Галактика Кольцо Смерти. Планета Арс-9. 5218 год после Объединения.

Рано утром я стояла на рынке и ругалась с торговцем.

— Тридцать звездных монет за пучок редиски — это грабеж. Дядя Джур, у тебя совесть есть? Давай за пятнадцать.

Сейчас середина лета, и солнце становится особенно беспощадным. Я завязала волосы в высокий хвост, и шею уже начинало припекать. Майку, шорты и шлепки, которые были на мне, подарили соседи. На этой планете сейчас многие остались без вещей, и все делятся, как могут.

— Сколько?! — гневно вздернул брови старик. — Ты, конечно, спасла нашу планету, но это не значит, что теперь можно грабить честных торговцев! Двадцать пять монет.

Мимо проходили другие жители города, но особого внимания на нашу склоку не обращали. Только посмеивались иногда, привыкшие к этой картине.

На этой планете, а точнее, на остатках ее обжитых территорий, меня знала каждая собака. И пусть поселилась я тут совсем недавно, но прославилась в первый же день.

Так случилось, что я не из этого мира. И даже не из того, откуда пришла сюда. Это долгая история, финал которой находится здесь. Если коротко, то несколько дней назад я пересекла Грань миров и решила поселиться на этой чудной отсталой планетке, вот только ее уже захватывал чей-то иноземный космический флот.

Флот проблемой не был, я быстренько развернула эти консервные банки обратно на орбиту и прославилась на всю планету. И хоть я и воссияла в героическом свете, но скидку мне давать местные торговцы наотрез отказались. Вот и спасай людей после этого.

Высоко в небе плавали едва различимые алые нити, которые влажно поблескивали на солнце. От одного их вида измученные войной люди чувствовали себя гораздо спокойнее.

— Пятнадцать, — скрипнула я зубами, вцепившись в пучок редиски. — И тогда куплю два.

— Двадцать! И три возьмешь! — недовольно прикрикивал дедушка, торгуясь с азартом.

— Я возьму три, но по пятнадцать. Дядя Джур, побойся бога, я же почти без денег! Спасала вас тут всех, не щадя здоровья. Сделай скидку, будь человеком.

— Какого бога я бояться должен?! — потрясая в воздухе пучком редиски, гневался старик. — Бросили они нас все! Один оставался, и тот ушел к врагам!

— Вот видишь, — ухватилась я за шанс показать себя в лучшем свете. — Все ушли, а я осталась. Ну что тебе, жалко пучка редиски для новой богини, а?

Про богов я не шутила сейчас. Нет, это не те, кто создал мир, людей и совесть, которой у старика отродясь не было. Боги здесь напрямую связаны с магией.

Мир, из которого я попала сюда, называется Хаос. Он похож на большую коробку со всяким хламом, который случайным образом то появляется, то исчезает, то изменяется. Магия там представлена в самых невообразимых формах и доступна всем высшим созданиям, а также некоторым низшим. Они могут черпать энергию, разлитую в пространстве, хранить ее в своем теле, преобразовывать в определенную структуру и использовать по своему разумению.

В этом мире, который называется Порядок, дела обстоят иначе. Здесь магия поступает из Источника, который находится в центре каждой галактики. После этого она проходит через богов, приобретает свойства стихии, предмета или явления, а уже потом направляется к человеку с похожим врожденным атрибутом. Например, магия из Источника поступает к богу смерти, становится магией смерти и отправляется к магам смерти. Та же схема действует для магии стихий, металла, жизни, любви, флоры или фауны. Видов магии было довольно много, но это в прошлом.

После войны богов, которая разразилась в галактике Кольцо Смерти очень давно, в живых остался только бог смерти. В последствии все другие виды магии исчезли, осталась только эта. По-хорошему источник должен был выбрать среди людей новых носителей божественной силы и вознести их в божественные чертоги, но бог смерти и эту лавочку прикрыл каким-то хитрым образом. В общем, монополист фигов.

Главное в этой истории то, что никогда не только в Кольце Смерти, но и в других галактиках этого мира не существовало магов с таким атрибутом, как у меня. Поэтому, едва я переступила Грань миров, Источник направил свою энергию новому магу, вычислил, что в его галактике я первый такой маг и недолго думая шлепнул на меня божественное клеймо. Вот такие тут боги, добрый вечер.

В последствии это все грозит тем, что в галактике начнут рождаться дети с такой же магией, как у меня. Но это если я тут задержусь. А как я задержусь, если меня — героиню межгалактической войны — голодом заморят, а? Жулики!

Старик поджал губы, с минуту недовольно смотрел, а потом сдался:

— Ладно, пусть пятнадцать. Но ты возьмешь четыре!

— Да ты с ума сошел! Куда мне четыре? Дома только я и бабуля. Кто твою редиску грызть будет? Мне что, всю неделю ею питаться? Давай три.

— Четыре! И ни пучком меньше!

Мне ничего больше не оставалось, как расплатиться за четыре пучка редиски. Вздохнув, активировала «светлый мозг» — устройство, похожее на браслет и работающее на базе искусственного интеллекта, активируемого нейроимпульсами. В качестве идентификатора он использовал собственные мозговые волны человека, так что забыть пароль или украсть чужую учетную запись было невозможно. Сам же браслет выступал в качестве инструмента взаимодействия с другими устройствами. Проще говоря, это и компьютер, и мобильник, и банковская карта.

Отправив торговцу шестьдесят монет, я грустно посмотрела на остаток. Только благодаря тому, что мэрия выделила мне награду за защиту планеты от оккупантов, эти деньги вообще появились. Но я не унываю, я уже устроилась на работу.

Вот и сейчас. Стоило мне сторговаться с вредным стариком, как в небе пролетел косяк военных корветов с городским гербом. Один звездолет отделился от группы и приземлился на одно из самых уцелевших после войны строений — здание мясного рынка.

Шлюз открылся, и на бетонную площадку спрыгнул бородатый мужчина средних лет. Профессионально оглядев толпу внизу, он нашел меня взглядом и бешено замахал руками. Перекрикивая звуки рынка, он заорал:

— Лида! На Невразорском водохранилище дамбу прорвало! Полетели быстро!

Собственно, моя новая должность звучит примерно так: «эксперт по чрезвычайным ситуациям в условиях военного положения, техногенных и природных катастроф». Я называю себя разнорабочим. Богиня на полставки.

Покачав в воздухе пакетом с продуктами, крикнула:

— Господин мэр, не то, чтобы мне было жалко для вас гравия или чем там принято латать дамбы, хорошо? У меня просто этого нет! Давайте вы там как-нибудь сами? Я еще даже не завтракала!

Мэр уже привык, что я не самый самоотверженный гражданин, поэтому пошел с козырей:

— Тысяча звездных монет!

— Считайте, я уже там!

Сунув вредному дедушке пакет с продуктами и попросив присмотреть, услышала в ответ гневное «я тебе не камера хранения!», после чего быстро поднялась на крышу мясного рынка и забралась в корвет мэра.

Впереди сидели два пилота, а мэр сел ко мне на заднее сидение. Шлюз закрылся, и начался инструктаж.

— В ходе последнего обстрела планеты вражескими силами одна ракета попала в дамбу. Нам есть чем залатать, но это займет время, за которое половину города затопит. Я хочу, чтобы ты задержала поток, пока мы будем латать брешь.

Корвет поднялся в воздух, и заработала чудо-техника. Корпус окутало слабое свечение щитов, включились инерционные гасители, после чего корвет перешел на первую световую скорость.

Выслушав, я серьезно спросила:

— Большая дыра там?

— Метров триста, — сокрушенно покачал головой мэр.

Из окна ничего не было видно, только смазанное изображение. Скорость местных машин действительно впечатляла.

— Тогда одна не справлюсь, — ответила мрачно. — Найдете мне добровольцев?

— Уже, — хмыкнул глава города Крайдершот.

Мы с мистером Честити уже не в первый раз работаем вместе. Умный мужик и в меру упертый, своей выгоды не упустит, но и самосознание имеет. Невозможных вещей точно не потребует. За эти дни он уже понял на что и в каком объеме я способна, а также что нужно сделать, чтобы повысить мою эффективность.

До места долетели за три минуты. Дамба располагалась на водохранилище за городом и имела протяженность около трех километров. Ракета попала в самый край, но ущерб нанесла немалый. Из огромной пробоины хлестала вода, затопив уже несколько ближайших полей.

Корвет приземлился на площадку дамбы недалеко от пробоины. Там уже стояли несколько корветов, возле которых ждало человек триста военных. Мэр вышел первым и подал мне руку, помогая спуститься.

— Вот дамба, вот добровольцы. Работай, — приказал он и жестом подал знак военным приготовиться.

Я вытащила из кармана складной нож — подарок самого мэра. Из Хаоса я пришла сюда с лавовым кинжалом, но он слишком большой, чтобы носить в кармане. С ножом было удобнее.

Подойдя к столпившимся у края военным, я приветливо улыбнулась:

— Не бойтесь, парни, больно не будет. Просто как комарик укусит.

В инструкциях люди уже не нуждались. О том, кто я и как колдую, знала, пожалуй, вся планета. Тем проще было ими управлять.

Раскрыв складной нож, я закатала левый рукав и провела острым лезвием по запястью. Едва проступила кровь, кожу по всему телу быстро покрыли багровые письмена на языке Хаоса. Ничего особого, просто одна и та же повторяющаяся фраза, которая переводится, как «Отвори кровь».

С этого момента началась магия. В отличие от стихийных магов или магов смерти, я работаю с кровью. Отворить кровь — главное условие для сотворения любых чар. Я не могу управлять кровью в теле людей, у которых нет никаких ран, но, если будет хоть небольшая царапина и проступит хоть капля крови, эти люди будут полностью в моем распоряжении.

Из разрезанного запястья быстро потекла кровь. Алые капли засветились и стали подниматься в воздух, принимая очертания острых нитей. Три сотни здоровых мужчин решительно обнажили свои запястья, и облако кровавых нитей пронеслось сквозь толпу, оставляя на запястьях порезы. Очень быстро число нитей в воздухе стало расти.

Из тонких порезов я вытягивала ровно столько крови, чтобы не навредить людям, после чего сформировала из нитей очень тонкое непроницаемое полотно. Благодаря магии Источника его крепость была феноменальной, и, сосредоточенно удерживая чары, я закрыла брешь в дамбе.

Едва вода остановилась, мэр махнул рукой рабочим, ожидающим на незатопленном участке суши вместе со строительной техникой. Военные, роль которых в нашем деле подошла к концу, профессионально заклеили раны медицинским спреем и присели на бетон, пережидая легкое головокружение. Как только им станет лучше, они смогут сесть в корветы и вернуться на базу.

А вот я свободна уже сейчас. Магия продолжит держаться и без моего присутствия, так что можно вернуться и приготовить завтрак. Подойдя к краю платформы, сложила руки рупором и крикнула:

— Мистер Честити, я все! Отвезете обратно?

Мэр бросил заместителю пару слов и пошел ко мне. Лицо у него было довольное, так что весь мужчина источал хорошее настроение.

— Ну что, героиня, пойдем, — с широкой улыбкой хлопнул меня по плечу мэр. — Тебя куда? Домой или на рынок?

— На рынок, — ответила, пошатнувшись. — Надо продукты забрать. Кстати, где моя награда?

— Как насчет чувства выполненного долга? — хитро прищурился скупердяй.

Я невозмутимо парировала:

— Бабуля зовет вас на ужин, кстати. Очень интересуется вашими планами жениться на какой-нибудь хорошей бескорыстной женщине, богатой чувством выполненного долга.

— Я двадцатку накину, — моментально сориентировался почетный холостяк округа. Тут же, не отходя от кассы, включил светлый мозг и перевел мне двадцать одну тысячу звездных монет.

— С вами приятно иметь дело, мистер Честити, — доброжелательно улыбнулась я, пожимая лучшему мэру в мире руку.

У нас с мэром была исключительно суровая мужская дружба, но бабуля, у которой я сейчас живу, считает его подходящим женихом для своей одинокой сожительницы.

— Кстати, как поживает госпожа Илидан?

— Очень хорошо, — улыбнулась я. — Начала заниматься йогой и требует давать ей здоровое питание. Интересуется вашим капитаном пожарной части мистером Лероем. Вы не знаете, он не подыскивает себе супругу?

— Я спрошу, — усмехнулся мэр.

Вот так за обычными разговорами мы и долетели до рынка. Мистер Честити высадил меня на том же месте, я забрала у вредного деда свои покупки и вернулась в квартиру. Бабуля сидела в гостиной и смотрела галовизор.

— Что-то ты сегодня долго, — заметила старушка, сидя в кресле с клубком ниток и спицами.

— На Невразорском водохранилище дамбу прорвало. Ходила помогать, — крикнула из коридора, сбрасывая туфли и блаженно выдыхая.

— Чтоб этим андромедовцам пусто было! — гневно воскликнула старушка. — Оккупанты проклятые!

Устало улыбнувшись, я ничего не ответила, забрала пакеты и пошла на кухню.

Был полдень. Ярко светило солнце, а от руин некогда прекрасного города поднимались потоки дрожащего воздуха. Из окна квартиры было видно, как местные жители бродят по разбитой авиаударами дороге и убирают обломки соседней многоэтажки. Это была последняя атака объединенных сил соседней галактики Путь Андромеды.

Включив вытяжку, я продолжила готовить обед. На разогретую сковороду вылила немного масла, а потом добавила пару ложек меда для карамелизации. Когда смесь закипела, добавила крупно нарезанные овощи и острые специи. На соседней конфорке закипала небольшая кастрюля супа, а в духовке запекался яблочный пирог. Осталось только салат с редиской нарезать.

Из гостиной доносились звуки работающего галовизора. Бабуля, в квартире которой я поселилась несколько дней назад, упорно не желала унывать и каждый день смотрела передачу «Выходи за меня».

— Тьфу ты! Ну что это за жених? Кто его на передачу пустил? Он ведь даже гвоздь прибить не сможет! Не мужик, а доходяга. Лида, иди посмотри, какой жених тут девке достался!

— Мне некогда, — отмахнулась я, продолжая помешивать овощи на сковородке.

— Да ты только глянь! Запомни, девочка, будешь мужа выбирать — бери покрепче.

В ответ я только вздохнула, тоскливо глядя на странную метку, обвившуюся вокруг запястья. Если бы не она, я уже была бы замужем.

Так случилось, что я не из этого мира. И не из того, откуда пришла в этот. У меня долгая и запутанная история, за организацию которой даже не знаю, кого благодарить нужно.

До недавнего времени я счастливо жила в Хаосе, где являлась частью клана Крови. Я была создана одной из последних, поэтому родственников завести не успела, а для силы мага крови кровные узы имеют решающее значение. Чем больше кровных линий, тем сильнее маг. И пусть среди нынешнего поколения я была самой сильной, иметь родственников все равно полезно.

Ради этого я даже завела себе жениха. Ну как завела… похитила. Увы, жениться на леди клана Крови никто в здравом уме не желал, пришлось силой брать. И после всех этих трудов, до завершения обряда на церемонии Союза Крови на моем запястье появилась эта метка.

Леди из клана Духов Любви, которая проводила для нас церемонию, объяснила, что иные силы уже заключили союз между мной и кем-то другим, так что объединиться ни с каким другим мужчиной я не смогу. Скорби моей не было предела, а жених разрыдался от счастья. Ну и Бездна с ним.

После долгих разбирательств, единственное, что я смогла узнать, это то, что вторая метка должна принадлежать мужчине из другого мира, потому что магия это была не местная.

Потом были долгие сборы, подготовка к жизни в другом мире, попытки пересечь Грань, и в итоге я угодила на эту отсталую планету, которую недавно завоевал правитель из другой галактики.

Жениха моего тут не оказалось, и, сказать по правде, я уже и не хочу его. В этом мире жизнь оказалась гораздо лучше так что теперь я просто хочу спокойной тихой жизни.

И именно с ней возникли проблемы.

Этот император, да провалится он в Бездну, прислал людей собрать дань как раз в тот момент, когда я заселялась на планету. Мы немного поскандалили, а потом я засунула этих военных в их ржавые корабли и вышвырнула с планеты хорошим магическим пинком.

Те кровавые нити в небе как раз для того, чтобы никто без моего разрешения не смог попасть на планету из космоса. Ракеты они также не пропустят. Эти нити будут реагировать на любое движение на установленной высоте, так что птички летают спокойно, а вот эсминцы и ракеты будут разрезаны на куски прямо в воздухе.

С тех пор местные жители меня очень любят, выделили квартиру с бабушкой и объявили планету независимой. Людям императора это не очень нравится, но кому сейчас легко, да? Я вот тоже дань не могу заплатить, у меня банально нет столько денег. Поэтому приходится поддерживать идею независимости планеты и защищать ее от захватчиков.

Мирную картину нарушил звонок в дверь. В гостиной скрипнуло старое кресло, и бабуля пошла проверить «кого там нечистая принесла». Из прихожей донеслись мужские голоса, после чего бабушка громко крикнула:

— Лидия, это к тебе!

Сделав огонь потише, я вытерла руки полотенцем и вышла из кухни. На пороге стоял хмурый мэр, а в руках у него иностранный планшет. Именно такими пользуются люди из галактики Путь Андромеды. На экране планшета шел видеозвонок, ради которого мистер Честити сюда и пришел. Развернув экран ко мне, он хмуро кивнул на двух офицеров в военной форме галактики Путь Андромеды.

— Что такое? — спросила я, оттеснив бабулю в сторону. Кивнув на двух офицеров, спросила у мэра: — Эти опять милостыню просить пришли?

Я была не очень вежлива, но и военные могли только зубами скрипеть. Они уже хорошо знакомы с моей силой и знают, что в открытом бою не победить. Стало быть, угрожать хотят.

— Планета Арс-9 аннексирована империей Ках-Шахрастар! — гневно повысил голос офицер справа. — Вы обязаны подчиняться императору!

Я продолжала не спеша вытирать руки полотенцем, вопросительно выгнув бровь:

— Или что?

— Или мы доложим обо всем императору! — заявил офицер слева.

— И что тогда? — усмехнулась я.

— И тогда он пришлет большой флот и уничтожит здесь все! — пригрозил левый.

Я повернулась к бабушке и с легкой улыбкой спросила:

— Бабуль, как ты там говорила?

— Блажен, кто верует! — мигом подхватила старушка, подсказывая правильный ответ.

Я посмотрела на офицера и развела руками:

— Делайте что хотите, но денег не дам. А что будет с этим флотом вы и так уже знаете. Мистер Честити, пообедаете с нами?

— Да нет, мне пора, надо дамбу проконтролировать, — сразу же отказался мэр, кидая опасливые взгляды на бабулю. Больше всего холостяки боятся почетных свах.

Кивнув, я развернулась и ушла, бросив:

— Бабуль, закрой дверь, а я пошла, не то овощи погорят.

Больше не тратя время на всяких попрошаек, вернулась на кухню и продолжила готовку. Незваные гости остались ни с чем, а мэр на радостях прислал через полчаса хороший кусок говядины.

— Эх, девонька, жениха бы тебе богатого, — вздохнула старушка, помогая мне накрывать на стол в гостиной.

— Да какая разница, бабуль, если я все равно ни за кого выйти не смогу, — от всего сердца пожаловалась я.

Мы включили следующую серию передачи и стали обедать, но старушку заинтересовал вопрос.

— Почему не сможешь?

— Так проклята я, — пожала плечами и показала запястье. — Видишь метку? Пока не уберу ее, ни за богатого, ни за нищего выйти не смогу.

— Экая невидаль, — поцокала бабушка, рассматривая узор, похожий на железо, покрытое кровью. — А почему не сможешь? Ну клякса и клякса. Рукавчик натянешь — и будто не было ничего. А хочешь, я тебе повязку свяжу! Самая нарядная в городе ходить будешь.

Это простое решение так поразило меня, что я застыла с ложкой возле рта. Если так подумать, то мне ведь не обязательно проходить ритуал Союза Крови с супругом. Достаточно будет просто зарегистрировать брак в мэрии — и все, мы женаты, законные супруги. Чтобы продолжить кровную линию, этого достаточно. Нужен только мужчина, который бы не сопротивлялся. А так как в этом мире никто не знает о печально известном в Хаосе клане Крови, то и бояться меня особо не будут. Нужно только сходить на…

— …свидание! — просияла я. — Тогда мне нужно на свидание!

И тут бабуля неожиданно предложила:

— Лида, а давай мы тебя на эту передачу запишем? А что, девка ты видная, хозяйственная. От женихов отбоя не будет!

Я с сомнением посмотрела на овощи в супе. Много женихов? Это возможно? Прям выбрать можно будет, а не похищать того, кто бегает медленнее остальных?

— А знаешь, — подумав, решительно поджала губы. — А давай.

Галактика Путь Андромеды. Империя Ках-Шахрастар. Планета-столица Хагрос. 5218 год после Объединения.

Это был знаменательный день. Можно сказать, исторический. Вчера состоялась свадьба императора Ках-Шахрастара Айдана Эрда. На большом празднике присутствовали первые лица других галактических государств, а праздничная программа была очень насыщенной.

Добавляло радости собравшимся еще и то, что объединенный флот стран галактического содружества не только отбил нападение врагов из Кольца Смерти, но и полностью подавил любое сопротивление, аннексировав все территории вражеской галактики. После победы эти территории были поделены между странами, участвовавшими в сражении.

Однако на следующий день после свадьбы, когда жизнь должна была вернуться в привычное мирное русло, пришли дурные вести. Айдан, несколько его друзей и племянник сидели в кабинете и обсуждали предстоящие планы, когда император получил звонок.

Нахмурившись, он быстро принял вызов:

— Да? Докладывайте. Вы уверены? Не понял. Это как? Что значит «никогда такой хрени не видел»? Выражайся по форме, контр-адмирал! Записи какие-то есть? Свидетели? Ты свидетель? И все? А другие штабы? Ладно. Держитесь. Я высылаю подкрепление.

Айдан поверить не мог, что одна из захваченных планет восстала! Во-первых, это невозможно. Во-вторых, это совершенно невозможно. А в-третьих, ему не донесли бы об этом, если бы флот, оставшийся в Кольце Смерти следить за порядком на завоеванных территориях, мог справиться с ситуацией самостоятельно.

Император только вчера женился и последнее, что хотел бы делать сейчас, — разбираться с повстанцами. К счастью, для этих нужд у него есть золотая сотня генералов. И кому, как не им поручать эти тривиальные дела.

Выслушав донесение, император Айдан без промедления назначил крайним первого генерала империи, своего племянника Лаена Когана. Благо, тот мучился от похмелья в соседнем кресле. Да, свадьба была знатная.

Сбросив вызов командира флота, Айдан обернулся к племяннику и смерил того тяжелым взглядом:

— В Кольце Смерти восстание. Шестой сектор выбил наши войска с территории. У них в арсенале неизвестная магия. Бери несколько генералов, флот и усмири бунт.

Лаен лениво потянулся в кресле, открыл пару светло-карих, практически желтых глаз и бросил на императора незаинтересованный взгляд. Они оба знают, почему Айдан хочет сплавить его с планеты. Еще недавно из-за этого парня едва не расстроилась свадьба императора. Тот абсолютно бессовестно пытался совратить будущую императрицу, но, к счастью, не преуспел. И теперь оба понимали, что император лишь воспользовался первым попавшимся предлогом, чтобы избавиться от наглого племянника.

Племянник, впрочем, тоже был не прочь свалить куда-нибудь из этого милого семейного гнездышка. Будучи человеком, в лексиконе которого отсутствует слово «верность», он даже брак не рассматривал, как что-то серьезное. В конце концов, такие люди, как он, и придумали разводы, не так ли?

Нет, Лаен не был противником браков. Просто он рассматривал их, как способ затащить женщину в постель. Не самый лучший, но способ. Впрочем, недостатка в любовницах у молодого генерала не было, да и на неудачах он не зацикливался. Парень умел показать глубокую влюбленность, заставляя женщину поверить, что она для него единственная. Увы, научиться красиво расставаться он не удосужился, так что в галактике где-то есть женщины, которые искренне его ненавидят.

Но в галактике Кольца Смерти их еще нет. Это ли не знак судьбы?

Без долгих прощаний и элементарных вопросов по делу, Лаен встал и легкомысленно ответил:

— Так точно.

После чего ушел из кабинета не оборачиваясь.

Будучи первым генералом, Лаен имел под своим командованием внушительный флот. Шестой сектор только на слух звучал, как нечто большое и грозное, на деле же во всем секторе была лишь одна обитаемая планета. Она-то и вышла из-под контроля. Поднимать большие силы для усмирения этого маленького бунта выглядело смешным, так что было решено отправить в дело только тех, кто подчинялся напрямую Лаену. С ними он и вылетел из империи.

Галактика Кольцо Смерти располагалась довольно далеко, так что перелет должен был занять по меньшей мере несколько дней. После некоторых размышлений, чтобы сократить время полета, генерал принял решение уменьшить число кораблей в составе группы. В бой должны были отправиться только те, что были оснащены передовыми варп-двигателями. Это позволит им пройти через червоточины прямо к орбите планеты Арс-9.

Из космопорта столицы вылетела группа внушительных боевых кораблей. Возглавлял отряд черный эсминец первого генерала империи. Этот тип кораблей был гораздо больше городских корветов. На его борту располагалось несколько кают для экипажа, капитанский мостик, рубка управления, медблок, пищеблок, а также несколько технических помещений. Корабль был рассчитан на несколько десятков человек.

В команде Лаена насчитывалось тринадцать офицеров. После перехода в режим гиперпространства включился автопилот, и экипаж мог передохнуть и заняться своими делами. Молодой генерал тоже воспользовался шансом и заперся у себя в каюте. Сегодня он чувствовал себя неважно.

Поначалу парню казалось, что это простое похмелье, но на второй день полета стало только хуже. Очевидно, дело не в выпитом на свадьбе у дяди. Тут что-то посерьезней.

На третий день полета генерал решил, что он простыл, и после долгих уговоров, помощник Фергус убедил Лаена посетить-таки медблок. Там-то и началось самое интересное.

— Апчхи! — громко чихнул больной, отчего все металлические приборы в медблоке зазвенели.

— Генерал? — забеспокоился помощник. Он только недавно получил эту должность и еще плохо знаком с непосредственным начальством. На прошлом месте работы босс частенько срывал на нем злость за свои мелкие неудачи. Фергус боялся, что здесь будет так же.

— Апчхи! — еще раз чихнул генерал, махнув на помощника рукой, чтобы отстал с вопросами. Ему казалось, что он вполне способен вычихнуть мозг. — Может, у меня аллергия?

— На что? — растерялся помощник. В деле генерала, которое он выучил перед заступлением на должность, ни о каких аллергиях сказано не было. Хотя он так нервничал сейчас, что начал сомневаться в собственной памяти. А вдруг забыл что-то?

— Без понятия, — пробормотал генерал, держась за лоб. Голова раскалывалась просто беспощадно. — Или я простыл? Апчхи! А-а-апчхи!

Генерал чихнул особенно сильно, и все металлические приборы в кабинете взмыли в воздух, ударились об потолок и попадали на пол. Лаен и его помощник ошеломленно уставились на беспорядок, а потом переглянулись. Невысказанная гипотеза повисла в воздухе.

— Сэр, э-э-э… Осмелюсь высказать предположение, что вы, простите, теряете контроль над даром, — слабым дрожащим голосом произнес помощник.

Лаен Коган, как и большинство жителей Ках-Шахрастара, являлся магом металла. Силой мысли он мог управлять любыми металлическими предметами на некотором расстоянии. Еще никогда в своей жизни он не сталкивался с проблемой контроля. Однако кое-что об этом слышал.

Вытащив из кармана коммуникатор, он набрал номер человека, который знает, что с этим делать.

В данный момент дело обстоит так, что самые сильные маги галактики подвержены нестабильности магического дара. Поначалу это будет не сильно заметно, но в какой-то момент маг может просто потерять контроль над силой, и последствия будут разрушительными.

Именно для того, чтобы решить эту проблему, и было решено использовать систему меток. Решено это было новой богиней любви Викторией единолично и тут же приведено в исполнение. На свадьбе с императором Айданом эта замечательная богиня и осчастливила всех попавших под проклятие магов меткой.

Благодаря метке, которая, к слову, является парной, проклятый маг сможет узнать наиболее подходящего человека, который сможет подавить действие проклятия. Это так называемая истинная пара.

Конечно, можно не слушать подсказки высших сил, не обращать внимания на метку и наплевать на нестабильность магии. Можно влюбиться в совершенно другого человека и завести с ним семью. Что угодно можно делать. Метка — это просто рекомендация.

Вот только найти человека со второй меткой в обширном космосе не так-то просто. И в ситуации, когда человек еще не найден, а сила уже выходит из-под контроля, нужно что-то большее, чем простой узор на запястье.

Конечно, Лаен мог бы связаться с Викторией, попросить добавить что-то к метке, чтобы найти свою истинную пару было проще, но, во-первых, просить хаотичных богов о помощи себе дороже, а во-вторых, просить о помощи девушку, к которой совсем недавно бесстыдно подкатывал, совсем не безопасно.

К счастью, у генерала много друзей еще со времен академии, и одна из таких друзей — дочь короля пиратов, которая по совместительству является главным артефактором их галактики.

На голографическом экране появилось удивленное лицо белокурой девушки с большими зелеными глазами. Опустим тот факт, что к ней генерал тоже подкатывал, о чем благополучно забыл уже давно. Ах, послужной список генерала действительно впечатляет. Его не только собственный дядя ненавидит теперь, но и бывший хозяин галактической тюрьмы, император другой галактики, король пиратов и так… по мелочи. Слишком многим этот молодой талант перешел дорогу в любви.

— Привет, Эль, — сдержав желание чихнуть, произнес парень. В его золотых глазах впервые за долгое время не было ни тени веселья, и это насторожило старую подругу.

— Привет. Что с тобой? — обеспокоенно спросила Элиф.

Без лишних предисловий Лаен описал ситуацию и задал главный вопрос:

— Подскажешь материалы? Хочу артефакт сделать, чтобы притормозить проклятие.

Он и Элиф в прошлом учились вместе на артефакторском факультете и даже выиграли в турнире «Битва Мастеров». Опуская детали, именно этот турнир и послужил началом для войны между Андромедой и Кольцом Смерти. К счастью, война закончилась и осталось только утрясти детали, вроде этой планеты Арс-9. А для этого надо не чихать. Или хотя бы не так разрушительно.

Девушка внимательно выслушала его и решительно пресекла инициативу:

— Ты никак его не притормозишь. Если бы это было возможно, Вике не пришлось бы метки на всех лепить. Попробуй другой подход.

— Прищепка на нос? — мрачно пошутил генерал.

— Отличный план, — одобрительно кивнула Эля. — А если добавишь к нему более полезный артефакт, будет еще лучше. Знаешь, я тут подумала, а что, если не подавлять проклятие, а усилить действие метки?

— Эль, я не на прогулку вышел. Мне восстание подавлять надо. Что бы ты ни имела ввиду под усилением, это сейчас сильно не в тему.

— Я понимаю, но это важнее, — нахмурилась девушка. — Планета никуда от тебя не ускачет, а вот вопрос с магией решать надо уже сейчас. Слушай, я, кажется, придумала, что надо сделать. Помнишь, мы как-то делали телепортационные браслеты? Попробуй его усовершенствовать и соединить с меткой. Пусть переносит не в определенное место, а к определенному человеку!

Желтые глаза вспыхнули, найдя эту идею занимательной. Лаен даже уже примерно представлял, что нужно сделать, чтобы усовершенствовать браслет. Вот только для этого потребуется время.

Распрощавшись с подругой, генерал до конца полета закрылся в своей каюте. Было немного проблематично заниматься артефактом, когда время от времени инструменты прилипали к потолку или пытались пробить переборки каюты, но дело продвигалось.

Лаен решил так: сначала быстро разбирается с вражеской планетой, а потом вплотную занимается тестированием нового артефакта. Однако улучшение было завершено немного раньше, так что он не удержался и решил попробовать.

Танталовый браслет с вкраплениями различных минералов и гравировкой магических печатей на внутренней стороне плотно обхватил запястье, покрытое тонкой вязью рисунка магической метки.

Было немного волнительно активировать чары. Каким будет этот человек? И человек ли это вообще будет? С Вики станется связать его с дельфином под лозунгом «чтоб ты потонул, мерзавец».

Да нет, не может этого быть. Насколько ему известно, молодая богиня только привела в действие чары и понятия не имеет, кого они коснулись. Она даже снять их не сможет, не то что целенаправленно накладывать. С этим хаосом всегда так.

Вздохнув, генерал почесал затылок, чихнул, посмотрел на набор ножей, воткнувшихся в стену каюты и принял решение. Он закрыл глаза и соединил потоки энергии, активируя браслет. Чары слились с магией метки и усилились.

Лаен почувствовал, как пространство вокруг него запульсировало, растянулось и резко схлопнулось. Свет померк, а в следующий момент доблестный генерал крайне неграциозно вывалился в помещение под ноги какой-то бабушке.

В помещении пахло яблочным пирогом, и это было последнее, что он успел в ужасе рассмотреть, прежде чем другая сила острыми нитями полоснула его по запястью и вытянула в другое измерение.

Генералу показалось, что его отправило прямиком в Бездну, но нет. Как только в голове перестало звенеть, он понял, что снова оказался в каюте.

— Что за… — сев на пол, ошеломленно прошептал Лаен. — Бабушка?!

На браслете осталась глубокая царапина и пара капель его собственной крови.

Я не глядя взяла с тарелки кусок пирога и откусила, не отрываясь от чтения бумаг, которые вчера принес мистер Честити. На старых листах был начерчен подробный план городской канализации, построенной еще на заре галактического расселения народов.

После войны не только дамбы, но и многие подземные инфраструктуры оказались разрушены. Конечно, пригород, где теперь проживает большинство выживших, пострадал не так сильно, как большие города, от которых андромедовцы ничего не оставили, но и здесь объектов для ремонта хватало.

Лично я ремонтом заниматься не собиралась. Я ж не экскаватор, в конце-то концов. Для этих целей у глубокоуважаемого щедрого мэра, заплатившего мне за эту работу еще десять тысяч звездных монет, есть спецтехника и обученные люди. Моей же задачей было провести разведку и обозначить на карте места обрушений.

Благодаря тончайшим нитям я могла проникнуть куда угодно, не являясь туда лично. Мне даже не нужно быть рядом с тем местом, чтобы чувствовать и управлять кровавыми нитями. Сидя на кухне и наслаждаясь вкусом яблочного пирога, я чувствовала где находятся мои чары и какой путь проходят.

Со стороны это должно было выглядеть, как невесомая кровавая паутина, которая сквозняком движется по широким трубам, цепляясь за стенки и будто ощупывая их. В местах, где трубы ответвляются на более узкие, людям было бы уже сложнее провести исследование, но не мне. Собственно, поэтому мэр и обратился ко мне.

И теперь, сидя за столом, я была глубоко погружена в ощущения от передвижения нитей по стокам и делала пометки на карте. Нужно было указать места обрушений и степень завалов, а также указать, где какая техника сможет пройти. С перечнем техники мэр ознакомил меня, когда выдавал карту.

Это было очень оживленное утро. Под окнами вовсю шли восстановительные работы. Соседняя многоэтажка, которая еще несколько дней назад лежала в руинах, теперь была наполовину восстановлена, а дороги по большей части расчищены. Местная техника действительно впечатляла скоростью работ.

Бабуля полчаса назад вернулась с групповых занятий по йоге и сейчас в благодушном настроении пила чай с пирогом, задумчиво на меня поглядывая.

Именно в этот момент, когда я была сосредоточена на деле и не обращала внимание на окружающий мир, в комнате произошел всплеск магической активности. Все, что я успела заметить, это что-то темное, вывалившееся из разрыва пространства прямо возле нашего стола.

Не поднимая головы, я бросила в ту сторону пару нитей, бесцельно плавающих под потолком. Чары должны были пустить кровь существу и с ее помощью обратить заклинание перемещения вспять. Хорошая техника, когда надо использовать магию существа против него самого. С боевой магией так не сработало бы, но с вот такими фокусами с пространством работало отменно.

Все эти мысли пронеслись и исчезли, ведь я была сосредоточена на исследовании городских стоков. Несколько нитей добрались до древних акведуков, и действовать в большом пространстве стало сложнее. К тому же стала поступать какая-то странная информация.

В то время, как я была напряжена и сконцентрирована на поступивших сведениях, бабуля на происшествие обратила гораздо больше внимания. Причем не столько на внезапное появление неизвестного существа в комнате, сколько на мою реакцию на неожиданное вторжение.

— Эхе-хе, давненько я такого не видала, давненько, — то ли посмеиваясь, то ли покашливая, заметила старушка.

— М? — выводя цифры и расставив еще пару отметок на карте, отозвалась я.

Вокруг свободной руки невесомо покачивались тончайшие алые нити, словно щупальца морского жителя, медленно вытягиваясь из тонкого пореза на запястье. Со стороны смотрелось немного жутко, но я не могла позволить ране затянуться, пока работа не завершена, ведь магия крови работает, только пока кровь из моего тела напрямую контактирует с внешним миром.

— Да вот реакции у тебя интересные, девонька. Прямо как у моего четвертого мужа, да упокоится его дух. Он из военных был, — с тенью ностальгии произнесла Илидан. — Так когда его из армии комиссовали, он тоже вот так… на рефлексах действовал. Помню, мы с ним как-то в лес по грибы пошли вдвоем. Я была так увлечена, что не заметила, как из кустов змея выползла. Так мой Гриничка пристрелил ее даже не глядя. Вот прямо как ты сейчас.

Я подняла голову и увидела глубокий проницательный взгляд старушки. Было очевидно, что она хочет знать детали, и я не видела смысла что-то скрывать. Люди на этой планете с самого начала знали откуда я, ведь при встрече честно обо всем рассказала. Разумеется, после того, как помогла отбить нападение вражеского флота. Никто не стал меня гнать прочь или относиться, как к чужачке. Они не делили людей на хороших и плохих, только на своих и чужих. Я попала в категорию своих.

Приостановив движение исследовательских нитей, я потянулась, сделала глоток из чашки и стала рассказывать.

— История, в общем-то, короткая. В Хаосе высшие твари делятся на кланы. Кланов много, создания существуют в самых невообразимых формах и с самой разнообразной магией. Я появилась с силой клана Крови. Так получилось, что я не была рождена, а появилась во взрослом теле, а потому никаких старших родственников у меня не было. Не через кого было на меня повлиять, если вы понимаете, о чем я. Помимо этого мои способности к магии сильно превосходят способности главы клана, а это несет определенную угрозу его статусу. И тогда, после небольшой потасовки и появления первых ее жертв, глава Недреон сговорился с магами из другого клана. Они провели ритуал, который выдернул меня из пространства и выбросил с территории Высших. А это, в общем, единственная часть Хаоса, где более-менее стабильное пространство. После того, как я очутилась на землях Низших, приходилось несладко. Нужно было все время следить за окружающей средой, ведь воздух в любой момент мог превратиться в воду или даже лаву, а земля то появлялась, то исчезала. Плюс ко всему низшие твари могли появиться рядом в любой момент, а это тоже очень опасно. Проблема в том, что низших лучше не убивать, если самой приходится жить в их землях, ведь тогда они с высокой долей вероятности объединятся в стаю, чтобы изгнать угрозу. Если это десять или сто тварей, то справиться можно, но что, если их тысячи или миллионы? Лучшим решением было найти место, куда твари без помощи магии забраться просто не сумели бы, а тех, кто умел работать с пространством и не оставлял попыток добраться до меня, вот таким вот способом отправлять обратно. В день приходилось отбивать по десять-двадцать нападений, так что метод хорошо отработан. Поэтому такие рефлексы, бабуль.

— Бедняжечка, — грустно вздохнула старушка, подливая мне горячего чая. — Как же ты выбралась из такого страшного места? Нелегко, наверное, было?

Я покачала головой:

— Сама бы я ни за что не нашла дорогу обратно на территорию высших. Помогла советница Повелителя Хаоса. Так сложилось, что глава Недреон и ее недолюбливал сильно из-за большого влияния на Повелителя. Поэтому, когда она узнала о моем существовании и о том, что я сильнее Недреона, то нашла меня и мы плотно побеседовали. В результате она вернула меня в земли Высших, помогла отделиться от клана Крови, а потом и вовсе отправила в ваш мир. Думаю, она и сама уже должна была прийти сюда, хм…

— Друзья — это хорошо, это нужно, — согласно покивала Илидан. — Давай я ей носочки свяжу, а ты, когда встретишь, отдашь.

Я ярко улыбнулась, глядя на бабушку с нескрываемой теплотой:

— Хорошо.

Советница Эсфирь в вязанный носочках? Весь Хаос хотел бы посмотреть на это, ахаха!

Опустив голову, я продолжила делать заметки в карте и не заметила, как старушка посмотрела на меня с легкой грустью в глазах. Тихонько вздохнув, она еще подлила мне чая и пошла за новым клубком пряжи.

Весь этот разговор довольно быстро вылетел у меня из головы, подгоняемый потоками новой информации от нитей. Я плотно застряла на акведуках, не понимая, что именно мне пытаются сообщить нити.

Если я правильно поняла, то речь не об обрушениях, а о вполне рукотворной каменной кладке, перекрывающей все входы в подземное водохранилище. Из-за взрывов кладка частично обвалилась, благодаря чему акведук вообще был обнаружен. Без этого стена воспринималась бы цельной без единого зазора. Занятно то, что на карте этот участок у меня отмечен не был.

Почесав затылок, я включила светлый мозг и развернула большой экран с функцией черчения. Это вместо безразмерной записной книжки. Ну или ватмана в моем случае.

С помощью обычной ручки, на которую светлый мозг реагировал, как на стилус, я стала переносить получившийся чертеж. Белые линии были хорошо видны на светящемся экране. После этого красным цветом я стала наносить те детали, которые не содержались в официальной карте.

Изначальный чертеж с пометками я отдам мэру для восстановительных работ. А вот с дополнительным чертежом пока не знаю что делать. Наверное, тоже покажу мистеру Честити. Только вот надо оно ему? А с другой стороны, вдруг там клад зарыт?

В глазах разгорелся исследовательский азарт, и я с удвоенной силой стала трудиться над картой. Рука безостановочно вносила заметки, а там, где поступала непонятная информация, я добавляла линии зеленого цвета.

Труд это не быстрый и наверняка займет много времени, но и я особо никуда не спешу. Главное, чтоб меня никто не отрывал от дела. Например, многоуважаемый мэр, который через пару часов громко постучался в дверь.

— Лида! — заорал он, едва бабуля открыла дверь, чтобы прогнать безобразника. — Срочно за мной! Огромный флот вышел на орбиту! Андромедовцы вернулись!

Честно говоря, чего-то такого я и ожидала. В конце концов, мы у них планету отжали, они не могли просто пожать плечами и улететь домой. Другое дело, что я не вижу тут предмета для обсуждения. Ну прилетели они, а дальше что? Эта маленькая планета полностью под моим контролем, а я — не какой-то там маг с радиусом контроля дара. Я и по тыкве настучать могу. В общем, планировался сценарий из серии «погнали наши городских».

Но посмотреть все равно интересно.

— Хорошо, мистер Честити. Идемте, — послушно ответила я, прикрыв зевок ладошкой. Из-за этой карты всю ночь не спала.

Посмотреть на вторженцев захотела и бабуля. Сменив тапки на парадные, мы под ручку вышли с ней из квартиры и пошли за агрессивно топающим по разбитому асфальту мэром. Видя такое, даже бабуля невольно свела брови и грозно сверкала глазами. Я покосилась на них и молча усмехнулась — не повезло андромедовцам сегодня, их явно собирались бить. Мне тоже не повезло, ведь бить будут мной.

На улице стоял грохот работающей техники, громко матерились на стройках рабочие, а несколько ушлых торговцев бегали по развалинам и пытались продать строителям воду. Торговля шла неплохо, в такую-то жару.

Украдкой смахнув пот со лба, я поспешила за мэром к корвету. Он вежливо помог бабуле забраться, втянул в кабину меня и тут же получил еще одну медаль от старой сводницы:

— Ну жених! — восхищенно поцокала старушка, поглядывая на меня очень хитрым взглядом. Это был такой взгляд, от которого я почувствовала, что нахожусь в шаге от брака. — И галантный, и статный. Патрушенька, ты чай жениться еще не надумал? Лидонька-то моя в девках вон как засиделась. Давайте-ка свадебку сыграем осенью!

Патрушенька, который до этого момента по паспорту всегда был Патриком, тоже почувствовал, как стремительно затягивается метафорическое кольцо на пальце, и быстро побледнел. Мы стояли, крепко держась за руки и готовые до смерти противостоять бабулиному произволу, но потом вдруг поняли, что ситуация немного неправильная. Отшатнувшись друг от друга, мы молча разбежались в разные концы не самого большого салона корвета.

— Да разве ж можно так, бабуль? — сев рядом со старушкой, смущенно улыбнулась я. — Мы же с ПАТРУШЕНЬКОЙ, как брат с сестрой.

— Скорее, как отец с дочерью, — поспешил вставить свое некомпетентное мнение господин мэр. А подумав, тихо добавил: — Так и хочется иногда ремня дать.

— Что вы сказали, мистер Честити? — мягко, но кровожадно улыбнулась я. Мужчина не ответил, но покрылся мурашками и поспешил завести мотор.

Летели мы на этот раз гораздо дольше. Даже при возможностях местных корветов, путь занял около получаса. По моим прикидкам, прилетели мы куда-то на другую сторону планеты. Бабуля за это время успела рассказать нам о том, как познакомилась со своим шестым мужем, а я немного вздремнула.

— Лидия, вставай. Прилетели, — выдернул меня из необычного кошмара про акведуки мэр.

— Уже? — вздрогнув, подскочила я.

Потирая сонные глаза, вышла из корвета и осмотрелась. Поблизости никаких врагов видно не было, только обгорелые развалины планетарной администрации. Некогда величественные небоскребы занимали обширные территории на много километров вокруг, но теперь это были полностью выжженные руины. Печальное зрелище.

— Вон, смотри, собираются, — махнув рукой на небо, указал мэр.

Подняв глаза, я увидела огромное скопление черных точек. Судя по высоте, вражеские корабли имели внушительные размеры, раз их отсюда видно. Да и количество… Похоже, дело принимает серьезный оборот.

— Вижу, — помолчав, спокойно ответила я. Солнце жарило нещадно, и на небе ни облачка. Не самая подходящая погода для прогулок пенсионеров. Обернувшись, я мягко улыбнулась своей домохозяйке и попросила: — Бабуль, посиди пока в корвете. На улице слишком жарко. Мы недолго тут и скоро домой поедем. Придумай пока, чего на ужин хочешь. Ладно?

На старческом лице ни одна морщинка не дрогнула. Пара серых глаз внимательно посмотрела мне в лицо, а потом старушка нехотя кивнула:

— Ладно, посекретничайте.

Илидан ушла, и мы с мэром остались вдвоем. Мрачно глядя на рой черных «мошек» в небе, мы молчали некоторое время, а потом мужчина тихо спросил:

— Что делать будем?

Я ответила не сразу. Вокруг моей руки с царапиной на запястье все еще плавали алые нити, и каждая ниточка в небе послушно откликалась. Я медленно потянулась к ним чарами и спросила:

— А вы чего хотите?

Простой вопрос, но очень важный. Лично я в политике не разбираюсь. Мэр это тоже понимает, а значит, судьба планеты и вражеского флота зависит от его решения. Решиться на что-то было непросто, поэтому он начал издалека.

— Арс-9 никогда не была аграрной планетой. Все продукты к нам поставлялись из девятого сектора. Какие-то запасы еды еще есть, но надолго их не хватит. Максимум года на три. Если немного ужаться, то можно расчистить завалы, вспахать землю и начать что-то выращивать из того, что есть. Зерно там, картофель… Немного живности есть, можно пастбища сделать. Многие культуры будут утрачены безвозвратно, потому что на планете нет запасов семян. Разве что кто-то, кто держит частные огороды, поделятся. Нас осталось меньше миллиарда, и прокормиться было бы не слишком сложно, но специалистов здесь нет. Арс-9 — горнодобывающая планета, тут одни шахтеры и военные. Роботостроительных заводов здесь тоже нет, а ведь вся эта наша техника рано или поздно сломается окончательно. В перспективе цивилизация сильно откатится назад в развитии. У меня есть план, как всему этому остаться на плаву. Но у него есть одно чудовищно уязвимое место — вот эти проклятые военные корабли. Если андромедовцы за это время хоть один раз нас обстреляют нас, урон будет невосполнимый. И тогда останется только один путь — сдаться в плен. Или жить, как пещерные люди на руинах былой славы.

— Вариант «сдаться в плен» мы не рассматриваем, значит? — простодушно спросила я, на что получила полный возмущения и гнева взгляд мистера Честити. Ну зато взбодрился! А то стоит тут, нос повесил. — Ладно, хорошо. Я вообще не про это спрашивала. Ваши планы — это ваши планы. А мне что делать?

Мужчина повернулся, состроил торжественное лицо и провозгласил:

— Защити планету!

Ёпта, где мои трико и плащ?

Тяжко посмотрев на мэра, я открыла рот, чтобы спросить, как именно защищать, потому что варианты есть. Я могу просто отбивать ракеты и не пускать флот, а могу превратить этот флот в космический мусор до того, как он начнет плеваться боеголовками. В первом случае все выживут, а во втором Империя разозлится еще больше и кинет в мою мясорубку еще один флот. Отношения это не улучшит, но может заставить андромедовцев пойти на переговоры. А вот первый вариант из-за своей мягкости может создать иллюзию возможности победы у врага, что сильно затянет военный конфликт. Вот что меня интересует, а не эфемерное кармическое предназначение.

И только я сделала вдох, чтобы все это сказать, как стала поступать странная информация от одной из нитей сверху. Я замерла и с удивлением обнаружила, что находится эта нить не в верхних слоях атмосферы, где и все остальные, а на орбите. Причем находится в изолированном пространстве.

Не знаю, как они это провернули, но андромедовцы сумели получить одну из моих нитей и закрыть ее в капсуле. Конечно, если я отдам мысленный приказ, ни от капсулы, ни от эсминца, на котором ее хранят, ничего не останется, но сам факт! К тому же… мне теперь тоже любопытно, что они задумали.

Не торопясь давать ответ мистеру Честити, я подняла глаза к небу и потянулась мыслями к той нитке. Обычно я так не делаю. Достаточно того, что нити сами передают мне информацию. Однако тут особый случай. Пока кровь является моей собственной, я могу ее использовать как проводник или дополнительный орган слуха и зрения, перенеся сознание в нее. Это я и сделала.

Мистер Честити, который до этого стоял и ждал положительного ответа, отшатнулся, увидев, во что я стала превращаться. Глаза заволокло алой кровью, письмена на коже стали похожи на открытые раны, а тонкие нити из запястья заплясали на воздухе, словно стремились куда-то.

Однако у меня картинка была другая. Вместо кровавой пелены перед глазами появились стенки капсулы. Они были стеклянные, так что помещение вокруг хорошо просматривалось. Мою капсулу держал какой-то юноша в военной форме, и ладошки при этом у него были потные, а щечки белые. Боялся мальчик.

Были в комнате и другие военные. Все они имели изможденный и мрачный вид, пока переборка не открылась и в комнату решительным шагом не вошел новый человек.

Это был молодой парень высокого роста, с длинными ногами, узкой талией и широкими плечами. Его форма отличалась от других офицеров, как и манеры. Длинная рваная челка закрывала глаза, пока он шел со склоненной головой и небрежно завязывал отросшие волосы в хвост на затылке.

Когда он поднял голову, я увидела молодое недовольное лицо с парой по-звериному желтых глаз. Холодный электрический свет ламп отразился в глубине его светлых зрачков, заставив юношу, держащего колбу со мной, ощутимо вздрогнуть.

— Здравия желаем, генерал Коган! — одновременно, вытянувшись в струнку, рявкнули офицеры.

Молодой зверь поморщился и нехотя кивнул. С усталым видом он упал в ближайшее кресло и красивым бархатистым голосом спросил:

— Вы охренели здесь все?

С тем, что все они там охренели, я была полностью согласна. А еще искренне удивил нежный возраст этого генерала. Не ошибусь, если предположу, что он младше меня. Очевидно, мальчику и тридцати нет. Это что получается? Днем воюет, а ночью на горшок и спать? Или он мамкин бунтарь и ночью воюет, а днем на горшке спит? Хотя красив, чертяка.

Поудивлявшись, я мысленно поцокала и стала дальше подслушивать.

— Чего молчите? Вы охренели, я спрашиваю? С одной планетой разобраться не смогли? Где ваш капитан? Доложите обстановку.

Капитаном оказался малыш, который стоял со мной. Колба в его руках смотрелась, как коробка из-под куклы, если честно. И это наши враги? Вот этот детский сад на выезде? Мне не нужна магия, чтобы победить их всех! Мне нужен ремень мэра!

— Д-докладываю, — сделав шаг вперед, с опаской заговорил маленький командир, а я вспомнила пару вполне взрослых лиц, которых видела на экране планшета в тот день, когда они через мистера Честити попытались мне ультиматумы выдвигать и императором нас всех пугать. Что-то я не вижу эту парочку в каюте. Попрятались? — Планета Арс-9 получила покровительство неизвестной магии и объявила независимость. Силы нашего флота не смогли… ничего сделать.

— Не смогли или не стали? — раздраженно спросил генерал. Такое чувство, что у него дома остались дела поважнее этой вашей войны. — Что-то я не вижу, чтобы вы тут воевали. Или боеприпасы бережете?

— Никак нет! — нервно воскликнул малыш, отчего меня немножко тряхнуло. — Просто… стрелять бессмысленно. Планету защищает магия.

— Я вижу на борту по меньшей мере три десятка магов, — чуть ли не скрипел зубами генерал, лицо которого помрачнело. — По Уставу вы все оснащены самыми передовыми артефактами. Магия смерти не должна была стать помехой. Учитывая это и огневую поддержку, какая магия смогла вас остановить, капитан?

Малыш вытянул вперед руки с колбой и ответил:

— Эта. — И клянусь, я слышала обиду в его голосе. Ну извините, ёпрст.

А вообще, меня это начинает немного напрягать. Ораву детей посадили на кораблики, дали оружие и отправили воевать с магами смерти, которым покровительствует богиня Крови. Нет ощущения, что злодеи здесь вовсе не они?

Молодой генерал нахмурился, встал и подошел к моей колбе. Красивое лицо приблизилось, и я смогла рассмотреть все лучики на его радужке. Пара широких бровей нахмурилась, а у меня было такое ощущение, что он рассматривает муравья. Еще и кривится, гад.

— Это что? — после нескольких минут внимательного изучения спросил генерал. Сказано было так пренебрежительно, что мне захотелось вылезти из колбы и ущипнуть его за нос. Поуважительнее со старшими, сопляк!

— Докладываю! — выпрямившись, гаркнул маленький капитан. — Это та самая магия, о которой я докладывал Его Величеству. Мы не можем определить род этой магии. Как видите, она похожа на какую-то красную паутину. Двое наших офицеров с риском для жизни поймали одну из них и доставили на борт, но изучить пока не получается. Все, что нам известно, она не относится к стихии или предметам, не имеет отношения к пространству и времени. Мы склонны считать, что это некий биологический вид, потому что паутина реагирует на движение и тепло, а также изменение внешних климатических условий.

Генерал нахмурился еще сильнее, но все равно отказывался признавать серьезность ситуации.

— Не понял. Это типа животное?

Я недовольно закружилась в колбе. Ты животное! Вся твоя семья животные!

— Видите? — заволновался капитан. — Мы думаем, эта паутина может понимать речь!

Да я вообще очень способная паутина. В Хаосе я была самой умной паутиной в клане.

— Хотите сказать, что несколько оживших волос остановили флот великой империи Ках-Шахрастар? Вы осознаете, что я с вами сейчас сделаю?

— Погодите. Позвольте закончить, — тут же испугался капитан. — Эта паутина там не одна. Их огромное количество. Радары показывают, что она покрывает всю планету.

— Але! Вам на базе витамины не выдали? Почему вы массово заболели кретинизмом? Вам бомбы армия для чего дала? Или вы запускать их не научились? — все сильнее злился генерал. Если раньше он просто не понимал, что тут происходит, то теперь перестал понимать еще сильнее. Я впервые увидела, как у человека на лице понимание опускается в отрицательные значения.

— Если позволите, я покажу вам одно видео, — с лицом пепельного цвета произнес капитан.

Генерал скривил лицо, мол, давай показывай, а капитан кивком подозвал помощника. Второй парень поднес планшет и открыл запись с внешней камеры одного из эсминцев.

На первом видео была записана наша первая встреча. Кругом дым, эсминцы запускают одну ракету за другой, слышатся звуки взрывов и грохот рушащихся зданий. На второй минуте записи ситуация меняется. Алые нити опутывают эсминцы, подхватывают выпущенные ракеты и все вместе поднимают за пределы атмосферы. Как только вражеские корабли оказываются за пределами атмосферы, их толчком отбрасывает за пределы ближайшей орбиты, а все выпущенные ракеты раскрываются красивыми огненными цветами.

— Это первое. Теперь посмотрите второе.

На втором видео группа потрепанных звездолетов осторожно подлетает к верхнему слою ионосферы и… прилипает к кровавой паутине. Слышатся крики командира расчета, летят новые ракеты, но паутины ловят и их, после чего вместе с эсминцами снова выбрасывают за пределы орбиты.

Как от мух отмахнулась.

— Стрелять бесполезно, — убитым голосом резюмировал капитан, — высадиться невозможно.

Генерал так сильно стиснул зубы, что где-то на далекой планете у его стоматолога зачесалась ладошка к скорой прибыли. Он был так напряжен, что на его щеках проступили белые пятна, а другие офицеры стояли с похоронными лицами вокруг. Одна я довольно кружилась по колбе. Видишь, какая я способная паутина?

В конце концов генерал нашел в себе силы разжать зубы:

— Магию пробовали?

— Да, — серьезно ответил капитан. — Но это как расстреливать воду камнями. Любая брешь затянется мгновенно.

Еще бы. Вы ведь стреляли совсем не тем, чем надо. Как же хорошо, что у вас тут ни черта не знают о магах крови. Просто замечательно. А ваши удрученные лица и вовсе прелесть. Особенно вот это с золотыми глазами.

— Откуда эта хрень вообще взялась?

Сам ты хрень. Вся твоя семья хрень. Грубиян невоспитанный.

— Это работа одного мага с планеты. Точнее, верховодит у них там она одна, а сколько людей в ее команде, мы не знаем.

Генерал мрачно произнес:

— Ни один маг не смог бы самостоятельно покрыть своими чарами всю планету. Их там тысячи, если не больше. Пытались начать переговоры?

— Они — нет, — многозначительно заметил капитан.

— А вы? — сразу понял, куда ветер дует, генерал.

— Пытались. — Капитан поморщился, после чего пояснил: — Мы общались с их главой, но он переводит все стрелки на эту женщину. Мы пообщались и с ней. Объясняли, что эта планета — собственность императора, что они должны подчиняться, но, будем откровенны, все понимают, что сейчас это пустые слова. Мы не можем ничего им сделать, а самостоятельно сдаваться они и не думают.

В комнате воцарилась тишина. Юный генерал мрачно смотрел на экран планшета, где по кругу воспроизводились сцены битвы флота против кровавой паутины, и вдруг ему в голову пришла блестящая, как он думал, идея:

— Тогда сменим тактику. Один отряд полетит со мной, а остальные по команде выстрелят артефактами. Они должны будут выжечь брешь, чтобы мы могли войти в атмосферу.

Слыша такой блестящий план, я не могла остаться безучастной. К сожалению, у меня нет в подчинении тысяч других магов, только две шаловливые ручки. Поэтому могу не успеть завершить потасовку без кровопролития. Блин… я и без кровопролития, кому в Хаосе расскажи — засмеют. Громче всех смеялся бы глава Недреон.

Придется импровизировать.

Повинуясь приказу, нить без труда пробила колбу. Тоненькая дырочка была совсем незаметной, а ниточка совсем тоненькой, так что мой блестящий побег никто не заметил. Я прилипла к спине лихого генерала, и после совещания он ушел в каюту вместе со мной.

Подготовка к штурму планеты займет какое-то время, так что пока молодой генерал решил зайти к себе и навести красоту. Он всерьез решил помыться перед войной.

Когда за его спиной переборка полностью закрылась и парень остался в комнате один, пришло время проявить божественное вмешательство. Я отлипла от спины, полетела за генералом в ванную, и когда он встал перед умывальником и открыл воду, расползлась по стеклу жуткими кровавыми буквами:

«Это моя планета.»

Генерал умылся холодной водой несколько раз, прежде чем поднять глаза к зеркалу. Капли ледяной воды стекали по его светлой коже, свисали с темных слипшихся ресниц и по шее скатывались за белый воротник. Твердый взгляд потемнел, а пара мягких губ влажно поблескивала. Мы словно из разных фильмов вышли. Я из ужастика, а он — из порно. А вместе мы собираемся стать комедийным боевиком.

К чести юноши, увидев алое послание на зеркале, визжать и звать мамочку он не стал. С каменным лицом молча смотрел на жуткие кровавые буквы, размышляя о чем-то своем. Темные волосы намокли от воды и прилипли к светлой коже, создавая немного дикий образ. Я беспокойно заструилась по зеркалу.

Он молчал и вообще застыл соляным столбом. Первым закончилось мое терпение. Выстрелив тонким лучиком крови, схватила полотенце с крючка и протянула парню. Нехорошо, когда дети болеют, согласны? На зеркале я вежливо написала:

«Утрись, генерал.»

Хотя, если подумать, тут очень тонкая грань между заботой и издёвкой. А генерал, судя по лицу, вовсе не о первом варианте подумал. Похоже, он до последнего не верил, что не галлюцинирует. Теперь поверил.

Дернувшись, парень сжал пальцами края раковины, но очень быстро пришел в себя. Он грозно свел брови, золотые глаза сверкнули гневом, а я поняла, что юноша довольно вспыльчив. Вместо страха он предпочитает агрессию.

Приятным бархатистым голосом, который можно было бы услышать только у взрослого мужчины, он спросил:

— Кто ты?

Я задумалась. Представляться сейчас казалось немного глупым. Ну что я ему скажу? У меня столько регалий, что не знаю, кем представляться. Решила сказать имя.

«Лидия.»

И, помолчав, зачем-то спросила:

«А ты?»

Генерал тоже помолчал, не ожидая от неведомой силы подобных вопросов, но все же ответил:

— Лаен.

Разговор зашел в тупик, и я, чтобы не ляпнуть что-то вроде «приятно познакомиться», решила вернуться к делу:

«Это моя планета.»

«Вам здесь не рады.»

«Улетайте.»

Мимолетное перемирие закончилось в эту же секунду. Лаен вспомнил, что он тут генерал, и стал качать права:

— Арс-9 принадлежит империи Ках-Шахрастар. Как и вся Федерация Кольца Смерти. Вы должны немедленно снять защиту и…

«По какому праву ты называешь мою планету своей?»

— По праву силы! — уверенно ответил Лаен.

Честное слово, я ушам своим не поверила. Этот генерал с луны свалился или что? А хотя, почти. В любом случае надо уточнить и заодно обрисовать перспективы, чтобы потом не плакал, что его не предупредили о монстре в шкафу.

«Хочешь померяться силой с богиней?»

— Какая еще богиня? — опешил генерал. Он был настолько искренне удивлен, что я тоже удивилась. Мы смотрели друг на друга, и градус недоумения продолжал расти. Мысленно я положила ладонь на лоб и вздохнула.

«Ты серьезно…»

«Правда считаешь, что защиту поставили обычные маги?»

«Ты когда-нибудь слышал о магах крови?»

«Здесь их нет.»

Лаен быстро понял, куда ветер дует, но мгновение неуверенности прошло, будто и не было ничего. Он вновь поверил в себя и расправил плечи.

— Ну и что, что ты богиня? Я что, богов никогда не видел?

«А что? Видел?»

— И не единожды! И даже вашего бога Смерти. Да он живет у нас!

О единственном боге этой галактики я уже наслышана по горло. Мужчину зовут Лайзерг, кажется. На счету у него пара десятков убитых богов и мутные отношения с более древней сущностью, зовущей себя Властительницей Снов. Конечно, это могут быть только сказки местных старичков, но я решительно все принимаю на веру. Почему? Потому что разбираться в этой путанице даже начинать не собираюсь.

До бога смерти мне нет никакого дела. Как, впрочем, и до генерала.

«Замечательно.»

«Передай ему, чтоб там и сидел.»

«Чего и тебе желаю.»

«Счастливого пути, Лаен.»

— Я никуда не уйду! — крикнул он в след, без всякой задней мысли потирая метку на запястье, но я уже покинула нить крови, оставив ее без всякой пользы плавать в воздухе. Не имеет значения, что они с ней сделают дальше. В конце концов, нити моей крови обратной силы не имеют.

Вернувшись в собственное тело, я пошатнулась. Ощущения рук и ног разом навалились, так что я не сразу разобралась с количеством конечностей. Все-таки быть паутинкой куда проще.

Стабилизировавшись в пространстве, почесала зудящее запястье и осмотрелась по сторонам. Пока я путешествовала, в мире ничего не поменялось. Только господин мэр стал выглядеть напуганным и обеспокоенным.

— Ну что там? Лид, не молчи же, ну! — схватив меня за плечи, легонько встряхнул мэр.

— Мистер Честити, не могли бы вы не трясти единственную на всю галактику богиню? Поуважительнее, пожалуйста, на нас бабуля смотрит.

Руки человек убрал со скоростью света, даже остаточного изображения не оставив. Солнце припекало все сильнее, и находиться на открытом пространстве становилось все сложнее. Я поправила волосы и поспешила успокоить мэра:

— Можете не думать об андромедовцах больше и спокойно заниматься восстановлением планеты. Этих гостей я возьму на себя. Ни люди, ни ракеты сюда не попадут.

Это было вовсе не маленькое дело, но мой тон был настолько легким, словно мы об установке москитной сетки на кухне говорим. В этом вся я. Всегда расставляла приоритеты совершенно странным способом, логика которого понятна только мне. Разумный человек спросил бы, что может быть важнее глобальной задачи защиты целой планеты, а я ответила бы: «это даже не топ-10».

Важнее защиты планеты — собственная защита. Я могу сколько угодно делать вид, что меня не волнует Лайзерг, но правда в том, что я с двух ног влетела в хоромы бога (на минуточку!) смерти, который в одиночку расправился с целым пантеоном, который не один день в роли богов расхаживал. Они учились быть богами с момента возникновения галактики. У них опыт, знания талант. Были.

И тут я такая нарядная нарисовалась. Не надо думать, что я не понимаю, что со мной сделают, когда обнаружат. И как бы я ни малодушничала, как бы ни хотела простой жизни на маленькой отсталой планетке, роковая встреча все равно состоится. Мне придется лоб в лоб столкнуться с могущественнейшим и злым богом смерти. Один на один, никто не поможет. И за спиной будут все эти маленькие люди, которые хотят просто мирной жизни и чтобы их не трогали.

В данный момент мы с Лайзергом на равных. Так как в галактике всего два бога, то силу Источника мы делим пополам. Он уже должен был почувствовать, что стал в два раза слабее. Но чего это будет стоить, когда на его стороне могущественная Древняя? А на моей стороне кучка побитых войной смертных да ржавый флот генерала.

Нет, я не ставлю последнего на свою сторону. Понятное дело, что эта малышня тут не дружить со мной приехала. Просто их претензии настолько маленькие и незначительные, что я даже врагами андромедовцев нормально воспринимать не могу. Лайзерг куда важнее.

Со стороны может показаться, что могущественный бог смерти и Древняя Властительница Снов достаточно хороши, чтобы надавать мне по шее, но это так лишь отчасти. Точнее, это возможно лишь пока что. Если бы эта планета не лежала вся в руинах, я уже как минимум сравняла бы счет. Имеем способы. Но пока царит такая неразбериха, я могу лишь отложить распространение своей власти и сосредоточиться на приумножении силы. Ведь в отличии от бога смерти, не одним Источником живут такие твари Хаоса, как я.

Кровь куда могущественнее.

И для этого мне нужна семья. Собственный клан Крови. Завести настоящего супруга по всем правилам я не смогу из-за метки, и это большая утрата. Я расстроена, но не все потеряно. Ведь у меня могут быть дети. А еще кровь позволяет побрататься. К сожалению, простые люди едва ли выдержат такое родство, иначе я уже всю планету обратила бы. Ох, как представлю, какую силу это дало бы… Лайзерг бы в запой ушел, гарантирую.

— Правда?! — просиял счастливой улыбкой мэр. — Лидка! Ты ж наше золото!

Меня пару раз ощутимо приложили огромной ладонью по плечам и спине, чуть не выбив дух вместе с зубами. Клацали они очень опасно, но удержались. Родненькие мои, стойкие такие.

— Тогда что? Улетаем? — приободрился мэр. Он уже руки потирал, предвкушая мирные деньки.

— Не совсем, — мягко отказалась я, отступая на пару шагов. А ну как еще раз по спине приложит? — Вы летите, бабулю домой отвезите, а я тут пока постою. Как закончу — напишу. Заберете меня?

Патрик недоуменно склонил голову набок. Вокруг один бетонные руины, обломки арматуры и битые стекла. Все остальное сгорело в пламени взрывов. Мужчина решительно не понимал, что я могу тут делать.

— Тут постоишь? — переспросил он. — Зачем?

— Эти, — кивнула я в сторону скопления черных точек на небе, — так просто не уйдут. Пару раз в атаку точно бросятся. Хочу убедиться, что они придут к правильному решению после этого.

Мужчина свел брови, пристально глядя мне в глаза, а потом откровенно спросил:

— Собираешься одна бодаться со всем флотом?

— Это недолго, — мягко улыбнулась я. Воспринимать андромедовцев всерьез я даже не начинала, если честно.

Патрик поджал губы, бросил взгляд на корвет, к окну которого прилипла бабуля, жадно собирая материал для сплетен на завтрашней йоге.

— Я подожду, — поджав губы, решительно сообщил мэр. Оставлять меня одну с проблемами он не очень хотел. Все-таки у нас тут что-то вроде братства с ним.

— Оскандалимся же, — настаивала я, кивая на бабушку.

Почетный холостяк планеты скривился, взвесил все за и против, после чего малодушно «поверил в меня», еще раз ободряюще вмазал по плечу и довольный ушел. Дотянулся-таки, негодяй! Все бабуле про него расскажу! Ух, как больно.

Корвет мэра улетел, а я нашла удобную бетонную плиту и с комфортом на ней разместилась. Андромедовцы выстраивались в боевой порядок, и это займет еще какое-то время. Чтобы скоротать его с пользой, включила светлый мозг и заказала доставку чипсов и мультифруктового сока. потом подумала и следом прикупила пляжный зонтик, чтобы не обгореть на солнце. В общем, собиралась, как на пляж.

Робот-доставщик прибыл на место через пятнадцать минут. За это время я успела пошариться по сайтам и прикупить себе пару симпатичных кофточек. На большее не решилась, так как денег и так в обрез, а нам с бабулей еще за квартиру платить и продукты свежие нужны.

Открыв первую пачку, закинула в рот хрустящее лакомство и стала листать новостную ленту. Репортеры вовсю строчили статьи, докладывая арсовцам про все на свете. Главной новостью, конечно, было то, что президент Федерации все еще не объявился. Ходят слухи, что он в плену у андромедовцев. Может, поспрашивать, раз уж выдалась возможность?

Я доедала первую пачку чипсов, когда на почту упало письмо от редакции программы «Выходи за меня». Если отбросить восторги режиссера по поводу участия в их программе народной героини, то моя анкета прошла отбор и скоро я смогу поучаствовать в шоу. Спрашивали, когда мне будет удобно приехать на съемки и нет ли каких-то особых предпочтений в плане женихов.

Я нажала кнопку «ответить» и стала набирать сообщение. К женихам у меня только одна просьба — чтобы были половозрелыми здоровыми мужчинами. А насчет времени написала, что могу приехать сразу, как отобью атаку андромедовцев. По приблизительным расчетам, это не должно занять много времени.

На том конце моего ответа, видимо, ждали с нетерпением. Новое письмо пришло уже через минуту. Меня всячески хвалили, восторгались, обещали лучших женихов планеты и просили… кадры с нового боя. Ох уж эти телевизионщики.

Окончательно заскучать я не успела. Андромедовцы наконец закончили болтаться в небе и приготовились атаковать. Я с интересом закинула в рот еще одну чипсину. Ну-ка? Удивите меня!

За время жизни на этой планете я успела немного узнать о конфликте между Федерацией и Содружеством стран Пути Андромеды. Мне неизвестно, какими путями шли мысли лидеров государств, но факт в том, что первыми напали мы. Причиной послужили артефакты, которые научились делать андромедовцы.

Понятия не имею, что в этом такого страшного, но федералы так перепугались, что решили поскорее напасть на андромедовцев, за что и отхватили по первое число. Те не просто отбили атаку, но и разгромили все Кольцо Смерти.

На этой галактике действительно остался только один бог — бог смерти. А специфика его магии такова, что на магов смерти не действуют никакие другие чары. Их нельзя поджечь силой магов огня, не затронуть магией воды и ветра напрямую, не победить другими видами магии. Зато прекрасно можно пристрелить и… воздействовать артефактами.

По какой-то причине магия, активированная с помощью посторонних предметов, действует на магов смерти так же, как обычная магия на обычных людей. Проще говоря, артефакты — слабость магов смерти.

На нашей планете магов смерти осталось не так уж и много. Большинство были в армии Кольца Смерти, которую андромедовцы разбили в дребезги. Увы, магом рождается не каждый человек, большинство были обычными людьми. А с уходом бога смерти из галактики, магов стало рождаться в разы меньше.

Из всего этого можно сделать вывод, что в странной атаке генерала не было ничего странного. Черные точки в небе выстроились в круг, а я с трудом удержалась, чтобы не сделать в центре елочку из нитей, чтобы они могли начать водить хоровод. Наверное, нехорошо так шутить над врагами, которые так стараются выглядеть внушительно.

Но когда круг начал двигаться, я просто не смогла удержаться. Чувствуя себя злым взрослым, издевающимся над детьми, украдкой поморщилась, но все равно красивую елочку в центре круга сплела. Ну вот, теперь красиво. Хороший получился утренник.

Следующим шагом нападающих была активация различных артефактов. Бедняги никак не могут перестроиться, что сражаются теперь не с магами смерти. Клан Крови на одном месте вертел их артефакты, честно говоря.

Лучи всех видов магии выстрелили по моим нитям, создавая красивейшее лазерное шоу в небе. Я не удержалась и, активировав светлый мозг, сделала пару снимков, тут же отправив их в редакцию шоу «Выходи за меня». Надеюсь, им понравится.

На этом эпичный бой закончился. Я безмятежно закинула в рот новую чипсинку, хрустнула лакомством, а нити в небе сорвались с мест и без труда перехватили потоки магии.

Алые нити переплелись с разноцветными лучами, и мягко вернули их обратно в артефакты. В следующую секунду эти артефакты покрылись трещинами и перестали работать.

С моей стороны было крайне великодушно просто вернуть магию на место, а не оборачивать ее вспять. Ведь если бы те же артефакты огня взорвались на корабле, жертв было бы не избежать.

Великий план генерала провалился.

План провалился, а генерал — нет. Этот полоумный звездогрыз не только не потерял желания со мной бодаться, но и перешел к радикальным мерам. Отпив из пакета с соком, я неодобрительно покачала головой. Какие дети нынче балованные, однако.

Артефактов у флота больше не нашлось, зато боеголовок с избытком. И весь этот избыток обрушился на меня одновременно.

Я была так поражена, что едва не уронила зонтик. Какой же все-таки затейник этот ваш Лаен. Наверняка парень думал, что если ударить в одном месте со всей силы, то откроется брешь, в которую великий герой отважно проскочит. Я посмотрела в небо с лицом строгой матери.

Разумеется, никаких сюрпризов не случилось. Без труда перехватив все заряды, я вышвырнула их с орбиты, а елочку, которая так и осталась стоять в центре, изменила на стрелочку. Указывала стрелочка в сторону галактики Путь Андромеды. Это был незавуалированный посыл, если что.

Ракеты у генерала закончились, а вот оружие — нет. Помимо них у эсминцев имелись и более продвинутые орудия. Не знаю, почему атака не началась с них, но спишем это на юный возраст и неопытность молодого генерала.

Это были плазменные пушки. Оружие, способное втягивать материю и расплавлять ее до состояния чистой энергии. Небо вспыхнуло сотнями ярчайших звезд, когда орудия пришли в действие, после чего сценарий был тот же: генерал стреляет, я жую чипсы, а нити наматывают на себя плазму и выбрасывают за орбиту. Магия крови способна на многое в пределах системы координат.

Атака плазменными пушками повторилась еще три раза, после чего у кораблей закончилась энергия. Увы, плавление материи — процесс энергоемкий и крайне затратный. Хоть и эффективный в любом другом случае. А уж против магов смерти и вовсе катастрофически разрушительный.

Ракеты и плазма у генерала закончились, а задор — нет. Из всей толпы выделилась тройка кораблей, вспыхнув зловещим зеленым светом. Похоже, у других кораблей андромедовцев просто не было этой технологии, так что в последнюю решающую атаку бросились только эти.

Не уверена, насколько это оружие должно было оказаться мощным, но к планете устремились три широких лазерных луча. Благодаря нитям я чувствовала все, что происходит в небе, поэтому чуть не подавилась соком, когда поняла, что на этот раз оружие не имеет никаких материальных критериев, кроме высокого теплового показателя. Высокого настолько, что от цели не должно было даже пепла остаться. Только ровный обугленный край в месте, где была граница луча.

Скажу честно, я испугалась. Причем настолько, что стиснула кулек чипсов и зажмурилась. Боялась я не за себя и не за планету, как можно было догадаться. А боялась потому, что мои нити не только воду отражать умеют. А так как сформировать ровное полотно я не успела, три луча разрезались нитями, разделились на сотни лучей поменьше и брызнули в разные стороны… в обратном направлении.

Честно говоря, я боялась, что от флота уже ничего не осталось. Глаза открывать не хотелось, а детишек вдруг стало по-женски жалко. Я всякое могу, но вот воскрешение мне неподвластно.

Шелестя пакетиком в дрожащих руках, я подняла глаза к небу и потянулась к нитям, чтобы поближе посмотреть на результаты импровизированной контратаки.

К счастью, все оказалось не так плохо, как я представляла. Лучи почти не задели детишек, пройдя в каких-то смешных миллиметрах от обшивки кораблей.

Не повезло только генералу. Его некогда красивому эсминцу снесло левое крыло вместе с крутой пушкой и двигателем, а также часть обшивки на боку. Не хорошо это, опасно. Как же он такой домой полетит? Надо бы подлатать немного. А для этого мне придется… опустить его корабль на планету.

Это было совсем не сложно. Несколько нитей выстрелили в направлении флагманского эсминца, опутали его, как осьминог тонущий корабль, и утянули прямо в пучину. То есть на планету. Те нити, что окружали планету и не пускали остальных, ловко раздвинулись, пропуская маленьких безбилетников.

Кораблик я поставила на более-менее свободном участке, который представлял из себя большой кусок стены небоскреба. Чтобы не карабкаться через более мелкие обломки к месту, я призвала пару нитей, которые подхватили меня и поднесли к цели. Вблизи эсминец выглядел еще печальнее.

— Тц, ведро болтов и гаек, — поморщившись, выдала я экспертное заключение.

Экипаж внутри, видимо, торопился поприветствовать аборигенов, потому что боковой шлюз дрогнул и со скрежетом попытался отъехать. Я даже видела группу вооруженных мужчин, ждущих выхода, но бодаться с этой малышней не собиралась. Пара нитей прекрасно справилась с тем, чтобы вежливо захлопнуть ржавый шлюз обратно, не прищимив любопытные носы. Сидите тихо, дети.

Я успела услышать только пару громких матов на всеобщем, прежде чем шлюз герметично закрылся. За толстым лобовым стеклом беззвучно хлопала ртами пара молодых пилотов, и вскоре к ним присоединилась бурно жестикулирующая команда, которая не смогла выйти наружу. Все андромедовцы столпились у окошка и глазели на меня.

Генерал тоже был там. Ослепительно улыбнувшись парню, я строго пригрозила пальцем и жестом показала, чтобы прижали пятые точки к креслам, пока добрая богиня чинит самолетик.

Послушные нити покружили меня вокруг эсминца, позволяя рассмотреть повреждения получше. Не то чтобы я была каким-то крутым мастером из гаража, но дырку замазать много ума не надо.

Собрав кое-какой металлолом из арматур разрушенных зданий, прилепила его на месте пробоин и замазала все дело тонкой пленкой крови для герметичности. Из такого же мусора собрала недостающее крыло и прилепила с боку. Получилось хорошо. Криво, но хорошо. Так теперь пусть и летает.

Детишки тоже были довольны. С перекошенными от счастья лицами они хлопали ртами, махали руками и стучали в стекло. Радовались, наверное. Я понимающе подмигнула им и добавила декора напоследок — кровавую жуткую надпись на неповрежденном боку.

На этом ремонт посчитала оконченным. Благодарности принимать не будем, у детишек и так уже пена изо рта идет. Наверное, заскучала малышня в четырех стенах. Развлечь, что ли?

Чуть прищурившись, я еще немного посмотрела на пепельно-серое лицо вражеского генерала и весело улыбнулась. Бой был такой утомительный, разве не хорошо будет немного поиграть?

Черный эсминец, наполовину затянутый жуткой кровавой пленкой, уже давно не пытался пыхтеть единственным уцелевшим двигателем и послушно болтался на моих нитях. Я подняла его высоко в небо и сплела отчетливо различимую нить, один конец которой крепился к брюху корабля, а второй был в меня в руке.

Я открыла светлый мозг, включила запись видео и пять минут гоняла кораблик по небу, как детскую игрушку. Летучий змей называется.

Наигравшись, решила закругляться. Обвила кораблик все теми же нитями и благополучно вернула к соплеменникам. Напоследок подхватила остальной флот и вежливо отправила к границе галактики.

Дальше магические путы тянуть перестанут, а уж куда лететь красивый генерал пусть сам решает. Лучше бы ему к дяде полететь, пока кораблик окончательно не развалился. Конечно, мои нити будут держать его до последнего, но как только флот окажется на территории Пути Андромеды, за стабильность магии я не ручаюсь. Может и отвалиться арматура наша, ибо божественная гарантия действует только на территории Кольца Смерти.

Флот улетел, а у меня закончились чипсы. Открыв последнюю бутылку сока, я села под зонтиком и открыла социальную сеть «ВКольце». Несколько минут ушло на загрузку видео и фото, после чего моя страница буквально взорвалась комментариями. Кстати, я — самый популярный блогер на планете! У меня в подписчиках все население Арс-9 и некоторые жители других планет.

В основном люди, конечно, смеялись, найдя эти видео очень забавными, но были и те, кто ругался, что надо было разорвать андромедовцев на части. На такие комментарии я не ленилась отвечать, поясняя, что я не богиня войны. Мне не нужно воевать, чтобы победить.

Я бы, конечно, сказала что-то из разряда «ребята, давайте жить дружно», но дружбой между нашими галактиками запахнет очень нескоро, я это понимаю. У обеих сторон еще раны не затянулись, а душевные так и вовсе будут кровоточить не одно поколение. Тут только время поможет и мягкое подавление конфликта. К счастью, время у меня есть.

Ой нет! Времени нет! Уже так поздно, а обед еще не готов! Бабуля наверняка голодная!

Побросав бутылки и пакеты, я решила, что грязнее на этих руинах уже не станет, и набрала своего уважаемого босса.

— Лида, ну что там? — тут же обеспокоенно спросил мэр.

— Мистер Честити, я закончила. Заберете?

— Конечно, сейчас буду, — решительно ответил он и сбросил вызов.

На месте наш щедрый глава был уже через пять минут. Я шустро забралась в корвет и тут же была атакована вопросами:

— Ну как они? Нападали? Сложно было? Рассказывай!

— Хорошо, только давайте поторопимся, а то у меня бабуля дома некормленая. Поверьте, голодная она очень страшная.

Мэр вздрогнул и поспешил завести корвет:

— Ты что, еды дома не оставила?

— Бабушка любит есть свежее, а я всю ночь корпела над вашими картами. Успешно, кстати, можете уже забирать.

Мэр приободрился и бросил на меня заинтересованный взгляд:

— Присоединишься к раскопкам стоков?

Я не растерялась и тоже приободрилась:

— Ни за что. У вас техника есть, а я — слабая девушка.

— Двадцать тысяч.

— Считайте, я уже там.

Мистер Честити благополучно довез меня до дома, забрал исписанные карты и отчалил заниматься раскопкой городских стоков. Я же столкнулась с бабулей в ванной. Она отдирала плитку.

В отличие от всех других людей, госпожа Илидан функционирует всего в двух режимах: объелась и активный. Если бабулю не закормить до состояния чистой лени, она начинает перекраивать мир. Или в нашем случае ванную. Вот поэтому такая уважаемая богиня, как я, и торчит на кухне с утра до ночи, как примерная невестка. Иногда выхожу из дома, но исключительно по уважительной причине — мир спасаю.

— О, вернулась? — довольно прокряхтела старушка. В ее руках были инструменты, в которых я опознала кухонную лопатку и молоток. — А я вот тут ремонт затеяла. Какую хочешь плитку?

— Бабуль, мне эта очень нравится, — мягко уговаривала я, вытаскивая инструменты модификации мира из морщинистых рук. Молотком и лопаткой она не только ремонт сделать может, но и власть свергнуть. Очень важно вовремя и регулярно кормить женщин на пенсии, друзья.

Илидан недовольно поджала губы, с сомнением посмотрела на старую плитку, а я не смогла сказать, что на новую у меня пока денег нет. Все эти строительные ресурсы сейчас на вес золота, так как никакого производства у планеты нет.

— Нехорошо это, дочка, — покачала головой мудрая бабушка. — Вот выйдешь ты замуж, приведешь сюда мужа, а у нас плитка такая. Да и детишки пойдут, им в красивом расти надо. Нет, отдай лопатку, надо содрать всю эту старину.

— Она не старая, — еще мягче стала убеждать я. — И очень красивая. Это вообще мой любимый цвет.

— Да? — еще сильнее засомневалась бабуля, глядя на старую, местами отколовшуюся плитку, затертую до неопознаваемости цветовой принадлежности.

— Да, — решительно кивнула я, подхватив хозяйку дома под локоток и технично утаскивая за собой. — Пойдем, я приготовлю твою любимую кисло-сладкую свинину. Что еще хочешь? Сделать пирог с персиками?

— Лучше запеканку с изюмом! — вспыхнули светом глаза старушки.

— Сейчас будет, — улыбнулась я.

Разместив деятельную старушку в гостиной и вручив ей вязание, в котором смутно угадывались носочки для советницы Повелителя Хаоса, я убежала на кухню и с головой ушла в работу. Настолько глубоко, что даже не обернулась, когда пространство исказилось и выплюнуло на пол какое-то существо.

Вот только я забыла, что рана на запястье затянулась еще в тот момент, когда я ждала мэра на руинах, и сейчас управлять нитями не могу. Но это еще не все, это полбеды. В прошлый раз я была слишком занята и не придала событию значения, а теперь задумалась.

Откуда в Порядке могли взяться низшие твари Хаоса?

Все это время я была так спокойна только потому, что привыкла к подобным нападениям. Но то, что нормально для Хаоса, не являлось нормой здесь. Или в этом мире есть другие твари, которые так же могут шастать по пластам реальности? Советница ничего об этом не говорила.

Сжав нож, которым только что резала помидоры, я обернулась и встретилась с «тварью» лицом к лицу. И лицо это было до боли знакомым.

Согнув ноги в коленях для устойчивости, на меня во все глаза смотрел никто иной, как генерал вражеской армии. Это был первый раз, когда мы оказались во плоти в одном месте. Но даже так я понимала, что яркий блеск его глаз был не совсем нормальным. Я бы даже сказала, немного параноидальным.

Лаен жадно смотрел на меня, интуитивно потянувшись к короткому клинку на поясе, но вопрос задал самый неожиданный:

— …а где бабушка?

Поглядите на этого охальника! Бабулю мою ему подавай! Извращенец!

Я мстительно прищурила глаза, полоснула керамическим ножом по пальцу и лихо выдворила вторженца обратно в начальную точку телепортации.

Не для тебя моя бабушка росла!

Галактика Кольцо Смерти. Межзвездное пространство. 5218 год после Объединения.

Флагманский эсминец первого генерала Ках-Шахрастара.

Вернулся на корабль бравый генерал совсем не в себе. Так много событий произошло за один стандартный день, что свихнуться можно было. Разум племянника императора кипел и бурлил, пытаясь переварить все события одновременно. Он смутно чувствовал, что все было взаимосвязано, а своей интуиции Лаен привык доверять. Не раз и не два она выручала его в странных ситуациях.

Я ситуация была в край странной.

Сначала вышла из-под контроля магия, потом истинной парой оказалась бабуля, потом богиня уделала его флот под орех, а в конце браслет выкинул его прямо на кухню вражеской защитницы. Вопросов у парня была масса.

Не разбирая дороги, он вышел на капитанский мостик и упал в пустующее кресло. Экипаж сновал между приборами, внимательно следя за показателями, которые пока держались в норме, но в любой момент могли упасть или вырасти, что означало бы угрозу безопасности пассажиров на борту. Все-таки потерять половину корабля — не шутки.

Офицерам было не по себе от ошеломленного вида их генерала, но и его понять можно. Никто не мог поверить в сокрушительное поражение от одной единственной отсталой планетки. А поражение было просто чудовищным, с этим все согласны.

Во всей этой суматохе один только генерал сидел ни жив ни мертв. Ему казалось, что он упускает что-то жизненно важное во всей этой истории, но никак не мог понять, что именно. К счастью, нашелся человек, готовый добавить еще один кусочек к головоломке.

— Генерал, — приблизившись, осторожно позвал Лаена единственный оставшийся без дела член экипажа — навигатор, — мне тут капитан второго подразделения кадр с наружной камеры прислал. Не хотите взглянуть?

Перед глазами генерала оказался планшет, на экране которого был запечатлен стоп-кадр с камеры. На изображении с предельной четкостью был отображен неповрежденный бок флагманского эсминца, на котором в свете звезд темнело что-то очень похожее на надпись.

Лаен вспомнил, что богиня, назвавшаяся Лидией, точно такими же росчерками общалась с ним через зеркало, и понял, что эту надпись оставила тоже она. Он взял планшет в руки, но сколько бы ни смотрел, не мог понять ни слова. Эта письменность… Это точно не всеобщий.

Без консультации не обойтись.

Первым делом Лаен подумал о бывшем хозяине планеты-тюрьмы Константине. Этот мужчина был родом из Кольца Смерти. Если там и используют какие-то языки помимо всеобщего, то он должен знать. Набрав его номер через коммуникатор, Лаен открыл экран и стал ждать ответа.

Ответили ему не очень быстро. Константин вообще не особо общительный мужчина, тем более когда дело касается ублюдков, пытавшихся ухлестывать за его женой. Однако вызов бывший тюремщик принял.

— Надеюсь, ты звонишь сказать, что тебя взяли в плен, неуважаемый Лаен Коган, — раздался из динамиков тихий вежливый голос, которого до помешательства боятся все разумные люди галактики.

Лаен вспомнил, как легко и играючи богиня притянула его корабль на планету и строго заперла шлюз, не давая никому выйти и сразиться с ней… и проглотил пару едких оскорблений, готовых сорваться с языка.

— Вынужден разочаровать тебя, — усмехнулся Лаен.

— Разочаровал, — признал Константин. — Восстание подавлено?

И еще пара едких матов упала в желудок генерала, не увидев свет. Чувствовал он, что этот провал ему всей галактикой до самой пенсии припоминать будут. Мысль сдаться в плен стала казаться немного привлекательной.

— В процессе, — сквозь зубы процедил Лаен. — Я к тебе по другому вопросу. Скажи, в Кольце Смерти говорят только на всеобщем?

— С чего бы? — презрительно ответил мужчина. — Всеобщий там изучили ради контакта с андромедовцами. В остальном есть еще несколько языков.

Лаен подобрался и сжал в руках планшет со стоп-кадром.

— Ты знаешь эти языки?

— Ты в моем лице личного переводчика увидел?

— Константин, это важно. Можешь взглянуть… кое на что?

— Как же ты меня… — вздохнул мужчина, едва не закатив глаза, а потом поморщился: — Показывай.

Понимая, что с каждой секундой неприязнь выходца из Кольца Смерти растет в геометрической прогрессии, Лаен не стал тянуть. Он повернул планшет к экрану и показал мужчине изображение. Между ними повисла тишина.

Константин пару раз шевельнул губами, пытаясь подобрать слова, но в итоге ответил очень сдержанно:

— Это не язык людей Кольца Смерти. И это месиво, имеющее очертания корабля, смутно напоминает мне один эсминец, который я видел раньше. Уж не на нем ли ты улетел подавлять восстание?

Лаен сбросил вызов. Уши у него горели, а с языка звонко сорвалось матерное слово.

Немного остыв, генерал пришел к выводу, что ему нужно сменить обстановку. К черту восстание, к черту империю, все к черту. Для начала надо заняться собой и своими проблемами. Например, разобраться в работе чертового артефакта. По какому принципу эта дрянная железка выбирает точку телепортации? Разве она не должна была его к истинной паре отправить? Почему сначала он в ноги бабушке упал, потом к богине на кухню вывалился? Нет, так точно не пойдет.

И первым делом надо выяснить, куда еще эта железка его закинет.

На встречу с суженой генерал собирался, как на войну. Надел бронежилет, каску, в одну руку взял пушку, а во вторую меч. Потом понял, что одна рука должна быть свободна, чтобы активировать браслет, поэтому стал мучиться вопросом «что оставить». В итоге решил, что оставит меч. Ведь пушка не так хороша, как меч, если принять во внимание, что генерал был магом металла. Имея в руках меч, он сможет сделать куда больше, если придется.

К сожалению, его невероятные приготовления ко встрече с будущей возлюбленной заметил первый помощник. Стоя в дверях каюты генерала, он едва глаза не выронил и даже подумал, что как-то неправильно вошел в дверь и попал в другую реальность. Он даже вышел и вошел заново, но убийственно решительный вид генерала в полном боевом обмундировании никуда не делся.

— Эм… А вы… — выписывая образные круги ладонью в воздухе, пытался подобрать слова к ситуации помощник. Увы, его юные мозги еще не заматерели в достаточной степени, чтобы дать оценку действиям победителя галактического турнира артефакторов, который однажды так бурно отмечал поступление в Академию, что напился и проиграл в карты… ректора.

— У меня дела, — сурово провозгласил хулиган.

— …я вижу, — пробормотал помощник, прикрыв губы пальцами. — А… какие?

Действительно. Какие дела могут быть у человека, запертого на подбитом корабле, который неведомая магия тащит в неизвестном направлении? Марш-бросок по комнате в полном боевом облачении? Может, еще противогаз до кучи принести?

— Важные, — важно ответил генерал, стискивая меч, словно это букет цветов. Помощник впечатлился и решил тихонько вызвать штатного психолога. Пусть поможет генералу в его важных делах. После последнего поражения у многих на борту появились такие вот важные дела. Бедный психолог едва справляется.

— Я понял, — выставив вперед руки, успокаивающим тоном заговорил помощник. С психами надо разговаривать ласково, это психолог так сказал. Особенно с буйными. — Ваши дела очень важные. Давайте решим их вместе, хорошо?

— Вместе? Ты-то мне там зачем? — удивился генерал, а потом махнул рукой: — Иди отсюда. Так… я готов, пора идти.

И, положив свободную руку на браслет, встал в стойку с согнутыми в коленях ногами, готовясь к телепортации.

Пространство вокруг знакомо растянулось, запульсировало и сжалось, вытягивая генерала из каюты. В последний момент перед тем, как исчезнуть на глазах у ошеломленного помощника, генерал вдруг… громко чихнул.

Что случилось с генералом дальше, юный помощник не знал, но подозревал, что ничего хорошего. В панике схватившись за планшет, он открыл файл с личным делом Лаена Когана, который до сих пор перечитывает утром, в обед и вечером. В списке экстренных контактов нашел один с пометкой «в любой непонятной ситуации звонить сюда» и набрал его.

Ответили ему через пару гудков.

— Але? — раздался веселый женский голос. На экране появилось улыбчивое лицо зеленоглазой девушки с белоснежными волосами. Это была Элиф, главный артефактор галактики и жена Константина. Увидев незнакомое лицо звонящего, она удивленно вскинула брови: — Ты кто?

— Э… здравствуйте! Я первый помощник первого генерала Ках-Шахрастара, племянника императора Айдана Эрда, Лаена Когана! И… у меня к вам вопрос, наверное.

Эля внимательно посмотрела на напуганное лицо этого помощника и как можно мягче спросила:

— Что случилось? Просто скажи прямо.

Помощник занервничал сильнее, крепко вцепился в планшет и сказал:

— Генерал, он… понимаете… он исчез. Я… не знаю. Он был здесь, надел каску и бронежилет, схватил меч, а потом исчез, сказав, что у него важные дела. Я даже психолога позвать не успел!

— Бронежилет и каска? — кусая губы, чтобы не засмеяться, переспросила девушка. — Эх, ну почему ни один из нас не может жениться, как психически здоровый человек? Все в порядке, первый помощник. Твой генерал просто свататься пошел. Скоро вернется. А ты не видел, он взял с собой оружие?

— Взял. Меч, — ошеломленно выдохнул парень.

— Стало быть, намерения серьезные, — с умным видом покивала Эля. — Настроен, так сказать, решительно. Отказ не принимается. Ну, если невеста этот меч никуда ему не засунет, то шансы есть. Перезвони мне, как жених вернется. Пока-пока!

Вызов был завершен, а помощник еще несколько минут стоял с широко открытым ртом.

Однако уже через минуту генерал вновь появился в каюте с совершенно ошеломленным лицом и… тарелкой яблок в руке.

Выкинув похитителя бабушек из дома, я вернулась к готовке. Честно говоря, возмущению моему не было предела. Похоже, в мире острая нехватка бабушек! Настолько острая, что одну едва не украли прямо у меня под носом. Надо тщательней следить за бабулей, мало ли?

Агрессивно нарезая овощи, я вдруг подумала о другом варианте. А что вообще может понадобиться вражеской разведке от моей бабули? Она у меня, конечно, тот еще диверсант, но чтоб прям сам генерал в хату ломился по ее душу, даже представить не могу.

В любом случае, на планете дефицит бабушек, так что я, как единственная и неповторимая богиня, обязана защищать их честь и все то, на что решил покуситься вражеский генерал. Вот же извращенец.

К слову об извращенцах. Даже не закончив нарезать овощи, я вновь почувствовала изменение пространства. Обернувшись, с удивлением увидела, как на пол выпадает тот самый расхититель бабушек. Это ж как ему нужна в жизни бабушка, что он не сдается, а!

Выпав, генерал первым делом чихнул, поправил мечом съехавшую на лицо каску и покачнулся. Чтобы удержать равновесие, он протянул руку вперед и схватился за первое попавшееся — за тарелку с яблоками, стоящую на краю стола.

Этого я терпеть не стала. Снова уколола палец ножом и в один миг выбросила генерала-форточника обратно. Вместе с ним исчезли и мои яблоки.

Глядя на пустой стол, я так расстроилась, что бросила нож и пошла в гостиную. Забралась с ногами на диван, легла, положив голову бабушке на колени, и стала жаловаться:

— Ба, я же богиня? — спросила голосом обиженной девочки.

Бабуля отложила вязание, погладила меня по голове и терпеливо кивнула:

— Конечно, милая.

— Ба, а я хорошая богиня?

— Наша Лида — самая лучшая богиня, — улыбнулась старушка.

— А разве хорошим богам не положено делать подношения? Фрукты там, выпечку, монеты. Или хотя бы свечки ставить?

— Хм, не думаю. Никогда о таких обычаях не слышала. А что, мальчишка Честити опять убежал, не заплатив?

— Да нет, — поморщилась я. — Просто грустно стало. Я ведь богиня, а мне не только подношения не несут, но еще и на рынке ободрать как липку каждый день пытаются. А теперь еще и этот генерал. Ба, представляешь, он напал и украл целую тарелку яблок. Ну что у них там в империи, яблок нет, что ли?

А в сердцах подумала: «Нищая империя! Ни бабушек, ни яблок.»

— Генерал? — удивившись, переспросила бабушка. — Какой генерал?

— Да императора этого позорного, — недовольно воскликнула я. — Представляешь, нашел гад способ обойти планетарную защиту и телепортируется прямо ко мне на кухню!

— Генерал, значит? — тонко улыбнувшись, медленно кивнула своим мыслям старая Илидан. — Похаживает к тебе, значит?

— Нет, ба. Он к тебе похаживает, — еще сильнее надулась я, превратившись в сплошной комок негодования. На коленях у бабушки лежала не богиня, а туча злая.

— Ко мне? — изумленно ахнула старушка.

— М! — кивнула я. — Представляешь, пришел такой и говорит, мол, где бабуля?

— А ты что? — с теплой улыбкой поинтересовалась старушка, поглаживая меня по голове, как маленькую.

— А я его с планеты и вышвырнула. Даже слова вставить не дала. Пусть катится!

Бабуля тихо засмеялась, найдя что-то веселое в ситуации, а потом спросила:

— А что, хорош твой генерал?

Я вспомнила его красивое лицо и тут же мысленно дорисовала бородавок.

— Отвратителен!

— Ну ты в следующий раз так уж лихо не гони мальчишку-то, хе-хе-хе, — раздался скрипучий старческий смех. — Побеседуй с ним по душам. Может, недопонимание меж вами какое есть.

— Я? — ошеломленно протянула я. Даже с дивана поднялась, чтобы посмотреть бабуля в лицо. — Я-то тут при чем? Это к тебе он ходит!

— Милая, да если б он ко мне пришел, с чего б тогда за тобой таскался? Э-нет, хе-хе, не ко мне этот жених похаживает. Не ко мне, хе-хе.

Переубедить меня бабуле, разумеется, не удалось. Я вернулась на кухню и закончила готовить обед. После еды созвонилась с редакцией брачного шоу и договорилась о встрече на завтра. Мистер Честити больше не искал меня, так что я решительно повязала косынку, взяла ведро и тряпку и пошла убирать квартиру.

Вражеский генерал еще дважды покушался на честь моей бабушки, но оба раза отхватил мокрой тряпкой и был выдворен прочь с планеты. Боевой задор во мне не иссякал, так что я еще и окна помыла.

Дух генеральной уборки захватил не только меня, и, стоя на карнизе, я встретилась с соседкой. Эта добрая девушка была той, кто одолжил мне одежду, когда я только появилась на планете. Дома у нее есть муж, двое маленьких детей и кошка. Вот что я называю «полный дом».

Натирая окна до блеска, мы разговорились.

— Видела это брачное шоу по первому федеральному каналу? — спросила я. — Завтра встречаюсь с их редакцией. Участвовать буду.

— Ты? — удивилась Солея, высовываясь из окна. — А ты что, жениха ищешь?

— Ищу, — решительно ответила я, а в воздухе перед нами материализовался неугомонный генерал.

Появился, закричал и полетел вниз. Была у меня подлая мыслишка за облаками понаблюдать до характерного плюха, но совесть не позволила. Я с раздраженным видом прикусила палец и бросила вдогонку пару нитей. Те поймали вражеского форточника и отправили обратно.

— Это… что было? — округлив глаза, спросила соседка.

— Фанат моей бабули, — скривившись, ответила я. — Целый день в гости вламывается. Надоел уже.

— О, как у вас интересно, — хихикнула Солея. Шлепнув тряпкой по стеклу, она немного подумала и вдруг сказала: — Слушай, а у тебя какие требования к соискателю? Ну к жениху, в смысле.

Я с серьезным видом пшикнула очистителем на окно и задумалась.

— Требования? Да, в общем-то, почти никаких. Ну чтоб мужчиной был. Будет неплохо, если руки-ноги на месте будут. Хм… Здоровье чтоб не сильно плохое было. И… все, наверное?

— Ха-ха! — звонко рассмеялась девушка. — А ты не притязательная, да? Голова, два глаза, нос, ахаха! Лида, ты ж богиня. Тебе мужик со статусом нужен.

Я задумалась. Со статусом?

— Да не, со статусом не надо. Это ж он вечно пропадать где-то будет, карьеру делать. А мне домашний нужен, чтоб за детками смотрел.

— Кхм… — подавившись слюной, многозначительно посмотрела на меня соседка. — Лид, у нас таких нет. Может, тогда кого-то на не сильно ответственной должности? Да вот хоть брата моего мужа взять. Он повар. Как тебе? Могу позвонить, устроить вам свидание вслепую.

Услышав род деятельности этого жениха, я подумала о том, что у меня на кухне все ножи керамические, а столовые приборы из меди. Даже техника и та по большей части пластиковая. Если этот повар придет сюда со своими инструментами… С другой стороны, всегда можно договориться. Да и то, что повар, тоже неплохо. Будет кому бабуле готовить, пока я мир спасаю с мэром.

— Хорошо, можно и встретиться. Только на шоу-то я уже записалась, нехорошо отказываться.

— Тогда давай после шоу, если там никто не понравится, позвоню и обо всем договорюсь, — улыбнулась девушка.

Я согласно кивнула:

— Хорошо. Спасибо.

Наша милая беседа все еще не подошла к концу, как генерал — самоубийца опять собрался своим изображением украсить асфальт под нашими окнами. Я машинально подхватила его нитями. Подняла до уровня глаз и пригрозила пальцем. После чего опять выкинула с планеты.

Солею эта ситуация заинтересовала в неожиданном ключе:

— Лид, слушай. А что, если тебе присмотреться к этому фанату? Мужик-то красивый. Одет, правда, странно, но так тебе он одетый и не нужен. У нас таких нарушителей быстро в магнитные оковы закуют, так что он и шага без разрешения не сделает. Ты ж дружишь с мэром? Попросишь, и он тебе этого парня отдаст. Скажешь, чтоб с детьми сидел, и будет послушно дома сидеть, носа не высунет. А то я так подумала сейчас, вряд ли кто-то из наших согласится стать домохозяином. И останутся твои дети на попечении госпожи Илидан. А ты сама знаешь, за ней самой присматривать нужно.

— Погоди, ты кого ввиду имеешь? Этого вот форточника, что ли? — спросила недоверчиво. От удивления я чуть следом за генералом из окна не выбросилась.

— Ага, — легкомысленно ухмыльнулась Солея. — Ну а что? Я его рассмотрела. Не мужик — картинка. А глазищи видела какие? Во! Да и крупный он, ноги длинные. Тц, я б от такого фаната не отказалась, ахаха.

— Это от кого ты там не отказалась бы?! — донесся из глубины соседней квартиры мужской голос.

— Ой! Муж вернулся. Лидок, я пошла. Но ты подумай! — крикнула она и убежала встречать мужа со смены. Он у нее со строителями работает. Сварщик.

Солея убежала, а я стала глубокомысленно натирать пятнышко на стекле. Оно никак не хотело стираться, прям как генерал Лаен. Хм… Лаааен. И имя ж у него какое, тягучее. Как жвачка на кроссовке.

Генерала в женихи? Упаси меня Хаос. Он целый день тут своим мечом размахивает, совсем одичал там в своей нищей империи без бабушек и яблок.

В мыслях о племяннике вражеского императора я провела остаток дня. А как его забыть, когда он сваливался мне на голову, как по расписанию? Иногда он что-то кричал, но дальше первого слога его речь не продвинулась — я свое дело знаю. Отправляла его так лихо, как даже в Хаосе в свое время не умела. Опыт и сноровка — вот основа современной демократии! Долой диктатуру!

Закончив все дела по хозяйству, я посмотрела на время и задумалась. Уже так поздно, генерал был последний раз час назад. Может, спать пошел? Не каждый маг вынесет столько телепортаций за день.

После тяжелого дня мне отчаянно хотелось в душ, но я все не решалась. А что, если полоумный любитель бабушкиных яблочек и туда завалится? Завалится и увидит то, что видеть не должен. Идти мыться с ножом? Заодно глаза ему повыкалываю. Достал уже.

Скорее бы их флот покинул галактику. Издалека телепортироваться будет уже не так просто. Должен же он отстать от нас однажды? Как он вообще это делает?

Бабушка попрощалась и ушла спать, а я постояла перед шкафом, набралась смелости, решительно свела брови и взяла чистую сорочку. Пойду. И пусть ему будет стыдно!

В душе я мылась, в любой момент готовая к нападению. Нож под рукой, ушки на макушке, шторка задернута. Ничто не могло застать меня врасплох! Жаль только, что все это оказалось напрасно. То есть не жаль, а огорчительно. Ну не огорчительно, а как-то… В общем, вы поняли. То ли у генерала совесть появилась, то ли магия закончилась, но в душ ко мне он не пришел.

Мной овладели сложные эмоции, которые я пыталась понять, пока стояла с феном перед зеркалом. Вроде и не пришел генерал, а я злюсь. Устала, наверное. Целый день взвинченная и готовая к атаке, вот нервы и сдают. Ну ничего, высплюсь и все пройдет.

Забравшись в постель, включила кондиционер и завернулась в одеяло. Люблю спать в прохладном помещении. Думала, усну, как только голова коснется подушки, но вместо этого до середины ночи проворочалась, сжимая в руках нож на случай вражеской атаки.

В итоге я проспала и не услышала будильник. Проснулась от грохота, который, казалось, шел с нижнего этажа, но почему-то звучал у меня в комнате. Я ошеломленно села на постели и заозиралась по сторонам.

В этот момент откуда-то снизу раздались шорох, чихание и бряцанье металла. Я свесилась с кровати и с высоты своего матраса увидела угадайте что? Верно! Меч и его генерала! Паршивец выползал прямиком из-под моей кровати!

Не передать словами, как я расстроилась. Во-первых, у него на темной макушке была паутина. Вот где он ее нашел? Зачем он ее нашел? Я только вчера все убрала! Не было ее там! А во-вторых, у него рабочий день начался, что ли? Дайте мне номер императора, я хочу выразить претензию по поводу недостаточной занятости генеральского состава! Лаену явно нечем больше заняться, кроме как доставать меня!

Еще и чихает так, словно я столетие под кроватью не мыла. Так обидно, ужас просто.

Я стиснула в руке нож и решила выплеснуть обиду:

— Эй, — холодно, едва сдерживая агрессию, окликнула ползуна по-пластунски.

Клянусь, у него волосы на голове дыбом встали от неожиданности. Прекратив выползать, он медленно повернул голову и встретился со мной взглядом. Смотреть в такой позе было неудобно, так что он перекатился на спину. Я нависла прямо над ним, и волосы соскользнули со спины вниз, коснувшись кончиками его щеки. Генерал ошеломленно моргнул, а я крепче сжала нож.

— Вот скажи мне, генерал. Ты выспался?

Вопрос застал расхитителя божественной паутины врасплох. Он был смущен и не понимал, как наши отношения добрались до уровня «доброе утро, дорогой», а именно так он понял мои слова. Генерал уже догадывался, что где-то есть подвох, но все равно осторожно кивнул.

Я мстительно прищурилась и зашипела:

— А я — нет. Ты по какому графику ко мне шастаешь? У тебя совесть есть вообще? Учти, увижу еще раз — прибью!

Я погрозила ему кухонным ножом и отправила восвояси.

Все-таки бабуля была права, надо было раньше с ним поговорить. Вот высказалась, и легче стало. Никто ведь не говорил, что диалог должен быть двусторонним?

То ли генерал совесть искать пошел, то ли паутину мою отмывать, но утро прошло спокойно. Приготовив на скорую руку завтрак, я вернулась в спальню с ветром и тряпкой. С помощью нитей подняла кровать и хорошенько вымыла всю пыль.

Не то чтобы мне было дело до генерала, но немного стыдно все же было. Гораздо приятнее ругать его за соринку, когда в собственном глазу бревно не торчит.

— То ли генеральная уборка, то ли генеральская, — тихонько хмыкнула я себе под нос, не замечая улыбку на губах. — Как бы там ни было, а генералом я пол протерла. И так будет с каждым, кто посягнет на независимость Федерации! Это не Империя, это клининговая служба какая-то. То ли чистят, то ли обчищают. То яблоки тащат, то паутину, а про бабушек я и вовсе молчу.

Приняв душ после всех хлопот, я красиво нарядилась в платье, которое купила во время последней атаки андромедовцев, и пошла на съемку шоу.

Первая дилемма настигла меня прямо у подъезда дома. Я решительно не хотела тратить с трудом заработанные на спасении мира деньги, чтобы вызвать такси. Своего корвета у меня нет, а до студии пилить и пилить на своих двоих. На мне сегодня такие красивые туфли, как они пойдут по разрушенному обстрелами тротуару? Про общественный транспорт и думать нечего — нет его, после войны вообще мало что осталось.

Вздохнув в десятый раз, я еще немного поколебалась между расточительством и бесстыдством, и бесстыдно выбрала последнее. Ну нет у меня лишних денег, а скоро за квартиру платить.

Открыла светлый мозг и набрала первый в списке номер. Вызов был принят через секунду.

— Лида? Что случилось? На нас опять напали?

Я сделала самое жалкое выражение лица, которое только могла, и стала давить слезу:

— Мистер Честити, вы не заняты?

Мистер Честити поежился от моего надрывного голоса и сразу же насторожился:

— Очень занят. А что такое?

— Ах, — всхлипнула я всей своей плохой актерской игрой. — Мне так нужна ваша помощь. Приезжайте. Поскорее.

Сделав вид, что больше не могу разговаривать, сбросила вызов. Глаза были полностью сухие, но, надеюсь, на экране было незаметно. В любом случае, корвет мэра примчался за пять минут. К слову, на такси было бы быстрее. Не очень-то торопился выручать меня этот гнусный мэр.

Корвет приземлился, и дверь открылась. Из проема на меня посмотрело настороженное лицо мужчины, который был готов свинтить отсюда в любой момент.

— Лида? В чем дело?

Мужчина окинул меня цепким взглядом, отметил платье, туфли и прическу, после чего насторожился еще сильнее. Его холостяцкое чутье вопило, что пора сматываться. Мои туфли вопили то же самое. На каблуках стоять было непривычно и уже больно.

Подбежав к корвету на последнем издыхании, я тут же попыталась проникнуть внутрь, но встретила неожиданное сопротивление. На одних рефлексах, не успев все хорошенько обдумать, мэр загородил проход и стал упираться, чтобы я не пробралась в салон.

— Мистер Честити, подвезите, а?

— Ты на моем корвете шашечки увидела? — опешил мэр целой планеты.

— Я кроме вас никого не знаю, вы должны помочь даме в беде, — пыхтела я, упорно борясь с крупным мужчиной. — У меня свидание скоро, а денег на такси нет. Вы же такой хороший, а я такая полезная, давайте дружить. Подвезите даму по-дружески.

— Я сразу понял, что намечается что-то ужасное, — мрачно поджал губы холостяк, не сдавая позиций. — Не втягивай меня в свои матримониальные планы. У тебя целая планета друзей, их попроси.

— Какие еще друзья, мистер? — сквозь зубы прошипела я, проникнув в корвет наполовину. Мэр был сильнее, но я богиня. — Тут корветы только у планетарной администрации, военных и таксистов. Последние дерут деньги так, что никакой дружбы не напасешься. С военными я не дружу принципиально. Это моя гражданская позиция. Остается только администрация. А это, простите, вы. Ну что вам, жалко? Сколько раз я вас выручала? Имейте совесть!

— Имел я вашу совесть, никакого удовольствия, — из последних сил сопротивлялся противник брака и нарушитель демографического благополучия. — Ты меня, конечно, выручала, но не за бесплатно, если что. Я хоть раз не заплатил?

— Я думала, мы друзья.

— Я думал, мы коллеги.

— Тогда подвезите по-коллежьи.

— Это только если по работе. А ты не по работе так нарядилась.

— Вы что, не желаете мне счастья? Вдруг я сегодня мужа себе найду?

— Ищи на здоровье, но не рядом со мной.

Я уже почти захватила корвет мэра, когда за спиной раздался ласковый старушечий голосок:

— А что это вы тут делаете средь бела дня, внучики?

Мы с мэром застыли и покрылись холодным потом. Он от страха, а я за компанию.

— Б-бабуля? — нервно улыбнулась я, не понимая, как йога могла закончиться так рано. — А мы тут вот… деремся.

— Деремся? — скосил на меня недоверчивый взгляд взрослый, представительный, уважаемый в городе и достойный ранее во всех смыслах мужчина.

Я бросила на него предостерегающий от брака взгляд и твердо подтвердила:

— Деремся.

Он сразу понял, куда ветер дует, и поспешно закивал, глядя на бабушку самым честным взглядом:

— Деремся, госпожа Илидан!

— Да разве ж можно с девочками драться! — ахнула старушка, игнорируя тот факт, что я, вообще-то, практически победила. Не только мэра, но и императора с его генералом и ржавым флотом до кучи. Я втянула гипотетические сопли, поджала губы и кивнула, как хорошая девочка. Полностью согласна! Нельзя было сразу молча взять и подвезти даму на свидание? — А по что деретесь-то?

— Так это, хм… — забуксовал талантливый политик перед бабушкиным допросом.

Но я не растерялась:

— Бабуль, хоть ты нас рассуди. Вот я ж полезная?

— Так, — внимательно слушая, подтвердила бабушка.

— Мне корвет личный полагается? — продолжала я гнуть политику во всех смыслах.

— Полагается! — обрадовалась бабушка. — Так это Патрюшенька тебе подарок сделать прилетел?

— Чт… Нет! — вскочил, ударившись головой об дверной проем, Патрюшенька, которого сейчас две дамы на корвет ограбят. — Госпожа Илидан, все вообще не так было! Лида позвонила, сказала, что помощь нужна. Я прилетел, как хороший человек. Вы же знаете, что я хороший? Вот я прилетел, а она говорит, что на свидание ей надо. Ну а я тут при чем? Я мэр, вообще-то! У меня дела есть!

— Вот вы… болтун, — тихо, чтоб только мэр услышал, прошипела я.

— Лидонька, ты с Патриком на свидание хотела? — удивленно спросила бабушка.

— Нет! — в один голос закричали мы. Хоть в чем-то наши мнения сходятся.

— Тогда с кем? — с сомнением посмотрела на наши торчащие из дверного проема тела старушка.

— Так это… не знаю еще.

Тут надо добавить, что несмотря на то, что этим утром генерал не прилетал меня доставать, с этим прекрасно справилась бабуля. Она так меня этим генералом задолбала, что я совсем не успела по нему соскучиться. Из идейных соображений я категорически против отношений с этим форточником, а бабуля нашла его кандидатуру превосходной.

Аргументировала это старая Илидан тем, что ее третий муж был военным. На вопрос «и что с того?» она ответила вспыхнувшими щеками и мечтательным: «он был такой сильный и выносливый, настоящий мужчина, а уж какой у него был… меч, кхм». Дослушивать я это, понятное дело, не стала. Меньше всего с утра пораньше хочется получать информацию по древнему оружию, прости господи.

В общем, я решила быстренько сбегать на шоу, присмотреть себе жениха и прикрыться им от бабушкиной ностальгии по большим мечам. Бабуле я об этом ничего, разумеется, не сказала. Хотела быть внезапной.

А теперь такой казус.

Бабуля вскинула брови, от чего на лбу появилось еще больше морщин, посмотрела на меня недовольным взглядом и сказала:

— Лида, а как же генерал?!

Мэр тоже вскинул брови и посмотрел на меня:

— Какой еще генерал?

Я буквально минут десять назад ему сказала, что не дружу с военными из принципа, а теперь всплывают такие пикантные подробности. А самое обидное, что я тут вообще не при делах. Этот генерал упорно не желает лететь домой. Бедная империя! Ни яблок у нее нет, ни бабушек, а теперь еще и генералы сбегают.

В этот момент перед корветом вывалился кто бы вы думали? Правильно, генерал.

— Этот, — уныло ответила я.

Мы втроем посмотрели на выпавшего из телепорта парня. Он споткнулся об выбоины в асфальте и упал в яму, а я глубокомысленно резюмировала:

— Карма.

В конце концов, эти выбоины сделали именно его ракеты. Вот поэтому я и не люблю военных. Вечно они все ломают.

Не заостряя внимание на очередном инциденте, я махнула рукой — и генерала сдуло обратно в его эсминец. Деловито отряхнув руки, будто только что закончила с пыльной работенкой, я осмотрела различные выражения лиц присутствующих.

— Лидонька, ну что ж ты гонишь все время жениха-то такого! Смотри ж какой он ладный да выносливый. Не муж будет, а загляденье. Верни его, детонька. Поговорите да подружитесь.

— Отличная идея! — воскликнул слишком смекалистый мэр. — Одобряю! Смотри, какой жених, Лидонька. И ехать на моем корвете никуда не надо. Очень удобно!

Я прищурилась и мстительно ответила:

— Действительно удобно. Почему бы мне и правда не взять в женихи ближайшего свободного мужчину? Ой, да это ж вы! Ха-ха?

— Не ха-ха мне тут, — посуровел уже частично седой мужчина. — Лезь в салон давай. Лететь пора. Кхм, госпожа Илидан, при всем уважении, но брак — дело добровольное. Если Лида не хочет за генерала, то и не надо. Все, не стойте на ветру, идите в дом.

— Вот сразу бы так, — проворчала я себе под нос, беспрепятственно занимая пассажирское кресло.

Мэр закрыл дверь, сел за руль и процедил:

— Еще хоть слово, и я не поленюсь, останусь ждать твоего генерала, чтобы властью, данной мне планетой Арс-9, сочетать вас нерушимыми узами брака.

— Брака?! — раздался позади ошеломленный голос генерала, который снова появился не вовремя.

Я с раздосадованным выражением лица махнула рукой и сказала:

— Не подслушивай. — И отправила его обратно.

Корвет взлетел в воздух, и мэр бросил на меня любопытный взгляд:

— И вот так постоянно? — Он кивнул в сторону, где недавно стоял странный генерал.

— Последнее время, — подперев подбородок ладонью и постукивая пальцами по щеке, лениво ответила я.

— Я ведь правильно понял, что это был имперский генерал Коган?

Я усмехнулась:

— С каких пор вы превратились в сплетницу, мистер?

— С тех пор, как лидер вражеской оппозиции нацелился на нашу единственную защитницу, — мрачно ответил мэр. — Ты ведь ничего о нем не знаешь, да?

— А должна? — удивилась я.

— Да уж не помешало бы, — беззлобно огрызнулся мужчина.

— А вы, наверное, знаете? — я великодушно поддержала беседу, делая вид, что мне вообще не интересно слушать о генерале, но в тайне ушки навострила.

Мистер Честити побарабанил пальцем по рулю, а потом стал серьезно рассказывать:

— Неоднозначная личность, если честно. Ну то, что он племянник императора Айдана, ты знаешь, да?

Я кивнула, мэр продолжил.

— В этой империи родству не придают особого значения, когда речь заходит о политике. Сын императора не обязательно унаследует трон, так что принцем он будет зваться лишь номинально. Следующим трон займет тот, кто победит императора в Круге. Это что-то вроде ритуального поединка, который может оспорить любой желающий.

— Получается, императором может стать любой, даже босяк с улицы? — Я заинтересовалась рассказом.

— В целом, да. Вот только там не бывает босяков силачей. Если ты силен, то империя всегда найдет для тебя тепленькое местечко. Чем сильнее человек, тем богаче он может стать и значимее. Сотня самых сильных мужчин империи занимает должности генералов. Ранжировка от сотого к первому так же идет по величине способностей. Ты понимаешь, что я имею ввиду, когда говорю, что Лаен Коган — первый генерал империи?

И тут до меня дошло.

— Хочешь сказать, что этот бедолага-форточник сейчас самый сильный воин империи?

— Да.

Я вспомнила, как слила видео, где первый генерал болтается в небе, как воздушный змей, и прикусила губу. Я уже мысленно представила, как они там в своей нищей империи дерутся за еду, а генерал побеждает. Но еды на всех не хватает, и он ломится ко мне. Какое смелое предположение! И тут меня осенило:

— Так может, он ко мне телепортируется, чтобы еды для империи добыть?

Честно, мне показалось, что я очень умная. Но мэр таким взглядом на меня посмотрел, что даже уши невольно вспыхнули, а в глазах заплескалась обида. Я не глупая, ясно?

— Даже знать не хочу, что заставляет тебя так думать. Но ты не права, знай это. Андромедовцы многое здесь натворили, но мародерством никогда не занимались.

— Ну а теперь занимаются, — ответила недовольно. Он обокрал лично меня, ясно? Если это не мародерство, то что тогда мародерство? И вообще! Почему у меня такое чувство, что мэр недоговаривает? — Мистер Честити, такое чувство, что вы заступаетесь за этого генерала сейчас.

Мужчина снова раздраженно постучал по рулю и недовольно скривился:

— Да не то чтобы заступаюсь. Ты в курсе, что Кольцо Смерти первыми напали на андромедовцев?

Мэр скосил на меня взгляд, и я кивнула.

— Все, что случилось дальше, было лишь следствием, которого и боялось руководство Федерации. Когда стало известно, что наши соседи активно развивают артефакторику и делают в этом внушительные успехи, наши переполошились. Как ты знаешь, у нас есть только маги смерти. На них не действуют никакие другие чары. Любую магию маги смерти просто поглощают без всякого вреда. Артефакты — единственный вид направленной магии, который они не могут поглотить. Вот так и начался этот конфликт. В общем, мы напали, они отбивались, пока все не пришло к тому, что ты видишь сейчас.

— К чему вы клоните? — любезно поинтересовалась. Теперь я была точно уверена, что этот старый лис банально заговаривает мне зубы. Я, конечно, не такая взрослая, как он, но и не вчера родилась, хорошо?

Я заметила, что плечи мэра немного расслабились, будто он стал более уверен в своих действиях. Мужчина вел корвет и не увидел, как тускло вспыхнули мои глаза. Он говорил так, будто я действительно была девочкой-подростком со вздорным нравом и без жизненного опыта.

Голос его звучал мягко, как если бы мужчина пытался уговорить меня:

— К тому, что генерал, от которого ты отмахиваешься, как от мухи, является сильнейшим воином империи, лучшим выпускником Военной Академии, победителем турнира артефакторов… и человеком, который мог бы положить конец этому конфликту. Короче, что ты думаешь о политическом браке?

Я округлила глаза:

— А?

Серьезно? Он вот для этого столько слов сейчас сказал в защиту генерала? Чтобы предложить меня ему? Ладно я, для меня главное — способность мужчины иметь детей, но генерала-то даже не спросили. И это даже не я, которая не так давно украла себе одного высшего в Хаосе, чтобы провести брачный ритуал! Это человек, который поклялся служить закону Порядка! Фантастика просто.

Мэр хвалил передо мной вражеского захватчика, желая, чтобы я приняла его, но что насчет самого генерала? Ему тоже будут говорить, какая я хорошая?

— Я имею ввиду, если бы этот генерал стал мужем гражданки Федерации, то Империя больше не нападала бы.

Это было так неразумно, что я сказала первое, что пришло в голову:

— Так я не гражданка. У меня и прописки нет.

Мэр закатил глаза, будто я сказала величайшую глупость:

— Лида, ты богиня. У тебя прописка в Источнике нашей галактики. Ты самая гражданская гражданка из всех гражданок.

— Мистер Честити, вы бредите, — открыто призналась.

Мэр отреагировал на это громким смехом. Громким неуместным смехом.

— Да я сам в шоке, что агитирую кого-то вступить в брак, но все равно подумай. Помимо реальной политической выгоды для твоей страны, этот союз также хорош со всех сторон. Госпожа Илидан права, этот генерал молод, силен, обладает властью и к тому же богат. Тебе больше не нужно будет затягивать пояс каждый день.

Деньги — мое больное место. Помимо того, что мне нужно содержать себя и бабулю, покупать продукты, которые после войны сильно выросли в цене, оплачивать квартиру, медицинские расходы и увлечения бабули, я также коплю на собственное жилье.

Вредный мэр отказался предоставить мне собственную жилплощадь и его не восхитили ни мои заслуги перед планетой, ни божественный статус, ни откровенное декольте. Да, я испробовала все что могла, увы.

Однако все, чего я добилась, это расплывчатого совета подождать наследства, ведь бабуля уже старенькая. Наследства! Не то чтобы я была самых честных правил, но госпожа Илидан пережила пятерых мужей! Пятерых! Из девяти! Пусть я и богиня, но сильно подозреваю, что даже я не переживу бабулю, при всем уважении.

Конечно, дорогой мэр также предложил мне взять ипотеку, но под такие проценты, что даже мои правнуки ее не выплатят.

В итоге я узнала, что можно встать в очередь на быстровозводимые дома, которые будет строить одна известная корпорация. Цена будет очень низкой, как и качество используемых материалов, а также район застройки будет располагаться на границе с загрязненными выработкой шахт зоной. В общем, доступное жилье для молодой семьи, богов и бездомных.

Для того, чтобы встать в очередь, мне нужно накопить пятьсот тысяч звездных монет, а потом выплатить еще столько же в течении трех лет. Так что, если мэр говорит мне идти копать канализацию, я иду и копаю. А если мэр предлагает политический брак, то я иду и снова копаю.

— Спасибо, предпочту поработать, — ответила, скрестив руки на груди. — А вы напрасно думаете, что моя прописка в Источнике имеет такое большое значение. Если вы не забыли, ваш последний бог успешно отчалил к андромедовцам, наплевав на своих последователей и галактику в целом. Так что, если я соглашусь на политический брак, не думаете ли вы, что он обернется неожиданным образом? Вот очарует меня генерал, увезет в свою дикую империю, и буду я там яблоки выращивать, пока его флот заканчивает с вашей независимостью.

Мистер Честити тут же напрягся, скосил на меня настороженный взгляд и уточнил:

— Но ведь ты же так не сделаешь, да?

Можно было бы еще повредничать, но искренность в глазах мэра не позволила. Вздохнув, я отвернулась к окну и пробормотала:

— Не сделаю.

— Вот и хорошо, вот и славно, — обрадовался мужчина. — А я тебе премию выпишу, когда замуж выйдешь! Тысячу звездных монет!

— Ни за что не выйду замуж за генерала!

— Сто тысяч звездных монет.

— Считайте, уже вышла.

Такая сговорчивость очень удивила мэра. Он повернулся, чтобы посмотреть на мое бесстыжее лицо, из-за чего мы чуть не вписались в стаю ворон. Избежав столкновения в последний момент, мистер Честити выровнял корвет и буднично спросил:

— Тогда на шоу больше лететь не надо?

— Как не надо? — нахмурилась я. — Обещала же, значит надо ехать.

— А как же генерал?

— А что с ним? Передохнет и вернется, — безразлично пожала плечами.

В салоне установилась напряженная тишина, которую через пару минут все же нарушил осторожный вопрос:

— Он тебе… вообще не нравится?

Я тоже не выдержала и пожаловалась:

— Вообще. Можно я не пойду за него?

На моем лице читались мольба и страдание, которые мог бы понять только человек, который устроился на высокооплачиваемую ненавистную работу. И денег хочется, и делать ничего не хочется.

Мэр наморщил лоб, недовольно побарабанил пальцами по рулю и от всей души ответил:

— Пятьсот тысяч!

Я застыла, осмысливая услышанное. Если мои ушки меня не подводят, то я правильно поняла сейчас? Мэр нетерпеливо посмотрел на мое лицо, но, заметив неожиданное выражение, ошеломленно моргнул. А там, покраснев очаровательнейшим образом, я опустила ресницы, скрыв блестящий взгляд, и тихо ответила:

— …ну, кажется, он мне немного нравится.

Как может не нравиться человек, который стоит стартового взноса за новое жилье?! Да я почти влюбилась, мистер!

— Тогда… — начал мэр, но от волнения его голос дал петуха и прервался, однако я все равно поняла, что он хотел сказать.

— …что, если я ему не понравлюсь? — спросила невиннейшим голосом. Мужчина опасливо покосился и, подумав, кивнул. Я широко и искренне улыбнулась: — Не волнуйтесь, договорюсь. Он как увидит, сколько у нас на рынке яблок, так сразу передумает в свою вонючую империю возвращаться.

Мэр резко ударил по тормозам, но гасители инерции сработали прекрасно. Он повернулся, окинув меня странным взглядом, сжал зубы, чтобы сдержать некоторые слова, после чего отрывисто бросил:

— Приехали.

Ой, и правда. Отстегнув ремень, вышла из корвета и помахала мэру напоследок:

— Пожелайте мне удачи, мистер Честити!

Он нахмурил брови и крикнул в след:

— Долго не засиживайся! Сегодня начинаем разбирать стоки! Координаты позже скину! Лида, не забудь!

Я шла вперед, не оборачиваясь, и с широкой улыбкой напевала:

— Ах, что говорит этот мужчина? Ничего не слышу я.

— Двадцать тысяч!

— Буду как штык, босс!

Я знаю, что он считает меня самой продажной богиней в галактике, но, во-первых, я тут единственная, а во-вторых, сам виноват. Вот дал бы мне жилье, как молодой семье, да привилегию бесплатного питания, я, может, и не была бы такой. Ну и еще там по мелочи всякого: одежды, бытовых приятностей, абонемент в спа-салон и спортзал, карманные на кино и поп-корн, косметику, бытовую химию, проезд, милые безделушки, новые шторы, канцелярочку кое-какую, книжки там всякие, пианино, цветочки комнатные, шпильки, спицы, крючочки, ниточки, велосипед, плазму на стену, корвет и личный эсминец… Нам девочкам много не надо.

Но по какой-то причине, когда я озвучила этот скромный список господину мэру, он позеленел, потом побагровел и заорал, мол, вот пусть муж тебе это все и покупает. Глупый мэр. Глупый неженатый мэр, который, к сожалению, быстро бегает. А иначе по-другому бы сейчас пел.

Увы, так все и произошло. Поэтому не нужно считать меня меркантильной. Каждый выживает как может.

Съемочная площадка располагалась в живописном месте, напротив разрушенного парка развлечений. Огромное колесо обозрения, протаранившее некогда прекрасный стеклянный небоскреб, завалилось набок и создавало непередаваемое ощущение постапокалипсиса. Несколько сотрудников съемочной группы стояли неподалеку и курили с задумчивым видом, глядя на этот пейзаж и изредка переговариваясь.

Я открыла светлый мозг и сделала пару живописных фоток, которые тут же выложила на своей страничке ВКольце, подписав: «Ушла искать свою судьбу! Пожелайте мне удачи! (^_^)».

А сама, напевая: «раз, два, три, четыре, пять, я иду тебя искать», прогулочным шагом отправилась искать площадку нашего шоу.

Нужную студию мне помог найти очаровательный юноша с бейджиком «помощник режиссера» на шее. Его как раз послали меня встречать, что не могло не радовать. Нет, я их контору и так нашла бы, но это было очень мило. Я даже почувствовала себя важной звездой или кем-то вроде того.

Помощник привел меня прямо на место съемок. Взрослый, но очень энергичный режиссер тут же подбежал, чтобы поздороваться:

— А вот и наша богиня! Лидочка, проходите сюда, вот кофе, садитесь. — Он улыбался очень сладко, но стоило мне сесть в предложенное кресло и открыть рот, чтобы ответить, как тут же изменился и начал орать во всю глотку: — Луиза! Живо неси микрофоны! Цепляй! Где гримеры?! Тащите пудру, у богини лицо блестит! Под глаза побольше, под глаза! Синяки надо скрыть! Что ты делаешь?! Куда я ее с таким бледным лицом отправлю! Живо переделать! Скорее, скорее! Вы что спите все, кто работать будет! Пошевеливайтесь! Луиза! Где Луиза! А, вот ты где. Чего спряталась за спиной?! Где текст?! Быстро отдай богине! Осветители! Мы не в пещере, больше света! Больше! Луиза! Где Луиза?! Кто-нибудь видел Луизу?! Где мои очки?! ЛУИЗА!

По ощущениям, мне в лицо только что протрубил слон. Я застыла в кресле со стаканчиком кофе в одной руке, помятым сценарием в другой и большими глазами на пол-лица. В моем скудном списке требований к будущему жениху только что появился пункт, что он должен разговаривать тихо и спокойно.

— Лидия, вы прочли текст?!

— Извините, я, кажется, оглохла. Не могли бы вы повторить вопрос? — ответила дружелюбно, слыша только звон в ушах.

Режиссера такой ответ не удивил, он вообще меня не слушал. Добавив громкости, мужчина хлопнул в ладоши и заорал:

— Времени нет, все по местам, начинаем съемки! Богиню на сцену, женихов в студию, Луизу ко мне! Луиза, где мои таблетки для горла?!

Я с уважением посмотрела на невозмутимую Луизу, которая протянула режиссеру блистер с таблетками и даже не пыталась скрыть торчащие в ушах беруши. Чувствуя, я скоро будет интересно, пошла за девушкой на сцену.

Интересно, что там за женихи?

Студия была выполнена в золотисто-розовых тонах, один-в-один как по галовизору. Девчачьи цвета и белые шары в виде сердечек должны были убедить зрителя, что у них тут про любовь шоу. Это было так мило, что я решила великодушно сдержать рвотный позыв.

Студия была разделена на две части — главную и зрительскую. Для съемок режиссер быстро согнал на зрительские места несколько работников, которые расселись с невозмутимыми лицами. Они явно знали, что нужно делать, и делали это уже не в первый раз.

На другой половине студии главным действующим лицом был стол. Большой то ли пластиковый, то ли стеклянный стол переговоров. Вокруг стояли несколько стульев, на один из которых меня и усадила Луиза.

Шоу не может быть без ведущего, и вскоре мужчина и две женщины с профессиональными улыбками заняли места во главе стола. Другая сторона стола оставалась пустой. Похоже, там будут сидеть женихи.

Меня охватило небольшое волнение, и я запоздало вспомнила, что не накрасила губы, когда выбегала из дома. Не слишком ли блекло буду выглядеть? Да и платье это… На сто-то дорогое у меня просто не хватило денег, так что пришлось купить такое простенькое. Похоже, после выпуска шоу на экраны люди будут смеяться надо мной.

Из водоворота самоуничижительных мыслей меня вырвал трубный рев режиссера:

— Готовы?! Начали!

В студию влетели записывающие дроны, снимая наш стол со всех ракурсов. Один дрон подлетел ко мне так близко, что мне ничего не оставалось, кроме как осторожно отодвинуть его в сторону. Если бы он подлетел ближе, то даже количество козявок в носу не осталось бы секретом. В леди должна быть тайна, хорошо?

Он был так настойчив, что мне пришлось посмотреть прямо в камеру и тихо пригрозить:

— Продолжишь приставать — выйду за тебя. Веди себя хорошо.

Оператор, управлявший дроном, похоже, принял угрозу близко к сердцу и отвел оборудование в сторону. Больше ничто не мешало мне насладиться значимым моментом в жизни.

Хотя нет, кое-что все-таки мешало.

Стоило о нем немного подзабыть, как настырный генерал снова вывалился прямо в студию под прицелом кучи камер. Причем вывалился он так неудачно, что рухнул прямо на стеклянный стол, разбив его на несколько больших осколков. Операторы, ведущие и зрители были в таком шоке, что застыли, не зная, как реагировать. Однако я была уже на опыте.

Взяла ближайший осколок стекла с пола и полоснула по руке. Десятки нитей взметнулись в воздух и связали генерала в считанные мгновения, не дав ему ни единого шанса вырваться.

Отправлять Лаена обратно на этот раз не стала. Притянув к себе упирающееся тело, схватила его за подбородок и развернула к себе. Вердикт был однозначен:

— Ты доигрался.

Наши глаза встретились, но осознание еще только собиралось прийти к генералу, и пока он не понимал, что тут происходит. Честно говоря, пусть меня и соблазнили посулы мэра, но всерьез кандидатуру этого упертого мужчины я не рассматривала. Мне не нужен пленник, мне муж нужен. Но выбрать я его хочу в спокойной обстановке, что будет невозможным, если Лаен будет скакать телепортами туда-сюда, как бешеный кузнечик.

Пусть сидит в сторонке и не мешает. Потом с ним разберусь.

Залепив рот первого генерала империи тонкой пленкой, я усадила его на пустующее место рядом с собой и примотала нитями к стулу. Парень явно был неглупый. Я заметила, как он быстро осмотрелся и оценил обстановку. Он, конечно, попытался вырваться, но не слишком активно. Кажется, ему было интересно, что происходит в этой розовой комнате с сердечками. Ведь это тот антураж, который наименее располагает к драке и всякого рода пыткам.

Во всяком случае, так я думала.

Использовав еще несколько нитей, собрала стол воедино и красиво села с прямой спиной. На губах играла легкая светская улыбка, которая без слов говорила: «можете продолжать».

Ведущая посмотрела на окровавленный стол, на мой нежный взгляд, а потом на хлопающего глазами генерала и проявила невиданную выдержку и профессионализм. Она столько лет сводила пары! Чего только она в этой студии не повидала!

Ведущая, которая сидела в центре, была главной, и она же начала представление.

— Добрый день, дорогие зрители. В эфире шоу «Выходи за меня» и с вами я — Норма Честити.

Услышав имя женщины, я не удержалась от вскидывания брови. Честити? А уж не родственница ли ты нашего мэра? Впечатляющая история мигом пронеслась в моем воображении, дорисовав увлекательные детали. А что, если это сестра нашего мэра? Ну или еще какая родственница. Ха! Тогда понятно, почему мистер Честити вырос из милого Патрика в отчаянного холостяка.

Я посмотрела на ведущую с куда большим интересом, немного подзабыв о цели своего визита, и прослушала остальную часть ее приветственной речи. В тот момент, когда перед моим мысленным взором пробегал мэр в фате невесты, а за ним гнались дамы в смокингах, крича о неземной любви и долге перед страной, я услышала, как Норма перешла к части представления своей гостьи — меня.

— И сегодня наша невеста — всем известная богиня Крови Лидия.

Я расправила плечи, улыбнулась подлетевшей камере и помахала рукой. Другой рукой шлепнула по бедру генерала, который что-то там хрипел. Сидишь? Вот и сиди. Зачем болтаешь? Имперцам слова не давали!

Ведущая упорно делала вид, что генерал — предмет декора, и продолжала меня представлять:

— Ее работа не нуждается в представлении, множество проблем нашей планеты были решены этой отважной девочкой.

Справа заинтересованно хмыкнул генерал. Я украдкой посмотрела на него, поймала любопытный взгляд и, наклонившись, шепотом пояснила:

— Множество проблем — это ты и твой ржавый флот.

— Хм, — понимающе кивнул генерал, но потом понял, что его любимый флот отругали и возмущенно промычал что-то. Мне даже рот ему открывать не нужно, чтобы понять, о чем он негодует.

— Ржавый, ржавый, — закивала я. — Не спорь.

Генерал надулся, ведущая продолжала:

— Она добра, умна и очень красива.

Справа раздался скептический хмык, а я обиделась и ущипнула его за локоть, прошипев на любезно подставленное ухо:

— Я очень красива, умна и добра, ясно?

Он повернул голову и посмотрел на меня так снисходительно, что рука сама потянулась ущипнуть его еще пару раз. Так сказать, демонстрирую доброту наглядно.

Генерал покраснел и заерзал, а ведущая продолжала работать:

— От избранника не ждет великих свершений, ценит домашний уют и доброе отношение.

Генерал вопросительно хмыкнул, и я уверенно кивнула, подтверждая. Блин, зачем я вообще с ним разговариваю? Не лучше ли залепить ему глаза и уши? Пусть сидит себе тихонько и ждет кары небесной.

Пока я размышляла о судьбе вражеского форточника, ведущая не сдавалась:

— Мечтает выйти замуж за понимающего мужчину и завести детей. Обещает, что сможет обеспечить семью всем необходимым, если супруг будет помогать ей воспитывать детей.

Это был неожиданный поворот. Все эти вещи знал очень ограниченный круг людей, но никак не редакция программы. Я была шокирована и еще больше убеждена в мысли, что Норма и Патрик — родственники. Но это еще полбеды. Вражеский генерал посмотрел на меня с такой насмешкой, что я не выдержала, покраснела и опустила глаза.

Ну да, а что? Я смогу обеспечить семью, все правильно. И незачем так на меня смотреть, ясно?

Было обидно, так что я пнула генерала под столом по лодыжке, пока никто не видит. Шпилька была острой, и Лаен зашипел через нос от боли.

Немного подравшись с генералом, я восстановила бодрость духа и приготовилась к следующей части шоу:

— Что ж, теперь давайте побеседуем с невестой. Лидия, здравствуйте.

— Добрый день, Норма, — вежливо поздоровалась я.

— Для начала расскажите нам немного о себе, — предложила ведущая. — Сколько вам лет?

— Эм… — Я на секунду запнулась и не знала что сказать. — Видите ли… Это не самый простой вопрос. Как вы знаете, я прибыла из Хаоса.

Едва эти слова отзвучали, как рядом встрепенулся генерал. Пара золотистых глаз широко распахнулась и уставилась на меня, как на что-то удивительное. Чего я не знала, так это того, что у Лаена только что разрешились некоторые мысленные вопросы относительно меня.

Конечно, после последней стычки парень уже начал что-то подозревать, ведь магии крови в этом мире не существует, но что-то настолько смелое даже предположить не мог. С другой стороны, он был довольно опытным и повидал в жизни всякое, так что быстро справился со своим удивлением и стал активно греть уши в сторонке.

— В Хаосе не так просто вести счет времени, так как там все быстро меняется, а таких понятий, как день и ночь не существует. Конечно, есть области, которые погружены во тьму, но в основном пространство залито багровым свечением. Правда, высшие кланы пытались вести учет условного времени, но это, скорее, наша местная шутка. Видите ли, период, во время которого я пересекла Грань между нашими мирами, назывался периодом Третьей Вечности. Смешно, правда? Присвоить вечности порядковый номер. Порядковый, ха-ха. Хм, не смешно, да?

Ведущая вздохнула, глядя на меня то ли с жалостью, то ли с безнадежностью, однако был человек, который оценил нашу хаотичную шутку, — генерал. Плечи парня вздрагивали, а глаза вытянулись. Из носа вырывались потоки воздуха. Он явно смеялся.

А он становится немного приятным для глаз, да? Чувство юмора — хорошее качество для мужчины.

Ведущая сдаваться была не намерена и попросила больше конкретики:

— Но если бы вы могли примерно описать, то сколько бы это было? Скажем, вам больше тысячи наших лет? Как вы считаете, как долго вы прожили?

— Мое мнение? — нахмурившись, глубоко задумалась. Генерал заинтересованно повернулся и тоже стал ждать ответа. Я постучала пальцем по уголку губ и с сомнением произнесла: — Если очень приблизительно, то мне где-то… около восьми-девяти лет.

За столом повисла тишина, а Лаен сипло закашлялся. Ведущая бросила на него строгий взгляд и осторожно уточнила:

— Вы имеете ввиду восемь тысяч лет? Или сотен?

— Нет, просто восемь-девять лет. Я была создана не так давно, — открыто ответила я, глядя на женщину яркими и чистым глазами.

Она опешила, а потом подняла руку и сказала одной из камер:

— Стоп-мотор! Где режиссер? У нас в студии несовершеннолетние! Как это понимать?

Я растерянно оглянулась и непонимающе уставилась на начавшуюся суматоху. На площадку выбежала Лаура, она поспешила к ведущей и стала что-то быстро объяснять. Мне никто ничего объяснять не стал, поэтому я интуитивно посмотрела на генерала.

— Несовершеннолетняя? — растерянно спросила я.

Он вздохнул, глядя на меня почти с жалостью, и молча кивнул.

— Это что-то вроде ребенка? — придвинувшись, шепотом спросила еще раз.

Лаен опустил глаза, внимательно всмотрелся в мое лицо, моргнул пару раз, а потом снова кивнул.

— Но я взрослая! — ахнула я, отшатнувшись назад. — Я никогда не была в стадии детеныша. Меня сразу создали взрослой особью. Не важно, сколько прошло лет с момента появления, это просто не имеет значения.

Генерал решил проявить свою вредную сторону, закатил глаза и легкомысленно пожал плечами. В довершении образа безразличного мужчины он еще и ногу на ногу закинул, устремив возвышенный взгляд за горизонт.

Нет, он все-таки очень неприятный. Надо будет вернуть его императору. А пятьсот тысяч как-нибудь сама заработаю.

К счастью, это был не прямой эфир. На этапе постпродакшена этот момент вырежут, а мы, после прояснения всех деталей, вернулись к шоу. Момент с прояснением возраста богини благоразумно изъяли из записи, но отношение съемочной команды и ведущих неуловимо изменилось.

Передо мной поставили кружку горячего молока с кусочками разноцветного зефира и вазочку с печеньем. Я не совсем уверена, зачем это сделали, но была необъяснимо счастлива. Счастлива настолько, что слезы на глазах навернулись.

Генерал увидел эту реакцию и подвинулся вместе со стулом поближе. Наклонившись, он тихо промычал:

— Хмг хмм?

Я украдкой смахнула слезинку и шепотом прояснила:

— Это первый раз, когда мне сделали подношение. Как богиня, я очень счастлива.

Лаен таинственно промолчал, глядя на меня немного ошарашенным взглядом. Казалось, что у него есть другое мнение на этот счет. Но кому это интересно?

После короткой паузы съемки возобновились. Было решено продолжить с того момента, как ведущая обратилась ко мне.

— Что ж, теперь давайте побеседуем с невестой. Лидия, здравствуйте.

— Добрый день, Норма, — с готовностью повторила я. От мысли, что у меня скоро появится жених, внутри все нетерпеливо сжималось. Пусть полмиллиона от мэра мне не светят, но детей можно будет сделать уже сегодня!

— Для начала расскажите нам немного о себе, — предложила ведущая. — Расскажите нам о месте, из которого прибыли, и чем занимались у себя на родине?

У меня появилось предчувствие, что теперь целый день буду отвечать на неудобные вопросы. Но раз спрашивают, значит, это важно, так? Сосредоточившись на воспоминаниях, я стала серьезно отвечать:

— Прибыла я из Хаоса. У нас там очень весело, но шумно. Это место совсем не подходит для выращивания детей, поэтому я прибыла в ваш мир. У себя на родине я не занималась ни чем особенным. Некоторое время скиталась по нестабильным территориям, а потом пришла сюда. У вас здесь тоже весело, — усмехнулась я, бросая взгляд на подслушивающего генерала, — но не так шумно. Место отлично проходит, чтобы завести семью.

У ведущих был свой сценарий, и дальше должен был задавать вопросы ведущий мужчина. На нем был надет синий деловой костюм, и в целом он выглядел, как офисный карьерист. Похоже, его роль заключалась в выяснении качеств невесты.

Поправив галстук, он подался вперед, положил ладони на стол и спросил:

— Лидия, расскажите нам, как вы видите свою семью?

— Плохо, — честно призналась я, а генерал рядом сдавленно закашлялся, скрывая смех. Я недовольно ущипнула его за локоть и продолжила: — Я еще не видела семей, и у меня на родине это имеет несколько иное значение. Но познакомившись с местным населением и понаблюдав за их семейным укладом, была приятно удивлена. У меня еще нет опыта в создании семьи, но я хочу, чтобы появился партнер, с которым мы заведем много детей.

Главная ведущая вновь заинтересовалась:

— Лидия, сколько детей вы хотите?

— Как можно больше, — сурово ответила я, что-то эмоционально сжав в кулаке. Этим чем-то оказался рукав генерала. — Верхнего предела нет.

Мужчина ведущий вновь взял слово:

— Вы понимаете, что наша планеты недавно пережила глобальную войну, и ресурсы ограничены? Даже имея много денег, купить можно далеко не все. Что, если ваш жених не захочет иметь много детей? А, скажем, одного или двух?

Я снисходительно улыбнулась и пояснила неразумному мужчине:

— Моему мужу не придется думать об этом вопросе. От него требуется только послушно заботиться о потомстве. С остальным я разберусь сама.

— Заботиться? — удивленно вскинул брови мужчина. В следующую секунду он холодно усмехнулся: — Разве это не обязанность женщины?

Я искренне удивилась:

— Вы обо мне? Нет, конечно. Очевидно, мужчина лучше подходит на эту роль. Когда бы мне заниматься этими маленькими вопросами, если я большую часть времени посвящаю решению чрезвычайных вопросов этой планеты, а в будущем и целой галактики?

Ведущий побагровел и был необъяснимо зол. Я в людском обществе человек новый, так что еще не была знакома с понятием шовинизма. Так что не особо поняла претензию, когда ведущий воскликнул:

— Какие вопросы может решать замужняя женщина?! Она должна заботиться о муже и его доме!

— О муже? — непонимающе моргнула я. — А разве он не взрослый человек? Почему бы ему не позаботиться о себе и о доме самостоятельно?

— Если он будет это делать, то какой тогда смысл в том, чтобы жениться?!

Ведущий гневно закричал и хлопнул кулаком по столу. Однако он забыл, что стол наш уже и без того битый, так что осколок с его стороны отвалился, и стакан с водой, который там стоял, залил его синие брюки. На фоне белой рубашки его лицо казалось еще краснее. Люблю красный цвет, на кровь похоже.

Генерал закатил глаза и что-то проворчал. Это явно было что-то нелицеприятное в адрес ведущего, так что я дружески похлопала его по руке, поддерживая.

Я на ведущего не злилась и терпеливо ответила:

— Смысл в том, чтобы выращивать детей. К тому же, вы сами только что сказали, что из-за экономической ситуации на планете муж может не захотеть иметь много детей, а это значит, что он не способен самостоятельно обеспечить такую семью, которая мне нужна. Ну и зачем его мучить? Пусть каждый делает то, на что способен, не оглядываясь на устаревшие традиции. Это даст мне больше свободного времени, чтобы обеспечить его и нашу семью всем необходимым и помочь планете. Разве не прекрасно, господин ведущий?

Ведущий был явно не согласен. Кажется, у него есть какая-то психологическая тень на этот счет. Главная ведущая похлопала мужчину по плечу, успокаивая, и, пока тот гневно глотал воздух, взяла слово:

— Что ж, все верно. В семье люди должны просто делать то, что могут. Конечно, ситуация, где мужчина сидит дома с детьми, а жена делает карьеру, непривычна для наших мест, но ведь главное, чтобы все были счастливы. И если найдется мужчина, который будет согласен на такое, то почему бы и нет? А сейчас давайте узнаем, есть ли у нас сегодня такие мужчины. Время знакомиться с женихами, и я передаю слово свой коллеге Сафине.

Вторая женщина ведущая имела более нежный образ и выглядела гораздо мягче. Этакая тетушка, которая не имеет сильного мнения по поводу новобрачных. Она открыла светлый мозг, и на экране появились различные анкеты участников.

— Спасибо, Норма. Итак, Лидия, когда мы получили ваше согласие на участие в нашей программе, многие мужчины откликнулись, желая попытать удачу. Мы отобрали самых лучших из них, но их все равно осталось больше, чем может вместить формат нашей передачи. Поэтому было решено знакомить вас одновременно с несколькими. Итак, первая тройка претендентов, прошу в студию!

Выхода женихов я ждала с замиранием сердца. В финале герой программы может заключить брак с избранником прямо в студии, а это значит, что уже сегодня вечером я смогу начать делать детей. Такое радостное событие, я очень воодушевлена. Если супруг выдержит, то можем сразу двух сделать!

Розовая дверь, обклеенная красными сердечками, открылась, и на сцену вышла группа людей. Так как я уже видела ранее это шоу, то знала, что вместе с главным героем и участниками в съемках могут принять участие их сопровождающие. Меня сопровождать было некому, кроме генерала, но он тут наполовину добровольно. Однако женихи привели с собой других людей. Когда все расселись, я смогла рассмотреть их получше.

Первый мужчина был очень… опрятный. В чистой, накрахмаленной рубашечке в клеточку, шортиках, белых носочках и сандалиях. Челочка у него была аккуратно зачесана набок, а под носом росли редкие усики.

Я пару раз моргнула, пытаясь прогнать наваждение. Было ощущение, что передо мной сидит сорокалетний школьник, которого мама привела на день рождения бабушки. Усиливал впечатление тот факт, что рядом с мужчиной сидела пожилая женщина, которая с очень строгим выражением лица полезла стирать с уголка губ старого ребенка крошки от печенья. И на этом ее забота не закончилась, потом она поправила ему и без того идеальный воротничок, помогла правильно положить ладошки на коленки и напомнила держать спинку прямо.

Я растерялась и не понимала, как должна реагировать, а рядом давился смехом генерал.

Вторая ведущая Сафина тоже не оставляла шансов прийти в себя и сразу начала представлять участника:

— Сегодня наш первый жених — Илан Грексфпх. Очень перспективный мужчина. Илан с золотой медалью окончил столичную гимназию для одаренных детей, с платиновым дипломом университет имени Стутсера по специальности «Экономика и управление», с серебрянным сертификатом прошел курсы юного натуралиста, с медной грамотой завершил состязания в кружке радиотехники и является бронзовым призером всенародного турнира по оригами. Происходит Илан из семьи мясного магната, известного по всей территории Федерации, а также является его главным наследником. В свободное от великих свершений время Илан увлекается наблюдением за муравьями и мечтает однажды править планетой. Он верит, что если богиня станет его спутницей, то непременно будет поддерживать его во всех начинаниях, как это делает его уважаемая мама Гретхем Грексфпх.

И почему у меня такое чувство, что этот текст Сафине написала мама жениха? Но ведущая тоже молодец, прочитала все с серьезным лицом и ни разу не запнулась.

Пара матери и сына выслушала длинное представление с упоминанием всех регалий, после чего удовлетворенно кивнула и стала критически рассматривать меня. Это был такой взгляд, от которого даже мне — скромному человеку, победившему космический флот, стало немного не по себе.

— Итак, — продолжила Сафина, — если у вас есть какие-то вопросы к невесте, Илан, сейчас самое время их задать.

— Есть, — не дав сыну и слова вставить, решительно кивнула госпожа Гретхем. — Лидочка, мой сыночек — настоящее сокровище. И как драгоценному сокровищу ему нужен бережный уход и забота. Мы, конечно, понимаем, что ты непременно научишься готовить полезную правильную еду, следить за калориями и балансом микроэлементов, складывать в шкаф по цветам выстиранную одежду и не позволишь Иланчику переутомляться. Я, конечно, буду жить с вами и внимательно за всем прослежу, чтобы ты не допустила ошибок, поэтому ни о чем не волнуйся. Однако мы хотим узнать еще кое-что. Лидочка, нашему Иланчику всего сорок два годика, он еще растет, хоть по документам и взрослый, поэтому мы не можем допустить никакого негативного влияния. Скажи, у тебя есть вредные привычки?

По какой-то необъяснимой причине у меня побежали мурашки по ногам, а слова никак не желали выговариваться. На несколько секунд я буквально онемела. В голове было до обидного пусто, и что делать совершенно неясно. До начала передачи я была уверена, что у меня нет никаких требований к женихам, но теперь… Стыдно признаться, но я…

— Есть, — вдруг раздался уверенный мужской голос справа.

Услышав его, я вздрогнула и ощутила одновременно испуг и облегчение. Облегчение от того, что нашелся кто-то готовый разрешить эту ситуацию, а испуг от того, что этим человеком оказался тот, кто в данный момент не должен иметь возможности говорить.

Я обернулась и увидела, как генерал непринужденно освободил одну руку из пут, отклеил со рта липкую красную ленту и стал воодушевленно врать:

— На самом деле наша Лидочка… курит. Но не волнуйтесь, она делает это нечасто, только когда сильно расстроится. Представляете, я сказал, что она не может проколоть себе губу, и кто бы мог подумать, что это так сильно ее огорчит. Такая глупышка. Это ведь всего лишь пирсинг, сущий пустяк, учитывая, сколько у нее уже татуировок. Наверное, я зря был так категоричен, да?

Генерал врал так, что у меня даже голос прорезался. И хоть он прорезался, но я по какой-то необъяснимой причине все равно не издала ни звука, чтобы его опровергнуть. Наоборот, первым делом я посмотрела на жениха с его мамой, чтобы проверить реакцию. И она была неоднозначной. Илан сунул палец в нос, чтобы что-то найти, а его мама посмотрела на меня со смесью разочарования, осуждения и отвращения.

Испуг сменился легким стыдом, но облегчение все равно никуда не делось. Даже добавилась нотка бунтарского веселья, что совсем мне не свойственно. Это самое продуктивное молчание в моей жизни.

Последний вопрос генерала предназначался мне. Лаен обернулся и посмотрел с фальшивой теплой улыбкой, в которой из искреннего были только едва заметные искры веселья и озорства. И пусть я искренне понимала, что вся эта ложь вечером выйдет в эфир и будет показана на всю планету, но… сглотнув, снова посмотрела на мать и сына и неуверенно кивнула.

На то, что генерал сидит непривязанный и расслабленно болтает чушь, я сначала даже внимания не обратила, но потом, спохватившись, бросила на него грозный взгляд «как ты посмел?!». Лаен не стал отвечать и что-то предпринимать, он лишь пожал плечами и послушно наклеил ленту обратно на рот и сунул запястье в путы, вновь выглядя приличным связанным пленником.

Смешно и нелепо, но, так как генерал избавил меня от неловкого момента, я великодушно спустила ему это с рук.

На самом деле, куда больше, чем все эти вещи, меня беспокоил вопрос о том, какой такой мясной магнат это был? На Арс-9 нет крупных скотоводческих ферм, иначе мэр не трепал бы мне нервы замужеством с генералом.

Получается, либо мама первого жениха наврала, что вряд ли, либо речь об очень маленьком мясном магнате, которого магнатом называет только мама, либо их семья магнатствует где-то на другой планете, а тут застряла после вторжения андромедовцев и теперь ищет где-бы пожить, да так, чтобы им готовили правильную сбалансированную еду, раскладывали по цветам одежду и что-то там еще, не помню что. И последний вариант кажется мне самым правдоподобным.

Короче, им нужна не жена, а нянька.

Происходящее не сильно вписывалось в сценарий, поэтому режиссер снова остановил съемку. Луиза подбежала к ведущим и стала что-то в очередной раз объяснять. На нас никто не обращал внимания, поэтому можно было немного отвлечься.

Конечно, я собиралась проверить ситуацию со связанным генералом, но меня привлек некий звуковой сигнал. Кажется, звонил карман генерала?

Лаен поднял голову, и наши взгляды встретились. Я подозрительно прищурилась, а он с невинным видом пожал плечами.

— Все ясно, — сообщила я с серьезным лицом. — Ты хочешь сказать, чтобы я не думала, что тебя никто не будет искать, если что-то случится.

Взгляд генерала переменился, но эмоции в нем были не совсем правильные. Там не было решительности и уверенности, которые свойственны пленнику, за которым стоят серьезная поддержка. Это, скорее, уныние важного человека, который знает, что никому не нужен.

Озадаченная этими эмоциями, я придвинула стул и полезла в карман генерала. Звонящее устройство обнаружилось в правом кармане брюк, так что ради его добычи пришлось чуть ли не лечь на пленника. А ведь мог бы и помочь! Мы ведь оба знаем, что ни черта он не связан.

Ладно, пускай. Вытащив устройство, я поняла, что это некий коммуникатор, предназначенный для звонков, но с функцией голопроекций. Как я это поняла? На нем было всего три кнопки, и все подписанные.

На экране отображалось имя звонящего, но мне это ни о чем не сказало. Так как я уже решила, что до конца передачи генерал никуда не уйдет, звонки принимать он тоже не будет. Вот только другая сторона оказалась очень настойчивой и продолжала звонить, даже после того, как я шесть раз сбросила ее вызов.

— Га хмхмхм хей ухе, — закатил глаза генерал. Похоже, он сказал: «да ответь ей уже».

Ну, раз хозяин телефона просит, то я тоже думаю, что так будет лучше. Не то этот абонент всю передачу мешаться будет.

Я нажала на зеленую кнопку, и перед нами развернулся полупрозрачный световой экран, с которого на нас смотрела беловолосая девушка с зелеными глазами. Я нахмурилась. Если девушка так настойчиво звонит парню, не означает ли это, что у них близкая связь?

Я посмотрела на генерала и спросила:

— Это твоя пара?

— Упаси господь мою душу! — воскликнула девушка, а генерал что-то протестующе замычал. Я поняла, что предположение было ошибочным, и решила не зацикливаться.

— Тогда тем более не звоните сюда больше.

— А? Почему? — ошеломленно спросила девушка. — И где это вы находитесь? И почему Лаен связан? И кто ты вообще такая?

— Я Лида, мы в Кольце Смерти, а Лаен — мой пленник, — вежливо пояснила я.

— Пленник?! Лаен в плену?! — тут же переполошилась девушка, а я заподозрила, что она соврала о своих отношениях с генералом. Если они не пара, то чего так волнуется? Широкий спектр эмоций отразился на ее лице: от страха и беспокойства, до страдания и недоумения, и она явно была растеряна. С перекошенным всеми этими переживаниями лицом, она спросила: — А почему… почему он связан алыми лентами в розовой комнате с сердечками?.. И я слышу голоса других людей…

— У нас тут съемки, — пояснила я, а у девушки медленно сменилось выражение на лице. Это была очень тонкая эмоция в ее глазах, которую я не смогла понять.

Зато генерал все понял. Он решительно вытащил руку из пут, отклеил ленту с губ и сказал:

— Эль, все нормально, я потом перезвоню.

Брови девушки поползли вверх, и на лице появилось многозначительное выражение, будто она узнала какой-то щекотливый секрет генерала:

— А-а-а… то есть ты такой пленник. Еще и съемки у вас. Не думала, что ты решишь стать актером такого жанра, хе-хе.

— Да нет! Ты не поняла, это у нее съемки, а я тут просто… ну просто, короче! — начал терять терпение генерал, не в силах внятно объяснить ситуацию. Между ними явно было какое-то недопонимание, но я не могла понять какое. — Это не то, что ты там себе нафантазировала.

— Да куда уж мне до ваших фантазий, — усмехнулась она. — А дядя в курсе, чем ты занимаешься в свободное от подавления восстания время?

— А должен? — надменно поднял черную бровь генерал, всем видом выражая, что мнение дяди его не волнует. На самом деле, это был единственный момент в их разговоре, на который я обратила внимание.

Элю это, впрочем, не удивило. Кивнув, она постаралась сдержать смех и сказала:

— Ладно, ясненько. Ну, извините, что прервала, кхм. Набери потом, у Тахи днюха скоро, мы собраться хотим. Или… можешь приехать вместе со своей… госпожой, пхахаха! Все, удачи вам, пока!

Вызов прервался, и мы оба остались сидеть на своих розовых стульях со смущенными лицами.

— Как неудобно вышло, — пробормотала я.

— Да пофиг, забей, — отмахнулся генерал.

Я кивнула, отодвинулась обратно вместе со стулом, а Лаен послушно наклеил ленту на рот и сунул руку в путы.

Настала очередь знакомиться со вторым женихом.

Второй жених тоже пришел не один. С ним был статный седеющий мужчина в дорогом костюме стального цвета и с платиновыми часами на запястье. Он выглядел, как какой-нибудь очень генеральный директор, а вот его сын больше походил на капризную модель из журнала.

Молодой парень был очень худым и имел ошеломительно длинные ноги. На его лице было много макияжа, что делало его пол немного… неопределенным. Он сидел, откинувшись на спинку стула и дерзко закинув ногу на ногу. На нас он специально не смотрел, раздраженно рассматривая свой безупречный маникюр.

При взгляде на него у меня появлялась только одна ассоциация — стерва в переходном подростковом периоде. Или как будет «стерва» в мужском роде?

Сафина уже спешила представить следующего претендента:

— Наш следующий участник — Лиониель Франсуазо. Он единственный сын Алехандро Франсуазо, угольного магната, а также ведет бьюти-блог, в котором насчитывается уже больше восьмидесяти подписчиков! Лиониель считает, что хорошо разбирается в людях и может по одному лишь маникюру рассказать все о человеке. В своей избраннице рассчитывает увидеть то же стремление к красоте и изяществу. Надеется, что Лидия сможет сбросить хотя бы двадцать килограмм, чтобы хорошо выглядеть на его фоне.

Справедливости ради замечу, что Сафина рассказала все это, не моргнув и глазом. Я даже немного засомневалась, а нет ли у меня проблем с головой, если я вижу проблему во всем, что она сказала. Я зачем-то перевела растерянный взгляд на генерала и заметила, с каким отвращением тот смотрит на второго жениха. Если убрать ленту с губ, он даже мог бы в него плюнуть.

Вторая ведущая улыбнулась:

— Лиониель, теперь вы можете задать свои вопросы невесте.

Лиониель скривил красиво накрашенные губы и высокомерно проигнорировал нас, однако его отец уже решительно выдвинулся вперед. Глядя на меня серьезным тяжелым взглядом, мистер Алехандро сказал:

— У нас нет никаких вопросов. Госпожа Лидия, у меня еще назначена встреча с руководителями сегодня, так что давайте подпишем брачный контракт прямо сейчас.

Лиониеля такой поворот событий взбесил. Он бросил на отца злой взгляд, но это не помогло, и тогда юноша раздраженно отвернулся, громко цокнув на всю студию. Парень был явно настроен враждебно, а я не знала, как реагировать на такую агрессию. В браке самое главное для меня — дети. Как я буду делать их с таким мужем? Нет, можно, конечно, связать и заставить, мне не сложно, но я-то на другое рассчитывала, когда шла на эту программу.

И если отношение жениха ко мне не является непреодолимой проблемой, то его очень худое тело — куда более серьезное препятствие. Сколько крови в таком теле? Он ведь умрет, когда я начну делать с ним детей. Зачем мне такое? Мне нужен постоянный партнер, он должен быть крепкий.

Самое смешное, что после этого жених бросил пару игривых заинтересованных взглядов на генерала, от которых того еще больше перекосило. Я смутно почувствовала, что мой пленник ему нравится куда больше меня. Очень странно.

Когда Лиониель подмигнул генералу, тот не выдержал, снова высунул руку, сорвал ленту и заявил:

— Не думаю, что это хорошая идея. Лиде вчера доктор сказал, что ей по состоянию здоровья нужно еще килограмм шестьдесят набрать, есть побольше чеснока и пореже мыться. Конечно, если ваш сын ничего не имеет против и готов всячески поддерживать нашу Лидочку, то мы…

— Ни за что! — воскликнул Лиониель, вскочив со стула.

Парень не выдержал мысли о подобном будущем с толстой, вонючей, грязной супругой и полностью вышел из-под контроля отца, который был крайне встревожен поведением сына и собирался поскорее женить его на какой-нибудь сильной женщине. Громко топая каблуками, жених номер два покинул студию, а следом вышел и его отец с пепельным цветом лица в тон костюму.

Я сама не заметила, как украдкой выдохнула. В груди росла признательность к пленному генералу, но потом я быстро вспомнила, что помимо прочего он еще и расхититель бабушек и яблок. Взяв себя в руки, одарила его еще одним грозным взглядом недовольной богини.

Эффекта этот взгляд произвел еще меньше, чем в прошлый раз. Лаен мило улыбнулся:

— Понял, понял, — и аккуратно наклеил ленту обратно. Он выглядел совершенно непринужденным и довольным жизнью, что резко контрастировало с заклеенным ртом и связанными руками.

Второе знакомство тоже пошло не так, как хотел режиссер, так что Лаура снова появилась на площадке, бурно обсуждая что-то с ведущими. Я загрустила, Лаен довольно щурился, а в его кармане снова прозвучал звонок. Наученная прошлым опытом, я быстро приняла вызов, но вдруг ошеломленно застыла.

С экрана на нас смотрела группа незнакомцев, среди которых была и та самая Эля. Девушка радостно подпрыгнула и указала на нас пальцем:

— Вот! Я же говорила! Теперь верите?

— Как же скучно мы живем, — вздохнула другая девушка, глядя на нас карими глазами, полными тоски по чему-то. — Быстрей бы Сат вернулся, хочу ему такое же устроить.

— Кхм, — смущенно кашлянула Эля, — Тах, не думаю, что папа на такое согласится.

— Кто будет спрашивать связанного человека? — риторически спросила Таха. — Ладно, проехали. Лаен, тут твой дядя минуту назад мимо пробегал вместе со страусом, просил передать, что ты охренел.

Я удивленно посмотрела на генерала, а тот закатил глаза и снова развязался. Сняв со рта ленту, он сказал:

— Вам заняться нечем? Чего докопались?

— Да нет, ничего особенного, просто хотим знать, когда ты подавишь восстание, — ответила Таха, приподняв брови.

— Я в процессе, — выдавил пленник сквозь зубы.

— Уточни, в каком именно, — сосредоточившись, попросила девушка.

Луиза уже почти закончила инструктировать ведущих, так что надо было закругляться с межгалактическими звонками. Я нетерпеливо сказала:

— Вы можете не звонить сюда каждые две минуты? Мы заняты. Я, вообще-то, замуж пытаюсь выйти.

— Уже?! — синхронно ахнули девицы, а я почувствовала, что надвигается мигрень. — Не бойся, мы тебя поддержим! Свяжи его покрепче и жени скорее! Мы потом пришлем подарки! А хорошо это вы придумали. Нет лучше способа подавить восстание. Ты, кстати, кто? Дочка какого-нибудь местного правителя?

— Прекратите выдумывать, — забеспокоилась я. — Кто бы стал жениться с вашим генералом? Просто я пытаюсь найти мужа, а он мешается. Телепортируется ко мне все время. Пусть посидит связанный в уголке, пока не закончу, а потом отправлю его обратно.

Люди на экране странно переглянулись, многозначительно заухмылялись, и другая девушка с рыжими волосами мягким голосом спросила:

— Постоянно телепортируется к тебе, говоришь? Тогда понятно. Стало быть, сработал артефакт. А если не секрет, ты кто? Ничего такого не подумай, нам просто любопытно.

Эта девушка разговаривала довольно вежливо, да и вызывала хорошее общее впечатление. Я не стала отказываться и представилась:

— Я Лидия, богиня крови Кольца Смерти.

— О! В нашем полку прибыло, ха-ха! Ну, Лида, рады знакомству. Я Вика, богиня любви, а это Таха с Элей, богини фауны и металла соответственно. Я жена его дяди, так что можешь звать меня тетей.

У меня от ее щебета уже голова кружиться начала, так что я просто кивнула и ответила растерянно:

— Вы не так поняли, мы с генералом правда не женимся.

Улыбки сошли с лиц звонящих, и все они внимательно посмотрели на Лаена. Я тоже посмотрела, но тот отвел взгляд за горизонт, будто он не при делах. Тогда Вика спросила:

— Ты что, не сказал ей?

Лаен вздохнул, забрал у меня свой коммуникатор вместе с рукой и нажал кнопку сброса вызова. Большая ладонь прижимала мою к куску пластика, и это прикосновение обжигало. Я отдернула руку, и генерал не стал удерживать. Он спокойно убрал коммуникатор в карман и заклеил себе рот по старой схеме.

Будто ничего не произошло.

— Ничего не хочешь мне сказать? — спросила тихо.

Мужчина вздохнул еще раз, снова отвязался, отклеил ленту и, наклонившись почти вплотную, тихо произнес:

— Даже если бы и захотел, не похоже, что ты готова слушать.

С самого начала ему и слова вставить не давали. Единственное, что он мне сказал до этого дня, было то самое «а где бабушка?». Дольше всего мы были вместе на этих съемках, но и тут я сразу связала и заткнула его. Справедливости ради нужно признать, что генерал полностью прав. Вот только признавать это очень не хотелось.

Выдыхаемый им воздух с легким зудом проносился по моей коже, и эта близость очень беспокоила. Не выдержав, я уперлась ладонью в его широкую грудь и оттолкнула. Он явно поддался, отшатнувшись, и это послушание заставило зуд усилиться. Дистанция была восстановлена, но беспокойство все равно никуда не ушло. Оно осело где-то на дне и было готово всколыхнуться в любой момент от любого действия.

— Ты… сиди на месте, — приказала, разжав зубы.

Генерал внимательно посмотрел на мое то ли злое, то ли смущенное лицо, вздохнул в очередной раз и ответил:

— После съемок поговорим.

Заклеив рот заново, он сделал вид, что все осталось по-прежнему и беспокоиться не о чем, а мне вдруг стало как-то тесно в этом здании. И как я раньше не замечала, что его аура заполняет все пространство? Или я просто не обращала на это внимание?

Настало время знакомиться с третьим женихом, но вместо Сафины он заговорил сам. Полненький, чуть лысеющий мужчина смотрел на нас с Лаеном парой маленьких маслянистых глазок, его заплывшие жиром щеки возбужденно тряслись, а от потной ладони на стеклянном столе остался отчетливый влажный след.

Он подался вперед и доверительно нам сообщил:

— У нас так много общего. Я тоже люблю игры со связыванием. Если мы объединимся, что вы двое об этом думаете?

Я ошеломленно моргнула и по привычке перевела растерянный взгляд на генерала. Он тоже посмотрел на меня, но на этот раз его глаза были темными и спокойными, что давало какое-то смутное чувство… безопасности с оттенком неясного волнения.

Не говоря ни слова, Лаен уверенно развязал все нити, отклеил ленту и аккуратно свернул их и сложил на край стола, чтобы не потерялись. Он встал, подошел к жениху номер три и без единого слова вытащил его за шиворот из студии. Лаена не было минуты две, а когда он вернулся, то мужчины с ним уже не было.

С невозмутимым видом сев на то же место, генерал наклонился ко мне почти вплотную и протянул руку. Я заволновалась, подумав, что он собирается ко мне прикоснуться, но рука генерала пошла дальше и остановилась только, схватив чашку молока с подтаявшим зефиром. Еще более невозмутимо вернувшись на свое место, Лаен сделал глоток, остался доволен и непринужденно сказал:

— У третьего жениха срочные дела появились. Я помог ему поймать такси до больницы, так что он сегодня уже не вернется, наверное.

— Ну надо же, как совпало, — тихо отметила, не сумев скрыть радости в голосе.

От третьего жениха меня едва не стошнило, так что аппетит окончательно пропал. Поэтому я была крайне щедра и подвинула вазочку с печеньем к голодному генералу нищей империи. Пусть кушает и помнит мою доброту. Заслужил.

Печенье очень обрадовало генерала, который так старательно с утра устраивал мне диверсии, что даже не успел пообедать. Он ел с таким аппетитом, что я невольно забыла неприятного третьего жениха и тоже почувствовала легкий голод. Сглотнув, я решила не отставать и тоже взяла одну печеньку. Генерал посмотрел на меня, заулыбался, придвинулся поближе и щедро протянул свой стакан с молоком, чтобы я тоже попила. Отказываться не стала, так что молоко быстро закончилось. Печеньки тоже.

Главная ведущая тем временем пыталась спасти передачу. Наговорив в камеру текст, который ей шептал в наушник режиссер, она объяснила уход двух женихов непредвиденными обстоятельствами, пожелала им всего хорошего, после чего сказала:

— А теперь давайте познакомимся со второй тройкой женихов!

Честно говоря, мне и первой тройки хватило, чтобы понять, кого они пригласили на эту передачу. Отказываться было неудобно, поэтому пришлось улыбнуться скрепя сердце, но тут произошло непредвиденное. Позвонили еще раз, но теперь уже мне.

Светлый мозг активировался, и на появившемся экране отразилось полное паники лицо помощника мэра. Весь в пыли и с небольшим порезом на щеке, он закричал:

— Лидия, у нас ЧП! Мы разбирали проход к стокам, и мистер Честити попал под завал!

— Координаты скинь! — крикнула я, вскочив на ноги и готовясь броситься на выручку.

— Уже! Ждем! — крикнул он в ответ и завершил вызов.

Осталась лишь одна проблема. Иностранная. Генерал посмотрел на мое бледное лицо, на котором читалась растерянность. Он видел, что я не знаю, что с ним делать. Встав с места, он решительно сказал:

— Пошли вместе. Тоже помогу.

Не то чтобы мне нужна была его помощь, но оставлять пленника без присмотра не было хорошим решением, а отправлять назад некогда. Я кивнула и поблагодарила.

Не оглядываясь, мы вместе выбежали из зала.

На нашем пути были многочисленные съемочные площадки, так что в какой-то момент я поняла, что не помню дорогу. Поймав проходящего мимо стаффа, уточнила направление и побежала дальше.

На пороге здания мне вновь пришлось остановиться. Где именно мэр начинал раскопки я знала, и его помощник тоже скинул координаты на светлый мозг, вот только…

— В чем дело? — нахмурился генерал, заглянув в мои широко открытые глаза.

— Не знаю, как добираться будем, — ответила растерянно. — Я ж без корвета.

Лаен вскинул брови и недоверчиво уточнил:

— Ты здесь богиня, но тебе даже транспорта не дали?

Я опустила глаза и грустно кивнула. Транспорт — это меньшее из всего. Еще у меня нет дома и семьи, но хоть одежду соседи пожертвовали.

— Ну, хех, я тут тоже без всего, извини, — развел руками генерал, усмехнувшись. И так по-доброму у него это получилось, что даже упрек вышел необидный. — Мне, в принципе, все равно. Если хочешь, могу угнать машину.

Я вскинула на парня ошеломленный взгляд и не знала смеяться или плакать. Он ведь серьезно это сказал.

— Неужели правда угонишь? — с ужасом спросила я, но взгляд не смог скрыть каплю восхищения. Парень игриво подмигнул, быстро оглянулся по сторонам и побежал куда-то в сторону. Я едва успела схватить его за руку и остановить: — Куда?! Я просто спросила, не надо ничего угонять!

— Тогда как мы доберемся? Если ты на этих каблуках и правда пробежишь весь путь сама, я обещаю построить тебе храм в империи. Там будет статуя с переломанными ногами. Давай ты постоишь тут с закрытыми глазами, а я вернусь через пару минут, и мы сделаем вид, что этот корвет у меня всегда был. Ага?

— Не ага, — настаивала я. — Тут тебе не империя, мы правовое государство.

— Правовое государство без мэра сейчас останется. Давай мы по пути поругаемся, хорошо? — ласково уговаривал генерал, будто мне и впрямь девять лет.

— Нет, — уперлась я, отказываясь отпускать пленника и зажмуриваться.

— Не то чтобы я настаивал, просто ты выглядишь так, будто сейчас расплачешься, если немедленно кого-нибудь не спасешь, — добродушно ворчал парень, но руку из захвата вырвать не пытался.

Я в отчаянии прикусила губу и очень близко подобралась к краю законопослушности, однако меня спас чей-то крик.

На дороге стоял правительственный корвет, а из окна махал рукой мужчина в форме:

— Госпожа Лидия! Садитесь скорее!

— Вот видишь? Удача улыбается хорошим людям, и не надо ничего воровать, — обрадовалась я и потащила генерала за собой. Он послушно пошел, не понятно чему усмехнувшись.

Со стороны киосков с напитками, расположенных вдоль оживленной дороги, промелькнула какая-то вспышка, но мы торопились и я не придала этому значения. Мы быстро запрыгнули в салон, и корвет взмыл в воздух.

— Как вы здесь оказались? — удивленно спросила у военного, пристегнув ремень безопасности.

— Господин Джош отправил за вами, — ответил мужчина, нажимая какие-то кнопки на приборной панели.

— Помощник мэра очень предусмотрителен, — понимающе кивнула я. — Когда произошел обвал?

— Недавно, госпожа. Мы сразу вам позвонили, — сосредоточившись, ответил мужчина. — Честно говоря, мы не решились устранять последствия обвала сами, так как на месте были обнаружены ваши нити. Все подразделения в курсе, что после установки планетарной защиты вы приказали никому не прикасаться к нитям, поэтому мы сразу позвонили вам.

На заднем сидении заинтересованно грел уши генерал, но вопросов не задавал. И хоть он никак не обозначал свое присутствие, этот военный не мог скрыть своего любопытства. Смущенно кашлянув, он бросил пару взглядов в мою сторону и нерешительно произнес:

— Ваши съемки… закончились успешно?

Под успехом он понимал мужчину на заднем сидении, который, очевидно, пришел со мной. Молодой, красивый и незнакомый, он по мнению военного и был «результатом» сегодняшнего шоу «Выходи за меня».

— Эм, нет, — поджав губы, так же смущенно ответила я. — Это… просто друг.

— Да? — удивился мужчина, а потом немного огорчился, виновато вздыхая: — Извините, ситуация действительно чрезвычайная.

— Ничего страшного, — мягко ответила я. — Жизнь нашего мэра важнее.

Мужчина развеселился и осторожно пошутил:

— Когда мистер Честити узнает, что из-за него вы опять не вышли замуж, то будет очень расстроен.

— О, нет, — рассмеялась я в ответ. — Расстроен он будет, когда я выкопаю его из-под земли и пожалуюсь бабуле, что из-за Патрюши опять осталась без мужа и детей.

— Боюсь, господин мэр может попробовать закопаться обратно, — так же засмеялся мужчина.

Сзади раздался веселый голос:

— Действительно так хочешь замуж?

Не успела я ответить, как наш водитель обернулся и с сомнением спросил:

— Вы действительно друг Лидии? Кто на планете не знает, что наша богиня ищет мужа?

— Он очень дальний друг, который не следит за местными новостями, — поспешила объясниться я, пока генерал не сказал что-нибудь еще более возмутительное.

— Так это же неплохо! Кем работает ваш друг? Он женат?

Мужчина был не сильно старше нас, поэтому в салоне ощущались дружеская атмосфера и непринужденность. Он сказал эти вещи без всякой задней мысли, но в воздухе неожиданно повисла тишина. Увы, болтливый мужчина очень плохо читал атмосферу, зато обладал большим любопытством и тягой к сплетничеству. Бросив на ошеломленного какой-то мыслью генерала пару сомнительных взглядов, он вдруг спросил:

— Где я мог вас видеть? Вы, случаем, не актер?

— Я…

Только генерал открыл рот, как я поспешила перебить:

— Актер! Он действительно актер.

— Да? — воодушевился военный. — А в каких фильмах снимались?

— Вы вряд ли видели эти фильмы, — сообщила доверительно. — Знаете, это такие фильмы, которые снимаются в розовой комнате. Там еще используются кляпы, красные веревки и все в таком роде.

— О, — покраснев, отвел взгляд мужчина. — Такие фильмы.

На заднем сидении возмущенно раздулся генерал, но мне хватило одного пристального взгляда, чтобы предостеречь его от необдуманных слов. Лучше быть актером неизвестного жанра, чем рассказать капитану федерального флота, что ты вражеский генерал, хорошо?

— Ну, кхм, — откашлявшись, смущенно пробормотал мужчина, — это не очень подходит для брака.

— Вот и я так думаю, — облегченно рассмеялась.

Однако тема на этом не исчерпала себя, и мужчина, подумав о чем-то, осторожно спросил:

— Кстати, вы еще не передумали насчет военных?

— Простите? — удивилась я.

Мужчина поколебался и вздохнул:

— Понимаю, что лезу не в свое дело, но как старший должен вам сказать. Возможно, стоит рассмотреть этот вариант? Знаете, наш генерал очень хорошо о вас отзывался и был бы рад, если бы вы рассмотрели кандидатуру его сына. Он, кстати, в разведке служит. Очень перспективный парень. Раз уж на шоу вы не присмотрели никого подходящего, может, мне утроить вам свидание?

Я с трудом проглотила ком с резкими словами и вежливо отказалась:

— Извините, мне действительно не нравятся военные.

«Военный» на заднем сидении притих и о чем-то задумался, а наш водитель вздохнул и не стал развивать тему дальше. В таком неловком молчании мы и добрались до места.

Раскопки городских стоков наш уважаемый мэр решил начать с пустыря у реки за чертой города. Это было самое разумное решение, так как оттуда удобнее всего будет вывозить обрушившиеся блоки, не мешая людям на улицах. Проблема этого участка заключалась в том, что грунт здесь был давно размыт сточными водами со всего города, и прилет вражеской ракеты не добавил конструкции устойчивости. Не знаю, почему мистер Честити полез под завалы первым, но факт в том, что под обвал попал он один. Больше никто не пострадал.

Открыв дверь корвета, я криво спрыгнула на землю и, подумав, все-таки сняла шпильки. Лучше босиком, чем потом стать статуей в имперском храме. Той, что с поломанными ногами. Оставив туфли на земле, я сделала всего пару шагов и тут же поранила пятку.

— Тц, — стоя на одной ноге, тихо посетовала. — Ну, может так и лучше…

— Что с тобой? Ударилась? — спрыгнув следом, придержал меня за талию генерал.

Рана на руке, с помощью которой я управляла кровью во время съемок, уже давно затянулась, не оставив и шрама. Так что мне в любом случае пришлось бы снова резаться. Но теперь это уже не обязательно, спасибо острым обломкам руин цивилизации. Ну хоть столбняк мне не грозит, и то радует.

— Вроде того, — вздохнула я и убрала чужую руку с талии. — Оставайся в салоне, не до тебя сейчас.

Генерал хотел сказать что-то еще, но я уже не слушала. Магические письмена покрыли кожу, и алый цвет разлился под ресницами. Десятки алых нитей поднялись в воздух, обвившись вокруг меня и поднимая в воздух. Однажды у меня будет достаточно сил, чтобы путешествовать таким образом на любые расстояния, но пока кровная линия не продолжена, даже Источник не может дать такой силы.

Окруженная алой взвесью, я подлетела к месту обрушения. Неподалеку стояли рабочие, видевшие всю трагедию от начала и до конца. Многие напряженно курили и ждали, когда начальство даст хоть какую-нибудь команду, кроме «ждите». Увидев меня, они все разом оживились.

— Богиня здесь! — выкрикнул кто-то, и от группы рабочих ко мне поспешил, видимо, бригадир. Он подбежал, ловко перепрыгивая с одного обломка на другой, и взволнованно спросил: — Богиня, мы ничего не трогали. Что теперь делать? У нас есть два экскаватора и один робот-спасатель. Подогнать?

— Пока не нужно, — покачала головой, окинув взглядом фронт работ. — Попросите, пожалуйста, людей отойти подальше. Чуть позже вы понадобитесь, чтобы укрепить стены.

— Понял, — решительно кивнул мужчина и убежал, выкрикивая: — Все отошли назад! Живо! Еще дальше! Богиня сказала всем отойти!

Ну вот. А как богиня говорит, что хочет яблок, так все оглохли. Какой же все-таки выборочный слух у этих арсовцев!

Мысленно пожаловавшись на скупых жителей планеты, я все равно не смогла подавить волнение о судьбе мэра. Руки заметно дрожали, и больше всего я боялась, что спасать кого-то уже поздно. Как богиня, кому я могу помолиться? Лайзергу можно, но он давно сбежал из галактики. Получается, только себе.

— Ну, Лидок, не подведи, — растерев ладони, согретые шепотком, я шумно выдохнула и развела руки в стороны.

Сотни нитей, защищавших планету от иноземных захватчиков, устремились ко мне, закрыв алой пеленой солнце в небе.

Позади раздавались изумленные охи людей, воочию узревших силу их новой богини, а один мужчина с золотыми глазами стоял в стороне и сосредоточенно за ней следил. Тень неясных помыслов затуманила его взгляд, и на ум несвоевременно пришли воспоминания о том, что кое-кто не любит военных.

Под яркими лучами солнца ветер поднял в воздух красную пыль руин и взъерошил отросшие волосы генерала. Но он лишь прищурился, и никто не заметил, как интригующе приподнялись уголки его губ, а пальцы неспеша прошлись по металлическому браслету, скрывавшему парную метку.

В этот момент я понятия не имела, что находится под завалами и насколько большой участок тоннеля обрушился. Между крупными бетонными плитами, засыпанными песком и землей, действительно остались зажаты несколько моих нитей, но это были лишь те, которые я отправляла ранее на разведку при составлении карты для мэра. Единственное, что можно теперь от них получить, это бесполезное знание о том, что следующие пять метров тоннеля обрушены. Что там дальше — никто не знает. Поэтому оставалось лишь кропотливо и осторожно разбирать камень за камнем.

К счастью, я все еще какая-никакая, а богиня. Мои нити достаточно сильны, чтобы разрезать пополам планету, так что поднять в воздух несколько больших камней не проблема. Направив их к завалу, стала быстро расчищать место.

Что самое важное при спасении людей из-под обломков зданий? Конечно же, не позволить случиться второму обрушению. Поэтому я не вынимала камни снизу, но очень быстро убирала сверху, фиксируя нитями те, что казались неустойчивыми, а потом убирала и их.

Все проходило гладко, а рабочие стояли в стороне и одобрительно кивали. Они были рады, что не пришлось вмешиваться, чтобы остановить богиню от неразумных действий. Поначалу все сильно нервничали, но по итогу были рады переложить ответственность на меня и расслабиться.

Несколько человек даже расчистили длинный бетонный блок в стороне и устроили импровизированный стол, поставив туда чайник и пластиковые стаканчики, а остальные поспешили принести свои так и не съеденные контейнеры с обедом.

Богине поесть никто не предложил.

Вздохнув, отбросила в сторону все лишние мысли и сосредоточилась на руинах, довольно быстро углубляясь в недра шахты. Причем сосредоточилась так сильно, что даже не заметила, как в шахту вошел еще один человек.

Почувствовав на плече неожиданную тяжесть, я вздрогнула и обернулась. На меня с яркой улыбкой смотрел генерал, положив увесистую руку на плечо. Совершенно неуместная улыбка расползлась по моим губам, и пришлось быстро что-то придумать, чтобы восстановить божественную репутацию:

— Ты похож на солнце, которое упало к лягушке в колодец.

Лаен улыбнулся во сто крат ярче и со смехом спросил:

— Я такой горячий?

Я тоже улыбнулась просто ослепительно и ответила:

— Нет, на тебя тоже смотреть больно. Зачем пришел?

Улыбка сошла с лица генерала, и появилось осуждающее выражение. К счастью, я легко перенесла этот укор в его глазах, однако в следующую секунду пожалела о своей грубости. Лаен протянул мне сверток и сказал:

— Я еду принес. Или ты питаешься радугой и солнцем?

За пределами шахты находились сотни людей, каждому я не раз спасала жизнь, но в эту темную пещеру вошел только тот, кого я с широким жестом назвала врагом. Что-то неприятно екнуло в груди, но эта неприязнь была обращена, скорее, на меня, чем на людей вокруг.

Было тяжело поднять руку и взять сверток, но не взять тоже невозможно было. С неестественным выражением на лице сказала:

— Спасибо. А теперь уходи.

Лаен будто не слышал и небрежно уселся на валун у стены:

— Я и себе взял. Давай вместе поедим.

Дыхание стало глубже, а пальцы чуть крепче сжались вокруг бумажного пакета, пропитанного маслом, но на лице все еще оставалось онемевшее спокойствие. Я посмотрела на парня и сказала:

— Здесь опасно. Иди ешь снаружи.

Он развернул бумагу и откусил большой кусок бутерброда с ветчиной. На меня посмотрела пара сияющих в темноте теплых золотистых глаз, и генерал в хорошем настроении пошутил:

— Что здесь может быть опаснее всамделишной богини? Смотри какой хороший бутерброд я тебе принес, не нужно меня запугивать.

Уголок моего рта дернулся, а настроение стало немного сложным. С одной стороны, очень хотелось выкинуть генерала с планеты, а с другой — немного поиздеваться. Но он так аппетитно ел, что я невольно сглотнула слюну и остановилась в нерешительности.

Лаен неправильно понял мою заминку и, будто какой-то фокусник, вытащил из-за спины бутылку персикового сока:

— Запить тоже взял, не волнуйся. Иди сюда, давай поедим.

Беспомощно взглянув на непослушного пленника, я вздохнула и подошла, чтобы сесть рядом. Он самодовольно усмехнулся, легко открыл запечатанную бутылку и протянул мне. Я взяла, но ворчать не перестала:

— Я не шучу, здесь опасно. Лучше снаружи поешь.

Генерал оглянулся и беспечно спросил:

— А что опасного?

Сразу видно человека, который дальше своего эсминца ничего не видел, в том числе и катастроф. Куда император выпустил этого избалованного мальчишку? Он же совершенно ничего не знает и ко всему относится несерьезно!

Мне оставалось только терпеливо объяснить этому человеку азы:

— В любой момент может начаться новый обвал. Я только разобрала старые валуны, но тоннель все еще не имеет поддержки.

— О, — понимающе ответил он, ни капли не беспокоясь, а потом бросил на меня слабый взгляд, в котором плескались притягательные смешинки: — Ты так заботишься о моей безопасности, я тронут.

Фыркнув, я откусила кусок бутерброда и сказала с набитым ртом:

— То, что ты тронутый, я уже поняла, не нужно объявлять об этом. Моя забота не имеет к тебе никакого отношения, я бы так сказала любому, кто сюда вошел бы.

И в следующий момент я поняла, что генерал куда проницательнее, чем кажется на первый взгляд. Он показал безобидную улыбку и развел руками:

— Но вошел-то именно я. Может, будешь ко мне чуточку добрее? Не похоже, что те люди снаружи хоть каплю о тебе беспокоятся.

— А ты, значит, беспокоишься? — подозрительно прищурившись, бросила с вызовом.

— М-м, — кивнул он, одновременно кусая толстый бутерброд. — Я вообще очень добрый и заботливый.

Набив полный рот еды, парень игриво подмигнул, и я вдруг ощутила легкий жар на щеках. Он явно говорил с улыбкой и вообще вел себя, как школьный хулиган, но желтые глаза смотрели внимательно и серьезно. Он действительно не шутил. И что это значит? Лучше перевести тему.

— Лаен.

— М?

— А откуда у тебя деньги на еду?

Парень неожиданно подавился, и я от всей души приложила его по спине пару раз. Он содрогнулся под божественным ударом и посмотрел на меня сквозь выступившие слезы. Да, в любой ситуации я думаю о деньгах. Они важны, ясно?

Генерал забрал бутылку, из которой я недавно пила, и, даже не вытерев горлышко, приложил его ко рту и сделал пару больших глотков. Мои ресницы дрогнули, и я отвела взгляд. Этот парень… он со всеми такой?

— Ха-а… — шумно выдохнул генерал. — Ну, я украл их.

Настала моя очередь подавиться и закашляться. Ворованный кусок стал поперек горла и никак не хотел выходить. Он хоть и ворованный, но уже очень дорогой и близкий сердцу и желудку. Я была в отчаянии.

— Чего испугалась? — рассмеялся Лаен, легонько похлопывая меня по спине. В отличие от одной мстительной богини, генерал не стал опускаться до рукоприкладства к девушке. Хотя спину облапал всю, негодяй.

Я отмахнулась от его руки, и он не стал продолжать свои странные действия, великодушно объяснив:

— Там бесплатно раздавали всем, вот и я взял.

Бесплатная еда? Где? Почему я не знала? Скажи адрес, я теперь только там закупаться буду!

— Так уж и бесплатно? — смахнув слезы с ресниц, подозрительно прищурилась.

— Ты мне не веришь? — очень праведно возмутился вражеский пленник, но, наткнувшись на мой скептический взгляд убавил драматизма в голосе: — Я серьезно, жители услышали о происшествии и пришли поддержать спасателей.

В этот момент взгляд генерала был таким красноречивым, что ему не нужно было говорить вслух, чтобы я поняла, что тех спасателей он немного презирает за то, что их делом занимается одна девятилетка.

В итоге я решила, что чем меньше он скажет, тем лучше мне будет. Так что до конца этого пикника в пещере больше не сказала ни слова. Генерал первым доел свой бутерброд и спрыгнул с камня, небрежно скомкав бумагу и выбросив из пещеры.

Увидев настоящее свинство, я грозно посмотрела на генерала, но он отказался понимать мой мысленный посыл, невинно моргнул и встал передо мной на колени. Я ошеломленно открыла рот, а промасленная бумага выпала из рук.

— Ты…

Лаен от души полюбовался шоком на моем лице, а потом громко рассмеялся:

— Эй, что с твоим лицом? Думаешь, я предложение делать собрался? Не выдумывай. Мне не нравятся безногие богини. Обратно твои каблуки я не понесу, так что пока походишь в этом.

Возмущение и гнев от первой чести его слов вскипели в груди, но так же быстро испарились, когда он стянул свои ботинки и надел на меня, стряхнув пыль и мелкие камешки с моих окровавленных ног. Размеры были несопоставимы, и для меня это были скорее лыжи, чем ботинки, но неожиданно я не смогла сказать ни единого слова, полностью утратив голос.

Генерал встал и в одних носках стал по-хозяйски осматриваться в шахте. Игнорируя явно ненормальное состояние главного экскаватора планеты, он упер руки в бока и сказал:

— Если так будет продолжаться, то ты добьешься только того, что закопаешь себя вместе с мэром. Эх, ничего не поделать, придется великому генералу империи вместе с богиней работать в захолустной шахте.

Делано посетовав, парень потер ладони и развел их в стороны, шумно выдохнув. Волна силы прокатилась по пещере, и в следующую секунду снаружи раздались многочисленные удивленные крики, а к нам потекли плотные сверкающие ручейки.

Люди делятся на магов и немагов, а маги делятся на многочисленные категории. Так почему же из всех возможных вариантов я оказалась в ботинках мага МЕТАЛЛА?!!

Рванув в сторону, я забилась в узкую расщелину, прикрыла голову руками и крепко зажмурилась. Чувство, охватившее меня с ног до головы, было не просто паникой, а настоящим ужасом. В мире так много металлов, но почему старые опоры этой шахты были сделаны именно из железа, а?!

Лаен не был богом, а всего лишь магом, что означает ограниченность его силы радиусом действия. Он призвал силу, а та в свою очередь подтянула к нему весь металл поблизости, который, разумеется, оказался обломками опор этой шахты, которые я выбросила наружу, используя камни, в которые было ранее забито железо.

Разумеется, такое поспешное дезертирство не могло остаться незамеченным единственным человеком в шахте. Лаен удивленно проследил весь мой путь от камня до расщелины и растерянно опустил руки. Он не знал, что происходит, но был полон любопытства и пошел разбираться.

— Я, конечно, слышал, что хорошие туфли могут привести в хорошие места, но почему мои ботинки привели тебя в тупик? Постой… ты дрожишь, что ли?

— Н-ничего подобного.

— Тогда что ты делаешь?

— Ищу укромное местечко. Это подошло.

— …

От избытка эмоций свело челюсть, но я все равно смогла ответить. Холодный пот стекал по виску, и в таком состоянии генерал мог видеть мою неумелую ложь насквозь. Он оглядел шахту, его взгляд быстро остановился на потоках металла, стекающих к центру пещеры, и что-то начало появляться в не такай уж и глупой голове вражеского генерала. Он нахмурился, а потом недоверчиво посмотрел на меня.

Люди боятся того, что может причинить им вред. Еще сильнее они боятся, если это крайне болезненный вред. Я забилась в щель, едва в поле зрения появились потоки металла, и генерал за минуту сложил два и два. Получилась грустная цифра четыре.

— Лид, ты… не любишь металл?

Слабое место было раскрыто, и я враждебно посмотрела в озадаченное лицо парня, процедив:

— С чего ты взял? Может, я тут в уголке в туалет сходить решила, а ты подглядываешь. Шел бы ты отсюда, генерал.

На металл мне плевать, я не люблю чистое железо. Воспоминания о том, как несколько кланов собрались и одолели меня железной сетью, до сих пор было свежо. Ее обжигающее прикосновение и шипение паленой плоти до сих пор не померкли в памяти.

Всем хороши маги крови, могущественны и неуязвимы, но вот чистое железо на нас действует, как раскаленный металл.

Генерал вообще не обиделся на откровенный посыл. Он усиленно потер затылок пятерней и неловко улыбнулся. Понизив голос, он мягко произнес:

— Не бойся, я его контролирую.

Спасибо, вражеский пленник, успокоил!

— Кто тут боится? — огрызнулась я. — Иди отсюда, говорю. Мне работать надо.

Лаен пропустил все слова мимо ушей и осторожно протянул ко мне руку, словно я дикий зверь, загнанный в угол, которого надо медленно приручить.

— Обещаю, он и близко к тебе не подойдет. Не сиди на холодной земле, иди ко мне.

Очередная колкость никак не желала произноситься, когда он говорил так нежно. Конечно, я ему не верила. А как тут поверишь, если он генерал армии, которая пришла захватить планету, которую я защищаю?

— Мы с бабулей по вечерам смотрим фильмы, так что я знаю, чем заканчиваются такие сюжеты. Я ни за что не позволю тебе победить меня и поработить мой народ.

Улыбка, словно луч солнца, который промелькнул и снова скрылся за тучами, появилась и исчезла на лице генерала, подавленная его сильным чувством самосознания. Он сурово свел брови и торжественно кивнул:

— Я знаю. Ты очень сильная, я полностью повержен. Я так надеялся, что бутерброд и сок растопят твое суровое сердце, но, эх, ничего не вышло. Мне остается только смириться и остаться здесь твоим пленником.

Я видела, что он пытался не засмеяться, честно. Но его глаза были такими серьезными, будто он вовсе не врал, говоря всю эту чушь. Мне было одновременно и смешно, и обидно. Смешно, что пленник сидит на корточках и уговаривает меня поверить в собственную победу, а обидно потому, что он теперь знает мою слабость.

Он все еще держал руку протянутой и ласково звал:

— Все хорошо. Иди ко мне.

Я сердито посмотрела на генерала, но в глазах все равно вспыхнули искорки веселья. Я забыла, как минуту назад до смерти его боялась, и спокойно сказала:

— Лаен.

— Да?

— Я застряла.

— … — Генерал молча посмотрел на мою зажатую в скалах фигуру, что-то прикинул в уме, кивнул, встал и начал уходить.

— Эй! Ты куда? — ахнула я, протягивая руку вслед.

— Пошел планету пока захвачу, раз уж такое дело. Вернусь вечером. Принести тебе что-нибудь?

— Ты ведь это несерьезно, да? — мрачно, но с надеждой спросила я.

Гадкий пленник тут же рассмеялся и быстро вернулся обратно. Он схватил меня за протянутую руку и дернул на себя. В следующий миг я уже налетела на его грудь и оказалась крепко к ней прижата.

— Как это несерьезно? — посмеивался генерал, отряхивая пыль с моей спины и опуская руку все ниже. Хлопнув в конце по заднице, он заявил: — Зря я, что ли, брал самый большой бутерброд для тебя?! Это был коварный план. Я хотел откормить тебя, чтобы ты застряла в углу, а потом поработить человечество. Но к ужину я непременно вернулся бы и покормил тебя еще раз. Я очень ответственный хозяин.

— Кто тут чей хозяин? — возмутилась, оттолкнув от себя чужую грудь.

Лаен сделал шаг назад и примирительно поднял обе руки:

— Я был не прав, я был не прав. Не злись, о прекрасная богиня. Но если ты теперь моя хозяйка, будет ли сегодня вкусный ужин? Честно говоря, я вообще не наелся бутербродом.

— Да я тоже… Дома есть суп, несколько овощных блюд и пирог. Но сначала надо тут закончить.

Глаза генерала засияли, и он с восхищением спросил:

— Ты еще и готовить умеешь?

Я покраснела, подавила несвойственное мне желание похвастаться и пошла разгребать завалы, не забыв бросить напоследок:

— Пленникам пирог не положен.

Лаен ахнул от такой несправедливости и тут же стал защищаться:

— Но я очень полезный пленник! Смотри, я могу установить металлические подпорки, и тогда эта шахта не обрушится. Разве это недостойно божественного пирога?

Через слово упоминая мою божественность, он явно напрашивался на хороший такой пинок. Но выглядел при этом так мило, словно пушистый рыжий кот, которого страшно разбаловали. Он рвал туалетную бумагу, катался на занавесках, охотился на тапки ночью, но вместо пинка хозяйка лишь беспомощно ответила:

— Ну разве что один кусочек. Но потом ты сразу отправишься домой.

За спиной воцарилась тонкая тишина, и генерал не стал ничего отвечать. Очевидно, у него были немного другие планы. Я чувствовала его взгляд затылком, но развивать тему не собиралась. Объединив усилия, мы приступили к слаженной работе. И все было хорошо, пока он вдруг не спросил:

— А тебе правда не нравятся военные?

Я обвела выразительным взглядом руины и ответила:

— А сам как думаешь? Если бы не военные, я не оказалась бы в канализации.

Умело манипулируя металлом и не позволяя тому приближаться ко мне, генерал вдруг усомнился:

— Только поэтому? Лидди, если ты не знаешь, не мы начали эту войну. Я не снимаю с себя ответственности, но не кажется ли тебе, что ты слегка предвзята?

— А кто говорил, что речь только о тебе? — возмущенно подняла брови. — Мне в целом все военные не нравятся. Вы только и знаете, как разрушать да убивать. Лучше бы что хорошее сделали.

— Но солдаты нужны, они защищают страну, — убеждал Лаен.

— А от кого, а? — спросила недовольно. — От таких же военных! Вот не было бы вас, мы бы горя не знали. Что? Не веришь? Иди спроси у торговки рыбой, волновало ее, что вы там в своей нищей империи изобретали артефакты? Нет. Шахтеров тоже не волновало. И курьеров, и поваров, и нянечек в детском саду. Вы — военные, — сами придумали проблему и сами бросились ее решать, но нас кто-то спросил, чего мы хотим? А хотим мы, чтобы на работе премию выдали, чтобы купить новые занавески в дом. Чтобы были деньги на сам дом. Чтобы летом на море ездить и не бояться, что ваши эсминцы обстреляют нас и наших детей. Лаен, военные — главная проблема нормальных людей. Потому что никому и в голову не придет завоевывать что-то за пределами своего забора, ясно?

— Посмотрел бы, как бы ты заговорила, если бы враги пришли в твой двор, а страна без армии.

— Я говорю о глобальных военных. И ваших, и наших, и всех остальных. Вот дать бы вам в руки лопаты, да отправить картошку копать. И ни войн, ни жертв, одна картошка и хорошее настроение. Знаешь, откуда взялись военные? От лени! Лень вам за скотиной ходить, коров пасти, да кур разводить. Не хотите быть плотниками или сантехниками. Это ж ниже вашего достоинства, которое шепчет по ночам, что вы созданы править миром. А миру надо, чтобы им правили? Его вы спросили? Вот взять тебя, например. Что ты умеешь, кроме как убивать людей и рушить городские стоки?

— Я умею делать артефакты.

— А лучше бы детей делать научился. Вот есть у тебя дети, генерал?

Во время спора я не забывала расчищать местность, а пленник послушно укреплял потолки. Мы уже прилично продвинулись, и я чувствовала, что цель близка. Лаен же, услышав неожиданный вопрос посреди скандала, подавился и закашлялся, подозрительно покраснев. Хотя я не уверена, было темно.

— Нет. Детей нету, — как-то скромно ответил парень, отвернувшись спиной. Очень напряженной спиной.

— Ну и какой с тебя прок? — философски пожала плечами. — Одни убытки. А вот был бы нормальным мужиком, были бы у тебя дети, так и стал бы полноценным членом общества.

— У тебя тоже нет детей, — странным тоном напомнил парень.

Бил по больному, гад. Я ответила сквозь зубы:

— Если бы не ты, своими атаками вызвавший обрушение тоннеля, то уже этим вечером они появились бы.

Неожиданно тема свернула вообще не в то русло, и генерал спросил:

— Слушай, я все никак понять не могу. Неужели ты на самом деле пошла бы делать детей с первым встречным?

Я недоуменно обернулась:

— А чем плох первый встречный?

— Нет, я имею ввиду, что ты участвовала в этом шоу и все эти мужчины… Ты ведь их совсем не знаешь!

— Как это не знаю? У меня, вообще-то, глаза есть. На шоу пришло много женихов, я бы выбрала самого крепкого и забрала домой. Что еще нужно знать?

— …а как же любовь?

Даже нити крови недоуменно повисли в воздухе. Честно, я уже не знала смеяться или плакать, но раз уж у нас тут разговор по душам, то можно и ответить.

— Что же мне теперь детей не делать, пока любовь не отыщу? Как эти два понятия могут быть связаны?

Генерал искренне подвис и некоторое время молча лепил сваи, не зная, что ответить. Я тоже не стала требовать ответа, но почему-то все равно его ждала. Оказывается, наш генерал такой романтик. Это даже немного… мило?

В итоге он разродился осторожным вопросом:

— А можешь… поподробнее рассказать, почему у тебя дети с любовью не связаны?

— А какая связь? Ты ведь про любовь к другому человеку сейчас говоришь? А мои дети — это мои дети. У нас будет кровное родство. Для мага крови это совсем иной уровень близости.

Единственный человек, который мог бы сравниться с этим, моя предопределенная пара. Тот, кто носит вторую парную метку. Но на этой планете его нет, а объявлять общегалактический розыск мне некогда. И так проблем хватает. Конечно, если я однажды его встречу, то это будет замечательно. Ведь дети от такой пары будут куда могущественнее. Интересно, какого человека мне предрекли местные боги?

— То есть мужа ты рассматриваешь только в качестве производителя детей? — растерянно рассмеялся генерал, а в глазах его плескалось недоверие.

— А в качестве кого же еще? — удивилась я. — Разве цель брака не в детях?

— Нет, — тихо ответил генерал. Его взгляд на меня неосознанно смягчился, и он сказал: — Дети вырастают и уходят жить своей жизнью, а муж останется с тобой на всю жизнь. Будет поддерживать и заботиться. Любить и оберегать. Брак для этого нужен.

Слова генерала что-то всколыхнули в душе, и я задумалась.

— Последние месяцы в Хаосе я была занята охотой на мужа. Логично, но все кандидаты в страхе убегали. Их можно понять, клан Крови не имеет хорошей репутации, но я не сдавалась. Не подействовали ни уговоры, ни подкуп, ни шантаж. Чтобы я не предлагала, другие высшие не хотели вступать со мной в союз. Поддерживать и заботиться? Меня ругали и прогоняли. Высмеивали и унижали, хоть и при этом дрожали от страха. Любить и оберегать? Меня ненавидел каждый, кто знал, и многие пытались убить. В конце концов я поймала того, кто хуже всех бегал, связала и повела на обряд Кровавого Обручения. Если бы не несчастный случай, этот высший был бы моим мужем. Знаешь, когда я волокла его в цесту духов Любви на обряд, он плакал. Не то чтобы я его убить собралась, он даже не сильно пострадал бы. Но… В общем, за девять лет я еще не сталкивалась с любовью, так что мне нечего тебе ответить, кроме того, что это вовсе не обязательно.

В шахте снова стало тихо, только звук работ разносился по тоннелю. Мне казалось, что тема исчерпана, но неожиданно генерал решил, что сейчас самое время дать ценный совет:

— Любовь не всегда приходит с первого взгляда. Иногда она вырастает в общении. Может, чем тащить к себе первого попавшегося мужика, ты попробуешь походить на свидания?

Я свела брови к переносице, пытаясь понять, о чем толкует этот парень.

— Зачем тащить его на свидание, если можно сразу к себе?

— Чтобы к себе тащить не пришлось, и он сам туда стремился, — мягко, но со смешинками в голосе пояснил генерал. — Чтобы как раз уважал и заботился, любил и оберегал. Ты богиня целой галактики, очень красивая и хозяйственная, к тому же готовишь пироги. Не думаешь, что заслуживаешь большего, чем первый встречный?

Я честно обдумала его слова, но это было слишком хлопотно. Очевидно, сказывается разница в менталитетах. Люди из Порядка все такие сложные?

— Затраченные усилия явно не стоят результата. Мне просто нужны кровные родственники, понимаешь?

Лаен замолчал и не отвечал так долго, что я подумала, что смогла его убедить. Мы углубились достаточно далеко, чтобы даже рассеянные лучи света больше не проникали в тоннель. Приободрившись, я стала работать быстрее, когда возле самого уха неожиданно раздался магнетический мягкий голос пленника:

— Тогда почему бы не сделать это с тем, кого ты знаешь немного дольше, чем всех тех незнакомцев?

Я отшатнулась и потерла зудящее ухо, недоуменно переспрашивая:

— С кем? Я тут только мистера Честити знаю, но он старый холостяк, который намерен сохранить девственную чистоту своего паспорта на всю жизнь. К тому же, если я начну делать с ним детей, он умрет. Старый и здоровье уже не то.

Генерал смотрел на меня влажными золотыми глазами и не знал, смеяться ему или плакать. Его губы искривились в страдальческой улыбке, которая была уродливее плача, и я догадалась, что, возможно, он имел ввиду что-то другое. Не мистер Честити? Тогда кто? Я еще торговца фруктами с рынка немного знаю, но он меня ненавидит, и я его, если честно, тоже немного.

В итоге генерал решил перевести тему и неловко кашлянул.

— Кажется, ты не особо переживаешь за вашего мэра? Не боишься, что он там погиб под завалами?

— Он не погиб, — уверенно ответила я, возвращаясь к работе. — Если бы была пролита кровь, я бы почувствовала. Но я ощущаю, как бьется его сердце, мы уже почти у цели.

Лаен открыл рот, чтобы сказать что-то еще, но тут последний камень поднялся в воздух, и взору открылась уцелевшая часть тоннеля, в которой светилось жаждой сплетен любопытное лицо мэра, который до этого жался к щелям между камней, чтобы получше слышать нашу беседу. Мои глаза были полны укоризненного осуждения, а его совершенно невинно моргали.

— О. Вы здесь, — констатировал мэр, буднично отряхивая штаны от пыли и подходя к нам. — А я вот тут под завал попал.

— Какая неприятность, — усмехнулась я, поддерживая светскую беседу. — Кстати, вы должны мне возместить ущерб за испорченное платье. Мне его поносить дали, между прочим, а вы тут в обрушениях участвовать вздумали. И еще мне нужна компенсация за сорванное шоу. Я так и не выбрала жениха!

— Женщина, ты такая меркантильная, — демонстративно разозлился мэр. — Я чуть с жизнью не распрощался, а ты снова деньги из меня тянешь. Ты ради этого меня спасала?

— А ради чего же еще? — в ответ демонстративно удивилась я.

— Вот поэтому на тебе никто и не женится. Ты очень жадная, — продолжал обвинять мэр, поглядывая на стоящего в стороне генерала. — А кто твой помощник? Я вижу на нем военную форму андромедовцев.

— Доброволец, — холодно ответила я, решив не рассказывать мэру о вражеском генерале. — Стыдно стало, вот и пошел помогать. Но ему домой скоро надо, дядя ждет. Так что давайте поторопимся наружу, мне еще бабулю кормить.

Высказавшись, я развернулась и пошла на выход. Лаен послушно пошел следом, и мэр тоже не отставал.

— А как же теплые объятия и слезливая встреча? — рассмеялся мистер Честити.

— От вас воняет сточными водами. Обниметесь с кем-нибудь другим, — фыркнула я, шлепая генеральскими ботинками.

Из шахты мы вышли под бурные аплодисменты и радостные крики толпы. Встречающие бросились к любимому мэру, желая обнять героя, но остановились в шаге и лишь со сдержанными улыбками похлопали того по плечу. Мы с мистером Честити переглянулись, и я весело хмыкнула. Сказала же, никто вас не обнимет, мистер канализационный мэр.

В отместку он решил отыграться на мне и задал провокационный вопрос:

— Как так вышло, что прошло всего полдня, а ты уже наполовину в форме андромедовки? Откуда такие модные тапки, богиня?

Я сняла ботинки и сердито вернула их генералу, после чего развернулась и гордо пошла к тому месту, где оставила свои туфли. Ничего объяснять не буду. Точка!

Однако пробиться к корвету было непросто. Сначала к нам бросились дежурные медики, чтобы спасти умирающего от скупердяйства мэра, а потом набежали репортеры. Вспышки камер ослепляли, а микрофоны на палках почти уткнулись мне в лицо.

— Госпожа Лидия! Дайте интервью!

— Скажите, что вы почувствовали, когда узнали, что наш мэр оказался под завалами?

— Правда, что вы бросили женихов, чтобы спасти нашего холостого мэра?

— Вы подтверждаете, что отбор успешно завершился?

— Кто этот мужчина за вами? Ваш жених?

— Вас видели держащимися за руки у выхода со съемочной площадки. Это ваш муж?

— На нем форма галактического флота Пути Андромеды. Правда ли, что вы взяли в мужья пленника?

Я ошеломленно застыла и почти оглохла от многоголосых выкриков. Казалось, на меня вновь набросили металлическую сеть и вот-вот отправят в нестабильные земли к низшим, и я ничего не смогу сделать. На минуту стало трудно дышать, а разум вообще не желал воспринимать абсурд, льющийся со всех сторон. В этот момент на талию легла горячая рука, и репортеры нацелились на ее обладателя.

— Господин андромедовец, скажите, вы стали мужем богини Лидии?

— Господин, вас принуждали силой или вы были знакомы давно?

— Правда ли, что это была любовь с первого взгляда?

— Из достоверных источников нам стало известно, что вы лично сразились с женихами на шоу, чтобы отбить свою невесту! Это правда?

— Скажите, вы планируете забрать Лидию в свою страну?

— Правда, что вы дезертировали, чтобы успеть на брачный отбор?

Гипотезы одна нелепее другой сыпались со всех сторон, и я даже не знала, какую забраковать первой. От вспышек и криков закружилась голова, и я инстинктивно оперлась на твердое плечо рядом. И пока я искала утраченное равновесие, генерал уверенно притянул меня к себе и ответил:

— В среду мы соберем пресс-конференцию и обо всем объявим официально. Там вы сможете задать свои вопросы. А сейчас мы вынуждены уйти, это был тяжелый день. Расступитесь, пожалуйста.

Его спокойный и внушительный тон подействовали просто волшебно. Репортеры подвинулись и дали нам уйти, а я на непослушных ногах поплелась за генералом. Уже находясь внутри корвета, я ошеломленно смотрела, как пленник встает на колени и серьезно отряхивает мои ноги, чтобы надеть на них туфли. После чего он и сам сел рядом, захлопнув дверь.

— Госпожа, вас домой? — обернувшись с водительского сидения, спросил тот военный, который нас сюда привез.

— Да, пожалуйста, — ответил вместо меня Лаен, а потом повернулся ко мне и тихо спросил: — Устала? Пока летим, можешь поспать на моем плече.

Наш водитель многозначительно приподнял брови, будто что-то понял, а потом завел двигатель и не спеша направил корвет в воздух. Я же не поняла ничего и так же тихо на весь салон спросила:

— Тут лететь пару минут. Зачем мне спать, да еще и на твоем плече?

— Оно удобное, — на что-то намекая, поиграл бровями вражеский генерал, но я все равно не поняла. В итоге он, вздохнув, пробормотал что-то невнятное и протянул руку, чтобы самостоятельно положить мою голову себе на плечо.

Ну… и правда удобно. Нервы, беготня, раскопки и перебор работы с силой местного магического Источника сильно истощили меня, так что сама не поняла, как на самом деле уснула в таком положении.

Проснулась я в тот момент, когда мы уже были в здании, а генерал носил меня на руках и стучался в каждую квартиру, спрашивая, чья богиня. И пока я с трудом продирала глаза, он таки добрался до нужного этажа, и бабуля открыла нам дверь.

— Добрый вечер, — с широкой улыбкой сразил наповал мою бабушку генерал. — А я вот тут с гостинцами. Куда положить можно?

— Ой! Лидонька! — ахнула бабуля, крайне активно заталкивая генерала в квартиру. — Наконец вернулась, голубонька! Да еще и с женихом! Вы идите, идите, я сейчас чайник поставлю! Пирогами накормлю! Радость-то какая!

Генерал проникся и поспешил протолкнуться поглубже, пока я не очухалась полностью. Добравшись до гостиной, он осмотрелся и удовлетворенно кивнул. Да, это та самая квартира, в которую он почти сотню раз телепортировался без всякого успеха.

— Кто бы мог подумать, что надо всего лишь войти через дверь, — едва слышно хмыкнул он, ошибочно чувствуя себя в полной безопасности безо всякой причины.

Генерал усадил меня на диван и сам упал рядом, после чего ослепительно улыбнулся и сказал:

— Хочешь еще поспать?

Я нахмурилась и укоризненно спросила:

— Ты почему меня не разбудил? Теперь соседи будут думать, что я пьющая, раз посторонним нужно относить меня домой.

— Это меньшее, что они могут о тебе подумать, после сегодняшнего, — еще шире заулыбался генерал. — Не думаешь ведь, что репортеры на самом деле будут ждать среды, чтобы напечатать о нас сплетни?

Я схватилась за голову и простонала:

— Что же делать?

— Ничего?

— Они же теперь будут думать, что у меня есть жених, а это неправда. И как я тогда мужа найду?

— Ну-у-у… чисто случайно у меня тут свободное окошко появилось в графике, и если ты просишь, я мог бы, знаешь, побыть твоим… ай! Чего дерешься? Я просто предложил.

— Предложил он, — фыркнула я. — А обниматься перед камерами тоже было частью твоей гениальной идеи побыть моим «ай»?

Лаен тут же поспешил защитить свою невиновность:

— Да ты на ногах почти не стояла. Если бы не обнял, ты бы упала прямо на колья микрофонов. И следующая новость была бы не о тайном любовнике защитницы планеты, а о трагической смерти богине в прямом эфире. А слоган был бы: «Скончалась от неразделенной любви без детей и мужа во цвете лет». Оно тебе надо?

Я не нашлась с ответом, поэтому решила просто надуться:

— Тц, ты такой болтливый.

Но вместо того, чтобы обидеться и замолчать, генерал обрадовался и, стягивая военную куртку, сказал:

— Вот видишь! Ты уже что-то обо мне знаешь. А о тех женихах вообще ничего. Это я и имел ввиду, когда говорил, что надо общаться, прежде чем детей делать. Хотя, если тебе очень хочется, я хоть сейчас готов, ай! Не дерись, я просто ж спросил!

Бабуля уже давно сделала чай и нарезала пирог, а теперь пряталась за дверью и слушала, чем дело кончится. Ее любопытное ухо почти вытянулось из-за двери. Надо было быстро что-то решать.

— Генерал, давай поговорим откровенно.

— Я всегда готов к диалогу! Особенно после бурной ночи. Не хочу хвастаться, но я очень опытный, и никто еще не жаловался, ай! Да я пошутил, Лидка! Откровенный, так откровенный! С тобой я на любой разговор согласен. Вещай!

Перед камерами он вел себя непринужденно, высокомерно и хладнокровно. Перед лицом вражеской защитницы, отражающей его атаки, он был решителен и полон намерения победить. Перед лицом локальной катастрофы он не паниковал, был рассудителен и инициативен, чтобы помочь людям. Перед микрофонами репортеров он показал властную и сдержанную натуру, полную достоинства и вызывающую уважение.

Так почему же на моем диване он превратился в придурка? Проблема в диване или в генерале?

— Зачем ты ломился все это время в мою квартиру? Что тебе нужно?

Он убрал диванную подушку, которой минуту назад заслонялся от моих побоев, и посмотрел на мое серьезное лицо. Пара больших глаз ярко сияла, будто расплавленное золото, а темные брови сложились в комичный домик.

— Ты.

— …что?

— Мне ты нужна.

— Э-э… зачем?

— А я еще разве не сказал?! — искренне удивился вражеский генерал. Встретив мой полный недоумения взгляд, он убрал подушку, выпрямился и, ясным голосом сказал: — Ты мне нравишься.

За дверью бабуля с грохотом выронила поднос, я с грохотом уронила челюсть, а генерал с грохотом выбросил совесть. Впервые вижу, чтобы кто-то так нагло врал!

— Ну не хочешь говорить, и не надо. Еще раз сунешься, пришибу. Доброй ночи, генерал.

Высказавшись, потянулась к остаткам сил, что еще были в теле, и приятно удивилась, почувствовав, что все еще могу построить телепорт по каналу генерала. А ведь времени прошло прилично, и следы его колдовства уже должны были рассеяться. Я уж думала, придется его себе оставить. Как же повезло!

Тот тоже, не будь дурак, понял, чем дело пахнет, и схватил меня за руку, выкрикивая:

— Хотя бы скажи, что за слова ты написала на моем эсминце!

Ответить я не удосужилась. Ухмыльнувшись, запустила чары и выдернула свою руку из генеральской хватки. В следующую секунду в гостиной осталась только уставшая богиня и пролитый чай.

— Бабуль… ты не порезалась?

Галактика Кольцо Смерти. Межзвездное пространство. 5218 год после Объединения.

Флагманский эсминец первого генерала Ках-Шахрастара.

Вновь появившись на своем эсминце, генерал не очень расстроился. Сказать по правде, он бы куда больше удивился, если бы неприступная богиня резко сменила гнев на милость. Но что не могло не радовать, так это стойкое ощущение, что лед тронулся.

Как известный в империи дамский угодник, Лаен считал, что довольно неплохо разбирается в женщинах. Он с первого взгляда мог сказать, кому нравится, кому не нравится, а кто только делает отчужденный вид, играя в недотрогу. Богиня была явно не из последних.

Лаен уже давно не ребенок, и у него были в прошлом интрижки и даже серьезные отношения. Увы, ничто из этого не переросло в брак и вечную любовь, но тут виноват сам генерал. Кто заставлял его так легкомысленно относиться к тем женщинам? Возможно, все дело в том, что никто так и не смог глубоко проникнуть в его железное сердце. Еще никогда племянник императора не влюблялся до розовых соплей и сочинительства кислых стихов. Но на этот раз судьба его не пощадила.

Вывалившись из портала, генерал остался сидеть на полу, подперев щеку рукой, и глубоко задумался, не обращая никакого внимания на наворачивающего по комнате круги плачущего помощника. Его мысли были заняты вещами, которые он пережил за этот день.

Первым делом генерал героически признал, что вляпался, причем по уши. Неизвестно, каким образом магия богини Любви определяла истинную пару для закрепления метки, но теперь он начал понимать, что не все так просто. Раньше он вскользь размышлял о том, что будет, если два человека с меткой друг другу не понравятся, но теперь… На губах парня появилась не слишком радостная усмешка. Теперь он понял.

Лаен знает почти всех людей, которых богиня Любви прокляла парной меткой, и все они в итоге сошлись со своей парой и очень счастливы. Счастливы, даже если не признают этого, как было с императором и богиней Любви. Эта пара до сих пор громко заявляет, что их брак только по расчету.

Вот только для себя таких отношений генерал не хотел. Он уже видел свою пару, и она ему чертовски понравилась. Вспоминая ее лицо, ее голос и характер, Лаен находил их до смерти милыми и хотел понравиться девушке.

Ситуация осложняется тем, что он вражеский генерал, а она защитница, которая не любит военных. Конечно, пара злых мыслей пришла мужчине в голову, но он быстро отказался от идеи с похищением и прочими насильственными методами. Такие вещи хороши только в качестве ролевых игр за закрытыми дверями, но никак не в качестве основного метода.

Лаен собирался решительно завоевать ее сердце.

Однако глобальная проблема всех обласканных женским вниманием мужчин в том, что они совершенно не умеют добиваться чужой благосклонности. То, что раньше ему подносили на блюде, теперь нужно как-то заслужить. Но как?

— Может, деньги?.. — неразборчиво пробормотал себе под нос генерал, вспоминая ситуацию на стороне своей пары. Он уже в полный голос и без заминки в уме называл Лидию своей парой, но сам не замечал, как после этого счастливо изгибаются уголки его губ.

Любовь — самая беспощадная вещь в мире, она не щадит ни стариков, ни детей, ей плевать на законы и условности, и она всегда готова превратить мозги взрослого адекватного человека в пузырчатый кисель сливочно-клубничного цвета.

Вот и теперь некогда доблестный и неустрашимый генерал сидел на полу и лихорадочно думал, как бы так половчее сдаться вражеской стороне, чтобы его приняли и оставили себе. Если бы кто-то из старых друзей или жителей империи услышал это, то точно усомнился бы в своей жизни.

Усомнился и помощник генерала. Бедолага перестал лезть на стены, чтобы привлечь внимание своего командира, и прислушался к невнятному бормотанию последнего. Увы, понять разжиженный мозг влюбленного мужчины он пока не мог, ведь в его жизни весенняя пора еще не наступила. Осторожно приблизившись к опасному элементу, помощник сдержанно спросил:

— Генерал Коган, вы что-то сказали?

Лаен моргнул несколько раз и сфокусировал взгляд на человеке напротив. На самом деле ему вовсе не нужно ломать голову над этой проблемой самостоятельно! Парень указал на дверь и громко приказал:

— Иди и объяви срочный совет! Пусть на него явятся все женатые офицеры!

— А? Жен-женатые? — опешил помощник, в глубине души подозревая, что человек, вывалившийся из портала, не его генерал.

— Да, — твердо кивнул парень. — И тех, кто в серьезных отношениях и собирается жениться, тоже зови. Это срочно, поторопись!

Помощник еще не понял, но уже побежал к двери с выпученными глазами. Он был в панике и не понимал, что происходит вокруг, но все равно поспешил исполнить приказ. Была ли это типичная жизнь слуги богатого господина? Вот так чувствуют себя служащие богатых домов?

Лаену до слез помощника вообще не было дела. Он понюхал свои рукава и нашел их пыльными и вонючими, поэтому поспешил сменить одежду и принять душ. Это заняло всего несколько минут, и к тому времени, как он добрался до зала совещаний, нужные люди уже тоже пришли. Вот только…

— Это что? Это всё? — ошеломленно спросил Лаен, увидев трех человек за столом. Если он правильно помнит, экипаж насчитывает около двух сотен бойцов. Не может же быть, чтобы только эти воины состояли в отношениях?

— Кхм, — деликатно кашлянул помощник, — только эти люди.

В этот момент племянник императора понял, что в стране может тайно назревать демографический кризис. Если так много людей не состоят в отношениях, то откуда взяться детям? Для себя генерал решил после совещания связаться с императором и высказать свои опасения. Это явно ненормальная ситуация!

О том, что сам еще недавно даже не думал о браке и детях, Лаен благополучно забыл.

— Итак, благодарю всех, кто откликнулся, — сдержанно произнес генерал, заняв место во главе стола переговоров. Он сурово свел брови, внимательно посмотрел на трех человек и на серьезных щах произнес: — Сегодня я собрал вас, чтобы обсудить важный для страны вопрос. А именно — мой брак.

Три офицера синхронно округлили глаза и в панике посмотрели на стоящего у двери помощника. Помощник вздохнул и прикрыл лицо планшетом. Не смотрите на него, он ничего не знает.

— Для начала ответьте, хорошо ли вы живете со своими супругами?

Так сложилось, что три офицера были раза в четыре старше генерала. При условии, что средняя продолжительность жизни в империи составляет двести пятьдесят лет, они также все еще считались молодыми людьми, но не такими молодыми, как едва перешагнувший рубеж совершеннолетия двадцатипятилетний генерал. Они, разумеется, видели в жизни побольше. В особенности после брака.

Первым на вопрос нашел силы ответить штурман корабля. Он понял, что их юный генерал вошел в сознательную пору и, вероятно, успел влюбиться. Если он так серьезно задает эти вопросы, вероятно, скоро на корабле появится госпожа Коган. И как старшие и более опытные товарищи, они должны дать несколько мудрых советов молодому генералу.

Выпрямив спину и сурово сведя густые брови, штурман ответил:

— Генерал Коган, мой брак успешен вот уже двадцать лет.

Лаен внимательно посмотрел в глаза штурману и произнес:

— Насколько я помню, ты служишь в армии Ках-Шахрастара уже пятнадцать лет.

Ках-Шахрастар — довольно воинственная империя. Управлять такими подданными непросто. Регулярно в областях вспыхивают восстания, так что имперский флот всегда в состоянии мобилизации. Это значит, что солдаты практически не возвращаются домой до окончания срока службы. Итак, если штурман служит уже пятнадцать лет, а женат он двадцать, то…

— Именно, — со знанием дела ответил штурман на невысказанный вопрос генерала. — В браке самое главное — вовремя удрать. Вы не должны сильно надоедать жене, и тогда у нее будет меньше шансов от вас устать или на что-то обидеться.

Двое других офицеров кивнули с умудренными жизнью взглядами. Штурман дело говорит.

Генерал нахмурился. Ему совсем не хотелось держаться подальше от богини. Хоть то, что сказал штурман и имеет смысл, но если он будет навещать богиню раз в пятнадцать лет, то из них двоих счастлива будет только она. Так не пойдет. Он перевел взгляд на следующего офицера.

Старший механик генеральского эсминца ответил так:

— Если вы хотите гармоничных отношений с супругой, то должны относиться к ней, как к богине.

Генерал оценил шутку, но не мог не вспомнить, как к его богине относились ее верующие:

— Имеешь ввиду звать по любому поводу, поручать самую сложную работу и давать мало денег?

Генерал бы удивился, узнав, сколько жен в мире живут именно так, как он сейчас сказал. Так что шутка не совсем шутка.

Механик не понял тонкого юмора и ответил прямо:

— Вы должны приносить много подарков. Представьте, что вы верующий, который приносит дары к храму бога. Чем больше даров, тем сильнее искренность.

— Да? — нахмурился парень, пытаясь вспомнить количество нулей на его банковском счете. — А какие дары нужны?

— Зависит от этапа отношений, — со знанием дела стал рассказывать механик. Таким образом он осторожно попытался уточнить, как далеко зашли отношения между генералом и его невестой.

Лаен почесал макушку и неуверенно произнес:

— Ну-у-у она… она спросила, почему я за ней хожу, и сказала, что пришибет, если приду еще раз. Это какой этап?

Три офицера переглянулись, а один помощник сполз по стеночке, подрагивая странным образом. Кто-то даже услышал с его стороны тихий всхлип.

Третий офицер — связист, — первым отошел от шока и ответил без всякого стыда:

— Это этап ухаживания.

— Да? — с сомнением покосился генерал. — У меня такое первый раз, раньше такого этапа не было.

О том, что их генерал — знаменитый бабник, знали все вокруг. Несложно предположить, что завоевывать женщину всерьез тому не приходилось ни разу. Даже если среди его прошлых пассий и были те, кто отказал, генерал не принял это близко к сердцу и сразу же хватал другую женщину. По правде говоря, трое офицеров и помощник были немного счастливы, что их генерала так жестоко отвергли.

— Это обязательный этап в серьезных отношениях, — уверенно произнес связист, а штурман и механик посмотрели на него, как на идиота, но промолчали. — Если женщина угрожает вам физической расправой, значит, она вас заметила!

Генерал в шоке распахнул чистые золотые глаза, а помощник от избытка чувств ударил себя по голове планшетом. Звук был довольно гулкий.

Связист не сдавался и продолжал делиться мужской мудростью с молодым поколением:

— После того, как женщина заметит преследование и проявит сильную реакцию, важно направить ее в верное русло. Негативная окраска от вашего знакомства должна быть изменена на позитивную.

— Каким образом? — поинтересовался генерал.

И связист уверенно ответил:

— Сексом!

Помощник в углу судорожно закашлялся, а штурман с механиком уронили челюсти. Генерал же воспринял совет со всей серьезностью и нашел его удовлетворительным.

— Итак, подведем итоги, — задумчиво произнес Лаен. — Я должен держаться подальше, дарить много подарков и порадовать девушку сексом. Почему мне кажется, что тут какая-то неразбериха?

— Никакой неразберихи, — важно ответил главный коуч на корабле. — Быстро приходите, отвлекаете даму подарком, делаете дело и убегаете, пока она не очухалась.

— … — поднял брови генерал.

— ??? — недоверчиво покосились штурман с механиком.

— !!! — задыхался в углу помощник.

Генерал решил уточнить:

— А ей точно это понравится?

Связист с лицом доброго старца ответил:

— Я скажу вам то, что сказал мне мой отец, когда я собирался жениться. Творец создал людей и одарил их неравномерно. Три части сексуальности он отдал мужчине, и семь частей женщине. Женщины — более страстные натуры, и им для удовольствия требуется больше ласки и внимания в постели. Как бы сильно женщина ни была вами недовольна, она обязательно забудет все обиды после хорошо проведенной ночи. Если хотите, я могу скинуть вам несколько обучающих пособий, чтобы вы могли попрактико…

— Не нужно! — поспешил отказаться генерал. Этих «обучающих пособий» он в юности насмотрелся с лихвой. Не то чтобы он был неопытным юнцом, хорошо? Просто дама попалась специфичная, вот он и растерялся. — Кхм, я понял. Что ж, офицеры, спасибо за советы. В конце квартала я выпишу вам премию, если все сработает. Теперь можете вернуться к своим делам.

Хотя какие могут быть дела у штурмана, механика и связиста на корабле, который замотал красной «изолентой» и дрейфует в космосе в сторону другой галактики, как известная субстанция в проруби? В общем, они были рады помочь.

Все разошлись, и генерал остался в конференц-зале один. Теперь, когда он получил некоторое представление о своих дальнейших шагах, можно было немного передохнуть и заняться другими важными делами. Например, поискать ответы на важные вопросы.

Лаену никак не давала покоя надпись на его эсминце, которую оставила богиня. Да и в целом за время общения он почувствовал что-то странное в ней.

Генерал уже понял, что это не язык Кольца Смерти, но стоит принять во внимание, что Лидия — не маг смерти, а магов крови в мире не существует. Очевидно, она прибыла из Хаоса. Это не в первый раз, когда сущности с той стороны прорываются в их мир, так что прецеденты были. Стало быть, надо искать того, кто мог что-то знать.

Номер дяди молодой генерал набрал не без трепета. Ощущение погони за разгадкой подогревало кровь, возбуждало азарт и что-то такое, от чего невозможно было остановиться и про все забыть. Лаен чувствовал, что в надписи на эсминце сокрыто что-то стратегически важное.

На экране появилось холодное лицо императора, глядящего на племянника с мрачным выражением. Первый вопрос у него был не о самочувствии парня, а таким же, как и у Константина:

— Тебя там что, в плен взяли?

Лаен стиснул зубы, начиная подозревать, что его возвращения на родной планете вообще никто не хочет. Еще немного, и он реально вернется и попросится в плен. Он не верит, что Лида действительно его убьет при встрече.

— Вынужден тебя разочаровать, — хладнокровно ответил генерал.

— Разочаровал, — ответил император, будто у них с Константином один сценарий на двоих был. — Что с восстанием?

— Дело оказалось сложнее, чем я думал, — нехотя признался парень. — Но я не по этому вопросу звоню. Ты же знаешь хаотический?

Брови императора поползли вверх. Это, пожалуй, был последний вопрос, который он ожидал услышать. Помимо удивления Айдан испытал и заинтересованность.

— Знаю. А ты что, решил мигрировать?

— Не дождетесь, — огрызнулся Лаен. Он поднял планшет и показал дяде изображение: — Можешь прочесть надпись?

Император долго смотрел на снимок, очень долго. Прошло не меньше пяти минут, прежде чем он дал племяннику ответ:

— Это не хаотический.

— Дерьмо, — выругался в сердцах генерал, убирая планшет. От раздражения он опять чуть не потерял контроль над даром, но вовремя взял себя в руки. На начальных этапах интенсивность приступов не такая частая.

— …но стиль узнаю, — добавил Айдан после небольшой паузы. — Похоже, ты столкнулся с магом крови.

Лаен напрягся и впился в экран взглядом.

— Можешь рассказать подробнее?

— Да, в общем-то, не за чем. Улетай оттуда поскорее и все. Планета, считай, обречена, — с тенью сожаления в голосе отмахнулся император.

Генерал нахмурился.

— В смысле?

Айдан вздохнул и великодушно пояснил:

— Члены клана Крови нестабильны. Психически больны из-за своей магии. Каждый из них подвержен Жажде Крови, которая с регулярной частотой выливается в Кровавое Безумие. Этот маг, если его не убить сейчас, очень скоро полностью обескровит жителей планеты. Так что оставь патруль, чтобы не дали никому покинуть планету, и улетай. С этим восстанием покончено. Просто объявим планетарный карантин. Эти твари долго не живут.

Лаен опустил глаза, недоверчиво глядя в пол, и вспомнил все, что с ним произошло на Арс-9. Он вспомнил все видео с предыдущих боев, вспомнил, как сам атаковал планету, как богиня чинила его корабль, а под конец свое появление на самой обычной кухне и девушку, по-человечески готовящую обычный обед. Он вспомнил, как они вдвоем разгребали завалы и убегали от репортеров. Вспомнил, как ловко мешал ей выбрать жениха на шоу, а та угостила его молоком с зефиром.

А еще он вспомнил вид из окна квартиры девушки. Там, снаружи, полным ходом шли восстановительные работы и бегали люди.

Ничто не указывало на катастрофу среди мирного населения. Лиду любят и считают другом народа.

— Тогда я отправляю флот обратно, — решил генерал, будто от его решения флот мог бы поменять курс.

Айдан пристально посмотрел на племянника и кое-что понял. Отправлять он собрался только флот.

— А сам?

Генерал ответил императору твердым взглядом и сбросил вызов. Возвращаться в империю он не собирался.

Тем временем на «обреченной» планете наступили долгожданные выходные. Из-за чрезвычайного положения жители Арс-9 без устали работали несколько недель подряд, восстанавливая самые важные инфраструктуры, и вот — свершилось чудо. Мэр Честити объявил государственные выходные! Целых три дня!

Утро первого дня я встретила, сладко потягиваясь на постели в полном одиночестве. Город был тихим, так как жители будут отсыпаться до самого вечера, чтобы компенсировать себе всю работу за эти напряженные дни. Думаю, не ошибусь, если скажу, что сегодня я встала раньше всех.

И, как любой порядочный жаворонок, решила посвятить это утро только себе. За окном была ясная погода, и настроение также было солнечным. Тихонько напевая местную народную песенку про сына министра, преследующего очаровательную цветочницу, я спустила ноги с постели и… обомлела.

На тумбе у кровати стояла металлическая скульптура, отдаленно напоминающая букет цветов. В его очертаниях я смутно угадывала сгоревшие микросхемы, погнутые вилки, кусок обшивки космического эсминца, а также пару рукоятей от мечей и декоративно расплавленную изоляцию от проводов в виде ленты с бантиком.

Можно было бы задаться вопросом о том, откуда взялось сие творение, но его создатель не оставлял ни намека на двусмысленность: на полу валялись мужские ботинки, на кресле — военная имперская куртка, у двери — мужские брюки, а на дверной ручке кобура с плазмером.

Смутно подозревая, что это еще не все запчасти печально известного мага металла, я вышла из комнаты и пошла дальше по «хлебным крошкам», оставленным имперским форточником. В коридоре на цветочной полке висела черная рубашка, воняющая мужским одеколоном, а под дверью ванной комнаты кокетливо выглядывал уголок серых боксеров.

Дорогой дневник, не описать словами всю ярость, которая меня охватила, ведь еще вчера я лично убрала этот дом от мусора и имперцев. За дверью ванной комнаты отчетливо слышался плеск воды и треск моего терпения. Прикусив губу, я выплюнула несколько нитей крови и ворвалась в ванную.

Грохот входной двери мгновенно привлек внимание имперца. Он повернул голову, и наши взгляды встретились. Вот только вместо ожидаемого ужаса и желания жить я увидела яркую улыбку, от которой на глазах слезы выступили.

— Лида! Доброе утро! А я вот тут не удержался. У нас-то на корабле только ионный душ, а я уже от него весь чешусь. Вот, решил побаловать себя настоящей водой. Ты ведь не проти-и-и…

Договаривать эту возмутительную чушь генерал отправился на свой корабль. Причем одетый только в пену. Я сжала зубы и медленно села на влажный от пара пол.

— Великий Хаос, как мне теперь развидеть то, что я увидела? Почему он не пользуется шторкой? Где купить новые глаза?

Душа моя кричала, но изо рта вышел только сдавленный стон. Однако по какой-то причине я вдруг не знала, плакать мне или смеяться. Воображение подкинуло глупое лицо генерала, когда он в таком виде появится перед своими подчиненными. Представляю, как они там все удивятся! Генерал тоже немножко обалдеет. Хотя должен был понимать, что такое может случиться.

Похлопав себя по груди, чтобы успокоить злое веселье, я встала и пошла собирать остатки генерала. К счастью, шум не разбудил бабулю, так что я успела собрать все вещи до того, как она заметила неладное. Очень не хочется остаток дня слушать, как «генерал ко мне похаживает». Еще немного, и я никогда от этого не отмоюсь.

Собрав вещи, я не сразу смогла решить, куда их деть. Вежливо вернуть не получится, так как для этого нужно дождаться его возвращения, а я все ж таки надеюсь, что оно не состоится. С другой стороны, я не должна быть такой наивной. С чего бы ему не вернуться еще раз? Эх, если бы только я могла эффективно его связать, чтобы он послушно лежал у себя в трюме до конца поездки! Но увы, о несбыточном лучше не упоминать. Магия крови слабовато действует на магов металла.

В итоге вещи генерала осели на дне моего шкафа, как темное пятно на биографии. О том, что можно воспользоваться великим изобретением современной инженерной мысли — мусоропроводом, я даже не вспомнила.

Единственное, что осталось без изменений — букет авангардиста. Я минуту молча на него смотрела, а потом просто развернулась и молча пошла готовить завтрак.

Так как сегодня государственный выходной, то кружки йоги не работают. Из-за этого, а также из-за многолетней привычки, бабуля не стала рано вставать, а я готовить на нее завтрак. Ограничившись яичницей и чашкой кофе, вышла на балкон и стала завтракать, просматривая новостную ленту на светлом мозге.

В это время у планеты очень насыщенная важными событиями жизнь, так что было много постов от планетарной администрации по поводу выполненный и запланированных работ. Из каждой статьи на меня смотрело гордое, улыбающееся, а иногда и суровое лицо мэра.

К счастью, эти некрасивые вещи я очень ловко пролистнула и на добрых полчаса залипла на роликах о кошечках и собачках. Контент одного автора мне понравился особо, так что я перешла на его страницу и подписалась на обновления. Это была страница приюта для животных «Хвост и Лапки», и вел ее улыбчивый жизнерадостный дедушка.

Закинув ноги на перила ограждения, я откинулась на стуле и не спеша пила кофе, просматривая блог приюта. Внутри было много разных животных, и, как я поняла, все они были спасены мистером Ормундом за время войны.

На самом деле видеть негуманоидных живых существ, которые не пытаются съесть представителей других видов довольно необычно. В Хаосе существуют самые разные формы жизни, но размножение доступно только высшим, низшие такой возможности лишены. Тем забавнее видеть детенышей местных низших. То есть зверей.

Наткнувшись на группу пухлых щенят в очередном ролике, я очарованно застыла и перестала листать ленту. Пять разноцветных малюток катались по полу, играя друг с другом, а в стороне лежала большая черная собака, снисходительно приглядывая за ними.

Комментариев к записи было всего несколько. Кто-то из пользователей сети написал, что щенята выглядят мило, а мистер Ормунд ответил, что все желающие могут посетить его приют и выбрать себе питомца.

Я вдруг почувствовала, что действительно хочу свой дом. Как это было бы здорово, если бы у меня была своя собака?

К сожалению, ни дома, ни собаки у меня пока нет, зато есть неугомонный генерал. Телепорт выплюнул его за пределами балкона, так что полетел мой орел прямо к матушке-земле. Я едва успела бросить ему вдогонку пару нитей, чтобы не расшибся насмерть, но беседу беседовать не стала, сразу восвояси отправила. Однако мне показалось или там что-то еще упало?

От мысли, что могла не заметить впопыхах еще одного человека, у меня затылок онемел. Взволнованно вскочив, перегнулась через перила и увидела что-то лежащее на земле, чего там раньше не было. Но похоже, оно не живое.

— Тц. Опять имперский генерал линяет в моем доме, — недовольно проворчала я, но мусор снаружи оставлять не стала. Одна из нитей обхватила то, что лежало на земле, и подняла ко мне. — Ох!

Оказалось, это не какой-то мусор, а еще один букет от генерала. На этот раз части были спаяны лучше, цветочки слеплены почётче, а нижняя часть отдаленно напоминала вазу. Кажется, мастерство Лаена прогрессирует.

Некстати вспомнилось, как вчера вечером он сказал, что я ему нравлюсь.

— Да нет, не может быть, — пробормотала с сомнением.

Мотнув головой, выбросила лишние мысли прочь, поставила вазу с цветами на стол и в приподнятом настроении пошла на кухню.

Особого плана на этот день у меня не было. Помыла посуду, немного прибралась, а так как до обеда еще было много времени, решила побаловать себя.

Для начала полчаса отмокала в ванне с пеной. Высокий запотевший стакан с компотом и колотым льдом великолепно оттенял ощущение от горячей воды в ванне. За это время генерал заваливался в комнату лишь дважды, но даже вякнуть не успевал, как отправлялся обратно на корабль. Мое мастерство обращения заклятий не знает равных, хе-хе.

После ванны вернулась к себе в комнату и достала все баночки с лосьонами и кремами, которые купила по совету соседки, и намазалась с головы до ног. В финале села у зеркала и стала мазать лицо масками и жидкими патчами. Получилась зеленая панда с розовыми кругами под глазами.

Едва я закончила, как в спальню ввалился пресловутый генерал. Я повернулась, он заорал «твою мать!» и впервые в истории нашего знакомства телепортировался на корабль самостоятельно.

Я обиделась.

— Сам урод!

Масочку надо держать двадцать минут, так что остаток времени решила провести за чашечкой ароматного кофе на балконе. Даже пообещала себе, что если за эти двадцать минут генерал снова телепортируется с нашей многоэтажки вниз, то не буду его ловить.

А если не появится, то совсем обижусь. Нормальная маска, ясно?

Примерно в таком противоречивом, но крайне недовольном настроении я и провела следующие полчаса. Генерал не появился, я смыла маску и злобно намазалась кремом.

— Вот и не возвращайся, — мрачно бубнила под нос и с каждой минутой отсутствия генерала становилась все недовольнее.

Так! Одно дело, когда я его вышвыриваю, а вот когда сам уходит, это совсем другое! Это наглость помноженная на бессовестность, ясно?

Я гневно втирала в щеки крем, когда в дверь постучали.

— Лидонька, ты встала?

— Да, бабуль. Ты не рано? Думала, до обеда спать будешь.

Дверь открылась, и бабушка вошла в комнату.

— Да кто ж в таком шуме уснет? Что это у тебя так грохотало, девонька?

Я скривилась и очень не хотела отвечать на вопрос, но бабушка не настаивала. Она бросила взгляд на железные цветы на тумбе и вдруг хитро улыбнулась:

— Надо же, какие цветочки примечательные! Ай-яй, а вчера вечером их не было. Надо же, хе-хе. Стало быть, генерал захаживал?

Хоть отвечать и вообще о генерале говорить не хотелось, но я все же сказала:

— Было дело.

— И ты его спровадила, стало быть, — понимающе заулыбалась старушка.

— Конечно, — уверенно ответила, заканчивая натирать подбородок кремом.

— А чего ж цветочки не выбросила? — хитро захихикала бабушка.

Я замерла, а взгляд сам нашел отражение подарка в зеркале. Почему не выбросила?

— …понравились, — буркнула недовольно.

А еще это первый раз, когда мне цветы дарят. Я богиня, я давно хотела цветы. Пусть железные, но для меня.

— М-м, — понимающе протянула Илидан, но на уме у нее было гораздо больше мыслей, о которых она не стала говорить. — Ну тогда я спокойна. Дальше сами разберетесь, хе-хе-хе. Я зашла сказать, что сегодня буду обедать у Орельи, она пригласила. Ты тоже дома не сиди, иди прогуляйся. Для молодежи праздник в городе будет. На людей посмотришь, да генерала покажешь. Ой, то есть себя, хе-хе-хе.

Я подняла мрачный взгляд на бабулю:

— Знаю я, что ты сказать хотела. Не придет он больше, ба. На этот раз сам ушел. Масочки моей испугался и наутек бросился. Трусливый генерал у империи.

— Это не генерал трусливый, — рассмеялась Илидан. — Помню я тогда еще с пятым мужем была и тоже масочку перед сном сделать хотела. Он как раз только в постель лег, свет выключил, и тут я с фонариком и в масочке. Хе-хе-хе, ох. С инфарктом тогда старого увезли, испугался бедный. До конца жизни потом заикался и темноты боялся. Прожил, правда, тоже не долго, но это не из-за меня, конечно. Спился! Так что ты на генерала не сердись. Мужики народ слабый, к красоте не приученный. Чуть их напугаешь, до конца жизни будут сраться!

— Ба! — ахнула я, не ожидая таких подробностей семейной жизни. Даже неловко за себя стало. Неужто мой генерал теперь тоже с недержанием будет? И все из-за одной маски?

Я недовольно посмотрела на маску и решительно обвинила во всем ее, после чего гневно положила баночку в ящик под зеркалом. Теперь я понимаю, почему генерал обратно не приходит. Бедненький. Еще и перед Императором неудобно. Он-то мне нормального генерала посылал, а я ему больного верну. Эх. Извиниться потом, что ли? Яблок ему, наверное, еще отправлю. В качестве компенсации. И, может, в больницу еще зайти? Пусть лекарство мне какое-нибудь продадут, а если генерал вернется, я ему его подарю. Негоже такому молодому с таким недугом бегать.

Вот так решив взять на себя ответственность за генерала и его тяжелое заболевание, я отправила бабулю к подруге, а сама тоже решила дома не сидеть. Переоделась в легкий алый сарафан по случаю, красиво волосы завила, накрасилась и пошла гулять. Не в город, правда, а в аптеку. Но время шло, а генерал не возвращался. Тогда-то я и решила пойти туда, куда сердечко звало. В приют «Хвост и Лапки».

Приют располагался за чертой города, что было недалеко от того места, где я находилась. Благо, что обувь на этот раз была удобная.

Территория, огражденная высокой сеткой, была немаленькой, и повсюду темнели невысокие строения. От главных ворот к административному зданию вела широкая заасфальтированная дорога, по ней я и пошла. По пути мне встретились несколько кошек, но поймать и погладить кого-нибудь не удалось. Вот такая я невезучая и непривлекательная, никто не хочет со мной ласкаться, даже генерал, чтоб ему!

Поджав губы от обиды, я была вынуждена признать, что немного привыкла к вражескому форточнику. Он так много раз приходил меня грабить, что стал почти своим, а свое я отпускаю крайне неохотно. Наверное, потому что у меня за всю жизнь еще не было ничего своего. Однако, если так подумать, может, так и лучше? Пусть катится в свою империю на своем ржавом флоте и больше не мешает мне проводить отбор женихов.

Уговоры помогли, и настроение выровнялось настолько, чтобы я могла с интересом смотреть по сторонам. В приюте проживало множество животных, распределенных по загонам, что было весьма мудро, так как птицы, кошки и собаки были явно из одной пищевой цепочки.

Я собиралась вначале пройти в здание, чтобы попросить у управляющего разрешение побродить тут и пообщаться с питомцами, но вдруг заметила вольер с теми самыми щенятами, которых увидела в сети. Вживую они еще милее!

Прилипнув к сетке, я с глупой улыбкой уставилась на эти скулящие пушистые комочки, а их мать, лежащая неподалеку, вздохнула и посмотрела на меня с выражением «забирай скорее, они меня достали».

Непреодолимое желание погладить пушистиков не позволило отлипнуть от сетки и дойти до управляющего, но, к счастью, он сам заметил меня из окна кабинета. Прошло минут пять, когда за спиной раздался веселый мужской голос:

— Добрый день, барышня. Щеночка ищите?

Я вздрогнула и обернулась, мысленно ругая себя за рассеянность. Пакет с лекарствами для генерала все еще был в руках, и я вдруг поняла, что моя жизнь принимает странные обороты. Настолько странные, что я не знаю, как объясниться перед окружающими.

Например, этот мужчина. Он совершенно точно тот мистер Ормунд из ролика, но я не знаю, как сказать, что я здесь делаю. Пока шла сюда, такой проблемы не возникало, ее перекрыли мысли о вероломстве беглого генерала. Но теперь — что я вообще здесь делаю?

— Кхм, здравствуйте, — смутившись, покраснела я. — Ну я, знаете, увидела ваше видео в сети, с щенятами, и вы сказали, что в приют можно прийти. Я, как бы, к щенятам, но не за ними, потому что я, ну понимаете, бездомная пока, но, эм…

Под конец я окончательно стушевалась и что-то промямлила себе под нос. Стало очевидно, что я выгляжу еще более жалкой, чем эти щенята. У них хотя бы семья есть и бесплатная еда. А от меня даже вражеский генерал сбежал. Хм, что-то я часто его вспоминаю сегодня, ох не к добру это.

— Ох, простите старика, не признал! Вы же Лидия? Ну конечно, я видел ваше лицо по галовизору! Ох, какая честь! Как же вы это здесь? Хотите чаю?

Было глупо надеяться, что меня не узнают. Стало так стыдно, что я была почти готова последовать примеру генерала и сбежать, поджав хвост. Взгляд невольно метнулся в сторону вольера, и это было достаточно красноречиво, чтобы старый смотритель заметил. Он вдруг остановился, понимающе усмехнулся и предложил:

— Хотите войти?

Не обращая внимания на мой душевный разлад и полыхающие алым уши, он прошел вперед, достал связку ключей и открыл калитку, пропуская меня внутрь. Уши собаки поднялись, и она заинтересованно вильнула хвостом.

— Наша Молли не так давно родила. Щенятам около месяца всего. Может, присмотрите пока за ними, а я схожу за лакомствами для их мамы?

Ясно как день, что никакой присмотр малышне не нужен, но я знала, что смотритель делает это для меня. Смущенно кивнув, я осталась стоять на месте, а старик, посмеиваясь, ушел, не забыв запереть за собой замок на калитке. Безусловно, хотелось провалиться сквозь землю от стыда, но тут мне под ноги подкатился пушистый комок и стал жевать шнурки на туфлях.

В этот момент я забыла обо всех проблемах и своем красивом платье. Уселась прямо на пыльную площадку и подхватила проказника, чтобы рассмотреть поближе.

— Такой грозный, — пробормотала с улыбкой. — Знаешь, меня многие низшие пытались съесть, но так мило это не делал ни один из них. Иначе я точно не смогла бы защищаться.

Щенок с пушистыми ушами и глазками-пуговками совершенно не мог сидеть на месте. Он извернулся, схватил подол платья и стал его жевать и тянуть, мотая головой, как настоящий взрослый пес. Я широко улыбнулась и засмеялась, чувствуя что-то теплое в груди. Этот малыш совершенно очарователен и ни капли не боится такого монстра, как я. Думаю, он не убежал бы, даже если бы я была в маске и с полотенцем на голове.

Следом за первым подошли и остальные щенята. Пушистая братва напала всем скопом, но, что интересно, с разными намерениями. Пока первый щенок пытался отомстить моему платью за ровную строчку, второй продолжил дело первого и попытался отгрызть шнурок на туфлях, третий подозрительно обнюхивал мою ладонь, четвертый забрался на колени и благополучно уснул, а пятый сел напротив и стал внимательно на меня смотреть.

Итак, покусанная, обслюнявленная и вся в шерсти я была абсолютно счастлива. Уставшая мать семейства не собиралась пускать на самотек дружелюбие своих детей и пошла проверить их нового приятеля. Приблизившись, Молли обнюхала мою голову, одобрила шампунь, лизнула в щеку, развернулась и ушла дальше загорать на солнышке.

Вообще, вольер был довольно просторным для одной собаки. Даже для десятерых собак. Невысокое одноэтажное строение было им вместо будки, а остальное место занимала большая огороженная площадка. Когда щенята подрастут, тут точно будет пыль столбом стоять.

Гладить мягкую шерсть было крайне приятно, так что никуда уходить не хотелось. Не знаю, за каким лакомством ушел мистер Ормунд, но его не было больше часа. За это время я успела заиграть всех щенят, собрать их в теплый спящий клубок и подружиться с недоверчивым пятым. Наверное, он самый старший или самый ответственный, но только он не полез спать ко мне на колени, а сел рядом и задумчиво уставился в даль. Не знаю, возможно, он что-то обдумывал.

Еще через час мистер Ормунд опять не пришел, зато объявилась моя пропажа. Генерал выпал из портала прямо перед носом матери пушистого семейства. Двое в шоке уставились друг на друга, генерал недоверчиво прошептал: «Лидонька?», а собака оскалила зубы и зарычала.

— Лидонька, — жалобно уговаривал Лаен, — как же ты это так? Меня ведь всего пару часов не было. Да, изменила тебя жизнь.

Я удивилась, собака обиделась и гавкнула, кинувшись на обидчика. Он вскочил и бросился бежать, по пути уговаривая:

— Я не хотел тебя злить! Можешь стать обратно человеком?! Ай, не кусайся! Давай все обсудим, как два взрослых человека! Ай! Нет? Ну тогда как человек и собака. Я утром был не прав! Прости меня, Лида!

— Дурень, — фыркнула я, глядя на вражеского генерала с презрением.

Он услышал, нашел меня взглядом и удивленно округлил глаза. Удивление сменилось облегчением, а потом возмущением.

— Лидия, как это понимать?! Почему ты в… Где ты вообще? Почему здесь собака? А это кто? Попугай, что ли?

В соседнем загоне действительно стояли птичьи клетки, и их обитатели были большими и пестрыми. Они заинтригованно следили за генералом, им только попкорна не хватало.

— Это приют для бездомных животных, — милостиво пояснила я.

— Да? — нахмурился парень, не забывая быстро работать ногами. — Кто посмел тебя сдать в приют?

— Дважды дурень, — щелкнула я языком, меланхолично наблюдая, как Молли гонит вражеского генерала по периметру, заставляя высоко поднимать ноги. — Я пришла поиграть с щенятами, а ты обидел их маму.

— Да что ж за день такой? То мам обижаю, то девушек, — сокрушался парень, заходя на второй круг. В голову пришла мысль взять секундомер для статистики, но потом стало лень и я просто продолжила гладить щенят.

— Ну так и зачем ты явился? — полюбопытствовала, зарываясь пальцами в мягкую шерсть.

— Я поговорить хотел! — выкрикнул Лаен, не смея замедлиться ни на секунду.

— О чем? — миролюбиво спросила я.

— О нас! Столько времени прошло, а мы все никак по-нормальному поговорить не можем. Дай мне шанс все объяснить!

— Оу. И что ты хочешь объяснить? Опять будешь врать, что я тебе резко понравилась?

— Я не врал! Очень понравилась! Но это не все! Ты можешь угомонить псину?!

— Это Молли, — отругала я генерала. — И ты ей не нравишься.

— Но это не повод кусаться!

— Мы так не считаем, — хмыкнула я, поджав губы. И нет, я вовсе не хотела мстить ему за самовольную телепортацию. Ну если только чуть-чуть. Но это же не я на него набросилась.

Время шло, генерал бегал и умолял с ним поговорить, а я гладила щенят и любовалась облаками. Настроение было превосходным. Как мало мне, оказывается, для счастья надо. Лишь бы генерал бегал покусанный рядом.

Исход забега был предрешен. Молли была старой матерью, а генерал — молодым тренированным военным. Прошло не так много времени, прежде чем собака выдохлась и растеряла энтузиазм. Гавкнув напоследок особенно что-то нецензурное, она высунула язык и устало поплелась дальше лежать на своем месте. А генерал упал рядом со мной и гордо сверкнул глазами.

— Молодец, — саркастически похвалила его, — победил старую собаку. Давай дяде расскажем, пусть он тебе медальку вышлет.

— Эй, это было непросто, знаешь ли! — воскликнул победитель. — Она так и норовила укусить за пятку.

— Она целилась выше, — усмехнулась я.

— Просто давай забудем об этом, ладно? — помрачнел Лаен. — Вечно я с этим телепортом в какие-то передряги попадаю.

— Так почему не сдашься? Или ты телепортируешься как дышишь? Не можешь это контролировать?

Генерал полюбовался моими насмешливо приподнятыми бровями, положил голову мне на колени и нагло улыбнулся:

— Не могу. Если не телепортируюсь, то как я тебя встречу?

— Что за проблема такая? Просто возвращайся в свою Кахляндию и продолжай соблазнять местных девиц.

— Ах вот оно в чем дело, — понятливо протянул генерал, ухмыльнувшись особенно неприятно. — Сплетен наслушалась? Да я чист, как младенец. Вот эти щенята более развратные, чем я. Посмотри в мои искренние глаза и узри истину, о моя богиня.

— Трижды дурень, — закатила я глаза и попыталась спихнуть с себя темноволосую голову. Голова упиралась и настойчиво терлась об ладонь. — Слезь с меня.

— Неа. Погладишь? — нагло улыбнулся паршивец, окончательно потеряв страх. Молли! Фас!

— Еще чего, — фыркнула презрительно.

— Злая, — игриво обиделся генерал. — А вот я бы тебя погладил, если бы ты попросила.

От такой наглости у меня закончились слова. Я хватала ртом воздух и не знала, что сказать, а негодяй иноземный взял и рассмеялся. Громко и счастливо.

— Хватит ржать, — зашипела я. — Катись в свою империю, генерал!

— Сначала мы поговорим, Лидок-холодок. — Лаен смахнул слезу и обворожительно улыбнулся. У меня от его улыбки закончился воздух и поджались пальцы на ногах.

— Я с вражескими захватчиками переговоров не веду. — Хотелось сказать это гордо, но получилось тихо и чуть-чуть смущенно. Что он вообще пытается сделать?

— Опять двадцать пять, — закатил глаза захватчик. — Мы же уже выяснили этот момент. Я был не прав, хорошо?

Конечно, я помню, кто первый начал эту войну. И эта планета мне вообще не родная. Но почему-то я так упорно цеплялась за этот факт, что самой стало немного стыдно. Ладно, допустим.

— Хорошо. Дальше что? — спросила максимально отстраненно.

— Дальше давай поговорим о тебе, — с готовностью ответил парень. Он так естественно лежал на площадке, закинув ногу на ногу, будто его голове самое место на моих коленях. Там уже четыре щенка, ясно? Место занято! — Ты ищешь парня, а я как раз парень. Разве это не замечатеьное совпадение? Ты хочешь детей, а я люблю их делать. И это просто знак свыше, что нам нужно быть вместе. И вот еще — держи букет.

Он вынул из ниоткуда еще один кусок металла в форме вазы с цветами, только тут еще и ленточки были. В изделии ни грамма железа, к слову. Хм, какой внимательный.

Честно говоря, почему-то захотелось стукнуть наглую голову этим самым букетом, но что-то останавливало. Может, то, что он смертный. А может, то, чтоего слова самую малость, но заинтересовали меня.

Я не могла не спросить:

— Если любишь, то почему у тебя еще нет детей?

Лицо парня стало жестким, а взгляд, как у ежа на железнодорожных путях. Он явно не ожидал такого вопроса, но ответить без подготовки не рискнул. Подумав, он осторожно уточнил:

— Я еще практикуюсь в технике. Довожу ее до совершенства, так сказать. Ты могла бы сама оценить, и, если тебе понравится, мы могли бы… ну знаешь, делать детей.

Лицо генерала немного вспотело, особенно над губой. Он изо всех сил старался не смеяться и не смущаться под моим серьезным взглядом, но разница в менталитетах между жителем Порядка и тварью из Хаоса была очевидной. Мы почти не понимали друг друга.

— Техника, значит? — разлепив губы, медленно произнесла я. — А с чего ты взял, что я хочу смотреть на твою технику? У меня тут целая планета свободных мужчин.

— Давай честно, мы оба их видели. Это не то, что тебе нужно. Я уверен. Зато я очень даже хорош. Присмотрись! Разве я не великолепен?

Я понимаю Молли. У самой зубы зачесались его укусить. Почему-то генерал и злил, и веселил одновременно. Хотелось хохотать и драться. Витаминки пропить, что ли? Нервная такая.

— Великолепен, — ухмыльнулась я, отставив букет в сторону и сунув в руки генерала пакет. — Тебе тоже подарочек. Пригодится, хороший генерал.

Лаен с удивлением уставился на полупрозрачный пакетик, а потом с интересом достал оттуда коробочку с препаратом. С крайне мрачным лицом он прочитал:

— Средство от диареи? Лечит понос, запор и заикание? Милая, буду признателен, если ты дашь немного больше информации. Кажется, я чего-то о себе не знаю.

Я пожала плечами и непринужденно ответила:

— Бабуля посоветовала, когда я рассказала ей, как ты утром с воплем от меня сбежал. Сказала, что у нее так пятый муж помер. Не вынес силы увлажнения бабушкиной маски, когда она ночью с ней спать легла.

Лаен сглотнул, снова вспоминая утреннее происшествие, но мужественно пообещал:

— Я привыкну.

Я надулась.

— То есть, я хотел сказать, не понимаю, о чем ты говоришь. Утром ты выглядела роскошно, превосходно. Очень гладкая и увлажненная. Крайне упитанная.

Я тихо зарычала.

— То есть, питательная! Я хотел сказать питательная! Ну как сказать, когда маска была питательная? Ты была напитанная?

— …

— И очень красивая, — подлизался имперец.

Было очевидно, что парень выкручивается как может, просто изо всех сил. Но было не совсем понятно, для чего бы ему это могло понадобиться.

— Генерал, — окликнула задумчиво, — а зачем тебе это вообще? Или у вас кроме бабушек и яблок еще и невест не хватает? Насколько я знаю, в империи за тебя многие с радостью замуж выйдут.

Вместо очередной шутки Лаен вдруг стал серьезным и немного растерянно почесал лоб:

— Это немного запутанная история, но если в целом, то мне только ты нужна.

— Это очень мило, но хотелось бы услышать расширенную версию, — заметила я, не торопясь обольщаться. Мало ли для чего я ему там нужна? Советнице Повелителя я тоже была нужна. Даже вспоминать не хочу, что случилось после. Ну, как говорится, билет в Порядок не бесплатный.

Занятно, что после этих слов Лаен посерьезнел еще больше. Я бы даже сказала — занервничал. Я, конечно, хотела услышать ответ, но он прикусил губу, и я забыла вопрос, прилипнув взглядом к этому месту. Генерал хмурился, но вместо это показалось мне немного очаровательным.

Кажется, я привыкаю к этому человеку.

В итоге я не выдержала первой. Провела ладонью по гладко выбритой щеке и слегка надавила большим пальцем на покрасневшие губы:

— Серьезно, сколько еще ты будешь их кусать? Это становится невыносимым. Хватит выдумывать правдоподобные ответы, просто скажи как есть.

От внезапного прикосновения и поглаживаний парень опешил. Пара золотых глаз изумленно округлилась, и я едва не рассмеялась. Однако я довольно сознательная, поэтому молча убрала руку и демонстративно изогнула бровь. Ну же, отвечай.

— Мм, понимаешь, — подсознательно облизнув губу в том месте, которого я только что касалась, начал он, — я хотел поговорить с тобой. О метках.

— О чем? — моргнула удивленно. В голову сразу же пришла одна метка, и я повела запястьем, отводя руку с таким рисунком назад.

— Ну знаешь, о парных метках, — озадаченно нахмурился парень. Он потер лоб, пытаясь сформулировать мысль. — В нашем мире есть такое явление. Они не очень распространены, так что их редко встретишь. Они показывают твою предопределенную пару. Человека, с которым у тебя наибольшая совместимость по всем, так сказать, параметрам. Ты… что ты об этом думаешь?

Я молча смотрела на него сверху вниз, а красный цвет в глазах потускнел. Спустя минуту я ничего не выражающим тоном спросила:

— Ты ради этого ко мне так упорно лез? Задать этот вопрос?

Лаен удивленно моргнул:

— А?

Не дав ему времени прийти в себя, ответила:

— Я наслышана о ваших парных метках, человек. И считаю это отвратительным.

Если бы не такая метка, я уже была бы с парой и завела кучу детей. Но метка не только лишила меня пары, которую я сама выбрала. Из-за нее я пошла на немыслимое, чтобы попасть в Порядок и найти своего предопределенного человека. И даже после всех жертв, я так и не смогла найти его. Что это, если не насмешка? Почему те, кто не хочет заводить семью, случайно получают ее без всяких трудностей, а те, кто искренне к этому стремится, вынуждены искать партнера без возможности полного объединения?

Из-за этой метки я не могу сделать будущего мужа полностью своим. Потому что для Крови не имеют значения какие-то документы. Только обряд, проведенный по всем правилам Крови и Магии мог бы дать мне полноценную пару. А теперь я вынуждена довольствоваться жалкими заменителями.

Метки? Я их ненавижу.

— Вот как… — смутился генерал, отводя погрустневший взгляд. — Тогда… что, если бы у тебя появилась метка и ты встретила свою пару? И что, если бы ты очень понравилась своему партнеру?

Я усмехнулась и многозначительно посмотрела на развалившегося на коленях парня:

— Тогда было бы сложно объяснить этому партнеру, почему ко мне похаживает некий генерал.

Лаен сначала неподдельно удивился, а потом громко рассмеялся. От его смеха проснулась Молли и недовольно рыкнула. Парень тут же затих, примирительно подняв руки, но от дополнительного вопроса не удержался:

— А что, если бы этим партнером был я?

Нет, этот парень всерьез проверяет мое терпение. Не надо, ладно? Оно быстро заканчивается.

Но если бы моей парой был он, это была бы трагедия. Мало того, что он из вражеской страны, да не абы кто, а первый генерал, так еще и я привязана к источнику. Да и местные жители… мне не хочется их бросать. В общем, все закончилось бы плохо. Для генерала.

Я стряхнула назойливого парня и поднялась на ноги. Щенята уже давно убежали по своим щенячьим делам и на нас внимания не обращали.

— Ты слишком много думаешь. Лучше возвращайся на корабль, пока он из галактики не улетел, не то вернуться будет сложно.

Лаен хотел продолжить задавать свои вопросы, но, к счастью, нас прервал вернувшийся смотритель. Улыбчивый мужчина вернулся к загону с собаками и отпер замок.

— О, вы тут не одни? Богиня, у вас гости?

Если он и удивился пополнению в собачьем семействе, то виду не подал. Имперский кобель встал рядом со мной и ярко улыбнулся хозяину:

— Добрый день! А мы вот тут с щенятами игрались. Такие шебутные малыши, ха-ха.

Щенята напрочь проигнорировали генерала, а их мать бросила на него недобрый взгляд. Играть с парнем явно никто не собирался. Я подавила улыбку и сменила тему:

— Спасибо, что пустили нас. Уже поздно, наверно. Нам лучше уйти.

— Постойте, куда же вы? Останьтесь еще ненадолго. Я и за свежей выпечкой сходил, давайте чай попьем?

— Да это наверно неудобно, — пробормотала я, смущенно потирая затылок. Булочки в этом мире пекут очень вкусные.

— Очень удобно, идемте! — настаивал Ормунд.

Долго меня уговаривать не пришлось. Раз человек говорит, что не против, значит, все в порядке.

Кабинет, в который он привел нас, находился в административном здании на первом этаже. Обстановка была скромной, а мебель довольно старой. Такое чувство, что ее получили в качестве пожертвования от разных людей в разные времена. Советница Эсфирь как-то упоминала, что людям нравится заниматься благотворительностью.

Стол у окна был освещен послеполуденным солнцем. На нем исходили паром большие кружки из разных сервизов, а посередине стояла корзинка с булочками, посыпанными сахарной пудрой. В стороне стояла пестрая сахарница на случай, если гости захотят пить сладкий чай.

— Присаживайтесь, — улыбнулся Ормунд, а сам пошел за третьей кружкой.

— У вас много фотографий животных, — заметила я, рассматривая стены. Мы сели за стол, и генерал любезно подвинул мне самую большую кружку.

— Иногда новые хозяева присылают мне фотографии, чтобы показать, какими здоровыми и счастливыми выросли их питомцы, — усмехнулся мужчина. Ему явно нравилась его работа, а точнее, все эти маленькие зверушки. Он был готов искренне посвятить себя заботе обо всех брошенных животных.

Следующие полчаса мы пили чай и ели булочки, а смотритель рассказывал о своих подопечных и всяких забавных случаях. Это оказалось неожиданно интересно, но кое-кто все же не купился.

— Хозяин, — вдруг сказал Лаен после очередной истории, — все это конечно очень интересно, но для чего на самом деле вы позвали нас? Вам вряд ли не с кем пить чай, учитывая человека за дверью.

Я нахмурилась и ущипнула генерала под столом, прошептав:

— Зачем грубишь? Куда-то торопишься?

— Ну а чего он зубы заговаривает? — нахохлился имперец.

— Так не тебе же. Тебя тут вообще никто не держит. Не нравится слушать — катись.

— И оставить тебя с подозрительными типами одну?

— Здесь только ты подозрительный.

— Вот заболтают тебя, напоят невесть чем, а потом продадут куда-нибудь. Хочешь расскажу, как у нас однажды регента Терры на невольничий рынок продали? Или как я в молодости ректора в карты проиграл?

— О чем и речь, здесь только ты не в порядке. С чего бы так поступать уважаемым гражданам нашей планеты?

— Тогда зачем тот тип за дверью ждет?

— Это не тип, а ребенок. И он очень переживает.

— А-а! То есть ты тоже его почувствовала, но делаешь вид, что все в порядке?

— Все и так в порядке. Если бы ты был немного терпеливее, старый мастер узнал бы нас получше, начал бы доверять и рассказал наконец зачем позвал. Не все в мире такие смелые и отважные, как генерал Коган, чтоб ты знал. Иногда люди боятся и робеют.

— …то есть ты пришла сюда не чай пить, а людям помогать? Давно знаешь, что приглашение с подвохом?

— Даже не отворяя кровь, я чувствую ее движение. Так что о маленьком человеке я знала с самого начала. И да, я пришла помогать, потому что это моя работа. Я хорошая богиня, чтоб ты знал.

— Вот поэтому я в тебя и влюбился, — закрался неожиданный финал.

Ложечка выпала из пальцев и звонко плюхнулась в чашку, за дверью что-то упало, а старый мастер громко засмеялся.

— Похоже, у вас двоих очень хорошие отношения, — улыбаясь, сказал он.

Удивлению моему не было предела. В какой из реальностей он увидел хорошие отношения между мной и вражеским форточником?

— Ни в коем случае, — возразила я. — С чего вы взяли?!

Ормунд с лицом понимающего отца усмехнулся и кивнул на нас:

— Даже ругаясь, ты подкладываешь ему в блюдце выпечку, а он продолжает подливать тебе горячий чай. Вы выглядите, как старая женатая пара. Не злись на мужа, девочка. Он просто переживает за тебя. Когда-то и мы с моей женой так жили…

Мужчина грустно замолчал, и не нужно уметь читать мысли, чтобы понять, что эту семейную пару разделила черта безвременья. Однако эта лирическая нотка вовсе не заглушила мое праведное негодование. Какой еще муж?! Я ни за что не буду вместе с военным!

— Я булочки подкладывала, чтобы он рот свой бесполезный делом занял, а не болтал всякую ерунду, — ответила ворчливо.

— А я чай подливал, чтобы у нее во рту не пересохло от постоянной стрекотни. Все богини такие болтушки?

— Нет, это невыносимо. Быстро дайте мне нож. Я отправлю его бороздить космические просторы. Нищая империя заждалась своего генерала!

— Вы двое так увлеченно ругаетесь, — умилился Ормунд. — Мы тоже так любили делать. Точнее, любили примирение, которое следовало после таких ссор.

— Дядюшка Смотритель, а вы, случаем, не родственник бабули Илидан? — Уж больно эти двое были сейчас похожи. Почему вокруг меня в последнее время столько премудрых стариков? Смотритель, бабуля, мэр опять-таки.

— М? А кто это? — посмотрел на меня мужчина.

— А, забудьте, — вздохнула я. — Может, пригласим нашего маленького человека за стол? Как-то нечестно есть сладости, пока ребенок за дверью стоит.

— И то верно, — усмехнулся старый мастер. — Кирин, хватит подслушивать, иди за стол.

Дверь тихонько скрипнула, и в комнату вошел человеческий детеныш лет десяти. Темноволосый ребенок был немного напуган и стоял с опущенной головой, неловко переминаясь с ноги на ногу. На секунду он поднял глаза, чтобы посмотреть на меня, но тут же быстро опустил голову еще ниже.

— Какой очаровательный малыш, — тепло улыбнулась я, протягивая руку и подзывая ребенка. — подойди поближе, дай мне посмотреть на тебя.

Маленькие ушки вспыхнули, и ребенок поспешно подошел, вкладывая ладошку в протянутую ладонь. Я вздохнула и погладила малыша по голове.

— Богиня, — вернувшись за стол, вздохнул Ормунд. — До твоего прибытия на планете царил хаос. И в этой неразберихе ребенок потерялся. Он не говорит ни слова, и я не смог найти его семью, хоть и обращался к властям. Все, что они смогли сделать, это распространить объявление с фотографией мальчика. Но время идет, а вестей нет. Его родители наверняка в отчаянии. Я как-то видел интервью, ты давала его для центрального канала, где упоминались родственные связи. Если я правильно понял, ты можешь понять кто кому родственник. Скажи, возможно ли найти родителей этого мальчика?

Это интервью репортеры взяли у меня сразу после победы над имперцами. Там я действительно упоминала нечто подобное. Чтобы управлять нитями, мне нужно отворить кровь, но и без этого я могу чувствовать движение другой крови. Чтобы почувствовать кровные связи, мне не нужно резать ни себя, ни ребенка.

Тем не менее я не удержалась от озадаченного взгляда на Ормунда. Дело не в том, что меня удивила просьба мужчины, а в том, что он действительно не знает ответа. Можно ли рассматривать встречу этих двоих, как проявление Судьбы?

— Странно, что вы не знаете, — отпустив руку ребенка, медленно произнесла я под заинтригованным взглядом генерала.

— Чего не знаю? — непонимающе нахмурился смотритель. Мальчик смущенно поглядывал на меня исподтишка, думая, что я не замечаю.

Улыбнувшись, я ответила прямо:

— У ребенка прямая кровная связь с вами. И если вы не были донором для переливания крови, то ответ очевиден.

Ормунд ошеломленно обмяк на стуле, переводя взгляд с меня на ребенка. Это никак не укладывалось в его голове. Я же усадила мальчика рядом, подвинула ему чашку с чаем и вручила булочку, размышляя о своем.

В этом мире брошенные и ничейные дети должны жить в специальных учреждениях на попечении государства. После войны многое было разрушено, так что кто-то вполне мог оказаться на улице. В прошлом такого ребенка после обращения Ормунда наверняка вернули бы под опеку государства, но теперь присматривать за беспризорниками некому, так что власти вполне могли оставить сироту на попечении этого мужчины. Судьба действительно удивительна.

В молчании мы просидели еще долго, прежде чем Ормунд убитым голосом заговорил.

— Мы были молоды, когда моей жены не стало. Я и не думал искать себе кого-то, но однажды встретил женщину. Двенадцать лет назад мы виделись в последний раз, после чего она исчезла. Я и подумать не мог, что она была… Если бы я знал, то ни за что бы… Что же с ней случилось…

Он проглатывал по половине предложений, но общая суть была ясна. Я улыбнулась и погладила малыша по голове. Ребенок вернулся туда, где должен был быть.

— Теперь, когда вы все знаете, то должны хорошо заботиться о малыше. Я чувствую, что он здоров, но ему не хватает веса. Кормите ребенка получше, и вскоре он поправится и начнет говорить.

После этого Ормунд еще долго нас благодарил. И даже проводив до ворот, не переставал всхлипывать. Дожив до этих лет, он не имел потомства, так что теперь был растерян и счастлив. Очень счастлив. Глядя вслед удаляющейся паре отца и сына, я тяжело вздохнула и в сердцах ущипнула генерала за талию.

— Если бы не ты, у меня уже были бы дети.

Лаен перехватил мою руку и потянул к себе, широко улыбнувшись:

— Могу это исправить. Мы могли бы вернуться в спальню и…

Остаток этой чуши он договаривал уже у себя на корабле, а я с чувством глубокого удовлетворения от выполненного долга пошла домой. Делать детей в спальне? Что за чушь! А кто потом будет отмывать от крови стены и потолок?

Остаток государственных выходных я планирую провести на диване.

Я уверена, что у господина мэра где-то стоит радар, который чутко реагирует на все мои планы, чтобы тут же все переговнять.

Стоило мне добраться до дома, намазать лицо сметаной и положить на глаза огурчики по совету нашей соседки, как светлый мозг разразился противным звонком входящего вызова. Не разлепляя глаз, я ответила:

— Мистер Честити, если вы не надумали стать отцом моих детей, то в этот священный государственный выходной я вас слушать не буду.

— Каким еще отцом?! — воскликнул голос из динамиков. — В этой жизни я готов позволить звать себя папочкой только платным девочкам. Да и зачем тебе чья-то помощь? Уже вся планета в курсе, что ты нашла себе пару! Поэтому я тебе и звоню, кстати. Не думал, что тебе так нужны деньги, что ты все же сойдешься с генералом Коганом.

— С кем?! — заорала я так сильно, что у меня огурцы из глаз повылетали, как пробки из шампанского. — Что за бред?! Наглая клевета! Я в суд подам!

Голос на той стороне грубо заржал и вообще не поверил праведному гневу.

— А это не я сказал, а всякие уважаемые издания! Ты б хоть в сеть вышла, ты в горячем поиске уже несколько часов. Топ-10 запросов исключительно о богине и ее тайном возлюбленном. Конечно, он уже не такой тайный, наши репортеры работают быстрее планетарной стражи, так что все в курсе, что ты крутишь шашни с вражеским генералом. Молодец. Так что, когда свадьба? Уже подыскала новый дом? Кстати, тут министр обороны просил спросить, не хочет ли твой муж поработать консультантом, а то сама понимаешь — у него же такой опыт, ахаха.

В ответ мэр услышал только гудки разорванного соединения. Не тратя время на выслушивание его шуточек, я сбросила вызов и поспешила войти в сеть. Как и было сказано, вся стартовая страница пестрела фотками и статьями обо мне и генерале.

На голографическом экране трехмерные изображения, сделанные в разное время и в разных местах, имели весьма провокационный характер, а вместе складывались в душещипательную историю любви богини-защитницы и вражеского генерала. Я чуть волосы себе не повыдергивала, хватаясь за голову от того материала, который эти акулы пера накопали на нас с Лаеном. И главное — ракурсы-то подобрали какие похабные! Мы чуть ли не на каждом обжимаемся и башками слипаемся!

Это конец. Катастрофа. Я убью генерала. А потом хохотуна-мэра и всех репортеров. Это не геноцид, это священная кара. Всем крышка.

Но если немного подумать головой, то это как-то странно. Почему все эти мерзкие фотки всплыли в одно время, а не друг за другом? Вот эта отвратительная, например, вообще была сделана в день сражения с флотом имперцев. И почему моя насмешка выглядит так, будто я нежно улыбаюсь генералу, запечатанному в его ржавом корабле? Кажется, будто двое давних возлюбленных, разделенных войной и стеклом эсминца не могут сдержать своих слез и нежности, а сердца их рвутся от боли. Эй! Очевидно же, что лицо генерала мрачное не потому, что он влюблен во вражескую защитницу, а потому, что я его войскам накостыляла!

Кто-то точно отредактировал фотки. И как он вообще за мной на тот пустырь пробрался? Там ведь только я была!

…и бабушка с мэром.

У мэра свои причины сватать меня за Лаена, а бабуля просто идейная. Любой мог так напакостить.

Ах! Да какая разница, кто это был! Очевидно же, что все люди на планете теперь в курсе, что богиня «нашла свое счастье»!

— На меня больше никто не посмотрит. Я навсегда останусь одна, — поникнув и устремив вперед невидящий взор, трагично пробормотала я. Мечта иметь дом, детей и собственный клан только что помахала ручкой.

Меня подставили.

Я не спеша поднялась с дивана, взяла со стола полотенце и вытерла с лица всю сметану. Безнадежность сквозила в каждом движении, а фигура источала одиночество и усталость.

Так было всегда. Окружающие просто не дают мне жить так, как хочется, каждый раз напоминая, что я здесь чужая.

Сначала меня забросили в Хаос, не спрашивая разрешения, и заставили жить жизнью всеми ненавидимой леди клана Крови. Сказали, что я — второе поколение и должна создать новый клан. Но окружающие только и делали, что пытались убить или забросить туда, откуда не возвращаются.

Но я не обижалась и просто пыталась жить, никому не мешая. Подумала: ладно, они просто очень напуганы, они ведь не знают, что второе поколение не подвержено Кровавому Безумию, лишено недостатков первого поколения. Бояться естественно для всех живых существ, их можно понять. Я не такая, как мои предшественники, со временем я докажу это и подружусь с остальными. Тогда будет и место среди остальных, и своя семья, и даже клан создать получится.

Вот только вместо всеобщей гармонии и взаимопонимания Высшие объединились, чтобы изгнать меня в темные земли, откуда почти нереально вернуться, а потом была сделка с советницей. Она вернула меня на стабильные территории, и я думала, что теперь-то все наладится. Хах! Неловко вспоминать, но я даже жениха себе украла из одного слабенького клана. Думала, поживет со мной, поймет, что я не такая безумная тварь, как все считают, и останется. Может даже проникнется ко мне симпатией, и заживем, как дружная семья.

Может, что-то и вышло бы, если бы не происшествие на нашей с ним брачной церемонии. Надо ж было именно в этот момент появиться этой проклятой парной метке. Всего на пару минут позже бы! И я бы была замужем по всем правилам, и никакая чужая метка ко мне не прилипла бы. Брачные узы бы не позволили.

Как же много «бы»…

Мне не понравилась и первая сделка с советницей, что уж говорить о второй. Цена за отправку через Грань в Порядок была намного выше, чем в прошлый раз. Но что поделать? Выбора у меня опять не оставалось. Полноценный клан можно создать только с магически связанной со мной парой. А она хоть и появилась благодаря метке, но находилась в совершенно другом мире.

Мире, где таким, как я, не место.

Законы Хаоса отличаются от законов Порядка, но я была готова все выучить и праведно следовать новым правилам, чтобы иметь возможность встретить свою пару. В душе была маленькая надежда, что раз уж нас связали парной меткой, то я точно ему понравлюсь. Не могу не понравиться. Мы ведь пара.

И снова все пошло не так. Я не то что ему не понравилась, его вообще найти было невозможно. В итоге я осталась в чужом мире с чужими законами на шее, вокруг чужие люди, которым нужно помогать, порой бесплатно.

Я даже была готова опуститься до того, чтобы создавать потомство с магически не связанным существом. Такая жалкая.

А теперь и этой малости не будет, спасибо генералу с его упертостью. В итоге я в чужом мире без всяких перспектив, а все жертвы оказались напрасны.

За что бы ни взялась, ничего не получается и все вокруг смеются. Я не грозное второе поколение, я настоящее посмешище.

Остается только дождаться возвращения настоящего бога этой галактики и умереть от его руки. Что толку с того, что я могу движением пальца разорвать эту планету в клочья? Богу Смерти достаточно взгляда, чтобы оборвать чужое дыхание. У меня ни шанса. Когда он придет, без силы клана я даже понять не успею, что умерла. Даже договариваться смысла нет, ведь он убил всех других богов этой галактики. Он опытный. В отличии от меня — немыслимо чудовищной, безумной, невероятно жестокой твари Хаоса.

Которая в жизни никого не обидела.

Полотенце плохо стирало сметану, зато хорошо размазало ее еще и по волосам. Именно в таком виде и в окружении опавших огурцов я пришла к выводу, что с меня хватит. Просто признаю, что провалилась. Барахтаться дальше не имеет смысла.

Встала на колени прямо на ковре, сложила руки в молитвенном жесте и закрыла глаза. Голос был тихим, как шелест приближающейся осени, повторяя:

— Творец, призываю тебя. Творец, я призываю тебя. Явись.

У всего сущего есть создатель. Хаос можно назвать его кладовкой, в которую он складывает все свои идеи и задумки, а сферы миров, таких как Порядок, являются чем-то вроде выставочных экспонатов. В таких сферах баланс строго контролируется создателем, поэтому не каждая «идея и задумка» из Хаоса допускается внутрь. Ничто из того, что противоречит законам физики или любым другим законам, установленным создателем для сферы мира, не должно попадать внутрь, иначе есть шанс нарушения баланса и гибели мира.

Я — одна из таких деталей. И я бы в жизни не посмела преодолеть Грань между Хаосом и сферой мира, если бы не задание создателя. Создать клан — было моей единственной задачей. Но я не только не справилась, но еще и нарушила закон мироздания. Рано или поздно он бы и сам узнал, так что лучше сразу явиться с повинной.

Время в гостиной застыло. Лучи заходящего солнца, бьющие сквозь недавно вымытое окно, потускнели, а плавающие в их свете пылинки застыли в пространстве. Теплое чувство покоя и умиротворения наполнило комнату, но снова прошло мимо меня. Сильный мужской голос донесся с небес и заполнил сознание:

— Лидия?

— Это я, Творец, — вздохнув, признала. — Налажала, нарушила, каюсь. Задание провалено, и я в тупике. Готова понести наказание.

Голос ответил не сразу. За те секунды, что Он молчал, я почувствовала себя мухой, которую тщательно рассматривают и видят насквозь. Конечно, Он не всемогущий, но кое-что понял довольно быстро. Через минуту в комнату раздался тихий вздох, а потом мужчина с мягкой усталостью спросил:

— Что у тебя случилось и почему ты в Порядке?

Я уселась на пятки, руки сокрушенно упали на колени, а на глазах навернулись слезы. Разумеется, я не стала ничего скрывать.

— Я… я пыталась выполнить задание, приложила все силы, но каждый раз…

Вначале я едва ли могла внятно объясниться из-за подступающих слез. Да и не готовила я эти объяснения заранее. Была уверена, что Он и слова сказать не даст, сразу уничтожит. Но создатель терпеливо слушал, и постепенно я собралась с мыслями, чтобы тщательно и досконально пересказать все, что произошло с момента, как Он послал меня в Хаос. Не утаила ни одного события, рассказала все честно и призналась в преступлениях.

В конце я уже даже не плакала. Просто кулаки сжимались от обиды, но голову все равно не подняла. Знала, что не справилась со своей частью сделки и заслуживаю наказания.

Мне казалось, что я достаточно подробно все рассказала, чтобы не возникло уточняющих вопросов или темных мест в этой истории, но, немного помолчав, Творец все же спросил:

— Какой из двух миров тебе нравится?

— А? — подняв голову, непонимающе моргнула мокрыми ресницами.

В ответ раздался усталый вздох занятого человека, которому приходится разбираться с детскими проблемами. Тем не менее, он терпеливо перефразировал:

— Хаос или Порядок? Где ты хочешь остаться?

— В живых! — выпалила на одном дыхании, не в силах сдержать рвущуюся наружу надежду. Казалось, вот-вот — и он решит все мои проблемы. Всегда решал. Он очень крутой.

— Это-то понятно, — тихо рассмеялся создатель. — А жить в каком мире хочешь? Я, конечно, не для Порядка тебя создавал, но твоя сущность не слишком противоречит закону мироздания. Ты вполне вписываешься в местную биологию. Так что, если хочешь, могу оставить тебя здесь. Судя по твоему рассказу, в Хаосе тебе не особо понравилось.

— Не особо, — виновато призналась я тихим голосом. Он сам создал Хаос, так что признаваться в том, что мне в нем не понравилось, было как-то… неблагодарно? Но врать бессмысленно перед тем, кто видит тебя насквозь. И даже так он не принимает решений, а спрашивает о моих хотелках. — Я сейчас опять расплачусь.

— Не угрожай Творцу, — грозно пошутил создатель. Помолчав немного, он снова вздохнул: — Ты ведь помнишь условия нашей сделки?

Я помрачнела, почувствовав надвигающийся кризис. Оправдываться нет ни смысла, ни желания. Кивнув, я повторила:

— Стотысячный клан за десять лет в обмен на исполнение одного желания.

— Из отведенного срока прошло почти девять лет. Осталось чуть больше года. Я свою часть уговора выполнил, а ты хочешь все бросить. И как быть?

Я опустила голову и прошептала:

— Мне жаль. Я бесполезна.

— Ты попросила об услуге, я потратил столько сил, чтобы помочь, — продолжал давить на совесть Творец.

Я уже почти носом до груди дотянулась, сокрушаясь, а он все вздыхал:

— Я так верил тебе, так надеялся на твое обещание.

— Прости, — снова захлюпала носом, осознавая всю свою никчемность.

И только услышав тихий смешок, поняла, что создатель так подшучивал. Я обиженно посмотрела на потолок, и от вида моего красного носа и опухших глаз Творец не удержался и громко засмеялся.

— Ну все, все, не реви, — смеялся он. — Ты молодец и ни в чем не виновата, хорошо. Но и духом падать перед лицом преград тоже не стоит. Твою проблему я понял, и решить ее не сложно.

— Правда? — с надеждой спросила я, мигом прекратив обижаться на шутки Творца.

Он хмыкнул и сказал:

— Мы поступим следующим образом. Раз уж тебе нравится этот мир — оставайся. Условия те же самые: стотысячный клан за остаток времени. Помимо этого, живи, заводи друзей, семью, дом, охраняй галактику, раз уж стала богиней, и не пускай других детей Хаоса. Все-таки мировое равновесие — штука серьезная, с ней шутить сильно не стоит. А с твоей меткой… выбирай: либо продолжаешь искать второго человека, либо я сотру ее.

— Сотрешь? — удивилась я.

— Да, — уверенно ответил он. — Это всего лишь мелкий магический фокус одной маленькой богини, я без труда разрушу чары. Конечно, не обойдется без последствий, откат от любовного заклинания вернется к создательнице, но пусть это будет ей уроком. Ты же сможешь выбрать себе человека по собственному разумению.

— Любого? — ахнула я от открывшихся перспектив.

— Любого, — усмехнулся Творец. — Только выбирай мудро и слушай сердце. Выбери того, кто тебе самой понравится, без влияния магии и любовных чар. И не забывай, что он должен быть силен, чтобы пережить обряд Кровных Уз. Тебе нужен могущественный маг. Кто-то равный. На этом, пожалуй, все. Мне пора, Лидия. На этот раз не подведи.

В голове роилась тысяча вопросов, которые требовалось задать Творцу прямо сейчас, но первой вылетела глупость о метке:

— Погоди! У меня еще столько вопросов! Ты сказал, что уберешь метку, но богиня пострадает. Это серьезно?

Творец вздохнул и отмахнулся:

— Не особо. Просто влюбится в первого встречного. От такого не умирают. Не волнуйся, никто не пострадает. Почти. Я действительно очень занят, не думай о всяких пустяках и принимайся за дело. В конце концов, тебе еще любовь искать, ха-ха. Удачи, дитя!

И исчез.

Его уход весь мир почувствовал сразу. Время, которое не смело шелохнуться в присутствии Творца, вновь пришло в движение, звуки наполнили комнату, а вопросы к Творцу грозили посыпаться у меня из ушей. Так много хотелось спросить, что я совершенно не знала, с чего начать. Увы, время было упущено, а призывать создателя вновь ради этих мелочей я бы не рискнула. Спасибо ему уже за то, что все еще возится с таким нерадивым вторым поколением, как я.

Единственное, о чем я так и не рассказала ему, так это о своей сделке с советницей. Но не потому, что хотела что-то скрыть, а из-за условий сделки. Очень простых условий: открою рот о ее делишках — перестану дышать. Но это в любом случае не помешает мне выполнить задание, так что можно просто забыть.

Я все еще ошеломленно таращилась в пустоту, когда снизу раздался тихий звон, будто разбилось что-то драгоценное. Чувство невыразимой утраты на миг наполнило меня, но тут же сменилось невероятным облегчением. Это было так неожиданно, что я не удержалась от глубокого вдоха.

Даже смотреть не нужно, чтобы понять смысл произошедшего, но я все равно поднесла руку к глазам и внимательно посмотрела на свое запястье.

Чистое. Ни следа чужой магии. А я снова в начале своего пути, вот только вместо десяти лет у меня один год.

Встав с пола, я решительно выпрямилась, уперев руки в бока, и грозно осмотрела комнату, будто потащу в счастливую супружескую жизнь первого подходящего человека, которого увижу. В коридоре запищал дверной замок, и через секунду дверь открылась запуская бабулю и… мистера Честити.

Он как раз хотел поздороваться, когда напоролся на мой пристальный оценивающий взгляд. Индикатор опасности закоренелого холостяка тут же зашкалил, и мужчина трусливо прижался к двери, спрашивая тоненьким голоском:

— Лида? Что-то случилось? Чего ты на меня так смотришь?

Я сжала зубы, посмотрела на мэра еще пристальнее и недовольно ответила:

— Ваше счастье, что вы не маг, мистер Честити.

Даже не подозревая о том, какая великая опасность миновала этого свободного от брачных уз мужчину, мэр облегченно вздохнул и с уверенной улыбкой вошел в квартиру вслед за бабушкой.

— А я вот тут решил зайти, проверить как ты. А то мало ли, вдруг расстроилась из-за всех этих статей.

— А если расстроилась? — хмыкнула я, не веря в его милосердие ни капли. Он ведь прожженный капиталист, какие сантименты? Ни слову не верю.

И не ошиблась.

— А если расстроилась, то я бы мог тебя отвлечь. Например…

— Нет, — ответила решительно.

— Но стоки… — жалобно протянул мэр, сложив бровки домиком.

— Нет.

— Но только ты можешь…

— У меня государственный выходной. Катитесь в… стоки, мистер.

— Десять тысяч.

— Выходные в канализации? Да ни за что.

— Двадцать.

— Считайте, я уже там!

Покрутив носом для вида, я все же пошла на уступки и согласилась поработать. Ясное дело, что все эти стоки для города не менее важны, чем еда или вода. И чем быстрее они будут приведены в надлежащее состояние, тем лучше. То, что мэр пришел за помощью посреди выходных, неудивительно, ведь у него и другой работы навалом.

Печалит только то, что опять нужно лезть под землю, а ведь у меня столько незакрытых обязательств перед Творцом. Едва ли под землей я найду себе мужа. Но если поспешить, то можно будет быстренько разобраться с завалами, а потом отправиться на охоту. Обязательно найду себе большого и сильного мага.

Сборы на работу не заняли много времени. Мысленно представляя себе возможного супруга и отмахиваясь от навязчивого образа желтоглазого имперца, я спустилась на парковку и забралась в корвет мэра. Мужчина завел двигатель и полетел в сторону окраин. Я продолжала витать в облаках, и он, кашлянув, невзначай спросил:

— Лид, ты это серьезно насчет генерала Когана? Знаешь, я мог бы напрямую выделить вам дом, если захочешь. А то тот твой коттеджный поселок еще неизвестно когда построят, кхм.

Вынырнув из пучины фантазий, первым дело подумала, что мэр хочет соскочить и не платить обещанные полмиллиона звездных монет. Второй мыслью было: «дом!». А третьей:

— Какой еще генерал?

Сказано это было с такой агрессией, что мэр выкашлял улыбку и неловко пояснил:

— Да я просто так спросил. Мне показалось, у вас двоих хорошие отношения.

Гроза стала собираться между моих сведенных бровей, и мэр почувствовал, что запахло жареным. Поерзав на сидении, он осторожно покосился на комок недовольства в виде человека. Фыркнув, я отвернулась и ответила:

— У нас с ним никаких отношений нет вообще. Просто достает меня и несет всякую чушь.

В салоне образовалась неловкая тишина, и мы оба какое-то время просто молча летели к месту назначения. В итоге мэр не выдержал первым. Постучав пальцем по приборной панели, он вздохнул:

— Я просто хотел сказать, что эти отношения… император бы не одобрил. Так что дальше думай сама.

Мы как раз прибыли к месту и совершили посадку, а мистер Честити не стал дальше развивать тему, но это было и не нужно, потому что остальное я и так поняла. Невысказанным осталось то, что генерал делает все это вопреки воле императора. Как минимум. И неизвестно, что ему за это будет.

Такие мысли никогда раньше не приходили мне в голову. Я вообще старалась не сильно много думать о вражеском генерале. Спрыгнув на землю, коротко махнула мэру и сразу направилась в тоннель.

Снаружи без устали сновали рабочие, которые так же вышли трудиться в выходной, но они все еще разбирали камни, которые мы с генералом вытащили оттуда, пока добывали в шахте болтливого мэра. Такое себе ископаемое.

И снова о генерале. Я даже не знаю что чувствовать. Вроде и раздражаться надо, но что-то я запуталась.

Внутри было сыро и затхло, но я сегодня в хорошей обуви. Активировав светлый мозг, открыла собственноручно составленную карту стоков и нашла свое положение на ней. Судя по чертежу, я нахожусь в одном из восемнадцати выходов, которыми располагают городские стоки. Другими семнадцатью направлениями будут заниматься бригады профессионалов, но это определенно займет больше времени, чем у меня.

Немного изучив карту, я пришла к выводу, что начну с северо-западного тоннеля. Там больше всего отметок о завалах. И, вынув керамический нож, отворила кровь и приступила к работе.

Увы, занятие это однообразное и монотонное, так что времени на раздумья было навалом. И, конечно же, мозгу захотелось подумать о генерале, будто других тем у нас нет.

Именно здесь мы с ним не так давно работали в команде и провели, пожалуй, больше всего времени вместе с момента знакомства. Улыбчивое лицо с теплыми, как солнечный свет, желтыми глазами постоянно всплывало в памяти. Он довольно смуглый, но его кожа кажется светлее из-за рваной темной челки, падающей на глаза. Вроде солидный генерал, а выглядит, как хулиган.

Я мотнула головой, вытаскивая очередной обломок стены из груды камней, и посмеялась сама над собой:

— Какой еще солидный? Какая страна, такой и генерал. Все они там варвары.

Но все равно не смогла удержаться, чтобы не представить это раздражающее лицо еще пару раз. Вспомнив, как округлились его глаза, когда он с букетом телепортировался за балконом совсем недавно, я хихикнула. А ведь это не в первый раз. И даже зная, что магия может выбросить его в опасном месте, он все равно продолжал бегать ко мне.

— Вот ненормальный, — широко улыбнувшись, фыркнула я.

На ум пришли слова мэра об императоре. На самом деле вполне логично, что Айдан Эрд не захочет отдавать племянника в мужья непонятно кому из захваченных земель. Нашу связь даже можно было бы рассмотреть, как предательство страны. Неужели эти мысли никогда не приходили на ум генералу? Вряд ли.

Он, разумеется, знает об этом даже больше, чем мы с мэром вместе взятые. Но что тогда? Почему все равно продолжает заниматься этими глупостями? Может ли быть так, что он просто нагло мне врет? Что, если все эти его цветочки-улыбки нужны только для того, чтобы запудрить голову девушке и захватить планету? Что, если это просто такая тактика: выиграй войну, покорив врага?

Тогда это имело бы смысл, конечно.

От мысли, что генерал меня использует, стало смешно. Сразу вспомнился котенок, которого подобрала на помойке соседка. Он ласково мурчал, пока она не принесла его домой, потом обжился на кухне и стал важно вышагивать, как наихитрейший победитель человеков. У него такие же желтые глаза.

Да, я объективно не воспринимала коварные попытки генерала всерьез. До сих пор искренне считаю, что он мне не ровня. Я ж богиня, в конце-то концов. Хотя легко считать себя сильнейшей, когда я тут одна соревнуюсь. Других-то богов нет.

С мыслей о Лаене раздумья плавно перетекли на последнего оставшегося в галактике бога. Лайзерг — бог Смерти. Каких только легенд о нем ни ходит. Однако все они сходятся в одном: он свалил к андромедовцам. Причины этого поступка никому неизвестны, но версий просто тьма.

Одни говорят, что Лайзерг нашел великое знание и ушел добывать сокровище, которое даст ему невиданную силу. Другие считают, что он сбежал, потому что стало стыдно за весь божественный геноцид. Все-таки ему приписывают убийство всех богов. Учитывая, что он единственный остался в живых, разумно предположить, кто отправил всех богов на тот свет.

Но если так подумать, не слишком ли странно? Ты хотел быть самым сильным, сокрушил соперников, заполучил весь Источник в единоличное пользование, а потом просто свалил в другую галактику, где у тебя не будет доступа к силе Источника. Дом свободен, так куда же ты ушел?

А что, если все было не так? Что, если кто-то другой начал бойню, а Лайзерг был просто последним выжившим?

Как и сказал Творец, боги нужны, чтобы управлять магическими потоками в галактике, а также защищать ее от вторжения детей Хаоса. Боги есть в каждой галактике, и они выполняют свои задачи. Но между галактиками есть еще более обширное пространство, которое также нуждается в защите от сил Хаоса. И за эту защиту отвечают другие создания — Древние.

Они были созданы раньше галактик и имеют иную природу, нежели боги. По сути своей они ближе к тварям из Хаоса, ведь не используют силу Источников для управления магией, довольствуясь разлитыми в пространстве остатками. Да и имена у них отличаются от принятых среди богов.

Если не брать в расчет меня, то остальные могут быть богами воды, огня, земли или ветра, могут быть богами камней и металлов, флоры и фауны, пространства, любви или войны. Есть много аспектов, которые символизируют боги, но все они сосредоточены на довольно реалистичных вещах.

Древние же похожи на чудовищ и зовут себя Властителями. В Порядке есть Владыка Знаний, Владыка Лжи, Властительница Судеб и Властительница Снов. Всего Древних около тринадцати, кажется. Уже не помню.

Боги и Древние по работе своей не пересекаются, отвечая за разные аспекты и территории, но ни для кого не секрет, что боги слабее Древних. Можно измерить количество воды или воздуха в галактике, можно сосчитать количество влюбленных людей или воюющих армий. Но едва ли можно сосчитать знания или обозначить количество судьбы. Древние находятся в принципиально другой измерительной системе.

Если верить слухам, Лайзерг спутался с Властительницей Снов, чтобы завалить других богов. Ну, теоретически, это имеет некий смысл. Но я все равно не могу понять, что они сделали и зачем. Могу судить лишь о последствиях, а они катастрофически.

Когда-то наша галактика была такой же богатой магами, как и Пусть Андромеды, откуда прилетел генерал. Но, если верить легенде, однажды бог Смерти сговорился с Властительницей Снов, обрел небывалое могущество и уничтожил других богов. После этого все остальные, кроме магов смерти, лишились своих сил, ведь больше некому было направлять для них потоки магии из Источника. После чего бог повернулся задом и свалил.

В этой истории странно вообще все. Зачем Лайзергу убивать коллег? Зачем это Властительнице Снов? Почему источник не назначил на место покойных других богов? Почему допустил полное исчезновение иных магов? Куда делся бог Смерти? Почему не возвращается, хотя уже должен был понять, что в Источнике завелась новая богиня? А еще…

А еще не выходят из головы слова творца о том, что я должна найти равного партнера. Если подумать об этом чуть глубже, то кто я такая? Богиня. Значит, кто мне нужен?

Правильно, бог.

А какой бог у нас в галактике остался? Правильно, беглый.

Так что, если я права и Лайзерг непричастен к гибели богов, то мне нужен именно он.

Без метки я вновь могу действовать на свое усмотрение, а время, отведенное Творцом, поджимает достаточно сильно, чтобы начать действовать радикально. Получается, мужчина, который мне нужен, находится у вражеского императора. Хм…

Честно говоря, ситуация патовая. Для образования связи мне нужен сильный мужчина, но он есть всего один и очень далеко. Так далеко, что мне не достать. Угораздило же попасть в галактику, где все боги вымерли, эх!

За время своих размышлений, я продвинулась довольно далеко с раскопками. Метки с завалами одна за другой стирались с карты, и если верить прогрессу, я углубилась довольно далеко.

— Что-то есть захотелось. Наверное, пора на выход.

Вздохнув, решила с остальным разобраться после обеда и повернула назад. Но не успела пройти и трех метров, как с потолка посыпалась пыль, а потом земля под ногами с грохотом провалилась.

Я использовала нити, чтобы уберечь себя от летящих камней и смягчить собственное падение, но все равно получила несколько глубоких царапин и больно ударилась коленом. Закашлявшись от летящей пыли, я поняла, что еще и в глаза песка насыпало.

— Кха-кха, блестяще, — хрипло выругалась. — Как можно было провалиться, когда я и так под землей?

Когда пыль немного осела, а с потолка перестали лететь камни, я осмотрелась. Оказалось, что под тоннелем городских стоков находились другие тоннели. Проверяя покалывающую лодыжку, я отправила несколько нитей на разведку и открыла светлый мозг.

Не знаю, почему случился новый обвал, но есть подозрение, что из-за отсутствия поддержки. В прошлом за это отвечал Лаен, но так как теперь его нет… В общем, не повезло мне. Настроение резко стало тоскливым, а в животе заурчало от голода. Ну почему мне так не везет?

Пока я сидела среди камней и сокрушалась, стала приходить информация от нитей. Я посмотрела на карту, проецируемую светлым мозгом, и поняла, что второй уровень тоннеля полностью повторяет строение первого. Во всяком случае, тот его участок, что успели проверить нити.

Но снаружи только один выход, а значит, выход со второго уровня должен быть в другом месте. Может, есть какая-то лестница на первый уровень? Думать о том, что отсюда вообще нет выхода, категорически не хотелось.

У меня было два пути: продолжить исследование тоннеля, который, если верить нитям, не пострадал от обрушений первого уровня и не усыпан завалами после бомбардировок андромедовцев, либо разобрать завал над головой и вылезти знакомой дорожкой. Второй вариант чреват еще большим обвалом, при котором я окончательно тут себя похороню, а первый вариант пугает неизвестностью. Все-таки я не исследователь по своей природе.

Оба варианта не вызывали энтузиазма, и уныние захлестнуло с головой. Я подтянула разбитые коленки к груди, и с обидой в глазах посмотрела на темноту впереди. Почему каждый раз меня преследуют неудачи? Сколько бы шансов не давал Творец, я обязательно налажаю. То по-большому, то по-маленькому. Теперь вот вообще сквозь землю провалилась. Прости, Создатель. Не видать тебе клана Крови. Одна была, и ту камнями завалило. Где? В канализации. Что там делала богиня? Работала. Я настоящее посмешище.

На нытье у меня ушло минут пятнадцать, но прекращать самостоятельно я пока не планировала, однако в мое уединение вдруг вмешался хлопок, за которым последовал отборный мат. В ярком белоснежном пламени неподалеку материализовалась мужская фигура, но вскоре пламя потухло и стало еще темнее.

Вдруг вспыхнул лучик света от фонарика на планшете, и на меня уставился обряженный в красивый бордовый костюм генерал с букетом металлических цветов в свободной руке.

Наши взгляды встретились, и две обиженные слезинки покатились по моим щекам. Желтые глаза округлились, и генерал изумленно спросил:

— Мышка, а ты чего в норку забралась?

— Дурак, — всхлипнула я и зарыдала.

Ревела я в голос и очень самозабвенно. Вражеский генерал перепугался сильнее, чем когда его корабль по небу таскало, как воздушный змей. Отбросив букет и едва не уронив планшет, он бросился ко мне, перепрыгнул через большой булыжник и опустился на колени. Теплая рука неуверенно коснулась щеки, а я икнула и посмотрела на него полными воды глазами.

— Сегодня выходной, — сказала ему с обидой.

— Я помню, — послушно кивнул он, понятия не имея, к чему было упоминание.

— А меня отправили работать, — пожаловалась плаксиво, пока парень осторожно вытирал влагу с покрасневших от рыданий щек.

— Подонки, — с готовностью обругал неизвестных генерал.

— Всего за двадцать тысяч, — продолжала жаловаться, и слезы вновь покатились из глаз.

— Сказочное свинство, — поддержал мои претензии имперец, понятия не имея много это или мало. Так как поток слез возобновился, он пошарил по карманам и нашел где-то спрятанный платок. С ним вытирать зареванную богиню стало гораздо проще.

— А потом я проголодалась. — Прозрачные слезы капали с мокрых, слипшихся ресниц, а я сама не понимала, почему жалуюсь генералу, будто он сейчас пойдет и всех накажет.

— Будешь конфетку? — обеспокоенно спросил парень, тут же вытаскивая из внутреннего кармана пиджака горсть карамелек.

Я перестала рыдать и, икнув в последний раз, хлопнула мокрыми ресницами. Пара капель повисла на кончиках и сорвалась вниз, оставляя искрящиеся дорожки на щеках, которые тут же поспешил стереть взволнованный генерал, а я неуверенно взяла в руки конфету и развернула обертку. Она оказалась апельсиновой.

По языку разлилась сладость, и на сердце стало легче. Почувствовав поддержку от другого человека, я подытожила:

— А потом тоннель рухнул, и вот я здесь.

— Ты не пострадала? — заволновался парень, высыпая мне в ладони остальные конфеты и поспешно направляя луч фонарика, чтобы осмотреть мое пыльное тело. Он увидел содранные коленки и пару глубоких царапин на спине, после чего переменился в лице, заметно помрачнев. — Я прибью твоего мэра. Дай, пожалуйста, руку.

Я вообще не понимала, о чем он говорит, но моя ладонь уже оказалась в цепких лапах имперца. Хрустя карамелькой, я недоуменно смотрела, как он стаскивает свой перстень с указательного пальца и надевает на мой. Тот был очень большой и болтался, но буквально через пару секунд нагрелся и уменьшился в размерах, плотно обхватив палец. Я удивленно икнула и непонимающе посмотрела на генерала.

— Это артефакт исцеления, — серьезно пояснил парень.

Кольцо же, закончив трансформацию, вспыхнуло мягким светом, который медленно потек по коже вверх. Все мелкие ссадины и царапины, которые он покрывал, затягивались и исчезали. Когда мягкое тепло покрыло меня от макушки до пяток, колющая боль в коленях и спине прошла, зуд в горле из-за пыли исчез, а опухшие от слез глаза перестало печь.

Я удивленно посмотрела на блестящий кусочек металла:

— Какое хорошее кольцо!

— Дарю, — широко улыбнулся генерал, после чего не забыл похвастаться: — Я очень хороший артефактор, могу тебе еще что-нибудь сделать потом. Чего тебе хотелось бы? Хочешь, сделаю артефакт, который будет управлять металлами? Или фонарик, который будет сам убираться в доме? Он, правда, петь почему-то любит, но выглядит довольно мило. А еще, если хочешь, я могу…

Генерал еще минут пятнадцать болтал в попытках развеселись меня и расхвалить себя, а я лопала конфеты и зачарованно смотрела на мужественное лицо. Он даже волосы красиво уложил, выглядя взрослым успешным мужчиной, а не лихим хулиганом на службе у армии.

Вот только в этом подземелье он смотрелся еще более неуместно, чем красивый букет, который теперь валялся среди камней.

А еще у меня остался только год, чтобы создать сто тысяч детей.

Я моргнула, сбрасывая оковы очарования и возвращаясь в реальность, а на земле осталась только горстка фантиков. Мой вздох привлек внимание распалившегося генерала, и я, наконец, ответила:

— Вообще-то, есть кое-что, что ты мог бы мне дать.

Решимость вспыхнула в золотых глазах имперца, а я на секунду почувствовала прилив веселья, представив, какое он сделал бы лицо, если бы я попросила помочь мне с детьми. Подумав об этом еще пару раз, я могла лишь с сожалением вздохнуть и отбросить нереалистичные мысли. Мягко улыбнувшись, протянула к парню руку:

— Можно твой коммуникатор?

Лаен застыл на секунду, ошеломленно хлопнув глазами, а потом все с тем же ничего не понимающим лицом достал устройство из кармана и протянул. Молча. Без вопросов. Интересно, какие дети могли бы получиться от него?

Я опустила голову и стала просматривать журнал контактов в поисках нужного человека. Чтобы заполнить тишину, спросила первое, что пришло в голову:

— Кстати, генерал, ты на этот раз появился как-то необычно. Раньше просто с треском вываливался из пространства, а теперь прям в белоснежном пламени. Было очень красиво. У тебя какая-то новая магия?

Я продолжала поиск нужного человека, думая над каждым именем, поэтому не видела, как изменилось лицо парня. Его губы шевельнулись, но первые слова застыли на кончике языка и так и не были сказаны. Он неосознанно потер пальцами пустое запястье и, подумав, решил не говорить это. Лаен опустил голову, задумавшись на пару секунд, а потом поднял глаза, в которых, казалось, что-то затаилось, и с натянутой улыбкой ответил:

— Раньше я использовал артефакт, но он… сломался. Так что я решил изучить алхимию. Есть у меня одна знакомая… В общем, сварил зелье и перенесся.

Я не нашла ничего странного в его рассказе и без особого интереса кивнула:

— Генерал потрясающий. И артефактор, и алхимик, и флорист. Повезло Объединенной Армии. А у нас люди попроще. Мы тут в основном без магии обходимся, так что хорошо развиты в других сферах. Например, — я ярко улыбнулась, найдя нужный контакт, после чего достала нож и порезала руку, — в ультиматумах.

Кровавые нити рванули вперед, крепко связывая ошеломленного генерала. Он не ожидал атаки, тем более в такой момент, но даже оказавшись связанным по рукам и ногам, не стал яростно сопротивляться. Похожий на большую ветчину в сетке, он остался стоять на месте и недоуменно хлопать золотыми глазами. В любом случае, у меня есть немного времени до того, как он выберется, хотя я и не знаю до сих пор, как ему это удается.

Присев рядом, я собиралась решительно набрать нужный номер, однако кое-кто меня опередил. Входящий вызов был очень некстати, так что я решила по-быстрому с этим разобраться и попросить человека на том конце перезвонить попозже.

Генерал, увидев, кто звонит, раздраженно закатил глаза, а я одним нажатием приняла вызов. В темноте вспыхнул синий световой экран, с которого на нас смотрела группа частично знакомых женщин.

Мы увидели их, а они увидели нас. На несколько десятков секунд в эфире повисла ошеломленная тишина, нарушаемая лишь недовольным сопением генерала. Сопение было раздражающим, так что я протянула руку и зажала ему нос. Помогло.

— Ребята, а вы умеете развлекаться, — обескураженно заметила беловолосая девушка, которая уже второй раз звонит нам в такой неловкий момент.

Теперь даже мне стало неудобно за свое поведение, а генерал беззаботно дышал ртом. Правда, звук, издаваемый им при этом, был немного, как бы это сказать, провокационным. И, несмотря на незаклееный рот, ничего объяснять подругам не собирался. Это пришлось делать мне.

— Он пленник, — со всей серьезностью заявила я.

— Да ты можешь не посвящать нас в детали вашей игры, — хохотнула беловолосая. Многозначительно похлопав себя по округлившемуся животу, она подмигнула: — Главное — предохраняйтесь. Смотрю, вы декорации сменили? На этот раз играете без камер? Ой нет, не отвечай. Я чего звоню-то? Лаен, наш главный алхимик хотела узнать, получилось ли зелье. Но ты уже со своей девушкой, так что, очевидно, получилось. В общем, все. Развлекайтесь, ахаха!

И сбросила вызов.

Я ошеломленно подняла голову, чтобы посмотреть на невозмутимого генерала.

— У тебя вообще друзей нет? Я сказала, что похитила тебя, а они даже не спросят почему? Твоя Империя вообще отличается от моего Хаоса?

— Не злись, — тепло улыбнулся Лаен. — Они просто завидуют, что меня похитила такая милая девушка.

Так я поняла, что меня здесь вообще никто всерьез не воспринимает. Честно говоря, отправляясь в Порядок, я думала, все будут в панике разбегаться и кричать от ужаса. Но сначала меня подпрягли к общественной работе, а теперь вообще… милой назвали. Хорошо Творец не видит, а то вообще опозорилась бы.

— Я, между прочим, грозное второе поколение, — ворчала недовольно, возясь с коммуникатором. — Меня, между прочим, всем Хаосом травили. Я — кошмар и ужас. Очень жуткая. Очень сильная, Очень страшная. Очень…

— Милая, — подсказал генерал.

— Милая, — кивнула, не задумываясь. Но потом поняла, что имперец меня провел, и возмущенно подскочила: — Я не милая! Я богиня, и я тебя похитила!

— Спасибо, — сердечно поблагодарил парень, а у меня слова закончились. Я когда-нибудь смогу его переспорить? Еще ни разу последнее слово не оставалось за мной. Как же раздражает!

Чем препираться с этим наглым генералом, лучше делом заняться. Сев на место, я сделала грозное лицо и нажала кнопку вызова.

— О как, — озадаченно хмыкнул генерал, увидев имя вызываемого человека. Я ничего пояснять не стала, но другой человек не спешил брать трубку. Это разозлило меня еще больше, так что пришлось второй раз отправить вызов, пыхтя от ярости.

На этот раз все получилось. Экран мигнул, и перед нами появилось изображение темноволосого мужчины. Я как раз открыла рот, чтобы начать ругаться, когда вдруг рассмотрела его лицо. Слова застряли в горле, а в глазах отразилось недоверчивое удивление.

Его хмурое и усталое выражение лица тоже вдруг изменилось, когда он увидел полную картину происходящего здесь. На Лаена он даже не посмотрел, его взгляд с силой впился в мое лицо.

Над голубым экраном коммуникатора все еще светилось имя человека, и я недоверчиво уставилась на строчку «Дядя».

Дядя? Какой дядя? Император Айдан? Он?

Человек на том конце первым пришел в себя. Его плотно сжатые губы разомкнулись, и он тихо произнес:

— Лидия.

Словно большая рука, сжимавшая горло, исчезла, поток воздуха хлынул в легкие, заставив сделать глубокий вдох. Недоверие в моем взгляде медленно сменилось яростью:

— Айдалион?

Я в гневе рассмеялась, не замечая задумчивого взгляда генерала, а «дядя» помрачнел еще сильнее. Его рука на письменном столе медленно сжалась в кулак, а в глазах появились сложные эмоции. Удивление, недоверие, опасение и убийственные намерения смешались в его медленно разгорающихся алым светом глазах.

— Так ты теперь император, а? — грубо спросила я, продолжая смеяться. — Ахаха, вот умора! А твой клан-то и не в курсе, хм?

«Император» сжал зубы и звенящим голосом процедил:

— Это… больше не имеет ко мне отношения.

Я резко перестала смеяться, но кривая ухмылка на губах никуда не делась. С яростью в глазах я подалась вперед и прошипела:

— Ты серьезно? Думаешь, это тебе решать?

В то время, девять лет назад, когда Творец только поселил меня в Хаосе, я была юна и наивна, полагая, что смогу стать частью общества Высших и спокойно завести клан. Пусть травля началась незамедлительно, потому что клан Крови боялся второе поколение, но именно Айдалион — лорд Войны и глава клана Войны, — был тем, кто вступил в союз с кланом Крови и помог избавиться от меня. Из-за него я провела эти годы, выживая в землях Низших. Из-за него провела столько лет, не имея возможности выполнить приказ Творца. Из-за него была вынуждена пойти на сделку с Советницей. Не имеет отношения? Мечтай!

Айдалион напрягся и решительно повторил:

— Я был в своем праве и не буду извиняться.

Ярость в моих глазах медленно покрылась толстым слоем льда, а мышцы лица расслабились, теряя всякое выражение.

— Не будешь извиняться? Я ни разу не сделала тебе ничего плохого. О каком таком твоем праве ты говоришь? Ты — подлая тварь, которая только и умеет, что бить в спину.

Он откинулся на спинку украшенного золотом кресла и отстраненно пожал плечами:

— Считай, это было признанием твоей силы. Если бы не действовал тайно, как бы я победил второе поколение? Просто небольшая хитрость, военная тактика. Ты ведь не думаешь, что лорды Хаоса — благородные люди? Если не я, то это был бы кто-то другой.

— Ах вот оно что, — с издевкой протянула я. — Не благородные люди, говоришь? Что ж, тут я с тобой согласна. Благородства в тварях Хаоса и правда маловато. Вот только, насколько я помню, у тебя помимо благородства отсутствовали еще и родственники. Так откуда же, позволь спросить, взялся этот якобы племянник?

Я отвела руку назад, дерзко притягивая к себе генерала, чтобы старый враг мог получше рассмотреть третьего участника нашей беседы. Лаен не стал сопротивляться, но в его хмуром взгляде, обращенном на императора, сквозила подозрительность. Он не знал деталей дела, но кое-что понять сумел.

Айдалион в это время тоже сопоставил факты и быстро разобрался:

— А, так это ты поддерживаешь повстанцев. И зачем тебе мой племянник?

— Какой он тебе племянник?! — возмутилась я. — У вас никакого кровного родства!

— Я приемный, — пожал плечами император, а мне пришлось проглотить слюни. Эти двое точно не родственники? Внешне похожи, и бесстыдством тоже. Очень раздражают.

Так что я решила перейти сразу к делу:

— Он мой пленник! Я верну его в обмен на Лайзерга.

— На кого? — не понял лорд Войны.

— Не пойду! — возмутился генерал.

От их дружного хора у меня чуть мигрень не началась. Раньше я похищения только в фильмах видела, но почему это оказалось так сложно? Киношные преступники о таком не предупреждали!

Пришлось сжать зубы, проигнорировать недовольство генерала и снизойти до объяснений:

— Лайзерг — это бог Смерти нашей галактики. Он бежал в твою империю.

— А, этот, — смекнув, устало закатил глаза Айдалион. — Он у Властительницы Судеб чаи гоняет. У них вроде как отношения.

— Какие еще отношения, — ревниво спросила я.

— Детям знать не положено, — ехидно подколол бывший глава клана Войны.

Мое терпение стремительно подходило к концу, и в голосе появилось сильное раздражение:

— Так ты собираешься меняться? Мне нужен этот бог.

— Зачем? — вдруг с искренним интересом спросил старый враг.

Я закатила глаза:

— Детей от него хочу.

— Эй! — возмутился позабытый в пылу ссоры генерал, но его опять проигнорировали.

Император удивленно прицокнул, но потом развел руками и ответил:

— Я из-за этого чудика с Древней махаться не буду. Нужен — сама за ним приходи.

— У меня твой племянник, — грозно напомнила я, плечом отпихивая пленника, который начал вести себя как непослушная ветчина в сеточке.

— Поздравляю, — кивнул лорд Войны, отсалютовав мне чашкой с кофе. Он сделал большой глоток и от души насладился моим ошарашенным лицом.

— Я его похитила, — напомнила на всякий случай, посчитав старого врага еще и глухим.

— Твои проблемы, — решительно ответил император.

В гневе я повернулась к парню и спросила:

— Тебя там что, вообще никто не любит?!

Лаен посмотрел на меня большими влажными глазами и со слезами обиды в глазах послушно кивнул. Это привело меня в еще большую ярость, что было, мягко говоря, не рационально. Вскочив на ноги, я героически выпрямилась и провозгласила:

— Айдалион! Ты — подонок!

Снизу зааплодировали, а я поняла, что генерал опять развязался. Ну вот как он это делает?

— А ты — пигалица, — весело фыркнул старый враг в ответ на оскорбление. — Прошло сто лет, а ведешь себя все еще, как ребенок.

— Девять лет, — хмуро поправила. — И я взрослая.

— Малолетка вздорная, — насмехался лорд.

— Старый мерзавец! — не осталась я в долгу. — И император из тебя никудышный!

— Кто сказал? — выпрямившись от такого удара, гневно рыкнул бывший глава клана Войны.

— Я! — смело расправила плечи. — Вся твоя империя грязная и нищая! Ни яблок, ни бабушек! А теперь еще и без генерала! Ты не император, ты — голодранец!

И сбросила вызов. Хм!

Отругать старого врага было крайне приятно. Глубокое удовлетворение разлилось в груди, а одобрительный взгляд пленника еще больше этому способствовал. Приятно дружить против кого-то.

Вообще, я тоже знаю, что такое, когда тебя не любят дома. Наверное, из-за этого смотреть на генерала теперь стало чуточку приятнее. Что ж он такой невезучий у меня? И в империи ему не рады, и я все время, как собаку, прочь гоню. Может, чуть поласковее с ним быть?

Я присела перед генералом на корточки и похлопала его по плечу:

— Не грусти. Хочешь, тебе тоже сделаю масочку со сметанкой, а потом еще раз дяде позвоним? Уверяю, если в Хаосе узнают, что ты самого главу клана Войны запугал до мокрых штанишек, тебя будут уважать повсеместно!

В свете лежащего на земле фонарика лицо генерала вовсе не выглядело устрашающе. Скорее, он казался привлекательным и интригующим. Золотые глаза смотрели с нежностью, от которой улучшалось настроение и появлялось легкое смущение. Кхм, чего это он? Я что-то не так сказала?

Словно устав бороться с собой, Лаен резко выдохнул и притянул меня в объятия. Это было очень быстро, я только охнуть успела, а еще почувствовать, как быстро бьется его сердце. Чего это он? Нервничает, что ли?

Я вздохнула и дружелюбно похлопала его по спине:

— Не волнуйся, я обязательно вытащу нас отсюда.

Возле уха раздался тихий смешок, и генерал что-то согласно промычал. Если честно, мне кажется, он меня нюхает…

— Ну все, вставай. Пора в путь-дорогу!

Я неловко вывернулась из хватки человека и отошла на пару шагов. Кончики ушей потеплели, и я почему-то не знала, куда деть руки.

Генерал не стал снова нападать, а вместо этого начал меня внимательно рассматривать, будто хотел что-то спросить. От его взгляда я занервничала еще больше, поправила выбившуюся прядь, облизнула губы и неуверенно спросила:

— Что? В чем дело?

Лаен вдруг как-то необычно улыбнулся, поднялся на ноги, отряхнул брюки и сказал:

— Да вот задумался кое о чем.

— О чем? — напряглась я.

Парень хоть и старался выглядеть дружелюбным и неагрессивным, но я интуитивно ощущала его растущую злость. Не то чтобы у него не было для этого причин, хорошо? Тут и проигрыш в войне, и куча неудачных диверсий, а еще дядя из Хаоса, который его очевидно не любит. Вот только что-то мне подсказывало, что причина для гнева у генерала другая.

Лаен взял с пола фонарик, посветил вокруг, словно хотел осмотреться, и как бы невзначай спросил:

— Мне показалось или ты заинтересована в боге Смерти?

Услышав вопрос, я облегченно выдохнула. Ну, это не секрет, так что можно и ответить. Призвав еще несколько нитей, отправила их дальше исследовать пещеру, а сама безмятежно ответила:

— Ну, это правда.

Генерал натянуто улыбнулся плотно сжатыми губами, что выглядело так, будто он стал крайне недоволен. Переступая камни прогулочным шагом, он сунул одну руку в карман брюк, и странным тоном спросил:

— Так ты знакома с ним?

— Нет еще. Когда я сюда пришла, его уже давно не было.

Игра света и тени на лице генерала не позволили увидеть темный блеск в его глазах, но тонкая улыбка на губах стала немного интригующей. Немного помолчав, будто ему совсем не интересна эта тема, парень небрежно бросил:

— Я так и думал. — Мне ответить на это было нечего, и генерал, не дождавшись никакой реакции, продолжил сольное выступление тяжелым вздохом: — В конце концов, если бы ты была с ним знакома, то не стала бы настаивать на новой встрече.

Я нахмурилась и подобралась, почувствовав какую-то интересную сплетню. Если Лаен так говорит, то…

— Ты что, знаком с Лайзергом?

Генерал отвернулся, сделав вид, что заинтересовался сетью трещин на стене тоннеля, и я не заметила победной усмешки на его лице. Заглотнув приманку, я заинтересованно подошла поближе, а парень легкомысленно пожал плечами:

— Конечно. Этот старый, немощный безумец не выжил бы, если бы не помощь нашей семьи. На самом деле, я скажу тебе честно, содержать больного бога довольно хлопотно. Он уже окончательно впал в маразм и не отличает своих от чужих. На всех напасть пытается. Так что мы давным-давно закрыли его в психиатрической лечебнице со специализированным уходом.

Где-то в другой галактике чихнул вполне себе здоровый и молодой светловолосый парень, а обнаженная девушка в его объятиях в шутку заметила, что кто-то его вспоминает. Генерал в это время продолжал пускать стрелы в мою будущую семью с этим парнем:

— Император ведь поэтому и не согласился на твою просьбу, понимаешь? Когда ты сказала, что хочешь от него детей, дядя подумал, что ты издеваешься, поэтому и был таким резким.

Лаен сделал паузу, чтобы у меня было время осмыслить ситуацию, а я смотрела на его воинственный профиль широко распахнутыми глазами и не верила. Как такое может быть? Разве могут боги стареть и сходить с ума? Я уже хотела было открыть рот, чтобы что-то возразить, но вдруг подумала, что такое тоже могло быть. Почему Лайзерг не мог заболеть, сойти с ума, убить всех богов и броситься в бега?

Я так далеко зашла в своих фантазиях, что застыла на месте с ошеломленным выражением лица и сочинила трагичную историю, которой полностью обосновала все странности тех событий.

Ахнув, прикрыла рот кончиками пальцев и выдала:

— А что, если бог смерти преисполнился смертельной маны, почувствовал запах смерти, испугался, сошел с ума, подумал, что его хотят убить сородичи, убил их первым, а потом сбежал, куда глаза глядят?

В другой галактике все тот же светловолосый парень разразился серией чихов, недоумевая, как он умудрился простыть, а Лаен обернулся и озадаченно уставился на мое шокированное лицо.

— Что? — нервно спросила я.

— Не, ничего, — моргнул генерал. — Просто я сам бы лучше не придумал. Ну в том смысле, что ты все правильно сказала, детка. Да, все так и было.

Я на секунду обрадовалась тому, какая я умная и проницательная, а потом впала в глубокую депрессию. Даже идти куда-то расхотелось. Усевшись на ближайший валун, я трагично повесила нос.

Генерал посмотрел на все это и присел передо мной на корточки. Его рука легла на колено и ободряюще сжала его:

— Эй, ну ты чего? Расстроилась?

От его участливого тона глаза наполнились слезами, и я вдруг захотела выговориться.

— Это конец. У меня никогда не будет семьи. Генерал, почему я такая невезучая?

Парень поджал губы и сочувственно покивал. Его ладонь уже гораздо увереннее чувствовала себя на моем колене, периодически поглаживая его и незаметно поднимаясь на пару миллиметров выше. Словно разделяя мою душевную боль, он протяжно вздохнул и сказал:

— Так и есть, не везет тебе что-то. Сначала эти выставочные уроды из шоу, на которых без слез не взглянешь. Теперь вот старик этот сумасшедший. Эх, бедненькая ты моя богинюшка. Как же грустно все это. Да, грустно, — сокрушался генерал, выглядя еще более расстроенным, чем я.

Я была так тронута его участием, что наклонилась вперед и крепко обняла нового друга, позволяя и дальше себя утешать.

— Спасибо, генерал, — всхлипнула я, обнимая парня за шею. — Ты такой добрый.

Однако вместо радости генерал насторожился. Чутье бабника кричало, что он в шаге от фрэндзоны и надо срочно что-то предпринять.

— Ну что ты, милая, что ты, — неловко хохотнул парень, нервно похлопав меня по спине. — Мы ведь с тобой уже через столькое прошли вместе. Я просто хочу тебе помочь. Может, расскажешь, зачем нужен этот парад уродцев и как это связано с твоим желанием иметь детей?

Отстранившись, я опустила глаза, сцепила пальцы вместе и медленно рассказала генералу о своей ситуации. Лаен внимательно выслушал, лишь едва заметно вздрогнув при упоминании Творца, после чего между нами ненадолго повисла тишина.

Не ожидая ничего в ответ на свою откровенность, я почувствовала, что депрессия немного отступила и решила разбираться с проблемами по порядку.

— Ладно, — вздохнула, поднимаясь с камня, — для начала давай найдем выход. Кажется, нити что-то нашли. Пойдем.

Отказываться генерал не стал. Мы обошли образовавшийся после обрушения завал и пошли по коридору в темноту.

Идя бок о бок, мы больше ни о чем не говорили, и так прошло какое-то время. Этот уровень катакомб совсем не пострадал от обстрелов и обрушений, так что путь был гладким и, сказать по правде, довольно увлекательным.

В отличии от верхнего уровня, эти помещения никогда не использовались в качестве стоков. Даже воздух не был спертым, хотя никакой вентиляции я не нашла. Как не нашла и пыли на полу.

— Странно… — пробормотала тихо.

— Согласен, — вздохнул генерал.

— Интересно, откуда свежий воздух?

— Не уверен, но, может, артефакты работают? Потому что я не чувствую ни малейшего сквозняка.

— Знаешь, эти подземные ходы полностью повторяют карту городских стоков. Вот только здесь так чисто, что едва ли тут текла канализация. А еще я обнаружила здесь коридоры, которых нет в официальной карте.

Лаен о чем-то подумал и остановился, положив руку на стену:

— Знаешь, я еще в прошлый раз заметил, что это довольно необычные тоннели.

— Необычные? — заинтересовалась я, встав рядом. — Ты много канализаций повидать успел?

В моем голосе была изрядная доля сочувствия. Генерал уже знает, насколько нищей я считаю его империю, а теперь еще и подозревает, что у меня собственное представление о его босоногом прошлом. Похоже, мой пленник много страдал раньше. Может, даже голодал или жил в канализации!

И пока фантазия уводила меня в империю трущоб, генерал устало вздохнул и погладил меня по умной голове:

— Боюсь представить, что ты обо мне думаешь, котенок. Я хочу сказать, что эти постройки слишком капитальны и качественны для простой канализации. И велики. Посмотри на эти стены. Зачем бы в канализации делать барельефы?

— Ну… не знаю? — выдохнула неуверенно.

— Я бы сказал, что это подземный город, но здесь нет помещений, одни коридоры. Так что это что-то другое, — сосредоточенно нахмурившись, предположил генерал.

— Ну, эм… одно помещение тут точно есть, — припомнила я, попутно активируя светлый мозг. Перед глазами развернулся светящийся экран, и я быстро нашла карту стоков, которую составляла сама. Найдя нужное место, ткнула в него пальцем: — Вот, смотри. Этой части нет на официальных картах, и я не уверена, что она есть на третьем уровне, но эти коридоры тянутся дальше черты города. А вот здесь, — видишь? — похоже на комнату.

— По размерам больше на стадион похоже, — задумчиво изрек парень, рассматривая сеть светящихся линий. — Может, просто большой коридор? Или что-то вроде лестничного пролета между этажами?

Я покачала головой:

— Не думаю. Сама не видела, но, судя по данным нитей, комната полностью герметичная. Если бы не обрушения, в кладке бы не появилась трещина и эту комнату я не нашла бы. Внутри ничего особого нет, просто пара десятков каких-то выступов. Ни лестниц, ни дверей, ни чего-то еще. Честно говоря, я еще тогда хотела пойти посмотреть что это за место, но все времени не было. То мэров завалит камнями, то генералы на голову падают.

Намек был непрозрачный, и парень сразу вышел из задумчивости. Неотразимая улыбка расцвела на бессовестных губах, а пара длинных рук тут же потянулась лапать богинь.

— Но я же ни в чем не виноват! — рассмеялся он, пока я пыталась увернуться от его цепких ручонок. — Мне не пришлось бы так часто падать тебе на голову, если бы ты не прогоняла меня.

— Так это я виновата?! — ахнула я, возмутившись. — Ты такой бессовестный!

Маневр не удался, и я все-таки попала в лапы имперца. Он прижал меня к груди и стал нежно тискать.

— Я такой бессовестный, потому что одинокий.

— Меня это не касается! И как это вообще связано? — негодовала я, упираясь в его грудь обеими руками.

— Подозреваю, что связь тут самая прямая, — смеялся негодяй, умудряясь одновременно удерживать меня на месте и щипать за щеку. — Знаешь, есть у меня пара друзей. Раньше они вели разгульный образ жизни, грабили банки и сеяли хаос. А потом женились и остепенились. Один теперь тюрьмой управляет, а другой императором стал. Это я не про дядю, про другого императора.

— Какой ужас, — цокнула раздраженно, отпихивая неугомонную руку, которая успела не только ущипнуть меня за щеку, но еще и за нос. — У вас там что, целая галактика разбойников?

— Скорее, неженатых мужиков, — хохотнул парень. Он уличил момент и чмокнул меня в лоб, на что я тут же воскликнула и недовольно потерла пострадавшее место. — Кстати, я все спросить хотел, а какие у тебя критерии отбора кандидатов в мужья? Они ведь есть?

— Конечно! — недовольно подтвердила я, извиваясь, как уж на сковородке. — Он должен быть сильный и выносливый. А еще здоровый и крупный. И по силе магии равным мне.

Казалось, что генерал только дурачится, но ответ он выслушал очень серьезно. Позволив мне наконец вырваться из хватки, Лаен обдумал все, кивнул каким-то своим мыслям, а потом спросил:

— Ты поэтому Лайзерга попросила? Потому что он бог?

— А почему же еще? — цокнула я, закатив глаза.

В тишине мы прошли еще какое-то расстояние, а Лаен продолжал сосредоточенно размышлять. В итоге он задал вопрос:

— Получается, твое задание состоит в том, чтобы создать стотысячный клан к концу следующего года. Так?

— Мм, — кивнула немного уныло. Честно говоря, после истории с Лайзергом я снова впала в отчаяние.

— А что будет, если ты не справишься? — настороженно спросил генерал.

— Исчезну, — пожала плечами. Но на самом деле это была не вся правда. Исчезну не только я, но и мое заветное желание, в обмен на которое я должна услугу Творцу. В сравнении с ним даже моя судьба не так беспокоит.

За этой бессмысленной болтовней мы почти дошли до той странной комнаты, обнаруженной нитями. Оказавшись так близко, я почувствовала то, о чем ранее не подозревала. На самом деле восприимчивость нитей сильно ограничена, так что личное присутствие ничто не заменит. И теперь, стоя всего в сотне метров от места назначения, стало очевидно, что шутки кончились.

— Лида? — удивленно позвал Лаен. Он заметил, что в какой-то момент я отстала и задумалась. — Все в порядке?

Я подняла глаза и посмотрела на обеспокоенное лицо парня. На самом деле, он — мое самое странное знакомство в этом мире. Враг, с которым у нас достаточно близкое общение, чтобы назвать его другом. В какой-то момент его настырные нападения превратились в навязанную дружбу и непрошенную помощь. Он раздражает, но не скажу, что общение с ним неприятно.

Я просто не знаю, что с ним делать. Он как лишняя деталь в конструкторе.

— Я выход нашла, — улыбнувшись, соврала, глядя ему в глаза. — Здесь неподалеку есть выход на поверхность. Обрушения его не затронули.

— Правда? — обрадовался генерал. — Тогда чего же мы ждем? Веди!

— Постой, — вздохнула я, не пытаясь скрыть усталость в голосе. — Думаю, нас с тобой пришло время поговорить откровенно.

— Та-а-ак, — сбросив маску весельчака, протянул генерал. Желтые глаза вспыхнули резким непреклонным светом, отчетливо выделяясь в полутемном коридоре катакомб. Он повернулся ко мне всем телом и засунул руки в карманы брюк, с вызовом вздернув подбородок. Похоже, эта беседа не будет легкой. — И о чем же ты хочешь поговорить в такой момент?

— О тебе, — ответила почти бездушно.

Все это время мы общались достаточно неформально, чтобы вражеский генерал забыл одну важную деталь — перед ним богиня. Мои глаза наполнились кровавым светом, и в коридоре ощутимо упало давление.

— В прошлом мне казалось, что ты без слов это поймешь. Да и кто бы не понял, если его без всяких поблажек раз за разом выставляли за порог. Но ты с такой упорностью лезешь обратно, что стало ясно: ты ничего не понял, генерал. Давай скажу прямо: тебе здесь не рады. Ты мешаешься, Лаен. И это уже порядком надоело. На что ты рассчитываешь, ошиваясь здесь сутками напролет? Я уже поняла, что дело не в военной хитрости, ведь так ты планету не получишь. Тогда что? Все эти дни ты усердно мешал мне найти партнера. В чем причина? Хочешь занять его место?

Я говорила без кокетства или гнева. Тон был совершенно ровным, и от того каждое слово становилось подавляюще весомым. Человек напротив утратил всякое превосходство в позе, а его лицо стремительно бледнело. Он был не рад услышать эту правду. Возможно, ему даже было немного больно. Или не немного.

Парень сделал глубокий вдох, его губы шевельнулись, подбирая слова для правильного ответа, но я не стала ждать. Все с тем же лицом продолжила:

— Тогда ты ошибся. Ты не подходишь на эту роль. Своим упорством ты ничего не добьешься. Я не буду твоей, генерал, понимаешь? Не буду, что бы ты ни делал. Пока еще это возможно, давай разойдемся по-хорошему.

— Ты… мне угрожаешь? — вдруг раздался охрипший голос парня, а пара бледных губ невесело усмехнулась.

Было заметно, что человека напугало мое невыразительно лицо, и своей ухмылкой он попытался вывести меня на эмоции, но столкнувшись все с тем же взглядом нечеловеческий багровых глаз, эта улыбка померкла. Я не шучу, не заигрываю и не запугиваю. Я сжигаю последние мосты.

— Ты стал забывать, кто стоит перед тобой, генерал. То, что я еще никого не убила, не значит, что я на это неспособна. Я не человек, я все еще тварь Хаоса. И если ты встанешь на моем пути со всей своей непреклонностью, я колебаться не стану. Это действительно угроза. Появишься еще раз — умрешь.

Я серьезно высказала все, что должна была, а слушать ответы не было никакого желания. Щелкнув пальцами, призвала ближайшие кровавые нити, которые за мгновенье опутали генерала и поймали отголоски его чар перемещения. Я видела, как напряглась его челюсть от гнева и как открылся рот, желая в словах излить переполняющее разочарование. Однако ничего сказать чужеземец не успел: нити охватило белое пламя отголосков былых чар, после чего имперец исчез.

— …

Коридор вновь погрузился во тьму, а в ушах звучал только шорох кровавых нитей. Подобно статуе с ее невыразительностью, я еще какое-то время неподвижно простояла в коридоре городских катакомб. Пока давящую тишину не пронзил тихий вздох.

Я поморщилась и с болезненным усилием потерла грудь. Не нужно расстраиваться, я все сказала правильно. И даже не соврала ему ни разу. Лаен действительно не подходит на роль моей пары, и я действительно его убью, если он не остановится. Конечно, без дополнительных объяснений это выглядит так, будто я намерена его убить, но это, разумеется, не так. Просто, похоже, Лаен единственный, кто мне совершенно точно не подходит.

Вздохнув еще раз и горько улыбнувшись своим мыслям, я встряхнулась, энергично потерла замерзшие ладони о штаны и решила призвать побольше нитей. Теперь, когда генерал исчез вместе с фонариком, подземелье погрузилось в кромешную тьму, а видеть в таких условиях я не умею. Остается только пробираться на ощупь.

Честно говоря, я соврала генералу. Никакого выхода отсюда я не нашла. Даже начинаю подозревать, что второй и третий подземные этажи полностью изолированы от поверхности. Скорее всего, Лаен был прав и та странная комната — единственное место, где может быть путь на поверхность. Вот только вести туда парня было бы слишком опасно, так как даже стоя здесь я чувствую, как беспокойно бежит по венам Родословная.

Родословная является частью Наследия магов Крови. Благодаря ей я могу почувствовать кровные связи между людьми, но это лишь побочный эффект, а не основное ее предназначение. Главная цель пробуждения Родословной состоит в том, чтобы члены моего клана всегда могли чувствовать друг друга. Это особая связь, кровная.

Тогда возникает резонный вопрос: как может Родословная откликаться на что-то, если у меня нет ни одного родственника? Хотя нет, один есть, но он номинальный. Я говорю о Творце. Он меня создал, так что в какой-то степени становится моим отцом, но и это не тот вид связи.

И вот теперь я стою в тайном подземном коридоре на забытой богами планете, а Родословная ни с того ни с сего зовет меня в странную комнату за углом. И это еще одна причина, по которой я снова прогнала генерала. Что бы ни находилось в той комнате, простому человеку лучше этого не видеть.

Желудок жалобно заурчал, напоминая, что мы сегодня не обедали. Никакого исследовательского пыла и в помине не было, хотелось только поесть и поспать. Вот только выход отсюда завален наглухо, и разбирать его придется не один день.

Конечно, нет никаких гарантий, что в той странной комнате будет лестница, но вдруг генерал прав? Выбора особого нет, остается только проверить все самой. Но если там ничего не будет, вернусь на прежнее место и буду потихоньку разбирать завал.

Размышляя о комнате и ее предназначении, вскоре добралась до места. Было темно, как в заднице Хаоса, поэтому пришлось щупать стены руками.

Я помню, нити сообщали, что на первом этаже катакомб здесь был вход, который замуровали похожими блоками. Что там на втором этаже, я не в курсе, но на третьем тоже был вход. Я поняла это, пощупав стену. Камни здесь отличались от тех, что использовались на первом этаже. Там строители пытались скрыть существование комнаты и выбрали идентичные стенам блоки. Если бы не обвал, никто и не подумал бы, что там когда-то был проход.

Здесь так заморачиваться не стали. Обломки пород свалили в проходе кое-как, но этого хватило, чтобы полностью закрыть проем, не оставив ни единой щели.

Это хорошая новость. Убрать завал будет несложно, а там глядишь и до первого этажа добраться получится. Я как раз начала стягивать все силы, собирая кровавые нити со всего этажа, когда вспыхнул входящим вызовом светлый мозг. Я пропала на несколько часов, поэтому неудивительно, что меня хватились. На индикаторе отобразилось имя дорогого мэра.

— Добрый день, мистер Честити, — с усталой улыбкой поприветствовала босса.

На тусклом синем экране появилось искаженное различными эмоциями лицо мужчины. От моего приветствия у глаза кровью налились, а голос звенел гневом и страхом:

— День?! Лидка, уже ночь глубокая! Ты почему не сказала, что под завал попала?! Я думал, тебе там руки-ноги поотрывало камнями, а ты еще и улыбаешься?! Ты в порядке? Не ранена? Лида, мы начали копать, но стало только хуже. Двоих чуть в шахте не завалило. Больше трогать не стали. Мы сначала просто завал заметили и начали копать, а потом мне сказали, что наша богиня из шахты не выходила. Я как услышал, чуть не поседел!

— Не нужно беспокоиться, — мягко ответила я, польщенная такой заботой. Так приятно, что они волнуются, а не бетонируют выход, чтобы Лидочка не вылезла из-под камней. — Я не пострадала, мистер Честити. Если можете, скажите, пожалуйста, бабушке, что я немного задержусь. Максимум дня на три. Только не говорите, что я под завалами, ладно?

— Понял, — предельно серьезно ответил мужчина. — Как обстановка? Сможешь выбраться?

— Конечно, — ответила уверенно. — Просто это займет какое-то время.

— Тогда ладно, — украдкой вздохнул мэр. Он еще что-то хмуро пробормотал под нос, но я не расслышала, а потом вдруг воскликнул: — Вспомнил! Лидка, тут андромедовцы на связи! Там переполох какой-то, один из них тебя требует. Говорит, у него срочный важный разговор.

— У них других разговоров не бывает, — фыркнула я, закатив глаза. — Все важные и срочные. А кто звонит? Генерал небось? Или император?

— Нет, ни один из них. Хотя второй мелькал на заднем плане. Этот тип не сказал, какую должность занимает. Представился Лайзергом. Сказал, до смерти срочно хочет тебя услышать.

Оп-па…

— Лайзерг? — переспросила я, тонко улыбнувшись. — Вы уверены?

— Ну да. А что? Ты его знаешь?

— Заочно знакомы, — хмыкнула я.

— Так что, будешь говорить? Мне дать ему твой идентификатор?

— Дайте. И еще, я выйду максимум через три дня. У меня тут с собой ни еды, ни воды, так что вы уж там на выходе подготовьте паек, ладно?

— Организуем, — решительно кивнул мэр.

— И… — неохотно продолжила я, но сказать это все-таки нужно, поэтому вздохнула еще раз и добавила: — Если через три дня не выйду, то оборону планеты дальше сами организовывайте.

— … — в трубке повисла гнетущая тишина, а потом мэр взорвался негодованием: — Какой еще «не выйду»?! Я тебе дам «не выйду»! Только попробуй, ясно?! Выкопаю и ремня дам!

Он еще минут пять ругался, но я понимала, что это от страха и переживания. Было немного горько и приятно слушать это, но в итоге он все же успокоился и постарался дышать ровнее.

— Ты же богиня, Лидка. Вот и яви чудо. Не смей сдаваться.

— Это чудо может обрушить все катакомбы, а над ними город стоит, — ответила тихим вкрадчивым голосом. — Вы знали, что под городскими стоками расположены еще два этажа подземелий?

— Что? — удивился мэр. — Первый раз слышу.

— Планировка идентична первому уровню, но точки выхода на поверхность отсутствуют. Я гораздо глубже, чем вы думаете. Отсюда силой прорваться без глобальных последствий почти невозможно. У меня есть пара идей, но одна сомнительная, а вторая длительная. Начну с первой, а там разберемся. Может, уже к концу часа встретимся, если повезет. Но если не повезет… не могли бы вы недельку обо мне погоревать?

— Вот еще! Я тебе баба, что ли, сырость разводить?!

— Пятьдесят тысяч звездных монет.

— Буду рыдать, как ненормальный, обещаю.

Я сбросила вызов и громко рассмеялась. Подумав минутку, вошла в онлайн-банк и перевела на счет мэра оговоренную сумму. Для достоверности. Пусть только попробует не рыдать на моих поминках.

Шутки шутками, а выкапываться надо. Из-за завала все сильнее фонит родственными узами, поэтому решила действовать осторожно. Мало ли что за родня там закопалась?

Техника была порядком отработана: обхватить нитями верхние камни, осторожно вытащить их и сложить вдоль стены. Завал здесь небольшой, так что можно быстро управиться. Однако меня отвлек очередной звонок. Кажется, я знаю, кто там.

Отступив в сторону и позволив нитям действовать самостоятельно, я приняла вызов. Голубой экран развернулся в воздухе, и на меня уставилась серьезная голопроекция незнакомого светловолосого мужчины.

Не могу судить о его росте, но на лицо он был довольно молод. Я бы сказала: не старше тридцати. Но вот глаза выдавали в нем сущность куда более древнюю.

— …похоже, генерал опять меня обманул, — растерянно пробормотала я, не обращая внимания на проплывающие мимо по воздуху валуны. Магия хорошо справлялась, и у меня было достаточно времени побеседовать с новым знакомым.

— Что? — удивленно переспросил блондин, подавшись ближе к экрану. — Ты что-то сказала?

— Не важно, — усмехнулась я, рассматривая лицо вполне себе молодого и здорового бога. — Лайзерг, как я понимаю? Чем обязана такой чести? Не ожидала, что ты там решишь со мной связаться.

— Ага, привет. А я вот не ожидал, что ты все еще живая будешь, — сразу перешел к делу бог Смерти моей галактики.

— Почему бы мне не быть живой? Тебя же нет, — произнесла с улыбкой, которая не была улыбкой на самом деле.

— А я здесь причем? — опешил бог, а у меня стали закрадываться сомнения.

— Ну как же… — начала немного растерянно, — всем известно, что ты перебил богов и ушел. Теперь вот я появилась. Сказать по правде, мы тут уже какое-то время ждем твоего визита, а ты все не торопишься.

— Перебил богов? — переспросил Лайзерг, а его лицо несколько раз комично дернулось. — Я что, похож на психопата? Ладно, пофиг на сплетни. Я чего звоню-то? Совет добрый дать хочу: вали из галактики на первой космической скорости. Улетай так быстро, как только можешь.

Я нахмурилась:

— Что это значит?

Лайзерг закатил глаза и раздраженно выдохнул:

— Это значит, что к гибели богов я не имею никакого отношения. На галактике проклятие лежит. А его эпицентр как раз в Арс-9. Ты ведь там обосновалась? Хотя бы планету смени, если улетать не хочешь. Но это не сильно поможет, только отсрочит действие чар. Остались у вас там звездолеты какие-нибудь? Можешь прилететь сюда к нам, император добро дал. Только сначала оборви связь с Источником, потом здесь закрепишься.

Отодвинув все странности в сторону, начну с главного. Маги Крови — больше прочих творений Хаоса подвержены территориальному инстинкту. Место, которое они назовут своим домом, не может быть больше отдано. Тем более невозможно стерпеть, если кто-то угрожает их дому.

Бог Смерти еще не закончил говорить, а я уже вскипела, воинственно сжимая кулаки.

— В твой дом пришел враг, и ты просто сбежал? Мужчина ли ты после этого? — прошипела в гневе.

Лайзергу на мое осуждение было плевать. От обидных слов он отмахнулся, как взрослый от лепета ребенка, продолжая усердно втолковывать свою философию:

— Из Кольца Смерти ты сделать ничего не сможешь. Повторяю, прилетай сюда. Не думай, что я просто сбежал и ничего не делаю. Но в одиночку, даже вдвоем, если мы объединимся, то с этой силой все равно не справимся. Нам нужна поддержка старших сущностей и не только. Сколько дней ты уже на галактике? Не заметила в себе никаких изменений? Сон стал дольше, сны ярче, а прошлые желания и цели постепенно меркнут. Жизнь теряет краски, и усталость берет свое. Поначалу это не сильно заметно, но со временем бороться с этим станет сложнее. Сама не заметишь, как безропотно погибнешь.

За свою не самую долгую жизнь мне с разными тварями приходилось сталкиваться, но то, о чем говорит этот парень, звучит слишком зловеще и немного недостоверно. Нет, я, конечно, заметила, что сон стал доставлять больше удовольствия, но я грешила на матрас. Очень уж у них тут в Порядке кровати хороши, да климат мягок. Пространство, опять-таки, никуда не исчезает, как у нас в Хаосе. Тишь да благодать, как говорится. Спи — не хочу.

Сны мне тоже снятся, но в основном про генерала. Кошмары. Но этому тоже есть простое объяснение, он просто заколебал меня. Лезет и лезет.

Что касается целей и желаний, то с ними все в порядке. Ну разве что депрессия иногда накатывает, но меня тоже понять можно: столько трудов приложила, и все впустую. Каждый раз что-то идет не так. Тут любой взвоет.

Но прежние боги куда-то все ж таки делись, а значит, в словах Лайзерга может быть здравое зерно.

— Что это за чары такие? — спросила с любопытством. — Знаешь, я неплохо умею обращать чужие заклинания вспять. Если расскажешь поподробнее, что-то может и придумаю.

Нити работали не покладая кончиков, так что к тому моменту, как мы с богом дошли до сути, проход был практически расчищен. Задерживаться здесь ни на минуту не хотелось, так что я, поглощенная разговором с Лайзергом, только под ноги смотрела, переступая невидимую черту, отделяющую коридор от единственной в подземелье комнаты.

Под землей не могло быть других источников света, кроме слабого мерцания от голоэкрана, но вдруг пространство озарила теплая яркая вспышка. Я на мгновенье отшатнулась, прикрывая привыкшие к темноте глаза рукой. Пространство наполнил звук людских голосов, торопливых шагов, смеха и недовольного ворчания. Десятки людей проходили мимо, а на плечо вдруг легла большая теплая ладонь.

— Детка, что случилось? Иди скорее, мы загораживаем путь.

Я отвела руку в сторону и увидела, что нахожусь в проходе салона самолета. Точно, мы же в Новосибирск летели. Папа получил повышение, и теперь мы переезжаем.

— Не называй меня деткой, я уже в третьем классе! — возмутилась я, с гордостью проходи на место у окна.

Сзади раздался добродушный смех отца:

— Точно, а я чуть не забыл. Совсем взрослая уже.

— Да! — уверенно подтвердила я. — Мне уже девять лет!

Важно рассевшись в кресле, я немного поерзала, чтобы расстегнуть пуховик. Свитер пару раз ударил током, но я стоически терпела, как взрослый человек. Рядом сел папа, и улыбка на его лице постепенно сменилась нервным выражением. Он сцепил руки перед собой и какое-то время не знал, как начать разговор.

— Детка… — вздохнул он, но наткнулся на мой неодобрительный взгляд и быстро исправился: — Лида! Лида, милая, мне нужно тебе кое-что сказать…

— Что? — склонив голову набок, удивилась я. Пара длинных косичек покачнулась из стороны в сторону.

— Ну… как бы это… вот, ты же уже взрослая, да? Скоро совсем вырастешь, и у тебя будет своя семья. Замуж выйдешь, дети будут. Это же хорошо, да?

— Конечно, — уверенно кивнула я, поджав губы. — У меня будет большая семья.

— Ну и вот, — с небольшим облегчением улыбнулся отец. — Большая семья — это всегда хорошо. Я бы тоже, ну знаешь… хотел большую семью. Что ты скажешь, если я… ну короче, если я снова женюсь?

— Женишься? — опешила я. — У меня будет новая мама?

— Именно, — сглотнул он, нервно следя за выражением моего лица.

Я пару секунд переваривала новость, а потом расцвела широкой улыбкой:

— Это же замечательно! Давно надо было! Папа, ты большой молодец. Хвалю тебя.

— Ну спасибо, — прыснул отец, игриво взъерошив челку у меня на лбу. — Анна хорошая, она тебе очень понравится. Мы познакомились, когда я был в командировке, ну и… как-то все так получилось. В общем, мы влюбились.

— Отец, скажи мне честно, она здорова? — поправив волосы и сложив руки перед собой, строго спросила я. Сейчас сложно было сказать, кто тут взрослый, а кто нашкодил.

— Да, — выпрямившись, с готовностью ответил отец. — Аня немного моложе, и со здоровьем у нее все в порядке.

— У нее есть другие родственники? Появятся ли в нашей семье еще бабушки, дедушки, дяди и тети?

Отец незаметно сжал пальцами подлокотник, и чуть тише ответил:

— Да, но… помимо этого… у тебя появится еще две сестры. У Ани, понимаешь, у нее две дочери… есть… еще.

— Две сестры?! — ахнула я, подпрыгнув в кресле. — Супер! А они старше или младше? Они здоровы? Они с нами будут жить? Когда мы увидимся?

Видя мой неприкрытый энтузиазм, отец наконец смог выдохнуть окончательно и стал обстоятельно отвечать на каждый вопрос:

— Они младше. Одной пять лет, второй три года. Насколько я знаю, девочки здоровы. Если ты не против, я бы хотел, чтобы мы жили все вместе. Я заберу их в наш новый дом сразу, как мы с тобой обустроимся на новом месте.

— Я стану старшей сестрой! — радостно воскликнула я. Но взрослым не подобает так кричать, так что я тут же притихла и широко улыбнулась: — Ни о чем не волнуйся, я присмотрю за своими младшими сестрами. Ура! Наконец-то у меня будет большая семья!

Пока я плавала в счастливых мечтах о полном доме, отец вздохнул и с теплой улыбкой посмотрел на меня. Ему было всего сорок лет, но годы оставили след на его седеющих волосах. Свою жену он потерял через год после рождения ребенка, автокатастрофа унесла ее жизнь. Родителей его давно не стало, одна лишь маленькая дочь на руках. Жизнь не была легкой.

Большая семья всегда была моей мечтой. Слишком грустно было возвращаться в пустой дом, лишь по вечерам наблюдая одинокую сгорбленную невзгодами фигуру отца. В фильмах я видела, что в домах с большим количеством людей очень оживленно. Несколько раз даже пыталась убедить своих воспитательниц и учительниц, что им стоит присмотреться к моему папе, но тот был слишком глубоко в своем горе и не смотрел по сторонам. Неужели теперь все изменится? Раньше я не была рада переезду в новый город, так как это означало потерю школьных друзей. Но если там я получу не просто друзей, а настоящую семью, то это стоит всех потерь. Теперь я с нетерпением жду, когда приземлится этот самолет.

Пребывая в радужных мечтах о шумном веселом доме, я уставилась в иллюминатор. Полоска земли быстро двигалась в сторону, и с небольшим толчком мы начали набирать высоту.

Нащупав в кармане гематогенку, я с довольным лицом развернула обертку и откусила кусочек. Как говорится: если не можешь не есть конфеты — ешь полезные.

— Никогда не пойму, как ты можешь любить эту гадость, — не выдержав, скривился отец.

— Нет. Это для крови полезно. Попробуешь? Вкус неплох.

— Пожалуй, воздержусь, — усмехнулся он, отодвигаясь, насколько позволяло место.

Папа вообще не очень любит полезную и правильную еду. Подозреваю, что по выходным он не с друзьями на рыбалку ходит, а в забегаловки, чтобы поесть тортов и наггетсов. И это с его-то холестерином!

— Тебе нужно больше заботиться о своем здоровье, — произнесла я поучительно. Вот закончу школу, выучусь на врача и буду отчитывать всех, размахивая в воздухе дипломом. Пусть потом попробуют сказать, что я маленькая и ничего не понимаю, хм! — Ты скоро заведешь жену, а потом и детей. Вы же планируете детей?

Отец вздрогнул и посмотрел на меня с некоторой опаской:

— Ты сейчас говоришь, как твоя бабушка. Малыш, не пугай меня, побудь еще немного ребенком, хорошо?

Зубы мне заговаривает, поглядите-ка.

— У тебя в семье три дочери. Если хочешь иметь здорового сына, то должен начать заботиться о своем питании уже сейчас. Вернемся, купим тебе витаминов.

Я еще минут двадцать нагнетала обстановку, пугая отца побочными эффектами нездорового образа жизни, нажимая на то, что он скоро станет главой большой семьи. Ему оставалось только беспомощно слушать, не зная, должен ли он смеяться или плакать.

Но вскоре мирная атмосфера была разрушена. Наш старенький самолет тряхнуло, зашумели люди, а кто-то закричал, что взорвались какие-то двигатели. Мы стали быстро терять высоту, самолет стремительно нырнул в дымку облаков, а отец стал поспешно натягивать мне на лицо какую-то маску. Дышать стало легче, но вместе с тем пришло четкое понимание того, что это конец.

Не будет большой семьи. Не будет выпускного и работы врачом. Я не выйду замуж и детей у меня не будет. Я потеряю все, даже отца.

Облака остались позади, и земля стремительно приближалась. Движение внизу подсказывало, что упадем мы прямо на город, и жертв станет еще больше. Как самый радостный день в моей жизни мог превратиться в такую катастрофу?

Самолет беспощадно болтало, и от тряски отец уже потерял сознание. Цепочка с крестиком выскользнула наружу, и серебряные грани отражали блеск заходящего солнца.

Боже, если ты есть, помоги… Или кто угодно еще… Я бы что угодно взамен отдала.

Вцепившись в кресло, я крепко зажмурилась, и слезы ручьем хлынули по щекам. Видеть, как приближается земля, совсем не хотелось. Обида, страх и отчаяние захлестнули с головой, и я в панике попыталась схватить папу за руку.

Вдруг шум резко прекратился. Дышать стало легче, а падение словно замедлилось. Удивленно распахнув мокрые от слез глаза, я осмотрелась, но ничего понять не смогла. Мы не погибли и не спаслись: в воздухе застыли бутылки с водой, пакеты с чипсами и чьи-то сумки; люди застыли в нелепых позах и, кажется, даже не дышали; за иллюминатором оставались считанные километры до земли, но падение остановилось.

— Чт… Как это… Папа?.. — тихо позвала, задыхаясь от страха. Но папа не реагировал. Он застыл так же, как и весь мир.

Когда начало казаться, что я навсегда останусь в моменте катастрофы, в воздухе разлился мягкий мужской голос:

— Твои молитвы услышаны, дитя.

В проходе вспыхнуло мягкое мерцание, и из потоков света соткалась фигура крепкого мужчины. Он выглядел одновременно необычно и как-то по-родному. Я бы даже расу его определить не смогла, но в душе сразу разлилось непривычное умиротворение, а сердце забилось увереннее. Я всем своим существом ощущала, что мы родные. Он как отец, а может, даже ближе.

На его безмятежном лице засияла теплая улыбка, и я почувствовала безграничное доверие. Он медленно приблизился и прислонился боком к креслу, чтобы поговорить.

— Мне искренне жаль, что первая встреча состоялась при таких условиях. Боюсь, опоздай я хоть на пять минут — и разговор бы уже не состоялся. Однако я здесь, и я могу исполнить твое желание.

— Мое… желание? — повторила одними губами.

— Мм, — согласно кивнул мужчина. — Ты ведь хочешь, чтобы самолет благополучно приземлился, а у твоего отца появилась жена и дети?

— Я… да! Хочу! Очень хочу! — воскликнула взволнованно, вскочив из кресла.

Мужчину мой энтузиазм порадовал, и он довольно рассмеялся:

— Хорошая девочка, молодец. Ну, это сделать не так уж и сложно, но есть один нюанс. Сущности моего порядка не могут вмешиваться в ход вещей, а я еще и в прошлое забрался. Могут начаться проблемы. К счастью, у меня тоже есть одно желание, и, если ты поможешь его исполнить, все будут довольны. Что скажешь? Заключим сделку?

— Я что угодно сделаю, но спасите папу! — крикнула в отчаянии, поймав мужчину за рукав.

Он не пытался вырваться, лишь тонкая печаль наполнила его любящий взгляд. Большая теплая, как у папы, ладонь легла мне на голову, и он сказал:

— Тогда я исполню твое желание. Этот самолет благополучно сядет в аэропорту, и никто не пострадает. Твой отец проживет долгую и счастливую жизнь, как и вся его будущая семья. Я дарую им благополучие и крепкое здоровье.

— Спасибо! Огромное вам спасибо!

— Но взамен… Я заберу тебя из этого мира. Люди забудут о тебе, словно ты никогда и не рождалась. И отведу тебя в другое место, где ты выполнишь одну мою просьбу. Ничего сложного, я всему тебя научу.

Из его ладони полился яркий свет, и пространство изменилось. Мы больше не были на борту терпящего крушение самолета, а стояли в чудесном сказочном лесу на берегу озера. Его поверхность искрилась и переливалась; на деревьях висели сочные красные фрукты; в воздухе витал аромат неги и счастья; а ненавязчивое пение птиц услаждало слух.

Под ногами шелестела яркая молодая зеленая трава, покрывая полную очаровательных холмиков поляну. Ее мягкий аромат умиротворял и рассеивал тревоги, как безмятежный летний полдень.

Я была так восхищена открывшимся видом, что не заметила изменение в глазах мужчины. Это больше не были глаза мироздания, полные жизни и желания Творить. Теперь это были тусклые и полные звезд глаза, поглощающие всякий свет, как самая темная ночь.

Мужчина подошел ближе и сказал:

— Видишь это озеро? Подойди, загляни в него.

Я послушно пошла вперед и склонилась над легкой рябью воды. Однако мое отражение появилось там лишь на секунду, после чего бесшумно растворилось. Я изумленно ахнула, а голос за спиной заметил:

— Очень хорошо. С этого момента ты должна оставаться здесь и охранять озеро. Сделаешь это ради меня?

Я на секунду заколебалась, не совсем понимая:

— Охранять? Но от кого? И как я это сделаю?

— Тебе ничего особого не придется делать, — как-то странно улыбнулся мужчина, но я тут же отогнала нехорошие мысли. Он мне семью спас, я ему обязана. — Достаточно посидеть тут немного, хорошо? Не бойся, никто на тебя не нападет. Я обещаю, ты в полной безопасности.

— Просто… посидеть? — переспросила неуверенно, однако беспокойство в душе медленно засыпало, убаюканное мягким голосом мужчины.

— Просто посидеть, — продолжал убеждать он. — Совсем недолго. Пока не стемнеет. А потом я приведу сюда твою семью. Ты же хочешь их увидеть?

— Конечно! — ответила с готовностью. Просто немного посидеть на берегу озера — это же совсем несложно!

— Хорошая девочка, — усмехнулся голос, и мне на секунду показалось, что его губы не двигаются.

Я немного устала стоять и решила присесть на мягкую траву. Она была такой шелковистой и упругой, что трогать ее оказалось очень приятно.

— Если тебе станет скучно, ты можешь поплавать в озере… — соблазнительно протянул голос, но я была так сильно поглощена рассматриванием травы, что не заметила жуткой улыбки на застывшем лице. — Сладких снов, маленькая богиня...

На его предложение я не нашла в себе сил ответить и не заметила, как фигура растворилась в воздухе, объятая прохладой ночных грез. За день столько всего произошло и хорошего, и плохого, и невероятного, что я почувствовала, как усталость наваливается на плечи.

Трава была такой мягкой, что мне до ужаса захотелось на нее прилечь. Это ведь ничего, если я немного отдохну, пока тот волшебник отправляется за моей семьей?

Трава, казалось, только этого и ждала. Едва я склонилась и легла на бок, как травинки послушно сбились в мягкую подушку, даря отдых усталой голове. Веки становились все тяжелее, пока полностью не закрылись, а дыхание не стало поверхностным.

Я уснула и не видела, как трава медленно растет все выше, накрывает меня собой, словно пуховым одеялом. Ее становилось все больше и больше, пока она не покрыла собой всю фигуру, включая голову и лицо.

Прошло совсем немного времени, и на поляне, окруженной лесом, появился еще один маленький холмик. Больше тишину прекрасного леса ничто не нарушало.

Галактика Путь Андромеды. Империя Ках-Шахрастар. Планета-столица Хагрос. 5218 год после Объединения.

Разбитый флот, едва поддерживаемый ослабевающими кровавыми нитями, вошел в зону военного космопорта Хагроса. Это событие вызвало настоящий переполох, так как военное министерство давно потеряло связь с группой, улетевшей подавлять восстание в Кольце Смерти.

Военные чиновники, офицеры внутренней службы безопасности, медики и служащие космопорта столпились на посадочной площадке и в ужасе смотрели, как некогда блистательный флот во главе с Первым Генералом в жуткой тишине заходит в ангар.

Ни на одном корабле не работали двигатели, и людям было неясно, как звездолеты могли продолжать целенаправленно двигаться. Если корабли выглядели так катастрофично, то что же с экипажем? Военные готовились к худшему.

Когда несколько десятков эсминцев бесшумно опустились на площадку, на армированный бетон тихо закапали капли крови. Это ужасающее зрелище заставило людей затаить дыхание, а некоторые невольно потянулись к оружию.

Солдаты не знали, что их ждет, поэтому, к тому моменту, как один за другим начали открываться шлюзы звездолетов, большинство уже сняли плазмеры с предохранителей и целились в неведомую угрозу. Их руки ощутимо подрагивали от нарастающего напряжения.

Все в той же гробовой тишине на площадку стали выходить измученные и подавленные солдаты Первого Генерала. Выглядели они ненамного лучше, чем их корабли, ведь большая часть электроники на борту была повреждена, а значит, никакого душа, туалета и техники пищеблока. Они две недели не могли нормально помыться и поесть синтезированную пищу. Про то, куда им пришлось ходить в туалет, и вовсе лучше промолчать. Грузовой отсек такого надругательства еще не видел.

К счастью, в хранилищах было достаточно биомассы из белков, жиров и углеводов, которая обычно используется вместе с ароматизаторами и вкусовыми добавками в пищевом синтезаторе. Иначе до базы долетели бы усохшие трупы.

Вид вооруженной делегации никого не удивил. Каждый солдат понимал, что их облик и состояние кораблей выглядели слишком странно, чтобы охрана космопорта не насторожилась. Хорошо хоть сразу не пристрелили.

Первым нарушил ошеломленную тишину помощник генерала. Этот парень оказался на редкость стрессоустойчивым. Он вышел вперед, примирительно подняв руки, и устало сказал:

— Не стреляйте, это мы.

От этих слов застывшее в ужасе время будто вновь ускорило свой ход. Люди зашумели, медики бросились к выжившим, а министры столпились у главного эсминца, ожидая выхода генерала.

Однако, когда тот вышел, собравшиеся вновь притихли. Всем стало очевидно, что подавление восстания провалено. Сказать по правде, это первый раз, когда империя не справилась с бунтом. И в то, что другой стороной была одна единственная крошечная планета без магов и техники, оказалось слишком трудно поверить. Такого они даже представить себе не могли.

Конечно, все хотели поскорее услышать отчет генерала. Вот только тот в несвойственной ему манере наплевал на ожидания военных. Лаен вышел в помятой форме, с опухшим лицом и отросшей бородой, а запах от него стоял такой, что воздух поджигать можно было.

— Это… что? — ошеломленно прошептал один из министров, потянув помощника генерала за рукав.

Тот устало вздохнул, бросив раздраженный взгляд на генерала, после чего отмахнулся:

— А на что похоже? Он две недели бухал. В медотсеке почти весь спирт закончился. Если бы полет затянулся еще хотя бы на пару дней, он перешел бы на ракетное топливо. Забудьте. Просто… пусть проспится. Император в курсе.

Помощник вовсе не пытался понизить голос, и все присутствующие услышали его недовольство, однако генералу было глубоко плевать. Он даже не взглянул на встречающих. Оттолкнув плечом министра, который мешал пройти, Лаен побрел в неизвестном направлении, не сказав ни слова, и никто не попытался его остановить.

Неизвестно, куда направлялся поверженный генерал, но его уход прервал звонок коммуникатора. Непонятно, о чем подумал парень, но, увидев идентификатор звонящего, он, на удивление, принял вызов. В воздухе вспыхнул полупрозрачный экран, с которого не него смотрела группы прилично выпивших парней:

— Йоу, чувак! Хреново выглядишь, ха-ха! А мы только собираемся в загул. Прикинь, Хемиш женится через неделю! Так что мы тут мальчишник решили организовать. Присоединишься? Айзек девочек в модельном заказал, так что компания будет приятная, ха-ха-ха.

В мрачных потухших глазах генерала не промелькнуло ни тени интереса, однако голос был ровным, хоть и немного хриплым от двухнедельного молчания:

— Где вы?

— На Анказаре, конечно! Тут лучшие клубы, чувак!

Анказар был планетой-столицей соседней федерации Индар-Кор. Лететь до них не так долго, учитывая, что космопорт находится почти на границе двух галактических держав.

Улететь в другую страну, чтобы пробухать еще неделю в компании едва знакомых отморозков и незнакомых телок? Лаен в деле!

Сказав, чтобы прислали координаты бара, парень сбросил вызов и тяжелым шагом направился в другой ангар. Доступ туда был только у членов императорской семьи, поэтому никто не смог помешать пьяному племяннику правителя войти и угнать личный боевой эсминец императора.

Не помешала ни охранная система корабля, которую он взломал, проломив панель кулаком. Не помешала охрана, примчавшаяся на вой сирены. Даже закрытые шлюзы космопорта не помешали, ведь он без колебаний протаранил их лобовым стеклом. Обломки вышвырнуло в космос, а космопорт закрыли с объявлением чрезвычайного положения.

А пьяное «чрезвычайное положение» тем временем на максимальной скорости неслось в соседнюю федерацию. Пока он летел по территории Ках-Шахрастара, это еще ничего, но когда он пересек границу, наплевав на пограничные посты, то только благодаря сертификатам личного эсминца императора Айдана Эрда его корабль не разнесли к чертям. Однако до нужной планеты Лаен девять часов летел с хвостом из еле поспевающих эсминцев Галактической Службы Безопасности. Догнать не вышло, но обматерили его до девятого колена.

Различие между двумя странами было действительно велико. Едва Лаен приземлился в космопорте Анказара, как обстановка разительно изменилась.

В его родном Ках-Шахрастаре царила атмосфера строгости и военного минимализма, влияние технологий было настолько незаметным, что порой казалось, будто те полностью отсутствовали. Планеты выглядели так, будто кроме крепостей и фортов на континенте больше ничего нет, а дома простых жителей больше напоминали военные базы: с арсеналами, тренировочными площадками, высокими стенами и строгой дисциплиной.

Индар-Кор в свою очередь является высокотехнологичной федерацией, в которой техника тесно сплетается с магией. Пожалуй, главная особенность этой страны — повсеместное изучение, создание и распространение устройств, использующих магию как источник энергии.

Эта особенность в основном и определила облик городов. Смог плотно затягивал небо, создавая вечерние сумерки днем и подсвечивая облака копоти ночью; узкие улочки утопали бы в непересыхающей слякоти, если бы не были вымощены металлическими решетками вместо привычного асфальта; а обилие всевозможных неоновых вывесок заливало улицы светом до такой степени, что отпала всякая надобность в уличных фонарях. Это был город вечной ночи, в котором жизнь не засыпала ни на минуту.

Конечно, так было не везде. Был один небольшой материк, на котором строжайше запрещалось организовывать производства, из-за чего небо было чище, чем в других частях планеты. Днем там можно было увидеть голубое небо и яркое солнце, а сухие дороги были вымощены высокотехнологичным асфальтом с подогревом и самоочищением. Улицы там были широкими, а стоящие вдоль дорог фонари яркими и однотипными. Практически уголок порядка и организованности в пучине хаоса и всевозможных пороков.

В этом месте, как несложно догадаться, жил правитель Индар-Кора — Эш Тан, а также его приближенные. Однако правительство в этой федерации также было весьма условным. Вся власть принадлежала корпорациям, и самая влиятельная управляла общими делами страны.

Генеральным директором именно такой корпорации и являлся господин Тан. В связи с этим нетрудно понять, что человеком он был крайне занятым, а также весьма стрессоустойчивым. Поэтому, когда на его коммуникатор поступил тревожный звонок от службы безопасности космопорта с донесением на вторжение инопланетного правителя, тот даже в лице не изменился.

— Какой именно правитель? — сухо уточнил Эш, не прекращая просматривать документы на своем рабочем планшете. После завершения турнира артефакторов у него появилось несколько новых идей, и мужчина планировал открыть у себя новые производства. Увы, его потрясающую идею с треском разгромил совет директоров, так что сейчас Эш… подбирал новый совет директоров.

— Правитель империи Ках-Шахрастар! — взволнованно отвечал голос на том конце связи. — Его императорское Величество Айдан Эрд!

— Понял, — произнес без всякого удивления Эш, после чего сбросил вызов и набрал Айдана напрямую. Спустя пять гудков его вызов был принят.

— Это не я, — без предисловий сразу сказал Айдан. Он тоже занимался бумагами у себя в кабинете, но в отличии от своего иностранного коллеги предпочитал работать на бумаге. Его секретарю действительно было нелегко вести одновременно архив и дублировать его в базу данных.

— А кто? — спросил Эш, даже не подняв головы от изучения документов на планшете. Ситуация казалась комичной, но выглядела на удивление гармонично. Мало кто знает, что в далеком прошлом, лет сто назад Эш перешел дорогу Айдану, чтобы помочь скрыться у себя бывшей невесте Айдана. Но будем снисходительны, он действительно не знал, кто эта сумасшедшая девица.

— Лаен, — в свою очередь без утайки ответил император. Подумав, что Эш может не помнить этого дикого мальчишку, Айдан уточнил: — Мой племянник и Первый генерал.

— Понял, — коротко бросил Эш и повесил трубку. Следующим шагом стал его звонок самому Лаену.

На этот раз дозваниваться пришлось немного дольше. Генерал поднял трубку раза с двадцатого, когда Эш почти забыл про него, погрузившись в отчеты инженерного отдела разработок. Отчет был не самым радужным, поэтому глава корпорации вникал в цифры и сосредоточенно хмурил брови.

— Эш, — раздалось хриплое приветствие из динамиков, оторвав мужчину от подсчета корреляции между инкубационным ядром и переменной базового начала стихии огня. Он был уверен, что инженеры продались конкурентам, если делают такие грубые ошибки в расчетах.

Очнувшись от бесконечных цифр, Эш вспомнил о собеседнике и причине своего звонка, после чего высказал свое мнение обо всем одним словом:

— Не шуми.

— Понял, — хрипло ответил генерал и сбросил вызов.

Настоящие мужчины такие суровые и великолепные, что даже интернациональные политические скандалы могут решить двумя-тремя словами. Действительно потрясающе! Достаточно одного взгляда — и они, видите ли, все поняли. А как девушка просит свалить в закат и не загораживать обзор, так поразительная догадливость тут же сменяется тяжелой формой аутизма.

Генерал в свою очередь даже не подозревал о том, какой круговорот звонков в природе произошел из-за его действий. Найдя по навигатору нужное заведение, он вошел в клуб и был встречен улыбкой управляющего:

— Господин Коган, добро пожаловать! Позвольте проводить вас.

Что ж. Репутация генерала, как гуляки и повесы, действительно появилась не на пустом месте. В всех странах осталось мало престижных и не очень заведений, в которых у того не было бы еще членской карты. Лаен не знал недостатка в деньгах и любил проводить время с размахом. Так что на любой гулянке он был желанным гостем. Гостем, который гарантированно все оплатит. Лопух, короче.

«Вортем» был далеко не самым элитным клубом Анказара, и публика тут собиралась самая разношерстная. Однако он славился тем, что мог предложить любое развлечение за демократическую цену. Чего бы ни пожелала душа гостя, «Вортем» это исполнит.

Первый этаж клуба представлял собой сплошной танцпол, с тремя барными зонами по периметру. Нет такого напитка, которого бы не нашлось в запасе у местных барменов. Тяжелый плотный дым стлался по полу, вспышки света распарывали кромешную темноту, а музыка заглушала любые другие звуки, объединяя и изолируя десятки танцующих людей.

Второй этаж представлял собой балконный коридор, из которого можно было попасть в отдельные комнаты из смарт-стекла. Комнаты отличались по размеру и предназначению. Где-то можно было посидеть с деловыми партнерами, обсуждая бизнес и высокомерно наблюдая за неистовствующей толпой на танцполе первого этажа. Где-то уединиться со стриптизершей для приватного танца. А где-то можно было собраться шумной компанией за полным выпивки столом и собственным небольшим танцполом.

Управляющий проводил Лаена как раз в третий тип комнаты, где его уже ждала шумная компания молодых людей и их спутниц. Спутниц «Вортем» также великодушно поставлял в соответствии с каталогом товаров. У таких девушек на тыльной стороне ладони стояла люминесцентная печать клуба в виде буквы «В».

На низком стеклянном столе с мигающей подсветкой стояли десятки различных бутылок, полупустых бокалов и в гораздо меньшем количестве тарелки с закусками.

Собравшиеся встретили товарища свистом и приветственными криками, не обращая внимания на мрачное лицо последнего. Пара особо шустрых «сотрудниц» клуба подбежала к парню и утащила его за стол. В считанные секунды у него в руках оказалось два стакана с чем-то легковоспламеняемым, а на каждом колене по полуголой девице.

— Эй, братишка, что-то ты хмурый какой-то! — обнимая двух других красавиц, с ухмылкой крикнул тот самый парень, который недавно звонил генералу. — Тебя опять бросили?

Не совсем трезвый генерал стал решать задачи по мере их поступления. Сначала перелил один бокал в другой, а потом одним махом выпил. После чего посмотрел на говорившего и без труда стряхнул с себя красавиц. Прямо на пол.

— Закрой рот и пей свое вино, — сказал он хрипло. Лаена не очень интересовали люди вокруг, а вот батарея разноцветных бутылок внимание привлекла. Не читая этикетки, он взял ближайшую, опрокинул в пустой стакан и стал методично надираться.

Присутствующие идиотами не были, так что быстро поняли запретную тему дня. Болтать по душам с племянничком императора никого не тянуло, так что было решено переключиться на более приятные занятия. Например, высасывание бабок.

— Кстати! — некстати воскликнул парень. — Познакомься, это наш новый друг — Орималь Сабади. Орик у нас недавно компанию организовал, представляешь? Будет заниматься производством новейшего теплового оружия! Может ты даже уже слышал о нем, фирма называется, э-э…

— «Фьорд»! — любезно подсказал сам Орик, перегибаясь через стол с протянутой рукой, чтобы поздороваться с генералом. В глазах его горели радость и предвкушение, но недолго, если честно. Лаену на всех Ориков в мире вместе взятых было так глубоко плевать в этот момент, что они могли бы расплакаться, если бы узнали.

Рукопожатие было напрочь проигнорировано, а вот следующая в очереди бутылка облагодетельствована пристальным вниманием. Орику ничего не оставалось, кроме как смущенно сесть на место. Однако его друг не смутился и продолжил расплываться в лести:

— Братишка, ты ведь самый крутой генерал в галактике! Тебе наверняка пригодится такое мощное новейшее оружие? Мы все тут друзья. Что скажешь, если Орик сделает тебе скидку, как оптовому покупателю?

Орик тоже не был лишен предпринимательской жилки и внес свое предложение:

— Три процента!

Другие парни за столом лениво тискали девочек и молча следили за разговором. Сотрудницы клуба переглядывались, но подходить к генералу опять не решались. Они умели тонко чувствовать настроение мужчин и понимали, что новоприбывший почему-то не настроен играть с ними. Лучше выждать более благоприятный момент, когда парень выпьет еще чуть-чуть.

Парень же вообще не слушал этих стартаперов, опрокидывая стакан за стаканом. Видя, что «денежный мешок» не заинтересовался, двое продолжили наседать.

— Орик, — с улыбкой воскликнул друг, — сегодня такой замечательный день, прояви больше искренности! Что скажешь насчет десяти процентов?

Орику это очень не понравилось, но на поверхности он лишь сильнее скулы напряг, чтобы улыбнуться:

— Это отличное предложение! Для нашего генерала я действительно готов пойти на это!

— А! Лаен, что скажешь, братишка? — хлопнул друг, нетерпеливо потирая ладони, словно торопился поскорее нагреться на чужой сделке.

Они долго доставали генерала и в итоге достали. Вылив остатки из двух разноцветных бутылок в свой стакан, Лаен откинулся на спинку дивана, устало вздохнул и поднял красные от недосыпа глаза на двух бездельников. Неожиданно, его голос звучал хоть и хрипло, но на удивление трезво:

— Опустим тот момент, что ты без разрешения военного министерства решил продавать оружие заграницу, но с чего ты взял, что тепловые пушки в наш век еще кого-то интересуют? Какая еще фирма-производитель? Вы двое наткнулись на бесхозный склад старого оружия и пытаетесь его продать? Я похож на оленя?

Орик перепугался так, что цветом лица сравнялся с простыней. Ему казалось, что он от страха сейчас в обморок упадет. К счастью, его друг не был таким впечатлительным и ловко умел выкручиваться. Громко засмеявшись, будто услышал невероятную шутку, он поднял бокал и резво перевел тему:

— Да что же мы все о делах да о делах?! Мы ведь не работать сюда пришли, да, парни? Давайте, поторопитесь и поднимите тост за нашего брата Лаена!

— За Лаена! За Лаена! — мигом поддержала его компания, натягивая улыбки поприветливее и поднимая бокалы.

У генерала не было никакого настроения разбираться с этими двумя, так что он снова опустил голову и ушел в себя. Из-за этого казалось, будто в его углу собираются черные тучи, а это сильно портило атмосферу праздника. Разговорчивый друг не мог этого вынести. Так как примерная причина хандры новичка была определена, он решил клин клином выбить и сделал звонок управляющему, после чего похлопал по столу, привлекая внимание:

— Народ! Давайте-ка взбодримся! Я сейчас кое-что из «спец-меню» нам заказал, ха-ха-ха! Свежачок, такого еще не было!

Собравшиеся приободрились, зашумели и стали с нетерпением ждать заказ, а генерал застыл неподвижно, глядя пустым взглядом с стакан. Его мысли были очень далеко.

Вскоре народ зашевелился. Свет погас, музыка сменилась на что-то тягучее с таинственным барабанным ритмом и стала громче, а дверь кабинки распахнулась, пропуская внутрь тот самый «заказ».

Есть свет или нет, Лаена мало волновало. Прямо сейчас на столе находился его враг в бутылках, и он упорно с ним сражался. Это были те самые отношения вражды-дружбы, когда ты нуждаешься в чем-то, но битва неизбежна и кто-то исчезнет. Пока что коньяк проигрывал.

Он пил до тех пор, пока на дне бокала не почудилась пара прекрасных глаз, что смотрела на него с нежностью. Это была явная иллюзия, она совершенно точно никогда так на него не смотрела, но опьяневший разум легко принимал желаемое за действительное. Лаен не сошел с ума, но очень этого хотел и всерьез уставился в бокал, ища какие-то ответы на дне.

Иллюзии очень эфемерны и легко разбиваются, когда кто-то их загораживает. Тонкая белоснежная рука изящно легла на край бокала и отвела его в сторону, а точеная женская ножка с алыми ноготочками призывно погладила его бедро поверх брюк.

Прекрасный взгляд в бокале исчез тот же час, и генерал пришел в ярость. Раздался шлепок, и прелестница, прибывшая станцевать эротический танец для гостей, вскрикнула, держась за пострадавшую ногу, а генерал поднял на нее полный смертельных намерений взгляд. Только теперь он понял, что в комнате появился новый человек.

Заказанная девушка была фантастически красива. Белоснежная кожа, тонкие черты лица, изящная фигура в кроваво-красном платье — она стоила целое состояние вообще-то. Одна бретелька уже сползла с плеча, готовясь продемонстрировать гостям пикантное зрелище, а ткань платья была похожа на прозрачный шелк, сотканный… из алых нитей.

Гневные слова, готовые вот-вот сорваться, так и застыли на губах парня. Вот только первый бабник галактики пялился далеко не на девушку, а на ее платье. Вид алых нитей так больно резанул по сердцу, что аж дыхание перехватило.

Конечно, это была не она, но некоторые вопросы просто невозможно было больше держать в себе. Спихнув часть посуды со стола, генерал грубо усадил напуганную девицу напротив себя. Его глаза с полопавшимися сосудами и так пугали людей, а в сочетании с помятой небритой мордой и вовсе вгоняли в ужас.

— Вот ты женщина. Скажи мне, ты хочешь детей? — сверля прелестницу тяжелым взглядом, хрипло спросил генерал.

Девушка удивленно разинула рот и замотала головой. Она только стала совершеннолетней и съехала от родителей. Детей ей сейчас хотелось меньше всего.

Генерал нахмурился и задал следующий вопрос:

— И замуж не хочешь?

— Смотря за кого, — обольстительно улыбнулась красавица, которой менеджер все уши по дороге в комнату прожужжал про крутого генерала, который их посетил.

— За меня, допустим, — ответил он сквозь зубы.

— За вас, генерал, с радостью, — шире заулыбалась она, профессионально стреляя глазками.

— А от меня знаешь какие дети сильные были бы! — настаивал он. Этот диалог был похож на разговор слепого с глухим. Очень конструктивный.

— Ну если это дети от господина генерала, то я не против, — мягко выдохнула танцовщица, плечиком опуская бретельку еще ниже, однако смотреть в ее наглые глаза генерал не перестал.

— Вот! Ты не против! — рявкнул Лаен, саданув кулаком по столу так, что часть бутылок опрокинулась. — А она почему против? Что со мной не так? Почему не нравлюсь?

— Ну… — с сомнением протянула девица, почуяв запах сплетен, и окинула пьяницу критическим взглядом: — Может, помыться для начала?

— Я мытый был, — мрачно ответил он.

— Побриться? — предположила девушка.

— И бритый. И одетый в чистое. И с цветами. Что еще вам бабам надо?

И тут танцовщицу некстати озарило:

— Так она, наверное, в другого влюблена была!

И уже через пять секунд полной тишины за спиной ошеломленной красавицы с грохотом захлопнулась дверь кабинки. Есть вещи, которые не стоит говорить отвергнутому ревнивому мужчине, вступившему в брачный период.

После неудавшегося танца вечеринка протекала как-то тухло. Парни начали расходиться по одному, девочки уходили с ними, и меньше чем через полчаса в кабинке остался один только генерал с батареей недопитых бутылок и астрономическим счетом. На счет плевать, а вот бутылки еще могли послужить благой цели. Да, он продолжил мрачно пить в одиночестве, пока не уснул.

И приснился ему дивный сон.

То, что все вокруг ненастоящее, Лаен понял сразу. Свое тело он почти не ощущал, а вот мир вокруг был ярким и незнакомым. Единственное, что давало хоть какую-то подсказку о причинах его перемещения — вернувшаяся на запястье метка. Она источала пульсирующий свет и приковывала его к месту.

По долгу службы и в следствие бурной молодости, генерал побывал в самых разных местах галактики, поэтому вполне обоснованно подозревал, что попал в какое-то очень отдаленное место. Хотя бы потому что в данный момент он находился на борту летательного аппарата, явно построенного не в этом тысячелетии.

Было непонятно, для чего метка привела его сюда, но что-то предпринимать парень не спешил. Не чувствуя недавнего опьянения, он внимательно осмотрелся по сторонам. Его внимание привлекла пара отца и дочери, сидящая рядом. Зависнув в проходе между рядами кресел, генерал попытался понять, о чем это видение.

Он слышал весь диалог пары от начала и до конца. Неизвестно, в какой момент он начал улыбаться, но рассуждения маленькой девочки вдруг сильно напомнили ему одну особу, которая тоже очень хотела семью. Точнее, клан. Еще раз взглянув на пульсирующую метку, Лаен начал что-то понимать.

Видение быстро добралось до момента крушения самолета, но, вместо ожидаемого конца, время вдруг застыло. Рядом с ним в проходе появился странный мужчина, и диалог между ним и девочкой не ускользнул от внимания андромедовца. Вот только в отличии от ребенка, он прекрасно рассмотрел перемену в человеке в определенный момент.

Условие ей ставил кто-то совсем другой.

Стоило парню усомниться в происходящем, как его сознание разделилось, и перед глазами предстали две реальности. В одной человек с яркими, как Свет, глазами предлагал ребенку исполнить желание в обмен на помощь в создании клана за десять лет, а в другой тот же человек, но с глазами темными, как звездная ночь, врал и увиливал, вытягивая у ребенка непонятное обещание.

Лаен помнил рассказ Лидии о просьбе какого-то существа, называющего себя Творцом. Если видение не лжет, то в первой части показывалась как раз встреча Лиды с этим существом. Но что со второй частью? И она, к слову, еще не подошла к концу.

Вместе с ребенком генерала перенесло в странное место. Вроде бы обычный пейзаж с озером и лесом, но что-то не давало бывалому воину покоя. Лес казался ненастоящим, штампованным каким-то, будто все деревья по одному трафарету вырезались; птичий щебет разносился по округе, но ни одной живой души парень разглядеть не смог; а озеро больше напоминало лужу нефти, в которой тонут новогодние гирлянды.

Лживая, плохо проработанная иллюзия, рассчитанная на того, кто наивно верит в сказки.

Взять хотя бы эти странные холмики на поляне. Это совсем ненатурально выглядит. На какой лесной опушке будут строго в два ровных ряда стоять холмы?

Это больше на курган похоже. На два десятка курганов.

От этой мысли у Лаена похолодел затылок. Вынужденный стоять и молча смотреть, он слышал весь дальнейший диалог между черноглазым мужчиной и ребенком, а также то, что произошло после его ухода.

Как бы ни рвался Лаен вон из кожи, он не мог сдвинуться с места и остановить то, что, очевидно, было настоящим погребением заживо. Он мог лишь смотреть, как ребенок мирно и без сопротивления становится еще одним курганом на этой фальшивой поляне.

Из сна, превратившегося в кошмар, генерала имперского флота вырвал звонок коммуникатора.

Клуб «Вортем» был очень клиентоориентированным. Даже если гости засиживались до утра, им никто не мешал, чего не скажешь о назойливый родственниках и сарафанном радио.

Так уж случилось, что небезызвестная советница-рецидивистка, отправившая Лидию в Порядок, теперь промышляет в соседней галактике, о чем рано утром узнал император Айдан. Советница Эсфирь устроилась на должность советницы при императоре Талахае — правителе галактической империи Терра. И так как талант ее не подлежит сомнению, Айдан вздумал переманить девушку. Увы, безрезультатно. Соотечественницы ни в какую не хотят работать с бывшим главой клана Войны. Но это не главное.

Главное то, что в своем разговоре Эсфирь и Айдан коснулись одной особы, которая сначала планету отжала, а теперь на бога Смерти глаз положила. Слово за слово — и выяснилось, что общие знакомые действительно сближают. Сближают настолько, что советница согласилась помочь в амурных делах незнакомому генералу. Или если не помочь, то хотя бы мозги на место вправить.

Очнулся Лаен весь в поту. Панический пульс грохотал в ушах, руки дрожали от напряжения, и понадобилось добрых пять минут, чтобы отличить реальность от вымысла. Диким взглядом он обвел пространство и, наконец, вспомнил, где сейчас находится. Очевидно, ему приснился обычный кошмар, но время шло, а его образ не мог померкнуть. Каждый эпизод он помнил с предельной четкостью. Это совершенно точно был не простой сон.

Возможно, с Лидой что-то случилось, пока его не было. Не будет ли преувеличением, если он отправится обратно и просто проверит? Ему, конечно, сказали не возвращаться, и вчера Лаен был серьезно настроен больше не докучать маленькой богине, но…

Давайте просто сойдемся на том, что он не очень хороший человек, и как мужчина не всегда готов держать слово. Он просто сходит, проверит, убедится, что с ней все в порядке, получит заслуженный нагоняй и вернется обратно, чтобы продолжить героически бороться с врагом всех трезвых людей — алкоголем.

Вот только от одной мысли, что его сердце снова смешают с пылью, становилось плохо. Почему из всех женщин в мире именно эта послала его нахрен? Он что, такой отвратительный?

Генерал опустил голову и уткнулся лбом в стол, пережидая мигрень от похмелья и собираясь с силами. И только после того, как его немного отпустило, Лаен понял, что это не в башке звенит, а в кармане.

Он достал устройство и уставился на экран немного озадаченно. Если бы там было написано просто «Дядя», он бы послал дядю лесом и не обратил внимания. Но там было написано, что абонент «Дядя» отправил запрос на видеоконференцсвязь.

То есть он не просто хотел посмотреть на пропитую морду племянника, он ее еще и показать кому-то хотел. Это становилось интересно. Лаен принял вызов.

В воздухе развернулся голографический экран, разбитый сеткой на несколько экранов поменьше. На одном из них мужественно хмурился император, а на остальных — не менее значимые люди галактики. Так этой, так и соседней. Такое количество хмурых людей не добавило положительных эмоций мрачному генералу.

Увидев помятое, опухшее, небритое лицо племянника, Айдан не сразу нашелся со словами. Нет, слова, конечно, были, но вслух в приличном обществе их говорить не рекомендовалось.

Помимо императора Айдана здесь также присутствовал правитель Терры — император Талахай, но лишь на заднем фоне. Перед ним стояла светловолосая девушка с необычными радужными глазами и любопытно заглядывала в экран.

Конечно, помимо этой пары были и другие люди. Такие как: главнокомандующий объединенной галактической армией, главный артефактор галактики, главный алхимик галактики, король храмовой планеты, хозяин галактической тюрьмы и еще пара императоров, несколько принцев и правитель Индар-Кора, разумеется, куда ж без него. Даже один волшебный робот-секретарь в углу маячил, с любопытством разглядывая похмельного генерала алкогольного батальона. В общем, все старые друзья собрались, чтобы поглазеть на бедного парня с разбитым сердцем.

Сказать по-правде, никому его жалко не было, все поржать пришли. И, увидев его таким, первой пришла в себя девушка с радужными глазами — советница Эсфирь.

— Это кто? — удивилась она. — Айдалион, твоего племянника ограбили и забрали коммуникатор?

— К сожалению, нет, — поморщился мужчина. — Это он и есть.

— Это?! — ахнула Эсфирь. — Да ладно! Как Лидии мог понравиться этот… этот… ну вот этот.

— Без понятия, — безразлично отмахнулся Айдан. — Поговори с ним и скажи то, что сказала мне.

Эсфирь осторожно кашлянула и внимательно посмотрела на мрачного парня. Вздохнув, она мягко сказала:

— Доброе здравствуйте, генерал Лаен. Меня зовут Эсфирь, я — салатница императора Талахая.

— Советница, — шепотом поправил ее Талахай, знающий, как нелегко далось девушке изучение языка Порядка. Помнится, при первой встрече она представилась салфетницей.

— Советница, — послушно исправилась Эсфирь. — Вы меня не знаете, но, как говорится у вас в Порядке, меньше знаешь — крепче спишь.

— И не поспоришь, — за кадром вздохнул Талахай, знающий, что его любимая советница обожает вставлять пословицы и поговорки где ни попадя, но чаще всего не к месту.

Эсфирь невинно моргнула и продолжила:

— Из разговора с Айдалионом я узнала, что вы желаете вступить в половую связь с главой клана Крови второго поколения Лидией. Признаюсь, ваш выбор партнера меня убедил.

— Удивил, — тихонько суфлировал император Талахай, и откуда-то сбоку протянулась мужская рука с красивой розовой чашкой чая для советницы. Та с благодарностью приняла подношение.

— Удивил, — кивнула она, а вот других зрителей удивил выбор слов про половую связь. Не то чтобы советница ошиблась, хорошо? Просто ее прямота и искренность ставили людей в тупик. — Однако и на старуху бывает проруха, так что мы вас посылаем.

— Понимаем, — шептал голос за кадром, а потом тихонько добавил: — Но больше посылаем, конечно.

— Безусловно, мы могли бы пройти мимо, однако у меня есть некий моральный долг перед Лидией, так что хочу кое-что вам сказать, — вздохнула советница, глядя на генерала с жалостью. — Будет лучше, если вы откажетесь от этой затеи. Глава Лидия, она… Как бы это сказать? Понимаете, она не подходит для отношений в человеческом смысле слова. Хотя, сказать по правде, я удивлена, что вас отвергли. Насколько я вижу, вы вполне подходите для выполнения ее миссии.

— А что за миссия? — влезла в диалог любопытная подруга Лаена — Элиф. Беловолосая девушка, являющаяся главным артефактором галактики.

Элиф неуверенно посмотрела на всех этих людей на экране, но в итоге решила, что скрывать особо нечего, так что ответила честно:

— Обзаведение потомством.

В эфире повисла ошеломленная тишина, в течение которой взгляды людей на экране менялись от удивления необычной миссией до многозначительных взглядов на отвергнутого ловеласа галактики.

Вот только последнего мнение этих людей ни капли не волновало. Его разум зацепился за последние слова советницы. Подняв на светловолосую девушку мутный взгляд, он хрипло спросил:

— То, что ты сейчас сказала… что это значит?

Эсфирь замялась и не сразу ответила на вопрос парня. Однако, подумав о чем-то, она вздохнула и мягко спросила:

— Уважаемый генерал, скажите, пожалуйста, знаете ли вы, как делаются дети?

Всевозможный кашель и хрипы раздались из динамиков, и никто из представленных на экране лиц не смог сохранить самообладание. Шорохи и фырканье несколько минут заполняли эфир, и только волшебный робот-секретарь Хана Йоль радостно ответила:

— Я знаю!

На том же экране появилось яркое лицо ее хозяина — молодого императора Леля, который восхищенно ахнул:

— Правда, что ли?! Пойдем покажешь!

После чего парень схватил ошеломленную помощницу и одним махом отключил связь. Его экран почернел, и в эфире конференцсвязи появилось некое тонкое настроение.

Люди с красными лицами остались молча переглядываться, а одна советница недоуменно моргала. Что такого она сказала, что все так воодушевились?

— Боюсь, речь идет не о том процессе, о котором вы подумали, — со всей ответственностью заявила Эсфирь. — Конечно, если бы главе Лидии потребовалась пара-тройка детей, то такой подход тоже подошел бы, однако перед ней поставили задачу создать сто тысяч детей за десять лет, девять из которых уже прошли. Думаю, все понимают, что обычным путем такого прогресса не добиться. Но так как речь идет о магах крови, то есть и другой, более быстрый метод. Генерал Лаен, вы знаете, о чем я говорю?

— Понятия не имею, — выдохнул генерал, который только теперь верхней головой думать начал.

— В таком случае, позвольте я раскрою вам секрет размножения магов Крови, — вздохнула девушка и сделала маленький глоток из чашки. — Особенностью данного вида магии является ее зацикленность на крови. Там в прямом смысле имеет значение только кровь. Для создания потомства маг крови должен использовать собственную кровь, а также кровь любого другого существа. Для этой цели подошли бы и люди любого возраста и пола, и не люди. До тех пор, пока это живое существо с достаточным количеством крови, оно подходит для размножения. Я не зря упомянула количество крови партнера, оно будет иметь значение при подсчете количества потомства, которое он может дать. Чем больше крови, тем больше потомства можно получить от одного партнера. На самом деле, Лидия давно уже могла бы выполнить это задание, если бы не ее необычное мышление. По какой-то причине она считает, что дети должны заводиться только между взрослыми и здоровыми мужчинами и женщинами. В свете этих сведений… странно, что генерал Лаен был отвергнут.

Айдан решил напомнить:

— Она хотела, чтобы я Лайзерга к ней отправил. Это беглый бог Смерти.

Эсфирь задумчиво потерла подбородок и кивнула:

— Предполагаю, что это имеет смысл. Вряд ли в галактике, куда она попала, были другие боги Крови. Как маг, наделенный этой способностью, Лидия скорее всего попала под действие Источника и напрямую стала богиней. Таким образом, ее кровь должна была преобразоваться, как у меня. Не буду вдаваться в детали, но скажу, что теперь еще больше удивлена, что генерала отвергли. Кхм… Генерал Лаен, не думаю, что вам стоит грустить. Видите ли, это странно, но, похоже, Лидия пожалела вас, поэтому и прогнала.

— В каком смысле пожалела? — нахмурился Лаен. По необъяснимой причине его настроение на один пункт улучшилось.

Эсфирь покачала головой и вздохнула:

— Пока вы оба были обычными магами, ваш союз не нес бы чрезмерной опасности. Но теперь, когда один стал богом, второму было бы нелегко выжить в процессе создания детей. Ритуал вытянул бы из вас слишком много силы, после чего вы непременно бы погибли. Однако пару-тройку десятков тысяч детей она создать с вами успела бы. Но не стала — и это странно.

Лаен стал лихорадочно соображать, чувствуя, что разгадка близка. Он вспомнил все моменты, проведенные с маленькой богиней, но вдруг снова утратил уверенность. Она ведь никогда не проявляла к нему интереса, так? Сложно сказать, что он ей нравился. Тогда… почему бы не использовать его? Или нет, она просто хороший человек, поэтому и не использовала. Маленькая богиня вообще никому не вредила, даже тем, кто нападал на ее планету. Но почему тогда советница…

Лаен посмотрел на Эсфирь и спросил:

— Почему это странно?

Советница немного смутилась, почесала кончик носа и отвела взгляд в сторону:

— Ну это похоже на жалость, поэтому я удивлена. Не думала, что она может испытывать эмоции после… кхм, после нашей, скажем так, сделки.

— Какая сделка? — настойчиво напирал генерал, до боли сжимая кулаки под столом.

Эсфирь еще немного подумала, вздохнула, подумала еще раз и все же решила рассказать историю их знакомства:

— Видите ли, генерал, жизнь в Хаосе немного отличается от того, к чему вы здесь привыкли. Власть и сила являются синонимами выживаемости, так что каждый к ним стремится, и я не исключение. Когда глава Лидия только появилась на наших землях, я не стала ничего предпринимать, хоть и ненавижу клан Крови всей душой. Это уже можно считать благосклонностью с моей стороны. Она человек новый, ни в чем не замешанный, так что я решила ее не трогать. Увы, нашлись другие, в числе которых ваш новый император Айдалион.

— Для Хаоса это обычное дело, — пожал плечами Айдан, не желая развивать тему.

— К счастью, — продолжила Эсфирь, — им не удалось убить главу Лидию. Но они отправили ее в нестабильные земли, а это мало чем отличается от убийства. На долгие годы мы потеряли с ней связь, сочтя погибшей. Представьте, какого было мое удивление, когда пришли сведения о том, что глава выжила. Конечно, второе поколение более могущественно, чем первое, но, в конце концов, это же нестабильные земли! Там очень сложно выжить!

— Мы поняли. Давай к сути, — поторопил девушку генерал.

— В общем, я раскинула поисковую сеть и нашла ее. Не подумайте, я не из плохих побуждений! Она понадобилась мне, чтобы кое-что заполучить. Так что, мы заключили договор и тут же его исполнили. Я получила свое, а она вернулась в земли Высших.

— Что ты получила? — низким, обволакивающий, но полным острых ножей голосом спросил генерал.

— Ничего такого, всего лишь флакон с кровью. Мне для одного ритуала действительно очень нужна была кровь первого представителя второго поколения. Лидия согласилась без раздумий.

Представив, как его маленькая богиня доверчиво подставляется под чужой нож, Лаен раскрошил в руках край стола, а все металлические предметы в комнате пришли в движение. Однако лицо его осталось неподвижным, а голос стал еще не порядок мягче:

— Что было потом?

Эсфирь замешкалась, но потом все же ответила:

— Потом она попыталась найти мужа, но в день свадьбы ее проклял кто-то из местных богов. У нее на запястье появилась парная метка, что означало зацикливание магии крови на одном человеке. Она хотела здоровое сильное потомство, но после получения метки это было возможно только с носителем второй метки. А его в Хаосе не было. Тогда Лидия нашла меня и попросила отправить ее в ваш мир. Сказала, что попробует найти своего суженого. Прошу прощения, но я правильно понимаю, что носитель второй метки, это вы, генерал?

— Уже нет, — сквозь зубы ответил парень, только теперь начиная понимать, через что прошла его маленькая богиня, чтобы… найти именно его. А что он? Заявился на эсминце и давай пушками размахивать. Лаен схватился за голову и подавил рвущийся наружу вой. — Идиот…

— В общем, я и сама собиралась в Порядок, — продолжила рассказ Эсфирь. — Так что отправить главу Лидию было нетрудно.

Быстро уловив схему хаотической взаимопомощи, Лаен вскинулся и хрипло спросил:

— А что взамен?

Эсфирь моргнула и честно ответила:

— Взамен я забрала ее сердце.

Она сказала это так легко, что зрители опешили. Казалось, в этом заявлении не было ничего сенсационного и дело было обыденным. Подумаешь, сердце. Не мозги же!

Но, видя обескураженные лица на экране и медленно звереющего генерала, Эсфирь решила объясниться:

— Не подумайте, я не пыталась ее убить. Да, могла бы, но зачем? Мне просто нужно было сердце, чтобы создать Книгу Бездны. Это важно и спасет множество людей. Что же до Лидии, то взамен я дала ей кристалл маны. Сейчас он заменяет ей сердце. Это совсем не опасно, ее жизнь в полном порядке. За исключением одного момента, кхм… Видите ли, у второго поколения магов крови есть одна особенность — в их телах два сердца: сердце души и сердце тела. Сложно объяснить, но в их телах идет аномальное переплетение магических потоков, которые не так-то просто закрепить в физическом теле. Для этого у них и было создано два сердца. Я забрала сердце духа и заменила его кристаллом маны. Так магические потоки в ее теле не были бы нарушены. И все бы ничего, но это сильно влияет на эмоциональность мага крови. Скажем так: ощущения гнева и радости сильно притупляются. Эм… До такой степени, что можно говорить об их отсутствии. А еще могла повредиться часть воспоминаний о прошлом. Но погодите ругаться, дайте я объяснюсь! Во-первых, она сама была не против. По ее словам, по истечении десятилетнего срока она должна была покинуть этот мир. В детали я не вдавалась, так что даже не спрашивайте, что это значит. А во-вторых, она всерьез не собиралась влюбляться в своего будущего супруга, так что лишиться сердца было не грустно.

Народ все еще в шоке смотрел на невинно выглядящую советницу, а генерал уже пришел в себя. Мысленно он пообещал себе потом пойти войной на ее страну, а сейчас сосредоточился на новых сведениях. Облизнув пересохшие губы, он хрипло спросил:

— Ты сказала, что она собирается покинуть этот мир. Речь о Порядке?

— Нет, о Хаосе, — предельно честно ответила Эсфирь.

— Вот оно что, — пробормотал парень и, вдруг кое-что вспомнив, поспешно нашел в куче мусора свой планшет, открыл старое изображение и показал его всем присутствующим: — Народ, кто-нибудь может прочесть то, что здесь написано?

Это была та самая фотография с непонятной надписью на борту его эсминца, оставленной маленькой богиней. Так как жители Хаоса не смогли прочесть незнакомые слова, а минуту назад советница упомянула об уходе Лидии из Хаоса, кое-какие догадки зародились в воспаленном похмельем разуме генерала. В конце концов, некоторые его друзья пришли из более отдаленных мест и могли что-то знать.

Как Лаен и думал, надпись на фото вызвала бурную реакцию у его подруг. Главный артефактор и главный алхимик издали дружное «пф-ф-ф» и громко рассмеялись. Так как они знают предысторию знакомства генерала и отважной защитницы захваченной планеты, эта надпись очень ярко выражала отношение Лидии к Лаену при первом знакомстве.

— Братишка, — отсмеявшись, широко улыбнулась Элиф, — похоже, ты крупно вляпался.

Лаен сразу понял, что это значит. Элиф — главный артефактор, и Анастасия — главный алхимик, были родом из очень далеких мест. Далеких не столько в пространстве, сколько во времени. Их планета называлась Земля и была разрушена пять тысяч двести восемнадцать лет назад в год слияния двух галактик — Млечного Пути и Андромеды, создавших новую галактику — Путь Андромеды. Из-за вмешательства некоторых Древних часть людей с Земли попала в это время.

Странные люди с Земли быстро адаптировались к новому миру межгалактической эпохи и навели много шума, но факт остается фактом: попаданцы — люди с необычной судьбой.

Лаен был готов к тому, что влюбился в девушку из Хаоса. Но никак не ожидал, что его истинной парой окажется девушка с Земли.

Тут просто нужно пояснить, что события имеют странную тенденцию к совпадениям. Его дядя император Айдан женился на попаданке Виктории, которая стала богиней Любви. Главнокомандующий объединенного флота галактики женился на попаданке Элиф, ставшей главный артефактором галактики. Древний Владыка Познания в отношениях с попаданкой Анастасией, ставшей главным алхимиком галактики. Два попаданца Кирилл и Лия поженились и основали империю Терра, которой сейчас правит их сын Талахай, у которого служит советницей Эсфирь. Король храмовой планеты в отношениях с попаданкой Соней, ставшей богиней Смерти. И это далеко не весь список.

Нет подозрения, что земляне пытаются захватить мир? В любом случае, генерал твердо намеревался стать частью этой системы и завоевать свою собственную попаданку, чтобы больше никакие советницы или мэры до нее не дотянулись.

Оставался только один вопрос:

— Эль, так что же она написала на борту моего эсминца?

— Там написано… «На Берлин».

— …

— ???

— !!!

— Просто не спрашивай, это очень долгая история, — посоветовала Эля. — Если коротко, то это такой исторический способ послать «подарок» обратно захватчикам. Не всегда, но в целом, хм… Хотя в ее случае стоило написать «На Хагрос», ха-ха.

Лаен озадаченно почесал затылок и совсем растерялся.

— Так как же в итоге она ко мне относится?..

— С юмором? — ухмыльнулась Эля.

— С пониманием? — засмеялась Настя.

— Причем в тротиловом эквиваленте, — поддакнул кто-то третий.

В эфире начался галдеж, все стали упражняться в остроумии. Каждый считал своим долгом ткнуть пальцем в генерала, бездарно упустившего свою истинную пару. Из всех присутствующих, прошедших тот же путь, что и Лаен с его попаданкой, только генерал умудрился так облажаться. Насмешки посыпались со всех сторон.

Неожиданно вакханалию остановил удивленный голос советницы:

— О чем вы все говорите? Разве я не помято объяснила?

— Понятно, — поправил ее смеющийся голос за кадром.

Эсфирь пропустила комментарий мимо ушей и забеспокоилась. Ее взгляд устремился на бледное лицо генерала, а голос стал удивительно настойчивым:

— Лаен, вы не до конца осознаете ситуацию. Когда я сказала, что она бессердечная, я говорила это во всех смыслах. Так должно было быть, понимаете? Лидия не должна была отсылать вас. Она знает, что вы погибните, если станете ее партнером, но не должна была жалеть вас. Но пожалела. Вы понимаете, что нравитесь ей? Настолько нравитесь, что даже без сердца и с большим долгом перед высшими силами она не пожелала рисковать вашей жизнью. Более того, она сказала вам жестокие слова, чтобы быть уверенной в вашей безопасности. Уверенной, что вы совершенно точно уйдете и не будете подвергать себя опасности. Это все ради вас! Не понимаю, откуда у нее могли взяться чувства, но факты очевидны. Она могла защищать планету, так как определила ее своим «гнездом», но защищать вас объективных причин нет!

— А что это меняет? — прервал советницу холодный голос императора Айдана. Он посмотрел на воодушевившиеся лица и безжалостно развеял романтичный и героический ореол разворачивающейся любовной истории. — Да, она поступила хорошо. Но первопричину это не меняет. Если даже эта девочка понимает итог, к которому приведут эти отношения, то остальным и подавно стоит остыть и подумать головой. Лаен, истинная пара важна, не спорю, но не ценой жизни. Да и метка, как я погляжу, у тебя пропала.

Только теперь все заметили некоторую странность в этой ситуации. Десятки взглядов устремились к задравшемуся рукаву на левой руке генерала, обнажившему чистое запястье без единого следа парной метки.

— Как такое возможно? — забеспокоилась Эля. — Куда делась метка?

— Не знаю, — сжал зубы генерал. — Просто взяла и исчезла. Поэтому я больше не смог пользоваться тем артефактом.

Эля также была вовлечена в процесс создания артефакта, который мог перенести генерала к его истинной паре, и знала, что тот работает, ориентируясь на метку. Без метки… он бесполезен.

— Ты поэтому спрашивал формулу зелья телепортации? — что-то поняв, прямо спросила Настя. Лаен молча кивнул, и все погрузились в молчание. Одно дело, когда тебя отвергли, потому что ты не справился. Но такая драма, скрытая за комедией — совсем другое дело. Больше шутить над генералом никто не хотел.

В момент всеобщей скорби неожиданно подал голос парень, который молчал все это время. Он поправил очки нерешительным жестом, тихо кашлянул, чтобы привлечь к себе внимание, и осторожно спросил:

— Генерал Коган, могу я задать вопрос?

Парня звали Зак, и он был королем храмовой планеты. В прошлом он вместе с Лаеном, Элей и остальными учился на артефактора, но был вынужден отправиться на далекую дикую планету, чтобы взять бразды правления в свои руки. Титул короля достался ему по наследству и повлек за собой кровопролитную битву. Однако по сей день этот робкий нерешительный парень остается одним из умнейших людей галактики.

Зная, что Зак попусту трепаться не станет, Лаен не смог удержаться от искры надежды во взгляде. Разлепив пересохшие губы, он хрипло сказал:

— Спрашивай.

Юный король еще раз нервно поправил очки и тихо спросил:

— Ты прошел слияние с даром?

Люди на экране пораженно застыли, и яркий свет озарил их глаза. Ну конечно! Как можно было забыть о слиянии!

Здесь нужно заметить, что с приходом в мир попаданцев техника управления магическим даром претерпела значительные изменения. Были совершены некоторые сенсационные открытия, благодаря которым маги смогли значительно развить свои способности.

Обычно люди рождаются с магическим даром определенной направленности, но стеснены строгими ограничениями. Магический дар характеризуется временем, в течение которого маг может его использовать, интенсивностью и радиусом действия.

Но все это имеет значение только до слияния. В процессе этого ритуала душа мага растворяется в стихии, становится ее частью, после чего возвращается в тело, но связь остается. Это непросто, можно легко погибнуть, однако оно того стоит. После завершения слияния с даром, маг освобождается от всех ограничений. И это почти ничем не отличается от силы бога. Разве что маг все еще не будет иметь прямого доступа к силе Источника.

Вот только все, кто делал это, имели рядом проводника — человека, который убедит душу после слияния вернуться в тело. А убеждение было необходимо, потому что никто не хотел возвращаться. Слишком хорошо было быть частью стихии. Легко и беззаботно. Освободившись от груза человечности, мало кому хочется снова взять его на себя.

Лаен не ответил на вопрос Зака. Его глаза ярко засияли, будто душа вернулась в тело, и парень сбросил вызов. Все поняли, что кризис близится к завершению, и перезванивать не стали. Однако каждый молча переживал о том, чем закончится эта история, ведь завершение может быть самым разным.

Получив все нужные ответы, Лаен не стал медлить. Он совершил все необходимые приготовления, вооружился зельем телепортации и букетом настоящих живых цветов, после чего отправился покорять маленькую богиню, прошедшую три мира, чтобы найти семью.

Чтобы найти Его.

На самом деле Лаен был совсем не так спокоен, как хотел казаться. Букет в его вспотевших руках был крепко сжат, брови сурово сведены, а пульс грохотал в затылке. Сердце сжималось от тревоги и ожидания сладкой встречи.

Исчезая в белом пламени, он мог представить себе самые разные исходы этого вечера. Представлял, как Лида высмеивает его и отправляет обратно, как гневно отчитывает и просит никогда не возвращаться, как радостно обнимает его и счастливо улыбается букету. Ад и рай смешались в сердце, являясь доказательством той самой первой любви, что бывает лишь раз.

Чего генерал не ожидал, так это кромешной темноты после завершения телепортации.

Они расстались много дней назад, и Лаен не знал о ситуации на этой стороне. Не знал он и о том, что пока был в запое, с ним пытался связаться мистер Честити — тот самый мэр планеты Арс-9.

И, конечно, не знал, что его девочка так и не вернулась домой тем вечером, найдя последнее пристанище в катакомбах.

Темнота застала генерала врасплох. В одночасье потеряв зрение и способность ориентироваться в пространстве, он неловко пошатнулся и сделал шаг вперед, но тут же ударился о преграду нижней частью тела и споткнулся, повалившись на нее. Букет упал на землю, а руки поспешно схватились за предмет перед собой, чтобы попытаться восстановить равновесие.

Предмет напоминал то ли стол, то ли тумбу, но был одновременно длинным и широким, а в высоту доходил генералу до пояса. На ощупь он был холодным и идеально гладким, но не металлическим и не каменным. Однако гладким настолько, что его можно было назвать скользким. И чтобы не соскользнуть, генерал ухватился за края покрепче. Это было ошибкой.

У предмета оказались острые края. Крепкая хватка вовсе не помогла генералу удержаться, зато ладони располосовало так, что кровь потекла без остановки.

— Проклятье, — зашипел Лаен, рефлекторно отдергивая руки и скатываясь с преграды на пол. Упав на бок, он поднял ладони, не решаясь к ним прикоснуться, и с досадой стал думать, как действовать дальше.

То, что с телепортацией возникли проблемы, Лаен уже догадался. Оставалось понять, были ли это проблемы с заклинанием или с его целью. Был еще один вариант: паленое пойло, которое наградило его слепотой, но генерал мужественно выбросил эту мысль, как маловероятную.

Скорее всего, что-то случилось с Лидой.

От этой мысли у генерала екнуло в груди. Наплевав на собственные увечья, он поспешно поднялся и достал коммуникатор, чтобы включить фонарик.

Разблокировав устройство, он был ошеломлен огромным количеством уведомлений, закрывших весь экран. Парень стал поспешно смахивать их в сторону, пока палец не замер над одним, которому здесь явно было не место:

[116 пропущенных вызовов от «Мэр Арс-9»]

На секунду у Лаена перехватило дыхание. Он вдруг с устрашающей ясностью понял, что, пока был в запое, случилось что-то ужасное. У этого мэра вообще нет причин связываться с вражеским генералом. Ни одной, кроме… маленькой богини. И если он звонил так настойчиво, скорее всего, что что-то случилось.

Некоторое время в глухой тишине раздавался лишь поверхностный звук дыхания. По какой-то причине генерал не сразу нашел в себе смелость перезвонить малознакомому мэру. Он набрал его номер скорее случайно, чем намеренно, — рука соскользнула. Но вот раздались гудки, и на том конце приняли вызов. Голографический экран развернулся, и двое увидели друг друга.

Очевидно, что это генерал звонил, но, услышав тяжелое дыхание собеседника, он не осмелился спросить что случилось. Очевидно, что это мэр звонил более ста раз, но теперь ничего не говорил, а просто молча смотрел на собеседника. Бывает так, что двум людям не хватает слов, чтобы донести другому свою мысль, а бывает так, что даже тишина содержит слишком много информации.

Пожилой мужчина на экране за эту неделю лет на сто постарел. Веки тяжело нависали над запавшими глазами, а мешки под ними в обрамлении темных кругов свидетельствовали о многих бессонных ночах последних дней. Морщины еще глубже врезались в сухую, как кора дерева, кожу, и на всем его лице читалась невосполнимая утрата.

Как бы Лаену хотелось, чтобы это были последствия экономического кризиса, а не что-то похуже. Но игра в молчанку делу не поможет.

— Здравствуйте, мистер Честити, — хрипло произнес Лаен, но старик на экране ничего не ответил. Он продолжал смотреть на генерала все тем же пустым неподвижным взглядом, словно вытесанный из куска скалы, а не живой человек.

Парень продолжил:

— Вы звонили. — Мэр снова промолчал, скользя взглядом по помятому лицу генерала. — Я был занят и только сейчас увидел пропущенные. У вас все в порядке? Не знаете, где Лида? Я не могу ее найти.

Голос андромедовца стих, и снова стало слышно лишь дыхание двух человек. В этом не было ничего особого, но по какой-то причине ощущение тревоги нарастало. Казалось, Патрик Честити не хотел общаться с вражеским генералом, но, увидев что-то в его глазах, все же спросил:

— Где ты находишься?

Лаен почувствовал, как от этого простого вопроса сердце пропустило удар. Холодок ущипнул за виски и прошелся по затылку, оставляя после себя неприятный липкий пот.

Это было неразумно, поэтому он сжал кулаки и честно ответил:

— Не знаю. Я использовал чары, чтобы переместиться к Лиде, но они не сработали правильно. Не могу разобраться, куда меня выбросило. Тут темно.

Договаривал парень уже почти шепотом, потому что к концу у него сел голос. Вся ситуация казалась ему стартовыми декорациями к фильму ужасов, который вот-вот должен был начаться, чтобы не закончиться больше никогда. Лаен одновременно желал сделать шаг вперед, чтобы вырваться из этого состояния, и застыть в надежде, что беда не заметит его и обойдет стороной.

Но когда наши лучшие надежды сбывались, да?

— Возвращайся домой, генерал. Тебе теперь здесь официально не рады.

— Что?.. — опешил Лаен. — Не рады? Ладно, а где здесь-то? Мистер Честити, что случилось? Вы как-то странно… Алло? Мистер Честити? Мистер Честити! — воскликнул Лаен, но собеседник уже сбросил вызов. — Проклятье…

Злость, раздражение, досада и паника исказили лицо андромедовца. Конечно, он не собирался слушать приказ мэра, но зато кое-что понял. Похоже, он все-таки попал на Арс-9. Во всяком случае, Патрик Честити в этом уверен. Нужно осмотреться повнимательнее.

Покопавшись в настройках устройства, генерал все же включил фонарик. Честно говоря, Лаен и сам не знал, что ожидал увидеть. После слов мэра можно было подумать, что Лида так сильно обиделась, что решила возглавить войско низших тварей Хаоса и пойти войной на нелюбимую империю Лаена. Но если бы это было так, то мистер Честити бы скорее хохотал, как ненормальный, а не строил похоронное лицо.

Что-то было сильно не так.

Подсветив местность фонариком, Лаен пораженно застыл. Свет едва доставал до противоположных стен, но все же можно было рассмотреть величественный и мрачный зал, больше похожий на один из древних храмов. Такого грандиозного сооружения даже на храмовой планете не сыскать.

Пол и стены зала были сложены из гладких плит обсидиана. На их отполированной поверхности, насколько хватало глаз, были выбиты причудливые барельефы. И Лаен мог поклясться, что рисунок на них постоянно изменялся, плавно перетекая из одного в другое.

Колонны, сложенные из того же камня, ровными рядами устремлялись ввысь и терялись в темноте, где даже потолка уже не рассмотреть.

Это был очень величественный зал. И почти пустой.

Не было ни трона, который можно было бы ожидать увидеть во дворце неведомого королевства, ни статуи древнего божества, которой здесь могли бы поклоняться. Даже окон не было.

Только несколько льдисто-белых выступов, похожих то ли на столы без ножек, то ли на тумбы без ручек. Хотя больше всего это было похоже на… что-то другое.

Он не понимал, как здесь оказался, но в памяти вдруг всплыл недавний сон о событиях на сказочной поляне. Ему на секунду показалось, что между этими выступами и теми холмиками есть тонкое жутковатое сходство.

От внезапной мысли у парня сбилось дыхание. Картина из сна наложилась на реальность с пугающей точностью. У холмиков был тот же порядок.

Бывают такие ситуации, когда даже отважные люди не сразу могут собраться с духом. Но, к сожалению, мало какие сущности умеют менять реальность, и генерал не входит в их число. Все, что он мог сейчас сделать, это до конца разобраться в ситуации.

Сжимая в руке фонарик, он, как какая-то героиня дешевого фильма ужасов, медленно приблизился к ближайшему выступу, желая рассмотреть получше. Лаен не знал, из какого материала сделан этот предмет, но он казался цельным куском мутного стекла, четыре грани которого были такими же острыми, как его осколки.

Была только одна вещь, которая могла дать хоть какую-то информацию о предмете — надпись на плоской грани:

«Пространство»

Это озадачило генерала, но никаких других подсказок он не обнаружил и перешел к следующему выступу. На нем тоже нашлась своя надпись:

«Земля»

Так как яснее не стало, генерал быстро обошел один выступ за другим, читая надписи на верхних гранях:

«Время»

«Минералы»

«Огонь»

«Преображение»

«Вода»

«Ненависть»

«Жизнь»

«Месть»

«Металл»

«Война»

«Флора»

«Воздух»

«Любовь»

Все это были сферы, за которые отвечали боги.

В стороне остался только один выступ, и к нему бравый генерал подойти не решался. Он уже понял, что здесь происходит, а также вспомнил все, что слышал об этом ранее. Белый луч фонарика выхватывал из темноты последний выступ, который от предыдущих отличался лишь тем, что одна из его граней была испачкана в крови. Ведь это об него споткнулся генерал после телепортации.

Сверху там тоже была какая-то надпись, и тонкий луч дрожал, выдавая страх носителя с потрохами. Лаен уже знал, что там увидит, но все равно задержал дыхание и медленно, едва переставляя одеревеневшие ноги, подошел.

Он хотел, не откладывая в долгий ящик, прочитать надпись на последнем выступе, но все перед глазами расплывалось. Лаен не сразу понял, что плачет. И когда слезы вылились из глаз и потекли по щекам, он увидел на блестящей грани безжалостное слово, разбившее ему сердце:

«Кровь»

— Как… как это могло случиться? — прошептал парень, задыхаясь.

Все помнят историю, что бродит среди людей. Поговаривают, мол, однажды бог Смерти возжелал власти над магическим Источником и перебил остальных богов. Вот только Лаен знает Лайзерга лично, и тот никогда такого не говорил. Более того, он даже не выглядит, как человек, получивший хоть какую-то власть. Этот иноземный прохиндей побирается в доме столичного оракула, не имея ни дома, ни денег, ни амбиций. Всего лишь побитый пес, вынужденный скрываться вдали от дома.

О том, что на самом деле произошло с богами Кольца Смерти, он никогда не говорил открыто. Но вот Лаен здесь, а перед ним почти два десятка саркофагов, в одном из которых лежит его маленькая богиня. О том, что там внутри его Лида, говорило чутье артефактора, которое улавливало слабые колебания нитей силы, вплетенных в то кольцо исцеления, что он при последней встрече подарил девушке.

Каждый создатель чувствует местонахождение своего творения. Но в этот конкретный миг он все бы отдал, чтобы не чувствовать этого. Тогда хотя бы была надежда на иной исход.

Молодой воин великой звездной империи на глазах утратил всю юношескую живость, будто в раз повзрослев на десятки лет. Бледные пальцы, испачканные в крови, коснулись жестокой надписи, желая убедиться в подлинности каждой буквы. Увы, она была реальнее самого генерала.

Но что-то не давало генералу поверить в страшное. Казалось, не сходятся концы этой истории, и что-то было нелогично.

Лаен опустился на холодный пол, прислонившись плечом к саркофагу маленькой богини, и даже не заметил, как от ослабленного тела во все стороны расходятся волны магии. Он уже давно находился вдали от своей истинной, так что магическое искажение усилилось до беспрецедентных масштабов. На самом деле, никто из тех, кто получил парную метку, не был еще так близок к разрушению, как Лаен. Ну, в конце концов, никто из них и не потерпел неудачу на любовном фронте, как это сделал генерал. Так что тут все закономерно.

Незакономерно было другое.

— Если их действительно больше нет, то почему Источник не выбрал замену? — хмурясь и потирая переносицу, попытался собраться в кучу генерал.

Так как в зале не было ни одного металлического предмета, за исключением кольца в саркофаге, то ничто не резонировало с вышедшей из-под контроля силой мага. По комнате не летали острые предметы, поэтому Лаена ничто не отвлекало от важного мозгового штурма. Да, давненько этот парень не пользовался головой в умных целях.

Основная мысль его главной идеи заключалась в том, что мир не терпит пустоты. Этот постулат неопровержим и является фундаментальным законом мироздания. Боги не бессмертны, их можно убить, но мир все равно призовет в Источник замену богам и наградит положенной силой. Ситуация, как в Кольце Смерти, где остался только бог Смерти, а остальные исчезли с концами, действительно невозможна.

Но не только не появились новые боги, даже источаемая ими магия исчезла из галактики. Это просто абсурдно. Так не должно было быть.

Итак, при каком раскладе Источник не выбрал бы новых богов, а магия перестала распространяться на простых смертных?

Похоже, ответ сокрыт внутри саркофагов.

С тяжелым сердцем генерал приступил к более тщательному изучению саркофага. Он внимательно осмотрел его со всех сторон, даже попробовал осмотреть с помощью макросъемки на планшете, что равносильно использованию микроскопа. Однако все было тщетно.

Саркофаг казался монолитом. Как янтарь с мухой внутри. Однако это была личная муха генерала, так что сдаваться он не собирался. Лаен разве что не облизал мутный камень, чтобы найти способ его открыть, но все впустую. Запечатан саркофаг был намертво.

Время шло, терпение кончалось, и в какой-то момент отчаяние сменилось гневом. Лаен и сам не смог бы сказать, на кого в этот момент злился. На Лиду, которая прогнала его, чтобы защитить, на себя, послушно отправившегося восвояси, или на неведомую хрень, которая затеяла все эти заготовки богов на зиму.

Лаен был очень зол, но дедукция и логический анализ ничем ему не помогли. А, как говорится, сила есть — ума не надо. Научный подход не сработал, так что генерал обозлился и пустил в ход кулаки.

Может показаться, что драться с хитрым гробом — плохая затея, но все в этом мире несет свою долю удачи. Как артефактор, Лаен мог бы действовать с осторожностью исследователя, но он был еще и генералом варварской империи, так что, без особых душевных терзаний просто взял да и пнул несговорчивый камень.

В сердцах он приложил немало силы, и если бы саркофаг не был впаян в каменный пол подземелья, то полетел бы в другой город или даже в стратосферу. Парень этот бил со всей душой, как говорится.

Хорошо, что он не знал, что саркофаги эти сделаны из необработанных магических алмазов, добываемых в далекой и малоизвестной галактике Лун. Иначе, зная о беспрецедентной прочности этого камня, парень мог бы и сдаться. На, к счастью, незнание порой приносит приводит к успеху там, где проиграют более осведомленные люди.

С громким скрипом верхняя часть саркофага сдвинулась на пару сантиметров. Оказалось, что алмазный блок не был монолитным и имел что-то похожее на крышку. Хмурое лицо генерала посветлело в одночасье. Положив обе руки на край и стараясь не задеть острые грани, Лаен налег на крышку и стал толкать. Это было нелегко, камень плохо поддавался, но, взмокнув, как мышь после потопа, генералу все же удалось сдвинуть крышку еще на полметра.

Этого оказалось достаточно, чтобы дальше она сама с грохотом упала на пол. В итоге, потный, перепачканный в крови, взлохмаченный и красный от усердия, генерал смог увидеть содержимое саркофага.

Сказать по правде, Лаен всякое успел себе вообразить. И жестоко изувеченный труп, и символическое захоронение каких-то вещей, и даже пустое пространство с одним лишь кольцом исцеления, но реальность оказалась одновременно страшной и обнадеживающей.

В гробу, словно живая, лежала без движения маленькая богиня. Казалось, она просто уснула, вот только выглядела слегка бледной и совсем не дышала.

Дрожащей от волнения и усталости рукой Лаен осторожно прикоснулся к бледной щеке девушки. Холод обжег кончики пальцев, забрав последнюю надежду на благополучный исход.

Она была мертва. И, судя по всему, уже давно. Тлен не тронул молодое тело, но менее ужасной от этого реальность не стала. Ни пульса, ни дыхания, ни крупицы тепла. Ничего.

Согнувшись под тяжестью осознания, некогда неустрашимый генерал коснулся лбом бездыханной груди, и в зале раздались тихие всхлипы. Отчаяние с новой силой вгрызлось в измученное сердце. Чего стоят смелость и решимость перед лицом смерти? Перед ней все бессильны.

Если только это действительно смерть.

Застыв, генерал за секунду прошел две из пяти стадий принятия неизбежного, остановившись на торге. Не может она быть мертва. Не может и все тут. Наверняка что-то еще можно сделать. И для начала нужно узнать, что тут вообще происходит. А кто лучше всего знает ситуацию если не очевидец?

Поспешно вытащив коммуникатор, Лаен нашел в списке контакт местного бога Смерти и отправил вызов. Лайзерг долго не брал трубку, но тысяча ослов не смогла бы переупрямить его сейчас. Даже не проверив время, Лаен продолжал настойчиво звонить.

Через некоторое время на том конце связи послышалось движение. В трубке раздался шорох, и за ним последовал хриплый голос только что проснувшегося человека:

— Умереть захотелось?

— Поднимай свою задницу, Лайзерг. Разговор есть, — грубо ответил генерал.

Тяжкий вздох и невнятное, но явно ругательное бормотание были ему ответом. Немного чревато не отвечать на звонки племянника правителя страны, в которой ищешь политического убежища. Ничего не поделаешь, придется подчиняться. Немного пошуршав простынями, Лайзерг вышел из спальни и включил камеру. Перед генералом развернулся голографический экран, и двое мужчин наконец увидели друг друга.

— Твою мать! Как страшно! — воскликнул бог Смерти, отшатнувшись от экрана. Образ генерала, подсвеченный фонариком планшета снизу, был не тем, что хотелось бы увидеть посреди глубокой ночи. Тем более без защиты подгузников. — Ты чего? Чего надо?

Лаен не отреагировал на заикающиеся вопли и сразу перешел к делу:

— Что на самом деле произошло с богами Кольца Смерти?

Лайзерг вытаращился на парня, не поверив собственным ушам:

— Ты ради этого звонишь в четыре утра? Ополоумел?

Чтобы избавить себя от долгих объяснений, Лаен перевел фонарик на ряд гробов в темном зале и сказал:

— Под стоками планеты Арс-9 оказались еще два уровня катакомб. Мы искали выход, но попали в какой-то странный зал. Здесь почти два десятка гробов с надписями, и я подозреваю, что в них лежат боги, которых ты якобы убил. Теперь мне нужна вся информация по делу, или я притащу твой тощий зад сюда и посмотрю что случится.

— Эй-эй, давай полегче, ладно? — заволновался Лайзерг. — Я не имею отношения к делу! И никого не убивал!

— Продолжай, — ответил Лаен низким голосом.

Лайзерг еще раз обвел взглядом жуткий вид за спиной генерала и раздраженно взлохматил светлую шевелюру. Почему этому парню вечно не сидится на месте? Зачем он лезет не в свое дело? Проблем в жизни мало? Еще хочет? Тогда зачем втягивать в это дело других людей? Никакого уважения!

— Что именно ты хочешь знать?

Лаен не стал злиться на тупость бога и сразу перешел к делу:

— Они мертвы?

— Считай, да, — вздохнул Лайзерг.

— Не очень убедительно. Давай с подробностями.

— Каких подробностей ты хочешь? Я и сам не так много знаю.

— Не испытывай мое терпение. Говори все что знаешь.

— Ты сейчас очень неприятный, знаешь? Ладно-ладно! Не смотри так! Сейчас расскажу! В общем, давно это было. На Альционе зафиксировали колебания энергии, и…

— На каком еще Альционе? — перебил хмурый генерал.

— Это настоящее название Кольца Смерти. Ты ж не думаешь, что она всегда так называлась? Нет, это название ей дали уже после тех событий. Слушай и не перебивай, второй раз рассказывать не буду. В общем, на Альционе зафиксировали колебания энергии, и стало известно, что грядет смерть Источника.

— Источника? Разве он может умереть?

— Тупень. Ты знаешь, что такое Источник?

— Я тебе нос сломаю.

— Дорогой генерал, Источник — это ядро галактики. Однако есть множество галактик без ядра, но они мертвые. И первыми, кто пострадал бы от смерти Источника, были бы боги. В общем, мы собрали экстренное совещание и решили, что нужно просить помощи. Как связаться с Творцом, никто не знал, зато все знали Древних Владык. Ты же знаешь о них, да?

— Ну видел парочку, а они тут каким боком? — хмыкнул Лаен.

— Видел парочку, — закатил глаза бог Смерти. — Говоришь так, будто они на каждом углу стоят и листовки раздают. Прояви уважение! Они — старшие творения Творца!

— И руку тебе сломаю.

— К черту уважение, плевать ни Древних, — в полете переобулся хитрый блондин. — На чем я там остановился? Ах, да. В общем, мы посовещались и решили, что можем попросить их о помощи. Если Источник исчезнет, галактика останется без магии. Многие экосистемы будут разрушены, и жертвы среди людей будут колоссальными, не говоря уже о том, что с богами будет покончено. Так что надо было искать альтернативу Источнику. А Древние, если ты не в курсе, управляют вселенной, находящейся за пределами всех галактик, и к Источниками не привязаны. Они черпают энергию напрямую из пространства. Мы тоже так хотели, поэтому провели обряд и призвали в Альцион Древнего. Точнее, Древнюю. Это была женщина.

— Похоже, все пошло не так, как вы надеялись, — хмыкнул генерал, понимая, к чему идет повествование.

Лайзерг мрачно кивнул:

— Мы попросили ее научить нас черпать силу из пространства, чтобы потом передавать ее людям. Но она предложила другой выход. Она сказала, что можно спасти Источник, и предложила провести обряд. Мы, конечно, согласились. А кто не согласился бы? От старших мы подвоха не ждали. Все ж таки их сам Творец над нами оставил.

— Судя по тому, что Источник ваш все еще в порядке, ее метод сработал.

— Ага, сработал, — с болью усмехнулся бог. — Знаешь, вызвать Древнюю было моей идеей. И я же провел ритуал и вел переговоры. Остальные доверились мне и ждали в сторонке. Думали, спасение близко. Все эти слухи о том, что богов убил я… может, они в чем-то и правы. Это я привел к нашему порогу гибель. Ха-ха! Бог Смерти привел гибель, ну не шутка ли?!

— Давай без истерик. Что дальше было?

— Дальше? Дальше мы провели обряд. Древняя сказала, что для концентрации энергии ей понадобится особый проводник. Видишь эти гробы? Они из особого камня, которого даже в этой галактике нет. Нам пришлось лететь на поклон к чужим богам, чтобы нам разрешили добыть себе немного этого материала. Магический алмаз галактики Лун, ты, наверное, и не слышал о таком. Мы тоже до той поры не слышали. Боги Лун были добры, но держались отстраненно. Знаешь, мы тогда только удивились, но не придали этому значения. Они словно… — задумался парень, щелкая пальцами, чтобы подобрать слова, — словно марионетки были. Ни здрасьте вам, ни до свидания, дали координаты рудника и исчезли. Я только недавно узнал, что никаких богов в той галактике уже давно нет. Точнее есть, но они как пальцы на руках у другого создания.

— У кого? — холодно прищурился генерал.

— Да ты уже слышал о нем. Владыка Лжи. Древний, что заточен в ядре галактики Лун.

— Тот петух, с которым дядя и другие правители разобраться пытаются? Это не он послал иллюзорный флот в атаку на наш дворец в день свадьбы дяди?

— Именно, — со вздохом кивнул Лайзерг. — Но ты слушай дальше. Мы набрали алмазов, доставили все на Арс-9 и снова призвали Древнюю. После этого она провела обряд. Что из этого получилось, ты и сам видишь. Одного за другим она отправляла богов внутрь алмазов, чтобы концентрировать и многократно увеличить энергию, вот только вектор был направлен не во внешний мир, а в Источник. Ритуал вытянул всю магию из галактики через богов и стал подпитывать Источник. Так он сохранился до наших дней, но большая часть жизни была уничтожена вместе с экологией планет. Выжили те, кто меньше всего зависел от магии — люди. Раньше то видовое разнообразие побольше было.

— А ты как спасся?

— Бежал, — развел руками бог, словно не понимал вопроса. — Что ж тут неясного? Меня последним в этот алмазный гроб засунуть должны были, так что я хоть и с опозданием, но все же понял, в какой переплет мы все угодили. Пусть и подло, что я своих бросил, но с Древней нам не тягаться. Да и не могли мы, большинство уже спало к моменту начала ритуала. Я едва выполз из того зала, где ты сейчас стоишь, а потом со всех ног рванул прочь из галактики. Какое-то время бродил по далекому космосу, а недавно у вас вот осел. За эти столетия Альцион изменился, а благодаря тому, что я выжил, появились маги Смерти. Все-таки поток энергии от Источника ко мне был огромен… до недавнего времени.

Объяснения не нужны. Недавнее время — время, когда появилась Лидия. Лицо Лаена почернело, как дно походного котла.

— В обычное время люди не должны были бы получить от меня силу, я больше на равновесии мироздания замешан. Ну там знаешь: жизнь-смерть. И все такое. Баланс природы. Но исключительность поддержки Источника дала таким людям появиться. Они развивались какое-то время, пока не основали новое государство — галактику Кольцо Смерти. Сами-то они едва ли уже помнят, с чего все началось, а в то время мы приглашали на божественный совет правителей государств, чтобы обсудить проблему умирающего Источника. Ну… теперь государство всего одно, и твое войско успешно его поработило. История порой так непредсказуема…

— Ворчишь, как старый дед, — цыкнул генерал. — Теперь давай по существу. Этот ваш ритуал можно как-то обратить? Я же правильно понял, что эти боги не умерли?

— Еще нет, но они продолжают вытягивать магию из мира. Так что ты тоже скоро без сил останешься. Лучше уходи оттуда. Я не знаю, как обратить вспять ритуал, — вздохнул Лайзерг.

Лаен помолчал немного, а потом начал медленно соображать.

— Слушай, а что будет, когда в этой галактике не останется магии?

Лайзерг поднял мрачный взгляд на генерала и тихо, но четко ответил:

— Проклятье падет на другие галактики.

— ???

— …

— Эй, разве это не сценарий конца света?

— Ну, в общих чертах, да.

Ситуация становилась все серьезней, и лицо генерала заметно потемнело. Мазолистые от частой работы над артефактами пальцы крепче сжали планшет, луч света от фонарика дернулся, очерчивая странные тени, и генерал спросил:

— Лайзерг, а кого именно из Древних вы вызвали?

Бог Смерти Отвел взгляд и неловко почесал нос. Было видно, что ему не по себе, но убедительной причины не отвечать он не нашел. Пришлось признаваться.

— Властительницу Снов.

Генеральские брови удивленно приподнялись, а взгляд парня ярко отражал его мысли на этот счет. Кто сейчас не знает, что Властительница Снов находится в подчинении у Владыки Лжи? Довериться ей, все равно что плясать под дудку главного врага человечества.

— Ну что ты таращишься? — раздраженно цокнул Лайзерг. — Знаешь, как давно это было? Не то что о Властительнице Снов, мы даже о Владыке Лжи ничего не слышали! Между прочим, мы действовали из благих побуждений! Кто вообще мог подумать, что Древние ополчатся против людей?

— Ладно, не ной, — отмахнулся Лаен, чем чуть не довел до инсульта бога Смерти. — Ты еще помнишь детали ритуала призыва этой овцы?

Лайзерг так широко распахнул глаза, что те едва не выпали. Шок и изумление так отчетливо были написаны на его лице, что не нуждались в словах. Далеко не сразу бог Смерти смог вернуть дар речи, чтобы ответить генералу на его возмутительную просьбу, а когда вновь заговорил, то из него потоком полилась такая отборная брань, что стало ясно — парень не одну тысячу лет под луной живет. Опыт в ругани у него был потрясающий. Даже Лаен восхитился на минутку.

Не восхитился кое-кто другой.

— Хватит вопить, вы спать мешаете, — раздался под сводами древнего ритуального зала сонный голосок.

Лаен выронил коммуникатор от неожиданности и тут же навел луч фонарика на гроб возлюбленной. А там, сладко зевнув, одна маленькая богиня перевернулась на бочок, подложила ладошки под щечку и сладко причмокнула.

Ошалев от шока, генерал подался вперед и впился немигающим взглядом в лицо любимой. Щеки, которые еще недавно были белыми, как снег, порозовели, грудь тихо вздымалась в такт дыханию, а темные ресницы трепетали, не желая прерывать сон. Между тонких бровей появилась недовольная складка, и девушка не глядя влепила пощечину ближайшему объекту:

— Выключите солнце, я сегодня выходная.

Когда за сильным горем следует новость, что горе миновало, волна облегчения и радости вполне сопоставима с настоящей эйфорией. Тут и с ума сойти не трудно. Осознав, что живая девушка ему не привиделась, парень ахнул, выбросил планшет и сгреб любимую в охапку.

— Эй! Что за наглость! Нападать на спящего противозаконно! Я на тебя в полицию пожалуюсь! Они там тоже не высыпаются, они поймут меня! Эй! Эээ, ты кто?

Получив несколько раз кулаком по макушке и локтем в ребро, генерал остался доволен и отстранился от возлюбленной. На его лице сияла широкая безудержная улыбка, а фонарик от планшета подсвечивал его опухшее с перепоя лицо, перемазанное потом и кровью, с самого удачного ракурса — снизу. От него еще и перегаром недельной свежести несло знатно. В общем, это не то, что мечтаешь увидеть, едва проснувшись.

— А-а-а!!! — разнесся под сводами зала пронзительный девичий визг.

— Милая, не кричи, это я, — счастливо улыбалось нечто.

— А-а-а-а-а!!! — завопила пуще прежнего. — Чудище!

— Да нет же, это я! Лаен! — радостно ответило чудище и снова протянуло руки для объятий.

Стоило ему еще приблизиться, как он тут же получил мощную затрещину и перестал тянуть лапы к спящим красавицам.

Где-то неподалеку горячо болел за «молодец, девчонку» мужской голос из динамика коммуникатора, тихонько подбадривая еще раз врезать сумасшедшему генералу, но его никто не слышал.

В древнем ритуальном зале стоял звонкий визг и шлепки по небритому иностранному лицу. Сложно сказать, сколько прошло времени, прежде чем я выбилась из сил и стала слушать счастливое бормотание чудища. Как только представилась возможность, оно тут же заговорило снова:

— Милая, ты совсем не узнаешь меня? Неужели от долгого сна повредился мозг?

— Сам дурак! — гневно воскликнула я и шлепнула грубияна по макушке. Однако за бородой, грязью и вонью хоть и с трудом, но все же различила знакомые черты. Подозрительно прищурившись, осторожно спросила: — Генерал? Ты чего тут забыл? Я ж тебя домой отправила.

— За тобой вернулся, счастье мое, — ответил вражеский захватчик с придурковатой улыбкой.

Я попыталась натянуть крышку обратно на гроб.

Генерал придавил ее пыльным ботинком и улыбнулся еще шире.

Я поняла, что переговоры зашли в тупик, и решила пустить в ход магию.

Генерал, знающий меня не первый день, тоже понял ход мыслей и быстро поймал ловкие ладошки, чтобы я не успела их порезать. Все-таки очень неудобно, что маг крови не может колдовать, не отворив кровь.

И в тот момент, когда я усиленно пыталась вырваться из вражеского захвата, а генерал смотрел на меня с пробирающими до дрожи с любовью и обожанием, в зале со всех сторон раздался грохот. С пронзительным скрежетом крышка ближайшего к нам гроба стала медленно отодвигаться в сторону.

Мы с генералом застыли и проследили за ожившей крышкой с лаконичной надписью «Война». Та медленно отъехала наполовину, и в открывшемся проеме появилась бледная рука. Она неторопливо легла на край саркофага, после чего человек, лежавший внутри, медленно сел.

На бледном лице мужчины, одетом в древние доспехи, отчетливо виднелись темные круги. Он открыл глаза и устало посмотрел на нас с Лаеном.

— Вы долго еще орать будете? Я спать хочу, — хрипло предъявил нам мужчина, и мне стало стыдно. Хотя почему я должна стыдиться за поведение генерала — непонятно. Похоже, я все же записала настырное чудище в отряд «своих».

— Прошу прощения, дядя, — вежливо ответила я, приложив руку к груди. — Мы больше не будем.

Мужчина кивнул, но обратно не лег. Он нахмурился и глубоко задумался, а потом спросил:

— А вы кто? Что-то я вас двоих тут раньше не видел.

— Так мы недавно приехали, — дружелюбно улыбнулась я, совсем не прочь побеседовать с соседом по надгробию. — Я тут уже около месяца отдыхаю. Чудесная планетка у вас, и воздух такой чистый, и люди гостеприимные. Я, вот, богиней к вам в галактику устроилась, а этот парень — просто турист.

Турист многозначительно вскинул брови, но комментировать не стал. У него на лице вообще читались мировая любовь и всепрощение.

— Понятно, — немного заторможено ответил мужчина. Немного помолчав, он снова спросил: — А где мы?

Если он сейчас еще спросит «кто мы» или «кто мы друг другу», я, наверное, тихо помогу ему лечь обратно и накрыться крышкой.

— Кхм, простите, не уверена, — скромно улыбнулась я, так же не представляя, где нахожусь. — Думаю, какой-то стилизованный капсульный отель.

— О, понятно, — рассеянно покивал мужчина, после чего широко зевнул. — Ну вы тут не шумите, а то убью. Поняли?

— Да, сэр! — резво ответила я, не имея ни малейшего желания быть убитой.

Мужчина кивнул и полез обратно в капсулу. Тяжелая крышка медленно стала закрываться, но остановилась на полпути. Похоже, человек внутри уже уснул. Раздалось негромкое похрапывание.

— Вот видишь, что ты наделал, — шепотом отругала я генерала. — Помешал спать уважаемому человеку!

Лаен сверкнул озорной улыбкой и, наклонившись, шепотом спросил:

— А тебя не смутило, что он в доспехах?

— Какая тебе разница, в чем спят другие люди? — поспешила не согласиться я. Дух противоречия во мне проснулся с новой силой. Почему-то требовалось срочно поругаться с генералом. — Были бы у меня деньги, я бы тоже какую-нибудь интересную пижамку купила.

— Какую хочешь? — живо поинтересовался парень, присаживаясь на край саркофага и приобнимая меня за плечи.

— Розовую акулу! — охотно ответила я. — Плюшевая такая, с замком до макушки. Их девочка одна шьет, я на нее ВКольце подписана. У нее очень хорошие отзывы, люди буквально не хотят вылезать из ее пижам. А некоторые еще и не могут, говорят, что плавниками сложно за замок ухватиться.

Генерал быстро представил розовую акулу в своей постели, но я об этом не знала. Просто подозрительно покосилась на хихикающего парня, который вот-вот расплачется.

— Хватит обниматься, — недовольно сбросила чужую руку. — Признавайся, зачем явился?

— За тобой, свет мой, — тепло улыбнулся маньяк. — Выйдешь за меня?

И букет откуда-то достал. Вот откуда он? Где прятал? Почему только сейчас отдал? Это правда мне? Настоящие цветы? Нет, погодите, не о том думаю.

— Ты сколько выпил?

— Я не пьян, — мягко ответил вражеский генерал, с улыбкой наблюдая, как мои пальчики сами собой хватают букет. Ну а что? Раз принес, то букет теперь мой. — Я тебя люблю и хочу жениться.

Первую половину с легкостью пропустила мимо ушей, как незначительную, а на вторую ощетинилась всем своим недружелюбным характером:

— Какой еще жениться?! Никакой женитьбы! Слезай с моего гробика и катись обратно в свою империю. Мы не подходим друг другу!

— Очень даже подходим, — и не думал катиться Лаен. — Я сильный, здоровый, а еще богатый. Очень хорошо подхожу для создания стотысячного клана.

Я критически осмотрела потрепанного генерала, но что-то в нем изменилось. Тело у него и правда крепкое, а вот магии побольше стало. Странно. Может, он, как я, подключился к Источнику? Решила прямо спросить:

— Ты что, богом стал?

— Приблизительно, — уклончиво ответил парень. — Тебе ведь нужен был кто-то с такими способностями, вот я и постарался. Ну как? Подхожу?

Ну так-то да, но вообще-то нет!

— Не подходишь! — ответила недовольно, а сама цветочки перебираю. Надо же, мой первый настоящий букет. Чувствую себя богиней.

— Я и домик нам куплю. Ты какой хочешь? — ни в какую не слушал отказа генерал.

От этого предложения у меня дыхание перехватило. Домик! Нам! Сам купит! Нет-нет, держи себя в руках, Лидия. О, но это так сложно, у меня в руках уже букетик и совсем нет места для чего-то другого. Ох уж этот коварный генерал. Хм… Точно! Он же генерал!

— Все равно нет, — отказалась категорично.

— Почему? — ласково спросил генерал, глядя на меня, как на целую миску яблок, которые он так любит воровать.

— Потому что я не люблю военных! — победно улыбнулась. Такой аргумент ему точно нечем крыть.

— Так я не военный, — на лету переобулся хитрый имперец. От такой наглости у меня аж рот открылся. — Я уволился!

— Когда? — ахнула я.

— Только что! — с гордостью ответил безработный и поднял с пола коммуникатор.

В воздухе появился голоэкран, на котором все еще отображался недавний собеседник, в котором я узнала бога Смерти. Он валялся на диване и поедал попкорн из ведерка, с неприкрытым любопытством наблюдая за развивающейся с нашей стороны драмой.

Лаен без всякого почтения к богу сбросил вызов и одним махом набрал номер Дяди. Тот ответил на звонок с усталым лицом и в помятой рубашке. Похоже, у императора тоже не все хорошо дома.

— Чего тебе? — мрачно спросил Айдалион.

— Я увольняюсь! — счастливо ответил Лаен.

— Да и хрен с тобой, — отмахнулся мужчина, и тут в кадр попала какая-то женщина.

Сногсшибательная блондинка в тончайшем кружевном пеньюаре с опьяненной улыбкой повисла на его шее, а я заметила одну новую деталь: у пары на шее появились парные метки, один в один похожие на ту, что с меня стер Творец. Кажется, он упоминал, что богиню Любви, наславшую на меня эти чары, ждет откат в виде любви к первому встречному. Получается, не соврал!

— Бедненькая, — вздохнула я. — В такого козла влюбиться!

— Они женаты, — напомнил бывший генерал и безжалостно сбросил вызов. Его явно не волновали трудности дяди, который стал объектом вожделения богини Любви. — Итак, я больше не военный. Поженимся?

Я тут же нахохлилась, поняв, что меня загнали в угол. Поводов отказывать становилось все меньше, и пришлось импровизировать:

— Нет! Ты безработный!

О том, что еще недавно в интервью на брачном шоу утверждала, что от мужа требуется только ухаживать за потомством, я благополучно забыла. А вот генерал, даже если и не забыл, виду не подал. Видя, что противник окружен и конец осады близок, хитро улыбнулся:

— Я не безработный. Я теперь уважаемый член общества. Между прочим, единственный в галактике артефактор. Я у тебя очень перспективный жених. Ну как? Пойдешь за меня?

Пальцы крепче сжали букетик, а губы настырно поджались.

— Нет.

— Почему? — золотые глаза искрились весельем, но чему радовался бывший генерал я не знала. Может, попросить политического убежища у соседнего гробика? У того мужчины вроде кроме доспехов еще и меч лежал рядом. Возможно, он даже знает, как им пользоваться. Уж вдвоем точно от генерала отмашемся. Наверное.

— Не хочу! Не пойду! Отстань от меня! — брыкалась я, пока бывший генерал выковыривал меня из комфортабельного саркофага и сажал к себе на колени.

— Да вы заткнетесь сегодня, а? — скинув крышку, поднялся тот самый мужик в доспехах.

— Уймись, Градол, дай дослушать, — цыкнул на него мужской голос из гроба с надписью «Любовь».

— Почему он должен уняться? Я вот тоже спать хочу, а эти концерт устроили «люблю-не люблю», тьфу, достали же! — вступил в перепалку обитатель гроба с надписью «Ненависть».

— Предлагаю их обоих закатать в один гроб и выкинуть из зала, — внес предложение мягкий женский голос из саркофага с надписью «Месть».

— Или в стене замуровать, — оживился голос из саркофага с надписью «Минералы».

— Слушайте, а который час? — спросил обитатель саркофага «Время». — Не затянулся ли наш обряд? Такое чувство, что мы давно уже спим.

— Ну и что? Плохо, что ли? Хоть отдохнем, если эти двое мелодраму свою прекратят, — безразлично ответил человек из гроба с надписью «Пространство».

— Чет я примерз, ребята. Может, огоньку поддать? — предложил рыжий парень из гроба с надписью «Огонь».

— Не, народ, вставайте давайте. Тут что-то странное происходит, — хмуро постучал по крышке гроба парень из саркофага с надписью «Металл», привлекая внимание проснувшихся. — Либо у меня божественные силы отказали, либо этот жених — единственный маг металла в галактике. Я больше вообще никого не чувствую.

На минуту в зале повисла тишина, а потом все зашевелились.

— Я тоже ничего не чувствую! Ни одного последователя! — взволнованно запричитала девушка из гроба с надписью «Вода».

— И я! — забеспокоился «Земля».

— И я! — подтвердила «Флора».

— Эй, а где Лайзерг? — вдруг спросил «Жизнь», а я начала подозревать о личности своих соседей.

Неужели тут все боги собрались? Иначе с чего бы им интересоваться местоположением бога Смерти? Стало быть, не умерли горемыки. А раз так, то в этой галактике я больше не одна.

— Лучше спроси, где Спящая! — зарычал «Война». — Почему мы тут одни? А как же ритуал?

Внезапно среди всеобщей паники раздался четкий и спокойный голос бывшего генерала:

— Это долгая история. Боюсь, вас всех обманули.

— Но это не самое главное! — подхватила я. Спрыгнув на пол, быстро поправила одежду и деловито спросила: — Уважаемые мужчины, скажите, пожалуйста, а вы не женаты?

Что-то в моем взгляде заставило всех собравшихся божественных «мужчин» вздрогнуть и попытаться забиться обратно в гроб. И только «Любовь» мне улыбнулся. Я бы даже сказала оскалился. Он вышел из гроба, встал перед нами и внимательно посмотрел на стоящего за мной генерала. Я не видела, как имперец хладнокровно провел пальцем по горлу в предупредительном жесте, но бог Любви вдруг одобрительно хмыкнул и сказал:

— А зачем тебе искать другого? Этот парень в самый раз. Вижу, связаны ваши души, хотя кто-то могущественный пытался эту связь разорвать, да только истинные пары так просто не разбить. Давненько я уже не благословлял союзы, вот сейчас и потренируюсь.

Я успела только рот открыть, как от бога в нашу сторону сноп золотых искр полетел и осел на запястьях, связывая их между собой тонкими невесомыми золотыми цепями. Еще через секунду цепи с тихим звоном растворились в воздухе, а на запястьях остались рисунки парных браслетов из золотой пыли.

Минуту, пока я глотала воздух в поисках подходящих случаю слов, в зале облегченно вздыхали неженатые боги, но потом я порезалась о край саркофага и все попрятались обратно.

Кровавого побоища не вышло, так как генерал ловко перехватил меня на старте. Лаен активировал кольцо, которое все еще было у меня на пальце, и порез моментально затянулся, после чего парень снова сунул мне букет, поднял на руки и с широкой улыбкой сказал:

— Милая, пойдем дом выбирать? Ты какой хочешь?

Вот так двумя фразами был остановлен окончательный геноцид местного пантеона и обезврежена злая богиня Крови.

Не скажу, что было стыдно, но сдалась я с небольшим удовольствием. Перебирая цветочки, смущенно спросила:

— А как мы выберемся? Я не нашла выход из катакомб.

Эти слова разбередили какие-то воспоминания в душе бывшего генерала. Лицо его потемнело, а губы болезненно поджались. Он опустил на меня взгляд, в котором так и читался вопрос: «Раз не нашла, то зачем меня отослала, а сама здесь осталась?». Однако, наткнувшись на мой невинный и полный любопытства взгляд, понял, что в кои-то веки ему послушно передали бразды правления. Не оправдать ожиданий он просто не мог.

— Выберемся, — уверенно ответил бывший генерал, крепче прижимая меня к груди. — Вон тот нас выведет.

Он кивнул на парня, который вылез из гроба с надписью «Пространство». Бог Пространства безразлично пожал плечами и щелчком пальцев открыл в стене черный портал. Гипнотическая воронка так и притягивала взгляд.

— А ему точно можно доверять? — потянувшись, шепнула на ухо Лаену. — Выглядит не очень надежно. Может, сами выход поищем? Я этот зал еще не осматривала.

— Не выдумывай, — закатил глаза бог Пространства до того, как ответил имперец. Что за божественный супер слух? — Так, все, давайте на выход. Снаружи поговорим. Маг, тебе придется объяснить нам, что тут произошло.

— Без проблем, — кивнул Лаен и решительно пошел в портал.

Вышли мы внутри великолепного бесконечного зала, и я сразу почувствовала, что мы в самом сердце Источника.

— Так вот где боги живут? — шепнула я, деловито осматриваясь по сторонам. — Хм, а молодой семье тут квартирку не сдадут? Нам небольшую надо, на сто тысяч два человека.

— Отсюда в магазин далеко идти, да и доставка вряд ли доберется, — так же тихо шепнул парень, мягко целуя в висок. — Мы потом получше что-нибудь подберем. Тебе в городе хочется жить или возле моря? Еще можем домик в горах присмотреть, я видел одни такие, когда на корабле падал.

Я сразу же вспомнила, как он падал на корабле со своим флотом, когда мы впервые встретились. Неужели по пути еще и горами полюбоваться успел? На бывшего генерала я теперь смотрела с б о льшим уважением.

— Я подумаю, — ответила благосклонно, ерзая на руках мага от нетерпения. Искать новый дом хотелось уже сейчас. Нужен дом с большим подвалом, чтобы делать детей.

Увы, прямо сейчас отправиться не получилось. Боги усадили нас за стол из белого камня, достали откуда-то античные кувшины с волшебным вином и несколько часов подряд расспрашивали обо всем на свете.

Генерал, — хотя теперь уже артефактор, — оказался на редкость осведомленным о местных божественных делах. Даже я с интересом слушала, запивая сплетни компотом. Вина мне не дали.

Оказалось, что чары Спящей слетели с нас сами собой, когда я проснулась. А проснуться я смогла, так как уснула недостаточно крепко, и рядом кое-кто слишком сильно шумел.

В итоге они проболтали несколько часов, и я опять уснула, а проснулась, когда совещание закончилось. Боги предложили нам остаться в Чертогах, но…

— Я домой хочу, — тихо попросила Лаена.

Тот кивнул и обратился к богам:

— Извините, народ. Нам идти пора. Не подбросите до Арс-9?

— Без проблем, — ответил бог Пространства и открыл нам портал.

Снаружи был уже вечер. Из рассказа Лаена я узнала, что провела в катакомбах неделю, и теперь волновалась о бабушке. Что, если она думает, что я погибла? Все ли с ней в порядке?

Из портала мы вышли аккурат возле входа в подземелье. Здесь вовсю велись работы по разбору завалов, и рабочие старались не покладая рук. Было шумно, но, едва мы появились, как все стихло. Какое-то время на нас ошеломленно смотрели люди, а потом началось что-то невообразимое.

Кто-то закричал, кто-то заплакал, кто-то ринулся обнимать нас. Я быстро потерялась в пространстве и могла только пытаться успокоить народ, уверяя всех, что богиня жива и невредима. Лаен стоял в стороне и с улыбкой наблюдал за народным ликованием и моим красным от смущения и радости лицом.

Потом откуда-то появились репортеры, и криков стало больше, но к ним добавились вспышки фотоаппаратов. Я уже ничего не видела, но вдруг перед глазами появилось перекошенное лицо мистера Честити с опухшими красными глазами. Мужчина сгреб меня в охапку и крепко сжал, а я хрипела и пыталась вырваться.

— Пятьдесят тысяч. Верните мне их, — потребовала на выдохе, пока еще могла говорить.

Давление тут же ослабло, а господин мэр с невозмутимым лицом ответил, что никаких денег не получал и вообще я его ограбить пытаюсь. Пришлось поскандалить прямо на месте, но выбить деньги назад не получилось.

— Это была плата! — уверенно настаивал скупой чиновник. — Я столько плакал, что точно заработал эти деньги!

— Да? — с сомнением протянула я. — А доказательства?

— Мой помощник пришлет тебе видео с похорон, — деловито поправил пиджак мэр.

Старая добрая перепалка помогла поверить, что я действительно вернулась и жизнь налаживается, так что настроение у меня быстро улучшилось. Припомнив еще кое-что, я выхватила из толпы бывшего генерала и поставила перед мэром.

— Мистер Честити, вы помните, что обещали деньги, если я выйду замуж за генерала Когана?

— Что-то не припоминаю, — мгновенно сориентировался вредный дядька.

— Мистер Честити, — угрожающе протянула я.

— Не припоминаю! — настаивал он. — И вообще! Где доказательства?

— Вот! — объявила я, показывая ему наши запястья, на которых переливались золотом парные браслеты, благословленные богом Любви.

— Да ладно! — ошеломленно воскликнул мужчина, склоняясь над нашими руками и внимательно рассматривая запястья. — Не может быть! Ты ведь кричала, что в жизни за него не выйдешь. Как так получилось?

Я могла бы сказать, что мое согласие не потребовалось и вообще меня принудили, но Лаен теперь моя семья, а семью надо защищать. Взяв артефактора под руку, я гордо задрала нос:

— А почему бы и нет? Он богатый и здоровый. Отличная пара!

Мэр в шоке разинул рот, а вокруг продолжали щелкать фотоаппараты. Уверена, этот кадр через несколько минут появится в горячем поиске и возглавит списки запросов. И если бы я заранее знала, какие заголовки будут у этих статей, то лучше бы промолчала, честное слово. Ведь уже к утру Лаен Коган стал национальным героем, обезвредившим… ну, меня, да. Похоже, то брачное шоу народ еще не скоро забудет.

— Тогда… вам нужно выделить дом? — нехотя спросил мэр, будто это не он пару минут назад плакал над моей могилкой.

— Сами купим, — гордо ответил мой богатый муж.

Мы с мэром посмотрели на парня с восхищением и чуть не зааплодировали, а Лаен задрал нос еще выше. Но так он это красиво сделал, что мы были восхищены еще больше. Потрясающий мужчина.

После завершения народных ликований и чествования выживших героев настало время возвращаться домой. Мистер Честити по доброте душевной и за небольшую сумму чисто символического вознаграждения в размере, превышающем мою зарплату, согласился подвезти пару национальных героев до дома бабушки. В благодарность я от всей души пожелала ему жену хорошую и деток побольше. Нас растащил генерал, иначе заголовки на утро были бы более шокирующими.

Перед дверью квартиры я неожиданно занервничала. Как там бабушка Илидан? Все ли в порядке? Так что генерал постучался первым, а я робко выглядывала у него из-за спины. И не прогадала!

Едва бабуля увидела нас, как крик поднялся на весь подъезд. Нас втащили в квартиру, напоили теплым молоком, обругали, обняли и обругали еще раз, а потом меня отправили на кухню готовить ужин. Я была не против, потому что бабуля осталась пытать моего генерала. Можно сказать, сбежала в целости и сохранности.

Ужин прошел в теплой семейной обстановке, и бабушка даже посоветовала нам тихий район, где продаются дома получше. Мы еще немного обсудили планы на будущее, после чего по очереди приняли душ и отправились по комнатам. И тут начались первые проблемы.

— Что ты делаешь? — зашипела я, будучи прижатой к двери и бессовестно облапанной.

— А на что похоже? — ухмыльнулся негодяй, прикусив мочку уха. Меня прошибло незнакомым чувством до самых пяток, и стало тяжело дышать.

— Н-не знаю, убери руки, — сдавленно всхлипнула, когда горячая рука забралась под майку. Не было сил даже оттолкнуть генерала, чем он воспользовался без зазрения совести. — Ты… такой беспринципный.

— Мм, — соглашаясь, протянул низким голосом, обдав жаром дыхания шею. Я отвернулась и зажмурилась, не в силах выдержать интенсивность его прикосновений. Кристалл, заменяющий сердце, стал нагреваться. И хоть я не понимала, что с ним происходит, но в таком состоянии было не до вопросов. Жар от кристалла расходился по телу и медленно туманил разум.

Почему он не спрашивает, за что я назвала его беспринципным? Чувствую, некоторые вопросы лучше прояснить прямо сейчас.

— Как ты мог?.. — прошептала, не удержавшись от глубокого вдоха, когда ловкая рука расстегнула на спине застежку того, чего касаться вовсе не должна была.

— Что именно? — терпеливо спросил он, покрывая поцелуями покрасневшую от смущения шею.

— Бросить свою страну. Ты серьезно решил отказаться от империи? Или это какой-то трюк?

Я это спросила, а уже через секунду пожалела. Что, если и правда трюк? Что, если он сейчас это скажет? Или опровергнет, а я почую ложь? Что я тогда сделаю?

Ресницы дрогнули и приподнялись, показав слабо тлеющие кровавым светом зрачки, а рука с удлинившимися когтями протянулась ему за спину. Тела детей Хаоса со временем изменяются, становясь опаснее, сильнее. И, как главу второго поколения, не стоит меня все же недооценивать. Если он скажет, что это все несерьезно, не уверена, что позволю ему покинуть планету. Нет, я точно не смогу этого допус…

Вдруг чужие ладони легли на щеки и заставили поднять голову. Я увидела твердый взгляд бывшего генерала и грозно сведенные брови. Он выглядел таким серьезным, что я задержала дыхание, глядя на него во все глаза.

— Лида, я женатый человек. Между прочим, муж самой богини. Разумеется, я серьезен, как инфаркт.

— Да такого несерьезного человека, как ты, еще поискать надо! — Я хотела сказать это возмущенно, но получилось почему-то обиженно.

Сначала он нападал на мою планету, потом на меня лично. Сколько раз я его заставала за воровством? А как он мужа мне мешал искать?

Теперь вот пришел и говорит, что больше не генерал. И чему я должна верить? Точно не этому ветреному имперцу!

— Это я несерьезным был, потому что у меня жены не было. А теперь жена есть, и я стал серьезным. Если я не буду серьезным, меня жена знаешь как ругать будет?

Он с таким самодовольством произносил слово «жена», что я перестала светить глазами, втянула когти и недовольно надула губы. Весь мой вид выражал желание развернуться и уйти, чтобы не слушать его глупости, но пара теплых рук продолжала нежно гладить щеки, а самодовольные речи имперца все не прекращались.

— Для меня нет ничего важнее моей жены, она моя истинная вторая половинка. Я ради нее на все способен.

Мой вид становился все более высокомерным, губы поджимались все сильнее, а алым вместо глаз теперь светились щеки. Пришло время признаться, что мне нравится его настойчивость. Возможно, понравилась с самого начала. Он так упорно телепортировался, хотя знал, что я грозный маг крови. Не сдавался, сколько бы раз я ни отправляла его обратно. Но больше всего я рада, что он вернулся после нашего последнего разговора. Пусть я и наговорила много лишнего, чтобы спровадить его окончательно из запертых катакомб, но именно он в итоге вытащил меня оттуда.

Я ведь так и не сказала спасибо.

Обычно я не такая неприятная личность, а вполне сговорчивая девушка, общительная и дружелюбная. Но с ним сразу хочется ощетиниться всеми иголками и показать характер с не лучшей стороны. Скорее всего, это последствия условий, при которых мы познакомились, ведь изначально мы были врагами, и я привыкла от него защищаться. Но даже теперь, когда он носит метку моей пары, я чувствую непреодолимое желание поругаться. Или, может, я просто хочу, чтобы он меня еще поуговаривал? У людей ведь бывают странные предпочтения? Мои, похоже, вот такие.

Но главное, что бывший враг, кажется, совсем не против такого положения вещей. Выглядит, во всяком случае, очень довольным и готовым уговаривать меня. Не похоже, что ему это не нравится.

— Кто тут твоя жена? — фыркнула недовольно, отталкивая руки мужа. — Не помню, чтобы давала свое согласие.

— Это моя вина, — поспешно согласился Лаен, подхватывая меня на руки и быстро шагая к постели. — Позволь мне этой ночью хорошенько извиниться.

Я не сразу поняла, в чем заключается суть его извинений, а когда поняла, было уже слишком поздно убегать. За ночь пришлось несколько раз принять его глубочайшие извинения, так что уснули мы только под утро. Но даже несмотря на это, я все равно проснулась первой.

Близился полдень, когда я резко открыла глаза. Кристалл в груди стал странно пульсировать, а чувство родословной пробудилось и беспокойно заворочалось под сердцем. Такое со мной было впервые, но я сразу поняла, что произошло.

— Лаен! Лаен, просыпайся! Скорее! — переполошилась я, толкая обнаженного артефактора, прилипшего ко мне всеми четырьмя конечностями.

— А? Что? Нападение? — вскочил муж, пытаясь рассмотреть окружение и попутно натягивая на меня одеяло, чтобы спрятать.

— Да нет же, вставай скорее! — борясь с защитными рефлексами бывшего генерала, стала поспешно выпутываться из одеяла. — Чудо! Чудо случилось!

— С кем? — не понял генерал, а потом как понял, но что-то не то: — Уже? У нас будет ребенок?

— Да, но не у нас, — взволнованно забегала я, едва выскочив из постели.

Быстро похватав одежду из шкафа, бросилась в ванную. Не помню, как собиралась, но выбежала уже через десять минут полностью готовая. Бывший генерал тоже успел собраться и уже ждал у двери. Он был обеспокоен и сразу же поймал, когда я пробегала мимо.

— Милая, что именно произошло, можешь сказать? — мягко спросил он, с немного ревнивым выражением застегивая пуговицы на моей блузке в правильном порядке. От волнения я явно перепутала петли, и теперь один край задрался, а с другой стороны блузка сползала с плеча. Сам генерал был одет идеально, явно привыкший к таким вещам в армии.

— Мой ребенок родился! — воскликнула я, сияя восторженным взглядом и послушно позволяя мужу все поправить и даже застегнуть блузку на все пуговицы до самого горла.

— Где? — занервничал имперец, оглядываясь то на спальню, то на ванную. — Где он?

— Пойдем посмотрим! — ответила и, схватив парня за руку, побежала на кухню.

Схватив нож из ящика, я полоснула лезвием по ладони, а Лаен только что-то крикнуть успел, как кровавый туман окутал нас обоих и перенес в другое место.

Да! Теперь мне доступны и такие чары! А все благодаря еще одному магу крови, который сегодня родился. Это просто потрясающе! Я уже чувствую, как растет моя сила!

Туман рассеялся, и мы оказались в больничной палате. Вокруг бегали врачи, пищали приборы и стоял густой запах крови и лекарств. На узкой койке лежала бледная женщина. Она тихо плакала и умоляла врачей спасти ее ребенка, а в стороне стоял маленький стол с бортиками, на котором лежал неподвижный комочек.

— Слишком рано, легкие не раскрываются, продолжаем реанимацию, — командовал мрачный врач, скрывая за маской отчаянно сжатые губы.

Его остановил другой врач, положив руку на плечо:

— Мистер Лакорд… мы действительно тут ничем не поможем, плод недоношенный. Пора объявить время…

— Папа! — услышав, закричала молодая мать. — Умоляю, спаси нашего Тайда!

Похоже, врач по фамилии Лакорд только что стал дедушкой, а роженица — его дочка. Но никакой радости не было и в помине, а после криков дочери доктор только голову опустил, чтобы скрыть слезы. В такой суматохе нас заметили не сразу.

— Пропустите, пожалуйста, — вежливо попросила я, обходя столпившийся медперсонал и подбираясь к ребенку.

Новоиспеченный дедушка тут же обернулся и гневно посмотрел на нас. Еще бы, вошли без бахил и халата. Но мы не нарочно, мы не знали, где окажемся.

— Что вы здесь делаете? Кто пустил посторонних в палату! Немедленно увести! — не сразу разглядев, закричал врач. Понадобилось еще несколько секунд, чтобы разглядеть наши всемирно известные лица. — Вы?! Что вы?.. Как?..

Слов молодой дедушка подобрать не смог, но мы его не осуждаем. Я дружелюбно похлопала доктора по плечу и попросила:

— Могу я увидеть ребенка?

От сжал кулаки и отчаяние с беспомощностью исказили совсем не старые черты лица. Мужчина бросил взгляд на сжимающую простыни дочь, которая смотрела в нашу сторону, надеясь поскорее услышать крик ребенка, а потом молча отошел в сторону.

— А вот и ты, — заулыбалась я, склоняясь над столом. — Привет, малыш! Ты только родился, а уже такой переполох устроил. Прям как я. Помню, когда появилась, тоже такой переполох поднялся. Люди тоже плакали, кричали, с инструментами всякими бегали. Но ничего, я все равно выжила. Тебе тоже нужно выжить, хорошо?

Похоже, из-за внезапно установившейся со мной связи, произошли преждевременные роды младенца. Его тело не успело до конца развиться, так что нужно немного помочь. Я поднесла кровоточащую ладонь, и пара капель скользнула в приоткрытый ротик младенца.

С другим ребенком такой трюк мог бы привести к еще худшим последствиям, но у этого малыша талант к магии крови. Он — мой первый последователь. Поэтому всего пара капель божественной крови смогла быстро укрепить тело и помочь ему развиться, а еще через пару секунд я почувствовала, как забилось его сердце.

Сразу же после этого комнату огласил требовательный крик младенца. Мать в слезы, врачи за приборы, счастливый дед в обморок, а я задумалась, не переборщила ли с количеством крови. По-моему, этот мальчик действительно решил расти не по дням, а по часам. Может, через неделю уже в школу пойдет.

Еще немного посюсюкав со своим первым родственником (а это именно родственник, так как в нем теперь течет моя кровь), я обнялась со всеми врачами, очнувшимся дедушкой и счастливой матерью. Ребенка унесли, чтобы дальше позаботиться, и теперь пришло время объяснить молодой матери как я здесь оказалась и что вообще случилось.

Начало далось нелегко, потому что пришлось объяснять нюансы далекому от магии человеку, но, кажется, я справилась. Счастливо улыбнувшись, подытожила:

— Так что Тайд станет первым магом крови в этом мире. Я обязательно всему его научу и буду присматривать в будущем. Уже сейчас могу сказать, его сила не будет уступать моей. Его ждет прекрасное светлое будущее и большая семья. Ведь со временем будет рождаться все больше детей с этим даром, и всех их будет объединять родословная. Ваш сын больше никогда не будет одинок. Теперь он является частью моего клана, и мы всегда поддержим его.

— Спасибо, — крепко сжав мою руку, со слезами поблагодарила молодая мать. — Вы спасли моему ребенку жизнь. Я никогда не забуду вашей доброты!

Поболтав еще немного, мы ушли, ведь роженице тоже надо отдыхать, хоть она и не хотела отпускать нас. Мы с Лаеном вышли из больницы, остановились на ступеньках и одновременно выдохнули, а после переглянулись и рассмеялись.

— Ну и дела. Когда ты утром сказала, что у тебя родился ребенок, я что угодно представлял, но не такое.

— Это только начало, — усмехнулась я, потягиваясь под лучами утреннего солнца. — В будущем будет еще больше детей. Сначала на этой планете, а потом и по всей галактике. И с каждым из них моя сила будет расти, охватывая все большую территорию. До тех пор, пока она не перерастет могущество Источника.

— Как думаешь, что сделают другие боги, когда узнают об этом? — приобняв меня за талию, спросил бывший генерал. — Ведь угроза исчезновения Источника никуда не делась.

— Пока еще рано об этом говорить, но одно могу сказать уже сейчас. Тех, кто наслал проклятье на богов Кольца Смерти, нет в галактике. А если явятся, я буду готова. Какое бы хитрое заклинание они не наслали теперь, я успею его отразить.

— Насчет Властительницы Снов ничего пока сказать не могу, но насчет зачинщика всего этого беспредела — Владыки Лжи — я кое-что слышал от дяди. Вроде как его убили недавно. Причем твоя подруга.

— Эсфирь? — удивилась я.

— Она самая, — кивнул Лаен. — Они с Талахаем провернули какую-то аферу, так что Владыка Лжи сам с собой покончил. Насколько я понял, это единственный способ убить Древнего.

— Так и есть, но… — протянула с сомнением, нахмурив брови.

— Что такое?

— Видишь ли, не может Древний погибнуть бесследно. Не в вашем мире, — со вздохом, покачала головой. — Пусть он и умер бы, но его сила должна была найти приемника. К тому же… это сложно объяснить, но во время пребывания в том ритуальном зале я чувствовала, что моя сила утекает. Другие боги могли не заметить, но для магов Крови эта энергия ничем не отличается от самой крови, мы чувствуем ее движение. Так вот: ни в какой Источник нашу силу не переправляли. Она ушла гораздо дальше. И я не возьмусь утверждать, к кому именно. Можешь считать это обычной женской интуицией, но кажется мне, что эта история еще не закончена.

— Возможно, Спящая для себя эту силу собирала?

— Боюсь, время покажет.

— Но раз она обманула богов с ритуалом, то получается, что Источник все еще на грани исчезновения? И теперь, когда все проснулись, он истощится еще быстрее? — нахмурился бывший генерал.

— Так и есть, — уверенно кивнула. — А боги, если захотят, могу и их принять в клан. Конечно, это многое изменит в существующем раскладе сил, но Кольцо Смерти и так уже много натерпелось. Если хочешь знать мое мнение, не далек тот день, когда эта галактика станет называться Кольцо Крови, а я стану верховным божеством!

Стоило мне закончить самовосхваляться, как перед глазами закружился кровавый туман, а в следующую секунду из него выпал младенец с большими серыми глазами. Я едва успела его поймать, а он даже не испугался и тут же начал смеяться.

Что-то мне подсказывает, что характер у моего первого последователя не очень хороший. Зато рядом будет всегда готовый помочь бывший генерал, который теперь стоит, прикрыв лицо рукой, и мелко трясется.

Вокруг сновали прохожие; на руках заливался хохотом младенец; из-за угла непрерывно делали наши с генералом и ребенком на фоне роддома фотоснимки репортеры, собирающиеся раздуть очередной выдуманный скандал; мимо в небе промчался корвет мэра, спешащего по очередным неотложным делам, а теплый воздух был наполнен ароматом открывшейся неподалеку кондитерской и пыльным городом, все-таки пережившим войну.

Наконец-то, после всех этих лет скитаний, я тоже нашла свое место. Свой дом. С этого момента, как бы не повернулась судьба, я не сдамся, ведь мне есть что защищать.

В конце одного пути начинается новый, и теперь я знаю, что нужно делать. Но свой путь нашла не только я. Облетев бесчисленное количество звезд, свой дом обрел и мой бывший генерал. И пусть он думает, что сможет жить здесь, как простой артефактор, но я же видела, как расчетливо смотрел на него мистер Честити. Уверена, предложения из администрации и военного министерства не заставят себя ждать. Какой выбор он сделает и чем в итоге захочет заниматься, я не знаю, но поддержу в любом случае. Ведь мы больше не чужие.

С заданием Творца я непременно справлюсь, и в этом мне поможет моя семья.

Мой пленный генерал.

Оживший пантеон вот уже четвертый час заседал в божественных чертогах. Я растянулась на столе, отчаянно зевая и мечтая убраться отсюда поскорее, а на соседнем стуле звонко храпел бог огня. Этот рыжий парень тоже находил собратьев нудными и предпочитал дрыхнуть со мной на галерке.

Конечно, тема собрания была архиважной, но эти старики вели себя так неспешно, словно собирались сидеть тут вечность, а у меня, между прочим, работа и муж. Я очень занятая богиня!

— Исходя из всего вышесказанного и принимая во внимание крайне непростую ситуацию с магическими потоками, мы также подсчитали количество потребляемой энергии и растущий коэффициент магического истощения, в том числе были приняты во внимание меры, принятые Спящей, которых хоть и были несколько грубыми, безответственными и…

Не сдержавшись, я так душераздирающе зевнула, что на меня посмотрели все собравшиеся. Это были высокомерные взгляды старых людей, осуждающих несерьезность молодого поколения. К слову, бога огня к обсуждению привлечь не пытались. Он еще в первый раз высказал свое мнение довольно четко, что лучше всего прямо сейчас собраться всем скопом и пойти бить морду Властительнице Снов.

Я почти устыдилась под их взглядами, но потом вспомнила однообразный треп за последние четыре часа и поняла, что переливать из пустого в порожнее они могут сколь угодно долго. Если не предпринять никаких действий, я рискую покрыться плесенью прямо здесь, а мой супруг поседеет от старости. Надо срочно выбираться отсюда.

— Ребят, а мне точно надо тут быть? Вы уже семнадцатый раз собираете собрание и обсуждаете одно и то же, а к выводам так и не пришли.

Бог Огня что-то согласно пробормотал и упал со стула. Дальше он храпел из-под стола. Я задумчиво посмотрела на коллегу по несчастью и немного позавидовала. Такой здоровый сон при нашей нервной профессии — великая способность.

Два десятка суровых лиц недовольно поджали губы, а Градол — бог Войны, — еще и брови нахмурил. Они ведь не собираются меня побить? Правда же?

Бог Любви Айви в этом не участвовал. Он недавно узнал об изобретении маникюрного набора и теперь разложил все добытые материалы на столе, экспериментируя с формой и цветом ногтей. Он был единственным, кто помимо бога Огня неплохо проводил здесь время.

Великолепный блондин, соблазнительно облизнув губы, томным голосом спросил:

— Такие важные вопросы, милая Лидия, должны быть исследованы тщательным образом. В конце концов, гибель Источника — нетривиальный вопрос. Все, кто сталкивался с этим ранее, погибли следом. Известного решения не существует, так что все, что нам остается, — это обсуждение.

Богиня Воды Никс также высказалась:

— Дело об Источнике сейчас в приоритете. Или у уважаемой богини Крови есть дела поважнее?

— Да мне вообще на ваш Источник плевать, — откинувшись на спинку жесткого неудобного стула, пожала плечами. Вскинув брови, я заметила: — Есть он или нет, на мои способности это не повлияет. Ну последователей новых не родится, так большая ли это беда?

— Что и ожидалось от твари из Хаоса, — презрительно фыркнула богиня Флоры Регина. — Только о себе думает.

На тварь я не обиделась, так что предложила от всего сердца:

— Могу и о вас подумать. Если хотите, всех в клан приму. Тогда больше никто не будет привязан к Источнику. Да, богами вы тоже не будете, но зато живы останетесь.

Лично я считаю, что это предложение было очень щедрым и гуманным. И вообще все мое поведение крайне уважительно. В конце концов, проблемы с Источником касаются меня меньше всего. Есть он или нет, мне от этого ни горячо, ни холодно.

И вместо того, чтобы проигнорировать беды окружающих, я великодушно сижу тут, трачу свое время и даже предлагаю всех спасти. Но что в ответ? В ответ неблагодарное молчание и полные отвращения взгляды. Магию Крови тут никто не уважает. Или просто за статус богов держатся?

— Не хотите? — кисло спросила я. — Зря вы так. У нас в клане хорошо и кормят вкусно. Мой муж открыл гильдию артефакторов и теперь хорошо зарабатывает. У нас даже своя сеть ресторанов появилась, и магов Крови там кормят бесплатно. На выходе даже гематогенки раздают всем желающим. Очень полезно для крови.

— Конфеты из крови, какая мерзость, — перекосило Регину.

Градол на такие мелочи не обращал внимания, он сразу перешел к основной проблеме:

— Лидия, одно дело, когда боги уснули и магические потоки остановились, но другое дело, если Источник и боги погибнут. Знаешь ли ты, какие процессы завязаны на наше существование? Благодаря богу Огня светят звезды, благодаря богу Земли формируется почва, благодаря богу Пространства измерение остается стабильным. Ты по жизни в Хаосе должна понимать, как важно наличие стабильного пространства. Не было бы большой беды, если бы погибли только боги. Источник просто выбрал бы новых из числа смертных. Но если исчезнет Источник, вся эта галактика превратится в черную дыру.

— А, да? — невежественно пробормотала я, почесав затылок. — Ну это не совсем хорошо. Я забыла об этом, извините.

Я правда забыла. Последнее время много сил уходит на создание стотысячного клана. Мы с Лаеном под эти нужды забрали у администрации два нижних этажа катакомб, где теперь и развиваются мои дети.

Изначально я слабо верила, что мой новоиспеченный супруг потянет создание потомства с богиней, однако он меня удивил. Я выматывалась куда сильнее, чем бывший генерал. Конечно, сначала он был сильно шокирован, когда я потащила его в подземелье, а потом достала кинжал. На самом деле потомки клана Крови появляются не совсем тем путем, о котором мечтал мой супруг. К счастью. Иначе сто тысяч детей стали бы недостижимой цифрой до конца моей жизни.

Я всего лишь взяла у него немного крови, добавила свою и применила чары, чтобы связать их и сформировать сердце. Из одной капли можно создать несколько десятков сердец. Ну а после я оставляла их в подземелье созревать. Магические сердца будут расти с каждый днем, пока из них не появятся новые люди. Внешне это похоже на кровавую кладку невиданного монстра, чьи коконы из живой плоти висят под потолком и свисают до земли.

Сначала я думала, что Лаен испугается и убежит, ну или хотя бы начнет видеть кошмары по ночам, но он воспринял способ нашего размножения на удивление спокойно. Только потребовал, чтобы мы и от его метода не отказывались. Так что выматывалась я знатно: сначала в подземелье, а потом в спальне. Мой ненасытный муж оказался куда выносливее меня.

Так что нет ничего удивительного, что я забыла некоторые детали уничтожения человечества, правда? У меня у самой уже круги под глазами и мигрень от недосыпа. Еще и боги эти нудят под ухом.

— Что ж, — надменно фыркнула Регина, — если больше никто не ставит под сомнение важность наших собраний, то предлагаю продолжить дискуссию.

— Ни в коем случае! — ахнула я, резко поднявшись со стула. — Еще четыре часа я просто не вынесу!

Мой импульс был достаточно сильным, чтобы стул оттолкнулся и упал на спинку, а спящий под столом бог Огня недовольно завозился.

Стоило только представить, что эти собрания никогда не закончатся, как я активизировала ум на максимум и быстренько придумала решение глобальной проблемы. А решение-то простое было. Не знаю, чего они до него не додумались раньше сами.

Под дюжиной изумленных взглядов и один заливистый храп я отошла в сторону, послушно опустилась на колени, сложила перед собой ладони в молитвенной жесте и, закрыв глаза, всем сердцем позвала:

— Творец, я призываю тебя. Приди, Творец. Приди, пожалуйста.

Божественные чертоги отличаются от внешнего мира. Здесь законы физики и времени пересекаются и берут свое начало, из-за чего струны мироздания не затронуло явление Создателя. Не было остановки времени или искажения пространства. Он просто появился, сияя первозданным светом.

Я открыла глаза и подняла голову. Пара сияющих глаз смотрела на меня с теплом и усталостью, а тонкие губы немного беспомощно улыбнулись.

— Ты звала, дитя?

Я со всей серьезностью кивнула и сразу перешла к делу, чтобы сильно не надоедать Творцу:

— Дело важное, я посмела призвать вас. Вы могли бы помочь? Наш Источник истощается, и вскоре галактика будет стерта. Своими силами мы ничего не смогли придумать. Обращались к Древним, но они обманом погрузили нас в сон и стали вытягивать силы.

Творец слегка нахмурился и осмотрелся вокруг. Мы находились в божественных чертогах, которые в свою очередь находятся внутри Источника. Так что ситуацию он мог рассмотреть изнутри, так сказать. Конечно, его немного озадачил предынфарктный вид спрятавшегося за стол пантеона, но он не стал обращать внимания на мелочи.

Разобравшись в проблеме, он облегченно вздохнул и мягко улыбнулся:

— Это легко решить. Я действительно давно не обновлял Источники, все не до них как-то было. Хорошо, что напомнила.

Творец взмахнул рукой, и крошечная искорка, от мощи которой у всех присутствующих волосы дыбом встали, взмыла вверх и растворилась в бесконечности божественных чертогов. На первый взгляд ничего не изменилось, но только мы — боги Кольца Смерти, — могли ощутить изменения, которые произошли в этот момент с Источником. Его сила увеличилась по меньшей мере в десятки раз и еще долго не истощится.

— Спасибо, Создатель! — довольно заулыбалась я, глядя на мужчину с восхищением.

Тот кивнул и улыбнулся в ответ:

— Хорошая работа, дитя. Как продвигается создание клана? Нашла партнера?

— Да, мы все успеваем. Клан будет готов в срок, — ответила, в миг посерьезнев. — А еще у меня стали появляться последователи. Их можно считать частью клана?

Творец покачал головой:

— Они наделены магией Крови, но не имеют в себе крови Хаоса. Они не могут считаться частью клана.

— Хорошо, я поняла, — ответственно кивнула.

— Что ж, у меня впереди еще много дел. Ты хорошо потрудилась, дитя. До встречи, — сказал он, растворяясь в воздухе.

— До встречи, — помахала исчезающему силуэту.

Едва Творец ушел, я поднялась с пола, отряхнула джинсы и повернулась к богам. Похоже, они так обрадовались Источнику, что дар речи потеряли. Или за эти дни болтать устали? Что ж, понимаю, отдых всем нужен.

— Итак, раз уж проблема решена, мне пора возвращаться, — дружелюбно улыбнулась людям под столом.

— Ага, давай, малая, — не глядя махнул рукой бог Огня, который за это время так и не проснулся. Поразительная выдержка.

Не дождавшись возражений, я махнула рукой остальным богам и растворилась в кровавом тумане.

Ведь дома меня ждет семья!

__

Маленький театр в заключение:

— Слушай, я тут подумал, это ж я зять самого Творца, получается?

— Хватит болтать, быстро домой. Теперь моя очередь показывать, как правильно делать детей.

— Что-то у меня тоже женская интуиция проснулась и подсказывает, что добром это не кончится.

— А у тебя есть выбор?

— Надеюсь, нет. Кстати, а как мы успеем за один год сто тысяч детей сделать?

— Будем делать по десять тысяч в месяц.

— …это в день сколько получается?.. Что-то я математику подзабыл…

— В среднем триста пятьдесят.

— …можно я пацанам позвоню? А то мне потом никто не поверит. И почему ты ведешь меня к пустырю? А нож зачем достала? Милая? Дорогая? Кто-нибудь?