— Анфиска, выручай, — ко мне подбежала моя подруга Яна после первой пары. — Пожалуйста, давай сгоняем вместе в одно место, а то одной мне очень страшно.

— В какое? — удивилась я.

Мы с Яной только недавно подружились, так как поступили в один универ. Однако с первого дня учебы, мы не расставались. Сразу нашли целую кучу общих интересов. Бегали друг к дружке домой, и как примерные ученицы допоздна делали уроки вместе.

Мне нравилась Яна своей правильностью и искренностью.

Поэтому сейчас, когда она заявила что собирается пойти куда-то, где ей будет страшно, я очень удивилась.

— К моему отцу, — напряженно выдала подруга.

— У тебя есть отец? — глуповато удивилась я, но тут же спохватилась. — То есть, ну конечно, у всех есть отец, но...

— Да, он никогда не жил с нами, — Яна прикусила губу. — И мама категорически против, чтобы я к нему ходила. Но мне очень надо.

— Хорошо, давай, — согласилась я. — После пар?

— Нет, сейчас, — беспокойно продолжала она. — Я уже заикнулась маме об отце, так что она чуть ли не за ручку теперь будет возить меня в универ и домой. Не хочет, чтобы я к нему пошла. Но у меня нет выбора.

Только теперь я поняла, что Яна не просто обеспокоена. Она в панике.

— Что случилось? — я отвела ее в сторону от общего шума в коридоре.

— У мамы подозрение на рак, — всхлипнула Яна. — Мы уже у двух врачей побывали. Нам нужно где-то найти деньги на лечение, и на еще одного врача. Я нашла очень хорошего. Мне хочется, чтобы мама сходила именно к нему, но у него консультация стоит как половина моего контракта. Мы не потянем, понимаешь? Мне больше не у кого попросить.

— Боже, — я закрыла рот ладошкой.

Каждый раз, когда я приходила к Янке домой, я виделась с ее мамой, и да — она все время выглядела больной и изможденной. Она не ужинала с нами, и не заходила к нам в комнату. Предпочитала отдыхать в своей. И теперь я поняла, что ей действительно было плохо и страшно.

— Конечно... давай сходим... — растерянно проговорила я. — Прямо сейчас. Только кураторшу нашу предупредим.

— Нет, — Яна схватила меня за руку. — Она все доложит моей маме. Нам лучше сбежать. Поверь, я бы не попросила тебя о таком, но у меня нет другого выхода. И даже если ты откажешься, я все пойму.

— Я не откажусь, — нахмурилась я. — Пойдем.

Взяв Янку за дрожащую руку, я уверенно повела ее на задний двор.

У нас на проходной пропуская система, и если мы уйдем, то это отобразится в пропуске. Поэтому уйти надо было незаметно, и главное — успеть вернуться до окончания всех пар.

Мы вышли во двор и подошли к стайке местных крутых парней, которые курили у забора.

— О, зубрилы, — усмехнулся один из них с вонючей сигаретой в пальцах.

— Ребят, а как тут можно слинять? — спросила я, игнорируя сальные взгляды. — Очень надо.

— Нормально, — усмехнулся все тот же парень. — Зубрилы сваливают. А мамочки вас не заругают?

— Ну пожалуйста, — снова попросила я. — Помогите. Не издевайтесь, а?

— А что мне будет, если я помогу? — он подошел ко мне, выпустив едкое колечко дыма изо рта.

— Никакого интима, — грозно произнесла я. — Могу тебе по учебе помочь. Надо?

— Не-а, — нагло ухмыльнулся он. — С тебя поцелуй. Только настоящий. Чтобы по-взрослому.

— Придурок! — выпалила Яна. — Анфис, пойдем отсюда. Есть и другие способы уйти.

— Ладно, стопэ, — он отбросил сигарету. — Помогу. Только тут подсадить надо. Так что я тебя за задницу помацаю.

Я сжала губы, но сейчас я готова была сделать очень многое для здоровья Яниной мамы. Поэтому я позволила парню подвести меня к забору, а затем подсадить. Он и вправду сжал мне ягодицы, пока подсаживал, но я постаралась об этом не думать.

— Я Самвел, — представился он, когда усадил меня на кирпичный забор. — И я тебя все-таки засосу. Задница у тебя зачетная.

Мне было не до препирательств.

— Ее тоже, — я указала на растерянную Яну. — Подсади, пожалуйста.

— Она не просила, — он сложил руки на груди, показывая что не собирается ей помогать.

— Ну, пожалуйста, — взмолилась я.

В этот момент стайка парней вдруг бросилась врассыпную. Остались только Самвел и Яна. А у вход во двор я увидела нашего ректора.

Я тут же спрыгнула с забора на другую сторону и оказалась вне территории универа.

Но как же Яна?

На всякий случай я все же отбежала подальше, ожидая какого-нибудь чуда, но его не произошло.

Ректор отчитал Самвэла за курение и заодно высказал что-то Яне. В любом случае следующая пар уже началась и они получат пропуск.

А вот что делать мне?

Я прошлась еще чуть дальше и присела на скамейку у открытого стадиона.

Что же мне теперь, ждать Яну до окончания пар?

Тут раздался звонок моего мобильного и я вздрогнула.

— Ян? — ответила я. — Ты где?

— Я на паре, — обеспокоенно произнесла она. — Меня вернули. Анфис, прошу тебя, съезди ты сама. Умоляю! Это очень важно. Прошу тебя!

— Но... я совсем не знаю твоего отца! Я даже не знаю как он выглядит! Да и очевидно же что он не даст мне никаких денег, ведь я ему никто!

— Ты позвони мне, когда увидишься с ним, — попросила Яна. — Я сама поговорю. Я попрошу его телефон и потом с ним созвонюсь. Просто мама удалила его номер с моих контактов. Пожалуйста, Анфис!

Я обреченно выдохнула.

— Ладно, — согласилась я. — Давай. Сделаю что смогу.

— Ты — настоящий друг, Анфиска! — шепнула она. — Я сейчас локацию скину и его имя. Спасибо тебе заранее! Я все для тебя сделаю за это!

Я же разъединила разговор и принялась ждать сообщения от Яны.

Ведь ничего страшного, если я съезжу одна? Не съест же меня ее отец! Он просто обычный мужчина. Мне нечего бояться.

Или есть чего?

Через час я добралась до нужного адреса и расплатилась с водителем.

Приехать мне пришлось в элитный загородный поселок, и автобусных остановок тут не было в помине.

Интересно, а как сюда добирается их прислуга? Тоже на такси? Каждый раз? Хотя может быть тут так хорошо платят, что можно себе позволить дважды в день ездить загород на такси. Я же за эту поездку спустила все деньги. У меня остался только проездной на автобус, но он тут явно не котируется.

Зато у меня появилась надежда, что Янкин отец все-таки даст ей денег. Если он живет в таком элитном поселке, значит, денег у него предостаточно.

Я выдохнула и нажала на звонок у кованых ворот. Вместе со звонком сразу включился домофон.

— Добрый день, — поздоровалась я с ответившей мне женщиной. — Я пришла к... — я взглянула в экран телефона, — к Соболевскому Ревану Викторовичу. Я от его дочери Яны. Меня зовут Анфиса. Пожалуйста, можно мне с ним поговорить?

— Проходите, — сказала женщина и кованые ворота тут же открылись.

Я прошла в густо усаженный двор и на мгновенье растерялась. Это был целый лес с различными кустарниками и деревьями. Однако обилие зелени вызвало во мне не восторг, а скорее страх. Такое ощущение, что тебя тут прибьют и никогда не найдут.

Ледяные мурашки от этого места прошлись по моей спине.

Я неуверенно двинулась по подъездной дорожке вперед, и вскоре увидела женщину.

— Вы Анфиса? — строго спросила меня женщина.

— Да, — кивнула я. — Реван Викторович дома?

— Он у себя в кабинете, — сухо ответила она. — Я провожу вас.

— Спасибо, — я пошла за ней и старалась держаться поближе.

Теперь я смутно понимала почему Яне было страшно сюда ехать. Она не просто волновалась, а действительно боялась. Вид у этого места был такой грозный, что мне жутко захотелось в туалет.

И только я собралась попроситься в уборную у этой строгой женщины, как она довела меня до одной из комнат в доме и сообщила:

— Кабинет Ревана Викторовича. Проходите.

Облом. Придется попроситься в туалет чуть позже.

Я робко постучала в массивную дверь.

— Да! — я услышала громогласный мужской голос и меня аж всю пробрало.

— Здравствуйте, — я выглянула из-за двери. — Можно?

— Зайди, — позволил мужчина, и я шагнула внутрь.

Нервно сглотнув, я испытала страх от взгляда этого человека.

Огромный мощный мужчина глядел на меня тяжелым взглядом. Он сидел за столом, но теперь поднялся и направился ко мне. У меня же закружилась голова от нехватки воздуха.

Этот человек был шире меня в три раза, и в миллион раз сильнее. Грозные плечи, мощная шея и огромные ручищи были полностью покрыты татуировками. Пальцы мужчины были усеяны массивными серебряными перстнями. Он был одет в черную футболку, поэтому я увидела вздувшиеся вены на его кистях и предплечьях.

Образ дополняла густая борода и усы, волосы, зачесанные назад, черные жестокие глаза и жесткие черты лица.

Мне казалось, что от одного вида этого мужчины у меня уже все в теле переломалось. А от его взгляда я вся перемололась в фарш. Да он сломает мне хребет своими ручищами и закопает в своем дворе. Я даже пикнуть не успею.

Мамочки, как же страшно! Я сейчас описаюсь...

— Что тебе нужно? — прогремел он, а у меня подкосились ноги.

— Пожалуйста, — прошептала я. — Можно мне... в туалет?

— Что? — усмехнулся он. — Ты пришла ко мне, чтобы попроситься в туалет?

— Нет, — пискнула я. — Но... я так волнуюсь, что... Пожалуйста, разрешите!

Он подошел ко мне совсем близко, а я от страха прижалась к двери.

— Ну пойдем, — сказал он очень близко от моего лица, и я ощутила на своей коже его обжигающее дыхание.

Мужчина грубо схватил меня повыше локтя и буквально потащил по коридору. Я же от страха с трудом переставляла ноги.

Я и представить не могла, что у Янки такой страшный отец!

Он ведь наверняка бандит! Теперь понятно почему ее мама против общения дочери с папашей.

Куда же я вляпалась! Может мне просто сбежать?

Но ведь маме Яны очень нужна помощь. Я не могу бросить подругу в беде.

Мужчина завел меня в огромную ванную, где я добралась до нужного мне места.

Пульс стучал у меня в висках. В ушах шумело. В горле пересохло.

Я торопливо сделала все свои дела, затем вымыла руки и умылась. Наконец я вышла, а этот мужчина ждал меня у двери. Он снова так же грубо схватил меня повыше локтя и повел обратно в свой кабинет, а я уже знала что у меня к вечеру проявится синяк от его хватки.

Если я, конечно, доживу до вечера.

Мужчина тем временем толкнул меня на кожаный диван, а сам уселся в кресло напротив меня.

— Ну и кто ты? — заговорил он. — Ты уже отняла у меня очень много времени, так что советую тебе перейти сразу к сути.

Сбиваясь через слово, я рассказала ему все, что услышала сегодня от Яны. Затем путанно рассказал как я сбежала, а Яна не смогла. А потом вспомнила, еще кое-что.

— Пожалуйста, позвоните Яне, — сказала я. — Ее мама стерла ваш контакт с ее телефона.

Мужчина выслушал меня до последнего слова, а потом зловеще улыбнулся мне.

— Ты ненормальная или прикидываешься? — спросил он. — У Яны в жизни не было моего контакта. Мы виделись с ней пару раз в жизни, на этом все.

Я растерялась и удивленно округлила глаза.

Яна не могла меня обмануть. Мы ведь с ней лучшие подруги... да, мы стали подругами совсем недавно, но я все равно не могла поверить в ее ложь. Скорее всего обманывает меня именно этот мужлан.

— Извините, — я неуверенно поднялась с дивана. — Тут наверное какая-то ошибка... Я пойду. Пусть лучше Яна сама...

— А ну сядь на место, — грозно, но вместе с тем расслабленно скомандовал он. — Я тебя никуда не отпускал.

Я снова присела и вжалась в спинку дивана.

Я не понимала что меня ждет, и что мне делать дальше. Но теперь я понимала, что я точно зря сюда пришла...

— Итак, откуда у тебя мой адрес? — он поднялся с кресла и не спеша направился ко мне.

— Яна... дала... — у меня сжалось горло от страха, и слова теперь выходили очень тяжело.

— Интересно, — он подошел ко мне совсем близко, оперся ладонью о спинку дивана и склонился прямо над моим лицом. — И чего же ты хочешь? Признайся. Мне очень интересно услышать правду.

Я вся затряслась от страха.

Этот мощный татуированный мужчина был так близко, что мне стало нечем дышать. Сейчас одним своим присутствием он забирал из меня весь воздух и всю энергию. Мне казалось, что если я проведу с этим человеком еще хотя бы десять минут, то упаду замертво.

Вот только есть ли у меня эти десять минут?

— Извините, пожалуйста, — мой голос задрожал от подступивших слез. — Отпустите меня. Я ведь не сделала ничего плохого. Прошу вас! Можно мне уйти? Я больше никогда здесь не появлюсь и никому о вас не расскажу!

Он усмехнулся, а мне стало еще горче.

У себя в голове я уже представляла, как этот громила меня сейчас изнасилует, убьет с особой жестокостью, а потом закопает у себя в жутком дворе.

У меня нет ни одного шанса.

Я закрыла глаза, а по моим щекам пробежали две слезинки.

— Ты не ответила на мой вопрос, — своим дыханием он опалил мне влажную от слез кожу. — И на меня смотри, когда говоришь. Слезы лить мне тут не надо. Честно во всем признайся — это будет для тебя лучше всего.

— Я пришла потому что Яна попросила, — прошептала я. — Я рассказала вам все как есть. Я ни в чем вас не обманула. Отпустите меня, пожалуйста.

Я снова всхлипнула, но уже не решилась закрыть глаза.

Помутневшим от слез взглядом я глядела на мужчину и вся дрожала от нервов. Я не видела его глаз. Для меня все сливалось. И мне казалось, что я вот-вот отключусь.

— И что, ты уже не хочешь, чтобы я ей помог? — он цинично разглядывал мои губы.

— Хочу, — едва слышно отвечала я. — Вы... поможете ей?

Я была уверена, что ответ будет «нет». Однако Реван ответил еще хуже.

— Помогу. При одном условии, — теперь его взгляд стал темным и жестким. — Ты проведешь со мной ночь.

Я чуть не задохнулась от нового приступа страха.

— Но... я не могу, — разволновалась я. — Я не хочу! И я... еще никогда...

Он внимательнее на меня посмотрел и хищно улыбнулся:

— У тебя еще не было мужчины?

Я стыдливо кивнула и поперхнулась комом слез в горле.

— Да ладно, — он притронулся грубыми шершавыми пальцами к моему лицу. — Чистая нетронутая девочка. Разве такие в твоем возрасте бывают?

Я сглотнула ком. Я едва могла вдохнуть пока Реван стоял надо мной.

— Сколько тебе лет? — спросил он.

— Восемнадцать, — машинально ответила я.

В таком состоянии я бы даже не придумала хоть какую-то ложь. Я еле говорила.

— Что ж, тогда для тебя это даже лучше, — теперь он провел пальцем по моей щеке. — Ты можешь продать мне себя подороже. В любом случае у тебя нет выбора ответить мне «да» или «нет», но ты можешь назначить свою цену. Подумай. Выбор цены за тобой.

Он вдруг отошел от меня и прошел к своему столу.

Сев за стол, он вернулся к своим делам в ноутбуке и как будто забыл о моем присутствии.

Я же медленно пересела на диване поближе к выходу из кабинета. А затем нерешительно встала.

— Ты уже подумала? — он поднял на меня взгляд из-за ноутбука.

— Нет, — я замотала головой. — Я не стану. Нет!

— Ты должна была подумать только о цене, — напомнил он. — Так что сядь и думай дальше.

— Нет, прошу вас! — взмолилась я. — Я ведь ничего вам не сделала! Если произошла какая-то ошибка, я искренне извиняюсь перед вами! Я ведь ничего вам не испортила. Ничего не разбила. Я просто студентка! За что вы там со мной?

— Ишь, как разговорилась! — он хитро прищурился. — Ну подойди тогда ко мне, если есть что сказать.

— Нет, — я мотала головой и отступала назад. До заветной двери оставалось всего чуть-чуть. — Я боюсь. Я не подойду.

— Я сказал «подойди ко мне», — он грозно повторил свой приказ. — Учти, если я к тебе подойду, то тебе будет только хуже.

— Нет, пожалуйста, — я уперлась спиной в дверь и тут же как ненормальная стала дергать ее за ручку, но дверь не отпиралась.

Мне конец!

Вопреки своему страху, я закрыла себе лицо ладонями и села на корточки. Я больше не могла стоять.

Когда же возле меня раздались тяжелые шаги Ревана, я ощутила как мое сердце замерло.

— Встань, — приказал он, но при этом сам поднял меня и встряхнул как куклу. — На меня смотри.

В полном ужасе я все же убрала руки от лица и взглянула на мужчину.

— Не реви, — он провел пальцами по моим щекам, стерев с них слезы. — Как тебя зовут?

Я снова замотала головой, не желая называть свое имя.

— Вот глупая, — оскалился он. — Думаешь, я не узнаю? Да мне стоит только пальцами щелкнуть как у меня на столе будет вся информация о тебе. Я буду знать вообще все, даже сколько раз в неделю ты ласкаешь себя в темноте под одеялом.

Я снова замотала головой, отказываясь верить в реальность.

— Я отпущу тебя сейчас, — продолжил он. — Мой водитель едет в город, как раз и тебя подбросит. Ты как следует обо всем подумаешь, а вечером я тебя найду и заберу. Ясно?

Я закивала.

Сейчас я готова была ответить все, что угодно лишь бы он меня отпустил.

— Как зовут скажешь, курносая? — спросил он, а я снова отрицательно мотнула головой.

— Ладно, — он снова оскалился. — Так даже интереснее. Тогда иди. Моя экономка тебя проводит к машине. И готовься к вечеру он у тебя будет незабываемым.

Мужчина отпер дверь, а я пулей вылетела из его кабинета. Со всех ног я понеслась на выход, игнорируя и оклик экономки и распоряжение Ревана.

Я неслась так быстро как еще никогда не бегала. И вскоре я уже оказалась за воротами этого жуткого дома.

Никогда больше я сюда не вернусь! Ни за что!

Реван все стоял возле двери и думал о той странной девчонке, которая непонятно как забрела в его дом.

В его кабинете все еще пахло ароматом этой крошки и он ощущал его у себя глубоко в легких. Тонкий, душно сладкий аромат испуганной девушки. Ревану немедленно хотелось ощутить его вновь. Ему жутко хотелось сейчас зарыться носом в волосы этой курносой дурочки и ощутить ее запах, а потом спуститься к шее.

Было в этой невинной дурочке что-то такое... отчего хотелось ее настигнуть, поймать и съесть до последней косточки.

Как сладко она боится! И эти ее слова, что у нее не было мужчины. Зачем она это сказала, глупая? Будто специально дразнила его.

Реван тяжело выдохнул свое наваждение и вернулся за стол, но в голове все еще был образ этой курносой блондинки. Реван вновь вспомнил ее огромные серые глаза, бледную кожу и покусанные ей же самой губы. А потом Реван вспомнил как она дрожала и так наивно пыталась сбежать.

От него не сбежать. И она скоро это узнает. Вот только как ее зовут?

Реван не сомневался, что эта дурочка пыталась его обмануть. Наверное, узнала что у Яны богатый влиятельный отец, вот и решила срубить легких денег. Вот только деньги так просто не даются особенно таким дурочкам. Хочет денег — пусть поработает. Своим телом, конечно, и своими губами. Больше с нее нечего взять.

Но все же надо кое-что проверить.

Реван нашел свой мобильный и набрал нужный телефон.

— Что тебе нужно? — рыкнула на том конце мама Яны — Мария.

— А ты не рычи, — усмехнулся Реван. — Поговорить надо.

— Мне не о чем с тобой говорить! — воинственно продолжала она. — Ты обещала, что никогда не появишься в нашей с Яной жизни! Не звони мне больше иначе я заявлю...

— Ты помолчать можешь?! — прикрикнул на нее Реван. — Раз звоню, значит, надо! Хоть раз включи мозги!

— Ты обещал... — она вновь завела свою шарманку, и Реван спросил напрямую:

— Это правда, что ты больна?

Мария замолчала.

— Так правда или нет?

— Кто тебе сказал? — испугано произнесла она. — Это Яна? Она нашла тебя?

— Нет, — ответил Реван, но уже начал понимать, что та блондиночка сказала правду.

Наверняка подслушала, а потом решила поживиться. Ушлая девчонка. Ничего, он ее накажет за такие мутки.

— Так это правда или нет? — спросил он.

— Нет! — слишком резко ответила она. — И учти, если Яна была у тебя или говорила с тобой...

— Ее у меня не было, и я с ней не говорил, — твердо ответил Реван, которого уже начало подбешивать это хождение по кругу. — У меня другие источники. Но я тебе позвонил не для этого. Можешь толком объяснить что с тобой? Есть скрины анализов?

— Не надо лезть мне в душу! — Мария была непробиваема.

— Да что ж ты за дура такая?! — не выдержал Реван. — Ты понимаешь, что если ты умрешь, то Яна в итоге придет ко мне? Ей некуда будет больше пойти. Ты этого хочешь?

— Нет, — испуганно ответила Мария. До нее наконец все дошло. — Я не умру. Я найду деньги.

— Давай ты засунешь свою гордость куда подальше и пришлешь мне скрины, — сердито предложил Реван. — Я проконсультируюсь. Если что сходишь к тому врачу, которого найду я. А потом, если все подтвердится, я оплачу тебе лечение.

— Мне ничего от тебя не нужно, — выдохнула Мария.

Она и сама устала защищаться. А может быть действительно плохо себя чувствовала.

— Да не будь ты идиоткой! — рассердился Реван.

— Прошу тебя, не звони мне больше и никогда не появляйся в моей жизни, — всхлипнула она. — Я не беспомощна. Мне есть к кому обратиться. Мне не нужны твои кровавые деньги. Просто оставь нас!

— Что ж, в таком случае, буду ждать Яну в гости, — Реван и сам хотел прекратить этот разговор. — Уверен, она все равно придет просить у меня денег.

Он бы с удовольствием никогда больше не общался с Марией. Когда-то давно они сломали друг другу жизнь. Они расстались врагами и единственное, о чем его просила Мария — никогда больше не появляться в ее семье. А Реван был только и рад забыть об этих отношениях.

Каждый год он тайно передавала деньги родителям Марии, чтобы они дарили их в подарок Яне. Это все, что он мог сделать для дочери, которую даже никогда не видел. Да он и не хотел видеть. Отцовство не привлекало его. Он не понимал что он мог дать дочери кроме денег. Его к ней даже никогда не тянуло.

Он не винил себя в этом. Считал что не создан для семейной жизни. Он бы прожил так и дальше, но уже понимал что Мария действительно больна.

— Не смей! — снова зарычала она.

— Дай мне телефон Яны, — вдруг попросил он. — Мне нужно у нее кое-что спросить. Не думай, я напишу ей со скрытого номера. У нее не будет возможности позвонить мне.

— Нет, — голос Марии звенел сталью.

— Ты совсем там долбанулась уже?! — снова не выдержал Реван.

Как же он ненавидел характер Марии!

— Ты понимаешь, что абсолютно левые люди спекулируют твоим состоянием? — злился он. — Ко мне уже приходила тут одна и требовала денег. Тебе на лечение между прочим! Понимаешь всю тупость своего молчания?

— И что ты у нее спросишь? — так же злилась Мария.

— Я просто предупрежу ее об этом, — ответил Реван.

— Считай, что предупредил, — отрезала Мария. — Я всей ей передам и она больше не будет обсуждать это с левыми людьми. А ты....

Реван выругался сквозь зубы и завершил вызов. Еще одна секунда разговора с этой полоумной стервой, и он разобьет телефон об стену.

Как же он мог когда-то заинтересоваться такой непробиваемой женщиной?!

Ошибка молодости.

Больше он так не ошибался. Урок он запомнил на всю жизнь.

Вот только он так и не выяснил что за девчонка к нему приходила. Этого пугливого зайчика он не собирался упускать.

Реван встряхнул головой, прогоняя все мысли о стерве Марии и возвращаясь к мыслям о поиске своей добычи.

Он не собирается ее упускать. Это станет для нее уроком.

Выбежав из дома Ревана, я слишком резко завернула за угол, споткнулась и упала.

Ободранная коленка тут же засаднила, но я поднялась и побежала снова, однако боль оказалась сильнее. Прихрамывая, я постаралась дойти хотя бы до конца улицы. Мне было страшно, что Реван выйдет из дома и сразу наткнется на меня. Неизвестно будет ли у меня второй шанс сбежать после этого.

— Садись, — вдруг услышала я за спиной незнакомый мужской голос.

Я обернулась и увидела черный грозный внедорожник, а из окна выглядывал мрачный мужчина средних лет.

— Нет, спасибо, — дрожащими губами проговорила я.

Что же это за поселок, в котором живут одни бандиты?

— Я — водитель господина Соболевского, — доложил мужчина. — Он приказал отвезти вас в город. Садитесь.

— Нет, спасибо, — повторила я. — Я сама доберусь.

— Меня уволят, если я не выполню приказ, — сообщил он. — Если вы не согласитесь, мне придется силой запихать вас в салон. Мое место мне важнее ваших страхов, поэтому жду последние три секунды.

Силой... Похоже у этого Ревана все решается только силой.

Какой кошмар! Как же я могла так попасть?

— Время вышло, — сказал мужчина и открыл свою дверь.

Понятно, что он меня сейчас грубо затолкает в машину. Выбора у меня нет.

— Извините, пожалуйста, — я выставила вперед ладошки, подсознательно желая защититься от этого мужчины. Но и вместе с тем я желала предотвратить грубость со стороны водителя. — Я упала и разбила себе колено. Помогите мне, пожалуйста.

Так я попыталась вызвать жалость у этого человека, надеясь что он действительно только отвезет меня в город и все.

Мужчина кивнул, подошел ко мне и взял меня под руку. Я же с его помощью дохромала до задней двери и с трудом забралась во внутрь, так как подъем у машины был довольно высокий.

Водитель тем временем сел на свое место, бросил мне пачку влажных салфеток, а сам поехал вперед.

Он ничего не спрашивал и сам ничего не говорил. Мы ехали в абсолютном молчании, и мне даже стало немного легче. Я успела успокоиться, выровнять дыхание и стереть кровь с колена. Даже растянула две влажные салфетки и перевязала себе колено, чтобы и дальше не запачкать белоснежный кожаный салон.

— Куда вас отвезти? — спросил мужчина.

Я назвала адрес моего университета.

Мужчина лишь хмуро угукнул и повез меня уже по знакомым дорогам. Это окончательно меня успокоило. Я почувствовала себя в относительной безопасности. Главное больше никогда в жизни не попадаться на глаза Янкиному отцу, остальное все будет в порядке.

Наконец водитель остановился у нужного мне места. Я поблагодарила его и вышла.

Вот только как я залезу обратно на этот забор?

— Извините, пожалуйста, — я нашла смелость обратиться к хмурому мужчине. — Я понимаю, что моя просьба покажется вам...

— Что тебе надо? — он перебил меня — явно спешил по своим делам.

— Подсадите меня на забор, пожалуйста, — выпалила я. — Я одна не справлюсь.

Без лишних вопросов, мужчина подвел меня к забору, подсадил, и я спрыгнула уже во дворике универа.

— Большое спасибо! — выкрикнула я, а мне так и не ответили.

Да, я очень рисковала, когда согласилась сесть в его машину, но теперь, когда все было позади. Я наконец выдохнула и дохромала до скамеечки.

До конца пары оставалось еще двадцать минут. Мне лучше посидеть здесь и подождать перемену. Заодно может и боль хоть немного пройдет.

Под самый конец пары я написала Яне, что жду ее во внутреннем дворике. Она прочитала, но не ответила. Мне же это показалось обидным. Я столько страха натерпелась из-за нее, а она даже не ответила мне на сообщение.

Но все же я выдохнула свою обиду. Может быть, Яна сейчас отвечает преподавателю? Да и что на нее обижаться? Ее маме нужна помощь. Я бы ради своей мамы тоже пошла на все. Ну, почти на все. Я бы точно не отправила свою подругу к такому бандиту, как Реван.

Наконец звонок прозвенел и студенты хлынули потоком в коридоры, а затем и во дворик. Яна тоже показалась в дверях, а потом быстро меня нашла.

Увидев мое разбитое колено, она подошла ко мне с испуганным и виноватым видом.

— Афнис, — прошептала она и села возле меня на корточки. — С тобой все в порядке?

— Как видишь не все, — немного обиженно ответила я. — Ты не предупредила, что твой отец бандит. Да и правда ли это, что он твой отец?

— Правда, — ответила она. — Это он с тобой сделал?

— Нет, — уже спокойнее отвечала я. — Я упала когда сбегала от него.

— Он... тебя... — она не смогла озвучить свой вопрос, но я видела как она винит себя в происходящем.

Нет смысла мучить ее. В ее планы явно не входило подставлять меня.

— Нет, ничего он мне не сделал, — ответила я. — Он нагрубил мне, пригрозил. Но он не трогал меня. Это правда.

Яна опустила плечи и подсела ко мне.

— Прости, Анфис, — она обняла меня и всхлипнула. — Я не знаю что делать. Мне так страшно за маму, что я готова к кому угодно обратиться. Мне очень страшно.

Я обняла подругу в ответ.

— Мне кажется он не даст денег, — ответила я.

Я могла признаться ей в том какое предложение он мне сделал, но готова ли я провести ночь с этим страшным мужчиной, чтобы спасти ее маму? Может быть и готова, но чем мне придется расплатиться? А если он насильник? Садист? Или убийца? Настолько пожертвовать собой ради Янкиной мамы я не готова.

Поэтому я решила не говорить о предложении Ревана. Я не смогу на это пойти!

— Я не знаю что мне дальше делать, — шмыгнула Яна. — Мама узнала о моих планах. Она позвонила и запретила мне обращаться к отцу. И она и вправду теперь будет лично приводить и уводить меня в универ из него. Как школьницу! Какой позор! Но я готова буду терпеть и это лишь бы мама выздоровела!

— Мы что-нибудь придумаем, — заверила я подругу, хотя пока не понимала что тут можно придумать. — Пойдем. У нас еще одна пара.

Янка кивнула и помогла мне идти, а я погрузилась в тяжелые раздумья.

— Где ты ее оставил? — спросил Реван у своего водителя, и тот сообщил название университета и его локацию.

— Студентка, — усмехнулся Реван, и его голова наполнилась темными мыслями. Эта курносая блондинка определенно вызвала в нем интерес. — Найди ее. Думаю, она на первом курсе учится. Не исключено, что в группе с моей дочерью. Проверь Черкасову Яну — у моей дочери фамилия матери. И проверь не числится ли в ее группе сероглазая блондинка Анфиса.

Имя девушки Реван узнал у своей экономки. Как оказалось она назвала его, когда звонила в его домофон.

— Выясню, босс, — буркнул водитель. — Будут еще дополнительные указания?

— Пока не решишь эти — не будут, — ответил Реван. — Но узнай все, что можешь. Как учится, кто ее родители, где живет, ухлестывает за ней кто-то или нет, может она подрабатывает где-то. Узнай все. Даю тебе двое суток на это, но адрес этой Анфисы и ее телефон узнай мне до вечера.

— Есть, — отозвался тот и закончил разговор.

Реван же пустился в размышления.

Зачем же эта девчонка к нему приходила? Он отмел тот вариант, что она действительно хотела помочь Яне. У Яны никогда не было его контакта в телефоне и адреса тоже, и также у Ревана никогда не было контакта Яны. Мария до того боялась, что ее драгоценная доченька удерет к Ревану, что под угрозой смерти запретила ей встречаться и созваниваться с отцом.

Реван и сам не особо горел желанием. Когда он узнал, что Мария беременна, ему было чуть за двадцать. Он переспал с Марией чисто в компании друзей. Мария тогда знатно напилась и сама ластилась к Ревану, вот он ее и трахнул. По пьяни. Без презерватива. Потом он даже пару раз пытался пригласить ее на свидание, хотя Мария ему не очень-то понравилась. Но секс с ней был неплох. Эта стеснительная зубрилка оказалась такой горячей. Она словно впервые дорвалась до парня и такое творила, что ее было не остановить.

Но Мария напрочь отказывалась встречаться с Реваном. А потом братишка Ревана ввязался в криминальную историю. Он вынес квартиру одного коммерсанта, и его замели. Ему было тогда семнадцать и он жутко перепугался. Тогда Реван пришел с повинной в полицию. После недолгого расследования Ревану впаяли срок, а его братишка избежал тюрьмы.

Конечно, ни о каких отношений с Марией даже думать было некогда.

Реван отсидел полтора года и его выпустили досрочно за примерное поведение. И только тогда он узнал, что у него родилась дочь от Марии.

Он пришел тогда к Марие, предложил ей денег, но та теперь была настроена еще враждебнее. Он по ее мнению уже сломал ей жизнь. Она поздно узнала о своей беременности, а потом тщетно пыталась найти врача, который бы помог ей избавиться от ребенка.

В общем, та ночь сломала Марине жизнь, и она ненавидела Ревана всем сердцем. Когда же она узнала, что он еще и отсидел, то она пригрозилась заявить на него, если он хоть раз появится рядом с ней или с ее дочерью.

Реван воспринял это спокойно. Никаких отцовских чувств в двадцать три года у него не было. Да и любви к Марие тоже. Он и рад был больше никогда не вспоминать о ее существовании.

Однако когда через два года он поднялся в доходах и в авторитете, он решил, что все же стоит помогать Марие хотя бы материально. Она по-пржнему не желала с ним ни видеться, ни общаться, поэтому Реван вышел на ее мать, объяснил что не собирается вредить, просто по мере возможности готов помогать материально.

Так он и стал передавать деньги матери Марии, а та уже их выдавала то за подарки, то за деньги с подработки, то еще за что-нибудь. Изобретательности ей хватало, а Ревану стало как-то спокойнее.

Он отбелил себя в этой ситуации. Решил что деньги смогут компенсировать отсутствие отцовских чувств у него. Поэтому на откуп не скупился.

Так он до сегодняшнего дня не знал даже как выглядит его дочь и какие изменения произошли с Марией. Даже как оказалось ее мать не в курсе болезни Марии. Скорее всего Мария решила бороться с болезнью одна, и не тревожить мать, которая уже и сама была сердечницей. Любая сильная эмоция, тем более негативная могла спровоцировать сердечный приступ, поэтому по сути Марие не к кому было обратиться.

Понятно, что Реван должен ей помочь, и он сделает это, вот только его хрупкая сероглазая гостья все не выходила из его головы.

Откуда она смогла узнать адрес Ревана? Его не знает ни Яна, ни Мария, ни мать Марии. Даже если допустить, что ее намерения были самыми добрыми. Она же должна была откуда-то раздобыть адрес! Не пошла же она в полицию и не выведала просто так адрес человека?!

Значит, эта сероглазая хитрит и помощь подруге была явно предлогом. Может она что-то выведывала в его доме? Может установила жучок? Она ведь в туалет ходила...

Реван вновь вскочил со своего кресла и вышел из кабинета. Он направился в туалет, чтобы проверить свои предположения.

Неужели эта девчонка подосланная? А ведь как правдоподобно тряслась и плакала!

Проверив ванную, Реван не обнаружил ничего подозрительного. Девчонка ничего не оставила и не спрятала.

Тогда Реван вызвал к себе охрану и приказал им обойти все с его экономкой, и чтобы она показала где именно проходила Анфиса и возле чего могла задержаться.

Ничего, он обязательно выяснит зачем эта девчонка явилась в его дом, что выведывала и кому она служит. А потом, он возьмет ее как трофей. Пусть не думает, что сможет подставить его для кого-то. Он накажет эту дурочку по полной программе.

В этот момент зазвонил его мобильный.

— Да! — ответил Реван своему водителю. — Узнал?

— Узнал адрес, фамилию и номер телефона, босс, — ответил водитель. — Сейчас сброшу вам сообщением. Остальное пока выясняю дальше.

— Отлично, — кривовато усмехнулся Реван и завершил разговор, а затем сказал словно сам себе:

— Ну что ж, Анфиса, я обещал, что найду тебя сегодня вечером, и я это сделаю.

Сегодня после пар я сразу отправилась домой. Мне уже не хотелось заниматься у Яны, и также не хотелось приглашать ее. Я вовсе не была на нее обижена, но я была так напугана встречей с ее отцом, что мне было страшно даже просто одной идти по улице.

Кроме того, когда мы вышли из ворот универа, то сразу встретили Янкину маму. Сердитая и взвинченная, она забрала ее домой и даже забыла поздороваться со мной. Но это было к лучшему. Теперь, зная о ее болезни, я даже не знала как мне с ней разговаривать. Вряд ли у меня получится скрывать сочувствие. А Янкина мама была слишком гордой и сильной женщиной, чтобы терпеть сочувствующие взгляды.

Поэтому я поспешила домой, боясь остаться одной на улице.

— Э, мелкая! — окликнул меня кто-то сзади, и я испуганно обернулась.

Это был Самвел — тот парень, что подсадил меня сегодня.

Как бы это странно ни было, но обрадовалась ему.

— Что? — спросила я.

— Ты че шугаешься? — усмехнулся он и поравнялся со мной. — Или тебя тоже матушка из универа забирает.

— Нет, — беззлобно ответила я.

Я не сердилась на Самвела. Он ведь не знал Яниной ситуации, поэтому стебался над ней.

— Ты где живешь? — спросил он и положил мне руку на талию. — Я тебя провожу.

Не скрою, этот жест был мне неприятен, но мне и вправду хотелось, чтобы меня кто-нибудь проводил. Конечно, Самвел не защитил бы меня он Ревана, если бы оказался возле меня, но все же так мне было бы спокойнее.

Я надеюсь, Реван говорил несерьезно, когда сказал, что найдет меня? Пожалуйста, пусть это будет так! Я ведь ничего плохого ему не сделала!

Тем временем я назвала свой адрес и так и не возразила против руки Самвела на моей талии.

— Вечером че делаешь? — спросил он. — Может прогуляемся?

Его рука поползла с моей талии на поясницу, и это я уже не могла ему спустить.

— Не надо... пожалуйста, — мне казалось что вежливостью можно спастись от домогательств.

Самвел на это лишь цинично усмехнулся:

— Ты прикольная. Такая вся... правильная. С тобой хочется замутить.

Кажется, я уже жалела о том, что шла сейчас с Самвелом. Он ведь обычный плохой парень. Курит, пьет, прогуливает пары, прессует других студентов и относится к девчонкам как к способу разрядки. Мне никогда не нравились «плохиши». Все они казались мне потенциальными абъюзерами и газлайтерами.

Помалкивая и изредка улыбаясь его шуткам, я наконец оказалась на своей улице и мне стало спокойнее. Я даже испытывала благодарность к Самвелу — ведь я дошла в целости и сохранности.

— Ты тут живешь? — спросил он, когда мы подошли к подъезду многоэтажки. — Я заскочу вечером. Сходим куда-нибудь. Помнишь, ты мне кое-что должна!

На этот раз я испытала разочарование.

Неужели все парни такие? И мужчины тоже. Воспринимают девушку просто как объект, который можно облапать и навесить на нее каких-то пошлых долгов. Противно.

Естественно, что у меня еще не было отношений в «таком возрасте» как выразился Реван.

Мне стало не по себе, когда я вновь вспомнила о нем.

— Самвел, извини, — пробормотала я. — Мне что-то не хочется сегодня никуда идти.

— А мне хочется, — отрезал он. — За тобой должок! Думаешь, я разрешу тебе слиться?

— Не надо, — я отступила. — Ты же классный парень. Зачем ты так?

— Классный? — это немного потешило его внутреннего нарцисса и он не шагнул за мной.

— Спасибо, что проводил! — бросила я и юркнула в подъезд как раз в тот момент, когда из него выходил сосед.

Мужчина тут же закрыл за собой дверь, отчего сработал замок домофона, и теперь я оказалась в безопасности от Самвела и всего вокруг.

— Э, алё! — недовольно выкрикнул он за дверью. — Че за дела, блондиночка?! Я просто так что ль за тобой тащился?

Да, наверное, я тоже повела себя некрасиво. Надо было сразу отшить его. Самвел ведь в любом случае найдет меня завтра в универе.

Заманила я себя в еще одну ловушку. Но ведь не возвращаться сейчас к Самвелу? Он ведь меня там зажмет. А в универе может не станет? Там ведь преподаватели повсюду.

Теперь я винила себя за свою слабохарактерность. Нужно думать как все исправить.

Наконец я добралась до своего этажа и вошла в квартиру. Скинув с себя обувь и бросив сумку в угол, я рухнула на кровать и почувствовала себя совсем обессиленной. А еще у меня заныли мышцы плеч и шеи, так как все время после встречи с Реваном я не могла расслабиться.

Проснулась я только в половине шестого. Наверное страх так вымотал меня, что я просто выключилась на несколько часов. Однако сейчас я чувствовала себя намного лучше. Мне уже казалось, что завтра я вполне нормально смогу поговорить с Самвелом и объяснить, что мне не нужны никакие отношения. Да и мысли о Реване уже не так пугали.

Ну вот делать ему больше нечего, как искать меня по всему городу, чтобы... что? Изнасиловать меня? Не проще ли заказать на специальном сайте подходящую девушку и насладиться вечером с ней?

Кроме того мне нужно было готовить ужин, а для этого стоило сходить в супермаркет.

Моя мама приходила поздно. Сумма контракта за универ была неподъемной, и маме приходилось работать аж на трех работах. Я не раз предлагала ей свою помощь. Я ведь тоже могла подрабатывать, но мама была категорически против.

— Нет уж! — говорила она всякий раз, когда поднималась тема моего заработка. — Нам и так твой университет очень дорого обходится. Поэтому учись, пожалуйста, как следует. Мне не нужно, чтобы ты недосыпала и переутомлялась.

Таким образом на мне были все обязанности по дому, а мама разрывалась между офисом и репетиторством.

Быстро переодевшись, я заново причесалась и вышла из квартиры.

Уже на выходе из подъезда я проверила телефон и обнаружила сообщение с незнакомого номера.

«Не забудь про планы на вечер».

Я застыла на месте, испугавшись этого сообщения.

Оно могло быть от Самвела, а могло...

Я не успела додумать свою мысль, как возле меня остановилась уже знакомая мне машины. Ее задняя дверь открылась, и сильные мужские руки затянули меня в салон.

Я даже пикнуть не успела как оказалась внутри, в руках Ревана Викторовича...

— Не надо! — выкрикнула я уже в салоне. — За что?!

— Я никогда не бросаю слов на ветер, — Реван крепче сжал меня, но я продолжала отчаянно брыкаться.

Тогда он уложил меня спиной на заднее сиденье, а сам грозно навис надо мной. На этот раз я застыла от страха. Он ведь может сделать сейчас все, что ему хочется.

В подтверждение моим словам, Реван нажал на какую-то кнопку в двери и посередине салона опустилась плотная ширма, отделившая заднюю часть салон от водительской зоны.

Неужели он возьмет меня сейчас? Прямо здесь?

— Реван Викторович, — прошептала я, с расширенными от страха глазами, — мне страшно. Пожалуйста, не делайте этого...

— Я сделаю все, что посчитаю нужным и приятным для себя, — он уложил ладонь на мое бедро и повел ею вверх. — Ну что, курносая, ты думала обо мне?

— Пожалуйста, отпустите меня, — взмолилась я осипшим от страха голосом. — Я ведь ничего вам не сделала. За что вы так?

Мне на глаза навернулись слезы, и я их не сдержала. Они покатились по моим щекам, и я почувствовала себя совсем беспомощной.

— Не реви, — усмехнулся Реван.

Мои слезы его ничуть не раздражали, а его рука все увереннее ползла мне под юбку.

— Мы просто поговорим, Анфиса, — продолжал он. — Все обсудим. Ты мне скажешь всю правду, иначе будешь жалеть об этом всю жизнь. А потом... не волнуйся, мы обязательно придумаем чем мы займемся потом.

Я уже ничего не могла сказать со страху, только всхлипывала и дрожала от прикосновений этого мужчины. В этот момент он уже залез мне под юбку и ухватил за ягодицу.

— Итак, пришло время рассказать мне всю правду, — Реван склонился еще ниже к моим губам. — Кому ты служишь?

Я мотнула головой, так как от страха мой мозг перестал соображать. Я не поняла что значит кому-то служить. Я что собака какая-то, чтобы служить?

— Отвечай, малышка, иначе я сниму с тебя первую преграду, — он залез мне в трусики и еще жестче сжал мою ягодицу.

— Я не знаю что ответить, — мой голос дрожал от слез. — Я никому не служу. Я ничего вам не сделала...

— Кто сказал тебе ко мне прийти? — Реван уперся коленом мне в промежность и я почувствовала напряжение в том месте.

— Яна, — ответила я, хотя боялась, что этим подставлю подругу.

Но у меня больше не было вариантов. Этот мужлан вот-вот порвет меня на части. Что мне сказать, чтобы спасти себя?

— А кто сказал ей? — Реван почти касался губами моих губ.

— Не знаю, — прошептала я. — Правда... не знаю...

У меня в горле случился спазм, и я поняла что больше не могу ни говорить, ни дышать.

Я подалась грудью вперед, желая получить чуть больше пространства для вдоха и вместе с тем немного отвернула голову, подставив под губы Ревана свою шею. Я правда задыхалась, и не знала как хоть чуть-чуть облегчить свое положение.

— Ты хочешь меня? — вдруг спросил он и усмехнулся.

Я лишь закрыла глаза, пытаясь восстановить дыхание. У меня сейчас было ощущение, что я вот-вот потеряю сознание.

— Сладкая невинная девочка, — он провел грубыми пальцами по моей щеке. — Ты ведь не соврала? Ты невинная?

Я еще плотнее закрыла глаза, думая что так стану для Ревана совсем незаметной.

— У меня есть к тебе деловое предложение, — продолжал говорить он. — Ты мне сейчас сообщишь для кого ты роешь на меня информацию, а я возьму тебя под свою защиту. Это будет честная сделка, правда с небольшой доплатой с твоей стороны.

— Я никому ничего не докладываю, — тихо произнесла я. — Я клянусь! Клянусь чем хотите! Я не знаю как вас еще убедить...

Я снова заплакала, не видя никого решения моей проблемы.

— Ладно, — Реван наконец перестал прижимать меня собой к сиденью.

Он сел, а затем приподнял меня и усадил верхом на свои колени. Я уже не сопротивлялась. Мне казалось это бесполезным.

— Анфиса, — он обхватил мое лицо руками, — посмотри на меня.

Я послушно перевела на него глаза.

— Ты красивая, — сказал он. — Я думаю, ты не врешь.

В моих глазах зажглась надежда.

— Куда ты там собиралась? — спросил он, пожирая меня взглядом.

— В магазин, — прошелестела я.

— Хорошо, — оскалился он, а затем сообщил водителю, чтобы тот ехал в ближайший торговый центр.

— Пить хочешь? — Реван продолжал расспросы.

— Да, — ответила я.

Я никак не могла отдышаться. У меня все плыло перед глазами.

Реван нажал на кнопку и на заднем сиденье откинулась ниша — прямо в середине, и из нее выехал мини бар. Реван взял стакан и бутылку воды, а затем налил мне попить.

— Пей, — он протянул мне стакан, и я тут же обхватила его пальцами.

Пить хотелось ужасно. У меня как будто не только рот высох, а все тело изнутри. Я взяла стакан так поспешно, что неосторожно коснулась пальцами рук Ревана, а затем испуганно подняла на него глаза.

Я боялась что он рассердится на меня за это, но нет. Глаза Ревана зажглись темным огнем и он все-таки передал мне стакан. Я же быстро осушила его и мне стало немного легче.

— Перепугалась, курносая? — усмехнулся он, и я кивнула. — Ничего, ты ко мне привыкнешь.

Я опять замерла, не желая спрашивать почему я должна к нему привыкнуть — просто боялась услышать ответ.

— Купим все, что тебе нужно, а потом поужинаем где-нибудь в тихом интимном месте, — сообщил он.

— Я не могу, — я мотнула головой. — Мне нужно готовить ужин. Пожалуйста... я правда не могу.

— Запомни сразу, курносая, — он снова приблизился к моим губам очень близко. — Ты мне больше не отказываешь. Мои приказы не оспариваешь. Если я приказываю тебе прыгать, то ты можешь спросить только одно: насколько высоко тебе прыгать, ясно?

Как же я могла так попасть? Он ведь настоящий бандит!

— Мы просто поужинаем, а потом я отвезу тебя домой, ясно? — спросил он. — Во сколько твоя матушка вернется?

— В девять, — тихо ответила я.

— До девяти ты будешь дома с готовым ужином, — пообещал он, хищно улыбаясь мне. — А вот время ДО девяти ты проведешь со мной. И не бойся. Сегодня я тебя не трахну. Конечно, если ты сама не попросишь меня об этом.

— Правда? — наивно спросила я.

— Правда, к сожалению для меня, — вновь оскалился он. — Но я обязательно сделаю это в последующие дни...

Водитель Ревана остановил машину на парковке торгового центра, и я беспокойно оглянулась.

Весь путь я сидела у Ревана на коленях, и он не дал мне ни одного шанса слезть с него. Теперь же у меня дрожали мышцы бедер от напряжения. Я искренне пыталась всю дорогу как можно меньше касаться этого мужчины, но это было невозможно.

— Пойдем? — он открыл мне дверь, все так же пожирая меня взглядом.

Я кивнула и выскочила из салона, а потом дернулась с места, чтобы сбежать, но Реван как хищник схватил меня за руку и не позволил скрыться.

— Спокойно, — он уверенно притянул меня к себе, когда сам вышел из салона. — Своими действиями ты вызываешь подозрение. Если ты никому не служишь и не копаешь против меня, значит, тебе нет смысла сбегать. Я уже пообещал что сегодня мы с тобой просто прогуляемся. Я не полезу к тебе в трусики хотя мне этого очень хочется. Но я пообещал, а ты, если и вправду невиновна, веди себя спокойно.

Я испуганно дышала в его объятьях, но все же внимательно выслушала его. После его слов у меня появилась слабая надежда, что он меня все-таки отпустит.

И потом, глупо сбегать, если он уже знает где я живу, и наверняка знает где я учусь. Он может схватить меня в любой момент. Единственное решение — на время уехать из города. Но нет гарантии, что он не найдет меня после возвращения. Значит, выход один: постараться поговорить с ним. Может быть у меня еще есть шанс ему не понравится?

— Реван Викторович, — с дрожью в голосе заговорила я, когда мы поднялись на эскалаторе в сам торговый центр, — можно с вами поговорить? Пожалуйста!

— Говори, — он тащил меня за собой, а я едва переставляла ноги от страха.

— Можно остановиться, пожалуйста? — попросила я.

— Сейчас найду подходящее место, — сообщил он и потащил меня к эскалатору на следующий этаж.

Однако он прошел мимо о повел меня к лифту. И только там он завел меня на пустынную лестничную площадку и прижал к стене.

— Ну что? — рыкнул он. — Что ты мне хочешь сказать?

— Что вы хотите? — прямо спросила я, хотя вся тряслась от страха. — Убить меня? Замучить? За что вы так со мной обращаетесь? Я знаю, что Яне нельзя говорить с вами, но мне кажется вам стоит ей позвонить. Хотите, можете сделать это с моего телефона? На мой номер она точно ответит.

— И что мне это даст? — спросил он.

— Но... так вы будете знать правду... — растерялась я. — Что мама Яны действительно больна и...

Сейчас я испугалась того, что вдруг Яна мне соврала и ее мама на самом деле не больна. Тогда этот кошмар никогда не закончится. Или закончится, но самым ужасным концом для меня.

— Я уже знаю правду, — сообщил он. — Я связался с мамой Яны и все выяснил. Я дам ей денег и все ей оплачу при одном условии, но к нему мы вернемся позже.

— И вы... не собираетесь меня убивать? — наивно спросила я.

— Нет, — он жадно глядел на мои губы.

— Но тогда что вам от меня нужно? — не понимала я. — Я ведь ничего не умею. Совсем. Вы продадите меня кому-то?

Я спрашивала ужасные вещи, и едва оставалась в сознании, так как в голове у меня уже во всю крутились жуткие картинки моей смерти.

— Ну что ты, — он хищно обнажил свои зубы в угрожающей улыбке. — Ты будешь только моей.

— Но зачем? — у меня ничего не складывалось в голове. — Я ведь...

— Совсем ничего не умеешь — я это уже слышал, — усмехнулся он. — Просто ты мне понравилась, и я не могу позволить себе отпустить тебя, пока не полакомлюсь тобой.

— Вы не отпустите меня пока... у нас не случится секс, — выпалила я, вся покрывшись стыдливым румянцем. — А потом? Отпустите?

— А вот мы и подошли к нашему условию, — сообщил он. — Я предлагаю тебе немного заработать. Тебе ведь наверняка нужны деньги? Я заплачу тебе очень хорошо.

— Я должна буду спать с вами за деньги? — я несчастно взглянула на него.

— Нет, это ты будешь делать бесплатно и по очень большому желанию, — он вновь хищно оскалился. — Это не будет насилием, поверь. Ты сама меня захочешь. А вот платить я тебе буду за обычный эскорт. Сопровождение, если ты не знаешь значение предыдущего слова. Мне нужна девушка на пару вечеров в неделю. Я довольно подозрительно отношусь ко всем новым людям в моем окружении. Это не паранойя, просто были моменты в моей жизни не слишком приятные.

Мужчина вдруг задрал свою футболку и показал мне свой торс.

На одну секунду я зажмурилась, боясь что мой первый секс начнется уже сейчас, но потом все же осторожно открыла глаза и...

Я увидела что весь торс Ревана был покрыт шрамами. Они были и на чистых участках кожах, и спрятаны за татуировками. Он был исполосован буквально весь: и грудь, и мышцы пресса. Наверняка шрамы были не только на груди, но мне хватило уже этого.

— Я тебя научу всему что нужно, — продолжал он, — и нет, это я сейчас не про секс. Мне нужны лишние глаза и уши рядом с собой, но такие, которые не вызовут подозрения. Я скажу на что тебе обращать внимание, на что нет, и ты будешь это делать. Не волнуйся, я гарантирую тебе безопасность, и эта же безопасность будет и после нашего расставания. Обещаю.

— Я не знаю... — растерялась я.

Такое предложение я точно не ожидала услышать. И оно звучало не менее опасно.

— Вы не поможете Яниной маме, если я не соглашусь? — спросила я.

— Помогу, — ответил он. — Я не стану тебя шантажировать этим. Вопрос не в том, отдашься ты мне или нет. А в том, что хочешь ли ты подзаработать или нет? Я уже все выяснил про тебя. Ты живешь только с мамой. Она еле тянет твой контракт. Я уже даже изучил вашу продуктовую корзину, и в ней слаще моркови ничего нет. Для тебя это шанс нормально одеться, хоть немного расслабиться в плане еды и получить от меня в подарок телефон и... что тебе там еще захочется. Выбирай, но учти: ты все равно проведешь со мной ночь. Не сегодняшнюю, но...

На этот раз я взглянула на Ревана с чуть большим доверием и немного задумалась над ответом...

— Ну и что же ты мне ответишь? — спросил Реван, когда мое молчание затянулось.

Я не понимала как мне поступить.

Конечно, если я откажу, то Реван отомстит мне. Понятно, что он может сделать это самым гнусным способом. Он мог договориться о моем отчислении. Мог как-то навредить моей маме. Он может сделать столько всего! Я действительно тянула с ответом как могла, но сейчас было самое время. Другого шанса у меня может не быть.

— Нет! — рыкнула я.

В этот момент на этаже как раз открылся лифт и из него кто-то вышел. Тогда я закричала что было сил:

— Помогите! Насилуют!

Реван нахмурился и отпрянул от меня, и в этот же момент к нам подошел мужчина в черной форме.

— Что здесь происходит? — грозно спросил он.

— Ничего, — сердито отмахнулся от него Реван. — Не мешай. Мы просто разговариваем.

— Нет! — я не могла упустить этого человека, кто откликнулся на мой крик. — Он преследует меня! Помогите!

Мужчина подошел ближе и взглянула на Ревана, а я увидела насколько проигрышно смотрится мой потенциальный спаситель по сравнению с Реваном. Отец Яны был на голову выше мужчины в черной униформе, и в два раза мощнее. Казалось, что в схватке ему даже не придется применить ни одного удара, чтобы победить. Кулаки нападающих сами сломаются об исполосованный шрамами торс Ревана.

Мужчина и сам понял то, что он в любом случае проиграет Ревану, поэтому включил рацию и сообщил в нее:

— Лестничный пролет на первом этаже. Срочно.

Реван усмехнулся на это. Он уже понял что этот охранник его боится. Кроме того Реван и бровью не повел, понимая что у него сейчас будут проблемы, хотя я уже тряслась от страха. Ведь скорее всего после этого Реван не оставит попыток преследовать меня.

Вот только что мне придумать потом, когда рядом уже не будет тех, кто сможет мне помочь?

— Анфиса, не дури, — Реван вновь повернулся ко мне, напрочь игнорируя охранника. — У тебя остался мой номер в сообщениях. Если кто-то из охраны будет к тебе приставать...

— Ко мне пристаете только вы! — я вела себя максимально смело в присутствии другого человека. Наедине я бы такое Ревану не решилась сказать.

И потом меня все равно не покидало чувство, что сейчас я только еще больше злю его. Что сама себе рою яму. Я не знала какой поступок был бы правильным. Меня не покидало отчаяние и мысль о том, что любой из моих поступков не принесет ни малейшего беспокойства Ревану.

Наконец еще трое охранников подошли к нам и попросили Ревана пройти с ними.

— Основания? — спокойно спросил он.

— Жалоба от девушки, — сообщил главный — тот самый, что первым нас обнаружил.

— Девушка просто проявила каприз, — все так же спокойно отвечал он. — Чтобы мне что-то впаять у вас должно быть доказательство покрепче, чем слова девушки. А она — Анфиса — просто обиделась на меня как периодически случается со всеми девушками, вот и хочет сделать мне неприятно.

— Это правда? — обратился ко мне все тот же главный.

— Нет, это не каприз, — я заметалась по ним взглядом. — Он правда... приставал...

— Можете просмотреть камеру, — Реван взглядом указал на камеру в углу под потолком. — Я ее даже не трогал.

— Все равно я попрошу вас пройти с нами, — настаивал охранник.

— Нет, — спокойно отказал ему Реван, но протянул ему свою визитку. — Есть что мне предъявить, звони — я пришлю своего адвоката. На этом все.

С каждой секундой я все больше теряла надежду на спасение. Казалось, что Реван вот так спокойно может заговорить абсолютно любого.

— Я уйду, Анфиса, — он продолжал говорить так, будто мы по-прежнему были наедине. — Не стану усугублять ситуацию, иначе тебя же потом затаскают. Но помни: если вот они станут к тебе приставать — просто набери меня. Ясно?

— Пожалуйста, — я попробовала сгладить ситуацию, — просто оставьте меня.

Реван отступил от меня и хищно улыбнулся. По одной его улыбке было понятно, что он не собирается отступать.

— Пока, Анфиса, — он окончательно отошел от меня. — Еще как-нибудь встретимся.

А от этих слов мне стало еще страшнее. Кто знает при каких обстоятельствах будет наша следующая встреча?

— Вы должны пройти с нами, — строго повторил начальник охраны.

— Предъяви мне обвинение и арестуй, раз такой смелый, — Реван выпрямился и стал еше выше. — Мои контакты у вас есть. Номер машины можете пробить по камерам. Если девушка напишет заявление, я явлюсь куда нужно.

С этими словами Реван абсолютно спокойно направился к лифту. Главный попытался его остановить, но Реван вовремя убрал свою руку.

— Только попробуй, — фыркнул он. — Знаменскому привет!

Начальник охраны остановился как вкопанный и все же позволил Ревану уйти.

Интересно, кто такой этот Знаменский, что его фамилия так воздействует на этих охранников?

— Извините пожалуйста, — я пошла вдоль стеночки, думая что так меня совсем не будет заметно. — Мне нужно бежать домой. Спасибо вам большое!

— А заявление? — спросил главный.

— Нет, — испуганно произнесла я. — Мне надо бежать домой. Меня мама ждет. Я ничего не буду писать.

Главный лишь закатил глаза от раздражения.

Я же побоялась последствий, если я напишу заявление на Ревана. А во-вторых, уж очень не хотелось мне рассказывать о нем маме. А если будет заявление, то меня и вправду затаскают.

Лучше поговорить об этом с мамой Яны, может хоть она имеет какое-то влияние на Ревана?

Я очень на это надеялась.

— Э, малая! — кто-то свистнул у меня за спиной, когда я зашла в подворотню своего двора.

Я не обернулась и прибавила шаг, но с тяжелыми пакетами сделать это было сложнее. У меня и так всю дорогу резало пальцы, а ручки пакета так вытянулись, что он мог оборваться в любую минуту.

— Стой! — снова крикнул мне этот парень, и на этот раз я услышала звуки шагов.

Я перешла на бег, но тут же споткнулась о пакет и он все-таки порвался. На асфальт рассыпалась картошка и лук, но я понимала, что лучше их не собирать. Мне бы поскорее забежать в подъезд, но шаги меня уже нагнали.

— Ты че, оглохла?! — поднял на меня голос тот парень, что звал меня, и тут я поняла что это Самвел.

Правда с ним было что-то не так. Он был вроде пьян, хотя стоял ровно. Однако чем-то он определенно накачался.

— Самвел? — тихо пискнула я, не успев еще подняться с асфальта. — Привет.

— Засунь себе свой привет знаешь куда? — нагло усмехнулся он. — Ты бортанула меня сегодня, мелкая. Думаешь я тебе это так просто спущу?

Я увидела за его спиной еще троих парней, и мне стало жутко страшно.

Что он собирается сделать? Зачем привел друзей? Что мне делать?

Оглянувшись, я поняла, что в пустынном дворе сейчас нет никого. Обычно все мамочки и бабулечки сидели на новой оборудованной площадке сзади дома. Поэтому прямо возле подъездов никого не было.

У меня сердце ушло в пятки. Я не понимала как выпутаться из этой ситуации.

— Давай помогу встать, — Самвел протянул мне руку, а у меня блеснула слабая надежда.

Может я еще смогу договориться?

Я схватилась за его руку и позволила ему потянуть меня на себя, но вдруг вместо этого он наоборот толкнул меня, и я упала спиной на асфальт. Я поморщилась, так как раз разбила локоть, но мне казалось, что еще малая жертва.

Очевидно, что Самвел задумал что-то плохое, и меня может спасти только чудо.

— Пожалуйста... не надо... — испуганно пробормотала я. — Мне страшно.

— Бояться надо было раньше — когда ты мне отказывала, — усмехнулся он. — Вот там ты была смелая. Протащила меня за собой, а потом просто хлопнула у меня перед носом дверью.

Я молчала. Не знала что сказать. Страх душил меня изнутри.

— За тобой должок, — он злорадно склонился надо мной. — И я очень хочу, чтобы ты мне его вернула поскорее.

— Сам... вел... — я еле говорила из-за спазма. — Прости меня... я не хотела тебя обижать... мне было страшно днем и я воспользовалась тем...

— Воспользовалась, да?! — гаркнул он. — Воспользовалась мной? А завтра бы по всему универу разнесла как отшила меня? Меня, да?!

— Я и не собиралась, ты что! — воскликнула я. — Я... не так выразилась... прости. Я хотела сказать...

— Скучно, малая, — он злобно сощурился. — Тебе придется постараться, чтобы заслужить теперь мое прощение. И делать это нужно точно не словами.

— Самвел! — я вскрикнула, когда парень за руку вытянул меня с асфальта и прижал к себе. — Не надо! Отпусти!

— Не, малая, — он схватил меня за попу и сжал ее. — Мне не нравятся, когда меня так кидают. Терпеть это не могу, ясно тебе?

— Да, — я закивала, — я больше не буду! Никогда! И никто об этом не узнает! Отпусти только, а?

— Я обещал тебя засосать, и я тебя засосу, — ухмыльнулся он и потянулся ко мне.

Я снова вскрикнула и уперлась ладошками парню в грудь, как вдруг меня буквально вырвали из рук Самвела.

Я зажмурилась, понимая, что меня вырвал один из дружков Самвела и сейчас сделает со мной что-то страшное, но тут я услышала грозный голос:

— Охренели совсем, сосунки?! Ментам вас сдать?!

Голос принадлежал Ревану. Я ни с кем не могла его перепутать. Но сейчас я была так напугана, что даже не знала что по итогу хуже: остаться в руках Самвела или Ревана. Кажется, второй вариант все-таки пугал меня больше.

— Слышь, дядя, ты нам... — только было начал Самвел, но тут я ощутила как Реван дернулся вперед, а затем послушалось сдавленное шипение Самвела: — Хорошо! Эй! Руку сломаешь!

— Сломаю, — подтвердил Реван и очевидно сделал ему еще больнее, так как Самвел взвыл.

— Ты знаешь, кто мой батя?! — рычал Самвел. — Да он тебя... за это...

Он не смог договорить, так как взвыл с новой силой.

Я же испуганно прижималась к груди Ревана, боясь всего на свете — даже покинуть свое опасное снаружи убежище.

— Еще раз увижу ваши обдолбанные рожи рядом с Афисой — ноги переломаю. И так, что они у вас уже не срастутся, — тихо пригрозил Реван, однако от его тихого голоса угроза прозвучала еще страшнее. Это была не угроза. Это было обещание, и каждый из парней это почувствовал. Затем он пропустил пару крепких слов и наконец отпустил Самвела.

Парни продолжали шипеть ругательства, но теперь быстро удалялись, а я все прижималась к груди Ревана, хотя понимала, что делаю себе этим только хуже. Но меня как будто парализовало. Я знала, что стоит мне отлипнуть от груди Ревана и все опять завертится. Опять угрозы, приставания, преследования. Кажется, сейчас у меня больше не было на это сил.

Молчание затянулось, но все же Реван нарушил его первым:

— Тебе больно, курносая? — спросил он.

— Немножко, — тихо произнесла я.

Я пыталась собраться с силами, чтобы полноценно заговорить с Реваном. Мне ведь придется опять от него отбиваться. Но силы никак не собирались.

— Пойдем, провожу до квартиры, — Реван мягко повел меня за собой.

— Я должна собрать продукты, — вспомнила я.

— Мой водитель соберет, — сказал Реван и свистнул своему водителю.

Тот сразу понял суть задания, поэтому принялся за дело, а Реван завел меня в подъезд.

Меня мелко затрясло, так как я боялась, что Реван восользуется этим и начнет ко мне приставать, однако он без лишних слов и движений довел меня до моей квартиры.

— Открой дверь, я пакеты положу, — сказал он, когда водитель передал ему собранные продукты.

Не надо было этого делать, но все же я открыла.

Реван же внес в прихожую пакеты, а затем произнес:

— Я наберу тебя. Через час. Отдохни пока и успокойся.

Я машинально кивнула и закрыла за мужчиной дверь, а сама устало опустилась на стул в прихожей и закрыла глаза.

Реван сжал челюсть и хрустнул костяшками в кулаке.

Ему очень не понравилась та ситуация, свидетелем которой он стал. А что было если б не стал?

Когда эта маленькая блондиночка показала Ревану свои зубки там в торговом центре, его это ничуть не оскорбило. Ему даже понравилась отчаянная смелость этой малышки. Ее блестящие как у дикого зверька глазки, напряжение ее хрупкого тела.

Как же Ревану хотелось сжать эту малышку, поцеловать ее пусть даже силой. Какая эта девочка трепетная! Как сладко она дрожит! И Реван был уверен что эта малышка невероятно горячая без одежды.

Он не мог перестать думать об Анфисе. Вообще никак. Он бы мог взять ее силой и на этом успокоиться, но чем больше он думал о ней, тем сильнее ему хотелось продлить это удовольствие. Ему хотелось добыть эту маленькую юркую добычу и так сцапать ее, чтобы она сама жаждала оказаться в его руках.

И она пожелает! Реван все для этого сделает. Ему и самому теперь интересно преследовать эту малышку, но все же он понимал что теперь нужно сменить тактику.

Он уже понял, что если угрожать Анфисе, то она решается на самые отчаянные поступки. А отчаяние иногда может стоить жизни. Не стоит доводить эту глупышку до такого состояния. Угрозами ее не взять. Мало ли глупость какую совершит: попросит помощи у другого мужчины, который так же ей воспользуется, или сбежит куда-нибудь, где тоже ее дурочку не пожалеют.

Нет, если получить эту крошку, то точно не на один раз. Поэтому Реван решил зайти с другого конца и попробовал купить Анфису. Но и тут ничего не вышло. Эта дурочка еще и принципиальная — денег не берет. Еще и брыкается.

Тогда Реван мгновенно придумал новый план. Пусть он более долгий и трудоемкий, но ему хотелось получить крошку из принципа. Она добровольно захочет отдаться ему — и точка! Сама раздвинет под ним свои тонкие ножки и выгнется грудью, чтобы он ее сцапал. Сама будет тихо и робко стонать, пока ее кисонька будет истекать соками. И она сама возьмет в руки его член и введет в себя или глубоко сядет на него.

Так и будет! Он заставит ее сделать это, при этом Анфиса не почувствует в этом насилия. Всего лишь сладкое принуждение для нее, к которому она захочет вернуться.

Реван был уверен, что разгадал характер Анфисы, и ни капли не сомневался в своем новом плане.

Реван посмотрел на часы и убедился, что прошло полтора часа. Вполне достаточно, чтобы Анфиса успокоилась. Поэтому набрал ее номер.

Упрямица не отвечала, и Реван вновь испытал прилив энергии. Ему нравилось, что она до наивного непослушная. И это возбуждало его до предела. Как же ему хотелось поскорее наказать эту курносую строптивицу!

Но Реван не сдался. Тогда он набрал сообщение:

«Хочешь поиграть со мной — поиграй, только не в молчанку».

Ответа не было несколько минут, и когда Реван приготовился написать новое сообщение, он увидел, что Анфиса появилась в сети и стала набирать ответ.

«Пожалуйста. Прошу вас. Оставьте меня. Мне страшно».

Нет, это было совсем не то настроение, которое нужно было Ревану. Надо было разубедить эту девочку.

«Я позвоню. Ответь мне, ладно? Я признаю, что действовал поначалу грубовато с тобой. Ответишь?»

Анфиса не отвечала несколько секунд, но все же написала:

«Хорошо».

Реван тут же набрал ее номер, и после третьего гудка девушка ответила.

— Да, — он услышал ее дрожащий голос.

— Анфиса, давай все заново? — предложил он. — Признаю, я дважды ошибся в тебе. Но сейчас, думаю, нам стоит поговорить.

— Что мне сделать, чтобы это все закончилось? — тихо спросила она.

— Позже об этом поговорим, — Реван силился сделать свой бас хоть немного мягче, но у него плохо получалось. — Ты мне скажи, ты ранки свои обработала?

— Какие? — удивилась она.

— У тебя колено и локоть разбиты, — напомнил ей Реван. — Промыла их? Обработала?

— Нет, — она словно только сейчас опомнилась.

— Ладно, — выдохнул он. — А поела что-нибудь?

— Нет, — снова ответила она.

— Так не пойдет, — сказал он. — Сейчас мы попрощаемся, а ты обработаешь свои ранки и поужинаешь. Пришлешь мне доказательства, что ты все обработала зеленкой, и пришлешь фото своей тарелки, ясно?

Анфиса замолчала на некоторое время, а потом спросила:

— Зачем вам это?

— Скажем так, я хочу позаботиться о тебе, — Реван произнес это с нескрываемым удовольствием.

— Зачем? — снова спросила она.

— Затем что у меня на тебя планы, — чуть сердито ответил он. — Если ты не хочешь сопровождать меня или просто провести со мной время, то ты не можешь запретить мне поухаживать за тобой.

— Могу, — ее голос дрогнул от того, что она попыталась ответить тверже. — Я вам запрещаю.

Реван сжал кулаки и вновь почувствовал прилив возбуждения от отказа Анфисы.

— Что ты сказала? — спросил он.

— Я вам... запрещаю, — пискнула она, однако решимость в ее голосе прибавилась.

— Мне нравятся твои запреты, — усмехнулся он. — Но я никогда не отступаю от своих планов. Я поставил тебя в известность: я буду ухаживать за тобой. Все.

Реван в этот момент почувствовал себя немного пещерным человеком. Как-то очень коряво у него складывался разговор. Но что он мог поделать, если с отказами он сталкивался крайне редко. Любая девушка где бы он ни был, после первой минуты общения с ним уже готова была раздвинуть перед ним ноги. Реван привык быть грубым с ними. А вот ухаживать не привык совсем.

Вот и сейчас ему жутко хотелось схватить эту курносую девчонку за ее светлые волосы, забросить эту глупышку к себе на плечо и уволочь в свою пещеру. Но он старался изо всех сил, продержаться хоть немного. Ну пусть эта малышка почувствует себя особенной. Ведь по сути в ней и правда было что-то, что не давало Ревану забыть о ней.

— Но я не хочу, — снова ответила она. — Пожалуйста.

— На этом все, — отрезал он. — Отдыхай. И не забудь сделать что обещала.

Реван завершил разговор, понимая, что его красноречие кончилось, и сейчас он начнет грубить. Поэтому лучше не доводить Анфису до нового приступа страха. Наоборот пусть она немного расслабиться и сбавит свою неприступность. Вот тогда Реван ее сцапает!

Я не понимала как мне от всего этого избавиться. Единственной надеждой было поговорить с Яной и с ее мамой. Рассказать им что Реван меня преследует. Я понимала что у них своих проблем хватает, но я не могла ждать пока меня поймают и изнасилуют.

Я позвонила Яне, но она долго не отвечала.

— Да, Анфис, — упавшим голосом ответила она.

Я сразу поняла, что что-то случилось.

— Ян... — растерялась я, — как твои дела? Как мама?

— Ей стало хуже, — ответила она, и я услышала слезы в ее голосе. — Мы сейчас в больнице. Может быть маме придется остаться здесь на несколько дней.

На меня тут же навалилось отчаяние. Конечно, мои проблемы сейчас будут волновать их в последнюю очередь. Я не могу взвалить на них еще и это.

— Хочешь я к тебе приеду? — спросила я. — В больницу или домой. Просто побуду с тобой?

— Нет, Анфис, — печально ответила она. — Я наверное тоже останусь в больнице с мамой. Еще не знаю что скажут. Я позвоню тебе, ладно, когда хоть что-нибудь будет известно. Я... не знаю что делать. Правда.

— Ян, а твой отец... он дал вам денег? — аккуратно спросила я.

— Пока нет, — сказала она. — Хотя знаешь... он ведь может прийти к нам домой... или я даже не знаю как он передаст нам деньги. И если передаст... Я не знаю что мне делать, как с ним связаться. Он не оставил тебе контакт?

— Оставил, — я даже обрадовалась, что Яна сама сможет с ним поговорить. Может быть мне даже удастся попросить и за себя тоже. Или это слишком эгоистично? — Тебе в сообщении скинуть?

— Нет, — Яна вдруг замялась, — Анфис, ты же разговаривала с ним, да? Ты можешь сама ему позвонить? Мама запретила мне с ним говорить. Я боюсь, что если она узнает, то ее хватит удар. Я не знаю... Я понимаю, что прошу тебя о странных вещах... но ты просто не понимаешь как сильно мама бесится из-за моего отца. Я не понимаю что там такое может быть, но... ты ведь говорила с ним. Он ведь адекватный человек, правда?

Яна что, совсем обо всем забыла? Она забыла какой я пришла на пары после встречи с ее отцом?

Мне даже на какой-то момент стало страшно. Очевидно что Яна сейчас была в полной прострации. Возможно у нее уже есть депрессия или еще что-то вроде того, но она точно до конца не понимала что говорила мне.

— Яночка, ты не волнуйся, ладно? — мне действительно стало страшно. — Я позвоню твоему отцу. Я попробую с ним поговорить.

Мне было очень страшно это делать, но я понимала что не смогу молча смотреть на то, как моя подруга, возможно, сходит с ума от горя. Но я сама, дав это обещание, не верила что я все-таки позвоню Ревану. Опять буду с ним говорить.

Впервые я была в такой сложной ситуации и мне уже хотелось расплакаться.

— Спасибо, Анфис, — пустым голосом ответила Яна. — Может он как-то через тебя передаст деньги, и я скажу что заняла у тебя или не знаю... Только, пожалуйста, сделай это сейчас. Я не знаю сколько мне придется потратить денег на лекарства и на палату. Вообще еще не знаю что тут платное, а что нет.

— Я позвоню, — вновь пообещала я, хотя мне самой хотелось рыдать от отчаяния.

Я просто в тупике.

— Анфис, прости меня, — вдруг сказала Яна. — Мне так страшно. Мне кажется я не вывезу всего этого. Я не знаю к кому мне обратиться за помощью. Мама накричала на меня за то, что я пыталась встретиться с отцом. А потом... ей вдруг стало плохо и она просто упала. Она упала на кухне. На кафеле. Разбила себе голову. Я вызвала скорую. Я боюсь позвонить бабуле. Боюсь что ей тоже станет плохо. Понимаешь, я не знаю кому мне еще позвонить. Я не понимаю кому мне можно что-то сказать, а кому нет. Не понимаю у кого можно попросить помощи. Но и в одиночку я не могу с этим справиться. Если бы нужно было только ухаживать за мамой, я бы справилась. Нашла бы подработку... может быть даже универ бросила, чтобы полноценно работать днем удаленно. Но ведь тут нужен не только уход. Мне нужно искать врачей, клиники, консультироваться с кем-то еще, искать деньги на продукты, на проживание, на лекарства... Черт возьми, вся эта хрень занимает у меня в голове больше места, чем забота о маме! Я даже не могу толком позаботиться о маме, потому что должна тут же думать о том что мне ей принести поесть и где найти работу!

— Я понимаю, Ян, — сказала я. — Я поговорю и со своей мамой тоже. Может мы сможем дать тебе денег. И может мне тоже удастся устроиться на работу...

— Анфис, — вздохнула она, — пожалуйста, ты только позвони моему отцу. Его помощь мне нужна по-настоящему. Я просто боюсь, что мама об этом узнает и ей станет еще хуже.

— Я позвоню прямо сейчас, — теперь я уже не имела права жалеть себя.

Я не могу бросить подругу. Никак не могу...

В этот момент мне позвонили в дверь. В такое время могла прийти только мама, но я уже боялась всего на свете. Я быстро попрощалась с Яной и побежала открывать.

Взглянув в глазок, я убедилась что это мама и открыла ей.

— Привет, — грустно сказала мама, и я поняла что у нее что-то случилось.

— Мам? — я заглянула ей в лицо. — Что-то не так?

— Да, — она устало опустилась на стул. — Не знаю даже как сказать...

— Что такое? — разволновалась я.

— Наша бабушка упала сегодня, — сказала она, — и сломала шейку бедра. Это очень сложный перелом...

— Нужно много денег на лечение? — прямо спросила я.

— Дело не в деньгах, — сказала она. — Мне нужно ехать к ней и смотреть за ней. Сейчас с ней соседка. Она и хлопотала сегодня со скорой и травматологией. Согласилась посидеть до завтра. Но завтра с утра мне нужно поехать к ней. А как я брошу работу? Это ведь не неделя. Такой сложный перелом — это месяца два только постельного режима. Потом еще восстановление. Может потребоваться операция. В общем... я не понимаю как мне совместить работу. Я, конечно, возьму на неделю перерыв, а там может удастся перевезти бабушку к нам, или нанять сиделку.

Слушая все это, мне казалось что я подхожу к состоянию Яны. Теперь я поняла о чем она говорила. В самом деле, я сейчас тоже как и она больше беспокоилась не о пострадавшем человеке, а о том где взять на все это денег и времени.

— Может тогда я к ней поеду? — спросила я. — Возьму академ?

— Нет, — решительно ответила мама. — Ты не сможешь приподнимать бабулю. Постельный режим это ведь значит, что ее нужно обтирать, следить за гигиеной, следить чтобы не образовалось пролежней и для всего нужна физическая сила. Ты просто подорвешь себя по-женски. И потом нам нелегко далось твое поступление и контракт. Сейчас во что бы то ни стало, но мы должны продержаться все это время. Чтобы ты отучилась без пауз и без взяток. Желательно без взяток. Поэтому лучше я сама. Может мне удастся так же работать удаленно через интернет.

— Мамочка, — я обняла ее. — Как же все сложно!

— Нет, котенок, — она ласково обняла меня. — Ничего подобного. У тебя все будет по-другому. Тебе будет легко, я обещаю. Я обязательно что-нибудь придумаю, ты же меня знаешь.

Знаю. И я знаю что мама действительно что-то придумает. Но все же мне кажется, что и я должна взять на себе больше обязанностей. Ради всех нас...

Я заперлась в ванной и включила душ, а сама позвонила Ревану. Пока шли гудки я села в угол и постаралась успокоиться.

— Анфиса? — ответил мне Реван. — Я приятно удивлен.

— Реван Викторович... — начала я и у меня мгновенно пересохло во рту, — я... звоню вам по просьбе Яны... Пожалуйста, помогите ей с деньгами...

— Стоп-стоп, — он перебил меня, — у меня что, дежа вю? Анфиса, это ты?

— Да, — тихо ответила я.

— Что у тебя там шумит? — строго спросил он.

— Душ, — я вдруг всхлипнула, думая что у меня ничего не получится.

Я ведь озвучила свою просьбу. А Реван отвлекается на какие-то посторонние вещи. Может он хочет слиться?

— Что мне нужно сделать, чтобы вы помогли Яне? — воинственно спросила я, а у самой голос дрогнул.

Почему я так боюсь этого человека?

— Курносая, ты мне скажи, что случилось? — его голос как мне показалось стал более мягким и вместе с тем похабным.

— Значит, вы не поможете, да? — прямо спросила я.

— Ну-ка хорош наезжать! — Реван меня строго осек. — У меня просто не сходятся концы с концами. Я уже выслал деньги на лечение Марии. Это мама Яны. Я перевел деньги на карту ее матери — бабушки Яны. Я знаю, что эта истеричка Мария не возьмет с меня денег. Дам ей наличные — она их сожжет или еще что-нибудь сделает. Поэтому я все перевел ее матери. Врача уже ищу. Завтра проеду, разведаю кто из них лучше сечет в этом.

— Это правда? — я не поверила тому, что так легко отделалась.

Ведь если Реван не станет меня этим шантажировать, то мне не придется ему продаваться.

— Позвони бабушке Яны и спроси, — ответил он.

— Спасибо, — тихо проговорила я. — До свиданья.

На это Реван рассмеялся и не дал мне закончить разговор.

— Нет, курносая, подожди. Объясни мне что это за хрень. Ты там приняла что-то? Что за странный звонок?

Я замолчала. Реван ведь открыто оскорбляет меня, нет? Мне нужно как-то оправдаться или лучше просто закончить разговор?

— Извините, — пробормотала я, собираясь уже отключить телефон.

— Анфиса! — он снова включил строгость. — Я понимаю, у нас с тобой разговор не получается. Мне похрен уже на этот испорченный телефон, когда вы вчетвером не можете ни о чем договориться. Я имею в виду тебя, Яну, ее мать и бабушку. Ты мне скажи что с тобой. Что именно с тобой?! Почему ты сейчас на грани того, чтобы разреветься мне в трубку? Ответь мне только на этот вопрос.

— Просто... все сразу навалилось, — ответила я.

— Что навалилось? — спросил он. — Расскажи.

— Да нет, — выдохнула я. — Я справлюсь.

— Ты мне скажи, курносая, тебе есть у кого попросить помощи? — снова спросил он. — Хоть кто-то может сделать твою ситуацию легче и проще, кроме тебя самой?

Я как будто даже задумалась на несколько секунд, но все же ответила:

— Нет.

— А я могу?

— Нет, — решительно ответила я.

Я планировала совсем другое. Я хотела попросить помощи у Ревана, но прямо сейчас снова испугалась этого.

— Ты либо обманываешь саму себя, либо это проблема какого-то всепланетного масштаба, — сказал он. — Напомню тебе, если ты забыла: тебе восемнадцать. Это нормально если ты чего-то там боишься, или не знаешь как поступить. Это нормально, что ты где-то хочешь сбежать от ответственности, а где-то покапризничать. Ты еще девчонка. Не наваливай на себя слишком много. К тому же ты красивая девчонка. Ты понимаешь, что одно твое правильное решение сделает твою жизнь очень легкой?

— Какое решение? — не сразу сообразила я, но была удивлена, что Реван нашел как меня успокоить.

Может я и вправду пытаюсь унести за раз слишком много? Почему я так впрягаюсь за Яну? Очевидно же что восемнадцатилетняя студентка никак не сможет вытащить тяжелую больную мать подруги. Я не врач. У меня нет никаких связей и знаний в этой области. У меня нет работы и очевидно, что я сейчас не найду сразу высокооплачиваемую работу. А если я буду работать пусть даже официанткой, няней или домработницей, то я только выгорю, чем заброшу учебу и разочарую маму, но точно не сильно помогу материально Яне.

Но с другой стороны наверное я пока слишком наивная и честная, чтобы вот так слиться без боя. Мне ведь совесть не позволит бросить подругу в беде.

— Не тупи, курносая, и не строй из себя полную дурочку, — ответил Реван. — Я уже сделал тебе предложение. Я готов тебе платить, если ты станешь моим украшением. Будешь всюду со мной ходить, улыбаться, хихикать когда я буду тебя обнимать. Согласна?

Это был бы выход. Он ведь по сути даже интим мне не предлагает. Но я действительно не полная дурочка. Я понимаю зачем я Ревану. Он по любому начнет ко мне приставать.

— Нет, — все же ответила я. — Я позвонила только для того, чтобы попросить за Яну. Только за этим.

— Упрямая! — рыкнул Реван. — Какая же ты упрямая! Просто скажи мне отчего ты ревела!

— Не скажу! — твердо ответила я. — Я не стану спать с вами! И не стану вашей карманной собачкой, которую вы будете носить с собой подмышкой.

— А вот тут ты сильно ошибаешься, — усмехнулся Реван. — Ты все равно станешь моей, Анфиса. Это неизбежно.

— Нет! — я сжала кулачки. — Извините, Реван Викторович, но мне придется заявить на вас в полицию, если вы не прекратите преследования.

— Ну заяви, — он был абсолютно уверен в себе. — Сама посмотришь что будет.

На этот раз я уже испугалась и завершила разговор, а затем поместила номер Ревана в черный список. Однако подсознание кричало мне, что Реван точно не остановится, и мне еще придется отбиваться от него.

И тут же мне на телефон пришло сообщение с незнакомого номера:

«Ты станешь моей! И очень-очень скоро»...

Я несколько раз за вечер подошла к маме, желая ей рассказать о Реване, но она была так занята сборами и звонками, что я так и не решилась с ней заговорить.

Нет, конечно, если бы я сразу заявила что у меня серьезные проблемы и меня преследует взрослый мужчина, она бы тут же все бросила и стала слушать меня. Но я боялась сама не знала чего.

Реван ведь ясно дал мне понять, что его не пугает даже заявление в полицию. Тогда как еще можно на него воздействовать? Мама ведь по сути может сделать только то же самое: заявить в полицию.

Однако было еще кое-что, что меня тормозило. Если я во всем признаюсь маме, она не сможет утром уехать к бабушке. Кто же станет о ней заботиться? А также я убедилась за вчерашний день, что Реван хоть и преследует меня, но все же не нападает. Он мог затолкать меня в машину и увезти к себе. По сути он уже это делал, но все равно отпускал.

Может он все-таки понимает, что попадет в тюрьму, если исполнит свою угрозу? Поэтому вроде пугает, но по сути не нападает. И потом, от Ревана я еще как бы могу защититься. Во всяком случае мне так казалось. А вот как защититься от Самвела?

Я тяжело выдохнула и улеглась в свою кровать.

Может мне пропустить несколько дней? Подожду пока и Самвел и Реван успокоятся и забудут обо мне? Не вломятся же они ко мне в квартиру!

Я снова выдохнула и услышала тихий мамин плач за стеной.

У меня сердце сжалось от боли, но я не пошла к маме. Я знала что ей нужно выплакаться. Она в последнее время очень часто уставала до такого состояния, что плакала по вечерам. А когда я заходила к ней, она сразу претворялась что спит. Она крепилась. Старалась быть мне и за маму, и за папу. Старалась быть сильной, и никогда не делилась со мной своими трудностями.

Я же плотнее зарылась под тонкий пододеяльник и закрыла уши.

Я обязательно помогу маме! Я буду и учиться, и работать. И я не стану эскортницей Ревана. Я найду себе достойный способ заработка.

Обязательно найду!

В семь утра мама разбудила меня, чтобы попрощаться. Она уже была готова и полностью собрана.

Отчаянно зевая, я попрощалась с мамой и заперла за ней дверь, а дальше хотела еще немного поспать. Я точно решила, что лучше получить пару дней пропусков, чем отбиваться с утра от Ревана или Самвела. А может и от обоих сразу.

Однако не успела я дойти до кровати, как в дверь снова позвонили.

— Ох, мамочка... — проворчала я.

С мамой это часто случалось: она забывала то ключи, то кошелек и возвращалась за ними. Поэтому, без всякой задней мысли, что в семь утра ко мне мог прийти кто-то другой, я пошла открывать даже не посмотрев в глазок.

Когда же я открыла дверь, то удивленно застыла на месте. На лестничной площадке стоял курьер с блокнотом, а все вокруг было заставлено ведерками с огромными букетами самых разных цветов.

— Вы к кому? — я частично спряталась за дверь, чтобы не светить короткими пижамными шортиками перед курьером.

— Доброе утро! — бодро поздоровался он. — Ангарская Анфиса Николаевна... вы?

— Да, — еще более растеряно ответила я.

— Вам букеты, — гордо сообщил он. — Позволите внести их к вам в дом?

— Нет, — тут же ответила я, но поняла что мой ответ слишком грубый. — А вы уверены что эти букеты действительно мне? Так много... И от кого?

— Отправитель пожелал остаться анонимным, — ответил курьер. — Но он подписал вам открытку.

Парень передал мне маленькую открытку. Раскрыв ее, я прочла всего одну строчку:

«Давай мириться?».

Эти слова мне показались такими наивными. Мне что, решил передать букеты какой-то школьник? И судя по количеству букетов — это явно школьник-миллионер.

— Так... разрешите внести букеты? — спросил курьер.

— Нет, — снова ответила я. — Извините, я не впущу домой незнакомого мне человека.

— Они тяжелые, — предупредил курьер. — Мы сюда их вчетвером поднимали. В две ходки. И потом, отправитель заплатил мне за то, чтобы я внес букеты к вам. Сами попробуйте поднять хоть один из них.

— Минутку, ладно? — сказала я и закрыла дверь.

Забежав в ванную, я быстро переодела шорты на более скромные и вновь вернулась к курьеру.

Затем вышла на лестничную клетку и попробовала поднять первый букет. Я смогла оторвать ведерко с букетом от пола всего на несколько сантиметров, но затем снова поставила его.

Он действительно был тяжелым. К тому же объемный букет невозможно было обнять. И подлезть под него тоже. Я не понимала как мне с этим справиться.

— Помочь? — вновь вмешался курьер и на этот раз я обреченно кивнула.

Парень попросил меня открыть дверь в квартиру пошире, а затем принялся таскать букеты. Ловко и быстро он действительно все перенес, заполнив мне цветами всю прихожую и часть зала.

— Извините, — я замялась, — а нельзя... эти букеты перепродать?

— Что? — парень даже как будто оскорбился. — Девушка вы что? Посмотрите какая красота! Какой аромат! Ваш поклонник хотел сделать вам приятное. Как же можно о таком думать?

— Но я даже не знаю от кого они, — ответила я. — А деньги мне сейчас очень нужны.

— Думаю, вам лучше обсудить это с вашим поклонником, — мудро подметил он. Да я его понимала: он наверное столько провозился с этими букетами, а я веду себя как корыстная девка. — Наверняка у вас есть подозрения.

— Ладно, спасибо, — кисло улыбнулась я. — Извините.

— Приятного вам дня, — с холодной вежливостью произнес курьер и покинул мою квартиру.

Я же присела на корточки рядом с шикарнейшим букетом из фиолетовых и сиреневых цветов, украшенным маленькими букетиками лаванды. Аромат стоял потрясающий! И не только от этого букета. Хотелось немедленно разглядеть каждый!

Но все же от кого они?

Я не думала что они от Ревана. Он явно бы прислал очередную угрозу в открытке.

Тогда может от Самвела? Может он осознал что повел себя вчера как свинья? К тому же я знала что Самвел мажор. Все об этом знали. Да и наивность строчек в открытке явно намекали на юношеский порыв, а не на напор Ревана.

Значит, нужно все-таки сходить в универ. Чтобы поблагодарить Самвела и помириться с ним. А потом тут же оборвать с ним все отношения.

Не до поклонников мне сейчас — нужно уже сегодня начать искать работу.

В универ я уже страшно опаздывала, поэтому выбежала из дома как ошпаренная.

Это неудивительно. Я ведь не планировала сегодня идти в универ вообще. Мне было не так страшно заработать прогул сколько вновь стать жертвой похищения или насилия. Но все же в последний момент я решилась, поэтому собираться пришлось очень быстро.

Времени оставалось совсем мало, поэтому я решила поймать такси. Но только я выбежала из подъезда, как меня окликнул знакомый голос.

— Эй! Анфиса, кажется...

Я резко обернулась уже боясь любых откликов в свою сторону, но увидела машину Ревана и его водителя.

— Что вам нужно? — я испуганно шарахнулась в сторону.

— Реван Викторович распорядился, чтобы я отвез вас на учебу, — сухо ответил он. — Садитесь.

— Я доеду сама, — неуверенно ответила я.

Если водитель Ревана меня подвезет, то я не опоздаю, но как дорого мне это обойдется? Нет, уж лучше опоздать.

— Хозяин уволит меня, если я не выполню приказ, — мрачно напомнил водитель. — Мне придется вас отвезти, даже если для этого нужно будет силой затолкать вас в машину. Вы уж извините, но ничего личного.

Я закатила глаза и тяжело выдохнула. Похоже, что мне некуда деваться, поэтому я заглянула в салон, убедилась что там нет Ревана, и села.

— Спасибо вам большое, — искренне поблагодарила я. — Если честно я очень опаздываю и ваше появление — это мое спасение.

Несмотря на мрачность и молчаливость водителя, он не вызывал у меня страх. В конце концов он уважительно со мной разговаривает, без оскорблений и похабства. К тому же для него это только работа. Так что зачем мне ему грубить?

— Я так и понял, что вы опаздываете, — сообщил мне водитель, когда машина тронулась. — Я вас уже полчаса жду. Еще бы десять минут и хозяин стал бы мне звонить.

Я лишь кисло улыбнулась водителю, но через минуту заговорила снова:

— А скажите, как мне от него избавиться? Только, пожалуйста, не говорите ему об этом.

— Извините, — все с той же мрачной вежливостью продолжал он, — но я работаю на Ревана Викторовича, а не на вас. Я передам ему все, что вы говорите. Даже если это будет незначительной мелочью. Это его приказ. Я не могу ослушаться.

— Хорошо, — нахмурилась я. — А что насчет ответа? Что вашему Ревану Викторовичу не нравится в девушках?

— Когда ведут себя как шалавы, наверное, — честно ответил водитель. — Однажды он сказал такое про женщину, с которой прекратил отношения.

— Ну-у, это мне не подойдет, — разочарованно выдохнула я.

Я тут и без раскованного поведения навлекаю на себя слишком настойчивых мужчин, что же будет если я стану более развязной? Проверять не стану.

— Могу дать вам один совет, если хотите, — сказал водитель.

— Да, пожалуйста, — попросила я. — Может он действительно мне поможет.

— Просто не сопротивляйтесь, — усмехнулся он, однако мне не показалось что он хотел меня оскорбить.

— Спасибо, но мне это тоже не подходит, — выдохнула я.

— Уверен, все наоборот, — сказал он. — Я ведь подвез вчера хозяина до вашего дома. Я видел, что к вам приставала группа парней. Вам нужен защитник.

— Спасибо, но опять мимо, — выдохнула я.

Я ведь сейчас была уверена, что цветы прислал Самвел. Значит, он осознал свою ошибку и больше так делать не будет. Во всяком случае я на это очень надеялась.

К тому же если бы цветы прислал Реван, то водитель сказал бы мне об этом — вон он какой разговорчивый и щедрый на советы. Так что теперь я окончательно убедилась в своей догадке.

— Уверен, вы скоро измените свое мнение, — сказал он. — Я заеду за вами после пар и отвезу к хозяину. Сегодня он приглашен на одно мероприятие. Вы составите ему компанию. Так что вам нужно подготовиться.

Я промолчала.

Какой смысл мне отказывать, пока я нахожусь в машине? Лучше подождать, когда у меня будет возможность сбежать от этого мужчины.

Наконец водитель подъехал к дорожке к универу, а я нетерпеливо дернула за ручку.

— Я заеду за вами, не забудьте, — напомнил он.

— Ага, — я дергала ручку, но дверь не открывалась.

— Во сколько у вас заканчиваются уроки? — снова спросил водитель.

Уроки! Я что, школьница по его мнению?

— Пары, — поправила я. — В половине третьего.

Я соврала. Сегодня у меня по расписанию только три пары, и они закончатся в час. Так что у меня будет предостаточно времени, чтобы сбежать, даже если водитель Ревана приедет пораньше.

— Хорошо, — он принял информацию. — Я припаркуюсь вон у того дерева и буду вас ждать в половине третьего дня.

— Ага, — я продолжала дергать ручку, но дверь все равно не открывалась.

— Не советую вам обманывать или пытаться сбежать, — добавил водитель. — Хозяину только подогреется к вам интерес.

— Откройте, пожалуйста! — у меня сдали нервы. — Я ведь опаздываю.

Водитель наконец разблокировал мне дверь, и я выпорхнула на улицу.

— А знаете что? — я почувствовала себя в безопасности вне салона.

— Что? — водитель оставался предельно спокойным.

— К моему большому сожалению, сегодня вы потеряете свою работу, так как я больше в жизни к вам не сяду и никуда больше не поеду, — победно выпалила я. — Можете прямо сейчас передать это вашему драгоценному хозяину. И еще: я записала ваш номер, так что могу заявить на вас, что вы меня преследуете.

— Это все? — спросил водитель.

— Да, — я немного растерялась.

Может я что-то упустила?

— Тогда повторяю: я буду ждать вас после пар, а потом отвезу к хозяину, — водитель был так же упрям, как и его хозяин.

Но на этот раз я лишь усмехнулась, развернулась и быстрым шагом направилась в универ, пока окончательно не опоздала.

Янки не оказалось на первой паре, и я на это лишь печально вздохнула.

Скорее всего она так и осталась в больнице, а меня снова начала грызть совесть.

Янка ведь моя подруга, а я ей с утра не позвонила. Что если ей нужна помощь? Элементарно хотя бы привезти попить и поесть? Может она всю ночь не спала и я бы ее смогла подменить хотя бы на пару часов? И хоть я была уже сама не рада, что впряглась в решение ее проблем, но не могла я поступить по-другому. Наверное, я еще не так зачерствела, и не так много в моей жизни было моментов, когда бы мне пришлось кого-то выручать.

На паре я написала Янке сообщение и спросила не нужно ли мне подъехать и что-нибудь сделать для нее. Она же пока не заходила в мессенджер.

Не дожидаясь ее ответа, я в перерыве подошла к другой своей однокурснице — Олесе. Олеся подрабатывала дизайнером в рекламном агентстве. И работала удаленно по вечерам, ночам и выходным.

— Я к тебе по делу, — сразу предупредила ее я, так как Олеся работала даже в перерывах, и когда обедала в столовой. — Мне работу нужно найти. Очень срочно. Ты можешь что-то посоветовать? Хотя бы с чего начать? Есть какие-то сайты? Или агентства? Или хоть что-нибудь?

— Ну-у, тут все сложно, — задумалась она. — Конечно, нужны знакомства. А мама тебе не может помочь?

— Она репетитор, — напомнила я. — Я не настолько хорошо знаю язык, чтобы учить других.

— А тебе нужен опыт или деньги? — уточнила она. — Так-то для опыта можно и без знакомств найти подработку...

— Нет, деньги конечно, — ответила я. — И хорошие. Какое-то время моя мама не сможет работать. Ей пришлось уехать.

— С этим сложно... — снова задумалась она. — Меня на работу устроила мама Самвела. Знаешь его?

— Да, — с осторожностью ответила я.

— Мы же с ним живем в одном подъезде, — сказала Олеся. — Сам он тот еще тип, но у его мамы свое рекламное агентство. Я с ней здоровалась каждый день, иногда обменивалась парой слов. А потом я сказала что ищу работу, и она предложила мне идти к ней. Платят хорошо, но ездят на тебе, конечно, все. Об учебе, сне и отдыхе лучше забыть. Я прихожу на три пары и это мой единственный вклад в учебу. Ни с какими заданиями я не успеваю. Да и половину заработка спущу только на то, чтобы закрыть сессию. Выхода у меня нет. Моя мама тоже уехала на заработки, так что квартира, продукты и младшая сестра — все на мне.

— А может мне тоже позвонить маме Самвела? — спросила я.

— Ты сходи сразу к нему, — посоветовала Олеся. — Я сама к ней в офис ни разу не ездила. Даже в принципе не знаю где он находится. Все делаю через интернет. Платят мне на карту. А Самвел вроде как почти каждый день к ней мотается. Он тоже как будто там работает. Но чем именно занимается непонятно, так как после учебы он постоянно во дворе тусуется с друзьями. Но в любом случае с его мамой лучше лично разговаривать. Она у него типичная акула бизнеса. К ней нужно подмазаться в общем. Польстить. Сказать, что для тебя важно работать именно в ее компании. Что ты будешь стараться и из кожи вон лезть, лишь бы получить это место. Не волнуйся, из кожи вон лезть тебе придется только по рабочим вопросам. Никакие ее личные просьбы исполнять не придется, но все же, если получишь у нее место, то будь готова к огромным объемам, но зато хорошим деньгам. На содержание себя и мамы точно хватит.

— Спасибо, — я улыбнулась ей.

Мне и самой нужно было найти Самвела и поговорить о вчерашнем. Я была уверена, что он сделал первый шаг, подарив мне цветы, а значит, теперь мне нужно сделать второй шаг и сказать ему спасибо, а заодно объяснить, что между нами точно ничего не будет. На всякий случай.

Однако меня ждало разочарование и Самвела тоже не было ни на первой, ни на второй паре.

— Сегодня не придет, у него отходняк, — объяснил его друг. — Вчера что-то там лишнего употребил. Но после пар он сюда заедет. Мы забились сгонять в одно место, так что можешь пересечься с ним на парковке.

— Хорошо, спасибо, — выдохнула я.

Я очень надеялась что сегодня сработают все мои планы.

Наконец после третьей пары я вышла на парковку и увидела парня.

— Самвел! — я окликнула его и побежала. — Подожди, пожалуйста.

Он взглянул на меня каким-то диким взглядом. Мне аж страшно стало. Но все же мне нужно было спросить про офис его мамы.

— Что тебе нужно? — спросил он, и я только сейчас увидела, что у него рука в гипсе.

— Я... — я вновь почувствовала страх.

Самвел глядел на меня с открытой ненавистью.

— Ну? — он испепелял меня взглядом.

— Нет, ничего, — я отступила назад.

Я поняла, что Самвел точно не поможет мне. Очевидно, что он даже видеть меян не хочет, не то что говорить.

— Нет уж постой, — он шагнул ко мне и одной рукой схватил меня за воротник рубашки. — Думаешь уделала меня? Поставила на место, да? Я не спущу тебе такое, мелкая.

— Ты что? — разволновалась я. — Я думала ты... хочешь помириться...

— Я?! — он фальшиво рассмеялся. — Да, я хочу. Но не помириться. Я и не знал, что ты во всю обслуживаешь мужиков.

— Что? — теперь я точно понимала что цветы не от него. — Кого?

— Ты трахаешься с тем старпером, который мне вчера руку сломал! — прорычал Самвел. — Продажная девка. Так что да, я хочу , но не помириться, а поставить тебя на место. И будь уверена, я это сделаю.

— Не надо... — прошептала я, но тут за спиной услышала знакомый голос:

— С первого раз ты не понимаешь, да?! Ничего, объясню тебе во второй и в последний раз.

Это был голос Ревана, и я зажмурилась, не веря что ни один мой план за сегодня не сработал...

Так как я зажмурила глаза, то не увидела что Реван подошел сначала ко мне, а не к Самвелу.

Я опомнилась только тогда, когда меня схватили за шкирку как котенка. Я буквально приподнялась на носочки, а потом перестала чувствовать землю под ногами. Но в следующий же момент сильные руки мужчины бросили меня на заднее сиденье машины, а я притихла и сжалась в клубочек, напуганная происходящим.

— Она сама полезла! — слышала я явно дрожащий голос Самвела. — Сама подошла! Клянусь!

— А схватила она тоже себя сама?! — гремел Реван. — И может быть угрожала себе сама?! Думаешь, после этого я не заставлю ее заявить на тебя? Может так попонятнее будет, а?!

К Самвелу подбежали его друзья и окружили Ревана, а я тихонько смотрела на мужчину и едва дышала от страха. И боялась я... удивительно, но за Ревана. Каким бы грозным он ни был, но все же он на чужой территории один против пятерых. А если он ударит кого-то, то его засудят. Все же парковка была под видео наблюдением. Самвелу и его дружкам не составит труда взять запись.

Мне захотелось заступиться за Ревана. Он второй раз спасает меня от Самвела и моей собственной глупости, а я даже ничего не сделаю? Но с другой стороны, что я могла сделать? Да меня там первую по асфальту размажут!

Испугавшись разборок дальше некуда, я не удержалась, сжала кулачки, и все же зашмыгала носом.

Я не понимала чего именно боюсь, но вдруг ощутила себя загнанной в угол, и тут...

Парни вдруг расступились и стали оттаскивать Самвела. Реван держался невозмутимо и продолжал стоять абсолютно спокойно, со сложенными на груди руками. Самвел же выкрикивал ему что-то истеричным голосом, пока отступал.

— Не нужна мне она! Забирай! — выкрикнул он. — Пуст сама ко мне не лезет!

— Я тебя предупредил, — пробасил Реван, а затем уверенно направился к своей машине.

— Так, Анфиса, — он сердито выдохнул, когда оказался на водительском месте. — Ты мне скажи, может я чего-то о тебе не знаю, но ты совсем дурочка что ли? Тебе жить не хочется, или как? Почему ты все время оказываешься в какой-то заднице?!

От громогласного тона Ревана я еще сильнее вжалась в кресло и снова всхлипнула. Я боялась что-то ответить, так как могла сильнее разозлить Ревана. А еще мне очень не хотелось расплакаться перед ним.

— Ты ела? — хмуро спросил он, а я лишь мотнула головой.

— Ладно, не реви, — пробасил он. — Сейчас поешь и успокоишься.

— Не надо... — пробормотала я, размазывая слезы по щекам. — Мне надо домой...

— Уже не надо, — усмехнулся он. — Я поймал тебя, а значит, отпущу когда наиграюсь.

— Что? — шепотом спросила я.

Я не могла поверить, что спаслась из рук одного садиста и попала к другому.

— Не бойся, — «успокоил он», — просто пообедаем. Все обсудим. Матушка твоя куда уехала?

Я застыла на месте.

Откуда он знает?

— Никуда, — все так же шепотом отвечала я. — Она вернется вечером...

— Может уже хватит врать? — Реван строго взглянул на меня через зеркало заднего вида. — Что тебе в моей утренней записке было не понятно?

— Так это... вы прислали? — спросила я, не понимая как мне относится к Ревану.

— А у тебя есть еще поклонники? — он насупил брови, показывая что если мой ответ будет «да», то он сильно разозлится.

— Нет, но...

— Что «но»?

— Я не понимаю вас! — вдруг выпалила я. — Не понимаю чего вы хотите! То вы угрожаете и лапаете меня, то присылаете чуть ли не весь цветочный ларек с наивной записочкой! Я просто не понимаю логику ваших поступков!

— Ну тут мы сходимся, — усмехнулся он. — Твою логику я тоже не понимаю, если она у тебя есть, конечно.

— Тогда зачем я вам? — я жалобно взглянула на мужчину. — Неужели у вас нет женщины, которая бы сама с вами захотела встречаться?

— Представь себе, мне сейчас никто не интересен, кроме тебя, — он кривовато улыбнулся. — Хочу я тебя, понимаешь? Успокойся: я понял, что моя настойчивость тебя пугает. Я не стану зажимать тебя по углам. Дождусь, когда ты сама захочешь. Ну а в остальном, тебе придется меня потерпеть. Я не отстану, пока ты не станешь моей.

— Но зачем? — мне казалось, что мы говорим на разных языках. — Для чего? Чтобы переспать со мной? Не слишком ли много вы вкладываете в меня времени и денег, чтобы просто один раз переспать?

— Может я покупаю твою девственность? — кривоватая улыбка не сходила с его лица. — По частям. Чтобы ты с ума не сошла от счастья.

— Я не продаюсь! — рыкнула я.

Меня злил этот разговор. И сам Реван злил тоже.

— Это ты сейчас так думаешь, — усмехнулся он. — У всего есть своя цена. Ты зацепила меня, теперь я тебя хочу. И скоро ты будешь моей. Просто смирись. Но давай закроем тему. Меня подбешивает объяснять все по кругу. Лучше скажи куда уехала твоя матушка и зачем ты полезла к этой петушне мажористой?

— Я просто хотела устроиться к маме Самвела на фирму, — ответила я, игнорируя ответ на первый вопрос. — Вашей эскортницей я не буду, ясно?!

— И ты не боишься так со мной разговаривать? — он вдруг резко свернул и съехал на обочину.

— Боюсь, — честно призналась я и снова сильнее вжалась в спинку кресла. — Пожалуйста, не надо.

— Надо, Анфиса, — он развернулся ко мне с хищной улыбкой. — Я уже объяснил тебе, что эскорт — это не секс со мной. Ты просто будешь сопровождать меня на мероприятиях. Думаешь, если ты откажешься, я сдамся? Нифига. Я же тебе проходу не дам. Ты меня ничем не остановишь. Единственное, что могу тебе пообещать, я не стану к тебе сильно приставать. Очень постараюсь. Только ты цени мои старания. Я если честно не очень в этих ваших ухаживаниях. Но я разрешаю тебе давать мне советы. Ненавязчиво. И не наглеть. Ну как? Согласна?

Я испуганно глядела Ревану в глаза и понимала что он непробиваемый. Его действительно ничто не остановит.

— Ну?! — Реван торопил меня с ответом.

Я же выдохнула и все же ответила:

— Нет!

А сама вжалась в самый уголок, понимая что Реван сейчас взбесится от моего ответа...

Реван не взбесился. Он громогласно расхохотался.

— Этим ты мне нравишься еще больше. Но знаешь что? Мне плевать на твой ответ. Ты сегодня же начнешь исполнять свои обязанности, так что давай подберем тебе что-нибудь менее скромное, а потом пообедаем.

— Я никуда с вами не поеду! — воинственно сообщила я и дернула дверь за ручку, но она оказалась заблокирована.

— Есть что-то конкретное, что ты хочешь поесть? — он завел машину.

— Я никуда с вами не поеду!!! — уже с паникой в голосе повторила я. — Выпустите! Я буду кричать!

— Кричи, — Реван был непробиваем. — Ты меня этим еще больше заводишь.

Он ставил меня в тупик своими ответами и я совершенно не понимала как мне себя вести.

— Так что ты там будешь есть? — он продолжал выспрашивать, пока вел машину. — Можешь прокричать ответ, если тебе так больше нравится.

— Послушайте, — дрогнувшим голосом начала я. — Вы ведь взрослый мужчина. Почему вы себя так ведете?

— Я веду себя естественно, — ответил он. — Я вообще-то даже стараюсь для тебя, курносая. Если бы я не старался, то ты бы уже давно у меня дома была. Привязанная к кровати. И это не угроза, если ты не понимаешь. Это мое ухаживание. Попробуй взглянуть на это с этой стороны.

— Нет! — огрызнулась я и сердито сложила руки на груди.

Взгляд Ревана через зеркало стал еще более пожирающим, а я поняла, что мои «нет» его действительно заводят. Тогда я просто отвернулась к окну, чтобы не видеть его глаза.

В салоне воцарилось неловкое для меня молчание.

— Что ж ты не кричишь? — спросил Реван, когда мы заехали на аллею дорогих бутиков.

— Сейчас начну, — я еще сильнее надула губы. — Так заору, что вас в полицию загребут!

— Что я там не видел, в твоей полиции? — усмехнулся Реван, а я поняла что у Ревана уже был подобный опыт.

А что если он даже сидел? Нет, это самое ужасное что может быть! Связаться с бывшим зэком — это вообще ни в какие ворота!

Тем временем мужчина остановился и заглушил мотор, а я опять попыталась дернуть дверную ручку.

Заперто.

Ну что ж, подожду.

Реван вышел с абсолютной уверенностью на лице, открыл мне дверь и протянул руку.

— Вылезай, курносая! — усмехнулся он.

У меня не поучилось проигнорировать его руку, поэтому я все же вложила свою кисть в его ладонь. Реван усмехнулся и сжал мою кисть так, что я пискнула от боли. Он на это лишь хищно обнажил зубы.

Ну уж нет! Не позволю ему надо мной издеваться!

Я набрала в рот побольше воздуха, чтобы наконец заорать и попросить людей о помощи, но тут...

Реван за долю секунды вытянул меня из салона и притянул в свои объятья, а потом... жадно припал к моим губам.

Я пискнула и затрепыхалась в его объятьях, а Реван вместо этого языком раскрыл мои губы и вторгся им мне в рот.

У меня все потемнело в глазах. Наглость этого мужчины убивала меня. Я чувствовала себя с ним совсем беспомощной.

Как от него отделаться?!

Реван тем временем переместил одну руку мне на ягодицы и смачно смял их.

Это я уже не смогла выдержать, поэтому постаралась пнуть его коленом в пах, но попала только куда-то в бедро.

— Ты мне очень нравишься, — он наконец разорвал этот зверский поцелуй. — Такая боевая девчонка. Я еле борюсь с желанием завалить тебя на заднее сиденье моей тачки, и...

— Нет! — выкрикнула я, пытаясь вырваться, но Реван так сильно сжимал меня, что я не могла даже толком вдохнуть.

Ревана только веселили мои жалкие сопротивления.

— Пойдем, — он крепко схватил меня за руку и повел в первый магазин. — Учти: если будешь вести себя плохо, то на сегодняшнем мероприятии я буду к тебе приставать. Если же будешь послушной и тихой, то не буду.

— Не дождетесь! — рыкнула я, пытаясь тормозить ногами.

— Ты ж моя сладкая, — он обласкал меня жгучим взглядом. — Мне тоже больше нравится вариант с приставаниями. Может мне к тебе и в примерочной кабинке поприставать?

— Помогите! — закричала я, когда Реван затащил меня в бутик. — Он меня похитил!

К нам подошел крепкий мужчина-охранник и девушка-консультант.

— Мы тут у вас немножко поиграем, — Реван сунул обоим работникам магазина пачку крупных купюр. — Просто обслужите нас поскорее. Девушке нужно платье на вечер, обувь и еще, наверное какая-то приблуда типа сумки, ну вы тут сами разберитесь.

— Вызовите полицию! — я дергала рукой в захвате Ревана и все надеялась, что охранник в магазине не настолько продажный.

Но нет. Реван сунул им еще денег, и те оба взглянули меня как на капризного ребенка — только и всего.

— Какое платье вы желали бы видеть на вашей спутнице? — девушка обратилась к Ревану, напрочь игнорируя меня как личность.

— Как это называется... — замялся Реван. — О! Точно! Коктейльное платье. Такое чтоб открытое, сексуальное, но не вульгарное.

— Я поняла, — девушка указала нам на диван, — присаживайтесь. Воду, кофе, шампанское?

— Мне кофе, — сказал он и потащил меня к дивану. — Черный двойной без сахара. А девушке... что ты будешь?

— Ничего! — огрызнулась я и полезла в свой рюкзак за телефоном.

Вытащить мобильный из кармашка рюкзака я могу и одной рукой.

— Моей девушке шампанское, — сказал Реван. — И чего-нибудь успокаивающего.

Девушка-консультант удивленно подняла брови, но все же кивнула и удалилась.

Я же чувствовала себя полной дурой. Вроде вот я в людном месте, могу сбежать или позвать на помощь. Но при этом не могу абсолютно ничего. Или все-таки что-то могу?

Наконец я вытащила мобильный и набрала номер полиции. Реван прекрасно видел это, но не останавливал.

— Полиция! — заговорила я в телефон. — Пожалуйста, помогите. Меня похитили! Я назвала свое имя, имя Ревана и местоположение.

Реван спокойно смотрел на меня и слушал. Ни один мускул не дрогнул на его лице.

— Закончила? — спросил он, когда я выключила мобильный.

— Да! — воинственно ответила я. — Сейчас вас загребут!

— Отлично, тогда пока мы ждем, то продолжим...

— Ваш кофе, — девушка-консультант обаятельно улыбнулась Ревану, когда поставила поднос на журнальный столик. — А для вашей спутницы я принесла лавандовый раф и пирожные, — затем она добавила чуть тише: — Лаванда успокаивает.

— Спасибо, — Реван выжал из себя неискреннюю улыбку, больше походившую на оскал. — Теперь, платье подбери, будь добра. Я тороплюсь.

— Да-да, — она упорхнула выполнять свои обязанности.

Я же покосилась на стеклянный бокал кофе лавандового цвета, украшенный цветками лаванды. Один вид этого кофе восхищал, а уж его аромат!

Но я не продамся Ревану за бокал кофе!

— Попробуй, — Реван придвинул мне бокал. — Я все равно не позволю тебе сбежать. И выдам тебе маленький спойлер: полиция меня не загребет. Так что не надейся на спасение. Ты можешь фыркать дальше, а можешь извлечь для себя пользу.

Я насупилась и облокотилась на спинку дивана.

Не нужен мне этот кофе, мне свобода нужна от Ревана и Самвела... А еще деньги. Где же мне все-таки найти работу?

— Пожалуйста, пройдите в примерочную, — девушка указала Ревану на кабинку, а я не шелохнулась.

Я нервно ждала когда же приедет полиция. Очень хотелось, чтобы она приехала до того как Реван станет раздевать меня в примерочной.

— Пойдем, — Реван нагло потянул меня в нужную сторону.

Я снова попыталась притормозить ногами, но подошва моих кед просто скользила по мраморному полу. Мои попытки оказались бесполезны.

Реван дотащил меня до примерочной и затолкал внутрь.

— Что тебе больше хочется: чтобы я насильно тебя раздел и примерил на тебя все платья, или чтобы ты спокойно все померила сама? Если выберешь второе, я даже подожду тебя за занавеской. Тебе останется только выходить ко мне и показывать вещи на себе.

Я не хотела подчиняться. Реван жутко злил меня своей непробиваемостью. А еще меня теперь не покидала мысль, что он сидел в тюрьме. Даже если он совершил какое-то непредумышленное преступление, это ничего не меняло. Общение с сокамерниками, наверняка унижения и жестокость по-любому должны были извратить его моральные принципы. От такого человека надо держаться подальше.

Но все же, что выбрать?

Если я не подчинюсь, возможно Реван оставит на мне какие-то ссадины и синяки, и если я сниму все это, то могу указать в заявлении что-то более весомое, чем просто преследование. Но стоит ли так жертвовать собой? А если Реван и вправду всех может купить?

— Выбираешь первый вариант, да? — хищно оскалился он и уже схватил мою юбку за подол, но я взбрыкнула.

— Нет, я сама!

— Сама? — заинтриговано спросил он и вдруг зажал меня в углу. — Очень жаль. Я рассчитывал все-таки на первый вариант.

— Пожалуйста... отойдите, — я уперлась в его грудь ладошками.

Он так плотно зажал меня, что мне стало нечем дышать.

— Анфиса, ты так охрененно пахнешь, — он склонился очень близко к моему виску и волосам. — Невинностью, упрямством и чем-то сладким.

— Реван Викторович... отойдите... — я упиралась в его грудь ладошками изо всех сил, но он этого не замечал. — Я буду кричать!

Я понимала что крики бессмысленны, но я так рассчитывала на приезд полиции!

— Кричи, — шепнул он. — Мне этого хочется.

Я сжала кулачки, не собираясь сдаваться.

Да, я буду кричать пока охранник и консультант не оглохнут! Ревана может быть и нельзя вывести из себя, но работников бутика можно. Я как минимум распугаю им всех остальных клиентов.

На этот раз без всякой подготовки, я заорала что было сил, но меня хватило лишь на секундный писк.

Реван оказался быстрее меня. Он мгновенно закрыл мне рот ладонью, а затем резко развернул меня к себе спиной. Прижав меня грудью к стене, он растолкал мои ноги коленом, а затем второй рукой залез мне под юбку.

Я снова запищала ему в ладонь, но она была непроницаема для звуков. Меня было едва слышно даже с близкого расстояния.

Реван тем временем прошелся ладонью по моему бедру и перешел на ягодицу.

Паника накрыла меня. Снова это чувство беспомощности. Я совсем ничего не могу сделать этому мужчине!

— Отшлепать тебя за хулиганство, Анфиса? — усмехнулся он и сжал мне ягодицу. — Мне это доставит удовольствие. Да и тебе скорее всего тоже.

Я замотала головой, не веря что Реван пока не идет дальше.

Я думала он обойдется со мной как в тот день в машине. Залезет мне в трусики и потрогает меня во всех местах. Но нет. Он гладил мне ягодицу, но не лез в трусики. И даже не пробирался дальше.

Меня это чуть-чуть успокоило.

— Не хочешь быть отшлепанной? — усмехнулся Реван, а я мотнула головой насколько смогла. — Ничего, мы обязательно вернемся к этому. Запомни где мы остановились. А теперь напомни, какой вариант ты выбрала: первый или второй? Чтобы я сам тебя переодел или...

— Второй! Второй! — запищала я ему в ладонь и показала пальцами цифру два.

— Хорошо, — он осторожно разжал мне рот, а я жадно глотнула воздух.

Мне казалось, что Реван уничтожал весь воздух, когда находился рядом. Он уничтожал все вокруг своей энергетикой.

Наконец он отпустил меня и отступил на шаг.

— Вперед, — скомандовал он. — Даю тебе пятнадцать минут.

Он как и обещал вышел из примерочной, а я дала себе несколько секунд, чтобы отдышаться.

Сделав последний долгий выдох, я все же взялась за примерку. Тем более что платья действительно были очень красивые.

Первое было совсем кукольное: розовое, с асимметричной юбкой и глубоким декольте. Однако на моей маленькой груди это платье не выглядело вульгарно. Надев его и расправив, я все же одернула занавеску и показалась Ревану.

— Мило, — он с прищуром оглядел меня, — но в этом платье ты выглядишь на пятнадцать. Так что другое.

Я молча вернулась в примерочную и переоделась в ярко-голубое мини-платье с мягким корсетом на талии.

— В этом платье я тебя не так сильно хочу, — выдал он и забраковал его тоже.

Когда же я вышла к нему в белом коротком платье с рукавами-фонариками и объемной юбкой, то Реван кривовато улыбнулся.

— Вот это пойдет, — сообщил он. — В этом платье ты выглядишь как сладкая аппетитная и очень невинная зефирка. Тебя хочется съесть. Всю без остатка.

Я сжала губы и покраснела от его слов.

Очевидно же что он опять намекает на секс. Но он от меня ничего не получит!

Когда же я вернулась в примерочную, то услышала шум в магазине.

— Кто вызвал полицию? — услышала я громогласный мужской голос, и тут я крикнула что было сил из своей кабинки.

— Я вызвала! На помощь!!!!

Мне казалось что вот сейчас Реван точно смоется. Не станет же он ждать собственного задержания?

Я даже осторожно выглянула из-за занавески, чтобы убедиться в своей догадке, но Реван оставался на месте.

— Что? Беспокоишься за меня? — усмехнулся он, увидев мой маневр. — Не волнуйся. Со мной все будет хорошо.

К этому моменту двое полицейских уже подошли к моей примерочной, и я храбро вышла к ним.

— Офицер, можно вас на пару слов? — обратился Реван к старшему по возрасту. — Я бы хотел объяснить причину вызова и заплатить штраф.

Реван повел полицейского в сторону, а я поняла, что сейчас он наврет так, что я еще и виновата останусь.

— Нет, офицер! — крикнула я, с явной паникой в голосе. — Это я вас вызвала! Меня преследует этот человек, — я показала на Ревана пальцем. — Он... он... — я совсем растерялась, увидев полное равнодушие в глазах полицейских. — Он хочет...

Я так разволновалась, что не знала как точно объяснить причину вызова.

— Анфис, переодевайся и иди на кассу, я сейчас, — спокойно продолжил Реван.

— Неужели вы все такие продажные?! — зарычала я. — Немедленно представьтесь! Я заявлю на вас вашему начальству! За то, что вы даже не пытаетесь выслушать того, кто вас вызвал.

Это сработало как триггер для полицейских. Они нахмурились, а Реван наградил меня уничтожающим взглядом и разочарованно покачал головой.

Очевидно, в его глазах я совершила ошибку, но почему у меня теперь было ощущение, что я подставила вовсе не Ревана, а саму себя?

— Заявите, значит? — оба полицейских направились ко мне. — Что ж, девушка, вы поедете с нами. На месте и разберемся за что вы там пытаетесь на нас заявить.

Я ничего не понимала.

Неужели вся эта ситуация оборачивается против меня? Неужели у нас с порядками настолько плохо? Кому можно верить? И у кого просить помощи?

— Я никуда не поеду, — я испугалась не на шутку, и забилась в угол примерочной. — Нет... мне страшно...

— Нечего было бросаться такими словами, — пробасил тот, что был старше по возрасту.

— Нет, пожалуйста, — у меня на глазах выступили слезы. — Не надо.

Я уже и не надеялась, что они мне помогут. Мне хотелось лишь того, чтобы они просто забыли обо мне и оставили в покое.

— Начальник, не надо, — я услышала голос Ревана. — Девушка плохо себя чувствует. У нее нервный срыв. Я позабочусь о ней, и готов заплатить штраф за ложный вызов. Свои угрозы она никогда не исполнит.

Оба полицейских встали плотной стеной на выходе из примерочной, поэтому я не могла видеть Ревана. Меня еще сильнее стало колотить от страха.

— Я займусь ею, — я снова услышала голос Ревана. — Буду внимательнее относиться к тому, кому она звонит. Не надо, правда. Она только на словах борзая.

Полицейские продолжали испепелять меня взглядом, а по моим щекам побежали слезы.

Мне казалось, что такого просто не может быть. Почему эти люди наезжают на меня? За что? Почему они не исполняют свою работу?

— Отойдем в сторону, начальник? — Реван мягко, но вместе с тем настойчиво пытался увести полицейских. — Я заполню что нужно. Пусть девушка переоденется.

Двое мужчин в форме еще несколько секунд смотрели на меня, вынуждая расплакаться еще сильнее, но все же в какой-то момент отошли.

— Я буквально пару слов ей скажу, — проговорил Реван и вошел ко мне в кабинку.

— Не реви, дуреха, — он дал мне салфетку. — Сама эту кашу заварила. Но не бойся, я сейчас все разрулю. Ты просто перестань реветь, а то испачкаешь платье. Поэтому переоденься и жди меня тут. Никуда не выходи из этой примерочной, ясно?

Я закивала, спешно вытирая потекшую тушь с лица.

— Все, я сейчас приду, глупая, — он поймал пальцем еще одну слезинку с моей щеки. — Успокойся.

С этими словами он ушел и задернул мне шторку, а я еще несколько секунд продолжала дрожать и плакать.

Что я сделала не так? Почему эти двое так себя повели? И почему вообще на меня повалились эти несчастья?

Тем временем, я все же переоделась в свою одежду и принялась послушно ждать Ревана все в том же углу примерочной. Теперь я боялась даже краем глаза выглянуть из-за занавески. Мне казалось, что больше нигде не безопасно, даже в моей квартире.

Реван между тем не приходил очень долго. На этот раз я испугалась, что его все-таки задержали и увезли. И теперь никто мне точно не поможет.

Я понимала всю абсурдность ситуации: я ждала сейчас помощи от того, от кого так хотела избавиться. Я готова была заявить на него! А сейчас и, например, вчера Реван был моим единственным спасением.

Наконец он появился, а я виновато и все еще испуганно взглянула на него.

— Не думал, что ты доставишь мне с этим вызовом проблем, но ты явно постаралась, — усмехнулся он. — Я недооценил степень твоей глупости в особые моменты.

Сейчас мне казалось, что Реван был прав. Я действительно слишком много раз за последнее время поступила глупо. И с Самвелом все вышло глупо, и с тем, что я подвязалась помочь Яне. Я как будто сместилась на совсем другую реальность: в мир, где я теперь ничего не понимала.

— Ладно, Анфиса, забей, — он взял меня за руку и вдруг притянул меня к себе. — Ты маленькая еще, поэтому не знаешь что можно делать, а что нет.

— Почему они не стали меня слушать? — я снова принялась всхлипывать, быстро согревшись в руках Ревана.

— Потому что против меня мало кто пойдет, — ответил он. — Они бы тихо замяли дело, если бы ты не принялась угрожать им заявлением. Запомни раз и навсегда: больше так никогда не делай. Что-то не так — спроси у меня. Не угрожай ежу голым задом. Ясно?

Я кивнула и слезы наконец перестали бежать у меня по щекам.

— Ну пойдем теперь пообедаем, — мужчина повел меня к кассе. — Обсудим твои будущие обязанности...

— Я ничего не буду, — буркнула я, когда официант услужливо взглянул на меня, чтобы принять мой заказ.

Реван лишь усмехнулся моей упрямости, а я опять поймала его на том, что ему нравится мое непослушание.

На самом деле решение моей проблемы очень простое: всего лишь перестать подогревать интерес Ревана моим непослушанием и упрямством. Но это легко только на словах.

Как мне перестать это делать? Молча на все соглашаться? Или начать липнуть к нему как приставучая девица? Может ныть ему по каждому поводу? Или наоборот назначить за себя неподъемную цену?

Почему-то я была уверена, что Реван обыграет меня в половину хода. Он сразу раскусит мою ложь, а я могу загнать себя в еще более глубокую ловушку.

Допустим я назначу самую высокую цену, которую смогу придумать. А что мне сделать, если Реван заплатит ее?

Но в любом случае отказаться я ведь всегда успею? Как минимум я успею вновь включить свое упрямство. И потом я не стану тратить тех денег, которые Реван мне отдаст. Я так же смогу вернуть ему их.

Пока я думала, Реван успел сделать заказ за меня, и теперь официант принес нам очень легкое вино.

— Я не стану пить, — я упрямо надула губы, но вспомнила что упрямство для меня — это прямой путь в постель к Ревану.

Надо сделать что-то совсем противоположное!

Не думая что делаю, я вдруг взяла бокал с вином и залпом выпила его.

— Ого, — усмехнулся Реван. — Неожиданно. Продолжай, Анфиса.

Он подпер себе кулаком подбородок, как будто собирался смотреть интересное кино, а на самом деле он просто смотрел на меня. Или что, я для него и есть интересное кино? Зверушка в клетке?

Однако в этот момент то самое легкое вино немножко закружило мне голову, и я на мгновенье закрыла глаза. В голове разлилось приятное расслабление. Все тревоги, что съедали меня в течение нескольких дней, вдруг куда-то поплыли, и я ощутила мягкое спокойствие.

— Все хорошо, курносая? — Реван взял меня за руку. — Голова кружится?

— Угу, — я неопределенно ответила, наслаждаясь своим состоянием.

Только сейчас я поняла в каком напряжении была, и как от него устала. У меня опустились плечи и дико заныли их мышцы. Оказывается все это время я постоянно как будто втягивала шею и сутулилась, а сейчас расслабилась.

— Выпей еще, — он придвинул к моей второй руке бокал и заставил меня обхватить пальцами его ножку.

Я мотнула головой, все еще не открывая глаза, но... мне хотелось еще. Я точно не опьянею от еще одного бокала.

— Сколько он стоит? — спросила я.

— Кто? — даже голос Ревана мне сейчас показался более приятным. — Бокал? Ты хочешь его разбить?

— Нет, вино, — возразила я. — Сколько стоит бокал вина? Я хочу сама за него заплатить.

— Смешно, — холодно ответил Реван. — Пока ты со мной тебе ни за что не нужно платить.

— Я не с вами, — во мне вновь взыграло упрямство, но сейчас оно как будто меня не напрягало. Я не чувствовала себя в оборонительной позиции. — Ни сейчас, ни в будущем.

— Думай как тебе удобно, — его нисколько не оскорбляли мои слова. — А я буду думать так, как удобно мне. Выпей, курносая. Я же вижу как тебя расслабило. Нанервничалась?

— Да, — честно призналась я и открыла глаза, но сразу опустила взгляд. Мне не хотелось смотреть на Ревана пока я была в таком уязвимом состоянии.

— Выпей, — он снова подтолкнул ножку бокала в мою руку. — Не стану я к тебе приставать, даже если ты опьянеешь.

— Не станете? — на этот раз я подняла взгляд. — Почему?

— А тебе этого очень хочется? — усмехнулся он, но понял о чем я, поэтому добавил: — Я не стану приставать потому что вижу, что ты устала. А еще я ведь ухаживаю за тобой, если ты еще не заметила. Пытаюсь вообще-то тебе понравится. Надолго меня не хватит, конечно, и я по любому захочу тебя, но и ты меня захочешь. Сама. Можешь мне не поверить, но так будет. Ты захочешь меня без угроз, шантажа, насилия и без всякой цены за ночь со мной. Ты просто меня захочешь.

Я уверенно мотнула головой.

Никогда такого не будет!

— Расслабься, глупая, — Реван снова подтолкнул бокал в мою руку. — От двух бокалов ты не отлетишь. Просто станешь поменьше думать и все.

Я выдохнула и еще ниже опустила плечи. С каждой минутой мне становилось все легче. Мне хотелось воспользоваться этой передышкой и просто выдохнуть. Поэтому я все же поднесла бокал к губам и медленно выпила его содержимое.

— Молодец, — похвалил меня Реван, будто я сделала что-то очень ценное для него. — А теперь просто поешь. Можешь молчать. Просто поешь.

Официант как раз принес мне порцию куриного бульона с тонкой домашней лапшой, а мой желудок тут же заурчал от ароматного блюда.

Реван лишь кривовато усмехнулся, но ничего не сказал. Я была ему за это благодарна. Даже не столько за еду или хоть какую-то тактичность, а за временное перемирие.

У меня реально как будто разом кончились все силы, и теперь мне нужна была небольшая передышка. Но все же было одно «но».

— Почему ты не ешь? — спросил Реван. — Ты же голодная.

— Я не хочу быть вам должна, — ответила я, хотя я уже была должна за вино.

— Давай сделаем так, — коварная улыбка блуждала по лицу Ревана. — Представь, что сейчас ты кушаешь совсем одна. Меня нет рядом. И ты ешь за свои деньги. Хотя я бы и так тебя не попрекнул ни едой, ни прочими тратами. Так что сделай мне одолжение: просто поешь. Сейчас, на время этого обеда, ты в полной от меня безопасности. Идет?

— Правда? — я стала совсем ленивая и расслабленная от вина.

— Правда, — в голосе Ревана проскользнуло разочарование.

Он явно планировал по-другому провести обеденное время со мной, но все же он решил изменить свои планы.

— Спасибо, — робко ответила я и принялась за еду.

Ничего, я потом просто посмотрю счет и найду способ заработать эти деньги и отправить их Ревану, а сейчас мне дико хочется есть...

— Что это ты там высматриваешь? — спросил Реван, увидев мой робкий маневр взглядом в сторону счета.

Я уже вкусно покушала, и теперь мне еще меньше хотелось воевать с Реваном. Если честно больше всего мне сейчас хотелось поспать.

— Пожалуйста, можно на минутку? — я все же заставила себя настоять на своем, хотя глаза буквально слипались после обеда и вина.

— Расслабься, курносая, — усмехнулся Реван, прекрасно понимая мое состояние. — С момента как я стал подростком, ни одна женщина ни за что не платила в моем присутствии.

— Как же вы учились? — машинально спросила я, улетев мыслями куда-то в свои думы. — Неужели вы поступили на бюджет?

— Я не учился, — он вдруг уставился на меня прожигающим взглядом, а я нервно сглотнула.

Конечно, он не учился. Видно же, что этот мужчина отсидел. Я не могла сказать точно по каким критериям это было заметно, но я ощущала это подсознательно. И сейчас я как будто еще больше в этом убедилась.

— Извините, мне нужно домой, — я собралась с мыслями, однако телом никак не получалось. — Очень хочется спать.

— Поедешь ко мне и поспишь, — Реван не сводил взгляд с моих губ. — Наш вечер может затянуться. Тебе нужно отдохнуть.

— Нет! — я нахмурилась. — Я никуда больше с вами не поеду. Простите меня, Реван Викторович, но...

— Помолчи, — осек меня он. — Я нужен тебе. Точнее моя защита. Тот петух мажористый еще может тебя обидеть. Он понимает, что я его за это в бараний рог скручу, но он может переложить это дело и на своих дружков. Мало ли поймают тебя опять сзади дома...

Реван сжал кулаки и челюсти, а затем послышался угрожающий хруст.

Я аж вздрогнула. Я так и не поняла что же у Ревана хрустнуло: челюсть или кулаки, но это для него явно была только разминка. Я машинально вжалась в спинку стула и еще раз сглотнула.

— Я... никуда... не поеду, — прошептала я, испытывая страх от суровости Ревана.

Одно дело когда он пристает ко мне и все это выглядит как будто не очень опасно, и совсем другое, когда он ведет себя как в первый день, словно желая растереть меня в порошок.

— Поедешь, — спокойно и уверенно ответил он, вложив несколько крупных купюр в папку-расчетницу, а затем поднялся из-за стола и протянул мне руку. — Учти: твои крики и сопротивления приведут только к тому, что мне придется доплатить работникам ресторана за лишний шум. Тебе никто не поможет. Не лучше ли если я отдам эту сумму тебе?

— Мне ничего от вас не нужно, — рыкнула я.

— Помолчи, — снова осек меня Реван, а я как полнейшая дурочка и вправду замолчала.

Но тут же разозлилась сама на себя. С какой стати я слушаюсь этого мужлана?! Да, я совершила глупость и немного размякла после вина, но больше я этому Ревану спуску не дам.

— Никуда я с вами не поеду! — я решительно встала из-за стола, игнорируя руку Ревана. — У меня куча дел, и вы в эту кучу не входите!

— Я понимаю, курносая, что алкоголь добавил тебе смелости, но смотри: тебя может занести и ты пожалеешь о сказанном.

— Я ни о чем не пожалею, — твердо ответила я. — И прямо сейчас, я...

Я не успела договорить, так как Реван внезапно подхватил меня на руки и понес к выходу.

— Нет! — воскликнула я и затрепыхалась ногами.

Мне хотелось пнуть мужчину, но мне никак не удавалось.

— Отпустите!

— Еще одно слово, Анфиса, и остаток пути ты проделаешь лежа на моем плече, — пригрозил он. — Мой словарный запас иссяк, и терпение тоже.

— Нет... — я испугалась его угроз, но до меня еще не дошло, что я уже нарушаю условие Ревана. — Вы не сделаете это... У меня короткая юбка... Все будут смотреть мне на...

Я не успела договорить как Реван одним рывком перекинул меня к себе на плечо и понес дальше, однако своей огромной ладонью прикрыл мне попу.

— Перестаньте! — пискнула я и снова забрыкалась.

Лежа животом на каменном плече Ревана я толком не могла дышать, поэтому и кричать больше не получалось.

— Реван... Викторович... — захрипела я.

Мои мышцы пресса взвыли от боли, а спасительный вдох все никак не наступал.

— Пожалуйста...

Я заскребла ногтями по спине мужчины, но он не реагировал. У меня же стремительно заканчивались силы.

Что со мной случится? Я потеряю сознание? Задохнусь? Умру?

У меня уже началась паника, когда все пространство вокруг меня снова закружилось и я оказалась спиной на сиденье машины Ревана.

— Передохни пока, — он склонился ко мне совсем близко и опалил мои губы своим дыханием. — Запомни на чем остановилась. Дома продолжим.

Я же только получила возможность вновь дышать, поэтому жадно вдохнула воздух почти из губ Ревана, но... коснулась их своими.

Секунду мы глядели друг на друга, словно тестируя реакцию. Я глядела испуганно, а вот Реван словно боролся со своими демонами, но кажется они все же победили.

За долю секунды его взгляд стал звериным, и он набросился на меня с хищным поцелуем. Мгновенно он проник в меня языком, а его лапищи оказались на моих бедрах и поползли выше — прямо под юбку.

Я отчаянно замычала и попробовала оттолкнуть Ревана ногами, но оказалась лишь в еще большей ловушке. Один уворот, и Реван теперь оказался между моих ног, а коленом уперся мне в промежность.

Я снова замычала и стала лупить мужчину кулачками по плечам, но для него это было как слону дробина.

Теперь я понимала что Реван не шутил, и я действительно пожалела о том, что сделала. Я усвоила урок, но как теперь выбраться из-под Ревана?

Я пропала...

Я не сдавалась до последнего.

Мои силы кончились мгновенно, но я все равно продолжала пищать и как-то трепыхаться под Реваном.

Я не могла поверить что со мной это происходит! Меня лапает отец моей подруги! Как это возможно?!

Когда же Реван вдруг провел пальцами по моим трусикам, я замерла на месте, не понимая что случилось. Ведь мои трусики... прилипли к коже и были влажными.

Какой позор! Как это могло со мной случится? Не может быть! Я ведь не испытала никакого желания к Ревану! Или испытала, но не заметила этого?

Нет, это точно какая-то ошибка!

Однако осознание того, что я мокрая выбило меня из колеи. Я перестала сопротивляться, погрузившись в самобичевание.

— Ты что, устала? — усмехнулся Реван, когда наконец разорвал поцелуй. — А я думал ты неутомимая, и у тебя батарейка в самом сладком месте.

— Что?! — я возмущенно взглянула на него. — Да как вы... можете?! Вы же мне... в отцы годитесь!

— А еще в любовники тоже гожусь, — усмехнулся Реван. — В любовники так-то даже больше. Ты, например, уже сейчас в том возрасте, когда я стал отцом, но сама заводить детей не торопишься.

— Это ничего не меняет! — я возмущенно дышала, но никак не могла надышаться.

Реван по-прежнему нависал надо мной и забирал весь мой воздух и все мои силы.

— Это меняет все, курносая, — Реван страстно сжал меня в объятьях, а я к своему позору вновь ощутила как трусики прилипли к моей коже. — Возраст — всего лишь цифра. Иногда нужно прожить чуть дольше, но дождаться такую вертлявую, неутомимую и дико сексуальную любовницу как ты.

— Перестаньте! — мое лицо пылало от стыда. — Отпустите меня!

— Ну что ты, — усмехнулся он. — Мы только начали. И мне очень нравится наше начало.

Он снова потянулся к моим губам, а я... вдруг поняла почему он разорвал поцелуй минуту назад.

Я перестала сопротивляться — вот почему. На то мгновенье у него пропал ко мне интерес.

Может сейчас мне нужно перетерпеть, но позволить этому мужлану меня облапать? Зато он точно отстанет от меня.

На мгновенье я согласилась на эту сделку со своим телом, замерла и закрыла глаза. Реван вновь припал к моим губам и жадно смял меня под собой, но я приказала себе замереть и не двигаться. Он вот-вот потеряет ко мне интерес и отпустит!

Реван почему-то усмехнулся и второй рукой сжал мне грудь. Я зажмурилась до потемнения в глазах, но все еще держалась. Еще немного! Я уверена: осталось совсем немного! Сейчас он разочаруется и отпустит меня.

— Какая умничка, — вдруг проговорил Реван мне в губы, — правильно: не надо больше сопротивляться. Просто начни доставлять мне удовольствие.

С этими словами он снова припал к моим губам и проник языком в мой рот.

Нет, я больше не могла такое выдержать!

Я отчаянно запищала и вновь стала барахтаться под нереально тяжелым и сильным Реваном, но от моих сопротивлений опять было ноль результата. Этот мужчина уже так сдавил меня, что я ничего не могла сделать, а еще... он специально делал так, чтобы я терлась о его колено и — о ужас! — становилась еще более мокрой.

Да за что мне все это?!

Отчаяние уже накрыло меня с головой, но Реван наконец отпустил меня.

— Будешь меня слушаться? — угрожающе спросил он.

Мне казалось, если я сейчас отвечу «нет», то он меня тут же изнасилует. А если «да»... Тогда мне придется его слушаться и он все равно переспит со мной? Просто я буду уже не так отчаянно сопротивляться?

— Нет! — сердито рыкнула я. — Отпустите! Я хочу домой! Я устала! Я хочу спать!

Мне было все равно что сказать, лишь бы не подчиниться Ревану и не позволить ему взять меня.

— Ну если ты такая горячая когда устала, — Реван не отрывал взгляд от моих губ, — то какая ты, когда бодрая и свежая?

— Я не бываю бодрой и свежей! — рычала я. — Я студентка! Первокурсница! Я тут сплю через день, чтобы успевать ко всему подготовиться! О какой бодрости вы говорите?!

Реван меня уже не на шутку разозлил. Мне хотелось ему горло перегрызть, или еще что-нибудь, главное, чтобы сделать ему побольнее.

— Ах, какая ты сладкая, Анфиса, — Ревана заводило абсолютно все, что я делала.

Да он просто маньяк какой-то! Может у него слишком долго не было женщины?

— Ну ладно, — он наконец поднялся, оставив меня на сиденье распростертую и измученную. — Дам тебе передохнуть. У нас столько интересного впереди.

Мужчина покинул салон и пересел на водительское сиденье, я с трудом перевернулась на бок. Кажется, пока я не могла встать.

Да и вообще, получив хоть какую-то мнимую свободу от лап и губ Ревана, я поняла что я дико вымоталась. Поэтому, невзирая на ту опасность, в которой я сейчас находилась, я закрыла глаза и тут же вырубилась.

— Курносая, хватит претворяться, — Реван не сводил взгляд со своей добычи через зеркало заднего вида. — Хочешь поспать — хотя бы ляг по-другому. Я вижу твои розовые трусики в отражении.

Анфиса не ответила, и Реван нахмурился.

Опять затеяла какую-то игру? Если так, то его все больше прет от этой девчонки. За ней хочется наблюдать не отрываясь. Желательно, конечно, чтобы эта крошка при этом сидела на нем и он мог в любую минуту войти в ее узенькую щелочку и оттрахать ее как следует.

Анфиса дико возбуждала его своей глупой непокорностью. Он бы взял ее прямо в машине, но она ведь расплачется, дуреха. Кончит, но все равно расплачется. В планы Ревана не входило травмировать ее психику, поэтому он подбирался к ней медленно, но все равно хотел ее так, что в паху уже все посинело, наверное.

— Анфиса! — строже добавил Реван. — Я реально возьму тебя, если ты сейчас не закроешь юбкой свои трусики. Думаешь я не сделаю этого?

Анфиса молчала и не двигалась, а Реван уже проходил с ней этот трюк, когда она якобы замирала и сдавалась.

— Поиграть со мной решила? — Реван свернул с дороги. — Я не против. Давай поиграем.

Реван остановился в тихом дворе и вышел из машины. Затем открыл заднюю дверь и снова оказался над Анфисой.

— Все в порядке, курносая? — забеспокоился он.

Анфиса вообще не двигалась — только размеренно дышала, отчего ее маленькая аккуратная грудь слегка поднималась и опускалась.

— Ты и правда так сильно устаешь, курносая? — спросил он, хотя понимал, что Анфиса ему не ответит. — Ну что ж, устрою я тебе отдых от всех забот, а пока поспи тут.

Наверное она еще и заучка ко всему прочему, но даже это дико заводило Ревана.

Похоже уже нет ничего в Анфисе, что бы его не заводило.

— Слышь, тварь, я смотрю ты слишком свободно дышишь, — меня разбудил угрожающий голос Ревана, и я тут же вскочила.

Ошалело оглядевшись, я увидела, что я в постели, и может быть даже в постели Ревана. Это привело меня в полный ужас.

Я бросилась к двери, но запуталась ногой в одеяле и полетела на пол прямо лицом вниз.

В следующую секунду я встретилась носом с полом, и раскалывающая боль пронзила мне всю голову.

— Ай! — взвизгнула я.

Было так больно словно меня ударили молотком по лицу.

Я зажала лицо и тут же разревелась от боли.

— Анфиса? — Реван показался в дверях с телефоном в руке. — Что с тобой?

Я не могла ответить, а только заскулила от боли.

— Ну подожди, курносая, — Реван присел возле меня на корточки. — Дай посмотрю.

Я послушно убрала руки. Если у меня перелом пусть уж лучше этот громила отвезет меня в больницу.

Реван же обхватил мое лицо ладонями и приблизился ко мне очень близко. Он тщательно осмотрел мой нос, а я почувствовала тотальное смущение.

Этот мужчина был сейчас так близко. Кожей я ощущала его горячее дыхание и еще более горячие ладони. Беспокойным взглядом я встретилась с глазами Ревана и замерла. Они у него были настолько темного цвета, что в их мраке не различался зрачок. А еще я только сейчас заметила, что у Ревана шрамы на лице: один над бровью, еще рубец на щеке, уходящий в густую щетину, немного деформированный нос и кустарный рубец справа на горле.

Это все выглядело очень страшно, но не уродовало этого мужчину. Но если подумать как ему досталось такое огромное количество шрамов, то становится страшно. И наверняка это еще не все, что я увидела.

— Чего застыла, курносая? — усмехнулся Реван и тут же вывел меня из завороженного оцепенения. — Засосать бы тебя сейчас, но тебе ведь больно, да? Или уже прошло?

— Нет... еще больно... — жалобно пробормотала я и все болезненные ощущения вновь обрушились на меня.

— Пойдем, — он с легкостью подхватил меня на руки, — надо приложить что-то холодное.

Я тихо всхлипнула и прижалась носом к шее Ревана. Так как будто стало немного полегче, а еще очень тепло.

Реван тем временем принес меня на кухню и усадил на кухонный остров, а затем полез в морозилку. Вытащив лед, он насыпал его в полотенце, свернул мешочком и вновь подошел ко мне.

— Спасибо, — всхлипнула я и потянулась за мешочком, но Реван небрежно отбросил мою руку.

— Я сам, — он обхватил меня за затылок и приложил лед к моему носу, а затем уставился на меня жадным взглядом.

— Как я здесь оказалась? — спросила я, с опаской глядя на Ревана и все еще немного вздрагивая от слез.

— Я тебя принес, — ответил он, прожигая взглядом мои губы.

— Нет, я имею в виду как я оказалась не на кухне, а в вашем доме? — нахмурилась я и желание плакать резко прекратилось.

— Ответ тот же, курносая, — усмехнулся он, а затем рывком развел мне колени и устроился между ними.

— Нет! — забрыкалась я, но Реван лишь притянул меня к себе за поясницу.

— Да подожди, глупая, — он нагло улыбался. Очевидно, что мои трепыхания очень ему нравились. — Успокойся. Я не пристаю к тебе.

— А что же вы делаете?! — воинственно спросила я.

— Грею тебя, — спокойно ответил он. — Ты замерзла.

Да, точно. Мне и так было холодно после сна, а уж с этим компрессом у меня дрожала челюсть. Но я была уверена, что для Ревана это только предлог.

— Я... не помню как оказалась в вашем доме, — буркнула я и все же завладела мешочком. — Что вы со мной сделали? Вы приставали ко мне в машине, а потом? Вы ударили меня?

— Нет, конечно, — Реван заправил мне прядь волос за ухо, но в каждом его прикосновении и действии я ощущала дикую похоть. — Я никогда не подниму на тебя руку. Можешь это сразу исключить из списка своих курносых страхов.

— Тогда как?! — прорычала я сквозь зубы, чтобы унять трясущуюся челюсть.

— Ты уснула у меня в машине, — произнес он и крепко обнял меня, а я на мгновенье прикрыла глаза.

Так тепло было рядом с этим грубияном...

— А теперь ты расскажи, куда ты так ломанулась? — спросил он. — Я же буквально на минуту вышел за дверь, а ты уже погром учинила. Не спала, что ли?

— Спала, — тихо отвечала я, — но вы так грубо с кем-то разговаривали! Сквозь сон мне показалось, что вы говорите это мне.

— Дуреха, — усмехнулся он и спустился ниже той ладонью, которая лежала на моей пояснице. — Ты уже доставила мне столько мелких проблем, и ни за одну я тебе не нагрубил.

— Вы все время грубите, — возразила я. — Вы не умеете нормально разговаривать.

— Допустим не умею, — согласился он, — но все же это не грубость. Я не называю тебя недостойными словами.

— Вы называете меня глупой и дурехой! — не сдавалась я.

— Называю, — я уловила улыбку в голосе Ревана, — но эти слова достойные. Я бы сказал ласковые в твоем случае.

— Мне не нужна никакая ласка от вас, — рычала я, потому что не могла даже пошевелиться в объятьях Ревана. — Отпустите меня домой. У меня куча дел!

Я давно поняла, что мне сейчас лучше замолкнуть, но рядом с этим мужчиной у меня прям все клокотало внутри. Мне хотелось расцарапать его — настолько сильно он меня бесил!

— Единственная твоя куча — это я, — сообщил он. — И ты будешь заниматься только мной. Через полчаса к тебе приедет кое-кто. Поможет собраться.

— Кто еще?!

Как же он меня злил своей непробиваемостью!

— Парикмахерша, — Ревану очень нравилось как я шебуршилась в его руках. — Причешет тебя и что-то там еще сделает. А потом мы пойдем прогуляемся.

— С парикмахершей? — съязвила я и поджала губы, чтобы не засмеяться.

Реван лишь хитро оскалился на мой сарказм и жадно облизнулся, а я, напротив, испугалась и притихла.

— Давай посмотрим, что там с твоим носом, — сказал он и убрал наконец этот ледяной мешочек.

Я послушно замерла, чтобы он все осмотрел. Наверняка он больше понимает в травмах, чем я, но...

Вместо этого Реван жадно обхватил меня за затылок и грубо смял мои губы своими. Я успела только жалобно замычать, но Реван в этот момент уже засунул мне в рот свой язык и не оставил ни единого шанса на спасение...

Я не понимала как я каждый раз попадалась в эту ловушку! До ужаса бесило то, как нагло и похабно Реван пользовался мной. А еще очень пугало отсутствие контроля над своим телом и над своей жизнью.

Но спасение все же пришло: зазвонил мобильный Ревана.

— Тебе повезло, — коварно улыбнулся он и взглянул в экран. — Не ходи за мной.

Быстрым шагом он направился вон с кухни, а по пути вновь стал пересыпать угрозами. Пока тихим голосом, но как только Реван вышел с кухни, то его голос налился металлом.

Невозможно было не слышать все это.

— Еще раз мне такое скажешь, я тебя мехом внутрь выверну, — рыкнул он. — Бабки у меня должны быть завтра. До полуночи не успеешь, я тебя за яйца вздерну и выпотрошу.

Я аж вздрогнула от того, что представилось мне в голове.

А что если Реван сидел за убийство? И вдруг он сделал это осознанно, со всей жестокостью?

Боже, с кем я связалась?

Мне нужно сбежать отсюда. У меня с собой не было рюкзака, а ведь там ключи от дома. Если я сбегу без рюкзака, то просто окажусь на улице на очень долгое время. Но ведь остаться с Реваном еще страшнее.

Я спрыгнула с кухонного острова и подбежала к окну. Открыв его, я высунулась, а затем влезла на подоконник. И когда я перекинула ноги на ту сторону и только собралась прыгать, как меня кто-то перехватил поперек талии и втянул обратно на кухню.

— Жду до полуночи, — продолжал говорить Реван, отходя от окна со мной подмышкой. — Не справишься — вини только себя. Я все сказал.

На этом он закончил разговор и сунул мобильный в карман своих джинсов, а затем спокойно понес меня в спальню.

— Реван... Викторович... — запыхалась я, так как в его хвате было не вдохнуть. — Больно...

Мужчина тут же поставил меня на ноги.

— Анфиса, давай проясним сразу один момент, — спокойно заговорил он. — Ты от меня не сбежишь. Ты хоть что делай. Нет у тебя ни одного шанса на побег. Даже половины шанса. Я захотел тебя сразу как увидел, и я тебя получу. Так или иначе. Все, на этом точка. И второй момент: давай ты лучше будешь рычать, дерзить и барахтаться подо мной, чем прыгать из окна. Если бы ты спрыгнула, то упала бы в кусты. Там ветки, поливные фонтанчики и вполне возможно какие-нибудь грабли. Мой садовник мог их там оставить. Ты могла снова покалечиться. Понимаешь?

— Да, — рыкнула я, жадно дыша.

— Умница, — оскалился он в подобии улыбки. — Ну и еще, у меня есть охрана. Они тебя просто не выпустят за ворота. И на улице за тобой тоже следят. Благодаря им я узнал во сколько у тебя сегодня заканчивается учеба. И о том, что ты наврала моему водителю. И уже знаю куда и к кому твоя матушка уехала. А ведь ей для ухода за больной матерью нужны будут деньги. Разве ты не хочешь ей помочь?

— Хочу, но не в качестве эскортницы, — ответила я, вновь чувствуя себя загнанной в угол.

Откуда он все это знает? Неужели за мной действительно следят его люди? Тогда мои побеги бесполезны. Но что же мне делать?!

— Вот, — он залез в карман своих джинсов и вытащил мне пачку крупных купюр свернутых рулончиков. — Это тебе.

Я только было хотела возмутиться, но Реван чуть повысил на меня голос:

— Закрой рот, и возьми! Не тебе это. Матушке твоей и бабушке. Только не отдавай все сразу, иначе мать разволнуется. Присылай по частям. Раз в неделю. Поняла?

Я не смела притронуться к деньгам. Если я возьму, то фактически соглашусь на все, что со мной сделает Реван.

— Анфис, ты не заработаешь нормальных денег, — продолжал Реван. — Нигде. Ну вот куда ты хотела устроиться? Скажи.

— В маркетинговое агентство, — я упрямо сжала кулаки. — Там хорошо платят.

— Но это агентство держит мама того выродка, который тебя чуть не изнасиловал вчера, да? Ты же понимаешь, что туда уже не устроишься?

— Я найду что-то другое, — не сдавалась я.

— Не найдешь, — Реван взял меня за руку и разжал мне кулак. — Я не выпущу тебя из моего дома, пока ты не согласишься быть со мной. Я сейчас серьезно.

— Что? — я вся побледнела от услышанного.

— Курносая, я пытаюсь быть с тобой обходительным, — он жадно смотрел на мои губы. — Пытаюсь шутить, сглаживать углы и не зажимать тебя в каждом углу, хотя мне этого очень хочется. Если ты хочешь ходить на свою учебу и иногда ездить к себе домой, то согласись быть со мной. У тебя будут деньги, твои личные в том числе, и буду я. Просто согласись.

Я не могла поверить услышанному.

— Знаете, что я вам отвечу, Реван Викторович? — я гордо вздернула подбородок.

— Ну и что же? — усмехнулся он, понимая что не сломал меня этим.

— А не пошли бы в свою задницу! — рыкнула я. — Думаете я бедная овечка, которой можно вот так потрясти деньгами, и она сразу разляжется под вами? Я не буду с вами! Я не хочу! Не хочу — и это главное! Если вы что-то сделаете со мной без моего разрешения, то я... — голос все же предал меня и сорвался на плаксивый хрип, — заявлю на вас! Вас посадят! Снова! И...

Я сжала кулачки, понимая что моя смелость кончилась и меня уже накрыло страхом.

Что теперь этот мужчина сделает со мной? Насколько мне будет больно и унизительно?

— И... — я пыталась договорить, но уже ощутила горьковатый вкус слез в горле.

— И... — выдохнула я, понимая что больше не могу.

— Ох, курносая, — Реван вдруг притянул меня к себе и опять сжал в своих объятьях. — Маленькая ты еще. Совсем жизни не знаешь. Ты должна быть со мной, и все тут!

— Отпустите меня, — буркнула я, когда наконец успокоилась.

— Отпустить? — по-доброму усмехнулся мне Реван, — а кусаться не будешь?

— Не буду, — честно пообещала я.

Я понимала что угроза Ревана настоящая. Он действительно может запереть меня в своем доме. А значит дальше мне нужно действовать аккуратнее.

Сейчас лучше не провоцировать его и притихнуть, а то ведь Реван и вправду может на меня накинуться. А вот вечером, когда я окажусь в людном месте, у меня будет уже больше шансов на побег.

Реван отпустил, хотя казалось, что ему очень хочется, чтобы я снова взбрыкнула — тогда он опять сможет меня зажать.

— Мне нужно подготовиться к парам на завтра, — опять вполне честно призналась я. — Пожалуйста, можно мне позаниматься где-нибудь?

— Ладно, — Реван прекрасно понимал, что моя покорность фальшивая — это лишь на время. — Можешь позаниматься в моем кабинете. Но через два часа мы уходим на ужин, так что не засиживайся.

Двух часов мне точно не хватит, но сейчас торговаться бесполезно.

— Спасибо, — робко ответила я.

— Тогда пойдем, — Реван за бедра стащил меня с острова, а я поджала губы и сжала кулачки, чтобы сдержаться и опять не начать скандалить с ним.

Я все больше увязала в этой ловушке, так что думать как выбраться надо было быстрее.

Пока Реван вел меня в свой кабинет, он все-таки всунул мне деньги в руку. Я пропустила даже это. Конечно, я не собираюсь брать эти деньги. Я просто оставлю их где-нибудь в кабинете Ревана.

— Ноутбук нужен? — тем временем спросил он, когда усадил меня за свой угрожающе массивный стол.

— Нет, — ответила я, чувствуя себя здесь неловко.

Все здесь было слишком огромное и какое-то матерое: кресло, стол, интерьер в целом. Это все как будто давило и угнетало.

Наконец Реван оставил меня одну, хотя мне казалось, что он все равно будет как-то за мной следить. Может быть здесь есть камера? Поэтому мне лучше настроиться только на учебу и не делать лишних движений.

Вытащив из рюкзака учебники английского, я засела за его изучение, стараясь на час забыть обо всем. И у меня это получилось. Дважды я прервалась.

В первый раз, я сунула деньги под ноутбук Ревана, а во второй раз ко мне зашла его экономка и принесла кофе с печеньем. В остальном мне удалось как следует сосредоточиться и полностью сделать все домашнее задание.

— Закончила? — спросил у меня Реван, когда вошел без стука.

— Да, — ответила я и зевнула от усталости.

— Тебе пора собираться, — сказал он. — Парикмахерша тебя уже сорок минут ждет.

— Сорок минут? — удивилась я и испытала чувство вины. — Почему же вы раньше не сказали?

— Ты вроде хотела позаниматься, нет? — в его взгляде вновь появилась жажда, когда он подошел ко мне. Возможно, он почуял аромат моих препирательств, и уже приготовился зажать меня за это, но я в очередной раз проявила мудрость и загасила свои претензии.

— Да, — с усилием ответила я. — Спасибо.

Поскорее бы выбраться из дома Ревана. Я точно должна найти способ сбежать.

Реван проводил меня в гостиную, где я увидела очень красивую девушку. Это и была та самая «парикмахерша», хотя теперь у меня бы язык не повернулся так ее назвать. Она была настолько красива, что я невольно сравнила себя с ней и сравнение оказалось далеко не в мою пользу.

У меня даже промелькнула мысль, что эта парикмахерша понравится Ревану. И если я откажу ему сегодня окончательно, то он переключится на эту девушку. Не могу сказать, что я испытала ревность по этому поводу, но почему-то и облегчения я не испытала тоже.

— Присаживайтесь, Анфиса, — доброжелательно сказала она. — Сейчас я из вас сделаю куколку.

Я послушно уселась все же предвкушая изменения во внешности. Если честно, я еще никогда не была у мастера ни на стрижке, ни на укладке, ни тем более на макияже.

Мы с мамой жили скромно и на салоны не тратились. Даже на самые дешевые. Мы подстригали кончики друг другу — на этом и заканчивался весь наш уход за волосами.

Я выдохнула и постаралась расслабиться, так как у девушки оказались очень нежные руки, которыми она приятно стала распускать мне волосы.

Наконец полтора часа спустя я взглянула на себя в зеркало и была поражена преображением.

Вроде я не стала выглядеть как-то очень ярко. Вообще и в моем макияже, и в укладке была естественность и легкая небрежность. Как будто я почти ничего не сделала, но изменения были видны сразу. У меня засияла кожа, согретая декоративным румянцем, распахнулись глаза от тщательно подведенных, но не ярких глаз, а волосы обрели блестящую легкую волну и идеально послушно легли на плечи.

— Вам нравится? — спросила девушка. — Теперь посмотрим как все вместе выглядит с платьем? Реван Викторович также дал мне указание, чтобы я помогла вам одеться.

— Хорошо, — согласилась я, не в силах перестать любоваться на себя в зеркало.

Девушка помогла мне с платьем и я снова вернулась к зеркалу.

— Реван Викторович, мы закончили, — сообщила девушка, а я заметила что она явно заискивает в общении с ним.

Может только этим она его не зацепила? Ей всего-то не хватает дерзости? Хотя бы самой капельки.

Мужчина тем временем вошел в гостиную и строго посмотрел на меня.

— Но ведь ничего не изменилось, — он в упор не видел проделанной работы. — Что ты сделала за полтора часа?

— Я... могу переделать... — испуганно забормотала она. — Сделать образ поярче, да?

— Нет! — встряла я и загородила собой девушку. — Мне все нравится. Очень! А вы, Реван Викторович, просто ничего не понимаете в женской красоте! Либо я пойду так, либо никак!

Девушка испуганно выпучила глаза. Она явно не ожидала что я посмею так общаться с ее заказчиком.

— Я все переделаю... — снова пробормотала она. — Как скажите...

Я же воинственно задрала подбородок, показывая что готова бороться за свой образ до конца.

— Сколько это стоит? — спросил он у девушки, но при этом пожирая меня взглядом.

Девушка едва слышно озвучила цену, и я заметила что Реван дал ей намного больше.

— Быстрее все собери и уходи, — Реван смотрел на меня так, будто собирался накинуться и съесть.

Она кивнула, не глядя Ревану в лицо, а затем молнией начала собирать все свои баночки в большой чемодан.

Реван тем временем подошел ко мне еще ближе, а я, испытывая прилив адреналина, снова захотела подерзить.

— Что? Не нравится?

— Курносая, — тихо, но угрожающе зашипел он. — По тонкому льду ходишь.

На этот раз я промолчала.

Вспышка адреналина уже прошла, и теперь я понимала что могу отхватить за свою дерзость. Может быть я только что уронила авторитет Ревана перед этой парикмахершей? Кто знает насколько это серьезный проступок с моей стороны?

Девушка тем временем уже все собрала и поспешила к выходу.

— Что ж, Анфиса, — Реван сжал мне талию, — твой рабочий день начался. Посмотрим как ты отработаешь свои деньги.

«Вот и посмотришь», — подумала я. «Деньги твои я не взяла. Так что и отрабатывать мне нечего».

Водитель привез меня с Реваном к дико пафосному месту. У входа собралась длинная очередь протяженностью на всю улицу, и я даже с сомнением взглянула на Ревана.

Нам что, все это придется отстоять? Да такими темпами мы только к утру зайдем!

Однако Реван понял меня без слов, и кривовато усмехнулся. Затем он взял меня под руку и повел ко вхожу.

Я покорно следовала за мужчиной, выжидая когда мне лучше всего сбежать. Я подумала что идеальный вариант будет, когда мы окажемся в толпе. Если я там заору, то все точно обратят внимание. Не станет же Реван подкупать каждого человека в очереди?! Это ему встанет в круглую сумму.

Однако Реван даже не думал встать в очередь. Он уверенно шел к охране заведения, крепко сжимая меня за руку.

Когда же мы подошли к двум мужчинам-шкафам, то Реван лишь сурово зыркнул на них.

— Добрый вечер, Реван Викторович, — поздоровался каждый из них, а затем отцепили красный канат от стоек, перегораживающих проход. — Хорошего отдыха.

Я удивленно хлопнула ресницами, и поняла что если я заору прямо тут, то мне никто не поможет. Охранники знают Ревана, а значит сейчас мне не сбежать. К тому же, если я сейчас все испорчу, то Реван точно меня от себя уже не отпустит. А так у меня еще есть шанс сбежать через туалет или еще какое-то помещение. Но для этого мне нужно примерно себя вести, чтобы Реван позволил мне от него отделиться.

Тем временем мы прошли в клуб, а я поежилась от неприязни. Везде дергались полуголые танцовщицы, а сама обстановка была ужасно пошлая: все красное, едкий яркий свет, и даже официантки все были одеты вульгарно и словно намекали, что за дополнительную плату готовы на все.

— Не нравится? — усмехнулся Реван, увидев мою реакцию.

— Нет, — я даже не пыталась быть вежливой. — Извините, Реван Викторович, но я не думала что вы приведете меня в такой гадюшник. Здесь противно находиться.

— Если ты меня хотела задеть, то у тебя не вышло, — Реван вел меня дальше, хотя я делала каждый шаг с брезгливостью. — Я тоже не любитель таких мест, но надо найти тут одного знакомого и перетереть с ним. Мы тут ненадолго.

— Мне неприятно тут находиться, — снова сказала я. — Можно я подожду на улице? Или в вашей машине?

— Нет, — отрезал Реван и крепче приобнял меня за талию. — Ты слиняешь. Думаешь я этого не понимаю?

— Я никуда дальше не пойду! — я топнула ногой и встала на месте, показывая всю серьезность своей угрозы. — Да после такого места нужно неделю отмываться!

Реван обнажил зубы в хищной улыбке, а его взгляд стал темным и опасным. У меня же мурашки пробежались от его взгляда и от моей дерзости. Может мне все же стоит сдерживать свой характер? Ревана ведь явно заводит моя строптивость.

Но как тут сдержаться, когда меня привели туда, где девушки продают свои тела за деньги, а поведение мужчин здесь настолько развязное, что кажется тут подают не коктейли, а запрещенные вещества?

Да, мне очень хочется сбежать от Ревана, но теперь отойти от него хоть на шаг было еще страшнее. Меня ведь тут сразу в рабство продадут!

— Реван Викторович, — я вдруг доверчиво взглянула мужчине в глаза, — пожалуйста... тут так неприятно и страшно. Можно мне остаться в вашей машине? Заблокируйте двери, и я точно никуда не сбегу. Но это место...

— Мы тут ненадолго, — напомнил Реван, — и сидеть мы будем не здесь. Поэтому расслабься, сладкая. Никто кроме меня тебя тут не тронет.

Я сердито поджала губы и сложила руки на груди, всем видом показываю как мне не нравится это решение.

Реван тем временем подвел меня к барной стойке, и я тут же попала в поле зрения трех подвыпивших мужчин. Каждый из них оглядел меня сальным взглядом, а мне стало совсем не по себе.

Реван тем временем позвал бармена, но тот не услышал из-за громкой музыки. Поэтому Реван махнул ему рукой, на секунду отпустив мою талию. Один из мужчин за баром тут же слез со своего стула и за два шага приблизился ко мне.

— Уже освободилась? — громко спросил он, обдав меня жуткой смесью спирта и табака.

Я в ужасе отпрянула и прижалась к Ревану всем телом. Он мгновенно оценил ситуацию и завел меня к себе за спину.

— У тебя проблемы какие-то? — спросил Реван, и в миг от него повеяло пугающей жестокостью.

Мне показалось что в таком настроении он запросто мог бы убить человека голыми руками.

А может он уже когда-то такое делал?

Боже, с кем я связалась! Этот мужчина совершенно точно бывший зек, а еще может быть и убийца!

— А ты хочешь помочь мне их решить? — дерзко усмехнулся его собеседник.

У меня же сердце перестало биться от страха. А что если сейчас эти двое подерутся и Реван не победит? Что тогда? Я достанусь этому невменяемому уроду, а потом вообще каждому желающему в этом клубе?!

Со страху я лихорадочно обняла Ревана за шею, и принялась умолять:

— Пожалуйста, проводи меня в туалет. У меня живот болит. Прошу тебя!

— Курносая, успокойся, — Реван ободряюще погладил мне спину, — никто тебя не тронет. А вот в туалет я бы точно не советовал тебе идти. Потерпи.

— Девка открыто намекает что трахаться хочет, а ты... — фыркнул все тот же мужчина. — Лучше мне отдай раз не знаешь что с ней делать.

Мне еще никогда не было так страшно. Я просто не знала куда себя деть.

— Слышь, тварь болотная, — Реван вдруг дернулся и одной рукой схватил мужчина за грудки, — еще раз сунешься к моей девушке, я тебе глаза выдавлю и в твой стакан засуну.

— Ну-ка, — оскалился тот.

Реван явно не бросал слов на ветер. В следующую секунду, он все так же одной рукой так скрутил мужика, неестественно выгнул ему позвоночник и уложил головой на барную стойку. Прижав его коленом в живот, чтобы тот не смог уйти, он обхватил огромной лапищей голову своего оппонента, а большим пальцем надавил ему на глаз.

Тот пронзительно заорал, и вместе с ним заорала и я тоже. Я прижалась лицом в руку Ревана, уже не осознавая себя из-за страха.

Мне казалось, что вот-вот раздастся какой-то дичайший хруст глазного яблока, и я точно этого не выдержу.

— Все-все! — заорал подвыпивший мужчина. — Я все понял! Хватит!

— Что ты понял? — зашипел Реван. — Расскажи.

— Не трогать твою девку! — орал тот. — Не буду!

— Так-то лучше, — Реван отшвырнул мужчину от стойки, и тот повалился на пол — под ноги официанткам.

Я же не выдержала и почему-то разревелась.

— Курносая, ну чего ты? — Реван растер мне плечи. — Все хорошо.

— Нет! — я в ярости ударила его кулаком в грудь. — Я хочу домой! Отвези меня! Ты жестокий! Ужасный! Ты мне противен! Выведи меня отсюда!

— Я рад, что ты теперь ко мне на «ты», — спокойно ответил он, — но ведь я защищал тебя. В чем моя жестокость?

— Ты сам этого не понимаешь! — мне было до ужаса страшно находиться в этом месте. — Выведи меня отсюда! Это самое ужасное место!

— Пойдем, Анфиса, — Реван повел меня куда-то вперед не выпуская из объятий. — Глупая ты еще, курносая. Не понимаешь что с такими людьми по-другому нельзя. Но сейчас тебе станет поспокойнее, обещаю...

Мне было все равно что обо мне подумает Реван лишь бы он меня не отпускал пока мы не окажемся в его машине. Поэтому я панически обвила его шею руками и не отпускала ни на секунду.

Однако на мгновенье я все же открыла один глаз и увидела, что те трое мужчин у барной стойки смотрят на Ревана и переговариваются. Я сразу поняла, что они собираются ему отомстить.

— Пожалуйста, давай уйдем, — заныла я. — Мне плохо. Голова болит. Тошнит. Живот крутит. Мне надо домой.

— Успокойся, — Реван спокойно шел вперед. — Ты со мной, и с тобой ничего не случится.

— Они хотят напасть на тебя, — я решила зайти с другого края. — Они смотрят на тебя и переговариваются.

— Да плевать, курносая, — шепнул он мне в висок. — У них ничего не получится.

Он был непробиваем.

— Ты жестокий! — снова разозлилась я. Для меня оказалось невыносимым испытывать чувство опасности. — И жестокий по отношению ко мне тоже!

— Хорошо, — согласился он. — У меня будет повод загладить свою вину.

Я не знала как еще переубедить этого мужлана, и на меня напало отчаяние. Мне снова захотелось расплакаться.

— Реван! — вдруг выкрикнул кто-то, а я вздрогнула от страха. — Вот ведь гаденыш!

— Пожалуйста, давай уйдем! — я с новой силой принялась трепать Ревана за футболку лишь бы достучаться до него. — Прошу тебя.

— Не кипишуй, сладкая, — Реван погладил меня по спине. — Ну чего ты? Сейчас тебе выпить закажу, а то тебя понесло.

Вместе с этим он спокойно повернулся и оскалился тому человеку, кто его окликнул и уже шел к нему.

— Вот ты где, — выдал Реван. — А бармен сказал ты у себя.

— Отскочить надо было, — улыбнулся мужчина и поздоровался с ним за руку. — А ты уже я смотрю тут свои порядки решил навести?

— Если к тебе одно быдло ходит, что же мне еще остается? — спокойно ответил Реван, а у меня отлегло. Кажется хотя бы этот человек не бросается на него с угрозами.

— Идем ко мне, — мужчина похлопал Ревана по плечу. — Там перетрем.

А затем он на мгновенье остановился словно только сейчас заметил меня.

— Красивая, — выдал он и оглядел меня с ног до головы.

Однако его взгляд не был оскорбительным. В его глазах не промелькнуло ничего похабного или угрожающего. Точно так бы меня оглядела мамина подруга — просто чтобы запомнить мою внешность.

— Да, — согласился Реван, но несмотря на его сухой ответ, глядел он на меня с гордостью.

— Ладно, пойдем, — снова сказал мужчина и повел нас куда-то в темный коридор.

Один поворот спустя, мы оказались как будто в совсем другом месте. Здесь было маленькое помещение с парой столиков и приглушенной музыкой. Музыку с клуба, напротив, совсем не было слышно, а значит здесь хорошая звукоизоляция.

— Садись, — Реван отодвинул для меня стул. — Успокойся. Никто тебя не тронет.

Я села, но все так же продолжала держаться за футболку Ревана. Он тоже присел и сжал мою руку в своей огромной ладони. В той самой, которой он собирался выдавить глаза...

У меня мурашки пробежались по плечам от неприятных воспоминаний.

— Давай поедим что-нибудь, — предложил мужчина, — и нормально поговорим. Барыга тоже уже сейчас подскочит с телкой своей.

«Барыга», «телка» — просто кошмар. Я как будто попала в параллельную реальность, где все такое пугающее. Ни разу в жизни я не боялась столько, сколько за эти пятнадцать минут пребывания здесь. Даже когда Самвел на меня напал со своими дружками мне и то было не настолько страшно. Хотя... нападение Самвела я, наверное, просто не успела осознать.

— Что ты будешь? — спросил у меня Реван.

— Ничего, — я замотала головой.

В таких условиях совершенно невозможно есть.

— Коктейль ей какой-нибудь, — сказал Реван официантке — уже скромно одетой девушке с идеально зализанными волосами. — Покрепче и послаще. Чтобы расслабилась.

— Я не буду, — тихо шепнула я, пока собеседник Ревана выбирал что-то для себя.

— Просто доверься мне, — ответил он и губами почти коснулся моих губ. — Ты слишком нервничаешь, но со мной ты в полной безопасности. Я не стану тебя насиловать, и никому не позволю к тебе притронуться. Расслабься.

— А она не хочет у меня поработать? — спросил наш собеседник у Ревана так как я будто я была предметом и ничего не слышала.

Кем это он хочет, чтобы я поработала? Стриптизершей или на все согласной официанткой?

— Нет, — твердо ответил Реван. — Даже не думай в ее сторону.

— Зря, — ответил тот. — Телка Барыги у меня работает и вполне довольна.

— Моя не такая, — еще тверже ответил Реван. — Она студентка. Отличница. По мужикам не бегает.

— Вообще? — удивился мужчина. — Типа чистая еще?

Я вспыхнула и возмущенно взглянула на Ревана.

Они вот так просто обсуждают мою девственность за столом?!

— Просто заткнись, — выдохнул Реван.

Он как будто испытал неловкость от этого разговора, а меня наоборот успокоила его реакция. Может быть его разговоры о защите не пустой звук?

В этот момент пришел еще один мужчина не менее жуткого вида со своей девушкой — типичной танцовщицей из этого же клуба. На ней был минимум одежды, но она чувствовала себя уверенно в этой компании.

Нам принесли напитки и закуски, а мужчины погрузились в свою беседу, наполненную сленгом и к моему ужасу — матом. Они пересыпали матерными словами просто так, даже не вкладывая в них какую-то эмоцию. Просто потому что привыкли разговаривать именно так.

Реван тоже не стеснялся в выражениях, но все же он как будто сдерживался, так как иногда поглядывал на меня и оценивал мою реакцию.

Мне было неприятно это слушать, хоть я и не врубалась в смысл разговора. Но все же сейчас я почувствовала себя немного комфортнее. Хотя бы не было вокруг никакой опасности.

Мой коктейль тоже быстро делал свое дело. Я не поняла что в нем есть алкоголь и почти сразу выпила половину большого бокала. В следующую секунду я ощутила опьянение и приятное спокойствие.

Второй раз за день я пила алкоголь, и вроде бы чувствовала вину за это, но и понимала что сегодня мне нужно это расслабление.

— Пей, — шепнул мне Реван и подвинул мой бокал. — Не бойся, я не позволю тебе пить каждый день. Но сейчас просто расслабься. И да, я не трахну тебя пьяненькую. Я хочу тебя трезвую. Так что просто отдыхай, ладно?

Странно, но слова Ревана подействовали. Я крепче сжала его руку и продолжила потягивать свой вкусный коктейль с мороженым, действительно ощутив себя защищенной рядом с этим мужчиной...

Вечер проходил крайне неприятно для меня.

Я боялась выпустить руку Ревана и каждые пять минут сжимала ее, как будто желая убедиться, что этот мужчина со мной. Двое других его собеседников временами посматривали на меня с интересом. Это было ужасно неприятно, поэтому в эти моменты я прижималась к плечу Ревана и смотрела ему в глаза. Я молча просила его защиты, и Реван каждый раз мне снисходительно кивал.

Спутницы же этих мужчин попивали свои коктейли и курили кальян, и они-то как раз напротив — не обращали на меня внимания.

Очень быстро от мороженого я слегка подмерзла и захотела в туалет. Я терпела сколько могла, но в какой-то момент поняла, что больше не могу.

— Реван Викторович... — я тихо обратилась к нему, но он меня перебил:

— Просто Реван. Ты же перешла на «ты», курносая. Забыла?

— Пожалуйста, я в туалет хочу, — я не стала обращаться к нему во второй раз, так как у меня было мало времени.

Я жалобно заглянула ему в глаза, умоляя меня проводить.

— Сейчас официантка тебя проводит, — кивнул он, но теперь я его перебила сердитым шепотом:

— Нет! Я без тебя не пойду!

— Я же не пойду в женский туалет, сладкая, — он приблизился максимально близко к моему лицу, чтобы нас никто не услышал. — Не бойся, тут отдельный туалет. Никто из клуба к тебе не пристанет.

— Нет, пожалуйста, — я взглянула на Ревана еще жалобнее.

— А что я за это получу? — в его глазах блеснула хитрость.

— Что?! — я нахмурилась. — Я не стану спать с тобой ради похода в туалет!

Я осторожно оглянулась на мужчин, чтобы убедиться, что они не слышат наш разговор, но они к счастью были заняты своими делами, и на этот раз на меня даже не смотрели.

— Не станешь, — согласился Реван. — Но ты меня поцелуешь.

— Нет! — все так же сердито шептала я.

— Тогда терпи, — усмехнулся он. — Мы тут всего пару часиков еще побудем.

— Отлично, тогда я просто уйду! — выдала я и решительно встала из-за стола.

На этот раз на меня посмотрели все, кто был за столом. Они явно не ожидали от меня такого, хотя я не понимала чего они так уставились. Или что, мне нужно спрашивать разрешение, чтобы встать?

— Мы сейчас подойдем, — Реван тут же взял меня за руку.

— Могу вам свой кабинет уступить, — усмехнулся мужчина, сально намекая на интим, на что Реван раздраженно выдохнул.

Очевидно, его бесили комментарии этого человека, и я его прекрасно понимала.

— Спасибо, — я искренне поблагодарила Ревана в коридоре, когда мы остались одни.

Хотя трудно сказать «одни». В коридоре на каждом повороте стоял какой-нибудь крупный мужчина и явно охранял это место. Наверное, вот почему Реван был готов отправить меня в туалет только с официанткой. Под такой охраной я бы точно не сбежала.

— Одним «спасибо» не отделаешься, курносая, — Реван прижал меня к себе еще ближе. — Ты мне подаришь свой маленький робкий поцелуйчик. А может и не робкий, раз мы уже перешли на «ты» и ты меня просишь о таких интимных услугах.

— Нет, — буркнула я. — Не стану я вас целовать.

— На «ты», курносая, — напомнил он. — Мне все нравится.

— Когда мы уйдем отсюда? — задала я главный вопрос. — Зачем вообще вам девушки на таких встречах? Просто украшение для стола?

— Без девчонок мы попереубиваем друг друга, — ответил Реван. — Как ты понимаешь я кручусь не в светском обществе. Да, обычно девушки на таких встречах чисто для эскорта. Предмет мебели. И на разговор они по логике вещей не влияют. Но их присутствие реально работает. Разговор проходит спокойнее, а итог достигается быстрее. К тому же каждый мужик хочет поскорее трахнуть свою спутницу, поэтому и договариваться получается побыстрее. Ну и после таких встреч всю невысказанную агрессию можно трансформировать в секс. Очень горячий и классный.

— Перестаньте, — я нахмурилась. — Я не стану с вами спать!

— На «ты», — рыкнул Реван. — Еще раз мне «выкнешь», я тебя реально отымею. Ясно?

Я уже приготовилась съязвить, но поймала себя на том, что моя реплика будет снова через «вы», поэтому я вовремя прикусила язык.

Тем временем мы подошли к туалету, и Реван кивнул мне на нужную дверь с женским силуэтом.

— Пожалуйста, зайди со мной, — попросила я. — Просто посмотри чтобы там никого не было.

— Курносая, иди, никто тебя не тронет... — начал он, но ему вдруг понравилась моя просьба и он передумал. — Хорошо, пойдем.

Реван повел меня, но уже к другой двери — с мужским силуэтом. Я не стала противиться. Главное, чтобы Реван был рядом, если ко мне опять кто-то пристанет.

В мужской уборной оказался один мужчина, и он оглядел меня так же сально, как и все смотрели в этом клубе. Я инстинктивно прижалась к Ревану, а он довел меня до кабинки. Затем проверил чтобы там никого не было, завел меня внутрь и закрыл дверь.

— Сосет нормально? — спросил тот самый мужчина, а я застыла в своей кабинке.

Как Реван не понимает, что опасность меня здесь подстерегает на каждом углу?! Или может быть ему самому нравится, что все местные мужики меня хотят? Он не понимает, что если эти озабоченные объединятся, то легко вырубят Ревана, а меня пустят по кругу?

— Расслабься, — ответил Реван тому мужчине, — не для тебя девочка.

Тот фыркнул и вышел, и на несколько секунду в туалете воцарилась тишина.

— Сладкая, все в порядке? — спросил Реван, и выдернул меня из задумчивости.

— Да, — ответила я. — А ты можешь закрыть уши?

Судя по звуку Реван стоял прямо возле моей кабинки и мог все услышать, а мне бы не хотелось падать настолько низко.

— Закрыл, — усмехнулся он.

Я не смогла бы это проверить, поэтому просто сделала все свои дела, и тихонько открыла дверь.

— Никого нет? — спросила я.

Реван загораживал мне весь обзор, так что я ничего не могла разглядеть за его широкой спиной.

— Никого, — произнес он и за талию прижал меня к себе.

— Пожалуйста, давай уйдем, — снова взмолилась я. — Мне так страшно. Прошу тебя!

— Мы уйдем когда я закончу с делами, — спокойно, но строго ответил он. — Иди мой руки.

Чуть ссутулившись от страха, я подошла к столешнице с раковинами и огромным зеркалом во всю стену.

Мысль, что нужно провести в этом месте еще сколько-то времени была невыносимой, и я решилась на сделку.

— Я поцелую тебя, — я взглянула на Ревана через зеркало. — И мы сразу уйдем?

— Нет, — он подошел ко мне вплотную и прижал к столешнице. — Мы уйдем когда я закончу с делами.

Он взял мои руки в свои и стал намыливать мне ладони, а затем себе.

В отчаянии я опустила голову. Я чувствовала себя сейчас еще более беспомощной, чем когда Реван пристает ко мне.

— Тебя никто не тронет, сладкая, — в очередной раз пообещал он, когда смыл мыло с наших рук. — Кроме меня. И сейчас ты подаришь мне свой поцелуй. Я выполнил условие и проводил тебя...

— Нет! — я попыталась вырваться, но Реван заблокировал мне все пути к отступлению. — Не смей!

— Посмею, — хищно улыбнулся он, сжал меня в своих объятьях-тисках и жадно припал к моим губам...

Я замычала, выражая свое возмущение, и уже хотела начать сопротивляться. Я занесла кулачки в воздух, чтобы как-то обрушить их на Ревана, но застыла на месте.

Сейчас я боялась ударить Ревана и остаться без его защиты. Без него мне, наверное, не покинуть этот притон.

Реван как будто понял мои мысли, поэтому на мгновенье разорвал поцелуй и не спеша развернул меня к себе лицом. Теперь он хотя бы не сворачивал мне шею, чтобы продолжать целовать дальше.

— Ну, сладкая, — шептал он мне в губы. — Не бойся. Поцелуй меня. Смотри я тебя ни к чему не принуждаю. Даже не тискаю, хотя мне этого очень хочется.

— Ты зажал меня со всех сторон, — воинственно прошептала я, а мужчина лишь довольно ухмыльнулся.

Сейчас я боялась совершить даже самую маленькую ошибку. А что если Реван захочет проучить меня и сделает что-нибудь ужасное? Хотя чтобы сделать что-то ужасное, тут достаточно просто «не сделать ничего». Оставить меня в этом туалете, и неизвестно доживу ли я до утра или нет.

— Мне страшно, — прошептала я.

— Я вижу, — его горячее дыхание жгло мне губы. — Просто поцелуй меня, и я заберу все твои страхи.

Я решительно мотнула головой.

— Поцелуй, сладкая, — он вдруг вполне бережно погладил меня по щеке костяшками пальцев.

Конечно, нежностью это было сложно назвать: его шершавые грубые руки никак не могли бы доставить ласку, но все же в этом движении была какая-то осторожность и даже забота.

Но все равно это не могло заставить меня поцеловать его. И как отказать, чтобы не нарваться на месть?

— Я поцелую, — решилась я, — но у тебя в машине.

— Нет, Анфиса, — он еще теснее сжал меня в объятьях, — ты мне условия ставить не будешь. Никогда. Я хочу здесь и сейчас.

Я сжала губы на его последние слова.

Ишь! Хочет он! Перехочет!

Но что же я могла сделать? Как поступить по-другому?

— Можно хотя бы не в туалете? — я схватилась за последнюю отмазку. — Тут ведь антисанитария...

— Поверь, лучше сделать это наедине, — он растоптал и эту надежду. — Если в коридоре нас кто-то увидит, то захочет тебя. Тогда без травм для этого урода не обойдется.

Я понимала что выхода нет.

— Реван, пожалуйста, — я жалобно взглянула на него.

— Нет, Анфиса, — он сжал меня за талию, и теперь я ощутила его страсть.

Похоже его заводят даже мои мольбы.

Вот ведь маньяк!

— Целуй, курносая, — он склонил голову. — Я едва держусь. Если ты меня промаринуешь еще хоть минуту, я просто усажу тебя на эту столешницу, задеру твою юбку и так отласкаю, что ты больше не сможешь думать ни о ком, кроме как обо мне.

Я еще жалобнее взглянула на него.

Для меня все это прозвучало как угроза.

— Меня останавливает только то, — продолжал он, — что место, на которое я тебя хочу усадить — столешница в общем туалете. Но, клянусь, еще минута...

Я все поняла. Это и была та угроза и та месть, которую я не смогу проигнорировать.

Закрыв глаза, я робко прижалась губами к губам Ревана и замерла, прервав его речь на полуслове.

Реван и сам застыл как будто от неожиданности. Он не спешил обхватить мои губы своими, и не торопился засунуть язык мне в рот. Он как будто пытался проанализировать нравится ему вообще или нет.

А если нет? Реван бросит меня в этом месте?!

Должна ли я добавить смелости в свой поцелуй? Или лучше дождаться, когда он опять сам завладеет моими губами? Оказывается, когда целует он это уже и нет страшно, как когда я сама...

А если ему наоборот понравится очень сильно? Тогда он все таки возьмет меня в этом туалете?

Мамочки, что же мне делать?

Я все стояла задрав голову и прижимаясь губами к губам Ревана, и не знала что мне делать дальше. Я не могла заставить себя сделать что-то хоть чуточку более смелое. Поэтому я вновь жалобно взглянула на него и попросила:

— Пожалуйста... мне страшно... Лучше ты меня целуй.

— Анфи-и-са, — прошипел он, — ты охрененная. Ты сводишь меня с ума. Клянусь, твой клевок в мои губы — самый сладкий поцелуйчик, который у меня вообще был.

Я не пыталась отстраниться, а просто смотрела на мужчину. Мне хотелось, чтобы он уже приняла какое-нибудь решение, и мы поскорее закончили с этим «выходом в свет».

— Ничего не бойся, поняла меня? — он снова грубовато провел пальцами по моей щеке, хотя я понимала что он пытался меня погладить на самом деле. — Я разорву любого, кто попробует тебя обидеть.

Он вдруг отстранился от меня, а я машинально схватилась за его футболку.

Страх, что Реван бросит меня, не отпускал. Мне хотелось быть к нему как можно ближе.

— Я никуда от тебя не отойду, — Реван взял меня «под крылышко». — Но мне приятно, что ты так жмешься ко мне.

Я молчала, чувствуя себя ужасно неловко за то, что сдалась Ревану. Я ведь теперь буду только об этом и думать перед сном: был ли у меня другой выход или нет; можно ли было как-то избежать этого или нет.

— Пойдем, сейчас я там быстро шорох наведу, и через пять минут я тебя полноценно засосу в машине, — Реван смачно ущипнул меня за зад, а я лишь дернулась, но не стала убирать его руку.

Пусть делает и говорит что хочет, но если через пять минут мы уйдем отсюда, я позволю этому мужлану «засосать» меня в машине. Но только «засосать»! Больше ничего! А с завтрашнего дня я не позволю себе ни говорить с ним, ни сесть к нему в машину. Больше ничего!

Обещаю!

Только бы поскорее уйти отсюда!

Реван не соврал: когда мы вернулись, он вдруг выдал свои решения по всем вопросам, которые он обсуждал с мужчинами и все это было мгновенно одобрено. А затем мы и правда направились к выходу.

По пути никто к нам не пристал, хотя сальных взглядов в мою сторону было много. Но Реван и сам торопился уйти.

Поэтому ровно через пять минут, я наконец выдохнула с облегчением и закрыла глаза, когда оказалась в машине Ревана...

— Куда мы едем? — я с тревогой взглянула в окно, понимая что Реван не направляется к моему дому.

Я заметила куда он едет слишком поздно. Сначала все никак не могла отойти от этого ужасного вечера, и только сейчас обратила внимание на дорогу.

— Ко мне, куда же еще, — обыденным тоном ответил он.

— Нет, Реван! — я жалобно взглянула на него. После всего пережитого мне пока не хотелось ему грубить. — Пожалуйста, отвези меня домой. Ко мне. У меня еще куча дел. И мама мне будет звонить именно на домашний!

— Следит, чтобы не гуляла? — догадался он.

— Да, — я кивнула. — Пожалуйста, отвези меня домой.

— Нет, — Реван обласкал меня взглядом, но все же ответил отказом.

— В смысле?! — тут уже точно надо воспротивиться. — Я не стану с тобой спать! Останови машину, я сама доберусь!

— Да успокойся, Анфиска, — Реван взял меня за руку. — Матушке скажешь, что городской телефон не работает. По мобильному пообщаешься. А твоя куча дел подождет. Ничего с ней не случится.

— Хватит! — я попробовала вырвать свою руку, но он сжал ее до хруста. — Ты меня пугаешь. Это изнасилование, понимаешь? Если ты притронешься ко мне, я заявлю...

— Сладкая, замолчи, — без всякой грубости перебил он. — Побудь со мной этим вечером. Я не стану к тебе приставать. Не стану опаивать. Ничего не будет, если ты не захочешь. Я просто не хочу тебя отпускать.

— Нет, — я снова безуспешно попыталась вырвать свою руку из захвата.

Реван свернул с дороги и припарковался на обочине.

— Я устала, — я продолжала вырываться из его захвата. — Пожалуйста, хватит!

Реван повернулся ко мне и второй рукой обхватил мое лицо.

— Посмотри на меня, сладкая, — он глядел на меня спокойно без всяких угроз, поэтому я все же встретилась с его взглядом. — Чего ты боишься? Просто ответь мне на вопрос.

— Боюсь что ты станешь ко мне приставать, — хмуро ответила я. — Ты все время это делаешь.

— Конечно, — согласился он, — потому что я хочу тебя. Я думаю только о тебе, понимаешь? Ты занимаешь все мои мысли.

— Перестань, — мне вдруг стало очень холодно, и жар мужских ладоней показался мне приятным.

— Посмотри на меня, — снова попросил он и приблизился ко мне лицом.

Я мотнула головой, но в противовес этому опять заглянула в глаза Ревану. Его дыхание опаляло мне кожу и губы. У меня мурашки рассыпались по плечам от контраста температур.

— Сладкая, я не оставлю тебя одну, — сказал он. — Я не хочу, чтобы ты ночевала одна. Не хочу, чтобы одна ехала на учебу. И не хочу, чтобы ты устраивалась на работу. Во всяком случае не на те вшивые должности, на которые тебя сейчас могут взять. Хочешь работать — окей, получи образование и я устрою тебя в нормальное место, но стать обслугой я тебе не позволю.

Я молча слушала его, но уже не испытывала желание вырваться.

— Я не сделаю тебе больно, — продолжал он, завораживая меня своими словами. До этого момента я думала что Реван и двух слов связать не может без пошлости или мата, а тут... — клянусь. Я хочу быть с тобой осторожным и внимательным. Ты так манишь меня, что я на многое готов ради тебя. Останься со мной этим вечером. Секса не будет если ты не захочешь. Я просто хочу, чтобы ты была со мной.

Я молчала. Не знала что ответить.

Его слова казались мне сейчас такими приятными! Я понимала сколько усилий стоит этому мужчине вот так говорить, и еще больше усилий чтобы именно говорить, а не завалить меня в очередной раз на сиденье и залезть мне под юбку. Он делает это для меня. Но нужно ли мне это? Нравится ли мне этот человек? Готова ли я смириться с его прошлым? Кажется нет.

— Реван, пожалуйста, не надо, — прошептала я, пока он почти касался моих губ своими. — Ты можешь получить любую девушку, какую захочешь...

— Я хочу только тебя, — он тоже перешел на шепот. — Ты так жалась ко мне весь вечер. Была рядом. Хваталась за мои руки и одежду. И этот твой поцелуйчик... Реально я уже на стену хочу лезть от мысли, что ночью ты будешь далеко от меня. Повторяю: это не просто желание заняться с тобой сексом. Я лишь хочу знать, что ты будешь со мной и ты будешь в безопасности. Все.

Я снова мотнула головой, но уже очень слабо.

Сейчас мне было так тепло в руках Ревана, что я не хотела шевелиться.

— Поцелуй меня, — вдруг попросил он. — Никто об этом не узнает. Ни твоя мама. Ни Яна. Ни ее мать. Вообще никто. Один поцелуй и ничего больше.

— Нет, Реван, — я из последних сил отказывала ему, а сама позорно расслабилась в его руках. — Отпусти меня, пожалуйста.

— Не могу, Анфиска, — он уперся в мой лоб своим и закрыл глаза. — Иначе мне придется ночевать под твоей дверью. Ты хочешь этого?

— Нет, — я не сомневалась что Реван вполне мог бы это сделать.

— Тогда целуй, и я все для тебя сделаю, — он чуть склонил голову для поцелуя, а я кажется просто не могла больше отпираться.

Это ведь всего лишь поцелуй. Просто в награду за те красивые слова, что произнес Реван.

Зачем мне это делать? Не нужно!

Но вопреки голосу разума, я закрыла глаза и тихонько прижалась губами к губам Реван. Он тяжело выдохнул через нос как хищный зверь, а я поняла как ему тяжело сдержаться, чтобы не наброситься на меня.

Но он держался. Я чувствовала как напряглись его руки и сжалась челюсть. Вместе с этим я почувствовала себя максимально глупой. Я реально не понимала что мне сделать дальше, кроме как ткнуться Ревану в губы. У меня все сразу опустело в голове, и я замерла так на несколько секунд.

— Реван, — прошептала я, а он лишь вопросительно замычал в ответ, — я совсем не умею целоваться. Я не знаю что делать дальше.

Я покраснела от стыда.

Как можно было в этом признаться?! Я ведь как будто подтвердила что хочу продолжить просто не знаю как! Да, так и было, но не стоило в этом признаваться. Какая же я глупая!

— Я научу тебя, — он не удержался и расплылся в улыбке. — Хочешь?

Я жалобно посмотрела ему в глаза, не желая отвечать. Ведь иначе Реван подумает, что уже заполучил меня.

— Без «хочешь», — он все понял. — Я научу тебя. Только дома. Ты замерзла. Поедем ко мне.

Я снова промолчала, стыдясь своего согласия.

Почему я не могу отказать сейчас? Почему не сопротивляюсь? Неужели меня так просто купить такими простыми словами?

— Скоро приедем, — Реван отпустил меня и включил печку, а я обняла себя руками, чувствуя что мне уже не согреться без Ревана.

— Ты охрененная, Анфиса, — сказал он, когда вновь выехал на дорогу. — Ты просто чистый кайф. Успокойся и расслабься. Тебе ничто не угрожает.

Я же стыдливо опустила голову, не понимая почему же я так поступаю. И почему у меня появилось слабое и очень робкое желание провести этот вечер с Реваном. И еще почему мне так понравились его слова...

Когда Реван заехал на подъездную аллею своего дома и остановился, я испуганно замерла и плотнее вжалась в кресло.

Мне было страшно от того, что я делаю. Что я доверилась Ревану. Человеку, который явно замешан в криминале и который точно сидел за что-то в тюрьме. Этому грубияну, которому от меня нужен только секс. И хорошо если только секс. А если он садист? Или ему просто нравится унижать девушек? Если он будет и дальше меня преследовать?

Боже, зачем я это делаю?

Реван тем временем вышел и обошел машину, а затем открыл мне дверь.

— Все хорошо, сладкая, — он взял меня за руку и потянул к себе. — Ты в полной безопасности. Идем.

На негнущихся ногах я пошла за Реваном, но уже через пару шагов замерзла окончательно и подошла к нему ближе. Реван с видом покровителя приобнял меня, окутав своим теплом, и повел дальше.

Нас встретила экономка Ревана и доложила о своих делах. Очевидно, он жестко контролировал весь свой персонал, так как говорил с экономкой очень строго и успел сделать замечание, касающееся ее работы.

Я сразу представила что такие же замечания буду получать и я из-за любой мелочи.

Нет, Реван точно не тот человек, с кем я должна сейчас быть!

— Мне надо домой, — тихо сказала я, когда Реван завел меня в свою мрачную тяжелую гостиную.

— Ты дома, — ответил он. — Привыкай.

Это ведь уже угроза, да?

Я остановилась и попыталась отступить от мужчины, но он лишь усмехнулся и крепче прижал меня к себе.

— У тебя будет своя комната, — сказал он. — Сейчас ты зайдешь в нее. Переоденешься. Сделаешь все, что тебе нужно: примешь душ, поговоришь с матушкой, сделаешь уроки. Я не стану заходить к тебе, хотя мне очень хочется. А потом мы просто поболтаем на кухне, в гостиной или в моей спальне. Посмотрим что-нибудь. Поедим. А еще я научу тебя целоваться. И все. Не думай о лишнем. Лишнего не будет. Обещаю.

Ну если у меня будет своя комната, может все действительно не так страшно?

Но все же зря я решилась на такое.

— А что ты имел в виду, когда сказал что я дома? — я все же спросила то, что меня напугало. — Ты закроешь меня здесь и больше никогда не выпустишь?

— Я имел в виду то, что в моем доме, ты можешь чувствовать себя как в своем, — спокойно ответил он. — Только и всего. Хватит делать из меня монстра.

— Но если я захочу уйти, ты меня уже не выпустишь?

Не надо было задавать эти вопросы. Если я и так знаю ответы, зачем тогда сюда приехала?!

Но все же я рассчитывала, что Реван как-то успокоит меня.

— Не выпущу, — ответил он и подтвердил мои страхи. — Потому что нечего тебе по ночам одной шарахаться. Я вообще не хочу, чтобы ты дальше перемещалась одна. Завтра я тебе дам своего водителя. А потом найду тебе другого. Твоего собственного.

— Это ведь дорого, — я печально опустила глаза. — Как бы ты меня ни хотел, но я столько не стою.

— А я тебя не покупаю и не оцениваю, — ответил он и повел меня вверх по лестнице. — Я хочу, чтобы ты всегда была в безопасности. Все.

Мужчина довел меня до двери и открыл ее, а затем впустил внутрь.

— Это твоя комната, — сказал он. — Нужно что-то поменять или докупить — просто скажи мне. Пойдем ванную покажу.

— Я сама, — сейчас, когда я оказалась с Реваном в помещении с кроватью мне стало дико неловко.

— Уверен, сама ты не разберешься как работает душевая, — он повел меня дальше, хотя теперь я немного упиралась.

Однако, когда он открыл мне дверцу в огромной душевой кабинке, я поняла что он не врал. Здесь действительно было три душа и еще какие-то круглые приспособление по стенам как в джакузи. На самом душе не было никаких ручек и вентилей — были лишь сенсорные кнопки, которые не горели пока их не включишь.

— Идем, — Реван завел меня в кабинку и принялся объяснять. — Нажимаешь сюда. Когда загорается картинка воды, выбираешь душ. Это — который на потолке, это в стене, этот можно взять в руку, это массажный. Запомнила?

— Нет, — честно призналась я.

— Я могу принять душ с тобой, — хищно улыбнулся Реван.

— Нет, — уже более сердито ответила я. — Я разберусь. Показывай дальше.

— Дерзкая какая, — усмехнулся он. — Ну запоминай, а то придется выбегать голенькой и звать меня на помощь.

— Не придется, — упрямо ответила я и теперь стала внимательнее к его словам.

Реван еще раз терпеливо все показал, а затем наконец оставил меня одну.

Я же ощутила себя дико уставшей и просто села на теплый кафельный пол.

У меня не было никаких сил. Мне просто хотелось лечь спать после всего пережитого.

Однако в следующий момент раздался стук в дверь и мне пришлось встать и открыть.

— Твоя одежда, — Реван передал мне свою огромную черную футболку.

— Это не моя, — нахмурилась я.

— Уже твоя, — он кривовато улыбнулся. — Переодевайся и не спорь. Просто расслабься.

Я не стала возражать.

Когда Реван ушел, я заперла дверь и залезла в душевую кабинку. Немного помучавшись с ее «управлением», я все же смогла искупаться и действительно расслабиться.

Наконец я надела белье и футболку, причесала волосы и вышла из ванной.

На своей кровати я нашла листок бумаги и взяла его.

«Как отдохнешь иди в мою комнату. Она справа от твоей. Никаких приставаний. Обещаю».

Этот мужлан и писать умеет!

Я усмехнулась своим мыслям, а затем сложила листок как был.

Я понимала что мне лучше бы остаться в своей комнате и лечь спать, но я поймала себя на мысли. Что мне все еще очень холодно, особенно сейчас после душа, и мне хочется немного согреться.

Тем более Реван ведь пообещал что не станет приставать.

Да, я наивная и глупая, но все же я подошла к двери и открыла ее, а затем двинулась направо по коридору — туда, где меня ждал Реван...

Я выдохнула прежде, чем нажать на дверную ручку, а затем вошла в комнату.

Спальня Ревана выглядела пугающе: вся в темных тонах, с массивной мебелью и тяжелыми гардинами. Сам он встретил меня лежа на кровати, однако постель была застелена, а сам Реван полностью одет.

— Прыгай ко мне, сладкая, — он похлопал по постели возле себя, приглашая меня присоединиться.

До меня же только сейчас дошло что я сделала. Я ведь пришла в спальню ко взрослому мужчине. И тем самым как будто бы прямо заявила, что я доступна для приставаний.

Какая же я дура!

Я сжала кулачки от злости на себя, а затем обратилась к Ревану:

— Нет, я на минуту зашла. Как раз сказать, что я не буду тут с вами...

Я запнулась, не зная какое тут вставить слово. Реван тем временем резко сошел с кровати и направился ко мне.

— В общем, я пойду в соседнюю комнату, — я торопливо взялась за дверную ручку, но Реван уже оказался возле меня.

Он нажал ладонью на дверь и захлопнул ее, а затем запер ее на ключ. Сам ключ вытащил и сунул в карман своих джинсов.

— Никуда я тебя не отпущу, — на его губах заиграла довольная улыбка. — Идем.

Он взял меня за руку, а я лишь испуганно отпрянула и прижалась спиной к двери.

Какая же я дура! О чем я только думала?! Как вообще мне мозгов хватило сюда прийти?!

— Не бойся, курносая, — Реван настойчиво заглянул мне в глаза. — Я обещал, что не стану приставать. Правда не стану. Посмотри на меня.

Второй рукой он обхватил меня за лицо и заставил взглянуть на него.

— Пожалуйста, не надо, — зашептала я, побелев от страха. — Выпусти меня. Я... не знаю... зачем я сюда...

— Ты пришла потому что я сказал тебе это сделать, — он прекрасно понял мои чувства. — Это не твое решение. Сама бы ты никогда не пришла даже в мой дом, не то что в мою спальню. Даже если бы ты заперлась там у себя, то я бы тебя выкрал и все равно принес сюда.

Его слова звучали пугающе. Выходит, я не буду в безопасности в той отдельной комнате? Хотя это было очевидно — ведь я в доме Ревана. Он тут везде хозяин и от каждой комнаты у него есть ключ. Но все же не сказал ли он это, чтобы снять с меня ответственность, и чтобы я перестала себя ругать?

Нет, не может этот мужлан быть таким чутким. Это просто совпадение.

— Не бойся, ладно? — Реван склонился к моим губам, а меня всю обсыпало мурашками. — Я гарантирую тебе полную безопасность.

— Но я правда... зашла только сказать, что не приду... — я неумело врала ему. — Просто, чтобы ты меня не ждал.

— Ты сказала, — он отпустил мою руку, но вместо этого смял мою талию. — Но тебя тут никто не спрашивает, сладкая.

Он явно устал он этого бесполезного спора, поэтому просто подхватил меня на руки и понес к кровати.

— Нет, Реван, — я слабо засопротивлялась. — Только не на кровать!

— Именно на мою кровать, — усмехнулся он. — Тебе там самое место.

— Ты пошляк! — рассердилась я. — Отпусти!

— Отпускаю, — Реван вдруг отбросил меня вперед, а я от испуга вся сжалась, а в следующий момент упала на мягкую постель.

Пока я не успела опомниться, этот громила навис надо мной и прижал меня за руки к матрасу.

— Реван! — в моих глазах блеснул ужас. — Нет!

— Да что ж ты такая трусиха, — усмехнулся он. — Хотя знаешь, если бы ты знала что я представляю, когда ты у меня в руках, тебе было бы чего бояться.

Мои глаза еще больше расширились от страха.

Что же у него там в голове? Он все-таки лгун и садист, да?

— Сладкая, не смотри на меня так, это заводит, — рыкнул он мне в губы и еще сильнее сжал мне запястья.

— Реван, — я заметалась под ним. — Отпусти... хватит... мне страшно!

— Ну говорю же — трусиха, — усмехнулся он, но все же отпустил.

Я закрыла глаза на мгновенье, чтобы выдохнуть напряжение, а потом собралась встать, но Реван уже лег рядом и притянул меня к себе.

— Ну, рассказывай, — он подложил руку мне под голову.

— Что рассказывать? — я удивленно подняла брови, при этом уперлась ладошками ему в грудь, чтобы отстраниться, но Реван лишь придвинул меня еще ближе.

— Что-нибудь, — он пожирал меня взглядом. — Это отвлечет меня от мыслей. И все эти мысли о тебе. О том, что бы я с тобой сейчас сделал.

— Перестань, — я снова заерзала в его руках, но все попытки вырваться были бесполезны.

— Сладкая, меня это тоже заводит, — рыкнул он.

— Что именно? — не поняла я.

— Все, — выдал он. — Меня заводит все что ты делаешь: как ты смотришь, как ты трепыхаешься, даже как ты дышишь. Поэтому просто отвлеки меня от этого. Расскажи что-нибудь. Неважно что.

Что я могла рассказать? У меня в голове была пустота от страха.

Но я понимала, что деваться мне некуда. Я уже в постели Ревана и в его объятьях. Из одежды на мне только белье и его футболка. Ему ничего не будет стоить принудить меня к интиму. Но все-таки вдруг разговоры и вправду отвлекут его?

— А... знаешь... — начала я, еще толком не понимая о чем буду говорить, — я ведь так и не позвонила маме. Можно я схожу...

— Нет, — отрезал он. — Сходишь через полчаса. Поговори со мной, курносая.

— Но я правда не знаю... — только начала я, но наткнулась на пожирающий взгляд мужчины. — Ладно. Сегодня на твоей встрече мне было так страшно. Зачем ты общаешься с такими людьми?

— Интересно, — усмехнулся он, — а с какими людьми я должен общаться.

— Ну... — замялась я. — С другими. С успешными. С бизнесменами, например. Мне кажется это сделало бы тебя...

— Лучше? — фыркнул он. — Тебе стыдно за то, с кем я веду дела?

— Нет, но ведь ты подвергаешь себя опасности, — ответила я, чуть успокоившись тем, что страсть в глазах Ревана и правда поутихла. — Мне кажется, такие люди могут в любой момент подставить тебя и сдать. Разве нет?

— Тебе бы не хотелось, чтобы меня подставили? — теперь он смотрел на меня с интересом.

— Нет, конечно, — я чуть расслабилась в его руках. — Мне просто кажется, что они тебя тянут вниз. На их фоне ты совсем другой.

— Ты заботишься обо мне? — на его лице читалось непонимание и недоверие. — Или что?

— Ну да, — согласилась я. — Ты правда не такой, как они.

— Продолжай, — он мягко погладил меня ладонью по спине, и я продолжила говорить о том, что первым приходило в голову...

Мы проговорили с Реваном почти два часа. Все это время Реван гладил меня по спине и волосам, и ни разу не позволил себе какой-то пошлости.

Я сама не заметила как прошло время. Мы просто лежали на кровати, где я рассказывала о совсем глупых и никому не интересных вещах. Я говорила об учебе, как мне нравится учиться, как долго я готовилась к поступлению, какие пары и преподаватели мне нравятся, а какие нет.

Потом я рассказала несколько случаев из своего детства, которые так же были совсем ни о чем. Затем перешла на свои любимые фильмы и книги.

Любой бы нормальный мужчина начал зевать уже через минуту таких нудных разговоров, но Реван внимательно слушал, задавал уточняющие вопросы и казалось, что ему это все действительно было интересно.

— А она что? — спросил он, когда я начала рассказывать об одном случае с Яной, но соскользнула с темы и перешла на какую-то другую. Однако Реван дослушал до конца, и вернул меня к потерянной нити разговора.

— А она... помогла мне, конечно, — я смущенно улыбнулась.

Я не думала, что Реван так внимательно следит за всем, что я говорю.

— И что дальше? — он не давал мне и минуты, чтобы отдохнуть.

— Я устала, — призналась я. — Можно мне попить?

— Конечно, — Реван взял свой мобильный и быстро написал кому-то сообщение. — Может еще покушать хочешь? Не стесняйся, говори. Я вечером не ем, а то разжирею, но тебе-то можно.

— Ты следишь за весом? — удивилась я.

— А что? — ухмыльнулся он. — Разве я не в форме?

— В форме, — согласилась я. — Просто ты такой большой, я думала ты только тренируешься.

— Когда тренируешься тоже надо соблюдать диету, — ответил он. — У меня это интервальное голодание. В целом это обычная спортивная диета — ничего нового.

В этот момент в комнату постучали, а я напряглась.

— Спокойно, — сказал мне Реван, а затем крикнул, чтобы вошли.

Это оказалась та самая хмурая экономка.

— Принеси воды и чего-то вкусненького для Анфисы, — Реван говорил с этой женщиной абсолютно потребительским тоном. Как будто она была самой низкосортной кухаркой. — Вкусненькое я имею в виду и попить, и поесть. Побыстрее.

Экономка молча кивнула и вышла, а я почувствовала себя неловко от того, что меня застали в постели с Реваном.

— Я пока принесу твой телефон, — сказал он. — Лежи здесь и только попробуй двинуться с места.

Он усмехнулся своим словам, и я поняла что он не вложил в них угрозу. Во всяком случае по тону точно нет.

Реван вышел из комнаты, а мне стало очень холодно без него. Я не решилась укрыться чем-нибудь. Мало ли, может быть если я сдвинусь с места, то Реван действительно наброситься на меня и сделает ужасные вещи?

Хотя теперь, после двух часов разговоров ни о чем, мне стало с Реваном как-то легче находиться рядом.

Вернулся он вместе со своей экономкой. Он передал мне мобильный и напомнил, чтобы я позвонила маме, а сам вышел на балкон, примыкающий к его спальне.

Экономка пока расставила угощения, а я набрала наконец маме.

Разговор у нас был короткий. Мама так устала за день, что у нее не было сил толком меня о чем-то расспросить. Она даже не спросила почему я звоню ей с мобильного, а не с городского. Она лишь спросила поела ли я, а после мы и вовсе попрощались.

— Поговорила? — спросил Реван, когда вернулся в комнату.

— Да, — я смущенно натянула футболку, чтобы прикрыть ноги. — Спасибо.

— Что тебе налить? — спросил он, указав взглядом на стол, заставленный напитками и вкусняшками.

— Воды, — скромно попросила я. — И... можно кофе?

— Наши вкусы совпадают, — он взял кофейник и принялся разливать ароматный кофе по чашкам.

Затем он поставил подушки у изголовья, чтобы мы могли уже сидеть, а не лежать.

— А ты мне что-нибудь расскажешь? — спросила я, когда отпила вкусный кофе.

— А что, — нагло улыбнулся он, — ты так сильно хочешь меня, что тебе тоже нужно отвлекаться?

— Ну вот опять! — нахмурилась я. — Почему тебе все надо опошлить? Ты ни о чем другом не можешь думать?

— А о чем мне еще думать рядом с тобой, сладкая? — в его глазах разгорелась страсть, а я поняла что зря завела разговор на такую опасную тему. — Я хочу тебя, понимаешь? Дико хочу. Я могу взять тебя — мне это не будет стоить никаких усилий. В процессе ты даже сама меня захочешь. Но я держусь. Я хочу, чтобы ты мне доверяла, сладкая. Хочу, чтобы поняла: я именно тот, кто тебе нужен.

— Нет, — я мотнула головой. — Это ошибка, Реван. Я понимаю, что сама виновата, ведь я, наверное, дала тебе какой-то повод, но я не хочу делать этого с тобой...

— Об этом я не хочу говорить, — он мгновенно пресек мой отказ. — Пей кофе и не думай, что от твоего мнения тут много чего зависит.

Я так и застыла с чашкой у губ, не ожидая такой грубости.

— Проехали, — снисходительно улыбнулся он. — Я не хотел тебя обидеть. И да, я не мастер вести беседы, поэтому могу и нагрубить. Говори лучше ты, сладкая.

— Я... не знаю что еще рассказать, — говорить с Реваном оказывается все равно что ходить по минному полю. Теперь мне было страшно нарваться на еще одну грубость. — Можно я пойду спать?

— Нет, — он взял у меня из рук допитую чашку и поставил ее на стол. — Во-первых, спать ты будешь в моей постели. Не стану я к тебе приставать — я все помню. А во-вторых, я обещал научить тебя целоваться.

— Нет, — я попыталась отсесть от Ревана, но он опять опередил меня и за талию приблизил к себе. — Я добьюсь твоего поцелуя, даже если мне придется не давать тебе спать несколько суток подряд. Ты поцелуешь меня, Анфиса. По-настоящему. С языком.

— Не надо! — я вновь затрепыхалась в его руках, но Реван меня уже повалил на спину и снова навис надо мной.

— Итак, Анфиса, будь прилежной ученицей. Сразу после урока — экзамен. И ты его будешь пересдавать мне столько раз, пока я не останусь доволен.

— Реван! — я попыталась оттолкнуться от него уже и руками и ногами, но вновь оказалась в его объятьях, а затем ощутила его жесткие губы на своих губах...

Реван целовал меня так жадно, и я уже сомневалась что он сдержит обещание.

Я ощущала всю его мощь, а напор Ревана на этот раз был самым безумным и сильным из всех разов, когда он ко мне приставал до этого.

На этот раз я действительно осознала: сейчас он сделает это, а я получу очень болезненный урок на тему того, что больше никогда нельзя доверять ни одному парню или мужчине. Я уже даже не сопротивлялась. Мне казалось, что разумнее оставить силы на то, чтобы потом суметь сбежать отсюда.

В какой-то момент я замерла и закрыла глаза. Мне казалось, что уже никто и ничто меня не спасет...

— Сладкая, тебе нравится, или ты так сильно боишься? — усмехнулся Реван, когда прервал поцелуй.

Я же вся заледенела, ожидая расправы над собой.

— Вот глупая, — Реван обхватил руками мое лицо. — Посмотри на меня, Анфиска.

Я лишь сильнее зажмурилась, боясь увидеть нечто страшное в глазах Ревана.

— Курносая! — рыкнул Реван. — По тонкому льду ходишь. Лучше делай, что я говорю!

Я испуганно открыла глаза и подняла жалобный взгляд на Ревана. У меня внутри все клокотало от страха. Кажется, я даже толком не могла вдохнуть.

— Да не трахну я тебя, обещал же, — недовольно пробурчал он. — Чего ты жмешься?

— Правда? — беззвучно спросила я.

— Если хорошо мне сдашь экзамен по поцелуйчикам, тогда сдержу слово, — самодовольно ответил он. — А если нет, тогда ты вся моя. Идет?

— Я все сделаю! — вдруг выпалила я, обрадованная тем, что Реван все еще держит себя в руках.

К тому же морально я была готова поцеловать Ревана. Это уже не казалось чем-то таким страшным.

— Тогда перестань трястись и запоминай, — он порочно ласкал меня каждым словом. — Обнимаешь меня за шею, прижимаешься ко мне грудью и очень сладко выдыхаешь моя имя мне в губы...

— А дальше? — спросила я, а в этот момент румянец смещения стал жечь мне щеки.

— Сделай сначала это, — Реван переместил свои ладони мне на талию, но так как его ручищи были просто огромными, то сжимая меня за талию, он касался большими пальцами моей груди.

Однако я запретила себе концентрироваться на этом. Мне нужно закончить эту игру с меньшими жертвами. А вот в следующий раз Реван меня уже ни за что не затянет в свой дом. Я даже в машину к нему больше никогда не сяду! Отныне все встречи, если они еще будут, то я буду назначать на нейтральной и безопасной территории.

Тем временем я выдохнула для храбрости и осторожно потянулась пальчиками к шее Ревана. Я действовала очень сосредоточенно и осторожно, словно боясь любого необдуманного шага.

— Бу! — рыкнул Реван, усмехнувшись моей сосредоточенности, а я позорно дернулась и взвизгнула.

— Сладкая, ты охрененная, — громогласно расхохотался он и сильнее сжал меня своими ручищами. — Я тебя укушу, если ты будешь делать это с таким испуганным взглядом. Ну успокойся уже, глупая.

Может я действительно веду себя слишком глупо?

Я еще раз выдохнула свое напряжение и прошлась пальчиками по шее Ревана, а затем полноценно обняла его. Потом очень осторожно прижалась грудью, и это получилось как-то само собой. Просто обвив шею Ревана, я автоматически приблизилась к нему телом и лицом.

— Реван... — тихо выдохнула я ему в губы и слегка коснулась их.

Мужчина на это тяжело выдохнул и снова сжал меня в руках. Было видно, что сейчас для него шутки кончились, и ему стало сложнее держать себя в руках.

Он на секунду прикрыл глаза и прижался лбом к моему лбу. Он боролся с собой, а мне почему-то стало от этого легче. Я увидела, что не одной мне тяжело в этой ситуации, и что Реван не все воспринимает как циничную игру. Есть в нем какие-то правильные принципы и моральные ценности.

— Теперь поцелуй меня, — продолжил он после того как отдышался. — Прижмись к моим губам. Сделай это несколько раз, а потом просто засунь свой язычок мне в рот. Дальше ты сама все поймешь.

Все еще наблюдая над тем, как Реван борется с собой, я ощутила к нему доверие, и даже почувствовала себя чуточку смелее.

Я позволила нашим губам соприкоснуться и снова на мгновенье застыла, анализируя ситуацию.

Все было тихо и безопасно, поэтому я продолжила. Я поцеловала Реван во второй раз, в третий, а потом в четвертый раз прижалась к его губам и неуверенно проникла языком между его губ.

Это было так странно, влажно и... интимно для меня, что я вся покрылась мурашками, а потом ощутила приятную слабость вперемешку с удовольствием.

Как только я коснулась языка Ревана, так мужчина сразу перехватил инициативу в поцелуе. Жадными ненасытными рывками он целовал меня, а я робко отвечала ему. Но именно отвечала. Мне самой хотелось это делать.

Я слегка задрожала всем телом, испытывая какие-то неизвестные чувства. Это был и страх, и неясное предвкушение; и разочарование от своего падения, и удовольствие от того осознания себя слабой и беззащитной в руках сильного и надежного мужчины.

Почему именно сейчас Реван показался мне надежным — непонятно. Но я еще никогда не доверяла ему так сильно как сейчас.

Реван с еще большей страстью прижал меня к себе и смял мои ребра до хруста, а я выдохнула едва слышный стон ему в рот и чуть откинула голову.

Я сделала это от приятной грубости, которую причинил мне Реван. На этот раз мне не показалось, что он меня лапает. Я бы больше отнесла это к сильному массажу, который еще больше расслабил мои мышцы.

— Сладкая, — Реван обдал меня тяжелым дыханием, — я хочу сделать тебе приятно. Позволишь?

Я взглянула на мужчину удивленным и опьяненным взглядом.

Как именно он хочет сделать мне приятно?

— Просто кивни, — он с трудом отрывался от моих губ.

Я не понимала в чем подвох, поэтому машинально кивнула, все еще испытывая доверие к этому мужчине, и не думая ни о чем другом...

— Иди ко мне, — произнес Реван и сильнее подмял меня под себя. — Моя сладкая.

Я снова вся покрылась мурашками и улыбнулась от этого, а затем позволила Ревану прижать меня своим телом к матрасу.

Стало немного тяжело, но это не вызвало во мне страха. Я чувствовала себя в полной безопасности, поэтому закрыла глаза и продолжила поцелуй.

Реван тем временем медленно скользнул ладонью с моей талии на бедро и так же медленно стал задирать мою футболку. Я не сразу сообразила что происходит. Поначалу мне казалось, что Реван просто гладит меня. После того как он до хруста сжимал мне ребра, это ласка по бедру показалась мне удивительно нежной.

Но когда Реван всей ладонью пробрался под мою футболку и спустился на внутреннюю часть бедра, я напряглась.

Он же в этот момент стал целовать меня еще более жадно.

Я вопросительно замычала когда Реван поднялся по моему бедру слишком высоко, но он лишь интригующе замычал в ответ. Но когда он коснулся пальцами моей промежности через трусики, я поняла что я в опасности.

— Что ты делаешь? — испуганно спросила я, прервав поцелуй.

— Я делаю тебе приятно, — на этот раз он весьма ощутимо провел пальцами по моими губкам через трусики.

— Нет, — я попыталась пошевелиться, но Реван полностью обездвижил меня собой. — Ты обещал!

— Я сдержу свое обещание, — уверенно сказал он и на этот раз вжал пальцы мне в белье, а я ощутила что я мокрая. — Я просто поглажу тебя. Поглажу до конца.

— Как это «до конца»? — напряглась я.

— Узнаешь, — довольно улыбнулся он. — Я не войду в тебя. Обещаю. Даже пальцем. Я не обижу тебя. Просто поверь мне.

Я жалобно взглянула на Ревана, вновь задрожав от страха, но боялась я именно ситуацию, а не Ревана. Даже сейчас я все еще доверяла ему.

— Закрой глаза, — на этот раз он припал с поцелуем к моей шее и вернулся к своим ласкам.

Всеми пальцами он стал гладить меня через влажные трусики, пока большой палец чуть вдавливал куда-то повыше. Я чуть заметалась под Реваном, не в силах договориться с собой. Я не могла позволить себе расслабиться, но мне при этом и не хотелось покидать объятий Ревана.

Мне правда было сейчас очень спокойно. Как я ни старалась, но не могла найти ни одного негативного момента в том, что мы делали, хотя — уверена — завтра я найду их тысячу и сожру себя заживо.

Тем временем Реван углубил свои действия, и теперь я ощущала как влажная ткань трусиков скользит по моим самым сокровенным местам.

Это ведь должно быть так ужасно: взрослый мужчина гладит меня там, где даже я самой себе не позволяю, а я... просто лежу под ним и все принимаю. Неужели я настолько распущенная бесстыдница?!

— Реван, — жалобно выдохнула я, горя в своем порочном удовольствии. — Отпусти меня, пожалуйста. Я не должна так себя вести...

— Глупая, — с улыбкой выдохнул он. — Никак ты себя не ведешь. Я делаю то, что мне очень хочется. Ты ничего не можешь с этим сделать, потому что я тебе не позволю. А теперь иди ко мне, — он прижал меня лбом к своей шее. — Расслабься и отпусти себя. Я на тебя не смотрю.

Мне стало капельку легче от того, что Реван в очередной раз снял с меня ответственность. Я крепче обняла его за плечи и уткнулась в его шею, а потом просто не смогла больше себя ругать.

Реван делал такие восхитительные вещи своими пальцами, что у меня ноги отнялись. Внизу живота у меня все наполнилось огнем и жгло меня изнутри. Та сладкая пытка, которой Реван подвергал меня, заставляла меня беспокойно метаться под ним, и сильнее прижиматься грудью к его груди.

Мне было так хорошо! Время как будто остановилась, а я почувствовала себя на своем месте. И на это мгновенье мое место было в руках этого грубого мужчины.

Реван тем временем стал тереть меня интенсивнее и быстрее. Ткань трусиков стала ему мешать, да и мне тоже. Тогда Реван на мгновенье прервался и грубым рывком стянул с меня трусики.

Я пискнула и всеми силами прижалась к мужчине, а он... коснулся пальцами моей уже ничем не прикрытой промежности.

Что я делаю?! Я должна остановить его! Но ведь от моего решения ничего не зависит, правда? Или я все-таки даю Ревану понять, что я уже ко всему доступна?

Что же мне делать?!

Я прикусила губу и непроизвольно выгнулась грудью вверх, от подступивших нереально приятных ощущений.

Реван ласкал меня, натирал, описывал круги, и я была в такой опасности! Но я не ощущала опасность. Я доверяла ему. Я верила, что он действительно в меня не войдет.

Удовольствие во мне все нарастало, и я вся напряглась натянувшись в дугу.

— Назови меня по имени, — попросил Реван, и я поняла в какой момент я должна это сделать.

— Выпустив ноготки в его плечи, — я тихо застонала, стыдясь того, что делаю, и замерла.

Волна удовольствия тут же захлестнула меня и на время выбила мне способность соображать. Каждой клеточке моего тела сейчас было очень хорошо, и я ощутила настоящее счастье.

Я и не думала что может быть так хорошо!

— Рева-ан, — со стоном выдохнула я и прижалась губами к его шее.

Он же стал натирать меня нежнее и медленнее, давая мне возможность насладиться удовольствием до последней капельки.

И когда я разом расслабила все тело, он накрыл пальцами мою промежность, словно желал утешить.

— Скажи, тебе было хорошо? — он прошептал вопрос мне на ушко.

— Да, — жалобно ответила я, боясь своего же ответа.

— Тогда успокойся, сладкая, — он крепко обнял меня и прилег рядом со мной на бок. — Ты больше от меня никуда не денешься.

Я была слишком измотана, чтобы подумать над его словами, поэтому закрыла глаза и действительно расслабилась в горячих мужских объятьях...

Я задремала после самого первого для себя наслаждения.

Еще ни один парень или мужчина не доставлял мне такого порочного удовольствия. Мне было одновременно и стыдно, и сладко. Но все же больше стыдно.

Как я могла сдаться Ревану? Как могла до сих пор не понять, что он прет как танк, не принимая мои отказы? Он только обманывает меня тем, что не тронет, а сам усыпляет мою бдительность своими речами, но при этом берет свое.

Да, он не взял меня по-настоящему, но то, что он сделал... все равно... очень порочно.

Как я могла не остановить его? Но смогла бы я? Наверняка он бы запудрил мне мозги и все равно довел бы до этого.

А с другой стороны, он ведь сам не получил разрядку. Да, он потрогал меня там, где никто не должен был трогать, но все-таки он действительно хотел сделать приятно мне, а не себе. Какое бы эмоциональное удовольствие он ни получил, но как он справится с физическим удовлетворением? Неужели сам?

Я тихонько шевельнулась, скинув с себя последние остатки дремы, и обнаружила что я одна в постели Ревана. Его не было рядом, а за соседней дверью был слышен шум воды.

Он принимал душ, пока я спала, и в этом для меня проявилось его благородство. Он ведь действительно сдержал слово и не взял меня, хотя я была несколько минут назад такой легкой добычей.

Почему он не пошел дальше? Неужели он действительно делает то, что обещает?

Я сжалась под одеялом, которым Реван меня заботливо укрыл, но все равно ощутила озноб. Мне было холодно от страха. От страха остаться наедине со своими мыслями. Потому что в них я уже себя ненавидела за свою слабость. За то, что позволила Ревану меня облапать.

А может мне попробовать просто уйти? Вдруг получится? Не могу я остаться здесь. Я больше не должна видеться с Реваном! Вообще никогда!

Я резко поднялась с кровати и обняла себя. Озноб прошелся по моему позвоночнику. Руки заледенели. Дыхание стало частым и тяжелым.

Я решительно направилась к двери как вдруг отворилась дверь в ванну и в проеме показался Реван.

Я испуганно взглянула на него и попятилась к стене.

— Сладкая, ты чего? — на Реване сейчас было только полотенце на бедрах, но через полотенце прекрасно было видно, что он все еще хочет меня.

Выходит, он ничего не сделал в ванной, чтобы как-то успокоить себя?

Я испугалась еще сильнее и бросилась к двери, однако дернув ее ручку, я вспомнила, что Реван запер ее.

Боже! Я ведь в ловушке с возбужденным мужчиной. Что он сейчас со мной сделает?

— Анфиска, ты не проснулась что ли? — он стал подходить, стремительно сокращая расстояние между нами. — Чего ты боишься?

— Не подходи! — я боялась обернуться и продолжала дергать за ручку. — Не трогай меня!

— Сладкая, все хорошо, — он уже оказался сзади меня и обнял за плечи. — Ну чего ты? Опять не доверяешь мне?

— Нет! — я вся побелела от страха, а Реван решительно развернул меня к себе. — Выпусти меня. Ты обещал, что у меня будет своя комната на эту ночь. Обещал!

— Посмотри на меня, — он обхватил мое лицо руками и только сейчас почувствовал что я вся замерзла. — Пойдем я тебя укрою. Ты вся холодная.

— Не трогай меня, Реван, — тихо попросила я, а самой почему-то становилось так тепло и спокойно в его руках. — Пожалуйста, дай мне уйти. Хотя бы в другую комнату.

— Нет, — ответил он безо всякой угрозы. — Ты будешь спать здесь — со мной. И я гарантирую тебе безопасность. Ничего лишнего не будет, если ты сама не захочешь.

— Я не захочу, — я замотала головой, всеми силами показывая что не хочу. — Но ведь ТЫ хочешь! Не будешь же ты терпеть всю ночь!

— Да, я очень тебя хочу, сладкая, — он мягко прижал меня к стене и склонился к моим губам. — Безумно хочу. Если ты захочешь, то я буду очень аккуратен. Твой первый раз станет для тебя самым волшебным. Я не обойдусь с тобой грубо.

— Нет! — уже не так уверенно возразила я, так как Реван уже касался моих губ своими. — Отпусти меня, пожалуйста.

— Я не могу, Анфиса, — он сжал все мое тело ладонями, и на этот раз я покрылась мурашками.

Его объятья были таким мощными, но вместе с тем приятными. Они лишали меня всех сил, даже моральных. От приятной грубости Ревана становилось очень спокойно. Я снова чувствовала безопасность, и не понимала откуда она берется.

— Ты боишься сдаться, — он продолжал убеждать меня, и попадал точно в цель моих страхов. — Боишься уступить. Но я именно тот, кто тебе нужен. Просто ответь: тебе было хорошо со мной?

— Да, — едва слышно призналась я, потому что это была правда.

— Ты чувствовала себя в безопасности? — продолжал он, еще плотнее прижимая меня к себе.

— Да, — еще тише ответила я и жалобно сдвинула брови на переносице.

— Ты хочешь, чтобы тебе всегда было хорошо, тепло и безопасно рядом со мной? — он заводил меня в очередную ловушку, но я уже не замечала этого.

Реван действительно очень умело управлял мной.

— Да, — выдохнула я, понимая что у меня нет сил ему сопротивляться.

Их не совсем нет. Скорее я не могу себя заставить сопротивляться. Я просто этого не хочу. Но мне было так страшно в этом себе признаться.

— Тебе будет хорошо, тепло и безопасно со мной, — произнес он мне в губы. — Просто будь со мной, малышка.

— Я не могу, Реван, — жалобно выдохнула я, прося его взглядом неизвестно о чем.

— Зато я могу. Расслабься и отпусти себя, сладкая. Я все для тебя сделаю, — он коснулся моих губ своим, а потом не спеша начал свой поцелуй...

— Реван... нет... — едва слышно произносила я, когда он на долю секунды разрывал наш поцелуй.

— Глупая, — усмехнулся он и прижался ко мне именно так, как я боялась все это время: своим возбужденным пахом. — Все хорошо.

А ведь я была сейчас даже без трусиков! Мое белье он стянул, когда ласкал меня, а после пробуждения я даже не попыталась его найти.

Какая же я глупая! Не зря Реван так меня называет.

Тем временем я максимально вжалась в стену, пытаясь хоть на миллиметр отстраниться от каменного паха Ревана, что упирался мне сейчас в живот. Мне было до ужаса страшно, и вместе с тем мои ноги стали ватными от какого-то неясного предвкушения.

Как бы ужасно это ни звучало, но... кажется мне хотелось узнать как это бывает по-настоящему. Хотя я не могла признаться в этом Ревану. Лучше умереть девственницей, чем вот так бесстыдно признаться, что я хочу близости с мужчиной.

— Отпусти... — снова попросила я, когда он опять на мгновенье прервал поцелуй.

На этот раз он лишь довольно усмехнулся. Реван как будто понимал, что уже завоевал меня. Но я не должна сдаваться!

— Ты обещал не делать этого сегодня! — взволнованно воскликнула я, когда Реван внезапно подхватил меня на руки. — Ты сам обещал!

— Анфиска, — он пожирал меня взглядом, — сейчас десять минут первого. Технически, уже начался завтрашний день. А насчет завтра я ничего не говорил.

— Нет! — взволнованно пискнула я, но Реван уже бросил меня на кровать, а в следующую секунду навис надо мной.

Я попыталась сгруппироваться и оттолкнуть его, но мужчина резко потянул на мне футболку вверх и мгновенно лишил меня этого элемента одежды.

Я взвизгнула в еще большем ужасе и беспомощно прикрылась руками, но вместе с тем у меня все свело где-то внизу живота, и мое дыхание сбилось.

— Ты такая красивая, сладкая, — Реван зубами стянул бретельку лифчика с моего плеча. — Я бы тебя сейчас всю съел.

Он стянул зубами вторую бретельку, а я закрыла глаза и вся покрылась мурашками. Больше я не могла сопротивляться даже на словах. Внизу живота сейчас было так горячо, влажно и напряженно, что хотелось себя там потрогать. А еще лучше, чтобы это сделал Реван. Он точно знает как трогать приятно и правильно.

Боже, о чем я думаю?! Я ведь добровольно отдаюсь взрослому мужчине с ужасной репутацией! И не просто мужчине, а отцу моей лучшей подруги, у которой такое несчастье! Как я могла загнать себя в такую ловушку?!

Реван тем временем дернул лифчик мне на спине, и с него разом оторвались все крючки.

От осознания собственного падения, я закрыла глаза ладошками, открыв тем самым обзор на свое тело. Реван же и не подумал проявить деликатность по этому поводу.

— Анфиска, у тебя самые красивые сосочки, которые я когда-либо видел, — нагло произнес он, а я застонала от стыда.

Как он мог такое сказать?! Даже если это так, разве можно говорить такое девушке, которая постеснялась бы показаться мужчине даже в белье, а не то, что без него.

Как теперь перестать прокручивать его слова в голове?!

Реван тем временем грубо сорвал с меня лиф и жадно смял меня под собой.

— Я хочу тебя во все твои сладкие дырочки, — рыкнул он, явно потеряв над собой контроль. — С ума сойти какая ты красивая!

Во все?! А в какие еще «дырочки» можно меня хотеть? Он что, хочет лишить меня девственности сразу везде?

К такому я точно не готова!

— Реван, я боюсь! — пищала я, стыдливо закрывая себе лицо. — Во все не надо. Мне страшно!

Но вместо ответа Реван как ненормальный припал к моей груди и всосал одну себе в рот.

Это было так грубо, но так приятно, что я неконтролируемо выгнулась дугой, а между ног у меня стало мокро до неприличия.

С жадным рыком мужчина продолжил терзать мою грудь, раскатывая мой сосок себе по нёбу и до сладкой боли растирая его языком.

Я снова взвизгнула, но сразу после этого пропустила очень порочный стон. На этот раз я зажала ладошками себе рот, пристыженная такой несдержанностью.

Реван снова рыкнул с моей грудью во рту и так сильно смял мое тело, что у меня ребра захрустели, но вместе с этим мои бедра аж заскользили от обилия влаги.

Может так не должно быть? Со мной что-нибудь не так? А если Реван посмеется над такой реакцией моего организма?

Реван потянул мою грудь на себя, и я снова застонала себе в ладошки.

Боже, какой он грубый! Разве можно так обращаться с невинной девушкой?! Он же словно тигр терзает мое тело!

Но... почему тогда это так заводит? Я и сама уже едва контролирую себя.

— Реван... — я зажмурилась, уже не зная куда себя деть от стыда. — Пожалуйста...

Я не слышала себя и произносила что-то как в бреду. Мне казалось что я угодила в адский котел, который был предназначен только для меня с Реваном. И в котором мне суждено сгореть дотла.

Мой мужчина тем временем нетерпеливо растолкал мои бедра коленом и устроился между ними. Своей пылающей промежностью я ощутила его горячий пах, и у меня все разом отключилось в голове. Я не заметила как развела ноги еще сильнее и плотно прижалась к стволу Ревана.

— Ты будешь только моей, — прорычал он сквозь зубы, порочно погладив меня «там» пальцами. — Только моей.

Я опьянено взглянул на него, уже ничего не соображая, и просто запустила пальчики в его густые волосы.

Я не понимала что делала и что чувствовала. Мне казалось, что я попала под ураган, и все события теперь развиваются вокруг меня так быстро, что я не успеваю о них подумать.

Мои губы распухли от поцелуев, и так же распухли нижние губки. Грудь ныла, желая снова оказаться во рту Ревана. Мне казалось, что я сейчас умру, если Реван не сделает со мной того, что намеревался.

— Ничего не бойся.

Это было последнее, что он шепнул мне в губы, а затем он уперся головкой мне в складочки...

Я сильнее сжалась и вновь зарылась лбом в шею Ревана.

— Расслабься, сладкая, — он раскрыл меня пальцами и стал медленно входить внутрь.

Я же сжалась еще сильнее, когда ощутила первые импульсы легкой тянущей боли.

— Расслабься, моя хорошая, — Реван отстранил меня от себя и стал осыпать поцелуями мое лицо. — Ты обязательно кончишь. Я не оставлю тебя без удовольствия. Просто поверь мне и расслабься.

Я стыдливо увернулась от поцелуев Ревана и вновь зарылась лицом ему в шею, но на этот раз сделала глубокий выдох и действительно расслабилась.

Да, я знаю, что в первый раз немного больно, но под Реваном было безопасно и спокойно. Я была уверена, что он сделает все, чтобы мне понравилось.

Реван снова раскрыл меня пальцами и толкнулся в меня. Я же прикусила губу, но все еще была расслаблена ниже талии. Я тотально верила сейчас моему мужчине, и теперь была даже рада, что мой первый раз произойдет с таким взрослым и опытным партнером.

Когда Реван дошел до какого-то предела, я даже обрадовалась, что все не так страшно, как мне казалось, но в следующий момент он толкнулся в меня и разом прошел намного глубже.

Я же зажмурилась и раскрыла рот от того, что внизу живота у меня все тянуло. Между ног стало очень мокро и теперь Ревану стало еще легче двигаться во мне. Внутри меня было все так туго и тесно, что я ощущала буквально каждый миллиметр. Я чувствовала как внутри плотно обхватываю Ревана и это явно приносило ему наслаждение.

— Сладкая, — выдохнул он, а сам стал двигаться во мне еще смелее. — Тебе не больно?

Я ощущала как он снова теряет контроль и как ему сложно говорить хоть что-то.

— Нет, — тихо ответила я, хотя пока внутри меня все горело.

Но... в этом было что-то приятное. Это не было буквально болью. Осознание того, что прямо сейчас происходит мой первый раз затмевало все неприятные ощущения.

Реван тем временем сжал мне грудь, а я вся затрепетала. Снова эта до умопомрачения приятная грубость и сила! Кажется, я влюбляюсь в руки Ревана. Он способен принести ими столько наслаждения!

Словно прочитав мои мысли, он пробрался второй рукой к моей промежности, зарылся в складочки и мгновенно нажал на самую чувствительную точку.

Я выгнулась под его ладонью, вновь испытывая опьянение от возбуждения и тем самым чуть увела таз вниз. Из-за этого я стала еще более тесной, и Реван зарычал надо мной:

— Сладкая... ты... я не могу...

Я не поняла что он не может, но у меня не было сил спрашивать. Я крепко обняла моего мужчину за шею и тесно прижалась к нему грудью. У меня горела каждая клеточка моего тела, и все они требовали наслаждения и утешения.

На это он басисто застонал и пальцем вжал мою чувствительную точку поглубже, а затем стал тереть ее в такт своим толчкам.

Это еще больше опьянило меня и наконец полностью расслабило. Я уже не чувствовала своих ног. Тянущая боль вроде еще немного была, но от ласк Ревана она тоже становилась приятной.

— Реван, — тихо позвала я из своего укрытия. — Поцелуй меня, пожалуйста.

Я не думала о том, что прошу. Сейчас я действовала на импульсе.

Реван обхватил мой затылок и за волосы отстранил меня от себя. Я же вся покрылась мурашками и задрожала от страсти. Я не хотела отрываться от Ревана даже на сантиметр. Но он сделал это, чтобы исполнить мое желание. Он жадно впился в мои губы и сильнее стянул мне волосы на затылке.

Его толчки стали еще более напористыми, поцелуй жестким, а его руки беспощадно ласкали меня.

Я вся была во власти мужчины и мне казалось это самым прекрасным и безопасным, что со мной могло бы быть.

Реван стал двигаться во мне более рвано, при этом пальцем выписывать круги между складочек. Мое наслаждение уже подбиралось, и я обняла Ревана ногами, чтобы ему было еще удобнее меня ласкать.

С ума сойти как хорошо!

Еще один круг, и я вся напряглась и выгнулась под Реваном. Малейшие движения моего таза приносили удовольствие нам обоим. Но я больше не могла...

Когда Реван описал еще один круг по моим складочкам, я не сдержалась. Я позорно застонала ему в рот и замерла.

Горячая волна окатила меня с головы до ног и обратно, и я чуть прикусила губу Ревана. Он же нажал мне между складочек посильнее, чтобы выжать из меня все удовольствие до капли, а затем резко покинул меня. Зажав в руке свой ствол, он коснулся им моей кожи, а потом мощно извергся мне на живот и грудь.

— Боже! — я закрыла глаза ладошками, вновь испытывая стыд за свой внешний вид и за то, что я сделала.

Но то, что со мной сделал Реван... Разве можно так пачкать девушку? Это нормальная практика у мужчин?

— Сладкая моя, — Реван вновь склонился надо мной и заставил взглянуть на него. — Охренеть какая ты! Я уже хочу тебя снова.

— Снова? — испугалась я и все же взглянула на мужчину. — Я не смогу сейчас снова...

— Ничего, — усмехнулся он. — Ты сможешь попозже. Главное, что ты мне больше не отказываешь.

— Нет, Реван, — опомнилась я. — Я больше вообще не смогу... Отпусти меня...

В моем тоне не было уверенности. Я пока не понимала чего я хочу больше: сбежать от Ревана или остаться в его постели.

— Никуда я больше тебя не отпущу, — он с довольным видом сгреб меня с кровати и понес в свою ванную. — Теперь ты вся моя, и я буду трахать тебя где захочу, когда захочу и сколько захочу.

Я уже сжала кулачки, чтобы возмутиться, но вместо этого, я испытала уже знакомое мне предвкушение внизу живота от таких порочных и грубых слов...

Реван глядел на свою глупенькую совсем неопытную любовницу и испытывал дичайшее желание немедленно взять ее еще раз.

Его курносенькая Анфиска спала как убитая на его груди. Ее немного волнистые светлые волосы разметались по его телу. Обнаженной грудью она касалась живота Ревана. Сладкой промежностью касалась его бедра, и явно чтобы добить его выдержку к чертям собачьим, она еще закинула ногу на бедро Ревана и плотно прижалась своим лобочком к его ноге.

Реван просто дурел от этого контакта. Он хотел если не трахнуть эту девчонку еще раз, то хотя бы сейчас вновь потрогать ее складочки и поскорее войти в Анфиску пальцами. Прямо пока она еще спит. Увидеть как она вздрогнет, а потом как расширятся ее зрачки от страсти, а затем она сама потянется к Ревану за ласками.

Так обязательно будет, но... не сегодня.

Реван скрипнул зубами от осознания, что этой ночью он больше не должен трогать свою добычу. Анфиса и вправду должна отдохнуть, поспать. В конце концов у нее там все должно немного зажить, но — черт возьми — как же Ревану хотелось еще прямо сейчас!

Он бы обязательно взял ее, если бы она продолжала упрямиться, но кажется, Анфиса искренне доверилась ему. Разрушить ее доверие Ревану не хотелось. Ведь если эта малышка сама будет хотеть его, то их секс будет еще слаще.

А ведь Реван и представить себе не мог, что так прикипит к этой курносой девчонке, когда увидел ее впервые.

Да, даже в тот день, он захотел ее дико и непреодолимо. Даже если бы она оказалась в связке с его врагом, Реван бы все равно выкрал эту глупышку и вытрахал бы вдоволь.

Эта невинная девчонка в первый же день как будто внушала ему своим напуганным взглядом: я так тебя хочу. Хочу чтобы ты стал моим первым. Чтобы ввел меня в мир сладкого порока и чтобы так же ввел в меня все, что тебе хотелось бы в меня ввести. Во все мои дырочки.

Реван потихоньку сходил с ума каждый раз, когда он зажимал эту малышку в машине или где-то еще. Какая она вся была трепетная и нежная. Ее невинность хотелось вымазать мужским семенем, а затем марать ее снова и снова.

Почти с самого начала Реван уже понял, что одного раза с Анфисой ему будет мало. Ее хотелось со всех сторон. Во всех позах. Ее хотелось за запертой дверью спальни Ревана и в любом общественном месте. В Анфисе было что-то смелое, боевое. В ней пылала женская смелость, и почти всегда такого рода смелость — это равно горячий темперамент в постели.

Поэтому Реван и избрал тактику: немного зачаровать эту малышку, а не брать сразу. Если бы он трахнул ее сразу, ей бы тоже понравилось, но она бы не льстилась к нему так самозабвенно как сейчас. Она бы шарахалась его и в ней бы не проснулось это одуряющее Ревана доверие.

Охренеть! Эта беззащитная совсем юная девчонка доверяет ему! Ревану в жизни никто так не верил, как Анфиса. Это дорого стоит. Ревану и самому не хотелось больше обманывать ее доверие, хотя сейчас он понимал, что обманывал свою Анфиску.

Он был так одержим первым сексом с ней, что давил на нее только так. Да, он выбрал чуть более длинный путь, но все равно, фактически обманывал ее. Обещал, что не трахнет ее, пока она не захочет — и не сдержал обещание. Обещал, что не трахнет ее сегодня — и обманул ее дважды, ведь сладкий трах пальцами тоже был сексом.

После этого, Реван как одержимый влетел в ванную и лизнул собственные пальцы, и тот вкус, который он ощутил, был самым сладким нектаром. Теперь он хотел трахнуть Анфиску языком и так, чтобы она орала как сумасшедшая. Орать она точно сможет, раз уже в свой первый раз не сдерживала стоны. И он это сделает, но не прямо сейчас.

Сейчас ей нужны эти чертовы часы ночного отдыха, и он не должен ей мешать. Он возьмет ее утром, а потом будет брать ее снова и снова.

Как же ему хотелось взять эту тонкую курносую девчонку как минимум раз пятьдесят! Может хоть тогда он немного насытится ею? Неизвестно.

Однако одно Реван понял точно: он хочет эту девчонку не просто как куклу в постели. Он хочет ее эмоции, ее стоны, ее искренность и ее потребность в нем. Он хочет решать ее маленькие курносые проблемы и хочет защищать ее. Хочет чтобы она так же доверчиво жалась к нему и хваталась за его футболку. Хочет, чтобы она смотрела на него: жалобно, с просьбой, опьянено, доверчиво и как на своего единственного мужчину.

Реван пока не понимал чего он хочет от Анфисы, но сейчас у него было ощущение, что ему всего мало. Ему мало двадцати четырех часов в сутках с ней. Ему мало ее разговоров, объятий, робких поцелуев. Ему мало ее стонов, ее влажного дыхания на его губах, мало просьб и взглядов.

Он хотел эту девочку так одержимо, что его всего трясло.

Она такая хрупкая, такая маленькая, а еще наивная и неопытная. Она так нуждается в сильном мужчине рядом с собой. И это должен быть только Реван. Никто другой!

— Черт возьми, как же я тебя хочу, — прорычал Реван, понимая что его план не срабатывает.

Он планировал забить мыслями голову лишь бы так сильно не хотеть свою курносую любовницу, но ничего не получалось. Он уже хотел ее, так что у него встал.

Как назло, Анфиса во сне двинулась и потерлась промежностью и его бедро, а потом... уложила свою руку буквально в сантиметре от его члена.

Нет, Реван честно пытался вытерпеть свой стояк, когда ушел в ванную, после ласк руками. Но второй раз он не вытерпит. Его ведь по швам разорвет.

— Прости, Анфиска, но тебе придется мне отдаться еще раз, — рыкнул он.

Реван уложил руку на девичьи ягодицы и пробрался пальцами к ее промежности, а затем приготовился войти в нее, пока его курносая Анфиса еще ни о чем не подозревала...

Я вообще не помнила как отрубилась. Во мне просто как будто лампочка отключилась, и все. И теперь, растаяв в сладком сне, я видела какой-то очень приятный и безопасный сон.

В моем сне было так спокойно и тепло! Ни капли тревоги! Но очень быстро что-то пошло не так. Я вдруг ощутила резкий прилив возбуждения. Не контролируя себя во сне, я застонала и кажется выгнулась телом, а затем распахнула глаза.

Я не сразу поняла что происходит. Опьяненным взглядом я смогла выцепить только лицо Ревана в полумраке. Он кровожадно глядел на меня и пожирал мои эмоции.

Мне же внизу живота было так сладко и томительно, что я снова закрыла глаза, а потом неосознанно двинула тазом.

Я вся еще была окутана полудремой и приятной негой после первого раза с Реваном. Я еще ни о чем не думала, и ни за что себя не ругала. Я просто чувствовала нечто очень приятное внизу живота и не могла этому сопротивляться.

— Сладкая, иди ко мне, — Реван подтянул меня повыше, чтобы я оказалась на уровне его лица, а я только сейчас поняла что же происходит.

Прямо сейчас Реван был во мне пальцами. Я уже была мокрой и мое тело свободно принимало в себя мужские руки, но... как это возможно? Я ведь только проснулась!

— Реван... — вдруг напряглась я и еще плотнее ощутила в себе его пальцы.

— Чшшш, — прошипел он мне в губы и крепко прижал к себе. — Все хорошо, ты со мной.

Это-то меня и пугает! Я все еще с ним, и мое самоуважение опять летит на самое дно.

— Нет, Реван... — я уперлась в его грудь ладошками, чтобы отстраниться, но он перебил меня.

— Сладкая, перестань. Давай эта ночь останется нашим секретом. Завтра я начну добиваться тебя с нуля, но сегодня ты моя. Отпусти себя и сама получи удовольствие. Просто будь со мной, малышка, и ты будешь в безопасности.

Сейчас от этого мужчины веяло такой заботой и спокойствием, что я не смогла больше ему сопротивляться. А Реван, чтобы дожать меня окончательно, нажал большим пальцем мне между складочек и вновь нашел самую чувствительную точку.

Я мгновенно растеряла все свои моральные принципы и пожелала только одного: чтобы и Ревану тоже было приятно.

Уже не думая о последствиях, и о том, что я просто прибью себя с утра, я взглянула Ревану в его черные глаза, обхватила за лицо и вдруг пылко прижалась к его губам.

Наши языки мгновенно сплелись и вызвали целый вихрь эмоций. Я точно ощутила как по плечам Ревана пробежались мурашки, и даже прошлась легкая дрожь.

Он хочет меня дико, неконтролируемо, жадно. Он хочет меня так сильно, что ему даже не понадобилось время на восстановление, и он не смог дождаться утра. А мне он, кажется, тоже очень нужен...

Думая, что падать мне ниже некуда, я пылко прижалась грудью к плечам Ревана и обняла его торс ногами. Меня уже понесло сильным течением по горной каменистой реке, и я перестала думать о собственном спасении.

— Сядь на меня, — Реван вышел из меня и подхватил под ягодицы. — Если будешь лежать боком, я тебя раздавлю.

Я не поняла что мне сказал Реван, просто позволила ему усадить меня верхом на его пах, а потом...

Он снова приподнял меня и медленно насадил на себя. Я все еще сжимала ладонями его лицо и самозабвенно целовала этого мужчину, справляясь с первыми тянущими ощущениями внизу живота.

Обещаю, это в последний раз! Больше я так себя никогда не поведу. Но, пожалуйста, можно мне этот последний раз? Пусть он просто останется в моих воспоминаниях.

В этот раз Реван не стал долго обхаживать меня и ждать, когда я привыкну. Он сразу стал двигаться во мне, а я на несколько секунд замерла, так как внутри меня было очень тесно. Так тесно, что, казалось, я чувствовала движения Ревана прямо под кожей своего живота.

Я задрожала и прервала поцелуй. Просто прижалась лбом к виску Ревана и зажмурилась.

— Все хорошо, малышка, — Реван осыпал мое лицо поцелуями и горячими ладонями прошелся по моей спине. — Расслабься.

— Поцелуй меня, пожалуйста, — умоляюще зашептала я.

Сейчас я боялась вовсе не Ревана или его возможной грубости. Я боялась своих мыслей, которые могут все загубить нам обоим.

Реван же без лишних слов снова смял мои губы в жадном поцелуе и стал еще смелее двигаться во мне.

Мои бедра ослабли. Я уже полностью села на Ревана, а он был до конца во мне. Мои сосочки горели от трения об грудь Ревана, губы распухли от поцелуя, а я сама к своему стыду отвечала движениями таза в такт толчкам мужчины.

Что я делаю?! Где мои гордость и скромность?!

Но Реван все быстрее двигался во мне, а для меня уже не было пути назад.

Мое дыхание сбилось. Я тихо постанывала Ревану в рот, больше не в силах отвечать на его поцелуи. Я позорно отдавалась этому мужчине и глупо надеялась что смогу это как-то исправить. Реван же страстно сминал мою спину своими лапищами, сжимал мне талию и ягодицы, стискивал грудь.

Его руки блуждали по всем моему телу, а я тихо горела в своем персональном аду.

Зачем я это сделала? Как допустила? Почему не смогла больше сопротивляться?

Отчаянно пытаясь отогнать свои мысли, я сильнее прижалась промежностью к паху Ревана и потерлась. Удовольствие тут же хлынуло на меня волной и опалило все нервы. Реван же сделал еще пару самых глубоких толчков и на мгновенье замер, а потом словно опомнился и торопливо вышел из меня.

В ту же секунду он пометил меня своей обжигающей меткой и еще сильнее сжал в лапищах.

— Реван, — захныкала я, понимая что не могу выбраться из этой ловушки, — пожалуйста, отпусти меня. Я хочу домой.

— Ты дома, сладкая, — Реван прижал меня к себе и стал ласкать меня поцелуями. Несмотря на то что я сейчас была испачкана. — Ты уже давно дома...

Когда я проснулась в постели Ревана во второй раз, то солнечный свет уже ярко светил через тонкий тюль. Реван спал рядом, и сейчас он действительно спал, а не караулил когда меня можно будет взять в очередной раз.

Когда же я проверила свой мобильный, то меня дважды хватил удар. Первый раз, когда я узнала что сейчас уже половина одиннадцатого, и я проспала всю первую пару. И даже если я сейчас соберусь молнией, то опоздаю и на всю вторую.

Как стыдно! Такого со мной еще никогда не было! Почему я не услышала будильник?

Но даже это было не так важно, как семь пропущенных звонков от мамы.

Боже, что она со мной сделает за это!

Нет, у нас с мамой были, конечно, хорошие отношения, но все равно я пойму, если она накажет меня по всей строгости. Ей и так сейчас тяжело: она отказалась от любимой работы, полностью закрыла себе возможность зарабатывать, наверняка не представляет где теперь брать деньги, еще и ухаживает за больной мамой, а тут я тупо не отвечаю на звонки.

Прямо так — голая, я соскочила с кровати Ревана и тут же набрал мамин номер. Пока шли гудки, я юркнула в ванную и быстро завернулась там в полотенце.

— Анфиса! — ответила мама тревожным голосом. — Ты где была? Я тебе всю ночь звонила! И на домашний, и на мобильный!

— Мам, прости, — я запнулась. — Я вчера искала работу. Потом домашние задания были. Я перенервничала, устала и выпила успокоительного. И вот заснула так, что все проспала...

— Ты еще и учебу проспала?! — еще больше разозлилась мама. — Совсем уже? Меня рядом нет, ты решила во все тяжкие удариться? И я прекрасно знаю, что ты не ночевала дома. У соседки тети Маши, если ты не знаешь, есть ключи, и она по моей просьбе ходила проверять нашу квартиру ночью, не случилось ли что с тобой. Тебя она там не нашла, зато теперь в нашей квартире цветов как на кладбище! Как ты мне это объяснишь?

На этот раз я замолчала, понимая что больше ничего не могу придумать.

— Ты где была?! — мама воинственно повысила голос. — Бесстыжая! Я-то думала у меня умница-доченька, скромная, воспитанная и сознательная, а ты! У кого ты сейчас? И даже не думай сочинять, что ты у Яны! Ей я тоже позвонила.

Это был тупик. Я не могла ответить правду, но и ложь больше никакая не шла в голову.

В этот момент в ванную вошел довольный Реван тоже без всякой одежды, и ко всему прочему громогласно сказал:

— Сладкая, все хорошо?

Я закрыла глаза от ужаса.

Мама никогда особо не ругалась на меня и не наказывала, поэтому сейчас я просто не понимала что меня ждет.

— Там... мужчина? — обомлела она. — Ты с утра с каким-то мужчиной? У него дома? И как он тебя назвал?

— Мамочка, пожалуйста, прости, — всхлипнула я. Меня накрыло паникой. — Прости меня, умоляю!

Выражение лица Ревана в этот момент сменилось с довольного на серьезное, и он... вдруг перехватил у меня телефон, и заговорил сам:

— Здравствуйте, меня зовут Реван. Анфиса сейчас со мной, но вам не о чем беспокоиться.

Я закрыла голову руками села на корточки, как будто ожидая маминого удара через мобильный.

— Да, я ее мужчина, — продолжал он заживо меня хоронить. — Мы встречаемся. Не волнуйтесь, я ее не обижу. Я очень бережно к ней отношусь. Я поэтому и забрал ее к себе, когда узнал, что она будет ночевать одна. Пусть в своей квартире, но все же одна. К тому же она хотела устроиться на какую-то сомнительную работу, я ей за это уже сделал выговор. Я считаю, что Анфиса не должна работать, пока она учится. Не надо разрываться. Я могу ее всем обеспечить. И кстати... даже хорошо, что вы наконец узнали обо мне. Я хотел помочь вам в вашей ситуации, но не знал как покорректней передать вам деньги. Сейчас думаю, искать лазейки уже не придется.

Я просто застыла на месте от ужаса.

Реван вот так вывалил всю правду? Моей маме? Боже, мне ведь теперь точно конец! Мама заберет меня к бабушке. Разве Реван не понимает что сейчас просто добил меня?

— Вы не переживайте, давайте сейчас спокойно поговорим, — вполне уверенно продолжал Реван. — Можем переключиться на видеозвонок, если хотите.

Видеозвонок! Это ведь еще хуже! Если мама не только услышит, но и увидит Ревана, то она точно с ума сойдет от тревоги.

— Реван, — я подошла к нему, рыдая от безысходности, — пожалуйста, не надо.

— Анфис, ну что ты, — он взял меня «под крылышко», и повел обратно в спальню, а затем снова обратился к моей маме, но уже так по-свойски. — Напугалась, бедняжка. И вы перепугались. А она сейчас, вон, белая как стена, вся трясется и ревет. Давайте не будем доводить вас обеих. Просто решим ситуацию: я дам вам все свои контакты. Я точно всегда на связи, так что отвечу в любое время суток. Анфиса пусть поживет у меня — так всем будет спокойнее. По крайней мере она снова не задумается о поиске работы. А вам я прямо сейчас перечислю деньги на карту на лекарства и прочее.

— Вы что же покупаете у меня мою дочь?! — услышала я возмущенный голос мамы в мобильном, и снова расплакалась от страха.

— Ни в коем случае, — твердо ответил Реван. — Анфиса может уйти от меня когда захочет. Она ничем мне не будет обязана. Я хочу вам помочь чисто по-человечески. Вы совсем одна. Вам сейчас много о чем нужно думать. А так вы хотя бы не будете беспокоиться о том на что купить продукты, лекарства. Кроме того я могу нанять сиделку, которая просто будет вас заменять в определенное время суток, чтобы вы хотя бы высыпались.

На этом мама снова замолчала, не зная что ответить. Но все же она что-то сказала, правда тихо. Поэтому я не разобрала.

— Только не ругайте ее, — предупредил Реван. — Она сама сейчас, бедняжка, перепугана.

Когда же Реван передал мне телефон обратно, я побледнела еще больше.

— Ал-ло, — произнесла я хриплым дрожащим голосом.

— Почему ты мне не рассказывала, что ты встречаешься со взрослым мужчиной? — все еще обеспокоенно спросила мама.

— Мам, прости, — прохрипела я. — Я боялась... не знала как сказать...

Конечно, это было не так, но уже приходилось врать, отталкиваясь от слов Ревана.

— Ты сейчас успокойся и просто ответь: этот Реван хороший человек? — спросила она, наконец взяв себя в руки. — У вас, что серьезные отношения? Сколько вы уже встречаетесь?

Я растерялась. Не понимала что ответить.

— Ну что ты молчишь? — снова растревожилась мама. — Ты можешь мне сказать уже всю правду? Почему я все должна из тебя тянуть?! Или может он тебя к чему-то принуждает? Обижает? Скажи мне правду!

Реван понял, что я снова рушу все мосты, которые он тут налаживал, поэтому опять взял телефон и заговорил:

— Давайте лучше со мной. Не будем мучить Анфису. Я поставлю на громкую связь, и она будет тоже отвечать. Но опять же без нервов, хорошо? Ни к чему это в нашей ситуации.

— Я хочу, чтобы Анфиса ответила мне на мои вопросы, — твердо заявила мама.

Реван на это ободряюще взял меня за руку. Он не слышал вопросы, поэтому сейчас не мог ответить за меня.

— Мам, — заговорила я, еле дыша от страха, — Реван — очень хороший человек. Он... заботливый и внимательный. Он меня не обижает и ни к чему не принуждает...

На этом ответе я чуть с укоризной взглянула на Ревана. Наверное, нельзя сказать, что он меня ни к чему не принуждал. Он ведь добился меня силой.

Хотя не скрою, я не испытывала негатива, когда думала об этом. Может быть по-другому у нас бы ничего не получилось? Но я не уверена, что у нас получилось все сейчас. Нет гарантии, что через пару дней я не наскучу Ревану. Он все от меня уже получил. Так стоит ли этот разговор того, чтобы он зря обнадежил мою маму?

Реван тем временем прижал меня к себе еще плотнее и не торопясь продолжил разговор:

— Не беспокойтесь, я с Анфисы пылинки сдуваю. Она скромная, воспитанная девушка и я не стану ее портить. И я думаю, ей как раз нужен взрослый мужчина, чтобы мог обеспечивать ее, заботиться и понимать, что она еще совсем юная, и с ней нужно быть аккуратным.

Я видела, что Ревану нелегко дается этот разговор. Да, он был уверен в себе, но все же светские вежливые беседы давались ему с трудом. Однако он обстоятельно, шаг за шагом, продолжал убеждать мою маму в том, что он готов взять за меня любую ответственность и позаботиться обо мне. Он повторял это разными словами, но как будто настойчиво вбивал это в голову моей мамы.

Так они проговорили больше часа, а я поняла, что вообще не попаду сегодня на пары. Но это опять-таки лишь малое зло.

В какой-то момент Реван даже рассмешил мою маму, и только тогда у меня появилась надежда, что эта ситуация еще может закончиться хорошо.

— Не переживайте, — бодро продолжал он. — Звоните мне в любое время. Деньги прямо сейчас проверьте, пришли?

Реван ткнул пару раз в экран своего мобильного и отправил маме крупную сумму.

— Ну и хорошо, — он уже был уверен, что во всем убедил мою маму, а я лишний раз удивилась как филигранно Реван умеет убеждать. — Расслабьтесь немного. Выдохните. Анфиса у меня в полной безопасности. И да, сегодня она пропустила учебу, но я тоже решу этот момент, не беспокойтесь. Больше она не пропустит.

Мама еще что-то ответила ему, но ее голос уже был повеселевший.

— Мне было очень приятно с вами познакомиться, — сказал Реван, а потом выключил громкую связь и передал мне телефон.

— Ал-ло, — все так же испуганно ответила я.

— Анфис, почему ты мне не сказала, что встречаешься с таким хорошим человеком? — спросила мама и теперь она не стала пытать меня вопросами. Кажется, она сама сделала выводы из этого разговора. — Он ведь правда к тебе хорошо относится?

— Да, мам, — я схватилась за эту спасительную соломинку. — Очень хорошо. Он действительно заботится.

— Пожалуйста, только не наделай глупостей, — попросила мама. — Будь осторожна. Не веди себя распутно. И все время мне звони. Спрашивай, советуйся. Не теряй такого мужчину из-за ерунды, но и не торопись в отношениях. Пусть каждый следующий шаг будет обдуманным, ладно?

— Ладно. А ты правда думаешь... ну то что сказала? — мне не хотелось повторять это при Реване, но в то же время мне было приятно услышать положительное мнение о нем со стороны.

Я сама ни в чем его не оправдывала, но если бы в глазах моей мамы он выглядел благородным мужчиной, то может быть у нас бы что-то получилось?

Хотя нет. Не может у нас что-то получится. Это невозможно.

— Правда так думаю, — ответила она, хотя я уже опечалилась собственными мыслями. — Но, пожалуйста, все равно сообщай мне обо всем, что тебя в нем настораживает. Будь внимательна. Не верь всему. И... я бы хотела чтобы ты все-таки ночевала дома, но... Может Реван действительно приглядит за тобой... Не знаю как лучше.

— Спасибо, мам, — тихо ответила я. — Правда, спасибо. Но... я тоже не знаю как лучше.

— Зато я знаю, — усмехнулся Реван. — В чем вы там опять запутались?

— Ни в чем, — это я ответила уже ему. — Я потом скажу.

Реван жадно взглянул на меня, а потом привлек к себе на колени. Я уперлась в его плечо, слегка испугавшись его порыва. Но я ничего не могла возразить, ведь мама бы все услышала. Поэтому Реван все же усадил меня верхом на свои колени и прижал к себе.

— Потом еще поговорим, ладно? — мамино настроение заметно поднялось, но ей надо было идти. — Позвони мне как будешь одна и ничем не занята.

— Ладно, — согласилась я.

На этом наш разговор закончился, и я заглянула в глаза Ревана.

— Зачем ты это сделал? — тихо спросила я.

— Сделал что? — его взгляд был серьезным, хоть и с теми же нотками жадности. — Рассказал твоей маме все как есть? Ты еще совсем девчонка, Анфиска. Твоя мама должна знать где ты и с кем. И вчера я тебе напоминал ей позвонить.

— Да но... — замялась я.

— Я ни в чем ее не обманул, — перебил он. — Ты — моя. Я хочу, чтобы тебе со мной было хорошо и спокойно. Я хочу быть твоим мужчиной. Хочу, чтобы ты была моей девушкой. Все остальное я решу. Я просто хочу, чтобы ты была со мной, Анфиска.

Он зарылся носом в изгиб моей шеи и втянул запах кожи. Я же опустила плечи, закрыла глаза и позволила себе насладиться этим моментом.

Я не понимаю что мне делать дальше. Сейчас мне действительно очень хорошо с Реваном, и от этой мысли мне безумно плохо...

— Реван, — я тихонько зашевелилась в его объятьях, — мне надо на учебу.

— Ты уже всюду опоздала, — усмехнулся он, по-прежнему дыша запахом моей кожи. — Я отмажу тебя, так что никуда не торопись.

— Но я пропущу лекции, — неохотно упиралась я. — Потом нужно будет догонять по чужим конспектам. И... разве тебе не надо на работу?

— На работу, — усмехнулся он. — Я вольная птица. Как таковой «работы» у меня нет.

— Но ты же вчера что-то делал, — не поняла я. — Вел какие-то переговоры...

— У меня есть два ночных клуба, — ответил он. — Они приносят мне хорошие деньги, но я там только учредитель. Предпочитаю не соваться в эти дела. Клубешники меня утомляют. Возраст уже не тот, чтобы ссаться по ним. Но мой основной доход — это проценты от сделок. Я могу договориться с кем угодно о чем угодно. С любым упырем.

— Я заметила это по разговору с моей мамой, — улыбнулась я. — Я думала ее невозможно в чем-то убедить.

Мне стало приятно, что он вдруг так легко и просто раскрыл хоть какую-то информацию о себе. Я даже почувствовала что что-то значу для этого матерого мужчины.

— Обращайся, сладкая.

Сейчас Реван выглядел расслабленным. Жадность и голод все еще искрились в его глазах, но он был скорее похож на довольного котяру, чем на изголодавшегося льва.

— Ты и меня убедил, да? — спросила я, уже без тени улыбки. — Мои слова не имели для тебя значения?

Я опустила взгляд.

Какой смысл было задавать этот вопрос? Очевидно, что Реван развел меня на секс. Ему это не составило никакого труда. Он, оказывается, зарабатывает на уговорах. Так что я наверное стала его самой глупой и легкой добычей.

Мне стало стыдно за себя, и я попробовала отстраниться от него.

— Анфиска, — Реван поднял мое лицо за подбородок, — я тебя и правда убедил. И да, твои отказы не имели для меня значения, но все же, поверь, то как я себя вел с тобой, я еще ни с кем не вел. Мне было нелегко найти для тебя красивые слова. Я не привык говорить так даже с девушками. Но твой тон... ты считаешь, что я тупо хотел переспать с тобой?

Я неопределенно пожала плечами, хотя именно так я и считала.

— Мне нужна ты, понимаешь? — одной рукой он сжал мне талию. — Целиком. Вся. Полностью. Я дурею с тебя. Ты просто сносишь мне крышу. Ты так пахнешь! И твои поцелуйчики... и то, как ты ко мне жмешься, и как доверяешь. Я не могу ни о чем другом думать, кроме как о тебе. И ты... делаешь меня лучше. С тобой я выбираю слова, чтобы не выглядеть полным быдлом. Я контролирую то как я тебя трогаю и за какие места, чтобы не казаться озабоченным. Я не хочу тебя сломать. Не хочу тебя обидеть. И я не хочу тебя потерять. Клянусь, Анфиска, если станешь от меня сейчас бегать, я просто запру тебя в своей спальне.

Я замерла, не понимая угрожает ли мне сейчас Реван по-настоящему, или пока шутит.

— Я серьезно, сладкая, — устало выдохнул он. — Я не могу без тебя. Даже дышать не могу. Я хочу тебя себе. И мне похеру если ты мне снова откажешь. Ты моя. Сбежишь — найду. Откажешь — заставлю передумать. Ты должна быть только моей. Я просто сдохну без тебя.

Я жалобно свела брови на переносице. Меня пугали слова Ревана, и я не понимала как мне нужно отреагировать.

— Мне надо на учебу, — шепотом повторила я. — Пожалуйста, отпусти.

— Отпущу, — он плотнее сжал меня в объятьях, — но ответь сначала чего ты боишься? Что матушка твоя будет против? Или что подружка тебя не поймет?

— Я боюсь всего, — честно призналась я. — И ты говоришь сейчас не просто о моей подружке. Она твоя дочь.

— Понимаю, — согласился Реван. — Я помогал Яне все это время, ты не думай. Может она тебе и говорила обратное, но я помогал не напрямую. Каждый месяц я перечислял и перечисляю до сих пор деньги на карту бабушки Яны. Мать Яны была категорически против, чтобы я как-то связывался с Яной. А я признаюсь тебе честно: ничего не испытываю к Яне. Может быть я плохой отец, но Яна для меня чужая. Поэтому она не имеет никакого права тебя осуждать. Она не знает меня, а я не знаю ее. Мы чужие, хоть и родственники. Так бывает. Поэтому я не снимаю с себя обязанностей помогать своей дочери, и я так же готов и дальше помогать ее матери. Но они не должны соваться ни в мою, ни в твою жизнь.

Я выдохнула и задумалась над словами Ревана.

Он действительно все говорил правильно, даже если в очередной раз пытался просто убедить меня в чем-то. Но это так. Наверное, все-таки важно чего хочу именно я, а не люди вокруг. Вот только чего я хочу я пока не понимала.

— Хватит думать, сладкая, — Реван погладил меня по щеке костяшками пальцев. — Просто будь со мной. Я могу решить абсолютно все твои проблемы. Доверься уже мне и расслабься — это все, что тебе нужно. Не усложняй. Я все решу и с Яной, и с ее матерью, и с твоей. Просто поцелуй меня еще раз, и я все сделаю за твой поцелуйчик.

Я все еще ничего не понимала. И уже думала что это из-за возраста и неопытности. Я просто не могла ни с чем сравнить наши отношения. Я не понимала насколько ценно то, что говорил мне Реван, или так говорят все мужчины? Я ничего не понимала, но мне хотелось сейчас только одного. Просто побыть еще в объятиях Ревана. Попробовать ему довериться. Может быть действительно попросить его о чем-то.

— Поцелуй меня, сладкая, — Реван прервал мои мысли. — Я очень этого хочу.

Я снова выдохнула, сдавшись этому мужчине и робко потянулась к его губам. И в момент, когда я коснулась его губ своим поцелуем, Реван сдернул с меня полотенце, в которое я была завернута все это время, а затем страстно сжал...

Реван все же отпустил меня в универ, правда, я уже не видела в этом смысла. Я приеду к середине третьей пары, и мне все равно везде отметили отсутствие. Но все же для меня этот выезд был доказательством, что Реван будет меня выпускать из своего дома.

— Я зайду с тобой, — сообщил он, когда я собралась выходить из его машины.

— Зачем? — напряглась я.

— Отмажу тебя, — сказал он, а потом помог мне выйти из машины. — Не бойся, сладкая.

— Только... не надо меня обнимать, пожалуйста, — попросила я, когда он привычно потянулся рукой к моей талии.

— Трусиха, — усмехнулся он, но все же сделал как я попросила.

— Дальше у меня дела, — предупредил он, пока мы шли. — Буду дома вечером. Но на стоянке тебя будет ждать мой водитель. И учти, курносая, если опять включишь мне свои капризы, и не поедешь с ним, я тебя больше не выпущу. Поняла меня?

— Поняла, — буркнула я. — Я поеду с твоим водителем.

— Он отвезет тебя домой, — продолжал он. — Там ты соберешь вещи, а вечером переедешь ко мне. Твои цветы тоже перевезем, но в другой машине. Чтобы не сломались. И главное, если кто-то хоть слово скажет тебе о нас, неважно: мама, Яна, или тот петух мажористый, то сразу скажи мне. Я со всеми разберусь на понятном для них языке.

Тем временем мы подошли к кабинету моего куратора, и Реван предупредил:

— Я зайду один. Подожди меня. Потом я провожу тебя на лекцию.

Я улыбнулась его заботе и приготовилась ждать.

Я была на тысячу процентов уверена, что Реван справится, и это чувство уверенности было восхитительным. Уже во второй раз за день я могла оценить способность Ревана решать мои проблемы, и это не могло не нравится.

Через пять минут Реван и вправду вышел вместе с моей кураторшей, а я настороженно взглянула на них.

Я ведь даже заранее не узнала что скажет ей Реван. Нужно ли мне сделать вид, что я болею?

— Что ж, Анфиса, пойдем, — кивнула мне моя кураторша.

Все втроем мы дошли до нужного кабинета, и я уже собралась войти, как Реван взял меня за руку и притянул обратно.

— Не знаю как доживу без тебя до вечера, — шепнул он. — Я так тебя хочу...

Я покраснела так как шепот Ревана совсем не был тихим, и моя кураторша точно все услышала. Однако она тактично промолчала и открыла дверь.

— До вечера, — попрощался со мной Реван и сжал мне руку.

Я видела что он желал большего. Как минимум моего поцелуя на прощанье, но вместо этого он еще крепче сжал меня. Я же как будто только сейчас поняла, что Ревану не просто приятно видеть меня своей девушкой. Он действительно не хочет меня отпускать.

— Пока, Реван, — я сжала его руку в ответ, желая убедить его что не предам его хотя бы на этот вечер. — До вечера.

А дальше мы разорвали наше рукопожатие, и кураторша запустила меня в кабинет.

Я так и не услышала какова же была причина моего «опоздания». Кураторша что-то сообщила преподавателю, а он кивнул мне, разрешая мне сесть.

Яны сегодня тоже не было, что неудивительно, поэтому до конца пары никто так и не спросил почему я опоздала. Однако также не было и Самвела.

Это было хорошо. Мне совсем не хотелось с ним видеться, но все же как будто немного меня насторожило.

После пар я осталась, чтобы сфотографировать конспекты и переписать их дома, но мои сокурсницы как-то странно посмотрели на меня, а потом каждая придумала отмазку, чтобы не давать мне конспект.

Тут тревога заиграла во мне еще сильнее.

Что происходит? Меня сделали изгоем? За что?

Так и не получив ни от кого конспект, я вышла из кабинета и все же встретилась с Самвелом.

— Привет, мелкая, — произнес он с каким-то презрением. — Я смотрю, работу ты себе уже нашла?

— Какую работу? — я не сразу поняла о чем он.

Я подумала что может быть Олеся сказала его маме о том, что я собиралась к ним в компанию? И таким образом об этом узнал и сам Самвел.

— Трахаться за деньги, — Самвел жестко ответил на мой вопрос, а я в очередной раз поняла какая же я наивная дура.

У меня уже было столько инцидентов с этим Самвелом, а я все время думаю, что вот сегодня все волшебным образом закончится.

Не закончится.

Я явно отдавила ему его мужское самолюбие и теперь он не может все так оставить.

Однако я не стала продолжать разговор, а просто развернулась и пошла к выходу. Не нужны мне эти конфликты.

— А знаешь кому я рассказал, что ты трахаешься с этим старпером? — вдруг выкрикнул Самвел, и вместе со мной на это обернулись все студенты, которые были в этот момент в коридоре.

— Зачем ты так со мной? — вдруг не выдержала я. — Что я тебе такого сделала? Не согласилась тебя пригласить к себе в тот день? И что, ты всех девушек преследуешь после отказов?

— Да сдалась ты мне, шлюшка мелкая, — фыркнул он. — Только вот такие педофилы на тебя и западут. Больше ты никому нахрен не сдалась. Но если уж твой быдло-мужик наехал на меня, то я это так не оставлю. Пока он лично не принесет мне извинения, и ты в том числе, я сделаю все, чтобы вам жизнь медом не казалась.

— Что ты сделал?! — я сжала кулаки, желая поскорее закончить этот разговор.

— Во-первых, оставил предупреждение для всех остальных во внутреннем дворике, — ухмыльнулся он. — А во-вторых, я позвонил Яне. Сама догадаешься что я ей сказал, или хочешь отдельно от меня это услышать?

— Что?! — я в панике аж выронила телефон из рук, и он с хрустом упал на мраморный пол. — Кому позвонил?!

— Я жду публичных извинений, — напомнил Самвел. — И чем дольше вы оба будете тянуть, тем хуже будет тебе. Так что давай. Ты можешь извиниться передо мной уже сейчас.

Я уже не слышала последних слов Самвела. Меня накрыло паникой.

Какое предупреждение он оставил во внутреннем дворике, и что наговорил Яне?

Я должна сейчас это все выяснить, как бы страшно мне ни было...

Не дослушав Самвела, я побежала во внутренний дворик. Как только я выбежала на улицу, то увидела стайку студенток, которые курили и смотрели на что-то на стене.

На негнущихся ногах я подошла поближе и увидела то самое послание.

На стене красовалась надпись розовой краской:

«Девчонки, берегите своих отцов. Анфиса Тереньтева из 101 группы трахается с ними за деньги!!!»

У меня все помутнело в глазах, а стайка девчонок тут же прыснула от смеха.

Это конец. И ведь я ничего не могу доказать. И вот почему мои сокурсницы отказались дать мне конспект. И главное: Самвел написал это розовой краской. Никто в жизни не догадается что это написал парень.

Какой позор! За что мне это?!

Но было еще кое-что: Самвел сказал, что позвонил Яне и все ей рассказал. И если это правда, я буду уничтожена под ноль.

Мне было дико страшно это сделать, но все же я достала свой мобильный и заметила лишь, что его защитное стекло все разбито в хлам. Тогда я просто отклеила его и набрала номер Яны.

Не в силах стоять, я дошла до лавочки и тяжело опустилась на нее.

— Да, — ледяным голосом ответила подруга, и я поняла: она точно говорила с Самвелом.

— Ян... — тихо начала я, — привет. Как у твоей мамы дела?

— Нормально, — буркнула она. — Что тебе нужно?

— Ты сердишься на меня? — я пока боялась спросить прямо, поэтому начала издалека.

— Да, — все так же холодно ответила она. — Скажи честно: это правда? Ты спишь с моим отцом?

Я закрыла глаза, понимая что не могу ни соврать, ни сказать правду.

— Я никогда не думала что ты станешь такой, Анфиса, — с горечью произнесла она. — И в какой момент! Тогда, когда мне очень нужна поддержка. Когда мне так тяжело. Когда мне было больнее всего узнать об этом...

— Ян... — всхлипнула я.

— Да если бы ты спала с ним до того как все это началось, мне было бы все равно, — продолжала она. — Я его знать не знала. Но ты решила ударить меня побольнее, да?

— Ян... — снова всхлипнула я.

— За что, Анфиса?! — воскликнула она. — Мне сейчас только этого не хватало! Какая же ты... Как я раньше этого не разглядела?!

— Ян, пожалуйста, — на этот раз я шмыгнула носом.

— Я не хочу с тобой разговаривать! — Яна вся была как комок нервов.

Я прекрасно понимала ее состояние: она наверняка перестала есть и спать из-за переживаний. Я понимала, что в более спокойном состоянии она бы поговорила со мной. Она бы дала мне шанс все объяснить. Но не сейчас.

— Я ненавижу тебя! — воскликнула она в сердцах. — Мне противно, что я дружила с тобой! Я тянулась за тобой. Всегда хотела заниматься столько же, сколько ты. Меня вдохновляло то, что ты пробиваешься сама, а не как наши эти девки крашенные. Ты была такой хорошей, Анфиса! И я любила тебя как подругу. Поэтому в миллион раз больнее, что именно ты так со мной поступила!

— Яночка, пожалуйста! — взмолилась я. — Дай мне все объяснить!

— Папочке моему объясняй! — огрызнулась она. — А знаешь что самое глупое? То, что я лично вас и познакомила. Более тупого поступка от меня сложно представить.

— Ян, прошу тебя... — совсем тихо попросила я, так как в горле у меня застыли слезы.

— Никогда мне больше не звони! — рыкнула она. — Ненавижу! Ты просто бросила меня! Растоптала нашу дружбу! А мне ведь еще вчера твоя мама звонила. Искала тебя. Я беспокоилась за тебя, но моей маме было плохо, и я так и не смогла тебе позвонить. А ты, оказывается, развлекалась с моим отцом, пока мне без тебя было так трудно!

Я уронила лицо в ладони, понимая что все эти слова я заслужила.

Я должна была вчера приехать к Яне. Должна была ее поддержать. Должна была объяснить все Ревану. Включить свою голову в конце концов! А вместо этого я все разрушила.

Если после разговора с Самвелом я хотела немедленно позвонить Ревану и все ему рассказать, то сейчас — нет. Они сам не подумал вчера о дочери. Он сам тащил меня в постель, пока его родному человеку было плохо. Да, пусть он ничего не чувствует к своей дочери, но ведь должны быть у него хоть какие-то моральные принципы!

Реван плохо на меня влияет, и он разрушает мою жизнь. А все для чего? Чтобы просто спать со мной какое-то время.

Но я больше не должна с ним общаться. Я получила жестокий урок.

Я лучше поеду к бабушке и буду ухаживать за ней вместо мамы. Все равно в универе меня сгнобят. Самвел так просто с меня не слезет.

Как же больно...

Я больше не могла держаться, поэтому разрыдалась. Меня не волновало то, что во внутреннем дворике еще были студентки. Что они смеялись надо мной, а может и злорадствовали.

Какая же я дура! Как могла променять дружбу на какого-то сомнительного мужчину с ужасной репутацией? Я ведь доверилась ему! Как же я могла так низко пасть?

— Ну что, мелкая? — я услышала над собой голос Самвела. — Готова извиняться передо мной?

Я лишь сильнее зарылась лицом в ладони.

Мне только Самвела сейчас не хватало!

— Хорошо, еще минуту подожду, — с издевкой произнес он.

— За что? — я подняла на него взгляд. — За что ты так со мной? В чем я виновата? В том, что пыталась отстоять себя? Я ни в чем тебя не обманула! Ни в чем не подставила!

— Разговорилась! — усмехнулся он. — Мне это не интересно. Ты будешь извиняться или нет?

Я посмотрела на него взглядом, полным ненависти.

— Нет, — прошипела я. — Не дождешься!

— Вот дура упрямая, — фыркнул он. — Ну ты сама напросилась. Думаешь. Это все, что я могу? Ошибаешься. Даю тебе последний шанс. Извинись.

— Нет, — смело ответила я, считая что мне больше нечего терять.

— Я тебя предупреждал, — он пригрозил мне пальцем, а затем сердито ушел обратно в здание универа...

Я была настолько раздавлена, что у меня не было сил покинуть место собственного падения.

Я так и сидела на лавочке напротив той позорной надписи и не могла ничего с собой сделать.

Легко было принять решение уехать к бабушке, но подумав полчаса, я уже понимала как его сложно выполнить. Мама ведь меня живьем съест за то, что я собираюсь хотя бы на время бросить учебу. Мы обе вложили в это столько сил! Как я ей это все скажу?

Но и не сказать не могу. Ей и так сейчас тяжело, а когда она через время узнает что я прогуливала пары и уже ничего нельзя с этим сделать, то будет расстроена еще сильнее.

Но что мне тогда делать? Как мне дальше ходить на учебу, если Самвел будет меня преследовать? Просить помощи у Ревана — не вариант. Я больше не хочу с ним видеться. Никогда!

Только теперь я поняла, что он думал только о себе. Он захотел меня, и ему было плевать на все. Он запудрил мозги даже моей маме! Как я могла настолько впустить его в свой мир?!

Но теперь я понимала, что Реван — циничный и жестокий человек, который пойдет по головам ради своих даже самых мелких прихотей.

Выдохнув горечь, я смахнула очередной вызов от Ревана на экране телефона. Не знаю как он чувствовал, что именно сейчас мне нужно позвонить, но я не собиралась отвечать. Больше никогда. Хорошо, что у меня еще ключи от дома остались в рюкзаке. Мне хоть не придется оставаться на улице.

Еще несколько минут спустя, я нашла в себе силы закинуть номер Ревана в черный список и снова погрузилась в свой шок.

Я не могла выйти из универа, так как на парковке меня наверняка ждет водитель Ревана. А может и сам Реван. Пока у меня нет сил отбиваться от него и что-то объяснять. Я просто хочу домой. Но как мне туда попасть?

Я выдохнула и наконец поднялась с лавочки, а затем не спеша побрела обратно в здание.

Медленно пройдя через весь учебный корпус, я дошла до столовой, а там должен был быть запасной выход. Оттуда далеко до парковки, поэтому был шанс не попасться на глаза водителю Ревана.

Я без проблем вышла через кухню, а повар даже не стала ничего спрашивать. По мне и так было видно, что все очень плохо. Поэтому я побрела на выход из здания, и вскоре полностью покинула территорию университета.

Домой я оправилась сначала дворами, все еще боясь попасться на глаза кому-то знакомому. И только когда я прошла два квартала, я уговорила себя на общественный транспорт.

Час спустя я добралась до своего двора и приблизилась к подъезду, но что-то меня напугало.

Там у входа стояло трое мужчин, и все они по комплекции были похожи на Ревана: такие же бугаи. Мне это показалось странным. Конечно, может я себя накручиваю, но я побоялась идти дальше, поэтому свернула на детскую площадку и решила подождать там.

Однако мужчины меня заметили. Они как будто сверили что-то в телефоне и направились в мою сторону.

Страшно-то как! А что если и Реван такой же «обидчивый» как Самвел? Отказал я ему, а он меня теперь в порошок сотрет?

Во что же я вляпалась?

Я быстрым шагом направилась подальше от площадки, прикидывая в уме как мне дальше поступить.

По всяким видео из интернета я знала, что ни в коме случае нельзя прятаться в подъездах. Там проще простого кого-то поймать и прибить.

Нужно найти людное место: магазин или кафе, и отсидеться там. Но в моем районе не было поблизости таких мест. До ближайшего супермаркета еще прилично идти.

Быстро обернувшись, я увидела, что мужчины точно преследуют меня. Они шли за мной целенаправленно, но теперь их было двое.

А где третий? А что если он...

Не успела я додумать свою мысль и завернуть за угол, как прямо передо мной возник тот самый третий. Он успел быстро обойти дом и догнать меня с другой стороны, пока двое других гнали меня к нему в лапы.

— Привет, — бугай сверкнул взглядом и кривовато улыбнулся.

У меня же от страха сжалось горло, и я ничего не могла закричать, чтобы позвать на помощь. Да и станет ли кто-нибудь мне помогать? Выйти в одиночку против этих трех горилл — самоубийство!

В этот момент меня догнали и двое других головорезов и зажали меня к задней стенке дома.

— Что вам... нужно? — хрипло спросила я.

— Не бойся, — оскалился тот, который догадался обойти дом, — мы тебя не тронем. Ты просто сейчас поедешь с нами, но сама ты нам не нужна.

— А кто нужен? — еще тише спросила я.

— Реван, — ответил он. — Знаешь такого? Он не хочет с нами иметь дел и не выходит на контакт. Поэтому, если ты будешь так любезна, то мы бы добавили ему мотивации встретиться с нами.

— Вы ошиблись, — я была так напугана, что едва могла шевелить губами. — Я не знаю никакого Ревана. Правда!

— Ай-яй-яй, — усмехнулся он. — Как нехорошо обманывать старших. Мы ведь тоже может обмануть и все-таки тебя тронуть, а? Как тебе такое?

— Не надо, — я замотала головой. — Пожалуйста! Реван не станет ехать куда-то ради меня. Мы поссорились и расстались. Я не нужна ему.

— Все в твоих руках, — спокойно продолжал этот тип. — Ты можешь его убедить и задать правильную мотивацию. Это в твоих интересах, иначе... пеняй на себя.

— Нет... пожалуйста... — я потеряла остатки самообладания от страха. — Не надо!

— Будь паинькой и не ори, — вновь оскалился он, а затем бросил одному из своих подельников: — Машину сюда подгони, чтобы не тащить ее через весь двор.

Тот кивнул и ушел, а я осталась с этими типами, и больше ничего не могло бы мне уже помочь...

— Не надо, пожалуйста! — завизжала я, когда меня насильно потащили в машину.

Я до последнего момента надеялась, что это просто страшный сон и я вот-вот проснусь. Но нет. Все это было реально, а у меня больше не осталось надежд избавиться от этих бугаев.

Сегодня самый ужасный день в моей жизни! А самое страшное, что для меня на этом все может закончиться. Навсегда.

— Эй, ребят, — я вдруг услышала знакомый голом Самвела. — Вы же обещали что не тронете девушку. Только мужика того.

Что? Он еще к этому и причастен? Именно это он имел в виду, когда угрожал мне во дворике универа?

— Не твое дело, — шикнул на него один из мужчин. — Ты свою задание выполнил, щенок. И уже получил награду. Так что теперь гуляй.

В этот момент меня уже затолкали в машину, а я в ужасе взглянула на Самвела.

Он стоял весь белый, явно не ожидая такого разворота событий. Было видно, что он хотел мне навредить еще больше, но тут явно перестарался.

Он попробовал кинуться на одного из громил, но тот сначала заломил ему руку, а потом... открыл багажник и буквально сложил парня туда.

— Отпустите! — вопила я, но все трое мужчин уже сели в машину, и мои крики через закрытые окна никто не слышал.

— Хватит голосить, дура! — прикрикнул тот, что сидел со мной на заднем сиденье. — Позвони Ревану и расскажи ему последние новости.

Я удивленно посмотрела на него. Он вот так просто позволит мне позвонить Ревану? Но с другой стороны, наверное, он не настолько всемогущий, раз они так уверены в своем плане.

Дрожащими пальцами, я влезла в черный список своего мобильного и разблокировала Ревана, а затем тут же позвонила ему.

— Анфиска, малышка моя, просто успокойся, — быстро заговорил он. — Ты на громкой? Если нет, то просто назови меня по имени и скажи «помоги мне».

— Реван, помоги мне, — хрипло попросила я, четко следуя его инструкции.

— Все будет хорошо, сладкая, — очень быстро говорил он, наверное, чтобы бугаи в салоне не насторожились от того, что я больше слушаю, чем говорю. — Полиция и я уже едем за вами. А теперь скажи мне то, что должна была сказать.

— Помоги мне, — снова забормотала я, понимая, что должна отыграть этот спектакль перед похитителями. — Меня забрали прямо на улице! Возле моего дома! Их требование...

Тот тип, что сидел со мной на заднем сиденье, выхватил у меня телефон и заговорил сам:

— Ну что, Реван, думал кинуть нас? А вот хрен тебе. Из системы так просто не выйти, ты знаешь.

Тип выслушал ответ Ревана, а затем заговорил снова:

— Ты можешь забрать свою девчонку только в обмен на подписи. Что подписать ты и сам догадываешься. Так что вперед, времени у тебя в обрез. Уж больно сладкая у тебя девчонка. Мы можем сильно проголодаться по дороге.

Я в ужасе отпрянула от мужчины и забилась между сиденьем и дверью.

Только бы они не притронулись ко мне! Пожалуйста, только не это!

— Какой трогательный, — усмехнулся тип. — Ну ладно, дам.

Затем он передал мне телефон и я с опаской взяла его.

— Малышка, только не плачь и не бойся, — попросил он уже не такой быстрой речью. — Я всех за тебя порву.

— Пожалуйста, просто спаси меня поскорее, — всхлипнула я.

— Разговор окончен! — громко произнес тип. — Не хватало еще чтобы вы тут сексом по телефону занялись.

Я поспешила разъединить звонок, и еще сильнее вжалась в свой угол.

Мне и самой не хотелось слушать ласковые речи Ревана, ведь он опять лишь воспользовался мной. Он все видел. Он мог предотвратить это, но он этого не сделал. Реван никогда не изменится.

Но сейчас было не время об этом думать. Все же я зависела от него и мне было очень страшно.

Только сейчас я заметила как в багажнике что-то периодически стучало, и я вспомнила что там Самвел. Мне даже стало как-то легче от того, что и ему достается вместе со мной.

— Слышь, там тачка, — вдруг сообщил водитель тому, кто сидел на пассажирском сиденье. — Уверен, что это хвост.

— Похоже, — согласился пассажир и внимательнее присмотрелся в зеркало. — Не Ревановская. Может за мажором мамашка его мчит?

— Давай выбросим его по дороге? — предложил пассажир. — Пусть подбирает.

Водитель цинично рассмеялся, но все же слежка его напрягла.

Я и сама попробовала обернуться и посмотреть на эту машину, но за потоком сзади ничего особенного не увидела.

— Ну что, крошка, рассказывай, — тип на заднем сиденье уложил свою ладонь мне на колено. — Чем ты так соблазнила нашего Реванчика? Он вон аж ссыться по тебе. На все готов.

Я лишь испуганно посмотрела на мужчину, но не решилась убрать его руку. Мне было страшно даже пошевелиться под его изучающим взглядом.

— Да не бойся, мы тут все свои, — продолжал он и сжал мне колено. — Может ты бы заимела выгодное сотрудничество. Ревана еще много на что можно развести, и ты бы нам в этом помогла. Что думаешь? Без выгоды не останешься.

Я отрицательно замотала головой, боясь последствий.

— Зря ты так, — добродушно продолжал он, хотя в его глазах плескалась похоть и жестокость. — Лучше быть с нами чем против нас. И потом, мы ведь можем заставить.

Он сильнее сжал мне колено, а я зажмурилась от боли.

Мне показалось что там вот-вот что-то треснет от такого стискивания.

— Пожалуйста, можно мне еще раз позвонить Ревану? — жалобно попросила я.

Теперь я готова была все ему простить, лишь бы он скорее меня спас.

В этот самый момент наша машина въехала в плотный поток, взявшийся из ниоткуда. Все эти машины как будто просто стояли на месте, хотя впереди не было светофора.

Мы втиснулись в середину, а затем прозвучал какой-то дико громкий хлопок...

Машину подбросило и повело, я взвизгнула от ужаса, а в багажнике Самвел так подпрыгнул, что наверняка заработал сотрясение от удара.

— Тварь! — выкрикнул водитель и постарался выровнять машину, но ее несло в кювет, а я не понимала что произошло.

Это был выстрел? Взрыв? Я сейчас умру?

На очередном повороте, тип на заднем сиденье повалился на меня, и у меня аж все хрустнуло от его веса.

— Что такое? — спросил тип, все же догадавшись встать с меня.

— Похоже «колючку» расстелили, — напряженно сообщил водитель. — Всю резину пробило.

— Кто?! — выкрикнул пассажир.

Было видно, что он не готовился к такому развороту событий.

— Реван не мог, — мотнул головой водитель. — Может он скентовался с кем-то...

— С кем? С ментами?! — орал на него пассажир. — Кто еще мог расстелить «колючку»?!

Очевидно он все же был главный в их шайке.

— Че ты орешь?! — рыкнул водитель, но все же признавая власть пассажира. — Я откуда знаю. Пробка... ни хрена не видно что впереди.

— Придурок! — рыкнул на него пассажир.

Он схватился за дверную ручку, явно собираясь сбежать первым.

— Ну уж нет, ты пойдешь со мной, — тип на заднем сиденьи схватил меня за руку, а я взвыла от боли.

Но ему было все равно, он сжал меня посильнее и тоже приготовился открыть свою дверь.

— Сейчас! — скомандовал водитель, очевидно подобрав удобный момент для спасения своих товарищей.

Однако в ту же секунду две машины вырвались из потока, догнали нас и заблокировали двери с обеих сторон.

Я испугалась еще сильнее.

А если у этих уродов есть оружие?! Они ведь меня сейчас в заложники возьмут, а потом убьют!

— Твари! — заорал пассажир, пытаясь выломать дверь, но у него ничего не получилось. С другой стороны он был крепко прижат.

В этот момент из машин вышли полицейские и один из них скомандовал в громкоговоритель:

— Открыть люк!

— Не открывай! — приказал водителю пассажир. — Нас с девкой не убьют. Надо сидеть до последнего, а там посмотрим.

— Открыть люк! — повторил полицейский. — Это сопротивление при задержании!

Водитель не сдержался и все же нажал на кнопку. Люк плавно открылся.

— Дайте девушке уйти через люк! — снова сообщил полицейский в громкоговоритель.

В этот момент я почти ничего не слышала, так как у меня мутнело сознание из-за острой боли в руке, которую все еще стискивал похититель.

Я слышала лишь неразборчивые выкрики полицейского через громкоговоритель, и злобные ответы похитителей.

Однако через какое-то время тот, что был на заднем сиденье все же перехватил меня за талию и потянул куда-то вверх.

— Тварина, — выругался тип, протискивая меня через люк, а я никак не понимала чего он от меня хочет.

В какой-то момент сильные горячие руки перехватили меня, а потом мне стало очень-очень тепло.

Я закрыла глаза, чтобы отдышаться и хоть немного прийти в себя. Прохладный воздух защипал мои щеки, и я вся задрожала.

–... все хорошо, малышка, — до меня прорвался голос Ревана. — Все хорошо, моя девочка.

Мне это пока казалось нереальным и я зажмурилась, не желая видеть реальность.

— Посмотри на меня, Анфиса, — Реван убрал волосы с моего лица. — Посмотри, малышка.

Только сейчас я поняла, что Реван действительно со мной, и наконец открыла глаза.

— У тебя что-нибудь болит? — спросил он, а я впервые видела такое выражение лица у Ревана.

Он был так растревожен! А еще ему самому как будто было физически очень больно.

— Рука, — тихо призналась я и всхлипнула.

— Дай посмотреть, — ласково попросил он, а я осторожно огляделась.

Реван нес меня сейчас на руках, и мы все дальше отдалялись от машины с похитителями.

— Ай! — взвизгнула я и дернулась от боли, когда Реван притронулся к моей руке.

— Сейчас, малыш, — он понес меня быстрее. — Здесь есть машина скорой. Они помогут.

— Это все из-за тебя! — ко мне возвращалась трезвость мышления, и я больше не хотела жаться к Ревану. — Ты разрушил всю мою жизнь! Тебе нужно было только переспать со мной, а на все остальное плевать! И ты все видел, но не помог мне! Я больше ничего не хочу с тобой. Я больше не стану с тобой даже разговаривать!

Я разрыдалась от этих слов, чувствуя боль не только в руке, но в душе. Мне было дико больно произнести все это. Вроде бы все было правильно, но мне не становилось легче.

— Сейчас тебе помогут, малыш, — тихо проговорил Реван и внес меня в машину скорой.

Фельдшеры быстро занялись моей рукой, а сам Реван отошел в сторону.

Пока мне накладывали шину, я наблюдала за Реваном, и испытывала неясное чувство вины.

Но за что?

Я все правильно сказала! Он пер как танк, сметая все на своем пути. Он запудрил мне мозги. Я ни в чем не виновата.

Но с другой стороны что-то внутри меня гложило.

Меня тоже тянуло к Ревану. Это неправда, что я не дала ему поводов. И это неправда, что мне не было хорошо с этим мужчиной. Я тоже виновата. Не он один.

— Пожалуйста, можно мне сказать кое-что моему мужчине? — попросила я фельдшера, указыв взглядом на Ревана.

Женщина кивнула и подозвала Ревана. На нем не было лица. Я видела его внутреннюю боль и то как он старался мне это не показывать.

— Там у них в багажнике Самвел, — сказала я. — Он... все же пытался за меня заступиться.

Реван тут же подозвал одного из полицейских и передал ему эту информацию.

Когда же он встал, чтобы уйти, я не выдержала:

— Реван, прости меня, — прошелестела я. — Я не должна была все это говорить. Я тоже виновата. И это было жестоко с моей стороны.

— Ничего, Анфис, — сейчас его голос был таким пустым, что напугал меня. — Ты во всем права. Ты сделала меня лучше. Заставила о многом задуматься. Я не заслуживаю такую как ты. Ты — солнышко, а я так... грязь из-под ногтей. Я только разрушаю твою жизнь. Я люблю тебя, и только поэтому я должен оставить тебя в покое. Прости меня... сладкая. Но я действительно все сделаю ради тебя...

У меня на глазах выступили слезы.

Впервые за все это время я увидела, что Реван не делает так, как нужно ему. Он не ломает все на своем пути, а напротив, сломал себя сам.

А ведь ничего о нем не знаю! А что если его самого ломали и предавали много раз, а я сейчас просто добиваю его ногами?

Но ведь с этим мужчиной опасно! В какой среде он живет! Это ведь как минном поле: один неверный шаг и на тебя тут же набрасываются!

Однако теперь все эти доводы казались мне несущественными. Реван и вправду изменился за это время. Я прекрасно помню какой он был в первые дни нашего знакомства и каким стал сейчас. И потом, если бы я ответила на его звонок, возможно он бы успел меня предупредить, что за моим подъездом следят. Если бы я поехала домой с его водителем, а не сама, то была бы в безопасности. И если бы я нормально поговорила с Реваном, а не вываливала бы все вот так, мы бы спокойно и без травм пришли бы в правильному решению.

Вот только какое это решение? Чего прежде всего хочу именно я?

— Реван, — я взяла его за руку. — Пожалуйста, не уходи. Не бросай меня.

— Не бойся, малышка, — он улыбнулся сквозь свою горечь и погладил меня по волосам. — Ты будешь под охраной. Твоей маме я все равно помогу. И маме Яны. И ты всегда сможешь ко мне обратиться. Я помогу тебе что бы ты у меня ни попросила.

— Я прошу тебя: не уходи! — я крепче сжала его руку. — Ты мне очень нужен. И ты... правда меня любишь?

— Правда, сладкая, — выдохнул он. — Я люблю тебя. Только ты имеешь значение в моей жизни. Больше ничего.

— Пожалуйста, обними меня, — искренне попросила я.

Реван сгреб меня с кушетки в кабине и прижал к себе.

— Я хочу к тебе, — продолжала я. — Возьми меня на руки, если тебе не тяжело.

— Сладкая... да я бы тебя всю жизнь носил на руках, — он прижал меня к себе, а я зарылась носом в его шею.

— Да, я хочу этого, — прошептала я. — Носи меня всю жизнь на руках. Оставь меня себе, пожалуйста.

— Анфис, — он замер, как будто не верил моим словам, — пойми: во второй раз я тебя уже не отпущу. Я понимаю что ты имела в виду, когда говорила что я делаю все только то, что я хочу. Да, я всегда иду к цели, не разбирая пути. Ты была моей целью, и я очень тебя хотел. Не только для постели. Я хотел именно тебя. Твою улыбку, твои поцелуи, твои прикосновения. Ты нужна мне как воздух. И я до сих пор тебя хочу. Я ведь больше не сдамся, что бы ты мне ни сказала.

— Хорошо, — я выдохнула с облегчением. — Не сдавайся. Я ничего не понимаю в отношениях. Не знаю что правильно, а что нет. Я просто не хочу тебя потерять.

— Ты меня больше никогда не потеряешь, — твердо сказал он. — И я тебя больше не отдам.

Реван смял меня в объятьях так, что я снова ощутила легкую боль, но мне от нее было хорошо.

Мне прежде всего хорошо с Реваном, а все остальное — неважно.

Если я попрошу его, то он все решит с Самвелом. А с Яной... я сделала все, что могла. Она попросила меня выбить деньги из Ревана для ее мамы — и я это сделала. Это самое главное. Если бы я двадцать четыре часа в сутки была бы с ней и морально ее поддерживала, это бы все равно не заменило главного: дорогостоящего медицинского лечения. Поэтому если она больше не хочет со мной общаться — я это приму. Но я ни в чем перед ней не виновата. Я помогла ей. Честно и самоотверженно. Никто бы не сделал для нее большего, чем сделала я. Так что впредь я ей ничего не должна.

В этот момент в кабину скорой принесли и Самвела. У него была пробита голова, но он был в сознании.

— Анфис... — он потянулся ко мне, пока фельдшер стала обрабатывать его рану, — прости меня. Я не думал, что все зайдет так далеко. Эти трое увидели в тот день как Реван наехал на меня, а потом предложили мне ему отомстить. Поставить на место. Конечно, я согласился. Я думал они просто наваляют ему...

— Я вообще-то тут, если что, — грозно произнес Реван, но Самвел как будто не услышал его.

Возможно, он был в бреду, но Ревана он как будто в упор не видел.

— Прости! — продолжал он. — Я как выйду в универ, я все всем объясню. Я сейчас позвоню и попрошу кого надо удалить ту надпись. Я все исправлю. Не заявляй на меня, пожалуйста! Мама меня убьет за такое.

— Только если ты все исправишь, — рыкнула я, недовольная тем, что он влез в мою с Реваном идиллию. — И чтобы пока мы будем ехать в больницу, я больше ни слова от тебя не услышала.

Самвел закивал и полноценно лег на кушетку, уже не сопротивляясь своей слабости.

— Моя девочка! — Реван гордо улыбнулся мне, оставшись доволен тем, как я рыкнула на Самвела. — Сильная и смелая.

— А ты мой, — буркнула я. — Не знаю какой, но мой.

Реван крепче обнял меня, чтобы я не замерзла.

Фельдшер доложила, что все закончилось, и теперь они поедут в больницу.

— Извините, вы не можете ехать с нами в машине, — сказала она Ревану.

Я с тревогой взглянула на Ревана. Мне было страшно расстаться с ним даже на минуту.

— Тогда я сам отвезу мою девушку, — ответил он. — И сам о ней позабочусь. Спасибо вам.

Фельдшер согласилась. Она лишь уточнила у меня фамилию и имя Самвела, и спросила телефон его родственников. Я пообещала найти телефон его мамы, но для этого мне надо было связаться с Олесей.

Фельдшер согласилась и на это, поэтому позволила нам с Реваном уйти в его машину.

— А почему ты не остановил их, если видел, что... ну сам понимаешь? — спросила я у Ревана, но уже без всякого укора.

— Если бы я это сделал, то все закончилось бы какой-нибудь поножовщиной, — ответил он. — Я бы заработал еще один срок, и уже точно не смог бы тебя ни спасти, ни защищать, ни быть рядом.

— Еще один срок? — тихо спросила я, понимая что сейчас лучше разом решить все, что может навредить нашим отношениям.

— Еще один, — выдохнул Реван и приготовился рассказывать...

В салоне машины повисла звенящая тишина.

После того что рассказал мне Реван, мне стало не по себе. Выходит, он отсидел не свой срок? Он вступился за своего младшего брата? А я столько себе всего напридумывала! Это ведь был для меня ключевой момент, а Реван просто вступился за брата...

— Что, теперь я тебе противен? — горько усмехнулся он.

— Нет, — поспешно ответила я. — Ты знаешь, я подозревала что-то такое. Ты выглядишь... ну я не знаю как, но я сразу подумала о том, что у тебя что-то такое было. И я думала, что это «что-то» совершил именно ты.

— Теперь я тебе снова такой не нужен? — спросил он, но теперь как будто с опаской.

Кажется, он боялся меня разочаровать.

— Нужен, — я слабо улыбнулась ему. — Даже если бы это все-таки сделал это. Сейчас для меня это уже неважно.

Реван замолчал на несколько секунд, а потом все же сказал:

— Спасибо, Анфис. Ты не представляешь как много для меня значат твои слова. Слишком много.

— Почему? — я продолжала выспрашивать.

— Потому что мой братишка в итоге перестал со мной общаться, — усмехнулся Реван. — Он там какой-то важный бизнесмен в своих кругах. И ему не по статусу общаться с таким быдло как я. Еще и сидевшим. Ведь привычки реально все не искоренить. Каким-то образом люди по лицу читают, что ты сидел. Хоть что ты делай! Я ни разу в итоге не видел брата с того момента. К тому же он переехал в другую страну. А мать...

У меня сжалось сердце. Что же Реван скажет о своей маме?

— Она стыдилась меня, — просто произнес он, но внутри чувствовалась его большая внутренняя боль. — Она не поверила что это сделал не я. Понимаешь, из нас двоих, мой братишка наоборот хорошо учился, сидел дома и слушался мать во всем. Это я был позором семьи. Поэтому она просто не поверила что ее любимый младший сын и вдруг пошел на кражу. А я... просто не стал ее переубеждать. В тот момент мне уже было нечего терять. Я не просто с нуля должен был начинать свою жизнь, а с минус второго уровня.

— Реван, — я взяла его за руку второй здоровой рукой, — прости меня. Теперь я понимаю как больно я тебе сделала.

— Давай просто все обнулим? — предложил он. — Ты ничего мне не говорила, а я забуду об этом раз и навсегда. Договорились?

Я тихонько кивнула, все равно чувствуя свою вину.

К этому времени мы уже подъехали к больнице, а Реван припарковался на свободном месте.

— Анфиска, — он осторожно притянул меня к себе. — Просто будь со мной. Я общею тебе, что от меня не будет никаких грязных схем. Не сразу, но я отойду от сделок с мутными типами. А еще я буду очень тебя беречь. Ты мне очень нужна, сладкая.

— Я буду с тобой, — пообещала я.

Не из жалости. Сейчас я впервые увидела в Реване человека. Раненого, но такого сильного. Я увидела в нем мужчину — надежного и любящего. И я уже больше никогда не увижу в нем того циника, ведь по сути в те моменты Реван просто не умел говорить и действовать по-другому. Но внутри он настоящий, сильный и благородный.

— Пойдем? — он погладил меня по щеке. — У тебе перелом, но ты ничего не чувствуешь из-за обезболивающих. Надо поскорее наложить тебе гипс.

— Перелом? — разочарованного выдохнула я.

Я не думала что все будет так серьезно.

— Не волнуйся, — он снова погладил меня по щеке, — после этого мы поедем куда-нибудь отдохнуть. Нам действительно нужно выдохнуть и расслабиться. А еще я очень хочу на неделю запереться с тобой в каком-нибудь уютном местечке и не выпускать тебя из рук.

Я кивнула, чувствуя сонливость.

То ли это действовали обезболивающие, то ли я смертельно устала от всех событий, что произошли, но я уже не вывозила.

Реван подхватил меня на руки и понес в больничный корпус, а я наконец расслабилась и полностью доверилась моему мужчине.

Теперь я никому не позволю влезть в наши отношения!

Если Яна когда-нибудь захочет со мной поговорить, я не дам ей ни одного шанса, чтобы оскорбить Ревана. И если он не понравится на внешность моей маме, я тоже буду отстаивать Ревана как смогу.

Он действительно замечательный, и кажется сегодня, вся моя зашоренность спала и я полноценно увидела Ревана таким, какой он есть.

Все также у Ревана на руках, меня осмотрел врач, сделал рентген и наложил гипс. Я уже едва держалась от усталости и постоянно падала головой на плечо моего мужчины.

Наконец, когда все формальности с врачами, скорой и полицией были улажены, Реван отнес меня в машину, где я снова заснула.

Реван в очередной раз подхватил свою девочку на руки и понес в дом. Не просыпаясь. Анфиса уложила голову на его плечо и слабо улыбнулась во сне. Он же поцеловал свою девочку в висок и чуть сильнее прижал ее к себе.

Реван не мог себе представить, что сегодня он мог добровольно сдаться. Это немыслимо! Он бы все равно не сдержал обещание и уже завтра с утра вновь бы принялся добиваться Анфису.

Да, может быть он не держал свое слово в моменты, когда ему нужно чего-то добиться для себя. Да, он действовал с Анфисой грубо и топорно, но он просто не мог ждать.

Эта сероглазая курносая блондиночка давно запала ему в душу. Он не мог ее потерять, даже если в какой-то момент допустил слабость и предложил расстаться.

Но теперь, когда она приняла его таким какой он есть, когда ему больше не нужно что-то от нее скрывать, он готов на все ради своей сладкой Анфисы.

— Я сделаю тебя самой счастливой, — тихо пообещал он, когда уложил девушку в свою постель и заботливо укрыл одеялом. — Обещаю. И это обещание я точно никогда не нарушу. Клянусь.

Он поцеловал свою девочку в губы, потушил свет и с удовольствием устроился рядом с ней, зарывшись носом в ее шелковистые волосы.

— Только моя, — шепнул он. — Ты еще не знаешь, но это навсегда. Не отпущу. Никогда.

С этими словами он выдохнул напряжение сегодняшнего дня и наконец заснул сам...

— С новым годом, сладкая, — Реван притянул меня к себе и впился в мои губы.

Его руки страстно сжали меня и смяли мне спину. Я же вся покрылась мурашками от его приятной грубости и с упоением ответила на его поцелуй.

Прошло два месяца с того момента, как произошло то поворотное событие в моей жизни. В тот день я отказалась от всех своих убеждений и стереотипов о Реване и просто приняла его таким какой он есть. И ни разу не пожалела. Не было ни одной секундочки, чтобы я хоть чуть-чуть засомневалась в своем выборе.

Мой мужчина буквально сдувал с меня пылинки, особенно пока я была в гипсе. Правда у меня оказался все же не перелом, а трещина, поэтому мучилась с гипсом я не долго.

Моя репутация в универе была полностью восстановлена. Самвел не соврал и действительно все исправил. Однокурсницы снова общались со мной, хоть и натянуто. Но теперь они просто завидовали тому какой у меня красивый и взрослый мужчина. Я пару раз видела как они заглядывались на него, и меня за это распирала гордость. Как и Ревана, когда на меня точно так же смотрели его друзья.

Мои отношения с Яной почти наладились. Осталась та холодность с ее стороны, и наверное ревность, но меня это не обижало. Теперь у меня была своя жизнь в доме любимого мужчины, и мне все равно было некогда долго общаться с Яной и часами заниматься у нее.

Я по-прежнему на все была ради нее готова, кроме того, чтобы обсуждать мои отношения с ее отцом.

С мамой Яны так же все значительно улучшилось. Ей диагностировали рак молочной железы, так что ее быстро прооперировали и она уже прошла курс химиотерапии. Конечно, после химии она чувствовала себя не очень, но врачи давали положительную прогностику.

Недавно она лично приходила поблагодарить Ревана и... как ни странно, меня. Она признала что мы действительно спасли ей жизнь, и после этого она даже разрешила Ревану видеться с Яной, если он захочет.

С моей мамой и бабушкой тоже все было улажено. Реван обеспечил их всем необходимым. Для бабушки нанял сиделку, для мамы домработницу. Также маме он купил ноутбук и помог ей перевести всех своих учеников на онлайн обучение. Так что мама по сути не потеряла работу, да и не выбивалась из сил, чтобы ухаживать за бабулей.

Я очень боялась, что Реван не понравится моей маме, и что она тоже догадается о его прошлом, но тут все прошло вообще незаметно. Когда мы с Реваном приехали на выходные с двумя помощницами и ноутбуком, у моей мамы просто отпали все вопросы. Ей оказалось совсем неважно как выглядит мой избранник, главное что он любит меня, заботится, да еще и так печется о других.

Поэтому этот новый год я справляла уже не с мамой, а с Реваном и была безумно счастлива от этого.

— Анфиска, — заговорил Реван, когда наш поцелуй закончился. — Я так тебя люблю, малышка. Я не представляю свою жизнь без тебя. Ты — все для меня, и...

Я растаяла от его слов и улыбнулась, но... что же там все-таки после «и»?

— И... — Реван залез в карман своих джинсов и вытащил красную бархатную коробочку, — ты выйдешь за меня замуж?

— Что? — я уронила свой бокал с шампанским, а он со звоном разлетелся на полу.

— Ты не поранилась? — Реван осмотрел мои руки.

— Нет, — прошептала я, ошарашенная его предложением.

— Ты выйдешь за меня, малышка? — Реван раскрыл коробочку и показал мне маленькое золотое колечко с большим брильянтом в центре и «шлейфом» мелких брильянтиков за ним.

— Реван... — я обомлела. — Но я думала... что семейная жизнь — это не совсем твое.

— Это неправда, — он надел мне колечко на палец, не дожидаясь от меня ответа. — Я хочу, чтобы ты осталась со мной навсегда. И, клянусь, я буду всегда любить тебя и всех деток, которых ты мне подаришь. Я буду самым лучшим отцом. Я искренне этого хочу.

На этот раз я даже не смогла ничего сказать. У меня просто сжалось горло от счастья.

— Это ведь «да», правильно? — улыбнулся он. — Ты же понимаешь, что все равно будет по-моему?

Я улыбнулась ему в ответ. Его настойчивость и напор было не искоренить, а мне и не хотелось их искоренять.

— Я люблю тебя, Анфиска, — сказал он и крепко обнял меня. — Ты — вся моя жизнь.

— А я люблю тебя, Реван, — искренне ответила я. — Я очень хочу быть с тобой всегда.

Реван снова притянул меня для поцелуя, а я с любовью ответила ему. Я уже предвкушала самую горячую и долгую ночь в своей жизни, поэтому наш нежный поцелуй очень быстро перерос в страстный и порочный...