Чтобы спасти жизнь маленького брата, я вынуждена подписать договор и на два месяца стать межгалактической эскортницей...
Нелёгкая история. Входит в цикл Аль Хоббена, но можно читать отдельно.
Ариана Гонсалес
Забиваюсь в угол. Сжимаюсь, подтянув колени к подбородку, и обхватываю трясущимися руками ноги, устремляя взгляд в одну точку.
— У меня нет другого выхода, — говорю чуть слышно, едва шевеля губами. В пустоту. Сама с собой.
В этой кристально чистой, как какая-нибудь процедурная или операционная, белой комнате я совершенно одна... практически обнажена... На мне только обычное, самое дешёвое хлопковое бельё, потёртые кеды и больше ничего.
Непривычно.
Холодно. Страшно.
Ещё на входе в корабль громилы заставили раздеться и не позволили одеться... В таком виде они бросили меня здесь, будто бездушный товар, ожидающий своей очереди для продажи.
Хотя почему «будто»?
Так, они и сказали, после того как окатили моё тело похотливыми взглядами. Сальными, мерзкими... вызывающими неконтролируемый приступ тошноты.
Даже сейчас, когда вспоминаю их бандитские рожи и грязные улыбки вперемешку с улюлюканьями, у меня скручивает желудок...
Безумно хочется смыть с себя их пошлые взгляды и прикосновения, но пока такой возможности нет. Комната представляет собой белоснежный куб с диваном ровно посередине и одной дверью... на выход.
Мне дали время собраться с мыслями перед встречей-интервью с руководителем агентства. Так сказать, великодушно позволили настроиться и осознать своё незавидное положение.
Но на самом деле вопрос о положении очень спорный. Здесь, как посмотреть. Многие землянки мечтают оказаться на моём месте, буквально спят и видят, как попадут в эскорт такого масштаба!
Они думают, что благодаря работе здесь сумеют залезть в постель к состоятельным инопланетникам... впоследствии привяжут их к себе, женят и будут жить в своё удовольствие долго и сча́стливо.
Ходят слухи, что мужчины Империи Аль Хоббена очень любят своих женщин и берегут как самый хрупкий цветок во Вселенной. У них очень большой демографический перевес, поэтому к слабому полу относятся с уважением и обожанием. Как к Богиням. Боготворят и превозносят.
Кто бы не мечтал о подобном?
Наверное, каждая нормальная девушка, желающая устроить себе счастливую жизнь с любящим мужчиной рядом.
Каждая, но не я.
Для меня это вынужденная мера. Самая крайняя. Буквально последний шанс на спасение...
— И я сделаю это! Сделаю! — силюсь сказать, однако вместо слов вырываются лишь хрипы. Горло сдавливает болезненным спазмом, но я приказываю себе, — не плакать, Ариана Гонсалес! Ты справишься!
Тело дрожит и одновременно цепенеет от страха и неизвестности... Сумасшедший коктейль эмоций бушует внутри меня. Такой, что буквально разрывает на части — на тысячи мелких осколков. И тело, и душу.
Я себе уже не принадлежу. Я полностью во власти этих кровожадных чувств! Мощных, беспощадных, словно яд, распространяющихся по всему организму. Травящих и постепенно убивающих...
Сердце колотится так, что, кажется, сейчас пробьёт грудную клетку и выскочит в поисках спасения. Дышу через раз, будто даже воздух, и тот здесь отравлен.
Состояние не поддаётся контролю.
Чувствую, что погибаю... что заживо умираю, теряя себя настоящую.
После сегодняшнего вечера не будет больше нежной девочки с ярко-розовыми волосами и милыми ямочками на щёчках... Чистой, невинной... верящей, что в жизни всё-таки существуют любовь, добро и справедливость. Где-то далеко, но они есть.
— Кто же будет вместо меня? — с трудом произношу безжизненным голосом. Пытаюсь говорить с собой вслух, чтобы хоть как-то разбавить гнетущую тишину, давящую на виски.
— Не знаю... никто... — на выдохе выпаливаю и чувствую, как по щеке, вопреки моему желанию, медленно скользит одинокая слеза.
Зло смахиваю её с себя. Остервенело тру щёку, раня нежную кожу.
— Я обещала себе не плакать! — раздражаюсь.
Дала слово принять свою судьбу и стойко выдержать всё, что со мной произойдёт в этом месте...
Ведь я сама на это пошла! Никто не заставлял и не принуждал. Сама!
Это мой выбор.
Но от осознания и понимания этого легче не становится... однако дело, ради которого я решилась на такой шаг, сто́ит того.
Да что уж там!
Сто́ит. Даже. Большего!
Мне необходимо спасти брата... всё, что я делаю, делаю только ради него. Он должен жить. Должен вырасти, стать взрослым мужчиной и обрести свою семью... должен!
А моё будущее уже предрешено.
Сегодня я подпишу договор и на ближайшие два месяца стану межгалактической эскортницей.
Аль Хоббена — наша любовь — حبنا — [hubuna]
Ариана Гонсалес
Рон — мой кровный брат и единственный человек во всей Вселенной, кем я искренне дорожу. Тот, кого безусловно люблю всем сердцем и ради кого готова на всё.
Родной мой, маленький и совершенно беззащитный...
Вспоминаю о нём, и на душе сразу становится тепло и светло. Он как лучик солнца среди грозовых туч или как спасительный остров посреди бескрайнего океана. Он моё всё.
— Мой малыш, я обязательно вернусь к тебе! Обещаю... — знаю, что не услышит. Он сейчас далеко, на Земле, но, обращаясь к нему, становится немного легче.
Нам нужны деньги.
Очень много денег. И срочно.
Чтобы законным и естественным путём заработать необходимую сумму, мне придётся около десяти лет трудиться на должности администратора в отеле, в котором я работаю.
Вернее, работала. Здесь уже уместно прошедшее время.
Сегодня мне пришлось в срочном порядке уволиться одним днём. И сделать это со скандалом, которого я всеми силами старалась избежать, а в итоге не получилось. Всё из-за того, что владелец, он же директор ни в какую не хотел идти на уступки.
Я просила отпуск: положенный по закону или за свой счёт, но мужчина отказал мне. Умоляла помочь деньгами в счёт будущих зарплат. Одним словом — дать креди́т, пусть и с большими процентами, всё равно... во всех банках мне ранее отказали, туда я пошла в первую очередь... но он и в этом вопросе оказался непреклонен.
Тогда я сказала, что в таком случае увольняюсь, и он пообещал мне устроить большие неприятности.
Я поверила его угрозам, потому что хорошо знала этого жёсткого, скорее жестокого человека... он слов на ветер не бросает.
За два года мне «посчастливилось» познакомиться со всеми сторонами его характера, в том числе и тёмными. Он может. На всё готов, лишь бы превратить жизнь в ад тому, кто посмел перечить и ослушаться его приказов. Я посмела. И не только в работе.
У этого мужчины были на меня совершенно другие планы, на которые я бы никогда не согласилась в трезвом уме и здравом рассудке, даже в нашем безвыходном положении... чем ещё больше его разозлила.
Наплевав на все угрозы, которые он, не задумываясь, воплотит в жизнь, я написала заявление на увольнение и расторгла трудовой договор. Последствия, с которыми придётся столкнуться в ближайшем будущем, осознаю, но сейчас мне совершенно не до них.
Если бы не рамки, в которые нас поставил госпиталь, я бы осталась работать, хоть и пришлось продолжать отбиваться от его нападок.
Мне нравилось с улыбкой встречать каждого гостя, будь то землянин или представитель Империи Аль Хоббена. Я любила общаться, поддерживая разговоры на любые темы, решать вопросы и создавать правильное настроение для отдыхающих, поддерживать атмосферу гостеприимства...
Нравилось всё, но у нас с братом нет столько времени. Нет этих десяти лет. Есть только два месяца.
Два чёртовых месяца, которые решат судьбу маленького мальчика!
Именно чёртовых, потому что Небеса от нас отвернулись. Ещё три года назад, когда родители погибли в автокатастрофе на летающем мобиле...
Тогда мы с братом остались несовершеннолетними сиротами. Брошенными и никому не нужными детьми. Мне было семнадцать, Рону всего два.
Целый год нам пришлось обманом скрываться от органов опеки: сбега́ть из дома, когда нас в очередной раз посещала комиссия, убеждать прохожих, что родители просто отошли и оставили меня за главную... много всего приходилось делать, благодаря чему мы и сумели продержаться. Вместе.
Через год наша жизнь более-менее наладилась... Я устроилась на работу в отель, Рон пошёл в садик. На естественные потребности деньги были всегда. Пока... Пока мы не узнали о его болезни в острой стадии. Ровно три месяца назад, один из которых я уже потратила на бессмысленные поиски денег.
— Ненавижу! — голос тонет во всхлипе. Слёз сдержать всё-таки не удаётся.
И нет... Мне не себя жалко в этот момент. Только брата. Моего Рона — пятилетнего мальчишку, жизнь которого зависит от грязных бумажек. Бумажек, которые я обязательно заработаю, пусть и грязным путём...
Ариана Гонсалес
Вздрагиваю, сильнее вжимаясь в угол, когда слышу сигнал открытия электронного замка.
Моё сердце замирает, будто и вовсе перестаёт биться на несколько секунд. Дыхание перехватывает.
Силюсь сделать хотя бы крошечный вдох, но не выходит.
Перед глазами плывёт. Очертания комнаты сливаются в одно большое белое пятно, которое словно в замедленном действии разбавляет отъезжающая дверь.
— Ну здравствуй, крошка, — тишину разрывает грубый голос, молотком отбивая нервный ритм в моей голове.
В помещение входит представитель Империи Аль Хоббена. Высокий, мощный мужчина с большой головой.
Расон.
Благодаря работе в отеле я знакома практически со всеми расами инопланетников. Я знаю, как они выглядят, их привычки, сильные и слабые стороны.
Например, расоны очень умные, в особенности мужчины. Чаще всего представители этой расы являются разработчиками, докторами, учёными или идейными вдохновителями.
В их случае размер имеет значение.
Мозг этих существ огромен и использует свои возможности на девяносто девять процентов, позволяя продумывать и просчитывать наперёд каждый шаг.
— Здравствуйте, — мой голос похож на писк маленькой мышки. Тихий, неуверенный, жалкий. Само́й от себя тошно.
Нельзя так!
С силой пытаюсь проглотить комок, вставший поперёк горла и мешающий нормально говорить. Сжимаю ладони, до боли впиваясь ногтями в нежную кожу, в надежде, что это поможет прийти в чувства. Глубоко дышу, жадно втягивая носом внезапно ставший тяжёлым воздух.
Я должна показать себя с лучшей стороны, чтобы получить это место!
Должна!
Иначе...
Что будет со мной в случае отказа руководства, я уяснила. Те громилы, что привезли меня сюда, в подробностях рассказали, как воспользуются моей беззащитностью и сделают нехорошие вещи. Очень нехорошие. После которых боюсь, я просто-напросто не выживу... а мне необходимо спасти моего мальчика!
Я не могу его подвести!
Поднимаюсь, придерживаясь за стену. Выпрямляюсь, раскрывая себя перед оценивающим, пристальным взглядом.
— Здравствуйте, господин, — повторяю уже более уверенно, включая всю свою выдержку на максимум. — Меня зовут Ариана, как я могу к вам обращаться?
— Хороша, — он игнорирует вопрос, жадно следуя по изгибам моего тела. Его взгляд не вызывает отвращения, он разглядывает меня как красивую картину. Товар. Но всё равно хочется прикрыться. Однако я терплю.
С фигурой мне повезло.
Сама я никогда не рассматривала себя с такой стороны, просто не было ни времени, ни желания. Ни смысла. Я вся отдавалась работе и заботе о маленьком брате. На отношения с мужчинами стояло строгое табу.
— Покрутись, — усмехается, делая характе́рный жест пальцем.
Выполняю приказ.
Стыд, страх и все мешающие эмоции уходят куда-то на второй план.
Это всего лишь работа! И она мне очень нужна.
— Красавица, — довольно хмыкает и переводит взгляд на коммуникатор. Что-то вводит, читает, хмурится, затем снова смотрит на меня, — два месяца?
— Да, господин. Ни днём больше, — срок, на который я готова стать межгалактической эскортницей. — Я должна успеть вернуться на Землю. Вопрос жизни и смерти. В прямом смысле, — предупреждаю.
Ровно через шестьдесят дней назначен последний плановый осмотр у Рона. К этому времени мы должны предоставить госпиталю плату за будущую операцию.
Сейчас он находится там же на стационарном, поддерживающем лечении. Я собрала все средства, которые были у меня, и заложила квартиру, оставшуюся нам от родителей.
— Хорошо, — соглашается расон. — Подпишем договор. Неделю, пока будем лететь до Аль Хоббена, тобой займутся специалисты: стилисты, косметологи, учителя и обязательно врачи. Ты обязана пройти осмотр и получить заключение о состоянии здоровья.
— Но я предоставила вам все справки, — возмущаюсь и тут же прикусываю язык, — извините, господин.
Представители этой расы не любят, когда им перечат и ставят под сомнения приказы. Они считают себя самыми умными и не терпят пререканий.
Но справки я действительно предоставила. Это было обязательным условием для прохождения интервью.
— Я всё сказал! — рявкает раздражённо, — подписывай!
— Сначала мне необходимо изучить... — пытаюсь возразить.
— Дерзкая, — кривится в оскале, — мне нравится. Думаю, ты будешь очень популярна у высших, — и вновь усмешка на его тонких губах, от которой у меня волоски на теле встают дыбом. Но я приказываю себе не думать о глупостях и не накручивать себя зря. Решать проблемы нужно по мере их поступления, а пока всё идёт достаточно гладко. Лучше, чем я себе представляла. Особенно после встречи с громилами.
Мужчина скидывает договор.
Открываю его на коммуникаторе и тщательно вчитываюсь в каждую строчку и букву. На удивление ничего криминального не вижу, стандартный, если можно так сказать, договор о вре́менном оказании услуг элитного сопровождения.
Когда дохожу до пункта об интимной связи с клиентами, мои глаза широко распахиваются...
Расон — голова — رأس — [ras]
Ариана Гонсалес
И я облегчённо выдыхаю. Надеюсь, не слишком заметно.
Там указано, что секс возможен только с моего согласия и после утверждения дополнительной оплаты со стороны заказчика.
И это не может не радовать!
Единственное, чего я боялась больше всего, что из меня сделают шлюху для инопланетян. А теперь уверена, что благодаря этому пункту, мне удастся избежать близости, потому что на неё согласия не будет ни при каких обстоятельствах!
Прочитав договор полностью, я уверенно ставлю электронную подпись.
— Умница, крошка. А теперь пойдём со мной...
Мы находимся на космическом корабле расона, на который меня специальным шаттлом доставили те самые громилы.
На пособников мне удалось выйти совершенно случайно: через знакомую одних знакомых, а та, в свою очередь, через знакомую других знакомых.
Звучит каламбурно и, казалось бы, такое бывает только в фильмах... но я сама была прямым участником этой сложной цепочки знакомств.
О межгалактическом эскорте я узнала где-то месяц назад, почти сразу же, как нам с Роном понадобились огромные деньги. Этот вариант я всегда держала в голове, но всеми силами старалась найти другой выход, поэтому как можно дольше откладывала свой визит сюда. Дотянула буквально до последнего дня...
Сегодня они как раз отправляются в Аль Хоббена. И теперь я вместе с ними.
Своего имени большеголовый мне так и не назвал, рыкнув, что достаточно использовать в обращении «господин». Якобы ему понравилось, как это слово звучит из моих уст.
Однако после того, как он настоятельно рекомендовал использовать «господин» в общении с другими мужчинами, я практически поверила в то, что услышала...
Спорить и препираться с расоном я не стала, потому что знаю, что бесполезно. Лишь кивала и на все его указания отвечала: «хорошо». Большеголовые очень упрямые и принципиальные существа и не потерпят непослушания.
Обычно туристы из Империи Аль Хоббена были более дружелюбными. Этот же показал себя совершенно с другой стороны.
Не сказать, чтобы меня как-то задевало подобное отношение, просто я привыкла без проблем находить с людьми общий язык. Располагать к себе, в какой-то степени — даже влюблять. Но расон не человек. Это нужно понимать.
И не забывать.
Следующие два месяца меня будут окружать исключительно инопланетники. Возможно, удастся встретиться с землянками, но я не планирую заводить каких-либо знакомств в этой сфере. Хочу выполнить свою работу и, получив креди́ты — имперскую валюту, улететь домой к брату, навсегда забыв этот жизненный период.
Курс на обмен валюты более, чем выгодный. Этим фактом я собираюсь воспользоваться в полном объёме, чтобы закрыть все наши потребности.
По моим подсчётам, заработанных средств хватит на лечение и реабилитацию Рона, а также на уплату долгов за заложенную квартиру, что немаловажно. Не хотелось бы терять жильё, это доставит нам дополнительных проблем.
Плюсом должна остаться сумма на несколько месяцев, пока я буду заниматься поиском новой работы.
План вырисовывается отличный.
Главное, чтобы всё прошло хорошо.
Расон проводил меня в каюту, в которой предстоит провести всю следующую неделю. Выходи́ть строго-настрого запретил, обосновав это соображением о моей безопасности.
Как я поняла с его слов, если он не лгал и не пытался запугивать, громилы — четверорукие, бритоголовые мухифы могут ослушаться приказа и навредить... а ему и уж тем более мне этого бы очень не хотелось.
Подвергать себя риску, лишь бы утолить любопытство — глупости, коим я не подвержена. И носа не суну за пределы своей каюты, тем более что все специалисты будут сами навещать меня по определённому, давно наработанному графику...
Помещение каюты оказалось небольшим, но достаточно уютным.
Одноместная кровать и стол с многофункциональным креслом: для гиперпрыжка со специальными удерживающими ремнями, для учёбы и принятия пищи, которая будет доставляться через специальный отсек. Также здесь имелась небольшая ванная комната с ионным душем.
Сам корабль со стороны выглядел довольно современным. Хотя мне особо не с чем сравнивать, только с картинками.
Большое и мощное судно чёрного цвета в несколько палуб.
Рассматривать подробно времени и возможности особо не было, но кое-что я успела заметить.
А именно, огромный, набитый разными коробками и ящиками грузовой отсек, который был открыт во время стыковки нашего шаттла.
Скорее всего, легально расон занимается грузоперевозками, а нелегально — доставкой земных эскортниц или того хуже... не все остаются в рядах элитного сопровождения, многие переходят в разряд инопланетных шлюх...
Мухиф — страшный — مخيف — [mukhif]
Ариана Гонсалес
Прежде мне не приходилось покидать территорию Земли. Да что уж там, я и за пределы страны никогда не выезжала. Сегодня случился мой первый полёт на орбиту, а совсем скоро — путешествие в другой мир.
— Мы готовы к старту, — сообщает ИскИн — компьютер корабля, подтверждая мои предположения о скором начале движения.
К горлу подступает комок. Тело начинает неистово дрожать от страха в такт вибрации корпуса корабля... волнами накатывает осознание...
Я нахожусь посреди бескрайнего космоса. На космическом корабле, принадлежащем инопланетному существу. И совсем скоро полечу на противоположный конец Вселенной, в далёкую галактику!
Столько всего разом обрушивается на меня... что я на несколько секунд буквально теряюсь. Может, даже отключаюсь, но тут же прихожу в себя, жадно хватая ртом воздух.
— Десять, девять... — ИИ отсчитывает секунды, а я удары своего сердца. — Три, два, один! Следующая остановка — орбита планеты Кальби.
Около часа после старта я тряслась как осиновый листик. Маленький, одинокий и абсолютно беззащитный. Затем стала привыкать к постоянной вибрации корабля, а после и вовсе перестала её замечать.
Почти.
Оказывается, я очень чувствительна к любым изменениям в пространстве. Отчётливо ощущаю каждые манёвры судна: повороты, наборы и сбросы скорости... и это странно. Необычная особенность. Не сказать, чтобы приятная. Похоже, космические путешествия мне противопоказаны...
В моём городе на Земле уже поздний вечер.
Даже не глядя на время, я чувствую это. На плечи наваливается усталость прошедшего дня, глаза щиплет, будто в них насыпали тонну песка, а пустой желудок болезненно скручивает от голода. Последний раз я обедала... хм... вчера.
Понятия не имею, на каких силах ещё держусь. Наверное, в крови хлещет адреналин, поддерживая меня в более-менее адекватном сознании. Или упрямство. Скорее и то, и другое.
Перед уходом расон предупредил, что первое время корабль будет жить по земному времени, постепенно перестраиваясь на имперское. Переход произойдёт плавно, практически незаметно и без вреда для молодого, женского организма. На последних словах мужчина сделал интонационный акцент.
Отсюда вывод, что чем бы он ни занимался, каким бы существом ни был, всё-таки к здоровью относится с заботой.
Хотя, может, ему просто важно, чтобы товар был высокого качества?!
Возможно, но мне проще верить, что добро всё-таки существует. В каждом, даже в самом тёмном сердце есть кусочек этого волшебного чувства...
Сегодня меня навещать уже не придут. Этим вечером я предоставлена сама себе, если можно так сказать.
Мне необходимо отдохнуть, потому что с самого утра начинается обучение и далее по списку... по реальному списку. Господин большеголовый скинул мне расписание, по которому я буду жить всю следующую неделю.
Спартанские условия.
Строгие, требующие чёткого исполнения, о чём было указано в подписанном мной договоре. Но меня они не пугают.
Многое из того, что предстоит изучить, я уже знаю благодаря работе в отеле. Надеюсь, вопросов ко мне не возникнет. Хочется побыстрее начать и как можно быстрее закончить. Забыть и никогда не вспоминать об этом периоде моей жизни...
Когда мне становится легче, и тело перестаёт реагировать на движения корабля, отправляюсь изучать каюту.
Несмело. Осторожно.
Пальчиками пробегаюсь по поверхностям, чувствуя, как в этот момент соприкасаюсь с чем-то ранее неведомым, будто потусторонним. Ощущения пластика, холодного металла кажутся одновременно родными и такими далёкими. Посторонними.
Другой мир. Другая цивилизация. Всё другое.
Я другая.
Спустя минут десять нахожу скрытый шкаф с новой, чистой одеждой плюс-минус моего размера. Может быть, стоило удивиться, но этот факт меня совершенно не удивляет.
Если мухифы перед входом на корабль раздевают каждую девушку, то в чём-то же ей нужно лететь всю следующую неделю?!
Логично? Логично.
А кто не летит, тому уже в принципе не нужна одежда... тот платит своим телом за шанс хотя бы попасть на интервью с расоном... Бр-р-р.
Встряхиваю головой, чтобы не думать о том, что было бы со мной в случае отказа... Страшно. Мухифы страшные и до чёртиков пугающие. Чего только стоит их особенность в виде четырёх рук...
Хватаю первый попавшийся свежий комплект белья и бегу в ванную комнату. Лишь бы выкинуть все непрошеные мысли, пожирающие мою голову.
Не думать!
Не представлять, что было бы... Я в безопасности. Всё позади.
Долго разбираюсь с тем, как правильно пользоваться ионным душем, но после нескольких неудачных попыток, наконец-то нахожу нужные кнопки и освежаюсь.
Очень не хватает воды, чтобы тактильно ощущать, как капли смывают воспоминания сегодняшнего дня. Моё скандальное увольнение, окончательное решение стать эскортницей и самое главное липкие взгляды громил и их прикосновения.
После душа возвращаюсь в основную каюту, гашу основной свет и ложусь в кровать. Думала, что с ворохом мыслей мне не удастся быстро уснуть, но я отключаюсь, едва голова касается подушки.
ИскИн, ИИ — искусственный интеллект.
Кальби (столица Империи Аль Хоббена) — моё сердце — قلبي — [qalbi]
Ариана Гонсалес
Меня будит приятная мелодия и лёгкая вибрация будильника на коммуникаторе.
Открываю глаза с намерением ещё несколько минут понежиться в кровати, а после собираться на работу... и вскрикиваю, пугаясь незнакомой обстановке. Абсолютно не осознаю, где нахожусь... Но точно не дома!
Понимание накатывает волнами. Такими сильными и мощными, буквально сбивающими с ног, даже несмотря на то, что лежу.
Прикрываю глаза и хватаюсь руками за грудь, чтобы успокоить взбесившееся сердце. Когда приступ паники прекращается, потягиваюсь, разминая затёкшее тело, и параллельно разглядываю каюту свежим, хотя сейчас больше подходит — сонным взглядом.
В глаза бросается полукруглое окно, которое, оказывается, и не окно вовсе, как мне изначально показалось, а цветная проекция. Вчера там было ночное небо с россыпью миллиардов звёзд, а сегодня светит утреннее солнце, как на Земле.
Красиво... обманчиво красиво. Как и всё здесь.
Поднимаюсь с кровати, быстро принимаю душ и привожу себя в порядок. Волосы стягиваю в тугой хвост на затылке, макияж не наношу, потому что, во-первых, нечем, а во-вторых, не люблю косметику на лице.
На работе я всегда использую минимум, либо вообще ничего. Мои достаточно выразительные черты лица: большие серо-голубые глаза в обрамлении пушистых чёрных ресниц, пухлые губы и смуглая кожа позволяют иногда халтурить. Вернее, почти всегда.
Мне нравится естественная красота.
Наверное, для кого-то это высказывание идёт вразрез с моей внешностью, но так оно и есть. Волосы у меня натуральные и розовый цвет имеют от рождения.
Несколько десятков лет назад на Земле властвовал вирус, после которого произошла мутация генов, и теперь яркие, цветные волосы иногда встречаются у землян. В моей семье только мне посчастливилось стать особенной...
Возвращаюсь в каюту и иду к шкафу, чтобы одеться. Выбор невелик. В основном здесь хлопковые комбинезоны достаточно свободного кроя. Впрочем, мне всё равно.
Достаю первый попавшийся.
Когда надеваю, замечаю, что длина штанин просто огромная! Один, второй, третий... Каждый из них мне велик в длине. Приходится подвернуть штанины в несколько раз, чтобы стали впору.
Если с фигурой мне повезло: узкие плечи, объёмная грудь для моей комплекции, тонкая талия и округлые бёдра, то с ростом нет.
Я всего около ста шестидесяти сантиметров... может, чуть больше. Из-за роста я очень боялась получить отказ, потому что все инопланетники очень высокие — под два метра, мощные, сильные, спортивного телосложения... особенно жамилы, но с ними мне прежде встречаться не приходилось.
Жамилы — элита Империи Аль Хоббена и в обычных отелях никогда не останавливаются, да и в принципе редко бывают на Земле. Представители этой расы занимают исключительно руководящие должности, и времени на путешествия в далёкие галактики не имеют.
Всё это я знаю из рассказов постояльцев, а также из курсов, которые была обязана посещать, будучи администратором.
Поэтому, что разглядел во мне расон, остаётся загадкой.
Но как бы то ни было, я благодарна ему за возможность спасти моего мальчика.
Когда думаю о брате, сердце болезненно сжимается. Тысячи вопросов начинают крутиться в голове, словно бесконечная карусель.
«Как он без меня?! Нет ли ухудшений? Скучает?!»
Я очень скучаю... безумно! Хочется обнять его, прижать к себе маленькое тельце и никогда не отпускать...
К сожалению, связь с ним возможна не чаще раза в неделю. И то только через лечащего врача. Я не знаю, как он и не могу узнать. Канал в другое время заблокирован, чтобы надоедливые родственники не отвлекали доктора по пустякам.
— Но ведь... если... если бы что-нибудь произошло, мне бы незамедлительно сообщили?! — бубню тихонько, успокаивая саму себя.
И раз мой коммуникатор до сих пор молчит, значит, с ним всё в порядке.
Размышления прерывает громкий сигнал.
Испугавшись резкого звука, кручу головой в поисках источника. Небольшой отсек для доставки еды сообщает, что пришло время завтрака.
Ровно через полчаса приходит стилист со своей командой. На удивление, все они мужчины, хотя на Земле чаще всего этой профессией владеют женщины.
Первым делом они снимают мерки, чтобы заранее пошить для меня наряды на мероприятия. Затем приступают к обсуждению внешнего вида.
— Волосы... — кривится главный, пропуская прядь между пальцами, — нужно перекрасить. Полная безвкусица!
— Нет, — отшатываюсь.
— Что?! — у него брови взлетают вверх от моей наглости, но я не намерена отступать.
— Мне нравится мой цвет волос. И господину, — слегка привираю, расон ничего не говорил об этом, — вы согласовали с ним смену моего имиджа? — сама себе удивляюсь.
— Здесь я решаю! — рявкает со злостью, покрываясь красными пятнами. — Значит, будешь менять парики на встречах. Твой цвет очень заметный. Кто захочет связываться с пользованной?! — выплёвывает с отвращением.
Бьёт словами. Выставляет меня шлюхой, коей я не планирую становиться.
— Парики так парики, — безразлично пожимаю плечами. В моих интересах пойти на уступки и отделаться меньшими изменениями во внешности. Главное я отстояла.
— С этим решили, — отмечает что-то в своём коммуникаторе. — Рост... куда только смотрели, когда подписывали с тобой договор? — и снова пренебрежение в его взгляде.
Кажется, слухи о том, что мужчины Империи Аль Хоббена с почтением относятся к женщинам, оказались только слухами... пока я не увидела и толики уважения.
Хотя, может быть, такие как я его недостойны?
Мусор. Пыль под ногами.
Эскортница.
Шлюха.
Когда-то давно я смотрела интервью с землянкой, ставшей Императрицей — Дианой эль Саавера-Ардерра-Гарсон. Она вся светилась от счастья, рассказывая взахлёб о бесконечной любви со своими мужчинами и о семье, которую приобрела на другом конце Вселенной...
Неужели все её слова были ложью?!
А на самом деле все инопланетные мужчины — монстры?!
Других мне пока встречать не приходилось...
Жамил — красивый — جميل — [jamil]
Ариана Гонсалес
Стилисты провели со мной несколько долгих, изнурительных часов. Когда они покинули каюту, стало легче дышать. Таких токсичных, высокомерных людей... вернее, существ мне ещё встречать не приходилось.
Насколько же они отличаются от тех, с кем я общалась в отеле. Просто небо и земля! Абсолютные противоположности.
Только одно непонятно, это наши гости так хорошо притворялись, скрывая свою истинную сущность?! Или...?!
На этот вопрос у меня нет ответа.
Но моё мнение о гражданах Аль Хоббена меняется со скоростью света, а где-то на краю сознания появляется сковывающий страх...
Что меня ждёт в конце нашего пути?! Смогу ли я выдержать полтора месяца в окружении инопланетников, если они все окажутся таковыми?!
Не уверена, однако в любом случае придётся терпеть и улыбаться, даже сквозь слёзы, боль и обиды.
Настроение скатывается ниже плинтуса.
Не подозревала, что будет так сложно. Безусловно, я готовилась даже к худшему, но уж точно не в общении! Здесь мне казалось, проблем не будет.
Хочется смыть с себя впечатления после встречи со стилистами: их прикосновения, презрительные взгляды, резкие слова... Ионный душ в этом вопросе мне не поможет, нужно что-то более существенное.
Идея приходит моментально.
Времени до следующей встречи в обрез, поэтому, не медля ни секунды, хватаю бутылку с питьевой водой и бегу в ванную.
Наливаю по чуть-чуть в ладони и брызгаю в лицо.
— Чёрт! — стону в голос, опираясь на раковину и смотря на себя в зеркало. — Это только начало, но ты справишься, Ариана! Ты сможешь... я смогу...
Внезапно раздаётся сигнал открытия электронного замка моей каюты. Специалисты не стучат, они приходят чётко по времени и без предупреждения.
Сейчас должен состояться первый осмотр доктора.
Быстро вытираю влажное лицо полотенцем и слегка поправляю волосы, чтобы придать себе более-менее нормальный вид. Выхожу из ванной и вижу очередного мужчину в белой форме, склонившегося над медицинским чемоданчиком.
— Светлого дня, — здороваюсь в привычной манере Империи Аль Хоббена.
— Вы опоздали, — цедит сквозь зубы, не оборачиваясь и продолжая свои манипуляции.
— Но я была здесь, в ванной, — возражаю.
Перевожу взгляд на часы, у меня ещё две минуты до назначенного времени. Это он пришёл раньше!
— Вы опоздали, — разворачивается и гневно смотрит на меня. — Раздевайтесь, я не намерен тратить на вас лишнее время. Впредь всегда будьте вовремя. У нас ещё как минимум одна встреча!
Вспыхиваю и со злостью сжимаю кулаки. Хочется высказать ему, но я молчу и всё-таки раздеваюсь. Снимаю комбинезон и предстаю перед невоспитанным нахалом в одном белье.
— Садитесь, — указывает рукой в сторону кресла. Не смотрит на меня, не окидывает похотливыми взглядами, как это делали громилы, и это, несомненно, радует. — Сейчас вам будет вживлён новейший переводчик.
И без предупреждения, не давая ни секунды, чтобы настроиться или хотя бы вдохнуть, делает мне болезненный укол в плечо.
Голова начинает кружиться, очертания комнаты смазываются. В ушах нарастает гул... паршивые ощущения. Впрочем, они всё те же, что и в детстве, когда мне вживляли переводчик старого образца. Я хорошо их помню.
— Вы... Вы... — задыхаюсь от боли и обиды, но чтобы не обронить колкую фразу в адрес этого «квалифицированного» специалиста, прикусываю язык и терплю, пока происходит перестройка организма. Пара минут и должно полегчать.
Прикрываю глаза, но не успеваю даже перевести дыхание, как он тут же хватает мою вторую руку и вновь делает укол. На этот раз для забора крови.
— Да что вы себе позволяете?! — не сдержавшись, гневно выкрикиваю.
— Держите себя в руках, Ариана, — звучит с предупреждением.
Пробирку с кровью он вставляет в аппарат и проводит сканирование. Когда появляется результат, доктор хмурится, исподлобья посматривая на меня.
— Что там? — сиплю уже от страха.
Со мной точно всё в порядке. За последний месяц я прошла не одно обследование. Десятки! Из-за болезни Рона меня проверили вдоль и поперёк.
— Результаты будут переданы руководству, — отвечает коротко и начинает собираться. — Завтра я приду в это же время.
Мужчина покидает каюту, а я не могу перестать думать о его странной реакции...
Что сейчас было?!
Что он увидел?!
Доктор — представитель расы расонов, он быстро схватывает информацию. Что-то было не в порядке, и он это заметил...
На данный момент меня пугает лишь перспектива остаться без работы, потому что в таком случае денег на лечение брата мне не видать. А вот со своим состоянием я как-нибудь разберусь... отчего-то внутри есть уверенность, что я полностью здорова.
Как дожить до следующего дня, чтобы узнать наверняка?
Или доктор уже сегодня сообщит господину большеголовому, а тот отдаст меня для развлечения мухифам?!
Небеса, помогите!
Ариана Гонсалес
Расклеиться и погрузиться в отчаяние мне не позволили. Буквально через пару минут пришёл учитель по этикету. Этот инопланетник оказался самым адекватным и дружелюбным на корабле.
Сначала он пробежался по стандартным вопросам, чтобы проверить мои знания, которые по итогу оказались на очень высоком уровне. Именно такую оценку он дал мне по завершении опроса. От представителя расы расонов это наивысшая похвала!
Безусловно, были и недочёты, на них мужчина мне сразу же указал и дал рекомендации, как избегать в будущем.
Этой встречей я осталась более, чем довольна.
Мы занимались до самого вечера, сделав единственный тридцатиминутный перерыв на обед.
Пропускать приёмы пищи строго-настрого запрещено. За этим здесь тщательно следят. Питание даётся сбалансированное, подобранное специально для моего организма.
Об этом мне тоже сообщил специалист по этикету, хотя я считаю, что подобной информацией должен был поделиться доктор во время своего осмотра. Но ему, видимо, было не до этого...
Ужин я в себя еле впихнула, потому что не привыкла столько есть за день. Из-за постоянной занятости на работе мне приходилось перекусывать всего раз или два и то, чем придётся. Ни о каких полноценных приёмах и речи не велось, в особенности последние три года.
Первый из них даже вспоминать не хочется, это был самый сложный период в нашей жизни. И он уже позади. Следующие два года мы с братом жили по чёткому расписанию. Из-за моей работы он был вынужден ходить в садик в группу с продлёнкой. Я забирала его достаточно поздно, сразу после длительной смены в отеле. Вечер мы обычно проводили за играми. Рон очень скучал, и я старалась уделить ему как можно больше времени. Далее купание и чтение книг — своеобразный ритуал перед сном... А после всего я просто валилась с ног от усталости.
Теперь же у меня строгий режим и распорядок дня на ближайшие два месяца.
Хотя сомневаюсь, что в последнюю неделю, когда мы будем возвращаться на Землю, кому-нибудь будет дело до моего питания или здоровья.
Весь оставшийся вечер я посвящаю выполнению домашнего задания. Учитель по этикету скинул дополнительную информацию, которую мне следовало изучить до завтрашнего урока. А именно: просмотреть записи танцев и прослушать, как правильно вести разговоры...
Следующий день начинается с прихода косметолога. Он проверяет состояние моей кожи и делает необходимые косметологические процедуры. Для меня всё происходящее в новинку. Никогда прежде не приходилось посещать такого специалиста. Оказывается, это даже приятно. Заботиться о себе, ухаживать, как настоящая женщина...
Максимум, что я делала до сегодняшнего дня — это умывалась пенкой для лица утром и вечером, наносила лосьон и увлажняющий крем. Иногда, когда не забывала или не опаздывала с Роном в садик, мазала губы мятным бальзамом.
После косметолога приходит доктор.
Хмурый и раздражённый. Ещё больше, чем вчера. От него так и веет недовольством. Я будто кожей ощущаю исходящую тёмную энергию, которая диссонирует с моей, вступая в невидимую борьбу.
— Необходимо провести дополнительные исследования, — мужчина окидывает меня нечитаемым взглядом.
— Что-то серьёзное, доктор? — паника комом встаёт в горле... только не сейчас...
— Возможно, — ответ звучит двусмысленно, заставляя моё тело неконтролируемо дрожать от страха.
Я действительно боюсь последствий. Боюсь отказа. Боюсь, что вернусь домой ни с чем или того хуже... даже думать об этом не хочу!
Сегодня расон не просит меня раздеваться полностью, лишь закатать рукава комбинезона.
Он вновь берёт кровь в пробирку, затем сканирует, хмурится... со мной так и не разговаривает.
— Могу я узнать, что всё-таки случилось? — осторожно спрашиваю. Складывается впечатление, что любой лишний вопрос в состоянии привести его в бешенство.
— Нет.
— Почему? Разве я не имею право знать?! — начинаю злиться.
Эти игры в загадки мне не нравятся!
Я хочу знать правду! Какой бы они ни была.
Доктор скалится. Вижу, как на высоком, достаточно большом лбе раздувается и пульсирует вена. Глаза будто наливаются кровью. Зрелище, надо сказать, ужасающее...
— Я введу вам стимулирующий препарат, — вопросы он продолжает игнорировать. Говорит сухо, короткими раздражающими предложениями.
— Что за препарат?! — не хочу, чтобы мне что-то вкалывали без моего ведома. Вообще не хочу никаких вмешательств.
— Ариана, вы читали, что подписывали? Назначения доктора не обсуждаются! — рявкает с такой силой, что я сжимаюсь на кресле, мечтая превратиться в невидимку.
— Д-да, н-но... — заикаюсь, пытаясь подобрать слова, однако на ум ничего не приходит. Понимаю, что договор меня обязывает, но... Чёрт, мне действительно нечем возразить.
— Завтра я проверю ваше состояние, если необходимый эффект будет достигнут, вы сможете работать, а если нет... — не договаривает, но в его голосе слышится явное предупреждение. — Руку!
Внутри всё противится.
Не хочу!
Однако вопреки своему желанию, я протягиваю мужчине трясущуюся руку.
Одним слитным движением он вкалывает мне сыворотку и отходит в сторону, занимая позицию для наблюдения.
Чувствую, как по венам растекается препарат, будто раскалённая лава. Обжигает, отравляя всё, к чему прикасается... Меня резко бросает то в жар, то в холод. Перепад температур ощущается явственно.
Сжимаю плотно зубы, чтобы не закричать, но, кажется, всё-таки кричу. Где-то на фоне, сквозь гул в ушах слышится вой: отчаянный, с просьбой о помощи.
Терпеть невозможно. Нет сил. Голова раскалывается на тысячи мелких кусочков. Боль невыносимая!
Меня буквально ломает изнутри...
Ариана Гонсалес
Сколько продолжается это безумие?!
Время будто намеренно замедлилось, позволяя мне в полной мере прочувствовать адскую боль каждой клеточкой тела...
Открываю веки и сразу же зажмуриваюсь, с трудом сдерживая непрошенные слёзы. Ослабевшими руками тру глаза. Пытаюсь приложить хотя бы капельку усилий, но ничего не выходит. Я обессилена. Очень слаба.
— Разве это нормальная реакция? — спрашиваю у доктора, сверлящего меня взглядом. Слова даются с трудом. В горле пересохло настолько, что каждый произнесённый звук режет наждачкой.
— В следующий раз будет легче, — говорит расон и сразу же покидает каюту.
В следующий раз?!
У меня нет сил, чтобы остановить его и расспросить. Вообще, нет сил. Я полностью опустошена. Выжата как лимон.
— Мне надо поспать... спать... — шепчу, превозмогая боль.
Поднимаюсь с кресла. Голова такая тяжёлая, что я еле удерживаюсь в вертикальном положении.
Это точно ненормально! Не может быть нормально.
Что он вколол?!
Что за сыворотка?!
Что со мной?!
Вопросы крутятся один за другим, пока я с трудом переставляю ноги в направлении кровати.
Когда мне остаётся сделать последний шаг, ноги начинают подкашиваться. Равновесие удержать не удаётся, и я падаю вниз... благо верхней частью тела попадаю на мягкий, пружинистый матрас.
И сразу же отключаюсь...
Просыпаюсь от сигнала открытия двери в мою каюту. Резко подскакиваю, сажусь и непонимающе осматриваюсь по сторонам.
— Вы спали, Ариана? — учитель по этикету одаривает меня насмешливым взглядом. Добрым взглядом, без капли обвинения.
— Видимо, да... извините, господин, — речь заторможена. Думаю гораздо быстрее, чем говорю.
Что со мной?
Прикрываю глаза.
Помню только, как доктор пришёл проводить осмотр и больше ничего... неужели он так вымотал меня, что я отрубилась среди бела дня?!
Странно.
— Готовы заниматься? Сегодня у нас по плану несколько часов репетиций. Вы изучили движения танцев, что я прислал вчера?
— Конечно! — отвечаю на удивление воодушевлённо. Голос звучит бодрее, чем прежде. Чувствую, как жизненные силы наполняют меня. Быстро, практически мгновенно. Становится легче, будто сердце вырывается из удерживающих оков. Его отпускает.
Все мысли о внезапном дневном сне уходят на второй план. Стираются, как ненужный фрагмент.
Забываюсь...
Занятие вновь пролетает незаметно.
Я так ловко погружаюсь в атмосферу Империи Аль Хоббена, словно всегда была её частью. Бред, конечно. Где я, а где другая галактика?! Просто танцы мне всегда давались легко и инопланетные тоже не стали исключением.
Около пяти лет я посещала танцевальную студию, когда училась в школе. Мы танцевали разные направления: и современные танцы, и классические. Меня часто выдвигали на городские конкурсы, где удавалось отхватить призовые места.
— Великолепно, Ариана! Вы двигаетесь так грациозно и завораживающе, что невозможно отвести взгляд! — мужчина засыпает меня комплиментами.
Я чувствую музыку не только телом, но и душой. Проживаю процесс, полностью отдавая всю себя каждому движению, и зрители это видят.
— Благодарю, господин, — похвала всегда приятна.
— Зовите меня Рейтон, — он протягивает мне руку для пожатия на земной манер.
— Очень приятно, Рейтон, — пожимаю в ответ и дарю расону искреннюю улыбку.
Первый мужчина на этом корабле, назвавший мне своё имя уже на второй встрече! Я однозначно делаю успехи.
Попрощавшись, учитель покидает мою каюту. С ним у нас предстоят ещё несколько занятий. Чисто для закрепления результата, потому что благодаря базовым знаниям, полного погружения в обучение не требуется.
Ужинаю, принимаю душ и ложусь в кровать.
Когда эйфория после занятия сходит на нет, меня начинают одолевать навязчивые мысли.
Днём случился какой-то сбой.
Я никогда не сплю посреди дня, даже когда сильно устаю. А здесь и перенапрягаться было негде... К тому же поза — полусидя-полулёжа, в которой я очнулась, заставляет сомневаться в адекватности моего состояния. Это на меня совершенно непохоже. Не в моём характере.
Тогда, что же это было?!
Верчусь из стороны в сторону, но заснуть так и не удаётся.
Интуиция буквально вопит, что я что-то упускаю. Но что именно она не говорит... ни одной подсказки.
Настаёт время отбоя. Свет в каюте потухает автоматически. Я настолько рассеяна, что забыла выключить самостоятельно. Лежу на спине и невидящим взглядом смотрю в потолок, прокручивая в голове события прошедшего дня.
Чтобы побороть разум, неперестающий размышлять о случившемся, я решаю подумать о Роне.
Представляю нас с ним посреди городского парка, где мы когда-то любили гулять вместе с родителями.
Он бежит ко мне навстречу, а я присаживаюсь и раскрываю объятия. Брат запрыгивает на руки и, обхватывая талию ногами, прижимается ко мне.
Мы смотрим друг на друга. Наши лица близко, буквально в нескольких сантиметрах. Я вижу здоровый румянец на его впалых щёчках и радостный блеск в серо-голубых глазах, таких же, как у меня. Следы болезни ещё остались, но я точно знаю, что мой малыш наконец-то полностью здоров.
Прикрываю глаза и будто наяву чувствую запах свежескошенной травы, слышу пение птиц и кожей ощущаю тёплый летний ветерок...
Мы идём по дорожке, держась за руки. Рон весело хохочет и без умолку что-то рассказывает, делясь своими впечатлениями.
А я... я просто наслаждаюсь временем, проведённым рядом с ним.
Ариана Гонсалес
На следующий день перед приходом доктора на меня накатывает неконтролируемый приступ паники. И я совершенно не понимаю, с чем связана такая неадекватная реакция.
Чувствовать неприязнь к нему вполне нормально, он не проявлял ни дружелюбия, ни уважения в мою сторону, но точно не панику... не животный страх, от которого все внутренности скручиваются в тугой узел.
Я считаю секунды, неотрывно следя за временем. Сердце колотится в такт сменяющимся цифрам.
Три... два... один.
Расон входит в помещение на две минуты раньше, как вчера и позавчера. Видимо, для него «вовремя» означает — «за несколько минут до назначенного времени».
Стоит нам пересечься взглядами, я вздрагиваю. Непроизвольно вытягиваюсь как струна и с силой сжимаю кулаки. Тело всем своим видом показывает, что готово защищаться. А разум... разум абсолютно не понимает, что происходит.
Ловлю себя на мысли, что впервые ощущаю подобный диссонанс между разумом и телом. Будто внутри что-то сломалось...
— Светлого дня, господин, — говорю, лишь бы закончить наши бессмысленные переглядывания.
— Как вы себя чувствуете? — он отвлекается на свой чемодан и как бы между делом спрашивает. Его не заботят ни приветствие, ни элементарная вежливость в общении. Говорит сухо, чётко, по делу.
Но!
При чём здесь моё состояние?!
— В порядке, а почему вы спрашиваете?! — не скрываю удивления. Это из-за полёта? Знает, что это моё первое космическое путешествие?! Волнуется? Совершенно на него непохоже.
Он хмыкает и на мгновение мне даже чудится, что приподнимает уголки губ в подобии улыбки, больше похожей на оскал хищного зверя...
Такие перемены в его поведении меня пугают до чёртиков!
— Закатайте рукава, — ответа на мой вопрос не следует. Только очередной сухой приказ.
Доктор выполняет вчерашние манипуляции. Берёт кровь, проводит сканирование на специальном оборудовании. Хмурится, что-то отмечает у себя в коммуникаторе.
Незадолго задумывается.
— Видимо, мало... — бубнит себе под нос.
— Что мало?! — не могу удержаться от вопроса. — Что со мной?
— Нам предстоит встречаться вплоть до прибытия на Кальби, — и опять молчит. Кидает мне подачку в виде непонятной, нелогичной фразы и молчит.
Разве такое существо может носить гордое звание квалифицированного специалиста — доктора?!
Сомневаюсь... нет! Уверена, что не может!
Далее он достаёт из своего медицинского чемоданчика ампулу с сывороткой ярко-зелёного, я бы даже сказала ядовито-кислотного цвета. Такого, от которого волоски на теле встают дыбом... словно я внезапно стала кем-то вроде подопытной, как в каком-нибудь фильме ужасов с печальным концом.
Меня аж передёргивает от аналогии...
Зачем эта сыворотка?!
Неужели он собирается вколоть её мне?!
Почему?
Небеса, помогите!
Закончив проводить манипуляции по подготовке, мужчина разворачивается ко мне и ледяным тоном произносит: — левую руку, Ариана...
Дни на корабле пролетают незаметно.
Каждый день у меня расписан буквально по минутам, и лишь по вечерам остаётся немного свободного времени, которое я обычно трачу на подготовку к следующим занятиям.
Быть отличницей и идеалисткой во всём — привычка с самого детства. Причём родители никогда не требовали от меня невозможного, мне само́й хотелось преуспеть во всех делах. Да и школьная программа мне давалась без особого труда.
В семнадцать я окончила старшую школу и даже успела пода́ть заявление в университет межгалактических отношений, но увы, не срослось. Родители погибли летом, за месяц до начала учёбы, и я была вынуждена отложить своё поступление на неопределённое время. Заочного обучения по этому направлению на тот момент не было, да и платить было нечем...
Чтобы не терять настрой и получать опыт в схожей сфере, по достижении совершеннолетия я устроилась работать в отель, в котором останавливаются граждане Империи Аль Хоббена. Сначала обычной горничной, убирающей номера постояльцев, а год назад меня повысили и перевели в администраторы.
День, когда можно было связаться с братом, я ждала с нетерпением.
И вот... я открываю канал связи с его лечащим врачом.
— Здравствуйте, доктор Эванс, — начинаю дрожащим голосом, — как Рон?!
— Здравствуйте, Ариана. Без изменений, что не может не радовать. Улучшений, к сожалению, нет, но нет и ухудшений. Сейчас для нас это самое главное.
— Да... — шумно выдыхаю.
Я даже не заметила, что задержала дыхание, пока слушала его еженедельный отчёт, который, к слову, тоже без изменений. Он всегда говорит одни и те же слова.
— Ариана, вы помните, что осталось меньше двух месяцев?! Это критический срок, дальше тянуть нельзя. — голос мужчины лишён каких-либо эмоций, но я знаю, что он борется за каждого маленького пациента. До последнего.
— Деньги будут. — говорю уверенно. Всё для этого сделаю, — могу я поговорить с Роном?!
Ариана Гонсалес
— Сейчас передам ему коммуникатор. У вас будет пять минут, не более, — киваю в ответ, не в силах произнести даже крошечное слово.
Горло сдавливает спазмом. Слёзы просятся наружу, буквально умоляют меня поддаться чувствам...
Но нельзя!
Нельзя показывать свою слабость.
Мне нужно успокоиться! Брат не должен увидеть слёз в моих глазах! Только улыбку и веру, что у нас всё получится...
Делаю несколько глубоких вдохов и выдохов. Натягиваю искреннюю улыбку, ведь я действительно счастлива, что-то наконец-то увижу своего малыша.
Настраиваюсь на разговор.
На фоне за Эвансом сменяется обстановка. Он покидает свой кабинет и идёт по отделению в направлении палаты брата. Я давно выучила все повороты и коридоры, даже количество шагов, которые он должен преодолеть, прежде чем я встречусь с Роном.
— Боец, — доктор обращается к нему, — Ариана на связи. Ты готов? — с пациентом он общается ласково, но в то же время твёрдо. Эванс не позволяет раскисать, предаваться унынию и терять веру. Поддерживает боевую атмосферу во всём отделении.
Именно из-за него и его подхода, используемого в работе, я и обратилась в эту клинику. Лучший из лучших. У него самый высокий процент выздоровевших пациентов в стране.
— Да, — слышу тоненький голосок.
— Пять минут, боец, и на процедуры. — это тоже своеобразный ход. Чтобы не расстраивать детей, созвоны с родственниками разрешаются исключительно перед процедурами. Так проще... расстаться.
— Ари, — он улыбается, а у меня сердце сжимается от одного только взгляда, — это ты?!
— Привет, малыш, — стараюсь говорить твёрдо, но, несмотря на это, голос в конце всё-таки слегка проседает. Надеюсь, незаметно.
Рон очень смышлёный мальчик, ра́звитый не по годам. Он уже давно научился считывать меня, поэтому и сейчас прищуривается, пытаясь разглядеть мои истинные эмоции. Нужно опередить его!
— Как ты? — глупый вопрос, но с чего-то необходимо начинать разговор.
О себе мне рассказывать нечего. Не хочу, чтобы он знал, что я лечу в другую Галактику.
Хотя... для него путешествие на космическом корабле — самая заветная мечта на сегодняшний день... можно было бы и поделиться...
Когда-нибудь, но всё-таки не сейчас. Не хочу его тревожить. Уверена, будет переживать и постоянно думать обо мне, а у него и без этого достаточно сражений.
Пять минут пролетают слишком быстро. Мне... мало! Очень мало этого времени.
Рон успел рассказать о детях, с которыми подружился за последнюю неделю. В основном, что они вылечились и отправились на реабилитацию, после которой их ждёт возвращение домой к своей семье.
Этот госпиталь могут себе позволить только те, кто способен оплатить лечение полностью. Таких, как мы, в подвешенном состоянии, практически нет, а может, нет и вовсе. Доктор Эванс пошёл нам навстречу, поверив моим словам, что мы справимся и сможем достать необходимую сумму вовремя...
И мы сможем!
Уже менее, чем через два месяца, я вернусь с необходимыми деньгами.
Рон будет здоров.
— Тебе уже пора? Пойдёшь на очередное сражение? — стараюсь говорить беззаботно, чтобы он чувствовал мою поддержку даже на расстоянии.
— Да, Ари, бой не ждёт! — смеётся, — когда ты приедешь ко мне? — буквально на последних секундах он задаёт вопрос, которого я всеми силами старалась избегать на протяжении всего разговора.
— Скоро, — только и могу ответить.
— Обещаешь?
— Обещаю...
Минута в минуту в палату заходит доктор Эванс и забирает коммуникатор. Кивнув мне на прощание, отключается, а я наконец-то могу дать волю слезам...
Незаметно наступает утро последнего дня.
Вечером корабль прилетает на орбиту Кальби, с которой меня индивидуальным шаттлом доставят в центр столицы.
Каждая девушка, работающая в межгалактическом эскорте, проживает отдельно, и я не исключение. Мне будут предоставлены личные апартаменты на всё время нахождения в Империи Аль Хоббена.
Территорию квартиры покидать запрещено. Лишь для выполнения заказа и до места встречи обязательно добираться в сопровождении охраны.
Все эти условия были прописаны в договоре и озвучены дополнительно для закрепления.
Стилисты и визажисты будут приезжать перед мероприятиями за несколько часов до выхода. Макияж, укладка, выбор платья, обуви и украшений полностью ложится на их плечи.
Радости, как таковой, я не ощущаю из-за послевкусия неприятного знакомства с командой главного стилиста. Однако всё равно облегчённо выдыхаю, потому что ничего из вышеперечисленного делать не умею, а мне необходимо выглядеть на все сто процентов, чтобы соответствовать правилам агентства.
Раз в неделю я обязана спускаться в студию красоты, расположенную в здании небоскрёба, в котором находятся мои апартаменты. Опять же в сопровождении охраны. Там мне предстоит посещать процедуры, невыполнимые в домашних условиях.
В общем, на Аль Хоббена я должна провести шесть с половиной недель и сходить на тринадцать встреч в качестве эскортницы.
И первая состоится уже завтра.
Ариана Гонсалес
Последние несколько дней мне снится один и тот же сон. Странный, абсолютно бессмысленный, но до чёртиков пугающий... настоящий кошмар, похожий на сцену из фильма ужасов.
Я вижу силуэт мужчины. Лица разглядеть не удаётся, сколько бы я ни пыталась и с каких ракурсов на него ни смотрела. Его руки, будто щупальца осьминога с мерзкими язвами, тянутся ко мне... Он держит какой-то препарат и намеревается вколоть его мне... Я убегаю, зову на помощь, прячусь! Из раза в раз пытаюсь находить новые убежища, где, казалось бы, меня никто и никогда не найдёт, но он всё равно находит... хватает и вкалывает неизвестную сыворотку.
После этого я заживо сгораю, будто меня кинули в котёл с адским пламенем! Умираю в тяжёлых муках и... просыпаюсь.
Я долго не могу прийти в себя, потому что все ощущения, прожитые во сне словно живые и настоящие. Страх, обречённость, желание жить. Всё, абсолютно всё настоящее.
Просыпаюсь с колотящимся, разрывающимся на куски сердцем. Пульс зашкаливает, перебивая всевозможные рекорды. Я будто пробежала марафон, ни разу не остановившись, чтобы передохну́ть. Дыхание рваное, тяжёлое, каждый вдох даётся с трудом. Пот мелкими капельками выступает на коже, а постельное бельё мокрое настолько, что можно выжимать. Из глаз непроизвольно катятся слёзы, которые невозможно остановить...
Всё моё состояние кричит о том, что я в действительности проживаю весь ужас и разумом, и телом. Что это не просто сон... но тогда что?
Какого-то логичного обоснования мне найти не удалось по сегодняшний день, поэтому кошмары я списываю на страх перед неизвестностью...
Иначе, что со мной?
Кроме того, что внутренне я всё-таки боюсь своей работы и инопланетников Аль Хоббена, другого объяснения у меня попросту нет.
Сейчас должна состояться последняя встреча с местным агентским доктором. С остальными специалистами наши занятия закончились ещё вчера, что, несомненно, меня радует. Все, кроме учителя по этикету, оказались жуткими снобами, относящимися ко мне с пренебрежением.
Зачем доктор-расон изо дня в день приходит ко мне, я так и не поняла. По плану у нас должно́ было быть всего две встречи, а в итоге их количество увеличилось более, чем в три раза.
Сегодня будет уже седьмая наша встреча.
Я могла бы возмутиться, но в договоре был пункт, по которому в случае необходимости доктор имеет право корректировать лечение по своему усмотрению...
Какие отклонения в моём организме удалось обнаружить, он так и не говорит, но, кроме исследований крови, больше ничего не делает. На все мои дополнительные вопросы он отмалчивается. Сколько бы я ни пыталась вывести его на разговор, у меня не получается достучаться до его адекватности и сострадательности. Он отвечает короткими фразами, из которых тяжело сделать какой-то определённый вывод. Видимо, они лишь для того, чтобы заткнуть мой рот.
— Здравствуйте, — вздрагиваю, когда он входит в мою каюту.
Я так и не научилась спокойно реагировать на его присутствие. Каждый раз моя реакция далека от нормальной. С чем это связано тоже совершенно непонятно... одни загадки.
— Последний осмотр, — стреляет в меня нечитаемым взглядом.
Киваю.
Расон достаёт привычный прибор для забора и сканирования крови, а у меня внутри всё переворачивается от отвращения. Кажется, после этого путешествия я ещё долго буду избегать обследований... не могу уже. Это слишком.
Последней раз, твержу себе мысленно. Это последний раз.
— Руку, Ариана, — говорит и резко разворачивается, а я уже сижу с вытянутой рукой.
Я устала. Очень хочу, чтобы эта пытка как можно скорее закончилась!
Доктор проводит все необходимые манипуляции и довольно улыбается. Вернее, не так, уголки его губ лишь чуть-чуть приподнимаются с намёком на полуулыбку.
— Всё в порядке? — я знаю, что раздражаю его своими бесконечными вопросами, но находиться в неведении не могу и не хочу.
— Да, — коротко отвечает и сразу же начинает собираться, а я расслабляюсь и внутренне ликую, что наконец-то всё закончилось.
— До свидания! — чуть не подпрыгиваю от радости, выпроваживая этого ненавистного специалиста.
Надеюсь, больше мы никогда не увидимся.
Оставшиеся несколько часов пролетают достаточно быстро. Руководитель агентства скинул мне данные о первом заказчике. Вернее, о заказчиках — двух жамилах, которые являются побратимами, поэтому сопровождать я буду обоих.
Я как-то не задумывалась о том, что в Империи Аль Хоббена принято многомужество. Эта информация не является секретной, просто в голову не приходило, что возможно мне придётся проводить вечера не с одним, а с двумя, а то и с тремя мужчинами.
Если раньше всё это было где-то далеко, за пределами моей жизни и воспринималось нормально, правильнее сказать — никак, то сейчас я, пусть и всего на шесть с половиной недель, но становлюсь частью этого мира. Где на одну женщину может быть несколько мужчин.
И теперь
Ариана Гонсалес
— Пять минут до прибытия, — сообщает ИскИн.
Я сижу в кресле, удерживаемая ремнями безопасности, и жду окончания моего первого в жизни космического путешествия.
Параллельно изучаю информацию по заказчикам, которую мне предоставил руководитель агентства. Если те две строчки, полученные от него, можно так называть. Потому что, кроме расы, имён мужчин и формата мероприятия там ничего нет. Ни фотографий, ни каких-либо дополнительных све́дений.
Завтра
Прикрываю глаза и пытаюсь представить себя там... в завтрашнем дне. Как буду выглядеть, как буду вести себя, кто эти мужчины, какие они?
Тяжело.
В голове абсолютная пустота. Кромешная тьма. Нет ни единого образа. Даже подсказки.
Кажется, к такому невозможно подготовиться. Невозможно представить себя там, где тебе априори не место.
Корабль стыкуется к станции орбиты Кальби, а это значит, что скоро должен прийти сопровождающий, чтобы отвезти меня в столицу. Но для начала им предстоит получить разрешение на въезд земной женщины, конкретно меня, потому что службу безопасности не обмануть.
Это проблематично.
По крайней мере, должно быть.
После того как земляне стали тесно сотрудничать с Аль Хобенна, а землянки узнали о возможности хорошо устроиться с местными мужчинами, Империя поставила ограничение на въезд.
Чтобы попасть сюда, необходимо заблаговременно подавать заявку, которую рассматривает специальная комиссия. И от меня, конечно же, никакой заявки не поступало. Я только в день отлёта решилась на эту работу и ухватилась буквально за последний шанс.
Вопросом въезда расон — владелец межгалактического эскорта занимается лично. Он обещал, что проблем не будет. Потому как, если они и будут, то только у меня — как у желающей незаконно попасть в Империю.
Похоже, этот мужчина имеет достаточную власть и хорошие связи, раз организовал агентство такого масштаба и беспрепятственно перевозит женщин из галактики в галактику.
Межгалактический эскорт работает в обе стороны. Он предоставляет услуги не только в Аль Хоббена, но и на Земле, привозя туда имперских женщин разных рас. В основном из бедных слоёв населения. Тех, кому нужны большие деньги и срочно.
Я в принципе тоже из таких... иначе бы никогда не оказалась эскортницей.
Через полчаса за мной приходит мухиф. К счастью, с ним мне встречаться прежде не приходилось. Он смотрит на меня безразлично, как на объект, с которым придётся работать бок о бок некоторое время. Между нами нет напряжения и тех похотливых и грязных взглядов, что кидали в меня громилы с бандитскими рожами.
Видимо, их отбирали специально, чтобы изначально отбить желание сбежать и нарушить условия договора. Наверняка находились «самые умные», которые планировали с помощью расона и его агентства оказаться в Империи, а потом уже вырваться и самостоятельно устраивать свою жизнь…
Громилы являлись чем-то вроде предупреждения. И отлично справились со своей работой. Я до сих пор под впечатлением и с содроганием вспоминаю нашу первую и, надеюсь, единственную встречу.
— Идём, — кивает в сторону выхода из каюты, — брать ничего не нужно.
Было бы что!
Со мной из личных вещей только коммуникатор и кеды, которые мне любезно оставили четверорукие.
— Добрый вечер, хорошо, — отвечаю с улыбкой, решая проявить элементарное дружелюбие.
Скорее всего, этот мужчина будет моим постоянным сопровождающим, и мне не хочется, чтобы между нами с самого начала установились напряжённые отношения.
Нейтральные. Такой вариант меня полностью устроит.
Мы идём по кораблю. Петляем по бесконечным коридорам, но я примерно запоминаю дорогу. Для чего? На всякий случай. Привычка, да и топографическим кретинизмом я не болею. Всегда хорошо ориентируюсь на местности, даже неизвестной, достаточно взглянуть на карту, и всё сразу встаёт по своим местам.
Останавливаемся, судя по всему, в транспортном отсеке. Здесь я уже была. Правда, до этого мы шли другим путём в «белую процедурную комнату», поэтому дорога показалась мне незнакомой.
Вижу около пяти небольших шаттлов, типа того, на котором меня привезли сюда, но именно его здесь нет. Надеюсь, как и тех пугающих бандюганов...
Заходим на судно, по размерам сравнимое с парой грузовых автомобилей, поставленных друг на друга. Мухиф ведёт меня в кабину управления. Это я понимаю, когда вижу перед собой два кресла, размещённых перед приборной панелью и огромным панорамным окном.
— Садись сюда, Ариана, — указывает одной из рук в сторону правого сидения, а сам устраивается в левое кресло, — от тебя ничего не требуется. Пристегнись.
Ариана Гонсалес
Молча выполняю просьбу, даже не думая сопротивляться, и украдкой наблюдаю, как он ловко начинает орудовать всеми четырьмя руками. Переключает какие-то рычаги, нажимает кнопки... и всё это делает одновременно!
Честно признаться, зрелище не для слабонервных.
Я и раньше видела мухифов, но не в работе, не тогда, когда они увлечённо заняты сложнейшим процессом, задействовав все свои конечности.
Когда заводятся двигатели, нарастает пугающий гул и небольшая вибрация охватывает всё судно. Не такая сильная, как в огромном космическом корабле, но тоже достаточно ощутимая. По крайней мере, для меня... видимо, мне придётся привыкать к полётам даже на маленьких, юрких шаттлах.
Дышу размеренно и глубоко, с силой цепляясь пальцами в подлокотники.
Перед нами открывается дверь транспортного отсека. Мухиф медленно выжимает штурвал управления, и мы покидаем корабль, на котором я провела целую неделю своей жизни.
Направляемся к Кальби.
Уже издалека я вижу, насколько красива и разнообразна планета-столица Империи Аль Хоббена.
Не верится.
Абсолютно не верится, что я здесь.
Если отбросить мысли о том, в качестве кого я прилетела сюда, то можно даже восхититься возможностью увидеть чужой мир. Потому что это невероятно.
Прошло всего семь дней, а я уже очутилась на другом конце Вселенной в далёкой галактике!
Уму непостижимо... Как удивительно складывается жизнь. Никогда не знаешь, что она подготовила тебе за поворотом.
Входим в атмосферу, и перед нами открывается вид на потрясающий город будущего... да, именно так!
Увидев всё своими глазами, я понимаю, насколько отличается прогресс инопланетников от нашего. Безусловно, они предоставили землянам свои разработки, когда вышли на связь, но наш мир всё равно остаётся отстающим.
Это заметно даже невооружённым глазом.
Солнце, которое у них именуется звездой Шамс, уже склонилось за горизонт в той части планеты, по которой мы летим. За окном поздний вечер, почти ночь. Город окрасился разноцветными огнями и яркими неоновыми вывесками.
Инопланетники любят всё яркое и цветное, любят выделяться. Сейчас на контрасте с моими воспоминаниями о Земле это очень заметно.
Яркие, уверенные, сильные мира сего.
Мы летим над крышами небоскрёбов.
Я восторженно всматриваюсь в каждое здание, в каждый уголок, стараясь рассмотреть всё до мельчайших деталей. Даже делаю пару кадров на коммуникатор, чтобы когда-нибудь поделиться с Роном о своём приключении.
Я всё-таки не планирую скрывать от него поездку на Кальби, но, безусловно, мой рассказ будет без постыдных подробностей. Он не узнает, чем его сестра занималась здесь.
Мне правда стыдно... и я надеюсь, что вообще никто и никогда не узнает об этом. Тем более, Рон.
— Сколько нам лететь? — спрашиваю первое, что приходит в голову. Лишь бы не погружаться в мысли о брате, да и с охранником сто́ит наладить отношения. Хотя бы попытаться. За попытку ведь спроса не будет?!
— Минут десять, — отвечает спокойно, не рыкает и, главное, не игнорирует, как это делали известные мне личности, воспоминания о которых хотелось бы навсегда стереть из памяти.
— Как вас зовут?! — скажет или нет?
— Норис ос Дорсарро, но ты можешь звать меня просто Норис или Нор.
— Спасибо, — мои губы растягиваются в широкой искренней улыбке. Неужели мне посчастливилось встретить адекватного мухифа?! — Приятно познакомиться, Норис. Вы будете моим сопровождающим?
— Да. Надеюсь, мы не доставим друг другу проблем? — переводит свой взгляд на меня. Смотрит пристально, будто пытается прочитать мои мысли. Залезть в голову и узнать самые сокровенные тайны.
— Конечно, нет! — не могу удержаться от возмущения. — Мне нужна эта работа и деньги, — последнее слово я добавляю чуть тише.
— Вот и хорошо, — он... он улыбается и подмигивает! А затем возвращается к управлению шаттлом, подпевая себе под нос какую-то весёлую мелодию.
Я расслабляюсь. В обществе ос Дорсарро мне спокойно.
До апартаментов мы действительно добираемся за десять минут. Паркуемся на крыше небоскрёба и на лифте спускаемся в мою временную квартиру на пятидесятом этаже.
Норис вводит код на панели справа от двери и пропускает меня внутрь.
Оглядываюсь и не могу сдержать восторженного вздоха. Такого... такого я не видела даже на картинках.
Здесь роскошно. Хотя одного слова недостаточно, чтобы описать окружающую обстановку. На Земле мы с братом жили в обычной двухкомнатной квартире старой застройки. Дому около семидесяти лет, он был построен ещё до того, как люди узнали об инопланетных технологиях.
Я ни в коем случае не жалуюсь, мне нравится наша квартира, но просто... никогда себя даже не представляла в нечто подобном.
Футуристичный дизайн в стиле минимализма. Светлая мебель с закруглёнными краями, большие, нет, огромные окна во всю стену с видом на мегалополис будущего.
— Красиво, — выдыхаю и смотрю на мухифа, что выше меня на полторы головы. Он ничего не отвечает, лишь хмыкает и вместе со мной рассматривает обстановку.
Кажется, он удивлён не меньше, чем я.
Неужели не всем так везёт?!
Я думала, что каждой девушке предоставляют равноценные условия проживания согласно договору...
Шамс — солнце — شمس — [shams]
Ариана Гонсалес
— Твоя спальня справа, — ос Дорсарро просматривает технический план апартаментов на коммуникаторе, — там есть гардеробная и отдельная ванная. Моя слева. Дальше по коридору гостиная и кухня.
— Хорошо! Спасибо, Норис. — бросаю взгляды на двери, запоминая расположение. Ничего сложного. Право, лево, прямо.
— Домашнюю одежду должны были доставить, проверишь сама, — продолжает, — по расписанию у тебя сегодня поздний ужин через пятнадцать минут. График и режим дня необходимо соблюдать безукоризненно.
— Помню, — выдыхаю. — За неделю я уже привыкла.
— Молодец, Ариана. Если не будешь нарушать правила, время пролетит быстро и без проблем, — мне показалось, или в его голосе прозвучали ободряющие нотки?!
— Спасибо, Нор. Я так рада, что вы со мной, — не знаю почему, но мне захотелось сказать эти слова в знак благодарности за понимание и поддержку. За то, что наконец-то рядом со мной адекватный инопланетянин!
Он смущается.
Слегка, но я успеваю заметить, как его глаза на мгновение округляются, а щёки окрашиваются неловким румянцем.
— Встречаемся на кухне через пятнадцать минут, — прокашлявшись, ос Дорсарро скороговоркой выпаливает фразу, избегая прямого взгляда. В два широких шага преодолевает расстояние до своей комнаты и скрывается за дверью.
А мне остаётся только шепнуть в удаляющуюся спину: — хорошо...
Иду исследовать свою спальню на ближайшие шесть с половиной недель.
Большая комната с панорамными окнами, как и во всей квартире. Несколько кресел, журнальный столик, двуспальная кровать посередине, заправленная шёлковыми простынями. Подхожу ближе и касаюсь подушечками пальцев нежной ткани. Приятно... и неожиданно.
Я думала, что мне достанутся «пользованные» апартаменты, и совсем не ожидала, что они будут новыми. Помещение выглядит совершенно необжитым, но тем не менее уютным. Здесь даже можно почувствовать себя «как дома».
Заглядываю в гардеробную и обнаруживаю домашнюю одежду, но непростую, а... изысканную! На этот раз она подобрана идеально по размеру: не только в объёмах, но и по росту. Видимо, пока мы летели в Аль Хоббена, стилисты успели позаботиться об этом.
Беру максимально закрытый комплект, чтобы не смущать охранника своим внешним видом, выбираю подходящее бельё и отправляюсь в ванную.
Открываю дверь и замираю на пороге. Несколько секунд глупо хлопаю глазами.
Это... это будто ожившая мечта!
Какая девчонка не мечтает о большой ванне перед окном?!
К сожалению, сейчас нет времени, чтобы наполнить чашу и понежиться в тёплой воде с мягкой пеной, поэтому я лишь по-быстрому принимаю душ. Наконец-то настоящий душ. Всё-таки ионный для меня что-то вроде некачественной подделки. Не то, совсем не то.
До последнего стою под прохладными каплями, наслаждаясь долгожданными ощущениями свежести и чистоты. Когда время начинает поджимать, я с сожалением выключаю воду.
Быстренько натягиваю одежду, заматываю волосы в полотенце и минута в минуту захожу на кухню.
Норис уже здесь. Он тоже успел освежиться и сменить наряд.
— Садись ужинать, — судя по всему, мужчина решил поухаживать за мной. По личной инициативе. Сомневаюсь, что это входит в его обязанности.
— Вам помочь?! — как-то мне неловко. Плюс я привыкла быть самостоятельной. Или скорее, само́й заботиться, чем принимать заботу.
— Справлюсь, — усмехается, продолжая выкладывать еду из контейнеров на тарелки, — и давай на ты?!
— Если тебе комфортно, то я только за. Просто немного непривычно... у меня как-то не задались отношения с твоими соотечественниками. — решаю поделиться.
Ос Дорсарро расставляет подготовленные блюда и садится за стол напротив меня.
— Главный специально набирал такую команду. Здесь будет всё по-другому.
— Почему?! — спрашиваю и засовываю лист салата или чего-то похожего в рот.
— Не знаю... — пожимает плечами. — Они работают с основания агентства. Возможно, такой подход оказался самый действенным.
— Мда, — цокаю и качаю головой. — Это как ожидание-реальность. После таких знакомств мне было страшно лететь сюда. Единственный, кто относился ко мне нормально — это Рейтон. И... я бы добавила к этому «многочисленному», — демонстрирую кавычки пальцами, — списку главного господина, имени которого не знаю. Он вёл себя нейтрально.
— Мне жаль, что у тебя сложилось такое впечатление. Не все такие, Ариана.
— Я вижу, — тепло улыбаюсь мухифу. — Надеюсь, мы подружимся...
Отужинав, мы расходимся по своим комнатам, пожелав друг другу спокойной ночи. Время стремительно близится к отбою и на меня накатывает усталость от количества событий, захвативших в свой круговорот.
Ложусь в кровать и повторяю ритуал, без которого не могу уснуть последние несколько дней... я всем сердцем молю Небеса не повторять кошмарный сон, но они в очередной раз меня не слышат...
Ариана Гонсалес
— Ариана, Ариана! — кто-то трясёт меня, — да что с тобой?!
Вздрагиваю, будто душа резко возвращается в тело. Сознание начинает проясняться. Распахиваю глаза...
— Нор, Норис... что вы... ты делаешь?! — взвизгиваю, испугавшись. Мужчина склонился надо мной непозволительно близко, нарушая всевозможные нормы приличия.
— Ты кричала и звала на помощь. Так громко, что я услышал через две закрытые двери и коридор, — в его голосе звучат обвинительные нотки.
Зрение понемногу восстанавливается, и я замечаю, что ос Дорсарро смотрит обеспокоенным взглядом, граничащим с паникой.
— Извини, — прикрываю глаза и принимаюсь массировать болезненно пульсирующие виски. — Мне приснился кошмар... опять... опять этот кошмар... — бормочу еле слышно.
— Ты меня испугала. Нужна помощь? — он встаёт и отходит от меня, видимо, наконец-то осознав, что нарушает моё личное пространство.
Хотя на самом деле мне сейчас совершенно не до этого. Сердце галопом скачет в груди и, кажется, не планирует останавливаться, дыхание рваное, тяжёлое... мне плохо. Отвратительно плохо.
Я снова умирала, заживо сгорая в адском пламени...
Снова!
— Нет, — шепчу ответ, — скоро пройдёт. Спасибо.
— Может, сто́ит вызвать нашего доктора?! — он хмурится, серьёзно задумывается.
— Нет! Пожалуйста, Норис, не сообщай ему об этом... ни сейчас, ни потом.
— Почему? — натурально удивляется. Видно, что он совершенно не понимает моей категоричности. Да и кто бы понял?! Это на уровне чувств...
— Я его боюсь, — говорю быстрее, чем приходит осознание, что ос Дорсарро является коллегой доктора-расона. Они в одной компании. В одной лодке. Возможно, друзья или товарищи?!
Прикусываю язык и поднимаю встревоженный взгляд на мужчину. Теперь всё зависит только от него.
Он молчит, долго размышляя о чём-то… между бровей залегла глубокая складка. Каждая секунда его молчания для меня ощущается вечностью, но я не жалею о своих словах, потому что больше не хочу видеть доктора. Не хочу, чтобы он прикасался ко мне. Ничего не хочу!
— Хорошо, Ариана, не скажу. — после паузы выдаёт, а я облегчённо выдыхаю. — Попробуй ещё поспать. Если я промолчу, то стилисты молчать не будут. Они обязательно доложат о твоём внешнем виде. Ты должна выглядеть отдохнувшей, — сказав это, он разворачивается и, чеканя шаг, покидает мою комнату.
— Спасибо...
Быстро заснуть не удаётся. Стоит мне только прикрыть глаза, я тут же попадаю в кошмар. Разумом понимаю, что не сплю, и это лишь моё разыгравшееся воображение, но тело всё равно реагирует остро. Пульс учащается, напряжение охватывает каждый миллиметр тела вплоть до кончиков пальцев, дыхание сбивается.
Ощущения повторяются, будто я на самом деле там: пытаюсь спрятаться, убежать, спастись...
И только измучив себя окончательно, мне удаётся погрузиться в беспокойный сон.
Утро наступает быстро.
Просыпаюсь от настойчивого сигнала. Сначала я не понимаю, откуда доносится громкий звук, потому что мой коммуникатор будит меня лёгкой вибрацией и приятной мелодией. Но когда с трудом разлепляю веки и осматриваю комнату в поисках источника, то замечаю, что звук идёт от колонки, встроенной над дверью... в которую тут же раздаётся робкий стук.
— Можно войти? — это Норис ос Дорсарро.
Натягиваю одеяло до подбородка и утвердительно отвечаю.
— Отдохнула?!
— Немного... мне не привыкать, я справлюсь. Буду свежей как огурчик!
— Что?! — он непонимающе смотрит на меня.
— Так говорят, — пытаюсь улыбнуться, но высохшие губы от частого дыхания не позволяют мне это сделать безболезненно. Морщусь, чувствуя выступившую капельку крови.
— Ясно, — выдаёт охранник, устало вздыхая, — у тебя есть ещё час. — и уходит.
Час, выделенный ос Дорсарро, спас меня от неминуемых проблем. Мне действительно стало легче, и я уже не чувствовала себя такой разбитой... Особенно после принятия контрастного душа, он был как нельзя кстати.
Завтрак у меня случился позже положенного времени, но мухиф заверил, что с этим проблем не будет. Он уже отчитался, что всё в порядке и я соблюдаю режим дня безупречно.
Позже пришла команда мужчин-стилистов, и мы приступили к сборам для сегодняшней вечеринки.
Макияж мне сделали выразительный. В меру яркий, что даже для меня он оказался вполне приемлемым. Моего мнения никто и не спрашивал, но я осталась довольна полученным результатом.
Следом мы приступили к волосам.
— А парик? — спрашиваю, когда стилист начинает накручивать мои волосы на плойку. Возможно, у инопланетян это устройство называется как-то по-другому, но мне комфортнее называть вещи своими привычными именами.
— Сегодня пойдёшь так. Со следующего раза будут парики, — бурчит мужчина, явно недовольный заданным вопросом.
Волосы мне накручивают лёгкой волной. Они аккуратно спадают чуть ниже плеч. Маникюр делают нейтральный, лишь немного добавляя ногтям блеска.
Когда мы заканчиваем колдовать с моей внешностью, в комнату заносят несколько нарядов на выбор. Не для меня выбор, конечно же.
Мужчины по очереди прикладывают платья к моему телу, что-то обсуждая между собой. Они так увлечены процессом, что не обращают внимание ни на что вокруг. Я уже около получаса стою неподвижно и изображаю бездушный манекен, который вертят и крутят из стороны в сторону.
— Фиолетовое, — встреваю в обсуждение. Надо прекращать эти издевательства! — Этот цвет идеально оттеняет смуглую кожу, и волосы не смотрятся ярким пятном. В других вариантах они выглядят будто лишними... — выпаливаю на одном дыхании.
Я собрала все преимущества, что услышала во время обсуждений, и огласила в одном предложении то, чего им так не хватало для окончательного выбора.
Мужчины соглашаются, не забыв при этом окатить меня презрительными, недовольными взглядами...
Когда стилисты покидают апартаменты, я выдыхаю. Находиться с ними несколько часов в замкнутом пространстве невероятно тяжело. И очень энергозатратно. Радует только одно, что с ними у меня осталось всего двенадцать встреч.
Ариана Гонсалес
Через полчаса мы выезжаем к заказчикам. Откуда я уже вместе с ними отправлюсь на мероприятие.
Норис предупредил, что ему не положено находиться рядом со мной, но он будет дежурить недалеко от места проведения, чтобы по окончании встретить и сопроводить меня домой.
Для случая крайней необходимости мухиф установил свой экстренный канал связи на мой коммуникатор. Этакая кнопка «SOS», нажав на которую он незамедлительно появится, чтобы спасти меня. Но я искренне надеюсь, что до этого не дойдёт... и всё пройдёт без казусов.
Сегодня у меня первый заказ, а волнения, как ни странно, нет. Кажется, я окончательно смирилась со своей работой и действительно отношусь к ней как к способу получения денег для спасения жизни брата. Ничего больше. Ни чувств, ни эмоций. Только холодный расчёт.
— Готова? — спрашивает ос Дорсарро, когда мы выходим из апартаментов.
— Готова.
В тишине поднимаемся на крышу небоскрёба.
На том месте, где вчера находился шаттл, на котором мы возвращались с орбиты планеты, теперь стоит летающий мобиль. По городу мы будем передвигаться на привычном транспорте, что, несомненно, меня радует.
Машин я практически не боюсь. После смерти родителей поначалу был страх садиться в городской летающий транспорт, но со временем он сошёл на нет... Вернее, на его место пришла острая необходимость добираться быстрее, которая стала приоритетом.
Когда я устроилась на работу, то первое время передвигалась по земле, из-за чего постоянно приходила в отель минута в минуту. Никогда не опаздывала, но всегда была где-то на грани.
Пара замечаний и предупреждение об увольнении заставили меня пересмотреть свои принципы и перебороть страхи. Сохранение работы и содержание нашей с Роном семьи оказались важнее...
Садимся в мобиль, и первое, на что я обращаю внимание — он очень отличается от тех, что летают на Земле. Более обтекаемая форма, отсутствие острых углов, приборная панель представляет собой большой экран и ни одного рычага управления, кроме руля. Но даже он выглядит по-другому. Как-то особенно.
Сидения выполнены из материала, очень похожего на дорогую, качественную кожу. Мягкую, тактильно приятную... Я не удержалась и несколько раз провела пальчиками по идеально гладкой поверхности, наслаждаясь прикосновениями кожа к коже... Правда, это вовсе не кожа. Инопланетники не используют натуральные материалы, которые могут причинить вред животным, заменяя их синтетическими... но настолько высокого качества, что не отличить, если не знаешь всех нюансов.
Норис ос Дорсарро жмёт на кнопки и заводит мобиль. Он работает абсолютно бесшумно и это меня расслабляет. Откидываюсь на спинку сидения и устремляю свой взгляд в боковое окно. Сейчас сумерки и есть возможность подробнее рассмотреть город с высоты полётов мобилей.
Плавно поднимаемся в воздух. Перед нами открывается потрясающий вид на сотни небоскрёбов. Центр города огромный, потому что вся планета является столицей.
В Аль Хоббена планеты имеют свою направленность. Есть курортные планеты, самая известная из них — Мальжа, о которой безустанно говорят даже на Земле. Есть развлекательные, планеты для шопинга, научные, производственные, планеты — предприятия, академии, военные базы и многие другие.
По центру мы движемся около часа. Без пробок и на достаточно высокой скорости.
Я не отрываю взгляда от окна, периодически делая кадры на свой коммуникатор, чтобы потом показать Рону фотографии.
Возможно, для кого-то этот район покажется каменными джунглями, но я вижу в нём эстетику и особенный шарм. Мне нравится многоэтажная застройка, но не для жизни, а чтобы изредка, вот так, как сейчас любоваться ею издалека.
Весь маршрут занимает около полутора часов, может, даже чуть больше. Встреча с мужчинами должна состояться в районе с малоэтажной застройкой, к которой мы как раз подлетаем...
Останавливаемся в назначенном месте.
Норис ос Дорсарро не поторопит меня, позволяя настроиться, прежде чем выйти. Делаю несколько глубоких вдохов и выдохов. Казалось бы, волнение уже должно появиться, но его как не было, так и нет. Даже когда я замечаю, что меня уже ждут.
Впереди виднеются два силуэта, вальяжно прислонившихся к машине.
Кай и Лео. Жамилы...
Это всё, что мне известно.
Последний раз взглянув на себя в зеркало, я нажимаю на кнопку открытия дверей и выхожу из мобиля.
Расправляю плечи, натягиваю фальшивую улыбку и, стуча десяти сантиметровыми каблуками, направляюсь к мужчинам, которые, завидев меня, выпрямляются и делают несколько шагов навстречу...
Мальжа — курорт — ملجأ — [malja]
Ариана Гонсалес
— Светлого вечера, — здороваюсь в привычной манере жителей Аль Хоббена. Мой голос звучит мягко, естественно и ровно. Поражаюсь такой талантливой актёрской игре... не придраться. Все настоящие чувства скрыты глубоко внутри. Под надёжной защитой.
Встречаюсь взглядами с мужчинами. Для этого мне приходится слегка приподнять голову. Делаю это незаметно, будто поправляю причёску, а вовсе не пытаюсь подробнее разглядеть своих заказчиков.
Мой взгляд медленно скользит снизу вверх, очерчивая спортивные тела мужчин. Высокие, даже слишком. Под два метра. Даже на каблуках наша разница в росте очень ощутима. Длинные ноги в облегающих брюках, расстёгнутые пиджаки, под которыми на удивление ничего нет, поэтому я могу разглядеть всё в подробностях: косые мышцы живота, кубики пресса и стальная грудь, широкие плечи, мощная шея с выделяющимся кадыком...
Оба блондины. Очень похожие внешне: пухлые губы, искривлённые в дерзких ухмылках, прямые носы, ярко выраженные скулы и подбородки, и... и... пожалуй, единственная отличительная черта — цвет глаз. У одного голубые, у другого — зелёные.
Насыщенные, яркие, светящиеся... это свидетельствует о том, что жамилы испытывают сильнейший эмоциональный всплеск: либо я понравилась им как женщина, либо, наоборот, они глубоко разочарованы нашей встречей.
Впрочем, мне всё равно! Я здесь не для того, чтобы нравиться.
— Светлого вечера, — произносит тот, что с зелёными глазами. — Меня зовут Кай, а это Лео, — он косится на побратима, который неотрывно продолжает прожигать меня нечитаемым взглядом.
— Приятно познакомиться, — говорю стандартную фразу и дарю улыбку каждому мужчине. На что голубоглазый лишь хмыкает, резко разворачивается и направляется к мобилю.
— Не обращай внимания, — Кай, по всей видимости, взял на себя роль хорошего полицейского в сегодняшней игре, — Лео без настроения. — на этих словах он кривится, будто ему стыдно за поведение своего побратима, а может, я просто неправильно его понимаю и это выражение лица предназначается мне.
Хочется сказать, что мне плевать, но вместо этого отвечаю: — хорошо, Кай. Спасибо, что предупредил.
Мобиль, в котором скрылся Лео, внезапно срывается с места и с бешеной скоростью проносится мимо нас, обдавая потоком воздуха. Не удерживаюсь на высоких каблуках и отшатываюсь, теряя равновесие... Если бы не зеленоглазый, так вовремя придержавший меня за спину, то свалилась бы назад, отбив пятую точку.
— Спасибо, — выдыхаю в его спасительных объятиях.
— Извини, — почти одновременно со мной он цедит сквозь стиснутые зубы.
Сейчас я уверена, что его гнев направлен не на меня, а на голубоглазого. Видимо, он не ожидал, что тот бросит нас вот так посреди дороги и улетит.
— Сейчас я вывозу свой мобиль. Пара минут. Не замёрзла?! — участливо интересуется.
Может, и не всё так плохо?
— Нет, — несмотря на то, что уже поздний вечер, на улице достаточно тепло.
Кивнув моему ответу, Кай переключается на свой коммуникатор. Нажимает несколько кнопок и действительно через две минуты прилетает другое судно, которое ничем не уступает предыдущему.
Мужчина открывает дверь и галантно подаёт мне руку, помогая устроиться.
Его глаза в момент соприкосновения загораются ярче обычного, буквально приковывая мой взгляд... жадно ловлю каждую эмоцию, каждую вспышку насыщенно-зелёного цвета.
До чего же, оказывается, красивая особенность у жамилов — яркие светящиеся радужки глаз.
И он красивый... неожиданно ловлю себя на мысли.
— Благодарю, Кай, — аккуратно высвобождаю свою ладонь, потому что по какой-то причине он не спешит её отпускать. Да ещё и умудряется невесомо поглаживать больши́м пальцем внутреннюю сторону.
Кай спохватывается и слегка встряхивает головой, после чего свет в его глазах потухает и вся магия момента развеивается. А я наконец-то освобождаюсь от плена...
Даю себе мысленный подзатыльник, потому что нельзя так реагировать на незнакомого инопланетника! Это всего лишь работа. Нужно не забывать об этом.
Мужчина прикрывает дверь, обходит мобиль и садится на водительское кресло рядом со мной.
Всю дорогу до места проведения праздника мы молчим. В салоне повисает напряжение. Хотя я бы назвала это недосказанностью или скорее недопониманием. Но никто из нас не смеет его нарушить.
Уже подлетая, когда я замечаю вспышки софитов и толпы существ на территории, решаю уточнить:
— У кого сегодня день рождения?! — знаю, что мне не следует задавать лишних вопросов, но не могу удержаться.
— У Лео. Круглая дата. Ему тридцать, — паркуясь на стоянке около дома, отвечает зеленоглазый.
— О! — только и могу выдавить из себя.
Некрасиво получилось. Особенно для такой идеалистки, как я.
Может, он поэтому взбесился?
Но объективно, я ведь не знала!
И, по-моему, глупо обижаться, если кто-то в первую же секунду знакомства не поздравил тебя с праздником.
— Идём?! — Кай прерывает поток моих мыслей.
— Да, конечно...
Мужчина выходит из мобиля первым и, обогнув его, помогает мне выбраться. Подставляет локоть, и мы вместе входим в огромный особняк, который встречает нас громкой музыкой, звонами бокалов и криками с поздравлениями.
Здесь нереальное количество инопланетников... куда ни глянь — везде они... хотя чего я ожидала?!
Очень много мужчин и очень мало женщин — по пальцам пересчитать... каждая из них окружена вниманием, заботой и восхищёнными взглядами.
Чувствую себя неуютно. Лишней.
Но кого это волнует?!
Расправляю плечи, натягиваю улыбку и с гордо поднятой головой дефилирую под руку с зеленоглазым.
— Шампанского? — он неожиданно останавливается и наклоняется ко мне, щекоча ухо горячим дыханием. Так близко, что я чувствую жар, исходящий от его тела, и терпкий аромат парфюма, от которого в мгновение сносит крышу...
Ариана Гонсалес
Никогда прежде я так не реагировала на мужчину. Да, что уж там! Я раньше вообще не обращала на них внимания: и на мужчин, и уж тем более на их запахи!
Не понимаю, что со мной... будто не я это вовсе...
Мне бы сбежать на пару минут, чтобы обдумать свою реакцию, но я не имею права отказываться от предложения. Тем более, это мой первый выход... он должен, нет, просто обязан пройти безупречно.
— Давай, — поворачиваю голову, встречаясь взглядами с возвышающимся мужчиной.
Между нами практически нет свободного пространства. Мы близко друг к другу... так близко, что я вижу, как расширяется его зрачок, затапливая зелёную радужку.
Слегка вздрагиваю, кожей ощущая напряжение, внезапно возникшее между нами... и теперь это точно оно!
Кажется, он тоже что-то чувствует, потому что его глаза вновь светятся ярче обычного. Кай пристально смотрит на меня. Его взгляд скользит по лицу, мягко огибая каждую черточку, и останавливается на моих губах.
Непроизвольно облизываю губы, которые внезапно начинает покалывать от обжигающего взгляда.
Остро. Горячо. Невозможно.
Его глаза вспыхивают ещё ярче, безотрывно следя за каждым моим движением. И этот ничего не значащий жест тоже не остаётся незамеченным.
Он начинает наклоняться с явным, как мне кажется, намерением поцеловать меня, а я ищу пути отхода... потому что это совершенно ненормально!
Что на него нашло?!
Разве я давала повод для подобного отношения? Или он считает, что если женщина работает в эскорте, то она готова на всё? В том числе и на поцелуи с первым встречным?!
Разум противится происходящему. Рука горит от желания дать звонкую пощёчину. Если он перейдёт грань, то я сделаю это, но не позволю прикоснуться к себе и уж тем более украсть мой первый поцелуй таким образом.
Нет!
Ситуацию спасает второй жамил — Лео. Нервный именинник, который совершенно неожиданно появляется рядом с Каем, сжимая его плечо и вынуждая отпрянуть на меня.
Отшатываюсь и жадно хватаю ртом воздух, делая шумные, глубокие вдохи. Сжимаю кулаки, впиваясь ногтями в ладони, пытаюсь найти внутреннее равновесие и привести себя в чувства. Не только Кай, но и я чуть не перешла черту. Была словно под гипнозом... под воздействием его зелёных, колдовских глаз...
— Брат, всё в порядке?! — спрашивает Лео и косится в мою сторону, стреляя недобрым взглядом.
Что я ему сделала?!
Чувствую, как мои щёки начинают пылать от неловкости. Мне стыдно, что пусть и на мгновение, но я поддалась очарованию жамила, и это не осталось незамеченным... а ещё от злости.
— Да, — заторможенно отвечает, а затем прищуривается и тоже смотрит на меня как-то странно.
Нужно спасать ситуацию, пока она не вышла из-под контроля. Я не могу потерять эту работу!
— Я отойду в уборную? — натягиваю беззаботную улыбку, но выходит из ряда вон плохо. Уголки губ против воли опускаются вниз. Тело дрожит, кожа покрывается мелкими бисеринками пота... с каждой секундой нахождения рядом с этими двумя, мне становится всё хуже и хуже...
— Иди, — Лео сверкает глазами и цедит сквозь зубы, — третья дверь слева.
Срываюсь с места и быстрым шагом иду в указанном направлении. Платье мешает, ноги запутываются, высокие каблуки не держат.
Нахожу нужную дверь и пулей залетаю в помещение. Щёлкаю замком и приваливаюсь спиной к стене, медленно сползая вниз...
Леонард эль Ардерра
— Что сейчас было, Кай?! — рычу в ухо своему побратиму. — Идём в кабинет!
— А девушка?! Ариана... — говорит заторможено и мне это не нравится.
Побратим будто околдован, но магия бывает только в детских книгах у землян. А у нас сила. Настоящая сила, но даже она не способна на подобное.
Тяну друга в сторону кабинета, хватая за предплечье. Нужно увести его отсюда и поговорить без лишних глаз и ушей.
Моё положение обязывает скрываться... мне нельзя показывать личную жизнь на публику. А здесь публики хоть отбавляй! Вся элита Аль Хоббена нашего возраста.
— Плевать на неё! Найдёт, чем занять себя. Ей не привыкать... — выплёвываю со злостью и хлопаю дверью, скрывая нас от гостей.
Я изначально был против притаскивать на свой день рождения эскортницу, тем более человеческую женщину. Но Кайларс настоял...
Глупая затея. Совершенно бессмысленная, однако отступать уже поздно. Она здесь и её услуги оплачены на несколько часов. Вроде бы. Я особо не вникал. Этим вопросом, как и выбором девушки, занимался исключительно эль Лаавера. Инициатива наказуема.
— Поговорим, а после отпустим эту девчонку. Ей здесь не место!
Плевать на оплату, это мелочи по сравнению с тем, что своим присутствием она изводит меня. И побратима, по всей видимости, тоже.
С первой же секунды, когда мы только встретились взглядами на парковке.
Странно испытывать настолько противоречивые чувства одновременно. Мы не избранные, никто друг другу, но что-то в ней тянет меня будто магнитом. Словно она та самая... единственная...
Но моя сила не признаёт её своей эльвахидой. Потому что будь это так, я бы почувствовал... давно, ещё когда она только перешагнула границу нашей Империи. Не было и дня, чтобы я не сканировал Аль Хоббена в поисках истинной. Ни дня!
— Нет, — Кайларс сжимает кулаки и разворачивается ко мне.
Подходит вплотную. Смотрит жёстко, упрямо, что совершенно не вяжется с его мягким характером. В нашем тандеме я вспыльчивый и резкий, он же, наоборот, способен гасить ненужные эмоции.
Когда нам было по восемнадцать, мы поступили в Военную Академию и попали в одну группу. На удивление быстро сдружились, хотя кроме своей семьи я редко с кем находил общий язык из-за взрывного темперамента.
Со временем мы почувствовали, что наши энергии созвучны. Что мы братья, и нам предстоит разделить свою жизнь с одной женщиной. После проведения ритуала побратимства мы стали искать эльвахиду с помощью моей силы. Каждый день. Вот уже на протяжении десяти лет...
— Она не уйдёт, эль Ардерра! — цедит сквозь стиснутые зубы. Его глаза пылают яростью и решимостью.
— Ты не в себе, — отрезаю. — Девчонка нам никто! Пустышка! — с каждым словом закипаю от злости, — эскортница! Шлюха, готовая спать за креди́ты со всем, что движется, — не замечаю, как перехожу на крик... и как мне прилетает мощный удар в челюсть...
Эльвахида — единственная — الوحيد — [alwahid]
Ариана Гонсалес
Просидев на полу около десяти минут, я всё-таки беру себя в руки. Протяжно выдыхаю, поднимаюсь и подхожу к раковине, чтобы освежиться, прежде чем вернуться в общий зал к мужчинам.
Сначала долго и усердно отмываю руки, будто это поможет мне избавиться от странных ощущений, которым я не могу найти разумного обоснования, сколько бы ни пыталась этого сделать. Но ожидаемо не помогает...
Тогда я слегка брызгаю в лицо водой, чтобы не испортить макияж и в то же время успокоить пылающие щёки. И вновь безрезультатно.
Смотрю на себя в зеркало и понимаю, что выгляжу, мягко сказать, не очень. Какой-то замученной и расстроенной... нет блеска в глазах и той уверенности, с которой я шла на эту встречу.
Несколько минут бездумно пялюсь в пустоту...
Решаю, что душевное равновесие мне важнее, чем какие-то правила, поэтому, наплевав на старания стилистов, умываюсь полностью. До скрипа тру лицо, чтобы не осталось ни следа от былого макияжа.
Удивительно, но когда я вижу себя настоящую, становится немного легче... собираю локоны в высокий хвост, дабы образ в целом смотрелся гармонично. Вечер ещё не закончился и мне предстоит продолжить изображать красивую куклу, несмотря на то, что настроения совершенно нет.
Через силу натягиваю улыбку и выхожу из уборной. Тем же путём иду в общий зал — гостиную особняка.
Веселье там в самом разгаре. Гости заняты своими делами: выпивают, веселятся, общаются, танцуют... Однако Лео и Кая среди них не видно.
Неужели ушли?!
На всякий случай проверяю коммуникатор. Ни звонков, ни сообщений. Вряд ли им доступны мои контакты, но при необходимости они могли бы связаться через агентство... но раз ничего нет, значит, они меня не искали и... всё в порядке. Последнее — скорее, вопрос.
Присаживаюсь на кресло подальше от основной массы гостей. Не хочу привлекать ненужное внимание и вести бессмысленные беседы с посторонними существами. Я здесь не для этого, поэтому предпочитаю избегать лишнего общения.
Проходят пять минут, затем десять. Никто ко мне не подходит. Мужчины на горизонте не появляются. Полчаса, час... я до сих пор одна...
Кайларс эль Лаавера
Как только увидел её, всё внутри перевернулось. Девушка не избранная, я не чувствую истинного притяжения... левое сердце, которое предназначено моей эльвахиде, молчит, никак не откликаясь на близость этой особи. Однако что-то неведомое тянет меня к ней. И пока я не разобрался в чём причина моего диссонанса, отпускать её не планирую, как бы брат не настаивал на этом.
— Она не уйдёт, эль Ардерра! — цежу раздражённо.
Глаза загораются, предупреждая противника. Моя сила жамила вопреки здравому смыслу хочет защитить Ариану, будто она избранная... и плевать, что противником она считает моего побратима — самого близкого существа во всей Вселенной на данный момент.
Пока до конца не понимаю, что со мной происходит. Но одно знаю точно — это совершенно ненормально! Против правил и законов природы.
— Ты не в себе! — парирует в ответ. В чём-то я согласен, но... — Девчонка нам никто! Пустышка! — каждое произнесённое им слово забивает гвоздь в моё самообладание, — эскортница! — выплёвывает. — Шлюха, готовая спать за креди́ты со всем, что движется!
Лео срывается на крик, а я теряю последние крупицы контроля... замахиваюсь и со всей силы бью его в челюсть.
Побратим отшатывается от неожиданности. Вспыхивает ярче, чем сверхновая звезда. Глаза наливаются яростью, пылая голубым пламенем безумия.
— Совсем спятил, эль Лаавера?! — кидается на меня.
Завязывается драка.
Это не игра и не дурачество, к которому мы привыкли, чтобы скоротать свободное время, поддерживая спортивную форму. Сейчас всё по-настоящему. Никто не хочет уступать в этой борьбе. Мы будто бьёмся не на жизнь, а на смерть!
Не знаю, сколько проходит времени, я потерялся в своей ярости. Потерял контроль. В мыслях только Ариана...
— Успокойся, Кайларс эль Лаавера! — Лео первым приходит в себя, — что на тебя нашло?!
Брат впервые использует на мне свою императорскую силу.
Он будущий правитель — самый сильный жамил в Аль Хоббена и обладает безграничными возможностями. Но никогда прежде эль Ардерра не унижал меня таким образом. Он давит своей энергией, приказывая отступить и сдаться. Голубые волны окутывают моё тело, заключая в энергетическую ловушку, из которой обычному жамилу вроде меня не выбраться...
— Ариана не уйдёт, — продолжаю настаивать на своём, даже находясь в безвыходном положении, — ты разве не чувствуешь?! — сверлю его ненавидящим взглядом.
— Мне плевать на глупые чувства. Она не та, — он разворачивается и быстрым шагом направляется прочь из кабинета, тем самым давая понять, что наш «содержательный» разговор окончен.
Когда Лео покидает помещение, ловушка исчезает. Иду в свою комнату, чтобы привести себя в порядок и сменить одежду. После чего возвращаюсь в общий зал и обнаруживаю, что девушки уже нет.
Через коммуникатор подключаюсь к камерам слежения. Отматываю время до того момента, когда мы отпускаем Ариану и уходим в кабинет.
Она возвращается спустя пятнадцать минут... без макияжа, с собранными волосами. Я сразу же замечаю эти небольшие изменения.
Глаза грустные, но на лицо натянута беззаботная улыбка.
Устраивается в кресло, подальше от основной массы гостей и... полтора часа сидит неподвижно, периодически оглядываясь по сторонам.
Позже ей поступает сообщение. Вижу, как она вздрагивает, пугаясь поступившему сигналу. Читает, хмурится, вновь оглядывается. Ещё пару минут чего-то ждёт и, пожав плечами, направляется на выход из особняка.
Переключаю камеру. У ворот её встречает мухиф, с которым они улетают в неизвестном направлении...
Ариана Гонсалес
— Как всё прошло? — Норис разрывает тишину, повисшую в мобиле.
Вздрагиваю от неожиданности. Перевожу встревоженный взгляд в сторону мухифа, параллельно размышляя о том, что ему ответить. Он не смотрит на меня, полностью сконцентрирован на движении, которое к ночи, на удивление, стало более оживлённым.
Решаю этим воспользоваться, в глаза я бы не смогла так ответить...
— Хорошо, — вру.
Заказчиков я больше не видела, так и просидела в одиночестве, пока оплаченное время не закончилось и ос Дорсарро не сообщил, что ожидает меня около ворот особняка. Но ему это знать необязательно, как и большеголовому расону, до которого, я надеюсь, эта информация никогда не дойдёт.
— Я рад, Ариана. — звучит достаточно искренне. — Я же тебе говорил, что не все такие, как на корабле.
Невесело усмехаюсь и качаю головой. Действительно не все. Полностью согласна. Эти мужчины, кажется, были гораздо опаснее...
Следующие несколько дней я безвылазно провожу в квартире. Запланированных мероприятий не имеется, поэтому я предоставлена сама себе. Читаю, смотрю местное телевидение и постоянно думаю о своём первом неудавшемся опыте в качестве эскортницы.
А именно, почему мужчины бесследно исчезли, даже не попрощавшись?!
Про жамилов мало что известно на Земле. Кроме того, что они обладают безграничной силой и светящимися глазами, реагирующими на эмоции и всплески силы, больше ничего.
Эти блондины среагировали на меня. Только слепой мог не заметить изменившийся эмоциональный фон. Лео был раздражён моим присутствием, и с этим не поспоришь, но вот Кай... тот же, по-моему, испытывал какие-то другие эмоции.
Только какие?! И почему?
Его завораживающий взгляд, когда он потянулся ко мне, до сих пор перед глазами... стоит мне прикрыть веки, как я вижу две яркие светящиеся зелёные радужки и чувствую его головокружительный запах...
Сколько бы ни пыталась забыть эту короткую встречу, у меня не получается. Из раза в раз прокручиваю в голове каждую минуту нашего знакомства и думаю, где я ошиблась?!
В какой момент повела себя неправильно, раз всё закончилось именно так?!
Или, быть может, причина вовсе не во мне?
Но...
Раздаётся стук в дверь, прерывая поток моих ежедневных размышлений перед отбоем.
С Норисом мы попрощались около получаса назад, пожелав друг другу добрых снов... особенно мне, потому что кошмары так и не прекращаются, мучая меня изо дня в день.
— Можно? — из-за двери доносится голос Нора.
Натягиваю одеяло, прячась от сопровождающего, и отвечаю:
— Заходи.
С мухифом мы сдружились. Не сказать чтобы общаемся слишком часто, но когда это происходит, общение у нас достаточно тёплое. Действительно дружеское, я бы даже сказала, братское.
Ос Дорсарро открывает дверь и останавливается в проёме, заполняя своим мощным телом всё пространство. Внутрь не проходит, за что я ему благодарна.
— Завтра с утра у тебя запланирован визит в салон красоты. Будь готова...
— Хорошо, — соглашаюсь. Посещение салона входит в условия договора. Я помню. — Это всё?
Вижу, что не всё. Он бы не стал приходить только из-за этого. Мог сообщить за завтраком.
— Завтра вечером ты работаешь. Главный только что скинул мне информацию. Тебе надо выспаться, потому что придут стилисты... — мужчина замолкает и прожигает меня взглядом.
Намёк более чем ясный.
Каждую ночь Нор прибегает ко мне и находится рядом, пока я не приду в себя после кошмара. Больше он не настаивает на осмотре доктора, но смотрит на меня с опаской. В его глазах читается искреннее беспокойство и жалость, будто он понимает, что происходит... однако мухиф ни разу об этом не обмолвился. А может, мне просто кажется и это лишь банальное сочувствие, которое в его случае выражается именно так?!
Не знаю! Лишь мысленно пожимаю плечами.
— Постараюсь, Норис, но ты же понимаешь... — пытаюсь подобрать правильные слова, — это никак от меня не зависит. На Земле прежде такого не было. Я не знаю, как бороться с кошмарами. Они не поддаются контролю.
— Я буду рядом. Засыпай, — и покидает мою комнату.
Ночь была тяжёлой, как и все предыдущие. Сегодня доспать возможности нет, потому что мне необходимо отправляться в салон красоты. День расписан буквально по минутам до самого вечера.
— Паршиво выглядишь, — отмечает мухиф, когда мы встречаемся на кухне за завтраком.
— Знаю, — устало вздыхаю. — Видела себя в зеркало. — мне страшно в таком состоянии появляться перед стилистами, но, надеюсь, в салоне работают волшебники и они сумеют привести меня в более-менее божеский вид.
Норис цокает и недовольно качает головой.
— Может, стоит обратиться к специалисту? — он всё-таки задаёт вопрос, которого я так боялась.
Зажмуриваюсь, считаю до трёх и распахиваю глаза, смотря на него умоляюще...
— Пожалуйста, Норис, только не доктор. Я уверена, что он не поможет, зато в силах отправить меня домой, разорвав договор. А мне нельзя возвращаться, понимаешь?! — впервые я задумываюсь о том, чтобы рассказать ему о Роне и обо всех причинах, вынудивших меня стать эскортницей.
— Почему?! — прищуривается и внимательно смотрит мне в глаза.
Набираю побольше воздуха и выпаливаю на одном дыхании: — Мой брат смертельно болен, Нор. От этой работы зависит его жизнь.
Мухиф округляет глаза...
— Подойди, пожалуйста.
Он подчиняется.
Открываю коммуникатор и показываю ему фотографии Рона. То, каким он был до болезни и каким стал.
— Я должна отработать тринадцать запланированных встреч... — задумываюсь на секунду и, махнув рукой, выговариваю. — Да чёрт с ними, хотя бы десять! Тогда нам хватит на оплату его лечения и реабилитацию. Остальное не имеет значения, я выкручусь... Трудности меня не пугают. Однако жизнь... она стоит того, чтобы бороться до последнего.
— Мне жаль, Ариана. — от искренности в его голосе, у меня горло сдавливает спазмом. — Я буду молчать и помогать тебе. Ты мне как сестра, которой у меня никогда не было.
Ариана Гонсалес
Слова ос Дорсарро трогают до глубины души, задевая каждую её струну...
Не думала и даже не смела предположить, что в чужом мире мне удастся отыскать настоящего друга. Потому что даже на Земле мне некому довериться. Я одна. Всегда одна.
Смотрю на огромного мужчину и не могу сдержать эмоций, рвущихся наружу. Одинокая слезинка медленно катится по щеке. Тяну руку, чтобы смахнуть её, ведь я обещала себе не плакать и быть сильной... но не успеваю этого сделать, потому что мухиф опережает меня. Аккуратно, совсем невесомо касается больши́м пальцем моей щеки и стирает мокрый след.
— Не плачь, мелочь, — Норис впервые обращается ко мне с помощью прозвища. И так ласково звучит это обращение, что у меня сердце буквально сжимается от переполняющей благодарности, — всё будет хорошо!
— Спасибо, — слёзы теперь льются рекой. Подскакиваю со стула и ныряю в спасительные объятия мужчины. Они нужны мне как кислород, чтобы не только душой и сердцем, но и телом почувствовать поддержку.
Никогда прежде не замечала за собой подобных желаний. Я привыкла со всеми трудностями и проблемами справляться в одиночку, оттого его слова и забота ощущаются ещё ценней.
Он прижимает крепко, обхватывая огромными ручищами моё хрупкое, по сравнению с его габаритами, тело. Всеми четырьмя, но это ни капли не смущает. Без всяких намёков и пошлостей Норис гладит меня по спине медленными, успокаивающими движениями.
Я чувствую, что он родное существо. Не по крови, а на каком-то другом уровне — как старший брат.
— Ну всё-всё, — тихонько приговаривает. — Ты должна быть сильной.
После завтрака мы спускаемся в салон красоты. Нор остаётся ожидать за дверью, а я попадаю в... розовый рай!
Именно так я бы охарактеризовала пространство салона, интерьер которого выполнен исключительно в розовом цвете.
Здесь нет никого, кроме меня.
Оказывается, в Аль Хоббена принято, чтобы женщина посещала такие места в одиночестве. Считается, что только так она способна полностью расслабиться и в полной мере получить удовольствие от процедур.
В салоне я провожу около пяти часов. Волосы, маникюр, педикюр, массаж, обвёртывания, маски и многое другое, но главное — макияж, который помогает скрыть следы недосыпа.
Когда выхожу из помещения, ос Дорсарро отмечает, что я выгляжу великолепно! Это радует и вселяет надежду, что и другие не обратят внимания на то, что скрывается под маской и фальшивой улыбкой...
Возвращаемся в апартаменты. Практически сразу приходят стилисты, которые, хвала Небесам, изменений во мне не замечают.
Несколько часов в окружении инопланетников проходят, как всегда, напряжённо. Это уже третья наша встреча, где они не изменяют своим привычкам: косые взгляды полные отвращения, пренебрежение и резкие слова.
Своё отношение ко мне они демонстрируют открыто, но я его показательно игнорирую...
Если каждый выпад в свою сторону я буду принимать близко к сердцу, то свихнусь раньше времени! А мне предстоит ещё около шести недель провести в Империи Аль Хоббена в окружении инопланетников.
Сегодня мне подобрали белый брючный костюм и предоставили парик блондинки... Непривычно видеть себя в таком образе, но деваться некуда и следует подчиняться правилам агентства. Парик всё-таки лучше, чем лишаться своего натурального цвета, да и в целом я выгляжу неплохо, надо признаться. Мужчины постарались на славу.
— Мелочь, ты готова? — после душевного разговора на кухне Норис стал позволять себе общаться более открыто. Я не против, поэтому на его «мелочь» лишь широко улыбаюсь.
— Ага, как тебе? — кручусь перед ним.
— С розовыми лучше, — недовольно цокает и качает головой.
— Полностью согласна, но... — развожу руки.
Он и так всё понимает.
Мы поднимаемся на крышу небоскрёба и отправляемся на встречу с заказчиками. Вечер мне придётся провести в компании жамилов. Опять. Но благо не тех, с кем я встречалась ранее...
Ос Дорсарро по секрету поделился, что в большинстве случаев не приветствуется сопровождение одних и тех же личностей. В чём причина — он не знает, но сей факт, несомненно, меня порадовал, потому что Кая и Лео я видеть не желаю. Больше никогда.
До здания театра добираемся достаточно быстро. Оно находится в центре столицы, буквально в двадцати минутах лёта от апартаментов.
Меня встречают трое красивых и галантных мужчин, которые на удивление не вызывают во мне и толики эмоций. Я абсолютно безразлична и равнодушна.
И вот вроде бы понимаю, что так и должно быть, но отчего-то на сердце неспокойно. Есть какое-то отторжение от сегодняшней встречи, которого не было до этого, и в принципе быть не должно́. Кажется, будто происходит что-то неправильное... но я отмахиваюсь от этих навязчивых мыслей и настраиваюсь на рабочий лад.
Когда мы входим в здание театра, я не могу сдержать восторженного вздоха. Никогда прежде не видела таких удивительных строений!
Огромный полукруглый зал с высоким потолком, которому нет конца и края, потому что там крутится реалистичная проекция бесконечного звёздного неба... тысячи сидений в сотни рядов. И куча «разношёрстных» инопланетников...
Первая часть вечера проходит замечательно.
Жамилы относятся ко мне с уважением и заботой. Ни одного оскорбительного слова или грязного, уничижительного взгляда, что, конечно же, непривычно в текущих реалиях. Между нами всё ровно. Сугубо деловые отношения, как и должно быть, наверное.
Мужчины ведут себя как настоящие джентльмены, предоставляя возможность довериться и расслабиться в их компании. Чего я, конечно же, не делаю. Предыдущие инопланетники потратили все креди́ты моего доверия, поэтому и с этими я предпочитаю вести себя отстранённо: улыбаться, поддерживать разговор и быть красивым дополнением. Не более...
В перерыве мы выходим в фойе театра, чтобы освежиться и немного прогуляться.
— Зачем вам... — задумываюсь на секунду, подбирая правильное слово, — сопровождение? — как-то неприятно произносить «эскортница». Будто оно осквернит наш спокойный и правильный вечер.
— Хотели познакомиться с земной женщиной и узнать о планете, прежде чем отправиться туда в отпуск, — отвечает брюнет с яркими синими глазами. И ведь действительно, в основном жамилы расспрашивали меня о Земле, избегая посторонних и личных тем... — Обратились в агентство и нам порекомендовали тебя.
— Пореком... — начинаю говорить, но слова застревают в горле, когда я совершенно случайно встречаюсь с горящими взглядами Кая и Лео...
Чёрт, они тоже здесь...
Ариана Гонсалес
Сжимаю кулаки со всей силы, больно впиваясь ногтями в ладони. Выдерживаю взгляды жамилов и отворачиваюсь к «своим» мужчинам, которые уже о чём-то увлечённо беседуют между собой.
Момент потерян. А я так хотела узнать, что значит «порекомендовали»?!
Насколько мне известно, заказчики должны сами выбирать девушку из каталога, но никак не следовать рекомендациям. Тогда почему же...
Громкий сигнал прерывает мои размышления, оповещая, что первый из двух перерывов окончен и нам необходимо возвращаться в зал для просмотра следующей части представления.
Брюнет подставляет мне локоть, и мы направляемся на своё ложе. Иду, едва не спотыкаюсь, ощущая на себе пристальные взгляды Кая и Лео, прожигающие спину до тех пор, пока мы не скрываемся за поворотом.
Больше расслабиться и отвлечься мне не удаётся, сколько бы ни пыталась это сделать. Теперь я каждой клеточкой тела чувствую
Что вам нужно?!
Держусь из последних сил, чтобы не закричать на весь зал.
Мне тяжело выдерживать давление, которое они оказывают на меня даже через разделяющее нас расстояние... потому что мне кажется, что они рядом... стоит лишь протянуть руку, и я обожгусь их адским пламенем...
Леонард эль Ардерра
Наша первая серьёзная ссора с Каем за более десяти лет знакомства.
Впервые мы не смогли спокойно договориться и решить все разногласия мирным путём. Сорвались. Ярость затмила разум и отключила рассудок... Мы дрались словно одержимые, не сдерживая себя и не контролируя силу ударов.
Спустя какое-то время я не выдержал. Это безумие следовало прекратить, поэтому применил силу, которую клялся никогда не применять против своего побратима. Применил и сразу же пожалел об этом.
Но отматывать назад было поздно.
Я понял, что погорячился, унизив эль Лаавера таким образом, поэтому не придумал ничего лучше, кроме как сбежать из кабинета, чтобы привести себя в порядок, остыть и осмыслить случившееся, а после, конечно же, поговорить и извиниться. Потому что это недопустимо...
— Во всём виновата девчонка! — бью рукой по стенке душевой кабины, стоя под ледяными струями воды. — Всё из-за неё!
Холодный душ совершенно не помогает успокоиться. Я горю внутри и снаружи, словно оказался в самом центре огненной звезды Шамс.
Ненависть к Ариане, даже мысленно мне противно произносить её имя, растёт в геометрической прогрессии...
Вновь ударяю по стеклу, не рассчитав силу. Оно рассыпается... разбивается вдребезги, как и мои сердца, обидевшие брата.
— Чёрная дыра! — смотрю на окровавленную руку, но боли не чувствую. Душевная сейчас гораздо сильнее. Она полностью перекрывает физическую, причиняя больший урон.
Выхожу из душа, перематываю раны и отправляюсь на поиски Кая с твёрдым намерением поговорить. Я не потеряю его из-за какой-то межгалактической шлюхи.
Кайларс эль Лаавера
Продолжать праздновать и веселиться никакого желания нет. В душе́ пустота и темнота... словно своим исчезновением девушка забрала весь свет... всё живое, что некогда было во мне.
Возвращаюсь в свою комнату, сажусь на кресло и пытаюсь воссоздать в памяти образ Арианы.
Зачем мне это?! Я сам не знаю, но чувствую жизненную необходимость увидеть девушку. Хотя бы так... Хотя бы мысленно к ней прикоснуться.
Прикрываю глаза и... впервые не получается. Каждый раз, когда я представляю её — она ускользает... будто виде́ние, которого никогда не было. Но она была!
Загружаю записи с камер и прокручиваю до момента, где мы с Арианой входим на территорию особняка.
Первое на что обращаю внимание, как она пальчиками аккуратно придерживается за подставленный локоть. Тоненькими, но длинными. Замечаю, как она нервно перебирает ими ткань пиджака, тем самым выдавая своё волнение и нервозность, будто для неё это всё впервые...
Или мне только кажется, и я выдаю желаемое за действительное?! А на самом деле это талантливая актёрская игра профессиональной эскортницы?!
Переключаюсь на другую камеру, где она непонимающе смотрит на меня снизу вверх своими нереальными серо-голубыми глазами. Хлопает длинными ресницами и на мгновение теряется с ответом. Но затем берёт себя в руки и натягивает милую улыбку, пытаясь скрыть внезапно охватившее смущение от моего вопроса, заданного в непозволительной близости.
Это тоже игра?!
Отчего-то хочется верить, что эта девушка настоящая и все её эмоции были неподдельными. По крайней мере, рядом со мной.
Как одержимый я прокручиваю видео вновь и вновь, периодически останавливая кадры, чтобы рассмотреть девушку. Жадно пожираю взглядом её ангельскую внешность и точёную фигурку.
Она очень красива...
По-моему, я никогда прежде не встречал таких красивых женщин. Объёмная грудь, вздымающая от частого дыхания. Острые пики сосков, виднеющиеся сквозь невесомую ткань. Тонкая талия, которую, кажется, можно обхватить двумя ладонями, аппетитные бёдра, выделяющиеся благодаря обтягивающему платью.
Хрупкая, маленькая, но в то же время космически сексуальная и... до невозможности желанная.
Даже сейчас я чувствую, как моё тело реагирует на неё. Член наливается и подрагивает, упираясь в ткань домашних штанов...
Понимаю, что хочу её. Хочу так, как никого и никогда прежде.
— Чёрная дыра! — шиплю, откидываясь на спинку кресла и прикрывая глаза.
Она идеальная. Совершенная! И даже жаль, что не моя.
Не наша.
Леонард эль Ардерра
Кай в своей комнате. Расстроен и... почему-то возбуждён?! Я ярко ощущаю все его эмоции по нашей связи побратимов и сам непроизвольно начинаю чувствовать неконтролируемое желание. Невыносимую жажду — обладать. Целиком и полностью.
Неужели из-за этой... Арианы?!
Девчонка напрочь затмила разум брата и уверенно пробирается ко мне... Нельзя этого допустить, нужно что-то решать! И срочно.
Озлобленный влетаю в комнату, без стука открывая дверь. Нам нечего скрывать друг от друга. По крайней мере, было до сегодняшнего дня, пока в нашу размеренную жизнь не вмешалась землянка с ярко-розовыми волосами.
— Брат, — смотрю виновато, поумерив свой пыл. Осознаю, что сделал ранее, и мне стыдно за это. По-настоящему, — извини, Кай... я сожалею.
Он молчит, прожигая меня взглядом, наполненным разочарованием. Ждёт объяснений или же просто не желает разговаривать... но я просто так не уйду, поэтому решаю начать с оправданий.
— Это был единственный способ прекратить драку. Мы были не в себе!
— Другой выход есть всегда, — цедит раздражённо, не собираясь уступать и идти на контакт.
Возможно, его слова имели бы смысл, но не в этот раз. Не в нашей ситуации. Лишь думаю, однако вслух не озвучиваю, чтобы не эскалировать конфликт.
— Мы не должны разрушать нашу связь из-за какой-то шл... — не успеваю договорить, эль Лаавера резко подскакивает ко мне и встаёт вплотную. Глаза горят ярким зелёным пламенем, дыхание рваное, тяжёлое.
— Замолчи! Не смей называть её так, иначе... — Он взбешён. Опять где-то на грани. Одно слово и вновь кинется в драку.
Я вижу, как брат сжимает и разжимает кулаки, едва удерживая себя в руках.
Абсурд!
— Об этом я и говорю, Кайларс! — перебиваю строго. — Это ненормально! — проговариваю по слогам. — Такая реакция... посмотри на себя со стороны. Разве ты не понимаешь? — пытаюсь достучаться до его разумности. Где-то же она ещё должна остаться?
— Я как раз таки всё понимаю, эль Ардерра, — рычит в ответ, — поэтому и не собирался её отпускать, пока не разобрался в причинах возникшего диссонанса. Но ты всё испортил! Она улетела, и теперь наши вопросы останутся без ответов, — повышает голос. Злится из-за неё. А меня это жуть, как выводит из себя!
— Она не наша эльвахида! — отрезаю со сталью в голосе. Он и сам это чувствует, но почему-то продолжает вести себя, будто это не так.
— Знаю, — побратим принимается тереть переносицу, словно этот разговор ему наскучил или же он просто устал от бессмысленной перепалки. Впрочем, я тоже, — но те чувства, что она вызывает во мне, свидетельствуют об обратном. Будто Ариана
— Хорошо... — вынужденно соглашаюсь, чтобы закончить бессмысленную ссору.
Просто так я это не оставлю. Верну своего брата и друга и избавлюсь от колдовства земной ведьмы.
Я предполагал, что всё будет легко, но организовать встречу с девушкой, оказалось невозможно. Как и разузнать какую-либо информацию. Даже мне — будущему правителю Империи Аль Хоббена.
Расон, который занимается предоставлением межгалактических эскортниц, обеспечил их полной безопасностью и позаботился о конфиденциальности. Никаких данных. Ничего. Словно её и не было никогда... но она была! Мы оба её видели!
После пустых попыток связаться с Арианой лично, мы решаем обратиться в агентство с намерением заказать ту же девушку для очередного сопровождения. Но и здесь нас поджидает неудача.
Менеджер отказывает, сославшись на её занятость. Абсолютную. На весь срок договора. Звучит не особо правдоподобно, но настаивать именно на её кандидатуре мы не стали, чтобы не привлекать ненужного внимания. Его и так было более чем достаточно... а это не есть хорошо. Кто-то может посчитать, что мы заинтересованы и, соответственно, воспользоваться этим. Тогда пострадаем не только мы с эль Лаавера, но и она. Как бы я ни относился к Ариане, подставлять её под удар в мои планы не входит.
Каю с каждым днём становится всё хуже и хуже.
По нашей связи я чувствую, что он держится из последних сил. Без неё, без обычной человеческой девчонки побратим потихоньку сходит с ума... он стал раздражительным, срывается без повода и, кроме меня, ни с кем не общается. Закрылся от мира, теряясь в мыслях и мечтах о землянке.
Я понимаю, что нужно что-то делать и срочно. Искать другие способы разрешить эту проблему. Найти, в конце концов, все ответы и вернуться к нормальной жизни.
Эль Лаавера мне дорог как никто другой во всей Вселенной. Без него я буду неполноценным, потому что наши жизни связаны. Одна судьба. Одна семья. Одна на двоих женщина — наша эльвахида...
Сижу в кабинете апартаментов в центре столицы и размышляю, ища выход из сложившейся ситуации. В особняк мы больше не возвращаемся — там теперь всё напоминает о ней, отчего Кайларсу становится только хуже.
Брат входит в помещение без стука. Вид у него ещё более болезненный, чем утром, когда мы пересекались в столовой на завтраке.
— Ну что? — задаёт вопрос, ответ на который он уже знает. Был бы другой — я бы уже сообщил.
— Ничего, — всё-таки озвучиваю. — Я считаю, нам нужно посещать все крупные мероприятия в надежде, что она где-нибудь появится и мы сможем поговорить. Других идей нет. Я всё проверил. Последние зацепки ушли в никуда.
Кай шумно выдыхает, садится напротив и откидывается на спинку кресла, устало прикрывая глаза.
Мне его жаль, но я делаю всё возможное и невозможное, чтобы хоть как-то помочь и облегчить его состояние.
— Насколько мне известно, завтра состоится масштабное представление в главном театре Кальби. Соберётся вся элита столицы. Есть шанс встретить её там...
— Я достану билеты, — киваю и сразу же отправляю сигнал своему секретарю.
Леонард эль Ардерра
Вечером следующего дня мы прилетаем в театр. Стоит нам только войти в здание, я сразу же чувствую энергию Арианы...
Из тысячи присутствующих здесь существ, в том числе и энергетически сильных, мне без труда удаётся отыскать её!
Почему?! Это вопрос, на который у меня нет не то что ответа, даже предположения. Такое априори невозможно... должно быть, невозможно.
— Она сегодня блондинка, — отмечает Кай, кивая в сторону, где сидит землянка в окружении трёх жамилов.
Я тоже заметил, что цвет у девушки изменился. И это говорит лишь о том, что она вся состоит из фальши. В ней нет ничего настоящего, даже волосы и те ненатуральные. Может, она вообще брюнетка или рыжая?! Одним словом — актриса, постоянно меняющая свои роли...
— Вижу, — цежу сквозь стиснутые зубы. — На перерыве найдём её и поговорим.
Это нужно прекращать и вытаскивать эль Лаавера из депрессивного состояния.
До звонка на антракт я сижу как на иголках. Пытаюсь переключить своё внимание на представление, но взгляд то и дело возвращается к девушке.
Меня раздражает абсолютно всё!
То, как она выглядит: красиво, ухоженно и... если бы я не знал, чем она занимается, сказал бы, что невинно. Как преданно смотрит, внимательно слушает и мило улыбается каждому встречному. Как позволяет другим мужчинам касаться себя!
Причём последнее — особенно. До скрежета зубов и неконтролируемого рычания! Еле сдерживаюсь, чтобы не подойти к ней, не схватить за руку и не увести...
Куда? Зачем?! Я себя не понимаю и уже не стараюсь понять. Всё, что связано с ней, не поддаётся логике и противоречит здравому смыслу.
Один раз я даже подорвался с места, когда жамил из сопровождения наклонился к Ариане непозволительно близко, что-то шепнув на ухо, отчего на её лице расплылась улыбка, а щёки окрасились смущённым румянцем.
Кайларс отреагировал вовремя, удержав меня:
— Не стоит, — строго произнёс, хотя сам находился на грани от опрометчивого шага. — Так ты всё испортишь...
Кайларс эль Лаавера
На первом перерыве подойти к девушке не удаётся, но... но она нас замечает! Правда, реакция, которая появляется у неё на лице, мне совершенно не нравится.
Она пугается, округляет и без того большие серо-голубые глаза и отворачивается, больше не удостоив нас и взглядом... словно мы пустое место. Никто. Незнакомцы.
Такое поведение задевает, и где-то глубоко внутри мелькает мысль, что так быть не должно́! Это противоестественно.
Мы с Лео следим за каждым её шагом будто одержимые или помешанные. Как она прикасается к другим мужчинам, как идёт рядом с ними, как невинно улыбается и заинтересованно поддерживает беседу...
Это злит. Буквально выводит из себя, вынуждая все инстинкты готовиться к защите Арианы... или же к нападению на сопровождающих её жамилов, которых против воли я считаю соперниками.
— Как же она меня раздражает! — выдаёт эль Ардерра, когда мы возвращаемся в основной зал после антракта.
Мой побратим вспыльчивый, редко с кем находит общий язык, но чтобы вот так реагировать на обычную девушку... никогда прежде я не замечал за ним подобного. Хотя я и сам недалеко ушёл. Моя реакция также оставляет желать лучшего.
— А мне становится легче от осознания, что она рядом, — признаю́сь, чувствуя в груди разрастающееся тепло.
Последние дни я будто умирал. Подыхал в тяжёлых муках — по-другому и не скажешь. Эти несколько слов ярко описывают моё паршивое состояние... Причина страданий кроется в ней. Я чувствую, что мне нужна Ариана. Нужна как кислород. Без неё я задыхаюсь...
— Что ты имеешь в виду?! — по всей видимости, до эль Ардерра не сразу доходит смысл сказанного. Но когда доходит... — Ты хочешь сказать, что стал чувствовать себя лучше?!
— Да. Особенно когда вижу её и знаю, что она рядом. В первые дни меня спасали записи с камер, затем их стало мало... — продолжаю свои откровения.
— Чёрная дыра, Кай! Она тебя околдовала! Ты же понимаешь, что это ненормально? Так быть не должно́! — шипит Леонард.
Вторая часть представления уже началась, и мы сбавили громкость нашей беседы, но всё равно общаемся чересчур оживлённо.
— Понимаю... — разумом, но не чувствами. Не договариваю, иначе вновь взбесится. — Она человек, Лео! Ей неподвластна сила. Значит, дело в чём-то другом, — размышляю.
По-моему, логично, что в нашей ситуации причина не равно следствие.
Эль Ардерра злится. Сжимает и разжимает кулаки, скрипит зубами, с силой сдавливая челюсть, но продолжает прожигать взглядом ту часть зала, где сидит Ариана. Я тоже не могу отвести взгляда, впиваясь в хрупкий силуэт девушки.
Мне глубоко плевать на то, что творится на сцене. Думаю только о ней, вижу только её... даже когда моргаю, прикрывая на секунду веки, её сегодняшний образ всплывает в сознании и, мне кажется, будто она рядом. Здесь. С нами... и так правильно ощущается её присутствие...
— Хватит! — рычит побратим. — Я чувствую все твои эмоции. Хватит, эль Лаавера! Она нам никто, — чётко, буквально по слогам выговаривает каждое слово.
До следующего звонка на антракт мы так и препираемся: Лео не стесняется в выражениях, а я в ответ защищаю Ариану, не позволяя ему переходить установленную грань.
Наконец-то раздаётся долгожданная мелодия, извещающая о перерыве. Ближайшие двадцать минут — наш единственный шанс встретиться с ней и поговорить.
О чём именно?! Я и сам не знаю. Знаю лишь, что у меня есть острая необходимость побыть рядом с ней хотя бы пару минут. В идеале — ещё и прикоснуться. Я до сих пор помню, какая у неё кожа: гладкая и нежная...
Чёрная дыра!
Пора прекращать! Это уже похоже на одержимость! Безумие...
Вот вроде бы понимаю, но не могу... Я хочу к ней! До невозможности хочу! До зуда и покалывания на кончиках пальцев...
Кайларс эль Лаавера
Из зала мы выходим одними из первых. Буквально вылетаем, чтобы, не дай Всевышний, не упустить нужный момент. Становимся за углом и наблюдаем за выходом, поджидая землянку.
Плана действий, как такового, нет, решаем действовать по обстоятельствам.
Спустя несколько мгновений она появляется под руку с жамилом, а я с трудом сдерживаю порыв, чтобы не подойти к ним и не вырвать её из мерзких лап соперника!
Ариана отчего-то начинает судорожно оглядываться по сторонам и слегка оступается, заваливаясь в сторону, а этот... чёрная дыра, жамил, ловит и прижимает её к себе, поддерживая за талию.
Это уже перебор, особенно, когда я вижу, как глаза мужчины на миг вспыхивают ярче дозволенного. Дозволенного мной.
Меня клинит от разворачивающейся картины. Срывает стоп кран и я срываюсь в сторону девушки!
В этом вопросе мы с Лео, как оказалось, очень солидарны. Нам невыносимо видеть её рядом с другими самцами.
Однако!
Если Ариана нам никто, почему мы так рьяно реагируем и... ревнуем?!
— Держи себя в руках, — настал черёд побратима останавливать меня, хотя он сам держится из последних сил. Его глаза горят яркими голубыми огнями, с потрохами выдавая все эмоции, бушующие внутри.
Если меня сносит, то что говорить о Лео с его вспыльчивым характером?!
Но брата с детства учили усмирять свой темперамент и силу, поэтому он может контролировать себя. С ремаркой — настолько, насколько это возможно при данных обстоятельствах.
— Он трогает её, — рычу неестественно, тыча пальцем в сторону Арианы и жамила. — Никто не смеет прикасаться к нашей девочке!
Сам не понимаю, как легко вылетают эти слова. Словно, так оно и есть... но ведь нет! Мы бы почувствовали! Если даже не я, то Лео — самый сильный жамил в Аль Хоббена! А он ничего не чувствует...
Леонард эль Ардерра
Слова Кая заставляют меня замереть на месте. Меня будто прошибает разрядом тока — каждую клеточку тела. Я не чувствую от них отторжения... телом, но разум категорически противится этому высказыванию.
— Что ты несёшь? — взрываюсь скорее по привычке.
Не хочу принимать нашу слабость к девчонке. Не хочу верить, что посторонняя женщина — не эльвахида так влияет на нас! Уже открываю рот, чтобы высказать ему всё накопившееся, но замечаю, как Ариана покидает мужчин и стремительно направляется в сторону дамской комнаты.
— Это наш шанс, Кай, — киваю в спину удаляющейся девушки, — идём. Быстрее!
Разговор по душам мы оставим на потом. Сначала нужно закрыть самый волнующий вопрос на данный момент.
Останавливаемся около двери, за которой только что скрылась землянка. Облокачиваемся на стены с обеих сторон, чтобы контролировать выход.
Я сканирую окружающее пространство с помощью своей силы на предмет присутствия других существ. Внутри никого, кроме Арианы. Вокруг тоже, что, несомненно, радует. Лишние глаза и уши нам ни к чему, иначе завтра вся столица будет гудеть, что будущий Император замечен в компании женщины.
Показываю Каю на дверь комнаты для персонала и даю знак рукой. Он понимает меня без слов.
Как только она выйдет из помещения — мы поговорим. Девчонка не уйдёт, пока не ответит на все наши вопросы... думаю одно, однако воображение, вопреки здравому смыслу, рисует совершенно другое: яркое, страстное и до одури реалистичное.
Встряхиваю головой, чтобы избавиться от сцены сладкого поцелуя, и слышу, как щёлкает замок и открывается дверь.
Ариана Гонсалес
Вторую часть представления я уже не смотрю и не слушаю.
Заказчики замечают мои резкие изменения в поведении... я стала нервной и дёрганной, постоянно оглядываюсь по сторонам — полная противоположность той Ариане, что была некоторое время назад... и постоянно интересуются, всё ли в порядке?! На что мне приходится натягивать искусственную улыбку и глупо кивать, что всё хорошо. Не люблю ложь ни в каком её проявлении, но нахождение среди инопланетников вынуждает меня меняться! К сожалению, не в лучшую сторону.
Когда раздаётся сигнал второго антракта, я облегчённо выдыхаю. Стоит нам только выйти в фойе, я пользуюсь случаем и сбегаю от мужчин в дамскую комнату, чтобы освежиться и прийти в себя.
Забегаю в помещение и сразу же направляюсь к раковине. Включаю воду на самый минимум. Брызгаю в лицо ледяными каплями, а после поднимаю взгляд и смотрю на себя в зеркало. Протяжный стон срывается с моих губ, когда я вижу, как горят щёки и лихорадочно, даже как-то немного дико блестят глаза.
Это будто не я вовсе... это какая-то другая Ариана. И она мне совершенно не нравится!
На душе начинает разрастаться буря. Волна ярости поднимается изнутри и закручивается в вихрь...
Только
Прикрываю глаза и делаю несколько глубоких вдохов-выдохов, пытаясь вернуть себе внутреннее равновесие и очистить разум от мыслей о жамилах.
Помогает ли? Совсем нет.
Но мне необходимо возвращаться к работе. Деньги сами себя не заработают. Продержаться осталось совсем чуть-чуть — всего лишь последнюю часть представления и можно лететь в мой временный дом.
Наконец-то.
Очередной сложный вечер будет закончен, а у меня останется одиннадцать встреч или того меньше...
— Я выдержу, — вслух подбадриваю себя, — ради Рона.
Ни на секунду я не забываю, для чего всё это. Ставка слишком высока, чтобы сдаваться на полпути и опускать руки из-за каких-то инопланетных мужчин. Рон верит в меня, надеется. Я не могу его подвести!
Последний раз взглянув на себя в зеркало, поправляю костюм, затем парик и открываю дверь.
Ариана Гонсалес
Как только я делаю шаг за порог, взгляд врезается в широкую мужскую грудь, вздымающуюся от тяжёлого дыхания.
Мне не нужно смотреть в лицо, чтобы понять, кто стоит передо мной. Я знаю. Чувствую... на каком-то космическом, совершенно незримом уровне.
Это Лео.
Делаю глубокий вдох и понимаю, что и Кай находится где-то рядом. Буквально в нескольких метрах от меня.
Я окружена.
В голове набатом стучит — «опасность», а все инстинкты требуют «бежать», пока не случилось непоправимого...
— Светлого вечера, Лео, — силюсь сказать уверенно, но выходит лишь еле слышно пробормотать, — разрешите пройти?
Жду ответа, но пауза затягивается. Он молчит.
Делаю шаг в сторону, чтобы обогнуть огромного мужчину, но он всё так же молча зеркалит моё движение. Ступаю в другую, и голубоглазый вновь преграждает дорогу.
Что за глупые игры?!
Поднимаю недовольный взгляд и... лучше бы я этого не делала!
Его глаза... две яркие, светящиеся голубые вспышки прожигают меня, будто пытаются залезть в самую душу и узнать все сокровенные тайны.
Злость, ненависть, непонимание, восхищение, желание и жажда обладать. Настолько разный спектр чувств читается в его взгляде, что на миг становится страшно. Очень страшно. Я ведь до конца не осознаю, на что способны инопланетники Аль Хоббена. Особенно — они. Жамилы. Всесильные существа мира сего.
— Ариана, — его голос, раскалённый как сталь после пылающего костра, режет без ножа. — Идём! — слова звучат без вопросительной интонации. Это приказ, который требует незамедлительного исполнения.
Он сразу же разворачивается, направляясь в сторону, откуда ощущается присутствие его побратима — Кая.
Лео наверняка уверен, что я подчинюсь и беспрекословно последую за ним... Но нет! Он заблуждается. Сейчас мы не связаны договорными обязательствами, и я не собираюсь следовать его прихотям.
Бежать!
Как только мужчина освобождает проход, я делаю шаг вперёд с намерением скрыться от этих двоих в поисках спасения. Найти помощь у любого встречного существа или же у сегодняшних заказчиков, да хоть у кого, лишь бы не оставаться наедине с этими опасными, загадочными блондинами. Они действительно для меня являются загадкой. Я их не понимаю. От слова совсем... и не сказать, что горю желанием когда-нибудь понять...
— Куда?! — Лео хватает меня за руку. Цепко, но в то же время достаточно бережно, нежно.
Место соприкосновения наших рук взрывается разрядами в несколько тысяч вольт, которые молниеносно распространяются по всему телу, вызывая предательскую дрожь.
Хочу выдернуть руку, не в силах справиться с нахлынувшими ощущениями, но он не позволяет этого сделать, продолжая удерживать и посылать заряженные импульсы.
Я впервые прикасаюсь к нему. Впервые чувствую такую сильную энергетику, сбивающую с ног... в прямом смысле.
Колени подкашиваются, высокие каблуки не позволяют удержаться на месте... оступаюсь, начиная неуклюже заваливаться. Уже который раз за день! По-моему, у меня проблемы с гравитацией на Кальби, иначе как ещё можно объяснить происходящее?! Логики здесь нет. А чувства... их я не хочу принимать. Только не с этими двумя. Буду бороться до последнего!
Зажмуриваюсь и готовлюсь к болезненному приземлению, но Лео не позволяет мне упасть, притягивая ближе к себе, буквально впечатывая в свою стальную грудь и заключая в тёплые объятия. Ласковые, бережные, нежные, абсолютно не вяжущиеся с его презрительным и ненавистным отношением ко мне.
Чувствую, как он с шумом несколько раз втягивает воздух в районе моей макушки. И делает это с каким-то маниакальным наслаждением, вызывая на моём теле рой непрошеных мурашек.
Пытаюсь отстраниться, вырваться из плена его мощных рук, но он не даёт сдвинуться с места, только сильнее прижимая меня к себе, словно боится отпустить и потерять...
Может, я ошибаюсь. Может, неправильно интерпретирую свои ощущения... но я лишь думаю так, как мне кажется. Как я чувствую в моменте.
— Отпустите, — вкладываю в голос остатки сил. — Лео! — он не реагирует, — Кай! — зову второго жамила в надежде, что он вразумит своего побратима. — Это недопустимо!
— Лео, — со спины раздаётся обеспокоенный голос зеленоглазого. — Отпусти девушку, Лео!
После этих слов хватка ослабевает, а я наконец-то могу вдохнуть полной грудью. Впрочем, совершенно зря... стоит мне сделать глубокий вдох, как в нос ударяют ароматы мужчин, переплетающиеся между собой и образующие самый ядовитый коктейль запахов во Вселенной.
Смертельный.
Головокружительный. Отключающий здравый рассудок, вследствие чего я неожиданно для себя ловлю диссонанс.
Одна часть меня, скорее всего, остатки разума, хочет сбежать и спрятаться, а другая, новая и неизведанная, опьянённая их присутствием — остаться рядом... для чего?! Сама не понимаю. И от осознания этого вдвойне становится страшно.
Мысли мечутся от одной к другой, однако инстинкт самосохранения всё-таки побеждает. Я делаю очередную попытку покинуть общество жамилов.
— Мне пора, — говорю и ступаю в сторону, но теперь оба мужчины преграждают мне дорогу.
Возвышаются надо мной. Подавляют аурой сильнейших, блокируя любые попытки сбежать из ловушки.
— Нам надо поговорить, — вздрагиваю от хриплого голоса Кая. Низкого, пробирающего и, в любой другой ситуации, я бы сказала — сексуального. Однако сейчас...
Поднимаю испуганный взгляд на второго мужчину. Он смотрит на меня выжидающе, с мольбой во взгляде. Ждёт ответа, а я упрямо качаю головой.
Не хочу!
— Пожалуйста, Ариана! Всего один разговор, и обещаю, мы тебя отпустим.
Ариана Гонсалес
— Хорошо, Кай, — выдыхаю, вопреки желанию и доводам остатков своего разума. — Давайте поговорим. Пара минут у меня есть, — бездумно перевожу взгляд на коммуникатор в подтверждении своих слов.
И...
Стоит мне только произнести эти фразы, сразу же жалею.
То ли во всём виновата моя прошлая работа, где я выполняла любые прихоти инопланетников — гостей отеля, то ли просто чересчур мягкотела и сострадательна к людям, вернее, к существам. То ли... Ещё тысяча и одно «то ли» крутятся в голове, но как итог — время вспять не повернуть.
Я
О чём он может быть? — понятия не имею. И зачем? — тоже.
Жамилы обступают меня с двух сторон и указывают на неприметную дверь рядом с дамской комнатой.
Шаги даются с трудом, но я иду, переставляя непослушные ноги, которые всё ещё намереваются сбежать в противоположном направлении.
Кай открывает дверь, пропуская меня вперёд. Вхожу в небольшую комнату для рабочего персонала, бегло осматриваюсь и вздрагиваю от хлопка закрывшейся двери, отрезающей нас от внешнего мира.
Атмосфера в помещении сразу же становится тяжёлой и... очень напряжённой. Воздух сгущается, дышать становится практически невозможно.
Делаю несколько быстрых, рваных вдохов и разворачиваюсь к мужчинам, остановившихся около двери, заполняя собой всё свободное пространство и перекрывая выход на свободу.
Теперь мне точно не сбежать и не спастись. Клетка захлопнулась и надёжно охраняется двумя огромными яркоглазыми жамилами...
Но!
Мозг начинает усиленно работать в условиях надвигающейся опасности.
Вспоминаю, что у меня есть экстренный контакт Нориса ос Дорсарро, которым я могу воспользоваться в случае крайней необходимости.
Если эта необходимость сейчас настанет, я, не задумываясь, пошлю сигнал мухифу. Нор защитит меня, по крайней мере, сделает всё возможное и, надеюсь, невозможное.
От понимания, что помощь у меня всё-таки имеется и я не одна в этом чужом мире, чувствую, как слегка становлюсь уверенней.
Расправляю поникшие плечи и поднимаю взгляд на жамилов, которые неотрывно следят за каждым моим движением и, кажется, даже не моргают...
Несмотря на то что мы здесь для разговора — мы молчим. Тишина в помещение режет без ножа. Однако если напрячься, то можно услышать тяжёлое переплетающееся дыхание, которое заполняет собой всё свободное пространство: моё, Кая и Лео... мы все словно после марафона на несколько десятков километров.
Пристально смотрим глаза в глаза, пытаясь без слов отыскать ответы. Но на какие вопросы?!
Я не искала встреч, не хотела этого разговора. Мне просто-напросто нечего им сказать. Они чужие. По сути — незнакомцы, с которыми я встретилась второй раз в жизни... а чувства, испытываемые рядом с ними — глупости, не сто́ящие и толики моего внимания.
Перевожу испуганный и непонимающий взгляд с одного мужчины на другого... и начинаю неистово дрожать всем телом. От страха и... чего-то очень похожего на трепет, но последнее чувство я гоню прочь.
Их взгляды жаркие, горящие, голодные! И этот голод меня пугает до чёртиков... пугает и вызывает какие-то странные ощущения, которые я испытываю только с этими мужчинами. Испытываю против воли... поддаваясь неизвестному воздействию.
Непроизвольно пячусь назад, пытаясь освободить себе капельку свободного пространства, пока не упираюсь в преграду. Мне удаётся сделать всего два шага, но даже они были жизненно необходимы, чтобы отдалиться от всепоглощающей ауры безумных жамилов.
Именно безумных! Опасных, пугающих и вызывающих острые, противоречивые эмоции.
Ни с того, ни с сего... совершенно внезапно Лео срывается с места и стремительно приближается ко мне. Быстро, невероятно быстро, практически неразличимо для человеческого зрения.
Открываю рот, чтобы закричать, но у меня получается выдавить какой-то обречённый писк.
Секунда и он уже около меня. Ещё одна и мужчина впивается в мои губы поцелуем...
Леонард эль Ардерра
Когда дверь открывается, я понимаю, что начинаю терять контроль.
Та фантазия, что посетила мои мысли, пока мы ожидали Ариану, запустила реакцию и начала разгонять адреналин в крови. Инстинкты, которые столько лет дремали где-то глубоко внутри, проснулись и вступили в отчаянную борьбу с разумом...
Стоит нам встретиться взглядами с девчонкой, я пропадаю окончательно. Зависаю, не в силах оторваться от ангельского личика малышки.
Пухлые губки, слегка приоткрытые от частого дыхания, чуть вздёрнутый аккуратный носик, большие серо-голубые глаза в обрамлении густых чёрных ресниц. Светлые волосы, которые вблизи выглядят как-то инородно.
Скольжу ниже, очерчивая взглядом тонкую шею, острые ключицы, и ныряю в декольте, шумно сглатывая образовавшуюся слюну.
Красивая... только...
Сколько ей?!
Лет восемнадцать?! От силы можно дать двадцать, но не более. Слишком молодо выглядит. Даже чересчур.
Отчего же тогда она пошла в эскорт в таком юном возрасте? Захотелось хорошей жизни и лёгких креди́тов?! Наслушалась счастливых историй или насмотрелась мелодрам о неземной любви мужчин Аль Хоббена?!
Я молча смотрю на неё, изучаю каждую чёрточку, каждый изгиб сексуального тела, и в то же время накручиваю себя. Пытаюсь отыскать причины, чтобы обвинить землянку в меркантильности и доступности, дабы унять те чувства, что она во мне вызывает. Снять напряжение, которое возникает только от одного взгляда на неё.
Пытаюсь... однако мои мысли совершенно не вяжутся с её образом и искренним взглядом бездонных глаз. Добрых, пугливых, растерянных и будто абсолютно непонимающих происходящее.
С трудом, но мне удаётся вымолвить несколько слов с предложением поговорить в уединённой обстановке. Они звучат как приказ, но на большее я сейчас просто-напросто неспособен.
Я на пределе своих возможностей.
Держусь из последних сил... потому что желание наброситься на неё начинает побеждать здравый рассудок. В любой другой ситуации я бы ушёл, чтобы не доводить до крайности, но с состоянием Кая нужно что-то решать. Ради него я пытаюсь держаться.
И ради себя. Потому что замечаю, как сам оказываюсь во власти земной ведьмы... околдованный её силой.
Леонард эль Ардерра
Ариана отказывается идти с нами по-хорошему и намеревается сбежать. Мне удаётся перехватить её руку и задержать...
Когда я впервые прикасаюсь к ней — понимаю, что стремительно теряю последние крупицы контроля. Настолько мощным, словно взрыв сверхновой, ощущается обычное касание рук с этой необычной маленькой женщиной.
Переплетаю наши пальцы, пользуясь её замешательством. Наслаждаюсь моментом, ловлю каждый разряд, пробегающий между нами, каждый импульс... впитываю в себя. Стараюсь запомнить. Зачем? Чувствую в этом жизненную необходимость.
Вижу, что землянка тоже что-то чувствует. Она вздрагивает и продолжает неистово дрожать всем телом, ярко реагируя на мою близость. И это не страх, хотя и он здесь присутствует, это что-то другое. Трепет, желание. По крайней мере, мне хочется в это верить...
На фоне всплеска эмоции моя сила выходит из-под контроля. От меня исходят беспощадные волны энергии, сбивающие с ног обычных существ без должной подготовки и наличия энергетической защиты. Со мной впервые происходит подобное. Впервые мне не удаётся обуздать свою взбесившую силу. Она будто с ума сошла! Мечется как раненный зверь, пытающийся спастись из капкана охотника... и я не могу её успокоить.
Ариана поддаётся влиянию. Чего и следовало ожидать от человеческой особи. Она оступается и теряет равновесие, начиная падать, но я не позволяю ей, прижимая к себе и заключая в объятия. Ласковые, нежные, словно она самый хрупкий цветок во всей Вселенной.
И тогда... именно в этот момент я чувствую, как
Это
Та, что существует между жамилом и его единственной женщиной — эльвахидой. Та, что даётся всего один раз и на всю жизнь.
Но, как?
Неужели?!
Всевышний!
Внутри меня разгорается настоящий пожар из эмоций. Голова буквально взрывается от десятков мыслей, сменяющихся одна за другой.
Ариана
Моя? Наша?!
Поэтому эль Лаавера так рьяно рвался к ней?!
Он ведь касался её, намного дольше меня находился рядом и, по всей видимости, сумел что-то почувствовать — какую-то искру, случайно прорвавшуюся через преграду. Но, к сожалению, не распознал, что именно это было...
Мне самому с трудом удалось обнаружить слабый намёк на истинность, а он бы и не смог, как бы ни пытался этого сделать... зато откат от встречи получил знатный! Практически смертельный. И это тоже ненормально. Только после закрепления связи через слияние жамилы становятся зависимыми от избранных. А здесь — лишь встреча... одна и к тому же достаточно короткая.
Разве такое возможно? Не сходится. Не укладывается в привычные знания, которыми мы владеем тысячелетиями.
Как у Арианы оказалась такая мощная, непробиваемая защита? Откуда?! Но главное, для чего?! Какие цели она преследует? Или же за ней кто-то стоит?
Скорее всего, последнее... не могла обычная девчонка провернуть такое. Не могла!
Я на сто процентов уверен, что защита создана искусственно. Как именно? С этим ещё предстоит разобраться, но наверняка это было сделано намеренно, потому что по-другому не бывает. Ни люди, ни кто иной не способен на создание барьера... но он есть! Словно плотный кокон окутывает тело нашей девочки, блокируя ауру и все энергетические потоки...
А если связь — это тоже подделка, чтобы ввести нас в заблуждение?!
Если... если она не та и я лишь принимаю желаемое за действительное?
Это предположение пугает и вызывает отторжение.
Она — эльвахида.
Я так чувствую. Точка.
Прижимаю к груди избранную и зависаю в мыслях на несколько минут, прокручивая в голове имеющиеся факты и строя догадки и теории. К реальности меня возвращает обеспокоенный голос эль Лаавера с настойчивой просьбой отпустить Ариану.
Слегка трясу головой, чтобы прийти в себя, и нехотя разжимаю объятия. Сейчас не время и не место показывать свои чувства... потому что если связь всё-таки настоящая, а я считаю, так оно и есть, то защита наверняка была установлена недоброжелателями. Значит, они могут следить за ней... Вернее, не «не могут», а должны, чтобы отыскать тех, кто отреагирует и сумеет прощупать связь через барьер.
Чёрная дыра!
Хаус в моей голове разрастается с каждым последующим предположением. Слова застревают в горле, поэтому с Арианой переговоры ведёт Кайларс. Он не понимает, что со мной происходит, это видно по его недоумённому взгляду, но принимает правила и подстраивается под обстоятельства.
Я всё объясню, но позже. Пытаюсь донести жестами. Надеюсь, он видит подсказки и чувствует мой изменившийся эмоциональный фон.
Сначала избранная отказывается идти с нами, твёрдо настаивая на своём, но затем, скрипя зубами, соглашается. Я едва не прыгаю от радости, хотя внешне остаюсь с невозмутимой, непроницаемой миной на лице. По-другому нельзя. За любым поворотом могут поджидать недруги, которые с удовольствием воспользуются нашей слабостью...
Я знаю это не понаслышке — враги у правящих жамилов были, есть и будут. Нам никогда не живётся спокойно, всегда есть те, кто считает себя сильнее и умнее и желает скинуть верхушку власти, чтобы встать во главе Аль Хоббена.
В первые годы правления моего отца — Эдварда эль Ардерра был раскрыт масштабный заговор, который длился несколько сотен лет. Последствия той атаки до сих пор отражаются на нашей жизни... женщин всё ещё намного меньше, чем мужчин. И когда хотя бы мало-мальски выровняется баланс — неизвестно.
Сейчас, судя по всему, целью атаки стали избранные жамилов. Только представители нашей расы привязываются и зависят от одной-единственной женщины. Только через эльвахиду можно уничтожить жамила... и те, кто стоят за всем этим, нашли способ это сделать.
Леонард эль Ардерра
Глубоко погружённый в свои мысли, следую за Кайларсом и Арианой. Последним вхожу в небольшую комнату, которую мы заприметили ранее, и захлопываю за собой дверь, скрывая нас от ненужных свидетелей. На автомате ставлю энергетическую заглушку, блокируя любые исходящие и входящие сигналы. Полезная и в моём случае необходимая привычка, выработанная ещё с детства, которой я никогда не пренебрегаю. Даже в таком состоянии, как сейчас.
Теперь мы можем спокойно поговорить.
Хотя... не говорить я сейчас хочу. Совсем не говорить.
Взгляд впивается в избранную. Жадно следует по изгибам её хрупкого, но в то же время сексуального тела: объёмная грудь, вздымающаяся от частого дыхания и натягивающая тонкую ткань блузки; округлые бёдра, ярко выделяющиеся на фоне узкой талии; стройные ноги, обтянутые костюмной тканью брюк...
От вида идеальной фигуры нашей девочки возбуждение зашкаливает, пробивая порог из адекватности в неадекватность, а сердца заходятся в невероятном ритме, так и норовя выскочить из груди.
Воздух в помещение сгущается. Атмосфера становится напряжённой и наэлектризованной, как перед грозой. Дыхание сбивается... кислорода катастрофически не хватает. Задыхаюсь без неё. С ума схожу.
Понимаю, что разговора между нами сейчас не получится.
Я хочу её. Всю хочу. Но для начала хотя бы поцеловать, иначе не знаю, чем всё это может закончиться.
Очередная одна мысль о поцелуе срывает стоп-кран. Я становлюсь зверем, который не знает слова «нет» и вообще не понимает разумную речь. Теперь мной руководят безжалостные инстинкты, требующие присвоить нашу избранную. Заклеймить. Сделать своей и никогда не отпускать.
Перед глазами мутнеет, будто опускается полупрозрачная пелена. Связь с реальностью окончательно теряется.
Я вижу себя словно со стороны в замедленном действии.
Срываюсь с места и вмиг оказываюсь рядом с Арианой. Заключаю в объятия и впиваюсь в её мягкие губы несдержанным, но таким нужным и нежным поцелуем...
Ариана Гонсалес
Что происходит?!
Мои губы, приоткрытые в немом крике, попадают в плен обезумевшего, голубоглазого жамила. Он нагло пользуется моим замешательством, всасывая в себя сначала нижнюю губу, затем верхнюю, а после и вовсе проникая языком в поисках моего.
Не отвечаю на его ласку. Не хочу и не умею. Пытаюсь оттолкнуть, но это настолько же тяжело, как сдвинуть неподъёмный камень — огромную гору стальных мышц. Он не сдвигается даже на миллиметр и не реагирует на сопротивление, продолжая жадно терзать мои губы...
А меня накрывает волной от осознания происходящего.
Мой первый поцелуй...
Такой он?! С практически незнакомым инопланетником в небольшой комнатке для персонала?
На глаза тут же набегают слёзы жалости к себе. Не о таком я мечтала! Совсем не о таком. Не так представляла себе свой первый близкий контакт с мужчиной. Совсем не так!
Не скажу, что Лео ведёт себя как-то грубо: мне не противно, не хочется прямо сейчас прополоскать рот с мылом... Он целует достаточно уверенно, настойчиво, но в то же время нежно и ласково. Его движения на удивление приносят мне удовольствие и дарят новые ощущения, которые я не испытывала никогда прежде...
Однако всё, что он делает, делает против моей воли и желания.
Я не хочу этого!
Не хочу так. Не хочу с ним. Ничего не хочу!
Поэтому, несмотря на приятные покалывания и тепло, разрастающееся в груди, я, ни на секунду не переставая, пытаюсь прекратить эту пытку. Пытку наслаждения и раздражения.
Тянусь рукой к коммуникатору, чтобы послать сигнал «SOS» Норису ос Дорсарро. Сейчас вся надежда только на него, больше меня некому защитить в Аль Хоббена. С трудом, но мне удаётся нажать на спасительную кнопку... После чего — ничего не происходит! Здесь меня поджидает разочарование, разгоняющее страх до первой космической скорости. Коммуникатор издаёт сигнал отсутствия связи. Призыв с просьбой о помощи не отправляется.
Я одна. Против двух сильнейших, неконтролируемых инопланетников, которые могут сделать со мной всё, что вздумается.
Меня начинает трясти от страха. Или это мне только кажется? А на самом деле я как податливый пластилин плавлюсь в руках жамила?!
Цепляюсь за последнюю соломинку и мысленно обращаюсь к Небесам с просьбой спасти меня. Знаю, что это лишь пустые надежды и никто мне уже не поможет, но неожиданно помощь всё-таки приходит. Причём оттуда, откуда я её совсем не жду.
К нам подлетает взбешённый Кай, который сразу же оттаскивает своего побратима.
Оба мужчины выглядят сумасшедшими. Их глаза, полные безумия, ярко светятся в тусклой обстановке подсобного помещения.
— Лео, ты с ума сошёл?! — рычит неестественно зеленоглазый. — Зачем ты это сделал? Ты напугал девушку! Что на тебя нашло? — его голос срывается на крик. Яростный, раскалённый.
Он настолько зол, что мне становится жутко находиться рядом с ним. С ними. Они будто готовы накинуться и разорвать друг друга в клочья, как безжалостные звери.
Бежать!
Инстинкт самосохранения уже не просит, а умоляет меня спасаться. Пользоваться моментом и бежать без оглядки.
Не знаю, откуда у меня берутся силы, но я очень быстро преодолеваю расстояние до двери и несколько раз жму на кнопку открытия. Руки трясутся, пальцы не слушаются. Страх вынуждает меня совершать ошибки, из-за чего я то и дело промахиваюсь.
Соберись! Подбадриваю себя. Остался всего один шаг и ты на свободе!
С пятого раза я всё-таки попадаю на нужную клавишу, но она не срабатывает. Затем ещё раз, и ещё. Дверь заблокирована и не реагирует на команды.
В страхе оборачиваюсь назад, плотно прижимаясь к чёртовой двери, и вижу, как мужчины с горящими глазами наблюдают за моими жалкими и совершенно бессмысленными попытками выбраться из ловушки.
— Она наша эльвахида, — хрипло, но достаточно уверенно произносит Лео незнакомое слово, продолжая прожигать меня взглядом.
— Что?! — глаза Кая вспыхивают ещё ярче, хотя, казалось бы, такое априори невозможно. Комната озаряется яркими зелёными и голубыми вспышками, не предвещающими ничего хорошего.
— Что?! — одновременно с ним я задаю тот же вопрос, но волнует меня сейчас совсем другой...
Кто такая эльвахида?
Кайларс эль Лаавера
Пока мы следовали за Арианой, я бесконечное количество раз прокручивал в мыслях эти слова. Смаковал их, проживал каждой клеточкой тела, наслаждался звучанием.
Они не вызывали отторжения, будто так оно и было, будто землянка действительно наша единственная... наша эльвахида.
Мы остановились по обе стороны от двери, и ожидали её появления. Девушка вышла спустя несколько минут томительного ожидания и замерла на месте, увидев перед собой эль Ардерра. Наверное, именно мне стоило встретиться с ней первым и попытаться мягко упросить на разговор, но получилось, как получилось. Мы не ищем лёгких путей.
После того как Лео перехватил её, приобнимая и удерживая от побега, в нём что-то изменилось. Кардинально. Эмоциональный фон достиг каких-то невероятных масштабов, что я с трудом удерживался на ногах, отчётливо ощущая все изменения по нашей связи побратимов.
Сколько бы ни пытался, не понимал, что послужило причиной его внезапного всплеска. Однако решил довериться, довести дело до конца и поговорить, поэтому приложив все усилия, уговорил Ариану ненадолго уединиться.
В подсобном помещении, когда мы скрылись от лишних глаз и ушей, произошло то, чего я никак не мог ожидать.
Брат будто в мгновение обезумел… он как одержимый и оголодавший зверь накинулся на землянку, заключая в объятия и накрывая её губы несдержанным поцелуем.
Я впал в ступор.
На несколько мгновений будто выпал из жизни, потому что происходящее мне казалось чем-то запредельным — вне существующей реальности, где Лео всеми фибрами души ненавидит и презирает девушку.
Пытался анализировать и поймать его энергию, чтобы понять причину несвойственного поведения, но не понимал. Меня мощной волной накрывало его чувствами и эмоциями, из-за чего разум отключался и отказывался думать.
Когда я подошёл ближе и заметил, что девушка не реагирует на него и не отвечает на ласку, сразу же оттащил эль Ардерра на безопасное для Арианы расстояние.
За то, что он напугал её, мне хотелось его убить. Уже в который раз за неё мне хотелось пойти против самого близкого существа во Вселенной. Руки непроизвольно сжимались в кулаки, а сила требовала наказать обидчика, который посмел прикоснуться к девушке против её воли.
Пока... пока он не сказал то, что я уже отчаивался когда-нибудь услышать:
— Она наша эльвахида, — эти слова, произнесённые твёрдым тоном, как удар под дых.
— Что?! — я не верю своим ушам.
Мне кажется, я окончательно свихнулся... потому что этого не может быть! Мы не могли так облажаться... нет! Только не с ней... Но та интонация, та уверенность, с которой он произнёс эти слова, не оставляли сомнений. Так оно и есть. Это правда.
Мы нашли наше сердце — нашу эльвахиду и сейчас она стоит перед нами. Маленькая, беззащитная, испуганная девочка с Земли.
— Ариана, — делаю шаг, но она буквально вжимается в дверь, будто пытается слиться с ней. В её глазах страх: мощный, заставляющий меня немедленно остановиться и замереть на месте.
— Не бойся, — поднимаю руки в примирительном жесте, — мы не обидим.
Меня разрывает от счастья, но в то же время так плохо от осознания того, как мы обидели нашу девочку.
— Ты... — она смотрит на меня испепеляющим взглядом. Пытается храбриться, но я замечаю, как в уголках глаз скапливаются слёзы, от которых мои сердца болезненно сжимаются, — вы... — переводит взгляд, наполненный ненавистью и раздражением, на эль Ардерра, — что
Ариана Гонсалес
— Нет, — оба мужчины отвечаю в унисон на просьбу выпустить меня.
— Я не хочу здесь больше находиться, — чеканю каждое слово. Стараюсь, чтобы голос звучал ровно и уверенно, но он предательски дрожит, срываясь в истеричный визг.
Мне страшно. Я нахожусь где-то на грани... в шаге от паники. Сердце бьётся так быстро, что, кажется, вот-вот и выскочит из груди.
Губы горят огнём после поцелуя, и я с трудом сдерживаю порыв прикоснуться к ним.
В голове настоящий хаус из мыслей. Думаю обо всём. Одновременно.
Совсем скоро должен прозвучать сигнал, оповещающий об окончании последнего антракта. Заказчики наверняка меня потеряли, и как бы они уже не сообщили большеголовому расону о моём внезапном исчезновении и длительном отсутствии.
С первого взгляда трио жамилов показалось мне воспитанным и понимающим, но кто знает, как они поведут себя при нарушении договора? Но главное, какими санкциями и штрафами это обернётся для меня? А для Рона?! Я ещё очень далека от нужной мне суммы креди́тов для его лечения и не могу потерять эту работу — последнюю возможность вернуть к жизни моего малыша.
Мысли о брате наполняют меня решимостью.
— Выпустите! — произношу со сталью и топаю ногой для убедительности. — Помогите! — кричу изо всех сил. — Кто-нибудь, помогите!
— Ариана, послушай, давай поговорим... — начинает Кай, но я не хочу его слушать. Я больше не поверю ни единому его слову.
— Нет! Никаких разговоров, я должна выйти отсюда. В-вы, — замолкаю, не желая вдаваться в подробности, — вы не понимаете!
— Так объясни, что происходит, — Лео вмиг оказывается рядом со мной и хватает за плечи, заставляя смотреть на него. Несмотря на то что все его движения уверенные и властные, в них чувствуется забота и трепет. И это ещё больше пугает меня.
— Помогите! — не оставляю попыток выбраться из захвата. Вырываюсь, брыкаюсь, пытаюсь оттолкнуть мощное тело голубоглазого жамила.
— Ариана, — он крепко прижимает меня к себе, буквально впечатывая носом в грудь. — Пожалуйста, прости меня... такого больше не повторится! Против твоей воли — никогда!
Уже собираюсь открыть рот, чтобы высказать ему всё, что думаю и что по моей воле этого в принципе никогда не произойдёт, как за дверью раздаются голоса.
— Я слышала... вот здесь...
— Вы уверены?
— Да-да, это точно была женская особь. Она звала на помощь!
А дальше...
Дальше всё начинает происходить настолько стремительно, что я не поспеваю улавливать происходящее. Лео одним слитным движением перемещает нас от прохода, и в тот же миг раздаётся небольшой, но оглушающий взрыв. Дверь отлетает куда-то в сторону, а я теряю сознание, погружаясь в удушающую темноту — в очередной кошмар с монстром, желающим меня подчинить...
Ариана Гонсалес
Противный писк громких, нарастающих сигналов прорывается в сознание, возвращая меня к реальности. Выныриваю из кошмара, который прокручивался бесконечное количество раз, словно заезженная пластинка, и пытаюсь сообразить, где сейчас нахожусь.
Делаю первый осознанный вдох после пробуждения, жадно втягивая носом воздух, и тут же морщусь или, скорее, изображаю нечто подобное. Резкий, тошнотворный запах медикаментов ударяет в нос, подкидывая мне подсказку, что я... я в больнице?!
Но почему?
Прислушиваюсь к своим ощущениям, стараясь разобраться. Этого не может быть, я полностью здорова. Кажется, была здорова...
Холод скользит по обнажённому телу, прикрытому лишь невесомой простынкой. Подключённые датчики давят своей тяжестью, а сгиб локтя простреливает болью от установленного катетера, подтверждая безумное предположение. Я действительно в больнице.
Только как я здесь оказалась?
В голове абсолютная пустота. Ни единой зацепки, ни одного воспоминания, предшествующего потери сознания.
Что со мной могло случиться?!
Пробую открыть глаза, чтобы осмотреться, но веки настолько тяжёлые, будто налились свинцом, а я настолько слаба, что даже малейшее движение мне не поддаётся. Пробую снова и снова, но ничего не выходит. Лишь ресницы нервно дрожат в жалких попытках распахнуть веки...
Мне становится страшно.
Темнота перед глазами пугает до чёртиков, как и тишина, прерывающаяся писком подключённого аппарата, звук которого нарастает в такт участившемуся сердцебиению.
Паника накатывает мощными, практически осязаемыми волнами... сердечный ритм разгоняется до первой космической скорости, дыхание сбивается. Воздух и атмосфера в помещении становятся тяжёлыми и вязкими.
Я задыхаюсь. От неведения, непонимания происходящего и абсолютной беспомощности.
— Успокойся! — вздрагиваю, пугаясь ещё сильнее, когда понимаю, что я не одна в этой комнате.
Справа от меня раздаётся приглушённый, но раздражённый голос мужчины, тембр которого кажется мне смутно знакомым. Однако вспомнить в моменте, кому он принадлежит, не получается. Мысли сейчас расплывчатые, и мне, как назло, не удаётся ухватиться за нужную.
— Вы кто? — вместо вопроса я лишь что-то несвязно мычу. Язык не слушается. Он, как и всё тело, отказывается подчиняться моим командам... будто все и вся сговорились против меня, желая уколоть как можно больнее.
Но, видимо, мужчина улавливает суть моего мычания или просто делает логичное умозаключение. Он отвечает. Как мне чудится, с ядовитой усмешкой на губах, потому что в каждом произнесённом сквозь зубы звуке чувствуется пренебрежение и злорадство.
— Я твой доктор, — после этих слов по спине пробегает холодок, покрывая моё тело неприятными, липкими мурашками страха и заставляя каждый волосок вставать дыбом, — Ариана.
Мой... кто? Доктор?!
Воспоминания прошедших нескольких недель обрушиваются на меня мощными, яркими вспышками: последний шанс на спасение Рона — работа в межгалактическом эскорте, громилы-мухифы, одержимые жамилы, первый поцелуй, моё путешествие на космическом корабле в Империю Аль Хоббена и...
Только не он! Не он! Пожалуйста, нет!
Пытаюсь закричать и вскочить с кровати, но ничего не выходит.
Я будто парализованная, скованная невидимыми цепями, продолжаю неподвижно лежать и жалостливо, обречённо стонать.
Кайларс эль Лаавера
Конструктивного разговора между нами никак не получалось. Наша эльвахида не шла на контакт, игнорируя любые попытки к сближению. И в чём-то её можно было понять. Вернее, во всём.
После того как мы поступили, она ещё стойко держалась и не билась в истерике... Хотя находилась уже где-то за шаг до неё. Казалось, даже одно неверное движение способно привести её к срыву, из-за чего я старался говорить и действовать мягко, без давления, тщательно подбирая каждое слово.
Но Лео не я. Он плевать хотел на чувство такта, потому что вновь оказался около избранной. Сжимал её в объятиях, наслаждался близостью... и в коем-то веке просил прощения за свой проступок. Раньше он только со мной шёл на уступки, усмиряя своё раздутое до галактических масштабов эго, но теперь и для него всё изменилось.
Появилась она...
Ариана. Наше сердце. Центр Вселенной. Наша слабость и самое ценное сокровище.
Для жамилов по-другому не бывает, мы до конца своих дней преданы и зависимы от одной-единственной женщины. И встретить её — великое счастье.
Однако порадоваться, как и продумать дальнейшую стратегию в общении нам не удалось.
Со стороны коридора послышались возбуждённые, достаточно громкие мужские и женские голоса, по всей видимости, отреагировавшие на крики Арианы с просьбой о помощи, потому что выйти самостоятельно у неё не получалось... Мы не позволили ей, совершив тем самым непозволительную ошибку.
Ещё в самом начале эль Ардерра установил защиту от нежелательных свидетелей. Он всегда так делал перед важными переговорами, и ведь мы действительно изначально хотели просто поговорить, пока всё не перевернулось с ног на голову.
Покинуть помещение или попасть внутрь без нашего позволения, ни у кого возможности не было.
Я считал, ещё есть время, чтобы убедить девушку в безопасности нахождения рядом с нами, успокоить, извиниться. Есть время объясниться, рассказать, кто такая эльвахида и что она значит для нас. Открыть чувства, мучившие нас после первой встречи, признаться в том, что по какой-то причине мы запутались и вели себя как последние идиоты...
Считал, да, но ошибался. Потому что дальше случилось то, чего я никак не мог предугадать.
Вместо того чтобы начать переговоры с просьбой открыть дверь без применения силы, согласно регламенту императорской службы безопасности, существа по ту сторону без предупреждения использовали взрывное устройство. Леонарду буквально на последних секундах удалось оградить Ариану от ударной волны и защитить от отлетевшей на несколько метров двери.
Я вмиг оказался рядом с ними, чтобы создать с побратимом барьер для защиты нашей девочки, но не успел.
Расоны, выбившие дверь и не имеющие ничего общего со службой безопасности, направили на нас неизвестный прибор и сбили с ног мощной энергетической вспышкой. Мы с Лео отдали последние силы на щит для Арианы и приняли весь удар на себя...
Ариана Гонсалес
— Давно не виделись, — между тем продолжает язвить доктор, не обращая внимания на мои тихие, бесцветные всхлипы. — Я даже успел соскучиться...
«Соскучиться»?! Что он несёт?
Не припоминаю, чтобы в прошлые наши встречи он был таким разговорчивым. Чаще всего расон игнорировал мои вопросы, оставляя их без ответов, а если и отвечал, то сухо и кратко, не вдаваясь в подробности и, уже тем более не сообщая мне, как давно мы виделись — не виделись.
Сейчас же он будто намеренно желает вывести меня на эмоции, продавливая своей властью и положением. Ведь куда проще издеваться над парализованным, толком ничего не помнящим и не понимающим человеком?
Хотя... он бы справился со мной в любом случае: будь я ходячая или прикованная к кровати, как сейчас. Он почти на голову выше и в два раза шире, мне с ним не тягаться. Ни силой, но её он пока ко мне и не применял, ни разумом.
Расоны очень умные существа. Уверена, каждый его шаг, каждое слово продуманы наперёд. Он ничего не скажет и не сделает просто так, а он говорит... делает! Значит, по какой-то причине большеголовый намеренно хочет вывести меня из равновесия... но я не позволю ему этого сделать. Не позволю вновь сломить меня и добиться своего!
Я буду хитрее...
Абстрагируюсь. Не отвечаю ему даже мычанием, вообще никак не реагирую, будто его здесь нет. Перестаю всхлипывать, с трудом подавляя чувство жалости к себе. Отключаю разбушевавшиеся эмоции.
Делаю жадный, глубокий вдох. А затем ещё и ещё, пытаясь окончательно успокоиться, чтобы трезво оценить и принять ситуацию, в которой оказалась. Я не дам ему того, чего он так настойчиво добивается, буду стойко держаться до последнего! Даже... даже если оно настанет в ближайшее время.
Благодаря размеренному дыханию, сердце замедляет свой темп, о чём свидетельствует сигнал аппарата, отслеживающего ритм сердцебиения. Противный писк исчезает, заменяясь спокойным, тихим звучанием.
Уже хорошо. Моя маленькая победа.
Чувствую, что тело прикрыто полностью и ноги в том числе, чего не сказать о руках с подключёнными датчиками, раскиданных в разные стороны. Действуя осторожно, чтобы не привлечь внимания сумасшедшего доктора, я пробую пошевелить пальцами на ногах. На команду откликается только мизинец. Он слегка дёргается, но тут же останавливается, больше не отзываясь. Однако это пока...
Я не расстраиваюсь, наоборот, внутренне ликую. Значит, подвижность потихоньку возвращается. Необходимо дождаться полноценной активности тела, а там... там я что-нибудь придумаю.
— Молодец, девочка, — спустя некоторое время шипит доктор, видимо, замечая изменения. Его слова не звучат как похвала или одобрение, в них ощущается раздражение и недовольство.
Неужели он считал, что я поддамся его неумелым провокациям? Или рассчитывал «добить» меня, застав врасплох своими разговорами и признаниями?
Ни за что!
Этот мужчина так и не смог меня изучить за неделю, проведённую вместе на корабле. Или просто-напросто ошибся в своих выводах, посчитав лёгкой добычей, с которой справится на раз-два с помощью пары фраз.
Проходят минут пять, а, может, все десять. Тяжело следить за временем, когда у тебя нет доступа хотя бы к коммуникатору, которого я, кстати, и не ощущаю на своей руке в привычном месте.
Ко мне так никто и не подходил. Постороннего движения я не слышала.
В помещении царит тишина, нарушаемая периодическими сигналами аппарата. Я до сих пор лежу с закрытыми глазами, и лишь маленькая щёлка, появившаяся между слипшимися веками, пропускает яркий свет лампы, направленной прямо на моё лицо. Понять и оценить окружающую обстановку не представляется возможным, но я не отчаиваюсь... почти... осталось совсем чуть-чуть и мне удастся увидеть, где нахожусь и чем смогу отбиться от доктора-расона.
Как бы я ни храбрилась и не настраивала себя на позитивный исход, мне было страшно. Страшно находиться в одном помещении с мужчиной, намерения и конечные цели которого мне неизвестны. Страшно практически не чувствовать своего тела... Очень страшно, да, но желание выбраться отсюда, чтобы спасти Рона, гораздо сильнее страха. Брат нуждается в помощи своей старшей сестры — единственного родного человека. Осознание этого придаёт мне сил для борьбы и заставляет разум работать в удвоенном темпе, подкидывая мне темы для размышлений.
Например.
Сколько прошло времени?!
Как долго я пребывала в бессознательном состоянии?! День? Или несколько часов?!
Голова включается в работу, смещая фокус внимания на действительно важные вопросы, требующие незамедлительных ответов, которые мне может дать только доктор-расон...
На тот день, когда раздался взрыв, после которого я потеряла сознания, на сбор денег для лечения оставалось чуть меньше двух месяцев. Если учитывать время, которое необходимо затратить на обратный маршрут и того меньше. Примерно шесть недель на всё или около того.
Сомневаюсь, что мне когда-нибудь захочется вернуться в межгалактический эскорт. Вернее, абсолютно уверена.
Работа в агентстве была моей главной ошибкой в жизни. Мир элитного сопровождения не для меня. Мы словно две Вселенные, которые всегда существовали параллельно, но по воле неизвестного вдруг решили пересечься. Отчего случилась масштабная катастрофа, последствия которой до сих пор непонятны.
Мне следовало изначально найти иной вариант, чтобы вовремя собрать необходимую сумму. Надо было, понимаю... Но у моей истории нет сослагательного наклонения. Прошлого уже не изменить — что сделано, то сделано. Теперь нужно думать о будущем, принимая свои ошибки за ценный жизненный опыт, дарованный Небесами.
Однако отсутствие возможности заработать здесь, не изменяет того, что деньги нам всё ещё очень нужны. Их придётся найти каким-то другим способом, теперь уже за более короткий срок.
Только как?!
В памяти всплывает владелец отеля, который предлагал мне постыдную роль на всё согласной любовницы, взамен на решение моих финансовых проблем. От воспоминаний об этом жестоком человеке к горлу подкатывает тошнота, а тело начинает неистово дрожать от отторжения... не хочу!
Но...
Шумно и протяжно выдыхаю, принимая ненавистное решение. Если не будет альтернативы, я буду вынуждена согласиться на его условия, потому что времени практически не остаётся. Любое промедление может стоить жизни маленького, беззащитного мальчика, а я не могу этого допустить. Не могу потерять любимого брата.
Я должна действовать, но для начала выбраться отсюда и ближайшим рейсом вернуться на Землю.
Ариана Гонсалес
Погружённая в свои мысли, я не заметила, как пролетели несколько часов. Я настолько привыкла к тишине и размеренному звучанию аппарата, что стало казаться, в помещении, кроме меня, больше никого не было... а расон будто бы общался со мной через специальное устройство, типа обычного коммуникатора с громкой связью. Я настойчиво внушала себе это, потому что так было проще справляться с приступами паники, накатывающими беспрерывными, беспощадными волнами.
Но, когда спустя время, справа от меня отчётливо послышался скрежет стула, словно кто-то откинулся на спинку сидения, поняла, что заблуждалась.
Он был здесь.
Где-то рядом, буквально в нескольких метрах... близко, опасно близко, поэтому я должна не забывать о предосторожности. Чем дольше доктор будет находиться в неведении, тем больше шансов на спасение.
Наверное.
Когда тело начинает болезненно покалывать, наконец-то реагируя на длительное нахождение в горизонтальном положении в одной позе, я понимаю, что пора действовать. Приложив усилия, вновь пробую открыть глаза.
Пробую и... у меня получается!
Яркий свет лампы тут же ударяет в уставшие от темноты глаза, безбожно ослепляя. Непроизвольно наворачиваются слёзы, и мне приходится зажмуриться, чтобы не дать им вырваться на свободу.
Волнение охватывает всё тело до кончиков пальцев, и, чтобы не показать свою чрезмерную реакцию, я начинаю глубоко, практически беззвучно дышать. Даже если расон не следит сейчас за моим состоянием, участившееся сердцебиение он услышит, благодаря отслеживающим датчикам и тем самым я привлеку его внимание раньше, чем успею осмотреться и подготовиться.
По чуть-чуть открываю глаза, стараясь привыкнуть к яркому свету. Времени на адаптацию уходит достаточно много, и сей факт наводит меня на страшные мысли.
Я боюсь, что пролежала в отключке дольше, чем хотелось бы. Не день и не два, а гораздо больше. И тогда... срок на сбор денежных средств для Рона мог уменьшиться в несколько раз... если уже...
Даже мысленно не желаю озвучивать эти жуткие, сводящие с ума слова. Я обязана быть сильной, иначе отсюда не выбраться. Обязана верить, что ещё не всё потеряно!
Собираюсь с силами и наконец-то полностью открываю глаза, жадно стреляя взглядом с одного места на другое.
Первым делом натыкаюсь на доктора, сидящего спиной и увлечённого изучением каких-то ярких, разноцветных графиков на панели, что на Земле называют компьютером. Он настолько погружён в процесс своей работы, что не замечает ничего и никого вокруг себя... чем я и пользуюсь, украдкой осматриваясь дальше.
Здесь только искусственное освещение. Окон в помещении нет, да и мы не на Земле, чтобы использовать их для побега. Инопланетники разработали такую систему кондиционирования, которой не требуется дополнительное проветривание. Окна у них в принципе не открываются и служат лишь для пропуска тёплых лучей звезды Шамс.
Взгляд цепляется за единственную дверь в конце помещения. Но вот что скрывается за ней... Возможно, там дежурит охрана, если предположить, что расон состоит в сговоре с другими существами... а он состоит! Провернуть такое в одиночку ему вряд ли представилось бы.
Времени, чтобы обдумать, как я здесь оказалась, было предостаточно. На ум пришло несколько вполне логичных вариантов. Меня могли похитить из театра или же из больницы, куда, скорее всего, отвезли после потери сознания. Или же... Норис ос Дорсарро забрал меня в апартаменты и вызвал доктора для осмотра, после чего я и очутилась здесь. Но почему-то последний вариант кажется мне самым нереалистичным. Мухиф бы не стал этого делать... уверена! Он бы нашёл другой выход, зная моё недоверие к этому мужчине, поэтому либо первый вариант, либо второй. Но от этого не легче...
Отбрасываю свои догадки и медленно, лишь слегка поворачивая голову в противоположную сторону, скольжу взглядом по комнате, продолжая рассматривать каждую деталь обстановки.
Теперь я вижу, что нахожусь не в обычной больничной палате, как предполагала до этого. Я лежу посреди жуткой лаборатории с кучей разнообразного оборудования, при взгляде на которые, волоски на теле встают дыбом.
Лаборатория похожа на логово одержимого учёного из фантастического фильма ужасов, где он проводит опыты над людьми и разрабатывает сумасшедшие планы по захвату мира. А я... я для него удачный эксперимент... подопытная, так вовремя оказавшаяся в лапах хищника.
Даже от мыслей мне становится не по себе. Отчего-то кажется, что я недалека от реальности. Какое-то внутреннее чутьё подсказывает мне, что в этих, казалось бы, абсурдных словах есть доля правды.
Беспощадные предположения сменяются один за другим. Я накручиваю себя так, что против воли теряю контроль над своим и без того подвешенным состоянием. Сердце разгоняет свой ритм, позволяя аппарату оповестить расона о моей очередной панической атаке.
Перевожу испуганный взгляд в сторону мужчины и будто в замедленном темпе наблюдаю, как он отвлекается от своего занятия и поворачивается ко мне с ядовитой усмешкой на тонких губах.
— Пришла в себя, — не спрашивает, констатирует факт. Щёлкает на коммуникатор, хмурится и добавляет, — как раз вовремя, Ариана. Ты не перестаёшь меня удивлять.
В этот миг моя надежда на его неосведомлённость осыпается пеплом.
Теряю дар речи. Смотрю во все глаза на доктора и вдруг до меня доходит... словно лампочка вспыхивает осознание, что у него всё было просчитано поминутно. Абсолютно. Он всё знал с самого начала, а это была лишь маленькая, захватывающая игра... ловушка, в которую я попалась, слепо надеясь на чудо и удачу.
Делаю резкий вдох и на несколько секунд прикрываю глаза. С силой сжимаю кулаки, больно впиваясь ногтями в ладони и раня нежную кожу.
Я должна чувствовать, чтобы вернуть себе состояние равновесия.
Ещё рано сдаваться! Рано!
Облизываю пересохшие от частого дыхания губы и задаю самый волнующий вопрос на текущий момент:
— Сколько я здесь? — голос безжизненный, даже жалкий. Будто я уже сдалась, покорилась... но это не так!
— Сколько?! — поднимает на меня взгляд, полный превосходства, а губы вновь трогает мерзкая усмешка. — Три... два... один... Ну, вот. Ровно шесть недель.
Леонард эль Ардерра
Расоны, личности которых мне не были известны, бесцеремонно ворвались в подсобное помещение. Их захват произошёл настолько быстро и непредсказуемо, что я толком не успел сориентироваться и оценить сложившуюся ситуацию.
Недуг Кайларса, безуспешные поиски землянки по всей столице, долгожданная встреча, момент обретения эльвахиды. Наш первый поцелуй, прикосновения... и для кучи — тысячи вопросов, рождающихся из несостыковок...
Столько всего произошло за короткий период времени, что я, будучи на эмоциях, ослабил контроль и частично потерял бдительность. Чем очень удачно воспользовались недоброжелатели, застав меня врасплох.
Инстинкты чувствовали приближающуюся опасность и кричали о защите избранной. Для них в приоритете была только Ариана. Да и видит Всевышний, я сам отчаянно желал обезопасить нашу единственную.
В момент атаки кое-как успел переместить нас в другой конец помещения — на пару метров дальше эпицентра и прикрыть девушку собой. Ударная волна была достаточно мощной для небольшого взрыва и могла нанести вред, но нам с Арианой удалось избежать каких-либо увечий.
Кайларс был ближе всего к двери, поэтому получил максимальную отдачу. Но несмотря на лёгкую контузию, он в считаные секунды очутился рядом с нами, занимая боевую стойку и готовясь к защите.
В нашей Империи не приняты подобные радикальные меры, поэтому всё происходящее было совершенно неожиданным. Каждый шаг расонов противоречил правилам и законам Аль Хоббена, которые за последние сорок лет никто так открыто не нарушал.
Сработавшее взрывное устройство показалось мне незнакомым... в том смысле, что обо всех разработках имперских военных мы с побратимом всегда узнавали в числе первых, а это было что-то новое. Неизвестное. По какой-то причине оказавшееся в здании главного театра Кальби — одного из самых охраняемых объектов в столице, на всех входах и выходах которого стоят пропускные пункты, где каждое существо проходит тщательное сканирование. Такое сюда не пронести! Невозможно! Только... только если ты не имеешь сообщников в главной службе безопасности Империи.
А это значит,
Куча мыслей промелькнули в моей голове за доли секунд, но так и не сумели составить полноценную картину происходящего... однако одна разумная мысль всё-таки успела сформироваться: нам надо выбираться отсюда. Необходимо срочно выводить Ариану в безопасное место и подключать своих отцов, как действующих правителей, к борьбе с предателями.
Но... всё не так просто.
Насколько это место было удобным для уединённого разговора, настолько же неудобным для быстрого побега. Единственный выход на свободу перекрыли расоны. Мы были окружены: стеной с одной стороны и врагами Империи с другой.
Я был готов применить свою силу, чтобы освободить выход, но... не смог: ни призвать, ни даже почувствовать волны энергии, потому что при каждой попытке утыкался в невидимый, искусственно созданный барьер.
Сколько бы я ни пытался воззвать к силе, ища обходные пути, она не откликалась. Я находился словно в непроницаемом коконе, намертво блокирующем все возможности жамила.
В памяти тут же всплыла история, случившаяся около двух лет назад. О чём-то подобном рассказывала Мария, когда делилась подробностями своего земного отпуска. Тогда мы посчитали, что устройство было разработано в единственном экземпляре и кануло в небытие вместе со своим создателем. Но, похоже, сильно ошибались... за что сейчас так жестоко расплачиваемся.
Один из расонов стрельнул в меня злорадным, полным ненависти и презрения взглядом, после чего подмигнул и растянул губы в ядовитой усмешке, видимо, замечая моё ответное замешательство, и направил очередной неизвестный аппарат.
Несмотря на блокировку сил, я явственно ощутил, как в устройстве, направленном на нас, начала скапливаться энергия. Будто что-то неведомое создавало её или же черпало из окружающего пространства.
Меня сковал страх... но не за себя, а за Ариану. За нашу маленькую эльвахиду. За девочку, которая против воли, уверен в этом, была втянута в опасную игру.
Страх, охвативший всё тело, был мощным и беспощадным, разрывающим на части мои сердца... особенно левое, что по праву принадлежало моей девочке... я чувствовал через связь побратимов, что и эль Лаавера сейчас находился в похожем состоянии. Готовый на всё. И ко всему.
Барьер, блокирующий энергию жамилов, не выдержал нашего настойчивого желания защитить избранную. Мы успели создать щит буквально на последних секундах, отдав всю свою силу, что сумела просочиться через бреши.
Яркие вспышки перед глазами, невыносимая боль... Ариана теряет сознание, а меня поглощает беспросветная тьма.
Одна из возможностей жамилов — осознанные сновидения, в которых мы можем встречаться со своими избранными.
Я понимал, что находился в бессознательном состоянии, но никак не мог из него выбраться, блуждая во тьме по нескончаемому лабиринту.
Все мои попытки напрямую связаться с Арианой заканчивались неудачами. Её сознание было окружено стеной, за которой творился какой-то кошмар... в прямом смысле этого слова. Я слышал её отчаянные крики с просьбой о помощи, но ничего не мог сделать.
Это бессилие раздражало.
Не выбраться, не встретиться с ней. Ничего.
Сон Арианы не заканчивался, из чего я сделал вывод, что она тоже была без сознания.
Несколько часов? День или два?! Неделя или месяц?! Год?
Её кошмар прокручивался по одному и тому же сценарию: она убегала, пряталась, звала на помощь, молила о пощаде, но, в конце концов, всё равно попадала в ловушку, а затем... будто умирала... настолько душераздирающими были её крики. Болезненными, полными отчаяния и обречённости. Принятия неизбежного. После чего она перерождалась и вновь возвращалась к началу...
Это всё убивало не только её, но и меня. Из раза в раз я умирал вместе с ней.
В сновидении эльвахиды я чувствовал присутствие Кая, но, видимо, он был сильно истощён, потому что мы не могли свободно общаться. Лишь эмоциями... и его были не менее красноречивы, чем мои.
Я старался подпитывать жизненные силы Арианы через сон, ощущая в этом острую необходимость. Будто её жизнь висела на волоске и полностью зависела от моих возможностей, поэтому я отдавал всё, что мог.
Искусственной блокировки на энергию жамилов больше не было, а это означало, что, скорее всего, мы с эль Лаавера находились в безопасности... мы — да, но где была Ариана?!
Спустя какое-то время всё прекратилось. Резко. Неожиданно. Просто оборвалось. Наша девочка проснулась, а нас с побратимом словно отпустило с цепей, которыми мы были намеренно прикованы к её сновидению...
Без труда открываю глаза. Физически чувствую себя здоровым, но вот внутри всё буквально кипит от страха за Ариану.
Как она? Где?!
Только эти вопросы меня волновали на данный момент.
Оглядываюсь по сторонам, отмечая, что нахожусь в палате госпиталя, и вижу Кая, как раз приходящего в себя после пробуждения.
Дверь распахивается, и в палату врывается вся моя семья: мама, отцы и сёстры со своими мужьями. Раздаётся групповой облегчённый вздох.
— Лео, — мама делает шаг к моей кровати, её глаза наполняются слезами, — сынок, вы наконец-то пришли в себя...
Останавливаю её жестом. Грубо, но мне не до сентиментальностей. Сейчас меня волнует один-единственный вопрос, на который я хочу получить незамедлительный ответ.
— Где Ариана?! — смотрю на отцов, а они лишь непонимающе переглядываются. Взрываюсь, подскакивая с места, и ору, не сдерживаясь в эмоциях. — Чёрная дыра, где наша эльвахида?!!
Леонард эль Ардерра
— Кто? — мой кровный отец и Император Аль Хоббена — Эдвард эль Ардерра отмирает первым и сразу же переходит на деловой тон, включаясь в разговор. — Вы были вдвоём, когда мы вас обнаружили.
— Ариана. — цежу сквозь зубы, повторяя по слогам. — Наша эльвахида... — на этих словах мой голос неожиданно проседает, ком встаёт поперёк горла. — Мы были с ней, когда на нас напали, — коротко пересказываю основные моменты того злополучного вечера, который по ощущениям был лишь вчера. И когда я в процессе озвучиваю это «вчера»...
— Прошло шесть недель, Лео, — Мария перебивает меня. — Всё это время вы с Каем находились без сознания. Здесь.
Её слова выбивают из лёгких весь воздух. Этого просто не может быть... Не может!
Я готов поверить во что угодно, но только не в то, что наша девочка столько времени находится в лапах одержимых оппозиционеров — врагов Империи. Иначе где она? Судя по отчёту отцов, нас обнаружили практически сразу после нападения. Одних. Девушки с нами не было.
— Нет, — качаю головой, не желая принимать такую правду. — Нет, — чувствую, как сила рвётся наружу, жаждая выйти из-под контроля. Сжимаю кулаки, дышу глубоко. Сейчас не время и не место, твержу мысленно. Я должен взять себя в руки!
— Вам не удалось выйти на след нападавших? — эль Лаавера полностью приходит в себя и вступает в разговор, давая мне время успокоиться. Параллельно передаёт поддержку по нашей связи побратимов. Он всегда так делает. Всегда пытается погасить мой взрывной темперамент, но сейчас это не срабатывает.
Я на взводе. Настолько зол, что, кажется, готов разнести всю Аль Хоббена по мелким кусочкам, чтобы найти нашу землянку.
— Нет, — отвечает Тайлер — первый муж моей мамы. — Они умело подчистили за собой, не оставив следов. Мы сразу поняли, что работали расоны. Их почерк. Каждый шаг продуман наперёд, действовали без ошибок. Ваш рассказ это только подтвердил. До нас доходили слухи, что большеголовые готовят восстание, но...
— Слухи?! — его последние слова становятся для меня точкой невозврата. — Слухи?!
На эмоциях я пересказываю о помешательстве Кайларса и о барьере, созданном вокруг нашей эльвахиды. А также не забываю упомянуть об устройствах, которые были использованы против нас.
— Это вы называете слухами? Они нашли способ, как управлять силой жамилов! Теперь вся Империя в опасности, а наша эльвахида неизвестно где, с кем и в каком состоянии!
— Хватит, Леонард! — Мама и сёстры — Мария и Лейла произносят одновременно и смотрят на меня умоляющими взглядами. Я словно вернулся в детство, когда семья пыталась погасить мою очередную эмоциональную вспышку. И если раньше я бы проигнорировал их слова и продолжил гнуть свою линию, накручиваясь ещё больше, то сейчас понимаю, что мне действительно следует взять себя в руки. Отключить эмоции и включить голову.
— Девочки правы, сын. Тебе нужно успокоиться — Эдвард смотрит на меня строго. — Мы должны действовать, а не тратить время на бессмысленные перепалки. Ты сказал, что Ариана очнулась. Значит, — он делает многозначительную паузу, — она ещё жива. Мы сделаем всё возможное и невозможное, чтобы найти вашу эльвахиду.
Женскую половину нашей семьи забирают мужья моих сестёр и увозят в особняк дожидаться новостей. Я, Кайларс и отцы отправляемся в свободную комнату отдыха в госпитале и устраиваем там штаб спасательной операции. Сверяем факты, пересказываем друг другу имеющуюся информацию.
Зацепок у нас практически нет, кроме одной-единственной — агентства, в котором работает, вернее, уже работала наша девочка. Судя по округлившимся глазам старших мужчин моей семьи, они не ожидали услышать такое об избранной будущего Императора, но, на их счастье, никак не отреагировали и не осудили. Я уверен, что у Арианы были весомые причины пойти в межгалактический эскорт... а вот какие, мы обязательно узнаем, когда найдём её.
Кайларс эль Лаавера
Первым делом мы решаем связаться с неуловимым владельцем агентства межгалактического эскорта. Расон не смог проигнорировать сигнал от Эдварда эль Ардерра и ответил на звонок после первого гудка. Он с уверенностью заявил, что не имеет к произошедшему никакого отношения — вся деятельность агентства легальна и в подобные авантюры вмешиваться не в его характере. Большеголовый уверял нас, что готов на любые проверки, в том числе и по определению достоверности его слов.
Один из отцов Лео — Сириус Гарсон, который умеет читать мысли прикосновением, отправился проверять слова расона. Он никому не верил на слово и жил согласно земной поговорке: «доверяй, но проверяй». Через час бывший ищейка обещал прислать отчёт со всей информацией, которую удастся разузнать в офисе большеголового.
Далее мы приступили к повторной проверке театра. Шанс, что отцы Лео что-то пропустили, был ничтожно мал, но мы решили перепроверить ещё раз.
Камеры слежения во всём здании оказались выведены из строя аккурат на момент нападения. Они бесперебойно снимали до второго антракта, после чего на всех изображениях появились помехи, которые восстановить не удалось. Максимус эль Кортерра — муж младшей сестры занимался проблемами камер, пока мы с побратимом были без сознания, и его работа не увенчалась успехом. Всё подтёрто подчистую.
Пока остальные мужчины были заняты обсуждением дальнейших действий, я прокручивал в голове всё, что знаю об Ариане... и, как оказалось, она для меня была словно закрытая книга. Я не знал о ней абсолютно ничего! Кроме... кроме того, что тогда, на день рождения Лео её подвозил и забирал один и тот же мужчина — четверорукий мухиф.
— Мухиф, — нетерпеливо выкрикиваю, ураганом врываясь в оживлённую беседу. — Он был рядом с Арианой как минимум дважды. Нужно проверить, кто подвозил её в день нападения к театру.
Никто не стал спорить.
Мы отмотали камеру наружного наблюдения и ждали появления нашей девочки, скрещивая пальцы. Внутри теплилась надежда, что этот мужчина её постоянный сопровождающий, и сможет дать нам подсказки, если, конечно же, сам не состоит в сговоре с расонами.
Видим подлетающий мобиль, за рулём которого сидит тот самый четверорукий.
— Есть! Срочно отправьте Сириусу снимок этого мухифа. Пусть первым делом разузнает о нём у расона, после чего мы отдадим приказ доставить его сюда.
Вся наша команда сработала быстро и уже через полчаса перед нами сидел Норис ос Дорсарро.
— Где Ариана?! — Лео подлетел к нему и схватил за ворот куртки, — отвечай!
— Сам бы хотел знать, — мужчина скинул руки побратима и отступил на шаг назад. — Она пропала полтора месяца назад. Из театра. Больше я ничего не знаю. Главный сказал, что попытается найти её, потому что от него просто так никто не уходит. Но я не верю, что она сбежала... Ариана не такая. Ей была нужна эта работа.
— Она не сбежала, — рявкаю так, что, кажется, стены в помещении содрогаются. — Её похитили. Представители расонов, но кто именно нам неизвестно.
На лице мужчины одна за другой сменяются эмоции. Страх, понимание, жалость и решимость. Злость.
— Ты что-то знаешь?! — давлю, потому что вижу, что знает.
— Не уверен, но... — он делает паузу, будто раздумывает, говорить или нет, — она панически боялась агентского доктора. Он расон.
Кайларс эль Лаавера
— Подробности, ос Дорсарро, — тоном, не терпящим возражений, произнёс Эдвард эль Ардерра.
Норис не смел ослушаться приказа самого́ Императора и рассказал нам обо всём, что знал об Ариане и докторе, а также ответил на все интересующие вопросы, даже самые нелепые... Из разряда: какой у неё цвет волос?!
Этот вопрос волновал не только меня, но и Леонарда. Нам тяжело было представлять девушку, не зная её истинный облик. Прежде мы видели землянку всего дважды — в разных образах. И понятия не имели, какой из них настоящий. Отчего-то нам обоим хотелось, чтобы первый... тогда она была гармоничной, будто само́й собой. Мы так чувствовали, но всё-таки хотели знать правду, какой бы она ни была. И да... мухиф подтвердил, что именно на первом заказе Ариана была настоящей: красивой, нежной, скромной девочкой с ярко-розовыми волосами... нашей девочкой! Единственной. Эльвахидой, которую мы так бездарно потеряли.
В целом рассказ мужчины получился довольно сумбурным и кратким, потому что мы были ограничены во времени. Но и этого оказалось достаточно, чтобы понять, что в избранные нашей малышке достались последние идиоты, записавшие невинную девочку в шлюхи.
В межгалактический эскорт она устроилась, чтобы заработать креди́ты на лечение младшего брата, так как, кроме неё, ему больше некому помочь.
Ариана подписала договор лишь на два месяца, после чего хотела вернуться на родную Землю и больше никогда не связываться с эскортом. По словам ос Дорсарро, ей абсолютно не нравилась работа и если бы не сложные жизненные обстоятельства, она никогда сюда не устроилась, а мы бы не встретились...
У Рона, её брата, через неделю должна состояться последняя, но самая важная операция, на которую и требовались креди́ты.
Однако после исчезновения на связь с лечащим врачом Ариана не выходи́ла. Из-за чего четверорукий окончательно убедился, что с девушкой что-то случилось. Ранее она никогда не пропускала дни звонков и всегда общалась с Роном, чтобы справиться о его самочувствии и подарить поддержку.
Самостоятельные поиски Арианы не принесли ему результата. Норис ос Дорсарро — обычный гражданин Империи и не имеет связей и возможностей, которыми, например, обладает наша семья. Он не знал, к кому обратиться за помощью.
Мухиф также заверил, что уже оплатил часть суммы за лечение Рона и в данный момент занимался срочным поиском оставшейся. На вопрос — зачем ему это? Он искренне ответил, что за короткий промежуток времени Ариана стала ему близка, с ремаркой «как сестра», которую он успел добавить, прежде чем мы с побратимом набросились на него... и он не смог бросить её родного человека без помощи. Особенно сейчас... когда без огромной суммы креди́тов и пропавшей сестры шансы мальчика на выздоровление стремились к нулю.
Пока мужчина рассказывал нам об этом, Лео полностью оплатил лечение Рона и настаивал на возврате средств, потраченных ос Дорсарро, но тот отказался, сказав, что действительно хотел этого. Мы не стали спорить и приняли его выбор, решив в будущем вознаградить четверорукого за помощь и поддержку нашей эльвахиды.
Насчёт доктора всё было гораздо сложнее. Норис с ним не был знаком лично, но судя по рассказам Арианы, которыми он с нами поделился, личность расона не вызывала положительных эмоций. Абсолютно. Никаких.
Пока наша эльвахида летела в Аль Хоббена, доктор был частым гостем в её каюте, хотя согласно агентскому договору рекомендовалось не более двух посещений для стандартных обследований. Когда наша девочка пыталась узнать, с чем связаны его ежедневные приходы, он затыка́л ей рот, ссылаясь на дополнительный пункт, указанный мелким шрифтом: «в случае необходимости количество встреч может быть увеличено».
В процессе беседы мы успели ознакомиться с каждой буквой договора. Расон — владелец эскорта отправил нам все документы, обещая при необходимости оперативно отправлять любую другую информацию, требующуюся для поисков.
Его рвение было вполне понятным. Мужчина не хотел проблем, поэтому охотно шёл на сотрудничество. Он оказался непричастным к происходящему. Сириус не увидел в нём лжи и недомолвок. Расон даже не догадывался, что творилось у него за спиной, и был уверен в существе своей расы, считая его братом и близким другом. Они много лет проработали вместе — буквально с самого основания агентства. Главный не ожидал подобного и не был готов к последствиям.
Также Гарсон сообщил, что в настоящий момент место нахождения доктора неизвестно. В головном офисе он не появлялся с момента возвращения с Земли и уже около месяца не выходи́л на связь, ссылаясь на занятость в важном, научном проекте. Для него нормально — пропадать на долгое время, поэтому никто из агентства мужчину не беспокоил, зная, что, закончив дела, он вновь вернётся в строй, готовый к очередной командировке.
Что за научный проект? — мы могли только предполагать. И это предположение нам не нравилось.
Всё сводилось к тому, что его новым проектом стала наша девочка... Наша Ариана. Но что он с ней делал и для чего она ему — оставалось загадкой.
Один из отцов Лео — Тайлер эль Саавера отправился проверять кабинет и каюту доктора на межпланетном корабле. Мы надеялись, что ему удастся найти какие-нибудь зацепки, которые прольют свет на деятельность доктора-расона и помогут нам найти нашу эльвахиду, если она всё-таки у него...
Император поднял всех своих безопасников, в верности которых был уверен на все сто процентов. В то, что среди них имелись предатели, сомневаться не приходилось, поэтому нам следовало как можно дольше оставлять их в неведении. Нельзя было допустить, чтобы они успели предупредить расонов. Нельзя подвергать Ариану ещё большей опасности.
Тайлер вышел на связь примерно через час. То, что он сообщил нам, перевернуло привычный мир с ног на голову. Такого мы точно не ожидали...
Леонард эль Ардерра
Я много всего мог предположить, но только не то, что рассказал Норис ос Дорсарро о нашей девочке.
Причины, по которым она оказалась в межгалактическом эскорте, заставили мои сердца пропустить удары. Это было сильно. Сильно для одной малышки, которая, несмотря ни на что, не сдавалась и продолжала бороться с навалившимися проблемами. В одиночку. Так, как могла.
Не думая ни секунды, я сразу же оплатил лечение Рона — её младшего брата. У мальчика осталась всего неделя до операции, и каждая минута промедления, могла стоить ему жизни. Норис сказал, что пока его состояние оценивается как стабильное, но всё может измениться в любую секунду. Рон практически на грани, тормозить и откладывать было нельзя.
Мы понимали, что нам необходимо срочно найти и доставить к нему сестру. Она должна быть рядом в такой сложный период, иначе не простит себе этого. И мы... мы тоже должны и будем рядом.
Они больше не одни. Теперь у них будет, вернее, уже есть большая, дружная семья, которая никогда не оставит и всегда будет рядом: любить, поддерживать и решать проблемы.
Мы с Кайларсом всё для этого сделаем. Обязательно добьёмся прощения и расположения нашей эльвахиды. Не отпустим. Никогда.
Все эти общения я дал себе мысленно, решив, что не отступлюсь ни при каких обстоятельствах... пусть будет сложно, но я готов к любым трудностям.
Мы готовы. Я и эль Лаавера. Ради неё.
Тайлер со своей командой отправился на корабль эскорта отрабатывать последнюю на текущий момент зацепку. Никто из агентства не знал, где находится лаборатория доктора, и мы надеялись, что в его каюте или рабочем кабинете найдутся какие-нибудь подсказки.
Отец связался с нами буквально через час. За это время мы успели привести себя в порядок и подготовиться к срочному вылету. Мобили и межпланетные шаттлы были доставлены к госпиталю.
— Лео, Кай, — эль Саавера набрал нас по видеосигналу. — Вы должны это видеть.
Он перевёл камеру на обстановку кабинета, который на первый взгляд выглядел как обычное помещение обычного доктора из расы большеголовых: идеальный порядок, всё подписано и расставлено по своим местам. По сути, не придраться, если не копать глубже...
Открыв ящики, Тайлер продемонстрировал нам аккуратно разложенные ампулы с неизвестной сывороткой ядовито-кислотного цвета. Они сразу же привлекли наше внимание, особенно наличие шести свободных отсеков, открыто свидетельствующих о недавнем использовании препарата.
Дыхание перехватило.
Догадка, посетившая наши головы, нам не нравилась. Потому что в кошмаре, который преследовал Ариану ещё с корабля, она пыталась спастись от существа, который хотел вколоть ей сыворотку... похожую на ту, что мы сейчас видели перед собой. Этим фактом она однажды поделилась с ос Дорсарро, а тот, соответственно, сообщил нам.
Рядом лежал журнал, куда от руки были вписаны результаты использования препарата. Журнал так и назывался «результаты эксперимента» — с формулировками расон, по всей видимости, особо не заморачивался, впрочем, как и с конспирацией. Он был настолько уверен в себе и своей безнаказанности, что оставил бумаги и ампулы на видном месте. Или же сделал это специально?! Скорее, второе.
— Открой, — произношу сдавленным голосом. Атмосфера накаляется с каждой минутой. Дышать становится тяжелее, нервы на пределе, но я чувствую, что мы как никогда близки к разгадке. — Найди Ариану Гонсалес.
— Сейчас, — отец кивает и принимается перелистывать страницы. С каждой последующей его лицо становится всё темнее и темнее. — Здесь десятки девушек... — цедит сквозь стиснутые зубы, — он же столько лет... чёрная дыра! Как такое возможно?! — Тайлер говорит и говорит, яростно комментируя каждую страницу. — Нашёл, да. Она последняя в списке. Самый удачный эксперимент, обведённый в цветную рамку.
— Эксперимент?! — внутри всё буквально закипает от злости. Держусь из последних сил. — Что он с ней сделал?!
Мы принимаемся тщательно изучать бумаги, так «любезно» оставленные доктором.
Посему выходило, что первым делом он проверял землянок на совместимость с расой жамилов. Под видом обычного забора крови определял ген, отвечающий за наличие или отсутствие истинной связи.
Надо сказать, что эта разработка вызывает восхищение… если бы он только направил её в нужное русло, а не использовал в своих грязных, жестоких намерениях.
В том случае, если у девушек обнаруживалась стопроцентная совместимость, большеголовый увеличивал количество посещений, прикрываясь удобными предлогами: поставить новейший переводчик, перепроверить состояние здоровья и другими. Находил любые причины, чтобы скрыть свои эксперименты перед владельцем агентства, которого, следует добавить, не особо волновали дела доктора, потому что он всецело доверял его компетентности.
Далее начинался сам эксперимент.
Вкалывая сыворотку, расон пытался блокировать связь избранных, делая её недоступной для определения жамилами. Тот самый барьер, из-за которого мы с Кайларсом не сумели почувствовать Ариану... у нас была настолько сильная связь, что для ограничения ему понадобилось ввести шесть ампул, которые имели побочные эффекты в виде потери памяти и кошмаров...
Всё это было прописано в журнале наблюдений и вызывало откровенный ужас, но более всего — следующий этап.
Расону было важно, чтобы наша встреча с Арианой состоялась и связь на уровне энергий установилась.
Он догадался, что сильная нить избранных могла быть только с будущим Императором и его побратимом, поэтому устроить нашу встречу не составило труда. Доктор знал, что нас будет тянуть к землянке, но почувствовать в ней эльвахиду мы не сможем, поэтому эксперимент был под контролем... Ключевое — был. Ровно до того момента, пока мы не выдали себя чрезмерно-активными поисками девушки.
Он планировал воспользоваться ей в качестве «устройства» для генерирования энергии жамилов, примерно как тем, что он вырубил нас в здании театра.
Кто-то
А теперь... после того, как Ариана пробыла под его контролем шесть недель, а мы с Каем ежедневно вливали в неё свою энергию?! Страшно представить...
— Нам нужен хафийц, — оценив все перспективы, сделал вывод Эдвард эль Ардерра. — Сириус Гарсон. Только он сумеет пробраться в его логово незамеченным. Марию мы втягивать не будем, даже несмотря на то, что она тоже может помочь.
— Согласен. — киваю в такт словам отца. — Я уверен, что нас ждёт хорошо подготовленная ловушка. Большеголовый не стал бы просто так оставлять координаты своей лаборатории. Мы должны быть предельно осторожными.
Хафийц — скрытый — خفي — [khafi]
Леонард эль Ардерра
Удивительно, но куда-то далеко нам лететь не пришлось. Судя по координатам, оставленным в кабинете большеголового, лаборатория располагалась на Кальби в одном из районов с малоэтажной застройкой.
Определив по карте точное месторасположение, мы увидели, что это обычный, с виду ничем непримечательный особняк, находящийся в достаточно уединённом месте. Он стоит в конце улицы, не граничит с соседями и со всех сторон окружён густыми зарослями. Согласно техническому паспорту, имеет один наземный этаж и два подземных. Идеальное место для логова одержимого учёного. Полностью соответствует всем канонам земных фильмов ужасов...
По плану, разработанному в максимально сжатые сроки, мы должны остановиться за несколько кварталов до конечной точки. Оттуда Сириус Гарсон, активировав способность исчезать, отправится в особняк, чтобы разведать обстановку и найти Ариану.
Предварительно Тайлер эль Саавера отключит все камеры в районе, подав объявление в имперскую сеть о проведении срочных ремонтных работ, чтобы наш прилёт остался незамеченным.
Нельзя исключать того факта, что доктор каким-то образом сумел подключиться к системе безопасности и через неё следит за окружающей обстановкой. Или же... имеет в союзниках тех, кто делает это за него. Поэтому мы постарались учесть каждый нюанс, чтобы обезопасить нашу малышку.
Кто знает, что взбредёт большеголовому, если он почувствует надвигающуюся опасность?!
Рисковать мы не можем.
Хотя весь наш план — это огромный риск. Прежде всего для нашей маленькой эльвахиды.
Норис ос Дорсарро в числе первых вызвался участвовать в спасательной операции. Он не жамил и соответственно не имеет связи с энергией, поэтому устройства большеголового на него не подействуют. По крайней мере, мы так предполагаем. Мухиф будет держаться поблизости, стараясь не вызывать подозрений, но при этом, в случае необходимости придёт на помощь в качестве физической силы.
Мария эль Кортерра-Альварез в девичестве Гарсон также вызвалась помочь в поисках нашей эльвахиды. Мы запретили сестре вылетать на место и использовать свои возможности хафийца, но не отказались от её умений удалённо взламывать любую электронику. После того как Сириус проберётся внутрь особняка, Мария сможет подключиться к системе умного дома, чтобы найти Ариану и помочь ей выбраться.
Я, Кайларс и отцы — Эдвард и Тайлер, а также проверенная команда безопасников будем ожидать сигнала в условленном месте через пару кварталов.
Около часа нам потребовалось на подготовку и реализацию плана.
Все на позициях. Готовы.
Да поможет нам Всевышний...
Ариана Гонсалес
— Что? — на глаза опускается пелена из слёз. Они набегают так быстро, что я не успеваю ничего понять, окончательно теряя контроль над своими эмоциями. Начинаю задыхаться, жадно хватая ртом воздух, и судорожно пытаться отыскать подвох в его словах.
Ведь это неправда?! Не может быть правдой!
— Как? Что ты несёшь?! — не верю ему, не хочу верить.
Нет... Пожалуйста, нет. Нет!
Но как бы я ни противилась и не старалась убедить себя в обратном, я вижу, что на этот раз он говорит правду. Весь его надменный, уверенный вид буквально кричит, что это не очередной хитрый ход, дабы сбить меня с толку и вывести на эмоции, это истина! Реальность, в которой я оказалась не без его помощи.
Получается неделя... Всего неделя осталась до операции. Ровно столько, сколько мне потребуется на обратный маршрут до Земли, если вылетать сегодня. Прямо сейчас.
Я не успею, не смогу собрать огромную сумму денег, чтобы оплатить лечение. Не смогу спасти своего маленького брата, который так надеялся на меня... который вот уже столько времени не получал ни одной весточки от старшей сестры и оказался брошенным, один на один со своим страшным недугом...
Небеса, Рон!
Резко соскакиваю с кушетки, на ходу срывая с себя датчики и установленные катетеры. Боли не чувствую, она притупляется под воздействием адреналина. Наспех прикрываюсь простынкой и хватаю первый попавшийся прибор с ближайшего стола, чтобы хоть чем-то защититься от большеголового.
Делаю несколько шагов назад, освобождая себе пространство, и угрожающе шиплю в сторону существа, не имеющего ничего общего с гордым званием доктора:
— Не подходи! — нервы накалены до предела, тело натянуто как струна, глаза пылают гневном. Боюсь представить, как сейчас выгляжу со стороны, но мне плевать! Я на пределе, на грани... будто нахожусь перед выбором: или всё, или ничего. И мне ведь действительно уже нечего терять, поэтому я буду брать
— Тише, тише... — говорит обманчиво тихо и ласково, словно обращается к неразумному, заигравшемуся ребёнку, пытаясь вразумить его и направить на путь истинный. Расон поднимает руки в примирительном жесте и, несмотря на предостережение, делает шаг ко мне. Затем ещё.
Однако я сейчас не в том состоянии, чтобы быть послушной и идти на уступки ублюдку, продержавшему меня в своей лаборатории полтора месяца.
Бегло осматриваюсь по сторонам и цепляюсь взглядом за стоя́щий рядом столик с каким-то неизвестным, но явно дорогущим оборудованием.
То, что нужно.
Шаг вправо, полшага назад и опять вправо. Действую быстро и, как мне кажется, хаотично.
Прикладываю все усилия и поочерёдно швыряю ценные приборы, а после и сам столик в сторону расона.
— Ты что творишь, человечка! — разъярённо рычит большеголовый, налету спасая остатки своего оборудования. Я пользуюсь его замешательством и перемещаюсь в другой конец помещения. — До этого момента я был к тебе добр, но сейчас ты узнаешь, какой я в гневе!
Его угрозы меня не трогают. Внутри бушует такой ураган из эмоций, что страх смещается куда-то далеко, за границу сознания. Инстинкт самосохранения отключается, а на его место приходит жажда — яркое, невыносимое желание уничтожить этого мужчину.
Не знаю, что будет дальше — все мои действия лишены здравого смысла... но так просто я не сдамся! Как минимум отомщу любыми доступными методами за потерянные возможности на спасение Рона, как максимум — всё-таки выберусь отсюда и первым же рейсом вернусь на Землю, а там уже что-нибудь придумаю.
Закончив разбирать устроенный беспорядок, расон вновь наступает на меня. Идёт медленно, словно хочет заставить меня бояться. Однако это бессмысленно. Я не боюсь.
Пячусь назад, продолжая переворачивать за собой всё, до чего удаётся дотянуться.
Его глаза горят недобрым блеском, прожигая насквозь, он посылает в меня проклятия и жестокие фразы, не предвещающие ничего хорошего...
Шаг. Ещё шаг. Расстояние сокращается. Между нами практически не остаётся свободного пространства. Бежать некуда.
И когда я начинаю мысленно готовиться к неминуемому, большеголовому поступает настойчивый сигнал на коммуникатор, который он, к счастью, не игнорирует.
Ариана Гонсалес
— Они знают, — раздаётся тревожный мужской голос по громкой связи. — Скоро будут у нас.
— Понял, — расон не разделяет обеспокоенности собеседника. Его голос звучит ровно, словно всё происходящее идёт чётко по плану. Именно так, как хочет он. И неудивительно, существа этой расы всё всегда просчитывают наперёд. Он знал, что эти
Большеголовый отключается и переводит на меня довольный, я бы даже сказала, торжествующий взгляд: — Появились неотложные дела, Ариана. К нам в гости едут твои избранные...
— Мои... кто? — вырывается, прежде чем я успеваю подумать, кому и зачем это говорю.
— Жамилы. — усмехается, а я в ответ приподнимаю бровь, требуя пояснений. Не знаю, откуда во мне столько смелости, наверное, до сих пор в крови хлещет адреналин.
В Аль Хоббена мне «посчастливилось» познакомиться с пятью мужчинами этой расы. Однако перед глазами сразу же возникают
— Кайларс эль Лаавера и Леонард эль Ардерра. — моя бровь взлетает ещё выше, когда я слышу фамилию действующего Императора. Лео его сын?!
— Не знала? — непроизвольно качаю головой, без слов отвечая на вопрос. — Ты их эльвахида. — продолжает свои откровения.
И вновь я слышу это неизвестное слово, которое согревает своим звучанием и отчего-то вызывает странное, совершенно необъяснимое чувство, очень похожее на внутренний трепет. Сердце начинает биться в удвоенном темпе, а затем будто замирает на миг...
— Впрочем, ненадолго. Поговорим об этом после. — «доктор» разворачивается в сторону двери и бросает через плечо. — Не думай, что ты так легко отделалась. Ты ещё за всё ответишь, Ариана Гонсалес. За всё!
Мужчина в пару шагов преодолевает расстояние до выхода, быстро нажимает код на панели справа от двери и покидает лабораторию, оставляя меня одну в разгромленном помещении.
Первым делом я бегу к двери, на ходу оборачиваясь простынёй и подвязывая её на греческий манер. Моей одежды в поле зрения не наблюдается, как и любой другой, а поиском скрытых шкафов заниматься некогда. Нельзя терять шанс попытаться выбраться отсюда, потому что другого может и не быть.
Расон был чересчур уверен в своих силах. Боюсь, он хорошо подготовился к приходу «гостей», а в таком случае через время он вернётся, чтобы наказать меня за разгром его детища.
Несколько раз нажимаю на кнопку открытия двери, но она, ожидаемо, не срабатывает, оповещая меня противным писком и требуя ввести код безопасности для разблокирования. На секунду прикрываю глаза и воссоздаю в памяти количество сигналов, прозвучавших минутой ранее.
Один. Два. Три. Четыре. Пять.
Значит, в коде было использовано пять символов. Это много... Чтобы подобрать правильную последовательность комбинации, потребуется не один и не два дня, и то, если не запутаюсь. У меня нет столько времени.
— Думай, Ари, думай!
В голове, как назло, ни одной дельной идеи. Пустота. Какая-то обречённость, граничащая с паникой и истерикой. Я даже не знаю, с чего начать. Мысли мечутся от одной к другой.
Лаборатория; потерянные шесть недель, проведённые без сознания; операция Рона и загадочные жамилы...
И вместо того, чтобы искать выход из сложившейся ситуации или хотя бы начать наобум вводить символы, надеясь на чудо, я против воли задерживаюсь на мыслях о мужчинах, рисуя в голове их яркие, реалистичные образы.
Леонард и Кайларс.
Безбожно красивые, мощные и опасные жамилы с невероятными глазами цвета морской волны и весенней листвы...
Они мои избранные?!
Расон сказал именно так, при этом в очередной раз упомянув таинственное «эльвахида».
Если о последнем слове я действительно ничего ранее не слышала, то об истинной связи между мужчинами и женщинами Аль Хоббена, более чем наслышана.
Они называют её благословением Всевышнего. Это — космическая связь, дарованная один раз и на всю жизнь. Нерушимая, единственная, самая сильная из всех возможных.
Встретить своего избранного или избранную — величайшее счастье, поэтому вторую половинку инопланетники берегут как самое ценное сокровище во всей Вселенной.
Но как так получилось, что я, обычная девушка с Земли, оказалась связана с жамилами — мужчинами из далёкой галактики?! Тем более сразу с двумя. Ведь если бы не сложные жизненные обстоятельства, благодаря и вопреки которым я прилетела в Империю, мы бы никогда не встретились.
Уму непостижимо!
Не понимаю...
Как и того, почему они вели себя так агрессивно в мою сторону на первой встрече, а на второй, наоборот, их будто подменили?
Почему?!
Если... если мы действительно избранные всё должно́ было быть по-другому с самого начала. Не знаю, как именно, но точно не так!
Зато теперь я прекрасно понимаю то невыносимое притяжение, которое испытывала к незнакомцам против доводов здравого смысла. Желание, чувства и эмоции, которым не могла найти объяснений.
Тогда получается, всё это правда?!
Я... Они... Мы...
Сильно зажмуриваюсь и встряхиваю головой, чтобы избавиться от болезненных ощущений в области сердца. В это тяжело поверить и я пока не готова принять
Отбрасываю мысли о жамилах, приказывая себе не думать о них. По крайней мере, не сейчас. Мне нужно выбираться отсюда, чтобы спасти Рона, с остальным буду разбираться позже. Так или иначе, к этому вопросу придётся когда-нибудь вернуться.
Делаю несколько глубоких вдохов и выдохов.
— Потом, — шепчу одними губами, — всё потом.
Распахиваю веки и начинаю пристально изучать символы на панели, пытаясь отыскать на них какие-нибудь подсказки. Разум очищается, перестаёт метаться из стороны в сторону и мне таки удаётся разглядеть то, что я ранее не заметила, пока находилась под влиянием сильнейшего эмоционального всплеска.
Мои глаза округляются, и я едва не взвизгиваю от радости, вовремя прикрывая рот ладонями. Вдруг за дверью стоят охранники или кто-то ещё?! Они не должны догадаться, что у меня появился шанс...
Я вижу маленькие капельки — неяркие отпечатки, оставленные аккурат на пяти символах после нажатия. То ли большеголовый поранился, то ли запачкался какой-то жидкостью из сломанного оборудования... впрочем, это неважно! Важно лишь то, что он не заметил следов, благодаря чему количество комбинаций уменьшилось в сотни раз.
Начинаю вводить. Первая, вторая, третья попытка. Каждая из них оказывается неудачной, но я не отчаиваюсь, пробуя снова и снова.
Иногда я сбиваюсь, забываю, пробовала эту комбинацию или нет, но чувство приближающейся свободы подгоняет меня двигаться вперёд и не сдаваться!
Спустя полчаса или час точно не знаю, время будто перестало существовать, я понимаю, что позади уже около трети вариантов. Осталось всего ничего и мне удастся выбраться из ловушки. Я справлюсь, верю в свои силы.
Делаю небольшую передышку, чтобы размять затёкшие пальцы, отдышаться и избавиться от напряжения, охватившего всё тело.
Тишина в помещении бьёт по оголённым нервам.
— Ещё чуть-чуть, — подбадриваю себя, — ты справишься, А...
— Ариана... — вздрагиваю, а после замираю с занесённым пальцем над панелью с кодовым замком, так и не прикоснувшись.
Ариана Гонсалес
Не понимаю, это последствия длительного пребывания в бессознательном состоянии или... или я действительно слышу своё имя?
— Ариана! — повторяется чуть громче.
Кажется, мне вовсе не кажется.
Оглядываюсь в поисках источника звука, но стараюсь делать это незаметно: практически не поворачивая головы, лишь двигая глазами в разные стороны.
— Ариана? — из динамиков компьютера — единственного уцелевшего устройства после погрома, раздаётся приятный, достаточно молодой женский голос, который с маниакальной настойчивостью зовёт меня по имени. — Ариана, я вижу тебя. А ты... ты меня слышишь?
Застываю. Буквально цепенею от страха. Грудь болезненно сдавливает, словно кто-то схватил и удерживает меня, всеми силами мешая сделать глубокий вдох.
Чувствую себя преступником, пойманным на месте преступления, который не знает, как правильно поступить: сдаться и отреагировать или сделать вид, что ничего не происходит.
— Ариана, ответь, пожалуйста!
Кто она?
Первая мысль, которая всплывает в голове не самая приятная, но достаточно реалистичная в текущей ситуации.
Разум, пострадавший от действий инопланетников, считает, что девушка — пособница большеголового, которая всё это время следила за моими жалкими попытками выбраться из лаборатории. А сейчас, когда я так близка к разгадке комбинации, хочет сбить с пути, отвлекая пустыми разговорами. Хочет выиграть время для сумасшедшего «доктора», чтобы у меня не получилось сбежать. Ведь для чего-то я нужна ему, раз он удерживал меня целых шесть недель?!
Логично? Вполне...
Второй мысли и нет вовсе.
Я окончательно разочаровалась в инопланетниках и не могу им верить. Будь то женская особь или же мужская. Каждый из них преследует свои цели, а я... я свои.
В данный момент одну-единственную — поскорее покинуть это место.
Решаю всё-таки не отвечать, притворившись, что не слышу, и продолжать пробивать путь к своей свободе. Нельзя сдаваться за шаг до успеха!
Беру себя в руки. Пара глубоких вдохов и медленных выдохов приводят меня в чувства.
Несмотря на дрожь в руках, я начинаю вводить новые комбинации... к сожалению, безрезультатно, однако я не останавливаюсь.
Пробую.
Снова и снова.
Пробую, но сбиваюсь под непрекращающийся бубнёж на заднем фоне. Девушка не оставляет попыток достучаться до меня, продолжая требовать ответа. Настойчивая и очень назойливая. Если она не прекратит изводить моё и без того израненное сознание, я так и останусь в логове чудовища. Этого нельзя допустить!
Не выдерживаю натиска, разворачиваюсь и делаю несколько шагов в сторону компьютера.
— Что тебе нужно? — гневно шиплю, с силой стискивая кулаки до ранок на нежной коже.
Чувствую болезненный укол в сердце, но отмахиваюсь от причитаний проснувшейся совести. Подобный тон в общении мне совершенно несвойственен, но я сейчас не в том положении, чтобы подстраиваться и выглядеть хорошей в глазах неизвестной. Мне не до церемоний и любезностей.
— Кто ты?! — добавляю яростно.
— Ариана, меня зовут Мария. Я младшая сестра Лео... — она делает паузу, будто подбирает слова или же следит за моей реакцией, чтобы продумать дальнейшую стратегию в общении.
Я пользуюсь передышкой и быстро перебираю в голове всё, что знаю об императорской семье.
Мария, Мария, Мария...
Младшая дочь землянки — Дианы эль Саавера-Ардерра-Гарсон.
Около двух лет назад о Марии много писали в сети, хотя до этого она оставалась самой загадочной фигурой своей семьи.
Похищение. Взятие крупнейшей группировки преступников Земли и Аль Хоббена. Первый случай, когда избранным инопланетной женщины стал землянин.
Всё эти события ярко описывались в межгалактической прессе.
Не то чтобы я следила за светскими новостями, но должность администратора предполагала наличие таких знаний. Владелец отеля грезил когда-нибудь принять правящую верхушку Аль Хоббена, поэтому мы были вынуждены изучать о них информацию, чтобы не попасть в нелепую ситуацию или, не дайте Небеса, подставиться.
Теоретически девушка может говорить правду, но теперь я никому не верю. Мне нужно знать больше!
— Брат с командой прямо сейчас занимаются твоим спасением, мой отец уже в доме. Остальные на подходе. — продолжает Мария, так и не дождавшись ответа на своё приветствие. — Я здесь, чтобы помочь тебе.
После её слов в сердце зажигается маленький огонёк надежды, но тут же гаснет, сталкиваясь с суровой реальностью.
— Как я могу тебе верить, Мария? — голос уже не такой раздражённый, как был прежде. Мне изо всех сил хочется уцепиться за эту возможность, но что-то всё-таки останавливает...
Страх.
Страх быть пойманной в новую ловушку.
Большеголовый покидал лабораторию со стойкой уверенностью в своей победе. Возможно, эта девушка — часть его коварного плана. Я не могу так рисковать.
— Лео и Кай нам всё рассказали... Они тоже были в коме и пришли в себя только после того, как очнулась ты...
— Это ничего не доказывает! — начинаю злиться, когда она вновь затрагивает тему жамилов. Девушка попросту тратит моё время. Я не могу сосредоточиться и вернуться к подбору комбинации кода, когда меня постоянно сбивают и отвлекают.
— А ты стойкая, Ариана. Мне это даже нравится, брату повезло, — в её словах слышится искренняя улыбка. Настоящая. Я даже хочу ей поверить, но притормаживаю и жду, что она скажет дальше. — Согласна с тобой, это ничего не доказывает. Как насчёт того, что вы познакомились на дне рождения Леонарда, затем встретились в театре и эти двое как маньяки преследовали тебя, чтобы поговорить? Но разговор пошёл не по плану, потому что они почувствовали в тебе эльвахиду...
— Кто такая эльвахида? — перебиваю. Наверное, сейчас не время и не место заниматься обсуждением теории. Однако это слово... оно вызывает во мне бурю эмоций. Чтобы справиться с ней, я должна знать, что оно означает.
— Единственная. Та, кому принадлежит сердце жамила. У нас их два. Одно навсегда отдано эльвахиде. — Мария мечтательно вздыхает. — Брат десять лет искал тебя по всей Империи... но оказалось, что ты находилась в недосягаемости на другом конце Вселенной, как и моя мама в своё время. Я действительно хочу помочь тебе, Ариана. Рон очень ждёт встречи с тобой...
— Что ты знаешь о моём брате?! — при упоминании о единственном близком мне человеке внутри с новой силой вспыхивает гнев.
— С ним всё в порядке. Он в госпитале. Через неделю должна состояться операция. Твои избранные позаботились о малыше. — говорит твёрдо и уверенно, не позволяя мне усомниться в своих словах. — Тебе не о чем волноваться, Ари. Сейчас главное — выбраться оттуда и срочно отправляться на Землю.
— Хорошо, — шепчу, с трудом сдерживая слёзы. Всё, что касается Рона, выбивает меня из колеи. Особенно сейчас. — Я... я тебе верю. — возможно, я пожалею. Возможно, моя доверчивость заведёт меня в ловушку. Возможно, да, но я так чувствую. — Прости за грубость, Мария... — считаю нужным извиниться.
— После того, что ты пережила, тебе не за что просить прощения. Подожди... — она отвлекается на пару мгновений. — Мне сообщили, что Кай и Лео на подходе к особняку. Твой друг мухиф тоже с ними. Теперь настала наша очередь, — говорит с азартом, — сейчас я взломаю код безопасности.
— Я видела символы, — называю по памяти, — надеюсь, это поможет ускорить процесс.
— Отлично и готово. Похоже, расон особо не заморачивался...
Девушка диктует мне набор символов в правильной последовательности. Я спешу к двери, чтобы ввести чёртов код и покинуть это место.
Один. Два. Три. Четыре. Пять. Осталась последняя кнопка, над которой мой палец замирает.
— Давай, ты справишься, Ариана.
— Да, — шумно втягиваю носом воздух.
Нажимаю... и хватаюсь за грудь в области сердца, чувствуя невыносимую боль.
Леонард эль Ардерра
Сириус Гарсон, активировав невидимость — эксклюзивную возможность расы хафийцев, без проблем пробирается на придомовую территорию особняка большеголового.
Мы следим за его действиями через устройство, прикреплённое на груди, пока сами находимся в мобилях за пару кварталов до цели.
Было принято решение как можно дольше оставаться в тени, чтобы не спугнуть и не разозлить «доктора», который в порыве гнева или паники, способен навредить Ариане. Если она действительно у него... несмотря на возникающие сомнения, факты говорят именно об этом.
Мы очень надеемся, что девушка находится в особняке, потому что других вариантов, где её искать, у нас нет. Это последняя зацепка, дальше тупик.
Мария тем временем пытается незаметно взломать систему безопасности расона, чтобы отец проник внутрь особняка, а также чтобы найти, в какой из множества комнат, держат нашу избранную.
Для сестры нет ничего невозможного: вижу цель, не вижу препятствий. Поэтому уже через пару минут усиленной работы она сообщает, что Гарсон может входить в дом через открытый запасной выход.
Она подключается к камерам слежения и контролирует маршрут отца, дабы исключить любое столкновение с существами, находящимися в особняке. Мы не уверены, какими технологиями владеют расоны, поэтому решаем перестраховаться, избегая ненужных встреч.
Вдруг у них имеется устройство, способное увидеть или почувствовать хафийца? До сегодняшнего дня о существовании чего-то подобного мы не слышали, но кто знает, насколько далеко зашли большеголовые в своих разработках... не удивлюсь, что они и здесь преуспели, а нас оставили в неведении.
Сигналы с камер транслируются всем участникам спасательной операции. Мы видим то же, что и Мария: наблюдаем за передвижением и параллельно отслеживаем количество противников, фиксируя их позиции и боевое снаряжение.
Зная о наличии опасных для жамилов устройств, как минимум двух, следует быть предельно осторожными и последовательными, отмечая любые мелочи, потому что они могут оказаться решающими.
Каждый шаг пытаемся просчитывать наперёд, чтобы не уступать большеголовым в тактике и подготовке. Они наверняка устроили нам ловушку, где одним выстрелом планируют избавиться от двух целей: нынешнего и будущего правителей...
Предугадать, что отец пойдёт с сыном ради спасения его эльвахиды, не составит труда. Впрочем, как и все остальные члены императорской семьи.
За годы правления Эдварда эль Ардерра мы показали себя настоящей, дружной и любящей семьёй — командой, где один за всех и все за одного. Всё благодаря маме, которая сплотила нас, научила безусловно любить и смотреть на мир другими глазами. Глазами человека, по воле Всевышнего оказавшегося на другом конце Вселенной среди инопланетных существ.
Оставлять Аль Хоббена без власти жамилов чревато последствиями. Всё выйдет из-под контроля и покатится в чёрную дыру, когда граждане поймут, что привычная верхушка правления свергнута и уничтожена. Мирные жители пострадают, начнётся хаос, затем война и беспощадная борьба за власть... и это я не говорю о том, что подтянутся и другие Империи из соседних галактик, желающие прибрать к рукам развивающиеся, богатые креди́тами и месторождениями планеты.
С раннего детства я ощущаю связь с Аль Хобена на уровне энергий — ярких, разноцветных волн, пронизывающих каждую точку пространства. Чувствую изменения, живу вместе с ней. Империи не справиться без защиты жамилов и нашей силы... поэтому всё намного серьёзнее, чем кажется на первый взгляд.
Наша операция не просто вызволение эльвахиды из лап одержимого учёного-экспериментатора, желающего получить чужую силу, власть и креди́ты, это спасение целого мира! Восстановление системы, которая развалится с потерей важного винтика своего сложного механизма...
Мухиф ос Дорсарро держит связь, отчитываясь о каждом своём шаге. Сейчас он старается незаметно подобраться к особняку, чтобы в случае чего первым прийти на помощь Сириусу. Но это его второстепенная задача, а главная есть и остаётся — ликвидация устройства расонов, которое на мухифов не действует.
Мы с Кайларсом рвались в бой в первых рядах, но здравый смысл и доводы отцов нас остановили.
«Доктор», скорее всего, ждёт от нас импульсивности, глупых поступков на эмоциях и, соответственно, непоправимых ошибок.
Нельзя поддаваться его провокациям и совершать необдуманные действия, если хотим добиться успеха в этой войне... поэтому мы сидим тихо, насильно удерживая себя на месте, и ожидаем сигнала от бывшего ищейки.
Мария по камерам следует из одной комнаты в другую, ища нашу девочку, а мы, затаив дыхание, наблюдаем за процессом.
— Где же она?! — Кай нервно тарабанит по рулю, не сводя горящих глаз с панели, на которой транслируется особняк большеголового.
— Терпение... — не понимаю, кому это говорю: себе или побратиму?
Мы оба на взводе. Держимся буквально на последних крупицах сил, словно очутились в бесконечном потоке метеоритов, где любое неверное движение равно смерти... настолько мощно мы погрязли в страхе потерять избранную, которую даже не успели приобрести.
— Есть! — в ухе раздаётся радостный визг моей младшей сестры.
Я не сомневался в её успехе, потому что если Мария берётся за дело, то доводит его до конца, но всё-таки боялся, что мы пошли по ложному следу, а Ариану на самом деле держат в другом месте или другие существа.
— Что? — произносим одновременно с эль Лаавера. Сумасшедший коктейль эмоций обрушивается с одним лишь словом. Здесь и радость, и надежда, и какое-то невероятное тёплое чувство, пробирающее до мозга костей и... страх, что в конце концов у нас ничего не получится.
— Я нашла Ариану! Нашла, нашла, нашла! Кто молодец? Я — молодец! — слышу, как сестра хлопает в ладоши, не переставая нахваливать себя за успех. В её духе, поэтому мы ждём, когда схлынет первая волна эйфории, а она вновь станет серьёзной и включится в работу. — Секунду, сейчас покажу вам.
Секунда тянется невыносимо долго. Тысячи мыслей успевают промелькнуть в голове и накрутить мой воспалённый разум до невероятных масштабов... но вот несколько щелчков и перед глазами появляется картинка.
Шумно выдыхаем.
Мы видим разгромленное помещение лаборатории и нашу девочку, которая стоит около двери спиной к камере слежения. Она укутана в полупрозрачную простыню, а ярко-розовые волосы красиво спадают чуть ниже лопаток. Ариана занята подбором кода и даже не подозревает, как мы бесконечно счастливы видеть её живой!
Непроизвольно рука тянется к экрану панели. Как же хочется коснуться её, убедиться, что она настоящая. Хочется, но нам остаётся только наблюдать.
Следующим этапом Мария пытается установить связь с нашей эльвахидой. И вот тут возникают первые трудности, а следом подтягиваются все остальные...
— Говорить вы не сможете, только я. Там что-то со связью. Сигнал не проходит, — сообщает сестра.
Сначала она долго настраивает канал связи, затем ещё дольше добивается ответа от Арианы, которая ни в какую не желает идти на контакт. В вопросе доверия её можно понять. Я и Кайларс собственноручно настроили девушку против себя. Много ошибок совершили, за которые теперь расплачиваться и расплачиваться. Уже начали это делать.
Во время того, как малышка всё-таки откликается и включается в разговор с Марией, нам поступает срочный сигнал от Сириуса.
Отец приказывает незамедлительно вылетать в особняк большеголового, что мы и делаем, не споря и не спрашивая о причинах спешки. Всё и так понятно. Что-то случилось, и требуется наше срочное вмешательство.
Сестра остаётся поддерживать Ариану. Я полностью доверяю ей, знаю, что Мария справится и найдёт подход к нашей девочке, а после поможет выбраться из лаборатории. Всё для этого сделает.
До места добираемся за пару минут. Кай выжимает из мобиля всё, на что он способен. Останавливаемся у соседнего дома, не рискуя сразу подлетать ближе. Связь начинает сбоить, отчего сигналы от отцов и Марии поступают неполными и с длительной задержкой.
Внезапно всё уличное освещение отключается, погружая окрестности в непроглядную тьму, а со стороны особняка раздаются залпы выстрелов.
Переглядываемся с эль Лаавера и понимаем — началось.
Леонард эль Ардерра
Сердца заходятся в бешеном ритме от нехорошего предчувствия. Буквально каждой клеточкой тела чувствую приближающую беду... поэтому на всякий случай отправляю сигнал на подкрепление, вызывая все силы императорской службы безопасности.
Я, Кайларс и отцы — Тайлер и Эдвард, а также команда бойцов покидаем мобили и спешим к месту перестрелки.
Быстро оценив обстановку, понимаем, что преимущество на стороне подготовленных расонов, оттесняющих наших с территории особняка.
Первым замечаем Сириуса, который деактивировал свою способность, и оказался видим для окружающих, затем и Нориса ос Дорсарро. Мужчины отстреливаются от наступающих большеголовых, одетых в защитные костюмы и прикрывающихся силовыми барьерами. К таким просто так не подобраться. Без энергии с ними не справиться.
Вступаем в борьбу, действуя по наитию. Другого выхода из сложившейся ситуации
Численность противников неустанно нарастает. Их гораздо больше, чем нам удалось разглядеть по камерам слежения.
Кажется, будто поток существ нескончаем... Они как маленькие, надоедливые сарсуры вылезают отовсюду — буквально из-за каждого угла и крутятся под ногами. Их лица искажены злобой и ненавистью, а глаза не выражают ничего, кроме желания уничтожить нас. В них нет жизни, нет любви и сострадания. Бездушные машины для убийств, с которыми нам предстоит сражаться.
Делаю попытку призвать свою силу жамила, но она, ожидаемо, не откликается. Между нами глухая стена, которую не пробить, сколько бы ни пытался этого сделать. Скорее всего, по периметру территории особняка стоят устройства, заглушающие возможности моей расы, благодаря которым нас считают самыми сильными существами во Вселенной.
Без силы остаются только скорость передвижения и реакций, в остальном я сейчас ничем не отличаюсь от обычного среднестатистического человека. За одним лишь дополнительным исключением: у меня не одно, а два сердца, которые разрываются от мысли, что я не смогу спасти Ариану.
Особенно моя. Не отнесись я к ней так при знакомстве, возможно, всё было бы по-другому. Побудь я рядом чуть дольше, то почувствовал бы, признал и разобрался в причинах отсутствия видимой связи... Сделал бы хоть что-то, но избежал этих страшных, неконтролируемых последствий. Избежал той бойни, что сейчас разворачивается перед глазами, участником которой я являюсь.
Пытаюсь держаться ближе Кая, чтобы не терять побратима из видимости. Мы вместе движемся в сторону мухифа, дабы помочь ему добраться до устройства, использующего энергию пространства и способного навредить нашей расе. Именно того, которым нас оглушили в театре и отправили в мучительно долгое сновидение.
Но для начала следует стать полноценными жамилами и вернуть силу, уничтожив блокираторы.
Спустя пару минут сражения, внутренняя связь между командой окончательно теряется. Мы не слышим друг друга и не знаем, как действовать дальше. Стратегия и план не сработали. Ловушка расонов захлопнулась. Мы в самом эпицентре.
— Кай, — кричу другу, — срочно определи месторасположение устройств! — тянуть больше некуда, необходимо брать всё в свои руки.
Эль Лаавера хорош во всём, что касается разведки и поиска, он сумеет почувствовать, откуда идёт блокирующий сигнал.
— Я тебя прикрою! — говорю и сразу же использую дополнительный щит, закрывая побратима от выстрелов.
— Одно есть, — эль Лаавера стоит с закрытыми глазами и указывает пальцем куда-то в сторону, — там ещё, — теперь в противоположную. — Больше нет. Их всего два на территории, но мощных. Лео, давай разделимся?!
Всё внутри противится этому решению. Внутренний голос настаивает, что нам нельзя разделяться.
— Не лучшая идея, — отвечаю, стреляя в противника, подобравшегося слишком близко. — Давай вместе, будет чуть дольше, но... — не успеваю договорить. Раздаётся болезненный крик одного из бойцов нашей команды. Безопасник. Ранен или убит. Затем ещё один... и ещё.
Чёрная дыра!
— У нас нет времени, — Кайларс озвучивает мои мысли. — Делимся, уничтожаем приборы и возвращаемся сюда же. Кто встретит Нориса, берёт его с собой. Дальше без его помощи не справиться.
— Хорошо, брат, — скрипя зубами, всё-таки соглашаюсь. — Будь осторожен, — я не хочу его отпускать, но выбора действительно нет. Уже несколько существ пострадали, дальше будет только хуже. Большеголовые выигрывают в численном преимуществе, без силы жамилов нам не победить...
Кайларс эль Лаавера
Лео нехотя соглашается разделиться. Я и сам понимаю, что это не лучшая идея, потому что так мы становимся наиболее уязвимыми, но по-другому уже не получится. Нужно чем-то рисковать.
Если один из нас пострадает, второй точно будет жить. Потеря не будет напрасной!
Когда-то давно мы с побратимом обещали друг другу «не сдаваться, не оглядываться на прошлое и продолжать жить, несмотря ни на что». Пожалуй, сейчас настал момент исполнять свои обещания.
Я точно не сдамся. Буду бороться до конца, пожертвовав всеми своими силами, а если потребуется, то и самим собой.
Перебежками пробираюсь к устройству.
Первым делом следует убрать блокировку, а после уже заниматься ликвидацией опасного оружия против жамилов. В совокупности они дают максимальный эффект, но если избавиться от первого, против второго будет больше шансов. Наша команда станет гораздо сильнее.
Отстреливаюсь. Меня сопровождают бойцы, прикрывая тылы. Норис ос Дорсарро по пути не попадается, значит, удача с его поисками будет на стороне эль Ардерра.
Добираюсь до места. В кустах замечаю небольшой, но мощный аппарат, от которого фонит вырабатываемой энергией. Наклоняюсь, чтобы ликвидировать устройство и сменить перевес сил в нашу сторону.
Чувствую невероятный прилив, будто внезапно оживаю, когда разбиваю вдребезги разработку расонов. Барьера больше нет, энергия откликается, а значит, и Лео добился успеха, добравшись до второй точки. Сейчас всё должно измениться. Осталось совсем чуть-чуть.
Выдыхаю.
Теперь нужно возвращаться к побратиму и его отцам, чтобы раз и навсегда закрыть вопрос с предателями и спасти нашу девочку.
Поднимаюсь и разворачиваюсь, чтобы поспешить к своим, но сталкиваюсь с большеголовым «доктором», направившим на меня то самое опасное оружие. Не сказать чтобы он расстроился от потери преимущества, выражение его лица выглядит донельзя довольным.
Губы расона растягиваются в ядовитой ухмылке, и он не раздумывая нажимает на кнопку... у меня есть лишь доли секунд, чтобы решить, как действовать дальше.
Раз. Выставляю щит, притягивая волны энергии.
Два. Мой барьер встречается с невероятной мощью устройства.
Три. Защита не выдерживает натиска и разбивается.
Четыре. Чувствую боль. На фоне начинается суматоха и слышится отчаянный крик моего побратима.
— Кай!
Пять. Отключаюсь, погружаясь во тьму...
Сарсур — таракан — صرصور — [sarsur]
Леонард эль Ардерра
Без особых проблем добираюсь до своей точки с устройством. Не думая ни секунды, уничтожаю его, но искусственно созданный барьер расонов продолжает блокировать мою силу. Значит, Кай ещё на пути к цели. Нужно помочь ему!
Сердца стучат с невероятной скоростью, будто норовят пробить грудную клетку и отправиться в свободное путешествие. Паника и страх накатывают мощными, беспощадными волнами, повышая адреналин в крови. Интуиция теперь не просто предупреждает, она буквально вопит о надвигающейся опасности.
Что-то должно случиться...
Срываюсь с места и, отстреливаясь от противников, спешу к эль Лаавера. По пути встречаю мухифа, ловко орудующего четырьмя руками:
— Норис, срочно за мной. Давай же! — перекрикиваю хаос, творящийся вокруг. Мужчина, кивнув, движется в мою сторону.
Нас окружают, будто специально не дают пройти дальше. Тормозят, атакуют. Приходится задерживаться, чтобы расчистить себе дорогу. Чувствую, что на счету каждая секунда, а эти ублюдки так и норовят отнять у нас драгоценное время!
Остаётся совсем чуть-чуть.
Внезапно энергия окутывает моё тело, наполняя каждую его клеточку. Кайларс смог, он добрался до своей цели и уничтожил второй блокиратор. Теперь мы стали сильнее, полноценными жамилами!
— Всё будет хорошо, — пытаюсь успокоиться, но страх никуда не исчез, а, наоборот, достиг каких-то невероятных масштабов.
Призываю силу, расталкивая скопившихся сарсуров, и тогда перед глазами предстаёт следующая картина:
Сквозь тьму и яркие вспышки выстрелов я замечаю своего побратима — самого близкого существа во всей Вселенной. Перед ним словно из ниоткуда возникает предводитель большеголовых. Он направляет устройство в грудь эль Лаавера, победно скалится и, не мешкая ни секунды, нажимает на кнопку...
Время останавливается. Я вижу всё словно в замедленном действии.
— Кай!
Стараюсь поделиться с ним силой, подпитывая щит, который он с трудом, но успел создать за те доли секунд, что у него были... Я пытаюсь сделать хоть что-то, однако мощность устройства настолько велика, что даже нас двоих не хватает, чтобы противостоять ему.
— Кайларс! — его жизненные силы утекают как вода сквозь пальцы...
В пару шагов преодолеваю разделяющее нас расстояние. Падаю на колени, подхватываю брата и направляюсь в дом, раскидывая встречающихся по пути противников.
Краем глаза замечаю, что ос Дорсарро сражается с большеголовым, пытаясь отнять и уничтожить устройство. Рядом появляются отцы, которые что-то кричат и тоже вступают в борьбу.
Здесь я больше не нужен, они справятся. Мне нужно спасти своего побратима.
Ариана Гонсалес
— Кай... — неожиданно вырывается имя зеленоглазого жамила.
— Ариана, что случилось? — словно сквозь толщу воды слышу встревоженный голос Марии. — Я не хотела тебе говорить, но связь с командой потеряна. Думала, может, какой-то сбой?! Я не знаю, что у них происходит... не выходи сейчас, вдруг там опасно. Чёрная дыра, чем только думала... Я же обещала брату помочь тебе! — тараторит, паника в её словах набирает обороты.
— Я нужна им, — сама не верю, что говорю это. Просто чувствую. На каком-то космическом уровне, неподдающемся разумному объяснению или логике.
— Стой, пожалуйста, не уходи... Ариана... Ариана!
Молча переступаю порог и иду в неизвестном направлении. Туда, куда меня тянет невидимая ниточка.
Не знаю, какая сила сейчас управляет мной, но я ей доверяю всем сердцем.
Наверное, мои мысли звучат абсурдно, а сама я выгляжу, мягко сказать, немного сумасшедшей, однако этому невозможно противиться. Так правильно. Только так и никак иначе.
Ноги подкашиваются и дрожат. Ледяной каменный пол морозит босые ступни. По спине пробегает холодок, а волосы на затылке встают дыбом, реагируя на каждый шорох. Я вся сейчас словно оголённый провод. Напряжена до предела.
Основной свет в коридоре отключён, работает только аварийное освещение. Красное, тусклое, ужасающее. Но я не реагирую на страх, тянущий ко мне свои ядовитые щупальца, я доверяю чувствам и продолжаю идти вперёд.
Коридор заканчивается лестницей, которая ведёт наверх. Оттуда доносятся крики и звуки выстрелов. Там опасно, но меня это не останавливает.
Хватаюсь за перила и поднимаюсь выше. Сначала иду медленно, с трудом переставляя непослушные ноги. Но потом что-то внутри начинает подгонять, и я понимаю, что следует ускориться. Силы появляются будто из ниоткуда.
Один этаж, второй. Мне сюда. Сворачиваю в помещение, издалека похожее на большую гостиную.
Вижу силуэт мужчины, склонившегося над неподвижно лежащим телом. Мне не нужно подходить ближе или спрашивать, я знаю, что передо мной жамилы — Кай и Лео. Чувствую их так же хорошо, как и прежде.
Шаг, второй, третий. Не свожу взгляда с мужчин, иду практически на ощупь, из-за чего врезаюсь в стол, с которого что-то падает, разрывая мёртвую тишину. Я и не заметила, что шум вокруг прекратился: ни выстрелов, ни криков. Ничего.
Мужчина вздрагивает и поднимает на меня ярко-голубые, светящиеся тоской и болью глаза.
— Ариана... девочка, ты в порядке? — голос безжизненный, но в то же время он рад меня видеть. Чувствую это.
В ответ на его вопрос лишь киваю, не в силах вымолвить и слова. Горло сдавливает болезненным спазмом, а глаза тотчас наполняются слезами, когда взгляд утыкается в бездыханное тело зеленоглазого жамила.
Действуя на каких-то неведомых инстинктах, я бросаюсь к Каю, падая на колени около дивана. Не осознаю себя, но будто точно знаю, что делаю.
Беру левой рукой его правую руку и прикладываю к своей груди. Прямо к сердцу, что бьётся сейчас невероятно быстро. Сама проделываю то же самое, свободной рукой прикасаясь к его. Когда контур замыкается, внутри меня вспыхивает искра и разрастается в настоящий пожар, огонь которого передаётся мужчине.
— Я помогу, — говорит Лео и тянет ко мне руку. — Ты позволишь прикоснуться? — вновь киваю.
Он прикладывает свою ладонь к месту соприкосновения наших рук на моей груди, а вторую кладёт на своего побратима.
Жар увеличивается в геометрической прогрессии. Я уже не горю, я пылаю от той силы, что бережно окутывает нас.
Мне кажется, я вижу разноцветные потоки и могу их контролировать. Управлять. Сейчас я желаю, чтобы мужчина очнулся и этот кошмар закончился, поэтому направляю энергию к зеленоглазому.
Она восхитительно красивыми волнами проникает в тело Кайларса, наполняя его жизненными силами. Сердце, бившееся до этого еле слышно, начинает разгонять свой темп, а после, к нему присоединяется и второе... то, что до этого молчало.
Кай делает глубокий вдох и распахивает свои зелёные глаза цвета весенней листвы. В них плещется счастье. Невероятное, искреннее, тёплое.
— Ари-ана, — хрипит, начиная невесомо поглаживать мою руку и обжигать сильнее, чем энергия, возвратившая его к жизни, — ты рядом.
Облегчённо выдыхаю. У нас получилось. Но теперь...
Резко вырываю ладонь и отскакиваю на несколько шагов назад, выигрывая себе свободное пространство. Разум освобождается от воздействия избранности, и я снова становлюсь само́й собой — той, для кого эти мужчины чужие... практически незнакомцы.
— Вы помогли мне, я вам. — несмотря на то, что слова даются с трудом, стараюсь говорить твёрдо и бескомпромиссно. — На этом всё...
Смотрю куда угодно, но только не на жамилов, потому что их взгляды ранят сильнее, чем острое лезвие.
Ариана Гонсалес
Перевернувшись набок, я прикрыла глаза и в очередной раз попыталась убедить себя, что всё сделала правильно.
Тогда. В особняке «доктора»-расона. Шесть дней назад.
Выбор стоял между мужчинами, о которых я ничего не знала, и братом, пережившим рядом со мной смерть родителей и все трудности, что на нас навалились за последние три года.
Результат этого выбора был очевиден, о чём изо дня в день и твердила рациональная часть моего разума. Однако сердце напрочь отказывалось с ней соглашаться. Оно тонуло в океане горьких слёз... и винило меня, что не попробовала, не узнала лучше и не дала жамилам ни единого шанса.
Просто ушла, даже не задумавшись о том, что можно было не выбирать...
После слов «на этом всё», я развернулась и медленно направилась к выходу из особняка. Никто из мужчин даже не попытался меня остановить.
— Значит, так и должно́ было случиться! — убеждала себя, невзирая на боль, пронзающую мою душу с каждым пройденным шагом.
Мы никто друг другу. Незнакомцы. Они это приняли.
Наверное, они ошиблись. Недаром ведь не сразу опознали во мне эльвахиду... может, это был знак, что не стоило и начинать?!
С этими мыслями я переступила порог дома, так и ни разу не оглянувшись.
Среди сотни специалистов императорской службы безопасности отыскала Нориса ос Дорсарро и попросила его устроить мне встречу с правителем. Мухиф участвовал с ним в спасательной операции, поэтому я посчитала, что ему удастся это сделать... и не ошиблась.
Эдвард эль Ардерра руководил зачисткой территории, но увидев меня, сразу же передал дела и согласился на личный разговор.
Я обрисовала ему ситуацию, объяснив, как всё выглядело с моей стороны, и попросила о помощи. Впервые. Осознанно. Потому что объективно другого варианта быстро добраться до Земли, у меня не было. Самостоятельно это бы заняло слишком много времени, которого в запасе уже не оставалось.
Порадовало, что Император не стал задавать неудобных вопросов, например, почему я сейчас не с его сыном?! Он молча принял мой выбор и помог.
Через десять минут за мной прибыл шаттл, который доставил на орбиту Кальби, где уже ожидал отправления корабль на Землю...
С тех пор прошло шесть дней. Мучительно сложных и долгих дней.
Не было ни минуты, чтобы я не вспоминала о жамилах. Образы блондинов будто татуировкой отпечатались на веках, потому что стоило мне прикрыть глаза, я их видела. Грустных, поникших, с потухшими голубыми и зелёными радужками глаз.
Всё правильно, да... но тогда, почему же так плохо?!
Осталось всего ничего, и я наконец-то увижусь с Роном. Завтра малышу предстоит последняя, самая важная и сложная операция, где рядом с ним будет его старшая сестра. Поддерживать, оберегать и молиться Небесам о благополучном исходе лечения, а потом вместе радоваться, что всё закончилось!
Только мысли о брате и общение с ним помогали мне бороться с непрекращающейся болью в сердце. В последнюю неделю его лечащий врач позволил звонить каждый вечер на пять минут, что я и делала, пользуясь возможностью забыться и переключиться на реальные проблемы, требующие моего участия.
По приказу Эдварда эль Ардерра на корабле мне предоставили новый коммуникатор и свежую одежду, а также выделили одну из самых лучших кают.
Она в корне отличалась от той, в которой я добиралась до Аль Хоббена.
Это была не просто каюта, а огромные двухкомнатные апартаменты с отдельной ванной комнатой. Здесь имелся ионный душ, с которым я не нашла общий язык в прошлой поездке и привычный с водой.
На завтраки, обеды и ужины меня приглашали в общую столовую, где я общалась с командой корабля и несколькими пассажирами, так же как и я летящими на Землю. Все они оказались приятными собеседниками. Такими, с какими мне приходилось общаться в отеле. Весёлыми, общительными, интересными.
Не было ни презрения, ни ненависти, ничего такого, чтобы мне не нравилось. Всё будто возвращалось на свои привычные места, стирая воспоминания о неудачных знакомствах с инопланетными монстрами.
На следующее утро сразу после завтрака наш корабль зашёл на стыковку к станции на орбите Земли. По громкой связи мне сообщили, что скоро прибудет шаттл, который доставит меня прямиком к госпиталю.
Я была безмерно благодарна правителю Аль Хоббена за помощь. Он позаботился буквально о каждой мелочи. Без его участия я бы ни за что не успела к Рону и никогда себя за это не простила...
Пересев в шаттл, я отправила сигнал переживающему ос Дорсарро, что практически добралась до места.
С мухифом мы продолжаем поддерживать дружеское общение. Похищение, плен, эксперимент, да и вся работа в межгалактическом эскорте нас не рассорила, а, наоборот, ещё больше сплотила.
Он действительно стал для меня родным и близким инопланетником. Настоящим другом.
За неделю в пути мы много созванивались и переписывались.
Норис рассказал, что все предатели задержаны и ждут суда, который состоится со дня на день во главе с Императором. Решение об их дальнейшей судьбе уже принято, но нужно соблюсти формальности и во всеуслышание заявить о поимке преступников, чтобы остальным неповадно было. Их всех отправят на рудники в отдалённые планеты, лишённые благ современного мира. Туда, откуда никто и никогда не возвращается...
Устройства расонов отдали учёным для исследований. Из них можно сделать что-то толковое, но Нор в этом не разбирается, поэтому подробностей я не узнала, да и мне не особо интересно погружаться в научные сложности.
Для меня главное, чтобы все участники получили заслуженное наказание.
Я желала им высшей меры, но мухиф заверил меня, что работа на рудниках хуже быстрой смерти.
Сейчас императорская служба безопасности занимается поиском девушек, попавших в похожую с моей ситуацию. Оказывается, я была не первая, но, спасибо Небесам, последняя... На мне всё действительно закончилось.
Агентство межгалактического эскорта продолжило свою работу, но уже на других условиях. Каких именно? — Нор мне не сказал, да я и не горела желанием узнавать, потому что никогда туда не вернусь!
Вообще, с ос Дорсарро мы болтали о многом, но ни при каких обстоятельствах не затрагивали темы о двух яркоглазых жамилах. Я сразу предупредила, что не хочу их обсуждать, и мухиф на протяжении всей недели беспрекословно выполнял мою просьбу, избегая любых разговоров о Лео и Кае.
В тот день они согласились с моим выбором и, таким образом, сами поставили жирную точку. Не остановили, не спросили: «почему?», не сделали ничего! Значит, так им нужна была эльвахида. Единственная... одна и на всю жизнь... сердце жамила... тьфу!
Почему я накручиваю себя, из раза в раз повторяя одно и то же? Потому что злиться на них и обвинять гораздо проще, чем принять, что они мне нужны и что без них я, кажется, задыхаюсь...
Около часа остаётся до начала операции, когда я прилетаю к госпиталю. Времени в обрез, а мне очень хочется успеть увидеться с Роном и сказать, что всё будет хорошо.
На стойке регистрации меня встречает ассистент лечащего врача и провожает в отделение. Там я прохожу быстрое сканирование на проверку состояния здоровья и переодеваюсь в специальный защитный костюм. Рон сейчас слишком слаб, поэтому нужно исключать любые риски возможного заражения.
После всех процедур и подготовок мне разрешают ненадолго встретиться с братом.
Когда вижу его, такого маленького и беззащитного, худенького, бледного, с тёмными кругами под глазами, я забываю, как дышать...
— Ари, ты пришла?
Открываю рот, чтобы ответить, но вместо слов вырывается протяжный всхлип.
— Не плачь, сестрёнка. Я скоро буду здоров.
Он говорит так по-взрослому, так уверенно, что я не имею права расклеиваться и сбивать его боевой настрой своими слезами. Проглатываю комок, вставший поперёк горла, и выдавливаю из себя:
— Да, малыш... я очень соскучилась по тебе за два месяца, вот и не удержалась! Мы не виделись невыносимо долго, но сейчас я наконец-то рядом с тобой. Всё будет хорошо. Ты сильный, ты обязательно справишься!
Побыть с Роном мне позволяют всего несколько минут. Отведённое время пролетает как одно мгновение. Мне мало, но я убеждаю себя, что это последний раз. Его просто нужно пережить. Больше не будет преград, не будет больниц, коротких звонков и защитных костюмов. Скоро я смогу обнять его по-настоящему: крепко прижать и расцеловать щёчки, которые к тому времени обязательно приобретут здоровый румянец.
Скоро. Нужно лишь набраться терпения.
Мы справимся со всеми трудностями, победим болезнь и вновь заживём своей обычной, размеренной жизнью.
Операция начинается с минуту на минуту и будет длиться как минимум пять часов.
Я уже переоделась в обычную одежду: хлопковый комбинезон и ботинки без каблука, которые мне выдали на корабле и сижу в коридоре перед входом в реанимационное отделение. Дальше посторонним нельзя. Ассистент предложил мне уехать отдохнуть на это время, но, разумеется, я отказалась. Не смогу быть вдали, я и так потеряла много времени, пока находилась в Аль Хоббена.
— Три, два, один... — отсчитываю секунды до начала.
Над дверью в конце коридора загорается ярко-красный сигнал, а с другой стороны раздаются уверенные шаги.
Ариана Гонсалес
Поворачиваю голову на шум шагов, эхом отражающихся от пустых стен коридора, и замечаю тех, кого ни при каких обстоятельствах не ожидала здесь увидеть.
Мечтала, желала?! Возможно, но точно не ожидала!
Дыхание перехватывает, пульс сбивается, наращивая темп. Сердце стучит так громко, что, кажется, заглушает все звуки на многие километры вокруг.
Мир сужается до небольшого коридора, до нескольких квадратных метров, где только я и они. Жамилы.
Леонард эль Ардерра и Кайларс эль Лаавера — инопланетники с далёкой Империи Аль Хоббена.
Смотрю на них во все глаза и не могу насмотреться. Не могу поверить, что они действительно прилетели на Землю и это вовсе не мираж, внезапно ставший реальностью.
Мужчины выглядят настолько уставшими, будто не смыкали глаз всю последнюю неделю. Но в то же время они излучают безграничное счастье, щемящую нежность и какое-то совершенно новое чувство, ранее мной неизведанное: неземное, сильное, скорее даже мощное, обволакивающее каждую клеточку тела и согревающее душу...
Меня и саму буквально разрывает от нахлынувших эмоций.
Чувствую невероятную радость от встречи, ведь сколько бы я ни пыталась забыть, мои мысли то и дело возвращались к яркоглазым блондинам. Каждый день, каждую свободную минуту я думала: «что было бы...», «если бы...». Каждую ночь я видела их во снах, так ярко и по-настоящему, будто действительно наяву. Как сейчас.
Но помимо радости, меня одолевает и абсолютное непонимание. Зачем они прилетели? Ведь точка между нами была поставлена, и никто из них не сопротивлялся этому решению, молча приняв его как данность. Зачем же отправились следом за мной? Для чего они здесь?!
Все эти вопросы как бесконечная карусель прокручиваются в голове, но я молчу, поддерживая тишину, разрываемую лишь звуками шагов и ударами моего сердца.
Расстояние между нами неумолимо сокращается. Они приближаются всё ближе и ближе.
Мне бы отвести взгляд, но я настолько прикипела, что не могу сдвинуться с места или хотя бы отвернуться, продолжая жадно рассматривать мужчин.
Они невероятно красивы и сексуальны. В чёрных джинсах и футболках, обтягивающих идеально сложенные, спортивные тела. Высокие, мощные, с ярко выраженными мышцами, бугрящимися при каждом движении.
Пусть я не знакома с любовью и разными её проявлениями, но глядя на них, во мне пробуждаются те самые, что говорят, запретные желания.
Вспоминается поцелуй, который отчего-то очень хочется повторить. Причём не только с Лео, ставшим моим первым, но и с Кайларсом. Не верю, что думаю сразу о двух мужчинах в таком ключе, но так оно и есть!
Сумасшествие...
Мне безумно хочется познать, что значит целоваться по-настоящему. Не просто стоять словно застывшая статуя, испуганно приоткрыв рот, а отвечать на ласку, даря партнёру ответные эмоции. При этом осознано наслаждаться прикосновениями, вызывающими невероятные ощущения от приятных покалываний до ярких разрядов и мурашек по всему телу. Принимать их, а не отталкивать, как делала это прежде! Не сопротивляться своим истинным желаниям!
Фантазии одна за одной всплывают перед глазами и уносят меня куда-то далеко за пределы реального мира, из-за чего я не замечаю, что мужчины уже дошли и какое-то время молча стоят передо мной.
— Светлого дня, — выпаливаю первое, что приходит на ум, дабы скрыть своё смущение от порочных мыслей, захвативших мой возбуждённый разум.
Соскакиваю с места, чтобы не смотреть на них снизу вверх, хотя это не особо помогает... у нас колоссальная разница в росте! Мне всё равно приходится задирать голову кверху. Однако стоя я чувствую себя более уверенной.
— Светлого дня, — отвечает зеленоглазый, как и тогда, когда мы встретились впервые, но с одним лишь отличием, на этот раз его голос звучит тихо, нежно, по-особенному. — Меня зовут Кай, а это Лео, — он переводит взгляд на своего побратима и замолкает.
Я вздрагиваю, украдкой поглядывая на эль Ардерра. В прошлый раз после этих слов он разозлился и улетел, бросив нас одних посреди дороги, а дальше вообще всё пошло наперекосяк!
Наверное, то был самый тяжёлый и переломный момент за всё время моего нахождения в Аль Хоббена. Не эксперименты доктора, не похищение и не события в лаборатории, а именно этот. Он всё изменил. Перевернул мою жизнь с ног на голову...
— Приятно познакомиться, — бубню по старой памяти, ожидая новой порции боли, но в этот раз сценарий нашей встречи кардинально меняется.
Неожиданно.
Губы Леонарда растягиваются в искренней, доброй, до невозможности обворожительной улыбке:
— Можно узнать твоё имя? — голос звучит низко и хрипло.
Голубоглазый блондин буквально пожирает меня взглядом, следуя по телу и оставляя за собой ожоги, даже через одежду. Я вижу его желание коснуться меня, заключить в объятия, возможно, даже поцеловать, но он будто насильно останавливает себя, играя в какую-то не особо понятную игру.
Что здесь происходит?! Так и хочется спросить, но вместо этого:
— А-ариана, — произношу с запинкой, не понимая, что они хотят от меня, ведь ясно знают, кто я такая.
— Вот теперь приятно познакомиться, — Лео протягивает мне руку.
Бровь непроизвольно взлетает вверх, но я всё-таки вкладываю свою ладонь в ответ. Насколько мне известно, подобный жест приветствия в Аль Хоббена не практикуется, но раз он хочет соблюсти земные формальности, то почему бы и нет?! Я в любом случае уже ничего не понимаю...
В месте соприкосновения кожа сразу же нагревается и начинает покалывать острыми иголками. Разряды яркими вспышками распространяются по всему телу. А я... я решаю не сопротивляться и, словно дорвавшая до желаемого, впитываю и запоминаю каждое ощущение, что дарит мне это, казалось бы, обычное, ничего не значащее прикосновение.
Лео уже не просто пожимает мою руку, он нежно, практически невесомо поглаживает больши́м пальцем внутреннюю сторону ладони. Я же продолжаю плавиться и млеть от этой незаурядной ласки... едва не закатываю глаза от переполняющих ощущений, когда сбоку раздаётся деликатное покашливание Кайларса.
Вовремя.
Резко отпускаю руку и отшатываюсь от голубоглазого. Не узнаю́ себя. Подобное поведение мне совершенно несвойственно!
Ведь несвойственно, да?!
Пытаюсь анализировать, но разум сейчас затуманен эмоциями от долгожданной встречи, а организм одурманен ароматами мужчин, переплетающимися между собой.
Пока я борюсь сама с собой, Кай сменяет Леонарда. Встаёт передо мной и смотрит выжидающе, будто чего-то ждёт... что оттолкну?
Нет, сейчас я не в состоянии этого сделать. Не смогу. Сейчас они нужны мне, дабы понять: это воздействие избранности инопланетников или я действительно начала что-то чувствовать? Что-то большее, очень похожее на влюблённость?!
Зеленоглазый протягивает мне руку, и я вкладываю свою. Едва мы прикасаемся друг к другу, меня прошибает очередной мощный разряд, разгоняя рой щекотливых мурашек по всему телу до самых кончиков пальцев.
Атмосфера накаляется. Воздух в коридоре сгущается и становится тяжело дышать. Грудь вздымается часто и резко, пытаясь ухватить остатки исчезающего кислорода. Я дрожу, не в силах прийти в себя, тону в этом сумасшествии, теряя связь с реальностью...
Но, похоже, ему мало моей реакции, которая говорит ярче любых слов, и вместо того, чтобы отпустить, эль Лаавера заключает меня в тёплые, ласковые объятия и шепчет на ухо, опаляя его горячим дыханием:
— Прости нас, Ариана. Кажется, мы начали не с того и сейчас хотим всё исправить. Теперь всё будет по-другому... мы обещаем! Только... только если ты согласишься дать нам последний шанс.
Ариана Гонсалес
— Что ты скажешь, Ари? — после нескольких минут молчания спрашивает Кай. Он продолжает удерживать меня в своих объятиях, невесомо поглаживая спину ладонью и периодически пробегаясь пальцами вдоль выпирающих позвонков.
Рядом с ним мне хорошо и спокойно, но в то же время эмоции от близости бьют через край.
Я не хочу прерываться. Хочу вдоволь насладиться интимностью этого волшебного момента. И заодно подумать над ответом на важный вопрос, который он задал.
Мои глаза уже давно прикрыты, чтобы ярче и острее чувствовать нашу незримую связь. Хотя, казалось бы, куда ещё больше? Но мне будто этого мало. Будто чего-то не хватает для полноценности. Или, скорее, кого-то...
Наверное, я потихоньку схожу с ума!
Чувствую, как по разгорячённой спине пробегает холодок, а затем её опаляет ещё бо́льшим жаром, когда Лео прижимается ко мне. И... и словно именно этого мне не хватало. Его присутствия, его близости. Его самого рядом со мной. А теперь всё наконец-то встало по своим местам.
Объятия мужчин, их прикосновения ощущаются так правильно и так естественно, будто мы не впервые это делаем. Стоим, обнявшись, втроём.
Мне не хочется это заканчивать и возвращаться в реальность, где нужно вновь делать сложный выбор и озвучивать своё решение... поэтому я нежусь в сильных руках жамилов как можно дольше, оттягивая момент неизбежного.
— Прости, — настал черёд эль Ардерра провоцировать мурашки на моём теле.
Он очень близко. Так близко, что его губы практически касаются мочки уха. А может, и правда касаются?
Я сейчас как оголённый провод, находящийся под высоким напряжением. Накалена до предела. Остро ощущаю каждый вдох, каждый удар наших сердец, поэтому что говорить о прикосновениях, если они воздействуют сильнее электрических разрядов?!
— Ты согласна попробовать, Ари? — голосом искусителя шепчет Лео, а затем внезапно застывает.
Они оба напрягаются всем телом и задерживают дыхание. Похоже, тянуть больше некуда, мужчины ждут моего ответа прямо сейчас.
— Да, — отвечаю чуть слышно. Слова даются с трудом. — Но только попробовать, если не получится, я уйду. И на этот раз действительно навсегда.
Кайларс сбе́гал в столовую за кофе и перекусом, после чего мы вместе устроились на диване перед операционным блоком. Жамилы не спешили уходить, сказав, что останутся со мной до самого конца. Это было неожиданно, но очень ценно в текущей ситуации и опять же говорило о многом. Как минимум подтверждало серьёзность их намерений в отношении меня.
Первое время я сидела с пылающими щеками и старалась избегать прямых взглядов. Мне было стыдно. За своё поведение и за порочные мысли, за возбуждённые вздохи и за реакцию своего тела.
От мужчин не укрылось моё изменившееся настроение: появилось напряжение, я стала закрытой и скованной, поэтому они пытались отвлекать меня пустыми разговорами и вполне себе серьёзными расспросами: о детстве, родителях и брате.
Я рассказала свою историю и честно призналась, что никогда прежде не была в отношениях и всё происходящее сейчас для меня в новинку. Наверное, нормальная девушка не стала бы этого делать, но я решила, что если и начинать общение, то с честности и открытости. Я видела, что мужчины уже многое знали обо мне, но несмотря на это, всё равно заваливали вопросами. И надо сказать, сами охотно делились подробностями своей жизни.
В отличие от моих их рассказы были интересными и насыщенными событиями. Они старше меня и идут бок о бок уже на протяжении десяти лет. За этот достаточно долгий срок успели пережить разное: учёбу в военной академии, путешествия по разным планетам Аль Хоббена, работу, службу при Императоре и поиски эльвахиды. Последнему пункту они уделили особое внимание: объяснили своё поведение в нашу первую встречу и тысячу раз попросили прощения.
Более подробно тему бывших девушек я попросила не затрагивать. Честность честностью, но, как оказалось, женщина внутри меня до безумия ревнивая собственница. Даже мысли о том, что кто-то прикасался к ним, что на кого-то они смотрели с таким же теплом и желанием, выводили меня из себя.
Конечно, я старалась открыто не показывать своих чувств, но внутри всё буквально горело от ревности... да так, что ни о чём другом думать не могла, пропуская мимо ушей вопросы и теряясь в повествовании.
В один момент я не выдержала и попросила рассказать правду, какой бы она ни была. Попросила и тут же пожалела об этом, но отступать уже было поздно.
Леонард начал издалека, будто пытался проверить на прочность мои нервные клетки, а может, ему льстила моя ревность и он хотел как можно дольше оттягивать момент своего «разоблачения».
Император Эдвард эль Ардерра и его побратим Тайлер эль Саавера когда-то давно договорились не вступать в связь с женщиной, не являющейся эльвахидой. Среди инопланетников подобное практикуется довольно часто из-за демографического перевеса. Безусловно, если бы они хотели, то нашли выход, но их выбор был именно таким.
Маленький Лео, наблюдая за отношениями родителей и их безграничной любовью, решил дать себе такое же обещание. А когда он вырос, его намерение осталось прежним. Кайларс поддержал своего друга. Это было одним из условий перед проведением ритуала побратимства: с одной и на всю жизнь.
Кстати, на дне рождения Лео я появилась именно с подачи эль Лаавера, а может, в его планы вмешался сам Всевышний... Тогда Кай впервые обратился в агентство межгалактического эскорта, но лишь для того, чтобы разбавить вечер обычным общением без какого-либо продолжения.
Я слушала их откровения с открытым ртом. Сказать, что была удивлена, это ничего не сказать. В это сла́бо верилось, стоило лишь посмотреть какие они: сексуальные, красивые, притягивающие взгляды... и явно желанные для женщин Империи Аль Хоббена. Кроме того, завидные женихи — будущий правитель и его побратим. Хотя лично меня мало волновали их статус и возможности, но наверняка нашлись бы те, кого это заинтересовало в первую очередь.
Однако на все мои сомнения мужчины отвечали уверенно и твёрдо. Так, что нельзя было не поверить. И я поверила. Стало проще. Ревность, разъедающая сердце и душу, мигом улетучилась, а настроение улучшилось.
Мне нравилось осознавать, что мы будем вместе знакомиться с новым чувством под названием любовь. Если у нас всё получится, конечно же.
Каждый раз, когда в беседе мы забегали далеко вперёд, я намеренно пресекала мужчин и переводила тему. Потому что страх, что мне придётся вновь остаться одной с маленьким братом на руках, никуда не делся.
Наверное, доверие и уверенность придут со временем?!
Надеюсь. И раз я решила дать шанс нашим отношениям, значит, мы попробуем.
Ещё неделю назад я наотрез отказывалась даже думать о том, что буду с двумя мужчинами одновременно, а сейчас, кажется, хочу, чтобы все страхи исчезли и у нас всё сложилось...
Ариана Гонсалес
Под дверью операционной в сумме мы проводим около пяти с половиной часов.
Я безмерно благодарна мужчинам за поддержку. Всё это время они умело отвлекают меня от мыслей о Роне.
Будь я одна, наверняка бы погрязла в непроглядной темноте, накручивая себя как планета вокруг своей оси, но они рядом, окутывают нежностью, теплом и светом и защищают от всех переживаний...
Красная лампочка гаснет совершенно неожиданно, сигнализируя, что операция закончилась.
Появления доктора я жду как на иголках. Не нахожу себе места, наворачивая круги по коридору и мысленно отсчитывая секунды.
Когда дверь распахивается, я со всех ног бегу к проходу, едва не спотыкаясь. Жамилы тоже поднимаются со своих мест и подходят ко мне, вставая позади молчаливой поддержкой.
Дыхание перехватывает. На глаза наворачиваются слёзы.
Я молча пялюсь на доктора, не в силах сказать хоть что-то. Боюсь. Очень боюсь услышать, что у нас не получилось спасти малыша...
— Как Рон?! — Кай берёт инициативу на себя и первым разрывает тяжёлую тишину.
— Можете выдыхать. — мужчина обращается ко мне. А я и не заметила, как задержала дыхание. — Самое сложное позади. Операция прошла успешно. Сейчас наш боец находится в реанимации под пристальным наблюдением. Уж поверьте! — на этих словах он почему-то украдкой бросает взгляд на эль Ардерра. — При положительной динамике, уже через пару дней мы переведём его в обычную палату.
— Спасибо! Спасибо, доктор Эванс! — шепчу сквозь непрекращающиеся слёзы. Напряжение, охватившее всё тело, отпускает. С сердца будто спадает тяжёлый груз.
— Поезжайте домой, Ариана. Мы в любом случае пока не сможем пустить вас к брату. — он переводит взгляд на свой коммуникатор, а затем возвращает мне. — Мне уже пора. Настоятельно рекомендую отдохнуть! Силы вам ещё понадобятся для реабилитации. Она будет долгой и сложной. Не болейте! Всего доброго, Ариана...
Кивнув жамилам, Эванс уходит, оставляя нас одних посреди коридора.
— Доктор прав. Давай мы отвезём тебя домой, Ари? — Кай бережно касается моей руки, чуть выше локтя, разгоняя кровь по всему телу.
— Хорошо, — киваю. Не вижу смысла пререкаться.
Несмотря на то что я безумно хочу остаться и сидеть под дверьми отделения до полного выздоровления Рона, я понимаю, что это бессмысленно. К брату меня пустят не раньше, чем его переведут в обычную палату, а это случится только через несколько дней.
Я лучше каждое утро буду приезжать сюда, чтобы справиться о его состоянии, а если вдруг что-нибудь понадобится, мой коммуникатор на связи в любое время суток.
Но думаю, теперь всё будет хорошо, он под надёжным присмотром квалифицированных специалистов. А вот мне действительно надо ехать домой, чтобы отдохнуть и на свежую голову подумать, что делать дальше. Необходимо что-то решать с квартирой, которая сейчас находится в залоге у банка, да и с новой работой, ведь нам нужно на что-то жить. Все заработанные креди́ты в Аль Хоббена я сразу же переводила на счёт госпиталя, поэтому на моих практически ничего не осталось. Так, на первое время.
Спасибо Небесам, что нам удалось полностью оплатить лечение Рона! Не без помощи мужчин, конечно же, которых я так и не поблагодарила, потерявшись во всех событиях...
Чёрт!
Мысленно стукаю себя по лбу.
— Спасибо, — поднимаю взгляд и по очереди смотрю на Кая и Лео, — спасибо, что дали шанс на жизнь моему брату. Я вам очень благодарна! Бесконечно! Вы даже не представляете как... — говорю быстро, буквально на одном дыхании, не сдерживаясь и не подбирая слов. — Я со временем обязательно всё верну. — уверяю.
— Не стоит, Ари, — строго произносит Лео, — мы сделали это ради тебя и Рона. — он смотрит на меня с непоколебимой уверенностью. Другого варианта они не примут. — Малыш будет жить. И не благодаря нам, а благодаря тебе. Не каждый может похвастаться, что готов пожертвовать всем ради близкого человека, а ты можешь...
Щёки мгновенно вспыхивают от неуместной похвалы, и я теряюсь. Спорить, что всё равно верну креди́ты, сейчас бесполезно. В любом случае это сделаю! Поэтому, не найдя ответных слов, просто ныряю в объятия Лео, решив хотя бы таким образом отблагодарить его за помощь. А после, прошептав очередное спасибо, крепко обнимаю эль Лаавера.
Выходим из больницы, идём до парковки и садимся в мобиль. Всё молча. Я даже не нахожу сил назвать адрес своего дома, но мы движемся в верном направлении.
Каждый из нас погружён в свои мысли.
Я не перестаю благодарить жамилов за помощь. За то, что прилетели и не оставили меня одну. Они были не обязаны этого делать, но сделали. Не спрашивали, нужно ли, потому что тогда бы я наверняка ответила отказом.
Привычка быть сильной и самостоятельной.
Где-то это хорошо, а где-то хочется хотя бы чуть-чуть побыть маленькой, беззащитной девочкой и принять постороннюю помощь. Они дали мне это чувство защищённости и тем самым показали, что я для них что-то значу...
Тишина, повисшая в мобиле, приятная. Она не душит и не давит своей тяжестью. В воздухе витает нежность, забота и, кажется, что-то очень похожее на влюблённость.
Я пытаюсь вспомнить, когда это чувство успело захватить моё сердце, но так сразу не получается. Будто это произошло давно: с первой нашей встречи, с первого взгляда... потому что именно тогда я поняла, что не в порядке.
Реакции тела и мои мысли изначально были далеки от нормальных. Чересчур остро, ярко и жарко.
Не было ни дня, чтобы я не думала и не вспоминала жамилов. Каждый вечер перед сном в апартаментах агентства я анализировала наше знакомство, рисовала и прочно укореняла в голове их образы.
Становилась зависимой, но упрямо продолжала отрицать нашу связь. Связь, которая несмотря на эксперименты и различные воздействия всё равно существовала. На незримом уровне. Космическом. Таком, который невозможно спрятать искусственно.
Эти два месяца я боролось с очевидным. Не хотела принимать, боялась, поэтому отталкивала.
Может, всему виной воспитание, а, может, те слова монстров с корабля межгалактического эскорта, заведомо считавших меня шлюхой?!
Я на самом деле боялась ей стать. Боялась, что если поддамся влечению, то оправдаю приписанный мне статус. А это уже было против моей сущности. Было и сейчас остаётся. Я дала нам шанс «попробовать» и хочу, чтобы всё случилось правильно, постепенно. Чтобы мы осознанно пришли к тому, что хотим быть вместе, а не только из-за воздействия избранности.
Спустя час добираемся до многоэтажного дома, в котором располагается наша с Роном квартира.
— Провожать не нужно, — силюсь улыбнуться.
Я невероятно устала. Последние три месяца с момента озвучивания диагноза Рона были чрезвычайно сложными. Я старалась держаться, но у любого, даже самого выносливого существа, силы когда-нибудь заканчиваются. Вот и мои полностью иссякли.
— Ещё раз спасибо за всё. Увидимся?! — последнее слово выходит скорее как вопрос.
— Увидимся, — одновременно произносят мужчины, оборачиваясь с горящими глазами цвета морской волны и весенней листвы.
Они смотрят жадно, буквально пожирают меня взглядом, отчего я вмиг вспыхиваю как спичка. Но второй эмоциональной волны я сегодня уже не выдержу...
— Пока!
Не дожидаясь ответа, пулей вылетаю из мобиля. Бегу к своему подъезду и, перепрыгивая через ступеньку, поднимаюсь на этаж. С трудом открываю тяжёлую железную дверь квартиры, захлопываю за собой и сразу же приваливаюсь спиной, медленно сползая вниз. Прикрываю глаза и прижимаю руки к груди, чтобы успокоить разбушевавшееся сердце. Глупо улыбаюсь, точно влюблённая дурочка, прокручивая в голове сегодняшний день. Он обещал быть сложным, но благодаря жамилам всё случилось в точности наоборот.
Коммуникатор вибрирует, оповещая о двух входящих сообщениях.
Читаю:
«Пока, малышка Ари!» от Кая.
«Хорошего вечера, красавица!» от Лео.
Каждое слово бьёт точно в цель. В самое сердце, разгоняя его ритм до первой космической скорости.
Оставшееся время провожу за домашними хлопотами, делая генеральную уборку. Прежде чем отправиться в кровать, я получаю новые послания. На этот раз с пожеланиями «спокойной ночи».
Однако сон мне снится отнюдь не спокойный, но очень интересный и познавательный...
Ариана Гонсалес
Открываю глаза и вижу перед собой несметное количество разноцветных синусоидальных волн, пронизывающих буквально каждую точку пространства. Они движутся с разной частотой, образуя огромный замысловатый рисунок, созданный из тысячи или даже миллионов маленьких узоров, переплетающихся между собой.
Красиво и необычно!
Диву даюсь своей фантазии! Это же надо было такое представить...
После кошмаров, преследовавших меня в Аль Хоббена, я стала осознавать себя в сновидениях. Прямо-таки понимать. Это сон.
Вот и сейчас, я ясно понимаю, что сплю и на самом деле это плод моего разыгравшегося воображения.
Всего лишь сон, пусть и осознанный.
— Это не сон, — из ниоткуда и будто бы ото всюду раздаётся низкий голос эль Ардерра. А у меня волоски на теле буквально встают дыбом.
— Лео? — непонимающе произношу и озираюсь в поисках источника звука.
— Я здесь, Ари, — разноцветные волны расходятся в разные стороны, образуя проход, через который появляется голубоглазый, а следом за ним и зеленоглазый.
— Кай? И ты...
Не понимаю! Как они оба оказались во сне?! Да ещё и ведут себя так, будто на самом деле реальны!
— Давай я расскажу? — эль Лаавера отвечает вопросом на вопрос, о котором я только подумала, но не успела задать вслух.
Что?!
— Это место, где жамилы могут беспрепятственно встречаться со своими избранными. И да, мы слышим все твои мысли, — последняя фраза звучит как извинение.
— Но как это возможно? — пугаюсь. Похоже, я до сих пор до конца не понимаю, с кем связалась и кому дала шанс.
В голове не укладывается!
Как можно слышать чужие мысли? Как можно создать сновидение в сознании другого существа и появиться там вдвоём?
Или как это всё происходит? Уму непостижимо!
— Особенности нашей расы. — Лео говорит как ни в чём не бывало и пожимает плечами. А я чувствую себя сумасшедшей, потому что разум напрочь отказывается принимать и понимать происходящее.
— Тогда почему мы раньше не встречались? Здесь... — развожу руки, — в этом месте.
— Мы боялись напугать тебя, Ари... — а сейчас, значит, не боитесь?! Язвлю мысленно, забывая, что даже просто думать теперь опасно.
Оба мужчины не сдерживают смешки, и этим жуть как злят меня!
— Ты дала нам шанс начать всё с начала. Мы решили ничего не скрывать и потихоньку показывать свои возможности. Есть ещё кое-что, но пока рано об этом говорить. — я уже собираюсь спросить, но эль Ардерра останавливает меня взмахом руки. — И не спрашивай почему! Мы не скрываем, просто ещё не время. То касается близости... — намеренно протягивает последнее слово, вгоняя меня в краску.
— Стой, не говори. И правда, не время! Я согласна с тобой! — выпаливаю быстро.
Но стоп, это что же получается?
Всю прошедшую неделю на корабле они намеренно втягивали меня в эти свои жамиловские сновидения? Поэтому я каждую ночь видела их также реалистично, как сейчас?!
— Нет, мы держались вдали, отчаянно борясь с соблазном побыть рядом с тобой хотя бы во сне... — теперь говорит Кай, а я стону в голос, пылая ещё больше. Это же надо было так глупо проколоться!
— Так значит, мы тебе снились? — играет бровями, но замечая мои прищуренные, сверкающие недовольством глаза, снова становится серьёзным. — Погуляем, Ари? Мы можем и здесь проводить время вместе, общаться, узнавать друг друга лучше. Если ты не против, конечно же. Если против, мы уйдём. Только скажи! Всё зависит от тебя и твоего решения.
— Хорошо... — соглашаюсь, решая не упускать эту возможность.
Просыпаюсь под звуки очередных сообщений, отправленных мужчинами. На этот раз с пожеланиями светлого утра и приглашением на совместный завтрак.
Надо признаться, что после встречи в сновидении мы стали ближе. Стёрли барьеры и обнажили души. Открылись друг другу с новой стороны.
Потому что там не существовало рамок и границ. Казалось, что мы находились где-то за пределами реальности, но в то же время всё было реально. Мы болтали, смеялись, делились историями о жизни до знакомства: забавными и не очень. Без прикрас рассказывали о своих привычках и предпочтениях...
Нам было легко вместе. Спокойно и уютно, но главное правильно.
Наверное, в этом и заключается основное преимущество избранной связи между жамилами и их эльвахидой. Понимать друг друга без слов. Чувствовать.
Я не забываю, что поначалу у нас были глобальные трудности в понимании, но это случилось из-за посторонних, вероломно вмешавшихся в наши зарождающиеся отношения.
А теперь... теперь нет ни одержимых докторов-расонов, ни искусственных барьеров. Сейчас между нами всё по-настоящему.
На приглашение отвечаю согласием.
Я хочу продолжать общение с мужчинами. Хочу увидеть, что в конце концов у нас получится.
На встречу решаю не наряжаться. Надеваю свой привычный наряд, в котором обычно ходила на работу: расклёшенные чёрные джинсы и белую футболку. Удобно и комфортно. Волосы стягиваю в высокий хвост на затылке, а из косметики наношу лишь свой любимый мятный бальзам для губ.
Той яркой, разодетой в стильные и дорогие наряды Арианы, какой жамилы видели меня в Аль Хоббена, на самом деле не существует. Там была кукла-эскортница, вынужденная играть отведённую роль и постоянно улыбаться.
Сегодня же они увидят меня настоящую. Обычную девчонку с планеты Земля, которой чужды роскошь и богатство.
Но вот понравится ли она им?!
К мобилю, ожидающему у подъезда, я спускаюсь взволнованной. Замираю на выходе. Настраиваюсь, проигрывая в голове всевозможные сценарии. Мысленно готовлюсь к любому исходу. После нескольких глубоких вдохов и выдохов толкаю дверь и выхожу.
Лео и Кай стоят, прислонившись к машине. В руках у каждого по огромному, невероятно красивому букету. Стоит мне сделать шаг по направлению к ним, они тут же замечают меня и оживляются. Выпрямляются и устремляют свои горящие восхищением взгляды ко мне.
— Ари, — произносят одновременно и делают шаг в мою сторону. Меня забавляет их синхронность. Они выглядят до невозможности милыми.
— Привет, — приветствую их первой.
— Светлого утра! Ты очень красивая, и это тебе! — говорит Лео, вручая мне неподъёмные цветы. Букет очень громоздкий. Голубоглазый замечает, что я не справляюсь с его тяжестью, поэтому перехватывает его. — Будет лучше, если он пока останется у меня.
— С-спасибо, — смущаюсь. Это... неожиданно.
Безусловно, я представляла и мечтала о подобном, как и любая нормальная девушка. Однако не ожидала, что вот так сразу. И, чёрт, как же, оказывается, это приятно! Мой первый букет, вернее, сразу два!
— Привет, — теперь очередь Кая, — ты восхитительна, маленькая! Эти цветы для тебя...
— С-спасибо, — повторяю, как заезженная пластинка, не зная, что ещё сказать. — Завтрак?
После кафе мы отправляемся в госпиталь, чтобы узнать о состоянии моего малыша.
Доктор Эванс встречает нас в отделении и подробно отчитывается о проведённых процедурах и самочувствии пациента.
Он заверяет, что Рон семимильными шагами идёт на поправку и уже завтра его переведут в обычную палату. Раньше, чем изначально планировалось.
Из больницы мы летим на прогулку по любимому парку моей семьи, а после вместе устраиваемся на ужин в небольшом семейном ресторане.
Казалось бы, темы для разговоров уже должны были исчерпать себя, но мы находим всё новые и новые. Скучать не приходится. Нам комфортно и говорить, и молчать. Просто находиться рядом друг с другом.
Вечером мужчины отвозят меня домой, и допоздна мы переписываемся в чате, созданном для троих. А ночью вновь встречаемся во сне, чтобы провести время вместе.
Ариана Гонсалес
Сегодня после успешной реабилитации наконец-то должна состояться выписка Рона. Вчера доктор Эванс сообщил, что все анализы в норме и можно возвращаться домой.
На следующий день после первого свидания с жамилами на мой коммуникатор поступил сигнал от директора отеля, в котором я работала до межгалактического эскорта.
С этим жестоким человеком нас уже давно ничего не связывало, поэтому вызов от него стал неожиданностью. Не сказать чтобы приятной, скорее, пугающей, как и сам мужчина.
Я долго смотрела на экран и задавалась вопросом, что ему от меня нужно, но ответа не находила. Принимать сигнал было страшно, но любопытство всё-таки взяло верх.
Первым делом мужчина извинился и признался, что его замучила совесть. Звучало не очень искренне и правдиво, однако я продолжала его слушать, отчаянно борясь с желанием отключиться.
Он сказал, что готов выплатить мне всё, что задолжал и отказался выплачивать при увольнении.
Сумма там была внушительная, но недостаточная, чтобы, например, полностью покрыть расходы на лечение и реабилитацию брата. Потому что будь это так, я бы не сдалась и всеми силами добивалась выплаты долга. Но тогда времени было в обрез, мне пришлось выбирать: оставаться на Земле или лететь на заработок в Аль Хоббена. Я выбрала второе.
Сразу после окончания звонка, мне на счёт поступили деньги, которые я сразу же отправила на выплату залога по квартире, закрыв его полностью.
Таким образом, мне удалось вернуть наш дом. Теперь Рону было куда возвращаться.
Чуть позже я узнала, что именно с подачи жамилов со мной связался мой бывший директор. За что была им безмерно благодарна. В очередной раз. Сам бы он этого никогда не сделал...
В первый месяц я приходила к брату одна, оставляя мужчин дожидаться меня около палаты.
Я не понимала, как правильно представлять их, как вести себя и что в принципе говорить. Рон хоть и маленький, но очень смышлёный и умеет читать меня как открытую книгу. Он бы сразу заподозрил неладное, а я никогда не любила врать. Тем более самому близкому и родному человеку.
К тому же, познакомив их, я как бы давала зелёный свет, впуская посторонних в свою семью... поэтому как можно дольше оттягивала этот момент. Мне нужно было стать уверенной в наших отношениях. И главное, в себе.
Спустя месяц я всё-таки решилась.
— Ари, это кто? — Рон приподнялся, и я поправила ему подушку. — Твои друзья?
— Да, малыш, — тепло улыбнулась. — Кай и Лео. Они жамилы и прилетели на настоящем космическом корабле с далёкой галактики...
После этих слов эль Лаавера и эль Ардерра стали лучшими друзьями Рона.
Всё, что, так или иначе, связано с космосом и инопланетниками, его страсть. Мечта! А мужчины — её живое воплощение, к которому можно прикоснуться.
Каждый раз, когда мы приходили навещать его, а это случалось ежедневно без исключений, он завалил жамилов нескончаемым потоком вопросов. Иногда и по второму кругу. Они вели себя с ним терпеливо и дружелюбно, рассказывая обо всём, о чём знали и даже не знали!
Мне нравилось наблюдать за их общением. Мужчины быстро нашли общий язык и подход к маленькому мальчику. Это было ценно и говорило о многом. Для меня.
Я пока не рассказывала Рону, что и сама летала на корабле, причём, дважды. Возможно, сделаю это, когда он поправится или вырастет, чтобы понять, почему я скрывала...
Мы с мужчинами начали жизнь с чистого листа именно здесь. На Земле. Поэтому воспоминания о тех двух месяцах я спрятала глубоко внутри и не хотела к ним возвращаться.
После госпиталя мы обычно летали на свидания, где с каждым разом узнавали друг друга всё лучше и лучше. Становились ближе, но черту так и не переступали... даже в поцелуях, хотя мне уже очень хотелось.
— Светлого дня, Ари. Готова? — Лео помогает мне устроиться в мобиле.
— Светлого, яркого и солнечного дня, ребята, — я такая счастливая, что не передать словами. Мы едем забирать Рона!
— Смотрю, у кого-то сегодня отличное настроение? — Кай дарит мне лучезарную улыбку и подмигивает.
— Очень! Это были сложные полгода. Я рада, что всё закончилось... теперь уже окончательно.
До госпиталя добираемся, как говорили несколько десятков лет назад, с ветерком. На входе встречаем курьера с воздушными шарами, заказанными специально для Рона. И вместе поднимаемся в отделение.
— Ари! — брат бежит ко мне навстречу.
Бежит! Небеса! Это невероятно.
Присаживаюсь, ловлю его и крепко обнимаю, не в силах надышаться...
— Задушишь, Ари, пусти меня! — пытается выбраться, но я не отпускаю.
Не могу поверить, что всё позади. Что этот малыш с розовыми, пухлыми щёчками мой Рон. Мой младший брат.
Когда он начинает кряхтеть, я нехотя разжимаю объятия.
— Ну наконец-то, — ворчит и отлипает от меня, спеша к жамилам для приветствия. — Это мне?!
Его глаза загораются, когда он видит шары в виде планет и моделей космических кораблей. — Ух ты! Это Кальби? А это Мальжа? А это... а это...
Смотрю на них и не могу насмотреться. Чувствую себя настолько счастливой, что на миг становится страшно. Страшно проснуться и осознать, что это был всего лишь сладкий сон, а вокруг меня до сих пор существует суровая реальность, где Рону требуется операция и я отчаянно ищу деньги.
Погружаюсь в свои мысли и не замечаю, как Кайларс подходит сзади и прижимается ко мне, скользя горячими ладонями по обнажённым плечам.
— Ты в порядке? — шепчет, слегка прикасаясь губами к ушку.
— Да... — начинаю дрожать, ярко реагируя на близость зеленоглазого. Так происходит каждый раз, когда кто-то из жамилов оказывается рядом со мной. — Была, пока ты не подошёл... — вырывается против воли.
— Даже так? — прижимается сильнее, заставляя моё тело не просто гореть, а плавиться от его присутствия.
— Даже больше...
— Поехали! Поехали! — Рон уже успел рассмотреть все шары и теперь скачет вокруг нас, требуя внимания.
Открываю глаза, которые, оказывается, успела прикрыть и встречаюсь взглядом с Леонардом, жадно наблюдающим за нами. Он стоит прямо передо мной. Практически вплотную.
— Едем? — его голос хриплый, на полтона ниже, чем обычно. Ладони сжаты в кулаки до побелевших костяшек, а тело напряжено так, будто он каменная статуя.
— Едем, — не отвожу взгляда, с вызовом смотрю в яркие, светящиеся голубым пламенем глаза и с придыханием добавляю, — Лео.
Делаю шаг по направлению к выходу. И будто случайно скольжу рукой по стальному торсу, быстро пробегаясь пальчиками по мышцам живота к груди. А после, как ни в чём не было, иду дальше, не задерживаясь и не оборачиваясь.
Со спины слышится приглушённый рык эль Ардерра и смешок эль Лаавера.
— Ар-риана, — прилетает вдогонку. И звучит как обещание чего-то большего...
Ариана Гонсалес
Выходим из госпиталя и устраиваемся в мобиле.
— Как насчёт сюрприза? — произносит Лео, когда мы отрываемся от земли.
— Я люблю сюрпризы! — радостно отвечает Рон и хлопает в ладоши.
А вот я наоборот напрягаюсь. Боюсь сюрпризов. Обычно ничем хорошим они не заканчиваются.
— Не волнуйся, Ари, — мягко говорит зеленоглазый.
Не перестаю удивляться, как они тонко чувствуют меня даже на расстоянии. Мужчины сидят на передних креслах и не видят меня, однако знают, что я не в восторге от вопроса и действительно начинаю волноваться.
Вскоре мы прилетаем в красивый, один из лучших ресторанов нашего города на последнем этаже небоскрёба и паркуемся на крыше.
Никогда прежде я не бывала в таких местах. На протяжении трёх месяцев, что мы ежедневно проводили вместе, я наотрез отказывалась посещать лакшери заведения. Я далека от пафоса, роскоши и богатства. Они мне не близки. Мне хочется чувствовать лёгкость и свободу, а в подобных местах вроде этого, такое получить невозможно.
Голубоглазый бережно касается моей руки, помогая выбраться из мобиля.
— Не переживай. Ресторан закрыт и полностью в нашем распоряжении. Правда, будут кое-кто ещё...
— Кто? Зачем? Лео! — шиплю недовольно, скорее, из-за страха.
— Сюрприз, — он больше ничего не говорит и растягивает губы в лукавой улыбке.
Мне приходится смириться. Рон очень счастлив, и ради него, я вынуждена наступить на свои принципы, но только на один раз, чтобы отметить его выздоровление.
Входим в помещение.
Высокие потолки, панорамное остекление, минималистичный дизайн и красивейший вид на наш родной город в лучах закатного солнца. Сервированные столы, цветы в вазах, приятная фоновая музыка.
Невероятно!
— Нравится? — мой восхищённый взгляд не ускользает от Кая. Мужчины тщательно следят за каждой моей эмоцией. Я вижу, как им важно, чтобы мне было спокойно и хорошо.
— Здесь красиво, — признаю́сь. — Очень!
Проходим вглубь ресторана к достаточно большому столику, накрытому на восьмерых.
— Но нас только четверо... или это для тех самых
— Да, а вот и они! — радостно сообщает.
Прослеживаю за взглядом Лео и замечаю Императора Эдварда эль Ардерра и Императрицу Диану, а следом и двоих незнакомых жамилов, очень похожих на Кайларса. Смею предположить, это его родители — Кассандра и Мартинас эль Лаавера.
— Пап, мам, знакомьтесь, это Ариана... Наша эльвахида...
Ужин проходит достаточно легко.
Родители моих избранных оказались приятными, открытыми и общительными инопланетниками.
Несколько дней назад мужчины спрашивали, готова ли я познакомиться с их семьями, на что я, особо не задумываясь, ответила: почему бы и нет?! Видимо, таким образом они пытались подготовить почву, но несмотря на это, встреча стала для меня сюрпризом, надо признать, всё-таки приятным.
Меня радует, что родители тепло отнеслись не только ко мне, но и к брату. Для меня это важно. Рон — моя семья.
Вечер уже близится к своему логическому завершению. Родители выглядят немного уставшими после длительного перелёта, а малыш сегодня пережил кучу новых впечатлений, и, кажется, начинает засыпа́ть на ходу. Он сидит на коленях у Дианы, прижавшись к её груди, и что-то еле слышно бормочет.
Я уже хочу предложить отправиться по домам, но замечаю, что мои жамилы как-то странно переглядываются между собой. Они напряжены и немного скованы в движениях. Я чувствую исходящее от них сомнение, страх и решимость...
— Что-то случилось? — тихонько шепчу, чтобы не потревожить старшее поколение, беседующее между собой.
— Случилось, — говорит эль Лаавера.
Оба мужчины резко поднимаются из-за стола, и я по инерции вместе с ними.
— Кай, Лео... — хочу спросить, что всё-таки происходит, но слова застревают комом в горле...
Они одновременно встают на одно колено и протягивают мне открытые бархатные коробочки, внутри которых сверкают два кольца, инкрустированных розовыми камнями под цвет моих волос.
— Ты согласна стать нашей женой, Ари? — произносят в один голос. Тела напряжены, руки слегка трясутся. Весь их вид кричит о том, что они переживают и действительно боятся... боятся отказа.
— Я... — оглядываюсь на присутствующих, с умилением наблюдающих за нами.
На днях я думала о том, что будет дальше. И когда мои мысли приводили меня к этому моменту, я чувствовала, что готова. Готова связать жизнь со своими избранными, ставшими мне по-настоящему близкими и родными существами. Единственными, кого я вижу рядом с собой.
— Согласна, — говорю чуть слышно. Голос дрожит, на глаза наворачиваются слёзы, но в этот раз от безграничного счастья и всепоглощающей любви.
Каждой клеточкой тела, каждой мыслью и каждым ударом сердца я полюбила жамилов. Пусть было сложно, пусть наш союз против принятых стандартов на Земле, пусть!
Мы будем счастливы, несмотря ни на что!
Со всех сторон слышатся облегчённые вздохи, а затем радостное:
— Поздравляем!
Мужчины поднимаются и по очереди надевают на безымянный палец кольца, идеально сочетающиеся между собой.
— Я люблю тебя, Ари, — Лео первым заключает меня в объятия. Ласковые, бережные и нежные. Каждое его прикосновение как разряд электрического тока...
Дрожу, не в силах справиться с нахлынувшими ощущениями и... чем-то новым. Очень похожем на желание чего-то большего, чем просто объятия.
— Ариана, я люблю тебя, — теперь Кайларс мягко скользит ладонями по моей спине, разгоняя мурашки по всему телу.
— И я вас люблю... — заглядываю в глаза мужчинам, смотрящих на меня с нежностью и любовью. — очень сильно люблю!
— А теперь все дружно поворачиваемся к окну, — командует Император, разрывая напряжение, возникшее между нами и возвращая нас к реальности, где мы всё ещё не одни...
Лео и Кай обнимают меня с двух сторон, и мы вместе наблюдаем за яркими вспышками салютов в нашу честь.
В мобиле мы летим втроём.
Как так получилось, я, если честно, не успела понять. Такое ощущение, что жамилы всем скопом сговорились за моей спиной, да ещё и Рона втянули во всё это. А может, он сам втянулся?!
Диана весь вечер не спускала с рук моего брата, а перед отлётом он изъявил желание полететь с...
То ли из-за того, что Лео и Кай часто произносили это слово... то ли он неосознанно стал искать в этих женщинах
Не знаю!
Но факт остаётся фактом.
Рон улетел в отель, в котором остановились родители моих избранных. А мы, как сказали мужчины, летим в апартаменты, где они проживали эти месяцы.
Вернее, не так. Они не поставили меня перед фактом, они спросили, чего я хочу.
И я сказала прямо:
— Хочу быть с вами по-настоящему!
В квартиру вхожу на трясущихся ногах. Весь былой пыл и уверенность улетучиваются с каждым пройденным шагом, но отступать я не собираюсь.
Внутренне я готова к важному шагу в наших отношениях, но, безусловно, безумно переживаю за процесс. Ничего не знаю, ничего не умею. Даже целоваться. Вот это меня и пугает больше всего.
По моей просьбе Лео провожает меня в гостевую спальню. Мне нужно время побыть одной, чтобы подготовиться и настроиться.
Глупо? Может быть.
Иду в душ и долго стою под прохладными струями воды. Сердце стучит как ошалелое, будто намеревается пробить грудную клетку. Кожа пылает, я горю и внутри, и снаружи. Остыть не получается... жар взял меня в плен...
Закончив с водными процедурами, сушу волосы и надеваю белый банный халат, в котором буквально утопаю. Зато он полностью скрывает моё тело, не оставляя даже намёка, что оно обнажено.
Делаю несколько глубоких вдохов и выдохов и выхожу из комнаты в поисках жамилов.
Нахожу их в гостиной. Они тоже успели принять душ, это видно по капелькам воды, стекающим по обнажённым торсам. Очерчиваю каждый мускул на их телах, каждую вздувшуюся вену...
Красивые. Невероятно сексуальные. Мои.
— Ариана, — Кай поднимается с дивана и мягкими, бесшумными шагами направляется ко мне. Крадётся будто хищник, учуявший свою добычу. Почему-то именно такие ассоциации он сейчас вызывает.
Глаза обоих мужчин горят разноцветными огнями, озаряя комнату яркими голубыми и зелёными вспышками. Завораживающее зрелище.
— Шампанского? — протягивает мне руку и приглашает за небольшой импровизированный столик. Здесь три фужера, бутылка в ведёрке со льдом и фрукты.
— Давай, — произношу осипшим голосом и покорно следую за ним.
Лео открывает шампанское и разливает по бокалам: один протягивает мне, другой — Каю.
— За нас? — я сгораю со стыда от неловкости. Не знаю, что говорить и что делать.
Как правильно?
Или нужно вести себя, как чувствую?!
— За нас! — вторят мужчины, пожирая меня взглядами. Они будто знают или догадываются, что под халатом ничего нет...
Пузырьки приятно щекочут рецепторы, тепло разливается в желудке, а голова освобождается от ненужных мыслей.
Нужно быть само́й собой и следовать своим истинным желаниям.
Придвигаюсь к голубоглазому и тянусь за поцелуем.
Смело? Наверное.
Однако мою инициативу тут же перехватывает сам Лео.
Его мягкие губы осторожно касаются моих. Совсем невесомо, но я ярко чувствую каждое прикосновение. Тяжёлое дыхание мужчины согревает меня своим теплом, руки, которые уже вовсю властвуют на моём теле, рассыпают острые разряды и разгоняют мурашки.
Начинаю отвечать, делая то же, что и он. Захватываю нижнюю губу, затем верхнюю. Приоткрываю рот, позволяя горячему влажному языку скользнуть внутрь, и углубить наш чувственный поцелуй.
Обхватываю шею и перебираюсь на колени эль Ардерра. Чувствую, как его тело мгновенно реагирует на мою близость. Он напрягается, сильнее прижимая меня к себе, так что я отчётливо ощущаю степень его возбуждения сквозь тонкую ткань домашних штанов.
— Ари, — рычит Лео, отрываясь и заглядывая в мои затуманенные страстью и желанием глаза, — я так хочу тебя! Еле держу себя в руках, чтобы не наброситься... Ты невероятная, знаешь? И ты наша. Только наша.
Его откровения вызывают во мне внутренний трепет и согревают своим теплом. По нашей связи я чувствую невероятную нежность, любовь и нетерпение вперемежку со страхом. Он тоже боится, как и зеленоглазый... его эмоции транслируются так же ярко, как и Лео.
— Кай, — хрипло зову своего второго мужчину. — Я... я хочу поцеловать тебя.
Хочу почувствовать вкус его поцелуя, почувствовать единение.
Стать ближе...
— А я как хочу, малышка!
Он пересаживает меня к себе и накрывает мои губы несдержанным поцелуем, а затем подхватывает под ягодицы и, не прекращая ласки, куда-то несёт.
Мы оказываемся в спальной комнате с приглушённым светом. Кай мягко опускает меня на кровать, продолжая целовать.
Он спускается ниже, лаская шею, и вновь поднимается наверх, теперь к ушку.
— Ари, ты веришь нам? — прерываясь, эль Лаавера задаёт неожиданный вопрос.
— Да, — искренне отвечаю, но абсолютно не понимаю, почему он спрашивает.
— Мы хотим завязать тебе глаза. Для нас самое главное — это ты, твоё спокойствие и удовольствие. Так должно быть ярче, острее. Ты согласна?
Перевожу взгляд на Лео и вижу его с шёлковым платком в руках.
— Если не уверена, — говорит эль Ардерра, — мы остановимся и продолжим только тогда, когда ты действительно будешь готова. — я вижу, что он не шутит и не пытается манипулировать. Они дают мне выбор.
— И ещё, — добавляет. — Нам осталось рассказать тебе о последней особенности жамилов, если это можно так называть. После первой близости ты станешь нашей женой по всем законам. Нашей эльвахидой. Решение за тобой...
Голос мужчины дрожит от страха. Руки Кайларса, нависающего надо мной, трясутся. Они волнуются не меньше, чем я. Мы в равных условиях. Для нас троих это первый раз, но они хотят сделать его запоминающимся именно для меня!
Осознание всего этого стирает сомнения. Мы вместе. Они мои избранные. Любимые. Я готова.
— Хорошо, — выдыхаю. — Я сама завяжу, — беру платок из рук Лео и прикрываю глаза. Теперь вокруг темнота, в которой нет места смущению и страху. Расслабляюсь, позволяя себе и им абсолютно всё...
— Тише, любимая, не бойся. Мы никогда тебя не обидим, — голос одного из жамилов ласково шепчет на ухо.
До сих пор не понимаю, кто есть кто. Дрожь никуда не уходит, а только усиливается. Я сгораю от напряжения и... нетерпения.
Приятное скольжение, которое заставляет забыть о страхах и довериться, повторяется.
Мои губы вновь оказываются в плену, кто-то терзает их, словно желает поглотить меня полностью. Поцелуй голодный, жаркий и страстный. И пока он отвлекает меня, скольжение сменяется давлением. Я пытаюсь оттолкнуться, спрятаться от этого ощущения, но уже поздно.
Рваный мужской выдох, полный нетерпения и резкий толчок. Боль. Яркая, мощная, но короткая, как электрический разряд. А после, непривычная наполненность и давление, распирающие изнутри.
Осторожное движение. Глубже. Я вся сжимаюсь в ожидании новой боли, но её больше нет. На её место приходит нечто новое, то, что невозможно описать словами. Новый толчок, за которым следует мой протяжный стон, полный наслаждения.
Ещё.
Мужчина увеличивает скорость и амплитуду проникновения. Постепенно, стараясь не навредить. С каждым движением внутри разгорается пожар. Толчок и новая вспышка удовольствия, горячими угольками пробегающая по каждой клеточке тела.
Мне хорошо, невероятно.
Внизу живота скапливается напряжение, которое требует выхода — ищет освобождение. И я вместе с ним.
Несколько мощных толчков и я чувствую, как меня накрывает очередной волной восхитительного оргазма.
— Ар-ри, любимая, — рык Лео, после которого он содрогается вместе со мной.
Стягиваю платок, чтобы видеть своего мужчину в этот момент. Губы сжаты, глаза под пеленой из страсти, тело напряжено. Руки, нависающие надо мной, дрожат.
— Люблю тебя, жена, — чувствую по нашей связи, как он счастлив. Меня буквально топит в океане его эмоций.
— А я люблю тебя, мой муж. Вас обоих, — перевожу взгляд на Кая.
— Примешь меня, любимая? — спрашивает зеленоглазый, притягивая к себе.
— Да...
Когда мы закончили, я заметила под грудью два ярких распустившихся цветка: голубой и зелёный. Они пульсировали в такт левых сердец жамилов, отныне принадлежавших только мне...
Ариана эль Ардерра-Лаавера
Просыпаться в объятиях любимых мужчин — ни с чем не сравнимое наслаждение.
Открываю глаза и сладко потягиваюсь, чувствуя приятное томление и покалывание после ночи, наполненной любовью и страстью.
С двух сторон меня обжигают обнажённые тела жамилов. Их руки покоятся у меня на животе... наверное, чтобы не сбежала?! Тихонько хихикаю от своих мыслей.
— Ты проснулась, малышка? — спрашивает Лео.
— Да, — бормочу еле слышно. Горло саднит от громких стонов и криков удовольствия, из-за чего слова даются с трудом.
— Светлого утра, любимая, — Кай вырывает меня из объятий побратима и подминает под себя. Действует быстро и нагло! Я даже не успеваю пикнуть.
— Кай! — упираюсь ладонями в его стальную грудь и, не удержавшись, пробегаюсь пальчиками.
— С огнём играешь, Ари, — рычит. — Тебе пока нельзя, нужно взять передышку, чтобы восстановиться.
— Заботливый мой, — касаюсь ладонью его щеки. — Любимый!
— А я?! — наиграно обиженным тоном произносит эль Ардерра.
— И ты... я бесконечно люблю вас обоих!
Ограничившись поцелуями, мы отправились на встречу с родителями и братом.
Ночью, после того как я стала женой обоим мужчинам, они спросили у меня, готова ли я отправиться на Кальби? Или мы будем строить нашу жизнь на Земле?
Я была так ошарашена этим вопросом, что даже дар речи потеряла. В большей степени из-за того, что мы
Леонард — будущий правитель. От него и его силы зависело благополучие целой Империи и миллионов существ!
Я сразу сказала, что это даже не обсуждается, потому что изначально понимала, на что шла, когда соглашалась на отношения и принимала их предложение.
Единственным условием было присутствие моего брата в нашей жизни. И когда я озвучила его, пришёл черёд удивляться уже мужчинам. Они сказали, что Рон — часть нашей семьи и это никогда не изменится. Дали слово.
Вылет запланировали на вечер.
Прилетев на Кальби, мы сразу же занялись поисками нового дома для нашей семьи, потому что с тем особняком, которым мужчины владели ранее, нас связывали не самые приятные воспоминания. А всё плохое мы решили оставить в прошлом.
Дом мы нашли достаточно большой, по соседству с родителями моих мужей. Возможно, для кого-то жизнь рядом с родителями в тягость, а я, наоборот, радовалась, что они были с нами. Поддерживали и помогали, когда это было необходимо, но при этом не навязывались и не вмешивались.
Первое время Рон жил с нами. Буквально около месяца, потом он всё чаще и чаще стал проситься к
Женщины заметили, что я слишком много уделяла этому внимания, и вызвали меня на серьёзный разговор. Они убедили меня, что всё это время я зря волновалась и накручивала себя. Они были рады, что смогли подарить свою любовь и заботу моему брату и стали ему мамами. Обычно у инопланетников несколько отцов, а Рон удостоился возможности иметь двух мам.
То Диана, то Кассандра стали забирать брата к себе и оставлять в гостях на несколько дней. Через месяц он полностью переехал к эль Ардерра, где проводил время с внуками Императоров.
Я тяжело переживала этот период, но мужья, как могли, поддерживали меня. Хорошо, что мы жили совсем рядом, иначе я бы не справилась.
Почти сразу после переезда, я осуществила свою мечту и поступила в Академию Межгалактических отношений Аль Хоббена. Правда, дистанционно, потому что она находилась на другой планете и каждый день в такую даль не налетаешься. Днём мои жамилы работали, я училась, а по вечерам мы вместе сгорали от любви и страсти...
Вчера я получила диплом об окончании Академии, а сегодня мы отправились в отпуск, чтобы отметить это долгожданное событие.
Последние полгода обучения были чрезвычайно сложными. Экзамены, написание дипломной работы. Практика, на которой мне приходилось общаться не только с землянами, но и с другими расами соседних Империй.
Мы мало времени проводили с мужьями, и в отпуске я планировала наверстать упущенное.
— Как настроение, любимая? — Лео пересадил меня к себе на колени и уткнулся носом в сгиб шеи, с шумом втягивая воздух.
Мы неумолимо приближались к Мальжа. За иллюминатором уже виднелись очертания голубой планеты с розовыми островами.
Моё любимое место в Аль Хоббена! Тихое, спокойное и уединённое.
— Отличное! — улыбнулась и прикрыла глаза, млея от ласки своего мужа.
Я с нетерпением ждала этого отпуска. Дни отсчитывала. Причём в прямом смысле: повесила календарь на стену и зачёркивала прошедшие дни крестиком.
Инопланетники так никогда не делали, поэтому все, кто заходил в мой рабочий кабинет, не понимали зачем мне это?!
На что я отмахивалась и коротко отвечала — земные привычки. И только Диана и Альварез, муж младшей сестры Лео, тихонько хихикали, поддерживая меня... земляне — такие земляне!
Корабль пристыковался к станции на орбите планеты, после чего мы пересели на небольшой шаттл и отправились на уединённый остров.
Там не будет никого, кроме нас троих... даже обслуживающий персонал и тот должен прилетать по строгому расписанию, не чаще раза в день. Что, несомненно, не могло не радовать... потому что планы на отдых были грандиозными!
Первая неделя нашего отпуска пролетела незаметно. Мы действительно отдыхали. Нежились на розовом песке и грелись под тёплыми лучами звезды Шамс, плавали, вместе готовили и проводили страстные ночи.
Очень страстные.
Такие, какие двадцатилетняя Ариана, тогда ещё Гонсалес, даже представить себе не смогла бы.
За пять лет мы с мужчинами попробовали все грани любви на троих. Пусть и не сразу, но постепенно мы учились всё новому и новому. Вместе.
Сегодня мы впервые выбрались с острова. Летали на экскурсию, а затем побывали в известном на всю Вселенную подводном ресторане. Вернулись около часа назад и разошлись по комнатам, чтобы принять душ и подготовиться к жаркой ночи.
Надеваю новый комплект белья чёрного цвета, который идеально сочетается с моим необычным цветом волос и загорелой кожей. Сверху накидываю коротенький, шёлковый халат. Выхожу из ванной и натыкаюсь на горящие восхищением и вождением взгляды моих жамилов.
— Любимая... — Лео подрывается с места, но я останавливаю его взмахом руки. Он беспрекословно подчиняется, сразу же возвращаясь на место.
Успеваю заметить, что мужья уже полностью обнажены и... готовы. Их возбуждённые члены, выпирающие под невесомой тканью простынки, невозможно не увидеть.
— Что ты задумала, Ари? — низким голосом спрашивает Кай.
Не отвечаю, поддерживая интригу. Нажимаю на коммуникатор, подключённый к умной системе бунгало, и включаю чувственную мелодию.
Делаю шаг, покачивая бёдрами. Ещё шаг, подключаю руки, затем и всё тело.
Мои движения плавные, но в каждом чувствуется уверенность.
Я стала другой: сильной, взрослой женщиной, а не загнанной мышкой, краснеющей от брошенных в её сторону взглядов или же комплиментов. Желанной, красивой, образованной. Страстной, знающей, чего хочет... но главное, уверенной! Благодаря моим жамилам. Только рядом с ними я почувствовала себя настоящей женщиной и обрела равновесие. Стала полноценной.
Этим вечером я решила порадовать любимых прелюдией в виде чувственного танца, чтобы разнообразить и привнести что-то новое в нашу сексуальную жизнь.
Скидываю халатик и бросаю на кровать, продолжая выводить восьмёрки бёдрами. Музыка захватывает меня, и я полностью отдаюсь ей. Запрокидываю голову, поднимаю руки и танцую, танцую, танцую... отключаясь от реальности.
— Ар-ри! — рык Кая ни с чем невозможно спутать.
По характеру зеленоглазый мягкий и понимающий, до невозможности добрый, но вот в постели... всё в точности наоборот. Он жёсткий и ненасытный.
У Лео вспыльчивый характер, и в обычной жизни от него лучше держаться подальше... не мне, разумеется. Меня его взрывной темперамент обходит стороной, но иногда слегка задевает. А в сексе голубоглазый, наоборот, очень нежный, внимательный и заботливый.
Заканчиваю танец. Открываю глаза и вижу, что мужья уже на низком старте. Ещё бы пару секунд промедления и они набросились на меня, как голодные, беспощадные звери, не знающие запретов.
— Понравилось? — обвожу руками тело, невесомо касаясь изгибов.
— Ты восхитительна, любимая...
Подхожу сначала к Каю, чтобы успокоить его. Дарю поцелуй, который едва не перерастает в нечто большее.
— Подожди, — прикрываю ладонью его губы. — Будь терпеливее, эль Лаавера.
Встаю на четвереньки и ползу к другой половине кровати, чтобы поцеловать голубоглазого. Он сразу же углубляет поцелуй, не позволяя мне отстраниться.
Сзади меня касаются горячие ладони Кая. Они скользят по спине, затем по талии. Он резко дёргает меня на себя, буквально впечатывая ягодицами в свой напряжённый член. Трётся, но затем отстраняется, выбивая из груди недовольный стон.
Я сама затеяла эту игру, однако она уже начинает меня утомлять...
— Хочу, — сдаюсь первой.
Они показали мне свою выдержку, не набросившись сразу, как только я приступила к танцу. Всё. Достаточно!
— Чего ты хочешь? — эль Лаавера прокладывает дорожку из поцелуев по моей спине, вызывая дрожь по всему телу. Лео тем временем целует шею, руками лаская мою грудь.
— Вас, — голос звучит умоляюще. — Пожалуйста!
Чувствую, как щёлкает застёжка бюстгальтера и он отлетает куда-то в сторону. Кай стягивает трусики и их постегает та же участь, быть выброшенными, а я и не против!
Зеленоглазый покрывает поцелуями сзади, Леонард уже вовсю ласкает напряжённые соски́.
Стону от нахлынувших ощущений, выгибаюсь как кошка. Чувствую, что уже давно влажная и готова принять мужей, но они медлят, растягивая удовольствие или, скорее, наказывая меня за шалости...
Когда мне кажется, что вот-вот потеряю сознание от тянущего ощущения внизу живота, эль Ардерра заполняет меня и сразу же начинает вколачиваться, выбивая хриплые стоны наслаждения.
Моё возбуждение практически достигает пика, но Лео останавливается, давая возможность Кайларсу пристроиться сзади и аккуратно заполнить другой вход.
Максимально расслабляюсь, пытаясь принять обоих мужчин. После того как второй член оказывается полностью во мне, мужчины набирают темп, уже не сдерживаясь и не ограничивая себя.
Каждое движение как взрыв сверхновой, каждый толчок как электрический разряд... настолько остро ощущается то, что между нами сейчас происходит.
К финалу мы приходим одновременно. Яркий оргазм накрывает нас с головой.
На островах мы проводим ещё три дня, после чего возвращаемся домой и последние дни нашего отпуска проводим вместе с родными. Родителями, братьями, сёстрами и их семьями.
Рон стал уже совсем взрослым. В этом году ему исполняется десять лет. Он продолжает жить на две семьи: то с мамой Дианой, то с мамой Кассандрой. Даже став старше, он не перестал их так называть. И если раньше я загонялась по этому поводу, то сейчас смотрю с умилением.
Я бесконечно рада, что он смог увидеть в этих женщинах кого-то больших, чем просто матерей моих мужей.
Рон счастлив и это главное. Не только мне, но и ему жизнь дала второй шанс...
Через неделю после окончания отпуска я почувствовала, что во мне что-то изменилось.
Ночь мне пришлось провести одной, потому что мужья вместе с пока ещё действующим Императором Эдвардом эль Ардерра отправились на соседнюю планету, разбираться с внезапно вспыхнувшим восстанием.
Пока я дожидалась возвращения жамилов, вся извелась. Мысли скакали от одной к другой. Столько всего себе успела надумать, что стало страшно... поэтому, когда Лео и Кай перешагнули порог нашего особняка, я уже вовсю рыдала, погрузившись в истерику.
— Ариана! — страх в голосе мужа напугал меня ещё больше. — Что случилось, любимая?
— Не зна-аю, — завыла во весь голос.
Кай удерживал меня в объятиях и покачивал. Он сам словил приступ паники, это чувствовалось по его напряжённому телу и тяжёлому дыханию.
— А я знаю, малышка, — Лео присел перед нами на корточки и нежно коснулся моей щеки, стирая влагу.
— Знаешь? — шмыгнула носом и подняла заплаканные глаза на своего голубоглазого жамила. Но лучше бы этого не делала!
В горящих глазах мужчины я увидела слёзы...
— Лео, ты меня пугаешь ещё больше, — прижалась ближе к Каю, ища поддержку, но тот, как оказалось, теперь тоже сидел, словно каменная статуя. Напряжённый, с такими же покрасневшими глазами.
— Что происходит?! — уже начинала злиться.
— Мы скоро станем родителями, любимая! — сказал эль Ардерра и уткнулся носом мне в живот. — Мальчик, мой сын!
— Что? — ураган из эмоций захлестнул меня. Мальчик? Сын?!
Через девять месяцев я родила будущего Императора Аль Хоббена. Голубоглазого блондина — Роберта эль Ардерра, который со временем сменит своего отца и встанет во главе Империи.
А ещё через пять лет подарила Каю чудесную девочку с зелёными глазами. Мы назвали её в честь моей мамы — Эмилией эль Лаавера.
Работа в межгалактическом эскорте позволила мне не только спасти жизнь брата, но и свою. Обрести настоящее счастье и любовь. Я действительно бесконечно счастлива рядом со своими любимыми жамилами и их маленькими копиями — нашими малышами.
Впереди нашу семью ждёт долгая и счастливая жизнь в любви и взаимопонимании!
Я знаю это. И верю...