь. — Как это случилось?

— Его отравили… Тем самым ядом. — полузадушено призналась Лю.

И тогда императрица расхохоталась. Её истеричный смех разнёсся по залу, оборвавшись на высокой ноте.

— Этот ублюдок… решил ответить мне таким образом? Держу пари, его люди смогли выпытать настоящий рецепт! — она стиснула пальцы в кулаки и опрокинула ближайшую вазу. Осколки разметались по полу, а Лю сжалась, опасаясь издать хоть один лишний звук.

— Жалкий щенок… Я должна была удавить его ещё в утробе. — выдохнула императрица, возвращаясь на кушетку. Её ладонь легла на тонкую талию, лаская живот кончиками пальцев. — Ты же помнишь, Лю? Помнишь… почему я так сильно его ненавижу?

— Нет, госпожа.

Лю лгала, но это ложь во спасение. Разумеется, она помнила всё, в мельчайших подробностях… Старая прислужница считала, что Лиян могла давным-давно отпустить князя, прервать их многолетнюю вражду. Беда в том, что злоба проникла глубоко в её суть, отравляя куда хуже любого яда.

— Вейяны… Эта презренная семья. — прошипела Цзинь, надменно поджав губы. — Такие сильные, такие могущественные… Они уступали только императорскому клану, но иные твердили, что генерал Вейян и того сильнее.

Её пальцы сжались на поясе, почти царапая кожу сквозь одежду.

— Кем я была в ту пору? Брошенная невеста наследного принца. Сестра увела его у меня из-под носа… Но я не сдалась. И соблазнила Янея, пообещав, что сделаю его императором.

Усмешка Лиян стала холодной, до крайности презрительной и мрачной.

— Мой муж — дракон среди людей… Немощный дракон, какая жалость. Он был привязан к своей сестре, старшей принцессе. Ему нравилось… Нянчить её маленького сына. Даже когда Вейяны впали в немилость, Яней хотел оставить мальчишку при себе. Воспитать… Как родную кровь.

Императрица резко вздрогнула, облизнув пересохшие губы:

— Тогда я забеременела, ты помнишь? И только одно заставило мужа передумать…

Мадам Лю склонила голову, скрывая невнятные чувства. Она знала неприглядную истину, что таилась во мраке чужого гнева… Императрица сделала заведомо проигрышную ставку, рискнула собой, желая убрать все «ростки» клана Вейян. И, в конце концов, она заплатила за это собственной плотью.

— Теперь я бездетна, а он вырастил сына. Может и не своего, но эти гнилые корни продолжают давать ростки! А мне пришлось отобрать у наложницы пятого принца и растить его под своим крылом. Маленького ублюдка, который годится лишь на то, чтобы стать марионеткой под гнётом чужой власти.

Лиян Цзинь подорвалась с места, глядя в глаза испуганной прислужнице:

— Ты понимаешь, Лю? Я не могу отпустить его! Мой сын умер из-за него, поэтому, было бы честно… Истребить всё Шуаньи, срезать каждую голову и выжечь их земли. Ты согласна?

— Да, Ваше Величество.

Лю не могла ответить иначе. Императрица всегда принимала лишь одно мнение: то, которое совпадает с её собственным. В противном случае… Несогласных ждёт гибель.

— Я… так устала. — прошептала Лиян, запустив пальцы в длинные волосы. — Мой муж и впрямь бесполезен… Меня унижают, а он, тем временем, развлекается с наложницами в гареме.

Её тихий голос, впрочем, окреп спустя несколько минут, стирая любые признаки печали.

— Сын Вейяна… Недавно женился. Нас не пригласили на свадьбу, но, по правилам хорошего тона — стоит вручить подарок. И на этот раз… Ошибок быть не может. Ты понимаешь, Лю?

— Да… Ваше Величество.

Прислужница поднялась с колен и на негнущихся ногах проследовала к выходу, едва сдерживая дрожь.

— Ах, да… — негромко вздохнула императрица. — Позови кого-нибудь. Нужно очистить пруд… Видишь ли, час назад в нём утонула служанка.

Ледяной страх ошпарил лопатки Лю, но та нашла в себе силы кивнуть, соглашаясь с приказом. Если бы не эта служанка… Возможно, в пруду сейчас плавало бы её тело.

Юнли Шен.

Я вздохнула, задумчиво поглядывая в окно Пламенного павильона. С тех пор, как свадьба завершилась, всё вокруг казалось каким-то… Другим? И вроде место то же, да только чувства изменились.

Я благополучно вернулась на свою «работу», однако… Князь никого больше не звал в помощницы. Остальные леди Цветника могли спокойно отдыхать и лишь мне позволили посещать павильон. С тех пор ревностных и завистливых взглядов в мою сторону стало в разы больше…

Но я не переживала. На самом деле, мне по-настоящему нравилось быть здесь! Хао Вейян оставил в подарок путевые заметки, и иногда мы с ним обсуждали прочитанное за чаем. Я чувствовала себя так спокойно и умиротворённо, как никогда прежде. Будто весь невнятный враждебный мир остался позади, далеко за границами кабинета.

Кровавый князь всё чаще улыбался рядом со мной. Мы не говорили о важном, но даже пустяки было интересно обсуждать с ним… И в какой-то момент приятное умиротворение сменилось пожаром, медленно разгорающимся в груди.

Я вдруг поняла, что эта лихорадка никак не связана со здоровьем. Просто мои эмоции… Вышли из-под контроля. И совершенно ненужная влюблённость проросла сквозь сознание, укоренившись глубоко в сердце. Я… Никогда до этого не влюблялась, честно.

Это чувство похоже на невыносимый зуд, будто сама душа горит и ноет. Это чувство опаляет щёки румянцем, убыстряет сердечный ритм и сбивает дыхание. От него в ушах звенит, а в глазах мутнеет… Страшные симптомы, верно? Но хуже всего то, что их не вылечить лекарствами. А я, вероятно… Больна уже давно и неизлечимо, просто до последнего отрицала это. Хотя некоторые уже догадались о моём недуге.

— Снова идёшь к своему князю, Юнли? — дразнящий голос Моин застал меня во время очередного чаепития на свежем воздухе.

— Нет, завтра… — подсознательно ответила я и нахмурилась. — Он совсем не мой!

— Правда? — леди Джан похлопала длинными ресницами и улыбнулась. — А со стороны кажется, будто вы довольно близки…

— Я просто вожусь со старыми письмами. Другие девушки тоже этим занимались.

— Но, в конце концов, осталась только ты. — весело заметила Моин. — Можно ли считать это победой? Думаю, да!

— Не понимаю, о чём ты… — я изо всех сил пыталась не смущаться, отнекиваясь от провокационных слов девушки. Но какая же она упрямая!

— Знаешь, нынче многие шепчутся о том, что ты обыграла весь Цветник, подобравшись к князю. — доверительно шепнула Моин. — Они считают, что ты хитра и изворотлива, но… По мне так ты просто влюбилась.

Её слова просвистели опасной стрелой, чиркнув по моему самообладанию. Пока без ранений — но борозду точно оставили.

— Хватит, Моин. — строго проговорила я, отвернувшись.

Но пальцы против воли сжались в кулаки. Эти чувства были болезненными и совсем уж безрадостными… Потому что я знала: Хао Вейян не ответит мне взаимностью. Его ждёт иная судьба, в которой мне нет места. Но до чего мерзко, до чего грустно это осознавать!

«Ничего не поделаешь… Сама виновата» — и внутренний голос впервые отозвался нравоучительным тоном матушки. Обычно, так она поучала старшую сестру, но уж точно не меня.

Я вздохнула, опустив ладони на подоконник. Ладно, надо подумать о чём-то другом! Вот, например… Как там Цзенлан и Сюнин? Хотя (если сказать честно) их история усложнилась после свадьбы. И виновата в этом (опять) я.

Мне удалось вспомнить подробности оригинальной дорамы! Бай Джу действительно появилась на празднике и (точно так же) подсыпала препарат в бокал Сюнин. Только в тот раз героиня его выпила… Она едва не угодила в ловушку, подстроенную Бай Джу, но Цзенлан вмешался. Он не знал, что именно происходит с леди Тао, а потому отвёл её в безлюдное место… Где афродизиак сделал своё дело.

Обезумевшая от страсти Сюнин отдалась наследнику прямо на его свадьбе. Этот скандал удалось скрыть от гостей, но принцесса Лиюань всё видела… Той же ночью она выгнала Цзенлана с брачного ложа. Хотя коварный план Бай Джу был разоблачён, последствия оказались необратимыми. И Сюнин пришлось стать наложницей наследника… Вот только радости это не принесло.

Лиюань каждый день обвиняла мужа. Цзенлан, снедаемый чувством вины, не навещал их обеих. А Сюнин тихо страдала, потому как не хотела становиться наложницей… Но это в прошлом. Сейчас всё иначе.

Из-за моего (ненамеренного) вмешательства план Бай Джу провалился в самом начале. И новобрачные… Их отношения кардинально поменялись. Иногда я вижу, как Цзенлан и Лиюань прогуливаются под окнами. Она ведёт себя кокетливо и слегка дразнит его (а на щеках горит счастливый девичий румянец). Да и сам наследник смотрит на неё так… нежно? Это, конечно, ещё не любовь, но он определённо старается быть искренним.

В тот момент (признаюсь честно) я за них порадовалась. И совсем не подумала о Сюнин… Её путь, кажется, совсем изменился. Она не стала наложницей (о чём так жалела в оригинале), но и это не принесло ей радости. Сюнин стала мрачной, почти нелюдимой. И она крайне редко выходила за пределы своего двора…

Между тем, слова Кровавого князя начали сбываться. Свадебное торжество посетили многие его соратники. Не все из них были родовитыми, или очень богатыми… Но многие заинтересованы в красавицах Луна. И некоторые девушки из Цветника согласились пройти своеобразные смотрины.

Князь устроил всё по правилам: позвал сваху, которая деловито расписывала краснеющим невестам все преимущества женихов. Приданое у Цветника скромное, но это не так страшно для Шуаньи. Впрочем, я не ожидала, что одной из первых на замужество согласится Моин!

— Нет смысла задерживаться в этом поместье. — рассеянно улыбнулась леди Джан, помахивая складным веером. — У наследника и принцессы медовый месяц, счастливое замужество… Мне почти завидно. Я тоже хочу пышную свадьбу.

— Может, есть смысл подождать? — осторожно предложила я. — Вдруг, в будущем мы сможем вернуться в Лун…

И тогда Моин рассмеялась:

— Леди Шен, верно, не понимает… Моя семья всегда нуждалась в деньгах. Мы считали каждую монетку, во всём себя ограничивали. Моя старшая сестра вышла замуж за старого вдовца. Второй повезло ещё меньше — её муж жесток и скуп. Меня ждала такая же участь… Но Цветник императрицы всё изменил.

Моин игриво улыбнулась, склонив голову набок:

— Здесь я могу сама выбрать себе мужа. Не старого и больного, а вполне себе красивого и небедного! Здесь я не зависима от семьи. Так что… Мне не хочется возвращаться в Лун.

Её искренность застала меня врасплох, но и вызвала ответную улыбку. Да… Теперь я понимаю Моин чуточку лучше. Она та ещё лисичка, но безусловно достойна уважения. И если уж её судьба связана с Шуаньи — да будет так. Я желаю ей счастья.

— Кажется, путевые заметки вас не заинтересовали. — проронил Хао Вейян, который в очередной раз бесшумно прервал моё созерцание.

Но я не дрогнула, смиренно опустив подбородок и проведя ладонью по странице:

— Они увлекательны, просто… Весна навевает необычайную хандру.

— Вот как? — князь шагнул вперёд, с безмятежностью глядя мне в глаза. — И это никак не связано с вашей подругой?

— Моин? — невольно удивилась я.

— Я говорил о леди Тао. — Хао Вейян едва заметно покачал головой. — А леди Джан, полагаю… Вполне счастлива. Её ждёт хороший брак.

— Надеюсь. — вздохнула я, вновь млея от его серьёзного взгляда. — Простите, здесь… В последнее время немного душно.

Князь коротко усмехнулся, опустив ладонь на стол. Он молчал несколько минут, а затем задумчиво проронил:

— Принцесса Лиюань и мой сын собираются на конную прогулку. Это поездка на несколько дней, дабы… Слегка развеяться. Я отправлюсь с ними, но леди Шен также может поехать.

В тот момент я согласилась без раздумий, не подозревая, насколько близко к нам подобралась опасность.

Поездка на несколько дней и конная прогулка… Звучит увлекательно, не так ли? Скажу честно: мне очень хотелось выбраться за пределы поместья. Здесь вечно царит давящая суета, скрыться от которой можно лишь за крепкими стенами двора… Да и то ненадолго.

За Цветником постоянно «приглядывали», и эта слежка действовала мне на нервы. Возможно, оттого я так полюбила Пламенный павильон. Там чужие взгляды не пронзали мою спину колким вниманием. Но, в любом случае… Эта поездка была настоящим подарком судьбы!

Хотя остальные девушки (по понятным причинам) не оценили такой сюрприз. Кем меня только не называли… Одни презрительно упоминали «служанку и питомца» князя, другие чуть ли не напрямую заявили, что я пытаюсь польстить принцессе Лиюань. Но, знаете что? В этот раз мне не хочется обращать внимание на глупые сплетни.

В Цветники никогда не было мира, но предостаточно интриг и вражды. Так что… Пускай всё идёт своим чередом. А я от поездки уж точно не откажусь!

Тем более, что в оригинале её не было. После свадьбы дорама сосредоточилась на разворачивающейся драме между Сюнин, Лиюань и Цзенланом… Князь редко вмешивался в их взаимоотношения, потому как страдал от яда императрицы. Но теперь ситуация изменилась в лучшую сторону! Я могу собой гордиться, верно?

— Помочь тебе выбрать платье? — Моин с улыбкой постучала по столу, а затем подошла ближе, прищурив лисьи глаза. — Чтобы ты точно покорила там «не своего» князя.

— Дело совсем не в этом! — нахмурилась я, нервно оглядываясь на Шию.

Та, впрочем, лишь покачала головой, позволяя леди Джан пройти к сундукам.

— Да-да, разумеется… Тебе вовсе не интересен этот мужчина. — хмыкнула Моин, деловито разглядывая ткани. — Хм, персиковый цвет подчеркнёт твои глаза… Хотя, эта вышивка с пионами тоже довольно хороша!

— Спасибо. — пробормотала я, а затем нахмурилась. — Ты… разве не боишься, что другие девушки плохо воспримут наше общение?

Мне «посчастливилось» стать изгоем Цветника вместе с Сюнин. Это не так плохо, но не хотелось бы усложнять жизнь другим.

— О, мне всё равно. — леди Джан поджала губы и заметила. — Что толку от их сплетен и зависти? Цветник всё равно скоро распустят.

Я на секунду опешила, а затем призадумалась. Возможно, Моин права? Смотрины продолжаются до сих пор, и (кажется) многие девушки искренне увлечены этим…

— Когда вы уедете — в поместье вновь прибудет сваха. Мы с ней прекрасно побеседовали, и мой будущий муж уже избран. — улыбнулась Моин. — Так что… Мне больше не нужны бесконечные чаепития с девами Цветника. Наши пути вот-вот разойдутся.

Звучит как-то грустно… Я едва заметно покачала головой и потянулась к персиковому платью. Думаю, оно мне в самый раз!

— Но, знаешь, кое-кто точно не сбежит из поместья. — хмыкнула Моин, закатив глаза. — Сюнин Тао… Слишком хороша для того, чтобы выйти замуж за кого-то «обычного». Ей подавай самое лучшее.

— Ты действительно её не любишь. — невольно улыбнулась я.

— А с какой стати? У всех нас сложные судьбы, но леди Тао кривит лицо с таким видом, будто она одна страдала в прошлом! — Моин ещё раз закатила глаза и язвительно фыркнула. — Бедная-несчастная дочь наложницы…

Я благоразумно промолчала, бросив мимолётный взгляд в окно. И тогда леди Джан улыбнулась:

— Ладно, понимаю, тебе пора собираться. Удачи, Юнли Шен! Покори там не своего князя.

Принцесса Лиюань пригласила меня в свою карету! Честно говоря, я подобного совсем не ожидала, а потому была приятно удивлена. Её просторный экипаж разительно отличался от других повозок. Мягкие подушки, прохладительные напитки и закуски, приятный аромат расслабляющих масел… Всё это быстро заставило меня разомлеть.

Принцесса сидела напротив, помахивая веером. На её платье распускались цветы гибискуса, переливаясь роскошными золотыми нитями. Алый оттенок неимоверно шёл юной Руйши, делая её более зрелой и благородной.

Лиюань и впрямь вела себя элегантно (как и подобает замужней даме), но вот продержалась недолго. Через десяток минут принцесса скучающе зевнула, а потом мы начали общаться. Сплетни поместья, новости Шуаньи, прочитанные мною путевые заметки и истории Луна — всё пригодилось в долгой беседе…

Принцесса казалась радостной и игривой. В какой-то момент она даже сказала:

— Знаешь, я рада, что тебе позволили отправиться с нами. Иначе эта поездка стала бы невыносимо скучной!

Я мягко улыбнулась и прикрыла глаза. В груди томилось странное предвкушение, которое (увы) никак не связано с принцессой и быстрыми лошадьми… Я думала о том, что смогу провести чуть больше времени с князем. Глупо? Возможно… Но такое уж у меня желание.

А карета, тем временем, быстро неслась по дороге. В окне мелькали чудесные пейзажи княжества Шуаньи: горы и реки, поля и леса… Я невольно вспомнила тот день, когда мы только приехали из Луна, и выглянула наружу, успев заметить силуэты всадников. Хао Вейян и Цзенлан скакали на крепких лошадях бок о бок, в окружении верных воинов.

Спустя четыре часа мы приблизились к охотничьим угодьям княжества. Именно там и решили разбить первый палаточный лагерь: неподалёку от дивного луга. Карета остановилась в тени высоких деревьев, и принцесса Лиюань первой выскочила на улицу (оставив служанок далеко позади). Шия по-доброму хмыкнула, помогая мне выйти. Приятный запах луговых цветов щекотал обоняние, а буйный ветер почти сразу растрепал волосы по плечам.

Погода была на редкость тёплой, будто весна уступила своё место знойному лету. Я прищурилась от яркого солнца и улыбнулась, наблюдая за тем, как принцесса выбирает себе лошадь. Вскоре к ней подошёл Цзенлан, подводя самую покорную кобылку.

Молодожёны о чём-то разговорились, пока я прошмыгнула к палаточному лагерю.

— Раньше мне казалось, что их союз не слишком удачный… — чуть слышно призналась Шия. — Но теперь вижу: они действительно подходят друг другу.

Я на секунду застыла и вновь бросила в их сторону мимолётный взгляд. Это странно, но… В тот день мне и вправду показалось, что без Сюнин Цзенлан может быть более счастливым.

Знаете, внутренне я уже смирилась с тем, что условия в палаточном лагере будут не слишком приятными… Вроде плохой еды, неудобного места сна и далее по списку. Но я недооценила подготовку бывалых воинов!

Во-первых, они очень быстро выгрузили полный набор походной утвари: котелки, тарелки, удобные кружки… Кухню организовали в одной из палаток. Пока одни обустраивали место для готовки, другие отправились на охоту и рыбалку. К слову, князь также не стоял на месте. Он одним из первых начал охотиться на дичь, в то время как Цзенлан продолжал ворковать с принцессой… Ладно, ему простительно, он ведь недавно женился.

Во-вторых: палатки для сна оказались (на удивление) удобными. Здесь всё было очень практичным и к месту. Кровати, конечно, не такие мягкие, как дома, но и тут люди Вейяна отличались. Эта деревянная конструкция с основанием из плетёного ротанга превзошла мои ожидания! Спать будет совсем не жёстко, а это (поверьте) дорогого стоит.

Ближе к вечеру нас ждал сытный ужин из свежеприготовленной дичи. Атмосфера была на редкость приятной, да и повар постарался на славу. Я готова была петь дифирамбы этой поездке, вот только первая же ночь слегка остудила мой пыл…

Одно слово: ко-ма-ры. Мерзкие, писклявые, вездесущие! Они проникли в палатку и зловеще жужжали над ухом, мешая моему сну. Попытки укрыться подушкой, спрятаться под одеяло — провалились с треском. Казалось, эти ребята звенят прямо у меня в голове!

В конце концов, я не выдержала, подрываясь с места. Шия мирно спала по соседству, не замечая моих тоскливых метаний. Я чуть поколебалась и укуталась в плотную верхнюю одежду, выглянув из палатки. Мужчины спали в другой части нашего импровизированного лагеря, Лиюань и Цзенлан делили одну палатку… А мне просто хотелось спуститься к пруду, который был неподалёку. Думаю, если ополосну лицо холодной водой — заснуть будет в разы проще. Но на берегу я встретила нежданного (но желанного) человека.

— Вы… решили полюбоваться луной?

Это уже третий раз, когда мы встречаемся с ним ночью… Хао Вейян едва слышно рассмеялся, сцепив пальцы в замок:

— Да, именно так. Я догадывался, что вы можете прийти сюда, леди Шен.

Его густой голос обволакивал моё сознание, постепенно стирая границы между явью и сном.

— Я не… Это дело случая. Комары замучили. — невольно улыбнулась, подходя ближе.

Теперь мы стояли бок о бок, обратившись взглядами к луне. Она сияла столь же ярко, как и в тот свадебный вечер, а мириады звёзд рассыпались по небосклону осколками серебра.

— Возьмите, леди Шен. — князь достал небольшой тканевый мешочек, чем-то напоминающий саше с травами. — Здесь веточки полыни. Подожгите её в палатке — и дым прогонит насекомых.

— Благодарю… — я смутилась, принимая нежданный подарок. Да уж, всё-таки мы с Шией не приучены к ночёвкам в подобных местах… Конечно, в богатых домах тоже поджигали специальные благовония, но я не особо разбиралась в их составе. Оказывается, комары не любят полынь… Буду знать.

— Идите спать. — посоветовал Вейян, едва заметно улыбнувшись. — Завтрашние скачки начнутся на рассвете. Если будете слишком уставшей — не сможете сесть на лошадь.

— Я не умею… — призналась чуть слышно, а затем спросила. — Но вы меня научите?

«Наглость — второе счастье, Юнли! Не забывай об этом»

— Научу. Если сейчас вы пойдёте спать.

Я улыбнулась и поспешила к палатке, прижимая к груди полынь. Мне очень хотелось обернуться и вновь поймать на себе глубокий взгляд князя… Но хорошего понемножку, верно?

Через несколько минут палатка пропахла горьковатым ароматом полыни, а я крепко заснула (уже без лишних проблем). И всё же, рассветное утро не было приятным… Оно встретило меня бодрящей прохладой и неприятным зудом. Кажется, вчера ночью меня успели покусать!

— Госпожа, вы такая беспокойная. — укорила Шия, аккуратно намазывая расчёсанные места мазью.

— Неправда, я очень даже спокойная… Когда меня не кусают.

Зато принцесса Лиаюнь выглядела свежей и отдохнувшей. Вот уж кого ночью комары не мучили…

«Её мучил кое-кто другой» — хмыкнула я, покосившись на Цзенлана. Наследник деловито выбирал лошадей, явно собираясь прокатиться с женой по лугу. Очень романтично… Нет, без шуток, они и впрямь хорошо смотрятся вместе!

Я всё время вспоминаю оригинальную дораму и Сюнин в ней… Но там отношения главных героев были сложными, почти болезненными. Переплетение вины, боли, неправильных решений и судьбоносных выборов. Они жаждали быть вместе, но не могли быть до конца счастливыми из-за обстоятельств. С другой же стороны… Казалось, будто рядом с Лиюань Цзенлана ничто не сдерживает. Она заигрывала с ним, порой держала дистанцию, но куда чаще отвечала взаимностью. Нет тайн, недомолвок, нет бесконечных горестей… Разве это не лучше?

«Не решай за героев, Юнли. Решай за себя» — я негромко вздохнула и почти сразу увидела статную фигуру князя.

Мужчина приближался ко мне с бравым вороным конём. Наследник и его невеста уже пустились вскачь по лугам, а значит… Пришла моя очередь?

— Вы сдержите своё слово? — прошептала чуть удивлённо и тотчас опустила взгляд.

— Я всегда держу слово, леди Шен. — он изогнул губы в лёгкой улыбке и подвёл боевого скакуна.

В поместье князь (как правило) облачался в одежду из дорогой парчи, которая подчёркивала его высочайший статус. Но здесь, на природе, он выглядел куда проще, почти не отличаясь от остальных воинов. Я необъяснимым образом чувствовала, что подобная жизнь нравится ему больше, чем княжеские церемонии в Шуаньи…

— Вам помочь взобраться на лошадь? — спросил Хао Вейян и, поймав мой ошеломлённый взгляд, едва заметно усмехнулся. А в следующую секунду меня просто усадили в седло!

— Постойте, подождите… Это неправильно! Я же ничего не умею… И это ваш конь!

Клянусь, в тот момент я так сильно запаниковала, что едва не сползла с лошади. Вот только князь решительно придерживал меня за талию… На грани дозволенного.

— Не бойтесь, леди Шен. Мой конь — один из умнейших. Он будет крайне обходителен с вами.

— Не надо! — отчаянно взмолилась я. — М-мне больше не хочется кататься на лошадях.

Уж простите за трусость, но это и вправду страшно! Высоко, неудобно, небезопасно…

— Вы быстро привыкните. — в голосе Вейяна прорезались весёлые нотки. — Леди Шен, сделайте несколько глубоких вздохов и успокойтесь. Это совсем не страшно, доверьтесь мне.

Довериться? Ему легко говорить! Он мужчина и, к тому же, князь… Но всё же, я попыталась прислушаться к его словам и вздохнула, потихоньку избавляясь от липкой паники.

— Прекрасно. Расправьте плечи, леди Шен. Держите спину ровно, но не скованно. Ноги нужно слегка согнуть в коленях. Не сжимайте бока коня слишком сильно. Лёгкое касание — вот что нужно. — Хао Вейян говорил ровным, уверенным тоном, и с каждым словом я всё больше доверяла ему, невольно подстраиваясь под указания мужчины.

А он продолжал неспешно наставлять. О том, как правильно обращаться с лошадьми, как натягивать поводья, поворачивать и остановиться… Князь был бережным и терпеливым. Он не отпускал меня ни на минуту, но позволял привыкнуть к седлу. И вскоре я даже начала ощущать удовольствие!

Прогулка была неспешной, но крайне приятной. Конь шёл по тропинке, рассекая зелёную траву, а рядом находился его господин, на которого я всякий раз оглядывалась.

Впрочем, через двадцать минут воины подвели князю другую лошадь, и тогда мы продолжили этот путь верхом. Где-то вдалеке виднелись Цзенлан и Лиюань, которые скакали галопом наперегонки.

Хао Вейян улыбнулся, и эта улыбка отразилась солнечным бликом в его глазах. Я разомлела, чувствуя дурманящий аромат луговых цветов… К ним примешивался острый привкус опасности.

Порой у нас возникает дурное предчувствие. Порой интуиция настойчиво звенит в голове, предупреждая об опасности… Но, знаете, всё самое худшее случается внезапно. Без предупреждения. Без объявления войны. Оно просто случается, и ты уже не можешь сбежать.

В какой момент это началось? Мой конь неспешно шёл по зелёной траве, Кровавый князь был рядом, а затем… Всё резко переменилось.

Вначале я ощутила напряжение. Мышцы животного окаменели, глухое фырканье смешалось с громким, почти отчаянным ржанием. Конь вдруг остановился, втянул воздух ноздрями и… Сорвался в бешеный галоп.

Я помню, как подалась вперёд и со всей силой вцепилась пальцами в поводья, прижимаясь к седлу. В голове звенела лишь одна мысль: ослаблю хватку — тотчас умру. Конь сбросит меня на этот зелёный луг, попутно переломив шею пополам… Страх не просто оглушал — он дезориентировал. Перед глазами всё расплывалось, пестрело от невыносимой скачки. Моё тело будто намертво приросло к седлу, а по вискам струились капли пота. Я не могла кричать, вмиг лишилась голоса. Конская грива била меня по лицу, ветер свистел в ушах, и впереди… Виднелся обрыв.

Он коварно ждал за алыми маковыми цветами, приглашал разогнаться и прыгнуть. Не меня — но взбешённого коня. Вот тогда я и закричала. Издала слабый вопль испуганного животного (за секунду до того, как стрела охотника пронзит горло). Но рядом вдруг раздался громкий оклик:

— Леди Шен! Прыгайте!

Это был он. Кровавый князь нагнал меня и протянул руку, решительно подгоняя свою лошадь. Я поняла, что его призыв — единственный верный выход, но страх начисто парализовал моё тело. Сейчас бы пересилить себя, однако чёртов обрыв всё ближе и ближе…

— Доверься мне.

Его слова опалили сознание и придали мне сил. Помню, как резко подскочила влево, оттолкнулась ногами… И оказалась в чужих объятиях. Хао Вейян прижал меня к себе, в то время как конь спрыгнул с обрыва, пропадая в густом тумане. Животный крик отразился от острозубых скал протяжным эхом.

Но в тот момент вторая лошадь также не успела затормозить. Она отчаянно заржала, упираясь копытами, и я ощутила… Как моё тело легко и быстро подлетело выше.

Окружающий мир на секунду замедлился, а затем князь выдохнул:

— … Держись.

«Каким образом?» — хотела спросить я, но было слишком поздно. Мы упали в вязкую туманную бездну. Помню, как мир бешено завращался перед глазами до тошноты, а потом лишь всплеск, холод по телу и тьма… Всепоглощающая тьма накрыла сознание, оставив только одну мысль:

«Этого не было. Этого не должно было произойти…»

Боль-но. Мне очень, очень… Больно! Холод проник глубоко под кожу, въелся в мои кости. Ноги были ватными, тело — одеревеневшим. Но я с трудом разлепила глаза… И тут же зажмурилась от пламени, которое было так близко.

— Проснулась? — хриплый голос князя согрел сердце приятным осознанием: он жив!

Выжил, хоть мы и упали с такой высоты в реку… Да, там точно была вода. Я помню, как поток уносил меня по бурному течению. В сознании остались лишь мутные проблески, но и они прекрасно обрисовывали ситуацию: мы попались. Угодили в очередную ловушку императрицы.

Обезумевший конь, коварный обрыв, вязкий туман под ногами и река, скрывающаяся за ним… Думаю, нам повезло. Не напороться на камни, не утонуть и, в конце концов — выбраться на поверхность. Вот только…

Я тихо застонала, чувствуя боль в спине. Всё моё тело было покрыто ссадинами, синяками и ранами. Б-боже, какой ужас! Каждый сантиметр кожи горит и ноет. Но, что важнее… В порядке ли князь?

Мои глаза слезились от огня, но я могла (с трудом) различить окружающий мир. Мы находились в пологой пещере с низким потолком. Места тут было не так много, у входа горел костёр, сделанный заботливыми руками князя. Мокрая одежда была развешана на ветвистых палках неподалёку от пламени. Кажется, князь отдал мне свой плащ, который хоть немного согревал, но…

Я смущённо покосилась на импровизированную сушилку. Простите, но там висит кое-что важное (и постыдное)! Хао Вейян устало усмехнулся, верно истолковав мой взгляд:

— Уж простите, леди Шен. Нижняя одежда сохнет довольно быстро, а вот с верхней всё не так просто. Оставить её на вас — значит допустить возможность простуды и лихорадки.

— Л-ладно, это не так важно… — я вздохнула, укутавшись в плащ. — Лучше скажите: как вы себя чувствуете? Я… Спаслась только благодаря вам.

Более того: если бы он не помог мне, у него бы получилось удержаться на той лошади. Так что… Я буквально потянула князя в бездну. Ужасное чувство!

— Всё в порядке. — задумчиво проговорил он, прикрыв глаза. — То, что случилось… Довольно показательно. По крайней мере, теперь я знаю, кто шпионит за мной в поместье.

— Правда? — я удивлённо вскинула брови, лихорадочно роясь в воспоминаниях.

Нет… Ничего не помню. Кто-то, конечно, играл с князем в смертельные игры, потакая тёмным планам императрицы. Но увы, моя память молчит, игнорируя личность предателя.

— Малый круг людей был осведомлён о том, куда и как мы едем. Но этот человек хорошо знал местность и, что более важно: знал особенности моего скакуна.

— Особенности? — невольно повторила я, растерянно глядя на князя.

— Трава аквилла. — он недобро усмехнулся, качнув головой. — Редкое растение в наших краях… Дальняя родственница дурмана и аконита. Её запах почти неощутим для человека, но крайне соблазнителен для лошади. А мой конь родом из тех мест, где аквилла распространена. Он весьма чувствителен к этой траве.

По моему позвоночнику пробежали ледяные мурашки. А ведь князь посадил меня на своего коня… Но ловушка предназначалась ему одному.

— Многие лошади впадают в неистовство, когда чуют аквиллу. Бегут по следу, впадая в безумие… Кто-то заранее покрыл ею путь к обрыву, спрятав траву среди маков. — ровным голосом проронил Вейян. — Мой конь спрыгнул — и напоролся на острые камни. Я видел его тело, когда река уносила нас по течению.

— Я… Соболезную, Ваше Величество.

Он потерял не просто лошадь — боевого товарища. Я слышала, что этот конь не раз спасал его от вражеских стрел… Боже, какая невыносимая жестокость!

— Но… Ваш сын и принцесса, они же не пострадали? — взволнованно спросила я.

— Не думаю. — Хао Вейян негромко вздохнул. — Они были далеко, их лошади не так чувствительны к аквилле, да и потом… Эту ловушку приготовили для меня. Тот обрыв был стратегически важным местом.

Все пути обрывались там, на краю бездны. Я опустила взгляд на свои израненные руки, медленно сжимая их в кулаки. Князь был обнажён по пояс — его одежда также сушилась неподалёку. Сейчас, когда глаза привыкли к свету, я могла разглядеть рельефные мышцы его сильного тела, но отчаянно пыталась не глазеть.

Боже, мы находимся в крайне постыдном положении! За такое в приличном обществе мужчина обязуется жениться на девушке, однако…

— Вы ранены. — с неожиданной ясностью проронила я.

Он точно пытался это скрыть. Его лицо было спокойным, жесты — расслабленными. Но я ощутила запах крови… И шёл он вовсе не от меня.

Князь задумчиво прищурил глаза и, наконец, кивнул:

— При падении с обрыва мне повезло меньше вашего. Я порезался об острый камень.

— Дайте взглянуть на рану.

Я решительно поднялась, подходя ближе. Хао Вейян поджал губы, молча поворачиваясь спиной. Порез, если честно, выглядел устрашающе… От левого бока он протянулся почти до позвоночника. Но князь явно успел промыть свою рану, потому как грязи не было, и она почти не кровоточила.

— Я не хотел пугать вас. — признался мужчина, тяжело вздохнув. — Но раз уж вы не боитесь… Можете помочь обработать рану?

— Разумеется. — я поплотнее укуталась в плащ и прошептала. — Нам, наверное, нужны лекарственные растения…

Но Хао Вейян лишь улыбнулся, кивнув в сторону. Оказалось, что рядом с одеждой уже лежали пучки красного мха и… Стебли алоэ?

— Сок алоэ обеззараживает и заживляет раны. Алый мох — впитывает кровь и снимает воспаления. — ровным голосом пояснил князь.

Под его руководством я нанесла на рану живительный сок, а затем приложила мох, который казался удивительно мягким на ощупь.

— Вы хорошо осведомлены о здешних растениях. — невольно улыбнулась я.

— Мы выживали здесь годами, леди Шен. В ход шло всё: травы, коренья, целебные источники… В конце концов, нет ничего сильнее жажды жизни.

Я посмотрела на князя и вздохнула, аккуратно придерживая мох. Как только он потяжелеет, впитав достаточно крови — нужно сменить на новый.

— Вы сказали, что мне «повезло» при падении с обрыва, но это неправда. На самом деле… Ваше Величество спас меня от приземления на камни.

Я помню, он был рядом. И в тот момент, когда мы сорвались в бездну… Князь вполне мог избежать этого ранения. Просто… В таком случае, оно досталось бы мне.

— От вас ничего не скроешь, леди Шен. — мягко улыбнулся Вейян. — Но разве это важно? Долг воина: оберегать тех, кто нуждаются в его защите.

Я опустила подбородок, чувствуя, как громко стучит сердце. Он говорил правильные, крайне благородные вещи… Но мне всё равно хотелось думать о другом. О том, что дело не только в «долге воина».

— Вы благородный человек, князь. — со вздохом призналась, перебирая пальцами по мху. — Но я действительно не понимаю… За что вас так ненавидят?

Речь, конечно, о ней. Императрица так жестока и непримирима… Она пытается всеми силами извести князя, будто само его существование доставляет ей невыносимые муки. Но почему?

Оригинальный роман давно поблёк в моей памяти, оставляя лишь смутные очертания. Но я помню одно: ненависть Лиян Цзинь была глубокой и личной. Она… В каком-то смысле теряла хладнокровие, когда речь заходила о Хао Вейяне. И это довольно странно.

— Тот, кто для одних стал героем, для других может быть злодеем. — задумчиво проронил князь, прикрыв глаза. Его дыхание постепенно нормализовалось, а неторопливый голос зазвучал вновь, увлекая и завораживая.

— Её Величество… Подобна сундуку с демонами. Она бесконечно им потакала, вскармливала чужой кровью, и, в конце концов, они стали сильнее её воли. Когда-то давно… эта женщина любила моего отца.

— Что? — невольно переспросила я, склонив голову набок. — Она… Любила генерала? А как же наследный принц?

Я помню, что Лиян Цзинь была невестой старшего сына императора, но тот бросил её за шесть месяцев до свадьбы. Так откуда же взялся бравый генерал?

— Наследный принц был желанием её семьи. Генерал — желанием сердца. — Кровавый князь усмехнулся, дёрнув подбородком. — Отец разбил ей сердце, когда выбрал мою мать. А затем… Наследный принц отказался от невесты Лиян.

Мне с трудом верится, что эта прекрасная, игривая (и крайне жестокая) женщина могла столкнуться с таким отвержением… Должно быть, в её душе разверзлась настоящая бездна из боли и отчаяния.

— В конце концов, она вышла замуж за другого принца и помогла ему избавиться от всех претендентов на трон. — произнёс Хао Вейян. — Покойный император был мудрым и сильным, но его вынудили отдать корону Янею Цзиню. А затем… Настал час расплаты для моей семьи.

Князь замолчал. Его молчание было тяжёлым и мрачным, как сгустившиеся в преддверии грозы тучи. Я прикусила нижнюю губу, осторожно меняя мох, и мягко проговорила:

— Пламенный павильон… Его архитектура очень похожа на дворцы Небесного города. Это ведь неспроста, верно?

Я знаю одно: Кровавый князь ранен. Не только внешне, но и внутренне. Он впервые говорил со мной так откровенно и, думаю… Для него это редкость. Но порой человеку просто нужно выговориться, иначе душа его лопнет от натуги. А я готова выслушать каждое слово того, кто меня спас.

— Да. — неспешно ответил он. — Я провёл там почти всё своё детство. Когда генерала Вейяна призвали на войну, мать отправилась за ним. Думаю, уже тогда она что-то подозревала… Их убили не вражеские стрелы, а подлый удар со спины.

Он говорил об этом слишком спокойно, в то время как я дрожала. Не от холода — но от бурлящих чувств князя.

— И что случилось потом? — моя ладонь легла на его спину. Я отчаянно хотела обнять Вейяна, но сдерживалась, понимая, насколько это неуместно…

— Генерала обвинили в измене. Моих старших братьев призвали на западные границы, дабы «искупить» грехи клана. — князь усмехнулся, поджав губы. — Но император не желал отправлять и меня. А Лиян Цзинь не хотела, чтобы отпрыск генерала остался в Небесном городе.

В тот момент Кровавый князь повернулся и посмотрел мне в глаза. Блики пламени плясали в его зрачках, как в бездонном озере.

— Императрица забеременела. Но ради того, чтобы искоренить привязанность императора — она разыграла кровавый спектакль. Будто бы я столкнулся с ней и угрожал жизни нерожденного принца. — Хао Вейян резко дёрнул подбородком и добавил. — Представление было… Достоверным. Император тотчас приказал меня изгнать, вот только в тот день спектакль стал явью. Из-за собственной злобы она потеряла ребёнка. И навсегда осталась бездетной.

Боже… Я на миг потеряла дар речи. Так значит, императрица мстит ему таким образом? Она и без того искупалась в крови клана Вейян, но не способна остановиться. Бесконечный круг ненависти…

— К счастью, вы смогли выжить. — прошептала я одними губами, глядя ему в глаза.

«… У меня есть одно желание: спасти вас от смерти, князь. Просто доверьтесь мне так, как я доверяю вам»

Он помнит небо, налитое кровью. Закатное небо, в коем не осталось ничего прекрасного. Чёрные тени расползались по искорёженным трупам, а солнце пульсировало на горизонте, будто вырванное из груди сердце.

В воздухе витал тошнотворный смрад. Этот непередаваемый запах смерти: гарь, гниение и выжженная жаром кожа. Жужжание насекомых сплеталось со зловонием, оседая на разуме незримым клеймом. Хао Вейян скинул с себя тело поверженного врага, растирая кровь по бледному лицу.

Ему пятнадцать лет. Пару месяцев назад он был сыном прославленного генерала и жил в Небесном городе, под крылом дяди императора. Теперь же его реальность — красное небо и пропитанная гнилью земля.

Ему пятнадцать. Недавно он похоронил родителей, а сегодня будет хоронить старших братьев. В их честь возведут безымянные курганы, дабы проводить воинов в последний путь. Вместе с телами в захоронение положат сломанные мечи — символ их бесконечной борьбы.

Он остался совсем один. Один, кто обязан выжить — ибо память будет жить вместе с ним. Хао Вейян не позволит другим забыть о великом клане, о чести павших и о кровавом закате, что протянулся над головой, заливая горизонт предчувствием смерти.

Князь распахнул глаза и чуть прищурился, привыкая к тьме. Тлеющие ветки в костре почти полностью потухли, оставив лишь привычный запах дыма. Спящая девушка дрожала неподалёку, полностью укутавшись в его плащ.

В тот момент она ещё сильнее напоминала крохотного кролика, оставшегося без крова. Но и сам Хао Вейян чувствовал холод, пробравшийся в пещеру. Весеннее время было коварным — с виду такое тёплое, но ночами земля остывает, а с севера приходят ледяные ветра.

Князь привычен к подобным проискам погоды, но юная девушка Цветника — нет. Юнли Шен была маленькой избалованной леди, которая (до поры до времени) не ведала горя. Хао Вейян мог представить, насколько ей сейчас страшно, ведь он сам прошёл через это.

Покинув Небесный город, сын генерала очутился среди неугодных и отверженных. Среди тех, кого отправили на убой, дабы их смерть послужила на благо Луну. Но императрица не представляла, какая сила скрыта в людском отчаянии. Когда Хао Вейян лишился всего, даже своих братьев — он лишился и страха. А потом сжал рукоять меча и возглавил всех этих людей.

За годы сражений душа его истощилась, но князь был готов заплатить великую цену за победу. В конце концов, правда в том, что они с императрицей должны схлестнуться в последней битве, ибо никто не будет спокоен, пока жив другой.

Он никогда не давал себе времени на передышку. Никогда не доверял другим полностью, и всё же… В этот раз Хао Вейян смог заснуть рядом с ней. Непозволительная оплошность для того, чья кожа закалена сталью.

Князь коротко выдохнул и придвинулся ближе. Юнли завозилась и, ощутив тепло, прижалась к его боку. Её дыхание трепетало на протянутой ладони Хао Вейяна, и сердце князя дрогнуло.

Он осознал, насколько часто подпускал к себе эту юную девушку. Юнли была рядом, и он принял её присутствие как нечто естественное. Она была рядом… И без неё он чувствовал растущее раздражение.

Хао Вейян прикрыл глаза, сосредоточившись на звуках. Его собственное дыхание успокоилось, но предательски сбилось через пару секунд. Он вспомнил кое-что занятное (и такое постыдное).

«— … Если кто-то подсматривает — побойтесь бога!»

Юнли Шен сказала это в тот день, когда ещё не достигла границ Шуаньи. Тогда князь пустился в погоню за нетерпеливым Цзенланом, которому захотелось украдкой взглянуть на Цветник… Сын пропал у горячих источников, а сам Вейян вдруг увидел тонкую девичью фигурку в воде. Она пряталась за изгородью, но даже так князь мог разглядеть её длинные каштановые волосы и белизну кожи.

Кажется, на мгновение он застыл, не отрывая глаз, пока строгий голос не заставил его отступить. Юнли Шен… Хао Вейян не знал, что она продолжит тревожить его разум в самом Шуаньи. То, что казалось мимолётным помутнением — стало первой искрой грядущего пожара.

Князь глубоко вздохнул, собираясь с мыслями. Её ладонь на его обнажённой спине оставила незримый ожог. Он подмечал все её осторожные касания, все смущённые взгляды и чувствовал, как выдержка трещит по швам.

Хао Вейян раньше не думал о душевной близости или женитьбе. Он давно смирился со своим предназначением. Князь не просто собирался ворваться в Лун — он ставил собственную жизнь на кон (на алтарь предков). Там, где есть жажда войны, нет места для любви. Вейян знал, что это (рано или поздно) его погубит, но…

Почему сейчас он колеблется? Любовь всегда была слабостью. В ней слишком много боли, непозволительно много потерь. Князь полагал, что у него нет выбора, но (как и сказала эта маленькая девочка) на самом деле выбор был совершён.

Хао Вейян собирался утащить с собой императрицу и всех ядовитых змей Небесного города. Даже если они искусают его до смерти — пускай. Его сын возьмёт на себя бразды правления рядом с умной и справедливой женой. Таков (запланированный) конец этой истории…

Но именно сегодня, именно во время падения с обрыва, князя вдруг пронзила нежданная мысль: он действительно хочет жить. Не выживать, не готовить свой собственный курган боли, а просто… Наслаждаться теми редкими моментами счастья, что выпали на его долю. Острый камень оставит на теле шрам, но Хао Вейян принял его за подарок судьбы. Эта болезненная рана будет напоминать ему о принятом решении, о сделанном выборе.

И если уж отшельник Мо Юй предсказал, что у него есть призрачный шанс на иную жизнь… Почему бы не попытаться?

Князь погладил её щёку большим пальцем и задумчиво улыбнулся. Юнли сонно потёрлась о его ладонь, неосознанно забираясь в объятия мужчины. За пределами пещеры царила звёздная ночь, и Хао Вейян мог увидеть осколки тёмного неба даже отсюда.

Слепящий алый закат в его сознании постепенно тускнел, накрываемый синим пологом небес. Кровь впитается в землю — и обратится травой, луговыми цветами, новой жизнью. Пора и ему открыть новую главу в своей неоконченной судьбе.

Птичий клёкот и хлопанье крыльев… Я проснулась от этих звуков, ошеломлённо потирая глаза. Всё тело ломило от вчерашнего падения (и долгой ночи на полу пещеры). Тем не менее, общее самочувствие было неплохим… За исключением голода, который тоскливо ныл под желудком.

Я задумчиво пригладила волосы, пытаясь убрать их в (относительно) аккуратный пучок. Странно, ночёвка была очень холодной, но в какой-то момент стало тепло… Я смутно припоминаю горячее дыхание и прикосновение, которое было таким приятным.

«Мог ли князь обнять меня? Хотя бы для того, чтобы спасти от ледяного ветра» — подумала я и тотчас смутилась. К слову… А где он?

Я укуталась в плащ и подошла к выходу из пещеры. Хао Вейян стоял на выступе, вчитываясь в строки письма. Так вот откуда был клёкот! Ему доставили послание. Скажу честно: в тот момент я выдохнула. Ведь это значит одно: нас непременно спасут.

— Уже проснулись, леди Шен? — князь задумчиво улыбнулся, опустив письмо. — Вы в порядке?

— Да, разумеется. — я улыбнулась, а затем уточнила. — Ваша рана…?

— Можете сами посмотреть.

Я негромко вздохнула и подошла ближе. Да уж, выглядит жутко… Но лучше, чем было вчера. По крайней мере, не кровоточит (хоть какое-то утешение).

— Мои люди уже нашли нас. — произнёс князь, бесстрастно оглядывая скалистую местность. — Поток реки унёс не так далеко, но… По лесу рыщут убийцы.

— Что? — выдохнула я, подняв взгляд. — Они… Хотят завершить начатое?

— Безусловно. Мои люди сбивают их со следа, но медлить больше нельзя. — Хао Вейян кивнул. — Переодевайтесь, леди Шен. Я подожду вас здесь.

Ах, точно, одежда же высохла! Я очень быстро убежала в пещеру и кое-как натянула верхнее платье. Да уж, у Шии получалось лучше, но как есть… Мне пришлось вернуть князю его плащ, а затем я спросила:

— Что дальше, Ваше Величество? Ждём, когда нас спасут?

Он ответил не сразу. Мужчина вернулся в пещеру и через несколько минут вышел полностью одетым. Князь посмотрел мне в глаза и проронил:

— Я могу отправить вас в защищённое место, леди Шен. Как спустимся с горы, мои люди вам помогут.

— А как же вы? — нахмурилась я.

— Мне нужно посетить город и сделать кое-что важное. То, что не терпит отлагательств.

— Тогда я пойду с вами!

Не знаю, откуда взялась моя сумасшедшая уверенность, но… Я не могу отпустить князя в одиночестве. Только не сейчас!

Хао Вейян посмотрел мне в глаза и неожиданно осклабился:

— Это как-то связано с вашим даром предвиденья?

Я на секунду застыла, а потом покраснела. Всё-таки Шия рассказала ему и об этом! О моём «предчувствии беды»… Боже, как стыдно.

— И вовсе это не дар. — пробормотала я. — Так, просто…

Хао Вейян не стал спорить и кивнул в сторону горной дороги. Так мы с ним начали медленный (и крайне опасный) спуск по нехоженым тропам.

— Я встречал многих шарлатанов, леди Шен. Среди шаманов и предсказателей их предостаточно. Однако… Мне встречались и настоящие прорицатели. — решительно произнёс князь.

Моё сердце забилось быстрее, а с губ сорвалось испуганное:

— И?

— Вы на них не похожи.

Князь усмехнулся, легко и быстро ступая по камням, а затем протянул мне руку:

— И всё же вы удивительно проницательны. Леди Шен знала даже о том, что я посещу храм Вечных Облаков.

Я чуть не споткнулась, неловко глядя на князя. Должно быть, у него накопилось ох как много вопросов… Вот только как на них ответить?

— Я не прорицательница, честно. Но… Однажды мне приснился странный сон. Будто история из прошлой жизни. Там была книга, в которой описывалось всё то, что мы проживаем сейчас.

Я смутилась под его пристальным взглядом и сжала протянутую ладонь.

— Абсолютно всё? — уточнил Вейян, вскинув брови.

Он помог мне перелезть через большой камень, придерживая за талию.

— Не совсем… Некоторые события изменились после моего вмешательства. — я негромко вздохнула, опустив подбородок. — В это сложно поверить, знаю.

Хао Вейян не ответил, но и не отпустил мою ладонь. Он продолжал идти по извилистой тропе, и заговорил вновь лишь спустя десяток минут:

— И как же сложилась ваша судьба в той книге, леди Шен?

Я… Думала, что он спросит о себе, но его вопрос застал меня врасплох.

— Никак. — выдохнула, горько усмехнувшись. — Я вернулась в Лун, потеряла близких и доживала свой век в одиночестве.

Мне стало до безумия горько от этих слов, но потом… Я не выдержала.

— А вы… Прошу, держитесь подальше от гор. Особенно в Лунцзи. Берегите себе, князь.

Ведь именно там его погибель. Донельзя трагичный момент в дораме… Тысячи стрел пронзили бравого воина, а тело его упало в расщелину. Цзенлан так не смог похоронить собственного отца, о чём сокрушался сильнее всего.

Но если будущее можно изменить… Я бы хотела поменять этот несправедливый финал.

— Благодарю за напутствие, леди Шен. — Хао Вейян слегка улыбнулся, и тропинка, наконец, привела нас к подножию горы.

Здесь было куда проще передвигаться, а вдалеке уже показались очертания деревенских хижин. Я слегка нахмурилась, невольно оглянувшись на князя. Наша одежда, конечно, не выглядит презентабельно, но всё равно… Дорогие ткани легко различить.

— Не бойтесь. — шепнул Вейян одними губами и уверенно повёл меня к ближайшему дому.

Именно он первым заговорил с хозяйкой — благовидной старушкой, которая вскоре пригласила меня присесть и принесла свежие булочки на пару.

— Кушайте, леди… Более сытную пищу мы готовим ближе к вечеру.

— Ничего, благодарю вас. — я смущённо улыбнулась и спросила. — А где мой… Спутник?

— Ваш жених скоро вернётся, не переживайте. — она добродушно кивнула, окончательно вгоняя меня в краску.

Но князь действительно вернулся через полчаса. В его руках был свёрток с одеждой, и…

— Простите, это кровь?! — я побледнела, опустив взгляд на его ладони.

— Не моя. — лаконично отозвался мужчина.

— Тогда… чья?

— Эти люди дали нам немного еды и одежду. Взамен я поймал для них дикого кабана. — спокойно пояснил князь.

— Вы… — я на секунду лишилась дара речи. — Вы же понимаете, что ваша рана может открыться?

Он лишь слабо улыбнулся в ответ, опустив свёрток на стол. После этого мужчина вышел, позволив мне переодеться. И что оставалось делать? Только подчиниться…

Одежда была простой, из грубой и дешёвой ткани. Не самое красивое (и приятное на ощупь) платье, но такая маскировка делает нас более неприметными. Я мельком взглянула в крохотное зеркальце и поразилась своему преображению. Теперь и не отличить от деревенской девушки… Что, конечно, к лучшему, когда рядом рыщут убийцы.

Я едва слышно вздохнула и выглянула из домика. Вейян уже смыл кровь с рук и также переоделся в простую одежду. Он посмотрел на меня и кивнул, всё так же уверенно протягивая ладонь.

— Нам лучше притвориться женатой парой. — мягко пояснил князь, поймав мой взгляд. — Так будет меньше вопросов.

— Да… Конечно.

Я смущённо кивнула, а затем надела соломенную шляпу с тонкой вуалью. И вот так мы продолжили путь по дороге, ведущей к ближайшему небольшому городу. Вначале я жутко нервничала. Любое шуршание в кустах воспринималось за смертельную угрозу! Казалось, будто за каждым поворотом нас поджидают вооружённые до зубов бандиты. И всё же… Присутствие Хао Вейяна успокаивало мои взвинченные нервы.

Он по-прежнему был спокойным и неторопливым, словно всё вокруг — не более чем обычная прогулка по окрестностям. И через некоторое время я тоже расслабилась. Тёплый ветер, запах влажной почвы, пение птиц и весёлый стрекот насекомых… Всё было таким обыденным, что я почти позабыла о жутком падении в реку и ночёвке на холодном камне.

— Ваши люди где-то рядом, ведь так? — чуть слышно спросила, сжимая ладонь мужчины.

— Да. Мастера маскировки притаились в лесу. Остальные ждут нас в городе. — незаметно улыбнулся князь.

Спустя несколько мгновений он склонился ко мне и шепнул:

— Не бойтесь, леди Шен. Даю слово: с вами ничего не случится.

— Так не пойдёт… — вздохнула я. — Лучше пообещайте, что не станете рисковать собой.

Знаем мы этих благородных мужей… Вечно готовы на самопожертвование, которое для всех закончится очень плохо!

Князь рассмеялся и задумчиво кивнул, оставив меня без ответа. А затем… впереди показались врата города. Вереница деревянных повозок тянулась к ним, вокруг было много людей и вьючных животных. Просто не протолкнуться!

Я невольно прижалась к князю, опасаясь потеряться в этой толпе. Знаю, что в городе мы не одиноки, но всё равно страшно… Благо, Вейян не возражал. Он уверенно вёл меня за собой, искусно лавируя среди людей.

Соломенная широкополая шляпа-конус частично прикрывала лицо князя, и со стороны в нём почти невозможно узнать того властного правителя Шуаньи. Мы прошли за ворота без особых проблем, и тогда я смогла в полной мере оценить этот небольшой город.

Что ж… Полагаю, главное место здесь — центральный рынок. Именно туда стекались все повозки, тогда как мы с князем направлялись в другую сторону.

— Куда мы? — едва слышно спросила я.

— В книжную лавку. — Хао Вейян склонился, обжигая дыханием ушную раковину. — Когда зайдём туда — сделайте вид, будто искренне заинтересованы. Ходите, выбирайте книги… И, если я исчезну на пару минут — не подавайте виду.

— Д-да, понимаю!

Я нервно вздохнула, стараясь не нервничать понапрасну. Вот тебе и тайное задание, Юнли… Впрочем, дальше всё прошло без нареканий. Лавка была маленькой, а книжные полки — полупустыми. Тем не менее, я имитировала бурный интерес, неторопливо гуляя между стеллажами. Князь следовал за мной, как примерный муж, но в какой-то момент действительно испарился. Не знаю, что за тайный проход спрятан в этой лавке, но фокус удался!

И всё же, я продолжала неторопливо шуршать страницами, делая вид, будто зачиталась книгой. К слову, это стихи не лучшего качества… Поэт-недоучка усиленно писал о коварстве и греховности женщин, поминая их недобрым словом в каждом четверостишье. В какой-то момент я даже заподозрила, что это творчество владельца лавки! Но затем…

— Интересная книжка? — Хао Вейян склонился надо мной, лукаво улыбаясь.

Он возник рядом так внезапно, что я на секунду опешила, после чего резко захлопнула книгу.

— Нет! Путевые заметки куда лучше.

Князь хмыкнул и жестом пригласил меня выйти на улицу:

— В таком случае, скоро я подарю вам новые.

Я гордо вздёрнула подбородок и решила, что точно потребую от него исполнения всех обещаний. Небольшое утешение за потраченные (после падения) нервы…

Мы вышли на улицу, и Вейян сразу же свернул влево, к потрёпанному постоялому двору. Признаться честно, в таких мы не останавливались даже тогда, когда путешествовали из Луна в Шуаньи… Здесь всё кажется тоскливым и грязным. Кажется, я видела таракашек прямо на входе! Но князь выбрал это место, а значит… Придётся смириться. Нет, он у меня одними книгами не отделается!

— Доброго вам дня. Мы с женой хотим остановиться на одну ночь. — дружелюбно проронил Хао Вейян.

Я слегка опешила от его весёлого (где-то даже легкомысленного) тона. А этот мужчина удивительно хорошо притворяется… Мне даже не по себе стало.

К счастью, хозяин двора не задавал лишних вопросов, и вскоре мы поднялись в «желанную» комнату. Второй этаж, тесное и мрачное помещение со скрипучей кроватью и двумя кривыми стульями. Как хотите, но я не лягу в эту постель. Над ней будто висит незримая табличка: «Осторожно! Злые клопы».

— Леди Шен. — Хао Вейян понизил голос и чуть нахмурился. — Прошу, отнеситесь к моим словам со всей серьёзностью. Вам придётся остаться здесь в одиночестве на несколько часов. Не вздумайте спать и не открывайте двери. Если кто-то будет стучаться — молчите. Я вернусь поздней ночью, и тогда мы покинем город.

— Ясно… — я глубоко вздохнула, а затем спросила. — Пока вы не ушли, могу я проверить рану?

Меня не радовала перспектива оставаться в одиночестве, но… Что поделать. Хао Вейян и без того сделал одолжение, когда взял с собой обузу в моём лице.

Мужчина едва заметно кивнул:

— Хорошо. У меня есть немного времени на то, чтобы подлечиться.

Уже в тот момент я заподозрила неладное. Похоже, его раны открылись! Кровавый князь вновь разделся по пояс, оголяя крепкую мускулистую спину… С алыми разводами. Я подавила яростный крик и едва не топнула ногой. Ну точно же! Полез в драку с кабаном и вот результат…

— Вы совсем себя не бережёте.

Он едва слышно вздохнул, а затем произнёс:

— … Лекарство и бинты для перевязки передали мои люди. Вы справитесь, леди Шен?

— Думаю, да.

Я потянулась к флакончику, предусмотрительно оставленному на столе. Мазь в нём была пахучей, вязкой, немного неприятной на ощупь. Но она быстро впитывалась в рану, оставляя едва заметный бледно-зелёный след.

— А ваш сын знает… что вы живы? — тихо спросила, стараясь максимально аккуратно обрабатывать повреждённую кожу.

— Цзенлану уже сообщили. — голос князя ощутимо потеплел, и тогда я не удержалась, задав новый вопрос:

— Он действительно ваш сын? Извините за бестактность, просто… Цзенлан совсем на вас не похож.

Князь некоторое время молчал, прежде чем ответить:

— Его отец — мой покойный брат. Мать была служанкой, которая умерла вскоре после родов. Брат так и не узнал, что она беременна.

— Ох, это… Простите. — покаянно прошептала я.

— Ничего, леди Шен. Я воспитывал Цзенлана с юных лет, старался заменить ему обоих родителей, но это не так просто. — Хао Вейян отошёл, как только я закончила перевязку. — А сейчас я должен поскорее разобраться с проблемами, дабы вернуться домой. Ждите здесь, леди Шен. Я скоро вернусь.

Нет ничего хуже бездействия. Тогда время течёт особенно медленно, а в мыслях зарождается уродливый червячок тревоги. За окном уже стемнело, а я не решалась зажечь лампу. Боялась привлечь лишнее внимание… Уж лучше затаиться, как и просил князь.

Я мерила шагами маленькую комнату, бродила из стороны в сторону, пытаясь избавиться от липкого напряжения. Но увы — воображение рисовало в сознании спутанные, мрачные образы.

Я изменила сюжет. Теперь это стало до боли очевидным: ведь многих событий просто не было в дораме. До сих пор я тешила себя мыслями, что изменения не так уж велики… Да, они затронули отношения Цзенлана и Сюнин, но не сильно. Верно?

«Нет, совсем неверно!»

Недавние события доказали одно: сюжет уже сошёл с рельсов, наш незримый поезд упрямо мчится в неизвестность. И главный вопрос очень прост: удастся ли мне прийти к тому самому «счастливому финалу»? Не знаю. Хоть бы князь не пострадал…

Мы провели с ним не так много времени, а я уже чувствую, что он единственный, с кем мне хочется быть от начала и до конца. Эта любовь чертовски мучительна: она сжимает сердце волнением, обжигает щёки румянцем и ежечасно дарит глупую надежду на счастье…

Хао Вейян не был моим принцем. Едва ли он женится на девушке из Цветника, и даже роль наложницы для меня недоступна… Всё потому, что князь поглощён грядущей войной. Совсем скоро он покинет Шуаньи ради последней битвы, в которой прольётся много крови. Вейян много лет тайно готовил войско, способное смести армию Луна.

Но посреди всех заговоров и интриг я (наивно) мечтаю о том, чтобы он обратил на меня внимание и, возможно… Нарушил привычные устои своей жизни.

«До невозможности глупая мысль»

Я подошла к окну, следя за размытыми силуэтами людей. Около постоялого двора было довольно много пьяниц и бродяг, их хаотичные движения особенно бросались в глаза. Но ещё рядом шныряли воры, убийцы и наёмники… Они скрывались в тенях, прыгали по крышам и привносили оттенок страха в этот скудный пейзаж.

Я поёжилась, опустила ладони на подоконник и в этот момент… Окно вдруг распахнулось. Князь спрыгнул на пол с грацией дикого зверя, а потом без слов притянул меня ближе.

Я даже пикнуть не успела — и в следующий миг оказалась на улице, прижимаясь к крепкой груди Вейяна. Крик застыл в моём горле, растворившись на тёмных улицах города.

Кровавый князь стремительно и легко опустился на землю, после чего улыбнулся:

— Простите за дерзость, леди Шен. Нам пора.

И мы вновь сорвались с места в безумный бег. Впервые за долгое время я смогла увидеть всю его силу. Ловкость натренированного бойца, поразительная быстрота движений… Казалось, будто князь дышит ночным городом, вбирает его энергию и преобразует в безудержную решимость.

Он остановился лишь в тот момент, когда мы преодолели ворота. Там нас ждала повозка и всадники на быстрых лошадях. Один скакун явно предназначался для Хао Вейяна… А вот экипаж точно для меня.

— Прошу вас, леди Шен. Скоро мы вернёмся в поместье.

Его уверенная улыбка и прикосновение тёплой ладони на прощание… Клянусь, в тот момент моё сердце задрожало. Я вдруг поверила в невозможное: в то, что Хао Вейян и вправду ко мне что-то чувствует.

Ночь рассыпалась под ногами быстрых коней, колёса повозки без устали неслись по дороге. И я медленно засыпала, пытаясь сохранить то тепло, что подарил мне князь. Тогда в моём сердце ещё не возникло дурное предчувствие… А ведь беда была совсем рядом.

Поместье Вейяна.

Кровавый князь вернулся. Замершее в сонном оцепенении поместье, наконец, пробудилось. Взбудораженные слуги передавали благую весть из уст в уста: правитель Шуаньи жив! Он вернулся и намерен свершить правосудие.

Хао Вейян не собирался медлить. Соратники тайно провели расследование и вычислили всех предателей. Виновные уже были схвачены, но с одним из них он должен поговорить лично.

— Отец! — Цзенлан едва успел нагнать Вейяна, не скрывая счастливой улыбки. — Слава богам, ты жив и здоров… Теневой мастер донёс мне о твоём состоянии, но я всё равно волновался.

— Прибереги волнение для других, сын. — задумчиво произнёс Кровавый князь. — Ночь ещё не закончилась.

Цзенлан невольно поёжился, понимая истинное значение его слов: всё закончится лишь тогда, когда предатель понесёт справедливую кару. Но наследник до сих пор не знал, кто повинен в страшном злодеянии…

Он помнил, как взбесилась лошадь Юнли Шен, как отец пытался помочь ей — и они вместе упали с обрыва. Тогда ошеломлённый Цзенлан хотел сорваться на подмогу, но его остановили телохранители. Именно они обнаружили ту коварную траву, призванную погубить князя.

Внезапно, Хао Вейян остановился. Его плечи покрывал чёрный плащ с вышитым золотым тигром. Подобные одеяния всегда были знаком тяжкого (но необходимого) решения.

— Ты уверен, что хочешь видеть предателя? — прямо спросил князь, опустив подбородок.

— Я…

Цзенлан вдруг осознал: впереди дверь, которая отделяет его от жестокого потрясения. Но если он струсит и уйдёт… Потрясение всё равно настигнет его позже.

— Я хочу. Хочу посмотреть в глаза тому, кто желал твоей смерти.

— Да будет так.

Хао Вейян кивнул и решительно открыл дверь, заходя в тёмное помещение. Оно пропахло кровью, потом и слезами. Ведь это была тюремная камера — последнее пристанище для врагов князя.

— Ваше Величество. — управляющий Фан напряжённо оглянулся. — Я… Я сделал всё так, как вы велели.

— Да. Благодаря этому я успел перехватить письмо в городе, где укрылись убийцы. — Кровавый князь задумчиво усмехнулся, но вскоре усмешка его пропала.

Он приблизился к камере, молча разглядывая предателя.

— М-матушка Гуань! — и только сейчас ошеломлённый голос Цзенлана прервал воцарившуюся тишину. — Отец, это какая-то ошибка!

Наследник посмотрел на князя и, не найдя ответа, повернулся к управляющему:

— Это ведь… неправда?

— Простите, юный господин. — Фан поклонился, скрывая скорбь на лице.

— Гуань. — холодный голос Вейяна заставил её встрепенуться.

Женщина приблизилась к прутьям клетки, а затем упала на колени:

— Простите… простите меня.

— Ты подвела меня. Подвела всех нас. — медленно произнёс он, прикрыв глаза. — Когда-то именно ты кормила того коня, а теперь он мёртв. Мой боевой товарищ бесславно погиб, разбившись о камни.

— Я… Я узнала об аквилле случайно. — прохрипела Гуань, стиснув зубы. — Я… сожалею.

— О том, что выдала наше местоположение? Или о том, что помогла убийцам обосноваться в том городе? — медленно спросил князь. — Гуань, ты была верна мне. Что толкнуло тебя на предательство?

Она содрогнулась всем телом, храня молчание.

— Матушка Гуань, пожалуйста… Скажи правду! — почти отчаянно воскликнул Цзенлан, подходя ближе.

Эта женщина воспитывала его, была рядом с самого детства. Он просто не мог поверить в то, что она решилась на зверское предательство!

— Моя дочь была похищена этими извергами! Теми самыми, из Луна… — выдохнула Гуань. — Я… Со мной связались Её люди. Они нашли мою девочку в борделе… Где-то в Лунцзи. Пообещали, что освободят её, если я помогу… Всего один раз.

Она закрыла лицо руками:

— Будто демоны захватили мой рассудок… Я не хотела вашей смерти. Не хотела! Я почувствовала такое облегчение, когда вы вернулись…

Матушка Гуань обняла себя за плечи и горько заплакала под бесстрастным взглядом князя.

— Вы помогли убийцам проникнуть в наши города. — протянул Вейян, прикрыв глаза. — В чём ещё вы повинны, Гуань?

— Ни в чём! Я больше ничего не делала, клянусь… — она стиснула зубы и прошептала. — Прошу, поверьте мне, князь.

— Я не могу верить той, кто предала меня.

Хао Вейян развернулся и проследовал к выходу, оставляя плачущую женщину наедине с тюремщиками. Цзенлан догнал отца, когда тот вышел из подземного зала.

— Что… что теперь с ней будет? — взволнованно спросил наследник.

— А ты как думаешь? — Кровавый князь устало прикрыл глаза, привалившись плечом к сливовому древу.

— Казнь.

Голос Цзенлана осип, смешиваясь с отчаянием.

— Ты не хочешь её смерти? — прямо спросил Вейян и понимающе усмехнулся. — Я тоже.

— Правда? — невольно выдохнул Цзенлан.

— Я знаю, что на неё надавили. Знаю, как тяжело сохранять верность, когда на карту поставлена чья-то жизнь. Но её предательство могло разрушить всё. Всё княжество Шуаньи.

Цзенлан опустил подбородок и, наконец, кивнул:

— Я понимаю, отец. И не прошу о снисхождении. Пусть её постигнет справедливая кара.

Эти слова давались ему с трудом, но Цзенлан уже принял решение. Матушка Гуань, которая нянчилась с ним — осталась в прошлом. Где-то за пределами той страшной войны с императрицей.

— …Есть кое-что, о чём я хочу рассказать тебе, отец.

Юнли Шен.

Матушка Гуань исчезла. Её пропажа была тихой, внезапной и (к сожалению) вполне объяснимой. Слуги не говорили об этом напрямую, но правда плавала на поверхности — именно она ответственна за беды, что постигли князя… И меня тоже.

После возвращения я чувствовала себя неважно. Приглашённый лекарь осмотрел все синяки и ссадины (а их оказалось очень много!). Так что сейчас моя комната пропахла благовониями и лекарственными мазями. Шия не отходила от меня ни на шаг. Она была очень напугана произошедшим и настояла на длительном отдыхе… Который и впрямь был мне необходим.

А вот у князя по-прежнему слишком много дел. Несмотря на ранение, он почти сразу покинул поместье! И это единственная новость, которую я смогла узнать от Шии.

В последнее время всё вокруг было каким-то странным. Будто сама атмосфера изменилась (и совсем не в лучшую сторону)! А вскоре Моин Джан пролила свет на происходящее…

— Ты, верно, ничего не знаешь? — вздохнула она, игнорируя недовольства Шии.

Моин пришла без приглашения, мотивируя это тем, что «леди Шен и без того достаточно отдохнула».

— Что именно? — нервно уточнила я, откладывая в сторону книгу. — Если ты о пропаже Гуань, то…

— Нет, совсем нет. На твоём месте я бы побеспокоилась о другом. Вернее… О Сюнин Тао.

Моё сердце невольно пропустило удар. Кстати говоря… А как поживает героиня? Всё это время о ней совсем не было вестей, а я немного выпала из основного сюжета.

— Что с ней? — медленно спросила и сама удивилась тому, насколько серьёзно прозвучал вопрос.

Но Моин тоже не улыбалась:

— Она… станет наложницей Цзенлана.

Скажу честно: в тот момент я удивилась. Это было и в оригинальной дораме, но…

— Как?

— Сама не понимаю! — Моин в сердцах хлопнула ладонью по столу. — Когда вы с князем пропали, принцесса Лиюань была… очень напугана. Она плохо себя чувствовала, и наследник не ночевал в её покоях. А леди Тао этим воспользовалась. Слуги шепчутся о том, что она вышла к нему с белоснежными волосами, будто лунная богиня. Сыграла на флейте, очаровала его — и попросила об одном: стать наложницей.

Я едва не схватилась за голову. Как это… Что вообще происходит? Сюнин никогда не действовала так агрессивно в оригинальной истории! Она была гордой, собранной, а ещё…

«Ты сама изменила её сюжет, помнишь? В дораме Сюнин постоянно сталкивалась с лишениями. Сам сюжет толкал её в объятия Цзенлана, но их связь была вынужденной и болезненной. Сейчас же всё иначе. Сюнин оказалась на обочине чужой сказки. Наследник перестал столь рьяно идти на сближение, и оттого Тао изменила своё поведение. Её манёвр — решительный и донельзя отчаянный. Можно сказать, что Сюнин поставила на кон собственную жизнь… И открыла тайну своих чудесных волос»

— И наследник согласился? — хрипло спросила я, глядя в глаза Моин.

— Да. — леди Джан презрительно скривилась. — Принцесса была в ярости! Говорят, она молча собрала вещи и временно уехала в долину Руй… Князь тоже был разочарован, когда узнал правду.

Чуть позже я узнала у Шии подробности. Хао Вейян не стал вмешиваться в семейные дела сына, но категорически отказался от любых церемоний для «новой наложницы». Проще говоря, Сюнин придётся принять крайне унизительное положение… Но даже это можно считать милостью.

Ведь она отказалась от девичьей чести, предложив себя наследнику. После такого выбор невелик: либо стать любовницей, либо пережить позорное изгнание со смертельным исходом. В общем, ничего хорошего…

Я наблюдала за изменённым сюжетом с замиранием сердца. В эти дни поместье резко опустело: князь уехал разбираться с заговорщиками, принцесса так и не вернулась, а Сюнин заняла двор Азалии… Цзенлан принял её как наложницу, но (кажется) сам был не рад этому. По крайней мере, девушки Цветника ехидно шептались о том, что он её совсем не навещает. А затем… В поместье вновь прибыла сваха.

На сей раз с брачными дарами. Некоторые девушки Цветника должны нас покинуть… В том числе и Моин Джан. Я пришла проводить её на рассвете, с некоторой грустью наблюдая за тем, как ловко слуги загружают экипаж.

— Жаль, что нам нельзя быть на твоей свадьбе. — чуть слышно вздохнула я.

— Ничего! Я обязательно приглашу тебя чуть позже. — заулыбалась Моин. — Честно говоря, я долго ждала этого дня. Мой муж очень милый, но, что важнее: я сама его выбрала. Это ли не удача?

Мне оставалось лишь улыбнуться. Она права. В том мире, где за девушек всё решают, совершить собственный выбор — настоящая ценность. И пусть свадьба будет недостаточно роскошной, а церемония не слишком пышной: всё это не так важно. Я верю, Моин справится и будет очень счастлива со своим мужем.

— В добрый путь. Пусть твоё будущее будет светлым и безоблачным. — искренне пожелала я.

Мы обнялись на прощание, а затем она шумно вздохнула, в последний раз оглянувшись на поместье.

— Юнли Шен… Я дам тебе последний совет, ладно? Не упусти свой шанс с тем человеком. И… Будь осторожна с Сюнин Тао. Я чувствую: её характер изменился не в лучшую сторону.

Тогда я недоверчиво улыбнулась, покачав головой. Да, возможно, Сюнин стала порывистой, но это ведь не делает её плохим человеком…

«Вопрос в другом, Юнли. Была ли Сюнин изначально «хорошей»?»

Она позвала меня через два дня. Прислала вежливую (но суровую) служанку, которая сдержанно вымолвила:

— Наложница Тао приглашает вас на ужин.

Никаких лишних слов, никаких пояснений. Я непонимающе нахмурилась, а затем согласилась. Нет смысла избегать этой встречи, хотя… Я правда не понимаю, зачем понадобилась Сюнин.

Одно время мы «почти» ладили, но это приятельство быстро сошло на нет в поместье Вейяна. Леди Тао, кажется, считает меня неприятной помехой на своём пути, а переубедить её просто невозможно.

В какой-то момент я смирилась с тем, что дружба нам не светит, но… К чему тогда приглашение на ужин? Не знаю. Мне нечего с ней делить и не о чем говорить. В мыслях невольно возникло предостережение Моин, и я чуть нахмурилась, перебирая цветные ленты из шкатулки.

Прямо сейчас в поместье неспокойно. Раньше за слуг отвечала матушка Гуань, а после замужества некоторые обязанности легли и на плечи принцессы… Но теперь кое-кто томится в тюрьме, тогда как Лиюань отказывается возвращаться к мужу. Управляющий Фан один не справляется, князь уехал, и… Получается, что основная власть сосредоточена в руках Цзенлана.

«Но присматривать за слугами — совсем не мужское дело… Думаю, он временно передал эти полномочия Сюнин»

Это многое объясняет. В конце концов, сваха в последнее время чуть ли не ночует в поместье, устраивая браки красавиц Цветника. Сюнин будто пытается поскорее избавиться от всех нас… Но, возможно, я зря на неё наговариваю.

«Самое время отозваться на приглашение и узнать правду»

Шия неохотно помогла мне собраться. Она с самого начала противилась приказам наложницы Тао, которую за глаза все называли «лисицей».

— … Она воспользовалась наследником! — проговорила Шия, впервые проявив откровенное неуважение. — Надавила на его чувства и теперь бесстыдно торжествует.

Я лишь растерянно пожала плечами. Цзенлан тоже хорош: только женился, а уже завёл себе новую женщину! Бедная Лиюань… Впрочем, ситуация крайне неоднозначная. Меня смущает пугающая угрюмость наследника. Казалось, будто он поддался случайному порыву и рад бы вернуть всё назад — да слишком поздно.

В любом случае, мне оставалось только переодеться и пойти к главной виновнице сего торжества. Двор Азалии (если сказать честно) был довольно скромным и неприметным. Он точно не сравнится с роскошными комнатами принцессы, но это логично… Разница в статусе главной жены и наложницы очевидна.

По крайней мере, этот двор был достаточно просторным. Сюнин сидела во главе стола, на котором уже разместили ароматные блюда. Рацион чуть побогаче, чем у дев Цветника, но разница небольшая.

— Светлого вам дня, наложница Тао.

Я церемониально поприветствовала её и присела на предложенное место. Служанки тотчас засуетились вокруг, но исчезли, как только Сюнин щёлкнула пальцами.

И тогда я немного нахмурилась, разглядывая леди Тао. Её (отныне) серебристые волосы были уложены в аккуратную причёску. Подвески из нефрита подчёркивали зелень прекрасных глаз, а новое платье из тёмного шёлка идеально село по фигуре. Сюнин выглядела прекрасно, но было в её лице что-то холодное, до боли жестокое.

В тот момент… Она вдруг напомнила мне императрицу. То был краткий проблеск, ошпаривший мою спину дурным предчувствием.

— Вам всё нравится, леди Шен? — учтиво спросила Сюнин, не слишком усердно играя роль доброй хозяйки.

Я едва заметно кивнула, хотя успела взять только одну паровую булочку.

— Слуги донесли мне о том, что после возвращения вы много болели… Это правда?

Я на секунду растерялась. Болезнью моё состояние уж точно не назовёшь… Всего лишь усталость, помноженная на синяки и ушибы.

— Сейчас всё хорошо. Не стоит переживать обо мне. — натянуто улыбнулась, стараясь унять напряжённые нервы. К чему все эти вопросы, Сюнин?

— Прекрасно. — она улыбнулась, а затем подпёрла подбородок ладонью. — Тогда я спрошу прямо: леди Шен намерена и дальше жить здесь?

— Что?

В тот момент я действительно не поняла, о чём идёт речь. Но осознание пришло довольно быстро…

— Другие девушки из Цветника уже подыскивают себе мужей. Только вы до сих пор бездействуете.

Она хочет изгнать меня из поместья. Не напрямую, но через брак с кем-либо. И это просто поразительно! С каких пор Сюнин такая резкая?

— Я не собираюсь выходить замуж. — упрямо прошептала, поджав губы. — Его Величество осведомлён о моём решении, так что…

— Да, но вы себя опорочили.

Она сказала это с насмешливым спокойствием, пододвигая ближе чашку чая. А я с трудом сдержала рвущееся негодование:

— О чём вы, наложница Тао? Потрудитесь объясниться.

— Вы упали в бурную реку вместе с князем. Провели много времени наедине и, судя по отсутствию лихорадки… Его Величество согрел вас той ночью.

Я покраснела. Не от смущения, но от ярости! Да как она смеет говорить подобное?

— Вы сейчас оскорбляете не только меня, но и правителя Шуаньи. — холодно процедила я.

— Но это то, о чём шепчутся слуги. — надменно усмехнулась Сюнин. — Возможно, вы не замечаете, леди Шен… Я знаю, ваша служанка пыталась сдержать эти сплетни, но что толку? Для всех в поместье вы потеряли свою чистоту. И если уж Его Величество не собирается жениться… Вывод напрашивается сам собой.

— Какой? — прошипела я.

— Вы ему не нужны. — Сюнин улыбнулась, постукивая пальчиками по фарфоровой ручке. — Уезжайте. Я даю вам шанс выбрать себе мужа со свахой.

— Нет. — мой голос прозвучал отрывисто и глухо.

Даже если она права… Я всё равно не выйду замуж!

— Вот как? Вы планируете и дальше портить репутацию княжеского поместья? — Сюнин надменно вскинула брови. — Напрасно, леди Шен.

— Вы… За что вы меня так невзлюбили?

Я правда не понимаю. С самого начала мне хотелось помочь героине… Возможно, я действовала слишком импульсивно, но откуда такая ненависть?

Сюнин ответила не сразу. Она нахмурилась, опустив взгляд в пол, а потом медленно проронила:

— Меня всё чаще посещает престранное чувство, леди Шен. Будто вы — угроза.

— Что? — я даже подобралась, с изумлением взирая на неё.

— Дело не в ваших словах, или поступках. — протянула Сюнин. — Леди Шен не желает мне зла, но… Вы как заноза в ладони. Порой кажется, будто моя судьба должна сложиться иначе. И когда я думаю об этом — перед глазами вновь возникает раздражающая Юнли Шен.

Я оцепенела от такой «искренности» героини. На самом деле, она… права? Её жизнь изменилась из-за меня.

«Но так ли плохи эти изменения? Я пыталась унять бесконечные страдания оригинальной дорамы, однако Сюнин в итоге ожесточилась. Будто изначально она была именно такой… Амбициозной и резкой. Возможно, это правда»

— Я не выйду замуж. — ещё раз проговорила, упрямо глядя ей в глаза. — Его Величество сказал, что позволит мне остаться в поместье.

— Да, но… Сейчас решает не он. — мягко осклабилась Сюнин. — А Цзенлан.

Я не верила, что наследник насильно отошлёт меня прочь, но… Глядя в ледяные глаза героини, мне впервые стало по-настоящему страшно.

Цзенлан Вейян.

Он пытался поговорить с ней. Писал длинные письма, в которых объяснялся в чувствах — и не получил ответа. Цзенлан был готов ко многому: испытать на себе праведный гнев Лиюань, выпрашивать у неё прощение… Но вместо этого принцесса просто исчезла.

Она молча уехала на рассвете, и это было больнее всего. Лиюань укоряла Цзенлана, и её безмолвный протест грыз его сознание, доводя до отчаяния. Принцесса не сказала ни слова — но напомнила об обещании.

Цзенлан говорил, что не станет брать наложниц. Особенно из Цветника. Но он нарушил своё обещание и, одновременно с этим, разочаровал отца. Тяжёлый взгляд Хао Вейяна оседал горьким привкусом на кончике языка.

Князь сказал:

— Если ты так решил — придётся принять и последствия этого выбора. Я не могу вечно направлять тебя, Цзенлан. Ты женатый человек, а свадебные клятвы налагают некоторые обязательства. В том числе: придётся быть честным не только с собой, но и с женой. Ты хочешь осчастливить леди Тао? Хорошо, пусть так. Но вполне возможно, что принцесса никогда тебя не простит.

Отец всегда был до боли откровенным, и Цзенлан не мог поспорить с его правотой, но… Было ещё кое-что, о чём наследник не решился сказать вслух. В ту ночь, когда Сюнин Тао пришла к нему, на её рукавах были вышиты золотистые птицы с длинными хвостами. Они напоминали тех самых фениксов из древних легенд.

Сюнин наигрывала на флейте нежную, тоскливую мелодию. Её белоснежные кудри разметались по плечам и серебрились в свете луны. Цзенлан замер, не в силах пошевелиться. В тот момент его сердце, безусловно, дрогнуло. Но песня оборвалась — и чарующий образ рассеялся, оставляя лишь глубокое чувство утраты.

— Прошу, сделайте меня своей наложницей.

Она просила (нет, молила!) только об этом. Её голос трогательно дрожал, а на щеках вспыхнул слабый румянец. Такая девушка могла сломить решимость любого, но Цзенлан медленно покачал головой:

— Прости.

Он намеревался исполнить обещание, данное Лиюань, однако… Леди Тао заплакала. И сердце его вновь дрогнуло.

— И что мне теперь делать? Умереть, пытаясь смыть кровью позор? Я пришла к тебе, отринув собственную гордость. Слуги видели нас вдвоём… Если я не стану наложницей, проще сразу нырнуть на дно пруда.

— Сюнин, они не будут злословить за твоей спиной. — нахмурился Цзенлан.

— Ты лжёшь. — выдохнула Сюнин, глядя ему в глаза.

Её покрытое слезами личико было особенно прекрасным под этой луной:

— Цзенлан, мои необычные волосы — символ великого предназначения. Поверь, я стану фениксом, который вознесёт Шуаньи к небесам… Только позволь мне остаться рядом.

Почему же он согласился? Поддался её слезам и мольбам о помощи? Или…

«— … Есть шанс, что всё сложится иначе. Если рядом возникнет феникс, что опалит тьму огнём — дракон воспарит выше прежнего, и сам войдёт в новую эру»

Пророческие слова монаха, птицы на её рукавах и роковой феникс… В тот момент Цзенлан подумал, что это судьба. И принял решение, тяжесть которого мучает его до сих пор.

Мимолётный шелест отвлёк Цзенлана от мыслей. На миг ему почудилось, будто Лиюань вернулась — но на пороге стояла Сюнин. По-прежнему прекрасная, но удивительно чужая в этот злополучный час.

— Ты отправила Шию к родным. — вместо приветствия произнёс Цзенлан.

— Всего на пару дней в другой город. Она ведь давно просила о небольшом отдыхе, не так ли? — чуть улыбнулась Сюнин.

Теперь, когда власть в поместье (частично) принадлежала ей, наложница Тао вела себя куда более раскованно.

— Почему именно сейчас? — нахмурился Цзенлан. — Шия не хочет уезжать. Её леди толком не оправилась.

— Юнли Шен прекрасно себя чувствует. — покачала головой Сюнин. — Более того: она хочет покинуть поместье.

— Что? — Цзенлан непонимающе вскинул брови. — В каком смысле?

— В последнее время мы с ней часто общаемся. — пояснила наложница. — И леди Шен, наконец, изъявила желание выйти замуж. Я уже подобрала для неё неплохого мужа.

— Нет, постой, это…

Наследник резко покачал головой, пытаясь собраться с мыслями.

— Это какая-то ошибка. Мой отец, он…

— Прекрасный человек, который никогда на ней не женится. — проговорила Сюнин. — Все это понимают. Пойми, Юнли Шен была очень напугана… Её жизнь совсем недавно висела на волоске. А быть рядом с князем… Это вечная опасность.

— Но мой отец спас её. — упрямо проронил Цзенлан.

— Да, в этом и проблема… Теперь все слуги шепчутся о том, что леди Шен потеряла свою чистоту. Поэтому ей стоит как можно скорее выйти замуж. Нельзя допустить, чтобы эти сплетни испортили чью-то репутацию… — вздохнула Сюнин.

Цзенлан на несколько минут замолчал, а потом решительно поднялся с места, приближаясь к двери.

— Куда ты? — нахмурилась наложница Тао.

— Хочу поговорить с ней. — признался Цзенлан. — Возможно, страх затуманил ей разум, однако… Мой отец никогда так не привязывался к женщинам. Он относится к ней иначе, нежели к остальным. Очень бережно, и… Я думаю, случилось какое-то недоразумение.

— Наследник, это неуместно. — голос Сюнин стал тише и строже. — Вы собираетесь зайти к незамужней девушке и поговорить на неподобающие темы. Разумеется, леди Шен не станет обсуждать с вами вопросы брака… Она ведь робкая, не забывайте.

Цзенлан остановился, задумчиво опустив подбородок. Юнли Шен… Была ли она на самом деле такой робкой? Наследник сомневался, но в одном признавал правоту Сюнин: ему неуместно идти к юной девушке на ночь глядя.

— Прошу, давай дождёмся возвращения моего отца. — проговорил он.

— Это всё усложнит. — покачала головой Сюнин. — Если вы и вправду желаете счастья леди Шен, стоит отпустить её прямо сейчас.

Наложница Тао казалась спокойной и собранной, но её пальчики сжались в кулаки под расшитыми рукавами, а ногти впились в кожу. Сюнин знала, что произошедшее будет сложно скрыть от князя, однако… Она не могла поступить иначе.

Вязкие сны, туманные видения и дурное предчувствие истощили её рассудок. Сюнин знала одно: если сейчас она не избавится от леди Шен, та погубит её жизнь, исказит предназначение. А потому Юнли должна покинуть поместье в кратчайшие сроки. Как только она выйдет замуж — даже князь не сможет ничего изменить.

Цзенлан проводил свою наложницу задумчивым взглядом. Он посмотрел на начатое письмо, и рука его дрогнула в немом желании срочно написать отцу.

Жизнь порой подкидывает сюрпризы и (как правило) крайне неприятные. После перерождения я думала, что меня уже ничем не удивить в этом мире, но… Нет. Как оказалось, не всё так очевидно.

Я сидела в оцепенении на собственной кровати, чувствуя тошнотворную слабость. Сюнин Тао, эта «благородная» героиня… Просто заперла меня в спальне. Со дня нашей встречи я не видела Шию. Вместо этого молчаливые служанки Сюнин под конвоем отвели меня обратно в дом и посадили под замок!

Напрасно я кричала и требовала отпустить, напрасно ломилась в двери… Те женщины редко кормили меня, объясняя это «особой диетой», и постоянно приносили дурнопахнущие лекарства, которые я выливала в вазу.

Сюнин навещала меня несколько раз в день и упрямо спрашивала:

— Так что же, леди Шен, не хотите замуж?

— Наложница Тао решила взять меня измором? — я нервно усмехнулась, скрестив руки на груди. — Напрасно. Я никогда не соглашусь.

— Посмотрим. — и она вновь осклабилась, вызвав у меня нервную дрожь.

Её служанки были чужими, явно новенькими в поместье. Возможно, по этой причине они беспрекословно подчинялись Сюнин… А я всё сильнее паниковала. Моя единственная надежда на скорое возвращение князя, но сколько придётся ждать? Дни? Недели?

Из-за недостатка пищи я чувствовала возрастающую слабость. Возможно, Сюнин подсыпала и в еду какие-то лекарства… Мне плохо. Плохо и страшно от этого заточения. Впрочем, леди Тао не собиралась держать меня взаперти вечно.

Наутро третьего дня её служанки вошли в комнату без разрешения. Они начали вытаскивать сундуки, грубо собирать вещи… И тогда я поняла: наложница Тао собралась выставить меня из поместья силой! Просто отправить в руки какому-то мерзавцу, невзирая на несогласие.

Попытка побега не увенчалась успехом — служанки быстро скрутили мне руки и засунули в рот какую-то горькую гадость… От неё тошнота усилилась, а в голове предательски помутнело.

— … Зря мы не послушали наложницу. Нужно было сразу её лекарством накормить. — пробормотала одна из них, тяжело вздыхая.

Вскоре они потащили меня к выходу из поместья. Голос ослаб из-за странного препарата, ноги подкосились… Я едва не плакала от бессилия, отчаянно пытаясь вырваться из крепкой хватки. Но там, за воротами, меня уже ждал скромный экипаж (больше похожий на катафалк).

Наложница Тао появилась в рассветной дымке. Её лицо покрывала белая вуаль, которая идеально сочеталась с серебристыми волосами героини. Она подошла чуть ближе, скучающе разглядывая мои пожитки:

— Пришло время прощаться, леди Шен. Я взяла на себя смелость подобрать вам мужа. Он из небольшой учёной семьи, но имеет хороший потенциал. Вдовец, недавно потерял жену. Ему не так важно, кто станет второй супругой — лишь бы заботилась о новорождённом ребёнке. Думаю, вам это под силу, леди Шен.

Сюнин сделала паузу и едва заметно улыбнулась:

— Не следует меня ненавидеть. Я выбрала достойного кандидата, и это вполне честно. Леди Шен когда-то пыталась помочь мне, а я не люблю отвечать злом на добро.

Я посмотрела ей в глаза и горько улыбнулась. Да, в той дораме мне и вправду казалось, что Сюнин хорошая героиня… Но, если задуматься, я не могу припомнить ни одного акта истинной доброты. Леди Тао вечно плавала в сомнительной драме, с достоинством принимала помощь других, и… Всё?

Её гордость граничила с властностью. Её любовь к Цзенлану порой казалась отчаянным рывком на пути к цели. Она ни с кем не дружила, ведь героиню окружали лишь враги и завистники. И даже та самая Юнли Шен пережила «цветочный» кризис только за счёт того, что не мешала героине… Да, озарение пришло ко мне слишком поздно.

«Мы привыкли к тому, что главные герои добрые, честные и справедливые. Но порой это лишь слова, за которыми скрывается пугающее Ничто. И если посмотреть правде в глаза, оказывается… Что такие герои сражаются только за себя, а вовсе не за других»

— Это жестоко, Сюнин. — прошептала я одними губами.

Она, кажется, прекрасно разобрала мои слова, потому как выразительно фыркнула:

— Леди Шен склонна драматизировать, не так ли? Не советую бежать из кареты. Вам дали сильное успокоительное, так что… Любой побег может закончиться плачевно.

Я лишь усмехнулась, прикрыв глаза. Если послушать Сюнин, то она будто и вправду «заботится» о глупой леди Шен. Хотя, возможно, по её меркам так и есть.

«Намного проще сказать, что ты думаешь об «общем благе», нежели признать, что обрекаешь кого-то на верную смерть»

Меня насильно затащили в карету и захлопнули дверь. Экипаж тронулся с места, колёса застучали, а я провалилась в подобие вязкого сна. Что-то тревожное, мрачное и густое заливало моё сознание, будто смола… Время от времени я ловила проблески рассудка и пыталась дотянуться до двери.

Нужно выбраться. Нужно выпрыгнуть. Если меня довезут до поместья «мужа», обратного пути уже не будет. Но я должна спастись, только бы справиться с этим мерзким головокружением… А оно было сильнее меня.

Сюнин всё просчитала. Недостаток пищи, моральное истощение и чёртово лекарство, которое ввергло меня в пучину беспробудной слабости… Героиня действовала быстро, бескомпромиссно и удивительно жестоко. Как будто я и впрямь угроза, которую стоит немедленно устранить.

Тяжёлый вздох сорвался с губ, и пальцы вцепились в сидение. Давай же, Юнли, соберись! Как бы плохо сейчас ни было, нужно бороться… Но проклятая дверь не поддавалась. Возможно, моих сил просто не хватило.

На глазах против воли навернулись злые слёзы. Я отчаянно била руками по окну, невзирая на боль, но все удары выходили слабыми, едва ощутимыми. В какой-то момент дрожь пронзила позвоночник, заставив меня съёжиться на полу.

Отчаяние было таким сильным, что почти полностью парализовало мою волю, оставив лишь глухую тоску. И тогда… Карета вдруг затряслась, а затем притормозила. Я чуть не ударилась головой, но эта остановка придала мне сил. Новый рывок к двери и ручка, наконец, поддалась, выпуская на волю… Прямо в чужие объятия.

Помню, как вцепилась в его плащ и зажмурилась, жадно вдыхая неповторимый аромат кедра и чёрного чая. Это был он — Кровавый князь, защитник Шуаньи и мой спаситель.

Его грудь тяжело вздымалась (неужели торопился?), на лице застыло мрачное беспокойство. Он обнял меня, плащом скрывая от лишних взглядов. Хао Вейян без слов провёл пальцами по моим волосам, и в этом жесте было куда больше заботы и тепла, чем в любых нежностях. А я… Расплакалась ещё сильнее.

Стиснула зубы, лишь бы сдержать тихий стон, и продолжила отчаянно прижиматься к нему, будто князь в любой момент исчезнет, обернувшись иллюзией моего воспалённого рассудка.

— …леди Шен. — он позвал на выдохе, но не получил ответа. — Юнли.

И только тогда я открыла глаза, глядя на него снизу вверх. Слабость, горечь и страх растаяли от тёплого взора Хао Вейяна, но с губ всё равно сорвались донельзя обиженные слова:

— … почему вы меня бросили?

Я знаю, что он не виноват в случившемся. Знаю, просто… Не могу совладать с собой, со своими чувствами. В слабом теле плавится обожжённый разум, где пережитое отчаяние неминуемо сталкивается с чем-то более сильным, глубоким и живым.

Я хотела понять: почему он здесь? Почему ринулся на помощь и остановил карету? И отчего сейчас так крепко прижимает к себе, одновременно боясь сделать больно.

— Больше не брошу. — он сказал это через несколько минут (по ощущениям — спустя вечность).

Проговорил так серьёзно и чётко, будто всё, наконец, обдумал.

— Ложь… — пробормотала я, глядя ему в глаза.

И тогда он издал мягкий, успокаивающий смешок, лаская кончиками пальцев моё лицо. Хао Вейян склонился ниже, и его сухие горячие губы накрыли мои уста. Этот поцелуй был… Бережным, неторопливым, до безумия бодрящим. Взбудораженность пронзила моё тело от головы и до пят, а разум блаженно опустел.

Я… никогда не думала, что он способен поцеловать меня «т а к». Будто вдыхал жизнь в измождённую душу и одновременно делился собственной силой. В тот момент сомнения были сметены пронзительным осознанием: Хао Вейян правда меня не оставит. Что бы ни случилось, какая бы беда ни ждала впереди… Он не бросит на произвол судьбы. И это откровение было самым прекрасным за всю мою жизнь.

Кажется, потом я упала в обморок. Сознание вдруг потускнело — и тьма закрыла веки, позволяя мне забыться крепким сном. Но кое-какие фрагменты реальности всё же прорывались извне…

Хао Вейян нёс меня на руках. Очень легко и осторожно, укутав в собственный плащ. Обратный путь был не слишком долгим, но важнее то, что князь не отпускал меня. Только по этой причине небывалое спокойствие поселилось в сердце.

Я помню сдавленный возглас (кажется, он принадлежал Шии) и едва слышный голос Цзенлана:

— Отец, она…?

— В порядке. Не буди её.

А затем я очнулась уже на кровати. Не в своём привычном домике, а в роскошных покоях, которые, вероятно… Принадлежали князю? Смущение обожгло щёки румянцем. Я попыталась подскочить с места, но голова предательски закружилась.

— Осторожно. Вы ещё не отдохнули. — бархатистый голос князя заставил меня встрепенуться и быстро нырнуть под одеяло.

Хао Вейян, кажется, недавно принял ванну. Его одежда была свободной, неофициальной, а с тёмных волос стекали капли воды. Я опустила взгляд, лишь бы не глазеть слишком откровенно и прошептала:

— Спасибо вам за… всё. И простите. Я не хотела обвинять вас.

— Вот как?

Он неторопливо подвинул кресло и сел в него, сцепив пальцы в замок:

— Леди Шен, вам не за что просить прощение. Признаться честно, то, что случилось — можно считать моим недосмотром. Я не объяснился с вами и уехал, допустил разобщённость в поместье.

— Вы не виноваты! — выпалила я, наконец выглянув из-под одеяла. — Нельзя же вечно брать на себя ответственность, правда…

И тут я запнулась, столкнувшись с его ласковым взглядом. До сих пор мне казалось, что глаза князя холодные и острые, но сейчас… Даже пламя не такое горячее!

— Правда в том, что я действительно испортил вашу репутацию, леди Шен. И сейчас хотел бы поговорить об этом.

Я инстинктивно сжалась. Знаю, бояться на самом деле нечего, но всё же… Такое чувство, будто сейчас меня отвергнут! Я всеми силами старалась оттянуть этот момент, но вот теперь он рядом, и мне просто… Некуда деваться.

Князь замолчал, а затем негромко вздохнул, собираясь с мыслями. Он на секунду отвёл взгляд, после чего спросил:

— Вы знаете, почему я до сих пор не женился?

Я смущённо покачала головой. На самом деле, это довольно важный вопрос… Мужчины в нашем мире, как правило, не торопятся жениться слишком рано, но каждый считает своим долгом завести как можно больше детей. Кровавый князь и вовсе был правителем… Странно, что он воспитал лишь одного ребёнка.

В истории было предостаточно случаев, когда советники призывали королей жениться, лишь бы род не угас. На крайний случай — дарили наложниц, которые также могли родить здоровых детей… Но Хао Вейян избрал иной путь. Он принял Цзенлана и на долгие годы позабыл о семейном очаге.

Стоит ли говорить, что в Луне на этот счёт ходили особенно дурные сплетни? Некоторые утверждали, что князь — исчадие зла, рядом с которым любая женщина умирает. Но это точно неправда (проверено на себе).

— Я думала… Может, из-за наследника Цзенлана?

Сомнительная причина, в которую я не верю. Оригинальная дорама ничего путного не сказала на сей счёт, ограничившись туманными намёками на печальную судьбу, что преследовала князя.

— Нет. — лаконично отозвался Вейян, а затем продолжил. — Я неоднократно сталкивался с предательствами. Женщины на войне — коварное оружие, способное пробить даже самую крепкую броню.

Я нервно улыбнулась, поминая императрицу недобрым словом. Вот уж кто знает толк в подлых ударах…

— Но дело не только в этом. Моё тело отравлено десятками ядов. — задумчиво проронил Хао Вейян. — Я принимал их, дабы выработать привыкание, однако… Многие яды повлияли на старые травмы. В конце концов, хоть сейчас меня и можно назвать здоровым человеком, глубоко в теле поселилась хворь, от которой не так просто избавиться.

— Вы… — в тот момент меня осенило.

Он воспитал одного лишь Цзенлана не только из-за скорби по ушедшим братьям. Просто, вероятно… Хао Вейян не мог продолжить свой род. И это признание — невероятно болезненное для такого великого человека.

— Не считайте меня немощным. — усмехнулся князь. — Я могу свободно предаваться страсти, просто не вижу в том смысла. На войне случалось многое, и я уяснил одно: императорские гаремы с десятками нелюбимых женщин — рассадник страданий и обмана. Мне это не нужно.

Я невольно покраснела от таких откровений. Он смотрел мне в глаза и был настолько искренним, насколько вообще можно представить. Это смущает и одновременно обезоруживает…

— Но, если речь идёт о любимой женщине, всё иначе. — спокойно заключил он, и я вмиг задохнулась от его слов.

Он действительно… Это правда со мной происходит?

— Леди Шен, я испытываю к вам особые чувства. Те, что и сам не мог объяснить до недавнего времени. Меня тянет к вам так сильно, как никогда не бывало прежде. И я нестерпимо желаю оставить вас рядом с собой. — его глаза потемнели, выдавая накал, от которого моё сердце забилось в разы чаще. — Но жизнь рядом со мной — опасная и непростая. Особенно сейчас. Я старше вас, я весь изранен и отравлен… Это не призыв к жалости, а лишь неприглядная истина. Но если вы согласитесь быть со мной, я сделаю всё, чтобы подарить вам счастье. Даю слово.

Я ошеломлённо застыла. Дыхание оборвалось на резком вдохе, так и не сорвавшись с губ. Его признание было… пронзительно-откровенным. И настолько прекрасным, что в него почти невозможно поверить.

В нашем мире мужчины редко говорят о любви так искренне и открыто. Подобные слова считались слабостью, но на самом деле в них скрыта великая сила. Кровавый князь был воплощением власти в Шуаньи. Он мог без труда взять любую девушку, невзирая на её согласие, или же положение… Но вместо этого выбрал куда более честный путь.

Князь не давил на меня. Не пытался принудить. И до последнего давал шанс отказаться, хоть его скулы и напрягались от нежелания произносить такие губительные слова.

Мне… тоже нужно быть честной. Даже если ради этого придётся побороть собственное смущение в неравном бою.

— Я… Действительно вам нравлюсь? — тихо спросила, едва заметно вздрогнув. — Во мне ведь нет ничего особенного. Я не особо красива, не очень талантлива…

Боже, Юнли, что ты несёшь! Да за такие слова Джи Фан устроила бы тебе (заслуженную) истерику. Нельзя, категорически нельзя принижать себя перед мужчинами! Но пока я сокрушалась, Хао Вейян медленно произнёс:

— Вы себя недооцениваете, леди Шен. Таланты хороши, когда к ним прилагается чистая душа. И ни один талант не заполнит внутреннюю пустоту.

Он отвёл взгляд и, наконец, признался:

— До встречи с вами я чувствовал себя именно что пустым. Будто путь мой предрешён и ничего уже не изменишь. А потом появились вы, и жизнь выбилась из привычного ритма. Мне это… пришлось по нраву.

Хао Вейян улыбнулся, вновь посмотрев мне в глаза:

— Вы прекрасны, Юнли Шен. У вас нежное лицо, чудесные волосы и необыкновенный взгляд. Дороже злата, теплее солнца.

Я закрыла руками пылающие щёки и поняла, что больше не вынесу. Мне правда хочется дотянуться до него, быть с ним… Так зачем же отказываться от собственного счастья?

— У меня дурной характер. Я бываю ленивой, капризной, люблю покушать… Прошу, не спорьте, вы же рассказали о своих недостатках! — быстро добавила, когда князь нахмурился. — Я… Ревнивая. И не хочу делить вас с другими женщинами. А ещё я давным-давно полюбила князя. Просто не думала… О взаимности.

Последнее я произнесла совсем тихо, невольно прикусив нижнюю губу. Моё сердце билось часто-часто, в ушах звенело, а жар объял кожу, но даже так мне не отвести глаз от его спокойного лица.

Князь улыбался. Едва заметно, мягко и с такой нежностью, что от этого впору мгновенно растаять. Я протянула к нему руки и тотчас ощутила прикосновение: Хао Вейян безмолвно приблизился, заключив меня в объятия.

Я зажмурилась, тяжело и часто дыша от его присутствия. Мне хотелось умереть от стыда — но тут же возродиться из пепла, лишь бы растянуть этот мучительно-сладкий миг.

— Я ведь… не смогу стать вашей женой, верно? — прошептала одними губами, скользнув кончиками пальцев по его лицу. — Из-за Луна, из-за императрицы, и…

— Юнли Шен всё ещё законная дочь знатной семьи. — напомнил князь, обхватив ладонями мой подбородок. — Конечно, найдутся те, кто выступят против нашего союза. Но для меня не впервой идти наперекор всему.

И тогда я окончательно расслабилась в его объятиях, чувствуя, как мимолётные поцелуи греют губы, остывают на щеках и изгибах шеи… Князь не заходил дальше положенных норм, но я чувствовала, как горит его кожа и как всё во мне отзывается навстречу этим прикосновениям.

«Любовь и вправду похожа на безумный пожар. Но вот что странно: сгореть в нём совсем нестрашно»

Шия вернулась ко мне на следующий день. Нам позволили переехать в новый двор, который был окружён персиковым садом. Это создавало уникальную, уединённую атмосферу… Немного напоминает мой Яблоневый двор из прошлого.

Конечно, в таком большом доме появились новые служанки, но Шия по-прежнему оставалась главной среди них. В конце концов, она самолично разобрала почти все вещи, попутно рассказывая о том, что происходило в поместье во время моего заточения…

— Матушка Гуань исчезла — и её доверенные люди тоже. Управляющий Фан был занят внешним расследованием, так что многие домашние дела отдали наложнице Тао… А она сразу начала вводить свои порядки. Когда наложница велела мне отправиться в родной город, я сразу заподозрила неладное! — Шия раздражённо покачала головой.

Её ладони дрожали, выдавая немалое напряжение.

— К счастью, наследник Цзенлан не поверил этой лисе… Он отказался выслать вас из поместья, и тогда наложница решила сделать это самостоятельно.

Вот почему они тогда спешили… Боже, Сюнин так сильно желала от меня избавиться.

— Она… — мой голос дрогнул на полуслове. — Её ведь накажут за содеянное?

Мне очень хочется верить в справедливость, но, если честно… Не всё так просто. Сюнин была официальной наложницей наследника, тогда как я случайная гостья. Мой статус до сих пор был неопределённым. Госпожа Тао, конечно, превысила полномочия, когда решила меня «выслать», но она вполне может оправдать свои действия и получить минимальное наказание.

«Кровавый князь не станет щадить её, однако… Сейчас она принадлежит Цзенлану» — я вздохнула и ещё раз порадовалась тому факту, что мне позволили переехать в новый дом. Здесь гораздо спокойнее!

— Накажут. — твёрдо проговорила Шия. — Вот увидите: её точно накажут.

И вскоре Сюнин вынесли «приговор». Заставили молиться в зале Предков. Я едва не фыркнула, вспоминая аналогичную ситуацию с сестрой Ксуа. Серьёзно, как всё предсказуемо…

— Ты расстроена. — проговорил Хао Вейян, оторвавшись от книги.

Теперь я могу посещать Пламенный павильон в любое время! Мне официально позволили нарушать покой Его Величества, и это (уж поверьте) крайне приятно. Вот и сейчас он читал на диване, а я устроилась у него под боком, заглядывая в книгу.

— Нет! То есть, возможно, немного… Это наказание слишком мягкое. — пробормотала я, поджав губы.

— Знаю. — князь покачал головой. — Она искусно играет с чувствами моего сына, однако… Наложница Тао уже перешла черту дозволенного.

— В каком смысле? — тихо уточнила я.

— Если бы я вмешался и убрал её из поместья — мой сын не смог бы забыть эту женщину. Нездоровая любовь часто вызревает на страданиях, а неспешная меланхолия идеализирует воспоминания. — спокойно пояснил князь. — И на смену одной леди Тао непременно придёт другая, не менее хитрая и изощрённая.

Вейян задумчиво отложил книгу, глядя мне в глаза:

— Но сейчас, когда она получила столь скромное наказание, Цзенлан не может избавиться от чувства вины. Ему предстоит пройти долгий и болезненный путь разочарований. В тот день, когда он сам захочет убрать её из своей жизни — Сюнин Тао исчезнет навсегда.

Я нервно улыбнулась, признавая правоту князя. А он, оказывается, истинный стратег во всём… Впрочем, это неудивительно.

— Значит, вы ничего не будете делать?

— Уже сделал. Сюнин находится под надзором моих людей, так что ей не выбраться из заточения. К тому же принцесса скоро вернётся.

— Правда?

В тот момент я искренне обрадовалась. Наследник, конечно, повёл себя крайне непорядочно, но… Возможно, для них ещё не всё потеряно?

Я с нетерпением ждала приезда Лиюань, и вскоре двор Лотоса оживился, принимая горделивую хозяйку… Цзенлан тотчас бросился к ней. Не знаю, смогли ли они договориться, но принцесса вновь начала управлять домашними делами. А затем… Пришла ко мне в гости.

И хотя служанки принесли вкуснейшие блюда для этой встречи, неловкость повисла в воздухе наточенным клинком. Лиюань притихла, задумчиво разглядывая фарфоровый сервиз. Её глаза чуть опухли, лицо казалось бледнее обычного. Похоже, принцесса похудела… Что неудивительно, при таких-то потрясениях.

— Леди Шен… Скажите, вы знали, что этим всё и закончится? — тихо спросила она, а я растерялась. Но, в конце концов, постаралась ответить честно:

— Нет. Всё произошедшее стало для меня неожиданностью.

Увы, это правда. Действия Сюнин, помощь Кровавого князя и его пылкое признание… Я бы никогда не смогла предсказать такие события.

Лиюань опустила подбородок и горько усмехнулась:

— А ведь я ему поверила. Но чуть отвернулась — он тотчас принял эту лису.

Я поколебалась и, наконец, неуверенно проронила:

— Наследник сейчас очень раскаивается, Ваше Высочество. Да, у него есть привязанность к наложнице Тао, но надолго ли это? Ведь она уже предала его доверие.

В оригинальной дораме Цзенлан порой упрямился, выступая против отцовских решений. Но несмотря на это — наследник прислушивался к голосу разума. Он безмерно уважал Кровавого князя и не терпел предательств в своём кругу.

Со стороны могло показаться, будто Сюнин не сделала ничего особенно. В масштабах огромного поместья она всего лишь пыталась избавиться от бесполезной леди Цветника… Но для Цзенлана её поступок подобен звонкой пощёчине.

Сюнин пошла против его воли и вызвала разочарование Хао Вейяна. Честно говоря, в оригинальной истории такого не было… И не могло быть.

«Героиня должна быть честной и добродетельной. Но Сюнин… Изменила свой путь»

— Он твердит, что не прикасался к ней. Клянётся, что это мимолётное помутнение… Но как я могу ему верить? — нервно усмехнулась Лиюань. — Сейчас он сожалеет о своём поступке, а завтра простит её, будто ничего особенного не случилось.

Я мысленно вздохнула, признавая правоту принцессы. Цзенлан провинился (и это мягко сказано), так что недоверие Лиюань более чем обосновано…

— Со временем всё наладится, вот увидите. — пообещала я, прикрыв глаза. Если Цзенлан не дурачок, он постарается загладить свою вину всеми доступными способами. Не знаю, простит ли его Лиюань… Но всё возможно.

— Вы ведь скоро станете Его женой? — неожиданно спросила принцесса, посмотрев мне в глаза.

Я смутилась от столь откровенного вопроса и едва не попятилась, но вовремя взяла себя в руки.

— Да… Наверное, да.

— Поздравляю.

Лиюань улыбнулась, но её голос прозвучал несколько напряжённо. А я только через пару минут сообразила, в чём проблема… Во-первых, авторитет принцессы в поместье пошатнётся. Если я выйду замуж за князя, моё положение будет на голову выше. Во-вторых: номинально мне придётся занять место «матери» Цзенлана. Звучит чертовски неловко!

— Благодарю, Ваше Высочество. — проронила я, а затем смущённо улыбнулась. — Но, признаться честно, мне бы хотелось оставить внутреннее управление поместьем под вашим руководством.

— Вы уверены? — нахмурилась Лиюань.

— Да. Меня ведь этому не учили.

И это чистая правда. Принцесса с самого детства готовилась к роли матриарха большого клана, тогда как у меня было стандартное обучение «примерной жены». Без помощи Лиюань тут просто не справиться… Да и не хочу я бороться за власть. Все эти внутренние интриги никому ещё не принесли счастья. Зато принцесса заметно расслабилась после моих слов.

Мы больше не говорили о Цзенлане, князе, и ком-либо ещё, но под конец встречи Лиюань шепнула:

— … Удачи вам, леди Шен. Пусть всё сложится наилучшим образом.

И я едва заметно улыбнулась, признавая очевидное: удача нам и впрямь пригодится.

Князь больше не покидал поместье на долгий срок (и слава всем богам). Люди шептались о дюжине казнённых убийц, чьи головы были отправлены «вдохновительнице» в мой родной Лун. В воздухе повисло ожидание неминуемой войны, которое, впрочем, не затронуло боевой нрав Шуаньи.

Принцесса довольно быстро разобралась с непокорными слугами и взяла всё под свой личный контроль. Напрасно они пытались льстить Лиюань… Юная госпожа была достаточно справедлива и безжалостна, чтобы справиться со всеми проблемами. Кроме одной… По имени Цзенлан.

Несмотря на обиды, через несколько дней Лиюань пустила мужа в свой двор… Не только днём, но и ночью. Боюсь загадывать наперёд, но, возможно, лёд тронулся.

До моего Персикового сада долетало не так много новостей, но новые служанки охотно делились сплетнями. Так, одна из них рассказала о том, что наложница Тао и вправду находится под неусыпным контролем. Наказание Сюнин похоже не настоящее тюремное заключение. Она отчаянно пыталась связаться с Цзенланом, но тот оставался глух к её просьбам.

С другой же стороны… Поместье посетила Моин Джан. Она хотела встретиться именно со мной, и я не вижу причин для отказа. Должна сказать: замужество сильно её изменило… В лучшую сторону. Моин казалась более степенной и изящной. Её алое платье подчёркивало высокий статус законной жены, а волосы были убраны в сложный пучок с украшениями в виде цветущей вишни.

Моин мягко улыбнулась, приветствуя меня:

— Светлого вам дня, леди Шен… Или мне стоит называть вас госпожой?

Я чуть не закатила глаза, с улыбкой принимая поддразнивания Моин. Вот уж точно: лисичка, которая любит играть на чужих нервах.

— Не стоит. — проронила я и чуть мягче спросила. — Как ваше замужество, леди Джан?

До сих пор она мало что говорила о личности своего жениха, но сейчас Моин не сдержалась. Она рассказала мне обо всём: о том, что он был торговцем, который когда-то жил в Лунцзи. Они любили друг друга уже очень давно, и Моин даже собиралась сбежать с ним, но… приказ императрицы настиг её раньше.

— Я думала, что нам не суждено быть вместе. Мне оставалось лишь одно: постараться выжить в Цветнике. — поморщилась Джан. — Пусть даже через ложь и утомительные интриги. Но… Он последовал за мной в Шуаньи.

Все эти месяцы торговец пытался укрепиться в княжестве. К счастью, у него были деньги, возможности и недюжинный талант. По этой причине он смог обосноваться в Уцзене и расширить свой бизнес…

— Я боялась. Боялась, что люди императрицы доберутся до него, и что князь не позволит мне выйти замуж. — чуть тише призналась Моин. — Я подумала… Что, возможно, чувства Его Величества к леди Шен подарят мне желанную свободу.

Я чуть не поперхнулась, с удивлением глядя на девушку. Кажется, она переоценивает моё влияние на князя…

«…Или ты недооцениваешь саму себя»

— В итоге… у меня получилось! — прошептала Моин, закрыв лицо руками. — Впервые за долгое время я так счастлива. Мы стали мужем и женой, он любит меня безмерно, и все горести остались позади.

Немного поколебавшись, она протянула мне маленький талисман:

— Это вам, леди Шен. Небольшой дар в знак благодарности. Он был освещён в великом храме, и… Я надеюсь, амулет подарит вам светлое будущее. Вам… и Кровавому князю Вейяну.

Алые занавески развевались на ветру, приоткрывая тихую лунную ночь. В спальне, где погашен свет, я не могла сомкнуть глаз, рассеянно поглаживая тонкие стежки свадебного платья. Оно было сделано накануне руками искусных вышивальщиц. Я добавила лишь несколько узоров: иероглифы счастья, уток-мандаринок и, конечно, белые пионы. Последние мне помогла вышивать Шия… И только по этой причине они вышли такими красивыми.

Я нервничала. Преступно сильно нервничала, едва не кусая губы. Моя свадьба… Если бы не Цветник, всё сложилось бы иначе. В кругу семьи, под суматошным присмотром близких, с (умерено) роскошным пиром. Я бы вошла в семью своего лучшего друга и, конечно, смирилась бы с отсутствием чувств. Ведь они — непозволительная роскошь для нашего мира. Но… Моя душа ведь пришла из иной реальности. И в глубине сердца я мечтала о другом.

«Но только в Шуаньи мои желания обрели плоть и кровь… А также стальные глаза с сиреневым отблеском и извилистый шрам у виска»

Шёлковые занавески всколыхнулись, впуская ночного гостя. Я склонила голову, приветствуя князя — моего будущего мужа. Через пару часов все проснутся и начнётся подготовка к церемонии, которая, увы, будет короткой и почти незаметной.

— Волнуешься? — спросил Вейян, подойдя ближе.

— Очень. — честно призналась я, глядя ему в глаза. — Цзенлан, он… Не противится этому?

Князь едва заметно улыбнулся, качнув головой:

— Он был удивлён, но не стал оспаривать моё решение.

Я нервно поджала губы. У наследника внезапно появится мачеха, которая младше его самого… Не самая приятная новость, если сказать честно.

— Прости меня. — неожиданно произнёс князь.

— За что?

В тот момент я напряглась ещё сильнее. Когда мужчина просит прощение перед свадьбой, это совсем не к добру!

— Церемония будет скромной и скоротечной, без пышного пира и многочисленных гостей. Совсем не то, о чём мечтают юные леди.

Ах, вот оно что… Должно быть, мой князь решил, что я завидую Лиюань. Да, её свадьба была шумной и роскошной, но разве в этом счастье? Громогласная церемония для принцессы должна укрепить статус законной хозяйки поместья. А вот мне… Всё это не нужно. Спокойная и тихая свадьба имеет свои плюсы, так что нет смысла переживать об этом.

— Моя главная мечта: выйти замуж за достойного человека. И она исполнится совсем скоро. — нежно проговорила я, шагнув к нему.

Ладони легли на скулы Кровавого князя, дольше обычного задержавшись у его шрама.

— Я переживаю о другом… Ситуация с Луном обострилась, не так ли?

Дурное предчувствие повисло над нами жуткой свинцовой тучей. Князь получал донесения от обученных соколов, но этих весточек становилось всё больше. Даже тот факт, что мы проводим свадьбу в спешке, будто намекает на грядущие беды.

Если вспомнить сюжет злополучной дорамы… Где-то здесь начинались самые трагичные, тяжёлые и кровавые события. Прямое столкновение с императрицей не может пройти безболезненно, а именно это ждёт нас впереди.

Князь выждал паузу, прежде чем ответить:

— Она всегда была обострена. Шуаньи — кость в горле императрицы, и она не остановится, пока его не разрушит.

Но затем он проронил:

— Впрочем, сейчас всё усугубилось. Император болен, и эту хворь уже не излечить. Он умрёт в течение нескольких месяцев. Это лучшее время для решительных действий.

Так и знала… Он хочет жениться, но не отказался от своего предназначения. Более того: отступить сейчас — значит потерять годы кропотливых усилий. Умом я это понимаю, но… В сердце ноет беспокойная заноза.

Раньше я могла предсказать грядущие события хоть отчасти, но сейчас всё совсем запуталось. И лишь одно осталось неизменным: вероятная смерть князя. То, чего я страшусь сильнее всего.

— Хао… — прошептала, с беспокойством заглядывая ему в глаза. — Пока у нас есть время… Давай поговорим.

Он вскинул брови, но не стал спорить, медленно обхватив мои ладони. И я начала рассказывать. О том сне, обо всех событиях, которые запомнила… Уже давно собиралась это сделать, но боялась, что он мне не поверит. А теперь, ночью перед свадьбой, самое время для таких откровений.

Князь не перебивал меня, слушал серьёзно и вдумчиво. Когда я закончила (едва не закашлявшись от напряжения), он неспешно спросил:

— Значит, согласно тому сну, погибель ждёт меня в горах?

— Да. — я тяжело вздохнула и призналась. — Люди императрицы как-то заманили тебя в горы… Прости, я не помню, каким образом. Но всё закончилось именно так.

Я отчаянно пыталась вспомнить что-то ещё, но пугающая пустота в мыслях не давала прорваться. И это очень, очень тревожно.

— Что ж, по крайней мере, наша стратегия будет выигрышной. — мягко усмехнулся Вейян. — Даже если многие события в твоём сне поменялись, едва ли это повлияет на столицу.

Я несмело кивнула, а затем спросила:

— Ты мне веришь?

Князь всегда был рациональным и вдумчивым человеком, а мои рассказы… За гранью реального, как ни крути.

— Ты поведала мне о вероятностях, которые вполне могут произойти. — неспешно признал он. — И даже если это сон — стоит принять его во внимание.

Хао Вейян посмотрел мне в глаза и добавил:

— Я верю тебе, Юнли.

И у меня отлегло от сердца. Этих слов достаточно для того, чтобы погасить предсвадебную тревогу… Князь прикоснулся к моим губам, оставил мимолётный поцелуй и исчез с первыми лучами солнца.

Я вновь посмотрела на праздничный наряд и улыбнулась. Взбодрись, Юнли! Пришло время для твоей свадьбы.

Красные шелка прилегали к коже, тяжёлый макияж облепил лицо. Я жалобно покосилась на Шию, но та лишь улыбнулась, прошептав:

— Потерпите, госпожа. Таковы традиции…

Я знаю! Всё понимаю, но это жутко неудобно… Хотя, по сути, нам повезло. Личные астрологи князя рассчитали ближайшую благоприятную дату для этой свадьбы, и нам не пришлось ждать месяцами… Да и столкновение с Луном вот-вот начнётся.

«Неудачное время, но что поделать…» — я негромко вздохнула, бросив взгляд на своё отражение. Под макияжем почти не узнать лица, плотный слой белил покрыл кожу… В подведённых глазах застыло напряжение, с которым я не могла справиться. Мне даже кусок в горло не лез, а это большая редкость!

— Когда наступит благоприятный час, вас отведут в зал Предков. — вздохнула Шия.

Я задумчиво кивнула. Нашу свадьбу посетят только ближайшие соратники князя… В остальном же мероприятие было конфиденциальным, чтобы остановить распространение слухов. Но… Рано или поздно императрица узнает правду.

«По крайней мере, сейчас у неё есть проблемы посерьёзнее. Например: болезнь императора»

Пятый принц слишком молод для того, чтобы стать правителем. Но Лиян Цзинь не может позволить кому-то другому занять её место… Власть — это всё, что осталось у императрицы.

Я прикрыла лицо алой вуалью и подошла к распахнутой двери. Солнце сегодня сияет так ярко, будто сам мир приветствует наш брак. И тут… Ко двору подошёл Цзенлан. Он был одет празднично, хоть и не так ярко, как в день своей свадьбы. Наследник коротко поклонился и проговорил:

— Светлого дня. Через десять минут я отведу вас в зал Предков.

То был знаменитый «обет уважения». Его исполняли, если в семье были взрослые сыновья. Таким образом Цзенлан подчеркнул, что принимает меня, как новую мать… И это всё ещё звучит крайне неловко!

Первые несколько минут мы молчали, а затем я спросила:

— Вы правда приняли этот брак, наследник? И совсем не чувствуете обиды?

Если так подумать, Цзенлану запретили быть с Сюнин, тогда как князь и я… В общем-то, это кажется не совсем честным раскладом.

Молодой человек улыбнулся и пояснил:

— Я совру, если скажу, что никакой обиды не было. Но… Леди Шен, отец многим пожертвовал ради меня. Он отказался от любви, семейного счастья и отчасти от самого себя. От меня же потребовали лишь одну жертву: брак с принцессой, который приведёт наш народ к процветанию.

Цзенлан прикрыл глаза, а затем добавил:

— Я много думал об этом в последнее время. И решил… Быть благодарным, несмотря ни на что. Если мой отец счастлив, совершая этот выбор, значит: так тому и быть.

Я смотрела на Цзенлана и думала… Что этот герой вырос. Не внешне, но внутренне. В дораме их отношения с отцом были гармоничными вплоть до прибытия Сюнин. А дальше всё покатилось по наклонной… Наследник во многом винил князя, часто злился и плавал во внутренней неуверенности. Но сейчас он будто стал более ответственным и серьёзным.

Раньше я радовалась, когда читала о «бессмертной любви» героев. Однако… Эта любовь разрушила многие судьбы и принесла куда больше боли, нежели радости. Жаль, что раньше я этого не понимала.

— Пора, леди Шен.

Он указал мне путь, и мы вместе пошли по каменной дорожке, устланной тканями. Вскоре к нам присоединились слуги, а вокруг стало так шумно, что я снова забеспокоилась. Сквозь алую ткань вуали плохо видно происходящее, потому мне приходилось слепо доверять словам церемониальной свахи…

Очищающие ритуалы для свадьбы были облегчёнными (и слава богам). Мне только лишь помогли переступить через курильницу с благовониями (что означает защиту от злых духов) и обсыпали платье рисовыми зёрнышками для, эм… Плодородия в семейной жизни.

Только после этого я пересекла порог зала. Князь ждал меня там, у алтаря предков. Мы повторили обряд, который происходил и на свадьбе принцессы: церемониальные поклоны перед табличками, затем обмен чашами и тонкие алые нити, что переплелись на запястьях… Удивительно то, что этот ритуал проводил старый монах. Он был похож на тех просветлённых, что отрешаются от мира на долгие годы.

— Это мастер Мо Юй. — негромко проговорил князь. — Отшельник храма Вечных Облаков.

Я смутилась, приветствуя его, а старец хмыкнул, протянув дряхлую ладонь.

— Юной леди подарили амулет на удачу, не так ли? — он прикоснулся к подарку Моин, который я повесила на пояс.

Мастер что-то пробормотал себе под нос и кивнул:

— Носи его почаще, девочка. Заговорённый дар однажды поможет в трудный час.

Я растерянно кивнула, оробев от пристального взгляда старца. Казалось, будто он видит меня насквозь… Но церемония завершилась на удивление быстро, а после неё нас ждал праздничный пир. Конечно, он не был таким роскошным, как на свадьбе принцессы, но оно и к лучшему.

«Я в любом случае здесь не задержусь… Ведь скоро начнётся счастливый час для молодожёнов» — и в тот момент глубокое осознание пронзило мои мысли.

Когда красные свечи погаснут, мы ведь… Останемся наедине? Кажется, под алой вуалью я покраснела так сильно, что это видно даже сквозь макияж! Дальше всё было как в тумане… Помню, что в какой-то момент Шия отвела меня в покои князя, которые оказались просторными и аскетичными. По случаю свадьбы всё здесь покрыли шелками и лепестками роз, отчего я засмущалась ещё сильнее.

— Госпожа Вейян. — тихо проронила Шия, опускаясь на колени.

Я слегка вздрогнула, осознавая сказанное… Верно, первая жена официально становится частью семьи, под фамилией клана мужа. Вторая супруга, к слову, такой привилегией не обладает.

— Госпожа, я никогда не думала, что вы взлетите так высоко в нашем поместье! — призналась Шия, улыбнувшись. — Но теперь я действительно счастлива. Ваше присутствие оживило Пламенный павильон и подарило нам надежду на лучшее. Прошу: не тревожьтесь. Князь никогда вас не обидит.

Я знаю. Знаю, что это правда, но от её слов мне необъяснимо полегчало. С губ сорвался лёгкий вздох, а пальцы потянулись к сладостям в вазочке. До сих пор я ничего не ела, поэтому парочка цукатов мне не помешает…

Через какое-то время Шия ушла, оставив меня в одиночестве. В голове немного шумело от выпитого ритуального напитка. Некоторое время я покорно сидела на кровати, а потом не выдержала, подскочив к окну. Раз уж мне всё равно сидеть тут ещё час (или около того) можно хотя бы понаблюдать за окружающими… Совсем немного. Но долго это не продлилось.

Первое, что я почувствовала — сильные руки на талии. Горячее дыхание опалило изгиб шеи, и князь прошептал:

— Скучаете, леди Шен?

В тот момент я едва не задохнулась от столь бесстыдного заигрывания. Но… В его объятиях было так привольно, что выбираться из них совсем не хотелось.

— Скучаю в ожидании мужа. — прошептала одними губами, обернувшись к нему.

Хао Вейян снял с меня алую вуаль и мягко улыбнулся:

— Ты прекрасна.

— Врёшь. — вздохнула я. — Этот макияж такой… Густой.

— Даже так ты прекрасна.

Я приоткрыла губы и быстро прикоснулась к его подбородку, оставив отпечаток красной помады.

— Ты… Пришёл слишком рано. Я даже не успела подготовиться. — застенчиво проронила, наблюдая за тем, как темнеют его стальные глаза.

— Подготовимся вместе. — хрипло шепнул князь, подхватив меня на руки. — Я спешил к своей молодой жене.

Когда он опустил меня на кровать, смущение вновь пронзило лёгкие, а в глазах помутнело. Но затем раздался ободряющий голос…

— Юнли. — князь бережно обхватил мою ладонь и приложил к своей груди.

Его сердце билось так… Гулко и учащённо, словно вот-вот вырвется из пут человеческого тела.

— Я никогда не думал, что этот день настанет. Что я женюсь столь импульсивно… И на такой чудесной девушке. Но ты совершила невозможное, и сейчас я по-настоящему счастлив.

Я вздрогнула, утопая в его необыкновенном взгляде. Свечи медленно гасли, одежда сползала с тела под настойчивыми ласками князя… Он целовал меня страстно и безудержно, будто лишь сейчас дал волю всем своим внутренним демонам. Я провела ребром ладони по краю его шрама на спине и выгнулась навстречу, глухо простонав. Сгораю от наслаждения… Как феникс догорает, дабы возродиться с первым лучом рассвета.

— Юнли… доверься мне. — шепнул князь, и с его губ сорвался гортанный вздох, больше похожий на рык.

— Я всегда тебе доверяла.

Кажется, я сказала лишь это… А затем свечи разом погасли, погрузив комнату во тьму.

Цзенлан шёл по коридору, ощущая ярость, которая прикипала к сердцу. Сейчас, когда из Луна приходят тревожные вести, а княжество ощерилось в преддверии войны — всё поместье притихло. Война стояла на пороге, и вскоре князь отправится в столицу, дабы напрямую столкнуться с императрицей.

В это неспокойное время все успели позабыть о наложнице Тао, но та (совершенно неожиданно) напомнила о себе. Сюнин ударилась головой о каменный постамент. Намеренно, сильно и отчаянно: лишь бы привлечь внимание наследника. И хоть к ней отправили врача, она отказывалась от лекарств, желая встретиться с Цзенланом.

Наследник чувствовал гнев и разочарование. Эта женщина когда-то показалась ему столь неземной, но теперь он понимал, как сильно ошибался. Сюнин не просто стояла на своём: она вынуждала Цзенлана играть по её правилам. Но на этот раз он не намерен терпеть чужие выходки.

— Что вам надо, наложница Тао? — спросил он без приветствия, едва тяжёлые двери распахнулись.

Сюнин лежала на кровати, повернув бледное лицо к входу. Белая повязка с каплями крови венчала её голову, как венец скорби. Серебристые волосы разметались по подушке, подчёркивая беззащитность девушки. Она, казалось, была истощена долгими молитвами в зале Предков, но Цзенлан не дрогнул, продолжая холодно смотреть на неё.

— Ваше Высочество меня больше не любит? — спросила наложница, скривив тонкие губы.

Безнадёжная горечь в её взгляде была такой достоверной, что Цзенлан на миг растерялся.

— Если это всё, о чём вы хотите поговорить, я уйду прямо сейчас. — твёрдо произнёс наследник.

Тогда она протянула руку и закашлялась, проронив:

— Вы… слуги шепчутся о том, что скоро вы отправитесь в Лун. Это правда?

— Стоит укоротить язык тем, кто распускает подобные слухи. — усмехнулся Цзенлан, резко качнув головой.

— Но это правда? Не молчите! — воскликнула Сюнин, невольно повысив голос. — Простите, я… Я очень хочу вернуться домой, наследник.

Он на несколько минут замолчал, а потом заметил:

— Раньше леди Тао говорила, что ей родной дом не мил. Она даже пожелала стать моей наложницей вопреки всему. Что же изменилось?

— Вы. Вы меня не любите.

Цзенлан посмотрел ей в глаза и едва заметно нахмурился. Сюнин выглядела такой несчастной и одинокой, будто весь мир стал её клеткой. Но даже так наследник не спешил поддаваться просьбам наложницы.

— Возможно, вы правы, леди Тао. Но ответьте на вопрос: любили ли вы меня?

Он вспоминал их общение. Каждый жест, каждое слово… Всё то, что так отчаянно берёг в сердце. Но Цзенлан не находил главного: искренности. Он, конечно, не мог отрицать симпатию со стороны леди Тао, однако… Её глубокие чувства теперь казались хорошо отрепетированным спектаклем.

Она посмотрела ему в глаза, и одна-единственная слезинка скатилась по её щеке:

— Цзенлан, что с нами стало… Всё должно было сложиться иначе.

— Ты сама довела до этого.

— Но чем? Юнли Шен тебе дороже меня?

Наследник нахмурился и медленно произнёс:

— Следи за языком. Она вышла замуж за моего отца.

— Так скоро? — Сюнин резко рассмеялась, опадая на кровати. — Все называют лисой меня, тогда как эта мышка уже пробралась к князю… И ты так спокоен, Цзенлан.

— А что мне сделать? Разбить себе голову, чтобы привлечь чьё-то внимание? — поморщился наследник. — Перестань, Сюнин. Смирись с тем, что уже не исправить.

Он повернулся к выходу, но девушка схватила его за край рукава.

— Позволь мне вернуться в Лунцзи… Пусть даже ненадолго. Я хочу увидеть свою мать хоть раз.

Цзенлан на мгновение замер, а потом едва слышно вздохнул:

— Я подумаю над этим.

Юнли Шен.

Мне… немного сложно описать свои эмоции. Знаете, порой случается то тонкое пересечение, когда воедино сливаются чертовски разные чувства (почти противоположные).

С одной стороны: я была счастлива. Мягкое, безбрежное счастье охватывало меня, будто волны тёплого моря. Даже без пышной свадьбы и медового месяца мой князь был… Невероятным. Ласковый, вдумчивый, осторожный. Он не стремился измотать меня, берёг от потрясений, и (клянусь) с каждым днём я любила его всё сильнее.

Но, с другой стороны притаилось до крайности гнетущее чувство. Мы готовились к войне. Теперь уже точно и бесповоротно. Новости о болезни императора начали просачиваться за пределы столицы. В это время Лиян Цзинь пыталась всеми силами остановить их распространение. А также… Она жаждала остановить князя.

У Хао Вейяна до сих пор есть право вернуться в Лунцзи. Всё потому, что он сын старшей принцессы и племянник императора. Конечно, его изгнание является серьёзной преградой… Но правитель лежит при смерти, а это уважительная причина для визита.

Кому это невыгодно? Ну, разумеется, императрице. Она сделает всё, чтобы задержать князя, ведь, если он вернётся в Лун… Ситуация обострится до предела.

«Но как бы она ни пыталась остановить его — это неизбежно»

Сюжет дорамы неумолимо приближался к концу. Совсем скоро нас ждёт финальная битва, и… Есть одна проблема.

— Я могу поехать с вами?

Хао Вейян на секунду прикрыл глаза, отрываясь от чтения. Затем он посмотрел на меня и произнёс:

— Возможно, тебе безопаснее остаться здесь.

Вот, так и знала! Отчасти он прав, но… При желании, люди императрицы доберутся до меня в любом месте. И с моим мужем (если честно) безопаснее всего.

— Прошу, я хочу быть рядом! — прошептала, облизнув пересохшие губы, и, наконец, призналась. — Хочу спасти свою семью.

В это неспокойное время им угрожает смертельная опасность. Не только из-за меня: сёстры ведь связаны с принцами, которых императрица желает убрать. И я не могу отсиживаться, пока всё это происходит.

— Будет непросто. — задумчиво произнёс Вейян. — Впрочем… возможно, тебя они послушают.

Он посмотрел мне в глаза и добавил:

— Хорошо, Юнли. Ты отправишься с нами. Но под охраной и, если ситуация выйдет из-под контроля: я вышлю тебя в безопасное место.

Я невольно сглотнула, но согласилась. Князь просчитывал различные варианты, не все из которых можно назвать мирными… Оно и понятно.

На самом деле, подобные договорённости касались не только меня, но и Цзенлана. Это первое серьёзное столкновение, в котором наследник примет участие! Я думала, что Лиюань тоже отправится с нами (как было в оригинале), но…

— Отец, случилось кое-что непредвиденное. — проговорил Цзенлан, заходя в кабинет без стука. Он быстро кивнул мне и, поколебавшись, сообщил:

— Лиюань… Моя жена, возможно, беременна.

«Что?!» — я едва не поперхнулась. Вы же женаты всего около месяца, и… Неужели брачная ночь прошла настолько хорошо?

— Слишком ранний срок для точного определения. — нахмурился князь.

— Это лишь предположение. — смиренно кивнул Цзенлан. — Но врач, который её осмотрел, мастер акупунктуры. Он искусно определяет подобное по пульсу, и… вероятно, это правда.

Я ошеломлённо посмотрела на Хао Вейяна. Его сын, конечно, быстрый парень… Погодите, значит ли это, что номинально я стану бабушкой?

— В таком случае, принцессе лучше остаться. — проронил князь. — Я свяжусь с её отцом. Под защитой долины Руй ей будет безопаснее всего.

Цзенлан задумчиво кивнул, а затем произнёс:

— Я должен отправиться с вами, отец. Но как только мы разберёмся со всеми проблемами… Я лично привезу Лиюань.

Хао Вейян не стал спорить, а мне оставалось лишь вздохнуть. Сюжет вновь изменился (пусть и незначительно). Даже не знаю, к лучшему ли это… Но, с другой стороны, в дораме принцесса умерла прямо в Лунцзи. А сейчас она ждёт ребёнка и (вроде как) их отношения с Цзенланом наладились. Так я думала, пока не узнала следующую новость тем же вечером…

— Что? Наложница Тао едет с нами?

Уму непостижимо! После всего, что она сделала, героиня продолжает следовать намеченному курсу. Один вопрос: как у неё получается?

— Цзенлан согласился отвезти её на встречу с родной матерью. — неспешно проговорил князь, склонив голову набок. — Но в Шуаньи она больше не вернётся.

— В каком смысле?

Вейян слегка нахмурился, прежде чем пояснить:

— Он хочет оставить её в монастыре при Лунцзи. Так она сможет время от времени видеться с родными, но не вернётся в нашу семью.

Оу, это… На удивление здравая мысль. Конечно, жизнь монахини непроста. Если бы Сюнин избрала другой путь и не стала наложницей, она могла бы жить куда счастливее. Но сделанного не воротишь… И в её случае — это не самый плохой вариант.

Без любви наследника в поместье ей придётся совсем нелегко. Бездетные наложницы в конечном счёте обречены на вечные страдания и одиночество… Монастырь, конечно, ничем не лучше, но там чуть больше свободы. Если Цзенлан будет оплачивать её пребывание в том месте, Сюнин может жить вполне неплохо.

Я задумчиво кивнула в такт своим мыслям, а затем спросила:

— Так значит… Он полностью разочаровался?

Кровавый князь говорил, что однажды это может произойти. Как оказалось, весьма скоро…

— Кто знает? — усмехнулся Хао Вейян, обхватив мои пальцы ладонями.

Я смотрела на него и чувствовала, как в груди трепещет неусыпная тревога. Скребётся кривыми когтями по костям, ранит сердечные мышцы. С недавнего времени мне день за днём снятся сны о той дораме: один хуже другого. Они размытые, они мерзкие и оставляют лишь липкий пот на лбу и ощущение смертельной угрозы.

Я боюсь возвращаться в Лунцзи. Я страшусь встречи с императрицей. Но… Если другого выхода нет, мне нужно отправиться с ними и постараться помочь хоть чем-то.

— Ты боишься. — хрипло проронил князь, ласково проведя пальцами по моим скулам.

— Боюсь, что всё пойдёт не по плану. — честно призналась, поджав губы.

— Это маловероятно.

Но… Я до сих пор вижу окровавленное тело князя, пронзённое острыми стрелами на той мрачной скале. Этот образ из дорамы не даёт мне покоя.

Месяц. Именно столько занял обратный путь до Лунцзи… Я уже и забыла, насколько трудна, тяжела и небезопасна долгая дорога. К счастью, теперь условия были в разы лучше и люди князя более чем готовы к таким поездкам.

Но в какой-то момент я спросила:

— А нас, эм… Не встретят с мечами и стрелами прямо на границах с Луном?

— Полагаю, что не рискнут. — плавно усмехнулся князь. — Ведь император Яней хочет меня видеть.

Тогда я призадумалась, пытаясь вспомнить образ правителя из дорамы. Кажется, он был весьма посредственным человеком… Не отличался особыми талантами, а почти все решения за него принимали советники и Лиян Цзинь.

Хорошим здоровьем император также не мог похвастаться. Ходили слухи о том, что он родился недоношенным и оттого часто болел… Да, в дораме этот сюжет развивался похожим образом.

Вначале император заразился чем-то незначительным. Обычная простуда, или вроде того… Но вскоре симптомы начали усугубляться. Врачи, конечно, забеспокоились, но по какой-то причине все лекарства и техники акупунктуры давали лишь временное облегчение. Яней занемог. И с тех пор Небесный город не знал покоя. Боже, надеюсь, с моими сёстрами всё хорошо… Впрочем, есть один человек, который знает это наверняка.

Ночью, когда мы остановились в одной горной деревне на передышку, я прижалась к князю, аккуратно запустив ладони под одежду. В последние дни он почти не спал и вечно отсутствовал. То разведка, то собрания, то подготовка… Мы ехали по дальним дорогам и, одновременно, готовились к решающему столкновению.

— Что такое, Юнли? — мягко спросил он, прикоснувшись губами к моему лбу.

— Сёстры Шен… Они в порядке? С ними же ничего не случилось в Небесном городе?

Я думаю, принцы способны защитить их, но… Подлый червячок сомнений до сих пор гложет разум.

Хао Вейян вскинул брови и, наконец, ответил:

— Я не знаю подробностей, но, судя по всему, они в порядке.

— Да хранят их боги. — с облегчением вздохнула я… Но спокойствие продлилось недолго.

— Юнли, их положение очень зыбкое. — признался Кровавый князь. — На данный момент я ничем не могу помочь твоим сёстрам. Но в будущем возможности могут появиться.

— Это… — я посмотрела ему в глаза и чуть тише произнесла. — Наверное, слишком эгоистично просить тебя об этом.

Он негромко рассмеялся, прикоснувшись к моему лбу:

— Послушай, я потерял почти всю семью в дворцовых битвах. Мне понятно твоё желание спасти их, и я постараюсь его исполнить.

«Так… странно и тепло на душе. Меня греет то, что он не обесценивает мои желания. И это пробирает до глубины сердца. Князь вполне мог отмахнуться, сказать, что проблемы семьи Шен его не касаются… Что грядущая война важнее. И был бы прав. Но вместо этого он подарил мне надежду, которая особо ценна в столь непростое время»

Я прижалась губами к его щеке, а затем поцеловала уголок шрама, плавно переместившись к устам. Если честно, мой муж невероятно красивый. Я никогда не думала о нашей разнице в возрасте, потому что его мужественное лицо, опалённое войной, манит сильнее любых приворотов…

Но, что более важно: в глазах князя я тоже прекрасна. Он смотрит на меня настолько нежно, будто в его руках редчайшая жемчужина (выпустишь из пальцев — разобьётся). И это — настоящее счастье.

Думаю, многие скажут, что мне повезло (с этим даже не спорю). Среди всевозможных красавиц Цветника именно я стала женой того самого Хао Вейяна, правителя Шуаньи, Кровавого князя, который откроет новую эру Луна. Но… Для меня он просто любимый мужчина, чья жизнь в опасности.

И если богам этого мира угодно, чтобы одна неловкая душа вспомнила о своём перерождении, быть может… У нас есть шанс всё исправить.

Когда-то я думала, что буду рада вернуться в Лунцзи. Мне казалось: «в тот момент всё плохое останется позади». Но, на самом деле… Оно ждало меня впереди. Ждало, как проклятое божество с весами жизни и смерти.

Столица встретила нас недружелюбно. Я не могла выглянуть в окно, но отметила небывалую тишину. Казалось, будто весь город вымер в ожидании неминуемой бури. И это ненастье… Сметёт всё на своём пути. Но прежде нам придётся столкнуться с ядовитой змеёй Небесного города.

— Остановитесь! — зычный оклик заставил меня стиснуть руку Шии в карете.

Ну что, началось? Казалось бы, слишком рано для прямых столкновений…

— Кто посмел преградить дорогу Кровавому князю? — не менее громко ответили ему.

— Светлейшая императрица Луна, добродетельная, милосердная и благочестивая, Её Величество Лиян Цзинь приглашает драгоценных гостей на аудиенцию в Небесный город.

На несколько минут повисла тишина. Клянусь, я бы многое отдала за то, чтобы увидеть выражение лица князя! Вероятно, он закатил глаза, когда услышал эту сомнительную похвалу Лиян…

— Да будет так. — спокойный голос Вейяна звучал не так громко, но пробирал до костей. Казалось, будто в его бархатистом тоне притаилось рычание дикого зверя, который вот-вот растерзает посланника. И мы продолжили путь, приближаясь к внушительным вратам города, где заточены мои сёстры.

Честно говоря, я очень нервничала. Очевидно, что свиту князя не пропустят в то страшное место… Таковы правила. Но и убить его в Небесном городе не получится, слишком уж высоки ставки. Лиян была бы рада перегрызть ему глотку, однако, она всё ещё сохраняет свою лживую репутацию добродетельной императрицы. Хотя многие (полагаю) давным-давно поняли правду.

— Госпожа… Вы же Её видели? — тихо спросила Шия, облизнув губы. — Эта женщина… Какая она?

Я молча прикрыла глаза и через некоторое время выдохнула:

— Гадюка, притаившаяся под кустом роз.

И это единственное, что я могу сказать. Через некоторое время наш кортеж притормозил у врат. Князь (судя по всему) спешился с коня, а затем…

— Ваше Княжеское Величество, не казните за дерзость, но… Мы наслышаны о вашей супруге. Она также приглашена на сиятельную встречу.

Я застыла, чересчур резко дёрнув подбородком. Чужие слова зашумели в ушах, вызывая приступ нежданной паники.

«Она знает. Императрица, скорее всего, уже догадалась, что именно я помогла князю… И не один раз. Что же сейчас будет? Отказаться от её приглашения невозможно. Но переживу ли я эту встречу?»

Шия притронулась к моей ладони и взволнованно скосила взгляд на дверь. Я кивнула, разгладив складки платья. Как же хорошо, что мы успели переодеться перед возвращением в Лунцзи…

— Хорошо. — проговорил князь. — Но моя жена робкая и плохо перенесла поездку. Она будет со мной от начала и до конца.

На сердце потеплело от его решительных слов. Точно, мой страх здесь лишний… Ведь на этот раз я не одна. Со мной Кровавый князь, великий победитель, который разгонит тучи над Небесным городом.

Шия помогла мне надеть тонкую вуаль, а затем первой вышла наружу, подавая руку. Я медленно подошла к Хао Вейяну и склонила голову, игнорируя всех прочих. Раньше мой статус побуждал обмениваться приветствиями и поклонами, но только не сейчас. Жена князя — куда более значительная роль. Так что… Это они должны кланяться.

В глубине души я жутко нервничала, но присутствие мужа остужало любые страхи. И вот так… Нас провели за запретные врата. Воины остались снаружи, однако телохранители проследовали за нами. Даже если их заставят сложить оружие — эти люди обучены особым техникам боя, так что… Смогут нас защитить.

Я на полшага отставала от князя. К сожалению, по местным правилам жена не может идти бок о бок с мужем… Хотя я и забывала об этом в Шуаньи. Там Вейян был законом, и его решения никак не оспаривались. А здесь каждый жест покрыт чужими липкими взглядами. Совершить ошибку — проще простого. Но расплачиваться за неё будут наши люди.

Я прикрыла глаза, воссоздавая в памяти некоторые азы обучения… Несмотря на спонтанность нашего брака, управляющий Фан всё же приставил ко мне женщину, которая отвечала за этикет. Она (судя по всему) происходила из изгнанного клана Лунцзи, потому как познания её касались и Небесного города.

Я никогда не спрашивала, что именно пережила та женщина, но прекрасно понимала: не зря она носит маску. Шия сказала, что за ней скрываются глубокие шрамы, обезобразившие лицо…

Эта женщина говорила мягким, грудным голосом. Она поправляла мою позу и речь, помогала отточить манеры, и в какой-то момент сказала:

«— Будьте несгибаемой, госпожа. Больше нет смысла уступать и проявлять скромность — никто в это не поверит. Особенно императрица Цзинь»

Её слова эхом прозвучали в ушах, когда я переступила порог дивного Звёздного дворца. Тихое, чудесное место, которое напоминает логово жуткого зверя. Но вот что странно: князь, решительно идущий вперёд, разбивал спокойствие дворцовых коридоров. Казалось, будто от его шагов стены содрогаются. Он был здесь званым, но нежеланным гостем…

«Если сравнивать дворец с местом, где притаилось чудище — Хао Вейян тот самый герой, что призван его убить»

Императрица восседала на роскошном троне. Золото, драгоценные камни и жемчужины были инкрустированы в его основание, воссоздавая изображение феникса. Окружающий зал был не менее слепящим: куда ни глянь, всё сияет дороговизной. По сравнению с этим великолепием князь выглядел скромно… Но в его спокойной решимости таилось куда больше опасной силы.

Придворный евнух выступил вперёд:

— Мы рады приветствовать Великого князя Шуаньи в Звёздном дворце. Её Величество с нетерпением ждала этой встречи.

Я сложила ладони и склонила голову. Подданные Луна обязаны проявить куда больше уважения, но сейчас я (прежде всего) жена князя. А потому не обязана кланяться в пол даже перед ней.

Колкий взгляд императрицы пронзил меня насквозь. Я кожей ощутила это ледяное, ядовитое внимание… Она будто примеривалась, как бы побыстрее откусить мне голову.

— Долго же вы ехали, князь. — елейным тоном проронила Лиян Цзинь.

Насмешка в её словах непрозрачно намекала на то, что Вейян «струсил» приехать в Лун раньше… Но не ей упрекать его за это.

— Возникли кое-какие обстоятельства. — бесстрастно протянул князь, глядя ей в глаза. — Но теперь мы будем видеться весьма часто, Ваше Величество.

Мне… очень неуютно от этого обмена угрозами! Но обратного пути нет.

— Я слышала о том, что вам полюбился мой дар Цветника. — усмехнулась императрица, переводя взгляд на меня. — Хотелось бы лично поздравить госпожу Вейян.

Я внутренне дрогнула, едва не прикусив губу. Лиян Цзинь фактически объявила себя моей хозяйкой… До чего унизительно. Тем не менее, мне пришлось сделать несколько шагов вперёд, и заглянуть ей в глаза.

В зрачках императрицы плескалась чистая злоба, которая казалась страшнее любого (даже самого лютого) шторма.

— Вы так очаровательны. — произнесла она, постукивая длинными пальцами по складному вееру. — Неудивительно, что князь не устоял… Семья Шен может вами гордиться.

Я вежливо улыбнулась (и скулы едва не свело от этой улыбки). Императрица ведь не зря упомянула семью. Беда в том, что клан Шен в любом случае будет в опале… Это неизбежно, учитывая браки моих сестёр.

— Вы, должно быть, проголодались от долгого пути. — ласково проговорила Лиян. — Не хотите отужинать со мной?

Она обращалась ко мне, и это было очень, очень плохим знаком. Дело в том, что я не могу напрямую отказаться от этого предложения… Но съесть что-либо при императрице — смерти подобно.

— Жена должна сопровождать меня в новый дом. — резко вмешался князь.

Его грубые слова были верхом неприличия, но спасением для меня. Я опустила подбородок и шагнула назад, едва сдерживая внутреннюю дрожь.

— О, вот как? Вы мне не доверяете, князь Вейян? — рассмеялась императрица. — Не собираюсь же я в самом деле вас отравить…

— Как я могу не доверять добродетельной правительнице Луна? — в тон ей спросил Хао Вейян. — Но нам пора идти.

Он развернулся и направился к выходу из зала, а я вновь склонила голову и пошла за ним. Хотелось поскорее сбежать из жуткого Звёздного дворца, где сами стены дышат болью и насилием… За нами наблюдали сотни колючих глаз, подмечая любую оплошность, любое неверное слово. Но подавляющая аура Кровавого князя заставила их трусливо жаться по углам.

Я желала лишь одного: поскорее покинуть Небесный город. Казалось, здесь невозможно скрыться от ядовитой злобы императрицы, но… Неожиданно Хао Вейян остановился. Мы уже оставили дворец и теперь проходили мимо изящных садов, фонтанов и цветущих деревьев. Здесь часто отдыхали наложницы императора, и… В тот момент я обомлела.

Впереди показалась изысканная процессия. Десять дворцовых служанок вели прекрасную девушку, которая была слишком хорошо мне знакома.

«Сестра!» — едва не воскликнула я, с удивлением взирая на Хуалинг.

Первая леди Шен и раньше была красавицей, но теперь в ней проявилась особенная стать. На безупречном лице нет ни одной лишней эмоции, каждое движение утончённо и элегантно… И только в чёрных глазах плескалось едва уловимое беспокойство.

Она тоже остановилась, и, коротко качнув головой, свернула в ближайший павильон, оставив меня в полнейшем изумлении.

— Иди. — произнёс Вейян одними губами. — Тебя ждут. Я пока останусь здесь.

Я бросила на него благодарный взгляд и направилась за процессией Хуалинг. Её служанки пропустили меня в помещение без слов и только тогда… Мы смогли обняться.

— Юнли, Юнли… Какое счастье, что ты вернулась. — тихо проронила старшая сестра, с беспокойством осматривая моё лицо. — Мы можем немного поговорить, этот павильон безопасен… По крайней мере, в ближайшее время.

— Хуалинг! — я чуть не расплакалась. Голос задрожал против воли, по сознанию прошла рябь… На миг показалось, будто я всё та же четвёртая леди Шен, которая мирно живёт в Яблоневом дворе, дожидаясь (не)желанного брака.

Но теперь всё изменилось. И Хуалинг, конечно, тоже. Я хотела сказать что-то ещё, да не успела: двери павильона вновь распахнулись. И тогда раздался до боли знакомый голос…

— Хуалинг, и не стыдно тебе так поступать?

То была Циань. Моя единокровная сестра появилась в привычном (горделивом) образе. Она оставалась такой же яркой, но взгляд стал куда спокойнее, и… настороженнее. Тем не менее, Циань почти сразу обняла меня, не смущаясь присутствия Хуалинг.

Я резко зажмурилась, вдыхая цветочный аромат её духов. Никогда не думала, что наша встреча будет такой трогательной. Но прямо сейчас я действительно счастлива, что вернулась.

— Прости, Юнли… — вздохнула Циань, нехотя выпуская меня из объятий. — В любое другое время мы бы встретили тебя подобающе, но сейчас всё так… усложнилось.

— Я понимаю.

Сёстры не виноваты в том, что Лиян Цзинь ищет любой повод, чтобы убрать их. Однако…

— А где Сишу? — спросила я одними губами.

Моя подруга и верная служанка… Помню, она должна была остаться с Циань. И я просто хочу удостовериться, что с ней всё в порядке.

— Мы решили, что будет безопаснее оставить её с семьёй Шен. — вмешалась Хуалинг. — Видишь ли, в пределах Небесного города очень трудно… выжить.

Я на секунду представила жизнерадостную Сишу в этом мрачном месте и содрогнулась. Да уж, с её словами не поспоришь…

— А что с семьёй Шен? Родители в порядке? — спросила я чуть слышно.

На этот раз ответила Циань:

— Отец отказался от должности. Бабушка занемогла, а недавно они покинули Лунцзи… По официальной версии: чтобы поправить здоровье старушки. Но на самом деле, это больше похоже на побег.

— Императрица много раз нам угрожала. — холодно усмехнулась Хуалинг. — Воздействовать через семью — проще всего… Потому они и уехали. В защищённом отдалённом поместье куда безопаснее.

Я невольно вздохнула, соглашаясь с её словами. Если учесть то, как сильно обострилась ситуация, отец поступил правильно… Он мог до конца бороться за эту должность, но предпочёл спасти себя и семью.

— А как вы…? — прошептала я и запнулась. — Как вы выживаете здесь?

Сёстры переглянулись. И первой вновь заговорила Хуалинг:

— Мы объединились, Юнли. Знаю, в это трудно поверить с учётом нашей многолетней вражды, но… Кому ещё доверять в Небесном городе, как не родной сестре?

— Это случилось не сразу. — пробормотала Циань. — Вначале императрица начала давить Хуалинг… Даже несмотря на защиту принца, Её Величество убила нескольких служанок старшей сестры.

— Они… — голос Хуалинг на мгновение сорвался. — Они поплатились за мои ошибки.

Я резко выдохнула, сжимая пальцы в кулаки. Узнаю почерк безумной Цзинь… Она, должно быть, получала истинное удовольствие, когда мучила кого-либо.

— Затем я стала младшей супругой третьего принца. — проронила Циань. — И тоже столкнулась с интригами… Вот тогда мы и решили объединиться.

— Мы обмениваемся новостями, планируем контрмеры и действуем сообща. Так, как и подобает сёстрам из одного клана. — плавно заметила Хуалинг.

А я ощутила непомерную гордость за этих девушек. Когда-то мне даже не верилось, что леди из семьи Шен способны на такое преображение… Казалось, между ними слишком много ссор, непонимания и мелочных обид. Но они обе выросли, стали умнее и хитрее… Даже смогли продержаться в Небесном городе, пусть это и нелегко.

— А ещё… — Циань понизила голос, склонившись ко мне. — Хуалинг беременна.

Я перевела ошеломлённый взгляд на старшую сестру. Та едва заметно улыбнулась и прошептала:

— Это пока секрет… Мой муж, конечно, знает, но мы не торопимся открывать правду при всех.

«Да, не стоит забывать о главном: смертельная опасность никуда не делась. Она нависла над всеми нами острыми когтями Лиян Цзинь. И, пока ещё не поздно… Я должна найти способ, как уберечь их от бед»

— Юнли, тот человек… — Хуалинг перевела дух и, наконец, решительно спросила. — Ответь честно: Кровавый князь принудил тебя к браку?

Я смущённо закашлялась. До чего неожиданный вопрос… Впрочем, у Хао Вейяна не самая лучшая репутация в Луне.

— Нет, он…

— Не бойся, сестрёнка! Ты можешь всё нам рассказать. Мы поймём и поддержим. — вмешалась Циань, поджав губы.

Я на мгновение запнулась, а затем покачала головой. Их нелегко переубедить, но… Если учесть тот факт, что все девушки Цветника — дары князя, принуждение к браку становится совершенно бессмысленным.

— Он вовсе не такой страшный, каким кажется на первый взгляд. — мягко улыбнулась я. — И сильно отличается от слухов… Князь — благородный человек, он бы не стал заставлять меня. Так что это полностью мой выбор.

Я поочерёдно взглянула на сестёр Шен и вздохнула:

— Вы его боитесь, не так ли?

— У нас нет выбора, Юнли. — протянула Хуалинг. — Из-за его приезда всё… усложнилось. Наших мужей вынуждают вступить в борьбу за трон.

— Но принцы этого не желают! То есть, я хочу сказать… Мой муж уже потерял многих сторонников. Он страшится, что следующей станет Утончённая супруга Хуэй. Или того хуже: его собственная голова слетит с плеч. — поспешно выпалила Циань.

— Да, так и есть. — со вздохом кивнула Хуалинг. — Старшие принцы схлестнулись с императрицей, но они недостаточно умны, чтобы выиграть эту битву. Мой муж просто хочет выжить, но даже это может стать роскошью в нынешнее время.

Я внимательно посмотрела на взволнованных сестёр и полушёпотом попросила бумагу с кистью. Чёрная кисточка быстро выводила символы послания, предназначенного только для их глаз. Первой его прочитала Хуалинг, после неё — Циань.

— Ты уверена, Юнли? — серьёзно спросила старшая сестра.

— Да. — я кивнула, пристально глядя ей в глаза.

— В таком случае… Нам стоит уехать. — пробормотала принцесса. — Сейчас самое время укрыться от зноя в Летнем дворце.

Я невольно улыбнулась. Упомянутый дворец находится далеко за пределами Небесного города и предназначен для отдыха принцесс и сиятельных наложниц. Словом, это лучшее место для того, что временно (и не привлекая внимания) укрыться от грядущего переворота.

— Но как же принцы? — пробормотала Циань, а затем призадумалась. — Они могут тайно выехать из города накануне…

Я с готовностью кивнула. Ближайшие дни будут мрачными и кровавыми. Моим сёстрам лучше уехать, ведь так (по крайней мере) появится надежда на их спасение.

— Можно ли в самом деле доверять правителю Шуаньи? — вздохнула Хуалинг, обеспокоенно качнув головой.

И я понимала её сомнения. В Небесном городе царит атмосфера предательства и обмана. Сёстры закалены этими ожесточёнными чувствами. И чертовски сложно (почти невозможно) поверить в то, что легендарный Кровавый князь способен помочь им…

— Вы можете доверять мне. — уверенно проговорила, глядя на Хуалинг. — Князь сделал меня своей женой, а это большая честь. Но я никогда не забывала о семье Шен.

Хуалинг прикусила нижнюю губу. Её ладонь опустилась на талию, и только тогда принцесса кивнула.

— Нам пора, Юнли. — тихо заметила Циань. — Слишком долгий разговор привлечёт нежелательное внимание…

— Да, я понимаю.

— Береги себя. — с грустью проронила вторая сестра. — Надеюсь, Его Величество сможет защитить тебя.

«… И всех нас» — мысленно добавила я.

Прощание далось мне нелегко, но оставило чувство выполненного долга. Теперь я знала: сёстры спасутся от грядущей резни (и их мужья, надеюсь, тоже). Впереди нас ждёт смута, исход которой зависит от князя. От того, кто ждал меня у цветущей арки. Подол его алого плаща развевался на ветру, оставляя (пока) незримый кровавый след.

Поместье князя в Лунцзи напоминало неприступную крепость. Не очень большое, но удивительно защищённое — люди Вейяна следили за каждым клочком земли. И это, поверьте, к лучшему: когда мы выехали из Небесного города, я ощутила сильную дрожь в пальцах. Руки тряслись, будто меня только что ударило током.

Всего одна встреча с императрицей вызвала подобную реакцию и дело вовсе не в трусости. Просто… Небесный город пропитан безумным напряжением. Казалось, один неверный шаг — и сорвёшься в пропасть.

Поэтому я по-настоящему расслабилась только в защищённом поместье князя. Всю ближайшую неделю мне придётся провести здесь… Никаких выездов в город. Иначе Лиян Цзинь непременно найдёт способ, как мне навредить.

— Как думаешь, зачем она предлагала остаться на ужин? — чуть слышно спросила я у мужа. — Яд, это ведь так непрактично…

— Она бы не стала травить нас. — спокойно проронил Вейян. — Не сейчас. Но в еде могут быть разные лекарства… Некоторые из них вызывают бесплодие.

Меня невольно передёрнуло. Да, я слышала о грязных методах, которые практикуют в гаремах… И императрица вполне могла ими воспользоваться. Впрочем, её главная цель не я — а Хао Вейян. Она сделает всё, чтобы дезориентировать князя в этой борьбе.

«Ну что за жуткая мегера» — я поморщилась, беспокойно расхаживая у окна. Напряжение царит неимоверное: поднимешь спичку — тотчас зажжётся от искр чужого гнева. Днём и ночью под окнами дежурят охранники и даже слуги (по большей части) обучены боевым искусствам.

Я почти ни с кем не виделась, проводя уединённые часы с Шией. Только Цзенлан время от времени мелькал рядом, но он явно поглощён своими волнениями. Сюнин, кажется, до сих пор томилась взаперти… Оно и к лучшему. Не очень хочется отпускать героиню сейчас, когда финал так близок.

Тем более, что впереди нас ждёт резня. Да… Жестокая и беспощадная, она охватит всю столицу одной роковой ночью. Городские ворота закроются, огни потухнут в чужих домах, и тьма обагрится кровью.

В оригинальной дораме этот ужас застал князя врасплох. Хотя он готовился к масштабной битве, на тот момент его люди (в большинстве своём) дислоцировались вне столицы. Хао Вейян просто не ожидал, что императрица совершит такой дерзкий рывок у него под носом… В ту ночь император умирал в своих покоях, а на улицах шли ожесточённые бои.

Но теперь Вейян готов ко всему. Я рассказала ему даже об этом, и, судя по усиленной безопасности поместья — князь более чем готов защищаться. Но мне всё равно неспокойно.

В дораме та резня навсегда изменила Лунцзи. Император умер, а вместе с ним погибли и многие принцы. Хао Вейян лишь чудом пережил смертельную опасность и повёл войска на столицу… Их ждали новые схватки с людьми императрицы, которая в то время пыталась угрозами заставить совет побыстрее короновать пятого принца. Но все понимали: маленький император уже ничего не изменит. На пороге Луна стоит истинный правитель, который скоро возьмёт своё.

«А чем в то время занимались Цзенлан и Сюнин?» — задалась я невольным вопросом.

Наследник… Он помогал отцу. Цзенлан не был великим воином, но из него вышел ответственный координатор. Он был вдумчивым, хорошо анализировал происходящее и (если отринуть юношескую импульсивность) оставался довольно разумным человеком.

Хао Вейян сознательно удерживал сына подальше от поля боя. Возможно, по той причине, что боялся потерять его…

А вот Сюнин оставалась в защищённом месте. Так же, как и я сейчас… Кажется, в ту пору она уже была беременна, потому за ней присматривали особенно строго. И всё же, каким-то чудом Сюнин похитили.

Я нахмурилась, пытаясь вспомнить подробности той истории. Нет… Её правда украли? Но каким образом и чем всё закончилось? Совершенно не помню.

Я знаю одно: сегодняшняя ночь будет нестерпимо долгой. Охранники на улице точат мечи, готовят стрелы, наши окна закрыли ставнями. Пальцы Шии дрожали над вышивкой, оставляя дорожку из кривых стежков. Я сидела у окна, сжимая пальцами талисман удачи.

Давай же, Хао. Давай переживём эту ночь, Кровавый князь, ведь с рассветом нового дня… В Луне воцарится новая власть.

Небесный город.

Небесный город застыл. Смолкли птицы в садах, утих привычный стрёкот насекомых, а люди… Люди забивались по углам, закрывали глаза. Прятали в рукавах острые клинки и дрожали, боясь лишний раз пошевелиться. Лишь холодный ветер удушающе-тихо выл за окнами, раскачивая потухшие фонари.

Император Яней Цзинь лежал на роскошной постели, пустым взглядом уставившись в окно. За ним не видно ничего — только чернота летней ночи. Но Его Величество всё равно вздрагивал, впиваясь ломкими ногтями в царапины на своих руках. Когда он надавливал пальцами на раны — боль в теле казалась почти незначительной. Яней знал: там, под кожей, пылает смертельная лихорадка, которая уже пронзила его органы. И привкус крови на губах совсем не случайный… Его Величество медленно умирал, пока эта ночь высекала последние искры на чьих-то жизнях.

Резня. Яней сам приказал устроить её сегодня. Это напоминало извечный погребальный обряд предков: когда-то правители Луна перед смертью составляли список всех своих приближённых. Те, кто служили верой и правдой. Те, кто отправятся с императором в последней путь. Каждый пункт из списка должен быть соблюдён… И правитель не будет одинок в своём посмертии.

Яней Цзинь не стал этого делать. Резня — нечто куда более дикое и неукротимое. То, что запомнят лучше любого обряда… Он знал, что в эту безумную ночь императрица обезглавит его детей. Кого именно? Судьба покажет.

Возможно, это будет самолюбивый старший принц, или алчный второй… Яней на мгновение прикрыл глаза. В голове помутнело, а больные воспоминания из прошлого поднялись со дна.

Раньше и он был таким принцем. Не властным, не сильным, но забитым и болезненным. Яней знал, что отец никогда не оставит ему трон. В таком случае следует просто… Убрать иных кандидатов.

— Лиян… — прошептал император, шумно вздыхая.

Его хрупкая, жестокая, неимоверно прекрасная жена. Именно её коварный разум вознёс его к трону. Именно её тонкие пальцы сплели смертельные заговоры для многих: братьев, сестры, отца и даже для генерала Вейяна.

Яней не любил вспоминать их смерти. Они всегда казались ему пугающими, грязными… недостойными. И ему не нравилось осознавать главное: именно он допустил их гибель. А сейчас эта резня — лишь отражение тех жутких времён.

— Хао… Вейян. — голос императора на мгновение окреп.

Он не слышал чужую поступь, скорее почувствовал Его присутствие. В колебании свечей, в шуме буйного ветра за окном и в ледяной угрозе, что повисла над шеей острым клинком.

— Дядя. — бесстрастный голос князя прозвучал совсем рядом, пробирая до дрожи. — Ты хотел меня видеть?

— Да… Да, разумеется.

Яней Цзинь с трудом приподнялся на локтях. Его слабое тело было таким никчёмным, бесполезным… Особенно в сравнении с Кровавым князем. Тот возвышался над ним, как огненный бог мщения.

— Этот трон… по праву твой, племянник. — Яней с трудом выдавил улыбку.

— Вот как?

— Да… мои сыновья никчёмны. Старший принц самолюбив и не воздержан. Второй слаб и алчен. У остальных нет и малейших амбиций. Все они… Недостойны моего трона.

Янею с трудом давались эти слова. Все его дети бесполезны, и это (увы) чистая правда. Иногда он задавался вопросом: каким бы был их общий с Лиян ребёнок, если бы удалось его сохранить? Но прошлое неизменно.

— Прискорбно. — протянул Хао Вейян, дёрнув подбородком. — Дядя так легко предложил мне трон… Возможно, по той причине, что очередное покушение провалилось?

Яней вздрогнул, а Кровавый князь продолжал:

— Ты собрал армию, чтобы подавить меня. Я ошибочно полагал, что там скрыто грозное войско… Но на самом деле дядя император лукавит. Армия Луна — слабая и немногочисленная. Ваши генералы отравлены честолюбием и казнокрадством.

— Все великие генералы поддержали твоего отца. — произнёс император, стиснув зубы. — Я не мог доверять им!

— И поэтому предпочёл избавиться. Я понимаю, дядя. — ледяная усмешка исказила губы князя. Он шагнул вперёд, усиливая и без того давящее чувство угрозы.

— Твои люди потерпели поражение этой ночью. — медленно произнёс Вейян. — Не смогли убить меня… Зато твои старшие сыновья были обезглавлены императрицей.

— Только старшие? — без особого интереса уточнил Яней.

— Только они. — князь едва заметно усмехнулся. — Остальные оказались более предусмотрительными.

Яней лишь мрачно осклабился, прикрыв глаза. Его руки дрожали всё сильнее, выдавая внутреннюю агонию.

— Скажи, дядя… Ты настолько сильно её любишь? — спросил Вейян, опустившись на одно колено перед его кроватью. — Ты ведь знал, что я не виновен. Ты знал, что она сделала с твоей родной сестрой, моей матерью. И даже сейчас… Она убила твоих сыновей, а ты равнодушно подал ей меч, чтобы сделать это.

Яней вновь открыл глаза, бросив взгляд на Вейяна. В зрачках императора мелькали огоньки свечей, а вместе с ними и отблески иных времён. Он вспоминал, какой красивой и манящей была Лиян в их первую встречу…

— Она была единственной, кто в меня поверила. — проскрипел уставший голос правителя. — Я бы не получил корону без её помощи. Благодарность… Последнее, что я могу ей дать.

— Моя мать тоже верила. И чем ты отплатил ей?

— Её сын станет новым императором. Это ли не справедливая плата? — Яней рассмеялся, выплюнув сгусток тёмной крови.

Его сознание помутнело сильнее, но он всё же поднял руку, расписавшись на указе, который содержал посмертную волю императора.

— Уходи, Кровавый князь. Отныне весь Лун твой — больше нам делить нечего. — просипел Яней бледными губами.

— Твоя императрица будет в ярости. — неспешно заметил Хао Вейян.

— Она… Всё равно не должна жить без меня. — покачал головой Яней. — Можешь считать это последним актом привязанности… Племянник.

Ночь за окном стремительно светлела, свечи в покоях императора гасли одна за другой. В предрассветный час придворный евнух позвал на помощь, созывая лекарей… Но с первыми лучами солнца император Яней скончался, оставив последний кровавый росчерк в истории Луна.

На рассвете протяжно зазвенели похоронные колокола. Их тяжёлый, надрывный гул впивался в сознание, оседая горьким привкусом на губах. Я потёрла уставшие веки и полушёпотом приказала:

— Шия, достань светлое платье.

Вскоре вся столица укутается белым траурным шёлком. Император мёртв, а вместе с ним этой ночью погибли многие другие. Слуги, союзники и, конечно, старшие принцы… Интересно, довольна ли императрица? Её план (отчасти) сработал. Претендентов на трон стало значительно меньше, вот только… Главный сюрприз ждёт нас впереди.

Указ покойного императора о том, кто именно займёт его место. Думаю, Лиян Цзинь полагала, что муж никогда не предаст её… Она собиралась короновать маленького пятого принца и стать законной регентшей, удерживая власть в своих руках. Но едва ли это возможно.

Покуда жив Хао Вейян, у императрицы нет ни единого шанса. Эта кровавая ночь — последняя, отчаянная (и провальная) попытка убрать князя с пути. Но Лиян Цзинь проиграла. Её власть оборвалась с последним вздохом мужа. И совсем скоро императрица получит то, что заслужила.

А мне оставалось лишь переодеться в белое платье, ожидая вестей в защищённом поместье. Охранники продолжали патрулировать территорию ночью и днём, противостоя атакам теневых убийц. Иногда я слышала крики и лязг мечей… Что, признаться честно, не сильно мне нравилось. К слову, именно Цзенлан взял на себя командование поместьем в отсутствие отца. И справлялся он весьма неплохо.

А за пределами Лунцзи развернулись настоящие военные действия, в которых Хао Вейян неожиданно быстро взял вверх. Он так стремительно одержал победу, что я даже растерялась. В дораме всё было намного медленнее, и… Страшнее.

Там кровавая резня не затронула князя, но устранила некоторых его товарищей. Вейяну пришлось покинуть столицу, из-за этого он потерял драгоценное время. Хотя войска Шуаньи были более искусными, чем у императора, битва выходила сложной и ожесточённой. Но сейчас…

«Он знает. Он заранее изучил их повадки по тем немногим деталям, о которых я успела рассказать. Из меня плохой стратег, но князь — совсем другое дело… Вейян — опытный военачальник, а потому скорректировал тактику боя, доверившись моим словам. Это… Просто поразительно»

Я чувствовала, что поступила правильно. В этот раз мои знания спасли кому-то жизнь, так что… Всё было не зря.

И через несколько дней войска Хао Вейяна вошли в Лунцзи. Последняя воля императора была объявлена перед всем народом: Кровавый князь, племянник великого Цзиня, достоин занять высочайший трон.

Говорят, в тот момент лицо императрицы исказилось. Она сняла свою драгоценную корону и разбила о каменный пол, потеряв последние крупицы самообладания. Люди шептались: «безутешная вдова лишилась рассудка», но она обезумила куда раньше. Хотела бы я видеть этот момент…

— … Но мы всё ещё сидим взаперти!

Клянусь, это уже начинает надоедать. Я целыми днями только и делаю, что меряю шагами свои покои… Или сад во дворе. Дальше охранники меня просто не пускают. Кровавый князь до сих пор не посетил поместье, Цзенлан занят… Я уже задумывалась о том, чтобы вызвать Сюнин для разговора, но собеседница из неё так себе.

— Потерпите ещё немного, госпожа. — старательно утешала Шия. — Я уверена: князь скоро вернётся…

Но дни шли, а он не торопился в поместье. Охранники изредка передавали от него весточки, которые были до боли лаконичными. Что-то в духе: «всё хорошо, потерпи ещё немного». И я правда готова ждать, просто… У меня сердце не на месте от этого заточения.

Собственная беспомощность давит на нервы. Вдруг что-то пойдёт не так, а меня даже нет рядом, чтобы помочь ему? Но умом я понимала: так лучше. Лучше быть на расстоянии, пока всех людей императрицы не поймают. Иначе она найдёт способ, как извернуться и вонзить змеиные клыки в протянутую руку.

Но затишье было давящим. За что бы я ни бралась — всё валилось из рук, и даже книги больше не удерживали моё внимание. Порой удавалось навестить Цзенлана — его кабинет всё сильнее напоминал штаб военного генерала.

— Не стоит волноваться. Отец зачищает Небесный город. Убирает неблагонадёжных людей… — устало улыбнулся Цзенлан. — Но он практически завершил своё дело.

— Надеюсь. — чуть слышно проронила я.

Меня не отпускало мерзкое чувство, будто вот-вот произойдёт нечто ужасное… Над головой зрела невидимая грозовая туча, наливалась свинцовой тяжестью. И вскоре грянул гром.

Всё началось со странной суматохи в рядах охраны. Тогда мы с Шией гуляли в саду, потому сразу заметили их насторожённость.

— Что случилось? — спросила я, подойдя к командиру.

— Госпожа Вейян, к вам прибыла… гостья.

— Что?

Я непонимающе нахмурилась. Не так уж и много людей могут навестить меня в Лунцзи… Мать находится за пределами столицы, сёстры — в защищённом дворце. Тогда кто это?

— Ваша сестра, госпожа Вэнь.

Ксуа? Вот так неожиданность… Неужели она пришла, чтобы продемонстрировать извечную «сестринскую привязанность»? Я совру, если скажу, что мне совсем неинтересно её увидеть. Но сейчас не то время, и не то место для подобных встреч…

— Она не предупредила о своём визите. — нахмурилась Шия. — Это крайне неуважительно!

— Передайте, что я не смогу с ней встретиться. — с моих губ сорвался тяжёлый вздох.

Нет, не стоит рисковать… Пусть мне и любопытно.

— Мы не собирались пускать госпожу Вэнь на территорию поместья, но она упала в обморок прямо у ворот. — признался охранник. — Нам пришлось вызвать лекаря, ведь она ваша сестра…

Как-то всё это… Дурно пахнет. Возможно, у меня паранойя, но эта история с обмороком до боли напоминает прежние поступки Ксуа и извечные манипуляции наложницы Лу.

— Сообщите её мужу. Пусть приедет и заберёт её домой.

У меня на душе скреблись кошки. Что же там происходит? Я, конечно, не верю в то, что хрупкая Ксуа сможет в одночасье переломить ход игры… Да и осмелится ли она на такой поступок?

Но в тот момент я сильно недооценила третью сестру. И спустя двадцать минут после приезда Лин Вэня… В поместье начался хаос.

Я хорошо помню тот момент, который заставил нас с Шией напрячься. В моём дворе всегда было тихо, но рядом дежурили воины князя. Их твёрдая поступь и суровые голоса наполняли это место жизнью… И вот, внезапно, всё стихло. Я заметила быстрые тени, что промелькнули на крышах.

— Госпожа, что-то не так! — воскликнула Шия, увлекая меня в помещение.

А затем она… Покачнулась. Кто-то метнул дротик ей в плечо! Шия резко выдохнула и обмякла, закатив глаза.

Ледяной страх хлестнул меня по позвоночнику. Я с трудом удержала падающую девушку и отчаянно вскрикнула:

— Нет, нет, нет… Прошу, только не яд!

— Это не яд.

Я резко подняла взгляд, и тогда… Увидела самого Лин Вэня. Он шёл ко мне по садовой тропинке так расслабленно, будто находился на своей территории.

Я невольно вспомнила те светлые дни, когда мы гуляли вместе под цветущими вишнями… Но сейчас, увы — атмосфера была прямо противоположной.

— Ваше Величество, княгиня Вейян. — он церемониально поклонился и проронил. — Не стоит переживать. Ваша служанка просто спит.

Лин Вэнь, по сути, почти не изменился. Разве что повзрослел… Юношеский запал больше не горел в его голубых глазах, уступив место лихорадочной решимости.

И в тот момент я с горечью осознала: мой друг стал предателем. Верное оружие императрицы… Интересно, на что она надавила? Шантаж, подкуп, или манипуляции иного рода? Он… Отправил свою жену, чтобы привлечь внимание охраны. Конечно, их план состоял не только в этом.

Я уверена: императрица долго готовила нападение. И все предыдущие попытки были лишь фарсом, обманным манёвром… Которые соткали идеальную схему, хитроумную ловушку. И даже я не могла предугадать это.

Сюжет ведь давным-давно изменился. А каждый мой поступок влиял на дальнейшие события… В оригинальной дораме Юнли была бесполезной переменной, потому Лин Вэнь остался честным учёным с навязанной женой. Но здесь… Здесь ему дали шанс всё изменить. И он им воспользовался.

Помню, как резко отшатнулась от Лин Вэня, но мужчина вдруг бросил мне в лицо едкий порошок. Нос тотчас зачесался, я громко чихнула, а он… Достал маленький круглый шарик и раздавил его пальцами. Едкий дым обвил меня, будто хищный змей, стремительно забиваясь в лёгкие. Кончики пальцев мгновенно онемели, а затем и всё остальное тело парализовало…

Я упала на дорожку рядом с Шией, отчаянно хватая воздух губами.

«Это конец» — бились в голове суматошные мысли — «боже, это конец!»

Сам Вэнь был в полном порядке. Видимо, у него есть антидот к ненавистному порошку… Он подошёл ко мне, аккуратно поднял на руки и проронил:

— … Прости, Юнли. И не бойся. Это для твоего же блага. Я… Мы никого не убили, просто усыпили.

Да, конечно. Никого не убили… Просто парализовали, а потом и добить можно.

Я отчаянно цеплялась за собственное уплывающее сознание, но не могла проронить ни звука. Лин Вэнь ногой отодвинул Шию в сторону и вышел из сада. Слуги и охранники лежали на земле. Кто-то без сознания, а у кого-то в теле виднелись дротики с сонной заразой…

Солнце мирно сияло над головой, в Небесном городе собирались чествовать нового императора, а меня выкрали из поместья мужа… Чтобы свершился финальный эпизод проклятой дорамы.

— …Знаешь, Сюнин, ты особенная. Взгляни: боги даровали тебе драгоценные волосы! Белее снега, ярче луны… Это значит, тебя ждёт великая судьба, доченька. — так говорила мать-наложница, расчёсывая серебристые локоны небольшим гребнем.

Сюнин сидела перед зеркалом, не сводя глаз с отражения, и контролировала каждый свой взгляд, каждую улыбку. Всё должно быть безупречным. Это у других есть право на ошибку, у законных дочерей. У неё же такой возможности нет и никогда не было.

— Ты в это правда веришь, матушка? — однажды спросила Сюнин, рассеяно прикрыв глаза.

— Конечно, милая! Ты моё драгоценное дитя. — улыбнулась в ответ наложница.

Затем она положила гребень на стол и пошла готовиться к встрече с господином Тао. В последнее время он навещал её крайне редко… Видимо, козни главной жены подействовали.

Сюнин рассеянно думала о том, что мужчины безнадёжно глупеют рядом с красивыми женщинами. Таким был даже её строгий отец, цензор Тао. В суде он — главный поборник справедливости, а в собственном доме готов закрыть глаза на любые интриги главной жены.

В тот день, украдкой наблюдая за тем, как мать пресмыкается перед равнодушным отцом, Сюнин приняла решение. Она не хочет быть чьей-либо наложницей. Провести всю жизнь в раболепном поклоне — разве это не хуже мучительной смерти? Так думала Сюнин в то время… Но годы шли, и многое в её жизни поменялось.

Леди Тао всегда была исключительной. Прекрасная память помогла ей быстро освоить музицирование, каллиграфию и го. Но особый талант она проявляла в вышивке и игре на флейте. Сюнин жаждала внимания, желала признания, однако на пути всегда стояла мачеха со своей старшей (бестолковой) дочерью. Сюнин во всём превосходила сестру… Во всём, кроме статуса. Но именно это оказалось самым важным.

— Тебя похвалила императрица, и что с того? — насмехалась мачеха. — Это не спасёт тебя от презренной судьбы.

Сюнин молча глотала оскорбления и порой с разочарованием смотрела на притихшую матушку. Та могла сколько угодно говорить об «уникальности» дочери, но никогда не защищала её перед главной женой. Уже тогда Сюнин поняла: при всей своей ненависти, мачеха говорит правду. Дочери наложницы и впрямь не светит счастливая судьба, если просто плыть по течению.

Тогда в поместье пригласили жениха старшей сестры, и леди Тао осознала: он может стать её драгоценным шансом на лучшую жизнь. Любимый сын в богатой семье, которому потакали абсолютно все… Но, прежде чем Сюнин успела нацелиться на юношу, госпожа Тао заметила её интерес. И приняла меры.

Цветник императрицы. Место, откуда не возвращаются… В тот момент Сюнин была по-настоящему потрясена. Она никак не ожидала, что госпожа Тао решит избавиться от неё таким образом. До безумия жестоким и бескомпромиссным…

Но, в конце концов, у Сюнин Тао не было выбора. Так она оказалась в загадочном, пугающем Шуаньи. Подконтрольное княжество, в котором дочь наложницы вдруг обрела новые цели.

Она по привычке сравнивала себя с другими девами Цветника. У одной дурной характер, у второй неприятный смех… Третья некрасива, четвёртая — совершенно безрукая. Пятая откровенно глупа, у шестой нет характера. Сюнин быстро осознала: никто здесь не может с ней соперничать, но, что более важно… Статус не имеет значения. В этом страшном месте законные дочери ничем не лучше, а значит, леди Тао ничто не сдерживает.

Вначале Сюнин просто хотела выжить в Шуаньи. Проявить себя достойно и сдержанно, чтобы Кровавый князь смилостивился и даровал ей свободу. Но чем больше времени она проводила в поместье, тем сильнее менялись приоритеты.

Цзенлан… Всё дело в нём. Сюнин смотрела на него и день за днём подмечала детали поведения. Он был добр к слугам, слегка не уверен в себе и крайне совестлив. Даже скандалистка Бай Джу не смогла вывести наследника на эмоции.

Сюнин чувствовала, что Цзенлан нравится ей всё сильнее… Не только из-за внешности или характера. Он был удобным. Не имел наложниц, не спал со служанками. Но именно от него зависит будущее Шуаньи. Единственное препятствие: слишком жестокий и контролирующий отец… Но Сюнин верила: если она сделает всё правильно, старший Вейян ей не помешает.

Её мечта была зыбкой, едва осуществимой, но Тао и впрямь хотела стать женой Цзенлана. Ведь если это свершится, Сюнин больше не придётся унижаться перед другими. Но, прежде чем их отношения с Цзенланом зашли достаточно далеко, на пути появилась принцесса Лиюань.

И Сюнин вновь осталась ни с чем. Она была вынуждена наблюдать за тем, как наследник берёт в жёны другую, и… Что-то в ней сломалось, исказилось до черноты. Тао понимала, что её гордость растоптана, но… Помимо этого, было предчувствие. Дурное, кислое, до отвращения тягучее.

Сюнин вспоминала каждый миг общения с Цзенланом и интуитивно ощущала: что-то не так. Как будто всё могло сложиться по-другому, но кто-то вмешался и испортил её судьбу. Виновника долго искать не пришлось.

Юнли Шен. Вездесущая, лицемерная, бесталанная законная дочь. Она постоянно вмешивалась в события, и её действия каким-то образом меняли всё. Сюнин уверилась в этом, когда начала видеть те самые сны.

В сновидениях ей пришлось пережить сотни страданий, но каждое мучение прокладывало путь к вершине. Теперь же Тао осталась в стороне. Её позабыли, выбросили, как ненужную вещь… Но Сюнин никому не позволит так с собой обращаться.

В храме Вечных Облаков она частично подслушала разговор с монахом. И, обрядившись в подходящее платье, напрямую заявила Цзенлану о том, что является фениксом из предсказания. Если наследник недостаточно влюблён, чтобы просто принять её в гарем, значит… Сюнин надавит на страх потери отца.

До сих пор она не хотела быть наложницей, но теперь… Во снах князь завоевал Лун, а сама Тао стала императрицей рядом с Цзенланом. Принцесса слаба здоровьем и скоро умрёт, оттого не стоит волноваться. Только бы избавиться от одной мятежной переменной — Юнли Шен. Это… Оказалось не так просто.

Её оберегал сам Кровавый князь. Оберегал так ревностно, что все попытки убрать Шен окончились сокрушительным провалом. Сюнин почти полностью потеряла свой новоприобретённый статус, и… Доверие Цзенлана. Он больше не смотрел на неё так восхищённо. Он вообще на неё не смотрел.

Некогда гордую красавицу заперли в зале Предков и заставили молиться под непрерывным надзором. Напрасно она умоляла о прощении: только охранники могли услышать её отчаянный плач.

В те дни ей оставалось надеяться лишь на людей императрицы. Они связались с Сюнин относительно недавно, передали деньги и лекарства, которые она почти полностью истратила, когда пыталась избавиться от Юнли. Сейчас же… У неё нет другого выбора, кроме как пойти на сделку.

Сюнин знала: все дороги ведут в Лун. Если Цзенлан оставит её в княжестве, неприкаянная наложница непременно погибнет от рук принцессы. Зато в Лунцзи у неё появится шанс всё исправить.

Сюнин вела себя тихо. Не жаловалась на тяготы поездки, не требовала новых встреч с наследником. Она была такой спокойной и смиренной, что охранники перестали видеть в ней угрозу. И однажды Тао получила тайное послание, которое вызвало у неё слабую улыбку.

В том далёком сне… Сюнин похитили, и Кровавый князь бросился на помощь, лишь бы спасти жизнь нерождённому ребёнку Цзенлана. Там он и погиб: попал в ловушку на острозубой скале. Новоявленный император скончался, а на троне оказался его единственный сын.

Цзенлан правил Луном долгие годы, а Сюнин стала его единственной императрицей, заняв место недалёкой принцессы. Вот то будущее, о котором она грезила.

И сейчас… Даже если Цзенлан к ней не расположен, он непременно будет искать утешения, когда потеряет горячо любимого отца.

В назначенное время охранники у её комнаты заснули под действием порошка. Сюнин выскользнула наружу, переодевшись в наряд служанки… Ей нужно задержать Цзенлана. Подкинуть сонное зелье в благовония и быстро выйти, чтобы наследник не смог вовремя помочь князю.

Потому что это и есть судьба Сюнин Тао. Великая судьба новой императрицы.

Моё сознание помутнело. Реальность и вымысел переплелись, как щупальца вредоносного спрута. Я наполовину бредила, наполовину бодрствовала… И отчаянно пыталась удержаться на грани рассудка. Но в этот раз (стоит признать очевидное) императрица использовала свой козырь. Уж не знаю, откуда она взяла этот ядрёный состав, но… Он сработал безукоризненно.

«Ты помешала ей ранить князя» — устало напомнил внутренний голос. — «Лиян Цзинь, вероятно, была очень зла после покушения… И смогла раздобыть то, что поможет в борьбе. Просто этот сонный порошок требовал особого обращения, и… Особенного случая»

Лин Вэнь. Я стиснула зубы, чувствуя сильнейшее разочарование. В какой момент он стал таким? Или всегда был…? Почему, ну почему именно он решил сделать это?!

Моё сознание потихоньку прояснялось. Я находилась в узкой, тёмной повозке, которая явно предназначена для переправки товаров… Лин Вэнь сидел рядом, осторожно придерживая мою голову. Джентльмен недоделанный!

Он опустил взгляд и рассеянно улыбнулся, погладив меня по щеке. Но это прикосновение было неприятным, от него затошнило ещё сильнее.

— Пришла в себя? — одними губами спросил Вэнь. — Извини, ты пока не сможешь двигаться. Этот лекарственный порошок парализует на несколько часов… Но со временем он выветрится.

Спасибо за разъяснения, Лин Вэнь, но ты всё ещё ублюдок! К сожалению, я не могла пошевелить даже пальцем, а иначе залепила бы ему звонкую пощёчину.

— Прости, Юнли. — сказал он чуть тише. — Я знаю, ты наверняка на меня злишься… Но так будет лучше. Кровавый Вейян ведь насильно сделал тебя своей женой. Должно быть, ты много страдала.

Знаешь, Лин Вэнь… Ты мог просто спросить! И я бы в подробностях разъяснила, почему твои слова звучат до нелепого глупо.

— Дни императрицы сочтены, но… Она так жаждет его смерти. — со вздохом проронил Лин Вэнь. — Если он погибнет — ты навсегда будешь заточена во дворце. Я… Не хочу этого, Юнли.

Императрица Цзинь… Теперь я вспомнила тот эпизод из дорамы. Она стояла посреди разрушенной спальни и молча смотрела на закат. Пол был усыпан осколками белого фарфора, вперемешку с кровью и оборванными цветами. В бокале плескался отравленный напиток — быстрая смерть для поверженной императрицы. Но Лиян Цзинь не торопилась. Даже если она проиграла — его всё ещё можно утащить с собой в могилу.

«Безумная стерва!» — едва не воскликнула я. Однако… Она добилась своего. Известие о смерти князя было последним даром для императрицы.

Лин Вэнь вновь погладил меня по щеке, и с губ едва не сорвалось шипение. Когда-то я считала его своим другом, а Вэнь просто… Предатель!

— Мы инсценируем твою смерть. — продолжил он, мягко улыбаясь. — А потом всё наладится. Я поселю тебя в дальнем поместье, буду навещать время от времени… Ты будешь свободна и счастлива, Юнли.

«Нет, Лин Вэнь. Ни о какой свободе речи не идёт» — даже если представить, что всё так и будет… Он не спросил, хочу ли я этого. Лин Вэнь, по сути, предлагает такое же заточение, но сам не осознаёт этого.

— Я… — его голос дрогнул. — Так скучал по тебе, Юнли. Поверь, я не хотел жениться на Ксуа. Мне нравилась только ты… И я всё время думал: как бы сложилась наша жизнь, если бы не этот проклятый Цветник?

Тронули ли меня его признания? Ничуть! Если бы я могла говорить, Лин Вэнь бы уже выслушал длинный поток очень неприличных оскорблений.

«Он всегда был спокойным, вдумчивым, чрезвычайно стабильным. Порой философствовал, но это свойственно учёным… Я точно знаю: Лин Вэнь не любил меня. Между нами царила обычная симпатия, не выходящая за рамки приличий. Просто… Когда меня забрали, его стабильный мир пошатнулся. И, видимо, Лин Вэнь слишком сильно зациклился на этом. Он внушил себе любовь ко мне, хотя на деле это лишь тоска от потери… Друга? Удобной вещи? Вот уж не знаю. Но императрица обнаружила его слабость и воспользовалась этим»

Он говорил что-то ещё, а я не слушала, отчаянно пытаясь избавиться от паралича. Кажется, или пальцы немного двигаются? Чёрт, как же дурно… Через двадцать минут повозка притормозила. Лин Вэнь поднялся и, достав верёвку, крепко связал меня.

— Извини. Это для твоей же безопасности… — со вздохом произнёс он.

Я стиснула зубы, прожигая его раздражённым взглядом. Лин Вэнь поднял меня на руки и спрыгнул с повозки. Мы… Приехали на ту самую гору. Именно здесь Кровавый князь должен найти свою погибель.

Я вновь попыталась пошевелиться. Пальцы слегка двигались, но этого мало… Таким образом от Лин Вэня не сбежать. Тогда я решила просто понаблюдать за происходящим. Меня привезли в странное, неприметное место. Никакой тропы впереди, только заросли чертополоха и крайне колючие кусты с высокими деревьями неподалёку… Тем не менее, Лин Вэнь направился прямо туда. Через несколько минут я заметила крепко сколоченный домик. Больше напоминает склад для утвари…

Лин Вэнь толкнул скрипучую дверцу. Та поддалась неохотно, и в итоге он так сильно пошатнулся, что едва не ударил меня головой об косяк. Но я услышала протяжный звон, от которого сердце моё заболело.

— Что? — Вэнь остановился и заметил. — Твой талисман раскололся.

Не просто талисман! Тот самый амулет, который Моин подарила на удачу… И всё из-за тебя, Лин Вэнь!

Скажу честно: в тот момент я пропиталась таким унынием, что мне захотелось плакать. Чувство собственной беспомощности вгрызалось в загривок, иглы под кожу загоняло. Я понимала, что князь в опасности… Из-за меня. И если он пострадает, пытаясь спасти одну безнадёжно глупую леди, я никогда себя не прощу.

Расколотый талисман болтался на поясе и жалобно звякнул, когда Лин Вэнь опустил меня на ящик. Помещение было тёмным и сухим, вместо пола — голая земля. Не знаю, для чего использовали этот склад, но он явно хорошо укомплектован…

— Посиди здесь. — тихо проговорил Лин Вэнь. — Я… не могу остаться. Но не бойся: с тобой всё будет хорошо.

Я беспомощно наблюдала за тем, как он запирает тяжёлую дверь, оставляя меня во тьме.

«Спокойно, Юнли… Не время расслабляться! Попробуй пошевелить пальцами»

Я заёрзала на месте, пытаясь прочувствовать верёвку на запястьях. Вэнь связал не так уж сильно (видимо, боялась навредить мне). Но всё равно… Выбраться отсюда совсем непросто.

Я привалилась к ящику, раздражённо прикрыв глаза. В дораме Сюнин отвезли в другое место. Она находилась в заброшенном храме на вершине горы, и… Точно!

Я вдруг подобралась, лихорадочно размышляя. Сюжет так долго ускользал от меня, оставляя лишь нечёткие, вязкие воспоминания… Но теперь фрагменты сложились воедино.

Тот эпизод в дораме был особенно… Ненавистным. Кажется, все фанаты «Чистого лотоса» проклинали поступок главной героини. В те дни, когда князь разбирался с заговорщиками, а Цзенлан не спал ночами, лишь бы помочь ему… Сюнин вдруг захотела выйти из защищённого поместья.

На тот момент императрица была побеждена, но её люди до сих пор мутили воду в столице. И беременная Сюнин презрела все запреты, не послушала Шию… Всё ради того, чтобы «почувствовать себя свободной». Тогда её и похитили.

«Глупо. Это было так глупо, словами не передать! Многие, помнится, ругали сценаристов, но… Если представить, что всё это — реальность, зачем же она так поступила?»

Сюнин ведь не была дурой. Да, беременна. Да, гормоны играют, но… Я почувствовала, как дурнота прикипает к затылку. Мои руки уже шевелились, в бесплодных попытках избавиться от верёвки.

«Смерть Хао Вейяна… Была странной. Очень внезапной. Никто не ожидал, что он умрёт в финале дорамы. Князь был сильным военачальником, всё старался просчитать наперёд. А Сюнин…»

Я нахмурилась. В тот момент на Цзенлана напали, и оттого он не смог прийти на помощь отцу. Теперь это не похоже на сценарный просчёт… На самом деле, леди Тао могла вступить в сговор с императрицей. Ведь ей, на самом деле, выгодно избавиться от князя.

Он умрёт, и Цзенлан станет императором. Больше никто не защитит слабую принцессу Лиюань. И ребёнок Сюнин точно станет наследником… А что до императрицы Цзинь?

Она выпила отравленное вино, зная, что утянула Вейяна в могилу. Зная, что предательница отныне будет управлять его сыном… Уже это можно назвать скрытой победой Лиян Цзинь.

«Почему, ну почему я вспомнила только сейчас?! Нельзя было брать её с собой в Лунцзи…»

Моё сердце билось, как заведённое, а руки с трудом нащупали острый край сколотой подвески. Одно касание — и на пальце остался порез. Я тихо вскрикнула, но, по крайней мере… Эта боль отрезвила. Если… Если я немного наклонюсь, у меня получится дотянуться до амулета. Его острый край способен порезать верёвку. Надеюсь, всё получится!

Верёвка была не очень толстой. Всё же, Лин Вэнь опасался причинить мне боль… Мне не нужно пилить до конца, только бы надрезать, а дальше получится её растянуть и высвободить руки.

Я до крови прикусила внутреннюю сторону щеки. Порезанный палец онемел от боли, мышцы затекли от неудобной позы, но мне приходилось упорно и старательно тереть верёвку об острый край. Только бы осколок совсем не сломался, господи, прошу…

Не знаю, как долго я провозилась с этим, но в какой-то момент верёвка разошлась. Я напряглась, стиснула зубы, со всей силы её потянула и буквально слетела с ящика на землю. Но мои руки, наконец, свободны!

Секундная эйфория сменилась усталостью. Нужно бежать отсюда… Бежать, подать сигнал о помощи. Всё, лишь бы князь не поднялся в тот проклятый храм!

Я встала, но тотчас пошатнулась. Ноги были слабыми после парализации… И всё же, мне удалось добраться до двери.

«Заперто» — моё сердце будто провалилось в бездонную пропасть. Как бы я ни пыталась открыть дверь — она даже не сдвинулась.

«И что теперь, Юнли? Как будем спасаться?» — я задумчиво огляделась по сторонам. Окошко на этом складе, всё же, было. Маленькое, узкое, в него едва пролезет очень субтильная девушка… Да и находится оно высоко. Конечно, я могу забраться по ящикам и (скорее всего) просто застряну. А ещё…

«Одна. Ночью. На горе… звучит крайне небезопасно. Если начну кричать и звать на помощь, убийцы найдут меня куда быстрее князя. Да и (скорее всего) здесь водятся дикие звери…» — я стиснула зубы, нервно перебирая варианты.

Что же делать, что… В тот момент мои привыкшие к темноте глаза уловили знакомые очертания. Я подошла к ближайшему приоткрытому ящику и подавила восхищённый вздох. Это же… Фейерверки! Скорее всего, их тут много.

Я задумчиво подняла голову. Само здание казалось крепким, а вот крыша прохудилась. Наверху уже появилась дыра, через которую видно звёздное небо. Если я хочу подать сигнал своему мужу… Лучшего варианта и быть не может.

«Но сначала надо проверить окно. Если я окажусь заперта с горящими фейерверками — эта история закончится очень плохо!»

Я резко выдохнула и, подобрав подол платья, начала своё восхождение к окну. Ящики были тяжёлыми, но под моим весом слегка сдвигались. Забираться по ним было (откровенно говоря) страшно, однако вскоре я дотянулась до окна и задумчиво примерилась. Застряну или вылезу? Может и получится проскочить… Только бы бёдрами не зацепиться.

Хорошо, предположим, у меня получится. Один вопрос: как разжечь огонь? Я задумчиво вытащила ракету фейерверка и установила её так, чтобы она целилась в дырявую часть крыши. Думай, Юнли… Найдётся ли здесь что-то для зажигания? Я начала копаться в ящиках. Пробираться приходилось на ощупь, в помещении всё ещё довольно темно.

Но и в этот раз мне улыбнулась удача: на самом дне нашлись зажигательные палочки и кресало. Теперь дело за малым: мне бы высечь одну искру, поджечь конец верёвки, и… Дальше нужно очень быстро выпрыгивать из окна.

План рискованный, болезненный и (чего греха таить), дело может закончиться очень плохо. Но лучше уж так, чем допустить смерть моего мужа.

Я проверила длину верёвки, ведущей к фейерверку. Фитиль достаточно длинный, можно поджечь его, когда буду у ящиков… Только бы всё получилось.

Страх сжимал мои лёгкие, яростно впивался в мышцы, шептал на ухо (логичные) опасения. А я стояла с кресалом, игнорируя жгучую боль в саднящих руках.

«Давай. Давай же… Ещё немного! Всего одна искра» — дыхание сбилось, от напряжения почти свело мышцы… И пламя загорелось. Искра подожгла серную палочку, едкий дым заставил меня резко скривиться и поднести её к фитилю. Хорошо, что здесь нет деревянного пола…

Верёвка загорелась быстро. Огонёк побежал по ней, а я отчаянно зацепилась за ящики, карабкаясь выше и выше. Платье задевало углы, в ладонях (по ощущениям) засели занозы, но мне было всё равно. Паника поднималась в сознании вместе с шипением фейерверка.

В тот момент, когда я достигла окна, фитиль тоже добрался до цели. Помню взрыв, грохот, как разлетались искры…Я отчаянно пыталась вылезти, но вновь зацепилась платьем. А потом домик просто содрогнулся. Кажется, из-за этого мне и удалось выпасть наружу… Не знаю, каким чудом я не ударилась головой. Возможно, меня хранил благословлённый осколок амулета.

В ушах звенело, резкая боль прострелила ногу, а дом… Горел! В нём быстро начался пожар, но важнее всего не это. Тёмное небо разорвал залп сияющих фейерверков, и густая мгла дрогнула. Должно быть, этот свет озарил всю гору, и… Отразился в глазах моего князя.

— Ваше Величество… — голос командующего предательски дрогнул.

Тяжёлая аура князя давила на плечи, сам воздух рядом с ним казался горьким, накалённым. Щёлкни пальцами — и вспыхнет пламя коварное, жгучее, кровожадное.

Оно сравнимо лишь с гневом, что клубился в светлых глазах Вейяна. Его бледное лицо застыло, как восковая маска, в тот момент, когда посланники передали срочное донесение: похищена жена князя. Последний рывок изворотливой императрицы.

И теперь они ждали у подножия великой горы, пока его люди прочёсывали лесной массив.

— Ваше Величество, вы думаете, госпожа Вейян ещё жива?

Это было самым серьёзным опасением. Что, если головорезы императрицы просто убили девушку, а князя заманивают на гору её хладным трупом?

— Думаю, да. — медленно произнёс Хао Вейян. — По крайней мере, пока жива.

Он перевёл взгляд на темнеющую гору и добавил:

— Императрица не считает мою жену «значимой». Лиян Цзинь не в том положении, чтобы сносить головы, как заблагорассудится. Сейчас все её силы брошены на то, чтобы заманить меня в ловушку. Если же я не приду — она использует живую Юнли, дабы совершить всё задуманное.

Командующий молча опустил подбородок и лишь через десяток минут спросил:

— Но вы не придёте?

Хао Вейян усмехнулся, прикрыв глаза. Он знал, что на вершине горы его ожидает лишь смерть, но… Если это цена за спасение Юнли, князь готов её заплатить. Просто он не сдастся без боя. Не позволит той женщине злобно торжествовать.

— Вы нашли моего сына? — уточнил он вместо ответа.

Но и в этот раз командующий покачал головой:

— В поместье обнаружены следы отчаянной борьбы, много парализованных от сонного порошка людей… Но наследника среди них не было.

Хао Вейян скривил губы, вновь обращая взгляд к горе. Как бы он ни старался предусмотреть всё, отвлечь внимание императрицы на себя — она куда лучше ориентировалась в Лунцзи. Её силы были на исходе, но Цзинь приберегла много неприятных сюрпризов на случай своего проигрыша.

— Если мы не найдём их в ближайший час, я поднимусь на гору. — хрипло произнёс князь.

Ему хотелось убить эту женщину. Раздробить все её кости, растерзать до крови, выбивая правду о местонахождении жены и сына, но… Хао Вейян слишком хорошо понимал: в тот миг, когда он ворвётся в её защищённый дворец, императрица примет яд, а Юнли и Цзенлан тотчас будут убиты. В этой шахматной партии Лиян Цзинь больше нечего терять, и она поставила на кон последнее. А у него осталось слишком мало времени.

Кровавый князь смотрел на темнеющую гору. Обыскать её — непростая задача, императрица выбрала отличное место. Хао Вейян чувствовал, как чужая жизнь утекает сквозь пальцы, и это ощущение сводило его с ума.

Он полагал, что продумал всё, просчитал любые риски, но судьба вновь толкала его к краю обрыва. И на этот раз он не выберется так легко, не отделается косым шрамом на рёбрах. Князь натянул поводья. Больше медлить нельзя — иначе он потеряет всех, ради кого стоило жить. Но именно в тот момент…

— Пожар? Нет, это же…! — воскликнул командующий.

Огненное зарево вспыхнуло вдалеке и рассыпалось искрами фейерверков по небу. Зрелище было до того ярким, до того завораживающим, что все на секунду замерли…

Хао Вейян улыбнулся. Пламенная вспышка света расцвела на небе, вмиг раскинула крылья огненной птицы. И жуткая мгла, сгустившаяся над горой, была разбита этим мощным, громогласным знамением.

Он без слов погнал лошадь вперёд, к заветному месту. Уже тогда Кровавый князь знал: только Юнли могла зажечь эти огни, только она способна разогнать тьму над Луном… и в его сердце.

Жарко. Страшно. Больно… Я поджала опухшую ногу, отчаянно пытаясь встать, но силы быстро меня покинули. Языки пламени лизали крышу дома, охватывали его стены. Голова кружилась до одури, в ушах протяжно звенело… Я чувствовала: ещё немного и просто провалюсь в обморок от боли, но мне нельзя!

Нет, нельзя сдаваться, не сейчас… Вдруг князь уже поднялся на злосчастную гору? Вдруг прямо сейчас в него целятся зоркие лучники? Я стиснула зубы и вдруг замерла.

Потому что отчётливо увидела тёмный силуэт среди деревьев, озарённых пламенем. Моя первая реакция была инстинктивной: прижаться к земле, не шевелиться, только бы не заметили! Наверное, именно так поступают испуганные кролики, почуяв хищника… Но посреди оцепенелого страха раздался голос, который заставил меня встрепенуться.

— Юнли!

Это был он! Мой князь, мой муж, мой любимый… Я тихонько всхлипнула и попыталась позвать его. Мой голос напоминал птичий клёкот, а израненное сердце дрожало от пережитого. Но… Князь услышал.

Он опустился на колени, прижал меня к себе. Вейян что-то говорил, что-то спрашивал, а я лишь отчасти читала фразы по его губам, борясь с уплывающим рассудком.

— … ранена?

— Да… нет. — я шумно вздохнула и проронила. — Моя нога распухла… Кажется, подвернула. И ещё несколько порезов там и тут… Лин Вэнь. Это Лин Вэнь привёз меня сюда!

Кровавый князь помрачнел, а затем бережно подхватил меня на руки. Но в тот момент, когда я почти поверила в наше спасение — из ниоткуда возник лучник. Я видела, как в отблеске пламени блеснул наконечник стрелы, и инстинктивно вскрикнула. Хао закрыл меня своим телом, раздался протяжный свист спущенной тетивы…

— Нет! Нет, нет, пожалуйста, нет…

Из глаз брызнули горячие слёзы. Я не могла поверить в то, что это случилось. После всех стараний и преодолений, этот чёртов безжалостный сюжет всё равно убил… Убил его!

— Юнли. — князь встряхнул меня за плечи, резко подавшись в сторону. — Я не ранен, Юнли.

И только тогда я смогла разглядеть произошедшее. Стрела действительно была спущена… Просто за долю секунду до выстрела, кто-то другой успел убить лучника точным попаданием в горло.

— Цзенлан? — прошептала я одними губами.

Да, это был он! Его светлые одежды покрылись грязью и кровью. На щеке протянулся глубокий порез, который едва не достигал кости. Но, что более важно… Цзенлан вдруг упал на колени, приложив лук к сердцу:

— Я… успел. На этот раз успел.

Он пробормотал лишь это и улыбнулся так радостно, что на душе потеплело. Я чувствовала: наследник (как и Сюнин) ощущал присутствие злого рока. В оригинальной дораме он не смог спасти своего отца, но сейчас… Всё изменилось. Цзенлан успел вовремя.

Зарево горящего дома взметнулось над нашими головами, и князь едва заметно качнул головой, помогая сыну подняться.

— У тебя шрам останется. — произнёс он, осторожно прикоснувшись к краям чужой раны.

— И пусть. — отмахнулся Цзенлан. — Это ведь такие мелочи.

Я… не слышала, о чём они говорили в тот краткий миг, прежде чем мы сошли с горы. Но, кажется, Хао Вейян сказал: «я горжусь тобой, сын».

Она украсила свои волосы роскошными заколками из жемчуга и рубина, а в качестве финального штриха надела корону. Тяжёлую, изысканную, прекрасную — на ней алмазными камнями сияли девять хвостатых фениксов. Лиян молча любовалась своим отражением, где всё было безупречно и к месту: подведённые пронзительные очи, припухлые алые губы, блеск дорогой парчи и самоцветов. Её кожа казалась мраморно-белой, не одного изъяна. На длинных ногтях поблёскивал алый оттенок киновари, сравнимый лишь с кровью убитых служанок.

Их бездыханные тела немного портили столь внушительный миг. Последней выжившей была мадам Лю, но и та сейчас лежала на полу, зажимая горло, из которого хлестала кровь.

— Вы были хорошими слугами. — неспешно протянула императрица, улыбнувшись своему отражению. — Но отныне всё кончено, а мне… будет так одиноко в царстве мёртвых.

Она разочарованно вздохнула и встала, подойдя к окну. Предрассветный час был особенно тихим, но Лиян до сих пор не получила добрых вестей. В её руках поблёскивал флакончик с ядом — наиболее быстрая смерть для великой Цзинь.

— Какая жалость… — произнесла она, поморщившись. — Кажется, ублюдок выпутался из ловушки. Надеюсь, его маленькая шлюха погибла, а в остальном… Ничего уже не изменишь.

Она стиснула пальцы на флаконе. Но, прежде чем Лиян успела выпить яд — двери распахнулись. Кривой клинок полоснул её по руке, и женщина вскрикнула, выпуская флакончик.

На пороге стоял он. Её враг, демон из кошмарных снов, мятежный князь Шуаньи. Лиян отчаянно метнулась к яду, но Вейян был быстрее. Через секунду он наступил ей на пальцы, не позволяя дотянуться до вожделенного.

— Ты… мерзкий червяк! — выдохнула императрица, сузив глаза. — Ты получил всё, чего хотел. Трон, женщину, славу… Даже свою жалкую жизнь.

Она нашла в себе силы усмехнуться и прошипела:

— Теперь дай мне умереть!

Князь осклабился. Он молча схватил её за шею и поднял, бесстрастно наблюдая за тем, как краснеет и бледнеет некогда прекрасное лицо Лиян Цзинь.

— Ты умрёшь. — спокойно произнёс он. — Но не от яда.

Флакончик хрустнул под его сапогами, а содержимое растеклось по ковру.

— Нет, Лиян… Не так просто. — князь коротко выдохнул. — Ты отправишься в заброшенный храм на высокой горе. Отправишься, чтобы помолиться за покой императора. В том храме вспыхнет небесный огонь, и ты сгоришь заживо в пламени своих грехов. А затем весь Лун узнает о том, насколько порочной была императрица Цзинь.

— Тебе… никто не поверит! — прохрипела Лиян, вцепившись ногтями в его руку.

— С божественным знамением трудно поспорить. — плавно усмехнулся князь. — И все сомневающиеся получат неопровержимые доказательства. Прощай, императрица. Твоя смерть будет мучительной и жестокой. Но это — сущие мелочи по сравнению с тем, сколько жизней отняла ты.

Он разжал пальцы, и женщину тотчас оттащили прочь, как тряпичную куклу. Хао Вейян молча прикрыл глаза, а затем направился к выходу. Сегодня все получат заслуженное наказание. Без жалости и без прощения.

В подземной тюрьме Небесного города ждал казни Лин Вэнь. Его семья будет навсегда изгнана из Луна. Князь решил пощадить их, и это можно назвать милостью, которая, увы, не коснётся Ксуа Вэнь. Молодая мадам разделит участь своего неверного мужа… Но есть ещё один человек, кто безусловно заслуживает казни.

«— Отец, это Сюнин. Она вступила в сговор с императрицей! — признался Цзенлан, яростно стиснув зубы. — Она хотела усыпить меня, но в тот момент… Будто само провидение послало мне знак. Я смог выбраться из комнаты — и столкнулся с убийцами. Те немногие защитники поместья, кто были в сознании, помогли мне отбиться и сбежать»

Хао Вейян холодно вздохнул, застыв у двери:

— Та женщина… Где вы её нашли?

— Она пряталась в старом свинарнике. — презрительно сплюнул страж. — Перебежчица… Ещё и безумная! Всё твердила о том, что она императрица, правительница, что её жизнь испортили и сломали.

Кровавый князь молча усмехнулся. Эта женщина до сих пор плавала в сумасбродных иллюзиях, которые едва ли пересекались с реальностью… И всё же её безумие давным-давно вышло из-под контроля.

— Как прикажете наказать её, господин? — смиренно спросил страж.

— Высечь плетьми. Двадцать ударов за моего сына и столько же — за мою жену. — холодно проронил князь. — Наказание должно быть исполнено в полной мере. Если она потеряет сознание — привести в чувство и продолжить.

Хао Вейян на мгновение прервался и добавил:

— Если она сумеет пережить эти удары — вручите ей яд. Она хочет быть императрицей? Так пусть умрёт подобающе.

Кровавый князь толкнул дверь и вышел на улицу. Не время для отдыха, но время быть безжалостным. И пусть корона тяжела, а власть давит на плечи — он непременно выстоит (потому что знает, за кого сражается).

Тем днём провели казни. Той ночью на горе вспыхнул новый пожар. И притихший было от страха народ Луна вскоре чествовал нового императора, того, кому поклонились все оставшиеся в живых принцы.

Он даровал им самое ценное: свободу. Они сохранили свои (формальные) титулы, но должны были покинуть Небесный город. Там, в защищённых особняках, разбросанных по всей империи, принцы могли обрести покой со своими жёнами.

Опалённая кровью столица сияла в лучах заката. Все знали, что это безумное лето войдёт в историю — и именно с него начнётся новая эра Луна. Но как только ночь укрывала утомлённый город тёмным пологом, император в алом драконьем плаще возвращался в свои покои.

Он снимал роскошную корону, с удивительной небрежностью оставляя её в стороне. И тонкие девичьи руки оплетали его шею, привнося будоражащий аромат цветов.

— Ты пришёл… а я как раз сделала чай. — проронила Юнли, прижавшись к нему, будто довольная кошка.

— Я же просил тебя не напрягать ногу. — тихо, но укоризненно заметил он.

— А я и не напрягала! Шия мне помогла… да и потом — Его Величество такой бесчестный. — Юнли негромко фыркнула и заметила. — Потому как ночью напряжения даже слишком много.

Он негромко рассмеялся, зарываясь носом в её распущенные волосы:

— …Тебя скоро коронуют, Юнли. Ты готова к новой ответственной должности?

— Честно? Не особо. — она вздохнула, задумчиво перебирая его тёмные пряди. — Но… однажды я пожелала остаться со своим князем навсегда, пусть даже помощницей в кабинете. С тех пор, по сути, ничего не изменилось.

Юнли запнулась, переводя дух, и чуть слышно проронила:

— Я постараюсь стать хорошей императрицей. Совсем не такой, как Лиян Цзинь.

— Ты на неё не похожа. — мягко заметил Вейян, оставляя поцелуй в уголках её губ. — Ты — мой феникс, Юнли. Всегда помни об этом. Наши запястья связаны красной нитью судьбы, и раз уж сама смерть не смогла разорвать её — значит, нас ждёт светлое будущее.

Он не сказал ей о многом. О том, как сильно изменится Небесный город. О том, что император откажется от гарема и будет верен лишь одной женщине. И о том, что целители намекнули: его старая хворь практически исчезла. При должном старании они с Юнли смогут наполнить этот дворец счастливым детским смехом.

Но всё это останется тайной под шёлковой вуалью. И, в сплетении сладких ароматов, среди пылающих свеч Небесного города, самым важным является её трепетное дыхание на губах и прикосновения, что откровеннее страстных слов.

Пролитая кровь впитается в землю, прорастёт нежными цветами, и под осыпающимся градом лепестков непременно распустятся чувства, способные пережить любые невзгоды. В конце концов, мы каждый день совершаем выбор, играем с судьбой, ошибаемся и учимся на ошибках. А порой мы избираем совершенно иной путь по нехоженым тропам… Но именно он приводит нас к счастью.

Пять лет спустя

Я вспоминаю день коронации с замиранием сердца. Чуть только нога моя зажила — и дворец сразу превратился в суматошный муравейник. И мне было просто безумно страшно!

Хао Вейян, конечно, отменил некоторые придворные традиции, введя новые правила из Шуаньи, но… Я понимала: если что-то на коронации пойдёт не так, мой позор будет наблюдать весь Лун.

К счастью, сёстры были рядом. Хуалинг и Циань имели огромный опыт в дворцовом этикете, а потому прислали лучших наставниц (попутно едва не перессорившись) и даже лично помогали собрать идеальный наряд будущей императрицы.

На коронации присутствовали не только они, но и весь клан Шен. Хао Вейян посетил наше поместье и склонил голову перед алтарём предков… Обычно такое совершают до свадьбы, но наша ситуация была несколько необычной.

До сих пор помню трогательную встречу с матушкой: она разрыдалась, расцеловала меня в обе щёки и теперь с гордостью повторяет, что всегда знала о моей «особенной» судьбе… Я не стала разоблачать её маленькую ложь.

Клан Шен долгое время жил в страхе, и только сейчас они могут вздохнуть свободно. А наши с ними пути разошлись уже очень давно, мой князь определённо не станет потакать родственникам со стороны жены (и я его всецело поддерживаю).

В конце концов, коронация прошла безупречно. Все волнения испарились в тот миг, когда я увидела своего блистательного мужа на троне. Его сила питала меня даже на расстоянии, а нежность в необыкновенных глазах манила подойти ближе… И принять корону. Не ту, что носила Лиян Цзинь, совершенно новую и удивительно изящную.

Некоторые старые советники провожали меня особо недружелюбными взглядами. Видите ли, они попытались надавить на то, что по традициям Луна императору необходимо взять четырёх супруг… Но Вейян холодно парировал тем, что он родом из Шуаньи, а там гаремы хоть и дозволительны, но не слишком приветствуются.

Мой муж прочёл им целую лекцию о пользе воздержания, после чего советники захотели поговорить со мной. Мол, я росла в Луне и должна понять важность этих традиций… В тот момент мне пришлось напомнить им о том, что я всего лишь дар Цветника. Решать что-то за мужа? Упаси боги, как ужасно это звучит!

В общем, кое-кто остался недовольным. Но спорить с новым императором не так просто… Особенно когда за его спиной стоит внушительная армия.

Знаете, Небесный город сильно изменился за прошедшие годы. Призраки прошлого оставили его великие стены, а роскошные дворцы расцвели новыми красками. Здесь стало больше цветов, больше зелени, и летом царственный город казался невыразимо прекрасным.

— Госпожа, вы не проголодались? — Сишу нашла меня в персиковом саду и улыбнулась, протягивая мешочек с цукатами.

После коронации она приехала во дворец, и (пройдя утомительное обучение) вновь стала моей горничной. Циань, к счастью, не обиделась, хотя и поворчала для вида.

— А где Шия? — мягко уточнила я, пробуя засахаренные фрукты.

Эти девушки иногда ссорились по пустякам. Шия была сторонницей правил, в то время как Сишу часто потакала моим капризам… Но в остальном они прекрасно ладили.

— Шия наставляет новенькую служанку… — пробормотала Сишу. — Ту самую, понимаете?

Я задумчиво кивнула. Дело в том, что люди Вейяна смогли разыскать дочь матушки Гуань. Несчастную девушку вызволили из жутких условий, и она долго восстанавливалась (как физически, так и ментально). Сейчас ей полегчало, но… Она хочет искупить грех своей семьи. И поэтому решила служить в Небесном городе.

Её не сразу допустили до моего дворца. Сначала были проверки от старших служанок, затем долгое обучение и вот, наконец, она здесь. И я очень этому рада!

Раздался протяжный звон колокольчиков, от которого Сишу встрепенулась:

— Госпожа, пойдёмте! Ваши сёстры прибыли.

Я не удержалась от улыбки, быстро нырнув под ветви персикового дерева. Цукаты лучше припрятать, ещё пригодятся.

— … Тётя! Тётушка императрица! — первым ко мне понёсся непоседливый мальчик Хуран.

Крохотный принц был самым старшим в детской компании, но ответственности это не прибавляло… Если честно, он совсем не похож на Хуалинг, слишком уж энергичный мальчишка. Зато какая у него память! Всё схватывает на лету.

— Вот ты где, малыш Ран. — рассмеялась я, потрепав его по голове. — А куда делись двойняшки?

Они должны были играть рядом с сестрой Циань, так почему их не видно?

— Там просто… — Хуран запнулся, боясь сболтнуть лишнего. — Мне подарили деревянную лошадку.

— Ах, вот как! — я чуть не фыркнула.

Серьёзно, у этих детей так много игрушек, а всё равно у кузена тащат! Но через несколько минут моё сердце дрогнуло.

— Мама!

— Мамочка…

Янси и Янмин, мои маленькие ангелы. Три года назад я и подумать не могла, что эти крохи так быстро вырастут… Янси сейчас болтает без умолку, крутится боевым волчком и (чуть что) зовёт на помощь отца. Желтоглазая лисичка… И в кого она такая? Уж точно не в меня!

Янмин, напротив, более спокойный и вдумчивый. Он унаследовал необыкновенный взгляд Хао… Мы с ним любим вместе лежать на кушетке, листая книги. У Янси, как правило, просто не хватает терпения.

— Мама, кузина Юан сказала, что… Она самая красивая! Но это же неправда! — запальчиво воскликнула моя дочь.

За её спиной я заметила смущённую малышку Юан, единственную дочь Циань. Что ж, стоит признать очевидное: она и вправду была очень хорошенькой.

— А кто тогда самая-самая? — мягко спросила я.

— Брат! Он красивее любой принцессы.

Я резко закашлялась от смеха, в то время как Янмин покраснел, порывисто меня обнимая. Пришлось срочно раздать детям цукаты…

— Красота в глазах смотрящего, Янси. Все мы по-особенному хороши для любящих людей. — тихо проронила я.

Мне очень хотелось, чтобы малышка запомнила эту простую истину. Ведь что бы ни случилось, для нас с Хао она будет самой красивой девочкой на всём белом свете.

Вскоре наша дружная процессия добралась до дворцовой арки, где ожидали сёстры. Принцесса Хуалинг была беременна во второй раз. Я слышала, что у них с мужем на редкость гармоничные отношения… Достойная супруга Цао, конечно, пыталась мутить воду, но, увы — сын дал ей отпор. И в данный момент вдовствующая мадам слишком увлечена воспитанием внука.

У Циань, к слову, тоже не всё гладко с супругой Хуэй. Но здесь другая причина: моя сестра всерьёз заинтересовалась кулинарией и открыла в столице несколько ресторанов… Принц Чжень во всём её поддержал. Спустя годы он развёлся с главной женой, ибо в их браке никогда не было мира. Этот импульсивный принц (на удивление) оказался очень трепетным мужем и отцом… Потому малышку Юан бесконечно балуют.

— Его Величество прибыл!

Зычный голос заставил детей выпрямиться по струнке. Я невольно улыбнулась и подняла взгляд. Хао Вейян стоял на мраморной площадке, излучая силу и уверенность истинного дракона. За его спиной развевался алый плащ, а на голове сияла корона — рубиновый символ власти.

Но от меня не скрылось волнение, что читалось по его поджатым губам… И причины для того более чем серьёзные: сегодня тот самый день. Цзенлан вернулся в Лун.

Пять лет назад этот юноша сказал нам:

— … Отец, я знаю, ты собираешься сделать меня наследным принцем. Но я не гожусь для этой роли. Прямо сейчас… Мне хочется вернуться в Шуаньи. Я искуплю вину перед Лиюань, встану бок о бок с твоим наместником и наберусь мудрости. Но однажды настанет день, когда я вернусь в Лун совсем другим. Чтобы ты мог и дальше мной гордиться.

Его не было пять долгих лет. Я регулярно получала письма от принцессы и Моин… У Лиюань родилось двое детей (сплошные мальчики). А вот мадам Джан держит торговые лавки по всему княжеству! Их бизнес процветает, их семья счастлива.

Теперь же случилось то, чего мы так долго ждали: Цзенлан прибыл с женой и детьми. Вначале я его даже не узнала! На лице наследника остался малозаметный шрам, но дело не в этом. Он… выглядел иначе. Больше нет того юноши с горящим взглядом. Сейчас он куда больше напоминает самого Хао Вейяна. Взрослый, серьёзный, улыбка нежная, но во взгляде пролегла сталь.

Цзенлан держал на руках младшего ребёнка. Старший же бежал рядом с принцессой, подпрыгивая от нетерпения. Но… Когда отец и сын встретились после долгой разлуки, моё сердце невольно дрогнуло.

Цзенлан склонил голову, приветствуя императора, а тот лишь улыбнулся в ответ:

— Добро пожаловать домой, сын.

Я знала, им ещё о многом предстоит поговорить. Обсудить прошлое, настоящее и будущее… Но именно сейчас всё встало на свои места.

Мы шли под арками роскошных дворцов, подгоняемые порывами тёплого ветра, в коем до сих пор кружились лепестки. Я незаметно поравнялась с Хао, и он обхватил мою ладонь под длинным рукавом.

Вместе. Всё ещё вместе, всё ещё связаны неразрывной нитью. Он сказал, что в ту жуткую ночь я разогнала тьму в его сердце… Когда подарила маленькую лампу. Когда осталась в его кабинете. И когда запустила фейерверки.

Но мне кажется, что по-настоящему светлое будущее открылось для нас в тот день, когда родились двойняшки. Я видела свет в их глазах, в их счастливых улыбках и окуналась в ту ласковую безмятежность, о которой раньше могла только мечтать…

Любящая. Любимая. Окрылённая надеждой.

Императрица назвала меня даром Цветника и, сама того не ведая, одарила счастьем своего злейшего врага. Судьба бывает очень ироничной, но в этом и кроется главный секрет жизни.

В этом… И в любви, которая подобна неугасающему пламени феникса.

Конец!