Будь я проклят, если это был не снаряд РПГ! По крайней мере, в кино их изображают именно так!

Голова треножника разлетелась на мелкие, чадящие фиолетовым куски, которые расшвыряло на много метров в стороны, словно у него под броней располагался центнер взрывчатки!

Я резко развернулся, вскидывая дробовик, мысленно готовый к тому, что за спиной окажется кто угодно — от огромного ОБЧРа до роты армейского спецназа.

Но за спиной оказался всего один человек. Если быть точнее, одна молодая женщина азиатской внешности с длинными черными волосами, собранными в хвост и с мечом, режущая кромка которого лучилась слабым фиолетовым светом, в руке.

Не знаю, как и для чего она оказалась у меня за спиной, но она явно пыталась подобраться ко мне скрытно, и, поняв, что это не удалось, она кинулась вперед, занося свой меч для удара!

Разделяющие нас три метра она перекрыла одним невероятным прыжком, словно исчезнув в одном месте и тут же появившись вплотную, так что я даже выстрелить не успел!

А в следующий момент клинок меча взлетел в воздух в ударе, конечная точка которого явственно просматривалась на моей шее.

Я резко дернул рукоять дробовика вверх, располагая оружие стволом вниз и блокируя удар ствольной коробкой. Как только меч коснулся Предвестника и тот недовольно загудел потревоженным металлом, я повел левую руку вверх, описывая стволом широкий круг, обводя меч вокруг своей головы и в итоге «сбрасывая» его в другую от себя сторону. Закончив с этим, я снова вскинул ствол вверх, практически уткнув дульный срез в лицо азиатки.

И почувствовал, как шеи касается холодная сталь. Не знаю, как она умудрилась, но она успела тоже поднять свой меч, и даже почти успела довести атаку до конца.

Мы замерли, глядя друг другу в глаза. Оба прекрасно понимали, что ситуация патовая. Если я выстрелю, то азиатка разрежет мне шею даже уже умерев. Она банально упадет и потянет клинок на себя, разрезая все возможные вены и артерии, которых в шее немало. Я в свою очередь тоже успею спустить курок, независимо от того, что выкинет она.

Короче, пат.

— Привет. — ухмыльнулся я, пытаясь разрядить обстановку. — Как тебя зовут?

— Очень смешно. — фыркнула азиатка без малейшего акцента, не сводя с меня темно-карих, почти черных глаз. — Долго будешь так стоять?

— Пока ты свою кочергу не уберешь. — так же спокойно ответил я. — Я не люблю деревенский быт, мне больше по душе высокие технологии.

Азиатка открыла было рот, чтобы что-то ответить, но не успела. Сбоку раздался возмущенный вопль Насти:

— Эй, ты! А ну отвали от него! Отвали, сейчас же!

Глаза азиатки удивленно расширились и она, будто полностью забыв обо мне, повернула голову в сторону источника звука. А потом и вовсе опустила свой меч, совершенно не беспокоясь о том, что я-то дробовик не опустил.

— Настя⁈ — ахнула она. — Сверчок⁈

— Тетя… Йока⁈ — упавшим голосом произнесла Настя. — Это правда ты⁈

— Быть не может! — засмеялась азиатка, пряча свой меч в воздух, в инвентарь. — Черт возьми, это и правда ты! Быть того не может!

Что ж, смертоубийство, судя по всему, отменяется. Я опустил дробовик и наблюдал за тем, как Йока присела на колено возле Насти, держа ее одной рукой за ладонь, а другой — гладя блаженно жмурящегося кота, лежащего пузом кверху в шарфе. В основном, конечно, я наблюдал за Йокой.

У азиатки была подтянутая спортивная фигура с тонкой талией и ладной грудью, без единого лишнего жирового волокна. Одета она тоже была так, словно только что вернулась с марафонской пробежки — спортивный топ с длинными рукавами, открывающий живот и поясницу, короткие шорты с высокой талией, кроссовки и почему-то высокую защиту ног, прикрывающую голени и колени. Больше всего она выглядела похожей на то, что носят мотоциклисты, но, когда я додумался просветить ее «ревизией» все встало на свои места. Это оказалась единственная шмотка на азиатке, которая ответила на системный запрос и вывела одну-единственную строчку:

Само собой, никакого способа приготовить еду здесь не было и быть не могло, ведь мы оказались, как выяснилось, в административном здании военной части, которое по совместительству имело в себе несколько учебных классов для офицерского состава. Учебка для обычных же вояк находилась на остальной, занятой сейчас мертвяками, части территории. Там же располагалась и столовая с запасами продуктов и плитами, здесь же готовить еду было просто не на чем и не в чем. Основа как-то не разбрасывалась такими вещами, как газовые горелки или хотя бы печки-щепочницы. Можно было бы нарубить тех же парт и сидушек со стульчиков, чтобы развести огонь, но, во-первых, это было бы жутко трудозатратно, во-вторых, так как они были где лакированные, а где крашеные, мы рисковали скорее задохнуться от дыма в помещении, нежели получить сносный огонь, в-третьих у нас все равно не было никакой посуды для того, чтобы приготовить толковую еду.

Поэтому решили обойтись сухомяткой, благо система подкинула продуктов навалом. Из одних только первых пяти коробок удалось добыть банку консервированной кукурузы, банку тушенки, два батона хлеба, пачку с каким-то соусом, напоминающим по вкусу нечто среднее между чесночным и майонезом, палку вареной колбасы, и большой кусок твердого как камень сыра, который скорее крошился, чем нарезался. И это только то, что можно было съесть прямо сейчас. Помимо этого выпало еще килограмма три картошки, сплошная синяя пачка без каких-то обозначений, внутри которой с характерным звуком громко шуршали макароны, прозрачная пластиковая упаковка с гречкой, и почему-то всего одна морковка. Из напитков система предложила несколько бутылок с водой и несколько коробок сока. Ничего, кроме этого, она, по ходу, не умела производить, по крайней мере, еще ни разу ничего кроме нам не выпадало.

Ножей, конечно же, ни у кого, кроме Сэма, не оказалось, да и у того был только комплектный штык-нож от АК, который, как известно, и не штык и не нож и вообще существует только для того, чтобы его можно было похерить. Пришлось достать из инвентаря Лизу, ту, что попроще, и резать еду ею. Конечно, это было не сильно удобно, поскольку клинок был толстоват для такой деликатной работы, но все лучше, чем пилить тот же хлеб коротким ломиком, по недоразумению называющимся штык-ножом. Зато вот консервные банки Лиза грызла с большим удовольствием, вспарывая жесть чуть ли не легче, чем тела низкоуровневых зомби.

Люди набросились на еду с неподдельным голодом, словно не ели с ночи, а как минимум пару дней. Даже Сэм, который все время наблюдал за мной с не самым приятным выражением лица, с появлением съестного сменил его и принялся сооружать себе громадный бутерброд из трех кусков хлеба, колбасы, сыра и консервированной кукурузы.

— Так откуда у вас это все? — спросила Йока, сидя рядом со мной на парте, понемногу откусывая свой бутерброд и наблюдая, как Настя кормит Пушка кусочками колбасы. — Вы что, продуктовый обнесли? Хотя нет, это же из коробок.

— Меня больше интересует, почему этого нет у вас. — я усмехнулся. — Вас же так много, вы должны были по идее тысячу зомбаков приделать по пути сюда.

— Ты прикалываешься? — фыркнула Йока. — Да у нас же даже оружия никакого не было!

— А меч твой?

— Ну вот только он и был. И то не сразу появился, а мне его Вика принесла, когда открыла одну из первых коробок. Думали, что там такое может быть, а оттуда меч вывалился, ну мне его сразу и отдали.

— Почему тебе?

— Я кендо занимаюсь… Занималась, до того, как это все началось. Ну, фехтование на катанах.

— Я знаю, что такое кендо. — поспешил уверить я.

— Ага, хорошо. Ну вот и решили, что единственное нормальное оружие лучше отдать тому, кто с ним умеет обращаться.

— То есть, у вас всех есть только одно оружие? В смысле даже не системное, просто оружие — одна-единственная единица? — уточнил я.

— Системное? — Йока с удивлением посмотрела на меня. — А, ты имеешь в виду, из коробок. Да, только оно. Тут, конечно, целая оружейка еще рядом, но мы в нее не лезли пока, ключ-то у Сэма… Оказывается.

— В каком смысле?

— Ну, мы когда его нашли, он был почти без сознания из-за потери крови, мы его перевязали, влили физраствор, в общем, сделали все нужные процедуры, он и пришел в себя. Не сразу, конечно. Мы за это время обошли доступную территорию, нашли закрытое строение — тогда еще не знали, что там оружейная. А потом, когда Сэм пришел в себя и мы начали разговаривать, нас больше интересовало, что тут произошло и выжил ли кто-то еще. Ну а потом уже и ты появился, и тут-то Сэм и заявил, что у него есть ключ от оружейной и сейчас он этой табуретке пропишет… как он там сказал… «кумулятивную плюху».

Ага, ну да. Как только «табуретка» практически издохла, так тут же и необходимость прописать плюху нарисовалась. Что ж он ее не прописал, когда треножник битых полдня за стенами торчал?

— А по пути сюда вы почему не порубили кучу зомби? Тут же идти почти километр.

— Ксо, ты точно прикалываешься. — Йока покачала головой. — Да мы на станции скорой помощи едва выжили, когда почти весь персонал превратился в дохляков… Да и то выжили не все. Так что потом, когда мы решили идти в военную часть, мы всех этих дохляков старались обходить по широкой дуге, чтобы не рисковать. Это было не так уж и сложно, учитывая, что почти все они были или в машинах или за дверями и витринами. Пока они нас увидят, пока очухаются, пока подползут — нас уже и след простыл. И все равно пришлось по пути несколько тварей зарубить.

— Я так понимаю, у тебя единственной из здесь присутствующих имеется какой-никакой уровень?

— Да, второй. Сто десять опыта набито.

— Сто десять опыта… — я нахмурился. — Это же дохера гнилушек, это двадцать две головы срубить надо.

— Мне за одного дали сразу тридцать. — Йока улыбнулась. — Я так и не поняла, за что. Я его даже не мечом зарубила, я вообще его даже не видела, я наступила на огнетушитель, который выпал из разбитой машины, не заметив его, он стукнулся о бордюр и как взлетел! Как снаряд реактивный, и прямо в башку этому зомбаку!

— Надо же, а я думал огнетушители только в кино летают. — я покачал головой.

— Я тоже так думала! — рассмеялась Йока. — А оно вон как получилось.

— Эй, новенькие! — внезапно раздалось из угла, в котором сидели все остальные. — А вы чего там засели как сычи? Или вы типа подачку кинули, а сами с холопами сидеть не намерены? Так вы подходите, подходите, нормально познакомимся! Я вот например, Сэм, я тут главный, так что если есть вопросы — вы ко мне обращайтесь, ко мне!

Конечно же, это был Сэм, кто же еще это мог быть? Кажется, еда придала ему сил и он окончательно поверил в то, что он герой и главный тут.

Я не спеша слез с парты, на которой сидел и подошел к Сэму. Встал прямо перед ним, заложив руки за спину и негромко, но отчетливо сказал:

— Да, конечно. И у меня первый вопрос — а почему ты Сэм? На американца ты не похож и по-русски говоришь без какого-то акцента, к тому же сомневаюсь, что в русской военной части мог бы оказаться американец. Я вижу только два варианта, почему так может быть — или ты сам просил всех называть тебя Сэм, хотя на самом деле ты Семен, что звучит не круто, согласен. Или ты последний алкаш, который даже кличку получил за то, что постоянно гнал самогон из всего, из чего можно и чего нельзя. Второй вариант мне нравится меньше, поскольку в сложившихся условиях алкаш в группе выживших это не просто слабое звено, это просто-таки дыра в цепочке связанных жизней, из-за которой может посыпаться вся эта цепь, и от такого субъекта надо избавляться как можно скорее и как можно решительнее. Поэтому я пока что буду считать, что Сэм это значит Семен.

Сэм ничего не ответил, но взгляд его из нахального и уверенного стал злобным и подозрительным.

— Хм, надо же, я сам ответил на свой вопрос. — деланно удивился я. — И ты мне, оказывается, для этого совсем не нужен… Впрочем, я дам тебе возможность реабилитироваться и задам еще один вопрос — а с чего, Семен, ты собственно решил, что ты тут главный?

Окружающие люди и до того не особенно разговорчивые затихли вовсе. Казалось, напряжение в классе сгустилось настолько, что его тоже можно было отрезать и класть на хлеб, как колбасу.

— Я единственный выживший на территории части. — сквозь зубы ответил Сэм. — А значит единственный, кто может командовать на ее территории.

— Да неужели? — я удивился. — А согласно каким, скажи мне, Семен, документам? Что может подтвердить, что ты вообще имеешь отношение к этой части, а не явился сюда за час до остальных, спрятавшись из-за ранения?

— Да я десять зомби завалил! — выплюнул Семен, глядя мне в глаза. — Так и получил свое ранение! А скольких убил ты⁈

— Ты таких чисел не знаешь. — совершенно серьезно ответил я. — Но это к делу не относится.

— Еще как относится! Я тебе, щенку, жизнь спас! Я подстрелил табуретку!

— Ты у меня кучу опыта отнял, имбецил! — тоже не выдержал я. — Ты не жизнь мне спас, ты, сука изо всех сил пытался мне ее испортить! Ты вообще ни хрена не понимаешь, что вокруг тебя происходит и как устроен новый мир, в котором мы оказались! В следующий раз, когда тебе захочется выстрелить по кому-то из РПГ, сначала спроси у меня! А если меня рядом не будет, то засунь его себе в задницу и выстрели туда!

— Слушай, ты… — угрожающе начал Семен. — Ты не смотри, что я раненый…

— Именно потому что ты раненый, я и спускаю тебе все это с рук пока что. — я перебил Семена, не дав ему договорить. — Делаю скидку на твое состояние, на недостаток крови в организме, сниженные когнитивные функции и все такое. Будь ты в полном здравии, я бы уже это немного исправил самостоятельно. А пока что отдыхай, Семен. И помни — ты можешь считать себя главным над кем угодно, но не надо мной. Быть главным надо мной — это право еще надо заработать. А ты в этом отношении по очкам пока что вообще в минусе.

Я развернулся и пошел обратно к Йоке и Насте. Сидящие на полу работники скорой проводили меня непонятными взглядами, в которых читалось полное непонимание происходящего.

А вот Йока смотрела на меня с восхищением. Смотрела и улыбалась…

И вдруг внезапно ее улыбка погасла, а глаза удивленно округлились. Она открыла было рот, чтобы что-то то ли сказать то ли крикнуть, предупредить меня…

Она же не знала, что меня не надо ни о чем предупреждать. От любой дистанционной атаки, пусть даже в крысу, со спины, меня защитит Модуль Защиты, а если Семен попробует вскочить и кинуться на меня с кулаками… Ну так я это услышу.

И все же я развернулся обратно к Семену, которому явно не хватило ни мозгов, ни выдержки на то, чтобы… Да ни на что, собственно, не хватило.

Мне в голову летела консервная банка. Даже не вскрытая, а значит — полная и тяжелая. И швырнул ее Семен, который как раз в этот момент опускал руку и болезненно морщился. Он не мое не понимать, что, если попадет, то может нанести неплохие такие повреждения, вплоть до сотрясения мозга. А, значит, он перешел все возможные рамки и пора его проучить. Пока что — просто показательно. Причем показательно не столько для Семена, сколько для всех остальных.

Я не дал сработать Модулю Защиты — он бы просто уничтожил банку, как уничтожил кислотный плевок патриарха вороксов, а она мне была еще нужна. Поэтому я вскинул руку и перехватил банку в полете, благо раненый Сэм швырнул ее больше навесом, чем по прямой. Перехватил — и тут же швырнул обратно, тоже навесом, чтобы ненароком не попасть Сэму в голову.

А потом активировал инвентарь, вытащил оттуда Предвестник и разнес банку одним выстрелом точно в тот момент, когда она ударилась в стену над головой прикрывшегося руками Сэма! Как тарелочку на стендовом стрельбище!

Банка разлетелась в клочки, разбрасывая вокруг себя кукурузу и расплескивая рассол. Основная часть попала на Сэма и тот вздрогнул и скукожился, прикрываясь еще больше, словно его осыпало не желтыми зернышками, а осколками от разрывающихся снарядов.

Дождавшись, когда грохот выстрела перестанет гулять по комнате, я дернул цевье, выбрасывая пустую гильзу, и убрал дробовик обратно в инвентарь.

— Нападать со спины подло. — назидательно сказал я. — Особенно на того, про кого ничего не знаешь.

Я снова развернулся и направился к выходу из класса. Настя с готовностью вскочила, подхватила Пушка и пошла за мной следом.

— Вы чего задумали? — спросила Йока, когда я проходил мимо.

Я остановился возле нее и повернулся так, чтобы видеть всех окружающих.

— Если вы еще не поняли, если вы не поверили тому, что прочитали на сетчатке глаз с самого утра, то я вам повторю — миру пришел конец. Заявляю об этом со всей ответственностью, как тот, кто прошел через половину города в отличие от вас, кто за все эти часы прошел чуть меньше километра, а все остальное время сидел тут, за стенами. Я понимаю, это трудно принять и почти невозможно понять, но вам придется это сделать. Как минимум — поверить в то, что это действительно так, потому что в противном случае вам не выжить. Деньги, шмотки, даже власть — все это отныне пустые слова и ненужный хлам, который годится лишь на то, чтобы… Да ни на что, в общем-то не годится. Вам повезло выжить, вам повезло выиграть в игре, шанс выигрыша в которой… процентов пять, вряд ли больше, и вы считаете, что этого достаточно? Вовсе нет. То, что вы выжили — это только начало всей этой игры. Так что теперь каждому из вас, каждому из нас, придется день за днем, час за часом доказывать, что он не просто так выжил тогда, когда все остальные — нет. Что он этого достоин. И в сложившейся ситуации есть только один способ это сделать — развиваться быстрее, чем это делает окружающий нас мир. Вы по пути сюда убили сколько зомби? Десятка два в общей сложности на всех? А что вы делали потом? У вас там за забором толпа зомби, огромная куча опыта и лута, коробки с едой и снаряжением… А вы даже не пытались открыть ворота и убить их! Вместо этого вы сидите тут впроглодь и думаете о том, как ужасна и несправедлива ваша жизнь. Могу вас заверить — если вы будете продолжать в том же духе, она станет еще ужаснее и несправедливее.

Я перевел взгляд на Йоку:

— Ты спрашиваешь, что мы задумали? Лично я задумал получить свою заслуженную кучу опыта, которую у меня украл Семен. Поэтому я иду убивать зомби.

— Что, один?

— Он и один справится. — подала голос Настя, серьезно глядя снизу вверх. — Он этих зомби… Как котят!.. Ой, прости, Пушок.

Йока несколько секунд смотрела на меня, поджав губы, а потом легко соскочила с парты и отряхнула шорты:

— Тогда я с тобой. Мне тоже нужен опыт.

Какая умная девочка. И на внешность ничего такая.

— Не боишься? — усмехнулся я.

Йока безразлично пожала плечами:

— Я не знаю, что там, за забором. Поэтому не знаю, надо ли этого бояться.

Я хмыкнул и вышел из учебного класса. Йока и Настя пошли следом. Так втроем мы и подошли к воротам, перекрывающим проход зомби с закрытой территории военной части. Ворота были железные, на колесах, так что откатить их в сторону при необходимости не составило бы никакого труда. Никакого стопора или замка на них не было, но для зомби и то, что имелось было непреодолимой преградой, поэтому люди внутри могли чувствовать себя в безопасности.

— Ну что, готова? — спросил я у Йоки и она кивнула, доставая из инвентаря свой меч.

— Настя…

— Я туда не пойду. — Настя помотала головой. — Мне просто в доме не хотелось оставаться.

— Ну вот и отлично. — я улыбнулся и взялся за ворота, готовясь откатить их в сторону. — Тогда поехали.

Но не успел я даже потянуть ворота в сторону, открывая проход, как сзади раздался крик:

— Подождите! Постойте!

Я убрал руки от ворот и обернулся. К нам спешили две женщины, одна — уже знакомая Вика, вторая — коротко стриженая брюнетка лет двадцати с небольшими тоннелями в ушах. На лицо не шибко красивая, скорее обычная… Была бы, если бы все в ней, начиная от тоннелей в ушах и дерзкой формы прически, и до взгляда, буквально не кричало бы о том, что она изо всех сил пытается быть не такой как все.

— Мы с вами! — остановившись возле нас, хором произнесли они. — Говорите, что делать!

— Не умереть. — хмыкнул я. — Оружия нет, как я понимаю?

— Можно автоматы взять. — уверенно сказала брюнетка, глядя на вскрытую оружейку неподалеку. — Их там немало должно быть.

— Ага, возьмите. — согласился я. — Только они вам не помогут. Опыт можно получить только если убивать тварей системным оружием, как у Йоки. Так что земные автоматы вам не помогут. Но вообще ты меня на интересную мысль навела. Ждите тут.

И, оставив девушек возле ворот, я пошел к оружейке. Зашел внутрь, и попал в просторное помещение, разделенное на две части стеной по пояс высотой. От стены до потолка тянулась сетка-рабица, в которой было проделано несколько крупных окошек, а сбоку от всего этого — даже целая дверь, сейчас открытая. Я прошел через нее и попал в само хранилище оружия, где вдоль стен в пирамидах стояли многочисленные АК и даже парочка СВД. На одной из стен висело две трубы РПГ-7, под ними было пустое место — видимо, тот, который схватил Сэм. Под гранатометами один на другом стояло несколько зеленых деревянных ящиков, верхний был открыт, демонстрируя две гранаты-«морковки» и пустой ложемент для третьей. Так же рядом с ящиком валялись две половинки пустой картонной гильзы и дохлый зомби. Видимо, один из тех десяти, которых приговорил Сэм, прежде чем его нашли.

Но РПГ меня сейчас не интересовали. Пройдя мимо них, я подошел к ближайшему автомату в пирамиде, отстегнул от него штатный брезентовый ремень, достал из инвентаря дробовик и пристегнул ремень к нему. Подогнал под себя, проверил, насколько легко выносится дробовик из-за спины, и собственно туда его и повесил. Вот теперь все стало намного лучше, и не придется, в случае необходимости, тратить время на то, чтобы вытащить оружие из инвентаря.

Надеюсь, система не сочтет это как перевод оружие из системной категории в обычную, человеческую.

Я вернулся к девушкам, которые все вчетвером смерили меня взглядами с головы до ног, но, кажется, так и не поняли, за чем именно я ходил. Я же не стал ничего объяснять, а просто спросил:

— Какие специализации?

— П… Псионика. — запнувшись, пробормотала Вика.

— Почему псионика? — удивился я.

— Не знаю. — Вика отвела взгляд и пожала плечами. — Почему-то я про нее подумала.

— Ясно. — я повернул голову ко второй девушке.

— Без оружия. — нагло вскинула голову брюнетка, буквально-таки с вызовом. — Я муай тай занимаюсь.

— Неплохо. — без тени сарказма сказал я. — Даже очень хорошо. Как зовут?

— Кобра.

Молодец, далеко пойдет. Сразу представилась не именем, а позывным.

— Так держать, Кобра. — улыбнулся я. — Уровни первые, как я понимаю?

Девушки синхронно кивнули. Я еще раз критически оглядел их, а потом залез в инвентарь и вытащил оттуда Луч и Лизу, которая попроще.

— Это вам. — я рукоятями вперед протянул их девушкам. — Другого системного оружия у меня нет, а у вас и подавно. Так что пока не наберем чего-то подходящего, будете набирать опыт этим. На рожон не лезьте, держитесь у нас за спинами, добивайте тех, кого мы пропустим к вам. Йока, ты как, сможешь гнилушек рубить?

— Как нечего делать. — фыркнула азиатка, доставая из воздуха свой меч. — Как циновку на тренировке!

Я кивнул и повернулся к девушкам:

— А вы держитесь у нас за спинами и добивайте тех, кого мы не сможем атаковать… или специально пропустим к вам. За опыт не переживайте, я думаю, гнилушек там на всех хватит. Завалим сколько сможем, а если дело начнет пахнуть керосином — отходим обратно. И имейте в виду — если случится так, что кто-то отстанет, никто за ним возвращаться не будет. Даже за мной. Все поняли?

Вика немного побледнела при этих словах, Кобра же наоборот покраснела, но обе кивнули.

— Ну тогда… — я напрягся и толкнул ворота в сторону. — Добро пожаловать в зомбиленд!

Я думал, что первые гнилушки обнаружатся прямо за воротами, но их там не оказалось. Возможно, они и гнались за Сэмом, когда он умудрился их отсечь, но потом, потерявшие свою цель, разбрелись по двору кто куда. Кто — на полосу препятствий, кто на стрелковый полигон, кто — к стоящим неподалеку зданиям казарм, столовых и даже, кажется, гаража с какой-то техникой.

Прямо возле ворот с той стороны валялось двое дохляков и стояло еще трое. Их-то мы и приняли. Одного зарезал я, второго одним резким взмахом меча располовинила Йока, а третьего приделала вылезшая из-за меня Кобра.

— Что? — невозмутимо сказала она. — Ты же сам сказал, всем нужен опыт.

— Сейчас тебе будет опыт. — ответил я, осматривая территорию.

Зомби на ней на первый взгляд было сотни две и друг у друга на головах они не стояли только лишь потому, что площади хватало, чтобы они рассеялись по ней более или менее равномерно. И все равно, стоило только нам появиться в их поле зрения, как они моментально зашевелились и начали по одному направляться в нашу сторону с совершенно читаемыми намерениями.

— Настя, закрой за нами ворота! — крикнул я, не оборачиваясь, и встретил первого подошедшего зомби прямым ударом в череп.

Йока слева хекнула, одним мощным ударом по диагонали с легким приседанием рассекая сразу двоих мертвяков. Следующий зомби потянулся ко мне, но запутался в собственных ногах и упал мимо, попав на раздачу к Вике и Кобре. Я не стал даже оборачиваться — уверен, что они справятся. Кобра точно справится, Вика — не факт, но если что — закричит.

Не закричала.

Мы продвигались по территории военной части, оставляя за собой широкую полосу голубой крови, перемежающейся дохлыми зомби. Уже вся их толпа пришла в движение, заметив нас, но из-за того, что они были рассеяны по территории ровным слоем, самые дальние еще только-только начинали свой долгий поход в нашу сторону, в то время как самые ближайшие уже валились на бетон, лишаясь эрзац-жизни. Больше всего это напоминало монотонную работу — схватить свободной от оружия рукой зомби за ближайшую руку и дернуть на себя, заставляя его потерять равновесие и налететь подбородком на клинок, что вонзался по самую гарду. Один раз попался зомби без рук, и я просто отошел с его линии движения. Он по инерции протопал мне за спину, где его и встретила Вика, с размаху опустив на его шею Луч.

Девчонкам сзади тоже доставалось. Двигались мы, конечно, вперед, но зомби-то были со всех сторон, поэтому и сзади они подходили тоже, и там их и встречали клинки Кобры и Вики. Меньше, чем мне и Йоке, но они не жаловались. Кобра нехорошо скалилась, вонзая вторую Лизу в мертвяков — она явно вошла во вкус. Еще бы, с таким-то оружием. Тут бы даже Настя вошла во вкус, если бы не была такой пацифисткой.

Йока слева от меня тоже работала мерно, как дровосек, только сменила тактику. Если до этого она разрубала зомби мощными однообразными, но очень трудозатратными ударами от правого плеча до левого бедра, то теперь предпочитала пнуть прущего на нее зомби в живот, чтобы он согнулся, и срубить голову. Это явно давалось ей проще, поскольку требовало меньше сил. А еще это было быстрее, зато так же эффективно.

Среди дохляков первого уровня внезапно мелькнула одна тварь второго. Она кинулась на меня намного резвее, чего и следовало ожидать, и даже почти смогла дотянуться до меня, но я пнул ее прямо в прыжке, отталкивая назад, и вынес из-за спины дробовик. Выстрел грохнул раньше, чем тварь успела восстановить равновесие, и, лишившись половины черепа, зомби рухнул на бетон.

— Вот на эту посмотрите! — обратился я ко всем, снова меняя дробовик на нож. — Этот опаснее, если увидите — говорите мне, я пристрелю его!

— Поняла! — нестройным хором ответили девушки, не останавливаясь.

Что ж, надеюсь, они хотя бы успели посмотреть, на что конкретно я указывал.

Счет уничтоженных зомби перевалил уже за пятьдесят. Каким бы однообразным и нетрудным это занятие не было, оно все же требовало немалой физической силы и я уже успел запыхаться. Надо было сделать перерыв и восстановить немного силы, поэтому я скомандовал:

— Двигаемся к гаражу!

— Зачем? — спросила из-за спины Вика.

— За мясом! — не задумываясь, ответил я.

— Но мясо в столовой!

Я чуть не засмеялся от абсурдности ситуации, и изменил свой ответ:

— Затем, что так надо! Двигаемся, и все тут!

Мы свернули с прямой, двигаясь теперь под прямым углом к тому направлению, в котором двигались изначально. Зомби все так же перли на нас сплошным валом, а мы их одного за другим отправляли на бетон полежать.

— Фаст! — внезапно крикнула из-за спины Кобра. — Сзади!

Я резко развернулся, вынося из-за спины дробовик и сделал это вовремя — на Кобру уже летел второй уровень, вытянув вперед когти и раскрыв пасть.

— Вниз! — крикнул я, вскидывая приклад к плечу.

Кобра моментально исполнила приказ и присела, и я разнес башку второму уровню буквально у нее над головой. Брызнувшая голубая кровь попала на девушку, из-за чего она вздрогнула, и резко вскочила, снова сжимая в руке нож.

— Молодец. — коротко сказал я, снова разворачиваясь в свою сторону. — Так держать. Йока?

— В норме! — тяжело дыша ответила азиатка, пинком сбрасывая с меча зомби, которого не успела отпихнуть ногой и пришлось проткнуть его, как кусок шашлыка.

— Вика⁈

— Держусь! — пропыхтела кудрявая за спиной. — Нормально!

— Отлично, продолжаем!

До распахнутых ворот гаража осталось каких-то пятьдесят метров, и я уже видел очертания капотов мощных «Уралов», застывших внутри в ожидании, когда они снова понадобятся людям. Когда их снова напоят топливом и повернут ключ в замке зажигания, запуская стальные сердца разрядом тока, будто дефибриллятором.

Внутри гаража, конечно же, тоже были зомби, их там просто не могло не быть, но именно гараж был самым безопасным зданием из всех, что попались нам на глаза. В отличие от казарм или столовой в гараже вряд ли могло быть большое количество людей на момент прихода Основания, так что и зомби там должно было оказаться меньше всего. Какое-то количество пришло, конечно, через распахнутые ворота, но такое же количество и ушло, так что общий итог должен быть примерно на одном и том же уровне.

В гараже не горел свет, и единственным его источником оставались небольшие узкие окна под самой крышей, которые топили помещение в густом полумраке. Поэтому, когда мы ввалились через открытые ворота, пришлось на несколько секунд остановиться, чтобы глаза привыкли к изменению освещения, и только после этого получилось рассмотреть внутреннее убранство.

Гараж был небольшим, всего на три больших бокса. Во всех трех стояли тентованные армейские «Уралы», крашенные в зеленый цвет, но только один из них выглядел целым. У второго были сняты и куда-то деты все колеса, по крайней мере в радиусе видимости их нигде не было. Сам грузовик покоился на большой сварной конструкцией с ужасными, явно наспех сделанными швами, над ямой техобслуживания. Еще один «Урал» стоял с открытым капотом и даже отсюда было видно, что половины деталей в его двигателе не хватает, зато торчащих трубок и патрубков — с избытком. Возможно, и с третьей машиной тоже что-то было не так, но не это сейчас нас интересовало.

— Вика, Кобра, займитесь теми, что внутри! — скомандовал я, разворачиваясь. — Йока, нам надо закрыть ворота!

— Принято! — хором ответили девчонки и мы разделились.

Зомби продолжали переть на нас, но, скрывшись в здании, мы выпали из поля зрения большей их части, так что они потеряли цель и перестали нас преследовать. Осталось разобраться только с теми, которые все еще видели нас и пытались до нас добраться.

Я уложил еще троих, прежде чем появилось несколько секунд на то, чтобы по очереди закрыть тяжелые створки ворот с надписью «Бокс 1», написанной белой краской прямо по зеленому металлу, и запереть их засовом изнутри.

Йока к тому моменту тоже успела уработать своих зомби, но никак не могла сорвать с места одну из створок ворот, поэтому я подскочил к ней:

— Давай вместе!

В четыре руки мы легко сдернули с места створку и закрыли ее тоже. Остались только одни ворота, и к ним мы не сговариваясь, подбежали вместе.

— Вали гнилушек! — велел я, хватаясь за створку и закрывая ее.

Йока прикончила двоих, прежде чем я велел ей заскакивать внутрь и закрыл засов на третьих и последних воротах.

— Фух! — азиатка активно махала ладошкой раскрасневшееся лицо. — Упарилась. Ксо, ну и жара на улице!

— Скажи спасибо, что не холод. — усмехнулся я. — Пальцы бы окоченели с твоим мечом, он же у тебя полностью металлический.

Йока посмотрела на меч в своей руке и усмехнулась:

— Ну да.

Мы прошли между машин и наткнулись на два трупа зомби возле дальней стены гаража. Ею помещение, как оказалось, не ограничивалось, в ней было еще три двери, которые вели в какие-то внутренние помещения. Одно было закрыто, в другом нашелся дохлый зомби, вытащенный из «Урала» двигатель, подвешенный на цепях на большой станине, и Вика, с интересом разглядывающая какой-то плакат на стене. А вот из третьего раздавались какие-то влажные шлепки и тихий, яростный шепот.

Я подошел к двери и заглянул внутрь. Это оказалась Кобра, прессующая дохляка. Натурально прессующая — она прижала его к стене, держа руки на плечах и раз за разом всаживала колено ему в живот, приговаривая при этом:

— Я тебе… Сука… Покусаюсь!.. Я тебе… Так… Покусаюсь!

Зомби пытался дотянуться до нее руками, но прижатые к стене плечи не давали этого сделать. Он пытался дотянуться зубами, но каждый новый удар в живот заставлял голову дернуться, и расстояние снова увеличивалось.

— Эй. — позвал я. — Так тебе опыта не дадут. Даже если ты его все-таки убьешь.

Кобра остановила колено в очередном ударе, злобно посмотрела на меня, оттолкнулась от зомби, подобрала валяющийся на полу нож и практически вбила его в череп гнилушки, пригвождая его к стене!

— Укусил? — участливо поинтересовался я.

— Пытался! — выплюнула Кобра. — За углом притаился, мразота, и навалился на меня!

— Больше никого не было?

— Нет, этот последний. Я обошла все помещение, тут есть еще один выход, но он закрыт изнутри. Так что если никто из этих тварей не умеет лазать по потолку, то мы тут одни.

— Вот и супер. — подытожил я. — Передохнем маленько, и пойдем обратно. На сегодняшний день мы отлично поработали и поработаем еще столько же на обратном пути. Все уровни получили?

— Нет. — Йока покачала головой. — Ничего не было.

— И у меня. — мотнула головой Кобра. — Даже никакого опыта не было.

Интересно, а я думал у меня одного что-то опять сбоит и начисление опыта задерживается, как тогда, на выходе с испытательного полигона.

— Вика! — позвал я.

— Иду! — отозвалась кудрявая и через две секунды уже была рядом.

— Опыт получала? — в лоб спросил я.

— Н-нет… — запнувшись, произнесла Вика. — А почему кстати?

Я задумчиво обвел взглядом помещение гаража, поудобнее сжимая в руках рукоять Лизы:

— Обычно это означает… Что бой еще не закончился.

Все моментально напряглись и тоже принялись озираться, но никакого движения нигде не было. Зомби не пытались подняться и ожить по второму разу, они действительно окончательно сдохли.

И тогда, вспомнив слова Кобры, я поднял голову и посмотрел наверх.

Потолок в гараже состоял из гофрированных металлических листов, лежащих на стальных балках. И на этих балках, как два пятна неизвестной науке зеленой ржавчины, застыли два не виданых ранее существа. Они были похожи на людей, но лишь силуэтом и количеством конечностей. Они как будто специально располагались так, чтобы их невозможно было толком рассмотреть — один повис на двутавровой балке вниз головой, держась руками и ногами, как обезьяна на ветке, а второй сидел на другой балке на корточках, соединив пятки и широко разведя колени. Из-за таких странных поз рассмотреть что-то конкретное было невозможно, но достаточно было и того, что система обозначала их как существ Основания, а значит — противников.

Адаптант: химия

Прочитать полную справку я не успел — поняв, что я их заметил, адаптанты пришли в движение. Тот, что висел вниз головой, откинул ее назад еще больше, практически положив ее затылком на спину, как не смог бы ни один живой человек, содрогнулся всем телом…

И выплюнул в нашу сторону комок чего-то зеленого и слабо светящегося!

— В сторону! — успел крикнуть я, отталкивая Йоку и отпрыгивая в сторону тоже.

Влажный плевок упал на то место, где мы стояли и зашипел на бетонном полу, пузырясь на тех местах, где попал на капли голубой крови зомби. Кислота⁈ Похоже, что да.

— Скройтесь куда-нибудь! — крикнул я, вскидывая дробовик и ловя второго, который еще не плюнул, на мушку. — Быстро!

Грохнул выстрел, но в последний момент перед ним адаптант, будто бы даже не шевельнувшись, все так же находясь в приседе, сместился в сторону, так, что его ноги уже не стояли на балке, и просто упал вниз с высоты добрых трех метров прямо на кабину одного из «Уралов» — того, что стоял без колес.

Металл кабины прогнулся под ногами адаптанта — еще бы, машина же на брюхе считай лежит, даже подвеска не работает! — но ему будто бы и не нужна была амортизация, он ноги себе даже не отбил! Только согнул в коленях, приседая задницей почти до кабины, да тут же выпрямил, распрямляясь в полный рост.

Наконец-то я смог его рассмотреть… Но лучше бы не рассматривал. Тварь выглядела так, словно его положили на месяц в болото, а потом достали и прямо как есть сунули к нам в гараж. Зеленая кожа бугрилась какими-то наростами, местами словно лопнувшими, а местами — явно в таком виде и сформировавшимися, голова срослась прямо с плечами, игнорируя шею, да еще и с подбородка протянулись какие-то то ли щупальца, то ли бахрома, такая же зеленая и такая же противная, как и вся тварь в целом. В проникающем в окна под потолком свете ясно было видно, что она покрыта какой-то то ли жидкостью, то ли слизью, и, смешиваясь с тем, что производила кожа твари, эта субстанция стекала по ногам и уже начала разъедать краску на крыше кабины.

Адаптант: химия

Уровень: 5

Тип: существо Основания

Жизнедеятельность: 100

Вероятные опасности: физический урон, химический урон

Значит, точно кислота. Да они еще и плеваться ей умеют! Да еще и пятого уровня!

Ну, надеюсь, что остальные не стали геройствовать и действительно попрятались. Если они не будут лезть под руку, если не придется их спасать и защищать, мне будет даже проще.

Адаптант выпрямился в полный рост, поднял голову к потолку, растопырил свои ротовые щупальца и издал протяжный звук, нечто среднее между писком и гудком корабельной сирены. От него напрочь заложило уши и моментально заболела голова. Я поморщился:

— С таким голосом даже в туалете «Занято!» кричать стыдно должно быть!

Мой голос совершенно точно не мог перекрыть вопль адаптанта, но по какой-то причине, стоило мне заговорить, как он моментально заткнулся, опустив голову и перевел на меня взгляд своих крошечных коричневых, утопленных в зелено-желтой пузырящейся гнили, глаз. Наклонил голову к плечу, словно прислушиваясь, но единственное, что я ему сказал, было:

— Спасибо. Так гораздо лучше.

И потянул спуск. Дробовик ткнулся в плечо и выплюнул сноп картечи точно в голову твари.

Но буквально за мгновение до этого адаптант весь надулся и выплюнул в меня новый кислотный харчок!

Дробь встретилась с ним на половине пути, расплескала шарик на мелкие брызги, которые расшвыряло вокруг, и до меня почти ничего не долетело, только зашипело совсем рядом с ногой на полу.

Не теряя времени, я дернул цевье, досылая в патронник новый патрон и он внезапно даже для меня засветился прямо через металл желтым. Охренеть, пассивка сработала, та самая на пять процентов автоматически применить на патрон «усиленный выстрел»!

Я потратил долю секунды на то, чтобы кинуть взгляд на свой оттопыренный указательный палец, убедиться, что пиктограмма моего собственного умения не погасла, а, значит, я смогу его использовать еще раз, когда понадобится, а потом выжал спуск еще раз…

И тут же бросился в сторону, уворачиваясь от нового плевка, на сей раз сверху — от твари, которая все так же сидела на балке! Перекатился по полу кувырком, уходя к ближайшему «Уралу» и скрылся за его кабиной так, чтобы тварь на потолке меня больше не видела.

Зато сам я сквозь стекла кабины видел, что происходит с первым адаптантом. Видел — и ощущал удовлетворение, поскольку «усиленный выстрел» все же что-да сделал с тварью. Часть ротовых щупалец была оторвана, и из обрубков сочилась все та же зеленая жижа. Зато верхняя часть тела адаптанта больше не была зеленой, дробь местами сорвала с нее защитный кислотный кокон, обнажив собственную кожу твари — коричневую и бугристую. Прорехи слегка дымились, но верхний слой кислотной слизи быстро затягивал их. Еще секунда — и их не останется вовсе. Тварь словно надела на себя химическую броню, которая растворяла все, что ее касалось… Может, в этом и был секрет ее живучести⁈

Тогда я активировал «усиленный выстрел», заряжая его в свежий патрон, поставил ногу на перемычку в середине колесного диска «Урала» и толкнулся ею, выпрыгивая вверх и на одно мгновение, не больше, показываясь над высоким капотом.

Но за это мгновение я успел выстрелить целых два раза — сначала «усиленным выстрелом», потом обычным.

А потом я снова скрылся за капотом, и над головой тут же с шипением пронеслась кислотная плюха, а вторая, судя по звуку, врезалась в сам капот — там, где только что была моя голова.

Привалившись спиной к двери кабины, я выдернул патрон из сайдседдла в надежде зарядиться, пока выдалась крошечная передышка, и одновременно окинул быстрым взглядом все, что смог осмотреть. Никого из девчонок не было видно, а значит они действительно попрятались, да так хорошо, что даже я не в состоянии их обнаружить… Ну, или они словили по кислотной плюхе и превратились в пузырящееся желе, но это почти невероятно — какие-то крики я должен был слышать, хотя бы от боли.

Я успел сунуть в магазин только один патрон, когда раздался дикий грохот и машина, за которой я прятался, очевидно качнулась на подвеске. Взгляд на источник звука, ствол Предвестника следом — и я практически вплотную всадил заряд картечи во второго адаптанта, который спрыгнул на капот грузовика — ладно хоть не на голову!

Жаль, что не прокнул снова «усиленный выстрел», но и обычный на такой дистанции сдул адаптанта с капота и тот с влажным шлепком рухнул где-то по ту сторону. Вряд ли причинил ему каких-то серьезных повреждений, но хотя бы не позволил ему харкнуть прямо мне на темечко!

Не теряя времени, я снова полез на колесо, через капот, чтобы выстрелить сверху, вовремя одумался, увидев прямо перед глазами дымящуюся и пузырящуюся в луже кислотного плевка краску, слез обратно и пошел вокруг, прижимая приклад к плечу и готовясь выстрелить в любой момент.

По ту сторону машины твари не оказалось. На полу отчетливо побулькивал влажный след в том месте, куда она упала, но самого тела не наблюдалось. Вот же быстрая — умудрилась так резко свалить! Хотя чего удивляться, если она даже по потолку буквально за секунды перемещается…

Я бросил быстрый взгляд в сторону, на первую тварь, и с удовольствием отметил, что она лежит на дымящемся и пузырящемся капоте «Урала», слабо подергиваясь, но не пытаясь встать — значит, два выстрела подряд достали ее. Вся жизнеспособность адаптанта была основана на каком-то подобии брони, покрывающем тело, в данном случае — кислотной брони, растворяющей все, что может представлять опасность… Да наверняка даже подойти к этому адаптанту слишком близко не получится — легкие начнет жечь уже в метре от него! Зато вот если эту «броню» умудриться снять с адаптанта или хотя бы повредить, тварь сразу же лишится всей своей бронированности и жизнеспособности.

Так, ладно… Но где же вторая?

Я прошел вдоль машины, вышел из-за нее, дернул стволом влево-вправо, вверх, в поисках твари, но вместо нее наткнулся на внимательный взгляд Йоки, которая глядела на меня из помещения, в котором мы наткнулись на вынутый из «Урала» двигатель. Девушка показала меч, я покачал головой — что она сделает своим мечом, когда эта тварь по потолку умеет скакать? Даже если переместится к ней за спину — вряд ли что-то сделает монстру пятого уровня своим мечом, разве что покоцает немного… Да, возможно, еще и сам меч испортит об эту кислоту. Не говоря уже о том, что и близко подойти не сможет все из-за той же кислоты, если только дыхание не задержит…

Я снова дернул дробовиком влево-вправо-вверх, проверяя все возможные углы, но твари так и не заметил. Зато заметил другое — на полу остались следы, которые были чуть темнее окружающего пространства и потому заметные только если присмотреться. Судя по всему, сочащаяся с твари кислота разъедала всякие отложения и грязь на полу, обеспечивая эту разницу в цвете.

Я двинулся по следу, обходя по широкому кругу тот «Урал», что был без двигателя, и практически за углом тентованного кузова обнаружил притаившуюся тварь. Она явно намеревалась атаковать вблизи, но заранее выбранная мною дистанция не позволила ей этого сделать, и все, что она смогла — это недовольно булькнуть что-то через свои щупальца и плюнуть в меня кислотой.

Я присел, уходя от плевка, но небольшая часть кислоты все равно попала в меня. Щелкнул, поглощая смертоносный снаряд, Модуль Защиты, я выстрелил, и тут же дослал еще один, предпоследний, патрон в патронник, надеясь, что снова прокнет «усиленный выстрел».

Не прокнул.

И метка на пальце все еще была тусклая, а значит, навык не готов к использованию.

Предыдущее попадание не нанесло адаптанту никаких видимых повреждений — все то немногое количество кислотной слизи, которое с него сорвало зарядом картечи, уже практически затянулось за половину секунды, осталось только совсем чуть-чуть голой бугристой кожи, суммарная площадь которой и до ладони-то не дотягивала.

Все, теперь уже надо прятаться мне. Уходить на перезарядку и ждать, когда восстановится «усиленный выстрел», потому что без него эту кислотную защиту не пробить. Единственное, чем я добиваюсь без него — адаптант теряет равновесие и немного отступает назад, и от того не имеет возможности плюнуть в меня снова. И проблема как раз в том, что, пока я буду перезаряжаться, он эту возможность получит снова. А у меня Модуль Защиты на откате.

Хоть доставай нож и кидайся врукопашную, несмотря на кислоту! Потому что если дать ему хотя бы несколько секунд передышки, то он додумается снова запрыгнуть на потолок и заплевать меня оттуда!

Но вместо этого я ушел обратно за угол грузовика, выдергивая из сайдседдла еще один патрон и засовывая его в магазин.

Но адаптант не дал мне времени даже на нормальную перезарядку. Почти сразу же он появился из-за угла и надулся снова, готовясь плюнуть новым зарядом кислоты.

— Фаст! — крикнула сбоку Йока и с трудом что-то приподняла, и, практически крутнувшись вокруг своей оси, швырнула в воздух что-то тяжелое. — Стреляй!

Это оказалась канистра. Какая-то белая пластиковая канистра с синей крышкой, по виду литров на десять, не меньше. Вращаясь в воздухе, она пролетела несколько метров, и оказалась между мной и адаптантом, причем до твари от нее оставался буквально дециметр…

И я выстрелил, предварительно активировав «разрывные снаряды». Последнее и единственное, что у меня осталось в активе. Чтобы наверняка.

Канистра взорвалась и разлетелась облаком мелких прозрачных брызг, которые накрыли адаптанта мелким душем! Так и не успевшая плюнуть тварь подавилась запасенным воздухом, а потом внезапно завизжала и забилась, будто в агонии! От нее повалил густой белый дым, и буквально на глазах вся кислотная слизь плотным покровом облегающая тело адаптанта испарилась в этом дыму, обнажая коричневую кожу.

Адаптант попытался отступить обратно за угол грузовика, но, кажется, он полностью потерял ориентацию то ли из-за дыма, то ли из-за того, что ему и глаза жгло тоже, и, крутнувшись на месте, он двинулся в мою сторону, продолжая исторгать густой дым и воя на одной ноте.

И тогда я дернул цевье, досылая последний патрон в патронник и он тут же вспыхнул через металл желтым светом — ну очень вовремя! Нельзя было пораньше, а, Основа⁈

Я подпустил адаптанта поближе и «усиленный выстрел» разнес ему череп на почти такие же мелкие брызги, что исторгла из себя канистра. Тварь, не останавливая начатого шага, рухнула лицом вперед и несколько раз дернулась. Дым от нее почти перестал валить, но кислотная броня не собиралась восстанавливаться… А теперь уже и не сможет.

Я на всякий случай вытащил из сайдседдла последний патрон и загнал его в патронник, а сам подошел к разорванной канистре, лежащей на полу в метре от меня, и стволом дробовика перевернул ее.

«Гидроксид калия, ЩЕЛОЧЬ, ОПАСНО» — было размашисто, маркером, выведено на канистре. На самом деле, от «опасно» там осталось только «опа…», но вряд ли там было написано что-то отличное от того, что домыслил я сам. Вряд ли кто-то такими здоровенными буквами решил на небольшой канистре записать текст песенки «Америка-Европа».

Я поднял взгляд на Йоку, которая выглядывала из-за двери помещения, в котором пряталась, и показал ей большой палец.

— Классно придумала! Реакция нейтрализации, третий класс химии!

— Ага. — Йока вымученно улыбнулась. — Только непонятно, что щелочь вообще делала в этом помещении.

— Двигатель мыли. — ответила неслышно подкравшаяся Кобра. — Там же как раз движок висит, да? Вот его и мыли.

— Откуда ты знаешь? — я скосился на нее.

— У меня брат был деби… В смысле, стритрейсером доморощенным. Один раз двигатель мыл и перебирал у нас в ванне, потом воняло месяц, я его чуть прямо там не утопила в этой же самой щелочи. — поморщилась Кобра. — Тут все закончилось?

— Пока еще нет. — я покачал головой. — Сообщений системы так и нет. Никого не задело?

Убедившись, что все в порядке, я вернулся к адаптанту, которого полили щелочью и внимательнее присмотрелся к нему, но появившаяся возле него зеленая коробка однозначно показывала его как дохлого, даже справку вызывать не нужно. Тогда я вернулся к тому, которого пристрелил первым, и вот он-то оказался пока еще живым. Живым, но всего лишь с десятью очками жизнедеятельности. Он даже не мог отползти, хотя, судя по вытянутым рукам, пытался. И уж тем более его кислотная броня не восстанавливалась. Поэтому я поднял на вытянутых руках дробовик, занося его над головой адаптанта, и выпустил последний патрон. Тварь дернулась, тихо свистнула и перестала двигаться.

И вот тогда посыпались сообщения…

Конечно же, сообщений было много. Прямо целая лавина сообщения насыпалась, благо, написанных маленьким шрифтом, так что они не превратились в начальную заставку «Звездных войн» и не пришлось ждать полчаса, пока они неспешно промотаются перед глазами. Мало того — я вовсе не стал их читать, а лишь скользнул взглядом по диагонали, остановив его лишь дважды — на тех местах, где убитые зомби числились как второй уровень и дали мне по десять опыта вместо пяти. Ну и, конечно, остановился в самом конце, интересуясь, сколько же мне дали за адаптантов.

А дали там очень даже прилично.

Уничтожен адаптант: химия, уровень 5. Получено 140 единиц опыта.

Уничтожен адаптант: химия, уровень 5. Получено 840 единиц опыта.

О как! Значит, убийство твари при помощи щелочи система тоже сочла «стильным» и дала за него вшестеро против обычного! Интересно, а уничтожение треножника при помощи бензовоза тоже считалось бы «стильным», если бы его добил я, а не тупица Сэм? Черт, столько опыта потерял.

Кстати, а я же даже шкатулку от него не забрал! Поначалу, когда он только взорвался, там была такая температура, что туда было просто не подойти, да и не видно там было никакой коробки, если уж на то пошло — только шматки треножника да языки пламени, которые все скрывали. Но сейчас-то наверняка все потухло и можно пойти получить свой лут. К тому же, как раз пришла пора возвращаться обратно в административное здание, в котором засели остальные. На сегодня мы славно потрудились, но дальше идти пока что не стоит. Девушки явно устали, и, чем дальше в таком состоянии мы пойдем, тем больше вероятность, что они допустят фатальную ошибку и подставят этим не только себя, но и остальных, включая и меня. В конце концов, моя цель — не угробить их, а сделать сильнее.

Кстати, об этом. Как раз длинный список убитых закончился и система вывела новое сообщение.

Примите поздравления. Вы получили новый уровень. Теперь ваш уровень — 8. Разблокированы следующие функции: выбор второй специализации.

И тут же, следом.

Примите поздравления. Вы стали первым в мире, кто приобрел возможность получения второй специализации. Вы получаете достижение «Определившийся». Ваша личная репутация повышена на 3. Получено 100 единиц опыта. Получите вашу награду.

Да уж, по сравнению с только что полученным опытом, которого в сумме набралось больше тысячи, жалкая сотня выглядит почти смешно. Но зато под ногами у меня уже привычным образом появилась шкатулка, лучащаяся синим.

— Соберите шкатулки! — крикнул я девушкам, нагибаясь за своим трофеем и активируя его.

Шкатулка послушно открылась, награждая меня… Всего лишь двумя картами примечаний, еще одним безыскровым разрядником и колбой с новыми семенами, на сей раз — зелеными!

Серьезно? Основа, что за глупый рандом⁈ Нахрена мне эти семена, курить их, что ли⁈ Ну ладно семена, Насте отдам, пусть с ними возится, сажает или что-то еще делает, не знаю, но где нормальный лут? Новое оружие, предметы снаряжения на край!

Вздохнув, я осмотрел колбу с семенами.

Семена камарита

Общий предмет

Уровень ~

Качество: обычный

Способности: после посадки вырастает в куст камарита. Время роста и урожайность зависит от количества сплайса, использованного в качестве субстрата.

Для того, чтобы расти на своей родной планете, камариту пришлось выработать в себе невероятную упругость, позволяющую поддерживать форму и стремиться к свету даже в условиях высокой гравитации.

Покачав головой, я сунул колбу в карман и взялся за карты примечаний. Активировал первую.

Примечание 189: Вы можете развивать все возможные профессии, но количество очков мастерства ограничено, поэтому до уровня «грандмастер» возможно развить только одну профессию и еще одну — до уровня «Опытный» и это только в случае, если очки не будут вкладываться в другие профессии.

Понятно, что ничего не понятно. То, что есть профессии я и сам уже догадался, и это новое примечание особенно никакой новой информации не дало, только про какие-то очки мастерства. В общих чертах понятно, о чем идет речь — о том, что во всем и сразу крутаном не стать, — но сам механизм работы так и остался в тайне. Не говоря уже о том, что сами по себе профессии пока что никак не давали о себе знать.

Я взял в руку вторую карту, чтобы ее активировать, но тут подошла Йока:

— Мы все собрали… О, карта примечаний!

— Ты уже видела такое? — удивился я.

— Ага. — Йока кивнула. — Выпала из одной из коробок… Ну, из тех зомби, которых я порубила, когда сюда шли.

— Что, прямо из обычного зомби?

— Ну, да. — Йока щелкнула себя по наколеннику, который отозвался глухим звуком. — Это, кстати, тоже. Из одной коробки выпало.

— И что там было?

— Сейчас… — Йока принялась тыкать пальцами в воздух, явно лазая по системному меню. — Ага, вот. Примечание восемь. Увеличение характеристики «Интеллект» увеличивает максимальный запас эмеры субъекта Основания и уменьшает откат умений. Каждая дополнительная единица интеллекта добавляет субъекту пять единиц эмеры и уменьшает откат умений на ноль целых одну десятую процента.

И, едва только она все это произнесла, как у меня перед глазами вспыхнули все те же самые слова, только в виде системного примечания.

Примечание 8: Увеличение характеристики «Интеллект» увеличивает максимальный запас эмеры субъекта Основания и уменьшает откат умений. Каждая дополнительная единица интеллекта добавляет субъекту 5 единиц эмеры и уменьшает откат умений на 0.1 %

Выходит, примечаниями можно делиться точно так же, как можно делиться информацией о предмете. Это, кстати, открывает еще одну интересную ветку торговли знаниями… Это означает, что я могу скупать все системные примечания у всех, кого встречу, и собирать из них коллекцию, достигая следующих уровней достижения «Систематизатор». Не просто же так там в названии есть цифра один, наверняка это означает, что есть еще и «Систематизатор два», «три» и так далее.

— А у тебя что? — спросила Йока, кивая на карту.

Я активировал ее и передо мной появилось еще одно системное примечание.

Примечание 1: Характеристики субъекта Основания можно и нужно повышать.

Чувствуя себя идиотом, я прочитал эту простую в своей банальности мысль вслух.

— Прикалываешься? — усмехнулась Йока. — А нет, не прикалываешься, и вправду появилось.

— Появилось где? — не понял я.

— В меню, где ж еще. — пояснила Йока. — В основном окне, где твои характеристики написаны, там есть такой значок в форме свитка… Не видел?

— Неа. Я в это окно вообще не залезал с самой первой минуты. — признался я и полез в указанное окно.

Там действительно была небольшая виртуальная кнопка с изображением свитка, и, когда я в нее ткнул, то попал в новое меню, напоминающее меню инвентаря. Такая же табличка, каждая клетка которой — прямоугольник со скругленными краями. Только разница была в том, что эти клеточки были маленькими, буквально на одно слово и одно число, и было их… Ну ОЧЕНЬ много. Только перед глазами висело не меньше четырех сотен ячеек — десять на сорок, — а, когда я повел глаза вниз, список тоже послушно принялся крутиться вниз, открывая все новые и новые ячейки. И все они были пусты. Все, кроме тех, которые я уже получил, конечно же. Под номерами один, пять, восемь, пятьдесят семь, сто двенадцать, сто восемьдесят девять, двести двенадцать и четыреста семь. Непонятно на что надеясь, я ткнул в пустую ячейку, идущую сразу за последней известной мне, но интерфейс никак не отреагировал. Тогда я ткнул в саму четыреста седьмую и она послушно развернула передо мной хранящееся в ней примечание во второй раз:

Примечание 407: При достижении новой фазы Основания зараженные будут становиться сильнее и опаснее. Адаптируйтесь, подбирайте тактику, обзаводитесь новыми умениями и снаряжением. Не существует непобедимых противников.

Я закрыл его, смахнув в сторону как дым, и задумчиво обозрел весь гипотетический список примечаний. Их было около шестисот, если бегло посчитать те, что оставались после четырехсот седьмого, а значит их сбор будет не самым легким занятием. Ну да ничего, прорвемся. В конце концов, нет никакой гарантии, что я не догадаюсь до смысла и механизма Основания раньше, чем закрою все эти ячейки. Может, мне и половины хватит с лихвой.

Я закрыл окно с примечаниями и снова заметил, что у меня так и висит неиспользованное очко характеристик, которое я так и не придумал, куда вложить. Ни меткость, ни интеллект пока что не выглядели как то, во что есть смысл вкладывать свое единственное в обозримом будущем очко характеристик. Уж лучше я подожду, когда прояснится насчет остальных, чем вложусь не туда и буду потом волосы на себе рвать. К тому же, я и при своих стартовых пока что не просто выживаю, а очень даже активно развиваюсь, так что необходимости гнать точно нет.

Остальные девушки тоже подошли, таща коробки, которых в сумме с выпавшими с адаптантов оказалось восемь.

— Как успехи? — осведомился я. — Кто-то уровень получил?

— Я. — тут же отозвалась Кобра. — Второй получила.

Вика помотала головой:

— Семьдесят опыта только получила.

— А всего сколько сейчас? — уточнил я.

— Семьдесят… — Вика покраснела и опустила глаза.

— Сто ровно. — не поняв, что к ней я не обращался, тоже ответила Кобра.

— Почему такой разбег? — не понял я. — Или ты еще где-то успела приговорить мертвяка?

— Ага. — Кобра невесело хмыкнула. — Как раз за минуту до того, как меня нашли… Ну, остальные. Я пришла в себя, вылезла из машины, а там этот… дохляк. Ну я и пнула его рефлекторно, а он отлетел и упал башкой в открытый капот другой машины, да так, что тот от толчка закрылся ему прямо на шею. Дали сразу тридцатку.

— Ясно. — я кивнул. — Йока?

— У меня нет. — азиатка покачала головой. — Получила в общей сложности шестьдесят пять, уровня не дали.

— Ясно. Тогда план такой. Сейчас возвращаемся обратно к административному зданию и отдыхаем, мы сегодня и так отлично поработали, больше пяти десятков тварей положили. — начал я. — Если по пути будет возможность, оставьте гнилушек Вике, ей надо еще набраться опыта, может, она тоже сегодня уровень получит. Все ясно?

Девушки кивнули и я подытожил:

— Тогда пять минут отдыха и идем обратно.

Через пять минут мы распахнули одни ворота гаража и вышли наружу, готовые к бою. Ворота за собой мы тут же закрыли, чтобы в последующих забегах у нас уже было готовое убежище, в котором можно было бы перевести дух, и двинулись к административному зданию. Двигались мы не бегом, но все равно достаточно быстро, хотя и это не уберегло от нескольких настырных мертвяков, которые проявили интерес и было грубо и неумело скошены викиной рукой, что подарило ей несколько лишних единиц опыта.

Двигались мы по самому краю территории, практически вдоль забора части, поэтому и не привлекали особого внимания, за счет чего уложились быстро. Не прошло и пяти минут, как мы снова откатили ворота и прошли за них, оставив за спиной кучу убитых зомби и несколько десятков серых коробок — потом соберем. Все равно ждать, когда они в сплайс превратятся.

За воротами нас ждала Настя. Она сидела на корточках сбоку от ворот, а рядом с ней высилась небольшая кучка глянцевых черных пирамидок, десяток, не больше. Настя, сложив руки на коленях и положив на них подбородок, смотрела на кучку с легкой улыбкой, словно ждала какого-то чуда.

— Настя! — позвал я. — Ты что тут делаешь?

— Ой! — девушка встрепенулась. — А я… Решила попробовать семена посадить. Ну, акацита.

Она подняла глаза и посмотрела на меня:

— Я же ничего такого не сделала?

— Конечно, нет. — улыбнулся я. — А сплайс где взяла?

— Там. — Настя ткнула пальцем в ворота. — Вы когда ушли, я…

— Я же велел закрыть. — я нахмурился.

— Я и закрыла. — оскорбленно посмотрела на меня Настя. — Только не сразу. Вспомнила, как ты сплайс из пауков доставал и достала тоже.

Я покачал головой, но вслух сказал другое:

— Молодец. И как успехи?

— Пока никак. — Настя вздохнула. — Не растет.

— А ты что, думала, что он вот так сразу и вырастет? — усмехнулся я. — Надо подождать.

— Я понимаю, я же вижу таймер. — Настя вздохнула.

— Таймер? — я заинтересовался.

— Ага. — Настя тряхнула головой. — Сам погляди!

Заинтересованный новой информацией, я подошел, и, следуя молчаливым указаниям Насти, коснулся кучки сплайса рукой с интерфейсной меткой. Над кучкой тут же возник полупрозрачная голубая окружность с маленьким, заполненным голубым, сектором.

— Это за какое время?

— Как вы ушли примерно. Может, на пять минут меньше.

Я прикинул в уме, за какое время при таких данных круг заполнится целиком — получалось, что часов за двенадцать, не меньше. Не сильно много, конечно, но и не несколько месяцев, как это происходит с земными культурами.

— А еще я очки получила. — Настя улыбнулась. — За то, что семена посадила.

— Какие очки?

— Очки земледелия. — гордо ответила Настя. — Два очка.

— Где посмотреть такое?

— В «профессиях». — Настя потыкала пальцем в воздух. — Справа от кнопки с характеристиками.

Я открыл свое меню и убедился, что на указанном месте ничего нет. Видимо, для того, чтобы «профессии» появились, надо сначала одной из них заняться, получить первые очки и тогда их станет видно.

Я достал из инвентаря пробирку со свеженалутанными семенами и два десятка пирамидок сплайса. Насыпал их горкой рядом с горкой Насти, потом открыл пробирку, и вытряхнул на ладонь несколько слипшихся семян. Как я ни пытался, разделить их у меня не получилось даже при помощи ножа, поэтому я плюнул на это дело и сунул их в сплайс как было.

И система отреагировала.

Использованы семена камарита.

Получено 2 очка мастерства в профессии «Земледелие».

Я снова полез в меню и обнаружил, что окно с профессиями теперь доступно и мне, после чего открыл его.

Профессий оказалось не сильно много, но все равно больше, чем я ожидал. При взгляде на этот список создавалось ощущение, что они составляют самые настоящие производственные цепочки, причем довольно сложные, и берущие свое начало с самых простых ресурсов и сырья.

Земледелие 2\100000

Животноводство 0\100000

Добыча 0\100000

Фармакология 0\100000

Кулинария 0\100000

Обработка 0\100000

Ткачество 0\100000

Снаряжение 0\100000

Бижутерия 0\100000

Холодное оружие 0\100000

Огнестрельное оружие 0\100000

Инженерия 0\100000

Если вспомнить примечание о том, что развить до самого высокого уровня можно только одну профессию, возникает большой вопрос — какую же из них выбрать? Логика подсказывает мне, что мне понадобится «огнестрельное оружие», но во-первых, торопиться с выбором не стоит, другие профессии тоже выглядят интересно, а во-вторых… Во-вторых, я все равно не знаю, как мне вкладывать очки в это самое «оружие». Судя по тому, что я сделал уже кучу выстрелов как из земного дробовика, так и из системного, а очков не прибавилось, делается это не так…

— Это тоже тебе. — я улыбнулся и поднялся с корточек. — Не забудь порыхлить, быстрее вырастет.

— Ой, точно! — Настя обрадовалась и достала детские грабли. — Спасибо, что напомнил!

Я поймал взгляд Йоки, которая улыбнулась и чуть покачала головой.

— Я пойду отдохну… — вздохнула Вика, возвращая мне выданный ей ранее клинок и направляясь в здание. — Набегалась…

— А у нас какие планы? — спросила Кобра таким голосом, словно могла бы еще марафон пробежать с ножом в руках, хотя на самом деле я видел, что она тоже устала.

— У вас не знаю. — чистосердечно ответил я. — А я намерен пойти забрать хотя бы шкатулку с разбитого треножника, раз уж с опытом я пролетел.

— Я с тобой. — тут же хором сказали и Йока и Кобра. Покосились друг на друга, но ничего не сказали.

— Ага. — я хмыкнул. — Только сначала я вас ненадолго покину и погляжу, что за стеной вообще творится. Может, там десять тысяч тварей собралось и хрен мы отсюда выйдем.

И, не дожидаясь ответа, я поднялся на наблюдательную вышку, с которой Сэм шмальнул из РПГ. Поднялся и посмотрел туда, где лежал разбитый треножник.

И не поверил своим глазам.

Его на месте не было.

Сначала я решил, что мне мерещится или, может, я не в ту сторону посмотрел, но все это, конечно же, оказалось не так. Вот сожженный бензовоз, единственными свидетелями того, что он вообще горел, остались лишь струйки дыма, поднимающиеся над почерневшим остовом. Машины вокруг тоже неслабо пострадали из-за пожара, большая их часть так же выгорела дотла. А вот разбросанные взрывом зомби — те, что так и не поднялись после этого. Даже вмятина на почерневших металлических кольцах, из которых была сварена автоцистерна присутствовала — в том самом месте, в котором на нее прилег отдохнуть треножник.

А самого треножника не было.

Я еще несколько секунд смотрел на то место, где он был, непонятно на что надеясь — на то, что он появится, что ли? — а потом спустился с вышки и пошел в административное здание.

— Ты куда? — удивилась Йока, когда я прошел мимо, но я не ответил. Не хотелось терять время.

Я вошел в административное здание, прошел к учебному классу, в котором остались все те, кто не пошел с нами, и вошел внутрь. Как ни странно, Сэм все еще был здесь, хотя я ожидал, что не увижу его. Он успел где-то найти зеленую куртку камуфляжной расцветки и одеться, но от него все равно пахло кукурузным рассолом и взгляд его, направленный на меня, не отличался добродушностью.

— Куда исчез треножник? — с ходу спросил я.

— Какой еще треножник? — сквозь зубы ответил Сэм.

— Табуретка! Та, которой ты из РПГ всек, отняв у меня херову кучу опыта! Куда она делась?

— А я откуда знаю? — все тем же тоном ответил Сэм. — Наверное, сбежала от такого грозного убиваки, как ты.

— Он тут ни при чем. — внезапно вмешалась одна из женщин, которые оставались с Сэмом. — Он никуда не выходил отсюда.

— А одежда?

— Это я ему принесла. — ответила она же. — Ему надо было переодеться. Это его же куртка, просто мы ее сняли с него, чтобы перевязать!

И правда — на боковине куртки, если присмотреться, можно заметить кровь, и не свежую, а уже старую, почти черную. Не то, чтобы это прямо убедило меня в том, что Сэм действительно тут ни при чем, но обвинять его прямо сейчас реально неразумно. В конце концов, он мог что-то сделать или санкционировать какой-то процесс, сам того не понимая. В конце концов, треножник тоже не сильно походил на обычного противника, взять хотя бы то, что я не мог его толком осмотреть «ревизией». То есть, осмотреть-то мог, а вот понять, что мне отвечает на запрос система — вот с этим были проблемы.

— Ты когда взорвал треножник, системные сообщения были? — спросил я у Сэма уже спокойнее.

— Нет, блин! — все так же нервно ответил тот. — Не было!

— И тебя это не удивило?

— Да не до того, знаешь, как-то было!

— У него кровотечение снова открылось после этого. — снова вмешалась та же женщина. — Пришлось его по-новой перевязывать.

Я подошел к серым коробкам, которые так и лежали на партах неоткрытые, активировал сразу три, нашел в появившемся луте регенеративный пакет и кинул его той же женщине:

— Воспользуйтесь этим. Там на обороте картинки, как пользоваться. Заживет, как на собаке.

А сам вышел обратно, прихватив с собой только бутылку с водой — после возвращения с территории мертвяков пить хотелось просто ужас. Скрутил на ходу пробку, сделал пару глотков, погонял их во рту и проглотил только тогда, когда уже вышел во двор.

— О, вода! — обрадовалась Кобра, отбирая у меня бутылку.

Даже разрешения не спросила, нахалка. Впрочем, я как раз им и нес оставшееся, так что я сказал лишь:

— Другим оставь. — и пошел к КПП военной части, намереваясь выйти наружу.

Через несколько меня догнала Йока. Я скосился на нее:

— Останься. Я ненадолго.

— Нет. — твердо ответила она. — Я пойду с тобой. Ты правильно сказал, я ничего не знаю о том, что творится вокруг, а сидя тут — никогда не узнаю. Так что я иду с тобой.

— Ладно, только дай сначала твой меч.

Йока несколько удивилась, но достала из инвентаря меч и протянула его мне, положив на обе ладони. Как катану — самураю, разве что голову не склонила и на колени не встала.

Мне даже не понадобилось брать меч в руки, чтобы открыть полную справку о нем, достаточно было его лишь коснуться и короткое наименование «Клык демоволка» раскрылось в полноценное описание.

Клык демоволка

Холодное оружие

Уровень 2

Качество: уникальный

Активные способности: переносит владельца за спину противника, на которого владелец укажет. Радиус переноса — не более 10 метров. Владелец появляется за спиной противника в случайном радиусе до 3 метров включительно.

Прогресс: 0

Демоволки, населяющие Нарфакс, отличаются не только своим непомерным аппетитом, но и способностью преследовать жертву мгновенными прыжками, вроде телепортации. Эта способность и дала название данному клинку.

Получается, я могу видеть информацию о чужих вещах не только взяв их в руки, но и просто коснувшись. Надо проверить это дело.

— Хорошая штука, хоть и всего второго уровня. — прокомментировал я, возвращая меч Йоке. — А теперь смотри фокус.

И я повторил ей все то, что написала система про меч. Глаза азиатки удивленно расширились, и она тихо сказала:

— Огоо-о-о… Вот это круто!

— Ну дк. — хмыкнул я. — Хочешь про поножи тоже расскажу?

— Само собой. — Йока с готовностью выставила вперед одну ногу, и я положил ладонь на плотный, словно пластиковый, наколенник.

Камаритовые поножи

Предмет для ног

Уровень 1

Качество: обычный

Способности: отсутствуют

Прогресс: 0

Камарит это материал для экипировки самого базового слоя, который не защищает ни от чего, кроме банального физического урона. Основное ее предназначение — быть демпфирующим элементом под другими, более специализированными, слоями.

Я процитировал информацию Йоке, и она заметно расстроилась:

— Ну вот, а я надеялась, что они тоже какими-то крутыми окажутся.

Я не стал ей говорить, что слово «тоже» тут неприменимо, поскольку ее меч к крутым не очень-то и относился. Вместо этого только сказал:

— Не переживай, там столько коробок еще в запасе, что подберем мы тебе что-нибудь интересное, как пить дать. Не говоря уже о том, что там за стеной зомби еще три раза по столько, сколько мы сегодня приделали. Так что все еще будет.

— Эй! — к нам подбежала Кобра. — Куда собрались без меня? Договаривались же втроем!

— Ладно, идем. — согласился я, не желая спорить с ней.

— И я с вами. — внезапно раздался голос, который я уж точно не ожидал услышать.

Я перевел взгляд на Сэма, который стоял неподалеку, держа за ствол автомат семейства АК, приклад которого упер в землю. Автомат был разряжен, но магазин Сэм держал в свободной руке, и, хотя он явно использовал оружие как опору, было даже почти незаметно, что он ранен.

— Ты не пойдешь. — я покачал головой.

— Тебя забыл спросить. — фыркнул Сэм, пристегивая магазин к оружию. — Я иду по своему желанию, а не потому, что ты разрешил или не разрешил!

— Понятное дело. — я пожал плечами. — Но что ты будешь там делать? Ты же ранен.

— После того, как меня перевязали при помощи той хрени, которую ты дал, мне намного лучше. Даже не болит ничего. Кстати… Спасибо.

Последнее слово далось ему тяжело, он даже глаза отвел, словно не меня благодарил, а бетонный плац.

— Но ты же даже без оружия.

— Без оружия? — Сэм хмыкнул. — А это что, по-твоему, страйкбольный привод?

— Для того, что ты задумал это — бесполезная железка. — отрезал я. — Ею можно только защититься, но она не поможет тебе в прокачке. Убийство земным оружием не приносит опыта… А все, что было у меня, я уже раздал другим.

Я, конечно, лукавил — Луч все еще оставался у меня в инвентаре. Но, во-первых, от раненого человека с оружием ближнего боя толку чуть, а тот немногий, что есть, рискует превратиться в проблему, если во время очередного неловкого замаха у него снова разойдется и закровит рана.

А во-вторых, я ему все-таки не доверял. Какими бы благими ни были его намерения, он пока еще не относится к числу тех, про кого я бы мог сказать, что уважаю его и его решение. Черт возьми, я даже Вику уважал больше, чем Сэма в данный момент времени!

— Если есть такое желание, отправишься завтра с нами на расчистку внутреннего двор. — сказал я. — Как раз твоя рана затянется, и от тебя будет хоть какой-то толк.

— Так а с оружием-то что? — Сэм качнул ногой АК.

— Шанс того, что лишний ствол или клинок будет у нас завтра, намного выше, чем сейчас. — хмыкнул я. — А вот за теми, кто остался в здании, надо проследить. Они же тут ничего не знают, мало ли чего может случиться. У тебя, блин, там оружейка открыта — вдруг кто-то ненароком застрелится?

Сэм несколько секунд раздумывал, глядя на меня, а потом тяжело вздохнул:

— Ладно, уговорил. Но завтра я иду с вами.

— Да хоть на край света. Я так понимаю, ты выбрал «огнестрел»?

— А то. — ухмыльнулся Сэм.

— Ладно, неважно. Опыт валится от любого оружия. — я махнул рукой. — Мы скоро вернемся. Если хочешь быть полезным, просто проследи, чтобы без нас тут ничего не случилось. Хотя знаешь… А тут есть рации?

— Прямо тут нету. — Сэм махнул рукой в сторону ворот, за которыми торчали зомби. — Там есть.

— Жаль. Значит завтра надо будет их раздобыть. — я повернулся обратно к девушкам. — Готовы?

— Всегда! — хищно улыбнулась Кобра, а Йока только кивнула, сжимая обеими руками «клык».

— Ну все, пошли. — сказал я, открывая дверь. — Сэм, на засов не закрывай. Они все равно слишком тупые, чтобы догадаться потянуть дверь на себя вместо того, чтобы ломиться в нее.

Я вышел на улицу первый, выставив перед собой Лизу на случай, если прямо за поворотом притаился какой-нибудь ниндзя-зомби, но никого не нащупал. Тогда я поднял дробовик, что держал в другой руке и убрал Лизу в инвентарь. С грустью посмотрел на пустой сайдседдл на прикладе — у меня осталось всего пять патронов, остальные я уже успел расстрелять. Когда вернемся, придется копаться в коробках, иначе скоро я, как и все остальные, буду махать ножом.

Забавно, наверное, будет выглядеть, если я с ножом попру на тот же треножник.

Изнутри стен военной части этого не было заметно, но день, оказывается, уже клонился к закату. Тени от всех объектов заметно удлинились и стали резкими и угловатыми, не говоря уже о том, что теперь они казались не просто тенями, а кусками самой настоящей тьмы, что непонятным образом переместились в наш мир. Просто удивительно, сколько событий успели уместиться в этот день, а ведь он еще даже близко не кончился, прошла только половина дня, часов одиннадцать, может, двенадцать, точно не больше. У нас впереди еще целая ночь, первая ночь в обновленном мире, и большой вопрос, как именно она пройдет. Не окажется ли так, что все то, что мы видели на улицах днем — только цветочки по сравнению с теми монстрами, что придут по наши души ночью?

Тогда тем более надо шевелиться. Не просто осмотреть то место, где упал треножник, но еще и по окружающим улицам пробежаться в поисках чего-нибудь полезного. Может, повезет наткнуться на какой-нибудь магазин, торгующий всяким снаряжением для туристов и походников и больше не придется есть сухомятку и сидеть на разломанных стульях. Да и одежду неплохо было бы сменить — эта вся уже давно пропиталась кровью зомби и грязью до такой степени, что превратилась в какой-то панцирь. Коробки одежду, к сожалению, не выдавали, они выдавали только снаряжение, да и то — очень избирательно. Единственным, что более или менее пока что попадало в разряд одежды — поножи Йоки, но и то с большой натяжкой.

Но сначала в любом случае треножник. Надо выяснить, что с ним произошло и оставил ли он после себя коробку. Поэтому, обменявшись взглядами, мы двинулись к сгоревшему бензовозу, внимательно осматриваясь по сторонам.

Новые зомби, вместо тех, что раскидывало взрывом, сюда еще не дошли, ну или дошли в незначительных количествах, поэтому никакого сопротивления нам практически не встретилось, только Йока, хекнув, развалила одного мертвяка, что преградил ей путь. Где-то вдалеке, за сгоревшей пробкой из машин, виднелись еще головы, но не в таком количестве, чтобы ради них тратить время и силы.

Дойдя до ближайшего сгоревшего остова, я запрыгнул на него и принялся по крышам машин пробираться к бензовозу. Несмотря на то, что прошло уже не меньше двух часов с того момента, как он восплылал, металл все еще был теплым, но по крайней мере, не обжигающим. Поэтому я аккуратно, стараясь не наступить на стекло, которое обязательно вывалится под моим весом, но быстро добрался до бензовоза, и, пачкая руки в саже, по боковой лесенке забрался прямо на цистерну.

Огонь был такой силы, что часть металлических листов просто проплавило и края дыр свешивались внутрь серебристым сосульками. В других местах металл стал тонким и хрупким, и, стоило мне ступить на него, сразу же провалился под ногой, вынуждая остаться на небольшой площадке, на которую меня привела лесенка, и дальше не идти.

Впрочем, дальше идти и не нужно было. Я и отсюда прекрасно видел место, на которое упал треножник — там вмятина в цистерне была такая большая, что в нее можно было улечься целиком. И, как я и ожидал, никакой коробки, даже серой, самой простой, там не было. Ни во вмятине, ни рядом с цистерной вообще, насколько я мог видеть. Либо она с него не выпадала вовсе, либо исчезла вместе с самим треножником. Оба варианта одинаково дерьмовы, но первый, если подумать, немного дерьмовее. Во втором варианте еще есть какой-то шанс получить лут с такого сильного врага, надо просто бросить привычку запихивать его в жерло извергающегося вулкана. В первом же варианте получается, что уничтожать треножники нет вообще никакого смысла — может, они и опыт-то не дропают? Не просто же так Сэм сказал, что он даже сообщения никакого не получал об уничтожении. Не думаю, что он врал.

Я спрыгнул с бензовоза и подошел к девушкам, которые все это время спина к спине настороженно озирались по сторонам, держа перед собой оружие.

— Ни хрена. — я покачал головой в ответ на их вопросительные взгляды. — Только зря ходили.

— Ну и ладно, не в соседний же город ходили. — фыркнула Кобра. — Идем обратно?

— Нет. Чтобы сходили действительно не зря, надо осмотреть магазины поблизости на предмет чего-то полезного. Газовые горелки какие-нибудь, туристические коврики там, спальники…

Я осекся и не закончил мысль. Потому что перед моими глазами совершенно внезапно, без какой-либо даже причины, появилось новое системное сообщение:

Внимание, субъект. По итогам первой половины периода обращения целевого мира вокруг своей оси вы вошли пятьдесят самых сильных субъектов Основания в данном целевом мире. Вам предлагается участие в первом турнире. Возможные награды — предметы медицины, предметы оружие, снаряжение, общие предметы, тайные предметы. В случае отказа ваш уровень будет понижен вплоть до того значения, на котором вы выпадете из списка первых пятидесяти субъектов. У вас тридцать секунд на принятие решения. В случае согласия на участие, активируйте таймер отсчета. Отсчет начат.

Сообщение исчезло, сменившись на небольшой кружок на краю зрения, который медленно стал заполняться голубым — совсем как индикатор над настиными грядками.

Я не колебался. Само собой, я не готов лишаться своих уровней, вы прикалываетесь⁈ Ладно бы сказали один уровень отнимут — и то я бы не согласился, а тут вообще — неизвестно сколько! Восьмой уровень это пятьдесят лучших, получается, на каком тогда уровне те, кто вообще не вошел? На втором, на третьем? Нет уж, дудки! Турнир так турнир, пусть будет так!

— План меняется. — сказал я, глядя на то, как таймер подбирается к своему окончанию, открывая инвентарь и начиная выкидывать оттуда все коробки. — Хватайте лут, бегите внутрь и меня не ждите!

— А ты? — обеспокоилась Йока.

— А я не успею. — честно ответил я, выбросив все коробки, кроме трех зеленых, и за мгновение до того, как кружок заполнился, ткнул в него пальцем.

Как меня перенесло — я даже не заметил. Просто в тот момент, когда я ткнул в почти дотикавший таймер, естественно, сфокусировавшись на нем, боковым зрением я заметил, как окружение изменилось. Заодно меня слегка качнуло, словно под одной ногой внезапно образовалась небольшая пустота, в которую стопа провалилась, но я быстро поймал равновесие снова и быстро огляделся, на всякий случай подняв дробовик.

Я был сугубо городским жителем и выбирался в леса только в двух случаях — или на шашлыки, или на соревнования, которые организаторы решили проводить в чаще леса, а не где-то в карьере. Поэтому мой опыт пребывания в лесах нельзя назвать богатым… А уж в джунглях я не бывал тем более. Тем более, в красных.

И тем не менее, судя по всему, именно в джунглях я сейчас и оказался. По крайней мере, первое впечатление было именно таким. Вокруг отчаянно буйствовала растительность всех форм и оттенков красного, словно разные виды соревновались друг с другом, кто кого перекраснеет. Кое-где в красном мареве проглядывали островки коричневого, но их было так мало, что даже взгляд за них не мог зацепиться и просто проскальзывал мимо. Даже деревья здесь превратились в обросшие красным то ли мхом, то ли лишайником, колонны, уходящие высоко вверх, где они соединялись не только кронами, но еще и протянувшимися между ветками лианами. Казалось, что по этим воздушным мостам можно перемещаться, вовсе не касаясь ногами земли, но, скорее всего, это обманчивое впечатление. Надеюсь, я не попаду в ситуацию, в которой придется это проверять.

От обилия красного вокруг глаза начали сходить с ума. На Земле, конечно, тоже есть растения с красными листьями, а осенью так и вовсе все деревья становятся желтыми и красными, но одно дело — когда эта краснота находится у тебя над головой и совсем другое — когда окружает со всех сторон, когда ты даже стоишь на ней! Не привыкшие к такому буйству красного глаза быстро устали и начал чесаться.

А еще на них появилось новое системное сообщение.

Первый турнир целевого мира начинается

В турнире принимает участие пятьдесят субъектов Основания.

В турнире принимает участие двести существ Основания от третьего уровня до десятого включительно.

Субъекты Основания начинают турнир на границах турнирной зоны.

Каждый пятнадцать минут зона турнира будет уменьшаться на десять процентов.

Турнир считается завершенным, когда все существа Основания будут уничтожены. При этом количество выживших субъектов Основания не имеет значения.

На протяжении турнира уничтожение других субъектов Основания, имеющих одинаковую с участником склонность, не повлияет на личную репутацию. Убийство субъектов Основания с противоположной склонностью по-прежнему принесет очки личной репутации.

Выжившие субъекты Основания будут перенесены в то же место, в котором находились до начала турнира. Все, что они поместят в инвентарь во время турнира, сохранится. Все очки опыта, полученные на турнире, сохранятся.

Уничтожение каждого существа Основания приносит субъекту очки, количество которых равно уровню существа.

Победителем турнира признается тот выживший, кто наберет максимальное количество очков за уничтожение существ Основания.

В момент начала турнира все внутренние таймеры всех навыков и предметов сбрасываются.

До начала турнира пять минут.

И снова в углу поля зрения появился тикающий таймер.

Что ж, все понятно. Практически «королевская битва», только не до последнего выжившего, а на очки. Смысл в том, чтобы убивать существ Основания, однако при этом никто не запрещает атаковать и других выживших, либо набивая на них репутацию, если получится найти того, с кем твоя карма будет отличаться, либо выводя их таким образом из игры, если понадобится. В такой ситуации самым оптимальным решением было бы действовать сообща, не трогая друг друга и убивая только тварей, деля их между собой поровну, чтобы в конечном итоге все оказались с примерно равным количество очков. Но я знаю людей и нет никаких сомнений, что среди пятидесяти человек обязательно найдутся те, кто будет не просто против такого подхода, а кто вовсе не будет заниматься никаким поиском никаких тварей, а сразу пойдет охотиться на других выживших. Тем более, что с убитых, как я уже знаю, можно поиметь неплохой лут, если, конечно, их удастся убить.

В общем, турнир явно не будет простым делом, так что надо к нему как следует подготовиться. Использовать все доступные возможности, благо на данный момент их у меня скопилось немало.

Во-первых, новая специализация, которую я так и не успел применить и даже посмотреть на нее. Во-вторых, так никуда и не вложенное очко характеристик. И в-третьих, зеленые коробки, которые я оставил в инвентаре, справедливо полагая, что они мне еще пригодятся на турнире. Все это следовало применить как можно скорее, пока не истек пятиминутный таймер, поэтому я, не откладывая дело в долгий ящик, открыл интерфейс и вошел в меню «специализации».

Я все еще помнил те специализации, которые мне предлагала система в самом начале, и ожидал снова увидеть их же, исключая ту, которую уже выбрал, но система в очередной раз меня удивила. Во втором столбце таблицы, который до этого был пуст, теперь появился целый список новых наименований… И он явно был больше, чем тот, что Основа показывала мне в самом начале!

Поддержка

Тактика

Оборона

Псионика

Мобильность

Скрытность

Холодное оружие

Без оружия

От такого разнообразия аж глаза разбежались. К такому обширному списку я явно не был готов, и даже представить себе не мог, что он вообще может достигать таких размеров. Однако удивляться и изумляться времени особенно нет, надо выбирать пошустрее.

Поддержку сразу мимо. Я уже знаю, что она дает на первых уровнях, и мне это не понадобится на турнире. А надеяться на то, что мне сразу же дадут какие-то навыки выше первого уровня — ну совсем наивно.

Без оружия тоже лесом. Дрался я последний раз в пятом классе и не намерен это повторять. У меня есть нож и есть дробовик, прикладом которого в ближнем бою тоже можно отлично съездить по роже, да и стволом, в принципе, тоже, особенно если он горячий после стрельбы. Зачем мне «без оружия» если я отлично и «с оружием» могу?

Над холодным оружием я на несколько секунд задумался — как-никак, у меня есть отличный нож, к которому было бы неплохо иметь соответствующие навыки. Но потом я вспомнил, что этот нож отличный только для противников до второго уровня включительно, а это не тот случай, поэтому «холодное оружие» здесь мне тоже мало поможет и стоит присмотреться к другим, менее очевидным, специализациям.

Псионика. Вообще ничего про нее не знаю, но очевидно, что это что-то вроде магии. Вика, оставшаяся в военной части, выбрала себе псионику, но не докачалась даже до первого навыка, поэтому ничего не могла мне поведать об этой ветке развития. В любом случае, выбирать то, что я даже примерно не могу себе представить, как работает, я не стану, да к тому же, насколько я знаю, технология в виде сложно устроенного стреляла и магия так себе сочетаются. И это все не говоря уже о том, что у меня есть «пси-рассеиватель», который если не спасет от всех этих псиоников, то хотя бы поможет.

С обороной все более или менее понятно. Оборона это то, что повышает выживаемость и защиту. Не знаю, каким конкретно способом и какие там навыки — может, какие-то мобильные укрытия или вроде того, но мне это точно не нужно. Мое оружие — дробовик и нож, мне нет никакого резона окапываться на одном месте, мне нужно наоборот поближе подбираться к противникам.

И, скорее всего, в этом плане мне поможет «мобильность» — не зря же она так называется. Какие-нибудь телепортации вроде той, что демонстрировала Йока, ускорение передвижения, что-то еще… То, что надо, короче. Если бы на этом специализации и закончились, то я бы именно мобильность и выбрал.

Но были еще две. И если со скрытностью все тоже лежало на поверхности — невидимость, дымовые завесы и всякое такое, — то вот «тактика» заставила меня всерьез задуматься. Я даже примерно не представлял, что может оказаться в этой специализации — перезарядки слабой рукой с криком «Красный»? Навыки рассеивания туннельного зрения путем верчения башкой в разные стороны после каждого выстрела? Что там еще может оказаться в «тактике»? Бред какой-то…

Внезапно мое внимание привлек значок в правом верхнем углу таблицы, которого раньше, когда у меня была только одна специализация, не было. Он представлял из себя две стрелочки, выгнутые в форме дуг и указывающие друг на друга, замыкая такое себе кольцо. Всему человечеству известный значок обновления, в который я, недолго думая, ткнул.

Для изменения специализаций и сброса очков умений требуется Очиститель Сознания.

Отлично, я только что узнал, что специализации можно сбрасывать и менять. Пусть для этого нужен какой-то очередной предмет, это наплевать. Понадобится — найдем. Главное, что это возможно в принципе, а значит, можно брать ту ветку прокачки, что нужна мне здесь и сейчас. И будет это, пожалуй «мобильность». Оборона мне не то, чтобы нужна — у меня есть Модуль Защиты, который защитит меня от первой атаки, и даст время на то, чтобы уйти или отстреляться в ответ. Ну а если я попаду под такой огонь, что пройдет даже сквозь Модуль, то там, скорее всего, и «оборона» не поможет.

«Скрытность» тоже не мой выбор. Дробовик, даже если бы у меня был для него, глушитель — все равно охренительно громкое оружие, так что какая разница, что ты ниндзя и сама ночь, если каждый выстрел выдает тебя с головой?

А вот возможность быстро сократить дистанцию или наоборот разорвать ее, обеспечив себе одну из лучших возможных защит — отсутствие визуального контакта, вот это полезно.

Поэтому я, недолго думая, ткнул в «Мобильность» и правая половина окна специализаций сменилась на десяток навыков, почти все из которых были скрыты за серым фоном, и только два красовались хоть и тусклыми, неактивными, но пиктограммами.

Примите поздравления. Вы выбрали специализацию «Мобильность». Ваш класс — «Штурмовик».

— Вот спасибо. — усмехнулся я, кинув взгляд на таймер, который уже прошел половину. Еще чуть-чуть и турнир начнется, так что даже нет смысла читать сейчас про скиллы, которые мне дала новая специализация — все равно для них нет свободных очков. Вот когда получу новых скиллпоинтов, тогда и посмотрим, что полезного дала мне новая специализация. А пока что надо вложить единственное очко характеристик.

Я открыл окно характеристик, отметив, что в графе «специализация» теперь красуется «Штурмовик» и заново пробежался по списку характеристик.

За что отвечают «меткость» и «интеллект» я уже знаю, ни то, ни другое не выглядит полезным. Целиться с дробовиком особой нужды нет, да и все равно я это делаю на отлично и без повышения характеристик. Что же касается интеллекта — я все равно так и не понял толком, что он дает. Уменьшение отката умений — вещь, но не в случае, когда там одна десятая процента. А что насчет таинственной эмеры, про которую я везде все время читаю, но так и не понял, что она из себя представляет — вообще вопрос открытый.

Силу тоже оставим. Не думаю, что мне придется поднимать тяжести и крутить заржавевшие вентили в этих джунглях. Удача, как показывает пример Насти, вещь нужная, но ее качать прямо сейчас тоже нет смысла. Да, два это в два раза больше, чем один, но это все еще два и вряд ли от этого улучшения будет принципиальная разница.

За что отвечает выносливость тоже можно примерно себе представить, а вот за что отвечает «тактическая подготовка» — вообще нет, поэтому ни то, ни другое я тоже качать не буду. Значит, остается только ловкость, и, по сути, это вообще единственное, что заслуживает моего внимания здесь и сейчас. Если уж я выбрал специализацию, суть которой — перемещение, было бы логично качать именно ловкость.

Это я и сделал, ткнув на плюсик и с удовольствием отметив, как изменилась итоговая цифра. Итог всех манипуляций был следующим.

Имя: Виктор Силов

Позывной: Фаст

Уровень: 8

Карма: 15

Личная репутация: 21

Специализация: Штурмовик

Сила: 2

Ловкость: 3

Выносливость: 2

Меткость: 3

Тактическая подготовка: 2

Удача: 1

Интеллект: 2

Достижения: Неуязвимый, Испытатель, Гроза вороксов, Систематизатор 1, Определившийся

Получено опыта: 2405

Отлично, второй проблемой меньше. Теперь осталось только разжиться патронами, если повезет, потому что с одной Лизой, чую, много не навоюю. Особенно против тварей десятого уровня. Таймер уже дотикивал последнюю минуту, но я все еще успел выполнить задуманное, поэтому я достал из инвентаря три запасенные там зеленые коробки и активировал, надеясь, что там окажутся патроны среднего калибра.

И да, в третьей коробке действительно оказались патроны! Немного не такие, как у меня, чуть отличающиеся по виду и соответственно с другой системной справкой.

Универсальные патроны с тяжелой пулей

Амуниция

Требования: огнестрельное оружие

Калибр: средний

Уровень ~

Качество: обычный

Самое простое в изготовлении и дешевое, что можно выпустить из ствола стрелкового оружия — шарик из металла. А если это большой шарик, то это еще и самое убойный вариант.

Отлично, пулевые патроны это тоже хорошо и нужно. С ними я тоже умею работать, и пусть их всего полтора десятка, но зато каждый из них это гарантированный труп или как минимум калека, а если зарядить в них «разрывные снаряды», то они легко заменят собою ту же картечь. Так что берем и не забываем сказать системе «Спасибо» за такой подгон.

Еще в коробках оказались две пробирки с семенами — одна с акацитом, вторая вообще фиолетовая, которую я даже осматривать не стал, поскольку таймер дотикивал последние секунды, два регенеративных пакета, один из которых отметился как «средний», странная штука, которую система отметила как «гравипод», два безыскровых разрядника и самое главное — предмет, похожий на минималистичную броню.

Малый Модуль Пассивной Защиты

Предмет для груди

Уровень 1

Качество: необычный

Пассивные способности: Автоматически блокирует разовый входящий урон вплоть до уровня средней интенсивности, нанесенный при помощи снарядов, в любой точке поверхности тела носителя. Перезарядка способности: 60 минут

Активные способности: Окружает владельца щитом, непроницаемым ни для какого вида физического урона. Время действия способности — 1 секунда. Перезарядка — 24 часа.

Прогресс: 0

Модули Пассивной Защиты — основа защитных систем субъектов Основания. За счет своих защитных качеств, компактности и возможности улучшения они по праву заслуживают такого звания. Не зависящие от источников энергии и погодных условий, они выполняют свою задачу всегда.

Я сравнил описание с тем модулем, что уже располагался у меня на поясе — они были совершенно идентичны. Значит, я получил еще один такой же модуль, только для груди, и теперь у меня будет два заряда защиты. Если бы здесь был кто-то кроме меня и этот кто-то спросил бы, что я думаю, я бы сказал, что я думаю, что я офигенно умный, раз не вложил очко специализации в «оборону» — вот моя оборона! Пси-рассеиватель, два модуля защиты — неплохая защита в сложившихся реалиях, особенно если не забывать о том, что у модулей есть еще и активная способность, которая на секунду защитит меня вообще от всего, включая взрыв ядерной бомбы… Если, конечно, я успею активировать их именно в момент взрыва.

Короче говоря, у меня есть патроны, есть защита, и есть четкое желание как минимум выжить на этом турнире, а как максимум — еще и победить на нем.

Не знаю, что там насчет других участников… А у меня точно перспективы неплохие!

Я надел на себя свежеприобретенную броню, загнал в патронник пулевой патрон, сразу же повесил на него «усиленный выстрел» и в ту же секунду таймер дотикал.

И тотчас же за моей спиной раздалось угрожающее потрескивание, живо напоминающее о высоковольтном кабеле, с помощью которого я поджег бензовоз.

За моей спиной, за которой еще минуту назад ничего не было, теперь появилась полупрозрачная голубая стена, тянущаяся так высоко, что скрывалась в кронах деревьев и не давала никакого представления о ее реальной высоте — она легко могла оказаться как в два этажа высотой, так и с Килиманджаро. По голубой поверхности стены изредка пробегали белые ветвистые разряды — они-то и издавали то характерное потрескивание, которое привлекло мое внимание. Даже на вид они были опасными, похожими на белых таких сколопендр, ядовитых и мерзких, и трогать их не хотелось. Вряд ли это поле, или стена, или как ее еще назвать, убьет меня моментально, это было бы неинтересно со спортивной точки зрения (а у нас же тут турнир как-никак), уж скорее будет просто болевое воздействие, но наверняка такой силы и интенсивности, чтобы едва только можно было терпеть. А, может, даже и сильнее — чтобы и терпеть тоже было нельзя.

Я оторвал ближайший красный листочек (на месте слома выступил белый сок, пахнущий почему-то стиральным порошком) и сунул его в синее поле. Он моментально почернел и сморщился, будто всего за одну секунду полностью высох. Что ж, демонстрации красноречивее и не придумать. Значит, путь у меня остался только один — перпендикулярно стене, развернувшись к ней спиной.

Подняв дробовик, я двинулся вперед, одним глазом глядя под ноги, а вторым — вдоль ствола. При этом я еще как-то умудрялся худо-бедно глядеть по сторонам, но, в общем-то, здесь это было особенно не нужно. Нехоженые джунгли не предполагают наличия каких-либо троп, поэтому и шел я тоже по сплошному густому тропическому лесу, практически протискиваясь между деревьями. Если про обычный лес можно было бы сказать, что деревья обступали меня со всех сторон, то здесь они стояли сплошной стеной, за которой ни хрена не было видно. Да еще эти лианы и папоротники, закрывающие своими широкими листьями редкие и узкие прогалы между деревьями, сокращают обзор вообще до уровня практически отсутствия! Буквально в метре от меня могло красться стадо местных кабанов, а я и не в курсе об этом, ведь я их не вижу и не слышу! Это в обычном лесу под ногами постоянно хрустят всякие сухие ветки и шишки, здесь же все влажное и мокрое, не хрустит и не трещит, и вообще не издает никаких звуков, максимум — тихое чавканье.

Идти было непросто, особенно из-за вездесущих лиан, которые не только свисали сверху, но и горизонтально тоже умудрялись расти, перекрывая путь на разных уровнях, от щиколоток, до шеи. Приходилось постоянно то нагибаться, то наоборот — подпрыгивать, и в итоге я плюнул на это дело и достал Луч. Сначала по привычке хотел вытащить Лизу, но потом посмотрел на пиктограмму Луча в инвентаре, на его хищный силуэт, так напоминающий мачете, и понял, что варианта лучше просто не найти.

С Лучом в руках продвижение многократно упростилось, и скорость значительно возросла. Если до этого, вынужденный постоянно искать место, куда поставить ногу и как пролезть между лианами, я продвигался буквально по десять метров в минуту, то теперь скорость выросла практически до стандартной пешеходной. Я просто разрубал перед собой лианы, сочащиеся белым соком, и шел вперед.

Так я и вывалился на небольшую полянку, затянутую уже знакомой мне паутиной. Судя по всему, вороксы живут не только в подземельях… А, может, подземелья вообще не являются их привычной зоной обитания, просто система выдернула их и засунул на территорию испытательного полигона. Не зря же они числились как «изъятое» существо Основания. А откуда выдернула? Ну, например, отсюда… Не прямо с этой поляны, конечно, но например с этого мира.

То, что я уже находился не на земле, было очевидно. Красные листья, сок которых пахнет стиральным порошком — это, конечно, красиво, но очень уж непривычно для жителя Земли. Да и гравитация тут была отличная от земной. Совсем чуть-чуть, так, что я поначалу даже не обратил на эту разницу внимания, но потом множество шагов с необходимостью высоко поднимать ноги, а где-то наоборот — пригибаться, позволили ее ощутить. Здесь движения давались немного легче, а значит гравитация была чуть меньше. Наверное, именно поэтому все здешние деревья были такой огромной величины, а листья — таких гигантских размеров.

Спасибо хоть, что состав атмосферы тут такой же, как на Земле, а то ума не приложу, что делал бы, если бы тут вместо азота с кислородом доминировал бы например газообразный ацетон. Хотя если бы тут была другая атмосфера, то те же самые вороксы не смогли бы существовать в атмосфере Земли, логично же…

В подземелье вороксы оплетали паутиной какие-то колонны, здесь они вместо колонн использовали стволы деревьев. Несколько стволов скрывались под слоями паутины, и от них даже вездесущих лиан не тянулось — наверное, инопланетные пауки отгрызли их, чтобы не мешали паучьему фен-шую. Помимо паутины, древесные стволы так же покрывали десятки небольших яиц, вроде тех, что я уже видел в подземелье. эти своеобразные инкубаторы располагались в форме небольшого круга, внутренняя часть которого тоже была затянута паутиной, скрывшей под собой всю растительность плотным ковром. Словно вороксам тоже было неудобно ходить по траве, как и мне, и они таким хитрым образом решили эту проблему.

А еще на поляне, конечно же, были сами вороксы. Пять или шесть штук, все обычные, даже не матерые, они занимались кто чем — кто, взгромоздившись на дерево, что-то делал своими хелицерами с яйцами, кто, невероятным образом изогнув верхнюю часть тела, прижал ее к земле и тянул новые паутинные нити поверх уже сотканного ковра, кто тащил куда-то большой кусок грунта, зажав его между хелицерами и глазными отростками.

И, в отличие от вороксов с испытательного полигона, эти особи даже не пытались атаковать меня, едва только я оказался в их поле зрения. На фоне буйно-красной растительности мой силуэт должен был выделяться, как светоотражающий жилет в фарах дальнего света ночью на трассе, но вороксы меня будто бы не замечали. Я даже мог бы, в теории, просто обойти их стороной… В другой ситуации. Если бы это не было турниром, для победы в котором мне придется их убить. И, скорее всего, не только их.

Я поднял дробовик правой рукой, пристраивая его на запястье левой, в левой покрепче сжал Луч и пошел к ближайшему вороксу. Он по-прежнему был занят латанием дыры в паутинном ковре, поэтому внимание на меня обратил лишь тогда, когда я подошел уже вплотную.

Но даже тогда он не кинулся. Он резко выпрямился, оторвав верхнюю половину туловища от земли и выпрямил все лапки, встав в полный рост. Вытянул вперед хелицеры вместе с глазными отростками и поднял две передние лапы, пытаясь казаться больше. Но он не нападал. Он пытался меня прогнать, но сам не нападал!

Да и системная справка о нем выдавала немного измененную информацию — не такую, как на полигоне.

Немного покрутившись на месте, я вынужден был признать — я действительно полностью потерял направление, в котором двигался до этого. Джунгли со всех сторон выглядели совершенно одинаковыми, разве что кое-где были посечены картечью, но мне это никак не смогло бы помочь.

Пришлось вернуться на паутинную поляну и попытаться восстановить картину произошедшего там, заодно и коробки, выпавшие из вороксов собрать — нечего оставлять добычу всяким проходимцам.

Поляну, и даже кусочек дохлого ворокса, с моей позиции было едва-едва видно сквозь плотные заросли листьев и воздушных корней, и пробираться через все это растительное хозяйство не очень хотелось, тем более что кое-где я разглядел даже шипы. Тогда я, как следует сфокусировавшись на дохлом вороксе, применил «Скачок» и быстрый рывок телепортации выдернул меня из зарослей и вернул обратно на поляну, даже не потревожив при этом растительность.

Ну вот, а пишут «не позволяет проходить сквозь препятствия». Это сквозь сплошные и тверды препятствия, вроде стены, судя по всему, оно не позволяет проходить, а протиснуться в крошечную щелочку — вполне себе, главное видеть, что на той стороне.

Быстро собрав добычу с вороксов, я стал богаче на пять серых коробок. Я вспомнил, сколько их я сбросил практически на руки Кобре и Йоке, чтобы сохранили до моего возвращения, и вздохнул, но оставлять добычу лежать на земле не стал. Хотя и можно было бы оставить ее лежать, а самому расположиться в зарослях неподалеку (возможно, убитый Вереск именно этот план и пытался претворить в жизнь), но где гарантии того, что сюда придет кто-то еще? Нет гарантий. Совершенно точно сюда придет только стена голубого электричества, а насчет всего остального — под вопросом.

Да к тому же не интересует меня такой крысиный способ участия в турнире, как ловля на живца. Тем более, если он такой ненадежный.

Поэтому я собрал коробки, определил по направлению линии дохлых вороксов, откуда я на полянку вышел, и развернулся к тому месту спиной.

И тут же на глазах появилось новое системное сообщение.

Внимание

Количество участников турнира сократилось наполовину

Инициирована турнирная таблица

Надпись подержалась перед глазами одну секунду, а потом растаяла, оставив вместо себя мерцающий в правом верхнем углу поля зрения круглый маркер. Я коснулся его пальцем и он послушно развернулся в длинный список из двадцати пяти наименований.

Осталось существ: 103

1. Рокс — 28

2. Фил — 27

3. Пуся — 25

4. Фарш — 22

И так далее, целых двадцать пять строчек, по убыванию. Я мельком пробежался по ним, выискивая себя, и нашел — аж на тринадцатой строчке! Почти посередине списка!

13. Фаст — 15

В тот момент, когда я обнаружил себя, список дернулся и мой позывной резко переместился на двенадцатое место… А, нет, это список не дернулся, он просто стал короче. Из первой тройки исчез «Фил» и все, кто были после него, поднялись на одно место вверх. Видать, тоже… «сократился».

И все равно, в середине списка быть не круто. Надо продолжать истреблять тварей, да желательно пожирнее и повыше уровнем. Уже стало очевидно, что в отличие от компьютерных игр, уровень тварей Основания напрямую не влияет на их «количество здоровья», скорее уж он показывает степень опасности существа. Злая тварь высокого уровня легко может отъехать от пули в башку, а не очень злая тварь низкого уровня будет легко переживать выстрелы (если только не в определенную уязвимую зону), но не подружится с холодным оружием. Короче, к каждому противнику нужен свой подход.

Список рывком сократился еще на один позывной, и я уже хотел было свернуть его, но внезапно зацепился еще за один позывной, стоящий через один от моего. «Робин».

Вот казалось бы — кто в здравом уме возьмет себе позывной «Робин»? Никто, в том и суть, ведь позывные никто не брал себе самостоятельно, их раздавала система на основании анализа предыдущей жизни субъекта и каких-то выводов, сделанных из этого анализа. В основном она брала клички-погоняла людей, которыми их наградили в той, прошлой жизни.

И дело как раз в том, что я знал одного типа, которого все называли Робином, или, если полностью — Робином Гудом. И нет, вовсе не за то, что он был хорошим и отнимал у богатых и раздавал бедным. Его так прозвали за то, что как-то раз на тусовке, прилично выпив, он решил доказать свою крутость и навык стрельбы и заодно подшутить над своим знакомым, выпившим еще больше. Пользуясь тем, что тот был в отключке, Робин привязал его к дереву, поставил ему на голову яблоко, а потом разнес его в клочки с расстояния в десять метров. К счастью, стрелял он не картечью, а пулей, и к счастью, он попал, ведь в том, что касается именно стрельбы, он действительно был хорош, даже когда пьян. Но это не отменяло того, что он был мудаком и тварью по жизни. Настолько мудаком и тварью, что для него было бы абсолютно нормальным на соревнованиях вывести из игры конкурента подлым приемом вроде подмены патронов, если он поймет, что не вывозит честной борьбы.

Да, у меня по-прежнему не было доказательств, что тогда это сделал он. Но, черт возьми, кто еще это мог быть⁈ По очкам он шел прямо за мной, а все остальные отстали так далеко, что даже если бы это сделал кто-то из них, на пьедестал они все равно могли бы не рассчитывать! Ну а вариант того, что я сам перепутал патроны, просто невероятен и невозможен. Это сейчас я пользуюсь тем, что мне подсунет система, а тогда, во времена скоростных перезарядок и зачетных зон, я сам крутил себе патроны, чтобы в каждом было одинаковое, до грана, количество пороха, чтобы все дробинки лежали одинаково, чтобы вообще все было одинаковое! И само собой, разные патроны я помечал по-разному, чтобы не перепутать их даже в темноте. Так что нет, вариант того, что я сам перепутал номенкулатуру — просто не может существовать.

А вот вариант того, что это все же какой-то другой Робин — вполне может быть. Хотя, повторюсь, лично я не представляю себе, как еще можно получить кликуху Робин. Разве что ты живешь в Сибири и у тебя, согласуясь со всеми предрассудками и стереотипами о русских, есть личный ручной медведь. А еще осел и свинья. Тогда, конечно, у тебя есть вероятность, что тебя обзовут Кристофер Робин. Но вот вероятность того, что ты окажешься при этом на одной со мной турнирной площадке — стремится к нулю.

А вот Андрей, ака Робин Гуд, если он выжил в момент прихода Основания, вполне мог здесь оказаться. Как-никак, он всегда отлично стрелял. И, само собой, он выжил. Подлые твари всегда выживают. И все те бандюки, которых я приделал за все это время — лучшее тому подтверждение.

Список просел еще на пару пунктов, подняв меня на десятое место, и я решил отбросить пока что эти мысли. Если я пересекусь с этим Робином, и если окажется, что он — тот самый, то я его узнаю даже в этих джунглях. И тут уже его точно не спасет судейская бригада или другие стрелки-участники. Гоняться за ним специально я не буду, но если он доживет до того момента, когда мы встретимся… Ох, не завидую я ему.

Я зарядил «усиленный выстрел», проверил магазин, придавив крайний патрон и убедившись, что он не двигается, и пошел вперед. В этот раз я перемещался осторожнее — сначала рубил нависающие лианы, потом смотрел, что за ними и только после этого двигался. Снова вывалиться на поляну, открытую всем ветрам и чужим взорам, сильно не хотелось.

Но оказалось, что поляны это не единственная проблема, которая живет в этих джунглях. Я и до этого обращал внимания на то, что в кронах деревьев над моей головой что-то громко шуршит, явно двигаясь в том же направлении, что и я, и я даже посматривал туда краем глаза, но нападать оттуда никто не собирался, а впустую мозолить глаза о густую листву, в которой можно БТР спрятать и никто не заметит — тоже нет резона. Поэтому я до поры до времени решил игнорировать невидимого преследователя. Это явно не человек, поскольку даже самый ловкий человек не смог бы перемещаться на такой высоте и с такой грацией, а если это какая-то тварь, то, пока не нападает, и опасности особой от нее нет.

Все изменилось, когда я заметил, что вдобавок к шевелению над моей головой, точно такое же шевеление появилось еще с трех сторон. Оно словно сползалось в одну точку, и эта точка, что характерно, лежала прямо на моем маршруте — буквально в трех метрах от меня, там, где я оказался бы через несколько шагов. Совершенно очевидно, что мне устраивали засаду и совершенно очевидно, что это точно не люди. Одного человека, который пятьдесят метров преодолел по кронам деревьев, ничего оттуда не скинув и даже не хрустнув ни одной веткой, еще можно было представить, а вот четверых — уже точно нет. Не говоря уже о том, что человек-то должен был понимать, что он себя выдает, а вот твари понимать это нечем.

Поэтому, как только я дошел до той точки, над которой соединились вместе и подозрительно притихли четыре источника шевеления, как только плотный ковер листвы над моей головой вспух и разлетелся, будто развороченный взрывом, и на меня сверху упало четыре размытых силуэта, я тут же активировал «Скачок», убирая себя из-под атаки и одновременно разворачиваясь.

Эх, жалко что нет такого же «скачка», только назад. Не пришлось бы тратить время на разворот.

Кое в чем я ошибся. Я полагал, что человек не смог бы так ловко путешествовать по верхним ярусам веток и листьев, но напавшие на меня твари своими силуэтами напоминали как раз-таки людей. Может быть, поменьше — всего-то метра полтора в высоту, может быть, полегче — килограммов на пятьдесят на вид, — но больше всего они напоминали именно людей… Если, конечно, бывают четырехрукие люди с толстыми, но гибкими хвостами, напоминающими третью ногу. Зато теперь понятно, как они так ловко по деревьям прыгают. Когда у тебя две лишних конечности, да еще и хвост в качестве третьей — это не так уж и сложно должно быть.

Впрочем, силуэтом вся схожесть тварей с человеком ограничивалась. Они даже стояли не как люди — согнувшись, так, что спина выгибалась колесом, и почти доставая руками до земли. Приплюснутые головы напоминала крабов, которых посадили на плечи приматов, серое тело покрывали темно-голубые полоски треугольной формы, наверное, маскировочные. Уж не знаю, как подобные цвета помогали им маскироваться в красных джунглях, может, они вообще для чего-то другого нужны. Но вот для чего нужны длинные когти, которыми заканчивались все шесть конечностей, и длинные шипы, торчащие из локтевых сгибов тварей, даже гадать не нужно — все и так ясно.

Молодой лакер

Уровень 8

Тип: изъятое существо Основания

Жизнедеятельность: 100

Вероятные опасности: физический урон

Ага, а эти твари — «изъятые». Получается, для них этот мир не родной, просто они, повинуясь инстинктам, ведут себя так же, как вели в родном мире. В мире, в котором серая кожа и темно-синие полоски маскируют их в ветвях деревьев.

Твари одновременно приземлились на то место, где я только что стоял, гася энергию падения сразу всеми конечностями, и недовольно завертели головами, не понимая, куда я делся. Один из них наконец заметил меня и тут же резко развернулся в мою сторону. Пасть его открылась, при этом нижняя челюсть разделилась на две половины и разошлась в стороны, как челюсти муравья, и тварь издала что-то вроде частого дробного пощелкивания, словно шарик от подшипника упал на деревянный стол с небольшой высоты.

Я не стал ждать, как на это отреагируют остальные твари, а просто вскинул дробовик к плечу и потянул спуск.

К счастью, лакеры, несмотря на схожую с теми же зомби анатомию, не знали, что такое огнестрельное оружие, и даже не понимали его концепцию, поэтому и увернуться не пытались. Мало того — говорливый лакер и еще один, стоящий позади него, в момент выстрела прыгнули мне навстречу, выстроившись в одну линию, поэтому пулевой патрон, дополнительно заряженный «усиленным выстрелом» прошил сразу две головы. Первую пробило насквозь, во второй деформировавшаяся и потерявшую часть энергии пуля сделала огромную дыру, практически разрывая ее пополам и разбрыгивая вокруг капли темно-голубой крови.

Передернув цевье, я перезарядил ружье и подстрелил третьего лакера, который ринулся куда-то в сторону, явно пытаясь зайти сбоку. Пуля попала ему в грудь, развернув и опрокинув на землю, а я перевел ствол на последнюю тварь.

Увидев, что произошло с остальными, лакер не стал геройствовать и уже запрыгнул на ближайшее дерево, шустро перебирая конечностями, чтобы скрыться наверху. Я ему такой возможности, конечно же, дать не мог, поэтому, дослав новый патрон, выстрелил. Тварь двигалась хоть и быстро — почти со скоростью бегущего человека, даром что по вертикали, а не горизонтали, — но по прямой, поэтому предугадать ее траекторию было нетрудно. Пуля попала куда-то в район крестца, ноги лакера тут же отказали, и он, не удержавшись на руках, упал с высоты шести метров.

Да уж, страшными эти твари оказались только на вид. Впрочем, если бы я не заметил их передвижение над головой, они легко могли застать меня врасплох, и, скорее всего, для меня это плохо бы закончилось.

Я добил пока еще живых тварей, собрал выпавшие коробки, полюбовался на полученные две сотни опыта с каждого, на секунду пожалел, что не дождусь, когда они снегерируют сплайс, которого в каждом из них обещало появиться аж по двадцать единиц, и открыл турнирную таблицу.

Как и ожидалось, после получения сразу двух с лишним десятков очков я продвинулся в таблице, хотя и не на первое место — другие участники тоже не теряли времени даром.

Осталось существ: 49

1. Рокс — 47

2. Пуся — 40

3. Фаст — 39

4. Робин — 35

Твою мать, я уже уверен, что этот тот самый Робин. Буквально все складывается так, чтобы подтвердить мою теорию. Он даже тут, на иной планете, во время турнира, устроенного неведомой сущностью в виде системы, умудряется дышать мне в затылок, по очкам.

Тем не менее, я уже вошел в первую тройку, а ведь времени прошло всего полчаса, и зона должна была сузиться всего-то на двадцать процентов. Еще куча времени… Если, конечно, твари не кончатся раньше, что более чем вероятно.

Я двинулся дальше, не забывая следить за флангами и тем более за тем, что творится над головой, но больше никто не собирался на меня нападать. Лишь один раз мне наперерез, прямо из чащи, выскочил лакер, который явно тоже не ожидал меня тут увидеть. Он практически столкнулся со мной, и все, что я рефлекторно успел сделать — выставить перед собой Луч, которым прорубал себе дорогу. Лакер налетел на клинок, насадившись на него, как канапе — на шпажку, я отпустил рукоять, оттолкнул тварь пинком от себя, поднимая дробовик, готовый выстрелить, если лакер надумает встать и кинуться на меня еще раз, теперь уже осмысленно.

Но тварь уже умерла, о чем меня уведомило системное сообщение. Странно — не такая уж и серьезная рана была, чтобы он так быстро сдох, даже если б я ему прямо сердце пробил, он бы еще секунд тридцать должен был жить.

Присмотревшись, я понял, почему так — лакер и до меня был серьезно кем-то покоцан. У него отсутствовала одна рука, а на теле не было живого места от голубой крови, сочащейся из множества мелких дырочек.

Как будто картечью выстрелили… Только вот что-то я не слышал выстрела.

Нехорошее предчувствие зашевелились у меня в груди. Я поднял выпавшую из лакера коробку, вытащил Луч и пошел дальше еще аккуратнее, чем шел до этого.

А потом откуда-то сбоку раздался пронзительный женский крик.

И ладно бы это просто был крик, этому бы я не удивился… Но меня напрягло то, что женщина кричала.

— Рокс! Ро-о-окс, не-е-ет! Ах ты мразь!..

А еще больше меня напряг раздавшийся следом звук выстрела. Хорошо знакомый закладывающий уши грохот двенадцатого калибра.

Уже примерно понимая, что там происходит, я открыл турнирную таблицу. Тварей осталось двадцать. Самая первая строка с позывным «Рокс» пропала, и первое место заняла «Пуся». В итоге, в тройке лидеров оказались Пуся, я и Робин. Вот сейчас мы и выясним, что там за Робин. Что-то подсказывает мне, что там впереди именно он.

Я спрятал в инвентарь Луч, чтобы не занимал руку, проверил магазин дробовика и быстро прошел отделяющее меня от еще одной поляны расстояние. Выглянул из-за ствола дерева, сразу поднимая оружие и пытаясь охватить взглядом сразу всю поляну, определяя вероятные опасности.

Но оказалось, что опасности даже определять не нужно, они буквально бросились в глаза.

На поляне было три человека и с десяток мертвых монстров. Один из людей, — молодой мужчина в кепке, — тоже был мертв, судя по тому, что он не двигался. Двое других пока еще были живы, но одному из них, а вернее, одной, поскольку это была девушка, лежащая на спине на траве, явно осталось недолго. Последний выживший стоял над ней, спиной ко мне, и все, что я мог разглядеть — это мешковатый черный плащ с капюшоном, который скрывал силуэт почти полностью. Плащ и ствол дробовика, торчащий из-под него, направленный в сторону девушки. Это точно был дробовик, уж очень большой диаметр ствола, да и звук выстрела очень характерный был.

— Ублюдок! — выплюнула девушка. — Мы же договаривались! Ты говорил, что тебе и третьего места будет достаточно!

— Я передумал. — ответил силуэт хорошо знакомым мне голосом. — А вернее сказать, я вас обманул. Мне не нужны никакие места, кроме первого.

Голос еще можно было списать на ошибку, на то, что я хотел, чтобы это оказался Робин.

Но голос в совокупности с этим эгоистичным крысиным подходом — точно нет. В конце концов, даже если бы это был не Робин, такую тварь следовало бы пристрелить. Хотя бы из-за того, что у него как пить дать отрицательная карма.

Я выстрелил, ни секунды не сомневаясь, ни мгновения не думая о том, что стреляю в спину, как совсем недавно стреляли в спину мне. Этот урод сломал жизнь мне, после этого — отобрал еще как минимум одну жизнь и собирался отнять еще одну. Если я не выстрелю сейчас, этот счетчик обновится.

Грохнул выстрел, я, не глядя на результат, дернул цевье и выстрелил еще раз — чтобы наверняка.

Но первая же пуля, долетев до Робина, вспыхнула яркой вспышкой и исчезла с громким щелчком — сработал Модуль Защиты. Глупо было бы думать, что их у него не окажется, у этой твари всегда все оказывалось самое лучшее, понтовое и дорогое, при том, что сам он никогда не выказывал признаки наличия большого количества денег или связей. Вот, по ходу, и в новом мире… приспособился.

Знать бы еще какой у него уровень, какие умения или хотя бы специализации. На нем даже экипировки не видно — упаковался в плащ, так, что «ревизия» не способна ничего прочесть. Надо взять это на заметку, а то мало ли, вдруг я напорюсь на того, у кого тоже есть «ревизия» и кто понимает в экипировке — он же меня прочитает в момент!

Но это потом. Когда я выберусь с этого турнира. Желательно по пути разобравшись с Робином.

Первая пуля канула в Лету, а к тому моменту, когда до Робина долетела вторая, ублюдка уже не было на месте. Он одновременно умудрился спустить курок, стреляя в беззащитную лежащую девушку практически в упор, и мгновенно прыгнуть вбок, группируясь в прыжке, после чего перекатился по земле, и скрылся за деревьями быстрее, чем я успел выстрелить в третий раз. Девушка, лежащая на траве, дернулась от попавшего в грудь выстрела, и упала, заливая землю кровью. Я быстро проверил таблицу — строчка «Пуся» два раза моргнула, словно сомневаясь, а потом исчезла.

Я дозарядил в магазин два патрона и прислушался. Вокруг царила тишина, нарушаемая только шелестом листьев в вышине.

— Я смотрю, Робин, ты как был последней крысой, так и остался! — крикнул я в пустоту и тут же «скачком» поменял позицию. И вовремя — на то место, где я только что стоял, обрушился залп картечи. Отпустив Предвестник на ремень, я достал из инвентаря «Сайгу», снятую с Вереска, оттянул затвор, проверяя, есть ли патрон в патроннике, высунул руки из-за дерева и выпустил весь магазин в ту точку, из которой раздались выстрелы Робина. После этого бросил опустевшее и бесполезное оружие на землю и снова взялся за Предвестник.

Робин в ответ не стрелял и даже ничего не говорил. Либо залег, либо продвигается в мою сторону. Скорее первое, поскольку он не знает, где я, по крайней мере, не знает точно. Максимум — довольно широкий сектор, от первой точки, с которой я стрелял, до второй. Вариант с тем, что он линяет отсюда, что есть силы, я не рассматривал — он же самолично сказал, что его интересует только первое место. А значит, если он понял, что я тот самый Фаст, он будет пытаться меня устранить, как устранил своих подельников. Во-первых, потому что я тот самый Фаст, а во-вторых, потому что я тот самый Фаст, который сейчас отделяет его от победы в турнире. Комбо-вомбо.

И я готов биться об заклад, что он понял, что я — тот самый.

Я двинулся по кругу вокруг поляны, скрываясь за деревьями и держа дробовик наготове на случай, если где-то мелькнет силуэт противника. Корни лезли под ноги, лианы свисали сверху, мешая идти, короче, все было как обычно. Вот только сейчас это было не просто неудобно, это было банально опасно, поскольку я не мог уделять им внимание, боясь пропустить атаку. А когда пришлось перелезать через поваленное и поросшее мхом дерево такой огромной толщины, что даже лежа оно мне было высотой по пояс, и вовсе пришлось опереться о него одной рукой, удерживая дробовик другой.

И в тот момент, когда я уже практически перелез через дерево, когда между нами остался ровно метр, «взор» подсветил мне силуэт, лежащий по ту сторону. Он лежал вдоль дерева, вытянув руки с оружием вдоль корпуса и ожидая, когда я перелезу. Наверное, чтобы выстрелить в спину, как он любит. В крысу.

Только вот он явно не ожидал, что я его увижу.

Я резко дернулся назад, переваливаясь через дерево обратно, упал на бок, зарядил «усиленный выстрел» и выстрелил в дерево, прямо по силуэту. Силуэт дернулся, но тут же внезапно вскочил на корточки, словно не получив никакого урона.

Я вскочил тоже, пригибаясь, на одних руках выставил над деревом дробовик и спустил курок. Дернул цевье, выстрелил еще раз.

И Робин сделал то же самое. Снаряды рванули поваленное дерево, меня осыпало трухой и мхом, я быстрым шагом пробежал немного вперед, после чего развернулся и встал в полный рост, выцеливая Робина, который должен был в любой момент появиться в кружке диоптра.

И в этот момент он встал тоже. Все же как ни крути, а мы делаем все что касается стрельбы практически одинаково хорошо, и он лишь слегка уступает мне. Настолько слегка, что разница в нашей подготовке даже не в цене ошибки, а в каком-нибудь незначительном внешнем факторе, вроде более скользкой земли под ногами одного из нас. Да и то, учитывая, сколько времени я не тренировался, в отличие от него, еще большой вопрос, кто из нас от кого отстал…

В руках Робина серебрился голым некрашеным металлом незнакомый мне дробовик. Мощный, футуристического вида, и, судя по наличию магазина и отсутствия подвижного цевья — еще и полуавтоматический, если не вообще автоматический. Еще и системный, судя по тому, что «ревизия» вывела мне короткую строку в шесть букв:

Раздел

Из-под капюшона плаща на меня глянула белая маска в виде верхней половины черепа, в глубине отверстий для глаз виднелись хорошо знакомые мне злобные глаза. Робин всегда так на всех смотрел. Ему всегда все казались врагами или как минимум — соперниками.

Мы выстрелили одновременно. Моя пуля снова щелкнула по невидимому щиту — да сколько у него их⁈

Его выстрел тоже поглотила защита Малого Модуля, а потом мы рванулись в стороны друг от друга, на ходу поливая друг друга свинцом! Не знаю, сколько осталось слоев защиты у него, а у меня — всего один, и совершенно не хотелось тратить его зря!

Мы побежали в разные стороны от поваленного дерева, разряжая стволы по силуэту, без вкладки, без стойки, без прицела — просто в сторону врага, в надежде хотя бы зацепить. «Раздел» выплюнул пять патронов (я считал), после чего замолк. Включая тот выстрел, которым он добил девушку, получается шесть.

Я тоже отстрелял весь магазин, и встал за широким деревом, чтобы перезарядиться. Левой рукой вызвать меню, ткнуть в патроны, правой рукой развернуть Предвестник окном выброса гильз вверх, первый патрон сунуть прямо в патронник, закрыть затвор, перевернуть дробовик окном подачи патронов вверх и в два движения набить магазин.

— Эй, Фаст! — внезапно подал голос Робин. — Ты что здесь делаешь⁈ Тебя же блеклистнули на всех турнирах! Тебя здесь быть не должно!

— К твоему сожалению, это касалось только человеческих турниров! — ответил я, заканчивая с магазином и заполняя сайдседдл на прикладе. — А тут немного другой формат! Формат, на котором даже если ты опять подменишь мне патроны, я все равно отстрелю тебе жопу, и никакая коллегия судей тебя не спасет!

— Ты мне теперь до гроба будешь те патроны вспоминать⁈

Сука, хоть бы вид сделал, что это не он, хоть бы попробовал отбрехаться, что не делал этого — нет, он, сука, даже гордится сделанным, судя по голосу!

— Нет, твою мать! Потому что у тебя не будет гроба, в джунглях его неоткуда взять!

Я высунул ствол из-за дерева и выстрелил, на звук его голоса. И тут же, пока не стихло эхо выстрела, маскирующее мои шаги, побежал в сторону, переместившись за соседнее дерево.

Он выстрелил в ответ и наверняка тоже сменил позицию, не дожидаясь, когда я его обнаружу, точно так же пользуясь грохотом, как шумовой маскировкой. Я знаю, как действовал бы я, а значит, он, скорее всего, действует так же. Вероятнее всего, мы даже движемся в одну и ту же сторону — подальше от поляны, где деревья погуще, где можно будет скрыть свой силуэт, но на фоне более жидкой растительности увидеть силуэт противника.

Самое главное — я лишил его преимущества, которым он обладал. Магазинный дробовик был опасен для меня на короткой дистанции, когда мы оба друг друга видели, и он мог высадить в меня весь магазин… Что он, собственно и сделал, к счастью, не попав. Но теперь, когда мы обменивались редкими неприцельными выстрелами, для него он превратился в проблему. В то время, когда я мог дозаряжаться по одному патрону, постоянно держа магазин полным, он себе такого позволить не мог. Каждый выстрел это минус патрон в магазине, а сколько у него магазинов — это большой вопрос и сколько бы их ни было, один он уже отстрелял.

Мне почудилось движение вдалеке и я тут же выстрелил туда, и кинулся вперед и в сторону, на ходу засовывая в магазин патрон из сайдседдла. В ответ с той стороны тоже прилетел выстрел, к счастью, мимо и я мысленно прибавил его к первому.

Осталось четыре.

Буквально пять секунд — и новый обмен выстрелами, только на этот раз уже Робин открыл по мне огонь, срисовав силуэт среди деревьев. Я ответил на выстрел и тут же сменил позицию, он наверняка поступил так же.

Осталось три.

Я дошел до огромного, в половину моего роста, камня, поросшего мхом и лишайником, и мне пришла в голову мысль. Я присел за ним и громко крикнул:

— Эй, Робин Гад, чего притих⁈

Прилетевший в ответ выстрел ударил в камень, отколов от него изрядный кусок, но я хорошо понимал, что даже если бы Робин зарядил его «усиленным», такую махину ему было бы не под силу пробить. Я достаточно хорошо изучил этот навык, чтобы знать его пределы.

Осталось два.

— Что-то слабенько! — крикнул я. — Ты что, за то время, что я не в спорте, успел себе в голову выстрелить и выжить после этого, что так мажешь позорно⁈

Еще один выстрел. Тоже в камень, тоже безуспешно, зато теперь я точно могу сказать, что Робин недалеко — максимум, метров десять разделяло нас сейчас.

И у него остался последний патрон в оружии. Так что скорее всего он сейчас будет перезаряжаться… Или не будет, надеясь на последний выстрел.

Так или иначе, ему не жить.

На сетчатку внезапно спроецировалось сообщение системы.

Внимание. Осталось последнее существо Основания.

Я досадливо смахнул его — нашло же время лезть! Сейчас как раз все решается!

Я выпрыгнул из-за камня, и побежал напролом, уворачиваясь от лиан и на каждом шагу выжимая спусковой крючок. Поливал его, как мог, огнем, не давая выстрелить в ответ. Я уже понимал, где он находится, видел дерево, за которым он расположился, и, будь у меня готов «усиленный выстрел» или, еще лучше, прокни он на дробовике, и я бы уже закончил весь этот цирк…

Но навык не прокал.

В магазине остался последний патрон, но и дерево уже было буквально в двух метрах от меня. Я снизил скорость и пошел медленным шагом, держа дерево на прицеле и ожидая, когда «взор» отрисует мне силуэт врага.

Но «взор» не срабатывал. Я подошел уже вплотную к дереву, практически уткнувшись в него стволом, и пошел осторожно вокруг, нарезая сектор, готовый каждую секунду спустить курок в противника, который каким-то образом укрылся от «взора». но точно не укроется от пули.

Но Робина там не было. Получается, я зря расстреливал несчастное дерево, но это ладно. Другой вопрос — куда делся этот уродец?

Выстрел со спины был мне ответом. Модуль Защиты поглотил ее со щелчком, и я тут же развернулся, переводя дробовик на угрозу со спины, но не решаясь тратить последний патрон.

Робин оказался там. Возможно, он переместился таким же «скачком», как у меня, возможно, у него были какие-то другие умения, но он умудрился меня развести. Заставить охотиться за фантомом, в то время как сам Робин менял позицию и скорее всего даже перезаряжался.

— Ты опять смотришь не туда, Фаст. — усмехнулся Робин. — И не замечаешь очевидного. Ничему тебя жизнь не учит.

— Так и ты не меняешься. — я вернул ему усмешку. — Как был последней крысой, так ею и остался. Даже умения у тебя какие-то крысиные, прямо под стать тебе.

— Я мог бы даже обидеться. — Робин склонил голову к плечу. — Но от такого неудачника, как ты, это даже не обидно звучит.

— А ты не боишься, что этот неудачник сейчас снесет тебе башку?

— Да у тебя патронов не осталось. — хмыкнул Робин. — Максимум один в патроннике.

— Мне и одного хватит.

— Хватило БЫ. — поправил Робин. — Вот только у меня есть еще один слой защиты, который схавает твой патрон и не заметит. А у тебя сколько слоев? Впрочем, какая разница. Явно меньше, чем у меня патронов в магазине. Как думаешь, кто из нас кончится раньше, если мы начнем стрелять друг в друга?

Он усмехнулся и чуть опустил руку с дробовиком, держа его на сгибе локтя и упирая приклад под мышку:

— А, впрочем, пусть. Давай, стреляй. Дам тебе так сказать фору в один патрон. А потом уж не обессудь — стрелять буду я. Как на дуэли.

Палец так и чесался нажать на спуск, но я не стрелял. Совершенно очевидно, что как только прозвучит выстрел, как только я останусь без патронов, Робин зажмет свой спуск тоже и будет нажимать его, пока не опустеет магазин, превращая все перед собой в свинцовый ад… Или из какого там металла Основание делает свои патроны.

— Ну что же ты? — снова издевательски спросил Робин. — Не хочешь стрелять? Уступаешь мне право первого выстрела, как истинный джентльмен? Что ж, я не гордый, я воспользуюсь твоей щедростью.

И он снова поднял к плечу свой дробовик, направляя его на меня.

И тогда я выжал спуск.

Робин еще секунду после выстрела постоял, потом хмыкнул:

— По ходу дела, все еще хуже, чем я думал. Я полагал, что меня защитит модуль защиты… Но ты ведь даже не попал!

— В тебя — нет. — я вытянул вперед левую руку и провел ее внутри петли оружейного ремня, заводя дробовик за спину. — Но я в тебя и не целился.

До Робина что-то дошло и он обернулся, глядя за спину. Туда, где на траве бился в агонии срезанный прямо в прыжке лакер.

Турнир окончен. Победитель — Фаст. 47 очков.

Приготовьтесь к возвращению в изначальное положение.

— Твою… — обескураженно произнес Робин и развернулся обратно. — Ах, ты!..

Он вскинул дробовик, и даже успел выжать спуск, но взгляд уже затянуло пеленой тьмы, и я так и не увидел выстрела. И тем более — не почувствовал. Потому что ни Робина, ни его пули здесь просто не было.

Я снова стоял на улице, недалеко от стен военной части, в том же самом месте, из которого система меня выдернула на турнир. Сколько прошло времени, сказать было трудно, но уже прилично так стемнело, и улица погрузилась в густейшие, как деревенская сметана, сумерки. Фонари горели только по одной стороне улицы — вторая лишилась электропитания еще во время боя с треножником, — да и то как-то вполнакала, словно им не хватало напряжения. Свет, который они излучали, не сказать чтобы прямо разгонял темноту, он скорее наоборот делал ее еще более густой, и, стоя под светом, было решительно невозможно рассмотреть ничего, что творилось в тени. А там явно что-то творилось, судя по раздающимся оттуда звукам. Легкое постукивание, тихий хруст, словно кто-то ходит по разбитому стеклу, слабое шипение, будто газовый баллон травит, еще что-то…

Примите поздравления. Вы стали победителем первого турнира целевого мира. Получите вашу награду

Под ногами у меня слегка хлопнуло и появилась коробка, какую я еще раньше не видел — она лучилась красным светом. Серые видел, зеленые, синие, фиолетовые видел, красные… Красные видеть пока что не доводилось. Наверняка там что-то сверхценное, тем более что и повод подходящий — как-никак целый турнир выиграл, можно сказать, система на официальном уровне признала меня если не сильнейшим субъектом на всей планете, то один из сильнейших.

Но сейчас сильнейшему субъекту Основания крайне не нравилась сложившаяся ситуация. Все это выглядело крайне подозрительно — как плохо поставленная наивная ловушка. У меня нет патронов в оружии, да и само оружие за спиной, под ногами стоит коробка, которую любой на моем месте сразу кинулся бы подбирать, а в глубине темных проулков между домами явно слышно какое-то движение кого-то явно недружелюбного. Будь там кто-то дружелюбный — уже бы вышел на свет, как минимум поздороваться.

Поэтому первым делом, стараясь не сильно шевелиться на случай, если тварь реагирует на движение, я снял со спины дробовик и вытащил из сайдседдла последний оставшийся в нем после турнира патрон.

Это было единственное, что я успел сделать. Судя по всему, тварь поняла, что я вооружаюсь, и решила больше не медлить. Решила, что дальше ее шансы на успешную атаку будут лишь уменьшаться.

В густой черной тьме ближайшего переулка засветилось несколько странных белых овалов, каждый с половину ладони размером. Они вспыхивали по двое и располагались странно-симметрично, словно отзеркаливая друг друга. От них во все стороны потекли широкие белые линии, тоже светящиеся, словно кто-то белой краской на черном бархате рисовал. Линии делились, ветвились и снова соединялись, не переставая светиться, и буквально через две секунды обрисовали силуэт условно человекоподобной анатомии. Белые линии словно вырезали тварь из заполняющей проулок тьмы и сформировали ее в живое существо, напоминающее формой человека, разве что светящиеся пальцы были длиннее человеческих и заканчивались острыми когтями, так же светящимися, как и все остальное. И лишь на месте нижней челюсти осталась все та же непроглядная тьма, словно там у твари вместо зубов и десен располагалась черная дыра, в которую он засасывал все, что попадется на пути. И только теперь, когда глаза четко зафиксировали присутствие твари и ее форму, система выдала справку.

Вестник тьмы

Уровень: 12

Тип: существо Основания

Жизнедеятельность: 100

Вероятные опасности: физический урон, эффекты контроля

Ого, двенадцатый уровень. То ли по классике зомби-апокалипсиса ночью на улицы выходят более опасные существа, то ли… То ли на самом деле я провел на турнире намного больше времени, чем мне казалось.

Черт, да с чего я вообще взял, что это — тот же самый день? Я легко мог отсутствовать целую неделю и даже не понять этого. И разобраться с этим всем можно лишь одним способом — добраться до военной части и встретиться с остальными.

А для этого придется пройти мимо этой твари. Или через нее, если понадобится. И, судя по тому, что она вообще решила себя показать — второе более вероятно.

Не сводя глаз с твари, которая вроде бы не собиралась пока что атаковать, я медленно и плавно потянул на себя цевье, открывая затвор, через низ так же медленно положил в патронник патрон и снова потянул цевье, но уже вперед.

И тогда вестник тьмы атаковал. Не издав ни единого звука, он сорвался вперед, да так резко, что светящиеся полосы какое-то мгновение еще хранили его силуэт на сетчатке моих глаз в прежнем месте, и, за секунду преодолев разделявшие нас пять метров, взмахнул лапой снизу вверх!

Я даже не успел прицелиться в него, настолько быстр он был! Все, что я успел — шарахнуться в сторону от удара, который вместо моей головы попал в дробовик.

Оружие вырвало у меня из рук, да с такой силой, что ремень сорвало с шеи! Он жестко обжег кожу на шее, скользнул по затылку, чуть не сорвав с головы маску пси-рассеивателя, и мое оружие, в которое я только-только успел зарядить всего один патрон, отлетело на два метра в сторону!

Тварь взмахнула снова, уже другой лапой, и мне пришлось отпрыгнуть назад и упасть, практически на задницу, чтобы уйти от этого удара. Я неловко сел на асфальт, больно подвернув ногу, и от следующей атаки уклонился только каким-то чудом, буквально предугадав ее траекторию, и то прошло настолько близко, что аж волосы на голове зашевелились от неистового потока воздуха!

Уперевшись ногами в асфальт, я оттолкнул себя еще дальше, и уперся спиной в одну из сгоревших машин. Дальше двигаться просто некуда, и тварь тоже это поняла. Она снова подскочила ко мне и занесла обе руки над головой, планируя одним мощным ударом завершить свою охоту.

Ну, сука, она и быстрая! Да еще эти светящиеся полоски… Казалось бы — нахрена существу, которое называется «вестник тьмы» светящиеся полоски, которые выдают его в этой самой тьме⁈ А нет, оказывается, все продумано — они не только и не столько выдают, сколько помогают ему во время атаки, дезориентируя противника! Тварь настолько быстра, что после каждого ее действия на сетчатке глаза жертвы на мгновение остается запечатлена ее прежняя позиция… А сам вестник уже в другом месте!

Ну да ничего… Я не так прост, как ее прежняя добыча! У меня тоже есть чем ответить!

Если эта тварь играется с моим зрением, то я поиграюсь с ее!

И я активировал инвентарь и выхватил из него Луч, который, к счастью, не потерял во время турнира. Выхватил и тут же активировал способность, уже не думая о том, чтобы прикрыть глаза — я уже знал, что на меня это не сработает.

Волна энергии ринулась прочь от клинка, и вестник тьмы вздрогнул с занесенным для удара лапами, словно его током ударили. Все так же не опуская рук, он завертел головой по сторонам, потом вверх и вниз, словно пытаясь понять, куда же делся вкусный человечек, которого он только что видел.

А вкусный человечек тем временем осторожно сполз спиной по сгоревшей двери машины, которая была закрыта, но не защелкнута. Одежда на спине за что-то зацепилась и с громким треском надорвалась.

Вестнику этого было достаточно — он тут же повернулся четко в мою сторону и все же ударил, точно так же, как и собирался — сверху вниз, словно пытаясь когтями рассечь натянутую веревку.

Но я именно этого и добивался. Уже не заботясь о скрытности, я упал на спину, растянувшись на асфальте во весь рост и практически упираясь ногами в ноги вестника, подцепил пальцами щель между дверью и кузовом машины и рванул на себя, раскрывая ее полную!

Стекла в двери не было — то ли рассыпалось еще при аварии, то ли не выдержало дикой температуры во время пожара. Поэтому руки вестника провалились в пустой оконный проем, ударились о его нижний край, и ослепленный монстр, решив, что поймал что-то интересное, ухватился за него и дернул на себя, чуть не вырвав дверь с креплений!

И, пока он был занят попытками победить дверь и не обращал внимания на посторонние звуки, я резко развернулся на месте, уперся ногами в машину, толкнулся, придавая себе ускорение, кувыркнулся назад, точно к своему дробовику и подхватил его.

Будто что-то почувствовав, а, может, частично вернув себе зрение, вестник внезапно перестал терзать дверь и медленно повернул голову в мою сторону.

Через мгновение эта голова разлетелась, разнесенная «усиленным выстрелом». Полетели в стороны куски черепа, разбрызгивая вокруг себя белую светящуюся кровь существа, а полоски на его теле наоборот померкли, а потом и вовсе — погасли.

Уничтожен вестник тьмы, уровень 12. Получено 300 единиц опыта.

Черт, а почему так мало⁈ За лакеров по две сотни давали, а они были на четыре уровня меньше!

Но размышлять о том, много или мало дали за убитую тварь было некогда. Если до этого мы с вестником возились относительно тихо, то теперь грохот выстрела явно привлек внимание всех, кто был на этой улице… А то и не только на этой. И я уже точно слышу такие же звуки, какие издавал убитый вестник, из соседнего проулка. И из соседнего тоже. И еще из одного.

Мать твою, да сколько вас тут⁈

Я подхватил с земли коробку, закидывая ее в инвентарь, и что есть духу припустил к стене военной части, уже не пытаясь сделать это тихо. Любое «тихо» уже не имеет смысла, после того, как я сделал свое громкое заявление двенадцатого калибра. Теперь имеет смысл только «быстрее». Потому что даже если тварь действительно всего одна, а это совершенно точно не так, мне просто нечем с ней сражаться.

У меня осталось всего два патрона. Я и сам не заметил, как расстрелял почти все, что у меня было во время турнира! Я-то привык считать патроны паучерами и сайдседдлами, а когда они россыпью лежат в инвентаре — поди вспомни, сколько там именно их лежит!

Вот и получилось, что два патрона, которые я загнал в магазин Предвестника на бегу, оказались последними. Ну ничего, у меня там чертова куча коробок и здесь, и внутри военной части. Разживусь патронами, невелика проблема! Надо только добежать до ворот и открыть калитку! И обязательно закрыть ее за собой, ну их нахер, этих ночных тварей, кто их знает, насколько они умные!

Я обернулся на бегу и прибавил ходу — по самым скромным прикидкам, за мной гнались целых три твари. Точно сказать было трудно — их размазанные светящиеся силуэты были в нескольких местах сразу, и пока что они меня не догнали лишь потому, что нас разделяла пробка из сгоревших машин, через крыши которых они и пробирались. Это немного замедлило их, но все равно казалось, что они исчезают на одной крыше и практически тут же появляются на другой, перетекая между ними в потоках рассеянного света.

И вот наконец уже ворота. Света нет ни над ними, ни рядом — еще бы, это же та сторона улицы, которая лишилась электричества!

Я чуть не промахнулся мимо двери в воротах, ударился в них плечом, отчего ворота загудели, обернулся еще раз, оценивая расстояние до вестников, оценил его как неприятно маленькое, схватил ручку двери и потянул ее на себя.

Дверь не открылась.

Она даже не шелохнулась!

Твою мать, они что, додумались закрыться, зная, что я снаружи⁈

Я бросил быстрый взгляд на вершину ворот — нет, не успею залезть, твари будут тут раньше!

— Фаст! — внезапно глухо раздалось из-за ворот. — Сейчас открою!

— Да поздно уже! — сорвался я, разворачиваясь и вскидывая дробовик.

«Усиленный выстрел» был в откате, поэтому я зарядил «разрывные снаряды» и выстрелил в вестника, который в этот момент как раз прыгнул на меня, выставив вперед руки с когтями. Получившаяся картечь сбила траекторию полета твари, но не смогла передавить скорость прыжка сверхзвуковой твари, поэтому вестник врезался прямо в меня, придавив к воротам. Все, что я смог сделать — это чуть отшагнуть в сторону, чтобы в меня попало не когтями, а плечом твари.

И все равно удар был диким. Плечо попало в живот, который даже не был прикрыт грудным модулем защиты, и пробило пресс, который я изо всех сил попытался напрячь. Внутри что-то треснуло и заболело, меня приложило спиной о ворота, да так, что те снова загудели.

В спине тоже что-то хрустнуло. И в голове тоже. Головой я тоже приложился от ворота и по затылку, кажется, потекло липкое.

Тварь, врезавшаяся в ворота головой, на мгновение осела на асфальт, но тут же завозилась, пытаясь подняться снова. Чувствуя, как сознание уплывает от меня, как в глазах все мутнеет, я кое-как передернул цевье дробовика, направил его в голову вестника, практически уперев дульный срез в изрисованный белыми линиями затылок, и потянул спуск, тратя последний патрон и разнося голову твари как спелый арбуз, брошенный с пятого этажа на асфальт.

А потом ноги отказались меня держать, и я сполз на асфальт, рядом с мертвым вестником. Дробовик выпал из пальцев, ну да он мне больше не нужен — патронов все равно нет. Я активировал инвентарь и достал сразу Лизу и Луч, сжимая их в обеих руках и вытягивая перед собой — пусть тварь, которая прыгнет, напорется на них…

Но тварь не прыгала. Вместо этого внезапно заскрипела открывающаяся дверь, и раздался громкий крик на три или даже четыре голоса. Несколько размытых силуэтов появились сбоку от меня, встретили вестников в метре от меня, рассыпались вокруг них по двое, затанцевали, раздергивая их внимание, заставляя крутиться то туда, то сюда, не понимая, на какую из целей напасть…

А потом откуда-то сзади загрохотали выстрелы. Громогласный лай автоматического оружия, которое принялось вырывать куски и брызги из тел вестников. Танцующие вокруг них силуэты резко бросились врассыпную, зато сами вестники принялись танцевать, дергаясь от попадающих в них пуль… И танцевали они так пока не смолкло оружие, а потом — повалились на асфальт двумя кучами дохлого мяса.

А силуэты телепортировались ко мне и принялись меня тормошить и дергать, приговаривая:

— Ножи убери!.. Пушку возьми!.. Вот тут берись!.. Да не тут, а тут!.. Прикрой нас!.. Давайте быстрее!.. А ну взялись!..

Меня качнуло, потом подняло, отчего голова дернулась, и, кажется, снова ударилась о ворота.

И этого я уже не выдержал и отключился.

Когда я пришел в себя, первое, что я сделал — удивился. Даже не открыл глаза, чтобы выяснить где я вообще есть, а удивился. Я почему-то ожидал, что меня снова посетит какое-нибудь видение о прошлом, будущем, или том и том вперемежку… Но ничего этого не было. Между тем, как я отрубился и тем, как пришел в себя, была только черная пустота, точно как та, из которой на меня выпрыгивали вестники тьмы… Только на этот раз не локальная, а всеобъемлющая, окружающая меня.

Кстати, о вестниках… А, вернее, о последствиях их убийства. Стоило только мне прийти в себя, как перед глазами, нисколько не смущаясь тем, что она даже не открыты, появилось системное сообщение.

Поев, я попросил еще несколько минут тишины и покоя и открыл интерфейс, желая разобраться с новыми навыками. Открыл интерфейс и выяснил, что на самом деле умение новое появилось только одно — в ветке «мобильность», но, учитывая, что у меня и в ней и в «огнестрельном» было еще по одному непрокачанному навыку, а очко навыков одно, все равно в итоге придется выбирать, что прокачать. Когда я выбрал «Скачок», я явно не прогадал, посмотрим, что будет на этот раз.

Я ткнул пальцем в новое умение «Мобильности».

Ясность ума

Вид: Классовая

Уровень: 4

Тип: Активная

Расход эмеры: 0

Время применения: 0 сек

Перезарядка: 120 сек

Радиус действия: ~

Прогресс: 0

Активный эффект: Снимает с субъекта любые эффекты воздействия на сознание, включая помутнение, галлюцинации, немоты, провокации, боли, обездвиживания, паники или контроля. Наделяет 15 % сопротивляемостью к этим эффектам на следующие 5 секунд после использования.

Находясь на острие атаки или же наоборот — в затяжной обороне, одна из важнейших задач — сохранять ясность ума. Если не уделять этому внимание, то можно и не заметить, как затуманенный рассудок поглотит паника, после чего любой, самый тренированный боец превратится в бесконтрольное и непредсказуемое существо.

Странно. Абилка-то классная, судя по описанию, и она бы мне очень пригодилась в бою например с тем же патриархом вороксом, который, помнится, как раз применял ко мне что-то вроде эффекта контроля… Но почему она находится в ветке «мобильность»? Хотя ладно, вопрос глупый — о какой, к черту, мобильности может идти речь, если ты находишься под эффектом контроля? Вот и запихнули в нее умение для того, чтобы эту самую мобильность восстанавливать.

Но есть и второй вопрос — а как применить умение, которое наверняка будет расположено, как и все остальные — на пальце — если тебя все же взяли под контроль? Или пальцы это такая мелочь, на которую нормальные контролеры не обращают внимания и под контроль их не берут?

Я поколебался, выбирая между так и не взятой «меткой охотника» из «огнестрела» и «ясностью ума» и в итоге выбрал второе. Некоторый аналог «метки» у меня есть и так, пусть и довольно кастрированный, а вот иметь лишнюю защиту лишним, хм, не будет. Если уж твари Основания могут проворачивать с сознанием такие вот штуки, какие делал патриарх, то я нисколько не удивлюсь, когда такую же фигню станут делать и люди.

К тому же этот навык, судя по описанию, снимает болевой синдром. Тоже важная и нужная штука, хотя, конечно, в случае ранения это проблему нисколько не решает, а то и усугубить может.

Короче, я изучил «ясность ума» и привычно поморщился от жжения в мизинце. Таким образом все четыре пальца у меня на левой руке уже были покрыты символами умений, и оставалось только гадать, куда система пойдет дальше. Хотя чего там гадать — у меня же заняты только крайние фаланги, подушечки, а на каждом пальце есть еще аж по две фаланги, что поднимает общее количество умений до двенадцати. А там, глядишь, и вторая рука в ход пойдет.

Закончив с навыками, я принялся за коробки. У меня осталась еще парочка коробок с турнира и одна особенная, красная, полученная уже позже. Еще был странный «гравипод», который тоже валялся в инвентаре уже давно, и до которого никак не доходили руки и пробирка с фиолетовыми семенами. С них-то я и начал.

Семена одомита

Общий предмет

Уровень ~

Качество: обычный

Способности: после посадки вырастает в куст одомита. Время роста и урожайность зависит от количества сплайса, использованного в качестве субстрата.

Одомит это низкий кустарник, ветви которого однако обладают повышенной прочностью из-за того, что волокна растут не только вдоль, в длину, но и «в глубину» самих себя, наращивая механическую прочность.

Куст, значит. В кои-то веки не трава. Интересно, для чего он нужен, это куст? Отдам Насте, пусть она разбирается. Пока что у меня есть еще с чем разобраться самому.

Гравипод представлял из себя непонятную хрень, похожую на детскую юлу… Только пожирнее и покруглее. Я попробовал прикинуть, что с ним можно делать, не вызывая системной справки, но потерпел сокрушительное положение — его даже как юлу нельзя было использовать, он полностью отказывался крутиться. Стоило поставить его на торчащий штырек и крутнуть со всей силы, как он моментально останавливался, словно его что-то удерживало. Сдавшись, я открыл описание.

Гравипод

Общий предмет

Уровень 3

Качество: необычный

Способности: через пять секунд после активации выпускает из себя случайное количество случайно выбранных изъятых существ Основания. Существа автоматически организуют вокруг себя пригодную для жизни зону в пределах одного замкнутого контура. В случае, если контур не замкнут, существа, не приспособленные к жизни в целевом мире, погибают, как обычные существа Основания.

Гравипод является компактным накопителем гравитации, итоговое воздействие которого можно сравнить с иными звездами, однако действие гравипода при этом обратимо и все то, что помещено в него, может быть развернуто обратно, правда касается это только органики, что позволило использовать гравиподы в качестве миниатюрных клеток для транспортировки и хранения существ Основания, ведь при такой огромной силой гравитации время для них практически останавливается.

А-а-а, класс, граната с тварями! Швыряешь такую в противника — и стая каких-нибудь адаптантов устраивает ему Соддом и Гоммору с доставкой на дом! Эх, знать бы еще, какие именно там твари сидят! Судя по уровню (а это кстати первый за все это время «общий» предмет, у которого уровень вообще имеется, а не заменен прочерком), никто особенно сильный в него не влезет, но кто сказал, что там вообще есть какая-то корреляция? Может, туда целый треножник втиснули⁈

Хотя у треножника я даже уровня-то не видел, сплошные козюльки непонятные вместо человеческого языка у него в описании.

И все равно, штука прикольная. Себе оставлю, реально граната с тварями будет. Интересно, если вырвавшиеся из нее твари кого-то сожрут, мне это засчитают как убийство оружием Основания? Я бы засчитал. Я бы вообще это за «стильное» засчитал, чо б нет-то…

В последнюю очередь я взялся за красную коробку, которая так и манила своим сиянием. Активировав ее, я дождался, когда в воздухе повиснут силуэты четырех предметов и вытащил их. Первым силуэтом оказалось оружие, причем, судя по характерному наросту над ствольной коробкой — оружие не моего типа. Так оно и оказалось, когда я вытащил пушку из свечения — это оказалась футуристическая снайперская винтовка с большим оптическим прицелом.

Раздиратель

Огнестрельное оружие

Калибр: огромный

Уровень 5

Требуемая ловкость: 3

Качество: необычный

Пассивные способности: с вероятностью 5 % потраченный патрон вернется в патронник.

Прогресс: 0

Раздиратель — оружие тонкое и элегантное, предназначенное для выполнения деликатных задач, поэтому и требования к стрелку предъявляет соответствующие.

Эх, хорошая пушка, однако, и способность зачетная, буквально сказка! Считай каждый двадцатый патрон возвращается тебе обратно. Уж не знаю, какие образом, но все равно — здорово! Правда способность Предвестника, если подумать, даже круче, тем более для меня, которому так и так не хватает пробивной способности снаряда в силу специфики его конструкции, но все равно пушка офигенная. У меня даже немного патронов под нее есть, завалялись еще с самого начала всей этой заварухи. Жаль только, что сам я с оптики стрелял всего-то пару раз в жизни, не проникся я как-то всей этой снайперской тематикой.

Я нашел и отвел рукоять затвора, заглянул в патронник, убеждаясь, что он пустой… И не поверил своим глазам. Патронник снизу был наглухо замкнут — никакой тебе шахты магазиноприемника! Это что получается, винтовка тупо однозарядная, с продольно-скользящим, «болтовым» затвором? Теперь понятно, почему у нее такая способность — без нее было бы совсем грустно стрелять из такой огромной бандуры, да еще и каждый раз вкладывая патрон в патронник вручную.

Крутость винтовки резко уменьшилась, но я все равно закрыл затвор, поднял винтовку к плечу, вложился, прижал щеку к прикладу и заглянул в кружок оптического прицела. Затаил дыхание, чтобы линзы оптики перестали гулять и «залуняться», отрезая от изображения дугообразные куски черноты, и на глаз прикинул увеличение оптики. Получалось где-то шесть или даже восемь крат, короче, весьма достойно. Прицельная сетка классическая, в виде перекрестья, с засечками тысячных — можно даже расстояние до цели определять без всяких там дальномеров. Если, конечно, хотя бы примерно представляешь себе размеры это самой цели и знаешь формулу.

Конечно, хотелось испытать убойную силу нового оружия, пусть даже сам я не собирался с него стрелять, но я решил оставить это на потом — когда выйдем на улицу. Пока что же я отставил его и взялся за вторую вещь, вытащенную из красной коробки. Это оказался увесистый ящичек, будто бы из пластика сделанный, справка о котором буквально порадовала мою душу.

Ящик с патронами среднего калибра

Амуниция

Уровень ~

Качество: обычный

Способности: Содержит 98 патронов среднего калибра, тип которых случайным образом определяется при открытии контейнера. После открытия исчезает, оставляя только патроны. Может быть использован только один раз.

Не придумали еще ничего лучше простого прочного ящика для транспортировки боекомплекта.

Это точно, большой прочный ящик для транспортировки — это то, что надо! Особенно если внутри него то, что надо!

Я, не медля, распахнул ящик, и моему взору предстали ровные ряды патронов, стоящих капсюлями вверх. Вернее, как раз капсюлей-то у них не было, вместо них была ровная плоскость, так что правильнее будет сказать «донцами вверх». Как и обещала система, тут было без двух штук сотня патронов — семь на семь и еще один такой же ряд снизу, что я увидел, когда коробка безальтернативно растаяла в воздухе, оставляя патроны без упаковки.

— Ого… — протянула Йока, бесшумно подкравшаяся со спины. — Ты на войну собрался?

— Не. — я покачал головой, не в силах сдержать довольную улыбку. — Это система меня на войну собирает.

Я без разбору закинул их все в инвентарь и с удовольствием посмотрел на то, как они разделились аж на целых пять категорий, при этом просадив мне инвентарь почти на четыре кило. Ну да, ничего не поделать — большие патроны много весят. Я с интересом посмотрел на три вида патронов, с которыми еще не имел дела (их было 22, 10 и 5 соответственно) и закрыл инвентарь. С патронами потом разберусь, сейчас на очереди последний предмет. Очень похожий на коробку с патронами, только на сей раз это оказалась

Ящик со стимуляторами среднего уровня

Амуниция

Уровень ~

Качество: обычный

Способности: Содержит 16 случайных стимуляторов среднего уровня, тип которых случайным образом определяется при открытии контейнера. После открытия исчезает, оставляя только стимуляторы. Может быть использован только один раз.

Не придумали еще ничего лучше простого прочного ящика для транспортировки хрупких стимуляторов.

Стимуляторы это звучит как что-то медицинское… Ну или секс-шоповское, но вряд ли система подобным заинтересуется. Под любопытным взглядом Йоки я открыл коробку и передо мной появился квадратик, составленный из поставленных на попа цилиндров. Они чем-то напоминали однажды виденные мною шприцы-инъекторы с эпинефрином, только были все разноцветные — всего я насчитал четыре цвета, при этом количество самих инъекторов было разное. Был красный, таких было восемь, пять голубых, два желтых, и один фиолетовый. Я принялся брать их поочередно в руки, изучая при помощи «ревизии».

Бустер регенерации

Предмет медицины

Уровень 3

Качество: необычный

Способности: заживляет раны вплоть до среднего уровня травматичности

Очень часто в бою возникают ситуации, когда нет возможности эвакуироваться и обеспечить полноценную медицинскую помощь. В такой ситуации спасет бустер регенерации, действие которого покрывает очень большой процент всех ран, которые может получить субъект в процессе исполнения Основания. Через час-полтора после использования бустера вероятны негативные симптомы.

Бустер эмеры

Предмет медицины

Уровень 3

Качество: необычный

Способности: За 2 секунды полностью восстанавливает весь уровень эмеры

Очень часто в бою возникают ситуации, когда нет возможности обеспечить полноценное восстановление эмеры, а действовать надо здесь и сейчас. В такой ситуации спасет бустер эмеры, действие которого почти мгновенно обновляет всю эмеру субъекта. Через час-полтора после использования бустера вероятны негативные симптомы.

Бустер выносливости

Предмет медицины

Уровень 3

Качество: редкий

Способности: Через 2 секунды после использования прибавляет к выносливости субъекта 5 единиц. Время действия — 2 часа.

Очень часто в бою возникают ситуации, когда выносливости уже не хватает, будь то долгий переход или транспортировка большого веса. В такой ситуации спасет бустер выносливости. Содержащиеся в нем нано-боты укрепляют мышцы субъекта, даря ему дополнительную выносливость. Через час-полтора после окончания действия бустера вероятны негативные симптомы.

Бустер рефлексов

Предмет медицины

Уровень 3

Качество: уникальный

Способности: Через 2 секунды после использования повышает скорость реакции и действий субъекта на 50 %. Время действия — 30 минут.

Очень часто в бою возникают ситуации, когда реакции не хватает или она притупляется в силу определеных обстоятельств. В такой ситуации спасет бустер рефлексов. Особый состав обеспечивает ускорение реакции и повышение выживаемости в целевом мире. Через час-полтора после окончания действия бустера вероятны негативные симптомы.

О как. Вот значит какого рода стимуляторы мне подкинула система. Полезно, ничего не скажешь, хотя еще надо выяснить, как именно они действуют и насколько негативны их симптомы. А для этого, ничего не попишешь, придется их пробовать.

Четвертым и последним предметов, как я уже догадался по силуэту, была карта. Я надеялся, что это будет карта характеристик и опыта, но это оказалась карта с примечанием. Ну, за неимением горничной, как известно, пользуют дворника, так что я активировал ее и прочитал вслух, чтобы Йока тоже слышала:

Примечание 22: Чертежи строений, предметов интерьера, функционала, а также транспорта можно приобрести в варп-пространстве обменной площадки

Ну, насчет чертежей все более или менее понятно. А вот то, что их можно приобрести на торговой площадке — это интересно. Я-то полагал, что это место, на котором обмениваются друг с другом люди, но в этом примечании вполне конкретно использовалось «приобрести», а не «обменять», что означает, что там есть еще какая-то механика получения вещей, кроме обмена с другими людьми. Что-то вроде…

— Магазин? — буквально закончила за меня Йока. Судя по всему, она подумала о том же, о чем и я.

Я пожал плечами, показывая, что пока что не готов это комментировать за неимением информации, и одним движением смахнул все стимуляторы себе в инвентарь к патронам. Инвентарь грустно просел еще на три килограмма и стал совсем уж маленьким. Некисло это бустеры весят, с собой много не поносишь.

Винтовку я не стал убирать в инвентарь, чтобы окончательно его не загрузить, и вместо этого дал ее Йоке — в ней я мог быть уверен, что оружие никуда не пропадет, пока мы ходим. Сам же поднял дробовик, вынул из инвентаря картечные патроны, которых оказалось больше всего, и зарядил их в магазин. После этого достал три пулевых, вторых по численности, засунул их в петли сайдседдла и закинул ружье за плечо:

— Ну что? — я повернулся к Йоке. — Айда поглядим, как там дела у других? А то притихли они что-то, не к добру.

На улице уже было по-летнему тепло. Пока еще не удушающая жара, которая только лишь грозилась упасть на город с безоблачного голубого неба, пока лишь только намек на нее, но намек вполне серьезный. И лучше бы нам управиться с поставленной на сегодня задачей до того, как окончательно потеплеет.

Людей во дворе было не так много, как я ожидал. Я думал, что здесь все, кто был на территории части, исключая, конечно, Полину, что осталась в административном блоке, но здесь было всего три человека — Вика, Кобра и Сэм. Сэм торчал возле закрытых ворот, ведущих на занятую зомбаками половину территории, и выглядывал в щель, Вика сидела на лавочке в тени административного здания и с восхищением в глазах наблюдала за Коброй неподалеку. А сама Кобра занималась, пожалуй, самым интересным делом из них всех — она… тренировалась?

Кобра завязала майку под грудью, и, кажется, безжалостно отрезала чем-то штанины ниже колен, так что теперь ее одежда вполне могла сойти за аналог спортивной формы, и в таком виде она даже стала выглядеть с претензией на сексуальность. Лицо ее, конечно, все еще было не в моем вкусе, но вот фигура — очень даже.

Кобра выбрала для себя пятачок размером примерно три на три метра, ограниченный ей одной ведомо чем и перемещалась по нему быстрыми твердыми подшагами, подняв к лицу руки и развернув их костяшками вниз. Каждый шаг-другой она наносила удар или сразу серию — ногами, руками, коленями, локтями, и один раз даже будто бы головой ударила. Конечности мелькали в воздухе с бешеной скоростью и я даже, кажется, слышал едва различимый звук рассекаемого воздуха, когда руки девушки сменяли друг друга в коротких, но резких ударах. Выглядело все это таким отточенным и профессиональным, что не оставалось никаких вопросов, почему Кобра выбрала своей специализацией именно «без оружия».

— Ага! — внезапно радостно выдохнул Сэм. — Ну щас!..

Он толкнул ворота, открывая их буквально на две ладони, просунул в щель руку и тут же отдернул ее обратно. В руке мелькнула… Моя Лиза⁈

Я бросил быстрый взгляд на Кобру, которая, как и все остальные, пока что меня не заметила, и уверенным шагом пошел к Сэму. Он, заслышав мои шаги, резко развернулся, но, к счастью, никаких глупостей делать не стал. Наоборот — увидев меня, он поднял вверх руки, в одной из которых действительно была зажата вторая Лиза и сказал:

— Воу-воу, ковбой, сделай лицо попроще!.. Я же ничего не сделал!

Я протянул руку и забрал у него из ладони нож. Он проводил мою руку взглядом, но ничего не сказал.

— Где взял? — спросил я, показывая ему нож.

— Кобра дала. — ответил Сэм и чтобы все прояснить сразу же добавил. — Погонять.

— С возвратом, конечно же. — произнесла из-за спины Кобра, которая умудрилась бесшумно к нам подкрасться. — Я же помню, что это твое.

Я обернулся, все так же сжимая нож в руках:

— А ты сама-то с чем собиралась идти на зомби сегодня?

— О, у меня есть, с чем. — усмехнулась Кобра, поднимая руки и показывая мне сжатые кулаки.

Ах вот что имела в виду Йока, говоря, что они нашли какие-то кастеты. То, что было надето на пальцы Кобры действительно походило на какие-то микро-кастеты, всего на два пальца каждый — указательный и средний. Видать, именно из-за них воздух так и свистел под ударами девушки.

— Дай посмотреть. — я протянул руку и Кобра с готовностью сняла цацки и положила мне она ладонь.

Стальные кольца

Без оружия

Уровень 2

Качество: необычный

Способности: с вероятностью 20 % удваивает шанс оглушения противника при использовании умений специализации «Без оружия»

Прогресс: 0

Больше выполняющие функцию защиты основных ударных поверхностей, тем не менее, простые стальные кольца так же помогают и в нападении.

— Ну как? — довольно спросила Кобра после того, как я зачитал ей описание оружия. — Я же могу их себе оставить? Ни у кого тут больше нет специализации «без оружия», я спрашивала.

— Оставь. — я махнул рукой, возвращая ей кастеты. — Все равно это…

— Вау, какая ляля!.. — внезапно перебил наш разговор восхищенный голос Сэма. — Дай посмотреть!

Я резко обернулся и увидел, как Сэм тянет руки к Йоке, а сама азиатка в непонятках отступает от него, пытаясь нащупать у бедра меч, которого там, конечно же, не было — он был в инвентаре. В другой руке она продолжала сжимать винтовку, которую я ей доверил, и, кажется, совсем не понимала, что Сэм тянется именно к оружию.

— Отставить! — гаркнул я и Сэм, услышав знакомое слово, моментально остановился и почти что вытянулся в струнку. — Что за херня, Сэм⁈

— Это же снайперка, да⁈ — Сэм пришел в себя и повернул ко мне лицо, на котором застыло нескрываемое восхищение.

— А тебе какое дело?

— Так я ж снайпер по специальности!

— Да ты что? — я прищурился. — Вот так совпадение! А тогда скажи, чем отличается СВД от АСВК?

— Ты гонишь, что ли? — искренне удивился Сэм. — Да проще сказать, что у них общего! Хотя и там не очень много пунктов наберется…

— Ладно. — я кивнул. — Йока, дай ему посмотреть.

Пока Сэм восхищенно крутил в руках новую винтовку, я подошел к воротам и выглянул в щель, в которую до этого глядел Сэм. За воротами обнаружилось пятеро свежеубитых зомби и кучки сплайса на тех местах, где вчера поработали мы.

— Значит, ты тут зомбей убивал? — спросил я, оборачиваясь.

— А? — Сэм поднял голову, тупо открыв рот, словно он уже совершенно утратил связь с реальностью. За то время, что я пырился за ворота, он уже успел лечь прямо на пыльный бетон, поставив перед собой винтовку на неведомо откуда выщелкнутые сошки и рассматривая в оптику противоположную стену. И правда, снайпер, даже руки держит по-снайперски — «обняв» рукоять винтовки локтевым сгибом левой руки.

— Ничего. — я махнул рукой. — Как винтовка?

— На вид убойная, эргономика супер, но однозарядка, это вообще дичь какая-то, даже у мосинок встроенный магазин есть, а тут средневековье какое-то. Хорошо хоть не дульнозарядная. А есть патроны?

— Есть, но тебе не дам. — я усмехнулся. — С тебя станется их в стену расстрелять просто для пробы.

— Есть такое. — согласился Сэм, поднимаясь с земли. — Ладно, а что тогда будем делать?

Я обвел взглядом всех собравшихся во дворе, включая Вику, которая подошла к нам и с любопытством прислушивалась к разговору, и ответил:

— То же, что и вчера, Пинки. Попробуем завоевать мир!..

Йока хихикнула, Кобра тоже улыбнулась, а Сэм и Вика недоуменно нахмурились.

— Забейте. — я вытащил из инвентаря Луч, подкинул и поймал за клинок Лизу и протянул их Сэму и Вике. — Берите оружие. Сегодня наша задача — полностью зачистить ту часть территории, что за забором. У нас куча продуктов, которые протухнут без холодильников, а ты вроде говорил, что там столовая располагается?

— Ну да. — Сэм кивнул. — И холодильники, конечно же. Только они не работают. Электричества-то нет.

— Ничего, это решаемо. — заверил я его. — Главное — похерить всех зомбаков. Сделаем это — сможем нормально есть, нормально спать и вообще заживем как люди. Правила простые — херачим всех, кого видим. Умений ни у кого из вас пока что нет, так что если увидите какую-то тварь, что отличается от остальных — кричите мне, я займусь. В остальном все просто. Все готовы?

— Я… Ой… — от волнения даже заикнулась Вика, сжимая рукоять Луча так, что костяшки побелели. — Да. Готова!

Все остальные просто кивнули.

Я достал свою собственную Лизу, и ногой толкнул ворота в сторону.

— Настя!..

— Я поняла!.. — ответила в спину девушка, которая, конечно же, вышла с нами во двор. — Закрою!

Прямо возле ворот сегодня зомби не было — видимо, Сэм успел приделать всех, кто гулял в радиусе досягаемости. Подманивал на собственный запах, а потом отрабатывал Лизой, которой эти первоуровненые гнилушки были как поролон, если говорить о трудности резания.

— Эх, хорошо сидит! — причмокнул за спиной Сэм. — Вот щас бы его из винтовки…

— Ты о чем? — не понял я и обернулся.

— Да вон же! — Сэм ткнул пальцем в одно из зданий. — На крыше, прямо на антенне сидит!

Я присмотрелся, но ничего, кроме силуэта антенны, разглядеть не смог — слишком далеко было. Тогда я вытащил из инвентаря винтовку, которую убрал туда еще до того, как открыть ворота, поднял ее перед собой и использовал оптику как бинокль.

Изображение рывком приблизилось, и я увидел, что на круглой антенне спутниковой связи на крыше одного из зданий части действительно сидит какое-то существо. Большое, если судить по масштабу антенны, больше человека раза в полтора, и больше ничего уверенно о нем сказать было нельзя, поскольку его силуэт скрывали два огромных кожистых крыла, в которые тварь завернулась, как летучая мышь. Только вот в отличие от летучей мыши, спала тварь головой вверх, цепляясь за край тарелки огромными когтями, под которыми, кажется, даже металл промялся.

— Ну и зрение у тебя. — сказал я, убирая винтовку от глаз. — Я даже не заметил.

— Ну дк, снайпер же. — усмехнулся Сэм. — Так чё, снимем?

— Нет, не снимем. — я покачал головой. — Ты своим выстрелом всех гнилушек к нам подманишь.

— И то правда. — крякнул Сэм, оглядывая толпу зомби, которые пока еще не заметили нас и бродили без цели по территории.

Я не стал говорить о том, что, помимо прочего, я не был уверен в навыках Сэма так, как в них был уверен он сам. Если он промахнется, то он не только гнилушек подманит, да еще и саму тварь переполошит, а это нам точно не нужно. «Ревизия» отказалась выводить информацию о твари на таком расстоянии, даже через оптику, поэтому я не видел ее уровня и возможных опасностей, но и одних только размеров достаточно было для того, чтобы подозревать, что она способна принести проблем.

— Ладно, тогда гнилушек порешаем и займемся тварью. — резюмировал Сэм, практически дословно озвучив мои мысли.

— Вот это верное решение. — кивнул я, вытащил из инвентаря винтовку и зарядил в нее один патрон, который Сэм проводил с любопытством во взгляде. — Покончим с зомбями, сам лично вручу тебе пушку.

— Забились. — хохотнул Сэм, пробуя пальцем остроту клинка, к счастью, по-умному — поперек лезвия, а не вдоль, как некоторые умники.

— А ты стрелять-то сможешь? Плечо прошло? — я убрал винтовку обратно в инвентарь.

— Как новое. — Сэм несколько раз крутнул рукой, что еще вчера еле двигалась. — Стрелять смогу, уже проверил вчера, когда тебя вытаскивали с улицы.

— Кстати, спасибо. — я кивнул. — Вам всем. А теперь — пошли.

И, подняв оружие, мы двинулись вперед.

Сегодня все было намного проще, чем вчера — наверное, сказывалось какой-никакой наработанный опыт. Даже движения моих людей стали более экономными и расчетливыми, они уже не боялись зомби и понимали, как их эффективнее уничтожать. Кроме Сэма, конечно, но у него и без опыта работа спорилась — он сноровисто выбрасывал вперед нож в длинном выпаде, который чаще всего заканчивался в черепушке зомби, и тут же вырывал его обратно.

Мы прошли сквозь толпу гнилушек, как нож сквозь масло, и очень быстро достигли гаража, который зачистили еще вчера.

— Внутрь! — скомандовал я, открывая ворота. — Перерыв и посмотрим не получил ли кто уровня!

Все без разговоров просочились внутрь, я бросил последний взгляд на зомби, что плелись к нам со всех уголков, прирезал ближайшего и закрыл за собой ворота.

Внутри все было так же, как и вчера. Новых зомби и тем более адаптантов не появилось и единственными обитателями гаража были три «Урала», тоже никак не изменившиеся со вчера. Ну, хоть технику Основание не трогает, уже радостные новости.

— Ну что, кто-то получил уровень?

Руки подняли все, включая Сэма.

— Йока третий, остальные второй? — уточнил я, все переглянулись и без слов кивнули.

— Отлично, тогда у вас должен был появиться инвентарь, разберитесь, как работает. Йока, у тебя умения должны были открыться, проверяй.

— Ага, есть. — через секунду ответила азиатка. — Это… Ого!

— Что там? — поинтересовался я.

— Дрожь земли. — послушно прочитала Йока. — Тут… хм… Что такое эмера?

— Пока что сам не знаю. — признался я. — Что делает-то умение?

— Активный эффект — клинок оружия заряжается эмерой, после чего удар, произведенный клинком по твердой поверхности, вызовет образование в ней сейсмической волны длиной семь метров и шириной один метр. — послушно прочитала Йока, бегая глазами по невидимым мне строчкам текста. — Все, что попало в радиус сейсмической волны, будет так же подброшено в воздух на полторы секунды. Если линейные размеры объекта меньше габаритов сейсмической волны, она отразится внутри него, накладываясь друг на друга, что может вызвать разрушение объекта в зависимости от его материала.

— Так, хорош. — я поднял ладонь. — Мысль я понял.

— Так тут больше и нет ничего. — Йока пожала плечами. — Изучать?

— А у тебя что, есть варианты? — хмыкнул я. — Скилл-то один. Изучай, конечно. А потом выйдем наружу и опробуем его.

— Ага. Ой… — Йока потерла палец. — Прикольно. Это что?

— Это и есть твой скилл. — я поднял свою левую ладонь и показал ей значки на пальцах. — Добро пожаловать в клуб.

— Это… — Йока выпучила глаза. — Ты какого уровня⁈

— Сколько есть, все мои! — ответил я. — Вы закончили? Тогда идем!

Зомби даже не успели разбрестись от ворот за то время, что мы провели внутри, поэтому, как только мы выбежали наружу, они тут же снова поплелись к нам большой толпой.

— Йока! — я позвал девушку и выразительно показал глазами на мертвяков.

Азиатка косо на меня посмотрела, но задействовала свое умение, а потом подняла меч перед собой двумя руками и опустила его на бетон, словно пыталась траншею прорубить.

И у нее получилось! От клинка побежала борозда взрытого бетона, щерящегося острыми обломками, словно там под самой поверхностью со скоростью ракеты несся какой-то гигантский крот! Борозда пробежала под зомби, и их подбросило вверх на добрых два метра, словно подкинуло батутом снизу! Подгнившие ноги многих из них не выдержали таких резких нагрузок и с громким хрустом сломались сразу в нескольких местах.

А потом зомбаки рухнули на бетон и принялись пытаться встать снова.

А вскрытый бетон прямо на наших глазах, как живой, снова зашевелился. Обломки, словно неведомые насекомые, быстро сползались поближе, занимали свои места, прирастали друг к другу и уже через секунду после того, как Йока использовала навык, совершенно ничего не говорило о том, что он тут вообще был использован. Кроме разве что поломанных и истекающих голубой кровью пары десятков зомби.

— Херня какая-то. — разочарованно произнесла Йока, поднимая меч.

— Прикалываешься? — удивился я. — Это зомбаки, они боли не чувствуют. А прикинь, если такое против людей применить? Или против техники какой-то например?

— Да? — Йока с сомнением посмотрела на меня. — Как-то не подумала.

— Ничего, бывает. — я улыбнулся, нагнулся и проколол Лизой голову ближайшего поломанного зомбака, который дополз до моей ноги. — Пошли, нам еще зачищать до конца. Йока, умение пока больше не применяй, а то еще свои попадут под удар.

— Поняла!

И мы пошли дальше по территории, продолжая выкашивать мертвяков. На вид мы убрали уже больше половины, и только возле зданий оставались небольшие кучки, но это не значило, что в самих зданиях никого нет. Их тоже надо было проверить, и решили начать мы с ближайшего к нам — приделанной к одной из казарм, но все же являющейся отдельной постройкой, столовой. Как сказал Сэм, у них были общие двери, но всего две, поэтому, зачистив столовую, можно было не беспокоиться о том, что из казарм туда проникнут новые зараженные.

Добравшись до дверей столовой, мы проникли внутрь, и, закрыв за собой дверь, двинулись по помещению. Я ожидал, что тут будет разруха и хаос, но все оказалось довольно прилично — то ли вторжение системы в мир произошло еще до завтрака, то ли уже после, но здесь было все прибрано, вдоль длинных столов стояли ряды простых пластиковых стульев, задвинутых под столешницы, окно раздачи блестело чистым натертым металлом, и только десяток зомби в когда-то белых, а сейчас изорванных и заляпанных голубым передниках, нарушали идиллию.

Рассредоточившись по залу, мы быстро зачистили его от зомби и перешли к внутренним помещениям, куда нас направил Сэм. Сначала это была кухня, на которой тоже было чисто и пусто, не считая зомби, и тут в полной мере проявила себя Кобра. В узких пространствах между плитами и рабочими столами с клинками, тем более такими, как у Йоки, было не развернуться, а вот Кобра с ее короткими и эффективными ударами свежеприобретенными кастетами валила мертвяков только в путь. Требовался всего один, очень редко когда два удара, чтобы башка зомби треснула и разлетелась, как арбуз при попадании пули калибра двенадцать и семь. Таким образом, почти весь опыт с кухни перетек Кобре, ну а потом настала очередь холодильных камер, которые и были нашей основной целью, и переходов в казарменный блок.

Начали с переходов — нашли две двери, которые на самом деле оказались одной, просто двойной — распашной, убили ближайших зомби и заперли дверь на предназначенные для этого штыри. Настал через камер, «плюса» и «минуса».

— Там, конечно, вряд ли кто-то есть. — прокомментировал Сэм, подходя к большой толстой двери камеры отрицательной температуры. — Но проверить не помешает.

— Это точно. — согласился я. — Открывай.

Сэм кивнул и дернул за большую ручку, оттягивая на себя дверь и выпуская наружу клубящийся туман.

И не только его…

Вот тебе и «вряд ли кто-то есть»!

Вышедшая из холодильника тварь ростом превышала меня на две головы и явно не выглядела дружелюбной. Длинные, деформированные руки, предплечья которых были раза в два толще, чем плечи, лысая башка с высоким лбом, на которой холодным пламенем горели льдисто-голубые глаза, а вместо рта — провал, словно все, что ниже носа, которого у твари тоже не было, просто откололи, приставив зубило и ударив по нему молотком.

Тварь тоже обтекала морозным туманом, и поэтому ее очертания не сразу удалось зафиксировать, но когда удалось — оказалось, что тварь не просто так выглядит, как вырубленная грубым долотом из скалы. Она не казалась таковой, она таковой и была, вот только материалом, из которого ее добыли оказался не камень, а лед. Мутный серо-голубой лед который, как только тварь обтекла сконденсировавшимся туманом, начал таять и влажно блестеть.

И системная справка подтвердила мои предположения.

Адаптант: холод

Уровень: 6

Тип: существо Основания

Жизнедеятельность: 100

Вероятные опасности: физический урон, температурный урон

— Назад! — велел я, отшатываясь и выхватывая из инвентаря дробовик. — Все назад!

Вспыхнул желтым патрон в патроннике и я почти что в упор выстрелил в самое тонкое место, которое только смог увидеть — в шею твари. Вылетевшая из ствола картечь, даже усиленная навыком, выбила облако острого ледяного крошева, которое истаяло в воздухе, даже не долетев до пола, но на этом все и кончилось. Ну, еще тварь немного отшатнулась назад, сделав маленький шаг.

Я быстро подал цевье на себя, правой рукой выдернул из сайдседдла пулевой патрон, воткнул в патронник, закрыл затвор, — эх, жаль снова не прокнул усиленный! — и выстрелил еще раз, целясь все туда же.

В этот раз пуля вовсе ударилась об лед, что твердостью напоминал камень, и, сплющенная, отлетела прочь, выбив чуть ли не меньшее количество крошки, чем картечь. И ничего даже не треснуло, не говоря уже о том, чтобы отколоться!

Сбоку внезапно налетела Кобра, которая в высоком прыжке, выбросив назад левую ногу, атаковала правой рукой. Супермен-панч — кажется, так это называется. Кобру нисколько не смутило, что тварь была выше нее на две головы — она дотянулась туда, где у человека находился бы висок, и впечатала туда мощный удар своим полу-кастетом. Снова брызнула ледяная крошка, но этим все и ограничилось. Адаптант лишь дернул головой по инерции, но даже не повернул ее в сторону новой опасности. Кобру это не устроило, поэтому она, не останавливаясь, довернулась на левой ноге и впечатала в колено адаптанта классический тайский лоу-кик из серии тех, которыми узкоглазые пальмы ломают.

Только колено адаптанта не сломалось. В этот раз от него даже ничего не откололось и не отлетело, а вот сама Кобра внезапно взвыла и отскочила прочь. Наступила на ударную ногу, та резко подогнулась, и девушка рухнула на пол, словно у нее перелом, хотя с виду ничего такого не было. А вот что было — так это то, что на ударной поверхности голени появилось несколько явных пузырей, похожих на волдыри от ожога. Хотя почему «похожих», это и был ожог. Только от холода…

— Назад! — снова крикнул я, досылая новый патрон. — Не приближайтесь к нему! Сэм!..

— Понял!.. — откликнулся Сэм, и за спиной адаптанта быстро перебежал к Кобре, присел, помогая ей принять сидячее положение, обхватил ее сзади, используя ее же руку как держатель, расположив под грудью, и быстро поволок прочь. Сама Кобра, кажется, потеряла сознание.

Идея!

Я отправил дробовик за спину и выхватил из инвентаря «Раздиратель», чуть не уронив его при этом — очень уж непривычный после «Предвестника» у него был баланс. Калибр винтовки заявлен как «огромный», так что, может быть, от нее будет больше толку? Может, получится хотя бы затолкать тварь обратно в морозильник и запереть там, выгадав себе время на раздумья, что с ним делать дальше?

Практически уперев длинный ствол винтовки в адаптанта, я спустил курок, но адаптант внезапно выставил назад ногу и весь подался вперед, закрыв голову плечом, приняв на него пулю и даже не дернувшись при этом, зараза!.. Из плеча выбило солидный кусок ледяной брони, но солидный лишь по сравнению с тем, чего удавалось добиться до этого момента, на самом же деле он был размером буквально с ладонь! У меня тупо патронов не хватит, чтобы расколоть тварь полностью, да и в морозилку обратно его не отправить…

Твою мать, такой план не выгорел!..

Точно, «выгорел»! Если кислотного адаптанта удалось победить, облив его щелочью и тем самым нейтрализовав его броню, то с ледяным должна помочь высокая температура! Если уж на то пошло, то в теории можно было просто подождать, пока он не растает на летней жаре… Но, учитывая его массу, ждать придется не меньше суток, а у нас нет такой возможности. Как и нет возможности его где-то запереть, чтобы эти сутки выиграть — тварь знает о нашем присутствии и даже если мы умудримся скрыться от него за какими-то дверями, он их просто вынесет.

Но, к счастью, мы находимся как раз там, где высокие температуры это норма жизни. Буквально-таки в царстве высоких температур! Ведь на кухне столовой стоят плиты. И, как я успел заметить, когда мы шли через нее, плиты там были газовые…

— Йока! — крикнул я, отступая на шаг от адаптанта, который двинулся в мою сторону и закидывая винтовку обратно в инвентарь. — Бегом на кухню!

— Зачем⁈ — голосом на грани истерики спросила девушка.

— Найди там газовый шланг от плиты! Он где-то сзади, у стены должен быть! Желтый!

— И что сделать?

— Просто найди!

— Поняла!

Последнее слово Йока произнесла будто бы даже с облегчением и тут же за спиной раздались частые легкие шаги — девушка побежала в сторону кухни. Адаптант на мгновение замер, провожая ее взглядом, а потом снова перевел глаза на меня и скрипнул. Или это скрипнули пластины льда, которыми он был покрыт, как чешуей.

— Точно. — согласился я и снова спустил курок.

Адаптант опять принял выстрел в плечо и пошел на меня, медленно переставляя ноги. Судя по всему, он был такой тяжелый, что быстро двигаться ему было непросто, ну или он просто не хотел заморачиваться. С его массивностью ему это просто не нужно, создавалось ощущение, что он при желании и через стену легко пройдет. Ему не нужно догонять жертву, он просто неотвратимо настигнет ее, когда жертва устанет бегать.

К счастью, я не собирался от него бежать. Я собирался его заманивать. Поэтому я так же медленно, как и адаптант, отступал спиной вперед, выдерживая его скорость и стреляя каждый раз, когда его взгляд ненароком сползал куда-то в сторону, чтобы привлечь внимание снова. Тварь должна быть уничтожена, оставлять ее в живых, даже заперев где-то — нельзя. Я уверен, что это ничего не даст и то, что она вырвется из заточения — лишь вопрос времени. То, что она до сего момента сидела в холодной камере можно было списать лишь на то, что она не знала о присутствии потенциальной добычи вокруг.

Мы прошли первые двери, вторые, и до кухни осталось всего-то метров пять. Адаптант шел, не снижая и не наращивая скорости, будто по коридору плывет величавый айсберг, непобедимый в своей неотвратимости. На кафельной плитке в тех местах, куда ступали ступни монстра, оставались морозные разводы, которые быстро начинали таять.

— Йока! — крикнул я, не оборачиваясь, когда до кухни осталось два метра.

— Нашла! — ответила она, и тогда я, зарядив в патронник последний патрон, развернулся и побежал к ней. Адаптант бежать не стал, он, наверное, и не мог.

А я мог. Поэтому я как можно быстрее подскочил к Йоке, которая торчала возле плиты, и, засунув за нее руку, пыхтела, пытаясь что-то вытащить из щели между стеной и задней стенкой плиты.

— Отойди! — велел я, и заглянул за плиту.

О том, чтобы отодвинуть ее, и речи не шло — она одна весила килограммов сто, если не сто пятьдесят, да еще и ножки были прорезинены, что удобно в работе, но совершенно не нужно, когда пытаешься откатить предмет по гладкому кафелю. Тем не менее, до газового шланга, ярко-желтого, буквально светящегося в полумраке узкой щели, дотянуться было можно и он, к счастью, обладал достаточной длиной для того, чтобы его можно было вытащить. Если отсоединить, конечно…

— Все, вали отсюда! — велел я Йоке, оборачиваясь и глядя, как в двери кухни входит адаптант.

Твари пришлось пригнуться и взяться руками за дверную коробку, чтобы протиснуться в маленький для нее проход, и моментально замерзшее под голубыми пальцами дерево треснуло, сжатое ледяными когтями. Сколько же силы в этой твари!

— Вали, я сказал! — снова гаркнул я на Йоку, которая оторопело пялилась на адаптанта, и, кажется, обмерла со страху. Крик привел ее в чувство и она послушно выбежала из кухни через другую дверь, в зал.

А я скинул с плеча дробовик и отсоединил от него ремень, который буквально вчера к нему прицепил. Положил оружие на плиту, вытащил из инвентаря Лизу, просунул ее в щель между плитой и стеной, и отмахнул газовый шланг прямо у самого фитинга, который присоединял его к плите. Шланг недовольно дернулся, как живой, и низко зашипел, да еще и в воздухе резко запахло газом — то, что надо!

Подхватив шланг, который попытался спрятаться под плитой, я сколько смог вытащил его из-за плиты. Получилось буквально полметра — достаточно, чтобы развернуться, но не более. Я приложил шланг к стволу дробовика, так, чтобы и дульный срез смотрел туда же, куда била струя глаза, и быстро смотал их вместе оружейным ремнем, стараясь не дышать глубоко, поскольку голова уже начала кружиться. Закончив, я обернулся — адаптанту оставалось дойти до меня каких-то пару метров, он уже даже вытянул вперед руки, намереваясь дотянуться до меня.

— Прости, друг, сигарет нет. — хмыкнул я, поднимая импровизированный огнемет и вытягивая его как можно дальше от себя. — А вот прикурить дать могу!

И я нажал на спуск, сжигая последний патрон в магазине.

Дробь вылетела из ствола вместе с раскаленными пороховыми газами, и на конце шланга вспыхнуло пламя! Настоящий столб ревущего огня, как будто из огнемета времен вьетнамской войны ударил в адаптанта и полностью скрыл в себе его фигуру, словно чучело Масленицы! Волна жара ударила во все стороны, обожгла мне лицо, кажется, даже волосы и брови затрещали! Я откинул голову как можно дальше назад, отгородился рукой и волосы на ней тоже моментально обуглились, а кожу начало жечь адским пламенем. Я громко выругался и попытался вытянуть дробовик, со ствола которого било пламя, еще подальше, перехватил его за приклад и едва удерживал в таком положении — очень уж его вниз клонило.

Черт, надо было винтовку брать, она длиннее! Хотя нет, было бы еще хуже — винтовку я бы уже уронил!

От фигуры адаптанта к потолку рванулось настоящее облако растаявшего и испарившегося льда, горячее, влажное… А самого адаптанта вообще не было видно в бушующем пламени, только неясный силуэт, который будто бы и не пытался спастись, выбраться из огня, потушить его… Он вообще не обращал внимания на огонь, он продолжал идти ко мне! Вытянув вперед пылающие руки, которые сгорели уже на четверть длины, он, преодолевая ревущее пламя, все пытался добраться ими до меня, сжать их на моей шее, чтобы горели мы оба…

И, не дожидаясь, когда это произойдет, я активировал инвентарь, вытащил один из тех патронов, что еще не успел как следует изучить, превозмогая жар и боль, дотянулся до цевья, отвел его назад, вложил патрон в патронник, закрыл затвор и выстрелил.

Башка адаптанта разлетелась пылающими брызгами, словно выращенный на керосине арбуз, в который засунули петарду. Не дойдя до меня буквально двух шагов, монстр запнулся одной ногой о другую и рухнул навзничь, продолжая гореть. Пламя лизнуло мои штаны, я отскочил в сторону и чуть не упал, когда газовый шланг, которого не хватало на такие маневры, натянулся. Пламя продолжало бить с его конца и я уже чувствовал не просто жар — я чувствовал, как нагревается мой дробовик, и скоро я просто не смогу его держать!

Уничтожен адаптант: холод, уровень 6. Получено 1200 единиц опыта.

— Йока! — крикнул я. — Йока, ты где⁈

Азиатка заскочила в кухню буквально через мгновение — по ходу, не так уж и далеко она уходила.

— Найди газовый кран! — крикнул я, переводя пылающую струю подальше от нее. — Ну вентиль!

— Да поняла я!

Йока кинулась заглядывать за все здешние предметы интерьера и буквально через пятнадцать секунд бьющее из шланга пламя потухло. Облегченно выдохнув, я отбросил горячий дробовик и посмотрел на свои руки, на которых уже тоже начали возникать волдыри, совсем как у Кобры. В основном на внешней части, которой я прикрывался от жара, но и на ладонях тоже.

— Ой-ой! — Йока подошла и посмотрела тоже. — Больно?

— Не чувствую. — честно сказал я. — Горит да, а боли не чувствую.

— Как же ты теперь… Это же неделю заживать будет.

— Не. — я мотнул головой. — Есть идея.

Я открыл инвентарь, благо возникший на месте интерфейсной метки волдырь нисколько не помешал ее активации и нашел среди стимуляторов бустер регенерации. Двумя уцелевшими пальцами вытащил его на свет и осмотрел, пытаясь понять, как он работает. Голова, замутненная газом, плохо работала, пальцы работали еще хуже, поэтому ничего не добившись я протянул шприц Йоке:

— Разберись, как работает.

Йока, совсем как я, несколько секунд повертела стимулятор в руках, а потом из его торца внезапно выскочила тонкая игла. Азиатка подняла на меня глаза и недоверчиво спросила:

— Мне… вот прямо колоть?

— Нет, блин, поджечь и сделать свечку. — усмехнулся я. — Коли, конечно!

Йока нахмурилась, не оценив мою шутку, размахнулась и прямо через одежду воткнула иглу мне в плечо. Стимулятор тихонько зажужжал и щелкнул.

А потом наступил ад.

Сказать, что это было больно — ничего не сказать. Подобной боли, по-моему, я не испытывал еще никогда в жизни. Все ожоги как будто бы вспыхнули заново и на сей раз не просто от высокой температуры откуда-то снаружи, а словно на кожу разлили бензин и подожгли его! Пальцы скрючило от дикой боли, и даже изо рта от неожиданности вместо крика через сжатое болевым спазмом горло удалось выдавить только судорожный хрип.

И через секунду все кончилось. Все болевые ощущения исчезли, как будто их и не было никогда. И говоря «все», я имею в виду «буквально все». Даже те, что были до того момента, как бустер перетек в мое тело.

Я поднял руки и осмотрел их, вертя ладонями. Никаких ожогов, никаких волдырей, даже кожа не красная, а обычного своего цвета. Я для пробы сжал и разжал несколько раз пальцы, и еще раз убедился в том, что никаких болевых ощущений нет. Абсолютно здоровая кожа. Что ж, если бы не дикая боль при использовании, это было бы просто идеальное средство для заживления всяческих ран, никакие регенеративные пакеты были бы не нужны вовсе. «Дайте мне ящик этой дряни и я буду в порядке». Вполне возможно, что именно болевой синдром и должен быть для бустеров фактором, ограничивающим их применение, чтобы не борщили. К тому же там еще возможны какие-то негативные эффекты в будущем… Мутная тема, короче, если подумать.

Адаптанта сожгло до угольков. Руки и ноги твари обгорели на половину длины, а голова словно бы перестала существовать вовсе. Все, что осталось от некогда грозной твари — гигантское количество опыта, упавшего на мой личный счет, и синяя коробка, лежащая возле тела, которую я, конечно же, тут же подобрал. После этого отсоединил газовый шланг от дробовика и кинул ремень, который использовал как крепеж, на пол — он больше ни на что уже не годился, поплавился от жара и стал бесполезен. Уже второй ремень, считай, в расход пошел.

Я взглянул на свисающий до пола газовый шланг, но решил с ним ничего не делать — пусть так и лежит. В следующий раз, когда мы зайдем на кухню, он сразу же попадется на глаза и напомнит, что надо его по-новой присоединить к плите.

— А где остальные? — спросил Йока, пока я разглядывал шланг.

— Там остались. — я махнул рукой в сторону камер. — Идем, кстати, надо узнать, как у них дела.

Мы вернулись обратно к камерам, оставляя за собой грязные следы в натекших из адаптанта лужах и обнаружили всех троих в одном месте. Кобра все так же лежала на полу, располагаясь наполовину на коленях сидящего рядом Сэма, и не прекращая шипела, как настоящая змея, материлась сквозь зубы и неосознанно тянулась к поврежденной ноге. Каждый раз, когда он это делала, Сэм встряхивал ее и она, опомнившись, отдергивала руки. Вика суетилась в стороне, возле обшарпанной стиральной машины, на которой стоял синий тазик. В тазике лежали какие-то тряпки, которые девушка перебирала, отбраковывая по одному ей известному принципу.

Ноге Кобры была плохо. Хуже, чем моим рукам. Голень ощутимо потемнела, а в том месте, которым девушка пыталась ударить по адаптанту — и вовсе виднелось черное пятно. Кожа в этом месте потрескалась и кровила. Налицо переохлаждение какой-то охренительной степени, и это — буквально за долю секунды контакта!

Раздался громкий треск — это Вика наконец нашла устраивающую ее тряпку и сейчас рвала ее на полосы:

— Сейчас перевяжу! Подожди минуту!

— Отставить. — велел я, и они все трое подняли на меня глаза — только-только увидели. — Не нужна ей перевязка.

— Но у нее кровь!

— Вижу. — я вытащил из инвентаря еще один бустер регенерации. — Но перевязка ей не нужна, уж поверь.

— А что ей нужно? — недоверчиво спросила Вика. — Вот эта хреновина?

— Не в первую очередь. — я улыбнулся, нащупывая на торце бустера кнопку и нажимая ее, чтобы появилась игла. — В первую очередь ей нужно, чтобы ее плотненько подержали. Будет больно.

Последние слова я сказал уже Кобре, она закатила глаза и прошипела:

— Вот же удивил-то, а! Давай коли уже!

— Держи крепче. — велел я Сэму и вколол бустер в бедро раненой ноги.

Щелчок — и Кобра выгнулась дугой, упираясь ногами в пол и головой — в Сэма! Руки ее дернулись и вытянулись вверх, словно она пыталась дотянуться до потолка, а из горла вырвался невнятный хрип.

— Держи! — повторил я Сэму в ответ на его недоуменный взгляд и он покрепче ухватил девушку за плечи.

Через секунду все прошло. Тело Кобры расслабилось и она растеклась по полу, как желе.

— У-у-ух… — только и выдохнула она. — Вот это… Ух!..

— Что, понравилось? — усмехнулся я, глядя, как использованный бустер пропадает у меня из руки, растворяясь в воздухе.

— Это настолько плохо, что даже хорошо. — призналась Кобра. — Кстати, нога-то не болит!

На том месте, где только что располагался очаг обморожения, как и в моем случае, ничего не осталось. Только чистая гладкая здоровая кожа.

— Через полтора-два часа может поплохеть. — заранее предупредил я. — Пока не знаю, как именно, да, может, и не поплохеет вовсе, но на всякий случай имей в виду. А теперь поднимайся, нам надо дочистить столовую. Надеюсь, во второй камере такой же твари не будет.

— Не будет. — ответил Сэм, поднимаясь с пола и за руку помогая подняться Кобре. — Вторая камера плюсовая, там температура положительная.

— Почему там вообще какая-то температура? — спросила Вика, наконец отложившая свои тряпки. — Электричества же нет.

— Полагаю, что камеры представляют из себя термос по строению. — вместо Сэма ответил я. — Иначе это было бы слишком накладно, морозить такой огромный объем только лишь для того, чтобы он тут же отдавал холод во внешнюю среду.

— Ну, типа того. — усмехнулся Сэм. — В минусе например без электричества за три дня температура упадет… в смысле, поднимется только на десять градусов. А сейчас же там вообще почти как при наличии питания… Было. Мы же дверь оставили открытой.

— Не страшно. — я махнул рукой. — Питание нам будет, это не самая большая проблема. Обратно наморозим. Так что если инвалид с «ножка болит» в порядке, то идем, у нас еще куча дел.

Кобра фыркнула и прыжком вскочила на ноги.

— И в следующий раз не лезь на неведомого противника. — сказал я ей. — А то можешь и без ноги вовсе остаться.

И, не дожидаясь ответа, я развернулся и пошел к камерам, на ходу заряжая дробовик новыми патронами.

В плюсовой камере никаких новых монстров не обнаружилось, да и вообще во всей столовой остался жалкий десяток зомби, которых мы быстренько приделали, после чего разделились и еще раз прочесали все внутренние помещения, чтобы убедиться, что никого не пропустили, после чего снова собрались вместе в общем зале.

— С одним делом покончено. — сказал я. — Теперь надо до конца зачистить территорию.

— А казармы и прочее? — подал голос Сэм.

— Их потом. — я перевел взгляд на него. — Может, даже и сегодня, но потом. Сначала двор, а чтобы из зданий никто не лез, надо будет запереть двери в них. И парадные и задние.

— Задние и так закрыты. так что нам останутся только парадные.

— Еще лучше. — я кивнул. — Тогда идем.

Предварительно выглянув из окон и убедившись, что возле двери не собралась толпа зомби, которая просто завалит нас телами, едва только мы откроем ее, мы вышли во двор. Зомби не просто не собрались возле двери — они вообще разбрелись кто куда, и за счет того, что их осталось всего ничего — десятка три-четыре, получилось так, что они рассеялись по большой территории и почти что «потерялись» на ней. Если до этого расстояние между гнилушками измерялось парой метров, то сейчас шло на десятки.

— Так, план меняется. — сказал я, глядя на эту картину. — Уже нет смысла идти плотной толпой, так что разделяемся и идем цепью, держа дистанцию. Остальное все то же самое — режем тварей, а если замечаем что-то из ряда вон — громко кричим, привлекая к себе внимание. Сэм, что там с тварью, которую ты видел?

— Не видать. — ответил Сэм, выглянув из-под козырька, нависающего над входом в столовую. — Улетела, что ли?

— Будем надеяться. — сказал я, убирая дробовик в инвентарь и беря в руки нож. — Ну что, готовы?

Все кивнули.

— Тогда идем.

И я первым шагнул из-под козырька.

Поэтому я же первым и оказался целью нападения.

Никуда крылатая тварь не делась, она просто перелетела на нашу крышу и ждала, когда мы выйдем наружу! Наверняка ее привлекли выстрелы изнутри!

Я ожидал чего-то подобного, поэтому краем глаза посматривал и наверх тоже, и, когда оттуда на меня спикировала размытая тень, я кинулся на бетон, одновременно переворачиваясь лицом вверх и вытаскивая из инвентаря только-только спрятанный туда дробовик.

Выстрел!

Облако картечи устремилось навстречу крылатой твари, прямо в основание одного из крыльев, но монстр внезапно крутнул в воздухе бочку, собрав вокруг себя крылья, завернувшись в них, как в плащ, и распахнул их снова — уже после того, как весь заряд дроби пролетел мимо. Я дернул цевье, досылая новый патрон, и выстрелил еще раз, а потом стрелять стало невозможно, и пришлось срочно откатываться в сторону.

Мощные когти царапнули по бетону в том месте, где я только что лежал, оставляя в нем глубокие борозды, гигантские крылья с размахом не меньше пяти метров с громким хлопком ударили по воздуху, и, оттолкнувшись ногами, тварь снова устремилась вверх.

Молодая наргулья

Уровень: 15

Тип: изъятое существо Основания

Жизнедеятельность: 100

Вероятные опасности: физический урон, полет

Вот уж что-то, а справка мне сейчас совершенно ни к черту!

Я раздраженно отмахнулся от нее, зарядил в дробовик пулевой патрон и вскочил, ожидая, когда тварь пойдет на новый боевой заход.

— Дай винтовку! — внезапно подскочил Сэм. — На такой дистанции твои патроны даже если и попадут, будут как слону дробина!

— А я поближе подпущу. — процедил я.

— Дай винтовку!

— Скройся! — рыкнул я, глядя, как тварь снова приближается ко мне. Сэм, благоразумно решив не спорить, отскочил обратно под хлипкую и эфемерную, но все же какую-то защиту навеса над дверями столовой — единственное место, где они могли укрыться от атаки наргульи, да и от взгляда тоже.

А я вскинул дробовик к плечу, поймал в кружок диоптра приближающуюся наргулью и притопил спуск, готовый стрелять, как только убежусь в том, что тварь снова не свернет в распоследний момент.

А она и не собиралась сворачивать. Так и планировала на меня, вытянув в струнку обтекаемое тело и распластав по воздуху крылья. Вот между нами осталось двадцать метров… Десять метров.

Я выстрелил.

И в тот же момент тварь резко изменила направление движения, хлопнув по воздуху крыльями! Изменила его совсем чуть-чуть, но этого хватило, чтобы она пролетела над моей головой, едва не зацепив макушку когтями…

А потом раздался женский вопль.

Я резко развернулся, снова ловя на прицел наргулью… Но выстрелить уже не смог.

Тварь, тяжело взмахивая крыльями, улетала прочь, держа в своих лапах Вику. Когти проткнули девушку в районе плеч, а, может, даже и груди, и все что она могла — только кричать, потому что даже руки ее были обездвижены.

— Твою мать! — не сдержался я. — Какого хрена она вылезла⁈

— Я не знаю! — хором ответили Кобра и Йока. — Она просто выскочила из-под козырька, сама!

— Дура! — выплюнул я, выхватывая из инвентаря винтовку и швыряя ее Сэму. — Ну давай, ковбой, настало твое время!

— Я бы предпочел, чтобы оно настало в других обстоятельствах! — Сэм перехватил оружие в воздухе и тут же дернул затвор. — Патроны!

Я кинул ему два выхваченных из инвентаря патрона, и он ловко поймал один из них прямо в патронник винтовки. Закрыл затвор, и развернулся в сторону улетающей прочь с добычей наргульи. Руки его заметно гуляли, но, судя по пальцу, лежащему вдоль ствола, он и не собирался стрелять, он просто наблюдал в оптику за улетающей прочь тварью.

— Стреляй! — не выдержала Кобра.

— Не могу. — спокойно ответила Сэм. — Во-первых, я не попаду, пока она двигается, ее очень сильно кидает вверх и вниз. А во-вторых, если я и попаду, то пышка рухнет на бетон с высоты семи этажей, что вряд ли прибавит ей здоровья.

— Но если ничего не сделать, тварь ее убьет!

— А если сделать — ее убью я. — не повышая голоса, ответил Сэм. — Заткнись и не мешай. Я знаю, что делаю. Лучше по сторонам поглядывай, чтобы к нам зомбаки не подкрались…

Один зомби и правда подошел, и я отработал его ножом, еще одного зарубила Йока, и больше никто интереса к нам не проявил.

— Так я и думал. — сказал Сэм. — Я знал, что она не сможет ее далеко унести!

Я бросил взгляд туда, куда смотрел Сэм — наргулья больше никуда не летела. Она как раз в этот момент приземлялась на ту же самую крышу, на которой мы ее увидели в первый раз. Только на этот раз не на антенну, а возле нее. С такого расстояния Вику вообще было не разглядеть, так — черточка какая-то и не более.

— Сука, далеко! — выругался Сэм. — Упора нет!

Он снова приник к оптике, потянулся пальцем к спуску, но так и не выжал. Ствол винтовки едва заметно гулял — тяжелая она все-таки, уж я-то знаю!

Я бегло оглядел Йоку и Кобру, но они не подходили — слишком маленькими были. Сэму сейчас нужен был кто-то даже выше, чем он сам, чтобы ему было удобно стрелять снизу вверх.

Поэтому я подскочил к нему сам, поднырнул под ствол винтовки, так, чтобы цевье легло на плечо, и встал на цыпочки, чтобы стать еще выше.

— Стреляй. — велел я.

— Что?.. — не понял Сэм. — А, твою мать, другое дело!

Винтовка замерла на моем плече, как затаившийся перед атакой зверь…

А потом мир взорвался…

В висок прилетело чугунным шаром, которым дома ломают, в голове резко зазвенело, из уха, кажется, потекла кровь, а вся окружающая картинка словно бы раскололась на множество мелких деталек, каждая из которых еще и помутнела…

Да уж, когда прямо рядом с ухом стреляют из такого крупного калибра, это еще то удовольствие…

И, будто этого было мало, Сэм выстрелил во второй раз…

Этого я уже не выдержал. Ноги сами собой подкосились и я стек на бетон, подстраховавшись руками. Сел, положив локти на колени и уткнулся в них лицом, пытаясь собрать воедино расколотое сознание.

Кто-то тряс меня за руку, но у меня просто не было сил поднять голову и я был благодарен, когда этот кто-то придумал взять меня за волосы и поднять голову хотя бы так.

Кое-как сфокусировав зрение, я понял, что Сэм что-то орет мне, тыкая пальцем мне за спину, но я ни хрена не слышал. Только понимал по его довольному лицу, что он орет что-то радостное.

Не с первого раза попав по интерфейсной метке, я активировал инвентарь, окошки которого, к счастью, не были мутными, в отличие от всей окружающей картинки, достал уже третий за последние десять минут бустер регенерации и вкатил его себе в плечо. Голова взорвалась уже в третий раз, и, чтобы удержать ее от развала на мелкие осколки, пришлось обхватить ее ладонями и сжать между колен…

Зато потом все прошло. Пропал надоедливый звон, картинка сфокусировалась и я даже смог понять, что мне орет Сэм:

— Готов ублюдок! Прямо в череп! Как в тыкву сраную!

— Убил? — уточнил я непонятно зачем. Наверное, не до конца еще оклемался.

— Наповал! — радостно ответил Сэм.

— А Вика что?

— Цела! Ну, насколько она может быть цела после этой твари…

— Ты не рассмотрел ее в оптику?

— Не-а. — Сэм мотнул головой. — Как только тварь откисла, она упала за бордюрчик на крыше и больше показывалась.

— Плохо. — я вздохнул и встал. — Короче, план в очередной раз меняется. Забиваем на двор.

— И идем в казарму? — ухмыльнулся Сэм.

— И идем в казарму. — кивнул я. — Попробуем спасти ее.

Решив не отвлекаться на оставшихся во дворе зомби, мы быстро сократили расстояние до казармы и проникли внутрь, приговорив по пути только одного самого умного, который не просто попался под ноги, но еще и проявил активную гражданскую позицию, потянувшись к Кобре, что шла замыкающей. Она-то и расколотила ему башку своими кастетами, явно вымещая злость за косяк с адаптантом. Хрустнуло так, что даже я обернулся, хотя шел первым, держа наготове и нож и дробовик — на случай, если внутри тоже окажется какая-то опасная тварь, к которой не захочется лезть в ближний бой. Какой-нибудь там «адаптант: кантик на кровати» или «адаптант: тумбочка дневального».

Однако никто не вышел нам навстречу, чтобы встретить и засвидетельствовать свое почтение, да и вообще на первом этаже, который разбегался от главного входа двумя коридорами вправо и влево, не было видно никакого движения. Возможно, зомби прятались в помещениях, двери которых выходили в коридоры, но в зоне видимости никого не было.

По лестнице мы поднялись на второй этаж, и там уже было повеселее — почти десяток зомби в когда-то зеленой камуфляжной форме, а парочка даже в тряпичных кепи, толкались в здешних коридорах, и пришлось потратить несколько минут, чтобы успокоить их, после чего мы поднялись на третий этаж и уже потом — вышли на крышу, предварительно сбив прикладом замок, который в лучших традицих постсоветского пространства оказался ржавым и давно не смазанным.

Вика была еще жива, но явно не в лучшем состоянии. Она лежала за кирпичным бортиком, опоясывающим крышу по периметру и часто, поверхностно дышала. Под ней разливалась хоть и небольшая, но все же лужа крови, и это было очень плохо. Скорее всего, наргулья проткнула ей не просто плечи, а еще и легкие тоже, и сейчас они медленно заполняются кровью. И не заполнились лишь потому, что часть ее через те же раны выливалась наружу. И хорошо, что пока еще вылилась не вся…

— Проверьте крышу. — бросил я, присаживаясь возле Вики и доставая бустер регенерации.

Щелчок иглы, и волна боли выгнула девушку дугой до такого состояния, что казалось, что сейчас у нее сломается спина. Через секунду она расслабилась и открыла глаза:

— Я жива?

— Пока еще да. — ответил я, поднимаясь с колена. — Но это ненадолго, если будешь продолжать творить такую херню. Зачем ты вышла из-под козырька⁈

— Я споткнулась. — Вика отвела взгляд и покраснела. — У меня шнурок развязался, и я на него наступила.

— В следующий раз завязывай на два узла. — посоветовал я. — А теперь поднимайся, мы еще не закончили.

— Ага… — Вика всхлипнула и вытерла глаза ладонью, испачканной в крови, оставив на лице длинные красные полосы. — А вы плакат видели?

— Какой еще плакат? — не понял я.

— Наверное, отсюда не видно. — Вика поднялась и махнула рукой куда то в сторону внешней стены военной части. — Да, не видно. Меня когда эта тварь тащила, я заметила, что в паре домов отсюда кто-то вывесил огромный плакат… По-моему, из простыни сделанный. На нем написали большими красными, но не яркими, а такими, типа бурыми, буквами «Выжившие сюда».

— Ну бывает. — я пожал плечами. — Наверное, кто-то выживший закрылся в квартире и теперь хочет, чтобы ему оказали помощь. Хотя это можно расценивать и наоборот как типа «Безопасная зона, еда и крыша над головой».

— Еда? Я бы сейчас поел, да. — сказал подошедший Сэм и добавил, наткнувшись на мой взгляд. — Все проверили, крыша чистая.

— За тварь сколько дали? — спросил я, кивая на дохлую наргулью.

— Двести пятьдесят. — довольно оскалился Сэм. — Я уровень получил!

— Молодец.

— Так что там с едой? И при чем тут крыша над головой?

— Да Вика плакат увидела на доме. Ну, не плакат, а простыню, на которой кто-то написал просьбу о помощи.

— На каком доме? Где?

Я махнул рукой в ту же сторону, куда показывала Вика. Сэм проследил направление взглядом и внезапно улыбка сползла с его лица.

— Ах, вот оно что… А какой дом был?

— Ну такой… — Вика неопределенно развела руками. — Обычный.

— Этажей сколько?

— Девять… Кажется. да, девятиэтажка! Старая. У нее еще на торце я заметила какую-то типа мозаику… Ну, знаешь, при строительстве бывает выкладывают какую-нибудь картину.

— Угу. — Сэм задумчиво кивнул. — Знаю, Гагарин там… А этаж какой был?

— Пятый… Кажется.

— Кажется или пятый? — жестко переспросил Сэм.

— Эй! — одернул я его. — Полегче! Ты тут не на допросе в роли плохого копа! Ей и так досталось!

Вика крепко зажмурилась и молчала несколько секунд, а потом снова открыла глаза:

— Пятый! Я уверена.

— Ну, понятно, разве могло быть иначе… — выдохнул Сэм. — Этого только не хватало…

— Тебе что-то известно? — нахмурился я.

— В том доме на пятом этаже жил… а, может, и сейчас живет мой брат.

— Думаешь, он мог выжить?

— Я бы предпочел, чтобы нет. — выплюнул Сэм. — Но факты, похоже, говорят об обратном. Мой брат ублюдок и бандит. Наркоман, который уже много лет плотно сидит на игле и давно перестал быть похожим на человека. Я даже пытался его протащить к нам в часть, чтобы ума набрался, но он моментально ушел в самоволку и наширялся. Потом отсидел один срок за вооруженный грабеж, но на самом деле плохих дел на его счету намного больше. А самое плохое — то, что вокруг него постоянно ошивалась свора такой же падали, как он сам, их там целая банда была, человек пять, не меньше!

— Зачем ты все это делал? — удивился я. — Ясно же, что он выбрал совсем другой путь.

— Ради мамы. — Сэм мотнул головой. — Она жизнь положила на то, чтобы его наставить на истинный путь, но так и не дожила до этого момента.

— Ясно. — я не стал лезть с расспросами. — Ты думаешь, это они вывесили простыню с надписью?

— Я нисколько не удивлюсь, если да. — Сэм помотал головой снова. — Эти твари ни дня в жизни не работали, ни одна из них, так что я вполне поверю, что они заманивают этим объявлением выживших и грабят их, вполне возможно что и убивают. Нисколько не удивлюсь такому сценарию.

— Сценарий действительно не самый радостный. — я пожал плечами. — И что ты предлагаешь?

— Я ничего не предлагаю. — Сэм помотал головой. — Я всего лишь сообщил, как обстоит дело. Ты же задал вопрос.

— А вот я предлагаю. Как минимум, разведать там обстановку. Может, это и не они вовсе, а действительно какие-то обычные люди, которые просто пытаются выжить? Нам бы не помешали дополнительные руки, нам как минимум убирать тела зомби, которые мы тут напластали, предстоит, а это работы на неделю, не меньше.

— Может, и так. — Сэм скосился на меня и стало понятно, что вопреки сказанному он со мной ни хрена не согласен. — Но я не верю, что это так. Хорошие люди редко выживают, в отличие от всякой швали, которая за ними прячется и покупает свои жизни их жизнями.

— Хорошо сказано. Но, если ты прав, то решим на месте, что с ними делать. А разведку, как ни крути, провести придется. Но потом. Сперва надо закончить с внутренним двором.

Но сначала мы обыскали всю казарму, до последней туалетной кабинки, и приделали всех зомби, каких только нашли. После этого вышли во двор, зачистили и его тоже, и занялись вторым зданием, в котором располагался тренажерный зал, учебные классы для линейного состава и прочие помещения. Здесь все оказалось еще проще, поскольку на все здание нашлось всего пятеро зомби, и все первого уровня. Собрав с них коробки и присовокупив их к синей, выпавшей из наргульи, уже под вечер мы вышли во двор и снова осмотрели его, уже другим взглядом. Ни одного живого зомби в поле зрения не осталось, одни только дохлые тела, валяющиеся тут и там. Уборки тут, конечно, предстоит немало…

Но это потом. Не сегодня. Мало того — сегодня мы даже не будем перебираться на эту половину военной базы, переночуем все там же, в административном корпусе, на случай, если тут остались еще твари, которых мы не заметили. Как раз за ночь они выберутся из своих укрытий и завтра мы очистим двор до конца.

Единственное, что сделали — это перетащили продукты в холодильные камеры, в которых уж точно никаких тварей больше не планировалось. Я достал из инвентаря два безыскровых разрядника, закрепил их на стенах камер и нисколько не удивился, когда услышал тихий гул работающих холодильных установок. Вокруг разрядника появилось полупрозрачное голубое кольцо, показывающее, сколько ему осталось времени работать, и, когда я посмотрел на него через контрольные десять минут, оно не уменьшилось ни на миллиметр — работать будет долго.

Закончив с камерами, мы покинули отбитую у зомби территорию, закрыли ворота и поужинали тем, что оставили себе — тем, что не портилось. Остальные, те, кто не участвовал в зачистке территории, тоже не теряли времени даром и прочесали всю доступную им площадь, найдя немало полезного, в том числе и какие-то ватники и толстые камуфляжные зимние куртки, которые можно было расстелить на полу и спать явно с большим комфортом, нежели просто на досках или тем более сидя.

Ну ничего, завтра будет еще лучше. Завтра у нас в распоряжении появятся настоящие кровати, и настоящая горячая еда, которую мы будем готовить на плите, которую, конечно же, легко починим — всего-то раскрутить пару гаек, выкинуть обрывок шланга и приделать его по-новой. Раз плюнуть.

Поев, я привалился спиной к стене и закрыл глаза, чтобы дать им отдых. Но у судьбы были другие планы, поэтому, как только я это сделал, рядом явно кто-то плюхнулся и заговорил голосом Насти:

— Дядя Витя, а я собрала урожай семян!

— В смысле? — я открыл глаза. — Каких семян?

— Ну помнишь я сажала растения и собирала их? Так вот, они, оказывается, два раза всходят! В первый раз, когда я собрала урожай, я ничего больше с ними не делала, просто оставила как есть, а сегодня оказалось, что они начали расти по второму разу! Только на сей раз вместо цветов и плодов выросли коробочки с семенами. Вот, смотри.

И она достала из инвентаря целых две пробирки с семенами акацита. Две пробирки, которых у нее даже в теории не могло быть, потому что была у нее только одна. Она могла бы вторую выбить с какого-то зомби… Если бы она не была Настей.

— Интересно. — прокомментировал я, возвращая ей пробирки. — Получается, с каждого растения можно получить двойной… Вернее, даже тройной профит — и материалы, и двойной запас семян против потраченного… А сейчас что с растениями?

— Вроде ничего. — Настя пожала плечами. — Но я на всякий случай ничего больше не делаю. Хочу посмотреть, что будет завтра.

— Молодец! — похвалил я. — Продолжай в том же духе, будешь у нас главной по производству… всего!

Настя просияла, кивнула и убежала прочь.

Я проводил ее взглядом, и задумался — а ведь и правда со временем ее эксперименты превратятся во вполне реальные и осязаемые предметы. Сама, конечно, она не будет их производить, ее сердце явно отдано ботанике… Но если она будет выращивать для нас растения, этого уже будет достаточно. Поделив между собой все доступные профессии, мы сможем наладить собственное производство всего, что нам нужно, не надеясь на ненадежную систему, которая то подкидывает архинужные вещи, то динамит с ними десятки коробок подряд.

А еще — у нас могут появиться даже излишки, которыми можно будет меняться. А для того, чтобы меняться, надо понимать, как это делается. Каковы вообще цены и в чем они измеряются.

К тому же и время сейчас самое подходящее. Свободное, так сказать.

Не вставая с полу, я открыл инвентарь и достал оттуда еще один предмет, который у меня почти с самого начала, но которым я все никак не мог найти времени воспользоваться — варп-кристалл. Пришла пора узнать, что же там за обменная площадка такая. Даже если я не найду на ней сейчас ничего полезного для себя (как-никак прошел всего один день с момента начала Основания), то хотя бы буду иметь представление о том, как оно выглядит и во второй раз не буду терять время, а сразу начну действовать.

Чтобы не привлекать внимания и не вызвать новых лишних вопросов, я огляделся, убедился, что все заняты своими делами и никто на меня не смотрит, поднялся и вышел из комнаты во двор. Там никого не было и я мог легко воспользоваться кристаллом, не опасаясь того, что кто-то меня за этим застанет.

Я сжал кристалл в левой руке и он вспыхнул, словно внутри него зажглась лампочка. Резко нагрелся, да так, что аж руку обожгло, и пришлось выпустить его, но он не упал. Он повис в воздухе и засиял настолько ярко, что превратился в одно светящееся пятно, которое расползлось по пространству и застыло, превратившись в немного неровный овал, очертания которого постоянно менялись, будто у голодной, ищущей еду, амебы. Портал.

— А я-то думала, что ты тут делаешь. — раздалось из-за спины и я со вздохом обернулся.

За моей спиной, слегка улыбаясь, стояла Йока. Свет от портала был единственным, что освещал ее лицо, но я узнал ее еще когда она только заговорила — по голосу.

— И что это такое? — спросила она, подойдя и кивнув на портал.

— Это портал. — ответил я. — В обменную зону. Типа рынка.

— Рынка? — Йока удивленно подняла бровь.

— Ну, или магазина. — я пожал плечами. — Понятия не имею, сам еще не пробовал. Вот решил попробовать. Хочешь со мной?

— Хочу. — улыбнулась Йока. — Если это безопасно.

— Говорю же — понятия не имею. — я усмехнулся. — Так что на всякий случай будь готова ко всему.

Йока кивнула и я, не дожидаясь, когда во двор приспичит выйти кому-то еще, шагнул в портал.

Едва только молочно-белого сияния коснулся нос, как в глазах на мгновение потемнело, а когда я снова обрел способность видеть, оказалось, что я уже не так, где был. Я вообще неизвестно где и неизвестно вообще где-то ли я или это тупо нигде.

Меня окружали линии. Белые тонкие линии, которые пересекали друг друга под прямыми углами, образуя множество кубиков размером примерно полметра по каждой оси. Линии слегка светились, будто оптоволокно, по которому пропустили свет, но больше ничего не делали. Они даже не существовали на самом-то деле, иначе как объяснить то, что я появился прямо в них? Они проходили сквозь меня, словно были не более чем голограммой, или это я был голограммой? Непонятно, но взаимодействовать с ними никак не получалось — они просто существовали в каком-то другом мире, напрочь игнорируя тот факт, что я вообще-то тоже материальный объект.

Мало того — несмотря на то, что я, по ощущениям, стоял на твердой поверхности, а не падал в бесконечную яму, когда я взглянул себе под ноги, оказалось, что расчерченные белыми линиями кубики уходят и вниз тоже. Я будто бы стоял на стеклянном, натертом до идеальной прозрачности, полу, который в свою очередь лежит на этой странной конструкции из светящихся кубиков, которые являются здесь единственным источником света, разгоняющим бархатную тьму.

Внезапно рядом со мной возникла Йока. Просто появилась из ниоткуда, словно сгустилась из той самой черноты, а, может и наоборот — из света. Она отже удивленно огляделась по сторонам, тоже, как и я, попыталась потрогать ребра световых кубиков, удивилась тому, что не получилось, слегка испугалась, поняв, что световые лучи пронзают и ее тело тоже, но отказываются реагировать на ее действия, и только после всего этого посмотрела на меня:

— И что теперь?

Я открыл было рот, чтобы напомнить ей, что понятия не имею, что дальше и что, собственно, непосредственно, сейчас, как перед глазами внезапно появилось системное сообщение.

Кубики, из которых было составлено пространство вокруг нас, а, вернее, их светящиеся границы, начали меняться первыми. Не двигаться — именно меняться, где-то изгибаясь, где-то вытягиваясь, а где-то — сжимаясь. Они мялись и коверкались, словно кто-то пытался тысячей рук одновременно что-то из них вылепить, но постоянно путался в собственных пальцах и из-за этого сам не мог понять, что конкретно у него получается. По причине того, что все кубики вокруг нас менялись одновременно, понять, во что конкретно они пытаются сложиться, не получалось, хотя я изо всех сил и пытался, вертя головой во все стороны и пытаясь ухватить взглядом сразу все. Но даже это не приносило никакого понимания происходящего… До тех пор, пока изменения не прекратились. Пока в один прекрасный момент все линии одновременно не застыли в тех положениях и позициях, в которых находились в этот самый момент, и не перестали двигаться.

Теперь они, гнутые, вытянутые, изломанные, исковерканные, делали окружение еще более жутким и непонятным, чем раньше. Если до этого это были просто ровные ряды расчерченных по черному бархату белыми линиями кубиков, уходящие вдаль и вниз и теряющиеся на границе видимости, то теперь все эти линии пересекали сами себя в перспективе и не были похожи вообще ни на что. Если они и пытались сложиться в какие-то конструкции и предметы, то понять это было совершенно невозможно из-за того, что у них отсутствовали какие-либо поверхности и они просматривались насквозь.

Мы будто оказались посреди полуготовой диорамы, от которой присутствовал один только каркас, гнутый из белой проволоки.

Но длилось это всего секунду. Белый каркас ярко вспыхнул, и от линий поползло разноцветное марево. Везде разных цветов, разных форм, разных размеров, цветовые пятна разрастались, соединялись друг с другом и останавливались, словно договорившись о каких-то общих незыблемых границах. Каркас обрастал текстурой и через несколько секунд вокруг нас полуготовая диорама превратилась в полностью завершенную.

Мы стояли на невысоком холмике, с которого хорошо просматривалось все окружение. Холмик был центром небольшого круглого острова, утопающего в тумане и окруженного по периметру высокой стеной из голубой энергии — точно такой же, какая служила границей на турнире. Холм, на котором мы стояли, был не просто холмом, на его вершине стояла каменная арка, в которой крутился молочно-белый портал, один в один похожий на тот, в который мы вошли, чтобы здесь оказаться. Во все четыре стороны по склонам холма разбегались каменные строгие лесенки без каких-либо перил, а внизу, у подножья лестниц, вся каменная строгость заканчивалась и начиналось зеленое веселье живой свежей травы, уставленной, как в музее, разнообразными экспонатами.

Чего тут только не было! Тут и там были натыканы круглые площадки размером с половину футбольного поля, окруженные силовыми барьерами. На площадках стояли разнообразные механизмы, где-то похожие на машины, где-то — больше напоминающие трактора, а где-то и вовсе — на мотоциклы, только висящие в воздухе вопреки всем законам физики.

В другом месте стояли рядами разнокалиберные строения — от крошечного домика, размером с ванную комнату, до огромного коттеджа, от одноэтажной халупы, до гигантской, в пять этажей, башни, и даже были дома, в комплект к которым шло огороженное пространство размером чуть ли не больше самого дома.

Повернешься еще в сторону — там будут стоять ровным шеренгами огромные роботы, собранные из разных материалов — от стекла до стали. Разных размеров, от аналогичных человеческому, до гигантов высотой в три этажа, разных форм — от похожих на паука до имитирующих вставшую в стойку змею.

Глянешь за спину — там расположились несколько шатров из темно-синей ткани, размером с трехкомнатную квартиру, в которых вообще непонятно чего творилось и творилось ли что-то вообще.

И главное — мы с Йокой были здесь всего лишь вдвоем. Больше ни единой живой души вокруг не наблюдалось. И, судя по тому, как все это пространство генерировалось прямо при нас, мы были первыми. Мы были теми, благодаря кому и для кого оно сгенерировалось. А значит, как я и боялся, мне не светит ничего продать или обменять — просто не у кого.

И тем не менее, раз уж мы оказались здесь, надо хотя бы пройтись и узнать, что здесь происходит и что это за кунсткамера такая местная.

— Конечно же! — улыбнулась Йока, когда я предложил ей пойти со мной. — Или ты думал, что я отправлюсь обратно? Одна?

Мы спустились по лестнице и начали осмотр с транспортных средств, разделенных по видам и расставленных каждый на своей площадке. Оказалось, что через силовое поле можно пройти и мало того — можно не просто потрогать каждый из неведомых агрегатов, но даже и сесть на него и прокатиться! Я выяснил это, когда сел на антигравитационный мотоцикл, который слегка качнулся подо мной, и дурашливо покрутил рукоятку, приговаривая «Врум врум!»

Я не ожидал, что рукоятка вообще подастся и поэтому был крайне удивлен, когда мотоцикл дернулся подо мной, и едва смог удержаться в седле.

— Эй, ты что творишь⁈ — подскочила испуганная Йока.

— Пока не знаю… — ответил я, снова берясь за рукоять. — Но сейчас выясним.

Следующие полчаса мы катались на всем, до чего только могли дотянуться и на что могли взгромоздиться. Сначала летающие мотоциклы, потом маленькие, всего на двух человек, багги на странных колесах, выглядящих так, словно им вовсе не нужны были пневматические шины, следом — большие полугусеничные грузовики, с кучей свободного места внутри, в которое можно было упихать человек пятнадцать, а можно было вообще сделать внутри автодом, и даже что-то похожее на левитирующую поливочную машину с острым плугом сзади — комбайн, что ли?

Чуть погодя мы обнаружили, что возле каждого «загона» с машинами есть небольшой подиум, на котором крутится голограммы представленного экземпляра и можно ознакомиться с ее характеристиками. Антигравитационный мотоцикл назывался «Аспид», багги — «Скарабей», грузовик — «Черепаха», а комбайн так и оказался «комбайном». Характеристик у транспорта было всего три — броня, скорость, вместимость, и распределены они были понятным и логичным образом, только у комбайна все было на самом минимуме, что, в общем-то, тоже вписывалось в общую концепцию.

Каждый из подиумов предлагал «купить» вышеописанный транспорт, и я, конечно же, ради интереса ткнул в то, что должно было быть самым дешевым — в «Аспид», на что система мне сказала, что мне нужно иметь двадцать предметов под названием «валютный диск», чтобы совершить эту покупку. И она даже показала мне этот самый «валютный диск» и оказалось, что это ни много ни мало — монета, которая выпала мне в самый первый час присутствия системы в этом мире! Та самая, которая никак не определялась и которую я только чудом не выбросил, чтобы не занимала места!

Я открыл инвентарь и убедился в том, что здесь, в варп-пространстве она действительно приобрела описание, хотя и крайне короткое.

Валютный диск

Используется для покупки предметов в варп-пространстве напрямую у системы Основания.

И все. Ни уровня, ни качества, ни даже описания — просто и банально. Что ж, по крайней мере, теперь я знаю, для чего эта монета нужна и уж точно не выкину ее ни за какие коврижки.

Помимо прочего, я обратил внимание, что оружие в инвентаре показано блеклой и бесцветной пиктограммой, а когда я попытался вытащить его, оно не отреагировало. По ходу дела, в варп-пространстве организована безопасная зона, чтобы всякие заклятые враги не выясняли тут отношения, как я с Робином, если бы мы тут внезапно оказались в одно время. Хотя я бы конечно и кулаки с удовольствием о его рожу почесал, но глупо думать, что система не предусмотрела и это тоже — наверняка, есть защита и от этого.

Мы пошли по острову по часовой стрелке, и следующей после транспорта стала секция с шатрами. В одном из них оказались целые ряды терминалов, похожих на банкоматы, только вместо денег оперирующих той самой обменной площадкой, ради которой мы сюда попали и с которой мы обломались. При помощи этих терминалов можно было выставить на продажу все, что угодно, запросив за это все, что угодно. Вариативность интерфейса оказалась так велика, что можно было просто поставить что-то на «видное место» и ждать предложений, а потом, по истечении определенного времени, выбрать из них лучшее и совершить сделку. Решив не мешкать, я выставил на предложения Луч и закрыл терминал, поскольку все равно ничего с ним больше сделать было нельзя, и мы перешли к следующему шатру.

Там на отдельных подиумах стояли… кровати. Разные виды кроватей, от узких, жестких даже на вид, шконок, на которых, казалось, можно спать только повернувшись боком, до огромных даже не двух, а чуть ли не четырехспальных монстрах, на которых можно в гольф играть! Девять видов кроватей — девять подиумов, и на каждом из них ее можно «купить», и здесь уже, что интересно, продавали не за валютные диски, а за сплайс. Причем продавали довольно дешево — восемьдесят единиц за самую простую и четыреста за самую крутую, — но я и представить себе не мог, кому вообще нужно покупать эту мебель.

Секрет раскрылся, когда я прочитал описание внимательнее. Оказалось, что разные кровати при их использовании по прямому назначению, — для сна, — оказывают различные эффекты. Самая простая не делает ничего, а самая крутая после восьми часов сна повышает на сутки все характеристики на одну единицу, а во время самого сна ускоряет заживление ран на пятьдесят процентов. Было бы круто заиметь такую, хотя бы одну, но, конечно, не сейчас, поэтому мы перешли в следующий шатер.

В следующем шатре стояли столы, и каждый из них тоже был круче предыдущего по каким-то характеристикам, и тоже стоили больших денег. В следующем шатре аналогичная ситуация обстояла со стульями, потом нашелся еще шатер со шкафами, которые действовали аналогично инвентарю, а дальше началось интересное.

В четвертом шатре обнаружилось пять больших металлических шкафов, больше всего похожих на холодильники. С той лишь разницей, что у холодильников сзади всегда вьется гармошкой стальная трубка, а эти были гладкие со всех сторон. А еще и них на передней вертикальной плоскости был изображен большой такой значок шприца с капающей с иглы каплей. А еще они все были красные. И все они отображались как «фабрикатор стимуляторов», только разных уровней. В общем, машины для изготовления тех самых бустеров, которые не так давно спасли жизнь Вике.

Дальше — больше, поскольку в следующем шатре обнаружились такие же фабрикаторы, но со значком щита — «фабрикаторы снаряжения». В следующем — «фабрикаторы оружия», потом — «фабрикаторы материалов», потом — «фабрикаторы бижутерии», и наконец — «фабрикаторы ресурсов». Все одинаковые, различаются только цветами и значками на передних панелях.

— Уф… — только и сказала Йока, когда мы наконец закончили с шатрами. — Я уже устала, ксо…

— Раненько что-то. — я усмехнулся. — Мы еще и половины не обошли.

— Башка кругом. — призналась Йока. — Сложно все это уложить.

— Есть такое. — согласился я, но больше для вида, поскольку, по-моему, все было проще — это нужно все, и чем больше, тем лучше. — Но это, к счастью, был последний шатер, так что идем отсюда.

— Ага. — согласилась Йока, и мы двинулись к следующей секции, к разнообразным механизмам.

Четыре разных робота. Маленький, чуть больше человека, экзоскелет «Грузчик» стоил шестьдесят единиц сплайса и я даже задумался, а не купить ли его, но не придумал, зачем он мне нужен. Оружия никакого на нем не наблюдается, да и брони, в общем-то тоже — просто кабина с руками и ногами. Судя по названию, это вообще чисто грузовая приблуда.

Дальше шел металлический паук со звучным названием «Гелион». Головогрудь его оказалась кабиной на одного человека, и удалось даже прокатиться на нем, заодно испробовав его оружие — встроенный в хелицеры огнемет с почему-то синим пламенем.

Следом шел огромный, в три моих роста, шар «Таран», стоящий на шести ногах, каждая из которых, судя по защитным панелям, могла складываться так, чтобы шар стал идеально ровным. Из его верхней части торчало несколько стволов приличного калибра, которые тоже могли убираться внутрь. Как залезть внутрь него я не нашел, но не очень-то и искал, поскольку цена в шестьдесят валютных дисков ясно дала понять, что если я его и получу, то очень не скоро.

Последним оказался «Осадный голем» — огромный, очень слабо напоминающий человека своим строением робот высотой в добрых три этажа. Он стоял как горилла, опираясь не только на ноги, но и на руки, и, судя по отсутствию какого-то оружия, именно этими руками и должен был что-то там «осаждать». Стоимость в сотню валютных дисков так же намекала, что владеть им на данном этапе Основания могут себе позволить не только лишь все, поэтому мы полюбовались стальным громилой и отправились в последнюю секцию — с домами.

Даже глядя на них издалека, я не ошибся. Несмотря на то, что они выглядели геометрически правильными, вблизи оказалось, что их линии не идеальны, они скруглены и неровны, местами стены, которые должны быть гладкими, вспучивались непонятными наростами, не оставляя никаких сомнений — это те самый «выращенные строения». И как доказательство этому самым первым лотом на продажу было семя строения, представленное на отдельном подиуме и стоящее целый один валютный диск.

Но, как оказалось, семени мало. Осмотри подиумов, принадлежащих строениям, показал, что продаются там не сами строения, а «планы выращивания» различных домов, которые следовало применить при посадке семени. Судя по всему, без использования плана строение могло вырасти какое угодно, вплоть до максимально возможного на том количестве сплайса, в которое семя посадили, то есть на двух сотнях сплайса вырастить здание, рассчитанное на пять не удастся никак, ни с планом, ни без.

А стоили эти планы — мама не горюй. Самый маленький, для того, чтобы вырастить крошечный домик на одну комнату, совмещенную с кухней (тут она сразу присутствовала в доме, хотя у плиты и холодильника не было ничего похожего на электропровода, да и плевать, я уже знаю, как решать эту проблему), стоил один валютный диск, а следующий за ним — на комнату и кухню, уже три. Две комнаты и кухня — десять, и так по нарастающей, вплоть до трех сотен драгоценных валютных дисков за огромный особняк на три этажа и двенадцать комнат в общей сложности, плюс небольшой огороженный дворик. Копить не перекопить…

Закончив с осмотром, мы присели на лавочку напротив домиков, которую здесь кто-то заботливо установил для уставших покупателей, и я спросил:

— Ну как тебе?

— Башка кругом. — снова сказала Йока. — Столько всего… зачем оно?

— Зачем что? — не понял я.

— Транспорт, дома. — Йока пожала плечами. — У нас же все это есть.

— «Пока» есть. — уточнил я. — Пока работают двигатели, пока есть топливо, пока не разрушены окончательно или не превратились в смертельные ловушки, полные опасных тварей, здания.

— И что, ты думаешь, нам придется со временем перейти на все вот это? — Йока кивнула на экспонаты торговой площадки.

Я хотел ответить ей, что я не боюсь этого, я на это надеюсь, но не успел.

В левом нижнем углу поля зрения внезапно замерцал новый значок, которого я раньше не видел — голубой светящийся конвертик. Я нахмурился и ткнул в него пальцем.

И конвертик развернулся в одну длинную строчку, которая расползлась по всему нижнему краю поля зрения.

Робин: Наконец-то разобрался с этой херней! Ты где, сука⁈ Ты же не думал, что я дам тебе сбежать, а⁈

Ах вот ты какой, чат… Способность, которая открылась мне уже несколько уровней тому назад, но которой я никак не мог воспользоваться по причине того, что никто вокруг меня не обладал им тоже. Даже Йока, у которой самый высокий уровень из окружающих, была всего лишь третьего уровня, а чат, помнится мне, открывался на четвертом.

Кстати, это одновременно значит и еще кое-что. Это значит, что Робин тоже обладает уровнем выше четвертого, впрочем, как раз это и неудивительно. Я был бы больше удивлен, если бы оказалось, что он ниже этого самого четвертого, в конце концов вряд ли человек с низким уровнем попал бы на турнир пятидесяти самых сильных субъектов.

Отвечать Робину я ничего не стал — больно много чести позволять себе тратить время на этого ублюдка. Он бесится с того, что я его переиграл, и это понятно, но я-то не бешусь, мне не с чего. Пока он занимается бесполезным вымещением злобы, я занимаюсь полезными и нужными вещами, так что пусть себе пишет в пустоту, а будет надоедать — так я его заблокирую… Ага, вот как раз и возможность есть, если ткнуть в его ник пальцем.

— Все нормально? — спросила Йока, глядя, как я разбираюсь с произошедшим.

— Ага. — ответил я, сгоняя сообщение от Робина в угол. — Все отлично.

— Я вот думаю, а почему тут так пусто? — спросила Йока, оглядывая пустынные ряды торговой площадки.

— Рано еще, наверное. — я пожал плечами. — У нас ведь всего лишь второй день всего этого бедлама с системой, не думаю, что люди уже массово получили возможность посещать торговую площадку. Думаю, что вообще мало кто получил такую возможность. Пара-тройка человек, десяток максимум.

— Ну так и где они?

— Как вариант — спят. — я усмехнулся. — Ты же не думаешь, что эта дичь происходит только у нас? Если бы это было так, то над нами бы уже летали самолеты других стран, сбрасывая гуманитарку и десантные части. Наверняка на других континентах то же самое, и нас с ними банально разделяют часовые пояса. У нас сейчас ранний вечер, значит в какой-нибудь Америке — самое что ни на есть раннее утро, часа так четыре. В такое время все нормальные люди спят.

— Ну да. — Йока вздохнула. — Не подумала.

— Ладно, идем отсюда. — я махнул рукой в сторону пирамиды из лестниц, на вершине которой светился в каменной арке портал. — Все, что нужно было сделать, мы сделали.

Йока кивнула, мы поднялись к порталу и прошли через него. Снова потемнело в глазах, снова легкое головокружение — и вот мы уже снова в неосвещенном дворике военной части, а за нашими спинами, придавливая последние лучи света, гаснет молочно-белый портал.

И, едва только мы шагнули на твердую землю, как сознание огорошило новым системным сообщением

Примите поздравления. Вы стали первым в мире, кто посетил торговую площадку. Вы получаете достижение «Купец». Ваша личная репутация повышена на 5. Ваша карма повышена на 3. Получите вашу награду.

Ваша карма достигла 20. Максимальная вместимость инвентаря удвоена.

Ух, красота! Только думал было возмутиться, что за очередную ачивку не дали опыта, как оказалось, что дали что-то много более ценное — еще двенадцать килограммов в инвентарь! Интересно, а когда я удвою его еще раз и он станет равен почти пятидесяти кило, я смогу в него упаковать Йоку? Нет, вряд ли, она все же побольше весит, даром что миниатюрная, как Дюймовочка. Хотя, если ее раздеть…

Мои размышления прервал хлопок, с которым под ногами появилась новая коробка — красная! Еще одна красная коробка, надеюсь, в ней тоже есть оружие!

— Ого! — уважительно сказала Йока.

— Ага! — назидательно ответил я и, не теряя времени, сразу же активировал коробку.

Из нее выпало три предмета — небольшая плоская сумочка, похожая на барсетку, баночка с непонятной черной субстанцией, похожей на желе из черники, и уже знакомый мне шприц с мутатором, только на сей раз жидкость внутри него было красная.

Кошелек с валютными дисками

???

Уровень ~

Качество:???

Способности: Содержит случайное количество валютных дисков, от 1 до 100. После открытия исчезает, оставляя только валютные диски. Может быть использован только один раз.

???

Я повертел предмет в руках, нахмурился, сощурился, посмотрел на кошелек искоса, но ничего не изменилось — в описании предмета по-прежнему присутствовали какие-то непонятные символы, которые до этого нигде не фигурировали. Вернее, символы-то как раз были понятные, но находились они в непонятных местах, в местах, где их быть не должно. Как вообще это понимать? Система сама не знает, что такое она мне сунула в руки и к чему оно относится? Просто класс.

Хотя, с другой стороны, какая разница, что там система пишет про него, главное, что это кошелек с так нужными мне монетами! Поэтому, не откладывая дела в долгий ящик, я активировал его и в итоге стал обладателем целой кучи валютных дисков! Вместо одного у меня их теперь было… Раз, два, ух… Восемьдесят два! Восемьдесят три, считая и тот, который выпал еще в самом начале! Да я буквально богат! Осталось только выяснить, как еще добывать эти ништяки, кроме как из красных ящиков, которые, ясное дело, на дороге не валяются, и будет вообще отлично. Наверняка такие способы есть, не может быть, чтобы их не было.

Я убрал валютные диски в инвентарь, благо, они совсем ничего не весили, и взялся за второй предмет — баночку с черной жижей.

Сплайсализатор

Ремесленный предмет

Уровень ~

Качество: обычный

Способности: При использовании на существо Основания удваивает количество сплайса, которое существо оставляет после генерации. Возможно использование на уже мертвых существах вплоть до генерации первой единицы сплайса.

Использований: 0\50

Так как распространение сплайса — одна из главнейших задач Основания, субъекты должны в обязательном порядке иметь доступ к механизму увеличения количества генерируемого сплайса.

Хорошая штука, полезная. Ее бы чуть пораньше, когда мы валили адаптантов и наргулью, с которых сплайса должно было нападать мама не горюй. Понятное дело, что на простых зараженных тратить жижу нет смысла — ну получится с них четыре единицы вместо двух и толку с того? Нет уж, это дело надо тратить на серьезных противников, на тех, с кого хотя бы пятьдесят единиц падает, а лучше все сто.

Впрочем, это не единственное интересное в этом предмете. Пожалуй, самое интересное кроется в его описании и, по сути, гласит, что распространение сплайса — это практически самое главное во всем том, что сейчас творится вокруг нас. Возможно, даже это единственное, что действительно имеет значение для Основания и тогда становится понятно, почему все существа Основания так активно генерируют после своей смерти этот самый сплайс — тупо чтобы его стало больше. Зачем конкретно это нужно неведомой системе, пока неизвестно, но я буду не я, если не докопаюсь до этого.

Последним предметов был шприц, который, как я и ожидал, содержал в себе мутатор. В предыдущий раз я вводил себе фиолетовую жижу на свой страх и риск, но сейчас, благодаря «ревизии» я видел, что конкретно лежит у меня в руке. Правда это не особенно-то и помогало.

Мутатор «Звон монет»

Общий предмет

Позволяет получить способности:

«Уклонист» (пассивная)

«Брокер» (пассивная)

«Черный ход» (активная)

Вот так. Я-то надеялся, что «ревизия» прольет хоть какой-то свет на содержимое мутатора, а она… Ну вот какой мне толк с этих названий, если я не знаю, что за ними скрывается? Единственное, что приходит в голову это то, что названия способностей все навевают мысли о торговле и бартере, да и название мутатора тоже лежит где-то в этой степи, не говоря уже о том, за что конкретно мне даль коробку, в которой этот мутатор лежал. Короче говоря, по ходу дела, мутатор меня наградит способностями, которые тем или иным способом связаны с торговлей и обменом… Хотя у меня и не получается представить, какими именно эти способности должны быть.

Вот сейчас и узнаем, собственно.

Введен мутатор «Звон монет»

Вы уделили торговле так много внимания, что буквально сделали ее частью себя. Не без помощи Основания, само собой. Вы получаете следующие способности:

Уклонист, ур. 1

Брокер, ур. 2

Черный ход, ур. 5

Приготовьтесь к применению мутатора.

Вспомнив, чем сопровождалось введение предыдущего мутатора, я приготовился, как мог, и в итоге всего лишь немного покачнулся, когда в глазах помутнело, да и только. Я явно начинаю к этому привыкать.

Что ж, посмотрим, что за способности в меня напихал этот мутатор.

Уклонист

Вид: Особая

Уровень: 1

Тип: Пассивная

Расход эмеры: 0

Время применения: 0

Радиус действия: ~

Прогресс: 0

Пассивный эффект: Позволяет не платить рыночную пошлину при совершении сделок обмена между субъектами

Проведя на торговой площадке больше времени, чем где-либо еще, вы обзавелись таким количеством знакомств и связей, что вполне можете себе позволить не платить рыночные сборы, не боясь никакой ответственности за это.

Брокер

Вид: Особая

Уровень: 2

Тип: Активная

Расход эмеры: 0

Время применения: 0

Радиус действия: ~

Прогресс: 0

Активный эффект: Позволяет вызвать торгово-обменный терминал в любом месте в любое время. Имеет внутренний откат в одни сутки целевого мира.

Если обзавестись на рынке личным брокером и держать с ним постоянную связь, то не обязательно являться самому для того, чтобы заключить сделку-другую.

Ага. Получается, мне теперь не обязательно являться на рынок, чтобы например посмотреть, что там предложат за мой Луч и выбрать предложение, которое меня устроит. Навык неплохой, но без особой пользы, как ни крути. Разве что время сэкономит.

Черный ход

Вид: Особая

Уровень: 5

Тип: Активная

Расход эмеры: 0

Время применения: 10 сек.

Радиус действия: ~

Прогресс: 0

Активный эффект: Позволяет открыть портал в варп-пространство торговой площадки. Имеет внутренний откат в одни сутки целевого мира.

Те, кто давно и хорошо известен на рынке, через главный вход не ходят.

Ну вот и все. Навыки кончились, не подарив ничего особенно полезного. Да, скиллы прикольные и нужные, но ничего такого, что кардинально изменило бы существующий расклад сил. Уж скорее его изменит банка сплайсализатора и целая стопка валютных дисков, за которые можно купить много всего интересного. Ну, на самом деле не так уж и много, но, если подобная тенденция сохранится, довольно скоро можно будет позволить себе все, что только захочется.

Мечтать не вредно, ага.

— Ну что там? — спросила Йока, вырывая меня из раздумий.

— Всякая хрень. — я махнул рукой. — Ничего особенно полезного. Навыки для торговли.

— Было бы с кем. — вздохнула Йока.

— Вот-вот. — я улыбнулся. — Говорю же, бестолковые навыки.

— Дядя Витя! — раздалось от угла административного здания. — Вот ты где! Вы где были?

— Да так, гуляли. — я улыбнулся и подошел к Насте, которая сидела на корточках рядом со своими грядками, практически спрятавшись в тени, из-за чего мы ее поначалу и не заметили. — Как успехи?

— Отлично! — гордо ответила Настя. — Я не зря решила ничего не сеять, это пошло грядкам на пользу.

— Да, и как же?

— На них появился эффект ускорения роста для следующих растений. — похвалилась Настя.

— Отлично, ты умница. — похвалил я. — Назначаю тебя нашим главным агрономом. Будешь заниматься выращиванием всяких растений и производством… не знаю, того, что из них производится.

И я улыбнулся, и Настя широко улыбнулась в ответ:

— С большим удовольствием! Только мне понадобится много сплайса…

Не тебе одной, девочка, не тебе одной… Нам понадобится очень, ОЧЕНЬ много сплайса. Поэтому завтра не будет никого отлынивающего от работы, всех соберу и поведу в закрытую часть военной части — добивать оставшихся зомби и собирать сплайс, который к тому моменту уже должен был сгенерироваться. Пару-тройку сотен соберем точно, а это уже неплохо, плюс есть еще тела адаптантов и наргульи, с них-то побольше должно насыпаться. В итоге хватит и Насте на новые грядки, и, может, даже на какие-нибудь покупки.

Кстати, про адаптантов… Химические убиты давно, они уже наверняка начали генерировать сплайс, да и ледяной тоже. А вот наргулью прикончили относительно недавно, так что, может быть, удастся помазать ее сплайсализатором, пока не народилась первая единица?

Я посмотрел на Йоку, собираясь велеть ей, чтобы осталась на месте, но она перехватила мой взгляд и опередила меня:

— Так, мне не нравится твой взгляд. Ты уже однажды так смотрел — перед тем, как пропал на несколько часов.

— Ага. — невпопад ответил я. — Нет времени объяснять, я на ту сторону.

— Нахрена? — изумилась Йока и тут же помотала головой. — Нет времени, поняла. Тогда я с тобой.

Я даже не стал ее отговаривать, только махнул рукой и подбежал к воротам:

— Настя! Где кот⁈

— Не знаю, он сам гуляет. — испуганно от моего резкого тона ответила рыжая. — Только иногда приходит.

— Плохо. — я скрипнул зубами, откатывая ворота. — Тогда дверь закрой!

— Поняла!

К тому моменту поздний вечер уже полностью окутал военную часть и без освещения стало практически ничего не видно. Единственный источник света, который пришел мне на ум, — кот, — ходил сам по себе, а, значит, придется нам с Йокой идти по темноте. Единственное, что кое-как разгоняло темноту это светящееся лезвие ее меча, но его света не хватало и на метр вокруг нас, поэтому сложно было сказать, делал ли он лучше или наоборот — хуже. В любом случае, никакого источника света прямо быстро я придумать не смог, поэтому пришлось идти так, как есть. На самом деле, в этом даже не было ничего особенно страшного, ведь мы уничтожили за этот день всех зомби во дворе, да и в здании, в которое сейчас шли, поработали тоже, поэтому в теории опасность была маловероятна, но я все равно держал в руках дробовик, готовый стрелять в первое же шевеление в темноте. Пусть даже потом окажется, что это был зомби первого уровня или вообще — какая-нибудь крыса.

Из-за облаков выглянула луна и немного подсветила нам окружение, сделав передвижение чуть попроще. Ежесекундно оглядываясь во все стороны сразу, мы быстро-быстро добежали до нужного здания и завалились в него. Йока шла по лестнице первой, держа перед собой меч на вытянутых руках, прощупывая то, что впереди, я прикрывал тыл, глядя, чтобы сзади никто на нас не вышел. Где-то в глубине коридоров хрипели и пыхтели недобитые зомби, но мы не лезли в полной темноте на них, предпочитая выполнить свою задачу и свалить отсюда поскорее.

И вот — крыша. Открыв дверь, которую за собой мы, конечно же, закрыли, я первым делом рванулся к дохлой наргулье, велев Йоке проверить крышу на всякий случай на предмет неведомо откуда появившихся противников.

Мне повезло — наргулья действительно еще не начала превращаться в сплайс, даже несмотря на то, что обещала народить его целую сотню. Достав из инвентаря сплайсализатор, я открыл баночку, в которой действительно оказалось черное желе, подобрал какую-то щепку, лежащую рядом, не желая пачкаться в этой жирной субстанции, и мазнул наргулью прямо по голове. Счетчик использований сразу же сменился на единицу, стало быть, я все сделал правильно и следует ожидать того самого действия, которое субстанция обещала. Поживем — увидим, что называется.

Я поднялся с корточек и убрал банку обратно в инвентарь. Огляделся в поисках Йоки, но не нашел ее рядом и потом позвал:

— Йока! Ты где?

— Я здесь. — азиатка вынырнула из ночной тени, как ниндзя. — Идем скорее со мной.

— Что-то случилось?

— Не то чтобы… — уклончиво ответила азиатка. — Сам увидишь.

Она провела меня на другую часть крыши, на которую мы даже не совались, поскольку для этого пришлось бы пролезать между опорами антенны, на которой изначально сидела наргулья, подвела к самому краю и сказала:

— Сам смотри. Это считается за «случилось»?

То, на что показывала Йока, не укладывалось в категорию «Случилось». Уж скорее оно укладывалось в категорию «Какого хрена⁈»

На самом углу крыши, там, куда надо было пробираться между железными ногами-опорами спутниковой тарелки, лежало что-то похожее на огромный, громоздкий и очень старый сотовый телефон. С толстенной антенной и весом никак не меньше чем полкило. Но удивительно было даже не это, удивительно было то, что зажат аппарат был в руке. Руке, которая ни к чему не была присоединена. Оторванная по локоть, с четырьмя пальцами вместо пяти (причем отсутствующий мизинец явно был потерян уже очень, очень давно), она лежала в луже крови, но человека, которому эта кровь принадлежала, нигде не было видно. Оставалось только обернуться, посмотреть за спину, на дохлую наргулью, которая как раз на этой самой антенне и сидела, прикинуть хер к носу и сделать неутешительный вывод о том, как и почему она собственно тут поселилась.

В любом случае, остался непонятный аппарат, и, перебравшись через опоры антенны, я подхватил его, без брезгливости разжав мертвые пальцы — кончилась вся та брезгливость в тот самый момент, когда на меня впервые упал зомби, заливая меня голубой кровью и пачкая внутренностями.

Руку я сбросил вниз, так, чтобы она упала за забор, а вот аппарату уделил более пристальное внимание. Он и правда сильно напоминал мобильный телефон, была панель с цифрами, кнопки приема и сброса звонка имелись, и даже крошечный экранчик. Но сколько я ни жал на кнопки, не крутил крутилки на верхнем торце агрегата, никаких изменений не произошло. Он так и лежал в руке мертвым кирпичом, не подавая признаков жизни. Даже зажатие кнопки выключения ничего не дало — экран не загорелся, никаких звуков не раздалось и вообще ноль эффекта.

И все же я взял непонятный аппарат с собой, убрав его в инвентарь, благо весил он совсем немного. Не как коробка конфет, конечно, скорее как бутылка воды, но с моим новым расширенным инвентарем это было как слону дробина.

— Знаешь, что это такое? — спросила Йока.

— Подозреваю, что какой-то спутниковый телефон. — я пожал плечами. — Или что-то вроде того.

— А как он здесь оказался?

— А вот это уже вопрос что надо. Спросим у Сэма, может, он знает. Как-никак из нас всех он тут больше всех понимает, в местном колорите и фольклоре.

Убедившись, что больше ничего интересного на крыше не осталось, мы снова спустились на первый этаж казармы, плотно закрыв за собой дверь. Луна, будто решив нам помочь, выглянула из-за облаков и благосклонно светила все то время, что мы пересекали двор, поэтому ни с какими противниками мы не столкнулись. Да и не было их особенно-то, так, какие-то неясные тени шевелились на другом конце части, возле забора.

Вернувшись за ворота, мы закрыли их за собой и Йока повернулась ко мне:

— Так ради чего все это было? Не ради же того, чтобы этот агрегат выцепить? Ты же даже не знал про него.

Я коротко объяснил ей про то, с какой целью была сделана эта вылазка и она понимающе кивнула:

— Хорошая штука. Везет же тебе на всякие интересные и полезные приблуды.

— Это не везение, а мастерство. — ухмыльнулся я. — Идем к остальным.

Но мы даже не успели сделать и шагу к административному зданию, как из его дверей, чуть ли не разнеся их в щепки, вырвался стремительный вихрь. Он подлетел к нам, остановился и превратился в тяжело дышащую Кобру:

— Вот вы где! Скорее!

— Что случилось? — встревожилась Йока.

Я же не стал задавать вопросов — по виду Кобры уже и так было ясно, что случилось что-то из ряда вон. Поэтому я уже бежал к двери, и Кобра, отстав на шаг, бежала следом, и одна только Йока притормозила с решением. Поэтому, когда мы были уже в дверях, она только-только сдвигалась с места.

— Куда⁈ — коротко спросил я на бегу.

— Как обычно! — под стать ответила Кобра и я свернул в то помещение, которое пока что мы использовали как основное.

А там творилось что-то непонятное. Подсвечивая себе одним-единственным телефоном, кучка людей сгрудилась вокруг чего-то, лежащего на полу, и взволнованно гудели, словно советовались о чем-то.

— Что тут у вас⁈ — с ходу спросил я, вклиниваясь между людьми и пытаясь увидеть, что там, в середине.

А в середине была Полина. Та самая приятная добрая женщина, которая кормила нас этим утром, которая умудрилась на газовой горелке и крошечной сковороде соорудить вкуснейшее блюдо и подать его с любовью.

И сейчас ей было очень плохо. Она лежала на полу, головой на коленях у еще одной женщины, ее руки напряженно согнутыми пальцами царапали пол, а ноги слегка подергивались, словно их били судороги. Широко раскрывая рот, словно рыба, выброшенная на берег, Полина жадно пыталась глотать воздух, но вместо этого ее горло издавало хрипы и бульканья, словно воздух не мог сквозь него пройти. Глаза женщины остекленели и ничего уже не выражали.

— Что с ней⁈

— Аллергия! — ответил кто-то. — У нее аллергия на рыбу, это анафилактический шок!

— Чего⁈ Где она рыбу-то взяла⁈

— В продуктах! Там же все банки без надписей, она одну открыла, не поняла, что там, какой-то паштет, попробовала — и все!

— Твою мать! — я оглядел всех присутствующих, но у всех на лице было одно и то же выражение — полной беспомощности. — Вы чего стоите⁈ Вы же врачи! Сделайте что-нибудь!

— Тут поможет только инъекция эпинефрина. — покачала головой одна из женщин. — Мы ничем не может ей помочь. Это же реакция иммунной системы, естественная биология.

Биология, говорите…

— Это считается как биологическое поражение? — спросил я у все той же женщины. — А, какая разница, надо пробовать! Воду, быстро! Быстрее!

Команды я отдавал уже одновременно с тем, как доставал из инвентаря чашу очищения. Кто-то сунул мне в руку бутылку с водой, я плеснул немного, не больше рюмки, в чашу, поболтал внутри, и с чашей в руках подсел ближе к Полине.

— Приподними голову! — велел я. — Чтобы в дыхательные пути не пошло!

Женщина, чьего имени я не знал, послушно приподняла голову Полины и я поднес чашу к ее губам на выдохе, чтобы уменьшить вероятность попадания жидкости не в те пути.

Полина проглотила совсем чуть-чуть, остальное, как водится, расплескалось вокруг, но, кажется, хватило и этого. Буквально сразу же хрипы пропали, хотя дыхание оставалось тяжелым, результат был налицо. Пальцы, царапавшие обшарпанный паркет, расслабились и перестали подрагивать, в глазах появилось осмысленное выражение. Спустя еще несколько секунд дыхание практически нормализовалось, и Полина закашлялась.

— Все, представление окончено. — сказал я, убирая чашу обратно в инвентарь.

— А я говорила, что он поможет! — раздался откуда-то из угла голос Насти.

— Говорила, говорила. — ответила ей Кобра. — Никто и не сомневался. Классная у тебя штука, где взял? А татуировки она умеет сводить?

— Нет, умеет только укорачивать слишком длинные языки. — ответил я, поднимаясь на ноги. — Как вообще вы умудрились покинуть станцию скорой, не взяв с собой эпинефрин, если знали, что у нее такая дикая реакция⁈

— Нам как бы не до того было. — ответила та женщина, которая объясняла мне про шок. Коротко стриженная блондинка лет под тридцать, с нахмуренными бровями и суровым взглядом карих глаз, под одним из которых чернела родинка. — Тут бы жизни свои спасти. К тому же эпинефрин все равно требует особых условий хранения, и здесь он бы уже… выражаясь простым языком, «протух».

— Плевать. — я махнул рукой. — Главное, что все обошлось. Но отныне ты будешь помогать на кухне Полине. Мы как раз отбили у зараженных столовую и вообще почти всю ту часть, что была ими захвачена. Завтра уже переселимся и будем спать на нормальных кроватях, готовить на нормальных плитах и вот это вот все. А ты будешь помогать Полине во всем, что касается рыбы. И прочего, из-за чего Полина снова может свалиться с приступом.

— А что это ты раскомандовался? — брюнетка сложила руки на груди и с вызовом взглянула на меня. — Я что-то не припомню, чтобы тебя выбирали…

— Как зовут? — я перебил ее вопросом.

— К… Катя. — она аж поперхнулась словами.

— Позывной?

— Позывной? — Катя непонимающе развела руками. — Мы не в армии, о каком позывном речь?

— Армия? — я усмехнулся и повернулся ко всем остальным, кто находился в комнате. — Вы серьезно до сих пор ничего не поняли? Какая, к черту, армия? Глаза раскройте — вокруг вас самый натуральный апокалипсис творится! По улицам бродят монстры и трехэтажные то ли машины, то ли хрен пойми кто еще, кого только из противотанкового гранатомета можно завалить! Армия? Если вам так проще, считайте, что вы в армии! В крошечной напуганной и ни черта не умеющей армии выживших, в кучке выживших, в горсточке! Я не знаю, какой именно процент населения пережил заражение, которое превратило вчерашних людей в тупые ходячие куски голубого мяса, но я знаю, что этот процент очень и очень мал. И вы, — вы все! — в него умудрились попасть. И для чего? Для того, чтобы вы вот уже второй день сидели на задницах и ни хрена не делали? Для того, чтобы от вас уже второй день не было никакого толка? Для того, чтобы вы в конечном итоге либо протухли тут как тот самый эпинефрин, либо вышли за ворота части и были сожраны тварями? Вот вам занимательнейший факт — твари изо дня в день становятся сильнее. А вы?

Я снова обвел всех окружающих взглядом, не дождался ответа на свой вопрос и продолжил:

— У вас есть уникальная возможность, которой в обычной жизни вам бы никогда не выпало — становиться сильнее, становиться лучше, не тратя время на какие-либо тренировки, просто убивая противников, даже слабых зомби первого уровня, которые по силам сравнимы с подростком-наркоманом… Да что там — вы вообще можете никого не уничтожать, как показал пример Насти — достаточно просто заниматься хотя бы чем-то, интересоваться хотя бы чем-то, искать новое, пробовать новое… А что делаете вы? Вы даже старое, то, чем занимались всю жизнь, то, чему учились и чем зарабатывали на хлеб, — и то не способны сделать, когда наступает критическая ситуация! Знаете, какое слово приходит на ум, когда я на вас смотрю? Это даже не жалость. Это даже не презрение. Это безразличие. Мир вокруг изменился, а вы отказываетесь это признать, а значит для изменившегося мира вы просто не существуете, вы — статистическая погрешность системы! Из вас никто еще не получил ни единицы опыта, а ведь именно он теперь является самой главной основой выживания в этом мире!

— Да мы же потеряли всех своих близких! — внезапно крикнула Катя, прижимая руки к груди. — Мы не знаем, где они, что с ними… А некоторые — знают, но лучше бы они не знали! Как ты можешь вообще так говорить с нами⁈

— Знаешь, почему в случае проблем в самолете надо надеть кислородную маску сначала на себя, а потом на ребенка? Потому что если ты начнешь надевать ее на ребенка, то есть большая вероятность, что в процессе ты вырубишься от кислородного голодания. И в итоге без масок останутся оба. Точно так же и здесь. Погоревать вы сможете потом. Потом, когда будет гарантия того, что первый же монстр за этими стенами не отправит вас в могилу. Потому что это не игра, и респаунов здесь не предусмотрено. Вы даже не заметите, как окажется, что вам просто некого больше убивать, чтобы повысить свой уровень, вы даже не поймете, как превратились в ходячий корм для тварей Основания. Это война, которую объявили всему населению Земли, война, которая ведется совершенно не так, как это можно было себе представить или нафантазировать. И для того, чтобы в этой войне сражаться, мы должны стать армией. Поэтому сделаем просто.

Я развернулся и отошел от всей толпы, встав особняком:

— Я Фаст. И теперь я тут главный. Вы можете оспорить это, но я бы не советовал. Вы можете присоединиться ко мне, и жить дальше по моим правилам. И наконец — вы можете просто уйти, пока это возможно. Я не буду никого останавливать и принуждать. И даже не буду говорить о том, что вас ждет за воротами — вы сами все прекрасно знаете. Итак, выбор за вами.

В комнате повисла напряженная тишина, но ненадолго. Раздался частый топот и из-за шеренги людей выбежала Настя с котом на руках, которая подбежала ко мне и встала рядом. Я скосил глаза на нее и улыбнулся, она улыбнулась в ответ.

Легкие, почти неслышные шаги — и Йока тоже оказалась рядом. Встала с другой стороны от Насти, сложив руки на груди и глядя куда-то в сторону.

Уверенно и громко подошла Кобра. Постояла передо мной, подняла руку и слегка ткнула кулаком в плечо:

— Мне надо еще опыта. Я с тобой.

Следом за ней, почти вплотную, подошел и Сэм. Встал, посмотрел на меня исподлобья:

— Винтовку дашь?

— Если докажешь, что ее тебе можно доверить. — усмехнулся я.

— Ладно, сойдет. — вздохнул Сэм и встал рядом.

Следом за ним молча, но твердо глядя в глаза, подошла Вика. Немного помедлив, рядом встала и Полина, которая уже пришла в себя и могла держаться на ногах.

Постепенно люди переходили на мою сторону, и никто не пытался ничего сказать, никто не пытался на меня напасть и главное — никто не пытался пройти мимо меня к двери, ведущей наружу.

В конечном итоге напротив меня осталась одна Катя. С каждым уходящим прочь человеком, которые раньше были ее коллегами и которых она вроде бы неплохо знала, уверенность и бахвальство в ее глазах гасли, и в итоге пропали окончательно. Она снова сложила руки на груди и осмотрела всех, кто встал напротив нее:

— Вот так значит. Захват власти значит?

— Никакого захвата. — я пожал плечами. — Абсолютная свобода воли. Не нравится — уходишь.

— Ага. Уходишь — сдохнешь. Решишь оспорить твое главенство — сдохнешь. Это называется диктатура.

— Можешь считать меня диктатором, мне плевать. — я покачал головой. — Но на данный момент я больше всех прочих знаю о том, что нас окружает и как с этим бороться. И если ты считаешь эту причину недостаточной для того, чтобы я стал главным… То лучше просто уйди, поскольку других причин у меня для тебя нет и искать, а тем более придумывать их я не намерен. У меня есть более важные дела.

Катя еще секунду смотрела на меня свысока, а потом резко сникла и осунулась, даже плечи будто опустились:

— Я просто… Хотела… Не знаю… Чтобы все это оказалось сном. Кошмаром. А я бы проснулась.

— Увы. — ответил я. — Этого не будет. Но только в наших силах сделать так, чтобы это не превратилось в кошмар, от которого уже не выйдет проснуться. Так ты с нами?

Катя неуверенно кивнула и сделала шаг вперед.

— Тогда с завтрашнего дня начинается новая жизнь. — объявил я. — Сейчас отдыхаем, набираемся сил, на завтра у нас куча дел! Всем все понятно?

— Да! — нестройно ответили люди и толпа, собравшаяся возле меня, постепенно рассосалась.

— А ты нормальный мужик. — сказал Сэм, прежде чем отойти. — Зря я на тебя быковал.

— Кстати! — я вспомнил про найденный аппарат и достал его. — Знаешь, что это?

— О, «Азарт»! — словно старому другу обрадовался Сэм. — Интересно, чей?

— Рядом была рука без мизинца.

— А, Коряга… — слегка приуныл Сэм. — Одна рука, говоришь? Жаль Корягу, нормальный парень был. На крыше, значит, прятался. Наверное, пытался на связь выйти хоть с кем-то, а тут тварь эта крылатая…

— Я не смог включить рацию.

— Так это же Коряги рация, у нее вечно аккумуляторный блок отходит. — Сэм что-то нажал, отделил от рации почти половину в виде аккумулятора и с щелчком погнал ее на место. — Вот теперь работает.

Он включил ее и даже показал мне засветившийся экран.

— Нормально. — я улыбнулся. — Можно поставить на поиск других сигналов?

— Конечно можно, это ж целая радиостанция в компактном флаконе! — Сэм принялся тыкать в кнопки. — Вот собственно и все.

— Быстренько. — я жестом попросил у него рацию. — Спасибо. Тогда надо уже на боковую отправляться, завтра будет долгий день.

— Это точно. — хохотнул Сэм. — Не знаю, что конкретно ты задумал, но явно что-то задумал. А если учесть, какими были дни, когда ничего особенного ты не задумывал, то, боюсь, что завтра мне суждено проснуться от хрипов зомби, который будет стоять прямо надо мной!

В чем-то он был прав. Утреннее пробуждение и правда оказалось не из тех, которые мы ожидали. Но это не было хрипами зомби.

Это были внезапно затрещавшие из динамика рации помехи, среди которых едва пробивался взволнованный женский голос:

— … могите!.. слышит⁈.. Кто-нибудь!..

Спросонья я даже не сразу понял, откуда раздается голос, поскольку напрочь забыл о радиостанции сразу же после того, как отдал ее Сэму. Он ведь включил ее и настроил, так что и думать о ней дальше не имело смысла, оставалось только ждать вероятного приема чьей-то передачи. Как оно, собственно, и случилось.

Продрав глаза, я мельком взглянул за окно — там едва-едва занимался рассвет, небо, а вернее его часть, что была видна над забором военной части, только-только начало светлеть. Часов пять, не больше.

— Кому там… — пробормотал Сэм, лежащий неподалеку. — Что за…

— Подъем! — скомандовал я, хватая стоящую недалеко от моей головы рацию. — Кто-то выходит на связь! Да вставай же ты, увалень!

— Да кто там может выйти на связь? — снова спросил Сэм, но уже более осмысленно. — Черт, в смысле «на связь⁈»

— В прямом! — я схватил «Азарт» и кинул ему. — Поймай передачу нормально, сплошные помехи!

Сэм, даром что секунду назад почти что спал, поймал рацию на лету и принялся тыкать на кнопки, пытаясь выйти на волну выживших. Я же поднялся на ноги и сделал несколько махов руками и наклонов корпуса, чтобы разогнать кровь и побыстрее проснуться.

Оказалось, что я не единственный не спал. Катя и Полина тоже бодрствовали и тихо разговаривали, сидя вокруг газовой горелки, на которой стояла сковородка — даже странно, что я не проснулся от шкворчания того, что они там жарили и тем более от запаха. Кажется, это была колбаса.

Услышав наши с Сэмом разговоры, женщины резко бросили собственное общение и перевели взгляды на нас. Когда я передал рацию Сэму и застыл в ожидании того, что он настроит ее, Полина внезапно засуетилась, что-то взяла сбоку от себя, тяжело встала, опираясь руками об пол и подошла ко мне.

— Виктор…

— Фаст. — на автомате поправил я, потом посмотрел на Полину и вздохнул. — Ладно, для вас — Виктор.

Какой смысл просить ее называть меня по позывному, если по ней видно, что она никогда в жизни не покинет стен безопасного убежища? Ее удел — копаться на грядках с Настей вместе… Хотя о чем я, ее удел — это готовить, обеспечивая всю нашу ораву едой, тем более, что ей и самой это доставляет удовольствие.

— Виктор, спасибо, что спасли меня вчера… То есть, сегодня. — Полина отвела глаза. — Я снова ваша должница.

Я махнул рукой, показывая, что ничего такого не произошло:

— Все нормально, не думайте об этом. Мы тут все в одной лодке.

— У вас что-то случилось? — она бросила взгляд на Сэма, который все ковырялся с рацией.

— Пока не знаю. — признался я. — Но скорее да, чем нет.

— И вы уйдете?

— Хрен знает. Пока ничего не могу сказать определенно.

— Ну тогда возьмите… — она подняла руку и то, что сжимала в ней — два бутерброда из толстых кусков хлеба, между которыми виднелся сыр, жареная колбаса и помидоры. — А то вдруг придется уходить, а вы не позавтракали.

— Вот спасибо. — улыбнулся я, беря завтрак. — А вы говорите, это я вас спас. Кто еще кого спасает!

Полина тоже улыбнулась и только хотела что-то сказать, как Сэм внезапно заорал во все горло, переполошив и разбудив, кажется, вообще всех в комнате.

— Фаст!!! Я поймал!!! Волну поймал!!!

Я аж поморщился от такого громкого вопля и вернулся к Сэму, который протянул мне «Азарт», а я ему в ответ — один из бутербродов. Он занимал целую руку, в которую нужно было взять рацию. Сэм удивленно посмотрел на еду, потом на меня, показал большой палец и вцепился зубами в бутерброд, роняя кружки помидоров.

Я тоже принялся за свой, поднеся к уху рацию — несмотря на то, что Сэм действительно хорошо настроился на волну, и передача была четкая и чистая, голос был тихий, словно на рации сильно убавили громкость — совершенно не тот забитый помехами крик о помощи, что нас разбудил.

— Чего так тихо? — спросил я, пытаясь расслышать, что там говорят.

— Да хер знает! — Сэм развел руками, в каждой из которых было зажато по половине разделенного надвое бутерброда. — Либо помехи, либо громкость, на оба стула сразу сесть не вышло!

Пришлось прижать рацию к уху, как сотовый телефон, чтобы гарантированно не пропустить ни единого слова.

Как я и понял изначально, вещала женщина. На самом деле она почти кричала в рацию, но из-за сниженной громкости это звучало почти как шепот:

— Кто-нибудь нас слышит⁈ Если кто-то нас слышит, пожалуйста, ответьте! Черт возьми, ну хоть кто-то же должен там быть!.. Армия, не знаю… Кто-нибудь!..

Я прижал кнопку на боковине рации, прерывая поток слов и произнес:

— Слышу вас. Говорите.

— Ох! — обрадованно произнесла женщина. — Не может быть! Кто вы⁈.. А хотя какая разница, помогите нам, пожалуйста! Кем бы вы ни были!

— В чем проблема? — уточнил я и откусил свой бутерброд.

— Мы зажаты на станции радиовещания, уже третьи сутки пошли! У нас кончилась вода и еда, а выйти мы не можем из-за того, что вокруг поганые твари!

— Сколько вас там? — спросил я, прожевав.

— Пятеро! Четверо мужчин и я!

— И вы не можете выйти из-за зомби? Они же слабые, как подростки! — хмыкнул я.

— Нет, это не зомби! — с истеричными нотками в голосе ответила девушка. — Какие к черту зомби⁈ С зомби у нас не возникло бы проблем, мы уже их убивали, это другие!

Я опустил бутерброд и подался вперед:

— Насколько другие?

— Совсем! Они вообще не похожи на зомби, они как… киборги какие-то! Плоть пополам с металлом, сильные, как носороги! Одному из наших сломали ногу чуть ли не двумя пальцами, мы едва-едва смогли его отбить у них!

Я опустил радиостанцию, обдумывая услышанное. Если у них там действительно какие-то новые твари, которых мы еще не видели и тем более — не убивали, это неплохой способ узнать больше о том, что происходит вокруг. К тому же, это новый опыт, как в прямом, так и в переносном смысле. А еще — новые люди, причем люди, которые не просто готовы убивать и прокачиваться, они уже это делали и продолжают делать! Учитывая, каких пацифистов мне подсунула в команду судьба, подобное приобретение было бы очень кстати, едва ли не более кстати, чем потенциальные опыт и лут.

— Эй, вы там⁈ — снова заговорила рация. — Ответьте!

— Да, я тут. — ответил я. — Ждите, мы выдвигаемся.

— Ох, слава Богу! — с облегчением выдохнула женщина. — Я уже боялась, что вы откажетесь! Как скоро вас ждать?

Я прикинул, где находится радиостанция — по всему получалось, что кварталов пять нам придется пройти. А, может, лучше их проехать?

— Сэм, в гараже «Урал» стоит, который целый, с колесами и двигателем. Он на ходу?

— И да и нет. — ответил Сэм. — Аккумулятор снят, можно поставить на место, но это будет не быстро, он сука тяжеленный.

— Бардак… — вздохнул я. — Ничего не работает.

— Ага! — радостно согласился Сэм. — Как и всегда!

— Через час. — я произнес в рацию временной промежуток, взяв его с большим запасом. — Когда подойдем ближе, я снова вызову.

— Погоди! Какой у тебя позывной? Что я понимала, что говорю с тем же человеком⁈

— Фаст.

— Я Камилла! Мы ждем вас! Отбой!

Я опустил рацию и посмотрел на Сэма, который уже доживал свой бутерброд и теперь тоже смотрел на меня. Кажется, он все понял:

— С тебя винтовка.

— А с тебя автомат. — я тоже улыбнулся. — К винтовке мало выстрелов.

— Да не вопрос.

— Я тоже с вами. — к нам подошла Йока, с наполовину съеденным бутербродом в руках, таким же, какими завтракали мы с Сэмом. — Ты же не надеялся, что я это пропущу?

— И я. — сбоку подскочила Кобра, правда она была без завтрака. — Только перекушу.

— Ты останься. — я осадил ее.

— С хрена ли⁈ — вскинулась брюнетка.

— Слушай, ну должен же здесь остаться хоть кто-то адекватный. — я развел руками. — Нам все еще нужно добить до конца закрытую зону, там остались какие-то зомби. Возьмешь этих недоделанных хиппи, кроме Насти, Кати и Полины и пусть каждый из них убьет хотя бы по одному зараженному, чтобы понимали, с чем им придется столкнуться. Ну а ты их прикроешь, заодно, может, и третий уровень наконец добьешь. Только будьте аккуратны, чтобы не наткнуться на какую-нибудь очередную образину.

— Ты что, за старшую меня оставляешь? — прищурилась Кобра.

— Что-то типа того. — я кивнул.

— Ну тогда ладно. — неохотно пробурчала девушка, искоса глядя на Сэма.

— Да ладно тебе, Ки. — хохотнул тот. — Скажи честно, что ты польщена. Главное, если вдруг увидишь образину, не пытайся первым делом врезать ей с ноги!

Кобра ничего не ответила, лишь ожгла его взглядом и отошла от нас. Она умница, она все сделает как надо. Даже если решит, что никто из этих людей не годится на роль нормального бойца, даже если увидит, что у них трясутся руки от убийства первого же зомбака, она их просто вернет обратно в административное здание и продолжит зачистку соло. Лишь бы на рожон не лезла.

Я встал и громко похлопал в ладоши, привлекая к себе внимание всех людей, которые уже проснулись и теперь ворочались на своих импровизированных лежанках:

— Внимание! Я, Йока и Сэм сейчас покидаем расположение, за старшую остается Кобра, она обо всем проинструктирована! Во всем слушаться ее, а если не будете слушаться, имейте в виду — она даже монстров не боится ногами пинать! На этом у меня все, собрание окончено!

И, не дожидаясь вопросов, которые обязательно посыпались бы, промедли я хоть секунду, я вышел из комнаты. Йока и Сэм последовали за мной, причем Сэм даже догнал меня и дернул за рукав:

— Тормозни, мне отлить надо.

И он пошел назад по коридору, где располагались туалеты, вода в которых, к счастью, еще была.

— С чем нам придется столкнуться? — деловито спросила Йока, доставая свой меч и осматривая его.

— С чем-то новым. — ответил я. — Девушка описала мне тварей, которые им досаждают, но я так и не смог представить их. Киборги какие-то. Кстати, раз уж у нас появилась минутка, надо кое-что сделать.

И я открыл инвентарь, полистал ставший уже довольно большим список вещей, и остановился на патронах, которые выпали вчера из ящика с боеприпасами. Конечно же, там были пулевые и дробовые, но меня больше интересовали другие — те, которых было мало и которые по виду отличались от остальных. Три вида, в сумме тридцать семь выстрелов.

Универсальные патроны с зажигательной пулей

Амуниция

Требования: огнестрельное оружие

Калибр: средний

Уровень ~

Качество: обычный

Если покрыть пулю особым составом, который загорится при выстреле, получится трассирующий выстрел. А если этот состав дополнительно поместить еще и в саму пулю, то загорится уже мишень.

Универсальные патроны с зажигательной дробью

Амуниция

Требования: огнестрельное оружие

Калибр: средний

Уровень ~

Качество: обычный

Почти то же самое, что и зажигательная пуля, но эффективна на меньшей дистанции, зато с большим разбросом. Так же имеет более высокую температуру.

Универсальные патроны с бронебойной пулей

Амуниция

Требования: огнестрельное оружие

Калибр: средний

Уровень ~

Качество: обычный

Выполненная из сверхплотного вещества, имеющая острый кончик и стабилизирующаяся небольшим оперением, такая пуля играючи справляется с броней и легкими укрытиями.

Двадцать два выстрела, десять выстрелов и пять выстрелов соответственно. Система не баловала крутыми боеприпасами, да и настолько ли они круты? Например против адаптантов, что мы видели, они были бы бесполезны — что зажигательная пуля, что зажигательная дробь ничего бы не сделали ни кислотному, ни ледяному. Они бы только немножко пошипели, по чуть-чуть испаряясь, и все. Может, ледяному немного повредила бы бронебойная пуля, но именно что «немного», а пять выстрелов это вообще ни о чем. А кислотному не повредила бы даже она — просто растворилась бы быстрее, чем успела причинить хоть какой-то вред. Нет, адаптанты явно существуют не для того, чтобы их били обычным оружием, к ним нужен особый подход… Да, в общем-то, если подумать, ко всем тварям Основания нужен особый подход! Кроме зараженных, может быть… Они убиваются довольно легко.

— Я все. — Сэм вернулся. — Дай винтовку.

— Запарил. — я вздохнул и бросил ему винтовку, заодно освободив часть инвентаря. — Патроны получишь по необходимости.

— А как мне опыт набивать? — Сэм развел руками.

— Зубами грызи. — ухмыльнулся я, но все же достал из инвентаря вторую Лизу и протянул ему. — На.

— Другой разговор! — обрадовался Сэм. — Но калаш все равно возьму, мало ли.

— Ага, и мне ремень захвати заодно. Отцепи там от какого-нибудь весла.

Мы вышли во двор, Сэм сбегал в оружейку и вернулся с автоматом и несколькими магазинами к нему, торчащими из карманов штанов. На плече у него висел «Раздиратель», к которому он тоже приделал один из штатных калашовских ремней, второй ремень он протянул мне, и я прицепил его к «Предвестнику» тоже.

— Другое дело. — я повернул дробовик набок и заполнил сайдседдл всеми новыми видами патронов, каждого по одной штуке. — Можно идти.

— Дядя Витя! — внезапно раздалось сзади.

Я обернулся и встретился взглядом с Настей, которая стояла в паре метров от нас и несмело прижимала руки к груди. Возле ее ноги сидел кот и деловито нализывал лапу.

— А ты… вы надолго?

— Да нет, скоро вернемся. — я улыбнулся. — И, если повезет, то не одни.

— А с кем?

— А это как повезет.

— А мне что делать?

— А тебе? — я на секунду задумался. — А знаешь, когда остальные пойдут на ту половину территории, ты собери сплайса сколько сможешь и сделай еще грядки. Посади на них все, что сочтешь нужным. Идет?

— С удовольствием! — Настя улыбнулась. — А Пушок меня защитит, если что! Помнишь как он «карающим ударом» вороксов крошил⁈

— Что за карающий удар? — не понял я. — Это ты откуда взяла?

— Прочитала в окне питомца. — Настя удивленно посмотрела на меня. — Еще тогда, после выхода из паучатника.

— Где такое окно? — не понял я, вызывая интерфейс.

— Вот, справа от общей информации. — Настя тоже вызвала свой. — Пушок, уровень пять, умение «карающий удар», пассивное умение — «Звездный свет».

— Ложки гнутся… — пробормотал я, опустив первую часть выражения, чтобы не смутить ребенка. — У меня нет такой графы, вместо нее пустой сектор. А у вас?

Йока и Сэм тоже полезли в свои интерфейсы и помотали головами:

— Так у нас и питомцев нет. — изрек Сэм. — Хотя у меня была ящерица когда-то, Вася звали. Большая и ленивая.

— Логично. — я кивнул. — Что ж, Настёна, поздравляю, ты снова оказалась уникальным человеком, из нас всех у тебя одной теперь есть питомец. Не зря ты его спасала из той машины.

— Ага! — Настя кивнула, нагнулась и погладила кота, который недовольно на нее скосился и дернул хвостом. — Ну я пойду тогда?

— Ага. — я кивнул. — И мы тоже пойдем. До встречи!

— Пока! — Настя махнула рукой, подхватила Пушка поперек пуза и потащила обратно в здание.

— Карающий удар… — задумчиво произнесла Йока, глядя ей вслед. — Знаете, а я тоже хочу себе питомца, пожалуй. Вот никогда в жизни не хотела, а сейчас чего-то захотелось.

— Ага, мне тоже. — поддакнул Сэм. — Интересно, какие у Васи были бы особенности? Липкий язык? Бросок ленивца? Пожрать от пуза? Босс, а как она получила этого своего питомца?

— Рванулась к нему, запертому в машине, через толпу зомби, каждый из которых был выше нее на две головы. — я усмехнулся. — Тоже так хочешь?

— Я подумаю. — уклончиво ответил Сэм. — А пока что давай вместо питомцев обзаведемся новыми людьми хотя бы, что ли… Для тренировки, так сказать.

— Да будет так. — я важно кивнул и открыл калитку, ведущую наружу. — Будьте готовы к любому дерьму.

— А что, оно может случиться?

— Оно обязательно случится. — я выглянул наружу и быстро бросил взгляд направо и налево. — Собственно, оно уже случилось.

Причиной, что заставила меня так сказать, снова была все та же горелая пробка из машин и бензовоза. Только теперь над ней не стоял треножник, угрожая всему окружению с высоты своего немаленького роста. В этот раз вообще все выглядело довольно безопасным… на первый взгляд. Если забыть о том, что творится вокруг. Если закрыть глаза на то, что вообще-то в мире сейчас происходит полноценное инопланетное вторжение, а по улицам бродят толпы зомби. Если про все это забыть, если все это сбросить со счетов, то пробивающиеся через закопченный гнутый металл ростки неведомых растений легко могут показаться чем-то безобидным.

Да, на остатках машин в сгоревшей пробке что-то пыталось прорасти. Тонкие голубые, слегка светящиеся и живо напоминающие буквы, которыми система передавала свои послания, ростки вылезали из разбитых окон, оплетали крыши, а где-то, где от лютого жара металл истончился — даже пробивались сквозь них. Тонкие, похожие на свежую, только-только выросшую траву, они казались чем-то нежным, воздушным, и совершенно безопасным. Опять же, если забыть о том, что растут они точно на том месте, на котором лежал поверженный треножник.

— Трава. — удивился Сэм над ухом.

— Не вздумай курить. — ответил я, осматривая окружение, но никого кроме десятка зомби первого уровня, равномерно рассеянных по ближайшему кварталу, не было.

— А что, ты знаешь, что это за трава?

— Нет. Но не хочу узнать, что это трава, от которой разжижаются мозги на примере того, кого потом мне же и придется спасать и тащить в убежище.

— За мозги мои не бойся, у меня их нет. — хмыкнул Сэм.

— Я давно это подозревал. Тогда считай, что от этой травы разжижается член. Все, идём.

— Куда? Ты ж сказал не трогать ее!

— Я сказал не курить. А оставлять ее совсем без внимания нельзя, как-никак она рядом с нашей базой растет. Кто его знает, вдруг это тоже монстр такой хитрый?

Мы двинулись к обгоревшей пробке, внимательно контролируя окружение, но никто, включая и голубую траву, будто бы не собирался на нас нападать. Быстрым шагом мы приблизились вплотную, и, велев Йоке и Сэму наблюдать за окружение, я присмотрелся к новому для нас явлению.

Тонкие голубые стебельки были совершенно очевидно усеяны волосками и крючками, которые позволяли им цепляться за разные поверхности и за счёт этого расти где угодно и в любом направлении. Кое-где на длинных побегах, напоминающих тонкие, только-только появившиеся, лианы, виднелись вполне очевидные почки, которые когда-то превратятся в листья… а, может, и сразу в цветы. А, может, и в плоды. А, может, и в какую-то семиногую тварь, кто их знает.

Я поднес ствол дробовика к растению, и едва только между ними осталось десять сантиметров, ближайший побег совершенно точно оторвался от обгоревшей крыши и приподнялся. Я опустил ствол ещё чуть ниже — и побег потянулся к нему, словно голодный птенец — к прилетевшей мамочке. Ещё ниже — и побег коснулся дульного среза, и, кажется, полез внутрь!

Я потянул оружие обратно, побег натянулся, как струна, но я оказался сильнее, и он был вынужден отлипнуть и снова шлепнуться на машину. После этого я бы с удовольствием проверил это растение на чем-то органическом, но с собой ничего не было, а вся органика, которая могла быть где-то рядом сгорела в пламени бензинового пожара уже давно. О том же, чтобы сунуть туда руку и речи не шло, само собой.

— Ну как? — спросил Сэм, когда я хлопнул его по плечу, показывая, что закончил. — Что за трава?

— Разжижающая член, как я и предполагал. — ответил я, а когда Сэм с изумленной мордой посмотрел на меня, ещё секунду удерживал бесстрастное выражение лица, а потом засмеялся. — Сделай лицо попроще, я пошутил. Хер знает что за трава, но лучше ее не трогать.

Я коротко пересказал им то, что видел, ещё раз повторив чтобы они к ней не лезли, пока мы не узнаем, как растение реагирует на органику, и велел пока что двигаться дальше.

И мы двинулись, попутно осматривая разбитые витрины близлежащих магазинов на предмет поживиться чем-то полезным на обратном пути, раз уж выбрались наружу. Мы бы конечно так и так выбрались рано или поздно, но надо использовать любую возможность. Наверняка по городу рыщут и другие группы выживших, и неважно — добродушно или агрессивно они к нам настроены, они вполне могут позариться на те же вещи, которые мы уже присмотрели для себя, поэтому надо завладеть ими раньше. А уже потом выяснять, кто конкретно на них претендует и что с ними делать.

По пути мы, конечно же, вырезали встреченных зомби мелких уровней и даже не гнушались перейти на другую сторону улицы, если это понадобится. В основном, старались отдавать опыт Сэму, поскольку он единственный из нашей тройки пока еще не получил своего первого навыка. И даже тот факт, что я знал, что это будет за навык, не заставлял меня забить на него, как на что-то неважное. Даже наоборот — в случае Сэма этот навык был бы крайне интересен, учитывая оружие, которым он оперирует. Снайперская винтовка с патронами в мой палец длиной и толщиной, да плюс «усиленный выстрел» — в итоге должен получиться настоящий рейлган, который, в отличие от того же калаша, будет пробивать рельсы не на словах, на деле. Причем вдоль.

Кстати, что интересно, очень много стало зомби второго уровня. Если раньше их было один на сотню перваков, то теперь уже один на десяток. С расстояния уже в пять метров, да еще и со спины, их было практически невозможно отличить от более слабых собратьев, поэтому Сэм один раз чуть не пропустил атаку, когда вразвалку привычно подошел к дохлому и попытался со спины сунуть ему нож в основание черепа. Дохляк внезапно развернулся, когда до него оставалось три метра, и кинулся в атаку сам, чуть не распоров Сэму грудь. Мы уже подскочили было, чтобы помочь, я треснул зомби прикладом в башку, отчего он на секунду растерялся, и Сэм добил его ножом. После этого мы начали внимательнее присматриваться к окружающим нас тварюшкам и даже Сэм с Йокой, у которых не было «ревизии», сразу же смогли отличить зомби второго уровня от первого. Как только они узнали, как и на что надо обращать внимание, так сразу и смогли.

Через еще двадцать минут, после девятого или десятого приделанного дохляка, Сэм довольно заулыбался и поднял вверх ладонь, призывая остановиться. Покопался в интерфейсе, потряс рукой, на которой появился значок умения, и, довольный, показал большой палец.

После этого мы перестали обращать внимание на дохляков, и тратили время только на тех, кто располагался непосредственно у нас на пути. Возле одного из них, одетого в замызганную жёлтую спецовку, Йока даже остановилась и внимательно осмотрела тело, даже не гнушаясь перевернуть его. Разумеется, уже после того, как насадила его на меч как куру-гриль. Она пошарила по его одежде, а когда разогнулась, то оказалось, что она держит за длинный усик какой-то небольшой квадратный предмет.

— Ребят, нам это не нужно?

Я присмотрелся к тому, что она показывала — да это же рация! Небольшая, плоская, явно не такая крутая и продвинутая, как «Азарт», но все же — рация. Видимо, зомби при жизни был какими-то дорожным рабочим или вроде того, в общем, имел необходимость в связи.

— Сэм! — позвал я, забирая у девушки рацию. — Мы это сможем соединить?

— Чего? Кого? — Сэм вытянул голову. — Ну-ка дайте.

Взяв в руки и «азарт» и новую рацию, он принялся попеременно тыкать кнопки, слушая возмущенное пищание обоих аппаратов. Через пару минут вернул их обратно:

— Готово!

— А что насчёт той волны, на которой мы слышали выживших? — уточнил я. — Ты же ничего с ней не сделал?

— Ну камон, я что, идиот по-твоему? — хмыкнул Сэм. — Все путем.

— Отлично, тогда если разделимся, у нас все равно останется связь. — я бросил маленькую рацию Сэму.

— А почему мне маленькую? — притворно набычился тот.

— Потому что какие мозги такая и рация. — ответил я. — Все, идём.

Находка Йоки навела меня на интересную мысль и я велел внимательно посматривать по сторонам на предмет не найдется ли еще чего интересного на дохляках. Во-первых, им ничего из этого уже точно не понадобится, а во-вторых, нам оно понадобится с намного большей вероятностью, как это уже произошло с рацией. Кто знает, что еще полезного с собой могли носить зомби при жизни?

К сожалению, оказалось, что почти ничего. К третьему дню присутствия системы в нашем мире на многих из них даже не осталось одежды — только жалкие клочки, показывающие, что когда-то она была. В основном это касалось нижних предметов одежды, на конечностях, которыми зомби ходят и соответственно за все цепляются, но проблема в том, что именно там люди обычно и носят всякое нужное и интересное. То, что Йока умудрилась сорвать рацию с целого, хоть и грязного жилета — скорее исключение из правила и практически единственная полезная вещь, которая нам попалась по пути. Сэм еще порывался по старой памяти снять похожий на золото браслет с руки одного из приделанных трупов, но я его остановил:

— А делать ты с ним что будешь? Куда денешь?

— Ну дык это… — с глупой улыбкой ответил Сэм, а потом задумался и помрачнел. — Ну твою мать, ты все испортил…

— Да не, носи на здоровье. — я пожал плечами. — Просто потом не жалуйся, что у тебя весь инвентарь забит всяким говном, которое деть некуда.

Сэм вздохнул и выбросил браслет, а больше ничего заслуживающего внимания нам так и не попалось на протяжении всех пяти кварталов, что отделяли нас от местной радиостанции. Если бы мы целенаправленно занялись зачисткой улицы от трупов, а их на пути встретилось никак не меньше пары сотен, возможно, поимели бы что-то ценное и главное — получили бы целую кучу серых коробок, но сейчас перед нами стояла другая цель. И мы уже приблизились к ней вплотную.

Радиостанция представляла собой невысокое, всего-то в два этажа, небольшое здание, из крыши которого в небо устремлялась красно-белая вышка, сваренная из стальных труб и увешанная антеннами разных форм и размеров. По периметру здание радиостанции окружал забор из проволоки, в некоторых местах гнутый, а где-то и вовсе порванный, словно через него на ракете пролетели.

В границах забора, на территории станции, явно виднелось движение. Неразборчивое, неконкретное, но, учитывая то, что говорила по рации девушка — потенциально опасное. Поэтому, не заходя внутрь, мы остановились в тени жилого дома и я взялся за «Азарт»:

— Камилла, это Фаст.

— Фаст! Это Камилла, я на связи! — радостно ответила девушка.

— Где вы, говоришь?

— На втором этаже! Первый весь занят тварями!

— Что за твари? Что делают, чем опасны?

— Да всем опасны! Не сильно быстрые, но их движения какие-то дерганые, словно механические, не предугадать! От стальной части отскакивает оружие, как от… стали, уж прости за каламбур.

— Огнестрел пробовали?

— Нет, конечно! Откуда нам его взять? Единственный пистолет был у охранника, да и того сожрали!

— Я понял. — я вздохнул. — Ладно, мы скоро.

— Берегитесь тварей! Камилла, конец связи!

Я обернулся на Йоку и Сэма и качнул головой в сторону дома, в тени которого мы стояли:

— Айда поднимемся, посмотрим сверху на этих тварей.

Мы нашли вход в подъезд, поднялись на третий этаж, нашли открытую квартиру, приговорили зомби, который сидел в красивом деревянном кресле-качалке и слегка покачивался, словно вспоминая, как он делал это, когда был жив, и подошли к ближайшему окну.

— Дай бандуру. — велел я Сэму и приник к оптике, разглядывая тварей внизу.

Это действительно были какие-то новые. Они даже не были похожи на адаптантов, хотя адаптант адаптанту рознь. Эти твари выглядели как слегка увеличенные в размерах люди, у которых плечи сразу переходили в вытянутую назад голову, без намека на какую-либо шею. Сами руки были толстенными и очень длинными, свисающими практически до колен, а ноги заканчивались ступнями со всего тремя толстыми пальцами — два торчали вперед и один — назад. Половина их тела была темно-голубой, как пасмурное небо, а половина — действительно отливала металлом.

— Чё там, чё там? — доставал над ухом Сэм. — Дай посмотреть!

Убедившись, что я увидел все, что интересно, я дал ему винтовку. Сэм несколько секунд водил туда-сюда прицелом, а потом присвистнул, словно увидел красотку, идущую навстречу:

— Ля какие! Кто это?

— Хер знает. На таком расстоянии даже «ревизия» не помогает. — я пожал плечами, освобождая патронник и закидывая туда патрон с зажигательной пулей. Потом придавил пальцем лоток подачи и снова подал цевье назад, выбрасывая первый в очереди патрон и заряжая вместо него бронебойный.

— А, может, возможно как-то обойти их? — спросила Йока.

— Точно нет. — ответил Сэм, не отрываясь от оптики. — Вся территория в них. Кстати, вижу вход, он открыт. Если повезет, мы даже не сильно много тварей на себя нацепляем.

— Не «мы», а «мы» — поправил я, проверяя сайдседдл и маркировки патронов на нем. — Ты останешься тут. Будешь нас прикрывать сверху.

Я вытащил из инвентаря все оставшиеся патроны и поставил их перед Сэмом:

— Не знаю, что это за твари, но что-то мне кажется что с бандурой ты против них принесешь больше пользы, чем если будешь пытаться ковырять их ножичком. Патронов мало, так что стреляй только если увидишь, что у кого-то из нас дело плохо.

— Йес, сэр! — Сэм не отрывая взгляда от прицела приложил два пальца к виску и тут же убрал их, имитируя отдачу воинского приветствия. — Роджер, сэр!

— А что мы? — спросила Йока, деловито проверяя меч.

— А мы пойдем внутрь вытаскивать этих бедолаг. — сказал я, закидывая дробовик на плечо. — Кстати, Сэм! Патроны береги еще и на тот случай, если вдруг окажется, что там внутри не очень-то дружелюбно настроенные люди и это все — одна большая ловушка. С калибром этой малышки, помноженным на твой свежеполученный навык, в итоге получится, что ты легко можешь прямо сквозь стену лупить по цели.

— Связь держим, как я понял, по рации?

— Ну хоть что-то ты понял. — хмыкнул я. — Именно так. Мы пошли. А ты не забудь дверь хотя бы прикрыть за нами, а то придет серенький зомбак и укусит за… за жопу укусит, в лучшем случае.

— Идите уже. — махнул Сэм, и мы вышли из квартиры.

Йока спускалась первой, уже держа меч перед собой, а я смотрел на нее сверху вниз и думал о том, что надо бы ей раздобыть оружие и снаряжение получше. Как-никак она, Сэм и Кобра (ну еще Вика частично) это самые боеспособные люди моего… отряда. Сам я уже почти полностью оделся, пора и в других начать вкладываться. Хотя, конечно, если будут попадаться вещи качеством лучше, чем те, что сейчас на мне, я их буду оставлять себе — как ни крути, а один крутой боец в современном мире легко даст фору трем-четырем не таким крутым. И, чем дольше система существует в нашем мире, чем выше средний уровень выживших людей, чем круче их снаряжение, тем больше будет становиться эта разница.

Переносный смысл выражения «выживает сильнейший» стал вовсе даже прямым.

Мы с Йокой вышли из дома, перешли дорогу, по пути приговорив сразу двух зомби второго уровня, которые еще и стояли рядом друг с другом, и подошли вплотную к сетчатому забору радиостанции, скрывшись за разбитой машиной.

— Готова? — спросил я. Азиатка кивнула, обеими руками сжимая меч.

— Отлично. Сейчас осмотрю их и двигаемся.

Я вытянул шею, пытаясь через выбитые стекла разглядеть бродящих по территории тварей, нашел одну из них, и перевел взгляд на сноску «ревизии», которая появилась сбоку от твари.

Что ж… Я этого, конечно, не ожидал… Но подозревал, что такое возможно. Ведь один раз я это уже видел.

Твари не определялись «ревизией»…

Я отпустил бесполезную рацию и выстрелил в ближайшую тварь, которая уже начала генерировать свои вибрационные волны. Уже зная, что в голову стрелять бесполезно даже бронебойными, я выстрелил в руку, и совершенно внезапно это дало эффект!

Тварь уже прекратила дрожать и с ее ладоней срывалась волна дрожащего воздуха, направленная в мою сторону… И ровно в эту секунду в одну из рук ударила обычная, даже не бронебойная пуля, заставляя руку немного дергаться, отклоняясь от идеальной прямой, параллельной линии второй руки.

И волна дрожащего воздуха оборвалась, так и не дотянувшись до меня…

Зато задрожала сама тварь! Руки, до того вибрировавшие в унисон, будучи отклоненными от параллельных прямых, пошли в разнос, в диссонанс, и с каждой секундой этот диссонанс усиливался! Я не успел сосчитать и до пяти, а руки противника уже ходили ходуном, как лопасти двух ветряных мельниц, развернутых друг к другу задними стенками! Еще чуть-чуть — и они, кроме шуток, начнут описывать полные круги!

Но этого не произошло. Просто не успело произойти. Раньше, чем киборг превратился в дурной косплей на взбесившийся вертолет, дрожь с рук передалась на все тело, усилилась, вовлекая все конечности и суставы, и наконец все достигло своего апогея — места соединения плоти и металла дали слабину.

Продолжая вибрировать, отчего куски и того и того разлетались далеко в стороны, заляпывая окружение голубыми брызгами, киборг разлетелся на кучу фрагментов! Как будто взорвался изнутри, вот только никакого пламени от этого взрыва не было!

Зато теперь мне стало понятно, как с ними бороться. Эти твари управляют вибрацией, и две руки используют для того, чтобы волна, которой они атакуют, резонировала, удваивая свою разрушительную мощь. И стоит хоть чуть-чуть что-то поменять в этой схеме — и никакого резонанса не будет, а будет наоборот — диссонанс! Который ударит по самому атакующему!

Окрыленный открытием, я перезарядил дробовик, и повернулся к еще одному киборгу, который тоже направил на меня свои грабли и задрожал, готовясь атаковать. Выстрел — и с ним происходит все точно то же самое, что и с первым — несколько секунд усиливающейся дрожи, а потом беспламенный взрыв и дождь из голубых обломков нам на головы!

Я повернулся к новым противникам, и тут меня ждал неприятный сюрприз — сразу четыре твари готовились атаковать меня, причем одновременно! Я просто не успею подстрелить всех, чисто физически не успею, у меня банально дробовик не способен так быстро стрелять!

Но, к счастью, я и не один…

— Йока, «дрожь»!

Как же хорошо, что Йока быстро соображает! Не иначе, тренировки по кендо помогли с развитием этого навыка!

Я еще не договорил, а мимо меня, чуть не зацепив правую ногу, протянулась полоса взрытого асфальта! Йока даже не стала тратить и секунды на то, чтобы сообщить, что поняла меня — она просто ударила по земле, посылая вперед волну своего навыка.

Вспоротый асфальт добрался до киборгов и подбросил их в воздух, будто под ногами у каждого сработала мощная пружина! Трое из четырех к тому моменту уже успели выстрелить волной вибрации, поэтому их тут же в воздухе начало колбасить и крутить, мотыляя во все стороны разом, словно их казнили в средневековом стиле — разрывая лошадьми на куски, а четвертый…

А четвертый выстрелить не успел, и сейчас он единственный из всех не дергался, а спокойно завис в воздухе, нагло ожидая, когда под ногами снова окажется земля и он сможет закончить свое черное дело…

Но даже этого ему было не суждено сделать. С тихим звоном в головном бугре киборга появилось крошечное сквозное отверстие, а потом откуда-то сзади раздался хлопок выстрела.

— Скучали? — запыхавшись, проскрипел в рации Сэм. — Не отвечайте, я знаю, что скучали!

— Твою… мать… — только и нашел что сказать я, чтобы не обрушить на него поток мата.

— Ты чё, думал, я тут уснул или запятисотился, что ли? На меня тут какой-то новый зомби напал, невидимый! Чуть ногу мне не отгрыз!

— Видели мы твоего зомбака! — ответил я, не сводя взгляда с последнего приближающегося киборга. — Ну не твоего, но такого же. Да, они реально становятся если не невидимыми, то очень близко к тому. Короче, впредь не зевай и патроны больше не трать. Я уже научился с ними справляться. Оставь пару выстрелов на то, чтобы прикрыть нас внутри здания через окна.

— Отлично, а то у меня их как раз негусто. — ответил Сэм. — Кстати, в окне третьего этажа движение. Отработать?

— Не вздумай, это выжившие, скорее всего! — поспешил остановить его я.

— Это мы!.. — раздался в рации голос Камиллы. — Не стреляйте, это мы на третьем этаже!

— Ждите, мы скоро будем. Конец связи. — я отпустил кнопку рации и выстрелил в последнего киборга, который как раз вскинул свои грабли, чтобы выстрелить в нас волной вибрации.

Вот казалось бы, столько собратьев перед ним пали смертью глупых во время аналогичных действий, а он все туда же… Некоторых жизнь ничему не учит, даже на очевидных чужих примерах.

Покончив с последней тварью, я быстро набил магазин новыми патронами на ощупь, одновременно крутя головой по сторонам. Киборгов больше не было видно, как и невидимых адаптантов, но это как раз в порядке вещей. Я надеялся, что хотя бы «взор» подсветит мне их, если вдруг они снова нападут, но никого не было видно. Возможно, они опасались нападать в открытую, когда мы готовы дать отпор. Это не то что исподтишка набрасываться, когда добыча или занята сражением с другим, более сильным противником, или тем более ограничивает себе поле зрения до критического минимума наглазником оптического прицела. А для открытого нападения эти тощамбы слишком дохлые, что на вид, что по факту.

Кстати, о тощамбах…

Вошли в казарму мы с Сэмом аккуратно и плавно, никуда не торопясь и внимательно осматривая все углы, я — с дробовиком, он — с ножом. Даже не сговариваясь, мы заняли удобный и удачный боевой порядок на двоих, в котором я шел вперед, ощупывая стволом пространство перед собой, а он шел сзади и чуть сбоку. В случае, если по тому или иному стечению обстоятельств я проворонил бы противника и он оказался на слишком малой от меня дистанции, я разрядил бы в него ствол и отскочил назад, пропуская вперед Сэма, который с ножом выиграл бы для меня время на принятие решений и реакцию.

Но противников не было. Во всей казарме была тишь да гладь, даже никаких хрипов и бульканий, без которых зараженные, казалось, не способны существовать вовсе, не было слышно. Зато почти сразу же, на первой же лестничной клетке, под ноги попался свежеубитый зомби. Настолько свежий, что даже голубая кровь все еще сочилась из-под него. Мы с Сэмом переглянулись и опустили оружие, но полностью убирать не стали — мало ли…

И на крышу тоже не стали заваливаться, как на вечеринку старых друзей, а наоборот — постарались проникнуть максимально тихо и незаметно. И это чуть было не сыграло с нами злую шутку, когда отворяемая дверь предательски скрипнула, едва только я вышел на крышу и перестал ее держать.

И буквально тут же из-за угла пристройки, в которой располагалась эта самая дверь, вылетела размытая фигура, которая с разбега врезалась в меня! Я отскочил, чудом разминувшись с двумя резкими, размазанными в воздухе, ударами, вскинул дробовик, но вместо того, чтобы стрелять — еще при подъеме включил предохранитель и двинул стволом вперед, как копьем, или шестом, если угодно. Ствол угодил обезумевшей Кобре в грудину, точно посередине, и она прервала свою атаку:

— Хек!.. Что за…

— Свои! — рявкнул я, не опуская на всякий случай оружие. — Одурела, что ли⁈

— Ох, сорян. — выдохнула Кобра, держась за грудь. — Я думала, опять какой-то зомби недобиток. Не ожидала, что вы вернетесь так быстро.

— Угу. — я опустил дробовик, убедившись, что она наконец взяла себя в руки. — А где все остальные?

— Тут. — Кобра повернулась и посмотрела себе за спину. — Все, как ты и говорил.

— Я не говорил тащить их на крышу! — изумился я. — Что за сказки?

— А мы и не шли на крышу. Мы тут случайно, можно сказать, оказались… Короче, идем, сам все увидишь.

И Кобра снова скрылась за углом, из-за которого секундой ранее вылетела. Мы с Сэмом переглянулись, он покачал головой с восхищенной улыбкой (я не стал уточнять, что это значит), и мы последовали за девушкой.

Все и правда были тут. Несмотря на то, что людей формально было не сильно много, находясь на одной крыше, половина которой была занята антенной, они были вынуждены скучиться, из-за чего казалось, что тут яблоку негде упасть. Люди стояли, и, негромко переговариваясь, все смотрели в одну и ту же сторону. Даже Настя, которая, правда, заметила наше прибытие, просияла и стала пробираться в нашу сторону, пока не подошла вплотную. Я улыбнулся, потрепал ее по рыжим волосам, уделил внимание и сонному коту тоже, которого девушка держала на руках, и только после этого обратился к Кобре:

— Так что происходит?

— Сам смотри. — девушка кивнула. — Тот дом, про который Вика говорила.

Опять этот дом… Мало мне было той информации, что я получил от Сэма, так нет же — опять что-то приключилось.

Я протолкался между людьми, которые до сих пор не замечали пополнения в своих рядах, вышел вперед и увидел.

Из дома, на котором до этого висела большая простыня с приглашением всем выжившим, тянулся дым. Прямо из того самого окна, из которого свешивалась простыня. И это явно был дым не от пожара, он был намного более жидкий и светлый. Скорее уж это напоминало дым от дохлого костерка, на котором городские жители, играющие в туристов жарят сосиски… Кстати, и запах был очень похожий. Слабый, такой, что даже не уловишь носом, если не подумаешь о нем, но он все же был. Надо думать — между нам все-таки несколько кварталов.

— Видишь? — спросила Кобра, тоже протолкавшаяся ко мне поближе.

— Вижу. — сказал я. — Дым. Что вас переполошило?

— Выстрелы. — серьезно сказала Кобра. — Выстрелы, которые мы слышали до того, как появился дым.

— Поясни?

— Мы зашли зачистить казарму до конца, чтобы каждый убил хотя бы по одному зомби, как ты и сказал. Я решила подняться на крышу, осмотреть сверху всю территорию части на предмет еще выживших монстров, но вместо этого услышала выстрелы. — Кобра кивнула в сторону дома. — Оттуда, надо думать. Еще я, кажется, увидела в окне какое-то движение. Потом снова выстрелы. Я вытащила всех сюда, на крышу, чтобы они были под присмотром, и решила еще понаблюдать за домом. И через десять минут, когда мы уже хотели спускаться, потянулся дым. А там уже и вы пришли…

— Выстрелы? — с сомнением повторил я и посмотрел на Сэма. Тот покачал головой:

— Выстрелы это плохо. А выстрелы именно там — это плохо вдвойне. Нет, даже втройне.

— Думаешь, банда твоего брата заманила туда выживших и?.. — я поднял брови, предлагая Сэму самому продолжить мысль.

— Думаю, что заманить они вполне способны, это весьма в их духе. А вот что насчет «и»… Тут судить не берусь. — Сэм помотал головой. — С одной стороны, говорят, что наркоманы способны на самые безумные зверства в поисках дозы, которую они уже нигде и никогда, скорее всего, не найдут, просто не понимают этого… С другой стороны, хочется верить, что они все же не перестали быть людьми.

— Ты же не думаешь, что они их?.. — я поднял брови еще выше.

— Ни в чем не уверен. — Сэм помотал головой еще активнее. — Но ничему не удивлюсь.

— Так, ясно… — я вздохнул. — По ходу, настало время нам туда наведаться. Как минимум, выяснить, что там происходит, как максимум — сделать так, чтобы этого там не происходило, если там что-то непотребное… Каннибалов у себя под боком я терпеть не намерен… Да и просто банду озверевших наркоманов, в общем-то, тоже. Не хватало еще, чтобы они устроили там пожар, который в отсутствие пожарных спалит половину города, возможно даже, зацепив нас. Даже очень вероятно, что зацепив нас — застройка довольно плотная.

— Значит, идем? — спросил Сэм, вытаскивая из инвентаря винтовку и деловито проверяя ее затвор.

— Бежим. — усмехнулся я. — Может, еще кого спасти сможем.

— Я с вами. — моментально заявила Кобра.

— А то как же. — ответил я. — Без тебя никуда. Только что будем делать с новенькими?

— А вы все же кого-то вытащили? — Кобра на секунду задумалась. — Да, в общем-то, все то же самое, что и со всеми остальными. Мы сюда на крышу забрались уже под самый конец, чтобы проверить, не пропустили ли кого, так что территория части, в общем-то, пуста и свободна. Теперь тут надо прибраться и можно налаживать быт. Вот как раз в наше отсутствие остальные могут этим и заняться.

— Отличная идея. — я кивнул. — Тогда займись организацией всего этого, главной назначь Полину и Катю.

— Ты уверен? — Кобра с сомнением поджала губы. — Вы с Катей вроде не очень…

— Вот именно поэтому Полину И Катю, а не наоборот. — я кивнул. — Пусть Катя понимает, что ей дали возможность загладить свою вину, но при этом за ней продолжают наблюдать.

— А ты тот еще комбинатор. — хмыкнул за спиной Сэм. — Но у меня тоже вопросов — мне что делать? У меня два патрона осталось.

— Кстати, да. — я на секунду задумался. — По ходу дела, нам придется задержаться и снова открыть кучу коробок. К счастью, у нас больше нет проблем с тем, чтобы куда-то деть продукты… Не говоря уже о том, что у нас теперь целая куча претендующих на них ртов.

— Да, об этом… — Сэм украдкой кинул взгляд на людей, все еще смотрящих на дым и понизил голос. — Не подумай ничего плохого обо мне… Хотя и думай, мне все равно, короче, вопрос — а на хрена мы вообще спасали этих, из радиостанции? У нас же и так куча лишних ртов, которые — ну серьезно! — ничего не делают?

— Это они пока ничего не делают. — ответил я. — Но скоро все изменится. И, поверь мне, ты будешь рад тому, что есть те, кто может позволить себе «ничего не делать».

— Н-да? — Сэм с сомнением посмотрел на меня. — Ну, будь по-твоему.

Я громко свистнул, привлекая к себе внимание всех и велел спускаться с крыши, и первым пошел к лестнице, подавая пример. Пока я ходил за Йокой и новоприбывшими людьми, Сэм и Кобра отвели остальных в помещением столовой, поскольку только там было достаточно места, чтобы усадить всех. Объединив две группы людей, я немного подождал, пока все перезнакомятся, проконтролировал, чтобы не вспыхнуло никакого случайного конфликта, а после этого в двух словах обрисовал для всех, кто остается, фронт работ на то время, что нас не будет. Собрать сплайс по всей территории части, починить газовый шланг на плите в столовой, по возможности приготовить еду, привести в порядок казармы, а особенно кровати, и еще кучу всего по мелочи. Целую кучу всего, общей целью чего было превратить практически вымершую и почти заброшенную военную часть в место, в котором можно жить.

Закончив с этим, мы направились сразу к холодильным камерам, чтобы не нужно было далеко ходить, и скинули в одну кучу все коробки, которые у нас четверых были. Набралось, прямо скажем, немало. Я бы даже сказал, много набралось. Больше сотни серых, десять зеленых, две синих и одна фиолетовая, причем фиолетовую в общую кучу дропнул сам Сэм. Я посмотрел на нее, потом на него:

— Это с адаптанта?

— Ну да. — равнодушно ответил Сэм. — А что?

— Есть одна идея. Бери и открывай.

— Я? — удивился Сэм. — я думал, ты будешь открывать.

Я покачал головой, Сэм пожал плечами, открыл коробку и начал вытаскивать на свет предметы.

И первым же, что он достал, был патрон для снайперской винтовки.

Мы переглянулись, и я ткнул в кнопку рации, выходя на связь с Сэмом:

— Сэм, ты что-нибудь видишь?

— Да тихо все. — ответил Сэм. — А что?

— Да так, ничего. Сообщи, если будет что-то подозрительное.

Мы снова переглянулись, я пожал плечами, мол, вы сами все слышали, и мы двинулись дальше, продолжая соблюдать осторожность, разве что скорости прибавили, чтобы поскорее узнать, что там происходит наверху. Поэтому и на пятый этаж мы прибыли буквально через минуту активного перебирания ногами по ступеням.

Проход на лестничную клетку пятого этажа был забаррикадирован мебелью и другими предметами интерьера так плотно, что оставалась только узкая щель возле перил, в которую с трудом мог протиснуться один человек. Что творилось за баррикадой сказать было трудно, оттуда даже звуков никаких почти не доносилось, только какие-то приглушенные расстоянием разговоры и тихий стук, который на самом деле мог оказаться весьма сильными ударами.

Указав пальцами на глаза, а потом на проход сбоку, тем самым веля девчонкам следить за ним, я подошел вплотную к баррикаде и сначала попытался посмотреть «сквозь» нее, чтобы с помощью «взора» понять, нет ли кого с той стороны, но «взор» никого не показал. То ли никого не было, то ли были дальше, чем один метр. Тогда я отыскал взглядом щель пошире в баррикаде и приник к ней одним глазом, рассматривая лестничную клетку в обычной манере.

Сюда выходили двери трех квартир, в каждой стене по одной, и все три были распахнуты настежь. В глубине одной из них было видно какое-то движение, и именно оттуда и доносились звуки, которые мы слышали. На самой лестничной клетке никого и ничего не было, но я заметил, что на полу возле одной из дверей размазана кровь. И не голубая, от тварей системы, а очень даже человеческая красная.

Я обернулся на девушек, и, знаком велев им двигаться следом, принялся протискиваться в щель между баррикадой и перилами, подняв дробовик стволом вверх. Преграда оказалась приличной толщины, практически в половину моего роста, и явно была навалена тут только лишь для того, чтобы задержать тех, кто вздумает проникать снизу вверх. Как я сейчас. И, собственно, свою задачу она выполнила.

Потому что я был еще на середине пути, а в одной из квартир уже послышался какой-то больной смех, больше похожий на истеричный ржач, а потом прямо в мою сторону зашлепали шаги!

Я тихо ругнулся, вцепился пальцами в обивку кресла, которое попалось под руки, и как мог быстро вырвался из узкой щели, буквально в тот же момент, когда из квартиры вышел человек, и я попался ему на глаза.

Как в замедленной съемке я видел, как расширяются его глаза, как рука тянется к поясу, на котором висит огромный, почти по колено длиной, нож в кожаных ножнах, как округляется для предупредительного вопля рот…

Я прижал палец с пиктограммой «Скачка» и перенесся вплотную к этому типу. Без размаха коротко двинул вперед стволом, прямо в солнышко, сбивая ему дыхание и не позволяя заорать. Тем же стволом двинул еще раз — по руке, которая уже тянула из ножен нож, выбивая его из пальцев, а потом я сместился чуть вбок и вдавил дульный срез в грудь противника и припер его к стене.

— Цыц!.. — прошипел я хватающему воздух ртом противнику. — Одно слово — и пристрелю нахер!

Выглядел человек плохо. Я никогда не видел настоящих наркоманов, но в моем представлении они как-то так и выглядели. Тощий, бледный, с тонкими руками и ногами, на которых что штаны, что майка висели как на швабре, и огромными мешками под глазами — хватило бы все наши коробки туда сложить. Казалось, что мне даже стрелять в него нужно, достаточно просто прижать посильнее — и он просто переломится посередине.

На мгновение мне даже показалось, что это на самом деле адаптант света, а не человек, но мутные серые глаза, которых твари были лишены, вернули мысли в нормальное русло.

— Что у вас там происходит⁈ Что за дым⁈ — спросил я, но наркоман ничего не ответил. Он все так же тупо смотрел на меня, как рыба из аквариума. — Отвечай!

— Так отвечать или молчать? — проскрипел наркоман таким бесцветным голосом, что я чуть было не принял его за биоробота.

— Делать то, что я говорю! — отрезал я. — Говорю отвечать значит отвечать, говорю молчать — значит, молчать! Так что за дым⁈

— Еду готовим.

— А дым-то почему? Вы что, коптилку построили⁈

— Нет, костер сделали. Электричества-то нет…

Ясно, у них тут электроплиты в доме и в отсутствие света они банально развели костер.

— А где люди, которые сегодня пришли?

— Там. — наркоман кивнул на дверь, возле которой я заметил кровавые следы.

— Они живы?

— Они… живы? — словно эхом повторил за мной наркоман.

— Так живы или нет? — я прищурился, но наркоман будто не понял этого мимического жеста и все так же тупо глядел на меня.

Я отнял левую руку от дробовика и активировал рацию:

— Сэм, ты нас видишь?

— Да, через окно подъезда вижу!

— Квартира справа от нас, есть обзор?

— Не, ни хера!

— Сэм? — внезапно оживился наркоман. — Ты сказал «Сэм»?

— Это кто там? — недоверчиво спросил Сэм. — Фаст, кто там у вас?

— Это брат твой, вот кто! — заявил наркоман.

— Брат, говоришь? — голос Сэма внезапно затвердел и заледенел, словно он превратился в ледяного адаптанта. — Фаст, а ну отойди, посмотрю на этого брата.

Я сделал шаг в сторону, открывая обзор для Сэма и одновременно кивая протиснувшимся следом за мной девчонкам на дверь квартиры справа — осмотрите, мол. Они кивнули и вдвое двинулись внутрь квартиры.

— Ты посмотри… — хмыкнул в рации Сэм. — И правда брат. Стой смирно, брат, а то у меня палец на спуске может дрогнуть в самый интересный момент.

— Я ничего такого не делал. — голос наркомана снова вернулся к полной бесцветности.

— О, старые песни о главном! Сколько раз я слышал эту фразу? Тысячу, две тысячи? Ты не «ничего такого не делал», ты просто по жизни ничего из того, что делаешь не считаешь «таким», вот в чем проблема — выплюнул Сэм. — Вот что ты ввязался на этот раз⁈

— Я ни во что не ввязался. — ответил наркоман.

И в этот момент из квартиры, в которую я направил девчонок, раздался громкий полу-вздох, полу-вскрик.

— Сэм, держи его! — крикнул я, кидаясь следом за девчонками.

Кобра обнаружилась в ванной комнате, справа от входа. И она там были не одна.

Вместе с ними там находилось еще два тела. Мертвых. Одно мужское, и одно женское. Они оба были согнуты в поясе и перекинуты через край чугунной ванны, и от их голов вниз тянулись струйки крови. Они смешивались и переплетались и в конце концов на дне ванны объединялись в одну кровавую реку, исчезающую в сливе. Мы переглянулись с Коброй, и она сжала пальцы так, что они захрустели

— Тут еще! — раздалось из другой комнаты голосом Йоки. — Ох…

Мы, не сговариваясь, кинулись на ее голос и в соседней комнате обнаружили еще троих людей. Двое мужчин и одна женщина сидели на полу, не в силах даже встать, поскольку их ноги и руки были связаны скотчем, а конкретно ноги — еще и привязаны друг к другу. Рты тоже были заклеены скотчем, да так, что даже мычание через него едва-едва пробивалось.

Я скрипнул зубами и взялся за рацию:

— Сэм! — я даже не пытался сдержать тон и говорил как есть. — Они тут людей держат связанными, а двоих вообще убили! Пристрели этого ублюдка!

— С удовольствием. — ответил Сэм и в рации раздался характерный лязг затвора. — Стой смирно, братец… Стоять!..

Грохнул выстрел, следом раздался тихий мат, лязг затвора, и снова голос Сэма:

— Я промахнулся! Сука, он как раз в момент выстрела ломанулся в сторону!

— В какую? — тут же отреагировал я, выглядывая в коридор.

— Влево! Не к вам!

— Так, понятно. — я вскинул дробовик, повернул набок, проверяя патрон в патроннике. — Значит так, мальчики и девочки. У нас новая задача. Освободить этих людей, а потом зачистить этот гадюшник.

— Что значит… «зачистить»? — тихо спросила Йока, испуганно глядя на меня.

— То и значит. Я не намерен оставлять этих ублюдков рядом с нами, потому что однажды на месте тех людей, — я качнул головой в сторону ванной, — могут оказаться наши люди. Не хочешь со мной — останься тут, с людьми, помоги им освободиться и выведи отсюда. Кобра, ты тоже. Я и один справлюсь.

— Нет, я с тобой. — Кобра снова хрустнула костяшками. — Я тоже не намерена давать спуску этим уродам!

— Вот и отлично. — я кивнул и развернулся. — Тогда идем.

— Стойте… — подал голос один из мужчин, которому Йока уже сняла скотч с лица. — Там дыра в стене, в соседней комнате… Ведет в соседнюю квартиру. Они так и ходят туда-сюда. Ублюдки… Они обсуждали, как сожрут нас после того, как кончатся запасы, которые они у нас отняли!

— Не сожрут. А за информацию спасибо. — я кивнул. — Кобра, за мной.

И мы вдвоем двинулись в указанную мужчиной комнату, оставив Йоку разбираться с ними.

— Сэм, прикрой Йоку. — велел я по рации. — Если кто-то появится на лестничной клетке, стреляй не раздумывая… То есть нет, сперва посмотри, не Йока ли это и если нет — то стреляй.

— Есть, босс. — ответил Сэм и мы вошли в соседнюю комнату, действительно обнаружив там пролом в стене, ведущий в соседнюю квартиру. Пролом был неровным, небольшим, явно сделанным не взрывом, а при помощи лома, кувалды и такой-то матери. И в нем был виден кусок другой квартиры, которая разительно отличалась от той, в которой находились мы, даже в той своей малой части, что была видна через пролом. Если здесь царил хоть и аскетичный, но порядок и чистота, то там был настоящий притон. Никакой мебели, только брошенные прямо на пол грязные продавленные матрасы, ободранные и обожженные стены, какие-то разноногие табуретки, частью лежащие на боку и как венец всего этого — ржавая железная бочка, внутри которой плясали отблески пламени. На бочке лежала не менее ржавая решетка, явно сорванная с ближайшего окна, а на решетке стоял закопченный эмалированный чайник и жарились какие-то непонятные куски мяса. Очень надеюсь, что не человечина…

Хотя уже не сильно важно. Приговор себе ублюдки уже подписали.

И сидящий возле бочки и вяло ковыряющий мясо двузубой вилкой, наркоман стал первым, чей приговор был приведен в исполнение. Кобра кинула на него короткий взгляд, а потом просто подскочила к пролому, сунула в него обе руки, одной схватила наркомана за шею, а второй — ударила кастетом точно в висок. И еще раз, и еще — для надежности. Наркоман упал на пол смятой тряпочкой, заливая его кровью из пробитой башки, а Кобра сжалась и ловким прыжком рыбкой пролетела в пролом, оказываясь по ту стороны. Я тоже пролез следом, и, только выбрался, как откуда-то издалека раздались взволнованные крики.

— Туда! Туда! — расслышал я вопли сэмовского брата. — Они там!

Шаги приближались, я вскинул дробовик и первого же появившегося из-за поворота наркомана, чья голая грудь была покрыта синяками от уколов, встретил зарядом картечи. Его откинуло назад, на других уродцев, один из них упал, остальные замедлились, и я, активировав «разрывные снаряды», выстрелил снова.

И так мелкая картечь разделилась на еще более мелкие осколки и накрыла сразу всех вбежавших в комнату наркоманов. Они резко сбавили темп и завопили, хватаясь за все части тела подряд. Не смертельно, конечно, но очень неприятно.

Смертельно стало, когда к ним подскочила Кобра.

Пользуясь тем, что наркоманы не могут сосредоточиться из-за моих выстрелов, она действовала по одной и той же схеме — лоу-кик под колено, выбивая опорную ногу из-под противника, а когда он упадет на одно колено — резкий прямой в висок, после которого враг уже не поднимался. А если учесть, что некоторым попало и по глазам тоже, это вообще превратилось в форменное избиение!

Один из врагов достал нож, еще один размахивал откуда-то взявшимся пистолетом. С ним я справился, быстро сунув в патронник еще один картечный патрон и зарядив его «усиленным выстрелом». Грохот сгоревшего пороха — и наркоман лишился пистолета прямо вместе с кистью руки. Кобра тоже справилась с ножевиком, вовремя подставив вместо себя под удар другого нарика, и сломав вооруженную руку противника в локте одним точным ударом.

Расправившись с прибежавшей шестеркой наркоманов, я докинул патронов и мы двинулись дальше по этому притону. Подошвы ботинок прилипали к полу, в воздухе висел густой запах какой-то гнили, и вообще тут было максимально неприятно.

В углу лежало недвижимое тело. Сначала я решил, что это очередной наркоман, возможно, обдолбанный, поэтому и не реагирующий на раздражители, но это оказалась еще одна мертвая женщина. Судя по обрывку веревки на шее — ее задушили, да еще и раздели зачем-то догола. Впрочем, о чем я — понятно, зачем…

Я скрипнул зубами и пожалел только об одном — что не пристрелил сэмовского брата сразу же, а лясы с ним стоял точил. Сейчас пришлось бы убивать на одного противника меньше…

Мы прошли в следующую комнату и внезапно на меня из-за угла, занеся над головой нож, налетел еще один нарик! Я вскинул дробовик, привычно перегородился им от удара, заблокировав руку, но тут из-за его спины выскочил еще один — маленький, юркий, как гоблин! — и пнул меня ногой в живот!

Дыхание перехватило, я отшагнул назад, пытаясь вдохнуть, и тут вперед выпрыгнула Кобра! Один ее мощнейший удар ногой — и мелкого сложило пополам и практически отшвырнуло в сторону, в стену, как футбольный меч при пенальти! Второй, выпучив глаза, полез на Кобру с ножом, но я уже восстановил дыхание, снова вскинул дробовик, левой рукой дернул назад за плечо Кобру, убирая ее с линии огня, и выстрелил прямо в лицо наркомана.

В следующей комнате мы обнаружили еще один пролом в стене, который вел уже в третью по счету квартиру. Я сначала как смог осмотрел все, что смог, и только потом полез в пролом.

— Это Сэм. — внезапно сквозь помехи пробился голос снайпера. — Йока и люди вышли! Прикрываю их!

— Брата своего не видел⁈ — я на секунду прижал кнопку рации.

— Неа!

— Ладно, сейчас найдем…

Мы прошли всю третью квартиру, убив еще четверых наркоманов, один из которых, судя по идущей изо рта пене и почти закрытым глазам, прямо сейчас был под кайфом и бросился на нас с жутким обреченным воем, словно на чертей, которые вели его к раскаленной сковородке, но брата Сэма так и не нашли. По второму кругу обойдя все квартиры еще раз и убедившись, что больше никого живого в них не осталось, мы остановились на лестничной клетке и я снова вызвал Сэма:

— Нет твоего брата нигде.

— Ну так он и снизу не выходил…

— Если он не выходил снизу… — я поднял брови, хотя Сэм и не мог этого видеть. — То, может, он вышел сверху?

— Эх, голова… — крякнул Сэм и почти тут же завопил. — Да, сука! Он на крышу выбежал, я его вижу!

— Пристрели его нахер! — велел я, а потом повернулся к Кобре. — Идем вниз. Сэм разберется.

Мы спустились к Йоке, которая ждала нас на первом этаже, попутно получив извещения об убийствах субъектов с отрицательной кармой, и я снова вызвал Сэма:

— Мы выходим. Что у тебя? Пристрелил?

— Нет, блин! Он тощий, как спичка, и двигается дергано, как богомол, хер попадешь нормально! Бочину, кажется, прострелил, а потом он… Я не понял, с крыши, что ли упал? Короче, пропал из сектора обстрела. В любом случае, с простреленной бочиной он не жилец. Или сам сдохнет, или зомбики помогут.

— Ну да, шанс велик. — ответил я. — Ладно, снимайся с позиции. Мы тут закончили. Кого смогли — спасли. Возвращаемся.

Через полчаса мы уже знакомили новоприбывших с остальными в части, и таким образом наша небольшая группа за один день увеличилась больше чем вдвое. Я с удовольствием понаблюдал, как недавно еще не знающие друг друга даже по именам и позывным люди работают сообща бок о бок и помогают друг другу, если таковая помощь понадобится, и чувствовал, что все налаживается. Несмотря на все то, что происходило вокруг — все налаживалось.

И, едва я это осознал, как на меня навалилась жуткая усталость. Все пережитое за последние часы будто ждало где-то за порогом сознания, чтобы сейчас разом обрушиться на меня и буквально заставить колени согнуться под грузом усталости. Сэм, Йока и Кобра тоже выглядели не лучшим образом, поэтому я решил, что будем не лишним нам отдохнуть после всего пережитого, особенно при условии, что кровати в казарме уже подготовили для того, чтобы на них можно было спать.

Этим я и воспользовался, и провалился в сон, едва только коснулся головой подушки.

Проснулся я только уже под вечер, но зато чувствовал себя отдохнувшим и посвежевшим. Даже настроение было лучше некуда.

Было.

Потому что как только я открыл глаза, в углу поля зрения настойчиво заморгал значок личного сообщения. А получить его я мог только от одного человека.

Что ж, в этот раз Робин нашел чем меня удивить. Такой наглости я от него никак не ждал, поэтому даже решил ответить. Некоторое время соображал, как это сделать, но потом нашел взглядом малозаметную кнопочку, больше всего напоминающую своей пиктограммой функцию ответа, и ткнул в нее прямо пальцем.

Открылось небольшое серое полупрозрачное окно в самом низу поля зрения, длинное и узкой, как бегущая строка в новостях по телевизору. В начале строки настойчиво моргал курсор, но никакой клавиатуры видно не было.

— Ага… — произнес я для пробы и сказанное тут же отпечаталось внутри окошка. — Ну отлично, так я и думал.

Я удалил все набранное кнопкой с крестиком, которая появилась одновременно с первым же словом и произнес то, что и собирался:

— Да ни хера ты не знаешь, завязывай блефовать.

И отправил сообщение, нажав на кнопку со стрелочкой.

Долго ждать ответа не пришлось, Робин, судя по всему, только и ждал, когда же я отреагирую.

«К сожалению для тебя, это не так! Ты на территории военной части, в западной части города! Что теперь, опять побежишь, как крыса⁈»

«Опять»? Что он имеет в виду своим «опять»? Или это он про то, как я выиграл турнир и одновременно переиграл его? Да, неслабо же у него припекло с той ситуации, раз до сих пор вспоминает.

Отвечать ему я ничего не стал, поскольку главное уже выяснил — он действительно знал, где я нахожусь. Откуда он это знал — вопрос третий, намного важнее то, что за этим последует. А последовать за этим, если знать Робина, может только одно — он припрется сюда. Он же спит и видит, как бы меня прибить после того, как я облапошил его на турнире. Он же пытался это сделать прямо там, да вот не вышло. И теперь он приложит все усилия к тому, чтобы исправить эту оплошность.

Остается только один вопрос, и он, по стечению обстоятельств, главный — насколько Робин действительно осведомлен о моем положении и месте дислокации? Думает ли он, что я тут один или понимает, что вместе со мной есть еще какая-то группа людей? Понимает ли, что на территории военной части есть какая-никакая техника (в нашем случае скорее никакая), и оружие? И из этого вопроса вытекает еще один — что конкретно Робин теперь намерен делать?

Он-то наверняка не один, он по-любому не один, вокруг него уже собрана целая банда, как пить дать. Зачатки этой банды жили еще тогда, когда я был вхож на соревнования — рядом с пижоном постоянно вертелась пара-тройка лизоблюдов, которые разве что спусковой крючок за него не тянули, а все остальное делали. Снаряжали паучеры, чистили оружие после стрельб и вообще старательно исполняли функции прислуги. Вряд ли они пережили приход Основания, но даже если и не пережили — Робину ничего не стоит собрать вокруг себя новых. Лизоблюдов среди всякой гоповатой шушеры полным-полно, и стоит им получить прикладом в зубы, и они уже согласны тащиться следом свитой, как шакалы за львом. А Робин среди них именно лев. Злой, хитрый, мстительный, вредный, но лев. Как Шрам из «Короля льва». И, если у него теперь есть целая армия шакалов и огромное желание отомстить мне, это значит только одно. Они все придут сюда. Все, сколько бы их там ни было. А значит, будет бой. Учитывая, сколько осталось на Земле людей, можно даже сказать — будет война.

Я оглядел соседние кровати, но никого там не обнаружил — видимо, все остальные проснулись раньше меня. Тогда я встал тоже, надел ботинки, которые снял перед сном и выглянул в окно, на плац военной части.

Там происходило прелюбытное зрелище — Кобра и Сэм, которые вроде совсем недавно, пусть и беззлобно, но все же переругивались, вместе совершали странные движения. Судя по всему, Кобра давала Сэму уроки рукопашного боя, по крайней мере, больше всего было похоже именно на это. Нарушать их идиллию не хотелось, но придется, поэтому я спустился к парочке и застал их в тот момент, когда Кобра выправляла выпрямленную в ударе ногу Сэма, прямо руками крутя и вытягивая ее.

— Вот так. — наконец пропыхтела Кобра, на шаг отступая от Сэма.

— Я чувствую себя пластилиновым человечком. — признался Сэм. — И даже не представляю, как и за счет чего до сих пор не упал.

— Это только пока ты в статике. — ответила Кобра. — В движении это будет совершенно незаметное и очень органичное движение.

— Не хотелось вас прерывать, но придется. — произнес я, обращая их внимание на себя. — Сэм, идем. Есть проблема.

— Я ничего не делал! — в своем репертуаре отозвался Сэм.

— Очень надеюсь. — я улыбнулся. — Но сделать придется. Идем. Кобра, найди Йоку и подходите к оружейной.

— Что случилось? — недоверчиво посмотрела на меня девушка.

— Там объясню. — я махнул рукой. — Иди. Сэм, ты со мной.

Пожалуй, надо будет найти новое место для арсенала, а то он слишком далеко находится… Да и говоря по-честному маловат, даже для того не самого большого количества всякого хлама, который у нас имелся уже сейчас. Надо будет какое-то другое помещение под него приспособить, например, кусок гаража. Надо его только от тех машин, что не на ходу, избавить.

По пути я вкратце объяснил Сэму суть проблемы, и он задумчиво пожевал губами:

— Это мой брат. Жопой чую, что брат. Не удивлюсь, если этот твой Робин был знаком с ним еще до того, как вся эта каша с системой заварилась.

— Откуда бы? — удивился я. — Где твой брат и где мажор Робин.

— Мой брат тоже был мажором. — усмехнулся Сэм. — До тех пор, пока мать с отцом не поняли, что он на самом деле из себя представляет, и не лишили его наследства, а собственные накопления и активы он моментально в шприц пустил. Так что то, что твой Робин — мажор, никак не опровергает, а только лишь подтверждает мою теорию. А если они знали друг друга раньше, то сейчас как пить дать объединились.

Может, он и прав. Правда не совсем понятно, зачем эта кучка обдолбышей Робину, но с другой стороны, если это отработало хотя бы раз, дав информацию о нашему местонахождении, то оно того стоило. В конце концов самому Робину это ничего не стоило — всего-то разок заявиться лично, одного пристрелить, второму дать по зубами и констатировать факт «Теперь вы работаете на меня». Вот они и работали. Возможно, даже собирали для него добычу с выживших не просто для себя, но и ему процент отстегивали. Или вернее сказать, процент оставляли себе. Возможно, именно так он и поднял себе свой уровень и обзавелся крутым снаряжением, за счет других. Впрочем, ему это не впервой.

Мы зашли в арсенал и первым делом я подошел к трубам РПГ и провел по одной из них пальцами:

— Много у нас ракет?

— Гранат. — поправил меня Сэм. — Еще десяток наберется, только против людей их бессмысленно использовать, если ты об этом. Только если люди в укрытиях, тут же обычные «Лучи» лежат, а не термобар какой-нибудь. Они против техники и укреплений.

— Возможно, какая-то техника у них тоже будет. — я повернулся к Сэму. — Так что покажи, как с этим управляться.

— Да просто все. — Сэм нагнулся, вытащил из открытого деревянного ящика грязно-желтый цилиндрический тубус и повернул его половинки в разные стороны под шорох разрываемой бумаги.

Из бумажного тубуса он извлек еще один цилиндр, на сей раз — зеленый, из того же ящика взял пузатую желто-зеленую гранату и пальцем сбросил с ее тупого конца пластиковую заглушку.

— Вставляется, закручивается. — проделав описанные манипуляции, Сэм скрутил вместе цилиндр и гранату. — Это зеленое — порох, если что. Вышибной заряд, который выталкивает гранату из гранатомета, потом уже включается заряд гранаты.

Взяв со стены один из РПГ, Сэм вставил в него гранату, повернул ее пальцами и показал мне шляпку винта, виднеющуюся возле толстой части:

— Это крепление, чтобы граната не вылетала из трубы. Хорошенько так ее вставляешь… — Сэм с силой вогнал гранату в трубу, так что головка винта даже зазвенела о специальный вырез, точно подогнанный под ее размер. — И готово.

— И можно стрелять? — уточнил я.

— Ага. — Сэм вытащил гранату обратно и повернул РПГ ко мне рукоятью. Вернее, рукоятями, поскольку их у гранатомета было целых две — со спусковой скобой и крючком, и без них. — Вот тут взвод, тут предохранитель, тут спуск. Не взведешь — не выстрелит, самовзвода нет. Прицел тут, откидывается вверх, только под правую руку. Так, момент…

Он откинул целик прицела и подвигал на нем какую-то железку:

— Вот, готово, теперь прицел установлен под ту гранату, которая сейчас заряжена, они разные по массе, поэтому прицелы разные.

— Вроде все просто. — я кивнул, рассматривая РПГ, а сам задумался о том, что будет, если попытаться на снаряженный гранатомет применить «усиленный выстрел» или тем более «разрывные снаряды».

— Снаряды кумулятивные, то есть предназначенные для того, чтобы делать в преградах небольшие дырочки, а всех, кто за ними поражая осколками этого самого препятствия и в меньшей степени — внутренними частями гранаты.

— А как думаешь, что будешь если применить «усиленный выстрел»? — спросил я.

— Применить… — глаза Сэма округлились. — Ни хера ты чего задумал! Думаешь, прокатит?

— Со старым дробовиком, еще не системным, прокатывало. — ответил я. — Давай попробуем. Его же можно потом разрядить, правильно?

— Ты думаешь, эффект сохранится, если разрядить?

— Не сохранится, я пробовал, но нам же как раз это и нужно, не так ли? Лично я бы не хотел, чтобы заряженная навыком граната находилась у меня в радиусе… В любом радиусе.

Под взглядом Сэма я самостоятельно снарядил гранатомет, а потом активировал «усиленный выстрел».

И граната окуталась желтым сиянием, как и патрон в патроннике, только на сей раз ему не было нужды пробиваться через сталь ствольной коробки, поэтому и интенсивность сияния была намного выше.

— Круто… — выдохнул я, осторожно вытаскивая гранату из ствола и наблюдая, как сияния гаснет. — По крайней мере, мы знаем, что это работает. А вот как это покажет себя — еще предстоит выяснить.

— Так давай пальнем. — деловито предложил Сэм. — Просто в здание хотя бы.

— Незачем. — я покачал головой. — Лучше беречь снаряды, мало ли что нас ждет в будущем. Мы точно знаем, что эти гранаты делают «бум» и дырки, поэтому с навыком или без него, они их сделают. Просто с навыком «бум и дырки» будут больших масштабов.

— Мы тут! — на пороге арсенала появилась Кобра. — Что теперь?

— Распаковывайте коробки. — я кивнул на все те шкатулки, которые мы своими же руками несколькими часами раньше сюда перетащили.

— Ты шутишь? — удивилась Йока. — Мы же их…

— Я знаю, что мы их! — я махнул рукой. — А теперь надо распаковывать! Нам понадобится куча патронов. И желательно оружие, если попадется.

— Для остальных? — деловито осведомился Сэм.

— Нет. — я покачал головой. — Для остальных хватит и калашей. Кстати, их тоже нужно проверить.

И мы с Сэмом этим и занялись — брали по очереди калашниковы, стоящие в пирамиде, и быстро проводили неполную разборку — долой магазин, крышку ствольной коробки и затворную группу. Глядели на свет стволы, чтобы все были чистые, без каверн, и с толковыми нарезами, проверяли магазины, нажав большим пальцем на пружину подавателя, пока сил хватало прожать, и собирали оружие обратно. Таким образом минут за двадцать мы проверили все три десятка калашей, каждый которых оказался в идеальном состоянии.

— Я так понимаю, ты собрался всем остальным калаши раздать? — поинтересовался Сэм, деловито примыкая магазин к последнему проверенному автомату.

— Точно. Люди все взрослые… Ну, почти все. — поправился я, вспомнив Настю. — Наверняка как минимум по разу держали калаш в руках. А если и не держали, то научить стрелять — дело одного часа.

— Стрелять-то да, а вот попадать…

— А попадать и не обязательно. Они будут создавать плотность огня. Основную работу на себя возьмем мы.

— Мы двое?

— Мы четверо. — я кивнул и на девчонок тоже. — Не забывай, что они тоже ух чего могут.

— Забудешь тут. — хмыкнул Сэм. — Но Йока вроде бы…

— Сам ты «вроде бы». — подала голос Йока. — Это в прошлом. После того, что мне рассказали спасенные из наркопритона люди — в прошлом. Теперь я с удовольствием вспорю любого из этих ублюдков от гортани до паха, если выдастся возможность снова с ними встретиться.

— О, выдастся, еще как выдастся. — ответил я. — Именно они скоро к нам в гости и придут. Ну, может, не они сами, но такие же, как они. Возможно, даже их друзья. Короче, оторвешься по полной.

— Жду не дождусь. — ответила Йока и поднялась из позы «ноги крестиком». — Мы закончили.

И мы вчетвером сели разбирать улов, который нам перепал. Конечно же, коробки практически все были серые, но зато их было очень много, что дало свой результат. Помимо огромного количества различных продуктов, которые еще предстояло перенести в холодильник, попались два гравипода, несколько образцов холодного оружия — два ножа, булава и копье, на которые Йока отказалась даже смотреть, поскольку это были не мечи. Попался системный пистолет-пулемет, которым никто из нас толково не умел владеть, попалось целых три малых модуля защиты на разные части тела, которые я тут же раздал своим ребятам, по одному на каждого — на меня их все равно не было возможности повесить, так как все подходящие части тела уже были заняты. Попалось огромное количество различных боеприпасов, как для «малого» калибра, то есть для пистолетов и пистолетов-пулеметов, так и нужных нам средних и огромных. Выпал мешочек с валютными дисками, в котором оказалось десять монеток, выпали новые кастеты для Кобры, в которые был встроен навык такой же, как у йокиного меча — переносится к противнику, только вплотную, а не на три метра от него, и они тут же надела их на руки. Попыталась ради эксперимента надеть один вид на одну руку, а второй — на другую, но ничего не вышло — они оба просто просочились у нее сквозь пальцы, словно на секунду перешли в какую-то нематериальную форму. Выпала защита для ног, которая тоже пошла Кобре — помимо функции непосредственно защиты, она еще давала бонус к откату умений боя без оружия, первым из которых Кобра похвасталась прямо тут — ее кастеты запылали зеленым светом и пустой ящик от гранат РПГ, который Сэм милостиво разрешил развалить, натурально развалился от буквально одного удара — просто разлетелся в мелкие щепки, словно в него динамитную шашку сунули!

— Называется «кинетический удар». — похвасталась Кобра. — Единственный минус — требует системного оружия для работы, но это не проблема.

В конечном итоге, выпало много всего, нужного, ненужного и даже неизвестного, что сейчас я даже осматривать не стал. Исключительно пробежался глазами по понятным и непонятным штукам, убедился, что в их описаниях нет слов «Оружие» и «Амуниция» и отложил на потом. Сейчас у нас было более важное занятие.

Сначала мы перетаскали в казарму калаши и РПГ, потом собрали всех людей и сообщи перетаскали еще и продукты в холодильник. После этого, пользуясь тем, что все собраны вместе, я вкратце обрисовал ситуацию и закончил ее следующим:

— От своих слов, которые сказал ранее, я не отказываюсь. Кто хочет уйти — уходите. Что вас там ожидает, я не знаю. Что ожидает оставшихся здесь — не знаю тоже. Но приложу все усилия к тому, чтобы эти стены остались для нас надежным убежищем, внутри которого каждый нормальный и адекватный человек найдет безопасность. Я все сказал.

Как я и ожидал, никто не захотел уходить. немного пошептались, но на этом все и закончилось, и после моей речи для всех, кто не получил еще ни одного навыка в своей специализации, то есть, всех, кроме Насти, которую вообще не планировалось пускать в бой, и Вики, которая взяла уровень «Псионики» и свой первый скилл, Сэм провел урок обращения с оружием. Присоединение магазина, досылание патрона, борьба с простыми задержками, и вот это вот все. Само собой, за день бойцов из вчерашних гражданских не сделать, но почти все мужчины, то ли после компьютерных игрушек, то ли еще помня навыки после армии, быстро вошли в ритм и даже наловчились справляться с такой сложной задержкой, как двойная подача. Сымитировать ее, конечно, было нечем, но порядок действий они заучили быстро и прочно.

Я нес дежурство на одной из угловых вышек, с которых можно было просматривать все окружение, еще на одной, с рацией в быстром доступе, несла дежурство Йока. Вообще вышек было четыре, но еще две занимать не стали — вместо этого посадили Настю, Вика и Кобру, свободных от муштры, вскрывать цинки и снаряжать магазины патронами.

И уже к вечеру, когда даже Сэм уже давно бросил обучать новичков, поскольку и он устал, и они тоже, и все отправились отдыхать, я заметил в конце одной из улиц какое-то движение. Не просто бессмысленное брожение зомби, не перепархивание какой-то другой твари с балкона на балкон, а что-то огромное, мощное и неотвратимо прущее в нашу сторону, буквально разбрасывающее машины и зомби со своего пути!

Я схватил бинокль, который мне сунул Сэм час назад со словами «гляди чё нашел» и поднес его к глазам.

И обомлел.

В нашу сторону, прямиком из «Безумного Макса» неслась огромная фура, обшитая листами металла и сетками, а прямо за ней летела целая кавалькада машин!

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15 % на Premium, но также есть Free.