© Киселёв А. К., 2025

© Теняева А. С., ил., 2025

© ООО «Издательство АCТ», 2025

У одной мамы родился Один Мальчик. Мама так обрадовалась, что даже забыла его назвать каким-нибудь именем. Они сразу стали гулять. Мама хотела, чтобы все видели, какой у нее замечательный ребенок. И она часто останавливалась и рассказывала другим мамам о своем мальчике. А они рассказывали о своих детях.

А пока мамы разговаривали, Один Мальчик научился ходить и ушел со двора. Раньше он думал, что двор – это весь мир. Но оказалось, что мир не один. Их целых два. Один во дворе, а другой за калиткой. Другой мир был больше и красивее. В нем росла зеленая трава и разные цветы. Некоторые цветы умели летать. Это были бабочки.

Одна бабочка села ребенку на нос. Она тоже думала, что Мальчик – это новый неизвестный цветок. А когда Один Мальчик чихнул, она поняла, что это не цветок.

– Ты кто? – спросила бабочка.

– Не знаю, – ответил Мальчик. Он честно ответил. Он на самом деле не знал, кто он. Он только знал, что он не мама и не бабочка.

Тогда бабочка задала другой вопрос:

– Ну, зовут-то тебя как?

– Меня только мама зовет, – ответил Один Мальчик.

– Вот бестолковый, – сказала бабочка. – Ладно. Как она тебя называет?

Один Мальчик стал вспоминать, как зовет его мама. Это было трудно, потому что мама называла его разными словами.

– Мой цветочек! – вспомнил Мальчик.

Бабочка рассмеялась.

– Ну какой же ты цветочек? Цветочки – вот они.

И она стала перелетать с цветка на цветок. И ребенок увидел, что он на цветы совсем не похож. И пошел дальше. А навстречу ему котенок.

– Ты кто? – спросил котенок.

Один Мальчик опять стал вспоминать, как называет его мама. Вспомнил и сказал:

– Мой котенок.

– А я тогда кто? – возмутился котенок. – Это я котенок! Смотри: лапы видишь? Четыре штуки! Хвост! Усы! И вообще красивый! Вот какие котенки бывают!

Фыркнул и убежал. А Один Мальчик дальше пошел. Идет, а навстречу ему волк. «Сейчас тоже спрашивать будет, как меня зовут», – подумал Мальчик и стал вспоминать другие слова, которыми называла его мама.

Волк удивился, что ребенок его не испугался, и даже зауважал за это.

– Как тебя зовут, герой? – спросил волк.

А у Мальчика уже был готов ответ:

– Мое солнышко!

Волк засмеялся, от смеха даже на спину упал и лапами заболтал. А когда отсмеялся, говорит:

– Разве солнышко такое? Ты посмотри на небо! Вот оно какое, солнышко.

И Один Мальчик понял, что он на солнышко похож еще меньше, чем на цветок и котенка.

И тут его догнала мама. Волк убежал, а мама обняла Мальчика и стала плакать и смеяться. А потом взяла его на руки и понесла назад. И она все время плакала и говорила, смеялась и говорила… И тогда Один Мальчик узнал, как его зовут на самом деле. Не солнышко, не котенок и не цветочек.

Настоящих имен было два, они длинные и трудные. На самом деле Одного Мальчика зовут Горетымоё и Моятырадость!

Один Мальчик лежал в кроватке, а мама читала ему сказку:

– Жил старик со своею старухой

У самого синего моря…

– А что такое море? – спросил Один Мальчик.

– Это очень большая лужа, – ответила мама.

– Как у нас во дворе? – спросил Один Мальчик.

– Что ты! – сказала мама. – Больше.

Один Мальчик не поверил:

– А разве больше нашей лужи бывают?

Мама ответила:

– Бывают.

– Ух ты! – удивился Один Мальчик. – А почему оно синее?

– Потому что в море вода синего цвета, – сказала мама.

– Красиво, – сказал Один Мальчик. – А еще оно какое?

Мама подумала и сказала:

– Соленое.

– А кто его посолил? – спросил Один Мальчик.

Тут мама немного рассердилась и сказала:

– Никто. Давай читать и спать.

Один Мальчик долго не мог уснуть. Он думал о море. Какое оно большое и синее. И зачем-то соленое. Одному Мальчику так хотелось увидеть море! Он не выдержал, встал и пошел во двор. Во дворе почему-то было светло, и все гуляли. Он подошел к Котенку:

– Котенок, пойдем на море!

– Мне и здесь хорошо, – ответил Котенок.

И Крот, и Майский Жук, и птица Трясогузка, и Уж – они все сказали, что ни на какое море они не пойдут, не полетят и не поползут. Потому что им и здесь хорошо.

«Какие странные, – подумал Один Мальчик. – Разве без моря хорошо?» И пошел один.

По дороге он встретил Ручей. Ручей весело бежал по камешкам, и камешки были чистые и разноцветные.

– Ты куда идешь, Один Мальчик? – спросил Ручей.

– На море! – ответил Один Мальчик.

– Я тоже! – крикнул Ручей. – Пошли со мной.

Один Мальчик обрадовался, и они побежали вместе.

По дороге они встретили Маленькую Речку. Маленькая Речка шла вдоль зеленых берегов.

– Вы куда идете? – спросила Маленькая Речка.

– На море! – ответили Один Мальчик и Ручей.

– Я тоже! – сказала Маленькая Речка. – Пошли со мной!

И они пошли втроем. По дороге они встретили Большую Реку. Большая Река текла не торопясь мимо больших гор, больших полей и больших городов.

– Вы куда идете? – спросила Большая Река.

– На море! – ответили Один Мальчик, Ручей и Маленькая Речка.

– Я тоже! – сказала Большая Река. – Пошли вместе!

И они пошли вчетвером.

И вот они подошли к морю.

Один Мальчик сел на берегу и долго смотрел на море.

Оно было большое. Больше всех луж на свете.

Оно было синее, как небо.

Когда наступил вечер, оно стало розовое, как небо. И на нем появилась красная дорожка.

А когда наступила ночь, оно стало черное, как небо. И красная дорожка стала серебряной.

Один Мальчик окунул палец в воду и лизнул.

Море и правда было соленое!

И оно вздыхало.

– Ты почему вздыхаешь? – спросил Один Мальчик.

– Мне грустно, – сказало Море.

– Почему? – удивился Один Мальчик.

– Потому что скучно, – вздохнуло Море. – Вы ходите, куда хотите. А я все время на одном месте.

– Не грусти, – сказал Один Мальчик. – Ты красивое.

– Спасибо, – сказало Море.

– И ты мне очень нравишься, – сказал Один Мальчик. – Очень-очень!

И Море улыбнулось. Еще никто никогда не видел, как улыбается море! Только Один Мальчик.

И тогда он спросил:

– А почему ты соленое?

– Не знаю, – сказало море и пожало плечами.

Еще никто никогда не видел, как море пожимает плечами! Только Один Мальчик.

– А я знаю, зачем ты соленое, – сказал Один Мальчик. – Чтобы селедка соленой была!

И тогда Море рассмеялось. Еще никто никогда не видел, как смеется море! И Один Мальчик тоже не успел увидеть.

Его мама разбудила.

Вырос в саду цветок. Самый обыкновенный.

А когда зацвел, то оказалось, что необыкновенный. Лепестки у него были зеленые.

Все другие цветы в саду были правильные: белые, голубые, красные, желтые и даже оранжевые в крапинку. А этот зеленый, как лягушка.

Цветы, конечно, стали возмущаться, потому что нельзя!

Потому что нельзя!!

Потому что нельзя быть зеленым таким!!!

Они боялись, что это заразно. Только Один Мальчик пожалел цветок и покрасил его акварельными красками. Каждый лепесток своим цветом.

Но прошел дождь, и цветок опять стал зеленым.

Тогда Мальчик пришел с мамой. Мама выкопала цветок, пересадила его в горшок и отнесла домой. Все-таки в мире обязательно должно быть что-то неправильное: белые вороны, храбрые зайцы, пятерка за диктант. И зеленые цветы.

Вечером, когда село солнце, цветок закрылся.

А утром снова развернул лепестки. В самой середине, в чашечке цветка, лежали три жемчужины: белая, розовая и голубая.

Вы говорите, что голубых жемчужин не бывает?

Просто она была неправильная!

У Одного Мальчика было счастливое детство. До обеда.

Во-первых, он съел два мороженых. Свое и папино. Но папа еще не знает.

Во-вторых, первый раз прокатился на велосипеде без рук. То есть не велосипед был без рук, а Один Мальчик руками за руль не держался.

В-третьих, Один Мальчик сам открыл закон земного притяжения. Этот закон он открыл, когда катался на велосипеде без рук.

Здесь счастье временно кончилась.

Бабушка признавала только два лекарства: йод и еще одно, с названием «Столичная». Йод Одному Мальчику от коленок, «Столичную» себе от нервов, давления, головной боли, поноса, температуры и последних известий.

Пришел папа, простил мороженое, починил велосипед. Бабушка починила Одного Мальчика.

И снова началось счастливое детство!

– Дед, расскажи сказку, – попросил Один Мальчик.

– Я тебе уже все рассказал. Других нет, – развел руками дедушка.

– А ты придумай!

– Ладно, попробую. Ну, слушай. Росла, значит, роза…

– Ага, а сам учишь, чтобы слов-сорняков не было!

– Хорошо. Росла роза. Все у нее было хорошо. За ней ухаживали. Не так, чтобы в кино водить и цветы дарить. Цветы ей зачем? Она сама цветок. И кино тоже. Она ходить не может. За ней по-другому ухаживали: укрывали на зиму, поливали, подкармливали разными полезными удобрениями, даже подстригали. Сорняки пололи. Не слова, а настоящие. Роза росла и радовалась жизни. А когда роза радуется жизни, она цветет. Роза знала, что она красивая, и от этого радовалась еще больше и еще лучше цвела. Но почему-то ей казалось, что это не вся радость, что самое лучшее – впереди.

– Дальше я знаю. Сейчас что-то плохое случится.

– Если знаешь, зачем слушаешь?

– Ты рассказывай. Все равно делать нечего.

– Ну, спасибо на добром слове. Так вот, ты ошибся, дружок. Случилось, но не плохое. Однажды роза увидела, что внизу, у самого корня, появился маленький росток.

– Сорняк?

– Она сразу поняла, что это не сорняк. То есть не поняла, а что-то шевельнулось у нее в сердце…

– У растений нет сердцев!

– Сердец. Да, сердец у растений нет. Но это не значит, что они бессердечные. Понимаешь, она затрепетала всеми листочками и лепестками, будто после долгого холода подул теплый ветер. Вот так она стала мамой. И вот теперь ее радость стала полной. Потому что она увидела, что этот маленький росточек – самый красивый, и ей ни капельки не было завидно. Потому что о своей красоте она забыла. Теперь у нее было новое счастье – отдать всю себя этому тоненькому розовому стебельку. Оказывается, счастье – забыть о себе ради того, кого любишь. И ничего, что ее лепестки стали не такими яркими, а листья – не такими свежими. Ведь теперь лучшие свои соки она отдавала малышу, она согревала его холодной ночью и укрывала днем от равнодушного горячего солнца. А малыш рос и скоро перестал быть малышом. А когда роза-дочь расцвела, роза-мама заплакала от гордости за нее. И склонила свою увядшую голову. «Какой красивой ты выросла!» – шептала она. Но роза-дочь не слышала ее.

– Почему?

– Потому что дети не слышат матерей.

– А я слышу! У меня уши есть!

– Я же про розы рассказываю… И когда люди срезали старую розу, молодая только обрадовалась. Теперь никого не было рядом, и она была свободна. Розы всегда мечтают о свободе. Они думают, что свобода – это самое главное. Они же растения. Теперь уже у молодой розы все было хорошо. Она росла и радовалась жизни. А когда роза радуется жизни, она цветет. Роза знала, что она красивая, и от этого радовалась еще больше и еще лучше цвела. Но почему-то ей казалось, что это не вся радость, что самое лучшее – впереди. Пока не увидела, что внизу, у самого корня, появился маленький росток…

– Это как сказка про белого бычка, да?

– Да. Все сказки такие.

Один Мальчик хотел, когда вырастет, стать продавцом мороженого. Я тоже хотел, но в мое время это было очень трудно. А теперь, когда мы живем в свободной стране, каждый может стать продавцом мороженого или даже безработным.

Но папа и мама Одного Мальчика не знали, что они живут в свободной стране. И они запретили сыну хотеть. Папа сказал стихами: «Не для того тебя рожали мы с матерью на белый свет, И я скажу при всем народе тебе в ответ три раза нет!» И сказал нет три раза. И тогда Один Мальчик стал плакать и биться головой об стенку. Когда стенка кончилась, папа сдался. А мама уже давно сдалась.

И Один Мальчик стал учиться на продавца мороженого. Для этого надо уметь считать деньги холодными несгибаемыми, то есть негнущимися пальцами и есть мороженое три раза в день – на завтрак, обед и ужин. Ошибается тот, кто думает, что это легко. Это первый день только легко. Во второй труднее. А в третий… Каждое новое мороженое понижает температуру тела. И через три дня у Одного Мальчика температура понизилась так сильно, что совсем пропала. И он стал как мамонт из вечной мерзлоты. У него все внутри замерзло. Он покрылся инеем. И начальник города решил установить его в центре города. Чтобы он был памятником всем продавцам мороженого.

Но в это время мама заплакала, и ее горячие слезы закапали на Одного Мальчика. И он оттаял и ожил. И дал честное-пречестное слово, что никогда-приникогда не будет продавцом мороженого. Вот что делает мамина любовь с холодными продавцами мороженого.

У мамы Одного Мальчика была кухня, в которой она делала всё, что хотела. А у папы был кабинет, в котором он не делал всё, что не хотел.

В папином кабинете были всякие портреты на столе и на стенке: папы, мамы, Мальчика, разных родственников и всяких незнакомых. Это были понятные портреты. И один непонятный, в круглой рамке. На нем был изображен какой-то тип без глаз и разными усами. Один ус, короткий, печально висел, а другой, длинный, наоборот, торчал вверх.

– Это кто? – однажды спросил Один Мальчик у папы.

– Где? – прищурился папа. – А, этот… Это известный бегун, самый быстрый на свете.

– Поэтому у него усы в разные стороны торчат? От ветра, да? – догадался Один Мальчик.

– Точно, – кивнул папа.

– А как его зовут?

Папа похлопал Мальчика по плечу и сказал:

– Не скажу. Со временем сам узнаешь.

Конечно, это нечестно, про бегуна сказать, а про имя нет. Это как мороженку до половинки съесть. Или половину Лего подарить.

И вот, когда папа ушел, Один Мальчик пришел в папин кабинет и строго спросил усатого:

– Ты кто?

Но усатый молчал.

– Отвечай, – топнул ногой Мальчик.

И добавил слова, которые слышал от взрослых:

– Быстро отвечай! Время идет!

И тогда усатый ответил:

– Вот именно. Время так идет, тик бежит, так течет, тик летит, так, тик, так, тик…

Тут в кабинет вошел папа и удивился:

– Надо же! Батарейки нет, а они идут!

– Не они, а оно, – поправил его Один Мальчик.

Зубной врач осматривал Одного Мальчика, а Один Мальчик – врача.

– Закрой рот. Всё хорошо, – сказал врач.

Один мальчик закрыл рот и тут же открыл:

– А вы Айболит?

– Я Айдантист, – ответил врач.

– Жалко, – сказал Мальчик.

– Почему? – поинтересовался Айдантист.

– Потому что Айболит умеет крылья пришивать, я в мультике видел, как он бабочке крыло приделал, – объяснил Один Мальчик.

– Так, – сказал врач, – и что дальше?

– Если бы вы были Айболит, то пришили бы мне крылья.

Врач кашлянул и спросил:

– Зачем?

Один Мальчик удивился такому вопросу.

– Как зачем? Летать! Прикольно. Можно воздушные шарики собирать или за дронами охотиться. В окна подглядывать. Летчиков пугать. Там в небе знаете сколько дел!

– Понял, – кивнул Айдантист. – Повернись, сейчас посмотрим.

Мальчик повернулся спиной, и врач пощупал ему спину, особенно там, где лопатки. Было щекотно.

Потом он сказал:

– Ничего не надо пришивать. Сами вырастут.

– Ух ты! – обрадовался Один Мальчик. – Когда?

Врач серьезно посмотрел Мальчику в глаза и ответил так:

– Во-первых, когда будешь. Когда будешь кашу доедать, учиться на пятерки, маму-папу слушать, книжки читать, вещи за собой убирать. Во-вторых, когда не будешь. Не будешь обманывать, телефон под подушкой не прятать, слабых не обижать, сильных не бояться…

– Не драться, – подсказал Один Мальчик.

– Ну, это по обстоятельствам, – сказал врач. – Дальше?

Мальчик вздохнул:

– Не надо. Я понял. У меня крылья никогда не вырастут.

Доктор положил теплую ладонь на голову Одного Мальчика и сказал…

Но что он сказал – тайна.

Один Мальчик знал, что настоящий волшебник не похож на волшебника. Настоящий волшебник не дурак какой-нибудь, чтобы носить колпак со звездами, туфли с загнутыми кверху носами и бороду. Ему бы тогда проходу не дали. Вокруг собралась бы толпа, и каждый что-нибудь просил: стиральную машину, или здоровье, или мороженое.

Настоящий волшебник похож на самого обычного человека, носит футболку, кроссовки, а бороду прячет в карман и надевает только на Новый год.

Надо быть очень наблюдательным, чтобы угадать в обычном на вид человеке волшебника и попросить у него волшебную палочку. А если он спросит: «А ты хороший мальчик?» Один Мальчик не знал, что ответить. Если сказать, что да, то это хвастовство. А хвастунам волшебных палочек не дарят. А если скажешь, что нет, выйдет то же самое. Ладно, главное найти волшебника, а там видно будет.

Вот, например, идет навстречу обычный человек, в кроссовках и без футболки. Это странно. На нем куртка. Может быть, оттого, что ноябрь. Но все равно подозрительно. А еще подозрительней, что под курткой у него что-то корявое и с ветками. Это так подозрительно, что совершенно ясно: это волшебная палочка. И она, конечно, не полированная, не с золотой звездой или алмазом, а замаскированная под сломанную ветку.

Один Мальчик притворился обычным мальчиком и пошел за волшебником.

Волшебник шел-шел и наконец пришел на незнакомую улицу. Здесь стояли маленькие дома из двух этажей, покрашенные белой краской и с красными крышами. И только один дом был покрашен в красный цвет, зато с зеленой крышей. Волшебник отворил калитку, повернулся к Одному Мальчику и сказал:

– Ну, что тебе надо?

Мальчик растерялся и сказал:

– Ничего.

– Ничего у меня нет, – развел руками волшебник. – Есть что-то, нечто и что-нибудь. А ничего нет. Так что тебе надо?

– Волшебную палочку, – признался Один Мальчик и подумал: «Сейчас он спросит, хороший я или нет».

Но волшебник спросил другое:

– А зачем тебе волшебная палочка?

Один Мальчик молчал.

Волшебник присел на корточки, положил руку мальчику на плечо и глубоко-глубоко заглянул ему в глаза.

– Подумай.

И Один Мальчик стал думать. Мороженое, самокат, айфон, Нинка с четвертой парты, слетать на Марс, костюм человека-паука, домашку не делать… Нет, это всё ерунда. Надо, чтобы всё сразу. А чтобы можно было всё сразу… Да! Да! Да! Нужны…

– Деньги! – выпалил Мальчик.

Волшебник заглянул в Одного Мальчика еще глубже и сказал:

– Для этого волшебная палочка не нужна.

– А для чего она нужна? – спросил Один Мальчик.

– Для того, что нельзя купить. И эту волшебную палочку нельзя получить в подарок. Ее надо делать самому.

– Долго? – спросил Один Мальчик.

– Всю жизнь.

Один Мальчик подумал и спросил:

– А то, что нельзя купить, – оно бесплатное?

– Я не сказал, что бесплатное. Я сказал, что это нельзя купить, – улыбнулся волшебник.

– Ладно, я тогда пойду, – вздохнул Один Мальчик.

Волшебник встал.

– Иди, – сказал он. – А я буду тебя ждать.

«Зачем?» – подумал Один Мальчик.

Он только подумал, а волшебник услышал. И сказал:

– Чтобы делать волшебную палочку.

Один Мальчик ушел. Но однажды он пришел на эту улицу. Здесь по-прежнему стояли белые дома, а красного с зеленой крышей не было. Один Мальчик приходил еще несколько раз. Но дома волшебника не было.

Прошло еще время, и Один Мальчик снова оказался на этой улице. Красный дом с зеленой крышей стоял на том же месте, и волшебник открыл калитку.

– Ну, – сказал он. – По-прежнему хочешь волшебную палочку?

Один Мальчик покачал головой:

– Нет, я просто хочу посмотреть на вашу, которую вы тогда за пазухой принесли.

Волшебник провел Одного Мальчика в сад.

– Вот она, – сказал он.

И Один Мальчик увидел вековую липу, растущую в небо.

Первый раз Один Мальчик услышал это слово от мамы.

Она разговаривала с папой и сказала это слово.

– Твой Петров, – говорила мама, – прямо скважина какая-то! Придет и ест, и ест, и ест. Как в него еда-то помещается? Или его дома не кормят?

Второй раз Один Мальчик услышал это слово от папы. Мама жаловалась, что денег нет, а папа сказал:

– Эх, была бы у нас скважина!

И Один Мальчик вмешался в разговор. Мама запрещала ему вмешиваться во взрослые разговоры, но Мальчик вмешался. Как папа мог забыть, что у него есть скважина!

Он так и сказал:

– Пап, у тебя же есть Петров!

– При чем тут Петров? – удивился папа.

– Мама говорила, что Петров скважина.

Мама сделала большие глаза, а папа подавился пельменем. Потом мама и папа долго говорили между собой о том, что надо думать, прежде чем говорить, а особенно при ребенке. А потом стали говорить Одному Мальчику, что нельзя слушать все то, что при нем говорят. А если он все-таки услышал, что при нем говорят, то чтобы сразу забыл.

– И про зубы? – спросил Один Мальчик.

– Какие зубы? – рассердилась мама.

– Что зубы чистить надо.

Нет, стали говорить мама и папа, он должен запоминать все хорошее, а забывать все плохое, потому что родители плохого не говорят… Короче, и Мальчика запутали, и сами запутались.

И Один Мальчик пошел к дедушке. Дедушка сразу все объяснил.

– Скважина – это дырка в земле. Вот наш колодец – это скважина.

Все равно оставалось непонятным, почему папа мечтал о скважине. И Петров у него есть, и колодец. Чего ему еще не хватает?

– Петров – скважина? – переспросил дедушка и засмеялся. – Ну, это для красного словца сказано.

Сказав это, дедушка сразу понял, что ему долго придется объяснять, какого цвета бывают слова, и поправился:

– Это фигурально сказано, сравнение такое. У Петрова живот как колодец. Очень большой. Только ты ему не говори, а то он обидится. А папа говорил про нефтяную скважину. Он хотел сказать, что если б у него была нефтяная скважина, то он сразу бы разбогател.

– Почему? – спросил Один Мальчик.

– Потому что нефть дорого стоит. Из нее бензин получается. Поэтому нефть называют «черное золото».

– Это фигурально, да? – спросил Мальчик.

Дедушка кивнул:

– Фигурально. Но все равно: у кого есть скважина, тот богатый человек.

И Один Мальчик стал думать. Нефть из скважины превращается в бензин. Значит, если налить бензин в скважину, он превратится в нефть. И тогда папа станет богатым! Вот он обрадуется! С бензином-то все просто. Его на заправке купить можно. Или у деда канистру с бензином взять. Дед всегда говорит: вот помру – все твое будет. Пусть немножко сейчас отдаст. А вот где скважину взять? Копать не хотелось. Он уже один раз копал подземный ход. Вон чего тогда вышло.

Надо просто пойти поискать свободную скважину, решил Один Мальчик.

Ему повезло. Недалеко от дома, на самой дороге, он увидел прекрасную скважину. Крышка от скважины лежала рядом. Один Мальчик скорей побежал обратно, за бензином. Деда в гараже не было, а бензин был. И даже не в канистре, а в бутылке из-под минеральной воды. Это даже лучше, а то канистру Один Мальчик не поднял бы. Дед этим бензином бензопилу заправлял. Мальчик схватил бутылку и побежал к скважине, пока никто ее не занял. Он прибежал и аккуратно вылил бензин.

А потом началось самое интересное. Один Мальчик видел по телевизору, как взлетают большие военные ракеты из-под земли. А теперь он увидел, как из-под земли взлетает человек с гаечным ключом.

В этот день Один Мальчик выполнил план по бегу. Он сразу понял, что человек с гаечным ключом очень хочет его догнать, и бежал изо всех одномальчиковых сил. Он бежал и думал, какие все-таки люди жадные.

Он прибежал и спрятался в гараже под дедушкиной машиной. Человек с гаечным ключом тоже забежал во двор. Он увидел, что Одного Мальчика нет, и стал кричать. Мама и бабушка выскочили из дома, а дедушка примчался из сада.

– Что вам нужно? – строго спросила человека мама. – Что вы делаете с гаечным ключом в чужом доме? И зачем вы с утра обливаетесь бензином?

Но человек продолжал кричать. Он кричал:

– Где оно? Где?

– Что? – спросила мама.

Человек поднял руку с ключом и стал похожим на памятник. И он торжественно, как в театре, сказал:

– Где это маленькое злобное существо? Где этот бензиновый монстр? Где этот истребитель сантехников? Я хочу видеть этого человека!

Так сказал человек с гаечным ключом и упал на зеленую травку. Он потерял сознание от нервов.

Когда он очнулся, его помыли, переодели и напоили чаем.

Он пил чай и рассказывал:

– Только заглушку на трубы поставил, только сварочный аппарат включить собрался – а тут меня бензином как обдаст! А он… он…

И здесь губы у него задрожали.

Когда он ушел, бабушка сказала:

– Это наш.

Мама даже немножко рассердилась на эти ее слова:

– Почему чуть что – так сразу наш? Мало ли кругом мальчиков?

Но бабушка твердо сказала:

– Мальчиков много. А наш Один.

И она сказала дедушке:

– Иди поговори с ним. Как мужчина с мужчиной.

Дедушка почесал в затылке и спросил:

– А чего сказать-то?

– Думай! – отрезала бабушка. – Ты мужик или где? Скажи, что так делать нельзя!

Дедушка пришел в гараж и залез под машину.

– Ты чего удумал-то? – прошептал он Одному Мальчику.

Один Мальчик все ему объяснил и про скважину, и про нефть, и про то, чтобы всем хорошо стало.

Дедушка выслушал и сказал:

– Но теперь-то ты понял, что так делать нельзя?

Один Мальчик вздохнул:

– Понял, дед. Сначала надо проверить, что в скважине никого нет. Надо сначала кирпич туда бросить, подождать, а уже потом бензин лить.

Один Мальчик смотрел в окно. Шел дождь. На самом деле он никуда не шел, а уже четыре дня топтался на одном месте. Девять луж уже протоптал. А вчера только шесть было.

– Мам, когда дождь кончится? – крикнул Один Мальчик.

– Откуда я знаю? – ответила мама. – Это только гидрометцентр знает. Все, я пошла. Буду звонить.

К окну прилепился березовый листок. Он даже созреть не успел. Был наполовину желтый, наполовину зеленый. И дрожал.

– Холодно? – спросил Один Мальчик.

– Ага, – кивнул листок.

– Сейчас я этой гидре позвоню, – пообещал Один Мальчик.

Он набрал номер, и ему сказали:

– Гидрометцентр слушает.

– Вы там это дело кончайте! – строгим папиным голосом сказал Один Мальчик. – Развели тут, понимаешь.

– Это не к нам, – вздохнул Гидрометцентр. – Это к кому повыше.

– Дайте номер, – сказал Мальчик.

– А номера нет, – печально ответил Гидрометцентр. – Вообще нет.

Но Мальчик сказал:

– Найдем.

Он закрыл глаза и набрал наугад какие-то цифры.

– Да, – отозвался какой-то усталый голос.

– Это Кто Повыше?

На том конце удивленно помолчали. Потом сказали:

– Не знаю. Сейчас проверю.

И Мальчик услышал, как он куда-то крикнул:

– Эй! Там повыше кто есть?

И потом ответил Мальчику:

– Да вроде только я. А что случилось?

– Дождь, – сказал Мальчик. – Уже сто лет. Три дня с половиной. Вы там это дело кончайте. Развели тут, понимаешь.

Голос вздохнул:

– Ничего не могу сделать. Настроения нет. Грустно мне.

И тогда Один Мальчик сказал опять как папа:

– Делом займись, тогда не будет грустно.

Голос уныло ответил:

– Нет такого дела. Настоящего.

– Есть такое дело! – и Мальчик даже топнул ногой. – Самое настоящее!

Голос оживился:

– Да ну? Какое?

И Один Мальчик торжественно сказал:

– Очень важное дело. У меня тут листок замерз.

– Березовый?

– Да.

– Желтый с зеленым? К окну прилип?

– Так точно, – снова ответил Один Мальчик папиным голосом.

– Так я и думал! Выезжаю! Сейчас только солнце включу и ветер поменяю. Листку скажи, чтобы не боялся.

Один Мальчик посмотрел в окно. Розовая полоса прорезала тучу, и дождь вдруг заторопился. Поднялся ветер и сдул дождь на запад. От ветра листок задрожал сильнее.

Но Один Мальчик сказал:

– Не бойся. Сейчас все нормально будет.

Прошел Новый год, за ним Рождество, а елку не разбирали. Мама сказала, что нельзя, потому что скоро придет Старый Новый год. «Он так быстро постареет?» – удивился Один Мальчик. «Старость подходит незаметно», – вздохнул папа.

И Один Мальчик представил Старый Новый год. Сначала на инвалидной коляске привезут Деда Мороза. Снегурочка прошамкает: «Рашкажи, внучок, штишок». Один дряхлый Мальчик, кряхтя и охая, залезет на старую табуретку, и она развалится. Потом Дед Мороз подарит ему кнопочный телефон. Иголки с елки к этому времени осыплются, и она будет похожа на скелет селедки. Они сядут за стол и будут доедать просроченные салаты.

А когда у них заболят животы, в телевизор придет Президента. И в этом Старом Новом году только Президент будет как новый! И Один Мальчик передумал плакать.

Когда Один Мальчик вырос еще на семь с половиной сантиметров, он стал генералом.

Он как встал утром, так сразу понял, что генерал.

Он взял пистолет и пошел во двор.

Во дворе было полно генералов. Целых три.

Двое качались на качелях, а третий доламывал танк.

– Зачем ты танк ломаешь? – строгим голосом спросил его Один Мальчик.

– Подумаешь! Мне папка еще 10 штук купит! – ответил танковый мальчик. Сразу было видно, что он настоящий генерал.

– Тогда ты будешь танками командовать, – приказал ему Один Мальчик. – И самокатками.

– А мы? – спросили генералы на качелях.

Ну, тут тоже все ясно было.

– Ты – самолетами, – сказал Один мальчик генералу, который сидел на верхнем конце качелей и почти доставал до неба.

– А ты, – сказал он нижнему, – будешь патроны и сгущенку подвозить.

Нижний мальчик заныл:

– А чего ты раскомандовался? Пришел и командует…

За эти грубые слова Один Мальчик столкнул его с сиденья. Он упал, и верхняя перекладина с самолетным генералом грохнулась об землю. Он прикусил губу, заплакал и побежал домой жаловаться. Нижний генерал тоже заплакал и тоже побежал. Но Один мальчик не расстроился. Такие генералы-плаксы на войне не нужны.

Танковый генерал сказал:

– Сейчас родители выйдут и наругают тебя. Меня тоже вчера ругали. Домой отвели и мамке наябедничали.

– А она что? – спросил Один Мальчик.

– Планшет запаролила.

– Ну и дура, – сказала Один Мальчик. Он хотел посочувствовать.

Но танковый мальчик обиделся:

– Кто дура? Моя мамка дура? Это твоя дура! А ты дурак!

Он еще хотел сказать обидные слова, но не смог, потому что Один Мальчик стал кормить его военной сгущенкой. Он не жадный. Сгущенкой считался песок. Танковый мальчик не хотел есть песок и тоже убежал. Он хотел с танком убежать, но Один Мальчик его отобрал. Самому доломать интересно.

Армия разбежалась. Остался только один генерал. Об этом узнали враги, и началась война.

На поле битвы вышли родители убежавших генералов. Они захотели взять в плен Одного Мальчика. Но он им не дался. Он отстреливался до последнего, пока патроны не кончились.

А когда патроны кончились, он смело перелез через забор и убежал в штаб за углом.

На следующий день Один Мальчик еще немного подрос и стал монстром. Он как встал, так сразу понял, что он монстр. Он взял дедушкину дрель и вышел во двор.

Во дворе было полно монстров…

– Говорит: их у тебя миллион, – сказал Один Мальчик. – А у меня нет миллиона.

– На рыбалку меня не пустила, – сказал дедушка. – Такая погода зря пропадает.

– Говорит, если не буду убирать, все на помойку выбросит, – сказал Один Мальчик.

– "Грядки полоть! Грядки полоть! Трава лезет! Трава лезет!" Нашла из-за чего человека дергать. Я понимаю, если б трава летом не росла – это другое дело. А летом трава должна расти. Это нормально. Это закон природы, – сказал дедушка.

– А она правда все мои машинки выбросит? – спросил Один Мальчик.

– Она может, – печально ответил Дедушка. – Я ее знаю. А тебя заставит морковку полоть. А ты знаешь, что такое морковку полоть?

– Как буквы учить?

– Хуже, – вздохнул дедушка.

Они лежали на траве под деревом по имени боярышник. Из боярышника слышался писк. Там было гнездо с птенцами. Прилетел папа-птиц с мухой в клюве, покосился на Одного Мальчика и Дедушку и нырнул в густые ветви. Писк стал громче. Папа-птиц вылетел, сел на ветку и собрался почистить и пригладить растрепанные перья. Но тут же за ним показалась мама-птица и что-то сердито закричала. Папа-птиц испуганно взмахнул крыльями и полетел за новой мухой.

– Вот, – сказал дедушка. – Они все такие.

– Эй, вы где? Где вас носит? – это кричала бабушка. – Быстро сюда!

– Тихо! – шепотом приказал Дедушка. – Голову не поднимай! Ползем отсюда!

– А если она нас найдет? – беспокоился Один Мальчик, когда они переползли от боярышника за куст барбариса.

Дедушка смело ответил:

– А скажем, что не слышали!

Они помолчали. Потом Один Мальчик сказал:

– Дед! А давай убежим и будем жить одни!

Дедушка вздохнул:

– А куда?

Один Мальчик подумал и сказал:

– А давай на Луну.

Дедушка прикинул расстояние между Луной и бабушкой и согласился:

– Давай!

Но тут же расстроился:

– Нет, не получится. Во-первых, отсюда Луну видно. Во-вторых, на Луне воздуха нет. Дышать нечем.

– А мы с той стороны Луны поселимся. И не будем дышать! – нашел выход Один Мальчик. – Я умею, смотри.

Он набрал воздуху и перестал дышать. Он не дышал очень долго, даже голова закружилась.

– Подумаешь, – сказал дедушка. – Я тоже умею, даже лучше.

И тоже перестал дышать. И не дышал даже дольше, чем Один Мальчик. А потом сказал:

– Нет, до обеда мы на Луне не выдержим. Надо поближе что-нибудь и с воздухом. Лучше всего необитаемый остров. Можно даже обитаемый, но не очень.

– Пойдем, – обрадовался Один Мальчик.

– Пойдем, – согласился Дедушка. – Знаю я тут один остров.

И они пошли. По дороге Один Мальчик спросил:

– А бабушка нас не найдет?

– Нет.

– А полиция?

– Что ты! – сказал Дедушка. – Если бабушка не найдет, то полиция и подавно.

И скоро они пришли на необитаемый остров. Но он был немного обитаемый. Там жили индейцы. Давным-давно они убежали от бабушек и теперь здесь жили. Они были добрые и обрадовались Одному Мальчику и Дедушке. И они сразу стали веселиться и играть. А когда проголодались, то нарвали кокосовых орехов, бананов, пирожков с повидлом, насобирали ананасов и пирожных, наловили рыбы и колбасы и развели большой костер, чтобы все это зажарить и съесть.

И когда все было готово… И когда все было готово… И когда все было готово… со всех сторон послышались голоса бабушек:

– Руки мыть!

– Пока суп не съешь, из-за стола не встанешь!

– Сначала уроки, потом гулять!

– Я тебя когда за хлебом отправила?

Но громче всех был голос бабушки Одного Мальчика:

– Так! Вы! Оба! Кактусы полоть! И чтоб до обеда бамбук полили!

Один Мальчик стоял в углу. За его спиной был остальной мир, в который он пришел шесть лет назад. Все эти годы мир был жесток и несправедлив к Одному Мальчику. И теперь он повернулся к нему спиной и вспоминал старые обиды.

Обид было много. Взять хотя бы прекрасный железный пистолет, почти настоящий. Когда он сломался, папа обещал его починить и унес на работу. На работе папе подчинялись люди и станки. Им ничего не стоило исправить пистолет или даже сделать новый. Но дни шли за днями, целых шесть, а пистолета не было. А как жить без пистолета?

Или персик. Он лежал в тумбочке на верхней полке. Она была законной полкой Одного Мальчика. Нижняя была Колькиной. И вчера утром Один Мальчик не нашел персика. Его съел Колька. «Он на моей полке лежал», – нагло заявил Колька. «Я тебе еще куплю», – сказала мама, когда приехала вчера вечером в санаторий. А Колька, как увидел маму, убежал. И дело не в персике. А в том, что на свете живут такие кольки.

А Новый год? Один Мальчик был уверен, что будет Новым годом, в блестящем костюме с цифрами, и будет держать за руку Аню – Снегурочку. А его нарядили в костюм зайчика, заставили прижать руки к груди, свесить ладошки и прыгать вокруг елки с такими же дурацкими зайчиками. А Новым годом был этот жиртрест Русланчик.

И вместо акварельных красок, которые так чудесно пахнут, Одному Мальчику подарили паззл про Белоснежку, который он сразу выменял у Кольки на сломанную зажигалку. И за это тоже попало. «Дурачок ты у меня какой-то, – сказала мама, – новую вещь отдал за какую-то дрянь».

И теперь вот с ложкой. Людмила Петровна сказала: «Ложки алюминиевые, легко гнутся. Не гните их, а то сломаются. А кто сломает, я новую не дам». И зачем она это сказала? Нарочно, наверно. Если бы не сказала, Один Мальчик и пробовать бы не стал. А так попробовал. И правда гнется. Когда ложка погнулась, Один Мальчик испугался, что Людмила Петровна заметит. И стал гнуть в другую сторону. В общем, ложка сломалась. И Анька сразу закричала: «Людмила Петровна, а он ложку сломал!» Один Мальчик, конечно, сказал, что она сама сломалась, но Людмила Петровна не поверила. Она отобрала у него держалку от ложки и оставила только черпачок. И сказала: «А теперь мы все посмотрим, как ты будешь есть».

Суп был противный, рыбный с рисом. Если бы у Одного Мальчика была целая ложка, он бы и есть его не стал. А теперь все на него смотрели. Один Мальчик опустил черпачок в суп, и все засмеялись. И тогда он не стал есть. Взял хлеб и стал жевать. А Людмила Петровна в это время говорила, что вот она говорила, а Один Мальчик нарочно все наоборот сделал, а теперь характер свой показывает, а на сердитых что? «Воду возят!» – закричали все весело. И тогда Один Мальчик решил выпить суп из тарелки. Он поднял ее за края, суп перебултыхнулся и вылился на стол, на штаны и на пол.

Так Один Мальчик оказался в углу. Все пошли в игровую смотреть мультики, а он остался здесь. Уходя, Людмила Петровна сказала: «И не смей поворачиваться! Я за тобой в щелку следить буду». Выключила свет и оставила дверь приоткрытой. Один Мальчик знал, что Людмила Петровна вредная и обязательно будет подсматривать. Поэтому он стоял как струнка и хотел заплакать, но все равно никто не видел, и плакать расхотелось.

Свет из-за приоткрытой двери слабо освещал угол, и Один Мальчик рассматривал обои. Обои были неинтересными: желтые, с рисунком из трех цветков – одного красного и двух синих. «Если бы я делал обои, – думал Один Мальчик, – я бы на них интересные картинки рисовал, про войну. Или джунгли, а на них звери всякие и птицы».

А еще лучше построить машину, чтоб она могла плавать и летать, и поехать на ней путешествовать. Один Мальчик сразу стал вспоминать, из чего можно построить такую машину. Зажигалка у него есть. Колеса можно взять у коляски, которая валяется за забором санатория. Еще он видел молочную флягу у двери столовой, куда привозят продукты. Как приспособить флягу к машине, Один Мальчик еще не знал, но чувствовал: фляга нужна. И еще надо завести друга, чтоб не скучно было путешествовать. Лучше собаку. Только надо научить ее говорить. И пистолет нужен, чтобы охотиться. А как же без пистолета?

Короче, завтра есть чем заняться. А если про него забудут, и он останется в углу?

Тогда лучше умереть. От этой мысли Один Мальчик даже обрадовался. Умереть назло – самое лучшее. Все будут плакать и жалеть: и Анька, и Людмила Петровна. И мама. И папа сразу вспомнит про пистолет. Пусть они себе нового ребенка заведут. А пистолет, значит, ему достанется? Нет уж, пусть лучше сломанный валяется.

А он попадет в рай. Рай Один Мальчик представлял как парк с дорожками и клумбами. По дорожкам гуляют люди, нюхают цветы и пьют бесплатную шипучку. Кому охота, подходит к смотровой площадке и смотрит в подзорную трубу на землю: как там они?

В самом углу обои отходили, и под бумажным пузырем что-то шуршало. Наверно, тараканы. Хорошо бы поймать таракана. Если нет собаки, пусть будет таракан.

Один Мальчик оглянулся: дверь была приоткрыта, и Людмилы Петровны не видно. Он поцарапал бумагу. Пузырь продавился, но не лопнул. Он послюнявил палец и стал тереть пузырь. Бумага промокла и прорвалась.

– Чуть не задавил, – сказал тонкий голосок, и в дырке показалась рыжеволосая головка. Крошечный человечек выпрыгнул на раскрытую ладонь Одного Мальчика. На человечке был красный свитер и синий комбинезон.

– Привет, – сказал он. – Ты чего здесь делаешь?

– В углу стою, – ответил Один Мальчик.

– Зачем? – удивился человечек.

– Воспитательница поставила, – назвал причину Один Мальчик.

– Зачем? – опять спросил человечек.

– Наказала, – объяснил Один Мальчик.

– За что?

– За ложку.

Человечек не удивился и кивнул.

– А я на войну иду, – сказал он. – Пошли со мной?

– А я наказан.

– А мы быстро. Никто не заметит.

И человечек достал из-за пазухи крошечную палочку и ткнул ею в ладонь Одного Мальчика.

Один Мальчик уменьшился и стал как человечек.

– Пошли, – сказал тот, отогнул кусок обоев над плинтусом и пролез в норку. Один Мальчик за ним.

В норке было темно. Но человечек взмахнул палочкой, и палочка засветилась как фонарик.

Из боковых отверстий высовывались огромные мышиные морды, пугались света и прятались обратно.

– Меня зовут Сверчок, – сообщил мальчик.

– А с кем мы воевать будем? – волновался Один Мальчик.

– С врагами, – ответил Сверчок, и Один Мальчик успокоился.

Подземный ход вывел на большую круглую поляну. Она была пуста.

– Сейчас начнется, – сказал Сверчок.

В небе послышался гул. Это летели самолеты.

– Делай, как я! – крикнул Сверчок. Он сжал руку в кулак, выставил указательный палец, прицелился и громко выстрелил ртом.

Один из самолетов загорелся и упал со взрывом.

Так же сделал и Один Мальчик. И сразу попал. Когда кончились самолеты, пошли танки. Они сгорали без остатка, даже пепла не оставалось.

А потом в атаку пошли солдаты. И тут у Сверчка и Одного Мальчика в пальцах кончились патроны. Их взяли в плен и стали допрашивать.

– Где спрятана Военная Тайна? – кричали враги.

– Не скажем! – отвечали Сверчок и Один Мальчик.

– Тогда мы вас пытать будем! – грозились враги.

– Пытайте! – смело отвечали Сверчок и Один Мальчик.

И их стали пытать. Не больно, понарошку. Но они ничего не сказали. Враги устали и заснули. Тогда Один Мальчик и Сверчок их перебили и убежали. Они прибежали в лес и раскопали Военную Тайну. Пришли назад и съели ее вместе с врагами, которые уже ожили и гоняли в футбол.

Потом они вернулись в угол. Сверчок дотронулся до Одного Мальчика другим концом палочки, и Один Мальчик стал как обычно. Договорились встретиться завтра.

– Я буду в углу! – пообещал Один Мальчик. Сверчок ушел обратно, а Один Мальчик сидел у норки, приподняв кусок обоев, и смотрел на удаляющийся огонек.

И не слышал, как его взяла на руки Людмила Петровна и отнесла в кровать. Положила, подоткнула одеяло и погладила по голове.

Утром Один Мальчик открыл глаза и увидел, как на рябиновой ветке перепрыгивают птицы, похожие на розовые шарики. Ветка тряслась, и кисть ледяных ягод стучала в стекло. Птицы были розовые, рябина красная, туман белый. Все было правильно.

Один Мальчик потянулся, повернулся и увидел на тумбочке чашку кофе с молоком и кусок пирожного. Или Военной Тайны?

– Теперь тебе хорошо, – сказал Один Мальчик, – у тебя домик есть, постель. И еды сколько хочешь.

Но Тот, Кому Хорошо, ничего не ответил. Один Мальчик постучал по стенке дома. За стенкой была тишина.

Тогда Один Мальчик поднял дом и поднес к уху. Внутри даже не шуршало.

Один Мальчик чуть-чуть сдвинул крышу дома и заглянул внутрь.

Внутри лежал березовый лист и цветок одуванчика. А Тот, Кому Хорошо, сидел в самом углу и даже усами не шевелил.

– Ты что там, умер, что ли? – забеспокоился Один Мальчик.

– Собираюсь, – мрачно ответил Тот, Кому Хорошо.

Один Мальчик удивился:

– Зачем? Тебе дом не нравится?

Тот, Кому Хорошо, пробурчал:

– Это не дом, а тюрьма. Здесь темно и скучно.

Один Мальчик вздохнул и закрыл спичечный коробок. Майский Жук жил в нем давно, минут пять или даже восемь, а все никак не мог привыкнуть. Один Мальчик стал думать, чего ему не хватает. Может, Wi-Fi не берет? Да нет, должен брать, вон у Жука усы какие. И тут Мальчик понял: просто у него друга нет!

И он побежал к папе. Папа готовил удочки для рыбалки.

– Па! Моему другу друг нужен!

Папа, не поднимая головы, ответил:

– А разве ты своему другу не друг?

– Я друг. Только я в его доме не помещаюсь.

– Понятно, – сказал папа. Он всегда так говорил, когда ему ничего не было понятно. – А чем я могу помочь?

– Пап, а где червяки?

– В холодильнике, где ж им быть, – ответил папа.

Мальчик побежал домой и открыл холодильник. В холодильнике была банка, в банке червяки. Червяки дрожали от холода. Мальчик вытащил самого замерзшего.

– Ты тут не простудился? Моего друга не заразишь? – строго спросил он.

Червяк не ответил, только шевельнул хвостом. Или головой. У них не сразу разберешь.

– Ну смотри! – предупредил его Один Мальчик.

Он открыл спичечный коробок, сунул туда червяка и стал прислушиваться.

– Ты кто? – спросил червяка Майский Жук.

– Ды-ды-ды чувак, – ответил замерзший червяк.

– Сам ты чувак, – обиделся Майский Жук.

Червяк немного согрелся и повторил:

– Дождевой червяк. А ты?

– Жук Майский, – ответил Майский Жук. – Значит, вместе сидеть будем.

Они помолчали. А потом Один Мальчик услышал, что в коробке запели:

Солнце всходит и заходит,А в тюрьме моей темно,Дни и ночи часовыеСтерегут мое окно…

Это была очень грустная песня! Но Майский Жук и Дождевой Червяк пели ее так душевно, что если бы Один Мальчик был Одной Девочкой, он бы заплакал!

И он сразу вспомнил, как однажды сидел один дома и ждал маму. Он сидел у окна, и становилось все темнее и темнее. Сначала стало темно дома, а потом на улице. Только фонарь светил. И если бы Один Мальчик знал эту песню, он бы ее пел. Никого на свете не было, только он один. А что делать на свете одному? Одному ничего не хочется. А у Жука с Червяком даже окна нет. Мальчик открыл коробок и положил Дождевого Червяка и Майского Жука на землю.

– Можете гулять до самого обеда, – сказал он. И побежал на другой конец поселка, где у него с Антохой было секретное дело: подземный ход от Антохиного дома к дому Одного Мальчика. Его еще не было, но до обеда надо выкопать.

– Ты куда? – спросил Майский Жук Дождевого Червяка.

– Теперь не знаю, – вздохнул Червяк. – Вообще-то на рыбалку собирался. Но теперь всё. Рыбалка пройдет без меня.

И он так тяжело вздохнул, что Майскому Жуку стало его жалко.

– А что это такое – рыбалка? – спросил он.

– Эх! – ответил Червяк. – Рыбалка – это мечта. Это мечта каждого дождевого червяка.

– Почему? – спросил Жук.

– Потому что Рыбалка – это место, где Червяк может стать Рыбой. И каждый червяк хочет попасть на Рыбалку. Если повезет. Вот мне не повезло.

– А кто такая Рыба? – продолжал спрашивать Жук.

– Рыба… – задумался Червяк. – Я сам не видел, но мне рассказывали. Рыба – она такая красивая, чистая, с крылышками и в воде плавает.

Жук удивился:

– А почему не летает? У нее же крылья!

– Ну, не знаю. Только каждый червяк мечтает стать рыбой. А для этого надо попасть на Рыбалку. Я почти попал, а тут этот самый пришел.

Жук подумал.

– А где эта… Рыбалка?

– Там, – махнул не то хвостом, не то головой Червяк, – там, далеко, где большая вода.

Жук решительно сказал:

– Тогда пойдем!

– Что ты! – ответил Червяк и расстроился. – Пока я доползу, Рыбалка кончится. Нас только люди туда отнести могут. Я уже в банке был, а тут этот самый пришел.

И тогда Майский Жук сказал:

– А я на что? Мы же друзья!

И всеми шестью лапками обнял Дождевого Червя, зажужжал и полетел. Они полетели туда, де была большая вода! Где была Рыбалка! Где простые дождевые червяки превращаются в красивых рыб с крылышками!

И они прилетели. И они увидели Рыбалку!

Папа Одного Мальчика брал из банки червяка и сажал его на специальное кресло, похожее на крючок. Кресло было привязано к прозрачной нитке, а нитка к длинной палке. Червяк на кресле прямо весь извивался от радости. И потом папа размахивался и бросал его в воду.

– Видишь, – шепнул Дождевой Червяк Майскому Жуку. – Чтобы превратиться в Рыбу, надо попасть в Большую воду и очиститься.

Проходило какое-то время, и происходило чудо! Вместо червяка папа вытаскивал из воды Рыбу! Она была даже красивее, чем рассказывал Дождевой Червяк! Вся серебряная, с радужными крылышками и таким красивым раздвоенным хвостиком! Когда папа брал ее в руки, было видно, что она раскрывает рот. Это она пела от счастья! Жаль, что Жук и Червяк сидели далеко и не слышали ее песни. А папа тоже ей радовался и клал в ведро.

– Зачем в ведро? – шепнул Жук.

Если бы у Червяка были плечи, он бы пожал плечами. А так он просто промолчал.

И тут появился этот самый. Один Мальчик. Он был весь в земле, как дождевой червяк. Он подбежал к папе, заглянул в ведро и закричал:

– Ура!

– Да, – ответил довольный папа. – Сегодня рыбу будем есть. Ты как хочешь: уху на костре или на решетке пожарить?

– Уху пожарить! – ответил Один Мальчик.

Майский Жук и Дождевой Червяк переглянулись.

– Ты знаешь, – сказал Дождевой Червяк. – Что-то не хочу я становиться рыбой.

– Лучше птицей, – согласился Майский Жук. – Полетели. Здесь рядом птицефабрика есть.

Один Мальчик любил знакомиться с незнакомыми. Один раз он вышел из дома и тут же встретился с незнакомым.

– Привет! – сказал Один Мальчик. – Тебя как зовут?

Но незнакомый ничего не ответил.

– Это невежливо! – сделал ему замечание Один Мальчик. – Разве тебя мама не учила, что нужно здороваться?

Но незнакомый ничего не ответил.

Один Мальчик рассердился и сказал незнакомцу обидные слова:

– А еще в желтый цвет покрасился!

Но незнакомый ничего не ответил и даже не обиделся. Он подошел и поклонился Одному Мальчику в ноги. Он даже носом достал кончик ботинка!

Один Мальчик удивился и даже перестал сердиться.

– Ладно уж, – сказал он, – не подлизывайся. Пойдем лучше по деревьям лазить.

Он подпрыгнул и повис на ветке. Незнакомый тоже хотел прыгнуть, но у него ничего не получилось.

– Эх, ты, – сказал Один Мальчик. – Ладно, я тебе помогу.

И он помог ему забраться на ветку. Потом на другую. И они залезли так высоко, что оттуда все-все было видно! Даже то, что за соседним забором.

За соседним забором бегала больная курица. Сразу было видно, что она больная. Она бегала кругами, как сумасшедшая, и что-то кричала по-куриному. К ней даже петух подойти боялся.

Один Мальчик сказал незнакомому:

– Видишь? Ты к ней не подходи. А то заразишься. А где ты живешь?

Но незнакомый ничего не ответил.

– Ладно, – сказал Один Мальчик и залез на следующую ветку.

На ветке было гнездо. В гнезде сидели птенцы. Их было шесть.

– Здесь будешь жить, – решил Один Мальчик и посадил в гнездо незнакомого. – Бабушка говорит, что семья – это «семь я». Потом спасибо скажешь. Когда говорить научишься.

И Один Мальчик полез вниз. Он был очень доволен, что сделал доброе дело. В это время к гнезду прилетели две птицы – мама и папа. Папа-птиц пересчитал птенцов слева направо. Удивился и пересчитал справа налево. Потом он внимательно посмотрел на маму правым глазом.

Мальчик услышал шум и крики вверху и подумал, что родители радуются новому птенцу. Еще бы! Без труда, совершенно бесплатно получить готового ребенка!

А курица за забором продолжала бегать кругами и охрипшим голосом звать потерявшегося цыпленка.

– Давно ли тебя вот такого из роддома принесли! – вздохнула бабушка. При этом она держала в руках довольно большую сковородку.

– Теперь ты взрослый человек, – сказал папа. – Детство не может длиться вечно. Теперь ты узнаешь, куда впадает Волга и выпадает осадок. Я, например, хорошо учился. До сих пор помню, что хорошо. Это мне очень помогло в жизни. Не знаю, как бы я объяснял рабочим, что надо делать, если бы не учил словарные слова.

– Сын, – строго сказала мама, – ты помнишь, как себя нельзя вести?

– Да, – ответил Один Мальчик.

– Ты помнишь, что по школе нельзя бегать?

– Да, – сказал Один Мальчик.

– Прыгать?

– Да, – сказал Один Мальчик.

– Драться?

– Да, – сказал Один Мальчик.

– Обижать старших?

– Да, мама, – сказал Один Мальчик, – я все буду делать, как ты сказала.

– Боже мой! – застонала мама. – Я сказала, что не надо делать.

На Мальчика ужасно белую рубашку, страшно неудобный пиджак и дурацкий галстук.

Сбор первоклассников был на школьном дворе. В первом ряду стояли гладиолусы, за ними дети, потом родители. Бабушки и дедушки толпились отдельно и пахли валерианкой. Выступил директор, которого никто не слышал, и дети разошлись по классам.

Начался самый первый урок.

Учительница сказала:

– Давайте знакомиться. Меня зовут Светлана Олеговна. В прошлом году я выпустила четвертый класс. Это были хорошие дети. Надеюсь, вы меня тоже не подведете: будете себя хорошо вести, хорошо учиться и выполнять школьные правила. А теперь давайте знакомиться. Сейчас каждый из вас расскажет о себе: как вас зовут, как зовут ваших родителей, чем вы любите заниматься в свободное время, кем хотите стать, когда вырастете. У нас первым по списку идет Баранов Дима. Ну, Дима, рассказывай, не стесняйся, мой ягненочек.

Дима открыл рот, но учительница тут же сказала:

– В школе ученик должен встать, когда отвечает.

Дима встал и открыл рот. Но учительница сказала:

– Надо стоять ровно, не переминаться с ноги на ногу и не опираться на стол.

Дима застыл, как солдат на посту, и открыл рот. Но учительница сказала:

– Дети, когда один ученик отвечает, вы должны сидеть тихо, положив руки на стол, не крутиться, а внимательно слушать своего товарища. Говори, Дима.

Дима открыл рот, но учительница сказала:

– Вот теперь у нас все, как на настоящем уроке. И если вы всегда будете так сидеть, вам не будет страшен никакой ЕГЭ. Ну, Дима, что же ты молчишь? Мы тебя внимательно слушаем. Ты стоишь уже пять минут. Время идет. Говори, или я тебя посажу.

Дима открыл рот и заплакал.

– Что же ты плачешь? – удивилась Светлана Олеговна. – Чего ты испугался? Ведь это не ЕГЭ. А что же ты будешь делать, когда ЕГЭ придет?

Тут Дима зарыдал. То есть не просто заплакал, а заплакал в полный голос, с выражением. За ним заплакали девочки. Через восемь секунд рыдал весь класс.

И вдруг открылась дверь, и вошел ЕГЭ… Один Мальчик сразу его узнал. Он догадался, что это дед ЕГЭ – муж бабы ЯГИ. Посмотрел он дед ЕГЭ страшными глазами и сказал страшным голосом:

– А кто здесь плачет в такой радостный день? Ну-ка, отвечайте на задание! Даю три варианта ответа: а) это Дима Баранов, б) это Недима Небаранов, в) это я. Считаю до трех. Раз, два…

Один Мальчик встал и сказал:

– Уходи, дурак, в свою избушку к своей бабке Ягушке!

И дед ЕГЭ растерялся, испугался и ушел. А Одного Мальчика никто даже не похвалил. Наоборот, все ругали. Сначала Светлана Олеговна, потом директор, потом мама. Разве можно, говорили они, так обзывать министра образования? Он вас поздравлять пришел, а ты?

Один Мальчик очень любил музыку. И в школе на уроках музыки он начинал петь раньше всех. Еще до того как музыка заиграет. Он хотел, чтобы учительница музыки взяла его в школьный хор. Но учительница его не брала. Она говорила, что от его пения у нее зубы болят. «А вы их вырвите, – посоветовал ей Один Мальчик, – и они болеть не будут». Но учительница не вырвала, а обиделась.

Один Мальчик тоже обиделся, что его в хор не берут, и стал себя плохо вести на ее уроках. Учительница не вытерпела и сказала: «Чтобы я тебя на своих уроках больше не видела!» Так она сказала с большим восклицательным знаком на конце. Тогда Один Мальчик залез под стол. И учительница пошла к директору. Директор пришел, залез под стол к Одному Мальчику и спросил: «Ты что здесь делаешь?» – «Сижу», – ответил Один Мальчик. – «Это хорошо. Хорошо, что ты не обманываешь. Слышите, дети, – обратился директор из-под стола к другим детям. – Один Мальчик сидит под столом и честно говорит, что сидит под столом. Учитесь у него всегда говорить правду!» И потом он шепотом спросил Мальчика: «А зачем ты сидишь под столом?» – «Чтобы она меня больше не видела!» – тоже шепотом ответил Мальчик. «Понятно, – прошептал директор. – Тогда сиди».

И все школьные годы чудесные Мальчик просидел на уроках музыки под столом. И он получил подстольное музыкальное образование. Например, от ноты «до» крышка стола над головой гудит так: «Ж-ж-ж…» А от ноты «соль» – «з-з-з…»

И теперь Один Мальчик может на столах сыграть любую мелодию! Про него даже телевидение рассказало.

Но он дал маме честное-пречестное слово, что никогда-приникогда никому-приникому не будет рассказывать, как он учился в школе. И когда вырос, не стал музыкантом. Только иногда, когда ну очень хочется, сыграет что-нибудь на батареях отопления… Но это не в счет.

Один Мальчик был очень любознательный. Однажды он увидел Ворону. Ворона была совершенно свободна и могла поддержать беседу.

И Один Мальчик спросил Ворону:

– ВорОна, ты жена ВОрона?

– Нет, – гордо ответила Ворона. – Я жена Вороны.

Мальчик сильно удивился:

– Твой муж девочка? Так не бывает!

– Нет, – ответила Ворона. – Мой муж – мальчик.

– Значит, он Ворон, – упрямо сказал Один Мальчик.

Ворона рассердилась:

– Мне лучше знать, кто мой муж! Ворона он! Самый настоящий ворона! За что ни возьмется – всё проворонит! Вот он какой! А Ворон – совсем другое дело! Ворон – он лесной, деревенский, неотесанный. А мы, ворОны, – коренные горожане. Не то что всякие понаехавшие-поналетевшие.

Один Мальчик спросил:

– Наверно, Ворон вам родственник?

Ворона поморщилась:

– Ну, родственник вообще-то… Но очень, очень дальний! Очень черный! И здоровый такой! А чего ему маленьким-то быть? Житье вольное, деревенское, воздух свежий, бензином не дышит. Знай себе, сидит на дереве да кричи: «Невермор!»

– А что такое «невермор»? – не отставал Один Мальчик.

Ворона подумала и сказала:

– Это у них, у воронов, шутка такая. Любят людей пугать. Люди как услышат «невермор», так сразу в кусты падают. Никакой культуры у этих воронов нет! Я ж говорю: деревенщина! Вот мы, ворОны, другое дело: мы коренные горожане, каркаем нормальным человеческим языком, одеваемся со вкусом, в серое с черным. И питаемся не всякой дрянью, а из лучших помоек. А чего ты так интересуешься?

– Нам в школе по окружающему миру задали, – вздохнул Один Мальчик, – объяснить, чем отличается ВорОна от ВОрона.

Ворона так удивилась, что чуть не свалилась с дерева.

– Как это чем? Это ж любому воробью ясно! Мы – лучше!

Мальчик пришел домой и написал в рабочей тетради по окружающему миру:

«ВорОны отличаются от вОронов тем, что они лучше и питаются из помоек».

Часы показывали час. Они бессовестно врали. Они скрывали свой настоящий возраст. На самом деле часов было тринадцать.

Пролетел стая хмурых веников.

Зеленый кот стряхивал с себя одуванчики.

Одному Мальчику на голову упало яблоко.

Если бы Один Мальчик был Ньютоном, он бы открыл закон всемирного тяготения. Это закон, по которому все предметы падают сверху вниз. До Ньютона люди этого не знали. А он сидел под яблоней, и на него упало яблоко. И Ньютон открыл закон и написал формулу. Потому что яблоко было большое и так шарахнуло, что у Ньютона в голове сразу случилось просветление.

– Это тяготение предметов сверху вниз называется всемирным, потому что предметы падают сверху вниз во всем мире, – сказал папа.

– Везде-везде? – спросил Один Мальчик.

– Везде, – сказал папа.

– Всегда-всегда? – спросил Один Мальчик.

– Всегда, – ответил папа, – потому что это закон.

– А шарик?

– Что шарик?

– А почему у меня шарик в парке, когда я его выпустил, вверх полетел? – спросил Один Мальчик. – Ты еще тогда на дерево за ним полез.

Папа подумал и ответил:

– Потому что он легче воздуха.

– А воздух?

– А воздух тяжелее.

– Значит, воздух падает на землю? А тогда почему…

Тут папа рассердился:

– Все предметы падают сверху вниз. Понял? Это закон! Закон, и все тут.

– А шарик?

– И шарик упадет. Только очень медленно и печально. Когда-нибудь, в будущем времени. Закон, понимаешь? За-кон!

– А что такое закон?

У папы стал дергаться глаз. Но он собрал всю волю в одно место и сказал очень спокойным голосом:

– Закон – это когда все повторяется. Например… – папа поискал на потолке пример и сказал:

– Я получаю зарплату пятого и двадцатого числа каждого месяца. Это закон. И я всегда буду получать зарплату пятого и двадцатого.

– Даже если на работу не пойдешь? – спросил Один Мальчик.

Тут папа вздохнул:

– Да… закон, конечно, неудачный. Но это неважно. Зарплата будет падать сверху вниз всегда и везде! Таков закон всемирного тяготения шариков пятого и двадцатого!

И папе стало плохо.

А Один Мальчик продолжал думать. Что-то в этом законе было не то. Если воздух падает, то почему этого не видно? Если яблоко упало, то где яблоня? Ведь мальчик, когда ему упало на голову яблоко, сидел в комнате! И никакой яблони в комнате не было. Может быть, яблоко падает на голову только в тринадцать часов? Если это повторится, значит – это закон.

На следующий день в тринадцать часов, то есть в час дня, Один Мальчик сидел в комнате и ждал. Яблоко не упало. И на следующий день тоже. И на следующий…

Прошло много лет. Мальчик вырос совсем большой. Теперь он знал, что яблоки в час дня не падают на голову. Особенно если сидишь в комнате, где нет никаких яблонь.

«Какой же я был глупый!» – подумал однажды взрослый Один Мальчик. На часах был час. За окном послышался шум. Это пролетела стая старых веников. Дверь открылась, и вошел зеленый кот. Там и сям на нем росли одуванчики.

Одному Мальчику на голову упало яблоко.

В Одном Мальчике жил-был Мозг. И это замечательно! Потому что не в каждом мальчике он есть. Они росли вместе и очень дружили. Хотя были совсем разные.

Мальчик любил бегать, прыгать и кричать. А Мозг любил спокойно полежать у Мальчика в голове.

Зато Мозг был очень любопытный. Он все-все хотел знать: куда Один Мальчик побежал, что увидел, что услышал.

– Какой ты любопытный! – говорил Один Мальчик Мозгу.

Мозг отвечал:

– Я не любопытный, я по делу. Я тебя контролирую.

– Нечего меня контролировать! – сердился Мальчик. – Я уже большой!

И однажды Мозг на эти слова обиделся:

– Ну как хочешь.

И перестал контролировать. Один Мальчик сначала обрадовался. «Буду делать, что хочу, и никто ничего мне не скажет». И он делал что хотел: перебегал улицу перед машиной, дразнил собак, поджигал траву, катался на крыше электрички, изобретал порох, нырял под моторные лодки. Но скоро ему стало скучно. Потому что весело, когда страшно. А страшно не было. А все потому, что мозг ничего не контролировал и молчал.

И тогда Один Мальчик сказал:

– Эй, Мозг! Ты где? Выходи!

А Мозг сказал:

– Я бы давно вышел, да у меня ног нет.

Мальчик говорит:

– С тобой страшно, а без тебя нет.

– Ну и радуйся, – ответил Мозг.

– А я сейчас в транфаторную будку полезу! – похвастался Один Мальчик.

– В транс-фор-маторную, – поправил его Мозг. – Ну и лезь.

Один Мальчик даже обиделся:

– А ты даже волноваться за меня не будешь?

– За тебя не буду. А за себя буду, – ответил Мозг.

– Почему?

– Потому что знаешь пословицу: «Сам погибай, а товарища выручай»?

– Слышал, – говорит Один Мальчик.

– А ты мне не товарищ. И мне обидно за тебя погибать.

Тогда Мальчик помолчал и говорит:

– А ты со мной снова подружись, и тогда погибать не обидно будет.

Мозг говорит:

– А давай!

И они снова подружились.

– Ну что, полезем в будку? – спросил Мозг.

– Что я, дурак, что ли? – ответил Один Мальчик.

И Мозг на эти слова улыбнулся. Но его улыбки Мальчик не видел. Потому что она была внутри головы.

А вслух Мозг сказал:

– Не дурак. Ты ведь уже большой.

– Я уже устала елочку наряжать, убирать и опять наряжать! – пожаловалась мама. – Не успели Новый год встретить, а он уже старый. Покой мне только снится, и елочки зеленые в глазах.

– Она быстрей меня бежит! – вот что сказала мама про жизнь вообще и свою жизнь в частности.

Один Мальчик не понимал, на что она жалуется. Потому что зима наконец-то кончилась! А зима была длинной-длинной! И теперь наступала длинная-длинная весна.

– Да, – сказал папа, – в моем детстве дни были длиннее, а ночи короче. Я очень весну любил. Идешь из школы, везде ручьи текут. Сделаешь кораблик из бумаги, пустишь по ручейку, бежишь за ним и думаешь: ручеек впадет в Нашу речку, Наша речка впадет в Большую, Большая речка в море, а кораблик будет плыть, плыть и совершит кругосветное путешествие!

Одному Мальчику очень про кораблик понравилось. И он попросил папу:

– Научи меня делать бумажные кораблики!

– Ты не умеешь делать бумажные кораблики? – удивился папа. – Да я в твои годы их одной левой тыщу штук делал! Эх, молодежь!

– Не учи ребенка всякой ерунде! – сказала вредная мама. – Он промочит ноги и заболеет…

Папа не согласился:

– Ну и что? Вспомни, как мы с улицы приходили. На нас нитки сухой не было.

– Жизнь другая была, – отрезала мама. – Медленная и правильная. Все другое было: и нитки, и улицы, и лужи, и ручьи, и экология. А теперь ребенка страшно на улицу выпустить. Кругом зараза и маньяки.

– Да ладно! – отмахнулся папа. – Короче, сын, берешь лист бумаги, складываешь так и так, потом так… Нет, не так… Вот как! Нет, опять не так.

Папа еще немного помучился и развел руками:

– Прости, сын, забыл.

– И очень хорошо! – добавила мама. – А ты иди спать.

И Один Мальчик пошел спать. Он лег, накрылся одеялом с головой и прошептал планшету волшебные слова: «Свет мой браузер, скажи да всю правду покажи… Покажи, как делать бумажный кораблик!»

На следующий день в школе была контрольная по русскому. Надо было написать сочинение про весну. Мальчик его написал очень быстро. Он написал такое сочинение:

«Весна.

Пришла весна. Солнце греет. Снег тает. Показалась первая травка. Скоро Новый год. Лужи и моря покроются льдом. Корабли не смогут плавать. А сейчас тепло. И я ухожу в долгосветное плавание. До свидания!»

Один Мальчик написал сочинение и стал делать кораблик. Когда уроки окончились, он нашел ручей и пустил кораблик. Кораблик плыл очень храбро и ничего не боялся. Ручей становился все шире и шире, а кораблик все больше и больше. И стал таким большим, что мальчик смог в него сесть. А в реке он стал еще больше. А в море вообще огромным, с парусами и пушками.

Мальчик плыл много лет и проголодался. Надо было обязательно пристать к какому-нибудь необитаемому острову и захватить добычу. Тут же появился необитаемый остров с большим магазином. Мальчик высадился на остров и окружил магазин. Магазин сразу сдался, и Один Мальчик в него вошел. Магазин был совсем пустой. Ведь остров-то необитаемый! Мальчик захватил добычу и вернулся на корабль.

Он поплыл дальше. И только он подумал о пиратах, как появились пираты. Они хотели захватить корабль Одного Мальчика. Но он зарядил бумажные пушки бумажными снарядами и стал отстреливаться. Он отстреливался, пока не надоело. А когда надоело, пиратский корабль утонул. Все пираты приплыли к Одному Мальчику и стали проситься, чтобы он их взял. И он их взял, потому что играть не с кем.

Они плыли и открывали новые земли и страны. А когда надоедало открывать, они их закрывали. А то их потом учить придется.

И наконец они сделали круг и вернулись. Море стало рекой, река ручьем, кораблик уменьшился, Один Мальчик и пираты вышли на берег и пошли по домам. За годы путешествия Один Мальчик стал большим, и у него выросла борода. И он пришел домой в белой фуражке и с Одним Попугаем на плече.

И мама, увидев Одного Мальчика, сказала:

– Тебя где носило? Я уже три раза разогревать ставила. Марш в ванную руки мыть! И бороду сбрей!

Когда Один Мальчик пошел в школу, он перестал верить в сказки. Ни в волшебную палочку, ни в золотую рыбку, ни в колобка.

Он даже в деда Мороза не верил!

Но особенно он не верил в сказки про зверей. «Вранье все это, – говорил он, – не может медведь с ежиком дружить. Не может кот на лисе жениться». Так он говорил с самого детства, когда мама ему сказку на ночь хотела почитать. И маме приходилось ему читать школьный учебник физики. Тогда Один Мальчик быстро успокаивался и засыпал.

А в школе по литературному чтению опять сказки читать пришлось! И Один Мальчик поспорил с учительницей. А с учительницей спорить нельзя. Учительница отвела Одного Мальчика к директору.

– Что он опять натворил? – спросил строгий директор учительницу.

– Он в сказки не верит! – ответила учительница.

– Напишите родителям, – сказал ей директор. – Пусть примут меры.

А Одному Мальчику он сказал:

– Так нельзя. Сегодня ты в сказки не веришь, а завтра на выборы не пойдешь. Иди и подумай о своем поведении.

– Куда? – спросил Один Мальчик.

– На Кудыкину гору, – сказал директор.

И Мальчик пошел на Кудыкину гору.

На Кудыкиной горе сидел печальный волк.

– Привет, – сказал ему Печальный Волк. – Тебя за что сюда?

– За сказки, – ответил ему Один Мальчик. – А тебя?

– Тоже, – вздохнул Волк. – За то, что я к ним плохо отношусь

– А почему ты к ним плохо относишься? – спросил Один Мальчик.

– Потому что наговаривают на меня. Послушаешь эти сказки, так хуже волка зверя нет. А я, между прочим, примерный семьянин. Я вот со своей волчихой всю жизнь живу и волчат кормлю. А разве их морковкой прокормишь? Им мясо подавай!

– А я в сказки вообще не верю, – сказал Один Мальчик.

– И правильно, – одобрил Волк. – Кто сказки пишет, вообще жизни не знает. А мы отдувайся. У них ежики, зайчики хорошие, а волк прямо злодей какой-то. Вот найти бы такого сказочника и поговорить с ним по-доброму, по-волчьи.

– А давай найдем! – предложил Один Мальчик.

– Давай! – сказал Волк. – А где его искать-то?

Один Мальчик подумал и сказал:

– Надо вход в сказку найти. Сто пудов, что сказочник где-то там.

– А что он там делает? – удивился Волк.

– Стоит под дверью и подслушивает, что в сказке делается. Или в дырочку подсматривает. А потом записывает. Пошли!

Они спустились с Кудыкиной горы и пошли искать дверь. Ходили-ходили, искали-искали, минут пять или даже шесть, и наконец нашли. Но сказочника у двери не было.

– Испугался, – сказал Волк. – Увидел нас и спрятался.

– Здесь даже прятаться негде, – удивился Один Мальчик.

– А может, он за дверь спрятался?

Мальчик отворил дверь – и точно: за дверью сказочник сидит и в записную книжку что-то записывает. Один Мальчик даже последние слова подсмотрел: «А может, он за дверью прячется?»

– Не «прячется», а «спрятался», – поправил его Один Мальчик. – Только я все равно в сказки не верю!

Сказочник улыбнулся и записал: «Я в сказки не верю! – сказал Один Мальчик».

– А про волков все вранье! – добавил Волк, – Волки хорошие!

Сказочник опять улыбнулся и написал: «А Волки хорошие!»

И Один Мальчик, и Печальный Волк остались довольны, что сказочник правду написал.

Только Один Мальчик про дверь не понял: это был все-таки вход или все-таки выход?

Один Мальчик в лесу собирал малину.

Если переставить слова, получится так: Мальчик в лесу собирал малину Один.

Это тоже правильно. Но неправильно. Дети не должны быть в лесу одни.

Потому что бабушка категорически, то есть очень строго и громко запретила Мальчику ходить в лес одному. А за малиной особенно.

– Там медведи! – сказала бабушка. – И они тоже любят малину!

Если бы она не сказала про медведей, Мальчик ни за что не пошел бы в лес один. А ему очень хотелось познакомиться с медведями.

И он потихоньку рано утром один ушел в лес. И стал собирать малину. Собирает он малину и вдруг слышит, что кто-то рядом ходит по кустам и бурчит. Вот так: бур-бур. Один Мальчик сразу понял, что это Медведь. Сначала он Медведя только слышал. А потом увидел. А Медведь увидел Одного Мальчика.

– Ты что здесь делаешь? – удивился Медведь.

– Малину собираю, – ответил Один Мальчик.

– А почему один? – строго спросил его Медведь. – Здесь медведи встречаются. Как тебя зовут?

– Один Мальчик, – сказал Один Мальчик. – А тебя я знаю как зовут. Михаил Потапович, да?

– С чего ты взял? – удивился Медведь. – Меня зовут Сергей Михайлович.

– Почему? – тоже удивился Один Мальчик.

Медведь пожал плечами:

– Ну не знаю… Просто мой папа Михаил и моя мама Елена назвали меня Сергеем.

– Странный какой у тебя папа, – сказал Один Мальчик. – А сына твоего Мишуткой зовут?

Один Медведь удивился еще больше:

– А вот теперь ты угадал! В честь деда назвали. А откуда ты знаешь?

Один Мальчик рукой махнул: мол, ерунда. И спрашивает:

– А где твоя берлога?

Тут Медведь обиделся:

– Почему берлога-то? Нормальная квартира. Ремонт недавно сделали.

Но он недолго обижался. Они еще поговорили и совсем подружились.

И Один Мальчик пошел домой. Идет он по лесной тропинке, а навстречу ему какой-то зверь. Большой такой, идет не спеша на всех четырех лапах и на Мальчика смотрит. А Мальчику интересно, что за зверь такой.

– Ты кто? – спрашивает его Один Мальчик.

Зверь отвечает:

– Я – Медведь!

Один Мальчик смеется:

– Вот глупый! Какой же ты Медведь? Медведь не такой!

Зверь даже сел. Ухо лапой почесал и обиделся:

– А какие?

Мальчик ему объясняет:

– Во-первых, Медведя зовут Сергей Михайлович. А тебя как?

– Я теперь уже и не знаю, – отвечает зверь.

– Вот видишь, – говорит Один Мальчик. – Во-вторых, он в очках. В-третьих, у него шерсть только на голове растет. В-четвертых, он на задних лапах ходит. В-пятых…

Зверь совсем расстроился.

– А кто же я? – жалобно так спрашивает.

Мальчик говорит:

– Больше всего ты на зайца похож. Только перекормленного.

– Нет, – мотает головой медведь, – у зайца уши.

– Тогда на белку, – говорит Один Мальчик.

Зверь опять не соглашается:

– Нет, у белки хвост.

– Тогда подумать надо, – говорит Один Мальчик. И стал думать. И придумал.

– Знаю! Знаю, кто ты!

– Кто? – спрашивает зверь.

– Ты пони!

– Я не пони, – сказал зверь. – Я один. Значит, я понь.

И Один Мальчик согласился:

– Пусть будет понь.

– А чего понь делает? – спрашивает Понь.

Мальчик объяснил ему, что у Поня очень хорошая работа. Он в парке детей по субботам катает. А потом шесть выходных.

– Это хорошо, – говорит Понь. – А что он… То есть что я ем?

Мальчик пальцы загибает:

– Хлеб с солью. Яблоки. Сахар. Геркулес…

– А мясо? – жалобно спрашивает Понь.

– Ни-ни! – строго отвечает Один Мальчик. – Мясо для поней вредно! Только рыбу по четвергам.

– Тогда ладно, – вздыхает с облегчением Понь.

– И тебя будут звать Понь Огонь!

Поню это имя очень понравилось. А когда он стал по субботам в парке детей катать, хлеб с солью и яблоки с сахаром есть, ему еще больше понравилось!

Чему учит эта правдивая сказка? Она учит вот чему. Если бы каждый знал, кто он на самом деле, жить было бы намного лучше!

Подземный ход был нужен сейчас. Причин было много – целых три. Во-первых, прикольно. И во-вторых и в-третьих тоже.

Это дед виноват. Он, когда с бабушкой поругается, мечтал:

– Вот выкопаю подземный ход и уйду от нее навсегда. На какой-нибудь слабообитаемый остров. Буду рыбу ловить, когда хочу.

И вот прямо сейчас, когда папа был в городе, дед в саду на исправительных работах, а мама с бабушкой отдыхали на кухне с кастрюлями, Один Мальчик начал рыть подземный ход. Он взял малую саперную лопатку и стал ковырять землю. Он думал, что будет копать долго-долго, пока не станет скучно. Но когда ему стало скучно, он вырыл только ямку для секретика. «Ладно, – решил Один Мальчик, – я не настоящий подземный ход вырою, а понарошечный». Но понарошечный тоже было скучно. И когда Один Мальчик хотел отложить это дело на После Обеда Когда Вырасту, лопата звякнула.

Ясно, что звякать мог только клад. Клад оказался железный и ржавый. То есть старый, как положено. Мальчик копал, а клад все не кончался. Но теперь Мальчику не было скучно! И он выкопал весь клад. Клад был странный. Совсем не сундук, как все нормальные клады. Он был похож на рыбу или на баклажан с хвостом. И на нем не было замков! «Как же он открывается?» – думал Один Мальчик. Он его лопатой ковырял. Он говорил волшебные слова. Он даже поплакал. Но клад на жалость не поддался. «Это потому что не я его прятал», – догадался Один Мальчик. Его надо перепрятать, и тогда он откроется. Он пошел в сад. Деда в саду не было. И Мальчик спрятал клад в куче обрезанных веток, в самый низ. И даже листьев подбросил, чтоб не видно было. И побежал к дому. Из дома вышел дед.

– Видел, сколько я веток нарезал? – похвастался он. – Сейчас жечь буду.

И он потряс коробком спичек. Он думал, что Один Мальчик ему позавидует и попросится тоже ветки жечь. Но Мальчик не позавидовал. Потому что подумаешь костер, если у кого-то клад есть! Дедушка обиделся и пошел жечь ветки.

И только тогда Один Мальчик понял, что дед сейчас все ветки сожжет и клад увидит! Он стал думать, что делать. А дед уже ветки поджег, и пошел дым.

И тогда Один Мальчик закричал:

– Дед, иди сюда! Бабушка зовет!

Но дед сделал вид, что не слышит.

– Она ругается! – крикнул Один Мальчик.

Но по спине деда было видно, что тогда он тем более не пойдет.

Один Мальчик применил самое сильное, последнее средство:

– Дед! Она у тебя в гараже уборку делает!

Тут дед развернулся и побежал так, что десять тысяч мальчиков его бы не догнали. Он бежал, его глаза сверкали, и он размахивал ножовкой, как Железный Король в битве с Пришельцами!

И тогда раздался хлопок – такой сильный, что Мальчик на минуту оглох. Он увидел, как костер разлетелся в разные стороны, и вместе с горящими ветками разлетались комья земли. Потом его толкнула горячая воздушная волна, и Мальчик упал на спину. Высоко над землей летела курица в обмороке. Она спланировала на дом, и по железной крыше покатилась вниз. Упала она как раз между дедом и Мальчиком. Таким образом, на земле лежали три тела: деда, Мальчика и курицы. И так они лежали много секунд, даже целых три минуты с хвостиком

Дед поднял голову.

Мальчик сел.

Шатаясь, поднялась курица, застонала и снесла яйцо.

И тогда раздался ужасно спокойный голос бабушки.

Она раздельно произнесла три слова:

– Что. Это. Было.

За ее плечом были мамины глаза. Они были такой величины, что занимали все лицо.

– А не надо в гараже убираться! – сказал дед.

– В каком гараже? Ты что мелешь? – бабушка так удивилась, что перестала быть грозной. – У тебя контузия, что ли?

Мама уже была рядом с Мальчиком. Она его целовала, ругала и плакала. Короче, нормально себя вела.

Все были в порядке, кроме курицы. Она с удивлением смотрела на яйцо, а потом попыталась пойти. Но получилось, будто она танцует матросский танец «Яблочко».

Мальчик засмеялся. Но он зря начал смеяться. Потому что бабушка обратила на него внимание:

– Из вас троих, – сказала она, имея в виду деда, курицу и Мальчика, – ты один не похож на контуженного. Говори как на духу: что это было?

Мальчик не знал, кто такой контуженный. Но он понял, что быть контуженным плохо. И еще он понял, что про клад лучше не говорить. И он ответил:

– Это курица виновата. Что она гуляет где не надо!

– Не надо в гараже убираться! – сказал дед. Но на него никто не обратил внимания.

– А чего я? – возмутилась курица. – Я пострадавшая. А вот он, – и она показала крылом на Одного Мальчика, – чего-то в костер кинул! Я видела!

Но она была контуженная, и ей никто не поверил.

Один мальчик, которого звали Один Мальчик, шел по улице.

Пока Одного Мальчика не было, всё было хорошо. И на улице, и в городе, и вообще на планете. Все занимались своими делами. Дома стояли, деревья росли, дождь шел, солнце светило, планета вращалась.

Всё было хорошо, пока на улице не появился Один Мальчик.

Идет он по улице, а дорогу кошка перебегает.

– Пойдем со мной, – говорит ей Один Мальчик.

– Зачем? – спрашивает кошка.

– А просто так! – отвечает Один Мальчик.

Идут они вдвоем, а на улице собака лежит, блох на себе ищет.

– Пойдем с нами! – говорит ей Один Мальчик.

– А зачем? – спрашивает собака.

– Просто так! – отвечают кошка и собака.

Собака задумалась. Но тут все блохи как закричат:

– Пойдем!

И собака тоже согласилась.

Идут они втроем и с блохами, а на улице дерево растет.

– Пойдем с нами! – говорит ему Один Мальчик.

– Не могу, – отвечает дерево. – Я расту.

И тут блохи опять как закричат:

– Подумаешь! У всех дела! А мы вот взяли и пошли!

Тогда дерево спросило:

– А зачем?

Все удивились такому вопросу и отвечают:

– Как зачем? Просто так.

– Это другое дело, – сказало дерево и пошло вместе со всеми.

За ними машины поехали. А потом и прохожие не удержались, тоже присоединились. Потому что просто так веселей, чем зачем!

Идут они целой компанией и песни поют. А сверху солнце светит.

– Пойдем с нами! – крикнул ему Один Мальчик.

– А я уже давно с вами иду! – отвечает солнце.

Тут планета наша проснулась. И спрашивает:

– Ой, куда вы все идете?

– Просто так! – крикнули ей все-все-все, и солнце тоже.

– А мне с вами можно? – просится планета.

– Конечно! – говорят все-все-все. – С тобой гораздо веселее будет!

И дальше пошли.

Никуда.

Просто так.

Я ночью проснулся, подошел к окну, посмотрел – а там ничего! То есть совсем: ни солнца, ни планеты, ни прохожих, ни машин, даже блох – ничего нет. Посмотрел я на небо. А там молочная дорога. И по ней Один Мальчик идет. Увидел меня и говорит:

– Пойдем со мной!

И мы пошли. Просто так. Потому что просто так – это так просто!

Однажды, когда Один Мальчик был в деревне, выключили свет. Не белый свет, а желтый. То есть электричество. Белый-то давно погас, еще когда солнце село. Одного Мальчика уложили спать. Папа пришел со свечкой сказать ему спокойной ночи. Свечка освещало папино лицо снизу, и оно казалось незнакомым и загадочным.

– Расскажи мне страшную сказку, – попросил Один Мальчик папу. Такое у него было сейчас настроение – страшносказочное.

– Я не знаю страшных сказок, – ответил папа.

– Тогда придумай, – сказал Один Мальчик.

– Я не умею, – вздохнул папа, и от его вздоха свечной огонек покачнулся, и покачнулось папино лицо.

– Тогда я придумаю, – решил Один Мальчик. – Придумал. Слушай. В одном городе жил-был мертвец. Никто не знал, что он мертвец. Все думали, что он живой дядя Сережа. Он утром выкапывался из могилы и шел в магазин. В магазине он покупал мороженое и мясо. Мороженое себе, чтобы не протухнуть, а мясо для Каштанки. Это у него собака такая была. Она могилу охраняла, когда он уходил, чтобы гроб не украли. А однажды он покупал в магазине мороженое, и кассирша увидела, что у него все руки в земле. И она говорит: «Дядя Сережа, почему у тебя руки в земле?» Он ничего не сказал и убежал. А вечером, когда темно было, он подкараулил кассиршу и удушил. И когда ее хоронили, то увидели, что у нее вся шея грязная. А дядя Сережа тоже стоял и смотрел. На другой день он опять в магазин пошел. А там другая кассирша. Она тоже его про руки спросила. Он ее тоже удушил. И на похоронах все увидели, что у нее грязная шея. На третий день он пошел в магазин, а там новая кассирша. Ее тоже похоронили с грязной шеей. И так много раз было, пока в городе одна кассирша не осталась. Она не хотела идти в магазин, не хотела, чтоб ее с грязной шеей хоронили. Она пошла в полицию и пожаловалась. И за ней полицейские стали следить. И они всё выследили. И как дядя Сережа пришел, и как она его про руки спросила, и как он ее убил. И тогда они незаметно пошли за дядей Сережей. И увидели, как он в могилу закапывается. И тогда все сразу догадались, почему у всех кассирш были грязные шеи. Конец.

– А Каштанка? – спросил папа.

– А ее в полицию взяли, взрывчатку искать.

– А дядя Сережа? – никак не мог успокоиться папа.

– Ну что тут непонятного? – ответил Один Мальчик. – Лежит себе спокойно. Каштанку ведь забрали. Зачем ему теперь по магазинам ходить?

Утром Один Мальчик пошел в школу. Но по дороге он вспомнил, что забыл сменку. Пришлось вернуться. Он взял сменку и пошел в школу.

По дороге он вспомнил, что забыл рюкзак. Он вернулся, взял рюкзак и снова пошел в школу.

По дороге он вспомнил, что забыл надеть штаны. Он опять вернулся, надел штаны и пошел в школу с третьей попытки.

И только тогда он вспомнил самое главное: что он уже не Мальчик и уже не Один. И зовут его Николай Петрович.