© Гордиенко В., перевод на русский язык, 2025

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

Пятихвост – просто ужас какой кошмарный! Ещё минуту назад я бы сказал, что Йомото вместе с друзьями – драконом Раку и боевым кроликом Усаги – без труда победят злую ведьму Акудзё. Однако теперь я в этом не уверен. Ведь Пятихвост огромный, как целый дом! Или даже больше! Похоже, Йомото видит всё примерно так же, потому что оборачивается к Усаги и Раку и кричит:

– В лес! Скорее в лес! Пятихвост силён, но почти ничего не видит. Он потеряет нас среди деревьев!

– Вот именно – бежим к деревьям! – соглашается с ним Раку. – Укроемся в лесу!

– А ты что скажешь, Йоханнес?

Йоханнес? Да это же я! Кто это говорит?

– Йо, ты меня слушаешь?

Да чей это голос? Неужели ко мне обращается сама ведьма Акудзё? Я в замешательстве оглядываюсь по сторонам.

– М-м, в лес?

Госпожа Миндерманн стоит прямо передо мной и сверлит меня негодующим взглядом.

– Итак, Йо, будь любезен, объясни нам, что делать дальше?

Я сглатываю, в горле пересохло.

– Хм-м, – сипло тяну я, не в силах выдавить ни одного внятного слова.

Учительница математики вскидывает брови чуть не до потолка.

– Как это понимать, Йо?

– М-м, ну, деревья… – бормочу я.

– Деревья? Ты имеешь в виду дерево вероятностей?

Что за каверзный вопрос? Понятия не имею, к чему она клонит, но на всякий случай киваю – шансы угадать пятьдесят на пятьдесят. Да и вообще, мы сейчас проходим теорию вероятностей, и у меня смутное ощущение, что всё как-то связано. Что-то же там было про деревья и диаграммы, да? Госпожа Миндерманн по-прежнему смотрит строго, но катастрофы я, кажется, избежал. Она медленно кивает и указывает на интерактивную доску.

– Ну давай, Йо. Возьми смарт-ручку и нарисуй нам дерево вероятностей, которое ты предлагаешь.

Ой-ой-ой! Нарисовать? Это точно провал. У меня нет ни малейшего представления, о чём вообще речь. Я буквально чувствую, как взгляды всего шестого «Д» впиваются мне в затылок – восхищения в них нет. Скорее наоборот: подлый Боссе, скользкий Орхан и тупая Неле, должно быть, уже хихикают про себя, предвкушая, как я сейчас окончательно опозорюсь. Ноги трясутся, но я поднимаюсь, совершенно забыв от страха, что под партой у меня на коленях лежит манга, которую я читал, пока не подкралась госпожа Миндерманн. Точнее, лежала. Потому что теперь она, конечно же, падает на пол, прямо под ноги учительнице.

Госпожа Миндерманн наклоняется и поднимает книгу.

– Что это? – спрашивает она, не ожидая ответа. Повертев книгу в руках, она брезгливо перелистывает страницы. – Ты что, Йоханнес Майер, читаешь на моём уроке комиксы?

Если госпожа Миндерманн называет ученика полным именем – дело плохо.

– Э-э, ну да, м-м… – мямлю я, лишь бы потянуть время. Может, удастся вспомнить, о чём был урок.

Госпожа Миндерманн делает шаг вперёд и суёт мангу мне под нос:

– Спрашиваю ещё раз: ты читаешь комиксы на моём уроке вместо того, чтобы слушать? И при этом считаешь, что так и надо, несмотря на твои кошмарные оценки?

– Это не комикс, – лепечу я наконец. – Это манга.

По сути, ответ абсолютно верный, но в данной ситуации – бесполезный. Госпожа Миндерманн медленно краснеет. Очень густо. Когда её лицо становится цвета спелого помидора, она кричит:

– Ты совсем с ума сошёл?! У тебя по устным ответам между двойкой и тройкой, первую контрольную ты написал на два с плюсом и, вместо того, чтобы хоть немного напрячься, читаешь комиксы и ещё дерзишь?! Скажу прямо, мой дорогой: если за год по математике у тебя будет два, вылетишь из гимназии!

Набрав ещё воздуха, она продолжает орать:

– А чтобы у тебя было время подумать, подходит ли тебе эта школа, ты сейчас выйдешь из класса. Сию же минуту. Марш в учительскую к госпоже Конради и сиди там до конца урока!

– Но… – робко начинаю я, потому что вовсе не хотел её злить. Просто, ну, как бы объяснить, манга – это не комикс.

– Вон! – орёт она, и под злорадный хохот Боссе, Орхана, Неле и ещё как минимум двадцати одноклассников я выхожу из класса. К сожалению, без манги, потому что госпожа Миндерманн крепко держит её в руке и не собирается отдавать. – За книгой пусть зайдут твои родители, – кричит она мне вслед. – Заодно и посмотрят, чем ты занимаешься на моих уроках!

Дверь захлопывается. Манги мне, похоже, не видать, и это обидно по двум причинам. Во-первых, мама взбесится, когда узнает, что я опять схлопотал выговор от учительницы по математике. Мама очень боится, что меня отчислят, даже больше, чем я сам. А во-вторых, это же «Йомото» – моя самая любимая манга, и мне не терпится узнать, как Йомото улизнул в лесу от злой ведьмы Акудзё и Пятихвоста. Схватку он выиграл, это ясно. Йомото не просто бесстрашный и решительный – он в любой, даже в самой безвыходной ситуации придумывает что-то потрясающее и каждый раз спасается сам и друзей уводит от неминуемой гибели. Он одарён почти магическими способностями, управляет стихиями – водой, огнём, воздухом, – ему нет равных. Он невероятно крут в единоборствах, и у него могущественные друзья. В общем, Йомото – супергерой и всегда на высоте. Он не терпит унижений и несправедливости, как и полагается супергерою. А вот я – полная противоположность. Совсем один и уныло плетусь в учительскую.

Денёк выдался отстойный. Хотя, если честно, самый обычный. Так у меня всё и складывается в гамбургской гимназии имени Марии Кюри. Кстати, Мария Кюри – первая женщина, получившая Нобелевскую премию по физике. Браво, мадам Кюри! Наверняка и по математике она всегда отвечала на «отлично». У меня же со способностями к наукам всё куда хуже. То есть совсем плохо. Если не случится чуда, в этом году мне светит двойка не только по математике, но и по английскому. И тогда, как справедливо заметила госпожа Миндерманн, серьёзных проблем не избежать. Двойка по основному предмету в конце шестого класса – и всё, прощай, гимназия. По крайней мере, если гимназия в Гамбурге. Само по себе это не конец света. Но мои родители считают иначе.

Мои домашние вечно рвут на себе волосы и никак не могут понять, почему я совсем не разбираюсь в математике. Мама – потрясающий математик, управляет рисками в страховой компании и обожает числа. Папа держит магазин рыболовных снастей и может в уме сложить даже самый длинный список покупок. А ещё у меня есть две старшие сестры, Хелена и Табеа, – настоящие зубрилки. Это особенно заметно по реакции учителей: те, кто знал раньше моих сестёр, сначала радуются, увидев мою фамилию в классном журнале, а потом смотрят на меня с удивлением и в конце концов лишь печально качают головой. Наверное, думают, что меня усыновили. Скажу как есть: чтобы справиться со школьной программой по математике, мне нужно чудо. Или магические способности. Или супергерой, который наколдует мне немного удачи. И срочно, иначе будет поздно!

Вместо чуда мне пока что досталась уборка или что-то в этом роде – задание от госпожи Конради. Наша школьная секретарша очень милая, но у неё всегда наготове список дел, которые она поручает ученикам, которых выгнали с урока. Выполнишь – она пишет учителю письмо, и дело закрыто. А если письма нет – начинается настоящее наказание, уровень 2.0. Я до такого ещё не доходил. Мне вполне хватает этого.

– Привет, Йо! – радушно встречает она меня, когда я появляюсь в учительской. Она поправляет очки, которые только что сидели у неё на макушке, придерживая короткие каштановые кудри с проседью. Теперь, с очками на носу, она похожа на сову. Она окидывает меня внимательным взглядом. – Ну, что ты опять натворил?

В обычном случае я бы отмахнулся простым «Не знаю!» или «Ничего!». Но есть одна причина, по которой я сейчас скажу правду. Госпожа Конради – почти такой же фанат манги, как и я. И поскольку у неё, конечно, гораздо больше денег, чем у меня, её коллекция манги просто потрясающая, и она иногда даёт мне что-нибудь почитать. А я в ответ помогаю ей, если она путается в сюжете «Йомото» или забывает, кто есть кто. Тогда я терпеливо объясняю ей все побочные линии этой уже довольно сложной истории о молодом воине-ниндзя. У меня есть все тома этой серии – все тридцать один, – и, не хвастаясь, могу сказать, что я, вероятно, главный эксперт по манге «Йомото» во всей Германии.

– Я читал на уроке математики, – честно признаюсь я.

– Дай угадаю: читал ты не учебник математики.

– Нет, конечно. Вышел новый том «Йомото», и мне было просто необходимо узнать, как Йомото сбежал из Данджона, из подземелья.

– Захватывающая история! – подтверждает госпожа Конради.

– Ну вот, и меня застукали. Прямо во время решающей сцены боя госпожа Миндерманн задала мне какой-то вопрос про теорию вероятностей. Сначала я как-то выкрутился, но потом книга упала – прямо ей под ноги. Учительница просто взбесилась и выгнала меня! Мангу она конфисковала, и теперь мои родители должны прийти и забрать книгу. Получу от них по полной программе.

Госпожа Конради сочувственно качает головой.

– Да, с математикой она не шутит. Ладно, посмотрим, какое задание тебе дать. – Она поворачивается к стеллажу за собой и берёт листок из высокой стопки бумаг на нижней полке. – Так… нужно срочно вернуть книги в библиотеку. У меня тут стоят две коробки. Отнеси их, пожалуйста, к господину Мюллеру и помоги ему разложить всё по местам. А когда закончишь… – она понижает голос до таинственного шёпота и договаривает: – тебя будет ждать сюрприз.

Мне всё равно не выведать, что она имеет в виду, поэтому я без раздумий подхватываю покрепче две коробки, которые она толкает ко мне через стол, и отправляюсь в школьную библиотеку. Настроение у меня улучшается. Провести остаток урока, расставляя книги по полкам, – определённо не худшее, что могло со мной случиться.

И вывод, как выясняется, я сделал абсолютно верный. Потому что вскоре всё становится гораздо хуже.

После того как я расставил все книги по списку, который дал мне библиотекарь Мюллер, он попросил меня сделать несколько копий рабочих тетрадей с упражнениями. Я кладу листы в подающий лоток ксерокса и нажимаю «Старт». Ничего не происходит. Выскакивает сообщение об ошибке: «Оригинал на стекле». Поднимаю крышку копира – и правда, там лежит лист.

Когда я переворачиваю его, то вижу список учеников шестого «Д» класса. Во всяком случае, там указаны имена и адреса почти всех моих одноклассников. На полях кто-то приписал от руки: «День рождения, 6 апреля, в клубе THGC, 7 вечера». Интересно. Я вглядываюсь внимательнее и начинаю считать. Двадцать шесть имён. Не хватает только двоих. Нет меня. И Боссе Нойманна. Всё яснее ясного: это не список класса – это список гостей. Боссе Нойманн устраивает в это воскресенье праздник и всех позвал. Кроме меня. Даже мой друг Финн в списке – хотя Боссе его тоже терпеть не может.

Конечно, я знаю, что Боссе – полный придурок. Я его терпеть не могу. И всё же сознавать, что весь класс позвали к нему на день рождения, а меня – нет, словно нож в сердце. И ещё обидно, что Финн мне ничего не сказал. Он явно знал о празднике давно – ведь всё запланировано на ближайшие выходные!

Я опускаю лист. Глаза начинает предательски щипать. «Только не реви, Йо! – мысленно ругаю я себя. – Хуже одинокого неудачника может быть только одинокий неудачник, который ещё и ревёт!» Выпрямившись и расправив плечи, я бросаю список гостей в мусорную корзину рядом с ксероксом и принимаюсь копировать страницы, которые дал мне господин Мюллер.

Как только звенит звонок, возвещая о конце урока, я заканчиваю работу, передаю стопку копий господину Мюллеру, и он вручает мне зелёную карточку. Задание выполнено. Я возвращаюсь в учительскую к госпоже Конради, чтобы отдать её ей.

– Ну что, миссия выполнена? – спрашивает она. Я молча киваю и протягиваю карточку. – Всё в порядке? – интересуется она.

Я молча пожимаю плечами. А что сказать? Я только что узнал, что я, похоже, самый непопулярный ученик в классе? Или сообщить: у меня так мало друзей, что я был бы рад даже приглашению от противного Боссе Нойманна? Нет, такое никому не расскажешь. И я просто молчу. Госпожа Конради вздыхает.

– Ну же, Йо! Не принимай неприятности так близко к сердцу. Завтра – новый день! И может, сегодня я сумею тебя немного подбодрить. – Она заговорщически подмигивает. – Я ведь обещала тебе сюрприз, помнишь?

– Помню, – отвечаю я.

– Тогда подойди поближе. Я тут кое-что для тебя отложила.

Я наклоняюсь к госпоже Конради через стол. И она, будто в плохом шпионском фильме, незаметно придвигает ко мне сложенный номер «Гамбургского вечернего листка». Я на миг замираю, но всё же беру газету и хочу её развернуть.

Госпожа Конради качает головой.

– Нет-нет! Положи в рюкзак и достань дома.

Я ошарашенно смотрю на неё. Неужели наша школьная секретарша торгует чем-то из-под полы? И если да, не слишком ли я молод, чтобы пробовать такое, – мне же всего двенадцать! Видимо, эти мысли высвечиваются у меня на лице, потому что госпожа Конради вдруг расплывается в улыбке.

– Йоханнес, там нет ничего ужасного. Просто я случайно кое-что купила, не удержалась. Можешь взять это себе, а я возьму твой экземпляр, когда его принесут в учительскую. А теперь бегом обратно на урок! – Она в шутку замахивается, будто прогоняя меня.

Так и не выяснив, о чём речь, я послушно возвращаюсь в класс шестого «Д».

Госпожа Миндерманн встречает меня враждебным взглядом, крепко прижимая мою мангу к груди. Я делаю вид, будто ничего не заметил, сажусь за парту, засовываю газету в рюкзак и осторожно заглядываю внутрь, чтобы узнать, что спрятала госпожа Конради.

Это тридцать второй том «Йомото»! Госпожа Конради отдала мне свой экземпляр! Уф, как я счастлив! По крайней мере, сейчас.

Дома пахнет горелым. Ничего удивительного. Сегодня ужин готовит Табеа, а повариха из неё хуже некуда. По понедельникам мы с ней приходим из школы почти одновременно, мама в офисе до половины шестого, а папа не возвращается раньше семи, так что за еду отвечает Табеа. Когда с нами жила Хелена, она часто брала кухню на себя, но теперь она поступила на экономический факультет в Байрейте и передала кулинарные обязанности Табее. К сожалению. Вообще-то логичнее было бы, если бы готовил я, но мама с папой мне не доверяют. Считают, что я слишком рассеянный, и боятся, что я спалю весь дом. Жаль, что прямо сейчас их нет на кухне, – сразу бы увидели, кто тут может оставить нас без крыши над головой: конечно, Табеа, которая как раз пытается всучить мне блинчик – с одной стороны бледный, а с другой – чёрный как уголь.

– Серьёзно, сестрёнка, это невозможно есть, – ворчу я, морщась от отвращения.

– Не выпендривайся. С сахаром будет как папины блины.

– Ха-ха! Ты сама-то в это веришь?

– Давай ешь! – Она суёт тарелку с блином мне под нос. Я громко урчу, будто меня тошнит, и тут же получаю от Табеи тычок в рёбра.

– Ай! Это ещё за что? – возмущаюсь я.

– Просто напоминаю, кто тут старался ради тебя.

– Ха, да лучше вообще не есть! Или заказать пиццу.

– Ну, как знаешь, слабак.

Табеа с размаху выбрасывает подгоревший блин в мусорку, швыряет сковороду в раковину и вылетает из кухни. Ну и ладно. Я открываю холодильник, беру клубничный йогурт с верхней полки и ухожу к себе в комнату. Не так уж я и проголодался, уж очень хочется узнать, что там с атакой Акудзё и Пятихвоста на Йомото и его друзей. Но сначала надо выяснить, почему Финн не рассказал мне о дне рождения Боссе и собирается ли он туда идти. Надеюсь, что нет!

– Эй, Финн, ты слышал про вечеринку у Боссе? – записываю я голосовое сообщение на телефон. – Тебя пригласили? Пойдёшь? Расскажи, что к чему.

Отправляю сообщение и жду. Две серые галочки. Две синие. Сообщение получено и прослушано. Жду ответа. Ничего. Захожу в ванную, возвращаюсь, проверяю телефон – ничего. Почему Финн молчит? Ему неловко, что я узнал про вечеринку? Хотел скрыть это от меня? Ну что за паршивый день! Только и остаётся, что сбежать в мир «Йомото»!

Достав мангу из рюкзака, я плюхаюсь на кровать. Сегодняшние неприятности меня измотали, но с «Йомото» точно приду в себя. Наконец-то начинается лучшее время дня. Я быстро пролистываю до сцены, на которой меня сегодня поймала госпожа Миндерманн. Вот она: Йомото, Раку и Усаги убегают в лес и прячутся среди деревьев, из-за которых у меня сегодня было столько неприятностей. И правда, Пятихвост, кажется, совсем не видит Йомото – чудовище громко рычит, мечется между деревьями и всё больше теряется. Акудзё в бешенстве – орёт на него, обзывает, готова чуть ли не съесть его с потрохами. Даже жаль Пятихвоста. Но совсем чуть-чуть. Ведь на самом деле, когда он в форме, никому не даст спуску, и этот неудачный эпизод не выбьет его из колеи. В конце концов, он вместе со злой ведьмой Акудзё уже тридцать один том охотится за Йомото, и в тридцать втором они точно не сойдут с дистанции.

А если вдруг сойдут, то получится ужасно обидно, ведь истории о Йомото захватывают именно сюжетом – это одна сплошная погоня. Злодеи преследуют Йомото по одной-единственной причине: Йомото – следующий Атама деревни Кинко. А Кинко – это деревня в Империи Сококу, где удивительно сочетаются японская культура и фантазии. Йомото учится в знаменитой академии ниндзя. Его отец – действующий Атама, глава и защитник Кинко. И там есть что оберегать: само название «Кинко» означает «золотая жила» – деревня стоит у входа в золотой рудник, важнейшее и ценнейшее сокровище Императора Сококу. Долг Атамы – охранять рудник. Йомото, как единственный сын Атамы, однажды тоже должен будет оберегать империю, деревню и семью от тёмных сил, особенно от зловещего Тёмного Императора Кагенотейо. Йомото с самого детства, ещё в академии ниндзя, выделялся необыкновенными способностями, и тёмные силы, разумеется, стремятся любой ценой помешать ему завершить обучение и стать сильнее. Однажды Кагенотейо даже захватил Йомото в плен, и в тридцать втором томе мы читаем о его побеге и долгом возвращении в Кинко. По пути его ждут битвы и засады, но, к счастью, он сражается не один. С ним – отважный дракон Раку, который умеет менять облик, и Усаги, милый кролик, который на самом деле – суровый мастер боевых искусств, сбивающий противников с толку безобидным видом.

Сейчас как раз Йомото, Раку и боевой кролик снова ускользнули от Пятихвоста и ведьмы и добрались до озера на опушке леса. Они решают разбить лагерь на ночь, чтобы хоть немного поспать. А чтобы уснуть скорее, Раку предлагает каждому по глотку хабутоникку – травяного настоя, сделанного по секретному рецепту. К друзьям приближается очень красивая девушка, ведущая в поводу лошадь. Девушке страшно одной ночью, она спрашивает, можно ли присоединиться к компании. Друзья, всегда готовые помочь, соглашаются. Но я-то сразу понимаю, что за этой призрачной идиллией у лесного озера вот-вот последует бой не на жизнь, а на смерть. Девушка – это ведьма Акудзё, которая превратила Пятихвоста в лошадь, чтобы подкрасться к Йомото. Однако Йомото и его товарищи слишком устали и не так насторожены, как я, – поэтому даже не выставляют стражу. Какая огромная ошибка! Едва друзья ложатся спать, Акудзё и Пятихвост принимают свои истинные обличья. Они тут же бросаются на Йомото. Тот просыпается и пытается защищаться. Схватка затягивается, Пятихвост всё сильнее теснит Йомото к озеру.

Вскоре после нескольких мощных ударов щупалец Пятихвоста Йомото отступает – он уже по колено в воде. На помощь друзей рассчитывать не приходится: они очень крепко спят, об этом позаботилась ведьма Акудзё.

Но что это? За спиной Йомото под водной гладью что-то темнеет. Может, водоросли? Или затонувший обломок? Приглядевшись, я понимаю, что это вход в пещеру, скрытую под озером. Быть может, спасительный выход?

– Йомото! – кричу я. – В пещеру! Под водой пещера! Быстрее!

Я лихорадочно листаю страницы и с облегчением вижу, что Йомото, кажется, заметил вход в пещеру. На следующей картинке он уже ныряет в озеро с головой. Но что дальше? Погонится ли за ним Пятихвост? Неужели Йомото погиб? От напряжения у меня звенит в ушах, сердце колотится, пальцы так вспотели, что страницы манги прилипают к ним, и я не могу листать так быстро, как хочется.

В этот миг в моей комнате раздаётся ужасающий грохот. Что случилось? Я подскакиваю на кровати. Похоже, я случайно заснул и всё это мне просто приснилось – манга лежит на полу рядом с кроватью, и когда я поднимаю её, чтобы читать дальше, никакой сцены с прыжком в воду на странице нет. Только кадры боя Йомото с Пятихвостом у озера. А дальше – пусто. Наверное, госпоже Конради попался бракованный экземпляр. Снова раздаётся грохот. Я оборачиваюсь – звук доносится из шкафа. Вот опять, чуть тише. Грохот доносится из моего шкафа. Жуть какая-то! Что там такое?

Я встаю с кровати и подхожу к шкафу. Снова грохот, и теперь шкаф ещё и трясётся. Да что происходит? Глубоко вздохнув, я медленно и осторожно открываю левую дверцу. То, что я вижу, просто не укладывается в голове. Нет, не может быть, мне это снится! В моём шкафу сидит Йомото. Настоящий, живой, из плоти и крови. Весь мокрый. Полминуты я не могу произнести ни слова. Йомото тоже смотрит на меня ошарашенно и молчит. Только тихо капает вода с его волос на пол моего шкафа.

– Э-э, привет, Йомото, – откашлявшись, говорю я наконец и поднимаю руку в знак приветствия – надеюсь, этот жест универсален. Японского-то я не знаю.

– Привет, незнакомец. – Йомото, поколебавшись, кивает.

Я не верю своим ушам!

– Ты говоришь по-немецки?

Йомото склоняет голову набок.

– Я говорю по-немецки? – Йомото удивлён не меньше меня. Он медленно проводит рукой по мокрым волосам, встряхивает головой, и мелкие капли воды разлетаются в стороны. – Ладно, я говорю по-немецки. Невероятно. Где я? И откуда ты знаешь моё имя?

– Ты… м-м… ты в Гамбурге, а твоё имя я знаю из книг о тебе. Кстати, я Йоханнес, но все зовут меня просто Йо.

– Привет, Йо-сан, – говорит Йомото, слегка кланяясь, что выглядит забавно, ведь он всё ещё сидит в шкафу в позе лотоса. – Гамбург, к сожалению, мне незнаком. И о каких книгах ты говоришь?

Ну да, конечно. Йомото ведь из средневековой деревни. Там никто и не слышал о манге. Логично. НЕТ, Йо, одёргиваю я себя. Совершенно НЕ логично! Всё это – БЕЗУМИЕ!

Или всё-таки нет?

– И все ходят в школу вместе? Мальчики и девочки? Даже ниндзя?

Йомото с искренним интересом расспрашивает меня о моей жизни и школах Гамбурга. Мы сидим на кровати в моей комнате, но на госте уже мой спортивный костюм. Его мокрую одежду я засунул в пластиковый пакет и собираюсь позже незаметно развесить в прачечной нашего многоквартирного дома.

– Ну, в общем, да, все ходят в школу вместе. А отдельных школ для ниндзя у нас вообще нет. Если кто-то хочет заниматься дзюдо, карате или чем-то в этом роде, надо записываться в спортивный клуб и ходить туда после уроков.

– Ага, – кивает Йомото, задумчиво глядя на меня. Не уверен, что наш порядок ему по душе. – А как это – учиться вместе с девочками?

Я пожимаю плечами.

– Нормально. Я и не знаю, как по-другому. Девочки могут быть такими же глупыми, как парни. И такими же крутыми. Но часто они жутко вредные. В общем, у меня не так много подруг, с которыми я реально близко общаюсь.

Хотя уж если честно – у меня вообще не так много друзей.

– А у тебя много друзей? – Йомото мгновенно попадает в больное место. Ай! Он что, мои мысли читает?

– Хватает, – холодно отвечаю я, не желая выглядеть перед ним неудачником.

– Значит, воинов вы готовите в спортивных клубах? А там их учат военной тактике и владению оружием?

– Э-э… – тяну я, не находя умного ответа.

Гость хочет добраться до сути дела. В Германии вообще нет таких воинов, каких он себе представляет. Может, разве что бойцы спецподразделений полиции.

– Да нам в целом и не так уж часто нужны воины в обычной жизни, – наконец объясняю я.

– Хм, – хмурится Йомото, а потом вдруг улыбается во весь рот и хлопает в ладоши. – Потрясающе! Я пойду с тобой, Йо-сан, в твою школу и всё увижу сам!

– Нет! – в панике кричу я. – Это невозможно!

– Почему невозможно?

– Ну, я же не могу просто привести тебя в школу! И вообще, ты не можешь выйти из моей комнаты! Что скажут мои родители, если тебя увидят? Или учителя? Нельзя просто вломиться в школу и сказать: «Привет, а вот и я!» Так не делается! Ни за что!

– Йо, – произносит Йомото таким тоном, будто объясняет что-то малышу в детском саду, – я только что прошёл сквозь озеро из моего мира в твой. Ты говоришь, что я пришёл из книги. Если всё это возможно, неужели ты думаешь, что мне не удастся такой пустяк – выйти из этой комнаты?

Ну, тут он прав. Возразить трудно.

– Ладно, допустим… тогда нам нужно придумать очень правдоподобную историю о том, откуда ты взялся. Потому что если мы скажем, что ты выпрыгнул из книги, – нас с тобой не пустят ни в гимназию Марии Кюри, ни в спортклуб. А вот в психушку отправят запросто.

– Хорошо, я не знаю, что такое психушка, но мне туда не хочется. Давай подумаем. – Йомото запускает пальцы в свои густые чёрные волосы, которые уже почти высохли. – У вас в школе не бывает гостей? Посетителей? Делегаций? – Он вдруг широко улыбается. – Точно! Ты можешь сказать, что я – императорский посланник! Императорские приказы ведь не обсуждают. В крайнем случае можно взять свечной воск и подделать печать. Я уже так делал, и получилось неплохо!

Я смотрю на него в изумлении.

– Э-э, нет. У нас нет императора. Если мы такое заявим, нас сразу раскроют.

– В Гамбурге нет императора? – разочарованно интересуется Йомото.

– Нет. И не только в Гамбурге, а вообще в Германии. У нас канцлер. Но он вряд ли кого-то направит в гимназию Марии Кюри.

Йомото, похоже, совсем падает духом. А мне становится неловко – ну не могу же я отмахнуться от любимого героя, который сидит у меня в комнате и хочет пойти со мной в школу. Надо что-то придумать. И вот он, проблеск надежды!

– Придумал! – радостно восклицаю я. – Мы скажем, что ты – ученик по обмену из Японии! И тебе пришлось срочно сменить приёную семью, потому что… ну, скажем, приёмная мама попала в аварию и лежит в больнице. Теперь ты живёшь у нас и ходишь со мной в школу. Гениально!

– Супер! – Йомото спрыгивает с кровати. – Я, правда, ни слова не понял, но план классный! Ты только объясни, что говорить, как только мы выйдем из этой комнаты, – и всё получится. Я, между прочим, отличный актёр!

– А что, у вас в Сококу есть актёры? – скептически спрашиваю я.

– Конечно, – отвечает Йомото. – Даже в Кинко заглядывают бродячие артисты, чтобы развлекать народ. Мне часто казалось, что у меня тоже есть к этому талант. Когда я выступал перед младшими учениками в академии ниндзя, они приходили в восторг.

– Ладно, тогда я ещё немного подумаю и решу, что именно тебе нужно говорить. – Я встаю и снова подхожу к шкафу. – Но всё равно мне бы очень хотелось понять, как ты сюда попал.

– Точно не знаю, – пожимает плечами Йомото. – Помню только, что стоял по колено в воде, а Пятихвост тянулся ко мне своими жуткими щупальцами. И вдруг я услышал голос. Твой голос. Я тебя не видел, но слышал. Ты кричал что-то про пещеру, в которую я должен нырнуть. Я оглянулся, увидел чёрную дыру и, едва увернувшись от щупалец Пятихвоста, прыгнул. В темноту. А потом вода исчезла, и я оказался в деревянной коробке.

– В моём шкафу, – киваю я.

Я открываю дверцу, и мы с Йомото тщательно осматриваем шкаф. Я стучу по широкой доске, на которой совсем недавно сидел Йомото. Она целая, не прогибается, без дыр и царапин. Выдвигаю ящик под ней – тот же результат. Обычный ящик с носками и бельём. Никаких следов потайного хода в пещеру.

Я сажусь обратно на кровать и беру мангу в руки. Может, там есть подсказка, как Йомото оказался в моём шкафу? Я аккуратно листаю страницы, внимательно рассматривая каждый кадр. Йомото садится рядом и с интересом заглядывает в книгу.

– Слушай, всё так и было! – говорит он. – Вот я, Усаги и Раку у костра, девушка, лошадь, потом превращение в Акудзё и Пятихвоста… Надо же, как глупо вышло. – Он постукивает себя пальцем по лбу. – Как же мы не догадались, что в такое время ни одна девушка не станет бродить с лошадью по Синрин-сю. Слишком опасно! Ведь очевидно, что это пришла Акудзё, которая собиралась на нас напасть.

Он вздыхает и качает головой, и я киваю. Да, вообще-то можно было догадаться. О Синрин-сю, провинции лесов, ходит дурная слава – там столько разбойников, грабителей и чудовищ! В одиночку по тем местам никто не путешествует, тем более юная девушка.

Я листаю дальше. Вот бой, погоня, сцена у озера: Йомото по колено в воде, на заднем плане темнеет пещера. А потом – пустые страницы. Значит, дальше я ничего не узнаю. Как бы мне вернуть мою книгу, которая осталась в школе? Может, в ней я увидел бы, что происходит дальше, и понял бы, как Йомото оказался в Гамбурге. Я рассеянно листаю страницы.

– Смотри! – восклицает Йомото и показывает на страницу, которую я как раз открыл. Я не верю своим глазам: появились картинки и текст! Наверное, я ошибся, мне что-то не то показалось. История продолжается: Йомото ныряет в пещеру, а на следующем изображении он уже сидит в тёмной комнате, которая оказывается… моим шкафом. А это… я! В манге! На картинках теперь я: открываю дверцу шкафа и пугаюсь, увидев промокшего Йомото. Вот он уже в моей одежде сидит рядом со мной на кровати, и мы ведём тот самый разговор, который только что произошёл. У меня по коже бегут мурашки.

Жутковато! Но это ещё не самое странное: на следующем кадре – крупным планом моя дверь, рядом надпись: ТУК-ТУК!!! – и в тот же миг кто-то и в самом деле стучит. Сердце у меня замирает от испуга, я роняю мангу.

ТУК-ТУК!!!

– Да? – хрипло выпаливаю я.

Дверь медленно открывается. Господи, только бы это был не Пятихвост, который тоже каким-то образом пробрался в Гамбург и теперь собирается съесть ни в чём не повинного школьника.

– Привет, Йо, я дома, – звучит голос. Нет, это не Пятихвост – это мама. Заглянув в комнату, она замечает Йомото и входит.

– У тебя гость? – спрашивает она.

Йомото вскакивает с кровати и кланяется моей маме.

– Мадам, я Йомото, посланник Его…

– Э-э, японский ученик по обмену из Токио! – поспешно выкрикиваю я, тоже вскакивая с кровати и загораживая его собой.

Йомото решительно отодвигает меня в сторону.

– Правильно, не посланник. Простите, пока плохо говорю по-немецки, многое путаю. Я – ученик по обмену из Японии, – говорит Йомото.

– Э-э, да, и я, э-э, познакомился с ним на волейбольном турнире, – поспешно подхватываю я. – Вообще-то он живёт в другой приёмной семье, но, э-э, его мама, то есть приёмная мама… попала в аварию и теперь в больнице, а Йомото остался совсем один дома, и я подумал…

– И ты подумал, что Йомото мог бы какое-то время пожить у нас, – договаривает за меня мама.

– Точно. Можно? – спрашиваю я, а Йомото смотрит так умоляюще, что позавидовал бы любой щенок таксы. – Вот у Табеи недавно была девочка из Франции, Клэр, – та ещё тихоня, по полдня в ванной торчала. А в прошлом году гостила ученица из Сальвадора. Она была милая, но девчонки никогда не брали меня с собой, когда отправлялись веселиться. Так что, я считаю, теперь моя очередь! Пусть Йомото останется у нас на пару дней!

Мама сначала вздыхает, потом улыбается.

– Ну ладно, я не против. Несколько дней – не проблема. Нам надо забрать какие-нибудь твои вещи у приёмной семьи? – спрашивает она.

Я энергично мотаю головой.

– Нет! Ни в коем случае!

Мама удивлённо смотрит на меня.

– Йо, дай гостю самому ответить. Ты же не знаешь, нужно ли ему что-то из дома.

– Нет, всё в порядке, мадаму, – вежливо отвечает Йомото, и мама хихикает.

– «Мадаму» – это очень забавно!

– Это по-японски, значит «уважаемая госпожа», – поясняет Йомото.

– О, как почтительно, – смеётся мама. – Зови меня просто Зильке.

– Большое спасибо, Зильке-сан! – торжественно произносит Йомото, снова слегка кланяясь. – Я счастлив быть вашим гостем.

Мама отвечает лёгким поклоном.

– Я тоже тебе рада, дорогой Йомото. Располагайся и дай знать, если что-то понадобится.

Когда она выходит из комнаты, я медленно выдыхаю.

– Фух, первое препятствие мы преодолели. Кажется, мама нам поверила.

– Говорил же – я отличный актёр! – хвалит себя Йомото.

– Да, но с этим «посланником» ты чуть нас не выдал, – укоризненно напоминаю я.

– Пустяки, – пожимает плечами Йомото. – Я же чужестранец, забыл? Хотел бы я посмотреть на тебя в Кинко – ты бы тоже не сразу разобрался, как там всё устроено.

Тут он, конечно, прав. В Кинко я бы точно растерялся. Хорошо, что я живу не в манге. По крайней мере, обычно не живу. Я наклоняюсь и поднимаю книгу с пола.

– Как наша история вообще туда попала? – вслух удивляюсь я. – Это же невозможно. Мне казалось, что последние страницы были пустыми. Или я ошибся?

Йомото разводит руками.

– Не знаю. Я не особо приглядывался.

Я снова листаю до сцены, где стучат в дверь. И правда: страницы после неё пусты. По коже опять бегут мурашки – здесь творится что-то необъяснимое! Что это за книга такая? И где госпожа Конради её взяла?

Следующее препятствие на пути к первому учебному дню в гимназии Марии Кюри Йомото преодолел с помощью моей мамы. За ужином он рассказал ей печальную историю о том, как теперь ему придётся вставать в половине шестого утра, чтобы добраться в школу с другого конца города. Мама посмотрела на него с таким сочувствием и на следующее утро позвонила в нашу школу. Я был уверен, что, попытавшись устроить Йомото к нам, она услышит отказ. Но всё получилось наоборот – госпожа Конради отнеслась к маминой просьбе с пониманием и пообещала замолвить словечко перед нашим координатором младших классов, госпожой Мелльвиг. Может, дело в том, что имя нового ученика показалось госпоже Конради, любительнице манги, очень знакомым? Как бы то ни было, через полчаса, когда мы с Йомото пришли в гимназию, всё оказалось улажено. Невероятно! И почему все школьные вопросы нельзя решать так просто?

В шестом «Д» классе выясняется, что сидеть за партой в одиночестве – очень даже полезно. Когда-то госпожа Штайнер посадила меня за отдельную парту, потому что, по её мнению, так я не отвлекаюсь. По мне, так это просто мрак. Зато теперь рядом со мной есть свободное место, и Йомото с застенчивой улыбкой садится туда. Супер! Так я смогу его подстраховать, если он вдруг с чем-то не справится. А это вполне вероятно – всё-таки в академии ниндзя в Кинко дела обстоят иначе, чем в гамбургской гимназии.

Первое серьёзное испытание обрушивается на нас уже через десять минут. Боссе Нойманн раздаёт распечатанные задания. Проходя мимо нашей парты, он небрежно кидает нам два листа и бросает пристальный взгляд на Йомото.

– Чинг, чанг, яйцеголовый с сыром, раскосый, – шипит он и злобно хихикает.

Йомото даже не моргнул – наверное, не понял, как грубо его только что оскорбили. А я просто онемел. Боссе Нойманн не только придурок, а ещё и расист! Переведя дух, я поднимаю руку. Конечно, ябедничать гадко, но это уже слишком.

– Что случилось? – спрашивает Йомото.

– Боссе тебя гнусно оскорбил, и я хочу всё рассказать госпоже Штайнер.

– Да брось, – смеётся Йомото. – Ниндзя разберётся без своего сэнсэя.

– Что? – озадаченно смотрю я на него.

Он тянет меня за рукав, опуская мою руку, прежде чем учительница заметила её.

– Всё просто: если ты сейчас не расскажешь Штайнер-сэнсэй, что Боссе сказал, и с ним потом вдруг что-то случится – ну, например, он упадёт или с ним произойдёт какой-то мелкий несчастный случай, – кто ему поверит, если он обвинит нас?

– С Боссе должно что-то случиться? – растерянно переспрашиваю я.

Йомото усмехается.

– Поверь, Йо, каждый день может произойти всё что угодно – жизнь очень опасная штука. Даже если осторожничать изо всех сил, от всего не убережёшься.

Он складывает ладони, поворачивается к Боссе, который уже вернулся на своё место, и слегка кланяется. Как будто тот сказал ему нечто приятное. Невероятно. Йомото и в реальной жизни – по-настоящему крут. Хотя я всё равно не понимаю, что именно он имел в виду, говоря о несчастных случаях и жизненных опасностях.

На следующей большой перемене я это понимаю. То есть не сразу, но довольно быстро. Я стою, прислонившись к стене спортзала, напротив входа в школьную столовую. Рядом Йомото болтает с Финном, который, как только прозвенел звонок, подскочил к нам и супервежливо заговорил с Йомото. Наверное, ему стыдно из-за приглашения на вечеринку от Боссе. На моё голосовое сообщение он, правда, так и не ответил – не может внятно объяснить, почему согласился пойти к этому придурку Боссе, не сказав мне. Сам придурок в этот момент выходит из распахнутых дверей столовой и спускается по лестнице. В руках у него две разрезанные булочки, между половинками которых зажаты шоколадные зефирки, – фирменное блюдо нашего повара, булочки «Фортуна». Йомото, только что оживлённо беседовавший с Финном, замолкает на полуслове и смотрит на Боссе. Потом снова складывает ладони у груди и кивает в его сторону.

– Очитэ симаимасу ё![1]– шепчет Йомото.

Боссе вдруг как будто спотыкается, теряет равновесие и с грохотом летит вниз, кубарем через последние две ступени. Он падает лицом прямо в шоколадные зефирки, которые тем временем выскользнули из булочек и теперь лежат перед ним на полу. Ой! Наверняка больно – бедняга так грохнулся, что аж я вздрогнул. Когда Боссе, пошатываясь, встаёт, даже не понятно, перекошено ли у него лицо от боли, – потому что оно всё вымазано зефирным кремом и шоколадом. Вид, честно говоря, довольно забавный.

Ребята вокруг смеются и показывают на него пальцем, а кто-то даже достаёт телефон и делает фото: Боссе с шоколадной коркой на лице. Даже Орхан Гюнеш – известный подлиза, который обычно вьётся вокруг Боссе и уверяет, что тот «самый крутой», – на этот раз не может сдержать смех. Финн толкает меня локтем в бок.

– Смотри, какая рожа! Боссе Нойманн – шоколадный шницель! – Он прямо трясётся от хохота.

– Ага, надо под ноги смотреть, – смеётся и Йомото. – Эй, Боссе, – кричит он, – ты как-то изменился! По крайней мере, насколько я могу судить своими раскосыми глазами.

Всё ясно. Что бы ни прошептал Йомото – именно так он сбил Боссе с ног. Тот теперь зло смотрит на нас, вытирает с лица остатки крема и глазури и молча проходит мимо.

– Эй, ты кое-что забыл! – хохочет Финн, который, похоже осмелев, наклоняется, подбирает половинки булочек и бросает их вслед Боссе. Тот оборачивается.

– Финн, ты что, совсем рехнулся?! – орёт он. – Считай, ты больше не приглашён. Я тебя вообще из жалости позвал!

Поймав мой взгляд, Финн краснеет как рак, до самых ушей.

– Э-э, да, я всё хотел ответить тебе, Йо, – мямлит он. – Просто совсем вылетело из головы. Я ведь вообще не собирался идти на эту вечеринку. Честно. Я и не дружу с Боссе. Даже не знаю, чего он меня позвал.

– Ага, – только и говорю я, не желая углубляться в тему. Вовсе не потому, что мне всё равно, просто не хочется сейчас это обсуждать. Куда интереснее выяснить, как Йомото провернул это с Боссе. Ясно, что в мире манги у него есть сверхъестественные способности, но неужели волшебство подвластно ему и здесь? В Гамбурге двадцать первого века?

– Как ты это сделал? – спрашиваю я у Йомото, когда мы возвращаемся с перемены в школьный корпус.

– Что сделал? – невинно улыбается тот.

– Ну ты понял – с Боссе и булочками «Фортуна», – поясняю я, хотя на сто процентов уверен, что он прекрасно знает, о чём я.

– А, это, – пожимает плечами Йомото. – Это был тэрекинэсису.

– Тэрэ-кэ-что?

– Тэрекинэсису, – повторяет он и задумывается, будто подбирая правильное слово. – Телекинез. Здесь это так называется. Вот. Такая техника.

Спасибо, сразу всё ясно. Это слово я никогда не слышал. Как и Финн. Он достаёт телефон и что-то набирает на экране.

– Вот, нашёл, – говорит он. – Телекинез, или психокинез, – это перемещение или воздействие на предметы без физического контакта, предположительно с помощью ментальных или духовных способностей. Паранормальное явление, изучаемое в рамках парапсихологии.

Ни слова не понять.

– Ну как, мозгов прибавилось? – огрызаюсь я на Финна. Вечный зубрила. Неудивительно, что он отличник, а я плетусь в хвосте.

– Конечно, – отвечает Финн своим занудным тоном всезнайки. – Телекинез – это когда кто-то двигает предметы силой мысли. Или, – он ухмыляется, – не предметы, а надоедливых шестиклассников вроде Боссе Нойманна.

Йомото кивает.

– Именно. Та самая техника. Если как следует сосредоточиться – я могу что-то передвинуть. Или кого-то.

– Круто! – восклицает Финн, широко раскрывая глаза. – Прямо как в «Звёздных войнах»! Да пребудет с тобой сила, Йомото!

Меня бросает то в жар, то в холод, потому что я вдруг понимаю: не слишком-то умно со стороны Йомото хвастаться здесь своими суперспособностями. Тогда вся история с японским учеником по обмену рассыплется в прах. Если Финн начнёт всем рассказывать, что у Йомото есть особые способности, взрослые быстро заподозрят неладное. А когда взрослые начинают что-то подозревать, они задают вопросы. И если они начнут задавать вопросы, нам конец. Ведь Йомото на самом деле не из Токио прилетел, а вывалился из манги. Как – понятия не имею. Но объяснять это какому-нибудь взрослому я точно не хочу.

– Ха-ха, как смешно! – громко кричу я, преувеличенно хлопая Йомото по плечу. – Да, телекинез – крутая штука, ребята! Но если серьёзно: Нойманн просто слишком туп, чтобы унести две булочки «Фортуна» зараз.

Я многозначительно подмигиваю Йомото, надеясь, что он поймёт такой явный намёк. Пару секунд он молчит, но потом, к счастью, до него доходит, что я имею в виду.

– Хи-хи-хи, – фальшиво хихикает он и тоже хлопает меня по плечу. – Ну да, Боссе так комично рухнул – я прям от души ему этого пожелал. Но, конечно, это не я. Какие ещё магические силы? Увы, у меня их нет. – Он театрально вздыхает. – Хотя я бы от магии не отказался.

Финн понимающе кивает.

– Ага, я тоже часто об этом мечтаю. Особенно когда Боссе Нойманн за мной гоняется. Этот тип просто чума.

С этими словами Финн тянется к двери, ведущей в наш корпус, но я оттаскиваю его назад, чтобы задать вопрос.

– Если Боссе – чума, зачем ты собирался идти на его вечеринку? Хотя знал, что меня не пригласили.

Финн снова краснеет как рак.

– Эм… я же говорил – я и не собирался. И про то, что тебя не пригласили, я не знал, – оправдывается Финн.

– Знал, – перебиваю я. – И поэтому вчера не ответил на моё сообщение, когда я тебя спросил. Признайся – ты на самом деле обрадовался, что он тебя пригласил. А что меня не позвали, тебе было всё равно.

Финн сглатывает и пытается выкрутиться, но я не сдаюсь и продолжаю сверлить его взглядом. Наконец он отводит глаза.

– Ты же сам знаешь, какой он бывает. Я подумал… если он меня позвал и я приду с классным подарком, поболтаю с ним по-хорошему, может, он тогда отстанет. Я правда так думал. Только поэтому хотел пойти.

Ого! Вот это признание! Финн думает, что может задобрить этого психа Боссе подарками. Но не успеваю я ответить, как Йомото громко фыркает.

– Думал, думал, думал, – передразнивает он Финна. – А знаешь, что я думаю?

Финн, слегка оробев, качает головой, и Йомото отвечает на свой вопрос:

– Думаю, что лучшая защита – это нападение!

– Это как? – спрашивает Финн.

– Увидишь, – загадочно говорит Йомото, но я-то понимаю, о каком нападении он говорит. И я уверен, что мне это понравится! Учителям, правда, вряд ли.

К нам подходит госпожа Миндерманн.

– Урок вот-вот начнётся. Что вы тут топчетесь? – ворчит она.

Финн молча открывает дверь, пропуская учительницу вперёд, и мы идём следом. У самой двери нашего класса она оборачивается.

– Ах да, Йо. После моего урока загляни с твоим новым учеником по обмену в учительскую. У госпожи Конради для вас кое-какие документы.

Узнает ли госпожа Конради Йомото? Вот о чём я думаю, пока мы с ним идём в учительскую после двойного урока математики. Мне кажется, он выглядит точь-в-точь как в манге, хотя сейчас на нём моя одежда и разница между «живым и в цвете» и «чёрно-белым рисунком» всё-таки заметна. Но его имя… Госпоже Конради оно знакомо, и, в принципе, она в состоянии сложить два и два.

– Всё нормально? – спрашивает Йомото.

– Да. А что?

– Ты просто встал как вкопанный.

Ой. Точно. Я стою посреди коридора, а мимо снуют учителя и ученики.

– Просто думаю, узнает ли тебя госпожа Конради. Она ведь тоже читает мангу, значит, знает, как ты выглядишь. И имя твоё ей наверняка знакомо. Надеюсь, всё обойдётся. Знаешь, взрослым вообще тяжело даётся… магия.

Йомото смеётся.

– Да брось, она меня ни за что не узнает. Я почти уверен, ваша школьная секретарша уж точно не ждёт, что столкнётся с персонажем, который обычно живёт на страницах книги.

Я вздыхаю. Надеюсь, Йомото прав!

Так и есть. Госпожа Конради не видит ничего странного. Точнее, она считает, что это забавное совпадение.

– Йомото Сато, – хихикает она, заполняя анкету ученика. – Как смешно. Есть герой манги с таким же именем. Но Йоханнес, наверное, уже тебе об этом рассказал, он ведь у нас знаток манги.

– Конечно, – подтверждает Йомото. – Это первое, что он мне сказал, когда мы познакомились на волейболе. Правда, моя фамилия на японском пишется и произносится немного иначе. Сатто. Это значит «внезапно». И вот, как видите, я и правда появился внезапно.

Он смеётся.

– А, поняла. Тогда исправлю Сато на Сатто. – Госпожа Конради что-то быстро дописывает на бланке.

– Кстати, о манге. У вас, случайно, нет той книги, которую вчера забрала у меня госпожа Миндерманн? – спрашиваю я.

– Нет, я отнесла её домой. Но вместо неё дала тебе свою.

– Точно. А вы заглядывали в ту книгу?

– Почти дочитала, – улыбается госпожа Конради. – Захватывающая история.

– И не заметили ничего необычного? Какие-нибудь… э-э… странные места? Или персонажи?

Госпожа Конради хмурится. Она явно не понимает, к чему я клоню.

– Ну, разве что необычно увлекательная, а так… вполне классическая история о Йомото. Действие в Лесной провинции, постоянные засады на Йомото, Раку и Усаги. Не хочу раскрывать концовку, если ты ещё не дочитал. Хотя… ты же не удержался и уже всё знаешь, верно?

– На самом деле, мне кажется, с той книгой, которую вы мне дали, что-то не так.

– Не так? – удивлённо повторяет госпожа Конради. – Что именно?

– Она… э-э… может, это брак печати или что-то такое. Но страницы пропущены. Точнее, они пустые.

– О, как жаль. Тогда я принесу тебе твою, и мы обменяемся обратно. Ты мою-то принёс?

Черт, об этом я не подумал. Если она вернёт мне мою книгу, то, конечно, захочет забрать свою. Тогда я не смогу разобраться, что не так с этой книгой. А вдруг именно эта манга – ключ к возвращению Йомото в Сококу? Зачем я вообще ей всё это рассказал? Ну и дурак же я.

– Нет, книга дома, – быстро говорю я, решая, что куплю новый экземпляр и завтра принесу его госпоже Конради. Придётся потратить десять евро, чтобы не всплыла вся история с Йомото.

– Не дома, – весело заявляет Йомото. – Вот она, я её прихватил.

Как по волшебству, он достаёт откуда-то мангу и кладёт её перед госпожой Конради на стойку, отделяющую учительскую от коридора. Я просто оцепенел – он что, с ума сошёл? Неужели не понимает, что госпожа Конради, едва увидит новые кадры, сразу догадается: дело нечисто.

– Спасибо, Йомото, – говорит госпожа Конради и тянется к книге.

Я молниеносно выхватываю том у неё из-под носа и засовываю за пояс.

– Йоханнес, ты в своём уме? – возмущается госпожа Конради.

– Э-э, нет, я… то есть… возможно, мне просто показалось, что это был бракованный экземпляр. Всё в порядке. Оставьте себе мою книгу. Я возьму эту.

– Йоханнес Майер! – строго произносит госпожа Конради. – Немедленно отдай мне книгу!

Она протягивает руку через стойку. Чёрт! Делать нечего, и я отдаю ей мангу. Она открывает книгу и медленно листает её с конца до начала – ведь манги, в отличие от немецких книг, читаются в обратном порядке, и наша последняя страница – в манге первая.

– Не знаю, о чём ты говоришь. С этой книгой всё в порядке. Точно такая же история, как в той, что лежит у меня дома, – наконец говорит она и возвращает мне книгу.

Не может быть! Я быстро листаю мангу. И правда! Пустых страниц нет, и сцен с боем Йомото и Пятихвоста в озере, а также появления Йомото в моей комнате. Вместо этого Йомото, Раку и Усаги убегают из леса и ненадолго разбивают лагерь у озера. Пятихвост их не находит, и на следующий день друзья продолжают путь в Кинко – конечно, с ведьмой Акудзё и её приспешниками на хвосте.

– Но… я… – Я растерянно опускаю книгу. – Похоже, мне показалось. Я был совершенно уверен…

Но тут я вспоминаю, что сам только что говорил Йомото: взрослые не любят магию, и это надо учитывать. Откашлявшись, я натянуто улыбаюсь:

– Наверное, я заснул с мангой на кровати и мне всё приснилось.

Госпожа Конради смеётся.

– Бывает. Но кто знает, – она подмигивает, – может, у этой книги есть какой-то секрет.

Что-то есть такое в её тоне, отчего меня пробирает озноб! Я молча киваю, убираю книгу и плетусь к школьному двору, не дожидаясь Йомото. Он меня найдёт – в манге он ориентируется даже в самых непроходимых лесах и бескрайних пустынях.

За ужином Йомото подробно рассказывает моим родителям о первом дне в новой школе, и они удивляются, как быстро он освоился. Папа, конечно, ошарашен неожиданным прибавлением в семье, но Йомото, опустошив мою копилку, купил в супермаркете потрясающую упаковку суши и этим очаровал даже папу. Теперь никто не сомневается: культурный обмен – отличная идея. Табеа, которая обычно ведёт себя как настоящая злыдня, считает всех моих друзей отстойными и при каждой встрече даёт им это понять, похоже, сделала для Йомото исключение. Она улыбается ему, слушая рассказ о том, как Боссе Нойманн эффектно приземлился в шоколадные зефирки, и ничуть не злится. У Йомото и правда талант рассказчика, и в его истории всё выглядит круче, чем было на самом деле. Хотя, если честно, школа всё равно остаётся школой – и там один нудный день похож на другой.

После ужина мы смотрим фильм, потом с Йомото чистим зубы, а папа раскладывает в моей комнате гостевую кровать – точнее, складной матрас – и приносит спальный мешок с подушкой.

– Спокойной ночи, ребята! – говорит он, поправляя подушку. – А тебе, Йомото, пусть приснится что-нибудь хорошее. У нас говорят, что, если в первую ночь в новом месте снится сон, он может сбыться.

– Правда? – удивлённо поднимает брови Йомото.

– Да, в Германии так говорят, – смеётся папа. – Но ты не бойся, это просто суеверие.

Он кивает нам и уходит в гостиную к маме. Йомото задумчиво смотрит ему вслед.

– Не переживай. Папа шутит, – успокаиваю я его.

– Да я и не переживаю. Просто твой отец такой… другой, не как мой. Кажется, мой отец никогда не стелил никому постель. Ну, разве что себе, когда был мальчишкой в школе ниндзя. А твой… он такой… добрый.

Что? Он серьёзно? Обычное дело – постелить гостю постель, – и он так это воспринимает? Всё-таки он немного странный. Но говорить об этом вслух, наверное, грубо, и я молчу. Всё-таки он всего день в моём мире – ещё не освоился. И я его понимаю – после такого дня, с Боссе в зефире и с книгой, которая вдруг опять стала обычной, у меня самого в голове каша.

– Давай спать. Я вымотался, – говорю я.

Йомото зевает в ответ и забирается в спальный мешок. Я желаю ему спокойной ночи, выключаю ночник и поворачиваюсь на бок. Не проходит и двух минут, как мои глаза закрываются, и я засыпаю крепким сном.

Проснувшись от громкого свиста, я растерянно моргаю. Который час? Я тянусь к телефону на тумбочке, но он не заряжен. Ясно одно: сейчас глубокая ночь, ведь в коридоре темно – иначе я бы увидел свет в щели под дверью. Я нажимаю на кнопку ночника – он включается, но тут же начинает мигать. Похоже, пора срочно менять лампочку. Эта явно с дефектом – в последнее время она так часто мигает, что скоро совсем перегорит. С тихим «пуф» лампа гаснет. Понятно. Перегорела. Чёрт, почему именно сегодня? Свист не умолкает, становится всё громче. Похоже не на свист кипящего чайника, а скорее на вой ветра, который возвещает бурю. Откуда он доносится?

– Йомото-сан, доко ни иру но?

Мне это чудится? Или сквозь гул и свист я действительно слышу голос?

Кто-то говорит по-японски?

И снова:

– Йомото-сан, доко ни иру но?

По рукам бегут мурашки, я холодею. Что происходит? Откуда этот голос? Я оглядываюсь, но в комнате так темно, что не разглядеть даже собственные руки. Возле кровати слышится ровное дыхание, значит, Йомото мирно спит на гостевом матрасе.

– Йомото-сан, доко ни иру но?

Сердце бешено колотится, я пытаюсь привыкнуть к темноте. Что это? Кажется, из тумбочки, точнее, из щели под выдвинутым ящиком пробивается свет. Жуть какая! Я наклоняюсь к Йомото и легонько касаюсь его плеча.

– Йомото, – шепчу я, – просыпайся! Тут творится что-то странное. Смотри!

Он не отвечает. А свет из ящика становится всё ярче. Горло сдавливает, дышать тяжело. Я сажусь на кровати, дрожащей рукой тянусь к ручке ящика и открываю его. Там лежит манга, которую я убрал туда после школы. Она ярко светится, будто под обложкой спрятан фонарь. Я приглядываюсь и замечаю – рисунок на обложке изменился! Кажется, теперь это портрет… мой портрет? Или всё-таки Йомото? Не разобрать, свет такой яркий, что приходится щуриться. Что, чёрт возьми, происходит?

– Йомото-сан, доко ни иру но?

Вот оно! Слова! Они точно идут из книги! Безумие какое-то – голоса из манги! Дрожащими руками я осторожно касаюсь книги. Она не горячая, на ощупь как обычно. Я достаю её из ящика и открываю. Страницы сияют так ярко, что можно читать в темноте. Мне сразу бросаются в глаза вчерашние кадры! Прыжок в мой шкаф, разговор с мамой, а на следующей странице – Боссе, который падает с лестницы и шмякается лицом в зефир! И наконец, мы с Йомото, лежим в кроватях. Руки так сильно дрожат, что я едва удерживаю книгу. К свисту добавляется новый звук, который становится всё громче. Я не сразу понимаю, что это мои зубы – они стучат от страха.

Я заставляю себя сделать глубокий вдох, чтобы не заорать, и осторожно листаю страницы. Вот новая сцена, которой я не видел. События разворачиваются в мире Йомото, на берегу озера, через которое он попал ко мне. На берегу стоят Раку и Усаги и громко зовут кого-то:

– Йомото-сан, доко ни иру но?

И вдруг я начинаю понимать.

Они ищут Йомото.

«Йомото, где ты?» – кричат они, отчаянно бегая вдоль берега, не в силах найти друга.

Но тревожит их не только исчезновение Йомото…

За кустами, поджидая друзей, прячется Пятихвост! Пока они отчаянно зовут Йомото, монстр выбирает момент для атаки. Когда Раку и Усаги подходят ближе к кустам, Пятихвост бросается на них, обвивая огромными щупальцами, и тащит в озеро. Дракон и кролик ошеломлены, но Усаги быстро вырывается из хватки. Пятихвост заталкивает Раку глубже в озеро, то и дело погружая дракона под воду, но Усаги разбегается и запрыгивает чудовищу прямо на голову – потрясающий прыжок! Кролик бьёт Пятихвоста цепной дубинкой прямо между глаз, и того ощутимо пошатывает. Монстр пытается стряхнуть кролика, но для этого ему приходится отпустить Раку. Вырвавшись, дракон обвивается вокруг Пятихвоста, кружит всё быстрее и быстрее – пока монстр словно исчезает в бурном вихре. Что происходит внутри, я не вижу, но время от времени Усаги выпрыгивает наружу, чтобы сверху обрушить на врага удары дубинкой. Похоже, друзья одолели врага – над озером разносится мучительный, пронзительный вой Пятихвоста. Это и в самом деле страшно – у меня по спине бегут мурашки. Неужели я всё это слышу? А может, мне это снится? Следующий вопль пробирает до костей: он звучит отчаянно, почти умоляюще – Пятихвост умоляет о пощаде.

Я окончательно просыпаюсь и сажусь в кровати. Сердце колотится так, что отдаёт мне в уши. Вокруг снова темно, книга больше не светится. Она выпала из рук, у меня не сразу получается её найти. Привыкнув к темноте, замечаю её на полу, рядом с матрасом Йомото. Неужели я не просыпался, а так и спал? Приснились ли мне голоса Раку и Усаги, их зов, бой с Пятихвостом, свет из манги? Но как книга выбралась из ящика, если я её не доставал?

Ноги трясутся, но я встаю и на ощупь иду к выключателю у двери. Надо включить свет и разобраться, что происходит. Когда свет загорается, с матраса доносится возмущённое ворчание. Похоже, я разбудил Йомото. Но мне всё равно – как можно спать под такой шум? Если он вообще был.

– Что такое? – бормочет Йомото, зевая и садясь в спальном мешке.

– Не уверен, но, кажется, Раку и Усаги тебя ищут. Может, мне приснилось, но я слышал, как они тебя зовут. А ещё Пятихвост здорово отделал Раку, но Усаги его спас.

Йомото снова зевает и трясёт головой, потирая глаза.

– Это похоже на Раку. Он кролик в теле дракона. А Усаги – дракон в теле кролика. Сколько раз Усаги уже вытаскивал Раку из передряг!

– Серьёзно? – удивляюсь я. – Я прочитал все тома твоей истории, но этого не замечал. Мне всегда казалось, что Раку смелый и отважный.

– Да-да, поверь, этот дракон жутко чувствительный. И обижается по любому поводу. Наверное, в книгах наши истории слегка приукрашены.

Поразительно. Мне и в голову не приходило, что у Йомото вне манги есть своя воля. До сих пор я был уверен, что герой из манги и Йомото, который сейчас сидит в моей комнате, – один и тот же человек. Это же безумие! Но, с другой стороны, вся эта история – сплошное безумие, которое не поддаётся логике.

– Как бы там ни было… Если мне всё это не приснилось, твои друзья действительно тебя ищут. И кстати, о книгах… – Я нагибаюсь и поднимаю мангу с пола. – Давай посмотрим, есть ли эта сцена в книге. У меня такое ощущение, что это не обычная манга. Готов поклясться, что сегодня ночью она светилась. Изнутри – совершенно невероятно! Потом я услышал голоса твоих друзей. Они шли прямо из книги. Я заглянул внутрь, и вдруг там появилось всё, что мы сегодня пережили в школе. Я это видел. А ещё бой между Пятихвостом и Раку. Всё случилось у того озера, через которое ты попал в мой шкаф.

Я задумчиво верчу книгу в руках.

– Или мне это всё-таки приснилось?

– Давай смотри уже! – подгоняет Йомото.

Я открываю книгу, и правда: сцена точь-в-точь такая, как я видел. Раку и Усаги ищут Йомото, Пятихвост нападает на них, Усаги спасает Раку. А на следующей странице снова мой шкаф. Сердце бьётся быстрее. Я медленно подхожу к шкафу и осторожно открываю дверцы. Неужели Раку сидит там среди моих футболок и белья?

Нет. Дракона нет. Но на нижней полке большая лужа. И блестящий пучок длинных зелёных волос с оранжевыми прядями. Всё ясно: это грива Раку. Но как, чёрт возьми, она оказалась в моём шкафу?

Выбравшись из спального мешка, Йомото подходит и заглядывает мне через плечо.

– Ух ты! – восклицает он. – Это точно грива Раку! Значит, ты не спал, это правда произошло. Может, Раку во время боя оказался близко к твоему шкафу? Когда я попал в него, мне тоже казалось, что что-то тянет меня из озера вверх. Но я, конечно, гораздо легче дракона.

Я киваю.

– Похоже, так и было.

– Дай-ка книгу. – Йомото протягивает руку, и я вручаю ему мангу. Он задумчиво смотрит на последние страницы. – Книга точно заколдована. В обычной манге история не меняется. А днём она выглядела совсем иначе. Мы же видели, когда госпожа Конради её листала. Этих кадров там не было.

Я глубоко вздыхаю.

– Может, эта книга – портал.

– Портал?

– Ну, врата в другой мир. Точнее, между двумя мирами. Твоим и моим. Ты пришёл ко мне через книгу. И возможно, через неё можно вернуться обратно. Надо только понять, как именно.

– Зачем нам это выяснять? – спрашивает Йомото.

Я удивлённо смотрю на него.

– Ну… Потому что ты должен вернуться домой.

– Я должен?

– Конечно!

– Почему?

Да что ж он такой тупой…

– Конечно, тебе нужно вернуться! Твои друзья отчаянно тебя ищут. Они говорят, что без тебя Кинко пропадёт. Даже если в историях о тебе кое-что приукрашено – ясно одно: ты следующий Атама, избранный, чтобы защищать золотые рудники Кинко и спасти свой мир от зла.

Йомото молчит, потом тяжело вздыхает.

– Да, ты прав. Я должен вернуться. Но, – тут он усмехается, – не прямо сейчас. У меня ещё остались кое-какие дела в твоей школе.

Теперь вздыхаю я.

– Как скажешь. Но кое-что точно нужно выяснить. Нам стоит узнать, где госпожа Конради купила эту мангу. Может, тогда мы узнаем, как ты оказался в моём шкафу и как тебе вернуться обратно.

Йомото зевает и снова забирается в спальник на матрасе.

– Сначала мне нужно поспать. Школа в Гамбурге – это так утомительно! Учителя столько говорят, голова от их голосов тяжёлая. Не припоминаю, чтобы так выматывался после уроков.

– Ну да, скучно, конечно, потому и сил нет. Уж точно не так захватывающе, как твоя школа ниндзя. Наверное, вы там целыми днями сражаетесь, да? – интересуюсь я.

Но ответа не получаю. Слышится лишь тихое посапывание – Йомото снова заснул. Я выключаю свет и тоже ложусь в кровать. Прислушиваюсь в темноте. Снова голос? Нет, показалось. Можно спокойно засыпать. Через две секунды я уже сплю – и снятся мне не драконы и кролики, а шоколадные зефирки, разбросанные по всем лестницам школы.

– Ну хватит, давай сюда! – Неле, главная задира школы, не унимается. Но её жертва пока сопротивляется, не желая расставаться с телефоном без боя.

– Не отдам, это моё! Отстань! – Наоми судорожно сжимает почти новый смартфон и отступает, пока не упирается спиной в стену. Неле хватает её за воротник и притягивает к себе так близко, что их носы почти соприкасаются. Если Наоми и боится, то виду не подаёт. Она смотрит на мучительницу решительно, гневно сверкая глазами. Неле на голову выше, с ней ещё и подружки – подлая Майя и гадкая Лиза, которые встали по бокам от Наоми, отрезав ей пути к отступлению.

Мерзость, конечно, даже смотреть на это тяжело. Я бы точно не хотел оказаться на месте бедной Наоми. Вмешиваться, правда, тоже не тянет – ясно же, кто станет следующей мишенью Неле и её шайки: Йоханнес Майер, то есть я. Против этой троицы я бессилен. Если они захотят мне насолить, то после перемены побегут к госпоже Штайнер и со слезами на глазах начнут клясться, что я их оскорбил, ударил или ещё что похуже. Парню после таких обвинений от девчонок деваться некуда. Хоть сразу кайся и пиши объяснительную директору. Поэтому я стою у столов для пинг-понга и размышляю, не позвать ли хотя бы дежурного по перемене. Но, с другой стороны, доносчику первый кнут. Стукачам всегда достаётся на орехи.

– Ну, что там интересного? – Кто-то подходит ко мне сзади и с любопытством заглядывает через плечо.

Это Йомото, который, хоть и просыпался ночью, сегодня утром в отличном настроении пришёл со мной в школу.

– Да вот, разборки у девчонок, – объясняю я. – Неле отбирает у Наоми телефон.

– Оп-ля. – Йомото кладёт руки на пояс и пару минут наблюдает за происходящим. Тем временем Неле уже вырвала у Наоми смартфон и держит его над головой. Наоми отчаянно подпрыгивает, пытаясь достать украденное.

– Хм, но Неле намного выше той девочки, – озадаченно замечает Йомото.

Мне смешно.

– Ну да, в том-то и дело. Иначе она бы не посмела. Неле всегда издевается только над теми, кто слабее.

Йомото качает головой.

– Что ж, во-первых, девчонка никогда не станет ниндзя. А во-вторых, Неле не хватает характера. Нападать на слабых – это просто бесчестно. – Он вздыхает. – Ладно, пора вмешаться. Где Финн?

– Зачем его звать? Он же не боец. Если увидит, что назревает заварушка с Неле, сбежит в два счёта.

Но Йомото мои рассуждения не останавливают. Он машет Финну, который как раз лениво бредёт к нам, наверное, тоже чтобы издалека проследить за неравной схваткой между Неле и Наоми.

– Так, Финн, – решительно говорит Йомото, – ты становишься слева от Неле, а ты, Йо, справа. Но так, чтобы оттеснить её от этих двух.

– Ты что, серьёзно хочешь влезть? – в ужасе спрашивает Финн.

Йомото смеётся.

– Нет, я хочу навести порядок. Это совсем другое. По местам!

Командует он так убедительно, что мы с Финном послушно отходим от столов с пинг-понгом и направляемся к Неле и Наоми.

– Эй вы, не лезьте! – шипит Майя, делая шаг в нашу сторону. Кажется, сейчас и мне достанется.

– Э-э, Йомото, тут назревают проблемы, – кричу я.

Йомото уже стоит перед Неле и Наоми, которые перешли к открытой борьбе за телефон. Наоми, увы, безнадёжно проигрывает. Неле – вице-чемпионка Гамбурга по дзюдо в своей весовой категории и без стеснения пользуется спортивными приёмами. Она повалила Наоми на землю, держит её в захвате и уже засунула телефон себе в карман. Даже издалека заметно, что измываться над Наоми ей доставляет огромное удовольствие. Если Йомото собирается действовать, сейчас самое время. Майя и Лиза приближаются к нему, готовясь наброситься. Но Йомото, похоже, это ничуть не беспокоит. Он бросает на нас с Финном взгляд, складывает ладони и что-то шепчет. Я прислушиваюсь.

– Кабэ ни нарэ![2] – бормочет он дважды, а затем подходит к Неле и хватает её за плечо.

– Слушай, оставь девочку в покое, – говорит он спокойно, но твёрдо.

Я глубоко вздыхаю, готовясь к потасовке с Майей и Лизой, поворачиваюсь к Майе – и… её нет! Она исчезла, словно растворилась в воздухе. И не только она: весь школьный двор как будто испарился! Остались только я, Финн, Йомото, который уже оттащил Неле от Наоми, и сама Наоми. Девчонки устроили настоящий поединок в стиле карате. Вокруг нас выросла плотная стена тумана, которая отгородила нас от остальных на школьном дворе. Я стою с открытым ртом. Что здесь происходит? Пока я пытаюсь понять, откуда взялось это белое марево, Йомото, как в ускоренной съёмке, кружит вокруг Неле. Вот он ловко забирает у неё телефон, а потом двумя точными ударами ребром ладони отправляет в нокаут. Не проходит и десяти секунд, как Неле уже лежит на земле. Похоже, дзюдо против карате не тянет. Надо будет это запомнить. Если решу заняться боевыми искусствами, выберу карате. Для Неле, впрочем, этот совет запоздал: она всё ещё лежит без сознания рядом с Наоми, которая наконец-то садится и отряхивается. Йомото протягивает ей телефон и помогает подняться.

Она встаёт и встряхивает головой, отчего её растрёпанные в схватке волосы взлетают вокруг лица и мягко опускаются на плечи. Хоть я, конечно, и не обращаю внимания на девчонок, должен признать, что Наоми с её кудрями и большими карими глазами выглядит довольно мило. Нет, скорее даже восхитительно! Раньше я этого как-то не замечал, но теперь прекрасно вижу.

– Спасибо! – произносит она с благоговением в голосе, обращаясь к Йомото. – Ты так меня выручил! Теперь у тебя, наверное, будут большие неприятности.

Йомото смеётся.

– Не за что. Но откуда вдруг возьмутся неприятности? Ничего же не произошло.

– Ну, на школьном дворе полно народу, многие видели, как ты вырубил Неле, – возражает Наоми. – А Лиза и Майя – подлые ябеды. Наверняка уже бегут к учителям, чтобы сказать, что ты первый начал.

– Никто ничего не видел. И никто ничего не вспомнит, – отвечает Йомото с какой-то странной интонацией. – Посмотри сама.

Наоми хмурится, собираясь что-то сказать, но потом оглядывается и вздрагивает от удивления.

– Откуда вдруг этот туман?

Йомото широко улыбается и пожимает плечами. Туман, который только что казался непроницаемым, рассеивается так же быстро, как и появился. Неле уже пришла в себя и сидит на земле.

– Что случилось? – растерянно спрашивает она. – Как я тут оказалась?

– О, ты споткнулась и упала, – объясняет Йомото. – Наоми успела подхватить тебя в последний момент, иначе бы ты шлёпнулась лицом вниз.

Неле поворачивается к Наоми. Похоже, она вообще не помнит, что произошло в последние пять минут и схватку за телефон.

– Спасибо, Наоми, – холодно произносит она, встаёт и, пошатываясь, идёт к подружкам. Те подхватывают Неле под руки, потому что она едва держится на ногах.

– Что случилось? – спрашивают они, словно тоже не помнят никакой драки.

– Понятия не имею… – бормочет Неле. – Но мне как-то нехорошо.

Честно говоря, меня мучает тот же вопрос.

– Что это было? – шёпотом спрашиваю я у Йомото, чтобы Финн не услышал.

– Старинная боевая тактика. Возведение стены, – отвечает он. – Применяется, чтобы скрыть атаку и уйти незамеченным. Правда, работает только на небольшом пространстве и против опытных противников бесполезна.

– Возведение стены? Как это?

– Туман. Это и была моя стена. И создали её вы с Финном. Для выполнения нужны два союзника, чтобы окружить противника. Поэтому я и велел вам встать по бокам от Неле.

– А потом ты пробормотал своё заклинание? Это «Кабе-что-то-там»?

– Кабэ ни нарэ. Точно. Это значит: «Станьте стеной». Так создаётся магический круг – тот самый туман, который ты видел. А самое классное в том, что все, кто не участвовал в заклинании, потом ничего не помнят.

– То есть Неле не знает, что пыталась отобрать у Наоми телефон? И что ты её вырубил?

– Вот именно. И все, кто был по ту сторону стены, тоже ничего не помнят. Наоми знает, потому что я велел ей оглянуться. А вы с Финном – потому что помогли мне построить заклинание. Без окружения противника это не сработает.

Кстати, как там Финн? До сих пор он стоял как вкопанный, но теперь подходит к нам с Йомото.

– Слушай, что это было? – восклицает он. – Видели этот туман? И как ты уделал Неле – это же сенсация! – Он наклоняет голову и задумчиво смотрит на Йомото. – Прямо как будто у тебя какие-то суперсилы. Как в стиле кунг-фу, но с примесью Мстителей. Будто ты заколдовал нас и создал облако, чтобы никто не увидел драку.

Ну ничего себе! Финн попал в яблочко! Йомото широко раскрывает глаза и, кажется, хочет что-то сказать, но Финн хихикает.

– Шучу, Йомото, не пугайся! Такая уж в Гамбурге погода – тут туман запросто может наползти стеной!

– Да-да, – фальшиво смеюсь я. – Гамбургская погода! С ней всё возможно!

К счастью, звонок на урок избавляет нас от необходимости придумывать новые объяснения для необъяснимого. Мы бредём обратно в класс. Проходя мимо коридора, ведущего к административному крылу, я останавливаюсь.

– Скажите учителю, что мне нужно кое-что уладить у секретаря, ладно? – прошу я Финна и Йомото.

– Что-то важное? – любопытствует Финн.

– Да ничего особенного, – уклончиво отвечаю я. – Просто передать кое-что от родителей. По поводу… э-э… ученика по обмену. Совсем забыл зайти к ним раньше.

Йомото ничего не говорит. Кажется, он догадывается, что я задумал. Финн кивает:

– Ладненько, я передам.

Они идут дальше, а я сворачиваю к учительской. Мне обязательно нужно выяснить, где госпожа Конради купила тот том манги, который лежит в ящике моей тумбочки. После прошлой ночи я на тысячу процентов уверен: это необычная книга. И это не брак печати. В этом есть какая-то… магия! При дневном свете комикс кажется самым обыкновенным, но это явно маскировка. Я был прав: на самом деле эта книга – портал между моим миром и миром Йомото. Безумная мысль, понимаю. Ещё пару дней назад я был абсолютно уверен, что Йомото – выдумка, что его не существует. Но, похоже, я ошибался. Как иначе объяснить, что Йомото оказался здесь? Или что прядь гривы Раку появилась в моём шкафу?

Госпожа Конради стоит у копировального аппарата напротив своей стойки. Увидев меня, она приветливо улыбается:

– Здравствуй, Йоханнес! Что случилось?

Я сразу беру быка за рога:

– Вы не помните, где купили ту мангу? Ну, «Йомото», тридцать второй том.

– В книжном киоске на главном вокзале. А зачем тебе?

– Да так, просто любопытно, – вру я, потому что, конечно, не могу рассказать школьной секретарше, как книга светится по ночам, а её персонажи или их гривы появляются в моём шкафу. – Думал, может, вы нашли какой-то особенный магазин манги, о котором я ещё не знаю.

– Нет, это был обычный вокзальный книжный. Ещё вопросы?

Я качаю головой.

– Нет, это всё.

– Раз уж ты здесь, – говорит она, – возьми это и отдай Боссе. Это от библиотекаря. Кажется, Боссе что-то копировал и забыл этот лист в ксероксе.

Она машет листком, который я уже видел. Список гостей на вечеринку Боссе! Я со вздохом беру листок и возвращаюсь в класс.

– Всё нормально? – шёпотом спрашивает Йомото, когда я сажусь рядом. Урок уже начался, поэтому он говорит тихо.

– Я выяснил, где госпожа Конради купила книгу, – шепчу я в ответ. – На главном вокзале. Надо туда сходить. Я уверен: если разберёмся, как работает эта книга, то сможем вернуть тебя обратно и ты продолжишь спасать Кинко.

– Ага, ага, – только и отвечает Йомото. У меня снова создаётся ощущение, что он совсем не горит желанием возвращаться в свой мир, чтобы бороться со злом и восстанавливать справедливость. Странно. Ведь только что он так самоотверженно помог Наоми.

– А что это за листок? – продолжает он шёпотом.

– Это список гостей на вечеринку Боссе. Он забыл его в библиотеке, и я должен ему передать.

– Вечеринка – это круто, – говорит Йомото.

– Это кошмар, – отвечаю я. – Боссе позвал всех, кроме меня. Хотя нет, вру, Финна он тоже вычеркнул. А так – весь класс идёт. И это хуже всего: когда все приглашены, а ты…

– Простите, я вам не мешаю общаться? – прерывает нас господин Музиелла, останавливаясь перед нашей партой и строго глядя на нас. С нашим учителем истории всегда можно договориться, и я знаю, что сейчас он не устроит скандал. Он не злопамятный, нам нужно просто промолчать. Он ведь ещё и доверенный педагог[3] в нашей гимназии имени Марии Кюри. Но Йомото, похоже, не собирается молчать.

– Простите, господин Музиелла, – говорит он. – Я Йомото, новый ученик, приехал по школьному обмену. Я спросил Йо, что это за листок. Это список приглашённых на вечеринку у Боссе Нойманна. Он забыл список в копировальной машине, и Йо хотел его вернуть.

– А, вот как. – Историк добродушно улыбается Йомото. – А в Японии вы тоже устраиваете вечеринки всем классом?

Йомото качает головой. Неужели правда? Может, в академии ниндзя вечеринок не бывает, но в обычной японской школе ведь всё по-другому? Однако господин Музиелла, похоже, сразу верит Йомото. Он просто хороший человек.

– Тогда поздравляю – посмотришь у нас, как это бывает. Повеселишься!

Йомото театрально вздыхает.

– Увы, похоже, мне этого не узнать. Боссе пригласил всех, кроме Йо и меня. Жаль, конечно, я бы с удовольствием сходил на такую вечеринку.

Историк изумлённо поднимает брови.

– Что? Не может быть! – возмущённо восклицает он и направляется к парте Боссе. Тот уже предчувствует беду и пытается пригнуться, что, конечно, бессмысленно – его всё равно видно.

– Боссе, я правильно понял? Ты устраиваешь вечеринку, приглашаешь всех, кроме Йо Майера? И не позвал ученика по обмену?

– До вчерашнего дня я вообще не знал, что у нас будет гость по обмену, – хрипло оправдывается Боссе, но господин Музиелла ждёт более убедительного ответа.

– Ну знаешь ли! – возмущается учитель. – Глупейшая отговорка! Это уже похоже на травлю!

– Извините, – бормочет Боссе, понурив голову.

– Извините, извините, – ворчит Музиелла. – Такими вялыми извинениями тут не отделаться. Боссе, ты не обязан приглашать всех на свой день рождения, но если ты зовёшь определённую группу, то должен пригласить всех её членов. Иначе это подло!

Боссе молча кивает. Да, не очень приятно получать нагоняй перед всем классом. Но он это заслужил.

– Когда вечеринка? Или она уже прошла? – спрашивает Музиелла.

– Нет, – вмешивается Йомото, – праздник в воскресенье.

– В это воскресенье? – Учитель бросает на Боссе острый взгляд.

– Да… э-э… – мямлит тот. – В понедельник же выходной из-за общешкольной конференции. А у меня день рождения. Родители разрешили закатить вечеринку.

– И что? – Учитель по-прежнему буравит Боссе острым взглядом.

Боссе буквально съёживается, будто под лупой.

– Эм, в общем, с приглашениями я что-то напутал, – наконец, откашлявшись, выдавливает он. – Йо, хочешь прийти? И Йомото возьми с собой.

Я ошеломлён таким поворотом, но киваю.

– Как здорово, – радуется Йомото, – просто супер! – Он на секунду задумывается. – А ты больше ни о ком не забыл?

– Я о ком-то забыл? – недоуменно переспрашивает Боссе.

– Ну да, мне кажется, ты вычеркнул Финна, – с улыбкой напоминает Йомото.

Боссе тяжело вздыхает и поворачивается к Финну:

– Если хочешь, приходи.

Господин Музиелла хлопает в ладоши.

– Отлично, ребята! Это будет чудесный праздник!

Остановка городской электрички S1 находится меньше чем в четырёхстах метрах от гимназии имени Марии Кюри, и поезд по этой линии идёт как раз до главного вокзала. А именно туда я и направляюсь после школы. Мне непременно нужно выяснить, что это за книжный киоск, в котором госпожа Конради купила ту волшебную мангу. Там-то я и отыщу все ответы, узнаю, откуда берётся магия манги. Йомото от моей идеи далеко не в восторге – он предпочитает пойти с Финном и Наоми за мороженым. Я его понимаю: Наоми пригласила своего спасителя, а Йомото никогда не бывал в кафе-мороженом. Так что в книжный я отправляюсь один.

Добравшись до вокзала, я поднимаюсь с платформы по лестнице и иду прямо в Вандельхалле – торговую галерею в самом центре главного вокзала. Там я уверенно направляюсь к книжному магазину. Над входом красуется огромная надпись изящными буквами – P&B, Press and Books. Я на месте! Странно, полок с мангой нигде не видно. Продавца тоже нет, так что я иду к кассе.

– Простите, – обращаюсь я к пожилой женщине за прилавком. Она бросает на меня взгляд поверх очков.

– Да, что такое?

– Где у вас тут манга?

– Комиксы там, сзади справа, у стены, – отвечает она. Я не уточняю, что манга – это не просто комиксы. Просто иду, куда мне указали. Раздел комиксов я нахожу быстро; и правда, вот и манга. «Наруто», «Ван-Пис» и, наконец, – «Йомото». Все тома аккуратно расставлены по порядку. Никакой магии, всё самое обычное. Я вытаскиваю тридцать второй том «Йомото» и листаю страницы. История точно такая же, что и в экземпляре, который дала мне госпожа Конради. По крайней мере, если не считать тех моментов, когда действие разворачивается в моей комнате. Здесь герои – Йомото, Раку и Усаги – идут через Лесную провинцию в сторону Кинко, постоянно остерегаясь Акудзё и её приспешников.

– Наконец-то новый том! Мы его так ждали, – говорит продавщица, которая отошла от кассы и теперь стоит рядом со мной. – Твои ровесники приходили каждый день и спрашивали о нём. Такие милые детишки!

– Угу, – мычу я, продолжая листать. Разговаривать с тем, кто называет меня ребёнком, сейчас совсем не хочется.

– Я к тому, – продолжает женщина, – что тебе повезло. Мы получили партию с тридцать вторым томом всего час назад. И почти все экземпляры уже раскупили. У тебя в руках последний. Лучше сразу бери, а то точно кто-то перехватит.

Что?! Я едва не роняю книгу. Тридцать второй том поступил только сегодня?

– Не может быть! – взволнованно восклицаю я.

Продавщица с сожалением качает головой.

– Прости, мальчик. Если у тебя сейчас нет денег, то ничего не поделаешь: завтра книгу точно раскупят.

Теперь уже я качаю головой.

– Нет, вы меня не так поняли. Дело не в деньгах. Просто… не может быть, чтобы том поступил только сегодня. Моя подруга купила его здесь несколько дней назад. Она мне показывала, это был тридцать второй том.

Продавщица кривит губы. Неужели злится, что я раскусил её ошибку? Но нет, она не сердится – её лицо расплывается в улыбке, и женщина громко смеётся.

– Мой юный друг, твоя подруга тебя обманула. Где бы она его ни взяла – точно не у нас. Всеми заказами и поставками здесь занимаюсь я. Я заказала пять экземпляров, и сегодня они пришли. Четыре уже проданы, а пятый у тебя в руках.

Я просто не нахожу слов. Госпожа Конради меня обманула? Или, может, думаю я, у неё началась деменция и она уже не помнит, где купила книгу?

– Ну что? – Продавщица выжидательно смотрит на меня.

– Э-э, что?

– Будешь брать?

Я киваю.

– Тогда пошли к кассе. Девять евро девяносто девять центов.

Дома я не рассказываю Йомото о том, что выяснил в вокзальном книжном. Молча сажусь с ним и мамой на кухне, и мы едим торт. Мама радуется, услышав от Йомото о приглашении на вечеринку к Боссе Нойманну.

– Ой, как здорово! – восклицает она. – Ещё недели не прошло в шестом «Д», а ты уже нашёл друзей!

Она говорит это с таким воодушевлением, что я не решаюсь объяснить, что Боссе пригласил нас только потому, что его заставил господин Музиелла. Да и какой в этом смысл? Всё равно ничего не изменится. Пожалуй, мне есть чему поучиться у Йомото. Он всего один день сидит рядом со мной за партой, а я уже приглашён к Боссе Нойманну. Это успех!

На кухню врывается Табеа, сегодня особенно не в духе, и направляется прямиком к холодильнику, не удостоив нас даже взглядом.

– Дорогая, присаживайся к нам, – предлагает мама с приветливой улыбкой.

Табеа мельком оглядывается и фыркает.

– Нет уж, спасибо. Есть дела поважнее, чем обсуждать детские темы.

– Ну что ты, зачем так грубить?! – возмущается мама. – У нас гость, что он подумает?

Табеа лишь пожимает плечами.

– Извините, но завтра у меня контрольная, надо готовиться. У меня нет времени обсуждать скучную жизнь моего скучного брата. Классная вечеринка в шестом «Д» – как же это захватывающе! Наверняка ещё и в «бутылочку» играть будут. Расцвет идиотизма.

Она тянется к ручке холодильника, но не успевает её открыть – дверца с силой распахивается и бьёт её прямо по лбу. Табеа вскрикивает, а мы с мамой удивлённо смотрим на неё.

– Табеа, милая! Что ты делаешь? – Мама вскакивает из-за стола и бежит к ней, а у Табеа на лбу уже наливается красная шишка. По её щекам текут слёзы.

– Я ничего не делала! – всхлипывает она. – Дверца сама распахнулась. Я даже не успела её тронуть!

Мама ничего не отвечает, лишь обнимает Табею за плечи и нежно убирает прядь волос с её лица.

– Иди садись с нами. Я принесу тебе лёд. Так шишка не раздуется.

– Неловко получилось, – ехидничаю я, когда сестра садится рядом.

– Я её не трогала! – огрызается она, а я смеюсь.

– Конечно. Монстр-холодильник нападает первым!

Мама сначала бросает на меня укоризненный взгляд, но потом и сама начинает смеяться, и Йомото ей вторит. Это, пожалуй, жестоко, потому что я почти уверен: это Йомото заставил дверцу холодильника ударить Табею по лбу. Как бы в наказание. Ну и ладно, она заслужила.

Доев кусок торта, я ухожу к себе в комнату, чтобы спокойно сравнить два экземпляра книги. Достаю из ящика тумбочки том, который дала мне госпожа Конради, и кладу его на кровать рядом с тем, что купил сегодня в вокзальном магазине. Затем листаю оба тома страница за страницей. Картинки и в самом деле одинаковые. Как такое возможно? Может, книга меняется, когда я сплю? Но почему?

Задумчиво убрав оба тома в ящик, я возвращаюсь на кухню. Табеа, как ни странно, в необычайно хорошем настроении. С шишкой на лбу она теперь похожа на единорога, но весело рассказывает о своих самых забавных и неловких моментах на вечеринках и, кажется, отлично ладит с Йомото. Как он это делает? Честно, я никогда не видел сестру такой довольной. Похоже, Йомото управляет не только стихиями – водой, огнём, воздухом, – но и настроением окружающих. Ну что ж, он настоящий герой!

Позже к нам присоединяется папа, и мы проводим весёлый семейный вечер на кухне. Мама достаёт с полки коробку с настольными играми, и мы предлагаем Йомото выбрать что-нибудь. Он не слышал ни про «Не злись, человек», ни про «Покер на костях», ни про «Монополию». В итоге мы играем в «Монополию» до позднего вечера – пока единорог Табеа не побеждает и мы не отправляемся спать.

– Это был прекрасный вечер, – засыпая, слышу я шёпот Йомото. – У тебя хорошие родители. Как здорово – просто играть вместе. Без… – Его голос звучит так тихо, что я не могу разобрать слов.

– Без чего? – переспрашиваю я. Но Йомото уже спит. Вскоре засыпаю и я.

Несмотря на усталость, мне тут же начинают сниться яркие сны. Но вовсе не о нашей победе над Боссе или о Табее в образе ругающегося единорога. Нет. Я внезапно оказываюсь перед полкой с мангой в книжном магазине на главном вокзале. Беру тридцать второй том, листаю его – и в тот же миг я в Сококу! Там тоже ночь, и я вижу Раку и Усаги. Они сидят на лесной поляне у костра, попивая хабутоникку, и размышляют, где бы им ещё поискать Йомото. Раку рассказывает Усаги, что во время битвы с Пятихвостом ему показалось, будто он видел Йомото. В конце туннеля под озером. Он уверен, что Йомото где-то там, – он это почувствовал. Они решают, несмотря на темноту, нырнуть в озеро и искать туннель. В следующем кадре друзья шагают через лес к озеру – найдут ли они пещеру? Этого мне узнать не суждено – всё погружается во тьму. Похоже, я слишком устал, мне нужно отдохнуть, и я проваливаюсь в глубокий, лишённый сновидений сон…

Я мгновенно вырываюсь из лап глубокого сна. Что это было? Дрожащими руками включаю настольную лампу и оглядываюсь. Неужели манга опять начала светиться? Открываю ящик тумбочки. Обе книги на месте, но одна из них раскрыта на странице с изображением моего шкафа. О нет! Неужели грохот опять оттуда? Йомото крепко спит – может, мне всё же это приснилось? Нет. Снова раздаётся глухой стук.

– Йомото! – зову я. – Ты слышал?

Он не шевелится. Я вылезаю из кровати и крадусь мимо него к шкафу.

Ну точно – грохочет в шкафу! Стараясь не обращать внимания на подгибающиеся колени, я останавливаюсь и глубоко вздыхаю. Затем осторожно приоткрываю левую дверцу. Что ж, можно особенно не удивляться – чего-то в этом роде я и ожидал: в шкафу сидят Усаги и Раку, оба насквозь мокрые, а Раку ещё и свернулся в комок, как использованное банное полотенце.

– Привет, Раку, привет, Усаги, – вежливо приветствую я новых гостей. Они молча смотрят на меня.

– Здравствуй, незнакомый юноша! – откашлявшись, произносит дракон.

Дракон и кролик, не вставая, кланяются мне. Слово берёт кролик.

– Прости наше невежливое вторжение, но мы ищем друга. Может, ты его знаешь? Мы ищем Йомото Сато.

Я тоже слегка кланяюсь и поворачиваюсь к матрасу, на котором мирно спит Йомото.

– Добро пожаловать, Усаги и Раку, – торжественно говорю я, указывая на Йомото. – Вы достигли цели своего путешествия. Ваш друг Йомото здесь. – Я отступаю на шаг. – Заходите, – добавляю я, едва сдерживая смех, ведь Раку и Усаги не перед входной дверью, а буквально вылезают из моего шкафа.

Усаги по-кроличьи прыгает и приземляется на ковёр перед шкафом. Раку же сначала расправляется, а потом, извиваясь, метр за метром выползает из шкафа в мою комнату.

Усаги оглядывается и удивлённо спрашивает:

– Где мы?

– В моей комнате в Гамбурге, – объясняю я. – А ваш приятель Йомото спит вон там, на матрасе для гостей.

Раку молча сворачивает своё гибкое зелёное тело в кольцо и поворачивает голову так, что его зелёно-оранжевые усы касаются лица Йомото. Дракон нежно дует на друга. Йомото ворочается, прикрывая лицо руками.

– Что… что такое? – бормочет он с закрытыми глазами.

Раку не отвечает, лишь дует сильнее и шевелит усами. Йомото отмахивается, но Раку не отстаёт, пока Йомото наконец не открывает глаза. Увидев зелёного друга, он садится на кровати.

– Раку, ты что тут делаешь? – Не уверен, что слышу в голосе Йомото радость. Но он точно удивлен.

– Ну ты даёшь! – фыркает Раку. – Так-то ты приветствуешь старого друга? Мы искали тебя повсюду, потом с Усаги проплыли через туннель и – бац! – оказались здесь. – Он глубоко вздыхает и громко шмыгает носом. – Я думал, ты обрадуешься!

– Нет-нет, я рад, правда, – поспешно уверяет Йомото. – А кого ты имел в виду под «мы»? Ты что, кролика с собой притащил?

Краем глаза я вижу, как Усаги готовится к прыжку и через долю секунды уже сидит на коленях у Йомото.

– Притащил? – возмущается он. – Притащил?! ПРИТАЩИЛ?! – Он становится на задние лапы, теперь они с Йомото смотрят друг другу в глаза. Усаги подаётся вперёд и сверлит друга взглядом. – Думаешь, Раку МЕНЯ «притащил»? Ха! Я сам прекрасно допрыгал через этот туннель!

Йомото примирительно поднимает руки.

– Эй, друг, успокойся! Я не то имел в виду. Я рад вас видеть, правда. И прекрасно знаю, что ты можешь сам куда угодно добраться.

– Хм! – Усаги скрещивает лапы на груди. – Уж точно без помощи Раку. Скорее уж он без меня никуда.

– Эй, полегче! – недовольно бурчит дракон.

Я с удивлением смотрю то на одного, то на другого. В манге казалось, что они неразлучные друзья.

– Хватит препираться, – стонет Йомото. – Вы меня нашли, и это здорово.

– Вот именно, – смягчается Раку. – Это правда здорово. А теперь мы забираем тебя домой. В шкаф и обратно – пошли!

Йомото сжимает губы, но молчит. Тогда вмешивается Усаги:

– Послушай, – говорит он, кладя лапу Йомото на плечо, – мы очень по тебе скучали. Переживали. Я уже думал, Пятихвост или Воины Тьмы затащили тебя в темницу Кагенотейо.

Йомото качает головой.

– Нет, всё в порядке.

– Отлично! – восклицает Раку, обвивая Йомото кольцом и кружась вокруг него волчком. – Но впереди ещё долгий путь до Кинко. Золотая жила в опасности. Так что вперёд, домой!

Йомото снова качает головой.

– Это невозможно, – объясняет он. – Во-первых, я не знаю, как вернуться через шкаф. Мы с Йо, – он указывает на меня, – осмотрели шкаф и не нашли выхода в наш мир.

– Хм, – ворчит кружащийся Раку. – А во-вторых?

– А во-вторых, в следующее воскресенье я приглашён на вечеринку с шестым «Д» к Боссе Нойманну. Так что я не могу уйти, даже если бы знал как.

– На вечеринку с шестым «Д»? – переспрашивает Раку.

– К Боссе Нойманну? – добавляет Усаги.

– Йомото! – хором кричат они. – Ты что, с ума сошёл? О чём ты говоришь? Ты должен спасти наш мир, и прямо сейчас!

– С радостью, – холодно отвечает Йомото. – После вечеринки.

Раку взлетает к потолку и мечется из угла в угол.

– Вечеринка, вечеринка?! – возмущается он. – Что это такое? Что за ерунда? Ты должен идти с нами, слышишь? Без тебя Кинко погибнет. И Сококу тоже!

– Не сейчас. Я вернусь позже.

Йомото сидит, скрестив на груди руки, и отметает все попытки друзей его переубедить. Ох, что же делать? Вмешаться? Попытаться уговорить Йомото?

– Ладно, – вздыхает Усаги. – Тогда мы остаёмся здесь. Мы с Раку пойдём с тобой на эту вашу вечеринку, что бы это ни было. А потом заберём тебя домой.

Что?! Нет, ни за что! У меня аж в ушах зазвенело.

– Ребята, я всё понимаю, – наконец произношу я, – вам нельзя здесь оставаться. Мне и так стоило огромных трудов объяснить родителям, откуда у нас вдруг взялся японский ученик по обмену. Но откуда здесь дракон, я объяснить точно не смогу – в моём мире их не существует!

– Ладно, – ворчит Усаги, – тогда дракон исчезнет, а я останусь и прослежу, чтобы Йомото вернулся со мной.

– Нет! – отчаянно восклицаю я. – Кролик – это ничуть не лучше!

– Почему? В твоём мире что, и кроликов нет?

Чёрт, он меня подловил! Я лихорадочно пытаюсь придумать хорошее оправдание, пока не вспоминаю, что мне и не нужна отговорка – есть вполне веская причина, по которой кроликам в доме Майеров не место.

– У моего отца аллергия на шерсть животных, домашние питомцы у нас под строгим запретом! – решительно заявляю я.

– Я не домашний питомец, я бесстрашный воин! – возмущается Усаги.

– Этого моим родителям никогда не понять, – вздыхаю я.

Раку раздувает ноздри.

– Чушь какая. Мы оба остаёмся. И будем здесь, пока Йомото не вернётся с этой вашей… вечеринки шестого «Д». Между прочим, я умею отлично маскироваться.

Дракон снова сворачивается в кольцо, и его гибкое тело начинает вращаться так быстро, что превращается в размытый шар. Раздаётся тихий звук, похожий на мягкий шлепок, и шар падает на пол, превращаясь в ковёр. Невероятно! Раку превратился в восточный ковёр с потрясающим узором из зелени и оранжевых драконов и с бахромой по краям.

Будто зачарованный, я ступаю на ковёр. Он мягкий на ощупь, совсем как настоящий. Я осторожно сажусь, скрестив ноги, и провожу руками по узору – переплетённым драконам. Просто потрясающе! Как у Раку такое вышло?

– На твоём месте я бы встал, – говорит Усаги.

– Почему? Тут так уютно, – отвечаю я, не шевелясь.

Кролик проводит передними лапами по длинным усам, обрамляющим влажный чёрный нос, и молча бросает на меня укоризненный взгляд. Вдруг что-то шипит, будто из лопнувшего надувного матраса вырывается воздух.

ЗУУУУШ!

Ковёр взлетает вертикально, и я чуть не падаю. Пытаюсь ухватиться за бахрому, чтобы удержать равновесие, но это непросто – края ковра так сильно хлопают, что я ловлю пустоту. Раку в образе ковра устраивает мне настоящую скачку, и я изо всех сил стараюсь не свалиться, пока он яростно носится по комнате.

– Прости! – кричит он, кружа над Йомото и Усаги. – С предметами у меня всегда сложности – живые существа получаются куда лучше. Смотрите!

– НЕТ! – одновременно кричат Усаги и Йомото. Похоже, они знают, что сейчас будет. Я же понятия не имею, но у меня появляется очень нехорошее предчувствие.

И не зря. Ковёр внезапно растворяется в воздухе, и я падаю с высоты примерно двух метров прямо на пол, приземляясь довольно жёстко на твёрдый паркет рядом с гостевым матрасом. Ай!

– Ай! – слышу я крик рядом. Поворачиваю голову и вижу маленькую девочку лет пяти-шести, с длинными чёрными волосами и идеально ровной чёлкой – будто отрезанной по линейке.

– А ты ещё кто? – ошарашенно спрашиваю я.

Девочка кривит губы и одаривает меня взглядом, ясно говорящим, что глупее вопроса она в жизни не слышала.

– Конечно, это я, Раку! – отвечает девочка. – Я же только что объяснил: превращаться в предметы я могу ненадолго, мне ещё нужно тренироваться. А вот в живых существ – запросто на полдня. По крайней мере, достаточно долго, чтобы твои родители смирились с тем, что у Йомото появилась очаровательная младшая сестрёнка. С кроликом.

– НЕТ! – отчаянно кричу я. – Хватит! Никаких младших сестёр, никаких кроликов, никаких летающих ковров!

С трудом поднявшись с пола, я встаю перед Раку, Йомото и Усаги, упираюсь кулаками в бока в надежде придать себе решительный вид.

– Вы двое сейчас же возвращаетесь домой. В мангу, в Кинко или куда угодно в ваш мир – мне всё равно. Главное – исчезните отсюда. Иначе вся эта история с Йомото раскроется, и мои родители решат, что я окончательно спятил. Хотите – пусть Йомото остаётся до вечеринки у Боссе Нойманна, но потом и ему пора: чао, какао!

Мои три героя из манги замолкают, явно смущённые. Наконец Йомото, тихо кашлянув, подаёт голос:

– Слушай, не злись! Я не хотел нарочно влезать в твою жизнь. Раку и Усаги просто волнуются за меня. И за наш мир.

– Точно! – подхватывает Усаги. – К тому же я понятия не имею, как вернуться назад. Сюда было несложно: нырнули в озеро, в пещеру и – хоп! – мы здесь. Но ты же сказал, что не знаешь, как нам попасть обратно в Сококу? Или всё-таки знаешь?

Это очень важный вопрос. Может, книга, которую дала мне госпожа Конради, поможет? Я подхожу к тумбочке, достаю волшебный том манги, всё ещё раскрытый на сцене со шкафом, и листаю его. На следующих страницах всё происходит точно так, как было: Усаги и Раку – в моём шкафу, эпизод с ковром и наш разговор – всё в картинках. Листаю дальше – страницы пусты. Но лишь на мгновение. Вдруг на пустых листах появляется изображение входной двери. Нашей входной двери. А перед ней стоит Раку – в образе девочки, с кроликом на руках. Похоже, эти двое и правда задержатся у нас надолго.

Когда мы все немного успокаиваемся, Раку, свернувшись кольцом, устраивается под моим письменным столом, а Усаги ложится рядом. Кролик, конечно, прав: как мы отправим их обратно в Сококу через шкаф? У меня до сих пор нет ни малейшего понятия, как это должно сработать. Но и под моим столом прятать их вечно не получится.

На следующий день после школы мы выпускаем Усаги и Раку через окно, чтобы они могли «официально» появиться у нашей входной двери. И, как и было задумано, в облике маленькой девочки с кроликом на руках.

Когда раздаётся звонок, мама встаёт из-за кухонного стола, где мы сидим, и идёт открывать.

– О, привет, а ты кто? – слышу я её удивлённый голос. – Йомото, подойди, кажется, к тебе гости!

Мы с Йомото идём к двери. Раку в девичьем платьице – просто очаровашка, а на руках у него не менее прелестный Усаги.

– Марико, что ты тут делаешь? – восклицает Йомото, притворяясь удивлённым, а Раку что-то отвечает по-японски.

– Ты и в самом деле знаешь эту девочку? – уточняет мама.

Йомото кивает.

– Да, это Марико, моя младшая сестра. Мои родители хотели навестить меня в Германии, а потом отправиться в путешествие по Европе. Марико должна была остаться со мной у принимающей семьи, потому что такая поездка для неё слишком утомительна, – рассказывает он маме ту самую историю, которую мы придумали ночью. – Но теперь моя принимающая мама в больнице, а принимающий папа не знает, что делать с Марико, потому что ему нужно каждый день ходить на работу.

– Ох, как же неудачно вышло! – сочувствующе говорит мама. – Но, честно говоря, у нас днём тоже никого нет дома. Лучше всего, наверное, чтобы твои родители всё-таки взяли сестру с собой в путешествие.

Йомото кивает.

– Конечно, это было бы идеально. Но, к сожалению, они уже в пути и не могут быстро вернуться в Гамбург. Можно Марико побудет у нас пару дней? Потом родители её заберут.

Мама вздыхает.

– Ну ладно. Не могу же я оставить ребёнка на улице. Сейчас позвоню в школу, может, её завтра разрешат привести с собой. А там уже выходные, и ваши родители, надеюсь, вернутся.

– Спасибо, Зильке! – Йомото сияет от радости, а я доволен, что выгадал ещё два дня на решение этой проблемы. Хотя, похоже, из нас четверых только я считаю проблемой то, что в моей комнате теперь живёт не только герой моей любимой манги, но и дракон, способный менять облик, и кролик, всегда готовый к бою.

Кстати, о кролике: мама задумчиво смотрит на Усаги.

– Этому малышу, к сожалению, придётся сидеть в комнате Йо. У моего мужа Яна сильная аллергия на шерсть, поэтому Йо и его сёстры никогда не заводили домашних животных. День-два мы переживём, но, пожалуйста, следите, чтобы кролик ни в коем случае не бегал по квартире.

– Конечно, Зильке-сан, – заверяет Йомото. – Я лично прослежу, чтобы Усаги не приближался к Яну! Огромное спасибо за ваше гостеприимство!

– Что тут за столпотворение? – Табеа появляется у входной двери. По четвергам у неё уроки заканчиваются позже, чем у меня, поэтому она всегда приходит домой последней.

– Это младшая сестра Йомото, – объясняет мама. – Она не может остаться у принимающей семьи, поэтому поживёт у нас, пока родители её не заберут.

– Ага. – Табеа скептически разглядывает Усаги, и я боюсь, что она не проглотит нашу историю так легко, как мама. – Совсем малютка. Как она сюда добралась? Подозрительно это. Йомото, ты уверен, что с твоей семьёй всё в порядке?

Ох, началось!

– Э-э, она приехала на такси, – спешит ответить Йомото. – Моя прежняя приёмная мама всё ещё в больнице, а приёмный папа работает, вот он и посадил Марико в такси. Мои родители, к сожалению, уже уехали, когда мама попала в больницу, иначе, конечно, они бы её с собой забрали.

Табеа качает головой. Похоже, у нас осталось не больше трёх секунд, прежде чем вся эта красивая ложь рассыплется.

– Ну и странные же люди бывают, – говорит Табеа. – Посадить такую малышку одну в такси!

Она опускается на колени перед Раку и ласково обращается к нему:

– Ну, как тебя зовут, зайка?

Ух ты, моя взбалмошная сестра сюсюкает с ребёнком! Что-то новенькое! А ещё удивительнее, что она поверила в нашу историю. Такого я точно не ожидал!

– Её зовут Марико, – отвечает Йомото вместо Раку, – и она почти не говорит по-немецки.

Так мы заранее договорились, чтобы Раку не ляпнул чего-нибудь лишнего. Дракон, конечно, ужасно обиделся, но придерживался уговора.

– Какая милашка, – улыбается Табеа. – Я могу за ней присмотреть, пока не приедут твои родители. Получится и без знания японского. Может, порисуем вместе или сходим в зоопарк.

– Спасибо, Табеа, – радуется мама. – Это очень мило с твоей стороны! Отличная идея – устроить настоящий семейный поход в зоопарк!

В зоопарк? Я едва сдерживаюсь, чтобы не зевнуть. Мне же всё-таки двенадцать лет, а не два года! Но по сияющим глазам мамы понимаю, что от этой затеи мне не отвертеться.

– Значит, ты маленькая Марико! – Госпожа Штайнер, конечно же, поддалась на уговоры мамы и разрешила «младшей сестре Йомото» прийти в школу.

Теперь мы втроём стоим перед ней в классе, и Йомото с серьёзным видом переводит её трогательный монолог, хотя Раку, разумеется, понимает каждое слово. Моя классная руководительница так очарована прелестной девочкой, что даже не возражает против не менее прелестного кролика, сидящего передо мной в переноске, которую одолжили у соседей. Напротив, она со счастливой улыбкой пододвигает третий стул для Марико-Раку к нашей парте. Ничего удивительного – девочек она обожает. Понимаю, что она никому не желает зла, но мальчишек она явно недолюбливает, сама того не замечая. Глубоко вздохнув, я сажусь рядом с Марико и надеюсь, что этот школьный день пройдёт быстро и без происшествий.

Учительница рассказывает что-то о правилах написания с заглавной и строчной буквы, но мои мысли витают где-то далеко – я думаю о госпоже Конради. Нужно обязательно с ней поговорить. Ведь из её книги в мой шкаф вылез не только Йомото, но ещё и его друзья. Правда, я совсем не умею разговаривать с взрослыми «по-взрослому». Пожалуй, придётся рассказать обо всём Йомото – уж он-то найдёт верные слова для разговора с госпожой Конради. Или получится скорее допрос? Наверняка в школе ниндзя отдельно изучают методы допроса, и хотя Гамбург – не Кинко, приёмы Йомото здесь работают безупречно.

– Йо, ты замечтался? – обращается ко мне госпожа Штайнер.

– Э-э, да, – признаюсь я, потому что отрицать бесполезно. – Немного отвлёкся, простите!

– Я сказала, что подготовила страницы с упражнениями и сейчас мы разделимся на группы. Поскольку Йомото ещё не привык к таким заданиям, а сегодня с ним сестра, вы втроём можете пойти в наш класс для групповой работы. Там ты спокойно объяснишь Йомото, как выполнить задание, не отвлекая остальных. Для Марико у меня есть чудесные раскраски-мандалы. Финн тоже пойдёт с вами, так будет лучше.

Она протягивает мне три рабочих листа – на каждом текст с пропусками и место на обороте, где нужно сформулировать правило о заглавных и строчных буквах. Я беру листы и киваю Йомото и Марико.

– Пойдём, у нас большое задание.

Комната для групповой работы находится рядом с нашим классом, но её название кого хочешь собьёт с толку. Она такая маленькая, что в неё едва помещается группа из пяти-шести учеников. Скорее, её стоило бы назвать комнатой для работы в тишине или, ещё лучше, штрафным изолятором, потому что я не раз оказывался здесь в одиночестве, выполняя дополнительные задания. Наш класс делит эту комнату с шестым «Б», так как она расположена между нашими кабинетами.

Встав, я подхватываю переноску с Усаги под мышку, Йомото и Марико идут за мной, а Финн плетётся следом. Госпожа Штайнер дала Марико коробку цветных карандашей и альбом с мандалами. Похоже, она рассчитывает, что мы уходим надолго. Тем лучше – так мы сможем поговорить спокойно. Жаль только, что Финн с нами. Не то чтобы я вдруг не хотел с ним общаться, но сейчас было бы удобно обсудить с Йомото госпожу Конради – может, у него найдётся дельная идея, как вытянуть из неё правду.

Йомото с любопытством разглядывает листок, который я ему передал.

– И что мне с этим делать?

– Ну как, – объясняет Финн. – Сейчас будет групповое обсуждение, а потом мы всё вместе заполним.

– Групповое обсуждение?

– Это когда мы вместе думаем, какие ответы правильные, записываем их и – надеюсь – чему-то учимся, – продолжает Финн, терпеливо разъясняя суть дела удивлённому Йомото. Похоже, в академии ниндзя групповой работы не бывает, потому что Йомото явно слышит о таком впервые.

Тем временем Марико-Раку с невероятной сосредоточенностью смотрит на мандалу, будто раскрашивать её – задача неимоверной сложности. Теперь она (или, скорее, он) даже начинает постанывать. Это уже слишком. Неужели дракону в облике девочки так трудно держать цветной карандаш?

Рычание становится всё громче – может, Раку не понравился завтрак? У нас были круассаны с малиновым джемом – не самое подходящее угощение для зачарованного дракона?

– Твоей сестре нехорошо? – обеспокоенно спрашивает Финн.

Йомото смотрит на Марико-Раку.

– Ох, – только и говорит он.

Я не успеваю спросить, что он имеет в виду, – уже сам всё вижу: дракон в девичьей оболочке вдруг вскочил со стула и встал посреди комнаты, выкручивая тело в диких позах. А потом – подскочил и… завис в воздухе! Он буквально парил в метре над полом!

– Что за чёрт… – Финн задаёт вполне резонный вопрос, но его прерывает звук – сначала тихое жужжание, которое переходит в пронзительный свист. Одновременно Марико-Раку начинает вращаться вокруг своей оси всё быстрее, пока не становится размытым пятном. И вот маленькая девочка превращается в шар! Зелёно-оранжевый шар! У меня очень плохое предчувствие, а Финн застыл на месте.

Внезапно свист прекращается, и Раку с грохотом падает на пол уже в своём драконьем обличье. Он встряхивается и глубоко вздыхает.

– Уф, ну всё, больше трёх часов в теле маленькой девочки я не выдерживаю! – фыркает он, змеёй подползает к Финну и грациозно кланяется. – Позволь представиться, я Раку.

Финн не отвечает. Он молча закатывает глаза – и падает в обморок!

– Финн! Эй, очнись! – Я опускаюсь на колени рядом с ним, наклоняюсь над неподвижным телом и машу рабочими листами перед его лицом. Он моргает – какое счастье!

– Ох, Йо, мне приснился кошмар! – медленно говорит он с закрытыми глазами. – Будто мы были в школе, в комнате для групповой работы. Йомото привёл свою младшую сестру, а потом она превратилась в монстра!

Он глубоко вздыхает, садится и медленно открывает глаза.

– Что… я и правда в школе? – растерянно бормочет он. – Мне показалось, что дома! Может, затылком ударился?

Он поворачивает голову влево, вправо и наконец замечает Раку.

– Аааа! – громко кричит он. – Монстр! Вот он!

– Я не монстр! – обиженно фыркает Раку. – Не надо опять падать в обморок!

– О боже, о господи! Мы все умрём! – Финн в истерике, похоже, он на грани срыва. – Мамочка, спасите! – всхлипывает он. – Меня хочет съесть зелёный монстр! ПОМОГИТЕ!

– Ну это уже просто наглость! – возмущается Раку. – Я необыкновенно изящный летающий дракон! О моей красоте слагают легенды!

– Финн, – говорю я, кладя руку ему на плечо в надежде, что это его успокоит, – я знаю, всё выглядит очень странно, но клянусь: Раку не монстр, а совершенно безобидный дракон. Честное слово!

– Мне это не нравится! – теперь жалуется дракон. – Я не безобидный! Я опасный боевой дракон, вот так! Я решал исход войн! А таких хлюпиков, как твой друг, я обычно на завтрак ем!

Финн начинает выть ещё громче и дрожит всем телом, с ног до головы.

– Иногда лучше и помолчать, – сердито выпаливаю я. – Йомото, может, объяснишь своему тупому приятелю, что в Гамбурге ДРАКОНОВ НЕТ!

Последние слова я буквально выкрикиваю – и, хотя я не из тех, кто легко выходит из себя, сейчас моё терпение лопается. Неужели Раку и Йомото не понимают, что мы на пороге неприятностей века? Во-первых, Финн вообще не должен был видеть дракона в его настоящем облике. Во-вторых, что за глупость – пугать его до смерти! И наконец, дракону бы лучше поскорее превратиться обратно в Марико. Я глубоко вздыхаю, проглатывая все ругательства, которые уже вертятся на языке.

– Если сейчас в комнате для групповой работы обнаружат дракона, нам конец! Пожалуйста, Йомото, заставь его снова сменить облик! – говорю я, стараясь сделать голос немного дружелюбнее. Ведь если через минуту госпожа Штайнер заглянет к нам и увидит за столом не милую девочку с чёрными волосами, а зелёно-оранжевого дракона на столе, начнётся настоящий кошмар. Исключение из школы станет наименьшей из ожидающих меня проблем! – Пожалуйста! – добавляю я, злясь, что приходится объяснять такие очевидные вещи. Неважно – главное, чтобы Йомото утихомирил обиженного дракона.

Йомото тяжело вздыхает, закатывая глаза.

– Да ладно, он не хотел тебя обидеть, – наконец успокаивает он Раку. – Лучше подыграй.

Раку раздувает ноздри, сердито фыркает и извивается. Его гибкое тело молниеносно сворачивается в кольцо и начинает вращаться волчком. Быстрее, ещё быстрее – пока его облик не становится размытым шаром. Раздаётся гул, словно приближается буря, а затем – тишина. За столом в комнате для групповой работы снова сидит милая маленькая девочка, которая ласково улыбается и старательно раскрашивает мандалу. Уф, пронесло. В этот самый момент дверь открывается – и входит госпожа Штайнер.

– Ой, как мило! – радуется она. – Йомото, у тебя такая очаровательная сестрёнка. Приводи её к нам, когда захочешь!

Йомото кивает и вежливо улыбается.

– Спасибо, Штайнер-сан! Думаю, Марико здесь тоже очень нравится. Она с радостью придёт ещё.

«Ни за что и никогда!» – хочется мне крикнуть, но я сдерживаюсь, ведь госпожа Штайнер этого не поймёт. Учительница оборачивается к Финну и задумчиво смотрит на него.

– Послушай, тебе нехорошо? – спрашивает она. – Ты бледный как смерть! И почему ты сидишь на полу?

Финн сглатывает. Я мысленно молюсь, чтобы он не начал рассказывать про зелёных драконов или девочек, которые превращаются в дракона и наоборот. Но он только покашливает, качает головой и невнятно бормочет сквозь зубы: «Не, всё нормально». Госпожа Штайнер ещё раз внимательно смотрит на него, но, кажется, успокаивается.

– Ну хорошо, – говорит она, собираясь уходить. – Тогда, пожалуйста, садись за стол и вместе с остальными заполняй рабочие листы. Когда закончите, возвращайтесь в класс.

Финн молча кивает и послушно садится за стол.

– Фух, чуть не попались! – громко выдыхаю я, когда госпожа Штайнер выходит из комнаты. Финн смотрит на меня, и по его лицу видно, что у него много вопросов. ОЧЕНЬ много вопросов!

– Что здесь вообще происходит? – задаёт он самый очевидный.

Я глубоко вздыхаю и думаю, как лучше всё объяснить.

– Короче, дело такое, – медленно начинаю я. – Йомото вовсе не обычный японский ученик по обмену. Он вообще не из Японии, а из Сококу. А Сококу – это необычная страна, она существует только в манге. То есть Йомото пришёл к нам в Гамбург прямо из манги.

– Из манги в Гамбург? – томным голосом повторяет Финн мои последние слова.

– Точно. Знаю, это очень странно, и ты мангу не читаешь, но Йомото – герой моей любимой серии.

Финн ничего не говорит, только смотрит на меня как осёл на новые ворота. Я продолжаю, стараясь как-то логично объяснить происходящее, но получается, конечно, полный бред.

– В понедельник я читал на кровати новый том этой серии. Заснул. А проснулся от грохота в шкафу. И там вдруг оказался Йомото. Он пришёл из мира манги в наш. Как это произошло, мы не знаем. Но одно нам известно наверняка: эта книга – портал между нашим миром и Сококу. Может, дело ещё в том, что я читал не свою книгу, а ту, что дала госпожа Конради. И она меня обманула, когда я спросил, где она её купила.

– Обманула? – вмешивается Йомото.

Я киваю.

– Да. История про главный вокзал – враньё от первого до последнего слова! Я вчера специально туда ездил, чтобы проверить. Тридцать второй том поступил к ним только вчера, а в понедельник его там ещё не было!

Йомото широко раскрывает глаза.

– Не может быть! А ведь по госпоже Конради не скажешь, что она умеет врать!

БАМ!

Финн с силой хлопает ладонью по столу.

– Хватит! – орёт он. – Я сейчас с ума сойду! Вы бредите! Какое отношение госпожа Конради имеет к этой безумной истории?

– Госпожа Конради – большая фанатка манги про Йомото, – объясняю я Финну. – Мы часто обмениваемся с ней мангой и обсуждаем новые сюжеты. Книга, с которой я заснул, была не моя. Мою отобрала зануда Миндерманн, а госпожа Конради дала мне свою. Но это точно не обычная книга. Я уверен, что Йомото смог попасть в Гамбург только через неё. В прямом смысле. Иногда картинки в этой манге меняются и показывают, что будет дальше.

Финн смотрит на меня, явно ничего не понимая.

– Не может быть! – Он бросает взгляд на Марико, которая притворяется, что раскрашивает мандалу, и вздыхает. – Хотя, похоже, может. – Он на секунду задумывается. – Значит, у Йомото и правда есть сверхъестественные способности? И он реально заставил Боссе влететь в его булочку с зефирками?

– Так и есть, – подтверждаю я. – В общем, я спросил госпожу Конради, где она купила книгу, и она солгала. Я теперь абсолютно уверен: она по уши замешана в этой истории!

Переноска, которую я поставил на пол в комнате для групповой работы, начинает дребезжать. Усаги яростно бьёт передними лапами по решётке.

– Тогда вперёд, к этой госпоже Конради! – кричит он. – Прижмите её как следует и выясните, как нам всем вернуться назад!

– Говорящий заяц! – Финн снова бледнеет.

– Я не заяц, я кролик! – возмущается Усаги, с силой шлёпая по решётке ещё раз. – И я больше ни минуты не вытерплю в этой клетке! Это просто унизительно для такого воина, как я! Я согласился на это только ради того, чтобы поскорее вернуть Йомото в Сококу! И ещё тут воняет кошкой, я с ума схожу!

– Ладно, перестань! – шипит на него Йомото. – Мы разберёмся с Конради и всё выясним.

«Разберёмся» звучит как-то не совсем мирно.

– Йомото, – вмешиваюсь я, – мы с госпожой Конради, вообще-то, ну… в каком-то смысле… друзья. Нужно всё выяснить мирно. Я не против допроса, но без насилия.

Когда я произношу слово «насилие», Финн заходится в кашле.

– Точно! – хрипит он. – Насилие – не выход!

Йомото и Раку-Марико с изумлением смотрят на него, а Усаги прижимает кроличий нос к решётке, чтобы лучше видеть Финна.

– С каких это пор? – удивляется Йомото. – Даже чуточку насилия нельзя?

Мы с Финном одновременно качаем головами.

– Нет, даже чуточку нельзя! – твёрдо заявляю я.

– Ну, когда я спасал Наоми, тебя, кажется, не смутило насилие, – парирует Йомото. – И когда Боссе влетел в свой шоколадный зефир, ему наверняка было больно. А ты смеялся.

Он попал в точку. Мне действительно было приятно, что Неле и Боссе получили по заслугам. Я смущённо опускаю взгляд, будто на полу есть что-то интересное.

– Ладно, признаю, Неле и Боссе это заслужили, – соглашаюсь я. – Но с госпожой Конради всё иначе.

Раку и Йомото одновременно вздыхают, и Йомото качает головой.

– Хорошо, Йо. Обещаю, я её не трону. Но возможно, придётся твою знакомую немного припугнуть, чтобы выяснить, откуда у неё эта книга.

– И как ты собираешься это сделать? – уточняю я.

– Увидишь.

– Нет, ребята, я пас! – Финн вскакивает с места. – Мне надоели говорящие кролики, герои манги и драконы, которые превращаются в девочек. Если вы ещё и госпожу Конради собираетесь пугать, с меня хватит. Я иду к… э-э… к… – Он замолкает, явно размышляя, к кому бы обратиться с жалобой на трёх сбежавших из манги хулиганов.

– К директору? – подсказываю я. – Госпожа Розендорн не поверит ни единому твоему слову!

– Тогда в полицию? – неуверенно предлагает Финн, но даже сам не верит, что это хорошая идея.

Я смеюсь.

– Здравствуйте, господин полицейский, – передразниваю я, – за мной гонятся дракон и говорящий кролик!

Финн бросает на меня злобный взгляд и садится обратно.

– Рад, что тебе так весело! А я тут вообще-то чуть сердечный приступ не схлопотал! Я тоже считаю, что эти трое должны поскорее вернуться в свою дурацкую мангу. Но если мы будем пугать госпожу Конради, она вообще ничего не скажет, и тогда твои новые друзья застрянут тут навсегда.

Усаги снова с силой бьёт по решётке. На этот раз она отскакивает, и кролик вылетает из переноски, приземляясь прямо у ног Финна. Боевой кролик встаёт на задние лапы, опирается передними на колени Финна и смотрит на него так свирепо, что становится страшно.

– Мы не застрянем здесь! Ни за что! У нас есть миссия. Мы должны спасти наш мир, и для этого нам нужно вернуться домой. Вместе с Йомото!

Финн наклоняется и, к моему удивлению, поднимает Усаги на колени. Смело, учитывая, что я бы не поручился, что кролик не врежет ему хуком справа. Но Усаги лишь продолжает сердито сверлить Финна взглядом. А тот… гладит его по голове!

– Я тебя понимаю, малыш, – говорит Финн. – Поэтому мы сейчас вместе пойдём в учительскую к госпоже Конради и спокойно спросим, откуда у неё книга и знает ли она, как вам вернуться назад.

Вот это я понимаю! От обморока до героя! Финн, который только что боялся, что Раку его съест, теперь, похоже, совершенно не против поставить госпожу Конради перед фактом. Поразительно. До этого момента я считал Финна даже большим трусом, чем себя. Звенит звонок, возвещая окончание урока, и нам пора возвращаться в класс. Но Финн встаёт с неожиданно решительным выражением лица.

– Вы со мной? – спрашивает он. – Потому что иначе я пойду к госпоже Конради один. И разберусь, что там с этой мангой.

Не дожидаясь ответа, он вместе с Усаги под мышкой решительно выходит из комнаты для групповой работы. Мы с Йомото и Раку мгновение медлим, но тут же бросаемся следом – мимо удивлённой госпожи Штайнер, которая как раз открывает дверь класса.

– Постойте! – кричит она. – Куда вы? Нужно сдать рабочие листы!

– Простите! – выкрикиваю я на бегу. – Это очень-очень срочно! И гораздо важнее, чем заглавные и строчные буквы!

– Доброе утро, мальчики! – весело приветствует нас госпожа Конради, сидя за своим столом в учительской. – Чем могу помочь?

– Откуда у вас манга, которую вы дали Йо? – тут же выпаливает Финн.

Госпожа Конради хмурится:

– Я же говорила: купила на вокзале.

Я качаю головой:

– Нет, это неправда. Я был там и всё выяснил.

Её нахмуренные брови разглаживаются, а уголки губ начинают подрагивать. Неужели она сейчас нас высмеет? И правда, она смеётся!

– Ну, ребята, серьёзно! Конечно, это правда! Зачем мне выдумывать истории о таких мелочах? Вы как будто живёте в каком-то фантастическом мире!

Дружили мы или нет, но с меня хватит! Я забираю у Финна Усаги и ставлю его прямо на стойку перед госпожой Конради.

– Давай, Усаги, – подбадриваю я кролика, – скажи ей!

Усаги коротко фыркает, затем встаёт на задние лапы – и госпожа Конради моментально становится белее стены за её спиной. Я уверен: она точно знает, что сейчас будет! Как давняя фанатка Йомото, она сразу поняла, кто перед ней! Усаги грозно щурится и начинает говорить ясно и чётко:

– Здравствуйте, госпожа Конради! Вы, наверное, знаете, кто я. Усаги, воин! Без вашей чёртовой книги меня бы здесь не было. Так что выкладывайте правду – откуда она у вас? Как вы в этом замешаны? И на этот раз без отговорок, иначе Раку, – он указывает на Марико, – быстро разозлится!

Марико, подтверждая сказанное, выдыхает через ноздри. Неужели мне показалось, или я на самом деле увидел язычки пламени перед её носом? Нет, не показалось, госпожа Конради тоже это заметила – её глаза округляются, и она прижимает руки к груди.

– Боже правый, – шепчет она, – это правда!

– Что правда? – требовательно переспрашиваю я.

– Тсс! – Госпожа Конради прикладывает палец к губам, призывая меня замолчать. Но я не собираюсь молчать и спрашиваю ещё громче:

– Что правда? Что с этой книгой?

– Пожалуйста, тише! – умоляет она шёпотом. – Давайте поговорим после уроков, только не здесь!

Я качаю головой. Отвертеться не выйдет!

– Нет, это исключено, – твёрдо заявляю я, надеясь, что голос мой звучит решительно. – Мы поговорим сейчас. Иначе через тридцать секунд в школьном коридоре появится настоящий дракон!

Госпожа Конради вздыхает и кивает. Похоже, я умею убеждать.

– Хорошо, – продолжает она шёпотом. – Но давайте пойдём в кафе. Здесь нас могут услышать. Только у меня мало времени – я могу закрыть кабинет только на полчаса.

– Всё в порядке, – усмехается Йомото. – Уверен, вы сможете рассказать нам правду за это время. Всё выяснится очень быстро.

В переулке, напротив главного входа в гимназию имени Марии Кюри, есть небольшое кафе. Я немного волнуюсь, подходя к нему, ведь обычно здесь тусуются только старшеклассники, а у шестиклассников нет ни единого шанса небрежно зайти сюда, не нарвавшись на презрительные взгляды. Но вместе с госпожой Конради всё иначе: мы направляемся к столику, и одиннадцати- и двенадцатиклассники вежливо с нами здороваются. Мы садимся, и я украдкой оглядываюсь. Кафе, которое снаружи кажется таким таинственным, внутри оказывается самым обычным, с простыми сосновыми столами и большими фотографиями американских кинозвёзд на стенах. Госпожа Конради машет официантке, и та тут же подходит к нашему столику.

– Мы немного спешим, – объясняет она. – Я бы хотела капучино. А вы?

Мы заказываем колу для меня, Финна, Йомото и Марико-Раку. Усаги, конечно, ничего не достаётся, но его хотя бы не посадили в переноску – он участвует в нашем разговоре, спрятавшись в огромной сумке госпожи Конради. Так что жаловаться ему не на что. Когда официантка записывает заказ и уходит, госпожа Конради глубоко вздыхает.

– Вы правы, – говорит она. – Я не покупала эту книгу в книжном киоске на вокзале. – Она вздыхает и нервно потирает руки. – Я её вообще не покупала.

– Вы её… украли? – ошеломлённо спрашиваю я.

– Тсс! – шипит она. – Не так громко! – И продолжает уже мягче: – Конечно, я её не крала. На прошлой неделе она внезапно появилась у меня на коврике у двери. Новый том, тридцать второй. Кто-то просто оставил её там.

– Кто-то? – уточняет Финн. – Кто именно?

Госпожа Конради пожимает плечами.

– Понятия не имею. Книга лежала там с запиской внутри: «Отдайте эту книгу Йо». Без подписи, без имени. Только эта фраза. Я подумала, что кто-то, знающий о нашей дружбе, хотел тайком сделать тебе подарок или что-то в этом духе. Может, какая-нибудь девочка, которой ты нравишься?

Мы с Йомото ошарашенно переглядываемся. Очень странная история!

– Нет, я ничего об этом не знаю, – наконец говорю я. – Девочка, которая хотела бы сделать мне приятное? Кто бы это мог быть?

– Точно не Неле! – громко смеётся Финн. – Или всё-таки она? Моя мама всегда говорит: «Кто дразнится, тот и любит!»

– Ха-ха, очень смешно! – огрызаюсь я. – Скорее рак на горе свистнет, чем я влюблюсь в Неле! Скорее я…

– Вернёмся к делу, – прерывает меня Йомото. – Что было дальше, госпожа Конради?

– Я взяла мангу в школу и отдала её Йо.

Официантка приносит наши напитки и ставит их на стол.

– Вы сказали, что нашли книгу на прошлой неделе, – продолжаю я, когда официантка уходит. – Помните, когда примерно?

Госпожа Конради ненадолго задумывается.

– В воскресенье. А в понедельник я принесла её в школу, чтобы отдать тебе.

– И вы не захотели сначала прочитать её сами? – удивляюсь я.

– Ну конечно, захотела. Но книга была такая новенькая, нетронутая. Я только мельком заглянула внутрь, но удержалась. И к тому же… – она понижает голос, – в этой манге было что-то жуткое. Я хотела поскорее избавиться от неё.

– Что значит жуткое? – интересуется Финн.

Госпожа Конради отвечает шёпотом:

– Накануне, с субботы на воскресенье, мне приснилась эта манга. Кажется, мне снилось, что кто-то оставил книгу на моём коврике. Когда в воскресенье утром я вышла за дверь и увидела её там, я по-настоящему испугалась. – Она глубоко вздыхает. – В понедельник я принесла мангу в школу, чтобы отдать тебе. И только я положила её в ящик стола – раз! – ты уже стоял передо мной и рассказывал, что учительница математики забрала твой тридцать второй том.

– Невероятное совпадение! – восклицает Финн.

Йомото громко смеётся.

– Да какое совпадение! – фыркает он. – Это точно мадзюцу!

– Мадзюцу? – переспрашивает Финн. – Это ещё кто? У тебя тут ещё друзья есть, кроме сумасшедшего кролика и дракона-оборотня?

– Эй, – доносится из сумки, – я не люблю повторяться, но я не сумасшедший! Я грозный воин!

Госпожа Конради наклоняется к сумке:

– Конечно, ты воин! Финн просто не в курсе. – Она выпрямляется. – А я, честно говоря, тоже не совсем понимаю. Кто или что такое мадзюцу?

– Магия, – объясняет Йомото. – Мадзюцу – это магия. Кто-то заколдовал эту книгу и отправил её вам, чтобы заклинание незаметно попало к Йо. Кто бы это ни сделал, он знал, что Йо вам доверяет, Конради-сан!

– Ха! – Марико-Раку вскакивает с места. Из её (или, скорее, его) ноздрей снова вырываются маленькие язычки пламени. – Всё ясно: это Акудзё отправила книгу. И это не просто книга, а магические страницы. Ведьма знала, что Йомото заманят через неё в Гамбург. А отсюда он не сможет ей помешать, и она захватит Кинко, забрав золотую жилу вместе с монетным прессом!

– Ты прав! – Я в ужасе, потому что понимаю: всё именно так, как говорит Раку. – Тогда и Кагенотейо развернётся вовсю. Остановить его будет некому, и тогда весь Сококу погрузится во тьму.

Госпожа Конради закрывает лицо руками.

– О нет, – бормочет она. – Это всё моя вина! Почему я не насторожилась? Почему я отдала тебе эту книгу, Йо?

– Ну что вы, никто не мог такого предугадать. И вы тоже! – утешаю я госпожу Конради. – До прошлой недели манга про Йомото была обычной выдуманной историей. Если бы мне кто-то сказал, что Йомото и его друзья существуют на самом деле, я бы решил, что он спятил.

Йомото возмущённо фыркает, и я примирительно поднимаю руки.

– Прости, друг. Но ещё недавно ты был персонажем фэнтези, а не человеком, стоящим передо мной.

– Можно вопрос? – вмешивается Финн. – Кто такой Кагенотейо? И Акудзё?

– Кагенотейо – Владыка Тьмы, Император Теней, – устало объясняет Йомото. – Он хочет захватить власть в Сококу и поработить людей, животных и всё, что принадлежит Империи. А Акудзё – злая ведьма, которая ему помогает.

– Точно! – подхватывает Марико-Раку. – Настанет царство ужаса! И мы с Йомото и Усаги призваны это предотвратить. Йомото, как и его отец, хранитель золотой жилы Кинко. Это не просто шахта – там чеканят монеты Императора. Тот, чей портрет на имперских монетах, правит Сококу. Если Кагенотейо захватит золотую жилу, он будет на шаг ближе к власти, потому что сможет чеканить монеты со своим изображением и изгонит законного Императора.

– Ага, – бормочет Финн, нахмурив лоб в раздумьях. Вскоре его лицо разглаживается. – Значит, Акудзё заманила Йомото в Гамбург, чтобы он не мог защищать золотую жилу?

Раку молча кивает, а из сумки доносится чёткое: «Верно!» Я вздыхаю.

– Тогда есть только один выход – вам нужно как можно скорее вернуться домой. Вопрос только: как?

– Ты сказал, что заснул над книгой, когда Йомото вдруг оказался в твоём шкафу, так? – уточняет Финн.

– Так, – подтверждаю я.

– А когда Раку и Усаги попали в Гамбург? Ты тогда тоже спал?

Я на секунду задумываюсь.

– Да! Я спал. Книга меня разбудила. Ну, в каком-то смысле.

Финн склоняет голову набок.

– Тогда, возможно, это и есть условие для открытия портала: ты должен спать.

– Интересная теория, – тянет детским голоском Марико-Раку. – Тогда я предлагаю вот что: положи сегодня ночью мангу под подушку. И если всё пройдёт гладко, завтра утром мы с Усаги и Йомото будем дома, ура!

– Ура! – раздаётся из сумки. Только Йомото молчит.

– Всё в порядке? – спрашиваю я его.

Йомото вздыхает.

– Ну, в воскресенье же праздник, приглашён весь класс. Я хотел…

– Погоди, ты серьёзно? – перебивает его Марико-Раку, широко распахивая детские карие глаза. – Ты хочешь остаться из-за какой-то тусовки?

– Я мог бы вернуться позже, – предлагает Йомото. – Хочу попробовать, что такое настоящая вечеринка. Кто знает, когда ещё выдастся такой шанс.

– ЧТООО?! – С пронзительным криком Усаги выскакивает из сумки прямо на середину стола, смахивая мой стакан с колой, который с громким звоном разбивается на тысячу осколков.

– Ой! – комментирует этот драматичный выход госпожа Конради. – Похоже, ты не согласен, чтобы Йомото ещё немного побыл у нас.

– Ни за что! – возмущается кролик так яростно, что его усы дрожат.

Он ругается так громко, что я наклоняюсь над столом, пытаясь заслонить его от других посетителей кафе.

– Тсс! – шиплю я, надеясь, что он успокоится, но Усаги продолжает негодовать.

– Это просто невероятно! Наш мир рушится, а юный господин предпочитает тусоваться на ВЕЧЕРИНКЕ, вместо того чтобы доблестно исполнить свой долг! Немыслимо!

– Ладно, ладно, – пытается успокоить друга Йомото. – Я вернусь с вами как можно скорее. Хотя, честно говоря, думаю, вы бы пережили без меня ещё пару дней, но я не хочу, чтобы меня обвиняли, если что-то плохое случится с Сококу.

Усаги опускает уши, его усы перестают дрожать.

– Нам нужно как можно скорее вернуться в Кинко, – фыркает он. – Давай попробуем сразу, как только окажемся у Йо дома.

Йомото ласково гладит кролика по голове и кивает.

– Договорились. Так мы и сделаем.

Дома нас уже ждёт мама с рыбными палочками и картофельным пюре. По пятницам она работает из дома и всегда готовит обед – а это значит, что на столе всегда будет что-нибудь вкусное.

– Приятного аппетита! – весело говорит она, ставя перед нами сковороду с хрустящими рыбными палочками и миску с пюре.

– Спасибо, Зильке-сан! – вежливо отвечает Йомото, а Раку-Марико притворяется, что не понимает ни слова по-немецки, и вежливо кивает.

– На здоровье! – улыбается мама. – Как дела в школе?

– Да нормально, ничего особенного, – отвечаю я. И в этих словах не так уж много вранья. Ну да, Раку превратился обратно в дракона, Финн упал в обморок, и мы раскрыли тайну госпожи Конради. Но в остальном день прошёл довольно спокойно. Раку больше не превращался в дракона, и ничего из ряда вон не произошло. Если не считать того, что во время перемены Йомото запер Боссе в туалете, сделал так, чтобы дверь перестала открываться. Но это пустяки. Через часик-другой пришёл школьный завхоз с ломом и освободил пленника.

– Спокойный день в школе – это хорошо, – замечает мама. – Я, к сожалению, не могу поесть с вами, у меня сейчас видеозвонок. Приятного аппетита!

Она уходит из кухни к себе в кабинет. Как только она скрывается из виду, Раку шипит на Йомото:

– Ты же собирался сказать ей, что сегодня нас заберут родители!

– Нет, это ТЫ хотел, чтобы я это сказал. А я по-прежнему считаю, что это плохая идея. Сначала нужно убедиться, что мы вообще можем вернуться в Сококу, – отвечает Йомото, качая головой.

Я тяжело вздыхаю, но только про себя, чтобы не подливать масла в огонь. Раку и Усаги составили план: сразу после обеда мы отправимся спать, положив мангу мне под подушку, и тогда они втроём отправятся домой через портал. Да, в понедельник я действительно заснул после школы, и с этого всё началось. Но обычно я днём не сплю. К тому же я уже тайком заглянул в волшебную мангу и заметил, что сегодня она выглядит совершенно обычно. В ней просто рассказывается, как Йомото, Раку и Усаги идут в Кинко, преодолевая трудности пути. Обо мне или о моём шкафе – ни слова. Боюсь, вернуться домой будет не так просто, как надеются Раку и Усаги.

Раку-Марико смотрит на меня с нетерпением, и я быстро доедаю рыбные палочки. Как только я проглатываю последнюю, он вскакивает со стула.

– Ну всё! – восклицает он. – Пора спать!

Я послушно встаю и выхожу из кухни.

– Мам, мы немного полежим! – кричу я в сторону кабинета. – Марико устала. Да и мы тоже.

– Хорошо! – доносится в ответ. – Отдыхайте, я вас не побеспокою.

В комнате Раку тут же принимает свой истинный облик и сворачивается под моим столом. Усаги, вернувшись из школы, сразу развалился на моей кровати. Я ложусь рядом, опустив жалюзи, чтобы создать хоть видимость ночного покоя. Йомото устраивается на матрасе для гостей. Я закрываю глаза. Но сна – ни в одном глазу. Через пять минут открываю глаза и краем взгляда смотрю на прикроватную тумбочку. Манга лежит там, как обычная книга – ни света, ни магии, ни намёка на движение. Просто лежит. Так дело не пойдёт. Может, посчитать овец? Говорят, от этого засыпают. Я снова закрываю глаза и представляю овец, прыгающих через забор. Одна, две, три… где-то к сотой овце я, похоже, всё-таки засыпаю, потому что меня будит громкий, яростный рёв. Пятихвост! Он рычит прямо рядом со мной!

Я поворачиваю голову к тумбочке и осторожно открываю глаза. Манга раскрыта, её страницы ярко светятся! Я медленно сажусь на кровати и беру книгу в руки. Действие снова разворачивается у озера. Там стоит Пятихвост. Он ходит взад-вперёд по берегу, явно что-то выискивая. Быстро становится понятно, кого он ищет – конечно же, Йомото и его друзей! Он снова и снова выкрикивает их имена, фыркает и бьёт себя когтями в грудь. Удивительно, но теперь я понимаю в его рёве каждое слово.

– Выходите, трусы! Покажитесь и сражайтесь! – кричит он, но никто не отвечает.

Йомото, Раку и Усаги молча стоят за чёрной стеной. Но я вижу не только их – я вижу и себя! Я стою рядом с ними. Вокруг – тьма, и сложно что-то разглядеть, но, скорее всего, мы в гроте под озером. Через этот грот Йомото ведь и попал в мой шкаф. Я на ощупь ищу стену – и в этот момент меня стремительно затягивает внутрь манги. Я будто падаю прямо в мангу – словно прыгнул головой вперёд в темноту. Нет, скорее меня засосало в неё. И вот я уже стою в кромешной тьме и смотрю на стену. Медленно поворачиваюсь и вижу рядом Йомото.

– Ты меня видишь? – шепчу я. Йомото не реагирует. Я хватаю его за руку – она ледяная, словно Йомото превратился в мраморную статую! – Йомото!

На этот раз я не шепчу, а выкрикиваю его имя. Но он по-прежнему не шевелится, как и Усаги с Раку – они стоят, будто окаменев, и не издают ни звука. Зато с другой стороны стены доносится гул. Он становится всё громче – стук, удары, грохот, а затем и рёв. Неужели Пятихвост сейчас прорвётся к нам? У меня на лбу выступает пот, капли медленно ползут по вискам. Что, если Пятихвост и правда сейчас окажется передо мной? После очередного удара я ясно слышу своё имя:

– Йо! Эй! Йо?!

Но это уже не рёв Пятихвоста. Это голос… Табеа! Табеа зовёт меня, и тьма вокруг рассеивается.

– Эй! – Она трясёт меня за плечо. Я вздрагиваю и сажусь на кровати. Рядом храпит Усаги, а на гостевом матрасе внизу, зевая, потягивается Йомото. Табеа сидит на краю моей кровати и качает головой.

– Если в твоём возрасте уже тянет поспать днём, то всё совсем плохо.

– Я… э-э… Марико что-то устала, и мы подумали… – Произнося имя Марико, я холодею. Марико! Что, если Раку до сих пор под моим столом? Сейчас Табеа его заметит!

– А где, кстати, малышка? – спрашивает Табеа, оглядывая комнату.

Я следую за её взглядом и… никого не вижу. Ни Марико, ни, к счастью, Раку.

– Она… э-э… наверное, в туалет вышла, – пытаюсь я объяснить внезапное исчезновение, искренне надеясь, что, может, так и есть. А драконам вообще нужно в туалет? Неважно. Главное, чтобы Табеа поверила. Она смотрит на меня с сомнением, потом вздыхает и встаёт с кровати.

– Ладно. Выходи, когда проснётесь. Можем провести вечер вместе. В зоопарк идти поздно, но я достала большую коробку с играми. «Монополия» для Марико, наверное, сложновата, но мы объясним ей и Йомото, как играть в «Человек, не злись». Это подойдёт даже маленьким детям, и немецкий знать почти не нужно.

Из-под письменного стола доносится хрип. Табеа, кажется, ничего не слышит, но я сразу понимаю, кто это. Раку снова превратился в какой-то предмет и долго так не выдержит! Я украдкой смотрю туда и вижу под столом ковёр, которого там раньше не было. Снова хрип. Чёрт, сейчас появится зелёный дракон, которого невозможно не заметить!

– Да, спасибо! Мы скоро придём в гостиную, – быстро отвечаю я Табеа. Она кивает и выходит из комнаты – и как раз вовремя! Ковёр взлетает с громким свистом и шелестом, закручивается в вихре, и – ФРРР! – перед столом появляется Раку.

– Ох, чуть не попались, – бормочу я, переводя дух.

Усаги и Йомото тоже проснулись. Йомото потирает глаза и оглядывается.

– Так, мы на прежнем месте. Значит, возвращение не удалось, – спокойно говорит он.

– Вы что-нибудь видели? – спрашиваю я. – Пятихвоста, озеро и тёмное пространство?

Раку кивает, покачивая усами.

– Да, я видел озеро. И слышал Пятихвоста. Он вопил и звал нас на бой.

– Вот-вот! – взволнованно восклицаю я. – Всё так и было! И я видел вас – мы стояли рядом в каком-то тёмном месте. Мне показалось, что это было под пещерой. Наверное, прямо в портале. Но вы меня не слышали.

– Вот это да! Мы почти дошли! – Усаги яростно прыгает по моей кровати. – Я тоже это видел: Пятихвоста, озеро и нас всех вместе в том тёмном месте. Если мы добрались до портала, то до Сококу остался всего один шаг!

Он на секунду замирает и хихикает.

– Или один прыжок кролика! Давай попробуем ещё раз, прямо сейчас!

Йомото, который до сих пор молчал, качает головой.

– Нет, ребята, мне сейчас не заснуть. Я совсем не устал. Ни капельки!

Как ни крути, он прав. Я тоже нисколько не хочу спать и сомневаюсь, что, даже если считать овец, что-нибудь получится. К тому же Табеа ждёт нас в гостиной и вот-вот снова заглянет в комнату.

– Сейчас три часа, – говорю я, показывая Усаги экран телефона. – Логичнее лечь спать пораньше вечером и попробовать ещё раз.

Усаги уныло опускает уши.

– Ладно! Но тогда точно попробуем! Я не позволю какому-то третьесортному монстру вроде Пятихвоста обвинять меня в трусости!

– Не бойся, – смеюсь я, – ты ещё получишь свой бой. Может, я даже его увижу.

Я беру мангу с тумбочки, чтобы посмотреть, как продолжается сцена с Пятихвостом. Странно, но я не могу её найти. Может, я открыл не ту страницу? Я листаю туда-сюда, но Пятихвоста, который рычит и вызывает друзей на бой, нигде нет. История продолжается так же, как в той книге, которую я купил на вокзале. Я вздыхаю.

– Всё в порядке? – спрашивает Раку.

– Да, да, всё нормально, – отмахиваюсь я. Зачем тревожить Раку, говоря, что я не вижу возвращения? Может, я просто пока не могу этого увидеть, а вечером всё будет по-другому, и портал откроется. Мы должны вернуть Раку, Усаги и Йомото в Сококу. И у нас всё обязательно получится!

Чёрт возьми! Ничего не выходит! Стена стоит, как каменная, перед нами – кромешная тьма, ни просвета, ни прохода. Раку отступает на пару шагов, разбегается и бросается к стене – и через секунду вопит от боли: он врезался в стену своей острой драконьей мордой. Ругаясь последними словами, он отшатывается. С другой стороны доносится низкий, гулкий рёв – это Пятихвост! Похоже, у него те же сложности, только наоборот: мы отчаянно хотим попасть в Сококу, а он – прорваться к нам через портал. Надеюсь, что у него ничего не выйдет. Страшно представить, что скажут мои родители, увидев огромное чудовище с клыками, слизью и мерзкими щупальцами. Раку снова обнюхивает пол, выискивая хоть какую-то щель, дверь или проход в Сококу.

Усаги укоризненно качает головой.

– Может, тебе не хватает решительности, Раку. Дай я попробую.

Кролик разбегается и несётся прямо к стене – той самой, о которую дракон только что разбил себе нос. Я не вижу, куда он бежит, вроде бы к стене – в кромешной тьме не разглядеть, но по моим ногам проносится ветерок, поднятый его бегом.

БУМ! Усаги врезается в стену так же, как Раку. И кричит так же громко, что удивительно, ведь он гораздо меньше дракона. Воет он так, что я тут же просыпаюсь. Я сижу в кровати. Усаги, Раку и Йомото – всё ещё здесь, на своих местах, там, где легли спать после ужина. Никто не исчез, не скрылся в неизвестной пещере, не говоря уже о том, чтобы попасть в Сококу. К счастью, Пятихвоста тоже не видно.

– Почему я не могу пройти? – злится Раку. – В прошлый раз всё было так просто! Я услышал твой голос, нырнул в пещеру, потом полетел в темноту – и бац, оказался в твоём шкафу. Не понимаю!

Усаги уныло опускает уши.

– Да, в прошлый раз было легко. Может, портал сломался? Или Акудзё его заколдовала? Если она смогла отправить мангу из Сококу к госпоже Конради в Гамбург, то наверняка может и запереть портал. Вот ведь незадача!

Я задумываюсь. Что на этот раз не так?

– Честно – не знаю, почему не получается, – зеваю я. – Дайте проснуться, тогда, может, соображу.

Я зеваю ещё раз и пытаюсь собраться с мыслями. В чём же дело? Вряд ли Акудзё заколдовала портал. Я даже не уверен, что она вообще как-то связана с этой книгой, – ведь Пятихвост не стал бы искать Йомото, если бы его хозяйка отправила героя-защитника в Гамбург. Нет, книгу госпоже Конради отправил кто-то другой. Может, этот кто-то и мешает Йомото и его друзьям вернуться обратно? Или причина совсем не в этом?

– Скажите, – обращаюсь я к троице, – перед тем как попасть в портал, вы делали что-нибудь… особенное?

Йомото наклоняет голову набок.

– В смысле?

– Ну… может, что-то, что делали все трое: ты, Раку и Усаги. Попробуем найти общее. Вспоминайте, как всё было?

– Мы сидели у костра, – говорит Усаги.

– Ты тоже, Йомото? – уточняю я.

Раку качает головой.

– Нет, в ту ночь, когда Йомото исчез, мы не сидели у костра. Мы уже спали, а потом на нас напали Акудзё и Пятихвост.

– Да, но до этого мы сидели у костра, – настаивает кролик.

– Ну, на привале мы, конечно, каждую ночь сидим у костра, – замечает Йомото. – У нас ведь ещё не изобрели электричество, и ни фонариков, ни телефонов нет.

Усаги опускает уши ещё ниже.

– Что ж, тогда я тоже не знаю, что это могло быть, – грустно вздыхает Усаги, уставившись в пол.

Я протягиваю руку и осторожно глажу его мягкий мех. Вдруг кроличьи уши стремительно взлетают вверх.

– Ха! – кричит Усаги, подпрыгивая чуть не до потолка. – Я понял!

Ещё в полёте он яростно размахивает лапками, не в силах успокоиться.

– Хабутоникку! Вот оно! Хабутоникку!

– Хабу-что? – Я вообще ничего не понимаю. – Это по-японски?

– Хабутоникку – это у нас в Сококу очень популярный травяной напиток, – объясняет Йомото. – Ты наверняка видел, как мы его пьём. Его варят мудрые травницы из Кинко. Потом его разливают в сосуды, запечатывают, и можно брать с собой. Напиток расслабляет и придаёт сил – идеальная штука для долгих путешествий.

– Погоди, ты про ту водичку, что вы таскаете в кувшине? – доходит до меня. – Я ещё с первого тома гадал, зачем вы возите с собой такой тяжёлый сосуд.

– Точно, – кивает Йомото. – Это хабутоникку. Мы пьём его не каждый вечер, но в ту ночь, когда я оказался в твоём шкафу, я точно его пил.

– И мы тоже! Мы тоже! – Усаги скачет по моей кровати. – И я вам говорю – это ключ! Ключ к порталу! Книга – это портал, но без ключа его не пройти.

– Ты прав, – ворчит Раку, выпуская из ноздрей маленькие облачка дыма. – Так и есть. Когда я врезался головой в туннель, но не смог пройти, я ничего не пил. А в тот вечер, когда мы оказались в твоём шкафу, мы пили хабутоникку. И немало выпили!

В этой теории что-то есть. Хорошая это новость или плохая?

– Если хабутоникку – ключ к порталу, то готовьтесь застрять в Гамбурге надолго, – помолчав, говорю я.

Усаги садится на свой пушистый кроличий зад и недоуменно смотрит на меня.

– Почему? Нам нужен всего лишь хороший глоток хабутоникку, ляжем спать, и – раз! – вот мы и в Сококу.

– Отличный план… Вот только в Гамбурге такой напиток неизвестен. Ищи где хочешь – в супермаркете, в киоске, в меню ресторана, – нигде его нет! В Гамбурге не найти хабутоникку. И наверное, во всей Германии тоже. Если это ключ к порталу, то у нас его нет.

– Что, в Гамбурге ни одной толковой травницы? – возмущается Раку. – Могли бы сварить на заказ.

Я качаю головой.

– Во-первых, у нас нет травниц. Совсем. Во-вторых, у вас есть рецепт? Вы знаете, из чего варят этот напиток?

– Э-э… – Раку выпускает маленькие белые облачка из ноздрей. – Э-э… нет.

Драконьи усы печально опускаются. У Раку такой несчастный вид, что хочется его утешить.

– А вдруг подойдёт что-то похожее на хабутоникку? Подумайте, что в нём? Какое-то особенное растение? Петрушка? Орегано? Базилик? Мята? – перечисляю я известные мне травы.

– Мята! – восклицает Усаги. – Кажется, там есть мята!

– И женьшень, – добавляет Раку. – Мята и женьшень. Ещё, кажется, розмарин. И всё это заливают водой. И, может, ещё васаби?

– Фу, какая гадость! – вырывается у меня.

Раку трясёт своими бахромчатыми усами и ворчит – или смеётся?

– Ничего не поделаешь. Уж таков он – хороший хабутоникку! – весело фыркает он.

Только Йомото молчит.

– С тобой всё нормально? – спрашиваю я. – Не знаешь, случайно, из чего варят этот напиток?

– Нет, понятия не имею, – пожав плечами, отвечает Йомото и замолкает, словно мысли его бродят где-то далеко отсюда.

– Да что с тобой? – спрашиваю я.

– Вот. – Он указывает на мангу, которую я перед сном положил рядом с кроватью.

Книга всё ещё там, но уже не закрыта, как ещё пять минут назад, а раскрыта, и её страницы сияют – не так ярко, как в ту ночь, когда Раку и Усаги появились у меня, но вполне заметно. Я подползаю к краю кровати, к тумбочке, бросаю взгляд на открытые страницы и сразу вижу, что в манге появилось новое изображение, которого раньше точно не было.

– Не может быть! – восклицаю я, указывая на страницы. – Похоже, мы на верном пути.

Раку и Усаги подходят ближе и тоже смотрят в книгу. Йомото остаётся на гостевом матрасе, но вытягивает шею, чтобы разглядеть новый кадр. Это что-то вроде списка покупок:

Рецепт:

1. Один корень женьшеня

2. 100 г валерианы

3. 50 г японской мяты

4. 3 веточки розмарина

5. 150 г коричневого сахара

6. Сок 5 лаймов

Смешай все ингредиенты, доведи до кипения с литром воды и разлей получившийся напиток по бутылкам. Остуди три часа – и хабутоникку готов!

Книга нас подслушивает! Откуда иначе ей знать, о чём мы только что говорили? Или в ней жучок и кто-то слышит нас через мангу? Страшновато! Я внимательно изучаю список. Это и в самом деле рецепт хабутоникку. К счастью, васаби в нём нет – терпеть не могу этот зелёный, дьявольски острый японский хрен. Но в остальном Раку и Усаги почти всё угадали. Неужели эта дикая смесь – ключ к Сококу? Ладно, попробуем. Но где взять все эти травы? Обычно у нас покупками занимается папа, но, если я дам ему этот список, он точно начнёт задавать неудобные вопросы.

Отправлю-ка я список Финну. Может, он знает, где можно всё это быстро достать, – он иногда в курсе самого невероятного. Я быстро фотографирую открытую страницу на телефон – кстати, хорошая идея, ведь с этой книгой никогда не знаешь, будут ли страницы завтра такими же, как сегодня. Отправляю снимок Финну с вопросом, где взять такие травы.

Вскоре телефон пищит. Сообщение от Финна:

«Эй, ты знаешь, который час? Что это за список?»

Ой, Финн прав – уже 2:30 ночи. Список покупок придётся обсуждать позже.

«Прости, объясню завтра», – быстро отвечаю я.

– Что это у вас? – с любопытством спрашивает Усаги.

– Я спросил Финна, знает ли он, где достать всё это. Но он спит – уже поздно, я поговорю с ним утром. Сейчас за полночь, так что и я пойду спать. И вам советую.

– Ладно, – хором вздыхают Раку и Усаги.

Йомото, похоже, уже спит – дышит спокойно и ровно. Я ложусь в кровать и тут же проваливаюсь в глубокий сон. На этот раз без единого сновидения. Ни пещер под озёрами, ни монстров, ни злых ведьм, ни грозных теневых воинов. Вот и чудненько!

– Я тут погуглил, – говорит Финн. – Нам нужна аптека. Коричневый сахар, розмарин и лаймы – это мы найдём в супермаркете. Но остальное? Проблемка. Разве что купить всё это в сушёном виде. Тогда проще.

Финн основательно подготовился к разговору. Мы сказали взрослым, что собираемся провести эксперимент по естествознанию, и теперь сидим у меня в комнате – кто на кровати, кто рядом – вместе с Йомото, Усаги и Раку и обсуждаем, как нам поскорее сварить хабутоникку.

– Серьёзно? Ты думаешь, женьшень, валериану и всё остальное можно найти в аптеке, в отделе сушёных трав? – Даже не помню, обращал ли я когда-нибудь внимание на то, что продаётся в аптеках. В детстве я любил выпрашивать там виноградный сахар. Но с тех пор как вырос из коротких штанишек, ни разу в аптеке не был. Хотя совсем рядом с нашим домом есть аптека «Единорог».

– Конечно! В аптеках вообще полно всякого такого, – уверяет Финн. – Там можно заказать мазь или сбор трав для чая. А на худой конец валериана есть в виде драже или таблеток.

– Хорошо. А как мы это смешаем, чтобы получить сок этих трав? – скептически спрашивает Йомото.

– Ну, может, закинем всё в блендер? – пожимает плечами Финн. – Как для смузи.

Смузи – вот оно, то самое слово! Табеа когда-то подрабатывала в смузи-баре и на день рождения попросила блендер, решив, что она теперь профи по смузи. Потом недели три у нас к завтраку, обеду и ужину был смузи, но вскоре сестре надоело мыть блендер, и теперь он пылится в каком-то кухонном шкафу.

– Блендер есть, – говорю я. – Нужно только достать остальное. Надеюсь, это не слишком дорого. В копилке у меня максимум пятьдесят евро, а карманные деньги – только через две недели.

– Столько ждать мы не можем! – восклицает Усаги, снова лихорадочно прыгая по моей кровати.

– Без паники, у меня есть тридцать евро, – успокаивает его Финн. – Всё соберём. Лучше всего – разделиться. Я пойду в супермаркет. Йо и Йомото – в аптеку. Раку и Усаги – оставайтесь тут. Думаю, за полчаса управимся, и можно будет начинать варить эликсир. Как думаешь, можно готовить у вас на кухне?

– Конечно, – киваю я. – Поэтому я и рассказал маме про эксперимент по естественным наукам, который задали в школе. Всё и приготовим.

– Умно! – хвалит Финн.

– А что такое «науки»? – спрашивает Йомото.

– Естественные науки, – объясняю я. – Это смесь биологии, химии и физики, и на этом предмете мы проводим эксперименты. Так что никто ничего не заподозрит, если мы будем смешивать травы в блендере и варить их на плите.

– Юные учёные! – ухмыляется Финн.

Дракон и кролик недоумённо на него таращатся.

Пожалуй, нет смысла объяснять, что «Юные учёные» – это важный немецкий конкурс для школьников. Это всё равно неважно, ведь завтра друзья, надеюсь, будут в Сококу. Взяв с подоконника копилку, я вытряхиваю содержимое на стол – несколько купюр и монет. Я быстро считаю.

– Итак, пятьдесят три евро и сорок центов, – говорю я. – Должно хватить. Поехали!

– Женьшень, валериана, японская мята? Это вам для какого-то тик-така, я же вижу по твоему носу! – Аптекарь в «Единороге» смотрит на меня с явным подозрением.

– Тик-так? – переспрашиваю я. – Вы о мятных конфетках? – Я качаю головой. – Нет, мне нужны только женьшень, валериана и японская мята. Тик-так не надо, спасибо!

Неужели аптека и правда торгует обычными сладостями? Хотя, наверное, даже аптекарям надо как-то поднимать продажи. Теперь аптекарь смотрит на меня уже не просто подозрительно, а почти враждебно.

– Да нет же! Я не про мятные драже! – возмущённо восклицает он. – Ты прекрасно понимаешь, о чём я! Тик-так! Эти ваши испытания на смелость! Или, как вы теперь это называете… челленджи!

Тут до меня начинает доходить, куда он клонит.

– Вы имеете в виду TikTok?

– Называй как хочешь. Я вот только недавно опять читал, как эти дурацкие челленджи заканчиваются для детей серьёзными травмами. Из самых безобидных ингредиентов они умудряются сделать страшно опасные вещи. Поэтому максимум, что ты от меня сегодня получишь, – это упаковка виноградного сахара и свежий номер «Медицины». – Он суёт мне под нос журнал, на обложке которого изображён, надо признать, очень милый котёнок и заголовок, обещающий рассказ о лучших экскаваторах на городских стройках. Очень интересно… для шестилетки.

– Нет, спасибо, – вежливо отказываюсь я. – Мне не нужен виноградный сахар, только женьшень, валериана и японская мята. Честное слово, я ничего опасного делать не собираюсь. Мой… э-э… дедушка попросил меня купить эти травы для чая.

Стоило этим словам слететь с губ, как сразу захотелось прикусить себе язык. Зачем я вообще выдумываю сказки про какого-то дедушку, которого не существует? Ну, вообще-то он есть, но живёт в Кёльне, и я не смогу притащить его сюда, чтобы что-то подтверждать. Аптекарь смотрит на меня пронизывающим взглядом, потом кривится.

– Нет, не продам. Женьшень и валериана – это лекарственные растения, а женьшень – вообще целебный корень. И хоть их компоненты и не ядовиты, они всё равно влияют на вегетативную нервную систему. Пусть твой дедушка сам придёт, если ему это нужно.

Так и знал! История с дедом – это гол в свои ворота! Чёрт! Пробормотав что-то вроде «Ладно, не надо», я ухожу из аптеки, не попрощавшись.

Дома меня встречает возбуждённый кролик и чуть более спокойный дракон. Йомото до сих пор в спальном мешке, спит, не обращая внимания ни на меня, ни на шум, который устроил Усаги. Почему-то кажется, что Йомото не так уж важно, сварим мы сегодня хабутоникку или нет.

– Ну? Где травы? – Усаги прыгает с кровати на пол, на стол и случайно наступает Раку на длинный драконий хвост.

– Ай! – жалобно ноет Раку, что немного забавно, ведь Усаги весит от силы килограмм – крошечная доля веса огромного оранжево-зелёного дракона. Йомото прав: самый чувствительный из друзей – это Раку. И сейчас мне придётся сообщить плохие новости. А это его точно заденет. Но ходить вокруг да около бессмысленно – я стою с пустыми руками.

– Аптекарь не захотел мне ничего продавать.

– Что?! – Усаги застывает на месте и пристально смотрит на меня.

– Ну, он сказал, что я, наверное, хочу сделать какую-то глупость, и не продаст, пока не придёт мой дедушка, – немного сокращаю я историю.

– Твой дедушка? – Усаги ошарашен. – А он тут при чём?

Я пожимаю плечами.

– Не знаю, – уклоняюсь я от ответа, не признаваясь, что сам навёл аптекаря на эту мысль. – Попробую позже в другой аптеке, может, там будет проще. Этот из «Единорога» боялся за мою вегетативную нервную систему, что бы это ни значило.

– Зшшшш! – шипит вдруг Раку. Похоже, он на грани срыва. Но чем дольше я прислушиваюсь, тем яснее понимаю, что это не плач, а смех. Дракон заливается смехом.

– Вегетативная нервная система! – хрипит он. – Гениально! Я тоже не знаю, что это, но неважно, потому что с аптекой мы всё уладим.

– Не уверен, – сомневаюсь я. – Вдруг все аптекари такие, когда дети приходят что-то купить?

– Всё будет в порядке, – решительно заявляет Раку. – Мы добудем всё в «Единороге». Через пять минут.

Он закрывает глаза, глубоко вздыхает и вот уже парит рядом с моей кроватью, сворачивая драконье тело в кольцо, как уже бывало. Кольцо начинает медленно вращаться, потом раскручивается всё быстрее, и я понимаю, к чему это ведёт. Конечно! Мог бы и раньше догадаться!

– Ну, как я выгляжу? – спрашивает Раку после превращения. – Сойду за деда, правда?

Я внимательно смотрю на Раку. Да, он действительно похож на старика. Волосы у него почти седые и не такие густые, как у Йомото, тонкая полупрозрачная кожа вся в морщинах. Его вполне можно принять за деда. Но за японского деда – у Раку явно азиатские черты лица. Не представляю, как он сойдёт за моего деда из Кёльна.

– Э-э, просто супер, Раку, – говорю я, стараясь осторожно выразить сомнения, – но ты не очень-то на меня похож.

– Нет? – удивляется Раку. – Но одежда же чисто гамбургская, весенняя, разве нет? Джинсы как у тебя. Свитер как у тебя. По-моему, мы с тобой похожи, как настоящие родственники.

Я вздыхаю.

– Ну, в общем да… но лицо у тебя совсем другое. Сразу видно, что мы не родственники.

– Ерунда! – Раку тут же обижается. – Как это можно разглядеть? Вы, люди, все выглядите одинаково, только одни моложе, другие старше.

Усаги с интересом переводит взгляд с Раку на меня и обратно.

– У него хорошо получилось. Он прямо как ты, только постаревший, – говорит кролик.

Похоже, с точки зрения не-людей, мы, люди, не такие уж уникальные, как я думал. Да и какая разница: аптекарю, в конце концов, всё равно, какие у нас с этим «дедушкой» гены. Главное – со мной взрослый, и мне должны продать травы для хабутоникку.

– Ладно, пошли скорее, пока всё чисто, – говорю я, открываю дверь в коридор и выглядываю наружу. – Путь свободен, уходим!

В квартире мы одни. Мама с папой уехали за продуктами на выходные, так что вернутся не скоро и не удивятся новому японскому гостю. Табеа развлекается с подружками – никогда не знаешь, во сколько она явится, так что нужно торопиться. Тем более что через полчаса придёт Финн с покупками, и мы начнём варить хабутоникку.

В аптеке Раку уверенно направляется к прилавку, словно часто сюда ходит.

– Добрый день, чем могу помочь? – приветливо встречает его аптекарь.

– Добрый день! Мой внук пытался купить для меня кое-что, но вы отказались ему продать. Поэтому я пришёл сам.

Аптекарь удивлённо поднимает брови. Меня он, похоже, сначала не заметил, но теперь увидел, и по выражению лица ясно – он озадачен.

– О-о, э-э, да, точно, – бормочет он. – Молодой человек был у нас. Надеюсь, вы понимаете, что я всегда с осторожностью слежу за продажей лекарственных средств детям. А лечебные травы к ним, безусловно, относятся.

Раку кивает и мягко улыбается.

– Конечно. Это разумно. Но теперь я здесь и могу вас заверить, что всё в полном порядке.

– Разумеется! Итак, что там было? Женьшень, японская мята и…

– Валериана! – весело вставляю я. – Один корень женьшеня, пятьдесят граммов мяты и сто граммов валерианы. И пожалуйста, побыстрее – у нас с дедушкой ещё дела. Мы сегодня снимаем для «Тик-Тока»!

Я хихикаю, с удовольствием наблюдая, как аптекарь задыхается от возмущения. Ну и пусть! Пусть жалуется деду Раку, если что-то не так. Но он молчит, поворачивается и уходит в подсобку. Слышится шуршание, какая-то возня, и вскоре он возвращается и выкладывает на прилавок три пакетика.

– С вас сорок пять евро восемьдесят пять центов, – говорит он.

– Это что, так дорого? – комментирую я цену, выкладывая отсчитанные деньги рядом с кассой, и ловлю сердитый взгляд аптекаря.

– Наш женьшень высшего качества, – резко отвечает он. – Сто граммов стоят тридцать пять евро. Валериана и мята – это биопродукты фармацевтического качества. Магазин дешёвых товаров – за углом!

Раку смеётся.

– Ну, тогда нас с внуком ожидает великолепный полёт.

Аптекарь широко раскрывает глаза.

– Что, ради всего святого, вы собираетесь с этим делать?

– Да ничего особенного, – отвечает Раку, понижая голос до таинственного шёпота. – Просто небольшое путешествие во времени и пространстве.

Он хватает пакеты и выходит из аптеки, и я следую за ним. Аптекарь провожает нас ошеломлённым взглядом.

Главный ингредиент хабутоникку – это вовсе не женьшень. И даже не валериана. Нет, в первую очередь вам понадобится терпение! И много. Очень много терпения! Мы ещё раз всё взвесили на кухонных весах, затем измельчили в блендере Табеи до мелкого порошка. Уже на это ушёл целый час. Если бы мама не была так счастлива, что я наконец-то занимаюсь чем-то, хоть отдалённо похожим на школьный проект, нас бы давно с позором выгнали из кухни за то, что мы так надолго её заняли. Мы залили порошок кипятком, но, прежде чем пить, нужно дождаться, пока он остынет. Вся квартира пропахла смесью чайной лавки, химической лаборатории и каморки травницы. Табеа заглянула к нам на кухню и притворно забулькала, как будто её сейчас вырвет. Конечно, она преувеличивает, но наш самодельный напиток пахнет не слишком аппетитно. Надеюсь, на вкус он лучше, а если нет – придётся добавить сахара.

Хоть я и сомневаюсь насчёт хабутоникку, зато Усаги и Раку довольно улыбаются, когда мы наконец сидим в моей комнате на диване с графином охлаждённого напитка. Раку, вернувшись из облика деда в свою драконью форму, с любопытством принюхивается к графину.

– Восхитительно! Именно такой и должен быть аромат! – радуется он. – Сейчас выпьем по три-пять чашек, и завтра проснёмся дома!

Финн, похоже, разделяет его восторг, по крайней мере, он улыбается до ушей.

– Ну, ради такого успеха я с радостью потратил свои карманные деньги. Останусь у тебя на ночь, хочу узнать, сработает ли как задумано.

Я пожимаю плечами.

– Без проблем. Ложись рядом с Йомото, матрас широкий. Только обязательно предупреди родителей. А то ещё начнут тебя искать и нагрянут посреди ночи – именно в тот момент, когда мы все уснём и откроется портал. Вот тогда и правда будет катастрофа.

– Не переживай, я их уже предупредил. Не тупой.

– Хватит болтать! – нетерпеливо кричит Усаги, прыгая по моей кровати. – Пьём хабутоникку, прощаемся с твоими родителями, ложимся спать, засыпаем, ныряем через этот дурацкий портал в пещеру и попадаем в Сококу. Поехали!

– Ладно, ладно, – бормочу я, встаю с кровати и разливаю ещё тёплый напиток из графина в три чашки, которые расставил на столе. Затем вручаю напиток троим товарищам – в руки, лапы или когти.

Йомото отхлёбывает из чашки и морщится.

– Ай, слишком горячо! Поставлю-ка в холодильник, попозже выпью.

– Как хочешь, – ворчит Раку, осторожно опуская морду в чашку. – Хм, а мне в самый раз, – говорит он и начинает прихлёбывать.

Усаги следует его примеру, сначала пробует осторожно, а потом пьёт большими глотками.

Когда первый луч солнца щекочет мне нос, я мгновенно просыпаюсь и оглядываю комнату. Там, где спал Усаги, пусто. Кролик исчез. На матрасе у моей кровати лежит Финн, но рядом с ним только одеяло – Йомото нет. Я бросаю взгляд под стол – дракона тоже нет! Взволнованно вскакиваю с кровати.

– Получилось! Это правда сработало! Портал открылся! – восторженно кричу я, но в этот момент слышу громкий храп. Это Йомото. Он с головой накрылся одеялом, поэтому я его сразу не заметил.

– О нет! Что ты тут делаешь?

Тем временем просыпается Финн, протирает глаза и удивлённо смотрит на Йомото.

– Да, серьёзно, дружище! Почему ты ещё здесь? Почему не с друзьями?

Йомото молчит. Невероятно! Почему у него не получилось пройти через портал? Ведь у Раку и Усаги всё сработало! Йомото потягивается, садится, зевает и усмехается.

– Расслабьтесь! Пару дней они без меня переживут. Сегодня я иду на вечеринку к Боссе, а завтра вы от меня избавитесь. Обещаю!

Глядя, как он сидит, развалившись на матрасе, с этой небрежной ухмылкой, ничуть не удивлённый тем, что всё ещё в Гамбурге, я начинаю что-то подозревать. Рядом с матрасом стоит чашка. Я поднимаю её и пробую на вкус маленькую лужицу на дне. Чёрт! Яблочный сок! Йомото нас обманул! Этот парень, который ещё недавно был моим супергероем, которому я безоговорочно доверял спасение мира, взял и бросил своих друзей!

– Ты серьёзно? Это же яблочный сок! Ты не ставил эликсир в холодильник, чтобы он остыл, а подменил его соком? – Я ошарашенно смотрю на него. – Это вообще что такое? Я думал, ты должен спасти свою деревню! А ты делаешь всё, чтобы не возвращаться. Почему?

Он только пожимает плечами. Во мне закипает злость. Схватив Йомото за плечи, я трясу его изо всех сил.

– Отвечай! Ты всегда был для меня героем – почему ты предаёшь друзей? Тебе нельзя остаться в Гамбурге, ты что, не понимаешь? Это не твой мир!

Йомото вырывается.

– Прекрати! Ты ничего обо мне не знаешь!

– Ты с ума сошёл! Я прочитал о тебе больше тридцати томов. Я, наверное, знаю тебя лучше, чем ты сам!

– Да? Если бы ты так хорошо меня знал, ты бы понял, почему я никогда не стану Атамой Кинко, – говорит Йомото.

Что он имеет в виду? Ведь очевидно, что он унаследует пост отца.

– Что за чушь ты несёшь? – возражаю я. – Ты почти закончил обучение. Когда у твоего отца больше не останется сил, ты займёшь его место. И отлично справишься.

Йомото молчит, скрестив руки на груди. Финн, который остался у меня на ночь, растерянно смотрит то на него, то на меня и, театрально вскинув руки, умоляет:

– Ребята, ребята, ребята! Только не ссорьтесь! – громко восклицает он. – Я не знаю, что там за история с этим Атамой, но это точно не повод для драки. Давайте уже мириться.

После недолгих колебаний мы с Йомото жмём друг другу руки. Финн одобрительно поднимает большой палец.

– Отлично! Мир на земле! Так гораздо разумнее. Ночь прошла, поезд в Сококу ушёл.

Он прав. Я вздыхаю и киваю, Йомото тоже смотрит не так сурово. Финн довольно улыбается.

– Предлагаю пойти на вечеринку к Боссе, оторваться там как следует, а потом Йомото попробует ещё раз. Если повезёт, он воссоединится с друзьями и спасёт свой мир.

Я беру телефон с тумбочки. Уже одиннадцать утра.

– Схожу за булочками. По воскресеньям – это моя обязанность. И заодно расскажу родителям, что Марико и кролика с утра пораньше забрали твои мама с папой, Йомото. Скажу, что мы не хотели их будить, но они передавали привет. Лады? Запомните эту версию, чтоб потом не наговорить лишнего.

– Не переживай, я не тупой! – обиженно бурчит Йомото, но мне всё равно.

Финн, конечно, прав – сейчас ничего не изменить. Но я всё же не понимаю, почему Йомото не вернулся вместе с Усаги и Раку. И после его вспышки я уверен: дело не только в вечеринке Боссе. Что-то тут не так. Вот бы понять, что именно!

Родители Боссе, похоже, безумно богаты. Я, конечно, никогда не был у него в гостях, поэтому, когда ворота медленно автоматически открываются, у меня отвисает челюсть. Нет, мы едем не к дому – к усадьбе, потому что слово «дом» маловато, чтобы описать это огромное здание. Перед нами большой белый куб с двумя длинными пристройками по бокам. Всё это подсвечивается прожекторами, закреплёнными в траве, отчего в темноте здания будто окружены сиянием. Из одного крыла льётся голубовато-зелёный свет – неужели у них есть бассейн? Я щурюсь, чтобы разглядеть получше. Точно. У Нойманнов – собственный крытый бассейн. Вот это да!

– Сколько людей тут живёт? – удивляется Йомото, заходя с Финном следом за мной через ворота.

– Кажется, четверо. Боссе, его брат Лассе и родители, – подсчитывает Финн.

– Потрясающе! В эту виллу, наверное, поместится вся моя деревня! Она почти как императорский дворец в столице Сококу, – сравнивает Йомото. – А отец Боссе – он что, вроде императора Гамбурга?

Я пожимаю плечами.

– Нет у нас тут императора. Только бургомистр, и этот пост точно занимает не отец Боссе. Кажется, он банкир. Вращается вокруг чужих денег – и в итоге большая часть оседает у него. Боссе всё время хвастается, что будет работать с ним, а потом возить деньги домой тачками.

– Тогда он, наверное, как Кагенотейо, – задумчиво говорит Йомото. – Император Теней тоже хочет присвоить золото, которое ему не принадлежит.

– Точно! Отличное сравнение, – смеюсь я. – Мне такое в голову не приходило.

Нас встречает Лассе, старший брат Боссе, восьмиклассник. Он открывает дверь и окидывает нас скучающим взглядом.

– Заходите, – коротко бросает он, поворачивается и орёт кому-то: – Боссе, тут ещё трое твоих малолетних друзей!

Не сказав больше ни слова, он исчезает в коридоре, оставляя нас у открытой двери. Мы не решаемся сделать шаг. Из глубины дома доносится громкая музыка. Я указываю в ту сторону.

– Пойдём, вечеринка, похоже, там. Посмотрим, что к чему.

Финн и Йомото следуют за мной, а я иду на звук музыки. Коридор ведёт к ещё одной двери, я осторожно её открываю. Вот мы и на месте! В комнате четверо моих одноклассников, они весело беседуют и одновременно запихивают в рот пиццу. Кажется, мы нашли буфет. На длинном столе у стены не только пицца, но и разные салаты, фрикадельки, пироги и большая стеклянная чаша. В ней – золотистая жидкость с кубиками льда, а рядом стоят стаканчики. Похоже, это праздничный напиток.

– Привет, – здороваюсь я с ребятами. – Боссе не видели?

Мы ведь принесли ему подарок. Пусть он и придурок, мы знаем, как положено себя вести. Нас замечает только что вошедшая в комнату Наоми.

– Привет, наконец-то вы здесь! – радостно объявляет она. – Я уж думала, вы не придёте!

– О нет, мы наших планов не меняем, – отвечает Йомото. – Такое я не пропущу.

– Ага, он скорее пропустит спасение мира, чем эту тусовку, – язвительно добавляю я, но Наоми, конечно, не понимает шутки.

– Хотите есть или пить? – спрашивает она. – Пунш очень вкусный. Кайпиринья, только без алкоголя, и довольно острый – добавили ещё и имбирь.

– Мм, вкусно, наверное! – говорю я. – Мы, кстати, дома ещё и не ужинали. Так что кусочек пиццы – как раз кстати. А потом поищем Боссе.

Мы с Финном и Йомото подходим к буфету, потом я наливаю себе стакан пунша и отправляюсь искать хозяина вечеринки. Нахожу я его за следующей дверью в большом зале, скорее всего, гостиной, превращённой в танцплощадку. Боссе в центре выписывает дикие кренделя, рядом скачет Орхан, а Неле лениво извивается – видимо, это какой-то крутой танец. На деле же это просто нелепо. Смотреть, как эти трое устраивают своё шоу посреди остальных ребят, которые в благоговении образовали вокруг них круг, – стыдно и смешно.

– Эй, Боссе! – кричу я, перекрывая громкую музыку. – Спасибо за приглашение. Мы принесли тебе подарок!

Боссе перестаёт корячиться и небрежно подходит ко мне:

– О, привет, Йо. Да не за что. Господин Музиелла прав – никого нельзя исключать, – орёт он в ответ, ухмыляясь. – Особенно тех, у кого нет друзей. Так что ты, Никто, наслаждайся моментом. Второго такого случая, может, и не будет.

Ребята на краю танцпола, несмотря на музыку, явно расслышали каждое слово. Сначала они смущённо переглядываются, а потом начинают хихикать. Вот же гад! И конечно, мне нечего ему ответить. Стою, как полный идиот, чувствуя, как лицо наливается краской. Чёрт, ну почему я не какой-нибудь прирождённый лидер или душа компании?

Почему я не такой крутой парень, как Йомото, который вдруг оказывается рядом со мной и, ухмыляясь ещё шире, чем Боссе, вручает хозяину наш подарок. Из-за всей этой суеты с поисками трав для хабутоникку я совсем забыл купить что-нибудь для этого придурка, так что теперь Боссе получает ту самую мангу про Йомото, которую я привёз из магазина на вокзале. Это меня жутко бесит. Такой классный подарок он точно не заслужил, но, увы, ничего другого дома не нашлось.

Боссе с любопытством вертит свёрток в руках и наконец разворачивает его. Странно, но вместо манги появляется коробка. Неужели Йомото подменил подарок? Когда успел? Боссе снимает крышку – и тут же морщится. Неле подходит ближе.

– Что там? – спрашивает она и полностью снимает крышку, чтобы все могли заглянуть внутрь. В коробке булочка и шоколадный зефир.

– Это набор «Сделай сам булочку “Фортуна”»! – весело объявляет Йомото. – Тренируйся каждый день и научишься правильно и без вреда для здоровья обращаться с этим сложнейшим блюдом.

Йомото заливается хохотом, его прямо трясёт от смеха. Вскоре хохочет Финн, а с ним и вся толпа ребят вокруг нас. Только Орхан, кажется, не понимает, в чём соль подарка. Он растерянно смотрит в коробку, потом оглядывает всех по очереди.

– Не понимаю, что тут смешного?

Он замолкает, и на его лице появляется улыбка. Похоже, вспомнил, как Боссе навернулся на лестнице перед школьной столовой. Орхан начинает хихикать, но тут же ловит взгляд Боссе – такой, что, если бы взгляды могли убивать, Орхан оказался бы в загробном мире через две десятых секунды. Он мгновенно прикусывает губу, глотает смех и качает головой.

– Это подло, Йомото! – громко возмущается он. – И совсем не смешно! Вот как вы, неудачники, отплатили Боссе за доброту!

Остальные гости продолжают смеяться, будто не слыша Орхана. Йомото доволен, что его розыгрыш удался, и хлопает меня по плечу.

– Смотри, отличный подарок для твоего старого друга Боссе. Особенно если вспомнить, как ты не хотел дарить ему новую мангу.

– Да, ты прав. В этой суматохе я забыл купить другой подарок.

– Видишь, проблема решена, – улыбается Йомото. – Боссе получил суперский подарок, а манга у меня.

Он похлопывает по карману своих мешковатых штанов, которые Финн одолжил ему на вечер. Я присматриваюсь – действительно, манга там. Отлично! Йомото и правда не дурак, с этим не поспоришь.

Проходит два часа, и я готов честно признать, что это самая крутая вечеринка в моей жизни. Ну ладно, если совсем честно, это моя первая вечеринка, но я готов ответственно заявить, что лучше уже вряд ли будет. Я танцую с Наоми, её тёмные кудри развеваются, мы смеёмся, и всё супер! Мои шутки заходят на ура, я болтаю со всеми одноклассниками – кроме Боссе и Орхана. Даже Неле улыбается и выпивает со мной бокал пунша. А что это за пунш! Невероятно вкусный, и, похоже, мама Боссе – или кто там его готовил – сделала его в промышленных масштабах. Я один, наверное, уже выпил литр, и Йомото тоже не отстаёт.

– На вкус почти как хабутоникку, – хохочет он мне в ухо, когда мы встречаемся у чаши с пуншем, чтобы налить ещё.

– Ну, говорят, это кайпиринья, такой бразильский коктейль, но без алкоголя. Ингредиенты и правда похожи, – отвечаю я. – Главное, чтобы ты потом дома выпил настоящий хабутоникку, и… вжууух! – Я взмахиваю рукой, будто что-то взлетает. – Вперёд, в Сококу!

Йомото ничего не отвечает, только запрокидывает голову и громко смеётся. Не совсем тот ответ, которого я ждал, но у меня слишком хорошее настроение, чтобы его портить. Я возвращаюсь на танцпол и снова отрываюсь по полной. К нам присоединились Лассе и с ним пара ребят из восьмого класса. Похоже, они решили, что вечеринка всё-таки крутая, несмотря на кучу «малышни». Я даже недолго болтаю с Лассе и с удивлением понимаю, что он гораздо приятнее своего глупого брата. Его холодный приём у двери, видимо, был случайностью.

– Нравится вечеринка? – спрашивает он. Я киваю. Он смотрит на стакан пунша в моей руке и добавляет: – А напиток?

– Да, очень вкусно. Прямо как кайпиринья. Ну, мне так кажется.

– Это мой микс, – объясняет Лассе. – Вообще-то лимонад кайпи предложила мама, но готовил его я. Острый, но с пузырьками. Мой вклад в вечеринку. Скоро вы все по-настоящему насладитесь.

Усмехнувшись, он небрежно машет рукой и уходит танцевать с симпатичной рыжеволосой восьмиклассницей. Что он имел в виду? Почему мы должны расслабиться? Ну ладно, почему бы и нет?

– Крутая вечеринка, правда? – Рядом снова появляется Наоми.

– Ага, – соглашаюсь я. – Знаешь, я правда рад, что пришёл. Если бы мне раньше сказали, что я буду отрываться на вечеринке у Боссе Нойманна, я бы ответил, что это чушь собачья.

– Дом феерический, видел? У них даже бассейн есть!

– Конечно, мы видели! – орёт Йомото, подходя к нам и вцепляясь в нас с Наоми с двух сторон.

– Может, посмотрим на бассейн поближе? – хихикает Наоми. – Потому что лучше крутой вечеринки может быть только вечеринка у бассейна!

Сегодня она гораздо раскованнее, чем в школе, где я считал её скорее заучкой и занудой. Правда, довольно приятной заучкой, но всё же занудой.

– Классная идея, полностью поддерживаю, – раздаётся прямо за нашими спинами. Это Финн, который размахивает стаканом с пуншем. Похоже, он тоже изрядно налёг на безалкогольную кайпиринью. – Пошли поищем этот бассейн.

Он прикладывает палец к губам.

– Только тсс, не надо сообщать всем и каждому.

И он, конечно, прав. Родители Боссе вряд ли придут в восторг, увидев в своем бассейне три десятка взбудораженных гостей. Обычно я бы в такой момент начал возражать, но идея с вечеринкой у бассейна мне сейчас кажется отличной. Может, потому что предложила Наоми? Чем дольше я о ней думаю, тем больше она мне нравится. Ого, неужели это мои мысли? Я встряхиваю головой. Что со мной сегодня?

– Ну, вперёд, – шепчет Финн, и мы пользуемся моментом, пока все заняты каким-то нелепым танцем и не обращают на нас внимания. Мы уходим с танцпола в комнату с буфетом, где оказываемся совсем одни. Финн открывает дверь в коридор и осторожно выглядывает наружу.

– Если не ошибаюсь, к бассейну налево, – говорит он, указывая на длинный коридор. – Вон там стеклянная дверь – она точно ведёт в крыло с бассейном, сауной и всяким таким.

И правда, из всех дверей в коридоре стеклянная – только одна. Финн идёт первым, мы следуем за ним. Он решительно нажимает на ручку – дверь открывается, и запах хлорки, тут же наполнивший коридор, подтверждает, что мы на верном пути.

– За мной! – ликует Финн и бросается вперёд. Мы с Наоми и Йомото бежим следом. Вот и бассейн. Огромный, настоящий. Конечно, он не такой большой, как Альстерский плавательный зал или бассейн Симрок, где у нас проходили уроки плавания. Но это явно и не лягушатник. Метров десять в длину и четыре в ширину – впечатляюще. Вода ярко-голубая, сверкает и выглядит чертовски заманчиво. Не успеваю я опомниться, как Финн раздевается до трусов и прыгает в воду. Наоми тоже не медлит: она снимает свитер и в футболке с громким воплем ныряет в бассейн.

– Вау, вода тёплая! – фыркает она, выныривая. – Давайте к нам!

Она проплывает круг, замечает кнопку на стене бассейна и нажимает. В ту же секунду вода вокруг неё начинает бурлить большими пузырями.

– О да! Джакузи!

Ничего себе! Я быстро стягиваю футболку и джинсы. Мои трусы-боксеры, конечно, не самая подходящая одежда для плавания, но для короткого заплыва сойдут. Прежде чем нырнуть, я оглядываюсь – где же Йомото? Странно, но он всё ещё стоит полностью одетый у двери, ведущей в коридор, – молча прислонился к косяку, будто хочет держаться как можно дальше от бассейна.

– Эй, что не так? – спрашиваю я. Йомото лишь пожимает плечами, не говоря ни слова. – Не хочешь в воду?

Теперь он качает головой.

– Не, неохота. Я вообще не особо люблю плавать.

Ну и враньё! Во всех тридцати двух томах манги, что я прочитал, Йомото – настоящая водяная крыса. Он гнался вплавь за Акудзё и Пятихвостом, он на самодельном плоту преодолевал пороги Смерти, катался на спине дельфина. Да он вообще попал в Гамбург только потому, что отважно нырнул в грот посреди озера. Всё это проносится у меня в голове, пока я размышляю, в чём же тогда дело. С водой явно не связано – это точно. Я решаю задать вопрос напрямую.

– Что не так? – говорю я, строго глядя на него. – То, что ты не умеешь плавать, – чушь. Меня не проведёшь.

Йомото молчит, уставившись в пол.

– Где вы там? – кричит Финн, который устроил водную битву с Наоми, а теперь подплыл к бортику и вопросительно смотрит на нас.

– Мне что-то нехорошо, – юлит Йомото. – Пойду прилягу. – И, обращаясь ко мне, добавляет: – Не переживай, Йо. Прыгай к остальным в бассейн, веселись, а я как-нибудь.

– Но ты можешь и здесь прилечь, – зовёт Наоми, указывая на удобные плетёные шезлонги у огромного панорамного окна, через которое мы видели мерцание бассейна снаружи.

– Спасибо, – отвечает Йомото, – но мне нужно побыть в тишине.

Он открывает дверь и исчезает в коридоре. Я немного медлю, не иду за ним сразу. Может, у меня больше шансов выяснить, в чём дело, если он не будет чувствовать, что я его преследую.

– Ну что, ты к нам? – спрашивает Финн.

– Минутку. Только проверю, всё ли в порядке с Йомото.

– Ладно, давай, – говорит Финн и с оглушительным воплем бросается на Наоми, которая с визгом уплывает от него. Ну, этой парочке точно весело, о них можно не беспокоиться.

Я снова надеваю одежду и выхожу в коридор. За одной из многочисленных дверей я вдруг слышу всхлипы. Тихие, но отчётливые. Осторожно приоткрываю дверь и оказываюсь в небольшом помещении с затемнёнными окнами. Похоже, это какой-то склад мебели – тут навалены друг на друга стулья, сдвинуты столы, а в углу стоят два дивана, отодвинутых к самой стене. На одном из них лежит Йомото. Он повернулся лицом к стене, но по дрожащим плечам я понимаю, что плачет именно он.

Я подхожу и осторожно сажусь на краешек дивана рядом с ним.

– Слушай, Йомото, что случилось?

Ответа нет, но всхлипы звучат громче.

– Могу я помочь? Тебе больно?

Всхлипывания затихают, Йомото шмыгает носом.

– Нет.

– Что – нет?

– Нет, мне не больно. И нет, ты не можешь помочь.

Его голос звучит так жалобно, что я, не раздумывая, кладу руку ему на плечо. Он вздрагивает и садится. Глаза красные и опухшие. Мой герой… явно на пределе.

– Может, я всё-таки смогу помочь, – откашлявшись, говорю я. – Ты только объясни, в чём дело. Если тебе неохота плавать – это же не конец света.

Йомото громко шмыгает носом, потом глубоко вздыхает.

– Да. Всё так. Конец света.

Я озадаченно смотрю на него, а он продолжает:

– Причина, по которой я не могу плавать с вами, та же, по которой я не могу стать Атамой.

Что? Я окончательно запутался. Какое отношение одно имеет к другому? И при чём здесь Атама?

– Прости, Йомото, но о чём ты?

– Я же недавно попытался объяснить. Мне незачем возвращаться в Сококу. Я всё равно не смогу стать Атамой. Я совершенно не гожусь в защитники Кинко.

– Потому что не умеешь плавать? – Я качаю головой. – Но ты же умеешь плавать.

Йомото вздыхает так тяжко, словно на его плечах лежит весь мир.

– Нет. Потому что я девочка.

Потому что я девочка. ПОТОМУ ЧТО Я ДЕВОЧКА?! Он правда так сказал? Что-то громко щёлкает, и я понимаю, что это моя челюсть, которая отвисла и ударилась о колени. Я возвращаю её на место, чтобы задать единственный разумный в этой ситуации вопрос:

– Что ты имеешь в виду? Ты девочка?

Йомото кивает.

– Я так и сказал. Я девочка. Девочка по имени Йомото. Единственный ребёнок моих родителей, которые все эти годы молились, чтобы судьба подарила им сына. Не потому, что они меньше любят дочь. А потому, что только сын Атамы может стать Атамой.

– Э-э… понятно, – только и могу выдавить я. Но тут же задаю совершенно дурацкий вопрос: – И при чём тут тогда плавание?

– Ну, мне ведь пришлось бы раздеться. Вы все прыгнули в воду. Было бы странно, если бы я осталась в одежде, не думаешь? Вы бы сразу что-то заподозрили.

Хороший аргумент. Хотя я, наверное, списал бы это на стеснительность. Но другая мысль волнует меня куда больше, и я не могу молчать.

– А почему только сын может унаследовать роль Атамы?

Йомото смотрит на меня как на идиота.

– Это же очевидно.

Я пожимаю плечами.

– Правда? Нет, я не понимаю.

– В Сококу только мужчина может быть императором. Только мужчина может быть ниндзя. И только мужчина может быть Атамой. Если у семьи Атамы нет сыновей, должность исчезает с последним Атамой, и деревня остаётся без защиты. А с деревней Кинко – всё королевство. Это…

– …конец света! – в ужасе заканчиваю я.

Йомото грустно кивает.

– Вот именно. Поэтому последние годы я жила, будто я мальчик. Переодевалась в парня и училась в академии ниндзя как сын своего отца. Пыталась выиграть время для родителей. Очень важно, чтобы Кагенотейо не заметил, насколько уязвима скоро будет Кинко. Я играла эту роль, надеясь, что у меня всё-таки появится брат.

– Твои родители знали?

– Да, знали. Сначала они были против того, чтобы я училась в академии. Но с каждым годом, когда наша семья не могла отправить туда сына, угроза со стороны Империи Зла становилась всё серьёзнее. В конце концов я убедила их, что должна пойти.

– И никто не заметил? Даже Раку и Усаги?

– Даже Раку и Усаги, – кивает Йомото.

Неслыханно!

– А что насчёт жителей Кинко? Они же должны знать, что у твоих родителей нет сына. Что, если бы кто-то сообщил в академию?

Йомото смеётся.

– В Сококу новости не распространяются так легко, как в твоём мире. У нас нет интернета, телефонов, телевизоров. О мобильниках вообще молчу. У нас даже нельзя просто сделать фото и отправить его кому-то. В последние годы моя семья жила очень уединённо, – продолжает Йомото. – Отец посвящал себя важным ритуалам в храме. У нас неприлично задавать много вопросов, как у вас. Если Атама говорит, что отправил в академию сына, люди в деревне это принимают как есть. Он ведь всё-таки очень важное лицо.

– И у вас нет репортёров или блогеров, которые стали бы копаться в деталях, – добавляю я.

Йомото со вздохом кивает.

– Но в последнее время стало слишком тяжело. Я больше не могла нести ответственность за будущее страны, зная, что не смогу исполнить клятву. Поэтому я сбежала.

Сбежала? Чем дальше, тем безумнее!

– Подожди, сбежала? То есть ты попала в мой шкаф не случайно?

Йомото снова кивает.

– Точно. Я бежала не от Пятихвоста. Я бежала от собственной жизни. И сделала это намеренно – попала именно в твой шкаф. Поэтому я и не собираюсь возвращаться. Мне здесь, в Гамбурге, очень даже нравится.

Она улыбается – кажется, даже ухмыляется.

У меня голова идёт кругом. Это просто невозможно! Йомото специально пришла ко мне в Гамбург и не собирается возвращаться. Но… откуда она узнала обо мне? И при чём тут манга, которую дала мне госпожа Конради?

– Рассказывай по порядку! – строго говорю я, надеясь, что Йомото объяснит, как всё это произошло. – Ты заранее знала, что можешь выбраться из Сококу и отправиться в Гамбург. Как это возможно?

– Однажды, после нескольких чашек хабутоникку, я увидела во сне детей. Таких, как ты. Сначала я думала, что это просто сны. Но постепенно поняла: всё связано с мангой. Каждая книга – это портал. Она работает как окно. Вы смотрите в книгу и видите мой мир, а я могу смотреть через неё в ваш. Если вы читаете мангу, а я пью хабутоникку – создаётся связь. Это и есть тот портал, о котором ты догадывался. Пару месяцев я просто наблюдала за вами. И знаешь что? Ты – мой самый преданный фанат. Ни один из других читателей не сопереживал мне так сильно, как ты. Никто не поддерживал меня так, как ты.

Это звучит совершенно невероятно, но… приятно. Я – её… точнее, его… нет, её главный фанат. Это даже немного греет душу.

– Значит, ты следила за мной?

– Да. И не только за тобой. Ты ведь читал мангу в школе, и я видела почти всех: Финна, Наоми, Боссе, Неле и других. Твоих учителей и, конечно, госпожу Конради. Можно сказать, я многое узнала о тебе ещё до того, как мы встретились. И твой мир мне всё больше нравился.

– А что было дальше?

– Я поняла, что могу не только видеть вас. Иногда, на короткие мгновения, я могла оказаться в вашем мире. Я могла протянуть руку сквозь портал.

– Протянуть руку? Я… я даже не знаю, как это представить. Всё это как-то не укладывается в голове.

Йомото разводит руками.

– Я и сама не могу толком объяснить. Но во сне я иногда оказывалась прямо рядом с тобой. Когда ты лежал в кровати и читал и если на той странице меня не было – я могла сквозь портал дотянуться до твоей тумбочки… и выключить лампу. Или включить. По настроению.

Она хитро улыбается. И тут до меня начинает доходить: с моей лампой всё в порядке, она вовсе не перегорела!

– Значит, ты бывала в моей комнате? Или хотя бы твоя рука?

– Да. В твоей и иногда у других читателей. Из любопытства. Но только на миг. Как только моя сцена в манге продолжалась, меня затягивало обратно. Как будто воронка возвращала меня в Сококу. Сколько времени я могла оставаться у вас, зависело от того, как быстро читал ребёнок. Иногда две минуты, иногда – десять. Чем больше я видела вашего мира, тем яснее понимала: я не хочу больше жить в Сококу. Я хочу жить здесь. С вами. С тобой, мой друг. – Она улыбнулась. – С моим другом, который даже не знал, что он мне друг. С того момента я начала планировать побег в Гамбург. И скоро у меня появилась идея, как это осуществить.

– Ну и как же?

– Мне нужна была манга, где рассказывается о моём побеге в Гамбург. Если бы такая сцена существовала, я была почти уверена, что смогу пройти через портал и остаться в Гамбурге.

– Э-э, прости, Йомото, но манги о твоём побеге в Гамбург не существует. Такого просто не бывает.

– Ещё как бывает.

– Да ну? И где ты её нашла?

– Признаю, с мангой было непросто, – объясняет Йомото. – Пришлось поломать голову. К счастью, в академии ниндзя нас учили управлять стихиями, и я немного переняла у Раку его умение перевоплощаться.

– Неужели ты превратилась в мангу, как Раку в ковёр?

Йомото качает головой.

– Нет, я не могу превращаться сама. Но с той же силой мысли, что Раку использует для превращений, и моими знаниями о стихиях я могу изменять предметы. Те, что я уже держала в руках. Правда, не навсегда. Как ты сам видел – даже самый волшебный ковёр рано или поздно становится просто тряпкой и падает с неба. Но предмет, которого я касалась, я могу изменить довольно надолго. По крайней мере, на столько, на сколько мне нужно. Я хотела изменить главы манги так, чтобы я могла прийти к тебе и пойти с тобой в школу. Как только я через историю попала бы в Гамбург, книга могла бы спокойно превратиться обратно и никто бы ничего не заметил. Вот такой я придумала план.

– А ты не боялась, что воронка затянет тебя обратно, когда манга вернётся к прежнему виду?

Йомото снова качает головой.

– Нет. Ведь я пришла бы по-настоящему, по сюжету, не тайно выскользнув из манги, а как полноправный участник истории. Я была уверена, что тогда всё сработает. Хотя, конечно, это было экспериментом. Экспериментом, который, к счастью, удался! – гордо восклицает она.

– Ясно… – только и могу выдавить я.

Единственный эксперимент, в котором я участвовал, – это взрыв водорода на уроке химии в начале учебного года. Всё пошло наперекосяк, потому что я зажёг спичку слишком рано, а наша учительница, госпожа Делаковиц, ещё не успела надеть наушники. После взрыва она два часа ничего не слышала. Кажется, она до сих пор на меня злится.

Йомото толкает меня в бок.

– Эй, ты слушаешь?

– Конечно. Давай, рассказывай дальше.

– Было важно, чтобы ты раньше не читал этот выпуск, – продолжает она. – Тогда бы ты сразу начал читать, а мне надо было как можно быстрее выбраться из Сококу. Поэтому я подбросила тебе новую главу. И тогда у тебя дома оказалась бы зачарованная манга – и я смогла бы прийти. Для этого мне нужен был тридцать второй том.

Моя голова уже не просто кружится – она гудит, как после взрыва. Слишком много информации! Мой любимый герой на самом деле героиня, она умеет зачаровывать книги и сбежала из своего фантастического мира в самый что ни на есть реальный Гамбург двадцать первого века.

– Прости, это всё звучит совершенно безумно, – недоверчиво ворчу я. Но в ту же секунду понимаю, что несу чушь. Ведь я сижу с персонажем манги в кладовке у Боссе Нойманна, который пригласил меня на вечеринку, пока Финн плавает в его бассейне, после того как вчера помог отправить дракона и кролика обратно в мангу. Если всё это возможно, то, наверное, эта героиня и правда могла изменить мангу так, чтобы сбежать через неё в Гамбург. Безумие? Да. Но в каком-то смысле – вполне логично.

– Ладно, может, это и не такое уж безумие, – поправляюсь я. – Но как ты вообще раздобыла один из первых экземпляров? Я был почти уверен, что стал одним из первых, кто в Гамбурге купил тридцать второй том. Как тебе удалось получить его раньше меня?

– Очень просто. Я как следует подготовилась. Во-первых, каждый вечер пила хабутоникку, чтобы быть в полной готовности. Во-вторых, я долго следила за издательством, которое выпускает мангу в Германии. К счастью, там работают настоящие фанаты манги – кто-нибудь постоянно заглядывал в книги, открывая мне портал для наблюдения. И вот настал момент: молодая женщина, ответственная за мою мангу, обрадовалась, когда из типографии пришёл ящик с первыми экземплярами. И – бам! – тут же начала читать!

– И что? Почему вдруг «бам»?

– Ну как же! В этот момент открылся портал и к ней. А значит, пока меня не было в кадре, я смогла на секунду протянуть руку на ту сторону и вытащить себе один экземпляр прямо из коробки. И вот он – мой собственный тридцать второй том, который я потом зачаровала и отправила тебе.

Ладно, это и правда «бам». Но пока мне всё ещё не до конца ясно, как именно она планировала доставить мангу ко мне.

– А как ты собиралась доставить книгу ко мне в Гамбург?

– Дальше я начала экспериментировать. Меняла сцены, понемногу. Совсем крошечные детали. И следила за тем, что будет происходить.

Она замолкает и вдруг начинает тихо посмеиваться.

– Эй, давай не тяни! – возмущаюсь я. – Что смешного?

Йомото широко улыбается.

– Одна из первых сцен, которую я переписала, была такая: Раку спотыкается о корень, падает – и в полёте своим длинным хвостом запускает Усаги вверх, прямо в крону дерева. Получилось так смешно! Усаги так разозлился на Раку – просто блеск. И всё было точно так, как я описала в изменённой сцене. Я поняла, что магия работает. По крайней мере, в Сококу.

Она снова замолкает. Я раздражённо вздыхаю:

– Ну давай же! Не тяни! Что ты сделала дальше?

Лицо Йомото становится серьёзным.

– Потом я захотела проверить, могу ли повлиять на события в вашем мире через мангу. Я придумала сцену, в которой ты лежишь в кровати, тебе снятся беспокойные сны – и ты вдруг падаешь с кровати на пол. Потом я выпила хабутоникку, легла спать и увидела это всё сама – как ты падаешь с кровати и в испуге просыпаешься. Хотя ты до этого даже не открывал мангу! Это ведь сумасшествие, правда?

– Точно! – взволнованно восклицаю я. – Я и правда как-то упал с кровати! Такого раньше не случалось!

Йомото кивает.

– Да, я тоже поначалу подумала, может, это просто сон. Но потом ты снова лёг, не мог уснуть, начал читать мангу – и я смогла наблюдать за тобой через портал. В комнату зашла твоя мама и начала ругаться, чтобы ты выключил свет. Тогда ты рассказал ей, как упал, – и я поняла, что всё получилось. Это я сделала так, чтобы всё изменилось. С помощью изменённой манги. Это было потрясающе!

Мама и правда зашла в мою комнату, наверное услышав шум, и ругалась, что я всё ещё читаю.

– Но что ты имеешь в виду, называя тот случай «потрясающим»? – спрашиваю я. – Всё остальное до этого уже было более чем потрясающим!

– Возможно. Но прежде, чтобы увидеть ваш мир, кто-то должен был открыть мангу с вашей стороны, чтобы портал сработал. А тут всё было наоборот. Я с помощью зачарованной манги открыла портал из Сококу. Я изменила историю в моём мире, и она произошла точно так же в вашем. Зачарованная манга стала ключом!

Йомото сияет от восторга, её триумфа невозможно не заметить.

– Дальше всё было просто, – продолжает она. – Я изменила главу в середине тридцать второго тома. Придумала историю, в которой ваша школьная секретарша, госпожа Конради, ложится спать, а утром находит мангу на коврике у двери и несёт книгу в школу, чтобы отдать ученику по имени Йо.

– И что, зачарованная манга сама появилась на её коврике? – спрашиваю я. – Как она туда попала?

– Я всё заранее обдумала, – развеивает мои сомнения Йомото. – Решила не рисковать. Выпила чашку хабутоникку и легла спать. Во сне я увидела, как госпожа Конради в субботу вечером ложится спать. Тогда я протянула руку через портал и положила книгу на её коврик. Не знаю, оказалась бы книга там на следующий день, если бы я просто изменила историю, а не перенесла её сама. Какая разница? Главное, что сработало – и правда сработало.

– Дай угадаю, – говорю я. – Потом ты изменила следующие сцены в манге, и госпожа Конради принесла книгу в школу. Математичка забрала у меня мою мангу и отправила меня в учительскую. То есть это всё не случайность, ты всё… эм… подстроила.

Йомото лукаво улыбается.

– Именно так. Подстроила. Я хотела, чтобы всё произошло быстро. В Сококу мне стало совсем тяжко, так что книга должна была попасть к тебе незаметно и без лишнего шума.

Я киваю.

– Верно. Я вообще не удивился, когда госпожа Конради дала мне книгу. Только потом задумался, где она взяла её раньше всех.

Йомото пожимает плечами.

– Я не знала, когда ещё представится такой шанс передать тебе книгу, поэтому воспользовалась первым же. И ты ведь сначала ничего не заподозрил.

– Нет, не заподозрил. А что было дальше?

– Когда книга оказалась у тебя, я смогла продолжить сюжет так, как нужно было мне: костёр, хабутоникку, битва с Пятихвостом, прыжок в грот, приземление в шкафу. – Она на мгновение замолкает и качает головой, словно сама не верит, что всё получилось. – План сработал идеально. Прямо в точку.

– Ну, кроме того, что твои друзья последовали за тобой, – замечаю я. – Ты же этого не хотела. Как так вышло?

Йомото мрачнеет.

– Понятия не имею. Может, это Акудзё? Может, она узнала о портале? Может, даже научилась им пользоваться? Неважно. Раку и Усаги вернулись в Сококу. А я всё ещё здесь. Пришла, чтобы остаться.

Она смеётся, и у меня мурашки бегут по коже.

– Нет! – кричу я громче, чем хотел, отчего Йомото вздрагивает. – Ты не можешь остаться! Это невозможно! Ни за что!

Йомото отшатывается от меня и выдвигает подбородок вперёд – упрямо и решительно. Я осторожно кладу руку ей на плечо. С тех пор как я узнал, что Йомото – девочка, мне рядом с ней немного не по себе. Ведь, в общем-то, я не люблю девчонок. Если не считать разве что Наоми. Ну и теперь, похоже, Йомото. Я кашляю в замешательстве и стараюсь говорить спокойнее.

– Не хочу тебя огорчать, но ты и в самом деле не можешь остаться. Как я объясню родителям, что японский школьник по обмену внезапно оказался девочкой и остался у нас жить?

Йомото смотрит уже не так напряжённо и даже пытается улыбнуться.

– Придумаем что-нибудь. Может, мои родители внезапно пропали и я не могу вернуться домой. Или я попрошу убежище, потому что в моей стране меня преследуют. За то, что я девочка.

– Чушь какая. В Японии девчонок точно не преследуют.

– Тогда выберу другую страну. Где-нибудь женщин точно притесняют.

Я вздыхаю.

– Даже если ты выдумаешь правдоподобную отговорку – тебе всё равно нужно вернуться. Ты должна спасти свою родину!

– Ты что, не слушал? Я НЕ МОГУ спасти родину! И поэтому НИКОГДА больше не выпью и глотка хабутоникку, чтобы НИКОГДА не вернуться домой! – кричит Йомото.

Я уже хочу огрызнуться в ответ, но вдруг вижу, что в уголках её глаз блестят слёзы. Они скатываются по щекам. Йомото в отчаянии. Я думаю, как её утешить, и тут мне приходит в голову идея.

– Йомото, – говорю я, – я знаю, каково это, когда от тебя ждут чего-то, чего ты, возможно, никогда не достигнешь. Вот, например, мои родители очень хотели, чтобы я поступил в гимназию и чего-то добился. Но я боюсь, что, может, не справлюсь, и это паршиво.

Йомото бросает на меня раздражённый взгляд, но я продолжаю, не обращая внимания:

– Конечно, спасти мир и окончить гимназию – не совсем одно и то же. Но в чём-то похоже. В обоих случаях боишься, что другие будут разочарованы. Может, жители Кинко сначала и расстроятся. Но только если они узнают правду, у них будет шанс сделать всё наилучшим образом. И, на мой взгляд, лучшее, что они могут сделать, – это наконец понять, что девочка может быть такой же хорошей Атамой, как и мальчик.

Йомото так яростно мотает головой, что мы чуть не падаем с дивана.

– Йо, ты не понимаешь! Это традиции, которые строго охраняет Чоро Кайги.

– Кто такой Чоро?

– Чоро Кайги. Совет старейшин деревни. Они никогда не примут женщину-Атаму. У нас есть чёткое правило: если в семье нет сына, который сможет защитить Кинко, Золотая шахта – а вместе с ней всё королевство – переходит во власть Тьмы. Так что неважно, вернусь я или нет.

Может, дело в том, что у меня две старшие сестры и я привык подчиняться в семье женской власти, но я отказываюсь верить, что жители Сококу предпочтут жить под пятой тьмы, отказавшись принять помощь от женщины.

– Кто так слепо держится за дурацкие традиции – сам себе враг, – сухо заключаю я. – Я всё равно считаю, стоит попробовать. Вернись и скажи им. Если после этого они всё равно не захотят – тогда это уже не твоя вина. Тогда ты свободна и возвращаешься в Гамбург. Но, может быть, они ещё передумают.

Йомото скрещивает руки на груди.

– Нет. Я остаюсь здесь. Это моё последнее слово.

Вот мрак. Мы пропали. И Сококу, и Кинко, и я.

На обратном пути к бассейну Йомото не произносит ни слова. Я, впрочем, тоже молчу. Хоть мы и не поссорились, ощущается некоторое напряжение. Что тут скажешь? Я считаю, что решение Йомото – полная катастрофа, но, увы, не могу её переубедить. Когда мы возвращаемся к бассейну, перед нами открывается странная картина: Наоми и Финн лежат на шезлонгах и крепко спят. Что с ними такое? Они же только что были полны сил! Хотя, если честно, я и сам вдруг чувствую себя уставшим и вымотанным. Почему бы и правда не расслабиться на одном из этих уютных шезлонгов? Я устраиваюсь рядом с Финном и вытягиваюсь во весь рост. Супер-мега-удобно!

Постояв немного в нерешительности, Йомото тоже ложится на шезлонг. Она всё ещё молчит – и это очень глупо, ведь у неё нет ни малейшего повода обижаться. Если кто и устроил грандиозное шоу, обманув всех, так это она. Хотя… ерунда какая-то. Наоми тоже девчонка, но я никогда не видел её капризной или обиженной. В отличие от Боссе. Тот жутко разозлился из-за булочки «Фортуна».

Как я устал! Только сейчас это по-настоящему до меня дошло. Посплю-ка я пару минут, чтобы восстановить силы, а потом ещё потанцую с Наоми. Если она к тому времени проснётся. Или, может, с Йомото, если она снова заговорит со мной. У неё, кстати, тоже усталый вид, глаза закрыты и сама лежит неподвижно.

Мои веки медленно тяжелеют, мысли в голове растворяются, словно в воздухе. Я как будто погружаюсь в облако – приятное ощущение, так уютно. Перед тем как окончательно уснуть, я слышу тихий шёпот и щелчок. С трудом приоткрываю глаза – кажется, Лассе с парой друзей стоит рядом и фотографирует нас. В другой раз я бы вскочил и высказал ему всё, что думаю. Но сейчас мне всё равно. Хочу спать.

– Смотрите, реально работает! – шепчет Лассе друзьям. – Все вырубились. В гостиной валяются и храпят. И эти тут тоже уже в царстве снов. Вообще наглые какие – заявились в бассейн! Ну ладно, с плаванием пока всё. Интересно, сколько ещё будет действовать валериана.

Девушка рядом с ним хихикает.

– Как ты вообще додумался подмешать валериану в пунш?

– Да потому что меня бесит, что родители разрешили эту дурацкую вечеринку для малышни. Класс Боссе – сплошные неудачники! А мама ещё заставила меня помогать. Вот я и решил повеселиться.

– То есть ты достал таблетки валерианы?

– Ага. Растительное снотворное. Валялось в комнате для гостей, бабушка забыла. Я егощедро сыпанул в пунш. Из-за имбиря вкус кайпириньи такой сильный, что никто ничего не заметил. – Он злорадно смеётся. – Подействовало не сразу, но теперь все дрыхнут.

Кайпи и валериана. Что-то это мне напоминает… Чёрт, не могу вспомнить, слишком я устал и всё глубже погружаюсь в облако сна. Рядом начинает мерцать свет. Опять Лассе со своим телефоном? Это реально раздражает, я же просто хочу спать. Открываю глаза – но свет не от телефона Лассе, парень уже ушёл. Что-то ярко светится в боковом кармане штанов Йомото: манга! Похоже, я взял не ту, что купил на вокзале, а зачарованную Йомото. И я больше не лежу у бассейна, а сижу на полу пещеры у озера. По крайней мере, мне так кажется, потому что, если не считать света от книги, вокруг темно. Плесенью пахнет точно не из бассейна Боссе, и шезлонги исчезли. Йомото лежит рядом на полу, растерянная, как и я.

– Что мы тут делаем? И главное, как мы сюда попали? – спрашивает она.

– Кажется, манга нас сюда телепортировала.

– Что?!

– Как ты и говорила: каждая книга – портал. Похоже, портал открылся, и мы каким-то образом прошли через него.

– Это невозможно! Мы не можем оказаться по ту сторону! – возражает Йомото. Она всё ещё злится, но хоть говорит со мной. – Без хабутоникку ничего не выйдет.

Валериана и кайпирошка! Коричневый сахар, лайм, имбирь и валериана! Вот оно!

– Кажется, мы сегодня выпили не один литр хабутоникку! – взволнованно кричу я, моментально просыпаясь. – В другом виде, с имбирём вместо женьшеня, но корень есть корень и, похоже, сработал!

Йомото достает мангу из кармана и кладёт её между нами. Книга светится, как фонарик, и я ясно вижу удивлённое лицо Йомото.

– Ты хочешь сказать… – начинает она и умолкает.

– Да, я хочу сказать, что Лассе, который ещё хуже своего младшего брата Боссе, подмешал валериану в пунш, чтобы насолить нам всем. Но случайно сварил хабутоникку, который мы с тобой пили. Портал открылся, и теперь мы, наверное, спим глубоким сном в моём мире, а в твоём – сидим в пещере у озера, где ты сражалась с Пятихвостом.

Сверху доносится громкий гул. То ли гром, то ли рёв тысяч глоток. А посреди этого я, кажется, слышу голос Раку. Слов не разобрать, но, судя по звуку, дракон в беде. Он шипит, рычит, и вот раздаётся пронзительный визг – это может быть только Усаги! Раку и Усаги в опасности! Горло мне будто сдавливает ледяная рука.

– Надо подниматься к ним! И быстро!

Я вскакиваю и пытаюсь сообразить, как выбраться из пещеры к озеру.

– Йомото, чего ты сидишь? Там твои друзья! Им нужна помощь! Как выбраться отсюда?

Йомото не шевелится. Я нагибаюсь, хватаю её за плечо и трясу. Она сердито отбрасывает мою руку.

– Отстань! Я же сказала, что не вернусь! Ни за что! Раку и Усаги отлично справятся сами. Наверное, это просто их показательный бой.

– А если нет? – Я не верю, что Йомото готова бросить друзей.

– Даже если они в опасности – я ничем не могу помочь. Книга должна рассказать историю, забыл? Иначе мы не выберемся через озеро.

Я качаю головой.

– Но мы уже здесь! Книга уже перенесла нас в пещеру! – Я поднимаю мангу с пола и начинаю читать. – Вот! Мы уже на месте!

На странице действительно изображены мы с Йомото в пещере. Йомото встаёт и заглядывает мне через плечо – её глаза широко распахиваются.

– Это невозможно! Эту сцену я не создавала. Она новая! Её придумал кто-то другой!

Мы смотрим друг на друга и хором кричим:

– АКУДЗЁ!

Йомото выхватывает у меня мангу и лихорадочно листает дальше, я читаю вместе с ней. От следующей сцены кровь стынет в жилах.

На берегу озера огромной чёрной волной выстроилась армия воинов Тьмы. Их фигуры очерчены нечётко – края тел сливаются с окружающей средой, словно тени, переходящие в полутени. У воинов нет лиц, только шлемы на черепах с пустыми глазницами. Когда армия движется, над землёй будто стелется густое облако чёрного дыма. И это облако смыкается кольцом вокруг Раку и Усаги, которые стоят на берегу спина к спине. Раку извергает пламя, и тени отступают от огня – но тут же подступают ближе. Усаги раздаёт пинки и удары каждому воину, до которого дотягивается, но на месте поверженного врага появляются двое новых. Друзья сражаются отчаянно, но силы явно неравны – враг кажется непобедимым. Мы в ужасе смотрим на этот неравный бой, Йомото стонет.

– Эту сцену придумала Акудзё. Не я! – шепчет она.

– Должно быть, ведьма знает твой секрет. И отправила Раку и Усаги в мой шкаф в Гамбурге, чтобы убрать их с пути. Без вас троих у неё в Сококу развязаны руки.

Йомото качает головой.

– Не знаю… может, всё было иначе.

– Да какая разница! – взрываюсь я. – Похоже, ты не единственная, кто может влиять на портал. Или ты думаешь, книга сама решает, что должно произойти?

Она пожимает плечами.

– Может быть. Я подумаю об этом.

– Кстати, насчёт «подумать» – времени на это нет! Надо действовать. Или тебе безразлично, что будет с твоими друзьями? – взываю я к совести Йомото.

– Конечно, не безразлично. Но…

Я снова качаю головой.

– Объяснишь потом! Давай! Меняй историю! Отправь нас через портал!

Я хватаю Йомото за плечо. Она наконец выходит из оцепенения, кивает, и мы, разбежавшись, прыгаем с головой в темноту. Неужели сейчас мы, как Раку и Усаги в первый раз, врежемся в стену? Нет. Стена превратилась в тёмный туннель, через который мы проплываем, чтобы вскоре вынырнуть в озере. Я оглядываюсь. Невероятно! Я плыву посреди озера Сококу, которое столько раз видел в манге. В чёрно-белом цвете. Да, всё так: я сам чёрно-белый, как персонаж манги. Это не укладывается в голове! Я поднимаю руку к лицу, чтобы убедиться, что всё на самом деле. Я в манге. Безумие!

Времени удивляться нет – Раку и Усаги долго не продержатся. Мы с Йомото плывём изо всех сил к берегу и бежим к друзьям. И вовремя: дракон и кролик сражаются отчаянно, но их силы стремительно угасают.

У Йомото явно есть суперспособности! Она достаёт из пустоты боевой посох, начинает им вращать, отбивает удары и буквально оттесняет армию теневых воинов от озера, всё ближе подгоняя их к краю крутого обрыва. Под обрывом – глубокая пропасть, по дну которой извивается река, впадающая чуть ниже в озеро. Раку и Усаги, воспользовавшись передышкой, которую дала им Йомото, берут воинов Тьмы в клещи. Теперь те не могут увернуться от ударов её посоха. Они пытаются, подобно чёрному облаку, пронестись над грозной воительницей – но тут в дело вступаю я.

Я верю, что в Сококу я не просто чёрно-белая фигура манги, а настоящий герой-ниндзя. Я делаю глубокий вздох, с оглушительным боевым кличем бросаюсь на армию и прыгаю! Взлетаю над головой Йомото и несколькими точными ударами кунг-фу сбиваю воинов, которые пытаются пролететь над ней в чёрном облаке. Зажатые между Раку, Усаги, Йомото и мной, теневики отступают и один за другим падают с обрыва в пропасть. Чёрное облако сгущается над рекой, и вдруг раздаётся глухой громкий хлопок, словно далёкий раскат грома. Мы смотрим вниз – облако растворилось в воздухе! Воины Тьмы исчезли, мы победили!

Мы с Йомото бросаемся друг другу в объятия, Раку в восторге кружит над нами, а кролик попеременно запрыгивает на плечи то к Йомото, то ко мне. Мы так счастливы, что забываем об усталости и том, как изнурительна была эта битва. Но вскоре изнеможение берёт своё.

– Шеф, – зевает Усаги, явно обращаясь к Йомото, – я прилягу на свои кроличьи ушки. Опасность миновала, мне срочно нужно поспать, не то подурнею.

Йомото кивает.

– Ложись поспи. Думаю, нам всем не помешает немного отдохнуть.

– Точно, – соглашается Раку. – Я тоже вздремну. Но сначала, Йомото, хочу тебе кое-что сказать.

Дракон умолкает и тихонько покашливает, из его ноздрей вырываются маленькие языки пламени. Йомото смотрит на него неуверенно, почти испуганно.

– Злишься, что я не сразу пошла с вами, да? – спрашивает она, не давая Раку продолжить.

Но тот качает головой.

– Нет, не злюсь. Я просто рад, что ты помнишь, где твоё место. И оно здесь, в Сококу.

Потом он поворачивается ко мне, и его морда кривится в нечто, похожее на драконью ухмылку.

– И хорошо, что и ты пришёл, Йо. Ну, спите крепко!

Я лежу на траве и смотрю в небо. После долгого сна всё тело ещё ноет, и, кажется, под левым глазом у меня синяк, и всё же я чувствую себя неплохо.

– Мы им задали жару! – радуюсь я. – Такого поворота они точно не ожидали.

Йомото молчит, но я слышу её дыхание. Я поворачиваю голову к ней.

– Йомото, мы ведь отличная команда, правда? Или ты уже изменила мангу так, чтобы мы победили в этом бою?

Она молчит с минуту, потом наконец, говорит:

– Нет. Я только успела быстро открыть для нас портал. Драться нам пришлось самим, и это было по-настоящему круто. Честно говоря… не думала, что ты на такое способен. – Она вздыхает. – Нам нужно возвращаться, Йо.

Я вскакиваю и в ужасе смотрю на неё.

– Ты всё ещё хочешь вернуться? Не может быть! Разве ты не слышала Раку? Твоё место – в Сококу!

Йомото тоже садится и серьёзно смотрит на меня.

– Слышала. Но выиграть бой – это не значит выиграть войну. А эту войну я выиграть не смогу. Я ведь уже объясняла это тебе.

Её голос дрожит, она выглядит бледной и несчастной. Я понимаю, какая мучительная тяжесть давит ей на плечи и как она устала от этой «невыполнимой миссии». Но если она сдастся и вернётся в Гамбург – миссия точно станет невыполнимой. Без Йомото Кинко обречён. Но ведь можно изменить эту проклятую традицию! Тем более Йомото обладает сверхспособностями – она только что снова это доказала в бою с теневыми воинами. Тёмная сторона это, похоже, тоже поняла. И всё это не имеет значения только потому, что она – девушка? Это бред!

И тут мне кое-что приходит в голову. Я бодро толкаю Йомото локтем в бок:

– Слушай! Я, конечно, почти ничего не смыслю в математике, физике и всяком таком. Но зато я хорошо знаю, что парни и девушки, мужчины и женщины вместе могут многого добиться. И что есть мир, где это нормально. Может, я как раз тот, кто нужен, чтобы объяснить это в Кинко.

Йомото хмурится.

– Как это?

– Всё просто: я могу выступить перед Чоро Кайги, или как там называется этот совет, с речью о правах женщин. Рассказать, как это устроено в Гамбурге, что у нас в Германии много лет был Атама по имени Ангела – самая настоящая женщина. И нам это совсем не повредило. Германия за это время не пала под властью сил тьмы. Неужели они захотят рисковать из-за глупой традиции?

– ТЫ хочешь держать речь перед Чоро Кайги? – Йомото смотрит на меня так, будто не знает, смеяться или плакать. – И как ты это себе представляешь?

– Ещё проще: ты остаёшься в Сококу, пробиваешься обратно в Кинко, а я иду с тобой.

И тут Йомото начинает хохотать.

– Ты хочешь остаться здесь? Прости, но это настоящее безумие. Да, по-японски ты здесь говоришь вполне сносно, но всё остальное – полный бред.

Секундочку… здесь, в Сококу, я говорю по-японски?

Да просто дух захватывает! Почему это моя идея – полный бред? Да она просто гениальна!

– Слушай, если тебе позволено разгуливать по Гамбургу, то я вполне могу делать то же самое в Сококу! – протестую я. – Ладно, признаю, я пока ещё только герой-стажёр, но учусь быстро. К тому же ты сама хотела всё бросить – и деревню, и людей. А я считаю, что это в корне неправильно. Хуже уже точно не будет. Конец света есть конец света. Так позволь мне хотя бы попытаться.

Йомото молчит, выдёргивает травинку и задумчиво её жуёт. Потом кивает.

– Ты прав. Попытаться стоит. Но не обманывай себя: это будет совсем не прогулка. И тебе придётся поднабраться у меня ещё парочки приёмов получше, чем те, что ты показал в драке с теневыми воинами, – смеётся она. – Иначе можешь даже не утруждать себя репетицией речи перед Чоро Кайги.

Моё сердце подпрыгивает от радости: выходит, Йомото верит, что мой план не безнадёжен! Я быстро поднимаю правую руку в жесте клятвы:

– Понял, шеф. Без проблем! Готов учиться!

Но среди всей этой радости и волнения в голову закрадывается мысль: путь до Кинко может быть долгим. Я не знаю, течёт ли время в Сококу так же, как в Гамбурге, но перед началом миссии мне точно нужно подготовить объяснение для родителей. Не хочу, чтобы они волновались.

– Но сначала нам с тобой, Йомото, нужно кое-что уладить, – говорю я.

– Нам с тобой? – удивляется она.

– Ага. Мы сделаем небольшой крюк. Ты расскажешь моим родителям, что твои невероятно щедрые родители в благодарность за неожиданное гостеприимство пригласили меня в поездку по Японии и теперь я полечу с вами обратно. Типа культурный обмен – в гимназии Марии Кюри на такое всегда дают каникулы.

Йомото расплывается в улыбке.

– О, здорово придумано. Мне, кстати, тоже нужно попрощаться с Боссе. Может, за совместной трапезой с булочкой «Фортуна».

– Так и сделаем, – торжественно заявляю я. – Слетаем ещё разок в Гамбург. А потом – в Кинко. По рукам?

Я протягиваю руку, Йомото крепко жмёт её.

– По рукам!

Порыв ветра переворачивает страницы манги, которая, к счастью, не пострадала в бою и лежит рядом в траве. Я смотрю на открывшуюся сцену: мама, папа, Табеа, Йомото и я ужинаем за кухонным столом. Ветер листает дальше – и вот мы с Йомото плывём по озеру. На пути к приключениям!

…в первую очередь Генри и Грете! Без вас я бы не додумалась объединить детскую книгу с мангой. Когда я увидела, с какой страстью вы читаете мангу, тоже заинтересовалась и, должна признаться, меня затянуло! Какие же там потрясающие истории! Вы открыли мне огромный новый мир, и я снова увидела подтверждение тому, что и так было ясно: хорошая история – это хорошая история, какими бы средствами она ни рассказывалась.

…Наоми Магези и Штефани Корте, которые стали живыми прототипами для персонажей этой истории. Я писала и думала о вас, и надеюсь, у вас не звенело в ушах. Если звенело – простите! Но это ещё повторится, ведь вы появитесь и во второй книге.;-)

…Тине Шпигель, моему редактору в Fischer Sauerländer. Дорогая Тина, как здорово, что ты сразу поверила в эту историю и с энтузиазмом ринулась навстречу приключениям вместе со мной. 1) С тобой классно придумывать сюжет, 2) ты сохраняешь ясность, когда запутавшийся автор её теряет, 3) ты строга, когда нужно, 4) поддерживаешь, когда автор близок к отчаянию, и 5) ты невероятно болеешь за автора на финальном этапе. Но главное – 6) ты убедила присоединиться к нашей команде лучшего иллюстратора, и за это мой особый поклон…

…ХЕЛЬГЕ ФОГТУ!!!

Дорогой Хельге, мне выпала невероятная удача работать с тобой! Может, это прозвучит излишне пафосно, но те, кто меня знают, в курсе, что я не склонна к преувеличениям или излишнему восторгу – всегда говорю как есть. Ты добавил истории то, чего в ней раньше не было. Словами я могла лишь рассказать, что мы путешествуем между реальным Гамбургом и фантастическим миром манги, но твои иллюстрации это показали. Короче говоря: я безмерно горжусь тем, что наши с тобой имена – на одной обложке!

…моему издательству: ваш энтузиазм и преданность делу – просто мирового уровня! Книгу не пишут в одиночку, это всегда командная работа, и к этой команде у меня исключительно тёплые чувства. Пусть за первой книгой последует ещё много других!

И наконец, огромное спасибо моим маленьким и взрослым читателям – за ваше доверие и веру в то, что перед вами снова достойная история.

Надеюсь, вам было интересно!

Понравилось читать о приключениях Йо и Йомото?

Тогда жди вторую книгу! А пока можешь заглянуть на её первые страницы…

Когда мы бредём домой с вечеринки у Боссе Нойманна, вид у нас такой, будто по нам проехался поезд. И чувствуем мы себя точно так же. Остаётся только молиться, чтобы у самой двери мы не наткнулись на маму. На всякий случай я сказал родителям, что мы остаёмся ночевать у Боссе, ведь с Йомото никогда не знаешь, как всё повернётся. А поскольку завтра – то есть сегодня – понедельник, но в школе выходной из-за учительской конференции, мама разрешила. Так что она, скорее всего, не будет поджидать нас, и мы сможем незаметно проскользнуть в квартиру. Видок у нас – оторви и брось: у свитера Йомото больше нет рукавов – щупальца Пятихвоста так крепко впились в ткань, что мы не смогли их отодрать даже после того, как я отсёк их катаной Йомото. В итоге рукава пришлось отрезать, благо под свитером у Йомото была футболка, иначе ей пришлось бы бегать полуголой. Свитер превратился в модный жилет – худшей одежды, на мой взгляд, не придумаешь.

Я сам, хоть и полностью одет, тоже не в лучшем виде: у меня теперь ОЧЕНЬ короткая стрижка. В пылу битвы я оказался перед Раку, когда тот начал извергать пламя. Часть волос обгорела, и их пришлось отстричь. А поскольку коротко стричься только с одной стороны странно, Йомото срезала почти под корень и вторую сторону своим коротким мечом вакидзаси. К тому же я сильно хромаю: я не учёл, что у Пятихвоста щупальца отрастают сразу, как отсечёшь, и одно из них зацепило мне правую ногу, когда я уже думал, что можно расслабиться. Хорошо, что потом Раку его поджарил и он меня отпустил.

– Ну и видок у вас, как с помойки! – раздаётся голос. – И похоже, вам знатно влетело. Респект!

К счастью, это не мама, а противная старшая сестра Табеа. Она как раз подходит к двери, но в отличие от нас выглядит куда приличнее. Табеа достаёт из кармана куртки телефон и демонстративно тычет им мне в лицо.

– Полчетвёртого утра. Поздновато для парочки карапузов. Интересно, что скажут мама с папой.

– Ты же нас не выдашь? – округлив глаза, уточняю я.

– Как знать, – усмехается Табеа. – Может, передумаю, если ты всю следующую неделю будешь вместо меня возиться с посудомойкой. Ненавижу её загружать и разгружать – это портит мой свежий маникюр.

– Я и сам эту машинку терпеть не могу! – протестую я. – И вообще, ты сама только что вернулась!

– Верно. Но мне семнадцать, а тебе двенадцать. На меня можно положиться, а ты всё время во что-то влипаешь, – тянет она. – Кому влетит? Угадай с трёх раз. Подсказываю: не мне.

– Зато ты тайком куришь, – вмешивается Йомото. – Я пока неважно знаю твоих родителей, но представляю, как они расстроятся, узнав об этом.

Теперь глаза округляет Табеа, а я улыбаюсь до ушей.

– Скажи своему тупому иностранцу, чтобы не лез не в своё дело! – визжит она. – И вообще, это неправда. Я не курила.

– Курила, я чувствую запах, – невозмутимо отвечает Йомото. – Твои родители поверят мне, ведь я скажу, что беспокоюсь о твоём здоровье и что в Японии школьницы не курят. А ещё добавлю, что видеть тебя с сигаретой – культурный шок!

Табеа задыхается от возмущения.

– Ах ты гадёныш! Не смей распространять про меня такие сплетни!

– Пока что ничего не сказано, – пожимает плечами Йомото. – Всё зависит от тебя. Давай так: ты забываешь про посудомойку, а я – про сигарету.

– Вы, мальчики, просто отстой! – Табеа фыркает и, с грохотом взбежав по лестнице, открывает дверь.

Ochite shimaimasu yo! – Осторожно, упадёшь! (яп.) – Здесь и далее примечания переводчика, если не указано иное.

Kabe ni nare. – Станьте стеной.

Доверенный предагог – это наставник, которому поручена функция поддержки и сопровождения учащихся в вопросах, выходящих за рамки обычного обучения.