《你微笑时很美》

YOU ARE BEAUTIFUL WHEN YOU SMILE

Author © 青浼 Qīng měi.

Russian Edition copyright © 2026 AST Publishers Ltd

Arranged through JS Agency Co., Ltd.

All rights reserved.

© ООО «Издательство АСТ», 2026

© Родсет Александра, перевод на русский язык, 2026

Стоило жеребьевке закончиться, как на Тун Яо вдруг напал мандраж – точь-в-точь как у тех студентов, которые гуляют до самой сессии, а накануне экзамена начинают паниковать: «Мамочки! Завтра сдавать! Срочно!!! Подскажите, что делать!!!»

– Ведь мы с Huawei уже играли, – вспомнила Тун Яо. – У них топер нашего Кота так зажал, тот вздохнуть не мог. Крутые… А «Красная стрела» – это же… Это бывший «Отряд убийц»! А-а-а-а-а-а! – запричитала она. – Это же те, которые взяли второе место на S3! Они ведь тоже довольно мощные! KING – новичок в высшей лиге. Слышала, их джанглер уводит ангелов просто мастерски. У них лучшая статистика по играм «до трех побед», а шанс на перелом игры в проигрышной ситуации – восемьдесят процентов… Господи, я в панике!

– А «Горный туман» – один из старейших клубов. У них полностью китайский состав. И за три года, с S3 до S6, они не сменили ни одного игрока. С ума сойти! – с чувством покачала головой Тун Яо. – Подозреваю, ими уже даже не нужно командовать, они сами знают, когда забирать ангела, а когда ломать базу…

– А «Обсидиан» еще весной были вроде наших соседей, – добавила девушка, – боролись за сохранение места в лиге. А соседи вон уже и СК обыгрывают! И от этих тоже не знаешь, чего ожидать!

Повисла тишина.

– Ты даже «мобильщиков», которых мы разгромили на тренировке, теперь тоже боишься? – насмешливо уточнил Лу Юэ.

– Ну да, «Красная стрела» – это бывшие «Убийцы», – пожал плечами Кот. – Ну брали они второе место два года подряд – и что с того? Да даже если б они первое взяли – теперь-то там совершенно другие люди играют. С чего ты вдруг паникуешь?

– Офигеть, ты и команду, которая еле выползла из низшей лиги, боишься! – восхитился Кей.

– А «Туман» хоть и играет вместе три года, а толку? – вставил свое мнение Пухляш. – Как были нубы, так и остались.

– И как вообще можно сравнивать соседей с «Обсидианом»? Соседи перекупили Иерофанта, он по уровню как наш брат Чэн. А из «Обсидиана» я ни одного ника не помню, кто там у них вообще… Приди уже в себя!

Лу Сычэн шмыгнул носом, нахмурился и сказал:

– Вы задолбали шуметь. Пешком пойти не хотите?

Тун Яо посмотрела на всех с обидой.

– Просто я немного нервничаю. Есть в вас хоть капля сострадания?

– Да ты с самой жеребьевки только и знаешь, что бубнишь себе под нос, – возразил Сяо Жуй. – Если бы кто услышал со стороны, подумал бы, мы в «группу смерти» попали. Хотя действительно сложные команды – все в группе В. Чего ты паникуешь? Прояви уважение к брату Чэну. Он молодец, отличный жребий вытянул!

Лу Сычэн хмыкнул с насмешкой.

«…или с гордостью», – подумалось Тун Яо. Или как «заботливый айсберг» в аниме – когда персонаж весь снаружи ледяной и надменный, а внутри мягкий и добрый. Тоже может быть.

– Ну-ка дай сюда сотовый. – Сяо Жуй быстрым движением выхватил у Тун Яо телефон, посмотрел на экран и усмехнулся. – Так и знал. Ты искала в «Байду» пул персонажей мидеров этих команд.

Тун Яо:

– !

Будь свет в машине чуть ярче, все увидели бы, как их мидер заливается румянцем. Лу Юэ фыркнул, потягиваясь:

– Если настолько боишься, давай я сыграю.

– Мечтай! Ты будешь торчать на скамье запасных, пока она под тобой не прогнется!

Девушка попыталась забрать свой телефон, но Сяо Жуй вытянул руку над головой, чтобы она не могла достать.

– Если нужна такая информация, лучше Мина спроси. У него есть записи типовых матчей этих команд, лучше всего отражающих манеру их игры. А еще Мин начал анализ их стратегий и стиля. Прямо как жеребьевка закончилась, так сразу и начал.

Тун Яо на мгновение опешила, а потом восхитилась:

– Ну ничего себе! Брат Мин крут!

– А то! – самодовольно подтвердил менеджер. – И хватит искать в «Байду»! Думаешь, «Байду» все знает?

– Разве не в этом и заключается работа аналитика? – хрипло проговорил капитан, сидевший между ними. – Ведете себя как два идиота…

Сказав это, Лу Сычэн дотянулся, отобрал у Сяо Жуя телефон Тун Яо и кинул его девушке. Та торопливо схватилась за сотовый, а потом покосилась на парня:

– Ты точно не хочешь принять лекарство от простуды?

– Точно.

– Но ты уже весь хрипишь! Как ты послезавтра собираешься нами командовать?

– К тому времени я уже буду в норме… Апчхи!

У Тун Яо на лице было написано «я вижу, как тебе все лучше и лучше», но она ничего не сказала, лишь выпрямилась на своем сиденье. А вот Пухляш завопил, что не хочет заразиться, и открыл окно.

Примерно через час, к одиннадцати вечера, команда вернулась на базу. Первым делом Тун Яо уделила внимание Пышке, бедному котику, который провел полдня в одиночестве. После этого, запросив у Мина информацию о всех командах их группы и дополнительно по СК, она поднялась наверх, в свою комнату. Умывшись и почистив на ночь зубы, девушка легла в кровать и в первую очередь открыла файлы, связанные с СК – ведь именно с ними ZGDX предстояло играть послезавтра.

Везунчик, топлейнер команды СК, когда-то играл вместе с Лян Шэном, саппортом соседей. Их обоих называли тогда «императорами низшей лиги». Год спустя Везунчику и правда повезло – его решила купить команда СК, одна из сильнейших в про-лиге. А Лян Шэн перешел в команду попроще, а именно в YQCB. Теперь Везунчик уже прочно закрепился в основном составе, играя в практически всегда на «танках»[1] вроде Большого Дерева, Синего Великана и Клайда. Он был особенно известен игрой за Клайда – ему удавалось одним ударом оглушить сразу трех-четырех противников, за что его прозвали Ладонью Будды.

Кэрри команды СК Бабочка был и правда красив, как бабочка. Может, ростом маловат, но это не помешало ему обзавестись большим количеством фанаток. По жизни милашка и умеет строить умильные мордочки, но в игре агрессивен, не раздумывая, сразу рвется в бой. Занимал не последнее место в мировом рейтинге среди кэрри. Более всего был известен игрой за Тринадцатую Ласточку, Ледяную Богиню и Большую Пасть.

Саппорт команды СК Старичок на самом деле играл под ником «Симэнь Цин» – в честь персонажа старинного романа, бабника и убийцы. Неизвестно, зачем он взял именно такой провокационный ник, но кто-то однажды сказал о нем: «Это не сам герой, это старичок, который живет по соседству с героем». И вот с той легкой руки к нему и прицепилось прозвище «Старичок». В паре с Бабочкой они играли уже два года, и на ботлейне эта пара хищников могла сожрать кого угодно – кроме разве что Лу Сычэна и Пухляша. Пул персонажей Старичка был шире океана, но лучше всего он играл за Душеприказчика.

Джанглер СК Цзянь Ян… бла-бла-бла… Тун Яо закатила глаза: «Пропустим. Это не интересно».

Мидлейнер СК Цветочек. Вот здесь Тун Яо села на кровати и начала вчитываться особенно внимательно. Это был тот самый противник, с которым ей придется столкнуться послезавтра. Милый полный парнишка с вечно прищуренными глазками, на вид – само добродушие… На деле, как и Тун Яо, мастер игры за ассасинов. Особенно хорош, играя за Чародейку. Кроме того, отлично играет за Кицунэ и Рыбку. Этими последними Тун Яо владела не особенно хорошо, но имела общее представление, как стоять против них на линии и получить преимущество.

Кстати, в последнем раунде той финальной игры весеннего сезона Цветочек как раз выбрал Рыбку – единственный раз за целый сезон, когда кто-то решил играть именно этим персонажем. И это в решающем матче! То ли он вообще не воспринял всерьез того заменяющего игрока, который вышел вместо Мина, то ли был крайне самоуверен…

Тун Яо вспомнила еще, как его Рыбка, скооперировавшись с Цзянь Яном, примерно за пятнадцать минут начисто вынесла на мидлейне того заменяющего игрока, а потом начала бешено метаться по карте и помогла сокрушить две оставшиеся линии, где изначально у ZGDX было преимущество.

«!»

Представив это, Тун Яо безмолвно поклялась, что в послезавтрашней игре ничего подобного не допустит и даже если сама окажется в невыгодном положении, то все равно намертво привяжет Цветочка к мидлейну, чтобы не смел никуда уйти. «Альянс мидера с джанглером? Даже не мечтай».

Девушка решила поискать в интернете записи их матчей. Благо у СК было столько фанатов, что стоило ей ввести пару-тройку ключевых слов, как тут же вывалилась целая куча ссылок на самые показательные и знаковые игры команды. И пока несколько таких видео скачивалось на iPad, она решила убить время за просмотром стримов с телефона и с удивлением обнаружила, что Лу Сычэн, больной во многих смыслах человек, в этот час не только не отправился спать, но еще и уселся стримить! Правда, на сей раз прямой эфир был без звука и камеры. Фанаты в чате жаловались: «Сосед по комнате хочет перед смертью увидеть лицо брата Чэна» – классика жанра, в общем. Что ж, это могло бы сработать, будь Лу Сычэн в хорошем настроении и реши он внезапно порадовать фанатов. Но имидж звезды… Для него это вопрос принципа.

Тун Яо отложила телефон и вышла взглянуть собственными глазами. Рядом с Лу Сычэном стояло две коробки бумажных салфеток, а еще огромная корзина для мусора, доверху набитая ими же. Девушка, облокотившись о перила, несколько секунд безмолвно смотрела на это все, потом вернулась в комнату и скинула капитану в «Вичате» буквально пару слов: «Прими лекарство». Потом подумала и добавила: «Ты правда думаешь, что таблетки повлияют на игру больше, чем то, что тебе приходится одной рукой играть, а второй сморкаться?»

Отправив послание, Тун Яо вновь переключилась на трансляцию и увидела, что персонаж, которым играл Лу Сычэн, вдруг на пару секунд перестал бить крипов. «Похоже, опять сморкается», – подумала она, но тут наверху экрана всплыло уведомление со строкой текста:

«?» Он успевает играть и еще отвечать в «Вичате»?

Тун Яо удивилась. Надела тапочки, спустилась вниз и подошла к Лу Сычэну.

– А как ты узнал, что я смотрю твой стрим?

– Когда входишь в комнату стрима, пишут уведомление. Кто-то из зрителей его увидел… – хрипло пояснил капитан и пнул мусорку. – Раз уж пришла, не уходи, вынеси сперва это все.

– …

Девушка молча взяла мусорное ведро и вышла. Пухляш, хоть и был по уши в игре, все же нашел секунду отвлечься и посмотреть ей вслед:

– Чего это она спустилась?

– Потому что ей вечно надо лезть не в свое дело… Написала мне в «Вичат», чтобы я лекарство принял.

– Ребята, вы в одном доме. Ты сидишь внизу. Она наверху. И вы переписываетесь в «Вичате»? У вас с головой все в порядке?

Лу Сычэн задумался и понял, что примерно то же самое он только что сказал Тун Яо, потому лишь помрачнел и ничего не ответил. В это время девушка вернулась с пустой корзиной в руках. И когда ставила ее под стол, то услышала, как капитан неразборчиво буркнул под нос что-то похожее на «спасибо». Тун Яо развернулась, сходила помыть руки, а затем села за свой компьютер рядом с Лу Сычэном.

Среди щелчков мыши прозвучало:

– Ты же вроде собиралась спать?

– Сейчас досмотрю еще один матч СК и пойду.

– Цветочек довольно крут.

– Угу, я вот так за Рыбку играть не умею… Но надо хотя бы понять, как играть против него.

Тун Яо зевнула и вернулась к просмотру видео. Через некоторое время Лу Сычэн, мельком глянув на экран ее телефона, увидел, что девушка смотрит стрим. Капитан хотел было пошутить, что это дурацкая привычка – спуститься вниз и все равно смотреть трансляцию с тем же человеком, когда вдруг заметил, что в том стриме в правом нижнем углу была включена камера. А значит, стрим-то был не его…

Он вновь сосредоточился на своем экране.

– Кого это ты там смотришь?

Тун Яо подняла голову и моргнула:

– Мастера Вана.

«Мастером Ваном» звали того самого игрока с ником «Улыбка» – бывшего участника команды WE, имя которого Тун Яо поклялась вернуть на мировую арену. Он был очень хорош, в свое время его признавали лучшим кэрри во всем мире. Пару секунд капитан просто молчал.

– То есть лучший кэрри играет прямо у тебя под носом, а ты сидишь рядом и в это время смотришь на телефоне стрим какого-то другого кэрри?

– Лучший кэрри? – Девушка посмотрела на него озадаченно, явно не понимая, в чем суть претензии. – В смысле? Ты о ком? Разве лучшим был не мастер Ван?

И лишь через несколько секунд до нее наконец дошло…

– Братец Чэн, – ответила она, – если ты не включил камеру и микрофон, это не значит, что можно быть настолько бесстыжим.

Лу Сычэн стремительным движением вытащил новую салфетку из коробки, другой рукой одновременно убил врага, отхватив триста золотых, и сказал, не отрывая взгляда от экрана:

– Катись уже спать! Нечего тут стримы смотреть до глубокой ночи!

Втревожном волнении Тун Яо наконец-то дождалась своего первого игрового дня. Вскочив утром с постели, приняв душ и надев командную униформу, девушка долго смотрела на себя в зеркало. Происходящее ощущалось каким-то нереальным, как будто она вдруг оказалась попаданкой сюда из другого времени.

Взвалив на плечо сумку с клавиатурой и мышкой, Тун Яо перед самым выходом заглянула в телефон, где друзья и родные прямо-таки завалили ее пожеланиями и напутствиями:

Это написал младший брат, который до этого никогда в жизни ее «сестренкой» не называл.

Это было от лучшей подруги, Цзиньян.

А вот это от мамы…

Помимо того, были еще сообщения от разных друзей и приятелей, как играющих в игры, так и не играющих. Играющие хором заявляли: «Я знал, что однажды этот день все-таки наступит!» А не играющие, словно сговорившись, писали так: «Абсолютно ничего не понимаю в играх, но смотреть буду очень внимательно!» Но все это были адекватные сообщения. А вот комментарии в «Вейбо» попадались довольно странные…

Тун Яо лишь головой покачала. Сунула телефон в карман, надела куртку, вновь взяла сумку с периферией и спустилась вниз. К этому моменту почти все уже собрались у выхода. Пухляш, обуваясь, поднял голову и посмотрел на девушку.

– А сколько там градусов сегодня? Ты чего куртку напялила?

– Мама велела надеть. – Тун Яо положила сумку и присела, чтобы обуться. – Она собирается стрим смотреть. Увидит меня в футболке – начнет доставать… А где брат Чэн?

– Спит в машине. – Пухляш округлил глаза. – А перед тем как выйти, он страшную вещь сказал. «Давайте, – говорит, – сегодня по-быстрому отстреляемся».

Уголки губ Тун Яо чуточку дернулись. Сев в микроавтобус, она, как и ожидалось, увидела на заднем ряду капитана, сидевшего с закрытыми глазами. Веки и кончик носа у Лу Сычэна заметно порозовели. А ведь всего пару дней назад он храбрился: «К матчу простуда пройдет!» Ну да, конечно…

– А он играть-то сможет? – спросила она у Сяо Жуя. – У него вид такой, как будто он умирает.

– Да даже если умрет – принесем к компьютеру, будет играть, пока не остынет, – бесстрастно ответил менеджер. – Сам виноват, что не лечился.

Лу Сычэн, услышав этот разговор, лениво приподнял веки и презрительно глянул на них, бросив всего два слова:

– Заткнитесь оба.

– После матча сегодня запланировано мероприятие от медиакомпании. Нам надо там быть, – сказал Сяо Жуй.

Лу Сычэн нахмурился и повернулся боком, устраиваясь на сиденье, пряча лицо в тени.

– Не пойду.

Ответ был ожидаемым. Сяо Жуй закатил глаза, словно хотел сказать: «Ну не пойдешь, так не пойдешь, ты сам себе босс, сам решаешь». Тем временем все игроки по очереди сели в микроавтобус, и он направился туда, где проводился турнир.

Добравшись до места, команда передала свои клавиатуры и мышки организаторам турнира для проверки и направилась в комнату отдыха, чтобы расслабиться перед матчем и сделать макияж.

– Не нужен мне никакой макияж. Мне с ним некомфортно, – наотрез отказался капитан.

Впрочем, что с макияжем, что без него Лу Сычэн выглядел отлично. Кроме того, сегодня он был так непривычно немногословен, что никто не решился с ним спорить, и капитана просто оставили в покое.

Тун Яо возражать не стала. Послушно сев на стул, она позволила себя накрасить. До начала церемонии открытия оставалось еще десять минут. Девушка почувствовала легкую резь в животе и пошла в уборную, но результата не было. Тун Яо заподозрила, что из-за нервов у нее случился запор, и решила посоветоваться с подругой, но в ответ получила лишь шутки и насмешки. Весь путь от туалета до комнаты отдыха она так и проторчала в телефоне.

Поскольку турнир начинался с церемонии открытия, то сегодня на площадку съехались все команды, так что по пути ей встретилось множество профессиональных геймеров. Некоторых она знала, некоторых нет. Взгляды, которые геймеры кидали в ее сторону, были самыми разными – в одних читалось любопытство, в других – восхищение. Кто-то, однако, смотрел на девушку высокомерно, словно на закуску на блюде.

Тун Яо, впрочем, не обращала на это все никакого внимания. В конце концов, арена покажет, кто есть кто. Нет никакого смысла с кем-то спорить и кому-то что-то доказывать. Надо просто победить.

Вскоре после того, как девушка вернулась в зону отдыха, началась церемония открытия. Все участники команд выстроились друг за другом и по очереди вышли на сцену. Коридор, по которому они проходили, был устлан ковром, а на стенах висели огромные зеркала. По обеим сторонам коридора толпились фотографы и без устали щелкали камерами. Тун Яо шла позади джанглера Кея. Девушке казалось, будто она идет не на матч, а на какое-то вручение «Оскара». Она чуточку опустила подбородок и расправила плечи. Оставалось лишь молиться, чтобы никто не заметил, что сердце у нее прямо-таки выскакивает из груди…

ZGDX и СК вышли на арену последними. Команды встали по разные стороны, а между ними на сцене, разделенной на две половины, синюю и красную, располагалось по пять компьютеров для каждой из команд. Тун Яо с тиммейтами находилась с правой стороны. Она опустила голову, стараясь сохранять невозмутимый вид, но знал бы кто-нибудь, что за буря мыслей проносилась сейчас в ее голове!

«Как же все громко кричат!», «А у кого больше фанов – у нас или у СК?», «А мое имя кто-нибудь кричит? Нет, вроде никто…», «А плакат с моим именем кто-нибудь поднял? Нет, кажется, тоже нет», «У меня нет фанатов», «А тот товарищ, который собирался сделать мне предложение, он тоже мое имя не кричит, и на что он рассчитывает тогда?», «Зачем я вообще тут стою?», «Живот… блин-блин-блин, живот все сильнее болит…», «Спасите! Мне нужно в туалет!»

Тун Яо перевела взгляд на пальцы рук, решив сосредоточиться на том, чтобы их размять. Ведущий что-то там говорил, но девушка не уловила ни слова. Так она и стояла в полной прострации, пока Пухляш не толкнул ее в бок:

– Ну, чего ты зависла? Пошли!

Девушка резко пришла в себя, подняла голову и только тут обнаружила, что остальные команды уже покинули сцену. Остались лишь ZGDX и СК, готовые сыграть первый в этом турнире матч. Кот и Кей уже расположились за своими компьютерами. С противоположной стороны сцены Цзянь Ян, сидя на краешке стула, смотрел в их сторону отсутствующим взглядом.

Церемония открытия завершилась, вот-вот должны были объявить начало игры.

– Пухляш, честно говоря, я настолько нервничаю, что меня, кажется, сейчас вырвет, – призналась Тун Яо.

– Что-то ты и правда перенервничала. Мы же так торопились, что ничего не ели. Чем тебя вырвет, пустотой?

– !

Лу Сычэн, стоявший за спиной Пухляша, похоже, услышал этот не самый интеллектуальный диалог между мидером и саппортом. Капитан смерил Тун Яо взглядом и насмешливо приподнял уголки губ. Правда, из-за покрасневших глаз и носа это выглядело не так ехидно, как обычно. Девушка злобно зыркнула на него и села на свое место.

В профессиональной лиге рассадка игроков всегда была неизменной: слева направо занимали места топер, джанглер, мидер, кэрри и саппорт. Тун Яо не знала, есть ли у этого порядка какая-либо логика или научное объяснение. Но возможно, так было проще переговариваться тем, кому по ходу игры приходилось координировать свои действия.

Тун Яо села между Лу Сычэном и Кеем. Все игроки заняли свои места. Ведущий покинул сцену. Комментаторы уже были наготове…

Комментатор А:

– Итак, матч, открывающий новый сезон профессиональной лиги «Шторма и порядка» две тысячи шестнадцатого года, вот-вот начнется! Кстати, тебе не кажется, что не только зрители, но даже мы, комментаторы, с огромным нетерпением ждем этой игры? Это будет настоящая бойня!

Комментатор В:

– Ну разумеется! Слишком уж много интригующих вопросов вокруг обеих команд в этом летнем сезоне… Сможет ли ZGDX взять реванш за поражение в весеннем турнире? Сможет ли СК продолжить свою победную серию? Но самое ожидаемое, самое интересное – это, конечно, новый мидлейнер, присоединившийся к ZGDX в этом году. И вообрази себе – это девушка! Девушка в профессиональной лиге! Ты когда-нибудь видел такое?

Мысли Тун Яо заметались еще сильнее, проносясь все разом: «!!!», «Да-да, никто-никто не видел!», «Не надо обо мне говорить! Не надо обо мне говорить!», «Черт, вот упомянули меня, так сразу почувствовала, что на меня смотрит целая толпа!», «У кого-нибудь есть зеркало? У вашего мидера макияж не размазался?», «Интересно, в чате стрима уже начали писать, какое у меня большое лицо?», «А у меня волосы не жирные? Пудра на лице не скаталась?..»

Когда Тун Яо уселась за компьютер, монитор загородил ей зрительный зал, и девушка, не видя публики, немного успокоилась. Но теперь мандраж охватил ее с новой силой. Тун Яо решительно вдохнула и быстро надела звуконепроницаемые наушники. Голоса комментаторов исчезли, сменившись хрипотцой Лу Сычэна:

– Повторяю еще раз. Сегодня играем быстро.

Этот простуженный и, по обыкновению, равнодушный голос сейчас показался ей до боли родным. Девушка, слегка наклонившись, посмотрела на парня, располагавшегося рядом. Лу Сычэн сидел, откинувшись на кресле с чашкой кофе в руках, и пристально смотрел в экран. Вид у него был на редкость спокойный и невозмутимый, в то время как у нее самой внутри скакали безумные мартышки, вытворяя кульбиты. Воистину, ветеран есть ветеран…

Глядя на эту бесстрастную физиономию, Тун Яо надула щеки и заставила себя успокоиться. Она зашла на сервер турнира и похолодевшими пальцами осторожно ввела свой игровой ник. Едва девушка подключилась, как зазвучала фоновая музыка и началась стадия бана и выбора.

Сегодня вместе с ними на сцену поднялся Великолепный Мин – специально, чтобы помочь команде с правильным отбором персонажей, а заодно чтобы утешить фанатов, которые о нем беспокоились. Как раз в этот момент Мин со своим блокнотом для заметок подошел к Тун Яо, и в наушниках девушки прозвучал его голос:

– Сразу забань Большое Дерево, чтобы Везунчик не взял. Иначе это будет та еще головная боль.

Только теперь Тун Яо сообразила, что ей выпало делать первый бан. Пробормотав «угу», она нашла в списке Большое Дерево и тут же заблокировала его. Соперники немедленно ответили тем, что забанили Чародейку. Тун Яо смутно услышала, как трибуны охнули от удивления, как комментаторы начали что-то живо обсуждать… Впрочем, из-за шумоподавления ничего толком было не разобрать.

Команды тем временем подкидывали новую пищу для обсуждений: ZGDX забанила Лысого Мага и Тринадцатую Ласточку, а СК – Маму-с-веером и Милостивого Государя. Все перечисленные, кроме Ласточки, были персонажами с мида. Таким образом, если считать Чародейку, из шести возможностей убрать чемпиона из игры четыре были потрачены на мид!

Уголки губ Тун Яо чуть дернулись.

– Да что, блин, происходит? С маленьким пулом персонажей сюда лучше вообще не соваться!

– Передам твои мудрые слова тому парню, который сидит возле кулера, – хохотнул Мин у нее за спиной.

В голосовом чате посыпались шутки тиммейтов, и атмосфера наконец немного разрядилась. Лу Сычэн почти все время молчал, лишь изредка комментировал выбор того или иного персонажа. Вид у него был вялый.

Первый выбор СК пал на Чуму. Этого чемпиона они взяли для кэрри – Бабочки. Герой дальнего боя, похожий на крысу, был слаб в начале игры и испытывал проблемы на линии. Однако если он успевал хорошо прокачаться к поздней стадии, то становился грозной силой в командных сражениях. В нынешней версии игры позиция кэрри на ранней стадии мало влияла на дальнейший ход событий, так что со стороны противников это был очень умный выбор.

Кот тихо пробормотал:

– Ну, ребята, вы сами выбрали крысу. Хотели – получите… – И, насвистывая под нос, взял Механическую Лисицу, персонажа топлейна, который как раз и мог до определенной степени сдерживать Чуму в тимфайтах.

Теперь противникам пришлось поломать голову над дальнейшим составом… Да уж, нельзя не признать, что на самом деле игра начинается уже на стадии бана и выбора.

Когда команда СК закончила с выбором персонажей, стало примерно понятно, что они рассчитывают неторопливо развиться на ранней стадии, чтобы затем доминировать в поздней. К тому моменту Тун Яо уже забрала себе Мастера Карт, оставался всего один человек, еще не выбравший своего чемпиона, – Лу Сычэн. На ком же он остановится? Ледяная Богиня? Большая Пасть? Иариэль? Тун Яо слегка повернула голову, чтобы посмотреть на капитана, погрузившегося в раздумья, и вдруг услышала в наушниках, как он небрежно говорит:

– Возьмите мне Педро.

Все:

– !!!

– Слушай… При таком составе у противников тебе ведь не хватит урона в поздней игре, если ты возьмешь Педро, – сказал Мин.

Педро считался прекрасным героем для ранней и средней стадии. В начале игры он обладал большим радиусом атаки и способностью быстро наносить немалый урон, так что в ранних командных боях был весьма полезен. Но в последних обновлениях игры его возможности несколько раз серьезно урезали, а потому теперь его редко можно было увидеть в официальных соревнованиях.

– В какой еще поздней игре? – ответил Лу Сычэн. – Я же сказал, играем быстро. Не будет никакой поздней игры.

Тиммейты озадаченно молчали, лишь Тун Яо прокомментировала:

– А вот и властный босс. Добро пожаловать.

Пухляш, на лице которого было прямо написано: «Ну как знаешь…» – выбрал для капитана Педро. На этом фаза бана и выбора была наконец-то завершена, и на мониторах появился экран загрузки матча.

– Они выбрали себе персонажей на позднюю игру, а мы на раннюю. Ну и самоуверенные же вы, дорогие товарищи тиммейты, – вздохнул Кот.

– У меня голова болит, – сказал Лу Сычэн. – Быстрее отстреляемся и пойдем домой спать.

– Поддерживаю, – подала голос Тун Яо.

– Сестренка, а с тобой-то что опять? – поинтересовался Кот.

– Живот прихватило. Сортир по мне плачет!

Все:

– !!!

– А по-моему, по тебе плачет «Цитатник», – заметил Пухляш.

Тун Яо в ступоре застыла, а потом воскликнула:

– Блин! Я вообще про него забыла!

– Ребята из техподдержки, вы слышали? – спросил Кот. – Уже материал подъехал! А ведь со старта летнего сезона и тридцати секунд еще не прошло.

– Нет-нет-нет! Братцы из техподдержки, сжальтесь! Давайте этот момент вырежем! Ну пожалуйста! На коленях прошу! В честь праздника, а? Хоть Нового года, а? Ведь он же когда-то будет…

– Не ори, – поморщился Лу Сычэн, поправляя наушники. – А то еще обделаешься от напряжения.

– У нас один больной, другая всеми мыслями в туалете, – сказал Пухляш. – Ребят, мы вообще сможем нормально сыграть этот матч?

– Я не буду играть, – сказала девушка. – Позовите Лу Юэ. Я домой хочу.

– Поздно, – ответил Лу Сычэн. – Корабль уже отчалил…

Тун Яо лишь вздохнула.

Несмотря на то что сначала Тун Яо ужасно нервничала, стоило пяти чемпионам с характерным звуком «пф» появиться на карте, как вдруг в душе у нее воцарилось спокойствие. Все как будто исчезло: публика, соперники, «братцы из техподдержки». Даже боль в животе, такая сильная, как будто слон устроил там дискотеку, неожиданно стихла. Девушка подняла руку и поправила наушники. Сейчас для нее существовал только один соперник – тот, кто был прямо перед глазами… Цветочек, мидер команды СК.

Он выбрал Мэн Цяньцуна – ассасина, способного быстро перемещаться по карте. Сильными сторонами этого персонажа были контроль, урон и мобильность – то есть в принципе все, что должно быть у полноценного героя. Мэн Цяньцун был очень силен на лейне, а в командных боях мог накрывать противников массовым контролем. Персонажей, способных противостоять ему, было совсем немного, а Мастеру Карт, которого выбрала Тун Яо, на ранней стадии игры и вовсе придется совсем тяжко…

Это, впрочем, ее волновало мало. В конце концов сам факт, что она взяла Мастера Карт, означал, что с кем бы Тун Яо ни стояла на лейне, а играть ей придется в полуоборонительной позиции. Но если противник пойдет в атаку, она постарается нанести ответный удар. И именно потому, что девушка рассчитывала пойти в контратаку, в качестве заклинаний она себе взяла «Флеш» и «Воспламенение».

С помощью «Флеша» можно было быстро переместиться на небольшое расстояние. Обычно его использовали, чтобы ворваться в самую гущу командного боя или, наоборот, для бегства. «Воспламенение» наносило длительный урон, заблокировать который было невозможно, причем сила заклинания росла с уровнем героя.

Для Тун Яо это были два ключевых заклинания для убийства противника. Вот только для того, чтобы расправиться с Цветочком, их одних, конечно, не хватит.

Девушка прокашлялась и сообщила:

– Слушайте, такое дело… По правде говоря, вражеский джанглер – это мой бывший, и мы расстались не очень мирно. Так что, скорее всего, он прямо-таки поселится на мидлейне. Кей, оцени ситуацию и решай, стоит ли тебе тратить время на меня.

– Никогда бы не подумал, что можно попросить джанглера о помощи подобным образом, – рассмеялся тот.

А Пухляш добавил:

– Читал я, читал на форуме эту вашу киберспортивную «Легенду о Белой Змее». Ну такая бредятина, такой полет фантазии – я прямо оторваться не мог, хе-хе-хе!

– И что в этом смешного? – спросил Лу Сычэн.

Смех Пухляша резко оборвался.

– А вот и Сюй Сянь, – прокомментировала Тун Яо. – Спасает умирающих, лечит раненых…

Тут фанаты ZGDX, сидевшие в первых рядах, получили возможность увидеть странную сцену: капитан что-то сказал, а топер, джанглер и саппорт с явным ужасом посмотрели на мидера. Мидер, однако, сохранял каменное лицо.

Матч официально начался. Базы обеих команд выпустили волну крипов по всем трем линиям. Тун Яо, с одной стороны, уворачивалась от Q-навыка противника, а с другой – своим Q-навыком потихоньку снимала его здоровье и добивала крипов. Когда оба достигли третьего уровня, девушку внезапно накрыло волной страха, вызванного воспоминанием о недавнем столкновении с А-Таем, мидером команды ТАТ. Тун Яо вздрогнула и начала инстинктивно стягивать линию назад, поближе к собственной башне. Едва она вернулась в зону видимости своей команды, как прямо под носом у нее мелькнул персонаж Цзянь Яна.

Она почувствовала себя спасшейся от катастрофы.

– Вражеский джанглер пошел на топ, – предупредила она Кота.

Тот ответил коротким «угу», а Лу Сычэн, услышав сказанное, активизировался на нижней линии. На ранней стадии его Педро был сильнее Чумы, поэтому капитан вполне естественно обошел Бабочку примерно на десять крипов. К этому моменту он достиг третьего уровня и открыл все три стартовых навыка. Несколько раз щелкнув по земле, Лу Сычэн отметил точку на карте, подавая сигнал. Затем он пробормотал:

– Пухляш, сделай два шага вперед, прими на себя два его навыка.

Как только саппорт послушно выдвинулся на два шага и потерял половину полоски здоровья, Лу Сычэн велел ему плавно отступать в сторону точки, где стоял капитан. И как только враг бросился в погоню, Пухляш, развернувшись, кинул в него «Изнурение» – заклинание, снижающее урон и скорость на пятьдесят процентов. Тут Лу Сычэн выскочил из кустов и обрушил на Бабочку полное комбо своих умений, дополнив несколькими простыми ударами. Руки у него двигались молниеносно, и здоровье Бабочки тут же упало практически до нуля.

Поняв, что дело складывается очень плохо, Бабочка попытался сбежать, но Лу Сычэн не дал ему такой возможности. Используя преимущество длинных рук Педро, он несколькими ударами снял последние капли здоровья противника и уверенно положил себе в карман четыреста золотых.

Тиммейты в наушниках радостно заговорили, наперебой превознося капитана. Лу Сычэн никак не отреагировал – ведь это было лишь начало. Старичок, саппорт противника, увидев, что кэрри погиб, а у самого Лу Сычэна еще полная полоска здоровья, быстро сориентировался в ситуации и счел за лучшее отступить. В это время у капитана ZGDX закончился кулдаун E-навыка, он развернулся и бросил три гранаты под ноги Старичку. А у Пухляша в это же время стало доступным умение «Ловец душ», он поймал вражеского саппорта на крюк и подтянул к себе. Тот, не совладав с управлением, наступил на одну из гранат, и его оглушило на полторы секунды.

Этих полутора секунд Лу Сычэну хватило, чтобы с близкого расстояния обрушить на чужого саппорта целую серию атак и добить его, еще не успевшего развиться в начале игры.

Игроки не могли этого слышать, но зал в этот момент прямо-таки взорвался аплодисментами и криками. Все восхищались идеально слаженной работой Чессмена и Пухляша. Прошло всего пять минут с начала игры, а на нижней линии Лу Сычэн уже заработал два фрага! Его персонаж моментально разжирел и, успешно добив пачку крипов, отправился на базу обновить снаряжение.

Два фрага плюс награда за первую кровь вместе дали семьсот золотых. Это означало, что по возвращении на лейн персонаж Лу Сычэна будет экипирован куда лучше вражеского кэрри. И теперь для раздавленного на старте Чумы игра обещала стать настоящим кошмаром.

И вот сейчас, когда счет на нижней линии был размочен, Тун Яо почувствовала, что груз ответственности уже не так сильно давит на плечи. А вот Цветочек в это время явно засуетился – возможно, потому что Цзянь Ян как раз снова пришел ганкать мид. Тун Яо, пятясь к своей башне, на ходу ударила его в лицо своим Q-навыком. В это время умение на кнопке W – выбор карты – тоже разморозилось.

– Кей! – крикнула девушка, и прямо на глазах Цветочка и Цзянь Яна из кустов с боевым криком выскочила Охотница.

В тот же миг Тун Яо выбрала желтую карту, метнула ее, надежно оглушив Цзянь Яна, ударила автоатакой и активировала «Воспламенение». Словом, сделала полное комбо всего, что имелось. Здоровье Цзянь Яна упало до минимума, а отступать было уже поздно. Секунды не прошло, как она уверенно забрала для ZGDX третий фраг. Вот так и провалилась попытка ганка у вражеского джанглера – он сам попал в засаду.

К этому времени у подножия башни Тун Яо скопилось внушительное количество крипов, и автоматическая защита быстро обратила их в прах. И теперь Цветочек, чудом успевший отступить и вернуться на базу, не мог ни получать опыт, ни зарабатывать золото, лишившись целой охапки крипов. Кроме того, девушка заработала золото за убийство.

Таким образом, чаша весов на линии, где до этого силы были примерно равны, а Цветочек даже имел небольшое преимущество, резко склонилась в сторону Тун Яо. И несмотря на то, что Механическую Лисицу, выбранную Котом, Цзянь Яну удалось пару раз вынести из-за отсутствия у нее маневренности, мид и ботлейн к тому времени уже превратились для СК в неразрешимую проблему. Лу Сычэн, опережая на два фрага, не давал Бабочке ни малейшей передышки и буквально пригвоздил того к его собственной башне. Он давил так жестко, что Бабочка немедля обратился за помощью к джанглеру, но сколько Цзянь Ян ни приходил туда, всякий раз его встречал там Старина Кей, джанглер ZGDX.

Кей вообще как будто поселился где-то между мидом и ботом, надежно охраняя обе линии, где было набрано преимущество. И сколько СК ни пытались контратаковать, на некоторое время игра словно застряла. Все ограничивалось мелкими стычками, а новых убийств больше не случалось, пока стороны не достигли шестого уровня.

Счет по убийствам на тот момент был 3:2 в пользу ZGDX, но в экономике они опережали на тысячу золота. Такой существенный перевес при незначительном разрыве в убийствах объяснялся количеством убитых крипов на средней и нижней линиях.

Когда Тун Яо первой набрала шестой уровень и получила ульт, в рядах СК началась настоящая паника. Цветочек начал отчаянно рассылать сигналы: «У нее шестой уровень, спасайся кто может!» Бабочка, получив сообщение, еще и отреагировать не успел, как позади него вдруг открылся желтый портал. Он сразу же попытался отступить, но Тун Яо использовала ульт и переместилась точнехонько за его спину.

Едва приземлившись, она с молниеносной скоростью выбрала красную карту и наложила замедление на Бабочку и Старичка. Тут уже подключился Пухляш: он с боевым кличем кинул крюк, подскочил вплотную к противнику и при помощи ульта «Темница души» запер их обоих в ловушку. Здоровье у вражеских кэрри и саппорта стало убывать так стремительно, словно прорвало плотину. Оба попытались убежать, но Пухляш использовал Е-навык и зацепил их крюком. И в этот самый момент мидер и кэрри ZGDX налетели на них, словно голодные тигры.

– Фраг, фраг, отдайте мне фраг! – воскликнула Тун Яо. – Я же так старалась, в такую даль к вам летела, столько сил потратила! Если не дадите мне их убить, в жизни больше никогда к вам на бот не приду!

– Забирай-забирай, – проворчал Лу Сычэн. – И незачем так орать. Смотри не обделайся.

– Ты про это еще не забыл!

– Да как про такое забыть?!

– Ну мог хотя бы не напоминать!

В итоге Тун Яо и Лу Сычэн забрали по фрагу, и тут уж словно снежный ком покатился. Они немедленно обрушили ближайшую вражескую башню. В то же самое время Кей в одиночку отправился к логову босса и спокойно забрал себе огненного ангела. А Цзянь Ян, объединившись с топером, вынес малого лесного босса, Воина Бездны.

– Эй, там, внизу, такие довольные, – сказал Кот в голосовом чате, – вы вообще еще помните, что есть такая штука, называется топ? Этот фигов Везунчик отхватил себе баффы с Воина Бездны! Я играть-то сегодня буду или нет?! Кей, ты где, мать твою? В обычных катках таскался за мной хвостом, а как турнир – так сразу бросил! Что ж ты за нелюдь-то, собака сутулая!

– Следующая волна – и приду наверх! – заявила Тун Яо.

– Кей, и ты тоже иди, – добавил Лу Сычэн. – Снесем им первую башню на топе.

Вот так, под жалобы Кота, четыре минуты спустя топер, мидер и джанглер ZGDX ганкнули топлейн. Команда СК среагировала незамедлительно: Цветочек тут же телепортировался на топ, а вскоре подоспел и Цзянь Ян. Однако Тун Яо с тиммейтами выбрали идеальный момент: Клайд, которым играл Везунчик, только что вышел из состояния трансформации и был наиболее уязвим. Так что вскоре этот командный бой был проигран, даже поддержка башни СК не помогла.

Тун Яо тем временем сознательно уступила тиммейтам три фрага: один печальному Коту, который все это время страдал на топлейне без поддержки, и еще два – Кею, который последние десять минут трудился в поте лица, а ни одного убийства так и не получил. А сама она вернулась к себе на мид – фармить крипов и развиваться.

К двадцатой минуте матча под давлением средней и нижней линий СК растеряла даже то преимущество, которое ранее набрала на топе. К двадцать пятой минуте в борьбе за третьего ангела на ботлейне их кэрри вообще не смог никак себя проявить, потому что на ранней стадии ему не давали развиваться – куча мусора получилась, а не персонаж. И как только он появлялся на поле боя, Тун Яо и Пухляш обрушивали на него комбо из навыков, убивая в два счета. А потерять кэрри в бою – это как потерять ногу. Впрочем, все остальные персонажи тоже были развиты у СК весьма посредственно. И поэтому битва за ангела, ключевая на тот момент, была ими проиграна.

На двадцать восьмой минуте ZGDX пришла разрушать вражескую базу. Разница на тот момент составляла пятнадцать тысяч золота и 15:3 по убийствам в пользу ZGDX. Понимая, что как ни затягивай игру, а в поздней стадии им не выжить, СК проголосовала за то, чтобы сдаться и перейти ко второму раунду.

Тун Яо с командой шли в атаку на Темного Графа, как вдруг главный кристалл врага сам собой взорвался. На миг девушка застыла от удивления, а потом расплылась в улыбке. Когда она сняла наушники, вставая из-за стола, то услышала, как трибуны ревут:

– Ура! Круто! ZGDX, вперед!!

– Смайлинг, выходи за меня, а-а-а-а-а!!!

Лиц в темном зале не было видно, поэтому Тун Яо просто помахала рукой примерно в ту сторону, откуда выкрикивали ее имя. А потом сломя голову побежала в уборную.

«Блин, чуть не лопнула!» С трудом расслабившись в кабинке, девушка вдруг поняла, что неукротимые позывы вдруг совершенно исчезли… Чувствуя себя очень странно, Тун Яо принялась просматривать форумы и «Вейбо», оставаясь сидеть на месте.

«!» Тун Яо убрала сотовый и натянула штаны. Вымыв руки, девушка вернулась в комнату отдыха и обнаружила там Лу Сычэна, притулившегося в углу с таким видом, как будто он уже умер и просто ждет, когда вынесут его бездыханное тело. Ничего общего с тем бодрым убийцей всего живого, каким он только что был на арене!

Едва она появилась на пороге, как Пухляш спросил с улыбкой:

– Ну что, с облегчением?

– Запор, – сухо и серьезно ответила девушка.

– Фанаты пишут, что теперь у ZGDX две бешеные собаки с цепи сорвались, – сообщил толстяк.

– А разве это плохо? – спросила Тун Яо. – Киберспорт – это спорт молодежи. Поэтому в нем важна страсть!

Лу Сычэн кашлянул и повернулся другим боком. Девушка подошла к нему, приподняла капюшон, надвинутый на лицо, и потрогала лоб. И когда капитан недовольно зыркнул на нее темно-карими глазищами, бесстрашно заявила:

– Братец Чэн, ты весь горишь.

– Угу…

Тут перерыв подошел к концу, и Сяо Жуй, словно хлопотливая наседка, начал поднимать своих «цыплят» и гнать обратно на арену.

Во втором раунде Лу Сычэн сражался не так блестяще, как в первом. На ранней стадии он ощутимо уступал Бабочке. Игра шла ни шатко ни валко до самой середины, пока вновь не развернулось сражение за ангела.

На этот раз отличился Старина Кей. Скастовав «Наказание», он перехватил ангела, и это предрекло участь противников – отправиться на небеса. На этот раз Тун Яо играла за Чародейку. Она использовала «Эфемерные цепи», связав Бабочку, чем напрочь разрушила строй соперников, а своей команде подарила шанс на победу. Небольшое преимущество врага, набранное на ранней стадии, испарилось после серии командных боев.

ZGDX немедленно ухватилась за возможность нарастить этот снежный ком. Они развернули активный фарм, перевернули расклад в свою пользу и уже не дали СК ни малейшего шанса отыграться. Они с разбегу сносили башни, захватывали боссов, отнимали ресурсы, пока не вторглись на вражескую базу… И на сорок второй минуте в очередной командной схватке на базе противника игроки ZGDX одержали решающую победу и одним ударом закончили раунд. Первый матч турнира был выигран ими!

Глядя, как взрывается вражеский главный кристалл, Тун Яо сняла наушники. Матч закончился, на фоне играла музыка, трибуны шумели. Обернувшись, девушка увидела на стене большой синий экран с надписью «Победа» и на секунду опешила. «Как победа?» А три секунды спустя у нее в сердце что-то как будто взорвалось. «Аааааааааааа! Ааааааа! С ума сойти! Победа! Ааааааааа! Кто молодец? Тун Яо молодец! Кто красотка? Тун Яо красотка! Кто игру тащит? Тун Яо тащит!»

На лице девушки не отражалось никаких особых эмоций, но внутри она ликовала и прыгала от радости и была готова прямо на месте пуститься в безумный пляс. И, только увидев, что Старина Кей встал и направился в сторону СК, Тун Яо вспомнила, что после матча принято пожимать соперникам руку. Игроки команды-победителя должны сами подойти к проигравшим и пожать руку каждому.

Тун Яо пошла следом за Кеем. Пожимать руку побежденному сопернику ей раньше не доводилось, а потому она немного нервничала. Впрочем, игроки СК хоть и выглядели мрачно, но держались вежливо. Когда топер Везунчик пожимал ей руку, он даже улыбнулся и сказал:

– Сестренка, ты очень крутая. С нетерпением жду следующего матча с тобой.

И тогда каменная маска слетела, а на лице девушки расцвела такая сияющая улыбка, что спрятать ее было уже невозможно. Впрочем, продержалась эта улыбка, наверное, секунды три… потому что следующим за Везунчиком шел Цзянь Ян. Тун Яо слегка замялась, но все равно протянула руку. И вот спустя два года вновь коснулась его ладони, сейчас чуточку вспотевшей. Когда их руки сомкнулись, парень вдруг обхватил ее запястье. Неловко улыбнувшись, Тун Яо попыталась высвободиться, но Цзянь Ян сжал пальцы сильнее.

Обычно рукопожатие занимает секунды три, но для них это время неожиданно растянулось раз в десять. Улыбка начала сползать с лица девушки. Она ощутила, что зрители начали посматривать в их сторону с любопытством…

– Ты стала сильнее, – опустив взгляд, тихо сказал бывший.

– Угу, – без всяких эмоций на лице ответила Тун Яо. – Так что теперь буду часто подходить и пожимать тебе руку. Раз за разом, пока не уйдешь из киберспорта. А теперь отпусти уже, блин, и отвали от меня.

Едва она это сказала, как кто-то сзади похлопал ее по голове:

– Не груби.

Хриплый голос принадлежал высокому парню, который незаметно подошел и своим появлением заставил Цзянь Яна неохотно отпустить ладонь Тун Яо. И как только это случилось, Лу Сычэн тут же перехватил его руку и крепко пожал. Затем подошла очередь мидера Цветочка, кэрри Бабочки и саппорта Старичка – все они пожали руки один за другим.

И пока зрители еще не сообразили, что происходит, Лу Сычэн шагнул и встал перед Тун Яо. Лишь когда вся команда подошла к краю сцены, чтобы поклониться публике, стало понятно, что его высокая фигура загораживает ее собой.

Поклонившись публике, вся команда вместе с Тун Яо отправилась собирать мышки и клавиатуры. Лу Сычэн, сославшись на головную боль, вверил свою периферию Пухляшу.

– Да чтоб тебя! Я тебе саппорт, а не нянька! – возмутился тот, но, бормоча под нос ругательства, все же послушно и аккуратно упаковал оборудование капитана в сумку.

И только в этот момент, когда Пухляш положил туда еще и наушники, Тун Яо поняла, что капитан принес на матч свои собственные.

– Слушай, вот в чем смысл тащить свои наушники?

– Потому что некоторые, когда нервничают, потеют, и надевать после них противно. Потому что нашему капитану есть дело до любой мелочи. Потому что он помешан на чистоте. Миллион причин, какая больше нравится? – невозмутимо ответил Пухляш, бережно укладывая свою клавиатуру и закидывая сумку на плечо. – Между прочим, эти наушники стоят пятьдесят тысяч.

Тун Яо, шедшая впереди, даже споткнулась от неожиданности и резко обернулась, глядя на Пухляша как на привидение.

Тот лишь усмехнулся:

– Точно тебе говорю. В моем родном городишке восьмого уровня[2] за такие деньжищи можно целый сортир купить. Наш капитан погряз в роскоши и излишествах.

Тун Яо молча поправила ремешки сумки на плече. Когда-то она считала, что клавиатура за четырехзначную цену – это предел роскоши и мечтаний, гордость любого профессионального игрока. И вот сейчас ее гордость с грохотом закатилась под плинтус.

Вернувшись в комнату отдыха, они обнаружили, что погрязшего в излишествах капитана там не было. По словам Сяо Жуя, Лу Сычэн первым отправился в машину и сразу принял там позу покойника. Осталось лишь отвезти на базу и закопать.

Другие тиммейты организованно передавали в машину свои сумки с периферией, чтобы отправиться налегке на «какую-то хрень вроде афтепати» от организаторов, ожидающуюся сегодня вечером. Тун Яо тоже послушно протянула сумку и уже собиралась пошутить, не прихватить ли что-нибудь с вечеринки, чтобы помянуть капитана, как вдруг низ живота скрутило пронзительной режущей болью. Как будто то стадо слонов, которое совсем недавно истоптало ее живот и ушло зимовать, теперь вернулось, причем всей толпой разом. Девушка, переменившись в лице, согнулась пополам. В голове мелькнуло: «Это же не от нервов? Матч-то уже кончился!» – но не успела она додумать эту мысль до конца, как вдруг ее накрыло совершенно другим ощущением, таким, что холодок пробежал по коже. Выражаясь яснее, кажется, «эти дни» наступили раньше времени. Тун Яо позеленела и торопливо бросила:

– Я в туалет! – И под недовольное брюзжание Пухляша: «Что, опять?!» – со скоростью пули умчалась прочь.

Открыла дверь. Закрыла дверь. Стянула трусы. Посмотрела. Надела обратно. Открыла дверь. Вышла. Вымыла руки.

И через три минуты, стоя перед менеджером, с абсолютно непроницаемым лицом заявила:

– Брат Жуй, я на эту самую «хрень вроде афтепати» тоже не иду.

– А с тобой-то что опять? – рассердился тот. – За капитаном в могилу собралась?

– Я брюки испачкала, – ответила Тун Яо с каменным выражением лица.

Того аж перекосило от шока:

– Ты реально в штаны наделала?

Все, кто был в это время в комнате отдыха, разом повернулись в их сторону. Но Тун Яо продолжала стоять без единой эмоции на лице. Секунд через тридцать в менеджера наконец-то вселился Шерлок Холмс. Сяо Жуй соединил части пазла – как девушка жаловалась на боль в животе, как бегала в туалет, но ничего не получилось, – и его озарило.

– Ой! – воскликнул он. Сделал паузу и еще раз сказал: – Ой!

Потом с лицом, перекошенным, словно от зубной боли, менеджер неловко махнул рукой:

– Ступай. Я сейчас позвоню нашей труповозке, скажу, чтоб вернулись. Они наверняка еще не уехали далеко.

Спустя десять минут Лу Сычэн, хладным трупом растянувшийся на заднем сиденье, вдруг обнаружил, что машина, едва отъехав, снова остановилась. Приподняв капюшон, капитан выглянул в окно. Оказалось, они вернулись на парковку возле арены.

Помедлив, он устало поинтересовался:

– Что случилось?

Он еще не договорил, когда дверь открылась и в машину, пыхтя и фыркая, забралась Тун Яо. Сняв с плеча сумку с периферией, она посмотрела на капитана, который таращился на нее с явным недоумением, и пояснила:

– Я за тебя волновалась. Поэтому специально вызвалась о тебе заботиться.

Лу Сычэн:

– ???

Тун Яо:

– !

Лу Сычэн:

– У меня, конечно, температура, но мозги-то еще не расплавились!

Тун Яо:

– !!!

Лу Сычэн:

– В чем дело?

Тун Яо:

– Брюки испачкала.

Лу Сычэн произнес абсолютно невозмутимо:

– Все-таки обделалась? Тогда отсядь от меня подальше.

Что-то невнятно буркнув, девушка пересела на три ряда и сказала оттуда:

– Ты же ничего не учуешь, у тебя нос заложен.

– Глаза режет. Так понятнее?

С этими словами он вновь натянул капюшон, застегнул куртку, повернулся на бок и вырубился, оставив Тун Яо наедине с очень смущенными парнями из техперсонала.

Какое-то время Тун Яо молчала, а потом, не выдержав продолжающихся крайне неприятных ощущений, взмолилась:

– Дяденька водитель, а можно ехать побыстрее, пожалуйста? Ко мне тетя приехала[3], мне очень-очень надо поскорее домой!

Едва они добрались до базы, как Тун Яо сломя голову рванула на выход. И тут один простодушный парень из техперсонала, глядя, как девушка торопится, с детской непосредственностью спросил:

– Ты говорила, что какая-то родственница приехала… А где же она?

Тун Яо, уже успевшая спрыгнуть на землю, обернулась, встретилась с ним взглядом и с абсолютно невозмутимым лицом ответила:

– Между ног!

Парень так изменился в лице, будто его ударило молнией. В этот момент у него за спиной появился брат Чэн в куртке, накинутой на плечи. Выйдя из машины, он скользнул взглядом по девушке, которая, подбоченившись, уже стояла у входной двери с сумкой на плече, ожидая, когда откроют. Капитан пару раз сухо кашлянул, а потом хрипло и сухо спросил:

– Ты не могла бы вести себя хоть немного скромнее?

Тун Яо пригладила прядь волос и коротко бросила:

– Нет!

После чего с гордо поднятой головой и выпрямленной спиной направилась на базу. Вернувшись в комнату, она сняла макияж, приняла душ, переоделась в уютную пижаму, высушила напоследок волосы феном и спустилась по лестнице.

Как и ожидалось, первый этаж был совершенно пуст. Все сотрудники давно разошлись, потому что были в курсе, что ZGDX поедет на вечеринку в честь открытия. Сегодня не было даже той доброй женщины, которая, не выдерживая того, что команда питается едой из доставки, часто приходила дополнительно, чтобы приготовить им ужин.

Пусто было и напротив комнаты Тун Яо, там, где обитал второй состав. У них в полупрофессиональной лиге сегодня тоже был матч, и они еще не вернулись.

Тун Яо посмотрела на часы. Вырисовывался план: заказать доставку, подняться наверх и раскинуться на кровати в позе трупа… Как вдруг среди потока сообщений, где ее поздравляли с дебютом, она увидела СМС от Сяо Жуя. Менеджер просил убедиться, что Лу Сычэн принял лекарство.

«Наш уважаемый лидер не должен умереть. Иначе вся Поднебесная перейдет в руки Лу Юэ». Руководствуясь благим намерением сохранить мир в Поднебесной, Тун Яо смиренно направилась ставить чайник, заодно вспомнив, что собиралась развести себе тростникового сахара в кипятке[4]. Под руководством Сяо Жуя она успешно отыскала аптечку и выудила оттуда лекарство от простуды и жаропонижающее. В этот момент живот снова начал ныть, будто там поселилась вся первозданная сила хаоса, грозящая вырваться наружу и свести ее с ума.

Стиснув зубы, чтобы перетерпеть ощущение, что по животу опять топчется стадо слонов, Тун Яо с чашкой в одной руке и таблетками в другой поднялась наверх. Дверь в комнату Лу Сычэна была приоткрыта. Вот так она второй раз вошла в логово капитана и его саппорта Пухляша, с кипятком и лекарствами.

В прошлый раз все произошло так быстро, что она не успела толком осмотреться. Но сейчас у нее было полно времени. В комнате царила чистота. На полу лежал ковер, на вид довольно дорогой. У входа стояли тапочки. Поколебавшись, девушка тоже разулась и ступила на ковер босиком, по пути окидывая комнату взглядом. Тут все было черное – постельное белье, одеяло… На полу стоял небольшой чайный столик, на нем ноутбук и несколько книг. Рядом лежала бесформенная куча – кресло-мешок.

Кровать, стоявшая ближе к двери, судя по всему, принадлежала Пухляшу. В этом строгом и сдержанном царстве его пятачок выглядел как отчаянная попытка цвета отыграться за все. Тут валялись плюшевый крокодил, щит Капитана Америки, свинка, другие игрушки… Должно быть, подарки от фанатов.

Вторая кровать в глубине комнаты выглядела абсолютно чистой и настолько аскетичной, что казалась безжизненной. Правда, сейчас на этой кровати был виден горбыль под одеялом – там, отвернувшись к стене, лежал капитан, даже не снявший командную униформу.

– Господин капитан, время кушать таблеточки!

Тун Яо бодро протопала к кровати.

Брат Чэн, лежавший к ней спиной, даже не пошевелился. Девушка обошла кровать, чтобы зайти с другой стороны. Поставив чашку и положив лекарства на тот самый чайный столик, она присела рядом на корточки и, обхватив руками колени, молча уставилась на капитана, который, кажется, спал. Он, конечно, был по-настоящему красив. Любая взятая по отдельности черта выглядела эталонной, как шаблон в клиниках пластической хирургии. А вот все вместе они составляли лицо, на котором читались жесткость и язвительность. Впрочем, это нисколько не мешало капитану оставаться красивым.

С художественным слогом у Тун Яо было не очень, и она не смогла бы ясно выразить, почему так уставилась на Лу Сычэна. Одно было понятно: стоило ей увидеть эти чуть покрасневшие от простуды нос и веки, и девушка не могла отвести от них взгляда.

И тут этот «спящий красавец» внезапно открыл глаза. Неожиданно встретившись взглядом с темно-карими глазами, Тун Яо инстинктивно отшатнулась назад, покачнулась… и с глухим звуком шлепнулась на мягкий ковер.

Лу Сычэн:

– !

И перед тем как заговорить, пару раз откашлялся.

– Ты почему в моей комнате рыщешь?

Тун Яо моргнула. Под взглядом этих бесстрастных глаз она и правда почувствовала себя виноватой. Секунд десять она не находила что ответить, пока наконец не вспомнила, зачем вообще пришла. Поспешно развернувшись, девушка схватила чашку с водой и таблетки.

– Лекарства тебе принесла. Брат Жуй попросил меня проследить, чтобы ты перед сном их выпил.

Она села на ковре, скрестив ноги, и протянула чашку Лу Сычэну. Сама же взяла упаковку, внимательно прочитала инструкцию на обороте, выковыряла из фольги нужные таблетки и протянула капитану.

Приподнявшись, брат Чэн взял и то и другое.

– Вода слишком горячая.

– !

– Налей другую.

– Ты вообще понимаешь?

– Понимаю что?

– Ты понимаешь, что такое боль у женщины в те самые дни месяца? Это как если бы с мужчины сняли трусы, взяли плетку с шипами, макнули ее в острый соус да стукнули раз сто по тому самому месту. И вот если ты умножишь это еще в три раза, то получится та боль, которую испытывают, когда рожают. Ты ведь в курсе, что роды – это больно? А насколько больно, осознаешь? Представь, что тебя взяли за верхнюю губу и натянули ее на голову. Вот так это примерно по ощущениям и получается. Так что, если в эти дни месяца к нам вторгнется Годзилла, я его запинаю обратно в океан. Просто чтобы не мешался под ногами, пока я тут страдаю вся такая красивая и печальная, – сказала Тун Яо и добавила: – Поэтому пей воду, ешь таблетки и не выделывайся.

Когда она договорила, Лу Сычэн пару секунд помолчал, а потом закинул в рот лекарства и молча, небольшими глотками запил их водой из чашки. Девушка в это время сидела на полу, глядя, как ходит его кадык. Тун Яо удовлетворенно кивнула и произнесла:

– Еще глоточек. Когда болеешь, надо пить больше горячей воды.

Лу Сычэн послушно отпил еще. То ли его настолько впечатлила живописная метафора, то ли просто решил не спорить. По крайней мере, Тун Яо на это надеялась.

Она забрала у него наполовину опустевшую чашку и упаковку из-под таблеток и встала у кровати. Лу Сычэн успел накинуть на себя одеяло и собирался уснуть, когда девушка сказала:

– Лекарства на голодный желудок не пьют. Я закажу доставку еды. Чего-нибудь хочешь?

Свернувшись под одеялом, капитан пару секунд молчал, а потом буркнул:

– Я хочу умереть.

– В принципе, это можно, – хладнокровно ответила Тун Яо. – Но не сейчас. Если вы, ваше величество, вздумали умереть, то не раньше, чем прикончите мятежного чиновника и государева предателя Лу Юэ. Поэтому что тебе заказать? Тушеного цыпленка с рисом? Острое мясо с овощами на гриле? Или что-нибудь японское? Или корейское?

От одной только мысли обо всем этом остром, жирном и пряном Лу Сычэн позеленел.

– У тебя страшные боли при месячных и все равно такой аппетит? Японская кухня при больном животе?! Кто ты, чудище?!

– Вообще-то, я для тебя спрашивала. Сама я буду кашу.

– Я тоже хочу, – коротко буркнул Лу Сычэн.

– Простую рисовую кашу. С коричневым сахаром.

– Вот ее и закажи. В «Красном сахаре» точно есть, – проворчал капитан, кашляя, шмыгая носом и ворочаясь под одеялом.

Тун Яо вновь присела у его кровати, открыла приложение и стала делать заказ. Лу Сычэн приподнялся, заглядывая ей через плечо. А девушка все водила и водила пальцем по экрану и никак не могла выбрать. Наконец он не выдержал и спросил:

– Что ты там возишься?

– У них ни у кого нет обычной белой каши, – ответила Тун Яо. – А где есть – там какие-то отзывы подозрительные. Ладно, сама сварю. Да я и вообще не особо люблю эти готовые каши из доставки. В некоторые еще и загустители добавляют.

– Угу, – снова коротко согласился Лу Сычэн.

Тун Яо встала и погладила живот. Наклонилась и подтянула капитану одеяло до плеч.

– Поспи немного. Когда каша будет готова, я тебя позову.

Когда девушка наклонилась, ее лицо оказалось в тени, а короткие волосы, пахнущие шампунем, задели кончик носа Лу Сычэна. Похоже, она это заметила, потому что, не задумываясь, заправила прядь волос за ухо. Половина лица Тун Яо оказалась освещена приглушенным светом комнаты. Взгляд был опущен, и длинные ресницы отбрасывали легкую тень, а мягкие линии профиля выглядели особенно нежно. Лу Сычэн ничего не сказал, но его темно-карие глаза, казалось, стали еще глубже. Он молчал и тогда, когда Тун Яо, поправив ему одеяло, выпрямилась и, балансируя с чашкой в одной руке и коробкой в другой, влезла обратно в шлепанцы. После этого по-детски потопталась на месте, не оборачиваясь, вышла из комнаты, и вскоре «шурх-шурх» ее тапочек стих вдали.

Спустившись, Тун Яо поставила чашку, убрала коробку в аптечку и принялась варить кашу. Наклонившись, она достала две порции риса из большого контейнера в кухонной тумбе, а когда выпрямилась, вскрикнула: «Ой-ой!» И как это она забыла, что в эти особенные дни, кроме боли в животе и «маленького весеннего водопада», существует еще и «дебафф» в виде ломоты в пояснице? Как будто она попала в «Мортал Комбат» и отхватила «фаталити» из восьмидесяти ударов кряду! И ее полоска здоровья, в которой еще недавно оставалось добрых две трети, разом упала чуть ли не до нуля!

«Больно-больно-больно…» Тун Яо согнулась, одной рукой упершись в плиту, а другую положив на живот, и пробормотала под нос все ругательства, какие только пришли ей в голову. Потом стала лихорадочно вспоминать, было ли в аптечке обезболивающее. Ей очень захотелось обратно в свою постельку… Но тут взгляд упал на чашу рисоварки, которая так и осталась стоять на полу, и Тун Яо вспомнила, что наверху лежит еще один доходяга.

– Одни немощные и инвалиды на базе. Тут вообще здоровые есть? – проворчала она, убрала руку с живота и подняла с пола чашу.

Потому что не только Лу Сычэн, но и сама она была жутко голодна. Из дома ведь вышли утром, и с тех пор не было времени хоть что-то перехватить! Девушка бросила чашу с рисом в раковину и уже собиралась включить воду, когда вдруг услышала за спиной шаги. Опешив на секунду, она обернулась и увидела того, кто, по идее, должен был валяться пластом.

На Лу Сычэне до сих пор была командная форма, но теперь он надел сверху еще и куртку и медленно, словно с ленцой, спускался по лестнице.

– Ты чего? Забыл что-нибудь? Или пить захотел? Мог бы просто в «Вичат» написать, я бы принесла…

Не ответив, он прошел на кухню, наклонился над плечом Тун Яо, протянул руку и открыл воду.

Девушка посмотрела на него с немым вопросом.

– Отойди, – сказал Лу Сычэн.

– ???

Она почти на автомате отступила в сторонку, чтобы уступить место. И капитан тут же встал у раковины и отработанными, уверенными движениями трижды промыл рис. Потом налил ровно столько воды, сколько было нужно для каши, вставил чашу в рисоварку, закрыл крышку и, наклонившись, выставил нужные температуру и время. Он справился со всем этим с такой уверенностью и легкостью, будто выполнял это уже сотни раз – без единой паузы или признака неуверенности. А Тун Яо все это время лишь стояла в стороне, глядя на него круглыми глазами, полными вопросительных знаков.

– Когда Годзилла вторгается, женщинам нельзя возиться с холодной водой, – пояснил Лу Сычэн, бросив на нее взгляд.

Пару раз кашлянул и добавил:

– Позови, когда будет готово. Я пока наверх.

Сказав так, он естественным и уверенным жестом потрепал Тун Яо, застывшую у плиты, по голове и, не глядя по сторонам, направился на второй этаж.

Лу Сычэн уже поднялся на несколько ступенек, когда услышал вдруг позади характерное «шлеп-шлеп». Он так резко обернулся, что тот, кто за ним крался, испуганно вздрогнул. Капитан посмотрел сверху вниз на это невинное и полное ужаса лицо, на котором прямо читалось: «Ты почему вдруг обернулся?»

Он приподнял бровь:

– Ты зачем за мной увязалась?

Тун Яо остолбенела. Она открыла рот, желая объяснить, и не смогла ничего сказать. Не потому, что не хотела ему отвечать, а потому, что сама не знала, зачем пошла за ним следом. Но короткое «не знаю» прозвучало бы слишком глупо и неубедительно. И после мучений и попыток что-то выдавить она в панике, без раздумий из кучи бестолковых отговорок выбрала самую «содержательную». Настолько содержательную, что это был сущий перебор…

– Брат Чэн, а у тебя уже есть девушка?

– ???

На несколько секунд повисла мертвая тишина. Еще никогда база ZGDX так сильно не напоминала кладбище – торжественное, угрюмое и безмолвное. Не то что Лу Сычэн – сама Тун Яо оказалась поражена своим вопросом, как громом с неба. Она затаила дыхание. Ей казалось, что даже воздух замер после того, что она ляпнула. Девушка чувствовала, что под взглядом парня, смотревшего на нее в упор, уши начинают пылать, а язык сплетается в узел.

– Ну, в смысле, нет, мне не то чтобы очень любопытно… Я просто так спросила… Если не хочешь говорить, то и не надо…

– Нет. Просто когда я учился в школе, то жил дома. И каждый месяц по нескольку дней мама заставляла меня делать то одно, то другое… В общем, я с тех пор понял, что в эти самые дни у женщины есть полное право вести себя так, как ей бог на душу положит.

Лицо у Лу Сычэна было совершенно спокойное, как будто он говорил о чем-то совершенно обыденном.

– А, ясно… – сказала Тун Яо, все еще пребывая мыслями где-то не здесь. – Это, наверное, было тяжко.

– Вот поэтому я потом и переехал в общагу, – так же спокойно добавил капитан. – Лучше летом сдохнуть от жары в комнате, чем возвращаться домой. И я не из тех, кто легко заводит отношения с девушками.

– А, ну да… По тебе видно, что ты людей не любишь.

– Что-что ты сейчас сказала?

– !

Тун Яо в этот момент очень хотелось откусить себе язык.

– Нет, мне не то что люди не нравятся, мне просто нравятся игры. И если уж заводить отношения, то с кем-то, кто играет лучше меня.

Договорив, Лу Сычэн, по-видимому, утратил интерес к продолжению этого бессмысленного разговора. С непроницаемым лицом он поправил куртку, накинутую на плечи, повернулся и продолжил подниматься по лестнице. Он как будто вообще не заметил, что девушка застыла внизу в полном замешательстве и на ее лице читались шок и немой вопрос.

Тун Яо стояла у лестницы, пока дверь за капитаном не закрылась, и лишь этот щелчок привел ее в чувство. Кто-то, кто играет лучше, чем Чессмен? Что, простите? Пребывая в растерянности, она на ощупь вытянула телефон из кармана.

Через несколько секунд прилетел короткий и бесстрастный ответ от подруги.

Тун Яо с абсолютно непроницаемым выражением лица убрала телефон обратно. Села на диван и стала ждать, когда сварится каша. И стоило только появиться свободному времени – как сразу же заболел живот. За десять минут Тун Яо примерно столько же раз сменила позу. Она и сидела, и лежала, и растягивалась, и разваливалась, и ворочалась – ничего не помогало. В какой-то момент ей даже показалось, что лучшая поза – это пойти и повеситься на каком-нибудь шнурке, и тогда она плюнула и просто рухнула на диван, как дохлая собака, после чего взяла телефон и начала смотреть какой-то стрим…

Впрочем, нет. Не «какой-то». Будучи давней и преданной фанаткой, Тун Яо включила стрим Улыбки. По тому, как он играл в роли кэрри, было похоже, что у него обсессивно-компульсивное расстройство. Хотя уже прошло три года с тех пор, как он покинул профессиональную лигу, но базовые навыки оставались на уровне лучших профи. Все передвижения были плавными, а из крипов не ушел практически ни один. Кстати, Тун Яо слышала, что ему когда-то дали прозвище «киберспортивного радио». Потому что во время матча он буквально не затыкался, комментировал все: игру, действия своего саппорта… И Улыбка совершенно не был похож на Лу Сычэна.

Впервые сыграв с Лу Сычэном в настоящем матче, Тун Яо обнаружила, что во время игры он практически ничего не говорит, если не считать самых необходимых команд. Спокойно занимается своими делами, пока его тиммейты несут всякую ерунду и строят из себя местных стендаперов. Кто знает, возможно, у брата Чэна в голове давным-давно встроенный автофильтр и он вообще не слушает, что говорят сокомандники?

Тун Яо смотрела стрим Улыбки, но мысли ее уплыли куда-то очень далеко… Пока Улыбка вдруг не вскрикнул, нажав куда-то не туда и упустив особо ценного крипа. Рука у девушки дернулась, телефон выскользнул и упал прямо на нос. Тун Яо завопила, зажав лицо руками и скрючившись, словно креветка:

– А-а-ай!

В этот момент дверь на втором этаже открылась, и из комнаты, хмурясь, вышел Лу Сычэн. Вид у него был заспанный, волосы взлохмачены. Встав у перил, он посмотрел вниз и холодно спросил:

– Что случилось?

Девушка вытерла слезы, выступившие от боли.

– Ты чего встал? Может, еще поспишь? Каша пока не готова…

– Что сейчас были за крики?

– Я стрим смотрела…

Бесстрастное лицо капитана вконец заледенело. Тун Яо наклонилась, чтобы поднять телефон.

– Я тебя разбудила? Извини. Сделаю потише. Иди поспи.

На самом деле громкость и так была очень невелика. Это как же должны быть устроены уши у Лу Сычэна…

– Не нужно.

Услышав холод в его голосе, Тун Яо, поколебавшись, и вовсе включила беззвучный режим. Потом, подняв голову, она обнаружила, что парень спустился со второго этажа. Проходя мимо, он бросил взгляд на спутанные и растрепанные от лежания на диване волосы девушки, на бледное до синевы лицо и сказал:

– Я уж подумал, ты кашей обварилась.

– Что?.. – Девушка застыла в растерянности, потом заулыбалась: – Да каким образом? Ну не настолько же я…

Но когда парень обернулся и посмотрел на нее своими темно-карими глазами, в которых невозможно было ничего разглядеть, она проглотила концовку фразы. Сначала она собиралась сказать: «Ну не настолько же я неуклюжая!» – но в итоге промолчала и лишь неловко потрогала кончик носа…

Тут Тун Яо почудился вздох с оттенком безысходности. Она не была до конца уверена, что не ослышалась. Вдруг боковым зрением девушка заметила, как к ней движется высокая тень, которая вскоре нависла над ней, полностью скрыв все остальное. Одна чужая рука схватила ее за предплечье и слегка приподняла, а другая чуть-чуть задрала край домашней одежды. Когда ненормально горячая ладонь скользнула по ледяному животу, девушка вскрикнула и вся напряглась.

Лу Сычэн сдержанно кашлянул, нахмурился и ровным тоном сказал:

– Не ори…

Тун Яо и правда замолчала. В следующую секунду рука исчезла с ее живота. Капитан отстранился.

– А сама налить грелку не догадалась?

Кожа все еще ощущала тепло от руки. Тун Яо, дрожа от холода, изумленно распахнула глаза:

– У нас же тут нет ничего такого…

– Откуда ты знаешь, что нет? Ты спрашивала?

Сказав это, Лу Сычэн развернулся и пошел обратно вверх. Вскоре он опять спустился, на сей раз с грелкой.

– Фанаты Пухляшу подарили прошлой зимой. – Он кинул ее в руки Тун Яо. – Там в чайнике кипяток остался?

Тун Яо повертела грелку в руках. На ней были изображены чиби-аватары всего прошлогоднего состава ZGDX. Услышав вопрос, девушка сначала помотала головой отрицательно, затем кивнула.

Лу Сычэн приподнял бровь, глядя на девушку как на умственно отсталую, потом наклонился, без особой деликатности отобрал грелку и пошел в кухонный уголок, отключив по пути рисоварку, каша в которой уже сварилась. Потом взял чайник – тот оказался еще горячим – и, одной рукой поддев и откинув пробку, стал заливать кипяток из носика внутрь грелки. И опять все это было проделано одним слитным плавным движением.

Сползши с дивана, Тун Яо поплелась за капитаном, потом встала на цыпочки, вытянула шею и стала внимательно смотреть сбоку, как грелку наполняет вода. Пар поднимался клубами, слегка размывая красивый и мужественный профиль Лу Сычэна.

– Как можно вот так ни с того ни с сего трогать живот девушки?

– А это что, живот тигра? Потрогаешь – убьет?

– В древности, знаешь ли, тебе бы после такого пришлось на мне жениться!

– А я-то думал, что делаю доброе дело. – Лу Сычэн опустил глаза. – За что же такое жестокое наказание?

– !

Наполнив грелку, парень кончиком пальца приладил пробку на место, потом поднял веки и посмотрел поверх головы девушки, которая стояла за его спиной с каменным лицом. Пальцем стер несколько расплескавшихся капель воды и сунул грелку в руки Тун Яо.

– В древности я бы уже раз восемьсот на тебе женился…

– ?

– И восемьсот раз развелся бы.

– Разводиться, потом снова жениться, и так восемьсот раз? Это же до ужаса унизительно…

– Не знаю. Может, это злой рок такой. Называется «временная слепота».

Сказав это, он повернулся, достал из шкафа две пиалы и разлил в них кашу. Через пять минут оба единственных живых существа на всей базе сидели по разным концам обеденного стола и молча, с опущенными головами ели кашу. Тун Яо забралась на стул, поджав ноги по-турецки, прижала грелку к животу и чувствовала себя так, будто купается в теплом море. А когда изнутри ее еще и окутала горячая каша с коричневым сахаром, то даже заледеневшие пальцы ног стали наконец согреваться.

Она оставила опустевшую пиалу.

– Брат Чэн…

– М?

– Мне ужасно неловко… Я обещала позаботиться о тебе, но получилось наоборот – ты позаботился обо мне.

Лу Сычэн вопросительно посмотрел на нее поверх своей пиалы:

– Это кому и когда ты такое пообещала? И разве не потому ты нахально упала мне на хвост, что самой было плохо?

Тун Яо натянуто усмехнулась, встала и отнесла чашку в раковину. Обычно они не мыли за собой посуду – на следующий день этим занималась домработница.

После еды ей стало значительно лучше, сонливость прошла, и девушка вновь устроилась на диване, продолжив смотреть стрим.

Вскоре Лу Сычэн тоже доел. Когда он проходил мимо дивана с миской в руках, чтобы отнести на кухню, Тун Яо вдруг окликнула его:

– Брат Чэн!

Парень резко затормозил и посмотрел на девушку сверху вниз. На его красивом, но холодном лице явственно читалось: «Ну что тебе опять?» Тун Яо отложила телефон, поднялась и потянула его за край одежды, вынуждая наклониться. Затем, встав на колени на диване, потрогала рукой лоб капитана.

– Что ж у тебя температура-то до сих пор не спала?

– А ты думала, что принесла не простую таблетку, а волшебный эликсир?

Тун Яо встала, забрала у него пиалу, закинула в мойку и потащила парня в сторону лестницы.

– Пошли, пошли, пошли… Теперь моя очередь тебя опекать!

– А что, живот уже не болит?

– Болит.

– Тогда иди-ка ты от меня подальше. Не хочу видеть, как кто-то бледный, как мертвец, катается в моей комнате по ковру.

– !

Поднимаясь по лестнице, они еще чуть поспорили о том, нужна ли Лу Сычэну забота. Наконец их голоса растворились в комнате капитана, дверь которой захлопнулась с громким «бам!». После этого на базе снова стало тихо.

Только телефон, который Тун Яо забыла выключить, одиноко лежал на диване и продолжал показывать стрим… Зато грелку она не забыла забрать – потому что сразу прицепила к поясу брюк. Так с собой и унесла.

Жизнь в тот вечер снова закипела на базе уже после полуночи. Игроки, которые весь вечер провели на вечеринке, довольные и усталые, ввалились на базу шумной толпой, словно рой пчел. Пухляш, вбежав первым, прокричал:

– А мы вам двоим еды принесли!

Но на первом этаже никого не было. Царила полная тишина. Пухляш вопросительно хмыкнул, а потом сообразил, что больные, должно быть, напились лекарств и легли спать. Он сделал жест остальным, призывая не шуметь. Те отнеслись с большим пониманием и начали вести себя намного тише.

– Пойду гляну, как там брат Чэн, – шепнул толстяк.

Под взглядами остальных он на цыпочках поднялся наверх, открыл дверь и… через пять секунд вылетел обратно с перекошенным лицом, как будто за ним гнались злые духи, не забыв, однако, захлопнуть за собой дверь.

– Ты чего? – удивился Лу Юэ. – Привидение увидел?

Пухляш неопределенно махнул рукой и растерянно обвел взглядом всех стоявших внизу.

– Да что там с братом? – невозмутимо поинтересовался запасной мидер. – Ну не умер же он от простуды?

И Лу Юэ пошел наверх. Обогнул Пухляша, открыл дверь, сунул голову в комнату… и в первое же мгновение его лицо застыло, словно маска. В глубине комнаты, у самого окна, под черным одеялом виднелся холмик, очертаниями напоминающий человека. Капитан спал лицом к двери и определенно был жив. Неожиданностью для его товарищей стало то, что под одеялом явно находился кто-то еще. Лицом этот «кто-то» уткнулся прямо в грудь Лу Сычэна, а ноги, хоть и были поджаты, торчали из-под одеяла, красуясь тапочками из овечьей шерсти… Лу Юэ отступил на пару шагов назад с выражением лица лишь чуть более спокойным, нежели ранее у Пухляша, и закрыл дверь.

– Вы чего там? – удивился Сяо Жуй, практически слово в слово повторяя прозвучавшее полминуты назад. – Привидение увидели?

Запасной мидер немного помолчал, потом сказал:

– Не привидение. Хуже.

Не то чтобы Тун Яо крепко спала… На самом деле она и сама не поняла, в какой момент уснула. Изначально девушка просто сидела на краю кровати Лу Сычэна и, наклонившись, смотрела на него, пока капитан, принявший лекарство, не заснул. И от вида его безмятежного сна она тоже начала клевать носом. Искушение вздремнуть оказалось слишком сильным. Впрочем, она собиралась всего лишь прилечь с краю и чуточку отдохнуть, чтобы потом встать и, скажем, поменять ему влажное полотенце на лбу…

Кто бы мог подумать, что это «чуточку отдохнуть» обернется таким нешуточным переполохом? Просто как растения тянутся к свету, так и Тун Яо, заснув, инстинктивно потянулась к теплу. А теплее всего в тот момент был пылающий жаром больной, да еще под уютным одеялом. Ну вот, собственно, и… Так она, по крайней мере, предполагала.

Вскоре после того, как Лу Юэ закрыл дверь, Тун Яо проснулась от шорохов и голосов, доносившихся снаружи. Девушка зевнула, в полудреме открыла глаза… и запаниковала, обнаружив, что вокруг кромешная тьма. Она даже подумала сначала, что ослепла. Протянула руку и нащупала что-то. Теплые крепкие мышцы пресса.

«???» Тун Яо испугалась еще больше. Да что вообще происходит?! И еще запах – незнакомый, мужской – чувствовался в каждом вдохе! Девушка, растерянная и совершенно сбитая с толку, замерла, словно окаменев. И тут парень, которого она так внезапно схватила за живот, тоже проснулся от этой возни. Открыл глаза с видом безысходности (ему этой ночью дадут поспать вообще?!) и почувствовал, что сжимает в объятиях какую-то штуковину, прильнувшую к его груди. Какой-то непонятный комок. Мягкий-мягкий, пушистый-пушистый. И его рука самым естественным образом лежала сейчас на чьей-то талии…

Лу Сычэн на секунду замер, убрал руку, с совершенно спокойным выражением лица приподнял одеяло и встретился взглядом с парой черных глаз, воззрившихся на него снизу вверх. Таких невинных, как у олененка, ослепленного фарами на ночной автостраде, таких блестящих и беспомощных… Хотя даже дураку понятно, что если олененок выбежал ночью на трассу и там его сбила машина – сам виноват.

Лу Сычэн:

– ?

Тун Яо:

– !

Если однажды ей пришлось бы выбирать один момент в своей жизни, когда хочется провалиться сквозь землю – чтобы вручить ему награду «Самый главный стыд», то приз, бесспорно, достался бы этому самому мгновению.

Тун Яо:

– Я…

Больше она не успела ничего сказать. Лу Сычэн приложил указательный палец к ее губам и шепнул: «Ш-ш…» Девушка тут же закрыла рот и почувствовала, как большая рука потрепала ее по макушке. Одеяло вновь опустилось на Тун Яо, и вокруг опять стало темно. В этот момент она услышала, как кто-то с тихим щелчком открыл дверь. Спина девушки моментально напряглась.

– В чем дело? – спросил Лу Сычэн низким голосом. Звук отдавался в грудную клетку, вибрируя у самого уха.

Человек за дверью на мгновение замолчал, а потом, видимо, понял, что молчать в ответ на прямой вопрос совсем уж нелепо. Помявшись еще пару секунд, он произнес:

– Не спишь, брат Чэн? Я думал, ты еще поспишь… хе-хе.

Это был Сяо Жуй. И в этом его «хе-хе» явственно слышался гигантский матерный подтекст, который относительно цензурно можно было бы перевести так: «Да ты, твою мать, охренел совсем! А ну-ка живо встал и объяснил, что это за фигня вон там у тебя в кровати!!!»

Лу Сычэн, однако, не отреагировал на это плохо скрываемое бешенство. Коротко сказав: «Оу…» – он приподнял одеяло, наклонился и встретился взглядом с парой глаз, обладатель которых, казалось, сейчас задохнется от паники. Потом совершенно спокойно опустил одеяло и сообщил Сяо Жую:

– Тише. Еще спит.

Тун Яо ухватилась рукой за ворот футболки Лу Сычэна, но тот и вида не подал, а продолжил:

– Она испачкала свою кровать и пришла ко мне. Ну потеснила немного – из-за чего столько шума?

Сяо Жуй застыл у двери, и на лице его было крупно написано: «Что же ты мне лапшу-то вешаешь…»

– Ты знаешь, сколько на этой базе свободных кроватей, кроме ваших?

– Она боялась еще чью-нибудь испачкать, – ответил Лу Сычэн.

Тут уже остальных просто разорвало от любопытства, и они всей толпой сгрудились у двери. Лу Юэ сунул нос внутрь:

– Бро, а ты никогда не слышал, что «мужчины и женщины да не соприкоснутся»?[6] Ну ты даешь, а! Такой тихоня-тихоня, но если встрянет, то сразу в скандал! Хоп – и несовершеннолетнюю в постель затащил!

– Ей девятнадцать, – сказал Лу Сычэн.

– А это сейчас важно? – спросил Пухляш, а Мин одновременно заметил:

– Это сейчас вообще ни при чем.

– А, то есть если совершеннолетняя, то и не преступление, да? – хмыкнул Лу Юэ.

– А-а-а-ай, Чэн, ну что же ты за скотина такая, – закатил глаза Сяо Жуй. – Вот как я это теперь родителям девочки объясню… Хотя нет-нет, погоди! Сперва разбуди ее!

– Как именно? – со смешком уточнил Лу Сычэн.

Смешок вышел издевательский и… чертовски развратный. И даже слегка зловещий. В это время под одеялом дрожащая рука Тун Яо отпустила ворот футболки Лу Сычэна. Температура у капитана все еще не спала, и в этот момент показалось, что в состоянии жара в нем пробудилась какая-то новая личность. Когда девушка услышала заданный им вопрос, то покраснела так, что со щек едва не закапала кровь. Но если бы она могла видеть сейчас толпу у двери, то поняла бы, что у сокомандников лица ничуть не лучше. Даже Сяо Жуй был ошарашен. Солидный менеджер уважаемой команды едва не поперхнулся и даже попятился, как будто его отбросило дерзким ответом Лу Сычэна.

Пухляш, сжимая телефон в дрожащей руке, набрал 110 и занес палец над иконкой вызова.

– Брат Чэн, ты это… полегче… а не то полицию вызову!

– Да выйдите вы уже, – ровным голосом произнес Лу Сычэн. – Я чуть попозже сам ее разбужу.

Собравшиеся у двери заговорили одновременно:

– Точно-точно, пойдем… Давайте… А то испанский стыд какой-то… Идем, идем уже… – Но сами как будто приросли к полу. Никто и с места не сдвинулся.

– Пухляш! – окликнул Лу Сычэн.

Тот вздрогнул и окинул помещение жалобным взглядом, пробормотав: «Это же и моя комната тоже!» И все-таки захлопнул дверь. Лу Сычэн приподнял одеяло и коротко велел прятавшейся в его объятиях девушке:

– Вылезай.

Тун Яо тут же подскочила, как кузнечик, и чуть не скатилась с кровати капитана, помогая себе и руками, и ногами. Еще не успев подняться на ноги, она торопливо заговорила:

– Я, я, я… Прости… Брат Чэн… Блин… Я просто, кажется, задремала, во сне стало холодно, и, видимо, ну… полезла под одеяло…

Лу Сычэн зевнул, откинул одеяло и сел на кровати. Кашлянул пару раз и медленно произнес:

– Как думаешь, этого хватило бы, чтобы в древности тебя утопили в клетке для свиней?[7]

Сбивчивая речь Тун Яо резко оборвалась. Пунцовое лицо внезапно побледнело. Губы задрожали, и девушка прошептала:

– Наверное, хватило бы…

Она прикусила нижнюю губу и, совершенно подавленная, опустила голову, явно желая в который по счету раз сказать «извини». Лу Сычэн бросил на нее взгляд.

– Или мне пора готовиться жениться на тебе в восемьсот первый раз?

– ?

– Ну, ты же такой мастер устраивать сцены. Может, ты сюда за свадебными подарками пришла?

– !!!

Лицо Тун Яо стало напоминать хурму на осеннем ветру: сначала побелело, потом посинело, потом покраснело. Девушка, испуганная и сбитая с толку, помолчала, а затем спросила:

– В смысле? Ты мне что, предложение делаешь?

– У тебя с головой все в порядке? Я спрашиваю: может, ты свадебный выкуп решила стрясти? Ай, неважно. Я просто стебался.

– Что? – От изумления у Тун Яо медленно округлились глаза. – Чего стрясти? Какой, на хрен, выкуп? Совсем офигел? У меня, вообще-то, годовая зарплата восемьсот тысяч! Вот мне упал-то какой-то жалкий выкуп, а? Нужен он был сто лет!

Холодно фыркнув, Лу Сычэн ничего не сказал и потянул одеяло в сторону. Тун Яо осеклась и настороженно спросила:

– Ты что это делаешь?

– Да вот, проверяю, не испачкала ли ты мою…

Лу Сычэн еще не успел договорить, как тихая и мирная Тун Яо, словно тигр, бросилась на его кровать. Это было настолько неожиданно, что капитан потерял равновесие и завалился назад. И когда он раздраженно поднял голову, то увидел, что девушка, распластавшись на одеяле, таращится на него с большим волнением.

– Нет! Не смотри! Если я испачкала – постираю! Не смотри!

Произнося это в шутку, Лу Сычэн не ожидал такой бури эмоций. И вдруг столько паники! Да у нее, похоже, все-таки есть эта так называемая девичья стыдливость…

Капитан усмехнулся:

– И где же мне спать сегодня ночью?

Тун Яо показала на кровать Пухляша. Лу Сычэн посмотрел туда же.

– У него матрас слишком мягкий. Спина заболит.

«Пенсионер, блин…» Уголки губ Тун Яо дернулись. Как же ей хотелось придушить этого несносного типа! Девушка нехотя встала с кровати, на глазах капитана приподняла одеяло и наполовину залезла внутрь, шаря рукой в поисках подозрительных мокрых пятен и одновременно пытаясь что-то разглядеть в темноте. И пока она была этим занята, снаружи донесся ленивый голос:

– Ты вообще умеешь нормально себя вести? Без всей этой суеты? Вот сама скажи – сколько раз я уже за тебя отдувался?

– Да-да-да, слава капитану, десять тысяч лет жизни капитану! В следующей жизни отработаю быком или лошадью… Ногу подвинь, я вон там еще посмотрю.

С этими словами Тун Яо под одеялом приподняла ногу Лу Сычэна. И как раз в этот момент дверь открылась, и донесся голос Пухляша:

– Чэн, Сяо Жуй велел спросить… Мы вам пельмешки с креветками захватили – вы будете?

И тут речь оборвалась на полуслове. Пухляшу открылась картина: лежит Лу Сычэн, одна нога у него задрана, он накрыт одеялом, а под одеялом, судя по позе между его раздвинутыми ногами, стоит на коленях человек. Секунду толстяк молчал, а потом дверь с грохотом захлопнулась. Лу Сычэн с совершенно невозмутимым видом приподнял одну бровь.

В это время под одеялом Тун Яо отпихнула в сторону ногу капитана и отбросила одеяло.

– И ничего тут не испачкано, и нечего было ныть! Кто это был только что? Пухляш? Что он там говорил про пельмени? Пельмени я хочу!

Лу Сычэн согнул ногу и расслабленно, с улыбкой сказал:

– Ну, идем…

Тун Яо соскочила с кровати, пригладила рукой волосы и обернулась. Лу Сычэн тоже медленно поднялся. Немного помедлив, она предложила:

– Может, переоденешься? Ты же, наверное, весь вспотел. Ты бы осторожнее… не простудись.

Лу Сычэн лишь посмотрел на нее и ничего не сказал.

Через пять минут Тун Яо, облаченная в домашнюю одежду, и Лу Сычэн, уже в чистой футболке, спустились по лестнице. Увидев, сколько людей таращится на нее, Тун Яо почесала голову и сообразила, что отмолчаться не выйдет. Со смущенной улыбкой она произнесла:

– Слушайте, так неловко вышло… Я просто сидела у кровати брата Чэна, проследила, чтобы он выпил лекарство, хотела чуть попозже мокрое полотенце ему поменять… А в итоге сама задремала. Потом замерзла ужасно и, видимо, во сне залезла под одеяло, и как-то так вышло, что прижалась к брату Чэну… Извините, я вас всех напугала, да? Честно говоря, я сама знаете, как перепугалась…

– Да ничего-ничего…

– Все в порядке, правда…

– Нет, ну понятно, раз замерзла. Сегодня холодина такая! А для девушки бояться холода – это нормально…

– Вы же не ужинали, наверное? Мы вам пельмешков принесли, очень вкусные!

Казалось, ни один человек не говорит того, что думает, но каждый отчаянно подыгрывает, как будто в спектакле.

Тут до Тун Яо дошло, что чем меньше она будет говорить – тем лучше. Поэтому девушка замолчала и села за обеденный стол, собираясь утешить себя едой. Только что прозвучала чистая правда: она действительно испугалась, причем не на шутку. Вплоть до того, что ей казалось, будто от страха душа вылетела из тела и до сих пор не вернулась.

Открыв коробку с едой, Тун Яо обнаружила, что пельмешки еще теплые. Разломив палочки, она нетерпеливо подцепила один и отправила в рот. В это время краем глаза девушка увидела, что Лу Сычэн прошел к дивану, сел, взял йогурт, куда его брат только что воткнул трубочку, но еще не отпил, и сделал пару больших глотков.

Пухляш прокашлялся и спросил:

– Ну, вы это… вы всё?

Внезапно повисла гробовая тишина. Тун Яо вопросительно подняла глаза. В зубах у нее был зажат пельмень.

Лу Сычэн обвел взглядом замершую толпу. Он догадался, что Пухляш, стремительно сбежав во второй раз, успел, по всей видимости, много чего наговорить остальным. А потому капитан с ехидцей переспросил:

– Я – и всего пятнадцать минут?

Атмосфера вокруг неожиданно разрядилась. Никто не просто не стал оспаривать это заявление, а наоборот, все почему-то расслабленно выдохнули.

Тун Яо, отправляя в рот сразу и второй пельмень, с непониманием посмотрела на остальных:

– ???

– Вкусно? – спросил Лу Сычэн.

Она закивала.

– Вот и кушай, – хмыкнул парень.

Тун Яо проглотила еду, по-прежнему пребывая в некотором недоумении относительно происходящего.

На следующий день Тун Яо сидела в игровом кресле, загибая пальцы и подсчитывая матчи на предстоящей неделе. Вчера был четверг, и они сыграли матч открытия. На пятницу и субботу ничего не было назначено. В воскресенье в три часа дня ZGDX предстояло вступить в круговой этап отборочного тура и сразиться с первым соперником – командой KING.

Команда была новичком, этой весной перешедшим из второй лиги в высшую. В финале Весеннего турнира они отыграли матч в пять раундов, в решающем отставали по золоту на пятнадцать тысяч, но сумели блистательно отыграться, отобрав Темного Графа, навязав противнику тимфайт и отправив его к праотцам. Так они вошли в список из двенадцати команд профессиональной лиги.

Мидер KING'ов был из Кореи. Ник – Рамён[8]. Китай перекупил его, когда тот, будучи соло-игроком, вошел в число королей на корейском сервере. Тун Яо несколько раз оказывалась с ним в одной команде в рейтинговых матчах. Навыки у Рамёна были, очевидно, неплохи, однако играть против него на линии девушке не доводилось, а потому больше она о нем ничего не знала.

– Мин, а у тебя есть видео финального матча KING'ов с Весеннего турнира?

– Да. Тебе нужно?

– Ага. Рамён. Хочу на него взглянуть.

– Хорошо. – Мин невольно бросил взгляд на лапшу быстрого приготовления, которую ел в этот момент. – Сейчас скину.

Тун Яо села обратно в кресло. Лу Сычэн, который как раз проходил мимо и слышал их разговор с Мином, вдруг равнодушно сказал:

– Лучше бы ты считала не дни до матча с новичками лиги, а часы стрима. Уже конец месяца, все стримят как не в себя, а ты сидишь довольная и расслабленная. С чего бы?

– Ну да, они новички в лиге, и что? Ты смотришь на них свысока?

– Во всяком случае, дни до матча я на пальцах не считаю.

– !

Тун Яо надула щеки и решила не продолжать пикировку. Вообще, проснувшись поутру, она ощутила какое-то странное напряжение между собой и братом Чэном. Похоже, только теперь до девушки стало доходить, что во всей этой истории со сном под одним одеялом именно она не смогла удержать марку до конца. И это невероятно злило.

Девушка украдкой оглядела тиммейтов. Если не считать Лу Сычэна, которому, кажется, полагались штрафы за все подряд, даже если не так моргнет, все остальные пахали в поте лица, пытаясь наверстать часы стрима.

Неудивительно, что даже Пухляш во время ранговых матчей выражался сейчас особенно вежливо. А уж какая гармония царила между Кеем и Котом… Ну прямо идеальные супруги, из тех, что «поднос поднимают до бровей и уважают друг друга, как почетных гостей»[9].

«А у меня ведь, наверное, не так много часов стрима должно было остаться? – начала прикидывать Тун Яо. – Какого я там числа подписала контракт? Сяо Жуй говорил, что раз не с самого начала месяца, то что-то там можно вычесть…»

Так, бормоча себе под нос, она открыла «Блокнот» на компьютере и лениво подсчитала свои часы стрима за этот месяц. Потом вытащила телефон, чтобы пересчитать заново. И когда подсчеты были закончены, резко замолчала, уставившись на огромные цифры «42» на экране. Не веря своим глазам, пересчитала еще раз. Все равно сорок два…

Брат Чэн, еще не совсем оправившийся от болезни, сделал глоток кофе и хрипло произнес, не отрывая взгляда от собственного экрана:

– Что, подсчитала? Добро пожаловать в ад.

– !!!

На календаре было двадцать седьмое мая. До конца месяца оставалось всего пять дней. Иными словами, даже если бы Тун Яо стала стримить каждый день, ей пришлось бы делать это как минимум по восемь часов в сутки во избежание вычета из зарплаты. Что за абсурд – схлопотать штраф в первый месяц после выхода на работу!

Тяжело вздохнув, девушка с обреченным видом открыла приложение для стрима, собираясь запустить трансляцию во время рангового матча. Минут через десять в чат пришли «старые зубры» из числа ее давних фанатов, и в комментариях стало многолюдно.

Тун Яо почитала комментарии в чате, ответила на некоторые, притворяясь скромной и милой. Потом, краем глаза заметив, что у сидящего с ней рядом капитана улыбка становится все более насмешливой, быстро свернула это шоу и, вздохнув, открыла клиент для игры. Залогинилась и встала в очередь на ранговый матч. Ждать, впрочем, пришлось недолго.

В числе первых получив право забанить героя, Тун Яо задумалась, прищурившись. Тут она заметила, что Лу Сычэн, держа в одной руке чашку с кофе, другой открыл список друзей и заглянул в него. После чего сообщил:

– У тебя А-Тай в противоположной команде.

Рука Тун Яо дрогнула, и в бан улетел Могильщик – персонаж, которого уже тысячу лет и так никто не выбирал. В чате тут же появились значки «?» от соратников. «Извините, палец соскользнул, забанила не того», – поспешно напечатала Тун Яо.

– Твоя психологическая устойчивость просто феноменальна, – сказал Лу Сычэн.

– !

Когда игра началась, Тун Яо выбрала Мэн Цяньцуна, но это было уже неважно. Противник взял Рыбку и начал давить, всего за пять минут обойдя ее на пятнадцать крипов. Это был чистый ад. Уже не имело значения, что происходит вокруг, что там пишут в чате – все внимание Тун Яо сосредоточилось на игре. А когда ее персонаж был на подходе к шестому уровню, противник, достигший этой планки первым, провел комбо с ультом. Здоровье персонажа Тун Яо стало стремительно таять, и она развернула его, чтобы сбежать.

– Добей еще одного крипа – получишь шестой уровень. Появится ульт. Твой джанглер уже на подходе. Можно же сражаться. Ну что за ужас в глазах? – прозвучал спокойный голос над ухом.

Тун Яо, все же испытывая панику, быстро кликнула мышкой, добила крипа и действительно выросла в уровне. Моментально применив соответствующее умение, она парализовала Рыбку, после чего рубанула его два раза. А едва паралич закончился, кинула ульт, тут же отскочив на приличное расстояние. В тот же миг прибежал джанглер и с легкостью добил Рыбку.

Когда прозвучал звуковой сигнал и всплыло уведомление об убийстве, Тун Яо замерла под своей башней. В чате один за другим всплывали комментарии: «Круто, круто, круто! 66666![10] Класс! Молодец! Реакция как у холостяка с двадцатилетним стажем! Женушка, ты умничка! 6666666!» Она выдохнула, взяла со стола чашку с кипятком и коричневым сахаром, хотела сделать глоток, чтобы успокоиться, и только тогда заметила, как сильно у нее дрожат руки. А это была всего лишь ранговая игра…

Лу Сычэн стоял, облокотившись на спинку ее кресла, и, должно быть, понял ее состояние, потому что спокойным, но строгим голосом, словно отец, воспитывающий дочь, произнес:

– Что это за поведение? Когда тебя прижимают – ты только и можешь, что убегать? Не смотришь, где находятся союзники, не следишь за шкалой опыта. Ну что за дела? Это максимум уровень Серебра. А-Тай у тебя на глазах человека съел или что? Чего так бояться?

– Слушай, заткнись. Хватит молоть чепуху, – поморщилась Тун Яо.

Тут чат, услышавший, как она осмелилась разговаривать с братом Чэном, снова взорвался сплошными «круто-круто, ну ничего себе!». Лу Сычэн на мгновение замер. Потом ровным тоном произнес:

– Знаешь, все больше скучаю по тому моменту вчера, когда ты дрожала в постели и не могла ни слова сказать.

С этим словами капитан гордо удалился, а Тун Яо с громким «пф» выплюнула сладкую воду обратно в чашку. А цифры «66666» на экране сменились на «?????», и этих знаков вопроса было так много, что в какой-то момент она перестала видеть за ними курсор.

– Да я… я же ничего… Да как он… А-а-а-а-а! – Тун Яо в сердцах стукнула по столу. – Так, еще один знак вопроса – и выключу стрим на фиг! Да как вообще между мной и Лу Сычэном что-то может быть?! Да-да, я к тебе обращаюсь, ты, с ником «Женушка Лу Сычэна»! Ничего я с ним не делала! Он все еще «твой милый муженек». Нет, не совратила! Не совратился ли он сам по себе, это уж я не знаю. Если смелости хватит – спроси у него сама! Да ничего я с ним не делала! Взять его силой? Вы это как себе представляете? Да у меня ноги короче, чем у него руки! Вот каким образом я могла взять его силой? Как-как? Верхом?? Ну знаете ли… Слушайте, вот вам тонна очистителя от грязных фантазий, вымачивайтесь миллион лет, пока не научитесь разговаривать как люди!

В чате не на шутку разгорелась оживленная дискуссия о том, могла бы Тун Яо уложить Лу Сычэна на обе лопатки или все-таки нет. Послушав это все, капитан лениво бросил:

– Пойду стрим запущу. – И тоже открыл программу для трансляции.

Прямо на глазах число зрителей в стриме Тун Яо упало вполовину. Девушка выдохнула с облегчением и сильно пнула Лу Сычэна под столом. Тот, подперев подбородок одной рукой, лениво покосился на нее и отвернулся к своему экрану, уже заваленному знаками вопроса и истеричными репликами фанаток. Какое-то время он молчал, потом спокойно произнес:

– Я вчера слег с простудой, а она с месячными. Поэтому на афтепати мы не поехали. Когда вернулись на базу, она буквально свалилась на кровать. Пришлось о ней заботиться. А что делать? У нас игра в воскресенье. Умрет – и куда мы без мидера? Нет, Лу Юэ не так хорош.

– Эй? – возмутился Лу Юэ.

– Ну да, дрожала в постели… А я разве сказал, что в моей?

И тут мир затих.

Лу Сычэн покосился на Тун Яо:

– Вон там, с ником «Пушистый голубец», – это не из твоих знакомых?

Прежде чем ответить, девушка посмотрела на ник. Это был модератор ее собственного стрима.

– Да, а как ты узнал?

– «Как будто людей не любишь». Во всей Поднебесной так только ты говоришь. До боли знакомо прозвучало.

– !

– Коротышка, не надо распускать про меня слухи. Если когда-нибудь я и правда не смогу найти жену – кто будет за это отвечать?

Тут чат просто разорвался от реплик «Я! Я! Я-я-я-я! Я хочу отвечать! Машу рукой! Я возьму на себя ответственность!».

У Тун Яо в это время началась новая катка. Девушка открыла инвентарь, купила бутылочку с зельем и стартовый предмет, приносящий золото, и, не отрывая глаз от экрана, сказала:

– Потише там!

Ну как есть типичный портрет типичного игромана…

А в это время на базе СК Цзянь Ян сидел в кресле, обхватив рукой колени. Другой рукой он сжимал мышку, но не играл, просто кликал куда попало, упираясь подбородком в колено без всякого выражения на лице… Из колонок его компьютера доносился женский голос, через слово звучали фразы вроде «взять его силой». Цзянь Ян послушал еще немного, нахмурился… Все это начинало раздражать. Парень нажал крестик в правом верхнем углу, закрывая стрим. На базе сразу стало тихо.

Покосившись на него, Везунчик толкнул локтем Старичка:

– Что с ним сегодня такое?

– Стрим своей бывшей смотрит, что ж еще?

– На хрена?

Старичок поцокал языком:

– Пропал наш джанглер. Залип на чужого мидера – и с концами. Одного не пойму – если так нравилась, зачем он с ней расстался? А теперь она в ZGDX, рядом с Лу Сычэном сидит, ну чисто овца в пасти тигра. То есть, если бы я был девушкой, точно в Лу Сычэна влюбился бы!

Бабочка покосился на саппорта:

– Да в кого бы ты только не влюбился, если б был девушкой!

– В тебя! Тобой бы побрезговал! – огрызнулся Старичок.

Бабочка холодно хмыкнул.

– Наши парни с ботлейна в ссоре. Наш джанглер сохнет по вражескому мидеру. Капец нашей команде, – подвел итог Везунчик.

– Вот не надо! – возразил Старичок. – В том, что мобильщики раскатали нас в прошлый раз, Ян не виноват. Он как раз достойно играл. Мне, по крайней мере, кажется, что он с их джанглером держался на равных!

Пока все спорили, Цзянь Ян выключил компьютер и, бросив «пойду покурю», покинул базу, оставив тиммейтов в недоумении переглядываться – что это сейчас было? Сокомандники не догадывались, что вышел он вовсе не покурить. Наоборот, сразу за воротами базы парень с раздражением запихнул в мусорку едва открытую пачку сигарет, запрыгнул в такси и направился прямиком на базу ZGDX. Правда, сразу постучать не решился и какое-то время провел в баре неподалеку. А когда зашло солнце и наступил вечер, он встал из-за стойки и направился в соседний жилой комплекс.

Охраннику на входе Цзянь Ян сказал, что разыскивает кое-кого. Тому, конечно, такой гость не понравился: молодой, явно подвыпивший… Не пришел ли он сводить с кем-то счеты? И поэтому предложил для начала позвонить. Цзянь Ян потянулся к карману, собираясь достать телефон, но тут вспомнил, что его заблокировали. Усмехнувшись, он сказал, что забыл трубку, и в итоге позвонил с телефона охранника. Уже после второго гудка из динамика донесся знакомый голос:

– Здравствуйте, я вас слушаю. – Тун Яо говорила сдержанно, вежливо, как и полагается при разговоре с кем-то незнакомым. И все-таки ее голос звучал мягко.

Цзянь Ян ничего не ответил, лишь сжал в руке телефон.

– Алло? Алло? Странно, молчат, – сказали на том конце.

– Если молчат, – вмешался холодный мужской голос, – клади трубку, у тебя крипы уже под башней, не видишь, что ли?

Девушка жалобно вскрикнула. Цзянь Ян слабо усмехнулся.

– Яо-Яо, это я. Я на вашей базе, у входа. Можешь выйти?

На другом конце провода повисла тишина. Спустя некоторое время девушка заговорила уже совсем другим тоном:

– Ты что, выпил? Где-где ты? У нас на входе?

– Угу. – Цзянь Ян изобразил голос, как у щеночка: – Возле самых ворот. Меня охрана не пускает.

Спустя какое-то время, когда он решил уже, что его пошлют далеко и надолго, Тун Яо пробормотала:

– Господи, ну что за люди пошли… – Цзянь Ян услышал звук отодвигаемого кресла, а потом – как девушка говорит в сторону: – Лу Юэ, можешь катку доиграть? Мне надо отойти на минутку.

Глаза Цзянь Яна вспыхнули, сердце забилось быстрее. Он закончил звонок, вежливо вернул телефон, поблагодарил охранника и вручил ему двадцатку, чем привел того в благостное расположение духа.

– Что, выйдет к тебе девушка? Тогда проходи, встреть ее. А то стемнело уже, что ж она будет ходить-то по темноте!

Цзянь Ян снова сказал спасибо и пошел по направлению к базе.

А в это время…

– Кто это там напился и приперся? – спросил Лу Сычэн.

– Цзянь Ян, – ответила Тун Яо, натягивая куртку.

Надо сказать, что она-то свою трансляцию уже выключила, а вот стрим капитана все еще был в самом разгаре. И по экрану компьютера брата Чэна поплыли комментарии: «Ого!», «6666666!», «Круто!», «А я-то думаю: почему Бог Солнца внезапно свой стрим свернул…», «Это все ты виноват, братец Чэн! Ты и твоя фраза, что она дрожит в постели!»

Отправив это сообщение, Пушистый голубец сразу покинул стрим. Лу Сычэн пробежался взглядом по всплывающим комментариям. Некоторые советовали ему сходить и подслушать, другие подстрекали вмешаться. Самые зловредные писали, что надо выждать немного, пока у тех двоих не наступит кульминация разговора, а потом под предлогом «вышел купить сигарет» внезапно появиться там, а лучше всего – попросить у Тун Яо взаймы, пусть переключит внимание и сбавит накал страстей. А то, чего доброго, расчувствуется, и этот джанглер из команды СК ее уведет!

– «Иначе они вам такую тактическую связку мидера и джанглера преподнесут, мало не покажется!» – зачитал Лу Юэ. – Хм. Какой провокационный коммент!

– Заткнись, – посоветовал Лу Сычэн.

В этот момент из прихожей донесся звук открывшейся и вновь закрывшейся двери. Лу Сычэн лишь поднял голову и бросил короткий взгляд в ту сторону. Вид у него был спокойный, как будто происходящее никак его не касалось.

Тун Яо вышла. Проходя мимо соседнего дома, где обосновалась команда соседей, девушка заметила на балконе зрителя, явно пришедшего за сплетнями и собиравшегося увидеть все, так сказать, из первых рядов. Цзиньян была одета в облегающее черное платье, ее длинные волосы развевались на ветру, а издалека казалось, что нижняя половина тела сливается с темнотой ночи и над перилами висит одна голова. От такого зрелища Тун Яо едва устояла на ногах.

– Твою налево! Ты что тут делаешь?!

Подруга хихикнула:

– Просто пришла напомнить, о чем мы договаривались. Хорошая лошадь не ест траву, оставшуюся позади. И еще: никаких отношений с киберспортсменами!

– А ты как-то упоминала, что лучше дерьма поешь, чем снова сойдешься с Ай Цзя. Ну и как? Сколько тонн уже съедено?

– !

– Да ладно-ладно, ну хватит уже. Не собираюсь я с ним мириться! Он мне не интересен. С чего мне с ним мириться? Зачем? Он напился и приперся сюда – я же должна проводить его обратно. А то еще скажут, что джанглер СК трагически погиб по дороге на базу ZGDX, вот это будет скандал!

Когда Тун Яо договорила, Цзиньян удовлетворенно усмехнулась и заговорила уже серьезнее:

– Хочешь, я с тобой схожу?

– Ты что, думаешь, я иду драться и чем больше народу, тем выше шансы победить?

– Если бы ты шла драться, то я бы предложила захватить Лу Юэ. Он такой красавчик, когда дерется. Так бы и съела!

Тун Яо подошла ближе, встала на цыпочки и похлопала по голове, свесившейся с перил.

– Брысь отсюда!

– Ай! – отшатнулась Цзиньян.

И в тот же момент Тун Яо услышала, как кто-то ее окликнул:

– Яо-Яо!

Немного замешкавшись, она обернулась и увидела, что поодаль, под фонарем, стоит парень в униформе СК с курткой, небрежно наброшенной на плечи. Девушка оглянулась, но подругу, которая только что предлагала пойти вместе, как ветром сдуло. И в этот момент в кармане завибрировал сотовый телефон.

Тун Яо мелкими шажками подбежала к стоявшему под фонарем парню и резко остановилась. И прежде чем Цзянь Ян успел что-то сказать, спросила:

– Ну и какого фига тебя сюда принесло?

Цзянь Ян стоял с мрачным лицом, засунув руки в карманы. Тун Яо уже ожидала, что он начнет ее отчитывать, как вдруг парень совершенно неожиданно поднял девушку вверх. Она и понять не успела, что происходит, а пятки уже оторвались от земли, нос врезался в плечо Цзянь Яна, а на своей шее Тун Яо ощутила горячее и частое дыхание парня.

– ???

Лицо Тун Яо стало напоминать картинку из мема, где вокруг головы человека одни вопросительные знаки. В ту же секунду где-то позади девушки кто-то в кустах у базы «слабаков» выкрикнул: «Ёж твою двадцать!» – и ломанулся в дом, топча высокими каблуками стебельки лука на грядках. И как Ай Цзя ни протестовал («Да хватит лезть в их личную жизнь, дурная ты баба!»), эта самая баба прямо из рук вырвала у него телефон.

Через три минуты на базе ZGDX экран мобильного, принадлежащего парню с каменной физиономией, высветил входящее сообщение. Обладатель каменной физиономии бросил взгляд на телефон.

– ???

Лу Сычэн:

– …

Капитан лишь дернул уголком губ и никак не отреагировал. Еще пару минут он продолжал свою игру, а потом вдруг повернулся к Лу Юэ, который сидел на месте Тун Яо и с явным наслаждением играл ее катку.

– Сигарета есть?

– Что? – Парень с зеленой прядью посмотрел на брата, почти не отличавшегося от него внешне. – Я же бросил, ты в курсе.

– А, ну да, – кивнул Лу Сычэн.

– И тебе пора уже бросить. Ты же пару дней не курил, пока болел, выжил ведь? И потом, у тебя с головой беда? Куда тебе курить, ты же еще кашляешь… Надо маме на тебя настучать. Она живо прилетит в Шанхай и устроит тебе разнос. И вообще, у тебя что, своих нет?

– Закончились.

– Чушь собачья. Ты их вон под той копилкой держишь.

С этими словами Лу Юэ, привстав, через весь стол потянулся к фигурке кота удачи, но и коснуться ее не успел, как получил по руке. Вскрикнув, отдернул руку и злобно зыркнул на того, кто ударил.

А брат спокойно ответил:

– Грабли не тяни. Сяо Жуй видел, как я в прошлый раз оттуда доставал. Я что, идиот, продолжать их там прятать?

Лу Юэ, что-то пробормотав, сел обратно.

– Если дам денег – сходишь? – через некоторое время спросил Лу Сычэн.

– Офигел? – изумился младший. – Мне три года, по-твоему, а ты отец, чтобы меня с поручениями посылать?

– Во время матча – еще как отец. Вот у зрителей спроси – они с этим согласны?

Чат сразу же подыграл: «23333»[11], «Ах-ха-ха-хах!», «Согласны-согласны!», «Вечно он издевается над нашим Люйчиком!», «Младший братик, который жалуется мамочке, – такой лапочка, мимими!»

Лу Юэ закатил глаза:

– Сам иди. Я никуда не пойду.

Немного подумав, Лу Сычэн сказал: «Ладно». Услышав это, парень с зеленой прядью опешил на мгновение и, не удержавшись, обернулся. Это как вообще? Вода в Янцзы вспять потекла, а Хуанхэ стала до дна прозрачной? Серьезно? Он уступил??

Тем временем снаружи, у входа на базу, Тун Яо стояла на цыпочках, сжатая в объятиях. Никаких романтических ощущений, как в дорамах для девочек, она не испытывала. Единственное, что она чувствовала, – что ноги вот-вот отвалятся. Тун Яо похлопала Цзянь Яна по плечу:

– Эй, ты чего? Отпусти сейчас же!

Стоило ей это сказать, как руки на талии сжались еще сильнее.

– Вы и правда теперь вместе с Лу Сычэном? – Голос Цзянь Яна звучал уныло.

– И ты из-за этого вызвал такси и приехал через пол-Шанхая? А Шанхай, вообще-то, огромный, ты в курсе? И какое, блин, «вместе»? Он же потом объяснил в своем стриме, разве нет?

– Тогда зачем он все эти пошлости говорит? – обиженно пробормотал Цзянь Ян. – Теперь вся «Тьеба» только и обсуждает, что вы встречаетесь.

– Да мы просто прикалывались! Как тиммейты! – Тун Яо ловко вывернулась из его объятий. – И вообще, почему я должна тебе что-то объяснять?! Какого фига ты приперся и устраиваешь истерику? Я вроде уже давно тебе все очень понятно сказала.

– Что ты понятно сказала? – Цзянь Ян шмыгнул носом и отступил на шаг.

– Что между нами все кончено, – тихо пояснила Тун Яо, скользнув по нему взглядом. Глаза у парня слегка покраснели. Она приподнялась на цыпочки и, словно утешая упрямого ребенка, погладила его по голове. – Да ты ведь меня особо и не любил. Ну правда. Просто мы давно не виделись. Посмотри: весь этот год ты играл в своем клубе, я училась за границей. Мы жили каждый своей жизнью, все было нормально. А теперь я вернулась – и ты опять воспылал?

– Ну нельзя же просто так взять и казнить человека. То, что я врал тебе, – это мой косяк. Но я боялся, что ты все не так поймешь. Не было ничего у меня с теми аниматоршами. Я напился и уехал домой. Можешь у Везунчика и у всех остальных спросить.

– А что, по классическому сценарию разве не положено напиться и склеить все, что движется?

– В дорамах врут, – беспомощно усмехнулся Цзянь Ян, – когда напился, нет уже сил ни на что. Кого уж там клеить…

Тун Яо не знала, что на это сказать. Да и что тут вообще скажешь? Что-то вроде «Извини, недоразумение вышло. Но я тебя все равно уже больше не люблю»? Ну нельзя сойтись обратно из жалости или из желания загладить обиду!

– Яо-Яо, пожалуйста… Дай мне еще один шанс. Раньше ты не играла как профи, ненавидела киберспорт и тех, кто им занимается. А теперь ты сама в этой сфере и знаешь, как тяжело бывает жить на виду у прессы и фанатов и как трудно, по-настоящему трудно защитить тех, кого любишь.

На сцене – дерзкий молодой киберспортсмен, звезда одной из сильнейших команд про-лиги, а сейчас – просто парень под уличным фонарем, наполовину скрытый в тени. Цзянь Ян опустил голову, и его глаза, потемневшие от слез, заблестели еще сильнее. Лицо стало мягким, практически покорным, и он осторожно, бережно взял девушку за руку…

– Я скучаю по тебе. Безумно скучаю. Мне даже снится, что мы с тобой вместе едем на финал мирового чемпионата S6. И что ты сидишь в зале и смотришь, как я играю… И потом поднимаю над головой тот самый кубок…

Тун Яо шевельнула губами, уже собираясь сказать: «Ты пьян», и в этот момент за ее спиной как будто загорелся прожектор. Чей-то взгляд прожигал девушке спину. Внутри словно вздрогнул тигр. Она резко обернулась: высокий человек, стоявший в тени, смотрел ей прямо в глаза. Шагнув вперед, он буднично произнес:

– Я за сигаретами.

– Ты же еще кашляешь? И все равно куришь? – удивилась Тун Яо.

– Тебе, блин, какое дело?

Капитан подошел ближе, глядя сверху вниз.

– Я деньги забыл. Есть мелочь? Потом отдам.

Ладошка Тун Яо в этот момент все еще находилась в лапе Цзянь Яна.

– А… – пробормотала девушка, поспешно высвободила руку и принялась лихорадочно шарить по карманам.

Наконец она ссыпала кучку мелочи в подставленную ладонь. Лу Сычэн смерил взглядом эту горку из монет и мелких купюр, глаз у него чуточку дернулся, но он молча сунул деньги в карман и с каменным лицом произнес:

– Продолжайте. – И пошел прочь.

Однако через пару шагов капитан обернулся, будто что-то вспомнив:

– Кстати… я против ваших амуров ничего не имею, но все же хочу напомнить всего пару объективных фактов. Во-первых, на финал мирового чемпионата S6 коротышка все же поедет. Но она туда поедет играть. Так что вряд ли у нее будет время сидеть в зале и смотреть, как ты играешь. Во-вторых, боюсь, на том самом кубке уже выгравировано название нашей команды. Я и чемпиона выбрал, чтобы нарисовали призовой эксклюзивный скин. Это будет Копье Возмездия.

Цзянь Ян:

– !

Тун Яо:

– !!!

– Ну, в общем, я все сказал. А вот теперь продолжайте.

С этими словами Лу Сычэн похлопал Цзянь Яна по плечу и, не глядя больше ни на него, ни на Тун Яо, величаво удалился.

После вмешательства Лу Сычэна продолжать в том же духе смогли бы разве что небожители. Подгоняя и подталкивая, Тун Яо дотащила Цзянь Яна до выхода, а тот все никак не желал уходить. Уперся, что хочет лично увидеть, как она разблокирует его во всех мессенджерах, и лишь так согласился уступить. Опустив голову, Тун Яо одно за одним открывала приложения – QQ, «Вичат», «Вейбо» – и в каждом вычеркивала его из черного списка. Экран освещал в темноте ее лицо, а Цзянь Ян в это время привалился к ограде жилого комплекса и наблюдал за процессом.

– Вроде все? – Тун Яо удалила номер Цзянь Яна из списка заблокированных номеров и встряхнула телефон. – И ерунду всякую больше не пиши. А то обратно закину.

– Какую ерунду?

– Ну, типа «давай снова встречаться», «я затащу тебя к победе» и прочую чушь.

– А… – откликнулся Цзянь Ян, перегнулся через ее плечо и ткнул в экран телефона. – А ты в «Сяонэй»[12] меня разблокировала?

Тун Яо хмыкнула с несчастным видом:

– Ты что, больной? Какие пещерные люди до сих пор сидят в «Сяонэй»?

Девушка не успела договорить, как рука парня переместилась ей на плечо и слегка потянула назад. Тун Яо, застигнутая врасплох, потеряла равновесие и качнулась назад. И в этот самый момент стоящий за ней Цзянь Ян наклонился, а его мягкие прохладные губы коснулись ее щеки. На пару секунд Тун Яо застыла в непонимании.

А Цзянь Ян сразу отпустил ее и выпрямился, будто ничего не произошло. Махнул рукой, останавливая проезжающее такси, открыл дверь и на мгновение замер. Словно не удержавшись, обернулся и бросил взгляд на все еще растерянную девушку, стоявшую у дороги.

– Я поехал.

– А? – рассеянно переспросила Тун Яо, потом кивнула. – Ага.

Дверца автомобиля захлопнулась, Цзянь Ян уехал. Девушка смотрела вслед, пока машина совсем не скрылась вдали, потом перевела взгляд на свой телефон. Вытерла щеку тыльной стороной ладони. Моргнула. Она не могла точно сказать, что сейчас чувствует, но в душе было странное ощущение, что теперь, разблокировав Цзянь Яна, она уже больше никогда не занесет его в черный список. А он, в свою очередь, не возникнет из ниоткуда и не начнет нести всякую чепуху…

Все это теперь в прошлом. И так для них обоих будет лучше всего – раньше это был полный разрыв, а теперь они хотя бы смогут спокойно общаться.

Подумав об этом, Тун Яо убрала телефон в карман, повернулась, чтобы пойти обратно на базу, и вздрогнула, обнаружив кое-кого у себя за спиной. Несмотря на кошмарное сочетание футболки, шорт, вьетнамок и длинного черного плаща, этот «кто-то» выглядел в таком наряде потрясающе.

От неожиданности Тун Яо сделала пару шагов назад, и Лу Сычэну пришлось схватить ее за руку, чтобы она не упала и не угодила под машину. Вернув девушку на обочину, он ее отпустил.

– Давно ты здесь? – спросила она, все еще не оправившись от испуга.

– Только подошел. Вы помирились?

– Нет.

– Тогда зачем он тебя поцеловал?

Девушка слегка покраснела:

– Это был просто дружеский поцелуй!

Несколько секунд Лу Сычэн молча смотрел на нее. Лицо капитана было совершенно невозмутимым.

– Мне три года, по-твоему?

Сказав так, он чуть приподнял подбородок и пошел в сторону базы. Пару мгновений Тун Яо постояла на месте, а потом поспешила за ним. Лу Сычэн шел быстро, и на каждый его шаг девушке приходилось делать полтора. В итоге она бежала за капитаном чуть ли не вприпрыжку, практически как кролик.

– Брат Чэн!

– М?

– А ты зачем выходил?

– Говорил же тебе – за сигаретами.

Лу Сычэн продемонстрировал пачку, вынув ее из кармана вместе с бумажником.

Тун Яо приподняла бровь:

– Ты же сказал, что забыл деньги?

– Если я не забыл бумажник, это еще не значит, что в нем есть деньги.

Лу Сычэн с невозмутимым видом сунул все обратно в карман.

– Ну да…

Девушка кивнула. Она и сама иной раз обнаруживала, что кошелек на месте, но в нем всего пара юаней. Потому что, если никуда не выходишь, наличные не особо нужны. А если выходишь, то платишь телефоном через приложения разные… Тоже наличку снимать незачем.

Глядя, как Лу Сычэн убирает сигареты, она добавила:

– Ты же в последнее время кашлял и не курил! Я уж думала, ты собираешься бросить.

– Я уже в норме, – ответил капитан, остановился… и тут же закашлялся.

– !!!

Он сделал вид, что ничего не случилось, и пошел вперед. Тун Яо, подпрыгивая, обогнала его и заглянула в лишенное эмоций лицо.

– И почему у меня ощущение, что ты вышел с единственной целью – чтобы вмешаться и все испортить? Это Цзиньян тебе что-то наговорила?

– Нет. Вмешаться? Испортить? Что именно испортить? С чего тебе все это в голову взбрело?

– Женская интуиция!

– Да ты же как слон. Ты тормоз! Откуда у тебя интуиция?

– Тогда дай посмотреть свой сотовый.

– Ты хочешь залезть в мой сотовый?

– Да.

– А ракету тебе не дать, чтобы сразу в космос рванула? – холодно усмехнулся Лу Сычэн. – Надо же, какая деловая!

В общем, капитан за словом в карман не лез. А вот запал смелости девушки на этом иссяк. Тун Яо с досадой потрогала кончик носа и решила дальше не нарываться. Тем временем они добрались до базы и по очереди появились в дверях. Лу Юэ, по-прежнему сидевший на месте Тун Яо, оторвался на минутку от игры и с интересом спросил:

– А почему вы вернулись вместе? Коротышка, куда Бога Солнца дела? Вы что, помирились? Или ты его послала и теперь с моим братом?

– Встретились случайно, – ответила Тун Яо, переобуваясь. – Бог Солнца ушел. И нет, ни с кем я, на хрен, не мирилась и не сходилась! Я еще жить хочу, так что в отношения с долбаными геймерами принципиально не ввязываюсь!

– А можно ли девушке выражаться как-то культурнее?

– Нельзя!

С этими словами Тун Яо направилась к своему компьютеру. Подойдя к Лу Юэ, она мельком глянула на экран и обнаружила, что тот играет ранговый матч Чародейкой, но со счетом 1/12/7 – просто за гранью всяких приличий. Она усмехнулась и уже собиралась отойти ненадолго, когда вдруг заметила что-то неладное. Сделав шаг назад и наклонившись, девушка внимательнее посмотрела на экран. И вдруг, пронзительно завизжав, схватила Лу Юэ за ухо.

– Ты! Сволочь! Опять полез портить мой аккаунт!!!

– Отстань! Отпусти! Я сейчас затащу! Эту катку можно выиграть!

– Затащишь? Да ты ж ни хрена для этого не делаешь!

Пока они ругались, в общий чат написал мидер противников:

«ККК» в корейском интернете означало издевательский смех. Тун Яо прикрыла глаза ладонью.

– Ты же меня опозорил! Да кто вообще так играет Чародейкой? Q, R, W, E, автоатака, потом «Воспламенение», потом снова Q – и все, он сдох!

– Я так и собирался… Он все равно бы сдох без всяких твоих криков.

– Да хрен ты что собирался!

Пока шла эта перепалка, Лу Сычэн пошел на кухню, налил воды и вернулся на свое место, бросив на ходу: «Задолбали орать!» Он снял плащ, кинул его на спинку кресла, потом сел и поправил мышку с клавиатурой. И тут Тун Яо боковым зрением заметила рябь на его экране – это наперебой всплывали комментарии в чате. Девушка замерла:

– А ты что, так и не выключил стрим?

– Тайминг набираю.

Лу Сычэн бросил взгляд на всплывающие строчки. На глаза ему попался один комментарий: «Не помирились, отлично, муаххаха!» Фыркнув, капитан достал пачку, швырнул ее на стол и откинулся на спинку.

– Тут кто-то пишет, что ZGDX взяла себе двух школьников. Да вы им льстите, это в лучшем случае старшая группа детского сада…

Пока капитан расслабленно зачитывал комментарии в чате, Тун Яо втолковывала Лу Юэ, как правильно использовать умение Чародейки стремительно перемещаться по карте, чтобы добираться до персонажей с низкой защитой. В это время в решающем тимфайте Лу Юэ вынес вражеского кэрри, его команда забрала себе Темного Графа, после чего прорвалась на базу соперника и вскоре победила. Лу Юэ вздохнул:

– Ну скажи, нечестно? Они должны были присудить мне «самого ценного игрока»!

– Со счетом 2/12/11? Система, по-твоему, слепая? – Тун Яо пнула его. – Давай вставай! У тебя что, своего компьютера нет?

Стоило Лу Юэ неторопливо подняться на ноги, как девушка тут же отпихнула его пятой точкой и заняла свое кресло. Едва не потерявший равновесие Лу Юэ закатил глаза. Потом он бросил взгляд на пачку на столе Лу Сычэна и удивленно спросил:

– Купил и не куришь?

– Перехотелось.

– Да он вообще не за сигаретами ходил, – вставила Тун Яо.

С этими словами она отложила мышку, молниеносно дотянулась до кошачьей копилки на столе Лу Сычэна и подняла, перевернув. Наружу со звоном высыпались несколько монет, а на столе обнаружилась пара сигарет.

– Вот видишь. – Девушка поставила фигурку на место. – У него еще оставалось.

Лу Юэ посмотрел на брата.

– Засиделся на базе, захотелось пройтись, – невозмутимо отреагировал капитан. – Что, нельзя? Свежий воздух полезен для здоровья.

– Угу. Верю, – сказал младший.

А Лу Сычэн посмотрел на Тун Яо:

– Цель нашей команды в этом году – финал серии S. Так что сентиментальные истории про любовь, а также драматические саги про предательство и измены идут лесом.

– Ага… – ответила Тун Яо.

Лу Сычэн повернулся обратно к своему монитору, где на экране продолжали мелькать сообщения:

Лу Сычэн наблюдал за этим еще какое-то время, потом с ледяным спокойствием произнес:

– Повеселились? Хватит. Стрим окончен.

И через три секунды все зрители увидели черный экран. Веселые реплики в чате сменились однообразными знаками вопроса… и только один зритель не смог сдержать эмоций.

Капитан хладнокровно щелкнул мышью, замьютив[13] этого пользователя. Такой чести не удостаивались даже спамеры с рекламой порно. Воистину, настоящее VIP-обслуживание…

«Мания величия, говоришь?» Тун Яо задумалась. Неужели она есть?

Некоторое время девушка, сжимая телефон в руках, смотрела в потолок. Потом пришла к выводу: нет, нет, клевета. Да еще от подруги! Тун Яо отправила в ответ три штуки эмодзи, закатывающих глаза. Потом отложила телефон и продолжила смотреть на айпаде скачанный финал низшей лиги прошлого сезона, где играла команда KING. Время от времени она ставила видео на паузу и делала заметки насчет разных мелких привычек соперников. Тун Яо интересовал не только вражеский мидер, а еще и маршруты ганков вражеского джанглера. Как правило, ситуация на лейнах очень быстро менялась, но вот ресурсы в лесу и нейтральные монстры располагались на одних и тех же местах. Поэтому у каждого джанглера со временем вырабатывался свой привычный маршрут фарма. И если понять его привычки, то это могло помочь избежать засады и защитить собственные ресурсы от вторжения.

Возможно, джанглер KING'ов и сам не отдавал себе отчета, что каждый раз, зачистив первую группу мобов в лесу, непременно идет на мид. Если удается – ганкает, а нет – слегка тревожит вражеского мидера и возвращается на базу. Так и проявляются личные привычки игрока.

Прикусив кончик языка, Тун Яо старательно переписывала в блокнот: до третьего уровня – зачищает лес… на четвертом – идет за речным крабом, чтобы быстрее прокачаться… затем отправляется в лес противника, нападает на лагерь големов… Подумав немного, девушка дописала в скобках: «Здесь нужен контр-ганк». Затем отложила ручку и продолжила смотреть матч. Тут экран ее телефона снова ожил.

И если раньше, возможно, в ее словах и звучала какая-то неискренность, то сейчас это была чистая правда…

На этом беседа подружек и завершилась. Отложив телефон, Тун Яо внимательно досмотрела матч, зевнула, выключила планшет, забралась под одеяло и еще раз при свете прикроватного ночника просмотрела свои записи в блокноте. Только после этого она наконец отложила его в сторону, выключила свет и закрыла глаза.

Она собиралась еще раз прокрутить в мыслях все личные привычки игроков команды KING и излюбленные маршруты их джанглера, но не тут-то было. Все мысли вдруг перебил навязчивый голос Цзиньян: «Ты правда думаешь, что Лу Сычэн все это сделал исключительно ради командных результатов?»

«!!!» Парень, который изобрел все мыслимые и немыслимые предлоги, чтобы помешать ей вернуться к другому парню?.. Было бы неправдой сказать, что мысли у нее ни разу не вильнули в «неправильную» сторону. На самом деле была даже такая секунда, когда она в своем воображении прошла от признания до предложения руки и сердца и практически уже вошла с ним в тот самый священный зал. И отец уже вложил ее руку в ладонь мужчины – такую длинную, красивую, в белой перчатке. А сама она была в ослепительно белом свадебном платье. А он – в идеально сидящем черном смокинге. И зазвучали колокола, а друзья и родственники осыпали их благословениями…

«Хи-хи!» Тун Яо резко натянула на себя одеяло и уткнулась в него лицом, закатывая глаза от собственных мыслей. Вот не зря говорят: «Девичьи грезы подобны стихам»! И все же фантазии – это не преступление…

В субботу, с трудом выкроив время, команда ZGDX сыграла тренировочный матч с соседями, вновь одержав победу, но уже не так легко, как в прошлый раз. Похоже, соперники решили довести до совершенства слаженную работу джанглера и саппорта. На одной лишь ранней стадии игры Тун Яо не меньше четырех-пяти раз заметила, как вражеский саппорт проходил через мидлейн. Даром что «слабаки», а прогрессируют со скоростью света!

После этого Тун Яо начала с подозрением присматриваться к остальным одиннадцати командам турнира, опасаясь недооценить. Кто знает, во что они могли превратиться после всех перетасовок и тренировок?

В воскресенье, в час дня, им предстоял матч из турнирной сетки – с командой KING. Встав пораньше, девушка сидела в гостиной, снова просматривая в блокноте записи о привычках будущих соперников. Мин, проходя мимо с завтраком, заглянул ей через плечо и удивленно приподнял бровь.

– Это ты сама все расписала?

– Ага… – не поднимая головы, ответила Тун Яо. – «Знай себя и знай врага – и в ста битвах сто побед»[15].

– Молодец, стараешься. – Мин поощрительно похлопал ее по голове. – Вообще-то, этим должны заниматься аналитики и тренеры, но Сяо Жуй сказал, что сезон только начинается, а против нас – новички, так что можно сильно не напрягаться.

– Нельзя же их недооценивать только потому, что они новички!

– Угу. – Великолепный Мин усмехнулся. – Но не в том дело, что мы их недооцениваем. Просто впереди у нас куда более серьезные противники, к которым тоже нужно готовиться. Даже анализ наших переродившихся соседей требует кучи времени и сил.

Услышав это, Тун Яо чуть откинулась назад, чтобы посмотреть на него. Как и ожидалось, она увидела, что под глазами у Мина залегли темные круги. А его завтрак в основном состоял из черного кофе… Похоже, что после вчерашней тренировки, когда все разошлись спать, Мин отправился разбирать данные и изучать статистику.

Пока они разговаривали, вниз один за другим спустились Лу Сычэн и Лу Юэ. Младший брат, учуяв запах кофе, бесцеремонно подошел к Мину, выхватил у него чашку и тут же осушил ее.

– Хочешь кофе – свари себе сам! – возмутился Мин.

Капитан в это время молча подошел к Тун Яо со спины, наклонился и цапнул блокнот.

– Эй! – воскликнула девушка.

– «Если первыми апнем третий уровень, вероятность, что кэрри начнет действовать агрессивно – восемьдесят пять целых тридцать семь сотых процента»… С такой точностью? Прямо до сотых? Откуда?

– Ты зачем хватаешь чужой блокнот? А если бы это был мой личный дневник? Девчачьи секретики? – Тун Яо вскочила на диван и резко выхватила блокнот обратно. – Сотые доли я высчитала после того, как посмотрела несколько десятков матчей!

– Ты посмотрела несколько десятков матчей низшей лиги? – переспросил Лу Сычэн.

– Да! – Девушка гордо вскинула подбородок.

Помолчав пару секунд, капитан спросил:

– Тебе заняться было нечем?

Тун Яо подбоченилась:

– А вы почему такие самоуверенные? Смотрите, так можно и облажаться!

– Что ж ты так орешь… – Лу Сычэн потер ухо и пошел на кухню в поисках еды.

По дороге капитан обернулся: девушка так и стояла босиком на диване, сердито буравя его взглядом. Вернувшись, он встал напротив – теперь их лица были на одном уровне – и спросил:

– Живот уже не болит?

– А? Что? – Тун Яо, мыслями все еще в блокноте, сперва не поняла, о чем речь.

– Главное, во время игры не ной, что тебе надо в туалет. – Он сунул ей в руку стакан горячего молока. – Выпей. И слезь уже с дивана. Зачем ты вообще на него залезла?

Сказав так, он пошел собирать сумку с игровой периферией. Тун Яо, держа стакан, постояла еще немного. Затем села, скрестив ноги, и залпом выпила молоко. Поставив стакан, она подошла к Лу Сычэну.

– Да разве может боль при месячных длиться четыре-пять дней? Так жить было бы вообще невозможно!

– Ага… – не оборачиваясь, ответил тот. – Тапки надень. Пол холодный.

Тун Яо опустила взгляд, посмотрела на свои босые ступни, потом на шлепанцы, которые остались у дивана, и ловко запрыгнула с ногами на кресло. Выдернула мышку и клавиатуру и привычным движением бросила в сумку, стоявшую рядом. В это время мимо проходил Мин. Он нес Лу Юэ завтрак и заодно пнул тапки в ее сторону.

Закинув на плечо сумку с периферией, Тун Яо влезла в шлепанцы и прошла к выходу. Выглянув наружу, она увидела стоявший у входа новый большой автобус, готовый отвезти их к месту соревнований. На сей раз девушка чувствовала себя гораздо спокойнее, чем в день открытия сезона. Скинув домашние тапки, она надела вьетнамки, побежала к автобусу и села на первое попавшееся место. Вскоре подтянулись и остальные игроки. Последним зашел Лу Сычэн. Проходя мимо Тун Яо, он чуть отклонился назад и бросил:

– Коротышка!

– М? – Она даже от телефона не отвлеклась.

– Дай глянуть свои «девчачьи секретики».

Тун Яо резко подняла голову. На лице девушки читался ужас.

– Зачем тебе мои секретики?!

– Твой анализ по KING'ам. – Судя по всему, Лу Сычэн едва удержался, чтобы не закатить глаза.

– А, это… – Она вытащила блокнот и протянула капитану. – А кто-то говорил, что они не сильные и что можно вообще не заморачиваться!

– Но если ты уже все сделала, то почему бы не взглянуть?

Забрав записи, Лу Сычэн уселся на заднее сиденье и принялся внимательно их изучать. Тун Яо, извернувшись на своем месте, положила подбородок на спинку и какое-то время смотрела на него, пока капитан, не отрываясь от чтения, не произнес:

– Будешь дальше так пялиться – высажу из автобуса.

Голова тут же исчезла за спинкой сиденья.

С базы они выехали примерно в десять утра, и атмосфера царила сонная. Кот крепко спал, укрывшись одеждой. Пухляш клевал носом в полудреме. Тун Яо, свернувшись на сиденье, переписывалась в «Вичате». Кей, сидевший рядом с Котом, играл во что-то на телефоне, но чуть позже Лу Сычэн позвал его к себе на задний ряд, так что читателей у блокнота стало уже двое. Их разговор был тихим, то и дело перемежавшимся приглушенными покашливаниями. Сначала Тун Яо напрягала слух, чтобы понять, о чем они говорят, но вскоре ее стало клонить в сон, и девушка так и задремала с телефоном в руках.

Кей тем временем зачитывал строчку за строчкой:

– «…зачистив первую группу мобов в лесу, всегда идет на мид. Если удается – ганкает, а не удается – слегка тревожит вражеского мидера и возвращается на базу»… «Здесь нужен контр-ганк» – что-что? Что это за хрень?

Лу Сычэн, подпиравший голову одной рукой, непривычно хихикнул:

– Что-что… Как ганк, только «контр», непонятно разве?

– Мне вот что непонятно. Почему этот «аналитик» постоянно вписывает какую-то отсебятину и драму?

Капитан лениво хмыкнул и бросил взгляд на Тун Яо, которая клевала носом, обняв телефон. Вдруг автобус подпрыгнул на неровности, она дернулась, резко распахнула глаза и, вытянув шею, как сурикат, замерла с выражением лица «Где я? Кто я? Что происходит?». Лу Сычэн опустил взгляд, пряча за длинными ресницами смех в глазах.

– Потому что она у нас – драма-квин, и это у нее в крови.

Кей:

– !

Матч между ZGDX и KING прошел в тот день «в одни ворота», если можно так выразиться. Сначала все думали, что KING'и, мастера затяжных игр и внезапных переворотов, способны преподнести ZGDX сюрприз, но те держались непоколебимо. Всю игру казалось, будто команда оператора заранее знает, куда пойдет джанглер соперника. Каждый раз, когда он пытался устроить засаду, за спиной у него откуда ни возьмись появлялся Старина Кей.

А какая изощренная борьба развернулась за ресурсы в лесу! В первом раунде Кей начал с того, что забрал красный бафф, а потом направился к группе мобов, прозванных «аптечками», потому что их убийство приносило опыт, золото и восстановление здоровья на длительное время. Между тем в верхней части леса у ZGDX оставался еще один каменный голем. Кей от «аптечек» направился вниз, зачистил там синий бафф, а потом, отказавшись от монстров, оставшихся в нижнем лесу, пошел обратно наверх. К этому времени джанглер KING'ов уже достиг четвертого уровня, а Кей все еще оставался на третьем.

Комментатор А:

– Что же он жабу-то не забрал? Он ее что, брату Чэну оставил?

Комментатор В:

– А ведь он уже отстает по уровню! Чэн и так обгоняет дуэт из KING у себя на ботлейне. Оставлять ему еще и лесные ресурсы – это вообще нелогично!

И когда все думали, что Кей просчитался, отстает по фарму и так далее, он, вернувшись к лагерю големов, перехватил вражеского джанглера именно тогда, когда тот собирался войти в лес. Противник, совершенно не чаявший увидеть там Кея в этот момент, явно опешил, заметался, пару раз ударил автоатакой и решил сбежать. Но тут к нему сзади незаметно подошла Тун Яо, перекрыв путь к отступлению. И на пару с Кеем добила неосторожного «вторженца».

Первая кровь! Трибуны взорвались радостными воплями, а джанглер KING'ов в ярости швырнул мышку:

– Почему никто не сказал, что их мидер куда-то исчез?!

– Мне-то откуда знать? Я видел, что она запушила лейн и отступила – думал, что на базу. Как я мог узнать, что она пошла тебя ганкать? Как она вообще догадалась, что ты после краба пойдешь к ним в лес? По логике Кей вообще должен быть за жабой уйти, а не к големам! Эти сволочи читерят, что ли?

Разброд и шатание, начавшиеся в рядах KING'ов, привели к полной потере темпа командой. Вся инициатива перешла к ZGDX.

С этого момента, поскольку ZGDX, казалось, предвидели все перемещения джанглера, он оказался бесполезен обоих раундах. Игрок мог лишь бессильно наблюдать, как противник на всех трех лейнах проехался по ним как катком и за счет уверенного преимущества забрал победу еще в середине игры. KING'ам не дали ни единого шанса на затягивание. И ни о каком «внезапном переломе» речи тоже не шло.

После матча, когда команды пожимали друг другу руки, джанглер KING'ов, бывший и капитаном команды, с досадой сказал:

– Не ожидал, что вы даже команды из низшей лиги будете так тщательно анализировать. Вы действительно крутые. Отличная игра.

Услышав это, Лу Сычэн усмехнулся и кивнул на шедшую перед ним маленькую фигурку, не только старательно пожимавшую всем руки, но еще и кланявшуюся.

– Это все наш мидер. Она всех считает сильными.

В этот момент Тун Яо, как раз завершив рукопожатия, обернулась и встретилась взглядом с Лу Сычэном. Чуть позже, когда вся церемония закончилась и они пошли собирать оборудование, девушка нагнала капитана и спросила:

– Ты сейчас какие-то гадости про меня говорил?

– У тебя что, мания преследования?

Тун Яо скривила губы и хотела что-то ответить, но тут помощник организаторов подошел к Лу Сычэну и пригласил на интервью как «самого ценного игрока» этого матча. Капитан, перепоручив саппорту собрать свое оборудование, отправился к специально обустроенной медиазоне, где уже толпились фанаты. При виде Лу Сычэна все они подняли камеры. Тун Яо с любопытством навострила уши, глядя в ту же сторону и пакуя свои вещи заметно медленнее.

Ведущий:

– Поздравляем ZGDX и лично Чессмена с уверенной победой в первом матче группового этапа первого сезона про-лиги! Что бы ты хотел сказать сейчас своим фанатам?

Лу Сычэн:

– Спасибо всем за вашу поддержку. В этом сезоне мы намерены выложиться по полной!

Едва он договорил, толпа взорвалась восторженными криками. Тун Яо, наклонившаяся, чтобы отсоединить мышку от компьютера, с недоумением высунула нос наружу: что это они там?

Ведущий:

– Братец Чэн определенно знает, что хотят услышать фанаты! А могу я задать вопрос? ZGDX давно известна как сильная команда. Но в сегодняшнем матче вы играли против новичков, которые только-только перешли в высшую лигу. Однако совершенно очевидно, что вы тщательно подготовились. Многих это удивило. В чем причина такого внимания к новичкам со стороны ZGDX? Не в этом ли секрет вашего успеха?

Лу Сычэн:

– Нет.

Ведущий:

– ?

Лу Сычэн:

– Это все наш мидлейнер. Она абсолютно всех боится. Стоит недооценить кого-нибудь – сразу ругается, что мы слишком самоуверенные. Сегодня утром даже забралась на диван и на полном серьезе заявила, что так можно и облажаться.

Он так живо это все описал, что публика просто покатилась со смеху. Тун Яо яростно дернула провод клавиатуры и со злостью закатила глаза.

Ведущий:

– Чэн, смотрю, вы отлично поладили с вашим новым мидлейнером?

Лу Сычэн:

– Ну так, более-менее. Мы пока не особенно близки.

Произнося эти слова, он краем глаза заметил маленькую фигурку, появившуюся из-за ряда компьютеров. Резким движением закинув на плечо сумку с оборудованием, Тун Яо раздраженно потопталась на месте, встряхнула волосами и быстро ушла. И лишь когда она скрылась в боковом коридоре, отведенном специально для игроков, Лу Сычэн опустил глаза, пряча едва различимую улыбку, и добавил:

– Но она очень сильная. И относится к делу со всей серьезностью. Как капитан, я очень рад, что у нас есть такой тиммейт. С ее приходом ZGDX этим летом будет сильнее, чем когда-либо.

Когда Тун Яо с сумкой на плече решительным шагом ворвалась в комнату отдыха, игроки и сопровождающий персонал уже собрали вещи и были готовы уходить. С минуты на минуту должна была приехать команда с эпичным названием «Династия Цин вымерла сотни лет назад», играющая в следующем матче.

– Ты чего так долго? – спросил Пухляш.

– Кабель от клавы с проводом от компа перепутался. Еле расплела, – буднично отозвалась девушка и стряхнула в мусорный пакет коробки из-под еды. – Эй, а это мы тоже уносим?

– Блин! Чуть не забыл!

Кто-то из персонала торопливо забрал у нее мусор из рук. Чистота в комнате отдыха была ответственностью той команды, которая ее занимала; уборщики приходили лишь после окончания матчей.

– Сразу видно: культурный человек. Королева культуры в диком мире киберспорта, – хмыкнул Лу Юэ.

– Думается мне, у нас вся команда такая. Мы сильные, но страшно культурные! – ответил Кей.

– Эталон культуры, – кивнул Пухляш.

– Эй! – возмутился Кот. – А когда я вам пять минут назад предлагал собрать еду и мусор – так полный игнор. Я на вас в комитет киберспорта жалобу напишу! За половую дискриминацию!

Шумной толпой они вышли из комнаты отдыха, смеясь и подталкивая очень недовольного Кота. Тун Яо шла последней. На пороге она обернулась: Лу Сычэн еще не закончил интервью и не пошел за ними. Однако девушка совсем не переживала по поводу того, что команда может бросить своего капитана. На ходу достав телефон, Тун Яо с головой ушла в перелистывание страниц.

В «непрочитанных» было множество сообщений: и похвала от младшего брата, и что-то одобрительное от мамы, и поздравление от лучшей подруги, и прочие восторги от всяких друзей и знакомых. Разобрав весь этот хаос и ответив на каждое сообщение, девушка открыла «Тьебу».

Вообще-то, она просто хотела посмотреть, хвалит ли ее кто-нибудь. И уж никак не ожидала увидеть, что весь форум обсуждает совершенно другое, а ее как будто никто и не воспринимает всерьез!

Тун Яо все листала и листала вниз, но сообщения выглядели примерно одинаково. Толпа, как ужаленная, вовсю костерила пятерых игроков из команды KING. Кто-то говорил, что из десяти секунд командного боя их кэрри девять секунд тупо мотылялся из стороны в сторону. Другой жаловался, что саппорт у них был как невидимка и даже дебафф кинуть пожадничал. Еще говорили, что мидер KING'ов проиграл по фарму, потому что весь бой дрожал от страха и прятался под башней, а нос высовывал, только когда Тун Яо разрешала. Досталось и топлейнеру: ну взял он фраг, а толку? Танковать не стал, в тыл не пробивался. Чем он вообще занимался?

Но больше всего насмешек отхватил, конечно, джанглер А-Гуан. Ведь все началось с его первой попытки украсть у ZGDX голема. Но Кей с Тун Яо поймали его и вынесли на счет раз! А дальше он всю игру как будто нарочно бегал у ZGDX под носом. Какая скрытность? Какая неожиданность? Джанглер должен быть как призрак, внезапен и неуловим! Он должен за счет внезапных атак помогать тиммейтам получать преимущество на линиях. А если все начало игры джанглер трусливо прячется в лесу… Повесить бы его на заборе и материть, пока не усохнет в чучело!

И как назло, во втором раунде А-Гуан именно так и поступил. Всю раннюю игру просидел в лесу, а когда вышел – команда уже практически слила игру. Тун Яо подумала, что с этим как раз все было ясно. После разгрома в первом раунде команда наверняка поняла, где именно их слабое место, но выработать на ходу эффективный способ решения проблемы не так-то просто. Поэтому во втором раунде джанглер, понимающий, что у него нет шансов на успешный ганк, мог только фармить в лесу – а что ему еще оставалось? Только развиваться и ждать тимфайта!

Но балаболы на форуме в такие тонкости вникать, конечно, не будут. Они видят лишь одно. В первом раунде А-Гуан пытался вторгнуться в чужой лес, был пойман и отдал первую кровь. Ганков ноль. Во втором раунде фармил в лесу. За все время ни одного полезного действия. KING'и как будто вчетвером играли. И все это вещи очевидные, на самой поверхности. Вот все и обрушились на А-Гуана, совершенно не стесняясь в выражениях.

«!!!» Тун Яо нашла самый злобный комментарий, набрала в ответ: «Не надо выдумывать, что ZGDX выиграла без труда!» – и едва нажала «Отправить», когда Пухляш вернулся за ней и поторопил:

– Куда ты пропала? Давай скорее. Ужинать едем, забыла? Сяо Жуй угощает корейской едой!

– Ага, иду. – Тун Яо убрала телефон и, проходя мимо туалета, чуть притормозила. – Ты иди пока, а я вон туда загляну.

– Давай быстрей, – кивнул Пухляш, и девушка поспешила в уборную.

Позже, вымыв руки, направилась к выходу и вдруг услышала странный звук из мужского туалета по соседству: будто там, внутри, кто-то шаркал ногами, подволакивая их по полу.

А ведь этот санузел предназначался обычно только для игроков. Но следующая команда еще не приехала, а предыдущая уже ушла… Кто же там мог остаться?

Тун Яо, движимая любопытством, заглянула в щель. В отражении темной плитки она разглядела, что у первой кабинки кто-то присел на корточки в точно такой же позе, как тот жуткий мальчик-призрак в фильме «Проклятие»[16].

«???» У Тун Яо чуть волосы не встали дыбом от ужаса: мелькнула мысль, что вот уже и привидения начали мерещиться среди бела дня… В полном оцепенении она вдруг заметила, что у съежившейся фигуры подсветилось лицо. Нет, очевидно, это просто кто-то уселся на полу и залип в телефон, фух!

– Кто здесь?

Экран тут же погас. Человек нервно дернулся и, приподняв голову, посмотрел в сторону двери.

– Я захожу! – предупредила Тун Яо и, едва слышно ступая на полусогнутых, сделала шаг в мужской туалет.

Там не было ни души. Кроме того паренька у первой кабинки, который беспомощно сидел на полу и сейчас смотрел на нее растерянным взглядом, будто потерявшийся ребенок. За спиной у него был рюкзак, из которого торчала клавиатура. В руках телефон и наполовину сгоревшая сигарета. Он сидел весь сжавшись, и, когда он поднял голову, по его покрасневшим глазам и алому, как у Санты, носу стало понятно, что здесь только что лились слезы. Это был А-Гуан, джанглер команды соперника.

Увидев друг друга, они немного смутились. Под его растерянным взглядом Тун Яо дернула лямку своей сумки.

– Я мимо шла, – девушка указала глазами на дверь, – смотрю, тут кто-то сидит. И… ну просто… выглядело так, как будто кто-то не в туалет сюда пошел…

Тун Яо запнулась на полуслове и слегка покраснела, словно ей самой стало неловко. А-Гуан поднял голову и несколько секунд смотрел на нее каким-то странным взглядом – то ли с недоумением, то ли с раздражением, то ли с иронией… Потом усмехнулся, отвернулся и сказал:

– Ну вот, дал тебе повод посмеяться.

Он потушил сигарету. Тун Яо покачала головой, порылась в кармане и протянула парню упаковку салфеток. Немного подумала и присела рядом, плечом к плечу.

– Ну и почему ты сидишь тут один и втихаря плачешь?

– А ты как будто не знаешь.

– Из-за проигрыша, да?

– Ну да, – медленно ответил А-Гуан. – А еще прочитал, как нас разносят на форуме. Это ведь наш первый матч в сезоне в высшей лиге. И мы так облажались! Прямо мерзко на душе. А потом натыкаешься на все эти оскорбления…

Он взъерошил волосы, до этого аккуратно уложенные, и с безнадежной усмешкой добавил:

– Я, конечно, и раньше знал, как это работает. Выиграл – похвалят. Проиграл – смешают с грязью. И я вроде был морально готов к тому, что после проигрыша нас будут ругать. Но оказывается, когда это происходит с тобой и сейчас, это так сложно вынести. Хочется подойти к каждому, схватить его и объяснить, что у меня не было выбора – мне оставалось только фармить и ждать тимфайта. Что не мог я ганкнуть, у меня тупо не было шанса. И что в следующий раз подготовлюсь и буду играть лучше. А потом понимаешь… Слишком много таких постов. Слишком много комментов. Каждому не объяснишь.

Голос А-Гуана постепенно стал глухим и хриплым. Он всхлипнул, шмыгнул носом. Кажется, парень сейчас не столько говорил с Тун Яо, сколько сам с собой…

Девушка молчала. Повернувшись, она глянула на сидевшего рядом мальчишку и вспомнила: ему ведь всего шестнадцать… Он только-только достиг того возраста, когда по правилам можно играть в про-лиге, а уже успел вывести свою команду из городской лиги в высшую. Она помнила, как в статьях и на форумах А-Гуаном восхищались, хвалили, говорили, что он один из сильнейших, ключевая фигура KING'ов, их двигатель, тот, кто задает темп…

– Ты же сам все знаешь, – сказала Тун Яо. – Выиграл – похвалят. Проиграл – затопчут. Ну чего ты принимаешь так близко к сердцу?

А-Гуан горько усмехнулся:

– Да потому что раньше говорили, что это я веду KING'ов к победам и лучше всех умею воспользоваться шансом. А финал низшей лиги команда выиграла именно благодаря мне. Ну, я там в последний момент Темного Графа забрал, и мы вырвались в высшую лигу… И ведь знал, что ZGDX сильные и что мы их не обыграем, скорее всего. Но я-то думал, что пусть проиграем, но хотя бы не настолько позорно! И точно не так, чтобы не было вообще никакого шанса…

– Угу… – задумчиво кивнула Тун Яо.

Она, кажется, начала понимать. Их просто слишком сильно хвалили. Превознесли до небес – и падать с такой высоты оказалось больно. Это чувство было ей хорошо знакомо. Когда она только пришла в команду, то вела себя как новорожденный теленок, который ничего не боится. Первые тренировки ее окрылили. А потом появилась та корейская команда, и А-Тай размазал ее так, что у нее едва не развилась фобия на корейцев. Даже до сих пор, стоит увидеть его ник где-нибудь в ранговом матче, и все – ладони потеют, сердце стучит, все как в кошмарном сне. И она пока еще не придумала, как это одолеть.

Вспомнив обо всем, Тун Яо подняла руку и похлопала А-Гуана по плечу, словно старшая сестра, успокаивающая малыша.

– Сезон ведь только начинается. А вы пока новички в высшей лиге. Вы еще наберетесь опыта, изучите тактики, стили, стратегии других профессиональных команд. У вас огромный потенциал для роста. По крайней мере, вы точно можете стать сильнее.

– Угу… – А-Гуан уткнулся головой в колени. – А толку-то? Вы нас размазали на изи[17].

– Значит, на «Тьебе» написали, что ZGDX вас легко разбила, и ты теперь правда думаешь, что это было так? – Тун Яо тихонько хмыкнула. – Они написали – и ты повелся? Ну блин, ну как так можно? Если хочешь знать, правда ли, что нам было легко – лучше спроси у меня. Я-то знаю точнее всех. Чтобы изучить твой стиль игры и привычки, я пересмотрела все ваши матчи в сезоне, потом в плей-оффе и еще все пять раундов финала. Я лично собрала аналитику из десятков матчей. Круги под глазами видишь? – Она указала пальцем. – Это я допоздна вчера перед сном ваш весенний финал пересматривала.

А-Гуан покосился – и правда, на бледном лице были заметны легкие синяки. Он замолчал. Вид у парня был слегка удивленный. Кажется, он хотел что-то сказать, но в итоге промолчал.

Улыбка на лице Тун Яо стала заметнее.

– Так что нечего, не реви. О чем тут реветь? Ты теперь точно знаешь, в каком направлении расти. И если ты будешь расти туда – так ведь это же к лучшему. Разве турниры нужны не для этого?

А-Гуан угрюмо хмыкнул.

– Знаешь, я тебе прямо завидую. Ты только начала играть в про-лиге – и сразу в такой сильной команде. И сама очень сильная. Тебя-то никто не ругает!

– У нас никогда не ругают только одного человека – нашего капитана. К нему ничего не липнет. – Девушка закатила глаза. – Вот погоди, если вдруг ZGDX проиграет матч, еще увидишь, как мы висим на позорном столбе. Или думаешь, нас не тронут?

– А мы висим там прямо сейчас. Многие говорят: да как они вообще пролезли в высшую лигу, чье-то место чужое заняли…

– А вы его разве не сами выбили?

– Сами.

– Ну так какая тебе разница, что они говорят?

С этими словами Тун Яо достала телефон. Изначально она хотела просто глянуть на время – наверняка Пухляш и все остальные ее уже потеряли и ищут. Но вдруг девушка с удивлением заметила, что к посту на «Тьебе», который она наспех отправила перед тем, как пойти в туалет, уже больше двадцати комментариев:

Сидя на корточках, Тун Яо прочитала все двадцать с лишним насмешливых комментариев, фыркнула, убрала телефон и сказала:

– Они вообще ни фига не понимают. – Девушка встала и похлопала А-Гуана по голове. – Ни одна команда не побеждает другую без усилий. Не надо себя принижать. Ты завоевал это место своим трудом, ну так держи его!

А-Гуан поднял голову и посмотрел на нее.

– Ты слишком уж добрая.

– Просто не люблю, когда хвалят не за дело.

– Разве плохо, если другие команды будут вас бояться?

– А чем это хорошо? Я, между прочим, чуть не ослепла, пока все ваши матчи отсматривала! Чтобы что? Чтобы о нас потом говорили, как мы выиграли вообще без усилий?

Она дважды цокнула языком и с видом «они меня бесят» махнула рукой. Странно, но после того, как девушка утешила А-Гуана, ей и самой стало легче. Даже показалось, что и А-Тай не такой уж страшный… Ведь кто знает, сколько он не спал и готовился, чтобы потом «на изи» ее победить? В конце концов, все люди, и не может же кто-то быть настолько силен, как будто с другой планеты! Подумав так, Тун Яо приподняла уголки губ и даже весело присвистнула.

Но стоило направиться к выходу, как она вдруг остановилась, а улыбка застыла на губах. У самой двери девушка увидела высокую мужскую фигуру. Этот человек стоял, сунув руки в карманы, и сверлил Тун Яо взглядом. На нем была сине-белая форма… В руке, которую капитан извлек из кармана, оказался телефон. Экран светился, показывая, что идет исходящий звонок. Тун Яо, опустив голову, достала свой сотовый: тот оказался в беззвучном режиме, в свою очередь высвечивая входящий вызов: «Длинноногий с каменной мордой».

Лу Сычэн нажал «отбой», экран ее телефона мигнул и появилась надпись: «Четыре пропущенных вызова».

– !

Тун Яо подняла голову. Прямо над ее головой светилась огромная табличка «МУЖСКОЙ ТУАЛЕТ».

– Я… – Она в замешательстве взглянула на Лу Сычэна. – В смысле, это не то… Просто он… – Тун Яо беспомощно оглянулась назад. – Да блин!

На этом она сдалась и решила даже не пытаться что-то объяснить.

– Если ты решила сыграть в прятки, – сказал Лу Сычэн, – то выбрала отличное место. Умно.

– !

Что могло быть хуже того, что Лу Сычэн застукал Тун Яо выходящей из мужского туалета после того, как она долго не возвращалась к команде? Только одно: когда девушка стояла и молча смотрела в глаза капитану – позади нее показался А-Гуан, джанглер KING'ов, с заплаканными, покрасневшими глазами. Он бросил взгляд на Тун Яо и застенчиво улыбнулся, а потом очень вежливо и почтительно обратился к старшему товарищу:

– Брат Чэн!

Лу Сычэн спокойно хмыкнул в ответ – можно считать, что отреагировал. Но взгляд его не отрывался от мидера собственной команды. А-Гуан на мгновение замер, затем обернулся и почти беззвучно сказал Тун Яо:

– Спасибо. Я пошел.

Едва он скрылся из виду, как у капитана зазвонил телефон. Лу Сычэн бросил взгляд на экран: звонок был от Сяо Жуя. Нажав на «ответить» и не дожидаясь, когда на том конце что-нибудь скажут, капитан кратко произнес:

– Нашел ее. Сейчас придем. – После чего сразу повесил трубку.

В этот момент Тун Яо почувствовала, что дело пахнет керосином. Потому что, даже отвечая на звонок, он не сводил с нее взгляда, точно хищник на охоте. Как пантера, выследившая ягненка. Лу Сычэн убрал телефон и произнес нечто сногсшибательное:

– Ты что, загнала чужого джанглера в мужской туалет и затрахала там до слез?

Самое странное, что лицо его оставалось при этом совершенно невозмутимым. И было непохоже, что он так шутит.

– ??? – Тун Яо опешила, вновь став похожей на темнокожего парня из мема, окруженного знаками вопроса.

– Тогда почему он ТАК на тебя смотрел?

– Ну да, он действительно был в туалете. И я была в туалете. И он там это… Он правда плакал, но блин… Но даже если так… Да как бы я смогла-то? Чем? Мышкой, блин?! Или клавиатурой?!

– Тогда почему он так на тебя смотрел?

– А может, это был взгляд восхищенного человека?

– Это был взгляд прирученного зверька.

– !!!

Капитан пошел на выход. Тун Яо заторопилась следом. На ходу Лу Сычэн обернулся, протянул руку и забрал у нее сумку с периферией. Только она хотела поблагодарить, как ледяной голос у нее над головой произнес:

– У тебя какие-то личные счеты со всеми джанглерами? Ты сыграла всего два матча и уже собрала двоих из разных команд. Ты их коллекционируешь, что ли? Как марки? «Джанглеры, про-лига, две тысячи шестнадцать, летний сезон, лимитированное издание»?

Тун Яо резко потянула свою сумку обратно:

– Заткнись, а?!

Лу Сычэн усмехнулся и отпустил руку. Они добрались до парковки и по очереди залезли в машину. Тун Яо сразу же извинилась, что заставила всех ждать. Сяо Жуй вытянул шею, выглядывая со своего сиденья.

– Ты где пропадала-то?

Она хотела ответить, но ее опередил капитан:

– Коллекцию собирала.

Тун Яо со злостью кинула в него сумку с оборудованием. Лу Сычэн с ухмылкой увернулся. Девушка фыркнула, пригладила рукой волосы и села позади Сяо Жуя. Тот обернулся:

– Пришел капитан после интервью, а тебя нет. И тогда он, рискуя быть атакованным фанатами, пошел тебя искать. Звонили-звонили тебе, а ты не отвечала! Мы уж подумали, что тебя похитили…

Тун Яо покосилась назад. Лу Сычэн, отправившийся на самый последний ряд, заткнул уши «капельками» и, кажется, собирался вздремнуть по пути в ресторан. Она отвела взгляд, привстала, наклонилась к Сяо Жую и шепнула:

– Когда я пошла в туалет, то случайно заметила, что джанглер KING'ов сидит на полу и плачет. И я с ним немного поговорила, подбодрила. Его так жутко разносят на форуме, а нас прямо боготворят! Мне даже не по себе…

– Он проиграл и полез на «Тьебу»? – удивился Сяо Жуй. – Я в день поражения в Весеннем турнире нарочно забрал у всех телефоны, снес «Тьебу» и только потом вернул обратно.

– Так они же новички. Я слышала, в низшей лиге они были круты, их все хвалили.

Тун Яо села обратно на свое место.

– Но ты-то на кой его утешала? Он же противник!

– Ну…

– А если он так утешился, что прямо окрылился?

– До нас-то не долетит. – Она усмехнулась. – Мы же все круче и выше.

Сяо Жуй замолчал и пару секунд сверлил ее взглядом. Потом сказал:

– Что-то ты тоже зазналась. – И вновь уселся удобнее на своем сиденье.

Автобус стал выезжать с парковки. Тиммейты сидели кто где и в основном клевали носами. Тун Яо спать не хотелось, и она залезла в «Вейбо», где наткнулась в «предложенном» на ролик: кто-то из фанатов заснял интервью Лу Сычэна. И хотя она его уже слышала, все равно от нечего делать нажала на воспроизведение. Дослушав до слов «Мы пока не особенно близки», девушка тяжело вздохнула и закатила глаза, состроив экрану рожицу. Хотела уже закрыть и вдруг заметила, что это был еще не конец видео…

«Хм… Там было что-то еще?» Тун Яо убрала палец с крестика. Как раз в это время парень на экране словно подумал о чем-то, и выражение его холодных глаз чуть смягчилось. Он опустил взгляд и сказал: «Но она очень сильная. И относится к делу со всей серьезностью. Как капитан, я очень рад, что у нас есть такой тиммейт. С ее приходом ZGDX этим летом будет сильнее, чем когда-либо».

«!» Тун Яо резко укусила себя за палец. Стало больно. Нет, она точно не спит. На мгновение мозг словно завис. Под восторженные крики фанатов из записи девушка растерянно сморгнула. Обернувшись назад, она вытянула шею и посмотрела на парня, который в этот момент сидел с закрытыми глазами, прислонившись виском к окну. Через секунду Тун Яо быстро втянула голову обратно. Ведущий продолжал что-то говорить, что-то вроде: «Похоже, брат Чэн в этом сезоне решительно настроен на победу…» – но ничего из этого она уже не слышала. Она перешла к комментариям под видео и сразу же увидела верхний, с самым большим количеством лайков.

Замерев на секунду, Тун Яо пробормотала:

– Ну что за ерунда… – Но ее палец будто сам собой потянулся к ползунку видео.

Покусывая нижнюю губу, она уставилась в экран, на те самые уголки губ. На четвертой минуте, когда Лу Сычэн сказал: «Как капитан, я очень рад, что у нас есть такой тиммейт», его голова слегка опустилась, а уголки губ действительно едва заметно приподнялись, а потом так же быстро вернулись на прежнее место. Он и в самом деле улыбнулся!

Тун Яо подняла взгляд. Ее щеки вспыхнули с пугающей силой. С телефоном в руках девушка вскочила со своего места, повертелась, а потом резко схватила менеджера, который сидел себе преспокойно и смотрел корейскую дораму, за плечо.

– Брат Жуй! Брат Жуй!

– Что, что такое? – Тот вздрогнул и оглянулся, чтобы наткнуться взглядом на девицу с пылающими щеками и сверкающими глазами. – Тебе в уборную надо?

– Уборную? Почему в уборную? Нет, ты на это взгляни.

Она сунула телефон под нос Сяо Жую.

– Ну что за фигня…

Ему пришлось отложить дораму и повернуть шею, чтобы увидеть экран. И в тот момент, когда они чуть не столкнулись лбами над телефоном, внезапно появилась длинная рука и выхватила трубку.

– Ай! – Тун Яо, недовольно вскрикнув, обернулась и встретилась взглядом с парой холодных темно-карих глаз.

Лу Сычэн опустил голову, взглянул на экран и хмыкнул:

– А, интервью, которое я только что давал? И на что там смотреть?

Тун Яо встала на цыпочки, пытаясь вырвать у него телефон. Капитан вытянул руку выше. Девушка со злостью стукнула его по локтю:

– Ты же спал!

– Проснулся.

– Верни телефон!

– Зачем?

– Ты меня там похвалил!!! Я хотела показать брату Жую!!!

– Похвалил, ну и что? – сказал Лу Сычэн. – Это же был заранее написанный текст. Его пиарщики писали, я просто зачитал. Ты разве не видела, что мне перед этим передали бумажку?

Тун Яо застыла, резко отдернула руку и посмотрела на менеджера.

– Это правда?

– Неправда, – покачал головой Сяо Жуй. – На той бумажке были только вопросы к интервью.

Лу Сычэн:

– …

У Тун Яо вновь засияли глаза. Девушка скинула вьетнамки и запрыгнула на сиденье, пытаясь отобрать телефон.

– А ну отдай сюда! Я видео друзьям разошлю!

И тут машина резко свернула. Тун Яо, прыгавшая на сиденье, пошатнулась и повалилась прямо на капитана, стоявшего рядом с ее телефоном в руках. Девушка непроизвольно вцепилась в его широкое плечо и тут же почувствовала, что рука капитана придержала ее за талию.

– Что ты скачешь туда-сюда по автобусу? – сухо спросил Лу Сычэн прямо у нее над ухом. – Почему сразу на крышу не забралась?

Он стоял так близко, что Тун Яо могла ощутить, как эти слова резонируют в его грудной клетке. Девушка замерла на мгновение, и стоило автобусу снова поехать ровно, как она тут же отстранилась, опираясь на плечо Лу Сычэна.

– А кто тебя просил мешать мне смотреть интервью?

– Живой человек прямо перед тобой, а ты смотришь интервью?

– Живой человек меня не хвалит, – сказала Тун Яо, глядя в темно-карие глаза. – Тогда похвали меня еще раз.

Вдруг девушка почувствовала, что ее карман потяжелел: капитан положил туда телефон, одновременно с этим спокойно сказав:

– Лучше уж смотри интервью.

Сяо Жуй задрал голову, чтобы посмотреть на этих двоих, в очередной раз устроивших балаган, и вздохнул:

– Ты каждый день ее дразнишь. Еще не надоело?

Лу Сычэн похлопал по голове девушку, по-прежнему стоявшую на сиденье рядом с ним.

– Если бы людям надоедало так быстро, на улицах было бы полно брошенных кошек и собак.

Подумав секунду, Тун Яо напряглась: что-то в этой аналогии было не так.

– Эй! Это ты кого назвал кошкой и собакой?!

Лу Сычэн собрался было ответить, но вдруг уловил что-то краем глаза и обернулся. И точно: Лу Юэ, закинув ногу на ногу и жуя жвачку, развалился на заднем сиденье, направляя на них свой телефон. Мин, сидевший рядом и заметивший, что капитан обернулся, хлопнул соседа по ноге, но тот лишь хмыкнул и телефон не убрал.

– Что ты делаешь? – спросил старший брат с каменным лицом.

– Помогаю тебе совершить каминг-аут, – без колебаний ответил младший.

Тун Яо:

– ???

«В смысле каминг-аут?!»

Мин отвернулся к окну и усмехнулся. На лице у Лу Юэ было этакое ленивое выражение «и можешь не благодарить». С потемневшим лицом Лу Сычэн подошел к брату и выхватил у него телефон, но было поздно. Видео уже отправилось контакту в «Вичате», подписанному как «Госпожа Ван». Он открыл запись и посмотрел: что ж, видеоряд был снят мастерски, поймана самая суть: ровно те мгновения, когда Тун Яо запрыгнула на сиденье, когда автобус тряхнуло, когда она завалилась в объятия капитана… Кроме того, под видео была подпись.

– Какая, на хрен, «в глазах весна»?

С лицом мрачным, как дно кастрюли, Лу Сычэн швырнул телефон в живот угорающему от смеха брату.

– Ай! – пискнул тот, схватил руку Мина и прикрылся ею, как щитом.

Тот, пряча улыбку, примирительно сказал:

– Ну хватит уже, не шумите.

– Дождешься у меня.

Старший брат сквозь руку Мина указал пальцем на нос младшего, после чего в один длинный шаг вернулся на свое место и принялся что-то строчить в мессенджере.

Тун Яо повисла на спинке кресла как геккон, вцепившись в него руками. Девушка никогда не видела, чтобы Лу Сычэн так быстро печатал что-то в телефоне. Криво усмехнувшись, она подняла глаза на Лу Юэ:

– Ты видео снял? И кому отправил? Только не говори, что выложил в Сеть…

– Ну какой мне смысл выкладывать в интернет? – Лу Юэ закатил глаза. – Я же не настолько тупой!

Услышав это, Лу Сычэн, стремительно набиравший текст, замер на мгновение, смерил его полным осуждения взглядом и холодно произнес:

– Не настолько. Гораздо тупее.

Лу Юэ от этого только повеселел и засмеялся еще громче.

Когда они подъехали к корейскому ресторану и начали по очереди выходить из автобуса, Лу Сычэн все еще отправлял сообщения. За ним вразвалочку шел Лу Юэ и язвительно комментировал:

– Да бесполезно писать, бес-по-лез-но. Все равно госпожа Ван сейчас на совещании. А когда вернется, то первым делом заглянет в мои сообщения. Ведь она очень волнуется, вдруг младшего снова арестовали за пьяную драку и надо платить выкуп…

Лу Сычэн на секунду задумался и вынужден был признать, что Лу Юэ прав. Потому, бросив уничижительный взгляд на брата и велев ему заткнуться, закрыл мессенджер.

Вся компания уселась в отдельном кабинете корейского ресторана. Лу Сычэн, положив телефон на стол, сказал, что пойдет вымыть руки. Все остальные разобрали меню и стали выбирать блюда. После того «частного ресторанчика с хого» Тун Яо уже не испытала шока, увидев жареное мясо по триста юаней за порцию. Она выбрала картофельную лепешку за шестьдесят восемь юаней и, закрыв меню, стала оглядываться по сторонам.

В этот момент на столе завибрировал телефон Лу Сычэна. Тун Яо обернулась и поискала глазами. Капитана рядом не наблюдалось. Тогда она вытянула шею и украдкой заглянула в экран. Звонивший был подписан как «Госпожа Лу». Девушка на секунду зависла, не сводя взгляда с этой надписи. Что ж, это многое объясняло. Например, то, почему Лу Сычэн так занервничал, когда его сняли на видео, и почему так поспешно кому-то писал, будто торопился все объяснить… В душе у нее шевельнулось какое-то странное, непонятное чувство.

– Видишь, что ты натворил? – Тун Яо толкнула локтем сидевшего рядом Лу Юэ. – Теперь твоя невестка звонит.

– Какая еще невестка?.. – Тот отвлекся от меню и болтовни с Мином и с недоумением повернулся к ней. Глянув мельком на телефон брата, прочитал надпись и сказал: – А, ну так ответь за него.

– Сдурел? Любишь, чтобы все полыхало, да? А ты бы сидел с попкорном и веселился? Что ж ты за гаденыш-то мелкий!

Тун Яо протянула руку и отвесила сокоманднику подзатыльник. Тот тихо рассмеялся и хотел уже что-то сказать, но в это время как раз вошел Лу Сычэн. Глянул на телефон, на котором только что сбросился звонок, и буднично спросил:

– Кто звонил?

Тун Яо выпрямила спину. Ее вдруг охватило странное чувство, будто она сделала что-то плохое. На ее лице появилось виноватое выражение.

– Кажется… это была твоя девушка.

Лу Сычэн посмотрел на нее непонимающе.

– Там было написано «Госпожа Лу»… – Тун Яо указала на телефон. – Ай, я просто случайно глянула, честно… Я это не специально…

– Ой, замолчи уже, я же ничего тебе не сказал… – поморщился капитан, взял аппарат со стола и мельком глянул на пропущенный вызов. Увидев недоумение на лице Тун Яо, он спокойно пояснил: – Это не в том смысле «госпожа Лу».

– ?

В это время телефон настойчиво зазвонил прямо у него в руке, и на экране снова высветилось: «Госпожа Лу». Тун Яо тут же выпрямилась и напряженно уставилась на Лу Сычэна. Тот спокойно провел пальцем по экрану.

– Алло?

Девушка невольно задержала дыхание. Тем временем капитан, поприветствовав собеседника, замолчал. Неизвестно, что такого наговорили на том конце, но за это время он успел несколько раз покрутить в руках столовые приборы, а потом небрежно сказал:

– Говори помедленнее. Что ж ты так тараторишь, ни слова не разобрать. Ты же вроде как была на совещании. …Сбежала прямо посередине? А у тебя что, компания закрывается, раз ты себя так безответственно ведешь?

«Судя по тону, они близки, – с бесстрастным лицом подумала «Шерлок Яо». – Вроде как упрек, а на деле и не упрек. Скорее снисходительная интонация. Нет, сто процентов. Это его девушка. Может, я, конечно, и лезу не в свое дело, но с тех пор, как вступила в команду, я ни разу не слышала, чтобы Лу Сычэн хоть с кем-то говорил таким тоном».

– «Кто-кто»… Да никто! Сокомандница. Да, похвалил, ну и что? Хорошо играет, вот и похвалил, что не так? – доносился сбоку низкий голос капитана.

Тун Яо молчала и чувствовала, как желудочный сок подбирается к горлу. Девушка посмотрела на остальных: кажется, никого абсолютно не волновало, что у их капитана, как говорится, «пожар во Внутреннем дворце»[19]. Но она такой равнодушной не была! В воображении сразу же нарисовалась девчонка, подпрыгивавшая от злости после того видео, которое ей скинул Лу Юэ. Она даже важное совещание прервала, чтобы выбежать, позвонить парню и устроить ему допрос! Может, она даже расплакалась от обиды!

А ведь Тун Яо сказала тогда: «Я не знаю, кому выпадет честь стать когда-нибудь госпожой Лу, но, блин… я начинаю ей по-белому завидовать». И вот теперь все в точности по тому сценарию! А сама эта фраза теперь, если вдуматься… как-то совсем иначе в таком контексте звучит. Немного стервозно она звучит… Тун Яо устало провела ладонью по лицу. Ох, похоже, не сложится у ZGDX никакой прочной связки мида и ботлейна. А почтеннейшая публика будет гадать: что же это у них за мидер такой, который умеет кастовать телепорт исключительно на топ?

Ей даже дышать стало трудно.

– В Шанхай? Зачем тебе в Шанхай? Начинается летний сезон, у меня совершенно нет времени с тобой тут возиться!

Лу Сычэн, судя по тону, начинал терять терпение. А Тун Яо передвинула стул поближе к Лу Юэ. Здесь по шее неприятно тянуло сквозняком, но очень уж ей хотелось почувствовать себя в безопасности. Лучше всего нарисовать бы сейчас пограничную полосу между нею и Лу Сычэном! Прямо тут, прямо соусом от мяса! Чтобы подтвердить свою невиновность!

А ведь та девчонка еще собирается заявиться в Шанхай с инспекцией! Ну, мать-перемать! «Девочка, твой парень – он, может, и ничего, но нельзя же держать его на таком коротком поводке! Между прочим, если уж ты соберешься бросаться на кого-то с мечом – так вон тот толстячок, который ежедневно играет с твоим парнем на нижней линии, – он-то куда подозрительнее! Я вот вчера даже видела, как Пухляш вцепился в его руку, устраивал истерику и ныл: помоги да помоги апнуть рейтинг!»

Будто почувствовав обжигающий взгляд, который так и скользил по руке, державшей телефон, Лу Сычэн на мгновение замер и развел руками, всем видом выражая бессилие. Повернул голову к соседке, которая уже проглядела все глаза, и пояснил беззвучно:

– Мама…

«А?..» «А-а-а-а!» Так, значит, не было никакой «девочки, рыдающей от обиды»!.. И получается, это и правда «не в том смысле госпожа Лу»![20] Тун Яо отвернулась и уставилась на кончики лежащих перед ней палочек для еды. Теперь она снова могла дышать.

Пока Лу Сычэн висел на телефоне, Тун Яо и все остальные успели заказать еду. Уже и жареное мясо принесли, а он все еще говорил. Да уж, разворошил Лу Юэ осиное гнездо… Явно недооценил тревожность женщины средних лет, у которой сын уже взрослый, красавчик, жених – а до сих пор без девушки. И если ее поманить надеждой, а потом эту надежду отнять… То беда не за горами.

– Свидание вслепую? Какое еще свидание вслепую? Ты себя слышишь вообще? Ты разве не понимаешь, что это даже звучит как чушь? У меня на следующей неделе игры, каждый день тренировочные матчи – да какое свидание, нет у меня времени!

Щипцы в руке Тун Яо разжались, и кусок мяса шмякнулся обратно на гриль. Она с ужасом уставилась на Лу Сычэна. Смех и разговоры вокруг внезапно стихли; все как по команде обернулись и воззрились на капитана.

И только у самого Лу Сычэна ни единый мускул не дрогнул.

– Да какая разница, что она красивая, очень воспитанная, из хорошей семьи? А насколько воспитанная? Она сможет не мешать тренировкам, не мешать матчам, не отсвечивать в интернете, не требовать встречаться каждые выходные и вообще делать вид, как будто ее вовсе не существует? – Все это он выпалил на одном дыхании. – Вот на такую я бы еще согласился!

Все:

– !

– Это уже перебор, – сказала Тун Яо, – даже тамагочи, когда проголодались, вибрируют.

Она произнесла это очень тихо, но тот, кто говорил по телефону, услышал. Капитан смерил девушку таким взглядом, что Тун Яо моментально замолкла и сосредоточилась на переворачивании мяса… Неизвестно, что было сказано в ответ, но Лу Сычэн небрежно бросил:

– Да, я типичный мужской шовинист! Но разве это не прекрасно? По крайней мере, за мою ориентацию ты можешь не переживать!

И сразу же после этого он отодвинул телефон от уха. Тун Яо даже не успела осмыслить значение этого жеста, как из трубки донесся женский вопль:

– А если гей и мужской шовинист? Это же еще хуже!

Тун Яо:

– !

Лу Сычэн бессильно хмыкнул.

– Да скажи ты ей, что у тебя роман с Коротышкой! С тебя убудет, что ли? – Лу Юэ посмотрел на мидершу, которая, казалось, была готова провалиться куда-то к ядру Земли. – Мать же все равно не узнает!

С этими словами младший брат обошел вокруг стола и забрал телефон у старшего.

– Алло, мам? Это я. Ну не чуди уже, а? Мой брат уникум, ему достаточно рукой поманить – к нему тут же очередь выстроится. Нужны ему эти свидания вслепую! А мы в этом году очень заняты, у нас чемпионат мира. У нас от этого года вообще все зависит! Не надо отвлекать его всей этой любовной фигней…

Тут Лу Юэ запнулся на полуслове. Три секунды спустя он вложил телефон обратно в руку старшего брата.

Лу Сычэн:

– ?

– Мама сказала: еще слово – и оба пойдете на свидания вслепую.

Лу Сычэн:

– !

– А мне всего девятнадцать, и я не готов ради братской дружбы похоронить свою молодость. Так что хорошего тебе свидания. Говорят, там красивая девушка. Воспитанная и из хорошей семьи.

Все:

– !!!

– Да какой в этом смысл… – проворчал Лу Сычэн.

Затем он встал и вышел, чтобы закончить разговор. И лишь после его ухода все остальные осмелились говорить громче. Тун Яо налила себе стаканчик соджу, сделала маленький глоток и спросила, приподняв бровь:

– Так, значит, брат Чэн все же пойдет на свидание?

– Да пусть сходит для вида. Если маме втемяшилось, ее уже никто не переубедит. Даже небожитель. А если там и правда красивая и воспитанная… Это тоже неплохо. Может, влюбится. А то что он как робот.

– Хм… – сказала Тун Яо. – Тебе-то легко говорить. А сам, когда речь зашла про свидание, сразу же трубку бросил.

– А я не такой, – легко улыбнулся Лу Юэ. – У меня есть игра. А в игре есть Богиня Лаура – вот кто моя девушка.

– !

Позже о своем свидании вслепую Лу Сычэн не упоминал, и все о нем как-то подзабыли.

На второй неделе расписание матчей ZGDX выглядело так: в четверг, в пять вечера – бой с командой Huawei, в воскресенье, тоже в пять вечера – с «Горным туманом». И тех и других можно было с некоторыми оговорками отнести к крепким орешкам.

«Горный туман» был ветераном про-лиги. Хотя в последние годы результаты команды были не слишком высоки, но до боев за сохранение места дело тоже не доходило. Они постоянно находились где-то в верхней части таблицы. Команда сплоченная и упорная; какой бой ни посмотри – с сильными соперниками всегда играют примерно на равных. Им доводилось побеждать зубров вроде ZGDX и проигрывать самым отстающим из хвоста турнирной таблицы. И самое смешное, что однажды это случилось на одной и той же неделе. Так что фанатам этой команды приходилось тяжко – никогда не знаешь, в какую секунду окажешься в аду или в раю. И если в аду – то так глубоко, что больнее было уже просто некуда.

А вот с Huawei дело обстояло сложнее. В сущности, это была единственная команда в подгруппе, которая действительно могла на равных сразиться с ZGDX. У них в составе был один корейский легионер, перекупленный из команды ТАТ – чемпионов прошлого года. В ТАТ он пришел уже после того, как оттуда ушел Лу Сычэн, так что бывшим товарищем по команде он был разве что для Иерофанта. Этого парня звали Кунь, он был джанглером и в плане контроля над лесом даже чуточку превосходил Кея. А его умение находить уязвимые места соперников давало команде немалое преимущество.

В последнем тренировочном матче, например, он доставил Коту невыразимые страдания, заганкав его до потери пульса. Лишь стараниями Тун Яо, крепко державшей центр, ZGDX все же удалось вырулить, а большое преимущество «дуэта на нижней линии» позволило им дотянуть до середины, а затем и до поздней стадии игры. Под конец Лу Сычэн взял инициативу в свои руки, и одним мощным усилием они победно завершили этот тренировочный матч.

И вот поэтому из уважения к статусу Куня и как бывшего чемпиона, и как выдающегося джанглера команда ZGDX заранее начала пересматривать и анализировать все матчи. Записей в блокноте Тун Яо все прибавлялось и прибавлялось, страницы по три каждый день.

Помимо обязательных ежедневных ранговых матчей и тренировок, Тун Яо садилась на диван, обнимала кота и смотрела чужие игры вместе с Великолепным Мином. Время от времени они обсуждали соперников.

– Если они окажутся на синей стороне, то Кунь наверняка отправится вниз за крабом. – Тун Яо ткнула пальцем в экран. – И если он убивает краба, то получает с него обзор. И, значит, может видеть перемещения вражеского джанглера. И знает, можно ли ему вторгаться во вражеский лес или надо подождать удобного момента и сделать контр-ганк. Посмотри, какая у него высокая эффективность. Вот тут, тут и тут он как раз это провернул…

Послышалось клацанье пробела – Тун Яо ставила разные видео на паузу.

– И наоборот, – сказал Мин. – Если ему не удается захватить краба и если еще убрать его варды вокруг, то темп у него не очень… – Он наклонился, шевельнул мышкой и несколько раз щелкнул ею. – Вот как в этом матче против СК. Он на ранней стадии потерял темп, и все, Бог Солнца чуть ли не весь лес захватил.

– Ага, ага… – пробормотала Тун Яо и, наклонившись, быстренько записала все это в блокнот.

Они так живо это все обсуждали, что Пухляш в какой-то момент, сидя в своем конце зала, поцокал языком:

– Ну надо же… У нас, кажется, ни с того ни с сего появился еще один аналитик!

– Так это же здорово, – усмехнулся Сяо Жуй, – лишнюю зарплату не надо платить! Вот были бы все такими усердными, как Тун Яо, – я бы от радости пошел благовония возжигать.

– Лень – такая штука, – философски заметил Пухляш, – ее надо развивать постепенно. Торопиться нельзя.

Менеджер сердито зыркнул на него.

– Вон глянь на Лу Юэ, – продолжал толстяк, – какой он поначалу был старательный, помнишь? А теперь он кто? Придурок, который только и может, что на чужих аккаунтах рейтинг сливать!

– Заткнись, Пухлый, – посоветовал Лу Юэ.

Он в это время сидел за компьютером Тун Яо, забравшись с ногами на кресло, и играл с ее аккаунта – как раз своей «девушкой» Лаурой. Но счет у него был просто плачевный. Сяо Жуй подошел поближе, заглянул в экран и отвесил парню подзатыльник.

– И вот ты, криворукий, еще смеешь утверждать, что Лаура – твоя девушка? Был бы я на ее месте – бросил бы тебя уже восемьсот раз!

– Ай, не гунди под руку. – Лу Юэ нахмурился. – Коротышка, как у Лауры на R-Q комбо делается? Покажи еще раз.

Девушка отложила блокнот, спрыгнула с дивана и метнулась к Лу Юэ, оттесняя от компьютера.

– Да что ж ты глупый такой?

Парень чуть поерзал, освобождая Тун Яо место, и они, сидя чуть ли не в обнимку, принялись шепотом обсуждать механику Лауры в нынешней версии игры. В это время Лу Сычэн спустился с верхнего этажа, подошел к столу, заваленному аналитикой других команд, и начал что-то искать. Наконец откуда-то из-за «удачливой кошки» он выудил ключи от машины.

– Уходишь? – спросила Тун Яо, не оборачиваясь.

– Угу… Мать все-таки устроила мне встречу с той девушкой. А мне сообщила только тогда, когда та уже выехала.

– Смотри, R-Q… Да блин, да поверни же корпус! Что ж ты стоишь как столб, у тебя ведь на лбу написано: «Разбегайтесь, ща будет комбо!» У тебя есть хоть какие-нибудь актерские способности?

Она отложила мышку и клавиатуру и, обернувшись, посмотрела на капитана. Что же, он, по крайней мере, переоделся. Можно даже сказать, во что-то относительно чистое.

– С той девушкой – это с какой? А! То самое свидание вслепую?

– Да какое еще свидание… Ты опять босиком по полу бегаешь. Учти, когда в следующий раз в «эти дни» скрутит, никто тебя жалеть не станет.

Лу Сычэн поморщился и, бросив короткое «я пошел», потрепал Тун Яо по макушке по пути к выходу.

Тун Яо молча следила за тем, как он обулся, открыл дверь и направился в сторону гаража. В это время Пышка потерся о ее лодыжку. Девушка наклонилась и подняла кота на руки.

– Тун Яо, подойди сюда, посмотри. Вот это тот самый вард, который обычно ставит Кунь?

– Иду!

И она с котом на руках вновь запрыгнула на диван.

Девушку, которую «сватали» Лу Сычэну, звали Су Ло. Она была того же возраста, что и капитан ZGDX, и только недавно вернулась из-за границы, получив степень магистра по специальности, связанной с финансами. Таких отучившихся и вернувшихся в Китае называли «морскими черепахами», потому что это прозвище звучало так же, как выражение «вернуться домой».

Когда семья намекнула Су Ло, что надо бы сходить на свидание, у нее тоже нашлось десять тысяч разных «нет». В особенности потому, что в ответ на простой вопрос, кто такой этот парень, мама начала уходить от ответа и мямлить что-то невнятное, сказав только, что это деловой партнер отца. И, кажется, он играет в какую-то игру. И это даже вроде бы основная работа, если не считать, что иногда он помогает семье с делами. А еще он высокий, красивый, «одного круга, одного достатка»… Короче, подходящая партия.

О да, подходящая…

– В каком смысле «играть – основная работа»? – спросила Су Ло у своего старого приятеля-домоседа. – Чушь какая-то!

Тот задумался и задал встречный вопрос:

– А это не означает, что он такой… этот… задрот-игроман?

Су Ло закатила глаза. В конце концов девушка, не выдержав, решила поискать в «Байду». И к ее удивлению, оказалось, что такой род деятельности – профессиональный киберспортсмен – существует на самом деле. Более того, это прямо в тренде… И сходить с киберспортсменом на свидание вслепую считалось ультрамодным.

Движимая любопытством, Су Ло решила выяснить, как выглядят киберспортсмены. Через некоторое время в состоянии полной прострации девушка выронила телефон. «Твою дивизию… И где хоть один обещанный высокий-красивый? Да там реально одни задроты! Либо дохлые, либо жирные, либо все в прыщах! Одно слово – подростки-игроманы!»

На свидание Су Ло собиралась как на казнь. Кое-как накрасившись, она закатила глаза к небу и буквально заставила себя выйти из дома. У порога к тому же подумала и нацепила туфли на высоких каблуках. А если женщина ростом метр семьдесят два надевает шпильки, то либо она тщеславна до невозможности, либо собирается морально раздавить какого-то мужика, обрушив на него целую тонну сарказма. Су Ло, разумеется, относилась ко второму типу.

Сев в условленном кафе за столик и уставившись на часы, девушка с нетерпением отсчитывала секунды. Лишь бы опоздал! Хоть немного! Как бы она ухватилась за этот повод, чтобы сбежать восвояси…

Когда до назначенного времени оставалось пятнадцать секунд, в душе Су Ло уже начали звучать фанфары. Она разволновалась и обрадовалась. Четырнадцать, тринадцать, двенадцать…

На отметке в десять секунд дверь кафе распахнулась. А когда оставалось пять секунд, перед Су Ло появился высокий силуэт, тень от которого накрыла девушку с головой. Опешив, она подняла голову и встретилась взглядом с парой темно-карих глаз, спокойных, как вода омута, на которой нет ряби.

– Госпожа Су?

Повисла пауза.

– А вы?..

– Лу Сычэн. Мне поручили проводить вас домой, – ответил он тоном, в котором не было никаких эмоций.

Молодой мужчина, стоявший перед Су Ло, был высоким, широкоплечим, с прямым носом и красивыми чертами лица. В руке он держал, не успев убрать в карман, ключи от машины. Судя по логотипу на брелке – «Мазерати». А на запястье у него красовались часы… Оказывается, часы со звездным небом[21] смотрятся на мужчинах еще лучше, чем ей представлялось! И самое важное, волосы у него были чистые и уложенные, прядь к пряди – ничего общего с сальными патлами, которые она видела на фотографиях киберспортсменов в «Вейбо». Да просто небо и земля!

Это что ж получается, уже и честнейшему интернету верить нельзя? А вот сказали бы ей заранее, как зовут парня, с которым у нее свидание, – она бы искала в Сети прицельно, а не что попало! Если уж беретесь сводничать, то хотя бы делайте это нормально!!! И что значит «домой проводить»??? Вот спасибо-то. Она только что оттуда вышла!

Душа Су Ло прямо-таки вопила от возмущения, но внешне девушка оставалась совершенно спокойной.

– Понятно. Можете подождать минутку? Надо сходить кое-куда.

Лу Сычэн отодвинул стул и сел.

– Да, пожалуйста.

Су Ло невозмутимо встала, развернулась и направилась в туалет. Там девушка максимально быстро поправила небрежно нанесенный макияж. Закончив, глянула в зеркало, и ей самой показалось, будто она сияет. Ну прямо гламур-гламур! Улыбнулась отражению и на ходу набрала сообщение матери, всего четыре слова: «Спасибо, мама. Я довольна».

Вот так Лу Сычэн, подперев подбородок рукой, расслабленно переписывался со своим мидером в «Вичате». Ему ясно представлялось, как Тун Яо сидит сейчас на диване, скрестив ноги, и обсуждает с Мином аналитику по сопернику к воскресному матчу. Потом отвлекается и, чуть наклонившись в сторону, объясняет ему, где купить самую вкусную еду. Уголки его губ чуть приподнялись.

И тут же опустились, стоило ему уловить едва заметный аромат духов. Лу Сычэн поднял глаза и посмотрел на девушку, стоявшую перед ним. Кажется, ее макияж стал теперь более утонченным, чем раньше. Су Ло заново нанесла тушь, поправила подводку, поменяла блеск для губ на более яркий и, кажется, даже добавила румяна. Лу Сычэн убрал телефон.

– Пятнадцать минут? У вас проблемы с желудком?

На мгновение девушка застыла с неловкой улыбкой, а потом рассмеялась:

– Ничего-то вы, мужчины, не понимаете. Я ходила подправить макияж, а не то, о чем вы подумали.

– А… – Лу Сычэн вытянул свои длиннющие ноги и неспешно поднялся. – Пойдемте.

С этими словами он направился к кассе, чтобы расплатиться за заказ Су Ло. Ни малейшего сожаления о несостоявшемся свидании! Девушка на секунду растерялась, но потом встряхнула волосами и направилась за ним. Его рост подходил ей идеально – даже теперь, когда она шла на каблуках, он был выше на полголовы, и это выглядело так… гармонично. А когда они вышли на улицу, парень как бы случайно оказался на внешней стороне тротуара. Обратив на это внимание, Су Ло чуть заметно улыбнулась.

– Слышала, вы профессиональный киберспортсмен?

– Да.

– А вы совсем не такой, как я себе представляла. Я думала, геймеры все какие-то интернет-зависимые подростки. Не ожидала, что бывают и такие, как вы. Честно говоря, сначала, когда семья велела мне сходить на свидание, я была от этой идеи совсем не в восторге.

Услышав это, парень, который шел, сунув руки в карманы, на мгновение притормозил и обернулся.

– Да?

Она с улыбкой кивнула:

– А теперь мне кажется, что затея была совсем неплохой.

Легкая усмешка тронула губы Лу Сычэна, он не стал ни соглашаться, ни спорить. По пути на парковку они поравнялись с закусочной, где продавали такояки. Су Ло в этот момент ломала голову, о чем бы поговорить, как вдруг ее спутник остановился, посмотрел на переполненное заведение и спросил:

– Хотите перекусить?

Су Ло моргнула и обернулась посмотреть. Как раз в этот момент какая-то девчушка, широко раскрыв рот, наклонилась вперед и засунула в рот здоровенный шарик с осьминогом, и по уголкам ее губ расплылся черный соус. На мгновение Су Ло замерла и покачала головой.

– Я не ем уличную еду. Слишком жирно. К тому же говорят, что…

Не дождавшись, пока она договорит, Лу Сычэн уже направлялся к той забегаловке. Уверенным тоном заказав большую порцию такояки с добавкой нори, он попросил упаковать все с собой. Высокий парень среди кучки девчонок смотрелся странно, но это его, судя по всему, совершенно не беспокоило. Су Ло стояла позади, и на нее бросали завистливые взгляды. Девушка выпрямила спину. Когда Лу Сычэн забрал свой заказ и вернулся, она спросила с улыбкой:

– Вам такое нравится?

– Это с собой, – неспешно ответил Лу Сычэн, – для питомца.

– Ничего себе рацион у вашей собаки.

– Это кролик.

– А разве кролики едят жирное?

– Этот кролик как пылесос, он все сметет.

Так, разговаривая, они шли вперед, и вдруг неожиданно с неба хлынул ливень. Ойкнув, Су Ло прикрыла голову сумкой и бросилась под козырек торгового центра. Девушка была в легком платье, вполне по погоде, но это пока не пошел дождь… В такой одежде, если бы она намокла, легко было бы замерзнуть.

– Что ж так холодно-то… – пробормотала она, достала салфетки из сумки и принялась вытирать воду с рук.

И тут она увидела, что Лу Сычэн снял и протянул ей куртку. Девушка на миг опешила, а затем под завистливыми взглядами девчонок взяла его вещь и накинула на плечи.

– Подождите здесь, я за машиной, – сказал Лу Сычэн и тут же исчез в пелене дождя.

Минут через десять на обочине неподалеку остановился темно-синий автомобиль.

– Ого… «Мазерати»!

– Эх! Тоже хочу машину в такую погоду!

– Заткнись, нищеброд! Лучше бы молчал! Как я вообще связалась с таким лошарой?

Су Ло, услышав за своей спиной перебранку незнакомой парочки, сдержанно улыбнулась и, закутавшись в куртку, выбежала под дождь. Да, этот парень на «свидании вслепую» определенно пришелся ей по душе! Открыв дверь, девушка села на переднее пассажирское сиденье и, пробормотав что-то насчет погоды, стала вытирать салфетками капли дождя с себя и сумочки. Все это время парень за рулем не произносил ни слова и машину не заводил. Пакет с едой лежал на заднем сиденье.

– Не повезло сегодня с этим дождем, – сказала Су Ло. – Даже нормально пообщаться не получилось. – Закончив с салфетками, она пристегнулась и как бы между делом спросила: – У вас будет свободное время на выходных?

– Матч.

– О… – Она моргнула. – А можно я приду и посмотрю, как вы играете? Ни разу не была на таких… соревнованиях по компьютерным играм. Интересно, наверное?

– Госпожа Су…

– М?

– Вы очень милы, но мы, на мой взгляд, друг другу не очень подходим. Вы ведь и сами говорили, что не хотели идти на это свидание вслепую. Думаю, это был знак свыше. – Лу Сычэн включил дворники. – Где вы живете? Я вас отвезу.

Полчаса спустя мидер команды ZGDX стояла, склоняясь над обеденным столом. Задрав пятую точку и приподняв одну ногу, она маленькой вилкой пыталась вытащить все еще горячий шарик с осьминогом из коробки, попутно подкалывая того, кто стоял рядом.

– То есть ты провел с ней всего полтора часа, считая дорогу? Потом непонятно с чего решил, что свидание провалилось, а виноваты во всем небеса?

Тун Яо сунула шарик в рот целиком, и щеки сразу же раздулись. Парень рядом вытирал голову полотенцем.

– И что не так?

– А то, что ты не угостил ее этими Такояки-Для-Богини из той самой лавки. Вот все и пошло наперекосяк.

– Они не так называются.

– Это я их так называю!

– Ни одна нормальная женщина с хорошим макияжем не стала бы есть всякую гадость прямо на улице.

– Я бы стала. – Тун Яо подняла руку.

Лу Сычэн скользнул взглядом по ее коротким ногам, которые она как раз успела задрать на спинку обеденного стула.

– Про макияж просто промолчу… Но в чем ты вообще похожа на женщину?

Он схватил салфетку, шлепнул ее по губам, перепачканным в черном соусе, и невозмутимо добавил:

– Вытри рот. Ты как будто в дерьме перемазалась.

Девушка бросила вилку, утерлась и спросила:

– Так ты собираешься еще раз с ней встретиться?

– Моя мама так легко не отстанет, – сказал Лу Сычэн. – Но даже если мы встретимся еще пару раз, результат, наверное, будет таким же.

– В твоем «наверное» столько неопределенности…

Капитан, который за это время успел подойти к своему столу, бросить ключи от машины и включить компьютер, на этих словах замер, обернулся и посмотрел на девушку за столом.

– А какой ты от меня хочешь определенности?

Тун Яо озадаченно подняла голову.

– Забей. – Лу Сычэн с отвращением скривился. – Ешь давай. Только и умеешь, что хомячить.

Сидевшая в своей комнате Тун Яо закатила глаза, отложила телефон и рассеянно просмотрела блокнот, где была записана куча данных по всем игрокам команды Huawei. Перевернув пару страниц, обнаружила, что не воспринимает ни единого слова, и чем дальше она листала, тем сильнее раздражалась. В конце концов она резко захлопнула блокнот, выключила свет и легла в кровать. Разбуженный полусонный Пышка недовольно мяукнул и толкнул ее лапкой. Девушка рассердилась и поджала губы.

– Что это ты пинаешься? Это, вообще-то, моя кровать! Не нравится – иди спать в свой домик!

Ругая кота, Тун Яо взяла одеяло и натянула его на голову. Она сама толком не понимала, на что именно сердится. Когда девушка закрыла глаза, ей вдруг вспомнилось, как Лу Сычэн насмешливо сказал: «Только и умеешь, что хомячить». Тун Яо надула щеки под одеялом. «В смысле “только и умею”?! Когда вы, уважаемый, пошли на свое свидание, я, между прочим, сидела на базе и пересматривала матчи, чуть не ослепла вообще. И хоть бы кто похвалил! Тьфу!»

Ее раздражение продолжало расти. В какой-то момент девушка уже хотела схватить телефон да как следует обругать капитана. Но остановило какое-то смутное ощущение, что причина слишком уж странная и неубедительная, и в итоге страх перед капитаном все-таки перевесил.

Она так пыхтела от злости, порываясь что-нибудь сделать, что в итоге… просто уснула.

На следующий день состоялся матч. К месту его проведения команда прибыла в половине четвертого. Всех, как водится, сначала привели в порядок в гримерке, после чего игроки в зоне отдыха стали ждать начала матча. В половине пятого начали смутно слышаться голоса на трибунах. Ведущие тоже занимали свои места.

Без двадцати пять телевизор в комнате отдыха включился, повторяя все то же, что транслировалось на большом экране снаружи. Это делалось для того, чтобы те, кто оставался за сценой, тоже могли видеть, что происходит в текущем матче. В данный момент показывали топ-10 лучших моментов матчей прошлой недели. Тун Яо сидела на стуле, скрестив ноги, ела фрукты и вела подсчет. Лу Сычэна показали два раза, ее саму – один раз. Сцены с капитаном были с нижней линии: одна дуэль и одна зрелищная схватка «один против двоих», где брат Чэн успешно расправился с противниками в контратаке. Момент с Тун Яо был из командного боя, где она, стоя в тылу, снайперски отстреливала уцелевших врагов.

Без пятнадцати пять Тун Яо, отставив в сторону коробку с фруктами, встала и хотела было сказать, что, наверное, уже пора выдвигаться, как вдруг заиграла веселая мелодия и голос, нарочно растягивая слова, объявил:

– Время заглянуть в «Цитатник»!

Девушка, уже направлявшаяся к двери, запнулась, растерянно обернулась… и увидела собственную огромную физиономию во весь экран.

– Они выбрали всех персонажей на позднюю игру, а мы на раннюю. Ну и самоуверенные же вы, дорогие товарищи тиммейты, – вздохнул Кот.

– У меня голова болит. Быстрее отстреляемся и пойдем домой спать.

А это Лу Сычэн, хриплый и с бесстрастным лицом.

– Поддерживаю, – с серьезным видом откликнулась Тун Яо.

– А-а-а-а-а-а! – Девушка издала крик ужаса и закрыла лицо руками, но не удержалась и сквозь щелочку между средним и безымянным пальцами все-таки посмотрела на экран. – Я же просила ребят из техподдержки! Разве они не обещали, что это не попадет в «Цитатник»?!

– Ты дура, что ли? – фыркнул Лу Сычэн. – Кто тебе что обещал?

В это время Кот на экране надел наушники.

– Сестренка, а с тобой-то что опять?

Тун Яо тут же заткнула уши пальцами. Но тот, кто монтировал «Цитатник», явно не желал отпустить ее с миром. Лицо девушки на экране, такое безэмоциональное сначала, вдруг дернулось, и она совершенно спокойно произнесла:

– Живот прихватило. Сортир по мне плачет!

И в повторе:

– Живот прихватило. Сортир по мне плачет!

И третий раз:

– Живот прихватило. Сортир по мне плачет!

И мало того, что одну фразу повторили три раза, так в конце еще и наложили протяжный рев монстра. Над головой Тун Яо появились цветные субтитры, мультяшный унитаз и эмодзи в виде коричневой кучки в слезах… Потом показали Пухляша, который вздохнул:

– А по-моему, по тебе плачет «Цитатник»…

Физиономия девушки на экране, обычно такая невозмутимая, будто с параличом лицевого нерва, наконец-то изменилась. И только сейчас на видео Тун Яо заметила, какие у нее огромные ноздри, когда она в панике. А второй подбородок ну точно как у тех уродливых рож, которые любят использовать в мемах! Ей еще и пририсовали спецэффекты в виде водопада слез…

– Нет-нет-нет! Братцы из техподдержки, сжальтесь! Давайте этот момент вырежем! Ну пожалуйста! На коленях прошу! В честь праздника, а? Хоть Нового года, а?.. Ведь он же когда-то будет!

В правом верхнем углу экрана возле Тун Яо появилось непреклонное лицо телеведущей Сяо-S – изображение, ставшее мемом, а кто-то из технарей за кадром равнодушно откликнулся: «Угу». Девушка с громким шлепком прикрыла рукой глаза, не в силах больше на все это смотреть. Даже через длинный коридор и закрытую дверь она слышала, как хохочет зал.

Потом еще показали, как она прилетает с помощью магической карты и кричит Лу Сычэну:

– Фраг, фраг, отдайте мне фраг! Я же так старалась, в такую даль к вам летела, столько сил потратила! Если не дадите мне их убить, в жизни больше никогда к вам на бот не приду!

А когда Лу Сычэн ей спокойно ответил: «Незачем так орать. Смотри не обделайся», то по гоготу из зала было понятно, что публика сейчас задохнется от смеха…

– Все, – сказала Тун Яо, – больше не могу. Я сегодня на сцену не выйду. Лу Юэ, сыграй за меня. Мне надо прийти в себя.

– Не, не пойду, – ответил Лу Юэ. – Хочу посмотреть, как тебя засмеют.

– Не бойся, – сказал Пухляш.

– Да как вообще можно вот так поступить с девушкой!!!

– В киберспорте пола нет, – ответил Пухляш.

Тун Яо беспомощно махнула рукой. В этот момент Сяо Жуй открыл дверь, подгоняя всех к выходу на сцену. Пухляш тычками и уговорами потянул за собой Тун Яо. Поравнявшись с менеджером, девушка отчетливо услышала, как Сяо Жуй сказал:

– Вот нравятся мне такие девчонки, смелые, без комплексов, не жеманные. Не то что всякие там раскрашенные куклы!

Она доверчиво распахнула глаза и увидела, как Сяо Жуй в темном коридоре весело хохочет. И внезапно Тун Яо показалось, что против нее ополчился весь мир. Когда девушка вышла на сцену и подошла к своему месту, ее встретили не только аплодисменты, но и дружный смех. Тун Яо потерла лицо и села в кресло, ощущая многочисленные взгляды. И на этот раз даже монитор компьютера не мог ее закрыть…

Она схватила наушники и перед тем, как надеть их, пробормотала:

– Ребят, я в ауте. Мид сегодня не в строю. Топ и боттом – вывозите сами.

– Если тебя в соло вынесут один раз – я куплю огромный телевизор в гостиную, возьму вот этот фрагмент про сортир, зациклю и буду крутить его сутки без остановки. Два раза вынесут – двое суток. Три раза вынесут – трое.

Тун Яо на секунду потеряла дар речи.

– Ты вообще человек?

Ворча себе под нос, она натянула наушники. Шум и смех сразу стихли, но Тун Яо никак не могла отойти от пережитого позора. Впрочем, цвет кетчупа на ее щеках постепенно сменился умеренно-розовым. Еще через некоторое время начался собственно матч, пришла пора банить и выбирать, и болтовня внутри команды сменилась серьезными разговорами о стратегии…

– Мэн Цяньцуна возьмите! – сказал Кот. – Возьмите для меня Мэн Цяньцуна, он в этой версии нереальная имба!

– Не надо, – возразил Кей. – Ты им в ранговых катках играл всего пару раз, а тащишь в официальный матч. Лично мне от этого очень тревожно.

– Потифа забанен, теперь баньте Вдову, – велел Лу Сычэн. – Нельзя, чтобы Кунь ее забрал.

– Давайте еще на миде забаним одного, – предложил Пухляш. – Баньте Трехрукого.

Тун Яо промолчала.

– Тогда я беру Мэн Цяньцуна, – заявил Кот.

– Мин, а мне кого взять? – спросил Кей.

– Мужик-с-ружьем еще не забанен, – ответил тот. – Хочешь? Думаю, с ним нормально будет.

– Ла-а-адно…

– Раз мы забрали Мужика, я возьму кого-нибудь под позднюю стадию, – сказал Лу Сычэн.

– Кукловода, бери Кукловода! – воскликнул саппорт. – Он в тимфайте хорош.

Тун Яо продолжала молчать.

– Куда у нас мидер делся? Ты в оффлайне? – спросил капитан.

– Мидер притих, как цыпленочек, – сказал Пухляш.

– Кстати, мидер! – спохватился Мин. – Противники забрали Иариэля. Думаю, Кейси подойдет… Тун Яо, ты умеешь за Кейси?

– Умею. Берите.

– Сестренка, – вздохнул Пухляш, – я тебе так скажу: если тебе суждено попасть в «Цитатник», то без разницы, будешь молчать или говорить. Все равно попадешь. Веришь?

«Ни хрена я теперь ничему не верю». Поэтому за весь первый раунд, шедший около сорока пяти минут, Тун Яо не сказала и десяти фраз. И в каждой из них было не больше десяти слов.

– В тебя дух Лу Сычэна вселился? – чуть ли не хором спросили Пухляш и Старина Кей.

– Я-то не немой! – возмутился капитан.

Поскольку молчаливая Тун Яо, запуганная обещанием капитана, целиком сосредоточилась на игре, то в первом раунде она разнесла всех вдребезги. Еще в самом начале они с Кеем устроили засаду возле краба, поймали там вражеского джанглера, и Тун Яо получила «первую кровь». В следующие пятнадцать минут это было идеальное выступление соло и самая что ни на есть образцовая игра за Кейси. Она в одиночку вынесла мидера Huawei целых три раза подряд.

Затем начался этап командных боев. И тут она вообще превратилась в вышибалу. Слабые вражеские персонажи, пытавшиеся бить из тыла, оказывались вышвырнуты в самую гущу боя. А если они пытались отступить, Тун Яо заталкивала их обратно, после чего добивала за два-три удара.

Благо джанглер соперников вовремя сориентировался, перестав соваться на мид, и ему даже удалось несколько раз подстеречь Кея на топе или ботлейне. За счет этого Huawei удалось дотянуть игру до поздней стадии. С трудом, но все же у них получилось держаться на равных с ZGDX. Однако по итогу из-за слишком слабой прокачки мидера они не смогли ничем ответить в двух последних командных боях. Наконец одной мощной атакой ZGDX все завершилось.

Едва первый раунд закончился, Тун Яо стянула наушники и, встав, сделала глоток воды. Затем, ни с кем не заговаривая, она поспешно удалилась в комнату отдыха. По пути девушка решила заскочить в туалет. Там на входе она вдруг столкнулась с тем самым джанглером команды Huawei по имени Кунь. Тун Яо притормозила и кивнула ему вместо приветствия, а Кунь вдруг широко улыбнулся и с заметным иностранным акцентом, делающим его голос похожим на речь робота, сказал:

– Смотрел твое видео. Такая милая…

Куня еще во времена игры в Корее окружало множество фанаток, потому что он был высок, строен, белокож, а когда улыбался, то на щеках у него появлялись ямочки. Этакий чистенький, опрятный, во всех отношениях положительный мальчик. А еще во время стримов он почти никогда не говорил. Его тиммейты, бывало, сыпали пошлостями напропалую, а он лишь слушал и улыбался. Если кто-то из команды налажал – Кунь никогда не ругался, а если сокомандник затащил катку – то непременно хвалил в чате. А главное, он очень прилежно учил китайский и часто переписывался с фанатами, используя пиньинь[23].

И когда вот это ангелоподобное существо внезапно похвалило ее за то позорное видео, Тун Яо была настолько ошарашена, что чуть действительно не намочила штаны.

«Что у нынешних парней в голове?» – подумала девушка, вежливо улыбнулась, поблагодарила и пулей юркнула в туалет.

Казалось бы, мелочь, всего лишь маленький эпизод между раундами, о котором можно через минуту забыть. Тун Яо даже не поняла, в чем, собственно, проблема… Может, ее поспешная улыбка по непонятным причинам вывела этого красавчика из себя? Так или иначе, когда а когда начался второй раунд, она с недоумением обнаружила, что этот самый Кунь, который несколько минут назад отвесил ей комплимент, ни с того ни с сего решил поселиться на мидлейне! Всю раннюю стадию он либо ганкал мид, либо был где-то на подходе. Когда Тун Яо подловили впервые, а враг забрал «первую кровь», она корила себя за неосторожность. Но вскоре Вдова, персонаж Куня, стала появляться на миде снова и снова.

Тун Яо (спокойно):

– Их джанглер на мидлейне. Я минус. Крипы на подходе. Кей, приходи, добей их, а то зря пропадут.

Тун Яо (спокойно):

– Джанглер опять на мидлейне. Я на базу.

Тун Яо (уже не так спокойно):

– Я умерла.

Тун Яо (растерянно):

– Да что с этой Вдовой не так? У нас что, карту урезали, остался только мид?

Тун Яо (без эмоций):

– Я опять умерла.

Тун Яо (злющая и с нервным тиком):

– Да перемать, блин! Опять я сдохла!

Тун Яо (в бешенстве грохнув клавиатурой, глядя на черно-белый экран):

– Нет, это полный кабздец! Что за хреновня-то творится?! Без абилок, без флеша, без хила, один на один под башней!!! – и он меня все равно вынес.

Тун Яо (сникшая):

– И почему вы Вдову не забанили? Если он еще раз появится на миде, меня вырвет прямо в экран…

Пухляш:

– Держись, братишка!

Тун Яо:

– Братишка не может держаться. Снесите уже скорее первую башню и пойдем в тимфайты, а? Я не могу больше стоять на линии против них двоих!

Игра к тому моменту шла уже двадцать пять минут. Похоже, противники все обсудили заранее: они намертво держали топ и бот, отражали все атаки, не давали команде Тун Яо ни единого шанса на ганк, а джанглер в это время изо всех сил душил мид. Ситуация превращалась в замкнутый круг…

От осознания, что все фраги раунда исключительно на ее совести, Тун Яо вспомнила все известные ругательства. Девушка была так зла, что в момент поражения даже не успела почувствовать разочарование. В ее груди бушевала лишь ярость. Когда второй раунд завершился, Тун Яо села в углу комнаты отдыха и уткнулась лбом в стену, как будто сама себя наказала, а Лу Сычэн с остальными тиммейтами в это время обсуждали ошибки, допущенные ими.

Вдруг дверь открылась. Под перекрестными взглядами всей команды в комнату заглянул джанглер команды Huawei, поздоровался со всеми и направился прямиком к Тун Яо. Наклонившись к ней, он сказал:

– Добавишь меня в «Вичат»? Если добавишь, в следующем раунде не приду на мид.

Тун Яо опешила и оторвала лоб от стены.

– ???

Кунь прищурился и очень мило улыбнулся, обнажая маленькие, слегка торчащие клыки. Добавлять друг друга в «Вичате» среди игроков было обычным делом; обычно все добавлялись, когда все вместе ждали матча и болтали за кулисами, так что Тун Яо не придала этому особого значения. Она просто согласилась, а он очень серьезно открыл приложение, добавил ее, сказал спасибо и ушел. И только тогда девушка начала приходить в себя.

– Это что сейчас было?

– Коллекционер. За марками приходил, – сказал Лу Сычэн.

– ?

– Просто мы у него в «Вичате» уже есть, – пояснил Пухляш. – А Чэн мелет всякую чепуху.

– А-а-а… – протянула Тун Яо.

Кунь сдержал обещание. В третьем раунде он и правда ни разу не появился на миде. Впрочем, это уже и не помогло бы: на сей раз Тун Яо выбрала Лилу, у которой была высокая скорость, дальняя атака, щиты, замедление и умение заглушать чужие способности. А после шестого уровня она получила мощный ульт: могла одновременно лечить своих и отбрасывать чужих, что не раз спасало в критических ситуациях. Кроме того, во время перерыва ZGDX успела обсудить стратегию на тот случай, если противник снова сосредоточится на ком-то одном.

Но третий раунд прошел спокойно. Никто больше не выкидывал никаких фокусов и не предпринимал неожиданных действий. На тридцать восьмой минуте ZGDX добралась до базы соперника и после последнего командного боя на сорок первой минуте выиграла весь матч.

После игры команды, как обычно, обменивались рукопожатиями. Тун Яо чувствовала, будто за один сегодняшний день постарела на три года. Кунь пожимал ей руку последним. Улыбнувшись, он сказал:

– Спишемся в «Вичате»!

– Угу… – только и смогла ответить девушка.

На базу они вернулись в половине десятого. После трех раундов, да еще и такого чудовищного второго, все чувствовали себя измотанными до предела. Поэтому, когда Тун Яо предложила заказать еду, тиммейты единодушно согласились. Девушка вытащила телефон, чтобы позвонить в доставку, и обнаружила, что джанглер из Huawei накидал ей кучу сообщений в «Вичате».

«???» Что вообще происходит? Тун Яо отложила телефон. Сидящий неподалеку Лу Сычэн приподнял бровь:

– Ты же собиралась заказывать?

– Собиралась. Но тут вот… Даже не знаю, говорить об этом или нет.

– Не стоит.

– Кажется, ко мне тут джанглер из Huawei подкатывает…

– ?

Лу Сычэн, который, опустив голову, печатал что-то на телефоне, замер и посмотрел на Тун Яо так, будто хотел спросить: «У тебя с головой все в порядке?». Девушка никак не успела отреагировать, потому что он вдруг забрал трубку у нее из рук, быстро глянул и, секунду помолчав, спросил:

– Сама-то что об этом думаешь?

– Я думаю, что с удовольствием… засунула бы его в гроб вместе с этой его Вдовой, забила бы крышку гвоздями и закопала глубоко-глубоко!

Лу Сычэн хмыкнул, залез в настройки и принялся там копаться. Затем напечатал что-то, после чего вернул ей сотовый и уткнулся в свой. Девушка посмотрела на экран.

Секунды три спустя пришел ответ:

– Это что вообще? Что он сказал?

Лу Сычэн покосился на экран:

– Он извинился.

– Ты что там ему наговорил? Хоть не обматерил?

После секундной паузы капитан холодно произнес:

– Не твое дело. Главное, что он больше не сунется.

– Оу… – пробормотала Тун Яо.

Потом заказала еду, после ужина умылась, а когда добралась до постели – уже перевалило за полночь. Команда еще шумела внизу, играя ранговые матчи, а она залезла под одеяло и уткнулась в телефон. Листала, читала, а потом вдруг поняла, что Кунь и правда больше не прислал никаких сообщений. Тогда она зашла в мессенджер, скопировала строчку, написанную Лу Сычэном, и отправила ее «Кисулиной маме».

«!!!» У Тун Яо дрогнула рука, и она уронила телефон прямо себе на лицо.

Вэто время в другом чате развернулась переписка на корейском.

Еще разок послав собеседника, Лу Сычэн отложил телефон, несмотря на то что тот вновь начал вибрировать. Персонаж, которого он выбрал для матча, уже появился у фонтана, потому капитан открыл меню и купил стартовый предмет, дающий бонус к золоту. А экран все продолжал мигать от новых сообщений…

Ли Хвансок продолжал канючить, будто и на самом деле решил не сдаваться, пока Лу Сычэн не даст ему свое «благословение». Но тот его игнорировал, лишь время от времени бросал взгляд на все новые и новые всплывающие на экране строки. Когда капитан увидел, что Хвансок в курсе конфликта между Тун Яо и А-Таем и, более того, даже готов немедленно растерзать бывшего тиммейта, ему осталось только закатить глаза, что он немедленно и сделал. Но тут матч наконец начался, и Лу Сычэн вовсе перестал смотреть на экран. Пусть Ли Хвансок сам с собой дурака валяет.

Во время фарма крипов отвлекаться было совсем не с руки. Лу Сычэн сосредоточенно щелкал мышкой и бил каменных големов на пару с назначенным саппортом. Закончив с ними, он собирался вернуться на бот, и в этот момент экран телефона снова вспыхнул, и среди целой кучи сообщений от юзера Куня вдруг мелькнул новый ник.

Лу Сычэн онемел.

– Лу Юэ! – окликнул он младшего брата.

– Чего тебе? – не поворачиваясь, спросил тот. Заняв место Тун Яо, он, прикусив кончик языка, сосредоточенно играл. – Не отвлекай, мне надо спасти эту катку, а то еще один проигрыш – и я вылечу из Мастеров. Коротышка завтра проснется, увидит, что я ей слил весь рейтинг, разозлится и поменяет пароль от аккаунта!

– !

Лу Сычэн протянул руку и одним движением выдернул из компьютера провод от его мышки. Под всхлип Лу Юэ, резко втянувшего воздух сквозь зубы, капитан со стуком положил перед ним телефон.

– Какого хрена мне пишет эта девица?

Лу Юэ, который торопливо полез подключать кабель обратно, вынырнул из-под стола, глянул на телефон старшего брата и растерянно спросил:

– Какая девица?

Лу Сычэн тоже посмотрел на телефон: оказалось, что экран уже вновь был завален уведомлениями о новых сообщениях джанглера из Huawei. Поджав губы, капитан нашел в «Вичате» контакт с ником Ло-Ло и вновь показал телефон.

– Вот эта!

– Так это же та, с твоего свидания…

– Откуда она у меня в телефоне?

– Ну… ты на нее хорошее впечатление произвел. А она красивая, и характер нормальный, и по росту подходит…

Говоря это, Лу Юэ начал прикрывать мышку с клавиатурой и руками, и телом. Лу Сычэн согнул палец и постучал по столу.

– Я спрошу второй раз, и если мне придется спрашивать в третий – считай, ты покойник. Итак, откуда она у меня в телефоне?

– Ну… госпожа Ван сказала, что ты в тот день заявил, что вы друг другу не подходите. Но девушка все равно хотела попробовать и попросила, чтобы ты добавил ее в «Вичате». Госпожа Ван знала, что ты, разумеется, не добавишь, поэтому приказала мне… Да-да, приказала! И угрожала! Сказала, что если я этого не сделаю, то следующим буду я!

Капитан положил телефон на стол и отвесил подзатыльник младшему брату, который так легко его продал. Затем под его бухтение вновь взял трубку в руки. А там все еще продолжали всплывать сообщения, которые с неослабевающим усердием писал Кунь.

Лу Сычэн уже собирался написать ему: «Да делай что хочешь!» – когда вверху экрана появилось еще одно уведомление.

«!!!» Сговорились они там, что ли, все вместе наброситься? Впрочем, пофиг. Лу Сычэн закрыл окно, где уже набирал ответ Куню, и просто выключил телефон. И в мире сразу стало значительно тише…

Весь следующий день Лу Сычэн чувствовал, что Тун Яо как-то очень странно на него посматривает. Но по какой-то неясной причине капитан не спешил объяснить девчонке, почему он накануне вот так сказал. И теперь ему стало казаться, что за ним постоянно следят, куда бы он ни шел. Но стоило обернуться, и взгляд сразу же исчезал. Лу Сычэн решил не реагировать на эти взгляды и, будто дразня кошку, позволил Тун Яо сверлить себе спину целый день.

А еще спустя сутки наступила суббота, а с ней очередной матч ZGDX. Накануне капитан по привычке лег спать пораньше, а потому, когда проснулся, было всего десять часов утра. Он спустился по лестнице. На первом этаже было тихо, и лишь один человек сидел на диване, поджав ноги. На коленях у этого человека лежал раскрытый розовый блокнот. Лу Сычэн помнил, как плотно были исписаны его страницы. А в конце каждой строчки были еще и пририсованы кавайные смайлики. Ради кого, интересно, так старательно выводилась вся эта милота…

Но в данный момент блокнот хотя и лежал раскрытым, однако Тун Яо в него не смотрела. Девушка держала одной рукой метелку из перьев и ею гоняла по кругу кота, такого толстого, что проворным он совершенно не выглядел.

Услышав шаги, она, не поднимая головы, спросила:

– Так рано встал?

Парень, спускавшийся по лестнице, остановился на полпути.

– Иногда можно встать и пораньше. Я что, об этом докладывать должен?

Тун Яо бросила дразнилку и ответила с каменным лицом:

– А то! Вообще, думаю, что раз уж я, оказывается, твоя женщина, то ты мне даже про цвет трусов теперь отчитываться должен.

Похоже, ее это все вконец допекло… Лу Сычэн сунул руки в карманы брюк и лениво ответил:

– Черные.

– !

– Довольна?

В это время Пышка, обожавший Лу Сычэна больше сушеной рыбки, даже про дразнилку забыл и рванул следом за ним на кухню. Тун Яо наблюдала с дивана, как капитан вынул йогурт из холодильника и сделал несколько глотков. Потом поставил баночку в микроволновку, чуть-чуть разогрел, снял крышку и поставил остатки на пол. Пышка, забыв про всякое достоинство, влез туда чуть ли не с ушами. Девушка подозревала: будь он собакой, то так усердно махал бы хвостом, что тот уже отвалился.

– Ли Хвансок сегодня придет на игру, – внезапно сказал капитан, глядя на кота, лакающего йогурт.

– Кто?

– Кунь.

– Зачем?

– Да все никак не может успокоиться, хочет проверить, правда ли мы вместе. И если он узнает, что это не так… Тогда подожди, станешь его восемнадцатой наложницей.

– Восемнадцатой? Он же таким милым мальчиком выглядит…

– Ключевое слово «выглядит». – Лу Сычэн посмотрел на девушку, сидящую на диване. – Он девчонок в Корее менял чаще, чем трусы. Но у него, во-первых, принцип – не встречаться с фанатками, а во-вторых, он первоклассный актер. Поэтому о нем особо никто не в курсе.

– А ты его настолько хорошо знаешь?

– Его взяли как трейни[27] в ТАТ, когда я там еще играл. Часто говорят, что он пришел уже после моего ухода, но это не так. Формально я его сонбэ[28], а значит, он не может подкатывать к девушке, если я с ней встречаюсь. Поэтому я ему вот так в тот день и сказал.

– А-а… – Тун Яо кивнула, видимо решив, что все это звучит убедительно. – Но обязательно было так пугать? Хоть бы предупредил.

– Ты бы струсила. Если бы я сказал заранее, ты бы набросилась с когтями и отняла у меня телефон. А потом почирикала бы с Хвансоком и влюбилась. И все, вот уже и восемнадцатая наложница…

– Все-все, хватит! – Тун Яо заткнула уши. – Я уже поняла!

Лу Сычэн довольно хмыкнул, вытащил откуда-то булку и лениво откусил. До матча оставалось еще немного времени, и, пока все остальные еще спали, Тун Яо и Лу Сычэн вдвоем сыграли несколько ранговых каток, чтобы размяться. Наконец ближе к полудню стали подтягиваться остальные тиммейты, на базе вновь стало шумно. Все обсуждали будущего соперника, команду «Горный туман»: и собираясь, и залезая в автобус, и рассаживаясь в нем по местам. Как раз в этот момент девушка заметила, что пришло новое сообщение от джанглера Huawei:

Девушка невольно вздохнула: ну надо же, до чего хорошо он выучил китайский! В этот момент она услышала за спиной, как Лу Юэ спросил у Лу Сычэна:

– А та телка твоя – она как, придет? Ты все-таки собираешься с ней поужинать?

Тун Яо тут же отвлеклась от «Вичата» и, подняв голову, встретилась взглядом с капитаном.

– Ну… Я сказал, что у меня после матча другие планы и ужинать с ней нет времени. А она написала, что уже купила билеты и все равно придет.

– Ну и для чего ты выдумал какие-то планы?

– А зачем мне с ней ужинать, если я не собираюсь заводить с ней отношения?

– Не понимаю, чего ты так уперся, – Лу Юэ вытянул ноги, – она и симпатичная, и вообще… а главное – вы друг другу по росту подходите идеально!

– Нравится – скажи маме, пусть тебя познакомит.

С этими словами Лу Сычэн надел наушники, явно не желая больше развивать тему. Лу Юэ, почувствовав себя неловко, потер нос и, обернувшись, заметил, что Тун Яо внимательно смотрит в их сторону. Парень усмехнулся и пояснил:

– Та его «невеста» со свидания вслепую – уперлось ей матч прийти посмотреть…

– А… – протянула Тун Яо и подумала, что эту «невесту» стоило бы познакомить с Кунем – обоим явно заняться нечем. Может, сойдутся?

Но чем больше она об этом думала, тем сильнее становилось чувство, что что-то не так. Тун Яо прикусила костяшку пальца и отвернулась. Девушку вдруг осенило, что мыслит она сейчас как злодейка из корейской дорамы. Это никуда не годилось.

Через час, когда Тун Яо все еще терзалась внутренними сомнениями, команда ZGDX добралась до арены. С макияжем, над которым потрудились визажисты, девушка заняла свое место за игровым столом. И первым же делом обнаружила на трибуне джанглера из Huawei. Кунь сидел в первом ряду среди фанатов ZGDX, и те смотрели на него с нескрываемым изумлением, как будто не могли поверить собственным глазам. Практически все – за исключением разве что уткнувшейся в телефон девушки, у ног которой стоял огромный букет, – начали украдкой фотографировать Куня. Сам Ли Хвансок, казалось, вообще их не замечал. То ли правда слишком сосредоточенно смотрел в экран телефона, то ли просто к такому уже привык. Вскоре Тун Яо прилетело сообщение:

Она отложила телефон, слегка наклонилась и выглянула из-за монитора. Как раз в это время Ли Хвансок тоже поднял голову и лучезарно улыбнулся в сторону сцены. Тун Яо уже хотела поздороваться с ним, хотя бы из вежливости – а еще потому, что этот парнишка слишком уж мило улыбался! – но еще не успела ничего сделать, когда чья-то большая рука дотянулась сбоку и насильно отвернула ее голову в другую сторону, где ее встретил взгляд темно-карих глаз.

– Если ты так и будешь строить ему глазки, то боюсь, что в следующий раз придется у него на глазах устроить французский поцелуй. Иначе он свои дурацкие мысли насчет тебя из головы не выкинет.

– Ничего я не строю!

– Я, по-твоему, слепой?

– ! – Тун Яо помолчала. – Ладно, я поняла. Отпусти уже.

– Не могу, он все еще смотрит.

– Братец Чэн…

– Что?

– Что там у тебя за история со свиданием вслепую?

– Да ничего. Я сразу сказал «нет», но та девица не сдалась и все еще хочет попробовать. Но она даже не знает, что такое киберспорт! И что собралась пробовать…

– Так она же парня себе ищет, а не работу. Зачем ей знать, что такое киберспорт?

– Вот такой вот я капризный, – с очень серьезным видом ответил Лу Сычэн.

Тун Яо прыснула:

– То есть ты ей отказал, а потом добавил в «Вичат»? Ну ты и урод…

Рука капитана надавила ей на голову чуть сильнее.

– Это не я добавил, а Лу Юэ.

Лу Сычэн отвечал на вопросы Тун Яо довольно кратко и сухо, но при этом капитан чуть склонил голову, и тот, кто не слышал их диалога, мог бы подумать, что они там шепчутся и воркуют. А в глазах Ли Хвансока это и вовсе выглядело демонстрацией прав на «свою территорию». Он нахмурился…

Секунд через десять Лу Сычэн пробормотал:

– Ладно, достаточно. – И отпустил Тун Яо.

Тут у него как раз звякнул телефон.

Ответив на обиженное послание Ли Хвансока, Лу Сычэн повернулся к Пухляшу и заговорил с ним как ни в чем не бывало.

– О чем это ты там со Смайлинг шептался? – прищурился толстячок.

– Она собиралась взять Восточного Рыцаря. А я спросил, хочет ли наш мидер завтра увидеть солнце.

Пухляш:

– ?

Тун Яо:

– !

Но, к счастью для команды, которая успела подумать, что у Смайлинг от самоуверенности крыша поехала и она правда решила выбрать Рыцаря, девушка взяла Чародейку, отыграла ею блестяще и на пару с Лу Сычэном взорвала катку, легко выиграв первый раунд и отмывшись от подозрений в неадекватности. Раунд длился тридцать восемь минут. Сняв наушники и поднявшись с кресла, Тун Яо по привычке глянула в зрительный зал. Ли Хвансок сидел на том же месте, уткнувшись в телефон, а вот девушка с огромным букетом куда-то исчезла.

Ни то ни другое не привлекло особенного внимания Тун Яо, и она преспокойно направилась в зону отдыха со всей остальной командой. Тем временем Лу Сычэн достал телефон и что-то написал. Похоже, получателем был Ли Хвансок. Девушка приподнялась на цыпочки, заглядывая в экран, но напрасно – парни переписывались на корейском языке. И в этот момент Тун Яо вдруг заметила, что та девица, которая должна была смирно сидеть среди зрителей, стоит в конце коридора с букетом. При виде Лу Сычэна она ослепительно улыбнулась.

Тун Яо замерла, а секунды через три до нее дошло, кто это. На четвертой девушка начала лихорадочно ломать голову: как бы на ее месте поступила злодейка из корейской дорамы? На пятой тело среагировало раньше головы, и прежде, чем Тун Яо успела себя остановить, она подняла руку и схватила за рукав шедшего перед ней человека, уткнувшегося в телефон и ничего кругом не замечавшего. На шестой Лу Сычэн обернулся и с недоумением посмотрел на Тун Яо. На седьмой секунде Тун Яо потянула за рукав чуть сильнее.

– Да в чем дело-то? – спросил Лу Сычэн, невольно наклоняясь к ней.

Девушка встала на цыпочки, подняла руку, провела пальцем у него под глазом и дунула.

– ?

Тун Яо отпустила руку, сделала шаг назад и с невозмутимой улыбкой пояснила:

– У тебя ресничка упала. – И стряхнула ее с пальцев.

– А… – пробормотал Лу Сычэн.

После чего повернулся и тут-то наконец заметил девушку с цветами. Та все еще улыбалась, но Тун Яо заметила, что ее улыбка теперь выглядела как-то иначе… И с лица самой Тун Яо в тот же момент сползли и веселость, и невозмутимая самоуверенность. Все исчезло, как не бывало. Она юркнула в комнату отдыха, рухнула на стул в углу и уперлась головой в стену.

И Тун Яо поняла, что на этот «вопрос ребром» она ответить не в состоянии, а потому, посмотрев на телефон еще пару секунд, выключила его совсем. Тем временем перерыв почти подошел к концу, и Лу Сычэн наконец вошел в комнату отдыха с пышным ярким букетом в руках. Обернувшись, она увидела, как капитан передает букет своему саппорту. И в это же самое время за его спиной послышался характерный щелчок – фотограф, вошедший следом, делал снимки.

– Я два года тебе саппортил, – со слезами на глазах произнес Пухляш. – Был тебе и волом, и конем, и нянькой! И вот наконец дождался… Товарищ фотограф! Да-да, подойдите сюда! Пожалуйста, возьмите крупный план. Так вот… В этот торжественный момент я хочу громко ответить брату Чэну… Дорогой брат Чэн! Я говорю тебе «нет». Иди на хрен.

Капитан смерил его взглядом, холодно фыркнул и закрыл дверь. Весь внешний шум остался снаружи. Кот, который с чашкой кофе в руках раскачивался на стуле, после этой сцены замер и вытянул шею, рассматривая букет в руках Пухляша. Премиум-упаковка, какие-то необычные цветы… Явно недешевая штука!

– Это кто подарил? Фанатка? Кто ее за кулисы пустил?

– Наверно, невеста его принесла, – сказал Лу Юэ.

Когда он это сказал, повисло странное, неловкое, даже зловещее молчание. У Кота округлились глаза.

– У тебя появилась невеста?! – спросил Кей.

– А как же Тун Яо? – грустно поднял брови Пухляш. – Вот только недавно одну подушку делили… Это что теперь, не считается?

– Чего-чего?! – возмутилась девушка.

Кот повернулся, посмотрел на нее с жалостью и пропел популярный мотивчик:

– «Я слышу, дождь шуршит в зеленой траве…»[29]

– «Я слышу, кто-то изменил вдалеке…» – подхватил Кей, нарочно перевирая вторую строчку, где раньше «вдалеке» звонил колокол.

– «И только голос твой не слышу теперь…»

– «Что ты виноват – скажи…» – закончил Кей, меняя на ходу и эти слова тоже.

– А я думал, почему у нас на базе на первом этаже открываешь кран – а там вода зеленая? А это Тун Яо наверху голову мыла!

– Да идите вы оба! – обиделась Тун Яо.

– Хватит уже. – Лу Сычэн взял у Мина блокнот и стукнул Лу Юэ по голове. – Невеста? На целую дораму насочинял.

– Да мы все понимаем, – сердечно сказал Кот. – Только, брат Чэн, а почему ты такой спокойный? Радуешься потихоньку, да? Девушку завел, а нам не сказал. Мы тебе кто, команда? Или так, погулять вышли? Как нам после такого спину в бою тебе доверять?

Новость взбудоражила всю команду. Похоже, не только Тун Яо считала, что Лу Сычэн в принципе не способен влюбиться в человеческое существо. Капитан уже хотел было сказать: «Да откуда у меня могла взяться девушка, я же с вами все время провожу!» – как кто-то резко толкнул дверь с внешней стороны и на пороге появился Ли Хвансок, который должен был сейчас спокойно сидеть в зрительном зале. В руках он держал коробку из «Старбакса», в которой лежало два кусочка торта. А поскольку Лу Сычэн знал, что Ли Хвансок неплохо понимает по-китайски, капитан вынужден был замолчать.

Судя по взъерошенному виду джанглера Huawei, ему пришлось бежать. Он даже все еще дышал учащенно. Поздоровавшись со всеми, Кунь прошел прямиком к Тун Яо и протянул ей коробку.

– Это вкусное. Тебе. – Парень немного подумал и, с трудом подбирая слова, сказал: – После матча быть голодная вредно для здоровья.

– Спасибо, – замявшись, ответила Тун Яо.

Она посмотрела на Лу Сычэна. Тот поглядел на коробку, потом перевел взгляд на девушку и сказал Ли Хвансоку на корейском:

– Так, паршивец… Это что, бунт? Мало того что ты вломился в чужую комнату отдыха – это ладно, но ты реально решил подкатывать к женщине своего сонбэ?

– Да просто принес еды, – ответил Хвансок на том же языке. – Вдруг она проголодается? Что в этом такого-то? Подкатываю я не так. Ты просто не видел, как я подкатываю! Я могу для девушки хоть звезду с неба достать!

Тут Лу Сычэн даже не попытался сдержаться: закатив глаза, он поднял кулак, будто на самом деле собирался побить этого мелкого негодяя.

– Ай! – воскликнул Ли Хвансок, повернулся к Тун Яо и очень серьезно сказал: – Скушай обязательно. Я очень старался, чтобы это принести. – И тут же дезертировал с поля боя, оставив и команду ZGDX, и весь находившийся в комнате персонал едва ли не в шоковом состоянии.

– А что происходит вообще? – спросил Пухляш. – С «Вичатом» было понятно – он у нас не спрашивал, потому что все у него в контактах и так уже есть. Но торт-то он сегодня принес не на всех!

– Да вроде и так все понятно, – ответил Кот, – тут даже и додумывать ничего не надо.

Тун Яо отставила коробку с тортом и встала, собираясь что-то сказать, но тут вошел Сяо Жуй.

– Народ, время! Пора выходить… Ешкин кот, а это что у вас тут? Вечеринка? Цветы, торты – уже и на десять минут вас оставить нельзя! Вконец зазвездились!

– Это все сногсшибательная харизма мидлейна и ботлейна, – сказал Пухляш.

– Твоя?!

– Ну, кроме моей…

– Да что происходит? – Сяо Жуй повернулся к Тун Яо.

Девушка еще не успела открыть рот, как вновь вмешался Пухляш:

– А это джанглер из Huawei к нам в зятья усиленно набивается.

– Он? – Сяо Жуй удивился. – Кунь ухаживает за Тун Яо? Это вот тот, который в прошлом матче прямо не уходил с мидлейна и убивал ее, как с цепи сорвавшись? Это вот он надеется жениться? Ну что я могу сказать… Романтика у вас, профи, конечно, оригинальная…

Вот так, со смешками и разговорами, игроки и потянулись к выходу. Лу Сычэн шел первым, Тун Яо – последней. За все время перерыва девушке так и не удалось перекинуться с капитаном хоть словом. В этом не было ничего особенного, и все-таки в глубине души она чувствовала – что-то не так… Какая-то непонятная неловкость.

Когда они вышли на сцену, зрители уже рассаживались по местам. Тун Яо бросила взгляд в зрительный зал: «девушка с букетом» вернулась на первый ряд. Только теперь, понятное дело, она была уже без букета. Ли Хвансок тоже успел добраться до своего места.

Начался второй раунд. Поскольку первая часть игры прошла легко, команда расслабилась, и на стадии бана и выбора никто особо не обращал внимания, кого выбирает противник, все взяли тех чемпионов, которых сами хотели. Чуть поколебавшись, Тун Яо выбрала Лауру – потому что за этого персонажа в про-лиге никто не играл уже целый сезон. И вообще в про-лиге царил застой: сколько ни играй, все по кругу берут одних тех и же, самых сильных в текущей версии. Поэтому неожиданный выбор Тун Яо вызвал в зале настоящий фурор. Публика даже начала аплодировать, хотя игроки в наушниках все равно не могли этого услышать.

Комментатор А:

– Лаура! Ну надо же! Совершенно не ожидал, что она выберет именно этого чемпиона! Вот это круто! Я считаю, другим командам стоит задуматься! Если даже девчонка не побоялась взять этого персонажа в матче про-лиги, то вы-то чего боитесь?

Комментатор В:

– Кстати, я недавно смотрел ранговые матчи на корейском сервере и обратил внимание, что Смайлинг часто выбирает Лауру. Похоже, она специально тренировалась.

Комментатор А:

– А хорошо она играет или пока не очень?

Комментатор В:

– Да как-то не очень. Иногда у нее бывает прямо как озарение, но по большей части стиль игры такой… туповатый. Надеюсь, сегодня она все же покажет достойный результат!

Пока комментаторы упражнялись в остроумии по поводу выбора Тун Яо, Лу Юэ, сидевший в комнате отдыха возле кулера и наблюдавший за матчем на экране, несколько раз чихнул. Прочихавшись, он закатил глаза и вдруг припомнил недавний разговор:

Лу Юэ:

– Да блин… Я фигею с этой Лаурой. Она на начальной стадии просто овощ! На хрен она вообще нужна в игре?! И когда уже удалят… В ней нет никакого смысла!

Тун Яо:

– Не умеешь играть – не ори. Ты кого вот так убить собирался? Ты что, в Серебре, а? Предметы тебе на кой даны? И на фига ты на бот поперся? А возвращаться вообще планировал? Так, свали с моего места. Сиди и смотри, как взрослая тетя играет!

Лу Юэ:

– Не буду я смотреть.

Тун Яо:

– Чэн, подойди сюда. Подними веки своему брату…

Ну вот… Случайные зрители тех матчей, естественно, не знали, что тупил и творил всякую дичь совершенно другой игрок, известный под ником Люй, который просто пытался расширить свой пул героев. А те самые «озарения», про которые говорили комментаторы, случались тогда, когда настоящий владелец аккаунта, не выдержав, силой отбирал у него мышку и клавиатуру, чтобы показать, как надо.

Лу Юэ, подперев одной рукой голову, а в другой держа кусок торта, подаренный Тун Яо джанглером из Huawei, смотрел матч на экране… Фаза бана и выбора как раз завершилась, и обе команды, по пятеро персонажей от каждой, появились в Ущелье Призывателей.

Да, Лаура на ранней стадии действительно не подходила для дуэлей на линии. Сила персонажа раскрывалась в командных боях, когда она могла прыгнуть сразу в тыл противника, минуя танков вроде топера и саппорта, и нанести удар сразу по основной – но и самой уязвимой – ударной силе, по кэрри. От игрока этот персонаж требовал быстрой реакции, четкости в перемещениях и высокой подвижности. Для него на счету была каждая секунда – ведь он мог изменить весь ход игры.

Поэтому, когда Тун Яо пришла на лейн, она очень аккуратно добивала крипов, не давая врагу ни малейшего шанса на полноценное столкновение. Кроме того, она знала, что у противника полностью китайский состав, а значит, с коммуникацией нет проблем. И поэтому краем глаза девушка все время следила за мини-картой внизу.

И вот когда ее героиня была примерно на полпути к шестому уровню, Тун Яо увидела, что вражеские топер и мидер одновременно прожали телепорт, и нижняя линия озарилась двумя вспышками света.

Тун Яо:

– ???

– Какого хрена? – возопил Кот. – Что у них вообще происходит? Что там на боте? У них же еще никто шестого левела не набрал, куда они все рванули?

Он торопливо телепортировался следом. Тун Яо ничего не оставалось, как отыскать вард слегка в глубине, за спинами врагов, и тоже переместиться. И вот на ботлейне неизвестно зачем собрались разом все десять человек.

– Да я никого не трогал! – с невинным видом воскликнул Пухляш. – Клянусь, я всего одним глазком посмотрел на их саппорта! Что они нервные-то такие? Я его и пальцем не тронул, а у этих сразу истерика и тимфайт!

– Пальцем ты и не трогал. Ты его крюком зацепил, – лениво возразил Лу Сычэн, одновременно уворачиваясь от миллиона нацеленных на него вражеских абилок.

Тут как раз подтянулись Кот и Тун Яо. Кот играл за Синего Великана. Кинувшись вперед, он одним ловким движением воткнул преграду, четко отрезав вражеских мидера и кэрри от их же танков. Тун Яо тут же последовала за ним и быстро добила кэрри, у которого уже оставалось не очень много здоровья.

Увидев, что кэрри убит, остальные хотели сбежать, но Лу Сычэн не дал им такой возможности. Его персонаж, использовав рывок, погнался за вражеским топером, осыпая его стрелами в спину. На этом этапе с экипировкой у всех было еще не очень, и танк из топера тоже вышел так себе – свалился после нескольких ударов. Оставшиеся в живых джанглер, мидер и саппорт уже ничего не могли поделать против пятерых сразу, тем более что здоровье у Лу Сычэна было на тот момент практически полное.

Словом, тимфайт, который затеяли противники, оказался для них роковым. Равновесие на карте было нарушено, но не так, как они планировали: их команда была полностью разгромлена. Еще живого мидера Тун Яо убивать не стала, хотя у нее было неиспользованное умение. Вместо этого девушка уступила эту возможность Лу Сычэну. Капитан скользнул взглядом по соседке-коротышке:

– Что за щедрость сегодня?

Но Тун Яо не ответила. В это время Кот, Кей и Пухляш уже пошли забирать первого элементального ангела. Лу Сычэн, разбогатевший от трех убийств, думал было отправиться на базу, но заметил, что к башне подходит волна вражеских крипов. И решил соединить приятное с полезным – зачистить их, потому что сотня-другая золотишка никогда не помешает.

Но как только эта мысль промелькнула в голове капитана, в тот самый момент, когда вражеская волна достигла линии, его собственный мидер, до этого прятавшийся в кустах и готовившийся к обратному телепорту, отменил свое перемещение. Затем с невероятной скоростью он обрушил на противников серию своих способностей и автоатак, уничтожив всех.

Лу Сычэн:

– !!!

«Пыщ-пыщ-пыщ!» На мини-карте перед Тун Яо вырос целый лес из знаков вопроса, присланных кэрри. Говорили, что у того, кто осмеливался воровать у Лу Сычэна крипов, трава на могиле уже по пояс. А Тун Яо как будто ослепла и оглохла – она преспокойно вернулась в кусты, чтобы продолжить телепорт. И когда ее персонаж, воссияв среди кучи вопросительных знаков, исчез, девушка холодно бросила всего одно слово:

– Налог!

Ну охренеть теперь… «Налог!» Пухляш, который как раз видел всю эту сцену, так смеялся, что чуть задыхаться не начал, сложившись пополам в своем кресле. Даже ангела бить перестал. А Лу Сычэн, добравшись до базы, обнаружил, что Тун Яо успела и закупиться и даже вернуться на линию. Капитан смотрел на нее с выражением бессильной злости. Будь это обычная ранговая катка и посмей кто-нибудь вот так украсть у него крипов, этот «кто-нибудь», вернувшись на базу, так и остался бы жить в фонтане. Но сейчас Лу Сычэн не сказал ни слова. Украли крипов, ну и пес с ними. Тихо-мирно закупившись, капитан отправился обратно.

– Наконец-то нашелся кто-то, кто способен тебя буллить! – сказал Пухляш.

– Лучше заткнись, – посоветовал Лу Сычэн.

Но это был лишь маленький эпизод. Матч-то тем временем продолжался. Хотя сыгранность в команде противника была на высоте, но в плане мастерства они все-таки уступали. Только их мидер, пожалуй, еще мог сравниться с новичком Тун Яо, а вот все остальные были чуточку слабее. И поэтому после разгрома в начале игры они уже не сумели перейти в контратаку. В итоге ZGDX, пользуясь эффектом снежного кома, очень быстро забрала этот матч, снова легко обыграв соперника со счетом 2:0.

Но Лу Сычэну показалось странным, что за оба раунда Тун Яо сказала ему всего одно слово, то самое «налог». Девушка, конечно, и так не была болтушкой, но обычно у нее не было проблем с коммуникацией внутри команды. Впрочем, как капитан, он так и не смог найти повод хоть к чему-то придраться.

Когда вражеский главный кристалл был уничтожен, игроки сняли наушники и пошли пожимать руки побежденным соперникам. Тун Яо шла впереди. Она не оборачивалась, и капитану был виден лишь затылок девушки. Ее молчание почему-то вызывало у Лу Сычэна ощущение неловкости, хотя он сам не смог бы точно сказать, в чем именно это заключалось.

После рукопожатий все пятеро игроков победившей команды вышли вперед, чтобы поклониться публике. Капитан выглядел рассеянным. Поклонившись, он первым развернулся и пошел за кулисы, как раз размышляя, сколько еще будет длиться эта игра в молчанку, когда за его спиной кто-то вскрикнул. Он машинально обернулся.

Зрители же в это время увидели вот что. После поклона вся команда ZGDX зашагала прочь со сцены. Лу Сычэн шел первым, Тун Яо второй, Пухляш третьим, за ними следовали Кот и Кей. Пухляш, обсуждая что-то с Котом, обернулся и не заметил, как наступил на задник вьетнамки Тун Яо. Девушка сильно покачнулась и упала бы, но Лу Сычэн, шедший впереди, как раз в этот момент обернулся, словно у него были глаза на затылке. Моментально отреагировав, капитан подхватил падающего мидера и забросил на плечо, как большую плюшевую игрушку.

И тут все вокруг как будто остановилось. И Тун Яо с одной босой ногой, повисшая на чужом плече, застыла от изумления. И Пухляш, послуживший причиной этого всего, остолбенел. И публика замерла…

Пока чей-то возглас в зрительном зале вдруг не разорвал тишину, и все завертелось снова. Тун Яо, опираясь на спину Лу Сычэна, в замешательстве подняла голову и увидела множество нацеленных на них телефонов и фотоаппаратов. Вспышки, как звезды, мелькали одна за другой.

Лу Сычэн посмотрел на Тун Яо:

– На ровном месте падаешь. Тебе кальция, что ли, не хватает?

Его глухой низкий голос прозвучал раньше, чем девушка сумела объяснить, что это просто его саппорт наступил ей на пятку.

Как написала потом в Сети какая-то неизвестная барышня:

Взрительном зале царило оживление. Похоже, всем очень понравилась эта маленькая послематчевая сценка. Пухляш, следовавший за Тун Яо и Лу Сычэном, озадаченно спросил:

– Вы что творите вообще? «Чжу Бацзе жену понес»?[30]

– Это кто тут Чжу Бацзе? – спросил Лу Сычэн.

Лицо Тун Яо стало пунцовым. Она тихонько похлопала парня по спине и шепнула:

– Поставь уже меня на место!

Капитан не пошевелился, лишь бросил взгляд на Пухляша, а потом пихнул его слоновью конечность, так и стоявшую на вьетнамке Тун Яо.

– Ногу-то убери…

Только тут, глянув вниз, Пухляш сообразил, что произошло. Он быстро отдернул ногу, а Лу Сычэн поставил Тун Яо в точности на ее обувь. Девушка, очутившись на полу, выдохнула и хотела обуться, но обнаружила, что от рывка на вьетнамке оторвалась перемычка спереди. Тун Яо расстроилась. Эти вьетнамки ей подарила Цзиньян на прошлое Рождество. Подошва у них была черной, а спереди красовался белый цветок камелии. Вроде обычные шлепанцы, но на деле чудовищно дорогие… Но это было еще не самое ужасное.

Все стало гораздо хуже, когда сотрудник от организаторов, наблюдавший со стороны, наконец собрался и подошел к Тун Яо.

– Смайлинг, привет! Ты сегодня «самый ценный игрок». Готова к интервью?

«А то по мне не видно, насколько я готова!» – сердито подумала Тун Яо, стоя на разорванной шлепке. Но сказать это вслух было никак нельзя, потому что и ведущая уже ждала на месте, и свет был настроен, и куча фанатов столпилась в углу, нетерпеливо вытягивая шеи… Девушка секунду помолчала, сказала «угу» и, подволакивая ногу, поплелась в зону интервью. Через пару шагов она услышала тяжкий вздох за спиной. Хотела уже обернуться и спросить: «А ты-то чего вздыхаешь?» – и вдруг почувствовала, что две большие сильные руки схватили ее за талию и подняли в воздух.

Среди фанатов опять поднялся невообразимый гвалт, кто-то даже начал свистеть и улюлюкать.

– Эй-эй!

Тун Яо, откинув голову, стукнулась затылком о крепкую грудь капитана. С этого ракурса девушке была видна лишь идеальная линия его подбородка. Лу Сычэн с невозмутимым видом донес своего мидера до зоны интервью и усадил на высокий табурет. Каменное выражение лица капитана сохранилось, даже когда со всех сторон замелькали вспышки камер. Посадив Тун Яо, он ушел собирать периферию – и свою, и Тун Яо.

Девушка проводила его взглядом, увидела, как он взял наушники, чтобы убрать в сумку, и, все еще растерянная, отвела глаза. Отовсюду в ее сторону были направлены софиты, а подиум внизу был забит фанатами. Тун Яо немного нервничала, в голове была полная пустота, и в этой пустоте вдруг возникла единственная мысль: организаторы забыли показать ей вопросы для интервью! Вот с такой неразберихи все и началось.

Ведущая с добродушной улыбкой поздравила с победой в матче со счетом 2:0 и сказала:

– Отличный результат! Теперь у команды три очка на этом этапе, и вы поднялись на лидирующую позицию в турнирной таблице. Что скажешь, Смайлинг?

Девушка крепче сжала микрофон в руке.

– Ну… Я очень довольна. Спасибо моим тиммейтам за победу. Надеюсь, мы сможем так же хорошо выступать до самого конца сезона.

Фанаты внизу засмеялись, а мозг Тун Яо постепенно подключился к процессу. Заодно и бешено колотящееся сердце немного успокоилось. Ведущая похвалила ее за прямоту, заглянула в карточку и задала второй вопрос:

– Все знают, что Смайлинг – единственная девушка в про-лиге. Поэтому всем очень интересно: как это? Это доставляет какие-нибудь неудобства? Не приходится ли сталкиваться с трудностями, которых нет у остальных игроков?

– Да ничего такого… – Она почесала затылок. – Поначалу было немного нервно, я боялась, что не смогу влиться. Но потом оказалось, что у меня очень доброжелательные тиммейты. Кажется, ко мне никто не относился как-то по-особенному только из-за того, что я девушка. Вот это лучше всего. Еще раз похвалю своих сокомандников: похоже, что для них девушка в киберспорте – это не что-то из ряда вон… У них никогда не было таких предрассудков. – Тун Яо опустила микрофон, секунду подумала и добавила: – Если девушка захочет, то сможет добиться отличных результатов. Киберспорт не должен быть делом исключительно для парней. Надеюсь, упрямые люди, которые до сих пор так думают… со временем передумают.

Едва она договорила, несколько девушек в зале опустили телефоны и начали отчаянно аплодировать. Неожиданно ей вспомнилась та фанатка Мина, с которой она столкнулась на финале Весеннего турнира. Еще до того, как сама вступила в команду. Интересно, она и правда бросила киберспорт? Или так и не смогла его отпустить и до сих пор сидит там в фанзоне и болеет за ZGDX? Тун Яо прищурилась, пытаясь рассмотреть лица в зале. Ей показалось, что увидела… а в следующую – что нет, просто обозналась.

Затем ведущая задала еще несколько вопросов: например, почему Тун Яо выбрала именно Лауру. Девушка ответила на все по порядку. Наконец очередной вопрос прозвучал как последний, и она уже хотела спрыгнуть со стула, но ведущая остановила ее. Тун Яо обернулась и увидела улыбающийся прищуренный взгляд.

– У нас есть еще один дополнительный вопрос. Все зрители, включая меня, очень хотят знать… Когда вы поклонились и пошли за кулисы – что произошло, почему Чессмен подхватил тебя на руки? Честно говоря, было несколько неожиданно увидеть такую романтическую сцену на арене в про-лиге…

Публика рассмеялась и начала перешептываться. Тун Яо дернула уголком губ:

– Это просто Пухляш наступил мне на пятку. Я чуть не упала, но капитан меня поймал.

– Но ведь в последнее время на всех крупных площадках киберспортивных сплетен часто обсуждают тебя и нашего брата Чэна…

– Да нет между нами ничего, – ответила Тун Яо. – Ну да, он может ляпнуть что-нибудь двусмысленное, но это по приколу. Не ведитесь! Если однажды наш капитан решит, что способен влюбиться в человеческое существо и начнет со мной встречаться, – я, честное слово, всему миру объявлю и разошлю приглашения на свадьбу.

– Ты и правда нам скажешь?

– Возьму мегафон, выйду на сцену и прямо со сцены прокричу.

– Ах-ха-ха-ха!

Тун Яо была настолько откровенна и естественна, не жеманничала и не смущалась, что, вопреки ее словам, все те, кто раньше подозревал, что между мидером и кэрри что-то есть, наконец-то успокоились. Интервью получилось отличное – было весело, атмосфера сложилась легкая и непринужденная. Наконец ведущая объявила об окончании интервью, люди начали расходиться, а Тун Яо с облегчением спрыгнула со стула. Когда девушка возвращала микрофон, ее ладони оказались все в поту. Очень уж она переживала, чтобы их капитан снова не стал героем какой-нибудь душещипательной истории на радость сплетникам…

По пути в комнату отдыха Тун Яо прихрамывала, подволакивая за собой бездыханное тело порвавшейся вьетнамки, и набирала сообщение Цзиньян:

Так, переписываясь, Тун Яо добралась до комнаты отдыха. Внутри оставалось еще несколько сотрудников. Одна из девушек подбежала к ней и вручила пару одноразовых тапок, какие обычно выдают в гостиницах.

– Где вы это добыли?

– Брат Чэн сходил в ближайший отель и попросил.

– Очень мило с его стороны… – пробормотала Тун Яо и нагнулась, чтобы обуться.

Краем глаза она заметила большой букет на столе. К этому времени и команда, и персонал собрали свои вещи. Часть и вовсе уже ушла… Похоже, цветы забирать никто из них не планировал.

– А это не возьмете? – Тун Яо указала на букет.

– Брат Чэн не говорил, что надо его забрать.

Тун Яо наклонилась и понюхала. Цветы были свежайшие, импортные, только-только начавшие раскрываться. Даже жалко стало выбрасывать… Потом она подумала: а ей-то, в принципе, нести ничего не надо. И решила в одну руку взять труп своих дорогих сандалий, а в другую – букет, такой большой, что он сразу загородил весь обзор, после чего, пыхтя и фыркая, поплелась за персоналом в большой автобус.

Лу Сычэн сидел на последнем ряду с закрытыми глазами и отдыхал. Тун Яо прошла в хвост, наклонилась, вытащила один наушник.

– Капитан, спасибо за тапочки.

Тот открыл глаза и пристально, но холодно смотрел на нее секунды три. А на четвертой перевел взгляд на охапку цветов.

– Это еще что?

– Букет. Подарок от твоей фанатки.

– Я разве об этом спрашивал? Я имел в виду: на фига ты это сюда принесла?

– Ну так красивые же цветы, чего их бросать? Или у тебя аллергия на пыльцу?

Лу Сычэн добрых полминуты молча смотрел на Тун Яо и наконец сказал:

– Ладно, ты сама решила их взять. Потом не ной.

Тун Яо непонимающе посмотрела на него. А капитан отобрал у нее наушник, воткнул обратно в ухо, а потом еще и натянул на глаза капюшон от форменной куртки, всем своим видом говоря: «Отвали!».

Тун Яо хмыкнула и написала Цзиньян в «Вичате»:

Затем она села, поставив букет рядом на пол, закинула ногу на ногу и открыла «Вейбо». И совершенно случайно наткнулась в ленте на один пост…

Дернув уголком губ, Тун Яо опустила ногу и выпрямилась. Правду говорят: нет в мире такой стены, что удержит сквозняк[31]. Опустив голову, девушка посмотрела на стоящий рядом «корень всех зол». И чем дольше смотрела, тем более невиновным он ей казался. Она вышла из «Вейбо», открыла другие страницы и обнаружила, что новость о таинственной незнакомке уже разлетелась повсюду.

«!!!» Тун Яо полистала посты еще немного. Девушка и не ожидала, что из одного букета можно раздуть такую бурю. Эти пользователи интернета в такие моменты превращаются в настоящих Шерлоков Холмсов… а самое страшное, что большая часть их догадок оказалась верной.

Кстати, насчет того, нарочно ли та девушка все это сделала. Тун Яо встала и пересела к Лу Юэ. Тот, уткнувшись в телефон, с кем-то переписывался. Она толкнула его ногой. Парень поднял голову, с недоумением глядя на ее каменное лицо, замер на мгновение, а потом тихонько спросил:

– Ты тоже видела, что пишут на «Тьебе» и в «Вейбо»?

– А я с ними согласна. Женская интуиция говорит, что она это сделала нарочно!

Лу Юэ закатил глаза и повернул к Тун Яо экран своего телефона. То есть не своего – телефон принадлежал Лу Сычэну. Младший брат выяснял отношения с кем-то по имени Ло-Ло. Если коротко – Лу Юэ ругался и спрашивал, для чего он, так-перетак, добавлял ее в «Вичат», чтобы она устроила цирк? А теперь вся Сеть обсуждает, что капитан влюбился, привел девушку на матч, она подарила ему цветы, бла-бла-бла…

Лицо Лу Юэ было темнее угля. Он забрал телефон и внес собеседницу в черный список.

– Дело не в праве на личную жизнь. – Он сунул трубку в карман. – Дело в том, что как раз с такими нельзя встречаться. Сплошной выпендреж на уме, соперничество и чувство превосходства. И это при том, что она вообще не врубается, что происходит в этом кругу. Это, конечно, не совсем ее вина… но никому не охота тратить на это время.

– Похоже, тебя это очень беспокоит, – сказала Тун Яо, откидываясь на спинку кресла.

– Ну, как ни крути, а мой брат все-таки публичная личность. И не только он сам – все те, кто рядом, тоже должны понимать, что они на виду. Только так все смогут спокойно заниматься, чем хотят, и ни во что не встревать.

Тун Яо немного подумала, протянула руку и потрепала Лу Юэ по голове.

– А ты, оказывается, довольно разумный парень!

– Ай! – отпрянул тот.

Девушка уже хотела продолжить его дразнить, как вдруг кто-то крепко перехватил ее руку. Оба синхронно обернулись: за ними возвышалась этакая статуя Будды с полусонным лицом.

– Чем это вы тут занимаетесь?

– У нас совещание! – не сговариваясь, хором ответили Тун Яо и Лу Юэ.

– Какое, к бесам, совещание, в детском саду совещания не проводят. – Лу Сычэн смерил их презрительным взглядом и отпустил руку девушки. – Приехали. Выходим. Ужинать будем.

Тун Яо подняла голову: и правда, автобус остановился у ресторана. Что ж, закончили матч – самое время подкрепиться. На «трапезу победителей» девушка отправилась в чем была – в тех самых гостиничных тапочках. И очень удивилась, что в ресторане ее не выставили вон, хотя официанты с явным непониманием косились на весьма странную обувь.

За весь ужин никто не решился заговорить с капитаном о невиданном событии – о том, что он впервые в жизни стал объектом любовных сплетен. А дальше произошло нечто еще более неожиданное: когда все наелись досыта, Лу Сычэн вдруг предложил:

– А давайте пойдем и купим всем одинаковую обувь? А то на вас больно смотреть: кто-то в кроссовках, кто-то в сандалиях, кто-то вообще в шлепках…

– Между прочим, в шлепках удобно! – возмутилась Тун Яо. – За что ты их так не любишь?

– Надо было сегодня дать тебе шмякнуться, чтобы зубы выбила. Вот тогда и обсудили бы, удобно тебе или нет, – возразил Лу Сычэн.

Тун Яо опустила глаза, посмотрела на гостиничные тапочки и покорно замолчала.

– Так на это надо бюджет запрашивать… – сказал Сяо Жуй.

– Я сам оплачу, – ответил капитан.

На секунду менеджер задумался и, вспомнив, что Лу Сычэн, вообще-то, тоже один из боссов, кивнул:

– «Чэн богатый – Чэн заплатит»? Тогда по рукам.

Остальные просто молча поддержали идею. Время было еще относительно раннее, и все решили прогуляться по ближайшему торговому центру. Идея была в том, чтобы зайти в любой спортивный магазин и купить шесть пар одинаковых кроссовок. Поэтому команда гурьбой ввалилась в первый попавшийся. Долго и придирчиво выбирали и наконец остановились на баскетбольных в сине-белой гамме. Их дали примерить Пухляшу – смотрелось неплохо, все единогласно одобрили.

– Вот эти возьмем. – Лу Сычэн вытащил из кармана банковскую карту. – Говорите свои размеры.

И среди общего хора «сороковой, сорок второй, сорок первый» вклинилось одно «тридцать пятый». Все разом притихли. Рука Лу Сычэна с картой зависла в воздухе. Когда вся команда синхронно повернулась к ней, Тун Яо вздернула подбородок:

– Да, тридцать пятый. И попробуйте меня за это уволить!

– Было бы чем гордиться, – поморщился Лу Сычэн и повернулся к продавцу.

Тот как-то сразу сник:

– Это мужская модель, у нее самый маленький размер – тридцать девятый. Но я помню примерно похожую женскую…

С этими словами он развернулся, пошел в женский отдел и принес оттуда такие же кроссовки, но женские, белые с красным. Поставил рядом с кроссовками, которые выбрали здоровенные парни. В целом смотрелось неплохо.

– Как удачно совпало, – улыбнулся продавец. – У выбранной вами модели как раз есть женский вариант. Это парная модель для влюбленных.

Тун Яо скинула тапок, сунула ногу в кроссовок и, приставив ее к обутой ноге Пухляша, наклонилась, пытаясь понять, в чем тут, собственно, «парность». Подняв глаза, девушка увидела, что капитан уже протянул карту кассиру.

– Эй! Мне кажется, нужно какие-нибудь другие примерить, – сказала она.

– Да пока ты выберешь, утро настанет. У тебя вообще дисциплина хоть какая-то развита?

После покупки обуви все в приподнятом настроении вернулись на базу. Еще бы им не быть довольными, как стаду слонов… Матч выиграли, да еще каждый получил по паре новых кроссовок! А фраза «Чэн богатый – Чэн заплатит» стала общей любимой цитатой.

Все сразу разошлись по своим делам. Кто-то пошел наверх разбирать сумку с периферией, кто-то направился в душ. Сяо Жуй обнял Пышку и, не спуская его с рук, пошел открывать кошачьи консервы, чтобы задобрить своего мохнатого босса.

Внезапно на первом этаже осталось всего два человека – Тун Яо и Лу Сычэн. Капитан сел за компьютер, собираясь, кажется, начать ранговую игру. Чуть помедлив, Тун Яо подошла, взяла капитана за руку, вытащила из кармана монету и вложила в его ладонь.

Лу Сычэн посмотрел вопросительно.

– Цзиньян говорила, что дарить обувь – плохая примета и что надо обязательно дать немного денег, чтобы уберечься от зла, – пояснила девушка.

– Ты к нам из какой глуши понаехала? И как попала в про-лигу? На вашем краю света хоть интернет-то вообще провели?

Тун Яо насупилась.

– Эта примета только для влюбленных, – с каменным лицом добавил Лу Сычэн.

– О! – произнесла девушка.

Чуточку подумав, она слегка покраснела и стала разжимать ладонь капитана.

– Тогда обратно верни!

Лу Сычэн отдернул руку и прежде, чем Тун Яо успела ее перехватить, ловко забросил монетку в ту самую копилку в виде «кошки на удачу». Девушка с шумом втянула воздух:

– Думаешь, я оттуда не достану?

Тун Яо еще не договорила, а парень уже взял копилку и потряс. Потом вручил девушке:

– Ну, давай. Найди.

– Лу Сычэн, ты ведешь себя как ребенок!

– Я ребенок? А ты зато жадина. Дала всего юань и сразу потребовала обратно! Отойди в сторонку. Можешь искать там свою монетку сколько влезет, только не мешай мне стримить!

Лу Сычэн начал прямую трансляцию. Вскоре к нему присоединились и его тиммейты, один за другим спустившись по лестнице. Всем надо было добирать прописанные в договоре часы. Тун Яо заказала коробку фруктов и, забравшись с ногами в кресло, начала их есть, одновременно смотря дораму. Лу Сычэн, игравший ранговый матч, время от времени отвлекался, чтобы перекинуться с ней парой слов.

– Ты свои часы стрима уже набрала?

– Я сдалась. Спроси об этом в следующем месяце.

Лу Сычэн, чуть позже:

– Уже полдвенадцатого.

– И что?

– Время для «сна красоты» началось час назад. А ты все сидишь тут и хомячишь арбуз?

Тун Яо потрогала живот и подумала: если не вставать на весы, то и лишних килограммов не существует. Поэтому она с чистой совестью доела фрукты, потом включила компьютер, зашла на платформу и заглянула в стрим Лу Сычэна. Комментарии были переполнены одним и тем же вопросом: кто была та девушка? Другие вовсю смеялись над капитаном.

Она ткнула пальцем в экран:

– Тут говорят, твой Кукловод в этом матче ужасно сыграл, как полный нуб, практически по нулям. Правда? Что-то я не заметила.

– Я же старый солдат и понятия не имею, как играть этим новым Кукловодом. Это все Пухляш орал – возьми да возьми.

В матче, который сейчас начался, у Лу Сычэна как раз наступила фаза выбора, и он, отвечая Тун Яо, просто взял и зафиксировал Кукловода.

– Ну вот и потренируюсь.

Девушка издала какой-то сдавленный звук и неловко втянула голову в плечи.

– Что еще в чате пишут? – спросил капитан.

Тун Яо покосилась на него:

– А ты сам читать не умеешь?

Лу Сычэн свернул игру и пару секунд молча изучал сообщения, количество которых в ту же секунду резко возросло. Затем он небрежно и расслабленно заговорил, обращаясь к любопытствующей толпе:

– Та девушка? Какая девушка? И откуда вы все про всех знаете? Шерлоки, блин! Да никто она. Просто семья мне устроила свидание вслепую. В смысле «зачем мне свидание»? Я здоровый совершеннолетний мужчина, достигший брачного возраста. С чего бы мне вдруг нельзя? Но я ей отказал. Да, мне сейчас не до этого. В данный момент я больше всего хочу привести в свой дом не жену, а кубок международного чемпионата S6. Чтобы вот с музыкой, с поклонами, и чтоб восемь человек несли паланкин.

Тун Яо:

– !

– Да дело не в том, что она некрасивая. Нет, красивая, просто не подходит. Да и потом, страшно брать кого-то не из нашего круга. Все равно же рано или поздно расстанемся, так зачем терять время? Почему расстанемся? А как же иначе?

Лу Сычэн, продолжая говорить, развернул камеру в сторону Тун Яо. И зрители увидели, как мидер команды ZGDX, сидевшая на кресле с подогнутыми ногами, ошеломленно повернулась к ним.

– Расскажи им свою историю, – спокойно произнес невидимый Лу Сычэн.

В кадре девушка закатила глаза:

– Да какая история… Фигня одна!

Лу Сычэн повернул камеру обратно:

– Вы слышали, да? Фигня – вот что там впереди. А если хотите подробностей, спрашивайте не у меня, идите к Цзянь Яну. Так, тут один говорит, что раньше думал, что Смайлинг мне не подходит, потому что коротышка, а теперь считает, что по сравнению с левой бабой уж лучше Смайлинг… Модератор! Где модератор? Забань его на месяц. Причина? Нечего оскорблять моего тиммейта из-за роста!

В этот момент Тун Яо увидела, как чат прямо-таки разорвался от всяких «гы-гы-гы», «ха-ха-ха» и «6666666666». Среди них было: «А чего ты наезжаешь-то? Просто не хочешь, чтобы тебя шипперили». Девушка подкатила кресло поближе к Лу Сычэну:

– Ну я-то точно не стану встречаться с киберспортсменом. И вообще, больше никаких отношений. Свою молодость и сердце я решила отдать киберспорту.

Лу Сычэн покосился на нее. Тун Яо повернула голову:

– На что смотришь?

– Ты свой собственный стрим не можешь запустить? Чего ты в мой лезешь?

Тун Яо насадила кусочек дыни на вилку и поднесла ко рту Лу Сычэна как микрофон.

– От имени широкой интернет-общественности разрешите задать вопрос, капитан: какой у вас любимый женский типаж? Чтобы армия ваших фанатеющих «жен» могла направить свои усилия на продвижение к этой прекрасной цели!

Лу Сычэн наклонил голову и съел дыню с вилки. Пожевав пару раз, проглотил, подумал и сказал:

– Я разве не говорил? Она должна играть лучше меня.

Среди тучи «ха-ха-ха» и «6666666» тут же вырос лес «???». Тун Яо бросила вилку в коробку с фруктами и хлопнула в ладоши.

– Слышали? Не любит он женщин. Мужская часть фанклуба ведет со счетом один-ноль.

– Ты же сама сегодня в интервью говорила, что девушка, если захочет, сможет играть не хуже парней!

– Вот это «если захочет» – оно ведь что означает? Что девушке ради этого придется подвинуть шопинг, вкусняшки, маникюр, макияж, новые шмотки и зависание часами на «Таобао», – пояснила Тун Яо. – Но если девушки от всего этого откажутся – они же умрут. А у парней такого в жизни нет изначально. Вот это и есть ваше единственное врожденное преимущество!

Она еще немного посидела, подперев щеку и наблюдая за стримом Лу Сычэна. Потом раззевалась и отправилась спать.

Утром, когда девушка встала, база еще была безлюдна. И тогда она, словно воришка прокравшись на первый этаж, включила свой компьютер и начала трансляцию. На самом деле Тун Яо не сдалась и не забила на свои стримы. Просто, чтобы набрать недостающие часы, она запускала их с раннего утра и до обеда, пока тиммейты спали. Ее фанаты по этому поводу сокрушались: что за ерунда вообще, разве могут настоящие профессиональные киберспортсмены так рано вставать?

Эфир длился примерно час. Тун Яо играла, изредка отвечала на всплывающие комментарии. Время летело незаметно.

Часов в десять утра дверь в комнату Лу Сычэна открылась. Капитан, не продравши глаз и шаркая тапками, начал спускаться. На нем были надеты неряшливо болтавшаяся рубашка и пестрые семейники с Ультраменом, возможно из гардероба Пухляша. На голове красовалось воронье гнездо. В общем, только что из-под одеяла…

Настоящее явление киберспортивного божества простому народу. Тун Яо, свернув игру, заглянула в чат…

Тун Яо нараспев зачитала этот комментарий, тщательно выговаривая слово за словом. Парень, пивший воду на кухне, застыл на месте, опустил руку и подтянул штаны.

– Ты что, уже стримишь с утра пораньше?

Налив себе кофе, он взял чашку, обошел девушку и встал за ее спиной. Тун Яо в это время играла Императором Песков. Таймер показывал девять минут тридцать секунд с начала игры, у нее было девяносто девять убитых крипов, через тридцать секунд с обеих сторон должна была пойти новая волна… И по расчетам Лу Сычэна, который прекрасно знал механику игры, это означало только одно – что она не упустила ни одного.

Более того, ее личная статистика на данный момент выглядела так: 1 убийство, 0 смертей, 0 содействий. То есть девушка не просто не упустила ни одного, а еще скооперировалась с джанглером и взяла фраг.

Капитан приподнял бровь и хотел уже сказать: «Ну ты прямо наловчилась играть Императором!» – как вдруг с удивлением заметил ник вражеского мидера. Над его головой было написано: «TAT, TEI».

У Лу Сычэна даже чашка в руке дрогнула. Он посмотрел на человека, сидящего за компьютером, и поинтересовался:

– Ты какого озверина нажралась?

Тун Яо подняла голову и покосилась на него.

– Ты бы побрился, что ли…

Капитан, подняв руку, потрогал свой подбородок.

– Твой противник – А-Тай.

– И что?

– Да ты еще неделю назад дрожала от ужаса, когда на него попала! А сегодня-то что случилось?

Тун Яо помолчала секунду.

– Меня А-Гуан научил.

– Кто-кто?

– Джанглер KING'ов, – медленно произнесла девушка. – Он мне сказал, что все противники не так страшны, как кажутся. Кто-то просто больше старается, поэтому и выглядит сильным. А большинство – это посредственности. Если приложить столько же усилий, то можно их догнать. А мериться талантом нет смысла.

Лу Сычэн заглянул в свою чашку. Ему вдруг показалось, что кофе у него с привкусом мотивационной банальности. Что-то припомнив, он спросил:

– Это вот с ним ты тогда в мужском туалете общалась?

– !!!

– Как вам, хомячкам, даже в туалете удалось развести столько философии?

Тун Яо молча переключилась на вкладку с комментариями.

– Я просто зашла не в ту дверь, ясно? Ну ошиблась, и что? Там случайно наткнулась на А-Гуана, и мы с ним поболтали. Почему именно в туалете? А почему нет, там же не было никого! Модератор! Тех, кто говорит, что у меня грудь плоская, – в бан на веки вечные! Чтоб никакой им амнистии! Пожизненно! И еще – кто там сказал, что я пошла играть, чтобы на операцию накопить? Что это за бред? Этого тоже в бан! Где модератор спит вообще?! Ай, пес с ним, сама забаню…

Пока Тун Яо тараторила и спорила с чатом, Лу Сычэн внезапно притих, и не по какой-то особой причине. Капитан, глядя на всю эту живость и вспыльчивость, вспомнил вдруг утро после тренировочного матча с его бывшей командой. Девушка сидела тут почти в то же самое время, в том же месте и даже с тем же чемпионом. Только тогда она была мертвенно-бледная, под глазами темные круги… Тун Яо впервые тогда рыдала после поражения, и рыдала так, что слова сказать не могла…

И посмотрите на нее сейчас! Утренний свет лился из окна, подсвечивая половину лица, и, если чуть опустить взгляд, можно было рассмотреть пушок на ее сияющих здоровьем светло-розовых щеках. Девушка с головой ушла в игру (то есть в чат на самом-то деле), и в глазах у нее словно светился огонек.

И Лу Сычэну впервые в жизни расхотелось насмехаться над ее «мотивашками», которые она любила изрекать налево и направо. Его усталый и полусонный взгляд вдруг потеплел. Он протянул руку и мягко похлопал девушку по голове.

– Давай минут через пять один на один сыграем?

– Зачем?

Тун Яо, ругавшаяся с чатом, прервалась и с недоумением повернулась к нему.

– Да просто захотелось. Спорим на ночной перекус – кто проиграет, тот и платит.

Вот так, бросив вызов, Лу Сычэн гордо развернулся и ушел. Тун Яо, проводив его недоумевающим взглядом, снова переключилась из окна игры на чат, и ей открылась совершенно другая вселенная…

Вот так, ни с того ни сего, у ZGDX состоялся матч один на один с призом в виде закуски. Дуэлянты: Тун Яо и Лу Сычэн, секунданты (праздные наблюдатели, точнее говоря): Пухляш, Лу Юэ, Великолепный Мин, Старина Кей, Кот, а также весь остальной персонал во главе с тренером, находившийся на базе.

Перед началом поединка все зрители единодушно и добровольно встали на сторону Тун Яо.

– Давай. – Пухляш похлопал Тун Яо по плечу. – Если ты выиграешь – ангельских креветок[32] поедим. А если проиграешь, то что нам достанется? Доширак?

– Ну… – с сомнением протянула девушка. – Креветок, в принципе, даже я потяну…

– Если ангельских креветок меньше, чем по пять кило на рыло, с ними и заморачиваться не стоит, – отрезал толстяк.

Тун Яо припомнила цену креветок, умножила на пять, потом на количество желающих… и кивнула.

– Постараюсь победить.

Тем временем Лу Сычэн, сидя рядом, уже создал отдельную комнату для дуэли и скинул Тун Яо пароль для входа. Оба они в это время вели стрим. У Тун Яо в чате писали что-то вроде: «Это как будто брат Чэн устраивает поединок за руку невесты», «Эта комната – его арена!», «Я бы тоже хотела попробовать… Нет, а вдруг?»

У Лу Сычэна комментарии были куда веселее:

Лу Сычэн пробежался взглядом по комментариям и холодно произнес:

– Заткнитесь. А то выключу стрим.

Потом он повернулся к Тун Яо:

– Правила дуэли знаешь?

Лу Сычэн повернулся, решительно выключив стрим. Десять секунд спустя число зрителей на канале Тун Яо резко рвануло вверх. Многие зрители, до этого болевшие за капитана, переметнулись на ее сторону. И все как один они говорили: «Сестренка, завали этого урода, а то офигеть он зазнался! Взял и выключил стрим без предупреждения! Мы за тебя! Будем флагами махать!»

Тун Яо растерла руки: от волнения они стали холодными.

– Да, правила знаю. Три килла или башня.

Так звучало одно из правил поединков один на один, а полностью они выглядели так:

1. Нельзя использовать руны и таланты[33].

2. Нельзя использовать заклинания с восстановлением вроде «Исцеления», «Ясности» (восстанавливающей ману) и «Воскрешения».

3. Сражаться можно только на миде. Границами служат два кустика у реки. Вышел за границу – сдался.

4. И самое главное: выигрывает тот, кто первым совершит три убийства или разрушит башню противника.

Каждый из дуэлянтов мог выбрать любого персонажа без ограничений. Но чаще всего, когда они хотели выяснить, кто круче по скиллу, то брали одного и того же чемпиона и проводили «зеркальную дуэль». Поскольку Лу Сычэн и Тун Яо играли на разных позициях, подобрать общего персонажа им было бы непросто. Но, к счастью, этими позициями были мидер и кэрри, а в игре имелось немало чемпионов, подходящих и туда и сюда. Например, Иариэль, Вейлус, Крыло Демасии, Джейс…

– Зеркальный играем? – сказала Тун Яо, просмотрев список. – Иариэлем?

Лу Сычэн лишь кивнул в знак согласия, герои были выбраны, и игра началась. Поскольку руны и таланты в дуэли не использовались, то все стартовые параметры героя, в том числе урон, сильно отличались от обычных. Для тех профи, кто привык просчитывать урон от убийства, такое мышление могло стать смертельной ловушкой. Даже с добиванием крипов могли возникнуть сложности. Был лишь один способ этого избежать: как можно чаще отрабатывать добивание крипов в одиночном режиме. Лишь так можно было изучить, как работает урон без всяких бонусов.

В самом начале, когда обе стороны выпустили крипов и вышли на линию, Тун Яо немного нервничала. Хоть девушка и не вчера пришла в ZGDX, а в «Шторм и порядок» и вовсе играла вечность, но ей еще ни разу не доводилось стоять на лейне лицом к лицу с Лу Сычэном. Сердце Тун Яо учащенно забилось, когда она услышала щелчки мышки капитана и увидела, как персонаж, отмеченный ником красного цвета, с невероятной точностью и спокойствием уничтожает крипов, демонстрируя мастерство, достойное восхищения и страха. Девушка понимала: такое мастерство достигается сотнями часов тренировок в одиночном режиме.

Казалось, что недавно ей удалось перебороть страх перед мидером команды ТАТ, потому что пришло осознание, что люди в большинстве своем такие же обычные, как и она сама. Но сейчас Тун Яо явственно ощущала, что Лу Сычэн не из этого большинства.

Еще в самом начале карьеры его, одного из немногих китайских игроков, купил в качестве трейни один южнокорейский клуб. И с этой позиции брат Чэн вырос, поднялся и занял свое место в самой престижной мировой профессиональной лиге. Как только речь заходила о китайских игроках, его имя неизбежно возникало в разговоре. Он прославился еще в самом начале пути и с тех пор не покидал вершину. Даже сильнейшие игроки признавали и уважали Лу Сычэна, потому что у него был не только исключительный природный талант. Он был еще и трудяга, каких мало.

Игра началась с того, что Тун Яо получила жесткое комбо прямо по лбу. Давление было таким, что ей пришлось отступить под башню. Она даже пропустила опыт с пары крипов, и внутри у нее все сжалось. Дальше девушка могла только прятаться за крипами и осторожно фармить. И все равно время от времени ей прилетало какой-нибудь абилкой, и здоровье потихоньку снижалось.

Когда шкала опыта почти добралась до второго уровня, девушка резко отступила. И очень вовремя! Как она и ожидала, Лу Сычэн, опережая ее всего на одного крипа, первым взял новый уровень. Прокачав второй навык, капитан немедленно атаковал. Скорость рук у него была феноменальная. Тун Яо предпринимала попытки отступить и уклониться, но, несмотря на это, несколько автоатак все же достигли цели. В панике она выпила лечебное зелье, кликнула по земле и принялась атаковать крипов, стараясь не потерять позицию. Но едва девушка апнула второй уровень и прокачала новое умение, как увидела, что Лу Сычэн, практически не потерявший здоровья, отступает, а догнать его и схлестнуться лоб в лоб уже невозможно. И единственный шанс Тун Яо заключался в том, что, если бы капитан вдруг психанул и решил погнаться за ней, девушка смогла бы тогда развернуться и ответить контратакой. Но он явно не собирался давать ей такого шанса.

Потом они еще какое-то время мирно фармили. Однако вскоре Тун Яо осознала: если дать Лу Сычэну спокойно развиваться, то всего из-за одного упущенного в начале крипа он так и будет прессовать ее до конца. Поэтому она то и дело металась по линии, изобретая всевозможные способы нарушить его игру. Увы, он на это не поддавался.

Когда оба игрока были примерно на середине третьего уровня, Тун Яо, переусердствовавшая с агрессивными попытками расшевелить противника и запушившая линию слишком далеко, была атакована Лу Сычэном. Капитан, первым зачистивший крипов, прыгнул к ней и сразу же выдал комбо. Ее здоровье стало стремительно снижаться. Тун Яо отбивалась от него разными способами и даже пыталась укрыться за своими крипами. И когда у нее оставалось не больше двухсот хитов, девушка увидела, что Лу Сычэн ворвался в зону поражения ее башни. У Тун Яо загорелись глаза – вот он, ее шанс!

Но заминка в долю секунды стоила ей жизни. Лу Сычэн прямо под уроном башни кликнул по Тун Яо, моментально активировал «Воспламенение» и применил скилл, отпрыгнув от башни подальше. Затем, как только у его атакующего умения закончился кулдаун, он развернулся и применил его снова. Этот удар (с увеличенной скоростью из-за комбо) сложился с автоатакой и задел Тун Яо, наложившись на «Воспламенение» – заклинание, само по себе снимавшее немало хитов (50 + 20 помножить на уровень героя!) на пять секунд, да еще и снижавшее эффективность лечения. И хоть Тун Яо удалось отступить под башню и больше не попадать под удары, но это было уже неважно. «Воспламенение» спалило ее напрочь.

Экран потемнел. «Первая кровь!» – прозвучало в наушниках. Тун Яо бросила мышку и с досадой вздохнула. Чат был завален всякими «Вау! Круто! Просто бог!» и прочими восторгами в адрес Лу Сычэна. Хотя Иариэль и не предполагал зрелищного геймплея, Лу Сычэн в этой серии действий продемонстрировал глубокое знание его базового урона и кулдаунов, а также филигранную точность в использовании его способностей.

Пока таймер отсчитывал время до возрождения, Тун Яо прикупила экипировку. Ко времени появления ее персонажа на базе девушка осознала, что если и дальше будет играть пассивно, то Лу Сычэн продолжит давить до самого финала, пока она не проиграет. Поэтому, вернувшись на лейн, Тун Яо, несмотря на некоторое отставание, будто бы сбросила оковы и заиграла с невиданной ранее свободой. Спустя три минуты, когда оба игрока достигли пятого уровня, она ровно тем же приемом, какой ранее использовал капитан, грохнула брата Чэна прямо под его башней.

Лу Сычэн поднял бровь. Как раз в этот момент волна вражеских крипов дошла до его башни. Та выкосила их всех, а он не смог получить с них ни опыта, ни золота и лишь вынужден был наблюдать, как Тун Яо, стоя под башней, методично сбивает с нее здоровье. Появившаяся в процессе анимация осыпающихся камней словно объявила: свое отставание Тун Яо полностью отыграла, и матч снова идет на равных!

Их дуэль продлилась двадцать минут. Оба игрока сражались на равных, не давая друг другу ни малейшего шанса вырваться вперед. К двадцатой минуте счет по убийствам был равный: 2:2, а первая башня с каждой стороны дышала на ладан.

К этому моменту Тун Яо давно уже не слышала голосов вокруг и не отслеживала комментарии в чате. Она полностью сосредоточилась на игре и видела только соперника. Капитан первым использовал одно из заклинаний, сбив ее здоровье до опасных сорока процентов. Увидев, как приближается волна крипов, он чуточку замешкался и, видимо, для надежности слегка отступил.

И вот тут Лу Сычэн просчитался, неправильно оценив их положение относительно длины лейна. На самом деле у него был реальный шанс добить Тун Яо еще до того, как до него доберется эта волна. Но капитан решил отступить, и у Тун Яо появился крохотный шанс. В момент, когда натиск ослабевает, рождается возможность для ответного удара.

Решив не упускать этот шанс, Тун Яо нажала Q (нанести урон), потом W (увеличить скорость атаки), А (автоатака) и еще раз А, потом E (прыжок), вновь A и еще раз Q. И, не забыв перед этим про дебафф на замедление, сразу же применила «Воспламенение». Здоровье противника упало, он использовал прыжок, чтобы отскочить… и тогда Тун Яо нажала R.

Через секунду вылетел полумесяц – особая атака, ульт Иариэля. И хоть урон и уменьшился, задев нескольких крипов по пути к Лу Сычэну, этого хватило, чтобы снять ту последнюю каплю здоровья, которая у капитана все еще оставалась. Три – два!!!

– Я победила!!! А-а-а-а-а-а!!!

Тун Яо отбросила мышку с клавиатурой и победно воздела руки. Болельщики за ее спиной зааплодировали, прослезившись, – теперь-то уж точно креветки поплывут в их сторону. А как ликовал чат!

Хихикнув, Тун Яо обернулась посмотреть на Лу Сычэна. Тот неспешно свернул игру, открыл стрим девушки, посмотрел на комменты и пробормотал:

– Меня-то на кой хрен поздравлять? Чтоб у тебя там запор случился… – После чего, выключив трансляцию, потянулся за наушниками.

Но Тун Яо перехватила его руку:

– Кре-вет-ки! Кре-вет-ки!

Лу Сычэн посмотрел на эти клещи, вцепившиеся в его запястье.

– Да помню я, помню…

И тут у него под рукой зазвонил телефон. Тун Яо разжала пальцы, а парень тем временем бросил взгляд на экран. Номер был незнакомый.

– Алло? – произнес он и едва услышал ответ, как тут же переменился в лице.

Тем временем Тун Яо, помахав фанатам, попрощалась с ними и выключила стрим. Потом обернулась к Лу Сычэну, увидела, что с ним что-то не так, и спросила:

– Кто это был?

– Су Ло, – ответил он, убирая телефон. – Сказала, что хочет встретиться «в последний раз». Просто поужинать. Обещала, что после этого оставит меня в покое.

Тун Яо опешила, ее радостный настрой сразу куда-то испарился. Подумав секунду, девушка уточнила:

– И не ходить нельзя?

Лу Сычэн бросил на нее взгляд:

– Су Ло сказала, что, если не приду, она сама явится на базу.

– А-а… – протянула Тун Яо.

Парень раздраженно цокнул языком, с недовольным видом натянул наушники и ткнул в плейлисте в какой-то случайный трек. Остальные уже разбрелись кто куда, вокруг было тихо.

– Брат Чэн… – окликнула Тун Яо.

Капитан не отреагировал. Уставившись в экран, он сосредоточенно читал новости о грядущем обновлении игры.

– Брат Чэн… – вновь повторила девушка.

Опять никакой реакции. Тун Яо повернулась и глянула на него.

– Ты правда, что ли, не слышишь? – Потом пробормотала под нос: – И не боится же оглохнуть от такой громкости…

Наклонившись, Тун Яо подняла с кресла мяукнувшего кота и повернулась, чтобы уйти. Но через пару шагов остановилась, обернулась… и вернулась. Встала за его креслом, помолчала секунду и сказала не слишком громко, но и не тихо:

– Не хочу, чтобы ты туда шел…

Она опустила глаза, обняла кота покрепче, развернулась и, поднявшись по лестнице, ушла в свою комнату. А человек в наушниках все так же неподвижно смотрел в экран.

Через минуту дверь в другую комнату открылась, и Пухляш, потряхивая жирком, шумно поскакал вниз по лестнице.

– Брат Чэн! – сказал он, не особенно повышая голос. – Креветок надо заказывать только из ресторана N! Бери самые дорогие! Нам требуется килограммов пятнадцать…

– Понял… – стянув один наушник, с ленцой ответил капитан.

Впять часов Лу Сычэн, все еще небритый и неопрятный, восседал у компьютера, словно статуя Будды: «Ветер не сдвинет, человек не столкнет». То листал ленты, то смотрел сериалы, но в игры не играл и стримы не запускал. Да и в целом выглядел так, будто мыслями находился где-то не здесь.

В десять минут шестого Сяо Жуй, вернувшись с улицы и обнаружив, что Лу Сычэн так и не встал, с иронией спросил:

– А разве твоя бывшая не собиралась в последний раз с тобой встретиться? Времени-то уже… Почему ты еще не собрался, не приоделся?

Лу Сычэн посмотрел на часы на стене и замер на секунду. Затем потянулся, встал и, медленно подойдя к дивану, плюхнулся на него и снова застыл.

Сяо Жуй:

– ???

Тун Яо, которая тоже сидела там, обняв кота и уткнувшись в телефон с очередным сериалом, почувствовала, как диван просел с другой стороны. Она подняла голову, чтобы взглянуть на парня. Тот полулежал с закрытыми глазами, шелковистые волосы свисали со спинки, а солнечный свет из окна золотил половину тела.

Отложив гаджет, девушка погладила Пышку, потом взглянула на менеджера. Сяо Жуй стоял за спиной Лу Юэ и кривился, наблюдая за его неумелой игрой. Впрочем, Тун Яо тут же забыла о них. Немного поколебавшись, она легонько пихнула Лу Сычэна носком ноги и тихо спросила:

– Ты что, вообще идти не собираешься?

Пару секунд парень не отвечал. Девушке даже показалось, что он ее не услышал, но он вдруг пошевелился и невнятно пробурчал: «Угу…»

– То есть нет, не собираешься? – переспросила она, сама не замечая, что в голосе невольно мелькнула радость.

Лу Сычэн открыл глаза, выпрямился и сел. Покосился на Тун Яо, сидевшую на другом конце дивана, еще немного помолчал и многозначительно произнес:

– Кое-кто не хотел, чтобы я шел.

Тун Яо, опешив, фыркнула:

– И кто же это такой, что лезет не в свое дело?

Спустя секунду девушка сообразила, что вроде бы что-то не так. Потом до нее дошло.

– Ай! – воскликнула она, подскочив с дивана.

Щеки у нее порозовели, как будто на них лег отсвет вечернего солнца. Под спокойным взглядом темно-карих глаз она плюхнулась обратно на диван и с трудом выговорила:

– Ты все слышал…

– Я же не глухой.

– А почему делал вид, что не слышишь?

– Хотел сохранить лицо.

– ???

Тун Яо, собираясь с сарказмом уточнить, какое отношение его лицо имеет к всему происходящему, уже открыла рот… Как вдруг, глядя на бесстрастную физиономию капитана, поняла, что тот имел в виду. Ему было… неловко? То есть он… смутился?..

– !!!

Кажется, вся кровь одновременно бросилась ей в голову, а щеки запылали так, что на них можно было бы испечь хлеб.

– Да я… я просто так же сказала… Я просто боялась, что это тебя собьет… Потому что… ну… на тебя вся команда рассчитывает. Ну в смысле… Летний турнир, кубок… и еще этот… чемпионский скин…

Лу Сычэн молча смотрел на нее. «Капец… Из этого не выкрутиться…» Шмыгнув носом, Тун Яо резко зарылась лицом в кота, которого держала в руках. А тот, не будь дурак, уцепился за нее всеми четырьмя лапами.

Лу Сычэн вздохнул, встал и обошел диван. Наклонившись, капитан взял кота за загривок, пытаясь отцепить от девушки. Но тут уж она ухватилась и категорически отказалась его отпускать. Пока они молча перетягивали Пышку, Сяо Жуй обернулся и, выпав в осадок, озадаченно спросил:

– А что вы делаете?

Лу Сычэн отпустил руку, и Тун Яо, потеряв равновесие, повалилась на диван вместе со всеми килограммами кота, округлое пузико которого накрыло ей лицо.

– Ты теперь так и будешь ходить с котом на физиономии? – сказал Лу Сычэн и слегка тряхнул Тун Яо за плечо.

Она отреагировала мгновенно: шлепнула капитана по руке и свернулась на диване, уткнувшись носом в спинку. Лу Сычэну было видно, что за кошачьей шерстью прячутся шея и щека, такие красные, что с них едва не капала кровь. Он промолчал.

Зато заговорил Сяо Жуй:

– Чэн, блин, так ты в итоге идешь или нет?

– Не пойду. Сколько раз повторять?

– Да почему не пойдешь-то?

Лу Сычэн щелкнул Пышку по лбу, выпрямился, обернулся и равнодушно ответил:

– Кот не пускает.

– Он тебе что, в руку вцепился или в ногу? Как он тебя не пускает? – с недоумением спросил Сяо Жуй.

– И то и другое, – отрезал Лу Сычэн. – А Су Ло, если хочет, пусть приедет на базу. У ворот поговорим. А то только машину вымыл. Неохота ехать.

– М-да уж. «В киберспорте нет любви», – кивнул Сяо Жуй. – Наша цель – чемпионат мира!

Капитан покосился на него и, пробормотав: «Это-то тут при чем…» – ушел за компьютер. Сяо Жуй крикнул ему вслед:

– Что значит «при чем»? Ты что, собираешься амуры тут развести?

Пышка, которого Тун Яо до сих пор прижимала к себе, наконец потерял терпение, вывернулся, демонстративно прошелся по ее лицу лапами и рванул к Сяо Жую. В последнее время менеджер то и дело кормил кота консервами, а потому считался теперь у этого мелкого поганца кем-то вроде нового папы. Вот и сейчас он взял Пышку на руки и хотел открыть ему банку корма.

– Не надо его постоянно консервами кормить, – Тун Яо села на диване, вытирая лицо, – совсем его разбалуешь. Придется просить клуб, чтобы на каникулах компенсировали мне лишние затраты на корм. Это настоящее преступление!

Голос у девушки слегка дрожал, и она то и дело украдкой поглядывала на Лу Сычэна. А тот, наклонившись к компьютеру, был занят непонятно чем: то ли в игрушку играл, то ли отвечал кому-то в QQ… Тун Яо отвела взгляд.

– Кстати, о преступлениях… – Сяо Жуй подошел ближе и таинственно понизил голос: – Я тут недавно застал Пышку на месте преступления. Была уже ночь. Капитан пошел в туалет, а Пышка это просек и сразу прыгнул на его стол ловить рыбок. Весь стол в воде, в аквариуме шерсть… Полный абзац! Когда капитан вернулся, я думал – все, сейчас убьет. Уже собирался в полицию звонить. А он, прикинь, молча переставил Пышку на пол, а сам пошел менять воду в аквариуме и убирать беспорядок. И ни слова не сказал. Вообще. Представляешь?

– !!!

Эта история перепугала Тун Яо до смерти. Она схватила Пышку за лапу и пару раз стукнула.

– Мяяяя! – пожаловался кот.

– Что тебе «мяяя», балбесина? – сказала побледневшая Тун Яо. – Да ты чудом жив остался!

– Как-то раз Пухляш перекормил рыбок, две взяли и сдохли. Так Чэн его потом на тренировках за целую неделю не отхилил ни разу. Смотрел, как его саппорт умирает, разворачивался и молча уходил. Душераздирающее зрелище! А теперь скажи мне, с чего это вдруг у Чэна такая любовь?

Девушка выпустила лапку кота и подняла голову.

– Что-что?

– Ну, к Пышке. У Чэна к нему прямо ангельское терпение!

– Да? – Тун Яо на мгновение замолчала. – Может, это потому, что Пышка такой красивый?

– Не знаю насчет «красивый», но раньше-то он как его звал? «Тварь мохнатая», «чудище», «пушистое отродье». С чего это он, Пышечка, тебя вдруг так зауважал?

Пышка чихнул. А Тун Яо не нашлась что сказать. Пока Сяо Жуй сюсюкался с котом, взяв того на руки, она встала, потерла пламенеющие уши и пошла за компьютер – сыграть пару ранговых каток и успокоиться. Увидев, что девушка села рядом, Лу Сычэн тут же встал и ушел в туалет.

В этот момент менеджер крикнул из гостиной:

– Тун Яо, перешли мне в QQ тот файл с рабочего стола Чэна, где у него статистика рангов за этот месяц. Настал волнующий ежемесячный момент… День урезания зарплаты!

– Угу… – сказала девушка и потянулась к мышке Лу Сычэна.

С трудом подцепив ее, она подняла голову и увидела на экране открытый чат, где Лу Сычэн вел беседу с Везунчиком, топером команды СК.

На этом чат заканчивался. «!!!»

В этот момент за спиной Тун Яо раздался спокойный голос капитана:

– Насмотрелась?

Девушка вздрогнула, отбросила мышку, отскочила к своему креслу, выпрямилась и сбивчиво пояснила:

– Мне Сяо Жуй велел прислать файл, ну тот, который для вычета зарплаты. Сказал, что он где-то у тебя на рабочем столе. Ну и вот…

Тун Яо увидела, как Лу Сычэн наклонился, свернул окна, нашел тот самый файл… Помолчав, она спросила:

– Так ты сегодня утром нарочно мне проиграл?

Лу Сычэн скопировал таблицу в чат с Сяо Жуем и нажал «отправить». Повернулся к ней и спокойно спросил:

– Сама-то как думаешь?

Тун Яо поразмыслила.

– Я думаю, что нет.

Он хмыкнул.

– Ты ведь не какая-нибудь девчонка, которая от такого растает.

– Угу… – ответила Тун Яо.

Девушка опустила голову и убрала прядь волос за ухо, а уголки ее губ в это время невольно приподнялись.

– Если б ты хоть что-то понимала в таких приемах… Нет, с тобой такое проделывать – это все равно что играть на цине[34] перед быком.

Уголки губ Тун Яо медленно опустились обратно.

– Да все я понимаю! У меня сердце юной девушки.

– У тебя-то, блин?

– !!!

Зайдя в режим ранговых матчей, Тун Яо сыграла две катки подряд, представляя, что у вражеского персонажа на миде лицо Лу Сычэна. Девушка с невероятной легкостью растоптала случайных высокоранговых противников, размазав их в ноль. После игры она открыла топ и убедилась, что находится на стабильной высокой позиции среди «королей». Затем встала и потянулась, решив пойти вздремнуть.

Поднявшись в комнату, она сначала решила зайти на «Тьебу», где вовсю обсуждали ее утреннюю дуэль с Лу Сычэном. Большинство комментаторов считало, что он проиграл нарочно, небольшая часть выступала против. Их аргумент был очень прост: зачем это Лу Сычэну? Редкие исключения, заметившие ошибку Лу Сычэна и похвалившие технику Тун Яо, затерялись в огромном море. Девушка почитала еще немного, пока ей не наскучило и она не заснула.

Проведя пару часов в полудреме, Тун Яо очнулась от сообщения Пухляша. Открыв глаза, она обнаружила, что уже стемнело. Текст сообщения оказался коротким: «Та девица пришла».

Тун Яо вздрогнула и села в кровати. Голова от долгого сна кружилась, в глазах от резкого движения потемнело, и она с громким «пух!» упала обратно. А три секунды спустя сообразила, что входная дверь здания находится в точности под ее окном. Поэтому, с трудом поднявшись снова, она тихонько, как вор, приоткрыла раму. Высунувшись в окно, Тун Яо поглядела вниз – и точно, та длинноногая красавица действительно стояла у входа. Лу Сычэна было видно со спины. Он о чем-то говорил с ней, вот только ни слова было не разобрать. И все, что могла видеть Тун Яо, – это мерцающий искрами кончик сигареты у него в руках. Насколько она помнила, капитан уже какое-то время не курил.

Примостившись на подоконнике, Тун Яо понаблюдала еще немного и вдруг увидела, что эти двое вместе двинулись прочь. Мысленно возмутившись: «Эй, вы куда?» – она тут же отругала саму себя – вот уж точно не ее дело, куда они намылились! – и, поджав губы, закрыла окно.

Тем временем Лу Сычэн, закончив объяснять стоявшей перед ним девушке, что они не подходят друг другу, предложил проводить ее, так как время было уже поздним. По этим словам Су Ло поняла, что парень не намерен больше продолжать разговор. Девушке оставалось лишь признаться, что она на машине, которую припарковала за воротами.

– Тогда провожу до ворот, – подумав, кивнул Лу Сычэн.

Это лишь сильнее разозлило Су Ло. Да он во всем идеальный! И как же тогда может быть не с ней?! Путь от базы ZGDX до ворот – последняя возможность заставить его передумать…

– Неужели ты злишься, что я тогда явилась на матч? Я вела себя слишком вызывающе? – спросила Су Ло. – Но я и правда не нарочно! Меня стали расспрашивать, я что-то ответила… Понятия не имела, что ты настолько знаменит и что люди будут так цепляться к моим словам!

Помолчав немного, Лу Сычэн ответил:

– Дело не в этом.

– Твои фанаты подняли такой шум. Мне правда очень жаль, – хмурясь, сказала Су Ло. – Представляешь, они даже вычислили мой аккаунт в «Вейбо» и начали писать всякие гадости. Говорили, что я бесстыжая, наглая, притворяюсь твоей девушкой…

– Извини.

– Ты-то за что извиняешься? Это же не твоя вина, это твои фанаты… – Она на секунду замолчала. – Я совсем ничего не понимаю ни в киберспорте, ни в этой среде, но если между нами все еще что-то возможно – я готова учиться…

– Это все ни при чем.

Лу Сычэн потушил сигарету. На самом деле он все это время почти не курил, а теперь и вовсе выбросил практически целую сигарету в урну.

– Я не знаю, не наговорил ли тебе Лу Юэ всякой чепухи вроде «этой среды» и «правил киберспортивного мира», но если да, то просто забудь, это все ерунда. На самом деле если я захочу с кем-то быть, то сделаю все, чтобы ее защитить. Ей не придется чему-то учиться. – Лу Сычэн помолчал секунду и повторил: – Так что все это ни при чем.

– Может, ты боишься, что твои фанатки расстроятся?

– Да это не шоу-бизнес. И я обычный геймер, а не монах.

– Но тогда почему…

– Мы просто друг другу не подходим, – ответил Лу Сычэн.

К этому моменту они уже вышли за ворота. Длинноногие и высокие, оба двигались быстро. Снаружи проходила шумная улица. Откуда-то из баров доносилась музыка. Под светом фонаря Су Ло повернулась, чтобы рассмотреть парня, который был всего лишь на полголовы выше нее. Профиль Лу Сычэна прятался в тени, а на лице была заметна щетина, которую он так и не сбрил. Но все это не мешало увидеть, насколько он красив.

Слова «ей не придется чему-то учиться» он сказал таким тоном, что сердце девушки пропустило удар.

– Не подходим в плане чего? Внешности? Интеллекта? Происхождения? Или роста? – усмехнулась Су Ло и указала подбородком на парочку возле входа в бар неподалеку. – Даже они могут быть вместе.

Лу Сычэн обернулся и увидел, как очень высокий парень сажает на байк девчонку, едва достававшую макушкой ему до подмышек. Девочка была в школьной форме, парень – в майке. Были видны крепкие руки – все в цветных татуировках. Он потрепал девчонку по голове, взял шлем, который в его ручищах казался игрушечным… Девчонка разулыбалась, потянула его за шею, заставляя наклониться, поцеловала в уголок губ и покорно позволила надеть на себя шлем.

– Нелепо выглядят. Как будто она его дочка, – хмыкнула Су Ло.

Лу Сычэн отвел от парочки взгляд.

– Да? Мне кажется, они отлично смотрятся.

Она посмотрела на него странно.

– Слушай, а какие девушки тебе нравятся?

– Которые играют лучше, чем я.

– То есть это была не шутка ради пиара? – засмеялась Су Ло.

– Нет.

– А такие что, существуют? Говорят, что круче тебя вообще никого нет!

– Так я же не говорил, что это обязательно должен быть «Шторм». Пусть круче меня играет в «Тетрис», это тоже годится. Но если будет «Шторм и порядок» – женюсь немедленно, – с каменным лицом заявил Лу Сычэн. – До свидания.

Су Ло ушла, так и не сумев сказать хоть что-то, что заставило бы его передумать. Она извинялась – Лу Сычэн говорил, что не надо. Она говорила, что постарается привыкнуть к правилам киберспорта, – отвечал, что не нужно. Су Ло утверждала, что они друг другу идеально подходят, – а парень на это ни да, ни нет. Да это же камень! В него молния ударит – он и не пошевелится!

Раздраженная Су Ло вырулила с парковки. Проезжая мимо ворот, девушка заметила, что Лу Сычэн все еще стоит на том же месте. Она хотела опустить окно и помахать на прощание, но тут он обернулся и взглянул куда-то назад, за ворота. Су Ло замерла. Ей показалось, что он смотрит на какого-то человека… Но ее машина уже проехала мимо, и девушке не удалось ничего разглядеть.

А Лу Сычэн смотрел, как в тусклом освещении фонарей в его сторону мчится какая-то фигурка. Наконец она, запыхавшись, остановилась перед ним и все дышала, дышала и никак не могла отдышаться. В полный рост Тун Яо доходила ему всего лишь до плеч, а теперь, ссутулившись, выглядела так, словно он мог раздавить ее одним неудачным движением. Капитан шевельнул губами, собираясь что-то сказать, но девушка показала жестом, что ему лучше заткнуться.

Она уперлась руками в колени и глубоко вдохнула несколько раз, тяжело пыхтя чисто по-собачьи.

– Ты физру в старшей школе хоть раз сдавала?

– Знаешь, девчонку, которая хорошо играет, мило выглядит и еще с характером как золото, за тысячу ли не найдешь. А тебе, блин, еще и физру подавай. Не нуди.

Тун Яо оттянула воротник и вытерла пот с подбородка.

– А что из этого списка к тебе относится? Ну, кроме «играет»?

– !!!

– Ты зачем прибежала-то?

– Там Пухляш оголодал. – Тун Яо выпрямилась. – Просил напомнить тебе, что пора бы уже идти за креветками.

– Сложно было позвонить?

– Телефон сдох. – Она огляделась. – А где твоя девушка со свидания вслепую?

– Ушла. – Лу Сычэн достал из кармана ключи от машины и похлопал Тун Яо по голове. – Идем. Съездим за этими креветками.

– Мне еще и с тобой тащиться?!

– А кто тебя просил сюда бежать?

Лу Сычэн повернулся, сделал пару шагов и обнаружил, что девушка за ним не идет. Он остановился и обернулся: Тун Яо застыла на месте, глядя куда-то вдаль. Проследив за ее взглядом, Лу Сычэн увидел, что та школьница и парень в татуировках все еще стоят на месте, сблизив головы и шепчась о чем-то. Вдруг во время разговора парень поднял девчонку с мотоцикла, словно игрушку… Тун Яо посмотрела на них еще немного, потом повернулась к Лу Сычэну, сияя глазами:

– Так мило…

– Прицел у тебя сбит. Что тебе там мило? – фыркнул капитан.

Повернувшись, девушка ускорила шаг и догнала его.

– Просто отлично смотрятся.

– И что в этом отличного?

– Ай, да ничего ты не понимаешь!

– Ага…

Свет фонарей во дворе растянул их тени по земле. Лу Сычэн шел впереди, и его тень полностью скрывала Тун Яо. Девушка подняла голову и посмотрела на широкие плечи перед собой. В ее глазах застыли невысказанные слова.

Витоге Тун Яо все-таки села в машину Лу Сычэна, ту самую, которая «только что вымыл, неохота никуда выезжать». Проехав полгорода, они добрались до ресторана, про который говорил Пухляш, и заказали восемнадцать килограммов ангельских креветок. На лице владельца ресторана при этом отчетливо читалось паническое выражение – кажется, он раздумывал, не набрать ли «110» и не сообщить ли, что в его ресторан вломились какие-то психи. Пришлось вежливо объяснить, что это заказ с собой, на большую группу.

Пока они ждали, Тун Яо уткнулась в телефон. Оставаясь внешне невозмутимой, в переписке с подругой она бурно делилась своими переживаниями…

– Оу… – сказала Тун Яо, глядя в экран.

Лу Сычэн, который тоже уткнулся в гаджет, читая какую-то ленту, поднял голову, посмотрел на девушку и тихо спросил:

– Ты что с телефоном шепчешься?

Она убрала трубку и уже хотела что-то сказать, но тут вынесли первую часть заказа. Лу Сычэн, так и не дождавшись ответа, направился к кассе расплачиваться. Тун Яо, проводив его взглядом, некоторое время смотрела ему в спину. Капитан что-то сказал человеку за прилавком, обернулся на нее, снова отвернулся, на секунду замер… и едва заметно улыбнулся.

Такой красивый профиль… Тун Яо опустила голову и протерла рукавом телефон. В голове у нее было пусто. Разговор Лу Сычэна и владельца ресторана она не слышала…

– Столько креветок решили купить! Затеяли со своей девушкой вечеринку для друзей?

– Она не моя девушка. Просто из одной команды, – на автомате ответил Лу Сычэн.

Протянув банковскую карту, он зачем-то обернулся на своего мидера. Тун Яо сидела за столом, поджав ноги и поставив их на поперечину стула, и смотрела на него глазами, полными ожидания и надежды. Темные зрачки отражали свет, и вся она была похожа на пушистого щенка, тихо ждущего своего хозяина.

Когда их глаза встретились, она отвела взгляд первой.

– Да ты гонишь! Она на тебя так смотрит… Так только на своего парня смотрят или на мужа. Я, брат, столько лет закуски готовлю, каких только парочек не повидал! – сказал хозяин ресторана и с усмешкой добавил: – Девочка-то явно в тебя влюблена. Не делай ей больно. Даже если она тебе не нравится – не делай.

Под эту болтовню Лу Сычэн взял чек, пробормотал «угу», усмехнулся и расписался внизу закорючкой, похожей на летящих драконов и фениксов. Потом он вернулся за стол и сел рядом с Тун Яо.

– О чем это вы говорили с хозяином, что ты так разулыбался?

– У тебя все с глазами в порядке?

– Он тебе скидку сделал?

– Нет.

– Тогда чем он тебя так обрадовал?

– Сказал, что ты смотришь на меня с обожанием, как на своего мужика.

– Чушь какая! Ему как будто больше заняться нечем!

Так… Слова владельца ресторана она отрицает, а свое поведение нет. Лу Сычэн усмехнулся. Он не стал ни спорить, ни разоблачать ее. Неважно, пусть думает, что он врет. Достав телефон, капитан продолжил читать новости и сплетни.

Бросив взгляд, Тун Яо заметила, что он читает форумы вроде «Тьебы». А значит, капитан в курсе всех последних сплетен, просто ничего об этом не говорит. Знает все, включая и досужие разговоры про «девушку со свидания», и то, как после утренней дуэли фанаты скакали по потолку и выбирали для них с Лу Сычэном благоприятную дату для похода в ЗАГС… Стоило об этом подумать, как щеки снова начали гореть, и Тун Яо, подперев голову рукой, отвернулась. В следующие полчаса, пока готовились их креветки, они едва ли парой слов обменялись.

Наконец остаток заказа вынесли. Они пересчитали количество и разобрали пакеты. Большую часть взял Лу Сычэн. Тун Яо несла не так уж много, но, когда они отошли на какое-то расстояние, девушка почувствовала, как по спине катится пот.

– А почему мы просто не заказали доставку?

– Они не доставляют так далеко. – Лу Сычэн поставил пакеты на землю. – Давай отдохнем.

Тун Яо хотела было сказать, что может идти дальше, но обернулась и увидела, как капитан разминает запястье. Опешив, она тоже бросила пакеты и схватила его за руку.

– Что с тобой? Болит? У тебя была травма?

– Столько лет в киберспорте, да еще на позиции кэрри. Травмы у нас – это норма, – спокойно сказал Лу Сычэн, но руку не отдернул. – Перегрузка от интенсивного добивания крипов. Если не поднимать тяжести, все нормально…

Капитан еще не договорил, а Тун Яо наклонилась и взяла все пакеты, которые он до этого нес, оставив ему только сумку килограмма на три-четыре.

Лу Сычэн:

– ?!

– У тебя же запястье болит! Что ж ты раньше-то не сказал…

– Да было бы о чем говорить… До машины два шага. Поставь все обратно.

– Нет. Я дома для мамы газовые баллоны таскала. Не такая уж я и хилая. Нет, правда, почему не сказал раньше про руку? Давай так: я сейчас отнесу эти сумки в машину, а потом за тобой вернусь. Дай ключи.

– Да это просто перенапряжение, не инвалидность же! – Лу Сычэн с выражением полной безнадежности на лице наклонился, взял одну из сумок и шагнул вперед. – Дай сюда!

Тун Яо шагнула назад и уставилась на него, широко раскрыв глаза. Капитан цокнул языком, понимая, что, если он двинется вперед, девушка, наверное, помчится к машине без оглядки. Лу Сычэн поднял глаза – хорошо хоть, припарковался недалеко… Наконец, уступив упрямству Тун Яо, парень вздохнул:

– Ладно, идем.

И она понесла килограммов тринадцать или четырнадцать этих самых креветок, и шаг ее был легок и стремителен… В машине они уложили пакеты на заднее сиденье. Пока Тун Яо пыталась на ощупь выудить и пристегнуть ремень, Лу Сычэн открыл дверь со стороны водителя, сел за руль, помолчал немного и вдруг сказал:

– Непривычно…

– Что? – спросила Тун Яо, не глядя на него.

– Обо мне впервые заботится маленькая девочка.

– А… – Тун Яо наконец удалось щелкнуть ремнем, и она подняла голову. – Только я не маленькая девочка.

Лу Сычэн на это ничего не сказал, только усмехнулся и, протянув руку, потрепал ее по голове.

– Спасибо.

В машине вдруг разом стало тихо. Тун Яо, чуть распахнув глаза, задумчиво уставилась на парня за рулем. Он уже завел машину и начал медленно выезжать с парковки, а девушка все смотрела и смотрела… и после долгого молчания окликнула его:

– Брат Чэн…

– М? – отозвался он.

Гудки за окном заглушали стук ее сердца – а ведь оно гремело как барабан! Свет фар от встречной машины подсветил одну щеку. Тун Яо опустила взгляд – парень сжимал руль, и были четко обрисованы все костяшки и суставы рук. Это выглядело очень сексуально…

– Что такое?

– Я… это… ну… Тебе бы надо как-то разумно ограничить время на тренировки. Нельзя усугублять травму.

– У нас каждый месяц приглашают физиотерапевта для массажа. Ты не знала, потому что в прошлом месяце, когда ты появилась в команде, он уже приходил.

– А-а-а!

Тун Яо кивнула, и ее плечи немного расслабились, но сомнение и нерешительность никуда не делись. Она сделала глубокий вдох – вышло неожиданно громко.

– Брат Чэн…

– М?

– Мне кажется, я… – Тун Яо помедлила.

– Может, музыку послушаем? – перебил он спокойно и краем глаза заметил, что девушка моргнула и как будто сдулась, словно лопнувший шарик: голова опустилась, плечи поникли…

Лу Сычэн опустил взгляд, пряча эмоции под длинными ресницами. Потом протянул руку и снова потрепал девушку по голове, затем спокойно и мягко сказал:

– Не спеши.

«То, чего ты хочешь, еще будет».

Тун Яо хихикнула и вышла из «Вичата». Лу Сычэн бросил на нее взгляд:

– Еще раз так хихикнешь – выброшу тебя из машины.

Девушка глянула на него исподлобья:

– Мне уже и хихикать в машине нельзя?

– В моей машине запрещено провозить животных. К глупым косулям это тоже относится, – сказал Лу Сычэн и, подумав секунду, спросил: – С кем ты там переписывалась?

Припомнив содержание чата с Цзиньян, Тун Яо сжала телефон покрепче, как будто опасалась, что Лу Сычэн выхватит его из рук. На щеках появился румянец – хорошо еще, что в машине было темно и находившийся рядом парень ничего не заметил.

– Тебе-то какая разница? – буркнула она.

– Заботиться об игроках – это обязанность капитана. – Лу Сычэн внезапно нахмурился. – Судя по твоему напряженному лицу, это был Ли Хвансок? Ты с ним ворковала? Вам и языковой барьер не мешает?

– Нет, не с ним.

– А ты его в черный список внесла? Нет? Так внеси.

– !!!

– Это приказ капитана!

– Приказы капитана на такое не распространяются. Я с ним и так не общаюсь, а вот забанить человека без повода – это как-то слишком. Я так не могу. – Тун Яо сунула телефон под себя. – Если такой смелый, можешь достать и сам заблокировать.

Машина и дорога мало располагали к тому, чтобы дурачиться, поэтому Лу Сычэн лишь глянул на нее и промолчал. Так что оставшееся время Тун Яо просто сидела вполоборота и смотрела на капитана. Он хоть машину вел, а ей даже на телефоне не поиграть теперь! Поэтому, чтобы не скучать, капитан и мидер обсуждали светскую хронику киберспорта: кто обзавелся новой девушкой, кто изменил своей девушке с фанаткой, какие команды могут похвастаться самыми красивыми поклонницами и прочий вздор. Постепенно разговор зашел о том, как сама Тун Яо сидела среди фанатов и смотрела матч ZGDX, а когда на нее навели камеру – радостно помахала рукой.

– И вот так одним взмахом ты снизила средний балл красоты фанаток команды с восьми до шести…

– Ну, если верить американским обозревателям, все ваши фанатки – как Лю Ифэй[35].

– Так… – Лу Сычэн освободил одну руку, чтобы похлопать Тун Яо по лбу. – Еще одна попытка. И прежде чем сказать, подумай хорошенько. Чьи фанатки?

– Наши…

Лу Сычэн довольно улыбнулся и убрал руку. Тун Яо положила ладонь на лоб и откинулась на сиденье, время от времени поглядывая на парня… Пока девушка не определилась в своих чувствах, ей казалось, она стоит где-то далеко в толпе и достаточно поймать случайный взгляд брата Чэна, чтобы запрыгать от радости. Но теперь, когда она поняла, что влюбилась, подобное незамысловатое понимание счастья исчезло. Желание заполнить собой весь его мир не давало покоя. Людям всегда хочется большего…

– Брат Чэн…

– Что?

– Ты сам ни с кем не встречаешься и другим запрещаешь. ZGDX – это что, монастырь?

– Да. Не нравится – можешь валить.

– Валить куда? В СК?

– Только попробуй.

– !

Когда они прибыли на базу, Тун Яо взяла в руки нагревшийся телефон, и только тут до девушки дошло, что ее провели. Она всю дорогу так и таращилась на своего капитана. Телефон был забыт напрочь.

Прибытие их с добычей на базу было встречено с ликованием. Правда, теперь в свежевымытой машине Лу Сычэна стоял такой креветочный запах, что ее требовалось заново отчищать. Пухляш, который больше всех приложил руку к тому, чтобы автомойка смогла подзаработать, включил стрим и похвастался фанатам, что из всей этой горы креветок пять килограммов принадлежат лично ему. И перед тем, как закончить трансляцию и переместиться за стол, он торжественно объявил, что Лу Сычэн мужик и человек слова.

А комментарии в чате были такие:

– «Жирный», да? И при этом ты просишь, чтобы я повернул камеру?! – Пухляш важно показал зрителям креветку не меньше своей ладони. – Нет, вы видели, какие они огромные?! По сто пятьдесят за цзинь![36] Это цари среди креветок! Когда их варишь, пузырьки радугой светятся!

– Пухляш, сколько можно трындеть? Ты за стол собираешься? – донесся из-за его спины голос Кота, сопровождавшийся шуршанием открываемых пакетов.

Обернувшись, толстяк увидел, что Кей делает селфи на телефон: на снимке были он сам, товарищи за его спиной и ангельские креветки. Щелкнув, он сразу запостил фотографию в «Вейбо». Пухляш, отложив свою «Мэри Сью», тут же рванул листать ленту.

– Кей, у тебя со зрением беда? Что это за подпись «все в сборе»? А саппорт? Ты саппорта там видишь?

– А кто тебе мешал сюда подойти? Мне тебя надо было фотошопом пририсовать? – Кей отложил телефон и надел одноразовые перчатки.

Лу Сычэн хмыкнул и остался сидеть на месте, уткнувшись в телефон.

– А ты почему не ешь? – Тун Яо пихнула его ногой под столом.

Капитан поднял голову, посмотрел на нее и ничего не сказал. За него ответил Лу Юэ:

– Ему чистить лень. А еще не нравится, что руки воняют.

– Да этот запах потом сутки не вывести, – сказал Лу Сычэн. – Противно.

На лице Лу Юэ появилось выражение «ну я же говорил!». Он добавил, обращаясь к Тун Яо:

– Братец так за свой имидж держится. Ни за что не станет есть, если ему не почистить и не принести на блюдечке.

– Это, блин, креветки, а не бостонский омар! Тут официантка не прилагается! – проворчала себе под нос Тун Яо.

Затем ловко оторвала креветке голову, почистила, обмакнула в соус и поднесла Лу Сычэну.

– Рот открой. Ну, давай, скажи «а-а-а».

Капитан отклонился назад.

– На твоих глазах чистила, – буркнула Тун Яо, – крысиного яда там нет.

Увидев, что он по-прежнему смотрит на креветку с сомнением, девушка, приподняв брови, сказала: «Ну и ладно» – и уже хотела съесть сама, как в этот момент Лу Сычэн подался вперед, прикусил креветке хвост и втянул ее в рот. Тун Яо подняла глаза к небу, потом спросила:

– Еще хочешь?

– Тебе нравится чистить другим креветки?

– Нет, я хотела сказать, что даже если ты хочешь еще, то я тебе не прислуга. Но надо было дать тебе попробовать, это же ты за них платил. Это называется «вежливость». С кем ты там чатишься?

Лу Сычэн отвернул от нее экран телефона.

– Тебе-то какое дело?

– Ну, ты же меня недавно спрашивал. Вот и я тебя теперь спрашиваю…

Тун Яо не успела договорить, как получила по лбу.

– Ай! – Отпрянув, она втянула шею.

– Никакого уважения к старшим, – проворчал Лу Сычэн и пересел на другое кресло, подальше от нее.

– Утром дуэль, вечером кормят друг друга креветками и подкалывают, – причмокнул Лу Юэ. – Ну что за семейная идиллия!

Эта фраза была услышана в стриме Пухляша, тут же вызвав новую волну оживления в чате:

Но Пухляш сидел у компьютера, закинув ногу на ногу, и отпускал ехидные шуточки:

– Нет, не поверну. У меня руки грязные! Ну ударь, если дотянешься. И вообще, зачем вам кто-то еще? Смотрите на меня!

Так он развлекался, пока на экране вдруг не всплыл один комментарий:

Толстяк, замерев с креветкой у рта, с недоумением посмотрел на тиммейтов, потом снова на экран:

– В каком еще городе С.?

Чат снова всколыхнуло. Комментаторы, минуту назад требовавшие развернуть камеру, наперебой начали докладывать свежайшие новости. Оказывается, чуть ранее официальный аккаунт ZGDX выложил в «Вейбо» пост о том, что в следующую субботу основной состав команды прилетит в город С. на фестиваль поп-культуры: появится на стенде производителя клавиатур и прочей периферии и примет участие в каком-то мероприятии. Пухляш в полном замешательстве посмотрел на команду.

– Какое-такое у нас мероприятие на следующей неделе? Какой еще фестиваль? При чем тут поп-культура – и наша команда? Что за ерунда? И почему я об этом впервые слышу? И потом, у нас на следующей неделе еще два матча – в пятницу с «Обсидианом» и в воскресенье с «Красной стрелой». Каким образом мы в субботу попадем в С.? Туда-сюда одним днем?

Постепенно веселое выражение исчезло с его лица. Пухляш пробормотал: «Пойду спрошу» – и потянулся, чтобы выключить стрим. Сразу после этого он полез с телефона на официальный аккаунт команды и обнаружил, что да, действительно, эту новость запостили час назад. Но что самое странное, в посте не тегнули ни одного участника, у кого был аккаунт в «Вейбо». То есть никого не предупредили, ни с кем не согласовали… Просто поставили перед фактом. Как будто хотели до поры до времени скрыть это от команды. Выглядело это крайне… некрасиво.

– Сяо Жуй, это что за бред? У нас в субботу мероприятие в городе С.? Они там охренели вообще? Да туда в одну сторону лететь три часа через полстраны, это не за город на пикник смотаться! А главное, если б фанаты не написали, я бы даже и не узнал… – Возмущенный Пухляш кинул телефон на стол.

Все остальные были обескуражены не меньше. Кот, вытянув шею, посмотрел на экран телефона Пухляша и нахмурился.

– Ты хоть стрим-то выключил?

– Выключил.

Кот кивнул и повернулся к Сяо Жую:

– У этого спонсора с головой все в порядке?

– Мне клуб говорил, что, может быть, такая поездка состоится, но подтверждения пока не было, – ответил менеджер. – И я им сразу сказал: в пятницу и воскресенье матчи, какие, на хрен, мероприятия! И они вроде как собирались договориться со спонсором – может, второй состав послать или вообще дотеров[38] для массовки… – Сяо Жуй встал, перегнулся через стол и тоже заглянул в телефон Пухляша. – Договорились, блин. А нас, главное, не предупредили! Сами все объявили по-тихому!

Все:

– !!!

Некоторое время Тун Яо тоже пребывала в ступоре, а потом вдруг заметила кое-что. Сняв одноразовые перчатки, она перелезла через пару стульев и подобралась к Лу Сычэну. И прежде, чем он успел отреагировать, девушка повернула телефон, чтобы было видно экран, и, вытянув шею, заглянула… Все, как она и ожидала: пока остальные наслаждались креветками, их капитан ругался с главой отдела маркетинга, решительно отстаивая интересы команды.

Далее в том же духе. Переписка была длинной, и к ее концу Лу Сычэн потерял последнюю вежливость. От его тона Тун Яо самой захотелось прикрыться крышкой от кастрюли и куда-нибудь уползти. Но поезд-то уже уехал, официальный аккаунт сделал объявление. И фанаты, купившие билеты на фестиваль, не обрадуются, что их придется вернуть, и со спонсором пришлось бы долго и нудно разруливать всю эту ситуацию.

Пусть даже Лу Сычэн был готов лично компенсировать возможные штрафы и неустойки, это все равно могло плохо сказаться на будущем привлечении спонсоров и инвесторов. Да и головной офис не закроет глаза на подобное самоуправство команды, играющей в «Шторм и порядок». В конце концов, они создавали клуб не ради красивых лозунгов о мечте и будущем китайского киберспорта. Они бизнесмены, а бизнес должен приносить деньги…

– Ну и ладно, – примиряюще сказала Тун Яо.

Она, впрочем, видела, как злится капитан, и с трудом подавляла собственное раздражение.

– Ну, съездим туда одним днем! В худшем случае сильнее устанем, меньше отдохнем…

– Ты не понимаешь, – глянул на нее Лу Сычэн. – Это такое дело, стоит один раз уступить – и все, они поймут, что так можно. И их уже не остановишь. В прошлом году, до того как ты пришла в команду, мы такие мероприятия раз десять завернули. Крупные, мелкие… Можешь Сяо Жуя спросить.

Девушка посмотрела на менеджера, тот криво усмехнулся. Сообразив, что это ее первое участие в рекламном мероприятии, никак не связанном с соревнованиями, Тун Яо, на ходу натягивая перчатки, пересела к Сяо Жую.

– А что вообще там обычно делают?

– Играют пару дружеских матчей с фанатами, раздают автографы, фоткаются, отвечают на вопросы фанатов из зала… Все в таком духе.

– Ну, в принципе, терпимо. Вроде бы ничего сложного…

– Только в С. сейчас жара, как в котле с хого. А сам фестиваль в помещении. Я боюсь, как бы кого тепловой удар не хватил. Как играть-то потом на следующий день? Попадос!

Тун Яо ободряюще похлопала его по спине чистой стороной руки:

– Ну ладно уж. Как-нибудь справимся!

Время до матчей второй недели пролетело незаметно. С «Обсидианом» все вышло куда проще, чем ожидала Тун Яо. Кажется, из-за серии поражений и последнего места в группе противники совершенно утратили боевой дух и, встретившись с лидером, даже не пытались сопротивляться. Матч, который начался в пять, завершился уже к половине седьмого. Тун Яо получила второго «самого ценного игрока», а еще – свой первый пентакилл на профессиональной арене.

Когда матч закончился, она, сняв наушники, встала, чтобы пойти пожать руки соперникам, и вдруг услышала, как кто-то в зале выкрикнул ее имя. Девушка замерла, обернулась и заметила, что среди множества табличек с именами Лу Сычэна, Пухляша и прочих есть одна цветная, с ее именем. Небольшая и неброская, но все же Тун Яо ее сразу заметила.

Девушка услышала, что люди кричат ее имя, болеют за нее… Голоса были разные, мужские и женские, и пусть звучали они вразнобой, но для Тун Яо это был самый крутой чирлидинг, который она когда-либо слышала. Девушка, слегка прищурившись, улыбнулась и помахала в ту сторону, где заметила табличку, после чего крикнула:

– Спасибо!

Это вызвало хохот в зале: мидер ZGDX оказалась первым профи, который умудрился вести себя на сцене так несдержанно. Лу Сычэн, стоявший за ней, закатил глаза и слегка надавил рукой ей на голову.

– Позорище…

– Ты видел, ты видел? У меня появились фанаты! А-а-а! Чэн! У них там моя табличка!

Под эти восторженные вопли Лу Сычэн бросил взгляд в зрительный зал и пробурчал:

– Угу…

– Нет, ну ты видел? Видел?

– Видел.

– Фигня, ничего ты не видел! Просто так сказал, чтобы от меня отвязаться!

– Говорю же, видел. Там еще дебильная кошачья морда нарисована. Ты угомонишься уже?

– !!!

И после того, как команда поклонилась зрителям и пошла со сцены, все зрители увидели, как мидер, который шел позади кэрри, вдруг с силой хлопнул последнего по спине.

Поскольку расправа над «Обсидианом» длилась недолго, времени оставалось много. Тун Яо после интервью неспешно собрала вещи, а потом тоже без всякой суеты их всех отвезли в аэропорт. Заняться по пути было нечем, и Тун Яо листала форум. Там довольно жестко ругали «Обсидиан»: если, мол, не хотите побеждать, зачем тогда цепляетесь за место в про-лиге, лучше освободили бы слот! В низшей лиге полно команд, которым он нужнее… Вот именно из-за таких бессовестных неудачников китайская про-лига никогда не сможет добиться хороших результатов!

Тун Яо расспросила Мина, и тот рассказал, что в прошлом сезоне «Обсидиан» и правда едва не вылетел из высшей лиги. Лишь в матче за сохранение места они сумели собраться и выиграть.

– Но выиграли же!

– Угу… Но я считаю, что та команда из низшей, с которой они играли, была объективно сильнее. Просто не хватило опыта. А если бы их пустили высшую лигу, не факт, что в групповом этапе они оказались бы внизу таблицы. Скорее всего, обошли бы тех, кто сейчас на нижних строчках.

Тун Яо, пробормотав «а-а», продолжила читать «Тьебу». И к своему удовольствию, обнаружила, что она наконец-то приобрела какой-то вес в глазах фанатов – возможно, из-за сегодняшнего убийства сразу пятерых. Среди многочисленных постов с руганью были редкие вкрапления других: «А Смайлинг-то хороша!», «Крутой был пентакилл. “Обсидиан” лузеры, конечно, но все равно крутой», «Временно беру назад свои слова, что у девушек низкий потолок в играх…»

А потом она ткнула на один случайный заголовок и там вообще увидела вот такие строки:

Тун Яо не удержалась от смешка. Сидевший сзади пихнул ногой в спинку ее сиденья:

– Сколько можно глупо хихикать?

Когда девушка обернулась, собираясь ответить на эти слова, оказалось, что недовольный как раз преспокойно опустил капюшон на лицо, чтобы подремать. Тун Яо, закатив глаза, снова свернулась на сиденье и продолжила читать форум. Тем временем Лу Юэ наклонился к ней и бесстрастно сказал:

– А если послезавтра удастся обыграть «Красную стрелу», то это будет стопроцентная победная серия в групповом этапе. И тогда уже никто не станет отрицать, что ты в тройке лучших мидеров в про-лиге.

Тун Яо вновь усмехнулась, не в силах скрыть радость.

В аэропорт они добрались примерно в половине девятого вечера. Получив посадочные талоны, все разбрелись кто куда. Пухляш сразу потащил Тун Яо искать еду. Потом они прогулялись, купили какие-то средства для ухода за кожей, а ровно в десять тридцать направились на посадку. Тун Яо встала в очередь с кучей пакетов в руках.

Время было позднее; люди, рассаживаясь в салоне по местам, говорили вполголоса. Тун Яо подняла голову, выискивая бирку с номером своего ряда на багажной полке, а когда нашла, то оказалось, что у окна уже сидит брат Чэн.

«Блин!» Он сидел в наушниках, красивый, но жутко мрачный. Наверное, до сих пор был зол из-за всей этой суматохи с поездкой… Тут капитан, похоже, почувствовал, что рядом кто-то стоит, и вынул один наушник.

– На что уставилась?

«На тебя», – подумала Тун Яо.

– Садись. Мешаешь людям пройти.

– Оу… – выдохнула Тун Яо и под недовольным взглядом какого-то человека, стоявшего позади нее, плюхнулась на сиденье рядом с Лу Сычэном.

Третье место в ряду пока пустовало. Когда Тун Яо наклонилась, чтобы пристегнуть ремень безопасности, то случайно задела капитана. Он шевельнулся, и девушка отпрянула, словно животное, которое вспугнули. Стараясь отодвинуться подальше, она, к своему отчаянию. увидела, что к ним, неуклюже протискивая внушительную фигуру между рядами кресел, движется Пухляш. Дойдя, саппорт уселся на место у прохода.

Тун Яо:

– !

– Хех, какое совпадение, – сказал Пухляш. – Когда прилетим, будет уже за полночь. Так что, красавица, если захочешь спать, можешь положить голову на мое мягкое плечо.

Тун Яо, слегка смутившись, немного выпрямилась. Но поскольку перед этим она пыталась отодвинуться от капитана, ее тело было все еще слегка изогнуто, а голова и так уже почти лежала на плече у Пухляша. И тут Лу Сычэн, который смотрел в телефон, поднял глаза, покосился на соседку и выдал нечто фееричное:

– Я что, куча дерьма, что ты там жмешься подальше?

«Капитан прямо серьезно не в духе…» Опасаясь разозлить его еще сильнее, Тун Яо выпрямилась, опустила голову и заправила прядь волос за ухо. При этом она тыльной стороной ладони нечаянно коснулась плеча капитана, сквозь тонкую ткань униформы ощутив тепло его тела. Внезапно ей показалось, будто все остальные части тела у нее исчезли, осталась лишь эта самая тыльная сторона ладони, ставшая такой горячей, будто собиралась вот-вот воспламениться…

Сначала Тун Яо нервничала, успокоившись только после взлета. Ей ведь и раньше случалось сидеть близко к Лу Сычэну, только теперь было совершенно другое дело. До того как проболтаться Цзиньян, девушка вообще не рассматривала капитана как потенциальный объект влюбленности. И тут он словно… внезапно обрел пол. Эту метафору она как-то озвучила подруге, и та ее безжалостно высмеяла.

Когда самолет набрал высоту, то объявили, что можно снова включить электронные устройства. Чтобы перестать думать о парне в соседнем кресле, Тун Яо вытащила iPad и начала смотреть записи последних матчей «Красной стрелы». Когда-то в лиге была такая команда – «Отряд убийц», но после неудачной попытки завоевать титул в мировом чемпионате S3 она распалась. Из старого состава остался только топлейнер, команда получила новое имя и прочно закрепилась в высшей лиге. Но такого успеха, как старый состав, занявший второе место в S3, уже не добивалась и вообще больше никогда не проходила в серию S. Каждый раз им не хватало совсем чуть-чуть, и путевка на мировое первенство ускользала из рук.

А в прошлом году тот самый топлейнер, последний ветеран «Отряда убийц», объявил о завершении карьеры. Команда в тот момент только что проиграла борьбу за место в S5, потому уходил он не с почетом, а с позором. А точнее, его выжили фанаты, которые называли игрока не иначе как «стариком», «пенсией», «тормозом» и «чемоданом без ручки».

Печальная ирония заключалась в том, что с его уходом команда лучше играть не стала. В весеннем сезоне они со скрипом прошли в плей-офф, где вылетели в первом же раунде. А хейтеры, которые раньше фонтанировали негативом и обливали топлейнера грязью, теперь как будто слились. Никто за свои слова не ответил и не признал, что был не прав.

«!» Тун Яо поменяла руку, которой подпирала подбородок, и посмотрела на Мина, сидевшего на ряд впереди. Он как раз в это время заставлял Кея с Котом изучать материалы по «Красной стреле». Не каждому в киберспорте удается уйти вот так же красиво, как ему – под аплодисменты публики и восторженные крики. Чаще всего даже те, кто когда-то был на пике, постепенно теряли форму и оказывались на скамейке запасных. Потом про них почти забывали, а если и вспоминали, то ради того, чтобы позлорадствовать. Когда через некоторое время где-нибудь появлялся пост «Завершаю карьеру» – его репостили сотни или даже тысячи фанатов, а уже на следующий день об этом игроке больше никто и не вспоминал. Вот такие реалии профессионального киберспорта…

Тун Яо провела рукой по лицу и повернулась к Лу Сычэну.

– Капитан, а чем ты займешься, когда завершишь карьеру?

– Стану тренером. А если игру закроют – вернусь в компанию семьи. Мой отец каждый год молится и жжет благовония, чтобы компания, которая владеет «Штормом», немедленно разорилась и закрыла игру, – без раздумий ответил парень. – А что?

– Смотрю старые записи матчей с Призраком.

– Призрака в прошлом году вынудили уйти. В решающем отборочном матче за место в серии S он неудачно использовал телепорт и отправил всю команду в могилу. На самом деле с техникой у него было все нормально. Просто психологически сломался.

– Его хейтеры загнобили.

– В киберспорте мало иметь хорошую технику и понимать игру. Следует осознавать, что ты профи. Нужно самому понимать, что стоит слушать, а что нет, что следует делать и чего не делать.

– Ага… А с чего вдруг ты перешел к нравоучениям? А? – Тун Яо приподняла бровь.

Лу Сычэн некоторое время молчал, глядя в эти любопытные глаза, а потом усмехнулся и пальцем щелкнул по лбу, который придвинулся слишком близко.

– Да так. Просто волнуюсь, как бы хейтеры не съели тебя раньше, чем ты успеешь воссиять, маленькая девчонка.

– Ай!

На самом деле было ничуточки не больно, но Тун Яо все равно пискнула, прикрыла лоб рукой и отпрянула. Щеки слегка покраснели, а в голове осталась лишь одна фраза, всплывающая и всплывающая, как комментарии в чате: «Маленькая девчонка… Маленькая девчонка… Маленькая девчонка…» Да это же флирт, причем в галактических масштабах!

Когда девушка отшатнулась от Лу Сычэна, Пухляш с улыбкой подхватил ее с другой стороны и похлопал по плечу.

– Ничего не бойся. Просто слушайся капитана, что он запрещает – не делай. И еще играй хорошо. И тогда никакой взрыв хейта тебе не страшен! Более того, даже если вдруг соберется рвануть – капитан выйдет вперед и прикроет тебя собой.

Лу Сычэн несколько секунд смотрел на Пухляша, а потом спросил с каменным лицом:

– Это кто тебе сказал, что я такой благородный и добрый?

– А разве нет? – опешила Тун Яо.

– Я что, Будда?

Тун Яо поморгала. Пухляш оторопел.

– Но в одном он прав, – сказал Лу Сычэн.

– В чем?

– Надо слушаться капитана.

– !

Мидер и саппорт переглянулись, синхронно закатили глаза, сдвинулись поближе и стали смотреть записи матчей. Лу Сычэн фыркнул, отвернулся к окну и опустил веки, расслабляясь. Время от времени до него доносилось:

– А джанглер у них тоже любит ганкать мид. Кинь мне вард в самом начале.

– Нет, Чэну не давай. Он и так не умрет.

– А умрет – какая разница. Ну не укусит же он за это! Пусть дохнет.

– Возьми Минотавра, сядь у него за спиной и тупо лечи. Прикинь, как он взбесится!

Тут Лу Сычэн наконец не выдержал и открыл глаза, но, подумав, снова закрыл. Минут через двадцать все эти разговоры стихли. Сквозь полудрему он смутно услышал, как стюардесса катит тележку, и открыл глаза. Сна в них не было ни капли. Он огляделся. Пассажиры в основном спали, как и его команда. А мидер и саппорт и вовсе дрыхли, прильнув друг к другу, как влюбленные голубки.

Маленький рост Тун Яо давал ей большое преимущество – девушка свернулась на кресле, обняв свои ноги, этакая кукла-неваляшка. Чуть завалившись вбок, она прижалась к Пухляшу, как к живой подушке. Лу Сычэн лишь молча взглянул на это все.

Когда стюардесса спросила, что из напитков он желает, капитан попросил кофе и, принимая стаканчик, тремя пальцами задел неваляшку. Та качнулась, сменила ось… и привалилась к его плечу. Теперь ее размеренное дыхание было совсем рядом. Лу Сычэн чуть помедлил, поставил кофе и накинул свою куртку девушке на плечи.

Что касается Тун Яо, она знала только, что ей удалось немного вздремнуть. Когда самолет приземлился, девушка проснулась от тряски. Она подняла голову и осмотрелась по сторонам – ну вылитый сурикат. Осознав, что это всего лишь посадка, Тун Яо с облегчением выдохнула и, подняв руку, вытерла рот.

– Ну кто так самолеты сажает! Надо жалобу на них написать… Пухляш, у меня есть слюни на лице?

– Нет, – ответил саппорт. На его физиономии осталась красная отметина от выдвижного столика. Он посмотрел и растерянно добавил: – Но на тебе куртка брата Чэна…

Тун Яо посмотрела вниз. И правда, у нее на коленях лежала куртка из комплекта зимней униформы прошлого года с вышитым «Chessman» на спине. Она с недоумением рассматривала одежду, пока чья-то рука ее не забрала.

– Взять куртку в дорогу – это база. Ты бы одна в поездке и трех дней не выжила.

Что ж, приняла помощь – получай и ворчание. Поделом.

До отеля, предоставленного организаторами, добрались только в два часа ночи. Учитывая, что вставать на следующий день требовалось в восемь утра, чтобы успеть подготовиться, Тун Яо лишь наскоро умылась и быстренько легла спать.

Она готова была принести клятву, что только-только закрыла глаза, как уже зазвенел будильник. Раздосадованная внезапным наступлением утра, Тун Яо встала, приняла душ и высушила волосы феном, затем надела чистый комплект командной униформы и спустилась по лестнице. Едва она приступила к завтраку, сделав глоток фруктового сока, как прибежали люди от организаторов и начали торопить с макияжем. Остальные тиммейты реагировали так, как будто вообще еще не проснулись, находясь в полном ступоре. Одна Тун Яо, как единственный жаворонок и существо, которое не выживает без завтрака, была до чертиков зла.

– Разве не говорили, что сбор на макияж в девять тридцать? Сейчас только половина девятого!

– Орги сказали, что раз вы все уже здесь, то лучше выехать пораньше, чтобы не попасть в пробки.

– А зачем вообще тащиться туда так рано? Что за программа мероприятия?

– Я просто сопровождающий. Мое дело вас отвезти. Все подробности вам расскажут на стенде.

– !

По мнению Тун Яо, дно раздолбайства было пробито. Люди уже приехали, а вы все еще не можете сказать, что за программа! Что это, блин, за сюрприз?! Это была первая волна гнева. Текущий уровень ярости: двадцать пять процентов. Полоска заполнена на четверть.

Их посадили в машину и повезли непосредственно на место проведения фестиваля. Сидя в гримерке, Тун Яо попросила Сяо Жуя раздобыть хотя бы йогурт и, потягивая его, стала осматриваться по сторонам. Только команду начали красить, как в гримерку стали непрерывно заглядывать люди с бейджиками организаторов и делать фото, а когда Сяо Жуй пресек фотографирование, начали просить автографы. Некоторые подходили только к самым популярным – Лу Сычэну, Кею и Мину, но были и те, кто по принципу «раз уж я сюда пришел…» протягивали свои блокноты всем подряд.

Лу Сычэн, хоть и вел себя холодно, был предельно терпелив и в автографах никому не отказывал. А вот Тун Яо, которой не дали поесть, была зла как мегера. Ей в этом состоянии все казались круглыми идиотами. Она мысленно вела счет и на тринадцатом просителе подумала: прекрасное число! Самое время психануть… Девушка оттолкнула протянутый блокнот:

– Больше ничего не подписываю! Я тут крашусь, вообще-то! Сколько можно отвлекать! Брат Жуй, разгони ты их уже!

Она нарочно повысила голос так, чтобы слышала вся гримерка. Менеджер с выражением лица «что ж ты раньше-то не сказала» решил подыграть:

– Что? Да-да, конечно! Сейчас со всем разберусь…

Автограф у Тун Яо в это время просила девушка примерно ее же возраста, одетая в местную униформу – облегающее ципао[39]. Должно быть, студентка, решившая подработать на мероприятии. Она уже не в первый раз заходила за автографами – видимо, просила их для кого-то еще. И теперь, когда ей отказали, девушка немного смутилась, молча убрала блокнот и вышла.

– Молодец, – сказала красившая Тун Яо визажистка, поднимая глаза к небу. – А то дергают и дергают. Один глаз накрасить не могу, с четвертой попытки только… Достали! Они же любят перед друзьями выпендриваться: вот, я могу в гримерку пройти и кого хочешь увидеть, давай возьму для тебя автограф? И потом бегают и бегают – подпишите, подпишите, я их миллион таких видела. А сами, наверное, понятия не имеют, кто вы. Знают только, что какие-то там известные игроки.

Тун Яо невнятно угукнула и молча подняла лицо, чтобы ее наконец накрасили. Это была вторая волна гнева. Текущий уровень ярости: пятьдесят процентов. Полоска заполнена наполовину.

Когда с макияжем было покончено, Тун Яо сидела на диване, ела печенье и наблюдала, как та девчонка в ципао после отказа еще несколько раз украдкой пробиралась в гримерку. Только теперь она игнорировала Тун Яо и целенаправленно шла к Лу Сычэну и всем остальным. Девушка закатила глаза: давайте, давайте, парни, стройте из себя джентльменов… Взяв телефон, Тун Яо стала листать «Вейбо», и тут прилетело уведомление – кто-то ее тегнул. Видимо, какой-то фанат упомянул ник под чьим-то постом…

А содержание поста было следующим:

А в комментариях уже набежали ее друзья и подруги: «А девушки бывают профи?», «Да она просто из стаффа, наверное. Сама “принеси-подай”, а мнит себя самой главной», «Ха-ха-ха, я, кажется, знаю, о ком ты. Она мне, честно сказать, никогда не нравилась. Выпендривается как бог знает что!»

«!» Ну твою мать! Вот теперь Тун Яо была реально зла. Невнятно выругавшись, она швырнула телефон на диванчик. Это была третья волна гнева. Текущий уровень ярости: семьдесят пять процентов. Полоска заполнена на три четверти.

Когда Тун Яо отбросила телефон, она почувствовала, что кто-то подошел сзади, и резко обернулась. В этот самый момент Лу Сычэн наклонился поднять ее трубку, и кончик носа девушки стремительно проскользнул по щеке капитана. Она на секунду замерла. Мозг отключился, и Тун Яо не сообразила сразу выхватить свою вещь. А Лу Сычэн, опустив взгляд, посмотрел на экран, а потом тихо усмехнулся:

– Гадости про тебя говорят?

– Блин! Да меня бесят люди, которые пользуются моментом, чтобы что-нибудь урвать! – Тун Яо закатила глаза. – Я сама в старших классах подрабатывала на всяких фестах, но так себя не вела – а там бывало много разных звезд! Как-то одного знаменитого косплеера видела, вот в метре буквально! А это был мой краш!

– И что ты сделала?

– Ну… смотрю – он практически не выше меня… и отписалась.

– Это насколько же он был мелкий?.. – Лу Сычэн протянул руку, накрыл ею голову Тун Яо и вжал ее в диван. – Ты сегодня такая раздражительная. Все из-за того, что не покормили с утра?

Тун Яо, откинувшись на спинку, двумя руками разжала пальцы ладони, закрывшей ей глаза, задрала голову и сквозь образовавшуюся щель встретилась с капитаном взглядом.

– Зато ты при виде симпатичных девушек в ципао, которые просят автограф, весь расцветаешь?

Лу Сычэн отпустил ее.

– Просто уже привык.

– Вот вы все их и избаловали, – приподняла бровь Тун Яо.

– А иначе они сразу начинают гадости говорить, сама видишь. – Он слегка потряс ее телефон. – Вот ведь уже началось, да? А к обеду жди пост на «Тьебе»: «Киберспортсменка из известной команды оказалась грубой и надменной, не так мы ее себе представляли…»

Тун Яо на секунду оцепенела и сделала глубокий вдох. Кажется, только сейчас девушка осознала, что натворила, и ее охватило запоздалое раскаяние.

– Знаешь, есть такая поговорка: босому человеку ничего не страшно, а обутый боится за свою обувь, – произнес Лу Сычэн, возвращая ей телефон. – Вот и им терять нечего, а тебе есть. Просто не обращай на них внимания. Пусть идут мимо. Не ведись.

– Но…

– О чем мы вчера говорили в самолете?

– О чем?

– Слушайся меня.

– !

– Ну что, будешь слушаться?

– Пользуешься тем, что ты капитан!

Тун Яо с досадой запихнула телефон в карман и сердито зыркнула на Лу Сычэна. Затем, поднявшись с дивана, схватила расческу и пошла приводить в порядок волосы, которые он растрепал. А в зеркале увидела, как Пухляш и Кей перемигиваются и корчат рожи.

– Если брат Чэн забросит киберспорт, – весело сказал толстяк, – ему надо пойти в дрессировщики собак. Кто знает, может, он и там воссияет!

Лу Сычэн, развалившись на диване, смерил разошедшихся тиммейтов взглядом.

– Хватит ее подначивать. Если психанет – сами будете успокаивать?

Тун Яо, будто подтверждая его слова, с силой швырнула расческу. Пухляш и остальные сразу же замолчали. Это была первая волна охлаждения. Текущий уровень ярости снизился до шестидесяти пяти процентов, полоска уменьшилась. Потому что капитан сказал: прежде чем что-нибудь сделать, трижды думай. И не ведись.

«Ладно-ладно, – подумала Тун Яо, поправляя волосы. – Спокойствие, только спокойствие. Надо сохранять лицо».

Вся эта канитель тянулась где-то до половины двенадцатого, пока наконец не явился кто-то из персонала и не отвел всех в комнатку, гордо именуемую «VIP-лаунж». Хотя на деле это была городулька, кое-как сбитая из досок рядом со стендом. Внутри стояли стол и несколько пластиковых табуреток, было душно и шумно. Тун Яо грызла булку, которую где-то раздобыл Сяо Жуй.

– А кормить нас не будут? – спросила она.

– Хотя бы воду дали, – сказал Пухляш, как раз делая глоток, – и то хорошо.

Девушка чуть подумала, разломила булку и отдала толстяку большую часть, потому что он, похоже, тоже умирал от голода. Возможно, Сяо Жуй что-то предпринял, но, пока они ждали в этом «VIP-лаунже», к ним никто не заходил за автографами. Разве что местный персонал временами входил и уходил, занятый своими делами. В конце концов на стенде, видимо, закончилась какая-то активность, потому что внутрь вошла веселая и щебечущая стайка девушек на высоких каблуках. Само собой, парни тут же встали, уступая девушкам место. Некоторые из них были достаточно вежливы, чтобы за это поблагодарить. Немного поколебавшись, Тун Яо тоже встала, и на ее место плюхнулась та самая девица, которая писала о ней гадости. Сев, она еще и злобно покосилась на Тун Яо.

«Ну охренеть теперь, – подумала девушка мрачно. – И где же ваша карма? Добрые дела должны вознаграждаться, нет?» Она скривилась за спиной у девицы. Остальные девушки заметили это и, видимо решив, что кое-кто ведет себя не слишком-то вежливо, начали хихикать и шушукаться. Лу Сычэн бросил в ее сторону взгляд, но отвернулся, сделав вид, что ничего не заметил.

И тут наступила кульминация. Пришел ведущий и раздал каждому список предстоящих активностей на мероприятии, включая всякие интерактивы, игры и тому подобное. Взглянув на список, Тун Яо оторопела. Всякие привычные и безопасные игры типа «кинь платочек»[40] не были вписаны. Какой-то гений креатива придумал новинку: участник должен был подхватить на руки девушку со стенда «как принцессу», то есть под спину и колени, и пробежать с ней всю сцену вдоль, а девушка должна была ударить в гонг игрушечным молоточком. Кто первый успел, тот и победил.

«!!!» Честно говоря, первым делом Тун Яо захотелось вызвать полицию. Что за пошлятина ради внимания публики! Она подняла голову и увидела, что и парни, мягко говоря, не обрадовались. Да и некоторые из девушек растерялись. Они же были в ципао, то есть в облегающем одеянии с разрезами, а их будут таскать туда-сюда на руках… Это что вообще?

Впрочем, была проблема куда важнее. Тун Яо отложила сценарий и спросила с каменным лицом:

– Это кто такое придумал? Почему нас об этом не предупредили? Это же киберспортсмены! Тут у каждого проблемы с руками! Да только на прошлых выходных физиотерапевт говорил, что после иглоукалывания две недели нельзя поднимать ничего тяжелого! Я на этой неделе следила, чтобы они даже воду сами не открывали!

Сяо Жуй посмотрел на нее одобрительно и торопливо добавил:

– Да-да-да, все так и есть. Кто тут ответственный? Давайте заменим игру. Эта нам совсем не подходит. Да и впечатление от нее будет… странное.

Часть девушек поддержала его.

– Но у нас и реквизит для игры готов, и по времени все рассчитано… Что-то менять сейчас крайне неудобно. Да и потом, это быстро! Им же не нужно держать девушек долго. Минутку потерпите и пройдет… – с сомнением сказал ведущий. Решения тут принимал явно не он.

Тун Яо нахмурилась, подошла к Коту и задрала его рукав, показывая бандаж на запястье.

– Мои тиммейты не то что минутку – секунду не потерпят. А еще у нас завтра матч. Если они потянут связки – кто за них будет играть?

Сказав так, девушка отпустила руку Кота, но осталась стоять рядом с выражением свирепой решимости, словно наседка, защищающая своих цыплят. Казалось, она готова заклевать любого за своих покалеченных тиммейтов. Ведущий неловко хихикнул, не зная, как вести себя под напором этой мелкой девчонки. Он что-то промямлил, явно желая разрулить это дело миром, но тут из угла комнаты донесся жеманный голосок:

– Слушай, да ты с самого утра сидишь с кислой миной и только ищешь повод, до чего докопаться. Тебе что, непонятно сказали, что организаторы все подготовили и поменять уже ничего нельзя?

Та самая девица, у которой с утра не заладилось с Тун Яо, повернулась к ней, сжимая в руках бутылку с водой:

– Это, вообще-то, работа, и нам за нее платят. И нечего строить из себя принцессу, не нравится – зачем вообще пришла? А то и деньги получила, и организаторам создаешь проблемы… Очень вы, геймеры, привередливые, я смотрю. Подумаешь, здоровенные мужики поднимут девчонок, которые и весят-то совсем ничего, на руки! Развела трагедию!

Договорить девица не успела. На словах «развела трагедию» уровень ярости Тун Яо, копившийся весь день, достиг ста процентов. И еще никто отреагировать не успел, а она подлетела и с силой пнула пластмассовую табуретку, на которой сидела девица. Та резко перекосилась, и девица с визгом рухнула на пол. Тун Яо шагнула вперед, носком подцепила табуретку и, кажется, провела бы добивающее комбо, но тут кто-то резко поднял ее, и девушка затылком врезалась в чью-то крепкую грудь. Она еще понять не успела, что происходит, а ее уже обхватили и резко развернули…

– Пусти! – крикнула Тун Яо.

А в это время та болтливая девица поднялась с пола и с пронзительным криком швырнула в Тун Яо открытую бутылку с водой. В Тун Яо бутылка, правда, не попала, зато вода облила всю спину Лу Сычэна, который в это время прижимал девушку к себе.

В «VIP-лаунже» начался настоящий хаос.

– Психованная! Разве нельзя по-человечески поговорить?! Как ты посмела ударить женщину?!

Тун Яо, не обращая внимания на крики девицы, обернулась, встала на цыпочки и потрогала спину Лу Сычэна. Та, конечно, была вся мокрая… По правде говоря, от маленькой бутылки минералки не могло быть особого вреда, но гнев уже полностью ослепил Тун Яо. За долю секунды вывернувшись из рук капитана, она, как Годзилла, сделала шаг вперед, но, едва замахнувшись, услышала за спиной мрачный голос Лу Сычэна:

– Пухляш!

Саппорт, поняв все без лишних слов, в один момент подскочил, схватил Тун Яо и снова поднял в воздух. Вот они обычно дразнили ее «толстая, толстая», а как критический момент – так каждый первый может поднять!

– Можно подумать, одна ты тут женщина! А я кто, по-твоему, мужик?! Как с тобой по-человечески говорить, если по-человечески ты не понимаешь? Я что-то смотрю, тут вокруг одни люди. Где я тебе собаку найду, чтобы она тебе перевела?!

Удерживаемая Пухляшом, Тун Яо не могла достать до обидчицы, но все равно вытянула свою короткую ножку и пнула воздух. Саппорт чуть отступил назад, но рук не разжал. Лу Юэ тем временем подавал брату салфетки, едва удерживаясь от смеха. Между тем другие сотрудницы выставки стали удерживать коллегу за руки и пытаться ее урезонить.

– Ты-то зачем полезла? Если гостю неудобна какая-то активность, ее могут и поменять, это вполне нормально!

– Да, все работают за деньги, но почему некоторые – «гости»? Потому что их специально приглашали…

– Да хватит уже, хватит…

– Ну серьезно, тебе-то какое дело? Люди обсуждали вопрос с ведущим, зачем ты встряла? Тебе вон место уступили, а ты и спасибо не сказала…

Но это возымело обратный эффект: обнаружив, что ее никто не поддерживает, девица совсем рассвирепела, вырвалась из чужих рук и рванула вперед. Она замахнулась, но ничего не успела сделать, потому что кто-то крепко перехватил ее за запястье. Девица застыла, подняла голову и встретилась с взглядом темно-карих глаз. Высокий парень, волосы которого были все еще немного влажными, очень холодно спросил:

– Ты закончила?

Едва он это сказал, рядом появился еще один, до странности похожий на него, только чуть ниже ростом и с зеленой прядью в волосах. Он высвободил ее руку из хватки брата, отодвинул девушку и улыбнулся.

– Не ищи проблем.

Вот только от этой улыбки мороз пробирал по коже, и выглядел парень ничуть не дружелюбнее того первого, который ее остановил. Увидев, что поддержки не дождаться, девица не стала выступать дальше и лишь с яростью пнула ближайший стул.

– Ну и на хрен вас. Дебилы. – И, махнув в сердцах рукой, пошла прочь, гордо расправив плечи и задрав подбородок.

Пройдя всего пару шагов, она запнулась о чью-то выставленную ногу. С трудом удержавшись, девица обернулась, со злостью ища, кто это сделал. Но все смотрели с настолько невинными выражениями лиц, что сразу и не понять было.

– Придурки, – выругалась она, вышла и громко хлопнула дверью.

Немая сцена длилась секунд пять, пока Пухляш не постучал мидеру по макушке:

– Опять ты черт-те что устроила.

Высвободившись из его рук, Тун Яо наклонилась и потерла ногу, задетую каблуком, когда она выставила подножку, но ничего не сказала… Лу Юэ смотрел на нее некоторое время, а потом усмехнулся:

– Ну и скандальчик ты закатила! Он тебе обойдется как минимум в месячную зарплату.

– Ничего-ничего, я поговорю с клубом, – перебил его Сяо Жуй. – Никто же не хотел, чтобы вот так все обернулось.

Он, конечно, хотел сгладить ситуацию, потому что его положение было сейчас самым неловким. Менеджер был зажат между клубом и игроками, как между молотом и наковальней, должен был отстаивать обе позиции и не иметь собственной. И если уж по-честному, он тоже считал предложенную программу идиотизмом, но у него-то как раз было меньше всего прав что-либо возразить… Поэтому Сяо Жуй и был весь день таким пассивным.

Теперь, когда буря утихла и все расслабились, несколько девушек из команды промоутеров подошли к Тун Яо и спросили, все ли с ней в порядке. Ведущий тоже пытался со своей стороны как-то сгладить ситуацию. А Лу Сычэн отошел в угол с программой в руках, сфотографировал ее на телефон и бросил куда-то в сторону. Тем временем Тун Яо, заметив, что спина у него все еще мокрая, нахмурилась и протянула ему пачку салфеток.

– Мероприятие пройдет по плану. – Капитан взял салфетки, но на Тун Яо не посмотрел. – Пухляш, Кей и Лу Юэ – вы же без травм, так что идите на сцену и участвуйте в игре. Остальное обсудим, когда вы вернетесь.

– Как по плану? – Тун Яо вытаращила глаза. – А зачем я тогда вот это вот все…

Но договорить она не успела. Под холодным взглядом Лу Сычэна остаток фразы пришлось проглотить. Ведущий, посветлев лицом от уступчивости капитана, настаивать на участии всей команды уже не решился. Он закивал так, будто ему протянули спасительную соломинку, и даже поблагодарил, а потом живо потащил Лу Юэ, Пухляша и Кея на сцену, как будто опасался, что кто-нибудь передумает.

Когда на сцене вновь началось оживление, в комнате, наоборот, стало тихо. Атмосфера была какой-то гнетущей. Лу Сычэн сидел в углу, сжимая в руке салфетку, которую вручила Тун Яо, и ничего с ней не делал. Тун Яо и Кот тревожно переглянулись и оба засуетились, как будто на сиденьях под ними выросли шипы.

Тун Яо, потупившись, прошлась, поднимая упавшие табуретки и аккуратно их расставляя. Потом вместе с Сяо Жуем сходила к автобусу. Запасную форму для Лу Сычэна она несла с такой осторожностью, с какой евнух нес бы одеяние императора. В комнате она протянула ее капитану и тихо сказала:

– Брат Чэн… Иди переоденься.

Лу Сычэн, уткнувшийся перед этим в телефон, замер и поднял взгляд. Ни слова не говоря, он взял форму, встал и направился в туалет. На пороге «VIP-лаунжа» он достал сигарету и зажал ее губами. И ни у кого не хватило духу что-то сказать ему по этому поводу.

Присев рядом с Котом, Тун Яо пробормотала:

– Чэн давно не курил…

– Думаю, он закурил, чтобы успокоиться, – серьезно кивнул Кот. – А что ему еще делать, если врезать тебе очень хочется, но нельзя? В морду дать? Исключено. Ремнем побить? Жалко. Только курить и остается. Ну еще разве что из зарплаты вычесть…

Через приоткрытую дверь было видно, что Лу Сычэн сделал всего пару затяжек, а потом с силой потушил недокуренную сигарету об урну.

– Представь, что это твоя голова, – сказал Кот.

– !!!

Тун Яо невольно вспомнила, что Лу Сычэн говорил ей вчера в самолете. И лишь тогда осознала, что он на нее сейчас крайне зол. «Засада. И хрен разрулишь теперь…» Задабривать капитана, который зол именно на нее, девушке еще не приходилось. Так опытный водитель глохнет посреди дороги, словно какой-нибудь новичок…

В три часа дня, когда мероприятие закончилось, факты убедительно показали, что бумагой скрыть огонь невозможно. По дороге в аэропорт Тун Яо с хмурой усмешкой наблюдала, как блог некоей «Мяушки» завирусился, набирая популярность. Она написала несколько слезных постов о том, какие дрянные, наглые, зазвездившиеся игроки в команде ZGDX. Им предложили простую игру – они отказались. Их уговаривали – а они уперлись. А эта их девка вообще долбанутая: как чуть что – сразу лезет драться! Нет, серьезно! Это не метафора! Именно драться!

Это был, пожалуй, самый крупный вброс с тех пор, как Тун Яо вступила в команду. В один момент «Вейбо» и «Тьеба», а за ними и все остальные медиа-платформы просто взорвались. Народ, не вникая в суть, начал наперебой репостить и смаковать подробности скандала. Что они только не говорили…

…: Охренеть… Вот я целый месяц чего угодно ждал… Что наша сестренка мутит с фанатами, или за нее кто-то другой играет, или она пустышка и ее чисто для красоты наняли… Месяц ждал – и ни фига подобного! И вот наконец замес… И что? Драка? Да-а-а-а… Зачет. Прямо и не знаю, что делать, ржать или хейтить.

Тун Яо один за другим читала все эти комментарии, но сердце у нее оставалось спокойным, как водная гладь. Она обернулась, чтобы посмотреть на сидящего позади Лу Сычэна. Впервые капитан не спал в дороге, а что-то там листал в телефоне. Оставалось лишь надеяться, что не те самые комментарии, где обсуждают, сумасшедшая она или нет.

Так Тун Яо, осознавшая свою вину, и сидела, забившись к окошку, свернув шею и притихнув, словно цыпленок. И всю дорогу, пока они ехали, она наблюдала, как разные СМИ одно за другим размещают новость о ее драке с персоналом на фестивале. Примерно в половине четвертого позвонило наконец руководство клуба. Первым делом устроили разнос Сяо Жую, затем велели передать трубку Тун Яо. И дальше они вдвоем, как брат и сестра по несчастью, смиренно кланялись, выслушивая нагоняй. В результате клуб решил удержать у Тун Яо зарплату и премию за два месяца и сделать объявление в официальном блоге об осуждении поведения Тун Яо и отстранении ее на один матч.

Отстранение? Что ж… Тун Яо, хмуро кусая ноготь, послушно пообещала, что, как только команда доберется назад, мидер встанет в угол и подумает над своим поведением. Хотя, если честно, в глубине души девушка не считала, что так уж виновата. Но с другой стороны, это бизнес и поддаваться сиюминутным порывам здесь нельзя. Клуб, можно сказать, еще мягко с ней обошелся. Наказание могло быть гораздо серьезнее, Тун Яо еще легко отделалась…

Завершив разговор, она снова взяла телефон в руки и пролистала «Вейбо». Ее личка ломилась от оскорблений, и в некоторых был совсем уж отвратительный хейт. «Злобная», «тварь», «невоспитанная», «опозорила всех девушек» и так далее и тому подобное.

Тун Яо решила не принимать это близко к сердцу. Впрочем, нельзя сказать, что ей не было обидно. Пусть она и сама наломала дров… Оставалось только поплакаться Цзиньян. А толпа… Они ведь даже не знают, что на самом деле произошло. Они слышали только одну сторону. Но даже будь у нее сотня ртов, девушка бы не смогла оправдаться.

Выслушав печальную исповедь, подруга разозлилась:

– Мягко ты с ней поступила! За такой поганый язык надо было реально врезать! Она сама напрашивалась! Ай Цзя, отстань! Отдай телефон! Не беси меня!

– Не накручивай ее, – послышался на том конце голос Ай Цзя, – она и так наворотила дел. Не видишь, что в Сети творится?

– Вижу, потому и говорю: надо было врезать, пока была возможность! – Голос Цзиньян снова стало слышно отчетливо. Видимо, она отвоевала телефон обратно. – Да если этих сучек не наказывать никогда, они вконец наглеют! Стоп. Мулан, а почему у тебя такой голос, как будто тебя отстранили на всю жизнь?

Тун Яо украдкой глянула назад, тут же развернулась обратно и шепотом ответила:

– Потому что капитан в бешенстве…

– А он-то почему в бешенстве?

– Да просто он только вчера втирал мне, как важно вести себя достойно и не поддаваться на провокации… И вот через двенадцать часов меня уже отстранили.

– Ну, тут ты сама напросилась. Я на его месте была бы адски на тебя зла.

Потом Цзиньян добавила:

– Но все-таки странно… Почему ты ничего не объясняешь, а просто сидишь молча и позволяешь поливать тебя грязью?

Тун Яо задумалась. Дело было не в том, что ей нечего сказать… Что бы она ни сказала сейчас – все прозвучало бы неубедительно, как жалкое оправдание. Некоторое время девушка еще плакалась подруге, но это не спасало от ощущения, что она вот-вот лопнет изнутри. Так прошло время до половины пятого, когда автобус прибыл в аэропорт. Пора было лететь в Шанхай. Когда Тун Яо выходила из автобуса, в «Вичат» пришло сообщение от Цзиньян:

Уголки рта Тун Яо дернулись. Она сразу поняла, о чем речь. Открыв «Вейбо», девушка увидела, что официальный аккаунт ZGDX уже поместил ее «труп» на самое видное место:

Вот, собственно, и все официальное заявление. Как и положено обычному пресс-релизу, сначала размытые формулировки, потом объявление наказания: дисквалификация и штраф. По сути, даже если и оставались люди, которые хотели разобраться в причинах внезапного срыва Тун Яо, клуб мог бы считать инцидент закрытым, просто не реагируя на их вопросы.

Но именно в этот момент все вдруг перевернулось с ног на голову. Через какое-то время после выхода поста в комментариях отметился фейковый аккаунт, явно купленный на «Таобао». Он выложил фото программы мероприятия, подписав его: «Вот это так называемая правда?» Сама девушка эту программку куда-то закинула и забыла про нее, но комментарий моментально залайкали так, что он взвился на первое место в горячих темах «Вейбо». И к нему тут же выстроилась вереница ответов:

Кто-то решил на этом хайпануть, перепостив фото на «Тьебе» и озаглавив его так: «Похоже, история про драку сестренки-мидера пошла на следующий круг…» Пост сразу же собрал под сотню ответов. Народ в массе своей говорил, что сюжетный поворот получился просто блестящий.

Стали подтягиваться и фанаты ZGDX, которые лично были на фесте, в один голос подтверждая, что да, игру провели и смотреть на это безобразие было просто неловко.

Дальше было еще круче: кто-то выложил видео, на котором Кей и остальные таскали на руках девушек-промоутеров. Причем было отчетливо слышно, как зрители кричат: «Фу! Что за хрень?! Мерзость! Прекратите, мы не хотим на это смотреть!»

Бегающий по сцене Кей был железной уликой… И уже было неважно, кто фанат ZGDX, а кто нет – ветер сменил направление на противоположное. «Мерзость!», «У руководства клуба мозги вообще есть?», «Мы думали, что посылать команду на фест за день до матча – это тупо. А тупость только начиналась!» – и подобные высказывания просто хлынули потоком.

Пролистав все эти новые посты на «Тьебе», Тун Яо зашла в «Вейбо». Несколько человек из тех, что яростно ее ругали, теперь покаянно слали в личку извинения. Кроме того, немало фанатов (судя по никам, в основном девушки) даже благодарили ее: «Страшно представить, что было бы, если бы Чэн или Кот пошли играть в такую игру…»

Тун Яо разлогинилась, посмотрела на тиммейтов, сидящих в зале ожидания, встала и подняла руку с телефоном:

– А кто все-таки запостил фото программы?

Тиммейты заговорили все разом:

– Не знаю.

– Не я. Я просто смотрел на весь этот движ.

– А я тебя держал. У меня не было времени на такие мелочи.

– Может, кто-то из персонала? Но тогда это истинный мастер. «Махнул рукой – облако, перевернул – дождь»[41]. Изменил общественное мнение на счет раз!

Лу Юэ, который сидел развалясь, со скрещенными на груди руками, с полуулыбкой посмотрел на девушку:

– Добро пожаловать в мой мир…

Рядом с ним сидел Лу Сычэн. Капитан заткнул уши наушниками, натянул капюшон чуть ли не до носа. Глаза были закрыты; похоже, он отдыхал.

– Хоть я и не знаю, кто это был, но, брат, ты мой спаситель. – Тун Яо поклонилась разом и тиммейтам, и сопровождавшему персоналу. – И прошу прощения, что доставила сегодня столько хлопот.

Тут товарищи развеселились еще больше:

– Ну брось уже, ладно тебе…

– Эй, не кланяйся зря, жизнь мне сокращаешь![42]

– Правда, это не я. Так, и кто это был? Выходи вперед, вдруг наш мидер на радостях пойдет за тебя замуж!

За этими шуточками они чуть не прослушали объявление о посадке. Лу Сычэн открыл глаза и снял наушники. Сунув их в карман, он встал и окинул взглядом команду, которая сразу примолкла.

– Посадка. Как вернемся – будем тренироваться. Надо готовиться к завтрашнему матчу.

И капитан, не взглянув на Тун Яо, прошел к выходу на посадку. Девушка немного опешила и посмотрела ему вслед. От фигуры брата Чэна, казалось, веяло льдом и снежной бурей. С ума б не сойти… Капитан, выходит, все еще ужасно зол.

На базу они вернулись в половине восьмого вечера. На половину девятого был назначен тренировочный матч с их соседями, «слабаками». Игроки, бросив вещи, умылись, чуточку отдохнули и расселись за компьютерами. Поскольку завтра в матче с «Красной стрелой» предстояло играть Лу Юэ, сейчас тренироваться должен был тоже он, а Тун Яо и Мин стояли у него за спиной и… критиковали без остановки.

– Ну почему опять Мэн Цяньцун или Император Песков? – спросила Тун Яо. – Бро, выбери уже кого-нибудь другого… Моя соседка по комнате перед смертью хочет хоть раз увидеть у тебя Танцовщицу или Рыбку…

– Он только этими двумя и умеет, – сказал Мин.

– Отстраненных и пенсионеров не спрашивали, – сказал Лу Юэ и тут же получил от Мина тетрадью по голове. Он поднял руку, защищаясь: – Я к чему? Тун Яо, вот ты предлагаешь изучать героев, которых в матчах вообще не берут. Ну и зачем?

– Никто не берет – это же не значит, что и ты не можешь использовать. Иногда важнее стратегия, чем знание о том, кто сильнее в этой сборке. – Облокотившись на спинку кресла, она заглянула в экран.

Ай Цзя забрал Кейси, и девушка приподняла бровь:

– Ты ведь раньше вроде тренировался играть именно за Кейси? Вспомни, кто тебе больше всего крови тогда попортил?

– Рыбка, – буркнул Лу Юэ.

– Ну так и бери Рыбку! – Мин снова легонько стукнул его по затылку. – Ты совсем дебил? Пусть ты и запасной, но все-таки два сезона отыграл как профи! А теперь тебе Тун Яо объясняет, кого брать? Позорище!

Лу Юэ пару раз тихо охнул и из грозного волка превратился в послушного щеночка. С упреком посмотрев на Тун Яо, он попросил Лу Сычэна взять ему Рыбку. Стадия бана и выбора подходила к концу. И когда Лу Юэ обратился к капитану, девушка тоже машинально посмотрела в его сторону. С места, где она стояла, было видно только спину, и Тун Яо понятия не имела, какое у Лу Сычэна выражение лица. Девушка почесала затылок, растрепав аккуратно уложенные волосы.

Когда тренировочный матч начался, они с Мином, нависнув над Лу Юэ, шепотом болтали о том о сем. Мин спросил:

– Капитан тебя все еще игнорирует?

– Угу.

– Он просто переживает за тебя, – сказал Мин. – Не думай, что он такой уж холодный и бессердечный. Я вчера в самолете видел, как он удалил с телефона фото той самой программы. И просил меня никому не говорить…

– Что? – Тун Яо приподняла подбородок со спинки кресла Лу Юэ, удивленно повернулась к бывшему мидеру и моргнула. – Что ты сказал?

Мин пожал плечами – мол, что слышала. И тут Тун Яо вспомнила, как Лу Сычэн настоял на том, чтобы Пухляш, Лу Юэ и Кей приняли участие в той дурацкой игре. Благодаря этому фанаты смогли запечатлеть на видео то, что впоследствии было опубликовано. Это спровоцировало настоящее цунами негодования на официальном блоге клуба, когда тысячи болельщиков обрушили на него поток гневных комментариев.

Девушка кашлянула и ущипнула себя за ухо, а Мин сказал:

– Что бы ты там ни думала, Лу Сычэн в первую очередь капитан своей команды. Это его обязанность – заботиться о каждом из вас и следить, чтобы с командой ничего не случилось. В прошлом году, когда вот этот парень, – он указал на макушку Лу Юэ, – натворил дел, капитан с ног сбился, чтобы замять это все. Только поэтому его отстранили всего на один сезон. А если бы разгорелся скандал, то могли бы влепить пожизненную дисквалификацию.

– Угу…

– Но есть и такое, с чем он не поможет и не сможет научить. Не надо слишком сильно на него полагаться. До некоторых вещей надо дойти своим умом. – Мин вздохнул и добавил: – Одни хлопоты с вами, детишками.

Тун Яо слегка покраснела, смутившись, и уже хотела что-то сказать, когда вдруг Лу Юэ заорал:

– Да вы заколебали! Встали над душой и трындят! Я из-за вас уже несколько крипов пропустил! А-а-а-а! Моя пушечка!!![43]

Тун Яо и Мин синхронно закатили глаза и отошли от его кресла подальше.

На этот раз тренировочный матч со «слабаками» проходил мучительно. С приходом Иерофанта стиль игры команды, которая раньше боролась за выживание, сильно изменился. Словно по волшебству все три лейна у них играли теперь на равных с ZGDX. Около пятидесятой минуты все вообще застопорилось – то одни сливались, то другие, то все мирно фармили, затягивая игру. В общем, все это бесило донельзя.

– Держись, держись! Кот! Хватит сливаться, братан! – чуть не плакал Пухляш на пятьдесят третьей минуте. – Я уже с голоду подыхаю, ну сколько можно, ну давайте закончим уже!

В последнем тимфайте, как ни странно, все спас «бестолковый» Лу Юэ. Хотя в начале игры он нечеловечески мазал, а Ай Цзя прессовал его, словно криворукого нуба, но на такой поздней стадии игры все уже были с полным билдом[44], просто купаясь в золоте, поэтому небольшое начальное преимущество на лейне уже не имело значения. А Лу Юэ отлично управлял персонажем, показывая прекрасную реакцию, и его Рыбка скакала в командной драке, словно зайчик. Скакала-скакала – да и затащила игру.

Пухляш, ликуя, разнес вражескую базу и обернулся к Лу Юэ с таким видом, будто хотел его расцеловать. Тун Яо похлопала Лу Юэ по спине:

– Если не считать, что крипов ты все еще бьешь на уровне максимум Платины, то Рыбка вышла огонь.

Это было сказано тоном матушки, чей сын наконец-то вырос. Лу Юэ фыркнул. Мин в это время дописал что-то на доске и спокойно сказал:

– В первый раз мы их размазали. Во второй выиграли довольно легко. В третий было чуть сложнее, в четвертый пришлось потрудиться. Сегодня был пятый раз, и они играли с нами на равных. Пора очнуться, ребята. В следующий раз мы встретим соседей уже в лиге и не факт, что победим.

– Скажи что-нибудь приятное, – поморщился Кот.

– Приятное? Приятное тоже есть. С сегодняшнего дня, если кто в тренировочные часы будет играть в пасьянс, в «три в ряд», читать комиксы, смотреть аниме и тому подобное, получит вычет из зарплаты.

Кот лишился дара речи.

– А маджонг? – уточнил Кей.

– Маджонг тоже нельзя.

– Это же часть национальной культуры! – возмутился Кей.

– Часть национальной культуры тоже нельзя.

Кей посмотрел на Тун Яо. Она скорчила рожицу:

– А что я? Я, когда стою в очереди, смотрю записи матчей. В «Сапера» разок сыграла…

– Нет. Ты не настоящий мидер, – покачал головой Кей.

Пока топер и джанглер препирались с аналитиком, который по совместительству, кажется, подрабатывал их нянькой, Пухляш не переставал жаловаться, что голоден, и на ночь глядя звал всех перекусить. За весь день толпа здоровых мужиков смогла перехватить лишь какую-то унылую ерунду в самолете, так что все действительно очень хотели есть, и предложение Пухляша было встречено с большим энтузиазмом. Игроки тут же побросали мышки, встали и направились к выходу.

После того как Лу Сычэн присоединился к остальным, Тун Яо заняла свое место, находившееся рядом с капитанским, и наклонилась к компьютеру, чтобы его включить.

– Ты что делаешь? – спросил у нее Пухляш.

Лу Сычэн, потянувшийся за обувью, на секунду замер. Тун Яо не была уверена, посмотрел ли он в ее сторону. Девушке показалось, что да, но, когда она глянула на него, капитан уже снова опустил голову, сосредоточенно шнуруя кроссовки.

– Вы идите. Я не пойду. Есть не хочется, – неопределенно махнула рукой Тун Яо. – Лучше постримлю немного. А то и так зарплату удержали, новые штрафы мне не по карману…

Лу Сычэн надел обувь и выпрямился.

– Пнула стул – и минус сто тысяч юаней. Дорого, да? – усмехнулся Пухляш. – А могла бы купить на них сумок, платьев и жить в свое удовольствие. Ладно, стримь. Принесем тебе чего-нибудь пожевать. – И добавил: – Только ты там за языком следи. Веди себя прилично.

– Да знаю, знаю… – пробормотала Тун Яо.

Шумная компания вышла, и на базе тут же стало тихо. Девушка некоторое время посидела за компьютером, глядя в никуда, а потом, словно вспомнив что-то, обернулась и посмотрела на место Лу Юэ. Глядя на его кресло, она снова застыла. На душе появилось непонятное тянущее чувство, неправильное – какая-то пустота. Но прежде чем она успела понять, что это за нездоровое ощущение, экран телефона, лежавшего на столе, включился.

«!!!» Тун Яо посмотрела какое-то время на телефон, потом быстро напечатала «отвянь» и бросила трубку в сторону. Потом она, нахмурившись, какое-то время изучала силуэт своего отражения в мониторе. Наконец вздохнула и с тяжелым сердцем запустила стрим. Чат сразу же оживился, и большая часть комментариев, конечно же, была про сегодняшние события. Все комментарии – и поддержка, и ругань – только сильнее раздражали Тун Яо. Поэтому она поздоровалась, а потом начала ранговый матч и во время игры практически ничего не говорила и никому не отвечала.

Через две катки она наконец переключилась, чтобы посмотреть, что там пишут. И среди кучи разных комментариев она заметила один:

– Так, вот этот, который Мимопроходил… Модератор, погоди, не бань его. Пусть говорит. Геймеры зарабатывают сотни тысяч, миллионы? Ты лично им платишь? И зарабатывают они именно тем, что геймеры, а не мартышки в цирке. Если что-то вредит здоровью – почему это вдруг нельзя отказаться?

– Слушай, ну раз это так легко – давай к нам. Сейчас все клубы как раз набирают трейни – тебе-то кто мешает?

– Ну вот, допустим, у тебя сердце болит, а учитель физры говорит: беги кросс на полторы тысячи метров. Ты побежишь? Все остальные бегут, а ты почему вдруг не можешь?

– А должны были плакать?

– Счастлива. Прямо до ужаса, – сказала Тун Яо с каменным лицом. – Честно говоря, я ни капли не жалею, что настояла, чтобы ребята не участвовали в игре. То, что неприемлемо, неприемлемо, и точка. Мы вообще обо всем узнали уже на месте. Нет, брат Жуй тут ни при чем, у него в этой ситуации не было ни права голоса, ни полномочий. Единственное, о чем я жалею, – это что из-за меня и у клуба, и у команды возникли неприятности. Мы все по итогу огребли. Да-да, пинать стул той су… супермилой девушки мне, конечно, не следовало. Тем более у всех на глазах! Если уж бить, тогда надо было…

Она не успела договорить, потому что входная дверь внезапно открылась. Тун Яо опешила и, обернувшись, обнаружила, что капитан – ну надо же! – почему-то вернулся раньше всех. Девушка тут же отвернулась обратно и увидела, что экран полон комментов типа: «Круто, круто!», «Молодец!», «Хорошо ему ответила», «Я тоже думаю – если сам нарываешься, можешь и схлопотать!»

Тун Яо от всего увиденного изменилась в лице и быстро открыла игру, чтобы не было видно чата. Когда Лу Сычэн прошел в игровой зал, она кашлянула и невозмутимо продолжила:

– Но знаете, я была не права, правда. Надо было просто вежливо объяснить организаторам, что некоторые участники команды только что прошли курс физиотерапии и им по состоянию здоровья запрещены подобного рода активности. Если бы я все четко рассказала, уверена, мы бы договорились. Мы же все цивилизованные люди. И да, модератор, выдай аленький цветочек тому товарищу с ником Мимопроходил – он ведь был, в сущности, прав, когда меня ругал. Я тоже считаю, что повела себя слишком импульсивно. Да-да, вы правы. Как истеричка. Как настоящая истеричка… Это было ужасно, очень неправильно, и я тысячу раз признаю, что делать так не стоило… Что? В чате нет награды «аленький цветочек»? Ладно, тогда проехали.

Пока Тун Яо с самым серьезным видом обсуждала с чатом свою вину, Лу Сычэн прошел у нее за спиной и не глядя поставил ей коробку на стол. Девушка мельком взглянула – похоже, там была рисовая каша с морепродуктами. И тихо сказала «спасибо». Лу Сычэн на это ничего не ответил, развернулся, хлопнул себя по заднему карману и пошел наверх. Тун Яо опять осталась одна на первом этаже.

Свернув игровое окно, она вернулась в чат, а его, словно приливом, захлестнуло волной из «Красава, молодец, 66666666…».

В общем, примерно миллион зрителей увидел, как Тун Яо струсила, когда вошел Лу Сычэн, и теперь стебались над ней в полный рост. Тун Яо с досадой провела рукой по волосам. Подумала, но не решилась сказать вслух… Открыла приложение «Блокнот» (он тоже был виден зрителям на экране) и начала печатать: «Блин, ребята, ну хватит вам. Лу Сычэн…»

Нет, что-то не то! Она стерла имя и вместо него набрала: «Капитан…» Да, вот так.

Тун Яо все печатала и печатала. Тут ее телефон завибрировал. Она бросила взгляд на экран: пришло сообщение от «Кисулиной мамы».

«!!!» Тун Яо примерзла к месту, уставившись в телефон. Внутри у нее все оборвалось. Больше всего девушке хотелось сейчас завизжать и взорвать к чертям свой компьютер.

Тун Яо отложила телефон, кашлянула и с напускным спокойствием произнесла:

– Конечно, все написанное – шутка. Пойду думать над своим поведением. В понедельник, на собрании клуба, произнесу речь на десять тысяч слов с подробным разбором полетов. А сейчас пойду писать эту речь. На этом все, всем пока.

В комментариях тут же отреагировали:

«Кошмар…» Тун Яо завершила стрим и некоторое время неподвижно смотрела на плотно закрытую дверь наверху. Потом, словно приняв какое-то решение, она выдохнула, надув щеки, отодвинула клавиатуру, положила сотовый в карман и, собрав всю волю в кулак, побежала на второй этаж.

Остановившись перед дверью, которая, казалось, вот-вот загорится от ее взгляда, девушка подняла руку, чтобы постучать, но пальцы замерли в воздухе. Она услышала стук собственного сердца. Стоило только на секунду остановиться, и вся прежняя решимость куда-то испарилась. Тун Яо отдернула руку и простояла перед дверью, как статуя, не меньше пяти минут, пока не расслышала звук шагов и шум льющейся воды. Наверное, Лу Сычэн пошел принять душ перед тем, как лечь спать. И та тоска, от которой с трудом удалось избавиться, нахлынула снова. Тун Яо опустила голову, будто побежденный в бою бойцовый петух, и с тяжелым сердцем поплелась вниз. Проходя мимо своего стола, она краем глаза заметила коробку с едой, остановилась и потерла пустой живот. На самом деле Тун Яо, конечно, давно проголодалась. А почему отказалась пойти, когда предлагал Пухляш, сама не понимала. Словно какое-то наваждение нашло…

Когда увидела, что заменивший ее Лу Юэ выиграл тренировочный матч. Поняла, что нечего сказать Лу Сычэну.

Она вздохнула.

«Ох…» Щелкнув, Тун Яо заблокировала экран, прижала к груди телефон и помолчала немного. Потом вновь посмотрела на закрытую дверь на втором этаже. Приподнялась на цыпочках и беззвучно, одними губами, сказала в ту сторону:

– Хренов заботливый айсберг…

И поджала губы. Да, похоже, она и правда зациклилась…

Она снова села за стол и потрогала пальцем тот контейнер с едой, который едва не забыла у компьютера.

Сорок минут спустя, когда вся остальная команда вернулась на базу, тиммейты увидели свою чудаковатую мидершу спокойно сидящей в кресле с поджатыми ногами, в процессе поедания каши. В огромной миске к этому времени оставалась всего лишь четверть.

– Ни фига себе! – воскликнул Пухляш. – Там же была порция на троих! Ты ведь говорила, что не голодная?

– Тогда была не голодная, потом стала. – Тун Яо посмотрела на всех поверх миски. – А вас где носило, почему вы так поздно?

– Нигде. Поели и сразу назад.

– Как это? – Тун Яо на миг застыла, уставившись на кашу, а потом указала ложкой наверх: – Тогда почему брат Чэн?..

– А он дождался, пока принесут ту часть, которая с собой, и сразу ушел. Сказал: если остынет, будет рыбой вонять противно. – Пухляш оценил взглядом горку крабовых, креветочных и ракушечных скорлупок, оставшихся после Тун Яо. – Хотя теперь, глядя на это, думаю – может, он просто боялся, что ты умрешь с голоду.

Тун Яо так и зависла с поднятой ложкой. В глазах читались вопросительные знаки.

– Погоди-ка… Повтори, что ты сказал?

– А вы так и не разговариваете?

– Нет.

– Ага… Один слишком гордый, другая слишком упертая. Так и будете бодаться всю жизнь? Давайте-давайте! Я в вас верю.

На следующий день состоялся матч против «Красной стрелы». Тун Яо собиралась крайне вяло. Неохотно собрала свою сумку с оборудованием, канителилась до последнего и еле-еле доплелась до автобуса. Едва она встала на ступеньку, как кто-то дернул ее за ремешок сумки и потянул назад. Тун Яо приподняла бровь, обернулась и увидела Лу Юэ, который с озорной улыбкой спросил:

– Идешь смотреть, как я буду блистать?

– Иду на случай какого-нибудь форс-мажора, из-за которого ты не сможешь играть. – Тун Яо с каменным лицом дернула ремешок своей сумки. – Я же оптимист. Вдруг ты внезапно сломаешь руку?

– Если и сломаю, то только после матча. – Он сжал ремешок еще сильнее. – Даже если я буду одной ногой в гробу, все равно умру только тогда, когда надежно вдавлю тебя в скамейку запасных.

– Мечтай дальше. – Тун Яо слегка прикусила нижнюю губу.

Улыбка Лу Юэ стала еще ярче, но тут позади спорщиков раздался холодный и низкий мужской голос:

– Вы там наговорились?

Два бойцовых петуха, перегородившие вход в автобус, тут же замерли. Лу Юэ резко выхватил у Тун Яо сумку с периферией и понес в салон.

– Отдай! – запротестовала она и прыгнула в автобус вслед за ним.

Рассевшись, все вели себя послушно, как первоклашки. Тун Яо съежилась в уголке. Когда они прибыли на место, вышли и добрались до гримерки, девушка вдруг осознала, что чего-то не хватает в руках. Обернулась и поняла, что ее сумка до сих пор у Лу Юэ. Тот, войдя в комнату, перекинул сумку девушке и уселся перед зеркалом в ожидании визажиста.

Через некоторое время, когда с макияжем было покончено, все переместились в зону отдыха, ожидая начала матча. Они сидели в комнате, болтали, а на большом экране на стене стали появляться кадры с трибун. Комментаторы матча заняли свои места и начали обсуждать предстоящую игру. Тун Яо подумала, что наверняка они пройдутся и по ее дисквалификации, но они лишь мельком упомянули: «Сегодня у ZGDX замена: играет Люй. Этот игрок…» – и разговор ушел совсем в другом направлении.

Тун Яо подумала, что клуб, наверное, заранее переговорил с комментаторами. Одновременно она рассеянно слушала, как Мин и Лу Юэ обсуждают мидера «Красной стрелы», каких чемпионов мидлейна стоит забанить, а какого выбрать самим. Время от времени она и сама вставляла фразу-другую в этот разговор…

– Их мидер – универсал. Хоть команда в целом и не блещет, лично он входит в пятерку сильнейших мидеров по стране. Он может взять кого угодно. Лу Юэ с его «чайной ложкой» чемпионов будет сложно. Вам стоило рассмотреть вариант забанить его коронных персонажей: Чародейку и Мастера Карт. Энни он вряд ли выберет…

И тут она прервалась на полуслове: камера скользнула по рядам фанатов ZGDX. На первом ряду сидели девушки, держа в руках таблички с ее собственным ником… Сперва Тун Яо оцепенела, а потом так резко встала, что Мин и Лу Юэ даже испугались.

– Ты чего? – спросил последний.

– Я в туалет, – бросила Тун Яо и поспешно вышла из комнаты. Пошла в уборную, сполоснула лицо, а потом, слившись с персоналом, тайком пробралась за кулисы и осторожно выглянула в зрительный зал.

Нет, совершенно точно: несколько человек держали светящиеся таблички с ее именем. Но не могли же они не знать, что Тун Яо сегодня отстранена от игры? Девушка почувствовала неприятное жжение, как будто ее желудок начал протестовать.

В большом смятении Тун Яо вернулась обратно в комнату отдыха, изо всех сил притворяясь, что ничего не случилось. Остальные игроки как раз потянулись на сцену. Она постояла немного у выхода вместе с персоналом, а потом вернулась в комнату к телевизору. Там сейчас никого не было. Тун Яо уселась в большое и мягкое вращающееся кресло и стала смотреть матч. Как и ожидалось, на стадии бана и выбора обе стороны сосредоточились на миде. «Красная стрела» сразу же забанила Мэн Цяньцуна и Императора Песков.

Комментатор А:

– Мэн Цяньцун и Император Песков! В игре именно за этих двух чемпионов Люй очень хорош! Похоже, что «Красная стрела», узнав, что Смайлинг не участвует в этом матче, не поленилась разузнать о нем побольше…

Комментатор В:

– А ZGDX со своей стороны забанили Трехрукого и Чародейку! Какое сегодня напряжение на мидлейне! Кстати, странные баны – все выбрали персонажей, которые редко появлялись в предыдущих матчах… Честно говоря, мне прямо не терпится это увидеть. Люй всегда славился отличной техникой и стабильной игрой, но его часто критиковали за узкий пул героев. Очень, очень любопытно, кого же он выберет, чтобы привести команду к победе теперь, когда Мэн Цяньцуна и Императора взять нельзя!

Комментатор А:

– Кстати, этот матч очень важен для ZGDX: если они смогут победить, то на данный момент выйдут на первое место в группе с идеальным счетом. Честно говоря, я думал, что у них не возникнет с этим проблем, но после вчерашнего инцидента…

Комментатор В:

– Верно, в последние недели команда ZGDX показывала просто феноменальную форму. Даже их капитан Лу Сычэн – человек, который почти никогда ничего не обещает, – высоко оценивал своего мидера и говорил, что стал чувствовать себя увереннее в этом сезоне.

Комментатор А:

– Ха-ха-ха, кажется, он сглазил…

Тун Яо, нахмурившись, взяла пульт и выключила звук. Тут бан завершился и начался выбор. Лу Сычэн взял Ледяную Богиню, и Тун Яо чуть не поперхнулась – как будто увидела собственную смерть. А Лу Юэ взял Мастера Карт – видимо, из соображений, кого лучше противопоставить мидеру «Красной стрелы». Тун Яо услышала, как загудел зал снаружи и какие удивленные возгласы издали комментаторы. Никому раньше не доводилось видеть, чтобы Лу Юэ играл Мастером Карт…

Да что там зрители – сама Тун Яо такого ни разу не видела! Она даже сначала забеспокоилась, не сошел ли этот парень с ума. Но когда матч начался, Лу Юэ делал все отлично: и добивал крипов, и обменивался уроном, и перемещался, и уклонялся. И все это было плавным, как полет облаков и течение воды. А еще он очень точно рассчитывал урон Мастера Карт на каждом уровне. По сути, это выглядело как демонстрация лучшего козыря старого мастера, а не как вынужденный выбор.

На четвертом уровне Лу Юэ использовал «Флеш» и в одиночку убил вражеского мидера, получив «первую кровь». На шестом активировал ульт, прыгнул на бот и помог Лу Сычэну сделать даблкилл, полностью перевернув ход игры. К двадцатой минуте – четыре результативных ганка, шесть содействий, и при этом по числу крипов он не уступал мидеру «Красной стрелы», который фармил изо всех сил…

Тун Яо открыла киберспортивный форум: как она и ожидала, вся первая страница пестрела восторженными комментариями:

Закрыв форум, Тун Яо вновь посмотрела на экран телевизора. Первый раунд подходил к концу. Она с каменным лицом наблюдала, как рушится вражеский главный кристалл. На этот момент статистика Лу Юэ была такова: 7 убийств, 1 смерть, 13 содействий.

Трансляция обычно отставала от реального положения дел секунд на десять, и когда кристалл на экране должен был вот-вот рухнуть, за ее спиной открылась дверь. Она не обернулась, решив, что это ходит кто-то из персонала. Снаружи в этот момент стали слышны оглушительные крики: «Вперед, ZGDX!»

Опустив голову, Тун Яо секунды три размышляла, стоит ли выдать Лу Юэ поощрительную красную звездочку. На четвертой, когда она уже твердо решила пойти и похвалить этого парня, который покорил всех своей игрой, девушка подняла голову и увидела, что там, прислонившись к закрытой двери, стоит кто-то высокий. Руки у него были скрещены на груди. Он внимательно смотрел на нее. Тун Яо удивилась. Это был Лу Сычэн. А когда он вошел?

От этого холодного, как у злой мачехи, взгляда у девушки екнуло сердце, а волосы чуть не встали дыбом. На секунду встретившись с капитаном глазами, она тут же отвела взгляд и, крутанувшись на кресле, отвернулась от входа. Затем снова уткнулась в телефон, бессмысленно тыкая пальцами в экран.

Лу Сычэн нарушил тишину:

– Видишь, зал аплодирует игроку, который тебя заменяет, а ты можешь только сидеть в комнате отдыха и смотреть на это со стороны. Как ощущения?

Тун Яо не смела обернуться. С отсутствующим взглядом она смотрела на первую страницу «Тьебы», где хвалебных слов в адрес Лу Юэ становилось все больше. А еще появлялись другие, где комментаторы задавались вопросом: а не ошибся ли капитан? Может, ZGDX просто все это время недооценивала Лу Юэ?

– Я в одном интервью после матча сказал, как рад, что в нашей команде теперь есть Смайлинг, потому что с ее приходом этим летом ZGDX стала сильна как никогда, – прозвучал у нее за спиной низкий спокойный голос.

Палец Тун Яо, скользивший по экрану смартфона, замер. Она услышала шаги за спиной, и вдруг внутренний ужас – как от встречи с призраком – куда-то исчез. Вместо этого сердце начало как будто падать в бездну, словно опускаясь из неглубоких прибрежных вод в холодную океанскую пучину. Мелькнула вдруг мысль, что у нее, кажется, есть нешуточная фобия – боязнь глубины.

– И теперь они сомневаются в моей оценке, в моих выводах, спрашивают, не перепутал ли я, правильно ли расставил в команде вас с Лу Юэ… – Лу Сычэн сделал паузу и спокойно добавил: – И знаешь что?

Она опустила голову, не позволяя себе обернуться к человеку за спиной. Но большая рука легла на краешек кресла и развернула ее сама. Парень навис, опираясь руками на подлокотники, и его большая тень полностью накрыла девушку.

– Посмотри сюда.

Тун Яо подняла голову и внезапно, не будучи к этому готовой, встретилась взглядом с темно-карими глазами. Они были бездонны и абсолютно бесстрастны, не выражая ничего, что можно было бы назвать эмоцией.

Девушка немного откинулась назад и сглотнула комок в горле. Сердце и желудок в этот момент ухнули куда-то в пропасть. Она шевельнула губами, собираясь извиниться, и вдруг услышала:

– Но для меня не имеет значения, в чем они там сомневаются.

Тун Яо замерла.

– Тут главное – это ты. Для меня имеешь значение ты. – Лу Сычэн немного выпрямился и посмотрел на часы. – Семь минут до следующего матча. Назови убедительную причину, по которой я не смогу отказаться от тебя, что бы они все ни говорили.

Тун Яо, поджав ноги, сидела в кресле и смотрела на Лу Сычэна. Тот, хоть и отстранился немного, одной рукой все равно опирался на подлокотник и изучал девушку совершенно бесстрастным взглядом.

– Говоря по правде, – призналась Тун Яо, глядя на капитана, – когда ты вот так смотришь, мне вообще ничего не приходит в голову. И если продолжишь смотреть таким образом, я и номер своего удостоверения личности не вспомню.

Капитан опустил взгляд, отпустил подлокотник и сделал два шага назад.

– Шесть минут сорок секунд.

– Один вопрос: ты это спрашиваешь как кто?

– Как твой капитан, твой босс, твой тиммейт… да хоть как прохожий с улицы. Шесть минут тридцать секунд. Мне нужен ответ, который всех убедит. А не просто какая-то ерунда, лишь бы от меня отвязаться. Прошу быть такой же честной, как вчера во время стрима, когда ты писала всякие пошлости в «Блокноте».

То есть он правда все видел…

– Шесть минут двадцать секунд.

– Да не считай ты вслух! Дай хоть подумать немного. Или подскажи что-нибудь! Ты спросил вот так неожиданно, я же к этому не готовилась. Откуда я знаю, как мне тебя убедить?

Лу Сычэн помолчал секунду:

– Начни со своего вчерашнего поступка.

– Я ударила человека.

Капитан кивнул и заговорил:

– Джанглер команды EDG с ником «Обещание» до того, как стать профи, в ранговых играх часто оскорблял других: «чтоб мать твоя сдохла», «я мать твою имел» и тому подобное. Или просто ругал: «Куда ты лезешь с такими скиллами, иди домой свиней выращивать». Его в сезоне S2 заклеймили токсиком и до сих пор это припоминают. У него даже прозвище есть: «Директор свинофермы». Пять лет прошло. Он теперь даже если стримит по десять часов в день, то пару раз, может, и выругается. А всяких токсичных комментариев другим игрокам давно не пишет. Но ему уже не отмыться. Мидер LGD Благородный Вэй на одном из летних сплитов LPL[45] стал чемпионом. Но перед финалом мирового чемпионата забил на тренировки, на ранговые матчи и вообще мог бросить матч на середине и пойти играть в «Лунный клинок»[46]. В итоге на международном турнире его команда проиграла с позором, а сам он умудрился атакующий навык не в ту сторону бросить. Из-за этого над ним до сих пор смеются и говорят: «Зазнался слишком, сам виноват». И все, у кого есть глаза, видели, что уже через год он изменился, стал скромнее, сдержаннее, серьезнее… Отмыться он все равно не смог. Выводы?

– Надо быть осторожнее в словах и поступках…

Лу Сычэн кивнул:

– А что я тебе перед тем в самолете говорил?

– Надо самому понимать, что можно делать, а что нет. Что из поведения профессионального игрока другие люди могут раздуть скандал и это даже может повлиять на карьеру. И что не надо самой подставляться.

– Значит, в одно ухо влетело, а вылетело куда?

– Сюда. – Потупившись, Тун Яо указала на затылок.

– Продолжаем?

– Угу…

– Вчера в тренировочном матче Лу Юэ был впервые убит на 3:57, после этого постоянно отставал и даже в поздних командных боях не смог добиться серьезного преимущества. По ходу дела Кей трижды пытался ганкнуть мид. На 5:37, 7:49 и 12:11. Но из-за привычки Лу Юэ пушить линию и трусливо сидеть под башней, а также из-за того, что вражеский мидер все время был начеку, все попытки провалились. – Лу Сычэн бросил взгляд на часы, сделал секундную паузу и продолжил: – Сегодня, вот только что, на 27:11, Кей забрал ангела, начался тимфайт. Нас четверо, их пятеро. Но мы в начале игры их кэрри так задавили, что он был еле живой. И по снаряжению мы вели. То есть хоть и четыре на пять, но нормально, справились бы. Противник стал отступать, мы за ним погнались, а Лу Юэ с нами не побежал. Он зачем-то полез на топ фармить крипов у второй башни. Нас в итоге осталось трое, противник развернулся и пошел в контратаку. В итоге у нас триплкилл, а их дохлый кэрри чуть весь ход игры не переломил. И это мы играли с «Красной стрелой». Будь на их месте СК или YQCB, раунд мы бы слили. Есть мысли?

– Слаженность никакая.

– А почему она никакая?

Тун Яо молчала.

– Потому что на тренировках ты любишь так задавить вражеского мидера, чтоб тот и носа не высунул из-под башни. И у Кея под тебя выработалась манера игры – устраивать засаду на вражеского джанглера, когда тот идет ганкать. К стилю Лу Юэ он не сразу смог приспособиться. Или взять тот бой после ангела, будь это ты – сразу бы решила, что надо гнаться и добивать. Поэтому мы все не колеблясь ринулись в атаку… А почему так?

– Потому что выработалась привычка.

– А как она выработалась?

– В тренировках и в парных ранговых матчах.

Тун Яо отвечала почти на автомате, без запинки, и одновременно у нее в голове что-то стало проясняться… И тут она услышала, как Лу Сычэн задал еще один вопрос:

– Твоя команда и твои тиммейты ради тебя изменились. Как же ты можешь не отвечать за это?

– ?

– Ну что, ты все еще думаешь, что отстранение – это твоя личная проблема? Совершила ошибку, получила наказание и дело закрыто, да? Ты сидишь за кулисами, смотришь, как играют твои тиммейты… А ты подумала, что вся команда тоже наказана? Они потратили кучу времени на тренировки с тобой. И что теперь, зря? Не пригодилось? Им приходится начинать все сначала, адаптироваться к другому.

Говоря все это, Лу Сычэн вытащил сигарету, хотел было закурить, но посмотрел на Тун Яо, замялся и, сломав сигарету пополам, вышвырнул прочь.

– Один раз ты налажала – и не сделала никаких выводов. И снова бездумно что-то творишь, и вот – отстранение. И как команде тебя использовать? Пускать ли тебя на тренировки? Звать ли тебя в ранговые катки? Должна ли команда под тебя подстраиваться? Помогать тебе вливаться? Менять свой стиль? В конце концов, сильных игроков немало. И тех, кто ждет своего шанса занять твое место, тоже хватает… Нам оставить тебя? Или заменить Лу Юэ? Или вообще нанять нового мидера?

Тун Яо теребила пальцы, погрузившись в раздумья. Лу Сычэн продолжил, поглядывая на девушку:

– Из-за одного импульсивного поступка Лу Юэ получил бан на целый сезон, навредил Мину, подвел всю команду, которая не попала на мировое первенство… Он вернулся, опустив голову и с поджатым хвостом. Товарищи по команде решили проявить снисхождение, но спроси: он сам себя простил? Что скажешь?

Тун Яо опустила голову так низко, что почти коснулась подбородком груди.

– «Шторм и порядок» – это командная игра. Киберспорт не место для одиночек.

Лу Сычэн хмыкнул в ответ и вновь посмотрел на часы.

– У тебя осталось три минуты.

Девушка резко подняла голову.

– Через три минуты я хочу четко услышать твою позицию. Как уже говорил, мне нет дела до мнения других. Но есть дело до того, как ты смотришь на это сама. Продолжать или сдаться? Профессиональный спорт не место для валяния дурака и капризов. Карьера геймера очень коротка, а пик формы пролетает в одно мгновение. – Взгляд Лу Сычэна стал ледяным. – Ты не можешь себе позволить растратиться впустую. И тормозить остальных ты тоже не имеешь права.

Капитан сделал паузу и спокойно добавил:

– А я, девочка, должен отвечать за свою команду. Я не знаю, что ты по этому поводу думаешь, но уверен в одном: ZGDX, одна из самых крутых профессиональных команд, взяла Тун Яо, чтобы она играла в матчах. Возможно, кто-то в этом кругу станет относиться к тебе иначе просто потому, что ты девушка. Принижать или боготворить, дискриминировать, жалеть, оберегать… Но не я. Когда ты надеваешь нашу форму, я вижу тебя лишь в одной роли, и она не связана с полом: товарищ по команде.

Тун Яо резко прикусила нижнюю губу. Сердце, которое, казалось, опустилось на самое дно океана и так замерзло, что совсем перестало биться, вдруг снова застучало. Девушка подняла голову и взглянула на Лу Сычэна. Лу Сычэн, прислонившись к краю стола, молча смотрел на нее. В комнате отдыха повисла тишина, которая длилась бесконечно долго, пока кто-то не дернул ручку двери снаружи, но не смог открыть. И только тогда Тун Яо поняла, что капитан, оказывается, запер за собой, когда вошел…

– Чэн? – позвал Сяо Жуй, постучавшись.

Капитан не отреагировал, лишь продолжил, слегка наклонив голову, смотреть на Тун Яо. Через тридцать секунд он коротко и четко произнес:

– Время вышло. – Выпрямившись, он скользнул по Тун Яо взглядом. – Похоже, тебе нечего мне сказать.

Повернувшись, он направился к двери. И тут за его спиной послышался грохот, как будто что-то тяжелое скатилось с кресла. Лу Сычэн замер, собираясь обернуться, и тут кто-то, пошатнувшись, налетел на него и в панике обеими ладонями вцепился в правую руку. Схватившие его пальцы были ледяными. Зрачки Лу Сычэна чуточку сузились, но он не произнес ни слова, даже выражение лица практически не изменилось. Капитан слегка наклонил голову. С этого ракурса ему был виден аккуратный, чуть вздернутый кончик носа. Маленькие ручки, вцепившиеся в его большую ручищу, сжались еще сильнее…

– Я не умею говорить красиво и не хочу пускаться в бессмысленные извинения. – Тун Яо говорила хрипло, опустив голову. – Я просто знаю, что хочу побеждать. Побеждать вместе с вами в каждом матче. Не хочу больше пропускать ни одного, не хочу больше вас разочаровывать, не хочу быть обузой. Я хочу быть вашим товарищем по команде, пока мы все вместе не окажемся на вершине мира, о которой мечтаем. И вы, и я.

Глаза девушки покраснели, горло перехватило. Но она не заплакала. Взгляд оставался ясным, а в голове звучала всего одна фраза капитана: «Когда ты надеваешь нашу форму, я вижу тебя лишь в одной роли, и она не связана с полом: товарищ по команде».

Она хотела быть его товарищем по команде. Она хотела быть их товарищем по команде. И если это означает, что ей придется научиться сглаживать острые углы своего характера, – что ж…

– Наверное, ты тоже чувствуешь обиду. – Голос над ее головой прервал поток мыслей. – Ты ведь защищала товарищей – за что же такое обращение?

Она слегка вздрогнула, подняла голову и встретилась взглядом с теми самыми темно-карими глазами. Теперь, когда ледяная отстраненность исчезла, они казались мягкими и напоминали шоколад.

– Все очень благодарны тебе, что ты вступилась. Именно поэтому Пухляш и остальные согласились все же сыграть в ту игру – чтобы у нас по итогу были на руках доказательства, способные сбить волну хейта против тебя.

Лу Сычэн сделал паузу и, посмотрев в глаза Тун Яо, медленно сказал:

– И я тоже… я тоже благодарен тебе, что ты вступилась.

– !!!

– Никто не требует, чтобы ты ломала себя. Но ты должна понять: прежде чем защищать других, ты должна научиться защищать саму себя.

– А как я определю, что могу себя защитить?

– Когда станешь настолько сильной, чтобы никто не мог тебя сломать.

Тун Яо в замешательстве замолчала, чуть нахмурившись. В этот момент Сяо Жуй начал колотить в дверь, подгоняя капитана. Лу Сычэн поднял руку и успокаивающе похлопал девушку по макушке, но при этом вторую руку, за которую она продолжала цепляться, не высвободил. И лишь когда Тун Яо отпустила его сама, он тихо пробормотал: «Пора. Матч» – и сделал два шага вперед. Вдруг девушка поймала его снова. Капитан обернулся.

– Брат Чэн, а ты такой человек?

– Какой?

– Такой сильный, что никто не может сломать?

Лу Сычэн немного помолчал, а потом медленно покачал головой.

– Я – нет. Я тоже временами колеблюсь и не знаю, что делать.

Тун Яо отпустила его. Лу Сычэн отпер с тихим щелчком дверь и уже собирался ее открыть, когда девушка окликнула его снова:

– Брат Чэн!

– Что?

– Один последний вопрос.

– Спрашивай.

– Почему эти два дня ты со мной не разговаривал? Только потому, что злился? Или была еще какая-то причина?

Лу Сычэн уже открыл дверь. Его встретили причитания и жалобы Сяо Жуя, который торопил его вернуться на сцену. Капитан немного подумал и, повернувшись назад, на ходу бросил всего пять слов, от которых менеджер опешил. После чего наконец вышел и закрыл за собой дверь. А Тун Яо осталась стоять и переваривать услышанное.

Ответ брата Чэна был таким: «Потому что я мог смягчиться…»

Тун Яо крадучись вышла из комнаты вслед за капитаном и практически на пороге столкнулась с Лу Юэ. Девушка резко схватила его за форму и дернула на себя.

– Давай там, играй как следует. Не подведи! И не трусь. Просто иди и рубись.

– Ты чего? – вытаращился парень. – Увольняешься, что ли? – Сказав так, он посмотрел на Лу Сычэна. – Ты что сделал? Выпил у нее всю волю?

Не дав капитану возможности ответить, Тун Яо шлепнула Лу Юэ по спине:

– Чушь не говори! Если выиграем этот бой, то с идеальным счетом завершим групповой этап. Ты зал видел? Видел светящиеся таблички? Я за это царство лично воевала!

– А потом раздолбала это царство одним пинком и еще заплатила сто двадцать тысяч, – кивнул Лу Юэ.

– !!!

– Что ж вы за балаболы, честное слово… – покачал головой Лу Сычэн.

Высвободив форму Лу Юэ из хватки Тун Яо, капитан нажал ей на голову и, чуть пригнув, втолкнул обратно в комнату отдыха. И все же девушка после эмоциональной встряски чувствовала, что груз на душе стал легче, а потому спокойно уселась вместе с персоналом смотреть матч. И, честно сказать, после отповеди Лу Сычэна она боялась уже не того, что Лу Юэ будет блистать. Нет, куда сильнее Тун Яо теперь боялась, что он проиграет. А уж если команда продует из-за того, что Лу Юэ недостаточно сыгрался с тиммейтами – тут уж ей ничего не осталось бы, кроме как встать на колени и биться лбом об пол, вымаливая прощение у товарищей…

Поэтому Тун Яо здорово нервничала, сидя перед экраном. Во втором раунде соперники сразу же забанили Мастера Карт. Но поскольку им надо было еще учитывать Копье Возмездия в связке с Минотавром на ботлейне, Император Песков остался не забаненным, и Лу Юэ без проблем его забрал. Так что у ZGDX, можно сказать, появилась третья башня на миде.

Тун Яо, увидев это, смогла выдохнуть и расслабиться. Она откинулась на спинку кресла, с интересом глядя на экран, и вполголоса спросила у Сяо Жуя:

– А как так вышло с Мастером Карт у Лу Юэ?

Менеджер обернулся и взглядом указал на улыбающегося Мина.

– У него спроси.

Тун Яо повернулась к Мину. Тот, продолжая улыбаться, ответил:

– Это я его научил. Я сказал: «Мидер в китайской про-лиге обязан уметь играть Мастером Карт. Так же, как наши джанглеры обязаны уметь играть за Монаха. Потому что так сложилось с глубокой древности! У нас в Китае это традиционно сильные чемпионы, не зависящие от патчей и сборок[47] игры, и однажды мы снова выведем их на мировую арену».

– Но я никогда не видела, чтобы он им играл!

– Мастер Карт не подходит его стилю, поэтому Лу Юэ редко его выбирает, – ответил Мин. – Но зато какой неожиданный козырь! И это доказывает, что он очень ценит возможность играть сегодняшний матч.

– Ну еще бы, – кивнул Сяо Жуй, – идет борьба за должность главного сторожа кулера…

– Не запугивай Тун Яо, – усмехнулся Мин. – Хотя, в принципе, это правда. Лу Юэ согласился учиться, только когда я сказал: «Видишь, как Тун Яо круто играет Мастером Карт? А ты почему так не можешь?»

Девушка закатила глаза. Тут началась игра, и зрителям первым делом показали нижнюю линию, потому что игроки, набравшие второй уровень, устроили там обмен уроном. Но внимание Тун Яо было приковано к мини-карте в правом нижнем углу. Точнее, к маленькому значку Императора Песков, которым играл Лу Юэ. Но не успела она полностью уйти в это созерцание, как в кармане зазвонил телефон… Тун Яо достала трубку. Увидев имя отца, она, конечно, ответила, однако кроме первого «алло» ей и слова сказать не дали – такой мощный поток ругани обрушился на нее с той стороны. Суть сводилась примерно к следующему: «Мы тебя куда отпустили? Играть! А ты в драку полезла! Еще первую зарплату не успела получить, а уже в минус на шестьдесят штук ушла! Ты же девочка, а лезешь в драки – у тебя с головой все в порядке?»

Ее родители не сидели особо в интернете, но вот ее младший брат, тот еще стукач, был завсегдатаем на «Тьебе». А она вчера еще удивлялась – такой скандал разгорелся, почему из дома не звонят… Оказывается, силы на ульт копили!

После воспитательной беседы с Лу Сычэном, этаким строгим «приемным отцом», Тун Яо вот так, безо всякой подготовки, попала под шквал нравоучений еще и от родного отца. Тот костерил девушку так, что она даже растерялась. Впрочем, держа телефон возле уха, она не отрывала взгляда от трансляции, а потому пропускала этот поток мимо сознания. Матч шел уже сорок минут, и все это время отец распекал ее. И как раз к тому времени, как Лу Сычэн со товарищи пошел рушить базу «Красной стрелы», отец перешел к финальному аккорду. И там, конечно, прозвучало классическое:

– И какой идиот захочет жениться на такой сумасшедшей?!

– Мне и одной хорошо.

– Ты еще и огрызаешься?!

С самого начала разговора Тун Яо только и отвечала, что «угу», «ага», «поняла», «прости». Эта фраза была единственной попыткой хоть что-то сказать, и то ее тут же грубо осадили. Поэтому не оставалось иного выхода, кроме как замолчать. И, только почти прощаясь, отец задал единственный вопрос, все же доказывающий, что родители ей родные, а не подобрали где-то на помойке:

– Сама-то не поранилась?

Резкий контраст между этим и всем, что было сказано ранее, растрогал Тун Яо чуть ли не до слез. Она ответила: «Нет». С той стороны посоветовали: «Больше не лезь в неприятности» – и повесили трубку.

В это время дверь открылась, и вошел Лу Сычэн вместе с остальными тиммейтами. При виде его «лицевого паралича» до Тун Яо вдруг дошло, что, кажется, все мужчины на свете сегодня сговорились применять к ней кнут и пряник. Лу Сычэн нашел свой стаканчик с кофе, сделал глоток, повернулся и тут заметил, что его мидер смотрит на него, практически не мигая. На секунду замерев, капитан спросил:

– Чего уставилась?

Тун Яо с отрешенным видом отвела взгляд.

– Что это с ней? – спросил капитан у менеджера.

– Пока вы там играли сорок минут, – ответил Сяо Жуй, – ее тут сорок минут распекали почем зря.

Лу Сычэн приподнял бровь.

– Ей отец позвонил, – хмыкнул менеджер.

Бровь Лу Сычэна вернулась на место.

В это время Лу Юэ, получивший «самого ценного игрока» во втором раунде, давал интервью. Тун Яо вышла и, остановившись у поворота коридора для персонала, решила послушать.

– Каково это – вернуться после такого длительного перерыва? – спросил ведущий.

– Неплохо. – Судя по голосу, Лу Юэ улыбнулся. – Поэтому и взял сегодня нового чемпиона, которым недавно тренировался играть.

– О да! Люй сегодня выбрал Мастера Карт, что совсем не сочетается с его привычным стилем игры… Это было спланировано заранее?

– Ну, не совсем. Я не то чтобы именно планировал, просто наш аналитик… – В этот момент зал зашумел, кто-то начал выкрикивать имя Мина, а Лу Юэ, рассмеявшись, продолжил: – Наш аналитик сказал, что в Китае мидер должен уметь играть этим персонажем, иначе это стыд и позор. Вот я и начал тренироваться.

– Значит ли это, что и Смайлинг тоже умеет играть Мастером Карт?

– Да, она им играет отлично. На самом деле у меня ощущение, что она умеет вообще все. Только с Императором Песков поначалу не ладилось, а потом и им тоже стала классно играть.

– Похоже, между основным и запасным мидерами в вашей команде нет особой напряженности?

– Да у нас нет повода для напряженности! Мы играем в разном стиле, кто лучше подходит, тот и выходит на игру. Может, кто-то посмотрел мою игру сегодня и подумал, что в запасе я сижу несправедливо или что-то в этом духе… Но на данный момент она куда лучше подходит на роль основного игрока. Но в будущем я стану сильнее, вот увидите!

– Похоже, это как раз ответ на те претензии к ZGDX, которые сегодня звучат в Сети…

– Я доверяю мнению своей команды. И если чего-то захочу – добьюсь этого сам.

Тун Яо послушала еще немного, мысленно цепляя на Лу Юэ ярлык «синдром защиты брата». Потом она повернулась, надела куртку и вместе с командой пошла собирать вещи. Затем они направились на парковку, где уже столпились фанаты, прибежавшие туда сразу после окончания матча. Впрочем, сегодня к ним добавились еще и журналисты. От этого казалось, что людей целое море.

Когда появилась Тун Яо, журналисты отреагировали бурно, как свинья, которая видит кочан капусты, в котором можно порыться пятачком. Они подняли камеры и ринулись вперед, суя микрофоны чуть ли не в самый нос девушки.

– Как ты прокомментируешь свое отстранение от соревнований?

– Я это заслужила.

– Ты, наверное, чувствуешь себя очень обиженной? В Сети говорят, что ты так поступила, чтобы защитить своих товарищей по команде.

– Нет, обиженной я себя не чувствую.

– Расскажи подробнее!

– О чем?

– Ты не боишься, что тебя теперь заменят на Лу Юэ?

– Меня отстранили всего на одну игру.

– Почему ты вообще решилась ударить человека? Ты не подумала, что это повредит твоему имиджу? Ведь ты единственная девушка в про-лиге, и каждый твой поступок у всех на виду. Может, ты таким образом специально хотела привлечь к себе внимание?

«Вот же мерзкий гад, чтоб ты ядом подавился, – подумала Тун Яо. – Я тебе кто, по-твоему, Фань Бинбин[48], чтобы все время в новостях светиться?» Она все еще подбирала цензурные слова, чтобы ответить, как вдруг чья-то большая рука оттолкнула микрофон от ее лица, а из-за спины донесся холодный мужской голос:

– Достаточно. Как она, по-вашему, должна ответить на подобный вопрос? Вы какой медиаресурс представляете?

Репортер после такой отповеди моментально стушевался, отступил на шаг назад и тут же был вытеснен хлынувшими вперед фанатками. Стайка девчонок защебетала:

– Это оскорбительно! Что за вопросы такие, совесть вообще есть?

Нашлись и те, кто высказался резче:

– На хрен иди со своим хайпом вонючим, псих недоделанный!

Тун Яо моргнула. На душе стало тепло от поддержки фанатов. Девушка взяла ручку, раздала автографы, приняла подарки от поклонников и поблагодарила. Толпа немного расступилась. Тун Яо выдохнула с облегчением и уже собиралась идти к машине, как вдруг сбоку раздался чей-то голос:

– Да какой из нее про-геймер? Вообще непонятно, как она сразу в основной состав попала. Никаких новостей об обучении, тренировках… Просто поставили играть, и все. Я слышал, что она чуть не за день до этого контракт подписала. Даже если она и правда крутая, но на стримах-то раньше она камеру не включала. Хрен знает, это она играла вообще? А клуб раз – и сразу контракт, а? Нет, ну сам подумай…

Это был тот самый репортер, которого только что оттолкнули. Прислонившись к стене, он просматривал только что сделанные снимки и разговаривал с коллегой, а его лицо прямо-таки излучало самодовольство. Увлекшись разговором, мужчина не сразу заметил, что кто-то подошел к нему вплотную. Он не успел поднять голову, когда чья-то белая изящная рука сжала объектив его камеры. Остолбенев, репортер перевел взгляд в ту сторону и увидел девушку ростом на голову ниже, сверкавшую черными глазами. Она резко вскинула руку… Мужчина испуганно отклонился назад.

К его удивлению девушка лишь поводила пальцем у него перед носом и, стиснув зубы, сказала:

– Радуйся. Отец запретил мне снова устраивать скандалы. Иди с миром.

Оставив репортера в недоумении, Тун Яо отдернула руку, развернулась и стремительно ушла, будто под ногами у нее горела земля. Вбежав в автобус, она сердито уселась у окна и резко задернула занавеску. Минуты через три следом зашел Лу Сычэн. Проходя мимо, он, не останавливаясь, натянул ей на голову капюшон куртки и похлопал по плечу. Тун Яо с досадой отмахнулась.

Из-за спинки находившегося впереди кресла высунулся Сяо Жуй и хитро спросил:

– Так какой именно отец запретил тебе устраивать скандалы?

Тун Яо с каменным лицом уставилась на менеджера. В повисшей тишине Лу Сычэн вдруг встал, порылся в сумке с подарками от фанатов и извлек на свет маленький пакет сладкого молока. Вставил в него трубочку и поднес к губам своей сердитой мидерши.

– Фанаты просили тебе передать, чтобы ты остыла.

Тун Яо, ничего не сказав, взяла молоко, выдула его в пару глотков и выкинула коробочку в мусорный бак в автобусе.

– Все еще злишься? – спросил Лу Сычэн.

– Злюсь.

– Тогда поехали хого есть.

– Угу.

– И все равно злишься?

– Злюсь.

Тогда Лу Сычэн вынул все пакетики с молоком и сунул ей в руки, после чего пошел в хвост автобуса.

– Эй, а мне молока? – высунулся Сяо Жуй.

Тун Яо тут же прижала к себе всю кучу:

– Не дам!

– Все равно они не от Чэна, чего ты жадничаешь?

Девушка задумалась… Менеджер был прав. Перестав прятать молоко, она смотрела, как Сяо Жуй без зазрения совести ополовинивает ее припасы. Тут Тун Яо осенило, и она обернулась к заднему ряду:

– А хого – это мы поедем в тот самый ресторан, где тарелка говядины за миллион денег? Тогда я хочу ангельских креветок.

Сначала повисла тишина. А потом мужской голос произнес:

– Как скажешь.

Когда они прибыли в тот самый ресторанчик, в голове Тун Яо вовсю кипела потасовка между двумя маленькими человечками. Один из драчунов хотел заказать большого омара, а другой – той самой говядины по страшной цене.

Первый человечек кричал:

– Ты что, деревенщина, никогда в жизни омара не ела?

А второй отвечал:

– Ты что, деревенщина, никогда в жизни говядины не ела?

Первый заявлял:

– Говядину можно в любой день поесть!

Второй ехидничал:

– Это в какой это любой день, да еще за такую цену? Забыла, что у тебя сто двадцать тысяч юаней из зарплаты вычли?

Первый не унимался:

– Ты что, от этой говядины в небо улетишь?

Второй пожимал плечами:

– Понятия не имею! А вдруг и правда взлечу? Надо же попробовать!

Так девушка и сидела всю дорогу, задумчиво подперев голову рукой и сглатывая слюну. Едва автобус остановился, как она встала с места и пошла вниз, но, едва сделав пару шагов, услышала, что Лу Юэ, от которого доброго слова обычно не дождаться, окликнул ее:

– Что с ногой? Почему хромаешь?

Тун Яо подняла ногу и посмотрела: задняя сторона правой щиколотки покраснела и надулся волдырь. Ничего особенного, просто новая обувь жмет…

– Натерла кроссовками…

– Натерла и молчишь? Ты немая?

В этот момент сзади подошел Лу Сычэн, увидел, что она, прихрамывая, собирается спускаться по ступенькам, двумя руками поднял ее и опустил на землю.

– Да с новой обувью всегда так, – сказала Тун Яо, – проблема-то. Вернемся – я в аптеке возле базы пластырь куплю и заклею. Моя подруга как-то поставила рекорд – у нее был шопинг в Лас-Вегасе двенадцать часов подряд. Так вот, ноги она натерла еще на четвертом часу, но это не помешало ей ходить еще восемь. Как Русалочка, которая танцевала и «словно ступала по острым ножам».

– Русалочка-шопоголик… – покачал головой Сяо Жуй, а Мин спросил:

– Эта Русалочка, случаем, не девушка мидера наших соседей?

Тун Яо кивнула, и на лицах парней появилось абсолютно одинаковое выражение: они явно сочувствовали Ай Цзя. Только братья Лу остались невозмутимы: они, похоже, привыкли к женскому транжирству. Лу Сычэн вообще ничего не сказал, а Лу Юэ заметил:

– Чем больше времени женщина транжирит деньги, тем меньше возможностей у нее остается, чтобы влипать в неприятности или пилить мужчину, что само по себе косвенно продлевает жизнь. И если так подумать, то деньги, выходит, потрачены не зря.

Тун Яо пихнула его ногой:

– Да-да, женщины все такие, разве это не мило? Я бы тоже так делала, только денег нет… Ай, не напоминайте про деньги! В груди вдруг защемило.

– Поделом, – сказал Лу Сычэн и, подняв руку, позвонил в бронзовый колокольчик у входа в частный ресторан.

Таинственная и манящая дверь отворилась, компания вошла внутрь… и к своему удивлению, обнаружила, что в заведении сегодня прямо-таки слет киберспортсменов! Кроме них самих тут уже сидели команда Huawei и «Династия Цин» из группы B. Их столы стояли совсем рядом. Джанглер Huawei Ли Хвансок прямо-таки повис на джанглере из «Династии Цин» с бокалом вина в руках, манерно называя его «братиком». У него за спиной стояла девушка – судя по виду, из персонала, – тянула за рукав и тайком снимала их обоих на телефон. Вместе все это напоминало игру «дженга», где надо собрать башню, сложив друг на друга плитки, как бутерброд.

– Видишь? – сказал Лу Сычэн.

– Вижу что? – не поняла Тун Яо.

– Возле этого парня вечно крутятся девицы.

Тун Яо, однако, смотрела в это время вовсе не на Ли Хвансока. Ее внимание было приковано к тому, кто оказался нижним слоем в «бутерброде» и был одет в форму «Династии Цин». Если девушка помнила верно, их первый межгрупповой матч на следующей неделе должен был состояться как раз с «Династией Цин», занявшей третье место в про-лиге в прошлом сезоне. Команда состояла из четырех китайцев и одного корейца, как раз того парня, на котором повис Ли Хвансок. Ник у парня был «Дракон», настоящее имя – Хо Тхэрён, но китайцы звали его по китайскому чтению иероглифов его имени: Сюй Тайлунь[49], а чаще по прозвищу – Ангел. Он был игроком «заботливого» типа.

Тун Яо пришла к этому выводу, пересмотрев в записи великое множество матчей «Династии». Кстати, она в глубине души считала, что китайский у этого корейца даже лучше, чем у Лу Сычэна… Потому что даже в самой паршивой ситуации Ангел всегда говорил тиммейтам: «Все нормально. Держитесь. Мы еще можем выиграть. Не сдавайтесь».

В отличие от Лу Сычэна, который при плохом раскладе говорил мало, а при хорошем еще меньше. И если бы не Пухляш, который прямо-таки не затыкался во время игры, у команды иной раз могло возникнуть ощущение, будто на ботлейне нет вообще никого, особенно на ранней стадии, когда все стояли на своих линиях.

Кстати, именно этот джанглер так усилил «Династию Цин», что команда, которая в прошлом году еле удержалась в про-лиге, в весеннем сезоне забралась довольно высоко.

И вот Тун Яо, мысленно уже настраиваясь на грядущий матч, увидела ключевое звено противника. Девушка замерла, оценивая его.

Внезапно кто-то схватил ее за голову и повернул. Стоявший сзади капитан с каменным выражением лица спросил:

– На кого ты там пялишься?

– На братца Ангела, – не задумываясь, ответила она.

– Какой еще «братец Ангел»? Вы что, так близко знакомы? Он ведь джанглер, на миде никогда не играл, вы даже на линии вместе стоять не могли, не то что познакомиться! Что, наметила очередную марку в коллекцию?

– Ничего подобного! Марку какую-то выдумал… Я просто подумала: он ведь только весной в Китай переехал играть, а уже и язык выучил, и команду свою оживил – это же реально круто! Кстати, – прищурилась Тун Яо, – может, тебе у него пару уроков китайского взять? А то у тебя весь словарный запас: «Пухляш, выдвинься вперед и слей немного ХП, а я подойду и добью»…

Лу Сычэн, как всегда, бесстрастно промолчал, а вот Пухляш, стоявший за ними, восхитился и показал Тун Яо два больших пальца. В этот момент Ли Хвансок поднял голову и увидел Тун Яо. Просияв, парень направился к ней, стряхивая с себя цеплявшуюся за него девушку. Первым делом поздоровался с Лу Сычэном, стоявшим за Тун Яо, а потом схватил ее за руку.

– Сестренка, как ты тоже сюда пришла?

– Поужинать я пришла. – Она сдержанно улыбнулась.

Лу Сычэн сзади легонько потянул ее за куртку. Тун Яо, не подавая вида, высвободилась из его хватки.

– Вчера я вел стрим, кто-то тогда говорил про тебя плохо, – с подкупающей прямотой сказал Ли Хвансок на слегка ломаном китайском. – Я ругался, я заставил их не говорить про тебя плохо. Ты очень хорошая.

На лице у него было написано едва ли не плакатным шрифтом: «Ну давай же, ну похвали меня!». Девушке и правда очень хотелось похвалить его и одобрительно потрепать по голове, но, увы, за ней сейчас пристально наблюдал главный евнух этого дворца. Поэтому она лишь сдержанно сказала спасибо и добавила:

– В следующий раз так не делай, а то они и к тебе прицепятся, и ты тоже вляпаешься.

Ли Хвансок застенчиво улыбнулся:

– Не понимаю.

Похоже, слово «вляпаешься» пока не входило в его китайский лексикон. Он переспросил у Лу Сычэна, а тот лишь ответил:

– Угадай.

Тогда Ли Хвансок повернулся назад, уточнить у Ангела. Тот ответил ему по-корейски и, подняв голову, посмотрел на Тун Яо и всех остальных. Ангел и Лу Сычэн были игроками примерно одного поколения, но Ангел пришел в корейскую лигу чуть раньше. Поэтому, заметив капитана ZGDX, он ограничился сдержанным кивком в знак приветствия. Затем Ангел обратился к Ли Хвансоку с какой-то фразой, которая вызвала у того бурный восторг и заставила его вскрикнуть и броситься обратно к Тун Яо.

– Брат Тхэрён сказал, что ты занятная. А я ему ответил, что нет, ты девушка другого брата. А если вдруг нет, то я очередь следующий!

Тун Яо не знала, плакать или смеяться. Вот как объяснить этому ребенку, что когда мужчина называет женщину «занятной», то это только в романах про властных боссов означает, что он испытывает к ней влечение? А в реальности или считает неуправляемым хаски, или вообще цирковой обезьянкой…

Команда прошла к своему столику в глубине зала. Ли Хвансок провожал их взглядом, полным надежды. Пухляш, наблюдавший его подкаты, хитро усмехнулся:

– Почему ты так нравишься именно джанглерам? Что бывший, который до сих тебя боготворит, что тот парень, с которым вы философствовали, что этот любитель смотреть, какая ты стойкая во время провала… Даже драка пошла на пользу твоей популярности! Как ты это делаешь?

– Не знаю. Наверное, я просто красивая. – Тун Яо села по левую руку от Лу Сычэна и рассеянно взяла меню. – Не слушай этого мелкого, Ли Хвансока. Он чушь несет.

– А что он не так сказал? – уточнил Лу Сычэн.

Тун Яо высунулась из-за меню и посмотрела с непониманием:

– Что-что?

– Сколько тебе ангельских креветок?

– Гору!

– «Глаза велики, да желудок мал», – процитировал пословицу Лу Сычэн.

– Не доем – с собой заберу. У меня их Пышка еще не пробовал. Может, он от них станет ангельским котом и сможет сам за собой лоток убирать…

Все:

– !!!

Команда вернулась на базу часов в десять вечера. Тун Яо, наевшись до отвала, проспала всю дорогу домой и даже не заметила, как автобус остановился. Пухляшу пришлось ее расталкивать. Она приподняла капюшон и сонно огляделась.

– А где капитан?

– Только глаза открыла – и сразу папочку своего искать, – хмыкнул Сяо Жуй.

– Эй! – покраснела Тун Яо.

– Чэн пошел за сигаретами, – пояснил Пухляш.

– Разве он не бросил? – пробормотала Тун Яо, вставая.

Но едва она сделала шаг, как резкая боль в пятке заставила ее зашипеть. И тут девушка вспомнила, что забыла попросить водителя остановиться чуть раньше, чтобы сходить за пластырем. Выпрыгнув из автобуса, она кое-как дошла до базы и скинула обувь.

– Пухляш, позвони капитану, пусть он заодно…

Тот молча продемонстрировал куртку Лу Сычэна, которую нес в руках. Из кармана куртки торчал телефон.

– Блин… Ладно, сама потом схожу.

Она сердито кинула на стол сумку с периферией, посмотрела на Пышку, дрыхнущего на кресле Лу Сычэна, подошла и уткнулась лицом в пушистый живот кота, издавая звуки умиления. Шерсть на животе оказалась слегка влажной – должно быть, расплескал поилку, когда пил…

Встав, девушка привычным жестом включила компьютер, скользнула взглядом по столу Лу Сычэна и бездумно спросила Пухляша:

– А что, рыбок у капитана осталось всего две?

Он вроде так о них заботился… Так следил, чтобы ничего с ними не случилось… Он бы скорее сам умер от жажды, чем забыл поменять им воду…

– Да нет, – ответил саппорт. – Когда мы уходили, их было три.

– Не может быть, – удивилась Тун Яо, – сам посмотри. Их же тут…

Она осеклась. До нее, кажется, дошло… Тун Яо повернула голову и посмотрела на кота, который с блаженным видом лежал на кресле Лу Сычэна. Девушка подняла на руки пушистую плюху, принюхалась к его пасти… и креветки чуть не вырвались из желудка обратно!

Не теряя ни секунды, Тун Яо вытерла коту морду рукавом куртки, крепко прижала его к себе и бегом поднялась по лестнице. Ворвавшись в свою комнату, она швырнула кота на кровать и поспешно закрыла дверь. И тут девушка услышала шум у входа.

Лу Сычэн вошел, держа в руках пакет из супермаркета, начал снимать обувь и не успел еще и выпрямиться, как на него со второго этажа налетел какой-то темный вихрь. На секунду замерев, капитан поднял пакет:

– Коротышка, твой пла…

Но договорить он не успел, потому что вихрь, врезавшись в него со всего размаху, раскинул руки и заключил в небывало страстные объятия.

Подняв руку, Лу Сычэн накрыл «вихрю» ладонью лицо и слегка оттолкнул.

– Так, что происходит?

Тун Яо разжала руки и отступила на шаг назад:

– Я тут просто подумала… Я ведь еще не поблагодарила тебя, как следовало, капитан, за мое идеологическое воспитание. Мудрость твоих наставлений так глубока, что сравнима со вторым рождением, а ты – со вторым отцом. Я поняла, что капитан у нас человек добрый, милосердный и сердце у него мягкое, как у бодхисаттвы…[50] Ты полон любви к богам и всему живому, почитаешь законы кармы и природы, уважаешь каждую пищевую цепочку, никого не принуждаешь, ни на что не жалуешься…

– Тун Яо! – прервал ее Лу Сычэн.

– !!!

– Говори по-человечески.

– Мой кот, следуя естественным законам природы и базовым принципам пищевой цепочки, съел твою рыбку.

А она ведь только вернулась из ледяного ада. Но, кажется, только что встала на дорогу обратно. И это дорога, возврата с которой не было.

Лу Сычэн сунул пластиковый пакет в руки Тун Яо, закончил разуваться и пошел посмотреть на своих «детишек». Девушка глянула в пакет. Там не было ничего особенного, лишь пачка чипсов и упаковка пластыря – словом, не хватало лишь таблички «Специально для Тун Яо». От этого она почувствовала себя еще более виноватой и с пакетом в руках потащилась следом за капитаном.

И тут он одной рукой поднял аквариум, чтобы его рассмотреть.

– Ай! – воскликнула Тун Яо.

Лу Сычэн обернулся. Она отступила на шаг назад. По правде говоря, в какой-то момент девушка испугалась, что капитан в приступе гнева обрушит аквариум ей на голову. Тун Яо посмотрела на Лу Сычэна и выдавила:

– Это моя вина…

В этот момент Пухляш заметил, что происходит, и поспешил ей на выручку:

– Эй! Смотри на вещи позитивно: а вдруг у твоей рыбы выросли крылья, и она улетела на небо? Как говорили древние: «В северном море есть рыба, и имя ей Кунь…»[51]

Но стоило Лу Сычэну приподнять бровь и смерить Пухляша взглядом, как тот малодушно заткнулся. Капитан поставил аквариум на место, надел наушники и подключил к компьютеру клавиатуру и мышку. Он проделал все это отточенно и быстро, но с явным раздражением, сквозившим в каждом движении. А Тун Яо смотрела на него, словно черепаха с поджатым хвостом, и даже пикнуть не решалась. Только когда Лу Сычэн запустил игру, она все же подвинула свое кресло и присела на краешек.

И тут капитан изрек всего одно слово:

– Пластырь.

Не произнеся ни слова, Тун Яо подняла голову и искоса посмотрела на человека, сидевшего рядом. Тот не отрывал взгляда от экрана. Она пробормотала «угу», вытащила упаковку из пакета, налепила пластырь на свою окровавленную пятку и запустила стрим.

Зрителей в этот раз было немало. И они быстро заметили, что уважаемая Смайлинг сидит сегодня как-то совсем уж криво, чуть ли не вываливаясь за пределы кадра, и тут же начали интересоваться, в чем дело.

– Просто с соседнего кресла веет смертью. Такой пронзительный холод, что можно порезаться, – сказала Тун Яо.

– Да-да-да, был момент, когда я оттуда вернулась, но теперь я снова там. И на этот раз виновата не я. Это мой пушистый паразит Пышка. Да-да, мой кот, зараза такая! Пока нас не было, он ганкнул рыбку капитана.

Она покосилась на Лу Сычэна, который сидел в наушниках и был занят ранговым матчем, сглотнула комок и вновь глянула на комментарии.

– Я уже извинилась. Конечно, нужно было извиниться! Что я еще могла сделать? Но если бы извинений было достаточно, зачем бы в мире существовала полиция, вы же понимаете… Да, Пышка будет сидеть в тюрьме. Посажу в клетку. Пусть сидит, раскаивается. Ему выдвинуто официальное требование исправиться… А если еще раз что-то натворит – поедет домой к родителям! Это не я бессердечная, просто золотые рыбки тут жили гораздо раньше. Столетиями тут плавали! А он взял и сожрал одну, даже никого не спросил…

Говоря это все, Тун Яо краем глаза смотрела на аквариум. На поверхности воды плавало несколько кошачьих волосков и, движимая угрызениями совести, Тун Яо потянула аквариум к себе.

– Ты что делаешь? – Лу Сычэн снял наушники.

Девушка пошевелила воду, вытащила палец и показала.

– Там шерсть. Я воду поменяю.

– Поставь, – сказал Лу Сычэн с каменным лицом.

Тун Яо аккуратно вернула аквариум на место. Перед сном она громко, так что даже капитан через наушники услышал, объявила всем, что Пышка наказан: будет сидеть под арестом без еды, пока не осознает свою вину. Проходя мимо клетки, она увидела, что кот изо всех сил жмется толстой мордочкой к прутьям и жалобно мяукает. Скрепя сердце она прошла мимо. Потому что если сейчас его пожалеть, то не только Пышка может не дожить до рассвета…

Тун Яо поднялась наверх, приняла душ, а когда вышла, в «Вичате» ее ожидало сообщение от Цзиньян:

Ночь у Тун Яо выдалась бессонной. Сложно было не только привыкнуть ко сну без кота под боком, еще и страшно было – как бы чего не вышло, ведь кот и капитан остались наедине внизу… Всю ночь ей снились кошмары, так что вскочила она ни свет ни заря.

И когда утром первым делом спустилась на первый этаж, то обнаружила, что клетка пуста. Кот, который должен был сидеть и обдумывать свое поведение, куда-то испарился! У Тун Яо екнуло сердце. Ей уже привиделись остатки кошачьего трупа, не до конца смытые в унитаз… В панике девушка обыскала всю базу и наконец нашла пропажу – целый и невредимый Пышка возлежал на общем диване, растянувшись на чьем-то теле, и обиженно косился на Тун Яо, которая вчера заперла его в клетку.

В общем, свинтус неблагодарный, вот он кто. Сбежал из клетки – и еще зыркает!

Такая наглость с его стороны, возможно, была связана с тем благородным ковриком, на котором он расположился. Прямо под пушистым задом кота лежал на спине капитан команды ZGDX. Глаза Лу Сычэна были закрыты, под ними залегли синеватые тени, а живот размеренно поднимался и опускался, и в такт каждому движению ресницы слегка вздрагивали.

Словом, капитан крепко спал. Он даже не заметил, как котик всем немалым весом улегся к нему на живот, использовав как коврик.

Тун Яо бросила взгляд на его компьютер. Тот был включен, а на экране светился режим ранговых матчей. Судя по всему, аккаунт капитана висел в очереди ожидания матча, и его даже пригласили несколько раз, но поскольку никто не нажал подтверждение, то из очереди он в итоге был выкинут. Похоже, брат Чэн всю ночь играл в ранговые матчи, а когда доиграл, уже рассвело, и он просто завалился спать где попало.

Что за маньяк-игроман… Тун Яо тихонько подошла, разлогинилась и выключила компьютер. Обернувшись, она взяла плед с другого дивана и махнула рукой, прогоняя Пышку. Кот мявкнул, оттолкнулся от живота парня и спрыгнул. Тун Яо наклонилась, собираясь укрыть капитана пледом…

И в этот момент рука парня поднялась, легла ей на затылок и резко нажала вниз. Тун Яо и пискнуть не успела, как ее лицо оказалось прижато к мускулистому прессу капитана. И одновременно невнятный мужской голос пробормотал:

– Хочешь лежать – лежи нормально, не дергайся. Или катись отсюда…

И он пошевелил волосы Тун Яо, как будто гладил кота. Девушка застыла, обеими руками вцепившись в край дивана, а лицом уткнувшись в нижнюю часть живота капитана, отделенную от нее лишь пледом и тонким слоем одежды… фикцией, по сути, их, считай, и нет! Она вдохнула, и нос наполнился запахом его тела. А в голове мелькнула мысль: «Ну, если вдруг сейчас кто-то войдет, то я хоть в Ганг[52] потом могу прыгнуть, и все равно…»

Но что именно «все равно», она не успела додумать. Открывшаяся наверху дверь возвестила о появлении Пухляша. Заспанный, в майке и семейниках с Ультраменом, он спускался по лестнице, почесывая зад и невнятно бормоча:

– Блин, Чэн… Ты еще не ложился, что ли? Я вот уже проснулся…

И тут его голос резко оборвался. Тун Яо, крепко прижатая рукой капитана, не успела даже поднять голову и хоть что-то объяснить, а Пухляш в следующую секунду пробормотал:

– Нет, я не проснулся… Это я во сне хожу… – И убежал обратно.

А еще через секунду у Лу Сычэна звякнул телефон. Тун Яо, барахтаясь, выудила его сотовый откуда-то из складок дивана и посмотрела на экран.

Q-навык – основной атакующий навык, который в играх в жанре MOBA вызывается нажатием на клавишу Q. По клавише W обычно вызывается что-то защитное, E – маневр, контроль или ловушки, R вызывает ульт.

Абилки (от англ. ability) – особые умения персонажа.

Ангел – талантливый новичок.

АФК, или афкшить (от англ. away from keyboard) – состояние, когда игрок временно отошел от компьютера и не управляет своим персонажем. Используется в многопользовательских проектах, где невозможно поставить процесс на паузу.

Бафф (от англ. to buff) – временное или постоянное усиление, которое накладывается на игрока или команду. Чаще всего направлено на усиление характеристик или способностей.

Башни – защитные строения на линиях, которые автоматически атакуют вражеских персонажей, крипов или осадные машины, нанося урон и защищая свою территорию.

Босс – усиленный моб, обладающий увеличенным запасом здоровья, высоким уроном и особыми способностями. Обычно требует от игроков скоординированных действий для победы.

Бот (от англ. bot or robot) – неигровой персонаж, управляемый программой, который имитирует поведение реального игрока. Используется для тренировок и обучения.

Варды (от англ. ward) – специальные объекты, размещаемые на карте для обеспечения обзора определенной области. Используются для контроля территории, обнаружения противников и предотвращения внезапных атак.

Ганкать (от англ. gank) – совершать внезапную атаку на одного или нескольких вражеских персонажей, обычно с целью застать их врасплох и быстро устранить, действуя в одиночку или при поддержке союзников.

Главный кристалл – ключевое строение на базе противника, уничтожение которого является конечной целью игры.

Даблкилл (от англ. double kill) – ситуация, когда игрок за короткий промежуток времени убивает двух противников подряд.

Дамаг (от англ. damage) – урон, наносимый персонажам или мобам, в результате которого они теряют часть своего запаса здоровья. Может быть получен при атаке мобов или игроков.

Дамагер, или ДД (от англ. damage dealer), – персонаж, специализирующийся на нанесении основного урона в бою.

Дебафф (от англ. debuff) – временный или постоянный негативный эффект, который накладывается на игрока или команду. Чаще всего направлено на ослабление и блокировку характеристик или способностей.

Ингибиторы – строения на линии, блокирующие появление вражеских суперкрипов.

Катка – разговорное название одного матча.

Квадракилл (от англ. quadra) – ситуация, когда игрок за короткий промежуток времени убивает четырех противников подряд.

Крипы, или миньоны – неигровые существа, регулярно появляющиеся на линиях, убийство которых приносит золото и опыт.

Кулдаун (от англ. cooldown) – период времени, который должен пройти после использования умения, способности или предмета, прежде чем их можно будет применить снова.

Лаг (от англ. lag) – замедление отклика игры, при котором действия пользователя обрабатываются с заметной задержкой. Может быть вызван слабым «железом», нестабильным интернет-соединением или внутренними ошибками в работе программы.

Мана – ресурс в ролевых и компьютерных играх, который расходуется для использования способностей персонажа.

Непобедимая серия – ситуация, когда игроку удается несколько раз подряд убить вражеских чемпионов, совершенная без собственной смерти.

Нуб (от англ. noob) – новичок в какой-то сфере деятельности, неопытный человек. Чаще всего используется в негативном или насмешливом контексте для обозначения слабого или плохо играющего участника.

Пати (от англ. party) – объединение игроков в одну группу для совместной игры в матче. В отличие от полноценной команды, пати может быть собрана случайным образом из участников очереди.

Пентакилл – ситуация, когда игрок за короткий промежуток времени убивает всех пятерых противников подряд, практически без перерыва между убийствами.

Пушить лейн (от англ. push) – тактика продвижения с целью убить как можно больше крипов, захватывая преимущество.

Респаун (от англ. respawn) – место на карте, где персонаж появляется через некоторое время после смерти.

Рыба – вялый, слабый игрок, плывущий по течению.

Скин (от англ. skin) – косметический предмет, который изменяет внешний вид персонажа, не влияя на игровой процесс.

Скорость рук (APM, от англ. Actions per minute) – количество нажатий клавиш (в том числе мышки) в минуту. У профессиональных геймеров доходит до 300.

Скроллинг (от англ. scrolling) – процесс перемещения содержимого экрана вверх, вниз или в стороны для просмотра информации, выходящей за пределы видимой области.

Содействие – помощь союзнику в убийстве вражеского чемпиона.

Спелл (от англ. spell) – умение персонажа, обычно требующее затрат ресурсов (маны, энергии) и обладающее особым эффектом.

Танк (от англ. tank) – персонаж, принимающий урон на себя.

Твинк, или мульт, – дополнительный аккаунт игрока. Твинков часто заводят для обхода правил игры, или для знакомства с игровыми особенностями, недоступными на основном аккаунте, или, например, чтобы поэкспериментировать с тактиками без урона для рейтинга основного аккаунта.

Тиммейт (от англ. teammate) – товарищ по команде.

Тимфайт (от англ. team fight) – командный бой.

Триплкилл (от англ. triple) – ситуация, когда игрок за короткий промежуток времени убивает троих противников подряд.

ТС, или топик-стартер, – автор исходного сообщения или темы на форуме, в чате или в обсуждении.

Фарм – уничтожение крипов или монстров для получения валюты и опыта.

Фаталити (от англ. fatality) – ряд комбинированных атак, наносящих большое количество урона оппоненту. Чаще всего применяется при убийстве игрового персонажа.

Фидить (от англ. feed) – поведение, при котором игрок систематически умирает от рук противников, тем самым усиливая их за счет получения опыта, золота или других ресурсов.

Фраг – очко, начисляемое за убийство вражеского персонажа.

ХП (англ. hit points) – очки здоровья.

Чемпион – игровой персонаж, выбранный игроком для участия в матче. Чемпионы обладают уникальными умениями, характеристиками и стилем игры.

«Танк» – в игровом сленге: персонаж, принимающий урон на себя. (Здесь и далее с игровой терминологией можно ознакомиться в глоссарии.)

«В городишке восьмого уровня…» – в Китае существует рейтинг привлекательности, который делит города на уровни согласно сложной системе оценки. Всего в ней пять уровней, но в интернет-сленге иронически используют большие числа для обозначения степени захудалости какого-то места.

В Китае выражение «тетя приехала» используют как женский эвфемизм начала месячных.

Тростниковый нерафинированный сахар, разведенный в кипятке, в Китае считается хорошим средством для облегчения боли при месячных.

В оригинале упомянуты две казуальные игры «для девочек», популярные в Китае.

«Мужчины и женщины да не соприкоснутся» – в конфуцианской традиции мужчины и женщины, не состоящие в браке или родстве, не должны касаться друг друга (это включало в том числе и запрет на прямую передачу предметов).

«Утопили бы в клетке для свиней» – в древности в Китае за супружескую неверность или неприличное поведение женщину сажали в бамбуковую клетку для свиней и в ней топили.

Рамён – лапша быстрого приготовления, очень популярная в Корее. Название, как и у японской лапши «рамэн», происходит от китайского «ламянь» – «длинная лапша», но в Китае, Корее и Японии у этих блюд свои разновидности и рецепты.

«Поднимать поднос до бровей» – выражение восходит к истории о жене, которая так уважала мужа, что не смела смотреть на него и, подавая еду, поднимала поднос до самых бровей. «Относиться друг другу как к почетному гостю» – выражение, иллюстрирующее уважительные отношения в браке.

666 – в китайском интернет-сленге цифра 6 употребляется в значении «круто!», поскольку слово «круто» (liu) читается точно так же, как «шесть».

233333 – в китайском интернет-сленге означает смех. Происходит от номера смеющегося эмодзи на форуме.

«Сяонэй» – речь об устаревшей китайской соцсети «Xiaonei», популярной в начале нулевых у студентов. Позже ее переименовали в «Renren».

Замьютить – лишить возможности писать комментарии, не ограничивая при этом возможность смотреть трансляции.

Ли Ифэн – популярный китайский актер.

«Знай себя и знай врага – и в ста битвах сто побед» – цитата из «Искусства войны» Сунь Цзы.

«Проклятие» – популярный японский фильм ужасов 2002 года выпуска, от режиссера Такаси Симидзу.

«На изи» (от англ. Easy) – интернет-сленг, означающий очень легкую и просто выполнимую задачу.

«В глазах весна» – китайское выражение, описывающее влюбленный или полный желания взгляд.

«Внутренним дворцом» называлась как та часть дворца, где проживала императрица и весь остальной гарем императора, так и сам институт придворных женщин как часть государственного аппарата. Выражение «пожар во Внутреннем дворце» означает сложности на любовном фронте.

«Госпожа Лу» – в Китае женщина обычно не берет фамилию мужа. Фактически мать Лу Сычэна носит фамилию Ван, поэтому у младшего сына она и подписана «госпожа Ван». В китайском существует, однако, другой вариант слова «госпожа», буквально означающий «супруга господина такого-то» – и в этом смысле «госпожа Ван» является также и «госпожой Лу».

Часы со звездным небом – отсылка к марке часов, которые в рублях стоят около 20 миллионов.

Такояки (яп. たこ焼) – шарики из осьминога в жидком тесте. Распространенный фастфуд родом из Японии.

Пиньинь (кит. 拼音) – транскрипционная система в китайском языке с использованием латинского алфавита.

«Осенняя сказка» – сентиментальный корейский сериал 2000 года.

Полная переписка:

«Эта женщина – моя. Отвали, засранец» (с кор. 내 여자야. 건들지 마, 이 새끼야.)

«Прости, я не знал QAQ» (с кор. 미안, 몰랐어. QAQ)

Мин Тхэ – А-Тай из команды ТАТ. Тай – это китайское прочтение имени Тхэ, а А – это китайский суффикс уменьшительной, дружеской формы имени. Но поскольку данный диалог герои ведут на корейском, они используют исходный корейский вариант имени.

Трейни (от англ. trainee) – стажер в развлекательной индустрии (в том числе и игровой индустрии), проходящий подготовку перед дебютом в качестве артиста или основного игрока команды.

Сонбэ (кор. 선배) – «старший товарищ». В Корее так называют старших коллег или студентов того же вуза, но с курсов старше. Корейский менталитет подразумевает особое уважительное отношение к сонбэ.

«Я слышу, дождь шуршит в зеленой траве…» и далее – первые строки из популярной в 2015 году песни «Маленькая удача» в исполнении Хиби Тянь, заглавный трек из фильма «Наше время» («我的少女时代»). В песне лирическая героиня поет о несложившейся любви.

«Чжу Бацзе жену понес» – сюжет из экранизации романа «Путешествие на Запад» (в оригинале его не было): чтобы обмануть Чжу Бацзе (получеловека-полусвинью), Сунь Укун превратился в его жену и заставил Чжу Бацзе нести его на спине.

«Нет в мире такой стены, что удержит сквозняк» – поговорка со значением «шило в мешке не утаишь» или «все тайное становится явным».

«Ангельские креветки» – маркетинговое название красных аргентинских креветок, самых крупных в мире (иногда их ошибочно относят к лангустинам).

Руны – в играх данного типа это небольшие бонусы, которые можно выбрать до начала игры и которые влияют на различные характеристики чемпиона. Например, руны могут увеличивать урон, скорость передвижения, защиту или предоставлять другие полезные эффекты. Таланты – более мощные бонусы, которые открываются по мере продвижения по уровням, усиливая определенные аспекты игры. Например, можно выбрать талант, который увеличивает урон от критических ударов, или талант, который позволяет быстрее восстанавливать здоровье после убийства врага.

Цинь, или гуцинь (кит. 古琴), – один из старейших традиционных музыкальных инструментов в Китае, разновидность цитры. Щипковый инструмент с семью струнами считается образцом изысканности.

Лю Ифэй – американская актриса китайского происхождения, снималась в фильме «Мулан».

Цзинь – мера веса, 500 г.

Мэри Сью – клишированный персонаж из фанфикшена, чаще всего так называют гипертрофированно идеальную героиню. Она прекрасна внешне и талантлива во всех отношениях, в нее влюбляются все персонажи без исключения.

Дотеры – имеются в виду игроки «Dota 2», принадлежащие тому же клубу. «Dota 2» тоже является игрой в жанре MOBA.

Ципао (кит. 旗袍) – традиционное женское платье, изначально широкое платье маньчжуров. Нынешний облегающий силуэт и разрезы были придуманы модельерами около ста лет назад.

«Кинь платочек» – детская игра без физического контакта.

«Махнул рукой – облако, перевернул – дождь» – пословица, означающая умение изменить все в одно мгновение.

«Жизнь мне сокращаешь» – в Китае есть суеверие, что незаслуженная похвала или чрезмерное счастье укорачивают жизнь человеку.

Имеется в виду так называемый пушечный, особо ценный крип.

«Собрать полный билд» – заполнить все шесть слотов экипировки.

LPL – профессиональная лига игры «Лига легенд». Оба примера, приведенные Лу Сычэном, содержат отсылки к реально существующим игрокам (Мин Каю и Вэй Чжэню) и командам.

«Лунный клинок» (кит. 天涯明月刀) – популярная китайская MMORPG.

Ситуативно здесь подразумевается, что сила персонажа зависит не столько от обнов и базовых механик игры, сколько от чувства контроля, скорости и навыков самого игрока.

Фань Бинбин – известная китайская актриса.

Корейские имена всегда имеют запись иероглифами ханча, передающими смысловое значение имени. Ханча – это те же иероглифы, заимствованные корейцами в древности, однако их чтение у корейцев часто не совпадает с исходным.

Бодхисаттва – в буддизме тот, кто вступает на путь просветления ради блага всех других существ.

«В северном море есть рыба, и имя ей – Кунь» – цитата из Чжуан-цзы. Гигантская рыба Кунь, всплыв из морской бездны, превращается в птицу Пэн.

«Прыгнуть в Ганг» – индусы совершают омовение в Ганге в качестве обряда очищения души и тела. Тун Яо имеет в виду, что ей уже никогда не отмыть репутацию.