— Видели эту девушку?

Показываю парню за стойкой фото своей сестры. Он щурится, пристально глядя на экран телефона.

— Нет, — протягивает и хмыкает: — Я бы такую красотку не пропустил.

Рассеянно киваю, отворачиваюсь от него, намереваясь пройти дальше, но он вдруг хватает меня за руку.

— Стой, а она здесь? С тобой?

Начинается новый трек — и я перестаю разбирать его слова в оглушительном грохоте музыки. Отстраняюсь, прохожу дальше.

Моя сестра где-то в этой гудящей толпе. В ночном клубе. Сегодня тут закрытая вечеринка. Людей не так много, по сути все из одной компании. Везет, что моей подруге удалось достать пригласительные, иначе нас бы сюда просто не пустили.

Наверное, не самая лучшая идея искать Надю вот так. Подходить ко всем подряд, показывать ее фото. Но ничего другого в голову не приходит.

На секунду застываю, поймав взглядом знакомую фигуру. Бросаюсь вперед, трогаю девушку за плечо, однако когда та оборачивается, понимаю, что я ошиблась.

Незнакомка недовольно хмурится.

Тебе чего? Извините, качаю головой, отхожу в сторону, продолжая искать взглядом сестру.

Вообще, это совсем не похоже на Надю. Отправиться в ночной клуб, никого не предупредить. Особенно странно все выглядит после той истории, которая не так давно произошла со мной.

Но я точно знаю, что сестренка тут. Подруге скинули фото из клуба. На одной из них моя Надя в компании подружек. Вот за этой самой барной стойкой.

Однако сейчас никого из них не вижу. Хотя приехали мы быстро. Не больше часа прошло.

Вечеринка только набирает обороты. Большая часть гостей уже навеселе. Так что расспрашивать их бесполезно. Тот парень еще нормально отреагировал, другие просто не понимали, чего я от них хочу.

Смотрю по сторонам, из знакомых лиц — только Таня. Подруга, которая и провела меня сюда.

А кто провел мою сестру? И куда она успела исчезнуть?

Ее компанию тоже не вижу. Еще раз смотрю на фото, которое мне переслала Таня.

Там Надя с тремя другими девочками.

В очередной раз обвожу взглядом зал. Никого похожего не замечаю.

А что если они в какой-нибудь вип-зоне?

Волнение нарастает. Становится еще тревожнее.

Опять поворачиваюсь, вижу, что Таня во всю флиртует с Авериным. Именно с ним моя подруга давно мечтала познакомиться, потому и достала приглашения на закрытую вечеринку, которую он устраивает.

Здесь одни старшекурсники. А некоторые выглядят так, будто давно универ закончили. Взрослые мужики.

Моей сестре только восемнадцать исполнилось. Ее подружки не старше. Этим девочкам здесь точно не место.

Да я сама себя неуютно чувствую.

Продолжаю высматривать сестру в толпе, снова сталкиваюсь глазами с Таней, и она поднимает руку, машет мне. Делаю ответный жест, после поворачиваюсь, решая пройти обратно к стойке.

Надо спросить барменов.

— За счет заведения.

Высокий стакан с ярко-зеленой жидкостью подьезжает по гладкой поверхности прямо ко мне, едва стоит оказаться рядом.

Бармен подмигивает, и отворачивается, принимая заказ.

Можно вопрос? — выдаю, как только он снова смотрит на меня. Тебе можно все, — широко усмехается мужчина, склоняясь ближе.

Показываю ему фотографию Нади. Здесь, в клубе.

— Видели ее?

Замечаю, как его брови сходятся над переносицей, и во взгляде что-то меняется.

Резко. Когда мужчина снова смотрит на меня, в его глазах нет больше никакого намека на веселье.

— Это моя сестра, — выпаливаю. — Мы хотели встретиться, а теперь она трубку не берет.

Телефон Нади отключен. Еще днем не могла ей дозвониться. Как и ее подружкам

Последнее место, где их видели, — тут.

Сестра? — хмуро переспрашивает бармен. Да.

Мы с Надей очень похожи. Он понимает, что говорю правду.

— Пожалуйста, — прибавляю. — Очень за нее волнуюсь.

Нервно улыбаюсь, а мужчина мрачнеет.

Уехала она, — говорит наконец. Когда? Ну может час назад, — пожимает плечами. — Я как раз на смену заступил. С подругами? Может, вы слышали, куда они... Нет, — качает головой. — С каким-то типом.

Внутри холодеет.

Как он выглядел? Высокий, здоровый.

У меня возникает стойкое чувство, что бармен не договаривает до конца. Под то описание, которое он дает, подойдет чуть ли не каждый второй. В клубе полно крепких парней.

Может, кто-то еще их видел? Знает его? — продолжаю. Слушай, девочка, ты бы меньше болтала, — заявляет бармен, наклоняясь практически вплотную ко мне. — Здесь такие расспросы не любят. Ты же сама понимаешь, что за семья этот клуб держит.

Отец Аверина криминальный авторитет. Официально он давно ведет честный бизнес, но такие люди никогда не выходят из игры полностью.

Она была с кем-то из людей Аверина, — продолжает бармен, подтверждая мои худшие опасения. — И кстати, сама шла. Не видел, чтобы возражала.

— Нет, Надя не могла, отрицательно мотаю головой.

Не представляю, чтобы моя сестра сама пошла за каким-то посторонним мужиком

Или... она знала его раньше?

Нет, глупости. Надя бы мне все рассказала. У нас нет никаких секретов друг от друга.

Однако про клуб сестра промолчала. Еще и телефон отключила.

Слишком много странностей.

Не могла? — хмыкает бармен. Она не такая. Да. все не такие, — протягивает он.

А когда я пытаюсь задать новый вопрос, мужчина взглядом дает понять, что спрашивать дальше бесполезно. Он ничего не расскажет. И это понятно. Тут никто не хочет проблем с Авериным.

Бармен отворачивается, направляется к другому краю стойки.

— Насть, пойдем к нам, — доносится веселый голос Тани.

— Что ты тут одна зависла?

Подруга обнимает меня за плечи.

Оборачиваюсь.

— Надю не могу найти, — говорю.

Да? — хмурится Таня и больше ничего не успевает сказать, потому как в разговор врывается мужской голос.

- Что за Надя?

Перевожу взгляд в сторону и замечаю Аверина. Парень усмехается, когда наши глаза встречаются.

Моя сестра, — отвечаю. Пусть к нам идет, — пожимает плечами он.

— За нашим столом всем места хватит.

Не нравится мне взгляд, которым Аверин по мне проходится. Оценивающий, какой-то липкий. Но сейчас точно не до него.

Извини, Тань, — говорю, поворачиваясь к подруге. — Нужно ехать. Мне удалось выяснить, что Надя уехала с каким-то мужчиной. Здесь ее точно нет, поэтому...

Да куда ты поедешь?

Не знаю, — задумчиво качаю головой. — Но тут ее не найду. Попробую еще кому-то позвонить. Или таксистов на парковке перед клубом поспрашиваю. Они там всю ночь заказы принимают. Может видели что-то.

Ой, брось, — отмахивается Таня. — Зачем ты вообще собралась ее искать? Не обламывай сестре вечер. Что? — мои брови невольно ползут вверх от удивления на реакцию подруги.

Слушай, ну познакомилась твоя Надька с кем-то, решила оторваться. С кем не бывает? А ты уже так разошлась. На пустом месте. Еще в полицию заяви.

Заявлю, — киваю.

Серьезно? — осуждающе закатывает глаза Таня. Да, я Надю знаю. Она бы не уехала отсюда с первым встречным. Ну так может они не в первый раз встречаются.

Такое подозрение у меня возникает. Все-таки странно, что Надя ничего не сказала насчет клуба, заранее отключила телефон.

И все же сердце не на месте. Дурное предчувствие становится сильнее с каждой секундой.

Здесь я просто теряю время.

Покажи фотку сестры, — вдруг заявляет Аверин, который как теперь видно, внимательно следил за ходом нашего разговора.

— Спрошу ребят. Может кто видел.

Этот парень совсем не вызывает доверия. Но сейчас не тот случай, чтобы отказываться от помощи. Любой.

Понимаю, на вопросы Аверина ответят охотнее, чем на мои.

— Вот, — говорит Таня, первой протягивает ему телефон.

Скинь мне, — бросает парень и снова смотрит на меня. — Пойдем, сядем. Чего возле стойки торчать?

Следующие несколько минут проходят как на иголках.

Таня радостно стрекочет, обнимает Аверина, а я слежу за его приятелями, которые то подходят к столу, то уходят. Жду, что они скажут.

— Не переживай, — вдруг подается ко мне Аверин, чуть ли в ухо выдыхает: — Найдется твоя сестра.

Перехватываю потемневший взгляд Тани. Но в следующий момент подруга расслабляется, потому что Аверин снова обнимает ее, притягивает ближе, а дальше вообще усаживает к себе на колени.

Снова смотрю на танцпол. Отчаянно стараюсь найти если не сестру, то хоть кого-то из ее подруг.

Могу ли я доверять словам бармена?

Его реакция была странной. Это единственное, что я четко понимаю.

Очередной парень подходит к Аверину, отвлекая его от Тани. Они жмут руки, обмениваются несколькими фразами.

Нашлась твоя сестра, — раздается фраза, которая заставляет меня подскочить на ноги.

Где она? — выпаливаю. В гостях у моего... друга, — выдает Аверин с каким-то странным выражением и внимательно смотрит на меня. — Знаешь, лучше и правда ее оттуда забрать

Все внутри обрывается от его слов.

Парень поднимается, и Таня сползает с его колен.

Адрес, — роняю с трудом. — Мне нужно... Я довезу, — бросает Аверин.

— Поехали.

Подхватывает меня под локоть, причем двигается настолько резко и порывисто, что смахивает с себя руки моей подруги.

Застываю. Тело будто не слушается. Что-то внутри не дает мне шагнуть следом за Авериным.

Что? — хмурится он и притормаживает, не сводя с меня глаз. Вечеринка, — выдаю первое пришедшее на ум. — Не хочу тебя отвлекать. Мне бы просто понять, куда ехать. Дальше я сама. Наберу своего парня. Он отвезет.

Не знаю, зачем говорю про парня, ведь никакого парня у меня нет. Просто так получается.

— Мой друг чужаков не любит, — замечает Аверин, слегка прищуриваясь. — Но ты не волнуйся. Решу вопрос. Сама понимаешь, лучше все сделать по-тихому. И быстро. Чтобы проблем не было.

Иду за Авериным как на автопилоте.

Во что моя сестра вляпалась? И как только умудрилась? Что это вообще за «друг»?

Мы выходим из клуба. Парень открывает дверцу машины, и мы с Таней усаживаемся назад.

Аверин располагается на переднем сиденье. А его приятель за рулем. В салоне авто освещение лучше, чем постоянное сменяющиеся неоновые всполохи в ночном клубе. Только теперь замечаю, что знакомый Аверина гораздо старше, чем мне сначала показалось. Да ему лет сорок, не меньше.

Не знаю, почему обращаю на это внимание.

Какая разница?

Сейчас главное забрать сестру, но...

Нужно кому-то написать, где я. Хотя куда едем понятия не имею, однако номер машины запомнила. Автоматически.

Ну и сообщить, что я с Авериным не помешает.

Достаю телефон, начинаю набирать текст в мессенджере, и взгляд цепляется за показатель заряда.

Нет, не сейчас.

Один процент батареи выглядит паршивее некуда.

Жму «отправить» — в тот же момент экран гаснет. Не понимаю, успела отправить

или нет.

— Тань, дай телефон, — обращаюсь к подруге.

Сейчас, — кивает та, начинает искать мобильный в сумочке, а после подается к

Аверину: — Ой, Сереж, мой телефон у тебя.

— Да?

Он хлопает по карману брюк.

Черт, малышка, я по ходу твой мобильный в клубе оставил, — бросает Аверин и поворачивается, обхватывает Таню за подбородок, поглаживает ее щеку большим пальцем. — Но ты не загоняйся. Сейчас наберу пацанам. Они заберут. Да ладно, я не переживаю, — бормочет Таня.

И как будто млеет от любого слова Аверина.

А я не могу отделаться от мыслей о том, что ее телефон у него, причем прямо сейчас. Помню, как он Танин мобильный в свой карман сунул. На автомате это подметила.

Или я уже сама себя накручиваю? Может и сунул, а потом достал.

Куда мы едем? — спрашиваю. За город, — коротко отвечает Аверин.

Спокойнее не становится. Особенно когда ловлю на себе тяжелый взгляд водителя.

— Что ты надулась? — понизив голос, выдает подруга.

Смотрю на нее.

— Да нормально все будет, — продолжает она, будто и правда не видит проблему.

Сережа обещал все решить. Ты ведь видишь, какой он? Все сделает.

Спорить нет смысла. Особенно здесь.

Чем дальше мы едем, тем меньше мне кажется хорошей идеей вот так поехать с

Авериным неизвестно куда.

Но что еще могла сделать?

В полиции бы мое заявление никто не принял. Сегодня так точно. Даже сутки не прошли с момента исчезновения Нади.

А так хотя бы есть шанс. Нужно действовать быстрее. Нельзя терять ни секунды.

— Твоя сестренка просто подцепила классного парня, — протягивает Таня.

И сейчас мне очень хочется в это поверить. Но я слишком хорошо знаю сестру. Ну не поступила бы она так никогда.

Заезжаем в элитный загородный район. И горло невольно сдавливает от вдруг нахлынувших воспоминаний.

Слишком хорошо помню это место. Совсем мало времени прошло.

Боюсь представить, куда могла попасть моя сестра.

Массивные ворота разьезжаются в разные стороны, и машина заезжает во двор

— Сереж, это дом твоего друга? — спрашивает Таня.

И я невольно смотрю на подругу. В ее голосе звучат ноты напряжения. Или же у меня совсем сдают нервы.

— Пойдем, — говорит Аверин.

Вопрос он игнорирует, открывает дверцу, чтобы мы выходили.

Тань? — зову, беря подругу за руку. А? — поворачивается ко мне она, нервно мотает головой. — Ничего.

Чего стоим? — спрашивает Аверин, задерживаясь на пороге, смотрит то на меня, то на Таню. — Чего ждем?

Вперед, кивает водитель в сторону дома, когда я машинально оборачиваюсь назад.

— Идем, — роняет Таня.

Ноги не слушаются, но я заставляю себя шагнуть дальше.

Аверин проходит в дом, на ходу расстегивая рубашку, ослабляя ворот. Он лениво потягивается, подхватывает со стола бутылку виски, пьет прямо из горлышка.

— Это же твой дом, — замечает Таня. — Сереж?

Аверин кивает с довольной усмешкой, усаживается в ближайшее кресло, разваливается там с видом хозяина.

— Добро пожаловать, — заключает он.

Где моя сестра? спрашиваю и голос предательски срывается под конец фразы.

— Да черт ее знает, — отмахивается Аверин. — Никто из моих не в курсе, с кем она свалила. Но главное, что мы здесь. И отлично проведем время.

Из глубины дома доносятся голоса. Вскоре в гостиной показывается несколько парней. Их человек пять. Нет, семь. Ровесники Аверина, но спокойнее от этого не становится. Ничуть.

От их взглядов чувствую гораздо больше угрозы, чем от взгляда того мрачного водителя, который нас привез и сейчас останавливается в дверном проеме, наблюдая за разворачивающейся сценой.

Хуя себе, заявляет один из парней. Братан, вот это телки, одобрительно заключает второй. Свежак! Точно, ебейшие. Блондинку хочу.

Они присвистывают, оглядывая нас. Их комментарии становятся все грязнее, а взгляды — оценивают будто товар.

Ситуация накаляется, а у меня внутри все леденеет. Накатывает жуткое чувство дежавю. Только теперь все гораздо, гораздо хуже, чем тогда.

Наконец, Аверин обрывает своих дружков:

Ша, — взмахивает рукой и остальные замолкают, а он кивком показывает на меня:

— Блонда моя. Ладно, начинай. Но не забудь поделиться. А вторая тоже твоя?

— интересуется кто-то. — Мне больше брюнеточки по вкусу.

На вторую мне похуй, — без эмоций бросает Аверин, снова прикладываясь к бутылке.

— Сережа, — всхлипывает Таня.

Крепче сжимаю ее ладонь в руке.

— Сереж... - шепчет подруга.

Не грусти, сладкая, мы тебя так покатаем, что про Серегу забудешь, насмешливо бросает кто-то из парней.

Втроем покатаем, — прибавляет другой. Да здесь всем места хватит. Найдем, как эту смазливую сучку пристроить, чтобы никто не был в обиде.

— Да! Еще сама добавку просить начнет. Каждая щель при деле будет.

Пьяный гогот парней оглушает.

Меня парализует от ужаса.

— Ебальники завалили! — рявкает Аверин. — Что вы мне девочку пугаете? Она сейчас в обморок грохнется.

Он отставляет бутылку на стол и резко поднимается с кресла. Подходит ближе. И Таня тут же тянется к нему:

— Сереж, это ведь шутка? Прикол такой, да? Розыгрыш?

Аверин грубо отталкивает ее.

— Пошла отсюда...

Таня протестует, а я стараюсь удержать подругу за руку, но другие парни быстро оттягивают ее от меня.

Немею. Не понимаю, как тут бороться. Как вообще себя вести в такой чудовищной ситуации.

— Тише, — улыбается Аверин и эта его улыбка выглядит дико в той ситуации, которая тут складывается, кажется хуже любой издевки. — Я не из тех, кто делится.

Холод заливает грудь.

— Как там тебя? — он хмурится. — Настя, да? Короче, Насть, ты можешь расслабиться. Сегодня я выбрал тебя.

То, что я его не выбирала, этого типа явно не волнует.

— Хорошо, — выдаю с трудом. — Я все сделаю, но пожалуйста, помоги мне найти сестру.

Хочу еще что-то сказать. Так хотя бы могу потянуть время. Однако Аверин вдруг начинает смеяться. Будто услышал нечто очень забавное.

Ты кем себя возомнила, шалава? — резко спрашивает он, и такая смена настроения пугает не меньше, чем группа парней за его спиной.

Конечно, ты сделаешь все.

Он сгребает ворот моей футболки в кулак. Рывком притягивает меня к себе, от чего слышится треск ткани.

— Твою сестру наверняка уже насадили на хуй. Она кайфует. А у тебя, малыш, все впереди.

Аверин раздирает мою футболку.

— Кого-то ждет горячая ночка, — с издевкой обещает парень.

Шок накрывает настолько сильно, что даже не могу сопротивляться. Горло сдавливает. Крик забивается в груди.

— Отец звонит, — вдруг раздается голос водителя.

Он показывает Аверину свой телефон. Экран светится во всю.

Блядь, не отвечай, — раздраженно бросает тот и резко отворачивается от меня, отходит в сторону, подхватывает свою куртку. — Сейчас, я сам ему перезвоню.

Дружки Аверина оживленно переговариваются. Таня кричит, пробуя вырваться. А я с ужасом наблюдаю, как парни толкают ее от одного к другому словно игрушку.

— Заткните эту суку! — орет Аверин. — И сами заткнитесь.

Резко повисает тишина.

— Серег, да чего ты? — слышится вопрос одного из его приятелей. — Завелся ни с хуя.

Аверин достает телефон из куртки, мрачнеет, глянув на экран.

Ебать тут пропущенных, — бросает глухо. Серег... - начинает кто-то.

Съебитесь в другую комнату, должно быть тихо. Все — на хер! резко заявляет Аверин.

— Отец звонит. Тут Его дружков как ветром сдувает. А я с отчаянием смотрю на то, как утягивают мою подругу.

Перевожу взгляд на водителя. Он продолжает изучать меня исподлобья. И может, мне кажется. Может, я просто выдаю желаемое за действительное, чтобы не сойти с ума от ужаса всей этой ситуации. Однако создается впечатление, будто ему происходящее здесь совсем не нравится.

— Тихо сиди, — бросает Аверин, глядя на меня, прижимает телефон к уху и прибавляет:

— Или тебе пиздец.

Повисает тишина.

— Да, пап, — говорит Аверин, расхаживая по комнате. — Нет, я помню наш разговор.

Пауза.

— Помню, — хмуро повторяет он.

И тут я понимаю, что второго шанса у меня не будет. Конечно, Аверин-старший мог уйти недалеко от своего сынка. Думать некогда.

— Помогите! — кричу что есть сил. — Ваш сын...

Закончить фразу не дают.

Водитель, который казалось находится на расстоянии, вдруг оказывается рядом, зажимая мне рот ладонью.

«Ваш сын насильник» — так и пульсирует лишь в моей голове.

Аверин поворачивается в мою сторону, чуть ли зубами не скрежещет, но выдавливает смешок.

— Пап, ты чего? Это Милка. Ты не узнал? Да, она тут перебрала на вечеринке.

Короче, я… нет, я не был... ну мне пришлось поехать. Ее забрать. И сейчас вот бутылку вискаря еле у нее отобрал.

Аверин делает знак своему водителю.

Тот утягивает меня из гостиной.

Как не сопротивляясь, как не дергаюсь, вырваться у меня не получается. Лишь лохмотья, в которые превратилась моя футболка, чуть не спадают с плечей.

— Не дергайся, — бросает водитель. — Хуже будет.

Хуже? А это тогда что?!

Он тянет меня за собой. Вверх по лестнице. И чем выше поднимается, тем меньше остается надежды.

Перестаю сопротивляться. Может он ослабит хватку. Будет хотя бы небольшой шанс вырваться.

Но что делать потом?

Не важно. Хоть что. Главное — освободиться.

Однако водитель держит крепко. Открывает какую-то дверь. Толкает меня вглубь комнаты.

— Пожалуйста, отпустите, — бормочу, глядя в его глаза. — Вы же... вы другой!

Выпаливаю с отчаянием. Сама сомневаюсь, что верю в это. Особенно теперь, когда лицо водителя выглядит абсолютно непроницаемым.

Да ему плевать. Он покрывает Аверина перед отцом. Иначе бы вел себя иначе, когда тот позвонил.

— Сиди тихо, бросает водитель и захлопывает дверь.

Осматриваюсь вокруг. Нервно поправляю то, что осталось от моей футболки. А потом заторможенно осознаю, что сумка-то при мне. Так и осталась висеть на плече.

Правда там нет ничего, что могло бы помочь, и мой телефон разряжен в ноль.

Но не могу же просто стоять и ждать, когда придет Аверин. А этот ублюдок точно сюда явиться, когда успокоит своего отца.

Оседаю на пол, поджимаю ноги. Достаю мобильный из сумки. Некоторое время просто смотрю на чёрный экран. Пробую включить.

Ну а вдруг?

Уже ни на что не надеюсь, когда экран вдруг зажигается и на дисплее всплывает знакомый логотип.

Не верится. Затаив дыхание, жду полного включения и сразу жму на список вызовов. Заряда совсем мало. Чудо, что телефон включился. У меня только одна попытка.

Уже знаю, кого наберу.

Номер моего бывшего парня один из первых в списке вызовов, потому что мы до сих пор общаемся. Редко, но созваниваемся. И как раз вчера он набирал меня, уточнял пару моментов по учебе для своего друга.

Звоню Марку. Один гудок, второй, третий...

Да, когда из динамика доносится мужской голос у меня все внутри

переворачивается.

— Помоги, — выпаливаю, задыхаясь от волнения. — Я...

Называю тот элитный район, где нахожусь сейчас.

Аверин! — прибавляю в следующую секунду. — Сергей Аверин обманом увез меня и Таню.

Продолжаю сбивчиво тараторить. Но в какой-то момент затихаю, потому что меня смущает тишина. Никакой реакции от Марка нет, ни единого слова в ответ.

Возможно, он просто внимательно слушает. Но это совсем на него не похоже.

Убираю телефон от уха.

Нет. Только не это.

Опять смотрю на черный экран. Как ни пытаюсь включить телефон снова, у меня ничего не получается.

Сколько успел услышать Марк? Хотя бы начало? Про место. Фамилию моего похитителя?

Надеюсь хоть что-нибудь из моего бессвязного потока речи до бывшего долетело.

А если... нет? Если вообще ничего?

Холодею изнутри, когда вспоминаю, как иногда бывает. Позвонишь кому-то, а там полная тишина. Проблемы с мобильным покрытием или что-то заглючит. Однако с другой стороны Марк видел от кого звонок. Наверняка, начнет мне перезванивать.

Без ответа начнет беспокоиться. Попробует меня найти.

Стараюсь не думать о том, сколько это займет времени. Сколько бы не заняло, других вариантов нет.

Прячу телефон в сумку, снова осматриваюсь по сторонам.

Стараюсь изучить комнату. Выглядит все так, будто тут никто не живет. Минимум мебели. Пара кресел, диван, небольшой комод, шкаф.

Какие шансы найти здесь подзарядное?

Решаю проверить. Но быстро понимаю, что все ящики пусты.

Ладно, на такую удачу глупо было надеяться.

Прохожу дальше, дергаю тяжелые шторы в сторону и натыкаюсь на глухую стену.

Обхожу комнату дальше и понимаю, тут даже окна нет.

Паника нарастает.

Нужно что-то делать. Что-то придумать. Тянуть время, чтобы у Марка была возможность добраться сюда.

Вот только...

А что он сделает?

Закрытая территория. Кто его сюда просто так пустит?

Нет, хватит. Марк что-нибудь придумает. Друзей подключит.

Нельзя отчаиваться. Мне еще Надю вытаскивать. Про сестру сейчас думать тяжело. Куда она попала не представляю и как ее найти не знаю.

Накрывает еще сильнее. Гоню тревожные мысли.

Продолжаю расхаживать по комнате, чувствуя, как меня начинает трясти все сильнее. Снова подхватываю свою сумку. Безуспешно пытаюсь включить телефон.

Откладываю мобильный. Рассеянно изучаю содержимое сумки.

Бесполезно. Тут нет ничего, что могло бы помочь.

Стоп. А это что?

Натыкаюсь на небольшой предмет. Не сразу понимаю, что именно нахожу во внутреннем кармане. Обычно ничего туда не кладу.

Дергаю молнию, достаю и подвисаю, разглядывая неожиданную находку.

Кольцо. Массивное, золотое. Перстень с замысловатыми вензелями.

Я получила его от жуткого человека. Однажды. Это вышло случайно. До сих пор не понимаю, зачем он вручил мне кольцо, которое постоянно носил. Но вот оно, поблескивает в тусклом освещении.

Хлопает дверь позади.

— Заскучала без меня? — хмыкает Аверин. — Хотел с тобой по-хорошему, но нет.

Сама нарвалась. Так что...

Оборачиваюсь, сжимая кольцо в кулаке.

Он замолкает. Щурится.

— А что это у тебя? — бросает. — Что ты там прячешь?

Застываю, глядя на него.

— Ничего, — роняю, нервно дернув плечом.

И под этот жест, стараюсь скрыть то, как засовываю кольцо в задний карман джИНСОВ.

Не знаю, как урод отреагирует на перстень Варвара. Вдруг еще сильнее обозлится на меня?

Хотя кажется, после моей выходки с воплями, когда звонил его отец, сильнее обозлиться Аверин попросту не сможет.

По нему видно, что заведен. И ничего хорошего мне это его состояние не предвещает.

Лихорадочно соображаю, как быть дальше, пока он неспешной походкой приближается, изучая меня со всех сторон.

Мелькает дурацкая мысль — а может наоборот показать ему кольцо? Еще и прямо бросить, что я... с Варваром.

Дамир Байматов известен в криминальных кругах. Если назову его фамилию, что-нибудь на ходу выдумаю, это охладит пыл Аверина.

Но я солгу.

И такая ложь может дорого мне обойтись. Кто знает, насколько хорошо семья Авериных с ним общается? Вдруг он регулярно тут в гостях бывает? Живут же рядом.

То, что я когда-то «выиграла» это кольцо у Варвара еще ничего не означает. Он же отправил меня домой. Оставил номер своего управляющего и все.

На этом наше общение оборвалось.

И тогда я была только рада этому повороту.

А теперь нет уверенности, что мое знакомство с Варваром стоит сейчас использовать.

Они могут оказаться и врагами. Даже думать не хочу, как тогда все для меня повернется.

Гадать бесполезно. Тут не поймешь, что лучше, а что хуже. И вроде бы уже нечего терять, а что-то внутри меня все-таки тормозит, не дает сболтнуть ни слова про Варвара.

Все эти лихорадочные размышления проносятся в голове за считанные секунды, а после я показываю пустые ладони.

— Вот, смотри, — выпаливаю.

Аверин на мои руки взгляд не переводит, продолжает смотреть в глаза и мрачно усмехается.

— Наказать тебя надо, — заявляет парень с похабной ухмылкой.

И вдруг сворачивает в сторону, усаживается в кресло, которое стоит чуть поодаль

от меня.

Выдохнуть от того, что он не приблизился вплотную, не успеваю, ведь Аверин насмешливо заявляет:

— Давай, ползи ко мне.

Что?..

— Оглохла? — рявкает он уже совсем другим тоном, намного злее. — На колени.

Ползи. Сейчас будешь прощение выпрашивать.

Он трогает себя пониже ремня, и у меня от этого жеста в горле забивается липкий ком омерзения.

— Проси прощения, — продолжает Аверин нараспев. — Соси прощения.

Ржет над собственными же словами, будто над очень удачной шуткой.

— Опять застыла, — цедит. — Чего тормозишь? Второго шанса давать не буду.

Если хорошо мне отсосешь, подобрею. А если нет...

Он не заканчивает фразу.

Но все понятно.

На колени! — приказывает, срываясь на истеричные дребезжащие ноты, от которых меня сильнее потряхивает.

Наверное, разумнее всего подчиниться. Или хотя бы сделать вид. Встать на колени.

Однако меня от одной мысли выворачивает.

Цепенею. Попросту не могу заставить себя шевельнуться.

В чем твоя проблема, малыш? — мрачно спрашивает. — Пиздюлей отхватить хочешь? Или нравится, когда жестче? Отпусти меня, — говорю.

— Отпустить? — фыркает. — Да у тебя...

У меня парень есть, — выпаливаю, не подумав, потому что ничего умнее в голову сейчас не приходит.

И что, блядь? — раздраженно бросает Аверин, резко поднимается с кресла и шагает ко мне. — Хуй я клал на твоего парня. Отпусти, — повторяю. Опять ты... Так будет лучше для всех, — выдаю. — Мой парень... он не простой человек. И ему все это не понравится. Но если ты отпустишь меня и мою подругу, то я ничего не расскажу. Он не узнает.

Ты реально считаешь, будто меня хоть немного пугает твой уебок? Меня?!

Ну давай, скажи мне. Кто он?

Ответ не идет с языка. Хотя сейчас Аверин выглядит пугающе, и я уже готова что угодно выпалить, лишь бы он оставил меня в покое.

Однако этого урод точно делать не собирается. Жестко врезает ладонью ниже поясницы, вынуждая меня подскочить. И не отпускает, продолжает грязно лапать.

— А это твоему парня как? Понравится? А?

Гогочет.

И тут... нашупывает кольцо. Щурится, залезая в карман.

Сейчас глянем, что ты там такое припрятала. Стащила чего у меня? Тут куча побрякушек. Милка везде свою хуйню раскидывает.

Аверин отпускает меня, и я мигом отхожу подальше от него. С ужасом наблюдаю, как резко меняется выражение его лица, пока он внимательно разглядывает перстень.

Когда мерзавец снова смотрит на меня, кажется, он уже трезвый. Нет в глазах пьяных искр.

— Откуда это у тебя? — вопрос звучит севшим голосом.

Аверин шагает ко мне.

Отшатываюсь. Инстинкт самосохранения подсказывает, что лучше на его вопрос не отвечать.

Вид у этого урода жуткий. Нет, он и раньше был опасен, но сейчас...

— Как твоего парня зовут? — резко спрашивает Аверин, и поскольку я так и не выдаю ни единого звука, он рявкает: — Как, блять?

Вздрагиваю.

Кажется, мой ответ не требуется. Имя «моего парня» Аверин сам понимает.

Видимо, знак Варвара все бандиты знают.

— Сука, что ты..

Он не договаривает, потому что раздается громкий стук в дверь.

— Что там? — раздраженно бросает Аверин, поворачиваясь на звук.

Срочный вопрос, — доносится приглушенный голос водителя. — Без тебя не решить.

Аверин сам толкает дверь.

— Зайди.

Водитель проходит в комнату. Бросает мрачный взгляд в мою сторону. Будто показывает Аверину, что при мне говорить нельзя.

Но тот все игнорирует, продолжает нервно крутить в пальцах кольцо Варвара, и наконец, водитель тоже перстень замечает.

И снова взгляд на меня. Еще мрачнее.

Сглатываю с трудом.

Что теперь будет?

Водитель опять изучает кольцо. Без лишних эмоций. Не как Аверин, а спокойно. Однако от этого его реакция менее пугающей не выглядит. И глаза у него ледяные

— Ты видишь? — сдавленно спрашивает Аверин, снова срывается на истерику:

Видишь?!

Да, — холодно подтверждает водитель. И что теперь делать?

Аверин отрывает взгляд от кольца и смотрит на меня.

В его глазах сейчас столько ненависти, что я рефлекторно делаю еще несколько шагов назад, пока не упираюсь спиной в шкаф и не содрогаюсь всем телом.

Это все она, — цедит. — Эта чертова девка. Вижу только один вариант, — говорит водитель. Какой? — оборачивается к нему Аверин. — Даже не заикайся про отца. Он точно про такое узнать не должен. Иначе мне пиздец. Нет, — качает головой водитель. — Я о другом. Надо вернуть ее Варвару. Вместе с подругой. Ты гонишь? — из горла Аверина вырывается нервный смешок.

— Вернуть?

После всего?! Да на той шлюхе места живого не...

— Та девка в порядке. Твои приятели перебрали. Никто ее толком не тронул.

Быстро отрубились. И эта, — водитель не глядя в мою сторону, кивает на меня.

Тоже в полном порядке. Вернем — и дело закрыто.

Нет, нет, нет, — бормочет Аверин, расхаживая по комнате, сжимает перстень Варвара в кулаке.

— Ничего не получится. Варвар такое не простит. Поговорим, обсудим все.

С ним? — чуть ли не взвизгивает Аверин.

— Да он даже слушать не станет.

Сразу устроит кровавую баню. Да кому я это объясняю? Ты что не слышал, как Варвар расправляется со своими врагами? Он и за меньшее такие разъебы устраивал, что... а здесь его телка! У них с батей и так... блять, если не Варвар, то мой же отец меня уебет. Нет, нет. Хуевый у тебя вариант. Дальше думай.

Водитель молчит, наблюдая за Авериным.

Это его предложение — «поговорить, обсудить» звучит так странно. Даже для меня.

Варвар никак не похож на человека, с которым можно договориться.

И если его интересы задеты, расплата будет жуткой. Он способен на все.

Надо ее убрать, — резко говорит Аверин. — И вторую шмару тоже пустим в расход. Нехер свидетелей оставлять. Там весь клуб свидетели, — холодно заявляет водитель.

— Всех убирать будем? Да похуй на клуб, — отмахивается.

— Кто докажет?

Все видели, как ты этих девок на своей тачке увез. И что...

— Всерьез хочешь Варвара наебать? Тогда хотя бы отцу скажи. Он должен знать про такие планы.

Нехер говорить! Нет тела — нет дела, — мрачно заявляет Аверин и с торжествующей усмешкой смотрит на меня:

— Пиздец тебе, малыш.

— Тормози, Серега, — неожиданно резко заявляет водитель. — Похуй на эту девку.

Ты понимаешь, что Варвар устроит? Какая резня тут развернется?

Не докажет! — с вызов бросает Аверин, а после истерично хихикает: — Вот чем он докажет? Мало ли куда эта сучка делась? И вообще, если надо, скажу высадил ее по пути. Ты подтвердишь. И даже записи с камер подшаманить можно. Сам знаешь, батя не такое сейчас проворачивает. У нас полно спецов. Снимут что угодно! Голливуд отдыхает... Ты реально считаешь, что Варвар будет доказательства искать? — обрывает водитель. — Свидетелей опрашивать, камеры смотреть. Да он же в два счета выяснит, что девка с тобой укатила. А дальше спрос только с тебя и будет. Ты ничего ему не докажешь. Он слушать не станет.

Аверин застывает. Теперь даже не мигает. Мускул на его щеке болезненно дергается.

— Ты же в курсе, как Варвар свои дела ведет, — продолжает водитель.

И еще говорит. Много. Даже слишком много как для обычного водителя.

Соображаю сейчас плохо. Но это все настолько выбивается, что внимание невольно цепляется.

Видимо, этот человек не просто водитель. Приставлен Авериным-старшим для присмотра за безбашенным сынком.

— Короче, Серег, не пори горячку, — заключает он. — Дай сам разрулю вопрос.

Выйду на Варвара и...

А он хоть как ничего мне не сделает! — запальчиво восклицает Аверин. — Он знает, кто мой отец. Но девку эту живой оставлять нельзя. Как и ту. Вторую. Обе слишком много видели. Будет война.

Не будет! — трясет кулаком. — Если все сделаешь быстро и чисто, никто не подкопается.

— Пойдем.

Водитель хлопает Аверина по плечу.

Тот дергается как ужаленный.

— Вдвоем поговорим.

Зачем? — бросает нервный взгляд на меня, машет рукой. — Да плевать. Этой суки считай, в живых нет.

— Поговорить надо, — чеканит водитель.

Аверин мотает головой.

— Идем.

Водитель хватает его за плечо, тянет на выход из комнаты.

Аверин сперва шагает следом, а после вдруг застывает, дергается, смахивая с себя чужую руку.

Нет, — говорит и на меня кивает. — Ты лучше ее прихвати. Здесь запрем. Нет, нельзя сучку из-под присмотра выпускать. Она такая... ушлая. Хер знает, чего отколоть может. Да что она отколет, когда комната на ключ закрыта? Бери ее, — жестко распоряжается Аверин. — Не понял, кто здесь босс?

Место свое не забывай.

Водитель все-таки поворачивается ко мне.

— Все, вниз, — бросает Аверин уже из коридора. — Мне надо башку освежить.

Хоть чего-то выпить.

Водитель шагает ко мне.

— Идем, — говорит. — Без глупостей.

Подчиняюсь. Других вариантов у меня все равно нет. На автомате подхватываю свою сумку, следую дальше по коридору. Пока иду вперед, смотрю по сторонам.

Может, стоило бы рискнуть? Броситься в другую комнату? Толкнуть одну из дверей и запереться там, чтобы выиграть время?

Страшно. До ужаса жутко так испытывать удачу. Желудок мучительно скручивает, спазм за спазмом сводит внутренности.

Как же меня потряхивает.

Аверин спускается по лестницы, выкрикивает ругательства. А водитель не спешит его догонять, и я держусь позади, едва двигая ногами.

В какой-то момент высокая фигура передо мной застывает.

Тоже вмиг останавливаюсь.

Водитель оборачивается и выразительно прижимает указательный палец к губам.

Мои глаза расширяются.

Он отрицательно мотает головой.

«Без глупостей» — читается в его взгляде.

Это какой-то знак? Он готов помочь? Не хочет ввязываться в конфликт с Варваром, поэтому решил пойти против Аверина.

Нет никакой уверенности, что я понимаю знак правильно.

Мне скорее хочется понять все именно так.

Водитель кивает головой, показывая следовать за ним. Продолжает путь, и я тоже шагаю по коридору.

Что-то это все-таки значит. Не стал бы он без причины давать мне знаки. Да с самого начала было в этом водителе что-то...

— Грохни ее, — раздается приказ Аверина, когда оказываюсь в самом низу лестницы.

Смотрю, как этот урод хватает бутылку, жадно пьет алкоголь крупными глотками. И вдоволь нахлебавшись показывает на меня пальцем.

— Это, — говорит. — Один вариант.

Аверин расхаживает по пустынной гостиной, размахивая бутылкой, из которой то и дело выплескивается жидкость, настолько резко он жестикулирует.

Мне проблемы не нужны, — бросает ублюдок. — Ломать жизнь из-за каких-то шалав. Нет, на такое я нихера не готов. Никто ничего не узнает. Не первый раз у нас... хм, трудности. Надо просто грохнуть обеих. И хорошо убрать. Никаких следов. Раньше работало, значит, и сейчас... а с Варваром батя разрулит. Как бы ему эта шмара не была дорога, он из-за бабы войну не начнет.

Повисает напряженная тишина.

Аверин останавливается и смотрит то на меня, то на водителя, который встал так, будто прикрывает меня. Хмурится, будто почув неладное.

— Чего ты ждешь? — цедит.

Молчание длится недолго.

— Ты понял, чья это девка? — холодно спрашивает водитель. — Варвар за нее на куски порвет.

Понял, — раздраженно отвечает Аверин и швыряет бутылку так, что она врезается в стену, разлетаясь на осколки, а дальше урод чуть ли злобой не давится. — Нехер мне по мозгам ездить. Варвар, блять, Варвар. Кругом этот гребаный Варвар. Хватит меня им пугать. Нет здесь, сука, никакого Варвара.

Нихера он не сделает. Не вывезет тягаться с моим отцом. Еще и ради шмары этой.

Да смысл?!

Что-то неуловимо меняется.

И я пока не могу уловить, что именно.

Угроза моей жизни нарастает с каждой пролетающей секундой. Ситуация накаляется до предела. И меня продолжает трясти.

Ho...

Будто сама атмосфера становится другой.

Наверное, это от дикого стресса. Ведь сейчас я с ужасом наблюдаю, как эти двое обсуждают, что со мной делать, как от меня избавиться.

И тот странный жест водителя в коридоре дает мало надежды.

— убей ее, — бросает Аверин, глядя на меня с ненавистью, а после резко поворачивается к водителю. — Сделай так, чтобы ее никто не нашел.

Тяжелые шаги позади.

Оборачиваюсь.

— Это тебя никто не найдет, — мрачно говорит Варвар.

Он уже здесь. Пришел за мной. Сначала расправится с похитителями, а потом...

В его взгляде, направленном на меня, такой дикий голод, что страшно представить, как мне придется расплачиваться за ВСЕ.

Высокая темная фигура будто заслоняет собой дверной проход. Невольно отмечаю, как тяжело вздымается грудная клетка Варвара, как сжаты его кулаки

Он на взводе. Разьярен настолько, что эмоции считываются физически.

Сначала мужчина проходится взглядом по мне. Его глаза буквально впиваются в мои, после изучают лицо, точно отмечают каждую черту. А дальше переходят на фигуру. Быстро осматривают от макушки до пяток. Замечаю, как темнеет взгляд Варвара, становится еще жестче, когда он смотрит на мои руки.

Сама опускаю глаза. Пальцы нервно дрожат. Автоматически сцепляю их в замок, снова смотрю на Варвара, но он уже полностью переключает свое внимание на Аверина.

Тот белее снега. Немеет, глядя перед собой.

Водитель делает шаг в сторону, будто полностью хочет закрыть меня от Аверина, и в то же время полностью открывает дорогу Варвару, не делая ни единой попытки прикрыть своего….. «босса»?

— Я, — вдруг выдавливает Аверин и поднимает руки ладонями вверх, словно сдается в плен. — Я все могу объяснить.

Кольцо выпадает из его пальцев на пол. Со звоном ударяется, отскакивает дальше.

Варвар размеренным шагом направляется в сторону Аверина. С неумолимым видом. Неотвратимо надвигается.

— Она, — продолжает сдавленно бормотать урод, мотнув головой, будто пытается указать на меня. — Она сама ко мне пристала. Ее... подруга. Прилипла. Да они обе.

Они сами. А я... я просто...

Теперь он нервно тычет головой в золотой перстень на полу.

— Я только заметил кольцо! — выкрикивает с отчаянием в голосе. — Если бы я знал, если бы понял... никогда бы ее не тронул. Не глянул даже! Но я и не трогал.

Батей клянусь! Да, позвони отцу...

Последнюю фразу Аверин, повернувшись, бросает водителю, но тот так и стоит, не двинувшись с места. За телефоном тянуться не спешит.

Варвар останавливается перед Авериным. Наблюдает, как ублюдок униженно бормочет разные оправдания, которые придумывает на ходу. Слушает его, заложив руки в карманы брюк.

— Варвар, я... - начинается очередная фраза.

Но закончить ее Аверину не дают.

Варвар резко подается вперед. Врезает головой ему в лицо так мощно молниеносно, что у этого урода не остается никаких шансов увернуться.

Он жалобно взвизгивает. Раскинув руки, оседает на пол. А в следующую секунду прижимает ладони к лицу, которое уже заливает кровь, хлынувшая через нос.

Тошнота подкатывает к горлу. Невольно накрываю шею ладонью.

Аверин заваливается на бок, стонет, сжавшись в комок.

Варвар шагает в сторону, закрывая от меня эту картину.

Вздрагиваю, заторможенно поворачиваюсь и замечаю, как гостиную начинают заполнять люди.

Охрана Варвара. Высокие, крупные. Все будто на подбор.

Уберите здесь, — приказывает он. — Его приятелей пакуйте. А этого — не трогать.

Небрежным кивком головы указывает на Аверина.

— Я с ним еще не закончил.

Водителя он будто не замечает. Тот стоит как и прежде. Не выглядит удивленным, будто все происходящее идет по плану.

Варвар подходит ко мне, обхватывает за плечи, ведет за собой. И я отстраненно ловлю себя на том, что сейчас его прикосновения совсем не пугают. Наоборот словно успокаивают, согревают.

Его твердые уверенные жесты понемногу убирают накатившую на меня панику.

Сама не замечаю, как он выводит меня из дома, ведет по крыльцу, а после по ступенькам вниз, к огромному внедорожнику.

Воспринимаю все словно сквозь густую пелену.

Меня до сих пор колотит от всего пережитого. Не получается ни выдохнуть дс конца, ни хоть слегка в себя прийти от испытанного шока.

Варвар открывает передо мной дверцу, а я так и продолжаю стоять, не в силах двинуться. Совершенно зависшая.

— Давай, — хрипло говорит Варвар, и я чувствую, как его горячее дыхание обдает затылок. — Вперед.

Нервно дергаюсь.

Это просто рефлекс.

- Т-Ш-Ш, — его губы почти касаются уха. — Тише, Настя. Все закончилось. Все хорошо.

Растерянно киваю.

А он вдруг обхватывает меня за талию, усаживает на сиденье. Кровь ударяет в лицо от настолько тесного, пусть и короткого контакта. Сердце ухает вниз.

Смотрю на Варвара.

Сиди здесь, — хрипло говорит он, глядя в мои глаза, а дальше повышает голос: Даже не думай из тачки выходить. Ты меня поняла? Да, — бормочу тут же.

— Не выйду.

Хорошо, — заключает он. — Скоро вернусь.

Варвар закрывает дверцу. И теперь я через стекло наблюдаю за его стремительно отдаляющейся фигурой.

Обнимаю себя руками, механически стараюсь унять нервную дрожь.

Сейчас мне как будто чего-то не хватает...

Но тут сознание прорезает другая мысль.

Надя!

Я же ничего не сказала ему про сестру. А нужно было выдать все сразу. И так много времени потеряно.

А Таня? Неизвестно, что с ней. Тому водителю и его словам не слишком доверяю.

Пальцы сами тянутся к дверце. Открыть, броситься вперед.

Однако массивная фигура Варвара уже пропала из виду, он зашел в дом, а выходить из машины может быть слишком рискованно.

Нужно ждать. Как только он вернется, сразу все обьясню.

Но когда Варвар возвращается и усаживается за руль, фразы, которые я успеваю множество раз прокрутить в голове, мигом испаряются. Стоит ему перевести на меня тяжелый взгляд, двух слов связать не получается.

Интересная ты, — мрачно говорит Варвар, прожигая меня глазами насквозь.

Такая хорошая. Правильная. Да?

Нервно передергиваю плечами.

— Так скажи, — бросает он резко. — Ты какого хрена сюда потащилась? А в тот блядский клуб как тебя занесло?

Я не... это не я, — лихорадочно мотаю головой и выпаливаю: — Надя! Я за Надей поехала. Думала, она тут.

Что за Надя? — хмуро спрашивает Варвар. Моя сестра, — бормочу и стараюсь поскорее объяснить, что произошло.

Пока говорю, Варвар достает телефон.

— Там еще кто-то был? — резко выдает он, прижимая мобильный к уху, и получив ответ, прибавляет: — Дальше смотрите. Весь дом переверните.

Убирает телефон.

— Найдут твою Надю.

Нет, она не здесь, — судорожно выдыхаю. — Аверин просто соврал, чтобы заманить сюда меня и Таню... ой, Таня. Ее нашли? Он...

Таня?

Моя подруга.

В порядке она, — хмуро бросает Варвар. — Мой человек позаботился. Забрали.

Доставят домой.

Хорошо хоть с Таней все нормально.

Прошу, помоги мне найти сестру, — выдаю, сорвавшимся от волнения голосом. Не верю, что она бы сама уехала из клуба с каким-то мужчиной. Надя не такая.

Она бы никогда...

Осекаюсь, видя, как Варвар снова достает телефон, печатает что-то.

Паника захлестывает с новой силой, потому как замечаю время на экране его телефона. Осознаю, как долго сестра не выходит на связь.

По статистике знаю, что чем больше времени проходит с момента исчезновения, тем сильнее снижаются шансы найти человека.

Пожалуйста, — выпаливаю. — Столько часов уже пролетело, а я понятия не имею, где Надя. Помоги мне. Найди ее. А я... отблагодарю. Я все сделаю. Все! Что захочешь. Только...

Варвар поднимает взгляд на меня, отправляя телефон обратно в карман брюк. И я замолкаю на пару секунд.

Помоги, — шепчу. Найдут твою сестру, — хрипло говорит Варвар.

— Приказ я отдал. Фото, — роняю.

— Мне нужна зарядка для телефона. Я Надины фото отправлю, чтобы...

По его взгляду понимаю, фото не требуется.

Последний раз ее видели в клубе, — прибавляю.

— Бармен...

Я понял, — отрезает Варвар.

— Клуб уже взяли в работу.

Рассеянно киваю.

— Ты лучше о другом подумай, — оскаливается Варвар, буквально пожирая меня жадным взглядом.

— На что подписалась и как благодарить будешь.

Дорога проходит в молчании. Стараюсь не размышлять о том, во что вляпалась и как буду расплачиваться.

Страх внутри копится.

Думаю о сестре. Только бы все было хорошо. Только бы люди Варвара и правда смогли найти мою Надю.

О других вариантах развития событий даже думать не хочу. Стараюсь прогнать тревожные мысли. Кажется, если начну размышлять о чем-то плохом, то могу сглазить.

Хватит.

Найдется Надя. Найдется.

Варвар очень уверенно дал обещание. У него много связей. Да что там говорить.

Достаточно вспомнить, как на него реагировал Аверин.

Его бандиты боятся. Если пройдет слух, что сейчас он разыскивает Надю, то обязательно...

Леденею. Просто знаю уже, как по-разному могут развиваться события. Из личного опыта. Могут отпустить. А могут наоборот решить, что лучше не рисковать и замести следы.

Обрываю эти мысли на корню.

О расплате за помощь Варвара сейчас не думаю. Переживаю о другом. И настолько глубоко погружаюсь в это состояние, что не замечаю, куда мы приезжаем.

Это же не дом Варвара. Вообще, не тот район. Мы снова в городе. В самом центре.

Машина заезжает в закрытый жилой комплекс и паркуется перед высоченной новостройкой.

Варвар глушит мотор. Выходит, обходит внедорожник, открывает дверцу и подает мне руку, помогая выйти.

Мои заледеневшие пальцы тонут в его громадной горячей ладони.

Дальше все снова точно в тумане. Разъезжаются прозрачные двери на входе, слышатся приветствия от охранников на входе. Впереди сверкают стальные створки лифта.

Варвар заводит меня в кабину, жмет на кнопку.

От волнения тело покачивает, и когда приходит момент выходить из лифта, спотыкаюсь на ровном месте, но мужчина ловко подхватывает меня за талию, помогает удержаться на ногах.

— Спасибо, — роняю глухо.

Он ничего не отвечает. Лишь его взгляд темнеет, а опасные искры в глазах точно разгораются сильнее.

Варвар ведет меня в квартиру, мягко подталкивает в сторону кресла. Накрывает плечи, слегка надавливает, побуждая присесть.

Чай будешь? — спрашивает.

Можно кофе?

Сейчас.

Когда он подает мне чашку, мой взгляд невольно падает на его пальцы. На покрасневшие костяшки. А после замечаю, что край рукава белой рубашки перепачкан чем-то темным.

Это же... засохшая кровь?

Варвар понимает, куда смотрю. Его брови сходятся над переносицей так резко, что в глаза бросается еще одна деталь. Шрам. Побледневший.

Этот шрам ему оставила я.

— В душ хочешь? — вдруг спрашивает он.

Отрицательно мотаю головой. Судорожно сжимаю горячую чашку кофе, которую он мне подал.

— Держи.

На мои колени падает подзарядка для телефона.

Варвар выходит из комнаты, прежде чем я успеваю хоть что-то сказать. Вскоре до меня доносится шум льющейся в душе воды.

Включаю мобильный. Сразу же звоню Наде, но ее телефон так и остается отключен. До ее подруг тоже не дозвониться.

Откладываю мобильный, чтобы дальше заряжался. Допиваю кофе, практически залпом. Прохаживаюсь по комнате, стараясь успокоиться.

Шум воды стихает. Но я слышу, что Варвар разговаривает с кем-то за стенкой.

Правда, слов не разобрать.

Он появляется в комнате уже переодетый, сжимая телефон.

— Мне надо уехать, — говорит.

Есть какие-нибудь новости?

Я тебе позвоню.

Варвар вкладывает что-то холодное в мою ладонь, зажимает мои пальцы в кулак. В своем кулаке.

— Все под контролем, Настя, — уверенно заключает он.

Смотрю на него, не в силах ничего сказать.

Холодильник пустой, но внизу ресторан. Закажи охране, что захочешь.

Нет. Есть сейчас мне точно не хочется. От волнения почти выворачивает наизнанку.

Тут не до заказов из ресторана.

Прислоняюсь боком к дверному проему, смотрю, как Варвар уходит, задерживается на пороге, поворачивается, кивает мне и скрывается за дверью. Лишь потом перевожу взгляд на свою ладонь, на то, что он вложил в мои пальцы пару секунд назад.

Кольцо. Его перстень.

Дальше время тянется невыносимо медленно, смотрю на часы снова и снова.

Такое чувство, будто почти утро, но на самом деле проходит минут двадцать.

Он что-то узнал про Надю? Ему доложили? Почему не стал говорить?

Еще двадцать минут. И еще...

Звонок телефон заставляет вздрогнуть и броситься к мобильному.

Да? — выпаливаю.

Нашлась твоя Надя, — хрипло говорит Варвар и меня жаром обдает.

— Можешь с ней поговорить.

Да, пожалуйста!

Секунда — и в динамике звучит голос сестры.

— Насть, я... я в порядке.

Что-то не верится. Совсем. Голос звучит непривычно, точно надтреснуто. И моя тревога вспыхивает с новой силой.

Надь, что случилось? Как ты? Все хорошо, — бормочет она.

— Я... я потом объясню. Надь, — сглатываю. — Давай по видеосвязи перезвоню. Нет, не надо, — тут же выпаливает сестра, подтверждая худшие опасения. Включи камеру. Мне очень нужно тебя увидеть. Насть, да я...

После короткой перепалки, где я продолжаю стоять на своем, сестра все же включает видео. Понимаю, что она в машине Варвара.

Видишь? — напряженно бросает Надя. — Все нормально. Твой знакомый везет меня домой.

Нет. Не нормально.

Внешне сестра может и правда выглядит обычно. Но это если бы я ее не знала. А так вижу выражение ее глаз. Дрожащие губы. И хоть в салоне авто темновато, замечаю, что вид у нее заплаканный.

Надя перепуганная. Затравленная.

От ее вида сейчас у меня все внутри сжимается.

И сейчас, когда сестра замечает мою реакцию, ее ресницы начинают дрожать, срывается слезинка.

Все, — раздается резкий голос Варвара и он забирает у сестры телефон, выключая камеру.

— Надя тебе еще из дома наберет.

Тишина.

Да? — прибавляет он с нажимом.

Да, — доносится тихий ответ. Ho...начинаю и не могу сформулировать то, что крутится в голове, ведь опять начинает колотить от волнения. — Мне кажется, ей в больницу надо.

Не надо, — обрубает Варвар. — Никаких травм у нее нет. Ты... откуда ты, — запинаюсь.

— Откуда ты знаешь? Знаю, сам ее забрал.

Откуда?

Не важно, — отрезает. — Ты лучше о себе думай.

О себе?

Сама знаешь, что будет, — хрипло заключает он. — Сейчас отвезу твою сестру и вернусь. Поговорим.

Вызов обрывается. А я застываю, понимая, как именно Варвар будет со мной «говорить».

«Я дома. Скоро наберу» — приходит сообщение от сестры.

Значит, и Варвар скоро приедет. Наша квартира недалеко от его района. Если что-то не задержит его по пути.

Внутри стойкое чувство — нет, не задержит.

Стараюсь больше не думать об этом. Когда звонит телефон, принимаю вызов, не глядя.

— Да, Надь... - начинаю.

Насть, ты где?

— раздается напряженный голос Марка. — Мы возле дома Аверина, но пока непонятно, как внутрь пробраться. Здесь куча ментов.

— Я... - зависаю, не в силах подобрать правильные слова. — Все хорошо, Марк.

Я уже не там. Не надо вам никуда пробираться. Лучше уезжайте. И раз там полиция, то...

— Ты как? — спрашивает Марк. — Этот урод не успел...

Бывший замолкает, но его вопрос и без того понятен.

Тон у Марка такой, которого раньше не слышала. Заведенный, жесткий, но при этом очень встревоженный.

Все нормально, — говорю. — Нам с Таней... повезло ускользнуть. Еще до приезда полиции. Ты когда позвонила, — выдает Марк и замолкает. — Я сразу пацанов собрал.

Выехали. Но в сам поселок хрен заедешь. Пропуск нужен. Короче, это до черта времени заняло. Подъезжаем — там облава. И тут приходит сообщение, что ты телефон врубила.

Да, у меня разрядился мобильный, вот разрядила. Ты дома? Дома, — роняю рассеянно.

Не уточняю, у кого именно «дома».

Сейчас подьеду, — говорит бывший. Не надо, — выпаливаю нервно.

И слишком быстро, потому как у Марка наверняка возникают подозрения.

Насть, ты мне скажи, — чеканит он. — Все, как есть. Если этот урод хоть пальцем тебя тронул. Хоть немного задел. Ты не думай, что меня его бабло остановит. Или его папаша. Найду способ по полной с ним разобраться. Не нужно ничего делать. Пожалуйста, Марк. Я в порядке. Честно. И раз там полиция, то думаю, с ним уже... разбираются.

Вообще, не знаю, что именно сделал Варвар с Авериным-младшим. Но что-то точно сделал, вряд ли он остановился на одном ударе.

Приезд полиции выглядит неожиданно. А с другой стороны у Варвара там свои серьезные связи. Удивляться не стоит.

— Ладно, — соглашается бывший. — Я ненадолго к тебе заскочу. На пару минут.

Давай позже, — говорю, и чуть помедлив, прибавляю: — Я Надю жду. Нам надо поговорить. Вдвоем. Поэтому….. Ты извини, что тебя среди ночи дернула. Но лучше нам в другой раз встретиться. Хорошо?

Ты чего? Какой «извини»? — Марк даже как будто обижается на мои слова. — Ты мне в любое время набирать можешь.

Вдруг экран моего телефона вспыхивает.

Сестра звонит. Через мессенджер.

Ой, Марк, тут Надя, — выпаливаю. — Мне надо срочно ответить. Все, потом поговорим.

— Конечно, давай.

Переключаюсь на сестру.

Надь, — нервно улыбаюсь, запуская камеру. — Что случилось?

Долго рассказывать, — выдавливает сестра после паузы. — Лучше потом, когда отойду.

Вид у нее подавленный. В глаза она мне старается не смотреть. Бледная, растерянная.

Неизвестно откуда Варвар ее забрал. Что она успела пережить.

Поворачиваюсь, чтобы свет иначе падал, и я могла лучше рассмотреть сестру, а она видела меня. Тут и застываю. Взгляд наталкивается на массивную фигуру, застывшую в коридоре

Варвар уже вернулся. Стоит, заложив руки в карманы брюк, наблюдает за мной. А я даже не услышала, как он дверь открыл, как прошел.

Была слишком поглощена разговором с Марком.

Насть, а ты, нормально? Ты какая-то... доносится голос сестры будто издалека.

— У тебя все хорошо?

— Да, нормально, — мигом подтверждаю.

Опускаюсь в кресло. Вижу, как Варвар проходит по коридору, скрываясь из виду, а после до меня долетает дверь захлопнутой двери.

Он дает возможность спокойно пообщаться с сестрой. Оставляет нас наедине.

— Это твоя идея была? — спрашиваю. — Телефон отключить?

Нет, Инка предложила, ее папа каждый шаг контролирует, так что она сказала, мы все должны выключить мобильные, иначе он если до нее не дозвониться, то нам звонить начнет, — роняет тихо, а после вскидывает заплаканные глаза на меня.

— Ой, Насть, я такая дура. Не понимаю, что на меня нашло. Даже думать не хочу, чем все могло закончиться. Если бы не этот твой знакомый, то...

Она опять напрягается. Ощутимо даже через экран, что вот-вот заплачет. А после головой мотает, будто старается отогнать тяжелые мысли и успокоиться.

— Мне до сих пор не верится, — бормочет Надя, и я вижу, как сверкают ее глаза от вновь подступивших слез. — Если бы не он, если бы... спасибо ему большое. За вce!

Спасибо, да.

Понимаю, что никто бы не нашел мою сестренку настолько быстро. Никакая полиция не помогла. Если бы и взялись за дело, было бы слишком поздно.

А тут каждая минута на вес золота.

Мы с Надей еще некоторое время говорим. По ее состоянию заметно, что она сильно напугана случившимся. Но чувствую главное — Варвар успел вовремя.

Непоправимого не произошло.

Насть, я, — запинается сестра. — Мне бы в душ. Смыть бы с себя поскорее этот кошмарный день. Хорошо, — киваю. — Иди, конечно.

Машем друг другу, прощаясь. А после отключаю вызов, откладываю телефон на стол. Немного помедлив, поднимаюсь. Выхожу из комнаты в коридор

В этот же момент открывается дверь. Появляется Варвар. У него в руках увесистая папка, которую он кладет на тумбу, где уже несколько таких.

— Спасибо, — выпаливаю.

— Спасибо, что нашел мою сестру. Забрал. И... спасибо за все.

Чувства переполняют. Поэтому я совсем не думаю. Просто действую на эмоциях.

Бросаюсь к нему. Обвиваю широкие плечи руками.

Паника сменяется облегчением. Горечь отчаяния — тихой радостью. Знаю, что

Надя дома, в безопасности. И за это нужно благодарить — ЕГО.

Сама прижимаюсь к горячему сильному телу, сама накрываю ладонями мощную шею. Продолжаю бормотать путанные слова благодарности.

Когда чуть отстраняюсь, когда наши взгляды сталкиваются.

В его глазах опасные искры. Точно молнии разрезают грозовое небо перед надвигающимся штормом. А еще, лишь теперь осознаю, что не только я подаюсь ближе к нему, Варвар тоже надо мной склоняется, отвечая на мой безотчетный порыв.

Его лицо слишком близко. Раскаленное дыхание обдает мое лицо.

Невольно замираю. Подвисаю на пару секунд, и пробую отстраниться, но он не разрешает. Возвращается обратно, властно притягивая вплотную к себе. Его ладонь жестко накрывает мою поясницу, больше не позволяя отодвинуться.

Глаза отвести не могу.

Он так смотрит.

Я... я наверное... - фразы не складываются. — Мне... надо отойти. В душ. То есть в ванную. Мне... Нет, — говорит Варвар. — Никуда тебе не надо. Ho...

Давай, останавливайся, заявляет. — Продолжай дальше. Так хорошо начала.

Застываю.

И тогда он решает продолжить сам.

Одна секунда — нет между нами никакого расстояния. Его рот жадно накрывает мои губы, напрочь выбивая кислород из легких. Задыхаюсь от жаркого напора. И отчета не отдаю в том, как накрываю его затылок ладонью, веду дрожащими пальцами по коротко стриженным волосам.

Варвар будто в бездну меня толкает.

Глубже. Острее. За грань.

Варвар целует меня так, что я задыхаюсь. Его язык властно скользит по моему языку, будто в плен захватывает. Оплетает, перехватывает, затягивает в свой рот.

Движения его губ жесткие, подавляющие, собственнические. Но грубости нет.

Скорее — жадность. Дикая. Животная. Заражающая.

Сама не замечаю, как начинаю ему отвечать. Как мой язык толкается в его рот, как губы дрожат от нетерпения. И когда мужчина слегка отстраняется, из моего горла мигом вылетает протестующий стон.

Нет. Вернись!..

Что со мной? Что это все?..

Мысли загораются и за секунду превращаются в пепел. Думать тяжело.

Варвар точно кислород перекрывает. И сам становится моим воздухом. Причем я даже не в силах выхватить этот момент в бурлящем водовороте эмоций.

Его крупные ладони порывисто скользят по моей спине. Вниз. Накрывают ниже поясницы. Обхватывают так, что сдавленно вскрикиваю. А дальше Варвар вдруг отрывает меня от пола, подхватывая на руки, оборачивает мои ноги вокруг своего крепкого торса, вжимает меня в разгоряченное тело.

Чувствую его. Всего. Везде. Очень четко.

Но страха нет. Совсем. Меня глубже затягивают другие эмоции. И может самое время протрезветь, сбросить предательское оцепенение. Однако это мелькает на задворках сознания. На долю секунды. А дальше очертя голову, я ныряю в раскаленную воду.

Разве я могла представить, что поцелуй может быть таким? Бешеным. Неистовым.

Разум будто выключается. Плохо воспринимаю реальность. Мир вокруг смазывается.

Где-то на фоне слышится грохот.

Это дверь хлопает или мой пульс так сильно по вискам бьет, расходится уже до предела?

Отстраненно понимаю, что пока мы сливаемся в этом безумном голодном поцелуе, Варвар несет меня в другую комнату.

А я сама к нему льну, накрываю его затылок ладонями, прижимаюсь к его груди, ощущая, как напрягаются железные мускулы.

Он буквально впечатывает меня в себя. Его пальцы сдавливают мои ягодицы до боли, сминают, щипают. Но стоит лишь взвизгнуть, когда касания становятся особенно безжалостными, когда в его жестах прорезается грубость, как он тут же ослабляет натиск. Поглаживает меня уже совсем иначе. Заставляет простонать в голос.

Когда мы резко перемещается в пространстве, порыв воздуха обдает прохладой. Но накал не остужает.

Варвар опускает меня на кровать. Отрывается от моего рта, только чтобы посмотреть в глаза.

А я как пьяная. Едва соображаю. Дышу часто. Ресницами хлопаю. И ловлю себя на том, что губы точно покалывает от желания вновь почувствовать его буйный напор.

Так не должно быть. Нельзя. Наверное. Но...

Кажется, хочу что-то сказать. Да, собираюсь. Однако слова никак не желают складываться в осмысленные фразы.

Невольно пробую отползти. Отодвинуться.

Но Варвар это резко пресекает. Удерживает меня за бедра, возвращая обратно. В прежнее положение

Заторможенно осознаю, насколько порочно все выглядит.

Он сбрасывает рубашку, остается голым по пояс. Нависает надо мной, опираясь на крепко сжатые кулаки.

А я лежу под ним с раздвинутыми ногами. Мои бедра заброшены на его мощный торс. По обе стороны.

В полумраке комнаты смуглая кожа Варвара буквально лоснится от приступившей испарины. Стальные мускулы выглядят еще рельефнее, скульптурно выделяются.

Никак не могу отвести от него взгляд. То на его горящие глаза наталкиваюсь, то на раскачанную грудь, поросшую густыми темными волосами. И дальше как-то само собой выходит, что еще ниже соскальзываю. По четко очерченному прессу следую до массивной пряжки ремня. Там брюки угрожающе вздуваются.

Меня бросает в жар.

Лихорадочно дергаюсь. Опять стараюсь сдвинуть ноги, но Варвар накрывает мои колени ладонями, разводит снова.

Его взгляд темнеет, когда он смотрит на те клочья, в которые превратилась моя футболка. Рефлекторно стараюсь снова ее поправить, стянуть на груди. Но в следующую секунду мужчина перехватывает мои запястья, отводит, заставляя выпустить ткань из пальцев.

Он касается меня неожиданно мягко. Так, как от него не ожидаешь.

Раздирает футболку до конца, отбрасывает то, что от нее осталось прочь. И теперь его глаза застывают на моем предплечье. Тоже смотрю туда.

Там проступают следы от грубого захвата. Не его. Последствия сегодняшнего похищения.

Мужчина накрывает синяки ладонью, поглаживает мою руку. И от этого жеста мурашки рассыпаются от затылка к плечам. И ниже, ниже, по всему телу.

Контраст того, как жутко выглядят огромные руки Варвара, и щемящей нежности, с которой он, как оказывается, умеет прикасаться, буквально погружает в транс.

Пробирает дрожь.

Судорожно всхлипываю.

Чувства обостряются. В голове абсолютная пустота. И я даже не делаю ни единой попытки вырваться, когда Варвар избавляет меня от остатков одежды. Стягивает мои джинсы, снимает нижнее белье. Как зачарованная наблюдаю за ним, за тем, как его смуглые пальцы движутся по моей бледной коже.

И эти его касания...

От ощущения сдерживаемой силы, подавляемой грубости меня начинает потряхивать. Просто физически чувствую, как он одергивает свои звериные порывы, чтобы меня не спугнуть. И если что-то прорывается, то гасится в мгновение ока.

Варвар накрывает мою грудь. Сдавливает.

Потрясенно охаю.

Хватка тут же ослабевает. Большие пальцы медленно обводят мои соски, поглаживают, заставляя прогнуться в спине. Тихо всхлипнуть.

Варвар склоняется, запечатывает мой рот своими губами. Выпивает каждый вскрик, забирает всхлип за всхлипом, жадно впитывает в себя любой звук, вырывающийся из моей тяжело вздымающийся груди. Продолжает скользить ладонями по моему телу. Изучает каждый изгиб, исследует, не зная никакого стеснения.

Дыхание перехватывает и от его жаркого поцелуя, и от того, как меня везде трогает, будто помечает собой.

В один момент Варвар вдруг разрывает контакт, а я тянусь за ним. Но потом застываю, глядя, как он резко расстегивает ремень, выдергивая из шлеек.

Бряцает пряжка ремня — и вскоре перед глазами показывается его мощный возбужденный орган. Длинный, толстый, пульсирующий. Кажется, он набирает размер под моим взглядом, становится еще крупнее.

Нервно дергаюсь.

Плохо представляю, как..

Что такое? — спрашивает Варвар, обхватывая меня за талию и снова возвращая на место.

Его напряженный орган прижимается к животу. Обжигает так, что изо всех сил вжимаюсь в кровать, будто стараюсь сбежать.

БОЛЬНО, роняю единственное осмысленное из того, что приходит на ум. — Я

не хочу боли.

— В первый раз всегда больно, — мрачно чеканит Варвар, а потом склоняется надо мной, обдавая жарким дыханием лицо, ведет языком по моей нижнее губе, слегка прикусывает и выдыхает: — Тише, Настя. Дыши. Расслабься.

Да как же тут..

Его твердая плоть уже таранит мой живот. Еще не проникает, а меня все равно начинает колотить.

— Буду осторожен, — хрипло обещает Варвар.

Он снова начинает меня целовать, будто старается отвлечь и переключить на другую волну. Прочь тревогу. Его язык проскальзывает в мой рот, переплетаясь с моим языком. Толкается вглубь. Жадно, жарко, будто запечатывает. Изучает изнутри.

Варвар словно на вкус меня пробует. Смакует.

Его губы двигаются жестко, порывисто. Так, что у меня дыхание перехватывает от сокрушительного напора. Рефлекторно дергаюсь. И он в момент подмечает мою реакцию, сразу сбавляет натиск. Его движения замедляются. Сам поцелуй становится более нежным, чувственным. Но острота не теряется.

Отстраненно осознаю, что сама обхватываю ладонями крепкие плечи. Пальцы скользят по гладкой коже. Ощущаю, как мышцы каменеют и наливаются силой под моими прикосновениями.

Обхватываю его за шею. Накрываю ладонями затылок.

Это какое-то безотчетное желание. Быть ближе. Трогать его. В этот момент он сам притягивает меня плотнее. За бедра. Толкается мощнее.

Мои ноги теперь буквально обернуты вокруг него. Раздвинуты до предела.

Его горячий твердый член упирается в низ моего живота. Проходится по чувствительным складкам.

Только тут и осознаю, насколько мокрая. Стоит ему лишь слегка надавить выделяется влага. И мои бедра сами отвечают на порыв, толкаются вверх.

Варвар отрывается от моих губ, а я застываю, смутившись. И от своей реакции, и от того, в насколько тесном положении мы оказываемся.

Мысли разбегаются. Точно колючие мурашки по моему затылку.

Глаза у Варвара абсолютно черные. Пылающие. Будто в бездну заглядываю — проваливаюсь.

Он опять двигается. Так, что его разгоряченный орган скользит у меня между ног, обдавая огнем. Взгляда от меня не отводит, пристально ловит отклик.

Из моих приоткрытых губ вырывается не то стон, не то всхлип. Порочный звук, надсадный. И бедра снова отзываются на движения Варвара.

Страх остается где-то на задворках сознания. Слишком много других чувств обрушивается на меня.

Особенно когда Варвар снова начинает целовать, не прекращая скользящие движения бедрами. Побуждает отвечать. Самой двинуться навстречу. Сильнее.

Смелее. Это словно первобытный танец. Окончательно в нем теряюсь. Без надежды развеять дурман в голове.

А потом что-то меняется. Не сразу могу сообразить — что. Он как будто бы от меня отстраняется. Хотя целовать не перестает.

Вцепляюсь пальцами в его плечи, тянусь к нему.

Он толкается вперед. Не просто поглаживает и скользит как раньше. Давит, входит вглубь одним четким движением.

Плавно. Мощно. Распирая изнутри.

Застываю, охая в его рот.

Боль прорезает тело ядовитой стрелой.

Глаза распахиваются. Дрожь сотрясает каждую клетку. Впиваюсь ногтями в крепкие плечи. Инстинктивно пробую оттолкнуться от Варвара. Разорвать обжигающий контакт.

Он не дает. Вжимает меня в кровать своей тяжестью. Насаживает на член, входя до упора.

Если сейчас двинется, если толкнется...

Низ живота мучительно сводит. Бедра точно кипятком обдает. Меня всю трясет от этого властного проникновения.

Но Варвар не делает больше ни единого рывка. И мне самой двигаться не разрешает. Хотя первые секунды, лишь сбросив шок, начинаю метаться.

Даже самое слабое шевеление усугубляет боль.

Варвар не перестает меня целовать. Скользит ладонями по бедрам. Накрывает грудь, сдавливает соски.

Новые эмоции разгораются внутри.

Его ласки переплетают грубость с нежностью. Жестковатые. Собственнические. Но кажется, это именно то, что мне нужно сейчас. Чтобы сгладить боль, чтобы отключиться.

Мучительные ощущения между бедер притупляются. Остается лишь саднящее чувство.

Варвар отрывается от моего рта. Смотрит в глаза. Опирается на крепко сжатые кулаки, освобождая меня от тяжести своего тела.

Судорожно глотаю ртом воздух.

Все вокруг кажется раскаленным. И такое впечатление, будто мир плавится. Вместе со мной. Вместе с телом и с мыслями.

Только Варвар будто скала. Огромный. Твердый. Несокрушимый.

Принимаю его. Привыкаю к размеру его раскаленного органа.

Он точно насквозь прошил. Прибил к постели. Но сейчас, когда мужчина без слов смотрит на меня, точно пропаливая тяжелым взглядом, мне кажется, мы становимся одним целым.

— Легче? — вдруг спрашивает Варвар хрипло.

Его большой палец скользит по моей скуле. И я отстраненно понимаю, он стирает сбежавшую по шеке слезинку.

Да, — роняю, едва двинув губами. Это первый раз — так, — чеканит он. — Дальше — иначе будет. Распробуешь.

А я ловлю себя на том, что кажется... уже распробовала.

И дело не в сексе.

Грудь сдавливает от наплыва противоречивых эмоций. Моргаю, и сама не понимаю почему меня прорывает. Слезы градом льются, не остановить.

Варвар мрачнеет, наблюдая за мной.

А я ничего не могу поделать. Чувства пробиваются на волю. Успокоиться не выходит.

Крупная ладонь перемещается в сторону, горячие пальцы вплетаются в мои волосы, захватывая пряди, вызывая новые волны мурашек. Заставляет вмиг поежиться.

Варвар склоняется ниже, прижимается губами к моей щеке. Проходится по коже, собирая набежавшие слезы. В его порывистых, грубоватых движениях сквозит почти щемящая нежность.

И я невольно всхлипываю, шмыгнув носом.

— Да чего ты? — хрипло бросает он.

Отстраняется, чтобы посмотреть в мои глаза. А я накрываю его затылок ладонью в рефлекторном жесте. Не хочу разрывать контакт.

— Ничего, — нервно мотаю головой. — Просто... накатило.

Его густые брови сходятся над переносицей.

Больно? — спрашивает Варвар, внимательно вглядываясь в мое лицо. Нет, — роняю, прочистив горло. — Уже почти нет.

Он так и не делает ни одного движения бедрами. Хотя его возбужденный орган будто распирает меня изнутри. Растягивает, увеличиваясь и пульсируя сильнее.

Варвар проникает настолько глубоко, что уже сложно понять, чья кровь там отбивается. Его или моя. Теперь мы будто сливаемся воедино.

Мужчина еще некоторое время изучает меня. А я медленно веду пальцами по его затылку. Нравится, как ощущаются его волосы под пальцами.

Он слегка ведет головой, будто подставляется под мои легкие прикосновения, а потом подается вперед. Опять целует.

И сейчас все чувствуется иначе. Острее. Ярче. А может, Варвар просто дает себе больше воли, утягивая и меня следом.

Он целует меня так жарко и сладко, что внутри все начинает напрягаться и вибрировать. Совсем не от боли.

Мелкая дрожь пробегает по бедрам. Низ живота сводит судорога. Все тело в момент прошибает испарина.

Это похоже на все те безумные сны. Отдаленно. Когда я просыпалась в поту и чувствовала себя ненормальной, потому что мне опять приснился ОН.

Мой похититель. Тот, кого должна ненавидеть.

Но ненавидеть его уже точно не получается.

Особенно когда его язык захватывает мой. Жестко, властно. Затягивает в свой рот.

И когда он сам во мне. Так глубоко, что страшно. Гораздо глубже, чем просто физически. И меня трясет от осознания. От абсолютно новых эмоций, которые буквально захлестывают и пронизывают насквозь каждую клетку.

Его широкая ладонь накрывает грудь. Большой палец обводит сосок. И меня пробирает еще больше от ощущения той подавляемой силы, которую читаю в движениях Варвара

Мои бедра отзываются на какой-то глубинный призыв. Сперва совсем слабо, едва уловимо, будто отбивают очередную волну дрожи, прокатывающуюся по ногам. А после так, что уже нельзя не замечать.

Он продолжает целовать и ласкать меня. А я сама льну плотнее. И бедра приходят в движение, словно откликаясь на первобытный ритм.

Внутри зарождается тяга. Глубинная потребность.

Новые всхлипы вырываются из горла. И это явно не всхлипы боли.

Варвар двигает бедрами, заставляя меня охнуть. Перестает целовать, ловит взгляд.

Глаза у него черные. Совсем бездонные.

Он толкается снова. Мощнее. Вынуждая выгнуться.

Невольно закусываю губу.

И Варвар тут же останавливает себя.

А я растерянно киваю, обвивая ладонями его крепкие плечи. Мышцы кажутся стальными, наливаются под моими скользящими касаниями.

Варвар выжидает. И снова вбивает меня в постель, насаживая на раскаленный член до упора. Сначала плавно, хоть и размашисто. А после — уже с напором. От чего саднящие ощущения перекрывают все остальное.

Вскрикиваю.

Это... слишком.

Он снова берет паузу, продолжает целовать меня. И двигается дальше. Уже иначе.

Ощутимо себя сдерживает. Никаких рывков, никакой жесткости

Варвар будто ласкает меня изнутри. Так. Напряженным органом. Доводит до точки.

До полного затмения.

Дрожь пробивает. Обвиваю его ногами. Прогибаюсь под ним, прижимаюсь сильнее.

Миг — меня взрывает.

И будто отлетаю.

Все как в дурмане. Разум расплавлен. А тело горит, растекаясь под железной твердостью Варвара.

Он так и не отстраняется. И от губ моих не отрывается. Будто хочет вобрать в себя каждую мою эмоцию. Все выпить до капли. И дрожь, и сладостные судороги, от которых сокращается низ живота.

Растекаюсь по постели. А чуть прикусывает мою нижнюю губу, лишь после этого покидает мое тело.

С трудом разлепляю отяжелевшие веки. Вижу, что Варвар еще возбужден. Мои ноги так и раздвинуты его смуглыми бедрами.

Он обхватывает свой член ладонью. Проходится по нему несколько раз. И уже в следующую секунду вязкая жидкость выплескивается на меня. Брызги летят на живот, на грудь.

— Ты теперь моя женщина, Настя, — хрипло чеканит, нависая надо мной.

Размазывает свою сперму по моей коже. Будто помечает собой.

Варвар укладывается на бок рядом со мной. Обхватывает меня за талию, притягивая вплотную. Но я и сама прижимаюсь к нему в каком-то безотчетном порыве.

Его рука перемещается на мою грудь. Большой палец перекатывает сосок, медленно поглаживает чувствительную кожу.

Он ласкает меня. Неторопливо. Будто растягивает момент.

А потом вдруг резко зарывается лицом в мои спутанные волосы. Утыкается в макушку, делает шумный вдох. И от этого горячие мурашки мигом расползаются по спине, вынуждая поежиться, тоже жадно глотнуть стремительно раскаляющийся воздух.

Мысли плавятся. И тело точно расплавленный воск. Обмякшее, податливое.

Я вся такая. Расплавленная. И от урагана абсолютно новых ощущений меня буквально размазывает.

А еще пропитываюсь Варваром насквозь. Жаром, который исходит от его мощного тела. Терпким мужским потом. И пряным запахом. Острым, мускусным. Он забивается в меня, точно в каждую пору проникает.

Реальность словно ускользает. Подернута дымкой. И тяжело понять, как так выходит, что я полностью ему доверяюсь, открываюсь до предела.

Его пальцы чертят узоры на моей рвано вздымающейся груди, а я сама накрываю мощную кисть ладонью.

Варвар застывает.

Теперь кончики моих пальцев скользят по его руке. Повторяют рисунок набрякших вен, прочерчивают каждую линию.

Он перехватывает мою ладонь, сжимая в своей. Крепко. А после отстраняется от моей макушки, только чтобы склониться и впиться в мои губы.

Все. Если я и думала вынырнуть на поверхность, теперь точно без шансов.

Однако в один момент сознание все же проясняется.

Когда Варвар перестает меня целовать, немного сбрасываю накативший морок.

Осторожно пробую выскользнуть из крепких объятий.

— Куда? — хрипло спрашивает Варвар.

Отпускать не спешит.

В душ, — бормочу. Зачем? — хмурится он. Освежиться, — роняю, помедлив.

Чувствую себя неловко. А под его тяжелым взглядом и вовсе краснею.

Ну как это объяснить?

— Надо привести себя в порядок, — брякаю наконец.

— Не надо, — отрезает Варвар.

— Рано тебе освежаться.

Рано? — невольно повторяю. Я с тобой еще не закончил, — хрипло заявляет он и хищно ухмыляется.

Его массивная ладонь уже опускается на ягодицы, прижимает меня теснее.

Внутри до сих пор саднит.

Не знаю, — сглатываю нервно. — Мне еще немного больно. И думаю, я не готова опять...Так — готова, — уверенно заключает Варвар.

Мои брови ползут вверх.

Трахаться можно по-разному, отрывисто продолжает он. — Ты не знала, Настя?

Смотрит на мои губы.

В горящих черных глазах читается очень явный намек. Взгляд Варвара настолько красноречив, что я заливаюсь краской от такого пристального внимания.

А дальше он вообще развеивает все сомнения. Тяжелая ладонь опускается на мое лицо, властно обхватывая подбородок. Большой палец медленно скользит по губам, которые тут же рефлекторно сжимаются в одну напряженную линию.

Варвар ухмыляется, наблюдая за моей реакцией.

— Пугливая ты, — выдает он хрипло.

Его рука перемещается ниже. Теперь горячие пальцы медленно поглаживают мою шею. От этой ласки мелкая дрожь пробегает по телу.

С чего бы? — спрашивает. — Что тебя напрягает? Я просто... -начинаю и запинаюсь, еще сильнее смущаюсь, не представляя, как ему сказать. — Не могу.

— Не можешь? — вопросительно приподнимает брови.

Точно посмеивается над тем, как реагирую, как пытаюсь все объяснить.

— Ну вот так, — кровь ударяет в лицо. — Не могу.

Голос звучит предательски тихо, едва различимым шепотом. А мое лицо буквально пылает.

— Не можешь мой хуй в рот взять? — выдает Варвар пошлость настолько невозмутимым тоном, что сперва даже смысл его фразы теряется.

Но потом доходит. И я отворачиваюсь, пряча подушку в лицо. Правда спрятаться надолго он мне не разрешает.

Одна секунда — его губы начинают покрывать мою шею жаркими поцелуями.

Жадно. Хаотично. Не вижу, но чувствую, он ухмыляется.

Ай, — не выдерживаю. — Щекотно...

Что? — спрашивает Варвар, поймав мой взгляд. — Говори. Хера моего боишься?

Все, хватит, — бормочу и мотаю головой, зажмурившись. — Зачем ты это говоришь?

Нравится, как ты краснеешь, — заключает он, обхватывая меня за подбородок двумя пальцами, разворачивая лицом к себе. — Смущаешься

Смотрю на него.

Ну все, — выдаю.

— Все. Понял, — говорит и в его глазах еще больше искр вспыхивает. — Но ебать тебя в рот я и не собирался.

Поджимаю губы. Молчу.

— Испорченная, — заявляет Варвар. — Сама придумала. Сама испугалась.

А что тут придумывать? После его красноречивого взгляда, жеста...

— Не боюсь, — роняю глухо.

Знаю, что он мне дурного не сделает. Так теперь чувствую. Хотя кто бы мне об этом сказал еще совсем недавно, никогда бы не поверила.

Но теперь все становится иначе.

Рядом с Варваром больше не ощущаю страха. Однако и он... какой-то другой. Что-то новое в нем угадывается.

— Да, — говорит мужчина, склоняясь ниже. — Боятся не надо.

Его губы почти касаются моих. Дыхание обжигает.

Но ты должна знать, — прибавляет он.

Что? — выдыхаю.

Он закрывает мой рот поцелуем, больше не давая ничего сказать. Но говорить тут и не нужно.

Теряюсь, полностью растворяюсь в этом моменте.

Варвар опять утягивает меня за собой. Разум затуманивается. Сама льну к нему, обвивая руками широкие плечи, прижимаюсь крепче.

А он вдруг разрывает наш контакт, переворачивает меня на живот. Обхватывает за бедра, тянет к себе так, что оказываюсь на коленях..

Варвар прижимается сзади. Его орган уже твердый и пульсирующий. Вжимается в меня. Не проникает. Просто давит, всей длиной проходясь по складкам.

— Я тебе еще больше испорчу, — хрипло заключает Варвар.

От его напора мои колени разъезжаются в разные стороны, скользнув по смятым простыням. Но Варвар обхватывает мои бедра, снова сводит ноги вместе, еще и зажимает своими бедрами.

Толкается вперед. Его возбужденная плоть таранит меня, не проникая. Тесный контакт задевает что-то внутри. Вынуждает судорожно дернуться и прогнуться, будто на рефлексе, подаваясь за движениями мужчины. Тело вмиг пробивает дрожь, прошибает испарина.

Варвар опять перемещается. Так и прижимается ко мне сзади. Крепче сжимает мои бедра.

Теперь его напрягшийся орган буквально впечатан в меня. Длинный и толстый.

Вжат во влажные складки.

Порочная поза. Щеки горят, лишь стоит представить, как это все выглядит со стороны.

Однако вскоре времени на размышления не остается. И тут уже больше не до представлений. Не до чего вообще

Варвар начинает двигаться. Сначала плавно, растянуто, нарочито медленно.

Заставляя меня все сильнее дрожать от того, как он задевает чувствительную плоть, касаясь в самом сокровенном месте.

Но это длится недолго.

Движения стремительно набирают обороты. Резче. Жестче. Мощнее. Буквально размазывая меня по постели. Вколачивая в кровать. Вынуждая прогибаться сильнее, вжимаясь грудью в подушку.

Ритм нарастает. Темп становится бешеным.

Вскрикиваю, окончательно теряюсь в собственных эмоциях. А Варвар собирает мои волосы в кулак, оголяя шею сзади.

Раз — и он уже прихватывает кожу зубами.

Точно зверь. Порывы у него абсолютно животные.

— Вот, как я хочу тебя трахать, — хрипло заявляет он, обжигая горячим дыханием мой затылок. — По-настоящему.

И когда в голове мелькает мысль, что сильнее и жестче уже некуда. Варвар двигает бедрами так, что меня почти подбрасывает от очередного рывка.

— Ты моя.

Его член точно раскаляется, пульсирует и продолжает проходится по мне между ног. Всей длиной. Давая прочувствовать каждую вену, каждую жилу.

Это непристойно. Грязно. Но протестовать против такого безжалостного захвата не получается.

— Моя, блять, — заявляет Варвар.

Толкается особенно жестко, и я чувствую, как жидкость заливает мои бедра, живот.

Судорожно перевожу дыхание. Ощущаю напряжение внутри. И не только физически.

Варвар толкает меня на спину. В глаза смотрит. А его рука уже накрывает меня между ног. Большой палец давит — там и так, что всхлипываю, зажмуриваюсь.

Опять накрывает. Это совсем иначе, чем когда он был внутри меня.

Резче. Быстрее. Но тоже сокрушительно. Такое чувство, будто подбрасывает вверх, а после мигом вниз. И разбивает на осколки.

— Глаза.

Требовательный голос заставляет разлепить веки.

Другого хуя в тебе не будет, — отрезает Варвар, обхватывая меня за подбородок. Поняла?

От его напора мои колени разъезжаются в разные стороны, скользнув по смятым простыням. Но Варвар обхватывает мои бедра, снова сводит ноги вместе, еще и зажимает своими бедрами.

Толкается вперед. Его возбужденная плоть таранит меня, не проникая. Тесный контакт задевает что-то внутри. Вынуждает судорожно дернуться и прогнуться, будто на рефлексе, подаваясь за движениями мужчины. Тело вмиг пробивает дрожь, прошибает испарина.

Варвар опять перемещается. Так и прижимается ко мне сзади. Крепче сжимает мои бедра.

Теперь его напрягшийся орган буквально впечатан в меня. Длинный и толстый.

Вжат во влажные складки.

Порочная поза. Щеки горят, лишь стоит представить, как это все выглядит со стороны.

Однако вскоре времени на размышления не остается. И тут уже больше не до представлений. Не до чего вообще.

Варвар начинает двигаться. Сначала плавно, растянуто, нарочито медленно.

Заставляя меня все сильнее дрожать от того, как он задевает чувствительную плоть, касаясь в самом сокровенном месте.

Но это длится недолго.

Движения стремительно набирают обороты. Резче. Жестче. Мощнее. Буквально размазывая меня по постели. Вколачивая в кровать. Вынуждая прогибаться сильнее, вжимаясь грудью в подушку.

Ритм нарастает. Темп становится бешеным.

Вскрикиваю, окончательно теряюсь в собственных эмоциях. А Варвар собирает мои волосы в кулак, оголяя шею сзади.

Раз — и он уже прихватывает кожу зубами.

Точно зверь. Порывы у него абсолютно животные.

— Вот, как я хочу тебя трахать, — хрипло заявляет он, обжигая горячим дыханием мой затылок. — По-настоящему.

И когда в голове мелькает мысль, что сильнее и жестче уже некуда. Варвар двигает бедрами так, что меня почти подбрасывает от очередного рывка.

— Ты моя.

Его член точно раскаляется, пульсирует и продолжает проходится по мне между ног. Всей длиной. Давая прочувствовать каждую вену, каждую жилу.

Это непристойно. Грязно. Но протестовать против такого безжалостного захвата не получается.

— Моя, блять, — заявляет Варвар.

Толкается особенно жестко, и я чувствую, как жидкость заливает мои бедра, живот.

Судорожно перевожу дыхание. Ощущаю напряжение внутри. И не только физически.

Варвар толкает меня на спину. В глаза смотрит. А его рука уже накрывает меня между ног. Большой палец давит — там и так, что всхлипываю, зажмуриваюсь.

Опять накрывает. Это совсем иначе, чем когда он был внутри меня.

Резче. Быстрее. Но тоже сокрушительно. Такое чувство, будто подбрасывает вверх, а после мигом вниз. И разбивает на осколки.

— Глаза.

Требовательный голос заставляет разлепить веки.

Другого хуя в тебе не будет, — отрезает Варвар, обхватывая меня за подбородок.

Поняла?

Его вопрос обжигает. И несколько секунд я в полном оцепенении, а после чудом очнувшись от замешательства, неопределенно мотаю головой и спешу пройти в коридор.

Наверное, только оказавшись в ванной, немного выдыхаю. Или даже позже, когда захожу в душевую кабину и включаю душ.

Тугие струи воды бьют по телу, и это немного меня расслабляет. Помогает прийти в себя.

Варвар искушенный мужчина. Ему многое нужно. А я... мне и одного раза уже много.

Тело ломит. Внутри саднит. Такое чувство, будто по мне катком проехались. А ведь он ощутимо сдерживался. Что будет, если даст себе волю?

Холод внутри разливается.

Взгляд упирается в зеркальную поверхность душа. Заторможенно изучаю свое собственное отражение. Глаза одурманенные, губы распухшие.

А после ниже смотрю. На белесые следы от его спермы, которые размазаны по коже. На темные разводы на бедрах, что остались от моей крови.

Зажмуриваюсь.

Странно все. Нет, плохо мне точно не было. И боль... вся боль словно потерялась.

Перекрыло ее. Быстро забило другими ощущениями

И вот здесь проблема.

Эти новые ощущения.

Вся какая-то одурманенная. Думать не получается. Не хочется. Ловлю себя на том, что тянет обратно. Туда, к нему. В кровать, в его жаркие обьятья.

Наспех намыливаюсь, стараюсь поскорее привести себя в порядок. Спешу, ведь он сказал мне возвращаться быстрее.

И я буду теперь все выполнять?

Застываю, закусываю губу. Опять прикрываю глаза, напрасно стараясь хоть немного сосредоточиться.

Почвы не чувствую. И будто проваливаюсь куда-то. Дальше и дальше. А как остановиться? За что ухватиться?

Запах Варвара ощущается и здесь. Четко. Будто он прямо сейчас находится рядом.

Этот мужчина пропитывает насквозь. Каждую мою клетку пронизывает. И внутри тоже до сих пор его чувствую. Глубже, чем просто физически.

Передергиваю плечами, пытаясь сбросить навязчивые ощущения, но горячие ладони накрывают мои руки, заставляя содрогнуться и распахнуть глаза.

Варвар позади. Вижу его отражение в зеркальной поверхности прямо передо мной

Его пальцы на моих плечах.

Он возвышается будто скала.

Ты зачем в душ полезла? — спрашивает отрывисто. Захотелось, — роняю тихо.

Он шагает ближе, закрывая за собой дверцу кабины. Теперь мы словно заперты вместе в замкнутом пространстве.

— Захотелось?

Его возбужденный член упирается в меня сзади. Становится все тяжелее дать ответ.

Освежиться, — говорю, наконец. — Я же вспотела и...

Чушь какую-то несу.

А когда Варвар прижимается ко мне еще теснее, зарывается лицом в мои волосы, накрывает одной рукой грудь, а другой живот, я и вовсе замолкаю. Продолжать и выдать хоть одну осмысленную фразу нет возможности.

— Охуенно пахнешь, — заявляет Варвар. — Собой.

Его пальцы играют с моими сосками так, что пальцы на ногах поджимаются, и я всхлипываю от вновь вспыхнувшего внутри напряжения.

— Нехуй тебе эти гели для душа брать, — бросает он, стирая пену с моей кожи.

Не когда ты со мной.

Варвар рывком разворачивает меня к себе

И я бы точно упала, поскользнувшись от настолько резкого поворота. Ступни скользят в разные стороны. Но он подхватывает меня на руки, раздвигая мои ноги, оборачивая вокруг себя.

Слышала меня? — спрашивает с нажимом.

— Д-да. Зубы постукивают, потому что меня всю снова трясет. От того, какой он, как дотрагивается до меня сейчас.

Его ладони сжимают ягодицы. Почти до боли. Разгоряченный член упирается в низ моего живота, надавливая на складки.

Рефлекторно обхватываю широкие плечи. И будто в бездну падаю, когда смотрю в горящие огнем глаза.

Он двигает меня. Вперед-назад. Будто насаживая на себя. Однако снова не проникает. Лишь скользит по чувствительной плоти.

Это похоже на то, что было в спальне. Но ощущается острее. Ведь теперь мы лицом к лицу.

Варвар стискивает челюсти в какой-то момент. Напрягается сильнее.

Что-то не так. Просто чувствую.

Он отпускает меня, но сразу же прижимает к запотевшей стенки душевой кабины, обхватывает мою руку и кладет на свой член.

— Давай, — приказывает. — Крепче. Еще.

Делаю то, чего он хочет.

Варвар направляет меня. Показывает, как ему больше нравится. И я послушно двигаю пальцами по жилистому стволу.

— Да, блядь, да, — рычит он. — Сильнее.

На автомате стискиваю его. И после хочу ослабить захват, опасаясь, что сделала что-то не то. Уж слишком громкий утробный рык он издает.

Однако Варвар не дает мне убрать руку. Наоборот, сильнее сдавливает. И в следующую секунду разряжается. Бурно. Опять забрызгивая меня.

Он отпускает мою ладонь. Размазывает сперму по моей груди. Накрывает мои губы своим ртом, напрочь перекрывая кислород.

Это все безумие.

И я безумная, потому что не могу это остановить. Не хочу останавливать. В пропасть на всей скорости лечу. Рядом с ним. Так не страшно.

Выбираемся мы из душа далеко не сразу.

Получив разрядку, Варвар переключается на меня. Его пальцы опять скользят по телу. Нагло. Бесстыже. И он не останавливается, до тех пор пока полностью не выбивает ощущение опоры из-под моих ног.

Разрядка обрушивается будто ураган.

А после я плохо помню, что происходит. Кажется, меня просто подхватывают на руки, выносят из душа. Смутные кадры путанно мелькают в голове.

Вот Варвар оборачивает вокруг меня полотенце. Вот мы уже снова в постели. Вот он опять впечатывает свой рот в мои губы.

Реальность смазывается и расплывается. Ощущение времени окончательно теряется, когда снова проваливаюсь в пылающую бездну эмоций.

Наверное, в какой-то момент мы уже попросту оба отключаемся. Ныряем в сон, так и не разрывая жаркие объятья.

Просыпаюсь я, чувствуя, как яркий свет бьет в лицо. Приоткрываю веки, щурюсь.

Солнце уже во всю палит в небе. Озаряет лучами кровать.

Мой взгляд мечется по комнате. Сперва наталкивается на массивные настенные часы напротив.

Потрясенно охаю. Девять утра!

Надя...

Где мой телефон?

Нужно позвонить сестре, узнать, как там она. Родителям тоже набрать не помешает.

Да, они уехали на дачу, но..

Понимаю, что вообще не помню, куда дела мобильный. Нужно срочно встать и найти его поскорее.

А в следующий миг мои глаза натыкаются на смуглую руку, крепко сжимающую мою грудь.

Делаю попытку освободиться от захвата.

Без шансов.

Держат меня очень крепко. А когда пробую отстраниться уже активнее, то лишь сильнее стискивают.

Взгляд невольно падает ниже. На мускулистое бедро, которое небрежно переброшено через мои плотно сведенные бедра. Колено упирается в матрас, поэтому тяжести не чувствую. Но скрутили меня по полной.

Из этой ловушки не так-то просто выбраться. Особенно когда от моих неловких попыток между ягодицами упирается очень выразительная и ощутимая эрекция.

Ox, — только и выдаю, ощущая, как кровь приливает к щекам. Чего? — раздается хриплый голос Варвара.

И через секунду он уже зарывается лицом в мой затылок, делает шумные глубокие вдохи.

Мне домой надо, — бормочу, пробуя отодвинуться. Рано, — выносит короткий вердикт.

Придвигает меня обратно.

Как же рано? роняю возмущенно. — Все, пусти, пожалуйста. Мне пора. Там сестра.

Твоей сестре есть чем заняться. Без тебя.

- Ты про что?

Оборачиваюсь и сталкиваюсь с его потемневшим взглядом. Уже узнаю эти искры. И этот оскал.

Ему не до разговоров. Явно. Четко понимаю по тому, как все сильнее его возбужденный орган упирается в меня.

Ей вещи собрать надо, — бросает Варвар. — Не отвлекай.

Что? — ничего не понимаю. — Какие вещи?

Такие, — выдает он мрачно. — Она уезжает. Завтра. В горы. Так? Ну вот и не отвлекай. Пускай собирается. Что ты подорвалась?

— Никуда Надя не... Начинаю и осекаюсь. А ведь сестра и правда что-то такое говорила, что возможна поездка. Тренер по йоге предложила поехать на природу. Группа у них дружная, могли бы отправиться все вместе. И да, верно, в горы.

Сейчас обрывки разговора всплывают в памяти.

Но теперь запутываюсь еше сильнее.

— А ты откуда знаешь? — спрашиваю. — Про горы? Про все?

Повисает пауза. Ненадолго.

— Она сама сказала, — говорит Варвар.

— Вчера.

Что-то не складывается у меня в голове. Надя была в таком состоянии, что не до разговоров.

Ладно, это потом выясню. Сейчас другое волнует.

— А что произошло вчера? — внимательно смотрю на него. — Откуда ты Надю забрал?

Много говоришь, — хрипло отвечает Варвар. Ну это жеА надо делом заняться, — обрывает он.

Опомниться не успеваю, как оказываюсь распластана на спине. А мои ноги обхвачены массивными ладонями. Горячий и твердый член скользит по низу живота.

Невольно прогибаюсь. Что-то внутри сразу отвечает, отзывается. И теперь уже трудно сказать, чего боюсь сильнее. Того, как меня ловко и легко укладывают в нужную позу. Или — собственной реакции на все это.

Варвар зажимает свой напрягшийся член между моими ногами. Сводит мои бедра вместе, прижимает к своему торсу, а мои икры теперь касаются его покрытой густой порослью волос груди.

Он буквально выпрямляет мои ноги в коленях и забрасывает их на себя. Толкается вперед, вбивая член между крепко стиснутыми бедрами. Так и проводит возбужденной плотью по складкам. Снова и снова. Движется как машина. Жестко, механически. И то же время каждый его отрывистый жест пронизан чем-то необузданным, бешеным, животным.

Крепче сводит мои бедра, сильнее вдавливая пальцы в мои ноги, сжимая почти до боли. Яростно вколачивается. Таранит без жалости.

От такого дикого ритма меня то льдом окатывает, то жаром.

Разум пылает.

От соприкосновения с его пульсирующей плотью низ живота наливается тяжестью.

Колючие иглы впиваются под кожу.

Страшно вообразить, что он и внутрь способен так вломиться. Голова кругом идет уже когда просто дотрагивается, проходится по мне всей длиной своего органа.

Все происходит слишком быстро. Резко. И у меня совсем нет возможности подумать, хоть что-то осознать.

Меня точно бурным поток уносит вглубь бездны. И нет ни единого шанса ни выплыть на берег, ни хотя бы на секунду вынырнуть.

Забываю, о чем говорили, что собиралась сделать.

Варвар будто вырывает меня из моей собственной реальности и затягивает в свою.

Ничего не спрашивает, не предлагает. Просто берет. Грубо. Словно по праву сильнейшего, по праву захватчика.

И этому натиску нельзя не сдаться.

У меня глаза закатываются. Голова запрокидывается назад.

— Смотри, — раздается рык.

Варвар обхватывает меня за подбородок так, что вскидываюсь и встречаю его тяжелый взгляд. Одной рукой он продолжает держать мою голову, а вторая приземляется на грудь. Пальцы сдавливают соски, пока его жилистый член продолжает остервенело двигаться между сомкнутыми ногами.

Судорожно вскрикиваю.

И в этот миг его огромный орган будто подергивается, вжимается в меня особенно мощно. Еще секунда — извергается вязким потоком спермы.

— Блядь, — хрипло бросает он. — Мало.

Обхватывает мою ладонь, кладет на мой живот и теперь моими пальцами брызги семени размазывает. Перемещается выше на грудь.

Мало? — заторможенно переспрашиваю. Трахать тебя хочу.

Последнее слово выдыхает прямо в мой рот. Потому что уже опять целует. И я шевельнуться не могу, ведь его пальцы снова внутри меня. Гладят, обводят, доводят до пиковой точки.

Теперь моя очередь выдыхать. Нет, не просто выдыхать, а кричать в его рот.

А он жадно выпивает все это. Мои эмоции, отклик. И продолжает ласкать, трогать везде.

— Мне надо много, — заявляет Варвар, откидываясь чуть в сторону, укладываясь на бок, рядом со мной и тут же притягивая меня ближе.

— Ты привыкнешь. Во вкус войдешь.

Да. То, что ему надо, он с первой встречи не скрывал. И похоже, ему только это и надо.

A мне?

Его руки по-хозяйски скользят по телу.

Грубоватая нежность у него. Горько-сладкая. Болезненная. И физически в теле пробуждается трепет. От того, как он сдерживает силу прикасаясь ко мне. От ощущения, какую стихию контролирует и подавляет.

Что-то внутри царапает. И сильно. Страшно мне.

— Мне нужно в душ, — выдаю.

Ведь стоит лишь немного отстраниться, дернуться в сторону, как тяжелая рука Варвара моментально возвращает меня обратно. Хотя еще секунду назад могло показаться, он расслабился, задремал, насытившись

Теперь же резко поворачивается, нависает надо мной будто ястреб. И по горящим

мужчина и близко не насытился. Его вальяжная поза оказывается

глазам видно обманчива.

Вид у него голодный. Словно между нами ничего и не было. Словно он не набрасывался на меня раз за разом, помечая семенем.

А еще — его член опять напряжен, пульсирует, ощутимо прижимаясь к моему бедру.

Дрожь пробегает вдоль позвоночника.

Надо собираться, — бормочу. — Привести себя в порядок. Ехать домой. Сестра волнуется. И родителям я еще не звонила. А они же на даче. Там и так плохо связь ловит. Переживают, что дозвониться не могут.

Взгляд у Варвара такой, что не уверена, слушает ли он мои аргументы. Долетают ли вообще мои слова до него сейчас?

Не похоже. Он то на губы смотрит, то ниже — на грудь. И так смотрит, что дышать становится тяжело.

— Все, — срываюсь на взволнованный шепот. — Пусти меня, пожалуйста.

Варвар оскаливается. И у меня в горле пересыхает от напряжения. Ощущение будто между нами протягивается раскаленная нить.

Прежде чем я успеваю еще хоть что-то выпалить. Он вдруг поднимается, подхватывает меня на руки.

Вскрикиваю от неожиданности.

Ай, ты что делаешь...Ты же хотела в душ, — следует невозмутимый ответ.

Пара секунд — Варвар ставит меня на прохладный пол кабины. А сам заходит следом, закрывая стеклянную дверцу.

От такого стремительного поворота бросает в жар.

— Не думаю, что это хорошая идея, — роняю, судорожно сглотнув.

Шагаю назад, упираясь спиной в стенку кабины.

Уже видно, к чему все идет. Плотоядный взгляд Варвара не оставляет никаких иллюзий насчет того, как именно мы сейчас будем принимать душ.

Он подступает ко мне, опять сокращая расстояние. А я едва успеваю поднять руки, упереться ладонями в его мощную грудь.

— Нет, нет, — говорю. — Давай по очереди.

Варвар молча изучает меня.

Пожалуйста, прибавляю нервно. — Иначе...

Запинаюсь, гадая, как бы выразить то, что мелькает в голове приличными словами.

Но лишь сильнее краснею.

— Мне правда домой надо, — выпаливаю.

Варвар склоняет голову к плечу, очевидно, решая, стоит ли прислушаться к моей просьбе.

Смотрю на него и выдыхаю, когда он отрывисто кивает. Отступает от меня.

Давай быстрее, — хрипло произносит мужчина. — Позавтракаем. Домой тебя отвезу.

Когда выхожу из душа, плотно обернувшись полотенцем, на кухонном столе уже доставка из ресторана. Автоматически отмечаю известный логотип.

Варвар делает себе кофе. И я смущенно отвожу взгляд, снова упираясь глазами в пакеты на столе.

Из одежды на нем только трусы. Он не особенно старался прикрыться.

И сама чувствую себя голой под его пристальным вниманием. Несмотря на полотенце, которое доходит мне ниже колен.

Обхожу стол, будто стараюсь выстроить дистанцию. Хотя какая может быть дистанция после всего?

Качнув головой, снова сталкиваюсь глазами с Варваром. Он усмехается, дальше разглядывая меня исподлобья. Делает крупный глоток кофе и наконец, оставляет чашку на стол.

По спине ползет знакомый холодок, а мое лицо буквально пылает.

— Я все, — брякаю.

Зачем? Разве и так непонятно?

— Можешь идти, — прибавляю.

Как будто ему требуется мое разрешение.

Чувствую себя по-дурацки.

Варвар усмехается, словно читая мои мысли. Обходит стол, оказываясь рядом в мгновение ока, подхватывает меня и усаживает на столешницу.

Его пальцы на моей шее. И на спине. Прикосновения чувствуются даже через плотный материал полотенца.

Моя голова запрокидывается назад. Наши взгляды скрещиваются.

Еще секунда — он целует меня жадно и глубоко. А я отзываюсь на каждое движение его губ. Наши языки переплетаются в каком-то диком танце.

Очнуться заставляет тот самый момент, когда полотенце вдруг сдергивается до пояса, а горячие ладони накрывают грудь, сдавливают, вынуждая охнуть прямо в рот Варвара.

Дергаюсь над его напором, протестующе мычу, стараясь отстраниться. Толкаю его ладонями, упираясь в широкие плечи.

Он отпускает. С явной неохотой. Но все же отрывается от моих губ. Тут же обхватывает мое лицо. Тяжелая ладонь приземляется на щеку, а большой палец скользит по губам, надавливая на нижнюю.

— Ешь, — бросает Варвар. — Приму душ и поедем.

Так говорит, будто это я его задерживаю.

— Твоя одежда в коридоре, — прибавляет мужчина.

Он отпускает меня, разворачивается и уходит, а я суетливо закутываюсь в полотенце.

В сознании опять помутнение. Как и всегда, когда этот мужчина захватывает меня в капкан. И пусть он уже скрывается в коридоре, меня все равно сильно потряхивает.

Что он сказал? Моя одежда?

Соскальзываю со стола, выхожу в коридор и обнаруживаю там объемный пакет.

Открываю, смотрю, что внутри.

Новые вещи.

После вчерашнего моя одежда не в лучшем виде. Так что это оказывается кстати.

Быстро одеваюсь. Не хочу, чтобы Варвар застал меня в полуголом виде, когда выйдет из ванной.

Резкий звук заставляет вздрогнуть и обернуться.

Мобильный телефон на комоде. Вибрирует, продвигаясь все ближе к самому краю.

Разрывается от звонка.

Подхожу и отодвигаю его, чтобы не упал. Невольно подмечаю название контакта на дисплее.

«Лютый».

Этого мрачного типа знаю. Видела его несколько раз в гостях у Варвара.

Звонок обрывается. Вода в душе так и льется. Заканчиваю натягивать на себя новые вещи, когда телефон оживает снова.

Боосаю взгляд в сторону.

Опять Лютый звонит.

Автоматически поправляю мобильный, чтобы не упал. Резкий звук звонка действует на нервы.

Ну и мелодию Варваю выбрал на звонок.

Выдыхаю, когда вызов наконец обрывается. Но это ненадолго. Практически сразу телефон опять разрывается от очередного звонка.

Становится тревожно, когда понимаю, что Лютый набирает уже в третий раз.

Видимо, что-то срочное.

Подхватываю телефон, иду в ванную, чтобы поскорее передать.

Мало ли какие проблемы могли возникнуть.

Собираюсь постучать, но тут дверь сама распахивается.

— Вот, — роняю и протягиваю телефон Варвару, собираюсь пояснить, что это не первый звонок, однако передавая ему телефон, случайно принимаю вызов, еще и громкая связь включается.

Все к одному. Как назло.

— Ты какого хера облаву на дом Аверина устроил? — рычит Лютый. — Еще и сынка его в больницу отправил. Ты же знаешь, Буйный беспредел не потерпит. Он уже сюда едет.

Варвар выключает громкую связь, спокойно смотрит на меня и ровным тоном выдает своему приятелю: Давай потише. Пусть едет. Разберемся, кто беспредел начал и кто отвечать будет. А сын Буйного за дело получил.

Не слышу, что отвечает Лютый

Но Варвар и бровью не ведет, холодно бросает:

— Нет, своих людей из больницы не отзову. Я с этим уебком еще не закончил. Ему повезло, что пока живой.

Варвар разворачивается, направляясь в сторону своего кабинета. Он что-то еще отвечает Лютому, но я не понимаю, что именно. Слишком сильно кровь ударяет по вискам. Хлопает дверь, заставляя невольно вздрогнуть.

Значит, этот урод в больнице после... общения с Варваром. И еще он под присмотром его людей. Перевариваю эту информацию, бездумным взглядом глядя перед собой.

Случайно подслушанный разговор быстро отрезвляет меня от расслабленного состояние. Прозвучит глупо, пожалуй, даже безумно, однако после той жаркой ночи вся история с Авериным-младшим вылетела у меня из головы, будто и не было ничего.

А ведь у этого мерзавца есть отец. Серьезный человек, влиятельный. И все происшедшее он будет расценивать на свой лад. Вряд ли его будет волновать настоящая справедливость. Сомнительно, что он согласится признать вину собственного сына, который все это и начал, и который чуть меня не убил.

Беспредел точно не Варвар начал.

Но станет ли тот это выяснять? Да и Варвар сам не похоже на того, кто будет оправдываться, объяснять свои решения.

Намечается что-то очень нехорошее.

Горло сдавливает сильнее. Липкий страх разливается внутри, а кожу начинает покалывать, от сковавшего меня вмиг холода.

До какой же степени у меня расплавились мозги, что я совсем об этом не думала, плавала в новых ощущениях, а в голове было совсем пусто.

Начнутся разборки. Уже начались. Это просто неизбежно.

Затылок болезненно гудит.

Приваливаюсь боком к стене, растираю пальцами взмокшие от напряжения виски.

Раздается звук открываемой двери, и я вижу, как Варвар появляется в проеме, на ходу набрасывая пиджак. Подходит вплотную ко мне, размашистыми шагами сокращая расстояние между нами до минимума. Его тяжелая ладонь ложится на мое плечо, слегка сжимая.

— Ты чего? — спрашивает он, пристально глядя в мои глаза.

Рассеянно веду головой, не зная, как отвечать. Сложно выразить словами весь тот ворох мыслей, которые сейчас проносятся со скоростью света.

Ты под моей защитой, — хрипло заявляет Варвар и, чуть помедлив, прибавляет: Ты и твоя семья.

Смотрю на него, ощущая, как в горле пересыхает.

Тебе больше не нужно ни о чем переживать, — чеканит он, сжимает мое плечо крепче.

— Все под моим контролем.

Его слова пронизаны такой всеподавляющей уверенностью, что любые сомнения должны пропасть.

Но внутри все равно царапает. И не только набирающая обороты история с

Авериными тому причина.

Готова ехать? — интересуется он. Да, — киваю, подхватывая свою сумку с массивной тумбы. По дороге домой мне звонит сестра. Надя волнуется, что я не ночевала дома.

Вроде бы получается ее успокоить, но чувствую себя ужасно. Неловко. И... вообще.

Пытаюсь что-то выдавить из себя, когда рядом за рулем сидит мужчина, который вытворял со мной абсолютно бесстыдные вещи ночь напролет. И утром. И даже сейчас чувствую на себе его голодный взгляд.

От одних воспоминаний про все, что было между нами, обдает кипятком. А от того, как он пристально меня изучает, пока мы едем, напряжение еще мощнее раскаляется.

Стараюсь сама разрядить обстановку. Хотя бы у себя в голове. Достаю телефон, проверяю учебные чаты.

Это помогает слабо, но помогает.

В какой-то момент мы останавливаемся на светофоре, и его тяжелая рука приземляется на мое колено.

Машина трогается в места — ладонь скользит по бедру так, что я невольно втягиваю воздух, ведь он в момент задирает юбку, стремительно забираясь выше.

Смотрю на Варвара, однако наши взгляды не сталкиваются. Его глаза направлены четко на дорогу.

Накрываю его ладонь своею, стараюсь мягко отодвинуть от себя. Потому что это мешает, отвлекает от файла, который сегодня скинули в студенческую группу, мешает прочесть текст.

Нет, — твердо выдает Варвар, крепче стискивая мое бедро, а через секунду его ладонь вдруг проскальзывает вверх, по внутренней стороне, застывая там, где все сжимается от такого порывистого напора.

Теперь платье задрано чуть ли не до талии.

— Ты... отвлекаешь, — роняю.

Опять стараюсь убрать его руку, перехватив широкую кисть, но крупная ладонь не сдвигается даже на миллиметр.

— Ты тоже, — бросает Варвар и, наконец, переводит взгляд на меня. — А водителя нельзя отвлекать. Не знала?

Его глаза горят так, будто он прямо здесь наброситься на меня готов. И зная про его бешеный темперамент, это реально.

А так значит, прочищаю горло, выразительно смотрю вниз, на его руку, и снова

вверх, в глаза: — Не отвлекаешься?

— Так — нормально, — бросает с кривой ухмылкой.

Но в его черных глаз ни намека на веселье.

Дорога до дома так и проходит. Его рука остается на моем бедре, почти касаясь меня между Ног.

Смотрю на экран телефона, но строчки прыгают перед глазами, и проблема совсем не в дороге, по которой мы едем. Дорога ровная.

Внедорожник сворачивает, заезжая в мой двор. С трудом перевожу дыхание, прячу телефон в сумку.

Ну... все. Однако Варвар так не считает. Не спешит меня отпускать.

Надо идти, — говорю и злюсь на себя за то, как голос срывается на последнем слове, чуть ли не до шепота. Пойдешь, — обещает он, оскалившись.

Его ладонь накрывает меня между ног. Резко, с едва подавляемой грубостью.

Ремешок сумки выскальзывает из пальцев, от чего та, скользнув по бедру вниз, падает под ноги.

Но сумка сейчас не волнует.

Вцепляюсь в руку Варвара. Пробую отодвинуть. Однако он будто не замечает моего жеста.

— Т-ты... - с трудом получается выдавить.

А дальше и сказать ничего не могу, лишь рвано глотаю ртом воздух, нервно мотаю головой.

Нет, нет...

Ну не в машине же!

Хотя стекла затонированы. Никто не видит того, что мужчина со мной сейчас делает. Но просто все это... слишком.

— Что — слишком? — вдруг интересуется с расстановкой Варвар.

Оказывается, что-то вслух я все-таки выдала, хотя сама пропустила этот момент.

Не поняла, как.

— Все слишком, — шепчу.

А его пальцы трогают меня через ткань нижнего белье. Не сдвигают в сторону, но этого и не требуется. Ощущения настолько острые, будто на мне ничего нет. Он трогает меня так, что дыхание забивается в груди. Не останавливается ни на секунду.

— Что? — повторяет хрипло.

Слишком...

Горячо. Грязно. Непристойно.

И умом понимаю, что надо это безумие остановить. Но на деле — нет никакой возможности.

Противоречивые эмоции раздирают на части.

Голова запрокидывается назад, упираясь в сиденье. Бедра сжимаются, будто плотнее обхватывают мускулистую руку.

Варвар продолжает ритмичные движения. Теперь — в одну точку. И это та самая точка, которая буквально взрывает меня изнутри.

Мелкая дрожь охватывает ноги. Низ живота пульсирует и сокращается. Жар перекрывает саднящие ощущения.

Отлетаю. На миг. И падаю, разбиваясь под намеренно растянутыми движениями горячих пальцев.

— Это все мое, — припечатывает Варвар.

Его взгляд падает на мои губы. Отмечаю это на автомате. И ощущаю легкое покалывание от такого тяжелого внимания на физическом уровне.

Кажется, сейчас он меня поцелует. Даже сама как будто вся тянусь к нему, открываясь навстречу.

Но нет.

Мужчина просто убирает руку, отпуская.

Чувствую себя как пьяная. И мне совсем не нравится то, как накатывает разочарование от того, что его губы не прижимаются к моим.

Не целует. И... хорошо. Иначе непонятно, чем бы эти поцелуи в машине могли закончиться.

Подхватываю сумку за ремешок.

Я пойду, — бросаю, ощущая себя по-идиотски. Иди, — кивает он, продолжая меня изучать.

Стараюсь больше не смотреть на Варвара. Пытаюсь игнорировать предательскую слабость в подгибающихся ногах.

Нет, так нельзя. Мне нужно собраться. Рядом с ним будто под лед проваливаюсь.

Хватит. Нужно трезветь. И не только в короткие моменты, когда реальность ударяет по голове. Вроде как было с тем звонком от Лютого.

По дороге в квартиру почти убеждаю себя, что справлюсь. Отмечаю несколько маленьких побед.

Попрощалась с Варваром, не глядя. Быстрее хотела выбраться из машины, потому как…. по-настоящему выбираться оттуда не хотелось и это пугало. А дальше ни разу не обернулась, пока шла до подъезда. И даже в окно на этаже не посмотрела, пока поднималась наверх.

Вот. Нельзя залипать.

Сейчас мне главное поддержать Надю.

— Ты прости, что я вчера так, — выпаливает она с порога. — Отключила телефон.

Не сказала ничего. И...

Все, Надь, тише, — крепко обнимаю ее. — Ты просто больше никогда так не делай. Ладно?

Конечно, не буду, — кивает, чуть всхлипнув, и вдруг меняется в лице. Что такое? Да я же в тур собралась. Та поездка с тренером по йоге. Мы еще давно это обсуждали. Отдых на природе. Никаких гаджетов.

Тревожно опять потерять связь, однако теперь я знаю, куда она едет и с кем. С безопасностью там проблем не будет.

Переключаемся на обсуждение поездки. Как могу, стараюсь гнать от себя подальше образ Варвара, который так и всплывает в голове.

Нет, нет. Не сейчас. Хочу все время дать Наде. Тем более, что она совсем скоро уедет. Выезд намечен на завтра.

А Байматов..

Это подождет.

— Ты в душ не собираешься? — спрашивает Надя, заглядывая в мою комнату. — А то я надолго.

Нет, — качаю головой и отрываюсь от разбора учебников.

— Ой, что это ты затеяла на ночь глядя? — удивляется сестра.

Решила порядок навести, окидываю взглядом свой стол, который сейчас выглядит еще хуже, чем до начала моего разбора. — А то у меня тут полный завал.

Уборкой занимаюсь, потому что не могу сосредоточиться на учебе. Внимание ускользает совсем не туда, куда надо. А я стараюсь любым путем переключить мысли.

Слишком сильно увязаю. Не нравится мне это.

Хорошо, — улыбается Надя. — Я пошла. Давай.

Киваю и улыбаюсь в ответ. После поворачиваюсь, возвращаясь к своему занятию.

Взгляд невольно падает на мобильный.

Злюсь на себя за слабость. Убираю телефон подальше от себя. На диван. Опять занимаюсь учебниками.

Мысли то и дело утекают к Варвару.

Он не звонит. Не пишет ничего.

Силой обрываю поток мыслей. Однако воли хватает ненадолго.

А что — он должен звонить?

Внутри неприятно царапает.

Он своей получил, а значит...

Стоп. Даже если бы он позвонил, я бы не смогла с ним поехать. Завтра сестра уезжает. Хочу с ней вместе побыть.

Хватит. О чем я только думаю?

Отхожу от стола. Безвольно опускаюсь на диван. Такое чувство, будто мозги плавятся. Сама себя раздражаю все сильнее.

Просто хочется, чтобы Байматов позвонил. Хочется поговорить с ним. Услышать его голос.

Вот опять накатывает. Никак не удается отвлечься.

Запрокидываю голову назад. На спинку дивана. Стоит прикрыть глаза — в голове мелькают кадры, заставляющие краснеть.

Нет, нет. Все. Только этого не хватало.

Звонок телефона заставляет вздрогнуть от неожиданности. Вызов принимаю, не глядя. Обычно в это время звонит мама.

Да, — бросаю. Выходи, — раздается хриплый голос Варвара. Что? — во рту моментально пересыхает. Мой водитель внизу ждет.

Он ставит меня перед фактом. Холодно и четко. Но в его голосе сквозит нечто такое, что дает понять: мужчина заведен. Более хриплые ноты, более резкие. И сам тон.

Ho...

Нет, извини, — говорю. — Не получится.

Чего?

Кажется, могу видеть, как он оскаливается на этой отрывистой фразе.

— Не хочу оставлять сестру, — прочищаю горло. — Особенно после вчерашнего.

И вообще, Надя завтра уезжает.

Повисает пауза.

Пусть мы с Байматовым не рядом сейчас, складывается ощущение, будто все пространство вокруг раскаляется.

За твоей сестрой присмотрят, — наконец, выдает он.

— В каком смысле?

В прямом. У вас во дворе мои люди. Ничего твоей сестре не угрожает. Не волнуйся.

Охрана, значит.

Давай, Настя, выходи, — давит.

Не могу, — сглатываю. — Я же сказала...

И что? Ты всю ночь будешь рядом с сестрой? Ей вставать рано. Выезжать. Она не маленькая. Нянька ей не нужна. Продолжает напирать.

Часть меня готова прямо сейчас сорваться и броситься туда, куда зовут. К стыду моей более разумной части.

Мне все равно нужно время, — замечаю. — Собраться.

Сколько? — мрачно интересуется Варвар.

Час.

Хорошо, — чеканит. — Собирайся.

Откладываю телефон в сторону. Первая радость от того, что смогла отстоять какие-то границы, быстро проходит. Потому что правильный ответ — другой.

Встретиться с ним завтра. А еще лучше — послезавтра.

Я же лишь глубже и глубже увязаю. Страшно себя потерять.

Водитель Варвара ожидает меня около подъезда.

Следует короткий обмен формальными приветствиями, а после он открывает передо мной дверцу.

Усаживаюсь на заднее сиденье. Машина трогается с места.

Мысли ускользают к сумбурному разговору с Надей. Не могу ничего объяснить сестре, на все вопросы отвечаю уклончиво. Плохо представляю, как признаюсь, что посреди ночи еду к мужчине, который держал меня в плену.

Насть, ничего, я в порядке, улыбается она, выслушав мои путанные пояснения.

— Сейчас спать пойду. Завтра же рано вставать.

Завтра утром я тебя провожу, — обещаю.

Хорошо.

Обнимаю ее. Начинаю собираться. На меня накатывает странная эйфория. Тянет к нему. Сильно.

Перебираю вещи, гадая, что бы надеть.

А внутренний голос будто издевается.

«Какая разница, что ты наденешь? Он же с тебе любые тряпки моментально сорвет».

Нет. Ну хватит. Почему сразу так?

Может быть, мы поговорим. Поужинаем вместе. Сделаем что-нибудь такое, что обычно делают пары, когда..

Но мы не пара. Отношения он мне не предлагал. Между нами просто...

Заканчивать фразу даже в мыслях не хочется.

Надеваю джинсы и новую кофту. Поправляю волосы, поворачиваясь перед зеркалом. Ловлю на себе взгляд сестры, которая проходит мимо приоткрытой двери.

Конечно, Надя думает, что собираюсь к парню. Улыбается, провожая меня в коридоре, и даже не догадывается, до какого безумия дохожу.

Да. Это безумие.

Сейчас, уже сидя в салоне авто, понимаю все особенно отчетливо. Как это выглядит со стороны. И как это вообще.

Мчусь к Варвару по первому звонку.

Кто я теперь? Кто я для него?

Вопросы вспыхивают, а я стараюсь от них отгородиться, как могу. Не хочу размышлять.

Хотя самое разумное, что могу сейчас сделать, это попросить водителя отвезти меня обратно. Но вместо этого сижу молча. Словно наваждение накатывает.

Доезжаю до места назначения. А после поднимаюсь на лифте, прохожу по коридору. Как в тумане, дальше и дальше.

Кровь бьет в лицо.

Хватит.

Что я делаю?

Застываю, но тут дверь квартиры распахивается. На пороге показывается Варвар.

Галстука на нем нет. Рубашка наполовину расстегнута, обнажает мускулистую грудь, покрытую густой порослью волос.

Он смотрит на меня так, что глаза отвести не получается. Под его тяжелым взглядом буквально прирастаю к месту.

— Проходи, — хриплый голос бьет по нервам.

Медлю.

В его глазах читается жгучее нетерпение. Еще секунда — и он сам шагает вперед, обхватывает меня за талию, увлекая за собой.

Мощные руки будто кипятком обдают. Его прикосновения жесткие, грубоватые, собственнические.

И нужно бы возразить. Сбавить эти обороты.

Но что-то внутри меня слабеет. И я сдаюсь.

Дверь захлопывается.

Варвар подхватывает меня на руки, прижимая к стенке. Раздвигает мои ноги, заставляя обхватить крепкий торс. Будто оборачивает вокруг себя.

Он возбужден. Очень. Ощущаю твердость его раскаленного тела даже через несколько слоев одежды, которые нас разделяют.

Черные глаза горят. Жаркое дыхание опаляет мое лицо. Его губы так близко к моим, что самой хочется потянуться вперед, сократить остатки расстояния между нами, поцеловать.

Но я словно зависаю. От порывистости Варвара. Он того, как его руки жадно скользят по моему телу.

А потом он наконец сам целует меня. Вгрызается в мой рот, будто сожрать хочет.

Если до этого момента в голове и мелькали какие-то разумные мысли, то теперь их точно нет. Абсолютный откат.

Щелкает пряжка ремня.

Вздрагиваю, когда напряженный член Варвара прижимается к моему голому животу, ведь мужчина уже успел задрать кофту.

Теперь его пальцы нетерпеливо дергают пояс моих джинсов. Звякает молния, разъезжаясь до самого низа.

Из горла Варвара вырывается рычание. Кажется, еще секунда и он просто разорвет мою одежду, желая поскорее получить полный доступ к телу.

Ткань трещит.

— Нет, стой, — бормочу, цепляясь за его кисть.

Он вскидывает на меня взгляд.

— Не надо так, — прибавляю.

Вид у мужчины сейчас, будто плевать ему хотелось на то, останутся мои джинсы целыми или нет. Рвануть. Добраться до меня по-настоящему. Вот чего хочет Варвар сейчас.

— Блядь, — рявкает он.

Но больше пояс не дергает. Убирает руку, подхватывает меня иначе, меняя наше положение. Относит в спальню, укладывает на кровать. Стягивает джинсы, отбрасывая назад. Наваливается сверху.

— Больше такое не надевай, — чеканит.

Его член прижимается ко мне. Проходится по низу живота всей длиной. Вынуждая дернуться и прогнуться.

Только теперь понимаю, что нижнее белье Байматов стянул с меня вместе с джинсами.

Он задирает мою кофту до горла. Бюстгальтер не снимает, а тоже рывком поднимает выше.

Ай! — вскрикиваю от того, как чашки впиваются в тело.

Что? — хмурится Варвар, поймав мой взгляд.

Больно... ты так рванул, что..

Его брови сходятся над переносицей. А в следующий момент он расстегивает мой бюстгальтер, снимает через голову, как и кофту. Мрачнеет, глянув на красные следы, оставшиеся на моей коже.

Склоняется надо мной. Накрывает губами грудь. Теперь касается практически нежно. Скользит языком по отметинам. Втягивает в рот мои соски, вырывая стон, но уже совсем не от боли.

Мужчина толкается бедрами вперед. Чувствую, как от этого движения из меня выделяется влага. Рефлекторно выгибаюсь под ним.

Он отрывается от моей груди, снова смотрит в глаза.

Опять двигается так, что возбужденный член проходится по мне. Мои бедра безотчетно двигаются навстречу.

Болит? — хрипло спрашивает Варвар.

Нет, — роняю тихо.

Даже саднящих ощущений сейчас не замечаю.

— Расслабься, — он накрывает мою грудь ладонями, нависает надо мной и прежде, чем запечатать губы поцелуем, выдает: — Буду осторожен.

Варвар немного отстраняется и снова толкается вперед. Он движется очень медленно, будто намеренно растягивает момент, чтобы действовать как обещал.

Осторожно.

Сдавленно всхлипываю.

Его глаза вглядываются в мои. Складывается ощущение, словно мужчина ловит каждую мою реакцию, каждую перемену.

Он останавливается. Дает мне время привыкнуть. Накрывает мою грудь ладонями, обводит большими пальцами соски. Надавливает. Будто раздразнивает.

Невольно прогибаюсь.

Так мое тело отзывается. Все происходит само по себе. И если возникает момент, когда я немного холодею в ожидании боли, то он быстро проходит. Совершенно другие эмоции переполняют тело.

Расслабляюсь. Открываюсь ему. Прикрываю глаза.

— Смотри на меня, — хрипло требует Варвар.

Едва разлеплять отяжелевшие веки.

Это дается с трудом. Особенно теперь, когда он продолжает вытворять какие-то невообразимые вещи со мной, вызывая абсолютно непривычные реакции.

Хочу видеть твои глаза, — чеканит он.

Помню. Он раньше говорил так и...

Простейшие мысли даются с трудом.

Такое чувство, будто Варвар знает мое тело лучше, чем я сама. Распаляет так, что меня уносит все дальше и дальше. В открытый океан.

То, как он до меня дотрагивается, отбивается волной предательских мурашек.

Заставляет трепетать под его пальцами. Прогибаться под толчками его члена.

Он очень крупный. И словно становится еще крупнее, когда проникает в меня.

Буквально распирает изнутри. Жар и пульсация нарастают.

Движения Варвара становятся мощнее. Одна его ладонь накрывает мое горло.

Медленно поглаживает. А вторая опускается по спине, сжимает ягодицу.

Вскрикиваю, когда он слегка щипает меня.

Ощущения усиливаются. И не только в самом низу живота собирается огненный клубок. Да, там все остро, разгоряченно. Однако очень быстро раскаленные нити

оплетают тело. И вот я уже вся словно горю.

— Глаза, — голос Варвара прокатывается мелкой дрожью, гулким эхом отбивается в ушах. — Глаза, Настя!

Смотрю на него.

Даже не понимаю, когда снова зажмурилась. Видимо, это происходит само по себе.

Теперь же удивленно смотрю на собственные руки, которые тянут рубашку Байматова за полы. В разные стороны. И все пуговицы расстегнуты.

Это тоже я?

Да...

Он усмехается. Сбрасывает рубашку.

А мои руки безвольно падают на постель. Ничего не соображаю. Разум словно превращается в раскаленный воск.

Варвар перехватывает мои запястья, возвращая к себе.

— Продолжай, — бросает он, прожигая меня глазами.

Снова толкается вперед. И снова, и снова. Все в том же нарочито ленивом ритме, от которого меня раз за разом будто током простреливает.

Накрывает ощущение наполненности. Когда Байматов мощно подается вперед, и наши тела соединяются с порочным шлепком.

— У тебя очень красивые глаза, Настя, — выдает он, опаляя дыханием мое лицо.

И я моргаю.

Опять закрыла глаза. Случайно. Распахиваю веки. Поднимаю взгляд на него, Байматов оскаливается.

Толчок. Еще один. И еще. Сжимаю его плечи. Прогибаюсь.

Он начинает двигаться резче. Жестче. Движения ускоряются. Ритм нарастает. И в какой-то момент Байматов будто приходит в неистовство.

Мужчина и раньше двигался так. Но тогда не проникал. юА теперь...

Вскрикиваю. Судорожно дергаюсь под ним, потому что его движения становятся болезненными. Но он будто не замечает.

Открываю глаза. На автомате поймав себя на том, что снова зажмурилась, еще до того, как Варвар обрушился на меня со всей дикостью своей настоящей натуры.

Сильнее сжимаю его плечи.

Он выглядит так, будто смотрит сквозь меня. На самом деле, ничего не видит. Не чувствует. Его словно захлестывает.

Саднящие ощущения от жестких толчков усиливаются. Паника накатывает. И на время попросту леденею, не понимаю, как его остановить, как достучаться.

— Дамир! — выпаливаю. — Дамир...

Это помогает.

Байматов застывает. Смотрит на меня уже совсем иначе.

Больно, — шепчу одними губами. А сама чувствую, как глаза щиплет.

— Блядь, — коротко выдает он. — Сорвало.

Резко отстраняется от меня, перекатываясь на бок.

— Прости, — выдыхает на ухо.

Царапает мою щеку щетиной. Рывком притягивает меня вплотную к себе. А через пару секунд его ладонь накрывает низ моего живота

— Ох, я не...

Пробую возразить. Но получается плохо.

Варвар не останавливается, пока не заставляет меня простонать. Его пальцы скользят по складкам. Давят, обводят, чертят такие линии, от которых у меня пальцы на ногах поджимаются, и глаза закатываются.

Впечатления от его срыва сглаживаются. Однако под сердце все равно неприятно скребет. Знаю, он такой. Так привык. Умом знаю. А вот...

Байматов не разрешает мне думать. Накрывает мой рот, затягивает в очередной безумный поцелуй.

Забываюсь. С ним ни на чем не получается сосредоточиться.

Мужчина обхватывает мою ладонь, кладет на свой напрягшийся орган так, чтобы обхватила его.

— Давай, — говорит, отрываясь от моих губ. — Сожми сильнее.

Делаю то, чего он хочет. Неловко. Неумело. Однако стараюсь доставить ему удовольствие.

— Яйца бери, — распоряжается Байматов. — Крепче.

И для второй моей руки тоже находится занятие.

Сгораю от стыда. Жутко смущаюсь. Хотя после того, как он меня трогал, после того, что мы вытворяли в его квартире… о каком смущении может идти речь?

Несколько секунд — и мои руки залиты вязкой жидкостью.

Куда? — рычит Байматов, едва пробую ускользнуть.

В душ, — роняю тихо.

Рано.

Но я...

Лежи так, — зажимает меня в объятьях. Но как же мы будем спать? — выдаю, не выдержав. — Вот так?

Варвар приподнимает брови.

Чего? — усмехается. — Спать?

Ну я... под его взглядом запинаюсь. Кто сказал, что мы спать будем? — спрашивает хрипло и уже без намека на усмешку.

Глаза Байматова горят так ярко, что становится не по себе.

Он хочет еще? Снова?

Мужчина нависает надо мной. Накрывает ладонями грудь. Прижимается теснее, и я чувствую, что он настроен на продолжение.

Варвар ненасытен.

А я не представляю, как смогу справиться с его потребностями.

Эту встречу рисовала совсем иначе. Не ждала, что он набросится на меня прямо с порога и сразу затянет в постель.

Байматов перехватывает мой взгляд. Мрачнеет.

— Что не так?

Мои чувства слишком явно отражаются на лице. Он все замечает.

Мне... еще больно, — роняю, смутившись отвожу глаза, просто горю от стыда за то, что приходится объяснять ему такие вещи, однако помедлив, тихо прибавляю:

— Саднит. Я понял, — бросает Варвар.

Грудь мою так и не отпускает. Не отстраняется, не отодвигается даже на миллиметр. Ниже склоняется, накрывает губами, обводит соски языком.

Чувственная ласка. Тягучая.

Внутри меня снова начинает что-то разгораться. Но будто вдалеке. Ощущаю себя слишком уставшей, выжатой. Еще после прошлой ночи не отошла. И после нашего совместного утра. И после того, что он вытворял со мной в машине.

Ему надо «много». Помню. Но я и представить не могла, до какой степени «много».

Сейчас ощущаю, как Байматов все сильнее возбуждается. Его распаленная плоть недвусмысленно прижимается к низу моего живота

Рефлекторно пробую отстраниться.

— Тихо, — говорит хрипло.

Удерживает мои бедра своими.

Я не могу, — бормочу, судорожно сглотнув.

Знаю.

Саднит, — повторяю нервно. Я сделаю так, что саднить не будет.

Закрывает мой рот поцелуем. Толкает язык внутрь. Глубоко, жадно. Движения его губ будто гипнотизируют. Что-то внутри щелкает, заставляя меня в момент расслабиться и обмякнуть.

Но тело еще в напряжении. Механически зажимаюсь.

И все же доверяюсь ему. Если бы хотел силой брать, то сделал бы это гораздо раньше

Варвар отрывается от моих губ.

У тебя охуительная грудь, — говорит он, продолжая поглаживать мои соски большими пальцами.

Перекатывает. Растирает.

И даже эта его грубость в словах, хоть и заставляет поморщиться, все равно будто мимо пролетает.

Он отодвигается от меня. Приподнимаясь на постели. Его ноги согнуты в коленях.

Зажимают мою талию.

Крупная ладонь накрывает вздыбленный член. Сжимает.

— Возьми грудь, — теперь голос Варвара звучит более низко, хрипло.

Рассеянно веду головой.

— Накрой ладонями, — продолжает он. — Сожми груди.

Подвисаю. Пальцы беспомощно скользят по смятым простыням.

— Ты что, никогда не трогала себя? — криво усмехается Байматов

От его вопроса кровь еще сильнее приливает к лицу.

— Давай так, — выдает мужчина.

Сам берет за руки, кладет мои ладони на грудь, зажимая своими.

— Вот, — прибавляет. — Держи крепче.

Сводит так, что образуется ложбинка. А после отпускает, снова берется за член, подается вперед, сильнее нависая надо мной.

Еще секунда — и его член проскальзывает между грудей.

Отдергиваю руки.

— Блять, Настя, — оскаливается Байматов.

Опять возвращает мои ладони обратно. Зажимает. Но в этот раз больше не отпускает.

Напряженная плоть скользит по ложбинке. Все быстрее, все жестче.

— Нормально так? — спрашивает Варвар. — Не саднит?

Нет.

Ho... сама не понимаю, что ощущаю сейчас. До жути неловко от того положения, от того, что теперь чувствую его так.

Да, он не проникает в меня в привычном понимании. Не трогает, как и обещал.

Никакой боли нет. Однако само положение...

Мое лицо буквально горит. И уши тоже. Смотрю в потолок.

А Варвар движется все быстрее, мощнее. Сжимает меня. Его разгоряченная плоть буквально вколачивается в ложбинку между грудей.

— Закрой глаза, — приказывает Байматов.

Зажмуриваюсь. Очень вовремя. Потому что в следующий миг брызги летят на шею И в лицо.

Он отпускает меня. Тут же начинаю рефлекторно вытирать капли.

— Нет, — говорит Варвар, перехватывая мои руки, отводит в стороны.

Укладывается рядом со мной. Внимательно изучает.

Мне нужно привести себя в порядок, — говорю тихо. Ты в порядке.

Нет, я... - сглатываю с трудом, смотрю на него и стараюсь ровно произнести:

Мне в душ нужно.

— Сейчас пойдешь.

Он не отрывает глаз от моего лица.

Ему что, нравится, как это все выглядит?

— В понедельник утром поедешь в клинику, — вдруг заявляет Байматов. — Мой водитель тебя отвезет.

Его фразы вводят в ступор. Сейчас трудно соображать, но эти слова совершенно сбивают с толку.

Клиника? — переспрашиваю. — Зачем?

У тебя запись к гинекологу, — без эмоций ставит в известность.

Приподнимаю брови в немом вопросе.

— Хочу трахаться без резины, — говорит он. — Кончать в тебя хочу. Пускай врач выпишет тебе таблетки.

Варвар так спокойно об этом рассуждает.

Это у него привычная практика?

Что? — мрачнеет он, наблюдая за мной.

Ничего, — отворачиваюсь.

Перехватывает меня за подбородок. Мягко. Разворачивает лицом к себе.

Говори, — выдает с нажимом.

Да нечего говорить, — дергаю плечами, но все же выпаливаю:

— Ты всегда так? К врачу записываешь?

— Нет, мне резина никогда не мешает. Без гондонов не трахаюсь.

От очередной порции грубости передергивает.

Зато разум проясняется.

НУ... ясно.

— А тебя хочу чувствовать, — чеканит Варвар. — Всю. И сперму в тебя вкачивать.

Пусти, пожалуйста, — говорю, стараясь наконец выбраться из его жаркого захвата.

— Мне нужно в душ.

Он смотрит так, будто никуда отпускать не собирается. Однако еще одна секунда и сильные руки разжимаются, выпуская меня на свободу.

Перевожу дыхание, когда приподнимаюсь. Подхватываю простыню, пытаясь ею обернуться. Быстрее направляюсь в ванную комнату.

Варвар и передумать может. Лучше не затягивать. Особенно с учетом того, что чувствую его взгляд, буравящий мой затылок.

Закрываюсь в ванной, захожу в душевую кабину. Включаю воду на максимум, встаю под горячие струи.

Эмоции настолько смешанные, что я совсем не могу в себе разобраться. В мыслях полный раздрай. Его слова насчет предохранения...

Понимаю, что вообще об этом не подумала. А стоило бы. Сразу. С нашего первого раза. У нас не те отношения, когда речь может пойти о детях.

У нас в принципе не отношения. А что тогда?

Внутри болезненно саднит. И эта боль совсем не физическая. Совсем перестаю себя понимать. С одной стороны мне хорошо с ним. Глупо отрицать. А с другой... между нами что-то очень сильно не так. Рассеянно качаю головой. Пробую поскорее смыть с себя следы его семени. Но прикосновения все равно ощутимы. Застываю.

Кажется, его возбужденный член и сейчас внутри меня. Растягивает, распирает изнутри. Пульсирует. А еще скользит по моему телу. Давит между грудей. Его горячие руки везде. Его рот накрывает мои губы, язык толкается вглубь

Нет. Это все какое-то бесконечное наваждение. Лихорадочно мотаю головой. Однако разум не проясняется. Ни капли.

Звук сзади заставляет вздрогнуть и резко обернуться.

Меня накрывает дежавю. Варвар снова здесь. Смотрит на меня. Шагает вперед, подхватывая под ягодицы.

Уже привычным движением оборачивает мои ноги вокруг своего железного торса.

Его возбужденная плоть упирается в низ живота.

И это не в мыслях больше. Это реальность.

Нет, нет, — бормочу, глядя на него.

— Больше не могу. Я же сказала... я просто...

T-с-С, — обращается ко мне будто... к зверьку.

Все слова замерзают в горле.

— Внутрь не буду, — говорит он хрипло. — Не бойся.

Тихая истерика накрывает. Глаза щиплет. Грудь сдавливает. Тяжелее становится дышать. Не потому что он прижимает меня к себе, буквально вбивая, а потому что воздуха не хватает. Не могу глотнуть.

— Нет! — выпаливаю. — Я не хочу. Понимаешь? Не хочу сейчас. Не внутрь, не как-нибудь еще. Не хочу. Слышишь меня?

Под конец срываюсь на шепот.

Варвар смотрит на меня. Долго. Пристально. По его лицу тяжело прочесть хоть какие-то эмоции. По взгляду — тоже.

Но он вдруг отпускает. Позволяет встать на ноги. Продолжает изучать, слегка прищурившись.

А чего ты хочешь? — спрашивает он. Не знаю, — буркаю. Невольно всплескиваю руками.

Но не вот это все...

Он медленно кивает. Возможно, создается иллюзия, но такое впечатление, будто ему и правда важно мое мнение.

Я очень устала, — говорю тихо. — Спать хочу.

Я понял.

Варвар берет мочалку, начинает меня намыливать, причем действует настолько уверенно и бескомпромиссно, что даже возразить не получается. Точнее не сразу прихожу в себя. А после, опомнившись, бормочу: — Не надо, — пытаюсь забрать у него мочалку. — Я сама.

— Ты устала, — невозмутимо выдает он. — Я помогу.

Подозреваю, чем все может закончиться. Напрягаюсь. Но на самом деле, не происходит ничего.

Варвар проходится мочалкой по всему моему телу. Выразительно. Очень. Однако дальше этого не заходит.

Смываю все.

— Иди, — говорит он ровно. — Ложись.

Киваю, выскальзывая из кабины. Хватаю полотенце, начинаю поспешно вытираться.

Варвар выходить не спешит.

Это хорошо.

— Ой мочалка...

Тянусь, чтобы передать ему мочалку, которую выйдя, повесила на крючок. И попадаю под ледяные струи.

Мигом отдергиваю руку.

Варвар спокойно стоит под обжигающе холодной водой. Будто вовсе ничего не чувствует.

Ну….. ладно.

Он криво усмехается.

— Это полезно, — говорит. — Расслабляет.

Да? Тут как в проруби.

Качнув головой, отхожу. Возвращаюсь в спальню, и там на меня накатывает настолько сильная усталость, что отключаюсь, едва коснувшись головой подушки.

Даже не замечаю, когда приходит Варвар. Проваливаюсь в сон.

Но утром просыпаюсь в его объятьях. Будто от толчка.

Приподнимаюсь на постели. Щурюсь.

Солнце уже так ярко светит. Сколько сейчас время?..

Надя!

Хочу подняться, но тяжелая ладонь моментально обрушивает меня обратно, а через еще одну секунду я прижата к постели мощным телом.

Ты куда так рано подорвалась? — хрипло интересуется Варвар. Мне сестру провожать надо, — выдаю, пробуя вырваться из кольца его сильных рук. — Пусти, Дамир.

Ослабляет захват.

Подхватываю телефон.

Ужас. Проспала. Но еще должна успеть.

Почему будильник не сработал?

Наверное, потому что я его не поставила...

Поспешно натягиваю одежду. Привожу себя в порядок. Собираю спутанные волосы в хвост. Будто почувствовав взгляд, оборачиваюсь.

Варвар наблюдает за мной, развалившись на постели во весь рост. Мощный, темный. И очень возбужденнный.

Ну это его состояние меня уже не удивляет.

— Стой, — говорит он вдруг.

А в следующий момент подхватывает брюки, которые переброшены через кресло рядом, достает оттуда кошелек.

— Держи, — протягивает мне карту.

Вопросительно смотрю на него.

Байматов вкладывает карту в карман моих джинсов, а после его ладонь опускается на ягодицу. Сжимает.

— Что это? — бормочу, доставая карту.

Смотрю то на пластиковый прямоугольник, то на Варвара.

— Это тебе, — заключает он. — На что захочешь.

Забываю о том, куда спешила, зачем торопливо собиралась. На некоторое время попросту застываю, сжимая карту нервно подрагивающими пальцами.

Перевариваю услышанное. Точнее пытаюсь переварить. Но ничего не получается

Становится мерзко. От всей этой ситуации. От того, как все это выглядит.

Наверное, нужно сказать что-то, но в голове полная пустота. И я просто кладу карту на тумбу поблизости. Не могу ее больше держать. Физически — не могу. Все внутри будто на дыбы встает. Кровь приливает к лицу от жгучего чувства стыда.

Нет, я подумаю об этом потом. Сейчас мне и правда нужно отсюда уходить. Надю провожать. И еще хорошо бы на воздух. Перевести дыхание.

Шагаю назад, но Байматов не дает далеко уйти.

— Чего? — бросает хрипло.

Рывком поднимается с кровати и оказывается вплотную ко мне. От его недавней расслабленности не остается никакого следа.

— Ничего, — роняю, стараясь отойти подальше.

Но тяжелая ладонь перехватывает меня за талию, резко возвращая обратно.

Что не так? — мрачно спрашивает Варвар, нависая надо мной коршуном.

А что так? — выпаливаю, вскинув на него взгляд.

Он смотрит на меня, будто и правда не понимает, в чем проблема. И от его реакции сама начинаю сомневаться.

Ну может для него это нормально? В порядке вещей? Всегда так….. расплачивается.

Осознание обжигает. Больно бьет. Жалит изнутри. Молчать никак не получается.

— Ты серьезно не понимаешь, как это все выглядит? — выдаю. Сама на себя злюсь за то, как сдавливает горло. Еще разрыдаться не хватало.

— В чем проблема? — отвечает Байматов после непродолжительной паузы.

— Ты моя женщина. Хочу, чтобы у тебя все было.

Нет. Похоже. Это не объяснить. Отворачиваюсь от него. Не выдерживаю.

Крупная ладонь тут же взмывает вверх по спине, опускается на мою шею сзади.

Пальцы поглаживают кожу, а после слегка надавливают, заставляя повернуть голову, встретить горящий взгляд.

Ты меня радуешь, — чеканит Варвар. — Я хочу порадовать тебя. Хочу, чтобы ты не думала. Брала и покупала все, что тебе надо.

Это лишнее, — говорю, качнув головой. — У меня все есть. Так не бывает, — выдает он, пристально глядя в мои глаза. — Если для себя не хочешь, то другим купи. Сестре. Родителям. На учебу потрать. Да, блять, что тебя напрягает?

Невольно морщусь.

— Это, — отвечаю, поведя плечами.

Он выгибает бровь.

Ругательства, — прибавляю глухо.

А где я ругаюсь? — хмыкает, чуть прищурившись, а после поворачивается, берет карту с тумбы и вкладывает в мою ладонь. — Все, мозги не еби.

Смотрю на него.

— Блять, ладно, понял, — бросает и, помедлив, добавляет: — Буду фильтровать.

Надавливает на мои пальцы, заставляя сжать карту.

Бери, — говорит с нажимом. — Это нормально, когда мужик свою женщину всем обеспечивает. Так и должно быть. Отпускает мою руку.

Разжимаю пальцы. Смотрю на карту, которая так и остается лежать на моей ладони.

Байматов настолько уверенно говорит обо всем, что невольно начинаю чувствовать себя истеричкой, которая создает проблему без причины.

Его фразы звучат логично. Однако внутри все равно ощущаю четкий барьер.

— Нет, — говорю ровно. — Спасибо, но я не могу это взять.

Хочу вернуть ему карту, но тут он обхватывает мои ягодицы, жестко прижимая к себе. Дает наглядно ощутить всю силу и мощь своего тела.

— Я вижу, домой ты не торопишься, — заявляет хлестко.

Тороплюсь, — бормочу, безуспешно пробуя вырваться из его рук.

— Пусти, пожалуйста. Мне нужно идти

— Никуда ты не пойдешь, — отрезает Варвар.

Удивленно смотрю на него.

Вскрикиваю, когда он еще крепче стискивает меня в объятьях.

— Без моей карты вообще отсюда не выйдешь, — ставит перед фактом.

Он всем своим видом дает понять, что любые последующие возражения бесполезны.

Спор закончен.

Байматов возбужден. Если поскорее из его рук не выпутаюсь, то можно забыть о поездке домой. Он снова займется мною. Так просто не выпустит из квартиры.

Варвар уже подхватывает на руки, склоняется, опаляя лицом жарким дыханием. И создается полное ощущение, что мы сейчас за секунду до взрыва.

Нет, нет. Хватит. Хорошо, — бормочу, взмахивая рукой, где зажимаю карту.

— Все, ты, пожалуйста, меня отпусти. Нужно сестру провожать. Нельзя опаздывать.

Соглашаюсь, только бы ускользнуть от его захвата.

Это срабатывает.

Байматов разжимает руки, позволяя мне отойти.

Машинально засовываю карту в свою сумку. Конечно, расплачиваться ею нигде не собираюсь. Но проще взять, и так уже опаздываю.

Водитель отвозит меня домой. По дороге стараюсь ни о чем не думать, однако все равно чувствую себя как на иголках.

Сталкиваюсь с Надей в коридоре.

Извини, задержалась, — говорю. Ничего, Насть, — улыбается она.

Смотрю на часы. Немного времени у нас еще есть, поэтому как раз успеем выпить чая перед приездом автобуса.

Спускаемся вниз. Обнимаю Надю. Прощаемся, и на меня снова накатывает тревожное состояние. Глупости, конечно, однако не хочется сестру отпускать. Хотя понимаю, что она давно собиралась, и ей лучше развеяться, особенно перед учебным годом. Первый курс тяжелее всего дается, потом уже как-то втягиваешься.

Набери, как приедете, — бросаю ей напоследок. Конечно, Насть, — улыбается, взмахнув рукой на прощание, а после заходит в автобус.

Возвращаюсь домой, почти захожу в подьезд, когда меня вдруг окликает знакомый голос. Оборачиваюсь.

— Привет, — улыбается Марк.

Ты как, Насть? — спрашивает бывший, подходя ближе. Нормально, — растерянно роняю в ответ. — А ты?

Да у меня все в порядке, — отмахивается и немного хмурится, внимательно глядя на меня. — Твой звонок тогда... слушай, если у тебя проблемы, то знай, что всегда можешь ко мне обратиться. В любой момент. Помогу.

— Спасибо, — киваю. — Но ты не волнуйся. Все хорошо.

Что у тебя за дела с Авериным? напрягает чем-то, если достает.

спрашивает. — Он тот еще урод. Если

— Нет, Марк, никаких проблем, — стараюсь его успокоить. — Долгая история. Но

это уже не важно.

Сейчас не хочется вдаваться в подробности недавних событий. Да и смысла нет.

Все решилось, сестра нашлась. Аверин-младший получил по заслугам. Вот только история не закончена.

В голове мелькают обрывки разговора Варвара с Лютым. Понимаю, что отец Сергея просто так это все не оставит. Начнутся разборки.

— Насть? — Марк зовет меня.

Его голос доносится будто издалека. Слишком глубоко ныряю в свои мысли, полностью отвлекаясь от нашего разговора.

— Да? — смотрю на бывшего.

Что-то мне твой вид совсем не нравится, — мрачно замечает Марк, изучая мое лицо. — Какая-то ты рассеянная. Измотанная. Опять ночами не спишь? До утра за книжками сидишь?

Кровь приливает к щекам, ведь в этот момент как раз осознаю, почему выгляжу именно так. И да, было не до сна. Но моему бывшему причину знать точно не стоит.

Учеба не началась, а ты уже себя загоняешь, — продолжает парень. Нет, просто на будущее готовлюсь, поставили. Будет тяжело.

брякаю в ответ. — Нам нового куратора

Тут не лукавлю. Куратор строгий. Пару дней назад действительно сидела за учебниками.

Однако сейчас меньше всего думаю про будущий семестр. Мысли совсем другим забиты.

Невольно растираю ладонью затылок, потому что от недосыпа действительно свинцовая тяжесть в голове разливается.

Давай проведу, — замечает Марк. Не надо, я...Насть, пойдем, — говорит и уверенно берет меня под локоть. Марк, честно, не стоит. Идем.

По его тону понимаю, что лучше уступить.

Мой звонок с просьбой о помощи всколыхнул парня. Теперь он хочет убедиться, что у меня и правда все порядке.

Думаю, Марк до сих пор чувствует вину. За ту аварию на дороге. За то, что не смог спасти меня от Варвара.

Он же не знает, чем все закончилось.

Жгучий стыд вспыхивает внутри.

И лучше ему не знать.

Хотя если отношения с Байматовым продолжатся, то все будет видно. В любом случае.

Но разве у нас отношения?

Развивать эти размышления не готова. Тяжело.

Ты совсем бледная, — хмуро подмечает Марк, и в следующий момент его ладонь

опускается на мой лоб. — Температуры нет?

— Нет, — качаю головой, отстраняясь от него. — Все в порядке.

Вместе поднимаемся наверх, а дальше лезу в карман за ключами, и они выскальзывают из пальцев.

Марк перехватывает связку на лету. Передавая обратно мне. Реакция у него молниеносная, а вот у меня все и правда из рук валится.

Нужно собраться.

Тут у парня звонит телефон. И я вижу, как он в лице меняется. Напрягается, глядя на экран. Немного помедлив, сбрасывает.

Что-то не то. Слишком хорошо знаю Марка, чтобы пропустить странную перемену в его настроении. Хотя сама сейчас не в лучшей форме, но это замечаю.

Он убирает телефон и переводит глаза на меня. Ловит мой вопросительный взгляд.

— Пацаны, — бросает. — Потом наберу.

Открываю дверь. Марк следом за мной заходит в квартиру.

Садись, — говорит, кивая на диван в гостиной. зеленый как всегда?

Сейчас чай заварю. Тебе

Марк, да я сама...Иди, я быстро.

Парень часто бывал у меня в гостях. И даже после расставания, мы общались по-дружески. Созванивались не раз.

Теперь ловлю себя на том, что не могу выставить его за порог. Безотчетно хочу побыть одна. Но с другой стороны — может компания и к лучшему? Отвлекусь. А иначе снова буду прокручивать в голове мысли на одну и ту же тему

Вскоре парень приносит в зал две кружки с дымящимся чаем, но стоит ему поставить их на стол напротив дивана, где я сижу, как снова слышится трель мобильного.

Марк достает телефон, однако на экран не смотрит. Его взгляд застывает на мне.

Точнее — на моей шее.

Мобильный глохнет и через секунду снова разрывается от очередного звонка. Это заставляет парня отвлечься. Он наконец, переводит глаза на дисплей.

— Извини, — бросает глухо. — Выйду, поговорить надо.

Проходит мимо меня на балкон.

Почему Марк так странно смотрел на...

Поворачиваюсь к зеркалу, сталкиваюсь с собственным отражением и меня буквально обжигает от увиденного.

Воротник моей кофты сполз в сторону, выставляя напоказ выразительный засос на шее.

Рефлекторно накрываю горло ладонью. Судорожно поправляю ткань, прикрываясь.

Чувствую, как щеки горят.

Ладно. Мы уже не вместе. Скорее всего, за это время у Марка появилась девушка.

Но все равно до жути неудобно.

Марк возвращается мрачнее тучи. Видимо, разговор был не из приятных. Парень усаживается рядом со мной, откладывая телефон в сторону.

Стараюсь подобрать слова для вопроса, но меня отвлекает звонок в дверь.

Пронзительный звук заставляет вздрогнуть.

Ты кого-то ждешь? — спрашивает Марк. Нет.

Родители на даче. Вернутся еще не скоро. Надя уехала на природу.

Повисает тишина, которую вскоре снова прорезает звонок.

Вижу, теперь Марк в свои мысли уходит. Смотрит перед собой. И такое чувство, что где-то далеко сейчас, не со мной. Задумчивый, отстраненный.

Звонок звучит снова и снова. Настойчиво.

— Пойду, спрошу, кто это, — говорю.

Марк ведет головой в ответ.

Иду в коридор, подхожу к двери, смотрю в «глазок» — и обмираю. Просто не верю своим глазам.

Байматов. Буравит тяжелым взглядом даже через преграду.

Застываю от шока.

Зачем он приехал? Почему именно сейчас?

Мелькает мысль, что ему доложили про Марка, про то, что я встретилась с бывшим под подъездом и дальше мы поднялись наверх.

Варвар говорил, что оставил своих людей во дворе. Раньше. Обещал, они присмотрят за моей сестрой. Но что мешало бы им и за мной присмотреть? Однако прошло не так много времени. Минут десять-пятнадцать не больше. А Байматов собирался куда-то по делам. Стал бы настолько резко менять планы?

Все это проносится в голове за считанные секунды. Но по сути не важно, по какой причине Варвар оказался под моей дверью.

Главное — что делать дальше?

Вид у него мрачный. Угрожающий. И я никак не могу оторваться от «глазка».

Наверняка он это замечает. Смотрит вперед безотрывно.

Нет, тянуть точно нельзя. И делать вид, будто меня нет дома, глупо.

Открываю замок, толкаю дверь.

Варвар сразу шагает вперед.

— Чего так долго? — хрипло спрашивает.

Одна его ладонь моментально накрывает мой затылок, пальцы вплетаются в волосы, а вторая рука приземляется пониже поясницы. Резкий жест, властный, порывистый. Заставляет меня приглушенно вскрикнуть.

Рефлекторно пробую отодвинуться, хоть немного отстраниться. Однако Варвар не дает такой возможности, притягивает меня к себе еще крепче. Темные глаза впиваются в мое лицо.

Кажется, он собирается что-то сказать, но тут из гостиной доносится голос моего бывшего:

— Насть, кто там?

Оборачиваюсь.

Марк выходит в коридор и застывает в проеме. От того, как он стремительно меняется в лице, глядя перед собой, мне самой кровь толчком бьет в голову. Щеки заливает краска.

Немая сцена.

Все, что могу сейчас слышать, это как бешено колотится мое сердце и как тяжело дышит Варвар, с шумом втягивая воздух.

Инстинктивно вцепляюсь в его руку, пробуя слегка отодвинуть. Но он будто не чувствует.

Отворачиваюсь от Марка, смотрю на Байматова.

Мужчина тоже переводит взгляд на меня. Криво усмехается.

— Смотрю, у тебя гости, — заключает, наконец.

И снова впечатывает глаза в моего бывшего парня.

Да, мы давно не виделись, — бормочу какую-то глупость. — Марк зашел и вот МЫ..Ну извини, что помешал, — мрачно выдает Варвар.

Он сжимает мою ягодицу настолько жестко, что там наверняка останется синяк.

Притягивает к себе по-собственнически.

Заскучал я, — заявляет.

— После ночи всего несколько часов не виделись, но

мне уже тебя не хватает.

Как именно ему меня «не хватает» понятно по тому, как сильно он меня сейчас зажимает.

Теперь это вообще выглядит как показательная демонстрация. И для меня, и для Марка. Буквально каждый жест Байматова говорит «это все мое».

Готова сквозь землю провалиться от стыда.

Чувствую себя как последняя.

Вскидываю взгляд на бывшего, и у меня внутри все болезненно сжимается от того, какие эмоции сейчас горят в его глазах.

Мы расстались. Прошло время. Но все равно это едва ли что-то меняет. Прежде увиденный засос на моей шее, теперь кажется незначительной мелочью.

Марку больно. Это заметно. Хоть он и старается скрыть эмоции. Лицо парня может показаться непроницаемым. Но только тому, кто его не знает.

Бывший криво усмехается, кивая мне.

— Не буду мешать, — бросает. — Хорошего вечера.

А я не представляю, что ему ответить. Просто молча смотрю, как Марк стискивает челюсти, сжимает кулаки, проходит мимо нас.

Будто холодом обдает. А потом, под взглядом Байматова, меня моментально окунает в кипяток.

Марк выходит, с грохотом захлопывая дверь.

Вздрагиваю.

И наконец, выпутываться из рук Варвара.

Это было обязательно делать так? — бормочу рассеянно, качаю головой. Чего? — кривится он.

Мрачнеет.

Молчу.

— Так это я виноват? — протягивает Варвар.

Его голос звучит непривычно низко, угрожающе.

— Нет, просто...

Договорить он мне не разрешает.

Что этот уебок вообще здесь делал? — обрывает Байматов. — Какого хера ты, блять, за моей спиной вытворяешь? Что? — округляю глаза, не выдерживая давления ни в его потемневшем взгляде, не в голосе, который сейчас звучит будто раскаты грома. — Так, все.

Качаю головой. Отхожу от него. Иду в гостиную на автомате, просто чтобы на месте не стоять.

Взгляд падает на диван.

Телефон Марка так и остался лежать между подушками.

Машинально подхватываю мобильный, порываясь отнести. Может парень еще недалеко ушел. Оборачиваюсь назад и наталкиваюсь глазами на Варвара, который заходит следом за мной.

Замечаю, как мужчина сканирует комнату: проходится по двум дымящимся чашкам чая, после переключает внимание на меня, вернее, на мобильный в моих руках

— Марк телефон забыл, — роняю глухо.

Чувствую себя полной идиоткой. Заторможенно осознаю, что возвращать парню телефон прямо сейчас, точно не лучшая идея.

Слушай, я ничего плохого не сделала, — выдаю наконец и откладываю телефон на ближайшую полку. — Мы просто встретились у подъезда, Марк зашел в гости, сделал чай…..Так он тебе чай делал? — уточняет вкрадчиво.

Надвигается на меня.

Невольно отхожу назад, упираясь бедрами в край стола, на котором стоят чашки.

— Да, просто мы... - начинаю.

Однако Байматов опять обрывает меня.

— А потом вы бы просто поебались? — спрашивает резко.

За секунду оказывается вплотную ко мне. Подхватывает под ягодицы, усаживая на стол. Расталкивает мои ноги, оказываясь между бедрами.

— Давай, — требует хлестко. — Расскажи мне, что еше у вас «просто».

— Почему ты так со мной разговариваешь? — выпаливаю, не выдержав.

Упираюсь ладонями в массивную грудь, будто рефлекторно пробую охладить порыв

Байматова, хоть немного остудить его ярость

Он смотрит на мои руки. Потом — на меня. Ничего не говорит, не делает. Лишь мрачнеет еще сильнее. Крылья его носа угрожающе раздуваются. Вены на висках набрякают так, будто готовы взорваться от напора ударившей в голову крови. Тьма в его горящих глазах сгущается.

Ничего такого, — запинаюсь, стараясь подобрать слова. — Ничего того, в чем ты меня обвиняешь, не было и быть не могло. Марк мой друг. Вот и все. Мы с ним расстались, но это не значит.

Друг? — хрипло бросает Варвар.

Да, говорю тихо, но твердо. — Хороший друг. Он может зайти в гости, мы

действительно можем выпить чая вместе. Не понимаю, почему ты так...

Вскрикиваю.

Потому что в этот самый момент Варвар грубым рывком расстегивает мои джинсы.

Стягивает с ног так, что даже не получается ему помешать, одним жестом буквально сдирает одежду с меня, открывая полный доступ к телу.

Судорожно дергаюсь, инстинктивно стараюсь вырваться.

Однако Варвар не дает ускользнуть. Рывком притягивает к себе. Ближе, теснее. Его ладонь накрывает низ моего живота, сдвигая белье в сторону. Он касается меня, а я зажимаюсь

Слишком жестко это все.

— Пусти, — шепчу, задыхаясь.

Варвар не убирает руку. Одна его ладонь так и остается у меня между ног, а вторая накрывает мой затылок. Он с силой впивается в мои губы.

Отчаянно верчу головой. Точнее — пытаюсь извернуться, крутнуться, избежать этого поцелуя.

Не хочу, когда он так со мной. Когда он — такой. Грубый, жесткий, подавляющий

Весь вибрирует от сдерживаемой злобы.

И что такого я сделала?

Байматов целует меня насильно. Напирает настолько мощно, что уступаю скорее от шока. Слегка приоткрываю губы, и ему этого хватает.

Миг — его язык переплетается с моим

И тут будто что-то щелкает. Неуловимо меняется.

Хватка на моей затылке словно ослабевает. Пальцы Варвара так и касаются затылка, но мягче, совсем иначе, вплетаются в пряди моих волос, медленно поглаживают, собирают в пучок, сжимают и разжимают, заставляя покрываться мурашками от смены ощущений.

Его движения становятся другими. Прорезается нежность. Грубоватая, резкая, но все же ласка.

И я сама начинаю отзываться, отвечать ему. Сначала слабо, а после ныряя в эмоции глубже, полностью отключаясь.

Пальцы в низу моего живота начинают двигаться. Слегка перемещаются, обводят, будто обрисовывают контур за контуром.

Чувственно. Остро.

Инстинктивно пробую сдвинуть бедра, но лишь крепче сжимаю мощные ноги Варвара, которые так и удерживают меня в абсолютно раскрытом, уязвимом положении.

Он добивается моего отклика. Только потом толкает пальцы вглубь. И действует почти без напора. Целует и ласкает, вынуждая забыться, потеряться. Утонуть в моменте.

Сознание затуманивается. Мысли ускользают. Если прямо сейчас вырвать меня из омута и спросить причину нашего конфликта, вряд ли сумею выдать хоть что-то связное.

Но Варвар быстро возвращает в реальность.

Его пальцы покидают мое тело.

Приглушенно всхлипываю. Легкий протест вырывается прямо в его рот, потому что он ни на секунду не разрывает контакт наших губ.

Байматов продолжает перебирать мои волосы, пропускать между пальцами, отправляя волны мелкой дрожи по всему телу. Задирает футболку, забирается под бюстгальтер, накрывая грудь.

Обводит большим пальцем сосок, давит, перекатывает.

Он принуждает меня простонать громче. Судорожно дернуться от стремительно накапливающегося в теле возбуждения. Всхлипнуть, задрожать под его словно намеренно растянутыми ласками.

Сквозь гудящий шум в пульсирующих висках различаю бряцание металлической пряжки. Шорох ткани.

Еще секунда — и возбужденный член упирается в меня там, где недавно касались горячие пальцы.

А дальше меня отрезвляет. Одним толчком. Одним ударом. Будто прошивает насквозь.

Взвизгиваю. Короткая вспышка боли обжигает. Хоть Байматов практически сразу останавливается.

Его проникновение ощущается слишком жестко.

Мое тело протестует, напрягается. Каждая мышцы болезненно натягивается.

Варвар разрывает поцелуй. Его рука перемещается на горло, заставляя меня запрокинуть голову, встретить тяжелый взгляд. А вторая съезжает на талию, притягивая вплотную, вбивая в мускулистое тело.

— Друг, блять, — цедит мрачно. — Друг, который только и думает, как бы тебя выебать

Морщусь от грязных слов. От очередной резкой смены его настроения. Из огня снова бросает в лед.

Чтобы я этого уебка больше рядом с тобой не видел, — хрипло продолжает

Байматов. — Поняла?

Замираю, глядя на него.

Он толкается в меня так, что обжигает. Резко, размашисто, отрывисто. И это не

боль. Но близко, на грани. Холод сковывает изнутри, лишь стоит представить, если бы он просто набросился на меня сразу. Вот так. Если бы не начал ласкать, если бы не подготовил

А он так и собирался. Когда срывал джинсы, когда хватал меня.

Мысль мелькает, заставляя сильнее похолодеть.

Варвар делает новый толчок. Более плавный. И меня раздирает гремучая смесь эмоций. Бежать бы от него куда подальше. Бежать, бежать. Но тело будто с ума сходит, тянется вперед. Будто все больше накаленных нитей между нами протягивается.

— Ты меня поняла, Настя? — чеканит Байматов, толкаясь в меня так, что все телс точно током пробивает.

Никаких гребаных друзей. Ты..начинаю, но закончить он не дает.

Если этот, — будто громом отбивает, оскаливается. — Еще хоть раз. Хоть один, блять, раз.

Глаза у Варвара сейчас такие, что судьба Марка и без подробных пояснений понятна.

Но он прибавляет.

Пиздец ему, — выдает отрывисто, вбивается в меня сильнее. — Сказал. И нехуй потом обижаться.

Сказал, что будет.

И не только Марку.

Это все в его голосе читается. Во взгляде. В том, как он движется внутри меня, будто подкрепляет каждое слово сокрушительным толчком.

Варвар тянет меня за волосы, заставляя запрокинуть голову назад. Почти причиняя боль.

Его глаза врезаются в мои. И он сам — в меня. Весь. Без остатка. Заполняя так, что становится трудно дышать.

Он держит меня на грани. Замедляется до такой степени, что толчки становятся растянутыми, медленными, плавными. А после совсем останавливается, дает прочувствовать себя в полной мере. Жар. Пульсацию. Заставляя мелко дрожать и путаться в собственных реакциях.

Огненные импульсы пробегают по бедрам, расползаются от груди к спине и обратно.

Тяжесть внизу живота нарастает.

Варвар смотрит на меня безотрывно. А через секунду толкается внутрь так, что кричу. Зажмуриваюсь от саднящих ощущений

— Глаза, — жестко требует он.

Встряхивает меня. И рукой за плечо, и новым сокрушительным толчком.

Он вбивается в мое тело будто одержимый. С каким-то пугающим остервенением.

Теперь страшно зажмуриться. Кажется, если пропадет наш зрительный контакт, Варвар окончательно впадет в неистовство.

Страшно вообразить, как бы ощущались настолько жесткие толчки без возбуждения. Без тех ласк, которыми он обманул мое тело

А теперь...

Это не близость. Не то, что было между нами в первый раз. Это даже не его животная похоть, которая кажется привычной.

Наказание.

Байматов не оставляет иллюзий.

— Отвечай, — требует он.

А я настолько ошарашена той бурей противоречивых эмоций, которые на меня сейчас обрушиваются, что не могу ничего из себя выдавить. Да и смысл фразы ускользает.

— Ты меня поняла, Настя? — цедит жестко, сам тяжело дыша.

И усиливает ритм так, что у меня черные точки мелькают перед глазами.

- Никаких, блять, друзей, — отрывисто заявляет Байматов. — Никаких гребаных мужиков.

Наверное, разумнее всего выпалить «да».

Только бы он прекратил. Только бы остановился. Только бы...

Да хоть бы просто сбавил обороты.

Но часть меня протестует. Не дает уступить.

И Варвар будто разъяряется от этого. Усиливает напор. Берет меня еще грубее, жестче.

— Поняла? — рявкает так, что его хриплый голос прокатывается обжигающей ледяной волной по всему телу.

Черта пройдена.

Болезненный спазм сводит меня между ног.

Впиваюсь ногтями в широкие плечи. Морщусь и бормочу:

— Пусти, пусти меня, — вскрикиваю, чувствуя, как слезы набегают на глаза, и выдаю громче. — Больно! Пусти...

Он тормозит.

Резко.

Обхватывает мое лицо ладонями. Мрачнеет, всматриваясь в мои затуманенные глаза. С моих ресниц срываются слезы.

— Блядь, — хрипло бросает Варвар.

Выходит из меня. Осторожно. Однако это все равно ощущается болезненно. И я судорожно втягиваю воздух, не удерживаюсь от всхлипа. А потом спешу скорее сдвинуть бедра.

Стой, — говорит Байматов, не позволяя этого сделать. Пусти, — бормочу, отталкивая его.

Но с тем же успехом можно попытаться сдвинуть скалу с места.

В следующий момент Варвар заваливает меня на стол, заставляя распластаться на спине, разводит мои ноги, склоняясь ниже.

Все, хватит, — дергаюсь. Тихо, — бросает он. — Не трону.

И трогает. Его пальцы касаются меня. Едва дотрагиваются, но тело уже зажимается.

— Что ты, — бормочу, опять вырываюсь. — Не надо.

Но он не отпускает меня, продолжает... осматривать.

— Где твоя комната? — спрашивает вдруг.

Убирает руки от меня. Но сам подается вперед, упираясь крепко сжатыми кулаками в столешницу. Нависает надо мной.

Взгляд у него выразительный. И как-то сразу дает понять, что лучше ответить

Поэтому помедлив, все же качаю головой.

— Там, — говорю глухо.

Он подхватывает меня на руки. Относит на мою кровать. Укладывает там поверх покрывала. И сам укладывается рядом.

Здесь тесно.

Варвар прижимает меня к себе так крепко, что не ускользнуть. Но тут и негде, даже если бы я попыталась.

В шоке ловлю себя на том, что ускользать-то и не хочется. Даже после той дикости, которая была в гостиной. После того, как он набросился на меня с «нежностью» оголодавшего зверя.

Что со мной?

Страха к нему нет.

Остановился. Прекратил. И создается иллюзия, будто можно все контролировать.

У меня совсем мозги плавятся. Да? Или это такой эффект от контраста между его жестокостью и тем, чем все заканчивается?

Но ничего не заканчивается.

Варвар зарывается лицом в мои волосы. Шумно дышит. А после приподнимается, опять ЛОВИТ вЗГЛЯД.

Довела, — заявляет отрывисто. — Больше так не делай. Но я, на нервах запинаюсь. -

• Ничего не сделала. Между мной и Марком

ТоЛЬКО..

Он молчит. Однако его взгляд вынуждает замолчать и меня. А дальше сама не понимаю, как получается, что принимаю эти условия.

— Хорошо, — роняю глухо. — Я поняла.

Байматов продолжает смотреть.

— Больше никаких встреч с... ним, — прибавляю тихо.

Моя личная свобода — это лишь одна часть вопроса. Есть и другая. Безопасность Марка.

Что-то в глазах Варвара недвусмысленно намекает на такой исход, которого никому не пожелаешь. И это что-то заставляет меня все же уступить.

А дальше разум услужливо подбрасывает множество причин, которыми все можно объяснить.

Так будет лучше для всех. Вижу ведь, дружбы у меня с Марком не получится, а после той картины, которую он наблюдал, даже не знаю, как и когда мы бы снова могли начать общаться как раньше.

Однако дело не в дружбе. И даже не в Марке.

Байматов меня продавливает, причем так, что хоть и подмечаю, ощущаю все, а сделать ничего не могу. Не хочу? Наверное.

— Помни, — говорит он, почти касаясь моих губ своими губами.

— Ты теперь моя

женщина, Настя.

Его пальцы неторопливо ласкают мое горло, отправляя колючие вспышки по всему телу.

— Я дам тебе многое, — продолжает. — Все, что захочешь. Но есть правила, которые ты должна соблюдать.

Правила? — оторопело переспрашиваю. — Извини, я что-то совсем пропустила, когда мы это обсуждали.

Потому что ничего такого мы не обсуждали.

— Главное ты уже поняла, — заявляет Байматов.

Главное...

— А есть еще?

Вскидываюсь, глядя на него. Приподнимаюсь, обнимаю себя руками, отползая от него. Упираюсь спиной в деревянное изголовье кровати.

Он молчит. Просто наблюдает за мной.

А у меня от вновь возникшего накала нервы искрят.

Правила, значит.

Холод по спине пробегает.

— Я бы хотела знать все, — говорю.

Однако у Байматова свои представления про наш разговор.

Он перехватывает меня под колени. Тянет вниз, снова заваливая на спину.

Прижимает вплотную. А когда начинаю выпутываться из его захвата, лишь сильнее наваливается. Ногу через меня перебрасывает. Грудь накрывает ладонью, сдавливая сосок.

Тело тут же заполняют предательские ощущения.

Но я не хочу отдаваться очередному порыву. Разум бунтует. И пусть Варвар совсем не настроен на разговор, мы сейчас его правила обсудим.

Так думаю. Первые несколько секунд. Открываю рот, чтобы высказать все, о чем успела подумать.

Без шансов.

Байматов обрывает меня жадным поцелуем. Впивается в мои губы настолько порывисто и страстно, что мысли разом вылетают из головы.

Он отпускает мою грудь. Но уже в следующий момент накрывает живот. Его пальцы чертят хаотичные узоры все ниже и ниже. До тех пор, пока не добираются до самой чувствительной точки.

Всхлипываю. Вскрикиваю. Стон за стоном вылетают прямо в его рот.

Байматов пожирает все. Каждый звук. Каждый возглас. И меня саму. Он полностью берет под контроль.

Его пальцы касаются иначе. Непривычно. В жестах сохраняется оттенок грубости, но ощущается, как он гасит собственные дикие рефлексы. Давит природные порывы.

Такая у него нежность. Звериная. Хищная. Варварская. Нежность почти на грани насилия. И это лишь сильнее в паутину противоречивых эмоций запутывает.

Дурманит.

Мое тело отзывается. Воспламеняется. Потому что Байматову безошибочно удается находить те самые кнопки, от которых меня дрожь словно током пробивает.

И пальцы на ногах поджимаются. Испарина прошибает. И сердце заходится в безумном ритме.

Он доводит меня до пика. Медленно. Методично. Толкает в бурлящую бездну, заставляя содрогнуться, сжать бедра, плотнее стискивая его руку между ног.

Совсем себя не контролирую.

Слезы на глаза наворачиваются. Но это совсем не от боли, не от неприятных ощущений.

Один миг — меня всю прогибает под его сводящими с ума движениями.

Низ живота мучительно тянет. Бедра пронизывают тягучие микроимпульсы. Мышцы ритмично сокращаются, и я вся раскалываюсь под натиском мужчины. Под его пальцами меня будто разламывает на части, размазывает по постели. Дикая пульсация внутри превращается в ослепительный взрыв.

Практически отключаюсь.

Перед глазами темнеет. Кажется, будто утекаю куда-то.

— Хочу видеть тебя, — хриплый голос прорезает сознание.

Невольно веду головой.

— Настя, — чеканит Варвар. — Посмотри на меня.

Это заставляет разлепить потяжелевшие веки.

Встречаю тяжелый горящий взгляд.

— Знаю, перебрал, — вдруг заявляет Байматов, обхватывает мое лицо ладонью.

Голодный к тебе ехал.

Разум затуманен. С трудом соображаю. Но даже в таком состоянии не могу не отметить, что в его глазах и сейчас голод.

— А тут этот выблядок, — кривится. — Рядом с тобой. Не может быть у моей женщины таких…. друзей.

Последнее слово он произносит таким тоном, что звучит грубее и хлеще его обычных ругательств.

Но вообще, проблема ведь не только в Марке.

— Ты сказал, — с трудом ворочаю языком. — Есть правила.

Он молчит.

Что за правила?

Байматов снова игнорирует фразу. Другим занят.

Он мягко расталкивает мои ослабевшие ноги в разные стороны. Устраивается между дрожащими бедрами.

Кровать поскрипывает под его весом.

Мотаю головой.

Нет, нет. Пусть отвечает.

— Ты должен сказать..

Вскрикиваю, когда его возбужденная плоть упирается в меня. Толкается вперед.

Плавно. Однако мне уже больно. Из-за прошлого раза.

Морщусь

Нет, — бормочу. — Не могу. Саднит...Блядь, — мрачно выдает он.

Отстраняется, больше не совершая новых попыток. Снова укладывается рядом, притягивая меня вплотную.

Завтра врач осмотрит, — заявляет Байматов. Не нужен врач, — качаю головой. — Просто я не могу так много. Забыла? Что? — рассеянно смотрю на него. У тебя запись, — чеканит. — Утром. Мой водитель отвезет.

Да, точно. Контрацепция.

Тупая боль обдает виски.

Я совсем не хочу принимать таблетки. Это же гормоны. Неизвестно как повлияют на организм.

Можно было бы настоять на презервативах. Но тут я вспоминаю, что происходило на столе в гостиной и...

Под таким напором это не самая надежная защита.

Сцена встает перед глазами ярче. Становится до жути стыдно. Это же квартира моих родителей. Наша гостиная. Как я теперь смогу спокойно там находиться?

А здесь?

Варвар все глубже проникает в мою жизнь. Диктует правила, условия. У него вся власть.

Однако я про него ничего не знаю. И не похоже, будто он стремится сблизится со мной в чем-то кроме...

— Что опять не так? — мрачно бросает Байматов.

Перевожу взгляд на него.

— По глазам вижу, — замечает хрипло. — Напряглась опять. Таблетки не хочешь?

Ну пусть другое подберут. Что там еще есть? Хер знает. Найдется вариант.

Видимо, это так его забота проявляется.

— Извини, — отодвигаюсь от него, соскальзываю с постели. — Мне нужно в душ.

Закрываюсь в ванной на щеколду. Некоторое время прислушиваюсь к тому, что происходит за дверью.

Тихо. Байматов за мной не пошел. Хорошо.

Стараюсь привести в порядок мысли и чувства. Встаю под горячие струи воды. В голове столько всего крутится, что сосредоточиться тяжело.

Не знаю, как себя вести с Варваром. Но то, как между нами сейчас отношения развиваются мне не нравится.

Отношения?

Невольно морщусь. На отношения наше общение точно не похоже. Он приехал ко мне, чтобы сбросить похоть. Прямо показывает. Для него такое в порядке вещей.

Ладно. А чего я ждала от него? Что мы будем встречаться как с Марком?

Другой человек. Мрачный. Жесткий. С тяжелым характером. Он просто... такой. И ведет себя как привык. Ничего не скрывает.

Выхожу из кабины, тщательно вытираюсь и одеваю домашние штаны и простую футболку. Хочется сразу всем своим видом показать: продолжения не будет. Не настроена я. Никак. Ни на что.

Возвращаюсь в комнату. Застываю в дверном проеме, наблюдая, как Байматов рассматривает фотографии, которые стоят в рамках на полке. Семейные снимки.

Несколько кадров из моего детства, из школы. Теперь он оборачивается на звук, переводит взгляд на меня.

— Наверное, тебе на работу пора, — говорю. — Дела.

Нервничаю, от того прячу ладони в карманах.

— У меня и здесь дела есть, — выдает он.

Шагает в мою сторону.

Нет, я, мотаю головой и запинаюсь, гадая, как ему сказать. Понял, — заявляет Байматов.

Обхватывает мою руку, крепче сжимая запястье, тянет к себе. Еще секунда и мужчина кладет ладонь на свой возбужденный член. Заставляет обхватить ствол.

Пульсация и мощь ощущаются через ткань.

Уши режет звук расстегиваемого ремня.

— Можно иначе, — хрипло замечает Варвар. — Дам тебе время.

Это забота такая?

Не важно.

Все внутри меня протестует.

— Нет, ты не понял, — выдаю на эмоциях. — «Иначе» тоже не будет. Мне сейчас

никак не хочется

Отдергиваю руку от него, снова убираю ладонь в карман. Отхожу в сторону, усаживаюсь в кресло подальше от него, подтягиваю ноги к груди.

Байматов молча наблюдает.

Теперь я сижу к нему практически спиной. Полубоком.

Говори, — требует он, нахмурившисьСказала, — пожимаю плечами.

Пауза длится недолго. В следующий момент Байматов оказывается рядом. Он рывком разворачивает тяжелое кресло, чуть ли не вокруг своей оси. Ставит так, чтобы я оказалась лицом к нему. Сам усаживается на кровать. Буравит горящим взглядом.

А у меня внутри все сжимается. Не то от такого резкого разворота. Не то от того, как он по мне глазами проходится. От макушки до пят и обратно. Его внимание будто врезается, настолько ощутимо физически.

— Нихуя ты не сказала, блять, тебе не так?

чеканит.

Прямо выкладывай. Спрашивал же. Что, — Вот это, — выпаливаю, невольно вскинув руку. — Твои грязные выражения.

Ругательства. И то, что тебе от меня только одно и нужно. Тебе бы вообще только... это и все!

Он перехватывает за руку. Сцепляет наши пальцы воедино, смыкая ладони в замок.

Настя, — криво усмехается. — Всем мужикам это нужно. Ну знаешь, поджимаю губы.

Пробую освободиться от его захвата, но он не позволяет.

— Не все мужчины ведут себя как животные, — бросаю.

Снова стараюсь вырваться.

Не дает.

Трахаться не хочешь, — заключает Варвар. — Дальше.

Что — дальше?

Глазами хлопаю.

— Хочешь — чего? — спрашивает с расстановкой.

Если нужно объяснять, то...

рассеянно качаю головой. — Это нельзя

объяснить.

— Тогда как я, сука, должен это понять? — рявкает.

Но его рука на моей ощущается иначе. Хоть он и не отпускает, но давления нет.

Боли не причиняет. Просто держит очень крепко.

— Не нужно на меня орать, — говорю ровно.

Спокойно встречаю его взгляд, хотя на душе у меня совсем не спокойно.

Хочу обычного общения, продолжаю, чувствуя, как все сильнее колотится сердце от напряжения. — Выйти куда-нибудь вместе. Прогуляться. Зайти в кафе.

Или на какое-то мероприятие.

Замолкаю, потому что слышу себя со стороны. Понимаю, как глупо это все сейчас звучит.

Нереально представить Байматова в театре или на художественной выставке. Да его даже в обычном парке сложно вообразить, гуляющим между деревьями

Возможно, в ресторане.

Я не прогуливаюсь просто так, Насть, — замечает он, внимательно изучая меня.

Знаю, — роняю тихо. — Это для примера.

Ясно, — кивает. — Решу вопрос. Хорошо, — рассеянно качаю головой, взгляд невольно наталкивается на те самые снимки, которые он рассматривал, потому брякаю: — Мне про тебя ничего неизвестно. А ты знаешь все. Про меня нет ничего интересного.

Варвар усмехается и пользуется моментом, когда я немного расслабляюсь, подхватывает за бедра, перетягивает к себе на колени. Усаживает так, что буквально обвиваю его мощный торс ногами.

Вскрикиваю от неожиданности, когда он заваливается спиной на постель, и меня заваливает сверху. Заставляет распластаться на мускулистой груди, впечатывая крупную ладонь между лопаток.

— Я не хочу, — выдаю. — Ничего.

Пробую отстраниться.

Не разрешает. Тихо, — говорит Байматов, накрывая мои ягодицы ладонями, притягивая вплотную. — Просто полежим. Я устала, а так... неудобно.

Слишком остро ощущаю его возбуждение.

Тесно, — бормочу. — Душно. И... мне бы поспать хоть немного. Спи.

Он переворачивает меня на бок, укладывая рядом с собой. Отпускает из рук, но не из-под прицела темных глаз.

Затишье длится недолго.

Раздается звонок мобильного телефона.

Варвар достает мобильный и нехотя отрывается от меня. Поднимается, выходит из комнаты. Слышу, как он говорит за дверью, но не понимаю, что именно.

Невольно прислушиваюсь.

Однако его шаги звучат все дальше и дальше.

Некрасиво подслушивать чужие разговоры, но я снова думаю про Авериных. И про младшего, и про старшего. Так просто эти разборки не закончатся.

Из головы не идут обрывки разговора, который я случайно подловила.

Лютый сказал, Аверин вернется. Может быть, уже? Что-то началось?

Встаю с кровати и выхожу из комнаты следом за Варваром. Но когда подхожу к нему, он уже прячет телефон в карман.

Дела на работе, — говорит, заметив меня. — Нужно ехать. Все в порядке? — вылетает автоматически.

Умом понимаю, что скорее всего он ничего не ответит. Но промолчать тоже не получается.

— Разберусь, — выдает хрипло.

Набрасывает рубашку, застегивает. После подходит вплотную ко мне. Обхватывает затылок горячей ладонью. Склоняется. Жадно впечатывает рот в мои дрожащие губы.

Байматов целует меня страстно. Глубоко. Его язык скользит по моему языку, и это ощущается настолько чувственно, что сейчас вряд ли смогу сказать, почему совсем недавно злилась на него.

Он отрывается от меня. Глаза потемневшие, горящие. Дышит тяжело и шумно. Его ладонь так и остается на моем затылке. Пальцы перебирают волосы.

Варвар кривится.

— Ехать надо, — говорит. — Завтра увидимся. Вечером.

Под ребрами растекается холод.

Вечером? — переспрашиваю. Занят буду.

Понятно к чему все идет. Снова.

— Я не смогу поехать к тебе, — говорю.

Он глаз с меня не сводит.

— Не хочу опять встречаться дома, — прибавляю.

Тут бы иначе сказать, но я не знаю, как еще более прямо сформулировать мысль.

Просто ради секса встречаться не хочу.

Байматов вдруг усмехается.

Понимает?

— Понял уже, — говорит.

Притягивает меня к себе за талию.

Найдем, куда поехать, — продолжает. — Сказал же — решу вопрос. Хорошо, — киваю.

Он снова жадно целует меня, заставляет задохнуться. А после отрывается от моих губ, явно того не желая.

— Но ты смотри, — выдает хрипло. — Долго держать на голодном пайке не выйдет.

Выразительно обводит меня ладонью пониже поясницы. А после отпускает и направляется к двери.

— Никаких гостей больше, — бросает, обернувшись.

Опаляет взглядом.

Согласно киваю. Слишком шатко у нас все. Пока не тянет спорить. Но конечно, я не собираюсь отказываться от общения со своими друзьями

Приеду — проверю, — заявляет Варвар. Если я открою, — замечаю ровно. Сам открою, — обещает мрачно.

На этом и расстаемся.

Закрываю за ним дверь. Помедлив, возвращаюсь в гостиную. Тут беспорядок, поэтому нужно прибрать.

Застываю, услышав звонок мобильного.

Забыл телефон? Это точно не мой. Но я сама видела, как он убирал мобильный в карман брюк.

Тогда что.

Оборачиваюсь и вижу мерцающий смартфон на полке в шкафу. Он вибрирует, продвигаясь ближе к краю.

Подхожу ближе, машинально подхватываю, чтобы не упал.

Это телефон Марка.

Вызов уже обрывается, но мой взгляд падает на экран. Холодею, увидев заставку на телефоне. Знакомый логотип.

Три икса, обвитые языками пламени. Это же тот самый канал на популярной видео-площадке.

Мобильный оживает снова. Звенит и вибрирует. Рефлекторно вздрагиваю и замираю, глядя на то, какой контакт показывается на экране.

«Профессор».

Откладываю телефон на стол, потому что совсем сдают нервы. Но каким-то необъяснимым образом вызов оказывается принят. Видимо, у Марка настроен ответ боковой кнопкой.

Уже не важно.

— Марк, где тебя носит? — вылетает из динамика.

Голос из роликов. Механический, вероятно, измененный специальной программой.

— Марк?

Мне в голову не приходит ничего лучше, чем сбросить вызов и отключить телефон.

Во что ввязался мой бывший?

Я в тупике. Не знаю, как поступить.

С одной стороны нужно поговорить с Марком. Но разве можно разговаривать после той сцены, которую он наблюдал в моей квартире?

И вообще, с бывшим встречаться опасно. Варвар ясно дал понять, какие могут быть последствия.

Тогда как быть?

Байматову рассказать?

Молчать нельзя. Знаю же, что у него проблемы именно с этим Профессором.

Ролики там совсем не безобидные.

Взять хотя бы Марка. Что он мне выдавал? Смотрит канал для развлечения.

Всерьез не воспринимает. А теперь выясняется, что у него прямой контакт с лидером преступной группировки.

Голова гудит от напряжения. Виски начинают болезненно пульсировать, когда думаю о том, что Марк мог ввязаться в эту темную историю раньше.

Теперь уже все кажется подозрительным. Любая мелочь. Например, то, как он выходил поговорить с кем-то на балконе.

Что если именно с ним? С Профессором?

Холодею изнутри. Смотрю на телефон, который сейчас выключенный лежит на столе, и желание возникает лишь одно: избавиться от него поскорее. А потом мелькает мысль о том, что даже когда мобильный отключен, по сигналу можно вычислить его местоположение.

Не хочу подставлять Марка. Понимаю, что если выложу Байматову все, то мой бывший сразу станет мишенью.

Варвар на эмоциях. Может и разбираться долго с этим не станет.

Как тогда?

Вдруг Марк не виноват? Вдруг это все можно как-то объяснить? В конце концов, ничего не знаю о том, что у него происходит.

На следующее утро я так и не представляю, что делать.

Звонок с незнакомого номера заставляет вздрогнуть. Звонят на мой телефон.

Мобильный Марка до сих пор отключен.

Немного помедлив, принимаю вызов.

Незнакомый мужской голос обращается ко мне по имени отчеству, а дальше следует пояснение:

Я звоню по распоряжению господина Байматова. Приказано отвезти вас в больницу. Когда вы будете готовы выйти?

Точно. Варвар же говорил. Визит к врачу.

— Я еще собираюсь, — говорю, помедлив. — Через полчаса.

Пока привожу себя в порядок, мой смартфон снова оживает. Раздается новый звонок. Растерявшись, принимаю вызов, не глядя на экран.

— Да.

Вечером заеду, — хрипло заявляет Варвар. — Около восьми. Нормально тебе будет?

Даже подвисаю от настолько неожиданного поворота.

Он действительно уточняет, когда может за мной заехать?

Насть? Да, можно в восемь. Понял. Твой водитель приехал.

Знаю. Он будет ждать, сколько потребуется. Инструкции получил. Я скоро выйду. Не спеши. Но врач... - начинаю. Если нужно, встречу перенесут. Спасибо. И по магазинам не забудь проехаться. Зачем? — изумляюсь.

Ну тебе виднее, — выдает. — Что нужно купить, то и бери. Хочу, чтобы ты ни в чем себе не отказывала.

— Хорошо, — роняю, сглотнув. — Но у меня все есть.

— Так не бывает, Насть, — замечает. — Всегда что-то нужно. Ладно, извини, у меня сейчас встреча.

Желаю ему удачного дня, и мы прощаемся.

Внутри вспыхивает надежда на то, что и правда сможем нормально общаться. На душе становится легче. Тревожные мысли отпускают.

Конечно, нужно что-то решить с телефоном Марка. Со всей этой ситуации. Но если и рассказывать Варвару, то уже лично, когда увидимся.

Выхожу из квартиры, спускаюсь во двор.

— Привет, Настя, — ко мне подходит какой-то парень, улыбается.

Его лицо кажется смутно знакомым. Будто мы виделись раньше.

— Я от Марка, — говорит.

Застываю.

А ведь и правда, это один из приятелей Марка. Кажется, они вместе ходят на карате.

— Телефон забрать, — добавляет. — Он забыл.

Ответить парню ничего не успеваю. Рядом будто из ниоткуда возникает два амбала в спортивных костюмах. Встают по обе стороны от него.

— Эй, ребят, да я просто...

Ко мне подходит еще один мужчина. Одет совсем иначе. Темный пиджак, белая рубашка, галстук.

— Возникли проблемы? — интересуется он у меня.

Парня же подхватывают под руки. Фиксируют так, что не вырваться.

— Я просто время подошел спросить, — бросает он.

Про телефон больше не вспоминает.

— Никаких проблем, — говорю.

Мужчина поворачивается к амбалам, слегка кивает. И парня уволакивают прочь.

Несмотря на его протесты.

Господин Байматов распорядился охранять вас, — замечает он. От кого? — спрашиваю невольно.

От любых нежелательных контактов, — поясняет.

— Это временная мера. Не

волнуйтесь.

Вы так..

знакомых?

— рассеянно взмахиваю рукой.

Всех уводить будете? Bcex моих

— Он вам знаком? — тут же уточняет.

Отрицательно качаю головой.

Это получается автоматически.

Не волнуйтесь, с ним проведут беседу и отпустят, — продолжает мужчина. — А ваш ближний круг эти меры не затронут. Ближний круг? — приподнимаю брови. Пойдемте в машину, вам уже пора ехать.

Больше ничего не спрашиваю. Не вижу смысла. Если и задавать вопросы, то напрямую Варвару, ведь его подчиненные лишь исполняют приказы.

Пока меня везут в клинику, снова думаю про того парня, которого скрутили и увели охранники.

Конечно, подобное сопровождение мне совсем не нравится. Но в этом случае я не то чтобы против

Почему он пришел ко мне за телефоном Марка? Странно. Насколько могу судить, зная своего бывшего, он бы пришел ко мне сам.

Да, расстались мы вчера на ужасной ноте. Однако он бы не стал отправлять кого-то из приятелей ко мне.

Или ошибаюсь?

В любом случае без ведома Марка не могу передавать его телефон.

Машина останавливается, а я настолько глубоко ныряю в свои мысли, что даже этого не замечаю. Выныриваю из размышлений, лишь когда открывается моя дверца.

— Мы на месте, — сообщает водитель. — Вас встретят.

Не вполне его понимаю.

Что значит — встретят?

Однако стоит подойти к порогу клиники, как становится понятно, о чем идет речь.

Здравствуйте, Анастасия, — улыбается мне администратор. — Врач уже ожидает

вас.

Меня встречают и проводят по коридору до нужного кабинета. Невольно отмечаю, что людей почти нет.

— Что-то не так? — спрашивает администратор.

В ее глазах вспыхивает обеспокоенность.

Нет, все в порядке, — качаю головой. — Просто я думала, в это время самый пик и много людей.

• Да, так и есть, — кивает она. — Но это в другом крыле клиники. А здесь у нас проходит прием пациентов вип-пакета. Могу я предложить вам кофе или чай?

Возможно, свежевыжатый сок? Что предпочитаете?

— Ничего не нужно, спасибо.

Ощущаю неловкость.

Все это так странно. Охрана. Водитель. Теперь еще вип-пакет в клинике. Байматов позаботился.

Прием у врача вызывает смешанные ощущения. Хотя придраться вроде бы не к чему. У меня берут кровь.

Как только будут готовы анализы, отправлю вам необходимые таблетки, говорит врач. — Не беспокойтесь, мы подберем препарат так, чтобы вам было максимально комфортно его использовать. И не слушайте никаких «страшилок» из Интернета. Главное — сделать все грамотно. Тогда проблем не возникнет.

Выхожу из клиники в полном раздрае.

Ну не хочу я пить эти таблетки. Не хочу. Пусть врач и рассказала, что никаких негативных последствий для здоровья не будет.

«А чего ты хочешь тогда? — шепчет внутренний голос. — Забеременеть от него?»

Нет. Это было бы слишком. У нас и так непонятные отношения. Да и мне учится нужно. Думать о будущем

Внутри будто царапает.

А какое у нас будущее с Байматовым?

До самой встречи с Варваром чувствую себя будто на иголках. Гадаю, как лучше поступить

Не хочу подставить Марка. Но и молчать нельзя.

Телефон вибрирует, и я вздрагиваю от неожиданности. Нервы уже совсем на пределе из-за всех этих событий.

Смотрю, кто звонит, и медлю, прежде чем принять вызов.

Номер у меня записан. Девчонка из универа, учится в параллельной группе. Не представляю, почему она звонит. Мы почти не общались. Настроения говорить с кем-то сейчас нет, слишком много мыслей в голове.

Но я заставляю себя принять вызов.

Наверное, она по учебе что-то узнать хочет. Нужно помочь.

Да, — говорю, ответив на звонок. Привет, Насть, как дела? Нормально. Как ты? Хорошо, — замечает она.

И тут повисает неловкая пауза.

Я тебя не отвлекаю? — уточняет девушка. Нет, — невольно поглядываю на часы. — Но скоро мне нужно будет уйти

Близится время свидания с Байматовым.

Снова пауза. Еще дольше.

Даже приходится окликнуть.

Может связь сбоит?

— Слушай, ты случайно не знаешь, где Марк? — вдруг спрашивает девушка.

Теперь молчу я.

Такого вопроса точно не ждала.

— Он у тебя? — продолжает она уже совсем прямо.

Что-то есть в ее словах такого, что...

Мы вместе, — выпаливает девушка. — Извини, Настя, не знаю, как ты отреагируешь. Но думаю, ты должна знать. Когда вы расстались, Марк... начал встречаться со мной.

В памяти всплывает один момент за другим.

Реакция Марка, когда он увидел засос на моей шее. То, как он со мной говорил до этого момента. И потом то, как мигом вылетел из квартиры, увидев меня и Варвара.

Не похоже было, будто он с кем-то встречается. Хотя так было бы лучше.

— Ну то есть мы и раньше встречались, — продолжает девушка дальше. — Еще когда вы были вместе. Просто... это было не совсем серьезно.

Oy.

Ну вообще, близости между мной и Марком не было. Наверное, «не совсем серьезные» отношения в такой ситуации логичны.

Он... выплескивал эмоции на стороне.

И почему-то теперь я думаю совсем не про бывшего.

Перед глазами Байматов. Когда он отпустил меня, то наверняка ни в чем себе не отказывал. Да я же сама видела, как Варвар...

А теперь?

У него зверский аппетит, который я не могу удовлетворить. Мне столько секса не нужно.

Горло сдавливает, когда представляю, как именно Байматов решает этот вопрос.

Может, потому настолько обходительно себя ведет? Непривычно. Ну в его понимании «обходительно». И на компромиссы идет. И давление сбавляет.

Девушка продолжает что-то говорить, а я совсем не могу сосредоточиться. В определенный момент это понимает.

— Настя? Ты меня слышишь?

Связь пропадает, — брякаю. — Слушай, я видела Марка вчера, но никаких отношений у нас нет. Мы совсем недолго общались. Он забыл у меня телефон.

Мобильный отключен, поэтому...

— Нет, его телефон включен, — уверенно выдает девушка. — Звоню, гудки идут, а

он не отвечает

Тянусь за мобильным бывшего. На автомате проверяю экран. Ничего. Если она звонит на этот номер. то гулков быть не может.

Пожалуйста, Настя, скажи мне правду, — взволнованно бормочет девушка. — Он сейчас не с тобой? Где он всю ночь пропадал? Не со мной, — говорю.

Чувствую, как затылок наливается свинцовой тяжестью.

Правда? — тихо спрашивает. Да, поверь, между мной и Марком ничего не может быть. Мы... дружим. Вот и все. Наверное, он сейчас у кого-то из приятелей. Или в спортивном клубе. Нет, нет, — чувствуется, что она сильно нервничает, голос срывается от волнения. — Всем звонила. Никто ничего не знает. И в клубе утром была. Он на тренировке не появился.

А вот это тревожный сигнал. Уже точно.

— А у него соревнования скоро, — продолжает девушка. — Ты же понимаешь насколько ему это важно.

Марк бы не стал пропускать тренировку просто так.

Память режет одна из его фирменных фраз.

— На ринг как штык. Сдохну, а выйду.

В груди холодеет.

• Он вчера пропал. Вечером. С тех пор не могу ему дозвониться. Ни с кем из друзей на связь не выходил. Ребята из клуба его уже ищут.

Если Марк не выходил ни с кем на связь, то как бы он попросил того парня забрать телефон у меня?

А если Марк ничего не говорил. Откуда тот тип это узнал?

Мелькает мысль, что за Марком могли следить. Видели, как он поднимался ко мне.

Больше не сомневаюсь насчет разговора с Байматовым.

Нужно ему все рассказать. Если кто-то и может помочь, только Варвар.

Вспомнишь про волка — вот и он.

Слышу гудки на линии. Вижу, что звонит Байматов.

Извини, — говорю девушке. — Мне нужно срочно идти. Если что-то узнаешь про Марка, если он выйдет на связь...Сразу тебя наберу, — обещаю. Спасибо.

Переключаю вызов. Даже сказать ничего не успеваю.

• Выходи, — хрипло требует Варвар. — Я внизу.

Беру телефон Марка, кладу в сумочку и выхожу из квартиры. Стоит открыть дверь подъезда, как взгляд наталкивается на знакомое авто, на знакомые номера

Еще секунда — появляется Варвар.

Его взгляд впечатывается в меня так выразительно, что невольно бросает в жар. Уж слишком голодными глазами он проходится по моему лицу, по телу. Будто каждый изгиб фигуры повторяет. Каждую черту прорисовывает

Спускаюсь по ступенькам с крыльца. Подхожу ближе. И он мне навстречу шагает

— Долго, — выдает.

И за талию меня обхватывает, заключает в кольцо горячих сильных рук.

Притягивает вплотную, вжимая бедра в бедра.

Невольно дергаюсь, ощущая, что он уже заведен.

Тихо, говорит Варвар хрипло. — Куда? Мы вроде ехать собирались, — замечаю.

И все же мягко от него отстраняюсь.

Он отпускает. Наблюдает за мной исподлобья.

Да, — замечает. — В ресторан. Хорошо, киваю. — Мне нужно серьезно с тобой поговорить. Я понял.

Открывает мне дверцу, помогает занять сиденье. Но при этом проходится ладонь ниже поясницы. Выразительно. Сжимает ягодицу.

Дамир! — выпаливаю. Чего? — спрашивает хрипло.

Ближе ко мне подается. Лицо зарывается в волосы на затылке. Пряди в кулак собирает, отводит, оголяя заднюю сторону шен

Целует туда. Слегка кожу зубами прихватывает.

Соскучился я, — заявляет, обдавая жарким дыханием. Вчера виделись.

Мало.

Ну я не могу больше, — сглатываю, слегка отодвигаюсь и усаживаюсь на

сиденье, поворачиваюсь к нему, прибавляю тихо: — Я обьясняла.

Он так и стоит у распахнутой дверцы. Буравит меня горящими глазами.

• Я не про секс, когда ты рядом.

замечает хрипло, голову к плечу склоняет. — Нравится мне, Даже подвисаю от таких его слов.

— Да, — продолжает он, не сводя с меня глаз. — Поговорить нам надо. Серьезно поговорить, Настя.

Дорога до ресторана проходит в тишине, если не считать музыку, которую Байматов включает. Негромко. Жесткий ритм, тяжелый.

Музыка под стать ему. Будто отражение его натуры.

Замечаю, как он руль стискивает. И как сжимаются мощные челюсти. Вена на виске обозначается четче, рельефно проступает под смуглой кожей, бешено пульсирует.

Во всем его виде ощущается взвинченность. И трудно понять, с чем именно такое настроение связано. С работой или же... с тем, что он свои порывы до конца не может выплеснуть.

Приезжаем.

Байматов паркуется, помогает мне выйти из авто. Ведет к ресторану. Нас встречают на входе

Администратор заведения устраивает радушный прием.

Отмечаю, как держится Варвар. Холодно, отстраненно. Однако когда мы проходим по коридору и его крупная ладонь опускается на мою талию, там и близко прохлады нет.

— Прошу, лучший стол для вас, -

— говорит администратор.

А Байматов смотрит на него так, что тот спешит поскорее удалиться.

Тебе здесь нравится? — сразу спрашивает Байматов. Да, — киваю. — Хорошо.

Место немного пафосное, но радует, что мы куда-то выбрались. А еще отмечаю, что столики в этом зале расположены в беседках. Отгорожены друг от друга. Это значит можно спокойно поговорить. Нас никто не видит и не слышит.

Я в ресторанах только по работе бываю, — выдает Варвар. — Если ты куда-то хочешь

— скажи.

Тут нормально, — киваю. — Спасибо. На следующий раз.

К нам подходит официант. Делаем заказ. Когда он удаляется, решаю, что лучше поскорее перейти к делу.

Волнуюсь насчет Марка. Уже непонятно, либо бывший сам ввязался в авантюру своего «кумира», либо его туда втянули. Но все выглядит подозрительно

Если кто-то и может помочь, то лишь Варвар. Тем более, у него свои счеты с этим Профессором.

— Я должна тебе кое-что рассказать.

Байматов кивает, побуждая меня продолжать. Однако его взгляд скользит по мне так, что невольно начинаю сомневаться, вникнет ли он сейчас в мои слова.

Задерживается на моих губах, соскальзывает ниже к груди. Причем настолько явно впечатывается туда, что невольно поправляю кофту.

— Марк забыл у меня телефон, — сразу перехожу к делу. — Вчера.

Выкладываю мобильный из сумочки на стол.

Варвар в момент мрачнеет. Хмурится.

Надеюсь, теперь будет больше на моих фразах сосредоточен.

— Туда звонили, и я сама не знаю, как приняла вызов, — продолжаю. — Контакт был подписан «Профессор». И голос в динамике... знаешь, есть один канал в Интернете. Популярный. Он называется «Профессор XXX». И там голос у ведущегс такой же. Компьютерная обработка. Так вот — голос был такой же как на канале.

Взгляд Байматова тяжелеет с каждым новым словом.

Тот, кто звонил, искал Марка, — говорю дальше. — А утром ко мне подходил какой-то парень. Его приятель. Хотел забрать телефон. Сказал, что Марк его просил. Но... понимаешь, Марк не настолько близко с ним общался. Может что-то и поменялось. Я сама с ним мало общалась последнее время. Только мне кажется, Марк бы лично за телефоном пришел. Тот уебок, которого моя охрана забрала? — резко спрашивает Варвар. Да, — киваю. звонила девушка Марка. Искала его.

Но можно, пожалуйста, без твоих выражений? Вечером мне

И с хера ли он должен быть у тебя? — будто за долю секунды звереет.я... знаешь, я не могу так говорить, — нервно дергаю плечами. — Когда ты... ну вот так. Постоянно. С чего бы ему быть у тебя? — выдает не менее резко. Не знаю, качаю головой. -

Проблема в том, что Марк исчез. Она нигде не

может его найти. Он на тренировку не пошел, а это на него совсем не похоже. И никто из его близких друзей не знает, где он сейчас.

Заканчиваю и застываю.

А ведь... сам Байматов может быть причастен. Об этом даже мысль не мелькнула.

Он же сам мог приказать своим людям забрать Марка. Как того парня утром.

Холодею изнутри.

— Подожди, — сглатываю. — Это... все ты?

— На хер мне этот уебок? — резко бросает Варвар.

Морщусь от его грубости.

А он будто чувствует. Мрачнеет, глядя на меня. И уже совсем другим тоном добавляет:

— Не трогал его, — говорит. — И трогать бы не стал.

Не сказать, что звучит мягче. Просто немного иначе.

Перевожу дыхание.

Верю ему. Байматов не лжет. Он тяжелый человек. Характер у него взрывной.

Натура звериная, дикая. Но я чувствую, что будь он хоть как-то замешан, то не скрывал бы этого.

Варвар действует прямо. Так привык.

— Телефон проверю, — выдает он.

Вижу, как кивает. Будто подзывает кого-то. И через секунду рядом действительно оказывается охранник.

Займись, — распоряжается Байматов, передавая ему мобильный Марка. — По срочной схеме. Пробить все. Сделаем, босс.

Охранник удаляется. Но наедине мы надолго не остаемся, потому что рядом возникает официант. Приносит заказ.

Нервно тереблю бумажную салфетку.

Тревожно за бывшего. Тот «Профессор» опасен. И как только Марк умудрился ввязаться в криминал? От него точно никогда не ожидала. Его тренер раньше работал в спецслужбах. Он так своих ребят натаскивает, чтобы те даже и не думали ввязываться в какие-то темные истории. А тут вдруг такое.

Просто не верится. В голове не укладывается.

Официант отходит, а я так и сижу, сжав салфетку, бездумно глядя перед собой.

— За своего...

Хриплый голос Варвара заставляет вздрогнуть и перевести взгляд.

— За него волнуешься? — спрашивает он хмуро.

— Да, — признаюсь честно. — Он же мой друг. И звонок его девушки меня напугал.

Никто не знает, куда пропал Марк

— Найду его, — отрезает. — Не дергайся.

— А есЛи...

— Что — если?

Осекаюсь, потому как опасаюсь свои эмоции показывать. Байматову не по вкусу, что я так насчет Марка переживаю.

Но у меня все равно вырывается.

— Если с ним что-то случилось, — роняю тихо.

Дальше думать боюсь. Без того страшно.

Не случилось, — уверенно заключает Варвар. Откуда ты знаешь? Потому что с такими, — кривится. — Ничего не случается.

Хочется верить он прав.

Замечаю, как напряженно пульсирует вена на виске Байматова. Как жестко сведены его челюсти. Решаю перевести разговор на другую тему.

— Как у тебя день прошел? — брякаю.

Наверное, стоило подобрать вопрос поумнее, но сейчас ничего умнее в голову не идет.

— Нормально, — выдает Варвар.

А чем ты вообще занимаешься? — спрашиваю. — Практику тогда оформляли на охранное агентство. Это твой... бизнес?

Чуть не прибавляю «легальный» бизнес. Вовремя успеваю исправиться.

— Зачем тебе это? — хрипло выдает Байматов.

Пристальный взгляд впивается в меня.

Просто, — невольно пожимаю плечами. — Разговор поддержатьТы ешь давай.

Он переводит внимание на содержимое моей тарелки. Так и не тронутое. Потом снова смотрит в глаза.

— Или не нравится?

Сначала кажется, он хочет, чтобы я замолчала. А после как будто даже ухаживает.

— Другое закажи, — предлагает.

Да, с разговорами получается не очень. Но наверное, не все сразу. Нужно время.

— Все нормально, -

замечаю. Я хотела поговорить.

Поговорили.

— Узнать тебя лучше.

Он молчит. Хмурится.

Пауза затягивается настолько, что я уже готова взяться за приборы и начать ковырять содержимое тарелки, хотя мне сейчас вообще кусок в горло не лезет от волнения.

— Бизнес у меня разный, — вдруг заявляет Байматов. — Не думаю, что тебе это надо.

Ну... хорошо.

Настаивать не буду.

— Хорошо, — прочищаю горло. — Надеюсь, ты ведешь свои дела осторожно. То есть….. надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

Стоп. Что я несу? Пробую исправить ситуацию, а получается еще хуже.

Ну конечно, он знает, что делает. Побольше меня знает. И конечно, ему виднее, как свои дела вести.

«Лучше» было бы только выдать что-то вроде «надеюсь, ты не загремишь за решетку» или «надеюсь, тебя не пристрелят в одной из твоих криминальных разборок».

Извини, — выпаливаю, чувствуя себя полной идиоткой, тяжело вздыхаю. Настя, — он вдруг усмехается. — Мой бизнес по закону оформлен. Все четко. За меня тебе точно волноваться не надоУгу, — согласно киваю.

Краснею до корней волос.

А Байматова это похоже забавляет. Моя реакция. Мое смущение. Он жадно за мной наблюдает. И в какой-то момент ощущаю неловкость уже по другому поводу. Уж слишком его глаза горят. Интерес становится откровенным.

Однако все резко меняется.

Вижу, как он переключает внимание. Немного в сторону. Отводит взгляд от меня и смотрит куда-то за мою спину.

Выражение его лица меняется за считанные секунды.

Байматов будто каменеет. Еще секунду назад расслабленный, вальяжный. Сейчас он в момент становится собранным, напряженным.

Такое чувство, будто хищник застывает перед резким броском вперед.

На кого это он так смотрит...

Невольно оборачиваюсь. Вижу позади какого-то мужчину в костюме. Высокий Крупный. Под стать самому Байматову.

Он кажется смутно знакомым. Но не могу вспомнить, где могла его видеть.

Сейчас этот человек приближается к нам

Ощущение от него тяжелое, подавляющее. Поворачиваюсь и вижу, что Варвак встает. Шагает так, будто закрывает меня собой.

Незнакомец подходит к нему.

Они ни единого слова не говорят друг другу. Но просто от того, как держатся, как смотрят друг на друга, уже будто искрит.

Атмосфера в зале меняется. Резко. Ощущение будто надвигается гроза.

Наблюдаю, не шелохнувшись. Перевожу взгляд с одного на другого, и сердце дико колотится в груди. Кожей чувствую накал, исходящий от этих двоих.

А еще не могу не отметить очевидное.

Крепко сжатые кулаки. Плотно стиснутые челюсти.

Кажется, будто искры достаточно, чтобы здесь громыхнуло. По-настоящему.

Ледяные мурашки ползут у меня по спине.

Что происходит?

У меня полное впечатление, будто прямо сейчас здесь может разыграться драка.

Не важно, что мужчины одеты в элегантные костюмы. Похоже, весь этот призрачный налет цивилизации может слететь за секунду.

— Ты перешел черту, — вдруг заявляет незнакомец.

Голос у него низкий, хриплый. От ледяного тона пробирает до дрожи.

Знаешь, что бывает с теми, кто мою семью трогает, — чеканит он. — Словом или делом. Не важно. Я такого не прощаю.

В напряжении слушаю его.

Какая-то догадка вспыхивает на краю сознания, но сейчас не успеваю ухватить и раскрутить эту мысль, слишком сильно поглощена разворачивающейся передо мной сценой. Тревога зашкаливает.

— И я не прощаю, — резко выдает Варвар. — Когда мое трогают.

Повисает пауза.

Воздух становится до такой степени накаленным и плотным, что хоть ножом разрезай.

Твое? — оскаливается незнакомец, медленно качает головой. — Лихо ты это все провернул. Только я уехал.

Какая схема? — мрачно бросает Байматов. — Твой сын оборзел. Другого бы за такое...

Каждое слово будто выплевывает.

Повезло подонку, что у него фамилия Аверин, — припечатывает. — Сутки ему дам, чтобы из страны проваливал. Иначе никто ему не поможет. Даже ты.

Аверин.

Это Аверин.

Отец Сергея Аверина, того мерзавца, который хотел меня убить.

Охренел? — рявкает Аверин.

Наступает на Варвара.

И тот тоже шагает вперед.

— Ты у меня этот стейк сейчас вместе с тарелкой сожрешь, — сквозь зубы цедит Аверин, резко кивая на стол. — Я за своего сына на куски порву. Любого, блядь.

Только я решаю, что ему делать и куда ехать. Понял?

Не понял, — рыком отвечает Байматов. Ну так я объясню.

Не знаю как Аверину-старшему это удается, но последняя фраза звучит жестче и хлеще ругательства. Его тон в момент меняет смысл самых обычных слов. От отрывистого голоса холод прокатывается по спине.

Объясни, — не менее жестко бросает Байматов, с вызовом.

Ощущение стремительно надвигающегося шторма. Кажется, даже свет в зале тускнеет. Повисает напряженная тишина.

Воздух раскаляется до предела. Становится все более плотным, густым.

И у меня создается четкое впечатление того, что хватит одной искры, чтобы рвануло.

Беспомощно оглядываюсь по сторонам.

Охрана Варвара никак не реагирует. Охрана Аверина тоже.

Заметно, что

вмешиваться никто не станет.

Сейчас даже персонал куда-то резко пропадает. Не видно ни официантов, ни администраторов, хотя совсем недавно они постоянно проходили мимо. То один, то другой.

А теперь такое чувство, будто опасаются лишний раз на глаза показаться. Не говоря уже о том, чтобы в эти разборки вмешиваться.

Музыка словно звучит тише. Или мне чудится? И разговор за соседними столиками совсем не слышно. Ни звука не доносится.

Меня начинает потряхивать от волнения все сильнее. Понимаю, что еще немного и эти двое схлестнуться между собой

Это как будто два хищника заперты в одной клетке. Каждый из них лидер. Сильный.

Мощный. И один не потерпит доминирования другого.

Такие в глотку вгрызутся. До последнего биться будут. Но ничего «своего» не уступят.

От них обоих искрит.

Жестко стиснутые челюсти. Желваки проступают под кожей, ходуном ходят. А еще крепко сжатые кулаки. И сами позы, в которых мужчины теперь застывают. Будто за секунду перед сокрушительным броском.

Неужели никто не вмешается?

Опять оглядываюсь. Безотчетно ищу чего-то. Какой-то поддержки.

Тут у меня все же сдают нервы.

— Не надо! — выпаливаю.

И вскакиваю.

Просто не могу больше спокойно сидеть, когда рядом такое закручивается.

— Не надо, — повторяю и сдавленно прибавляю: — Пожалуйста.

Варвар бросает на меня мрачный взгляд. Ничего не говорит. Но и по его горящим глазам сразу понятно, что таким вмешательством он совсем не доволен.

Аверин тоже переключает внимание в мою сторону. Хмурится. Слегка приподнимает бровь, будто удивлен, что я смею голос подать.

Возможно, мне стоит сказать еще что-нибудь. Разные варианты вертятся в голове, но ни один из них не решаюсь вымолвить вслух.

«Не здесь» крутится на уме.

Тогда получается «здесь» нельзя, а в других местах выходит можно?

Еще мелькает вариант предложить им спокойно договориться. Как-то выяснить все.

Но боюсь, это уже будет слишком будет.

Нервно смотрю то на Аверина-старшего, то на Байматова.

Под взглядом Варвара невольно опускаюсь обратно. Приседаю на стул. Тревога не спадает. Меня дико колотит.

Что будет дальше?

Байматов поворачивается к Аверину.

Ты меня благодарить должен, — говорит. — Я твоего сына спас. От уголовного срока. За убийство.

Тот молчит.

Сейчас по выражению его лица трудно что-то прочитать. На автомате отмечаю, как быстро этот человек берет свои эмоции под контроль.

• Но если бы он твоим сыном не был, — продолжает Варвар.

— С ним бы другой

разговор шел. До срока бы не дошло.

Разговор, — оскаливается Аверин и добавляет: — Мы этот разговор с тобой еще

не закончили.

Помимо воли вспоминаю, каким именно был «разговор» Варвара с Сергеем. Он попал в больницу. В тяжелом состоянии.

Нет иллюзий насчет того, какой смысл в слово «разговор» вкладывает теперь Аверин-старший.

Продолжим, — твердо бросает Варвар. Да, — кивает Аверин. — Ты не думай, я в курсе про твои... профессорские дела.

Все знаю. Об этом разговор тоже будет.

Байматов смотрит на него молча.

— Не знаю, кто вас двоих наверху покрывает. Откуда вдруг такие тяги взялись. Но выясню. И тогда — поговорим. По-настоящему.

Что? Может я чего-то не понимаю, но кажется, Аверин считает, будто у Варвара общие дела с тем самым «Профессором XXX».

О каких еще «профессорских» делах тут может идти речь?

— Поговорим, — холодно отвечает ему Варвар.

Аверин-старший проходит мимо. В другой конец зала. Занимает где-то там одну из беседок.

Байматов усаживается напротив.

Охрана расходится по залу. Кто-то выходит.

Напряжение спадает. Несколько минут — как будто ничего и не было.

Музыка играет, официанты снуют по залу с подносами.

Больше не вмешивайся в такие разговоры, — говорит Варвар, внимательно глядя в мои глаза.

Я просто хотела. Я понял, — выдает. — Не надо этого, Настя.

Согласиться с ним не могу. Но молчу. Сейчас не тот момент, чтобы поднимать спор.

Но меня и другой вопрос волнует.

У тебя есть дела, — запинаюсь. — С профессором. И в это — точно лезть не стоит, — заявляет он с расстановкой. Ответь, пожалуйста.

Он медлит. Мрачнеет. Но все же говорит:

• Нет никаких дел.

Перевожу дыхание.

— Тема закрыта, — чеканит.

Рассеянно киваю.

Чувствовала, что с этим «Профессором» Варвар не связан, но хотелось от него ответ услышать.

Ты к еде не притронулась, — замечает он. Почему? Я пробовала, — веду плечами. — Все вкусно. Просто мне совсем не хочется есть. А чего хочется? Домой, — признаюсь честно.

Да, сейчас Аверин-старший на расстоянии от нас. Понятно, что на некоторое время конфликт заморожен. Однако его присутствие рядом чувствуется на интуитивном уровне. Будто угроза нависает над нами.

— Домой, — хрипло повторяет Варвар. — Ко мне?

Его глаза сейчас как угли. Там такая жажда горит, что эта острая эмоция мне самой передается. Ум протестует, а с губ практически слетает «да».

Но я отрицательно качаю головой.

— Нет, не могу, — говорю. — Мне нужно время.

Зачем?

Краснею, не зная, как бы это сказать. Наконец, выдавливаю:

— Я еще не отошла. После всего.

Варвар смотрит очень выразительно. Напористо.

— Трахаться не будем, — выдает.

Вспыхиваю от его прямоты. Мое лицо теперь буквально горит.

Ну как так можно выразиться? В ресторане. Да, сейчас рядом с нашим столиком никого нет. Никто эти слова не слышит. Но все равно.

— Поехали, Настя, — продавливает он.

И голосом. И взглядом. И тем, как его широкая ладонь опускается поверх моей.

Сжимает, заключая в жаркий капкан горячих пальцев.

Я не думаю, что. Не трону, — чеканит твердо. — Сказал же. Ну хорошо, — выдаю. — А что там будет? Спать ляжем, — заявляет Варвар. — Хочу, чтобы рядом была.

Его слова звучат так просто, что совсем меня обезоруживают. А еще его большой палец медленно чертит круги по внутренней стороне моей ладони. Пробуждает волны мурашек.

Сама не замечаю, как отвечаю согласным кивком, и тихо выдаю ему:

— Да.

Мы едем по ночному городу.

Идет дождь. Крупные капли ударяются о стекло, расползаются будто кляксы.

Размывают огни ночных фонарей, неоновые блики вывесок. Преломляют свет фар от других машин.

Дорога поблескивает впереди будто черное зеркало.

Людей на улицах не видно. Слишком позднее время уже. Да и непогода сказывается.

А я вдруг ловлю себя на том, что в компании Варвара чувствую себя... уютно.

Вроде бы не самое подходящее слово для описания его компании. Но вот как есть.

Такое впечатление возникает. Непривычно спокойно становится. Ощущаю от него незримую силу. Мощь. Все на уровне инстинкта.

Почти ничего не знаю об этом мужчине.

Почему ты переехал в центр? — спрашиваю, проворачиваясь к нему. — У тебя же есть большой дом.

Так удобно, — бросает он, глядя на дорогу. Мне казалось, тебя там нравится.

Он же постоянно проводил время в доме, пока держал меня там. Взаперти. Почти каждую ночь возвращался. Мы неизбежно сталкивались.

Из-за работы? — роняю. Не совсем.

Байматов так и не смотрит в мою сторону. Сосредоточен на вождении, и это правильно. В дождь стоит быть осторожнее.

Тебе машина нужна, — вдруг заявляет он. Ну однажды я уже села за руль.

Та авария мне надолго запомнилась.

Тяжело сейчас представить, что раньше Варвар держал меня рядом силой, а теперь я с ним по доброй воле.

Байматов поворачивается ко мне.

— Водитель будет, — говорит.

Зачем? — невольно приподнимаю брови. — Ну то есть ты отправлял машину, чтобы отвезти меня к врачу. Но сейчас

Настя, ты не поняла, — чеканит. — Это будет твоя машина и твой водитель.

Снова переключается на дорогу.

— Нет необходимости, — начинаю.

Но закончить Варвар не дает.

Так удобнее, — замечает просто. — В универ будешь ездить. По магазинам. Куда еще тебе надо? Тогда проще все же самой учиться, — говорю. — Тем более, права у меня есть. Завтра вечером поедемБудешь меня учить? Машину тебе выберем. Какую? Какую захочешь.

Пожимает плечами, будто речь идет о какой-то незначительной безделушке.

— Не надо, — качаю головой.

Он снова смотрит на меня, как будто слегка усмехается.

— Ну значит, просто тачки посмотрим.

Дождь усиливается, когда мы подъезжаем к тому комплексу, где живет Байматов

Но нам это не мешает.

Он заезжает на подземную парковку, и мы поднимаемся наверх на лифте. В квартире Варвар вдруг прижимает меня к стене. Слегка подталкивает, а после нависает сверху, внимательно изучая мое лицо.

Тебе больше мой дом нравится? — спрашивает. Нет, — мотаю головой. — Почему? Ты спросила. Просто было интересно, — отвечаю как есть. — И знаешь, чем всякие дорогие подарки, мне лучше с тобой поговорить.

Он смотрит пристально. Слегка прищуривается.

Что? — не выдерживаю. Пиздец, выдает Байматов и оскаливается.

Или это усмешка такая? Ну да, похоже на то, его усмешка часто смахивает на оскал.

А обещал не выражаться, — роняю, выгнув бровь. Бывает, иначе не сказать, — он больше не усмехается. — Девочка-пиздец. Это

ТЫ.

Знаешь, если ты так делаешь комплимент, то звучит не очень. Не комплимент, — замечает. — Факт. А теперь — еще хуже.

— Пиздец мне, — продолжает он хрипло, в глаза смотрит. — И с тобой — пиздец. И без тебя. Ну и как это назвать? Давай, ты у меня умная. Давай, расскажи.

Молчу.

Только сердце начинает биться как-то совсем иначе. От взгляда его темного и горящего. От того, как пробирающе звучит сейчас его голос.

— Ты про дом хотела знать, — говорит он хрипло. — Там слишком много от тебя осталось, Настя.

Его губы почти касаются моих.

Пока Байматов выдает все это.

А когда заканчивает он накрывает мой рот своим. Глубоко. Жадно. Так, будто всю душу из меня вытянуть хочет. И да, у него отлично это получается.

Разум отключается. Остаются лишь голые инстинкты.

Все мои планы летят в бездну. В ту бездну, в которую меня утягивает за собой

Варвар. Темную, раскаленную, пульсирующую.

Собиралась просто побыть рядом с ним. Недолго. Уехать. Никакой близости. Разве что поцелуи. Объятья. Ничего больше. Но стоит нам прильнуть друг к другу в коридоре, разорвать эту связь уже нет ни сил, ни желания.

Его горячие губы на моих губах. Язык жестко толкается вглубь, скользит по моему языку. Переплетаемся в каком-то первобытном танце. Дразним друг друга, распаляем. Ныряем в огонь.

Его пальцы вплетаются в мои волосы. Сильнее, жестче, притягивая к себе настолько тесно, чтобы между нами ни единого свободного миллиметра не осталось.

Его мощное тело прижимается в моему. Властно, порывисто, будто закрепляя свои права, помечая территорию. Крупные ладони подхватывают меня за бедра, поднимают, удерживая под ягодицами.

Сама обвиваю его крепкий торс ногами. Прогибаюсь. Льну плотнее. Обхватываю упрямый затылок ладонями. Пальцы скользят по коротко стриженным волосам.

От нашего контакта меня пробивает до мурашек. До раскаленных импульсов, до колючих всполохов под кожей.

Да, да. Еще.

Отвечаю ему. Отзываюсь на каждое движение, на малейшее касание.

Воздух между нами стремительно накаляется. Электризуется.

Мое тело прошибает испарина.

Варвар прижимает меня сильнее. Отрывает от стены, в которую еще недавно вжимал. Шагает в сторону. Дальше. По коридору — прямо в спальню. Слегка трезвею, когда он раскладывает меня на кровати. Но просветление длится несколько коротких мгновений

А дальше — снова в омут. Глубже. Горячее. Острее. Мы срываем одежду. Он обнажает меня. Я — его.

Это все настоящее безумие. Чистое. Концентрированное. Минутная вспышка растянувшаяся до неприличия. Но прерываться или отматывать назад уже давно нет сил.

Его возбужденная плоть вжимается в меня. Давит, заставляя откликнуться, завибрировать от напряжения.

Варвар дразнит меня. Скользит по чувствительным складкам. Ведет горячим твердым членом по самому сокровенному месту, вынуждая изгибаться будто под разрядами тока.

Пальцы на ногах поджимаются. Судороги сводят низ живота.

Еще секунда и...

Он прекращает меня целовать, чтобы посмотреть в глаза.

Мои пальцы соскальзывают с его затылка. К лицу. На скулы. Ведут по четким линиям. Соприкосновение со щетиной заставляет невольно поежиться.

Да. Сейчас.

Так отвечает ему мое тело.

Но вдруг раздается трель мобильного телефона.

Блядь, — мрачно выдает Варвар.

Это тот номер, на который придется

ответить.

Рассеянно киваю. Я зависаю в таком состоянии, что размышлять хоть о чем-то очень тяжело. Вообще, не до того.

Он отстраняется от меня. Поднимается с постели. Идет за телефоном.

Переворачиваюсь на бок, натягивая на себя простыню. Закутываюсь. До меня доносятся обрывки короткого разговора.

Его фразы. Жесткие, отрывистые. Но по ним ничего толком не понять.

Ты уверен? — вдруг спрашивает Варвар.

Тишина.

— Выезжаю, — бросает холодно.

Раздаются его шаги. Ближе и ближе. Поворачиваюсь, поднимаю голову, чтобы встретить темный взгляд.

— Надо уехать, — говорит Варвар. — На несколько часов.

Киваю, приподнимаюсь. Тянусь за своей одеждой, которая повсюду разбросана.

Собираюсь одеться.

Ты чего? — выдает Байматов. Домой поеду. Зачем? — хмурится. — Оставайся тут. Ho...

Я тебя потом отвезу.

Он начинает собираться. Управляется за считанные секунды. А потом снова поворачивается ко мне.

— Хочешь закажи чего-нибудь.

Приподнимаю брови.

Еды, — продолжает он. — Или что захочешь. Я оставляю здесь охрану. Они сделают все, что надо. Ничего не надо, — качаю головой. — Ты сам приезжай. Буду.

Он подходит ко мне, склоняется и целует. Жарко, даже немного грубовато, но в то же время с какой-то затаенной нежностью. Оторвавшись от моих губ, еще трется щекой о мою щеку. Будто зверь ластится. Хищная ласка.

Провожаю его до коридора, а потом возвращаюсь в постель. Укрываюсь пледом и почти сразу проваливаюсь в сон, сама того не замечая.

Открываю глаза, когда за окном поднимается солнце. Сонно потягиваюсь, верчу головой и понимаю, что Варвара рядом нет.

Он до сих пор не вернулся.

Холодок клубится под ребрами. Мигом становится не по себе.

Что происходит?

Где он?

Когда слышится звук открываемой двери, сразу же встаю с постели, иду в коридор.

Байматов вернулся. Смотрю, как он защелкивает замок, поворачивается ко мне. В этот момент накатившее облегчение снова сменяется вспышкой острого волнения

Что-то не так.

Сразу чувствую неладное.

Какой-то он... не такой.

Словами не могу объяснить. Это все на уровне ощущений. Хотя чисто внешне тоже подмечаю некоторые детали.

Варвар мрачный. Напряженный. Непривычно бледный.

Тебя долго не было, — говорю и подхожу ближе к нему. — Все нормально? Да, — бросает коротко.

Не выдерживаю. Шагаю вплотную. Обнимаю его. Прижимаюсь губами к щеке. Кожа у него прохладная, слегка взмокшая.

Он обычно горячий. Гораздо горячее, чем сейчас.

А еще замечаю, как он еще сильнее напрягается, когда обвиваю его широкие плечи руками

Рот слегка дергается. И мускул на щеке.

И хоть его ладонь уверенно опускается и давит на мою поясницу. Все равно ощущаю, что-то не то.

Но что?

Осторожно отстраняюсь от него.

Взгляд невольно падает на мою, сползшую с его плеча, руку. Застываю, глядя на багровые следы.

— У тебя кровь, — выдаю, вскинувшись.

Смотрю на Байматова.

Но выражение его лица особо не меняется на моих словах.

— Что это... - начинаю.

Он снова приподнимает меня за талию.

— Херня, — говорит. — Несколько царапин.

Крови много. На моей руке виднеются очень заметные следы. Просто рубашка у

Байматова темная, пятен на ней не видно.

Поднимаю руку, едва касаясь, дотрагиваюсь до его плеча. Кончиками пальцев прикасаюсь. Ладонь словно повисает в воздухе.

Но даже от такого, казалось бы, совсем легко касания Варвар мрачнеет сильнее. И снова угол рта вздергивается. Будто у оскалившегося зверя.

— Что там у тебя? — бормочу.

Начинаю расстегивать его рубашку, чтобы самой посмотреть. Но он не позволяет.

Мягко перехватывает мое запястье. Слегка отводит от себя.

Царапины, — выдает. — Сказал же. Давай я просто...Ты чего так рано с постели подорвалась? — обрывает он. — Иди ложись. И я скоро приду. Вместе подремаем. Тебе к врачу нужно, — сглатываю. — Там же... что-то не то. Только от врача, — заявляет невозмутимо. — Нормально все. Дамир.

Опять тянусь к нему.

— Жди меня в спальне, — говорит.

И за собой увлекает.

До порога комнаты доводит.

— Все, — заявляет. — Ложись.

Киваю.

Пока не спорю.

Стою и смотрю, как он в ванную заходит. Слышится шум включенной воды.

Выжидаю и шагаю вперед. Приоткрываю дверь.

От того, что вижу, все внутри переворачивается.

На плече у Байматова повязка. Сейчас она почти вся кроваво-красная. Жутко даже просто смотреть.

Варвар поворачивается. Хмуро сдвигает брови.

А я захожу в ванную.

Давай помогу, — замечаю тихо. Тебе не надо этим заниматься, — отрезает он. А тебе одному неудобно. Разберусь.

Тянусь к нему.

Однако Байматов одной рукой оба мои запястья перехватывает. В капкан заключает.

Нет, — говорит твердо. Пожалуйста, — прибавляю. — Мне так спокойнее будет. Если помогу тебе. Хоть немного. А мне спокойнее, когда ты в моей кровати.

Молча смотрю на него.

— Иди, Настя, — заключает он с нажимом. — Нечего тебе в этом мараться.

Создается ощущение, будто Байматов сейчас совсем не про рану говорит.

Потряхивает меня. От волнения, от тревоги за него. Холодно внутри.

— Иди, — твердо повторяет Варвар.

Так на меня давит и голосом, и взглядом, что остается лишь рассеянно кивнуть, развернуться и уйти в спальню.

А на душе полный раздрай.

Он не разрешает мне помочь. Не разрешает даже просто остаться рядом. Не хочет, чтобы я видела рану.

Сердце судорожно сжимается.

Обнимаю себя руками, хожу по комнате, прислушиваясь к тому, что происходит в ванной. Слышу, как он включает воду. Через время снова все становится тихо.

Никаких звуков не доносится. Еще пара секунд — опять льется вода.

Ему в больницу нужно. Там столько крови.

Почему не едет?

В памяти невольно всплывают обрывки криминальных фильмов. Там бандиты не едут в клинику, опасаясь, что их поймают. По огнестрельным ранениям будет все ЯСно.

Значит... в него стреляли?

Прислоняюсь к стенке. Застываю. Внутри все переворачивается.

Он так резко уехал. Что-то наверняка случилось. Какие-то проблемы. Возможно, с тем Авериным. Или же с Профессором.

Здесь один вариант хуже другого. Просвета не вижу.

Вслушиваюсь в то, что сейчас творится за стенкой.

Опять тишина.

Не выдерживаю и выхожу в коридор. Хочу понять, как он. Что делает сейчас. И прекратилось ли кровотечение.

Вскрикиваю от неожиданности, когда буквально наталкиваюсь на Байматова.

Это так ты меня в кровати ждешь? — хрипло спрашивает он, приподнимая бровь.

Тебе в больницу надо. Мне надо в тебя.

Смысл его слов докатывается до сознания не сразу.

Дамир! Чего? Ай пусти, ты что с ума сошел?!

Он пробует меня подхватить на руки, а я как могу выпутываюсь из его захвата.

Стараюсь рану не задеть.

Байматов сейчас голый по пояс. На плече уже свежая повязка. На автомате отмечаю, что выглядит это все, будто профессионал занимался.

Мой папа хирург. Примерно понимаю, как должно быть.

Видимо, для Варвара нечто подобное далеко не новый опыт.

Зависаю, глядя на повязку. Потом на его лицо взгляд перевожу.

Тебе нельзя тяжелое поднимать, — замечаю. Ты не тяжелая. Дамир. Понял, идем.

Он обхватывает меня за талию. Увлекает за собой. Ведет обратно в спальню. Там заваливается на кровать. И меня сверху заваливает.

Его тяжелая ладонь по-хозяйски опускается пониже поясницы.

Ты говорил, что криминала нет, — говорю и в глаза его смотрю. Нет, — выдает. А это как тогда? Разное бывает. Разное?

Его ладонь движется выше по спине. Застывает между лопаток. Ненадолго. Давит, притягивая крепче. И снова скользит вверх.

Пальцы зарываются в мои волосы.

— Тебе не надо ни о чем волноваться, — чеканит Байматов. — Я всегда сумею тебя защитить.

Я не за себя волнуюсь. За меня? — он как будто даже усмехается. А что смешного? — взвиваюсь.

Пробую встать. На эмоциях аж трясет. Но он не дает мне шевельнуться. Не позволяет отодвинуться.

Теснее притягивает. Крепче. Буквально впечатывает в себя.

Ты даже не понимаешь, какая ты, — хрипло заявляет он. Какая? — роняю нервно. — Дура? Переживаю за тебя, когда повода нет. Ты же весь такой. Уверенный. И ничего тебя не пугает. Даже огнестрельное ранение. Это же от пули? От пули, да? Тише, Насть. Да что — «тише»? Ты вообще слышишь меня? Ты...Настоящая ты. Что? Ты о чем сейчас? Настоящая, — чеканит снова, продолжает медленно пропускать пряди моих волос между пальцами. — И очень красивая. Таких как ты не встречал.

Сама не замечаю, как проваливаюсь в сон.

Веки тяжелеют. Мысли путаются. Сперва просто прикрываю глаза. Ненадолго. А потом будто в бездну проваливаюсь. Ускользаю все дальше, все глубже.

Укладываюсь на груди Байматова. Крепче прижимаюсь к нему, пока он дальше мои волосы перебирает, медленно ведет пальцами по прядям.

Конечно, обстановка мало располагает к тому, чтобы расслабиться. Напряжение никуда не девается. Тревога пульсирует под сердцем. Не дает мне покоя то, что Варвар ранен. И похоже, там огнестрельное. Значит, была какая-то стрельба.

И на ум в таком случае приходит единственный вариант — криминальные разборки.

Для него в этом нет ничего особенного. Привычное дело.

A у меня сердце судорожно сжимается от осознания того, как легко могу его потерять. В один момент.

Но сейчас, находясь в его железных объятьях, ощущая мерное биение пульса, понемногу выдыхаю. Успокаиваюсь. Рядом с ним тепло, хорошо. В его руках я будто в другой мир попадаю. Закрытый. Уютный. Только наш.

Байматов засыпает. Его дыхание становится тише, выравнивается. И я тоже уплываю в сонное забытье вместе с ним.

Короткий покой нарушает вибрация телефона.

Сперва звук раздается словно где-то вдалеке. Едва различимо. Но стремительно нарастает, становится все громче.

И вот уже над самым ухом дребезжит.

Невольно морщусь. Приподнимаюсь.

Ладонь Байматова соскальзывает с моего затылка. Он достает телефон из кармана брюк и кривится.

— Блядь, — выдает мрачно. — Надо ответить.

Через секунду он уже совсем другим тоном выдает:

— Да.

Так рявкает в трубку, что невольно сжимаюсь. Его манера говорить едва ли сочетается с тем, как он сейчас по моей спине пальцами скользит. От шеи до лопаток. Нежно дотрагивается, едва касаясь. Чертит незримые линии.

Внимательно наблюдаю за Байматовым. Не слышу, что именно ему сейчас по телефону говорят. Но видно, ничего хорошего.

Выражение лица меняется. Как будто ожесточается. Он мрачнеет. Его челюсти сжимаются крепче. Вены на шее раздуваются от напряжения

— Нет, — наконец, выдает. — Сворачивайте поиски.

Кажется, ему возражают. Ведь в следующий момент Варвар жестко выдает:

— Нет, блять. Мы только зря время потратим. Ничего не найдем. Да, нехер впустую ресурсы тратить.

О чем он? Поиски?

Почему-то думаю про Марка.

Что случилось? Люди Варвара вышли на след, а он считает, нет смысла тратить время? Или это вообще о чем-то другом?

— Жив, — цедит Байматов. — Нутром чую — жив. Но это ненадолго.

Холод разливается под кожей. Становится все тревожнее. Решаю, что как только он закончит разговор, сама у него спрошу.

— Новый ролик? — хмыкает мрачно. — Ну вот я же говорил. Сейчас посмотрю... стоп, а что по тому пацану?

Каждое слово ловлю.

Жаль из динамика ничего не доносится. Не представляю, что именно рассказывают Байматову.

Однако я чувствую, как его ладонь застывает на моем плече. Пальцы больше никуда не скользят.

— Да, вытягивай, — вдруг бросает он и на меня взгляд переводит. — Отправь туда нашего человека.

Еще несколько коротких реплик, по которым можно лишь спутанные догадки строить. А потом Варвар убирает телефон.

— Есть новости про Марка?

— спрашиваю.

— Есть.

А в начале разговора, — сглатываю. — Ты сказал, что надо все сворачивать. Но ты чувствуешь, он жив. Это... тоже про него?

— Нет.

Теперь картина понемногу складывается.

Фраза про ролик. Какой-то новый ролик вышел. Наверное, речь про канал Профессора?

Спрашивать не решаюсь.

— Блядь, — холодно выдает Варвар.

Поднимается, аккуратно отстраняется меня от себя.

— Что случилось? — спрашиваю.

Он не отвечает. Идет в другую комнату.

Шагаю следом. Смотрю, как Байматов включает телевизор. Мрачнеет, глядя на экран.

Хочу еще раз спросить его, но застываю.

Это же Марк. В наручниках. Его выводят на улицу, усаживают в полицейскую машину.

Холод разливается внутри. Еще сильнее.

— Нашелся твой бывший, — заключает Варвар.

Прибавляет звук.

Вслушиваюсь в репортаж. С трудом воспринимаю ту информацию, которую там говорят.

Ограбление ювелирного. Тяжело раненные охранники.

Хаотично мелькают кадры. Разбитое стекло. Пистолет. Лужи крови на полу.

Драгоценности разбросаны.

Пропало ожерелье, — взволнованно заявляет какой-то мужчина в костюме, он совсем бледный, будто ему воздуха мало, ослабляет галстук, словно начинает задыхаться. — Оно не для продажи. Выставочный экспонат. Нам его доставили из центрального офиса. Временно. Всего на несколько недель. И тут такое...Значит, у грабителя были сообщники? Не знаю, — качает головой мужчина. — Не знаю. Но это ожерелье стоит целое состояние. Кто нам его теперь вернет? Будем надеяться, полиция найдет всех, кто замешан в ограблении.

Камера снова переключается. Захватывает вид магазина издалека.

А в следующий момент на экране появляется диктор. Дает какую-то общую информацию насчет ночного налета.

Перехватываю взгляд Варвара.

Марк не мог, — качаю головой. — Он бы никогда. Он не...Дай угадаю, — кривится. — Не такой? Он правда...Ты знала, что он в банде? Нет, но...Настя, — обрывает. — Твой бывший влез в криминал по полной. Его втянули. Обманули как-то. Не знаю, ошущаю как накатывает

беспомощность. — Ему промыли мозги. Сам бы он никогда не стал на такое идти.

Просто так к Профессору никто не попадает. А ты? У тебя же тоже были какие-то разборки этой ночью. Или ты скажешь, это другое? Меня не касается? Да, — отрезает коротко.

Судорожно выдыхаю.

А чего я ждала? Что он со мной поделится бандитскими делами?

Говори, — выдает Байматов. О чем? — невольно дергаю плечами. Что ты там себе накрутить успела? Ничего.

— Настя.

Я уверена, что Марка в это насильно втянули. Он не понимал, куда идет. А ты так говоришь, будто... ну понимаешь, ты ведь тоже не всегда свой бизнес честно ведешь.

Молча смотрит на меня.

Ну вот, — развожу руками. Одно дело — быть бандитом. Другое — ловить их, — неожиданно замечает Байматов. И ты. Я бывший мент, Настя, — оскаливается. — Как думаешь?

В памяти всплывает ролик Профессора. То видео, где он про Варвара рассуждал. О том, как тот пытается быть «хорошим».

Но вот «полицейское» прошлое оказывается для меня шоком. Про такое не думала.

Я не верю, что Марк мог стрелять в человека, — говорю тихо. Это проверят. Ты можешь думать, будто я просто пытаюсь его выгородить, но... я знаю, какой он человек. Мне кажется, он вляпался в эту историю по случайности. А когда решил выйти из игры, его не отпустили. Поглядим, — заявляет отрывисто.

Смотрит на часы.

— Мой водитель отвезет тебя домой, — продолжает Варвар, снова глядя в мои глаза.

Рассеянно киваю.

А он шагает ко мне вплотную.

Я бы задержался, но слишком много дел сегодня, — говорит, накрывая мою талию горячей ладонью. Хорошо, — киваю. — Я могла бы сама доехать. Не проблема. Нет, сейчас лучше тебе быть под присмотром. Подожди. Что это...Считай, это временные меры безопасности.

Байматов дает понять, что все решено.

Он накрывает мои губы своим ртом. Целует жадно, долго, глубоко. Толкает язык вглубь. Будто всю меня одним этим движением берет.

А после отрывается с неохотой.

— Береги себя, — замечаю тихо. — Пожалуйста.

Уже дома открываю свой лэптоп, захожу на канал Профессора. Открываю самое последнее видео. И с первых кадров подвисаю.

Кажется, теперь понятно, что именно произошло ночью.

На экране опять возникает та жуткая черная маска. Но лишь на долю секунды.

Дальше идет резкий световой переход. Теперь в кадре череп. Сперва обычный.

После он вдруг начинает сверкать и переливаться. Становится заметно, что маска словно покрыта бриллиантами. Ну или это другие камни. Однако уж слишком ярко они переливаются под лучами софитов.

Невольно всплывают в памяти кадры репортажа с места ограбления, где полиция схватила Марка.

Разбитые витрины. Драгоценности под стеклом.

И кровь.

Невольно морщусь. От тех воспоминаний и от вида этого черепа, который до сих пор мелькает на экране, рефлекторно передергивает.

— Я мертв, — гремит голос, преображенный компьютером.

Жесткий, механический

Это единственная причина, по которой вы смотрите это видео. Иначе мои

помощники никогда бы не выложили его в сеть.

От того, как отбивается каждое новое слово в динамиках, у меня по плечам бегут ледяные мурашки.

— Прощайте, — заключает череп.

Экран гаснет. Начинает играть похоронная музыка. И становится уже совсем не по себе от настолько мрачного перехода.

Собираюсь выключить, но не успеваю. Взгляд цепляется за таймер на этом ролике.

Там еще прилично времени впереди

Траурная мелодия резко обрывается.

Череп на экране вдруг преображается. Начинает хохотать. В тот же момент из динамиков слышится смех. Будто из преисподней. Звук жуткий, пробирающий.

Такое разве что в фильмах ужасов услышать можно.

Меня аж передергивает.

Обнимаю себя руками, вжимаюсь в спинку кресла.

— Вы что, реально повелись? — спрашивает скрежещущий голос. — Поверили, что меня можно так просто убить?

Череп исчезает, сменяясь на черную, слегка поблескивающую маску, камера медленно отъезжает назад. Теперь видно, что человек сидит в кабинете. За столом, слегка наклонившись вперед, сцепил руки в замок.

Взгляд падает на ладони. Его пальцы.

Видно, он больше не в перчатках.

Странно. А как же привычная конспирация?

Хотя это все еще ничего не означает. Это ведь снова может быть нанятый для роли актер.

Ночь выдалась жаркой, — заключает Профессор. — Аттила вплотную ко мне подобрался. Мы даже оставили друг другу автографы на память.

Он вдруг поднимает руку, разворачивает внутренней стороной ладони в кадр. На светлой коже виднеется глубокий уродливый порез. Шов наложен, но рана кровоточит.

Аттила...

Теперь точно нет сомнений, какого именно «варвара» Профессор имеет в виду. Это явно не исторический персонаж.

— Как твое плечо? Не беспокоит? — издевательски выдает в камеру.

Взмахивает раненной рукой, будто приветствует.

— Скажите спасибо моему приятелю. Впервые в кадре лично я. Собственной персоной.

Он откидывается на спинку кресла.

— Или вы думали я всегда вас тут развлекал? Нет, конечно. Спектакль отыгрывали специально нанятые актеры.

Забрасывает ноги на стол. Занимает вальяжную позу.

Камера подьезжает ближе. Опять берет крупный план.

Кто заметил? Уверен, таких наблюдательных зрителей можно по пальцам пересчитать. Кстати, если вы оказались в их числе, то отправьте заявку. Моя команда рассмотрит вашу кандидатуру без очереди. Но вообще, люди ничего реально важного не замечают. Хочешь скрыть что-нибудь? Прямо выложи это.

Поставь на самое видное место. Это то, чем я занят постоянно. Путаю следы так, что их никто не просекает. Кроме Аттилы, конечно. Он единственный и в мою смерть не поверил, потому я решил, что отрицать очевидное нет смысла. Лучше продолжим нашу схватку. Поднимем ставки.

Профессор опять показывает руку.

Вот он я, — говорит. — Давай, поймай меня. Только ты один и сможешь. Хотя

после этой ночи каждая собака будет на хвосте. Шарить, вынюхивать. Но у них не выйдет даже немного приблизится. Мы оба понимаем. Там и мозгов ни у кого нет, и кишка тонка.

Он вдруг достает какой-то темный объемный мешок. Выворачивает содержимое на стоЛ.

Камера перемещается. Берет крупный план.

У меня невольно глаза расширяются.

Сколько же здесь... всего. Серьги, кольца, ожерелья, браслеты. Даже какая-то тиара. Именно ее Профессор вдруг подцепляет пальцами. Стискивает крепко, настолько сильно, что вероятно, рана на его ладони открывается. Снова идет кровь.

Багровые капли срываются с пальцев, стекают, пачкая бриллианты.

Не уберег, Аттила, да? И это только начало. Признаю, ты близко ко мне подобрался. Гораздо ближе, чем кто-либо прежде. Ближе всех. Но давай посмотрим правде в глаза, ты облажался. Ранил меня. Почти поймал. И что с того?

Камера отъезжает. Кадр снова меняется.

Профессор разворачивается, убирая ноги со стула. Сгребает драгоценности обеими руками.

— Все это — мое. Пока ты ждал меня в одном месте, я был всюду. Мои ребята вскрыли каждый крупный ювелирный города. Собрали для меня урожай.

Что?.

Было же только одно ограбление. То, где поймали Марка.

И еще возможно, второе. Ну да. С той тиарой. Похоже именно ее поручили охранять Варвару.

Тут вспоминаю про охранное агентство Байматова.

Видимо, там все серьезно. Это не прикрытие для темных дел. Он действительно занимается охраной.

Но о каких еще ограблениях говорит Профессор?

— Конечно, в новостях вам и половины правды не расскажут. Но вы же понимаете, что все эти побрякушки откуда-то взяты. И кстати, никто из ребятишек не попался.

Один слабак не в счет.

Это он что... про Марка?

— Вам постоянно врут. Все. Везде. А знаете почему? Потому что так вами проще управлять. Или вы всерьез полагаете, будто мэр прямо сейчас выйдет с обращением? Выдаст вам правду? Заявит, что полиция, которая должна вас защищать, в реальности абсолютно ни на что не способна? Признает реальное положение вещей? Да, господа, посмотрел бы я на эту смехоту. Вот это была бы умора. Но еще смешнее то, что никакого преступного синдиката нет. У них не получается никого поймать по единственной причине. Мы обычные люди. Мы пришли взять свое. По праву. Кто сильнее, тот и прав. Так в мире устроено. Плевать на мораль. Вы же видите, как нас имеют каждый день. Ну и чего нам ждать?

Настало время навести порядок. Кто с нами? Вступайте в клуб. Ссылка в описании.

Вы знаете, где меня найти.

Слушая все это, не верю, будто кто-то поведется.

Человек сидит и рассказывает, как его команда успешно ограбила несколько ювелирных магазинов. При том «продажные» все остальные.

Ну это же бред.

Автоматом жму на комментарии, разворачиваю ленту под видео, и понимаю, что этот бред людям заходит. Еще как.

Нет, комменты можно накрутить, но тут кажется, не тот случай. Они все разные.

Новые регулярно добавляются. Их очень много. Как и счетчик просмотров под видео стремительно растет.

— Спешите, — замечает Профессор. — Набор скоро будет закрыт. Мы ценим качество наших ребят. И если вы хотите попасть в десятку, то для начала хотя бы оторвите задницу от стула.

Он небрежным жестом отбрасывает тиару.

— А теперь личное послание. Для моего лучшего друга, — цедит Профессор, и хоть его маска больше не преображается в череп, ощущение даже от обычной черной именно такое, гнетущее, мрачное, подавляющее. — Аттила, ты понял, ставки растут. Ты зацепил меня. Слегка. Но зацепил. А я такое не прощаю. Никому. Даже самым близким друзьям. Ты забрал часть... моего покоя. Так что будет честно, если теперь я заберу у тебя самое дорогое.

Он поднимает указательный палец. Его рука окровавлена.

— Назад дороги нет, — заявляет. — Игра в разгаре.

Резкий переход — снова мелькает череп. А после видео наконец обрывается.

Снова перевожу взгляд ниже, на комменты, которые продолжают добавляться. Там все в полном восторге от Профессора.

Общее настроение — молодец, что нагнул систему.

Какую систему? Сетку ювелирных?

Или надо все ролики смотреть. Подсесть. Тогда не увидишь никаких логических нестыковок.

Наверное, так.

Листаю комментарии. Пару критических тоже подмечаю. Однако все они тонут в массовом одобрении.

Нервно мотаю головой. Возвращаюсь к описанию под роликом. Клацаю на ссылку, где сайт Профессора.

Там на главной отображается счетчик регистраций. Еще и карту показывает.

Интерес к этому каналу из самых разных стран мира.

Хочется верить, что тут накрутка. Но я понимаю, реальных регистраций тоже много.

Людям хочется адреналина. Они считают этого Профессора настоящим героем, судя по тому, что пишут ему под роликом.

Немного изучив сайт, понимаю, что он не просто так сказал про «десятку». Набор идет именно в группы по десять человек. Если человека после заявки принимают в команду Профессора, то дальше идет именно такое разделение. На «десятки».

Вероятно, так проще их всех обрабатывать, промывать мозги. Возможно, и мой бывший попал в подобную группу. А после, когда захотел выйти из игры, оказался «слабаком».

Марка могли подставить. Против Варвара Профессор тоже обозлен. И сильно.

Видно, не все у него настолько хорошо складывается, как он показать хочет. Иначе бы не показал столько эмоций на видео.

Решил забрать самое дорогое.

Бизнес? Деньги?

Эти варианты приходят после.

Первым всплывает — жИЗНЬ.

Профессор намерен устранить Байматова. Физически. И у меня все внутри сжимается от этого чудовищного осознания.

Экран гаснет, а я так и продолжаю смотреть в одну точку, пока из тревожных мыслей меня не вырывает звонок. Смотрю на мобильный.

Это девушка Марка.

Да, — говорю, принимаю вызов.

Настя, он не мог, не мог, — бормочет она сквозь рыдания. Это все какая-то

подстава. Ну не мог он так! Еще и в человека стрелять. Не верю..

— Я тоже не верю.

Рыдания в динамике немного затихают. А после слышится тихое:

— Правда?

Она как будто удивлена моими словами.

Да, — повторяю уверенно. — Не представляю, чтобы Марк ограбил ювелирный.

Если только... кто-то его заставил. Не знаю, шантажировал. Принудил. Угрожал чем-то.

Она молчит.

Даже смотрю на телефон, не оборвался ли вызов. А после зову ее.

Слушай, Насть, мы можем где-то встретиться? — вдруг выдает она.

— Это не

займет много времени.

— Давай, конечно.

Учеба еще не началась. В универ мне не нужно. Но сейчас вообще не до того.

После таких-то новостей.

Где? — спрашивает девушка. Тебе удобно подъехать ко мне? — спрашиваю. — Тут рядом есть кафе. Можем там посидеть. Да, конечно. В пять тебе подойдет? Нормально. Значит, до встречи.

Отключаюсь.

Почти сразу на экране всплывает входящее сообщение от Байматова.

«Водитель сейчас доставит тебе таблетки»

Какие еще...

Звонок в дверь.

Поднимаюсь, задерживаюсь перед дверью, глянув в «глазок». Узнаю этого человека. Он отвозил меня в клинику. И после тоже забирал от Байматова.

Открываю.

— Это вам, — говорит водитель.

Вручает мне небольшой бумажный пакет. А после, едва принимаю его, водитель откуда-то сбоку берет большой букет цветов. Прямо с вазой.

— Давайте занесу, — выдает.

И когда я невольно отступаю к стене, он проходит по коридору.

Где поставить? — уточняет. — Здесь или в другой комнате? Можно здесь.

Он оставляет цветы в зале. Кивает мне и выходит за дверь.

Закрываюсь.

Смотрю на роскошные розы. Испытываю очень смешанные

ощущения, потому что до меня доходит, какие именно таблетки водитель мне принес.

Те самые. От врача. Гормональные контрацептивы.

Даже смотреть в этот пакет не хочется. Оставляю его на тумбу.

Цветы красивые, конечно. Очень. Но вся эта ситуация...

Напоминаю себе о том, что иначе Байматов не привык. Наверное, для него подобный жест уже значительный прогресс.

Телефон вибрирует.

На дисплее — Варвар.

Какие у тебя планы на вечер? — спрашивает он, едва отвечаю на его звонок. Еще не знаю, — говорю. — В пять должна встретиться с девушкой Марка. Зачем?

Прикусываю язык, чтобы лишнего не сболтнуть.

Мне кажется, девушка что-то вспомнила. Что-то важное. Такой у нее был тон, если я верно почувствовала.

Могу и ошибаться.

Однако стоило мне заговорить про угрозы и шантаж, про то, что оставался вариант, что Марка могли принудить пойти на то ограбление, как она сразу предложила встретиться.

Но сказать об этом Варвару сейчас... вот так. Ему это не понравится. И тогда могу упустить нечто важное.

Насть? — нетерпеливо выдает он. Ей тяжело, Дамир, — говорю. — Она плачет. Тоже не верит, что Марк мог такое сделать. И что? — мрачно бросает Байматов. — Ты с ней даже не общалась. Как это? Мы знакомы...Настя, — очень внушительно выдает он.

И становится понятно, что высока вероятность — девушка Марка уже прошла проверку людей Байматова. Как и другие люди вокруг меня

Собирать информацию он умеет.

Не зря ведь работал в полиции.

Бывший мент. Так он сам сказал.

Хотя тяжело в это поверить. Но именно такой расклад многое мог бы объяснить.

Например, то, сколько у него связей в «органах». Достаточно вспомнить, как в самом начале нашего знакомства один из представителей правоохранительных структур ему помог. Уничтожить улики.

Почему я не могу встретиться с ней? — спрашиваю прямо. Сейчас не время. Что это значит? Я приставил тебе охрану. Помню, ты говорил. Другую охрану. Дополнительно. Рядом с тобой теперь всегда будут мои люди.

Везде.

Холод ползет по спине.

Что?.

Ты что-то узнал? — выдаю. — Есть угроза? Ты можешь встречаться с кем угодно, но рядом с вами будет мой человек, спокойно заявляет Байматов, пропуская мой вопрос.

Но его реакция и есть ответ. Верно?

Тянет взбунтоваться против таких правил. Однако потом всплывают в голове угрозы Профессора.

Кто знает, как именно этот пугающий тип понимает «самое дорогое»?

Это может быть, автомобиль. Или дом. Или... я.

Он же наверное, следит за своим врагом. Знает, какие у него интересы. Так что под прицел могу попасть и я.

Байматов думает именно так, раз приставил ко мне охрану? Сразу. Еще до этих событий. А после усилил. Несколько раз.

— Все под контролем, Настя, — говорит Варвар, будто мысли мои читает.

Хочется ему верить. Очень хочется.

Но у Профессора столько отбитых последователей. Их комментарии до сих пор мелькают перед глазами. Тошнота невольно подкатывает к горлу. Там же будто фанатики. Им только отдай приказ.

Думаю про семью. Про сестру, которой даже позвонить не могу. И до выходных мы вряд ли сможем связаться.

— Надя, — выпаливаю. — Я за сестру теперь переживаю.

Почему-то становится очень тревожно. До этого вроде спокойна была, а тут меня паника захлестывает. В один момент.

Решу, — говорит Байматов. И... может ей лучше вернуться обратно в город? — растираю затылок ладоньюВолнуюсь за нее. Там вся эта дикая природа. Мало ли что может случитьсяОрганизую охрану. Хорошо, спасибо. Если можно, пусть ей дадут телефон. Пусть она мне позвонит. Да, — отвечает он. Спасибо. Вечером я сам к тебе заеду.

Поговорив с ним, все-таки испытываю некоторое облегчение.

Убираю мобильный в карман. Взгляд падает на пакет с таблетками. Ладно, нужно посмотреть, что мне выписали.

Беру пакет, иду в зал, присаживаюсь на диван. Напротив вазы с цветами. Приятный аромат роз, нежный, свежий и слегка сладковатый уже начинает заполнять пространство вокруг. Немного расслабляет.

Изучаю содержимое пакета. Достаю несколько упаковок с таблетками. Предписание на полгода

Но тут есть еще кое-что.

Мои пальцы наталкиваются на коробку, обитую кожей. Достаю и подвисаю. Не думала, что здесь есть еще что-то кроме противозачаточных.

Открываю и замираю, глядя на кулон.

Ладонь сама тянется вперед. Мой указательный палец скользит по изящным контурам золотого кулона.

Это же... мои инициалы.

Ну да. Буква «А» слегка изогнута, но очень узнаваема, а вот рядом переплетается с другой буквой. Заглавной буквой моей фамилии.

Необычная работа.

Несколько крупных камней поблескивают и переливаются яркими огнями. Кажется, это бриллианты.

Достаю кулон, за ним тянется золотая цепочка. Медленно украшение верчу в слегка подрагивающих пальцах.

Такого подарка от Байматова не ожидала.

Откладываю кулон обратно в коробку. Набираю ему. Гудки идут, ответа нет.

Наверное, занят.

Вызов обрывается, но вскоре приходит сообщение.

«На совещании».

Я так и поняла.

Еще секунда и на экране всплывает новое уведомление.

«Срочно?»

Нервно улыбаюсь.

«Вечером поговорим» — такой ответ отправляю.

Эмоций все больше. И все труднее в них разобраться. Вроде бы пытаюсь, но лишь сильнее запутываюсь. Увязаю.

Ладно, надо проверить почту. Хоть до выхода в универ еще есть время, туда могло прийти что-то важное. Последние дни я вообще входящие не смотрела.

Открываю нужную вкладку, обновляю страницу и подвисаю.

Вот это сюрприз..

Я подавалась на несколько учебных программ заграницей. Еще в середине прошлого учебного года. Ответа ниоткуда не ждала.

Преподаватель сказала нам пробовать свои силы. Подавать заявки просто, чтобы был опыт. Заполняются анкеты на английском. Заодно будет хорошая практика языка. Причем пользоваться нейросетью нельзя. Это отслеживают. Такие заявки система не пропустит для отбора. Но я даже не думала как-то хитрить. Интересно ведь собственные знания проверить.

Заполнила все, отправила. Прошло столько месяцев. Никакого ответа не получила.

Уже и думать об этом забыла, как вдруг — письмо от одной из тех программ.

Сначала даже не понимаю, кто это меня приглашает пройти курс обучения, а потом вчитываюсь и вспоминаю, что подавалась на эту самую программу.

Они ответили. Даже не верится.

Несколько раз пробегаю взглядом по строчкам. Отмечаю, что есть два варианта обучения. Первым можно воспользоваться прямо сейчас. Гарантия зачисления на предстоящий курс. Однако есть проблема.

Надо самому оплачивать перелет, общежитие, учебные материалы. Одна цифра за другой выстраиваются в довольно внушительный счет.

Конечно, само обучение бесплатное. Такой шанс далеко не каждому выпадает.

Необходимо сперва пройти серьезный отбор.

И у меня получилось.

Но эта сумма... слишком много.

Конечно, родители мне помогут. Стоит только рассказать им. Деньги найдутся, но я не уверена, что хочу так.

Если бы получить программу с полным финансированием, тогда совсем другое дело.

Это как раз второй вариант, о котором рассказывает письмо. Здесь все включено.

Никаких расходов не потребуется.

Однако нужно составить собственный мини-проект, подать его на рассмотрение.

Вместе с мотивационным письмом.

Изучаю условия.

Почему бы не попробовать?

В это обучение входит короткий курс по правам человека. Шесть месяцев. Мини-проект должен быть по одной из ключевых заявленных тем.

Распечатываю список. Так мне удобнее. Когда все на бумаге, можно в руках подержать. Отмечаю галочками темы, которые вызывают у меня отклик.

Ладно, теперь надо набросать хотя бы примерный план.

Отвлекаюсь, когда в голове мелькает мысль — а что, если меня реально выберут?

Уехать в другую страну на шесть месяцев.

Я никогда так надолго не уезжала от семьи.

Бурное воображение уже прорисовывает в голове самые разные картины. С одной стороны — интересно посмотреть другую страну, узнать новую культуру. И главное

— это классная возможность язык тренировать, по учебе двинуться вперед. Ну и на будущее, даже короткий курс в таком универе, будет хорошо смотреться в моем резюме

А с другой стороны — целых шесть месяцев далеко от семьи.

Грусть накатывает от одного лишь осознания.

Стоп. О чем я вообще думаю?

Невольно смеюсь над собой

Меня еще никто не выбрал. Места для второго варианта программы ограничены.

Понятно, почему.

Какой шанс, что именно меня выберут и дадут финансирование?

Почти нулевой.

Я участвую ради опыта. Ну и еще это отвлекает от тревожных мыслей насчет Марка, от предстоящего разговора с его девушкой, где я надеюсь хоть что-то немного прояснится.

Все время перед намеченной встречей занимаюсь планом проекта. Заодно набрасываю черновую версию мотивационного письма.

Срок подачи ограничен. Две недели. Так что стоит поторопиться, чтобы не заканчивать все в последний день, когда время поджимает.

Настолько увлекаюсь, что даже немного опаздываю. Задерживаюсь минут на десять. Когда захожу в кафе, девушку Марка не вижу.

Почти все столики пустуют. Присаживаюсь за первый подвернувшийся мне по пути.

Мигом подходит официант. Заказываю кофе.

Поглядываю по сторонам. Снова смотрю на часы. Наверное, она тоже задерживается.

Еще раз проверяю телефон. Ни пропущенных звонков, ни каких-то сообщений от нее ет.

А вдруг она пришла вовремя и не дождалась меня? Нет, вряд ли. Тогда бы набрала

MHC.

Да и опоздала я на минут десять, не больше.

Решаю набрать сама. Звоню — телефон отключен. Набираю несколько раз, но ничего не меняется.

Тут уже становится не по себе.

До Марка я тоже сперва не могла дозвониться.

А дальше... стало слишком поздно.

Прячу телефон в сумку.

Может у нее мобильный разрядился?

В любом случае подожду еще. Хотя бы полчаса.

Настолько глубоко ныряю в свои мысли, что даже не сразу замечаю заказ, который официант мне уже принес.

Кофе успевает остыть.

Поворачиваюсь в сторону каждый раз, когда открывается дверь кафе, но девушка, которую жду так и не появляется.

Десять минут. Двадцать.

Мои брови взлетают вверх, когда на пороге появляется Варвар.

А он что здесь делает?

Байматов замечает меня в тот же момент, что и я его. Сразу друг друга выхватываем глазами. После он шагает к столу, присаживается напротив. Смотрит на мою грудь. Невольно опускаю взгляд ниже.

Да, точно. Его подарок.

Я надела кулон.

Спасибо, — улыбаюсь, накрывая драгоценность пальцами, рефлекторно

прохожусь по граням украшения. — Это очень красиво.

— Я рад, что понравилось.

Мой взгляд снова падает на телефон.

Полчаса уже пролетели.

Конечно, девушка может появиться и позже. Но почти в это не верю. Как-то странно все складывается.

Я должна была встретиться с девушкой Марка, — говорю. Я помню, — слегка кивает Байматов. Похоже, она не придет. Не придет, — мрачно соглашается он. Стой, ты... - начинаю и запинаюсь. — Это ты помешал? Ты говорил с ней? У нее телефон отключен, и я... не знаю, что думать. Ее машина сбила, — заявляет Варвар. Что? — выдаю пораженно. Час назад. Видимо, по пути к тебе. Нет, я, — нервно качаю головой.

Слова на исходе.

— Как она? — роняю глухо.

Страшно спросить то, о чем думаю на самом деле.

Она….. жива?

Забрали в больницу, — отвечает Байматов. — В тяжелом состоянии. Она без

сознания. В ближайшее время не сможет дать никаких показаний.

— А тот водитель, — выдаю тихо.

Скрылся с места преступления, зафиксировали. Временный сбой.

замечает.

Камеры ничего не

Надо же как все «удачно». Именно в этот момент. Таких совпадений не бывает.

Какой кошмар творится. Бедная девушка.

Понимаешь, стоило мне предположить, что Марка шантажировали, как-то заставили пойти на ограбление, как она предложила встречу. Я почти уверена, она что-то знала.

Поехали отсюда, — говорит Варвар.

Оставляет деньги на столе и поднимается.

• Продолжим разговор у меня.

Рассеянно киваю. Иду за ним. Когда выходим на улицу, он придерживает меня за талию, ведет за собой. До машины. Там помогает занять переднее сиденье.

Настя, тебе в это лезть не нужно, — говорит Байматов, заводя двигатель. Да, но. Настя.

Он переводит взгляд на меня. Смотрит очень внушительно.

Я в курсе, что эта девушка хотела тебе сказать. Я сам со всей этой информацией разберусь. А ты — даже не думай вмешиваться.

На языке столько всего вертится, но я заставляю себя промолчать. Эмоции обуздать тяжело, однако умом понимаю, что Байматов прав.

Слишком опасно лезть в такие дела.

В голове вспыхивает еще одна тревожная мысль.

А Надя? — спрашиваю. — С ней удалось связаться? Да.

Он как будто мрачнеет сильнее.

Руль сжимает иначе. Крепче. И челюсти.

Что-то не то. Прямо чувствую.

Дамир? — не выдерживаю. — Что с Надей? Она в порядке, — чеканит. — Но ее пришлось забрать из того лагеря. Забрать? — не понимаю. — Куда? Она у моего друга.

Что-то это совсем не успокаивает, а наоборот.

У какого друга? У Лютого.

Он все же смотрит на меня, а мое сердце мигом ухает вниз от настолько обескураживающего ответа.

— Как у Лютого? -

• бормочу, окончательно запутываюсь. — Где? Мы... отвези меня, пожалуйста, к нему. Почему ты сказал ему забрать мою сестру?

— Не говорил, — выдает. — Он сам решение принял.

Байматов видит выражение моего лица, потому все же поясняет.

Насть, они знакомы. Моя сестра и... твой Лютый? Да, общаются, сейчас безопаснее.

кивает. — Хорошо, что она уехал с ним в другую страну. Там ей

Подожди, в другую... куда уехала? В Эмираты. Не волнуйся. Она тебе позвонит.

Я настолько опешившая после такой новости, что даже не обращаю внимания на то, куда Байматов меня везет. Всю дорогу пытаюсь выяснить что-то про сестру, однако он дает только короткие ответы.

Моя Надя и Лютый.

Как это вообще возможно? Где они познакомились? Даже тяжело представить, чтобы моя сестра общалась с таким типом.

Перед глазами сразу его мрачная ухмылка. Наглая, циничная.

«А что тебя удивляет? — будто насмехается мой внутренний голос. — Сама же нормально с Варваром общаемся».

Ну то, что у меня с Варваром... этого не может быть у Нади с Лютым. Ей совсем другие парни нравятся. Да он и не парень вовсе. Взрослый мужик. Бандит.

Хотя как выяснилось, Байматов раньше работал в полиции. Возможно, и с Лютым все не так однозначно.

Но в любом случае он связан с криминалом. И крепко.

Пытаюсь увидеть их вместе, и картинка совсем не складывается. Нет, что-то здесь не то.

Насть, да там нормально все, — бросает Варвар. — Чего ты себя накручиваешь? Ну знаешь, — нервно качаю головой.

Уехать куда-то. Ничего не сказать.

Это совсем на мою сестру не похоже.

Там же связи не было. А потом? Завтра поговорите, — заявляет Байматов. — Она тебе все сама объяснит. А ты не дергайся. Лютый за нее башкой отвечает. Да? — пристально смотрю на него. Да, — отчеканивает. — Знает же, чья она сестра. И давно они познакомились? Ну так, — кривится. Где? Слушай, сама с ней обсудишь, — отвечает. — Ну чего ты? Я? Ничего. Просто странно, что Надя с ним знакома, а мне ничего не говорила. Видно, не успела.

Что-то он темнит. Прибалтывает меня мастерски. На какое-то время у Байматова даже получается успокоить.

Но я слишком хорошо знаю свою сестру.

Догадка обжигает.

А что если это как-то связано с той историей? Когда Надя пропала, и я нигде не могла ее найти. Думала, Аверин ее забрал, но нет... в том особняке сестры не было.

Байматов тогда помог. Нашел. Домой отвез.

И мы тоже говорили, по видео-звонку. Мне и тогда показалось, будто Надя что-то не договаривает.

Докручиваю мысль до конца. Так глубоко погружаюсь в эти размышления, что не замечаю, как мы оказываемся возле дома Байматова

Он ведет меня в свою квартиру.

И я иду. Хочу договорить.

— Ты ее от Лютого забрал? — спрашиваю прямо.

Молчит.

— Скажи, — сглатываю с трудом. — Пожалуйста. Мне нужно понимать, что происходит. Что сейчас с моей сестрой.

Нормально с ней все. Дамир...

. - голос предательски срывается от накрывшего меня волнения.

Байматов накрывает мою талию ладонями. Сдавливает. Слегка. Склоняется надо мной и, глядя в глаза, выдает:

Настя, ты за кого меня держишь? Она моя сестра, — говорю. Знаю, — кивает. — Думаешь, Лютый с ней херню творит? Дичь какую-то затеял?

Он в курсе, что ее трогать нельзя. Знакомы они. Общаются. Под защитой твоя Надя.

Хочется ему верить. Говорит он твердо, уверенно. Однако на сердце все равно неспокойно.

— Ты же видишь, что здесь, безопаснее. Удачно сошлось.

— продолжает Варвар.

— В Эмиратах ей даже

— Ну как сказать, — качаю головой. -

— Чужая страна.

У Лютого там хорошие связи. Ладно. Завтра поговорите.

Молчу.

Отворачиваюсь от него, отвожу взгляд в сторону.

Насть? Угу. Настя...

Притягивает меня ближе к себе.

Невольно вскидываюсь.

Не нравится мне, когда ты такая, — замечает. — Думаешь много. Волнуешься. Извини, — отстраняюсь от него. — Я лучше домой поеду. Какой домой? — выдает мрачно.

Ну ты сам отметил, — отвечаю.

Я без настроения. Тебе не нравится. И

знаешь, ты даже не спросил, хочу ли я ехать сюда. Просто привез. Поставил перед фактом.

Скучал.

Такой простой ответ. Короткий. Но почему-то обжигает. Четко по нервам проходится.

Варвар усаживается в кресло, и меня утягивает за собой. Делает так, что оказываюсь на нем сверху.

Хорошо, что я хотя бы в джинсах, а то...

Его ладони забираются в задние карманы. Сжимают, заставляя вскрикнуть. А дальше он слегка перемещает меня, и уже выходит так, что я на нем сижу, раздвинув ноги. Лицом к лицу.

Так, все, пусти, — пробую соскользнуть. Тише ты, — говорит. — Дай потискаю.

Дамир!

вскрикиваю, ведь

непристойными и ощутимыми.

его прикосновения становятся слишком

Он буквально оглаживает меня сади. Снова и снова. Без стыда, без капли стеснения.

— Все, хватит, — выдаю, задыхаясь. — Пусти.

По ладоням его бью, пробую убрать от себя, но безуспешно.

Не трогаю, — заявляет хрипло. Это ты «не трогаешь»?Баловство это.

Царапаю его, и наконец, получается освободиться. Однако Байматов все равно не отпускает меня до конца.

Его ладони скользят выше по спине. До лопаток. Прижимают меня к мощному телу, а в следующий момент он впивается мои губы. Жадно, практически грубо. Однако срывается на нежность. Смягчает напор. Будто мою реакцию ловит и хочет сделать мне хорошо.

Нет. Не выйдет. Пусть даже не рассчитывает, что...

Мысли быстро обрываются. Не знаю, как так выходит, как он умудряется действовать на меня, полностью отключая разум, но вот я прикрываю глаза, когда мы целуемся в кресле. Всего на секунду прикрываю. Случайно выходит. Скоро вынырну. Скоро сброшу наваждение. Выплыву.

И все идет совсем не так.

Очнуться у меня получается только в кровати. Голой. Под ним. Ощущая дикий жар его крепкого тела. И натиск его возбужденной плоти, которая упирается в низ моего живота.

Но очнуться получается не до конца.

Дрожь пробегает по телу то ледяными, то горячими волнами.

— Стой, — выдаю, дернувшись.

Варвар молча смотрит на меня.

Таблетки, говорю. Я ничего не принимала. Пох... плевать, — отвечает он. Нет, нам нельзя без защиты, — нервно мотаю головой.

— Не бойся, — снова целует меня, страстно, глубоко, порывисто, заставляя почти отключиться.

Я осторожно.

То, что происходит дальше, это как угодно, однако точно не «осторожно». Вот.

Только у меня нет ни воли, ни сил, чтобы выплыть, очнуться, хоть немного протрезветь от накатившего возбуждения.

Если разум еще как-то сопротивляется, то мое тело рвется к Байматову. Между нами совместимость на рефлекторном уровне. Это что-то первобытное, совсем безотчетное, заложенное самой природой. И этому вдруг оказывается нельзя сопротивляться. Никак. Это попросту невозможно побороть.

Может быть, я и пытаюсь протестовать. Несколько секунд. Не помню.

Варвар так на мои губы набрасывается, что шансов вынырнуть не остается.

Совсем.

Он впивается в мой рот. Моментально подавляет бунт. Рубит на корню.

И дальше я даже пискнуть не могу, дернуться. Ничего не могу. Ведь он будто вгрызается в меня. Как зверь на добычу набрасывается. Хватает, утягивает за собой.

Он — Варвар. И поцелуи у него такие. Под стать его хищной натуре. Варварские поцелуи. На грани грубости, пожалуй, даже жестокости. Жадные, подавляющие.

Можно сколько угодно возмущенно мычать в его рот, впиваться ногтями в широкие плечи. Отпускать свое Байматов не намерен.

А меня он теперь обозначает так. Своей.

Это считывается в его движениях. В каждом жесте. В том, как он прикасается ко мне, ведет пальцами по моей коже. В том, как ласкает, словно старается приглушить все кровожадное и звериное. Держит грань четко. В том, как целует, словно всю мою душу через этот поцелуй вытянуть жаждет.

Пытаюсь выпалить ему — «Стой!»

А потом, в один момент, даже не понимаю, почему хочу его притормозить. Вообще, словно бы забываю об этом. Уже и правда не соображаю, о чем хотела просить.

Нельзя нам без защиты. Нужен презерватив. Одной осторожности мало.

Но хватает одного безумного поцелуя, чтобы я вообще забыла, как говорить.

Потому что когда Варвар все же отрывается от моих губ, я лишь подвисаю, глядя в его потемневшие сверкающие глаза.

Ну и потом шансов сбросить дурман тоже не остается.

Он накрывает мое лицо ладонями. Обхватывает. Ведет пальцами по скулам. внимательно изучает.

И снова врезается в мой рот. Переплетает наши языки, будто желает слить воедино. Тесно, жарко. Проточное движение, словно намеренно растянутое.

Как тут говорить? О чем?

Поздно. Давно. Наверное, еще с того момента, как я настолько отключилась, что снова оказалась под ним. Голой. Без клочка одежды поверх.

Он трогает меня везде.

Горячие пальцы скользят по животу. Проникают ниже, глубже. Касаются там, где я уже к своему стыду мокрая и готовая для него.

Его губы накрывают грудь, терзают мои соски.

И пусть поцелуй обрывается, вернуться на поверхность не получается. Ниже падаю и еще ниже, ниже. В самую бездну лечу. Бесстыже наслаждаюсь этим. Ловлю дикие эмоции от обжигающего падения.

Дрожь пробегает по телу. Каждая клетка вспыхивает. Пламя разливается под кожей.

Разгорается все сильнее. Дыхание сбивается. Никак не получается глотнуть воздух.

И я уже с трудом осознаю происходящее.

Варвар опять целует меня. Убирает пальцы от низа живота. Сминает ягодицы, заставляя вскрикнуть, невольно забиться под ним, затрепетать.

Еще секунда — он входит в меня.

Плавно. Мощно. Четким, выверенным движением заполняет до предела. Распирает изнутри, растягивает. Вынуждает застыть под жаром возбужденной плоти.

Боли нет. Ничего не саднит. Никаких неприятных ощущений.

Наоборот. Меня такими искрами пробивает от этого властного собственнического проникновения, что все внутри сладко вибрирует, наливается приятной тяжестью.

Накал набирает обороты. Будто кислород вокруг электризуется. И я сама электризуюсь. Отзываюсь на малейшее движение. Нервы обнажаются. Эмоции оголяются.

Яркие вспышки перед глазами. В ушах стоит шум. В голове полнейшая темень.

Меня буквально вырубает.

Варвар берет свое.

Сначала медленным, бережным, почти спокойным толчком. От него даже не ждешь такой нежности. Кажется, само его тело для другого выковано. Да для чего угодно.

Только не для таких размеренных, ровных движений.

Рывок сокрушительный. Внутрь. Вглубь. На всю длину. Но ощущается это словно ласка. Растянутая. Не переходящая никакие границы.

Байматов застывает. Ловит мой взгляд, считывая реакцию. Контролирует все. И меня, и себя самого. Дает время привыкнуть, принять его целиком. Лишь потом начинает двигаться. Однако не в полную силу.

Градус напряжения нарастает волнами. Толчок за толчком. Рывок за рывком.

Страстный поцелуй. Легкий укус в плечо.

Его губы на моей груди. Зубы царапают сосок. Слегка прикусывают. И вот он уже накрывает губами вторую грудь. Обводит языком, поддразнивает, намеренно толкает за грань. И двигает бедрами сильнее. С каждой новой секундой набирает темп, ускоряет ритм.

Сперва это едва заметно. Однако чем больше времени проходит, тем ощутимее все становится.

Его огромный член вбивается в меня. Вырывает стон за стоном. Отправляет раскаленные стрелы от груди к животу и обратно. Тягучие спазмы сводят бедра.

Еще немного — и чувство такое, словно кожа горит.

Он движется быстрее. Резче. Мощнее.

Это уже не просто проникновение. Атака. Жесткая. Порабощающая. Не оставляющая ни единого шанса на спасение

Хорошо, что это не наш первый раз. Хорошо, что я уже растекалась под ним от умелых и чувственных ласк. От собственнических поцелуев.

Мне везет, что Байматов меня подготовил. Не набросился вот так сразу. Не ворвался в мое тело в ту же секунду, как подмял меня под себя.

Он все же дал мне время. Завел. Расслабил. И лишь потом, когда сознание затуманилось, когда я сама словно скользнула за край реальности, Варвар себя отпустил. И то — явно не до конца.

Опять выжидает. Дает возможность привыкнуть. Лишь потом действует. Ловит мои реакции. Подмечает эмоции.

А после толкает в пропасть. За собой утягивает. В жерло извергающегося вулкана.

До крупной дрожи. До судорожных спазмов. До вонзившихся в его широкие плечи ногтей. До вскриков и всхлипов, которыми я буквально захлебываюсь. До полного затмения.

Меня уже не просто берут. Трахают. Размазывают на смятых простынях.

Раскатывают на постели, всколоченной от бешеного перемещения наших тел.

Сливаемся воедино. Сплетаемся. Сходимся будто в узел. Так тесно и крепко, что кажется, эту связь не разорвать. Мы словно под кожу друг другу входим. По живому.

Намертво.

Наши тела пробивает пот. Наши губы опять сталкиваются в одержимом поцелуе.

Яростнее, горячее. Пока не перестанет хватать кислорода. Пока сердце не зайдется в шальном танце.

Его пульс отбивается внутри меня. Мерными ударами. Будто в такт раскалывающим на части движениям его возбужденного члена.

Осторожно... да где же тут осторожно?

Разве что вот. Сейчас. Пальцы у Байматова совсем неласковые. Но до меня дотрагиваются неожиданно нежно. Скользят по моей щеке, зарываются разметавшиеся волосы, собирают пряди в кулаке.

Он застывает, а меня все равно колотит. Кажется, даже еще сильнее.

— Настя, — выдает Байматов мое имя.

Почти в мои губы. Обдает дыхание, отправляя колючие вспышки по шее, по плечам, по груди.

Иглы царапают кожу. Острые, морозные. А вдоль позвоночника движется огонь.

Жестко, размашисто, пробирая разрядами электрического тока.

И мне хочется сказать так много, столько всего мелькает сейчас в голове, но поймать мысль не удается. Выходит лишь назвать его по имени в ответ.

— Дамир, — непривычно хрипло, словно чужим голосом.

Я рядом с ним будто вовсе и не я. Другая. Новая. Сама себя не узнаю. Что-то совершенно непривычное внутри открывается. И тянется к нему, льнет.

Не откатить это назад. Не отмотать.

Лишь сдаться.

И я сдаюсь.

Расплываюсь окончательно.

Крепче обхватываю его бедра своими. Прогибаюсь, открываясь ему навстречу.

Принимаю без остатка.

Мы достигаем разрядки в один момент. И в этот самый последний миг Варвар с недовольным рычанием выходит из моего тела. Изливается на мой живот.

Он выдает грязное ругательство.

А после хрипло добавляет:

— Прости.

Но за то, как его все еще твердый член скользит по моему животу, размазывая семя, он не считает нужным принести извинения.

А я словно утекаю.

Мыслей теперь не то, что не поймать становится. Их вообще нет. Абсолютно.

Варвар перекатывается на бок. Прижимает меня вплотную к себе. Вдавливает мое тело в свое.

Его шумное дыхание опаляет затылок. Он утыкается в мои волосы. Втягивает воздух, будто хищный зверь обнюхивает.

Холод пробегает под ребрами. А после бросает в жар. Когда Байматов перемещается ниже. Прижимается губами к виску.

Это все ощущается точно контрольный выстрел.

— Блять, Настя, снова тебя хочу.

Мы долго лежим вот так. Рядом. Голые. Разгоряченные. Его руки на мне. Одна ладонь накрывает затылок. Пальцы плотно вплетаются в волосы. Другая — как будто везде. Скользит по груди, по животу. Движения медленные, размеренные, словно даже немного ленивые. Однако осознаю, что эти ощущения обманчивы.

Чувствуется, как Варвар подавляет свои настоящие порывы. Дикие, звериные. Как он держится на самой грани. И от такого осознания пробирает еще острее. Когда понимаешь, какую сокрушительную силу он сдерживает внутри себя.

Байматов дышит тяжело и шумно. На каждом вдохе — ледяные иглы царапают мою кожу. А на выдохе

— горячие мурашки расползаются по телу.

Он трется щекой о мою шею. Целует. Его губы прижимаются к основанию шеи, оставляя влажный след.

Крупная ладонь опускается все ниже по животу.

Накрываю его пальцы своими, сдерживая это порочное продвижение. Пока еще не слишком поздно.

Хоть мне сейчас трудно соображать. После такого бешеного вихря эмоций вообще тяжело собраться. Но главное я понимаю.

Он обещал — осторожно.

И пока что с этим явно не складывается.

Еще бы немного...

Да и так.

Байматов перехватывает мой взгляд. Слегка прищуривается. Хищно, будто присматривается.

— Оголодал я, Настя, — говорит хрипло.

Я поняла, но... на сегодня хватит, — отвечаю, встречая его полыхающий огнем взгЛяд.

— Мало, — заявляет Варвар.

Ну да. С его аппетитами, конечно, мало.

Или ты не хочешь? — спрашивает он, внимательно наблюдая за моей реакцией. Устала? Без таблеток — не хочу.

Молчит. Вглядывается в мои глаза настолько пристально, что теперь мне самой приходится заговорить, чтобы хоть немного сбросить вновь накативший насознание морок.

Ты обещал осторожно, — прибавляю. Так и сделал, — выдает невозмутимо. Это — осторожно?

Мои брови сами собой взлетают вверх.

Нет, ну это все как угодно, только точно «не осторожно».

— Давай тогда на твой вкус, — вдруг замечает Байматов.

Одна секунда — и я оказываюсь на нем сверху.

Ни вырваться не успеваю, ни даже слабо дернуться. Он настолько ловко подхватывает меня за бедра и усаживает на себя, что не остается ни единого шанса воспротивиться.

— Теперь все будет под твоим контролем, — добавляет Варвар.

А я уже чувствую подвох.

Да, вроде бы в таком положении могу управлять ситуацией. И вообще, подобная поза дает женщине больше свободы.

Одно дело, когда он хватает меня, сгребает в жаркие объятья и подминает под себя. И совсем другое — когда вот так. Его ладони лишь слегка придерживают меня за бедра. Проходятся от колен — выше. И обратно. И снова назад.

Разум плывет.

Нет. Стоп. Этого нельзя допускать.

Неловко ерзаю на нем. Пробую соскользнуть в сторону, но ничего не выходит.

Байматов не позволяет.

Тебе верховая езда нравится? — хрипло спрашивает он. Что? — роняю растерянно. Каталась на лошадях? Нет, — нервно мотаю головой. Я тебя научу, — обещает Байматов и будто намеренно продолжает сбивать с толку. — У меня за городом своя конюшня есть. Съездим туда

Его ладони будто невзначай оглаживают мои ягодицы. Сминают. Сдавливают.

Щипают. И это очень сильно мешает думать.

Наверное, сильнее этого мешает только его возбужденный член, который сейчас прижимается к моему животу.

Я не... - начинаю было. Тебе пойдет, — продолжает Байматов. — Вижу, что понравится. Да? — протягиваю рассеянно. Будешь жеребцов объезжать, — говорит он и глазами прожигает. — Как меня сейчас. Что-то у тебя все вокруг животных инстинктов вертится.

Говорю и понимаю — а он такой и есть. Будто животное во всем. Жадный Необузданный. Ненасытный

Только я сама разве лучше?

От соприкосновения с его телом тоже начинаю заводиться. Огонь во мне разгорается медленнее, но все равно вспыхивает.

И пусть самое правильное сейчас: отравиться, собрать вещи и уехать к себе домой.

Я понимаю, что никуда не поеду. Да и просто с него не соскользну.

Нас словно впечатывает друг в друга.

Дыхание становится тяжелее. Пульс нарастает. Сердце колотится все мощнее, все громче

Байматов мягко подхватывает меня под бедра и нанизывает на себя. Заполняет до предела. В таком положении его напряженная плоть ощущается еще более твердой, крупной. Буквально пронизывает изнутри.

Он больше не двигается. Лишь пульсирует во мне. И я сама застываю, привыкая к непривычному ощущению абсолютной заполненности.

Массивные ладони накрывают мою грудь. Стискиваю, заставляя глухо простонать.

— Давай, Настя, — подгоняет Варвар.

И двигает бедрами. Рывком приподнимает их, толкая меня. Вынуждая невольно подСкочитЬ.

Вскрикиваю.

— Давай, — еще более хрипло бросает он.

И я совершаю плавное движение. Прежде чем Байматов опять сокрушительно толкнется в меня.

Так, выдает он. — Еще.

Двигаюсь медленно. Однако уже более уверенно. В таком положении вроде бы получаю контроль. Но и Варвар проникает в меня глубже. Не соскользнуть, не отстраниться.

Хотя с ним всегда так. Он же будто припечатывает меня.

Все начинается практически нежно. Даже как-то неспешно. Хотя по телу пробегают искры. Разряды тока становятся все ощутимее.

А дальше — полный отрыв.

В один момент Варвар опять всю инициативу перехватывает. И не важно, где я. Моя поза не дает никакой власти над моим положением.

Он прошивает меня насквозь. Пронизывает так, что начинаю задыхаться, захлебываться. Обжигающим воздухом, собственными эмоциями.

Тело словно колотит от зашкаливающего напряжения.

Мы достигаем разрядки практически одновременно. В последний момент Байматов подхватывает меня под ягодицы, сдергивая со своего раскаленного члена.

Разряжается на мой живот, на грудь. Брызги семени разлетаются вверх, мощно выстреливают.

А я обессиленно падаю на мускулистую грудь.

Наши сердца одержимо колотятся.

Что я делаю?

Мой разум отключается. Думать не хочется.

Утром просыпаюсь и чувствую, как горячие пальцы неторопливо скользят по моей спине, прочерчивают хаотичные линии, пробуждая волны колючих мурашек во всем теле.

Невольно поежившись от этих острых и приятных ощущений, трусь щекой о литую грудь, на которой лежу. Мускулы тут же напрягаются от моих движений, каменеют.

Приоткрываю глаза. Замечаю, что солнечный свет уже пробивается через наспех задернутую штору.

В голове мелькают картины предыдущей ночи. Жаркие. Порочные. Не позволяют забыть, от чего тело сейчас ломит.

Кажется, каждая клетка пронизана свинцовой тяжестью. Странно, что измотанной себя не чувствую. Хотя едва отключилась.

Не думаю, что спала больше пары часов.

И еще — ничего не саднит. В отличии от прошлого опыта в руках Варвара. Как будто начинаю привыкать. Или лучше сказать

заражаюсь его огненным

темпераментом.

Щеки горят. Все четче вижу фрагменты того, что между нами творилось. И не представляю, как могла до такой степени отдаться моменту. И... ему.

Что мы творили...

И ладно он. С ним все понятно. У него всегда эти зверские порывы. Будто животное реагирует. И рефлексы у Дамира хищнические, как и повадки.

Но я сама... тоже хороша.

Ox...

Утыкаюсь лицом в его грудь, будто спрятаться хочу.

Однако у Байматова другие планы. Никаких «пряток».

Он уже скользит ладонями по моей спине. Гораздо выразительнее, смелее. А после задерживается ниже поясницы, жестко сжимает ягодицы, заставляя вскрикнуть.

— Все, — бормочу. — Отпусти.

Пробую выскользнуть из его захвата.

Однако Байматов лишь еще крепче прижимает меня к себе. Продолжает тискать.

— Куда собралась? — рыкает с кривой ухмылкой.

Глаза у него сверкают. Вспыхивают опасные огни. А возбужденный член упирается в мой живот, четко давая понять, что никто меня отпускать из обьятий не намерен.

Можно даже не пытаться. Не получится ничего.

Конечно, я все равно продолжаю неловко ерзать. Пробую перехватить его сильные руки, отлепить от себя.

Но чем больше ворочаюсь, стараясь освободиться, тем сильнее увязаю.

А в итоге Байматов и вовсе заваливает меня на спину. Поднимает под себя, оказываясь сверху. Еще и умудряется мои бедра в разные стороны растолкать, оказаться между разведенными ногами

У него совсем тормозов нет. Никаких. И кажется, у меня тоже. Теперь. Потому что огненные искры пронизывают тело, мешая сосредоточиться и высказать Дамиру все, о чем думаю сейчас.

Но я не думаю. Совсем.

Слова растворяются в голове. Забываю, о чем вообще собиралась сказать, если собиралась

Моего сопротивления хватает только на то, чтобы упереться ладонями в мощную грудь. Единственный рефлекторный жест.

А в остальном...

Поясница прогибается. Разгоряченный член Варвара упирается вниз живота. И мои бедра плавно отвечают на его скользящий, дразнящий рывок. Он не входит, не проникает в меня. Просто поглаживает. Заставляет изнывать от обостренных

ЭМОЦИЙ

— Стой, нельзя, — роняю сдавленно.

И собственный голос не узнаю. Настолько хрипло надсадно он сейчас раздается.

— Что — нельзя? — вкрадчиво уточняет Байматов. — Кому?

Накрывает мои губы своими. Впивается жадно, властно, собственнически. Его язык скользит по моему, отправляя раскаленные импульсы под кожу. Вынуждая простонать прямо в его рот. Прогнуться под его мощным телом еще сильнее

Мозг расплавляется.

Сил бороться с этими подавляющими ощущениями и захватывающими эмоциями нет.

Уступаю порыву. Утекаю вдаль.

Но тут вдруг раздается звонок телефона. Гулкий, протяжный. И если сперва он едва уловим, то по мере отрезвления звук стремительно нарастает.

Байматов отрывается от меня. Грязное ругательство вылетает из его рта, когда он резко хватает телефон и смотрит на экран.

— Лютый, — говорит, бросая взгляд на меня. — Надо ответить.

Надя...

Все возбуждение отступает. Идет стремительный откат. Холодею. Осознаю, что забылась до такой степени, что думать забыла про сестру.

Нет, ну это я уже совсем «улетела». Нельзя так.

— Да, — мрачно бросает Варвар, принимая звонок.

А я наспех натягиваю одежду. Ловлю на себе потемневший, неодобрительный взгляд Байматова.

Похоже, не нравится ему то, что одеваюсь.

— Ясно, — выдает он. — Сейчас Настя ей позвонит.

Поспешно поправляю волосы, собираю в пучок и закалываю на затылке.

Поднимаюсь с постели, бросаю взгляд в зеркало.

Ну и вид у меня. Вроде бы никаких засосов нет. Одета. Даже волосы в порядок успеваю привести. Но все равно. Кажется, хватит одного взгляда, чтобы сразу понять, чем я занималась.

Я отправил тебе номер сестры, — заявляет Байматов. Хорошо.

Тут же открываю сообщение, звоню по видео-связи. Мне уже все это не нравится.

Зачем Наде новый номер? Почему старый так и остается отключен?

Сестра принимает вызов.

— Как ты, Надь? Где ты?

Вопросы вырываются у меня моментально. Внимательно вглядываюсь в сестру. Не нравится мне ее взгляд. Напряженный, затравленный даже. И хоть она старается улыбнуться, меня-то не обмануть.

Чувствую, в каком она состоянии.

Лютого не видно. Но похоже, он где-то за кадром. Замечаю, как Надя то и дело поглядывает в сторону. Будто каждое ее слово контролируется

Ты в Эмиратах? — спрашиваю. Да, Насть, все хорошо, — кивает. — Не волнуйся, пожалуйста.

Она старается меня убедить, будто никаких проблем нет. Называет отель, где сейчас находится.

Но заметно, что многое не договаривает.

Когда пробую расспросить ее про Лютого, про их знакомство, Надя еще сильнее волнуется, отвечает коротко и уклончиво. Продолжает поглядывать куда-то за камеру телефона. Вероятно, на Лютого?

Нет. Тут что-то нечисто. Но это сразу понятно было. Не поехала бы моя сестра неизвестно куда. Еще и с этим типом!

— Ладно, — говорю. — Тогда расскажи мне...

Вызов резко обрывается.

Мигом набираю снова, но звонок не проходит. Пробую несколько раз, а после перевожу взгляд на Варвара, который наблюдает за мной.

Что это? — спрашиваю нервно. Видно, проблемы со связью, — говорит он ровно. В Дубае? Везде бывает. И как мне снова сестре позвонить? Насть, да она сама тебе наберет, — кривится. — Не тронет ее Лютый. Знает же, что башкой за нее отвечает.

Он подходит ко мне. Забирает телефон из моих пальцев. Усаживается рядом, притягивает к себе, одним жестом вдруг перетягивая на свои колени.

— Все нормально будет, — уверенно заключает Варвар. — Чего дергаешься?

Даже не знаю, — отвечаю, качнув головой. — Может потому что твой приятель

никакого доверия не внушает.

— Так у тебя мое слово есть, выдает. — Лютый баб не обижает. Моя сестра...Не тронет он ее, -

• чеканит. — Ну только если она сама не захочет. Но тогда и

проблемы нет.

Что значит «если сама не захочет»? — выпаливаю. — Вся эта история очень странная. Их якобы давнее знакомство. Неожиданная поездка в Дубай. Надя вдруг сорвалась с места и поехала неизвестно куда. Это как понимать?

Настя...Нет, ты мне серьезно скажи. Ты-то сам в такое бы поверил? А что здесь такого необычного? — выдает мрачно. — Ну познакомилисьПоехали. Мы с тобой тоже можем куда-нибудь поехатьДа? — приподнимаю брови. Ну да, — бросает. — А чего нет?

И дальше он уже запрещенные приемы развивает. Подхватывает меня, усаживается в кресло и к себе на колени затягивает. Приобнимает, крепко держит, буквально впечатывает в себя.

— Куда бы ты хотела поехать?

— спрашивает он. — В горы или на побережье? Что

тебе нравится?

Надо же как резко ему захотелось мои вкусы получше узнать.

— В Дубай хочу, — говорю. — К сестре.

Дамир мрачнеет.

А что не так?

Тебе моя идея не нравится? Можно и в Дубай, — выдает он. — Только они быстрее сюда вернутся, чем мы туда полетим. Да? То есть отпуск у тебя еще не скоро? У меня вообще отпуска не бывает. Но можно устроить. Ясно. Но Лютый должен на следующей неделе вернуться. До того момента никуда поехать не смогу.

Он что, на полном серьезе собирается куда-то поехать? Со мной?

Поедем, — говорит. — Ты подумай насчет места. Мне скоро в универ.

— На твои выходные полетим.

То, как он это все сейчас выдает, окончательно выбивает почву у меня из-под ног.

Но в этот раз я не дам себя сбить с толку настолько легко.

Ты меня не заговаривай, пожалуйста, — замечаю. — Речь про мою сестру, Дамир. Если с ней что-нибудь. Ничего с ней не будет, — отрезает. — Я за Лютого как за себя отвечаю. Даже так? Да, — буквально припечатывает. — Ничего плохого он твоей сестре не сделает. Но ты не знаешь, когда они вернутся.

Время такое. У Лютого работы много. А твоей сестре лучше быть подальше отсюда.

Я помню, только...Все под контролем.

Хочется ему верить, однако внутри пульсирует тревога.

Разговор с Надей не успокоил, а скорее лишь сильнее всколыхнул эмоции.

Напряжение закручивается внутри.

Звонит телефон.

Байматов хмурится, бросая взгляд в сторону. На тумбу, где сейчас звенит и вибрирует его мобильный.

Он с явной неохотой отрывается от меня, пересаживаясь так, что остаюсь в кресле одна. Сам поднимается, отвечает.

Не знаю, что ему говорят, но глядя на то, как Варвар мрачнеет, как заостряются и ожесточаются черты его лица, холодею изнутри.

Что-то произошло.

Что?

Встревоженно приподнимаюсь.

По его односложным вопросам ничего нельзя понять.

— Сколько? — холодно выдает Байматов.

Пульс тугими ударами бьет по вискам.

— Да, усилить, — заявляет отрывисто. — Когда закончишь переустановку системы?

Пауза.

Еще несколько коротких реплик, которые я от волнения едва ли воспринимаю.

Кажется, что-то про видеонаблюдение.

По тону, которым Варвар общается, понимаю, что разговор идет не с Лютым. Со своим другом он на равных всегда. А тут видимо, кто-то из подчиненных.

Но это все равно не действует успокаивающе.

Мало ли что могло произойти.

Байматов убирает телефон.

— Что случилось? — не выдерживаю.

Он смотрит на меня. Медлит с ответом. Мрачный, сосредоточенный. И кажется, сейчас Варвар решает, стоит ли говорить все как есть. Нужно ли мне знать всю правду.

Я же вижу, — замечаю тихо, шагаю к нему. — Что-то серьезное. Да, — говорит он. — Попытка поджога.

Нервно втягиваю воздух.

Поджог? — рассеянно повторяю. Хотели сжечь Мой дом.

Сердце судорожно сжимается внутри.

Охранники сработали хорошо. Огонь не разошелся так, как планировалось. Все быстро пресекли.

Перед глазами пробегают кадры из видео Профессора. В ушах эхом отбиваются его жуткие угрозы.

Я шагаю вперед, оказываясь вплотную к Байматову. Обнимаю его.

Мне страшно. Очень.

Его тяжелая ладонь опускается на мою макушку, слегка поглаживает. А потом он вдруг отстраняется.

— Еще один звонок, — замечает. — Надо кое-что сделать.

Смотрю, как он подходит к окну, отдергивает занавеску.

— Дело есть, — заявляет, прижимая телефон к уху. — Срочное. Отправь мне свою команду.

С трудом подавляю дрожь. Убираю руки в карманы. Так пальцы меньше подрагивают.

— Нет, не шучу, — ледяным тоном бросает Байматов. — Надо сейчас. Чем быстрее, тем лучше. Это оживленный район. Здесь детская площадка.

Ничего не понимаю.

Просто чувствую — что-то не то. И дело уже кажется, не только в той попытке поджога.

Давай, заключает Варвар.

Отключает вызов и поворачивается ко мне.

Тебе надо позавтракать, — будто полностью переключается. О чем это было? — сглатываю с трудом. — С кем ты говорил? С одним приятелем, отвечает. — Надо кое-что проверить. Что? Насть, еще будет время это обсудить.

Идем на кухню. Ощущаю себя словно в густом тумане. Пока Варвар достает что-то из холодильника, заваривает кофе.

— Садись, — говорит он мне.

Сейчас.

Будто неведомая сила тянет в другую сторону. К окну. Подхожу туда, замираю возле подоконника, глядя на улицу.

Участок вокруг машины Варвара оцеплен. Рядом — много людей в форме. Похоже на спецназ. Но это лишь на первый взгляд. Нашивки у них какие-то необычные.

Часть людей изучает внедорожник. Часть держится в стороне, контролируя, чтобы никто не переходил очерченные ими границы.

Это все выглядит будто кадры из какого-то криминального фильма.

Поворачиваюсь и ловлю тяжелый взгляд Варвара.

Дамир... - начинаю и голос звучит совсем беспомощно. Поешь, Настя. Нечего там смотреть. Но что это? Тачку мою проверяют.

— Зачем? — спрашиваю и невольно закашливаюсь от волнения, потому что во рту предательски пересыхает, прочистив горло, продолжаю:

— Зачем проверять

машину?

— Обычная схема, — ровно говорит Дамир.

— После того случая в моем доме

первым делом надо проверить тачку.

Снова смотрю в окно. Подвисаю, глядя на то, как тщательно изучают машину со всех сторон.

И что они там ищут? — выдаю. Взрывчатку.

Перевожу взгляд на Байматова.

И это, — запинаюсь. — Обычная схема? Такая процедура.

Он подходит ко мне. Берет за плечи, мягко подталкивает к столу, отодвигает стул.

Усаживает.

— Ты ешь давай.

Смотрю перед собой.

Варвар подвигает тарелку.

Механически отмечаю, что на ней — яичница, какие-то овощи. Выглядит аппетитно, однако мне после таких новостей совсем не до еды.

И все же что-то щелкает в голове.

Перевожу взгляд чуть в сторону. На плиту, на сковороду.

Похоже, пока я зависала, разглядывая то, что происходит вокруг машины, Байматов вплотную занялся завтраком.

Это осознание действует на меня... необычно.

— Ты сам готовил? — спрашиваю.

Ответ понимаю и так, но возникает потребность докрутить это до конца. Услышать от Байматова.

— Да, — говорит он. — Ешь, пока не остыло.

Смотрю на еду. И снова на него.

— Что? — вздергивает бровь Варвар.

Ничего, — качаю головой и губы сами собой складываются в улыбке. — Не знала, что ты готовишь.

Он молчит.

— Это... мило, — замечаю.

Байматов так и продолжает смотреть на меня. Его выражение лица никак не изменяется.

Мило. Да. Очень. А еще «мило» то, как сейчас обыскивают его авто на предмет взрывчатки. И пожар в доме

Вокруг одна милота.

— Пробуй, — говорит Байматов.

Вкусно.

Мы завтракаем у него на кухне. Едим то, что он приготовил сам.

Конечно, в этом что-то есть. Что-то такое, от чего невольно переключаюсь немного расслабляюсь.

Наверное, если посмотреть на нас в этот момент, мы будем похожи на самую обычную пару. Но мы... даже не знаю, кто мы. Отношения у нас странные.

Однако сейчас столько всего происходит, что уже как будто и не до отношений вовсе.

Постепенно выдыхаю. Мы даже перебрасываемся какими-то ничего не значащими фразами.

А потом раздается звонок телефона.

Варвар отвечает.

Наблюдаю за тем, как меняется выражение его лица. Совсем слегка. Каменеет, ожесточается. И взгляд другой, темнее, мрачнее становится. Все за считанные доли секунды.

Байматов поднимается, подходит к окну.

Понял, — наконец говорит он. — Да, ты прав.

Тоже встаю. Иду за ним. Застываю перед подоконником.

Не знаю, как это объяснить. Если так глянуть, то вроде бы ничего и не изменилось Но в то же время чувствую, что меняется все.

Те люди в форме до сих пор занимаются внедорожником. Однако что-то в их поведении неуловимо другое. Чувствуется какое-то напряженное оживление.

Действуют они спокойно, уверенно, слаженно. Видно, что каждое движение выверено

Ho... теперь это уже как будто не проверка. Активная работа.

Сердце колотится все быстрее.

Значит, там есть над чем работать.

Знаю, — выдает Варвар. -

Есть еще одна задача. Надо проверить другой

объект. Отправь главного ко мне.

Он убирает телефон и ловит мой взгляд.

Дай ключи от твоей квартиры, — говорит. Что? — нервно сглатываю. — Ты думаешь, и там... нет, не может быть.

Брякаю эту фразу и сама понимаю, что это глупость.

Почему «не может»? Откуда мне знать?

Варвару не приходится повторять дважды. Иду за своей сумкой. Пальцы дрожат настолько сильно, что мне не сразу удается расстегнуть ее и выудить оттуда ключи.

Он забирает у меня связку.

Твою квартиру надо проверить, — говорит. — На всякий случай. В подъезде

установят камеры. На будущее все останется под наблюдением.

Растерянно смотрю на него.

— А в машине...

— начинаю и замолкаю.

Было понятно и раньше, но теперь он подтверждает все сам.

— Тачку разминируют.

Возможно, ему такое не впервые переживать. Скорее всего — не впервые. Но меня накрывает шок.

Звонок в дверь заставляет буквально подскочить на месте.

Байматов обнимает меня за плечи. Крепко, сильно.

— Настя, — зовет.

Поднимаю взгляд, встречаюсь с его глазами. Но сердце так и колотится, успокоиться у меня никак не выходит.

— Я все решу, — говорит.

Теперь я думаю, что может и правда хорошо, что Надя сейчас далеко. Где-то на другом краю света. И хорошо, что родители еще не вернулись.

Иначе….. что бы я им сказала?

И дальше обжигает другая мысль — а как бы я представила им Варвара? Хотя представлять его не надо. Они же помнят встречу, когда приходили к нему в дом, пытались меня забрать.

Но вообще, у нас кажется, совсем не те отношения, когда нужно кого-то представлять родителям.

Точно не те.

Варвар утыкается лицом в мою макушку. Шумно втягивает воздух. По затылку разливается тепло, устремляясь ниже. По шее, по плечам. Скользит по спине.

Оплетает тело мягким коконом.

Однако меня продолжает колотить морозная дрожь.

Чувствую, что Дамир отрывается от меня будто нехотя. Идет открывать дверь. А я прислоняюсь боком к дверному косяку. Смотрю в сторону.

Отсюда видно коридор. Замечаю, как Байматов передает ключи одному из людей в форме. До меня доносятся обрывки их разговора.

Большую часть не понимаю. Но суть он мне и так дал понять.

Теперь мою квартиру будут проверять. Искать взрывчатку. И еще установят камеры, чтобы был полный контроль.

Наверное, это хорошо. Наверное, нечто такое даже входит в стандартный свод правил безопасности Байматова.

Но еще лучше, если бы ничего этого вообще не было.

Холод сковывает горло. Леденит грудь.

Я будто все сильнее увязаю в этом. И пути назад нет.

Варвар закрывает дверь и возвращается ко мне.

— Это займет несколько часов, — говорит. — Проверка и установка.

Возникает ощущение, будто нахожусь в дурном сне. Попытка поджога дома, взрывчатка в машине. Я словно насмотрелась на ночь боевиков, и теперь мне сниться какой-то горячечный бред.

— И если..

Как тогда?

— запинаюсь, нервно дергаю плечом. — Если там найдут что-нибудь?

Обезвредят, — спокойно отвечает Байматов. -

Камеры установят в любом

случае.

Он рассуждает так, будто это обычное дело. Трудно к такому привыкнуть. И если честно, не хочу привыкать.

Его руки вдруг опускаются на мою талию. Притягивают.

А я рефлекторно накрываю широкие кисти ладонями, пробую отодвинуть от себя.

От Варвара исходит такой жар, что сразу понятно, куда все идет. К чему он сейчас клонИт.

Взгляд у него очень выразительный. И выражение лица. А от его уверенных прикосновений буквально ошпаривает.

Нет, может он, конечно, и думает, что сейчас хороший момент для чего-то подобного. Может его даже заводит угроза, опасность.

Однако я не в настроении.

— нет..

. - начинаю.

Но закончить он мне не дает.

Поехали куда-нибудь, — говорит.

Такого предложения не ожидаю. Смотрю на Байматова с удивлением.

В ресторан, — замечает он. — Или куда ты хочешь? Мы только что поели. Ну хер знает, — бросает Варвар. — В торговый центо? Выбирай сама. У тебя же работа, наверное. Работа идет без меня.

— И ты считаешь, это хорошая идея? — невольно приподнимаю брови. — Ну такой момент, когда..

Не решаюсь договорить «тебя пытаются убить» вслух.

Мне и от мыслей об этом не по себе.

— Не первый раз, — говорит Варвар.

Проходится ладонями по моей спине. Прижимает крепче. А после зарывается лицом в мои волосы, делает глубокий вдох. И снова слегка отпускает, смотрит в глаза.

— И ты так спокойно... - опять осекаюсь.

Нервно кусаю губы.

Накатывает на меня от всего этого.

Тише, Насть, — замечает Байматов. — Тебе не надо ни о чем волноваться. Моя охрана работает четкоПонимаю, но все равно, — судорожно выдыхаю. — Не представляю, как после всего этого мы можем куда-то взять и поехать. Будто ничего особенного не произошло.

Ты мне лучше скажи, куда хочешь. Перелет раньше выходных не обещаю, говорит он, будто и правда придумывает такой вариант.

Но по городу

проблем.

без

Так и смотрю на него. Без слов.

— Если бы это было опасно, я бы тебе не предлагал, — выдает Варвар.

Звучит убедительно, однако...

Поехали, — говорит Варвар. — Что дома сидеть?

Не так давно я сама об этом мечтала. Вот так проводить время с ним. Будто мы обычная пара.

Бойтесь своих желаний.

— Хорошо, — киваю, наконец.

Мы едем в новый торговый центр. Тот, что недавно открылся. Вспоминаю, как одногруппницы хвалили кинотеатр, который там.

Можно сходить в кино, потому что не знаю, какой шоппинг возможен, если в моей голове крутятся мысли про взрывчатку, угрозы. И уже страшно думать, какой поворот жизнь может подбросить дальше.

Ты смотришь комедии? — спрашиваю, когда мы оказываемся перед кассой, где можно увидеть подробную афишу с расписанием сеансов на дисплее. Ты выбирай, что сама хочешь. Но какие фильмы тебе нравятся? — поворачиваюсь к нему.

Плечами жмет.

Ты же ходил в кино? Ходил. На что? Выбирай, Насть, — отмахивается. — Без разницы. Оу, так ты не возражаешь против сопливой драмы про неразделенную любовь?выдаю, ткнув в одно из названий на экране. — Кстати, это хит сезона. Все рекомендуют сходить. Или…. М-м, опера? Вот, через час будет трансляция. Диваны бери. Диваны? — приподнимаю брови. — Это твое единственное пожелание? И... все? Bce.

На оперу я и сама не хочу. Как и на драму. Популярные блокбастеры тоже не вызывают особого интереса. Тут бы хоть немного отвлечься. Поэтому выбираю билеты на комедию. Рейтинг у фильма хороший.

Можем теперь кофе выпить, до сеанса еще есть время, — предлагаю. Нет, лучше пройдемся, — говорит Байматов, обхватывая меня за талию. Ты хочешь что-то посмотреть? КупитьКостюм? — выдаю, ведь мой взгляд как раз падает на витрину магазина мужской одежды, мимо которого мы сейчас проходим. Чего? — кривится Варвар. Ну интересно, что ты собираешься смотреть, — веду плечами. — Что-то из одежды. Или часы. Кстати, часы у тебя интересные

Необычная модель. Сделано под заказ.

Знаю эту фирму. Папе на день рождения дарили. Там разные варианты есть, конечно. Можно выбрать. Но судя по всему модель у Байматова эксклюзивная.

Особой сборки.

Купить — тебе, — говорит Байматов. Что? — роняю удивленно. — Зачем? Мне ничего не нужно...Идем. Нет, я правда...

Взгляд меня выдает.

Предатель.

Падает на одно из платьев. Яркое. Красное. Очень необычного покроя. И я просто не могу отвести глаза от него. Ну то есть, конечно, отвожу, просто не сразу. И Байматову хватает моей реакции. Он все быстро подмечает.

Заводит меня в магазин.

Что ты делаешь? — выдаю. — Не хочу. Нравится? — спрашивает он, кивая на то самое красное платье. Нет.

Рядом возникает продавец-консультант.

— Добрый день... - начинает с вежливой улыбкой.

Моя женщина хочет это платье примерить, — говорит Байматов, поворачиваясь к ней.

Да, разумеется, — немного стушевавшись, отвечает она. — Какой размер? Как на манекене.

Откуда он может знать? И нет, вряд ли...

Все эти мысли вспыхивают и гаснут под напором совсем другого.

Моя женщина.

Отбивается в голове снова и снова. Его тоном

Звучит будто признание.

Варвар угадывает с размером, потому что покрутившись перед зеркалом, мне остается признать только одно: платье сидит хорошо. Выгодно подчеркивает фигуру. Модель на вид совершенно нестандартная, трудно сказать, как будет смотреться, когда видишь ее на манекене, но сейчас, когда изучаю отражение в зеркале, возникает такое чувство, будто под меня шили.

Сама я бы вряд ли подобное платье выбрала. Внимание оно привлекает, но мой стиль другой. А тут.

Цвет красивый. И выглядит красиво. Обычно ничего такого со мной не происходит, но тут я буквально взгляд не могу отвести от самой себя.

Может и правда его купить? Тех денег, что у меня на карте со стипендии, вполне бы хватило.

Но я же собиралась откладывать на поездку. Если вдруг меня выберут, если повезет… в любом случае, деньги не помешают.

И зачем мне это платье? Куда буду его носить?

Непрактично.

Стараюсь себя убедить, что эта покупка не нужна. А саму тянет.

Или это антураж примерочной так действует? Стены, обитые черным бархатом, зеркала в резных позолоченных рамах. Эффектно выставленное освещение.

Все как будто еще сильнее подчеркивает цвет платья. И саму модель. И то, как я в нем выгляжу.

Ладно. Посмотрела и хватит. Надо снимать.

Как раз собираюсь расстегнуть потайную молнию сбоку. Но не успеваю. Штора примерочной отъезжает в сторону.

Поворачиваюсь.

Варвар. Он стоит в образовавшемся проеме и жадно меня рассматривает. Его взгляд настолько выразительно скользит по моей фигуре, что лицо моментально вспыхивает от смущения.

Слишком откровенно. Слишком жадно.

В глазах Байматова горит такой неприкрытый голод, что мне становится неловко от его пристального взгляда.

— Закрой, пожалуйста, — киваю на шторку. — Нужно переодеться.

Он будто не слышит мои слова. Во всяком случае, никакой реакции на них нет.

Байматов с места не сдвигается, так и продолжая глядеть на меня.

Невольно веду плечами.

— Дамир, — выдаю. — Ты меня слышишь?

Не похоже.

— Выйди, пожалуйста, — говорю. — Мне нужно переодеться.

Сама пробую закрыть шторку и выставить Байматова. Но тут он шагает вперед.

Задергивает плотную ткань рывком, будто оставляет нас отрезанными от всего мира.

Примерочная здесь просторная. Несколько человек могли бы спокойно и с комфортом поместиться, не мешая друг другу.

Но теперь резко становится тесно. Потому что я невольно отступаю назад и упираюсь спиной в стену. Ладони ложатся на мягкий бархат.

Все ощущается особенно контрастно. Остро. Ведь Варвар подступает вплотную, так и не отводя от меня пристального взгляда.

— Ты что делаешь? Так нельзя, — говорю. — Ты в женской примерочной.

Байматов ничего не отвечает. Лишь останавливается вплотную. И я безуспешно пробую его оттолкнуть. Упираюсь пальцами в широкую грудь, и будто обжигаюсь от этого соприкосновения.

Его тело такое горячее, что меня бросает в дрожь.

— Дамир, ну все, — добавляю. — Выйди.

Вряд ли он слышит мои слова. Крупные ладони опускаются на мои плечи. Дальше проходятся. Обходят грудь. Живот.

Варвар будто подарок получает. И алчно ощупывает, не торопясь избавляться от упаковки. Хочет насладиться предвкушением по полной.

— Дамир! — повышаю голос.

Вцепляюсь в его кисти. Теперь — ногтями. Царапаю. Пытаюсь убрать эти в конец обнаглевшие руки от себя, потому что поведение Байматова переходит все допустимые нормы. Он уже ниже поясницы переместился. Сжимает, тискает. И как будто только сильнее входит во вкус из-за моих протестов.

Хуевое платье, — хрипло бросает Варвар. Опять ты...начинаю, поморщившись от его грубости. Хуевое, — повторяет он.

Ну... пускай.

Только почему у него реакция на это платье, будто бык на красную тряпку? Так разошелся, что... да сколько можно меня лапать?

да я и не собираюсь его покупать, — говорю, отчаянно стараясь оторвать его руки от своего тела. — Не нравится. Все, хватит, пусти меня. Я сам его куплю.

Приподнимаю брови.

Дома будешь носить, — чеканит. — При мне. Что? — не выдерживаю. Другим тебя видеть не надо, — отрезает. Может мне и на улицу не выходить?

В нем — нет.

Высказать, что думаю в ответ не успеваю.

Он отпускает меня. Вроде бы. На долю секунды. А потом подхватывает за бедра, резко задирая юбку до талии, раздвигая мои ноги, оборачивая вокруг своего крепкого торса.

Возмущенно вскрикиваю. Бью его ладонями по плечам.

Ты что творишь? Мы в магазине. Ты...Тише, Насть, ты чего? Я — чего?

Дар речи теряю. И от его порывистых действий. И от того с каким невозмутимым видом он сейчас на меня смотрит.

Ну это уже совсем.

Никто сюда не зайдет, — говорит Байматов. — Никто не увидит. Так что нечего дергаться.

— Да как, — выдаю нервно. — Продавец. Другие посетители...

Магазин закрыт, — отвечает он, продолжая обезоруживать. — Продавец на перерыв пошла.

И нас вот так оставила? А что такого?

И правда.

Что?..

Его возбуждение ощущается настолько явно, что не могу не реагировать.

Ловко же он устроил. Спровадил отсюда ту девушку. Вломился ко мне. И сомневаюсь, будто у него сработает «стоп».

— Прекрати, — вырываюсь, стараясь отстраниться.

Потому что не хочу — вот так. В магазине. Посреди примерочной. Когда он набрасывается на меня будто животное.

Варвар закрывает мой рот поцелуем. Так впивается, что выбивает не только воздух из груди, но и меня — из реальности.

Забываюсь. Даже вырываться перестаю. Позволяю его ладоням скользнуть по мне еще смелее.

Варвар гасит любое сопротивление. Жестко, бескомпромиссно. Не оставляя никакого выбора.

Безотчетно пытаюсь освободиться. Дергаюсь в стальном захвате. Однако это длится недолго. Совсем немного — и меня буквально размазывает.

Жар, исходящий от Байматова. Его запах, в который невольно окунаюсь. Тягучий, терпкий, пряный. Он пропитывает каждую мою клетку. Алчные прикосновения добивают, докручивают на максимум ту зияющую воронку, в которую меня безнадежно утягивает.

Все это действует подавляюще. И моя воля словно плавится, тает, растворяется.

Его губы напористые, требовательные. Язык жадно атакует мой рот. Толкается глубже, вынуждая всхлипнуть, простонать

Разум погружается в туман.

Крупные ладони на моей талии. Под ягодицами. Сдавливают бедра. Накрывают грудь через ткань платья. И эта ткань вообще не ощущается преградой.

Атмосфера накаляется.

Его руки везде. Такое чувство возникает. Исследуют меня, изучают, помечают. На коже будто огненные узоры вспыхивают. Везде, где Варвар до меня дотрагивается.

Рефлекторно сжимаюсь.

Я же не хочу этого. Не хочу, да?

Вот так. В раздевалке. В торговом центре. В общественном месте. И несмотря на слова Варвара насчет перерыва у продавца, где-то на краю подсознания пульсирует мысль, что сюда в любой момент могут ворваться. Застать нас.

Благоразумие сохраняется. Но такое чувство, словно вдали от меня.

— Хочу видеть твои глаза, — хрипло говорит Варвар.

Он разрывает поцелуй, только чтобы это сказать. И лишь в тот момент приходит осознание, что я зажмурилась.

Короткое движение ресниц — наши взгляды встречаются. И будто электрический ток пробегает между нами. Коротит.

Его тело вдавливается в мое. Кажется, теперь могу живо прочувствовать каждый мускул. Каждую вздувшуюся вену. Дикий бой его горячей крови.

— Смотри на меня, — требует.

Прижимает к стенке примерочной. Еще крепче, плотнее.

Длинные пальцы уже на моих скулах. Удерживают так, чтобы и не думала снова забыться, спрятать взгляд.

Глаза в глаза — и от этого раскаленные импульсы проносятся между нами.

Если ум еще пробует возражать, то тело сдается практически моментально.

Внутри меня все млеет и трепещет. Тянется к Дамиру. К той животной силе, которая от него исходит. К его хищной природе. Отзывается ярко и бурно. Ослепляет эмоциями.

Ненавижу себя за слабость. Но иначе не получается.

Не могу бороться. Не хочу. Даже больше не пробую.

Сама подаюсь к нему. Льну, ощущая единственную точку опоры в твердом будто скала теле. Цепляюсь за широкие плечи словно в безотчетной попытке удержаться на поверхности.

Варвар отпускает мое лицо. Только для того, чтобы впиться в губы с ума сводящим поцелуем. Заразить безумием.

Жаркий контакт ощущается будто высоковольтный разряд. Кровь вскипает, бурлит, проносится по телу буйным потоком. Воздух кажется раскаленным. Языки пламени лижут руки и ноги, оглаживают грудь и живот.

Мир вокруг подрагивает. Темнеет. И наконец, раскалывается на части. Когда, задыхаясь, мы сливаемся воедино

Его возбужденный член проникает в меня. Единственным четким толчком. Мощно, сокрушительно. Однако я уже до такой степени заведена, что не чувствую ни боли, ни дискомфорта. Никаких неприятных ощущений. Скорее наоборот. Отдаюсь ему, принимаю все, что он хочет мне дать.

Байматов целует меня так, будто оголодал. Будто не было прошлой ночи. Будто это столкновение после долгой разлуки. Вбивается внутрь жестче. И захватывает мой ЯЗЫК.

Это все на грани грубости. Исступления. На грани, где все разумные доводы меркнут.

Говорят лишь инстинкты. Голые рефлексы.

Сердце стрекочет у самого горла. Мысли выжигаются без следа.

Еще, еще.

Прошу, пожалуйста.

Кажется, если он сейчас отпустит меня, разорвет этот животный поцелуй или хотя бы немного отодвинется, то я не выдержу.

Но Варвар и не думает ослаблять объятья.

Только он умеет касаться так. Переплетает жесткость с нежностью, заставляя покрываться колючими мурашками. Вынуждает захлебываться стонами и всхлипами. Ничего не спрашивает. Берет без остатка.

Он почти стягивает с меня платье, продолжая размашистые толчки. Тянет лиф вниз, обнажая грудь. Задирает юбку выше, до талии.

Порочные звуки заполняют пространство примерочной. Температура растет по секундам.

Назревает взрыв.

Все накаляется. Обостряется. Моя кожа пылает.

Нет ничего. Только мы. Бешеный пульс.

И его сердце стучит так гулко, что чудится, будто сейчас отбивает ритм моего собственного.

Сознание меркнет. Контроль ослаблен до предела. Внутри нарастает потребность разрядки.

Низ живота сводит судорогами. Все сокращается, вибрирует. Тугая воронка закручивается мощнее, быстрее.

Кислород перекрыт.

Варвар движется во мне. Покрывает. Помечает. Делает своей. Не разрешает ускользнуть. Будто метки изнутри выжигает. И поцелуями, и толчками раскаленного члена.

Щетина царапает кожу. Когда он трется лицом о мое лицо, опускается ниже. К шее.

А потом — взгляд.

Его взгляд ощущается гораздо сильнее, чем все остальное. Это и становится пиковой ТОЧКоЙ.

То, как он смотрит. То, как горят его глаза.

Никогда бы не подумала, что ледяная чернота может настолько сильно пылать..

Меня накрывает такой оргазм, что не могу не кричать.

Варвар закрывает мой рот поцелуем. Выпивает надсадный звук до капли.

Он кончает. В меня. Бурно разряжается внутрь. Заливает горячим потоком семени.

И я слишком поздно осознаю, что никакой защиты на этот раз не было. Совсем никакой.

Варвар помогает мне привести себя в порядок. Сама с трудом соображаю, поэтому растерянно отмечаю, что он где-то достает упаковку салфеток. А дальше уже идут механические действия.

Паника обжигает.

Но умом понимаю, что надо было думать раньше. Когда еще была возможность остановиться. Если была.

Однако я не соображала. Ни когда он на меня набросился, ни когда зажал. А дальше «стоп» казался совсем нереальным.

Теперь меня потряхивает.

— Что ты наделал? — выпаливаю.

Байматов вопросительно смотрит на меня, будто и правда не понимает.

Ну в принципе верно. Зачем ему что-то понимать? Это же окажется моей проблемой.

И я сама должна была следить... заставить его притормозить. Ладно, теперь время не вернуть назад. Но обьясниться нужно.

Я же не приняла таблетки, — говорю. Помню, — вдруг замечает он. И как тогда? — от тихой истерики колотит. — Знаешь, я не собираюсь делать аборт. Но ребенок... беременность не входит в мои планы. Насть, какой аборт? — криво усмехается Варвар. — Один раз. Ничего не будет.

А если будет? Настя...Какая разница — один раз или нет? Достаточно раза. И то, что раньше ты... прерывал все в последний момент, это тоже не лучший метод защиты. Ну так и резина может порваться, — невозмутимо заключает Байматов.

Он так спокоен в этот момент, что бесит. Но еще сильнее злюсь на саму себя. За глупость

Все, — выдаю, растирая ладонями гудящий от напряжения затылок, невольно взъерошивая и без того растрепанные волосы. — Это был последний раз

Без резины?

Нет, вообще, — качаю головой. — Это все нужно заканчивать. Потому что такие отношения... нет, это не отношения. Не вижу смысла. Все, Дамир, просто все. Прекращай.

Приподнимаю брови, глянув на него.

Раздается звонок телефона, и Байматов выдает ругательство. Раздраженно, взвинченно. Потом смотрит на экран мобильного, и снова — на меня

Завязывай эту херню, говорит.

Давай, собирайся. Пойдем твое кино

смотреть.

Замираю.

Что?..

Байматов отвечает на звонок и выходит из примерочной. Разговаривает он сейчас на «своем», поэтому мне ничего непонятно.

Быстро переодеваюсь. Выхожу.

Он заканчивает разговор и поворачивается ко мне

Идем, — говорит. Нет, — качаю головой. Чего? Ничего, — раздражаюсь.

И на него. И на себя. И на то, что так легко попадаю во все это. Залипаю и творю такие глупости, от которых готова сквозь землю провалиться

Не представляю, чтобы кому-то позволила вот так... прямо в торговом центре. А с

Байматовым выходит само собой.

Мой мозг рядом с ним отключается. Живу инстинктами. Нельзя так.

— Ничего, Дамир, — говорю. — Ты меня совсем не слушаешь, иначе бы не приходилось повторять.

Он растирает переносицу.

Недоволен?

Ну и ладно.

— Мне надоело. Не могу я так. И знаешь, не хочу больше молчать. Слишком много всего накопилось. И это... в примерочной — последняя капля.

— Не говори, что не понравилось, — чеканит он. — Ты кончила.

— А дело не в этом, — начинаю и запинаюсь, не зная, как до него донести собственные эмоции.

Да и надо ли доносить?

Настя, говорит хрипло.

А потом шагает ко мне вплотную, накрывает мою спину ладонями. Обдает киПяткоМ.

— Не знаю, что у нас, — чеканит. — Отношения или хер знает. Не моя это тема.

Никогда ни на одной девке не залипал. Но ты...

Притягивает еще сильнее. Жестче.

— Тебя отпускать не собираюсь, — заключает Варвар.

Наверное, для Байматова это звучит как признание сильных чувств, однако меня лишь глубже загоняет в тупик.

Мы идем в кино, и все, что там происходит могло бы и правда быть между обычной влюбленной парочкой. Просмотр кино на диванах в центре зала. Сейчас разгар рабочего дня, поэтому на сеансе почти никого нет.

Может показаться, все это помещение только для нас. Особенно когда гаснет свет, зал погружается во мрак. А Варвар накрывает мою руку своей. Сжимает ладонь в горячих пальцах.

Попкорн. Газировка. Фильм оказывается действительно неплохим. Даже то, что мои мысли то и дело уносятся куда-то далеко, не мешают его смотреть. Есть много интересных эпизодов. В один момент внимание все-таки цепляет и уже не отпускает.

Однако я вздрагиваю, когда тяжелая ладонь Варвара опускается на мое бедро.

Поглаживает. Собственнически, властно. Проходится так, что мурашки вмиг рассыпаются по телу.

Дамир, — говорю и пробую тут же убрать его руку. Чего? Это... отвлекает.

Он убирает руку. Но почти сразу же дотрагивается до моей груди. Сжимает, вынуждая дернуться.

Ты что? — выдаю. Ничего, — отвечает хрипло. Здесь люди. Ничего не видно. Нет, Дамир.

Он все же отпускает меня. Пусть и с явной неохотой. Прижимается губами к моей щеке, прихватывает кожу на скуле, слегка куснув.

Норовистая ты, — бросает. Какая есть. Так еще сильнее заводишь.

Молчу.

А он забрасывает руки за голову. И кажется... прикрывает глаза. Решил поспать во время сеанса?

Тебе фильм не нравится? — вылетает у меня невольно. Нравится, — говорит. Да? Но то, что после фильма, понравится еще больше. И что, по-твоему, будет после? Bce.

Снова руки распускает. Только теперь и сам на меня наваливается. Резко.

Заставляя вскрикнуть. Проходится руками по груди, по животу, по бедрам.

Эй, дайте кино посмотреть! — долетает до нас со стороны первых рядом. Тише, ребят, — поддерживает еще кто-то.

Варвар обхватывает мой подбородок ладонью. Наши взгляды пересекаются, и я в очередной раз поражаюсь тому, как легко меня уносит. Буквально в момент.

Где мой разум? Где инстинкт самосохранения?

Кажется, отключается все. Когда он рядом. Когда вот так прикасается ко мне.

— После кино я поеду к себе, — говорю. — Надеюсь, дом не взлетит на воздух. И никто ничего больше не заминирует.

Пытаюсь держаться, но мне страшно. Холод ползет по спине даже сейчас, когда

Варвар сгребает меня в объятья.

— Настя, — говорит он. — Знай, всегда смогу тебя защитить.

Хочется верить ему, хоть это и тяжело дается.

После кино Байматов везет меня домой.

Там что-нибудь нашли? — спрашиваю. Нет, все нормально. Тогда…

— Камеры установлены. Дом находится под наблюдением. Мои люди рядом. Тебе не о чем волноваться.

Хорошо, — киваю и помедлив, спрашиваю: — А как Марк? Ты разговаривал с

ним?

Байматов молчит.

— Есть какие-нибудь новости? — прибавляю.

Замечаю, как он сильнее стискивает руль. И как жестче сходятся его челюсти, как резче обозначаются желваки.

— Дамир?

Тишина затягивается, становится все более напряженной, когда Байматов вдруг заявляет:

— Без новостей.

Я думала, что-то получилось выяснить. Не верю, что Марк виновен. И ты же сам понимаешь, как странно все выглядело. Его исчезновение. То, что потом его девушку сбила машина. Еще и по пути на встречу со мной.

При мысли о происшедшем снова холодный ком встает в горле.

Байматов снова молчит.

Ты совсем ничего не скажешь? — не выдерживаю. — Ты видел Марка? Видел, — мрачно бросает Дамир. И... как он?

Мой вопрос заставляет его скривится.

В порядке. Ну он что-нибудь рассказал? Как вы пообщались?

Понятно, конечно, что ни Дамир, ни Марк не горят желанием разговаривать друг с другом. Но сейчас было бы важно объединиться. Против общего противника

Разве нет?

Байматов поворачивается ко мне.

— Этот твой, — кривит губы. — Он с тобой говорить хочет. Сказал, только тебе

расскажет. Сотрудничать со следствием отказался. Наотрез.

— Подожди, но...

— Короче, пускай еще посидит, дорогу. — Подумает.

— заявляет Варвар и снова переводит взгляд на

Ему там ничего не угрожает?

Он опять смотрит на меня. Мрачнеет.

Ну просто, — нервно сглатываю. — Не могу об этом не думать. Его девушка кажется что-то знала, раз ее пытались убрать. Значит, он тоже что-то знает. И если даже твою машину смогли заминировать.

• или пока Марк в камере ему нечего

опасаться?

Спрашиваю и сама понимаю, что говорю глупость.

Все обстоит скорее наоборот. И безопасного места для свидетелей, которые могут дать показания против Профессора нет.

Слушай, давай я с ним поговорю, поможет, если он.

• предлагаю. — Я же не против. Если это

Нет, обрубает Варвар. Ho...Даже не обсуждается, — отрезает он. Почему?

Он резко сворачивает с дороги на ближайшую парковку. Глушит двигатель. Всем корпусом поворачивается ко мне.

— Это прямая угроза, — чеканит. — Для тебя. Чем меньше ты знаешь, тем лучше.

Поняла?

Нервно киваю, обнимаю себя руками.

Байматов прав. Я же сама сейчас вспоминала про то, что произошло с девушкой

Марка. Она что-то знала. И вот к чему это привело.

Но с другой стороны — охота уже идет. Ставки растут с каждым днем. И те слова

Профессора громом отбиваются в моей голове.

Он же не остановится. Не прекратит ничего.

Информация от моего бывшего могла бы помочь.

— Извини, я плохо во всем этом разбираюсь, — судорожно перевожу дыхание. -

Во всех этих разборках. Но... времени же не так много. Взрывчатка. И все остальное.

Дергаю плечами, пытаясь собраться с мыслями. Растерянно веду головой, будто надеюсь прочистить разум.

— Может мне все же надо поговорить с Марком? — выдаю глухо. -

• Да, это значит

пойти на риск. Но если упустить возможность, если не узнать ничего сейчас, то лучше ведь не будет. Или... я не знаю, Дамир. Честно... мне до жути страшно теперь.

Ты под моей защитой, — твердо выдает Варвар.

— А этого твоего Марка я найду

как разговорить. Занимайся лучше своими делами. Учебой или что там? Тебе же скоро в универ.

Оказавшись дома, куда Байматов провожает меня лично, до самой двери, первым делом включаю компьютер и проверяю почту.

Занимаюсь учебой. Как он и сказал.

А в голове мелькает мысль, что вряд ли Варвар такую учебу одобрит. Возможно, поездку заграницу. На полгода.

Но мне нужно думать о своем будущем. О том, что важно.

Сейчас именно мини-проект, над которым работаю, помогает хотя бы немного сохранить самообладание под диким прессингом развернувшейся вокруг меня новой реальности.

Утром приходит сообщение от Байматова:

«Заеду за тобой через полчаса».

Как всегда — лаконично. Ничего лишнего. Однако даже посмотрев на эту короткую фразу ощущаю, как нарастает напряжение.

Что-то еще случилось? Или...

Стараюсь не накручивать себя раньше времени. Просто собираюсь. Жаль, что

Дамир ничего толком не объясняет.

А с другой стороны — может и нельзя это делать? Вдруг телефон прослушивают?

Или сообщения могут прочесть?

Сразу вспоминается один из роликов на канале Профессора. Не смотрела, но название в глаза бросилось. Там как раз насчет «прослушки».

Вскоре телефон вибрирует снова. Входящий вызов.

Да, — принимаю. Я подъехал, — говорит Варвар. — Поднимаюсь к тебе. Хорошо, жду, — отвечаю. — Завтракать будешь? Некогда, мы сразу поедем.

Он отключается.

Слышу, как хлопает дверь подьезда. Беру сумку и выхожу в коридор. Обуваюсь и практически сразу после этого раздается звонок в дверь.

— Я, — доносится по ту сторону хриплый голос Варвара.

Открываю.

— Привет, — мои губы дергаются в нервной улыбке.

Замечаю, что глаза у Варвара красные, будто он всю ночь не спал. Наверное, так и

есть.

— Как твоя рука? — спрашиваю тихо.

Вчера совсем не было похоже, будто рана доставляет ему проблемы, но сегодня замечаю, что повязка сильнее выделяется через рубашку. Значит, слоев там становится больше.

— Все нормально, — отвечает Дамир.

Куда мы едем? В больницу, — говорит он. Что случилось? Марк хочет с тобой поговорить, — мрачно бросает Байматов.

Его лицо непроницаемое. Никаких эмоций. В глазах темнота.

Подожди, но он же... - начинаю, ощущая, как сильнее холодею. Идем, Настя, у нас мало времени. Как он? — выпаливаю, выходя из квартиры. Стабилен.

Пальцы дрожат настолько сильно, что у меня не получается закрыть дверь. Тогда Байматов сам берет ключи, запирает замок.

А я бездумно наблюдаю за ним.

Марк... как же так?

Только в машине наконец выдаю:

Ты сказал, что найдешь способ его разговорить, — судорожно втягиваю воздух. Ты же не. Я его не трогал. А твои люди? Нет, Настя, — криво усмехается, глянув на меня. — Знаю, ты не лучшего мнения о моих методах. Но я не собирался твоего бывшего пытать. Его пытали? — кислород забивается в груди, невольно закашливаюсь. — Он же был в камере. Под наблюдением.

В голове сразу всплывает несколько громких историй о пытках в СИЗО. Однако не так давно прошло большое расследование. После него установили строгий контроль.

Ограбление резонансное. Без того к делу приковано много внимания.

Разве кто-то из следователей стал бы настолько сильно рисковать своей репутацией?

— Хотели убрать, — холодно говорит Байматов. — Представить все как драку в камере.

Марк.

Как он только умудрился в такую историю вляпаться?

Картина в моей голове до сих пор не складывается. Мой бывший просто весело проводил время за просмотром роликов, а теперь — угроза тюрьмы и даже хуже.

Угроза гибели. Профессор хочет его убрать. А на подхвате у этого типа хватает безумных фанатов, которые пойдут на все, лишь бы ему угодить.

Пока мы едем, захожу на канал. Механически проверяю новые ролики. Ничего нет.

Спокойнее не становится.

Еще недавно Байматов наотрез отказывался меня пускать на встречу с Марком.

Такая резкая перемена в его решении может быть связана только с одним.

Положение усугубляется. И кто знает? Попытка убрать моего бывшего, вероятно, лишь один фрагмент.

Машина притормаживает на парковке для сотрудников клиники. Отмечаю это механически. А потом вижу, что Байматов проводит меня в здание не через центральный вход.

• Так меньше внимания привлечем, — замечает он, будто уловив в моих глазах немой вопрос.

Просторный коридор. Лифт. Еще один коридор.

Запах стерильности повсюду.

Возникает какое-то дурацкое ощущение. Будто я во сне или в кино. А это все искусственное. Вокруг нет ничего настоящего. Сейчас я открою глаза и...

Особенно сильно врезается в разум момент, когда вижу вооруженных полицейских на входе в очередной коридор. И рядом с палатой.

Они все здороваются с Варваром. Потом появляется еще какой-то мужчина. В гражданском. Дамир обьясняет мне, что ненадолго отойдет. Общается с ним в стороне. После возвращается.

— Я буду ждать тебя здесь, — говорит Варвар.

Его ладонь на моем плече, слегка сдавливает.

— Если возникнут проблемы, жми на кнопку вызова медсестры, — добавляет он.

Растерянно киваю, поворачиваюсь к двери.

— Марк в порядке, Настя. Вовремя вытянули.

Снова смотрю на Дамира.

Сейчас

— в порядке. А потом? Получится ли защитить Марка от расправы со

стороны его... видимо, босса?

— Он под охраной, — добавляет Варвар. — Здесь дежурит полиция.

Молчу. В горле пересыхает от волнения.

— Я решил, ты права, — вдруг замечает Дамир. — Лучше действовать раньше. Не тот момент, чтобы терять время.

Медлить больше нельзя.

Дверь открывается. Переступаю через порог. Оказываюсь в палате. Слегка вздрагиваю, когда слышится щелчок позади.

Оборачиваюсь, наблюдая, как закрывается комната.

А потом иду дальше. К высокой кровати, на которой лежит Марк. На его лице живого места нет. Даже просто смотреть больно. И у меня сердце сжимается от такого зрелища.

Уже после замечаю повязку на шее. Бинты пропитываются кровью.

Жуткое зрелище.

Рефлекторно накрываю свое горло ладонью.

— Марк, — зову. — Ты меня слышишь? Марк...

Собственный голос не узнаю. Так сипло, надрестнуто звучит. Приходится откашляться.

Он слегка ведет головой. Открывает глаза.

— Настя, — выдает чуть слышно.

Шагаю ближе. Беру его за руку.

— Марк, — повторяю, чувствуя, как слезы наворачиваются на глаза.

Не знаю, откуда берутся силы, чтобы подавить истерику. Но я делаю все, только бы собраться.

Сейчас

— в порядке. А потом? Получится ли защитить Марка от расправы со

стороны его... видимо, босса?

— Он под охраной, — добавляет Варвар. — Здесь дежурит полиция.

Молчу. В горле пересыхает от волнения.

— Я решил, ты права, — вдруг замечает Дамир. — Лучше действовать раньше. Не тот момент, чтобы терять время.

Медлить больше нельзя.

Дверь открывается. Переступаю через порог. Оказываюсь в палате. Слегка вздрагиваю, когда слышится щелчок позади.

Оборачиваюсь, наблюдая, как закрывается комната.

А потом иду дальше. К высокой кровати, на которой лежит Марк. На его лице живого места нет. Даже просто смотреть больно. И у меня сердце сжимается от такого зрелища.

Уже после замечаю повязку на шее. Бинты пропитываются кровью.

Жуткое зрелище.

Рефлекторно накрываю свое горло ладонью.

— Марк, — зову. — Ты меня слышишь? Марк...

Собственный голос не узнаю. Так сипло, надрестнуто звучит. Приходится откашляться.

Он слегка ведет головой. Открывает глаза.

— Настя, — выдает чуть слышно.

Шагаю ближе. Беру его за руку.

— Марк, — повторяю, чувствуя, как слезы наворачиваются на глаза.

Не знаю, откуда берутся силы, чтобы подавить истерику. Но я делаю все, только бы собраться.

Я думаю, что ослышалась. Неправильно поняла. Или сам Марк ошибся, сказав это.

Что? — вырывается у меня невольноБайматов, — твердо повторяет бывший, продолжая крепко сжимать мою ладонь. Он опасен.

Да, опасен. Это я и сама знаю. Но...

Почему ты решил, будто Дамир работает с Профессором? — спрашиваю прямо. Ты не поняла. Да, я не. Не решил, — говорит Марк. — Знаю. И доказательства у меня были. Но теперь их нет.

Видно, что каждое слово дается ему с трудом. Через силу. И сейчас Марк замолкает, будто готовится к чему-то

А я сильнее холодею изнутри.

Нет, это все глупость. Не может такого быть. Профессор давно ведет игру протие Варвара. Марк тогда просто ролики смотрел. А этот пугающий тип разрабатывал план по полной.

И кто знает, чем он промывает мозги своим адептам?

Рассказать можно, что угодно. Вероятно, ему выгодно делать вид, будто он заодно с Варваром.

Но если бы это было правдой, то зачем бы Профессору пытаться убрать Байматова с дороги?

Взрывчатка. Попытка сжечь дом. Слишком много активности. Нет, можно допустить, будто это все разыграно. Для публики. Чтобы отвлечь.

Но все равно уж слишком бурная деятельность. Можно было бы ограничиться чем-то одним. И это не вспоминаю про ранение Байматова. Про последний ролик Профессора.

Не складывается ничего.

Абсурд.

Настя, тебе нужно бежать от него, — наконец выдает Марк. Я помогу. Мои ребята помогут. Из секции.

Они что тоже, — запинаюсь. — Заодно с Профессором?

— Нет, пацаны были против, — морщится. — Никто из них не поддержал мою идею.

Но тебе они помогут. Держись подальше от Байматова. Поняла?

— Да, — рассеянно киваю.

— А как ты понял, что... они связаны?

Долго объяснять, — отвечает он. — И место не то.

Молча смотрю на него.

Не похоже, будто Марк лжет. Он как будто и правда уверен в своих словах. Но как ему доверять после всего?

Ограбление, — начинаю и получается совсем глухо. — Ты...

Я был придурком. Когда полез во все это. Но грабить никого не собирался.

Просто... так вышло. Думал, что вывезу. Выкручусь и вскрою всю эту банду. А по итогу — сам увяз.

Закашливается.

Тише, Марк, я сейчас позову врачаСтой, — выдает он, опять взгляд мой ловит. — Ты меня поняла, Настя? Тебе надо срочно уехать. Срочно! Хорошо, — заставляю себя согласиться. — Но ты... больше ничего не знаешь?

Ты не видел лица Профессора? Или... может есть еще что-то?

Флешка. Что?

Он кривится. Опять собирает все силы, чтобы продолжить:

Все на флешке. И где она? — спрашиваю тихо. — Где эта флешка? Наше место, — говорит Марк. — Помнишь?

Помню. Обрыв. Старая панорамная площадка. Мы ездили туда, потому что вид открывается классный. На весь город.

Но где там можно спрятать флешку?

Несколько старых лавок и... неработающий фонтан в центре.

— Ты помнишь, — заявляет Марк.

И кажется, улыбается

Прикрывает глаза.

Его пальцы разжимаются, выпуская мою ладонь.

Сначала пугаюсь. На нервах даже не сразу нахожу, куда нажимать, чтобы поскорее вызвать медперсонала. Но потом понимаю, что дыхание у Марка ровное. Все приборы, которые к нему подключены работают без перебоев. Мерно, тихо.

Показатели как будто бы никак не выбиваются.

Конечно, все равно нажимаю кнопку.

Практически сразу появляется доктор и несколько медсестер. Меня выводят из палаты.

— Как он? — спрашиваю.

Стабилен, — следует ровный ответ. — Но разговор отнимает силы. К тому же, нам приходится давать ему седативные. Без них он уже пытался встать с кровати.

Швы могут разойтись.

Швы? У него несколько ножевых.

Застываю, а дверь палаты закрывается прямо перед моим лицом. И почти в тот же самый момент горячие ладони сжимают плечи.

Байматов.

Он разворачивает меня к себе. Смотрит прямо в глаза.

Поговорили? — спрашивает. Да.

Так поговорили, что...

— Идем, — замечает Варвар. — В машине обсудим. Не здесь.

Те несколько минут, пока мы не оказываемся в авто, проходят будто на иголках.

Хаотичные мысли кружат голову. Мелькает даже идея самой поехать и забрать флешку, посмотреть первой

Но черт, это же не фильм.

Мне и так достаточно приключений.

Что он сказал? — выдает Варвар, когда мы остаемся наедине в салоне его машины.

Никаких лишних свидетелей тут нет. Однако мое сердце настолько быстро и гулко колотится, что грудь Сводит.

• Сказал, ты заодно с Профессором, — отвечаю прямо. — Вы работаете вместе. И мне лучше держаться подальше.

Байматов даже не моргает. И бровью не ведет. Он остается таким же невозмутимым, как и прежде.

Тебя это не удивляет? — не выдерживаю.

Нет. Но ты... слушай, ты мог бы хоть как-то отреагировать, — нервно дергаю

плечами. — Или тебе ничего не кажется странным?

Он бесполезен, — говорит наконец и отворачивается, заводит двигатель, готовится выезжать с парковки. — Ничего не знает.

Вот так.

Наверное, если сильно постараться, то можно уловить легкое разочарование.

Потому как Байматов не получает новых зацепок после моего разговора с Марком.

Тогда почему его пытались убрать? — спрашиваю. Профессор работает чисто. Ясно, — киваю. — Ну знаешь, кое-что Марк все же знает.

Варвар переводит задумчивый взгляд на меня.

Он сказал, есть какая-то флешка. Там доказательства... вашего сотрудничестваГде она? На смотровой площадке. Марк не сказал, где именно. Отключился. Но думаю, там не так много вариантов. Я догадалась.

Байматов отдает распоряжение своим людям.

Мою догадку должны проверить. Подробно поясняю, где именно может быть флешка.

В центре площадки неработающий фонтан. Странная конструкция. Больше похожа на несколько перекрещенных турников.

Помню, как Марк показывал на них трюки. Разминался так.

Тренер гонял ребят не только в зале, но и на улице. Закалял свою команду в разных условиях.

И вот однажды Марк показывал мне одну из последних комбинаций, которую отрабатывал. Фонтан это все же не турник. Тем более, заброшенный. Вся эта конструкция была на спорт не рассчитана. Время тоже сказалось на железе не лучшим образом. Все заржавело. Износилось

Потому не стоило удивляться, когда боковая перекладина просто обломилась.

К счастью, Марк тогда вовремя соскочил. Травмы не получил. Но заметил странность

— Тут внизу выступ, — сказал он, кивая на основание той самой треснувшей посередине перекладины. — Посмотри.

Выглядело необычно.

— Тайник, — посмеялся тогда Марк. — Захочешь что-нибудь спрятать — это будет идеальное место. Черта с два кто найдет.

Конечно, сама бы я об этом не вспомнила. Но после того, как Марк упомянул площадку. Наше место.

Сомнений почти нет.

Внутри щемит.

Сейчас кажется, это все было в какой-то совершенно другой жизни. Счастливой, спокойной. Словно чужая реальность. Не моя.

Накрывает так, что слезы подступают к глазам. Откидываю голову на спинку сиденья. Зажмуриваюсь.

Отпустят твоего бывшего, — вдруг бросает Варвар. Что? — вырывается вопрос.

Поворачиваюсь к нему.

Байматов не в духе. Чувствуется. Просто сразу бросается во внимание то, как он управляет машиной. Движения сосредоточенные, четкие. Но я в момент считываю перемену его эмоций. Одна секунда — все резче, жестче.

Отпустят, — повторяет. — Главное, чтобы Профессор до него не добрался. За этим прослежу.

— Значит, что-то новое есть? Марка больше не обвиняют в ограблении?

Мутная тема, — замечает Байматов. — С уликами не все чисто. И по ходу, его прижали шантажом.

— Что ты узнал?

Пробил его девушку, — бросает хмуро. — У нее брат есть. Мелкий. Вроде лет шесть. Сейчас он в детдоме. Она его опекун. И так-то ребенка должны были забрать соц-службы, но нет. Пацана искали. Не нашли. Соседи сказали, его не видели несколько дней. А сегодня утром пацан нашелся. Его отвезли в детдом

Просто оставили на пороге.

Подожди, — качаю головой. — Она же раньше в больницу попала. ДаА где был ребенок все это время? Никто не знает.

Холод ползет по спине.

Кажется, теперь начинаю понимать.

Пацан ничего не может рассказать, — продолжает Варвар. — Да и как с ним говорить? Без сестры тяжело. Если она в сознание придет, может дело иначе пойдет.

Вот почему Марк пошел на ограбление.

— По ходу давили.

Профессор похитил брата его девушки. Шантажировал Марка маленьким ребенком

У этого мерзавца нет ничего святого.

Короче, расследование идет, — добавляет Байматов. Поэтому Марка пытаются убрать. Он знает больше, чем сказал тебе.

Рассеянно киваю.

Ну пусть хотя бы флешка найдется.

А если, — сглатываю. — Если и правда будут какие-то доказательства против тебя? Если Профессор обставит все так, словно вы заодно?

Байматов переводит взгляд на меня. Криво усмехается.

Не прокатит, — говорит. Ну знаешь...Со мной — не прокатит.

Марк так уверенно говорил. Будто сам что-то видел. И его страх за меня был вполне реальным.

Но Профессор мог просто обставить все так.

Затылок мучительно ноет, и я даже не сразу понимаю, где мы оказываемся.

Отстраненно осознаю, что Байматов паркуется возле ресторана.

— Идем, — говорит. — Пообедаем.

Ну вот, я же хотела проводить больше времени вместе с ним.

Конечно, такие обстоятельства не загадывала.

Называется, бойтесь своих желаний.

Наверное, в какой-то другой ситуации это могло бы показаться романтичным. Но теперь события настолько сильно закручиваются, что про наши отношения больше не думаю.

Делаем заказ. Выбираю первое, что попадается на глаза в меню. И когда официант отходит от столика, Варвару звонят.

Короткие отрывистые фразы. По ним трудно что-то понять. Однако вскоре

Байматов отключается и обращается ко мне.

— Ты была права.

Растерянно киваю.

Хорошо...

• Это та флешка, которую украли у Лютого, — мрачно замечает Байматов. -

Он

был уверен, это твоя сестра.

Моя Надя никогда бы ничего не крала, — выдаю моментально. Знаю, Насть.

Хочется сказать, что теперь хорошо бы вернуть Надю домой. Но потом думаю о том, что здесь происходит, и уже не спешу.

Сейчас уже не знаешь, где меньше опасности.

— На этой флешке нет никакого материала на Профессора, — продолжает Варвар.

Марк ошибся.

Так получается?

Байматов звонит еще кому-то. Вскоре приносят заказ.

— Ешь, — говорит он, убирая телефон.

Заставляю себя попробовать блюдо, но вообще кусок в рот не лезет. Не до еды совсем. Не до чего.

Мне нужно по делу поехать, — заявляет Варвар. -

Но сначала отвезу тебя

домой.

— Угу.

Делаю глоток минеральной воды. Даже это дается с трудом.

Да что такое….. нужно собраться.

Мы выходим из ресторана.

Байматову опять звонят, и он немного задерживается в стороне, принимая вызов.

Обнимаю себя руками, шагаю к машине.

Мысли ускользают, путаются.

И я совсем не успеваю сориентироваться. Хоть немного осознать происходящее.

Вот я спускаюсь по ступенькам с крыльца ресторана.

Одна секунда. Вторая. Рассеянно шагаю дальше.

А потом меня буквально сносит куда-то в сторону.

Ничего не понимаю. Теряюсь. Вскрикиваю от неожиданности.

— Тихо, — выдает Байматов.

Резко увлекает меня за собой. Вниз.

— Не дергайся, — бросает он. — Все хорошо.

Краткий миг — меня буквально вдавливает в асфальт. Варвар сверху. Прижимает мощным телом, заставляет распластаться на земле.

Он морщится.

А я вдруг с ужасом замечаю, как на его светлой рубашке стремительно расползается багровое пятно.

Я не слышу ни выстрел, ни взрыв. Тишина оглушает. А потом — бой пульса будто взрывает сознание. Гулкий, резкий, вибрирующий.

Ощущение, точно сердце колотится где-то в горле. Забивается там раскаленным комом.

Варвар рывком поднимается. И поднимает меня. Заталкивает в машину. На заднее сиденье

— Пригнись, — бросает он хрипло.

Заставляет распластаться на обитой кожей поверхности.

Прежде успеваю заметить происходящее вокруг.

Его ладони проходятся по моему телу. Наспех ощупывают. Будто проверяют как я.

Еще секунда — Варвар отпускает меня.

Лежи, говорит твердо. — Я вернусь. Не высовывайся. Поняла?

У меня не получается ответить.

Лихорадит слишком сильно.

Настя? — зовёт. Да, — роняю глухо. Я быстро. Дамир, ты ранен, — вылетает наконец у меня и горло болезненно сдавливает. Херня, — бросает он. — Главное, что ты в порядке.

Он закрывает дверцу.

А я закрываю лицо руками.

Перед глазами будто запускается перемотка кадров.

Лента последних воспоминаний проигрывается в обратном порядке.

Вот вокруг нас суетится охрана Варвара. Человек пять. Может больше.

Вот он прижимает руку к груди, там, где расплывается кровавое пятно.

И у меня все внутри болезненно сжимается.

Вот Дамир морщится, отдавая короткие распоряжения.

А дальше -

— обрыв.

Обнимаю себя руками. Чувствую, как все сильнее колотит.

Тяжело дается осознание происшедшего.

Меня пытались убить.

Варвар закрыл собой. И если бы не это, если бы не его молниеносная реакция, то... все.

Он спас меня. Каким-то чудом заметил стрелка. Или что-то почувствовал.

И поймал ту пулю, которая предназначалась мне.

Внутри звенящая пустота. И в голове, и под сердцем. Ледяной шок сковывает.

Хлопает дверца — дергаюсь.

Варвар усаживается на заднее сиденье, и я сразу же тянусь к нему.

— Нельзя, — говорит он. — Тише, Насть. Лучше приляг.

Моя голова у него на коленях. Его пальцы скользят по моим волосам. Непривычно нежно.

А после он снова осматривает, проверяет. Хмурится, обводя ладонью мое плечо.

Смотрю туда. Несколько царапин на коже. Вероятно, от трения об асфальт, когда

Байматов завалил меня вниз.

Тебе в больницу нужно, — говорю. — К врачу. Не нужно. Я в порядке, — бросаю. — А у тебя кровь. Пожалуйста, Дамир. Давай поедем в клинику. Поеду, — выдает. — Потом.

И по его тону уже понятно, что никуда он ехать не собирается и вообще за рану все это не считает.

Телефон вибрирует.

Дамир отвечает.

Да, — говорит коротко. Взяли его, босс, — доносится до меня мужской голос из динамика. -

Там, где вы

показали, был.

Живой? Да. Хотел сигануть вниз. Не успел. Ты знаешь, что делать, — чеканит Варвар.

Он сбрасывает вызов и отключает телефон.

Это что, тот, кто стрелял? Его взяли? Больше вариантов на ум не приходит.

Но размышлять некогда.

— Сейчас приедет мой друг. Заберёт тебя в надежное место, — заявляет Дамир.

Будешь там, пока не приеду.

Приподнимаюсь. Накрываю ладонью его щеку.

Взгляд падает вниз. На окровавленную рубашку.

— Херня, реально, — уверенно произносит он. — Царапина.

Не похоже..

Мне страшно, — выдаю, чувствуя, как все труднее дышать. Я решу вопрос, — чеканит без тени сомнения.

Решит.

Но я даже не представляю, какой ценой. И сколько нам будет стоить это его решение.

Алихан, место.

представляет Варвар своего друга. — Он отвезет тебя в надежное

А ты? — вырывается у меня автоматически. Я приеду, когда закончу.

Байматову снова звонят. Потому он целует меня в щеку. Прижимается губами и практически сразу отпускает. Бросает что-то своему приятелю, Алихану. И уже через секунду отходит разговаривать. Но вскоре возвращается обратно.

У тебя паспорт с собой? — спрашивает Варвар. Нет, — растерянно качаю головой.

Тогда сейчас тебя отвезут домой. Заберешь. Идем, — подгоняет. терять время. Пока едешь, подумай, что нужно взять.

Нечего

— Мне надо уехать куда-то... далеко?

Наверное, это глупый вопрос. Раз необходим паспорт, видимо, да, придется уехать в другую страну.

Да, говорит Дамир. — Бери, что тебе надо. На первое время. Остальное там

купишь.

Все. Дальше я еду уже с его другом. С Алиханом.

Вид у этого человека... под стать Варвару. Такой же крупный. Высокий. Бородатый.

Угрожающий.

Если бы Байматов не сказал, что он его друг и что он должен обо мне позаботиться, я бы никогда не села в его машину по доброй воле

Но сейчас выхода нет.

Я в шоке от всего происшедшего.

Ощущение будто это не реальная жизнь, а какой-то фильм. Боевик. Триллер. Черт, меньше часа назад меня пытались убить, а теперь я дома, собираю вещи для поездки неизвестно куда. В какое-то надежное место.

Но есть ли такие места? Когда заказчик убийства, скорее всего, Профессор. И у него во власти целая толпа фанатов с напрочь промытыми мозгами.

Делаю все механически. Будто в тумане нахожусь. Бросаю в чемодан первое, что подворачивается под руку.

Надо родителей предупредить. И в универе тоже как-то все объяснить надо. Пока непонятно, надолго ли это затянется. В мыслях полный сумбур.

Дорога до аэропорта. Самолет. Даже не сразу понимаю, куда мы едем. На языке вертятся вопросы, но вид у Алихана такой, что ничего не тянет произнести вслух.

Да и что он мне скажет? Еще ничего не ясно. События могут пойти по-разному, ничего нельзя предугадать наверняка.

Перелет на Сейшелы долгий. Бездумно переключаю один фильм за другим, ни во что не вникаю. Большую часть времени просто смотрю на экран перед собой.

Кадры сменяются, а я словно погружаюсь в оцепенение.

Ешь, — раздается рядом.

Простите? — оборачиваюсь. Ешь, давай, — повторяет Алихан, кивает на тележку с едой, которую к моему месту подкатила борт-проводница.

Наверное, в другой ситуации мне было бы интересно здесь. Все-таки впервые лечу бизнес-классом. Тем более, этой авиакомпанией.

Премиальный уровень считывается во всем. От того, как удобно продуманы массивные сиденья, больше походящие на диваны, чем на привычные места в экономе, до блюд, которые здесь подают. Ощущение, словно попадаю в элитный ресторан.

Но весь этот лоск, всю эту роскошь отмечаю фоново.

Мысли совсем о другом. Эмоции тоже. Так что реакции ноль.

Ты меня слышала? — спрашивает Алихан. Я пока не хочу. Надо.

— Но Я..

Дамир сказал, чтобы я за тобой присмотрел, — чеканит. — Пока ты не окажешься под присмотром его доверенного человека. Его охраны. Поэтому давай, ешь нормально.

Молчу, медленно перевариваю эти слова.

Не усложняй, — добавляет друг Варвара и мрачнеет. надо с тобой нянчиться

Мне тоже нахрен не

Он явно не в восторге от роли «няньки». От того, что пока привязан ко мне и ничего с этим не поделать.

Я такие чувства разделяю.

Мне бы тоже лучше без присмотра. Но с другой стороны после покушения спорить хоть с чем-то не решаюсь.

Варвару виднее, как меня защищать. Я в этом деле не разбираюсь. И лучше бы так и было, лучше бы не узнавать, как оно все работает.

Только никто меня не спрашивает.

Перелет проходит в напряжении. Однако дело не в друге Варвара, который буравит меня тяжелым взглядом, пока стараюсь запихнуть в себя хоть что-то из еды.

Наверное, это даже вкусно. Выглядит красиво, аппетитно

Просто мне сейчас не до чего. Вообще.

Проходит еще несколько часов. В один момент меня все же накрывает усталость.

Тогда я и отключаюсь, проваливаясь в сон.

Потом снова выныриваю на поверхность.

И так раз за разом. То ныряю в бездну, то вырываюсь на поверхность. И вот мой взгляд наталкивается на сочную картинку по ту сторону иллюминатора

Сначала мне даже кажется, это не настоящее. Смотрю куда-то не туда. На экран планшета или телевизора

Разве в жизни бывают такие ослепительные краски?

Острова словно россыпь огромных изумрудов утопают в ярко-бирюзовых водах. И чем ближе мы опускаемся, тем отчетливее проступает картинка.

Белоснежные пляжи. Ломаные линии побережья. Волны бьются, будто танцуют.

Кокосовые пальмы повсюду. Экзотические кустарники с алыми цветами

Это выглядит точно ожившие кадры из рекламы идеального отпуска.

Ощущение нереальности накрывает еще сильнее, когда мы приземляемся выходим из самолета

Палящее солнце пробивается сквозь кружево облаков.

Воздух пронизан

солоноватым морским запахом пополам со сладким цветочным ароматом. Взгляд приковывает океан. Невозможно насмотреться на бушующую стихию. Странным образом, этот потрясающий вид все же меня переключает.

— За нами, — говорит Алихан, кивая в сторону белого внедорожника.

Начинается путь вдоль побережья.

Так и смотрю на океан.

А мне казалось, нет ничего красивее моря. Была и на Черном, и на Средиземном.

Но это...

Это что-то непередаваемое.

Бескрайние воды. Поднимаются волны. Вспениваются у берега. До чего же насыщенный цвет. Лазурные переливы.

А на другой стороне возвышаются тропические джунгли. Яркие цветы, зеленая листва. Массивные папоротники — единственное, что узнаю. Остальные растения вижу впервые.

Открыть окно? — спрашивает Алихан. Да, — киваю.

Он сам опускает стекло.

Теплый ветер врывается в салон вместе с терпко-сладким ароматом. Тут даже воздух непривычный. До нас долетают крики птиц.

Через время за высокими пальмами показывается отель. Одно здание возвышается в центре, а вокруг него маячат бунгало.

Зелень повсюду. Соломенные крыши. Деревянные мостики.

Но первые впечатление смазываются. Возвращается тревога. Пробую набрать

Варвара, но его номер отключен.

Когда пробую что-то выяснить у его друга, тот говорит:

— Дамир сам тебя наберет.

Вот и весь разговор.

Управляющий отелем показывает мне то бунгало, где буду жить.

Соломенная крыша лишь часть декора. На самом деле, здесь все настолько высоко-технически оборудовано, что требуется инструкция. Иначе даже толком не разобраться.

Осматриваюсь, когда остаюсь одна. Принимаю душ, привожу себя в порядок. Снова пробую набрать Варвара — без результата.

С родителями уже говорила перед вылетом. Пришлось лгать. Но другого варианта не было.

Не обьяснять же им правду? Насчет покушения и вообще. Они ничего не могут сделать. Будут волноваться. Не знаю, как в принципе можно спокойно выдать им что в меня стреляли.

Вечером решаю немного пройтись.

Иду в главное здание отеля.

Там шумно, весело. Атмосфера настолько зажигательная, что даже мне немного передается. Музыка льются отовсюду, люди смеются.

И тут я застываю на месте.

Возле барной стойки замечаю Алихана и... Аверина-старшего.

Может, я перепутала? Ошиблась? Вглядываюсь. Нет, никакой ошибки тут быть не может.

Мне той встречи в ресторане хватило, чтобы запомнить Аверина-старшего. Да и у

Алихана внешность запоминающаяся.

А сейчас они общаются так, будто давно друг друга знают.

Нет, конечно, отсюда мне ни единого слова не слышно. Но все по мимике понятно, по тому, как Алихан вдруг хлопает Аверина по плечу.

Дружеский жест.

А тот еще и усмехается в ответ, кивает.

Вероятно, я слишком сильно на этих двоих пялюсь. Алихан поворачивается и смотрит на меня.

Отворачиваюсь. Иду на выход.

Рефлекс срабатывает. Хоть и с опозданием.

На улице усаживаюсь в кресло. Нет сил. Хочется уже выдохнуть, успокоиться.

Позже подходит Алихан догоняет.

Ты почему здесь? — спрашивает. — Ужин не доставили? Не знаю, — говорю, встречая его темный взгляд. — Решила пройтись. Лучше тебе быть в бунгало. Без охраны не выходи. Раньше вы этого не говорили, — замечаю. Теперь — говорю.

Это потому что я увидела вас с Авериным? — не удерживаюсь от

провокационного вопроса. -

— Вы же знаете, что он враг Дамира?

Молчит. Мрачнеет.

Иди к себе, — говорит, наконец. Больше ничего не скажете? Нет.

Извините, конечно, но это...Bce, — обрывает. Что? Тормози, девочка, — чеканит. — Нечего тебе лезть в серьезные дела. Твое дело простое — делать, что сказано.

Я не в том положении, когда спорят, потому приходится уйти в бунгало.

Дальше меня оттуда и правда не выпускают без сопровождения охраны. Алихан появляется редко. Такое чувство, что он проверяет как я. По распоряжению Дамира.

Одни и те же вопросы. Никаких новостей.

Ему наплевать, когда пытаюсь хоть что-то выяснить. Он ничего не отвечает. Лишь однажды мне чудом удается услышать обрывок разговора.

— Блядь, Дамир, завязывай с этим, — резко бросает Алихан.

Он в гостиной бунгало.

Думает, я ушла на побережье вместе с охранником и еще не вернулась. Но на самом деле, сегодня мне нездоровится. Тошнит, вероятно, от стресса. Потому я никуда не пошла, осталась в спальне

Удачно осталась.

— Ты же видишь, как растут ставки. Не уверен, что даже Аверин тут повлиять сможет. Слишком уж сеть широкая. Разошелся сучара на полную. А прижать пиздец тяжело.

Едва ли можно понять, о чем это. Как и несколько последующих фраз.

Единственное, что позволяет мне хоть немного выдохнуть, осознание того, что

Варвар знает про общение его друга с Авериным.

Похоже, они для чего-то объединились. Несмотря на вражду.

— Зря ты с этой девкой связался, — цедит Алихан. — Она твое слабое место. По ней всегда бить будут. Что сейчас, что потом.

Замираю, прижимаясь спиной к стене.

— В нашем деле нельзя давать слабину, — продолжает друг Варвара. — Сука, да я вообще не понимаю, как тебя так на ней повело. Обычная девка. Таких вокруг пачками. Только бери и тра... ладно, блять. Да понял я, понял.

Пауза.

— Залип ты на ней. Вот, что плохо, — выдает Алихан. — Бабы нужны, чтобы яйца разрядить.

Тут он вдруг посмеивается.

— Нет, брат, меня так не прокрутит. Нет на свете сучки, которая бы меня так под себя подмяла.

Слушаю его, а у самой внутри все сжимается.

Алихан прав. В чем-то — точно прав.

Профессор обещал бить по самому уязвимому месту. Отобрать самое ценное для

Варвара. И вот игра идет. Такая игра, которую нельзя остановить.

Алихан уезжает, а Варвар так и не дает о себе знать. Еще несколько дней проходят в полном неведении. Теперь даже спросить некого.

Хотя... от Алихана тоже было ничего не добиться.

Сейшелы настоящий рай для отдыха. Сказочное место. Смотришь — и не веришь, что такое реально. Что это не спецэффекты.

Здесь закаты и рассветы выглядят совсем не так, как дома. Небо другое. Все краски ярче.

Но меня вся эта красота совсем не радует.

Океан начинает казаться бесцветным. Мелкий песок бесит, потому что стоит немного подняться ветру, как этот песок оказывается везде.

Из еды ничего не нравится. К тому же, меня постоянно мутит. Видимо, из-за акклиматизации.

Умом понимаю, что проблема в другом. В неизвестности. Если бы хоть знать, куда все идет, что происходит у Байматова.

Еще смотрю новости каждый день. Но там даже про резонансное ограбление ювелирного не говорят.

Проверяю канал Профессора, хоть меньше всего мне хочется туда заходить

Однако не могу игнорировать этот источник информации.

Впрочем, там тоже пусто. Ни одного нового ролика.

Однажды вечером по привычке включаю телевизор. Уже ничего не жду услышать, просто действую на автомате.

Это входит в привычку.

Нахожу нужный канал и застываю.

Сначала взгляд невольно цепляется за смутно знакомое лицо на экране. Бледное.

Встревоженное.

Это же тот человек. Он давал интервью, рассказывал о том, насколько ценное ожерелье пропало. Управляющий ювелирным.

Кадры меняются. Теперь показывают фрагменты из роликов Профессора. Его жуткая маска крупным планом.

И снова — управляющий. Его ведут полицейские. Руки мужчины закованы в наручники за спиной.

Прибавляю звук.

Опасный преступник наконец за решеткой, там, где ему самое место, торжественно заявляет диктор. — Кто бы мог подумать, что криминальным гением окажется хозяин ювелирного?

Хозяин ювелирного.

Не управляющий.

Я ошиблась.

И….. это точно правда?

Он — Профессор? Тот самый загадочный и харизматичный лидер, который лихо запудрил мозги большому количеству людей?

Выглядит серо. Даже как-то невзрачно. И будто подтверждая мои мысли диктор как раз проезжается по его ничем не примечательной внешности.

Вы только посмотрите, самый обычный человек. Заурядный. Это в Интернете он всесильный антагонист. А в жизни... ну вы видите. Наверняка, ваш сосед и то выглядит более впечатляюще.

Наверное, так и бывает.

Вспоминаю блок про маньяков, который мы проходили в универе. Самые опасные маньяки выглядели вполне обычно. Ничего особенного.

Такого человека в толпе не заметишь. Пройдешь мимо, не придашь никакого значения. По ним и не понять, что за безумный хищник перед тобой

Хитрый план провалился, — заключает диктор. — Благодаря четким и продуманным действиям наших спецслужб Профессор заключен под стражу.

Обширного списка преступлений хватит для того, чтобы выдать ему несколько пожизненных сроков. Теперь вы можете спать спокойно. Этот хладнокровный и циничный оборотень никогда не выйдет на свободу.

Хорошо бы...

Дальше говорят о том, что Профессор был постоянно на виду. Даже участвовал в расследовании ограбления. Тесно общался со следователями.

Все часть его схемы.

Но в какой-то момент правда вскрылась. Детали не оглашаются. Выпуск больше давит на эмоции. Показывают разные истории про людей, который повелись на ролики Профессора, пошли на преступление и сломали свою жизнь.

— Трясущаяся крыса! — мрачно бросает какой-то мужчина, у которого журналист берет интервью. — Ну хоть теперь, глянув на него, дурь должна из головы выйти.

Такой мерзкий тип.

Выглядит Профессор и правда не очень.

Его снова показывают. И чем дольше смотрю, тем сильнее начинаю сомневаться.

Кто знает? Вдруг это... не он?

Просто такой сгорбленный. Дрожащий. Его недавно заковали в наручники, а он уже выглядит сломленным.

Но тут камера перемещается. Захватывает его лицо.

Черт.

Нервно прижимаю ладонь к губам.

Взгляд такой, что сомнения рассеиваются. Колкий, острый как лезвие. И даже на экране выдержать его тяжело.

Кадр почти сразу сменяется другим.

Может я просто накручиваю себя. На эмоциях. Но думать некогда, ведь еще секунда — и на экране показывается Марка.

— Благодарность за помощь следствию, — говорят ему.

Бывший слабо улыбается.

Вид у него уже лучше, чем при нашей прошлой встречи.

Диктор бегло рассказывает историю Марка, который хотел вывести Профессора на чистую воду. В одиночку.

Невольно выдыхаю, услышав, что все обвинения с моего бывшего парня теперь сняты. И мне становится легче, когда добавляют новости про его девушку.

Она еще в тяжелом состоянии, в больнице, но уже пришла в себя.

— Одна из последних жертв Профессора, — замечает диктор. — Ей чудом повезло выжить. Водитель, сбивший ее намеренно, найден и получит свое наказание. Он явно не в себе. Вы просто послушайте, что этот человек говорит.

Водитель выглядит абсолютно неадекватным.

Мне хватает пары фраз с восхвалениями Профессора, чтобы убрать звук. Глаза мужчины горят фанатичным огнем. Он похоже, вообще не раскаивается.

Стоп.

Что это?

Какой-то звук позади.

Прибавляю громкость. Отбрасываю пульт. Осторожно приподнимаюсь.

Сердце нервно колотится.

Уже поздно. Охранник в такое время не заходит. Горничные тоже.

Тогда кто здесь?

Стараюсь не шуметь. Приближаюсь к резной панели. Аккуратно выглядываю. Знаю, меня отсюда не видно. И если что-то не так, то смогу прошмыгнуть прочь отсюда, спрятаться.

Паника накрывает.

И резко отступает, когда мой взгляд наталкивается на массивную темную фигуру.

Бросаюсь вперед.

— Дамир!

Обвиваю широкие плечи руками. Прижимаюсь к горячему мускулистому телу.

Вдыхаю до боли знакомый терпкий аромат.

Мой Дамир...

Здесь. Приехал.

Он впивается в мои губы жарким поцелуем. Подхватывает на руки. Мои пальцы скользят по упрямому затылку, по мощной шее.

Наконец, тревога отступает.

Ты почему не звонил?

— спрашиваю. — Я тут с ума сходила от неизвестности.

Ничего не знала.

— Хотел разобраться, — чеканит. — Чтобы больше ничего не мешало.

И снова целует. Жарче. Острее.

Мое сердце стучит так мощно и гулко, что оглушает. И кажется, ничто не может помешать нашему счастью.

Профессор в тюрьме. Угрозы нет.

А значит, все будет хорошо.

Так хочется в это верить.

Насть, так что ты решила насчет вечера? — спрашивает сестра. Не могу пойти, — говорю.

Почему? — хмурится Надя. — Ты уже вторую неделю дома сидишь. Давай пойдем в кино развеемся. Извини, — качаю головой. — Надо кое-что по учебе закончить.

Надя пробует меня уговорить, но понимает, это бесполезно. Не тянет никуда выходить. Не хочется ни в кино, ни в кафе.

Мысли тянутся к Байматову.

Все так странно.

Мы провели сказочные выходные на Сейшелах. Отпуск мечты. Рядом с Дамиром все краски вокруг ожили с новой силой.

Перед глазами до сих пор мелькают яркие фрагменты.

Вот мы встречаем рассвет на пляже. Вот купаемся в океане. Вот вместе ужинаем.

Яркие дни. Горячие ночи.

А потом — резкий обрыв.

Ничего не понимаю. Еще в самолете все казалось нормальным. Мы друг от друга не отлипали. Однако стоило приземлиться, точнее оказаться в машине, как поведение Байматова переменилось

Отстраненность. Холодность. Будто стена.

Тогда я не сразу это ощутила. Была слишком захвачена собственными эмоциями, парила в облаках.

Знаешь, насчет переезда к тебе, — сказала ему. — Думаю, я готова. Переезд? — он посмотрел на меня и внутри сразу похолодало. — Нет, не лучшая идея сейчас. Но ты сам предложил, — вырвалось.

Будет много работы, — ровно ответил Дамир. -

В квартире почти не бываю.

Проще, если я сам за тобой заеду.

Проще. Наверное.

Вот только с тех пор, он ни разу не заехал. Несколько коротких звонков. Сухие фразы.

Что-то случилось? Опять? Новые проблемы?

Я ничего не могла понять. Прокручивала в голове наши дни вместе. Пыталась разобраться, когда что-то пошло не так.

Кажется, когда мы только приземлились после Сейшел, Дамиру позвонили. Он отходил. Общался с кем-то довольно долго.

А когда вернулся….. я ничего непривычного не отметила.

Он поцеловал меня. Жадно. Прошелся ладонями по спине. И зажал прямо у стенки самолета. Там, где никто не видит.

Уже позже, в машине состоялся тот странный разговор. Ледяной.

А теперь я в полной растерянности.

Что происходит?

Ладно, Насть, раз ты никуда не хочешь, то пойду на свидание с Олегом, замечает сестра.

Внимательно на меня смотрит.

— Не буду дома сидеть, — добавляет.

Надя знает на что надавить.

Я совсем не в восторге от того, что она встречается с другом Варвара. По возвращению из Дубая сестра сияла. И сейчас — тоже. Обьявила мне, что теперь у нее есть парень. И какой...

Ну такого парня, конечно, ни родители, ни я не ожидали.

Влюбилась моя Надя.

А Лютый….. не знаю.

Боюсь сейчас мои эмоции могут влиять на мысли. Вижу, как все вдруг стало сложно развиваться с Дамиром. Опасаюсь, как бы и у Нади похожей истории не случилось.

Однако у нас с Байматовым всегда было сложно. А глядя на сестру рядом с Лютым, не могу не замечать: их отношения развиваются совсем иначе.

Кто бы мог подумать?

Лютый казался мне еще гораздо более циничным, жестким. А уж как про всех женщин выражался. Наверное, фразы хлеще я слышала только от Алихана.

И тут вдруг так.

Не могу отрицать, что он смотрит на мою Надю таким взглядом, от которого сразу становится понятно: других женщин у него нет.

Ощущается все. И его чувства, и внимание.

А Дамир...

Все лишь сильнее запутывается.

Знаешь, а давай пойдем, — говорю. — Что сейчас в кино идет?

Надя улыбается, начинает рассказывать.

Если Байматов не появляется, это не значит, что я должна сидеть одна. Взаперти.

Дома.

Не знаю, что у него за дела. Но чувствую, мне нужно развеяться.

Мы покупаем билеты минут за десять до начала сеанса. Надя идет за попкорном, а газировку я беру в автомате самообслуживания.

Поворачиваюсь, глазами ищу в длинной очереди сестру, однако наталкиваюсь на Дамира...

Удивленно моргаю.

Да, это он. Сомнений быть не может. Останавливается перед входом в ресторан напротив. Отсюда его хорошо видно. Но я не сразу замечаю, что Дамир не один.

Застываю. Судорожно прижимаю бутылки с газировкой к груди.

Девушка. Высокая блондинка. Эффектная. Волосы струятся по плечам. А после она делает небрежный жест головой, перебрасывает пряди на одну сторону. И показывается обнаженная спина.

Вечернее платье. Каблуки на шпильках.

В таком виде на деловую встречу не приходят.

Массивная ладонь Дамира опускается на ее плечо.

Девушка что-то оживленно рассказывает ему и смеется. Сейчас Дамир стоит так, что его лица не видно. Боком. Отвернувшись. Зато отлично видно, как его рука опускается ниже. Вдоль голой спины на округлый зад

Смотрю и не верю.

Просто не понимаю.

— Насть? — где-то вдали раздается голос сестры. — Настя?

Она дергает меня за руку.

Зовет снова.

А я даже шевельнуться не могу. И сказать тоже ничего не получается. Просто стою и смотрю.

— Да что там такое? — выпаливает Надя.

Наверное, она перехватывает мой взгляд. Понимает, куда именно смотрю. Но Дамир с той блондинкой уже заходят в ресторан.

— Насть, ты чего? — спрашивает сестра снова.

Встряхивает меня.

Ничего, выдаю наконец. — Просто... задумалась.

Поворачиваюсь, смотрю на Надю. Понимаю, она мне не верит. И да, это все звучит совсем неубедительно.

— Идем, — говорю. — Сейчас фильм начнется.

Конечно, мне теперь не до кино.

Весь сеанс проходит как в тумане.

Можно было бы решить, что у Дамира все-таки встреча. Однако то, как он ту блондинку трогал разносит такую теорию в пух и прах.

Но может быть есть объяснение? Может, я чего-то не понимаю? И это нужно ему для... дела?

Внутренний голос хохочет.

«Ты сама-то себе веришь?»

Кажется, сейчас я готова поверить во что угодно.

Только бы Дамир объяснил.

Однако он не то что объяснять, он вообще выходить на связь не торопится.

Несколько раз я звонила ему сама. Байматов отвечал так, что охота снова звонить пропадала на пару дней. Либо вовсе трубку не брал.

— Я в туалет, — бросаю на ухо сестре и выхожу из темного зала.

Смотрю на ресторан.

Ну не идти же туда...

Нет. Так точно делать не надо.

Набираю Дамиру. Как завороженная считаю гудки. Один, второй

Обрыв.

Смотрю на экран.

Он сбросил вызов.

Звоню опять.

Теперь гудки тянутся без какой-либо реакции. Ни ответа нет, ни нового «сброса».

Вероятно, убрал звук.

И опять взгляд падает на ресторан. Однако я заставляю себя развернуться и вернуться в зал.

Внутри так больно, что даже сделать вдох толком не получается.

Я настолько глубоко ныряю в собственные мысли, что вообще не понимаю, о чем фильм. Люди смеются, а я делаю все, только бы не разрыдаться.

Запрещаю себе думать. Стараюсь запретить.

Мой телефон вибрирует.

Тут же смотрю на экран.

Всплывает сообщение от Дамира, но меня настолько сильно трясет, что даже не сразу получается открыть уведомление.

«Это срочно?»

Да.

Да, черт побери!

Хочется кричать. Но я пробую успокоиться. Выждать время. Лишь потом набиваю ответ.

«Давай увидимся сегодня».

Мне нужно все выяснить. Нужно понять, что вообще между нами происходит.

Почему на Сейшелах все выглядело будто оживший романтический фильм, а потом между нами резко возникла пропасть

И что это за блондинка?

«Занят».

Приходит короткий ответ.

Ну да. Занят. Видела я, как он занят.

Собираюсь убрать телефон. Правда — собираюсь. Но это все в уме. А на деле мои пальцы уже набивают новое сообщение. Тело действует само по себе.

Меня немного несет. Даже не перечитываю, что пишу. Отправляю ему сообщение за сообщением.

И лучше бы, наверное, позвонить. Высказать это вслух.

Но я боюсь разрыдаться. И боюсь, что он снова не возьмет трубку. Опять натолкнусь на полный игнор.

Ответа нет. Хотя все прочитано.

Добавляю еще немного текста. Или много. Тут как посмотреть. Потом перечитываю все написанное. И выключаю телефон.

Хватит. Высказалась.

Если бы и мысли можно было также легко отключить.

Если бы...

Сеанс заканчивается. Мы с Надей садимся в кафе рядом с кинотеатром. Отсюда отлично виден вход в тот самый ресторан. И я буравлю его глазами. Невольно гадаю, уехал Дамир или остался.

Чувствую себя неживой. Обесточенной. Напрочь выбитой из колеи.

Почему он так себя ведет? Что поменялось?

Нет, Дамир не любитель красивых фраз. Молчаливый, закрытый. Но его взгляд говорил гораздо больше. И чего стоила наша близость в самолете. После той посадки на Родине.

Мужчина, которому наплевать, не может смотреть так. Не может так целовать.

Обнимать. Ласкать без капли стыда.

Наверное. Не знаю.

Откуда мне знать?

У меня было не так много опыта с мужчинами. Мой единственный бывший парень

— Марк. И то у нас далеко не зашло. Ничего не было. А даже если бы и было, то как это все влияет на Дамира?

Голову разрывает от противоречивых размышлений, потому я наконец выдаю сестре:

— Поехали домой.

Надя не возражает. Она и так весь вечер аккуратно пробует выяснить, что со мной творится. Осторожно задает разные вопросы.

Но я не могу ей ничего сказать. Не могу объяснить.

Сама не понимаю, что происходит.

Едва переступив порог, запираюсь в душе. Только там и включаю телефон. Смотрю на экран, но от Дамира ничего нет. Ни сообщений, ни вызовов. Хотя прочитано все.

Бесконечно долго стою под горячими струями воды. Понимаю же, что выйду и первым делом проверю мобильный. И если там снова ничего не будет, то...

Там и правда ничего нет.

Через час тоже — Ноль.

И еще через час.

И еще, и еще.

Под утро не выдерживаю и пишу ему первая. Снова.

«Ты ничего не хочешь мне объяснить?»

Прочитано практически сразу. Ответа нет.

Черт, черт, черт.

По вискам стучат молоточки, когда набираю новый вопрос. Помедлив, перечитываю, отправляю.

«Так и будешь молчать?»

Не читает. Сразу — не читает. Но ближе к полудню мое сообщение все же отмечается, как прочитанное.

Звоню ему. На этот момент я уже в таком состоянии, что готова звонить ему раз за разом. Лишь бы добиться ответа. Любого.

Однако не приходится.

Байматов отвечает на один из первых гудков.

Да, — от его хриплого голоса по мне прокатывается ледяная волна. Ты... скажешь что-нибудь? Я занят, Настя, — в его словах и правда сквозит усталость. — Вечером отправлю за тобой машину.

— Проходи, — мрачно бросает Байматов.

От него несет алкоголем. Сильно. И я невольно отмечаю стакан, зажатый у него в руке.

Дамир поворачивается, не задерживая взгляд на мне. Идет вглубь квартиры. Мне остается только последовать за ним.

Он направляется в кабинет. Усаживается в свое кресло.

А я застываю напротив. Смотрю, как Байматов берет открытую бутылку виски, наливает себе очередную порцию спиртного.

Невольно обнимаю себя руками.

Он же обычно не пьет. Ну выпивает иногда. Но редко.

Растерянно наблюдаю, как Дамир откидывается на спинку кресла, прикладывается к стакану.

Крупный кадык ритмично дергается. Байматов пьет жадно. Крупными глотками.

Почти до дна. С грохотом отставляет стакан на стол

Гулкий звук вынуждает меня невольно вздрогнуть.

Что случилось? — спрашиваю. Ничего, — прохладно отвечает он.

Ладно.

Пусть так.

— Я видела тебя вчера, — говорю тихо.

Он смотрит на меня без эмоций.

— В торговом центре, — прочищаю горло. — Мы с сестрой пошли в кино. А ты был

в ресторане. Не один.

Горечь ощущается на языке. И трудно теперь сказать, от чего. От собственных воспоминаний про вчерашний вечер. От раздирающей меня изнутри агонии. От дикой боли.

Или... от ледяного безразличия в глазах Варвара.

Да. Вот, что ударяет сильнее всего.

Он спокойно встречает мой взгляд. Ноль эмоций. Даже ни один мускул на его лице не дергается.

Весь его вид будто говорит — ну да, был не один, и что дальше?

— Знаешь, это все очень странно, — прочищаю горло. — Я написала тебе...

Замолкаю, потому что он поднимает руку.

— Думаешь, я эту хуйню читал? — выдает Дамир. — Блядь, Настя, что тебе вечно не так?

В горле встает колючий комок.

Что?.

— Заебала, — кривится Варвар. -

Ну реально. Ты мне с первого дня мозг

выносишь. Но сейчас — уже перебор.

— Я просто пытаюсь тебя понять, ~ выпетает -

• Что у нас? Что между нами

происходит?

— Трах, — резко отвечает Байматов. — Трахаемся мы. Но сука, всему есть предел, и моему терпению тоже.

Теперь он прикладывается прямо к бутылке. Пьет еще более жадно. Даже часть алкоголя проливается мимо, струится так.

Еще секунда — бутылка летит на пол. Ковер приглушает звук удара, но я все равно вся сжимаюсь от резкого звука.

Варвар морщится. В каждом его жесте сквозит какое-то ожесточение.

Ничего не понимаю. Просто не узнаю Дамира. Передо мной словно другой человек оказывается.

Но нет... это он. Пусть таким я его и не знала.

Что это, Дамир? — выдаю, нервно кусая губы. — Что с тобой? Не понимаю. Еще недавно все было нормально. Мы же так.

Байматов резко поднимается.

И я замолкаю.

— Ну вот такой я, — разводит руками. — Какой есть.

Шагает ко мне.

— Трахаться люблю, — усмехнувшись, бросает он. — Одной бабы мало. А с тобой слишком много мороки.

Варвар проходится ладонью по затылку.

Короче, если хочешь, чтобы я и дальше тебя ебал, то закрываешь рот, отрезает он.

Подступает вплотную. Склоняет голову к плечу, внимательно рассматривает меня.

— И да, драть буду не одну тебя, Проваливай.

чеканит отрывисто.

Не нравится?

— Нет, — лихорадочно мотаю головой.

— Не верю. Ты не можешь мне такое

говорить. После всего. Ты не...

— Кончай блажить, — обрывает хлестко. — Запоминай. Я трахаю кого хочу и когда хочу. Если не звоню, если тачку за тобой не отправляю. Значит, не до тебя.

Наскучила. Ясно?

Отрицательно качаю головой.

Отхожу от него.

Нет, нет.

Это все какой-то бред.

Не по-настоящему.

— Ладно, — выдает он. — Хватит этого пустого базара.

Берется за ремень. Расстегивает пряжку.

На колени, произносит, вбивая в меня взгляд.

И глаза у него темные, горящие, но... как будто совсем пустые. В них нет ничего.

Выжженная пустыня.

Что застыла? — рявкает. — Раз ты уже здесь, то вперед. Давай, бери член в рот и отсасывай.

Почему ты ведешь себя как урод? — срываюсь, слезы душат и вырываются наружу.

Что на тебя нашло? Нехер рыдать, — рычит.

За плечи меня хватает. Грубо встряхивает.

— Да, — цедит. — Я урод. Только сейчас заметила?

Криво усмехается.

— Пусти, — бормочу.

Вырываюсь из его рук. Отхожу еще на несколько шагов назад.

Все происходящее не кажется мне реальным. Это сон. Просто какой-то сон. Дурной сон. И тут поскрипывает дверь.

Поворачиваюсь.

Смежная с кабинетом дверь вдруг открывается. Показывается темноволосая девица. В одном белье.

Мое сердце обрывается.

— Что за шум? — протягивает она, будто мурлыкает.

Виляя бедрами подходит к Байматову.

Милый, ты...Рот делом займи, — резко выдает тот.

Хватает ее за волосы, рывком опускает на колени.

Девица взвизгивает, но уже через секунду сама расстегивает ему брюки.

Поглаживает мускулистые бедра.

Поднимаю взгляд. Глаза в глаза. На Дамира.

Он выглядит абсолютно невозмутимым. Будто все в порядке вещей. Будто ничего особенного сейчас здесь не происходит.

Отшатываюсь как от удара.

Что такое? — хмыкает Байматов. — Ну давай, ломайся дальше. Все равно вернешься. Еще сама на мой хер попросишься.

Не помню, как вылетаю из его квартиры. Как вызываю такси. Как добираюсь до дома. Перед глазами — темнота. Пусто. И внутри, и снаружи.

Меня выжигает. Напрочь. До капли. Так выжигает, что кажется, внутри ничего не остается. Кровь сворачивается.

— Пошла нахер, — отталкиваю девку от себя.

Отхожу. Достаю новую бутылку из бара. Открываю, прикладываюсь. Алкоголь обжигает горло. Но нихера не берет.

Черт знает, сколько надо выпить, чтобы проняло. Чтобы хоть немного взяло и отпустило.

Разваливаюсь в кресле. Взгляд цепляется за то, чего здесь точно быть не должно.

— Ты еще здесь?

Шлюха суетливо отползает.

— Живее! — рявкаю.

Вскакивает на ноги. Наконец, проваливает, прикрывает за собой дверь.

А я дальше пью. Бездумно перевожу взгляд в другую сторону. На другую дверь.

Туда, где скрылась ОНА

Единственная женщина в мире, которая заставила меня хоть что-то почувствовать.

Хотя нет.

Она охуеть как много ощущений дала.

И сейчас раздирает. От бешеной тяги. От дикой потребности. Кажется, будто пару минут назад кусок плоти от себя отодрал и выбросил прочь.

Она ушла не одна.

Забрала все, что было во мне живого.

Но разве так не лучше?

Для дела — пойдет.

Блядь, до чего же меня корежит.

От боли, которая плескалась в голубых глазах. От того отчаяния, которое пронизывало ее потухший взгляд. От того, как губы нервно кривились.

Самого себя разломал, только бы не броситься вперед. Не задержать. Не сказать, что все это дерьмо. Пиздежь. Что я сам своим словам не верю.

Но сука, так будет правильно.

Особенно перед тем, что совсем скоро намечается.

Времени мало. Некуда уже тянуть. Урвал достаточно. Теперь самое верное решение — отпустить ее на свободу.

Пусть сейчас свое отплачет. Пусть ненавидит меня. Урода. Пусть. Так ей по итогу будет легче.

Она будет счастлива.

А я... разберусь.

И вообще, это верный путь. При любом раскладе.

Не та у меня жизнь, чтобы отношения строить, семью заводить. Не та работа. И я сам — не тот.

Даже если бы не было никакой угрозы. Даже если бы все вдруг закончилось.

Это же просто херня. Не вижу себя примерным семьянином. Дом, дети. Все это не моя тема. Абсолютно не моя.

А с ней надо так.

Настя этого заслуживает.

Нормально. По-настоящему. Все серьезно.

Нет. Нихуя. Не для меня это.

Заклинило на ней крепко. Когда в первый раз отпустил ее от себя, никого трахать не МОГ.

Звучит бредово. Но факт.

И теперь — так. Даже хуже. Попробовал ее. Залип окончательно. Одного раза хватило, чтобы подсесть по полной.

За эти две недели думал уже трахну кого-то. Хер там. Не тянет. Как бы шлюхи вокруг не выкручивались, как бы не липли. Что вчера блядь отправил куда подальше, что сегодня.

Ладно. Пройдет. Время надо. Еще переключусь.

Я себя знаю. Не бывало, чтобы меня на одной бабе надолго заклинило. Тут система дала сбой.

Просто Настя... такая. Хорошая девочка. Тянет к ней как магнитом. И знал же сразу, трогать нельзя. Но потянуло мощно. До безумия. Забрать, закрыть ото всех.

Так и сделал.

Похер мне было на все.

Отец у Насти оказался влиятельный. Точнее — его знакомые. Он врач. Хирург.

Много кого успел вытянуть с того света, потому хватило рычагов, чтобы давить. С разных сторон.

Он по ходу все контакты подключил.

Но это меня не тормозило.

Моя она. Сам так решил. Отпускать не намерен.

А потом отпустил.

Просто почувствовал, что сорваться могу. Слишком далеко зашло. Брать ее силой не хотел. Самому себе перестал доверять. И понял, что прикипел.

Слабостей быть не должно.

Потому от своей единственной наметившейся уязвимости я постарался скорее избавиться. Приглядывал за ней. Отдал своим людям нужные распоряжения.

Сам не лез. Вообще пересекаться не собирался.

Но тут влез сынок Аверина.

Уебок.

Меня и сейчас злоба берет, когда вспоминаю, что этот гнилой ушлепок нес. Как собирался от Насти избавиться.

Живым его оставил только потому что аверинский.

Даже странно, что у такого отца родилась такая падаль.

Аверин мой давний враг. Но понятия у него есть. Четкие.

Короче, завертелось.

По уму было бы снова Настю отпустить. Держаться от нее подальше, как и раньше.

Но куда там уму, когда вся кровь к херу приливает?

— Настя...

Выдаю это в звенящую пустоту.

Снова пью.

Она не за член берет.

За душу.

За то, что сейчас под ребрами мечется. Одержимо. Голодно. За ней рвется.

Догнать, вернуть.

Блять, назад дороги нет. Все для этого сделал.

Пускай ненавидит меня. Пускай забывает как страшный сон. Пускай будет счастлива.

С другим?

Об этом не думаю.

Нехуй.

Стоит только представить ее в руках другого мужика, как перед глазами падает багровая пелена.

Телефон вибрирует в кармане.

Открываю. Фокусирую помутневший взгляд на экране. Пробегаю по строкам короткого отчета.

Очередное подтверждение.

Профессор на воле.

В тюряге — очередная его пешка. Сам он скрылся. В очередной раз. Дальше мутит воду. А значит, и опасность сохраняется.

Наш главный бой еще впереди.

Потому нехер Насте быть рядом со мной. Никакая защита не станет достаточной, пока эта тварь на свободе.

План у меня есть. Рискованный. Иначе гада не прижать. Надо идти ва-банк. И я пойду. Дожму ублюдка.

На этом и сосредоточусь.

Прокручиваю схему в очередной раз. Должно сработать. Хотя прогноз давать трудно.

И времени потребуется много. Скорее всего.

Сразу гниль не выползет.

Профессора вполне устраивает, что его считают заключенным в тюряге. Он готовит свое возвращение. За кадром.

Ему мало денег и власти. Он хочет внимания. Славы.

На этом и попадется однажды. Чую. И загнать его теперь дело чести. Никто не смеет нападать на мою женщину.

Уебок заплатит. Клянусь.

Еще несколько глотков.

Откладываю телефон.

Мертвецки пьян.

Блядь.

Ухмыляюсь.

Ну что же, так и должно быть.

— Надь, дай мне пульт, пожалуйста, — прошу сестру.

Она отрицательно мотает головой.

Нет, ты и так постоянно телевизор смотришь, — говорит, держа пульт за спиной. Давай лучше прогуляемся. И вообще, может нам на выходные за город поехать?

Олег предлагает...

— Мне надо новости мониторить, программы.

выдаю. -

Ты же знаешь. Для новой

Ну еще успеешь. Каждый день, — дергаю плечом. — Это и есть смысл мониторинга. Хватит учиться, — бросает Надя. — Ты же постоянно то в книгах, то за компьютером.

Присматриваюсь к сестре.

Бледная она сегодня. Взволнованная. И так странно зажимает пульт в руке, прячет от меня.

Что такое?

— Нет, Настя, — бормочет, не позволяя забрать пульт.

Тогда включаю телевизор так. Через кнопку на панели.

И обмираю.

На экране — Варвар.

Его лицо. На фото.

Звука нет. Но следующий кадр показывает запись с камеры видеонаблюдения.

Черный внедорожник несется по мосту. Слетает вниз.

А дальше — совсем другие кадры.

Взрыв. Пламя.

— Настя, пожалуйста, тебе не надо это смотреть, - как сквозь туман в голове доносится голос сестры.

Прибавляю звук.

Меня буквально оглушает.

«Трагическая случайность».

«Не справился с управлением».

«Сильный удар. Бензобак поврежден. Искра воспламенила топливо».

Сначала кажется, это все какие-то бессмысленные слова. А потом меня буквально прорезает насквозь.

— Дамир Байматов погиб. Известный бизнесмен. Хозяин сети охранных агентств вчера утром…..

Что? Что они все говорят?

Реальность расплывается. Меня куда-то уносит.

Последнее, что слышу — возглас сестры:

— Надя!

Мир вокруг темнеет.

十十十

Ты знала? — вырывается у меня, когда открываю глаза и вижу Надю перед собой.

Сестра кивает. Крепче сжимает мою руку.

— Почему ничего не сказала? — закашливаюсь. — Почему ты... черт, я что, в больнице?

Ну да, это точно не моя комната. Больничная палата.

— Олег заехал, — говорит Надя. — А ты без сознания. Он настоял на том, чтобы отвезти тебя в больницу.

Голова гудит.

Опять Олег. Везде Олег.

Надя только про Лютого и говорит.

Но вообще... не могу плохо к нему относиться. Моя сестра счастлива с этим мужчиной.

— Думаю, он прав, Насть, — продолжает она. — Здесь у тебя хотя бы анализы взяли. Осмотрели. Тебе же все время плохо. Пусть разберутся, что это.

— Мне нормально, — выдаю. — Это просто... от новостей.

Тебя тошнит целыми днями, — обеспокоенно замечает Надя. — Ты совсем ничего не ешь. Похудела так. Довела себя. И тут еще.

Она морщится.

Знает же, что у меня с Байматовым. На эмоциях ей многое рассказала. Не могла я тогда молчать.

Последняя встреча с Варваром была настоящим кошмаром.

Еще недавно казалось, я умерла там. От его циничных слов. От грубой безжалостности.

А теперь вижу, что ошибалась.

Дай мне, пожалуйста, телефон, — прошу сестру. Да, сейчас, минутку.

Надя протягивает мобильный. И я сразу забиваю фамилию Варвара в поисковик.

Пробегаю взглядом по открывшимся ссылкам.

Стараюсь вчитаться. Но смысл ускользает.

Не справился с управлением.

Как это?

Не верю.

Скользкая дорога. Обледенение. Опасный участок моста.

Все эти аргументы меня не убеждают. Я же помню, как Байматов водил машину. Он бы проехал по этому мосту в любую погоду. С закрытыми глазами.

— Настя, пожалуйста, не надо тебе это читать, — сестра пробует забрать у меня телефон.

И я уступаю ей. Просто потому что там везде пишут одно и то же.

Что говорит Лютый? — спрашиваю. Насть...Я не верю, — нервно мотаю головой. — Это все какая-то глупость. Этого не может быть. Он рассказывал мне, как работал инструктором по экстремальному вождению. А тут... не справился? Не смог проехать по мосту, где проезжал далеко не раз?

— Настя, прошу тебя.

Сестра пробует меня успокоить. Потом все же зовет Лютого. И вот они уже вдвоем стараются объяснить мне, что так бывает.

Случайность.

Со мной говорят как с ребенком. Или как со слабоумной. Повторяют одно и то же разными словами.

А меня будто выключает. Вышибает.

Реальность словно размазывается.

Нет, я очень злилась на Байматова. Внутри все переворачивалось. Даже страшно вспоминать, сколько я прорыдала, уткнувшись лицом в подушку.

Он окунул меня в грязь. Разбил. Сломал. Уничтожил.

Но... каким бы подонком он не был.

Теперь не важно.

Я думала, что справилась. Думала, что все мои чувства ушли. Потому что иначе я бы саму себя перестала уважать.

Как можно любить человека, который вот так втоптал тебя в дерьмо?

Да он ни во что меня не ставил.

Однако сейчас накрывает настолько сильно, что я не чувствую ничего. Ни боли, ни отчаяния. И слез нет.

Не знаю, как так.

Внутри шторм.

И в то же время штиль.

Меня как будто разделяет надвое. И одна часть вдалеке, в потайной части сознания, сгорает в агонии, истошно вопит и сотрясается от неизбежности происходящего.

А вторая часть — я. Спокойна. Будто пульс у покойника.

Смотрю на свою сестру. На Лютого рядом с ней. Смотрю и вижу, что они продолжают говорить, но я уже ничего не слышу.

Тут дверь палаты открывается. Показывается врач. Он смотрит в мои глаза, подходит ближе.

— У меня для вас есть хорошая новость.

Варвар жив?

Сейчас он скажет, что...

Что же, в какой-то степени он именно это и говорит.

— Анастасия, — врач поправляет очки. — Вы беременны.